Алексей Даниленков

Земля падающих звезд

Пролог

Трава на ночной поляне была заполнена светящимися точками. Одни из них гасли, чтоб почти сразу на их месте зажглись другие. Но сейчас сидевшую в кресле девушку интересовал только один огонек.

«Что же, право на имя ты заслужил. Посмотрим теперь, насколько ты самостоятелен. Но не здесь. Ах да, твои помощницы... Тогда сделаем так.» Хозяйка домена наклонилась, и подняв с травинки светлячка, сделала пару шагов в сторону. Поляна вокруг нее изменилась — трава стала ниже и гуще, а спокойный ветерок сменился резкими хаотичными порывами.

Девушка присела, разглядывая прячущиеся среди травы живые огоньки, и аккуратно придержала уже готового сорваться с травинки яркого светлячка. «Ну зачем ты так расстраиваешься, глупенькая? Смотри, кто у меня есть.», и протянув вторую руку, ссадила на травинку принесенный с другой поляны живой огонек.

* * *

1817 г от м.т., Август.

Столица Русской Империи.

Департамент имперской безопасности. Кабинет директора.

— Докладывай, Игнат.

— Как мы и предполагали, волна возмущений была связана с переносом. Объект был найден в эпицентре у самой границы Светлого Леса в бессознательном состоянии. Сразу после обнаружения ей вкололи снотворное, и доставили сюда в лабораторию.

— Кто из группы пострадал?

— Два человека, непосредственно осуществлявших эвакуацию. Пострадали незначительно — жрецы обещают полностью устранить последствия уже к вечеру.

— Что с объектом?

— Пока без сознания. В лаборатории уже взяли все необходимые анализы. Примерно минут через пять начнут поступать первые результаты. Окончательные данные по изотопному составу будут через два часа. Степень смещения пока неизвестна, но по предварительным результатам тяжелых изотопов больше, так что статус перенесенной подтвержден. И еще, сенсоры говорят о странных колебаниях эфира вокруг объекта.

— Объект в комнату со стационарным подавителем. Оставь мне предварительные результаты. И через три часа у меня должны быть все результаты обследования с выводами аналитиков. Все, иди.

Директор взял со стола оставленную помощником папку. «Объект — девушка примерно восемнадцати лет (см. фото в приложении). Светлые волосы, голубые глаза. На теле обнаружены следы давней операции на брюшной полости. Рентген показывает полное отсутствие репродуктивной системы, но точно утверждать, что это результат операции нельзя. Других видимых повреждений, кроме нескольких мелких шрамов различного происхождения и давности, на теле не обнаружено. Способности к оперированию эфиром отсутствуют, но периодически наблюдаются легкие возмущения, возможно связанные с резким переходом в среду с другой концентрацией. Вероятнее всего объект является малефиком.»

Мужчина задумался. «Малефик... Непонятно, мы успели раньше или Орден просто решил не связываться?»

Спустя два с половиной часа на его стол легла еще одна папка. Мужчина открыл ее на первой странице, пробежал глазами по тексту и отложил в сторону.

— Что там, если коротко? — поинтересовался он у стоявшего перед ним парня.

— С отсутствующими внутренними органами по-прежнему неясно — операция явно их затрагивала, но была сделана около шести-семи лет назад, поэтому рубцы, если они есть, уже не видно на снимках. Все остальные данные: возраст, количество тяжелых изотопов и неспособность к оперированию эфиром подтвердились, как и статус малефика. Единственное, что непонятно — странные возмущения эфира, даже в звезде. Ах, да. Действие снотворного прекратится через час, а ей еще не назначили куратора.

— Хорошо. Значит так, Игнат, назначаешься ее куратором на ближайшую неделю. Задача — объяснить где она и ввести в курс дела. Не будем пока объявлять о ней, поэтому по возможности разработаете вместе с ней легенду.

Глава 1

И куда же это меня занесло?

Анимэ «Принцесса-волшебница Хана Шида» (Mahou no Princess Hana Shida)

Темнота перед глазами постепенно рассеивалась. Сквозь шум в голове пробивался чей-то голос.

— Мистресс! Мистресс! — этот голос мне определенно был знаком.

«Блин, как же голова болит. Кирпич мне на нее упал, что ли?»

— Да лучше бы кирпич. — раздался в ответ на мои мысли второй, не менее знакомый голос. — Все, не шуми. Она очнулась.

Я открыла глаза. Надо мной склонились две полупрозрачные фигуры. Почти минуту я их разглядывала, прежде чем поняла кого вижу.

— Ми, Рей, где мы и что случилось?

Я попыталась сесть, но тело было настолько слабым, что получилось лишь слегка пошевелить руками. К счастью для разговора с девочками сил не требовалось.

— Госпожа отправила нас... куда-то. — развела руками Рей. — И это не Земля.

— Что значит куда-то? Я думала у меня один путь — Страна вечного лета и перерождение.

— Мы тоже так думали. — кивнула Ми. — Но когда ты коснулась ее руки... Это сложно описать. Нас словно ветер подхватил, и мы очутились рядом с тобой в каком-то лесу.

— Ты была без сознания пол дня, а потом приехали люди в форме, что-то тебе вкололи и отвезли сюда. — продолжила рассказ Рей. — Здесь тебе вкололи еще укол и пару часов брали разные анализы, а затем перенесли в эту комнату.

— А конкретнее. — я напряглась.

— Кровь, волосы, рентген и, кажется, образец костной ткани.

— И все?

— Приходили двое — мужчина и женщина. Водили над тобой руками, что-то сказали про тьму и ушли.

Я огляделась, насколько смогла. Довольно просторная комната без окон и с парой дверей. Одна — небольшая деревянная с недвусмысленным значком явно вела в санузел, а вторая широкая металлическая — скорее всего выход. Опустив глаза, я обнаружила, что лежу на кровати, накрытая легким одеялом. В правую руку вставлена игла от капельницы, а трубка уходит куда-то за мою голову. Сосредоточившись, я попыталась прогнать по телу немного энергии и с удивлением обнаружила, что сделать этого не могу.

— Не пытайся. Не получится. — прервала мои упражнения Рей.

— Почему?

— Я же сказала, что мы не на Земле.

— Почему ты так решила?

— Тут плотность эфира в несколько раз выше. А все стихийные потоки, кроме Тьмы и Света, перекручены и разогнаны так, что любое заклинание, да что заклинание, даже обычного слабого духа, развеивает почти мгновенно. Мы сами остались живы только потому, что вселились в твое тело.

— И нашего домена теперь нет. — огорченно добавила Ми.

— Очешуеть! — только и смогла выдавить я.

Металлическая дверь приоткрылась и в комнату заглянул рыжий парень лет двадцати пяти. Заметив, что мои глаза открыты он шагнул внутрь, слегка поморщился и подошел к моей кровати. Девочки сменили форму и устроились у меня в ногах.

— Вы меня понимаете? — чуть растягивая слова поинтересовался он.

Я кивнула. Попыталась ответить, но в горле запершило, и я закашлялась. Парень шагнул куда-то за спинку кровати над моей головой. Звякнуло стекло, и к моим губам поднесли стакан воды. Я сделала пару глотков и благодарно кивнула. Затем снова попыталась ответить.

— Да, понимаю.

— Как вы себя чувствуете?

— Плохо. Тело не слушается, мысли путаются, но говорить, кажется, могу.

— Вы помните кто вы и как вас зовут?

— Александра Волкова, администратор вычислительных сетей без опыта работы.

— Замечательно. Меня зовут Игнат. Я назначен вашим куратором на первое время.

Парень достал блокнот и стал что-то быстро записывать карандашом. Затем на меня один за другим посыпались вопросы: возраст, родители, чем занималась, перенесенные тяжелые заболевания и травмы, что последнее помню, название планеты, на которой я жила. Последний вопрос окончательно убедил меня в правоте Рей.

— Земля. А это что за планета?

— Терра. Точнее «Терра де фаланта астрис» — Земля падающих звезд. Так назвали эту планету, люди, появившиеся здесь после Месяца тьмы. Как она называлась раньше, никто не знает.

— Появившиеся? То есть люди из других миров не редкость?

— Как вам сказать... Примерно раз в двадцать-тридцать лет здесь появляются один-два человека. Кто-то из вашего мира, но бывают и из других. Выживают, правда не все. Насколько нам стало известно, Терра сильно отличается от других миров. Здесь высокая концентрация эфира и изотопный состав другой. К тому же, перенос часто сопровождается потерей сознания, иногда весьма длительной, а за это время с человеком может случиться все что угодно от стаи лис до солнечного удара.

— Стаи лис? У вас лисы охотятся стаями?

Игнат почесал нос.

— Давайте вопросы флоры и фауны отложим на потом.

— Да, извините. Я еще не совсем хорошо соображаю.

— Так вот, — продолжил парень. — насколько мне известно, ваш мир в во многом похож на наш. По крайней мере с русским языком у вас проблем нет, не считая легкого акцента. Вряд ли письменность у нас сильно отличается, поэтому я подберу вам соответствующие книги, заодно потренируетесь в чтении и письме.

— Вы сказали что-то про эфир.

— Ах да, эфир. Эфир — это энергия, пронизывающая всю вселенную. Как я уже говорил, на нашей планете ее концентрация в несколько раз выше, чем на других.

— Погодите, — перебила я куратора. — или мы с вами говорим о разных вещах, или вы не правы. Эфир не энергия — это носитель идей и мыслей.

— Видимо мы говорим о разных вещах. Вряд ли идея способна вызывать нарушения в работе электроники или исцелять раны.

— Ну вообще-то способна...

— И регистрируется электронными приборами? — скептически поинтересовался Игнат.

— Насколько мне известно — нет.

— Поверьте, об эфире мы знаем достаточно. В конце концов именно благодаря этим знаниям на нашем материке существует большинство городов, и многие вещи и технологии появились тоже благодаря им. Я вам принесу подборку литературы по эфиру.

Я покосилась в сторону невидимой для собеседника Рей.

— Рей, что думаешь?

— Пока не знаю. Дождемся книг и будет ясно.

— Хорошо. — не стала я спорить с парнем. — Тогда объясните мне, где я нахожусь и что со мной будет.

— Вы в Департаменте Имперской Безопасности. Это, — обвел он рукой комнату. — комната со стационарным подавителем. Пока дверь закрыта, одаренные здесь не могут полноценно пользоваться эфиром. Вы не сможете никого проклясть, а вас никто не сможет исцелить или допросить с применением эмпатии. Как только мы разберемся с вашими способностями, подберем ограничивающий амулет, и целители сочтут ваше состояние приемлемым, вас отсюда выпустят. Ну а что вы будете делать дальше — решим по ходу дела. Ах, да. Постарайтесь держать себя в руках. Любой выброс темного эфира в этой комнате, даже такого слабого, как у неодаренного малефика может вызвать неприятные ощущения.

— Ничего не поняла.

Парень вздохнул, тихо пробормотал: «Как все сложно», и пояснил: «Постарайтесь не нервничать и не беспокоиться, иначе вам может быть больно. Я сейчас приглашу к вам целителя. Он вас осмотрит, а заодно ответит на некоторые вопросы». После чего встал и вышел за дверь. Минут через двадцать появился пожилой мужчина в белом халате. Если бы не длинная цепочка с серебристой металлической пластинкой у него на шее, я бы решила, что это врач. Целитель сел на стул и провел руками над моим телом от макушки до коленей. По телу пробежала легкая волна тепла. Рей и Ми встрепенулись, но смолчали, а мужчина слегка скривился.

— Так. С вами почти все в порядке, но колебания эфира пока не стихают. Боюсь вам придется задержаться в этой комнате на какое-то время.

— О каких колебаниях идет речь? И чем они опасны?

— Вы уже в курсе, что на Терре концентрация эфира намного выше, чем в вашем мире?

Из последующего занимательного разговора, половина которого состояла в уточнении разных терминов, выяснилось следующее. Те, кого здесь называли «одаренными» больше походили на наших псиоников из фантастики. Они могли усилием мысли сдвинуть предмет, пусть и очень легкий и всего на пару сантиметров, или на пару градусов нагреть или остудить. Таких людей было не очень много — примерно один из сотни.

Людей, попавших сюда из других миров, так и называли — перенесенные. Считалось, что перенесенный, подвергается чему-то вроде накачки эфиром, одновременно теряя способность им управлять, взамен приобретая дополнительные сорок-пятьдесят лет жизни и исцеление от мелких болячек. С учетом того, что местные спокойно доживали лет до ста — ста десяти, срок получался фантастический. Потомок человека из другого мира долголетия не получал, но вот «одаренным» был более сильным и, например, мог зажечь лист бумаги или подбросить на пару метров килограммовую гирю. Причем «сильный дар» часто передавался по наследству.

Такие эффекты местные считали следствием разницы в энергетике. Я же просто прикинула, что в ответ на резкое повышение концентрации при переносе эфирная основа живого организма начинает укрепляться, тем самым омолаживая тело и усиливая имеющиеся способности. Но из-за того, что организм не привык управлять настолько плотными и хаотично перемешанными потоками эфира, воспользоваться способностями не получалось. Зато потомки такой проблемой не страдали.

С регистрацией эфира электроприборами тоже все прояснилось. Технологических подробностей целитель не знал, но с его слов я поняла, что сильные хаотичные потоки постоянно вызывают каскад мелких случайностей, вроде пробоя диэлектриков в тонкой электронике. По этим сбоям, а еще по тому, как реагировали некоторые кристаллы на потоки Тьмы и Света и определяли плотность и «окрас» потока.

Поинтересовавшись почему меня назвали малефиком я нарвалась на еще одну лекцию. Если человеку не повезло попасть под сильный природный выброс темного эфира или просто родиться с соответствующей предрасположенностью, то его тело становилось своеобразным фильтром, рассеивающим большую часть «светлого» эфира, зато «темный» накапливался и преобразовывался. Такой человек мог случайно или, в редких случаях, преднамеренно, выдать «проклятие» — вспышку темного эфира, вызывающую что-нибудь нехорошее. Вариантов проклятий была масса: от прыща на лбу или депрессии до короткого замыкания или спонтанного разрушения материального предмета. Все усугублялось, если малефик был одаренным — вспышка могла быть не только сильная, но еще и накрывающая большую площадь, часто вместе с самим проклинающим. По счастью, в обоих случаях проклятие было только одного вида.

Когда целитель осторожно поинтересовался не случалось ли мне проклинать кого-то, а я на автомате выдала, что свела с ума парочку придурков, тот слегка побледнел, и заявил, что мне несказанно повезло с потерей способностей, иначе простым ограничивающим амулетом мне было бы не обойтись, потребовался бы подавляющий, и жить пришлось бы под постоянным наблюдением, возможно даже где-нибудь в малонаселенной области.

При слове «амулет» я тут же сделала стойку. Оказалось, что есть и те, кому повезло. Из «светлых» одаренных получались целители, способные не только снять негативные последствия проклятий, но и исцелить мелкие раны или ускорить процесс заживления сильных. Кроме целителей были еще и другие специалисты. Жрецы Храма Света, которые помимо регистрации браков, смерти и прочей полезной деятельности, занимались изготовлением и зарядкой различных амулетов. Сами амулеты изготавливались из некоего «светлого серебра» — природного сплава серебра с золотом, накапливающего в себе «светлый» эфир. А те одаренные, кто не пожелал связать свою жизнь с Храмом, создавали различные приборы, работающие с эфиром.

Ну и вишенкой на торте была эмпатия. Способности опять же различались по силе, но примерно каждый десятый мог в какой-то мере определять лжет ли ему собеседник.

С беспокоившими всех колебаниями оказалось все просто — они могли вызвать неприятные последствия в организме, например, постоянные мигрени.

Пока беседовала с целителем, постепенно пришла в норму, а когда меня освободили от капельницы, то смогла наконец нормально двигаться.

Часа через два утомленный мужчина ушел, а я попыталась переварить полученные сведения. И чем больше осознавала, тем сильнее сомневалась в окружающей реальности. Очнулась от размышлений, только когда в комнату вошла женщина с подносом. Водрузив его на столик возле кровати, она как-то осторожно, бочком выскользнула за дверь. На подносе обнаружились тарелка с кашей, похожей на овсянку, кружка чая и пара кусков хлеба. В животе заурчало, и я не стала разочаровывать организм. После еды меня стало клонить в сон настолько сильно, что можно было заподозрить наличие снотворного в еде.

Когда проснулась подноса уже не было. Его место заняла стопка из пары книг и нескольких брошюр. Покопавшись в них, я поняла, что мне нужны как минимум бумага и ручка, а лучше месячные курсы естествознания. Язык книг оказался русским, или очень похожим на него. Какие-то слова звучали как устаревшие, что-то было не похоже на русский вообще, особенно некоторые названия. Начертание букв тоже отличалось, хотя и не сильно, но в целом текст читался без проблем.

Начав с короткой брошюры, составленной, видимо, для таких как я попаданцев, выяснила, что названия времен года, месяцев и дней семидневной недели примерно совпадают с нашими. Сутки делились на двадцать четыре часа, а часы на привычные минуты и секунды, но отличались ли они от наших по продолжительности было неясно. В году было двенадцать месяцев ровно по тридцать дней.

Политическая карта представляла собой воплощенную мечту монархиста: Русская, Франкская и Ниххонская Империи, подмявшие под себя большую часть материка, несколько королевств и княжеств со странными названиями и парочка республик и торговых союзов.

Но это так, цветочки, а вот описание самого мира... Планета была чуть больше Земли, хотя изменений в силе тяжести я не заметила. Скорее всего сказывалось почти полное отсутствие тяжелых элементов. Несколько непривычная мне периодическая система сообщила, что все, что тяжелее свинца встречается тут в исчезающе малых количествах.

Материков было всего два: Нордо в северном полушарии и Соден — в южном. Оба размером примерно с Евразию. Но если карта северного материка и россыпи небольших островков вокруг, была достаточно подробной, то южный был представлен только контурами. Людей на Нордо немного — около миллиарда. Огромные территории не заселены вообще.

Еще я узнала почему у планеты такое странное название — из-за окружающего ее кольца мелких обломков... Которые периодически падали на планету... И, мать их за ногу, долетали. А чтоб падение болидов не вызывало массовых разрушений местные лет пятьсот назад придумали «эфирные щиты», накрывавшие города и крупные населенные пункты. И уже лет двести для обнаружения падающих болидов использовали специальные спутники на низкой орбите. Как это все вязалось с техникой уровня годов семидесятых двадцатого века я не представляла. Невольно вспомнилась Алиса с ее незабвенным: «Все чудесатее и чудесатее».

От раздумий меня отвлек Игнат.

— Просвещаетесь с утра пораньше? — поинтересовался он, входя в комнату.

Я с удивлением посмотрела на куратора.

— Девять утра. Мне сказали, что вы еще не завтракали и я решил узнать почему. — пояснил он.

— Так часов у меня нет, окон тут тоже нет. Я даже не знаю, что сейчас на улице, день или ночь. А завтрак мне никто не приносил.

— Прошу прощения, мой недосмотр. Целитель вчера предупредил сотрудников о ваших способностях, вот никто сюда и не заглядывает — защитные амулеты есть не у всех. За дверью дежурит один из оперативников, если вам что-то понадобится, просто постучите и попросите, вам принесут. Но постарайтесь лишний раз дверь не открывать — это нарушает защиту комнаты.

— Хорошо. Можно мне тогда завтрак, бумагу и ручку.

— Я попрошу. — кивнул Игнат и скрылся за дверью.

Через несколько минут в комнату вошел мужчина лет тридцати с подносом, на котором обнаружился тот же набор еды, что и вчера, дополненный парой тетрадей и толстой шариковой ручкой. Отметив про себя наличие наплечной кобуры и серебристой пластинки на цепочке, аналогичной той, что видела на целителе, я поблагодарила его и принялась за завтрак.

После завтрака набросала в тетради список найденных мной различий между Землей и Террой, и список непоняток, в основном по химии и географии.

Где-то через пару часов ко мне вновь заглянул Игнат.

— Разобрались? — кивнул он на книги.

— Не во всем. — покачала я головой. — Но некоторые вещи заставляют усомниться в окружающей действительности.

— Да, я читал в протоколах бесед с другими перенесенными, что многие сильно удивляются, услышав про эфир и одаренных. Сразу почему-то вспоминают сказки про волшебство.

— Я бы не сказала, что меня удивило именно это. Хотя некоторые вопросы требуют уточнения.

— Даже так? А что же вас удивило больше всего?

Я открыла тетрадь.

— Политическое устройство. У вас большинство стран являются различного вида монархиями. На это есть какие-то объективные причины?

— Так сложилось исторически. Легенды говорят о существовании на этой планете довольно развитой цивилизации уничтоженной какой-то сильной катастрофой около двух тысяч лет тому назад. Что именно произошло доподлинно не известно, кроме примерной даты и названия — Месяц тьмы. Местное население скатилось чуть ли не в каменный век. Потом здесь стали появляться люди из других миров. Зачастую обладая куда большими знаниями, чем местное население, многие из них становились достаточно важными людьми в различных группах. А их потомки, будучи сильными одаренными легко занимали места вождей. Они и стали первыми аристократами новой цивилизации. И, хотя развитие технологий привело к тому, что титулы и привилегии были окончательно упразднены около двухсот лет назад, от монархии почти никто не отказался. Вы позволите. — парень кивнул на мой список.

Я протянула ему тетрадь. Тот пробежал глазами по тексту и хмыкнул.

— Странные вопросы. Я могу понять, почему вас так заинтересовало отсутствие нормальных карт Содена, но чем вас удивила масса хлорума?

— Я не химик, но точно помню, что у нас масса аналогичного элемента примерно тридцать пять с половиной, а не ровно тридцать пять. Остальные цифры тоже, вроде бы, похожи на наши, только почти все без дробной части. А заинтересовало потому, что ответ на этот вопрос поможет мне понять нахожусь я в той же Вселенной или где-нибудь в параллельном мире.

— Вам известно такое понятие как «изотоп»? — спросил Игнат и продолжил после моего утвердительного кивка. — Так вот. Анализ костных тканей перенесенных и остатков болидов с высоких орбит показывает, что в нашем мире вещества состоят в основном из легких изотопов. Более того, со временем изотопный состав попавших сюда веществ меняется на аналогичный окружающему миру. То есть, это особенность нашей планеты.

— Обалдеть.

— А с картой южного материка все просто — там никто не сумел побывать. В океане постоянно бушуют штормы. Переплыть его пока просто не на чем — любое надводное судно тонет. Экспедиции на подводных судах не вернулись, и узнать причину нам не удалось — радиосвязь на таком расстоянии не действует. Перелет по воздуху тоже невозможен — на больших высотах всегда можно попасть под дождь из мелких болидов, обычно не долетающих до поверхности.

— Но вы пользуетесь спутниками уже лет двести.

— Если вы про сигнальные спутники, то это немного не то. Такой спутник состоит из специально выращенного кристалла и простейшей системы ориентации, разворачивающей его в определенное положение. Кристалл проецирует слабый эфирный щит, поддерживающий его на заданной высоте. Если щит спутника пробивается крупным болидом, то на землю подается радиосигнал, включающий купол над городом. Насколько мне известно, самым сложным в этой системе является кристалл, все остальное в основном механические детали.

— Все это звучит странно. Словно у вас технологии понадерганы из разного времени, а не развивались естественным путем.

— Так оно и есть. — улыбнулся парень. — Большая часть действительно получена от перенесенных в наш мир людей. Что-то является достоянием прежней цивилизации — те же эфирные щиты и амулеты.

— Хм. Ясно.

Игнат заглянул в список и пробежался по остальным моим вопросам, бормоча: «В этом я сам не очень разбираюсь. Это вам сможет рассказать только директор.» Потом поднял на меня удивленные глаза.

— Причем тут эльфы?

— Королевство Светлый Лес. Очень странное название, у меня ассоциируется только с эльфами. И пометка об отсутствии населения.

— Там вообще никто не живет. Ни люди, ни персонажи анимационных фильмов. А название... Вас же не удивило Княжество Стальных Скал.

— Удивило. Но я посчитала, что название связано с богатыми месторождениями железа в местных горах.

— Здесь тоже все просто. Лесов на нашем материке довольно мало и расположены они небольшими участками. Сейчас их конечно намного больше, чем пятьсот лет назад, но все их приходится защищать эфирными куполами, поэтому дерево до сих пор так ценится. А еще дерево — символ безопасности.

И тут до меня дошло.

— Погодите, падающие звезды, да? Болиды вызывают лесные пожары. И падают почти каждый год, не давая лесу вырасти. А на безопасных участках лес сохраняется. Наверняка люди сначала селились возле рощ и лесов?

— Примерно так и было. В степи кочевники, в лесу оседлые поселения и центры ремесел.

— Но если целую страну назвали Лесом, значит эти территории практически безопасны?

—Да. Звездный дождь задевает эти земли лишь краем. Таких территорий на самом деле не так уж мало, особенно ближе к северу. Но это сравнительно небольшие участки. На них обычно строились города. Например, на таком участке построена старая часть Столицы.

— А тут целое государство, пусть и небольшое, зато с теплым климатом. — я задумалась. — Представляю, как точили зубы на эту территорию соседи.

— О, поверьте, они и сейчас точат. Но тогда завоевать королевство никто не смог. Империям хватало своих проблем, а более мелким странам не хватило сил. Из-за обширной безопасной территории это государство могло позволить себе содержать солидную по численности армию. А значительные залежи светлого серебра позволяли легко защитить солдат от малефиков и большинства сильных одаренных. Потому Лес и Светлый.

— Вы говорите все время в прошедшем времени, словно там теперь радиоактивная пустыня, а название на карте осталось как напоминание.

— Не знаю, что за пустыню вы имеете в виду, а название действительно осталось как напоминание. Вся территория королевства накрыта темным эфиром такой концентрации, что люди без защитных амулетов умирают там почти мгновенно, да и амулеты спасают ненадолго.

— Очешуеть! Что ж там такое случилось-то?

— Странное выражение. — хмыкнул парень. — А случилось там сильнейшее смертельное проклятие, практически одномоментно уничтожившее все население страны.

На этих словах Рей и Ми, сидевшие до этого на подушке резко подались вперед, а Игнат напрягся, словно что-то почувствовал. Впрочем, может так оно и было.

— Но подробностей я не знаю. — резко закруглил он разговор и поднялся. Внимательно посмотрел на меня, но, видимо ничего не увидел. — Ладно, отдыхайте. Я зайду к вам чуть позже.

Глава 2

Ах это... Это волшебные браслеты.

Анимэ «Принцесса-волшебница Хана Шида» (Mahou no Princess Hana Shida)

Оставив меня переваривать услышанное, куратор ушел, а я повернулась к девочкам.

– Вы чего?

– Массовое проклятие, уничтожившее всю страну невозможно создать силами одного человека, каким бы одаренным он не был. – сказала Рей.

– Зато можно с помощью кого-то из сильных богов или с массовым жертвоприношением. Тысяч сто человек. – добавила Ми.

Я задумалась. Если все так, то маги тут есть, или были. А значит и мои способности никуда не делись, или по крайней мере не все, нужно только будет понять, что и как изменилось.

– Сто тысяч не нужно. Хватит пяти. Тут плотность эфира куда больше, чем на Земле. Можно даже убивать не сразу, а в течении нескольких лет, если подобрать подходящий материал для алтаря. – поправила ее драконесса.

– Не поняла, вы тут что, массовые жертвоприношения собираетесь устраивать?

– Мы просто теоретизируем, мистресс.

Я с притворным подозрением посмотрела на девочек, и их полупрозрачные фигурки напомнили мне о вчерашнем разговоре.

– Рей, ты говорила, что вас чуть не развеяло. Так почему вы сейчас не прячетесь в моем теле?

– Эта комната... Я не знаю, что за материал тут используется, но стены почти не пропускают эфир, а еще они немного фонят Светом.

– Я могу его поглощать, правда плохо. Но нам нужна и другая первооснова, хоть чуть-чуть. – добавила Ми. – А то, что осталось от силы старого колдуна, мы решили пока не трогать. Все равно надолго ее не хватит.

– Та-ак. И вы молчали. Значит, когда меня выпустят, вы снова вселитесь в меня, а когда ваши силы иссякнут...

– Без хорошего домена нас скорее всего развеет. – развела лапками Рей.

У меня внутри все похолодело и пришлось резко глушить эмоции.

– Той силы, что у нас сейчас есть хватит на новый домен?

– Нет. То есть хватит на совсем маленький, но для якоря понадобится хороший материальный носитель. Бумага или даже металл не подойдет. Можно сделать домен из этой комнаты, но тогда мы не сможем ее покинуть, да и долго не протянем – темного эфира тут нет.

Проблема была серьезной, если не сказать критической. Якорь должен хорошо взаимодействовать с эфиром, и в то же время экранировать сильные потоки, давая защиту. Ничего подходящего в голову не приходило. Я по привычке сложила руки в мудру концентрации и в задумчивости пробежала взглядом по пальцам. Хм.

– Рей, а мое тело для якоря подойдет? Вы же в нем прятались.

Драконесса внимательно оглядела меня.

– Пожалуй, подойдет. Даже отлично подойдет. Если мы напишем на тебе заклинание контракта, то твое тело сможет послужить нам доменом. Вот только... Сергей, – Рей, видимо от волнения, назвала меня старым именем. – тебе будет больно.

– Потерплю.

– Ты не понял. Тебе будет больно каждый раз, когда мы будем хоть что-то делать за пределами домена. Даже просто общаться с тобой. По крайней мере пока не восстановим силы и не уравняем разницу в давлении эфира внутри и снаружи домена. А для этого нужен будет упорядоченный эфир.

– А жертвенная еда? – когда стало понятно, что решить проблему можно, мозг заработал быстрее, перебирая все доступные варианты.

– Подойдет, но воспользоваться мы ей сможем не скоро, и эффект будет едва на десятую от обычного.

– Лучше, чем ничего. Значит нужно, когда устроюсь, сделать вам жертвенник. – поставила я галочку в памяти и оглядела себя.

– Насколько я поняла болеть будет в первую очередь то место, где мы нанесем нужные руны?

– Да, и это должна быть достаточно большая часть тела, знаков будет много. А еще их лучше будет замкнуть в кольцо.

– То есть либо поясница, либо бедро. Стоп, вы же через домен будете поглощать силу, а здесь только две первоосновы. Если кольцо будет одно, то будут проблемы.

Через полчаса основа рунной цепочки была готова, оставалось решить, чем их чертить – шариковая ручка для этого не подходила. Я постучала в дверь. В комнату заглянул тот же мужчина, что приносил мне завтрак.

– Не могли бы вы достать мне чернила или тушь и ручку с широким пером или кисточку для каллиграфии.

Тот кивнул и закрыл дверь. Через двадцать минут я стала обладательницей пузырька туши и ручки с металлическим пером. Листа три мы исписали знаками, прежде чем смогли разделить цепочку на две части не нарушая функциональности. Оставалось только этот рисунок нанести.

– А ведь я сама это не нарисую чисто физически. И просить кого-то постороннего нельзя.

Выход из положения предложила Ми.

– Мистресс, помните, как мы делали амулеты против духов. Я могла рисовать теми чернилами не прикладывая усилий.

– А волоски мы ваши сможем сюда поместить?

– Только если мы соберём почти всю силу в одной точке для материализации. – ответила Рей.

– Значит попытка всего одна. Готовы?

Девочки кивнули и сменили форму на человеческую. Я закатала рукава пижамы, прокусила кожу на пальце и капнула кровью в тушь. Секунду спустя туда упали два тонких волоска. А потом бледные силуэты двух девушек синхронно окунули в пузырек пальцы с острыми коготками и стали чертить на моих руках руны. В этот момент я и осознала, почему шаманы предпочитают держать духов в бубнах, а маги в различных предметах. Каждый знак жег кожу, и чем ближе рисунок был к завершению, тем сильнее. Наконец цепочки рун были готовы. Я вдохнула и синхронно с фамильярами стала читать нужное заклинание. Окружающий эфир медленно пришел в движение, часть силы вытекала из моего тела, усугубляя и без того не самое хорошее состояние. Когда заклинание было дочитано, цепочки знаков с моих плеч пропали вместе с девушками. Остались лишь имена, по привычке написанные эльфийскими рунами. Я потерла саднящую кожу, но буквы даже не смазались. Послюнявила палец и повторила попытку– руны не стирались. Мысленно махнула рукой и опустила закатанные рукава. Тут дверь распахнулась, и в комнату влетел Игнат, а у меня перед глазами все помутилось.

Очнулась я в кровати от запаха нашатыря.

– Сейчас она очнется. – услышала я голос целителя. – А вам, молодой человек, следовало открывать двери осторожно. Я же ясно сказал, что девушка – малефик. Раз сработала сигнализация, значит произошел выброс.

– Но защита…

– Девушка и так была в шоке после переноса и почти суток на снотворном, а вы, вместо того, чтоб подождать пару дней, сразу устроили ей допрос, а потом вывалили на нее целую кучу сведений. Поставьте себя на ее место. Вы просыпаетесь в комнате без окон с железной дверью. Вас допрашивают, а потом заявляют, что вы в другом мире. Утром не кормят. Завтрак ей небось принес оперативник? Ну вот, и поесть вам приносит дюжий молодец, вооруженный и с амулетом Храма на шее. Девушка перенервничала, и случился выброс. Естественно, защита слегка просела. После выброса, да еще и в этой комнате, ее тело должно поглощать эфир постепенно, вы же мало того, что распахнули дверь, так еще и с активным амулетом сюда ввалились. А мне теперь придется звать коллег и чертить здесь звезду света.

* * *

Игнат поморщился, глядя вслед уходящему целителю. Как же, «слегка просела»… Да тут не слегка, а почти полностью, словно там не обычный малефик сидит, а одаренный, да еще и не самый слабый, вроде той молодой стажерки, меняющей подавляющие амулеты раз в месяц. А он, дурак, обрадовался первому ответственному заданию. И в инструкциях, выданных в архиве, все было понятно – объяснить, что мир другой, ответить на возникшие вопросы, поинтересоваться профессиональными знаниями и подобрать возможное место работы. При необходимости придумать подходящую легенду.

На деле все пошло не так почти сразу. Девушка мало того, что оказалась малефиком, так еще и остаточные колебания эфира, вызванные переносом, не стихали уже три дня, а подолгу находиться в комнате с подавителем ему, как и другим одаренным, было неприятно. Хорошо еще, что он успел провести начальный опрос до того, как подопечная полностью пришла в себя, иначе для получения правдивых ответов пришлось бы ждать, пока ее не переведут в другое помещение. На этом успехи закончились.

Объяснять вещи, известные еще чуть ли не с детского сада, оказалось вовсе не так легко, как казалось на первый взгляд. А после слов целителя о способностях перенесенной пришлось срочно писать докладную и организовывать охрану. Забегавшись, он забыл зайти к девушке и предупредить о дежурном за дверью.

Поведение подопечной было странным. Если первый ее вопрос о лисах можно было списать на остаточное действие снотворного, то вопросы про монархию и эльфов откровенно удивили. Вместо того, чтоб интересоваться нравами и бытом, чем по идее должна интересоваться девушка ее возраста, она хотела знать, как работают амулеты, каким образом проецируется эфирный щит и как защищают электронику. По словам целителя, спокойно отнеслась к тому, что лишилась способности управлять эфиром, пусть и слабой, но которой, как сказали жрецы, ранее несомненно активно пользовалась. Так же спокойно отреагировала на статус малефика, даже когда ей объяснили, что это значит. Зато после рассказа о произошедшем в Светлом Лесу эфир вокруг нее резко всколыхнулся, и Игнат чуть не бегом выскочил из комнаты, решив, что сейчас попадет под проклятие. И лишь пять минут спустя сообразил, что в комнате с подавителем, да еще и с защитным амулетом на шее, любой выброс был безвреден.

А через два часа после его ухода по этажу раздался звон тревоги. Подбегая к комнате, куда поместили перенесенную, он успел заметить, как гаснут знаки света на стене, и, распахнув дверь, едва успел подхватить падающую девушку. Пришлось срочно вызывать Шана, который, после обследования подопечной, тут же отчитал его, как маленького. И в чем-то, возможно, был прав.

Пока подопечная приходила в себя Игнат успел перекинуться парой слов с дежурившим оперативником. «Интересно, зачем ей тушь?» Он открыл одну из выданных девушке тетрадей. Несколько страниц были исписаны странными, смутно знакомыми знаками. И от надписей, и от баночки с тушью словно тянуло легчайшим сквозняком, как будто кто-то из слабых одаренных пытался толкнуть его волной эфира. «Неужели выброс был настолько сильным, что остаточные проявления сохранились до сих пор?» Он поднял баночку, покачал. «Тушь самая обычная, да и откуда здесь взяться специальной?»

Пока Игнат размышлял над этим вопросом, остаточный след затух, а девушка наконец открыла глаза и глухо застонав схватилась за голову.

– Япона мать! И что это было? – простонала она.

– Я бы тоже хотел об этом узнать. Что вы пытались сделать? – он показал девушке тетрадь и добавил наугад. – Это ведь не простые буквы.

– А. Это расчеты для одного эксперимента. С эфиром.

– Судя по вашему виду, вы его пытались провести, и прошел он неудачно. – не сдержавшись съязвил парень.

Девушка замерла на секунду, словно к чему-то прислушиваясь. Поморщилась и задрав рукав пижамы потерла плечо, на котором парень с изумлением увидел странные округлые символы, нанесенные, видимо, той самой тушью.

– Эксперимент прошел удачно. А вот что случилось, когда вы сюда влетели…

– Резкое наполнение тела эфиром с другими свойствами и концентрацией. – раздался от дверей голос вернувшегося в сопровождении двух жрецов целителя. – Теперь мне понятно, почему остаточные колебания держались так долго. Ваше тело на удивление хорошо удерживает эфир. На ваш эксперимент ушли остатки, которые вы перенесли из своего мира, тем самым опустошив вас. Ну а когда дверь в комнату резко распахнули, нарушая защиту, вы оказались под большим давлением эфира нашего мира, со всеми вытекающими для вас последствиями в виде обморока и окончательной потери способностей к управлению эфиром. Игнат, проследите, чтоб нам никто не мешал. А вы, девушка, сядьте на кровать. Приступим, коллеги.

Игнат с облегчением вздохнул и вышел из комнаты.

* * *

Голова болела настолько, что я невольно выругалась. И тут же нарвалась на вопросы от куратора. Помня об эмпатии, на всякий случай, решила отвечать честно. Вообще в этом мире, насколько я поняла, врать нежелательно, по крайней мере если не уверена, что собеседник не умеет отличать ложь от правды. После вопроса результатах эксперимента я попыталась позвать девочек. Ответ получился сразу двойной – слабый эмоциональный отклик от Рей и резкое жжение в правом плече. Невольно почесав заболевшее место, я заявила, что все в норме и поинтересовалась почему меня вырубило после ритуала. Ответ получила от целителя, вошедшего в комнату в компании мужчины и женщины в странных белых накидках, напоминающих длинные, до коленей, жилеты. Я задумалась. В принципе целитель был прав, за исключением того, что передвижения моих фамильяров здесь принимали просто за необычные колебания эфира, что для местных, никогда не контактировавших с духами, было простительно.

Пока я размышляла над словами целителя, меня загнали на кровать, а Игната отправили погулять снаружи. Целитель и пришедшие с ним сдвинули мебель и стали что-то чертить на полу. Отвлекшись от размышлений я с интересом стала наблюдать за их работой. И по мере продвижения этой работы, мои глаза открывались все шире. На полу чем-то вроде мела с серебристым отливом, была вычерчена гексаграмма из двух равносторонних треугольников, в центре которой оказалась моя кровать. Затем дверь в комнату закрыли, а вставшие в вершинах одного из треугольников люди и что-то зашептали и развели руки в стороны. Эфир в комнате стал стекаться к линиям звезды. Я, как завороженная, слезла с кровати и подошла к одной из линий. И тут в моем сознании раздался писк Ми: «Еда!», а скопившийся в линиях рисунка эфир начал перетекать по моим рукам к надписям на плечах, впитываясь в буквы. Кожу тут же стало припекать. Я едва не отшатнулась, но сообразив, что именно происходит, присела и положила обе ладони на линию рисунка. Через пару минут все закончилось, я подняла глаза и натолкнулась на один удивленный и два настороженно-заинтересованных взгляда.

– А скажите нам, девушка, – обратилась ко мне женщина. – что это у вас на руках?

– Результат моего эксперимента. Неожиданный.

Я обнажила надпись на левом плече, подула на кожу и вновь попыталась стереть буквы. Безрезультатно.

– Вы позволите? – обратился ко мне мужчина.

– Да, пожалуйста. Только перед тем, как что-то делать, предупредите меня об этом.

– Я пока только посмотрю.

Мужчина внимательно вгляделся в символы, провел над ними ладонью и удивленно хмыкнул, потом обернулся к женщине.

– Почти ничего не чувствую. Но это точно не татуировки Храма. Символы мне не знакомы. – потом посмотрел на меня. – Что тут написано?

– Имена. Извините, но произносить их я не буду, в моем мире такие вещи не принято говорить посторонним. – ответила я, старательно держа в уме некоторые сведения из гоэтии. Как-то повлиять на моих фамильяров, зная их имена, было нельзя, но рассказывать посторонним о Рей и Ми я не собиралась.

Пришедшие с целителем мужчина и женщина обменялись многозначительными взглядами, но настаивать не стали.

– Вы знаете, что именно сейчас произошло? – поинтересовался у меня мужчина.

– Насколько я поняла, вы хотели провести магический ритуал, позволяющий очистить помещение от остатков энергии, собрав ее в рисунок. А мои, хм, – я всмотрелась внимательно в надпись на плече, – татуировки впитали все, что было собрано рисунком. Извините если все испортила, я не нарочно.

– Вы правы почти во всем, кроме одного. Это вовсе не магия. Методы взаимодействия с эфиром вполне объяснимы научно.

Я пожала плечами.

– А вы не согласитесь на еще один небольшой эксперимент? – неожиданно поинтересовалась женщина.

– Какой именно?

– Я направлю немного светлого эфира на вашу татуировку.

– Давайте попробуем.

Женщина открыла дверь и, подойдя ко мне, приложила ладонь к моему плечу. Сосредоточилась. Кожу опять стало припекать, а где-то на границе сознания послышалось довольное мурлыканье кошки. Через минуту женщина отстранилась и внимательно присмотрелась к знакам. Повторила манипуляции мужчины.

– Ничего не понимаю. Весь эфир просто впитался в символы. Что вы чувствуете при таком воздействии?

– Кожу сильно жжет. Но со звездой было больнее.

– Коллеги, – вмешался целитель. – давайте мы оставим девушку в покое. Она сегодня уже перенесла потерю сознания. И объясните мне, что именно произошло, а то я и половины не понял. Все-таки у меня несколько другая специализация.

– А что тут объяснять? Татуировки, проявившиеся у девушки после ее эксперимента, поглощают эфир. Причем, подозреваю, что и светлый, и темный одинаково хорошо.

– То есть, никакие ограничивающие амулеты ей не нужны?

– Я не знаю пределов насыщения рисунков, но пока они не достигнуты, девушка, можно сказать, все время находится в звезде подавления. Правда не в стационарной, как здесь, а в обычной. Я бы порекомендовал оставить ее здесь на пару дней, но двери, по возможности, держать открытыми. Если в ближайшее время никаких изменений не наступит, то ее можно будет смело отсюда выпускать.

– Вот и замечательно! – обрадовался целитель и повернулся ко мне. – Отдыхайте. Если вдруг вам станет плохо, попросите вызвать меня. Дверь мы оставим приоткрытой. Дежурного я предупрежу, чтоб вас не беспокоили.

Глава 3

Миленько... Это что, школьная форма?

Анимэ «Принцесса-волшебница Хана Шида» (Mahou no Princess Hana Shida)

День меня не трогали. Правда дверь почти все время была приоткрыта, но я не особо обращала на это внимание — санузел здесь в отдельном помещении, пижама на мне из плотной ткани, а если кому-то нравится наблюдать за валяющейся на кровати девушкой, так мне не жалко. Вспомнила, что техника безопасности для мага — все и, как смогла, испортила свои почеркушки в тетради. Тушь хоть и выдохлась, но хрен его знает, как поведут себя мои записи в здешних потоках эфира.

Попробовала поговорить с Рей, услышала в ответ: «Сил нет. Мы спим.». Потерла заболевшее плечо и попыталась прогнать по нему энергию. На секунду показалось, что эфир в теле начал подчиняться, но где-то внутри услышала «Мр-р-р», почувствовала, как энергия стремительно исчезает и скривилась от боли уже в другом плече. Кажется, голодная кошка не сможет себя контролировать, пока хоть чуть-чуть не восстановит силы.

Внимательно рассмотрела рисунок на полу. Начертили его мелом, но с вкраплениями какого-то серебристого вещества, как бы не того самого светлого серебра. Но, на просачивающийся через открытую дверь эфир, рисунок не реагировал. К полудню следующего дня мне стало скучно — книги все были прочитаны и по большей части проанализированы, списки вопросов для уточнения составлены. Просто сидеть мне было лень, и я обратилась к дежурному оперативнику с просьбой.

* * *

«Вот уж кто только рад проблемам с этой перенесенной» — думал Игнат, слушая доклад жреца.

— ...Нужно будет провести еще несколько экспериментов, и, если теория моей коллеги подтвердится, то девушку можно смело выпускать. Ни ей, ни окружающим амулеты не понадобятся. — закончил свой доклад Артур.

— Что ты можешь добавить к сказанному, Игнат? — спросил директор.

— Почти ничего. За пару часов до сигнала тревоги подопечная попросила принести ей тушь или чернила и кисть или ручку для каллиграфии. Когда я спросил, что она пыталась сделать, ответила, что проводила эксперимент с эфиром. Ах да, мне показалось, что рисунки в тетради и флакон с тушью излучали слабый фон, но длилось это буквально минуту, потом фон пропал.

— Что за рисунки?

— Странные знаки. Не такие, как у нее на плечах. Более резкие и прямые. Похожи... — Игнат огляделся, взгляд упал на амулет жреца. —Точно, на знаки Света похожи.

— Интересно. — подвел итог директор. — Девушка, которая, после переноса вообще не должна быть способна к манипуляциям с эфиром, умудряется проводить с ним какие-то эксперименты. В комнате со стационарным подавителем. Используя обычную, а не специальную тушь. И после этого на ее руках появляются татуировки, работающие как ограничивающие амулеты, только для обоих видов эфира, а защита комнаты проседает наполовину.

— Обычный набор случайностей. — махнул рукой жрец. — Как уже говорил наш коллега Шан, тело девушки хорошо удерживает эфир, который она и захватила с собой из своего мира. Из тела он вытеснялся небольшими порциями, отсюда и колебания, которые мы приняли за остаточные. Поместив девушку в стационарный подавитель, мы не дали этому эфиру быстро рассеяться, и девушка на какое-то время сохранила свои способности, которыми и воспользовалась. Не знаю добивалась она этого специально или нет, но результат получился для нее очень удачным. По поводу туши ничего сказать не могу. Самая обычная тушь, никакого отклика на эфир. Возможно молодому человеку просто показалось. Кстати, знаки в ее тетради действительно похожи на знаки света, но большая часть последовательностей мне не знакома.

Директор постучал пальцами по столу.

— Набор случайностей, значит? И надписи у нее на руках — это имена, да? Игнат, а пригласи-ка ты эту девушку ко мне завтра утром.

— Хорошо, господин директор. Только.... Кроме пижамы и нижнего белья у девушки нет одежды.

— А вот это твоя недоработка как куратора. Зайди на склад, пусть подберут что-нибудь подходящее или спроси у наших стажеров.

Решив не откладывать поиск одежды на завтра, Игнат отправился сразу на склад, благо все мерки с девушки были сняты еще при обследовании. И не прогадал. Ничего подходящего по размеру на складе не нашлось. Единственное, что боле или мене подходило — комплект формы для гимназии, заказанный той самой стажеркой, которую он недавно вспоминал. И она забрала ее пятнадцать минут назад. Пришлось составлять срочный заказ, а потом разыскивать девчонку и просить одолжить одежду. К счастью, та легко согласилась.

На подходе к комнате подопечной Игнат услышал лёгкий шум и звон гитарных струн. А потом знакомый голос объявил: «А теперь „Бедненький демон“, слова и музыка Мартиэль, исполняю я». Зазвучала простенькая бодрая мелодия и девушка запела.

«Ну что уставились, как будто и не ждали?

Чего попрятались на крыше и в подвале?

Вот мода — прежде вызывать,

Потом не знать, куда девать!

Копыт, рогов и крыльев что ли не видали?»

Парень протолкался между стоящими перед дверью оперативниками. Оказалось, что играла на гитаре сама перенесенная, а не кто-то из дежурных.

«Ну вы маньяки, я скажу вам это прямо!

Кто вас учил чертить такую пентаграмму?!»

Многозначительно кивнув на звезду света, так и не стертую с пола, девушка продолжила.

«Так результаты налицо,

Что нет меж вами Пикассо,

Хоть вы и хряпнули на рыло по сто граммов.»

Заметив Игната, она прервалась и слегка склонила голову.

— Здравствуйте, господин куратор. Что привело вас в эту скромную обитель в столь ранний час?

— Здравствуйте. — он протянул ей сверток. — Здесь одежда. Переодевайтесь, вас хочет видеть директор.

Кто—то из оперативников присвистнул. Девушка отложила гитару, встала с кровати и, подхватив свёрток, ушла в уборную. Через пару минут дверь приоткрылась, и подопечная выглянула в комнату.

— Игнат, я извиняюсь, но вы что, раздели школьницу?

За спиной послышался чей-то смешок. Игнат почувствовал, как щеки потеплели.

— С чего вы взяли?

— Так размер не мой. Как одеваются парни из оперативного я знаю. Жрецов и целителей тоже видела. Да и ваш костюм мало напоминает то, что вы мне выдали. И выглядит это все более или менее похоже на то, что носят у нас. Это же, — она тряхнула пиджаком. — явно школьная форма.

— Это форма ученицы гимназии, единственное, что было на складе подходящего размера.

— Понятно. — кивнула девушка, скрываясь за дверью.

Пару минут спустя она вышла. Оглядела себя, поправила юбку.

— Нда. Юбка, как мне кажется, должна быть ниже колена. Так что девочка, с которой это сняли, примерно сантиметров на пять меня ниже, хотя грудь у нее побольше моей. Дайте угадаю, та, которой предназначалась форма, младше меня минимум на полгода.

— Это вы по размеру груди и длине юбки определили?

— Да нет, просто не учатся в школе девочки старше восемнадцати.

— В гимназии обучаются до совершеннолетия, то есть до двадцати лет.

— Получается я по вашим законам еще несовершеннолетняя. Ну и ладно. — махнула рукой девушка, подхватила с кровати гитару и протянула одному из оперативников. — Джон, благодарю.

— Не за что. — кивнул тот и забрал инструмент. — С тебя текст и аккорды.

— Если вернусь, накропаю.

Игнат повел девушку за собой. До третьего этажа они шли молча. Девушка с интересом оглядывалась, периодически щурясь. На третьем этаже она вдруг остановилась перед окном.

— Игнат, а какое сейчас время года?

— Лето. Десятое августа.

— Теперь понятно, почему мне не вернули мою одежду. Я-то из своего мира пропала зимой.

— Не вернули потому, что при вас вообще ничего не было, ни одежды, ни вещей.

Девушка задумчиво кивнула и пошагала дальше.

— Эх. Вещей жаль. Особенно ежедневника. Кстати, а как обращаться к вашему директору?

— Владимир Игоревич, но обычно просто «господин директор».

Спустя пять минут они уже сидели в приемной. Долго ждать вызова не пришлось.

* * *

Нда. В свете последних событий и недоступности Рей с ее памятью, книга теней бы очень пригодилась. Но чего нет того нет. Игнат отвел меня в довольно просторную приемную, а спустя пару минут нас пригласили в кабинет. Ну что сказать? Обстановка внушала — кожаные кресла, стол для совещаний и стол директора из белого со странным серебристым отливом дерева, стены тоже отделаны деревянными панелями. С учетом и того, что мне рассказали о стоимости древесины Игнат и парни из оперативного, цена оформления... не серебро с золотом, но тоже не дешево.

— Игнат, подожди пока в приемной. — обратился к моему сопровождающему высокий мужчина, выглядящий лет на пятьдесят и явно не брезгующий спортзалом. Потом внимательно оглядел меня и кивнул на кресло. — А вы присаживайтесь.

Я выбрала кресло напротив директорского стола. Шутить почему-то расхотелось, а еще стали слегка зудеть татуировки на руках.

— Знаете, Александра, вокруг вас полно удивительных совпадений. Вы знаете, что появились в нашем мире минимум на пять лет раньше срока?

— Не знала. А что, есть какая-то четкая периодичность?

— Обычно между переносами проходит примерно двадцать — двадцать пять лет, а с момента последнего зафиксированного, прошло всего пятнадцать. Такое случается, но крайне редко. А еще при вас не было никаких вещей, даже одежды. Это тоже бывает, но, опять же, крайне редко. На этом череда случайностей не заканчивается. Попав в наш мир, вы не теряете своих способностей сразу. Более того, вас случайно помещают в единственное место в столице, где вы этими способностями вообще можете воспользоваться, что и проделываете с результатом, который, если теория моих подчиненных подтвердится, будет для вас иметь очень интересные последствия. В чем-то даже положительные. Вы как-то можете это объяснить.

— Разве что перенос. — развела я руками, — Но во вмешательство богов вы ведь не поверите.

— Не поверю. Все проявления божественных сил связаны либо с деятельностью одаренных, либо простые случайности.

— Не стану с вами спорить. — покладисто согласилась я.

— Подкинули вы мне задачку. — директор постучал пальцем по папке, лежавшей на его столе. — были бы вы младше, я бы просто отправил вас учиться. Были бы мужчиной — можно было бы отправить вас к оперативникам. А с вашей профессией вас даже в научный отдел не отправить.

— Господин директор, а почему вы вообще занимаетесь этим вопросом? Не проще поручить меня подчиненным, и, если я не представляю никакой ценности, просто отправить меня на улицу.

— Не проще. Во-первых, перенесенные у нас редкость, и сами того не зная могут обладать какими-то уникальными знаниями. А во-вторых, я уже допустил один раз такую ошибку, и последствия, считаю весьма неприятными. Хотя многие со мной не согласятся.

— Если не секрет, что случилось?

— Да какой тут секрет. — пожал плечами мужчина. — В прошлый раз в наш мир попал ваш соотечественник. Некто Михаил Матвеев. Возможно он вам известен. Нет? Так вот, этот молодой человек тоже казался бесперспективным — недоучившийся студент без толковых знаний и опыта. Уж не знаю, по какой именно причине он начал писать книги и сценарии для анимационных фильмов, но его работы приобрели довольно широкую известность. В первую очередь благодаря легкому и необычному сюжету. А поскольку в большинстве из них дело происходило в Ниххонской Империи, то буквально через полгода несколько книг и сценариев были переведены на ниххонский. Спустя месяц он получил приглашение в одну из известных студий, а еще через год — статус почетного гражданина. С тех пор анимационная продукция Ниххона занимает примерно треть всего эфирного времени нашего телевидения. Что творится в самом Ниххоне я даже не представляю.

Я потерла лоб.

— Вы хотите сказать, что у вас анимэ показывают восемь часов в сутки? Ночь Предвечная, куда же меня забросило!

— Вижу вы прониклись. — кивнул директор. — Беда в том, что эти анимационные фильмы оказывают большое влияние на культуру. А уж что творится с нашими подростками...

— Я вам искренне сочувствую. И нет, я не собираюсь писать книги и сценарии для фильмов.

— Надеюсь. В общем после этого случая я решил, что лучше лично познакомиться с перенесенным к нам человеком и проконтролировать его жизнь хотя бы в течение года. Так что не обижайтесь, но следующая неделя для вас будет весьма напряженной. А сейчас, будьте любезны, пригласите ко мне Игната и подождите его в приемной.

Я кивнула и поднялась с кресла.

* * *

Игнат с подопечной появился к десяти. Девушка была одета в форму гимназистки с чужого плеча. Да, парню еще учиться и учиться. Но в то же время эта форма навела на одну идею. Побеседовав с девушкой минут двадцать, директор пришел к определенным выводам.

— Игнат, с завтрашнего дня проведем всестороннее тестирование твоей подопечной. Пусть ее проверят оперативники, зайдите в научный и к Марте. И не забудь о моих коллегах, они очень хотели проверить ее татуировки. Через неделю собери людей на совещание — с девушкой нужно что-то решить. Одна идея у меня есть, но следует уточнить, насколько она реализуема.

* * *

Спустя неделю перед директором сидели четверо.

— Сперва вы, Илона. Что с ее татуировками.

— Пределов насыщения рисунков мы так и не выяснили. Сама девушка тоже не смогла ничего внятно ответить. По ее словам, предела как такового не существует, в отличие от пропускной способности. По свойствам рисунки аналогичны звезде подавления. Гасятся практически все эфирные воздействия, даже проклятия, — женщина кивнула на оперативника. — вплоть до третьего класса включительно. Выше мы не рискнули проверять — опасно и болевые ощущения слишком сильные. Мое мнение — никакие амулеты девушке не нужны. Более того, в ближайшее время от них ей лучше держаться подальше — на одном из защитных она погасила знаки просто взяв его в руки. Но, опять же, по ее словам, со временем она сможет ограниченно контролировать эту способность.

— Что за эксперимент она проводила выяснили?

— Утверждает, что пыталась создать какую-то защиту, но именно такой результат не планировался. Кстати, часть знаков, которые она использовала напоминают Знаки Света не только внешне. Она заявила, что разобралась в нескольких связках и предложила провести эксперимент по защите электроники. На днях попробуем испытать на радиотелефонах. Самое интересное, что свои «рунные цепочки» она предложила заполнить не только светлым, но и темным эфиром.

— Надеюсь вы не решились спровоцировать у кого-то из работников выброс?

— Нет. По ее словам, достаточно просто вообразить нужное действие и повторять его в течение недели.

— Думаете стоит ее отправить к вам?

— Возможно. Если эксперимент даст положительный результат, то либо к нам, либо в научный отдел.

— А что скажет нам научный отдел?

— Ничего интересного. — подал голос, сидевший рядом со жрицей мужчина. — Девушка неплохо образована, примерно на уровне третьего курса академии, но профессиональные знания не применимы к нашим технологиям. Ничего нового или необычного она нам тоже не сообщила. Разве что ее очень заинтересовали технологии щиты и спутники. Впрочем, если эксперимент с защитой электроники будет удачным, то я не буду возражать.

— Вы, Джон чем нас порадуете.

— Интересная девушка. Немного сильнее, чем должна быть девушка ее возраста и телосложения. Неплохая реакция и скорость. Обладает навыками рукопашного боя, но без всякой системы, просто набор приемов. Хорошо управляется с метательными ножами, но ножевой бой ниже среднего. Фехтовать не умеет. С огнестрельным оружием знакома в теории, но результаты тоже невысокие. Умеет контролировать эмоции. Неплохо играет на гитаре и поет. Песни, правда странные, как и чувство юмора, но это неудивительно. Я бы взял ее к нам, особенно с учетом озвученных уважаемой Илоной особенностей, но пока воздержусь.

— Почему?

— Есть такое ощущение, что с головой у нее не все в порядке, но конкретно ничего сказать не могу.

— Даже так... Марта?

— Соглашусь с Джоном. — кивнула молодая женщина. — Со здоровьем у девушки проблем нет, за исключением последствий неизвестной операции. Зато психикой у девушки явно не все ладно.

— В чем это выражается?

— Во-первых, поведение: она может общаться с вами на равных, даже слегка хамовато, а спустя мгновение выдать что-нибудь высокопарное в стиле старой аристократии. Во-вторых, у нее явно проблемы с сексуальной ориентацией. По крайней мере на меня она смотрела с явным интересом, в то же время к мужчинам она относится равнодушно.

— Точно. — вмешался Джон. — А я-то думал, что же еще цепляет? После спарринга у нее взгляд как у парня — абсолютно равнодушный. Девчонки так не смотрят.

— А у девушки вы об операции и сексуальной ориентации спрашивали?

— Нет, посчитала это не тактичным. Думаете она бы мне ответила?

— Сейчас узнаем. — директор нажал клавишу селектора. — Игнат, зайдите ко мне с Волковой.

Спустя минуту дверь открылась и в кабинет зашли Игнат с девушкой, одетой на этот раз в форму оперативника.

— Здравствуйте, Александра. Присаживайтесь. У моих сотрудников, проводивших ваше тестирование, появились к вам некоторые вопросы.

Глава 4

К воздействиям первого уровня относятся: проклятие неодаренным малефиком, воздействие обычного одаренного. Для защиты приборов используется тонкая крупноячеистая сетка из светлого серебра.

Кассандра Нокс. «Создание и использование амулетов в полевых условиях.» Департамент Имперской Безопасности. ДСП.

— Здравствуйте, Александра. Вы уже завтракали? — поинтересовался у меня куратор, вваливаясь ко мне с утра пораньше.

— И вам не хворать. Завтракала.

— Тогда собирайтесь, сейчас зайдем на склад, тренировочный костюм наверняка уже готов, а может и еще что-то есть. Потом к жрецам, а если успеем, то заглянем к оперативникам.

Я согласно кивнула и отправилась в санузел переодеваться. Минут через пять мы уже шагали по коридору.

На складе мне выдали комплект, напоминающий полевую военную форму: легкая куртка, штаны и футболка из тонкой плотной ткани. В довесок ко всему этому шли высокие кеды, еще один комплект нижнего белья и пара плотных топов. К вечеру пообещали снабдить формой оперативника, чем несказанно порадовали — ходить в школьной форме с чужого плеча и тапочках надоело.

Место обитания жрецов я почувствовала еще на подходе к отдельному крылу, которое они занимали. Кожу на правой руке, где размещалась рунная цепочка, ответственная за поглощение светлого эфира, стало слегка припекать. На входе в зал, расчерченный несколькими кругами с разными фигурами и сильно напоминающий ритуальный, меня взяли в оборот уже знакомые мужчина и женщина.

Часа два Артур и Илона, ни фамилий, ни отчеств оба не назвали, гоняли меня по разным частям зала из одного круга в другой, производя разные проверки. Как мне объяснили, так обычно испытывают новые амулеты. В результате выяснилось, что я могу выдерживать довольно сильный поток эфира. Но если при слабом воздействии просто слегка жжет кожу, то по мере усиления начинало болеть все тело.

— Ну что же, — подвёл итог Артур, разглядывая мое побледневшее лицо и закушенную губу. — до третьего уровня вы воздействие выдерживаете. Дальше испытывать не будем — это и опасно и, подозреваю, болевого шока вы не выдержите.

Илона положила руку на мое плечо и сосредоточилась.

— Нет. По-прежнему почти никаких ощущений. Словно все проваливается в никуда. Как вы умудрились добиться такого эффекта?

— Именно такого я не добивалась. Это должна была быть защита от внешнего эфирного воздействия. Но, надеюсь со временем болевые ощущения снизятся, а я смогу хотя бы частично контролировать эту способность.

Я покосилась на лежащий на столе амулет, руны на котором погасли, стоило мне только взять его в руки, чтоб рассмотреть поближе пока жрецы готовили очередной круг.

— Надеюсь. — кивнула Илона. — Кстати, чем он вас так заинтересовал?

— Знаки очень похожи на наши руны. Если я правильно поняла значение цепочки, то этот амулет работает на противопоставлении разных первооснов.

— Поясните. — тут же заинтересовался Артур.

— Руны на амулете не позволяют рассеиваться хранимому в материале светлому эфиру, а при попадании под проклятие, выпускают хранимый заряд либо до прекращения воздействия, либо до исчерпания заряда.

— Хм. Примерно так и есть. Что еще скажете?

— Да собственно ничего. Разве что могу попробовать составить цепочку, которая позволит не противопоставлять одну стихию другой, а пропускать воздействие мимо защищаемого объекта. И защита будет работать против любого вида эфира. Правда зарядить ее будет лучше Тьмой... То есть темным эфиром.

— Это вряд ли получится. Для, как вы выразились, зарядки нужно направленное воздействие нескольких одаренных в опорном круге. А у нас только один малефик, контролирующий свой дар. Да и опорных кругов для них никто никогда не делал.

— Для этого совсем не нужно вызывать сильную вспышку и строить специальный ритуальный, то есть опорный круг. Материал амулета хорошо держит эфир и зарядку можно растянуть по времени.

Минут пять я объясняла принципы зарядки амулетов, заодно добавила, что для живых существ и неодушевленных предметов размер цепочки и составляющие ее символы будут разными. Жрецы, посовещавшись, решили, что проведут эксперимент на радиотелефонах, один из которых, попавший под вспышку и толком не работающий, мне и выдали для расчетов. Аппарат напоминал нечто среднее между рацией и старым мобильником. Довольно увесистый, грамм двести, кирпичик, размером чуть меньше плитки шоколада. Светящийся, как у старых цифровых часов, дисплей мог отображать только цифры, правда сейчас на нем светились восьмерки. На клавиатуре тоже никаких букв не было. В общем, только звонки, только хардкор. И в то же время — это была какая никакая, но мобильная связь.

Через пятнадцать минут пришел Игнат и жрецы, потребовав заглядывать к ним не реже раза в день, отпустили меня к оперативникам.

У оперативников меня встретил Джон, тот самый, который одолжил мне гитару, и оказавшийся ни много ни мало заместителем начальника отдела по боевым операциям. Этот тоже принялся надо мной издеваться, но гонял не по ритуальным кругам, а по беговой дорожке и тренажерам в спортзале. Через пару часов он отпустил меня, всю в мыле, отдыхать, заявив, что завтра ждёт до обеда на проверку остальных навыков.

Игнат отвёл меня в комнату, а после ужина на склад, где я получила форму стажера оперативного отдела. То есть почти тоже, что и у других, но без всяких нашивок и прочей атрибутики. Развернув сверток, я поинтересовалась, нельзя ли заменить юбку на брюки и получила ответ, что можно все, но только за свой счет. Это заставило меня вспомнить, что я тут собственно вообще никто и звать меня никак и поумерить свои желания. Как потом объяснил Игнат, уставная форма выдавалась всем работникам Департамента, а поделившаяся со мной гимназистка состояла на полном довольствии как воспитанница приюта, поэтому получала и учебную форму тоже.

На следующее утро Игнат повел меня уже знакомым маршрутом, сперва к жрецам, потом к оперативникам. И если первые меня отпустили быстро, то у вторых я застряла на весь день. До обеда Джон проверял умею ли я драться и как управляюсь с разным оружием. Порадовать я его смогла только метанием ножей да парочкой приемов, освоенных еще под руководством Рей. Драться ножом я толком не умела, с огнестрелом была знакома лишь в теории, преподававшейся на военной кафедре, а предложение пофехтовать вообще сперва ввело в ступор. Вернувшись в тренировочный зал после обеда застала интересный спор между несколькими молодыми парнями, судя по форме тоже стажерами.

— А я говорю, что сильный одаренный легко может обойтись и без умения драться руками и ногами. В крайнем случае есть огнестрельное оружие. — горячился один из парней.

— А если у преступника амулет. — ответил другой.

— Ерунда. — отмахнулся первый. — Ну вот как ты устоишь против слаженной пары сильных одаренных без оружия, если сам не обладаешь даром? Доспех из серебра оденешь?

— Ты не прав. — не удержавшись влезла я в спор. — Противник может просто проигнорировать твое воздействие, а пистолетом можно пользоваться не везде, да и патроны могут не вовремя закончиться. Да и вообще, умение настучать в голову еще никому не вредило.

— Д-а-а? — протянул парень и смерил меня взглядом. — И как же ты проигнорируешь воздействие минимум второго уровня?

Я прикинула, что даже если на меня будут нападать одновременно трое, то это будет максимум уровень третий и решила пошутить.

— Спорим, я продержусь против нескольких одаренных в течении двух минут. При условии, что атаковать одновременно будут не более троих и только с помощью эфира.

* * *

Игнат вошел в зал и увидел гомонящую толпу стажеров, окруживших подопечную.

— Что тут происходит? — поинтересовался он у Джона, сидевшего на скамейке у входа.

— Да вот, перенесенная твоя поспорила с кем-то из стажеров, что выстоит против нескольких одаренных не меньше двух минут.

— В смысле выстоит?

— Заявила, что их дар, конечно здорово, но полагаться только на него не стоит. Вот парни и решили показать, что к чему.

— Так у нее же...

— Тс-с-с. Я знаю. Пусть обломает слегка новеньких, а то они решили, что раз у них дар сильный, то им и Океан по колено. Заодно посмотрим на девушку и ее умение держать язык за зубами. А жрецы будут только рады результатам.

Тем временем подопечная встала в центре зала. Чуть шире расставила ноги, сложила руки так, что соприкасались только подушечки пальцев.

— Начинайте, — скомандовала она и прикрыв глаза, нараспев стала декламировать:

«Все эфемерно, все со временем исчезнет.

Ты кисть возьми и напиши на камне.

Чернила выцветут, а камень станет щебнем.»

Один из парней кивнул соседу и волосы девушки растрепались. Парни удивленно переглянулись и вновь повернулись к девушке, напряглись, один даже руку вперед вытянул, но результат был тот-же.

«Все вновь вернется к своему истоку.

Взойдешь ли ты на холм, иль обогнешь,

Пути любые приведут к подножью.»

Судя по задрожавшему воздуху, кто-то из пятерки мог управлять температурой и попытался обжечь его подопечную, сдуру не пожалев сил. Игнат уже собирался вскочить, но девушка лишь слегка поморщилась и продолжала говорить.

«И возвратясь к источнику всего,

Ты сквозь пройдешь, чтоб вновь к нему вернуться.

Едино все. Река, что мчится к морю,

И камень, что сгорает в пыль под солнцем,»

Оставшиеся двое подошли ближе, слаженно вытянули руки, и по полу пробежала дорожка инея, но даже не добралась до девушки.

«К источнику всего вернется каждый.

И новый путь, что проложу сегодня,

Меня однажды возвратит к истоку.»

Девушка открыла глаза и оглядела тяжело дышащих парней.

— Это все?

Те переглянулись и кивнули.

—Нда. — она оглянулась на часы и покачала головой. — Пятьдесят секунд, и вы выдохлись. Парни, если бы у меня сейчас был пистолет или хотя бы ножи, одной пятеркой одаренных оперативников стало бы меньше.

— Ну ка подержи, — Джон протянул Игнату амулет.

— Вы что задумали? — парень схватил оперативника за рукав. Джон был единственным известным Игнату одаренным малефиком, который мог не просто ограниченно контролировать свою способность, но и сам не подвергаться ее воздействию. — А если у нее сердце откажет?

— Так я же аккуратно и не в полную силу. — отмахнулся мужчина и подойдя к девушке положил на ее плечо руку. — А если так?

Девушка зашипела и скривившись на бок, схватилась за плечо. Потом выпрямилась и посмотрела в глаза Джону.

— Паралич, да?

Тот согласно кивнул.

— Интересные ощущения.

Мужчина убрал руку. Подопечная покрутила кистью, взмахнула рукой. Джон приподнял брови.

— Уже прошло?

— Почти. Ты ведь не в полную силу проклял?

— Все равно, как минимум час у тебя рука не должна была работать.

Оперативники удивлённо загудели.

— А для чего ты стихотворение читала? — спросил один из участвовавших в споре парней.

— Это не стихотворение, это мантра грандмастера Пути Покоя. Помогает мне сосредоточиться.

— Что-то ниххонское или ханьское? И ты грандмастер этого самого Пути?

— Извини, дружище, но это секрет. Вот будет тебе лет тридцать, тогда я, так и быть, поведаю занимательную историю о Пути Покоя и откуда мне известна эта мантра. Ах, да, будь я грандмастером, то не просто стояла бы под вашими ударами, но еще бы и отвечала кулаками или оружием.

Девушка развернулась и отошла к скамейке.

* * *

Представление вышло на славу, особенно шутка с мантрой. Веселилась я ровно до тех пор, пока свои умения не решил показать Джон. Рука моментально онемела от плеча до кончиков пальцев, и почти сразу онемение сменилось болью, а где-то в глубине сознания я услышала довольное урчание кошки. А Джон-то оказывается малефик. То-то Ми так довольна — светлого эфира ей уже перепало вагон и маленькая тележка, а вот с темным тут изначально были проблемы. Поинтересовалась у удивленного оперативника его даром, отшутилась от вопросов стажеров и пошла в уголок подумать. Кожу все еще жгло, особенно на левом плече, куда пришелся паралич. Кажется, проклятия на меня все-таки действуют, пусть недолго и очень слабо, но это все равно следует учитывать. Рядом уселся Джон.

— Так что это за страшный секрет с волшебной мантрой, который можно знать только после тридцати лет?

— Баш на баш. Я тебе секрет, а ты тренируешь меня без амулета.

— Тебе зачем? У меня же способность на рефлекс при касании поставлена.

— Буду привыкать к таким воздействиям.

— Ну ладно. — нехотя согласился мужчина. — Так что за секретная мантра?

— Да никакая она не секретная. Это мантра из одной похабной книжки.

— Что значит похабной?

— У вас есть литература, где сюжету отводится второстепенная роль, а большая часть текста состоит из откровенного описания постельных сцен?

— Ну есть.

— Ну вот, эта мантра из такой вот книжки.

Лицо мужчины вытянулось.

— А ведь они, — он кивнул на что-то обсуждавших парней. — сейчас свято уверены, что ты уделала их с помощью особой секретной техники. И уже завтра начнут выяснять, что это за Путь Покоя и когда их начнут ему обучать. И в первую очередь придут ко мне.

— Ну так и скажи им, что до тридцати такие вещи знать нельзя, а как исполнится — расскажи правду.

Джон захохотал. Отсмеявшись он хлопнул меня по плечу.

— Тогда и ты тем, кому тридцати еще нет, ничего не говори.

— Договорились.

— Нда. Тебя бы в разведчики. Столько теней навела.

— Да какой из меня разведчик? У вас же врать нельзя.

— Это еще почему?

— Мне сказали, что у вас каждый десятый ложь чувствует.

— Чувствует, да. — кивнул оперативник. — Вот только если он с тобой один на один и тебя хорошо знает. А тех, кто чувствует ложь в словах незнакомых людей очень мало. А уж умеющих определять, кто именно из стоящих рядом с ним нескольких людей врет или недоговаривает еще меньше. Вот директору нашему врать вообще не стоит, даже тебе с твоими татуировками.

— Ага. То-то у меня каждый раз при разговоре с ним плечи чешутся. А остальным, значит, врать можно?

— И остальным не стоит. Но, секрет за секрет, хочешь наврать эмпату — перемешай правду с ложью. Вот как ты сейчас парням про мантру сказала.

— Благодарю. — я кивнула. — Учту, когда буду легенду составлять.

— Что, тебя решили не светить?

— Похоже, что да.

— Ну и верно. Слишком у тебя таланты специфические.

К нам подошел Игнат.

— И что это сейчас было? — поинтересовался он.

— Извини, Игнат, — развел руками Джон. — но тебе придется четыре года подождать, прежде чем тебе откроют этот страшный секрет.

* * *

До конца недели меня гоняли между отделами. К жрецам и в тренировочный зал я заглядывала каждый день. На пятнадцатиминутную проверку к первым и на часовую тренировку ко вторым. С остальными было проще и быстрее. В научном мне выдали пару тестов для проверки уровня знаний, объяснили, что компьютерные сети у них есть, но только внутри здания и только между двумя-тремя большими и медленными, по моим меркам, компьютерами. Насколько я поняла, сделать что-то более мощное и компактное можно — имеются и описание технологий и даже практический опыт, но все упирается в необходимость создания защиты, без которой сложная электроника почти мгновенно выходит из строя. На мои вопросы про щиты и спутники, Бран, которому поручили провести со мной собеседование пообещал снабдить описанием технологии, как только меня примут в штат.

Медики отправили меня сперва в лабораторию сдавать анализы, а потом к Марте — шикарной брюнетке, поглядев на которую я срочно вспомнила о контроле эмоций. Но, видимо, что-то такое промелькнуло в моем взгляде, и она на собеседовании старалась держаться от меня подальше.

В конце недели меня вновь вызвали к директору. На этот раз сидеть пришлось довольно долго.

— Скажите, Игнат, а почему у вас все представляются только по имени?

— У нас многонациональная страна. У многих просто нет отчества.

— А фамилии?

— По фамилии людей называть не принято. Исключение — когда обращаются к аристократу, чтоб подчеркнуть его род.

— То есть если я обращусь к Марте «госпожа Бауэр»?..

— Вы обратитесь к ней, как к аристократке, которой она не является. А если сами представитесь только по фамилии, то наоборот будете изображать из себя девушку благородного происхождения, собирающуюся общаться только на деловые темы.

— Нда. В этом смысле у вас все немного проще. А почему у вас жрецов называют жрецами? По мне так они обычные ученые.

— Не судите обо всех по Илоне и Артуру — они уже много лет работают здесь и занимаются в основном исследованиями. На самом деле жрец должен уметь очень многое: лечить, заряжать амулеты, быть немного психологом. А еще они регистрируют браки, рождение детей, занимаются выявлением одаренных и помощью попавшим под проклятия. Когда-то, еще у прежней цивилизации были свои боги. По легендам они были существами из плоти и крови, их даже можно было убить. Но жили они по несколько тысяч лет и обладали нечеловеческими способностями: могли управлять погодой и перемещаться на огромные расстояния мгновенно, исцелять даже смертельные раны и многое другое. В их храмы приходили за помощью и советом, а не для поклонения. Потом случилась катастрофа и боги исчезли. Люди, перенесенные сюда из других миров, приносили свою веру, но она не прижилась. После катастрофы место богов заняли жрецы, служившие Изначальному Свету. Храмы разных богов стали называть просто Храмами Света. Когда было научно доказано существование эфира и его видов, от концепции богов и Изначального Света постепенно отказались. Но жрецов до сих пор называют жрецами.

— Понятно. — кивнула я. — Значит Знаки Света, опорные круги и амулеты — это возможно знания тех самых богов.

— Есть и такая гипотеза. — согласно кивнул Игнат.

Щелкнул селектор и нас пригласили внутрь. В кабинете, помимо директора Департамента, находились и все те, кто проводил мое тестирование. Кажется, предстоит серьезный разговор. Я переключилась в режим Вайи Флос — девушки вежливой и даже изучавшей этикет.

— Здравствуйте, Александра. — поприветствовал меня директор. — Присаживайтесь. У моих сотрудников, проводивших ваше тестирование, появились к вам некоторые вопросы.

— Здравствуйте, господа и дамы. — слегка поклонилась я и села в свободное кресло. Рядом устроился Игнат.

* * *

После приветствия лицо девушки неуловимо изменилось. Взгляд спокойный, но в то же время внимательный. С легким поклоном поприветствовав всех, она села в кресло.

— Итак, с вашими способностями и навыками мы более или менее разобрались. Но перед тем, как окончательно принять решение по вашей дальнейшей судьбе, мне, как и моим сотрудникам, хотелось б узнать некоторые подробности о вашей жизни.

Девушка кивнула.

— Первый вопрос связан с операцией, которую вы перенесли около шести-семи лет назад. Что вы можете сказать о ней?

— К сожалению, у меня есть только догадки. Видите ли, после нее я, как объяснили мне врачи, была в коме два или три дня и, очнувшись, не помнила о себе ничего. Ни имени, ни возраста, ни родителей. Даже пол определила опытным путем. Что именно это была за операция родители, как и врачи, мне не сказали. Единственное, что мне удалось у них выяснить — рожать детей я не смогу, а обследовавший меня психолог предполагал, что я пережила сильную душевную травму перед операцией.

— Понятно. — директор коротко взглянул на Марту и задал второй вопрос. — А что вы можете сказать о, гхм... своей сексуальной ориентации?

— Мужчины меня не интересуют абсолютно, если вы об этом. Было ли так до операции я не знаю. И, раз уж мы затронули эту тему, госпожа Марта, — девушка повернулась к психологу. — для нормального роста и развития тела после операции мне было необходимо пить гормональные препараты. Нужны ли они мне сейчас и, если да, то где и как я могу их получить?

— Нет, в ближайшие лет пятьдесят они вам не понадобятся. — ответила ей женщина.

— Благодарю. И, если позволите, дам вам совет — смените духи.

— А что не так с моими духами?

— Я не знаю их состава, но какой-то из компонентов действует как легкий афродизиак.

— Вы так хорошо разбираетесь в запахах?

— Нет, просто я в свое время составляла подобные смеси, поэтому знакома с эффектом.

— Чтож. У меня вопросов больше нет. Господа, дамы? — обвел директор взглядом собравшихся. — Тогда, Александра, подождите немного в приемной.

Девушка, встала, вновь коротко поклонилась и вышла.

— Теперь я понимаю, что вы имели в виду Марта. Действительно девушка легко переключается с одного стиля общения на другой. По поводу сказанного ей — она ни разу не солгала, хотя кое-что не договорила. По крайней мере о причинах своей неспособности иметь детей она не просто догадывается, а знает точно.

— Возможно именно с этим и связаны ее психологические проблемы. В том числе равнодушие к мужчинам, и как компенсация — легкий интерес к женщинам. — задумчиво произнесла психолог. — пожалуй в ее досье нужно будет поставить пометку о такой возможности.

— Джон?

— Если захочет, то я не откажусь ее тренировать, но брать в разведку не рискну, по крайней мере пока, а делать из нее боевика — только портить. Через год смогу сказать точнее. Как раз Риса окончит учебу и можно будет их обеих куда-нибудь распределить.

— Илона?

— Я уже говорила, все зависит от результатов эксперимента. Я за время работы с ней ничего такого не заметила. Если в ее знаниях есть что-то применимое в нашем мире, то это как минимум новое направление. А уж если эксперимент с наполнением амулетов темным эфиром даст результат — сами понимаете, как это может изменить отношение к малефикам.

— Хорошо. Тогда отправляем ее в гимназию. Зачислим в класс «А» — там ее странности не так будут бросаться в глаза. Рису назначим наблюдателем. Курировать девушку я буду лично. Игнат, как устроишь ее в городе, передашь мне все материалы. Легенду вы уже разработали?

— Еще нет.

— Тогда пусть будет приезжей с одного из северных островов. Как раз недавно несколько вновь стали недоступны. Илона, закрепим ее временно за вашим отделом. И не говорите сотрудникам, которые будут проводить тестирование, кто именно разработчик новой схемы. С этого момента вся информация по происхождению девушки и ее способностям переходит в разряд конфиденциальной, а если результат эксперимента будет положительным — то сразу секретной. Джон, организуйте внешнее наблюдение на первое время. Все, господа и дамы, вы свободны.

Поднялись все, кроме Илоны. Дождавшись, пока все выйдут она внимательно посмотрела в глаза директору.

— Владимир, зачем ты на самом деле отправляешь девочку в гимназию, да еще и к Рисе в класс?

— А что еще с ней делать? Если эксперимент не даст результатов, то пристроить ее некуда. Была бы она здорова, могли бы просто выдать замуж. Она девочка умная — согласилась бы. Пусть немного поучится — вживется в наш мир, может психика придет в норму.

— И ты поэтому запретил о ней рассказывать и взял ее дело под личный контроль? Опять ловишь Орден? На этот раз на живца — двух девчонок за пропажу которых никто не спросит?

— Илона. — мужчина устало потер лоб. — То, что я тебе сейчас скажу не должен узнать никто, ты понимаешь? Зачем Ордену перенесенные я не знаю, но догадываюсь, и эти догадки мне совсем не нравятся. Но в последнее время стали пропадать малефики. Они и раньше пропадали, но пятеро одаренных малефиков за полгода, совершенно точно не покончивших жизнь самоубийством, не убитых собственным проклятием или испуганными местными. И это только у нас. Считай, что у меня нехорошее предчувствие. Да — это ловля на живца. Но мне это тоже не нравится, поэтому гимназия. И поэтому Риса, тренировки у Джона и наружное наблюдение.

Женщина кивнула и молча вышла.

Глава 5

Для защиты от воздействий третьего класса используется сплошное покрытие прибора слоем светлого серебра или амулет со Знаками Света.

Кассандра Нокс. «Создание и использование амулетов в полевых условиях.» Департамент Имперской Безопасности. ДСП.

Минут через пятнадцать из кабинета вышел Игнат, а следом и все остальные, кроме Илоны.

– Идёмте, Александра. Будем готовить вам легенду. – объявил мне куратор.

– Игнат, а что решили-то?

– Я вам в комнате расскажу.

Через полчаса выяснилось, что мои знания посчитали потенциально полезными. Рунную цепочку для защиты телефона я составила еще позавчера, и, даже смогла замаскировать ее под геометрический орнамент, оставалось лишь дождаться результатов проверки. Вчера рисунок нанесли на несколько телефонов и с сегодняшнего дня начнут испытания. Если результат будет положительным, то эти знания будут засекречены, а мне будет обеспечено рабочее место.

– Так, что Александра, не распространяйтесь о принципах работы ваших амулетов, а еще лучше вообще не упоминать, что вы как-то участвовали в таком эксперименте. – выдал мне Игнат. – А теперь давайте составим вам легенду. Вы когда-нибудь были на море?

– Да, дважды.

– Отлично. – куратор открыл атлас. – Смотрите. Вот здесь расположены несколько островов. Формально эти территории принадлежат Русской Империи, но из-за своего положения обладают широкой автономией. Ну и культурно несколько отличаются от остальной страны. Раз в несколько десятков лет полоса шторма перекрывает сообщение между ними и материком. Как раз где-то в начале лета такое и случилось. Вот этот островок, Литен – самое подходящее место. На нем есть всего пара городов, но самое важное – там не бывает звездопада и нет купольных установок.

– Предлагаете представиться переселенкой оттуда?

– Приезжей. Приехали вы сюда одна, например, на День основания Столицы, а назад вернуться не успели. Документы подготовят на ваши настоящие имя и фамилию – так меньше вероятность, что вас поймают на лжи. А проверять действительно ли на крохотном островке, с которым сообщение прервалось лет на десять-двадцать, проживает семья Волковых никто не станет без очень веской причины.

– Чего мне нельзя говорить?

– Только того, что вы являетесь перенесенной и занимаетесь исследованиями и разработкой защитных амулетов в Департаменте. В остальном ограничений нет. Просто старайтесь избежать конкретики. Ну и о том, что вы малефик, проклинающий безумием, лучше не говорить – вас будут бояться, особенно с учетом отсутствия у вас амулета.

– А где и на что я буду жить?

– Вам назначат стипендию и выделят служебную квартиру. Да, чуть не забыл, за вами будет установлено наблюдение. Если вдруг заметите кого-то из оперативников – не удивляйтесь.

– Хорошо. Насколько я поняла, меня переведут в стажеры к жрецам. Какой у них график работы?

– Это обсудите с Илоной. Насколько мне известно, полное тестирование только в лабораторных условиях затянется месяца на три, так что вряд ли вы ей понадобитесь в ближайшее время. Будете заглядывать по субботам или после занятий в гимназии.

– Какой еще гимназии?

– Вас зачислят в Императорскую гимназию. В класс одиннадцать «А». До июня вы будете обучаться там.

– Блин, а по-другому никак нельзя? Курсы там какие-нибудь, или самоподготовка? – от известия о том, что придется снова идти учиться стало кисло.

– Что вас так расстраивает? Походите в гимназию, посмотрите, как живут наши подростки, узнаете побольше о нашем мире.

– Что я детей не видела, что ли? Игнат, я отучилась в школе, потом в хорошем колледже. Даже Бран признал, что уровень моих знаний по естественным наукам соответствует студенту вашей академии и достаточен для работы у них на должности лаборанта. Мне там просто будет скучно.

– Это приказ директора. Он теперь лично контролирует ваше дело, поэтому все вопросы, предложения и отчеты поступают к нему. И я бы не советовал вам спорить, хотя попробовать можете.

– Все ясно. – махнула я рукой.

– Ну а раз ясно, то зайдите завтра в приемную за удостоверением стажера и в бухгалтерию за стипендией. Потом закажите на складе одежду и обувь к осени. Все приказы я подготовлю сегодня. Как только одежда будет готова – выведу вас в город. К тому времени как раз квартиру подготовят.

Когда Игнат ушел, я отправилась в тренировочный зал спускать пар. Джон, узнав причину моего плохого настроения и повышенной агрессивности только посмеялся. Получив от оперативника порцию синяков и неприятных ощущений, а заодно и немного темного эфира я смирилась с неизбежным.

Следующая неделя была наполнена бытовыми вопросами. Получив карточку удостоверения, я сперва заказала, а потом и получила на складе несколько комплектов одежды. В бухгалтерии мне выдали стипендию стажера: сорок рублей – ровно шесть монет. Хорошо, что к этому времени я уже успела поинтересоваться местными деньгами, которые здесь так и назывались рублями и копейками, и немного экономикой. Оценивалась стоимость рублей, да и вообще любой валюты, не в нефти и условных долларах а в золоте. С унциями и каратами тут никто не заморачивался и измеряли все в граммах. В десятирублевую монету помещали вставку ровно из одного грамма золота. Естественно такими монетами мало кто расплачивался в магазинах – бумажные деньги здесь тоже были, как и монеты меньшего достоинства без включений из благородных металлов. Но при желании любой мог прийти в банк и без ограничений обменять купюры на монеты или слитки. С учетом того, что золото на Терре встречалось реже, чем на Земле, а использовалось примерно так же, инфляция если и была, то мизерной.

Прикинув, сколько это будет на наши деньги при цене золота примерно в две с половиной тысячи за грамм, я решила, что с учетом бесплатной одежды и квартиры, это вполне терпимо. И все же цифра всего с одним нулем нервировала. Ровно до тех пор, пока я не выбралась с Игнатом в город. На рубль можно было набрать продуктов на два-три дня. Дорогими были лишь электронные приборы и фрукты. Самый дешевый радиотелефон обошелся бы мне во всю стипендию. Яблоки были в три раза дороже хорошей говядины. На мое удивление этим фактом Игнат напомнил, что для работы техники необходима специальная защита, которая стоит недешево, а все сады необходимо защищать куполами, либо разводить там, где болиды падают редко, он это в основном северные территории.

Сама Столица представляла собой довольно большой город с непривычной застройкой – словно состояла из кружков. Тонкая, высотой примерно в двадцать метров, башня и вокруг нее кольцом парк или несколько домов в четыре-пять этажей в центре и одно-двухэтажные к краю кольца. Башня в центре оказалась тем самым генератором щита, проецирующим уплощенный купол радиусом от ста до пятисот метров.

По дорогам ездили привычные автобусы, автомобили и трамваи, а вот вместо метро здесь был подвесной монорельс. Как рассказал Игнат, попытки построить подземные тоннели для поездов были. Но около ста лет назад один из куполов был пробит упавшими практически в одну точку крупными болидами и часть туннелей засыпало вместе с находившимися там людьми. После этого от идеи подземного транспорта отказались.

Улиц в привычном понимании здесь тоже не было. Вокруг старой части столицы, имеющей более привычную застройку, располагались кольца из вот таких кружочков, защищенных зонтиками. Сами кружки так и называли «куполами». Каждый пояс имел название, а купол – свой номер. Здание Департамента находилось в третьем – Бронзовом кольце и занимало, вместе с прилегающей территорией весь второй купол радиусом метров триста. Гимназия располагалась в пятом – Зеленом кольце, и ее территория занимала первый и семнадцатый купола чуть большего, чем у Департамента размера. Под первым располагались учебные корпуса для детей до пятнадцати лет, а под семнадцатым для старшеклассников. Ну а моя квартира находилась в третьем куполе Чиновничьего кольца, четвертого по счету. Так что из дома до места будущей работы или учебы я могла добраться пешком минут за пятнадцать-двадцать.

Походив со мной по городу и убедившись, что я уже более или менее в нем ориентируюсь, Игнат отправил меня к директору, заявив, как мне показалось, с некоторым облегчением, что с этого дня он больше не является моим куратором.

– Здравствуйте, Александра. – поприветствовал меня директор.

– Здравствуйте, господин директор. – я слегка поклонилась.

– Сегодня я получил предварительные результаты тестирования ваших амулетов в лабораторных условиях. Могу вас обрадовать и огорчить одновременно – ваши, как вы их назвали, рунные цепочки, работают. Создать стихийный выброс эфира в лабораторных условиях невозможно, но от воздействий светлого и темного эфира как минимум второго уровня ваши амулеты защищают, так что местом работы вы уже обеспечены. Это хорошая новость. Теперь плохие: если полевые испытания подтвердят все заявленные вами характеристики хотя бы наполовину, то, как работник Департамента, поделиться своими наработками вы ни с кем не сможете как минимум в течение года, да и потом Империя будет иметь право на приоритетный заказ амулетов или покупку принципа технологии.

Услышанное на секунду вогнало меня в ступор. Первой мыслью было: «Бл..ть! Вот же встряла со своей самодеятельностью!». Потом мозг, подстегнутый адреналином, начал оперативно анализировать информацию. В этом мире известно множество технологий. Бран рассказывал, что многие даже опробованы в деле, все упирается в средства защиты от потоков эфира. И тут я со своей рунной цепочкой, позволяющей уменьшить толщину сетки из светлого серебра в том же радиотелефоне в два раза, а в идеале вообще обойтись напылением на корпус орнамента, что уменьшит стоимость телефона на порядок. У нас любое государство, получив специалиста, чьи знания позволят снизить затраты ценных материалов на производство электроники в два раза, постарается такого специалиста спрятать как можно лучше.

– Подозрительная щедрость. – ляпнула я.

– Теперь я верю, что слухи, которые ходят по оперативному отделу имеют под собой почву. – покачал головой мужчина. – А по поводу щедрости – по международному соглашению, принятому еще двести лет назад, любые наработки в области защиты нельзя скрывать более чем на год. После этого они должны стать доступны всем государствам материка или появиться в свободной продаже. И, поверьте, разведка каждого государства строго следит за соблюдением этого соглашения соседями.

– Прошу прощения. – я взяла себя в руки. – Просто у нас в подобной ситуации последствия для меня были бы куда более плачевными. Могу я узнать, о каких слухах идет речь?

– О том, что вы хамите всем без разбора. Оперативников, указавших вам на ваше поведение, избили, причем всех пятерых одновременно. А от ваших песен неделю снятся кошмары.

– Про избитых слышала, хотя на деле я их и пальцем не тронула – они сами выдохлись. Про песни первый раз слышу.

– А про рыцарей из мертвой долины не вы пели?

– Было дело. А что, настолько страшная песня?

– Александра, я поверхностно знаком с историей и культурой вашего мира, как и некоторых других. Так вот, у нас не было мировых войн вообще, а крупных уже лет триста. Воевать за земли и ресурсы нет смысла – их и так хватает, строй купол и живи или добывай. Да и население в целом более мирное, чем у вас. Большая продолжительность жизни тоже накладывает свой отпечаток – люди не только стареют, но и взрослеют медленнее. Совершеннолетие в двадцать – это самый нижний предел. В некоторых государствах совершеннолетними считаются только в двадцать пять. А детей многие заводят лишь к сорока. Учитывайте все это, когда вновь соберетесь спеть «не страшную» песню.

– Хорошо. – я кивнула, придавленная озвученными фактами.

– Ну вот и замечательно. – Директор достал из стола тонкую папку и подвинул ее мне. – Здесь ваше удостоверение личности, приказ о приеме стажера Александры Волковой в отдел изучения эфира Департамента Имперской Безопасности, приказ о вашем направлении на обучение в Императорскую гимназию, приказы о постановке на довольствие и выделении жилья. С этого момента я лично контролирую все связанные с вами вопросы. И отчитываться вы будете передо мной лично.

Я вновь кивнула.

– Тогда вы свободны. Выясните график тренировок у Джона и зайдите к Илоне.

Попрощавшись я отправилась разносить приказы, подписывать бумажки и составлять заказы на склад. Илона, когда я пришла к ней в отдел как-то странно на меня посмотрела и сказала, что до окончания полевых испытаний я ей не нужна, а в случае чего она сама меня вызовет. Джон заявил, что раз я теперь научник, то сильно гонять меня не будут – только начальная стрелковая подготовка и приемы самообороны. Остальное по желанию. Предложил заглядывать через день, если будет свободное время и по субботам на пару часов. Уточнив у него, не передумал ли он меня тренировать, я отправилась дальше.

За пару дней до начала учебного года Джон съездил со мной в гимназию передать приказ и рекомендации. «Для придания большего веса и во избежание лишних вопросов» – пояснил он. Не знаю, как насчет веса, но лишь мельком взглянув на его удостоверение вопросов ни секретарь, ни директор гимназии не задавали. Через десять минут я вместе с оперативником уже стояла в коридоре с тонкой брошюрой Устава в руках. Согласно этой книжке ходить на занятия полагалось исключительно в форме, внешний вид и характеристики которой были описаны в отдельном приложении. Правила поведения, права и обязанности учеников тоже были описаны отдельно. И такими ссылками пестрели почти все страницы.

– Блин, им что лень было все в одну книжку записать? – пробурчала я.

– Ты просто не представляешь размер такой книжки. – хмыкнул Джон. – да там только один дуэльный кодекс страниц на пятьдесят будет.

– Какой еще дуэльный кодекс?

– Так гимназии-то лет пятьсот. Тут ведь и аристократы учились, да и сейчас учатся.

– Аристократию же вроде упразднили.

– Это привилегии с титулами упразднили, а сами аристократы остались. Дуэльный кодекс тоже никто отменять не стал – вроде как традиция. А в гимназии действует особый кодекс – чтоб детишки друг друга не поубивали из-за пустяков, впрочем, когда тут была последняя дуэль я не помню, но, кажется лет сто пятьдесят назад. Правила поведения и фасоны ученической формы тоже периодически меняются, вот их и не печатают в общей книжке. Тут только самое важное.

Первого сентября я пришла в корпус под семнадцатым куполом. Нашла куратора одиннадцатого «А» класса – молодого парня чуть старше Игната. Никаких классных руководителей у старшеклассников не было, только кураторы, обеспечивающие связь с администрацией гимназии, а всю работу с учащимися сваливали на старосту и его заместителей. Парень отвел меня в кабинет, представил одноклассникам и указал на единственное свободное место – последнюю парту у окна. Народ зашушукался, но со мной никто даже не поздоровался. Впрочем, это было на руку. Помня опыт прошлой жизни, я решила не влезать с головой в общение с детьми и заранее прикинула линию поведения, решив вести себя максимально отстраненно, но и не сильно выпадать из коллектива. Поэтому молча села и достала из сумки одно из взятых в библиотеке дополнений к уставу и погрузилась в чтение, от которого меня отвлек звонок. Урок был коротким – за тридцать пять минут я даже не успела толком заскучать над не сложной математикой. На перемене ко мне подошла симпатичная девушка примерно моего возраста.

– Привет, Саша. Меня зовут Алена. Я староста нашего класса.

Я поморщилась.

– Алена, если тебе не трудно, зови меня полным именем.

Та сперва прищурилась, словно собиралась ответить что-то едкое, но потом кивнула и продолжила. – Задержись после уроков. Я выдам тебе график дежурств, список класса и анкету. И на большом перерыве никуда не уходи – нужно будет показать тебе здесь все.

– Хорошо.

Когда староста отошла, я достала второе дополнение, на этот раз дуэльный кодекс, и открыла на первой странице, краем уха ловя раздающиеся вокруг меня шепотки. Кажется, место, куда меня посадили, было особенным, но в чем именно это заключалось, я так и не поняла.

* * *

Буквально за неделю до начала учебного года ее вызвали к директору.

– Здравствуйте, господин директор.

– Здравствуйте, Риса. Присаживайтесь. – мужчина внимательно оглядел ее. Открыл лежавшую на столе папку с личным делом. – Риса Золотова. Восемнадцать лет. Воспитывается под патронатом Департамента с семи лет. Ученица одиннадцатого класса «А» гимназии его Императорского величества. Обладает высокой чувствительностью к колебаниям эфира. Одаренный малефик. Проклятие – приворот вплоть до четвертого уровня. Способность не контролируемая.

На этих словах она опустила голову, но директор продолжил по прежнему спокойным голосом.

– Характеристики психолога и с места учебы положительные. Рекомендована к работе с ограничениями в оперативном отделе Департамента. Вы ведь уже окончили начальный курс оперативника?

– Да. – удивленная Риса подняла глаза.

– Это хорошо. С сентября в ваш класс поступит перенесенная. Возможно вы о ней уже слышали. Вы назначаетесь ее куратором. Ознакомьтесь. – директор протянул Рисе картонную папку. – По легенде, она, приезжая с Литена и не может вернуться домой из-за шторма. Ваша задача: следить за ее поведением и, по возможности, его корректировать.

Открыв папку, Риса обнаружила всего один листок с кратким досье и фотографию. Впрочем, как ей было известно, полного досье на объект наблюдения, а, назначили ее именно наблюдателем, не выдавали.

С фотографии на нее смотрела светловолосая голубоглазая девушка примерно ее возраста. Автоматически отметив, что перенесенная старше ее почти на полгода и выше на четыре сантиметра Риса погрузилась в досье. Впрочем, читать там было почти нечего: пол, возраст, телосложение, место жительства, особые приметы, разработанная легенда, характеристики дара…

– Господин директор, здесь указано, что девушка неодаренный малефик. Но в графе «проклятие» стоит «безумие, условно». А в графе «амулет» – прочерк.

– Проклятие описано со слов самой девушки. Сами понимаете, проверять на людях такое никто не станет. А амулеты на девушке не работают, поэтому применен другой способ ограничения дара. Это будет одной из ваших задач – проконтролировать насколько метод действенен и в случае чего подтвердить или опровергнуть способности перенесенной. Для лучшего выполнения задачи можете наладить с ней приятельские или даже дружеские отношения. И еще одно. Зайдите к Илоне. Она выдаст вам новый радиотелефон с экспериментальным амулетом защиты и инструкцию по тестированию.

Покинув кабинет директора Риса сразу отправилась к жрецам. Необычно хмурая Илона вручила ей радиотелефон со странным узором на задней крышке и объяснила, что и как необходимо будет сделать для активации амулета.

Еще через неделю Риса сидела в классе и наблюдала за шушукающимися одноклассниками. С чьей-то подачи, скорее всего Кифа – большого любителя анимэ, новенькой освободили место на последней парте у окна. Как знала Риса, именно это место чаще всего занимали главные герои популярных анимационных фильмов. Зачем это было сделано, Риса так и не поняла.

Дверь открылась и в класс вошел их куратор вместе с уже знакомой по фотографии светловолосой девушкой. Одноклассники зашептались, обсуждая внешность новенькой, но никто даже не поздоровался. Все с интересом ждали, как та отреагирует на свободное место. Девушка пожала плечами и молча села за парту. Достала книжку и не отрывалась от нее весь перерыв. После урока к подопечной подошла Алена. И вот тут Александра преподнесла первый сюрприз.

– Алена, если тебе не трудно, зови меня полным именем. – выдала она.

Риса заметила, как староста прищурилась, готовая выдать что-то едкое, но сдержалась, видимо припомнив, что девушка издалека и, для такой просьбы, возможно есть причины. После краткого разговора подопечная вновь открыла книгу, и погрузилась в чтение.

Глава 6

– Ну, в школе по мне не скучают, – ответила девушка. – Видите ли, они говорят, что я необщительна. Будто бы я плохо схожусь с людьми. Странно. Потому что на самом деле я очень общительна.

Рэй Брэдбери. 451 градус по Фаренгейту

Так прошел почти весь учебный день. На всех перерывах, кроме большого, когда староста устроила ей экскурсию по гимназии, подопечная читала. К концу дня две книги в похожих обложках сменились третьей, в которой Риса с удивлением узнала свежее издание «Требований к внешнему виду учащихся и допустимых фасонах ученической формы». Это издание отличалось от всех предыдущих наличием фотографий, не позволяющих трактовать цвет формы по-своему, как это пытались сделать некоторые модницы в прошлом и позапрошлом году. И если две предыдущие книги не вызвали у перенесенной никакого видимого интереса, то из этой она даже делала выписки. Наконец прозвенел звонок с последнего урока. Зная Алену, Риса решила на всякий случай задержаться. Мало ли что придет в голову старосте, а злить или расстраивать малефика, пусть и не одаренного, но не носящего ограничивающий амулет, небезопасно. Заняв последнюю парту, она сделала вид, что переписывает что-то из одной тетради в другую. Алена усадила новенькую за преподавательский стол, села рядом и стала что-то спрашивать. Разговаривали они тихо, и о чем шла речь было не слышно. Наконец подопечная встала, и попрощавшись, вышла из класса. Риса подняла голову – Алена задумчиво покусывала кончик карандаша.

– Ты чего такая задумчивая? – поинтересовалась она у старосты.

– Странная эта Волкова. Приехала сюда с какого-то северного острова и сразу попала в Императорскую гимназию, да еще и получает стипендию. И говорит, что живет одна. За весь день ни с кем так и не заговорила. На вопросы отвечает так, словно… даже не знаю, как сказать. Ей бы знакомства заводить да учебу подтягивать, а она какие-то книжки читает.

– С северного острова? А с какого? – Риса решила поддержать легенду подопечной.

– С Литена.

– Алена, ты что, новости не слушаешь? С Литеном сообщение прекратили в начале лета из-за штормов. Раз она живет одна, значит все ее родственники остались там. Наверное, приехала сюда на каникулы или на какой-нибудь летний праздник посмотреть, а тут шторм. Она же теперь лет на десять как сирота, наверняка до сих пор переживает.

– Понятно теперь, почему ей стипендию платят. Надо остальным сказать, чтоб не лезли с вопросами. Вот только почему ее в нашу гимназию определили. Неужели такая умная или связи есть?

– Кто знает. – развела руками Риса. – И, кстати, читала она дополнения к уставу.

– А ты откуда знаешь?

– Обложки у книг одинаковые, а в одной я цветные фотографии школьной формы видела – это последние «требования к школьной форме».

– Глазастая ты, Риска. Интересно, зачем они ей?

* * *

На большой перемене, точнее перерыве, староста провела меня по корпусу гимназии. Показала где медпункт, туалеты, спортивный зал, столовая и прочие важные места. Рассказала некоторые правила. Я все это время старалась держать нейтральное выражение на лице и вроде даже успешно, хотя вид вполне взрослых по моим меркам юношей и девушек, ведущих себя как девятиклассники вызывал когнитивный диссонанс. После уроков Аленка устроила мне настоящий допрос. Пришлось вертеться ужом, чтоб не сказать ничего лишнего. Пока беседовала со старостой, девушка на последней парте усиленно делала вид, что что-то переписывает из одной тетради в другую. Ни разу не перевернув страницу, ага. Чувствую, мне сейчас будут перемывать косточки.

До дома добралась пешком, заглянув по пути в ателье. Последнее дополнение к школьному уставу слегка приподняло мне настроение – с разрешения старосты и куратора юбку можно было сменить на брюки. Осталось лишь узнать, сколько это будет стоить. Выслушавшая мою просьбу работница ателье удивленно покачала головой.

– Две пары обойдутся вам в пять рублей – ткань на форму довольно дорогая. Вы первая на моей памяти ученица, которая заказывает брюки, обычно у нас заказывают максимально укороченные юбки.

– Считайте, что меня смущают голые коленки.

– Вы с севера что ли?

– С Литена. – согласно кивнула я.

– Тогда понятно. У вас там, говорят, намного холоднее, чем здесь, и постоянный ветер. Давайте снимем мерки. Через два дня все будет готово.

Зайдя в соседний отдел с готовой одеждой, я рассталась с еще одной пятирублевой монетой, обзаведясь короткими шортами, мягкими брюками, парой безразмерных футболок и высокими кедами.

Придя домой, переоделась, растянулась на кровати и попробовала позвать девочек. На этот раз отклик был четче, а боль слабее. От Ми пришло ощущение тепла и голода, а от Рей более четкая, даже с лёгкой ехидцей, мысль: «Сил еще мало, но жить будем». Что ж, завтра нужно будет заглянуть на тренировку к оперативникам.

До конца недели со мной кроме Алены никто так и не заговорил, да и та общалась со мной как-то осторожно. Даже на просьбу разрешить мне носить брюки только кивнула и добавила, что к куратору сходит сама.

До пятницы успела дважды сходить на тренировку к оперативникам в Департамент. А вот тренировка в субботу не удалась. Когда я пришла в зал, на площадке для спарринга кружили Джон и... директор. Причем оперативник был без амулета. Я устроилась на лавке и стала внимательно наблюдать за боем. В отличие от Джона, наносившего прямые удары и ставившего жесткие блоки, стиль боя директора состоял в основном из захватов, отводящих блоков и болевых приемов. Минут через десять мужчины разошлись, коротко поклонились, и директор отправился к душевым. Когда он проходил мимо меня, на его правом плече я заметила чуть светящийся орнамент.

– Извини, – развел руками тяжело дышащий Джон, приземляясь рядом со мной на лавку. – сегодня тренировки не получится – умотал меня наш начальник. Он обычно с Шаном тренируется, но тот сегодня к родственникам уехал, вот я и отдуваюсь.

– Да ладно, чего уж там. Слушай, а что у него на плече за рисунок светился?

– Это защитная татуировка. Светится, когда человек под проклятие попадает, и заменяет амулет. Такие в Храме делают и только сильным светлым одаренным.

– Теперь понятно, почему моим татуировкам не сильно удивились. У вас оказывается есть свои аналоги. Ладно, раз ты недееспособен, пойду тогда хоть разминку сделаю да в мишени покидаю чего острого.

– И в тир зайди. – кивнул мужчина.

* * *

Одноклассники держались ровно две недели. Утром зайдя в класс, Риса услышала занимательный разговор.

– Мне кажется, что наша новенькая что-то скрывает. – заявил Владимир, любитель разных конспирологических теорий.

– Парни, вам же ясно сказали – человек остался без семьи и в чужом городе. Ничего секретного тут нет. – Рик, как обычно попытался отговорить друга от очередной затеи.

– Не. Вовка прав. – влез Антон. – Сами посудите. Учится она слишком хорошо для провинциалки. Живет одна. А еще Аленка по секрету сказала, а ей сказал наш куратор, что привел новенькую оперативник из Департамента.

– А кто ее по-твоему должен был привести, – поинтересовался Денис. – директор, что ли?

– Кто-нибудь из службы опеки, например. Или из полиции, но уж никак не оперативник из Департамента.

«А вот это правда. Кто-то недоработал» – подумала Риса.

– А вдруг она аристократка какая-нибудь? И здесь от кого-нибудь скрывается? А что, все сходится! Учится хорошо, общается мало, и оперативный отдел ее охраняет.

– А живет она одна, потому, что тайная дочь императора Ниххона, – вмешалась Риса. – и тот желает скрыть своего ребенка от тайных убийц, подосланных тайными врагами. Парни, вы опять анимэ пересмотрели? Вам же староста ясно сказала – не трогайте новенькую, пусть в себя придет.

– Риса, ты же вместе с ней на физкультуру ходишь, и переодеваешься в одной раздевалке. Она амулеты какие-нибудь носит? – задал неожиданный вопрос Владимир.

– Нет. А тебе зачем?

– Я через них плохо чувствую ложь.

– Вова, даже не думай проворачивать на ней свои фокусы. Опять нарвешься на неприятности, и тогда тебя точно исключат.

Но парень просто отмахнулся от нее.

– В общем так, – Владимир повернулся к Антону. – я встану где-нибудь за ее спиной, чтоб ты меня видел. Спросишь ее про титул там или должность. Ответит правду – я кивну.

– А если соврет или недоговорит.

– Уточнишь.

Прозвенел звонок и предупредить Алену или подопечную Риса не успела. А сразу после урока Антон подошел к новенькой и слегка поклонился.

– Прошу прощения, сударыня. Не соблаговолите ли назвать вашу должность.

Девушка приподняла одну бровь, скептически посмотрела на парня, на маневрирующего Владимира, на притихших одноклассников.

– Оно тебе надо?

– Прошу вас, не сочтите за оскорбление мою настойчивость, но все же. – Антон бросил взгляд на друга, вставшего за спиной девушки.

– Говорящая с духами, светлая волшебница второго ранга. – пожала та плечами.

Одноклассники удивлённо смотрели то на девушку, то на округлившего глаза и кивающего эмпата.

– Ещё раз простите мою настойчивость, но у вас ведь есть и титул, госпожа? – Антон решил пойти до конца.

Девушка подняла газа к потолку, тяжело вздохнула и пробормотала: «сам напросился». Затем опустила взгляд на парня. Осанка ее изменилась, на лице появилась легкая надменность.

– Вторая наследница престола, отмеченная Предвечной Ночью, всетемнейшая принцесса Вайя Флос. С кем имею честь?

Подтверждающий кивок и еще больше округлившиеся глаза Владимира заставили парня занервничать.

– Антон. Ученик одиннадцатого класса гимназии его Императорского величества...

– Простолюдин. – припечатала девушка. И с холодом в голосе добавила. – На будущее, юноша, о своих подозрениях нельзя кричать прилюдно. Публичное раскрытие титула может осложнить жизнь, как благородному, скрывающемуся от врагов рода, так и глупцу, раструбившему тайну. И иногда эти осложнения могут быть смертельными. Для обоих.

– Прошу простить меня, ваше высочество. Я не подумал... – склонился в глубоком поклоне парень.

– Успокойся, Антоха. – из голоса девушки исчез лед, а осанка вновь стала прежней. – Это титулы из игры.

– В смысле из игры?

– Из ролевой игры. У вас ведь есть игры, где нужно выбирать себе роль и отыграть ее, словно в спектакле.

– Так ты нас обманула?

– Извини. – Александра улыбнулась. – То, что Владимир эмпат, я знаю. А ты так старательно пытался у меня что-то выведать хитрыми словоблудиями, что удержатся от шутки было невозможно.

В классе грянул смех. Денис и Рик лежали на парте от хохота. Шум прервал школьный звонок.

На перерыве, стоило новенькой зачем-то выйти из кабинета, парни и девушки собрались вокруг неудачливых конспирологов.

– Ну что, знатно вас разыграли?

– Кто ж спорит. Вот только я не уверен, что все это было розыгрышем. – ответил Владимир.

– Да ладно. Признайся честно, провалилась ваша теория. – похлопал его по плечу Рик.

– Тут видишь какое дело. Я не могу точно сказать, что из сказанного было правдой, если правду перемешать с ложью. Особенно, если правды будет больше. Так вот, госпожа Волкова именно так и сделала. Говорила она достаточно быстро, чтоб я не мог уловить где именно она врет, кроме одного момента. Она солгала, когда сказала, что все ее титулы игровые.

Услышавшая это Риса принялась по памяти записывать слова подопечной. Тут вперед протолкалась староста.

– То есть по-твоему у нас в классе учится то ли волшебница, то ли принцесса? И судя по отсутствию вокруг слуг, фрейлин и кучи телохранителей Александра у нас волшебница. Вова, я вас просила не трогать новенькую? Твое счастье, что на ваши идиотские вопросы она просто пошутила, а не написала жалобу на попытку незаконного допроса под эмпатическим воздействием. В общем, вы с Антоном дежурите в кабинете до конца месяца.

– За что?!

– Не понял? Хорошо, до конца следующего месяца!

– Все. Осознал. Молчу.

– То-то же.

С этого дня новенькую частенько за глаза называли «принцессой». А та порой вела себя так, словно пыталась это прозвище оправдать, периодически выдавая что-нибудь высокопарное или цитируя различных аристократов. Но в остальном общалась с одноклассниками более свободно.

Так продолжалось до конца ноября. А потом Киф, заявил, что сегодня признается «принцессе» в любви. И решил сделать это в лучших традициях ниххонских анимационных фильмов, во время большого перерыва подсунув в сумку Александре записку с приглашением прийти во внутренний двор после уроков. Девушка пришла. Весь класс наблюдал из окон, как парень низко поклонился и что-то сказал блондинке. Та хлопнула себя ладонью по лицу, резко развернулась и зашагала к выходу из купола.

* * *

После забавной шутки с титулами общение с одноклассниками вроде наладилось. Я периодически выдавала что-нибудь высоким «штилем» или цитировала слова разных августейших особ из прочитанных книг, помогала с уроками, в то же время старательно держа дистанцию. Правда, общаться было тяжело – половина класса вела себя как повернутые на анимэ подростки, а другая как подростки, считающие себя взрослыми. Зато на их фоне любые мои заскоки могли пройти незамеченными. Как я предполагала – это была одна из причин моего зачисления именно в этот класс. Второй скорее всего была Риса. Брюнетка с яркими зелеными глазами, напомнившими мне об оставшейся на Земле подруге, явно была наблюдателем от Департамента. Подозрения появились еще на первой неделе – девушка постоянно за мной приглядывала и периодически делала какие-то записи в блокноте. А еще я заметила на ее шее знакомую цепочку. Сам амулет я не рассмотрела – он был спрятан в мешочек из темной ткани, но по покалыванию в обоих плечах догадалась, что амулет подавляющий, а сама девушка одаренный малефик. Последней каплей стал увиденный мельком радиотелефон со знакомым орнаментом.

Дни текли за днями. Тренировки с Джоном приносили небольшие порции темного эфира, а светлый поглощался почти постоянно из разных амулетов и элементов защиты, мимо которых я проходила. К октябрю Ми и Рей смогли окончательно укрепить стенки своего домена и начали потихоньку набирать силы. Боль при их взаимодействии с окружающим миром с каждым разом становилась все меньше. Общались мы по-прежнему мало – экономили силы. Со второй стипендии я купила заготовки для атама, жезла и остальных ритуальных инструментов. Но провести нормальный ритуал толком не получалось – Госпожа не отзывалась на призывы, а почти все заклинания рассыпались еще на стадии формирования. Отложив колдовство до лучших времен, я взялась переписывать по памяти книгу теней.

Постепенно отсутствие нормального общения и однообразный режим дня начинали давить на психику. Если раньше я могла поговорить с Рей и Ми или просто посидеть в Интернете, то сейчас даже телевизор был для меня непозволительной роскошью, в местных книгах я разочаровалась, а самые безбашенные музыканты исполняли тут что-то напоминавшее наш поп-рок. Тут еще и тело стало реагировать на одноклассниц, особенно после физкультуры в общей душевой. К концу осени приходилось постоянно держать эмоции под контролем, но долго такое продолжаться не могло.

* * *

– Что то ты сегодня буйная. – заметил Джон после тренировки.

– Извини, просто мне сегодня признались в любви и предложили встречаться.

– И? Нет, я помню, что тебе эта тема вроде не интересна, но буянить то чего?

– Этот ммм... человек сделал все так, как показано в анимэ, с открыткой и поклонами. Разве что орать на весь двор не стал.

– Ну-у... Как смог, так и предложил. Раньше тоже часто из фильмов и книг пример брали.

– Но не из анимэ же! Ему ведь девятнадцать лет, не семь. Я еле сдержалась, чтоб ему в челюсть не двинуть.

– Как тебя зацепило-то. Ну-ка пошли.

Джон привел меня в тир.

– Держи. – протянул он мне небольшой автомат. – Это штурмовой. Патрон слабоват, зато отдача слабая.

Я скептически посмотрела на мужчину.

– Попробуй очередью. – кивнул он на поднимающуюся ростовую мишень. – Можешь даже представить себе того парня. Только держи крепко.

Прижав приклад плотнее к плечу, как учили, я сперва выдала по мишени короткую очередь. Отдача действительно оказалась совсем небольшой и следующую очередь, уже длинную, я выпустила, удерживая автомат только за рукоятки. Грохот выстрелов и вид порванной в клочья мишени немного успокоил нервы.

– А еще магазин можно? – поинтересовалась я у оперативника.

– Можно. – улыбнулся тот. – Но только один.

Спустя пять минут и три порванных мишени меня окончательно отпустило.

– Отличная вещь! – заявила я, возвращая автомат. – Не знаю, как у него с другими характеристиками, но нервы лечит неплохо. Хотя роторный пулемет был бы еще лучше.

– Там у самого легкого отдача такая, что даже если его на станок поставить, тебя мотало бы из стороны в сторону так, что ты хорошо если одну из десяти пуль в мишень положила.

– Зато душу бы отвела. И вообще, меткость придумали те, кому патронов жалко.

К сожалению стрельба по мишеням помогла ненадолго. Общаться с одноклассниками меня больше не тянуло, и из-за маски Вайи Флос все чаще проглядывала Кассандра Нокс. Я язвила, а порой и хамила всем без разбора по поводу и без. За обидные слова приходилось периодически извиняться, но поправить ситуацию пока не получалось.

Глава 7

К воздействиям четвертого класса относятся: площадное проклятие очень сильного одаренного малефика, синхронное воздействие трех и более сильных одаренных или двух и более жрецов Храма Света.

Кассандра Нокс. «Создание и использование амулетов в полевых условиях.» Департамент Имперской Безопасности. ДСП.

С того неудачного признания «принцессу» словно подменили. Вместо привычной вежливости все чаще стала появляться язвительность. Она умудрялась нахамить даже учителям, и частенько получала выговоры от Алены. Проблема была в том, что успеваемость у новенькой была достаточно высокой, а родителей, которым можно было бы пожаловаться на поведение дочери не было. Впрочем, границу она переходила редко, и если вдруг всерьез кого-то обижала, то, неизменно извинялась. Тем не менее, в классе ее старались избегать. А еще она стала периодически что-то напевать.

— Напоминаю вам, что в конце января у нас Неделя Культуры — объявила Алена, собрав всех в кабинете после занятий. В этом году нам опять повезло, и мы будем представлять Ниххонскую Империю.

«Ну да, повезло...» — подумала Риса. — «Да нашему классу уже три года ничего другого и не дают, потому, что вы все к анимэ сведете.»

— Необходимо решить, кто будет выступать и с чем. От класса нужно общее мероприятие и, хотя бы один индивидуальный номер: песня, танец или еще что-то.

После слов старосты класс загудел. Как обычно, предлагать свою кандидатуру на индивидуальный номер никто не собирался, зато групповое мероприятие обсуждали бурно. Не влезавшая в общий разговор Риса увидела, как лицо подопечной застывает, а губы что-то тихо шепчут. Прислушавшись она смогла разобрать: «только не это, пожалуйста, только не снова анимэ». После чьего-то вопля: «на школьном фестивале должно быть косплей-кафе!», Александра стала биться головой об парту, что-то бормоча. Класс замолк и в установившейся тишине все расслышали ее слова: «Гребанное анимэ! Долбанные анимэшники! Да чтоб вас всех пони покусали! Ночь Предвечная, за что? Ну почему сюда? Да лучше бы в Эквестрию к принцессе Селестии, чем к этим анимэшникам!». Почувствовав чужое внимание, девушка перестала бормотать и подняла голову. — «Что?».

— Кста-а-ати, — протянула Алена. — госпожа Волкова у нас постоянно что-то напевает. Вот она и выступит с песней.

Все согласно зашумели.

— Вы шутите? — девушка огляделась по сторонам. — Я отказываюсь в этом участвовать!

— И пойдешь против решения всего класса?

— Прямо-таки и всего?

— Хочешь, устроим голосование? — прищурившись спросила Алена, явно довольная, что может хоть как-то повлиять на испортившееся за последние месяцы поведение новенькой.

Оглядевшись еще раз, подопечная Рисы отрицательно покачала головой.

— Что хоть петь-то? — с тоской в голосе спросила она.

— На твой выбор.

— Даже та-ак. — прищурилась не хуже Алёны Александра. Тоска в голосе сменилась злорадным предвкушением. — Ну раз ограничений совсем нет, я спою вам на свой вкус.

— Да хоть военный марш. — отмахнулась староста. — Главное с музыкантами нашими договорись и костюм в театральном кружке подбери. Риса тебе покажет.

* * *

Я, насупившись, шагала за наблюдательницей.

— Куда сперва? — спросила Риса — В театральный или к музыкантам?

— К музыкантам. А то вдруг у вас там играть никто не умеет или из инструментов одни гусли и балалайки.

— Все у нас есть. И инструменты и даже своя рок-группа. В ней парни из параллельного класса играют.

— Тогда точно сперва к ним. Посмотрим, что они умеют, а то все, что я слышала, устарело лет на сорок.

Одноклассница хмыкнула и завела меня в кабинет рядом с музыкальным классом. Я огляделась. Барабанная установка, микрофоны, колонки, гитары. Ну что ж, даже если они на них калинку-малинку играют, то все равно хлеб.

Риса поздоровалась с местными и объяснила кто мы и чего хотим.

Увы, репертуар ребят меня не обрадовал. Нет, они действительно играли что-то похожее на рок, но он слабо отличался от попсы. Понять, что именно я хочу они сразу не смогли. Пришлось взять гитару и наиграть пару мелодий. Тогда дело пошло, и к гитаре сперва добавились ударные, а потом бас. Минут через сорок поняв, что для «Большой Мсти» половина уже сделана, я отправилась в театральный кружок. Точнее в костюмерную. Чего тут только не было. Сперва я увидела чёрное платье с кружевами, а-ля готическая лолита. «Добавить к нему большой бант, тесак, белый грим, и можно спеть «Прятки». О, а если из этого наряда крылья убрать, то с тем же белым гримом неплохо подойдет для «Песни о мертвой долине». Или не мучиться и спеть им «Куклу колдуна». Представив какой эффект произведет последняя песня, я ухмыльнулась.

— И не стыдно тебе? — неожиданно раздался в моей голове голос Рей.

— А чего это мне должно быть стыдно? Я не просилась выступать, а выбор песни они оставили на мое усмотрение.

— И ты решила испортить им праздник? Тоже мне, Дюдюка Барбидокская. Сандра, это же просто дети.

Я задумалась. Действительно, чего это я?

— Пожалуй ты права. И что же мне теперь спеть?

— Вон ушки симпатичные лежат. Одень и спой что-нибудь из «Дружба это чудо». Пойдет на ура.

— Ага, «Полночь во мне», например. В обработке Элиаса Фроста. Я же ничего оттуда кроме пары забавных цитат не помню, хотя... Если взять вот этот хвост и одеть что-нибудь чёрное...

* * *

Риса с тревогой смотрела на подопечную. Та явно задумала гадость. Некоторые мелодии, которые она играла, звучали довольно агрессивно, а улыбка, с которой рассматривала наряд черной феи, заставила поежиться. Когда же над правым плечом девушки, где как недавно выяснилось, была какая-то ограничивающая татуировка, заклубилось прозрачное марево, Риса, одна из немногих, кто не просто чувствовал, но еще и видел колебания эфира, невольно схватилась за амулет. Хоть подопечная и считалась неодаренной, кто знает, насколько такая татуировка эффективна. Но Александра внезапно успокоилась и, повертев в руках белые ушки и белый пушистый лисий хвост, повернулась к ней.

— Слушай Риса, а чёрное кимоно здесь есть?

— Вряд ли тут вообще такое есть. А тебе нужно именно чёрное? — Риса с сомнением посмотрела на блондинку. Кимоно у нее было и не одно, но одноклассница была выше ее сантиметров на пять.

— Желательно. А если без рисунков, так вообще идеально.

— У меня есть. Я завтра принесу. Уже решила, что будешь петь?

— Да. Нужно только будет с ребятами отрепетировать.

* * *

Прошло две недели. Все это время Александра вела себя подозрительно спокойно, даже язвительность куда-то пропала. Наконец подготовка, а потом и сама Неделя Культуры подошли к концу. Оставался только большой концерт, закрывавший праздник. Одеть на него белое кимоно Рисе показалось забавным. Она точно знала, что кроме нее и подопечной никого из девушек в кимоно не будет, а значит кем бы не нарядилась Александра, костюм Рисы будет уникальным. Решив не придумывать ничего сложного, она просто распустила волосы и намотала на голову повязку, изобразив ниххонский вариант призрака.

Александра пришла на концерт в черном кимоно. На голове ее топорщились звериные ушки, а сзади болтался пушистый лисий хвост. Дополнял картину макияж в ниххонском стиле. «Кицунэ» — вспомнила Риса название персонажа легенд и сказок. Интересно, что это будет за песня в таком костюме? Заранее узнать у Александры так и не получилось, та только хитро улыбалась. Парни из группы разводили руками — во время репетиций девушка лишь напевала мотив, не произнося ни слова.

Наконец подошла очередь их класса. И на сцену вышла лиса-оборотень. Заиграла на удивление спокойная мелодия.

«Льдистым днём друг к другу прильнем,

Вместе пойдем ко дну.

Брат свиристель позови нам метель,

Злую лесную луну.»

Зал притих. «Интересно, а подвох будет, или обойдется?» — подумала Риса, внимательно слушая песню.

«Как зелена в глазах глубина.

Будет на дне тепло.

Как уголь черно мое кимоно, твое как снег бело.»

Подвох был. В белом кимоно была только она.

* * *

Две недели репетиций, во время которых я старательно скрывала, что же буду петь. На все вопросы Рисы отвечала хитрой улыбкой. Но самое главное — музыкальные репетиции немного успокоили расшатанные нервы и приподняли настроение. И вот, наконец, концерт. Парни отыграли неплохо, да и я, кажется, нигде не налажала. Судя по громкости аплодисментов, народу песня понравилась. А может просто костюм получился удачным. Я изобразила что-то похожее на японский поклон всем корпусом. А потом не спеша спустилась в зал.

После концерта переодевшись и смыв грим, я решила зайти в класс, отдать Рисе реквизит. Увидев меня, народ притих. Потом ко мне подошла староста.

— Как называется эта песня?

— Так и называется — «Кицунэ».

Остальные, услышав мой спокойный, без обычной язвительности, ответ подтянулись поближе, и засыпали вопросами. Пришлось отвечать. В основном «нет». Нет, песню сочинила не я. Нет, эту группу никто не знает. Точно никто. Кто-то слышал про группу «Мельница»? Тогда зачем спорить? Да, я знаю другие песни этой группы и нет, их я петь не буду. Как о чем песня? О любви, о чем же ещё?

Последний ответ вызвал массовое поблескивание глазок у женской половины вопрошающих.

— Как это романтично. Белая лиса в черном кимоно и черный лис в белом.

— Нет уж. — я скривилась. — Лучше пусть это будет симпатичная лисичка...

При этих словах глаза старосты, смотревшей куда-то мне за спину, казалось заблестели в два раза сильнее, а щеки покраснели. Интересно, чего это она? Я развернулась. В дверях стояла зеленоглазая брюнетка в белом кимоно. Оставалось только мысленно сказать: «Упс!»

* * *

«Лучше пусть это будет симпатичная лисичка...» услышала она, когда заглянула в класс. Сперва ее заметила Алена, от взгляда которой у Рисы все внутри похолодело. Потом обернулась Александра и остальные одноклассники. Пару секунд все молчали, а потом кто-то сказал.

— Слушайте, а ведь Риса-то в белом кимоно. И глаза у нее зеленые. Это что же, Сашка про нее пела?

— Саня, сознавайся!

— Во-первых, я не Саня и не Сашка, а во-вторых это просто совпадение. Откуда мне было знать, во что будет одета Риса?

— Нет, это не совпадение. — закатила глаза староста. — Это судьба! После такого громкого признания в любви, вы просто обязаны быть вместе!

Плечи Рисы опустились. «Это все-таки прозвучало!»

— А что однополые браки уже разрешили? — с интересом спросила блондинка.

«Что несет эта дура?! Она что, до сих пор ничего не знает?! Хотя откуда?» — Риса рванула к подопечной.

— То есть ты согласна, да? — деловито потерла руки Алена.

— Ну-у-у, девушка она красивая, почему нет.

— Ты! — Риса проглотила готовое сорваться оскорбление и, сцапав болтунью за рукав, потащила за собой в коридор.

— Госпожа Золотова, куда вы меня тащите?

— Ты хоть понимаешь, что творишь?

— Да в чем дело-то?

— Да в том, — Риса остановилась и развернулась к однокласснице. — что к тебе теперь ни один парень не подойдёт! Или тебя это не волнует?

— Нет. А чего ты так за меня беспокоишься?

Риса опустила голову.

— Ко мне теперь тоже ни один парень не подойдет.

— Ты симпатичная девушка. С чего вдруг парни будут тебя обходить стороной после моей шутки?

— С того. Я в этой гимназии с пятого класса учусь. Алена очень любит помогать другим строить отношения. Особенно нетрадиционные. Теперь нас до конца года будут пытаться свести. И парней не подпустят.

Александра удивленно посмотрела на нее.

— Что, серьезно?

— Да. Трем парням в позапрошлом году пришлось даже перевестись отсюда в обычную школу. Алене с чего-то пришло в голову, что они не просто друзья. С ее подачи девчонок к ним просто не подпускали. Зато друг с другом старались постоянно оставить наедине. Даже романтический ужин им организовывали с музыкой и свечами.

— Бедняги! — лицо одноклассницы дрогнуло, и она поспешно закрыла его рукой. — Мне их жаль. Хотя, — она фыркнула, — кому я вру? Нифига мне их не жалко.

И, убрав руку от лица, девушка громко захохотала. Риса почувствовала, что начинает закипать. Неужели эта дура не понимает насколько все серьезно?!

— Боги! — сквозь смех выдавила подопечная. — Я знала, что в вашей гимназии полно психов, но чтоб так...

— Не смешно! — Рисе нестерпимо захотелось ударить идиотку, и она даже занесла руку для пощечины, но тут раздался громкий щелчок и глухое звяканье, а с шеи исчезла привычная тяжесть. «Амулет сломался!» — мелькнула паническая мысль. Потом глаза заволокло черным туманом.

* * *

Очнулась Риса дома, в постели. Голова была абсолютно пуста, и она не сразу осознала где находится. Попытка вспомнить вчерашнее принесла только обрывочные видения. Александра удивлённо смотрит на нее. Затем туман. Александра тащит ее какими-то проулками. Туман. Они целуются в подъезде. В обнимку заходят в квартиру, и, едва заперев дверь, начинают срывать друг с друга одежду. Опять туман. Потом еще несколько видений, за которые очень стыдно. А сейчас за спиной чувствуется тепло чужого тела. Увы, Риса знала, что увидит. Пустой обожающий взгляд и готовность выполнить любую ее просьбу.

— Интересно, — пробормотала Риса — меня просто посадят в одиночную камеру или отправят на рудники?

— Бросят в темницу. — сонно пробурчали из-за спины. — А если верить одной принцессе, то сперва сошлют, а потом бросят в темницу там, куда сошлют. Боги, как же руки то болят. И не только они. Ты меня совсем заездила вчера. Доброе утро!

— Доброе. — на автомате ответила Риса, переваривая услышанное.

— Извини за бестактный вопрос, но тебя часто так накрывает? Я не то чтобы против, но на всякий случай хотела бы знать заранее. Снять номер в гостинице в соседнем куполе или хотя бы такси вызвать.

— Что?

— Накрывает так тебя часто, спрашиваю? — повторила свой вопрос подопечная.

Речь девушки была слишком осмысленной для попавшего под приворот человека и в душе Рисы затеплилась надежда. Она обернулась и внимательно вгляделась в глаза одноклассницы. Живой и ясный взгляд. Неужели у нее тоже был амулет? Но тогда почему она здесь?

— Погоди, на тебя что, не подействовало?

— Что не подействовало?

— Ну то, из-за чего я вчера к тебе приставала... Прости.

— Подействовало. — одноклассница улыбнулась. — Приложило так знатно, что я едва до кровати дотерпела. Но, кажется, тебе самой досталось больше моего. По крайней мере я себя хоть как-то контролировала. А вот ты, по-моему, окончательно перестала соображать еще на подходе к дому.

— Ничего толком не помню. — Риса помотала головой. — Как мы вообще здесь оказались?

— Ну ты обиделась на меня за песню, хотя я, честное слово, ничего такого не хотела. Стала ругаться, а потом упала на колени. Я уже хотела врача вызвать, но ты стала бубнить что-то про амулеты и что тебе нужно попасть домой так, чтоб никто по дороге не встретился. Пришлось идти по твоим указаниям каким-то хитрым маршрутом, по пути отбиваясь от приставаний. Ну а в квартире тебе окончательно сорвало крышу. В общем, ночка была весьма бурной.

— Значит ты меня довела до дома, а потом мы... — Риса покраснела. — Но если ты себя контролировала, то почему ты это сделала?

— Хм. Нужно было оставить тебя одну в таком неадекватном состоянии? Я же не знала, что с тобой случилось. Вдруг бы ты на улицу побежала и стала приставать к прохожим. Последствия могли бы быть хуже.

— И тебе не противно было делать это со мной?

— Неа. Мне нравятся девушки. Ты симпатичная, и тебе явно это было нужно, так почему бы и нет?

— То есть ты из этих?

— Не знаю про каких именно «этих» ты говоришь. — Александра помрачнела и стала выбираться из кровати.

— Подожди. — Риса села. — Я не хотела тебя обидеть. Просто это неожиданно, и я до сих пор не могу в себя прийти.

Подопечная махнула рукой.

— Ладно. Забыли. Может все-таки объяснишь толком, что вчера с тобой случилось?

Риса глубоко вздохнула, собираясь с духом.

— Я малефик. Одаренный. Если я чем-то недовольна, злюсь или испытываю любые другие негативные эмоции к человеку, то я могу его приворожить. — она подняла глаза на Александру, но та лишь кивнула, никак не выказав испуга или отвращения. — Приворот — это такое проклятие...

— Когда человек частично или полностью теряет волю и становится зависим от проклявшего на уровне инстинктов размножения. — перебила одноклассница. — Я знаю, что такое приворот.

— Ну так вот. Мне тяжело общаться с людьми. Я постоянно боюсь кого-то нечаянно приворожить. В этом классе вроде все стало налаживаться, и тут ты со своими шуточками.

— Прости. — одноклассница села рядом. — Представляю себе, каково это, знать, что в любой момент можешь случайно сотворить с человеком такое.

— Такое со мной случалось раньше. Два раза. Мне тогда было семь и до секса не дошло — мы были слишком маленькими. Но тем детям все равно потребовалось довольно долго лечиться в Храме. После второго раза меня отправили в Департамент на обследование. И там объяснили, что случилось и почему. Родители отказались меня забирать, и с тех пор я живу здесь. В Департаменте мне выдают подавляющие амулеты, но они со временем теряют силу. Вчерашний вообще сломался. Наверное, из-за подготовки к неделе культуры разрядился быстрее, а я не догадалась поменять на новый.

— Подожди! То есть как отказались? Твои родители бросили семилетнюю дочь только потому, что она оказалась малефиком?

— Нет. Потому, что проклятием оказался приворот, а я не просто малефик, я одаренная. На меня нельзя навесить ограничивающий амулет и лет на десять забыть о проблеме. Родители испугались за старшего брата. Известно несколько случаев, как дети с подобным даром привораживали целые купола. Ничем хорошим это не заканчивалось. А ещё есть легенда, согласно которой, один сильный малефик таким образом собрал огромную армию, и прогневил Изначальный Свет настолько, что стихия уронила на него звезду. Из-за этого многие считают приворот самым отвратительным проклятием.

— И ты с семи лет живешь одна?

— Нет. Я не единственный малефик, от кого отказались родители. При Департаменте есть свой приют для таких детей. Я в нем жила до пятнадцати лет.

— Ну, вчера все более или менее обошлось. На меня твой приворот почти не подействовал. И по дороге мы никого не зацепили. У тебя запасные амулеты есть?

— Нет. Их выдают и только в обмен на старый. Они сделаны из особого сплава и очень дорогие.

— А если амулет ломается, тогда что положено делать?

— Закрываться дома, звонить на тревожный номер и ждать оперативную группу.

— Сегодня выходной, так что я думаю не будем портить себе и людям утро. Позвоним ближе к обеду. А сейчас предлагаю позавтракать.

— Так нельзя. А вдруг я снова... как вчера.

— Ну-у. Если как вчера, — Александра нарочито задумалась, а потом улыбнувшись продолжила. — я не против повторить. Только не так интенсивно.

— Все серьезно, а ты. Как вот ты можешь, а?

— Если ты про сегодняшнюю ночь, то по-разному. — хитро прищурилась девушка.

— Извращенка! — Риса опять покраснела и, чтобы скрыть смущение, выскочила из комнаты. — Я в душ!

Выйдя из душа Риса обнаружила в спальне заправленную постель и аккуратную стопку своей одежды, а на кухне чашку с горячим чаем и яичницу с сыром и помидорами.

— Извини, я немного похозяйничала. Ты не против?

— Все нормально. Спасибо тебе.

— Я воспользуюсь твоим душем?

— Да, конечно.

Пока одноклассница плескалась, Риса наскоро перекусила и отыскала в спальне радиотелефон. К счастью, защитный амулет на крышке сработал и аппарат пережил вчерашний выброс. «Нужно будет не забыть указать в отчёте», — подумала Риса, набирая номер.

Едва она положила трубку, как в комнату вошла Александра.

— Я думала радиотелефоны ломаются при сильных вспышках эфира.

— Это новая модель с экспериментальной защитой. На удивление надежная вещь.

— Ну да, новая модель. — непонятно чему покивала Александра. — Что теперь будешь делать?

— Дождусь специалистов из Департамента, получу новый амулет, сдам старый, напишу объяснительную. — как можно более спокойным голосом сказала Риса, а про себя подумала, что получит, как минимум, выговор. — Тебе, наверное, не стоит показываться перед людьми из Департамента, чтоб избежать лишних вопросов.

— Риса, ты думаешь, что сможешь умолчать в отчете, что я попала под приворот и чем мы тут весь вечер и почти всю ночь занимались?

— В каком отчёте?

— Ох, Риса. — одноклассница укоризненно покачала головой. — О том, что за мной будут наблюдать я прекрасно знала, а ты так старалась не упускать меня из виду, что трудно было не догадаться о личности наблюдателя. А уж твой «новый» телефон с моими защитными рунами... Амулет небось ты и заряжала?

— Да, я. Подожди, ты сделала эту защиту? Но ты же не одаренный малефик. — Риса осеклась.

— Оперативник из тебя пока еще никакой. Хотя вряд ли директор всерьез рассчитывал на то, что я не догадаюсь.

— То есть ты знала, что я за тобой слежу, и все равно общалась со мной и... — тут Риса в полной мере осознала, что половину ночи занималась сексом. В первый раз. С девушкой. И ей стало одновременно страшно от того, что она могла по-настоящему приворожить одноклассницу, и противно от того, что хотелось повторить хоть часть того, что они вытворяли ночью. Она заплакала.

— Эй, ты чего? — Александра села рядом и обняла.

— Я не только малефик, я еще и извращенка! — сквозь слезы выдавила Риса.

— Почему это?

— Я первый раз в жизни занималась... этим. И с кем? С девушкой, которую сама же и приворожила!

— Знаешь, по статистике у половины девчонок первый раз не очень удачный. У кого партнер неопытный, у кого просто случайный, а кто-то вообще по пьяни и непонятно с кем. С девушкой тоже бывает, но обычно не считается. А со мной вообще случай особый.

— И чего это он особый?

— Мне не просто так нравятся девушки. Есть для этого веская причина. Если при обследовании в Департаменте эту причину не нашли или не посчитали нужным тебе сказать, то позволь и мне умолчать, хорошо. Просто поверь, со мной это не то же самое, что с другими девушками. Не настолько извращение, как бы странно это не звучало.

— Допустим. — Риса немного успокоилась. — И что теперь?

— Ничего. Приедут сейчас ребята из оперативного отдела с амулетом. Заберут нас в Департамент. Может помурыжат денек, меня наверняка еще к директору вызовут, поругают и отпустят. Последствий-то никаких.

— Я про нас с тобой.

— Честно? Не знаю. Я бы предложила тебе стать моей девушкой.

Риса задумалась. Она, конечно, мечтала, что однажды у нее будет кто-то, кого она полюбит, и станет встречаться. Но с девушкой... С другой стороны, после того, что было ночью... Да и не вызывала Александра у нее отвращения.

— Я пока не знаю, что тебе ответить. Давай подождем, что скажут в Департаменте.

— Но в принципе ты не против?

— Не знаю, Саша. Мне нужно разобраться в себе.

Девушка поморщилась.

— Не зови меня Сашей. И Александрой не зови. Для тебя я Сандра.

— Тебе же не нравится, когда твое имя сокращают.

— После такой ночи тебе можно.

Ответить Риса ничего не успела — в дверь позвонили.

Глава 8

Иногда надо рассмешить людей, чтобы отвлечь их от намерения вас повесить

Джордж Бернард Шоу

— Господин директор, только что звонила Риса Золотова! Ее подавляющий амулет сломался!

Игнат осекся, увидев в кабинете директора заместителя начальника оперативного отдела по боевым операциям.

— Успокойся, Игнат. Раз звонила сама, значит себя уже контролирует. Сейчас в первую очередь необходимо оценить последствия. Где и когда это произошло она сказала?

Парень глубоко вздохнул и продолжил уже спокойнее.

— По ее словам вчера в гимназии. Говорит, что после выброса сразу отправилась домой и с тех пор никуда не выходила.

— Спасибо, Игнат. Можешь идти. Ну вот видишь, Джон, — обратился к оперативнику директор, когда парень вышел. — Не все так страшно.

— Ну да, это не вам под конец рабочего дня звонит Илона и кричит, что в районе гимназии случился выброс темного эфира четвертого уровня. А стажеры, которым поручили наружное наблюдение, заявляют, что все в порядке. Ну тащит одна девчонка другую домой чуть не волоком, отбиваясь от попыток поцеловать и залезть под юбку, так «в досье же написано, что она лилия». А то, что в этом случае не Риса должна лезть под юбку к Сашке, а наоборот они не подумали.

— То есть на Волкову приворот не подействовал?

— Сложно сказать. Стажеры говорят, что в подъезде они уже вовсю целовались. Но она могла просто сдаться под напором симпатичной девушки.

— Что ж сведения об ориентации можно считать подтвержденными. Отправляй к ним команду с амулетом и пусть доставят обеих девушек сюда.

* * *

Когда Риса замахнулась, я решила, что вот сейчас мне и прилетит по наглой моське, и даже приготовилась перехватить ее руку. И тут глаза одноклассницы широко раскрылись и вокруг нее заклубилась темная, видимая даже обычным зрением, дымка. А потом этот туман резко собрался в жгут и ударил меня в грудь. В глазах потемнело и на границе сознания я услышала крики: «Ми, скорее! Рей, я все не соберу!». Через пару секунд зрение прояснилось. Риса стояла на коленях, держа в трясущихся руках чехол с амулетом. Присев рядом, схватила ее за плечи и чуть не взвыла, настолько мне захотелось уложить ее прямо там, на полу коридора, сорвать одежду и... С трудом восстановив контроль над телом и мыслями я, по старой привычке, спросила не нужно ли ей к врачу, хотя тут нужен был не врач, а жрец посильнее. Девушка в ответ потребовала отвести ее домой, потому, что ее амулет сломался и подходить к ней никому нельзя. Кое как мы добрались до ее квартиры. На Рису периодически накатывало, и она то пыталась меня поцеловать, то вообще залезть под юбку. Контроль над эмоциями держался ровно до дверей ее квартиры, хотя целоваться мы начали, кажется, еще в подъезде. На остатках упрямства я, уже без одежды, дотащила девушку до кровати, а потом меня накрыло окончательно.

Утро встретило болью в натруженном за ночь теле и дивным спокойствием на душе. Правда не долгим. Вид расстроенной Рисы подпортил настроение. Впрочем, ей, в отличие от меня, было отчего расстраиваться. Если бы мне довелось проснуться в одной постели с одноклассником, уже были бы трупы. А уж чего стоил рассказ об отношении окружающих к ее способностям... Я семь лет жила просто с осознанием приближающейся смерти, и то крыша подтекает, она же одиннадцатый год живет в постоянном страхе перед собственным даром. И даже оправдывает бросивших ее родителей.

Пока Риса бегала в душ, я собрала разбросанную по квартире одежду и пошла на кухню. Рядом возникла полупрозрачная драконесса. Вид Рей, пусть и не восстановившей всех сил и вторую форму, но уже способной общаться не только голосом в голове обрадовал.

— Ну ты как?

— Нормально вроде. Вы теперь можете выходить наружу?

— Это после вчерашнего. — махнула она лапкой. — Правда Ми не все успела собрать и тебе все-таки досталось. Но для проклятой ты выглядишь слишком довольной.

— А чего огорчаться? Нет, Риса конечно девочка неопытная и почти всю партию вела я, да и заездила она меня конкретно... Откуда такая ненасытность, интересно?

— Это из-за приворота, мистресс. — на стуле появилась Ми. — Постарайтесь сохранить с ней отношения. У девочки необычная сила. Не почти чистая Тьма, как у Джона, а с большой примесью других стихий, особенно Огня. И во время секса она ее выплескивает по чуть-чуть.

— Ми, — я отыскала в холодильнике яйца, сыр и помидоры. — тебе не кажется, что это весьма меркантильно с твоей стороны?

— Ой да ладно. — махнула лапкой кошка. — Она ведь вам нравится, да и жаль девочку. А так, и ей хорошо, и нам с вами польза.

Я укоризненно покачала головой. Ми и Рей переглянулись и исчезли, а в кухню вошла Риса. Усадив ее за стол, я отправилась приводить себя в порядок. Пока намыливала голову рядом вновь появилась Рей. Задумчиво меня оглядела.

— Знаешь, а ведь на тебя приворот подействовал. Пусть и слабо.

— Ну и ладно. Пройдет со временем. — отмахнулась я.

— Сандра, так нельзя.

— Почему? Ми права, пусть и не во всем. Да и не собираюсь я давить на девочку. Если она не захочет продолжать отношения, просто снимем чужое влияние и все.

— Смотри сама. Но я тебя предупредила. Кстати, ты в курсе, что она хороший сенсор? И ощущает наше присутствие, а скорее всего даже сможет нас увидеть?

— Хм. Тогда понятно, почему все случилось так.

— Думаешь, она чувствует в тебе мужчину?

— Скорее всего, хоть и не осознает этого. На всякий случай, постарайтесь не показываться при ней.

— А то я сама не догадалась. — задрала носик драконесса.

— Тогда Ми предупреди. — улыбнулась я.

Рей исчезла, а я отправилась к Рисе, которая уже успела отзвониться в оперативный отдел. Мои слова о бесполезности попыток скрыть происшествие и осознание случившегося расстроили ее до слез. Попытавшись кое-как успокоить одноклассницу я, к собственному удивлению, добилась успеха, и даже мое предложение продолжить отношения не вызвало резкой неприязни. Видимо мы с Рей были правы, и на девочку давят последствия неконтролируемого выброса и подсознание, которое шепчет, что все правильно. Чтож, силы воли у нее хоть отбавляй и если я ей действительно неприятна, то никакой приворот и подсознание не заставят ее принять мое предложение. Перекусить я не успела — за нами приехали. Рису по приезду отправили к жрецам, а меня сразу к директору. Как ни серьезен был момент, настроение неуклонно поднималось и пока я шла к кабинету начальства на лицо нет-нет, да и выползала довольная улыбка. У приемной встретила Игната.

— Здравствуйте, Александра. Смотрю вы сегодня в хорошем настроении.

— Здравствуйте, Игнат. Да, есть такое. Хороший секс снимает стресс и прочищает мозг. — ляпнула я.

— Вы же говорили, что к мужчинам равнодушны. — пробормотал парень.

— Но ведь на мужчинах люди не заканчиваются, верно же? — пожала я плечами и вошла в приемную. За спиной послышалось: «хвала Свету, я больше не ее куратор».

Через две минуты меня вызвали в кабинет.

— Здравствуйте, господин директор. — привычно слегка поклонилась я, усилием воли прогоняя веселье. — Чем обязана?

— Здравствуйте, Александра. Хотелось бы услышать о произошедшем вчера.

— Вас интересует весь день, или что-то конкретное.

— Промежуток времени от получаса до того, как вашей подруге стало плохо, и до того момента, как к вам приехали наши специалисты. Только я хотел бы услышать не краткий доклад из сухих фактов, а полный рассказ с вашим мнением по поводу случившегося.

— Вы разрешите опустить некоторые подробности? Интимные.

— Хорошо.

— На школьном фестивале... Блин. Я это сказала. — я хлопнула себя по лицу. —Извините. Так вот, на концерте в честь закрытия Недели Культуры я спела песню...

Минут пять я, опуская некоторые подробности рассказывала о произошедшем.

— В общем, мы провели вместе остаток вечера и ночь, а утром наши коллеги привезли меня сюда. — закончила я рассказ.

— Давно вы знаете, что она за вами наблюдает?

— Подозрения появились еще в начале сентября. Ее телефон — это просто надпись большими буквами: «я работаю в Департаменте».

— Риса не знала, что амулет разработали вы. Ей, как и остальным сотрудникам, телефоны были выданы для, как вы выразились, зарядки и тестирования.

— А результаты есть? — не удержалась от вопроса я.

— Да. Защита против нейтрального эфира держится до второго уровня включительно. Это один из самых компактных вариантов, а с учетом цены и способа активации, вещь уже сейчас достойна пуска в серию.

— Странно, что всего лишь второй уровень. Телефон Рисы пережил полноценное проклятие. Я предполагала, что зарядка рун темным эфиром даст лучший результат, но такая разница впечатляет.

— Думаете, что если насыщать ваш амулет будет малефик, то всплески обычного эфира будут гаситься так же?

— Не знаю. Даже если нет, согласитесь, что техника, выдерживающая сильное проклятие — тоже неплохо.

— Согласен, но надеюсь, что такая техника нам не понадобится. По поводу Рисы. Вы хотите подать официальную жалобу?

— Зачем?

— На вас было наложено проклятие четвертого уровня. Это довольно серьезно. Риса, как работник Департамента, пусть и стажер, несет полную ответственность за подобные действия, даже случайные.

— То есть когда она сказала про одиночную камеру или рудники?..

Директор кивнул. «Япона мать!» — мысленно взвыла я, — «вот я молодец, еще и пошутила в тему.»

— Вообще-то я предложила ей продолжить отношения.

— Вы серьезно?

— Она мне нравится. Не настолько, конечно, чтоб замуж позвать, но нам сейчас рано об этом думать.

— Однополые браки у нас не приняты.

— Это правильно, наверное. Как у вас вообще смотрят на подобные отношения?

— Лет сто пятьдесят назад, вздумай вы поцеловать девушку на улице, отделались бы как минимум изгнанием за пределы куполов города. Сейчас просто посмотрят с неодобрением. Кто-то может высказать свое недовольство, но если не демонстрировать ваши отношения публично, то проблем у вас не будет. В Ниххонской Империи к таким вещам относятся спокойно уже лет семьдесят, как и в некоторых княжествах. Что вы будете делать, если она откажется?

— Останемся подругами. Правда не обещаю, что не стану предпринимать попыток ее соблазнить.

— Вас не беспокоит, что вы можете испортить ей жизнь?

— Господин директор, давайте начистоту. Риса очень сильный малефик, да еще с таким даром, что узнай о нем окружающие, ее бы за километр обходили. Общаться с другими людьми ей попросту страшно. Куда уж хуже? А я, в случае чего, смогу попробовать ее успокоить или просто пережить проклятие практически без последствий. И ей легче, и вам меньше головной боли. Если же она найдет себе смелого парня, то мы просто расстанемся. Ну и, возможно, я смогу сделать амулет не только для телефона.

— То, что наблюдение за вами входит и будет входить в ее обязанности вас не беспокоит?

— У каждого своя работа. — пожала я плечами. — Давить на нее, чтоб придержать какие-то сведения обо мне я не буду, да и с учётом наружного наблюдения это не имеет смысла.

— Весьма цинично, но честно. Я передам ей ваши слова. Да, и с этого дня, независимо от ее решения, вы будете жить в одном доме. Мои сотрудники помогут вам с переездом. Можете идти.

— Всего хорошего, господин директор.

* * *

Весь остаток субботы они провели в Департаменте. Хмурая Илона на пару с Артуром часа четыре гоняли ее из одного опорного круга в другой, что-то проверяя. Наконец отпустили, выдав новый амулет и потребовав зайти через пару дней. Потом был разговор с директором. Как ни удивительно, но никакого наказания не последовало, даже выговора ей не сделали. Вместо этого директор сообщил, что Сандра, как попросила себя называть, теперь, наверное, подруга, не имеет к ней никаких претензий по поводу произошедшего.

— Учтите, Риса, — сказал ей директор. — что обязанностей по наблюдению за Александрой с вас никто не снимает. Даже если вы захотите продолжить с ней какие-либо отношения.

— Я не уверена, что хочу что-то продолжать. Да и как она отнесется к моей работе?

— Вот и выясните. Ее переселят в соседнюю с вашей квартиру. Мне она пообещала не давить на вас ни в вашем выборе, ни в работе.

В воскресенье Сандру заселили в однокомнатную квартирку напротив, и в понедельник они пришли в гимназию вместе. На пороге класса их встретила Алена.

— Куда это вы обе сбежали после концерта?

— И ты здравствуй, Алена. — ответила ей Сандра.

— Да-да. Так куда?

— Рисе стало плохо. Я проводила ее до дома.

— Как-то это подозрительно.

— Подозрительно то, что ты, староста, заметив ее уход, интересуешься причиной только сейчас. Она, между прочим, до самой субботы встать с постели не могла.

— А ты откуда знаешь?

— Мы живем рядом.

— Да? И когда это ты успела туда переехать? Риса, — Алена повернулась к ней. — мы чего-то не знаем?

— Слушай, отстань от нее. — в голосе Сандры послышалось раздражение. — Она в постели пролежала почти сутки. И вообще вы ей праздником обязаны.

— Это ещё почему?

— Если бы не Риса, то на концерте я спела бы совсем другую песню и в другом костюме.

— Ой как страшно.

— Я тебе потом ее спою. На ушко. — зловеще улыбнулась блондинка.

— А что, перед всеми выступить боишься?

— На слабо хочешь взять? Ладно, считай у тебя получилось. После уроков устрою вам концерт.

После занятий все отправились в музыкальный класс. Алена привела парней из рок-группы.

— Так, ребята, — Сандра забралась на сцену и подключила микрофон. — мелодию номер четыре помните?

— Помним. А что?

— Да вот, наш класс хочет продолжения праздника.

«Ой, что сейчас будет» — успела подумать Риса, когда Сандра, ухмыльнувшись выдала в микрофон: «Итак песня „Прятки“, по личной просьбе нашей уважаемой старосты». Парень за синтезатором нажал пару клавиш и раздался звон колокола.

«Дин-дон, я пришла, скорее двери открывай.

Оставь надежды на спасенье.

Дин-дон, я пришла, скорее двери открывай.

Нет выхода из этой клетки.»

Через пару минут после того, как отзвучали последние слова, народ начал приходить в себя. Музыканты выглядели не менее ошарашенными, чем слушатели. Рисе даже показалось, что под конец песни кто-то из них сбился. Сама песня вроде была не очень страшной, но исполняла Сандра ее так, словно была сумасшедшей убийцей, пробравшейся в квартиру жертвы. А уж когда она вынула из-за спины нож вздрогнули все.

— Это было ужасно. Кажется, я сегодня ночью не усну. — сказал кто-то из девчонок.

— Сандра, — Риса решила проверить свою догадку — ты в костюмерной, когда к платью черной феи присматривалась, эту песню хотела спеть на концерте?

— Ага. К нему ещё белый грим нужен и тесак кухонный для рубки мяса, а не этот нож. Костюмчик вышел бы что надо.

— И половина гимназии два дня страдала бы от ночных кошмаров, а тебя ещё неделю по дуге обходили. — выдала свое заключение Риса.

— Это точно! — поддержали ее несколько одноклассников.

Судя по лицам, на недостаток воображения они не жаловались.

— Серьезно? Блин, нужно было все-таки спеть. Это все ты виновата. — ткнула она пальцем в Рису.

— Почему я?

— Не захотелось мне пугать красивую девушку.

— А остальные значит некрасивые и их пугать можно? — возмутилась Алена.

— А остальные не в моем вкусе. — отмахнулась блондинка.

* * *

Несмотря на то, что жила я теперь в соседней с Рисой квартире, общались мы только в гимназии и по пути на учебу и обратно. От предложения заходить в гости она отказалась, а я к ней напрашиваться не стала. Пусть немного разберётся в себе. Я же потихоньку начну осаду. Вот только разберусь с надоедливыми папарацци.

— Алена, ты у нас староста или где? Тебе что, нечем заняться? — я уже второй перерыв подряд отбивалась от настырной девчонки. — Иди вон, к парням приставай. Видишь, как тесно стоят. Явно неспроста. Там у половины какие-то отношения.

— Дружеские у них отношения, это не интересно. А вот у тебя с Рисой явно что-то большее.

— Так и у нас просто дружеские, совершенно не интересные тебе, отношения.

— Поэтому с самого фестиваля вы на занятия вместе приходите, и обедаете вместе. И она единственная из всего класса, кому ты разрешаешь называть себя Сандрой.

— Мы живем рядом, а совместно пережитый стресс сближает. Не слышала про такое?

— Слышала. Но вот насколько он вас сблизил?

— Ладно, я тебе открою страшную тайну. Только никому, хорошо?

Алена согласно закивала.

— Так вот, Риса мне давно нравится. Я ещё с первого класса в нее влюблена. Что я только не делала, даже стихи ей писала, но увы, моя любовь была безответна. И когда ей стало плохо после концерта, я поняла — вот он, мой шанс. Через весь город я пронесла ее на руках, как невесту, и ее сердце, наконец, дрогнуло. И вот утром, после бурной ночи любви, я ей сделала предложение руки и сердца. А она... — я тяжело вздохнула.

— Что? — раздался слаженный вздох сразу на несколько голосов. Пока я разглагольствовала, слушателей явно прибавилось.

— Она мне отказала. — закончила я.

— Как отказала? — озвучила общую мысль Алена, у которой покраснели не только щеки, но и уши.

— Александра Волкова, — тяжело вздохнула подошедшая Риса. — ты опять над людьми издеваешься. Не стыдно?

— Ну-у-у. — протянула я. — Неа.

— Так это что, неправда? — разочарованно протянула староста, возвращая себе нормальный цвет лица.

— Алена, сама подумай, насколько мне было плохо, если домой я добралась только с чужой помощью. Потом, я хоть и не толстая, но Сандра не парень, и до дома меня разве что на закорках дотащит, а никак не на руках. И, наконец, какая безответная любовь с первого класса? Она же учится здесь первый год, а в Столицу в начале лета приехала. — нанесла последний удар по влажным девичьим мечтам Риса.

Ответом нам был разочарованный вздох: «А мы поверили!».

— Эх, Риса, такую шутку испортила. — пробурчала я.

— Ты когда-нибудь договоришься. И нас с тобой действительно поженят, несмотря на все законы и нормы морали, просто в отместку за твои шуточки.

— Это все Алена, — ткнула я пальцем в старосту, — пристала как банный лист к... ноге. Да и как нас могут поженить, если однополые браки запрещены.

— Вообще-то нет. — неожиданно выдала Алена — Законодательного запрета нет. Просто любой служитель Храма откажется такой брак регистрировать. Но если согласится кто-то другой, имеющий такое право, император, например, то могут и поженить.

Я с подозрением прищурилась.

— Ты знаешь такие подробности. И вокруг нас все время крутишься. И вопросы про Рису мне задаешь. А может ты сама на нее глаз положила?

— Нет! — снова зарделась староста.

— Нет, не на Рису? Неужели... на меня? И ты хочешь — я шагнула к девушке, приобняла, и, глядя ей в глаза, продолжила театральным шепотом, — предложить мне ночь любви, руку, сердце и половину Империи?

— Н-н-нет. — выдавила та, краснея уже всем лицом.

Я отпустила старосту и повернулась к Рисе.

— Риса, представляешь, она не хочет на мне жениться.

— Чокнутая извращенка, — пробормотала Алена.

— Алена, ты уже неделю пристаешь с вопросами об интимной жизни к двум девушкам, знаешь способ заключения однополых браков и говоришь после этого, что это я извращенка.

— Я с объятиями ни к кому не лезу!

— Пфф. Вуайеризм — тоже извращение.

— Да ты...

Я состроила на лице серьезное, чуть надменно выражение.

— Знаете, Алена, вам стоит пересмотреть тактику. Потому, что если вы изволите продолжать в том же духе, то в классе какие-то отношения, кроме дружеских, будут не благодаря, а вопреки вашим стараниям. Или вы, госпожа Алена, специально себя так ведете?

— Да что ты понимаешь?

— В нашем возрасте любые нежные чувства, как хрупкий росток. Пока он мал, его легко сломать просто неосторожным прикосновением, и лишь спустя долгое время он может вырасти в крепкое дерево, которому не страшны даже сильные бури. А вы, — я обвела глазами Алену и ее подружек, — кружок вуайеристок, проходитесь по этим хрупким росткам будущих чувств как слоны по клумбе с васильками. Да с таким топотом, что поневоле задумаешься, а не специально ли вы это делаете.

От продолжения спора меня спас звонок.

Глава 9

Это был мой первый поцелуй!

Анимэ «Принцесса-волшебница Хана Шида» (Mahou no Princess Hana Shida)

Весь урок Риса сидела с задумчивым выражением на лице, изредка бросая на меня странные взгляды.

— И что это было? — спросила меня Риса, как только дверь за последними одноклассниками закрылась.

— Ты про что?

— Про половину Империи и клумбу с васильками.

— Я опять сказала какую-то банальность?

— Не знаю, что ты имеешь в виду под банальностью, но вот зачем ты к Аленке обниматься полезла?

— Риса, это была шутка.

— Шутка? Сперва ты несешь какую-то чушь про ночь любви, предложение руки и сердца, а потом лезешь обниматься и предлагаешь себя старосте...

— Погоди, — шагнув ближе я тихо спросила — Риса, ты что ревнуешь?

— Я!? — Риса открыла рот, чтоб продолжить. И тут ее зрачки резко расширились, а вокруг тела заклубилась черная дымка.

— Мистресс, — раздался за моей спиной голос Ми. — вы не одни!

Меня резко толкнули в спину. Я, налетев на Рису, прижала ее к стене. Наши губы соприкоснулись, и по телу пробежала волна эфира. «Нужно будет поблагодарить Ми», успела подумать я перед тем, как выпасть из сознания на пару секунд.

* * *

На последнем уроке Риса никак не могла сосредоточиться. От воспоминаний, о том, как Сандра обнимает Алену и шепчет «...Ночь любви и половину Империи...» становилось почему-то обидно. С одной стороны, она явно просто издевалась над старостой, а с другой...

Урок был последним, и Риса решила не откладывать разговор до дома.

— И что это было?

— Ты про что? — состроила непонимающее лицо Сандра.

— Про половину Империи и клумбу с васильками.

— Я опять сказала какую-то банальность? — непонимание так и осталось на лице. «Она что, действительно не понимает?» Риса хотела спросить, как этой шутнице пришло в голову вывернуть разговор таким образом, и зачем она вообще его затеяла, но спросила она почему-то совсем другое.

— Не знаю, что ты имеешь в виду под банальностью, но вот зачем ты к Аленке обниматься полезла?

— Риса, это была шутка. — ни грамма раскаяния в голосе.

— Шутка? Сперва ты несешь какую-то чушь про ночь любви, предложение руки и сердца, а потом лезешь обниматься и предлагать себя старосте... — Рисе вдруг снова стало очень обидно.

— Погоди, — перебила ее Сандра — Риса, ты что ревнуешь?

— Я!? — Риса аж захлебнулась от возмущения. Изнутри поднялась волна гнева. На краю зрения замелькал черный туман. «Только не опять!» — успела подумать она, и тут ее прижали к стене и поцеловали. Зрение уже привычно затуманилось, но всего на пару мгновений. Никакого всплеска эфира не произошло, даже амулет хоть и нагрелся, но не сломался и работал. Зато крепкие объятия и мягкие губы остались.

— Ой! — раздался знакомый голос. — Я не хотела вам мешать.

Сандра нехотя отстранилась и развернулась. Риса успела заметить, как клочки темного тумана тают, впитываясь в плечи подруги.

— Я... просто конспект в парте забыла, — пробормотала Алена, быстро подбегая к своей парте и вытаскивая тетрадь. — Я уже ухожу.

— Алена! — крикнула ей вслед Сандра.

Та обернулась.

— Я никому не скажу.

Сандра кивнула, и староста выскочила из класса.

— Нда. День сегодня неудачный. Хотя, как посмотреть... — сказала Сандра, глядя на закрытую дверь.

— Как ты это сделала?

— Что именно?

— Ты сделала так, что выброса не случилось. Весь темный эфир впитался в твои руки.

— Мои татуировки поглощают темный эфир, впрочем, как и светлый. Поэтому мне и не выдали никаких амулетов — они просто перестают работать через пару часов.

— Тогда почему такие татуировки не делают другим?

— Их делала не я. И как они работают я объяснить не могу, по крайней мере пока. А защитные татуировки у вас делают, я сама видела. Вот с таким рисунком. — Сандра изобразила на доске орнамент. — Я, правда, так и не узнала в чем их особенность.

— Татуировки Храма Света защищают только от проклятий. И малефикам их делать нельзя — они причиняют сильную боль. Делают их крайне редко, далеко не всем и по специальному разрешению — требуются усилия нескольких жрецов Храма, чтоб напитать светом чернила и иглы. Сами чернила делают из каких-то редких компонентов. А у кого ты такую видела?

— У директора.

Упоминание начальства вернуло мысли Рисы к произошедшему.

— Алена нас видела. Вот зачем было меня целовать, если эфир поглощают твои татуировки?

— Она заходила в класс, когда у тебя выброс начинался. А так и она под приворот не попала и не заметила ничего такого.

Над правым плечом Сандры воздух слегка затуманился и та, секунду помолчав, чему-то кивнула.

* * *

— Ну как вы? — прозвучал в моей голове голос Рей.

— В порядке. Нас правда застукали в момент поцелуя, и отмазаться скорее всего не получится. Как Ми? Она очень вовремя и удачно меня толкнула. Еще чуть-чуть и мог бы случиться белый пушной зверек.

— Устала.

— Тогда с меня рыбка. — пообещала я по привычке.

— Я передам... Говорит, что рыбку не хочет, хочет ватрушку с творогом. И чтоб ты сама готовила.

— Рей, вы что, уже можете жертвенную пищу использовать?

— Этот выброс мы поглотили полностью. Было не так много, как в первый раз, но и форму мы восстанавливаем теперь быстрее. Если хочешь, я поделюсь с кошкой силой, и мы вместе придем.

— Договорились. Тогда я в магазин и вечером ритуал. С меня шоколад.

— С фундуком!

Я молча кивнула и посмотрела на Рису, разглядывающую мое плечо. Интересно, что она там увидела?

— Пойдем домой. Мне нужно зайти в магазин за продуктами. За мной теперь должок. Хорошо, что завтра выходной.

— У тебя продукты закончились? — удивилась подруга.

— Муки нет, и сахар с шоколадом нужно будет докупить. — ответила я и вспомнила, что плита то у меня без духовки. Придется к Рисе на поклон идти. — А еще мне нужна будет твоя духовка.

— Ты будешь что-то печь? — удивилась Риса.

— Буду.

«Нужно будет тогда и для нее что-то приготовить.» — решила я про себя. — «Вкусно поесть любят не только мужчины.»

— В обмен на аренду духовки могу тебе что-нибудь приготовить. Ты вот что любишь?

— Яблочный пирог.

— Шарлотку, что ли?

— Не знаю, что такое «шарлотка».

— Ну вот и попробуешь.

В магазине пришлось изрядно потратиться. Форм для выпечки у меня не было. Продуктов тоже пришлось набрать целую сумку. Дома, разобрав продукты, оккупировала кухню Рисы. По-быстрому замешав тесто для ватрушек поставила его подниматься, и стала резать яблоки. Пока готовила тесто для шарлотки Риса успела съесть половину нарезанных фруктов. Пришлось резать еще, сразу в две миски, потому что набеги никто прекращать не собирался. Пока ставила пирог в духовку, тесто поднялось. Через полчаса в духовке пеклись ватрушки, на плите остывала шарлотка, а я оглядывала загаженную кухню. Выпросила у Рисы тряпку, отдала ей последнее яблоко и взялась за уборку. То, что Ми и Рей уже могут, пусть и ненадолго, покидать мое тело, а, главное, поглощать эфир из жертвенной пищи, напомнило о том, что я расслабилась и совсем забросила медитации и другие тренировки. Пока протирала пол вспомнила забавную песенку и не удержавшись запела.

* * *

Не успела она переодеться, как прискакала Сандра с сумкой продуктов и принялась хозяйничать. Риса с любопытством смотрела, как подруга что-то смешивает, режет яблоки... Яблоки! Удержаться было слишком сложно и, пока одноклассница смешивала яйца с сахаром и мукой, она утащила кусочек. Потом еще один, и еще и... наткнувшись на укоризненный взгляд, обнаружила, что перетаскала половину будущей начинки. На виноватое пожатие плечами, Сандра только вздохнула и снова взялась за нарезку. После второго утащенного кусочка резала уже в две миски, одну из которых подвинула ей. Потом залила жидким тестом яблоки и поставила противень в духовку. Взялась за оставленное под полотенцем тесто и творог. Риса сидела в уголке с миской нарезанных яблок и чувствовала себя котенком, наблюдающим за суетой людей с теплого подоконника. Недолго. Минут через пятнадцать по кухне поплыл аромат свежей выпечки, а у Рисы потекли слюнки. Тем временем Сандра уже раскатывала тесто и смешивала начинку. Еще через пятнадцать минут пирог в духовке был заменен ватрушками, а Сандра задумчиво оглядывала кухню.

— У тебя тряпка для пола где? — спросила она.

— Тебе зачем?

— Да вот насвинячила я у тебя немного. Приберусь, пока ватрушки пекутся. И вообще, расслабилась я тут на вашем укропе. Пора опять за тренировки браться, — не совсем понятно объяснила девушка.

Еще через пару минут Сандра, напевая: «Не родиться ведьме, чтоб скрести полы» эти самые полы отмывала от муки и мелких капель теста.

Наконец, все было готово, кухня отмыта, а Риса, усаженная за стол, жмурилась от удовольствия, запивая чаем бисквит с яблочной начинкой.

— Ну как? — спросила сидящая напротив Сандра.

— Вкусно. Я, пожалуй, даже прощу тебе сегодняшнее поведение. И «веселую песенку для уборки» тоже.

— О. Неужели настолько хорошо получилось? Или кто-то просто очень любит яблоки?

— Яблоки я действительно очень люблю, но и пирог и булочки с творогом получились очень вкусными. Где ты так научилась готовить?

— Дома. Правда, я не специально, но за несколько лет кто хочешь научится. Ладно, я пойду, у меня еще дело есть. До завтра, и спасибо за духовку.

Сандра прихватила со стола отложенные ватрушки и пошла к выходу.

— И тебе спасибо, — озадаченно пробормотала ей вслед Риса.

Странное поведение подруги ее озадачило. Сандра за время чаепития съела лишь небольшой кусочек пирога. Зато отложила в сторону сразу четыре ватрушки, оставив остальные ей. Через час любопытство совсем заело, и Риса отправилась в квартиру напротив. Едва зайдя в прихожую, она почувствовала странные возмущения эфира. Сандра нашлась в спальне. Девушка сидела на коленях спиной к двери перед низким журнальным столиком, на котором горели свечи и лежали какие-то предметы.

Услышав ее шаги, подруга обернулась. Жестами попросила молча постоять на месте и отвернулась обратно. Что-то беззвучно прошептала, сложив руки в странном жесте. Встала и, вытянув перед собой левую руку с зажатым в ней знакомым ножом, плавно развернулась вокруг себя, очерчивая круг. Затем вернула нож на столик и аккуратно затушила две разноцветные свечи.

— Все. Можешь заходить.

Риса осторожно вошла в комнату и осмотрелась. В центре столика стояло блюдо с двумя ватрушками и открытой плиткой шоколада. Помимо свечей и ватрушек на столе лежали нож, странная деревянная палка, покрытая резьбой, и стояли два стеклянных бокала, один с водой, кажется, минеральной, а второй, судя по цвету и запаху, с кофе. На полу вокруг столика на равном расстоянии были расставлены: еще один бокал с водой, горшок с кактусом, свеча в подсвечнике и перо какой-то птицы.

— Что это было?

— Ритуал. Жертвоприношение духам в благодарность за помощь.

— Кого приносили в жертву?

— Не кого, а что. — Сандра кивнула на блюдо с шоколадом и выпечкой.

Посмотрев на него Риса вдруг поняла, что эта еда не вызывает у нее никакого аппетита, словно не настоящая. А еще заметила, что подруга слегка морщится, а вокруг ее плеч вьется быстро истаивающая прозрачная дымка.

— Но ведь это все суеверия. — неуверенно сказала Риса.

— В моем мире в богов и духов многие верят. Но если тебе так удобнее, считай, что я до сих пор играю в магию. Простишь мне этот маленький каприз?

— Если такие капризы будут сопровождаться яблочным пирогом или хотя бы ватрушками, то да.

— Меня окружают жутко меркантильные существа. Никто меня не ценит просто за красивые глаза и замечательный характер. — сокрушенно покачала головой Сандра.

* * *

Утром у купола гимназии их встретила Алена. Но не успела она открыть рот, как Сандра произнесла серьезным тоном: «Алена, прежде чем ты что-то скажешь или спросишь, вспомни о васильках». После этих слов староста задумалась, а они спокойно прошли в гимназию. Аленка не подошла к ним ни после первого, ни после второго урока. Только изредка поглядывала на них с любопытством.

— А она не безнадежна. — сказала вдруг Сандра, после одного такого взгляда.

— Думаешь вопросов и сплетен не будет? — с надеждой спросила Риса.

— Сплетни вряд ли, а вопросы будут точно.

— И как будем объясняться? Я подозреваю, что Алена может чувствовать ложь. Может не так хорошо, как некоторые, но если разговор будет наедине...

— Тогда скажу правду.

— То есть как, правду? — слова Сандры озадачили Рису.

— Запомни, Риса, — назидательным тоном ответила подруга, — хорошие ведьмы и волшебницы всегда стараются говорить правду. Частая ложь вредит силе слова.

Сандра оказалась права. Постепенно взгляды Алены, бросаемые в их сторону, становились все более жадными.

— Идемте. Нам нужно поговорить. — непререкаемым тоном заявила староста после последнего урока.

Ничего не оставалось, кроме как пойти следом. Алена привела их в беседку во внутреннем дворе.

— Рассказывайте!

— Что именно ты хочешь услышать? — голос Сандры был спокоен.

— Все!

— Ну хорошо. Сперва во Вселенной не было ничего. Затем в эфире возникла первая идея и материя породила частицу, дав начало аспекту созидания, который еще называют Светом. Через какое-то время потоки эфира размыли ее структуру, и частица распалась, тогда возник второй аспект — разрушение или Тьма. Распад породил новые частицы, так возник еще один аспект...

— Хватит! — глаза Алены гневно сверкнули. — Я про ваши отношения. И давай без вранья. Если почувствую ложь, то расскажу всем, что видела!

Риса похолодела. Значит староста действительно эмпат, пусть и слабый.

— Хорошо. Без вранья так без вранья. — пожала плечами Сандра. — Спрашивай.

— Какие у вас отношения?

— Сейчас дружеские.

— Да-а? — с подозрением протянула Алена. — А вчерашний поцелуй?

— Чистая необходимость.

— Необходимость?

— Я тебе не врала, когда рассказывала про день после концерта. Просто чуть приукрасила, чтоб получилась забавная шутка из в общем то не особо приятного происшествия. Если без подробностей — то нас с Рисой приворожили.

Глаза Алены расширились, лицо побледнело.

— А с подробностями.

— А за подробностями в Департамент имперской безопасности. — голос Сандры похолодел. — Некоторые вещи мы не имеем права рассказывать. Скажу только, что сделано это было непреднамеренно. Последствия приворота уже почти прошли, но иногда нам необходим тесный контакт. Лучше всего такой, какой ты видела.

— И как оно? — щеки старосты слегка порозовели.

— Что оно?

— Ну, целоваться с девушкой.

— Мне нравится. Как Рисе — не знаю. Она молчит.

Риса почувствовала, что краснеет и отвернулась.

— А ты просто так интересуешься или попробовать хочешь? — Сандра явно решила опять подразнить Алену.

— Нет.— поспешно ответила та, отступая на шаг. — У меня чисто познавательный интерес.

Риса почему-то почувствовала облегчение. «Неужели я действительно ревную?» — задумалась она.

— Еще вопросы?

— Что у вас произошло в тот день и почему ты теперь живешь в доме Рисы?

— Что произошло я уже рассказывала. Могу добавить лишь то, что нас в субботу забрали в Департамент и продержали почти весь день. А потом меня переселили в дом к Рисе. Сразу предупреждаю, что живем мы в разных квартирах. Зачем меня так срочно переселили я не знаю, но думаю, чтоб было проще за нами наблюдать. Как я уже говорила — последствия приворота все еще сказываются.

Риса слушала этот рассказ и все больше удивлялась. Подруга не врала, но при этом умудрялась недоговаривать и перемешивать факты так, что складывалась картина, несколько отличающаяся от действительности.

— И что вы планируете теперь делать. — в голосе старосты уже не было нетерпения, скорее нотки сочувствия.

— Я попробую добиться благосклонности Рисы. Опять же твои слова о возможности заключения брака...

— Сандра! — терпение Рисы стало иссякать, и она ткнула подругу кулачком в бок. Та охнула, но явно нарочито.

— Ты что, хочешь с ней встречаться? — удивленно спросила Алена.

— Почему нет? Что случилось, то случилось. Рыдать по этому поводу нет смысла, а Риса красивая девушка.

— То есть ты лилия? — щеки Алены опять начали розоветь.

— Кто?

— Тебе нравятся девушки?

— Ну да. — Сандра пожала плечами. — Я как-то не особо это скрывала.

— А если Риса тебе откажет?

Риса замерла. Этот ответ ее тоже интересовал. Директор просветил ее насчет разговора с Сандрой, но, как она подозревала, рассказали ей не все. А раз Алена эмпат, то врать ей подруга не станет.

— Значит мы останемся подругами.

— И ты не попытаешься?..

— Конечно попытаюсь. Но без всяких грязных приемов и насилия. Все должно быть добровольно. Иначе какой в этом смысл? Ты еще что-то хочешь спросить?

Алена отрицательно помотала головой.

— Тогда у меня к тебе будет просьба. Не рассказывай никому о том, что узнала, особенно про приворот.

— Я помню. Васильки.

— Нет. Васильки конечно тоже важны, как и наша с Рисой репутация, но подумай сама, что начнется в гимназии, если ученики узнают, что тут учится малефик, способный привораживать людей.

— Но этот человек опасен!

— Если бы это было так, то он бы здесь не учился. Или ты считаешь, что специалисты из Департамента не знают, что делают?

— Но вас же приворожили!

— Я же сказала, что это было сделано случайно. Человеку итак нелегко. А уж если его начнут искать или поднимется паника...

— Погоди, тебе что его жалко? После того что с вами сделали?

— Ты много знаешь малефиков, желавших стать такими? Или думаешь этот человек рад тому, что случилось?

— Думаю нет. — Алена задумалась. — Да, ты права. Я никому не скажу.

— Спасибо. — серьезно кивнула Сандра. — Тогда мы пойдем.

Глава 10

Некоторые вещества, например, оба вида серебра и различные разновидности кварца, способны взаимодействовать с эфиром: накапливать, или искажать его потоки. Такие вещества можно использовать для изготовления амулетов или специальных чернил и красок.

Кассандра Нокс. «Создание и использование амулетов в полевых условиях.» Департамент Имперской Безопасности. ДСП.

Алена с вопросами больше не приставала. Одноклассники, посмотрев на потерявшую к нам видимый интерес старосту, тоже перестали обращать на нас внимание, и Риса стала общаться со мной свободнее. Глядя на мои тренировки и медитации, она сперва осторожно, а потом уже не стесняясь, задавала вопросы. Разок демонстративно достала блокнот и что-то записала, видимо решив таким образом проверить мою реакцию. Напряглась, когда я протянула руку за блокнотом и покраснела, когда я вернула его, исправив ошибки в названиях ритуалов. Иногда забегала в гости, пробовала повторить базовые упражнения по управлению эфиром в теле и, даже, поцеловала, когда у нее стало что-то получаться. Один раз. В щеку. Я уж думала, что мы так и останемся подругами, но в марте все изменилось.

Началась подготовка к выпускным зачетам. Оказалось, что Риса очень много знает о культурных обычаях и истории разных стран. Я же в этих темах откровенно плавала и стала напрашиваться в гости на консультации. Одним таким весенним вечером я засиделась у нее до темноты, слушая рассказ об одной из соседних республик.

— Из-за этого ливонцы одними из первых отказались от монархии, сменив государственное устройство на республику. Их примеру последовали еще несколько соседей, правда кое-кто через десяток лет вернул королей обратно. — закончила Риса свою лекцию.

— Спасибо. — я поднялась. На улице сверкнуло, потом еще раз и еще. Я выглянула в окно. Темное небо прочертили светящиеся полосы.

* * *

На улице полыхнула вспышка от сгоревшего болида и Сандра подошла к окну.

— Смотри, Риса, звезда упала. И еще одна.

— Неделя падающих звезд началась. Теперь по улицам дней восемь придется ходить пешком — купола будут часто включаться, а движение крупного транспорта приостановят. Ты никогда не видела звездопада? — Риса поднялась и встала рядом с подругой.

— Нет. Не знаю почему, но за свою жизнь я еще ни разу такого не видела. Красиво. Знаешь, у нас, когда видишь падающую звезду принято загадывать желание.

— У нас тоже. — кивнула Риса. — Пусть она не долетит!

Сандра замолчала.

— Ты чего?

— Да вот задумалась о разнице загадываемых в разных мирах желаний.

— Это обычное желание. Чем больше болидов сгорит в атмосфере, тем меньше нагрузка на купол. А у вас по-другому?

— У нас нет куполов. Болиды долетают до поверхности настолько редко, что количество пострадавших людей, кажется, не превышает нескольких десятков за всю известную историю.

— У вас, наверное, хорошо. И деревьев много.

— Как сказать. Насколько хорошо может быть в мире, где произошли уже две мировые войны, унесшие миллионы жизней? Изобретены и испытаны бомбы, способные стирать с лица планеты целые города, превращая местность в непригодную для жизни пустыню, а имеющегося оружия хватит, чтоб дважды уничтожить всю разумную жизнь на планете?

— Ужас! — Риса вздрогнула. — Надеюсь ты не знаешь, как изготовить такую бомбу?

— Принцип знаю. У вас его, скорее всего, тоже знают. Но насколько я поняла, здесь, на Терре, изготовить такое оружие невозможно в принципе — нужны очень тяжелые элементы и в большом количестве. Если такие тут и есть, то рассеяны настолько сильно, что для создания хотя бы одной бомбы нужно будет перекопать весь материк.

Риса посмотрела на подругу, а потом, неожиданно для самой себя, потянулась и поцеловала в губы. В голове слегка зашумело. На секунду мелькнуло желание сдержать свой дар, как научила Сандра, но потом она решила «Пусть».

* * *

После звездопада наши отношения изменились. А Риса словно резко повзрослела. Исчезла проявлявшаяся в ней неуверенность при общении с людьми. Она даже умудрилась договориться с директором, чтоб нас переселили в одну квартиру сразу после окончания гимназии.

Решился и вопрос с работой. После завершения испытаний моих амулетов, нас с Рисой взяли лаборантами в отдел к жрецам. Меня запихнули в лабораторию к разработчикам, а Рису к испытателям. С ней вообще вышла забавная история. Илона, узнав о том, что я обучаю Рису контролю, провела серию тестов и потребовала перевода девушки из оперативного отдела к себе. Джон, который тоже знал об успехах моей подруги, заявил, что хороший сенсор ему самому нужен. В итоге вопрос решать пришлось уже директору, напомнившего оперативнику, что сенсоров у них и так хватает, а вот сильных малефиков, способных контролировать свой дар настолько, чтоб быстро заряжать новые амулеты, не устраивая площадного проклятия, всего двое. И если Джон готов сменить оперативную работу на лабораторию, то ему пойдут навстречу.

Увы, моя работа над защитными амулетами продвигалась медленно. Как мы с Рей не бились, но поднять защиту от нейтрального эфира выше второго уровня не получалось. Промучившись над проблемой почти до конца июня, мы пришли к выводу, что все дело в самом материале. Светлое серебро плохо удерживало темный эфир, который идеально подходил для запитки отклоняющей защиты, хорошо удерживало светлый — который в свою очередь не держала уже сама рунная цепочка. В обоих случаях заряд амулета расходовался постоянно, независимо от наличия или отсутствия воздействия. В результате, в руках светлого одаренного тот же телефон не боялся вспышек светлого эфира, а в руках малефика — сильного проклятия. Но такая защита нуждалась в постоянной подпитке и не годилась для тех же компьютеров из-за размера. Нейтральный эфир, состоящий из смеси всех четырех стихий и обеих первооснов, действовал на амулет комплексно, выжигая эфирную основу материала, на который наносились руны, и при вспышках выше второго класса пластинка амулета рассыпалась мелкой пылью. Единственным доступным улучшением стало напыление орнамента на корпус прибора. Защита хоть и получалась одноразовой и низкого класса, но по стоимости все равно выходило дешевле, чем существующие аналоги. Саму разработку у меня пообещали выкупить, даже в таком виде, сразу, как только я соглашусь.

В тот день мы решили перекусить в кафе. Пока ждали заказ, я составляла в блокноте список материалов, которые на Земле лучше всего подходили для создания амулетов, чтоб попробовать поискать местные аналоги. Работа захватила с головой, и я не обратила внимания на подсевшего к нам в кафе парня, хотя было в нем что-то неправильное. В последнее время такое случалось не редко, и обычно достаточно было просто вежливо отказать на предложение познакомиться. Так вышло и в этот раз — мы объяснили, что в компании не нуждаемся, и парень, извинившись, ушел.

* * *

Риса сидела в кафе и размышляла. После Недели падающих звезд она решилась продолжить отношения с Сандрой. И по началу все было замечательно. С помощью тех упражнений, которые показала подруга, она смогла чуть-чуть подчинить свой дар и уже не боялась кого-то случайно проклясть при простом общении. Даже могла поспорить с кем-то из одноклассников на повышенных тонах. А если вдруг чувствовала, что вот-вот сорвется, то достаточно было прикоснуться к подруге, или утащить ее в укромный уголок и поцеловать. Последний способ был приятнее, особенно, когда поцелуй переходил в нечто большее.

Дошло до того, что она, набравшись храбрости, попросила директора поселить их вместе. И, что уж совсем удивительно, тот дал свое согласие, при условии успешной сдачи зачетов. После выпускного Рисе выделили трехкомнатную квартиру, куда въехала и Сандра.

А уж в какой восторг привело Илону ее умение контролировать дар. Та даже взяла Рису к себе — заряжать и испытывать амулеты, которые делали в другой лаборатории, куда устроили Сандру. Чем она там занималась, подруга не говорила, сославшись на приказ директора, но, как подозревала Риса, именно Сандра поспособствовала новым разработкам.

К сожалению, эйфория продлилась недолго. У Сандры что-то не заладилось, и она постоянно пропадала на работе, даже дома все время что-то бормотала и рисовала в блокноте. А Рисе стало скучно.

— Здравствуйте. Вы сегодня одна, без подруги? — раздался над ее головой приятный мужской голос.

Подняв глаза, она увидела улыбающегося парня, который вчера пытался завести с ними знакомство.

— Здравствуйте. Она на работе.

— Но сегодня же суббота. Она так просто бросила вас одну? А если вас украдут? — парень сел напротив.

* * *

Дела Ордена последние лет сорок шли неважно. Две тщательно подготовленные экспедиции к Дому Света хоть и добрались до места, но ни проникнуть в замок, ни, даже, вернуться обратно не смогли. Для новых попыток нужны были люди и материалы. Те, кто был обязан Ордену своим долголетием, в последнее время не горели желанием выделять необходимые ресурсы. Взять их самостоятельно в мелком княжестве или королевстве без захвата самой страны было невозможно. А сделать это Ордену не позволят соседи, которые помнили, к чему привела последняя такая попытка.

Когда лет пятьдесят назад специалисты выяснили, что же все-таки произошло в Светлом Лесу, Орден получил в свои руки мощнейшее оружие. Лет десять назад его испытали на одном из мелких княжеств. Эффект, названный газетчиками Затмением, превзошел все ожидания, и сейчас он, недавно сам ставший магистром, колесил по странам в компании четверки рыцарей, готовя это оружие к использованию.

Устроить Затмение решили в столице Русской Империи. С одной стороны, это послужит напоминанием всем тем, кого Орден облагодетельствовал, об их месте. С другой — отвлечет, а может даже уничтожит Департамент, в последнее время не только активно мешающий деятельности Ордена, но и берущий в свой штат малефиков, и, даже, снабжающий их бесплатными амулетами. А уж если вместе с Департаментом будет уничтожена правящая династия, то можно будет протащить своих людей на некоторые стратегические места в правительстве.

Нестор слушал болтовню сидевшей напротив него девушки, улыбался и привычно кивал, периодически вставляя в разговор мелкие комплименты или шутки. Этих девчонок он заметил вчера совершенно случайно, а когда понял, что они обе не только малефики, но еще и лилии, а значит никаких парней у них нет, обрадовался настолько, что чуть не вознес хвалу Свету вслух.

К сожалению, блондинка не обратила на него вообще никакого внимания, хотя для его планов лучше было начать именно с нее. Ну что ж, зато вторая уже поддалась. В конце концов, что плохого в том, что работа приносит еще и физическое удовольствие. А если на первую девчонку шарм все же подействует, это даже будет интереснее.

* * *

Из коридора донесся какой-то шум, потом звук приближающихся шагов и громкое: «Твою ж мать!». Риса повернула голову. В дверях стояла Сандра с яблоком в руке. Глаза подруги полыхнули гневом и, сдавленное побелевшими пальцами, яблоко лопнуло. Затем лицо девушки застыло, ноздри дрогнули, а глаза быстро обежали всю комнату, она резко развернулась и вышла.

— И что это сейчас было? — спросил Нестор.

— А? — взгляд Рисы упал на амулет, небрежно брошенный на стул поверх футболки, и в голове у нее резко прояснилось. — Это неприятности! Очень большие неприятности!

— Ой, ладно тебе. Зато ничего объяснять не придется. Все сразу ясно и с доказательствами. Стой, ты что за ней побежишь? — в голосе Нестора слышалось неподдельное удивление.

— Она малефик! — ответила Риса, путаясь в рукавах халата и пытаясь сообразить показалось ей или нет, что, выходя, подруга прятала за спину нож. — И если ее не успокоить, то на эмоциях она может сделать что-то нехорошее, о чем потом пожалеет... или, что еще хуже, не пожалеет.

Уже выбежав в коридор, Риса оглянулась и увидела Сандру, стоящую в кухне возле окна и смотревшую на улицу. На столе лежал бумажный пакет с ее любимыми яблоками, у холодильника — сумка с продуктами. Сандра явно освободилась пораньше, закупилась всем необходимым для приготовления праздничного ужина и побежала домой. Бросила все на кухне и помчалась к ней — обрадовать. И застала ее с Нестором.

— Сандра, послушай. Я хотела еще вчера тебе рассказать...

— Как давно вы встречаетесь? — перебила подруга, так и не обернувшись.

— Неделю.

— И уже дошло до постели. Впрочем, неудивительно.

— Ты на что-то намекаешь? — вскинулась Риса.

— Ага. На приворот.

— Какой еще приворот? Хочешь сказать, что Нестор?.. Нет. Я бы почувствовала.

— Не проклятие. Комплексный. — голос Сандры был спокоен. — Туалетная вода с хорошо подобранными афродизиаками, немножко психологии и шарма — ненаправленного воздействия, сильно повышающего привлекательность. Главное заинтересовать и вызвать легкое влечение. А потом, после утраты объектом бдительности, менять афродизиаки, постепенно усиливая давление на либидо. Если не переборщить, то до постели может дойти уже на третий-четвертый день. Эх, а у меня были планы на вечер...

— Сандра. — Риса взяла девушку за руку. Подруга явно не желала верить в то, что увидела своими глазами и пыталась выдумать какое-то объяснение. — Ты ошибаешься. Никакого приворота тут нет...

— Какая интересная теория, Сандра. — раздался за ее спиной ехидный голос Нестора. — Странно, только, что на вас шарм и туалетная вода не подействовали.

— Нестор, зачем ты сюда пришел? — Риса попыталась вытолкнуть парня из кухни, но тот даже не сдвинулся с места. Слова девушки явно его задели, а опасность ссоры с Сандрой, которую тренировал Джон, он явно недооценивал, да еще и назвал ее коротким именем.

— Только не говорите, что на вас такие вещи не действуют, потому что вы лилия. — продолжал парень — Риса тоже ничего не имеет против девушек, но на нее мой, якобы приворот, вполне сработал. Так может это вовсе не приворот, а обычная любовь с первого взгляда?

Риса потянула за цепочку с амулетом. Если она успеет надеть его на Нестора, то, скорее всего, прикроет его от спонтанного проклятия. Заметив это, Нестор перехватил ее руку.

— Не надо, милая, если твоя бывшая девушка и малефик, то явно неодаренная, а прыщ или головную боль я как-нибудь переживу.

— Да. Не стоит отдавать ему свой амулет. — обернувшуюся наконец, подругу, казалось, не задели слова парня. — Во-первых, он служебный, а во-вторых, человеку с защитной татуировкой Храма Света можно не боясь провоцировать почти любого малефика. — она перевела взгляд на парня. — Потом, видимо, последует вызов полиции и заявление, за отзыв которого потребуется заплатить деньгами или услугой, да?

— Да что ты такое несешь?! — Риса сжала кулаки. Нелепые выдумки Сандры стали ее раздражать. — Какая еще татуировка?

— Я же сказала — защитная.

— Я просто его люблю! Смирись с этим, и хватит нести чушь! Не ты ли говорила мне про свободу выбора?!

Сандра только покачала головой. Затем повернула голову и произнесла: «Только без серьезных последствий, пожалуйста».

Проследив ее взгляд Риса увидела, полупрозрачную девушку в длинном, красном с белыми широкими рукавами, платье. Взмах, и сорвавшаяся с руки призрака длинная игла попала в лоб стоящего за спиной Рисы парня. Тот, закатив глаза, упал на пол. Призрачная девушка повернулась к подруге, что-то произнесла, но голоса было не слышно, и исчезла. Сандра молча кивнула, и, обойдя застывшую в ступоре Рису, присела рядом с упавшим Нестором, приподняла рукав футболки и провела пальцем по руке бессознательного парня.

«Смотри.» На коже проступил орнамент, в котором Риса с удивлением опознала знакомый узор.

«Пожалуй, стоит позвонить нашему начальству. Минут через тридцать он очнется, а связывать его мне не хочется.»

«Это был призрак? Но их же не существует?» — произошедшее выбило Рису из колеи.

Сандра посмотрела на нее, покачала головой и достала свой радиотелефон. «Эх. Все сама, все сама», непонятно кому пожаловалась она, набирая нужный номер.

* * *

Нестор вошёл в здание. У дверей его встретил один из рыцарей, облаченный в полную броню. Сочетание старинных лат, полуторного меча и небольшого автомата производили странное впечатление, если не знать, что меч и доспех были уникальными артефактами, созданными по записям еще двухтысячелетней давности, а пули в патронах были из светлого серебра.

— Магистр, у нас проблемы. — рыцарь протянул Нестору посеребренную шпагу.

— Вижу. В чем дело?

— Алтарь проявляет странную активность.

— Веди! — приказал Нестор, закрепляя на поясе перевязь с клинком.

Что там ещё могло случиться? Мало того, что он ошибся, и убитой вчера на алтаре девчонки едва хватило, чтоб создать нужную плотность темного эфира, так ещё и у ее чокнутой подружки не получилось эту силу использовать. Пришлось заодно зарезать и ее.

Спустившись в подвал, Нестор прошел мимо тройки рыцарей в зал и вгляделся в алтарь. Над плитой, казалось, клубился лёгкий черный дымок.

«Странно, обычно для такого эффекта нужно присутствие малефика» — задумался магистр.

«Да, темная тропа получилась что надо» — раздался за его спиной звонкий голос.

Обернувшись, он увидел улыбающуюся девушку. Пепельные волосы, белая футболка и короткие шорты. На голове незнакомки топорщатся звериные уши, а по ногам хлещет хвост. Четверка рыцарей синхронно расступилась, обнажая мечи и окружая девушку, заодно прикрывая Нестора. Та, словно не замечая этих движений, склонив голову, смотрела мимо него яркими желтыми глазами, с вертикальным зрачком. Лишь улыбка ее стала шире, обнажая нечеловеческие клыки. Нестор достал из кобуры пистолет и навел на незнакомку.

— Как ты сюда попала?

— Вы же открыли темную тропу, а я бакэнэко. — ответила девушка, и, видя непонимание на его лице, добавила. — Демоническая кошка.

— Демоническая? — ответ на секунду сбил его с толку.

— О, а вы ждали святую деву? — удивленно приподняла брови девушка. Потом принюхалась. Задумчиво посмотрела на потолок и постучала пальчиком по губам. — Кажется святые девы тут были... вчера... Ах да, вы же их зарезали. — развела она руками.

— Убить! — приказал Нестор.

Рыцари взмахнули мечами, но девушка, изогнувшись, ушла от двух первых ударов, следующие отбила руками, окутавшимися синим пламенем, а пуля, выпущенная Нестором, срикошетила от возникшей в воздухе светящейся полупрозрачной пленки. И тут пол в зале вздрогнул.

— Ой, — девушка замерла, удерживая ладонями лезвия двух мечей. — госпожа прибыла.

Рыцари опустили оружие и, медленно, словно изо всех сил сопротивлялись каждому движению, повернулись и упали на колени. Ни один из них при этом не произнес ни слова, даже грохот доспехов, казалось, звучал приглушенно. Удивленный Нестор тоже обернулся. На месте алтаря теперь стоял черный каменный трон. На троне сидела знакомая ему блондинка. Вот только выглядела она необычно. Абсолютно белые волосы, глухое черное платье и небольшая черная диадема на голове.

— Все играешься. — блондинка укоризненно посмотрела на девушку-кошку.

— Простите, госпожа. — слегка поклонилась та.

— Кто ты такая? — Нестор шагнул в сторону и навел пистолет на блондинку. Появившаяся девушка вызывала куда больший страх, чем непонятная демоница. Хотя бы потому, что он собственными руками ее вчера зарезал. Та покачала головой.

— Столько тысяч лет прошло, а вы, люди, так и не изменились. Сперва делаете, потом задаете дурацкие вопросы.

Нестор спустил курок, но пистолет даже не щелкнул.

— Думаю так будет понятнее. — задумчиво произнесла девушка, и пистолет Нестора осыпался ржавой трухой, а стоявшие на коленях рыцари упали плашмя. Их доспехи из сплава светлого серебра и особого сорта стали стремительно потемнели и опали неровными кучками черного песка, сквозь который проглядывали кости.

— Твои предшественники и ты сам так долго собирали рассеянные по миру частицы моей силы, так долго и старательно звали меня, а теперь ты спрашиваешь кто я?

Магистр схватился за амулет на шее, собираясь высвободить весь хранящийся в нем Свет, но пластинка почти сразу рассыпалась серой пылью.

— Угрожаешь госпоже оружием. — подала голос девушка-кошка, проходя мимо Нестора и устраиваясь на подлокотнике трона. — А ведь еще пару тысяч лет назад никто из смертных не посмел бы даже подумать о такой глупости. Поразительно, как коротка ваша память.

— Думаешь стоит напомнить, что звать меня раньше времени не стоит? — спросила Сандра, проводя пальчиком по бедру бакэнэко. И тут Нестор понял, что демоница тоже ему знакома — в ее лице явно просматривались черты той дурочки, которую он убил вчера первой. Тут тень за троном сгустилась и из нее вынырнул черный дракон.

— Госпожа, мы готовы. — раздался рокочущий голос.

— Начнем. — кивнула Сандра. И девушка-кошка спрыгнула с подлокотника трона, исчезая вслед за драконом в тени.

«Неужели старые легенды правы. Темные боги все-таки существовали и были изгнаны из нашего мира.» — подумал он. — «А мы, убивая малефиков, сливали их силу в алтарь, пока не накопилось достаточно, чтобы одна из таких богинь смогла прийти в наш мир. Да нет, это бред!»

— Ну почему же бред? — в ответ на его мысли пожала плечами Сандра и, улыбнувшись, добавила. — Хочешь покажу тебе, что сейчас происходит снаружи?

И Нестор увидел свой родной город. Знакомые с детства дома, башни с генераторами куполов. И набегающие среди дня сумерки. В небе клубятся темные облака, и из них на город падают черные крылатые силуэты. Вспыхивает эфирный щит над одним из районов, но вокруг тварей возникают уже виденные им пленки барьеров и пробитый в десятке мест защитный купол истаивает. В сторону жилых зданий несутся тонкие, ослепительно яркие струи огня, мгновенно поджигающие все на своем пути.

Вот на пальцах стремительно несущейся по улице бакэнэко появляются длинные когти, и она врезается в толпу паникующих людей. За ее спиной падают тела с отсеченными руками, головами, перерубленные пополам, заливая тротуар потоками крови.

Спикировавший с неба дракон подхватывает когтями автобус, и отбрасывает его в стену ближайшего дома, а другой выдыхает вслед струю огня, и топливный бак машины взрывается, но уже внутри здания.

Девушка-кошка неспешно шагает по середине дороги, напевая веселую песенку и небрежно помахивая удерживаемой за волосы чьей-то головой. Визжа тормозами перед ней останавливается автомобиль, и выскочившие из него два полисмена пытаются застрелить демоницу. Та закрывается барьером, высоко подбрасывает свою ношу, взмахивает руками, а потом ловит голову и идёт дальше, мимо двух тел, сожженных сорвавшимися с ее рук сгустками синего пламени.

Видение прервалось, и Нестор в ужасе поднял глаза на трон.

— Пожалуй, если сократить население Терры на две трети, это исцелит память ее жителей на ближайшие пару тысяч лет. Хотя треть — это много. — задумчиво сказала блондинка и кивнула сама себе. — Оставим четверть.

От этих слов в голове Нестора зашумело, и он с громким криком... проснулся. Голова гудела. «Это был сон. Кажется, наведенный.» — с облегчением подумал Нестор. Оглядевшись, он увидел Рису, сидящую в кресле. Рядом на стуле расположилась ее подружка и постукивая ногой в такт напевала.

«Ты устал смотреть на праведные лица.

Мы тебя не осуждаем, просто жжем и убиваем.

Ты влюбился в демоницу и решил ей подарить свою столицу.»

Слова настолько ложились на пережитый кошмар, что он невольно вздрогнул.

— Свет милостивый. — раздался мужской голос из коридора. — Александра, насколько же ужасен ваш репертуар.

В гостиную вошел сам директор Департамента.

— Иногда мне кажется, что если подобрать вам группу из молодых музыкантов и отправить в турне, то соседи будут разгребать последствия ваших концертов лет пятнадцать.

— Вряд ли. Не настолько жуткие вещи я пою. И вообще, мне нужно соответствовать образу.

— Это какому же?

— Светлой волшебницы, конечно.

— Как вы там сказали? Светлая волшебница, отмеченная тьмой?

— Не тьмой, а Ночью. Риса все неправильно записала.

— Господин директор, — Нестор кряхтя сел. — эта девушка малефик, и я обвиняю ее в преднамеренном нападении на меня.

Мужчина повернулся к нему.

— С чего вы взяли, что она малефик?

— Судя по ощущениям меня только что прокляли.

— Странно, а мне казалось, что проклясть вас невозможно благодаря татуировке Храма, сделанной, кстати, незаконно. Но могу вас заверить, если бы вас прокляла эта девушка, мы бы с вами не разговаривали. А уж если бы ей захотелось вас убить, то от ножа вас не спасла бы никакая татуировка. Поднимайтесь, сэр Нестор, продолжим в Департаменте.

Уже выходя следом за директором Нестор услышал за спиной тихое: «Сэр? А я думала к нему следует обращаться мессир.»

Глава 11

«Гнев богов!»

Анимэ «Принцесса-волшебница Хана Шида» (Mahou no Princess Hana Shida)

Стоило директору с Нестором выйти, как Сандра застонала и схватилась за голову.

— Предвечная Ночь! Да что за каша в голове у этого урода? — простонала она.

— Ты о ком? — Риса, все еще пребывавшая в прострации после произошедшего, отстраненно наблюдала, как подруга сползает со стула на пол и утирает пошедшую из носа кровь.

— О Несторе. Извини, мне нужно в ванную.

Кое как поднявшись, Сандра, пошатываясь, вышла. Через пять минут вернулась, все еще бледная, но ее уже не шатало. Посмотрела на Рису, покачала головой и, обойдя кресло, растерла ей мочки ушей, а потом принялась массировать голову и плечи. Постепенно сознание Рисы прояснилось.

— Сандра, как же так? — пробормотала она.

Подруга обошла кресло и присела перед ней.

— Прости, Риса.

— За что ты извиняешься? Это ведь я тебе ничего не сказала и чуть с ним не... Зачем он это сделал?

— У тебя совсем нет опыта в таких делах. Это я недоглядела. А по поводу его мотивов... Одно скажу точно — мы ему зачем-то нужны. Обе. А еще он опасен. Были бы мы на Земле, я бы решила, что он из тех, кто платит за Силу чужими жизнями и душами. Идем.

Риса охнула, когда подруга подхватила ее на руки и понесла в ванную. Раздела, помогла вымыться и, вновь подхватив на руки, отнесла в свою комнату. Уложила на кровать и ушла на кухню. Через пять минут вернулась с чашкой сладкого чая. Что-то над ней пошептала и заставила выпить.

— Теперь спи. Я посижу рядом.

* * *

Разобравшись в проблеме с амулетами, я взяла пару выходных. Нужно было отвлечься от работы и уделить, наконец, внимание Рисе, которая, кажется, совсем заскучала. Решив побаловать девушку ее любимой шарлоткой, я набрала продуктов в магазине и пришла домой пораньше. Побросала все в кухне и выбрав самое спелое яблоко пошла ее обрадовать.

Увиденное в спальне укладывалось в голове долго — секунды две. Потом принесенное с собой яблоко лопнуло, а рука метнулась за спину — к самодельному чехлу с ножом, который я таскала по старой привычке. В голове осталась лишь одна мысль: «Убью!». От глупостей меня удержали девочки, ненадолго вселившись в мое тело. Пока Ми не давала мне двигаться, Рей приглушила эмоции и заставила проанализировать все, что я вижу и чувствую. Парень был вовсе не так молод, как показалось вначале, скорее молодой мужчина лет тридцати. Приворот на него не действовал — на плече светился знакомый узор защитной татуировки. Гость явно был не самым слабым светлым одаренным. И, судя по ощущениям, его даром был шарм. А еще запах — смесь афродизиаков. Не тех, которыми он пользовался при первой нашей встрече, а намного сильнее. О подобном способе соблазнения я слышала, но на него нужно время. Значит встречаются они уже не первый день, и он точно знает, что Риса одаренный малефик. Кое-как вернув себе контроль над эмоциями, я ушла в кухню, куда через пару минут прибежала подруга. Когда Нестор начал мне что-то рассказывать про любовь с первого взгляда, моя паранойя взвыла во весь голос. Рей предложила вырубить Нестора и допросить, предупредив, что из-за татуировки сил придется вложить немало, но отключится он минут на тридцать, не больше. Пока показывала Рисе татуировку, вспомнила ее слова от том, что такие обычным людям не делают и, на всякий случай, позвонила напрямую директору. Судя по тону, которым он заявил, что приедет лично, мы вляпались во что-то нехорошее. Пока ждали, я успела перетащить бессознательное тело в комнату, усадить Рису в кресло и, сев поближе к мужчине, отправить девочек на допрос.

Из-за татуировки на его плече проконтролировать сон не получалось и вместо нормального видения мелькали лишь обрывки кошмара. С каждым полученным образом голова болела все сильнее. К тому времени, когда появился директор, а Нестор пришел в себя, я еле-еле держалась на стуле.

Как только мужчины вышли, я сползла на пол и выругалась. Утерев пошедшую носом кровь, я отправилась приводить себя в порядок. Потом принялась за Рису. Уложив ее спать, и кое-как пересилив отвращение, перестелила постельное в комнате подруги, вымыла пол и, даже, провела небольшой очищающий ритуал.

К утру Рисе полегчало. Мне же спать не давали дурные предчувствия. Невыспавшаяся и нервная я отправилась в Департамент.

* * *

— Джон, мне нужно оружие. — с порога заявила Александра, заглянув в его кабинет.

— И ты здравствуй.

— Привет. Извини — не выспалась, да и день вчера был неудачный.

— Наслышан. Так зачем тебе оружие. Передумала, и решила-таки отыскать этого парня и добить? — попытался он свести все к шутке.

— Предчувствие у меня плохое.

— Предчувствие... А что именно тебя беспокоит?

— Есть у вас такая организация, вроде рыцарского ордена? Скорее всего незаконная или неофициальная.

— Ну есть. — Джон пристально посмотрел на девушку.

— Если я не ошибаюсь, то этот парень, ему кстати лет тридцать, магистр этих самых рыцарей. И они почему-то очень не любят малефиков. Настолько, что готовы их убивать. Причем этот Нестор проворачивал подобное не один раз. И Рису он пытался соблазнить не просто так, да и на меня у него, кажется, тоже были планы.

— Ты уверена, что он не просто рыцарь, а именно магистр?

Александра кивнула.

— Хреново. — сказанное девушкой очень хорошо объясняло произошедшее вчера. Стоило привезти этого рыцаря в Департамент, как директора срочно вызвали в Канцелярию. И буквально через пять минут после отъезда начальника явился чиновник из этой самой Канцелярии с требованием передать ему задержанного. Причем показанный им приказ был подписан чуть ли не самим императором. Буквально через полчаса выяснилось, что никакого вызова не было, а приказа никто не подписывал, но рыцарь уже исчез, вместе с чиновником. Джон на минуту задумался, потом открыл ящик стола и протянул девушке перетянутый ремнем чехол.

— Извини, но пистолет я тебе не дам.

— Жаль. — она развернула чехол, достала один из четырех остро заточенных гладких стержней, взвесила в руке. — Бо-сюрикены... ну надо же.[1]

— Знакома с такими «гвоздиками»?

— Ага. Есть у меня подруга, которая чем-то похожим пользуется. Спасибо, Джон. Надеюсь они мне не пригодятся. Ладно, пойду я домой, к Рисе.

— Пока.

Джон проводил девушку взглядом, потом задумался на пару минут, встал и вышел следом. Ситуация ему не нравилась, а рассказанное девушкой не нравилось еще больше. Стоило поделиться услышанным с начальством, а заодно попросить вернуть так некстати снятое наружное наблюдение за девчонками. Директор сидел за столом и что-то отмечал на карте Империи.

— Здравствуй, Джон. С чем пожаловал?

— Да вот, заходила ко мне сейчас Волкова, просила выдать ей оружие и поделилась интересными подозрениями.

— Это какими же? — поинтересовался директор, не отрываясь от карты.

— Сказала, будто рыцарь, которого мы вчера так неудачно упустили вовсе не рыцарь, а магистр.

— А подробнее. — подобрался начальник.

— Сперва спросила есть ли у нас рыцарский орден, а потом сказала, что этому парню около тридцати лет, он магистр и неоднократно убивал малефиков.

— Что?! Где она?

— Сказала, домой пойдет, а что?

— Джон, — директор ткнул пальцем в карту. — у нас за последние полгода пропало несколько малефиков. И из тех пятерых, о которых точно известно, что они именно пропали, четверо были девушками.

Джон вгляделся в карту с отметками.

— Чем-то Рейнское княжество напоминает. Я, когда в учебку инструктором приехал работать, кто-то из кадетов тоже вот такую карту рисовал.

— Погоди, это же было лет десять-одиннадцать назад?

— Да, где-то так.

— Джон, ты помнишь, что случилось в Рейнском княжестве десять лет назад?

Мужчина побледнел.

— Не может быть! Хотите сказать, что Затмение устроил Орден?

— Срочно собирай оперативников и две группы к дому девчонок. Только бы успеть.

Раздался звонок телефона, и Джон поднес трубку к уху. «Нет, наружку сняли еще в начале июня, а что? Я понял. Сиди дома и никуда не выходи, ты поняла?» Отключив связь, он поднял глаза на директора.

— Звонила Сашка. Риса пропала.

* * *

Поблагодарив Джона, я вышла из кабинета. Закрепила на поясе за спиной чехол с «гвоздиками». Проверила, насколько легко и удобно их доставать, на пробу метнула парочку. Оценила, как глубоко вошли в мишень увесистые металлические стержни и, с трудом вытащив их, осталась довольна. На душе чуть полегчало. Ненадолго. Ровно до того момента, как я, добравшись до дома, не обнаружила приоткрытую дверь и пустую квартиру. Обыскав ее на предмет записки, я решила позвонить Джону на случай, если кто-то из наблюдателей видел, куда делась Риса. Ответ меня не порадовал. Нет, умом я понимала, что нужно сделать все именно так, как сказал оперативник — сидеть и не рыпаться, но плохое предчувствие, дополненное кусочками кошмаров Нестора, не давало успокоиться. Через несколько минут зазвонил мой телефон. На экране высветился номер Рисы.

— Здравствуй, Сандра. — раздался в трубке голос Нестора. — У тебя есть ровно двадцать минут, чтоб приехать к шестому куполу в Сиреневое кольцо, иначе свою подружку ты больше никогда не увидишь. Буду ждать тебя в старом храме. Он там один — не заблудишься.

Я выругалась. До Сиреневого кольца было около полутора километров, если по прямой, но мы жили во втором куполе. Если и успею — то только на такси. Я выскочила на улицу. Поймать такси удалось почти сразу. Назвала водителю адрес и вытряхнула ему из кошелька горсть пятирублевых монет, попросив доехать как можно скорее. Пока ехали позвонила Джону, обрисовала ситуацию. Послала его на попытку приказать мне оставаться дома, извинилась и добавила, что сама успеваю едва-едва, а так у них возможно будет чуть больше времени, чтоб подтянуть силы и отключила телефон. Через пятнадцать минут я входила в храм.

* * *

Создать Затмение было до безобразия просто. На плите из кварца нужно было убивать малефиков. Медленно и желательно мучительно. Весь темный эфир, высвобождаемый одаренным перед смертью, впитывался в камень. В какой-то момент количество поглощенного эфира превышало емкость камня, и очередная жертва служила проводником, через тело которого весь накопленный эфир высвобождался в виде вспышки, убивавшей все живое. Радиус поражения зависел лишь от размеров камня. По мере заполнения цвет алтаря менялся от прозрачного к черному, а почти полный камень начинал слабо фонить тьмой. Проблем было всего две: материал для алтаря и жертвы. Подходящий кварц можно было добыть лишь в столице Светлого Леса — в самой глубине проклятых территорий. Состав его был известен, но понять какие именно процессы придали обычному кварцу с примесью светлого серебра способность впитывать эфир в огромных количествах не удалось, а значит и вырастить такой камень искусственно было невозможно. Две плиты обошлись Ордену в полтонны светлого серебра, насыщенного Светом, и пятьдесят рыцарей и посвященных. А за малефиками, особенно одаренными, всегда приглядывали спецслужбы, пусть и не особо тщательно. Но за два года камень удалось наполнить почти полностью.

Для размещения алтаря было выбрано здание старого Храма. Его не использовали уже лет десять, но Знаки на стенах все еще хранили Свет, скрывавший от посторонних одаренных почти заполненный камень. Оставалось только найти парочку малефиков и зарезать одного из них на камне, а второго просто уложить на алтарь. Начерченная вокруг алтаря звезда подавления даст им пять минут, чтоб покинуть здание, а стены храма еще пять, чтоб уйти на расстояние, на котором их смогут защитить амулеты.

Кандидаток в жертвы он нашел, и с этого момента все пошло не так. Мало того, что одна из найденных девчонок никак не отреагировала на шарм, так она оказалась еще и довольно опытной, чтоб, пусть и с опозданием, но распознать его действия, да еще и непонятно каким образом вырубить, не давая окончательно настроить против себя подружку. И обе имели серьезные связи в Департаменте. К счастью о том, что Нестор магистр, а не рыцарь никто не знал, иначе так легко выбраться из камеры, даже не попав на допрос, не получилось бы. Но засветив такие контакты, он поставил под угрозу всю операцию. Пришлось действовать быстро и грубо — дождаться, пока блондинка уйдет и увезти вторую девчонку, благо та сама открыла им дверь, стоило просто постучать. После этого оставалось угрозами заставить вторую приехать в храм. Саму, чтоб не вызвать подозрений у соседей или агентов Департамента, наверняка следивших за домом. В том, что блондинка кинется за подружкой он не сомневался — лилии.

Через двадцать минут два охранника из местных посвященных ввели девушку в зал. Та плелась, опустив плечи и глядя в пол, но, когда до алтаря оставалась пара метров, она вдруг резко подняла голову и улыбнулась. Эта улыбка и светящиеся фиолетовые глаза настолько напомнили Нестору виденный им недавно кошмар, что на последующие события он среагировал лишь спустя долгих три секунды.

* * *

За дверью меня встретили двое высоких мужчин с пистолетами наготове. Один схватил меня за плечо и втолкнул внутрь, а второй выглянул за дверь. Убедился, что я одна, убрал пистолет и кивнул напарнику. Затем осмотрел меня с ног до головы и протянув руку, забрал торчащий из моего кармана телефон. Второй ткнул меня стволом в спину. Я демонстративно вздрогнула и переступила с ноги на ногу.

— Вперед и вниз по лестнице. Дернешься — прострелю обе ноги. Кивни если поняла.

Я кивнула и поплелась в указанном направлении. Охранники двинулись следом. Пока ковыляла, усиленно изображая страх и подавленность, обсуждала с девочками сложившуюся ситуацию.

— Рей, Ми, сколько их здесь сказать можете?

— Всего пятеро, не считая Рисы. — ответила мне Ми. — Двое за тобой, еще трое внизу и один из них — Нестор.

— Подозреваю, что плакать и биться в истерике, пытаясь потянуть время, бесполезно. Рей, ты сможешь их вырубить?

— Только кого-то одного, и потом мне придется сменить форму. На них на всех амулеты.

— Хреново. Значит и Ми тоже не сможет их усыпить. Придется действовать самой.

— Мистресс, я могу вселиться в вас на пару минут.

— За две минуты ты выжмешь себя до донышка. Тут не Земля, мы тебя не восстановим быстро.

— Тогда на минуту.

— На минуту... — я задумалась. — Если действовать быстро, то может и получится что-то. Тогда так, сейчас спустимся вниз, оценим ситуацию, и ты вселяешься в меня ровно на одну минуту. Рей, ты в резерве. Если что, постарайся отвлечь кого-нибудь из них.

Пока обсуждали возможности, меня довели до лестницы. На подвальном этаже был расположен довольно просторный зал, в центре которого уже знакомым мне серебристым мелом была вычерчена пентаграмма в двойном круге с рунами. В центре звезды стоял алтарь из черного камня, на котором лежала Риса. Рядом стоял Нестор. Стоило мне ступить за границу второго круга, как я почувствовала исходящую от алтаря силу. Столько Тьмы я не ощущала даже когда забирала силу старого колдуна. Но самое главное — весь этот эфир был почти неподвижен, как на Земле.

— Ого! — раздался в моей голове голос Ми. — Сюда бы еще немного Света и в этом круге можно будет колдовать.

— Камень в центре — это накопитель. Очень емкий и почти полный. — добавила Рей.

Я бросила быстрый взгляд сквозь челку: справа и слева от Нестора двое, оба в кольчугах. Те двое, что шли сзади, в шаге от меня, были, как я помнила в обычной одежде, но пистолет в руке только у того, что слева. И на всех пятерых амулеты. А «гвоздиков» у меня всего четыре.

— Ми, начнем, как только подойдем поближе. Сперва нужно будет нейтрализовать тех, кто сзади. Потом Нестора и его охрану. Бьем насмерть — жалеть тут некого.

Когда до алтаря оставалось всего три шага я почувствовала пробежавшую по телу волну Силы и уже знакомую веселую злость. На лицо сама собой наползла широкая улыбка.

* * *

За эти три секунды происходит очень многое. Девушка с нечеловеческой скоростью разворачивается вокруг себя. Перехватывает упиравшийся ей в спину пистолет правой рукой, направляя его в сторону второго посвященного, а левой вгоняет острый металлический стержень в спину охранника. Тот начинает падать, палец на спусковом крючке рефлекторно дергается, и второй охранник получает две пули в бок. Блондинка приседает, прикрываясь оседающим телом и пропуская над головой выстрелы среагировавших рыцарей, а затем подпрыгивает почти на высоту своего роста, взмахивая в воздухе руками. Оба рыцаря получают по металлическому стержню, один в лоб, второй в горло. Приземлившись на спину раненного, девушка, ударом пятки, ломает ему шею и не глядя отправляет еще один стержень в голову второго охранника, пытавшегося достать пистолет. Наконец Нестор отмирает и наводит пистолет на девушку, но в этот момент перед ним из воздуха возникает небольшой серебристый дракон и выдыхает сгусток огня в лицо. Магистр рефлекторно прикрывается рукой и последнее что он осознает — страшный удар, сминающий серебряную кирасу и ребра под ней, и отбрасывающий его куда-то назад.

* * *

Стоило мне остаться без оружия, как замерший до того Нестор навел на меня пистолет. Нагнуться и выдернуть из тела охранника бо-сюрикен я уже не успевала. Выручила Рей, плюнувшая ему в лицо шариком иллюзорного огня. Тот прикрылся от иллюзии рукой и этого мгновения мне хватило, чтоб сделать короткий, в два шага, разбег и, подпрыгнув, ударить его обеими ногами в грудь. Кажется, у Нестора под одеждой была какая-то броня, но моей скорости и веса хватило, чтоб отбросить его за алтарь.

Убедившись, что мужчина больше не шевелится, я подскочила к алтарю, на котором лежала Риса.

— Стой! — прямо передо мной появилась Рей. — Эта штуковина переполнена Тьмой. Одно неосторожное прикосновение и тут все накроет такой волной, что мало не покажется никому.

— Нужно снять оттуда Рису!

— Нельзя. Ты только что убивала людей. Коснешься ее, и все, что есть в камне выплеснется наружу через тело Рисы.

— Ах ты ж! — я замерла. В голове сложились факты: накопитель огромной емкости, который заполняли, убивая на нем малефиков, ритуальный круг, замедляющий потоки эфира, скрывающий алтарь от посторонних и одновременно не дающий ему выплеснуть накопленную Силу до определенного момента. — Магическая бомба. Так вот, что они хотели сделать.

Тут по мышцам пробежала волна дикой боли, заставив меня скрючиться — Ми покинула мое тело, ровно через минуту, как и договаривались. Пока я пыталась разогнуться взгляд упал на линии пентаграммы.

— Рей, а если дать этой Силе другой выход?

— Что ты имеешь в виду?

— На этом алтаре нет никаких рун, значит в накопленном эфире могли сохраниться осколки желаний убитых людей. Это не полноценный разум, но все же можно попробовать договориться.

Рей прислушалась и кивнула.

— Да. Многие из них хотели смерти, но есть и те, кто хотел мести. Хочешь предложить обмен?

— Да. Тут есть тела тех, кто их убивал.

— Нам нужен будет Свет для ритуала.

— Нужен — будет.

Я, с трудом пересиливая боль, поковыляла к одному из приведших меня мужчин. Нагнулась и положила руку на его амулет. Ми тут же вытянула из него весь заряд, пропустив часть через меня, ослабляя боль в поврежденных ускорением мышцах. Повторила процедуру со всеми остальными. Больше всего удивил Нестор, на котором вместо амулета оказалась надета покрытая рунами тонкая кираса. Судя по цвету и вмятинам в месте удара, это было чистое светлое серебро. Вернувшись к алтарю, я сложила руки в жесте концентрации и зашептала призыв к Госпоже. Привычного отклика не получила, но, как мне показалось, внимание на меня обратили. Потом мысленно потянулась к запертой в камне Силе. Ответом на мою попытку была острая жажда смерти и разрушения. С трудом переборов желание взять пистолет у одного из трупов и пустить себе пулю в голову, я отправила навстречу образ пяти тел, лежавших в зале, затем образ себя, снимающей с алтаря Рису. В ответ эфир в камне слегка сжался, словно соглашаясь и предлагая забрать девушку. Осторожно подойдя к алтарю, я приподняла с него подругу. Легкая темная дымка потянулась было за ней, но Рей рассеяла ее, выдохнув тонкую струйку белого пламени. Риса приоткрыла глаза.

— Ты пришла... — голос был слабым. — Зачем?

— Ох Риса, ну как я могла не прийти за тобой?

— Извини, что прерываю, но кажется одними трупами мы не откупимся. — прервала наш разговор драконесса. — Это здание тоже не переживет выброса. У нас есть пять минут.

— Тогда бежим. — я припустила к выходу.

К сожалению, бежала я недолго. Поддерживать усиление тела собственными силами я не могла, а от Ми в ближайшее время помощи не дождаться. После подъема по лестнице темп упал, а из Храма я выходила уже просто торопливым шагом. Метрах в десяти от здания стояли полицейские машины и редкое оцепление.

— Господа, я не знаю, что именно может сейчас произойти, но рекомендую укрыться. — сказала я, доковыляв до полицейских.

— Что вы имеете в виду?

Ответить я не успела. Грохот за спиной заставил меня обернуться. Небо над городом прочертила огненная полоса падающего болида. Вот только привычной уже картины вспыхнувшего купола не было. Огненный шар упал на покинутый мной две минуты назад Храм. Перехватив удобнее Рису, я бросилась за угол ближайшего дома. Спустя секунду взрывная волна пронесла мимо нас обломки. Когда пыль осела, я осторожно выглянула. К счастью, никто из полицейских не хлопал ушами, все успели укрыться как бы не раньше меня. Впрочем, как себя вести в таких случаях здесь все знают еще с детства.

— Таков был ответ разгневанной богини. — неосознанно перефразировала я цитату, пораженно глядя на столб дыма и сложившееся вовнутрь здание. К сожалению, сказала я это недостаточно тихо.

— Чей ответ? — спросил один из подошедших полицейских.

— Разгневанной богини. — повторила я, постепенно приходя в себя. Опустила глаза. — Риса!

Девушка обмякла, лицо ее побледнело.

— Медика сюда! Быстро! — закричала я.

Через две минуты я сидела в машине скорой помощи рядом с бессознательной подругой и, пока один из медиков обрабатывал мне непонятно где полученные царапины, молилась, чтоб все обошлось.

В палату меня не пустили, но через пятнадцать минут вышел целитель сообщивший, что с девушкой все в порядке. Обморок был вызван нервным истощением и воздействием темного эфира.

— К завтрашнему дню она придет в себя.

— Могу я подождать здесь?

— Боюсь, что не сможете. — раздалось из-за спины. — Вас ждут в Департаменте. Господин директор хотел бы вас увидеть. Срочно.

Я обернулась. В коридоре стоял незнакомый мне мужчина в форме оперативника.

— А до завтра это не подождет?

— К сожалению, нет.

— И вам на голову болид уронить, что ли? — пробормотала я.

Оперативник дернулся.

— Что вы сказали?

— Могли бы и до завтра подождать. — громче ответила я.

— Если не будем задерживаться, то к завтрашнему дню вы сможете навестить вашу подругу.

* * *

— Здравствуйте, Александра. Как Риса? — поинтересовался у девушки директор. Та выглядела неважно — бледная, под глазами круги, на левой руке несколько длинных царапин.

— В больнице. Целители говорят, что завтра придет в себя. Сильно перенервничала и хватанула слишком много темного эфира.

— А вы сами?

— Болит все тело — пришлось изрядно напрячься, чтоб вытащить ее оттуда.

— Тогда я не буду вас долго задерживать, задам всего пару вопросов. Итак, утром вы позвонили и сказали, что Риса пропала. Через пять минут вы вновь звоните, и говорите, что Нестор пообещал убить вашу подругу, если вы не придете в закрытый Храм через двадцать минут. Поднятая по тревоге полиция отцепила названное вами здание. Не успели подъехать оперативники, как вы выходите оттуда с бессознательной Рисой на руках, а потом на здание падает болид. И не просто болид, а сигнальный спутник, на котором неожиданно отказывает система ориентирования. После чего в спутник врезается небольшой метеор, который и сталкивает его с орбиты, да так удачно, что кроме разрушенного Храма пострадали всего пара домов, в которых выбило окна. Кроме тех, кто находился в здании пострадавших нет. А теперь расскажите мне, что произошло в Храме и откуда столько совпадений.

— Наши с Рисой отношения вам известны. Я не могла оставить ее там. В здании находился Нестор и четверо мужчин.

Через десять минут рассказ девушки, даже в таком сухом изложении больше напоминавший сказку подошел к концу. Недоговорила она, конечно, многое, но не солгала ни разу.

— То есть вы утверждаете, что убили пятерых вооруженных мужчин, а потом «договорились» с темным эфиром отдать вам Рису в обмен на пять трупов и заброшенное здание?

— Сама бы я не справилась. Мне помогли духи. А о том, что здание будет разрушено таким образом, я не предполагала. И насчет пяти трупов я не уверена. Нестор мог быть еще жив.

— Что ж. Будем считать, что я вам верю. Сейчас зайдите к Шану, пусть он вас подлечит и можете быть свободны.

Проводив взглядом девушку, директор задумчиво постучал пальцем по протоколу опроса одного из полицейских. «Колдовство и духи. Да еще и» — он опустил взгляд на бумагу. — «божественный гнев. Не отчет, а летописи времен Месяца тьмы. Интересная все-таки у нее интерпретация собственных способностей. И ведь вполне здравомыслящая девушка.»

Глава 12

К воздействиям пятого класса относятся: природный эфирный шторм и мощные проклятия, созданные с помощью накопителей большой емкости, например, Затмение в Рейнском княжестве.

Кассандра Нокс. «Создание и использование амулетов в полевых условиях.» Департамент Имперской Безопасности. ДСП.

Очнулась Риса в больнице. Рядом сидела бледная и осунувшаяся Сандра.

— Привет. — улыбнулась она.

— Привет. Сколько я уже здесь?

— Второй день. Тебе перепало слишком много темного эфира.

— А тебе?

— А мне потянутые мышцы и сухожилия, и легкое истощение.

— Знаешь, я ведь почти ничего не помню. Когда дверь открыла, Нестор прижал мне к лицу какую-то тряпку, и голова закружилась. А потом все как в тумане. Он привез меня в старый Храм, отобрал телефон и стал звонить тебе. Я хотела крикнуть, чтоб ты не приезжала, но не смогла даже прошептать. Потом привели тебя, и я потеряла сознание. Очнулась, когда ты сняла меня с камня. А еще я видела маленького говорящего дракона.

—Драконессу. — поправила подруга. — Рей — мой фамильяр.

— Рей? — Риса вспомнила, что Сандра называла это имя, когда призрак бросил иглу в Нестора. — Ты так называла ту девушку-призрака. Я еще подумала, что у меня галлюцинации.

— Нет. Рей — дух. Драконом она выглядит если у нее мало сил, или ей так удобнее. А девушка — это второй ее облик.

Риса внимательно посмотрела на подругу. Сандре явно досталось куда больше, чем она пыталась показать. Да и Нестор со своими людьми вряд ли просто так их отпустили. Вдруг очень захотелось прижаться к ней. Она взяла Сандру за руку и потянула к себе.

— Все-таки больничная койка не очень подходит для таких занятий. — пробормотала Сандра спустя полчаса.

— Скажи, Сандра, а у тебя до меня были девушки?

— Нет.

— Тогда откуда ты столько знаешь? Ну, об этом? — Риса покраснела.

— Ми научила.

— Ми?

— Ты ее еще не видела. Она тоже мой фамильяр, как и Рей. Только кошка, а не дракон.

— Но если она тебя любит, то почему ты стала встречаться со мной?

— Это не любовь, Риса. Точнее не совсем любовь. Как бы тебе объяснить... — Сандра задумалась. — Духи чувствуют не так, как люди. Например, Ми не испытывает ревности, по-моему, просто не умеет. Насколько я поняла, у нее вообще почти все эмоции замешаны на радости. Даже злость. Для Ми секс — это новые ощущения, способ пополнить свои силы и помочь мне снять стресс. У Рей эмоции очень слабые, она, если и умеет любить или ревновать, то физического влечения не испытывает вообще.

— Как все это странно. Я всегда думала, что духи — это сказки. А оказывается, что они на самом деле существуют.

— У вас это скорее всего действительно сказки. Условия для появления богов и духов на Терре сильно неподходящие. Тут разве что какие-нибудь неразумные элементали могут водиться. А Ми и Рей пришли вместе со мной. Правда чуть не погибли в первый же день, и почти все время прятались в моем теле, потихоньку собирая эфир и восстанавливая силы.

— Твои татуировки. — догадалась Риса. — Но почему они раньше не показывались?

— Без достаточного запаса сил их бы развеяло потоками эфира, да и мне было больно.

Рисе вспомнились странные ритуалы Сандры, во время которых она морщилась, словно от боли.

— Риса, ты не говори никому о девочках. А директору я сама уже сказала.

— Честное слово?

— Честное слово.

* * *

Через день после выписки ее вызвали к директору, пожелавшему узнать подробности произошедшего. Но интересовали начальника только слова и действия рыцарей Ордена. Вернувшись домой, Риса хотела уже зайти на кухню, как почувствовала колебания эфира и услышала голоса. Один Сандры, а другой ее фамильяра — Рей. Она прислушалась.

— Тебе не кажется, что у тебя с Рисой все довольно далеко зашло?

— Это плохо? — в голосе Сандры звучала усталость.

— Думаю да. Ты ведь помнишь, что ваше обоюдное влечение было вызвано последствиями ее первого выброса.

— Помню.

— И тебя это устраивает? Когда-нибудь искусственная страсть исчезнет. Последствия снятого приворота тебе известны.

— Можно, конечно, провести ритуал и убрать все лишнее. Если ты права, мы поругаемся и расстанемся, может быть даже врагами. А может кроме искусственного влечения у нас есть и настоящие чувства, так тоже бывает, хоть и редко. Но я не хочу ничего менять.

— Ты все никак не можешь забыть Оксану?

— Я шесть лет жила на пределе только для того, чтоб сделать ее счастливой. Когда я зарабатывала деньги, я расплачивалась за данный мне шанс. Это было просто тяжело, физически и морально. Но год жить рядом с ней и ребенком и не иметь права признаться, а потом своими руками отдать ее другому мужчине... Это было больно, Рей. Даже после переноса сюда это было больно, пока не появилась Риса.

— Я понимаю. Но подумай о Рисе. Если она узнает, то не только тебе будет больно.

— Наверное ты права, но отказаться от нее я не могу. Сейчас она самый близкий мне человек в этом мире.

«Искусственная страсть», «последствия ее выброса» эхом отдавалось в голове Рисы. Все поплыло перед ее глазами, на периферии зрения заклубился черный туман.

«Мистресс, она очнулась», — услышала Риса и открыла глаза. Она лежала в своей кровати. На ее животе, поверх одеяла лежала серая кошка. Рядом сидела Сандра и держала ее за руку.

— Что случилось, Риса? — в голосе подруги слышалось волнение.

— Скажи, это правда, что ты любишь меня из-за приворота?

— Не совсем. Приворот вызвал симпатию и влечение, — покачала головой Сандра. — Ты слышала наш разговор?

— Значит это правда. — на Рису словно навалилось что-то тяжелое. Дышать стало трудно, но она продолжила. — И ты можешь его полностью снять?

— Могу. — Сандра грустно вздохнула.

— Я хочу, чтоб ты это сделала.

— Тебе нужно отдохнуть. Давай позже.

— Нет! Сейчас! Сделай это немедленно!

Риса резко села и серая кошка скатилась ей на колени, а затем, перевернувшись, спрыгнула с кровати и превратилась в девушку. «Красивая» — мельком подумала Риса.

— Пожалуй я пойду. — недовольно дернув кошачьим ушком сказала бакэнэко. — Может позвать Рей?

— Не стоит, — покачала головой Сандра. — Я сама позову. Сразу в круг.

Пойдем, — протянула она руку Рисе. Но та, проигнорировав помощь, выбралась из кровати сама. Сандра прошла в свою спальню, поставила на середину комнаты кресло и зажгла свечу на журнальном столике. Прихватив оттуда нож, она кивнула Рисе на кресло.

— Садись. Ты хочешь, чтоб я убрала все последствия приворота?

— Я хочу, чтоб ты убрала все лишнее из моей головы!

— Я не могу знать, что там у тебя лишнее. Может, ты подождешь хотя бы до завтра, успокоишься, мы поговорим и на свежую голову решим, что делать.

— Я сказала, сейчас!

— Тогда слушай меня внимательно, — голос Сандры зазвучал ровно и холодно, словно у девушки внезапно исчезли все эмоции. — я уберу все искусственные чувства. Уберу не только у тебя, но и у себя. Все, что не было вызвано приворотом останется на месте.

Она опустила руку с ножом и обошла вокруг Рисы, чертя круг. В отличие от прошлых ритуалов на этот раз границу было видно. За кончиком лезвия тянулась тонкая, светящаяся фиолетовым, линия. Замкнув круг Сандра поставила на пол металлическую миску. Затем левой рукой прикоснулась к своей груди и сделала хватательное движение. Тряхнув кистью, она сбросила в миску клочок черного тумана. Упав, тот превратился в трепещущий язычок черного пламени с красными всполохами. Повторила свои действия с Рисой. Язычок черного огня стал больше и вытянулся, словно пытаясь выбраться, но посуда оказалась слишком глубокой. Глядя на него Риса чувствовала, что из ее души ушло что-то. И это что-то сейчас плещется в миске, маня протянуть к себе руку, желая вернуться на место, обратно к ней.

— Рей, — позвала Сандра.

Перед ней появилась драконесса. На этот раз она была ростом почти со свою хозяйку.

— Сожги это, пожалуйста.

Та кивнула, и в черное пламя ударила струя ослепительно-белого. Секунда, и на полу осталась пустая миска. Граница круга вспыхнула и исчезла.

— Все, — устало произнесла Сандра, опускаясь на пол.

Глядя на все эти действия Риса чувствовала, как в ее душе появляется пустое место. А взгляд на Сандру уже не вызывал того трепета и желания прикоснуться.

— Теперь уходи. — произнесла она. — Собирай свои вещи, Александра Волкова, и убирайся из моего дома.

Выбравшись из кресла Риса медленно пошла в свою комнату. Заперев дверь, она упала на кровать и разрыдалась. Через какое-то время слезы закончились, и на их место пришел сон. Утро встретило ее опустевшей квартирой. В комнате Сандры не осталось ни одной личной вещи, кроме рамки с фотографией Рисы.

* * *

Рей прошла сквозь границу домена и устало вздохнула. Ритуал ее вымотал. Впрочем, на Земле она вообще не смогла бы сжечь даже такое слабое проклятие своим огнем — там просто не было столько чистого Света.

Ми сидела за столом на террасе и, задумчиво глядя на бушующие за стенками домена потоки эфира, грызла шоколад. Ее шоколад!

— Ну и зачем ты это сделала? — поинтересовалась бакэнэко, стоило драконессе подняться по ступенькам.

— Что сделала? — Рей отобрала у кошки остатки плитки.

— Зачем ты потратила силы на сотрясение воздуха, когда могла все это высказать мысленно?

— Потому, что так правильно. — она заметила, что хвост и уши сестры слегка подрагивают. Та явно была в ярости, но пока себя сдерживала.

— Правильно?!

Глаза бакэнэко полыхнули желтым, она вскочила, и располосованный когтями стол разлетелся во все стороны.

— Правильно! — надавила голосом драконесса. — Я, в отличие от тебя, руководствуюсь в первую очередь разумом, а не эмоциями.

Кошка внезапно успокоилась и усмехнулась.

— Это не мешает тебе испытывать ревность, дух разума. Но раз ты вся такая умная, то скажи мне, чем ты слушала, когда я рассказывала об особенностях силы девочки? — хвост Ми снова хлестнул по ногам.

— Что ты имеешь в виду?

— Держи.

Рей поймала небрежно брошенный в нее шарик образов, вгляделась в него и побледнела.

— Вижу, что дошло. Твое счастье, что кроме приворота у них есть и настоящие чувства, а мастер догадался обучить девочку основам контроля. Без твоей, кстати, подсказки. Иначе бы там выжгло все живое в радиусе десяти метров. Тебе напомнить, кто в тот момент находился ближе всех к Рисе и на чьем теле написаны наши контракты, держащие этот домен? Когда в следующий раз соберешься, как говорит мастер, «потоптаться по клумбе с васильками» посоветуйся со мной.

Развернувшись, кошка ушла в дом. Бледная Рей опустилась на пол террасы и обхватила голову руками. Пусть им уже и не грозило развоплощение после смерти мастера, но его гибель из-за своего просчета она бы не пережила. «Но ведь это было правильно. У отношений, в основе которых лежит приворот нет будущего. Или я и правда ревную?» Она вновь проанализировала свои действия. И пришла к парадоксальному выводу — если не учитывать переданные сестрой знания, она все сделала правильно, а еще она действительно ревнует мастера, правда скорее, как дочь или сестра. «Что ж, все мы развиваемся. И я не исключение» — решила она, и поднявшись, пошла в дом вслед за Ми.

* * *

— Здравствуйте, господин директор. — поприветствовала его так неожиданно напросившаяся на прием девушка.

— Здравствуйте, Александра. Выглядите неважно.

— Не спала всю ночь. Собирала вещи.

— Зачем?

— Мы с Рисой поругались. — пояснила девушка — И расстались.

— Прискорбно. — новость его не обрадовала. — Но почему вы пришли ко мне?

— У меня к вам просьба. Я хочу продолжить работу над амулетами, но не здесь. Отправьте меня куда-нибудь подальше. В Светлый лес, например. И не говорите Рисе где я работаю.

— То есть, если она напрямую спросит меня, вы предлагаете ей соврать?

— Да.

— И почему я должен это сделать?

— Храм, господин директор. Храм и Орден. Я могу понять зачем вы запихнули меня в класс «А» — там никто не обратил внимания на мои странности, да и к отношениям с Рисой отнеслись достаточно спокойно, но в гимназию вообще вы запихнули меня вовсе не для лучшей социализации. Вы ловили Орден на наживку. На меня и на Рису. И если бы не моя помощь, то сейчас в Столице был маленький филиал Светлого Леса.

— Кстати, по поводу вашей помощи. Вы так и не рассказали, как это сделали.

— Рассказала.

— Духи и колдовство? — директор скептически приподнял бровь. — Даже если все так, ваш рассказ зияет дырами и недоговорками.

— О духах вы можете спросить Рису. Она их видела собственными глазами. Надеюсь одному из лучших темных сенсоров вы поверите?

— Хорошо. Я поговорю с Рисой и выполню вашу просьбу. Кстати, почему Светлый Лес?

— Место, где можно протестировать амулеты большой нагрузкой и куда ни один нормальный человек по доброй воле не отправится.

Мужчина задумался. Терять перспективного специалиста не хотелось. Опять же, способности Александры вызывали массу вопросов, даже кузен проявил к ней интерес. А значит и кто-то из соседей тоже заинтересуется. Девушка должна исчезнуть на какое-то время. Хотя бы на год.

— Чтож. У нас есть лаборатория, как раз на окраине Леса. Но вам понадобится новая легенда. На другое имя и возраст.

Девушка пожала плечами и представилась другим именем. И не солгала.

— Тогда пишите заявление на увольнение. — протянул он ей лист бумаги и ручку. Потом нажал клавишу селектора и попросил вызвать Джона.

* * *

Через два часа я вышла из Департамента с новыми документами, короткой стрижкой и направлением в лабораторию на окраине Светлого Леса. Рядом появилась Рей.

— Что будешь теперь делать?

— Поеду подальше от всего этого. С Рисой мне в ближайшее время лучше не видеться. Я-то отойду быстро, но вот как откат подействовал на нее я не знаю.

— Но ты все равно планируешь с ней встретиться.

— Да. — я кивнула. — Нам нужно будет хотя бы поговорить, когда обе разберемся в себе. Я думаю срока, оговоренного директором, нам хватит.

— Хочешь вернуться через год?

Я кивнула и пошла к вокзалу.

* * *

Два дня спустя ее вызвали в Департамент к начальству.

— Что у вас произошло с Александрой? — с порога спросил директор.

— Мы расстались. — ответила Риса. В душе мелькнуло легкое беспокойство. — Что-то случилось?

— Да как вам сказать. Если перспективная сотрудница вдруг ни с того ни с сего пишет заявление об уходе, передает все свои наработки и исчезает в неизвестном направлении, это поневоле заставит задуматься. При этом выглядела она явно нездоровой.

Слова директора вызвали злость. «О Волковой», даже в мыслях Риса старалась не называть бывшую подругу Сандрой, «они побеспокоились. А обо мне можно не волноваться?!»

— Переживет. — буркнула она, — Переспит со своей кошкой и успокоится.

— Что, простите? — брови директора удивленно поднялись. — С кошкой?

— У нее в подчинении два духа, она называет их фамильярами. Выглядят как дракон и кошка, но могут принимать облик девушек.

— Почему вы говорите об этом только сейчас? — в голосе директора звякнул металл.

— Я об этом узнала на прошлой неделе, когда меня украли рыцари из Ордена. Эти духи помогли Волковой меня освободить. Она попросила меня не говорить об этом никому, и уверила, что вам сама уже все рассказала. Насколько я поняла, духи перенеслись вместе с ней из ее мира и были очень слабыми. Эти ее татуировки на руках, поглощающие эфир... Через них она подпитывала своих фамильяров. Насколько я помню, ей было больно, когда они пытались как-то с ней связаться, но постепенно боль становилась меньше, а духи активнее. И ее странные ритуалы, тоже, как недавно оказалось, не простые суеверия...

— Значит так, — перебил ее директор. — сейчас вы все это изложите на бумаге. А потом забудете, что вообще об этом знали. Степень секретности у этих данных будет наивысшая. Если что-то просочится на сторону у всех могут быть неприятности. Не только у вашей бывшей подруги.

— Да кто поверит в колдовство и духов? — отмахнулась Риса.

— Риса. — директор внимательно посмотрел ей в глаза. — Я не собираюсь лезть в вашу личную жизнь и выяснять, что именно привело к разрыву ваших отношений с Александрой. Но вы прошли обучение на курсах оперативников и должны понимать, что есть некоторые сведения, знать о которых не стоит никому. Болид, упавший на храм, в котором вас чуть не убили, был сигнальным спутником. Случайно совпало несколько событий: поломка в системе ориентации и столкновение с небольшим метеором, пробившим кристалл и столкнувшим спутник с орбиты. Но в свете рассказанного вами, кто-то может решить, что это не случайное совпадение. Вы уже побывали на алтаре, хотите теперь посетить пыточную какой-нибудь спецслужбы, или желаете, чтоб там оказалась ваша бывшая подруга и все, кто был с ней хоть как-то связан, включая ваших одноклассников? Так что, подробный отчет и подписка о неразглашении.

Директор подвинул ей письменный прибор и пачку листов бумаги.

* * *

Через неделю к Рисе, обедавшей в кафе, подсела Алена.

— Привет. Ты чего одна? Где твоя Сандра?

— Не знаю. И она не моя.

— Как не знаешь? — растерялась Алена. — У вас что-то случилось?

— Мы расстались.

— Как так? У вас же такая любовь была. Она даже, говорят, тебя спасла из здания, на которое болид упал. В новостях рассказывали.

— Вот так. Она меня обманывала. Никакой любви не было. Это был приворот. — в последнее время при упоминании Волковой на Рису накатывала злость.

— Не может быть. Или то, что вас приворожил какой-то малефик —не шутка?

— Нет. Правда. Она вообще редко врет, просто все выворачивает так, что вроде и правду сказала, а все равно никто не верит.

— Как так? Объясни ты толком, что у вас произошло!

— Все просто. Я и есть тот малефик. Я ее приворожила, а заодно и себя. Она сказала, что приворот на нее не подействовал, и я, как дура, поверила. А потом выяснилось, что это не так. Приворот сняли, и мы разбежались. Все! — Риса резко встала и бросила на блюдце с чашкой несколько монет. — Не хочу об этом говорить!

— Постой, а Сандра-то где? — спросила ей в спину Алена, но ответа так и не услышала.

* * *

Через пару месяцев после встречи с Алёной злость и обида утихли, на смену им пришла грусть, а затем и тоска. Одиночество давило. Постоянно казалось, что чего-то не хватает. Точнее кого-то. Осознав это, Риса попыталась завести роман с парнем. Прикосновения первого напомнили ей Нестора, и они расстались. Второй ушел сам, после того, как она на втором свидании дважды назвала его Сандрой. Тогда она попыталась найти себе девушку. Но оказалось, что девушки не вызывают у нее вообще никакого влечения.

Через полгода Риса не выдержала и прошла полное обследование в лаборатории Департамента. Жрецы развели руками — никаких следов постороннего воздействия. «Если кто-то вас и привораживал, то следов уже не осталось. Даже обычная в таких случаях ненависть к приворожившему уже прошла.» — заявила незнакомая пожилая жрица. «Все, что не было вызвано приворотом, останется на месте.» — вспомнились ей тогда слова Александры. Но выяснить, что же осталось уже не было никакой возможности. Пришлось смириться и уйти с головой в работу, благо ее загрузили исследованиями новых защитных амулетов, которые периодически поступали из какой-то лаборатории.

* * *

Придя однажды на работу пораньше, она увидела, как курьер, привозивший амулеты, передает бобину с пленкой одному из лаборантов.

— Что это?

— Новая запись. На нашу начальницу в очередной раз тоска по бывшему напала, а мы удачно подловили момент.

Риса забеспокоилась. Лаборатория была режимным объектом, и утечка любой секретной информации могла вызвать проблемы.

— Что значит «подловили момент»? Что на пленке?

— Песня. Просто песня. — замахал руками курьер, но, видя недоверие на лице Рисы, добавил. — Наша начальница, когда ей совсем тошно, берет гитару и поет что-нибудь. Мы, если успеваем, записываем, а Вася потом чистит запись от шума. Вась, включи, успокой девушку.

Василий заправил пленку в магнитофон и запустил воспроизведение. Из динамика сквозь шум помех послышалась медленная печальная мелодия и женский голос, певший на британском. Качество записи было ужасным, но музыку и слова можно было разобрать.

I thought of you the other day

How worlds of change led us astray

Colors seem to fade to gray

In the wake of yesterday

You looked into my eyes

You had me hypnotized

And I can still remember you

I had a dream of you and I

A thousand stars lit up the sky

I touched your hand and you were gone.

But memories of you live on.[2]

Риса слушала, затаив дыхание. Почему-то вспомнилось, как Сандра снимала ее с алтаря. «Как я могла не прийти за тобой?». Кажется, так она тогда сказала. А может?.. Нет, курьер же сказал «страдает по бывшему», а откуда у лилии «бывший»? Да и как она могла стать их начальницей едва закончив гимназию. Когда песня закончилась Риса не выдержала и спросила.

— Как зовут вашу руководительницу?

— Кассандра. Кассандра Нокс.

Конец первой части.

Глава 13

«Я вернусь.»

Анимэ «Принцесса-волшебница Хана Шида» (Mahou no Princess Hana Shida)

1818 г от м.т., 1 июля.

Граница Русской Империи и Светлого Леса.

Станция контроля эфирного фона. Лаборатория.

— Приветствую вас, господа и дамы. — поздоровался со всеми начальник.

Рядом с Аркадием стояла девушка в форме оперативника ростом чуть выше Иты. Короткая стрижка, светлые волосы и голубые глаза. Возможно, именно с ее присутствием и было связано столь странное приветствие.

— С сегодняшнего дня у нас открывается исследовательский отдел. Возглавит его госпожа Кассандра Нокс. — указал Аркадий на девушку. — Валентина, Ита, с этого момента вы работаете в этом отделе. Если проводимые исследования будут успешными, штат расширят.

— А девушка не слишком молода для такой должности? — задал интересовавший всех вопрос Игорь.

— Мне тридцать два года. — ответила за Аркадия новая начальница.

— Эм. Нда. По вам не скажешь. — Игорь с недоверием оглядел девушку.

— Знаю. Я хорошо сохранилась. — тяжело, явно уже не в первый раз отвечая на подобное, вздохнула та.

— А что именно мы будем исследовать? — поинтересовалась Валентина.

— Я разрабатываю амулеты для защиты электроники.

— Да их все, кому не лень разрабатывают, а толку то? — махнул рукой Игорь.

— Один из опытных образцов выдержал выброс темного эфира при проклятии одаренным малефиком.

— И какого же размера был амулет и сколько туда вбухали светлого серебра?

— Серебра там было около половины грамма, а амулет размещался на корпусе радиотелефона.

— Это какая-то новая технология? — не удержалась от вопроса Ита, у которой из-за собственного дара были сложные отношения с любой электроникой.

— Да, но это, как и ее принцип, является секретом. Сами понимаете, что такая защита, если ее как следует доработать, даст толчок к развитию технологий, сведения о которых накопились за последние двести лет.

— А как же наша основная работа?

— Все останется по-прежнему. Исследования я буду проводить самостоятельно, а вы мне будете нужны только для предварительного тестирования. Если образцы будут давать положительный отклик, то дальнейшая проверка будет производиться в Столице.

— А почему разработку перенесли к нам?

— В лабораториях Департамента сложно проверить амулет на устойчивость к высокой концентрации темного эфира. А здесь это не составит никакого труда, да и место само по себе довольно интересное. Еще вопросы?

— Что вы делаете сегодня вечером? — поинтересовался Бернард.

Девушка оглядела оперативника с ног до головы.

— Разбираю вещи и отсыпаюсь.

— А завтра?

— Бернард, вы ведь эмпат? Значит почувствуете, насколько я сейчас искренна. Так вот, вы, как и Густав, мне не интересны. Не тратьте зря силы и время.

— Ну попробовать-то стоило. — слегка смутился мужчина.

— Откуда вам известно мое имя? — прищурился Густав.

— Я ознакомилась со списком сотрудников и их способностей, когда меня сюда направили.

— Но ведь это...

— Конфиденциальная информация. — кивнула Кассандра. — Ну что ж, если вопросов больше нет, то тогда до завтра, господа и дамы.

* * *

В поезде я провела почти сутки, за которые чуть отошла от последних событий и прочла наконец краткую характеристику будущих коллег, выданную на прощание Джоном. Собственно, народу на станции, где отслеживали колебания эфира у границы Светлого Леса было всего пять человек: начальник, две лаборантки, курьер и два оперативника, охранявших всю эту компанию. На вокзале меня встретил сам начальник станции.

— Аркадий. — протянул он руку.

— Кассандра Нокс. — ответила я на рукопожатие.

— Сколько вам лет?

— Тридцать два. — назвала я указанный в новых документах возраст, про себя удивляясь, насколько рано прозвучал этот вопрос.

Судя по тому, как посмотрел на меня мужчина, в правдивости моего ответа он сильно сомневался, но мы были одни и его дар говорил, что я не лгу. А о том, что это возраст моего прежнего тела я никому рассказывать не собираюсь. Всю дорогу Аркадий молчал и хмурился, но заводить беседу и выяснять, чем же я ему так сразу не понравилась, мне не хотелось, все равно помешать в исследованиях он мне не сможет.

Через пару часов меня представили сотрудникам лаборатории станции контроля, а еще через двадцать минут я разбирала свой чемодан в комнате гостевого домика у подножия невысокого холма, на котором и располагалась станция.

— Ну, какие планы на завтра? — поинтересовалась у меня Рей.

— Посмотрю, что тут и как, может прогуляюсь по окрестностям немного. Хочу оценить фон и посмотреть, как повлияло проклятие в Светлом Лесу на растения и животных.

— Здесь тоже сократишь общение до минимума?

— Пока да. Все же внешность сильно влияет на поведение — маска школьницы слишком крепко приросла. Опять же, какая из Кассандры Нокс начальница отдела?

— Ну да... Хочешь исправить образ?

— Думаю, стоит совсем от него отказаться. В этом мире мне нет смысла разыгрывать из себя трех разных людей.

Рей с сомнением оглядела меня.

— Как тридцатилетняя ты все равно себя вести не сможешь. Тебе просто зеркало не позволит чувствовать себя на такой возраст. Максимум на двадцать пять.

— С учетом того, как быстро здесь взрослеют, это как раз будет лет тридцать.

— Хм. Когда собираешься начать?

— Сегодня.

— Хочешь успеть до того, как эмоции выйдут из-под контроля? — в голосе Рей прозвучали странные нотки.

— Да. Еще недели две продержусь. — кивнула я. — Потом, чувствую, крышу начнет рвать по полной. Странно, вроде приворот был слабый.

Драконесса опустила голову и всхлипнула.

— Ре-е-ей?

— Прости. Я... — она опустила голову еще ниже. — Наверное, нужно было все сделать как-то помягче.

— То есть Риса все услышала не случайно... Ну да, ты же могла все и мысленно мне сказать... Знаешь, Рей, если бы я сейчас не сдерживала эмоции, то с этого момента со мной общалась бы только Ми. И не важно, что ты в принципе сделала все правильно — приворот, особенно такой, лучше сразу снять и заставить людей разъехаться, чтоб друг друга не поубивали. Но да, не таким способом.

— Прости ее, Сандра. — рядом с нами материализовалась Ми. — Она приревновала в первый раз и не сразу разобралась в себе.

Сказано это было с настолько несвойственной бакэнэко серьезностью, что я растерялась.

— Ми! — вскинулась Рей. — Зачем?

— Затем. — отрезала кошка. — У меня одна сестра и мастер один. И мне не хочется терять кого-то из вас из-за того, что у тебя стали сильнее проявляться эмоции.

— Нда. — я села на кровать и попыталась переварить услышанное. — Все чудесатее и чудесатее.

Ми шагнула ко мне и устроилась рядом.

— Относись к этому как к ревности взрослого ребенка, чей родитель решился на второй брак.

— Не совсем удачный пример, но я тебя поняла. Надеюсь на мое решение встретиться с Рисой через год никто повлиять не собирается?

— Мы только за. — одновременно кивнули обе девушки.

— Мое мнение по этому вопросу вы знаете, мистресс. — мурлыкнула Ми, к которой вернулось ее обычное настроение. — Я бы вас к ней хоть сейчас отправила.

— Сейчас нельзя. — вздохнула Рей. — У Рисы откат будет намного сильнее. Не меньше, чем на полгода.

— Чтож, будем надеяться, что за тот год, в течение которого мне запретили показываться в Столице и как-то давать о себе знать, Риса сможет меня простить.

* * *

В лаборатории их новая начальница появилась лишь к десяти утра.

— Что-то вы не торопитесь приступать к обязанностям. — выдал ей вместо приветствия Аркадий.

— Прошу прощения. — слегка поклонилась девушка, назвать ее женщиной у Иты не получалось даже в мыслях — слишком молодо та выглядела. — Я не спала толком почти двое суток.

— Постарайтесь впредь не нарушать режим рабочего дня.

— Аркадий, я не знаю, поставили ли вас в известность, но у меня свободный режим работы. От меня требуют лишь результаты, а каким образом я их добуду, сидя в лаборатории по двадцать часов в сутки или собирая цветочки в Светлом Лесу, никого не интересует. Ваших подчиненных я буду привлекать к работе редко, о чем сказала еще вчера. И постараюсь предупреждать об этом заранее.

— О том, что вы собираетесь заявиться завтракать к десяти, в самый разгар рабочего утра, вы тоже их заранее предупредите?

— Ах вот в чем дело... Не переживайте, я в состоянии сама себе приготовить поесть.

— В полевой кухне? Отлично. Ита, проводи, пожалуйста, госпожу Кассандру в столовую и покажи ей кухню.

Ита тяжело вздохнула и, отложив сенсорные кристаллы, повела Кассандру в другое крыло здания. За весь путь начальница не произнесла ни слова, лишь равнодушно осматривала встреченные помещения.

— Здесь у нас столовая. А там, — Ита махнула рукой на открытую дверь в конце комнаты. — кухня.

— Ну что же, посмотрим, что тут у вас такого страшного, с чем я не справлюсь.

Пройдя внутрь, девушка с интересом огляделась.

— Так, плита не дровяная, духовка есть, холодильник тоже присутствует. И к чему тогда был весь этот бред про полевую кухню? — покачала она головой. Потом заглянула в шкафчики с посудой и продуктами. Открыла дверь в кладовую.

— Ита, а как часто сюда привозят продукты и что можно заказать кроме этого? — махнула она рукой на полки с полуфабрикатами и консервами.

— Примерно раз в неделю. Список утверждаем на общем собрании исходя из суммы, выделяемой на питание сотрудников. Можно заказать что-то сверх списка, но только за свой счет. И доставка каждого килограмма лишнего груза обходится примерно в рубль.

— Любого груза? Не только продуктов? — уточнила Кассандра.

— Любого. — тяжело вздохнула Ита и подумала про себя, что Аркадий прав, и к ним прислали на перевоспитание очередную шишку на ровном месте, возомнившую себя гениальным ученым.

— А когда ближайшее собрание?

— Через два дня. В пятницу. Учтите, что Игорь не сможет достать вам что-то слишком редкое.

— Хм. Ну думаю, что гитару, пару килограмм муки, шоколад, орехи и фрукты он привезти в состоянии?

— Думаю да. — перечень названных вещей несколько удивил.

— Вот и замечательно. А теперь расскажите мне, что такого страшного в вашей кухне, раз ее назвали полевой. Или у вас духовка не работает?

— Духовка работает, просто газ у нас из баллонов, и его нужно постоянно перекрывать.

— И всего-то? Тогда покажите где кран и идите по своим делам, я справлюсь сама.

Ита показала где находится вентиль, и на всякий случай решила убедиться, что начальница справится. Кассандра хмыкнула, но ничего не сказала. Через двадцать минут на столе стояла тарелка с гренками и две чашки с чаем. Осторожно попробовав предложенное, Ита пришла к выводу, что как минимум завтрак новая начальница готовить умеет, а по тому, насколько она уверенно действовала, складывалось впечатление, что с приготовлением обеда и ужина у нее тоже не возникнет никаких проблем. Стал понятен и перечень продуктов, которые та собиралась заказать, лишь гитара вызывала недоумение.

— Скажите Ита, кто из сотрудников сможет проконсультировать меня по свойствам и особенностям местной флоры и фауны. Не хотелось бы тратить время на выяснение общеизвестных вещей.

— Про растения вам может рассказать Валя. Густав пробовал охотиться, кажется, даже в Светлый Лес умудрялся пару раз забираться на полчаса.

— А вы?

— А я ничем таким не увлекаюсь. Разве что историей, но вряд ли вам это будет интересно.

— Как знать. Вдруг я соберусь прогуляться вглубь территории.

— Не вздумайте! Ни один стандартный амулет там дольше трех часов не работает.

— Так это стандартный. Тем более я малефик, так что, думаю, смогу продержаться там чуть дольше, чем светлые одаренные.

— Хотите сказать, что сможете сделать амулеты, способные выдержать такую нагрузку?

— Нужно же к чему-то стремиться.

— И все таки, почему вы приехали сюда? Неужели не нашлось другого места?

— Одну из причин я уже называла. А еще надеюсь отыскать здесь подходящие материалы для разрабатываемых мной амулетов. Как оказалось, светлое серебро не очень хорошо подходит для этой цели. Кстати, раз уж мы затронули эту тему, не расскажете мне подробнее о королевстве? А то, стыдно признать, мои знания ограничены только общеобразовательным курсом.

* * *

Разговор с Итой вышел весьма познавательным. Около восьмисот лет назад королевство Светлый Лес окончательно доказало соседям свое право на независимость, а шестьсот лет спустя в результате хитрых интриг к власти в стране пришел... Тадам! Орден. И эта замечательная организация тут же принялась наводить свои порядки, а именно «очищать страну от Тьмы». Проще говоря, они ринулись выискивать малефиков и казнить на главной площади столицы. Прямо перед королевским замком — Домом Света. На этом месте рассказа мне захотелось шлепнуть себя по лицу ладонью — мир другой, но люди везде одинаковые.

Не прошло и десяти лет, как одним солнечным утром страну накрыло вспышкой Тьмы. Эфирный шторм бушевал около недели. Выжили считанные десятки жителей, имевших при себе амулеты и успевших покинуть территорию королевства до того, как заряд в них закончился. Соседи сперва испугались, потом стали радостно потирать ладошки: богатейшая территория, полностью свободная от жителей сама падает в руки — нужно только успеть занять свой кусочек раньше других, а потом снова испугались: облако темного эфира невиданной доселе концентрации и не думало рассеиваться. Более того, любой очищенный участок через какое-то время вновь заполнялся Тьмой. Но самое главное — на территории королевства способности одаренных резко снижались, словно все страну заключили в слабое подобие звезды подавления.

Все эти события привели к тому, что Орден, который и до этого недолюбливали за излишнюю радикальность, поставили вне закона. Оставалось неясно, почему эта организация вообще существует.

* * *

Тема новую начальницу явно заинтересовала, и Ита, найдя благодарного слушателя, проболтала почти час. Спохватившись, она извинилась и, оставив сильно задумавшуюся над ее рассказом Кассандру на кухне, побежала обратно в лабораторию.

— Ну что, покормила? — поинтересовался Аркадий, стоило ей лишь войти.

— Кого? — не сразу сообразила, о чем речь Ита.

— Начальницу свою. Кого же еще?

— А. Нет, это она меня покормила.

— В смысле?

— Да умеет она готовить. И вообще, зря вы к ней цепляетесь.

— Так если она готовить умеет, чего ты там столько времени делала? У тебя же еще с первой партии замеры не сняты.

— Говорю же, мы чай пили. И я ей про Светлый Лес рассказывала.

— Все ясно. — махнул рукой мужчина. — Нашла новые уши. Ладно, работай.

Стоило Аркадию выйти, как к ней подсела Валентина.

— Ну, и как тебе эта Кассандра?

— Да вроде ничего. Есть в ней, конечно, что-то такое. Вон в Светлый Лес собирается сходить.

— Она что, не в курсе?

— В курсе. Я ее сразу предупредила, но она заявила, что хочет сделать новые амулеты и вообще малефик, а значит ей не так опасно. Глупость, конечно. Ты, кстати, учти, что она к тебе подойдет с вопросами про твои любимые травки-деревья.

— А зачем?

— Говорит, что новые материалы ищет. Мол, светлое серебро плохо подходит для амулетов.

— Думаешь очередная балаболка?

— Не знаю. Мне она показалась вполне серьезной. Посмотрим, что будет дальше делать.

* * *

Решив не откладывать дела в долгий ящик, после обеда я побеседовала с Валентиной и Густавом. Лаборантка полтора часа рассказывала мне о местных растениях, и их отличиях от произрастающих в других местах. Из всего описанного меня заинтересовали деревья Светлого Леса. Точнее одна из пород сосен. Дерево накапливало в древесине светлое серебро, за что и было названо серебристой сосной. Насколько я поняла, именно из этого дерева и были изготовлены столы в кабинете Директора. Росли деревья медленно, а добывали древесину с риском для жизни, и изделия из нее стоили треть от своего веса в золоте.

Густав поведал о мелких стаях лис на окраине королевства и о полном их отсутствии на самой территории.

— Я всего на пару километров вглубь забирался, но крупных хищников не встретил, и следов тоже ни разу не замечал. Вряд ли там водится что-то крупнее местных кроликов. Змеи здесь редкость, да и те не ядовитые, так что, если бы не заражение, было бы тут чудесное местечко.

Поблагодарив оперативника, я отправилась побродить по округе.

— Знаешь, а ведь там эфир действительно двигается очень медленно, словно ему что-то мешает. — рядом со мной появилась Рей.

— Думаю это из-за залежей серебра. Говорят, страна была богата на этот металл.

— Может быть и так. Тогда понятно, почему облако так медленно рассеивается, зато непонятно почему проклятие вообще получилось.

— Серебро залегает довольно глубоко. — рядом с Рей появилась Ми. — А облако висит над землей примерно в пяти сантиметрах.

— Густав упоминал кроликов. Раз они там водятся, значит кое где чистого пространства должно быть чуть больше, но не везде, иначе они бы тут все съели.

Рей задумчиво постучала пальцем по губам.

— Вполне жизнеспособная теория. Там, где серебряные жилы подходят к поверхности могут жить мелкие животные, а где жилы лежит глубоко или их вообще нет, там нет и животных, разве что насекомые ненадолго залетают. Ну а на растения проклятие не действует. Осталось только сходить туда и проверить, насколько мы правы.

— Думаешь, вы сможете меня защитить?

— Надолго не сможем. Но если я правильно разобралась в самом проклятии, то есть один способ, который не требует ни амулетов, ни большого запаса сил, только умения управлять здешним эфиром.

— Это возможно?

— Ну местные же могут. Да и ты в Храме смогла усилить тело, пусть и с помощью Ми. Но сперва тебе нужно будет окончательно избавиться от маски ехидной ведьмы и пережить пик отката после приворота.

— Вот поэтому я и закажу гитару. Как привезут, буду периодически снимать блокировку и выть на луну. Главное уходить от станции подальше.

— Мистресс, тут водятся стайные хищники. — напомнила Ми. — Вам бы оружие.

— Тогда нужно еще пару ножей заказать. И штук восемь бо-сюрикенов. Убойная вещь, жаль забыла Джона за них поблагодарить.

Глава 14

Как известно, для заполнения обычного амулета требуется опорный круг и воздействие как минимум двух жрецов. Но при наличии подходящего материала и достаточного количества времени запитать и активировать амулет может любой одаренный. Еще одним немаловажным условием является правильно составленная рунная цепочка.

Кассандра Нокс. «Создание и использование амулетов в полевых условиях.» Департамент Имперской Безопасности. ДСП.

Утром новая начальница о чем-то переговорила с Аркадием, а потом огорошила ее странной просьбой.

— Валентина, когда вы будете свободны?

— После обеда. Вы хотите что-то испытать?

— Нет. Хочу кое-что проверить. Если вам будет не трудно, найдите меня, как появится свободное время.

Около часа дня заинтригованная Валентина нашла Кассандру во дворе гостевого домика, в котором ту поселили. Начальница сидела с закрытыми глазами на небольшом коврике, постеленном прямо на траву и что-то беззвучно шептала, сложив руки в странном жесте. Но стоило Валентине подойти чуть ближе, как она открыла глаза.

— Освободились?

— Да.

— Тогда идемте в дом.

— А что вы хотите выяснить?

— Я подозреваю, что вы светлая одаренная, просто ваше сродство почти незаметно.

Кассандра завела ее в гостиную, где усадила на стул посередине комнаты. Затем обошла вокруг Валентины, держа в руках нож и что-то шепча. Глядя на эти манипуляции девушка уже было решила, что новая начальница не совсем здорова на голову, но стоило той замкнуть круг, как ощущение легкого давления эфира пропало.

— Как вы это сделали? — Валентина вскочила со стула.

— Это опорный круг, работающий как звезда подавления. Я вам все объясню, но сперва проверка. Дайте мне руку.

Стоило Кассандре коснуться протянутой ладони, как по телу пробежала легкая волна слабости и девушка опустилась на стул.

— Что ж, я была права. — кивнула начальница. — Сродство со Светом у вас действительно есть, хоть и очень слабое. Но для моих целей хватит.

— Каких целей? — поинтересовалась Валентина, и сама удивилась, насколько тихо прозвучал ее голос.

Кассандра покачала головой и вновь обошла ее по кругу, на этот раз в обратную сторону.

— Извините, немного перестаралась. Посидите минут пять, скоро вам полегчает.

И, действительно, через пару минут слабость в теле стала проходить. Пока Валентина сидела, начальница вышла из комнаты и вернулась с большой дымящейся кружкой.

— Выпейте. Вам сейчас не помешает горячее и сладкое.

В кружке оказалось какао — напиток не самый редкий, но довольно дорогой.

— Что это сейчас было?

— Я взяла пробу вашего эфира. К сожалению, сделать такое можно только в специфических условиях, вроде такого круга или звезды подавления. Отсюда и ваша слабость.

— То есть вы можете поглощать эфир и определять его вид? Никогда не слышала о такой способности у малефиков.

— Это не проклятие. Просто один из побочных эффектов моей защиты.

— Защиты?

— Я не ношу амулетов. Вместо них используется... хм... как же там было? «нестандартный способ ограничения дара».

— Так зачем вам нужны мои способности?

— Я хочу, чтоб вы напитали Светом несколько амулетов. Кроме вас, здесь из светлых одаренных только Аркадий, но он отказался мне помогать, сославшись на то, что у меня для этого есть подчиненные.

— Так я же не жрец.

— Это не важно. Приходите ко мне завтра. Я подготовлю несколько образцов и объясню, как их заряжать.

— То есть я смогу заполнять амулеты? Прямо как жрецы?

— Сможете. Заодно продемонстрируете мне телекинез.

— А телекинез вам зачем?

— Хочу понять, как он работает.

— Это ведь всем известно. Локальное управление потоками воздуха и гравитацией.

— Меня интересуют не внешние проявления процесса, а то, что происходит в организме.

Валентина задумалась. С одной стороны, использование дара быстро утомляло, а с другой — если ее действительно научат напитывать амулеты, то она сможет прогуляться в Светлый Лес и своими глазами посмотреть на серебристые сосны.

— Хорошо.

* * *

До конца недели я обучала Валентину, о чьей предрасположенности к Свету мне рассказала Ми, заряжать привезенные с собой образцы амулетов, попутно изучая ее способности. В воскресенье произошло сразу три события: у Валентины получилось слегка подзарядить один из амулетов, Игорь привез мой заказ, а мы с девочками разобрались в природе способностей одаренных. Все их манипуляции представляли собой очень большое количество слабых импульсов эфира, направленных либо на передвижение предмета, либо на изменение его температуры. Светлые и малефики выдавали более сильные вспышки с использованием стабильного эфира и, соответственно, более разнообразным эффектом.

Проблем было две. Во-первых, подобный импульс нельзя было облечь в словесную или руническую форму и нужно было учиться действовать именно так, как делали это местные. А во-вторых я, как и все перенесенные, не могла управлять нейтральным эфиром. Для всех манипуляций мне требовался стабильный, который я не могла, как одаренные, выделять из общего фона. Нужно было находиться в области, где стабильного эфира много, или носить с собой накопитель. Да еще и виды импульсов для каждого типа эфира были разными.

Выдав Валентине пару амулетов для зарядки, я сказала Аркадию, что буду на весь день уходить на поиски материалов, собрала рюкзак и отправилась погулять вокруг станции. Примерно с неделю я с утра уходила бродить по холмам, проверяя попадающиеся мне камни и растения, медитируя и тренируясь, и возвращаясь поздно вечером. Пару раз попались интересные образцы, как потом оказалось, кварца с различными примесями. Один из камней создавал из пропускаемого сквозь него эфира тонкую пленку, чем-то похожую на защитный купол. Как пояснила Ита — это действительно был природный аналог проецирующего кристалла для генератора щита. А второй образец мог хранить в себе довольно много эфира и подходил для создания накопителя. Обработав этот камень на лабораторном оборудовании, вручила полупрозрачную пластинку с рунной цепочкой Валентине с просьбой ее заполнить.

Вторая неделя прошла почти так же, как и первая. С той лишь разницей, что в свои походы я брала гитару. На всякий случай пела я на английском. Как выяснилось позже — не зря. Ми несколько раз замечала следившего за мной Бернарда.

Во время одной из таких прогулок я решила чуть ближе подойти к границе зараженной территории. И тут выяснилось, что Ми может поглощать эфир из которого состоит проклятие. Теперь у девочек было в достатке темного эфира, а светлый нам, пусть и в небольших количествах, поставляла Валентина. И к игре на гитаре добавились тренировки с Ми и Рей во сне.

* * *

— Скажите, Кассандра, а почему вы поете такие грустные песни? — неожиданно поинтересовался у их начальницы Бернард.

Ита с Валентиной удивленно посмотрели сперва на девушку, потом на оперативника.

— Бернард, вам не говорили, что подсматривать за девушкой не культурно?

— Но я же должен был убедиться, в вашей безопасности.

— Для этого вовсе не обязательно следить за мной тайком. Хорошо, что на ваше шевеление я еще ни разу не бросила нож, приняв вас за лису.

— Это да. Ножи вы бросаете превосходно. Да и в рукопашном бое кое-что понимаете. Откуда, кстати, такие специфические умения?

— Меня, как и всех работников Департамента, тренировали, в том числе и рукопашному бою, а ножи я училась метать еще в детстве.

— Так все же, почему такие грустные песни, словно вы расстались с любимым человеком?

— Бернард, — в глазах Кассандры мелькнула тоска, а голос похолодел. — давайте оставим эту тему. И больше не стоит за мной следить.

Она поднялась и вышла из столовой. Какое-то время все молчали.

— А что за песни? — наконец осторожно поинтересовалась Ита.

— Грустные. О чем я не знаю — не силен в британском, но, кажется, про любовь.

— То есть на русском она не поет?

— Ни разу не слышал.

— А давайте запишем и переведем. — предложил Игорь.

— И как ты себе это представляешь?

— Да просто. Я привезу направленный микрофон, и мы сможем услышать ее метров со ста. А запись от шума мне один знакомый в Столице почистит. Главное момент поймать.

— Мне не нравится эта идея. — покачала головой Ита.

— То есть тебе не интересно, что же она такое поет?

— Интересно, но как-то это... все равно, что в замочную скважину подглядывать.

— Да ладно тебе. — влезла Валентина. — Мы же не на радио ее песни отправлять собираемся. Послушаем и сотрем.

* * *

К началу августа пик отката прошел, маска ведьмы-социопатки была окончательно убрана, и Рей решила посвятить меня в способ защиты от проклятия.

— В общем проклятие очень простое. По сути это приказ: «Умри», который, из-за количества вложенного в него эфира, действует практически на всех животных. Каждый попавший в зараженную область, инстинктивно пытается его выполнить любым доступным способом. Но и обойти его достаточно просто — если создать вокруг сознания барьер, вроде домена, то проклятие просто не достучится до него.

— Всего-то? Осталось только научиться создавать домен для себя и можно устроить экскурсию.

— Ну да. — согласилась Рей. — И ты зря язвишь. Местные, между прочим, без посторонней помощи такое провернуть не смогут.

— Извини.

Чтоб научить меня ставить барьер Ми и Рей по очереди вселялись в мое тело, показывая каким образом создается такая защита. На обучение был потрачен весь светлый эфир, что был к тому времени накоплен в амулетах. Получаться стало лишь на третий день тренировок, когда мы все вымотались окончательно. Самое забавное, что для создания такого барьера лучше всего было использовать темный эфир, которого было в достатке на зараженной территории.

После этого я взяла неделю отдыха от подобных тренировок, оставив только физические. За это время мне попались еще пара кристаллов, пригодных для создания накопителей и сухая веточка серебристой сосны, видимо принесенная ветром. Срез древесины действительно едва заметно отливал серебром. Какие процессы заставили дерево поглощать именно этот металл, да еще и с таким эффектом, я даже не бралась гадать. Важным было то, что дерево активно взаимодействовало со светлым эфиром. Ради эксперимента я прокалила в закрытой банке небольшой кусочек и, растерев получившийся уголек с желатином, получила не очень хорошую, но пригодную для нанесения рун тушь. Оценив результат Рей предложила добавить в обычную тушь порошок одного из кристаллов. Но эксперименты пришлось отложить.

* * *

— Кассандра, куда вы отправили Валентину? — спросил Аркадий, стоило девушке войти в лабораторию.

— Никуда. — удивлённо приподняла та брови. — Она мне самой нужна. Я ей амулет принесла для зарядки.

— Какой ещё амулет?

— Тот, который вы не захотели для меня напитать. Для светлого эфира.

— То есть вы сперва меня попытались заморочить своими идеями, а когда не получилось перешли на сотрудников?

— Я никого не морочу.

— Тогда как обычная одаренная может напитать вам амулет? О том, что для этого нужны два жреца я вообще молчу.

— Во-первых Валентина пусть и очень слабая, но все же светлая одаренная, а во-вторых, для зарядки моих амулетов сила не важна.

— И вы хотите, чтоб я в это поверил?

— Это правда. — вмешалась Ита. — Я сама видела, как Валя это делала.

— Ита, а вы случайно не знаете, куда она делась? — спросила Кассандра.

— В Светлый Лес ушла.

— Что?! — в один голос воскликнули оба начальника.

— Сказала, что у нее есть два полных накопителя, и ей хватит, чтоб прогуляться до ближайшей рощи и посмотреть на сосны вблизи.

— Предвечная Ночь! Чем ей помогут накопители? Они же там разрядится через полчаса. Как далеко до рощи?

— Около часа пешком.

— Давно она ушла?

— Минут сорок назад.

— Не успеем. — ударил кулаком в ладонь Аркадий. — Все из-за ваших дурацких идей.

— Кто виноват мы потом выясним. — отрезала Кассандра. — Я иду за ней.

Девушка выбежала из лаборатории.

— Я соберу остальных! — Ита выскочила следом за начальницей.

Через пять минут возле станции стояли все сотрудники, а еще через минуту подошла и Кассандра, поправлявшая на спине небольшой рюкзак, с которым обычно уходила в свои походы.

— Я с вами. — шагнул вперед Густав.

— Нет. Вы единственный, у кого уже есть опыт походов на зараженную территорию, так что будете в резерве, если я вдруг не справлюсь или не смогу дотащить девушку сама.

— Решили героически умереть, чтоб не отвечать за последствия? — саркастически поинтересовался Аркадий.

— Мне напомнить, кто здесь начальник всей станции и в чьем подчинении находятся оперативники, которые вместо того, чтоб следить за молодыми сотрудниками подглядывают за мной? Бернард, — повернулась она к мужчине. — есть у вас ракетница или фальшфейер, чтоб я могла подать сигнал, если не буду справляться сама.

Мужчина кивнул. Спустя несколько минут он протянул Кассандре два цилиндра. Девушка осмотрела их.

— Отлично. Когда буду возвращаться к станции подам сигнал. Если красный, то Густав идет ко мне, а остальные готовятся оказывать первую помощь. Если все будет нормально, то — зеленый. Будет желание — выйдете меня встретить. Все, я пошла.

— Амулет? — протянул Аркадий девушке серебристую пластинку на цепочке.

— Отдадите Густаву, если я через три часа не вернусь.

Кассандра развернулась и быстрым шагом направилась к границе зараженной зоны. Остальные двинулись следом, но через двести метров остановились. Девушка же как ни в чем не бывало шла дальше. По мере того, как она удалялась удивление Иты росло все больше. Наконец она не выдержала.

— Густав, ты тоже чувствуешь?

Оперативник кивнул. Выглядел он не менее удивленным.

— В чем дело? — обернулся к ним Аркадий.

— За ней словно коридор остается. Там, где она прошла, темного эфира нет. Словно она его расталкивает. — пояснил Густав.

— Скорее поглощает. — поправила Ита.

* * *

Уговорить подругу удалось с трудом. Даже демонстрация выданных начальницей амулетов не особо помогла. В конце концов Ита с огромной неохотой согласилась ничего не говорить остальным, при условии, что Валентина вернется не позднее чем через два часа.

Спустя десять минут она уже почти бежала по высокой траве к ближайшей роще. Деревья, такие огромные и красивые приближались с каждым шагом. Всего через сорок минут она оказалась под их кронами. Над ней шумели высокие, с легким серебристым блеском коры, сосны. Запрокинув голову, восхищенная Валентина не удержалась и закружилась, вдыхая запах хвои и любуясь небом в просветах между ветвями. Наконец первый восторг прошел, и она шагнула дальше. В кустах промелькнул какой-то зверек. «Кролик? Ах, да. Густав что-то такое рассказывал».

А потом ей попалось настоящее сокровище — упавшая ветка сосны. После урагана в начале лета на краю зараженной зоны можно было найти небольшие веточки, но эта была огромной, почти ей по пояс, и усыпана нераскрывшимися шишками. Ахнув, девушка принялась обрывать их, складывая в прихваченный с собой рюкзак. Когда тот заполнился наполовину она вспомнила о времени и потянулась за накопителем. Вот только кристалл светился едва-едва. Достала второй, но и с ним было то же самое. «Как же так?» — успела подумать Валентина, когда раздался металлический щелчок, и пластинка защитного амулета на ее шее распалась на две неравные половинки. Нестерпимо захотелось прилечь на землю и перестать дышать, чтоб не нарушать покой этого замечательного места. Сопротивляться не было сил и девушка, положив под голову рюкзак, устроилась под высокой сосной. Последнее, что она успела увидеть перед тем, как веки окончательно сомкнулись был маленький кролик, передвигавшийся почему-то короткими и низкими прыжками.

В следующий раз она очнулась с дикой мигренью и ощущением, что ее куда-то несут. Потом были голоса и постепенно проходящая головная боль. Губ коснулась теплая и вкусно пахнущая травами жидкость. Так и не придя окончательно в себя она сделала несколько глотков. «Ей нужно поспать». — услышала она сквозь стремительно застилающий сознание туман.

* * *

Первые шаги дались с трудом. Ступать на зараженную территорию было откровенно страшно, но защита работала — проклятие воспринималось как шепот, звучащий где-то на грани слуха и давящий на сознание, но лечь и немедленно умереть желания не возникало.

— Теперь понятно, что чувствовал Николай, когда я его прокляла. Действительно сойти с ума недолго.

— Ему было труднее. — прозвучал в моей голове голос Рей. — Твое проклятие было адресным и его не ослаблял барьер.

— Она пошла туда. — появившаяся у моих ног Ми помчалась вперед, указывая направление.

Девушку мы нашли спустя почти час. Она лежала на земле, подложив под голову рюкзак. Рядом валялся сломанный амулет и два пустых накопителя. Проверив пульс, я убедилась, что успела вовремя.

— Ей повезло. — сказала внимательно осмотревшая Валентину Рей. — Здесь у самой земли проклятие почти не действует, так что пока она просто спит, но если мы ее отсюда не вытащим в течение пары часов, то уже не проснется.

— Мистресс, мы сможем создать барьер вокруг нее примерно на час, но понесете вы ее сами.

— Куда ж я денусь-то? — пробормотала я, поднимая лаборантку. — Придется Густава вызывать, до самой станции я ее не дотащу. Знала бы заранее, не стала бы брать аптечку.

Девушка была отнюдь не худышкой и через двадцать минут руки и спина начали болеть. Немного подумав я пустила по телу волну эфира, усиливая мышцы и побежала. Еще через десять минут, чуть не полетев кубарем, поняла, что бег по высокой траве был плохой идеей. Пришлось заменить усиление тела слабым подобием телекинеза. Поднявшись на небольшой холм и прикинув расстояние до края зараженной территории, я достала зеленый фальшфейер.

— Рей, ты сможешь подняться и посмотреть идет сюда Густав или нет. Не хочется народ пугать красным сигналом.

Кивнув Рей взлетела с моего плеча. Спустя пять минут она почти камнем упала вниз.

— Идет. И, кажется, он меня заметил.

— Он же обычный сенсор.

— Мы с кошкой набрали достаточно сил, чтоб нас могли увидеть люди, пусть и плохо. Тем более я сейчас в первой форме, а она плотнее чем вторая.

— Ладно, выкрутимся.

* * *

Когда, спустя почти полтора часа на невысоком холме появилась женская фигурка и загорелся зеленый огонь, все выдохнули с облегчением.

— Я иду к ним. — Густав взял молча протянутый ему Аркадием второй амулет и шагнул на край зараженной территории.

Спустя пять минут бега он заметил странную птицу, стремительно падающую вниз, туда где стояла Кассандра. Вот только форма тела и крыльев были вовсе не птичьи, да и не летали они над Светлым Лесом. А еще через пять минут он подхватил с рук молодой женщины бессознательную лаборантку и внимательно огляделся. Никакой птицы, или «не птицы» ни на холме ни рядом с ним не было.

— Что с вами Густав? Вы словно дракона увидели.

— Вы не поверите, но на секунду именно так и показалось.

— Не вы ли уверяли меня, что здесь не водятся хищники?

— Так, то хищники. — пропыхтел он, быстро шагая к зданию лаборатории.

— О, а драконы тут исключительно травоядные?

— Они вообще сказочные.

— С этим не поспоришь. — кивнула Кассандра.

Спустя десять минут он укладывал Валентину на кровать в ее комнате.

— Что с ней? — поинтересовался хмурый начальник.

— Отравление темным эфиром. — ответила ему Кассандра, проводя рукой над головой бессознательной девушки. — Ита, согрейте, пожалуйста чайник. Мне нужен будет кипяток.

Через десять минут она принесла большую металлическую кружку, на дно которой были насыпаны какие-то травы. Залив их кипятком Кассандра села в изголовье кровати и, положила обе руки на виски девушки. Через какое-то время веки Валентины дрогнули, и она чуть слышно застонала. Кассандра приподняла ей голову и заставила выпить примерно полкружки отвара.

— Ей нужно поспать. — сказала она и, поднявшись, двинулась к дверям.

— Куда это вы собрались? — заступил ей дорогу Аркадий.

— Мне тоже нужно поспать. Все разговоры завтра, на свежую голову.

Глава 15

«Вы полны сюрпризов, мистер Бэггинс!»

х/ф Властелин Колец: Братство кольца

— Ну, и чем ты думала? — распекала ее Ита. — Пойти на зараженную территорию с непроверенными амулетами?

— Они были проверенные. Я ими уже несколько раз пользовалась и полностью зарядила. Неделю потратила. Откуда мне было знать, что они просто так разрядятся? — отбивалась Валентина.

— Нужно было спросить у меня. — ответила вошедшая в лабораторию начальница. — Эти накопители не предназначены для удержания светлого эфира в таких условиях, иначе вы не смогли бы с ними работать. Не просто так для зарядки обычных амулетов нужны два жреца и опорный круг. — Кассандра положила ладонь на висок девушки, замерла на секунду, а потом кивнула. — Так, последствия заражения почти прошли, но от работы с амулетами я вас на недельку отстраню.

В лабораторию заглянул Игорь.

— Девчонки, шеф всех к себе вызывает. И вас, Кассандра, тоже.

— Кажется сейчас всем влетит. — пробормотала Ита, выходя следом за парнем.

* * *

— Итак, господа и дамы, вчера Валентина решила прогуляться на территорию Светлого Леса. К счастью происшествие обошлось почти без последствий. Мне хотелось бы выяснить мотивы подобного поступка и некоторые подробности. — сразу обозначил цель собрания Аркадий, стоило им войти.

— Я не знала, что так случится. — всхлипнула девушка. — Я просто хотела на сосны посмотреть.

— О том, что такой поход смертельно опасен вы забыли?

— Нет. — продолжала всхлипывать Валя. — Но я думала, что смогу зарядить амулет от накопителя.

— Это возможно? — Аркадий перевел взгляд на Кассандру.

— В принципе да. Но конкретно эти накопители для такого не предназначены. И защитные амулеты нужны не совсем стандартные.

— А почему вы не предупредили об этом Валентину?

— Откуда же мне было знать, что она решится на такое, да еще и не посоветовавшись со мной. Тем более она работает здесь гораздо дольше меня и должна знать об опасности этих мест.

— Вы же говорили, что читали досье на каждого работника станции.

— Не досье, а краткую характеристику.

— Но пометка об обучении в классе «А» там была?

— Кажется да. Это что-то означает?

— Как же вам доверили возглавлять отдел, если вы не знаете элементарных вещей?

— Чтож. Признаю — моя вина. Там, откуда я родом, буква класса ничего не означает.

— То есть вы не из Империи?

— Нет. Я переехала относительно недавно.

— За какие же заслуги вас отправили сюда?

— А вот это секретная информация. И кстати, узнать что-либо, устраивая за мной слежку у вас не получится. Проще спросить меня напрямую.

— Слежку? Это ту, о которой вы говорили вчера? — Аркадий посмотрел на оперативников. — Видимо коллеги не доверяют вам так же, как и я.

— Видимо? То есть это личная инициатива, а не ваше распоряжение? Тогда разберитесь сперва с коллегами. — выделила Кассандра последнее слово. — И к вопросу о доверии. Привлечь к зарядке амулетов Валентину мне пришлось после того, как вы отказались мне помочь, даже толком не выслушав. А сейчас я хотела бы продолжить работу. Вчерашний поход кроме неприятностей принес и массу интересных результатов. Если меня решат наказать за вчерашнее происшествие, сообщите мне заранее, чтоб я успела подготовить свои наработки к передаче в Департамент.

Поднявшись, девушка вышла из кабинета.

— Допрыгались. Ладно бы раз-другой подглядели, так вы месяц за ней следили. — буркнула Ита, когда дверь за начальницей закрылась.

— Так, а вот с этого места подробнее. — Аркадий посмотрел на Бернарда. — Это ведь ваша инициатива?

— Эм. Ну, я в общем хотел убедиться, что она не попадет в неприятности в своих походах.

— И сколько вам нужно времени, чтоб убедиться в этом окончательно?

— Да собственно пары раз хватило.

— Тогда почему Ита говорит о месяце.

— Мы песни записывали. — вступился за приятеля Игорь.

— Какие еще песни?

— Она иногда поет. На британском. Вот мы и хотели узнать, о чем.

Аркадий устало вздохнул и потер переносицу.

— Иногда я думаю, что даже один выпускник класса «А» — уже слишком много. Что еще вы выяснили интересного, кроме любви к британским песням?

— Она хорошо метает ножи, знакома с рукопашным боем. Не мастер, конечно, но и не обычная самооборона.

— Девушки? — повернулся начальник к лаборанткам.

— Неодаренный малефик, по крайней мере с ее собственных слов. Не знаю, что за амулеты она носит, но такого эффекта, как вчера, я еще ни разу не чувствовала. — подумав, ответила Ита.

— Подтверждаю. — кивнул Густав. — Я даже не слышал о таком ни разу. И, кстати, амулет Валентины был сломан, но донесли мы ее с Кассандрой живой и относительно здоровой.

— Не носит она амулетов. — добавила успокоившаяся Валентина. — Она сказала, что использует какой-то другой способ защиты, когда пробу эфира у меня брала.

— Какую еще пробу?

— Когда определяла, что я светлая одаренная.

— Постой, но если Кассандра не носит амулетов, то зачем ей накопители со светлым эфиром? — удивилась Ита.

— Сказала, что нужно для исследований. Она сперва просила напитать амулеты, которые с собой привезла, а потом нашла здесь те камни и сделала из них новые накопители.

— То есть как из них? Я думала, что она эти кристаллы с собой привезла. Значит слова про неподходящие материалы правда... — Ита посмотрела на Аркадия. — Я вам говорила, что вы зря к ней цепляетесь. Еще в первый день, когда кухню ей показывала.

— А что я должен был подумать? В прошлый раз прислали такую же «молодую перспективную специалистку», которая не то, что амулеты делать, даже готовить не умела. Или вы забыли про скандал с «полевой» кухней, и как Игорь полгода возил сюда всякую экзотику, вроде ниххонского бурого риса?

— Так той не тридцать лет было. И Кассандра ничего такого не заказывала — обычные продукты и гитару.

— Ита, если девушка в тридцать два выглядит максимум на двадцать пять, значит либо она врет, либо перенесенная.

— Она что, вам соврала?

— В том то и дело, что нет. Но и перенесенной ваша начальница быть не может — те не могут работать с эфиром вообще, а она, как минимум, сенсор.

— Кстати про заказы. А что за инструмент такой — бо-сюрикен? И почему их нужно получать только после письменного разрешения начальника оперативного отдела?

— Это когда ты такие штучки получал? — с подозрением прищурился Густав.

— Так она вместе с гитарой еще ножи и эти штуковины заказывала. Кладовщик как увидел их в списке, сразу за разрешением отправил. Я думал это из-за ножей. Зам по боевым без проблем подписал, и у меня как-то из головы вылетело, пока сейчас о ее заказах не заговорили. А что, это не инструменты?

— Это, Игорь, метательное оружие. И пользоваться им умеют не все. А еще его очень любят ниххонские диверсанты.

— Замечательно. — покивал Аркадий. — К нам прислали женщину, выглядящую как выпускница гимназии, недавно переехавшую в Империю и уже получившую руководящую должность, пользующуюся экзотическим оружием, которое ей выдают без лишних вопросов, и разгуливающую по проклятой территории, словно по центральной площади Столицы. Если меня завтра вызовет на прием император и поинтересуется ее успехами, я не удивлюсь.

— Думаете она аристократка? — загорелись глаза Игоря.

— Игорь, никакой больше слежки! Вас, Бернард, это тоже касается.

— Вы будете докладывать о вчерашнем? — поинтересовалась Ита.

— Буду. Но после того, что сейчас услышал, уже не уверен в реакции начальства.

* * *

После совещания Густав отправился искать Кассандру. Девушка нашлась в лаборатории. На столе перед ней лежали две треснувшие пластинки из кварца, исчерченные острыми значками, похожими на Знаки Света.

— Сломали? — поинтересовался он.

— Да. Придется завтра сходить в рощу за старыми.

— Не боитесь?

— Теперь нет. Вчера было страшно. Первые пару метров, пока не убедилась, что защита выдерживает.

— То есть вы вчера отправились за Валентиной, не зная заранее, сработает ли ваша защита?

— Да. Но вы ведь пришли спросить меня вовсе не об этом.

— Вы сказали, что родом не из Империи. Но отлично говорите по-русски, поете песни на британском и пользуетесь оружием ниххонского спецназа. Кто вы такая?

— Русский для меня родной. Британский я просто неплохо знаю. Обращаться с «гвоздиками» меня научила одна хорошая знакомая.

Мужчина хмыкнул.

— И как вы умудряетесь все время говорить правду и при этом ничего не объяснять толком?

— Годы практики. — улыбнулась девушка.

— Но вы так и не ответили на мой вопрос.

— Густав, мне запрещено рассказывать о себе и каким-либо образом намекать на свое происхождение. Сейчас я просто исследовательница.

* * *

— Госпожа Кассандра!

Начальница, пившая чай вместе с Итой, поперхнулась и закашлялась.

— Валентина, можно просто Кассандра, без госпожи. Мы же не во дворце на приеме. — восстановив дыхание ответила женщина.

— Кассандра, — поправилась Валентина. — Густав сказал, что вы собираетесь сходить в рощу за амулетами.

— Извините, но вас я туда не возьму.

— Я понимаю. — опустила голову девушка. — Просто, если вам будет не трудно, захватите оттуда мой рюкзак, пожалуйста.

— Там оборудование?

— Нет. Там шишки.

— Шишки? — брови начальницы приподнялись.

— От серебристой сосны. — почти прошептала девушка.

— Хотите попробовать посадить?

— Нет. Семена в них незрелые. Да и растут такие деревья только в Светлом Лесу.

— Тогда зачем они вам?

— Ну... Просто... Таких ни у кого нет. Если их покрыть специальным лаком, то они будут храниться очень долго. Я хотела послать знакомым... в подарок.

— Хорошо, — кивнула женщина. — принесу.

— Спасибо! И за то, что спасли меня, тоже спасибо!

* * *

— Вы серьезно? — поинтересовалась у меня Ита, глядя вслед убежавшей чуть ли не вприпрыжку девушке.

— Почему нет. — пожала я плечами. — Подарок друзьям — вполне достойный повод для такой просьбы. Я все равно пойду налегке, а рюкзак с шишками вряд ли весит больше вашей подруги.

— Если бы не вы, то ее желание сделать подарок обернулось бы похоронами.

— Это да. — настроение резко испортилось. — Кроме как чудом вчерашнее назвать сложно. Упади она в другом месте, и я принесла бы труп.

— Что значит в другом месте?

— Облако темного эфира не везде касается земли. В некоторых местах между ним и поверхностью есть зазор примерно сантиметров в двадцать. Иначе там водились бы только насекомые. Валентина удачно прилегла как раз в такое место. Проклятие, конечно действовало, но далеко не в полную силу, поэтому она сперва просто уснула.

— Вот как. — Ита задумчиво постучала по столу пальцем. — Один короткий поход и столько данных. Может вам известно и о том, откуда взялось это проклятие.

— Догадки есть, но я не уверена ни в их правильности, ни в своем праве о них распространяться. Единственное, что могу сказать точно — это не природный катаклизм, а смертельное, в прямом смысле, проклятие.

— Вы в этом точно уверены?

— Абсолютно. Кстати, — я решила перевести тему. — объясните мне, что такого в классах «А»?

— Это классы, куда собирают всех, кто страдает, скажем так, задержками в психологическом развитии. Нет-нет. — замахала руками девушка, видя мое выражение лица. — Это нормальные люди, просто они взрослеют чуть позже других. Излишне импульсивны и часто не думают о последствиях своих поступков.

— Ага. А еще слишком сильно увлекаются какой-либо идеей. — вспомнила я некоторых бывших одноклассников. — В общем, взрослые дети. Дайте угадаю — пометка в досье ставится не всем выпускникам, и означает, что за такими сотрудниками нужен дополнительный присмотр.

— Да. Примерно так и есть.

— Нда. Еще один недосмотр с моей стороны. И у вас везде вот так легко сообщают, что этот человек выпускник «особого» класса?

— Обычно нет. Просто у нас небольшой коллектив и все друг о друге все знают.

— Понятно.

— Скажите, Кассандра, — девушка замялась. — а вы можете сделать амулет для телефона?

— Могу. Заготовки у меня есть. Только защита будет не выше второго уровня и одноразовая.

— Это как?

— Если прибор попадет под воздействие третьего уровня, то амулет выгорит. Придется делать новый, а сам телефон сдавать в ремонт.

— А работает для любого проклятия?

— Из тех, что мне попадались да.

— А вы не могли бы сделать мне такой?

— Могу. Но если у вас радиотелефон нестандартный, то придется делать все расчеты заново.

— Нет-нет. У меня обычный служебный.

* * *

После обеда я отправилась на уже знакомую поляну. Стоило спуститься с холма, скрывавшего меня от возможных наблюдателей, как рядом появились Рей и Ми. Обе в человеческой форме.

— Мистресс, а давайте поймаем кролика?

— Зачем? — я даже сбилась с шага.

— Ну-у-у... вдруг он вкусный.

— Интересная идея. — поддержала ее Рей.

— Зачем вам? — я переводила взгляд с одной на другую.

— Ты же собиралась выяснить, как повлияло проклятие на животных.

— Тогда причем ту вкус? Или вам просто крольчатины захотелось?

— Так вы согласны? — сверкнула глазками Ми.

— Почему нет. Вот только мне кажется, что это не единственная причина.

— Если их можно есть, то ты сможешь здесь жить, а значит будет убежище на случай ареста. — созналась Рей.

— Не думаю, что меня действительно накажут за вчерашнее. Скорее заставят писать длинный отчет со всеми подробностями. Но проверить животных и растения на съедобность действительно нужно. Стоит сходить в местную столицу. Очень уж то, что я здесь вижу, похоже на ту пакость, которую собирался устроить Нестор в храме.

— Сперва тебе нужно научиться держать барьер постоянно, даже во сне. И придумать что-то для защиты от темного эфира, на всякий случай. Или подождать, пока мы полностью восстановим силы.

Вчерашнюю поляну мы нашли быстро. Рюкзак был наполовину заполнен шишками, а амулеты окончательно опустели.

— Нужно будет их переделать. — повертела я в руках накопители.

— Бесполезно. Потеряем в емкости и заряжать будет намного труднее. — Рей осторожно прикоснулась к одной пластинке. Палец ее уперся в поверхность и амулет слегка дрогнул. — Чуть-чуть осталось.

— Если бы здесь не было все так перекручено, мы бы давно уже форму вернули, а может даже и подросли в силе. Ну, или если бы Риса была...— Ми прикрыла рот ладошкой — Ой, простите мистресс.

— Да ладно. — отмахнулась я, усилием воли давя накатившую тоску. — Идемте на охоту.

Кроликов мы нашли быстро. Зверьков в роще было довольно много и передвигались они короткими низкими прыжками. Одного спугнула Ми и он, подпрыгнув слишком высоко, упал на землю уже мертвым, второго убила я, метнув в него «гвоздик».

— Какие-то они маленькие. — я подняла окровавленную тушку и выдернула из нее металлический стержень. — Словно декоративные.

— Большие тут бы не выжили. — Рей внимательно осмотрела зверька. — Ты заметила, как они двигаются?

— Ага. Почти ползут, можно чуть ли не шагом догнать. Но вот тот, которого Ми спугнула прыгнул высоко. Явно не все рефлексы утрачены.

— И тут же умер. Нужно будет его отдельно проверить.

— Интересно, как Ита с Густавом отнесутся к предложению провести анализ на содержание темного эфира в этих образцах? Ми?!

Тихонько подкравшаяся бакэнэко макнула пальчик в ранку на голове зверька и облизнула.

— Нет, ничего такого не чувствую. — с задумчивым видом выдала она. — И жареным он будет вкуснее.

Рей хмыкнула, подошла ко второй тушке, сделала аккуратный надрез отросшим коготком и повторила манипуляции кошки.

— А вот этого нужно будет подержать не меньше часа на чистой территории.

— Исследовательницы, блин. — я покачала головой. — Я с вами поседею раньше времени. По-другому нельзя было проверить?

— Ты еще скажи, что вида крови не переносишь. — фыркнула Рей. — Давай, забирай эти образцы, и пошли обратно.

— Мистресс, если вы будете их готовить, то можно мне кусочек? — мурлыкнула бакэнэко.

* * *

Кассандра вернулась ближе к вечеру. На ее спине болтался рюкзак Валентины, а в руке две кроличьих тушки.

— Успели поохотиться?

Густав поднялся со скамейки и шагнул навстречу девушке.

— О, Густав, вы-то мне и нужны. Оцените, пожалуйста, уровень заражения в образцах. — протянула та свою добычу.

— Вы их что, в Светлом Лесу взяли? — удивился оперативник, но по очереди прикоснулся к обеим тушкам. — Вот этого я бы есть не стал. — кивнул он на зверька с крохотной царапиной на затылке. — От чего он умер?

— Испугался и слишком высоко подпрыгнул. Думаю, нужно положить его на часик куда-нибудь в холод и потом перепроверить. Скорее всего потом он будет вполне съедобен. А кто у нас умеет готовить дичь?

— А чего их готовить? Разделать да потушить. Тем более если вы говорите, что второго тоже можно будет есть.

— Так вы специалист? Значит и меня научите.

— Вы же вроде умеете готовить.

— Но разделывать и готовить дичь никогда не доводилось, впрочем, как и охотиться.

— Для начинающего охотника вы вполне профессионально уложили вот этого. И ранка такая... характерная. — ткнул Густав во вторую тушку.

— Ерунда. — отмахнулась девушка. — Они там бегать быстро не могут, можно пешком догнать, так что это и охотой то назвать сложно.

— И зачем оно вам?

— Такое знание бывает полезно. Опять же, возможность пополнить запасы еды в дальней дороге позволит меньше беспокоиться о продуктах.

— Планируете дальний поход?

— Если меня не накажут за происшествие с Валентиной, то хочу прогуляться на несколько дней.

— Понятно. Ну что ж, пойдемте разделывать вашу добычу. Если управимся за час, то к ужину будет свежее мясо.

* * *

1818 г от м.т., Август.

Столица Русской Империи.

Департамент имперской безопасности. Кабинет директора.

— Ну и как там поживает твоя перенесенная?

— Уже донесли? — хмыкнул директор.

— Не донесли, а доложили. — поправил гость.

— Опять учудила. Ты читал доклад?

— Нет, только общую выжимку: что-то там разработала, сходила в рощицу и кого-то спасла, снова сходила, написала отчет.

— Разработала, сходила... Странные у тебя выжимки.

— Так потому у тебя и спрашиваю.

— С чего начать?

— С истории о спасении юной девы из лап смерти, естественно. Технические подробности ее разработок я так почитаю.

— Эта, как ты выразился, юная дева, выпускница класса «А», очень любящая разные растения. Моя подопечная определила, что та является очень слабой светлой одаренной и подрядила напитывать амулеты. А «дева», получив в руки два полных накопителя, решила сходить в ближайшую рощу... за шишками. Вот только амулеты не были рассчитаны на такой поход и разрядились раньше времени...

— ...Теперь она планирует ни много ни мало, а поход в столицу Светлого Леса. — закончил свой рассказ директор.

— И что думаешь?

— Пусть идет. Два ее коротких похода подтвердили все то, что мы успели узнать об этом месте чуть ли не за пятьдесят лет. Даже если она не сможет выяснить причину, по которой территорию невозможно очистить, то, сам понимаешь, ей достаточно будет просто приносить из своих походов по паре килограмм серебра, чтоб через год-другой обеспечить себе безбедную старость, даже если она будет сдавать его за полцены. А уж если это будут старинные безделушки — хватит и одного похода.

— Наказывать будешь?

— Надо, хотя по сути и не за что. Про пометки она не знала, любой эмпат в суде подтвердит, да и лаборантка могла бы спросить, прежде чем лезть на проклятую территорию. И оперативники тоже недосмотрели. Думаю, выговора и штрафа будет достаточно.

— Не сбежит?

— Вряд ли. Аркадий пишет, что свою вину в произошедшем она не отрицает. А хотела бы, уже бы ушла. Достать ее на территории Светлого Леса практически невозможно. Да и Риса ее здесь...

— Ясно. Ладно, давай свои отчеты. И как будут новости — сообщай сразу. Если ее поход будет успешным, у соседей вся разведка запрыгает блохами. На захват может и не решатся, но быть готовыми стоит.

Глава 16

Пятнадцать упитанных увальней с топорами не слишком много для человека, владеющего приёмами боя, которые станут известны здесь лишь три столетия спустя.

А. и Б. Стругацкие «Трудно быть богом»

Менять график поездок Аркадий не стал, и Игорь уехал в Столицу как обычно — в пятницу. К тому времени я не только успела написать длинный отчет обо всем произошедшем со своими выводами и мыслями, заодно добавив и про свое желание прогуляться до столицы Светлого Леса, но и несколько раз сходить в уже знакомую рощу, доведя защиту от проклятия до приемлемого уровня. Вместе с отчетом я вручила курьеру список вещей и продуктов, необходимых в долгом походе.

Через два дня Игорь привез мой заказ и конверт с приказом начальства о лишении меня жалования за месяц и выговоре за халатное отношение к обязанностям. К приказу прилагалась записка, что против моего похода не возражают, но иду я в одиночку, исключительно на свой страх и риск, и с обязательным условием — предоставить полный отчет сразу по возвращению. Еще один конверт из плотной непрозрачной бумаги и с десятком печатей был передан мне лично в руки Аркадием, в нем обнаружился еще один такой же конверт и краткая инструкция по шифрованию секретных документов.

Два дня ушло на подготовку к походу и уточнение маршрута. До столицы было чуть больше двухсот километров, которые я планировала пройти дней за десять, а может и быстрее. Еще пара дней на месте и столько же на обратный путь. Теплая погода должна была продержаться до конца сентября, так, что даже если меня что-то задержит, я в любом случае вернусь до холодов и дождей.

* * *

— Я все-таки не понимаю, зачем вам это нужно. — мрачный Аркадий уже второй день пытался отговорить их начальницу от намеченной экспедиции.

— Считайте, что мне просто интересно. — ответила Кассандра.

— Врете. — буркнул в ответ мужчина.

— Недоговариваю. — кивнула в ответ девушка. — Кроме интереса есть еще несколько причин, но делиться всеми я с вами не буду.

— Тогда почему вы не отложите поход хотя бы на весну. К марту мы могли бы получить подходящий транспорт, да и погода установится.

— Аркадий, мы уже по третьему разу обсуждаем эту тему. Если бы наше начальство не одобряло мою инициативу, то вместо особых инструкций я получила бы прямой приказ сидеть здесь и никуда не соваться. — девушка поднялась из-за стола. — Благодарю всех за компанию и до завтра, господа и дамы.

— Так ее поход одобрили сверху? — спросила Ита у начальника.

— Одобрили. — кивнул тот. — Причем настолько быстро, словно от нее чего-то такого ожидали.

— А что за особые инструкции она получила? — поинтересовался Густав.

— Понятия не имею, но судя по конверту это ключи шифрования для секретной отчетности.

— А говорила, что простая исследовательница. — хмыкнул оперативник.

Утром, едва позавтракав, Кассандра молча кивнула на прощание собравшимся у здания станции и не оборачиваясь ушла в Светлый Лес.

— Как думаешь, она вернется? — спросила Валентина.

— Думаю да. Она в твою рощу раза три на прогулки ходила. В последний раз почти на весь день ушла. За ней даже след затянуться успел. Интересно как она это делает? — Ита в который раз за эту неделю разглядывала свой радиотелефон.

— Все никак не налюбуешься. Такое чувство, что тебе не амулет для телефона подарили, а колье с бриллиантами.

— Напомнить, кто чуть не до потолка прыгал в обнимку с рюкзаком шишек, а потом два дня их лаком покрывал и по коробкам рассовывал?

— Ничего ты не понимаешь. Это не просто шишки...

— Да-да. Они с серебристой сосны. А это телефон, которым я могу пользоваться не беспокоясь, что он сломается на второй минуте разговора.

* * *

Самым трудным был первый день путешествия, точнее ночь. Одно дело проверять умение держать защиту во сне на безопасной территории и совсем другое там, где малейшее ослабление приведет к если не мгновенной, то очень быстрой смерти. Ночевать пришлось в лесу. Ми и Рей просидели рядом до утра, поддерживая ослабленный барьер вокруг меня и готовые разбудить в случае чего. Такое долгое пребывание вне домена их неслабо вымотало и весь следующий день я пробиралась по порядком заросшим дорогам в одиночку. К вечеру набрела на остатки какого-то городка. Большая часть невысоких кирпичных домов развалилась. Сады заросли и одичали. Единственным более или менее пригодным для ночевки зданием оказался двухэтажный дом на противоположной окраине городка. Крыша, хоть и провалилась, но каменные перекрытия между этажами оказались достаточно прочными, чтоб первый этаж не сильно страдал от осадков. Полы нещадно скрипели, но держали мой вес.

— Мистресс, нам нужно в подвал. — раздался в моей голове голос Ми. — Там есть светлый эфир.

Подвал оказался довольно большим: высокие, метра три, потолки, длинный коридор и четыре закрытых двери по обе стороны. Следуя указаниям кошки, я заглянула в дальнюю правую.

— Нда. Лучше бы он остался наверху. — пробормотала я, чуть не наступив на лежавший в комнате скелет.

Отрегулировав луч фонарика, я осмотрелась. Скелетов оказалось три: два принадлежали взрослым и один детский. В электрическом свете тускло сверкнули пластинки защитных амулетов.

Из центра комнаты явственно тянуло светлым эфиром. Осторожно обойдя останки, я прошла к заинтересовавшему меня месту. Каменный пол тут был разобран и прикрыт деревянным люком, крышка которого была сейчас откинута в сторону. Под ним обнаружилась неглубокая яма с поблескивающими серебром стенками.

— Серебряная жила. — рядом со мной появилась Рей.

— И почти нетронутая. — добавила Ми. — Видимо, насытилась светлым эфиром за долгое время. Это, конечно, не накопитель, но даже так, мы очень удачно сюда зашли.

С этими словами кошка уселась на пол рядом с люком и закрыла глаза. Судя по зуду в правом плече, она принялась вытягивать светлый эфир, скопившийся в жиле, перенаправляя его сразу в домен.

— Устроимся на ночь тут. — заявила драконесса. — Здесь не действует проклятие, не холодно и мы восстановим силы.

— И три трупа. — добавила я. — Замечательное соседство.

— Утром, если хочешь, похороним. Их души уже ушли на перерождение, а костям все равно. — отмахнулась Рей.

— Уверена?

— Абсолютно. Жила замедляет нейтральный эфир, поэтому следы еще читаются. Отец семейства случайно обнаружил ее, когда светлого эфира скопилось столько, что он стал чувствоваться через пол. Часть они выкопали и потихоньку продавали. Когда случилось проклятие, он решил переждать его здесь. Если бы облако Тьмы, как положено, рассеялось, то им удалось бы выжить, а так, они умерли от голода, не имея возможности выйти из подвала.

— Жуть какая. — меня передернуло.

— Тут есть очаг. Пойдем поищем чего-нибудь на растопку.

Через полчаса в очаге, сделанном в углу прежними хозяевами, горели найденные на первом этаже остатки какой-то мебели. Я монотонно крутила ручку на фонарике, заряжая подсевший аккумулятор и разглядывая струйки дыма, уходившие в вентиляционное отверстие под потолком.

— О чем задумалась? — рядом села Рей.

— Прикидываю, сколько же ужаса и обреченности было выплеснуто в эфир. Они ведь такие, — кивнула я на скелеты. — не единственные. Убежища были не у всех, но амулеты-то у многих. Эти люди погибли не сразу, наблюдая, как умирают сперва те, у кого вообще не было защиты, затем те, у кого амулеты исчерпали заряд, и постоянно ожидая, что их собственные вот-вот сломаются или погаснут. А ведь кто-то наверняка пытался продлить себе жизнь, отняв амулет у другого.

— Да. — драконесса кивнула. — Если бы плотность темного эфира была чуть меньше, здесь было бы не продохнуть от призраков и неупокоенных душ. А так, все растворилось, и души ушли на перерождение. Интересно, что же служит источником?

— Источником?

— За двести лет проклятие должно было если не рассеяться, то хотя бы ослабнуть. Даже несмотря на замедляющее действие светлого серебра, тем более, что часть залежей содержит светлый эфир.

— Значит все-таки столица. Знаешь, я думаю нужно немного изменить маршрут. На каком расстоянии Ми сможет почувствовать вот такие жилы? — кивнула я на люк в полу.

* * *

Со следующего дня более или менее прямая линия моего маршрута сменилась зигзагом. Мы передвигались, забирая то левее, та правее столицы, отмечая на карте места, подобные тем, что нашли в подвале. В основном попадались совсем мелкие источники, исчерпывающиеся буквально за пару минут. Но на седьмой и восьмой дни мы нашли две шахты в холмах. Достаточно глубокие, чтоб часть штреков была ниже облака темного эфира, и полные не только серебряных жил накопивших светлый эфир, но и скелетов, а кое где и просто мумифицированных трупов, далеко не все из которых принадлежали шахтерам. Ночевать в этих местах я категорически отказалась и пока Ми медитировала под землей, Рей бдела над моим спящим телом на поверхности.

До пригородов столицы я добралась к утру десятого дня. Сам город был расположен в долине, окруженной кольцом высоких холмов, но подняться на них мне не дали. Стоило выйти из-за угла одного из полуразвалившихся домов, как шагавшая рядом Рей толкнула меня в сторону, левое плечо обожгло болью, а потом до ушей донесся звук выстрела.

* * *

Провал операции в Русской Империи серьезно подорвал репутацию организации. Никаких официальных заявлений русские не делали, даже умудрились как-то замять инцидент, объявив, что взрыв храма был вызван падением болида. Но охоту за членами Ордена начали нешуточную. Под наблюдение попадали все, кто вызывал хоть малейшее подозрение, а если оно подтверждалось, то человек тут же оказывался на допросе у эмпата. После потери двух десятков осведомителей и восьми посвященных, агентурную сеть у русских свернули.

Этим тут же воспользовались осведомители из других стран, подняв расценки за свои услуги. Часть операций по добыче финансов и ресурсов в соседних с Империей странах тоже пришлось приостановить, и средств на текущие проекты стало остро не хватать. Для их добычи и была организована эта экспедиция. На этот раз целью был поиск и вывоз ценностей из наименее пострадавшей части Светлого Леса — столицы. Проще говоря, отряд из восьми человек снарядили на банальное мародерство, не пожалев при этом ценной амуниции. Из-за веса защитных доспехов и оружия много унести было невозможно, поэтому в первую очередь искали сейфы в домах богатых горожан. За десять дней пути и два дня сбора ценностей светлый эфир в доспехах и амулетах был исчерпан более чем наполовину и отряд уже направлялся в обратный путь, когда один из разведчиков доложил об идущей на встречу группе из трех человек. Разбираться почему вся группа состоит исключительно из девушек, выглядящих так, словно они вышли в степь на пикник, никто не стал. Посвященный с винтовкой занял удачную позицию, и, стоило троице выйти из-за угла, прицелился в девушку с рюкзаком. Но за мгновение до выстрела напарница толкнула ту в сторону, и пуля попала не в сердце, а в плечо. Остальные девушки тоже не стали стоять столбами, и к тому времени, как бойцы в тяжелых доспехах добрались до места падения, там уже никого не было.

Стоило рыцарю, командовавшему отрядом, выбрать, кого из своих людей отправить на поиски раненой, как позади раздался шорох и стук камней. Обернувшиеся бойцы увидели девушку в длинной футболке. Пока командир отряда соображал, что помимо отсутствия всякого оружия и не по погоде легкой одежды, кошачьи уши и хлещущий по ногам девушки кошачий же хвост — это тоже неправильно, кто-то из отряда не сдержался и спустил курок. Его примеру последовали еще двое. Вот только пули прошли сквозь тело незнакомки, не причиняя никакого вреда. А затем раздался крик боли. Один из стоявших позади бойцов корчился на земле, пытаясь вытащить застрявший в прорези шлема металлический стержень. Еще один свалился, получив по голове прилетевшим невесть откуда булыжником, оставившим на шлеме серьезную вмятину. Секунду спустя еще двое, стоявших слева, просто упали без видимых причин.

— Вон она! — крикнул кто-то из смотревших в другую сторону бойцов и выпустил очередь по мелькнувшей в развалинах тени.

Часть пуль срикошетила от непонятно откуда взявшейся пленки эфирного щита, только не светлой, а серой, и отряд потерял еще троих ранеными. А потом прилетевший с небес камень отправил командира в нокаут. Сквозь мутную пелену перед глазами он видел, как из развалин, пошатываясь, вышла девушка с окровавленной повязкой на плече. Рядом, словно из воздуха, появилась ее напарница с кошачьими ушами, а секундой позже откуда-то сверху плавно, словно на крыльях, спустилась третья, в красном платье с белыми широкими рукавами. Перебросившись парой слов, они разошлись. Увиденное дальше заставило командира слабо застонать от ужаса и невозможности хоть как-то остановить этих существ. Раненая подошла к лежавшему на земле бойцу, получившему в забрало металлический штырь, и, не обращая внимания на его стоны, положила руки на доспехи. Напитанные светлым эфиром Знаки погасли, посвященный дернулся и затих. А потом девушка поднялась и направилась к нему. В ее голубых глазах сверкнули фиолетовые искры, и на забрало рыцарского шлема легла девичья ладонь, навсегда закрывая свет утреннего Солнца.

* * *

От толчка я откатилась за стену. Не став разбираться, кто и зачем пытался меня подстрелить, я шустро поползла в сторону.

— Это Орден. — раздался в моей голове голос Рей.

— Бл..ть! Откуда они тут взялись? — прошипела я, стягивая со спины рюкзак и пытаясь сообразить, чем бы перетянуть рану в плече.

— Некогда рассуждать. Они идут сюда. Их восемь человек. Я смогу вырубить не больше двоих. Хотя нет, четверых, если сменю форму.

— Я их отвлеку. — мяукнула Ми.

Спустя пару минут послышались выстрелы. Я, успевшая к тому времени кое-как замотать плечо футболкой и перебраться за другое здание, осторожно выглянула из-за угла и увидела, как стоявшую чуть выше по склону Ми пытаются расстрелять из автоматов и пистолетов несколько одетых в рыцарские латы бойцов. Боль и эмоции резко отступили на задний план. Здоровая рука метнулась к чехлу с «гвоздиками» и оглянувшийся в мою сторону рыцарь получил металлический штырь в забрало. На его крик обернулись остальные и мне пришлось срочно менять позицию. Над головой просвистело несколько пуль, выбивая каменную крошку, а потом все стихло.

— Мистресс, можно выходить. — позвала меня Ми. — Только осторожно.

Я выбралась из развалин, за которыми пряталась от выстрелов. Тело слегка вело. Подскочившая ко мне серая кошка тут же сменила облик, а потом сверху спустилась Рей.

— Что будем с ними делать? — поинтересовалась драконесса. — Семеро еще живы, но пока не опасны.

— Допрашивать их не хочется и, скорее всего, нет смысла. Жалеть я их тоже не собираюсь, а вот Свет из их доспехов нам пригодится. — выдало рациональный вариант сознание, пока еще не отягощенное эмоциями.

Кивнув мне, обе девушки разошлись. Пока я разбиралась с раненым мной рыцарем, а потом, судя по внешнему виду доспехов, с командиром отряда, фамильяры успели обойти остальных. Лишенные защиты люди умирали почти мгновенно и безболезненно.

Через несколько минут, когда действие адреналина и блокировка эмоций прошли, меня стало потряхивать. Плечо вновь стало кровоточить.

— Нужно найти место, где мы сможем обработать рану и подлечиться. — пробормотала я, усаживаясь на землю.

Через десяток минут девочки разыскали в развалинах относительно сухой подвал. К тому времени, как я добралась до него, рукав куртки и футболка, которой я перетянула рану, успели пропитаться кровью и меня слегка покачивало. Остатки сил уходили на поддержание барьера вокруг разума, поэтому боль пришлось просто терпеть.

— Рана неглубокая. Пуля прошла по касательной. — поставила диагноз Рей, внимательно осмотрев мое плечо откуда был вырван солидный клок кожи и мышц. — Нужно зашивать.

Я подтянула к себе рюкзак и, помогая слабеньким телекинезом, достала аптечку. Нашла обезболивающее и медицинскую иглу с ниткой. Ми помогла обработать рану и срезала неровные лохмотья. Рей придерживала края, пока я накладывала швы. Наконец, рана была зашита и забинтована.

— Фух. — я устало откинулась на спину. — Нужно было больше телекинез тренировать. Спасибо девочки. Если бы не вы, я сегодня снова заглянула бы за Грань.

— Сочтемся. — хмыкнула Рей.

— Расскажите, как вы умудрились так быстро с ними разделаться?

— Пока кошка их отвлекала, я сменила форму. Двоим уронила на головы камни, еще двое получили иглы. Троих уложила Ми... как-то... — развела руками драконесса.

— Случайно. Увидела, что в Сандру стреляют, испугалась и поставила перед ней барьер, как на тренировках во сне. — кошка вздрогнула всем телом и прижалась ко мне. — А он в реальности получился, и часть пуль срикошетила.

Обняв бакэнэко, я успокаивающе погладила ее по голове.

— Опять она умудрилась меня обогнать. — расстроенно пробормотала Рей. — Ты хоть запомнила, как это сделала?

— Потом покажу. — кивнула Ми.

— Что будем делать? — я поморщилась — действие обезболивающего стало проходить. — И мне и вам теперь нужен светлый эфир. Ближайший крупный источник в дне пути, если по прямой.

— Света в доспехах было достаточно, чтоб мы могли помочь тебе добраться, если ты сможешь продержать защиту всю ночь. — ответила драконесса после минутного раздумья.

— Тогда, — я приподнялась. — пока я еще могу ходить без посторонней помощи, нужно осмотреть трупы. Зачем-то же они сюда пришли.

Выбравшись из подвала, я направилась сперва к телам рыцарей, а потом к найденным девочками рюкзакам. Те, помимо обычных походных вещей, были примерно наполовину забиты разной ювелиркой.

— Мистресс, с этим рюкзаком что-то не так. — ткнула Ми в один из мешков. — Он фонит Тьмой.

Распотрошив заинтересовавший кошку рюкзак, я нашла в куче золотых и серебряных украшений небольшой кулон из черного металла.

— Интересно, его специально прихватили, или так получилось?

— Скорее всего случайно. — Рей пригляделась к горке драгоценностей. — Здесь есть полные комплекты, и многие не для повседневного ношения. Наверное, они просто вскрывали какие-нибудь сейфы и, не глядя, выгребали все ценное.

— Похоже на то. Интересно, что это за металл?

— Забирай с собой — в лаборатории разберемся.

Кивнув, я положила кулон в карман и, подобрав снятую с одного из рыцарей латную перчатку, и найденные в рюкзаках консервы и аптечку, поплелась к подвалу. К вечеру меня стало лихорадить. Всю ночь я проворочалась, так толком и не уснув, зато смогла удержать барьер. К утру мне чуть полегчало. Ради экономии сил, решили, что девочки пойдут со мной по очереди. Пока одна отдыхает в домене, вторая следит за болезной хозяйкой и подпитывает силой. Первой дежурить вызвалась Рей. Обернувшись драконом, она отправилась на разведку, а я стала собирать вещи. Выбираясь из подвала, наткнулась на разбитую статуэтку из полупрозрачного камня, чем-то напомнившего мне те кристаллы, из которых я делала накопители. Подобрав осколок покрупнее попробовала пропустить через него эфир. И пораженно уставилась на камушек — все ухнуло, словно в колодец. Недолго думая, прихватила с собой еще парочку осколков и вышла на улицу.

— Никого вокруг, даже кроликов не видно. — сообщила серебристая драконесса, приземляясь рядом со мной.

— Это хорошо. Нужно запомнить место. Думаю, мы сможем найти применение тем украшениям, которые собрали орденцы. Жаль я не в том состоянии, чтоб сейчас это все хотя бы припрятать. Кое-что наверняка испортится под открытым небом. Оружие до моего возвращения точно не доживет.

Ближайшим крупным источником светлого эфира была серебряная шахта рядом с небольшим городком, мимо которой мы проходили пару дней назад. Но из-за того, что сейчас мы шли по не до конца заросшей дороге и прямо, а не зигзагами, добраться до него смогли уже к вечеру. По пути Ми и Рей успели дважды сменить друг друга и серьезно вымотались, из-за чего, как ни неприятно мне было это делать, пришлось ночевать под землей. К счастью, спускаться по вертикальным тоннелям было не нужно, шахту выкопали в подножии пологого холма, и она уходила вниз под небольшим наклоном, ветвясь в разные стороны. В одном из таких ответвлений я и расположилась, вытащив в центральный коридор пару скелетов в остатках одежды и касках.

В городке я провела два дня, медитируя и подъедая остатки припасов. На обратном пути приходилось отвлекаться на охоту и сопутствующие ей разделку и приготовление кроликов — организм активно восстанавливал кровопотерю и требовал мяса. Постоянное применение телекинеза, правда только с использованием темного эфира, принесло свои плоды. До сильных одаренных я пока не дотягивала, да и контроль был еще не очень, но помогать себе, облегчая вес предметов и даже удерживая в воздухе разные мелочи, вроде горящей спички, уже получалось. А вот попытка нагреть что-нибудь привела к неожиданным результатам — клочок бумаги, который я попыталась зажечь, скукожился в комок. Посмотрев на бумажку, Рей в задумчивости постучала пальцем по губам и выдала предположение, что я, пытаясь воздействовать на вещество темным эфиром, нарушаю и перепутываю связи между молекулами, что и вызывает деформацию, но сказать точнее получится только если провести лабораторные исследования.

Весь обратный путь, с учетом остановки в шахтерском городке, занял восемь дней, и десятого сентября я поднялась на холм с которого была видна станция контроля.

Глава 17

Один из способов защиты от эфирного воздействия — перенаправление эфира в накопитель. Для изготовления таких амулетов подходят материалы, способные поглощать и накапливать эфир. В таблице ниже приведен список таких материалов, их емкость и рекомендуемые рунные цепочки.

Кассандра Нокс. «Создание и использование амулетов в полевых условиях». Департамент Имперской Безопасности. ДСП.

Возвращение прошло буднично. Народ на станции был занят работой, и я незамеченной прошла к своему домику, сгрузила рюкзак и сделала, наконец, то, о чем мечтала уже неделю — приняла душ. Смыв наросшую за время похода грязь, переоделась и отправилась в главный корпус на кухню. Не удержавшись, состроила на лице обычное, чуть отстраненное выражение, и поприветствовала попавшихся на пути оперативников и Иту. Вспомнив, что девушка заканчивала курсы первой помощи, попросила ее зайти ко мне после обеда. Пока готовила себе плотный завтрак, народ потихоньку собирался. Сперва в кухню заглянули оба оперативника. Молча кивнули один другому, и Густав остался в столовой, а Бернард ушел. Я решила, что за начальством, и не ошиблась — спустя пять минут в столовой обосновались оба оперативника и Аркадий, а чуть позже к ним присоединились и остальные сотрудники.

— Господа и дамы, а с чем связан такой повышенный интерес ко мне? — поинтересовалась я, выходя с подносом в столовую.

— Вас не было почти три недели. Все волновались, ждали вашего возвращения. — развел руками Бернард.

— Поэтому благополучно его проморгали. А теперь собираетесь заморить меня голодом, засыпав кучей вопросов?

— Как прошла ваша экспедиция? — не стал меня разочаровывать Аркадий.

— Добыла несколько занятных образцов и массу интересных наблюдений. До столицы, к сожалению, не добралась.

— Защита не выдержала?

— Нет. Поранила плечо и пришлось вернуться раньше. — пожала я плечами. — Господа и дамы, давайте я вам вечером все расскажу после ужина. Очень есть хочется. Кролики, конечно, вкусные, но питаться ими и консервами за две с лишним недели поднадоело.

— Хорошо. — Аркадий поднялся из-за стола. — Не забудьте, что вам нужно отчитаться в Столицу о результатах экспедиции.

— До пятницы еще три дня. Думаю, я успею все подготовить.

Через пару минут меня оставили в одиночестве.

До вечера я успела разобрать рюкзак, сделать несколько записей по свежим впечатлениям, и, не без приключений, снять швы с плеча.

* * *

Как и просила начальница, Ита зашла к ней сразу после обеда.

— Вы ведь закончили курсы первой помощи? — с порога спросила ее Кассандра. — Крови не боитесь?

— Нет.

— Хорошо. Тогда помогите, пожалуйста, снять швы. Мне самой не очень удобно. Заодно оцените профессиональным взглядом что там и как.

Начальница стянула свитер, оставшись в одной футболке. Ее левое плечо было перевязано свежим бинтом. Осторожно сняв повязку, Ита осмотрела почти зажившую рану.

— Видно, что шили сами. Нагноения нет, а раз рука нормально слушается, то все в порядке, но шрам останется. — сказала она, аккуратно срезая узелки и вытаскивая остатки нити. — По-хорошему, вам бы швы еще пару дней назад нужно было снять.

— Решила подождать до более комфортных условий. А шрам — не страшно.

— Где вы так умудрились пораниться?

— Неудачно прошлась по развалинам в пригороде столицы. Из-за этого даже посмотреть на город не удалось.

— Жаль. — Ита осторожно обработала рану обеззараживающим раствором, наложила свежую повязку и только тут заметила чуть ниже раны вязь странных символов. — А это у вас что?

— Татуировка.

— Интересные символы. Кажется, я где-то такие видела. — Ита наклонилась чуть ближе, рассматривая татуировку. — А что они означают?

— Это имя.

— Ваше? А на каком языке?

— Нет, не мое. Гхм, Ита...

Девушка подняла голову и вздрогнула, настолько близко оказалось лицо начальницы, смотревшей куда-то вниз. Проследив ее взгляд, девушка сообразила, что это вовсе не Кассандра зачем-то подвинулась к ней поближе, а она сама наклонилась вплотную к рисунку на плече женщины, да ещё и держит ее за локоть одной рукой, а пальцами другой обводит каждый символ.

— Ой. — она почувствовала, как к лицу приливает кровь и спрятала руки за спину. — Простите.

— Ничего страшного. — на лице начальницы появилась понимающая улыбка. — Вы просто сильно заинтересовались странными знаками.

— Да. — поспешно согласилась девушка. — Очень необычная надпись. Я, пожалуй, пойду.

— Спасибо за помощь. — поблагодарила ее Кассандра, продолжая улыбаться.

Вышедшая за дверь Ита уже не слышала, как из-за спины ее начальницы раздается веселое: «Мистресс, кажется, вы начинаете пользоваться популярностью», а та в ответ тяжело вздыхает и бормочет: «Ми, это не смешно. Я ведь даже в отпуск ее отправить не могу. Мне никто не позволит просто так убрать из лаборатории одного из двух сенсоров.»

* * *

— То есть в шахтах с серебром безопасно? — Игорь едва не подпрыгивал на месте.

— В тех, что я осмотрела, да. В большинстве штреков обычных защитных амулетов должно хватать на шесть-восемь часов, а некоторые коридоры полностью экранированы от темного эфира. — кивнула Кассандра.

— Эх, были-бы у нас амулеты, выдерживающие это проклятие...

— Таких амулетов пока не существует, разве что полные доспехи из серебра, но даже если бы были — вы так хотите поработать могильщиком?

— Вообще-то шахтером.

— Игорь, вы меня не слушали? Я же сказала, что в шахтах полно скелетов. Поверьте, уж насколько я спокойно отношусь к таким вещам, но даже мне было не очень комфортно ночевать в таком месте.

— Вы что, спали в шахте с трупами? — ахнула Валентина.

— Нет, трупы из штрека я вынесла. А так, да. — развела руками начальница. — Ранение не лучшим образом сказалось на моем самочувствии, а шахта оказалась ближайшим безопасным местом.

— Расскажите лучше о столице. — попросил Аркадий.

— Саму столицу я не видела, но, судя по моим ощущениям, именно там находится эпицентр и источник проклятия.

— Источник?

— Да. Что-то в столице постоянно вырабатывает темный эфир, поэтому проклятие до сих пор держится.

— Интересные данные... — Аркадий на минуту задумался. — Если вы правы, то устранив источник, мы получим возможность очистить эти земли.

— Или можно будет просто подождать лет сто, и проклятие рассеется самостоятельно. Но сперва нужно выяснить что является источником. В конце февраля, когда погода установится, я прогуляюсь туда еще раз.

— И опять в одиночку?

— Как только среди вас появится кто-то, способный выдержать проклятие пятого уровня — я сразу соглашусь на напарника. Поверьте, самостоятельно зашивать плечо не самое приятное занятие, тем более на зараженной территории.

— Вы так и не сказали, где умудрились так пораниться, что пришлось спешно поворачивать назад. — поинтересовался Густав.

— В развалинах пригорода. Пока обрабатывала рану, потеряла довольно много крови. Бродить в таком состоянии по зараженной территории смертельно опасно. Потому и пришлось провести два дня в городке около шахты и ночевать под землей. Ну а там продукты стали подходит к концу. К счастью, если верить Ите, я отделалась только шрамом.

При этих словах Ита слегка покраснела. Заметивший это Аркадий с подозрением прищурился, но ничего не сказал. Спустя еще пару минут вопросы закончились и все стали расходиться.

— Ита, задержитесь на минутку. — попросил начальник, и, стоило всем остальным выйти, спросил. — Что у вас произошло с Кассандрой?

— В каком смысле? — девушка попыталась состроить на лице непонимающее выражение.

— В прямом. Стоило ей вас упомянуть, и вы покраснели?

— Ничего такого... Просто у нее на руке чуть ниже раны странная татуировка в виде надписи. Символы мне показались знакомыми. Я не удержалась и потрогала. — опустила глаза Ита, чувствуя, что краснеет.

— Та-а-ак. Татуировка в виде надписи из непонятных символов... — Аркадий задумался. —И как она отреагировала на ваше прикосновение?

— Никак. Поблагодарила за помощь с обработкой раны и все.

— А что за символы она не говорила?

— Нет. Сказала только, что это имя.

— Имя? Вы уверены? — прищурился начальник.

— Да. А что?

— Да нет, ничего. Можете идти. — махнул он рукой и тихо добавил. — Иногда мне кажется, что все сотрудники в этой лаборатории учились в классе «А».

* * *

За оставшиеся три дня я успела написать и зашифровать отчет о своей прогулке, и взялась за анализ трофея и образцов. Химический состав найденного кулона, оказался идентичным... светлому серебру. Вот только этот кулон вел себя с эфиром так, словно свойства материала вывернули наизнанку. Если обычное светлое серебро не взаимодействовало с нейтральным и темным эфиром и потихоньку накапливало в себе светлый, то этот кулон накапливал темный, отказываясь взаимодействовать со светлым. Решив не мудрствовать, я обозвала сплав «темным серебром». Оставалось выяснить откуда он взялся, потому, что о подобных веществах я ни разу не слышала.

Состав найденных мной осколков статуэтки тоже не являлся чем-то удивительным — кварц с небольшими примесями все того же светлого серебра. Такие кристаллы встречались и в других местах, а также выращивались искусственно и использовались в качестве датчиков, поскольку их цвет и интенсивность окраски менялась в зависимости от вида и плотности окружающего эфира. Вот только эти осколки отличались просто запредельной емкостью. И подобные свойства я уже видела.

— Рей, — обратилась я к драконессе, задумчиво разглядывавшей слегка потемневший за время исследований осколок статуэтки. — тот алтарь, с которого мы сняли Рису, ведь был из такого же камня.

— Скорее всего да. — кивнула та. — Свойства очень похожи.

— Помнишь, ты как-то говорила, что при наличии подходящего материала для алтаря можно проклясть всю страну, даже если убивать людей не сразу, а в течение некоторого времени. Если добавить сюда то, что рассказывала Ита про политику Ордена, можно предположить, что именно сочетание этих факторов привело к возникновению проклятия. А около столицы Леса, где я подобрала эти осколки, мы встретили отряд рыцарей в доспехах, позволяющих если не свободно, то надолго заходить на зараженную территорию. Думаю, что материал для алтаря они взяли именно в Светлом Лесу.

— Хм. — Рей задумалась. — Чтоб проклясть всю страну алтарь должен быть намного больше.

— Или это несколько плит, находящихся близко друг к другу. — подключилась к обсуждению Ми. — Но при проклятии эфир из них выплеснулся весь и сразу, так что все равно должен быть источник.

— Весь и сразу, говоришь... — в голове мелькнула какая-то идея, но ухватить ее не удалось. — Весь и сразу... Так, — я бросила попытки поймать ускользающую мысль. — я это все к чему. Нужно сообщить в Департамент, что Орден, скорее всего использовал материалы, добытые в Светлом Лесу.

— А доказательства?

— Отправим перчатку. Только нужно будет ее сперва исследовать. Очень уж на ней рунные цепочки необычные.

* * *

Дальнейшие исследования трофея и образцов только добавили вопросов. В отличие от сенсорных кристаллов, найденные мной осколки не поглощали эфир самостоятельно. Для их заполнения было необходимо направленное воздействие.

Среди символов, нанесенных на перчатку, мне встретились четыре новых. Два были вполне узнаваемыми рунами, которые здесь не использовались, а еще два мне были не известны. Понять по контексту хотя бы приблизительное их значение тоже не получилось — руны были нанесены не привычными мне цепочками, а сеткой. Сложность такой защиты была на порядок выше, но, как посчитали мы с Рей, намного эффективнее. Сходу разобрать принцип формирования сетки ни я ни Рей не смогли.

— Слушай, Рей, а амулеты на рыцарях были такими же сложными? — я крутила перед собой листок с перечерченными с перчатки рунами.

— Нет. Самые обычные.

— Странно. Такая сложная защита на доспехах и самые обычные амулеты.

— Мистресс, а если это просто копия чего-то более старого? Без понимания принципов? — спросила Ми, усаживаясь рядом.

— Вполне возможно. — ответила вместо меня Рей. — Это объясняет, почему они в латах ходят — сетка сделана индивидуально под конкретные доспехи и подогнать ее даже под другой размер без знания самой системы нельзя.

— Точно. — я щелкнула пальцами. — Что-то такое было в том кошмаре Нестора. Их доспехи и мечи вроде как сделаны по древним то ли образцам, то ли чертежам. Глянуть бы на эти чертежи — может и поняли бы принцип. Тогда можно было бы добраться до столицы не на своих двоих, а на машине.

— Ну да. — захихикала Ми. — Я до сих пор помню ваше лицо, когда Аркадий вам описание спецтранспорта показал.

— А какое у меня должно было быть лицо, если мне предлагают на выбор мопед или шестиколесный бронетранспортер без крыши? Причем оба требуют отдельной защиты для людей и гарантированно работают на зараженной территории без ремонта не больше суток, потому, что потом защита проседает и вся электрика, включая свечи зажигания начинает сбоить. Про вес и цену я вообще молчу. У «легкого мотоцикла», как в анекдоте: «это золотая рама». Про стоимость вездехода с обшивкой двигательной установки из светлого серебра даже думать не хочется. Да что я, вон рыцари тоже на своих двоих топали.

— Зато сколько лампочек к фонарику можно увезти. — продолжала хихикать кошка, явно вспоминая, как я ругалась, обнаружив на второй день похода, что упомянутые лампочки перегорают через три-четыре часа работы, и радовалась, что взяла аж пять запасных.

— Нет уж. Я лучше с факелом буду ходить и одними кроликами питаться, чем до конца жизни буду оплачивать застрявший в Светлом Лесу вездеход.

Следующая неделя прошла в исследованиях емкости найденных кристаллов и написании нового отчета. Для выяснения предела насыщения я отколола небольшой кусочек, около двух миллиметров диаметром, и Ми ушла с ним в рощу с серебристыми соснами. На то, чтоб наполнить кристалл у нее ушло три дня с перерывами. За это время она умудрилась полностью очистить всю рощу от темного эфира, загнав его в осколок. А потом кристалл разрядился, как и предсказывала Ми — выплеснув сразу весь заряд. Прикинув объемы, мы с Рей решили, что такого кусочка хватит для поглощения примерно десяти проклятий четвертого уровня.

Разгадать систему нанесения рун на перчатку мы так и не смогли и я, перерисовав сетку в нескольких вариантах, отослала трофей вместе с новым отчетом в Департамент.

* * *

1818 г от м.т., Сентябрь.

Столица Русской Империи.

Департамент имперской безопасности. Кабинет директора.

— Что скажешь? — поинтересовался директор, когда гость отложил отчеты.

— Даже не знаю. Нет, то, что Орден пытается проникнуть в столицу Светлого Леса я знаю давно, но вот то, что эти попытки успешны не радует. Ты уверен, что это все правда? — кивнул гость на лежащую на столе стопку листов бумаги.

— Она прислала перчатку от доспеха. Илона сравнила с имеющимися у нас фрагментами — знаки и их расположение совпадают.

— Нда. Новости, конечно... замечательные. — гость улыбнулся. — Будь моя воля, я бы ей даже титул дал.

— Титул?

— Да. Какой-нибудь мелкий, вроде баронессы.

— Наследуемый титул за пару отчетов, пусть и содержащих важную информацию, и мелкую стычку?

— Стычка то может и мелкая, но ты забываешь об условиях, в которых она происходила: зараженная территория, превосходящие в восемь раз силы противника, холодное оружие против огнестрельного, но самое главное — нанесенный Ордену ущерб.

— Это ты про рюкзаки с драгоценностями и доспехи?

— Драгоценности — ерунда. А вот доспехи... ты в курсе, что на изготовление одного комплекта уходит несколько лет? И оставшиеся в Светлом Лесу по вине твоей подопечной комплекты были последними?

— Откуда информация?

— Мои люди нашли в Ливонии одного занимательного юношу. Этот молодой человек оказался жрецом, занимавшимся напиткой этих доспехов. Их, кстати, берегли для доставки материалов нужных для создания Затмения, о чем этот юноша узнал, и сразу после выполнения работы ударился в бега, чем и привлек внимание резидентуры. К сожалению, доставить его к нам не успели. Такие свидетели долго не живут, сам знаешь. Но до того, как его достали ликвидаторы Ордена, он успел рассказать, что для этой экспедиции выгребли последние имевшиеся в их распоряжении тяжелые латы. Так, что теперь лет пять можно не опасаться, что Орден попытается повторить Затмение.

— Хм. И что же мне теперь с ней делать? Она ведь свой поход через полгода повторить собирается.

— А ничего. Пусть сидит, где сидит. Изобретает и исследует. Соберется в новый поход — отпускай. Рыцарей она теперь уже не встретит, так, что пусть прогуляется. Может повезет, и она выяснит, что там за источник такой. А нет, так к тому времени ее разработкам будет уже год. Я дам разрешение на свободную продажу, и за оставшийся до лета срок она сможет заработать неплохое состояние.

* * *

1818 г от м.т., Октябрь.

Граница Русской Империи и Светлого Леса.

Станция контроля эфирного фона. Лаборатория.

— Что вы собираетесь делать? — спросила Валентина начальницу, глядя как та осторожно достает из раскаленной муфельной печи тигель с расплавом какого-то металла.

— Новый амулет. — женщина аккуратно разлила жидкость в три формы.

— На ниххонские монеты похоже. У тех тоже отверстие в центре есть. Ой! — девушка замерла, глядя как чернеет постепенно остывающий металл. — А почему он такого странного цвета?

— Думаю, что из-за свойств. Этот сплав накапливает темный эфир.

— Вы его из похода принесли?

— Да.

— А как же заряжать такие амулеты, если металл поглощает темный эфир?

— Вам никак. Этот амулет будет работать на другом принципе.

* * *

Идея попробовать поместить кусочек найденного кристалла на пластинку из темного серебра и снабдить его рунами, направляющими в него темный эфир пришла в головы мне и Рей практически одновременно. Расплавив кулон и цепочку, я сделала три пластинки с небольшим отверстием по центру. Провозившись еще полдня и загубив остатки одного из камней подогнала по размеру и форме отверстий три кристаллика. На испытания отправилась вместе с девочками в многострадальную рощу.

— Работает. — кивнула Рей, внимательно осматривая меня. — Примерно в радиусе метра весь эфир поглощается камнем.

— Жаль выключить его нельзя. Для меня он в дальнем походе бесполезен.

— Зато наполнив с помощью амулета такой камень ты сможешь колдовать за пределами Светлого Леса. Хотя бы телекинезом и деструкцией пользоваться. Да и барьер против проклятий, действующих на психику сможешь ставить. Главное, чтоб он самопроизвольно не разрядился.

— Нужно будет дополнить замком. — согласилась я. — А еще так можно очищать зараженную территорию. Жаль ненадолго. Были бы барьеры...

Мы взглянули друг на друга.

— Отклоняющие барьеры. — сказала Рей.

— Вместо светлого серебра — темное. — добавила я.

— Кровь мага и частицы тела сильного духа. — рядом с нами материализовалась Ми.

* * *

Внезапно их начальница превратилась в одержимую художницу. Она не спала по двадцать часов подряд, ходила бледная, с темными кругами под глазами, бормотала что-то невнятное, готовила какие-то особые чернила и что-то чертила и рисовала ими в тетради и на картонных прямоугольниках. Ругалась, рвала картонки и готовила чернила по новому рецепту, а затем снова начинала рисовать. Так повторялось каждый день, почти до конца Октября, пока однажды вечером Ита не обнаружила Кассандру стоящей у самой кромки зараженной территории. На земле перед начальницей были разложены широким полукругом картонные прямоугольники, исписанные разными символами.

— Кассандра? — осторожно позвала начальницу девушка.

Та обернулась. На бледном лице сияла довольная улыбка.

— Ита? Как удачно вы подошли. Оцените результат. — махнула женщина на картонки.

— Эм... а что именно я должна оценить? — девушка осторожно отступила на шаг назад.

— Фон, естественно. — пожала плечами начальница.

Секунду Ита смотрела на нее с непониманием, а потом сосредоточилась и ее глаза широко раскрылись.

— Как вы это сделали?

— Это составной амулет отклоняющего барьера. Он заставляет поток темного эфира огибать защищаемый объект, а картонки служат опорными точками. Надеюсь, — Кассандра широко зевнула. — до завтра их не унесет ветром. Хотелось бы посмотреть насколько их хватит.

Женщина развернулась и нетвердой походкой отправилась к своему домику, зевая на ходу. Пару минут ошарашенная девушка смотрела ей вслед, потом осторожно зашла в огороженный картонными прямоугольниками полукруг. Немного постояла, а затем бегом бросилась к зданию лаборатории. Спустя несколько минут она вернулась и аккуратно накрыла картонки стеклянными чашками Петри.

Глава 18

Ритуал, проведенный в подходящее время, дает результат несколько больший, чем обычно. А уж если его проводит дилетант вроде меня, то еще и непредсказуемый.

Александра Волкова

Исследовательский запой длился недели две и закончился, когда я смогла, наконец, подобрать состав для чернил. Как ни удивительно, но никакой экзотики вроде истертых в порошок кристаллов или темного серебра не понадобилось — хватило угля из древесины серебристой сосны, нескольких капель моей крови и по паре волосков от Рей и Ми. Этот рецепт мы использовали уже больше от отчаяния, но именно он дал нужный результат.

Проснулась я от бухтения Рей.

— Нет, ну ты представляешь, все, абсолютно все расчеты говорят о том, что для такого амулета необходимы кровь мага и частицы тела сильных духов для защиты от нейтрального эфира, и темное серебро для защиты от проклятий! — сопела драконесса. — И что в итоге? А в итоге нам нужен уголь!

— Не шуми, мистресс разбудишь. — ответила ей Ми. — Ну вот, разбудила. сейчас опять начнете теории разводить.

— Я подозреваю, что дело не в том, что это уголь, а в том, из какой древесины он получен. Эти сосны накапливают серебро. — не стала я разочаровывать бакэнэко. — Растираем уголь и получаем очень мелкие частицы в чернилах. Я не уверена, что без специальной аппаратуры мы сможем получить такие.

— Мы получаем частицы светлого серебра! Которое не должно работать в этих амулетах!

— Давайте лучше сходим и посмотрим, живы ли наши поделки. — прервала наш спор Ми.

Я глянула на часы.

— Полдвенадцатого. Нифига себе я проспала. Чувствую, Аркадий мне опять что-нибудь выскажет. Да и ладно.

Без спешки ополоснувшись в душе, я оделась, прихватила с полки плитку шоколада и, сопровождаемая укоризненным взглядом Рей и хихиканьем Ми, отправилась смотреть на огороженный амулетами участок.

Амулеты кто-то заботливый, скорее всего Ита, накрыл чашками Петри, чтоб не улетели и не намокли. Прикинув по ощущениям, что участок, огороженный и очищенный вчера, так и остался чист, я осторожно сдвинула амулеты, уменьшая радиус защиты. Взяла один освободившийся амулет и положила на него ладонь. Сосредоточилась.

— Та-а-ак. Или я что-то делаю не так или...

Я повторила проверку. Невольно почесала в затылке и пошла с амулетом в лабораторию.

* * *

Кассандра появилась в лаборатории только к обеду следующего дня с начатой плиткой шоколада в одной руке, картонным прямоугольником в другой и озадаченным выражением на лице.

— Здравствуйте, девушки. — поздоровалась она и положила на стол картонку. — Ита, если вас не затруднит, проверьте фон от этого амулета.

Ита отложила очередной сенсорный кристалл и осторожно прикоснулась к амулету.

— Фон слабый, но это определенно темный эфир.

— Ага. — кивнула начальница. — Значит мне не показалось.

— Ваши амулеты перестали работать?

— Нет. Участок до сих пор чист. Чернила не выгорели, значит все идет как положено.

— Обычные картонки сдерживают такое сильное проклятие. — покачала головой девушка. — Удивительно.

— Картонки тут совершенно не причем. Дело в чернилах, точнее в их составе. И вот с ним мне еще предстоит разобраться. Амулет должен фонить светлым эфиром, хотя для того, чтоб работать он как раз должен излучать темный... — Кассандра задумалась, а потом со словами: «Точно! Весь и сразу!», выскочила из лаборатории.

— И что это сейчас было? — Валентина подошла к столу и повертела в руках забытый начальницей картонный прямоугольник.

— Кажется, она добилась того, чего хотела, но сама не до конца понимает как.

— А что случилось то?

— Она вчера отгородила вот такими картонками, — Ита забрала у подруги амулет и вернула его на стол. — кусок на границе зараженной территории. И он до сих пор чист.

— И что?

— Валя, смертельную концентрацию эфира сдерживают амулеты из картона, а не из серебра, напитанного Светом!

— Она же сказала, что дело в чернилах. Жрецы вообще мелом свои круги и звезды на полу рисуют, и тушь вроде есть какая-то специальная.

— Рисуют. Вот только и мел, и тушь наполовину состоят из светлого серебра. И все рисунки работают пока на них воздействуют жрецы, или если нарисованы в храме, где все здание напитано светлым эфиром. А она свои амулеты просто на траве разложила и спать ушла.

— Постой, ты хочешь сказать, что я с такой картонкой могу ходить по зараженной территории? И никакая зарядка ей не нужна?

— Валя, ты опять? Слышала, что сказала Кассандра — амулет не должен работать так. И пока она прямо не скажет, что им можно пользоваться, ты никуда не пойдешь.

Ита на всякий случай спрятала картонку со странными знаками в карман.

* * *

Мысль, та самая, которая крутилась в голове еще с начала исследования принесенных из похода образцов, наконец-то была поймана. Прибежав в свой домик, я позвала фамильяров.

— Ми, помнишь ты говорила, что при проклятии весь темный эфир из накопителей должен был выплеснуться сразу?

Кошка кивнула. Я достала из кармана свой амулет из темного серебра.

— А что если это — светлое серебро? Только, попав под проклятие, оно изменило свойства.

— Там было несколько килограмм украшений и амулетов. Но такие свойства только у этого кулона. — напомнила Рей.

— Может все остальное было напитано светлым эфиром, а подобранный нами кулон пуст. А может что-то еще сыграло свою роль. Предлагаю проверить возможно ли такое вообще.

— Хочешь устроить выброс?

— Да. Зарядим пару кристаллов, отойдем на километр-другой, и заставим их сработать.

— Чтоб волна Тьмы накрыла весь участок с лабораторией? — скептически приподняла бровь Рей.

— Значит нужно отойти не на километр, а на десять, а лабораторию отгородить несколькими рядами барьеров. Заодно выясним, насколько они прочные.

— Знаешь, — скепсис во взгляде драконессы сменился исследовательским азартом. — а ведь может сработать.

— Тогда я к Аркадию — узнаю не против ли он такого эксперимента, и возьмемся за подготовку.

Как ни странно, начальник дал добро на испытания. Правда я сказала только о том, что хочу проверить амулеты, а основную цель озвучивать не стала. Ми отправили заполнять накопители попутно вновь очищая несчастную рощу и близлежащие окрестности, а я и Рей сели за расчеты опорных точек барьеров и изготовление чернил.

На этот раз рунные цепочки решили рисовать на деревянных дощечках, которые можно будет воткнуть в землю и не бояться, что их сдует ветром или смоет дождем. К тому времени, как кошка зарядила один кристалл, а мы рассчитали контуры для всех четырех барьеров, Игорь привез заказанные ему заготовки, и работа закипела. Амулеты мы доделали как раз ко времени зарядки второго кристалла.

— Значит так. — раздавала последние инструкции драконесса. — через десять минут я сброшу перемычку на кристаллы и сразу уйду в домен. Ми уже там. Ты проверь, чтоб у всех были амулеты и следи за барьером. Если он не удержит вспышку — сразу зови нас. Мы сможем прикрыть всех минут на двадцать. Если что — успеете уехать на безопасное расстояние.

Я кивнула и пошла в лабораторию.

* * *

— Господа, дамы, вы готовы? — в лабораторию вошла Кассандра. — Амулеты у всех при себе?

Все кивнули.

— Тогда, — женщина взглянула на часы. — пятиминутная готовность.

Через пять минут начальница подобралась и пристально посмотрела за окно. Ита и остальные невольно проследили за ее взглядом. Где-то у горизонта небо на секунду потемнело. Ита вздрогнула — сила вспышки, если ее видно невооруженным взглядом, должна быть не ниже четвертого уровня. А учитывая, на какой территории произошел выброс, так и вообще пятого. От осознания угрозы, которой она сейчас подвергается по спине пробежал холодок. Но секунды шли, а амулет на груди не нагревался.

— Коллеги, — нарушил тишину голос начальницы. — вспышка до нас не добралась. Осталось только выяснить сколько амулетов уцелело. Но, судя по всему, нас всех можно поздравить с успешными испытаниями. Девушки, соберите, пожалуйста данные с датчиков. И если в последующие пару дней будут сильные колебания фона — обязательно сообщите мне.

Кассандра вышла из лаборатории. Спустя несколько минут Ита вместе с остальными наблюдала через окно, как женщина спокойно шагает в сторону эпицентра недавней вспышки.

— Знаете, коллеги, — подал голос Аркадий, — а ведь нас действительно можно поздравить. Хотя бы с тем, что мы пережили этот эксперимент. И как я только согласился на такое?

— Кажется не только мы с Игорем учились в классе «А». — пробормотала Валентина.

Спустя секунду смеялись все, находившиеся в лаборатории, включая начальника.

* * *

Из четырех контуров барьеров уцелели два. Первый — самый маленький, которым мы окружили кристаллы должен был сдержать вспышку всего на пару мгновений, усиливая воздействие на образцы. На его целостность мы и не рассчитывали. Во втором, расположенном полукругом перед рощей, выгорела половина амулетов. Барьеры вокруг самой рощи и перед лабораторией остались целыми. Вернувшись к вечеру в дом, я выложила на стол образцы и пустые кристаллы.

— Ну что? — в один голос спросили мои фамильяры, появляясь рядом.

— Амулет, запитанный светлым эфиром, разрядился и раскололся. Пустой никак не отреагировал, но это и не удивительно. А вот с порошком интереснее.

Я высыпала на лист бумаги содержимое флакона. Среди мелких серебряных крупинок попадались темно-серые. Ми аккуратно прикоснулась к одной.

— Да. Это оно.

— Что и требовалось доказать. — кивнула я, глядя на драконессу.

— Ладно, признаю. — проворчала та. — Но почему это происходит в чернилах?

— Потому, что остальные компоненты действуют как катализатор. — высказала свое мнение Ми.

— А ведь верно. — ошарашенно пробормотала Рей.

— Тогда при воздействии светлым эфиром серебро в чернилах будет переходить в начальную форму. — добавила я, ничуть не менее удивленная неожиданным выводом бакэнэко.

— Проверим? — драконесса кивнула на стопку уцелевших амулетов из второго барьера и, не дожидаясь ответа, сменила форму и выдохнула струю ослепительно-белого пламени.

— Блин. — я прихлопнула руками задымившиеся картонки.

— Я была права! — Ми выхватила из-под моих рук один из амулетов.

Картонка была тут же перехвачена Рей, а спустя пару секунд передана мне.

— Нда. Действительно фонит Светом. Рей, у тебя появилась конкурентка на почве исследований.

— Да пусть. — пожала та плечами, а потом смерила меня и кошку взглядом. — Главное, чтоб она мои шоколадки не таскала, как некоторые.

* * *

Ливонская республика. Кабинет министра обороны.

— Господин министр. Срочный доклад от службы контроля эфира.

— Что на этот раз? Опять эхо колебаний светлого эфира со стороны Светлого Леса?

— Нет. На этот раз сильный выброс темного.

— И? Это повод для срочного доклада?

— Эпицентр выброса располагался в нескольких километрах от станции контроля русских.

— Ну-ка. — министр открыл папку, вчитался в текст. — Так выброс засекли с трёх станций... Расчеты положения эпицентра и силы выброса... Ого. И сообщений о пострадавших в прессе нет. Странно.

Мужчина кивком головы отпустил секретаря и поднял телефонную трубку.

«Джордж, приветствую. У тебя ещё резиденты в Империи остались? Как в какой? В Русской, разумеется. Да мало ли, мне сенат уже два раза бюджет урезал, а до лета спутники нужно сменить. Я к чему. Тут у русских на границе Светлого Леса был сильнейший за последние пятьдесят лет выброс, и никаких пострадавших. А с месяц назад мне докладывали о колебаниях светлого эфира где-то у столицы Леса. Да, думаю, они что-то новое изобрели из защиты и пока решили придержать или еще исследуют. Напряги своих ребят, вдруг накопают чем на русских надавить, чтоб хоть парочку своих спутников нам продали. Да знаю я, что ниххонские дешевле и не хуже. Вот только защита к ним в комплекте не идет, и в итоге получается, что у русских брать выгоднее.»

* * *

1818 г от м.т., Ноябрь.

Граница Русской Империи и Светлого Леса.

Станция контроля эфирного фона. Столовая.

— И что это будет? — Густав разглядывал металлическую пластинку, изрисованную с обеих сторон странным орнаментом.

— Новый барьерный амулет. С большим радиусом действия. — ответила ему Кассандра, прихлебывая какао из большой металлической кружки. — Нужно будет только хорошим лаком покрыть и испытать. А еще лучше сразу стойкую краску сделать.

— А с ним можно будет ходить в Светлый Лес? — Валентина забрала у оперативника пластинку.

— Нет. Такие не защищают живые объекты.

— Тогда какой в них прок?

— Как это какой? С их помощью можно огородить участок, а потом очистить, и он останется безопасным, как ваша любимая роща.

— Жаль попасть я туда не могу.

— Это пока. Будут материалы, и я сделаю туда коридор. Заменю деревянные амулеты на металлические и будете ходить туда сколько хотите.

— Правда? — глаза девушки заблестели.

— Если Аркадий вам разрешит. — кивнула Кассандра.

— То есть с помощью этих амулетов можно очистить Светлый Лес? — спросил Густав.

— Нет. Пока действует источник — это бессмысленно. Если огораживать такими барьерами территорию, то рано или поздно давление эфира станет настолько сильным, что амулеты не справятся. В первом барьере выгорела половина.

— А что-нибудь еще можно защищать такими амулетами?

— Чисто теоретически любую технику. Правда тут необходим расчет под габариты и назначение каждого предмета. И дополнительные проверки в хорошей лаборатории, вроде столичной, не помешают. Но самое главное — компоненты, я уже нашла.

— И что же это если не секрет?

— Никакого секрета. Уголь из древесины серебряной сосны, кровь колдуна, шерсть кошки-оборотня, — женщина поднесла кружку ко рту, явно скрывая улыбку. — и чешуя дракона.

Пока все молчали, пытаясь сообразить в чем соль такой странной шутки, Кассандра поднялась из-за стола и, поблагодарив всех за компанию, вышла.

— Густав? — Ита легонько дернула за рукав замершего оперативника.

— А? — вздрогнул тот. — Нет, все в порядке.

Мужчина встал, помотал головой и, пробормотав: «да ладно, их же не бывает», вышел следом за Кассандрой.

— Что это с ним? — кивнул Игорь вслед оперативнику.

— Наверное, дракона вспомнил. — хмыкнул Бернард.

— Какого еще дракона?

— А он, когда Валентину спасали, видел рядом с Кассандрой дракона.

— Серьезно? Настоящего?

— Нет, конечно. Мало ли что может там привидеться. — кивнул за окно Бернард.

* * *

Отчет о моих экспериментах и один из новых амулетов Аркадий повез в Столицу лично, пообещав договориться о его проверке и поставке необходимых материалов для изготовления краски.

Пока его не было, я решила выяснить необходимое количество и соотношение специальных компонентов для чернил. Оказалось, что необходимы все. Но если уголь в перспективе можно было попытаться заменить хотя бы тонким порошком серебра, то мою кровь и волосы девочек заменить было нечем. Сильных духов на Терре мне не встречалось, впрочем, как и любых других, а кровь работников станции, собранная с помощью Иты, не подходила.

Покончив с экспериментами, я отгородила узкую дорожку к роще и отвела туда народ на экскурсию. Правда пришлось все время присматривать за Валентиной, чтоб та не вышла за границу барьера за какими-нибудь редкими растениями. Густав с Игорем решили поохотиться на кроликов. Но если оперативник, поймав одного голыми руками, со словами: «какая же это охота?», просто его отпустил, то курьер был не так ловок и гонял перепуганного зверька до тех пор, пока тот не выскочил за барьер. То, что потом произошло, заставило всех, кроме занятой сбором растений Валентины, вздрогнуть, и отойти на шаг назад. Я привычно поставила барьер вокруг сознания и шагнула к мертвому кролику.

— Игорь, я же говорила, что подходить к краю барьера опасно. Еще пара шагов и вашу добычу мы ели бы на ваших поминках.

Народ проникся окончательно и больше к дощечкам никто так близко не подходил. Впрочем, приготовленный по-походному, кролик быстро вернул всем хорошее настроение.

* * *

1818 г от м.т., Ноябрь.

Столица Русской Империи.

Департамент имперской безопасности. Кабинет директора.

— Здравствуйте, Аркадий. — кивнул вошедшему мужчине директор.

— Здравствуйте, господин директор.

— Что такого сотворила Кассандра на этот раз? Устроила пикник со всеми сотрудниками лаборатории в Светлом Лесу.

— Вы удивительно догадливы. — усмехнулся мужчина. — Как раз на сегодня она и планировала подобное мероприятие.

— Та-а-ак. А теперь подробности.

* * *

— Когда я собирался уезжать, она как раз устанавливала последние амулеты, защищающие прямой участок между зданием лаборатории и небольшой рощей в четырех километрах от нас. — закончил свой рассказ Аркадий.

— Поэтому вы решили приехать лично?

— Да. Если верить ее словам, а у меня теперь нет причин им не верить, она сможет на время огораживать участки зараженной территории, а значит можно будет вести там добычу серебра. Но это еще не все. Защита получилась универсальной, подходящей для любого неживого объекта. Правда под каждый предмет потребуются расчеты, но, теоретически, уровень защиты не будет ниже третьего. Поэтому я и приехал. Нам нужно увеличить финансирование и штат. — Аркадий положил перед директором папку.

— О финансах и материалах не беспокойтесь. Но вот штат я вам увеличивать пока не стану. Не потому, что нет людей, а потому, что внимание к вашей лаборатории теперь привлекать не стоит. Это у вас датчики ничего не зарегистрировали. А на других станциях вспышку засекли. И кое-кто из соседей даже прислал соболезнования.

— Понятно... Тогда последний вопрос: почему эту женщину отправили к нам одну, без охраны?

— На подобный результат ее работы никто не рассчитывал. Да и чем ей поможет охрана на зараженной территории?

* * *

1818 г от м.т., Ноябрь — Февраль.

Граница Русской Империи и Светлого Леса.

Станция контроля эфирного фона.

Поездка Аркадия в Столицу закончилась пополнением материально-технической базы станции. Через пару дней после возвращения начальства приехал грузовик с оборудованием и материалами для производства краски, парой небольших станков и несколькими ящиками с листами специального металлического сплава, легко поддающегося обработке.

Первым делом я провела эксперименты с красками. Из присланных вместе с оборудованием рецептов, после добавки новых компонентов, более или менее работали все. Но остановилась я на одном, имевшем два достоинства: хорошая стойкость и светлое серебро в составе. Не знаю, как именно этого добились создатели «краски специальной № 4», но именно в нее можно было не добавлять уголь. Амулеты на такой основе работали чуть похуже, зато не требовали для массового изготовления вырубки и переработки редкой и ценной древесины. Кровь и волосы, как и предполагала Ми, служили катализатором и пары капель хватало на десять литров краски. После этого я заменила все картонные и деревянные амулеты на металлические, сделав на всякий случай барьер двойным.

Прикинув стоимость всех компонентов, я решила, что глубина бункера, куда меня в случае чего запрячут, уже перевалила за сотню метров и отправила образец краски и дополненную схему защитного орнамента для стандартного радиотелефона на испытания. Результат предварительной проверки пришел через две недели: уровень защиты повысился до третьего.

В опечатанном конверте из плотной бумаги кроме новых ключей для шифрования отчетов лежал список разных устройств с их техническими характеристиками. Мне предлагалось рассчитать для них схемы защиты по указанным данным и, по мере готовности, отправлять со схемой номер устройства, вместе с небольшим количеством краски, достаточным для создания трех-четырех амулетов. Больше всего меня удивило даже не отсутствие требования начать изготовление краски бочками, а исключительно гражданская техника в списке. Причем на первом месте стояли радиотелефоны и телевизоры, а на последнем — сигнальные спутники с пометкой «при возможности наивысший уровень защиты». Для последнего пункта мы решили сделать два состава: один из спецкраски, а второй с углем.

Дальше началась рутина. Расчет, проверка работоспособности, изготовление необходимого количества краски, отправка схемы. Получение результатов по предварительным и полным испытаниям отправленного ранее и, при необходимости, исправление схемы и ее повторная отправка.

К середине декабря погода испортилась окончательно, а меня вновь стала одолевать тоска. Количество работы уже не спасало, пришлось вновь браться за гитару и в редкие ясные дни уходить подальше и выть на луну.

Вторая неделя февраля принесла с собой тепло и солнечную погоду. Я заказала в Департаменте все необходимое для похода, привычно отказалась от спецтранспорта. Была идея сделать барьерный амулет для обычного внедорожника, но, прикинув плюсы и минусы, мы с девочками, решили пойти как раньше — пешком.

Двадцатого февраля я вышла за защитный барьер и направилась к столице Светлого Леса.

Глава 19

Это очень сильное колдунство.

Пиратский перевод фильма «Конан-Разрушитель»

К этому походу я подготовилась лучше. Кроме бо-сюрикенов и пары метательных ножей я обзавелась небольшим автоматическим пистолетом, хотя метко стрелять из него так и не научилась. Все имевшиеся в моем распоряжении электроприборы — аж целых два фонарика, я покрыла защитным орнаментом. Этот набор, под хихиканье кошки, был дополнен десятком запасных лампочек и парой аккумуляторов. Была при себе и стопка барьерных амулетов, правда картонных, а не металлических, на шее висел кулон из темного серебра с заполненным на треть кристаллом-накопителем, и в случае ранения или еще каких непредвиденных обстоятельств я могла быстро огородить от проклятия с десяток квадратных метров. Идти в этот раз решили по дороге, а там довольно часто попадались небольшие городки, в которых всегда можно было найти крышу над головой.

Чтоб не тратить время попусту, я тренировала телекинез, уменьшая вес рюкзака, и деструкцию, как назвала мою исковерканную версию пирокинеза Рей. Мы так и не смогли понять, почему вместо нагрева или охлаждения предмет деформируется. Зато при необходимости развести костер не нужно было возиться с ножом — пара минут, и толстая ветка превращается в кучу перекрученных щепок. А вот результат такого воздействия на добытого к ужину кролика лишил меня почти всего запаса темного эфира в накопителе и свежего мяса: для применения на еще недавно живом объекте деструкция потребовала просто огромного количества силы, а тушку перекрутило, перемешав кости и шкурку с мясом. Остаток вечера и все утро следующего дня меня мутило и шатало от перенапряжения. В итоге мы решили, что как оружие против живого противника деструкция может использоваться лишь в крайнем случае.

— Рей, здесь написано, что под Домом Света, находилась серебряная жила, наполненная светлым эфиром. — ткнула я пальцем в присланное мне из архива Департамента описание столицы. — Как думаешь, серебро, что было в этом замке с пафосным названием, осталась нормальным или часть поменяла свойства?

— Хочешь сделать еще амулеты?

— Да. Я как-то обещала директору, что обязательно попробую.

— Вспышка в эпицентре должна была быть в несколько раз сильнее той, что устроили мы. В крайнем случае поищем еще таких кристаллов и просто наделаем тебе нужное количество темного серебра. Ми поможет с зарядкой накопителей. — драконесса обернулась к кошке. Та в ответ согласно кивнула.

К полудню шестого дня мы подошли к окружавшим столицу холмам. Девочки сменили форму и ушли на разведку, а я сняла рюкзак, перевесила поудобнее чехлы с ножами и «гвоздиками» и достала пистолет.

Через полчаса рядом приземлилась Рей.

— Сверху никого не видно.

— И никаких следов на месте прошлого боя. — добавила появившаяся рядом кошка, меняя форму на человеческую и морщась. — Воняет там, правда.

— Пойдем посмотрим, что там осталось.

Я подхватила рюкзак и двинулась к месту прошлогодней стычки. Трупы действительно никуда не делись. За время холодов они так и не успели до конца разложиться и изрядно пованивали, но меня интересовали не они, а лежавшие выше по склону рюкзаки. Часть украшений, которые я рассыпала в прошлый раз, смыло дождями, но сами рюкзаки из плотной ткани были целы, хоть и не лежали уже компактной кучей и было видно, что они не раз изрядно намокали. За полчаса я перетаскала их в подвал, где отсиживалась после ранения. К сожалению мои прогнозы оправдались, и часть украшений потемнела. Но если серебро и золото можно было просто почистить, то в свой способности привести в порядок нашедшийся в одном из рюкзаков пистолет я сильно сомневалась. Пока потрошила рюкзаки и сортировала побрякушки, наступил вечер. Посовещавшись, мы решили, что в столицу пойдем завтра налегке.

Утром, оставив часть вещей в подвале, мы поднялись на холм, с которого открывался вид на долину, где располагалась столица королевства. Город напоминал старинный земной: невысокие каменные дома, мощеные улицы, привычная застройка, от которой я успела отвыкнуть за время жизни на Терре. Местами здания явно были повреждены пожарами, скорее всего начавшимися после смерти людей. Большая часть домов на окраине пострадала от времени. Но ближе к центру разрушений было меньше. Замок из белого камня за высокой металлической оградой и здания в радиусе примерно пятидесяти метров вокруг него выглядели полностью уцелевшими.

— Интересно, почему за столько лет тут все окончательно не развалилось, как в других городах?

— Смотри. — Рей положила ладонь мне на висок.

Перед глазами возникла совсем другая картинка: вся долина была словно накрыта темным покрывалом. Эфир переливался всеми оттенками ночи: от темно-серого по краю до иссиня-черного над замком.

— Обалдеть! — сдавленно прохрипела я, когда Рей убрала руку.

— Эфир в центре долины практически неподвижен, поэтому все процессы разрушения замедлены. Но вот концентрация такая, что ни я ни Ми туда надолго не сунемся. Тебе даже пробовать не стоит.

— И что же теперь делать?

— Не знаю. Но это из замка пришла волна, накрывшая всю страну. И именно там находится источник, подпитывающий проклятие.

— Странно, что я не чувствую боли и страданий. Если это результат жертвоприношений, то по идее давить должно уже отсюда.

— А это, потому, что там не проклятие, а почти чистая Тьма, не несущая никакой идеи.

— Тогда в чем опасность?

— При такой концентрации темного эфира любая разрушительная мысль или отрицательная эмоция становится заклинанием, выполняющимся практически мгновенно.

— А если мысль созидательная?

— Создать что-то чистым разрушением? Ты в состоянии воплотить такую идею? Это уровень богов, не ниже.

— Богов... богов... — я задумалась. — Рей, а если замок благословить?

— Ты чокнутая?! Жить совсем надоело?! Тут же...

— Давай попробуем. Я не буду использовать личную силу и открываться всему этому. — махнула я рукой на долину. — Просто попрошу Госпожу благословить это место.

Не слушая возражений, я сложила руки в нужном жесте и, вдохнув поглубже, начала:

«Услышь меня, Никта, Ночь Предвечная.

Мать Дня и Солнечного Света, хранящая во тьме тайны жизни и рождения.

Прошу тебя, даруй благословение свое этому месту.

И да будет оно храмом тебе в этом мире.»

И вновь, как на самом первом ритуале я увидела Ее. Черные волосы, почти белая кожа, и огромные черные глаза с фиолетовыми искрами. Она укоризненно покачала головой, потом слегка прищурилась, глядя словно сквозь меня, кивнула и улыбнулась.

Очнулась я перед воротами замка. Рядом стояли Ми и Рей.

— Имя! Ты должна дать имя этому месту! — услышала я в своей голове голос драконессы.

— Обитель Ночи! — ответ сорвался непроизвольно и вслух.

Эфир вокруг дрогнул и пришел в движение, стягиваясь к центральной башне замка и поднимаясь вверх. Облако Тьмы уплотнялось и разрасталось, становясь видимым обычным зрением и погружая двор в полумрак.

— Мистресс, это было... было... обалденно! — Ми повисла у меня на спине, обхватив руками за шею.

— Ага. — согласно кивнула я, даже не чувствуя веса бакэнэко. — А что это, собственно, было?

— Ты безбашенная... нет, я даже не знаю, как тебя назвать. — судя по тону, Рей не могла решить, то ли тоже обнять меня, то ли побить. — Ты бы хоть вспомнила, что на Терре, кажется, вообще ни в каких богов не верят. А ты, скорее всего, единственная посвященная на всю планету, поэтому Госпожа могла прийти в материальный мир лишь через твое тело.

— То, что вместо простого благословения получился полноценный призыв, я уже поняла. А здесь-то что творится?

— Госпожа приняла это место. — ответила Рей, разглядывая облако над центральной башней. — И что-то сделала с замком. Темный эфир больше не растекается в стороны, а собирается над центральной башней. Теперь тебе безопасно здесь находиться. Вот только что из этого эфира должно получиться я пока не понимаю.

— Пойдем, посмотрим, что внутри. — предложила я и шагнула за ворота.

Двор перед замком был вымощен знакомыми плитами из полупрозрачного камня. Белые стены замка оказались покрыты сложной сеткой из черной металлической проволоки. Я оценила узор, уходивший до самого шпиля центральной башни.

— Да-а-а, сколько же труда вбухали в такое украшение. Только вот зачем оно и почему цвет черный?

— А он не был черным. — Рей прикоснулась к стене. — Это темное серебро.

После этих слов картина предстала уже совсем в другом свете. Здание, полностью покрытое сеткой из светлого серебра и стоящее на жиле, напитанной светлым эфиром. Прикинув, как это должно было выглядеть со стороны я тяжело вздохнула.

— Получается, что весь замок был защитным амулетом, а уж днем наверняка еще и блестел, и переливался на солнце. Теперь ясно, почему он назывался Домом Света. И в этом месте приносили человеческие жертвы до тех пор, пока камни во дворе не переполнились.

— А после вспышки светлое серебро стало темным, — Ми провела пальцем по проволоке. — и замок вместо того, чтоб защищать своих хозяев от проклятий, их убил. А теперь... — кошка подняла голову и на ее грустном личике появилась улыбка. — Теперь он снова будет защищать своих хозяев. Это будет щит.

Я тоже посмотрела вверх. Из облака эфира формировался купол, похожий на эфирный щит, только темный.

— То есть Госпожа превратила источник, питавший проклятие, в излучатель стационарного щита? Изящно... Чисто теоретически такое может сделать и обычный человек, пусть и не в одиночку, так что моим словам про божественное вмешательство мало кто поверит. Но раз весь эфир будет уходить на питание защитного купола, то получается, что теперь можно очистить Светлый Лес.

— Судя по моим ощущениям, на щит тратится не весь эфир. — возразила Рей. — Излишки все равно будут расходиться по округе.

— Но уже не в таком количестве. — не согласилась я. — Если поставить хорошие барьеры и сделать накопители побольше, то можно смело приступать к очистке окраин страны. Кстати, а как я вообще тут оказалась?

— Пешком пришла.

— Не помню.

— Не удивительно. Твое тело на время заняла Госпожа. И это не прошло для тебя даром.

— В смысле?

— Найдем зеркало — увидишь. — пообещала Рей.

— А мне нравится. — Ми заглянула в мое лицо. — Красиво.

Внутри замок все-таки пострадал от времени. Практически вся обстановка была испорчена. Серые обрывки ткани на стенах, рассохшаяся и развалившаяся на куски мебели, отсутствующие кое-где стекла.

— Если кто затеет ремонт — разорится. — пробормотала я, перешагивая очередную провалившуюся ступеньку. — А с учетом того, что замок — артефакт, я даже не знаю стоит ли его затевать.

— Сдурела? — покрутила пальцем у виска Рей. — Ты посвятила это место Госпоже и назвала храмом. Теперь ты и будешь его ремонтировать.

— А денег я где столько найду?

— Думаю вся та жила, что была под замком теперь сплошь состоит из темного серебра, так что с материалом для восстановления узора на стенах проблем не будет. Деньги заработаешь. Да и внешние стены и перекрытия вполне сохранились. Так что нечего клепать отмазки! Тем более перед Госпожой.

— Рей, ты чего?

— Она до сих пор в шоке, мистресс. — Ми взяла меня за руку. — И я тоже.

Побродив по замку, и убедившись, что если не жить, то ночевать в нем можно, мы отправились за вещами. На обратном пути я вспомнила о еще одной прошлой находке и собрала все остатки статуэтки, из осколков которой делала накопители. Еды пока хватало, и на обследование замка мы решили потратить пару дней. На обратном пути я задержалась осмотреть двор. Из покрывавших его плит две отсутствовали. Куда делась одна я уже знала, оставалось лишь выяснить, куда делась вторая. Плиты в центре двора были сильно исцарапаны и выщерблены. Кое-где виднелись следы копоти, въевшейся настолько, что за двести лет дожди не смогли вымыть ее из трещин. Приложив руку к этому месту я облегченно выдохнула — эхо было очень слабым, а значит неупокоенных душ или еще чего похуже здесь можно не ожидать.

Для ночлега выбрали спальню на втором этаже с окнами во двор. Стоявшая там кровать из серебристой сосны достойно пережила все эти годы и, хоть и скрипела, но разваливаться под моим весом не собиралась. Покидав пришедшее в негодность постельное и обломки менее прочной мебели в камин, я выглянула в окно — щит над замком сформировался окончательно, только в отличие от обычных был полностью черным, лишь кое-где мерцали искры, похожие на звезды.

— Красиво. Рисе бы, наверное, понравилось.

— Да. — согласилась драконесса.

— Как думаешь, Рей, эффект надолго?

— Думаю на ближайшие пару тысячелетий, если сюда не начнут падать болиды.

— Постоянный эфирный щит — мечта любого местного правителя. Мистресс, а давайте оставим замок себе. — мурлыкнула Ми.

— Вроде бы по местным законам его можно считать нашим трофеем. Но это еще нужно уточнить. Если получится, то обязательно. — кивнула я. — Тем более замок теперь еще и храм Ночи.

Утром мы отправились исследовать подвалы. Часть помещений была пуста, часть заполнена всяким развалившимся хламом. Запертые двери сгнили и легко выбивались пинком, но в один из залов попасть не удалось — массивная каменная, покрытая слоем, теперь уже темного, серебра, дверь не поддавалась. Исследовавшая ее Рей сказала, что механизм испорчен, но само помещение за ним не пострадало, возможно из-за герметичности и серебряной сетки на стенах, полу и потолке.

— Да сколько же у них серебра было? — поразилась я. — Такое ощущение, что они его тут синтезировали из воздуха в промышленных масштабах.

— Ну на самом деле на эту комнату ушло немного. Около полутонны.

— Это по-твоему немного?

— Вспомни шахты. Тут есть действительно богатые месторождения. Даже примитивными методами серебро могли добывать по несколько тонн в год.

— Ну да. — я почесала затылок. — И все равно поражает.

— Это все из-за цены.

— Кстати о цене. А пойдем-ка мы поищем казну или сокровищницу. Ладно, серебро тут все потемнело, но золото то должно было остаться. Глядишь и на ремонт чего наскребем.

Казна нашлась на третьем этаже центральной башни. Такая же каменная, как и в подвале дверь была открыта настежь. Судя по положению скелетов, большая часть которых была в знакомых латах, сюда бросились все, кто умудрился пережить первую вспышку. А разбросанные по полу обломки защитных амулетов внутри помещения наглядно объясняли зачем.

— Интересно и почему мне их ни капельки не жалко? — пробормотала я, перешагивая через очередные доспехи.

Золото в казне нашлось. Монеты, слитки и украшения. Сумма даже навскидку была астрономической.

— Если мы сможем наложить на все это лапки, то замок мы не только выкупим и отремонтируем, но еще и обставим. — решила я.

— Пожалуй. Но ты забываешь об одной важной вещи — рабочих, которые будут все это делать, еще нужно сюда привезти и защитить от проклятия. Да, концентрация эфира в замке снизилась настолько, что ты можешь свободно здесь ходить, но все равно намного выше чем в остальной части страны.

— Н-да. И огородить замок тоже не вариант — как барьеры скажутся на работе щита непонятно. Разве что накопители вроде моего раздать.

— Он за эти два дня заполнился наполовину. — возразила Рей. — Еще дня два-три и защищать он перестанет.

— А если сделать накопители из плит, которыми площадь выложена?

—И что ты будешь делать с такой прорвой энергии разрушения, когда камни заполнятся?

— Даже не знаю. — взгляд упал на обломки мебели. — Сжигать мусор?.. Точно! Кажется, на каком-то форуме я видела такую цепочку. Автор, конечно, чисто теоретически предположил, но здесь-то не Земля.

— Это та, которая должна разрушать материю до энергии? Помню такую. С учетом того, сколько тут эфира, может и получится. Но крупные объекты будут «гореть» очень долго. Да и энергии может выделяться слишком много. Не ядерный взрыв, но мало не покажется.

— А если сжигать в них пыль из воздуха. Заодно будут еще и светильниками.

— Хм. Давай попробуем.

Рей вспомнила нужную последовательность знаков, и мы за полчаса разобрали ее на составляющие. К счастью, цепочка не работала с крупными предметами и газами. Потратив два часа, мы смогли изменить ее так, что замкнутая в кольцо, она должна была «сжигать» твердые объекты меньше миллиметра диаметром, превращая материю в свет. Отыскав в одной из комнат блюдце из темного серебра, я выцарапала на нем нужные руны. Через пару минут воздух над блюдцем замерцал бледно-голубым светом.

— Работает. — кивнула внимательно осмотревшая получившийся светильник Рей.

— Ну вот. Теперь у нас есть артефакт очищающий помещение от пыли и темного эфира. Интересно, а другой цвет получится?

— Вряд ли. Скорее всего он зависит от компонентов, из которых состоит пыль.

В итоге в замке появился с десяток разнообразных предметов, испускающих бледное свечение, цвет которого менялся от темно-красного до фиолетового. Из-за того, что часть излучения попадала в инфракрасный диапазон, крупные светильники стали еще и обогревателями. Под вечер я вытащила во двор два здоровенных подноса и поставила их на перила по обе стороны от дверей.

— Замок с привидениями. — хмыкнула я, разглядывая светящиеся разным цветом окна замка. — Но мне нравится.

— Да, неплохо получилось. И название, пусть и пафосное, но соответствует. — согласилась Рей.

Вернувшись в спальню, я обратила наконец внимание на свое отражение в зеркале. Из-за неровного света от светильника пару секунд не могла понять, что же не так.

— Мне кажется, или у меня цвет глаз изменился?

— Не кажется. — хмыкнула драконесса.

— И какие они теперь?

— Фиолетовые. — ответила Ми.

— Фиолетовые... Опять народ на станции засыплет вопросами.

Утром я собрала рюкзак. На место съеденных консервов легла горсть местных золотых, пара побрякушек с какими-то камнями из тех, что собрали осенью рыцари, и несколько блюдец из темного серебра. На всякий случай комнату, где хранилась казна я заперла ключом, найденным у одного из трупов. В последний раз обернувшись на погруженный в полумрак замок я вышла из-под купола. Прищурилась от яркого света и зашагала уже знакомым маршрутом.

* * *

1819 г от м.т., Февраль.

Ливонская республика. Кабинет министра обороны.

Еще раз перечитав свежий доклад, мужчина поднял телефонную трубку.

— Джордж, утро доброе.

— .

— Да, опять из-за русских. Ребята из службы контроля пишут, что те опять что-то устроили в Светлом Лесу.

— .

— Экспедиция в столицу? Н-да, и как, интересно, они это организовали?..

— .

— Ага, все-таки новые методы защиты. Значит будет чем на них надавить...

— .

— Почему нечем?

— .

— Что? Отзывай их срочно! Они там в Сенате совсем рехнулись? Кто вообще отправил туда доклад внешней разведки?

— .

— Джордж, я не знаю, кто там у тебя такой умный, но передай этому человеку, пусть молится Изначальному Свету, чтоб отряд никого не нашел, или хотя бы не доставил русским никаких неприятностей. Потому, что иначе я этого умника лично пристрелю.

— .

— Да потому, что, если что-то случится с исследователями, русские молчать не будут. А тех, кто захватывает специалистов по защите не любит никто.

— .

— Нет, конечно. Никто не станет с нами воевать. Нам просто не продадут защиту для закупленных у ниххонцев спутников, и к осени у нас каждый пятый населенный пункт будет лежать в руинах.

Глава 20

А какой смысл покупать машину, чтобы разъезжать по асфальту? Там, где асфальт, ничего интересного, а где интересно, там нет асфальта.

А. и Б. Стругацкие «Понедельник начинается в субботу»

Четыре дня пути прошли спокойно, а вот на пятый я услышала шум, который заставил меня сперва насторожиться, а потом свернуть с дороги в лес. Послав зов Рей и Ми, я отошла чуть дальше и достала из рюкзака пистолет.

— Что случилось? — поинтересовалась появившаяся рядом Рей.

— Люди. — махнула я рукой в сторону раздававшимся с дороги ругани и скрежету.

Фамильяры переглянулись и сменили форму. Секунду спустя в небо взлетел серебристый дракон, а серая кошка тенью скользнула между деревьями. Я сгрузила рюкзак, проверила насколько быстро могу дотянуться до чехлов с оружием и отправилась следом. Пару минут спустя рядом приземлилась драконесса.

— Шесть человек. Все в форме и с оружием. Пытаются завести вездеход, вроде того, что нам Аркадий предлагал.

Ми не спеша вышла из-за куста и сменила форму.

— Только это бесполезно. Судя по запаху, там проводка где-то сгорела. А еще у них нестандартные амулеты — раза в три больше обычных. Правда через три-четыре часа заряд в них все равно закончится.

— И застряли они прямо на дороге к лаборатории. — я нахмурилась. — Неспроста это бж-ж-ж. Что будем делать?

— Самым разумным будет просто подождать. — пожала плечами Рей.

— А нам вообще что-нибудь грозит в случае стычки?

— Разве что истощение. Ми научила меня ставить барьеры. На некоторое время мы сможем тебя прикрыть от пуль. А там, либо сбежим, либо всех обезвредим.

— Последнего не хотелось бы. — я поморщилась. — Тут и так куча народу умерла. Если это не Орден, то у них должен быть выбор.

Спустя десять минут я наблюдала за шестью вооруженными мужчинами в полевой форме без знаков различия, возившимися с автомобилем, представлявшим собой нечто среднее между джипом и багги. Говорили по-русски, но акцент и то и дело проскакивающие слова на языке, очень похожем на немецкий, намекали, что русский либо не родной, либо используется как второй язык. Небольших государств между Русской и Франкской империями, где использовали оба этих языка в качестве государственных, было три или четыре, но рядом находились лишь Ливонская республика и Княжество Стальных Скал. С другой стороны, это могла быть и группа наемников неизвестного происхождения.

* * *

Когда пришел приказ срочно подготовить пятерку бойцов из его отряда для рейда в Светлый Лес, Отто сперва не поверил своим глазам. Вместо пусть и опасного, но все же уже привычного рейда на окраину зараженной территории, требовалось захватить русскую исследовательскую экспедицию. Увы, это была не дурацкая шутка, и пришлось, скрепя сердце, приказать бойцам тянуть жребий. К счастью, у всех четверых, вытянувших короткие соломинки, семей не было. Пятым пошел он сам. На разработку плана и подбор экипировки им дали день. Ознакомившись с докладом разведки, Отто решил, что лучше всего брать исследователей примерно в двух днях пешего пути до границы.

Видимо кто-то в Сенате очень сильно хотел заполучить этих специалистов, раз отряду выделили не только снаряжение и спецтранспорт, но еще и светлого одаренного. Правда чуть позже выяснилось, что чудо-амулеты работают не десять, а восемь часов, одаренный — высокомерный придурок, не имеющий понятия о дисциплине и достающий всех своими непрошенными советами, а вездеход не прошел обслуживание после предыдущего развед-рейда. Последнее выяснилось слишком поздно, зато наглядно объяснило, почему русские отправили пешую экспедицию.

— Что будем делать, Отто? — спросил прикрепленный к его четверке светлый одаренный.

По слухам, этот человек был той еще крысой, и после двух суток общения с ним, капитан склонен был согласиться с этим мнением, поэтому постарался как можно более незаметно снять пистолет с предохранителя.

— Есть предложения? — сухо поинтересовался он.

— Можно бросить жребий, и те, кому не повезет, отдадут свои амулеты остальным. Лучше пусть выживут трое, чем вообще никто.

— При проклятиях четвертого и пятого уровней амулеты теряют светлый эфир независимо от того надеты они на человека или нет. Так что ваша затея бессмысленна, вы просто умрете уставшими, пытаясь за оставшиеся вам три часа пробежать шестьдесят километров. — прозвучал из-за их спин женский голос.

Обернувшиеся на него бойцы увидели стоящую на обочине дороги светловолосую девушку в полевой форме.

— Мистресс, думаю эту машину можно починить.

— Только это займет часа три. У них тут проводка местами выгорела. И свечи зажигания, тоже накрылись.

Второй и третий голоса прозвучали от автомобиля и принадлежали еще двум девушкам. Одна, в футболке и коротких шортах сидела на багажнике и болтала ногами, а вторая, в красном платье с широкими белыми рукавами, что-то разглядывала под открытым капотом машины. И если первая из тройки могла просто выйти из леса, пока бойцы слушали предложение одаренного, то как две другие оказались у машины было совершенно непонятно.

— Кто вы такие? — как можно более спокойным тоном спросил Отто, давая отмашку опустить оружие бойцам, среагировавшим на неожиданное появление посторонних.

— Ответ на этот вопрос будет зависеть от того, к вооруженным силам какой страны вы принадлежите. — ответила девушка в форме, проходя мимо него к машине.

— С какой стати мы должны отвечать на твои вопросы? — влез в разговор одаренный.

— Помолчите, Карл. — оборвал его Отто. — Я капитан Отто Шталь, диверсионно-разведывательный отряд Ливонской Республики.

— Кассандра Нокс, исследовательница, Русская Империя. — кивнула в ответ девушка. — Зачем вы здесь спрашивать не буду — и так понятно. Что ж, капитан, у меня к вам есть предложение, от которого обычно не отказываются. Я помогу вам добраться до границы зараженной территории, а вы, отдадите мне ваш транспорт.

— У меня есть другое предложение. — вновь влез в разговор одаренный, снимая с предохранителя пистолет и наводя его на Кассандру. — Вы чините нам машину и едете с нами.

В ту же секунду девушка словно размазалась в воздухе, уходя с траектории возможного выстрела, руку одаренного дернуло вверх и в сторону, а последовавший после этого выстрел разорвал ствол пистолета. Карл с криком схватился за кисть, роняя остатки оружия.

— Замерли! — приказал Отто.

Бойцы, вновь успевшие схватиться за оружие, застыли. Девушка в красном платье подошла к орущему одаренному и легким шлепком по лбу отправила в бессознательное состояние.

— Перелом запястья. — констатировала она, осмотрев пострадавшую руку Карла.

— Капитан, я надеюсь остальные ваши подчиненные более адекватны? — холодно спросила Кассандра. — Или мне стоит прислушаться к мнению моей помощницы и просто подождать три-четыре часа в лесу.

— Прошу прощения, госпожа Нокс. — тяжело вздохнул Отто. — Карл не является моим подчиненным. Он приданный нашему отряду специалист.

— В таком случае я хочу услышать ваш ответ на мой вопрос.

— Я согласен.

— Отлично. — кивнула девушка. — Эфира в ваших амулетах осталось еще примерно на три часа. Окажите помощь вашему... специалисту, а мы сходим за вещами.

Девушки скрылись в лесу. Пока один из бойцов накладывал шину на руку начавшего приходить в себя Карла к Отто подошел связист.

— Капитан, зачем вы согласились?

— Ждан, тебе все причины озвучить, или только основную?

— Давайте пока основную.

— Я верю в ее слова о бесполезности пробежки до границы на своих двоих.

— А другие причины?

— Другие... Они сходу определили причину поломки транспорта, время на его ремонт и, самое главное, насыщенность наших амулетов. И эти опытные девушки, не скрываясь, выходят к шестерым вооруженным мужчинам. Можно посчитать их наивными, вот только я бы поставил на прикрывающую двойку снайперов.

— Или на сильный дар. — кивнул боец. — Все трое явно одаренные не из слабых.

— Допустим. — согласился Отто. — Но для нас это ничего не меняет, а Нокс предлагает помощь. В конце концов ей действительно ничто не мешало просто подождать.

— За машину с нас три шкуры спустят.

— Лучше вернуться, не выполнив задачу и без машины, чем не вернуться вообще. Или хочешь попробовать альтернативный вариант, как Карл?

— Нет. — Ждан скривился, глядя на одаренного. — Жаль его на машину обменять нельзя. Хотя, я бы его даже вместе с машиной отдал.

— Нас наверняка допросят в присутствии эмпата. И если машину могут еще простить, то за него точно по голове не погладят.

Спустя несколько минут вернулись девушки. Кассандра достала из рюкзака стопку каких-то картонок и, заставив всех подойти к машине, разложила их вокруг. Затем сняла с шеи странный кулон с серым камнем в центре и передала его девушке в футболке. Та пару минут подержала его в кулаке и вернула обратно.

— Господа, мы сейчас находимся внутри специального барьера, не пропускающего темный эфир. Выходить за его границу, — исследовательница указала на картонки. — без ваших амулетов нельзя, но даже с ними я вам этого делать не рекомендую — вам еще возвращаться обратно, а для защиты автомобиля барьер не подойдет. Так что давайте займемся ремонтом.

Машину починили через три часа. Проводку восстанавливала девушка в красном платье, которую представили как Рей. Возникавшие по ее желанию ослепительно-белые огоньки легко нагревали и сплавляли оборванные провода. Пару полностью сгоревших проводов заменили серебряными цепочками, которые Кассандра оторвала от ювелирных украшений, вытащенных из рюкзака, а звенья сплавила Рей. За время ремонта девушка в футболке, которую звали странным именем Ми, на пару с Кассандрой изрисовали автомобиль каким-то орнаментом.

— Нужно было сразу брать машину, мистресс. — сказала Ми, когда они закончили.

— Ну, теперь она у нас есть. — пожала плечами девушка и повернулась к капитану. — Господин капитан, на сколько хватит топлива?

— Километров на сто.

— Но у вас ведь есть запас где-нибудь у границы?

Отто кивнул. Очень хотелось сказать, что нет, но не было никаких гарантий, что в странной компании русских исследовательниц нет эмпата.

— Тогда выдвигаемся.

Кассандра собрала картонки, действительно оказавшиеся амулетами, и бойцы погрузились в машину. Через два с половиной часа они подъехали к границе. Остановив машину у схрона бойцы стали выгружаться.

— Ждан, заправь автомобиль... госпожи Нокс. — приказал капитан.

Связист кивнул и пошел к спрятанным в кустах канистрам. Пока заправляли автомобиль Отто подошел к пересевшей на водительское сиденье Кассандре.

— Так зачем вам наша машина?

— Гарантия, что вы, достав запасные амулеты не попытаетесь выполнить свое задание. Вас ведь отправили на мой захват?

— Не боитесь, что она через полчаса снова сломается?

— Нет. Защита вполне надежна. — девушка кивнула на украшенный странным рисунком капот.

— ?

— Это защитный амулет.

— Отто, вас отправят под трибунал! — подал голос одаренный.

— За потерю сломанной машины?

— За невыполненный приказ! Вы должны были поддержать меня, а не идти на поводу у этих девок!

Кассандра покачала головой.

— Карл, вы до сих пор еще не поняли, что ваш пистолет взорвался не сам по себе? Или вы считаете, что умереть от болевого шока или сгореть заживо приятнее.

— Ни одному одаренному еще не удавалось сжечь человека. — усмехнулся тот. — Люди очень плохо горят, знаете ли.

Девушки переглянулись, а потом Рей подошла к сидевшему на земле мужчине и заглянула ему в лицо. Тот побледнел и заскреб ногами, стараясь отодвинуться как можно дальше.

— До свидания, капитан — кивнула Кассандра. — Извините, что так получилось с машиной, но убивать вас и ваших людей мне действительно не хочется.

— Хотите сказать, что вашей подчиненной и правда под силу сжечь человека?

— Мои помощницы не люди, капитан. Да и я тоже кое-что умею. Ах, да, ваше оружие нуждается в ремонте.

Девушка забралась на водительское сиденье, завела машину и махнула рукой. Пару минут спустя машина скрылась в лесу. Отто вытащил из кобуры пистолет, внимательно осмотрел, затем разобрал и выругался — ствол пистолета выглядел так, словно его хорошенько нагрели, а потом согнули и разогнули в нескольких местах.

* * *

1819 г от м.т., Март.

Граница Русской Империи и Светлого Леса.

Станция контроля эфирного фона.

Когда со стороны Леса донесся рокот автомобильного двигателя оперативники побросали вилки и выскочили из столовой, на ходу доставая пистолеты. Игорь выскочил следом, но тут же влетел обратно под напутственное: «Сиди здесь!», от Густава.

Ита с Валентиной осторожно выглянули в окно. На холме, закрывавшем рощу, остановился странный открытый автомобиль. Из него выбрался один человек и направился к станции.

— Интересно, где она машину взяла? — спросила Валентина.

— Кто? — не поняла Ита.

— Кассандра, конечно. Или ты знаешь еще кого-то, способного гулять по зараженной территории?

Десять минут спустя стало ясно, что подруга права. К станции действительно направлялась их начальница. Правда до самого здания она не дошла — свернула к своему домику.

— Опять мы раньше вечера ничего не узнаем. — вздохнула Ита.

* * *

— Итак, — подвел итог Аркадий. — на обратном пути вы встретили ливонский диверсионный отряд, и в обмен на спецтранспорт помогли им выбраться с зараженной территории. Я ничего не упустил?

— Если кратко, то да. — кивнула девушка.

— Ладно, я еще могу понять почему вы не прошли мимо. Но зачем вы забрали их машину?

— Во-первых, для того, чтобы не оставлять посторонним транспорт, способный передвигаться по зараженной территории без поломок, а во-вторых, хоть их капитан и не признался прямо, но вероятнее всего они должны были перехватить меня на обратном пути. Запасные амулеты у них были, а вот запасного автомобиля нет.

— А что с вашими глазами? — задала куда более интересовавший ее вопрос Ита.

— Последствия визита в столицу Светлого Леса.

— Так вы там побывали? Расскажите!

— Город напоминает старую часть Столицы Империи. Никаких куполов и генераторов щитов, прямые улицы, неплохо сохранившийся замок с такой концентрацией темного эфира, что не спасают никакие амулеты. Вот после визита туда мои глаза и поменяли цвет...

* * *

1819 г от м.т., Март.

Столица Русской Империи.

Императорский дворец. Кабинет начальника внешней разведки.

— Что такое срочное и секретное стряслось раз ты решил вызвать меня сюда? — спросил директор Департамента, усаживаясь в кресло напротив хозяина кабинета.

— А, так ты ещё не знаешь? Отлично. Значит я буду первым. Ты в курсе что учудила твоя подопечная?

— Ее последнего отчёта я ещё не получал. Она вроде только пару дней назад должна была вернуться из своего похода.

— Ну, вернулась она не пару, а тройку дней назад. Хотя, да, ты же ее отчет с курьером получаешь...

— Давай уже рассказывай, что она такого устроила, раз твои ребята узнали об этом раньше меня?

— Ограбила ливонских диверсантов.

— Что?! Как так?

— У ливонцев в середине лета Неделя падающих звёзд начинается. Как они обращаются со своими системами защиты ты знаешь.

— Тянут до последнего и ищут где дешевле. — кивнул директор. — А причем тут Волкова?

— Кто-то слил ливонской разведке данные о ее экспедициях. Не все, но кое-что утекло. Их министр пару раз намекал, что неплохо было бы продать им пару сигнальных спутников, иначе о том, что мы ведем новые успешные разработки узнают все... В общем, кто-то у них в Сенате не утерпел и отправил на перехват твоей подопечной диверсионный отряд, который благополучно застрял в Светлом Лесу. Не знаю подробностей, но обратно отряд вернулся с одним перепуганным раненым и без машины. Все что успели накопать мои люди, это что машину разведчики отдали русским исследовательницам в обмен на спасение. В общем, пока дело не получило широкой огласки, нужно дать ход ее разработкам, часть которых она наверняка засветила перед ливонцами. Насколько я понимаю, там все неплохо?

— Более чем. — задумчиво кивнул директор.

— Вот и хорошо. Правила ты помнишь. И вариант с частной компанией предпочтительнее. Но лучше организовать небольшую утечку. Так, чтоб и не во вред делу, и вопросов откуда все взялось не было.

— Сомневаюсь, что она потянет управление компанией. Тем более заказы будут поступать не только от нас.

— Значит сделаем по стандартной схеме. И ещё, Кассандра Нокс должна исчезнуть. Но так, чтобы информация о ней периодически всплывала.

— Н-да. Эта девушка исчезает уже второй раз за год.

* * *

1819 г от м.т., Март.

Русская Империя. г. Предлесье.

Не успела я зашифровать очередной отчет и подготовить расчеты по скопившимся за время моего похода запросам, как за мной приехали два незнакомых оперативника с приказом срочно собрать готовые материалы и выехать в ближайший городок на встречу с начальством.

— Здравствуйте, Александра. — поприветствовал меня старым именем директор.

— Здравствуйте, господин директор. — против воли в голосе проскользнуло удивление. — Чему обязана?

— Заварили вы кашу с вашей экспедицией. — покачал головой мужчина и, видя непонимание на моем лице, добавил. — Я о вашей стычке с ливонскими диверсантами.

— Вам уже о ней известно?

— Только в общих чертах. Внешняя разведка поделилась информацией. А теперь рассказывайте все и с подробностями.

Мой рассказ со всеми ответами на вопросы занял почти два часа.

— Потом Густав с Игорем часть проводки восстановили и теперь у меня есть трофейный транспорт, способный довезти восемь человек до столицы и обратно за сутки. — подвела я итог.

— Александра, вот скажите мне, почему вы не прошли мимо этих разведчиков? Насколько я вас знаю, угрызений совести по этому поводу вы бы не испытывали.

— Возможно. — кивнула я. — Но я предпочитаю давать людям шанс. Кроме того, начинать расчистку земель с убийства не самая хорошая идея.

— Расчистку?

— Сейчас большая часть темного эфира уходит на поддержание щита над замком. Если снабдить его нормальным количеством артефактов, а не десятком моих поделок, то со временем можно будет очистить практически всю территорию страны. А окраины или небольшие участки можно очищать уже сейчас. Не одними моими силами, конечно.

— Так. — директор потер лоб. — Кому еще об этом известно?

— Никому. Коллегам на станции я рассказала о путешествии только в общих словах.

— И не рассказывайте. Даже не упоминайте. Это куда серьезнее, чем ваша встреча с разведкой Ливонии.

— Хорошо. Скажите, господин директор, по закону любое имущество, брошенное на зараженной территории более чем на сто лет, является трофеем первого нашедшего, могу ли я забрать себе Обитель Ночи?

— Обитель Ночи?

— Королевский замок.

— Вы уже и название ему новое придумали? Чем вас не устраивало старое?

— Сложно называть Домом Света источник, питающий смертельное проклятие.

Директор задумался.

— Если бы речь шла о содержимом замка, то безусловно. Но попадает ли под этот закон само здание, я не уверен. Зачем он вам?

— Я же говорила, что теперь это еще и храм.

— Надеюсь, вы не собираетесь основать религию?

— Нет. Замок будет использоваться по прямому назначению. Но лично для меня это не просто жилое здание, и я должна привести его в порядок.

— Этот вопрос нужно уточнить. Подкинули вы мне головной боли с этой возможностью очистки. У вас доклад с собой?

Я положила на стол стопку конвертов.

— Тогда перейдем к следующему делу. Вы помните, что по истечению года любые разработки в области защиты должны либо быть опубликованы, либо поступить в продажу? Можете ли вы изложить вашу методику так, чтоб ни у кого не было сомнений, что ваши амулеты делаются по ней, но в то же время не получилось воспроизвести ваши последние разработки.

— Можно составить краткий перечень материалов и рунных цепочек для разных амулетов. Без использования моей краски уровень защиты будет не выше второго, как у первых моих поделок, а цепочка получится довольно громоздкой. Орнамент получается, если знаки в рунных цепочках наносить с перекрытием. Но, не зная правил, по которым это делается, составить орнамент или получить из него исходную цепочку будет очень сложно. Сам орнамент можно дополнить декоративными элементами, не несущими никакой защитной функции, но затрудняющими расшифровку. Воспроизвести краску без моего участия тоже проблематично. Три из четырех дополнительных компонентов заменить нечем. И если для одного из них где-то можно найти аналог, то два других имеют нематериальное происхождение.

— Отлично. Напишете от имени Кассандры Нокс что-нибудь вроде пособия или справочника. А нынешние амулеты будет выпускать возглавляемая вами частная компания.

— Боюсь, у меня не хватит опыта для руководства собственной компанией.

— Не переживайте, организационную и консультационную работу на себя возьмет Департамент. А вы будете заниматься тем же чем и сейчас — разработкой и исследованиями. Со временем возьмете на себя сперва общее руководство, потом и полное.

— Хм. — я задумалась. — Хорошо.

— И еще момент — вам вновь придется сменить имя и возраст. Тут ваши изменения во внешности весьма кстати.

— Хотите спрятать Кассандру Нокс?

— Да. Глава компании — личность публичная. Возможно вам придется ездить по соседним странам. И лучше, если ваши разработки никто не свяжет лично с вами. Так, что подумайте над новым именем и названием компании.

— Еще одно имя у меня есть, правда я его как-то озвучивала в гимназии.

— Какое?

— Вайя Флос.

Директор задумался.

— Это когда вы представились волшебницей и принцессой? Насколько я понял, вы сможете назваться этим именем в присутствии эмпата?

— Да. Вот только возраст придется взять старый — двадцать с небольшим.

— Лишняя загадка нам не повредит. Сейчас мои люди проводят вас до гостиницы, а завтра начнем оформлять бумаги и составлять планы.

Глава 21

«Для такой сильной магии мне понадобится помощь волшебных существ.»

Анимэ «Принцесса-волшебница Хана Шида: Путь к трону»

Посовещавшись вечером с девочками, я решила назвать компанию «Ферн», а эмблемой взять стилизованный лист папоротника[3].

— Знаешь, а ведь удачно получилось. — Рей посмотрела на рисунок и взяла карандаш. — Если его сделать из темного серебра, на пластинки листа нанести руны, то вот сюда можно будет закрепить кусочек кварца из тех, что мы с собой принесли. Получится амулет-накопитель в виде украшения.

— Одновременно и эмблема, и уникальный амулет. — я оценила пометки драконессы. — Если сделать его побольше, то с ним можно будет ходить по зараженной территории и даже в Обитель ненадолго заглядывать. А если поменьше — получим амулет, защищающий носителя от проклятий до четвертого уровня включительно. Одна проблема — кристалл придется время от времени разряжать.

— Это да. — согласилась Рей. — Разве что дополнить вот такими рунами и сливать все в накопитель большой емкости.

— Да сделайте вы светильники, как в замке. — фыркнула с кровати Ми, которой наши обсуждения и споры надоели еще на моменте выбора названия. — Они же тратят эфир так, что ваши мелкие камушки за неделю разрядятся.

Мы с драконессой переглянулись и взялись за карандаши. Через четыре часа в тетради появилась цепочка и орнамент на ее основе для светильника, в котором можно было разряжать амулет, а для самого амулета был готов эскиз с необходимыми пропорциями.

— Осталось найти ювелира, который нам все это изготовит. — я устало откинулась на спинку стула.

— Ага. — Рей села на край кровати и погладила по голове дремавшую Ми. — Какая же она у нас бывает умница.

— А можно умнице рыбки и обнимашки? — бакэнэко потянулась и зевнула.

— Кста-а-ати. —драконесса пристально посмотрела на меня.

— Заразы. — буркнула я и, зевая не хуже кошки, отправилась собирать алтарь.

На следующий день директор уехал, оставив меня на растерзание юристам. Два дня я потратила на чтение и подписывание бумажек. Патенты, образцы лицензий на производство, договора найма сотрудников, которые будут вести дела компании в Столице, и еще куча разных очень нужных и важных документов. Через два дня меня отпустили обратно на станцию, нагрузив томиками основ бухгалтерского учета и налогового законодательства.

* * *

1819 г от м.т., Март.

Столица Русской Империи.

Императорский дворец. Кабинет начальника внешней разведки.

— Это правда? — поднял глаза от отчета хозяин кабинета.

— У меня пока не было оснований ей не верить. — развел руками директор.

— Так, так. Подожди. — мужчина надолго задумался, что-то расчерчивая прямо на листе с отчетом. — Знаешь, — наконец поднял он голову. — Нужно это все проверить. Через пару дней я подготовлю отряд. Пусть сводит ребят в Светлый Лес. Если все так, как она говорит, то начнем работы по расчистке.

— Чем это грозит, ты представляешь?

— Вполне. Ниххонцам будет все равно — они слишком далеко. Франки в открытую не полезут, но попробуют урвать кусочек через то же Княжество. Ливонцы будут громко кричать и требовать себе больше всех. Фалетский торговый союз попросит честного раздела. Остальные пока будут оценивать ситуацию.

— И как мы будем решать эту проблему?

— Как говорят дети: кто придумал, тот и водит. Пока ты возился с документами, пара особо доверенных компаний выпустила пробные партии электроники с ее защитой. Испытания прошли успешно и меня уже несколько раз спрашивали, когда можно будет заключать нормальный контракт. Я думаю нужно тем же ниххонцам подкинуть информацию и пару образцов, так что громкое появление я ей обеспечу. Ну а по результатам похода и больших контрактов решим, что и как.

— А замок?

— Нужны подписи минимум пяти свидетелей. Я свою поставлю. Ты тоже можешь подписать, а остальные поставят мои ребята, когда убедятся, что дела с замком обстоят именно так, как она пишет.

* * *

1819 г от м.т., Март.

Граница Русской Империи и Светлого Леса.

Станция контроля эфирного фона.

Через три дня за мной приехали люди в форме, устроив небольшой переполох на станции. Командир пятерки разведчиков передал мне конверт с приказом, согласно которому я должна была «... для проверки поступившей информации о возможности очистки территории, а также оценки состояния дорог и инфраструктуры королевства, сопроводить отряд по маршруту предыдущих экспедиций и обеспечить его защиту от воздействия темного эфира...». Транспорт разведчиков я забраковала — их автомобиль был рассчитан на пятерых пассажиров, и лезть туда шестой мне не хотелось, поэтому предложила взять трофейный. Командир отряда уперся, и после пятиминутного спора мы сошлись на том, что поедем на двух машинах.

Пока я возилась с их автомобилем, расчерчивая на нем защитный орнамент, а командир отряда беседовал с Аркадием, бойцы успели пофлиртовать с лаборантками, уговорить их на экскурсию в рощу и поболтать с оперативниками. Собрав таким образом кое-какую информацию их командир подошел ко мне с вопросом о времени похода. Получил от меня четыре блюдца из темного серебра, пару крупных осколков статуэтки и эскизы для защитного амулета и светильника, и был послан со всем этим добром в город к ювелиру. Вернулся он к обеду следующего дня с готовым заказом. Ювелир расстарался и не просто вставил в каждый листочек ограненный кусочек кварца, а сделал для него оправу в виде цветка. Правда из десяти кулонов два пришлось забраковать — орнамент получился не точным и не работал. С таким оформлением амулеты были больше похожи на украшения. На десяток кулонов пошли два блюдца. Еще на двух блюдцах были выгравированы рунные цепочки для светильника.

После краткого инструктажа по пользованию амулетами мы выехали к столице Светлого Леса.

* * *

1819 г от м.т., Март.

Королевство Светлый Лес.

— Скажите, Кассандра, почему ваш амулет так отличается от наших? — спросил ехавший на заднем пассажирском сиденье трофейного автомобиля Потап, разглядывая небольшой кулон, совсем не похожий на амулет.

— Свой я делала сама и он служит не только для защиты. — не оборачиваясь, ответила девушка с переднего сиденья. — Здесь направо.

— А слева что? — спросил командир отряда, поворачивая в указанную сторону.

— Небольшой городок. Он почти полностью разрушен и останавливаться там нет смысла. Просто отметьте на карте, что под противоположной окраиной залегает небольшая жила светлого серебра.

— Тогда почему мы туда не заглянем?

— Зачем? Проще будет сегодня доехать до первого шахтерского городка и посмотреть на нормальную шахту. Заодно переночуем в безопасном месте.

— А тут есть и такие? — Потап наклонился вперед.

—В низинах, особенно на окраинах страны, облако эфира примерно на двадцать — тридцать сантиметров не достает до поверхности земли. В таких местах водится мелкая живность. В основном небольшие кролики, змеи и мыши. Глубокие подвалы и, особенно, шахты, где добывали серебро условно безопасны.

— Что значит «условно»? — спросил командир.

— Уровень воздействия снижен до четвертого-третьего и блокируется стандартным амулетом часов на восемь, а в шахте, к которой мы едем есть полностью безопасные штреки.

К вечеру, следуя указаниям Кассандры, они добрались до небольшого городка, рядом с которым, в одном из высоких холмов располагалась шахта, возле которой и остановились. Пока бойцы разминали ноги и оглядывались, их проводница подошла к командиру и о чем-то с ним переговорила.

— Потап, подойди. — позвал его Иван.

— На каком расстоянии вы способны почувствовать избыток светлого или темного эфира? — повернулась к нему девушка.

— Метров с десяти. — почесал затылок Потап.

— Хорошо, идемте.

Девушка зашагала ко входу, доставая из кармана фонарик. Командир с Потапом двинулись за ней.

— Чем ниже мы спускаемся под землю, и чем больше в окружающей породе серебра, тем слабее действует проклятие. — объясняла Кассандра, спускаясь по уходящим вниз полуобвалившимся ступенькам и аккуратно перешагивая через скелеты в остатках одежды. — Если серебряные жилы насыщены светлым эфиром, то проклятие очень сильно слабеет, в некоторых штреках поглубже можно вообще обойтись без защиты.

— Сколько же людей здесь умерло. — Потап невольно поежился. От такого количества скелетов было не по себе.

— Много. И не все из них умерли от проклятия. В штреках ниже, особенно в безопасных, люди погибли от голода и жажды.

Иван догнал девушку и пошел рядом. Понявший все без слов Потап слегка приотстал, давая командиру возможность выслушивать ответы без лишних помех.

— Вы в этом уверены? — спросил командир.

— Да. Часть тел сохранилась куда лучше. Не знаю, как вам, а мне изгрызенные голенища ботинок и по десятку тел вокруг одной кружки, в которую капает просачивающаяся сквозь потолок вода говорят о многом. Хотя кое-кто наверняка поднимался на поверхность и снимал амулет, когда понимал, что надежды нет. Но их тела не сохранились.

— Вы так легко об этом говорите.

— Я не наблюдала этого лично, к тому же это мой третий поход, а на трупы я насмотрелась еще в первом. Мне в такой шахте даже ночевать пришлось на обратном пути. Кстати, Иван, вы зря отпустили вашего подчиненного. Эфир на всей территории королевства плохо поддается контролю, и ваши способности эмпата здесь сильно ограничены. — девушка остановилась и обернулась. — Потап, прислушайтесь к ощущениям.

Парень послушно сосредоточился. Откуда-то справа действительно чувствовалось легкое колебание светлого эфира.

— Там что-то есть. — махнул он рукой.

Кассандра согласно кивнула и свернула в боковой проход. Стены штрека сперва редко, а потом все чаще стали поблескивать в свете фонариков.

— Вот здесь. — сказала девушка, осторожно пробираясь между пятью скелетами в проржавевших шахтерских касках. — Смотрите.

В свете фонариков ярко блеснули выщербленные стены.

— Эта жила напитана светлым эфиром. Здесь можно будет снять амулеты. Потап, запоминайте ощущения. Завтра по пути остановимся у такой же шахты и попробуете самостоятельно найти такой штрек.

— А зачем?

— Случаи бывают разные. Емкость ваших амулетов не бесконечна, а мы с вами едем в столицу. Там концентрация темного эфира выше, а у замка и внутри него эти амулеты заполнятся за пару часов.

Минут через двадцать в шахту спустились остальные бойцы. Скелеты аккуратно вынесли на поверхность и похоронили. После подготовки к ночлегу Кассандра собрала у всех амулеты разложила их на двух блюдцах из такого же темного металла. Несколько минут ничего не происходило, а затем воздух над блюдцами стал сперва слабо, а потом все сильнее светиться призрачным синим светом. Как объяснила девушка — это были светильники, сжигающие пыль и очищающие их амулеты от накопленного темного эфира.

На следующий день сделали получасовую остановку возле похожей шахты, где Потап уже сам нашел два безопасных штрека, в одном из которых сохранились следы стоянки. На вопрос командира, не здесь ли останавливалась Кассандра во время первого похода та кивнула.

До столицы добрались к полудню. Вид с холма впечатлил всех без исключения, особенно иссиня-черный купол в центре.

— Что это? — пораженно выдохнул Никита, самый молодой боец в отряде.

— Это, господа, Обитель Ночи. Бывший королевский замок и источник, подпитывавший проклятие Светлого Леса. А сейчас это генератор щита из темного эфира и место, где вы сможете находиться не более получаса.

* * *

На обследование замка я дала разведчикам двадцать минут, объяснив, что за ночь светильники не успевают разрядить их амулеты полностью, а концентрация эфира в Обители такая, что кулоны заполняются всего за два часа. С Иваном мы договорились, что они отправятся ночевать в шахту, я же останусь в замке. Встретиться решили через день. Напомнив ему следить за цветом кристаллов в амулетах и разряжать их каждый вечер, я загнала свою машину во двор и пошла устраиваться в занятую в прошлый раз комнату, оказавшуюся королевской спальней. Выяснила я это, рассмотрев план замка, отданный мне на прощание командиром отряда. Откуда в Департаменте взялся план Дома Света мне не сказали, да это было и не важно. Важно было то, что к плану прилагалась интересная бумажка, согласно которой я заявляю свои права на замок как трофей, и подписи свидетелей, подтверждающих, что на момент моего здесь появления замок был пуст, заброшен и находился на непригодной для жизни территории. Свидетелями выступали члены отряда, и еще две подписи уже были проставлены. Под резолюцией, подтверждающей отсутствие других претендентов на замок, стояла подпись директора Департамента, а сложные вензеля и расшифровка «Константин Второй Сонцов» под кратким «Не возражаю» намекали на то, что вопрос с замком решен на самом высоком уровне.

* * *

Помимо разведки и передачи бумаг его отряду было дано еще одно задание: по возможности без ведома Кассандры найти место ее стычки с группой Ордена и подтвердить изложенное исследовательницей в отчете. Отыскав подходящую под описание улицу, он отправил бойцов на поиски, а сам развернул полученную в архиве карту. Но выбрать другой район для разведки не успел.

— Нашел! — раздался крик Никиты.

Капитан спустился к тройке бойцов, окруживших что-то на земле. Чем-то оказались восемь почти разложившихся трупов в тяжелых доспехах.

— Что скажешь? — поинтересовался он у Потапа.

— Светлого эфира в доспехах нет.

— Никита?

— Следов никаких — дожди и снег все размыли, но с момента их смерти прошло чуть больше полугода. По трупам... Вот этому чем-то тяжелым промяли шлем вместе с черепом. — ответил тот, внимательно осматривая тела и землю вокруг. — У командира шлем оказался толще или ударили по нему слабее, но череп цел, хотя удар наверняка был сильным. Трое ранены из оружия того же калибра, что имели при себе, но не смертельно. Двое вообще без повреждений на броне. А вот этот штырек, — он выдернул из забрала шлема острый металлический стержень. — мне знаком. Видел такие в чехле у нашей исследовательницы.

— И перчатки на одном доспехе не хватает... — задумчиво добавил Иван. — Думаю, сведения из отчета девушки можно подтверждать. Так, латы снимаем и грузим в машину, потом возвращаемся в шахту и разряжаем амулеты. Завтра еще пара районов для разведки и послезавтра выдвигаемся обратно.

* * *

С планом на руках исследование замка пошло намного быстрее. Мы нашли тронный зал, чья обстановка когда-то явно соответствовала названию замка: узор из серебряной проволоки на стенах, полу и потолке, два трона, судя по весу, тоже целиком серебряных, огромные окна с витражами из цветного стекла, сейчас пыльные и почти не пропускающие свет. Выглядел зал довольно мрачно, чему не мало способствовали как истлевшие остатки гобеленов на стенах и ковров на полу, так и ставшее темным серебро. Посмотрев на все это, я не выдержала и отправилась искать подходящую посуду. Через час на полу перед тронами лежали два подноса над которыми трепетали бледно-фиолетовые сгустки светящегося воздуха. Узоры на полу и стенах заблестели и зал изрядно подрастерял в мрачности. Тряхнув какой-то тряпкой над светильниками, я заставила их вспыхнуть чуть ярче и изменить цвет на голубой, полюбовалась получившимся эффектом и отправилась в спальню. Перекусила и развалилась на кровати. Отчего-то вспомнились первые дни, когда попала на Терру, как очнулась в комнате со стационарной звездой подавления, как заполучила свои татуировки... Я резко села на кровати и позвала: «Рей!».

— Что стряслось? — драконесса появилась почти мгновенно.

— Слушай, замок ведь стоит на серебряной жиле, и эфир тут движется очень медленно, так?

— Ну?

— И Силы, пусть и темной здесь в избытке. Давай перенесем якорь вашего домена на замок. Он же теперь мой.

Драконесса надолго задумалась, потом исчезла и спустя несколько минут вернулась с Ми.

— В общем мы посовещались... — сказала Рей. — И решили, что оно того стоит, если ты сама согласишься.

— А что, есть какие-то проблемы?

— Ты помнишь, как тебе было больно, когда мы создавали домен? Сейчас будет больнее.

Я припомнила ощущения. Потом прикинула, что вряд ли это будет больнее чем ранение и махнула рукой.

— Переживу как-нибудь.

— Тогда мы пойдем поищем подходящее место, а вы отдыхайте, мистресс. — мурлыкнула Ми.

Утром девочки отвели меня в подвал даже не дав позавтракать. «На всякий случай» — сказала Рей. Одна из комнат в центральной части подвала была очищена от хлама, а в середине, на отмытом пятачке лежали мои ритуальные инструменты, кисть и специальная краска.

— Здесь, прямо под полом, выход серебряной жилы. — Рей указала на уходящие в пол толстые металлические прутья на стенах. — Отсюда эфир уходит на внутренние и внешние стены.

— Хочешь сделать якорь поближе к источнику силы?

— Не только. Если все будет так, как я думаю, то мы сможем управлять мощностью щита.

— Зачем тебе?

— Если повысить мощность щита, то он сможет остановить любые объекты, а не только высокоскоростные вроде болидов. А если понизить или отключить, то округу накроет Тьмой.

Я представила себе ситуацию со штурмом замка: попытка истощить щит массированным обстрелом ни к чему не приведет, техника и люди тоже сквозь него не пройдут, а стоит убрать щит или как-то повредить узор на стенах, и все живое в столице погибнет в течении часа.

— Однако. — покачала я головой. — Рей, ты с кем воевать собралась?

— Ни с кем. Но случись что, и у тебя будет надежное укрытие.

— А я-то считала, что это у меня паранойя. Начнем?

Я привычно очертила круг атамом, опустилась на колени и обмакнув кисть в краску стала выводить на полу руны, одновременно читая вслух заклинание. Рей была права — ощущения при переносе полностью сформированного домена не шли ни в какое сравнение с теми, что были при его создании. Каждая выведенная руна и каждое произнесенное слово отдавались болью, сравнимой с той, что я чувствовала при ранении. Под конец заклинания перед глазами уже темнело, а отток сил был такой, что даже губы шевелились с трудом. Прошептав: «Да будет так!», я потеряла сознание.

Приходила я в себя долго и тяжело. Перед глазами все плыло, голова кружилась. Поблагодарив про себя предусмотрительность Рей, не разрешившей мне поесть, я попробовала оглядеться. Рядом обнаружились два непонятных объекта: темный и светлый.

— Очешуеть! — просипела я, когда зрение прояснилось настолько, чтоб я смогла понять на что же смотрю.

На полу, возле моей тушки, спали серебристая драконесса и серая кошка. Вот только обе были размером метра под два.

К тому времени, как меня слегка отпустило, проснулась Ми. Потянувшись, кошка огляделась и удивленно уставилась на меня.

— Сандра, как-то все... — она оглядела себя, потом меня, потом взгляд ее упал на драконессу. — Ой!

— Чего шумишь? — недовольно буркнула Рей, приоткрывая глаза. Через секунду она уже сидела, разглядывая нас с кошкой.

— Кажется, что-то пошло не так. — поделилась я единственной цензурной мыслью из тех, что бродили сейчас в голове.

Драконесса и кошка переглянулись и исчезли, чтоб спустя минуту появиться вновь.

— Чего натворили? — спросила я, глядя на огромные глаза фамильяров.

— Наш домен... — пробормотала Ми.

— Мы привязали его не только к замку, но и к серебряным жилам. — Рей смогла ответить чуть более связанно. — Ко всем жилам королевства.

— Ох-ре-не-е-еть! — размер получившегося якоря меня, мягко говоря, впечатлил.

О возможности привязки домена к нескольким связанным предметам я знала. И в том, что якорь оказался привязан не только к замку, но и к серебряной жиле под ним, не было ничего удивительного. Но привязка сразу ко всему серебру в недрах страны была возможна только в двух случаях: если жилы были соединены между собой или если они когда-то были частью одного целого, например, упавшего здесь астероида. Последняя версия замечательно объясняла и наличие таких богатых залежей и странную, почти круглую, форму долины, в которой располагалась столица королевства. Правда, учитывая размер якоря, моих сил вообще не должно было хватить на подобное колдовство, если бы не внешний источник силы, которого здесь...

— Рей, если я правильно поняла, вы теперь можете тянуть эфир прямо из жил. Причем как светлый, так и темный. А с учетом того, что серебро будет его постоянно накапливать, у вас теперь проблем с энергией нет и не будет. Поэтому вы и подросли так.

Драконесса задумалась, а потом сменила форму на человеческую. Наклонилась и подобрала с пола атам. Подбросила в воздух и поймала за лезвие.

— А ведь ты права.

— Не совсем. — вздохнула Ми, тоже сменив форму. — За пределами королевства наши возможности будут так же ограничены. Если раньше весь запас энергии был привязан к татуировкам, то теперь он привязан к серебру, а оно само двигаться не может.

Слова бакэнэко заставили меня обратить внимание на свои плечи и на испытываемые ощущения.

— Девочки, а левое плечо зудит. — я задрала рукав футболки. — И имена ваши никуда не исчезли.

— Ну-ка, ну-ка. — Рей положила ладонь на мое плечо. — Хм. А граница-то от домена осталась. И теперь сфера потихоньку заполняется темным эфиром.

— А правое? — Ми положила ладошку на мое правое плечо и кожу на нем тоже стало припекать.

— Блин. — я поморщилась. — И это жжет.

— Замечательно. — покивала Рей. — Теперь у тебя будут персональные хранилища стабильного эфира. Емкость у них, правда будет небольшая, но защитную функцию твои татуировки не потеряли. А еще ты сможешь позвать нас на большом расстоянии от королевства.

— В смысле? — удивилась я. — С каких это пор для призыва фамильяров расстояние играет роль?

—Не забывай, что тут условия немного другие. Если на Земле призвать духа можно на любом расстоянии от якоря, то здесь это максимум в пределах материка. И чем дальше от королевства, тем слабее мы будем.

— То есть если я уеду куда-нибудь в восточные провинции Ниххона...

— Туда мы попадем лишь в виде совсем слабых духов, и ненадолго. — закончила мою мысль драконесса. — Но ничего, мы научим тебя пользоваться хранилищами эфира и будешь ты у нас одаренной. А с учетом накопителей — так еще и сильной одаренной.

— Ладно, а со щитом то получилось?

Ми сосредоточилась, и я почувствовала короткое усиление давления на разум.

— Да. — покивала кошка. — Мы сможем им управлять.

Тут мне в голову пришла интересная мысль.

— Девочки, а ведь у вас домен накрывает почти всю страну. Вы теперь не просто духи, а духи-покровители для всего королевства.

— Не вздумай повесить на нас эту работу. — погрозила мне пальцем Рей.

Глава 22

Ну вот, теперь отвечай. И не забывай прибавлять «Ваше Величество».

М.ф. Алиса в зазеркалье

Утром я загрузила машину золотом и обломками защитных амулетов из казны. Приехав в шахтерский городок, я оценила насколько заполнены кристаллы в защитных амулетах разведчиков и порекомендовала сразу выдвигаться к станции.

Обратная дорога прошла без приключений, но распрощалась я с разведчиками ненадолго. Всего через неделю они вновь приехали, уже в сопровождении большого отряда, десятка рабочих и строительной техники, а мне пришлось вновь браться за создание барьерных амулетов. Как мне объяснил Иван, раз уж я могу отгородить часть зараженной территории, то начальство решило разместить производство именно там. Это и реклама, и впечатление произведет на заказчика, если тот пожелает вдруг приехать и посмотреть на производство, и защита от шпионов. Последняя причина изрядно порадовала мою паранойю, тут же выдавшую парочку интересных идей.

Буквально за неделю в километре от станции пробурили скважину и построили небольшой ангар, где разместили оборудование для научно-производственного комплекса. Еще дальше построили пару домиков для жилья. Как только строительство окончилось, я пошла к Ивану со своими предложениями, которые тот одобрил. В результате барьерные амулеты легли на небольшой забор, огораживающий территорию ангара и непосредственно на стены жилых домов, а огороженный коридор между ними был убран. Была мысль сделать еще один периметр, внутри которого разряжать мои защитные амулеты, но, немного поразмыслив, я от нее отказалась — в случае повреждения барьера облако темного эфира обязательно накроет часть незараженной территории.

Не успели наладить связь и подвести электричество, как стали поступать заказы. Посмотрев на первый, я схватилась за голову — требовалась тонна краски и десяток схем. И если схемы у меня уже были, то тонну краски нужно было еще сделать.

— Ну, и чего ты переживаешь? — спросила Рей, читая контракт.

— Рей, им нужна тонна краски!

— Я не пойму, тебе что, столовой ложки крови жалко, что ли? Волосы мы с Ми тебе дадим. Сил у нас теперь достаточно, чтоб компенсировать потерю за пару часов.

— Это только первый такой заказ. Пробный. А если потом заказы пойдут на десятки тонн?

— Н-да. Работать поставщиком волос на дешевые одноразовые кофеварки мне тоже не хочется. Давай прикинем... Без последствий для твоего здоровья можно делать примерно тонн десять в месяц. Значит дели на два и объявляй, что производственные мощности не превышают пяти тонн в месяц из-за сложности изготовления и ограниченности источника ресурсов.

— Очередь выстроится на полгода вперед, и цена на краску подскочит.

— Пусть выстраивается. И вообще, раздели создание орнамента и производство краски на отдельные услуги. Орнамент можно и простым напылением серебра делать, просто уровень защиты будет не выше второго. Кому нужен дешевый ширпотреб, пусть только схемы заказывают, а остальные договариваются о поставках покрытия. Тем более сложные вещи, типа защиты для спутников придется делать индивидуально.

— Кстати об индивидуальности. Нужно вас как-то легализовать. Никто же не поверит, что я тут одна кручусь, да и вас рано или поздно заметят.

— Думаешь получится оформить нас как работников компании.

— Попробуем. Директор должен быть в курсе вашего существования.

Не откладывая дело в долгий ящик, я позвонила начальству и через пару дней получила новенькие удостоверения для Ми и Рей. Самое забавное, что в документах в графах «Фамилия» и «Возраст» стояли прочерки, а местом рождения значился... Светлый Лес.

Как показало время, я зря пугалась объемов производства. Отношение к технике на Терре несколько отличалось от того, что было на Земле. Из-за стоимости защиты производить одноразовые вещи тут никто не собирался, а рынку до насыщения было очень и очень далеко. Но объявленное ограничение в пять тонн все же привело к возникновению небольшой очереди.

Через две недели ко мне приехал представитель крупной ниххонской компании производящей различную электронику. Как успел мне шепнуть кто-то из сопровождавших его консультантов, ниххонец собирался сбить цену контракта. Вот только стоило ему войти в цех с видом «сейчас я все здесь взвешу и измерю», как на встречу ему вышла Рей в своем платье а-ля жрица мико, со стопкой готовых схем, напоминающих бумажные амулеты, а в коридоре он наткнулся на Ми. Подслушавшая мой разговор с консультантом бакэнэко сменила свою футболку и шорты на кимоно, выпустила хвост и уши и встретила ниххонца легким поклоном, а потом выдала: «Мегами Неко хадзимэмаситэ».[4]. Ниххонца пришлось час отпаивать травяным отваром и развешивать лапшу про причуды современной талантливой молодежи. Но судя по тому, что попыток сбить цену не было, а уходя он что-то бормотал про ками, сошедших на землю, до конца он мне так и не поверил. На мой вопрос, зачем она это сделала, кошка пожала плечами и заявила, что давление на переговорах — обычное для крупного бизнеса явление.

Проблем с заказами после этого не было. Зато начались проблемы со свободным временем. Как только производство было налажено, меня вновь подрядили на штамповку барьерных амулетов. Были огорожены две разведанные шахты, подготовлен транспорт и снабженные защитными амулетами из темного серебра шахтеры сперва расчистили штреки от останков погибших, а потом занялись добычей. За обеспечение защиты мне отходило десять процентов от стоимости добытого. Все это позволило нанять людей для личных целей — я решила привести в порядок Обитель Ночи. К сожалению темпы работ по восстановлению и ремонту замка оставляли желать лучшего: несмотря на увеличившееся количество светильников, амулеты с накопителями работали там всего пару часов, и рабочим приходилось очень часто сменять друг друга. К тому же, по настоянию целителей, каждому рабочему после трех дней работы полагалась неделя отдыха за пределами Светлого Леса, естественно за мой счет. Чтоб не тратить всю прибыль от выгодных контрактов, пришлось запустить руку в казну замка.

До конца апреля я успела вымотаться так, что в мае Рей в приказном порядке заставила меня перенести сроки следующего контракта на две недели.

К маю Обитель была отремонтирована, немного обросла обстановкой, но самое главное — вновь заработала канализация, а тепло и свет обеспечивали амулеты. Кварцевые плиты во дворе заменили обычной плиткой и сложили в подвал замка за хорошую стальную дверь.

Начало лета было ознаменовано устоявшимся графиком, а также заказом из Ливонской Республики.

1819 г от м.т., 10 Июня.

Ливонская Республика. Телецентр.

— Приветствую вас, капитан. — услышал он знакомый голос.

Обернувшись, Отто увидел светловолосую девушку с ярко-фиолетовыми глазами. Черное с белым орнаментом платье с необычными, открывающими плечи, широкими рукавами.

— Госпожа Нокс? — неуверенно спросил он.

— Не узнали, капитан? Богатой буду.

— Я теперь сержант полиции.

— Как же вас так угораздило?

— Награда за рейд в Светлый лес.

— О, Родина вас не забыла.

Отто пожал плечами.

— А вас сюда что привело?

— Давала интервью как представитель «Ферна». Сейчас вот собираюсь уехать обратно.

Тут по рации передали приказ любой ценой задержать девушку, выходящую из здания.

— Это не вас случайно я должен задерживать?

— Видимо. — пожала плечами Кассандра.

— И что вы здесь такое натворили?

— Поддалась на провокации вашего телеведущего и отказалась заключать контракт.

— Провокации? На вас Генриха спустили что ли?

— Его самого.

— Наверняка хотели сбить цену. Идиоты.

— Это неважно. Неустойку по контракту я закрою другим контрактом, а «ЛРС» выкуплю.

— Выкупите? «ЛРС»?

— Передача шла в прямом эфире, так что всем уже известно кто виноват в моем отъезде. — не совсем понятно объяснила девушка. — Надеюсь вы не собираетесь попытаться меня задержать?

— Нет. И коллег звать тоже не собираюсь. Я помню о ваших способностях.

Рация на плече сержанта зашипела, а рукоять тазера в кобуре задымилась. Отбросив в сторону испорченную электронику, Отто удивленно посмотрел на девушку.

— Не хочу, чтоб вам снова влетело за невыполненный приказ. — развела руками Кассандра. — А так, без оружия задержать вы меня не смогли, подмогу вызвать тоже. И еще. Если вдруг вам захочется сменить место работы, — она протянула ему визитку. — здесь мой номер телефона. Но если вдруг окажетесь на границе Светлого Леса просто порвите ее — я или мои люди постараемся вас встретить.

Девушка вышла из здания. Отто перевернул визитку и замер. На белом картонном прямоугольнике был изображен темно-серый лист папоротника, поверх которого шла сделанная серебром надпись: «Вайя Флос. Руководитель компании».

* * *

1819 г от м.т., 12 Июня.

Столица Русской Империи.

Императорский дворец. Кабинет начальника внешней разведки.

— Что читаешь? — поинтересовался директор у хозяина кабинета.

— Вестник Княжества. Вчерашний. — император протянул ему газету. — Оцени. На второй странице.

Директор открыл нужное место.

«Наверное, не много найдется таких людей, которые не видели бы эмблемы этой компании, или хотя бы не слышали о ней. Но даже сейчас, спустя почти три месяца после стремительного появления компании на рынке услуг по защите техники, о «Ферне» мало что известно.

Вопреки всеобщему мнению, эта компания появилась вовсе не внезапно. Примерно за месяц до этого поползли слухи о новых технологиях защиты электроники. Кто-то прислушался, кто-то отмахнулся, но, когда, буквально через пару недель после основания, никому не известная компания вдруг получила крупные контракты сперва от русских, а потом и от ниххонцев, а выпускаемая заводами продукция подешевела в три раза, контракты посыпались на «Ферн» как звезды.

Разведка и крупные корпорации тут же стали наводить справки о самой компании, ее работниках и используемых технологиях. И вот тут из всех углов полезли тени. Главой компании оказалась совсем юная особа, то ли нанявшая у русских какого-то уникального специалиста, то ли сама им являющаяся. О происхождении девушки выяснить ничего не удалось, лишь слухи и предположения. Вайя Флос появляется на людях крайне редко, единственное данное ею интервью в Ливонской Республике закончилось скандалом, но это тема для отдельной статьи. Об остальных работниках, а их в «Ферне» всего трое или четверо, известно лишь то, что все они тоже являются молодыми девушками. Даже об их национальности ходят самые разные слухи. Кто-то на полном серьезе утверждает, что это выжившие из Светлого Леса, но большинство склоняются на сторону русских и ниххонцев.

Несмотря на специализацию, компания практически не занимается производством амулетов — только особо сложные элементы защиты или уникальные вещи, не поступающие в продажу. На общий рынок продаются специальные составы, защитное покрытие из которых стоит на порядок дешевле аналогичной защиты из серебра. Правда для их применения необходимы специальные схемы, за создание которых девушки берут очень большие деньги. Но купив такую схему один раз, можно производить товар, покупая только краску, до тех пор, пока не потребуется создать защиту для чего-либо другого.

Не так давно выяснилось, что кроме создания защиты для бытовой техники компания активно занята ни много ни мало, а очисткой территории Светлого Леса. Даже офис ее располагается на заражённой территории, что является одновременно и рекламой, и лучшим доказательством качества работы, и защитой от шпионов. Узкий коридор, связывающий офис с безопасной территорией тщательно охраняется, а соваться через проклятую местность дураков нет, точнее были, но перевелись быстро. Буквально после пятого трупа.

С помощью технологий Ферна русские уже очистили несколько солидных участков территории Светлого Леса, и наши соседи уже готовятся к хорошей драке, потому, что технологии очистки зараженных земель держатся в строжайшей тайне и делиться таким лакомым куском, как бывшее королевство, Империя явно не собирается. Бряцать оружием никто пока не пытался, но дипломаты вовсю задают вопросы, а кое-кто нетерпеливый уже начал посылать требования о решении вопроса справедливого раздела территории между соседями."

Закончив читать, директор бросил газету на стол.

— Началось... А я предупреждал.

— Предупреждал, предупреждал. — покивал император, казалось ничуть не обеспокоенный ни статьей, ни вызвавшими ее причинами. — Ты лучше скажи, что твоя подопечная в Ливонии учудила?

— А ты не в курсе?

— Я знаю только о последствиях. А вот само интервью мои ребята прохлопали.

— Ну, тогда я поделюсь. Ее охранник прошел в зал под видом одного из зрителей.

Директор поставил на стол маленький диктофон и включил воспроизведение.

«— Уважаемые дамы и господа. — послышался мужской голос. — С вами снова я, Генрих. Сегодня в прямом эфире мы с вами берем интервью у главы небольшой, но уже известной компании «Ферн». Приветствуйте — Вайя Флос.

— Здравствуйте, господа и дамы.

— Вайя, расскажите нам о Светлом Лесе. Каково состояние территории королевства?

— Находиться там без защиты до сих пор смертельно опасно. Большая часть населенных пунктов малопригодна для жизни — здания сильно пострадали от времени. Более или менее сохранилась лишь часть столицы и Обитель Ночи.

— Обитель Ночи? — удивленно спрашивает ведущий.

— Так я назвала королевский замок, сейчас принадлежащий мне.

— Но ведь он называется Дом Света.

— Сложно назвать Домом Света место, где количество темного эфира такое, что даже днем полумрак.

— Все настолько плохо?

— Стандартные амулеты работают там не более пятнадцати минут.

— То есть вы там бывали.

— Естественно. Это же мой замок.

— А теперь, дорогие зрители, главная интрига. Двести лет Светлый Лес был пустынной территорией, абсолютно непригодной для проживания. И вот из ниоткуда появилась некая Вайя Флос со своей компанией, якобы успешно делающая то, что другие не могли сделать за двести лет. Под эту сказку богатейшие, а главное, не требующие защиты от болидов, территории аннексируются Русской Империей в нарушение всех договоров, а заблудившиеся у границы туристы, выставляются оттуда раненными и под вооруженным конвоем. И возникает вопрос: а действительно ли Светлый Лес настолько...

— Ну да. — вмешивается в монолог ведущего девушка. — Увешанные защитными амулетами и оружием, туристы из диверсионного отряда проблуждали шестьдесят километров строго по прямой от границы Светлого Леса в сторону его столицы. Они бы и до столицы добрались, но автомобиль сломался. А выставили отряд из шести мужчин три девушки. И чтоб проводить ваших диверсантов до границы в целости и сохранности моим сотрудницам пришлось провести на зараженной территории лишние восемь часов.

— То есть сломанная рука одного из солдат и месяц психологической реабилитации в Храме — это в целости и сохранности?

— Все-таки солдаты, а не туристы? — усмехается девушка.

— Один из туристов был военнослужащим. — выкручивается ведущий. — И вы не ответили на мой вопрос.

— Ваш «военнослужащий» пострадал от взрыва собственного пистолета, когда угрожал им моим сотрудницам. Остальные солдаты никак не пострадали, хотя, если бы не мои люди, весь отряд умер бы через три часа.

— Сомневаюсь, что там все настолько плохо. Вы же не отрицаете, что регулярно бываете центре зараженной территории.

— Я возглавляю компанию, специализирующуюся на разработке амулетов эфирной защиты.

— Если бы ваша компания действительно являлась разработчиком столь, как утверждают, эффективных средств защиты, то вас бы просто не выпустили за пределы хорошо охраняемой территории.

— К сожалению, некоторые контракты я должна заключать лично. Иначе меня бы здесь не было.

— А, по моим сведениям, вы приехали к любовнику.

— К кому? — в голосе девушки звучит удивление.

— Да, да. Насколько мне известно, у вас довольно бурный роман с сыном главы одной из наших крупных компаний.

— Феерическая глупость.

— Отрицаете? А если я предъявлю доказательства?

— Любой, достаточно знающий меня человек, скажет, что это подделка.

— Это фотографии! — восклицает Генрих.

— Да хоть видеозапись. — беззаботно отвечает гостья. — К тому же, я не замужем, и если вы хотели испортить мне репутацию, то вам следовало рассказать о любовнице, а не о любовнике. Знаете, — из голоса гостьи исчезает веселье. — вы напоминаете мне некоторых репортеров и телеведущих моей прежней родины. Потрясающая наглость пополам с глупостью, порой доходящей до идиотизма. Такие люди иногда забывают, что есть границы, которые не стоит пересекать, за что и страдают.

— В ход пошли угрозы? Поговаривают, что вы аристократка, чуть ли не принцесса. Аристократы обычно решали такие вопросы дуэлью.

— Генрих...

— Для вас, господин Генрих. — надменно произносит ведущий.

— Даже так? — в голосе Вайи сквозит насмешка. — Хорошо, господин Генрих. Если ваши слухи не врут, то как девушка благородного происхождения, я не могу вызвать на дуэль простолюдина. Впрочем, если вы бросите мне вызов, я не стану уклоняться, хотя это и не совсем честно с моей стороны.

— Как я, мужчина, могу поднять руку на хрупкую девушку, кем бы она не была?

— Жаль. В таком случае я поступлю как полагается воспитанной и благородной девушке и покину и вашу телестудию, и столь гостеприимную страну.

— Сбегаете в ужасе от свободной прессы?

— Господин Генрих, зачем вы так старательно и неумело меня провоцируете? Вы действительно хотите конфликта с «Ферном»?

— Все, что у вас есть — это две квадратные мили чистого пространства посреди поросших ценными деревьями пустошей и две или три девки. С кем там конфликтовать?

— Вы безнадежны. Но, мы же в прямом эфире, поэтому я потрачу пять минут на объяснения. Скажите сколько стоит ваш радиотелефон?

— Не знаю. Это подарок.

— Хорошо, я отвечу сама. Около семисот марок. У вас ведь самая последняя модель ограниченного выпуска.

— Откуда вы знаете?

— В вашей стране только один производитель радиотелефонов — «Ливонские Радио Системы». И только на эти модели была установлена система защиты, разработанная в «Ферне». Благодаря ей ваш телефон, которым вы гордитесь настолько, что выставили на всеобщее обозрение, вообще работает, впрочем, как и треть оборудования в этой студии. А теперь задумайтесь, что будет если глава компании, производящей подобные амулеты откажется от поставок своих изделий только потому, что одному ведущему захотелось продемонстрировать свою наглость и безнаказанность.

— В случае отказа вам придется выплатить огромную неустойку.

— Вы напрасно беспокоитесь. Даже если бы у меня не было таких денег, неустойку замечательно покроет увеличение стоимости второго контракта на пять процентов.

— О, вы собирались заключить еще один контракт? Защита на настольные лампы или утюги? Думаете наши компании согласятся увеличить стоимость заказа на восемь миллионов марок?

— Господин Генрих, я не стану спрашивать, откуда вам известны такие подробности будущего контракта с «ЛРС». Просто задумайтесь, в Русской и Ниххонской империях ежемесячно производится около двадцати тысяч различных электроприборов, работающих благодаря разработкам моей компании. Вы и правда думаете, что я приехала сюда лично ради заключения контракта на поставку защиты для двух-трех тысяч телефонов?

— Все-таки любовник?

— Через месяц у вас наступит Неделя Падающих Звезд. Через неделю ваше министерство обороны должно запустить на орбиту новые сигнальные спутники, закупленные весной. Великолепные спутники из Ниххонской Империи — недорогие, компактные, точные. У них только один недостаток — защита от эфира продается отдельно. И по какой-то причине никто вам ее продавать не хочет. Никто, кроме одной единственной компании из, как вы выразились, трёх девок, каждая из которых, кстати, способна изготовить защиту для спутника за день. Насколько мне известно, заменить отработавшие ресурс защитные системы вашей стране нечем. А русские вам свои спутники не продадут, у них самих Неделя через полтора месяца. Поэтому я могу смело потребовать повышения стоимости контракта и на восемь, и на восемьдесят восемь миллионов. И ваше правительство согласится. Всего доброго, господин Генрих. Передайте вашему министру, что меня можно найти в Обители Ночи.

— Вайя, подождите... Да подождите же вы! Да стой же ты!

Слышится хруст и звук на пару секунд сменяется треском и шипением. Слышны испуганные возгласы зрителей.

— Вы сами приписали мне благородное происхождение, но видимо забыли, что в древности аристократами становились сильнейшие одаренные. Именно поэтому вызов на дуэль простолюдина приравнивался к обычному убийству и считался бесчестным поступком. Или вы думали, что я приехала сюда без серьезной охраны потому, что понадеялась на свои красивые глаза и хорошие амулеты? И на будущее, если мы с вами вдруг встретимся, будьте столь любезны, обращайтесь ко мне «госпожа Флос». Прощайте, Генрих.»

Запись закончилась.

— Что там произошло в конце?

— По словам охранника, ведущий бросил в нее свой новенький телефон. Тот замер в воздухе не долетев метра, а затем смялся и загорелся.

— Впечатляюще. Я так понимаю неустойку она выплатила?

— Да. Зачем только нужна была эта провокация я так и не понял.

— Да все просто. «ЛРС» сильно влезли в долги и решили таким образом покрыть свои расходы. Составили контракт с десятикратной неустойкой, оплатили расчет схемы для дешевых телефонов, а когда дело дошло до оплаты краски, устроили это интервью. Неустойки хватило бы, чтоб выплатить кредиты и сделать защиту на основе серебряного напыления. Вот только о контракте с министерством обороны никто не знал. Руководство арестовали за подрыв обороноспособности страны, активы и имущество компании конфискованы. Разгневанная толпа сразу после телепередачи разгромила их офис и сожгла пару магазинов. Личные особняки руководства взяли в осаду, так что сбежать никто не успел. Говорят, в тюрьму они сели с радостью. Есть сведения, что особо разгневанные граждане требовали отправить директоров компании вместе с Генрихом в Светлый Лес голышом и без амулетов.

— Дела-а-а.

— Что собирается делать твоя подопечная?

— Сказала, что подождет еще пару дней, а потом разденет Республику до трусов. Я так понимаю, что что-то подобное она предполагала, потому, что попросила разрешения выкупить «ЛРС» по остаточной стоимости и сделать совместное с ниххонцами предприятие. Сказала: «может тогда хоть что-то нормальное снимут, или хотя бы про русских школьников».

— Пусть покупает. Так значит аристократка, да? Хм. Это вариант.

— Вариант для чего?

— Для решения нашей проблемы. Когда у нее ссылка заканчивается?

— В июле. Только ты учти, что она наверняка сперва к Рисе поедет.

— Думаю недели ей хватит, чтоб разобраться с личными делами. Значит числа седьмого устрою ей аудиенцию. Погляжу на нее лично и решу все окончательно. Да и еще. Пусть твои люди передадут этой известной ниххонской студии снимки разрушенного храма с рассказами очевидцев и предложат снять анимэ. Документальное. Если Матвеев идею оценит, то сделайте ему подборку материалов по Флос и ее ближайшему окружению. Естественно никакой личной и секретной информации, но осторожно намекните, что девушка взялась неизвестно откуда. За идею и материалы возьмем двадцать процентов с продаж. Надеюсь, внучке понравится.

— Балуешь ты ее.

— Сам знаю... Но ничего с собой поделать не могу. Хм. Значит аристократка...

* * *

1819 г от м.т., 30 Июня.

Русская Империя.

Поезд «Предлесье — Столица».

— Волнуешься? — спросила у меня Рей.

— Есть немного. — кивнула я, перебирая волосы положившей голову мне на колени Ми. — Странно, вроде уже и под пулями побывала, и на сложных переговорах, и вообще владелица известной компании, даже в платье ходить приходится...

— Что будешь делать, если не помиритесь? Все-таки год прошел. Всякое могло случиться. — осторожно поинтересовалась драконесса.

— Ты намекаешь на то, что у нее уже кто-то есть? — я пожала плечами. — Да ничего. Подарю амулет и уеду обратно. Срываться, как в прошлый раз точно не буду, как и задавать дурацкие вопросы вроде «почему не дождалась?».

— Все-таки вы её ещё любите, мистресс. — Ми зевнула и чуть наклонила голову. — А теперь почешите меня за ушком.

Глава 23

... Как видим, последний потомок чудом сохранившейся династии оказался достоин своего знаменитого предка, пусть и заявила она об этом в несколько необычной манере. И хотя некоторые считают, что в произошедшем нет заслуги самой госпожи Цзинь, я лишь напомню, что она является пусть и юной, но все же женщиной. А женщинам вовсе не обязательно прокладывать свой путь к величию с помощью гуань дао...

Веньян Цай «Вестник провинции Хань» Ниххонская империя

(предупреждение: часть сцен в главе идут не в хронологическом порядке, см. даты)

1819 г от м.т., 1 Июля.

Столица Русской Империи.

Прошел год. Первого июля ее вызвал кадровик и заявил, что приказом начальства она отправляется в отпуск на две недели.

— Сегодня сдавайте все дела, зайдите в бухгалтерию за расчетом, и с завтрашнего дня вы свободны. — заявил он.

— Но как же исследования? — удивилась Риса. — Там работы непочатый край. Вчера новый амулет прислали.

— Вот поэтому две недели, а не месяц. — ответили ей.

Последняя неделя июня выдалась очень солнечной. Даже сейчас, после окончания рабочего дня, на улице было жарко настолько, что Риса не удержалась и купила себе по пути мороженое. Шагая не спеша по улице, она разглядывала изменения, на которые раньше не обращала внимания. На некоторых кафе появились новые вывески с бегущей строкой, сообщающей о новых блюдах в меню. Витрина магазина электроники пополнилась новыми моделями радиотелефонов — заметно меньше и дешевле прежних. В декоративном узоре, покрывавшем корпуса Риса с удивлением узнала орнамент с тех самых защитных амулетов, которые тестировала последние полгода. Заинтересовавшись, она вошла в магазин. С экранов стоящих на полке новеньких телевизоров диктор вещал об очередной успешной очистке от темного эфира куска территории Светлого Леса, прилегающего к границам Империи: «Как нам стало известно глава компании „Ферн“ приглашена на аудиенцию к его императорскому величеству. Напомню, что госпожа Вайя Флос единственная за последние сто лет, взявшаяся за очистку, и первая, кому удалось очистить такой значительный участок».

Сердце Рисы пропустило удар. «Вайя Флос — это же... Нет, нужно проверить...». Забыв о телефонах, Риса поспешила домой. Где-то в ящике до сих пор валялись ее старые блокноты с записями. Но до блокнотов она не добралась. Еще с порога Риса почувствовала почти забытый запах яблочного бисквита. С кухни слышались голоса. Не снимая обуви, она пробежала по коридору и помедлив секунду заглянула в кухню. За столом о чем-то беседовали три девушки. А точнее, девушка, бакэнэко и драконесса.

— Привет, Риса. — девушка подняла на нее глаза. — Шарлотку будешь?

Стрижка теперь была короткой, а цвет глаз изменился с голубого на фиолетовый, но это была она. Мысли заметались. Захотелось сказать очень многое и о еще большем спросить, но вместо этого она просто кивнула. — Буду.

— Мы в Обитель. — бакэнэко ухватила за руку драконессу и обе исчезли.

Сандра поднялась, налила в чашку чай и поставила перед ней. Риса взяла чашку, откусила кусочек пирога.

— Расскажи что-нибудь. — попросила она.

— Хм. — Сандра задумалась. — После... ритуала меня отправили в ссылку.

— В ссылку?

— Ну, не совсем в ссылку. На год запретили появляться в Столице и как-то сообщать о себе. Так что почти весь год я провела в небольшой лаборатории у границы Светлого Леса...

Риса смотрела на Сандру и отмечала изменения в ее внешности. Фиолетовые глаза, строгое платье, которые та раньше никогда не носила, короткая стрижка, полоска шрама на левом плече чуть выше татуировки, легкий холодок во взгляде. Но голос, лицо, движения и еще что-то неуловимое, но такое... «А ведь я снова зову ее Сандрой...»

На стол перед Рисой легла маленькая коробочка.

— Вот он. — сказала Сандра.

— Прости, я прослушала. — Риса взяла коробочку. — Что это?

— Амулет. — вздохнула Сандра. — Он защищает от любого проклятия до четвертого уровня включительно. С ним ты можешь не бояться кого-то случайно приворожить. Правда его нужно разряжать, когда камень потемнеет, но по моим расчетам тебе его хватит минимум на полгода.

Риса достала из коробочки странный кулон из темного металла и повесила на шею. Встала. Подошла к поднявшейся и замолчавшей Сандре, обняла и поцеловала. На мгновение показалось, что та так и не разожмет губ, но когда Риса уже собиралась отстраниться на ее талию легла ладонь, вторая скользнула по спине, а на поцелуй ответили...

Утром их разбудил звонок телефона. Сонная Риса наблюдала, как Сандра встает, подходит к столику и берет трубку.

— Да... Да... — Сандра оглянулась на нее. — Да, а почему вы спрашиваете. А... Хорошо, если она будет не против. Да, недели хватит.

Сандра отключила телефон и повернулась к ней.

— Риса, тебя приглашают со мной на аудиенцию к императору. Пойдешь?

* * *

1819 г от м.т., 10 Июля.

п. Яблоневое. 80 км от Столицы Русской Империи.

Около одиннадцати утра перед домом семьи Золотовых остановился новенький внедорожник со странной эмблемой в виде стилизованного листа папоротника на капоте. Из автомобиля выбрались двое мужчин в костюмах-тройках и две девушки: коротко стриженная блондинка в темном брючном костюме и зеленоглазая брюнетка в простеньком красном платье. Точнее простеньким ханьское ципао ручной работы только выглядело[5]. Вышедшая на крыльцо высокая женщина присмотрелась к гостям и ахнула.

— Риса!?

— Мама! — девушка в платье бросилась к женщине и крепко ее обняла. Та, осторожно, словно чего-то опасаясь, обняла дочь в ответ.

— Яблоневый сад, значит. — хмыкнула вторая гостья, оглядывая окруженную плодовыми деревьями вышку генератора щита за домом.

— Дочь, кто это с тобой? — отвлеклась женщина.

— Здравствуйте. — слегка поклонилась девушка. — Меня зовут Вайя, и у меня дело к вам, вашему мужу и отцу. Дело важное и касающееся вашей дочери.

Женщина внимательно оглядела сперва одну, потом вторую девушку, явно оценивая про себя их внешний вид. Обернулась на автомобиль и двух, видимо, охранников.

— Риса, — посмотрела она на брюнетку. — это как-то связано с наследством?

Девушка слегка покраснела и кивнула.

— Идемте в дом, — вздохнула женщина. — я сейчас всех позову.

Через десять минут напротив расположившихся на диване девушек сидела встретившая их женщина, высокий широкоплечий мужчина средних лет в рабочих штанах и футболке и седой старик в потертом ханьском халате.

— Итак, — сказала девушка. — меня зовут Вайя, и я хочу обсудить с вами возможность передачи Рисе наследия вашей семьи.

— Нет. Разговор окончен. — категорично заявил мужчина и поднялся с кресла.

— Папа! — подскочила с дивана Риса.

— Подожди, зять. — одновременно с ней сказал старик. — Мы еще не выслушали нашу гостью.

Женщина поднялась со стула.

— Риса, давай я тебе сад покажу, ты мне расскажешь, как жила все это время, а наша гостья пока побеседует с папой и дедом, хорошо?

Риса оглянулась на подругу. Та в ответ кивнула.

— Так зачем вам наследие моей семьи, девушка? — поинтересовался старик, стоило матери с дочерью выйти из комнаты. — И почему вы так уверены, что я вам его отдам.

— На это есть две причины. Первая — Рисе оно намного нужнее, чем вам всем. А вторая — я могу забрать его без всякого вашего разрешения, но мне не хотелось бы этого делать — Риса расстроится. Хотя, видят боги, родителей, бросивших семилетнюю дочь, я бы и спрашивать не стала.

— Да что ты знаешь? — мужчина сжал кулаки. — Ты хоть представляешь, каково нам было смотреть в глаза соседям, чьих детей она приворожила? Или бояться, что она сделает это со своим братом?

— Гнев соседей, конечно, веская причина. — в голосе гостьи прозвучал неприкрытый сарказм. — Именно поэтому вы не навестили ее ни разу за эти тринадцать лет. Да что там, вы ведь даже не знали жива ли ваша дочь.

— Да ты! — мужчина покраснел и вскочил со стула.

— Она права, зять! — осадил его старик. — Я правильно понимаю, что вы не собираетесь забирать эти вещи себе, и они достанутся Рисе?

— Да. — кивнула девушка. — Я на них никак не претендую. Более того, я осведомлена об их ценности и готова заплатить за них любую разумную сумму или оказать равноценную услугу.

— Десять тысяч. — буркнул мужчина.

Девушка удивленно приподняла брови.

— Вы уверены?

— Ты сама сказала, «любую сумму». — криво ухмыльнулся мужчина. — А если у тебя столько нет, то проваливай.

— Деньги у меня есть, просто я думала, что вы предпочтете услугу.

— Зачем мне твои услуги? Я тебя первый раз вижу и знать не знаю.

— Это многое объясняет. — кивнула гостья и посмотрела на старика. — А что скажете вы?

— Мне достаточно знать, что вещи достанутся именно внучке.

— Хорошо. — девушка достала радиотелефон и нажав несколько клавиш поднесла трубку к уху. — Валентин, принесите, пожалуйста, чемодан из багажника.

Спустя несколько минут в комнату вошел один из приехавших с гостьей охранников, неся солидных размеров металлический кейс. Не произнося ни слова, он передал его девушке. Та набрала комбинацию на кодовом замке и достала из кейса два бланка. Протянула оба мужчине.

— Подпишите внизу и проставьте сумму, пожалуйста. Вы предпочитаете монеты или слитки?

— Монеты. — отозвался мужчина, просматривая бумаги.

Девушка выгрузила на столик перед собой двадцать длинных картонных цилиндров с печатями.

— Здесь ровно десять тысяч. Можете убедиться.

Мужчина взял одну из упаковок, недоверчиво осмотрел, вскрыл, высыпал на столешницу новенькие десятирублевые монеты. Взял наугад одну, повертел. Вскрыл остальные упаковки. Вынул из каждой по паре монет. Удивленно посмотрел на гостью, столь легко расстающуюся с немалой суммой. Та кивнула на бумагу. Чуть помедлив и пожевав губами, глава семьи поставил свою подпись. Глядевший через его плечо старик лишь неодобрительно покачал головой.

— А теперь вещи. — потребовала девушка.

Мужчина кивнул и вышел. Девушка вновь открыла кейс, убрала туда подписанную бумагу и достала небольшую шкатулку. Поднялась с кресла и с легким поклоном вручила открытую коробочку старику.

— Если вдруг вы, или ваша дочь, соберетесь нас навестить — они послужат защитой и пропуском.

— Красное ципао? — прищурился старик, разглядев содержимое шкатулки.

— Оно самое. — кивнула девушка, и на ее лице появилась счастливая улыбка.

Когда мужчина вернулся с большой коробкой, гостья уже сидела на своем месте и лицо ее, как и прежде, выражало деловое внимание. Открыв переданную ей коробку, девушка извлекла из нее один из предметов, внимательно осмотрела и аккуратно вернула на место. Спустя еще пять минут в комнату вошли заплаканные Риса с матерью. Риса утерла все еще бежавшие слезы и с тревогой оглядела присутствующих, потом горку монет на столике.

— Ну как? — спросила она у подруги.

— Договорились. — кивнула та, поднимаясь навстречу. — Твой дед — милейший, а главное, понимающий человек. Идем?

— Да.

Девушки, рука об руку направились к дверям. Следом, прихватив чемодан и коробку, отправился телохранитель, а за ним и хозяева дома.

— Ах, да. — уже спускаясь с крыльца блондинка обернулась и посмотрела на отца подруги. — Никому о сумме выкупа не говорите.

— Это еще почему? — с подозрением прищурился глава семьи.

— Засмеют. — пожала плечами девушка.

Когда машина уже отъезжала, к отцу подошел парень чуть старше только что уехавшей сестры.

— Кто это был?

— Сестра твоя с девицей какой-то приезжала. За наследством.

— И ты отдал? А новый генератор?

— Не за просто так. Так что купим, и еще немного останется.

— Подожди. — сын присмотрелся к поворачивающей за угол машине. — Она в «Ферне» что ли работает?

— Кто? — непонимающе посмотрел на него отец.

— Риска. Листок папоротника — эмблема «Ферна».

— Это того самого, который амулеты для спутников и техники делает?

— Ну да.

— Вот же! То-то эта чокнутая девица так удивилась, когда я про десять тысяч сказал. И правда ведь засмеют. — пробормотал мужчина, усаживаясь на крыльцо. — Нужно было услугой брать.

— Дурак, ты, зять. — проворчал из-за его спины старик. — Прощения нужно было просить у дочери, а не торговаться. Что тебе теперь с тех денег или услуг. Ты же вместе с наследством и от фамилии моей отказался.

— Да кому она нужна, твоя фамилия?

— Ну-ну. — покивал старик, поглаживая подаренную ему коробочку из отливающего серебром дерева.

* * *

1819 г от м.т., 9 июля.

Столица Русской Империи.

Департамент имперской безопасности.

Стоило Марте свернуть за угол коридора, как к Джону подошла Александра.

— Привет. — поздоровалась она.

— Привет. — мужчина пожал протянутую руку. — Какими судьбами?

— Да вот, зашла к Илоне получить нагоняй.

— Это еще за что?

— За то, что забираю у нее ценную сотрудницу.

— Помирились, значит?

— Ага. Смотрю вы с Мартой тоже усиленно нарезаете круги друг вокруг друга.

— Какие еще круги? Нет, я-то конечно не отрицаю, но Марта...

— То есть бюстгальтер, приподнимающий грудь, декольте поглубже, — Александра принюхалась. — и духи с афродизиаками она специально для меня подготовила? Да девушка уже не знает, как тебе намекнуть, разве, что прямым текстом не говорит.

— Вот же... — мужчина почесал затылок. — И что теперь делать?

— Как что? Скажи пару комплиментов, пригласи на свидание, подари что-нибудь красивое. Мне что, тебя учить?

— Эх, Сашка... Способности мои ты знаешь, а амулет не всегда помогает, да еще и разрядиться может в самый неподходящий момент. Вот приглашу я ее на свидание, подарю что-нибудь, а дальше что?

— А это смотря что подаришь. — хитро улыбнулась блондинка.

Покопавшись в сумочке, она вынула украшенную растительным орнаментом коробочку из белого, чуть отливающего серебром дерева и протянула ее оперативнику.

— Это же дерево из Светлого Леса!

— Ты внутрь посмотри.

В шкатулке лежала витая цепочка и три одинаковых кулона в виде листа папоротника из темного блестящего металла. Каждый листок был украшен цветком с прозрачным кристаллом в центре.

— Амулеты из темного серебра. — пояснила девушка. — Защищают от проклятий до четвертого уровня включительно. Зарядки не требуют, только первичной активации.

— Это, это... А зачем три?

— Так один потеряете, второй сломаете... Шучу. Просто примерно раз в год их нужно разряжать. Когда кристалл в центре цветка потемнеет, отдашь кулон мне или перешлешь в Обитель. Может здесь, в Департаменте, пару светильников поставим, можно будет в них разряжать. А третий — так, на всякий случай.

— Такие маленькие и защита четвертого уровня. И напитывать у жрецов не нужно... Свет милостивый, сколько же они стоят?

— Джон, если бы не твои «гвоздики», я бы сейчас с тобой не разговаривала. Так что не задавай ненужных вопросов, а иди и пригласи девушку на свидание.

* * *

1819 г от м.т., 7 Июля.

Столица Русской Империи.

Императорский дворец. Кабинет начальника внешней разведки.

— Присаживайтесь, девушки, — кивнул на приветствия император. — боюсь сейчас нам немного не до соблюдения этикета. Ситуация требует срочного решения.

Риса и Сандра расселись в кресла.

— Насколько я понимаю, госпожа Флос, — обратился император к Сандре. — полная очистка территории Светлого Леса лишь вопрос времени?

— Да, ваше величество. — согласно наклонила голову та. — Если темп работ не снижать, то примерно через два года территория королевства, за исключением замка и прилегающих кварталов, будет полностью пригодна для заселения. Обитель Ночи придется оборудовать дополнительными стационарными амулетами. Но их настройка и установка займет максимум пару месяцев. Впрочем, даже так, без защитных амулетов большинству людей там находиться больше двух-трех дней будет нельзя.

— Темное серебро под замком, я знаю. — кивнул император. — Тогда следующий вопрос. Как вы относитесь к замужеству?

Риса удивленно посмотрела на императора, потом на Сандру.

— Отрицательно. Некоторые обстоятельства...

— Я знаком с вашими обстоятельствами, мне предоставили вашу медкарту из Департамента. Но если брак будет фиктивным и по чисто политическим соображениям? В выборе любимого человека, — император взглянул на Рису. — вас никто ограничивать не будет.

— Простите, но мое решение не изменится. Могу я узнать с чем связано такое... странное предложение?

— Можете. По некоторым политическим причинам мы не можем просто присоединить к Империи всю территорию так успешно очищаемого королевства. Но если его правитель пожелает войти в состав Империи на правах вассального государства, возразить никто не сможет.

Сандра улыбнулась.

— Проще говоря, после очистки свой кусочек удобной территории захотят получить все прилегающие страны, и у вас есть законный способ не делиться. Но причем тут я?

— Видите ли, после заражения, на территорию бывшего королевства претендовали сразу несколько соседних государств, дело чуть не дошло до серьезной войны, но затем выяснилось, что очистить эти земли не получается. Попытки предпринимались неоднократно, но все они были безуспешными. Тогда, чтоб избежать кровопролития, если вдруг кто-то сможет это сделать в будущем, монархи соседних государств заключили соглашение, по которому правителем зараженных земель станет «Отпрыск рода благородного, коий свершит деяние великое, от Тьмы королевство избавив». Ваши татуировки позволяют объявить вас представительницей древнего благородного рода, а заслуги перед Империей дать вам титул баронессы. И чтоб окончательно закрыть вопросы на эту тему вам желательно выйти замуж за представителя любого аристократического рода.

— А как мои татуировки связаны с аристократией?

— Они внешне весьма похожи на те, которые делали раньше всем представителям высшей аристократии на территории Империи и некоторых соседних государств. Традиция повелась ещё с тех времён, когда некоторых перенесенных принимали за вернувшихся местных богов, носивших, по преданиям, подобные рисунки.

— То есть вы хотите повесить королевство на меня. Простите, но в любом случае замужество полностью исключено. Если вы так опасаетесь политических последствий, то почему бы просто не прекратить работы по очистке?

— К сожалению, это уже не имеет смысла. Успех нашего с вами предприятия вызвал слишком сильный резонанс. Соседи нервничают, и любая попытка свернуть работы приведет лишь к усилению скандала. Рано или поздно, а скорее рано, все заинтересованные лица узнают, что Кассандра Нокс — уникальный имперский специалист, разработавший методику создания универсальных защитных амулетов, чей справочник дважды пытались купить и семнадцать раз украсть, и Вайя Флос — глава компании, занимающейся изготовлением и продажей амулетов, созданных по этой методике, а теперь ещё и успешной очисткой земель Светлого Леса — одно и то же лицо. Если вопрос не решить сейчас, то однажды вас все-таки выкрадут и, в лучшем случае, повторят мое предложение. Тем более, что ваше выступление на телевидении Ливонской Республики уже породило массу слухов о вашем происхождении.

— Только сделано это будет уже без учета моих обстоятельств. А потом меня скорее всего упрячут в подвал поглубже. — задумчиво сказала Сандра.

Император согласно кивнул.

— Простите, — подала голос Риса. — а представитель какого именно аристократического рода должен стать супругом Александры?

— В принципе не важно, лишь бы было родство с любой правящей династией, — ответил император. — хотя, чем древнее, тем лучше.

— Тогда, — Риса глубоко вздохнула. — Сандра может жениться на мне.

Оба собеседника молча посмотрели на нее. Только если во взгляде императора к лёгкому удивлению примешивалось любопытство, то разобрать все эмоции, мелькавшие в глазах Сандры не получалось.

— Золотова — это перевод моей фамилии на русский. Настоящая фамилия моей семьи Цзинь. — поспешила пояснить Риса.

— Династия китайских императоров? — округлила глаза Сандра.

— Да. Мой предок был младшим сыном последнего императора на Земле. Он бежал из страны перед началом осады Цайчжоу монголами и во время перехода по степям попал сюда. Здесь наш род правил племенами ханьцев до их перехода под руку Ниххонской Империи, после которого предки ушли в добровольное изгнание.

— Вы можете подтвердить эту информацию? — прищурился правитель.

— Могу. Все необходимые свидетельства хранятся у моих родителей, начиная от реликвий рода и заканчивая полным родовым древом.

— Ваше предложение звучит интересно. Если бы не ваш пол, госпожа Золотова, такой вариант устроил бы и меня и вашу, хм, подругу. Но боюсь никто из жрецов не захочет оформлять такой брак, а принуждать их я не имею права. Или вам известно, как обойти и это обстоятельство? — глаза императора блеснули любопытством.

— Как однажды сказала моя одноклассница, прямого законодательного запрета на подобный брак не существует. Его может оформить любой, обладающий подобным правом, например, вы, ваше величество.

Император ненадолго задумался.

— Что ж, я действительно обладаю таким правом и не припомню законодательных запретов, но на всякий случай это следует уточнить. — мужчина поднялся из кресла, давая знак об окончании аудиенции. — Все эти сведения будут проверены. Если все так, как вы утверждаете, то вам госпожа... Цзинь, как представителю более старшей династии, предстоит стать правительницей королевства, а госпоже Флос принцем, точнее, принцессой-консортом. Ну а я вас с удовольствием короную, а затем и обвенчаю. Скандал будет знатный, но и возразить никто не сможет.

* * *

Там же. Полчаса спустя.

— Константин, зачем ты согласился? О браке придется объявить публично. Обязательно найдется тот, кто бросит ей вызов.

— Насколько я понял свое право на земли и выбор она докажет.

— Но можно же было как-то по-другому решить этот вопрос.

— Как? Снова спрятать или запереть? Это не выгодно. А выдать замуж эту... гхм... девочку у нас бы все равно не получилось. В крайнем случае она просто сбежала бы в свою Обитель, и Рису свою прихватила.

— Это еще почему?

— Знаешь, кузен, твоя татуировка довольно сильно тебя ограничивает.

— Ты ведь помнишь где и с кем я работаю. — поморщился директор Департамента.

— Да помню я. У тебя там «полно малефиков, а амулет может отказать в любой момент». — передразнил он собеседника. — Но татуировка отсекает часть ощущений. Так вот. Эта девочка, Риса, не просто так сблизилась с Александрой.

— Да не наводи ты теней, говори прямо.

— В общем ощущения от этой... девушки... такие же как от мужчины.

— Ты хочешь сказать?..

— То, что она выглядит как девушка еще не значит, что она ей является. Возможно операция, из-за которой она, как считают медики, не может иметь детей, вовсе не связана с отсутствующими органами.

— То есть у нее их изначально не было?

— Думаю да.

— Хм. Это многое объясняет в ее поведении. Она ведь знает об этой своей особенности. Интересно кто и зачем это сделал?

— Сомневаюсь, что это было сделано специально. Скорее всего это просто какое-то отклонение. Но эффект, согласись, любопытный.

— Это ведь не единственная причина?

— Конечно. Она уже наверняка добралась до архивов Ордена. Королевство у нее небольшое, населения практически нет, и в ближайшее время не появится. Чтоб сохранить независимость, ей придется доказать свою полезность. Она уже известна как уникальный специалист, и периодически появляющимся новинкам никто не удивится.

— А делиться ими она будет в первую очередь с нами. — кивнул директор.

— Если все пойдет как задумано, то буквально через год никто не рискнет убивать курицу, несущую яйца из светлого серебра. И приглядывать за Светлым Лесом будем не только мы, но и прикормленные новыми технологиями соседи. Но самое главное — необходимые для создания Затмения материалы теперь можно получить, только взяв штурмом Обитель, что, насколько мне известно, весьма и весьма сложно. Но если вдруг подобное случится — эта территория уже пережила одно проклятие.

— Н-да. А Илона еще меня упрекала в том, что я использовал их для охоты на Орден.

— Кстати, вы же лет двадцать вместе. Когда уже наконец поженитесь?

Глава 24

Ну что вы, девушке благородного происхождения не пристало размахивать двуручным мечом, словно какому-то паладину. Тем более если у нее есть роторный пулемет.

Неизвестная принцесса

1819 г от м.т., 20 июля.

Столица Русской Империи.

Императорский дворец. Большой приемный зал.

... — Согласно соглашению о спорных землях от 1637 года я признаю за баронессой Флос право на эти земли. Есть ли желающие возразить моему решению? — спросил император, внимательно оглядывая присутствующих и привычно ловя отголоски их эмоций.

Вот посол Ливонской Республики. Он может и рад бы возразить, но не желает еще одного скандала с «Ферном». Фалетский посол прикидывает возможную прибыль от торговли с новым соседом. Кое-кто из гостей с интересом оглядывает новоиспеченную баронессу и владелицу пока еще зараженных земель, явно оценивая ее как потенциальную супругу. Представитель Франкской Империи что-то шепчет на ухо князю Горскому.

— Раз возражений нет, то я хотел бы объявить о еще одном событии. Не так давно ко мне обратилась представительница считавшегося угасшим рода с просьбой о восстановлении ее статуса. Господин посол? — обратился он к ниххонцу.

— Да. — шагнул тот вперед. — Предоставленные госпожой Цзинь доказательства прошли полную проверку нашими специалистами, и Император признал ее право на фамилию. Поздравляю вас, госпожа Цзинь.

Посол протянул свиток, перевязанный золотой лентой, стоявшей рядом с баронессой девушке. Стоило той с поклоном принять его, как баронесса шагнула вперед и, развернувшись, склонилась в глубоком поклоне.

— Я, баронесса Флос, первая в роду, прошу госпожу Цзинь оказать мне честь...

Зазвучавшие слова заставили большинство присутствовавших пораженно выдохнуть. С политической точки зрения все было логично. У Цзинь нет ничего, кроме древней фамилии, а у Флос есть и деньги, и земли, зато фамилии всего час. После заключения брака оспорить право Флос на земли не сможет никто, а Цзинь получит все, чего так недостает ее статусу. Вот только предлагала девушка руку и сердце другой девушке.

— Я, Риса Цзинь, последняя в роду, принимаю ваше предложение, баронесса. — склонила голову Цзинь.

Раздались редкие хлопки в ладоши. Спустя несколько секунд посла Ниххонской Империи поддержали сперва один, а потом еще несколько гостей.

— Что это за фарс?! — мужской голос из центра зала перекрыл аплодисменты.

Гости удивленно переглянулись. Вперед вышел высокий мужчина.

— Что это за фарс, я вас спрашиваю?! — повторил он. — С каких пор земли стали раздаваться всяким безродным извращенкам?

— Князь, еще час назад вы были не против моего решения даровать титул баронессе. — холодно напомнил император.

— Откуда мне было знать, что эта «баронесса» окажется лилией, да еще и разыграет здесь такой спектакль?

— Почему спектакль? Предложение госпожи Флос несколько необычно, но сделано вполне искренне. Если вы не доверяете мне в этом вопросе, то в зале достаточно эмпатов, чтоб подтвердить мои слова.

— И кто же их обвенчает, интересно?

— Я и обвенчаю. У меня, как и у вас, есть такое право. Подобные браки не запрещены в Русской Империи, как и в Княжестве Стальных Скал. Или вы возражаете?

— Естественно.

— Ваше величество, — подала голос Флос. — кажется, князя просто задел мой выбор.

— Помолчи, соплячка! Будь моя воля...

— Князь, — холод в голосе девушки получился ничуть не хуже, чем у императора. — вы хотите оспорить мое право выбора?

Мужчина смерил ее взглядом и усмехнулся.

— Хочу. Здесь и сейчас, сила против силы, дар против дара. Я, князь Горский, хочу оспорить твое право на земли и выбор, девчонка.

— Да будет так. — кивнула девушка.

Что ж, — покачал головой император. — я прикажу подготовить соседний зал.

Спустя десять минут в соседнем зале были установлены ограждения из серебряной сетки и бронестекла.

— Не переживайте, ваше величество, — хмыкнул князь, проходя мимо императора. — я постараюсь не сильно ее покалечить.

— Ваши амулеты, пожалуйста. — попросил пожилой жрец дуэлянтов, вышедших в центр зала.

Небольшой кулон из темного металла, протянутый Флос не вызвал у большинства присутствующих ничего, кроме легкого недоумения, а вот широкая серебряная пластина, протянутая князем, породила волну взволнованного шепота.

— Ваше величество, — тихо обратился к императору посол Ниххона. — вы уверены в исходе дуэли?

— Нет, — на лице императора мелькнула легкая улыбка. — но надеюсь князь все же выживет.

* * *

— Ну что, баронесса, не хотите сдаться, пока не поздно? — поинтересовался Горский, чей дар, не сдерживаемый амулетом, заставил воздух вокруг тела слегка задрожать. — Все же я один из сильнейших малефиков.

В ответ Флос провела руками по бедрам снизу-вверх и чуть шире расставила ноги.

— Интересный способ признать поражение. — усмехнулся князь, разглядывая показавшиеся из разрезов на платье бедра. — Мне уже нравится.

Руки девушки на секунду скользнули под платье, и князь перестал улыбаться. Под подолом были спрятаны тонкие стилеты, которые сейчас и держала противница. Опытный взгляд тут же отметил, что подол колыхнулся слабее, чем должен был. Девчонка явно готовилась к чему-то подобному — ножны со стилетами и скрытые застежки, позволяющие в случае чего быстро добраться до оружия, а заодно и освободить ноги. Впрочем, без защитного амулета против проклятия третьего уровня она ничего не сможет сделать. Тем более если это слепота.

— Пожалуй, — князь обнажил шпагу. — так будет даже интереснее.

Первый пробный удар девушка приняла на скользящий блок. Второй, нанесенный уже почти в полную скорость и силу, пропустила, отклонившись назад, и тут же контратаковала, располосовав рукав рубашки князя и слегка задев кожу. Третий и четвертый удары тоже прошли мимо. Так и прошли несколько минут поединка. Фехтовать девчонка почти не умела, но уклонялась от его атак с нечеловеческой скоростью, изредка пытаясь уколоть в ответ стилетами, иногда удачно. Зрение потихоньку стало плыть — дар начал действовать на хозяина, а Флос по-прежнему двигалась все так же быстро, словно проклятие на нее не влияло. Князь усилил натиск, заодно усиливая и воздействие. В таком режиме он мог продержаться от силы минуту, но, кажется, это был единственный шанс. Уклоняться от всех ударов и выпадов девчонка уже не успевала и все чаще принимала их на скользящие блоки. Пару раз вместо скользящих блоков получились жесткие и судя по мелькавшим гримасам, сдержать удар ей было сложно. Последний выпад получился очень удачным — один из стилетов сломался. Вкладывая в следующий удар остатки сил, князь понимал, что скорее всего покалечит, а может и убьет противницу, которая просто не сможет сдержать шпагу одним стилетом. Подобный исход дуэли может изрядно подмочить репутацию как его, так и всего Княжества, но проигрыш будет еще хуже. Тяжелый клинок из лучшей стали столкнулся с тонким лезвием стилета и... разлетелся мелкими осколками. Князь тяжело опустился на колени — сил стоять уже не было. Сквозь застилающую глаза темную дымку он увидел силуэт подходящей к нему девушки. На лоб легла прохладная ладонь и зрение прояснилось.

— Это было глупо, князь. — холодно произнесла склонившаяся к его лицу девушка. — Вы вызвали меня на дуэль, ничего не зная о моих способностях и сделав ставку на темный дар. Да еще и назвались сильнейшим малефиком.

Развернувшись девушка прошла мимо гостей, отодвинувшихся на несколько шагов от Цзинь, вокруг тела которой клубилась серая дымка. «Четвертый уровень, не ниже», — подумал про себя князь. Флос подошла к девушке, обняла, что-то прошептала на ухо и легко поцеловала в губы. На секунду темная дымка окружила обеих и почти сразу исчезла.

— Что ж господа и дамы, — нарушил тишину император. — надеюсь больше нет желающих бросить вызов баронессе? В таком случае давайте забудем этот инцидент и перейдем в банкетный зал. Все же помолвка двух правителей нового государства случается не каждый день.

Гости направились к выходу. Подошедший целитель помог князю подняться и одеть амулет. Уже выходя из зала князь услышал вопрос ниххонскго посла.

— Скажите, баронесса, а если бы князь не стал использовать дар, как бы вы поступили в таком случае? Вы ведь почти не умеете фехтовать. Несмотря на вашу впечатляющую силу и скорость опыт князя позволил бы ему выиграть дуэль.

— В таком случае я бы просто не стала ее затягивать. Эти стилеты вообще-то предназначены для метания и их у меня не два, а четыре.

— То есть вы могли закончить дуэль в первую же секунду?

— Да, но зачем сразу раскрывать все карты... Ай!

— Дура, знаешь, как я за тебя испугалась! — раздался возмущенный голос Цзинь, сопровождаемый смехом посла.

— Прости...

Дальнейших слов князь, которого повели в другую сторону, уже не слышал.

* * *

Две недели спустя.

Новобрачные вышли на площадь, где их уже ожидал транспорт. Девушка в брючном костюме помогла своей спутнице подняться по небольшому трапу. Под удивленный гомон толпы оба винта машины пришли в движение, затем, сделав короткий разбег, коптер набрал высоту. Толпа ахнула. Над несущим винтом вспыхнул купол эфирного щита, и машина, провожаемая взглядами, в которых плескался ужас пополам с восхищением, скрылась за домами.

«Не переживайте, ваше величество», — вспомнились императору слова Вайи, когда та согласовывала с ним пролет гирокоптера над Столицей. — «Заряда в накопителях хватит до самой границы. Там сменим накопители и заправимся. Машина надежная, над домами мы не полетим, а пилот у меня вообще драконесса».

* * *

Тело Рисы было наполнено сладкой истомой. Последние две недели были настолько изматывающим, что им было не до ласк. И только оказавшись дома, в Обители, они наконец смогли выспаться, и не только выспаться.

— Как же давно мне этого хотелось, — потянувшись сказала она.

— Кто же виноват? — пробормотала дремлющая Сандра.

— Ты, кто же еще?

— И чего это я?

— Я королева, а ты всего лишь принцесса. Я теперь королева... Как я вообще на это согласилась?

— Сама задаюсь этим вопросом. И сама подписалась и меня подписала.

— Да ты не особо-то отказывалась. Неужели не было другого варианта?

— Ну почему же? Был, и не один. Например, я могла просто прекратить работу по очистке, сбежать в Обитель, и фиг бы кто меня оттуда выковырял.

— Зачем тогда согласилась?

— Почти все варианты предполагали расставание с тобой, и тут ты предлагаешь пожениться. Кем бы я была, откажись от такого, да еще при императоре?

Риса на минуту задумалась, а потом спросила.

— А ты случайно меня не приворожила?

— Нет. Ни случайно, ни специально. — Сандра зевнула и засопела.

Риса повернулась и толкнула ее в бок.

— Что ты спишь?

— А что ещё делать?

— Поговори со мной.

— О чем?

— Ты вот как-то говорила, что в предсказаниях разбираешься.

— Говорила.

— Знаешь, когда меня в приют отправили, я в первый день хотела ночью, когда все уснут, в окно выпрыгнуть, так жить не хотелось. Глупость, конечно — третий этаж... Но пока ждала, уснула сама. И мне приснилась девушка. Красивая, с большими черными глазами. Она сказала, что мне нельзя сейчас умирать иначе я не смогу выйти замуж за принца. Я почему-то ей поверила. Это помогало мне на первых порах. Потом я привыкла и об этом сне забыла, а вчера перед свадьбой вспомнила.

— Ну и что тут непонятного? Ты из окна не выпрыгнула, меня за дверь не выставила, вот сон и сбылся.

— А ничего что я замужем?.. Или жената?.. Короче, состою в браке с тобой?

— Наверное у Госпожи специфическое чувство юмора. Или Ми права, и с ее высот такие мелочи не видны.

— Ничего себе мелочи. Нет, я конечно не в претензии, но мне обещали принца.

— Что обещали, то и получила. — пробурчала Сандра, снова зевая.

— Заметно, — Риса ткнула ее пальцем в грудь. — но если ты не знаешь, то принц — это вообще-то парень.

— У всех свои недостатки. Я не виновата в том, что тело выглядит женским.

От этих слов Риса даже приподнялась на локте, нависнув над супругой.

— Что значит выглядит?

— То и значит. — пожала та плечами. — У меня редкое генетическое заболевание из-за которого тело выглядит женским. Но набор хромосом, строение мышц, костей, работа мозга, сексуальные предпочтения, — Сандра провела пальцем по бедру Рисы. — все как у мужчины. Да что там, я даже говорю и думаю о себе в женском роде только из старой привычки к маскировке. Ты сенсор и чувствуешь мой пол на уровне энергетики, а внешний вид для тебя вторичен.

— И ты молчала?!

— А что ты хотела? Чтоб я орала на каждом углу что я на самом деле парень, а сиськи и отсутствие одной важной части мужского тела всем только кажутся? Доказать свои слова на нынешнем уровне технологий, а уж тем более как-то вылечиться я не могу. Ну и неприятна мне эта тема, чего уж там.

Риса задумалась. Сказанное полностью объясняло и отношение Сандры к парням и девушкам, и ее собственные чувства к ней, развеивая последние сомнения в выборе. Огорчало лишь одно.

— Эх. А я так хотела детей.

— С этим труднее. Мне, гхм, все что могло бы в этом помочь ещё в одиннадцать лет удалили.

— Жаль... Подожди, труднее, но не невозможно?

— В подвалах Обители есть хорошо защищённый архив. Там собраны протоколы допросов перенесенных. Один из таких людей был биологом. Не знаю из какого мира он прибыл, но точно не из моего, и работал, что интересно, добровольно. Там собрано множество интересных вещей за его авторством. Например, способ переноса генетического материала из одной клетки в другую. У нас что-то похожее делали, когда исследовали возможность клонирования животных, но его методика позволяет создать искусственную половую клетку. Технологии тогда, да и сейчас, ещё не позволяют такие операции, но уж эту проблему мы с тобой решим.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Тогда, — рука Рисы скользнула вниз. — я требую расплаты за красное ципао.

— А с ним-то что не так?

— Что не так? Я понимаю, что это традиционное ханьское платье невесты, но ты не представляешь, как мне пришлось перед мамой выкручиваться.

Три дня спустя

— Риса, ты не знаешь, почему уже второй посол спрашивает у меня про какие-то волшебные браслеты?

— А ты, что, ничего не знаешь? Пойдем покажу. — Риса отвела меня в спальню и включила телевизор.

* * *

Взрыв вынес двери, и из здания вышла девочка. Лицо и руки ее были покрыты царапинами и синяками, платье в нескольких местах порвано и прожжено. На руках она несла изможденную бессознательную подругу, которую с боем сняла с алтаря злобных колдунов. Отойдя на десяток метров, и уложив пострадавшую на асфальт, она развернулась к покинутому зданию и воздев руки к небу с пафосом произнесла: «За все, что вы причинили и собирались причинить людям я разрушу эту обитель зла!»

Вокруг золотых браслетов на запястьях девочки закружились светящиеся полосы из непонятных символов, а над зданием возникла гексаграмма, окружённая бесчисленным количеством магических знаков.

«Гнев богов!» — закричала девочка, и огромный огненный шар обрушился на здание, превращая его в груду дымящихся обломков.

Девочка развернулась, подняла на руки подругу и зашагала к полицейскому оцеплению. Картинка сменилась титрами, зазвучала финальная песня.

* * *

Я закрыла лицо. Для верности обеими руками.

— Ночь предвечная! — простонала я. — Сколько пафоса и превозмогания, и главное, почти ни слова правды.

— Как это ни слова? Сериал «Принцесса-волшебница Хана Шида» основан на реальных событиях. — захихикала Риса, уговорившая меня посмотреть все двенадцать серий этого... этого... «документального анимэ».

— Ты еще скажи, что это смотрят.

— Анимэ стабильно держится в первой пятерке с момента выхода второй серии. Студия уже сделала официальное заявление о втором сезоне «Путь к трону». — добила меня Риса. — А еще собираются выпустить фигурки и плакаты.

— Что-о? Кто там у нас продюсер всего этого безобразия?

* * *

Когда Сандра с решительным видом потянулась за трубкой, Риса замерла в предвкушении.

— Добрый день, соедините меня, пожалуйста, с Матвеевым-саном.

— ...

— Вайя Флос.

— ...

— Да-да, та самая.

— ...

— Матвеев-сан? Вайя Флос вас беспокоит. Будьте столь любезны, поведайте мне о своих планах на второй сезон нового анимэ про Цветок Папоротника?

Через пять минут Сандре, видимо, надоели великосветские манеры.

— Слушай, Миша! Лучше сделай как я прошу, а то на вашу студию тоже спутник случайно упадет.

— ...

— Нет, конечно. Это был сбой в системе ориентирования. Случайное стечение обстоятельств. Но вдруг оно случайно снова повторится...

— ...

— А если на твой хороший и глубокий бункер не спутник а астероид упадет?

— ...

— Да пусть ваш император расстраивается сколько угодно.

— ...

— А нашему-то императору с чего расстраиваться?

— ...

— Какая еще сделка?

— ...

— Что значит из Департамента официально передали материалы, а сейчас готовят пакет для второго сезона? Это конфиденциальная информация, а кое-что вообще секретно!

— ...

— Какие еще двадцать процентов от прибыли?!

— ...

— То есть с Департаментом ты договорился, император одобрил, а меня спрашивать ты не стал?!

— ...

— Да начхать где я в тот момент была. Я серьезная девушка, соправительница целой страны, а тут такой удар по репутации. У тебя там в титрах написано: «Основан на реальных событиях». Чего там реального? Мало того, что я в твоем мультике колдую так, что Мерлин обзавидуется, но я же еще и мечом пули отбиваю! Двуручным, блин, фламбергом! Про пафос, который можно в бочки разливать, я вообще молчу. А я-то понять не могу, про какие браслеты меня все время спрашивают?!

— ...

— Да нахрена мне такая популярность? Короче, за моральный ущерб с тебя пять процентов с показа и выпуска сопутствующей продукции.

— ...

— Какого из семнадцати известных мне богов я должна побояться и с каких это пор пять процентов прибыли от показа одного сезона анимэ стали сумасшедшими деньгами?

— ...

— Ну и что, что популярное во всем мире? Это ж анимэ, а не «Властелин колец».

— ...

— Пять миллионов йен? Охренеть!

...

— Рублей?! Охренеть два раза! Пять лямов — это же новый генератор щита для поселка с комплектом спутников. Теперь понятно почему император был не против. Хотя... мне же страну поднимать... дворец ремонтировать. В общем цифру ты слышал.

— ...

— Ничего не знаю! С тебя пять процентов с первого сезона и, так и быть, три, нет, четыре процента со второго и прочей сопутствующей лабуды. Да, и еще, пришли мне несколько дисков с первым сезоном, и со вторым, когда выйдет.

— ...

— Зачем-зачем. Поставлю их на полку славы, рядом с другими своими эпичными провалами.

* * *

Я положила трубку.

— А зачем тебе эти диски на самом деле? — спросила Риса, знавшая, что никакой полки славы у меня нет.

— Поставлю автограф и продам с аукциона. Думаю, тысяч по восемь-десять за диск получится. Ну что ты смеешься? Гордится нужно такой хозяйственной супругой.

Эпилог

Год спустя.

Граница светлого Леса и Ливонской Республики.

После поднявшегося скандала его выперли со службы. Тогда никто не стал разбираться, что действовал он строго по приказу. Испорченную рацию и тазер посчитали достаточным доказательством попытки нападения. Впрочем, вспоминая то, что случилось потом с Генрихом и идиотами из «ЛРС», он нисколько не жалел об этой встрече. Проблема была в дочери — ей, одаренному малефику, требовались ограничивающие амулеты, купить которые он был теперь не в состоянии. Тогда он и вспомнил о визитной карточке.

— Папа, — дочь подняла на отца затянутые темной дымкой глаза. — а куда мы едем?

— В Светлый Лес, Алиса.

— В Светлый Лес? Туда, где живет принцесса?

— Да, туда. Ты поспи пока.

— Хорошо.

Машина остановилась на поляне перед деревьями. Дальше пришлось бы идти пешком или воспользоваться вездеходом, которого у него не было.

«Значит просто разорвать. Интересно, как это работает?» Он достал из внутреннего кармана куртки бережно завернутый бумажный прямоугольник и порвал его пополам. Ничего не произошло. Подождав, сам не зная чего, еще пять минут, Отто развернулся и пошел к машине. Алиса спала, слабо постанывая во сне. Очень хотелось одеть на нее один из купленных на последние деньги амулетов, но они были нужны для перехода через границу. Осторожно, чтоб не разбудить дочку, он стал доставать из багажника вещи. Что-то уложил в рюкзак, что-то вернул обратно. Примерно через час, когда рюкзак был уложен он разбудил дочь. Разведя небольшой костерок, в любом другом месте его за это как минимум оштрафовали бы, он вскипятил воду и заварил чай. Наскоро перекусив они уже собирались двинуться в путь, когда над лесом послышался непонятный шум. Еще пять минут спустя на поляну рядом с автомобилем приземлялась странная летающая машина: вытянутая округлая кабина над которой вращался огромный винт, еще один, небольшой, позади, и длинная балка с небольшими крыльями. Когда вращение лопастей замедлилось из кабины спрыгнула девушка в белом комбинезоне.

Девушку, чей комбинезон при ближайшем рассмотрении оказался легкой броней, он узнал сразу.

— Здравствуйте, капитан. Вы все-таки решились. Что заставило вас воспользоваться таким радикальным методом связи?

— Извините, другого не было. А решился я из-за дочери.

Девочка выглянула из-за спины отца. Девушка подошла ближе. Присела.

— Привет. Как тебя зовут?

— Алиса.

— Ну здравствуй, Алиса. А я — Вайя. — она подняла глаза на мужчину. — Давно она без амулета?

— Вторую неделю.

— Слепота?

Он молча кивнул.

— Ну что ж Алиса, будем лечиться.

— Я не болею.

— Правда? А у кого голова болит и в глазах темно?

— У меня, только это не болезнь — это Темнота.

— Давай тогда твою Темноту пересадим в другое место. Смотри. — девушка стянула с шеи цепочку с металлической пластинкой черного цвета и большим серым камнем в центре.

— Что это? — прищурилась девочка.

— Это волшебный амулет.

— Волшебный? Как у принцессы? А почему он черный?

— Чтоб Темноте было приятнее сидеть в нем, а не в тебе.

Девушка одела цепочку на шею девочке. На секунду глаза Алисы стали полностью черными, а затем закрывавшая их дымка рассеялась.

— Папа, больше не болит. Голова больше не болит, и я хорошо вижу. — на лице девочки расцвела улыбка.

— Ну вот и хорошо. Теперь давайте погрузим вещи, и я отвезу вас в столицу. Там решим, как быть дальше. Вашу машину оставим тут.

— А что это за аппарат? — спросил Отто.

— Это легкий коптер. Мы недавно начали их производство. Дороги основательно заросли, и в некоторые части страны быстро добраться можно только по воздуху. Да и потом, вырубать леса для прокладки дорог... думаю ни у кого рука не поднимется.

— Да, вырубать такое... Но ведь малейший сбой в работе двигателя, и аппарат рухнет.

— Капитан, это гирокоптер, в случае отказа двигателя, он просто сядет на землю. Ну, и вы забываете, чем знаменита компания «Ферн».

— Амулеты? Но тогда эта машина стоит треть собственного веса в золоте.

— Четверть, но я думаю над этим. Впрочем, сейчас это не важно.

— Мы что, полетим по воздуху? — Алиса потеребила девушку за рукав.

— Ага.

— А куда?

— В Обитель Ночи.

— К принцессе?

— К королеве.

— А принцесса?

— А принцесса нас повезет. — ответил вместо девушки мужчина.

На лице девочки сперва отразилось непонимание, а потом глаза ее широко распахнулись.

— Так вы и есть всетемнейшая принцесса?

— Не похожа?

Девочка посмотрела на Вайю, потом на амулет на своей шее.

— А дракон и кошка?

Принцесса молча указала подбородком за спину Алисы. Та обернулась. На поляну, рядом с летающей машиной, приземлялся серебристый дракон, с большой серой кошкой на спине.

Примечания

1

прим. бо-сюрикен — японское метательное оружие, в виде металлического стержня, заточенного с одного или обоих концов.

2

(исполняемая песня I Still Remember Blackmore's Night https://music.yandex.ru/album/2257415/track/2424162)

3

прим. Ферн (англ. Fern) — папоротник

4

прим. яп. «Богиня-кошка. Рада с вами познакомится»

5

прим. ципао — китайское платье

Content

Алексей Даниленков
Земля падающих звезд

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог

Примечания