Грибы с зубами. S-T-I-K-S

Глава 1. Свежак.

День 1.

Сергей Анатольевич любил грибы, знал и умел их готовить. Жареные, соленые и маринованные. Но более всего любил грибы, стоящие в лесу, любил их собирать. Просто бродить по лесу тоже любил, иногда шаг вперед, два шага назад, без определенной цели и смысла, иногда по маршруту «до озера и обратно», непременно возвращаясь другой дорогой. Здоровье и остатки спортивной формы позволяли ходить далеко и долго. А интереснее всего, по его мнению, было гулять, собирая грибы. Для того нет лучше места, чем Карелия, северное Приладожье. Красивый и разнообразный лес, сложный интересный рельеф, изобилие грибов и ягод. Даже чрезмерное изобилие, от него корзинка тяжелеет слишком быстро, даже у придирчивого грибника. Готовясь к пенсии, а куда деваться, раз уж коллеги начали звать по отчеству, то пора наверно, Сергей прикупил там домик на месте старого финского хутора. Теперь вот гулял по окрестностям… километров на 10 уже ушел, пора закругляться. Тем более, начал опускаться туман, сыростью потянуло. Потом тропа вывела к краю болотца, туман стал гуще, запахло странной кислинкой от местных цветов видимо. Поудобнее перехватив корзинку и сильно опираясь на посох, Сергей заспешил к дому.

Вдруг странный запах стал сильнее. Туман вдруг и резко стал совсем плотным, настолько, что не видно ничего уже в трех шагах. С ориентацией то на местности у Сергея никогда проблем не возникало, а тут тем более просто, надо держаться тропы, даже на компас можно и не смотреть, куда она выведет известно. Хотя можно основную тропу потерять, свернуть не туда. Тогда возвращаться, а корзинка уже тяжелая и эта пара сотен метров уже лишняя. Тем более по такой погоде. А на лесных тропах встречается всякое, и повредить ногу, не заметив камень или упавший поперек ствол можно запросто. И только Сергей подумал, что надо бы сбавить темп и быть осторожнее, как земля из-под ног ушла.

Очнувшись, не сразу понял где он. Осмотрелся. Лежит, под ним мягкий сыроватый мох, шишки. Рядом корзинка, грибы немного рассыпались. С другой стороны палка. Вспомнил. Выругался. Поднялся. Подвигавшись, понял, что обошлось без травм. Голова только побаливает. Двинулся по тропе дальше скорым шагом, удивляясь странностям погоды. Только что был туман, а теперь Солнце светит, даже жарковато стало не по-осеннему.

Стоп. Солнце явно не с той стороны, где должно быть. Ну… всё когда–то случается в первый раз. Думал, что он-то заблудиться не способен. И вот, похоже, факт налицо. И тропа вдруг перестала быть узнаваемой. Не должно быть тут такого. Скалы, складчатая местность. Морена. Такое есть, но километров пять совсем в другую сторону. Неужели с самого начала пошел не туда? Вернуться успею, решил Сергей. А вот впереди скальный гребень и с него стоит посмотреть. Что за ним - интересно.

Так и оказалось, посмотреть было на что. Уже забираясь на гребень, Сергей услышал выстрелы. Серьезные такие выстрелы. Пулемет, подумал Сергей. Но – не близко. А с одной стороны, где пулемет, там и пули. В том числе шальные и даже на излете опасные. С другой стороны, там и люди. Если вышел к воякам то подскажут, может даже и подбросят хоть к шоссе. Неприятности вряд ли будут, если не лезть куда не положено. Рассудил так: стрельбище охраняют, вот к охране и выйду. Но выглядывал с гребня осторожно. А там увидел такое, что глазам не поверил. Возвышенность, где находился Сергей, обрывалась скалистым уступом высотой метров двадцать. Он вышел как раз на мысок, выступающий к перекрестку дорог. За ними поле, а далее странная чернота, похожая на выгоревшую по весне траву. Ничего похожего в округе точно нет, уж все асфальтированные окрестные дороги он помнил. Также хорошо помнил, что такого на этих дорогах не бывает.

По дороге на изрядной скорости несся, приближаясь, джихадмобиль с пулеметом. А за ним бежало нечто странное, похожее на динозавра, и динозавру этому нипочем обстрел, он постепенно догонял машину. Почти нипочем, присмотревшись, отметил Сергей. Но все-таки попадания ему не нравятся, он пытается уклоняться на бегу. Иначе бы уже догнал. А скорость то под сотню, а пулеметчик явно знает свое дело. Машина приблизилась и ушла из поля видимости. Затем, секунд через двадцать, раздался негромкий звук удара, а рокот пулемета заменило тявканье ствола помельче. И резко всё стихло.

Сергей сел, где стоял. Ноги не держали. Сердце стучало так, будто гонятся уже за ним. Очень быстро Сергей прошел все стадии принятия неизбежного. Это реальность. Домой торопиться, вероятно, уже незачем. Надо выжить и разобраться в ситуации. Тут даже разбитый автомобиль может хорошо помочь. С пулеметчиком и водителем поговорить не судьба. Но выводы можно уже делать. На этих дорогах опасно, очень опасно. Но всё-таки от большинства угроз крупнокалиберный пулемет защита вполне достаточная. Не от всех, но риск разумный, раз на него идут. Можно предположить, что тут есть и динозаврики поменьше. Сергей нервно осмотрелся, прислушался. Усмехнулся. Он хорошо устроился между скал, динозавр бы потрудился выковыривая. Оружие… Пока нет оружия. Есть нож с кучей полезных предметов в полой ручке и дорожный посох, он же палка грибника. Их легко совместить, получится короткое копье. К ножу в комплект идет гарда, которую производитель не установил из–за нелепого закона. Но теперь–то ее поставить надо, будет нечто вроде рогатины. Для охоты на Годзиллу не пойдет, но если наскочит агрессивная ящерица, пригодится. Ближайшие полчаса Сергей потратил на изготовление своего первого оружия. А второе надо будет искать в машине, когда динозавр уйдет. Не будет же он там вечно сидеть, такой туше надо много кушать, двоих мужиков ему мало. А про Сергея он не знает.

Так и случилось. Вскоре в просвете между камней мелькнул удаляющийся монстр, Сергей выждал еще десять минут по часам, обдумал соображения в пользу откладывания действий на потом и пошел для начала искать место, с которого видна машина. Такое место нашлось, и Сергей потратил еще полчаса, внимательно разглядывая подступы. Потом нашёл подходящее место для спуска и подъема. Взял копье, стараясь не производить шум, спустился вниз. Почти сразу понял, что произошло. Дорогу пересекала трещина в асфальте, причем по ее сторонам он имел заметно разный цвет… и даже разную высоту. Когда машина пересекла трещину, водитель не справился, вылетел в широкий кювет, зацепил кусты и небольшое деревце. Тут то и приняли они последний бой. Молодцы, хорошо ушли, с оружием в руках и в бою. И живым завещали. Этот чужой опыт может быть важен, тут всё важно. На своем опыте учиться не выйдет. Кабину динозавр вскрыл без труда. Обоих сожрал рядом с машиной. Бронежилет выплюнул. Пожевал пулемет, который Сергей не сумел опознать, поковырялся в зубах АКМ, ушел.

Первый быстрый осмотр – есть ли еще оружие. Нашел под сиденьем пистолет и запасную обойму. Уверенность в своих силах сразу подросла. Затем прихватил обнаруженные четыре рюкзака, оттащил сначала к месту подъема. Потом спальные мешки. Туристский примус и канистру с водой. Фляги и пластиковую бутыль с каким-то пойлом, явно на травах настоянным. Топорик странной формы на длинной рукояти с клювом клевца вместо обуха. Два ножа. Лопата. Котелок. Цинки с патронами. Обратил внимание на коробки в кузове пикапа. Маркировка «Аммонит № 6–ЖВ–250 ГОСТ 21984–76». Взрывчатка. И взрыватели нашлись. Интересные тут грузы возят. Но – пригодится всё, что не прикручено. А пулемет придется открутить, не беда, что ствол погнут. Вот АКМ испорчен без шансов на восстановление.

Перетаскивание грузов в место, надежно прикрытое скалами и кажущееся безопасным, заняло несколько часов. Пора думать о ночлеге и ужине. Грибы тоже пойдут в дело, надо сварить. Из хороших грибов супчик быстро варится.

А пока булькает, можно посмотреть, что в рюкзаках. Соль нашлась почти сразу. В каждом из четырех рюкзаков, одинаковый груз с небольшими вариациями. Патроны, несколько армейских сухпайков, немного других продуктов. Крупа нашлась, пойдет в суп. Фляги с подозрительно пахнущим пойлом. Фляга со спиртом. Фляга с коньяком. Аптечка. Чуточку личных вещей. Карта. В одном из рюкзаков, во внешнем кармане нашелся полиэтиленовый пакет, наполненный смесью грязной паутины с оранжевыми нитями, напоминающими бусы и шариками разных цветов. Выбрасывать, естественно, не стал. Ведь вполне возможно, это не просто дрянь, а важная и нужная дрянь.

Можно делать вывод – сначала их было четверо, потом возникли проблемы и осталось двое. Ездили или что-то взрывать или за взрывчаткой. Просто так такой груз не возят. Стоит рассмотреть внимательно пометки на всех картах, подумал Сергей. Может будет понятно откуда они.

Понятно стало. На одной из карт нашлась пометка в той стороне, откуда пришла Тойота. И несколько пометок вдоль реки. И вместе с картой лежала тоненькая брошюрка, озаглавленная: “Памятка попавшему в Улей”. После прочтения первой страницы, Сергей отвлекся, чтобы сделать глоток пойла из фляжки. Замер на секунду, улыбнулся с облегчением. Голова болеть перестала, усталость сменилась бодростью. Живчик подействовал как описано. Мудрый человек написал текст. Коротко и четко, основное и самое важное сразу. Еще немного подумав, Сергей переложил пистолет, уже опознанный как пистолет Ярыгина, поближе. А через десять минут, дочитав, он полюбовался на портрет Годзиллы на последней странице. Оказывается, это не динозавр. Это элита. Скорее всего, несколько лет назад был человеком. Потом его жизнь удалась, впечатляет... А ведь начинал как заурядный жалкий засранец.

Стемнело. Поужинав, Сергей обустроил ночлег, принял глоточек снотворного коньячка из фляжки. Встать надо с рассветом. Решил – обо всем остальном он подумает завтра, не зря говорят, что утро вечера мудренее, с проблемой надо переспать. Возможно и не подумает вовсе, не успеет. Но и самочувствие и брошюрка для новичков подсказывали ему, что первый приз в лотерее Улья он уже выиграл.

День 2.

Какое дело самое важное и первоочередное у проснувшегося свежака в Улье? Прислушаться и осмотреться. Ничего опасного не нашлось, обнаружился безобидный ужик, шуршавший листвой и отлично выполнивший функции будильника и источника утренней дозы адреналина. Затем завтрак и изучение содержимого споровых мешков, обнаруженного в добытом честной мародеркой пакете. Там нашлось всё, описанное в памятке.Полсотни споранов, десяток горошин, две черных жемчужины, янтарь. Про жемчуг и янтарь брошюрка говорит скупо, остальное ясно вполне. И вывод… одного элитника мужики завалили. Второго не смогли.

Затем подготовка к прогулке по лесу. Почти налегке, с копьем и пистолетом. Подходящих для первого выхода направлений четыре: три тропы и граница кластера. То, что Сергей расположился почти на границе, он уже понял. И это хорошее место для лагеря, при перезагрузке кластера уходить недалеко. Но вот насколько эта перезагрузка происходит часто? Увы, памятка дала только один совет: если почувствовал кислый запах – беги, иначе сумасшествие или смерть. Надо поискать место получше.

Решил двигаться вдоль границы кластера. Не прогадал. Через три километра довольно труднопроходимого леса обнаружилось искомое. Четко видимый глазом треугольник на стыке трех кластеров, резко отличающийся от прилегающей местности. Короче – тройник. Вот тут можно обустроиться всерьез. И несложно, тут пригорок, грунт песчаный. Соорудить простейшую землянку можно за полдня. Навес – за несколько часов. И безопасно, достаточно глубоко в лесу, далеко от дорог. Можно развести костер.

Возвращаться решил иным путем, поискать тропу. Нашел. Оказывается, граница кластера почти вдоль неё шла, отдаляясь к тройнику понемногу. Совсем понемногу, набежало метров пятьсот без заметных перепадов высот, кустов, плотного ельника и прочих препятствий. По такой дороге груз перетащил быстро. И остаток дня обустраивался. Пока копал, определился с планами. Вестимо, лопата здорово стимулирует мыслительные процессы.

Раз уж первые дни для свежака самые опасные, стоит провести их в возможно менее опасном месте. Например, таком как лес. Накопить опыт, исследуя окрестности. Научиться охотиться на слабых зараженных и избегать сильных. Потом можно будет думать, как выбраться к людям. Судя по памятке и карте где–то на севере расположен союз стабов, самоназванный “Московское княжество”. Но памятка не говорит, насколько это далеко. А карта туда не достает, обрывается раньше. Значит более трехсот километров. Дойти непросто. Но можно, пример налицо. Назад только мужики не дошли. Хотя имели и пулемет и опыт. И лодку скорее всего тоже.

На следующий день Сергей продолжил исследование лесных троп, только свернул выйдя на нее не налево, а направо. Где–то через километр Улей в очередной раз удивил. Тропа вдруг стала дорогой. Очередная граница кластера. Улей тропу с дорогой состыковал, разницы он видимо не заметил. А дорога быстро вывела на полянку и уткнулась в забор. Дверь есть, закрыта. И ворота есть. Высокий забор, кирпичный. Почти стена крепостная. Но залезть можно вполне, с минимальной подготовкой. Бревнышко подходящей длины нашлось, поработало ступенькой. На той стороне забора Сергея ждал с нетерпением, урча, подпрыгивая, иногда падая, бегун. Ну, насколько Сергей понял классификацию. Сидя на заборе, очень удобно изучать вяло скачущую внизу тварь. Зрелище омерзительное. И запах как из сортира.

Патрон пистолетный было жалко. Спускаться вниз не хотелось совсем. Не страшно, противно скорее. Хотя несколько таких для вооруженного только холодным оружием новичка это смерть гарантированная и даже один вполне противник. Но тренироваться надо же. Изучать повадки зараженных, нарабатывать навыки. Копье и топорик… с чего и как правильно и удобно начинать? Зомбик решил сомнения, удачно подставившись под копейный удар в голову прямо с забора. Копье застряло, потянуло за собой. Сергей был вынужден спрыгнуть. Вот он, ценный опыт. В чистом виде. Если бы был второй зараженный, была бы проблема. Но уже нет. Людей несколько было, но пожрали друг друга, в неясной последовательности, пока не остался только один из них. Потом обгладывал кости. Потом голодал. А долгожданный кусок вкусного мяса оказался не по зубам. Сергей добыл свой первый споран.

Дом поразил воображение. Подарок судьбы. Охотничий домик, совмещенный с тиром для пострелушек. С небольшой гостиницей для охотников, ныне пустующей. Это избавило вип–персоны от необходимости урчать и кусаться. Персоналу повезло меньше.

В кабинетике егеря нашелся огромный оружейный сейф, в нем несколько мелкашек разных производителей, в том числе стилизованных под боевое оружие. Море патронов .22LR к ним. Двустволка переломка… ну, дробь не интересна тут видимо. Разве что на куропаток поохотиться. Хотя, да. Идея хорошая.

Но звезда оружейной коллекции – карабин Тигр–9. С штатной оптикой. К нему патронов 9,3х64 полторы коробки. Brenneke, импортные … 31 штука… Жить стало лучше, жить стало веселее. Не, карабин Сергей теперь будет носить с собой. Его хочется всё время держать в руках. Хотя здравый смысл говорит, что не всё однозначно. Пулемет то не всегда достаточен. А памятка утверждает – шуметь вредно для здоровья, кто прибежит на шум предугадать нельзя. Пламегаситель на карабине выглядит симпатично, но это явно не прибор бесшумной стрельбы, в просторечии глушитель.

Глушитель нашелся для одной из навороченных мелкашек SIG 522LR, похожей отдаленно на штурмовую винтовку. Игрушка, но с похожим на боевой обвесом, включая коллиматорный прицел и подствольный фонарик. Сергей задумался. Возможно, это потешное оружие очень адекватно реалиям. Легкий, дешевый патрон вполне достаточен, чтобы разнести голову слабому зараженному с пары десятков метров. Выстрел тихий. А с глушителем наверняка почти бесшумный. В магазине 25 патронов. Берем. Теперь – в тир, надо проверить пристрелку. А затем, надо научиться чистить и смазывать оружие, без этого оно станет бесполезно быстро. Потом надо перенести хоть часть сокровища на тройник. И часть продуктов тоже. А также стройматериалы. Если есть пила, доски и гвозди, обустроиться намного проще. Обязательно - компьютер, там много дельного нашлось, по оружию и боеприпасам охотничьим. Впрочем, ночевать в этом доме тоже можно. Если бы еще график перезагрузки знать, было бы даже удобно. Даже автономное электроснабжение удалось наладить, запустив дизель-генератор.

Для прогулок по лесным тропинкам была выбрана всё-таки двустволка. И куропатку подстрелить удалось. Сергей сперва спугнул этих глупых вкусных птичек с места кормежки, потом присел на пенек, тихо выждал, когда они вернуться и сделал один выстрел. Больше и не надо, на охоте стреляют мало, это же не война. И через несколько минут сделал еще выстрел, по атаковавшей его крупной рыси. Заряд дроби почти в упор это довольно веский аргумент, но недостаточный. Дело решил топорик-клюв, при этом рысь успела извернуться и ощутимо подрать когтями ногу. Однако, ведь могла и загрызть. Рысь очень редко нападает на человека, людей не боится, но стремится разойтись без драки. Впрочем, скоро Сергей понял, что нападала уже и не совсем рысь. На затылке рыси нашелся споровый мешок и в нем один споран. В Улье, как в Улье. Обычное дело. Лес, оказывается, тоже не вполне безопасное место. Хотя лучше крупного города. Смазал подранную ногу йодом, вернулся в охотничий домик. После не очень серьезной, но заметной раны захотелось отдохнуть с большим комфортом. Ну и курицу добытую сварить на оборудованной кухне.

Про скорость заживания ран памятка тоже оказалась права. На следующее утро от довольно глубоких царапин не осталось и следа, не говоря уж о воспалении. Но спалось плохо. Снилась перезагрузка кластера, просыпался в ужасе.

Глава 2. По долинам и по взгорьям.

Глава 2. По долинам и по взгорьям.

День 5

За следующие три дня Сергей дообследовал вчерне окрестности. На карте появилось немало пометок. Лесной массив расположился на возвышенности размером примерно десять на шесть километров, ограниченной скальными стенами, в большинстве мест трудно проходимыми, но и место где можно подняться и спуститься найти нетрудно. Высота больше к краю возвышенности, местность понижается к ее центру и вблизи центра образовалось небольшое озеро. Лес разделен на пять кластеров, есть четыре тройника. Причем на одном из них нашлось нечто, похожее на подвал разрушенного домика, почти готовая база. Сергей перенес часть продуктов и оружия и туда тоже.

Самая страшная находка – на востоке, там, где шоссе почти вплотную подходит. Нашлась удобная полянка примыкающая к скалам, на ней следы стоянки нескольких грузовиков. И много расчлененных человеческих тел в канаве рядом, смрад и ужас. Сергей с трудом удержался, его не вывернуло. Но находиться там не смог. Зато понял, почему в памятке с такой ненавистью сказано о мурах. Проникся. А ведь были то они на этой полянке раза два минимум, с момента перезагрузки. Нашлась старая колея, травой заросшая. Можно ожидать, что они бывают тут регулярно. Опасное соседство, лес невелик, если заметят и захотят найти, то найдут. Еще одна причина быть осторожным и незаметным. Но вот перед уходом, а уходить рано или поздно придется, стоит оставить на этой полянке сюрприз. Идея как это сделать уже появилась, надо ее обдумать.

С запада река, за рекой просматривается в бинокль промзона. С остальных – поля, в отделении шоссе. У северо-восточной и юго-восточной оконечностей перекрестки. А на юге, примерно в километре, небольшой коттеджный поселок. К домам пройти не удалось, Сергея или услышали или почуяли. Пришлось бежать, пока не переполошил весь поселок. Ввязываться в бой не зная численности и сил противника не захотелось. Увязавшихся за ним троих бегунов Сергей упокоил бесшумно и быстро из мелкашки, держа наготове и пистолет. Но совсем без трофеев эта вылазка не осталась, нашлась милицейская рация, висящая на ветке дерева. И россыпь стреляных гильз рядом.

День 8.

Время идет. Уже полная неделя в Улье. На этот раз ночевал на первом тройнике, в уютном шалашике. Утром привычно вышел, поставив на сегодня задачу нанести на карту места спуска со скал на юго-востоке. Дошел до границ тройника, пересек их, и вдруг четко и ясно понял. Скоро перегрузка этого кластера.

А вот интересно, это Дар Улья или свойство местных обитателей, задумался Сергей. В брошюрке сказано, что зараженные от перезагрузки убегают, вероятно они должны ее предчувствовать заблаговременно, иначе с большого кластера можно не успеть уйти. И еще интересно, насколько это неспроста, связано ли ощущение приближения перезагрузки с потраченной горошиной. Пока ответа не будет. Но так или иначе, не стоит туда идти. Наоборот, стоит отойти подальше. Ждать пришлось часа два. Затем за линией кластера стал сгущаться туман, затем он потемнел, полыхнули разряды, похожие на огни святого Эльма, громыхнуло несколько молний. Затем туман пропал и проявился лес. Очень похожий на прежний, но чуточку иной. Протоптанной Сергеем тропинки не стало. И деревья иные. От появления кисляка до перезагрузки прошел почти час, это ценные данные. Несколько километров легко пройти за это время даже с грузом.

Сергей перечитал памятку свежаку вновь. На память не жаловался никогда, но перечитал внимательно еще раз и обратил внимание на то, что раньше показалось не очень срочным и потому несущественным. Но на самом деле переворачивало картину мира больше, чем наличие кусачих зомби-мутантов. Дары Улья иначе как магией назвать трудно. Продолжив цепочку ассоциаций от слов дар, магия, легко дойти до слова медитация. Стоит попробовать ввести это занятие в ежедневную практику. Наряду с пострелушками в тире. Хуже точно не будет, решил Сергей.

Памятка на эту тему особо не распространялась, рекомендовала обратиться к знахарям. Знахаря поблизости нет, Сергей посчитал это неактуальным. Но сам по себе факт существования дара хоть у одного человека переворачивает всю картину мира. И тут первое, инженерно-физическое, образование Сергея заявило решительный протест. Если развитая технология неотличима от магии, то и наоборот. Развитая магия неотличима от технологии. Она опирается на математические модели. Или может на них опереться. Она исследует мир и проверяет теорию экспериментом. Это интересно, захватывающе. Это критически важно для выживания. Этим разумно заняться. Это нельзя откладывать. И инструмент для получения дара есть, это жемчуг. Рекомендовано использовать под контролем знахаря. Но ведь не обязательно. Люди явно считают за счастье съесть жемчужину, несмотря на некоторый риск испортить внешность. Памятка описала всё, связанное с жемчугом крайне скупо, но судя по сказанному, риск невелик. Но вот знахаря посетить получится не скоро. И не ясно даже, получится ли дойти до знахаря вообще.

Подведя итог размышлениям, Сергей достал жемчужину, положил ее на ладонь. Почувствовал, как она чуть нагрелась. Проглотил.

За остаток дня посетил все соседние кластеры. Понял, что ощущение приближения перезагрузки возникает везде. Только на тройниках оно показывает вдаль, за горизонт. На лесных кластерах на что-то, до чего можно попробовать дожить. А на кластере с охотничьим домиком совсем рядом, может быть даже в завтра или послезавтра. Первоочередным делом стала переноска многочисленных ценных вещей на тройник. Второй из найденных тройников значительно лучше подходил для обустройства склада, да и для основной базы тоже. Стало несколько жаль сил, потраченных на обустройство на первом тройнике. С другой стороны, две базы лучше, чем одна. Уволок даже пристрелочный упор. В тире на большую дистанцию оружие пристрелять было невозможно, да и не нужно это охотникам. На вновь обустроенном стрельбище пристрелял карабин на триста метров. Решил, что с этой дистанции будет открывать огонь, поскольку с большей в голову зараженному скорее всего не попадет. Осталась ровно коробка патронов 9,3х64, это мало, очень мало. Но есть надежда, что при следующая перезагрузка подвезет еще. В трудах и заботах хозяйственных Сергей провел следующую неделю. С каждым днем ощущение приближающейся перезагрузки центрального кластера становилось ярче. Сергей постарался запомнить эти ощущения, чтобы потом их сопоставлять с календарным временем.

День 18.

Центральный кластер перезагрузился ночью, ближе к утру. Хронометровать процесс не удалось по уважительной причине – проспал. И то, что перезагрузка уже прошла, Сергей понял, только когда уже дошел до ворот и убедился, что они закрыты. А с той стороны уже урчат. Сергей вернулся к границе кластера, прихватил легкую дюралевую стремянку. Уже поднимаясь на стремянку, Сергей вновь испытал сатори. Он хотел знать сколько зараженных за стеной и где и он чувствовал их положение. Фактически видел, где они, только не глазами. Это ощущение отчасти похоже на использование палки, которой ощупывают дорогу в темноте или фонарика, в пятне света которого становятся видны препятствия. Еще похоже на радиолокатор, только без радиоволн и звуковой локатор летучей мыши, только без звука. Поэтому и на хлопок одной ладони тоже похоже. Зараженные, два бывших человека и одна собака, очень обрадовались его появлению и подошли поближе. Это помешало тренировке в использовании нового дара. Истину надо ухватывать через внезапное просветление, но полное постижение развивается шаг за шагом.Сергей спустился, перешел в другое место рядом с забором.Потренировавшись, вновь залез на стремянку. И вновь доказал, что против пустышей с нескольких метров малокалиберная винтовка более чем эффективна. Еще одного пустыша, вероятно бывшего при жизни дамой с пониженной социальной ответственностью, судя по боевой раскраске и форме одежды, пристрелил уже в доме. Её потом очень хотелось развидеть, очень уж страстно она тянулась к посетителю, аж зубами лязгала.

Содержимое холодильника на сей раз не успело испортиться. И не успеет, дизель Сергей запустил в первую очередь. Еще до того, как осмотрел содержимое оружейного шкафа и даже раньше, чем соорудил бутерброд с ветчиной и открыл бутылочку пива.

Под пиво Сергей подвел очередной промежуточный итог. Ему подвластна настоящая и очень полезная магия. Есть возможность определить наличие зараженных на расстоянии метров сто и в определенном направлении. Сканирующий щуп мог охватить телесный угол в пару градусов, соответственно точность с расстоянием падала. Это умение определенно стоило развивать. Надо бы подумать о приеме следующей жемчужины… Или лучше пока гороху развести? Да, есть вопросы к знахарю, определенно есть.

Одно плохо, в этот раз в оружейном шкафу оказался другой карабин: Тигр-2, со складывающимся прикладом, патрон 7.62x54R. И на этот раз даже коробка не полная, 19 штук всего. Охотникам то это на три охоты с запасом. А в условиях Улья – как насмешка. Потом еще нашлись пять штук, но другого завода и с другим весом пули, значит и с другой баллистикой.

День 19.

Охотничий домик перезагружается, как выяснилось, примерно раз в три недели. Существенно чаще лесных кластеров. Можно предположить, что с каждой перезагрузкой прилетает примерно одно количество продуктов, поделить на ежедневный расход и сделать вывод: маловато будет. Сергей сделал и следующий вывод. Пора идти в поселок, со щупом, так он решил назвать обретенный магический радар, можно попробовать зачистить поселок минимально нашумев. Но оружия с собой придется тащить много. Основное – мелкашка с глушителем для отстрела пустышей и бегунов. Для подстраховки пистолет. Против средней силы зараженных, подумав, решил взять именно Тигр-2, он легче и компактнее. И лучше бы дело не дошло до нужды его применить. Три магазина, если не стрелять – достаточно. А против элиты эффективна только молитва праведника. Но не должно быть там сильных зараженных. Кормовая база для них слишком маленькая.

Так и оказалось. Зараженные покинули поселок, остались пяток пустышей, едва способных ковылять и иногда падающих. И причина тому стала понятна сразу – приближалась перезагрузка, а еда напротив, давно закончилась. Кисляк еще не появился, времени оказалось достаточно, чтобы посетить продовольственный магазин, откуда Сергей выгреб запас круп и консервов, и скромный автосервис, где прихватил инструменты. Дюралевые трубы нашлись у яхтсменов. Уходить решил лодкой, поэтому ограничивать себя не пришлось. Захватил даже садовую тачку, чтобы комфортно везти груз уже потом, по тропам. И в том же доме нашел Поселок перезагрузился через сутки. На этот раз грохотало сильнее, а вот время от появления тумана до начала шоу было меньше, чем для лесного кластера. Надо набирать статистику.

Еще через сутки Сергей вновь подплыл к поселку, работая веслами. Мотор, хоть и тихий, выключил заранее. Встал на якорь в двадцати метрах от берега и просканировал поселок, насколько хватило сил. Обнаружилось два десятка пустышей или бегунов, а на границе досягаемой для радара зоны мелькнул и кто-то более сильный. Попытался ухватить его и сопровождать. Почудилось, что образовался некий связывающий их канал или на самом деле так, но обнаруженный местный чемпион начал приближаться быстро. Через несколько минут на берег выскочил топтун. Это явно гастролер, если и из местных, то не с этой перезагрузки. Через полминуты топтун получил пулю из Тигра-9. Потом случился досадный промах, после первого выстрела лодка стала качаться. Третьим выстрелом удалось добить подранка. Следом прибежали два лотерейщика. Сергей запомнил, как они выглядят в луче дара локатора и потратил еще два патрона. Потом отплыл за пределы видимости пустышей, столпившихся на берегу, потренировался в использовании Дара. Захваченная и сопровождаемая щупом тварь идет, как противорадиолокационная ракета на радар. Но быстро теряет цель при прекращении использования дара. Вернулся и начал планомерно отстреливать пустышей из малокалиберной винтовки, таких патронов не жалко. Хорошо, что на лодке, можно возить с собой весь арсенал.

Итоги этой первой промысловой охоты порадовали. В целом. Дар работает, он уже полезен, а при развитии станет еще полезнее. Добыта первая горошина и полтора десятка споранов. Ключевой фактор успеха это стрельба с лодки. После первых громких выстрелов набежало столько урчащих, сколько было. Хорошо ещё, что поселок мал и в тупике расположен. И хорошо, что никого сильнее топтуна не нашлось. Не исключено, что тварь, вроде увиденной в первый день, могла бы и допрыгнуть с берега. Малокалиберка же тихая, почти неслышная. Но годна только против слабейших, уже топтуна ей завалить шансов примерно столько, как зубочисткой заковырять. А вот Тигр-9 даже несколько избыточен, главное не мазать. И выстрелы очень громкие. Ещё прекрасно, что низшие зараженные тупы и лишены чувства самосохранения. И с ними не нужно воевать, на них надо охотиться. Подготовить место, выбрать время, создать условия. Тогда они будут ничуть не опаснее кабана или медведя.

Попытка изготовления глушителя к карабину и ранее стояла в планах. Теперь до этого дошли руки. К карабину Тигр-9 в комплекте шел второй пламегаситель, его было решено использовать ради того, чтобы резьбу нарезать не пришлось. На пламегаситель винтами закрепил обрезок дюралевой трубы, отцентровал насколько мог. Зафиксировал и заглушил торец эпоксидкой. В трубе распорками и заклепками закрепил диафрагмы. Получилось, конечно, коряво. И результат сомнительный. Выстрел несколько приглушен, звук не столь резок. Увы, до бесшумности мелкашки далеко. Проблема не решена, но лучше в этих условиях не сделать. Возможно, вообще не сделать, пуля то на сверхзвуке выходит.

Глава 3. Встреча на реке.

Глава 3. Встреча на реке.

День 31

Месяц в Улье решил отметить жареными лисичками. С корзинкой, как в первый день, отправился на примеченный ранее урожайный склон у речки. Всё как в прежней жизни, только на этот раз еще на плече двустволка, а в кармане пистолет. Адекватность пистолета условиям Улья уже понял –это оружие последнего шанса. Дополнение к двустволке. И еще в прежней жизни не было встроенного локатора, лучом которого Сергей уже насобачился управлять довольно лихо. Двигаясь вдоль реки, Сергей собирал лисички и одновременно тренировался в использовании Дара. Когда обнаружил у реки людей, сначала не понял, что обнаружил. Понял, только потом, когда почувствовал запах дыма. И шашлычком пахнуло. Понаблюдал издалека. На муров не похоже. Еще понаблюдал. Двое мужиков и женщина. Один занят шашлыком, второй копается в моторе. Женщина хлопочет у котелка. Нет, не муры. Сергей уже собрался проявить себя, как ему дали понять, что давно его видят. Вдруг женщина повернулась в его сторону и помахала рукой.

Сергей, усмехнувшись, перевесил ружье стволом вниз. Вышел к людям. Корзинка и двустволка явно произвели впечатление.

- Доброго дня вам, рейдеры. Приятного аппетита.

- И тебе, человече. Долго же ты раздумывал, подойти или нет. Присоединяйся. Меня Ершом кличут, вот он Левша, а то - Марья. Как звать тебя и откуда ты?

- Всяко видал, но корзинками оснащенных тут видать еще не пришлось – покачал головой Левша, не отрываясь от кручения гаек.

К оружию никто не тянулся. Угрозы для себя они явно не видели. И сами угрожать не хотели. Сергей успокоился окончательно.

- В прошлой жизни Сергеем звали. А в этой не окрестили еще.

- Как так? А откуда про обычай Улья ведомо?

- Из книжки. Памятку для свежака нашел, издательство стаба Нижнего. В Улье я уже месяц, вы первые с кем говорю, а почти сразу как появился, увидел, как элитник машину догнал. Там и нашел потом.

Марья повернулась к Ершу и кивнула.

- Ну да, ментат наша Марья. Правильно ты понял. И с этой поры ты – Грибник, крестный Ёрш. И метку твою ментальную она уже сняла, будешь в наших краях называйся смело. А книжку эту положено в рейд брать, обычно берут, если не забывают.

Тут подоспели шашлыки, Левша принес пиво и дальнейшие переговоры были продолжены в теплой, дружественной обстановке. Грибник изложил свою короткую историю. Услышал больше. Рейдеры, а точнее сталкеры, ходили за бытовой электроникой. Места надо знать, тогда несложно. А по реке пройти до стаба Нижнего можно, если умеючи. Мешают пороги. Если без опыта, то проще отсюда километров шестьсот по реке на юго-запад, а потом как увидишь гору впереди, а поселок у реки справа, так к берегу и дальше по дороге почти на север до стаба Верхний. Машину в том поселке всегда найти можно, а зараженных там регулярно вычищают.

- А не найдется ли случайно выключателя радиоуправляемого – встрепенулся Грибник, услышав про электронику.

- Неслучайно найдется - ответил Левша – а на что тебе он в лесу то?

Грибник рассказал про стоянку муров. И про то, что один взрыватель на безе металлодетектора он уже сколхозил и взрывчатки три коробки есть. Ради такого хорошего дела выключатель и пульт-передатчик к нему сталкеры подарили.

Поговорили о международной обстановке. Входят стабы Верхний и Нижний в прочный союз стабов, почти государство, полуофициально именуемое Московским Княжеством или просто Княжеством. Размер тыщща верст на пятьсот. Столица не Москва, а почему-то стаб Каменец. Видимо потому, что почва каменистая. На востоке река эта самая, с запада крупное озеро. Сильные зараженные заходят поэтому только с севера, мимо стаба Верхний. Южнее Княжества – союз стабов, именуемый Альянс и западнее альянса несколько мелких стабов. Дикий запад, от него и Пекло близко. На север дальше муры, где-то на северо-востоке база внешников. На север далеко хода нет поэтому, а также потому, что там чернота далеко на запад уходит, к самому почти Пеклу. Чернота не сплошная, пройти можно. Но, скорее всего, только один раз, те дороги элитой протоптаны. И еще теми, кто охотится на элиту.

- А не опасно ли они тут костер жечь? – поинтересовался Грибник.

- В Улье везде или опасно, или как тут, условно безопасно. Вдоль реки ходу нет, до обрыва узко, сам берег топкий. Дым на лес сносит. Но а если оттуда кто и придёт, обнаружим заранее, как тебя, если что, уплывем. – разъяснил левша.

О дарах пояснила в общих чертах Марья, какие бывают рассказала. Не о всех, конечно, всех не перечислить. А о своих возможностях не принято говорить. Только в общих чертах. Изучением Даров Улья занимаются знахари. Ну, не считая сект и организаций, известных в Княжестве по слухам скорее. Знахари же не столько изучают, сколько знают, им Улей подсказывает. Но даже сколько точно знают, остальным неведомо. Они сообщают то, что считают нужным. При таком подходе неудивительно, что уже много поколений Дары остаются загадкой. Не накапливается опыт, теряется память о прошлом. Разве что, нынешние старожилы княжества пару десятков лет по кластерам намотавшие, помнят, что когда они были свежаками, им тогдашние сторожилы рассказывали, что трава в Улье раньше зеленее не была. Что делалось, то и делается.

Когда уходил, обдумывал сказанное вскользь Ершом: “Улей не любит долго сидящих на месте”. То, к чему настойчиво подталкивает Мир, наверняка важно. И еще думал, что скорее всего каждый ментат немножко сенс, раз уж с разумом работает. Врасплох такую команду застать никто не сможет, так относительно безопасно ходить по Улью. А он тоже сенс, хоть и иначе видящий и совсем неопытный. Этот навык даже важнее, чем умение быстро и метко стрелять. Но Дар пока слабоват, последнее время на месте топчется, несмотря на тренировки и медитации. Базовые навыки освоил. Но дальности не хватает. И времени, чтобы обшарить узким лучом всё вокруг, уходит порядочно. И сил, чтобы это делать постоянно, нет. Усталость накапливается.

Вполне возможно, что сказывается и специфика дара. Выводы делать рано, но предположения напрашиваются. Дары приносит то, что делает людей зараженными. Гриб, плесень или еще что, не важно. Оно прорастает в организме и в большинстве случаев берет его под полный контроль, изменяет даже на уровне физиологии и генетики. В любом случае тесно взаимодействует с нервной системой. Это всё биология. Не вдаваясь в биологические тонкости, можно усмотреть очень важное различие между видами даров. Некоторые Дары, вероятно, добавляют иммунному новый орган чувств. Мозг в симбиозе с заразой обрабатывает и интерпретирует данные как обычно или, возможно, Улей помогает ему. Такая магия самая понятная. То есть, если вдуматься, то непонятная, конечно. Но самая понятная из непонятных. Ощущение перезагрузки кластера, скорее всего, из этой категории. Дар сенса, доставшийся Грибнику несколько иной. По ощущениям и механике использования, он подразумевает активное действие, направленное на объект. Возможно это действительно так. Но возможно и что таким образом только маркируется направление, в котором он слушает мир. Это гипотезы, над проверкой которых стоит подумать. Разница в наличии или отсутствии возможности воздействовать, а не просто ощущать. Это проверяемая разница.

Есть также Дары, вся суть которых именно в воздействии и даже есть вызывающие в мире эффект, явно превышающий масштаб, естественный для человека. Тут гипотеза пока одна. Требуемое делает сам Улей, одаренный взаимодействует с Ульем как клиент с сервером. В этом случае силы тратятся не на действие, а на формирование правильной просьбы об его выполнении. Конечно, все без исключения Дары Улья могут иметь такой механизм в своей основе, но разум подсказывает, что нет необходимости делать так, чтобы реализовать Дар первого типа и даже второго. Но это тоже можно проверить, причем именно в случае магического радара, ведь при этом расход сил должен бы линейно зависеть от количества использований дара, но слабо от дальности. Иначе, если на сканирование активно тратятся собственные силы, их расход вероятно пропорционален квадрату, или может даже четвертой степени расстояния, если исходить из аналогии с радаром.

Так или иначе, чтобы силы тратить, их надо иметь. Жемчужина была съедена 24 дня назад. Вроде бы достаточная пауза, насколько понял Грибник. Когда рейдеры рассказывали про жемчуг, упоминали срок в две недели. И про квазов рассказали подробно. А в памятке то даже не сказано, что жемчуг разный бывает, это упущение. Жаль, не рассказали, откуда самый чудесный, белый, жемчуг берется. Суеверный тут в Улье народ, - усмехнулся Сергей.

Через пару часов после прощания с рейдерами, Грибник съел свою вторую жемчужину. Лисичек же Грибник в этот день не попробовал. Перед уходом отдал их рейдерам.

Результат стал заметен через сутки, на очередной утренней тренировке. Получилось бежать по тропинке и одновременно крутить по спирали вокруг себя лучом волшебного локатора. При этом время от времени он останавливался и делал несколько выстрелов из малокалиберной винтовки, а в конечном пункте упражнялся, нанося удары клевцом и копьем по мешкам, набитым сеном. А потом садился медитировать. Медитации каждый день вошли уже в привычку и даже получаться стало что-то. И на утро после приема жемчуга результат улучшился по всем параметрам. И по скорости и по меткости и по владению даром. Заметно стало улучшение выносливости и силы. А выскальзывая из медитации, Грибник на короткое время увидел мир иначе, и даже глаза для того были не нужны. Увидел, что его окружает сияние, пронизанное переплетением линий. Поскольку волшебных грибов он перед этим не ел, то гипотеза, что увиденное и есть его реально существующая аура, вид изнутри, показалась вполне правдоподобной. И даже если это не аура. Что-то Грибник увидел же. Почему бы аурой не назвать, слово не хуже других.

Но и заплатить за способности пришлось. Кожа огрубела, изменила цвет на бледно-коричневый. Загар, как у курортника. Или ядерщика, которому не повезло – усмехнулся про себя Грибник.

День 40.

Через неделю Грибник уже отчетливо видел ауры, поймав то пограничное состояние между медитативным трансом и возвращением в реальность, в котором они ему видны. Вероятно, в этом состоянии можно будет активно и рационально действовать когда-то, пока это не получилось. Но смотреть получилось. Посмотрев на перезагрузку центрального кластера, Сергей заключил, что выглядит это величественно и красиво. Но непонятно и страшновато. Красота Улья – страшная сила.

Улей велик и разнообразен. Там даже иногда бывает так, что после перезагрузки кластера никого не жрут. Подойдя к охотничьему дому, Грибник сперва порадовался малому числу зараженных: во дворе стоял, покачиваясь, только один. При жизни он был охранником, скорее всего. А потом огорчился. В оружейном шкафу карабина не было. Хотя, если с другой стороны взглянуть, нафиг нужен ещё один ствол – чуть позднее подумал Грибник. Патроны нужны. Коробка патронов для карабина Тигр-2 нашлась. И там их целых семь штук. Грибник сам удивился испытанным эмоциям, вроде бы никто не давал ему обязательств бесперебойной поставки. Но ведь был же раздосадован. Манна небесная быстро становится привычной. И в остальном, сбор ресурсов с перезагрузившего дома уже стал рутинной процедурой. Какое там пиво то? Ну, с балычком сойдёт.

Глава 4. Внешники.

Глава 4. Внешники.

День 50.

Творчески пришлось подойти к изготовлению сюрприза для муров. Несколько циклов экспериментов показали работоспособность идеи. Срабатывание штатных электродетонаторов, по задумке, должно произойти одним из двух путей. Или от сигнала с металлодетектора, или от радиовключателя. От того-же радиовключателя происходило снятие второй ступени предохранителя, первая снималась механически после установки адской машины. В качестве источника тока были принесены из поселка пара аккумуляторов. Срок перезагрузки там примерно полгода, заряда хватит. Впрочем, оказалось, что и замаскировать мину тоже очень непросто, тем более, что опыта в таких работах не было никакого. В итоге он разместил ее у края поляны, вблизи обрыва, внутри скальной осыпи. Грибник, поставив себя на место врага, увидеть угрозу не смог. Едва завершил работы на этой мурской полянке, как настало время перезагрузки поселка. Завершая работы, Грибник уже торопился. Опасно остаться внизу, по дороге мимо к поселку пойдут зубастые визитеры. Полностью активировать мину решил только после перезагрузки поселка, электромагнитные эффекты при этом мощные и кустарно сделанная система подрыва может выдать сюрприз.

На этот раз Грибник вспомнил про найденную милицейскую рацию, после перезагрузки хотел предупредить людей, чтобы по домам засели, может так и выживет кто. Но эфир был пуст, а после перезагрузки вновь не обнаружилось в поселке выживших иммунных. Но охоты с воды не получилось на этот раз, а значит и пополнить запасы в поселке не вышло. Вдоль реки пролетел беспилотник, Грибник заметил его еще из леса. А после того, как еще раз увидел стремительно пронесшийся в сотне метров над водой силуэт, успел рассмотреть его в бинокль. Под крылом то - ракеты. Опасно, на воде не спрятаться. Но вот следующая перезагрузка дома охотников порадовала изобилием оружия и снаряжения. Когда подходил к дому со стремянкой на плече, издалека уже заметил, что ворота открыты, а во дворе стоит машина. Зараженные расползлись по лесу, выискивать их пришлось с использованием волшебного радара. Получилась тренировка в условиях, максимально приближенных к боевым. Один из зараженных, видимо бывший охранник, порадовал Грибника компактным пистолетом неизвестной ему модели. Приехавших охотников было двое и у них в комнатах нашлись три винтовки с хорошей оптикой. Явно состоятельные люди, выехавшие развлечься, стреляя в приведенную им под выстрел крупную дичь и сделать потом пару фоток с трофеями. Одна чрезмерного для Европы калибра 11.6, изукрашенная гравировкой, явно штучной выделки Weatherby Mark V. Изучив справочник, Грибник выяснил, что с таким охотятся на слонов и бегемотов. И две высокоточных Remington под патрон 7,62х51 мм НАТО. Они потом при пристрелке показали кучность менее угловой минуты. В остальном эти охотники оснащены были не по охотничьему. Прицелы Schmidt&amp;Bender понятно, они дивно хороши сам по себе, и столь же дивно дороги. Но интегрированные с ними через беспроводной интерфейс лазерный дальномер и баллистический калькулятор, ну зачем они охотнику? Вот патронов привезли маловато, по мнению Грибника.

Даже их машина нашла применение. Теперь сараем будет. Брутальный внедорожник, на котором приехали охотники, не обладал, разумеется, способностью спрыгнуть с окружающих плато скал на шоссе. Но успешно доехал по лесу до первого тройника, хоть и пришлось в нескольких местах спилить небольшие деревья, расчищая дорогу и разок подтягивать его лебедкой.

Грибник решил попробовать приманивать своим радаром средней силы зараженных и отстреливать их со склона. Подготовил позицию, ближайшие к ней места, где можно подняться наверх, оборудовал ловушками, накрутил петель из троса. Сорвал охоту взгляд в зеркало. Так-то обычно некогда было себя рассматривать последнее время. А в бане в доме охотников зеркало был большое и в нем хорошо было видно, что Грибник изменился внешне. Черты лица стали напоминать орка из фантазийного фильма. Нет, конечно же человек. Сомнений нет. Но признаки трансформации в кваза налицо. То есть на всю морду. Настроение испортилось. У квазов тоже бывает депрессия.

День 64.

Всё, что не убивает – делает сильнее. Так в конце концов рассудил Грибник. А он стал очень намного сильнее во всех отношениях. Луч сканера доставал теперь далеко, километра на три. Точность, конечно, на таком расстоянии очень низкая. Но дорогу контролировать получилось даже не высовываясь из-за деревьев. Однако, приближающуюся с востока колонну заметил с намного большего расстояния именно визуально, по облаку пыли там, где шоссе на время сменялось грунтовкой. На перекрестке, западнее которого два месяца назад элитник почти на глазах Грибника съел двух рейдеров, колонна повернула на юг. Теперь она была уже видна хорошо. Впереди два бронеавтомобиля, напоминающих хамви, оба с тяжелыми пулеметами на крыше. Далее, с отставанием метров на триста, угловатый бронетранспортер непривычного вида, затем два грузовика-фургона, одна машина непонятного назначения и еще один бронетранспортер. Позади, метрах в ста двигался еще один хамви.

Потом первая пара разделилась. Один ушел к перекрестку впереди, там, где ответвление на поселок. Второй вырулил на ту самую полянку, колонна остановилась на шоссе. Идущий позади хамви занял позицию вблизи пройденного уже колонной перекрестка на севере.

Через полчаса и вся колонна втянулась на заминированную поляну. На дороге осталось только охранение, расположившееся недалеко от перекрестков, примерно в километре по сторонам от основных сил. Грибник поспешил на подготовленное ранее место меж скал. Оттуда видно было получше, хоть ветки и скалы обзор частично закрывали. Грибник проверил установленный на забитый в ствол сосны гвоздь автомобильный видеорегистратор, запись идет. Чуть подправил направление. Ракурс удачный. С машины ранее непонятного назначения взлетел беспилотник, сделал круг и ушел правее черного пятна на юго-восток. И еще было хорошо видно, как из одного из фургонов вышел человек в респираторе и комбинезоне, что-то проделал у пусковой машины и вернулся. Не муры, внешники. Хотя, может быть, муры тоже есть. Грибник укрылся в расщелине, открыл рот и нажал дважды на кнопку радиовыключателя. Потом еще нажал. И еще. И… ожидаемого взрыва не произошло.

Все подрывники-дилетанты несчастливы по своему. Некоторым очень не везет, и взрыв происходит, когда не надо. Некоторым просто не везет и взрыв не происходит, когда надо. В данном случае, предотвратила взрыв система радиоэлектронной борьбы, использованная внешниками и заглушившая прохождение сигнала. Но Грибник про то не знал, он винил только свои руки. А зря, сделал то он всё добросовестно и хорошо. Только подумал плохо.

Ну, не судьба – рассудил Грибник. И тут грохнуло. Только совсем в другом месте, звук пришел издалека. Далеко на юго-востоке встал дымный гриб мощного взрыва. Потом еще один, уже километрах в пяти. Еще раз грохнуло, громче. В бинокль Грибник заметил кружащий там беспилотник. Напрягая дар до отказа, Грибник попытался обнаружить то, что он обстреливал. Но лучше бы он это не делал. Зацепить удалось, но кто кого поймал? По образовавшемуся каналу пришел удар, на несколько секунд Грибник потерял контроль над происходящим. Опомнившись, понял – там нечто ужасное, оно его почувствовало. Оно в ярости и идет сюда.

Первыми умерли те, кто был в боевом охранении у ответвления на поселок. Несколько длинных очередей из пулемета не произвели впечатления на приближающегося монстра. Он только чуточку отклонился от прежнего направления движения и прошел через то место, где стоял дозор. Или может пролетел низенько. Как он передвигался толком не было понятно. Потом по монстру начало стрелять скорострельное орудие с одного из бронетранспортеров. Монстр замерцал и вдруг скачком оказался посреди лагеря внешников, совсем недалеко уже от Грибника. Там началась уже беспорядочная стрельба. Захлопали выстрелы подствольников. Затрещали длинные, на весь магазин очереди. Немудрено, монстр нес с собой запредельный, отключающий разум, ужас. Если бы сейчас у Грибника был пулемет, он бы тоже выпустил всю ленту за раз. Когда стреляешь, не так страшно.

И вот тут, наконец, сработала и заложенная Грибником мина. Возможно, инициировали подрыв сами внешники. Опасно пользоваться гранатометами, стоя почти на взрывчатке. Грибника ударило взрывной волной, он потерял сознание. Когда очнулся, монстра уже не было. Видеокамера продолжала исправно снимать разгромленный лагерь внешников. Одну из машин разметало взрывом, видимо там что-то детонировало из груза. Второй дозорный хамви обнаружился горящим на шоссе, сильно далее того места, где он стоял в охранении. Этим повезло больше всех, они даже попытались удрать. Но более всех повезло Грибнику, он остался жив. В бою двух тигров выиграла обезьяна, смотревшая на него с вершины холма. Как всегда. В бинокль Грибник внимательно осмотрел разгромлённую колонну, тела видны, движения нет. Потом открылась дверь фургона и оттуда выбралась, пошатываясь, знакомая уже фигура в комбинезоне. Поправки для стрельбы с этой позиции по цели на той полянке Грибник подобрал уже давно. Но промазать мог запросто, голова кружилась. Однако, получилось - один выстрел, один труп.

Монстр не сожрал никого, он убивал, пока было кого. Некоторые погибли от дружественного огня, многих уничтожил град камней, обрушившийся после взрыва на лагерь. Некоторые умерли по неясной причине. Часть в респираторах, большинство иммунных. По остальной экипировке они не различались. В первую очередь Грибник наведался в фургон, из которого вышел единственный уцелевший внешник. В бронетранспортерах, кроме оружия, вряд ли можно найти что-то ценное – рассудил он.

Ценное нашлось. В машине была оборудована гермозона, доступная через тамбур. Техника системы жизнеобеспечения продолжала работать и пропускать внутрь без прохождения процедуры дезинфекции отказалась. Но это же вояки. Альтернативный вариант предусмотрен: механические приводы и ключ. И где ключ искать, догадаться нетрудно. Начиная с подстреленного им внешника, который во время боя с монстром и взрыва удачно отсиделся в гермокабине. Он явно один из командиров и начальников этой группы. С него взял пистолет, шестой уже, кобуру в придачу. Ключ нашелся в нагрудном кармане комбинезона. Потом привлек внимание Грибника медальон или скорее футляр у внешника на шее. Похоже, титановый сплав. Грибник отсоединил цепочку, сунул в карман.

Внутри гермозоны две койки, стол с ноутбуком явно армейского исполнения… увы, пароль хочет. В глубине сейф, открытый. Там документы, часть на столе. Язык английский. Компьютер, судя по всему, обычно тоже хранился в сейфе. Коробка с шприц-тюбиками, заполненными спеком. Чуть другой цвет, чем купленный у речников. Рядом пластиковые контейнеры, там спораны, горох.

Исправного стрелкового оружия набралось больше, чем нужно. Отобрал четыре автомата SCAR, калибр 5,56. Таких больше всего было. Потом нашел еще пару под натовский патрон 7,62. Патроны. Выстрелы к подствольному гранатомету. Не считая мелкашки, есть теперь оружие, к которому полно боеприпасов. Два гранатомета и выстрелы к ним тоже надо брать. Как использовать, Грибник не понял. Но пусть будет, запас не тянет. Время разобраться есть. Несколько пистолетов. Изрядное количество армейских сухпайков.

Вылезая из бронетранспортера, Грибник зацепился за нечто острое, торчащее из брони, рассадил руку. Это оказался острейший коготь с перламутровым наплывом, об его скол Грибник и поранился. Маленький кусочек чудища остался на поле боя, обломившись, вероятно, во время взрыва. А вынуть его удалось без особых усилий. Поискал по карманам, куда бы положить этот сувенир.

Наткнулся на снятый с внешника медальон, отвинтил крышечку. На ладонь выкатился белый, отливающий перламутром, шарик. Что это такое, понял сразу, даже не разумом, а подсознанием. Белая жемчужина. Легенда Улья. Удержаться было невозможно. Не раздумывая, Грибник закинул ее в рот и проглотил. В футляр же положил коготь чудовища, повесил на шею.

Перетаскав груз наверх, Грибник вздохнул облегченно – основное сделано, незваный монстр не помешал. Или дрон, он даже опаснее, его радар не видит. Да и глазом заметить не всегда просто. Уже когда отправился на первый тройник, услышал стрельбу на северо-востоке, у реки. Кто стрелял было не видно, к сожалению. А вот по какой цели, Грибник догадался. Мелькнувший было в той стороне в просвете меж крон деревьев беспилотник свалился на крыло и по крутой спирали устремился к земле.

День 66

В следующие два дня в небе стало тесно, особенно над рекой. Над рекой в районе моста почти постоянно барражировал дрон. Не такой, как запустили неудачники, значительно крупнее. Видимо, дальний, прилетал с северо-востока, в обход черноты. Несколько раз Грибник слышал и отдаленный гром наносимых ракетных ударов. А один раз и не очень отдаленный, высокоточным ракетным ударом на первом тройнике была уничтожена коптильня. Замаскированный там в сторонке внедорожник пострадал мало. Но вывод очевиден: безопасных мест не осталось даже в лесу. Тепловизор то у супостата на дронах точно есть. А вот дальней связи, вероятно, нет. Беспилотниками явно управляет автономно их бортовой компьютер, человек-оператор действовал бы умнее. Поразмыслив, Грибник для начала обустроил место для ночлега в подвале дома охотников. А потом и вовсе перебрался на второй тройник, более отдаленный от места гибели внешников. Зато поближе к реке. Там и склад трофеев устроил.

Начал собираться в дорогу. Запланировал, как только станет можно, уходить по реке. Сделал несколько захоронок на тройниках, с оружием и провизией. Остальное подготовил к транспортировке.

Целый день ушел на то, чтобы научиться неполной разборке и чистке трофейных штурмовых винтовок. Пришлось даже сходить еще разок вниз, поискать наставление. И хорошо, что сходил. К тому же нашел не только ремкомплекты, а еще и запасные стволы. Этот чудо оружейной мысли без инструмента разобрать нельзя. А догадаться, что инструмент в прикладе, и как его применить, не получилось без чтения инструкции. И смазывать то надо не абы чем и абы как, а тем, чем положено. Только тогда автомат сможет показать и высокую надежность и отменную точность. Во втором Грибник убедился на стрельбище. По кучности уступает только Ремингтону. Но всё-таки использовать трофей, как основное оружие, Грибник пока остерегся. Непривычно. Но привыкать стоит. Желательно привыкать под руководством опытного инструктора.

Проснувшись на третий день после приема белой жемчужины, Грибник заметил, что кожа вернулась к нормальному цвету. И черты лица тоже стали возвращаться к почти прежнему, по крайней мере он стал узнавать себя в зеркале. Рожа, конечно, пока та ещё. Но, бесспорно, уже симпатичнее обезьяньей. Если бы такой вечерком спросил, как пройти в библиотеку, напугался бы. Особенно в глухом лесу. А вот повышенные сила и скорость реакции остались на уровне последних дней. И еще заметил улучшение памяти, быстро прочитать страничку, что по-русски, что по-английски и точно воспроизвести ее через сутки не составляло никакой сложности.

Использование радара перешло из категории тренировок, в категорию первейшей жизненной потребности. Использовал Дар насколько возможно часто, накручивая его лучом вокруг спирали и восьмерки. Огорчала невозможность делать это во сне. Пока Грибник спит, у врага есть шанс подкрасться незаметно.

Глава 5. Пятница

День 79.

Грибник так и не решил окончательно, стоит ли устраивать охоту в день очередной перезагрузки поселка. Активность внешников в воздухе схлынула, но не прекратилась совсем. На всякий случай подготовился. Место заранее обустроил почти там, где дорога начинает уходить от скал к поселку. Немного опоздал, видимо не точно воспроизводится интервал между перезагрузками. Через полчаса, после того как отсверкали всполохи перезагрузки, занял позицию и сперва вновь попробовал прослушать полицейскую волну. И почти сразу, после недолгого сканирования частот, услышал:

– Нет связи с районом, русским языком говорю, нет.

– Поселок другой, там поля вокруг. Сбились мы в тумане

Грибник метнулся к обрыву, в бинокль хорошо рассмотрел четыре армейских грузовика, похоже с людьми и, видимо, сопровождающую их машину дорожной инспекции. В этот раз перезагрузка увеличила число людей в поселке в несколько раз. Грибник нажал на кнопку PTT:

– Кто меня слышит, отзовитесь. Прием.

– Слышу хорошо, на связи прапорщик Новиков, специализированная рота ГАИ. Назовитесь. Прием. – в голосе слышалось облегчение.

Это не из моего мира, подумал Грибник. У нас ГАИ уже нет. Опять нажал кнопку передачи.

– Позывной Грибник на связи. Слушай внимательно, время на минуты, вам угрожает серьезная опасность двух видов. Первое. Биологическое заражение. Заражены в поселке все, вы тоже. У некоторых есть иммунитет, примерно у двух из ста. Первые симптомы: несвязная речь, неадекватное поведение. При развитии болезни зараженные опасны для окружающих, разум теряют. Второе. К поселку приближается группа опасных тварей с большими зубами. Для оружия уязвимы, но их будет много, плюс потерявшие разум среди вас. На звук выстрелов соберется их еще больше, потому стрелять можно только в крайнем случае. По возможности используйте холодное оружие, топор подойдет. Зараженные потеряют способность его применить. Рядом с вами два лесных массива, на юге совсем близко. Я на севере. В лесу условно безопасно. В поселке можно попробовать отсидеться за крепкими стенами. Когда обстановка прояснится, я выжившим попробую помочь. Всё. Прием.

– капитан медслужбы Ильина. Сообщите, какова природа заражения и инкубационный период. Прием.

– Предположительно, грибок. От одного часа до суток.

Грибник уже хотел завершить связь, но увидел группу спешащих к поселку бегунов и лотерейщиков, ранее их прикрывали деревья, а в отдалении еще одну, во главе с топтуном, этих то и сопровождал радаром. С осторожностью сопровождал, делая паузы. А первую группу упустил. Сложно еще групповые цели различать, Дар позволяет, а навыка недостаточно.

– Всё, здец. К вам бегут уже. Уводите людей, на дороге толпой вы для них корм. Поддержу как смогу. Отбой.

Грибник лег к установленному на сошки Ремингтону. До дальних уже почти километр, хрен попаду – подумал он. До топтуна четыреста, и он сейчас почти спиной ко мне. Это шанс. Попал со второго выстрела. Только не в топтуна, а в соседнего бегуна. И тут опять пришло сатори. Разозлился, а эта злость превратилась в спокойствие. Руки перестали дрожать. Делаю, что должно, будь, что будет – мелькнула мысль. Наконец, в топтуна попал. Не убил, но обратил его внимание на себя. Топтун развернулся и попрыгал через поле к склону, где засел Грибник. За ним направились двое из свиты, не то лотерейщики, не то бегуны матерые. Но они много медленнее, потому отстали. А на окраине поселка уже шла стрельба в два ствола. Не послушались Грибника полицейские. А у солдатиков оружие в оружейке, далеко до него. В другом мире оно.

Топтуна Грибник завалил из автомата внешников, когда тот скакал вдоль обрыва, искал способ подняться наверх, на скалы. Скалолаз из него получился посредственный. Лотерейщики кончились раньше, еще на подходе. Автомат оказался чудо как хорош, не трясет его при стрельбе. Короткие очереди по три, все в цель. Выдохнул, присел на камешек, начал методично обшаривать лучом подходы к поселку. Потом сам поселок. Гаишники отстрелялись здорово, видимо были где–то, где опыт приобрели. Половину гастролеров примерно положили. Маловато осталось людей, видать погибли солдатики. Не успел чуток. Уцелевшие люди сидят по домам, вокруг мельтешат твари. Хорошо. Сильных там нет. И на подходе нет. Грибник выцепил радаром одного, вроде как лотерейщика, стал настойчиво сопровождать. Через минуту тот бросил свои дела в поселке, направился по шоссе к позиции. Выстрел. Затем следующий. Затем те, что болтаются на предполагаемом пути к поселку. Снайпер из меня пока не вышел, но если прислонить в тихую погоду к прочной стенке, да цель почти прямо на меня идет, то кое что могу – подвел итог Грибник.

Теперь надо выждать. Собрался. Перекусил сухпаем. Не торопясь, прошел по тропе вдоль обрыва в сторону реки, к удобному спуску с кручи. Через три часа остался только один человек в одном из домов. Остальные обратились пустышами. Страшновато было брать в руки рацию. Те люди, с которыми он говорил, уже не ответят, скорее всего. Может и никто не ответит. Ответил женский голос, но другой.

– Лейтенант медслужбы Лебедева на связи. Прием.

– Иду к тебе, не высовывайся, сиди тихо. Пока не постучусь, не открывай. В каком ты доме знаю. Отбой.

С собой решил взять привычный Тигр–2 со складным прикладом, два пистолета. Потом третий прихватил. Автомат натовский решил оставить наверху, там, где спускаться начнет. Сделать надо так, чтобы стрелять не пришлось. Путь продумал. Клевцом всё решится. Подумать только, еще совсем недавно и подумать о ближнем бое не мог. И пройти в место, где зараженных полно не смог бы. Теперь нетрудно. Я их вижу, они меня нет. Знание – сила. Спокойно дошел до дома, упокоил покачивающегося неподалеку пустыша… тот сначала заурчал, а потом попытался сбежать. Вот это – странно.

– Через минуту буду у двери, постучусь тихонько. Отбой.

Постучался три раза, пауза, еще три раза. Дверь открыла хрупкая блондинка в полевой форме. Глазками хлоп–хлоп.

– Здравствуйте, товарищ лейтенант. Я, как вы уже поняли, Грибник.

– Здравствуйте. Вы из МЧС? Обращаться как к Вам?

– Нет тут МЧС, красавица. Но в прежнем мире как и ты, лейтенантом запаса я был. Сразу скажу, о чем раньше промолчал, чтобы людей не путать. Ты в Улье. Ни армии тут ни полиции. Законы есть, но другие. И имена другие. Я – Грибник. Это и имя и позывной. И давай на ты, ты мне хоть и в дочки годишься, но тут такой обычай. А звать тебя по имени? Женщинам тут привилегия, разрешается самим имя выбирать. Армейцы часто используют позывной.

– Ольга. Позывной Пальмира. Раз обычай, можно по позывному. А Улей… Что это?

– Другой мир. Нам не повезло, мы сюда попали, а назад дороги нет. Умные люди говорят, что мы копии земных оригиналов. Но это не столь уж важно, важно, что мы живы. Вот солдатикам твоим еще больше не повезло. Почитай взвод погиб в первый же час.

– Не взвод, там в машинах груз в основном. Сюда нас прибежало трое, хозяин нас пустил. Они все заболели, сейчас в другой комнате, связанные. Как им помочь? Противогрибковые я им давала.

– Какой груз в машинах? – это может быть важно, подумал Грибник.

– Оборудование для больницы окружной.

– Как же ты их скрутила то?

– Первого связали толпой, потом сами при первых симптомах.

– Молодцы. Груз потом посмотрим, может пригодится что. Сейчас надо уходить в лес, нашумели мы сильно. А зараженным помочь нельзя никак. Не умеют это тут. Они или умрут, или будут людей жрать. А сами они не люди уже сейчас.

Пальмира поменялась в лице, надежда из глаз ушла. Грибник пододвинул стул, она села. Сморщила лоб, охватила рукой голову.

– Голова болит.

– Лекарство есть. – Грибник достал фляжку, отхлебнул глоток, протянул Ольге. – На вкус гадость, но без него тут не живут.

Пальмира сделала два глотка, прислушалась к ощущениям. Морщины на лбу разгладились.

– Вот головную боль тут лечить умеют. Что это?

– Это не от головной боли, это от смерти лекарство. Так и называется, живец. Говорят, тут можно жить, пока не убьют. Стоп, вопросы потом. Начинаем подготовку к выходу. Вот тебе подарок, в Улье пистолет – лучший друг девушки. Грибник выложил на стол два пистолета, выщелкнул обоймы. Пять минут на тренировку с оружием тебе, потом еще пять на сборы.

Показывать, как обращаться с оружием не понадобилось. Грибнику показалось, что Ольга сама может преподать такой урок. И сборы много времени не заняли. Оказывается, девушки могут собраться быстро. В другом мире.

– План такой. Выходим через калитку вон туда. – Грибник махнул рукой. – Затем, почти строго на север, ориентир желтая осыпь, на зеленом фоне выделяется. Наверху приметная сосна, у нее висит автомат. Это на всякий случай. Если что – беги туда сначала. Опасных тварей я тут уже выбил, но возможно всякое. Стрелять только по команде. Постараюсь проблемы по пути, если будут, устранять тихо.

Дошли до подъема почти идеально. Единственного бегуна, который их атаковал, Грибник упокоил ударом клевца. Поднявшись на скалы, присели, переводя дух. Пальмира с удивлением осматривала автомат.

– Трофей, – пояснил Грибник.

Пальмира кивнула:

– Показывали нам такие, когда мы вероятного партнера изучали.

С оружием она разобралась сама. А Грибник сосредоточился, используя дар. И, осматривая окрестности, Грибник заметил приближающуюся с востока опасную тварь. Через поле, не по дороге. Очень опасную, много опаснее топтуна. Может даже элита.

– У нас проблемы, Пальмира. В поселок большая бяка идет. Опасаюсь, возьмет наш след. Отдых отменяется. Бежим сейчас кросс, на позицию, с которой я уже стрелял сегодня. Там воевать сподручнее.

Грибник решил выждать, может пронесет. Но если тварь отправится на север – приманить ее по отработанной методике. Чтобы шла прямо на стрелка по ровной дороге. Подъем там сложный, стволов много. А стрелка уже два. Пальмира проявила себя отменно, действовала уверенно, как будто не первый день в Улье. И вопросы пока придерживала, понимала, что некогда.

Чередуя бег с шагом, добрались до точки. Когда Пальмира увидела заготовленный там арсенал, у нее аж глаза на лоб полезли.

– Думаю, разумно тебе оставить автомат. Машинка точная, отдача маленькая. Я начну с Ремингтона, продолжу вот этим слонобоем. Еще есть Тигр–9 и Тигр–2. Если придется стрелять, ориентир вон та березка, пятьсот метров. Начнем с того. Но лучше бы не пришлось. – пояснил Грибник

– Тварь настолько опасна? Этим же стадо слонов можно уложить.

– Смертельно опасна. Даже для бронетехники, если внезапно нападет. Но здесь и сейчас мы должны бы справиться.

Пальмира прихватила коврик, стала обустраивать себе место для стрельбы. Чудо, а не девушка. Есть женщины в русских селеньях. Встречаются.

Времени хватило и на бутербродный перекус, и на множество вопросов и ответов. Памятку Грибник наскоро пересказал, рассказал и про уязвимое место любого зараженного, споровый мешок. Нашелся и важный вопрос, на который ответила уже Пальмира. При подсвечивании волшебным радаром, она слышала слабые щелчки и чувствовала направление, с которого они доносятся.

Элитник взял след через час, отправившись почти по тому пути, что шли и Грибник с Пальмирой. Перцем надо было посыпать – подумал Грибник. Зацепил Даром монстра. Тот не сразу, но изменил направление движения и, вскоре выйдя на дорогу, пошел по ней. С дальней дистанции решили стрелять по ногам. По правой ноге. По колену. Потом, когда покажет споровый мешок, то в него. Повернуться почти спиной к стрелкам ему придется, иначе не забраться тут на кручу. Нет, не элитник, скорее рубер, – пробормотал Грибник, наблюдая в оптический прицел. – Или таки элитник? А он небось решает, обед мы или ужин – подмигнул Пальмире. – подавится супостат.

– Приготовились. Бой!

Заметного эффекта от стрельбы, кроме ускорения движения твари, сперва не было. Хотя попадали густо. Вот когда подошел метров на двести, то захромал. Отлично, больше шанс, что в накрученном тросе запутается. Грибник перелег за винтовку Weatherby. Выстрел крупнокалиберный прозвучал совсем иначе. После него вообще стало плохо слышно. Пуля охотничья, не бронебойная, сожалению. А ударила то она в броню, прикрывавшую голову. Но пуля весом 32 грамма несла с собой энергию много больше, чем удар кувалды, нанесенный мастером кузнечного дела. Десять килоджоулей, эм ве квадрат, к сожалению, пополам. Монстр пошатнулся, ему такая еда явно не понравилось. Следующие несколько выстрелов Грибник сделал по глазам. Не попал, но ущерб нанес. Монстра ощутимо шатало уже. Грибник перезарядился. На короткое время элитник вышел из поля зрения, затем вновь показался уже на подъеме. Там, где предполагалось. Это же не человек. Это хищник, достаточно умный, чтобы понять, что в лоб на скалу не залезть и быстро найти способ добраться до добычи. Но недостаточно, чтобы продумать все последствия.

Вновь застрекотали автоматные очереди. Грибник выжидал, сопровождая цель перекрестьем прицела. Развязка наступила, когда элитник приблизился к заграждению. Хлопнул подствольный гранатомет. Выстрелил Грибник. Элитник зацепился ногой за трос и с грохотом рухнул. Был момент его неподвижности, когда хорошо было видно споровый мешок. Следующие выстрелы поставили точку в охоте элитника на людей, а людей на элитника. Победил хитрейший.

– Слышу плохо! Говори громче! В ушах звенит! – Грибник заметил, что Пальмира что-то говорит. В ответ та только рукой махнула, дескать, потом.

Минут через пять слух восстановился. Отправились за трофеями, начиная с последнего, естественно. Да, всё–таки элитник, жемчужина есть. Черная. Добычу сортировали на расстеленной брезентухе. Полсотни споранов, восемнадцать горошин, одна жемчужина. Молодой элитник.

– Вот, это то, о чем рассказывал. Ну, спораны я показывал уже. Добычу полагается делить пополам. Но жемчужину, думаю, надо просто тебе отдать. Решай. С одной стороны, можно почти гарантированно получить полезный Дар. С другой, есть шанс потерять красоту.

Пальмира положила черный блестящий шарик на ладонь, замерла, прикрыв глаза. Решительно проглотила. Потом расплакалась.

Глава 6. Гражданин Грибник.

День 82

Через три дня, вечером, отплыли. Грибник планировал ночами уйти подальше, за зону контроля внешников. Ориентироваться во тьме помог Дар и яркие звезды в ночном небе Улья. Хоть слабо, но различалась вода от берега. Обнаружение этого факта и склонило Грибника к решению уходить. Ночью на реке вполне безопасно. Первые два дня так и шли. Ночью по течению малым ходом, утром маскировали катер и устраивались на дневку. На стоянках, погружаясь в медитацию, Грибник наблюдал изменения в ауре Пальмиры. С интересом, хоть и без понимания. Время систематизации и выявления причин и механизмов волшебства ещё далеко, пока время собирать факты. Аура девушки менялась почти на глазах. Внешность, к счастью, не изменилась.

Через два дня выпал случай пополнить бензобак. Выбирая место дневки, уже на рассвете, заметили стоящие близ берега несколько машин. Улей принес на берег реки группу любителей шашлыка, один из них потом отожрался до стадии лотерейщика и стал лидером стаи. Водку, поставленную охлаждаться у берега, так и не допили. Обглодали кости и ушли, но недалеко, быстро вернулись. Немножко пришлось пострелять. Дальше возникли сложности. Не так уж просто переместить содержимое бензобака машины в бак катера. Тем более, если причала нет. Пришлось пройтись, подыскать место, где и удобно пришвартоваться и можно рядом машины поставить. Хорошо, ключи одной из них нашлись быстро, остальные волоком пришлось. На прежнем месте осталась только шишига-кунг, как источник топлива бесполезная – дизель. Суета заняла неожиданно много времени, на фоне нарастающей усталости. Катер прикрыли маскировочной сеткой и оставили на месте заправки, устроились отдыхать. Одну из палаток переставили в сторонку, на месте лагеря пованивало. Спать планировали, естественно, по очереди. Сначала Пальмира, утром она катер вела.

Грибнику поспать совсем не довелось, Пальмира тоже проснулась, когда громыхнуло и полыхнуло в сторонке. Там, где машины и катер. Осторожно выглянув из зеленки, Грибник увидел догорающие обломки на берегу и катер с большой пробоиной, нос почти оторвало. Но не утонул, неглубоко. Просто на дно лег. Приплыли.

Пальмира подошла, ойкнула.

– Не починить.

– Угу. – отозвался Грибник. – Мы пойдем другим путем. От жеж черт. Совсем немного до границ влияния внешников. Дроны сюда уже на пределе достают, как мне говорили. Километрах в четырехстах стаб.

– Ближе намного, чем намечали.

– Зато там шли бы по почти безопасному шоссе. А тут – как повезет. Ладно, надо перетащить груз, что цело, в шишигу. И на запад, проселками. Но сначала надо укромное место найти и выспаться обоим.

Через кластер нашелся подходящий домик в деревне. С кирпичными стенами и крепким подвалом. Зайти удалось тихо почти. Деревенька маленькая, хоть и раскинулась широко. От ближних домов набежали на шум, пошатываясь, несколько матерых пустышей. Нашли пулю мелкашечную на свою голову.

– Вот не читали люди книжек про зомби-апокалипсис. А то бы обзавелись заранее хорошей каской, эта пулька всего 150 джоулей. – прокомментировал Грибник. – А то, что тут много мелочи, наверно хорошо. Значит крупняк не заходит.

Два дня отдыхали. Не высовываясь наружу. Без дежурств, тихо вломиться в дом невозможно. Наконец, выехали. Деревню, по указателю село Купанское, или наверно – часть села, проскочили с ветерком, провожаемые урчанием. Местные бегуны добежать не успели. Потом оказалось, что одновременно вести машину, крутить по сторонам радаром, высматривая опасности и выискивать правильную дорогу – трудно. Никого сильнее лотерейщика в округе не было, но из этой кабины даже лотерейщик водителя и пассажира достал бы быстро. Замыслили двигаться осторожно. С группами зараженных, не пересекаться, по возможности уйти с их пути. Не хотелось, собрав за собой хвост, заехать в тупик. Хотели, как лучше.

Когда за руль села Пальмира, дело пошло. Но ненадолго хватило у нее физических сил, почти на столько же, на сколько у Грибника магических. Дорога тяжелая, асфальта не видели, как из деревни выехали, а потом она и вовсе в болотину нырнула. Трудно по такой дороге ехать, трудно даже решить, куда двигаться – назад или вперед. Пока можно и так и эдак, но взлетать ГАЗ-66 не умеет, застрять даже такая машина может, а за трактором идти далеко. У зараженных проходимость выше, в этих условиях ноги быстрее колес. Опять за рулем Грибник. Вернулись, встали на первом сухом пригорке в приболотице, под прикрытием зарослей ольхи и ивы. Пальмира заснула, едва дожевав сухпай, прямо где сидела. Грибник переложил ее на спальник, сам устроился на крыше кунга медитировать. Так и дальность действия Дара больше, и отдых неплохой. Место там обустроили, резиновые коврики постелили, упоры для стрельбы поставили. Полночи там просидел, слушая мир и сливаясь с ним. Было уже за полночь, когда засек множество целей на горизонте, со стороны села. Прикинул, такими темпами через час будут тут. Заварил кофе, разбудил девушку.

Близится утро. Кофе в постель. В одной руке кружка, в другой автомат. В пяти километрах восточнее раздается мелодичное урчание бегунов, ему вторят лотерейщики. Стрелять решили с крыши.

В стаю зараженные не сбились, действовали хаотично. Но авангард, три лотерейщика, подошел почти одновременно. Дальняя стрельба из Ремингтона оказалась неэффективна, кусты прикрывали цель. Ясно стало, бой будет на ближней дистанции. Ожидаемо. Перешел на трофейный автомат. Пальмира стреляла с колена, Грибник стоя. Почти час отстреливали подходящих группами зараженных. А навались они разом, смяли бы. Но и так непросто. Зараженные шли прямо на видную и слышную им добычу, но некоторых из них складки местности уводили от прямой и подходили они с чуть другой стороны. Почти круговая оборона получилась. Очень сильно мешали подранки, отвлекали.

Прыжок твари, сбившей Грибника с крыши, он прозевал. Подкралась, собака, выждала. А потом прыгнула. Звериные инстинкты, не утраченные после обращения, ей помогли. Пальмира смотрела в ту сторону и отреагировала, успела всадить в нее пулю, но недостаток боевого оружия, по сравнению с охотничьим, это продолжение его достоинств. Пробивная способность пуль высокая, останавливающее действие низкое. Уже умирающая тварь, недавно бывшая лайкой, дотянулась. Когтями диранула ногу. Секунду назад Грибник стоял на крыше с автоматом, мир перевернулся, и он уже стоит внизу с клевцом в руке спиной к машине. После этого, как ни странно, дело пошло даже лучше. Очередная пятерка бегунов сосредоточилась на Грибнике. Но Пальмира то как раз перед этим перезарядилась, прикрыла хорошо. Так и завершили бой. Еще две группы подошло, но наверх Грибник не полез. Только пистолет взял в левую руку.

Лепет Грибника, что сейчас замотаем и само пройдет, был проигнорирован. Разодранную голень Пальмира обработала по всем правилам военно-полевой хирургии. Болеть перестало на удивление быстро. Удачно, Грибник на самом то деле весьма обеспокоился. Рана совсем несерьезная по меркам Улья, но может мешать вести машину. Левая нога – сцепление.

Пришли к выводу, что полями ехать очень даже неплохо, а зеленка это не только плюс. Еще вывод: тварям иногда полезно дать цель, на которой они сосредоточатся, забыв об остальном. Ну и ещё. Ехать по плохим дорогам не стоит. Надо искать, хоть плохонькое, но шоссе. Грейдерку, ведущую в нужном примерно направлении, нашли южнее. Пошли по ней, обходя населенные пункты по предварительно разведанным маршрутам. Но лучше уж терять время.

Второй раз собрали за собой хвост напоследок уже, проехав мимо фрагмента поселка городского типа. Обогнули уже его стороной, но потом Грибник заметил, что недалеко есть люди, десятка полтора-два. Свернули на следующем перекрестке туда. И тут их из поселка заметили. Оттуда рванул кто-то довольно сильный, вроде топтуна. А за ним свита, с отставанием. Скорость нужную по этой дороге не развить. Встали на подъеме, лидера Грибник свалил из главного калибра, не мелочась, потом в машину и ходу.

Через километр сопровождающих скосили пулеметы. Встретили лотерейщиков огнем три внедорожника неизвестной марки, хитро защищенные переплетением стальных труб, прикрывающих машину целиком и кабину особенно. И не менее защищенный грузовик. На крышах пулеметы, дистанционно управляемые модули местного производства, на дверцах изображение всадника с копьем.

– Патруль Княжества, группа чистки периметра стаба Верхний. Старший группы Вереск. – представился вышедший из одной из машин человек.

До границ стаба доехали с их сопровождением. Но сначала доделали начатое. Подъехали поближе к поселку, вытащили из грузовика громкоговорители, устроили трансляцию кошачьего концерта. Зраженые повалили волнами, сначала быстрые. Но из лидеров уже спораны извлекли, так что пулеметы не понадобились. Грибник и Пальмира тоже приняли участие в отстреле.

Выяснилось, что Грибник в стабе уже известен, ментокарту его Мария донесла до цивилизации. В стабе, оказывается, даже локальная сеть есть и где–то на сервере хранятся ментокарты всех, кто контактировал с ментатом из Княжества. А к ментометке даже привязан счет местного аналога земных банков. В споранах, естественно. Не дикари чай. В стабе работала и сотовая связь. Между стабами, не постоянно, радиорелейка.

Сообщили – Грибник числится как житель приграничья. И за приведенного в стаб свежака, ему премия полагается и будет перечислена в течении суток. За мужиков премия меньше, никакого гендерного равенства. А вот сам он уже свежаком не считается. Свежаку же полагаются подъемные и бесплатное место в гостинице на два дня. С ментатом пришлось поговорить обоим. Грибник про взорванных внешников распространяться не стал – но его о том и не спрашивали. Интересовало только наличие знакомства с ними и с мурами. Если нет, то и вопросов далее тоже нет по этой теме. А сам Грибник поспрашивал про местных стронгов, ему рассказали, хоть такой интерес и вызвал новые вопросы. Ничего необычного в пояснении Грибника не усмотрели, приходящие с северо-востока довольно часто приносят информацию… и не без выгоды для себя. О местных раскладах рассказали. Руководство группы “Медведъ”, одновременно и ядро руководства стаба.

Пальмиру попросили изложить события от появления в Улье до прибытия в стаб. Насколько понял Грибник, его действия, как крестного, тоже получили оценку. Вероятно, положительную, дошли ведь. А вот охота на элитника удивила всех в дежурной смене охраны стаба. Новость быстро разошлась. Вот тут Грибник не понял, толи на него посмотрели, как на сумасшедшего, толи как на героя.

Гостиница с питанием обошлась в пять споранов в сутки. За стоянку машины денег не взяли. На прием к знахарю записали. Перекусили. Потом усталость погнала в койку. Только тут, расслабившись, Грибник понял, насколько он был напряжен эти три месяца.

В стабе оказалось аж двое знахарей. И работы хватало, судя по всему. По меркам Улья – Верхний это крупный стаб, по прежним меркам примерно райцентр.Людей много. В утренние часы кто–то из знахарей принимал всех, кому нужна помощь в освоении дара. Как правило, младший из знахарей, студенческого возраста паренек. Минут десять подождать пришлось. Житель приграничья Грибник заплатил десяток споранов, за свежака Пальмиру заплатил стаб.

Ритм работы медицинского учреждения нарушился, когда выяснилось, что Пальмира не только врач по образованию, но и знахарь по Дару. По такому случаю пришла и местный главзнахарь Медея. Один из старейших, и по возрасту и по времени пребывания в Улье, гражданин стаба. Оказалось, что новый знахарь это вполне заметное событие, регионального значения. Нечасто такое. Пальмиру не откладывая пристроили и к работе и к обучению, уже со следующего дня. Нашлось применение и привезенным мединструментам. А кварирку ей выделили прямо в здании больнички. Чмокнув Грибника в щечку, Пальмира упорхнула устраиваться.

После того Медея, к удивлению многих, пожелала заняться Грибником сама.

– День сюрпризов сегодня. Присаживайся, второй сюрприз. Вот сюда. Чай? Кофе?

– Не откажусь. Кофе.

– Дарами активно пользовался?

– Да, я сенс, судя по всему. И чувствую приближение перезагрузки.

Пока кофемашина фыркала, Медея намотала несколько кругов вокруг Грибника.

– Интересное висит у тебя на груди. Сними–ка пока. Мешает… Да, так лучше. Ну, в целом понятно. Интересный ты случай, мало таких. Бывают, но мало. Большинство квазов так квазами и остаются.

– А снова превратиться в кваза шанс есть?

– Нет уже. Белая тебя изменила навсегда и сильно. Но вызванные ей изменения еще не завершились, а пока процесс идет, не стоит пить жемчуг. Смысла нет. Горох можно.

Разлив кофе по маленьким чашечкам китайского фарфора, Медея продолжила:

– Даров у тебя три, и одним из них ты вполне овладел уже. Ощущение предстоящей перезагрузки кластера дар довольно частый. В твоем случае уже развит почти полностью, заметных улучшений уже не будет. Первую жемчужину ты принял в первый день когда первый дар сформировался. Это наложило отпечаток.

Третий же дар и ты еще не понял, но и я пока ничего конкретного сказать не смогу. Дарованная Ульем способность сформировалась, но направление её использования пока не раскрылось.

– Память стала намного лучше, это заметил.

– Это одна из граней, будут и другие. Ментаты таких не любят как ты, этот Дар часто имеет такую направленность, что им мешает. А вот телепатам может и помогать, даже может и сам приобрести такую грань. Тут помогут медитации, научиться технике могу подсобить.

– Уже пробовал, с самых первых дней. Кажется, начало получаться.

– Медитация это один из способов научиться контролировать свой разум. Не всем одаренным это нужно в равной степени, но и никогда не вредно. Ты стремился к этому, ты это получил уже как Дар Улья. А в придачу и возможность видеть скрытое от многих. Пробуй сейчас.

У Грибника возникло ощущение, что его мягко поддерживают, не давая оступиться. А потом мир вновь появился и раскрасился невиданными доселе красками. Прежнее стало выглядеть иначе и стало видно незримое. Ненадолго.

– Нужное получилось, и дальше будет легче. Со временем. Имей в виду, целители похоже мир видят, только цели иные. А при желании некоторые другие способны, но доступный для тебя уровень контроля высок, почти как у целителя. Третий твой дар связан со вторым. Он ему помогает.

– Я до сих пор не придумал как назвать этот дар–радар.

– Это только одно из проявлений дара. Вокруг всех нас, и зараженных и иммунных, есть оболочка, видимая знахарям и еще некоторым. Знахарь способен влиять на чужую оболочку сильно и очень разнообразно, а через нее и на тело. Ты умеешь работать со своей, это способность. А цель и метод использования дара определят знания и навыки. Отчасти их дарует Улей, отчасти их надо нарабатывать. Пока ты развивался как сенс, ты можешь обнаружить то, в чем есть грибница Улья. А она во всем живом есть.

– Зараженные идут на меня, когда применяю. Человек слышит слабый звук.

– Это ты способен предотвратить. Или усилить. Ты ведь тоже отчасти влияешь на то, до чего дотянулся. Опосредованно, через звук, о тебе узнают слабые. Сильным такой костыль не нужен. Когда оболочки пересекаются, они друг от друга что-то берут. Ты способен научиться передавать, например, эмоцию. С людьми сложнее, с зараженными проще, у них три варианта восприятия: съедобно, несъедобно, опасно.

– Давай, пробуй радар на мне. – Продолжила Медея. – И вспомни что-нибудь скучное… ну, получилось в общем то. Откуда ты смотришь чувствовала, но и смотреть не тебя не хотелось, хоть и преодолеть это нежелание легко. Следующий шаг – сопровождай мысленное усилие физическим. Одним и тем-же, хоть лоб морщи, хоть ушами шевели. Повторишь сто раз, станет достаточно только наморщить лоб. А теперь пробуем еще раз. Не очень приятный фокус, конечно. Но представь себе нечто ужасное, ярко, зрительно представь. Лучше что-то, что видел. Вспомни, что чувствовал тогда.

Грибник вспомнил скреббера. И коготь, вновь висящий у него на груди.

Медея, вздрогнув, отшатнулась. Встряхнула головой:

– Отголоски тоже ужасны. Тренируйся чаще, Дар не дается даром. Но вот это тренируй на пустышах. На людях в стабе совсем не стоит.

И еще напоследок Медея совет дала:

– Кулон свой, когда на охоту пойдешь одевай. В стабе лучше не носи, а уж когда с девушкой, так точно снимай.

Остаток дня Грибник провел в хлопотах и трудах. Распродал оружие внешников и патроны к нему, оставив по автомату себе и Пальмире. Шишигу оценили совсем дешево, при всем уважении к этому шасси. Решил не продавать пока. Можно заказать переделку, а можно купить готовую и адекватную условиям Улья машину. Но пока непонятно, что нужно. Отвез стронгам флешку с видео, отдал в запечатанном конверте, адресованном их главе. Отвез Пальмире ее долю трофеев и пару ящиков со шприцами, капельницами и прочим важным и нужным медхламом, выбранным Пальмирой из груза с которым она попала в Улей. Узнал, что через пару часов они идут ужинать, а сначала – покупать приличную одежду, поскольку оборванцев пускают не везде. А маленькое черное платье нужно даже в Улье. Мужикам, конечно, везде проще…

Слушая джаз-фьюжн с бокалом в руке, можно забыть, что ты в Аду. До следующего утра Грибник и Пальмира забыли. О следующих днях решили думать потом.

Этим вечером Грибник стал широко известен в узких кругах. Был организован закрытый просмотр, зрители впечатлились фильмом, захотели поговорить с оператором и режиссером. Вопросов возникло немало. И хотя вечером Грибник в гостинице не появился, но на следующий день вместе с ключами от номера получил и записку с номером телефона и просьбой позвонить. Подписано – заместитель командира спецгруппы “МедведЪ” Таран. Откладывать встречу Грибник не стал, интерес взаимен. Подробно рассказал про место, использованный заряд, действия внешников, не попавшие в кадр. Передал захваченные бумаги и ноутбук.

– Съемка делалась средствами автомобильного видеорегистратора, старт от датчика движения – пояснил Грибник. – Поставил просто потому, что он был. Предполагал, что сработает мина, когда меня рядом не будет. А может быть когда-нибудь я туда приду и посмотрю. Аккумулятора надолго должно было хватить, как и места на SD карте.

– Поднятый ими беспилотник куда пошел?

– Не знаю. Видел, как кружил на юго–востоке. Видел чуть позднее, как был сбит на севере. Возможно, другой. Предполагаю, с беспилотника атаковали монстра. Взрывы раздались в той стороне и монстр пришел оттуда.

– Это был скреббер.

– Не упомянут такой зверь в изданной для свежаков книжке.

– Не удивительно. Скреббера упоминать вне стаба примета дурная, а народ тут суеверный поголовно, имей в виду. Но это не единственная причина для тебя об этом всём помалкивать. Внешники конкретно эти, скорее всего, на скреббера охотиться пытались. Но их активность растет последнее время и не только там и не только такая. За информацию признательны весьма. Она иногда дороже споранов. В долгу не останемся.

– Ценю доброе отношение. На полигон ваш пустите, совсем здорово. Хотел бы у опытных людей поучиться. Я ведь свежак еще по сути.

– Не прибедняйся. С полигоном решим. И с гражданством стаба можем подсобить, если пожелаешь – дадим рекомендацию. Вот карта, с примерным указанием границ кластеров в том районе. Уточни… напиши, где помнишь, даты перезагрузки и период. О тех местах Грибник помнил и знал много. Насколько он понял, вскоре туда уйдет разведгруппа, им эти сведения помогут сильно.

Стороны расстались весьма довольными. Более всего Грибник хотел получить знания и навыки. Но если обещают ещё и премию за уничтоженных внешников и даже долю в трофеях, которые оттуда ещё принесут – не отказываться же.

Осмотревшись и подумав, полное гражданство Верхнего, а следовательно и всего союза стабов, решил принять. Это не обязательно, многие так и остаются в статусе вольных людей, кандидатов в граждане. Живут, работают, налоги платят. Иногда бывают и на стандартных кластерах, но оружие у них только для самообороны. Полноценным гражданином можно стать, проявив себя, уплатив налог службой, возможно и кровью. Есть и категория граждан, для которой вся жизнь служба. На гражданах Княжество держится. Это ответственность. Есть у граждан и привилегии. Немаловажно, что в местном военторге каталог для полноценных граждан не тот, что для остальных. Да и в целом доступ к ресурсам и информации шире и проще. А вот возможность обзавестись в стабе своим жильем во внутреннем кольце пока не актуальна… но арендовать квартирку стоит.

Верхний – опора Княжества на севере. То место, где Грибник появился в Улье, расположено километров 400 на восток. С севера в Княжество мигрируют сильные зараженные, так что Верхний также и база охотников. Но самое интересное на севере, это множество кластеров с промзонами, источник промышленного оборудования и сырья. Всё это, по большей части, идет через Верхний в основные промышленные центры, Дмитров и Каменец. Расположены они так, что туда элита забредает настолько редко, что старики не упомнят. Места относительно спокойные. Производят многое, от приспособленного к местным условиям транспорта до боеприпасов. Конечно, на базе сырья и комплектующих с Земли и, конечно, с использованием в некоторых случаях возможностей ксеров. Ксер не может сделать крупнокалиберный боеприпас, но может делать порох, капсюль, взрыватель… Человек способен приспособиться к очень тяжелым условиям обитания. Недаром всю Землю заполонил. Наладить жизнь можно даже в Улье. Но если ограничиться сбором падающих, аки манна небесная, еды и патронов, жизнь будет хуже, чем у индейцев Дикого Запада. Ко всему прочему, весьма короткая. Если же есть крепкое государство и производящая экономика – дело иное.

Верхний, по местным меркам, тоже промышленный центр, хоть и труба пониже, а дым пожиже. Зато к источнику комплектующих поближе. Ну а Нижний на реке, оттуда сталкеры тоже ходят, с одной из таких групп Грибник уже познакомился. И за речку оттуда ходят, там крупная база стронгов. А на юге, Юрьев, относительно небольшой стаб специализированный только на охоте. Там недалеко, за озером – несколько кластеров с кусками городов. Удобной охоту в тех краях делала возможность подойти туда по воде.

Что делать дальше, как и где применить свои способности, надо думать. В целом, осесть именно в Верхнем показалось правильным пока. Тут больше разнообразие возможностей. Можно найти применение по профессии… даже по двум. Труднее всего, но можно, развивать магические способности. Для начала, Медея обещала научить правильно спать и видеть нужные сны. Для волшебников это первейшее дело, говорит.

Но магия магией, с железом тоже пора освоиться. Ну и повадки здешних зверей изучить. Робинзоном уже был, этап пройден. Теперь надо поучиться на чужом опыте.

Глава 7. Тяжелые железные игрушки.

Главы 7,8 будут отредактированы с сохранением содержания. Описания будут развернуты в диалоги, добавлена вода во избежание сухости изложения.

День 100

В таком месте как Улей, не мог не возникнуть культ оружия – он и возник, а получив рекомендацию Тарана, Грибник стал вхож в сообщество служителей культа. Полигон “Медведа” это по сути элитный стрелковый клуб. Расположен он, естественно, за кольцом стен поселения, но близко. Он включен в общую систему обороны стаба и сам обнесен заграждениями. А внутри есть всё для тренировок и отдыха. Есть и оружейная лавка, с ассортиментом поменьше, чем городская, проигрывающая в количестве товара, но выигрывающая в его качестве. Есть траншейный стенд, тир, место для тактических занятий и пейнтбола. Имеется и возможность пообщаться неформально с очень разными людьми. Не последними в стабе по влиянию и весьма опытными.

Следующий восход местного светила Грибник встретил во всеоружии, на стрелковой позиции. Старая земная привычка при наличии возможности поспать подольше, эту возможность не упускать, в новый мир не перешла. Ещё с вечера Грибник созвонился, договорился о встрече.

– Будем знакомы. Говорил о тебе Таран. Ты в “Жемчужине” остановился?

– В ней.

– Могу тебя забрать завтра. На полигоне позавтракаешь, там готовят лучше. По пути и расскажу, что к чему.

Утром долго ждать не пришлось. Ровно через одну чашечку кофе, подъехавший на джихадмобиле выделки местного автопрома стрелок-инструктор Мурза помог загрузить чехлы с винтовками.

– Ничего себе арсенал для новичка, увесистый. Что там?

Грибник рассказал, спокойно так, стараясь не пустить в голос нотки гордости:

– Уэдерби, Ремингтон, Тигр, Скар, Сигсайер.

– Интересный набор. Ожидал там встретить Сайгу и ижевскую двустволку, однако. Ты из каких краев к нам?

– Северное приграничье. Двустволка тоже была, но не довез.

– Постой… это про тебя рассказывали, что свежак элиту завалил?

– Нас двое было, на подготовленной позиции.

– Повезло вам. А на Уидерби интересно посмотреть. Раритет. С нее и начнем, пожалуй. Затем отстреляем по серии с каждой, кроме Уидерби, подведем первые итоги и как раз пора будет двигать к кухне. Там рассегаи фирменные поутру. В том же здании далее зарегистрируешься, пропуск оформишь. Ну и прочее. Советую оружейный шкаф арендовать, это недорого, а удобство изрядное. Стрелять до Улья довелось?

– В молодости немного было, даже на окружных соревнованиях выступил. В те годы освоил СВД, так что Тигр не в диковинку. Хотя основное моё оружие по военно-учетной специальности это паяльник. Потом охотился иногда, в основном на уточек. Ну и на летающие тарелочки на круглом стенде.

– В общем неплохо. Не спецназ, но база есть, азы объяснять не придется.

Позднее, изрядно поработав с инструкторами на полигоне, Грибник понял, что раньше стрелять и не умел толком. А охотничий опыт совсем не впрок, дробью навскидку в Улье стреляют редко.

Самая мощная винтовка вызвала всеобщее восхищение. В основном качеством выделки, гравировкой, инкрустацией и материалом приклада. На нее специально ходили посмотреть. Но увы. Не годна она для охоты в Улье. Патрон .460 (11.6x74) Weatherby Magnum уникален. На Земле есть только однин производитель винтовки и один производитель патронов для неё. Больше нигде патрон не применяется. Добыть в охотничьих магазинах теоретически можно, то есть заказать можно, но в России редкость это великая. А в Улье у ксера до сорока споранов за патрон, цены кусаются пуще тварей. Вывод – окупится охота разве что на рубера, только если повезет то и на кусача. Вывод из вывода – винтовка будет красиво повешена на стену, благо уже почти есть куда. Из гостиницы Грибник запланировал перебраться в более комфортное жилище. Тут, на полигоне, и подсказали вариант.

SCAR, при всем уважении, тоже не для рейдера. Пользоваться этим стреляющим хронометром Грибник научился, в его возможности он поверил. Но, по мнению опытных людей, тяжеловат и обслуживать в условиях Улья сложно. Вот с людьми воевать, особенно в коротких миссиях – да, то, что надо. Это оружие для знатоков и умельцев. То есть для спецов, поэтому продать дорого можно в любой момент, спрос есть. Тоже пока на стенку. Красиво смотрится. Продавать жалко, не наигрался еще.

Ремингтон – отличная точная винтовка под распространённый, стандартный для стран НАТО, патрон. Этот патрон несколько слабоват, всего три килоджоуля, впрочем, при правильном выборе дичи его вполне хватит. Годное охотничье оружие. Не универсальное, но очень хорошее, пусть будет. А прицел выше всех похвал, лучший мировой уровень в большинстве известных в Улье миров, не считая нолдов. Хотелось бы его использовать и на других винтовках, но на Тигры его не поставить никак. А жаль, для Тигров патроны дешевы и распространены, как армейские, так и охотничьи, что вполне бы перевесило сравнительно низкую кучность. Но вот прицел там только штатный, с боковым креплением. Вывод – на продажу Тигры. Только сначала надо им замену сыскать.

Что осталось на трубе… Мелкашка. Оружие для тренировок и против пустышей, если не хочется щелкать клевцом. Но потребность в тихом оружии есть, практика показала. Желательно помощнее мелкашки.

К таким вот выводам пришел Грибник, обсуждая с Мурзой свой арсенал. Мурза в завершение высказался так:

– Ты же сенс. Если сенсу много стрелять пришлось, то он плохой сенс, или плохо подумали, когда всё планировали. Или просто очень не повезло. Желание иметь тихое оружие понятно и правильно. Но тебе нужнее не винтовка с дозвуковым патроном и тяжелым глушителем, а пистолет–пулемет. Компактное оружие на крайний случай, даже если несколько лотерейщиков одновременно, справишься, если не запаникуешь.

– А если хоть один матерый горошник, уже не факт, что справлюсь. – покачал головой Грибник.

– Робинзоном тебя надо было окрестить. В команде надо работать. У каждого своя задача. Конечно, если сенс еще что-то может как марксмен или снайпер, то неплохо. Но это если не в ущерб основной его работе. – Мурза усмехнулся. – Однако, ты не первый такой. Ладно, тебя понял. Ствол под твои хотелки могу посоветовать. Лежит в оружейке на продажу самозарядная винтовка Чукавина, СВЧ, слыхал? Давно лежит. Шесть килоджоулей на срезе, полный обвес, даже глушитель. Для ближнего боя есть ЛЦУ. Точная. Любой прицел без проблем встанет, планка Пикатинни длинная. Возможна неполная разборка и чистка без снятия прицела.

– Не было у нас такой винтовки, или я не знал. А отчего залежалась вундервафля?

– Патрон. 8,6х70 мм, он же .338 Lapua Magnum. Не самый распространённый, хоть на вооружение его и приняли. Умеренно редок, умеренно дорог, три спорана. Но ты же не будешь от бедра очередями садить. Хотя на лотерейщика тратить более одного выстрела это уже сущее разорение будет.

– Вот патрон то мне известен. Популярный охотничий калибр, винтовок под него много. И вояки зарубежные его уважают. В нашем мире, наверно, это самый популярный калибр для стрельбы на отметку пятьсот.

– Значит и в Россию пришел. Может, конечно, не во всех вариантах реальности.

На следующий день Грибник уже пристреливал обновки. Прикупил и СВЧ и пистолет–пулемет с глушителем, под патрон 9х19 Парабеллум, в пять раз мощнее мелкашки.

А то непорядок. Стоишь, понимаешь, перед оружейным шкафом. Стволов полно, а в люди выйти не с чем. Выйти Грибник уже запланировал. Гражданство стаба подразумевает обязанности, одна из них – служба с оружием в руках три недели в год. Со своим оружием. Три недели, в спокойные, обычные времена. Если орда нагрянет, то о сроках речь не идет. Грибник решил не откладывать и совместить с накоплением опыта. Место для службы самому выбирать не положено, но если хочется, то можно.

День 120

Стаб окружен немалым числом стандартных кластеров, регулярно приносящих новые поколения пустышей. Отожравшись, они стали бы проблемой для стаба. Но если их давить организованно и своевременно, то это совсем не проблема, а фронт работ. Стрельба по команде. Патроны компенсируют. Но клевцом приходится на этой работе действовать часто. А иногда и добрым словом, за свежаков – премия. Но работа в целом противная. Потому и непопулярная, так что не очень трудно Грибнику было в такую команду попасть. А он рассудил, что поучиться пользоваться Даром на слабых заражённых там будет удобно.

Оформляя гражданство, Грибник уже имел представление, где служить будет. Сперва, конечно, договорился с командиром знакомой уже группы, зачищающую ближние окрестности стаба. Тот был рад:

– Заполучить дальнего сенса, да ещё с хорошей винтовкой, это для нас удача. Запрос на тебя пошлю, конечно. Но как там кадровики решат, предсказывать не берусь. Не положен нам сенс по штату.

– Да я знаю, кого попросить, чтобы именно твой запрос удовлетворили. На стрелка пиши.

Но основная задача Грибнику была поставлена всё таки как сенсу, то есть в первую очередь по сторонам смотреть. Если появится опасная тварь, то сперва доложить, а потом стрелять. Ну, или наоборот, по ситуации. А иногда, если горизонт чист, то со всеми, клевцом махать или стрелять, но не из винтовки. По ситуации, в общем.

Тактику применяли в зависимости от местности. Иногда тихо продвигались от одного двора к другому в провалившейся в Улей деревушке, если большая часть зараженных там пустыши-домоседы, не очень склонные к перемещениям. Но были и иные варианты.

– Быстрее всего и удобнее выманивать на звук. Технику на фланг и чуть вперед, если что-то пойдет не так, пулеметы поправят расклад. Музыку в полусотне метров сзади и чуть в сторону от стрелковой цепи, с той стороны где пулеметы. Там и твое место будет и мое. – инструктировал Грибника довольный как слон Вереск. Сенс такой группе по штату то не положен.

– Твоя задача, это контроль тыла в первую очередь и отстрел с фронта тех, кто посильнее, цели буду указывать. Пойдут в основном лотерейщики, там они как раз дозрели. – продолжил он. – Потом по поселку пройдем, поищем выживших.

– Поздновато нас туда на зачистку отправили. – у Грибника появился вопрос, на который Вереск, усмехнувшись, сразу и ответил:

– Так обычно. В этом случае патроны окупятся. Десять процентов добытых споранов – наши премиальные. Так что споранов малость поднимешь. А тем, кто по вольному найму, еще и зарплата идет. Но половина тут как ты, служивые. Вам только боекомплект и довольствие, живец туда входит.

Ехали от стаба проселками, часа три. По пути Грибник несколько раз обнаружил бредущие по дороге кучки зараженных. Уничтожали их из тихого оружия. Шуметь время не пришло. А когда пришло – шуметь не получилось. Расположились в привычном удобном месте. Стрелки укрылись в недостроенном коттедже близ околицы куска поселка, чуть в отдалении от основной массы домов. Но случилась накладка. Усилитель забарахлил, вместо запланированного кошачьего концерта колонки воспроизвели змеиное шипение. Вереск со злости пообещал отвечающему за музыку бойцу, что он сам сейчас манком будет, а для того ему организуют скипидарную клизму, с патефонными иголками. Дал отбой готовности на полчаса, пока идут попытки починки, с вероятным дальнейшим переходом к плану “Б” – шуметь стрельбой в воздух и автомобильными гудками.

Тут Грибник, изучив стройплощадку, предложил:

– Можно сирену сделать. Из подручного строительного мусора.

– Неужто? – Засомневался Чапай, пулеметчик командирской машины. – ну, иди, доложи командиру. Но если что не так, тоже нарвешься, как музыканты. Инициатива имеет инициатора.

Грибник хмыкнул, помедлил секунду, подошел к Вереску.

– Могу сделать генератор звука. Нужно два бойца, пила, кусок стальной мелкоячеистой сетки, что в кузове видел. Проволока. И две асбоцементные трубы. Вот эти.

– Раз можешь, делай.

Взяли две трубы, распилили. Состыковали по штатному соединению, место стыка на четверть общей длины. Стыком зажали обрезок сетки. Герметизировали стык битумом. Трубу прикрутили проволокой к дереву, чтобы вертикально висела, сеткой вниз. И снизу Грибник запихнул насаженную на арматурину тряпку, политую бензином. Так, чтобы пламя сетку лизало, но и свободное место осталось в трубе.

– Есть готовность.

Заняли позиции, Вереск дал отмашку. Грибник чиркнул зажигалкой. Раздавшийся низкий рев превзошел не только ожидания скептиков, но и даже пожелания оптимистов. При этом Грибник активно сканировал поселок Даром, особо настойчиво сопровождая пятерку сильнейших, сразу резво вырвавшуюся вперед. Тут Грибник подумал, что он бы на такой звук бежать не стал и шарахнулся на свое штатное снайперское место, в сторонке. Забрался на грузовик, встал рядом с Вереском. Тот внимательно смотрел в бинокль, иногда выдавая короткие команды. Кроме него в эфире никого не было.

Несколькими волнами, группируясь по скорости бега, зараженные нахлынули и остались лежать, так и не добежав до источника звука. Пока бензин не прогорел и звук не прекратился, заражённые не обращали внимание на стрелков. А потом остались слабейшие. Самых слабых добивали клевцом.

Грибнику стрелять команды не было. С тыла никто не появился, хоть вдалеке он и заметил несколько слабых зараженных. А когда пошли в поселок, Грибник попробовал использовать новую грань Дара. Получилось то подманивать пустыша, почти ползуна, часто падающего. То, наоборот, пугать. При этом пустыш улепетывал весьма резво, хоть и на четвереньках. За этим занятием Вереск и застал Грибника.

– Дар тренирую, как знахарь прописал. На кошечках пока, с сильными не уверен. – разъяснил Грибник.

– Блин. Ну ты и нашел кошечку. – рассмеялся Вереск. – На любителя.

Подопытный пустыш в прошлой жизни был могучей квадратной бабой. А в Улье стал еще и вонюч.

– Но я с другим вопросом пришел. Что это был то? Тоже Дар?

– Не. Честная физика и никакого мошенничества. Называется труба Рийке. Показывали нам, когда студентами были, в курсе теории горения. Если газовую горелку поставить, дольше работать будет. Как сделать – ты видел, если что повторить можно.

– Эту тоже заберем. Надо же. Так просто делается и так громко звучит…

Сирена потом была принята на вооружение и в других командах чистильщиков. Есть у неё минусы, но зато она легче магнитофона с колонками.

Через неделю Грибник уже полностью освоился в команде, знал, что делать и когда. Один выезд в день. Один или два зачищенных кластера за выезд. Нашли и привезли в стаб двоих свежаков. Грибник сделал за это время пяток выстрелов из СВЧ, когда пришлось разок прикрыть тыл, пристрелив особо хитрого топтуна, который пошел в обход, притом умело прикрываясь складками местности. Ну и пара потраченных магазинов к ПП Кедр-Para в счет. Пришел опыт и уверенность в себе, так ощущалось. Чувствовал, что вооружен и опасен на любой дистанции.

Цель очередного выезда – бензоколонка на трассе, ведущей в Улье из ниоткуда в никуда. В рейд под прикрытием двух групп чистильщиков ушли и три тягача с цистернами. Стрелять там не планировалось. Пришли вскоре после перезагрузки, окрестности осмотрели, заслоны поставили. На бензоколонке скопилось немало ожидающих заправки машин, людей много. Бывших людей. Там Грибник впервые был укушен. Стоял в одном из заслонов, выскочила на него молоденькая девчушка, почти ребенок. Сначала не понял, что зараженная. Потом рука не поднялась. Чуть промедлил, в эту самую руку и вцепилась. Вечером Грибник пил водку без споранов и закуски. Потом от Пальмиры выговор получил и усиленный тренинг. Сказала, что с таким Даром он должен своими эмоциями владеть, а не они им. С Пальмирой стали общаться совсем тесно. Знахарь во многом ближе, чем друг и любовница. Почти как рентгеновский аппарат, насквозь видит.

Тренинг пошел впрок, это стало заметно в ближайший выходной, когда Грибник участвовал в пейнтбольных игрищах, по пять человек в команде. Всё как на Земле, но в командах были сенс и скрытники, как и другие одарённые. Использование не калечащих даров не только разрешено, но и обязательно. В первом раунде сенс соперников, эмпат-телепат, переиграл Грибника с легкостью. Он видел не только где и кто в данный момент находится, он ощущал, откуда исходит угроза, а откуда нет. Или даже откуда она может исходить, это и предопределило поражение команды, за которую выступал Грибник. Грибник просто не успевал за соперниками, да и доложить результаты не успевал, от того командные действия получились плохо. На короткой дистанции его Дар оказался ущербен, быстрый рейд двух стелсеров по флангу сопартийцы Грибника прозевали и попали в огневой мешок так, что и укрыться негде. Хоть люди в Улье не столь шустры, как здешние монстры, но по земным меркам и сами монстры, двигаться могут очень быстро, а некоторые еще и используя отвод глаз.

В следующий раз Грибник действовал активнее. Когда заметил попытку повторить прежний сценарий – на прорывающихся перебежками, прикрываясь препятствиями, стелсеров, воздействовал скреббер-эффектом, от того они потеряли концентрацию и были замечены. При этом Грибник очистил сознание, а на сенса соперника воздействовал эффектом безразличия. В сумме это привело к тому, что для него Грибник перестал существовать. С глаз долой – из сердца вон. Тут то и прилетел ему цветной шарик. Грибник отплатил за первый раунд.

При разборе полетов выяснилось, что скреббер-эффект, который Грибник вслух именовал аурой испуга, мешает использовать Дар, даже если эффект неожиданности отсутствует. Не исключает его использование, но ощутимо мешает. Нашлись добровольцы, проверили еще раз.

Но тем самым Грибник привлек внимание. Кто-то заметил, что в группе зачистки есть дальний сенс, которому там быть не положено. А один из зрителей дал указание другому – проверить начинающее дарование в более серьезном деле. Потому, у этих веселых и полезных игр были и административные последствия. Вскоре Вереск сообщил с грустью, что Грибника от них забирают. Переводят в состав рейда на север, в промзону. Грибник же решил, что возражать нет смысла, хоть он не всё сделал, что

Глава 8. Знание - сила.

День 135.

Рейд на север готовили люди, ничего не забывшие и дополнительно многому научившиеся уже в Улье. Поход туда не первый уже, наоборот, регулярный. В колонне четыре бронетранспортера, “адская молотилка” - спарка калибра 57мм, только в отличие от Земли на колесном шасси, два транспорта с людьми, грузовики. Всего три десятка машин, не считая легких внедорожников разведки. Все местного изготовления или радикально доработанные. В расчете на среднюю скорость движения колонны тридцать-сорок километров в час, предполагалось проходить триста километров в сутки. Двое суток туда, двое обратно. Грибника в рейд включили за два дня до выхода, и эти два дня Грибник посвятил отработке взаимодействия сил и средств, знакомился со своими задачами и действиями вышестоящего звена и соседей. Армия, она и в Улье армия.

Цель выхода - склад крупной фирмы, дистрибьютора разнообразного оборудования. Ничего сложного, вроде бы. Крупные куски городов вблизи отсутствуют. Пришел, увидел, погрузил. Но эта цель уже севернее прикрывающего территорию Княжества с запада огромного озера. Мимо озера там иногда ходит весьма матерая элита, придется пересечь один из путей её миграции. Учитывая, что колонна растягивается на марше на километр, отразить нападения на нее, пройти и вернуться непросто. Но это уже много раз делали, причем часто без потерь. Успех определяло умение управлять колонной, а также разведка. Хорошо то, что с разумным противником встреч не предполагалось. Хотя и возможно. Но внешники много восточнее, атомиты же далеко на юго-западе, за озером.

– Ну что, новичок. К бою и походу готов? – спросил Грибника, занявшего уже свое место согласно расписанию, командир колонны, позывной Кобра.

– Отинструктирован до потери сознания. – ответил Грибник.

В очередной раз Грибник не решился задать вопрос про Кунар. Ему казалось, что он узнал этого человека, очень известного в свое время, даже легендарного, но давно уже мертвого там, на Земле. Тут, в Улье, тоже очень известного.

Рабочее место Грибника - в штабной машине. С самого начала, еще по безопасным местам, пошли без расхлябанности, как по опасным. Ударный кулак колонны это два бронетранспортера и зенитка. Непосредственно за ними транспортёры с людьми, похожие на Тайфун-К и штабная машина. Один БТР в середине колонны, один замыкающий. Предпоследняя в колонне – машина технической помощи.Боевое охранение впереди и позади. Квадрокоптеры в небе по потребности. Они Грибника очень заинтересовали, а поскольку рабочее место коптеровода, позывной Рикша, было рядышком, то познакомилась и разговорились. Появилось возможность узнать не только скорость и дальность, причем из первых рук.

– Тут их и делаем, ты мимо нашего производства в стабе не раз проходил. – во время разговора Рикша продолжал крутить джойстик и поглядывать на экран. Он рулил одновременно двумя дронами. – За комплектующими ходят тоже на север, но не так далеко и восточнее. Комплект электроники, камера, подвес, система питания весят полкило.

– три человека на два часа, дистанция три, быстро приближаются – прервал рассказ докладом Грибник.

Через десяток секунд Рикше пришла команда выдвинуть туда дрон. Но он уже сделал это, сразу, как услышал Грибника. А второй на посадку направил. Через пять минут на экране появилась патрульная машина Княжества, идущая наперерез колонне, по пересекающей дороге. Граница.

– Потренировались ещё раз, как и запланировано. – прокомментировал уже свой доклад Рикша.

– Про вес ты не закончил рассказывать. – напомнил Грибник.

– А… ну да. Четыре движка и винты грамм четыреста. В сумме с рамой и аккумуляторами выходит полтора килограмма, отношение тяги к собственному весу три к одному. Радиомаяки ориентации по краям колонны. Максимальное время полета тебе уже известно, но добавлю. Лучше бы так назад двигать, чтобы в воздухе висеть не более получаса. Если колонна идет медленно, как сейчас, коптер может ее догнать. Но посадка на короткой остановке. А иногда дрон это расходник, в запасе они есть.

Так и пошли. За первый день пути встретили несколько групп зараженных разной силы. Всех головной дозор положил, почти во всех случаях Грибник дал целеуказание раньше, чем сенс охранения. Но менее точно, с идентификацией проблема осталась. Населенные пункты сначала проходили не снижая ход. Ближние окрестности стаба зачищены. Потом несколько раз вперед выходила группа чистильщиков, Грибника туда иногда включали. А колонна в это время вставала на короткий отдых, остановки в пути всё равно нужны, люди же не роботы.

На второй день Грибник встретил цель, которую вообще не смог распознать. Точнее, группу целей, вытянутую в цепочку впереди по курсу, чуть левее дороги и компактную группу правее. Примерно в трёх километра вперед, на следующем подъеме. Докладывал несколько нервозно. Видимо, правильно взволновался. Колонну остановили, прикрыли левый фланг головным БТР. Охранение засекло цель визуально. Установили на закрытую позицию миномет. Грибник это всё глазом не видел, но доклад слышал. К тому времени над засадой уже висел дрон. Накрытие со второго. Беглый огонь. Потом в ту сторону, под прикрытием зенитки, выдвинулся БТР. Штабная машина пошла вверх, с верхней точки этого участка трассы уже были видны разрывы на склоне следующего пологого холма, который также пересекала дорога. От группы целей справа протянулась к выдвинувшемуся вперед БТР дымная извилистая полоса. Ушла в землю. Промах, удар отразил комплекс электронно-оптической защиты “Штора”. Почти одновременно по стрелявшим ударила зенитка. Весь бой – десяток минут. Еще час разведгруппа догоняла и уничтожала остатки противника. Командование посчитало важным добить врага, даже ценой потери времени, ибо предстоит возвращаться тем же путем. Всё неожиданное лучше считать опасным, особенно если это засада.

Так Грибник впервые увидел атомитов, еще один вариант действия на организм силы Улья. Рассматривать этот вариант как сбой, возникший под влиянием радиации, вполне логично. Грибник задумался: какой из оставшихся вариантов считать нормой? Хотелось, конечно, иммунных.

Короткий бой послужил причиной значительной задержки, заночевали в резервном месте. Места уже очень опасные. Сенсы дежурили посменно, в связке с вооружёнными бесшумными “Винторезами” стрелками. Грибнику было легче многих, он дежурил в глубокой медитации. А медитация это не только увеличение дальности действия Дара, но и полноценный отдых. Эта способность стала предметом зависти коллег. На следующий день, холмистая и лесистая местность сменилась ровным полем. Охранение подтянулось поближе. Интервалы в колонне сократили до предела, машины расположились компактно, в два ряда. За исключением боевых машин, естественно. Грибник доложил уже о нескольких десятках приближающихся целей, по мере движения их разбирали пулеметы БТР, один раз вступила молотилка. Если и есть элита в Улье, которой такой снаряд нипочем, то не тут. Трофеи не собирали. Когда приблизились к критической точке - опасному перекрестку, пересечению с трассой, уходящей на запад, зенитка ушла вперед и встала на нем, а с восточной стороны занял позицию БТР. Потом они догнали колонну, сбавившую уже ход, заняли свое место. Позади встало дымное облако. Напоследок, зажгли дымовые шашки с романтическим названием “Черемуха-1”. Хлорацетофенон, стоящий на вооружении полиции во всех мирах, не только способен выбить слезу даже из циничной сволочи, но и отбить в Улье зараженным нюх и подпортить зрение. Колона тем временем, ускоряясь, уходила от самого трудного участка пути. По сторонам шоссе появились заводские корпуса. Почти пришли.

Машины загнали на погрузочную площадку, закрыли ворота. В склад ушла группа зачистки, она быстро истребила немногочисленных зараженных внутри. Грибник числился в составе одной из резервных групп и продолжал работать в штабной машине. Дальности действия Дара хватало с избытком. Однако же, когда люди рассыпались по складу, стало сложнее различать где свой, где чужой. Очень уж много целей. Несмотря на то, что подтягивающиеся со всех сторон зараженные снаружи, а люди внутри. Наконец, поступил доклад о работоспособности штатной системы охраны и видеонаблюдения склада. Штаб перебазировался на центральный пост охраны, а Грибник отправился на крышу, на усиление группы снайперов. Там и провел большую часть времени во время погрузки, пока не сменили по графику. Была поставлена задача стрелять по всему крупнее лотерейщика сразу по обнаружении. Несколько выстрелов сделал, пристрелил кусача, собравшегося ломать стену. Поскольку стены из легких сэндвич-панелей, шанс у него, бесспорно, был.

Руководители похода прекрасно понимали, что людям может быть нужно что-то и для себя прихватить. Это нельзя отменить, но можно организовать и возглавить. Для мародерки в личных целях каждому бойцу было предоставлено время, а также оговорен объем. Можно, но только что-то мелкое. Грибнику разрешили набить рюкзак. Премия сенсу, за хорошую работу.

Что взять, Грибник давно решил – приборы. Не взяли бы его в этот поход, купил бы за спораны. Самое первое проявление магии Улья, с которым все сталкиваются – загрузка кластера, сопровождается, очевидно, мощными электромагнитными явлениями. Их можно изучить, даже не понимая глубинной сути происходящих процессов, хотя что из того получится, сказать заранее трудно. Но, учитывая, что у Грибника есть встроенный источник информации о времени приближающейся перезагрузки – Дар, может и получится что-то. Для начала хотелось бы мерять напряженности электрического и магнитного полей, радиационный фон. Еще неплохо бы компактный цифровой осциллограф. Это как минимум. Аппетит пришел во время просмотра складской базы данных. Прихватил еще набор для работы с микроконтроллерами, паяльную станцию. А на сладкое и ноутбук в титановом корпусе, не смог удержаться. Всё компактное, современное. Известных мировых брендов. А раз место осталось, то еще пару наших приборов.

Собрался, упаковался. Вовремя, пришла долгожданная команда валить всех зараженных, ошивающихся вокруг склада. Долгожданная потому, что половина добытых споранов после похода распределяли среди бойцов каравана, а также потому, что это значит, что задача выполнена, осталось вернуться. Захлопали выстрелы. Под прикрытием стрелков вышла команда сбора трофеев. Грибник внес свой вклад в пальбу и вновь приступил к привычной уже работе сенса. Девизом выберу фразу “высоко сижу, далеко гляжу” – подумал он.

Обратная дорога оказалась проще, дошли спокойно, иногда постреливая одиночными. Время выхода выбрали так, чтобы проскочить опасную зону под прикрытием перезагрузки кластера западнее маршрута. И атомиты на этот раз не помешали. Вероятно, там, откуда попытавшиеся устроить засаду на караван набежали, еще и не знали, что они не вернутся.

На этом для Грибника истек положенный срок службы. Это отметили. Возвращение с северов тоже отметили, причем дважды. Завершение ученичества Пальмиры отметили, теперь она полноценный знахарь. Испытания новой, продвинутой модели дрона, на которые Грибника пригласил Рикша, тоже отметили. И еще что-то отмечали, но что, Грибник забыл, даже Дар не помог. Устал. Жизнь в стабе трудна и полна опасностей.

Предложение продолжить работу в роли караванного сенса Грибник пока отклонил. Возможно, позднее. Звали на регулярные походы между стабами. Плату предлагали, по мнению Грибника, хорошую. Посмотреть на столицу хотелось. Но Грибник уже нашел себе работу в Верхнем. Очень интересную. Переведя дух после возвращения, Грибник погрузился в нее.

Фирму, выпускающую квадрокоптеры, основал человек, этим делом и на Земле занимавшийся, поэтому знавший, что искать в Улье, чтобы сделать на этой базе нечто годное для местных условий. Главное отличие от Земли это отсутствие спутниковой навигации. Поэтому земные образцы дронов, увы, малопригодны в Улье. Мягко говоря, малопригодны. Это минус. Но значительная часть дронов, использует программное обеспечение с открытым исходным кодом, вроде Dronecode, это плюс. Это дает возможность доработать технику, с нуля то в Улье такой проект не осилить. В честь этого софта фирму и назвали. Сперва доработали ПО земных дронов, сделав навигацию от радиомаяков. Затем стали делать и свои коптеры, из комплектующих. Спрос постоянный, в условиях Улья это штука нужная. Придет время, и с внешниками можно будет потягаться, хотя пока они вне конкуренции по части летающих напастей. Беда пришла, откуда не ждали. Основателя фирмы съели. В Улье это бывает. Но жизнь продолжается, готовится уже новая модель, с улучшенным автономным режимом. Старые монстры, новое оружие. Задача Грибника – сделать для этого режима распознавание поступающей на камеру картинки так, чтобы обнаружив опасного зараженного или просто движение, дрон прерывал маршрут и летел к месту старта или хоть в зону радиодоступности. Библиотека, потребная для решения задачи, Грибнику была знакома.Потому то он эту работу и получил. Бывает в Улье и такое занятие – в клаву пальцами тыкать, воюя со зловредным компилятором, ограничивающим полет мысли.

Если есть желание иметь в Улье реально полезный, приспособленный к местным условиям дрон, то сделать надо очень многое. Маленький вклад в эти бльшие работы внес и Грибник. Мог и сделал, почему нет. Через три недели код пошел все тесты, в том числе интеграционный и системный. Грибник заработал кучку споранов и отвратительное самочувствие.

День 160.

Терпеть можно, но таки проговорился доктору. Пальмира покачала головой: – Первые симптомы трясучки. К Медее стоит сходить. То есть лучше не ходить, ругаться будет сильно. Но стоит. Рановато началось, необычно. Я прописываю длительные прогулки на свежем воздухе и она это скажет. Но может еще что-то сказать.

Медея отругала не только за то, что довел себя до такого состояния, но и за то, что давно не заходил. А потом пояснила, что допустимое время пребывания в стабе для всех разное. Для Грибника – небольшое, а потом возможно еще меньше будет. Надо наблюдать. Но это не болезнь, это свойство организма иммунного.

Одно к одному. Грибник рассудил, что свежий морской воздух подойдет идеально, а озеро это почти море. Тем более, что в стороне озера он еще не был и это отлично совместится с давно запланированным сбором данных о возникающих при загрузке кластера эффектах. Поуговаривал Пальмиру составить компанию, но ее дела знахарские не отпустили на запад. Они ее вели в другую сторону, в Каменец. Симпозиум там у знахарей. Ну, что река, что озеро… она в озеро и впадает. Поехали в Нижний, на шишиге, с очередным караваном, только в этот раз Грибник мало работал как сенс, без напряжения Дара. Впрочем, дорога эта чищеная, безопасная. По ней бы и впервые в стаб приехали, если бы не дрон внешников.

В пути самочувствие Грибника ощутимо поправилось. После приезда в Нижний, Грибник полнее изучил продукцию здешнего автопрома. Вспомнив ручку переключения передач ГАЗ-66, подумал – шутка, что у водителя шишиги со стажем правая рука растет из поясницы, в Улье может стать и не совсем шуткой. Нафиг, надоело. Шишигу продал за мелкий споран, её тут доведут до ума. Прикупил компактный внедорожник-кабриолет, в котором с некоторым трудом можно было узнать основу, на которой он создан – Джип Вранглер. Водитель и пассажир прикрыты мощными стальными трубами, продавец побожился, что рубер не перерубит. Потом добавил, что лучше не проверять. Мотор дополнительно прикрыт титановым листом. Удобный обзор, крепления для винтовки, турель. Стрелять удобно почти в любом направлении. Адекватное среде средство передвижения. Довез девушку до столицы, погуляли по достопримечательностям. Столица хороша. Мирная жизнь, музыка, хорошая кухня, отличное вино. Да, в Улье есть всё.

Даже церковь есть. Храм Георгия Победоносца. Когда Грибник увидел храм в Улье, удивился очень. Правильно говорят, в Улье есть всё. Священник отец Иоанн, позывной Пастырь, в Княжестве он и один из сильнейших знахарей, а в дополнение к тому эмпат, был в храме, когда Грибник и Пальмира туда зашли. Грибник поставил свечи и за упокой и за здравие. Постоял отрешенно. Вспомнил Землю и людей, которых уже не увидит. Сердце защемило. Взял себя в руки. Выдохнул.

Подошел к священнику, закончившему же беседу с Пальмирой:

– Благословите, батюшка.

– Во Имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. – совершил крестное знамение отец Иоанн. – Наслышан уже о тебе.

Еще несколько слов сказал.

– Удивление в тебе чувствую и смятение духа. Веру нет. Но сюда приходят и атеисты и всякой разной веры и разных народов люди. Родных вспоминают. Друзей погибших. Это якорь, напоминание нам о наших корнях. Церковь стоит, колокола звонят. Княжество стоит. Тут кусочек нашей земли, и как дальше быть от нас зависит. Бог на то людям дал волю свободную. Иди, не бойся. Когда будет надо, твой дух будет тверд. Бог благословит. – перекрестил еще раз Грибника священник.

Пальмира окунулась в дела знахарские, а Грибник отправился дальше. Всё-таки на запад. К тому времени уже набрал немало данных, пересек много стандартных кластеров. Но во всех случаях до перезагрузки было далеко еще. Данными о времени загрузок близких к Каменцу кластеров поделились столичные чистильщики, их данные даже точнее, чем то, что говорил Грибнику Дар. Чистильщики еще много интересного рассказали. Они, в свою очередь, уже были наслышаны о внедренной в Верхнем новинке. Грибник поделился технологией. Надо отметить – окрестности столицы чистили интенсивнее и на много большую глубину, чем северяне. Это привело к тому, что на небольших стабах-тройниках вокруг Каменца образовались мелкие поселения, Грибник ночевал в них. В этой турпоездке и получил первые интересные результаты. Дал их прибор, прихваченный напоследок для заполнения рюкзака. Выяснилось – перед перезагрузкой кластера, за несколько часов, начинается рост концентрации аэроионов. Медленный сначала, потом ускоряющийся. Максимум достигается перед самым кисляком, ну а потом уже думать поздно, бежать надо. Бурные электромагнитные проявления также фиксировались, это тоже интересно, но рост концентрации ионов, как индикатор, удобен фантастически. Дозиметр же повышение фона не показал.

Самочувствие поправилось, Грибник вернулся в Каменец. Подождал еще денек, пока Пальмира освободится. Отправились домой, сначала в Нижний, оттуда выехали уже с колонной. Появилась новая цель. Из Верхнего относительно недалеко до места на берегу озера, о котором рассказали чистильщики. Есть там группа кластеров, перегружающихся быстро и через непредсказуемые интервалы. Интересное место для испытаний методики.

Но сначала к Медее, на осмотр. Порадовала, сказала – жить пациент будет, а сколько, то Улью виднее. Но и огорчила.

– Заметил ты или нет, но ты стал сильнее за последний почти месяц, пока не виделись. Время же, которое ты сможешь провести в стабе без вреда для здоровья, сократилось. Трудно судить пока, но похоже так будет и дальше. В большой силе есть и многие печали.

Глава 9. Первым делом самолеты.

День 180.

С вопросом Грибник обратился сначала к Вереску. Тот рассказал, что знал, то есть не больше того, что все знают. Есть такое, пройти к озеру там нельзя. Посоветовал к Тарану обратиться, тот аномальными кластерами занимался год назад, сделали тогда попытку туда сунуться. Не прошли. Тарана найти оказалось потруднее, где не спросишь, он недавно был и только что вышел. Грибник думал уже записку передать, но неожиданно встретил его на полигоне.

Сталкеры раздобыли дельталет. Трубы в чехле, парус в рюкзаке, движок в ящике. Теперь вот пытались аппарат собрать. Мототележку осилили быстро, с крылом затруднились. Грибник подошел, увидел там знакомцев из Дронкода, поздоровался, подсказал.

– Летал? – поинтересовался Рикша.

– Лет двадцать назад сталкивался. Мы не только летали, мы их сами и делали. Была такая организация ДОСААФ, я даже инструктором был по этому виду спорта. Пока не навернулся.

Вот тут и появился Таран.

– Поднять в воздух сможешь? – оказалось, что он рядом стоит и разговор слушает.

– Я же сказал… давно уже не прикасался. Куда пенку пихать и какой стороной латы на лопухах* ставить, забыть невозможно. А вот летать… не уверен. – засомневался Грибник.

– Жаль. Имеются планы на этот пепелац. Сейчас как раз летчиков ищем. В Каменце вертушки есть.

– Тем, кто самолет пилотировал, не с руки. Управление перевернуто же.

– Как так?

– Да просто. Тут если ручку на себя, то угол атаки уменьшается, а в большой авиации наоборот. Это как в машине если газ с тормозом местами поменять. Рефлексы мешать будут. Можно, но неудобно. Про вертолетчиков толком не знаю, наверно лучше. Дельтанутых ищите.

– Одного нашел. Пошли, обсудим.

Обсудили, договорились. Грибник взялся попробовать. А если дело пойдет, то и двух пилотов обучить. Во первых, самому интересно. Во вторых, это работа. Но сразу предупредил:

– Больших надежд на аппарат не возлагайте. Лёгкий, скорость маленькая. Игрушка стихии.

– Зато в машине увезти можно. Но планы, как применить, это тема пока закрытая, не обижайся. Не говори про дельталет в стабе, даже когда увидят в воздухе. Ну и еще вопрос. Рассказали, что ты меня искал недавно, что хотел то? – напоследок поинтересовался Таран.

Грибник рассказал про не проверенный, но вроде рабочий способ предсказать перезагрузку кластера. За час, может чуть более, до кисляка. Прибор уже макетирован, надо испытывать.

– Приятные неожиданности косяком пошли. С этим поможем. И стаб вложится и группа “Медвед”. Человека, который тебе с электроникой поможет, найду. Но сначала полеты.

– Договорились.

– А до кластеров тех ты не дойдешь один. К ним интерес большой и не в связи с твоим прибором. Рейд туда и так планировали, тебя к тому привлечем, но это третьим темпом.

Откладывать Грибник не стал. Погода благоприятная, ветерок ровный. Аппарат в воздух поднял в тот же день. Сделал десяток пробежек без взлета, потом почувствовал – можно. Газ до отказа, разбег, ручку плавно от себя, колеса перестали шуметь по взлетке. Потом ручку чуть назад, выдерживание, опять от себя. Увидел уходящую вниз землю. Сверхосторожный взлет. Набор высоты сначала по прямой, тщательно устраняя крен, излишне даже. Сразу зашел на коробочку, все развороты с малым креном, без лихости. Убрал газ, притерся к площадке по вариометру. Сел почти туда, где стартовал. Руки помнят. Это как велосипед – единожды научившись, будешь ездить всегда.

Пальмире не рассказал. Узнала по своим каналам и надулась. Дулась до тех пор, пока её не пообещал покатать. Две недели почти понадобилось Грибнику, чтобы вполне освоиться и иметь возможность брать пассажира, вместо мешка с песком на пассажирском сиденье. Восстанавливал навыки, попутно тренировал троих. Таран прислал двоих бойцов из Медведа, Сурка и Динамита. Потом Рикша тоже напросился. Сначала без мототележки, по ровному месту с аппаратом бегали, на третий день с мелкого склона. Методика отработанная. На четвертый день Сурок вывихнул локоть и погнул ручку аппарата. Тоже ожидаемо, в Улье знахари есть, вывих не проблема. А какие трубы в расход пойдут, Грибник еще в первый день сказал, подготовили замену. Первая травма дала основание Грибнику произнести фразу, которую почти все начинающие пилоты слышали – “Когда к аппарату прицеплен, думать надо головой и крутить задницей. А не наоборот.” Через полторы недели продолжили уже с мотором. Хорошо, что на этой тележке сиденья в ряд. Для обучения хорошо и для длительных полетов тоже.

Лечила Сурка Пальмира, прямо на месте происшествия, так получилось, что она рядом была. Вылечила быстро. А Грибник присматривался к изменениям в ауре их обоих. Увидел и изменения в ауре Сурка и фейерверк конструктов, мелькающих в ауре знахаря, пожелал их рассмотреть. И рассмотрел. Медленно. Хотя понятнее не стало, конечно. Но то, что Грибник увидел, как длительный процесс, в реальном времени заняло доли секунды. Медея, к которой потом заглянул на чашечку кофе, подтвердила. Новая грань Дара открылась. В прежнем, ожидаемом, направлении. От слова “аура” поморщилась, но потом махнула рукой, называй, если такпроще. Ауру многие видят. Над своей аурой Грибник властен, над ментальным и астральным телами точнее, и при условии должной концентрации. Знахари же над витальным телом властны, причем не только над своим. Понятно? Грибник покивал головой. Ясен пень, скажешь “каузальное тело” и сразу всё понятно.

Уже почти без участия Грибника, сделали пробную серию индикатора перезагрузки, аж пять штук. Получилось удобно. Испытали. Сделали вывод, что устойчивый рост концентрации аэроионов можно считать надежным опережающим индикатором приближения перезагрузки. По ближним кластерам Грибник и сам поездил. Работа так быстро пошла, потому, что организовал ее Таран. Дело шло к основанию артели при стабе, под патронажем “Медведа”, условия вчерне обговорили.

– Не передумал ещё к аномальным кластерам идти? – спросил при очередной встрече Таран.

Грибник задумался. Острой нужды нет, любопытство есть. Чуйка подсказала, что надо идти. Ответил, что не передумал. Таран изложил подробности: цель - предполагаемый стаб вблизи северной оконечности озера, имеющий естественную защиту из быстро перегружающихся кластеров и сложного рельефа местности, это ценный приз и отличная база для борьбы с атомитами, обосновавшимися западнее, на другом берегу. Премия от Верхнего будет, при успехе. В любом случае, трофеи пополам, половина стабу, половина рейдерам. Главное понять, как пройти. Другая опасность это обилие в том районе зараженных. Частые сполохи перезагрузок аномальных кластеров их привлекают.

К стабу, вероятно, примыкают и стандартные кластеры. В один из них загружается кусочек города. Полтора года назад оттуда вышел свежак, выживший благодаря способности становиться невидимым. Сначала он не понимал, что происходит вокруг. А под конец даже соображал плоховато. Когда его нашли сталкеры, шедшие за озеро в промзону, он был уже на грани смерти от спорового голодания. Но рассказал немало, из его слов выводы более опытные люди сделать смогли и организовали туда рейд, завершившийся неудачей. Теперь подготовились лучше, в группе, считая Грибника, три человека чувствующих перезагрузку, а теперь еще прибор-индикатор. Выделен даже бронетранспортер, а еще два грузовика Урал, тоже бронированных, доработанных в Дмитрове. Всё, что слабее элиты, шансов имеет мало. По плану должно выйти в рейд восемнадцать бойцов. Часть останется в лагере, который еще предстоит обустроить и обезопасить, пятеро попытаются пройти. Старший группы опять Таран.

Узнав детали и посмотрев карту, Грибник предложил группу по воздуху забросить. По прямой до границ аномальной зоны километров триста. От того места, где хорошая дорога заканчивается – около ста. Сотню вполне уже реально пролететь, перегоночная дальность пятьсот. Главное ориентиры иметь, а еще лучше радиокомпас. Получится и тренировка пилотов и облегчение для рейдеров. Два в одном без потери качества. С финансированием от Верхнего. Начальство подумало денек. Корректировку замысла рейда одобрили. С поправкой. Дельталет будет использован как средство разведки, как максимум – для высадки передовой группы. Но более с целью тренировки в реальных условиях. Добавилось еще шесть человек и одна машина.

День 201.

От Верхнего пошли сначала не на северо-запад, а почти на юг. Затем отклонились на запад, потом к северу, с этого момента количество тварей по пути стало нарастать. Эти места уже не чистят, сюда вдоль озера могут пройти и опасные заражённые. Пока же целей для КПВТ бронетранспортера не было. По хорошим, по меркам Улья, дорогам быстро прошли километров триста. Обосновались на ночлег в полусотне метров от трассы, в помещении заправки. До аномалии пока далеко, километров двести еще. Вечером собрали аппарат, запланированная на утро цель первого вылета – разведка. Не выспавшийся Грибник в очередной раз вспомнил поговорку про инициативу. Наблюдателем полетел Таран, у него опыт большой. Хотя и с борта вертолета. Час на северо-запад, вдоль дороги, почти по ветру, полтора часа обратно, курс на радиомаяк. Возможности техники оценил положительно, обнаружили две стаи зараженных, сделали над ними несколько кругов на высоте триста, определили направление их движения.

Грибник использовал Дар с воздуха, полосу в десяток километров получалось захватить. И воздействовать на зараженных с помощью Дара получилось. Одна из стай изменила направление движения, направилась на дельталет. А с намеченного пути движения колонны ушла. В целом, возможности у дельталета много выше, чем у квадрокоптера. Но сборка занимает час, для старта нужен прямой участок дороги, лучше бы в поле, а для перевозки грузовик. На второй день удобное место для старта найти не удалось. Но справились и так, без воздушной разведки. Кроме Грибника, в отряде был еще два сенса, зоны ответственности распределили по дальности. Нападения зараженных на колонну не были внезапными. Да и нападали не очень сильные. Не сильнее кусача.

Таран ощутимо встревожился, когда услышал доклад об мелькающей на горизонте действия дара Грибника стае. Сравнивая с воспоминаниями, Грибник одного из них определил, как элиту. Но точное число зараженных определить не смог, они держались кучно, постоянно перемещались, часто выходили из зоны обнаружения и не торопились приближаться. Просто сопровождали колонну, расположившись позади. Колонна остановилась и они остановились.

– Так ведет себя матерая элита, знающая свою силу и свои слабости. – объяснил Грибнику Динамит. Сейчас у нас обзор хороший, мы наготове, она выжидает. Выбирает удобное время и место, не хочет в лоб на пулемет идти. Но стоит нам оплошать, стая нападет. Потом один удар и нет у нас КПВТ. В такой ситуации даже танк плохо помогает, орудие даже ему погнуть могут.

– Похоже на то. – согласился Таран. – Готовь монку. Поставим на дороге. Впереди низинка, по бокам дороги вода стоит. Пойдут за нами по дороге. Место это помню по прошлому разу.

– Может попробовать сейчас приманить, начиная с тех, кто послабее? – предложил Грибник.

– Пробуй, пока мину готовим. – дал добро Таран.

Почти получилось. Иными словами тоже самое – не получилось. Удалось выцепить Даром тварь, которая много слабее старшей и сообщить ей, что тут вкусная еда.Невидимый глазу зараженный рванул к колонне, уже мелькнул вдалеке и его уж приготовились встретить, как он вдруг развернулся и побежал обратно.

– Лидер назад позвал. Элита даже руберами лихо управляет. А это был рубер. – кивнул Таран. – не повезло нам. Тут настолько сильные не часто, они севернее идут.

Колонна медленно двинулась, после короткой остановки на месте установки мины. Потом грузовики ушли вперед, БТР отстал. Приказы все уже получили, всё что неясно было время уточнить. Потом команды могут не успеть за событиями, каждый должен понять свой маневр заранее.

– Отслеживай лидера. Приманивай их, если получится. – Дал команду Грибнику Таран. – Как элита будет в километре от мины, доклад через сто метров.

Теперь получилось без почти. Желание умной твари осторожно двигаться за колонной, Грибник подхлестнул ощущением близости еды. Причем постепенно отдаляющейся вкусной еды. Инстинкт преследования заставил зараженных ускориться, спускаясь в низину они сгрудились на дороге, избегая топких обочин. Маленький зеленый чемоданчик, укрепленный на штыре открыто, прямо посреди дороги, не привлек их внимания. Читать они не умели. А то бы прочитали на обращенной к ним стороне чемоданчика – “к противнику”. Матерая элита, возглавлявшая стаю, накопила богатый жизненный опыт. Знала, какую опасность несут рычащие железные коробки, внутри которых есть мясо. Научилась это мясо из панцирей выковыривать избегая увечий, после которых долго выздоравливать и трудно охотиться. Но МОН-90 еще не видела. Не было у неё такого опыта. Теперь будет.

– триста… двести… сто

Таран ухватил ритм, выждав мгновение, нажал кнопку. Взрыв. В этот момент колонна развернулась. Все вдруг, почти синхронно, в три приема. И через мгновение бронетранспортер уже несся по дороге обратно, к низинке. Грузовики держались в отдалении. Пулеметы с первой пары машин готовы прикрыть БТР, еще один прикрывает первую пару.

За мгновение же до взрыва, уловив движение Тарана, Грибник ударил страхом, уже привычно потянувшись при этом к ауре когтя скреббера, воспроизводя ее частицу в своей. Отчетливо ощутил, как разогнавшаяся уже стая затормозила, будто кто-то стоп кран нажал.

Мину установили на подъеме, нацелив на нижнюю точку дороги. С моментом подрыва Таран почти угадал. Две тысячи стальных шариков, направленные в узкий сектор шестью килограммами взрывчатки, сделали свое дело. А один грамм тротила это энергия чуть более, чем несет пуля калаша, таков ее тротиловый эквивалент. Стая попала в стометровую зону сплошного поражения. Элитник, однако, выжил. Шевелился, скреб землю, стремился подняться, но ноги его не держали. Двухтонная шипастая туша лежала навзничь.

Менее всего пострадали относительно слабые члены стаи, сильные шли впереди и приняли удар на себя. Рубер и три кусача бросились на показавшийся бронетранспортер, их встретили 14.5-миллиметровые пули КПВТ. После короткой паузы, огонь перенести на элитника. Добили.

– По жемчугу и споранам поход уже окупили. Впереди главная цель. – подвел итог Таран, после вскрытия споровых мешков.

Через два часа новый бой. Зачистка территории временной базы, которую развернули на месте завода железобетонных изделий, у южной границы Зоны. Развитых зараженных там не оказалось, но пустышей неожиданно много. Пулеметчики, водители и командир остались при машинах, остальные разбились на пятерки и двинулись, вооружившись клевцами, на штурм офисного здания. И Грибник с ними. Пока клевал, рука устала. Закончив зачистку территории, превратили это здание в крепость. Бетона много. Бульдозер и автокран есть.

Разведку с воздуха произвели в тот же день. Отчетливо были видны границы аномальных кластеров, по крайней мере первых их рядов. Вот уж к какому месту подходит слово Улей, так к этому. Искаженные, но геометрически узнаваемые соты. Что еще важнее, с воздуха отлично была видна перезагрузка не только ближайших, но и более отдаленных. Но совсем близко подлетать опасно, попытка это сделать чуть не привела к аварии. Мощные потоки воздуха, возникающие при перезагрузках кластеров, сравнимы с грозовыми. Порождаемая ими крупномасштабная турбулентность бросает аппарат как пушинку, направление полета в таких условиях пилот контролирует только отчасти. А попадание на отрицательные или околонулевые углы атаки, на которых аппарат с гибким крылом, не имеющий стабилизатора, принципиально неустойчив, это вопрос времени.

Беспилотные дроны, хоть их кидало еще больше, смогли подвести ближе. Их же потерять не жалко.

Перезагружаются соты здесь очень часто. Их перезагрузка происходит через непредсказуемый интервал, от десятка минут до нескольких часов. Пройти зону можно, если идти вдоль границ кластера, переходя на ту или иную сторону при надобности. Остановки в пути можно делать на тройниках. Осталось найти правильный путь, тот по которому можно пройти не теоретически, а на самом деле. А еще лучше – проехать. Это и есть главная цель рейда. Это пробовали сделать и в прошлый раз, попытки прекратили в связи с нехваткой еды и патронов. Но несколько перспективных маршрутов наметили еще тогда. Разведка с воздуха помогла уточнить планы, на третий день в аномальные кластеры ушла первая пятерка рейдеров.

А вот то, с чего начался интерес Грибника к этому месту, отошло на второй план. Да, прибор работает и тут. Но на границе кластера он везде работает не очень хорошо, впрочем, как и дар иммунных. А именно по границам ходить и придется. Или скорее лазать, учитывая рельеф. На некоторые выходы в Зону брали больше верёвок, чем патронов. Горная экипировка.

Другим важным делом стала зачистка окрестностей. Иначе каждый выход в зону превратится в боевую операцию. К счастью, элиты более не встретилось и даже руберов, убитый элитник был недосягаемой вершиной пищевой пирамиды региона. Конкурентов отогнал. Отладили взаимодействие воздушного патруля и наземной группы, выдвигавшейся обычно на одном из Уралов. Бронетранспортер гонять посчитали избыточным. Такие вылеты и стали основным делом Грибника, в паре с одним из коллег, на ближайшую неделю. Сперва он летал слева, потом пересел вправо. Работа правого пилота, по совместительству стрелка-радиста, не мешать левому, и помогать наземникам. Но более, чем стрелковый навык, Грибник тренировал Дар, приманивая зараженных, пугая их, или внушая, что жужжащая над головой муха им не интересна. С каждым днем Дар становился ощутимо сильнее, тренировка на сильных тварях с воздуха оказалась много эффективнее, чем на пустышах с земли.

Очередной вылет, первым пилотом Сурок, сегодня его день. Очередная обнаруженная стая. Порой Грибнику казалось, что он пастух и пасет эти стаи, подобно одному патагонскому летчику. Только летает пониже.

– стая, шесть голов, выйдет на дорогу в километре севернее вас. Лидер топтун. Готовность. Прием.

– Готовы, встречаем.

Грибник указал жестом точку, Сурок направил аппарат туда и встал над ней в правильный вираж. Выскочившие через несколько минут на дорогу зараженные, завороженно провожали аппарат взглядами, крутя головой. Вскоре в самую крупную из голов прилетела двенадцатимиллиметровая пуля АСВК со стороны вступившей в бой наземной группы. Пора валить. Грибник передвинул на ремне винтовку, цель под опущенным к земле правым крылом, угловое ее перемещение мало, хоть аппарат иногда и колышет в воздухе термиками. Выстрел.

Примечание.

Значительная часть терминов в дельтапланеризме пришла от яхтсменов, а не из авиации. Крыло называют парусом, нервюры латами. Лопухи – концевые части крыла, это уже жаргон.

Глава 10. Шаг вперед и два назад.

День 214.

Первые дни в Зону уходили ненадолго, прощупывая и изучая перспективные маршруты. Потом пошли дальше, уже по немногим путям. Группа, попытавшаяся уйти по настоящему глубоко, километров на пятьдесят, вернулась с потерями.

– Опять дело кислое. Пахнуло вроде справа.

– Не пойми откуда задувает. Двигаем пока дальше по оврагу.

– Мираж Пеплу. Вперед триста удобный выход на оба кластера.

– Пепел Миражу. Жди там, по сторонам смотри. Группа – бегом!

– Вот теперь и глазом видно, что кисляк справа. А слева просто туман.

– Ставр группе. Слева дистанция сто люди и пустыши. Вперемешку.

– Клевцы в руку. Идем пока медленно, без резких движений. Мираж – вперед.

Продвинулись.

– Мираж на связи. На шоссе ДТП, пробка, народу полно. Пробка, похоже, еще до Улья собралась. Обращаться уже начали, большинство закрыто в машинах. Бродит мало.

– Я Пепел. Принято. Отошли достаточно. Дальше вдоль дороги по зеленке. Мираж вперед, в паре Ставр. Дайвер замыкает.

Со стороны дороги прозвучали выстрелы. Длинные очереди на пол магазина.

– Укорот, гаишники палят. Всё, он отстрелялся. Бегом!

Пауза. А после паузы кто-то ударил уже по рейдерам, не понравились ему фигуры в тумане, заходящие вдоль дороги в тыл. Пули срезали ветки над головами. Рейдеры залегли.

– Я Пепел. Ждем.

Если иммунный, патроны быстро так кончатся. А скорее сбрендивший почти пустыш.

– Ставр группе. Лотерейщики навстречу.

Почти сразу после доклада Ставр открыл огонь. Тихо зафыркал ПП-2000 с глушителем, которым он был вооружен. Чуть позже огонь открыл Мираж, он пристрелил наткнувшуюся на него тварь практически в упор. А потом и тварь, добравшуюся таки до напарника. Затем вступила в бой остальная часть группы. Использовали тихое оружие, не все лотерейщики даже и заметили рейдеров, проскочили мимо. Их более привлекла пробка на шоссе. Стрельба там тоже прервалась.

– Возвращаемся к границе кластера. Мы с Маэстро несем Ставра, Мираж вперед. Дайвер прикрывает сзади. Не шумим, тварей мимо проскочило десятка два.

Ставра донесли. Он умер уже на базе.

Штаб рейда сделал выводы. Сенс о приближении тварей предупредил, но толку от этого предупреждения оказалось меньше, чем хотелось бы. Предупреди он пораньше, справились бы получше. А главный вывод очевиден. Если там обнаружили развитых зараженных, значит Зону фактически прошли. На аномальных кластерах они кормятся, но невозможно там находиться постоянно, они откуда-то пришли, есть доступная им дорога из кластера более стабильного. А дорога, которая хороша для заражённых, и для человека годится. Если этот человек с ружьем, конечно.

В состав рейдовой группы Таран включил Грибника. Нужен дальний сенс. Вооружилась группа более обычного. Два снайпера с крупняком, хорошо зарекомендовавшей себя в Улье винтовкой АСВК – Дайвер и Мираж. Оба стелсеры. Дар Миража это очень сильный отвод глаз, а дар меткой стрельбы у него, видимо, от рождения.Дайвер человек-невидимка, ну а снайпер от Улья, ему прицел нужен был только чтобы цель рассмотреть, а куда пуля попадет, он и так чувствовал. Грибник, дальний сенс и предсказатель перезагрузки. Бывший музыкант и альпинист Маэстро, – умение ходить по стенам и острый слух, потому тоже сенс, хоть и не экстра. Он же и гранатометчик, в Улье он специализировался по ударным инструментам. Старший группы Пепел, клокстоппер и человек-огнемет.

– Основная задача на этот выход не пройти дальше прежнего, а изучить пути миграции зараженных по аномальным кластерам, закрепившись в освоенном уже месте, на тройнике Б12. Тихо пришли, тихо сделали, тихо ушли. Приоритетен сбор данных. – завершил постановку задачи Таран.

Первые километры шли по горе, по гребню. Этот путь сочли самым безопасным. Гора невысока, если мерять от уровня моря. Но на шаг вправо, опускались скалистые склоны из рыхлой, сланцевато-ломкой породы, уходящие вниз круто, градусов под сорок пять к горизонту, а то и круче, местами почти отвесно. А на несколько шагов влево уходили вниз базальтовые бараньи лбы. Если оступиться, то метров пятьсот на заднице можно проехать, а доедут только уши. Шли в связке, с альпенштоками, замыкающий обычно Маэстро. Он же основной страхующий, он упасть не может. При появлении кисляка с одной стороны крепили веревку и по ней дюльфером в другую. А потом подъем, вперед и еще раз. Грибнику казалось, что много-много раз. Звуки и всполохи близкой перезагрузки наводили на мысль о конце света. А иногда сверху срывались многотонные камни, именуемые Маэстро чемоданами, и летели вниз, круша всё на своем пути, поэтому пережидали, укрывшись за еще более крупными. Выступающие из гребня, как зубы, скалы иногда обходили лазанием, перила провешивал, интеллигентно матерясь, всё тот же Маэстро. Он же и Грибника курировал, как наименее опытного. Зато Маэстро разгрузили, его рюкзак легче.

– Возникает вопрос. А как оттуда вышел тот свежак, который принес информацию? – Грибник не представлял, как можно пройти тут без веревок.

– Не везде так. Есть где ровнее, но там иные проблемы. А в целом это игра случая. Попадает много людей, многие пытались выйти, вышел пока один. – ответил Маэстро. – Технически трудную часть уже прошли. Теперь нам вниз, вон по тому отрогу.

Вскоре Грибник понял, что спуск по сыпухе, это хуже траверса хребта. До первого тройника, места привала, шли десять часов. На этом горный туризм по местам, где и рубер ногу сломит, закончился. Самое хорошее в горном походе, это воспоминания о нем. Вспомнить Грибнику будет что.

Дальше проторенный путь вел по краю зеленки, граничащей с болотом. Грибник почувствовал себя в своей, привычной среде. Приступил к работе сенса. Еще через два кластера обнаружил рядом множество людей. Рядом с маршрутом Улей принес населенный пункт. Но пока приближались и этот кластер перезагрузился.

– Если попавшие под перезагрузку люди сходят с ума, тут должно быть множество сумасшедших. А психов что-то не видать. Ну, кроме нас. – поделился своими размышлениями Грибник.

– Это распространённое в среде рейдеров мнение, но не факт. – уточнил Маэстро. – Точно известно, что сходят с ума иммунные, оказавшиеся во время перезагрузки недалеко от границ кластера, примерно в зоне границы. Но только их и находят. Те, кто остался в глубине, исчезают. Про не успевших обратиться тем более не известно. Съедают потом обезумевших твари, становятся ли они сами зараженными или они стираются как и всё остальное, неясно. Думаю, скорее последнее. Живой человек не так уж сильно отличается от недавно живого, а трупы исчезают точно. Еще ни один труп не сошел с ума.

– А никто не пробовал при перезагрузке одеть шапочку из фольги? – усмехнулся Грибник. – Хуже точно не будет, это адекватный головной убор для неадекватного человека.

Маэстро посмотрел на него, рассмеялся. Но задумался. Может и есть в Улье волшебная шапочка, кто знает.

Второй день пути привел к цели. Наутро подняли дрон, осмотрели окрестности. Грибник визуально определился с дорогой по соседним кластерам. И начали ходить вдоль их границ, регистрируя обнаруженных даром Грибника зараженных. Из медитации он аж за два-три кластера дотягивался уже, еще недавно так бы не смог. Фиксировали, в каком кластере твари обнаружены, откуда пришли, куда ушли. Грибник как мог транслировал им безразличие, так что его сканирование не вело к существенному изменению обычного поведения зараженных. В сторону группы они целенаправленно не шли. Случайно иногда шли. Таких Грибник иногда отпугивал, а потом не менее тщательно фиксировал, куда побежали, а кого не получалось испугать волшебством, тех отстреливали. Опасных для группы не обнаружил пока, по аномальной зоне бегали, испытывая судьбу, лотерейщики и скакали топтуны.

Потом вдруг исчезли, причем удирали стремительно. Грибник уже приобрел достаточный опыт, чтобы понять, это не к добру. Скорее всего где-то недалеко, пока за границей действия Дара, появился кто-то, кто их напугал. Рейдеры поспешили на базу, затаились. На тройнике были еще предшественниками выкопаны ходы сообщения, частично крытые, подготовлены позиции для стрельбы. Группа Пепла тоже внесла вклад в их сооружение. Можно даже элиту встретить перекрестным огнем, а когда тварь полезет выковыривать стрелка, боец сможет уйти, не показываясь на поверхности. Лопата – основное оборонительное оружие пехотинца, мемуары оставили те, кто не ленился землю копать.

Наконец, Грибник смог обнаружить причину переполоха. Не элита точно, вероятно рубер. Шастал хитрым зигзагом по близлежащим кластерам, их аномальность ему не мешала никак. Сложилось впечатление, что знает, какой кластер перезагрузится. Иногда доносился шум, похоже, охота твари была удачной. При этом рубер постепенно приближался, а после перезагрузки соседнего кластера рванул в него. Там раздался истошный визг. Со скоростью визга, на тройник выбежал поросенок, а за ним, со свервизговой скоростью, и рубер. Но инерция не на его стороне, на поворотах поросенок ускользал, зигзагами носился по полю. Рейдеры сперва оторопели, увидев эту охоту. Первый выстрел сделал Мираж, пуля ударила в уродливую несимметричную голову, срикошетила. Рубер тут же бросил погоню, развернулся на новую цель. И получил еще одну пулю, с другой позиции, уже от Дайвера. В споровый мешок. Поросенок удрал. И от рубера ушел, и от рейдеров ушел.

Выполнение поставленной задачи пришлось прервать. Но рубер, хоть и распугал всех в округе, сам дал много интересных данных. Уверенно он двигался, несмотря на отсутствие разума. Инстинкт и опыт помогали ему найти верную дорогу по быстро перегружающимся кластерам. Не прямую, но ему по прямой и не надо ведь было.

– Задача частично выполнена, что-то мы уже поняли, что-то еще после поймем. Возвращаемся. Выйдем завтра утром. – принял решение Пепел.

– Досадно ощущать, что рубер превзошел меня по способностям. Я тут перезагрузку настолько точно, да еще соседнего кластера ощутить не могу. – опечалился Грибник.

– Дар обычно имеет только элита зараженных. Но Зона живет своей жизнью, не совсем такой, как остальная часть Улья. – отозвался Маэстро.

Вечер посвятили сборам. А Грибник сделал попытку систематизировать данные. Пронумеровал кластеры таким образом, чтобы по номеру легко вычислялся номер соседних. Свел часть данных о перемещениях зараженных и о времени перезагрузки в таблицу, попытался понять закономерность. Мысль мелькнула и упорхнула, некогда думать, идти надо.

Принесенные данные о миграции зараженных по кластерам и их силе были признаны Тараном полезными, обработаны штабом рейда и учтены при подготовке следующих выходов. Продолжил их изучать и Грибник, пытаясь отгадать стоящую за обнаруженными фактами нежданную и простую картину. Пытался строить модели, считал вероятности и корреляции. Хорошо, ноутбук прихватил с собой. Правильная догадка пришла, когда вспомнился разговор с Маэстро. Жизнь. Ассоциация – клеточный автомат. На гексагональной сетке, почему нет… Если разбить время на интервалы, модель такая может сработать. Дальше вчерне подобрал условия. Интервал пропорционален размеру кластера, он для каждого свой. Не перезагружается в следующем интервале кластер, рядом с которым в предыдущем интервале перезагрузилось три или более. Перезагружаются остальные, но действует и правило отбора. Запрещены и одновременные перезагрузки соседних кластеров и перезагрузки соседних кластеров с разрывом менее половины интервала. Первым перегружается тот, кто не перегружался долее всего. Точное время перезагрузки внутри интервала не детерминировано. Кластер, не уложившиеся в эти рамки, не перезагружается. Написал тестовую программку, подкорректировал условия по итогам тестирования. Мозгами этакое трудно, без программки. А рубер смог. Ну, рубер, голова… палец ему в рот не клади. Хотя, быть может, он пришел к решению другим образом. Но вряд-ли это Дар, лотерейщики тоже справляются.

Следующая группа вернулась с победой, хоть и не использовала еще возможность предсказывать перезагрузки. До стаба за кольцом аномальных кластеров дошли. Пытаться двинуться дальше не стали. Обнаружив впереди множество сильных зараженных, рейдеры с максимально возможной скоростью вернулись.

В Зоне всё не так. По стабу разгуливает элита, по перегружающимся кластерам бегают иммунные. У зараженных стаб придется отвоевывать.

В дальнейшем, при планировании выходов в Зону уже стали использовать построенную модель. Теперь и прибор-индикатор стал нарасхват. Открылись пути попроще,раз уж можно позволить себе кое-где ходить через кластер напрямик. Несколько выходов было потрачено на корректировку маршрута. В следующий дальний выход вновь включили Грибника. Теперь цель – разведка стаба и поиск на нем места, за которое можно зацепиться.

За исключением первого участка, маршрут знакомый. Состав группы прежний, только Дайвер взял вместо АСВК бесшумный Винторез. Дошли до первого тройника без использования веревок, намного быстрее. Потом и до второго, отмеченного укрепленным на его окраине на вкопанном бревне черепом рубера. На третий день, уже на окраине затерянного стаба, Грибник обнаружил множество тварей. Мелькала даже элита. Двигались вдоль границ стаба, очень медленно, иногда уходя на прилегающие крупные кластеры, окружающие его. Изначально избранное направление, против часовой стрелки, оказалось неудачным. Через день пути увидели вдалеке высотные дома, в той стороне количество зараженных превзошло самые пессимистические ожидания. Сделали остановку, определили период перезагрузки городского района – семь часов. После каждой перезагрузки туда вливался поток сильных тварей, перед ней он шел оттуда. Грибник представил, какой там каждый раз творится ад.

Высказался:

– Говорят, на западе Пекло. Тут масштаб не тот, это можно назвать Микропеклом. Дар говорит, что там тварей очень много, но различить сколько и кого трудно отсюда. Для этого надо подойти ближе, а это непросто. На полпути сожрут.

– Да, совсем небольшой кусок города. – согласился Пепел – Но нам хватит. В той стороне делать нечего. Тут для зачистки нужна бронетехника. Идем обратно.

Пошли вдоль кольца в другую сторону, теперь быстрее и спокойнее, иногда бегом и никогда ползком. Тварей оттянул на себя город.

После дня пути, уже выискивая место для ночевки, увидели в глубине стаба, примерно в паре километров западнее, нечто явно рукотворное. Выделяющееся в лучах заходящего Солнца, не дающего рассмотреть детали.

– Завтра исследуем, и назад, а сначала на тройник. Сутки там на отдых перед возвратом. Время еще есть до контрольного срока. – озвучил решение Пепел.

– Думаешь, это место для базы подойдет? Руины на мелком холмике в чистом поле. Оборону там держать можно, но больше ничего хорошего сказать нельзя. Снабжать позицию трудновато. Далековато от зеленки, прикрыть дорогу от кромки стаба легкими стволами не выйдет, воды рядом нет. И скрытно нам туда не подойти. – усомнился Дайвер.

–Ничего годного пока не нашли и в этом выходе уже не найдем. Утром еще посмотрим. Будет виднее. Рубаем сухпай и спать.

Устроились в ложбинке под прикрытием зарослей шиповника. Первым дежурил Грибник, и погрузившись в медитацию, он увидел над руинами то, что не видел в обычном состоянии. Яркий купол, пронизанный жилками сполохов всех цветов радуги.

Утром рассказал. Сомнения возникли, но решили осторожно посмотреть, хоть что это. Издалека совсем непонятно, похожего не видали. Не руины, скорее мегалиты, но явно не природа их так расставила. Пепел решил сходить налегке, оставив часть груза на месте временной стоянки. Сходить быстро, но всей группой. Силы не распылять. Выдвинулись, осмотрелись еще раз. Грибник доложил, что горизонт чист. Маэстро тоже ничего необычного не услышал. Добежали. Тревожного ничего не обнаружили. Просто старые камни с необычной аурой, которую только Грибник и видит, к тому же.

Вблизи сооружение поражало своей монументальностью. Тридцать три огромные неправильной формы колонны, высотой метров в шесть, расставленные по кругу десятиметрового диаметра, руинами назвать было бы неточно, они отлично сохранились. Между колоннами узкие проходы. Вокруг мегалитов плохо сохранившиеся остатки каменной стены и построек рядом с ней. В центре – чистая ровная площадка.

Внутрь прошел Грибник. Раз он волшебство ведает, ему его и разведывать. Войдя, Грибник осмотрелся не только глазами, но и Даром. Удивился. Дальность много выше обычного, даже выше, чем из медитации. Сообщил. Подумали, проверили. То же самое произошло и с дарами других, хотя не всем легко это было выразить числом. Но Пепел выдал язык пламени на три метра, вдвое больше обычного. Стало ясно, что нашли нечто более важное, чем место для базы, поэтому задержались, тщательно обследовав и сфотографировав всё вокруг.

На обратном пути Грибник подал сигнал тревоги:

– Элита, приближается со стороны города. Идет быстро, вдоль кромки стаба, примерно там, где мы шли. Возможно по нашим следам.

– Назад. Укроемся в руинах, за стеной.

Выхода другого и не было. Если продолжить путь, встреча неизбежна. Если отступить, или элитник пойдет мимо, или будет бой. Лучшая позиция для позади. Хуже всего, если начнет осаду. Воды мало. Живца тоже… спораны то сами идут, только позови. А вот за водкой далеко бегать.

Не начал. Видать, ему срочно нужна была еда. Вышедший на поле элитник не первой свежести, выглядел покоцанным и потасканным, лапа одна была повреждена, висела плетью. Это стало видно, когда он приблизился.

– Ясно с ним. Жертва естественного отбора, лузер. – Констатировал Грибник.

Пепел кивнул.

– Попробуем без лишнего шума. Стреляет Дайвер, с тыла, Мираж его прикрывает, и лучше десять выстрелов Винтореза, чем один громкий. Остальным укрыться за колоннами. Грибник тоже стреляй с ПБС, твоя задача держать его внимание. И я огоньку добавлю. Маэстро – наблюдение, но готовь Бур, стрелять будешь термобарическим если у стелсеров что-то пойдет не так.

Грибник изготовился, увидел отмашку командира, начал методично выпускать пулю за пулей. Дистанция еще великовата, но цель стрельбы скорее отвлечение внимания, чем нанесение урона. Однако, попадал удачно и часто, не зря на полигоне потратил время и спораны. Вскоре монстр приблизился вплотную, попытался вломиться между колоннами. Не смог, но заставил Грибника сделать шаг назад, поле обзора сузилось. Зато Пеплу удобно, элитник получил струю пламени. Отшатнулся с ревом, получил пулю от Дайвера. Повернулся, ища обидчика – опять получил пулю в упор от Грибника. На этот раз не безответную. Элитник просунул в щель между колоннами лапу, неожиданно далеко и удивительно быстро, дотянулся, оставив длинную глубокую царапину на предплечье левой руки. Одновременно получил новую порцию огонька. Отшатнувшийся Грибник упал, перекатился по полу, вновь принял положение для стрельбы. Цель уже не видел. Ударил аурой страха, это получилось легко. В то же мгновение элитник прыгнул и зацепился здоровой лапой за верх колонны. Пепел, мгновенно переместившись, несколько вскользь и снизу, окатил монстра еще одним языком пламени и отскочил. Наконец, Дайвер выбрался на удобную позицию в сотне метров позади элитника и попал в споровый мешок, не прикрытый броней со стороны ниже расположенного стрелка. Монстр рухнул.

Звука его падения Грибник не услышал, только звон в ушах. Остальные звуки исчезли, зато мир окрасился радужным многоцветьем аурного зрения. Еще видел, как Пепел что-то говорит, потом лезет проверять подключение тактической гарнитуры. Со связью у него, похоже, проблемы.

– Вроде царапина, но чувствую себя как-то хреново. – Грибник вытащил индивидуальный перевязочный пакет, разорвал, замотал руку. Маэстро помог.

Вернулся, протиснувшись между колоннами, Пепел. Хрипло произнес:

– Местность изменилась. Дайвера и Миража нет. Рюкзаков наших нет. Туши элитника нет.

О чем он, Грибник понял сразу, как только вышел наружу. За пределами невысокой стены вокруг простиралась чернота, совершенно не похожая на выжженную степь, по которой недавно они прошли.

Глава 11. Черная полоса.

День 245.

С первого взгляда понятно – попали в стаб. Круг, диаметром чуть более сотни метров каменистой земли. Полезных ископаемых нет. Растительности нет. Воды нет. Населен рейдерами, ранее был необитаем. Живца на три дня. Спораны есть, у каждого рейдера в кармане пакет. Новый же никак не сделать, спиртного нет, но можно сделать концентрат, добавив споранов в старый. Патронов на один серьезный бой, а то и на два, а вот фляги полупустые и неприкосновенный запас провизии.

Разумеется, возникли два вопроса – кто виноват и что делать. С первым определились сразу. Портал сработал примерно в момент смерти элитника, его и назначили. Со вторым – после того, как Маэстро залез на колонну и сверху увидел за чернотой, почти на горизонте, зеленое пятнышко. Километров десять, может чуть больше, если он увидел высокие деревья. Два часа ходьбы. Или полчаса бега, многие долгожители Улья в состоянии бегать на уровне земных мировых рекордов. Но только не на черноте, там не всякий идти сможет. Предположительно, час добираться до оазиса. Маэстро и Пепел свои возможности знали, час продержаться не смогут, а полчаса без проблем. То есть можно добежать, а можно и не добежать. Как повезет.

Грибник на таком кластере еще не бывал и настроен был более оптимистично:

– Сколько себя помню, меня ни разу в жизни не укачивало, с вестибуляркой проблем не было никогда. Нежелание двигаться преодолимо, мотивация есть. А если сердце откажет – значит судьба.

– Вот сейчас и проверим судьбу. – Отозвался Пепел. – В первый раз у всех незабываемые ощущения, во второй легче.

Грибник отошел на шаг от кромки. Рядом, с другой стороны, на камушке Маэстро пристроился. Чуть дальше Пепел. Вытащат, если упадет. Постоял на месте минуту. Да, земля тут качается и вращается, а изнутри холод пробирает и кости ломит. Когда почувствовал, что терпеть далее невозможно, в глазах стало темнеть, то вышел. Сел, низко опустив голову.

– Неплохо, десять минут минут почти и на ногах, обычно перворазники выбираются ползком. Но я надеялся на лучшее. – Пепел озабоченность не скрывал. – Пойдем завтра. Дальше тянуть смысла нет.

– Еще не вечер. А чернота даже на пользу пошла – вижу сейчас нормально, без аурных ареолов. После портала я их видел всё это время. На черноте как отрезало. – отозвался Грибник. – Минутку еще передохну, попробую там медитировать.

Грибник вновь вышел на черноту, присел. Сосредоточился и сконцентрировался, оставаясь при этом расслабленным и сохраняя разум пустым, скользнул в медитацию, вернул аурное зрение. Слой за слоем аура наливалась чернотой. Попытался сопротивляться, расширяя её и воспроизводя потерянное. В третий заход Грибник продержался с полчаса без явного вреда для себя. Потом попробовал то же в движении и к вечеру пробежал трусцой по черноте вокруг стаба, примерно с километр. Дар дал возможность работать со своей аурой, тренировка дала возможность сопротивляться некоторое время, только накапливающаяся усталость налагала ограничения.

Солнце сядет почти там, где видно зеленое пятно. Ориентироваться удобно. Связались репшнуром, побежали. Время отслеживать возможности не было. Время остановилось. Только тяжелое дыхание и мерзкий стеклянный хруст под ногами. Сначала бежали. Потом шли. Потом брели. Силы на исходе, дело стало принимать дурной оборот. Грибник видел не только свою ауру, понимал, что творится. Но вот воздействовать на чужую ауру не умел. Вспомнил, о чем говорила когда-то давно Медея - над своей аурой он властен. Но что, если прикрыть ей и товарищей? Попробовал ауру расширить, а репшнур подтянул покороче. Сконцентрировался. Ауры пересеклись. На стандартный кластер, зажатый чернотой, вышли шеренгой, шагая в ногу. Рухнули у высоких деревьев на самом краю. Километров пятнадцать прошагали. Шли не зря. Теперь есть вода. Много, целое озерцо с заболоченными берегами. На обед уха. Ведь то, что плавает в воде, это рыба. А суп из рыбы это уха. Так дежурный шеф-повар разъяснил.

Поутру увидели три пятна зелени юго-западнее, различимые даже с земли. Идти много ближе, но к какому из трех?

– Хорошо бы их посетить все, раз уж понятно, что дойдем. Может там имеется нечто, нам нужное, хоть и не видное отсюда. Отсюда видна только зелень. – высказался Маэстро, после того, как слез с дерева.

Грибник кивнул.

– Ну, скорее вопрос был о том, с которого начинать. Думаю, стоит придерживаться насколько возможно направления на запад. А если западнее обнаружится еще пятно, выдвигаться далее туда, а при отсутствии такого варианта возвращаться.

– Резонно. Хотя идти к ближайшему оазису тоже есть резоны. Но в данном случае самый западный из них, заодно и ближайший, так что с него и начнем. Хватит думать, бежать надо. – завершил обсуждение Пепел.

На этот раз добрались легко, но ничем кластер не порадовал. Кусты, деревья, полянка. А новых зеленых пятен на горизонте нет, только те, что уже видели. Зато на втором из примеченных среди черноты кластеров – удача, часть сельского подворья. Жилой дом в улей не попал, только сарайчик. Продуктов и спиртного нет, нашлась только упаковка сухариков к пиву. Зато Улей принес кусок огорода, грядки. Лук, укроп, морковь.

– Урожай это хорошо. С морковкой будет повеселее. – но вид у Маэстро был невеселый.

– Того, что тут растет, на пару дней хватит. Опять таки витамины. – отозвался Грибник. – Время на сбор потратить стоит, но задерживаться далее резона нет.

Последний, обнаруженный, но еще не посещенный зеленый кластер встретил урчанием трех пустышей. Никого они еще не сожрали, но и ползунами еще не успели стать. Рыбаки сидели по одному на берегу небольшой речушки, так и обратились, глядя на поплавок. Сохранилась и лодка “Казанка”, с маломощным мотором. Еды не нашлось и тут, испортилось уже всё. Но зато, наконец, нашлись три бутылки водки, в ней растворили пригоршню споранов. По двадцать капель на стакан воды – вот и живец. А рыбалка не задалась. Речка из черноты вытекает и в черноту уходит. Не клюет.

– По реке пройти, реально ли? Речка быстрая, течет на запад. – задался вопросом Грибник.

Пепел покачал головой.

– Нет такого опыта. Из наших так никто не ходил. Сейчас попробуем в черноту сунуться. Посмотрим, как мотор. Если что, веревкой лодку назад вытянем.

Попробовали. Мотор работает. Видимо, речная чернота не совсем убойная. Да о том и ощущения говорят. Видимо, этой черноте время нужно, чтобы испортить примитивный карбюраторный движок.

Утром решили рискнуть. Других идей не возникло, кроме одной. Грибника посадили поближе к мотору, на корму. Маэстро и Пепел сели на весла, слабосильному мотору в помощь. Неудобно, лодка на одного гребца рассчитана, но можно и так. Пошли настолько быстро, насколько смогли. Глядя на проплывающие мимо черные берега, Грибник потерял счет времени и не понял, когда мотор заглох. Когда очнулся, Маэстро и Пепел лежали на дне лодки, глубоко увязшей в камышах. Проверил – живы.

Чернота осталась позади. Её и не видно, вокруг зелень. Выбрались, река вынесла. Только не понятно, куда. Хлебнули живца, закусили свежим воздухом, Грибник и Маэстро полезли собирать корни рогоза. Если их сварить – это еда. Молодые листья рогоза у основания стебля это тоже еда, даже и варить не надо. И еще морковка есть. Пепел за время сбора поймал муху, а на неё карася. Топлива вокруг полно, сухие стебли того же рогоза горят жарко и почти без дыма. Рискнули развести костер, Грибник окрестности осмотрел Даром. То есть не даром осмотрел.

Зрение выдавало фортели, все время приходилось делать над собой усилие, чтобы аур не видеть. А ведь совсем недавно приходилось постараться, чтобы наоборот, их увидеть. Очередной кульбит зрение выдало, когда смотрел, как Пепел разжигает костер, сформировав огонек на кончике пальца. Грибник увидел последовательность изменений в его ауре. Разумеется, запомнил, как и всё, что считал важным. Потом, вдумчиво пережевывая корешки рогоза, попытался осознать увиденное и впервые попробовал воспроизвести.

– Если продержать на таком питании неделю, озверею, кусаться начну. Но, надеюсь, черная полоса кончилась. – Грибник добил миску сваренной баланды и потянулся за добавкой.

– Нет пока. Пока вы по камышам лазали, я проверил мотор. Без шансов. – проинформировал Пепел. – Даже пытаться завести смысла нет, магнето мертво. Весло у нас только одно, куда второе делось неведомо. И связь сдохла. Попробуем пешком, только до берега настоящего надо добраться. Мы на полуострове, который почти остров.

– Вопрос, куда.

– К западу. Куда нас в Улье занесло, понять пока не получилось. Поэтому север и юг для нас равны, а на востоке мы уже были.

– Да уж. Тех, кому пофиг куда идти, сбить с пути невозможно. Но я бы предложил всё-таки от речки не отходить далеко. Эта речка невеликая, но куда-то да впадает.

– А также рядом с реками всегда есть что-то интересное и на воде безопаснее. – дополнил Грибника Маэстро. – А рогоз твой ничего так, даже вкусный.

Пепел согласился.

– Принято. Пойдем вдоль реки, но не вплотную. Изгибы ее повторять нам незачем. Еще учтите – зараженные рядом с рекой ходят, а то, что их сейчас не видно, не значит, что их вовсе нет. Но и нам далеко уходить пока незачем. Пока дорогу не найдем. Тогда появится выбор.

Пошли. Девять минут бега, минута ходьбы. Повторить шесть раз, глотнуть воды. Десять километров позади. Жратвы нет, это минус. Нас не жрут, это плюс. Значит, бежим дальше. На ночевку опять к реке, нашли укромное местечко, которое зараженные стороной обойдут. С наживкой тоже проблема, а голый крючок хватать - в реке дураков нет. И морковка никого не привлекает. А вот блесну щука схватила. Живем. По щучьему веленью. Сказочно.

На привале Грибник вновь решился попробовать воспроизвести в своей ауре подсмотренный у Пепла конструкт. Рабочая гипотеза старая, уже обдуманная. Видимый магическим зрением конструкт это, предположительно, физический уровень запроса к Улью на создание язычка пламени. Более высокие уровни непонятны, но тупо и примитивно можно же попробовать. Когда непонятно ничего, то самый научный метод, это метод тыка. Пепел создает конструкт интуитивно, Грибник попытался воспроизвести сознательно, раз уж его Дар позволяет такое. Поговорил с Пеплом, тот еще раз показал язычок пламени из пальца. За исключением мелких деталей, возможно тоже имеющих значение, конструкты совпадают. Попытка за попыткой. Результата нет. Но если долго мучиться, может и получится. Не сегодня, так завтра.

А что стало видно уже сегодня, так это произошедшие изменения в ауре. Отголосок ауры когтя скреббера, носимого на груди, прилип к ауре Грибника. Трудно судить, но возможно это случилось и до портала. А надолго ли, и к добру ли это, тем более непонятно.

День 251.

На второй день пути Маэстро резко замер на бегу. Вскинул руку.

– Далеко южнее выстрелы.

– Оружие узнаешь? – жестом Пепел показал привал.

– Вроде не крупняк. Но на грани слышимости, потому даже в числе выстрелов не уверен.

– Посидим тихо пока.

Но больше Маэстро не слышал стрельбу. Рейдеры же, после привала, двинулись на юг и вскоре наткнулись на дорогу.

– Вот зараза. Оказывается, мы уже черт те сколько пилим ей параллельно. На удивление часто такое бывает в незнакомой местности, это я как грибник со стажем говорю.

– Да всё равно вдоль дороги шли бы, пока не выяснили, кто эти вот следы наездил. – Пепел показал стволом в сторону четко просматривающихся следов колес. – Движение тут довольно интенсивное по меркам Улья. Пойдем теперь вдоль дороги, по краю зеленки. На запад, естественно. Осматриваясь и прислушиваясь. Звуки иногда доносятся удивительно далеко.

Новую цель Маэстро и Грибник обнаружили почти одновременно. Звук мотора. Люди, десяток. Потом еще раз взревел мотор и цель стала удаляться. До того места, где она была обнаружена, добирались более часа. А что там произошло, поняли сразу. Тяжелый грузовик съехал на обочину, некоторое время стоял на месте и увяз. Мотор ревел, когда он выбирался враскачку.

Пепел внимательно осмотрел место временной стоянки неизвестных.

– Перекрывали дорогу ненадолго, вроде бы тут был мобильный пост. На рейдеров не очень похоже. – Озвучил итог. – Вон в тех кустиках группа прикрытия была. Остался там след от треноги характерный, были у нас такие трофеи. Автоматический станковый гранатомет GMG. Выводы делать рано. Но предварительно – противник. Пришли с юго-запада, туда и вернулись. Ранее на дороге мы видели вовсе не их следы.

– А еще окурок нашелся – добавил Маэстро.

В ответ на вопросительный взгляд Грибника пояснил:

– Рейдеры не курят. Точнее, те кто курят, живут не долго. Очень вредно это для здоровья. Элита тут предупреждает не так занудно, как минздрав там.

– Выяснить точно, чьи это места, совершенно необходимо. Иначе опасно дальше. Ищем место, откуда за дорогой удобно наблюдать.

Западнее всё-таки продвинулись, и довольно далеко, пока подходящую точку нашли: на склоне небольшой возвышенности, не слишком близко, большинство сенсов не заметят. Но оттуда просматривается значительный кусок дороги с развилкой. Окончательно же в пользу этого места определились, когда обнаружили рядом заросли малины.

Приближающуюся машину Грибник и заметил из малинника. Окликнул Пепла, тот поспешил на наблюдательный пункт. Короткий взгляд в бинокль.

– Муры. Сталкивались уже с этой бандой, знакомая эмблема, скорпион в круге. Внешники, под которыми они ходят, тоже старые знакомые. Вот теперь можно сказать, где мы. Далеко на северо-востоке, но в пределах досягаемости известной нам части Улья.

Цель приблизилась, на такой дистанции Грибник уже видел, что там восемь человек. За развилкой остановилась, из нее начали неторопливо что-то выгружать. Типичный для Улья бронированный фургон с пулеметным гнездом.

– Обустраиваются… пока они все кучно у грузовика, это наш шанс. Надо успеть.

Снова бегом. По мелколесью это не быстро, но успели. Машина стояла на месте пока. Дистанция шестьсот.

– Маэстро, ждешь пять минут, потом по этому стаду осколочно-фугасной. Далее метнёшься левее и вперед, встаешь за камнями, еще одну и потом короткими активно будешь работать на подавление. Грибник – стреляй с этого рубежа, прицельно, но часто… и перемещайся почаще, но вперед только когда откроет огонь Маэстро. Я захожу к ним в тыл справа, после моей гранаты стоп стрельбе. Погнали.

Грибник приготовился. Отдышался, осмотрелся. Лежа цель не видно. А упора для винтовки нет. Жаль. Еще бы сотню вперед. Но там и заметить могут, Пепел прав. Четверо что-то таскают, а двое наблюдают и готовы открыть огонь немедленно. Один рядом с машиной, почти там, где ящики. У него ручной пулемет на ремне. Второй пулеметчик в гнезде на крыше фургона. Чем еще двое заняты, непонятно. Сидят в машине.

Грибник и Маэстро выстрелили почти одновременно, Грибник чуть позднее. Но пуля быстрее гранаты. Когда граната, выпущенная из малогабаритного гранатомета Бур,долетела, то пулеметчик уже по сторонам не зыркал. Маэстро тоже попал удачно. Итого минус три, а трое живы и уже обстреливают то место, с которого недавно стреляли Маэстро и Грибник. Новую позицию Грибника они не засекли, но Грибник всё равно менял ее после пары выстрелов. Как учили. Затем добежал до новой точки Маэстро, переключил внимание муров на себя. Грибник двинулся вперед быстрыми перебежками, со стрельбой на коротких остановках. Иногда цель не видел, кусты мешали. Но и тогда стрелял в сторону противника. Услышал хлопок наступательной гранаты, использованной Пеплом, насколько понял Грибник, не только по основному назначению, но и как сигнал перехода боя в завершающую фазу. Побежал быстрее. Впереди, там, где залегли муры, бушевало пламя. Пепел использовал Дар. Всё, бой завершен.

Пленных нет, есть освобожденные. Двое оставшиеся в машине, избитый паренек и средних лет женщина в разодранном платье, выйти из нее и не могли, их ноги и руки были стянуты пластиковыми стяжками. Без вопросов и без ментата всё ясно. Вопросы всё-таки задали.

Услыхали банальную историю свежаков, достаточно удачливых, чтобы убежать от немногочисленных пустышей и вовремя спрятаться от тех, кто сильнее. Они встретились уже в Улье, пробирались сначала поодиночке. Потом, уже вдвоем, удачно отбились от джампера. На том везение кончилось. Увидев машину, они вышли к дороге и обрадованно помахали рукой проезжавшим мимо мурам.

Интересное рассказал паренек о разговорах муров между собой:

– Ругались они на какого-то Джагу, злые были оттого, что тот их прям из кабака выдернул, прям из-за стола накрытого. Аврал у них, ловят каких-то минеров, которые шиванули какого-то Хряка. Еще говорили, что на север минеры не пойдут и пост тут ставить нефиг, а Джага порожняк гонит, и что нахлобучил их Джага.

Пепел и Маэстро переглянулись.

– Наши рейдовые диверсионные группы в нескольких сотнях километров южнее ранее не раз бывали. А конкретно эту муры ловили без особого энтузиазма, тем более тут, на севере, хоть и аврал. Но где-то не столь далеко она дала бой.

– И тут мы удачно подвернулись. Вот теперь могут и решить, что группа на север шла. – Маэстро кивнул. – А они о планах своих говорили?

– Упоминали, что машина поутру назад должна отправиться. Тут оставляли четверых, собирались схрон у дороги выкопать.

– Стало быть, и у нас время до завтра.

Кратко содержание пямятки для свежака пересказал освобожденным Грибник, помнивший ее лучше других рейдеров. Впрочем, у свежаков сложилось свое понимание ситуации. Они с мыслью, что попали в другой мир уже свыклись, еще муры разъяснили. И запланированную для пленников судьбу муры от них не скрывали. Только не сбылись эти планы.

– Плохо у нас жизнь в Улье начиналась. – высказалась Ната. – Не повезло нам. Зато вас повезло встретить. Спасибо вам, ратники, наказали вы бандитов.

Грибник подумал, что большинству свежаков везет еще меньше. А только что хорошие парни стреляли в плохих для того, чтобы отобрать у них несколько банок тушенки и карту. Но он пугать людей, излагая детали, не стал. Просто сказал, что в ближайшие дни им всем предстоит быстро бегать и хорошо прятаться.

С Пеплом Маэстро ситуацию обсудил, когда перетряхнули трофеи и ушли с грузом в зеленку. Грибник присутствовал, но сперва помалкивал. Пепел самый опытный в их группе, в Улье дольше всех. Маэстро тоже не новичок. Расстелили карту. Речка, по которой плыли, обозначена как Черная. А река Великая, в которую она впадает, далеко юго-западнее течет и мимо Нижнего. Но это, конечно, уже за пределами карты.

– Южное направление по любому закроют наглухо. Запад и так закрыт, эта дорога ведет к Великой мимо их стаба. Форт Букло, придумали же имечко. Они обе дороги оседлали. И внешники подключатся. С востока тут недалеко, если по воздуху.

– Ну, если быстро, может и есть у нас шанс к реке выскочить.

– Завтра уже всё. А даже если всю ночь бежать, то не успеем. Да свежаки так и не могут, и по дорогам нам пути нет, хоть пешком, хоть на транспорте, и по речке нам знакомой, которая у них на карте Черная названа, тоже. Не только потому, что там мы сверху видны, там не очень летают. Речка опять в черноту загибается, вот тут, – Пепел ткнул в карту – язык черноты уходит на запад почти до Великой.

– Чего они от рейдовой группы не ждут. – вступил в разговор Грибник. – вот то и надо. Но как я понял, кроме севера всё равно идти некуда.

– Правильно ты понял. Дорога нам одна, назад. Но не по своим следам, в обход пойдем. Сперва чуток на юг, причем постараемся наследить малость. Потом на восток по другой стороне дороги, затем ее пересечем и там только попадем туда, где были.Двинемся на север к лодке, там переправимся. А потом вдоль границы черноты на запад, до Великой. У черноты нам авиация не страшна. Но село Бонаирово не миновать, это их кормовые угодья. Вот там то нас встретить сумеют, хоть и не ждут. И через Великую они ходят, к городским. На карте вроде как мост есть. Если он и в жизни есть, его они бронетехникой держат. А нам лодку придется искать в поселке. Выбор невелик, на юг по этому берегу дороги закрыты мурами. А на том берегу руберы стадами бродят.

– Твари лучше, чем муры.

– Посмотрим еще. Разные бывают. Бандиты ещё куда ни шло, а те, которые плотно под внешниками, так те да, опаснее. Надо сперва до Великой дойти, там осмотримся. Свежаков то как окрестил?

– Дык я думал, это дело командирское.

– Дело командирское поручить. Кто они, хоть спросил?

– Наталья зоотехник. Геннадий студент, пищевой техникум. – Грибник хмыкнул.

– Будет Коком. И по позывному и вообще.

– А Наталья краса, длинная коса, уже выбрала. Ната. А готовит она, похоже, лучше студента.

– Лады. Сперва ей шить придется. Помоги свежакам к походу приготовиться, и с оружием помоги. Муры стволы свои так загадили, что в руки взять противно. А мы с Маэстро пробежимся, негоже, чтобы мины без дела пропали. Четыре ящика аж.

Новичков вооружили трофейными укоротами, АКС-74У. Да и другим второй ствол лишним не будет, боеприпас распространённый, шанс пополнить в рейде велик, а во многих случаях его достаточно. Патроны к СВЧ Грибник собрался экономить.

Уходили, тщательно избегая открытых пространств. Дроны в небе мелькали не раз на следующий, после стычки, день, но Маэстро слышал их раньше, чем их операторы или системы управления имели шанс распознать рейдеров, соорудивших из трофейных и подручных материалов маскировочные накидки. Сверху рейдеры, едва различимые под кронами деревьев и среди кустарника, выглядели как трава и камни.

Только один раз пришлось поволноваться. Обнаружив приближающийся дрон, рейдеры сошли с тропы, по которой двигались и залегли. Но прежде чем тот пролетел, Грибник обнаружил приближающуюся стаю. Тихо окликнул Пепла.

– Топтун со свитой почти на севере. Видимо, на нашей тропе. Приближаются.

– Когда придут?

– Минут через десять.

– Лежим спокойно. Как дрон улетит, готовимся. Время есть.

Дрон шел зигзагом, просматривая таким образом довольно широкую полосу. Когда отдалился, рейдеры зашевелились, изготовились к стрельбе.

– Дрон сменил режим движения. – подал голос Маэстро. – Идет на северо-запад.

Вскоре донесся хлопок отдаленного взрыва.

– Дрон уходит.

– Нам тоже ни к чему тут задерживаться. Бегом!

Темп движения определили свежаки, с изумлением смотревшие на рейдеров, способных бегать часами с тяжелым грузом и оружием. Идущие налегке Кок и Ната так не могли.

– Вы как киборги-терминаторы. – Кок, присев на коротком привале, принялся разминать мышцы ног.

– Проживете в Улье несколько лет, тоже как мы сможете. – обнадежил егоГрибник. Если Улей жизнь не заберет, то здоровье даст. А сейчас надо просто напрячь все силы, от этого жизнь зависит.

– Угу. – Пепел согласился. – Через часок начнем место для ночлега присматривать. А в целом три дня еще надо потерпеть. Потом устроим большой привал. Отдых то на самом деле всем нужен, но его, как ты правильно отметил, еще заслужить надо. Кто дожил, тот и заслужил. А кто плохо бегал, тот так и помрет.

– Умеет Улей мотивировать.

Каждый вечер, после ужина, Грибник продолжал попытки создать в своей ауре подсмотренную серию плетений.

– Традиционная вечерняя просьба. – Грибник подсел к Пеплу поближе.

– Нет проблем, обращайся. Пепел ткнул указательным пальцем вверх, на пальце вырос огонек.

Грибник просил еще раз показать, несмотря на то, что всё запомнил. Но интересовали различия, мелкие вариации. Изучая отличия, можно понять, что является главным. И попытаться это главное воспроизвести, не потеряв лес за деревьями.

Если долго мучаться, что-то да получится. Очередная попытка на этот раз завершилась совершенно неожиданным успехом. Когда Грибник создал в своей ауре плетения, на пальце вырос огонек. У Пепла на пальце. Высказался не ожидавший того Пепел красноречиво и красочно.

Глава 12. Путь ночного тумана.

День 264.

На берегу Черной реки заночевали, длительную же остановку сделали когда дошли до границы черного кластера и прошли пару часов вдоль этой границы к западу. От речки день пути. Пепел и Маэстро, на несколько минут опередив остальных, остановились напротив видневшегося менее чем в километре от границы зеленого пятна оазиса.

– Давно мы по черному не ходили. – Заметил Пепел, опустив бинокль.

– А стоит оно того? – Маэстро скривился. – Лишний раз не хочется. Да и свежаки с нами, им там поплохеет по полной программе.

– Посмотреть стоит. Там вроде бы что-то за деревьями виднеется. Шанс пополнить провиант упускать нельзя, муры нас снабдили без должного запаса. А свежаков пока тут оставим.

Показались Грибник, Ната и Кок. Ната заметно хромала, Грибник ее поддерживал. Приблизились.

– Хуже. Так дальше дело пойдет, тащить придется. – Ответил Грибник на вопросительный взгляд.

– Насчет тащить… идея хорошая. Вот туда, глянь. – Пепел передал бинокль.

– Перспективно выглядит. Тут Дар плохо работает, но вижу, что урчащие там имеются. Слабые, но немало.

– Да, раз так, точно стоит сходить.

– Привал. Остаешься здесь, отдыхайте. Мы с Маэстро сходим, глянем. Тут недалеко.

Перед выходом в оазис остановились. Маэстро послушал. Тишина.

Недалеко то оно недалеко. Но чернота своё взяла, да и до того устали. Ошиблись. Как из под земли выскочил спидер, зацепил Маэстро размашистым ударом, прежде чем получил от Пепла пулю в голову. И вправду из под земли. Из теплотрассы, обрезанной границей кластера, выскочил. Бомжара. Наскоро стянув Маэсто рану, рейдеры осмотрелись и вернулись.

– Есть хорошая новость. Там не просто дом, там Дом отдыха. Продовольствие точно есть, ибо без закуски отдыхать невозможно. – рассказывал Маэстро, пока его Ната перебинтовывала.

– Просто напрашивается там задержаться, сделать паузу, пусть муры успокоятся, у Наты заживет нога, а у Маэстро рука. – Пепел недовольства не скрывал. – Надо же, на ровном месте споткнулись.

– В любом случае нам передышка нужна. А тут целый дом этого отдыха. Только сначала надо поработать, буйных угомонить.

Следующий заход сделали уже Пепел с Грибником, теперь Маэстро оставили за свежаками присматривать. Сперва Грибник приманивал, пару выстрелов сделали прямо с черноты. Для себя Грибник сделал вывод – стрелять с черного кластера даже безопаснее чем с воды, если недолго. Потом пошли вперед и принялись клевцом работать. Большей части пустышей еще и пришлось помогать, открывать им двери и выпускать их на улицу дабы не попачкать помещения. Еще две ходки сделали, пока туда перебрались.Свежаков пришлось на носилках перетаскивать.

Отоспавшись, Грибник продолжил эксперименты с пламенем. Рассуждал так… вероятно, что выше физического уровня магии, то есть плетений в ауре есть один или несколько логических уровней, реализованных в терминах уровней лежащих ниже. Так или иначе, где-то в структуре создаваемого огненного плетения есть указание на пользователя и размер пламени. Направление же он по простому, пальцем показывает. Ну, с размером потом, надо просто попросить Пепла выпустить несколько язычков пламени разного размера и сравнить. Важнее поискать нечто общее в ауре Пепла и в создаваемом конструкте. Если не найдется, значит указание косвенное или кодированное, что-то вроде хэш-кода может быть, тогда пока облом. Если есть аналог контрольной суммы, тоже. Но это коряво как-то. Такие вещи легко делать только с записью плетения в последовательной форме, а не с плетением как оно есть в ауре. Да и незачем усложнять магию, не завелись еще в Улье хакеры.

Грибник первый, тропы протоптанной нет. Зато, наверно, волшебных грибов на нехоженых дорожках больше. Кто первый встал, того и грибочки, тут как всегда.

Прорыв в освоении магического спуфинга произошел после того, как Пепел обмолвился, что умеет еще и нагревать, не только создавать струю пламени. После кропотливого изучения аур Грибнику удалось сделать маленький, но важный шаг в освоении магии Улья. Оказалось, что это родственный, структурно похожий, но другой конструкт. Там тоже указание в плетении на пользователя и мощность. А на нагреваемый предмет, вроде кружки чая – пальцем. Сравнивать удобно. Грибник немножко разобрался в структуре огненного плетения. На своем пальце огонек создать получилось. Сбылась детская мечта. На пальце Кока тоже получилось, воспринял Кок такие эксперименты с воодушевлением. Освоили магию на пальцах. Пусть пользы пока нет, размер струйки пламени увеличить не вышло, при попытке это сделать Грибник почувствовал сильную усталость и на время вообще лишился магических сил. А ещё подтвердилась гипотеза о природе магии Улья, может это пока почти бесполезное, но знание. Пригодится, бесполезных знаний не бывает.

Конечно, удалось всё потому, что колдунство структурно простейшее, к тому, что делает тот же Пепел как клокстоппер даже непонятно как подступиться, хотя общее с тем, что может сам Грибник есть. Только Грибник способен разогнать не свое тело, а восприятие процессов в ауре.

Хорошо, когда есть время подумать, а не только нужда бегать. Плохо, что времени мало.

– Ну что, экспериментатор, отдохнул? Пора нам маршрут разведывать. Не дело лезть к реке не зная броду.

– Ну да, по пути к Великой еще и Черную форсировать.

– Это сперва, там всерьез хорошо бы брод сыскать. Хотя на худой конец и вплавь можно. Но место для переправы поищем. Потом до Великой добежим и назад. Готовься, поутру двинем.

Нашли подходящую точку для переправы не доходя до того места, где Чернаяв черноту ныряет. На карте указано, что она из нее вынырнет вновь и в Великую впадает выше поселка. Туда и направились далее. Карта картой, но стоит посмотреть глазами и на село. Ранним утром вышли к самому Бонаирову.

Мост через Великую есть. С той стороны железнодорожный, с этой стороны туда идет лента асфальта. Шутки Улья. Пролеты сошлись криво, проехать нельзя и даже пройти сложно. Разве что сильный зараженный может перепрыгнуть, если не подстрелят. Пост муров прямо на мосту, основная сила там два угловатых бронетранспортера, видимо переданных внешниками, подобраться к ним незаметно нельзя никак. Зато им хорошо видны оба берега. Лодки в селе есть, но весь берег простреливается с моста.

Городской кластер через реку виден хорошо, и в пределах действия Дара Грибника зараженных там больше, чем он ранее видел за всё время. Желание идти на западный берег резко убавилось. А село пустое, зараженных там нет. Почти пустое. Муры активно перемещаются, что-то из него вывозят. На дороге, ведущей в поселок с юго-востока, тоже пост.

– Мысли есть, но сначала хочу тебя послушать. Сообразно традициям. – предложил Грибнику высказаться Пепел.

– Рейдовую группу тут не ловят. На западный берег есть смысл высаживаться только сильно ниже города. По реке не пройти, на мосту не только прожектор, там и сенс наверняка есть. Через поселок тоже нет смысла. Думаю, далеко на запад продвигаться и не стоит. Между Букло и Бонаировом можно попытаться прошмыгнуть, по полям.

– Нет. По полю шоссе, и сеть грунтовок. Машины с пулеметами до любой точки доедут быстро, силы нарастить им просто. За ночь пройти не успеем, утром нас примут, негде там укрыться. То есть всё то, что и раньше, только не восточнее Букло, а западнее. Но про обход села мысль правильная. Поищем путь к нему ниже моста, с юга, попробуем уже там отчалить, насколько можно дальше от пулеметов. Лодку, думаю, найдем. Течение нас ниже города унесет само собой, рассчитать надо чтобы у нас еще часа два было до рассвета. Всё зависит от того, сможем ли мы южный их пост тихо зачистить или обогнуть. А это зависит от того, есть ли там сенс и как у них служба налажена. Стало быть, нам еще надо наблюдать.

Подобрались поближе, зашли огородами в кластер. Довольно глубоко продвинулись. Стало видно, что пост это полноценный опорный пункт на тройнике, обращенный фронтом к селу, но даже и с тыла прикрытый заграждениями. А рядом с ним, уже за тройником расчищена площадка, вероятно стоянка для техники, сейчас пустующая.

– Тут у них что-то вроде передовой базы, похоже они с моста перебазируются сюда перед перезагрузкой села. Ну и подкрепления размещают, село большое, людей надо много. – сделал вывод Грибник. – Сейчас то я пятерых ощущаю. Перезагрузка села через неделю где-то, по моим ощущениям.

– Пост на мосту снимут еще до кисляка. А сразу после ринутся назад, на этот случай даже могут и потяжелее что-то пригнать, чем пара БТР. На какое время они в поселке увязнут неясно, но это для нас уже хороший, реальный шанс. Только нам не лодку надо, а катер помощнее.

Вернулись в северной границе села тем путем, как пришли. Ползком через крапивные джунгли, стараясь их колыхать в такт порывам ветра. Медленно и печально.

Глядя на кислую физиономию Грибника, Пепел усмехнулся:

– Вижу, не понравилось летуну по земле ползать. Но это были цветочки пока, впереди ягодки.

Ягодки собирали ночью ползком по мелководью, подбираясь к стоянке маломерных судов. Присмотренный катер отогнали на север, замаскировали в Черной, там, где она опять из черноты выходит перед впадением в Великую. С маскировкой решили не халтурить, постарались. На этом подготовку к прорыву и завершили, двинулись к Дому. Хорошо поработали, отдых заслужили. Почти сутки в запасе.

Уже всей группой двинулись вдоль черноты на запад, сутки пути, форсировали речку. С грузом оно труднее и дольше. Плот связали из мешков, заполненных слегка надутыми воздушными шариками. Еще раз спасибо этому дому, позаботились там об отдыхающих. А чтобы конструкция не развалилась, сверху каркас, связанный из жердей. За несколько часов из шариков, мешков и палок получился вполне годный паром, который потом веревкой таскали с берега на берег. Еще через день дошли до катера. Приготовились.

Перезагрузка Бонаирово ожидалась вечером, но уже с середины дня за постом муров на мосту наблюдали не отводя глаз. Как заметили, что муры уходят, вышли на речной простор, пошли по течению, прижимаясь к западному берегу. Решили, что можно попробовать проскочить еще до перезагрузки. Рулевым назначили Грибника, единственного, имевшего хоть небольшой опыт управления катерами, и по Великой он уже ходил ведь.

Проскочить не вышло. Шторм начался внезапно. Ураганный ветер сдувал гребни, в воздухе стояла стена водяной пыли. Катер выбрали с закрытым, “скандинавским” кокпитом, но задраить вентиляционные отверстия, люки и горловины, догадались только тогда, когда через них хлынула вода. Хорошо, что догадались, лучше поздно, чем никогда. Плохо, что не до всех добрались, условия не позволили.

Вскоре основной задачей стало не продвинуться вперед, а спасти катер от переворачивания. Валы накатывали со стороны перезагружающегося кластера, поэтому пришлось развернуться к нему носом, держа малый ход и прибавляя его только когда катер начинало разворачивать лагом и при входе на волну, в расчете на то, что течение и так несет судно в желательном направлении. Впереди грохотало и сверкало, сияющая граница кластера была видна визуально уже совсем близко. На курсе удерживать катер стало трудно, волны теперь подходили с трех сторон. Волновой хаос. А ветер сменил направление, потянул с кормы, подталкивая к границе кластера. Это последнее, что Грибник обдумывал. Далее он действовал интуитивно. Он почувствовал, как идут валы вокруг. А катер, мотор ощутил, как продолжение себя. Теперь не катер шел, зарываясь в волны, а Грибник шел сквозь бурю, принимая и парируя удары. Появившаяся уверенность граничила с ощущением могущества. Грибник выполнил опасный маневр, на который трудно было бы решиться разумом. Поймал момент, взревев мотором, развернул катер в паузе между гребнями. В этот момент над головой мелькнул пролет моста. Проскочил, удалось в опору не влететь. Теперь волнение стало преимущественно попутным, оно очень опасно, если волна догоняет катер. Некоторое время катер с ревом вползал на волну и обрушивался вниз, проваливаясь глубоко и всплывая, как подводная лодка, а Грибник периодически двигал газ от малого до полного и обратно. Вдруг резко перестало грохотать, а позади встал девятый вал. Самый полный ход. Волна и катер посоревновались в скорости.

Как прошел еще десятка два километров по течению, в темноте, как обошел встретившийся по пути островок, Грибник не смог вспомнить потом. Опомнился от того, что его трясли за плечо. Он глубоко вошел в состояние, известное как потоковое сознание. Это знакомое многим состояние полной вовлеченности в процесс, когда концентрация на задаче абсолютна, искажается восприятие времени, а осознание своих действий, себя и мира вокруг сливается. Известная на Земле магия разума. Это надо будет использовать, жаль, что раньше не вспомнил. – решил Грибник. – Но если получится в произвольный момент волевым усилием входить в такое состояние, то это именно то, что надо для магии Улья, на приоткрывшемся пути. Однако же, заклинило. Да… умение выходить тоже важно, не стоит идти туда, откуда нет способа выйти, когда надо.

Посветив прожектором по сторонам, приткнулись к берегу почти в первом попавшемся, но вполне удачном месте.

– Ну ты выдал. Ты не флотский часом? – лицо Маэстро имело оттенок зеленоватый.

– Немножко. Прилипло ко мне однажды такое прозвище, после того как из строя вразвалочку вышел.

Сила бури оказалась сравнима с возможностями катера и прыжки по волнам на полном ходу не прошли бесследно. Катер медленно набирал воду, её откачивали. Короткая остановка потребовалась, чтобы радикально устранить течь. Эпоксидка, брезент и широко известные на Руси идеоматические заклинания тоже творят чудеса, при правильном использовании. Двинулись дальше.

Выбор дальнейшего пути обсудили, на этот раз в присутствии свежаков. Посомневались, какой берег выбрать. Высказались и задали вопросы все. Соломоново решение принял Пепел: рейдеры высадятся на правый, а катер оставят на левом. Правый берег неточно тут западным называть, в этих краях река на юго-запад течет.

Пояснил.

– Они нас слышали. Мотор иногда на бешеных оборотах визжал. Такой звук выделяется даже на фоне раскатов перезагрузки. Они нас видели. Темнота не помеха, у них тепловизоры есть. Мы точно попали в поле их зрения в самом конце, уже ниже моста. Что они предпримут? Да как и раньше. Ну и внешников позовут. Только теперь они знают, что точно есть кого искать и что мы уже южнее форта Букло, но еще севернее форта Джагая.

– На правом берегу они нас искать не будут, там всем опаснее, а они окажутся в отрыве от баз – закивал головой Грибник.

– Нам в плюс, что эти два стаба меж собой не очень дружат, хоть хозяин общий. А на правом им труднее, так и нам тоже. Но вот что там хорошо, так это возможность по дорогам двигаться, даже и на колесах, а на левом у реки хороших дорог ниже Букло нет. Хотя плюс это или минус, спорно. Дронам же лететь без разницы куда. На правом даже видеть нас не требуется, только шуметь примерно там, где мы. Остальное твари сделают. – высказался Маэстро.

– Попробуем внимание муров переключить. Высадимся, штурвал закрепим, катер направим малым ходом в сторону левого берега. Большой шанс, что он дойдет. Но в любом случае не выдаст точку высадки. – продолжил Пепел. – А на левый, возможно, переберемся потом. Вот как напоремся на непроходимый кластер, так сразу. Или когда уйдем еще километров на триста южнее, то есть ниже Джагая, это их южная граница, южнее у них стаба нет. Лодку на реке найти всегда можно. А самый хороший вариант для нас, это встреча со сталкерами из Верхнего, а они на правом больше работают.

Маэстро, в целом, согласился.

– Хороший, до мест, где они бывают, всего каких-то полтыщщи верст. Да в тех краях уже и по реке можно.

– Угу. Я как раз там первый свой катер и угробил. Как говорил один лоцман, я на этой реке мели знаю. – отозвался Грибник.

Высадились на правый берег задолго перед рассветом. Могли и дальше пройти, но именно это место высадки выбрали потому, что на противоположном берегу, рядом с рекой почти, на карте обозначены крупные черные кластеры. Плохое место для полетов, значит для рейдеров хорошее. Но как всегда, сначала разведка. Грибник и Маэстро осторожно пробрались во тьме к окраине осколка города в километре от реки, подолгу останавливаясь и часто меняя направление. Карту нашли в газетном киоске. Вернулись. Доложили. Обсудили.

– Предлагаю брать банк. – подвел итог Грибник.

*

Туманным утром, прячась в длинных тенях, к центральному офису Чугуевского Финанс Инвест Банка подошло пятеро хорошо вооруженных людей. Встретившему их с распростертыми объятьями охраннику, впереди идущий, вместо приветствия, вынес мозг сильным ударом томагавка. Они вошли и плотно закрыли за собой испачканную потеками крови шикарную тяжелую дверь. Четверо мужчин встали полукругом. Позади женщина с косой.

– Всем оставаться на местах, это налет. – с усмешкой произнес один из визитеров.

– Отставить шуточки. Огонь! – скомандовал другой

Нахлынувшую из недр финансового учреждения толпу сотрудников встретили короткими очередями. Пока двое стреляли, двое перезаряжались. Отставших ганфайтеры добили топориками, хладнокровно разбивая головы как орехи. Потом один из налетчиков замер на секунду и произнес:

– Там. – указал на дверь.

Всё это, просидевшая уже три дня безвылазно в кабинете шефа после того, как коллеги сошли с ума и начали друг друга буквально жрать, секретарша Зиночка наблюдала, используя продолжавшую работать систему видеонаблюдения. Почти сразу стук в дверь. Прятаться нет смысла и нет больше сил. Открыла, увидела дуло автомата, протянула налетчикам связку ключей. Сознание упорхнуло.

Очнулась на диванчике в приемной. Вокруг нее хлопотала та самая женщина, дала понюхать нашатырь, налила рюмку коньяку со странным привкусом. Зиночка почувствовала себя намного лучше и рассказала, всхлипывая, свою страшную историю. Никто не удивился, просто кивнули. Дескать, повезло.

*

Грибник при надобности дотягивался Даром почти до каждой точки этого небольшого кластера, но реально использовал только четверть возможностей по дальности, иначе слишком трудно и совсем неточно. Смысла нет. Но и по отслеживаемой части можно было делать выводы. Зараженные средней силы питаются в основном пустышами. Элита редка, но от нее разбегаются все, кроме членов ее стаи. Совсем редка сверх элита, элита элит, такую тварь тут обнаружил только один раз,раньше даже не представлял, что такое может быть. А в этом городке так сошлись восток с западом, что и посмотреть есть на что, и выжить при этом нашелся шанс.

Грибник окончательно убедился, что тварь слабее лотерейщика гарантированно получается магически напугать так, чтобы она обратилась в паническое бегство. Более сильные зараженные тоже сперва шарахались, но у них хватало ума быстро понять, что реальной угрозы рядом с ними нет. Приманивать намного легче, поскольку хорошо согласуется с повадками зараженных. Внушать безразличие сложнее всего и даже проверить успешность такого внушения непросто.

Численность опасных зараженных не постоянна, она то растет, то падает. Грибник начал даже строить график и пытаться предсказать динамику. Даже как-то поинтересовался у Зиночки, как у финансового специалиста, знакомого с теханализом и методом Эллиота, как она полагает – теперь вверх или вниз? Зиночка посмотрела квадратными глазами и шмыгнула под крылышко Наты. А стиль милитари ей идет, особенно местами, машинально отметил Грибник и погрузился в медитацию. Клин клином вышибают.

Он уже отметил, что свежаки его сторонятся. Даже Кок, охотно и с удовольствием участвующий в экспериментах с плетением пламени, стремился держать дистанцию. На прямой вопрос Кок так ответил:

– Когда ты рядом, ближе пары метров, жуть пробирает. Острее Зина чувствует.

Видимо, не зря Медея советовала не носить амулет в стабе. Но сейчас то они не в стабе… и уже, похоже, поздно. Теперь надо учиться постоянно контролировать свою ауру, избегать побочных эффектов. И еще неплохо бы побрить морду лица, а то в зеркало самому уже страшно смотреть.

Подготовились к движению дальше на инкассаторском броневике, ради него и пошли на банк. Бронестекла, бойницы по периметру. Почти бронетранспортер, только без пулемета. Зато мотор намного тише. Уже собрались покинуть кластер, как накатила если и не орда, то преизрядное стадо зараженных. Небольшими группами и поодиночке множество тварей тянулось на север. За крепкими стенами, возведенными еще в позапрошлом столетии, рейдеры отсиделись.

Пепел был настроен вполне оптимистично.

– Орда увлекает за собой зараженных. Там, где она прошла, почти пусто. Ехать недалеко, устать не успеем. Порядок движения такой: я за руль. Грибник сканирует окрестности, при надобности для стрельбы две бойницы. Маэстро в кузове, если проблема решается тихим пистолет-пулеметом, то он и стреляет, с верхнего люка. Если понадобится гранатомет тоже он, но лучше до того не доводить. Как и до стрельбы новичков из бойниц, это уже самый край. Рации ставим на автоматический режим.

Маэстро дополнил:

– Не больше одного громкого выстрела в несколько минут. Через минуту нормальный лотерейщик уже забудет, а с одного выстрела и не каждый рубер поймет направление.

Из нескольких вариантов, выбрали машину на базе камазовского грузовика, только она позволила разместиться подросшей группе. Но на всех предусмотренных конструкцией мест всё-таки не хватило.

– Маэстро, сколько тебе надо денег для счастья? – поинтересовался Грибник.

– Ещё один мешок под спину подложить, будет в самый раз.

Намеченная на ближайшие сутки цель – окрестности очередного черного пятна, каких тут много, там предполагалась ночевка. Захваченная у муров карта недостаточно подробна в этом районе, но можно предположить, что через намеченную точку стоянки поток зараженных не идет. А вот вдоль реки очень даже идет, если по головам считать. Но твари по настоящему сильные, то есть те, с которыми нет надежды справиться, подходили с запада и шли на север или наоборот. Поэтому двигаться предполагалось вдоль реки, и из трех возможных выбор пал на эту дорогу.

Совсем тихо выехать из городка не удалось. Несмотря на все усилия по отпугиванию, лотерейщик бросился на камаз, как шавка на велосипедиста. Его видели, в целом перемещения были предсказуемы. И не опасны, потому их игнорировали. Передвижения встреченного кусача предсказанию не поддались. Он был своевременно обнаружен, некоторое время передвигался по параллельной улице, потом внезапно обогнал и выскочил спереди. Решили не проверять, способен ли он порвать бронированную кабину. Выстрелили одновременно и Грибник,и Маэстро. Кусач запнулся на бегу, прыгнуть он так и не смог и вскоре был отброшен тяжелой машиной.

Дорога вывернула на берег и начала петлять уже вдоль него. На приглянувшемся пригорке остановились, выждали. Грибник сделал четыре выстрела. Хвост, потянувшийся было из города, обрезал. А встречные твари потом попадались часто и повторяли судьбу кусача. Отдалившись от городка, рейдеры даже стали останавливаться и вскрывать споровые мешки.

Спокойная обстановка поблизости дала возможность Грибнику посмотреть также и туда, откуда непосредственной опасности заведомо не исходит. На реку, и дальше, и еще дальше. Внезапно, обнаружил цель, не похожую ни на что. Может кроме скреббера, тот тоже сразу ответил, ощутив обращенное на него внимание. Обнаружение взаимно. Однако на этот раз к Грибнику пришла в ответ не волна ярости, а скорее любопытство. Но, что бы это ни было, лучше перебдеть.

– Странное на 9 часов. За рекой, в десятке километров. Быстро идет на нас по прямой.

– К бою.

Ответ на вопрос “что же это такое” вскоре появился. Прилетел. Невооруженным глазом стал заметен как точка над горизонтом. В бинокль виднее. Со стороны заречья появился ползущий под голубым небом на высоте метров пятьсот от земли дельталет знакомой расцветки.

Грибник сложил два и два. Понял. Усмехнулся.

– Не думал, что Улей меня сможет удивить больше, чем он это сделал в первый же день. Отбой тревоги. Тут место удобное, подождем.

Встали рядом с ровным участком дороги. Колдуна* нет, Грибник ленточку капроновую у Зиночки попросил, прицепил к антенне, на крышу.

Аппарат встал в спираль, сбросил высоту скольжением. Выровнял крен, прошел над головами стоящих рядом с машиной рейдеров, развернулся с набором высоты, и прям из разворота зашел на посадку. Через сотню метров рулежки, пилот заглушил двигатель рядом с машиной.

Отстегнулся, снял шлем.

– Мы дождались неожиданного, теперь придумаем объяснение необъяснимому. Здорово, рейдеры.

Примечание. Ветроуказатель ветроуказателем редко называют. Обычно говорят – колдун. Иногда некоторые ещё колдуна называют колбасой, это возмутительно.

Глава 13. Уставы написаны кровью.

День 314.

Грибник подошел к прилетевшему первым.

– А поворотись ко к свету, Грибник Второй … ну, похож. Точно похож. Вылитый я. Только небритый.

– Это еще не известно, кто первый… это смотря с какой стороны считать. А во вторых, многие с нуля считают. Сам знаешь.

– Да уж, коллизия. – Грибники рассмеялись. – Странное ощущение, однако. Как с самим собой разговариваешь.

– А еще и Маэстро с Пеплом надо посчитать. Лады. Рассчитываясь на первый-второй, условно примем, что Вторые, это те, кто сейчас пришел. Издалека путь держите то?

– Из самого мурского заднего двора. – Пепел и Маэстро подошли, обменялись с прибывшим рукопожатием.

Первый выслушал краткий рассказ о приключениях Вторых. Попали, брели, бежали, стреляли… в Улье, как в Улье… Второй продемонстрировал язычок пламени на пальце.

– Научишь! Мечта... Но я тоже кой в чем поднаторел за это время. – и на несколько секунд расплылся в воздухе маревом. – У Миража основу подсмотрел, да на свой лад переиначил. Только вот недолго пока получается.

– Удачно мы работу распараллелили. Две головы лучше, чем одна.

– С тобой согласится любой Змей Горыныч. А с нашей стороны портала было не так весело, как с вашей. – теперь пришла очередь Первого рассказывать. Мы находились внутри, ничего и не видели. Мир моргнул темнотой. Дайвер и Мираж рассказали, что над мегалитами вырос ненадолго призрачный зеленоватый купол, пахнуло знакомым всем запахом кисляка. Но испугаться не успели, всё завершилось быстро. Нас они нашли лежащими на земле без сознания, и без видимых ран. В себя пришли быстро. Толком никто не понял, что там произошло, ни из нашей группы, ни из штабных. Туда еще две группы сходило. У всех заметно прирос Дар, но не так сильно, как у нашей тройки, и спецэффектов мегалиты больше не выдали.

– У нас тоже Дар прирос, как после жемчужной диеты. – заметил Пепел. Маэстро и Грибник кивнули.

– Почти на том рейд и завершили. Вот когда вернулись, случился прокол. Как утекло так и не поняли, проболтался кто-то. Нас всех быстренько выпихнули из Верхнего, подальше от взглядов каких-то умников из-за бугра, которых в Княжестве сильно не любят, но открытой ссоры с ними опасаются. Внимание с их стороны стало довольно назойливым.

– Понятно о ком ты. Известны как Институт, кое в чем не лучше муров. Тоже могут на куски порезать, только не на органы, у них свои резоны.

– В довершение, у внешников случилось обострение активности, попытались они расширить свою территорию контроля. Два бронекатера соорудили, пригнали под их прикрытием баржу с мурами. Базу новую обустроили на тройнике, попытались Княжество из района промзон вытеснить. Жарко было, для Княжества угроза нешуточная была. Там и сейчас не скучно: муры, как паленым запахло, разбежались мелкими бандами. Пепел Первый и его группа сейчас воюют много севернее, добивают этих дезертиров. Сурок в Нижнем, принимает новую технику. А мы с Динамитом вот тут сеем разумное, но недоброе. – заметив вопросительный взгляд, Первый пояснил – Мины, дистанционно устанавливаемые, интеллектуальные, заточенные на автотранспорт. На коммуникациях противника разбрасываем. Тут тоже у внешников передовая база есть, тоже не очень давно появилась. Похоже та самая, дроны с которой нам с Пальмирой круиз испортили.

– Особо нового в этом всем ничего нет. Они и раньше пытались продвинуться, на муров опираясь. Да похожее и на Земле бывало, тут пиндосы как пиндосы, хотя война в Улье от земной отличается, боевые действия тут разворачиваются вокруг опорных пунктов на стабах и тройниках, причем в любой момент могут вмешаться зараженные, по которым стреляют все, а также и атомиты, которые стреляют во всех. Вот портал это небывалое, всем новостям новость.

Грибники кивнули. Потом начал говорить один, замолк. А второй завершил его мысль.

– Да, портал это очень важно, его изучение может что-то сказать про Улей. Но если подумать, подобное все мы уже видели один раз. Когда попали в этот мир, видели. Если Улей может выдрать кусочек реальности с планеты в другом углу Галактики, почему он не может воспроизвести кусок самого себя прямо тут?

– Возможно, с того всё как раз и начиналось. Прежде чем воспроизводить что-то далекое, надо уметь это делать с тем, что рядом. Даже и про существование порталов в Улье, через которые можно перейти в другое место Улья слыхать приходилось. А что делает портал? Создает копию в пункте назначения и удаляет оригинал в месте отправления. Оригинал можно и не удалять, так даже проще. Получится копия.

– И еще очень интересно, что скажет ментат. Совпадают ли ментометки. При грамотно реализованном конструкторе копирования не должны бы, по моему скромному мнению. Иначе это баг, если исходный объект не удаляется.

– Осмыслим еще, баг или фича, будет время. Закругляемся пока. Сейчас, наверно, надо начиная со свежаков, использовать преимущества аэромобильности. Долетим за полтора-два часа. Два рейса в сутки можно. Три с большим напрягом. Симпатичную девушку, которая в дверь выглядывает, первым рейсом.

– Зина зовут. За ней Кок и Ната. – Пепел махнул свежакам рукой, выходите дескать.

– Я на берегу укромное местечко уже присмотрел. – Маэстро зря время не терял, пока Грибники мыслили о судьбах Галактики. – Второй рейс завтра, сегодня уже перебор, ночной полет может случиться.

– Резиновую лодку привезу. Когда вдвоем останетесь, хорошо бы вам на тот берег двинуть. Там спокойнее, тварей штучно, муров вблизи вовсе нет. Разумно там место найти.

– Найдем взлетку. Патроны к Чукавину оставь, давно на голодном пайке.

Грибник Первый окинул молодежь взглядом.

– Зину с Коком за первый рейс вдвоем могу перекинуть, они худенькие. Ремни на сиденье сейчас подшаманим, поместятся в обнимку.

Эта идея обоим свежакам понравилась. Особенно Зиночке, она очень боялась. Особенно после того, как поняла, что жутких Грибников стало два, а он подмигнул, и сказал, что это только начало. Лететь с Коком показалось не столь страшно.

*

Свежаки не такая уж редкость. Поэтому растерянность обычно сдерживающего свои эмоции Тарана после доклада Грибника, Динамит отнес на счет доставленных разведданных.

– Чую, накрылся отдых.

– Ничего срочного. А завтра с утра зайди ко мне, разговор есть.

Таран решил, что тех, кто участвовал в походе в Зону, проинформировать придется. В общих чертах. Но такие новости лучше с утра. Пусть только что вернувшиеся из похода люди выспятся спокойно. Ну а Грибникам надо дать команду пока ходить по одному, незачем народ путать раздвоением личности. Грибник же спал плохо. Ему снились выходящие стройными рядами из портала клоны, воюющие с дронами и дроидами.

*

Высчитывая возможное число рейсов в день, Грибник исходил из времени перелета. Но силы пилота тоже не беспредельны, а заменить нельзя, у Динамита встроенного локатора нет. Пока летел за Натой, обдумал. Надо попробовать объединить ментальные оболочки, авось да получится передать Второму знание ориентиров и путей обхода черноты. На бумажке тоже можно нарисовать и словами описать, но напрямую из разума в разум оно понадежнее будет. Второй встретил идею Первого с пониманием. Сам о тако задумывался. Сразу и попробовали, усевшись спина к спине в позе лотоса под крылом дельталета. Остальные наблюдали, не подходя близко. Никаких ярких эффектов не увидели. Ната тоже смотрела, и только она увидела нечто странное. В какой-то момент она глазами продолжала видеть двоих, но неясное чувство говорило ей, что перед ней только один человек.

– Достигнутый результат в очередной раз превзошел ожидания. Кто из нас первый, кто второй, понимаешь?

– Нет проблем. – Один из Грибников достал из кармана бумажку с цифрой два.

Другой рассмеялся и достал бумажку с цифрой один.

– Похоже, ожидания превзойдены не очень сильно.

– А у Наты, кажется, Дар прорезался. Посмотри на ее ауру.

– К знахарю её надо. Не понятно ничего, как всегда. Но вроде, да, сформировался производящий конструкт. Мда… зря ты с Пальмиркой тогда так. Мягче надо было.

– Сам знаю, что старый дурак. Понимаешь же, задолбала она меня тогда предсказаниями моей скорой кончины в небе Улья. А я уж всё решил, отменять было поздно. Ладно… Жив останусь - помиримся. Давай Второй. Трогай потихоньку.

– От винта!

Проводив взглядом удаляющийся аппарат, Пепел спросил:

– Что за конструкт то, о котором сказано?

– Что-то видим, что толком не понимаем. Знахарь лучше поймет, наверно. У нас сложилось впечатление, что Дар связан с сущностью, которую мы видим в ауре. Она, в свою очередь, формирует конструкты, непосредственно производящие плетения, с которыми связано проявление Дара. Произвести их конструкт второго уровня может ограниченное количество, потом разрушается и восстанавливается базовым производящим конструктом. Не сразу, на это время надо, поэтому после интенсивного использования Дара есть период, когда колдовать не получается. Зато восстановившись, становится чуть сильнее. А если не доводить до крайности, то не разрушается. В целом, двухуровневая такая фабрика вырисовывается. – ответил Грибник.

*

Ритм жизни временного лагеря стронгов не изменился вследствие прибытия новой группы рейдеров. Группы приходят и уходят постоянно, куда идут и зачем, то знают кому положено, лишние вопросы задавать не принято. Хотя, в целом, и так понятно зачем. Или пришли и мины принесли, или уходят мины ставить. Лагерь расположился в землях муров. Причем на стандартном кластере, на тройнике внешники обнаружили бы тут быстро, они тройники при первом же подозрении обстреливают. На всяком логичном маршруте это место не по пути, кусок асфальтированной дороги на соседнем кластере обрывался. Заурядное, бесполезное место. Тем и ценно, потому и удобно. Землянки и перекрытый кусок оврага с воздуха не видно было совсем. Дарованное Ульем умение выращивать траву и кусты только на первый взгляд кажется бесполезным.

Обстановка изменилась, высвободив силы после провала на юге, внешники и подконтрольные им муры принялись наводить порядок в своих землях, наладили охрану тылов. Уже готовилась эвакуация этой временной партизанской базы. Задача выполнена, во время важнейшей операции противник лишился возможности безопасно перевозить грузы по своей же территории. А перед уходом предполагалось хлопнуть дверью, произвести налет на опорный пункт противника. После этого местоположение временной базы перестанет быть секретным, да и вообще перестанет иметь значение.

На передовой базе свежаки не задержались. Их в сопровождении нескольких рейдеров, выздоравливающих после ранений, отправили на базу основную. Ту самую, которую Грибник начал обустраивать сразу попадания в Улей. Памятный лесной массив виден был пятном у горизонта, если подняться повыше, улетев чуть к югу. Грибник разок взглянул, еще до встречи Первого и Второго. А после не до того было, Грибники летали севернее.

На очередной вылет Грибник мин не взял, зато бензина побольше. Задача – произвести разведку и поиск в районе действий пропавшей группы, избегая обнаружения противником и лавируя меж многочисленных на северо-востоке черных пятен. К сожалению, одно другому противоречит, чтобы не обнаружили, надо летать выше километра. Но там опасна чернота. Компромиссная высота метров пятьсот. Земля с такой высоты уже смотрится плоской, дороги ниточками, деревья и кусты сливаются в зеленую бахрому, окаймляющую полоски ручьев. Спрятавшегося человека глазом заметить непросто, но до сей поры муры и не прятались. А патруль на дороге с воздуха заметить всё же проще, чем дельталет с земли. Грибнику еще легче, Дар помогает. Двум Грибникам, объединившим ауры, вдвое легче.

Сперва обнаружили стаю лотерейщиков и бегунов, суетящихся вокруг чего-то. Верный признак, там пролилась кровь. Так и оказалось, привлекло их место боестолкновения рейдовой группы стронгов с патрулем муров. На дороге в поле, проложенной видимо сельхохтехникой, стояли две машины, одна сгоревшая, другая с многочисленными пробоинами. Подойти зараженным мешал страх, ближе к одной из машин там лежала и туша рубера. Когда приблизились, Дар Грибников показал, что где-то там остался и кто-то живой, предположительно раненый. Лотерейщиков отстреляли с воздуха, этим не повезло. Бегунов разогнали Даром, патроны жалко. Место для посадки рядом не нашли, только на соседнем кластере. Сели на лужайку, не очень ровную, с кочками. Зато взлет будет против ветра. Замаскировали аппарат. Добежали до обнаруженного.

Не зря. Рядом с тушей рубера пристроился рейдер. Знакомое лицо, однако. Пальмирина подружка, Лара.

– Привет, юная ниндзя. И на таких, значит, бывает проруха.

– Здрасти, дядечка. – Фыркнула. Случайно вышло, этот рубер и сам не заметил, что меня пришиб. О! Тебе удалось дубля сыскать. Тоже иммунный, повезло. А кто из вас первый Грибник?

– А угадай сама. С ногой что?

– Болит и опухла. Спек вколола уже. Посмотри.

– Фамилия моя не Рентген, но диагноз ясен.

Шину к ноге примотали. Потом сыскали две жердины, две камуфляжные куртки застегнули, рукава вывернули внутрь и просунули через них жерди. Всё, носилки готовы. Потащили сперва шагом, спокойно. Потом Грибники переглянулись, кивнули друг другу. Припустили бегом. Всё, открытых участков больше нет. Остановились.

– Ну, я побежал. Не обижай дядю, прелестная амазонка. – один из Грибников подмигнул девушке.

– Осторожнее там. – второй был хмур и озабочен.

– Само собой. Да я даже сделал резервную копию. – это уже удаляясь, на бегу.

– От копии слышу. – буркнул оставшийся Грибник.

– Куда он?

– Муры на северо-западе обнаружились. А мы с тобой сейчас улетим, но я еще вернусь. А пока потащу тебя один. Хватайся за шею, Пальмира не приревнует.

– А как вы решили что делать?

– Мы на одной волне.

*

На бегу Грибник еще раз проверил положение муров. Похоже, две машины. Вообразил карту. На карте вообразил векторы, обозначающие положение и скорости его и муров. А также бегунов, которых недавно отпугнули и которые отбежали недалеко. Их четыре группы. Приманил. Подкорректировал направление своего движения. Через некоторое время еще приманил бегунов. Эту карту теперь постоянно надо держать в голове. Занял позицию чуть ниже верхушки крошечного холма. На склоне, вдоль дороги, отдельные кусты терновника, скалы, песок.

Вот хорошее место. Если их отсюда обстрелять, то они быстро проедут чуть вперед и при этом выйдут из зоны видимости, значит и из зоны прицельного огня. Сразу ответки не будет, пулеметчик не успеет. Но обложить смогут быстро, меня посчитают идиотом. – Подумал Грибник. – А сенс, скорее всего сюда не достанет. Если он есть. Главное, чтобы внешников не было, тогда придется потом тупо драпать, эти ребята ушлые.

Первый этап. Приятно иметь дело с предсказуемым противником. Даже лучше задуманного вышло. Кого-то Грибник зацепил. Это бонус.

Остановились. Высаживают группу загонщиков. Одна из машин вернулась чуть назад, остановившись, контролирует дорогу. Видны блики оптики пулемета. Другая прошла на высокой скорости. Идея понятна. Грибник зажат между огибающей взгорок со стороны крутого склона дорогой и ручьем с топким и буйно заросшим берегом, к которому спускается пологий склон. Уже невидимая глазом, вторая машина высаживает стрелков. Охота на волка, в чистом виде. Только без флажков. Загонщики прошли в ту сторону, откуда недавно были обстреляны. Развернулись в цепь, двигаются шумно, но довольно медленно. Машина держится на фланге и чуть сзади. Вот на нее вышел пяток бегунов и пулеметчик показал свою выучку. А Грибника между молотом и наковальней уже нет. Он заранее сделал рывок параллельно дороге, а затем, когда расстояние от возможных мест пребывания сенсов увеличилось, медленно и спокойно её перешел. Покуда супостат занят. В целом, испытания подсмотренной у Миража методики отвода глаз, в условиях, максимально приближенных к боевым, идут успешно.

Отлично. Теперь еще рывок и пора настойчиво звать основную группу бегунов, при надобности их нетрудно притормозить. Нужно добиться, чтобы на эту линию муры и зараженные вышли одновременно, тогда они найдут друг друга. Перед этим еще один забег, в сторонку. И лежать.

Вот тут пулеметчик сплоховал. Половину положил, но полтора десятка пропустил через дорогу. Теперь это проблема загонщиков. Поскольку атака идет с фланга, большая проблема. Иначе они бы их всех легко перестреляли, в десяток то стволов. Но при таком их расположении на местности видят цель всего трое, а удобно стрелять только одному. Всё, отстрелялся. Был мур, стал жмур. Даже до следующего добежали, но этот остался жив.

Еще одна группа бегунов вскоре атаковала засаду. Судя по всему, неудачно, но это и не важно. В этот момент Грибник услышал удаляющийся легкий стрекот мотора. Четвертую группу бегунов Грибник прогнал, им работы уже нет. Всё, программа максимум выполнена. Можно спокойно отойти в сторонку, понаблюдать издалека.

Но не удержался. Старший патруля муров, когда орал на облажавшихся, несмотря на его мудрое руководство, подчиненных, стоял с руками в карманах. Не по уставу это. До его ауры Грибник дотянулся, увидел ее структуры, и через мгновение на пальце этого полевого командира вырос язычок пламени. Мур, сбиваясь на фальцет, заорал громче прежнего. Грибнику стало его даже чуточку жаль.

Глава 14. Лист на ветру.

День 321.

Ожидание это тоже действие, в этом Грибник убедился исчерпывающе, ожидая прилета Первого. Тихо посидеть в теньке у точки рандеву не получилось. Пришлось порхать с места на место, нигде надолго не задерживаясь, подобно опавшему осеннему листу, унесенному ветром. Впрочем, с тех пор, как пошел в аномалию, всё время так. Даже странно вспоминать, что совсем недавно еще планировал ходить на охоту по выходным, чтобы скучно не было. Не сложилась стабильная жизнь, закрутило враждебными вихрями. Рад бы остановиться, дух перевести, адаптироваться к ситуации и окружению, или хотя бы задуматься о том, куда несет рок. Да никак. Обстоятельства непреодолимой силы бросают не совсем туда, куда направлен взгляд. Галопом по европам, по самому по краю.

Куда улетит лист предсказать непросто, даже глядя со стороны. А летящему кувырком трудно понять и как это выглядит со стабильной кочки зрения. Но у Грибника уже зародилось подозрение, что если завтра и получится сыскать тихое уютное место, то послезавтра случится не меньше чем землетрясение.

На этот раз Грибник сам разворошил осиное гнездо. Обиженные им муры развили кипучую деятельность. Собаки в Улье редкость, но муры нашли. Привезли мелких брехливых собачек неясной породы, пустили по следу. Спидерам местным эти песики понравились, собаки получились одноразовыми. Грибник приложил все силы, чтобы в этот и в прилегающие кластеры набежало побольше слабых зараженных, приманивал их насколько позволял Дар. Умные люди говорили, что лист лучше всего прятать в лесу, ну а если леса нет, то его надо посадить.

Мелькнувшему вдалеке Первому, вернувшемуся, чтобы его забрать, послал ощущение опасности. Но тот и сам все понял. Просканировал местность Даром, двинулся по широкой дуге. Помог, приманил бегунов оттуда, куда Второму не дотянуться. Затем развернулся и ушел. Вскоре снова прилетит, но уже не совсем сюда. Найдет. Грибник Грибника видит издалека.

Но и муры не теряли время зря, Грибник их явно заинтересовал и они сумели оперативно перебросить силы и средства. Вскоре во всех прилегающих кластерах на пригорках и высотках, а также на перекрестках дорог они организовали стационарные посты, а по дорогам пустили патрули на легких внедорожниках. Хотя от патрулей то Грибник кое-как еще ускользал, используя удачно освоенный отвод глаз. Долго невидимкой он быть не мог, но долго и не надо, надо своевременно. Больше всего проблем доставили дроны, именно они заставили наконец Грибника залечь в канаве, пересекающей поле, прикрывшись наскоро сплетенной из травы и веток циновкой.

Устроившись, осмотрел в очередной раз окрестности. Муры продолжили накапливать силы, вероятно, готовились прочесывать местность. Они развернули командный пункт всего в паре сотен метров от места недавней посадки дельталета, следы увидели наверняка, возможно и закладку нашли. Забрать оставленные ему патроны Грибник не смог. Впрочем, большой нужды в боеприпасах и не было пока. Грибник отчетливо понимал, что он жив и не пойман только потому, что район, в котором его локализовали, довольно обширен. Но завтра он уже станет меньше, а послезавтра всё и закончится, если действовать по прежнему. Ну а если вступать в перестрелки, то быстрее найдут.

Ну ладно, дать последний и решительный бой, я всегда успею. – подумал Грибник. – Побарахтаемся еще.

*

Дело было к вечеру. Стоящий в кольце оцепления мур малость задремал на посту. Жара, скука, делать нечего. Сказали стоять, он стоит. Сказали скрытно, стоит скрытно. То есть лежа стоит. Медленно моргает. Муха села на нос. Встряхнул головой и рукой махнул, прогоняя дрему. В полукилометре на тропе увидел только что вывернувшую из-за поворота стаю мертвяков, целеустремленно пилящих куда-то по своим зомбячьим делам. Впереди пара матерых бегунов, за ними пяток не столь развитых, плотной толпой. За лидерами поспешает группа пустышей. Замыкает медляк совсем убогий какой-то, ковыляет, ногу подволакивая, безуспешно пытается догнать. Зачем не понятно, его же первого и сожрут, если догонит. Близко пройдут. С двух из первой группы, вроде, можно и на спораны приподняться. Позвал валяющегося рядышком в кустах напарника, посматривающего на другую сторону.

– Слышь, бугор. Тут к нам спораны идут вроде. Вальнем?

– От же гондон штопаный. Сказано было, на зомбаков не отвлекаться, шум не создавать. Как мышь гаситься. Увидишь человечка мутного – вали. Зомбаки лажа.

*

Незадолго до того, Грибник наконец нашел подходящую стаю. Нужна была толпа побольше, более-менее свежих. Не таких, которые способны только ползать или стоять на месте, раскачиваясь. И не таких, которые способны доставить проблемы. Нашлась, позвал. Бегун с винтовкой за биатлониста тут не сойдет, отсоединив приклад, винтовку Грибник спрятал под одеждой. Идти от этого стало очень неудобно. Куртку отобрал у пустыша, да в его крови и лицо измазал. В грязи к тому времени извалялся и так, реалистично и естественно. От тактического рюкзака пришлось избавиться. Грибник пугнул зараженных и двинулся следом за стаей, иногда забегая сбоку и корректируя направление. При этом он как мог старательно копировал походку пустыша. Кто знает, откуда и кто на него сейчас смотрит. Наземные то засады он уже давно все обнаружил, спасибо Дару, но вот дроны неожиданно выскакивают, их операторы Грибника видят, а он про то даже не ведает. И никакой отвод глаз тут не в силах помочь.

Прошел мимо первого поста беспроблемно, второй пост осмелевшие лидеры шествия учуяли и атаковали. Грибника они по прежнему воспринимали как угрозу, но попривыкли уже. А голод не тетка. Отреагировали муры поздно, но справились в итоге. Хотя и не без потерь, одному из стоящей на этом посту троицы потребовалась перевязка. На запах крови потом, уже впотьмах, набрела пара лотерейщиков, они его добили. Стало быть, такая его судьба.

Самая слабая часть стаи прошмыгнула дальше, не вмешавшись в охоту. Но не задумались муры, что такое поведение не свойственно низшим зараженным, они и не изучали никогда повадки этих пустоголовых. Они были заняты, да к тому же люди, стоявшие на том посту были пустышам вполне братья по разуму. Хорошо подготовленными бойцами все посты укомплектовать трудно. Вот тепловизорами укомплектовали многие. Но за кольцо оцепления Грибник выбрался еще до сумерек, поэтому никто на него в тепловизор так и не посмотрел, иначе отличие иммунного от зараженного в глаза бы бросилось, маскарад бы не помог.

Погода, между тем, начала портиться. Безветрие сменилось всё усиливающимся ветром, ветер нагнал высокие столбы облаков. Наконец, тучи плотно накрыли опостылевшие Грибнику кластеры. Погоды то надвигаются совсем нелетные, отметил Грибник. Ну что же, одно к одному, значит придется уйти подальше и время на это есть. Надо искать жилье, хватит бомжевать. Вымыться, наконец. А то уже видок такой, что даже зомби шарахаются. Что сказала бы Зиночка, представить трудно.

Но не любое жилье подойдет. Деревня то неподалеку есть. Но все кластеры с деревеньками крупнее нескольких домов отпадают, там можно нарваться на муров. Разумеется, все пункты вдоль хороших дорог тоже не подходят. Как и коровники и свинарники, там наверняка пасутся крупные зараженные, да и муры тоже бывают. Вспоминая карту и вид местности сверху, Грибник определился. Неподалеку есть одинокий домик у куска железной дороги, обрывающегося на соседних кластерах. Не всякий автомобиль туда дойдет, судя по всему, а ногами недалеко. Полтора десятка километров к северо-востоку. Грибник рассудил, что его искать будут скорее на юге.

Холодный ливень, хлынувший как из ведра, внес коррективы в планы. Однако, душ. Хотел умыться – получил, что желалось. Выбрасывать вонючую куртку, отжатую у пустыша, пока передумал: какое-никакое, а тепло. Вскоре идти стало невозможно: мало того что темно, так еще и скользко и на ногах пудовые комья грязи налипли. Лучшее, что Грибник нашел, чтобы переждать непогоду, так это копенка сена вблизи опушки рощицы. Грибник подкопал сбоку с подветренной стороны копны в сене пещерку, залез в нее. Высушить одежду нет возможности, но согреться удалось. Сам не заметил, как уснул. Разбудили выстрелы. Высунувшись, Грибник увидел, что дождь уже не льет. Небо закрыто тучами плотно, но граница облачности уже повыше. Прислушался, определился с направлением, откуда доносился шум схватки. Выстрелов более не было. Осмотрелся магическим радаром. Удивился. Обежал заросли кустарника, выглянул осторожно, увидел двух мужиков довольно болезненного вида, но крепкого телосложения, отбивающиеся дрекольем от двух бегунов. Довольно успешно пока отбивающихся, им удавалось держать дистанцию, не давать зараженным приблизиться. Иногда удавалось точным тычком импровизированного копья уронить противника. Но не больше, добить не получалось. Еще одного они застрелили, на том видимо патроны и кончились. В целом, исход схватки сомнений не вызывал. Зараженные не столь ловки, но сильнее и выносливее, а болевой порог у них много выше, если вообще есть. Но в схватку вмешался Грибник, бегуны и не заметили, как он приблизился. Точный удар клевца, затем в прыжке, перекатом, Грибник увернулся от когтей второго зараженного, перебросил клевец в левую руку и нанес еще один точный удар. Люди выдохнули с облегчением.

– Спасибо, здорово ты их. – Произнес тот, что постарше. – Меня Алексеем кличут.

– Олег. – Представился второй. – Вовремя ты появился.

– Сергей. – Грибник также решил представиться именем. До прояснения ситуации. Она вскоре прояснилась.

– Мы из пятого барака – продолжил Алексей. – Тебя не помню, откуда ты?

– Я, видимо, совсем из другого, раз про ваш пятый даже и не слыхал. – Грибник усмехнулся. – Давай те только в сторонку отойдем, ну, хоть под березки вон те. Потом поговорим.

Для начала разговора, Грибник достал фляжку живца, сделал глоток. Предложил Олегу. Тот глотнул дважды, передал флягу Алексею.

– Хороший живец, нам такую гадость выдавали, что даже сейчас вспоминать противно, хотя мы уже почти сутки никакого не видали.

– Поделились со мной кулинарно талантливые люди. Авторский рецепт. На его свойства это не влияет, только на вкус и запах.

– Рецепт знаешь? Нам не рассказывали. А вот что бывает с теми, кто долго без живца мы видели. Так охранники наказывали тех, кто им не по нраву.

– Расскажу и даже покажу вскоре, сделаем порцию вместе. А основное сразу сейчас. Вам, как понял, лекций не читали.

Грибник достал нож, вскрыл споровые мешки. Два пустых, в третьем один споран нашелся.

– Вот, держи, это споран, такое есть во всех развитых тварях. Фильтрованная настойка из него на спирту и есть живец. Ну, самое главное, что тут надо знать, я уже рассказал. Что вы уже не на Земле, полагаю, знаете. Улей, так это место называют. Потом еще дополню. Теперь вас хочу послушать, что это за пятый барак был, как вы туда попали и как ушли.

– Я две недели назад, Алексей на пару дней меньше. Все почти одинаково попали. Сначала от зомби убежали или отсиделись, выжили кто как мог. Потом приехали эти гопники-спасатели, мертвяков перестреляли, нас вывезли. Многие не сразу даже поняли, что в неволю угодили. Работать нас не заставляли. Кормили, живца давали. Но в целом концлагерь, тюрьма. В каждом бараке примерно одного времени попадания люди. Через месяц, максимум два, увозили куда-то, слухи ходили самые разные. Охрана нас мясом иногда обзывала. Вчера у них переполох случился, большая часть спешно уехала. Вот и убежали мы, с Алексеем мы держались вместе. Почти весь лагерь разбежался. Охрана стреляла, но её завалили, нашлись смелые и умелые лидеры в лагере. Тогда и мы оружием обзавелись, только патроны кончились уже. А потом на мертвяков вот таких напоролись и еще на каких-то тварей. Тут уж разбегались кто как может, а половина там и легла. Шли на юг, там у наших тюремщиков недруги.

– Это не мертвяки, это низшие зараженные. А есть и высшие, они на людей не похожи. Называют их по разному, и тут дело не в словах, а в споровых мешках, он у них всех есть, но чем опаснее тварь, тем ценнее добыча. Что происходило с теми, кого из лагеря увозили, могу сказать. Тех, кого ты гопниками поименовал, в Улье именуют мурами. Не повезло вам на их территорию попасть. Муры на органы людей разделывают и продают внешникам. А внешники это те самые ребята, которые запустили беспилотник, мелькнувший сейчас почти над нами, несмотря на нелетную погоду. Так что мы вовремя с открытого места ушли. Но шанс стать мясом у нас с вами еще велик, всё зависит от того, сумеем ли быть незаметными. Давайте пройдемся, найдем местечко поудобнее, по моим прикидкам за полчаса дойдем. Там и расскажу, что вам знать положено, и на все вопросы отвечу.

– Один только вопрос. Ты ведь не из лагеря нашего?

– Нет. Мне сильно больше вашего повезло сначала. Но сейчас я как и вы от муров бегаю, а они за мной, примерно как и за вами. Ну а тварям всё равно кого жрать. Да, вот еще, пожалуй… Что за патрон твой ствол требует?

– Пистолет вот… Beretta M9A3, маркирован 9mm Para. Не наш патрон.

– Да в общем то и наш тоже, он очень распространён на Земле и в России производится, а тут, в Улье, это чаще всео встречающийся пистолетный боеприпас, пожалуй. И у меня пистолет под этот патрон, только с глушителем. Уговор. Стрелять по моей команде или в крайнем случае. Не нужен нам шум, вот совсем не нужен. К тому же против большей части настоящих опасностей пистолет в Улье слаб.

На ранее запланированное место, пошли вдоль границы кластера. Кластеры и их стыки, это лучший ориентир в Улье. Погода, тем временем, опять испортилась. Изрядно похолодало, а в добавок к тому ещё накрыло мелким затяжным дождичком, иногда прерывавшимся. Потому Грибник и спешил найти убежище, что предвидел такую возможность. Зачистка не понадобилась, перезагрузился кластер недавно, но разбрелись уже зараженные. Домик рядом с железной дорогой и принадлежал железнодорожникам. Часть помещений жилая, часть служебная. Все деревенские бытовые удобства имелись. И чистая одежда нашлась. Имелась и баня. Топить боязно, но и удержаться от того мочи нет. Грибник тщательно просканировал подветренное направление. Ветер на лесок, а за ним, как помнится, поля. Подумав, всё таки протопил. Ожидаемые, но незваные гости, два лотерейщика, на дымок зашли. Сперва один, минут через двадцать после того другой. Им было предложено угощение, кусок пованивающего мяса, извлеченный из холодильника. Положили мясо так, что бы было удобно стрелять гостям в затылок. Хотя незваный лотерейщик много лучше элитника, можно было и в лоб. А подтянувшуюся позднее мелкоту Грибник отогнал Даром.

Лотерейщики произвели на Олега с Алексеем сильное впечатление. Как и тот факт, что такие твари считаются слабыми, для опытного рейдера опасными только если их несколько. Переночевали в тепле. Грибник решил было пока с места и не трогаться, место уединенное, во всём подходящее и удобное, чтобы дождаться кардинального улучшения переменчивой последнее время погоды.

Окрестить свежаков надумал с утра. Пора уж, памятку еще вечером пересказал. Ночь провел сторожко, в медитации. Поутру заметил Даром движение людей на соседнем кластере, южнее. Десяток людей, явно пешком, двигались на запад, затем свернули на юг. Скорее всего это беглецы из концлагеря, с ними пути не пересекутся. Они мелькнули вдалеке и вышли из зоны обнаружения. Однако, вскоре заметил еще три группы людей, двигавшихся много быстрее, догоняя беглецов. После того, как услышал характерный звук винтов, сомнения отпали – это вертолеты. Значит, рискнули внешники полетать в сложных метеоусловиях. Донесся отзвук отдаленного взрыва. Не повезло кому-то. Разбудил свежаков, рассказал. Надо собираться, уходить в лес. Протопленная банька ярко сияет в инфракрасном диапазоне. Найдут.

Одно хорошо, одежду и рюкзаки подготовили заранее. А окончательно изготовились к походу уже в лесу, отбежав от дома метров на пятьсот. Пошли на север. Уходить тем же путем, что и пришли, нельзя, хоть дорога известная, укрытия знакомые, больших открытых пространств нет. Но почти там сейчас наматывают круги над лесом вертолеты. Впрочем, сейчас даже и не важно куда уйти, важно достаточно далеко от убежища, превратившегося в одночасье в ловушку. Хотя и на север далеко продвигаться незачем, тем более, что там за лесом поля. Там видно будет, можно будет пойти вдоль опушки на запад, или вернуться. Пока Грибник решил про это и не думать. Это потом, когда злые карлсоны улетят.

Они нашли наконец и баньку. Один из вертолётов сел там неподалеку. А потом оттуда, по свежим следам, двинулась погоня.

– Стоп, мужики. Бежать уже незачем. – Грибник остановился, скинул рюкзак. – За нами идут. Ваша задача, засесть поглубже, не оставив за собой следа, вон в том ельнике и сидеть тихо, как мышь под веником. Мой рюкзак оставьте тут. Я пойду их встречу.

– Мы тоже…

– Никаких мы. Показываю почему. – Грибник растаял в воздухе, и секундой позднее донесся удаляющийся голос – Я не прощаюсь.

Позицию Грибник уже наметил, вспомнил пока рюкзак снимал. Бежал на этот раз быстро как мог. Успел, расположился, пристроил винтовку. Преследователи идут колонной по одному почти прямо на стрелка, это просто праздник для снайпера. Еще несколько минут, есть время дух перевести. Дыхание должно быть ровным, рука дрогнуть не должна. Вдох, выдох. Руку согреть, помассировать. Готов.

Над головой мелькнул дрон. Грибник услышал звук его двигателя, шелест, хлопок. Потом непонятное шипение. Потом понял – газ. Это последнее.

Очнулся среди множества людей, лежа на земле. Руки и ноги стянуты. Не сразу сообразил, что произошло, голова работала плохо. А когда понял и вспомнил, осталось непонятно, сколько времени прошло. И где он. Вполне возможно, раз Грибник в общей массе, что его приняли за одного из многих, бежавших из концлагеря. Можно, конечно, помереть сразу, но попробую сначала помучаться, авось и помирать не придется – так ему подумалось. Оружия нет, но Дар то остался.

Впрочем, и муры понимали, что Дар это оружие. Очнувшихся от газа уводили по одному, разрезая стяжку, сковывающую ноги. И вскоре Грибник понял, куда уводили. У муров тоже есть знахарь и этот знахарь раскусил Грибника без труда.

– У этого три Дара аж. Все не боевые. Сенс он. В Улье около года. – Знахарю одного взгляда оказалось достаточно.

Грибник усмехнулся. Знаний знахарю не хватило. Да и немалая видимо редкость такой Дар, способность создавать плетения осталась необнаруженной.

– К привезенному из Джагая, в клетку. И ведите следующего. – отдал команду сидевший рядом со знахарем и сделал пометку в бумагах.

Отвели в ангар неподалеку, посреди которого стояло несколько клеток, сваренных из стальных арматурин. Сидевший в соседней клетке человек отреагировал вяло. Так и сидел с закрытыми глазами. Когда конвоиры ушли, Грибник его тихо окликнул.

– Не могу назвать этот день добрым, но здравия я тебе пожелаю.

– Грибник? Выжил? – Маэстро встрепенулся, а глаза открыл широко.

– Грибники народ живучий. Почему считаешь, что мог не выжить?

– Видел, как дельталет падал. Как вертолет внешников пролетел рядом.

– Ну надо же, всё как в Пальмирином пророчестве. Не, мы волею Улья Грибник Второй, и надеюсь, что не единственный… раз уж ты смерти Первого не видал. А я остался у них в тылу, когда Первый Лару забрал. Побегал сперва неплохо, потом замерз, устал, сглупил и под газ угодил.

– Понятно, видел Лару. А меня прихватили после атаки на их форпост. Тоже газ. Не очень удачно там сложилось, хоть задача и выполнена… по крайней мере, частично выполнена. Но это всё мелочи, вот впереди беда. Маячит настоящий большой песец. Подслушал я разговор приезжего внешника с местным главарем. Они в сторону от всех отошли, но для моего-то слуха это всё равно, что рядом…

Глава 15. Терпенью машины бывает предел.

День 322.

На этот раз дельталет заходил на полосу, протыкая свежий встречный ветер. Относительно земли скорость маленькая, стоящим на земле казалось, что аппарат снижается почти вертикально. А болтало его при этом впечатляюще. Сел почти без пробега, выровнявшись в последний момент перед касанием, а если бы подскочившие люди не ухватили почти сразу за передние троса, то и перевернулся бы. Встречал Грибника Динамит.

– Нашел?

– Нет. Даром осмотрел весь тот район. Людей там до хрена, зараженных еще больше. Второй не откликается.

– Здесь тоже новости плохие. Очередная группа в засаду попала. На этот раз точно известно когда и как, двое вернулись. Еще один точно погиб, двое предположительно ранены и попали в плен. Таран тебя ждет, сказал зайти как появишься. Ну, к нему не бегом, конечно.

Таран доклад не дослушал, разговор повел о погоде.

– Мне уже доложили, что ты на посадке чуть не навернулся. Полеты пока закрываю, на сутки примерно. Там посмотрим, прогноз неплохой. Распогодится, говорят. Отдыхай, готовься, твоя задача почти как обговаривали, с мелкими уточнениями. Вот карта, маршрут примерный тебе спланировали в расчете на то, что погода придет в норму. Общая задача несколько меняется, основная цель освободить наших. Их там, предположительно, больше чем двое. Взаимодействовать будешь с группой Пепла.

Грибник сидел в палатке, рассматривая карту, пытаясь вспомнить вид местности сверху и сопоставить памятные ориентиры отметкам на бумаге, одновременно жевал бутерброд с консервированной ветчиной и прихлебывал чай из колпачка термоса, когда с ним поздоровался подошедший Пепел. Пояснил, что к чему:

– Уничтожить их базу скорее всего не получится, время упустили. Многовато их там стало. Хотя сейчас уже поменьше, только что немалая колонна ушла на север. А точнее, там теперь уже две базы. В дополнение к старой, они только что соорудили еще опорный пункт севернее, на тройнике. Видать, тесно стало на старой. У каждой базы своя система обороны, но командование единое. Так что всё будет не так, как намечали, но вот для тебя почти без изменений. В целом же, замысел операции такой… На первом этапе мы выдвинемся к ретранслятору, выведем его из строя. После этого у них связь с Джагаем пропадет. Ты в это время будешь недалеко, за тобой контроль, а если что-то пойдет не так – предупредишь. Потом ты уходишь на маршрут, а мы отходим к северному тройнику, шумим там, имитируем атаку. Ну, там кроме нас еще одна группа будет внимание муров на себя отвлекать. Как твоя армия подтянется, отправимся прикрывать отход основной группы… Штурмовую группу поведет сам Кобра, с ним подразделение спецов прибыло. План операции он и откорректировал. Вот, держи рацию. Кодированный канал настроен.

Синоптики бывают разные, но по картам обычно гадать умеют не хуже стереотипной старой цыганки. На этот раз погода их не подвела. Ветер южный, слабый до умеренного, хотя местами и кратковременно возможно, конечно, всякое разное. Тфу через левое плечо, чтоб не сглазить.

Сначала, еще глубокой ночью, вышли наземные группы. Перед рассветом взлетел Грибник. Первая точка. У ретранслятора, как и предполагалось, рейдеров ждала засада.

– Грибник на связи. Готов. У ретранслятора две пятерки противника, двадцать метров севернее отметки ноль и на соседнем холме, на отметке десять. Движения по дорогам не наблюдаю.

– Пепел принял. Работаем по плану.

Всё, теперь второй этап. Курс на северо-запад, затем по кругу. Теперь задача приманить как можно больше тварей. Сильных в этом районе немного, но подойдут и слабые. Дар, позволяющий позвать зараженных, в соединении с аэромобильностью, это страшная сила. А страшная сила это своего рода красота. Но в распоряжении Грибника не только Дар. Приготовлены и аккуратно упакованные в пакеты говяжьи потроха, которые предстояло сбросить в намеченных точках, создав зараженным манящую запахом тропу, ведущую к укрепрайону муров. Это третий этап.

– Грибник Пеплу. Сотни полторы, идут по дороге. Первый рубер, через десять минут. Остальные растянулись группами.

– Пепел принял. Всем. Через десять минут начинаем концерт. Доложить готовность.

Грибник развернулся на юго-запад. Двадцать минут на курсе, набор высоты. Совсем неподалеку от южного стаба Грибник встал в вираж, вновь сосредоточился на использовании Дара. Теперь надо перенаправить часть зараженных сюда. А потом наоборот, попытаться отогнать их с пути отхода основной группы, когда придет время. Группа Кобры, оставаясь незамеченной, прошла через минное поле с юга и замаскировалась у основного проволочного заграждения базы. Тем временем Грибник увидел, как полыхнуло там, где на горизонте угадывался северный тройник. Усмехнулся. Миномет это тоже страшная сила. Вот и проверили, не вода была в той цистерне.

Почти сразу заметил активность муров. Заметил Даром, но и визуально бронетранспортеры хорошо были заметны на дороге. Взвод резерва южан отправился на север.

– Грибник Пеплу. Четыре “Бредли” вышли с южной.

– Пепел Динамиту. Внимание.

– Динамит на связи. Всегда готов.

Через десяток минут последний бронетранспортер в колонне, уже приблизившейся к северному тройнику, подбросило взрывом, он заблокировал дорогу. Почти сразу, как и запланировано, включили широкополосный генератор помех. Теперь связи некоторое время не будет ни у кого. Для муров это минута растерянности, а для снайперов стронгов это сигнал о начале следующего этапа. Пулеметное гнездо на вышке муры оборудовали хорошо, но работать ему не дадут. Пулемет подавили снайперы, огнем с нескольких точек, и сразу после того пошла на прорыв, под прикрытием дымов, группа Кобры. А с противоположной стороны базу атаковали зараженные. Связи нет, но происходящее на земле понятно. Теперь несколько спокойных кругов. Почти всё.

Промелькнувшие в нескольких десятках метров искры трассеров стали неожиданностью. Слишком близко я подошел к стабу, подумал Грибник, отворачивая. Следующая очередь мелькнула дальше. Третья пошла накрытием. Звонко ударило, мотор встал, аппарат рывком, резко потянуло вправо. Топливопровод Грибник перекрыл машинально, не раздумывая. Крен выправить не удавалось, хотя и старался, насколько хватало рук и сил. Аппарат со скольжением, разменивая высоту, валился в крутую спираль. Свист ветра, задувающего в шлем, это лучший индикатор скорости.

Осмотревшись, Грибник понял, что пулей зацепило консоль, так что асимметрия это полбеды. Хуже то, что в любой момент аппарат может просто развалиться в воздухе. Мелькнула мысль про парашют. Спасательный парашют лежит под сидушкой. Мысленно прокрутил в голове все действия. Достать, расчековать, изо всех сил метнуть контейнер вбок, по направлению вращения. Но ведь пока то, что происходит, это далеко еще не свободное падение. Нет худа без добра, этот маневр увел из прицела. Использовать СП пока передумал, в плен к мурам не хочется. Раз до земли еще несколько минут, надо бороться.

Теперь Грибник понял, что стреляли не с земли, а из бокового люка Ирокеза. У дельтапланериста нет обзора вверх в нормальном полете, приближение вертолета он не заметил. А Даром не заметил, поскольку был сосредоточен на другом. Хуже всего то, что в отдалении виднелось еще два таких вертолета. Впрочем, их вскоре стало меньше, на следующем витке, когда они снова попали в поле зрения, один из них горел и падал. Грибник догадался, что это расчет ПЗРК подравнял счет сил и средств, хотя итог всё равно сильно не в пользу стронгов. Но подстреливший Грибника пулеметчик оставил его в покое, вертолет отвернул в сторону, нанес удар ракетами по земле. Про дельталет внешники не забыли, конечно. Скорее решили, что с ним уже покончено.

Отстегнувшись, Грибник сместился максимально под поднятое левое крыло, наконец то появился запас управления по крену. Выровнять дельталет удалось благодаря особенности конструкции, мототележка с тандемной компоновкой так сместиться бы не позволила. Теперь каждый метр потерянной высоты превращался в пять-семь метров расстояния по горизонтали, на курсе от полыхающего стаба. Под крылом поля, заросшие кое-где кустами, сменил чахлый лес соседнего кластера. По мере приближения к земле всё лучше становились видны детали. Внизу не просто лес, а скорее болото. Местами возможна трясина. В этом Грибник убедился, когда дельталет зацепил крылом растущую на кочке чахлую сосенку, а его как из пращи швырнуло в вязкую болотную жижу.

*

Маэстро видел, как дельталет свалился на крыло и устремился к земле, как пролетевший вертолет нанес ракетный удар. Дальше возможности наблюдать не было.

– Дымно стало. – О бое Маэстро рассказал Второму всё подробно, что знал и видел. – Чуть раньше, чем вертолеты появились, Кобра уже отсигналил ракетой, что выходит. После этого шашки на широком фронте южнее стаба зажгли. Отступали спецы, как и зашли, под прикрытием дымов. Да и пожар у них за спиной разгорелся не на шутку.

– Ребят то вытащили?

– Сколько и кого не знаю, но кого-то точно. По крайней мере, кроме нас с тобой, у них сейчас пленных нет. У нас в той атаке потери, похоже, очень серьезные и муров потрепали очень крепко. Слышал доклад, что одну вертушку сшибли.

– Кобра, он такой Кобра. Каждый бой, как последний, а сам всегда в первых рядах.

– Да, он такой. На грани, выше которой только звезды.

– Ну, рассказывай дальше.

– А дальше были ежики в тумане. То есть в дыму. Муры не особо рвались нас по земле догонять, ведь можно же и догнать, а дальше еще неизвестно как выйдет. Ну а внешники долбали по зеленке ракетами. Эффективность ударов невеликая, перевод боеприпасов. Но под такой удар я и угодил, мне досталось с газом. А позднее патруль муров на меня напоролся, очнулся я уже когда меня в Букло везли.

– Заколдованное место. Уж как старательно мы обходили его, да так и не обошли.

– Тут мы ненадолго. Меня, как понял, смотрящему от внешников подарили, чтобы за косяки и провалы последних дней оправдаться. Ну, или чтобы он мог оправдаться перед своими. Меня привозили и показывали ему, когда он прибыл, видимо предполагали, что он ненадолго. Тогда я их разговор и подслушал.

– А он надолго?

– Его основная задача сейчас это обеспечение безопасной транспортировки спецгруза по территории муров до реки, он этим сейчас занят. В Букло его нет, мотается где-то.

– Долго их противогаз держит?

– Он иммунный… и предполагаю, что он ментат. Через белый жемчуг, наверно.

– Становлюсь суеверным. Ехать к внешникам, да еще со связанными руками, это дурная примета. Не к добру. Но и то лучше, чем тут сидеть. В пути наш последний шанс.

– Лететь. На аэроплане Цессна какой-то номер. За штурвалом он один, сам.

– Интересно, нас погрузят тушкой или чучелком? И всегда ли они используют пластиковые наручники?

Внешник зашел взглянуть на пленника в компании знахаря и группы муров, похожих на бандюков средней руки, на следующий день. Задал только один вопрос.

– Ты органисофыфайт бунт ф легерь сфежакофф?

– Не знаю я никаких лагерей.

– Знаешь.

Вскоре посетители ушли.

– О чем этот Джеймс Бонд с мурами шептался?

– Он Джеймс Меррил. Муры считают, что ты сенс из состава рейдовой диверсионной группы, заброшенной для разгрома концлагеря. Втирали, что эту группу они уничтожили, организовав масштабную операцию, а тебя взяли в плен после того, как по ее остаткам долбанули внешники. Завтра нас отправят. Как я и думал, самолетом.

*

Очень хотелось бы взлететь, но увы. Реальность, данная Грибнику Первому в ощущениях, это болото. Самая его сердцевина, гиблое, непроходимое место. Невысокие деревья на островках, преимущественно ивы и осины, много открытой воды, по поверхности которой плавает трава, заросли камыша. А местами трясина, топь. Там вода с мхом и торфом перемешана в однородную почти массу. Чуть плотнее у поверхности, чем в глубине. А по поверхности яркая зеленая трава.

На то, чтобы проползти по этой лужайке до дельталета жалкие четыре метра, понадобилось чуть больше часа. Повезло, на это могла уйти и вся оставшаяся жизнь.

Трясина не озеро, там плавают иначе. Человек, пока у него в легких воздух, легче воды и в воде поднимется к поверхности, даже если не прилагает к тому никаких усилий. Но трясина коварна. Архимедова сила слишком мала, чтобы преодолеть ее переменчивую вязкость и вытолкнуть тело вверх. Поэтому бревно, брошенное на поверхность, не утонет, но и бревно, оказавшееся ниже поверхности трясины, так и не всплывет никогда. Зато если распределить свой вес на максимально возможную площадь и не торопиться, то по самой жуткой трясине можно попробовать проползти. Попытка не пытка. Беда в том, что любые движения, чуть более резкие, чем некая зыбкая грань, эту самую вязкость уменьшают… увы, под увязшим уменьшают, то есть именно там, где ему так нужна опора. Потому и говорят, что если уж провалился, то будет засасывать и дальше. Это не совсем так, конечно. Это только так кажется. Трясина хоть и коварна, но безразлична. Она убивает запаниковавшего не потому, что хочет его смерти. Просто выбираясь, нужно учитывать особенности этой среды, а страх подталкивает к неправильным действиям. Рывки только во вред, как и довольно естественное человеческое желание поднять голову повыше и дышать почаще. Дышать тоже надо медленно, нужно всё делать плавно, но не останавливаясь ни на секунду. Грибник даже вспомнил, как такие субстанции, как болотная жижа, называются на языке науки. Но выбраться помогло не это знание, а опыт. Ну и терпение, и хладнокровие. Болото для настоящего грибника это же как терновый куст для Братца Кролика. Впрочем, в такую трясину Грибник шмякнулся впервые, раньше до того не доходило.

Дельталет, так и лежащий одним крылом на не то островке, не то кочке, не утонул. Поэтому получилось достать неприкосновенный запас. Возможность вынужденной посадки учитывалась, полезного снаряжения припасено немало, хоть про болото и не думали. Даже спасательный плотик пригодился, на нем Грибник закрепил все тяжести в тактическом рюкзачке. Теперь груз можно нести на себе, а можно и тащить за собой. Слегу сделал из единственного имевшегося деревца. Наметил маршрут от кочки к кочке. Двинулся по зыбкой, прогибающейся под ногами поверхности, часто прикрытой водой, плавно перенося вес с ноги на ногу и прощупывая слегой путь.

По прямой не выйдет, но путь держал на юго-запад в среднем, подальше от стаба. К сожалению, быстро уйти от места падения не получится никак. Но нет худа без добра. Зараженных на болоте точно нет. Крови испить желают только комары, но комар в ауре Грибника долго не живет. Особенно если его ладошкой прихлопнуть.

*

Салон Цессны Скайхок внешники доработали, заднюю пару кресел убрали. За счет этого расширили багажный отсек, сейчас там разместился крупный контейнер, укрытый теплоизоляцией. А рядом, с другого борта, стеллаж с полками. Видимо, самолет использовался не только для поездок, но в основном для транспортировки грузов. Грибника и Маэстро сперва запихнули на нижние полки, стянув ноги и руки за спиной пластиковыми наручниками. Потом другие муры притащили множество контейнеров и ящиков, которые планировали разместить на занятом уже месте. Рейдеров извлекли с полок, усадили на пол в узком проходе, дополнительно пристегнув одного к стойке стеллажа, а другого к такелажным зацепам на холодильнике. По распоряжению пришедшего Меррила еще и репшнуром привязали, надев на шею петли, подтянули головы вверх так, что не дернуться.

– Чует мое сердце… ну не долетим же. – пробормотал Грибник вскоре после взлета, когда самолет уже закончил набор высоты, встав на курс. Сжал зубы. Огонек на пальце жег не только пластик.

Несмотря на шум мотора, Маэстро услышал. Что-то сказал в ответ, Грибник не понял, что. Понял главное. Маэстро слух не утратил. Готов.

– Всё. Руки уже свободны... Ноги. Всё.

Выдал запах горелого пластика. Впрочем, пилот подумал сначала скорее всего о другом, о неисправности и о пожаре на борту. Потом уже, почувствовав движение позади, достал пистолет и развернулся, выставив ствол. Непросто это в тесной кабине, но он успел. Однако, толком понять, кто виноват и что делать, не смог. Хотя догадки наверняка появились.Было два пленника, остался один. Зато Грибнику прекрасно была видна его голова над краем пилотского сиденья. По ней он и врезал прихваченным со стеллажа увесистым предметом. Меррил обмяк, так с выражением удивления на лице и помер. Грибник посмотрел, что он использовал в качестве оружия, рассмеялся. Просунул руку, подобрал выпавший пистолет. Повернулся к Маэстро, пережег и его путы.

– Что случилось смешного? – поинтересовался Маэстро, растирая запястья.

– Посмотри, чем я ему врезал. Поварешка серебряная. Там на стеллаже всякой утвари полно, времени выбирать не было, схватил что под руку попалось. Пристукнуть Бонда поварешкой, это забавно.

– Да, хорошо прошло. Череп ты ему проломил.

– Вот это скорее плохо. Лучше бы было оглушить. Шибко сильнее я стал тут, в Улье, и не всегда соразмеряю силу, особенно когда в меня пистолетом тыкают.

– Да нафига он живой то?

– Он пилот.

– Ну, ты же тоже пилот.

– Эхх, если бы это был дельталет, я бы да. А так нет. Ладно, давай освободим место. Того, кто там сидит, можно назвать и пилотом тоже.

Тело с трудом вытащили через узкую щель между сиденьями, наскоро оттерли кровь, разместились. В нише правее приборной панели стопка бумаг. Первым делом Грибник нашел там карту. Некоторое время посматривал то на нее, то на землю. Хмыкнул довольно.

– Где мы находимся, я понял. Вот, смотри. А вот эта прямая линия, это наш курс. Почти на восток. Сейчас мы на автопилоте.

– Вот тут нам бы повернуть. Курс будет как раз мимо черного пятна, сейчас мы его облетаем.

– Минут десять еще есть. Подожди, еще полистаю бумажки. Прикинь пока нужный курс точнее. – Грибник вновь зарылся в документы. Покопался, улыбнулся.

– Что, нашел инструкцию по пилотированию для чайников?

– Не… эксплуатационные документы на двигатель, описание регламентных процедур, карта проверок и карта веса и баланса. Руководство по летной эксплуатации отсутствует. Но мы справимся.

– Посадить самолет сможешь?

– Только один раз, а может два, тут как считать. Первый раз, и он же последний… для самолета, а может и для нас. Управлять Цессной на средних высотах и в простых метеоусловиях дело нехитрое. А взять управление можно даже не отключая автопилот, он это поймет. Но мало того, что навык отсутствует, не летал я на ней никогда. Знаний не хватает. Даже скорости сваливания не знаю. Посадочные характеристики загадка, скорость, на которой закрылки выпускать и углы на которые их выпускать – даже примерно не представляю. Режим двигателя тем более. Только предположить можно. Дело бы закончилось капотированием скорее всего, если бы еще на заходе не зацепили ничего. Накрайняк можно было бы попробовать на реку. Но девяносто девять и девять десятых из ста за кирдык. На маленькой высоте ошибаться нельзя даже на Цессне.

– А чем так доволен?

– Есть другой способ. Сейчас расскажу, а начнем с курса. Пора. Сколько?

– Сто девяносто.

Грибник подкрутил кремальеру гирокомпаса.

– Вот этот прибор, над которым ниша с документами, это и есть автопилот. Первая кнопка слева его включает и выключает, сейчас включен. Заклеенные три в Улье не работают, нет тут спутниковой навигации и радиомаяков. А вот эта включает и выключает режим удержания курса, она применит курс, заданный кремальерой. Высоту эта модель поддерживает ту, которая была на момент включения.

Самолет плавно вошел в разворот. Выровнялся.

– Всё, летим дальше. Потом еще подправим. По карте темных пятен впереди нет долго. Повезло, что автопилот тут простейший, а принцип работы с ним мне известен. Он вообще то стандартен, но со сложными моделями могли бы быть немалые трудности.

– А дальше?

– А дальше, при надобности, будем облетать по широкой дуге черные пятна и облака. Штурвалом поработать можно, если осторожно. В полете то Цессна очень терпима к ошибкам. А потом парашют. О нас позаботились. Самолет оборудован Ballistic recovery system.* Вот эта зашплинтованная красная рукоятка, на ней даже надпись есть. Самолет опустится на парашюте целиком. Жестко конечно будет. Но терпимо, главное запас высоты иметь. Системы спасения для дельтапланов иногда делают аналогично.

– Насколько топлива хватит? До Верхнего долетим?

– Вряд ли. Но может быть. Черт поймет эти галлоны, но у нас оба бака почти полные. Дальность у этого самолетика километров с тысячу, но мы же не по прямой. А ветер куда дует не знаем даже примерно.

После почти часа полета кучевые облака стали попадаться чаще. Грибник их обходил на почтительном расстоянии, по дельталетной привычке. Под ними можно встретить восходящий поток со скоростью более десяти метров в секунду и рядом столь же сильный нисходящий. Аппарат может в облако затянуть, а может и разломать. Впрочем, Грибник понимал, что для Цессны они менее опасны, эта техника посерьезнее. Просто не хотелось проверять, насколько менее опасны.

Наконец встретилась и стена слоисто-дождевой облачности. В попытке ее обойти, отклонились к западу, но это скорее оказалось ошибкой. Облачность как ловушка, вскоре облака были уже со всех сторон, закрыли землю. Грибник потянул штурвал от себя, контролируя высоту по альтиметру. Вывалился из облаков на высоте метров триста, но это не помогло ориентации. Привязать видимое глазом к изображенному на карте и таким путем определить свое положение более не удалось. Вновь набрав полтора километра, чуть выше верхнего края облачности, Грибник установил курс на юго-запад.

– Всё. Теперь лотерея. Но внизу даже не успели бы отреагировать, если бы попали в пятно.

– Крупных пятен на курсе нет. – Функции штурмана взял на себя Маэстро, он и отмечал положение на карте, пока была возможность. – место свое мы более-менее знаем же. И скорость знаем примерно. Периодически стоит пробовать определиться. Ну хоть через пол часа.

В аномалию влетели через двадцать минут, так и находясь при этом над облаками. Черноту рейдеры почувствовали раньше техники. Сомнений не возникло, ощущения они помнили хорошо. Грибник отреагировал мгновенно. Развернул машину, отработав штурвалом и педалями с перепугу излишне резко. Но это не стало проблемой, проблемой стал заглохший мотор. К его рыку привыкли уже, когда он замолчал, тишина оглушила.

– Пристегнут? Ну, молимся. – Грибник выдернул шплинт, потянул ручку.

Хлопок вытяжного реактивного двигателя. Сильный рывок на первой стадии раскрытия купола. Потом еще два рывка меньшей силы. Всё, скорость погашена. Раскачиваясь на гигантских качелях длинных строп, самолет нырнул в белесую муть, приближаясь к невидимой пока земле.

Примечание. BRS – не фантастика, такая система существует.https://brsaerospace.com/

Глава 16. Ударный велопробег.

День 327.

Неожиданностью появление топтуна и пары лотерейщиков для рейдеров не стало. Их, еще когда спускались, обнаружил Грибник. А потом, уже когда спустились, хорошо слышал и Маэстро. Видимо, в Улье для такой пары сенсов вообще очень мало неожиданностей может быть. К бою же рейдеры подготовились еще в воздухе. По наследству от Меррила достались несколько гранат, а также пистолет-пулемет и пистолет известной швейцарской фирмы, оба с устройствами малошумной стрельбы. Грибник, как их увидел, вспомнил свою оставшуюся в стабе мелкашку. Потренироваться, освоиться с оружием не успеть, а пристрелка пройдет в боевых условиях, но в надежности сомнений нет.

Зараженные увидели снижающийся на парашюте самолет еще в воздухе и отреагировали вполне адекватно, почти разумно. Сперва они замерли, спрятались. А после того, как он с шумом и треском, ломая мелкие деревца и кустарник, упал – топтун бросился к месту падения. Всё летающее опасно, но авария это приглашение к обеду. К тому же ветер донес множество запахов, которые его прыть подстегивали. Лотерейщики сперва устремились за ним, но вскоре отстали. Их притормозил, почти остановил, страх.

Топтун добежал быстро, рейдеры едва успели покинуть кабину. Двери удалось открыть не сразу и не полностью. Аппарат упал с креном вправо, так и лежал. Топтун приблизился к самолету с правой стороны, чуть с хвоста, пробежав под повисшим на кронах куполом, как раз в тот момент, когда Маэстро наконец выбрался. Поэтому чтобы убежать от твари, ему пришлось сделать рывок почти ей навстречу, двигаться в другую сторону мешала дверца и подкос крыла. На бегу он окатил топтуна длинной очередью, почти не целясь, стреляя в то, что видел над кустарником. В голову. Калибр хоть и девять миллиметров, но патрон пистолетный, по сравнению с винтовочными он малоимпульсный. Череп топтуна такая пуля пробить не может даже с малого расстояния, голова это сильное место развитых тварей. Но всё-таки попаданий было несколько, а свинцовый душ здоровья и бодрости не прибавляет. Топтун пошатнулся и оступился, сбился с ритма бега. Инерцией его повело в сторону. Это дало Маэстро время, он скользнул вниз, перекатился под самолет.

Грибник на время выпал из боя. Он выбрался из кабины чуть раньше, но не видел цель и принял иное решение. Прежде не раз удавалось успешно стрелять сверху, и в этот раз Грибник забрался на крыло. На фюзеляж Грибник вышел почти в тот момент, как Маэстро нырнул под него. Сверху обзор лучше. Патрон, впрочем, тот же самый, только скорострельность меньше. Грибник целился в колено. Судя по тому, что последние шаги топтун сделал, тяжело припадая на ногу, зацепил. Но не остановил. Топтун, которому тоже хорошо было видно Грибника, прыгнул. Невысоко, два с половиной метра от земли. Одновременно и Грибник прыгнул, этого тварь уже не видела. Подсмотренное у Миража плетение дало мгновение невидимости. Впрочем, после начала прыжка место приземления изменить трудно. Маэстро по прыгающему топтуну выпустил еще одну длинную очередь. Опять попал, на этот раз пули ударили в основном в корпус твари. Пятьсот джоулей на каждое попадание несколько подправили траекторию, но на самолет топтун таки запрыгнул. Раздался скрежет, аппарат встряхнуло. Потом дернуло еще раз так сильно, что Маэстро счел за благо выбраться из под него.

Топтун проломил обшивку, его нога застряла между стрингерами фюзеляжа. Он бы, конечно, выбрался со временем. Но помешала пистолетная пуля, ударившая в споровый мешок.

– Суматошно мы бой провели.

– Да уж, Пепла не хватает.

– Угу.

– Лотерейщиков отпустим? Я их уже не отпугиваю сейчас, но как вожак помер, так улепетывают, будто это их сожрать хотели.

– Пусть драпают. Спораны у нас есть. Вот патронов мало, а путь далек лежит.

– Да не так уж далек. Дойдем. Мы сейчас уже на границе территории муров, хоть и шибко восточнее знакомых мест.

– Километров четыреста примерно, если по прямой. Но смущают черные пятна на юго-западе. А надо не просто дойти, а дойти быстро. Раз уж выбрались, обязаны успеть предупредить наших.

Сборы были недолги. Если рюкзака нет, его и собирать не надо. Неприкосновенный запас внешники разместили в сумке с ремнем через плечо, туда сложили и трофейные патроны. Живец да спораны нашлись, но в остальном, полезного для рейдеров нашлось мало. Разве что пара гранат. Ну одно слово, внешники. Зато интересное для Грибника нашлось. В контейнере с ювелиркой некоторые камушки в аурном зрении выделились, он их прибрал для исследований. Потом, если время найдется. Ещё амулет свой нашел, с когтем скреббера, аккуратно в заклеенный конверт упакованный.

Горячка боя схлынула и обнаружилось, что без последствий для рейдеров он не прошел. Маэстро прихрамывает, у Грибник сломанное ребро отдает болью. Терпимо, но неприятно, да и на темпах движения и боеспособности сказывается. Экипировка, точнее ее отсутствие, тоже сказывается. Муры, отдавая рейдеров, обрядили их в новенькие тюремные робы, скорее всего от внешников и полученные, как гуманитарная помощь. Увы, разгрузки и наколенники в комплект не вошли.

– Рискнем поискать транспорт? Тишком да пешком нам безопаснее, но очень уж долго. С воздуха виднелось что-то восточнее. Постройки, похоже на поселок. Хотя нам совсем не по пути, но можем там найти много полезного и вкусного.

– Предлагаю сбегать. Найдем, не найдем… хоть определимся точно, где мы. Карта тут несколько привирает, но названия населенных пунктов на кластерах наверняка верны.

– Да, пожалуй, у нас и выбора нет. К забегу на запад мы пока не готовы.

Через час ходьбы, сначала по мелколесью, потом по полю вдоль дороги, добрались. Таблички с названием населенного пункта у околицы не нашли. Нет, не поселок. Складские помещения. Если бы этот провалившийся комплекс зданий располагался на другом берегу, он был бы очень полезен для Княжества. Но он тут, а потому полезен для муров и внешников, поскольку тут есть то, что что надо всем. В основном, стройматериалы. Но оборудование и инструменты в изобилии. Даже немалая секция технических газов. Не совсем то, чего хотелось бы рейдерам, здесь и сейчас, однако сходили не зря, хоть переоделись. Спецодежда тоже нашлась на любой вкус и размер.

– Ну вот, мы уже и не похожи на беглецов из концлагеря.

– Теперь на Равшана и Джамшута. Да и светоотражающие нашивки это последний писк моды Улья. Хорошо хоть штаны тут не все красные. У голозадой элиты Улья немалый зуб на идею цветовой дифференциации.

Топорики нашлись и были незамедлительно опробованы на запертых во внутренних помещениях медляках. А вот с транспортом не повезло. Стоявшие рядком на погрузке грузовики сгорели, что-то случилось там при переносе в Улей, автостоянка же общего пользования в кластер не попала.

– Пожалуй, бытовка, столовая и раздевалки для нас тут оказались полезнее всего. Теперь, пожалуй, мы к походу готовы. Главное уже есть, ложка и котелок.

– Да и для ночлега место удобное. Кухня тут с газовой плитой и медпункт есть. Велосипеды перед входом. Даже банька.

– Ох не напоминай. На баньке я в прошлый раз погорел.

– Топить по полной программе некогда, но отмыться надо перед выходом. Рейдер, выходящий в поход, должен пахнуть ромашками.

Тем и занялись. Бродяги Улья понимают, сколь ценны теплая вода и горячая еда. Ибо неизвестно, когда следующий раз, если он, конечно, вообще будет. Обнаруженная провизия, оставленная работавшими на складах, изысканностью вкуса и разнообразием не отличалась, на Земле такое частенько называют бичпакетами. Условно съедобно, когда больше ничего нет. Остальное то попортилось. Но сухпайки из трофейного неприкосновенного запаса сэкономили.

– От Цессны мы вовремя ушли. – Грибник привык уже регулярно сканировать окрестности. – Лотерейщики оттуда опять драпают, на этот раз их, вроде бы, рубер спугнул. Да, точно рубер. Нам может тоже поспешить, пока он там холодильник курочит? Хотя тут заночевать заманчиво, устроимся с комфортом, а к утру травмы заживут. Но след мы оставили.

– Думаю, пытаться проскочить под носом у такой твари это плохая идея. Подождем. Он пока занят. Уйдет – хорошо, а пойдет к нам, так встретим лучше тут. Помнишь, с пиленым лесом секцию? Там по стене вдоль опор мостового крана галерейка. Ему оттуда нас не выковырять никогда, мы же его подстрелим со временем или гранату на макушку уроним. Но если понадобится, то и путь отхода есть. На крышу и в соседние секции.

– Тоже верно. А велосипеды в сторонку пока. На всякий случай, целее будут.

– Велосипеды, предлагаю, к тропинке, которая через поля на юго-запад ведет. Думается, она нам подойдет. На карте ее нет, к сожалению.

– Мы восточнее, чем думалось. Точнее, из всех точек, которые перебрали, пытаясь угадать, где мы оказались, склад это самая восточная. Изрядно снесло нас ветром.

Пока рубер копошился на месте аварии, рейдеры подготовили позицию. Всё же не элитник, споровый мешок весьма уязвим. Нужен удачный ракурс, точный выстрел. Времени будет навалом. Но рубер не пошел по следу, звук моторов показался ему привлекательнее несвежего уже рейдерского следа. Он направился к колонне машин, появившейся вдалеке.

– Как и думалось, этот кластер посещают. С севера гости. Нам пора, отдых отменяется.

– И вполне серьезные гости, судя по тому, чем они рубера уработали. Калибр не детский.

Выбранная рейдерами для отступления тропинка, сперва утоптанная и широкая, пересекла поле, взобралась на косогор и рассыпалась на заросшей сосняком возвышенности на несколько мелких, проезжих для велосипедиста, но неудобных. Вскоре стало понятно, что все они ныряют в черный кластер. Обойти же черноту можно по мелколесью, тому самому, в котором лежит и Цессна. Только это несколько глубже, но кластер тот же.

Вернуться и пойти другим путем возможности уже не было. К тому времени колонна муров, следуя изгибам дороги, приблизилась к складам, а потом и въехала на их территорию.

– Они квадрокоптер подняли.

– Чего так поздно то… больше руберов в округе нет.

– Видимо, сенс у них хороший. Но дальности ему не хватает. А стоя на месте, решили округу шире посмотреть.

– Удачно, тут черный кластер рядом. В этом нам повезло.

– А если бы его не было, так еще больше повезло бы.

– Тоже верно. Сейчас для нас каждая сотня километров это уже немалое расстояние.

– Постараемся успеть.

– Если идти лесом, велосипед будет обузой. Потом пригодится, конечно, когда выйдем западнее на проселок. Давай попробуем по черному проехать, пятно небольшое. Велосипеды выдюжат, они точно позднее нас сломаются. Километров изрядно выгадаем.

– Принято.

Маэстро и Грибник уже готовы были пересечь границу, когда муры подняли второй дрон. И этот стал курсировать уже не вокруг складов, а в районе места падения самолета.

– Нашли таки.

– Теперь им предстоит понять, что произошло.

– Туша топтуна нас выдаст, при внимательном изучении. Что стреляли с разных направлений, понять смогут. Остальное выглядит банально.

Стрекот винтов вертолета Маэстро услышал, когда уже были посреди черного кластера.

– А вот и комиссия по расследованию прилетела. Быстро они.

– Вероятно, это те, кто занимался поиском пропавшего самолета. Они уже были в воздухе, наверно, а связь тут хоть и не сплошным покрытием, но есть кое-где.

Оказалось, что чернота это не только неприятные ощущения, но иногда и хорошая дорога для велосипедиста. Быстро докатили. А когда уже вышли на стандартный кластер, услышали отзвуки отдаленного взрыва. Даже Грибник услышал.

– Судя по грохоту, это рванул не пропан, а ацетилен. Пропан я бы не услышал, там всего один баллон в рампе был.

– Что то, что это, пострадают они не слишком сильно. На отшибе там что газы, что столовая.

– Ну не знаю, может и так. Но мороки им это добавит, а ведь так ничего в итоге и не найдут, кроме открытого вентиля.

– На хвосте у нас никого?

– Пока никого не вижу.

– Тогда к западу вдоль черного, потом через сопку двинем. Там осмотримся.

В гору ехать было трудно, но взобрались. Впереди, сколь видно, лоскутное одеяло. Мешанина разноцветных кластеров, преимущественно черных и зеленых, но с обильным вкраплением голубых и желтых.

– Карта не отражает всех особенностей этой местности. Впереди типичный мелкосопочник, местами заросший, местами нет. Местами багульник цветет. Холмы, котловины, озера. А черные кластеры превращают это всё в лабиринт. Для глаз красота, для ног маета.

– Главное, небо чистое. Летать тут полнейшее безумие. Да и ездить проблематично, тут два колеса полезнее четырех.

– Мы это сейчас на своем опыте проверили, а муры и раньше знали. Вопрос, куда они могут забросить группы, что еще сделать, чтобы нас принять. Кроме преследования по пятам.

– Еще же нет никого, сам говорил.

– Точнее не вижу их. Если никого и не будет, так хорошо. Но, предположим, будут. Вот куда бы ты забрасывал группы вертолетом, если из Букло?

Рейдеры попытались подумать и за себя и за муров. Наметили свой путь. С учетом того, что впереди может быть засада, а восстановиться и подлечиться им так и не удалось, и не исключено, что преследователи будут быстрее их. Догонят.

– Зато им тащить больше.

– Аж зависть берет. Нам то тащить почти нечего, к сожалению.

– Зато велосипеды у нас хорошие.

– Польза от них будет. Но примерно треть пути предстоит их тащить, а не на них ехать.

Преследователи пока не появились. А зараженных Грибник обнаружил немало, некоторые из них ответили взаимностью и также его обнаружили. Лотерейщик попытался атаковать рейдеров, его пристрелили. Ближе к середине дня попалась навстречу группа пустышей, потом еще одна. Тратить время на них не стали, Грибник их просто прогнал. Но призадумался.

– Неужто рядом нечто населенное? Некоторые тут совсем свежие. Такие скорее должны на месте стоять, качаясь.

– Карта не везде одинаково детализирована. Отсутствие отметок на ней говорит скорее о том, что здесь для внешников тут ничего интересного регулярно не грузится. Причин же миграции ровно две может быть. Или страх с места сорвал, или запах еды вдаль поманил.

– Нам интересно всё, мы любознательные. Пора опять осмотреться, напетлялись уже. Но сопки вокруг уж больно пологие, да низкие… ненамного оттуда больше видно. Разве что та, что слева?

– Она же черная. – Маэстро поморщился.

– Угу, афростиксовская. Но других тут у Улья для нас нет.

– Это да. Может оттуда и жилье увидим. Но мне кажется, что встреченные пустыши черноту так обходили, по ложбинке, с двух сторон зажатой. Она впереди уже виднеется. В этот узкий проход собираются зараженные с изрядной территории, так тут пятна расположены. Только потому тут тварей много.

В разгар обсуждения, не договорив, Маэстро остановился на полуслове, жестом скомандовал режим тишины, замер, прислушался.

– Выстрелы. Винтовка. На два часа, возможно там, где мы прошли.

– Чудеса. Группу зараженных километрах в семи вижу и это всё. – Грибник удивился.

– Стрелять продолжают. Одиночными.

– Вот в том и чудеса. С такого расстояния точно сказать трудно сколько там кого, но лотерейщики там только что точно были. А потом сначала они пропали, а затем бегуны. А вот тех, кто их пристрелил, причем, очень быстро пристрелил, не вижу.

– Ствол без глушителя там работал один. Тихие могли еще быть, но отсюда не слышно.

Подъехали поближе, остановились в той самой ложбинке, которая тварей тут в стаи собирает. Присмотрелись.

– Вот интересно, муры ориентируются по следам, оставленным нами на земле или используют поисковое умение?

– Велика ли разница? Итог один, нас нашли. Зацепятся, будут вести. Надо отрываться до того, как прижмут к засаде.

– Разница есть. Впрочем, попробуем ее свести к минимуму. Через черноту большинство Даров работает плохо, а техника и того хуже. Предлагаю их встретить и обезвредить тут. Устроить Фермопилы, версию два, исправленную и дополненную. Ну, может на полкилометра подальше, там чуть шире, зато склон круче.

Через два часа Грибник еще разок удивился. Видывал Грибник всяких, но таких ни разу еще. Экипировка у рейдеров и у внешников часто схожа, за исключением респиратора или противогаза. Но даже с ним не сильно отличается от того, что можно и на Земле увидеть. Заурядный общевойсковой защитный комплект обеспечивает защиту достаточную и даже избыточную для Улья.

В ущелье неспешно въехала шестерка мотоциклистов. Трое из них скорее даже не в комбинезонах, а в скафандрах, учитывая шлемы. Не исключено, что скафандры можно и доспехами назвать, сложилось впечатление, что шансов у зубов и когтей низших зараженных не слишком много. Хотя прозрачный гермошлем это решение спорное, от заражения он защищает и обзор дает прекрасный, но от пуль прикроет явно хуже, чем кевларовая каска. Еще трое как раз в касках, но и их комбинезоны похожи. Высокотехнологичная экипировка.

Камуфляжная раскраска, как будто специально под эту местность разработана. Вполне возможно, камуфляж динамически адаптируется к окружению. Хуже всего то, что обнаружить противника Дар помогал слабее, чем обычное зрение, потому Грибник и не заметил их ранее. А вот звук моторов Маэстро услышал давно. Грибник же воспринимал преследователей как черное пятно, такое место где нет ничего. Только этим они и выделялись, но максимум, на что оказался способен Дар, так это отслеживать их перемещения на сравнительно небольшом расстоянии. Впрочем, и это хорошо, нет нужды высовываться лишний раз из укрытия, рискуя самому быть обнаруженным.На слабо пока освоенный отвод глаз Грибник решил не слишком полагаться. После того, как внешники приблизились, Грибник только изредка посматривал из-за гряды камней, торчащих на склоне, возвышавшемся над ложбинкой, по которой предстояло им проехать.

Стрелковое оружие, впрочем, знакомое. Такие трофеи уже были. Но всё остальное выходило из ряда вон. Серьезные люди прибыли, судя по одежке. Зато приготовились их встретить по уму. Но на мгновение Грибник усомнился, по силам ли противник. Таких ещё не было, не били пока таких.

Функции головного дозора выполнял один, двигавшийся на полсотни метров впереди остальных. Он и далее контролировал подходы с запада, после того как группа остановилась там, где совсем недавно стояли и рейдеры. Другой отошел при этом на два десятка шагов назад, направил оружие на восток. Выделялась эта пара и тем, что была нагружена менее остальных. Оставшаяся четверка, достав из рюкзаков, навьюченных на кроссовые мотоциклы, какие-то приборы, внимательно изучила отпечатавшиеся на плотной песчаной почве следы. Взрыхленный песок уже подсох. Были хорошо видны как следы велосипедных колес, так и следы ног, но до этого места и после - только следы колес. Несколько фраз, которыми обменялись супостаты, Грибник не расслышал, далековато. Задержались ненадолго, уверенно двинулись дальше. Правильно, след виден отчетливо. Ясно, что рейдеры проехали тут уже довольно давно. К черноте подошли близко, но на нее не вступали, на ней следов нет, это внешникам тоже хорошо видно.

Они продвинулись метров на двести и остановились вновь. Сигнал подал впереди идущий, он внимательно смотрел не только вперед, но и вниз и увидел едва заметную тонкую леску, пересекающую их путь. К нему присоединился еще один, они изучили находку, прикрывая друг друга. Нет, это не растяжка, леска просто была привязана к камням на небольшом каменистом участке пути. Следов рядом нет. На этот раз внешники задержались чуть больше. Но вот встретившуюся им вскоре еще одну леску просто объехали почти не задерживаясь. Жаль, но вполне понятно. Если противник стремится задержать, задерживаться не следует.

До места, где засел Грибник, им в этот момент было менее ста метров. На велосипедах Грибник и Маэстро проехали по ложбинке меж черных кластеров, затем разделились. Грибник двинулся налево, прошел через северный черный кластер и засел почти у самой его границы, почти на пути не ожидающего атаки оттуда противника. Хуже переносящий мертвящее действие черного Маэстро двинулся вправо и занял позицию на стандартном кластере за южным пятном. Когда его время придет, он услышит.

Топот зараженных, приближающихся с запада по узкому перешейку, он уже услышал, конечно. Грибник их настойчиво созывал всё время с тех пор, как занял позицию. Потом тех, кто совсем близко наоборот, отпугивал. Сбивал, таким образом, зараженных в две группы. Первая побольше и по числу тварей, и по расположению на местности. Зато вторая намного сильнее и компактнее, они придут одновременно. Толпой внешников грызть лучше, шансов больше. Чем больше толпа, тем больше шансов, но всё равно маловато, придется помогать.

Заметили супостаты опасность своевременно. Спешились, выстроились в шеренгу, к ним присоединился и боец, выполнявший до того функции авангарда. Стреляли они на этот раз все, быстро и точно, по готовности, но грамотно разбирая цели. У некоторых было установлено устройство бесшумной стрельбы. Как и у Грибника. Уже когда первая волна иссякала, Грибник открыл огонь. Две коротких очереди, минус один супостат. Проведенные в боевых условиях испытания показали, что что шлем скафандра не держит пулю 9х19 с твердосплавным сердечником, выпущенную из пистолета-пулемета B&amp;T APC с сотни метров.

Оставшиеся не растерялись, отреагировали без суеты, но быстро. Перестроились, залегли. Трое продолжили отстреливать набегающих лотерейщиков и бегунов. В основном бегунов, лотерейщики уже кончались. Однако, из положения лежа им было не видно, что на подходе и вторая волна зараженных. Двое прижали Грибника к земле огнем, да так, что и не высунуться. А через несколько секунд у Грибника зазвенело в ушах от близкого разрыва гранаты подствольника. Следом хлопнула еще одна. Как раз в это время он менял позицию, местность позволяла скрытно перемещаться на вполне достаточное расстояние. Но о рикошетящих мелких камнях, многократно усиливающих поражающее действие гранат, заранее не подумал. Зацепило не опасно, однако весьма болезненно. Стрелять не помешало. Высунулся, времени присмотреться не дали и выпущенная длинная очередь никого не зацепила, только внимание отвлекла. Но и то хорошо. Отстрелявшись, Грибник сменил магазин и пополз назад, на прежнее место.

Теперь в бой вступил Маэстро. Стоящий наверху имеет огромное преимущество в холмистой местности, а на его склон противнику смотреть было некогда, это позволило Маэстро приблизиться без помех. Две трофейных гранаты удачно легли накрытием. Стрелки то выжили, но потеряли на время боеспособность. Универсальная немецкая граната окатила их градом мелких стальных шариков, скрытых под ее цилиндрической пластиковой оболочкой. Решила же исход боя прилетевшая следом американская дымовая, она окончательно склонила шансы в пользу зараженных. Твари прорвались в ближний бой. Дым совершенно не помешал им вцепиться в лежащих на земле людей. Скафандры сильно мешали откусить кусочек, это да. Но тварей было много, они старались, работали упорно и потому закономерно пришли к успеху. Дым быстро рассеялся, Грибник уже был готов к стрельбе, но выжидал. Вскоре выяснилось, что стрелять не обязательно. С другой стороны, патроны теперь можно и не экономить.

– Совсем недавно мы были нищими бродягами, а теперь степенные рейдеры. Трофеи ничего себе. Хотя своеобразные. Палатка с наддувом, тамбуром и устройством очистки воздуха нам без надобности, разве что штабных заинтересует. И скафандры эти тоже меняют их расклады.

– От скафандров мало осталось. Но тут поинтереснее нечто есть, только надо сообразить, что это. Представляешь, с тех пор, как ты сюда подошел, я ауру твою не чувствую почти. Да и свою плохо. Потому, скорее всего, я и их не видел до последнего момента. Думаю, амулет какой-то.

– Учитывая, что это внешники да муры, скорее прибор. Однако, что то, что это: сюрприз сенсам изрядный.

– Давай так. Ты отойди чуток, вон хоть на камнях у черноты расположись. А я буду к тебе перетаскивать с бою взятое на детальный осмотр. Понемногу. Так и определим, что же это такое. Если с кнопками, то тогда прибор. Если есть ручка, то переносной.

– Сортировка точно нужна. Все трофеи даже и на мотоциклах не увезти, а велосипеды хоть и жаль, но их придется бросить.

Глава 17. Крутые скользкие края имеет эта колея.

День 329.

Зря Грибник думал, что комары самые опасные твари на болоте, где и пехотою никто не прохаживал и на внедорожнике не проезживал. Но муры тоже летают, хотя и довольно низенько. Менее километра отделяло Грибника от места, где всё еще виднелось над топью крыло дельты, как заставило спрятаться приближение вертолета. Дойти до выбранного укрытия времени не хватило. Пришлось просто упасть ничком между кочек на сочащуюся влагой подушку сфагнума, надеясь на отвод глаз, а в заросли осоки и пушицы с редкими вкраплениями болотной сосны на самом краю небольшого озерца, Грибник переполз позднее.

Сойдет, даже и отвод глаз уже не нужен. Только так подумал, как в воде оказался. Одно хорошо, вода, а не зыбун. Берег, образованный переплетением корней, над толщей ее нависал, подобно льду, только не хрупок он, а упруг. Маскировка в воде стала еще лучше, но вот дно далеко, опереться на него, выбираясь, не выйдет. Хотя оно и не к спеху.

Вертолет сделал круг, выполнил пробный заход и в конце концов высадил десант с использованием троса. Процесс высадки был виден хорошо. Вертолет медленно снижался, а тройка бравых коммандос, скорее всего муров, поскольку без респираторов, висела как рыбы на кукане. Не по-нашему высадились, сразу группой. Потом было хорошо слышно, что один из десантировавшихся, судя по крикам как раз старший, угодил в трясину, которую Грибник уже знает, поскольку это совсем рядом с тем местом, где и он плавал. Уйму времени муры потратили, чтобы его оттуда вытащить, после чего на зелени, прикрывающей топь, образовалось второе черное пятно. Дельталет муры тоже вытащить попытались, но куда уж там. Трудная это работа, из болота тащить дельталет. Не сдюжили, ограничились тем, что оторвали кусок. Надо полагать, как трофей, для отчетности. След Грибника муры не заметили. Судя по всему, решили, что с островка пути нет, дельталет утоп нафиг, а значит и пилот с ним.

Через час, когда внешники прилетели забрать группу, у Грибника уже зуб на зуб не попадал. Однако же, внешники место падения дельталета посетили, больше им там делать нечего. Раз так, то появилась новая цель, теперь задача не уйти подальше, а найти место, где можно пробовать развести огонь, высушить одежду, согреться и переночевать. Утро вечера мудренее. Грибник уразумел, что пройти болото одним могучим рывком не выйдет, даже если очень хочется. А то, что только-что удалось пройти мимо гиблых мест, угадав направление, где под слоем воды есть относительно твердая почва, так это удача. Можно даже и вернуться, если ничего иного не сыщется до сумерек.

Озерцо найденное, возможно, как раз и есть центр болот, так часто бывает. Можно попробовать его обойти, но вряд ли дорога будет легка. Там, где он недавно был, под ногами хлюпало, но по болотным меркам это возвышенность, можно даже на месте стоять, не увязая всё больше с каждой минутой. Пока Грибник раздумывал, куда податься, внимание привлекла странная дымка над озером. Вроде туман как туман, однако почему на месте стоит, почему его ветерком не снесет и не развеет – непонятно. Но более удивило озеро тем, что Даром в него заглянуть не удалось. Грибник привык полагаться на Дар, а тут прямо под носом свидетельство того, что он не всесилен. Противоположный берег прекрасно виден, но вот в трех десятках метров от кромки воды глаза прекрасно различают все мелкие детали, а Дар туда заглянуть не может совсем. Поколебался… Любопытство победило. Вымокнуть уже не страшно, терять нечего. А ну ее в болото.

Определило решение то, что плавучесть рюкзачка положительна, это важно. Поплыл кое-как. Еще одна странность стала очевидна. Отплыл уже далеко, берег отступил. Но противоположный не приблизился, возникло ощущение, что озерцо больше, чем казалось ранее. Да и с воздуха тут больших озер не видел, и на карте их нет. Еще через сотню метров понял, что пересек границу кластера. Как и болото, стандартный кластер, но время перезагрузки через три дня. На фоне болота, которое через две недели перегрузится, различие большое, потому границу заметил сразу. А после того, как пересек её, увидел остров. Высокий берег, совсем не болотный. Березовый лес, Грибник такой любит. Бают, в березняке уместно веселиться, в сосновом бору молиться, а в ельнике с горя удавиться. Хорошее место, а Дар уже работает нормально, показывает, что там нет никого. Двойственное ощущение. Очень хорошее место, но странное, а потому ощущается как опасное. Слишком уж многое оказалось не таким, как казалось, так что вполне возможно, глаза обманывают по прежнему. Не верится, аж хочется руками потрогать.

Берег, как ни странно, оказался настоящим, твердым. Дно песчаное, пологое. Вышел, выжал одежду. Присматривая сушняк и валежник, отошел от берега. За прибрежными деревцами открылась полянка, на ней избушка. Живой там кто-то есть. Но не человек, скорее на кошку похоже.

– Избушка-избушка, а повернись-ка к лесу задом, ко мне передом.

Послышался смех.

– Ты, добрый молодец, видать решил, что в сказку попал. И небось губу раскатал про накормить, напоить и в баньку сводить.

– Попробовать то стоило. – Грибник обернулся. Только что никого не было, а теперь и слух, и зрение, и Дар сообщали уже иное. Увидел невысокого человека неопределенного возраста в гражданской одежде, без оружия. Молодое лицо и седая борода.

– Так пробуй не пробуй, а баньки тут нет, но печка топлена, одёжу просушить есть где и на смену найдется. Да и каша сготовлена. Пошли уж в дом, но обойти его самому придется.

Ауру говорившего Грибник разглядел, пока переодевался. Разглядывать ее было трудно, как на Солнце смотреть. Но видел уже нечто похожее, не раз. Ауры знахарей немного сродни. Подобно лодке, которая сродни пароходу. Нет сомнений, перед ним знахарь, причем очень сильный.

– Ну что, насмотрелся? Давай уж к столу. Чем богаты. Грибы потом сам пожаришь, ты мастак, наверно, раз уж Грибником окрестили.

– Вижу, мне представляться не надо. Да, это я умею. Но склероз меня подвел, не припомню тебя.

– Мы не встречались, однако о тебе я слыхал. Что встреча наша не случайна, ты уж догадался, вижу. Я от рождения Даньша, а по здешнему Мазай. Так уж вышло, некогда пару кроликов от потопа спас, да для кастрюли сберег, вот и прилипло прозвание. Редко я у вас бываю последние годы. Таких как я, старых хватов, в Княжестве помнит только кто тут много дольше твоего, хоть они сами себя давно уж на иноземный манер величают.

– Чем же скромный рейдер второй свежести аж хвата заинтересовал?

– Не прибедняйся. Тем, что артефакт предтеч активировал. Да, тот самый портал, и это именно ты сделал. Да и на вопрос как сделал, ответ я уже почти получил, посмотрев, как ты со своей аурой работаешь. – Говоря, Даньша откупорил полуштоф, плеснул в стопки. Пояснил еще: – Дар у меня есть, ежели кого хочу встретить, встречу обязательно.

– Будем теперь знакомы. Будь здоров, старейшина.

– Вестимо, не пьянства ради, а здоровия для. Тут и живца толика, промежду прочим.

– Нектар. Есть в Княжестве умельцы, но им далеко. А вот именем там представляться не принято.

– Не всегда было так. Полста лет назад люди пришли другие, другой обычай принесли, а Улей его принял, как и многое, что люди приносят. Суеверия в Улье сила, если овладевают массами. Таким как ты, свежим, теперь правильно так. Вам земное имя и вправду помешает. Старая жизнь минула, в новой жизни новая судьба, новые возможности и новое имя. Но в том есть и опасность. Далеко уйдя по этому пути, можно потерять себя, можно даже забыть, откуда пришел. Потому то я и не хочу отказываться от старого имени. Первейшее правило Улья – если ты достаточно силен, ты можешь нарушать правила. Такова воля Улья.

– Говоришь о месте, как о разумном существе.

– Улей не просто место и не просто соты. Но и пчелы. Представь пчелиный рой, обладающий разумом, как целое.

– Жуть. Это неправильные пчелы. Сожрут пчеловодов то.

– В природе тварюшки друг друга иногда едят, так уж она устроена. А теперь представь пасеку, обладающую общим разумом с пасечником. Или грибницу, как единое целое с грибниками.

– Понимаю, к чему ведешь. Грибница это самое большое существо в лесу.

– А тут она на весь мир проросла. Да и не было бы без нее этого мира, она его создала. Не одна, вместе с людьми и нелюдями. Люди свой вклад вносят, от них разум. Хотя для Улья каждый из нас, как для человека волос на голове. Потому разум Улья хоть и от людей, да не человеческий вовсе. Не разумеет он добра и зла, хоть через нас про то ведает. – Даньша вновь наполнил посуду. – А давай-ка еще по одной.

– Говорят, тост должен быть краток, как выстрел. Ну, за разум. Кхе. – немного помолчали, отдав должное блюду. Не кашей единой трапезовали, кашей то был глухарь нафарширован. С ягодами и травами.

На запах из закутка выбрался кот, издал требовательный мяв. Получил просимое.

Потом Грибник продолжил.

– Да уж, про индивидуальную ценность каждой неповторимой личинки миру объяснять без толку. Но вот с мурами непонятно. Не должно их вовсе быть. Раз уж про имена Улей принял обычай, что же не принял, что муры есть зло, которое надо извести?

– А что муры? Воля человечья остается свободна, каждый свой выбор сам делает. Они для большинства рейдеров враг, с которым надо воевать. Но признают же люди, что муры это часть естественного порядка вещей, хоть и темная его сторона. Что урки своим обычаем живут никого не удивляет, как и то, что многие из них под рукой внешников. Улей и это тоже принял и они тоже часть Улья.

– А внешники?

– Они отдельно. Но когда-то очень давно, внешники-первопроходцы, проложившие сюда путь с Земли, были магами. Порталы они строили, большие камни до сих пор остались, а кое-где клинописи, кое-где руны. Что им надо было тут, уже и не важно. Этого мира не было тогда, был Стикс, изнанка миров. Страшное, судя по всему, место. Из нынешнего разве что скребберы в начале времен были, они аборигены, но и они с тех пор, скорее всего, поменялись изрядно. А из числа пришлых магов появились первые иммунные и первые зараженные, оттого и возник Улей и навострился себе из земных реальностей пропитание приносить тем способом, которому от рождения обучен.

– Меня магия потрясла. Просто сам факт ее наличия. Знать и понять захотелось. Изучить да применить, это уж совсем мечта.

– Изначальная та магия досель жива, каждый ее кусочек получает и от каждого Улей что-то берет, по способности. Больше прочих знахарям дано, они же не только лечат, они знают. Спрос с них больше, но и прислушивается к ним Улей внимательно и говорит с ними. Хоть и без слов. Именно от того великим знахарям в стабах неуютно, что там их связь с Ульем слабее. Тебе, впрочем, тоже труднее там, ты больше сил потратишь на контроль, чем на стандартном кластере. Но путь у знахаря всё же другой, не тот, по которому ты двинулся. Вот, по-твоему, что есть магия?

– Говорят, продвинутая технология неотличима от магии. Значит и наоборот. Раз в мире есть магия и это часть мира, ее надо изучать точно так, как и всё остальное. Строить модели, проверять их экспериментом, на этой базе решать свои задачи.

– Любая магия это власть воли над разумом и над реальностью. Шли мы по этой долгой дороге неспешно и шаг за шагом. Потому как и наоборот, реальность дает форму разуму, а разум, зауженный прежним опытом, ограничивает волю. Так всегда было. До тебя. – Даньша повертел в руке стопку, сжал ее пальцами. Стекло смялось как пластилин, потекло. Плетения, возникшие в ауре Даньши, Грибник запомнил. Попытался воспроизвести, не смог. Стекло раскололось.

– Что же со мной иначе?

– Дык говорено же. Азов не освоив, вперед забежал неведомым путем, да еще и норовишь гармонию алгеброй поверить, прям как умники с Института. Различие не в том, что у меня стекло смялось, а у тебя треснуло. Разница в том, что моя воля была направлена на стакан, твоя же на собственную ауру, аура и разум для тебя инструменты. – Даньша достал две новых стопки.

– Волшебник-недоучка это опасный зверек?

– Да не, чего бояться то. Осторожность полезна, но раз опасности на каждом шагу, значит бояться уже и нечего. Будешь жив, значит не помрёшь, покуда смерть не придет. Улей тебя принял, твой путь теперь тоже есть, а раз есть, то не хуже прочих. Никто не знает, какой путь истинный, кроме того, кто прошел их все. А возможно, Улью нужны и ошибки тоже. Ну а мне посмотреть захотелось на тебя, да поговорить. Рассказать и научить. Да и послушать о том, как ты дошел до жизни такой. Считай, еще одно крещение.

– Учиться всегда любил. За науку спасибо.

– Тогда смотри еще, покажу чуток полезных фокусов.

Даньша подбросил к потолку пробку, которой прежде был штоф закрыт. Сперва пробка летела как обычно, но когда начала падать, набирая скорость, вдруг резко замедлилась, потом ускорилась вновь, опять замедлилась почти до полной остановки. Так, рывками, до стола и долетела, упала наконец.

– Что видел, а что понял из виденного?

– Плетение запомнил, воспроизвести сходу не берусь. А что произошло тут, предположить могу. Ты свойства воздуха поменял, но возможно, первично изменение свойств пространства. Вязкость воздуха стала зависеть от скорости течения, с увеличением скорости нарастать, причем нелинейно. Такие среды реопексными называют, они науке известны, хоть и довольно редки. В противоположность трясинной жиже, там наоборот.

– Ну точно, как институтские. Мудреное слово сказали, название придумали и счастливы аки дети малые. А как пользу извлечь, скумекал?

– Пулю удержит? Впрочем, неважно. В цель она всё равно уже не попадет.

Даньша прищурился. Теперь пробка подлетела вверх и зависла над столом.

– А про это что скажешь?

Грибник почесал затылок.

– Без стакана не разобраться.

– Подумай еще. Да наливай, и давай теперь ты рассказывай. Где бывал, что видал.

Вышли затем подышать ночным воздухом. Грибник поднял голову.

– Сколько ни смотрю, всё удивляюсь, восхищаюсь, да и пугаюсь. Звезды яркие, крупные. Звезд много, да немного таких мест в Галактике, где подобное на небесах. Меня всегда это смущало, ведь не может в таком месте быть стабильных планетных орбит и жизни быть не может. Хотя конечно не факт, что то, что светит как звезда, это и есть звезда. Теперь понял, колдовское это место не стоит земными мерками мерять. А из Улья до земной реальности один шаг. Только его сделать потруднее, чем к звездам долететь.

– Красота это страшная сила.

Вдруг ощущение присутствия Даньши пропало. Исчез, как появился. Такому порталы не нужны. Но всё таки из Улья и ему дороги нет. Возможно, никому нет – внешники то прокладывают путь в другом направлении.

День 330.

Поутру разбудил кот. Грибник уже подумывал, что может и стоит взять с собой пушистого, а назвать его Хатуль Мадан. Будет сказки мурчать. Грибнику показалось, что изучать Улей на пару с котом идея хорошая, она Улью понравится. Но животинка рассудила иначе. Покормили и ладно, а дальше уж каждый сам по себе гуляет. Однако, когда Грибник уходил, кот шел одно время впереди, будто дорогу показывал. Потом разлегся на ветке и провожал взглядом. Жаль, цепи там нет, да и береза не вполне дубовая.

Уходил не туда, откуда пришел. Тропинка через березняк вывела к опушке, за ней виднелась речка, горбатый мостик. Даньша про дорогу досюда рассказал, а мост переходить отсоветовал. Но Грибник туда подошел. Полюбопытствовал. Мостик как мостик, рядом кусты калины, гроздья ягод висят. Грибник сорвал одну, положил аккуратно в карман рюкзачка. Рядом, у обреза воды камень замшелый, что-то на нем высечено. Надпись Грибник не разобрал, но свернул вдоль реки налево. На всякий случай.

Брод вскоре сыскал. Удивительно сильное течение, однако не глубоко и не топко. Когда перешел границу кластера, проходящую тут по реке, оглянулся. Позади туман, не видать за ним березняка. А под ногами и впереди опять болото. Логично предположить, что это тоже самое болото по которому вчера ходил, но нет полной уверенности. Грибник зарекся безоговорочно верить своим глазам и полностью доверять логике. Все болота похожи друг на друга, в отличие от гор, возвышающихся каждая на свой манер. Однако, тут заметно суше прежнего и на юге виднеется нечто, отдалённо напоминающее опушку леса. Перспективно выглядит. Догадка оказалась верна. Это и на самом деле граница кластера и болот. И хоть недалеко, но добраться туда сухим и чистым не вышло. Пока шел болотом, дроны регулярно укладывали лицом в грязь, вынуждая прервать движение. На отвод глаз не надеялся.

Перейдя границу, Грибник двинулся по лесу на юго-запад. Болото, которое уже казалось родным и безопасным, вскоре отступило, а лес поредел и теперь граничил с полем. Поэтому пришлось еще глубже в лес отступить, очень уж опушка разнотравьем заросла. Неоднократно Грибник обнаруживал Даром группы иммунных. Траектории их быстрого передвижения это, наверняка, дороги, а точки длительных остановок это, скорее всего, блокпосты. Способности скрытника могут пригодиться, чтобы мимо пройти. Может и отклоняющий пулю щит понадобиться. Тренироваться Грибник уже начал, пока безуспешно, но прежний опыт давал уверенность, что всё получится. Не исключено, что испытания пройдут на днях. Хотя лучше до того не доводить, постараться тихо дойти. В целом активность муров понятна, вылавливают отставших от своих при отступлении в последнем деле стронгов.

Впереди знакомые края, кластер, с которым в Улей забросило. Грибник предположил, что идет вдоль той самой дороги, по которой неслась, отстреливаясь от элитника, машина с парой рейдеров. Той самой, по которой когда-то двигалась и колонна внешников. Круг замкнулся. Почувствовал, что ему не терпится вновь побывать на тех скалах. И движет им не только ностальгия, но и любопытство. Интерес узнать, как будет теперь смотреться пережитое полгода назад. Место то изменилось наверняка, но Грибник изменился не менее. Мерой этих изменений может быть различие в восприятии ранее виденного, с позиции нового опыта. Грибник задумался над тем, насколько изменился он сам.

Но чтобы дойти туда, придется пересечь открытые пространства. Лес кончился, леса дальше нет. Впереди поля, пересеченные канавами ирригации, а чуть более, чем в километре дорога. Грибник поколебался, подумал, передумал, наконец отбросил сомнения и решительно скомандовал себе привал. Днем будут мешать беспилотники. Стоит учесть, что ночное зрение теперь заметно лучше прежнего, земного. Но по бездорожью в темноте в любом случае ходить тяжело и чревато травмами. По дороге много быстрее, решил продолжить путь по ней. Движение днем, здесь и сейчас, слишком уж интенсивное, но ночью скорее всего иначе. Без большой надобности в Улье впотьмах не ездят. Но если и повстречается на дороге ночной мур, Дар позволит обнаружить его заранее, а сумрак прикроет. Стационарные блокпосты можно неспешно обойти. Опасны твари, способные взять свежий след и по нему пройти. Но и эту опасность можно свести к минимуму, если уходить в подветренную сторону.

После немалого времени спокойного бега так и поступил, да еще и на дерево залез на всякий случай. Изготовился к стрельбе. Навстречу попалась стая в два десятка голов во главе с матерым кусачем, похоже, они целеустремленно двигались туда, где недавно грохотало. Обошлось. Пусть идут, совсем недавно туда их Грибник даже и подманивал.

Едва выбрался на шоссе, как навстречу попался патруль. Вероятно, над глушителем там кто-то умелый поработал. Грибник не услышал звук мотора, даже когда муры подъехали совсем близко и прекрасно уже был виден рассеянный свет фар, освещавших кусочек дороги перед капотом и смутно виднелся силуэт бронированного грузовика. Впрочем, движок они сильно не нагружали, двигались неспешно. Факт налицо, всё-таки ездят тут муры по ночам. Грибник предположил, что по сторонам супостаты смотрят неплохо вооруженным глазом и весьма внимательно, поэтому укрылся заранее. Осторожно подсвечивая фонариком, присмотрел местечко для очередного незапланированного привала. Укрылся в ложбинке, отойдя подальше, аж метров на сто от дороги. Когда машина приблизилась, Грибник попытался создать и плетение отвода глаз, перестраховался на всякий случай.

Расстояние оказалось мало, хотя не исключено, что именно незавершенное колдовство Грибника и выдало. Землю неподалеку взрыли крупнокалиберные пули, сорвав концентрацию, вынудив упасть, перекатиться и отползти. А броневик остановился. Еще две короткие очереди легли по прежнему месту. Вывод очевиден. В составе ночного дозора есть сенс и именно он у них за пулеметом, скорее всего. Стреляет, ориентируясь на подсказки Дара. Аж завидно, у Грибника это не очень хорошо пока выходит, несмотря на тренировки. От дороги придётся уходить, нет в наличии методов против бронетехники. Но в это время встреченная недавно и уже подзабытая стая развернулась, явно обозначив намерение принять участие в охоте. Подумалось, что начнут они скорее всего именно с машины. Там еще двое осталось. Может и не надо торопиться уходить. Успеется.

Муры, тем временем, включили прожектор, его луч подсветил почти то самое место, где Грибник недавно прятался. Накинув наконец и отвод глаз, Грибник изрядно сместился в сторону. Дар показал, что из машины вышли двое, они двинулись проверять результаты стрельбы и собирать трофеи. Вскоре и увидел первого из них, спасибо, прожектор подсветил. Прицел скользнул по фигуре, чуть опустился. Грибник решил стрелять по ногам, раненый противник сейчас полезнее мертвого. Особенно такой голосистый, орал раненый мур просто замечательно. То, что надо. Жаль, недолго. К сожалению, после того, как он упал, его уже видно не было, как и его напарника, занятого теперь оказанием первой помощи и транспортировкой раненого. Грибник прикинул скорость приближения кусача. Пятьдесят на пятьдесят, или успеет, или нет. Трудно понять.

Сенс у муров оказался хорош и в этой ситуации. Приближение зараженных он заметил вовремя, быстро направил прожектор и пулемет в их сторону, встретил огнем. Муры упустили свой шанс, когда водитель разворачивал машину, а колесо попало в яму на обочине. Это как раз тот случай, когда убегать следовало навстречу противнику. Мало того, что грузовик забуксовал, так и пулеметчику стало неудобно. Кусач, однако, получил свое, прежде чем смял пулеметное гнездо. Водитель, похоже, запаниковал пуще прежнего, мотор взревел, машина засела окончательно. Через несколько секунд пришел черед муров, торопившихся занять свое место под броней. Оттуда послышались два хлопка гранат и захлебнувшаяся автоматная очередь. Однако, пауза. Еще одна стая приближается с запада, но они очень далеко пока.

Мотор заглох. В машине один живой, вокруг машины десяток. Сделать они друг дружке ничего не могут, попытки водителя стрелять через амбразуры по облепившим бронированную кабину лотерейщикам всерьез воспринимать сложно. Но и лотерейщики бессильно щелкают клювами. Рубер бы с такой броней справился легко. Лотерейщикам же даже и до кусача далеко. Бывший лидер их стаи лежит, он уже в отставке, ему не до суеты. А Грибник как раз занял удобную позицию для стрельбы. Отвод глаз сбросил, но готов вновь применить. Похоже, прогресс наметился в использовании этого плетения. Сильнее стал.

Вопрос, что делать. Можно идти далее, как шел ранее. Можно попытаться раздобыть карту, выяснить диспозицию. Беда в том, что добраться до внутренностей бронемашины Грибнику ничуть не проще, чем лотерейщикам. Вот сжечь ее теперь уже можно запросто. Но и это не к спеху, для начала решил попробовать прогнать зараженных. Хотя оно непросто, учитывая запах крови и близость добычи. Грибник предельно сконцентрировался, вспомнил те ощущения, которые испытал при виде скреббера, выпустил эту волну ужаса. От напряжения потемнело в глазах, сел, где стоял. Отдачей ударило, сила действия равна силе противодействия.

Лотерейщиков как ветром сдуло. Впрочем, недалеко. Но водитель, когда нахлынувший страх утих и он начал вновь думать, сделал свои выводы. Слабые зараженные разбегаются, когда приближается некто очень сильный. В такой ситуации застрявший грузовик это ловушка, спасет только бегство и незаметность. Он выскочил из машины и бросился в темноту, почти прямо от Грибника. Успел порадоваться, что не слышит за собой погони. Так и не услышал. Пуля догнала, она быстрее звука летит, а целеуказание от магического радара на этот раз не подвело. Когда Грибник подошел к подстреленному, тот был еще жив и в обмен на лошадиную дозу спека рассказал немало. Более всего Грибника удивило, что пленный его узнал, но почти сразу понял, что мур видел и узнал Второго. Мысленно Первый пожелал Второму удачи. Чувствовалось – жив. Верилось – сбежит.

С места боя Грибник уехал на трофейной технике. Вызволить машину оказалось не очень уж трудно. Пришлось потратить четверть часа, поработать лопатой да поискать, что подложить под колесо. Конечно, место, где сильно нашумели в ночи, разумно покинуть настолько быстро, насколько возможно, но Грибник надежно контролировал окрестности. Зато техника в итоге позволила ему выгадать почти целый день пути, пешком очень уж долго. Грибник бросил машину, предварительно свернув на проселок, в пяти километрах от запирающего дорогу поста муров. Далее опять бегом.

Глава 18. Дороги в эпицентр.

День 329.

Мотоцикл хуже велосипеда тем, что не позволяет беспроблемно срезать через черное. Но хорош тем, что мотор легко вытягивает груз даже на сопку, с которой возникло желание осмотреться, да и в целом здорово избавляет от необходимости срезать. За одним из таких холмов ожидаемо обнаружился ухоженный домик, окруженный цветущим яблоневым садом. Частично уцелел и погреб, в котором, вероятно, пытались спрятаться хозяева. Нагрянувшая тварь тяжелую дверь ломать не стала, прокопалась рядом.

Отличное место для привала. Рейдеры устроились за кухонным столом, намечая дальнейший путь. На столе лежала карта, на плите шкворчало горячее и сытное. На обед, он же и ужин, планировался деликатес – гречневая каша со шкварками.

– Бешеной собаке сто верст не крюк. Бензин есть, проблем нет, можно себе позволить очень кружную дорогу. Тем более, по пути будут минимум две заправки. – Подвел Маэстро итог изучению трофейной карты с карандашом в руках.

– Внешники предполагали, что мы двигаемся по треку, отмеченному пунктиром. Надо признать, придумали они вполне логичный маршрут через шахматную зону в направлении Княжества. Мы сыскали дорогу несколько более причудливую.

– Они о твоем наплевательском отношении к черноте не знают, да и о том, что у нас такой хорошей карты нет позабыли. Но в целом, ведь угадали же. У них почти получилось. Задумали то неплохо, планировали нас перехватить несколько западнее. Там, на пустынном плато, у них было бы абсолютное превосходство, а мы бы оказались зажаты между преследователями и встречающими.

– Парадоксально. Если бы мы шли оптимально, мы бы проиграли. В глаза бросается, что карта у спецуры много детальнее, чем добытая в самолете.

– Если карта подробна, значит это кому-то нужно. Сверху хутор, где мы сидим, и заметить непросто. Даже если забыть, что на три стороны от него до черноты рукой подать, так что летать тут некому, а вот по земле муры ходили, хоть изредка.

– Если рванем на юг, обходя все встречные неудобья только с востока, мы от рекомендованного нам маршрута радикально отклонимся. При этом автоматически обойдем их стационарные посты с фланга, а к базе выйдем с юго-востока, хотя мы сейчас севернее её.

– Примерно, как намечали, разница в том, что завтра собирались сворачивать, а придется сегодня. Мало ли какие еще сюрпризы иноземцы заготовили. Они же специально готовились сенсов ловить.

– Думаешь, место боя найдут?

– Наверняка. Да ты тоже так думаешь. – Рассмеялся Маэстро. – Видно же, нервничаешь, что их обнаружить не выходит. Так расслабляешься в медитациях, что как струна напряжен.

– Предполагаю, это нормально для сенса, который обнаружил вдруг, что и на его Дар нашлась управа. Ты прав, останавливаться опасно, нельзя терять время. След теперь за нами намного более отчетливый.

– Ночевать удобнее тут, но солнце еще высоко. Перекусим, и в путь. Блокиратор аурный я повезу.

– Пять метров дистанции вполне достаточно, чтобы он мне не мешал, даже когда активен. Однако, занятную штуку они придумали. Или раздобыли. Мы ведь оба не угадали. И не амулет, и не прибор, хотя кнопка есть.

– Разобрался с кракозяброй?

– Подают слабый разряд, от банальной батарейки. Недовольный этим организм, не то моллюск, не то слизень, глушит аурное зрение. Вероятно, нарушает работу еще некоторых видов Дара. Прикрывает так себя и всё, что рядом. Как он это делает, рассмотреть до конца не могу, ведь с одной стороны, приходится издалека смотреть, но вся суть в тонкостях, а детали как раз плохо видятся на расстоянии. А когда он уже активизировался, так и вообще ничего не видно. Постепенно слабеет, радиус воздействия уменьшается каждый час вдвое, от максимальных пяти метров.

– Хороший питомец, тихий. Слушать совсем не мешает. Осталось понять, чем кормить животинку.

– Знахарям будет виднее. По моему скромному мнению, всему земному он чужд, но аналогичен земным любителям падали. Думаю, съест всё, до чего дотянется. А как твои успехи?

– Использовать не сможем, там биометрия. Зато увидим сам факт передачи на любом из шести каналов. Ответчики свой-чужой аналогично, но один был включен и активирован. Работает, вроде.

– Здорово.

– На всякий случай лучше держать завернутым в фольгу, при надобности достать не долго.

До темноты успели уехать довольно далеко, остановились в заранее намеченном месте. Но, поскольку двигались не по прямой, то Грибник всё еще чувствовал скопление зараженных, привлеченных громкими звуками и манящими запахами, в окрестностях места недавнего боя. Дотягивался еще туда, если в медитации. Но утром, когда собрались уже в путь и Грибник вновь взглянул, то заметил, что там никого уже нет.

– Или разбежались, или их перебили.

– Скорее второе. Ну что же, примем к сведению, что у нас полдня форы. Надо наращивать отрыв. В узкостях будем растяжки ставить. Благо, гранатами нас снабдили.

По крайней мере одна, из поставленных пяти, сработала. Маэстро услыхал далекий взрыв, когда уже покидали пеструю зону, застряв в труднопроходимом мелколесье. Обозначенная на карте, но изрядно заросшая тропа вынуждала спешиваться через каждые двести метров, а иногда даже прорубать себе путь. Нашумели, и звуки нашлислушателей. Несколько групп тварей впереди, Грибник естественно, видел. Сильных там не было, как проблему их не воспринял. Если бы успели выйти на открытое место, то и не было бы проблемы, перестреляли бы зараженных издалека. Но пока ограниченная дальность обзора мешала.

Здесь и сейчас тянущуюся с дороги толпу бегунов и лотерейщиков разогнать Грибнику оказалось сложно. Рейдеры оказались с наветренной стороны от них, так что тварей привлекали и звук и запах. Пока воздействовал на одних, другие успевали освободиться от наваждения и вновь двигались вперед. Грибник разозлился, ударил почти так сильно как недавно смог. Шарахались все, но ушли недалеко, а Грибник понял, что повторить еще несколько минут точно не сможет. Всё, чего сумел в итоге добиться, так это избавиться от бегунов.

Опасной ситуация еще не стала, но урчащий лесок продолжал втягивать в себя новые порции зараженных, подобно губке, впитывающей воду. Твари постепенно накапливались в нем, при этом рассредоточиваясь, и по видимости вскоре рейдерам предстоял ближний бой в окружении. Оружие пошло уже в ход. Один выстрел, второй, третий… Все на малой дистанции. Хорошо хоть тихое, его использование проблему не обостряет.

– Разворачиваемся. Иначе увязнем, покуда горошники не подойдут.

Маэстро кивнул. Улыбнулся, махнул рукой. Дескать нормально всё, не переживай. В Улье как в Улье. Принялся разворачивать мотоцикл, после изменения направления движения впереди окажется уже он. Грибник в это время подстрелил сквозь листву еще одну тварь, используя Дар на малой дистанции промазать трудно. Однако, обычно на таком расстоянии до цели ее хорошо видно и так, но сейчас иначе, еще один лотерейщик совсем рядом, а не видно его. Секунда размышления. Стрелять пока рано, ветки тонкие, но пулю задержат и отклонят. Время развернуться – есть. Грибник отпустил автомат, тоже развернул мотоцикл. Потом выстрел. Мимо. Еще один. Есть. Сбросил канистру с бензином, прострелил ее, поджег. Ходу.

Разгоравшийся позади лесной пожар прикрыл отступивших рейдеров. Выскочив на открытое место, Грибник и Маэстро выжидали. Преследователей оказалось немного, проскочила через лес дюжина самых сообразительных. От ума случилося им горе. На открытом то месте у лотерейщиков шансов совсем не было.

Двинулись было собрать урожай споранов, уже примерно половину трофеев почистили. Вдруг Маэстро подал поднял руку. Потом сжал пальцы в кулак. Внимание, срочно. Указал на чахлые кустики неподалеку.

– Слышу звук мотора дальнего дрона. – Пояснил, осматривая небо. – Слышу, но не вижу. Встречал раньше такие, звук характерный. Дизель там. Говорили, рулит им искусственный интеллект, нейросети и прочая лабуда. Умный, короче, донельзя. Круче только горы.

– Ну и ладно. Маскируемся, потом видно будет.

Замаскироваться не успели. Увидели. Дрон прилетел с юга, шел чуть ниже границы облачности, высоко. Над очагом распространившегося до естественной границы пожара сделал несколько кругов. Затем ещё снизился, встал в спираль уже над рейдерами.

– Обнаружил. Под крылом ракеты, похоже. Ничего такие, внушают.

– Есть волшебная кнопка, пришла пора её жать. – Маэстро полез в рюкзак, достал и развернул ответчик. Компактный прибор помигал лампочками, зажег зеленую. Дрон, немалые размеры которого уже явственно ощущались, покачал крыльями.

– Пронесло. Искусственный интеллект нас признал за своих братьев по разуму. – Грибник вышел на открытое место, покрутил поднятой рукой.

Аппарат сделал еще круг и лег на прежний курс. На восток, огибая пеструю зону, которую недавно покинули рейдеры. А люди продолжили путь почти на север. Еще раз изучив карту, нашли другой, более удобный выход к дороге. Прямо у той развилки, от которой уже ведет дорога, уходящая на северо-запад, которая выведет к базе. Скорее всего вблизи развилки даже получится затаиться и понаблюдать. Если поток зараженных окажется слишком велик, наметили варианты пути. Дорогу, впрочем, пересечь всё равно придется, но пока двинулись параллельно ей, причудливым зигзагом.

Не торопясь, спустились с холма, проехали по извилистой тропинке между возвышенностями, забрались на очередной пригорок. Там пришлось вновь прервать движение. Напоролись на стоянку группы внешников. Точно такой группы, как та, с которой пересеклись недавно. Не засада, просто стоянка, замаскированная скорее по привычке так делать всегда при наличии возможности. Встреча стала неожиданностью для обоих групп. Огонь, открытый дозорным, был неточен, а через несколько секунд все уже заняли укрытия. Потерь не понесли. Грибник и Маэстро расположились вблизи вершины холма, но настолько пологого, что высота не дала им почти никакого преимущества. А вот по числу стволов преимущество у противника в три раза, и они сразу начали это преимущество реализовывать, прижимая огнем и охватывая с фланга. Но когда пара супостатов вышла из зоны действия глушилки, Грибник показал, что тоже может неплохо стрелять на подавление. Даже через траву, не высовываясь, ориентируясь по Дару. Похоже, зацепил даже.

– Начало положено удачное. Дрон слышишь ещё?

– Верно. Хуже уже не будет.

Маэстро достал рацию, нажал на ней кнопку DISTRESS. Затем продолжили начатое. Не жалея патронов, высаживали магазин за магазином, переползая с места на место под прикрытием травы, а Грибник иногда и перебегал, под прикрытием отвода глаз. Стреляли много, не попали, вроде, ни в кого. Но помешали супостату и ввели в заблуждение относительно своей численности. Внешники стреляли меньше, но опаснее. Выпущенная из противотанкового гранатомета ракета накрыла осколками. Перебегавшему в тот момент Грибнику не повезло, зацепило ногу. Еще один осколок принял на себя бронежилет. Но тем временем подоспела подмога. Искусственный разум посмотрел на перестрелку людишек сверху вниз. Сделал выводы. Пара бойцов уже была встречена, ранее опознана как свои. Сигнал бедствия подали они. Так что две ракеты полетели к их противникам. Цель поражена. Фотофиксация выполнена. Боекомплект исчерпан, путь продолжен. Слава роботам!

– Ты как?

– Ходить могу потихоньку, рана чистая. Спек ночью может и понадобится, пока не надо.

– Ну дела… – протянул Маэстро, помогая с перевязкой. – В стабе даже с ментатом не поверят, что мы, убегая из плена, две группы спецов уделали.

– И правильно. Это не мы, мы просто мимо проходили. Впрочем, не говори гоп, покуда пыль еще не осела. Там могут быть выжившие и вдобавок осатаневшие. После взрывов кракозябра накрыла слепым пятном петров пятьдесят, примерно в таком радиусе ничего не вижу в той зоне. Или у них зверюха сильнее нашей, или тротил стимулирует сильнее батарейки.

– А та, которая у меня на багажнике, значит наша.

– Конечно наша. Давно уже. Целый день.

– Тогда уж обе. Одна минуту, другая - сутки.

Подбрались поближе, Маэстро послушал. Тихо. Взорвавшиеся в воздухе ракеты нашпиговали каждый сантиметр стреловидными поражающими элементами. Выживших нет, кроме слизня. Хоть его контейнер и прошило насквозь, ранение оказалось не смертельно. Грибник покрутил в руках экземпляр ГПЭ. Тяжелый очень. Попробовал чиркнуть по стальному клинку ножа.

– Что-то интересное?

– Да так. Опознал сплав урана с никелем. Не очень интересно. Если прилетит, то пофиг, уран или вольфрам.

– Трофеи все дырявые, это несколько утешает. Выбросить жалко, но увезти не выйдет. Электронику только заберем.

– Может закинем их рюкзаки на тройник?

– Время дорого. Да и бензина маловато.

– Всё одно, придется на заправку ответвляться. А еще чуть дальше вблизи дороги тройник обозначен. Два десятка километров по дороге можно потерпеть перегруз.

– Верно. Но сперва надо выяснить, где истоки текущего по дороге ручейка зараженных. Хотя предположить можно и сейчас. Скорее всего километры по дороге лягут против течения.

– Тогда да, тут оставим. До перезагрузки почти два месяца, придет сюда группа, если будет надо.

Ночевать пришлось на месте боя. Пауза понадобилась, чтобы Грибник восстановил боеспособность до приемлемого уровня. К развилке вышли на следующее утро. Налево пойдешь, к базе попадешь, а прямо на север к заправке, расположенной, судя по карте, на околице. Домов еще не видать, семь километров по дороге. Вот направо не стоит. Это рейдерам хорошо известно, они справа от дороги. Неудобный тут рельеф, к асфальту дотащить байки можно еще, но вдоль трассы ехать даже пытаться не стоит. Последние километры намучались, тем более, что мотором реветь никак нельзя. Однако, обзор хороший, видно далеко.

– Направо кусок нерезиновой, не меньше. Очень уж много оттуда прется.

– Скорее всего, они просто периодически мигрируют. Неподалеку еще два кластера с населенными пунктами. Был бы большой город, шастали бы не лотерейщики.

– Так или иначе, можно подвести итог. Довольно рискованно, но с боем проскочим. Горошников в потоке мелькнула только парочка, а элиты пока вовсе нет. Если не подкрадется незаметно что нибудь эдакое, то справимся.

– Проблема в том, что получается только одно: или вести мотоцикл или прицельный огонь. Но вот пешком дойти легко и просто. Машину там найдем, так что прорываться придется только обратно.

– Оставим байки тут или в сторону базы отъедем?

– Лучше через дорогу, там родник. Давай сейчас тишком туда.

Осмотрелись. Проехали чуть дальше, выбрали место, где удобно будет обрубить хвост. В эту сторону потока зараженных пока нет, но преследующих по пятам может набраться много. Однако, довольно слабых. Сложилось впечатление, что самые отожранные ушли, а теперь с каждым днем уходят менее развитые. Поселок, как оказалось, действительно крупный, в центре многоэтажные дома. Видны следы пожаров, разруха и запустение бросаются в глаза. Кое-где через трещины в асфальте пробились молодые зеленые побеги. Города, покинутые людьми, умирают быстро. Загрузка произошла давно. Скоро следующая.

На заправку зашли не нашумев. Обошлись холодняком.

– Зараженные тут уже давно исключительно друг дружку жрут. Выживших нет. Людей не вижу, только бегуны с примесью лотерейщиков. Пустышей много. Во внутренних помещениях еще трое доходяг ползают.

– Да ну их, время терять. Канистры у входа стоят, нам хватит. Больше ничего и не надо.

Говоря так, Маэстро одновременно набивал полиэтиленовый пакет печеньем. Пусть будет, раз под руку подвернулось.

– На чем уедем? Или поищем получше? – Машины первым делом проверили. С ключами три.

– Грузим скорую помощь. Сойдет. Места достаточно, стрелять удобно. Особенно из люка на крыше. Бензовоз слишком тяжел, рискованно. Не будем жадничать, слишком много бензина тоже плохо. А у бумера клиренс мал, зря он девкам нравится.

Канистры таскал в основном Маэстро, Грибник оборудовал рабочее место стрелка. Высунуться мешала конструкция люка, потом выяснилось, что проблесковые маячки тоже мешают. Время от времени приходилось отвлекаться, чтобы упокоить очередную заурчавшую тварь.

– Доехали бы и на мотоциклах. Но взбаламутили бы всю округу. И так то работать не дают. Голодные они до такой степени, что не пугливые.

Двинулись поначалу неспешно, со скоростью потока. Грибник успешно прогнал тех, кто поблизости, перед тем как выехать. Но далеко так уехать не вышло, через километр уже напоролись на группу голодающих, решивших, что скорая им еду привезла. Они ошиблись. Но дело их не пропало, их урчание привлекло новую порцию тварей. Пошла цепная реакция. Сперва Грибник стрелял по тем, кого увидит на дороге впереди, затем только по тем, кто реально может повредить машину. Видимый издалека лотерейщик на дороге не столь опасен, как внезапно выметнувшийся наперерез из придорожных кустов. Одному такому удалось вцепиться в зеркало заднего вида, машина его волокла, пока Грибник не отреагировал. В дальнейшем был внимательнее, тщательно контролировал придорожную зеленку.

Свернув направо, на дорогу к базе и преодолев подъем, остановились. Развилку уже не видно, она скрылась за поворотом. Набегающую цепочку тварей били уже в два ствола. Ближе двух десятков метров твари не подошли.

– Пожалуй, хорошо, что на байках не поехали. С юга стая, лидер не менее чем топтун. Может и посильнее даже. Минут через десять на развилке будут, там услышишь, цокает или нет.

– Принесла нелегкая. Так красиво всё складывалось, и опять как всегда. – Маэстро полез в машину за гранатометом. – Но не даром таскал десять килограмм. Шлепнул рукой по трубе. – Не подведи, Карл Густав.

– Мне всегда казалась, что стрельба из таких штук по быстро движущейся цели сродни волшебству.

– Да ну. Обыкновенная ловкость рук и никакого мошенничества.

Машину Грибник отогнал в сторонку, чтобы не видна была приближающимся тварям. Пусть бегут размеренно, без рывков. Ветер удачный, запах не выдаст. Тем временем Маэстро лазерным дальномером промерял ориентиры. Озабоченности не скрывал, уже не до шуточек. Замаскировались.Готовность.

– После меня, по готовности. Свита на тебе. Я с двухсот. Слышу уже. Не цокает.

В прицел хорошо видно приближающуюся большими, размеренными скачками тварь, похожую на перекормленную анаболиками гориллу с челюстью крокодила. Передвигается на ногах, но опирается на руки при каждом прыжке. Кусач. От рубера далеко, броня ещё так себе. Но зубы уже ничего себе. В два ряда. И лапы загребущие.

Свита, четыре лотерейщика, скромно держится позади. Грибник перевел прицел на ближайшего. В способности Маэстро он верил. Всё-таки Маэстро не только слухач, но и штатный гранатометчик группы Пепла. Не один выстрел уже из этого изделия произвел, внешники ими активно пользовались, а значит и стронги тоже. Как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься.

Ракета пошла вверх по широкой дуге, когда кусач оттолкнулся от земли. А когда он уже приземлился, упала прямо перед ним. Видно было, как отлетела в сторону нога, остальное скрыло облако взрыва. Грибник стрелял вслепую.

После боя заметил, что повязка намокла. Не выдержала уже почти зажившая рана резких движений, забыл, что ногу надо оберегать. Нехорошо. Нельзя кровью пахнуть. Отъехали по проселку туда, где оставили байки и опять пауза. Но, в целом, логично. Надо подготовиться к финишному рывку. Пока можно, перевести дух, а дальше путь чист. Скорее всего. Только так Грибник подумал, как заметил мельтешащую над лесом на северо-западе черную точку. Дрон.

Маэстро как раз возился у машины, чинил поврежденное шустрым пешеходом зеркало заднего вида. Слух в данном случае спасовал, дрон малый, тихий и далеко. Зрение, усиленной отличным цифровым биноклем, выручило. Свои. Это изделие Княжества. Схватил зеркало, направил отраженный луч, постаравшись попасть на дрон. Три коротких, три длинных. Заметили. Дрон направился было в сторону пары рейдеров, затем вернулся, пропал из виду. Но ему на смену уже вылетел другой, вскоре он завис над головами рейдеров.

Через час Маэстро встретил у отворота на лесную грунтовку два легких внедорожника с пулеметами на турелях. Из головного вышел Динамит.

– Тебя увидеть уже и не надеялись. Доклад был, что по тебе накрытие было.

– Газа хлебнул. Потом вместе с Грибником из плена бежали. До лагеря нашего километр. Место удобное, вода есть. Грибник там. Ранен.

– Видели уже. Какой Грибник, не спрашиваю. Первый, вероятно, погиб. И Пепла уже нет. Встал с пулеметом, когда вытаскивающую трехсотых группу с вертушки прижали. Отвлек, людей спас.

Помолчали. Двинулись в путь.

– Хорошо бегали, судя по трофеям. – присвистнул Динамит, окидывая взглядом лагерь. – Пожал руку Грибнику. Представил и своих бойцов, Грибник с ними раньше не пересекался.

– Большую часть ты еще не видел. На карте покажу, где примерно еще столько лежит. Тут рядом.

– Вместе сходим. У нас задача в этих краях наблюдательный пост организовать. На две недели, пока передовая база эвакуируется, потом там останется рейдовая группа только. Всё, из войны весь дух вышел. Затишье. А базу так и прозвали уже официально, “грибной лес”.

– Передать сообщение в Княжество надо срочно. Время дорого.

На вопросительный взгляд ответил Маэстро.

– Слышал разговор внешника и главаря муров. Обсуждали транспортировку спецбоеприпасов по территории муров и далее, в Княжество. Планируют доставить к нашему стабу, на внешнюю стоянку, взорвать там. К какому стабу, не говорили.

– Судя по тому, что по воздуху перебросить не могут, изделия минимум стокилотонные. – Добавил Грибник.

Динамит нахмурился.

– Выделю вам в сопровождение тойоту и двух бойцов. Мою задачу никто не отменял, а в свете твоих данных, она перестраховкой уже не кажется. Собираемся. Что с ногой у тебя? – Обратился к Грибнику.

– Побаливает. Терпимо, боеспособен.

– Ребус, глянь рану. – Обратился к бойцу. Пояснил – врач он. Не знахарь, но хирург от Бога.

Осколок, который Ребус выудил из раны, Грибник решил сохранить. Тоже амулет будет. На пути к дому поработал сенсом. Но было трудно, вколотое ему обезболивающее, как оказалось, мешает. Уснул в землянке, на тройнике у реки. Эвакуацию базы Таран немедленно остановил. Усилил посты. Удвоил мобильный пост на реке. В Княжество отправились две тройки рейдеров с вестями, одна по воде, вторая по суше.

Успели.

Глава 19. Время собирать камни.

День 331.

Приближаясь к повороту, Грибник непроизвольно ускорил шаг. Да, не ошибся, это тот самый поворот. С этой точки уже хорошо различим лес второй малой родины, то самое место, где некогда выглянул с кручи и увидел динозавра, преследующего внедорожник. Уже совсем рядом ведь. Почти дома. В полукилометре впереди пост, тройка дозорных. Грибника опознали, боец вышел на открытое место, приглашающе помахал рукой. Можно выдохнуть.

Внезапно колыхнулась земля. В уши как ваты напихали, но докатившийся через несколько секунд грохот не услышать было невозможно. Упал, привстал, повернулся, посмотрел. Впереди уже разгорались пожары, а за лесом росло огромное грибовидное облако.

– Ну нихренасе у вас тут борьба за мир. – Грибник обменялся рукопожатиями с дозорными. Лишних слов не надо, все давно знакомы.

– Доложили про тебя, сразу как заметили. Приказано было доставить в поселок, а уже после взрыва пришла команда сделать это срочно. Тебя ждут. Давай, бегом. Машину из капонира вывели.

Дачный поселок практически не пострадал. Половина стекол вылетела, но далеко не все. В доме у реки, занятом рейдерами, стеклопакеты уцелели полностью. Грибник подъехал как раз в тот момент, как Мурза приступил к инструктажу сформированной группы спасателей.

– Отлично, все в сборе. Ты очень вовремя прибыл. Сенс нужен, будем людей вытаскивать. Нескольких придется искать. Из оружия берем минимум, воевать там не с кем сейчас. – Передал Грибнику респиратор, рацию, карту. Указал на приготовленные рюкзак, лопату и топор. Окинув взглядом товарищей, Грибник отметил, что остальные вооружены аналогично. Лопатами, баграми и пилами.

– Бегом, марш.

На бегу еще раз обратился к Грибнику.

– Остальные уже слышали. Противник нанес удар мощностью около ста пятидесяти килотонн. Эпицентр в двух километрах ниже моста. Наша задача – вывести людей с северо-восточного тройника, ближайшего к эпицентру. Почти на границе пятисотрентгенной зоны, но далеко вне зоны полных разрушений. Часть наших заблокирована в старом подвале рухнувшим срубом, лес восточнее горит. Облако уносит на север.

– Яснее некуда. Непонятно только, зачем они по пустому месту долбанули.

– Перед взрывом был доклад о задержании двух катеров на реке, ниже моста. Опознали там торговца из стаба Опока. Это южнее Княжества. Больше никто не знает. – Помолчал, добавил. – Да, еще. Второй вчера вернулся. Ранен, поправляется. Во время взрыва он был в лесу. Собирался у озера посидеть, рассвет встретить. Лисичек набрать каких-то особенных.

– Да… лисички мы любим. Однако, ядреный нынче гриб.

Когда бежали по лесной тропе, встретили людей, выходивших от дома егеря. Двоих несли на носилках, там есть обожженные. Живы все. В целом, обстановка прояснилась. По рации, в общем канале, прозвучал доклад о эвакуации группы, блокировавшей мост. Они, пожалуй, из выживших оказались ближе всех к эпицентру. Пострадали очень серьезно, медики ими занимаются, шансы у мужиков есть. Мост почти разрушен. Полностью погибла речная досмотровая группа. Боеготовность базы восстановлена, к отражению возможной атаки подготовились. Разведка сообщает, что противник поблизости не наблюдается.

Добежали до тройника. Большая часть спасателей принялась разгребать развалины рухнувшего лабаза. Ну и на поверхности сразу обнаружили четверых выживших, один из них и вышел на связь сразу после взрыва.

Маэстро повернулся к Грибнику.

– Радиации хватанули, но с такой дозой и на Земле половина выживает. Ищи. Еще пятеро должно быть. Тебе четверо бойцов, носилки. Ищите и выносите людей. По одному или как получится.

Сперва получилось плохо, то есть никак. Потому как никогда ранее людей, потерявших сознание не искал. Первого обнаружили, только тогда осознал, что надо увидеть и дело пошло. Радиус поиска оказался невелик. Впрочем, все пропавшие нашлись неподалеку. Всё это время активно искал Второго. Окрестности озера осмотрел. Только когда нашли пятого, вспомнил и про лисички. Вспомнил грибное место, на южном склоне, ближе к реке. Это почти прямо к эпицентру, там, где полыхает лес.

– Мурзе передайте, я за Вторым побежал. Он поймет.

Развернулся, рванул к озеру. Осмотрелся там. Не Даром единым, глазами в первую очередь.Нашел недавно затушенный костер. Оттуда побежал к реке, на бегу вспоминая подходящий путь и ориентируясь по рельефу. Гряды морены, перенесенные в Улей, вытянуты вдоль реки. Надо перевалить три гребня, дойти до склона четвертого.

Лес изменился до неузнаваемости, на первом же склоне, на северной стороне гребня, встретились непроходимые завалы. Там упавшие стволы переплелись и образовали цепь гигантских костров. Однако, очаги пожара так и не слились, особенности местности предотвратили огненный шторм. Огонь удалось обогнуть по скальному выходу. А вот на следующий гребень вышел в неудачном месте, пришлось вернуться и, отмеряв на глаз дистанцию, двигаться по низинке. От взрыва она пострадала не сильно, но и до того была трудно проходима. Сквозь заросли кустарников, переплетенные с высокими травами, пришлось прорубаться. Третий склон пройти оказалось проще всего. За ним всё разом вспыхнуло еще когда поднимался огненный шар, толстенные стволы полыхнули как спички, ударная волна раскидала головешки. На северном склоне третьей гряды четко видна граница, тень четвертой. До эпицентра уже доплюнуть можно, запах озона отчетлив. Задерживаться не стоит. Южный склон крутой, песчаный, с вкраплениями огромных камней. Грунт прикрыт тонким плотным мхом. Тут лисички. Хоть сейчас собирай. Склон южный, от ударной волны грибное кольцо он прикрыл, как и ожидалось. Бежал именно сюда.

Вот оно, памятное место. Надежда дернула сердце. Собирали тут грибы, определенно собирали. Рука грибника узнаваема. Остановился, сосредоточился на использовании радара. Нашел. Почти у подножия. Жив. Разбил голову, когда падая катился по прикрытым мхом камням. На коже уже проступил ядерный загар. Но жив, а значит будет жить.

Обратно, со Вторым на руках, дойти тяжело. Долго. Оценив силы, потянулся к рации. Доложил. Тут и карта пригодилась, а думал не нужна она. Однако, без нее точку встречи согласовать трудно. Один подъем и один спуск самому придется пройти, дальше помогут.

Мурза как увидел грибников, первым делом достал дозиметр. Нахмурился.

– Всё, задача выполнена. Возвращаемся.

В поселке носилки с пострадавшими у спасателей перехватили медики. Процесс уже успели наладить. Два дома отвели под почти полноценный госпиталь, даже знахарь есть. Пункт дезактивации, а проще говоря душ, рядом. Отмывшись, перекусив и приняв сто грамм повышенной крепости живца от радиации, Грибник собрался уже идти на доклад к Тарану. Дорога туда вела мимо больничных домов.

– Грибник! – В окно одного из них высунулась Пальмира. А через минуту выбежала, повисла на шее. Некоторое время Грибник задать вопрос не мог.

– Ты почему тут?

– Ночью прибыли. Ты же помнишь, Дар пророчества на меня иногда накатывает. Как и прежде, нестабильно и смутно грезится, у хиггеров со вторым Даром всегда проблемы, даже у знахарей. Но четко увидела, что мне сюда надо, убедила Кобру. Пациент к знахарю прислушался на этот раз, а к нему всегда все прислушиваются. Сюда спокойно доплыли. Заночевали в поселке, потом взрыв… а про тебя говорили, что в лесу… а дельту сбили. – Всхлипнула.

– Это не только про меня. Я два часа назад прибыл. Пошли, присядем. Такое лучше сидя слушать.

С Пальмирой Грибника, естественно, пустили в больницу. Через десять минут стояли у койки Второго. В сознание он так и не пришел. Светло-коричневая кожа, осунувшееся лицо. Капельница в вену отмеряет секунды жизни.

– Что скажешь, знахарь.

– Его привезли, когда я ребятами с моста занималась. Плохо. Он больше пострадал.

В очередной раз Грибник поразился сложности и многообразию конструктов, которыми фонтанирует аура работающего знахаря. Наконец Пальмира отстранилась.

– Часть проблем я сняла, особенно со слизистой желудка. Теперь нужно переливание крови. Развивается острый лейкоз. Сейчас еще койку принесут, устраивайся. – Пальмира ушла готовиться.

Койку принесли. Грибник присел на нее, наблюдая ауру второго. Вспомнил, как действовал на черноте. Вспомнил, как они со вторым смогли объединить ментальные оболочки. Попробовал повторить, исправляя искажения в ауре. Концентрация на задаче накрыла лавиной, потому на некоторое время выпал из мира, отключился. Очнулся, когда Пальмира уже вернулась. Стояла рядом, наблюдая, иногда забывая дышать.

– Странно такое знахарю говорить, я не вполне уразумела, что и как ты делал. Потом объяснишь. Но это очень помогает, постарайся держать концентрацию подольше.

Грибника уложили рядом со Вторым, провели прямое переливание крови. Идеальный донор, полная совместимость, группу крови можно не проверять. Потом и Первому поставили капельницу.

– Физраствор. Это тебе уже надо, а кровь забирать больше нельзя пока.

– Слушай, Пальмир… а может по кругу пустить? От меня к нему от него ко мне.

– С ума сошел? Ты понимаешь, что такое лейкоз?

– Да откуда мне. Я же технарь. Только пройдя военно-полевые курсы биологии в Улье узнал, что все существа делятся на съедобных, условно съедобных и тех, кто хочет меня съесть. А там уж как карта ляжет.

– Явно много с лотерейщиками общался последнее время.

В сознание Второй пришел поздно вечером.

– Никогда не думал, что доведется увидеть эдакое совсем рядом. Лежу я там на камнях и думаю, если увидел, это хорошо. Вижу, значит глаза целы, так может и выберусь.

– Оптимист хренов.

– От оптимиста слышу.

Пальмира же, обсуждая состояние Второго с Грибником, озабоченности не скрывала.

– То, что происходит, не так уж сильно отличается от ожидаемого, то есть описанного в литературе, да с поправкой на местные условия. Прямой угрозы для жизни в ближайшие часы нет, хотя и стоит ждать вторую волну проблем, это типично при земной лучевой болезни. Но даже не это главное, в Улье своя специфика. Стартовал не вполне понятный процесс. Изменения происходят, ментат говорит, даже ментометка несколько изменилась после облучения.

– Аура меняется. Но уже не расползается как раньше, просто перестраивается. Я это ясно вижу, когда объединяем ауры.

– Это очень заметно влияет. Твои воздействия процесс тормозят и корректируют.

На следующий вечер Второй с кровати поднялся, опираясь на Первого. Левой, правой. Левой, правой. Дошел до цели. Рассмотрев себя в зеркало, понял, о чем Пальмира говорила. Кожа темная. Уши заострились. Осунулся, черты лица стали резче. Волосы выпали еще вчера, но уже проклюнулись новые, жесткие и седые, насколько можно судить при столь малой их длине.

– Теперь нас с тобой уже не перепутают. Вот с Кощеем меня могут. Хотя Медея говорила, что кто квазом уже был, тот значит больше им не станет.

– А вот Пальмира сказала, что большие дозы радиации часто приводят к трансформации иммунного, однако результат не обязательно кваз. Но о том думать мы будем завтра.

– Нервничает она очень и устала, лицо держит, а ведь на грани девочка. Дуй к ней, меня опекать уже не надо, сам видишь, очухался. Болящим то знахарь поможет, а кто поможет знахарю?

Поутру заглянул Таран. Принес рюкзак Грибника, брошенный им. Довел текущую обстановку. Через шестнадцать дней намечено перебазироваться в дом егеря, он как раз перезагрузится. Там предполагается переждать перезагрузку поселка еще через три дня, дальше действовать по обстановке на тот момент. Часть раненых намечено отправить в Княжество послезавтра, Маэстро в их числе. Радиация на реке спадает быстро, к ней уже можно подойти, но воду пить пока не стоит. Когда достаточно спадет, приступим к намеченной операции за рекой. Грибник, будь готов, привлечем. Подмогу из Княжества ждем на следующей неделе, но может прибыть и раньше.

Ну и доклад Грибника послушал. Услышав рассказ о встрече с Даньшей, присвистнул.

– С легендой ты повстречался. Мало кому это довелось, но учеников его учеников в Княжестве немало.

– Мне так и показалось, что он всех нас суммарно взятых старше.

Тут Грибник вспомнил:

– Я по его совету там ягод набрал. С куста у Калинова моста. Он волшебной настойкой угощал, как я понял, и они тоже в ней, пара на бутыль. Пальмира, глянь. В рюкзаке, во внешнем кармане.

– Непростые ягоды. Ты ауру их видишь же.

– Сейчас вижу. Там они так не выделялись. Но всё одно, не понимаю, что увидел.

– Должны тонизировать и повышать регенерацию. Хорошо, что сейчас вспомнил, но лучше бы вчера. Тогда настойка была бы сегодня. По несколько капель ягодной тинктуры начнем в живец добавлять. На себе сначала испытаем.

Действие сказочной настойки оказалось воистину волшебным. Прямо таки как живая вода, все больные резко на поправку пошли. Стабилизировалось и состояние Второго, схватившего дозу побольше остальных. Грибник из его палаты переселился, заходил по нескольку раз в день. Сеансы объединения аурных оболочек продолжили, теперь учились использовать резко возрастающие при этом возможности, осваивая новые плетения. Щит Даньши создать получилось пока только вдвоем.

А потом, кроме прежних, возник еще один объект для приложения сил.

– Не только у тебя в рюкзаке лежат позабытые чародейские штучки. – Второй указал жестом на стол. – Там на тарелке семь камней.

Грибник взял один, покрутил в руках. Полупрозрачный камешек с золотистыми прожилками, меняющий цвет от светло-коричневого до шоколадного, в зависимости от угла падения света.

– И впрямь необычные. Сперва показалось, что они имеют странную ауру, но скорее они необычно взаимодействуют с аурой того, кто их держит в руках.

– Если потом отойти в сторону, видно, что они удерживают отголоски этой ауры. И вот еще. Попробуй их брать по одному. Они совсем по разному откликаются. Действие некоторых гармонично, а некоторые вносят в ауру диссонанс. Вот смотри. – Второй стал перебирать камни.

– Тебе подходит вот этот. Со стороны виднее, структуры ауры стали четче и ярче, сама она больше.

– Изнутри тоже заметно.

– Ты выбрал самый темный. А мне подошел самый светлый, смотри. Вроде бы знаю, кому их тут можно показать. Есть человек, который на Земле минералы изучал, если я не перепутал. Сейчас сбегаю спрошу, благо недалеко.

Вернулся вскоре.

– Известен, название есть. Раухтопаз или дымчатый кварц. Золотистые включения, похожие на пряди волос, это рутил. На Земле умеренно редок, относится к полудрагоценным. Что интересно, имел репутацию камня магов. То есть про настоящих магов неведомо, но по крайней мере, шарлатаны его любили, при спиритических сеансах использовали. А кое-где дымчатый кварц считался священным камнем Будды. Еще были люди, которые считали, что он способствует пророкам. Вещие сны посылает. Пальмире надо подарить, а вдруг правда. Так или иначе, с интересной историей камень.

– Очень вероятно, неспроста. Большую часть, ясное дело, измыслили торговцы. Но иногда дым говорит именно о том, что горит огонь. А не о том, что кто-то поставил дымовую завесу. Плетение светлячка помнишь? Смотри.

Второй создал неяркий огонек рядом с рукой. Потом погасил. Связанная с камнем область ауры, заметно изменила цвет и структуру, изменения сохранились и после того, как плетение развеялось.

– Он реагирует, это совершенно ясно. Причем у него есть своего рода память. Повторно колдовать легче, он помогает воспроизвести то плетение, что было в ауре недавно.

– Положи-ка его в сторону. Да, видно. В нем сохранились отголоски, даже когда он отдалился от тебя. А теперь, когда я взял его в руку, они в ауру вернулись. Но уже в мою. Осталось придать им силу. Это открытие. Поздравляю, сам факт, что неодушевленный предмет так может взаимодействовать с аурой вполне фундаментален.

Теперь Грибник зажег огонек.

– Похоже, это тропинка к созданию полноценного амулета. Не ясно пока, пригоден он будет только для нас с тобой или для других тоже.

– Проверим. Но вполне вероятно, что и для других. Мы с тобой теперь уже не вполне идентичны, хотя и очень похожи. Но камни нас различают, да и ментат тоже.

– Таран рассказал, что теперь у тебя крестным числится, а ты теперь официально Второй. Хотя он предлагал варианты.

– Да привык я уже. И не только я, он тоже. Можно сказать, Улей окрестил, само сложилось.

– Завтра, если ничто не помешает, намечена вылазка на реку, группу Таран возглавит. Ты пока на больничном, но вскоре и тебя привлечет, даже если на руках нести придется. Очень уж его впечатлили наши возможности, когда вдвоем работаем.

– Не надо нести. Дойду. С посохом мне даже понравилось. Значит, болеть некогда? Случилось что?

– Ничего нового. Только планы, но и они старые. Будем второй катер искать, выше моста, у западного берега. Все, кто его видел, примерно на одно место показывают, так что шанс есть. Когда первый, взорвавшийся, задержали и на него досмотровая группа высадилась, этот развернулся и рванул обратно. Ушел, но не далеко, волна догнала. Обычная речная волна, взрывом поднятая. Радиация в тех местах уже терпимая, если пошевеливаться. Только вот тварей на западном берегу набежало многовато.

– Дрон сегодня видал. Высоко.

– Разведчики летают, а кроме того никакой активности. Для них случившееся тоже, вероятно, изрядный нежданчик, скорее всего они это много дальше устроить планировали. Облако радиоактивное на север, а потом на северо-восток несло, подозреваю, до внешников не достало, но мурам мало не показалось.

Еще есть у них проблема, как мне недавно пояснили – ресурсы внешников тоже не беспредельны. Более всего нам урона нанесли их ударные дроны средней дальности, но и сбили именно таких много. В итоге они сейчас в дефиците, видать. Летают дальние, причем там, где их могут сбить, они не снижаются. Хотя малую группу рейдеров могут и атаковать, ты это на своем опыте знаешь.

– Нет внешников, нет проблем. Зато есть время научиться плести щит. Давай попробуем вдвоем, а потом проверим и поодиночке. Авось помогут нам камушки.

– Эти точно помогут. А другие, не исключено, могут в чем другом подсобить. Надо собирать минералы и изучать. Жаль, кусочка колонн портала прихватить не додумались.

– Там и не было кусочков. Стена вокруг дряхлая, а мегалиты эрозия не затронула. Но пример хорош. Вот чего можно достичь… ну, в принципе.

– Идеально было бы знать ответ на вопрос, почему к некоторым минералам можно присоединить плетение. Тогда бы поняли, чего искать. Пока остается только проверять все, которые попали в руки. Время обобщений придет, пока будем просто собирать камни. Когда их станет много, это будет расходник. Много применений найдем. Но уже сейчас, думается, надо пробовать использовать камень как якорь для плетения. А после того его метнуть можно за пределы ауры. Например, вместе с плетением пламени.

– Файрбол хочешь. Понимаю, мечты у нас общие. – Второй усмехнулся.

– А то. Маги мы или погулять вышли? Оружие мага должно быть всегда с ним и не похоже на оружие.

Глава 20. Никогда такого не было и вот опять.

День 335.

Вернувшись с речной прогулки Грибник обнаружил Второго на садовой скамейке, рядом с изрядно уже опустевшей больницей. Большую часть пострадавших отправили в Княжество. Почти все пригодные для того плавсредства уже использовали. Таран оставил только один большой катер. На всякий случай, сказал. А потом прибыло два из Княжества, с подмогой.

– Ну как, нашли? – Второй отвлекся от игры в дартс, повернулся к Грибнику. При этом протянул дротик. Попробуй, дескать.

– Не. – Метнул дротик. Тот полетел сперва как обычно, вот-вот должен был воткнуться в самый центр, но вдруг кувырком вильнул в сторону. В мишень не попал вообще. – Выглядит впечатляюще. Прям чертовщина. Вижу, ты времени даром не терял. Давай рассказывай.

– Ты сперва. У меня можно и в двух словах, но далее тут плести надо и думать вместе.

– Пока только лодки перебросили. По реке нельзя пока мимо эпицентра, пришлось по дорогам, в обход. Ну, это без меня было еще. А мы по реке прошлись на веслах, два раза высаживались. Тварей много. Радиацию меряли. Эхолот опробовали, зафиксировали кое-какие аномалии. Нанесли на карту ориентиры новые, старые частично унесло ветром. В общем, подготовка. В числе прибывших из Княжества вчера есть спецы, с аквалангом, теперь их ход. С одним из них мы знакомы.

– Попрошусь с вами. Устал я болеть. – Второй вздохнул. – Хотя время не впустую уходит. Как видишь, тестирую. Думал до стрельбища дойти, но пока далековато. Да и винтовку мне тяжело. Вместе дойдем. Пока дротиками балуюсь. Рядом с мишенью тот камень, с которым вчера работали. Я его контролирую аурным щупом. Пока концентрацию именно на плетении не надо, силы расходуются только на щуп. Когда активирую, амулет прикрывает мишень десяток секунд после прекращения воздействия. Маловато, надо ещё думать.

– Идея появилась. Помнишь, Даньша пробку над столом удерживал? Я так и не понял суть процесса, но кажется понял, что там стабильность плетения обеспечивает.

Уселись рядом, объединили ауры. Работа, а одновременно и лечение пошли быстрее и без слов. Заглянувшая медсестра, из вновь прибывших, собиралось было позвать Второго, но передумала. Вспомнила, что ей знахарь про медитации этого пациента совместно с Грибником говорила. Через час заглянула уже Пальмира, ее на подходе еще заметили, закруглились. Пальмира участие Второго в вылазках на реку не одобрила. На стрельбище поход разрешила, но разумеется, не прямо сейчас, а после больничных процедур.

Однако, через день ее сопротивление сломил Таран, он за Вторым специально сам заехал, вместе с Грибником. Грибник отправился к Второму, Таран к Пальмире.

– Там фон высокий. Нельзя туда отправлять человека, который едва оправился от острой стадии лучевой болезни.

– Без надобности не стал бы настаивать. Надо. Даже один Грибник это хорошо, но не справляется.

– А задача совершенно секретна, понимаю.

– Уже не очень секретно, зато срочно. Нашли катер, нашли груз, опознали как спецбоеприпас, модификацию бомбы B-61. Предположительно, мощнее, чем та, что взорвалась, но судить трудно, этот боеприпас позволяет регулировать мощность. Не удивительно, что катер так быстро затонул, она чуть меньше тонны весит. Перегруз был явный. Часть документов подняли, судя по сохранившейся карте, собирались доставить к Нижнему. Уничтожить бомбу сможем. Но сперва попробуем поднять, а на берегу в том месте незаметно высадиться тяжело. Тварей много, на урчание набегают горошники, может появиться и элита. Чтобы работать, сначала надо отогнать слабых, потом по возможности тихо устранить тех, кого грибники не смогут убрать и держать плацдарм довольно долго. За час можем управиться.

– Почему важно, теперь понятно. Почему не секретно?

– По той же причине, что и очень срочно. Наше присутствие в поселке для внешников давно не секрет, с момента взрыва. Как мы ни старались поиски на реке скрыть, возможно, это не удалось. Их активность нарастает. Разведчики теперь над нашим районом висят уже с утра до вечера, дымы для серьезной оптики не очень большая помеха. Я чувствую, как время утекает. Затишье скоро завершится.

Еще не договорил последнюю фразу, как подошли Грибник и Второй. Уже боеготовые и экипированные. Второй опирался на резной посох с черным камнем в навершии, винтовку и тактический рюкзак он не взял, только кобура на поясе. Вопросительно взглянул на Пальмиру. А она на Грибника. Перевела взгляд на Второго. Мгновение молчания.

– Твое желание я конечно помню. – Повернулась к Тарану. –Я с вами, знахарь там лишним не будет.

– Не верю, что ты забыла запрет привлекать знахарей к боевым действиям на передовой и в тылу противника. Делаю вывод, что ты сейчас сошлёшься на соседний пункт инструкции, где исключения перечислены.

– С тобой легко быть пророком. Да, было видение грядущего. Вроде бы. С Грибником мы уже обсуждали это поутру, так и не определились, насколько отдаленное будущее я увидела. Но, возможно, скоро это поймем. Когда там знахарь понадобится, так сразу.

– А конкретнее?

– Подумай еще раз, удобно ли будет зенитчикам прикрыть наш рейд от дрона, заходящего с юго-востока, со стороны солнца. Что поменять в организации ПВО, тебе виднее.

– Выдвигаемся через пятнадцать минут.

Выехав на перекресток с шоссе, ведущим к мосту, остановились. Таран вышел к ожидавшим там двум грузовикам. Услышал доклад, отдал команду. Дальше двинулись уже колонной, по едва заметной грунтовке, уходящей почти на север от перекрестка. Дойдя до места, где уже заметно раздолбанная сырая дорога нырнула в черноту, свернули налево. Обогнули пятно и выехали, скорее всего, на ту же самую дорогу. Она и вывела через полчаса водительских мучений к реке.

Чуть в стороне, на ветер, чадили костры, прикрывая позицию. Все приехавшие, за исключением Пальмиры и Второго впряглись в перетаскивание тяжестей. Второй погрузился в медитацию, а у Пальмиры появилась минутка, чтобы взглянуть по сторонам. В прибрежных кустах Пальмира с интересом рассмотрела собранный из понтонов, ранее использовавшихся в поселке как часть причала, военно-речной плот, которому было предназначено вскоре стать носителем ядерного оружия. Хотя, конечно, бомбу еще поднять надо. Достав дозиметр, скривилась с досадой, радиационный фон много выше нормы. А оценив состояние Второго, улыбнулась с радостью и удивлением – состояние пациента ощутимо улучшилось у реки, на свежем воздухе, приправленном дымком. Одновременно думала и о Грибнике, ощущая всё время его присутствие рядом. Много эмоций и много мыслей сразу, женщины так умеют. А попутно сопоставляла увиденное с пророческим, скорее всего, сном. Именно Пальмира первой заметила черный крестик приближающегося с запада дрона, вскоре еще один. Зрение знахаря выше среднего по Улью. Подошла к бойцу, озирающему небеса в бинокль, показала рукой направление. Тот, чертыхнувшись, он западу внимание уделял меньше всего, поднес к лицу рацию, доложил. Но изменений в планы появление беспилотников не внесло, их ожидали, и вели они себя ожидаемо. Один из них, чуть снизившись, начал наворачивать круги над эпицентром. Другой ушел, скрывшись за облаком, растворился в небе.

Тем временем, суета подготовки завершилась докладами о готовности. Группа расчистки плацдарма выдвинулась на двух надувных полужестких лодках, по шесть человек в каждой. Вполне годные для переправы суденышки и удобные для стрельбы, благодаря жесткому днищу. Пальмира и пара Грибников разместились на корме одной из них, приступили к работе. Благодаря помощи знахаря, эффективность выросла. Не только возможная длительность увеличилась, Пальмира обеспечила удобный канал передачи целеуказания от Грибников, погруженных в медитацию, к стрелкам. На втором этапе, когда Грибник и Второй начали подтягивать к берегу горошников, это здорово помогло, вооруженные Винторезами стрелки имели возможность заранее приготовиться к появлению тварей. Вскоре высадились и одна из лодок тут же ушла за основной частью группы. Высадившиеся тем временем обустроили позицию согласно заранее намеченному плану. Пальмира и Грибники с комфортом устроились в неглубоком окопчике за линией стрелков. Теперь задача Грибника и Второго не отгонять и не приманивать, а только вовремя предупреждать снайперов и пулеметчиков, через Пальмиру или кратковременно прерывая медитацию.

Лодка вернулась и опять ушла. Прибывший аквалангист зацепил карабин за рым на форштевне затонувшего катера, еще вчера отмеченного буйком. Катер потихоньку начали подтягивать полиспастом, затем завели второй трос и развернули видимое уже глазом суденышко к берегу кормой. К тому моменту уже завершилась буксировка понтона. Осталось закрепить приготовленный пандус и перекатить штатную транспортную тележку с закрепленной на ней хомутами бомбой. Внешники не стали изобретать велосипед, по максимуму использовали стандартное оборудование.

– Воздух! – Беспилотник снизился еще, обогнул черное пятно и встал на боевой курс, заходя со стороны реки и стремительно приближаясь в пологом пикировании. Маневр дрона заметили и поняли сразу, за ним следили внимательно. Одновременно с двух точек где-то за рекой протянулись извилистые дымные полосы, одна почти точно вдогон, эта ракета и поразила цель. Пуск ракет дрон выполнить не успел, его обломки упали в воду.

Казалось бы, всё хорошо и всё по плану. Но тревожное ощущение не покинуло Пальмиру. Напротив, резко возросло. Оно передалось и сенсам, удвоившим усилия и не нашедшим причин для беспокойства. Почувствовала, что Грибник собирается прервать медитацию и задать вопрос. Обдумывая ответ, Пальмира поняла наконец, что ощущается как диссонанс. До некоторых пор события развивались вполне в соответствии с пророческим сном, а после уничтожения беспилотника от него ушли. Это ощущалось как неправильность, несмотря на то, что отклониться от того варианта развития событий как раз и стремились. Но пророчество действительно только до того момента, пока оно не произнесено. Пророчество произнесенное не есть пророчество постольку, поскольку знание будущего изменяет настоящее.

Тут Грибник, наконец, поднялся, задал ожидаемый вопрос.

– Что случилось?

– События отклонились. В лучшую сторону, дрон сбили, но неизвестность будущего испугала. Предвиденное было кровавым, но кончилось то всё как надо. Во сне мы справились.

– Справимся. Всё будет хорошо. Мы сделаем всё, что нужно. – Грибник обнял девушку. Постояли так немного. Наконец Пальмира отстранилась.

– Возвращайся к Второму. Я чувствую, у него без тебя не получается что-то.

Грибник вновь уселся рядом со Вторым. Напоследок пояснил:

– Имей в виду, иногда получается видеть что-то твоими глазами, а не только показать тебе. Эмоции чувствуем хорошо. Связь прекрасно работает в обе стороны, мы просто пока не очень умеем использовать всё потенциально возможное и иногда мы не вполне точно понимаем происходящее.

Тем временем, прозвучало оповещение в общем канале. Бомбу перегрузили, наконец, на плот. Операция завершается успешно. Но еще не завершилась.

А Пальмира вернулась к работе. Успокоилась. Но, как оказалось, преждевременно.

– Воздух! – Второй дрон, потерянный ранее из виду, обнаружился на западе. Он подкрался на небольшой высоте, выполнил горку и произвел пуски прежде, чем навстречу ему устремились пулеметные трассы. Однако, часть рейдеров к этому моменту уже успела занять укрытия, только работающим на понтонах деваться было некуда, кроме как в воду сигануть, что они и проделали. Время застыло, Пальмире казалось, что она видит сами ракеты, а не только оставляемый ими дымный след.

Внезапно разгорелся ярким светом камень в навершии посоха Второго и одна из ракет отклонилась от курса, закувыркалась и вскоре самоликвидировалась далеко в стороне. Но другая накрыла свою цель, подрыв её боеголовки произошел в воздухе почти над самым понтоном.

А беспилотник, задымив мотором, потянул на восток. За рекой его опять обстреляли, но дополнительных повреждений, похоже, нанести не сумели.

– Ушел, зараза. – Грибник проводил дрон взглядом.

– Это плохо. – Второй тоже вышел из медитации. – Я поработаю один пока.

Пальмира отстегнула рацию, настроенную на канал связи с группой прикрытия, отдала Второму. Побежала к реке, за ней с трудом поспевал Грибник. Еще не добежали, в общем канале прозвучало:

– Много раненых. Пальмира - срочно к понтонам.

Дайвер лежал на берегу, на пригорке почти у самой воды. Ярко алая кровь толчками била из развороченного плеча, в районе ключицы.

– Остальных тоже сюда несите. – Тут счет на минуты. Пока неотложного внимания требовал Дайвер, артерию то пришлось пережать безо всякой магии.

Пальмира еще несколько дней назад отработала взаимодействие с Грибником, его умение стабилизировать ауру не раз уже пригодилось, помогая и пациентам, и знахарю. Пригодилось и сейчас, когда поднесли еще шестерых пострадавших. Ими Пальмира занималась одновременно, быстро переключаясь с одного на другого, а ее силы подпитывал Грибник в паузах. Со временем и Грибник начал переключаться между поддержкой Пальмиры и помощью Второму, переговариваясь по рации в одном канале с ним и стрелками, контролирующими периметр.

Когда, прихрамывая, подошел насквозь мокрый командир, эта ситуация уже перестала быть критической.Немного неуклюже, оберегая ногу, Таран присел рядом.

– Место слишком открытое. Надо их отсюда перенести. – Таран нашел момент, когда уставшая Пальмира переводила дух.

– Если недалеко, то уже можно. Потом нужен покой, хоть сколько, а лучше до завтра. Тогда послезавтра уже будут ограниченно боеспособны.

– На сто метров в сторону, под деревья. Далеко и не получится пока. У нас тут осталась только одна лодка на плаву, троих лежачих перевезти можно будет за один раз, но надо подготовиться. На том берегу заночуете почти в полной безопасности и даже с комфортом. А вот Грибника забрать хочу прямо сейчас.

– Лучше позже, хоть полчаса еще. А сейчас вытяни ногу и расслабь. – Взмахнула рукой над коленом.

– Спасибо, теперь побегаю. Половина часа есть, но не больше. Надо до темноты успеть.

Таран повернулся к Грибнику:

– На западе утихло, насколько слышу? Был доклад про элиту.

– Если по выстрелам считать, то стихло. А по сути наоборот. Молодой элитник приперся, именно он мелкоту шуганул, да так, как мы еще долго не сможем. Сейчас его отвлекаем, на живца ловим: подсовывая бегунов, выводим на мины. Скоро уже. Даже хорошо получилось, что сейчас мы со Вторым в разных местах, удобно.

– Добро. Понтон тонет, теперь резервный план стал основным. Точка рандеву оговоренная, через три часа мы там уже займем круговую оборону. Вот только за трактором тебе придется в одиночестве сходить. Все стелсеры из строя выбыли разом. О готовности – сообщи.

Таран достал рацию, ушел, переговариваясь. Вскоре подошли рейдеры, начали переносить раненых.

Пальмира заторопилась, метнулась к раненым, потом к Грибнику, повела ладонью по небритой щеке:

– Полчаса эти твои, на подготовку и отдых. Береги силу. Тут срочное выполнено.

– Дан приказ ему на запад, ей в другую сторону…

Обнялись напоследок.

На западе громыхнул немалой силы взрыв, почти сразу пришел вызов от Второго.

– Мы сделали это!

– Сейчас подойду, обсудим, что дальше.

К Великой тропа на запад вышла на километр выше, против течения. Увы, тяжелый груз придется тащить по берегу, дорогу через кустарник туда уже начали прорубать. Дальше по ней, и это будет много легче, до холмика, который присмотрел Таран для временного лагеря. Там уже копошилась пятерка рейдеров, когда Грибник пробегал мимо. Тропа, а точнее старая заросшая дорога, поначалу не доставила проблем. Дальше дело пошло хуже, дорога запетляла по узкой долине между склонами, покрытыми зеленью, вдоль ручейка, прыгающего по камням к Великой. Особо густо молодые деревца разрослись на самой дороге, причем по закону всемирного свинства так, чтобы ветки как раз на уровне лица. Пришлось перейти на шаг. Достал рацию, доложил. Тут трактор застрянет, тоже расчищать надо. Затем опять бегом.

На опушке Грибник помахал рукой лотерейщику. Тот обрадованно заурчав, устремился навстречу.Добежал до того места, где только что видел вкусняшку. Притормозил, крутя головой и принюхиваясь. Цель потерял. Тут его жизненный путь и оборвался. Горошина в этом лотерейщике нашлась, хорошая примета. К удаче. Но больше на зараженных Грибник не отвлекался, времени нет и боекомплект надо экономить, патронов много не бывает. Хотя пока твари Грибника обнаружить не могли. Точнее, унюхали и услышали не раз, но неизменно быстро теряли. Сильнее лотерейщика так никто и не встретился, а лотерейщикам не судьба. Пересек этот небольшой и пустынный кластер без стрельбы.

А цель пути – в следующем. Туда загружалась захолустная промзона, вероятно бывшая окраина крупного города. Множество обшарпанных построек, ангары, пустыри, гаражи. В том числе гараж коммунальных служб, откуда и намечено было взять трактор с телегой. Если ничего лучше не сыщется, конечно. Рейдеры там бывали не раз, данные разведки имелись, но не вполне свежие и не совсем полные. Решать Грибнику предстояло на месте. Однозначно, Грибник предпочел бы бронетранспортер. Или танк. Но пришлось всё-таки брать трактор. Выбрал поновее. Мотор тихий, взревел только поначалу. Грибник отошел в сторону, залез на плоскую крышу одноэтажной пристройки, затем в окно второго этажа. Перешел в соседнюю комнату, открыл окно, изготовился к стрельбе. Не высовываясь, из полумрака. Позиция была намечена заранее, выбрана по фотографии. Выждал. Как и предполагалось, шум привлек внимание зараженных. Сперва появились, один за другим, два бегуна. Они были совсем рядом, Грибник решил, что их проще убить, чем отогнать.Хлопки выстрелов Винтореза появившийся следом молодой топтун возможно даже слышал, но может и по другой причине ускорился, а добежав, начал постукивать копытами рядом с трактором, принюхиваясь. Кроме Грибника и бегунов, пахло еще молотым перцем, щедро разбросанным вокруг. Запах топтуну явно не нравился и мешал взять след, но и уходить он не собирался. Перемещался быстро, поэтому с первого выстрела Грибник в споровый мешок не попал. Зато попал вторым. Топтун это не совсем то, что хотелось, на этой позиции планировали завалить зараженного посильнее, но не слишком. Грибник осмотрел окрестности, всё расширяя поле внимания. Поблизости так и не нашлось никого подходящего и мимо проходящего, пришлось в телегу грузить топтуна. Хорошо, когда есть кран, он справился бы и с рубером. Уже собрался было выехать за пределы ограды, как обнаружил далеко на юго-западе, почти на пределе своих возможностей, группу иммунных, быстро перемещавшуюся примерно по направлению к разрушенному мосту. Опознал, видел уже таких. Атомиты. К счастью, они далеко: мелькнули и пропали. Но возможность встречи с ними может что-то изменить. Но не текущие планы Грибника. Проверил связь, хорошо бы доложить о промежуточном успехе, но рация молчала, придется с полпути.

Теперь надо добираться обратно, уже с техникой. Первый блин комом, продвинулся недалеко, проехав только метров пятьсот. Остановился, вышел. Появившаяся вскоре троица лотерейщиков обнаружила то же самое, что и их предшественники: тихо пофыркивающий трактор с пустой кабиной. Нет причин заурчать, не видно еды. А нет урчания, нет и кворума. Хорошо то, что как и предполагалось, в зараженную голову не пришла мысль портить технику. Один выстрел, один лотерейщик. Отвод глаз опять сработал безупречно, а отвод глаз плюс Винторез это лучше, чем просто отвод глаз. Но без трактора было бы проще и быстрее. Так дальше и пошло, медленно и печально, со скоростью похоронной процессии. К тому моменту, как увидел впереди зеленку, рюкзак полегчал вдвое. Боекомплект рассчитали с запасом, мало ли что. Время рассчитали неверно, прибыл уже в сумерках.

От опушки мигнули фонарем. Свои. Впрочем, Грибник и не сомневался, Второго заметил там уже давно. И еще две группы рейдеров на флангах.

– Неплохо выглядишь. Почти как новый.

– Свежий воздух, умеренный радиационный фон. Пальмира напоследок посмотрела, говорит, что не вредит он мне, а наоборот, нужен. Но, честно говоря, часть пути от лагеря меня и взаправду несли. Торопились. А тебя заждались, Таран извелся. Всё-таки и он не железный.

– Никак было быстрее. Застрял после того, как на открытое место выехал, там одно время совсем крошечными шагами продвигался. Только в конце опять быстро, аж испугался.

– Зачистили, на что стволов хватило. А потом еще раз, тех что набежали. Я группы зачистки наводил, тут тоже было не скучно.

– Вовремя ты про камни вспомнил. Без них бы тяжко нам пришлось.

Вскоре все рейдеры собрались вместе, а топтуна из телеги выкинули. Тронулись по расчищенной уже дороге к лагерю, Грибник шагал рядом с Тараном, место за рулем уступил с радостью, надоело оно.

– Хорошо сработал, сдвиг по времени приемлем. Перебросим после рассвета, туда уже группа пришла. Минируют, груз недельку полежит с минимальной охраной. Атомиты мелькнули не ко времени, конечно. Мелькнули и пропали, пока ничего не меняем.

– Многовато суеты из-за этой бомбы. Чемодан без ручки, применить всё равно не можем. Уничтожить её проще.

– Взрывчатку на ней уже закрепили. Но попробуем доставить к Княжеству поближе, чтобы не было сомнений, что этот трофей наш. Тогда она поменяет баланс. А то в этот раз внешники притащили старье, поквитаться за неудачу. Завтра, глядишь, перебросят крылатые ракеты большого радиуса. У их портала ограничение есть по массе, ну так по частям протащат комплекс. В обход черных пятен траекторию проложат. Эта бомба важна не сама по себе, она даст нам шанс обзавестись средствами сдерживания. Компоненты некоторые на Земле трудно сделать, но ксер справится относительно легко. Когда мы будем знать, что они знают, что такие средства у нас есть, тогда можно будет спать намного спокойнее.

– Сделал бомбу и спи спокойно. Мир другой, проблемы прежние. Надвигается мирное сосуществование под угрозой взаимного уничтожения.

Глава 21. Мирные атомиты.

День 346

– Таран на связи.

– Это Второй. У нас проблема, атомитов встретили. Обнаружил их на полпути от реки к бункеру, численность до взвода, три машины, приближаются, двигаются к мосту. До контакта минут десять. Пока их визуально не наблюдаем. Мы заняли оборону у автовокзала, отступать смысла не вижу. Уйти не успеем, будем на воде, когда они к реке выйдут. Прием.

– В сторону бункера они ходили?

– Нет. Никаких признаков, что он обнаружен.

– Ждите нас. Без фокусов, только оборона. Если они мимо пройдут, совсем хорошо. Не высовывайся. Изменения обстановки докладывай. Отбой.

Таран вспомнил имеющиеся расстояния и потребное время. Группа в бункере, охраняющая бомбу, вне опасности. Группа Второго позицию заняла удачно, но соотношение сил перевешивает. К вероятному моменту начала боя можно успеть к реке... А там видно будет.

– Базе. Боевая тревога. Оперативный резерв – по машинам!

Дробный топот ног, фырканье запускаемых двигателей, хлопающие дверцы, последние бойцы запрыгивают в кузов уже на ходу. Всё как на тренировке, только не тренировка. Уже показался впереди мост, который Улей уже успел ровно наполовину починить, когда пришел новый вызов от Второго.

– Они остановились. Нас обнаружили, но не атакуют. Один вышел в нашу сторону, машет из-за укрытия белым флагом.

– Махни в ответ. Потом тяни время. Переправляемся.

Почти все перебрались на западный берег. Новое сообщение.

– Они прислали парламентеров. Встретились в сотне метров от нашей позиции. Их вышло двое, ну и мы вдвоем. Говорят, что их высший хочет переговоров с руководством людей, которые контролируют мост. Сначала хотели со мной, но я им объяснил, что не мне решать. Пока понял, что они на тот берег хотят. Очень хотят. Ведут себя подчеркнуто вежливо, даже через край. Ждать согласны. Остальные заняли позицию за трассой, попыток нас окружить не делают.

Мурза переглянулся с Тараном.

– Дожили. Вежливые атомиты.

– Фантастика. Улей умеет удивлять. – Таран раскрыл карту – После марша займете позицию вот тут… и тут. Чтобы эти славные ребята нас не охватили. К круговой обороне тоже подготовьтесь. А я пойду обсуждать, на каких условиях мы их пропустим.

– Думаешь, стоит?

– С запада на восток, почему нет? На восточном берегу они будут у муров кровь сосать, на западном они проблема Княжества. А из Грибного Леса нам всё равно уйти придется. И не только потому, что на тройниках фонит. Сам понимаешь, не удержаться нам тут.

– Это то понятно. А вот что не совсем понятно, так это зачем им мост. Автотранспорт через него не скоро еще пройти сможет. Но явно ведь придумали способ его использовать. Причем такой, что без нашего согласия никак.

– Посмотрим. Пока всё. Авангард на тебе – выдвигаемся.

Добежали быстро и без стрельбы. По этому маршруту недавно шла группа Второго, зараженных зачистили еще они.

– Таран на связи.

– Обстановка без изменений. Второй идет сейчас с нейтралки, через пару минут будет.

– Через пару минут и я буду. Выйдем к вам с юга, одной пятеркой. Предупреди – в тылу теперь свои.

И в самом деле, прибыли одновременно. Таран выглядел сильно более запыхавшимся.

– Ну как тебе атомиты?

– Из под масок только глаза видно. На каждое мое слово кланяются как болванчики, хотя и возразить могут. Меня настойчиво просили присутствовать на встрече в верхах. В целом обустройство переговоров согласовал. От нас стол, от них стулья. Место в тенечке, притом в зоне взаимного уверенного поражения, если что. Основные силы они по прежнему держат за дорогой, ну и малая группа разместилась поближе, насколько понял, пулемет у них. Там сейчас трое, вместе с теми кто на наших глазах кресло тащит, стало быть, пятеро. Почти паритет. Только что в нашу сторону выдвинулись ещё двое. Ваше прибытие они, вероятно, заметили точно так, как и нас обнаружили. Сенс у них хорош. Возможно, это один из этой пары, он заметно выделяется на общем фоне. Всё вроде.

– Раз всё, пошли. Они уже показались. Не будем заставлять ждать.

– И впрямь.

Атомиты всё-таки прибыли чуть раньше. Когда Таран и Второй приблизились к месту переговоров шагов на пятьдесят, на противоположной стороне стола в глубоком кресле как раз устраивался уважаемый партнер, миниатюрность фигуры которого навела на определенные мысли. Так и оказалось. Когда подошли вплотную, капюшон предводительница атомитов откинула. В отличие от прочих, лицо она не скрывала и солнечный свет видимых неудобств ей не причинял. Приветственную улыбку несколько подпортили мелькнувшие клыки.

Устраиваясь рядом с Тараном, Второй подумал, что зря он доверил партнерам кресла таскать. Своей предводительнице они нашли поудобнее. Впрочем, второй представитель атомитов и вовсе стоял на пару шагов за её спиной, ему и табуретки не принесли.

– Ваши имена я знаю, меня зовите Морриган. Это не совсем имя, скорее титул главы одного из кланов тех, кого вы именуете атомитами. Мы стремимся попасть на тот берег. Нам нужен мост, и нам нужно, чтобы вы не мешали переправе. Потом мы уйдем. Я хотела бы обсудить цену вашего невмешательства.

– Наслышан про ваш клан. Но ваши подданные, с которыми довелось встретиться, выглядели совсем иначе и к переговорам были не склонны.

– Это неудивительно. Когда мы договоримся, я поясню.

– Вы ведь знаете, что мост полуразрушен?

– Разумеется.

– А что через три недели через него снова можно будет проехать?

– Через семнадцать дней.

– То есть вы таким временем не располагаете. Еще вопрос. Сколько вас, желающих на тот берег, и сколько тех, кто заставил вас торопиться? И когда их ждать?

– Ты всё понял правильно, не буду отрицать. Я отвечу и на этот вопрос. Но сперва хотелось бы узнать, согласны ли вы пропустить нас в принципе.

Никогда не любил участвовать в переговорах. – подумал Второй. – Тут, похоже, затянется. А девушка симпатичная, хоть и слишком уж зубастая. Аура красивая и большая. Как то она подрагивает. Что-то она делает сейчас. Интересно. Если я её начну слишком уж активно изучать, так можно и огрести. Но присмотреться стоит, да и оттеснить от нас с Тараном.

Увлекшись, Второй потерял нить переговоров, даже не сразу понял, что к нему обращаются.

– Не беспокойся. Я не желаю вам вреда. Особенно тебе, ты ведь тоже недавно был ужален радиацией, хоть и не хочешь пока принять свою новую суть.

Повернулась к удивленному Тарану.

– Второго встревожили мои операции в ментальном плане бытия и он стал противодействовать. В том нет нужды, я работаю с кланом и слежу за окрестностями, ваши интересы это не задевает. Но буду далее работать так, чтобы не возникало ненужных сомнений и подозрений.

– Ты остановилась на рассказе о недругах клана Морриган.

– Продолжу и завершу. Когда они обнаружат, что мы переправились на другой берег, они уйдут обратно. Дальше на восток не пойдут, им дан приказ гнать нас до реки или уничтожить раньше. Это я знаю точно.

– Не интересуют пятна радиации?

– Заинтересуют, конечно. Радиация для вас опасность, а для отмеченных атомом благо. Мы не просто приспособились к ней, она стала необходима. Однако теперь, после того как наш клан проиграл, хватает места и за озером. Богатые ресурсами кластеры, удобные также и для охоты на забредающих с запада, достались победителю, его цель сейчас не повторить нашу ошибку и судьбу. А потому надолго и далеко бойцов послать просто не имеет возможности, хотя и понимает, что пока я жива, стоит чаще оглядываться. Он приказал своим идти только до реки.

– Нет уверенности, что они дисциплинированы. Не раз приходилось видеть, что атомиты в бою не только приказы не слушают, но даже и разум тоже…

– Ведут себя как дикие звери. Впиваются в горло врага и кровь пьют, как упыри. Да, бывает такое. Большинство меченных атомом проходит трансформацию неудачно и ущербны разумом. Многие просто глуповаты. Некоторые даже если речь понимают, то им можно только простейшее поручить, а от запаха крови они вовсе дуреют. Такие бойцы опасны даже и для своих, однако же им всегда есть применение, их можно послать в бой в первых рядах. Поэтому до конца войны они не доживают. А уж те, кто дожил – хладнокровны, умеют считать варианты, владеть собой и четко выполнять то, что приказано.

Тем более, несмотря на то, что кровь нам нужна и полезна, есть и альтернативы.

Морриган протянула Второму батончик в яркой упаковке.

– Возьми, тебе тоже пригодится.

– Спасибо, не откажусь. Мне есть и чем отдариться – меня наш знахарь уже снабдила. Тоже гематоген, только с другой этикеткой.

– Молодец, что догадалась. Как переправимся, напомни: дам ей несколько советов. Тебя надо лечить несколько не так, как обычного рейдера. А тебе следует помнить, что радиация некоторых возможностей лишает, но и некоторые дает.

– В зеркале то отражаться буду?

– Как пожелаешь, это дело добровольное.

Таран вернулся к основной теме.

– Есть вопрос, прямо относящийся к вашей способности поддерживать дисциплину. На территории, на которую вы претендуете, грузятся кластеры с десятком деревень и поселков. Этот вопрос сейчас не первоочередной, но он поднимется. Способны ли вы обеспечить возможность Княжеству выкупать попадающих туда свежаков? Это сделало бы наши отношения долговременными и намного более прочными.

– Да, хотя гарантировать для них безопасность не сможет никто, это Улей.

Повернулась ко Второму.

– Связь с Княжеством желательно поддерживать именно через тебя, раз уж мы о том договаривамся, ты идеальный кандидат.

– Это почему же так? Всегда считал, что уж во что не гожусь, так в дипломаты.

– Тебе легче во многом. Ты не понял еще? С точки зрения рядовых членов любого клана – ты тоже Высший, хоть и не знахарь совсем. Зато отмечен атомом и Дар твой несколько сродни нашей телепатии. Но тонкие отличия им непонятны, да и неинтересны. Для тебя главное, что без приказа Высшего своего клана тебе даже полуразумные не причинят вред. Ну, разве что случайно. А вот прислушаются к твоим словам закономерно.

– Назвать лучше офицером связи. Притом со стороны Княжества можно предоставить почетное гражданство, твои заслуги велики и это поддержат. Да, это мысль – Таран кивнул.

– По нечетным буду рыбу ловить, понятно. – Второй махнул рукой. – По большому счету, пока не разберусь со здоровьем, действительно разумно. В Княжество мне пока рано.

На том переговоры и завершили. Свою деятельность в роли офицера связи Второй начал с того, что выяснил у Тарана, о чем договорились то. Далее основной его задачей стало посматривать, не двинется ли кто в сторону, где в подземном гараже, из которого также имелся вход в бомбоубежище, спрятана бомба. Морриган, как сенс, не очень уступала Второму и Грибнику, она не смогла обнаружить тройку рейдеров, которых оставили присматривать за этим трофеем, только потому, что место было прикрыто другим трофеем, аурным блокиратором. Потом же передовая группа атомитов выдвинулась к мосту, ну а в составе прикрывавшего их арьергарда столь сильных дальних сенсов не было.

Одновременно Второй наблюдал за организацией канатной переправы вместо разрушенного пролета моста. В принципе, сделать ее несложно, имея только веревку и карабины, если навык есть. Навык важен, Маэстро бы справился быстрее.

Но беглецы где-то нашли полный комплект снаряжения, включая полиспасты с роликами, так что им было совсем просто, хотя опыта и недоставало. К вечеру переправили большую часть груза и людей. Понаблюдав за атомитами, Второй решил, что людьми их считать вполне можно, как и большинство прочих иммунных. Необычными людьми, но в Улье обычных почти нет, кроме внешников, которых как раз людьми язык назвать не поворачивался, хотя строго говоря они то как раз Ульем не изменены. Атомиты же очень необычные, и дело не во внешности и не в солнцебоязни. Морриган управляла кланом телепатически и это делало её подданных похожими не только на людей, но отчасти и на муравьев, а отчасти на роботов. Требовался минимум обсуждений, получив указания от Высшего, атомит мало уже нуждался в коммуникации с напарником, а завершив одно дело, легко переключался на иное, сотрудничая с кем-то другим. В нормальном человеческом коллективе такое достижимо только как итог длительной совместной притирки. Но, в принципе, тоже достижимо.

А разница между атомитом, контролируемым Высшим и просто атомитом велика есть. Это стало заметно, когда завязалась перестрелка. Преследователи догнали наконец, но реализовать свое численное преимущество сходу не смогли, наоборот, нарвались на засаду, понесли потери и откатились. В довершение, нагрянувшие зараженные прервали этот бой и вынудили их самих обороняться, заняв бетонную коробку недостроенного заводского цеха.

Зараженных же, случайно приблизившихся к мосту, охватывал страх. Второй и Грибник принялись тварей пугать. Привычно уже, можно сказать, профессионалы. На этот раз получилось особенно хорошо, особенно когда Грибнику стала помогать Пальмира. А потом и Морриган подключилась, поправим самочувствие Второго, начавшего уставать.

За последние часы Второй изрядно навострился общаться с ней без слов, передавая и получая образы. Но совсем без слов пока никак.

– Вовремя они переключили внимание на себя. Орда не орда, но почти сотня тварей там вокруг шастает. Четыре стаи. Или три, если не считать уже почти уничтоженную. Но стволов там тоже много. Полноценная рота, справятся без проблем, если элитника не приманят.

Морриган кивнула.

– Они больше опасаются нашей засады, чем тварей. Темнота на нашей стороне. К полуночи переправу завершим, мы успели, они опоздали.

Словно в ответ прозвучали короткие очереди тяжелого пулемета.

– С дымовой трубы лупят. Не иначе как ночной прицел есть.Мы тоже в зоне поражения.

– На пределе. Далековато.

– Не говори гоп, пока не на том берегу. Еще одного топтуна завалили. – далее опять без слов. Второй передал Морриган образ карты, алыми точками отметив противника. Примерно три десятка юнитов отделились от основной группы, устремились на юг под прикрытием бьющего сверху крупняка. Желтые точки, отмечающие положение тварей, гасли на их пути одна за другой.

Карту получалось обновлять по мере изменения обстановки. Что задумал супостат, Морриган поняла раньше Второго, сосредоточенного на отображении обстановки. Еще немного, и они обойдут оставленные засады с фланга. Значит, всё-таки не успели. Часть груза придется бросить. А тем, кто не переправится немедленно, придется прятаться, надеясь, что не найдут. Да, не зря Таран настоятельно советовал Морриган переправиться первой.

– Нам пора. Переправляемся.

– Пора, значит пора.

По туго натянутой веревке, репшнуром таскали распертую крестовинами такелажную сетку, в которой и размещали груз: один тюк или пару человек. А поскольку основная веревка имела наклон в сторону восточного берега, подвешенная к блоку с капролоновым роликом грузовая платформа двигалась легко.

Но если проблема может появиться, она появится обязательно. На этот раз ролик отслужил свое, а может потянули старательнее обычного, всё таки в сетке на этот раз не барахло, а начальство, но ролик раскололся на втором десятке метров. Веревку зажевало. Морриган, зашипев как кошка, полезла вверх устранять проблему, а Второй сосредоточился на амулете. Враждебные атомиты уже двигались вдоль реки вверх по течению и вскоре должны были выйти на дистанцию эффективного огня, а выдвинувшаяся им наперерез группа с пулеметом не успевала, теперь это стало понятно и Второму тоже. Место, куда стремится выйти противник, тоже можно предположить. Тем временем, прочие заслоны дружественных атомитов тоже покинули свои позиции и начали скрытный отход на север, выполняя отданный недавно приказ. Когда основные силы супостата двинутся вперед, их теперь встретят только мины.

– Наверх давай. На карабинах дотянут. – Сквозь сосредоточенность пробился голос Морриган.

– Принял. – ответ ушел без слова, мысленно, ощущением согласия.

Но сперва потянулся к рации. Нечто подобное не исключалось, Таран заготовил сюрприз на такой случай.

–Ориентир два, вправо триста, дальше сто. Беглый. Минута.

А потом Второй остро позавидовал паукам. Им легче, рук много, они не дрожат и посох не мешает по сетке карабкаться. С грехом пополам добрался до основной веревки, пристегнулся. Вновь сосредоточился. Вовремя.

Звук от пролетающей мимо пули редко кто может вспомнить. Его заглушают звуки, возникающие, когда она во что-то попадает, человеческий разум не способен одно от другого отделить. А если уж не мимо, так и совсем никак.

Происхождение услышанных сухих щелчков Второй понял через пару секунд, когда долетели и звуки выстрелов. Снайперы противника в три ствола открыли огонь с предельной дистанции, а тем временем большая часть прорвавшегося взвода продолжала движение вперед, к более удобной позиции.

В этот момент их и накрыли минометные разрывы. Второй всё рассчитал правильно. Прежде чем противник залег, десяток отметок погасло. Но трехкилограммовые мины почти не помешали оставшимся позади снайперам. Скорее наоборот, стимулировали. Теперь пули иногда взвизгивали, кувыркаясь после того, как их отклоняло плетение щита. Но Второй почувствовал, что сил немного и щит долго держать не сможет. Каждое попадание щит отчасти разрушало и требовало концентрации на восстановлении. А если бы дистанция была меньше, а попаданий больше, то уже бы всё и кончилось.

Удобство телепатического общения в том, что не надо много слов. После удачного минометного налета, а особенно после того, как Второй прикрыл от пуль, Морриган вновь спокойно вернулась к управлению своими бойцами. Но быстро поняла и состояние Второго. Даже лучше поняла, чем сам Второй. Всё-таки, она тоже знахарь, хоть и считают таких как она знахари людей скорее специалистами по причинению вреда здоровью, чем по лечению. Но это же две стороны одной монетки, всё зависит от того, какой стороной она упадет.

А Второй понял, что она собирается делать и одобрил. Пора. Сейчас предстоит падать в реку. Не так уж и высоко. Морриган подтянулась, перестегнула карабин. Теперь они со Вторым повисли на одной веревке, а после того, как Морриган её перерезала, вместе рухнули вниз. Снайперы потеряли цель.

Глава 22. На все четыре стороны.

День 350

– Сиди ровно, сколько можно говорить.

– Жжется. Царапина же, к утру сама пройдет. Ты серьезно её слишком, я такой ерундой тебя и отвлекать не хотел.

– Если рану обработать правильно, а не тяп-ляп, то через час повязка будет не нужна. Как тебя угораздило то, что и щит хваленый не помог и отвод глаз?

– Щит молодцом, но пуля дура. Шальная да рикошетом. А в целом там всё под контролем было. Тихо пришли, тихо ушли. А в промежутке чуточку постреляли. Тоже по большей части тихонько, с глушителями.

– Оно понятно сразу. Из вашей пятерки трое раненых. Боекомплект извели вчистую. Разведчики.

Тут Пальмиру отвлекли.

– Таран вызывает. – В комнату заглянула медсестра, рация в руке.

– Скажи, через десять минут. А пока давай сама, знаешь же всё. – Дальше Пальмира только пыхтела раздраженно. – Всё. Собирайся, Таран ждет.

Идти недалеко. За два дня до перезагрузки поселка большая часть рейдеров перебралась только что перегрузившийся в дом лесника, как и планировалось.

Таран Грибника встретил усмешкой.

– Выглядишь, как из боя.

– Ну, можно и так сказать. Пальмира разбушевалась не на шутку. От внешников то убёг, от муров тоже, а от Пальмиры фиг.

– Давай теперь поподробнее. Да не про Пальмиру, тут понятно. Перенервничала она. Места себе не находила, снилось ей нехорошее. А про бой при Змеином. Вот карта, наноси обстановку.

Присели к столу, Грибник вооружился карандашом.

– Прибыли по графику, перед восходом. Двадцать минут потратили на обустройство позиции, место выбрали резервное. То, что предполагали основным, мы забраковали – там осиное гнездо прямо над головой. Но альтернатива не сильно хуже. Людей я у супостата насчитал примерно три десятка вместе с дозорными, точно издалека сложно. Да и глазами видно было так себе. Мыс Змеиный и позиция муров на нем с той точки частично прикрыты лесом, расположились мы хоть и на холме, но над местностью он не господствует. Там рельеф как мятая бумага, весь в складках. Я решил подойти поближе, уже в одиночку. Линию дозоров муры далеко выносить не стали, они тут. – Грибник сделал отметки на карте. – А вот сюда я вышел. Точнее дополз. Большая часть мыса отлично просматривалась. Реку они перекрыли надежно. Окопались. Бронетранспортер с крупняком выдвинут на оконечность, в глубине кунг с антеннами и три больших палатки. Рядом с кунгом они поставили мачту на растяжках, похоже, монтаж еще не завершили, ящики рядом, оборудование, всё в рабочем беспорядке.

– Ретранслятор?

– Может быть, не опознал.

– Многовато людей на такое количество техники, это должно было насторожить.

– Сразу о том не подумал, а потом уже стало не до размышлений, да и нашлась техника с избытком. Предполагаю, восточнее реки у них еще одна база. Не очень близко, километров за сто, не меньше. Но в оперативной доступности и на связи.

Скорее всего я их сигналку потревожил уже когда возвращался. Вдруг все кто у них спал, разом проснулись, забегали. В мою сторону пошла пешая группа, три человека. Следом еще десяток. По проселку выдвинулись два броневика, сперва оставшиеся незамеченными. Один из них нашел нашу мину, остановился, но пулемет и с него отработал тоже. В целом, сперва они перекрыли юг и юго-восток. Группе я дал команду отходить от дороги за гребень, на отходе под обстрел издалека всё-таки попали, первый раненый там. Над головой им малый квадрокоптер подвесили. Ненадолго, вскоре дрон упал, разве что рассмотреть группу они успели. Но преследовать от дороги сразу не стали, предпочли обождать. И те, кто за мной шли, на месте моей лежки притормозили, я от них оторвался. Без проблем к своим вышел. Двинулись на северо-восток, зигзагом по оврагам. А потом стало понятно, чего муры ждут. Вертушки пришли, две штуки, с востока.

– Время от шума?

– Сорок пять минут. Думаю, что с необнаруженной пока базы прилетели. Расстояние можно прикинуть. Высадили десант за границей кластера. Десанты развернулись в цепочку постов. Вот по этой линии. – Грибник продолжил помечать карту – А вертушки сразу ушли. Видимо с топливом у них проблема, в том нам повезло. А еще больше нам повезло, что быстро идти не смогли через морену. Мы уже к границе кластера вышли, осталась совсем малость. Дальше поле. Сунулись бы туда, нас бы сверху на ровном месте точно прищучили. Посовещались мы и решили, что пока рано на прорыв, но скоро будет поздно. И пошли в обход. Опять разделились. Я на восток, попутно удачно пустышей приманил. Как раз когда они приковыляли, обстрелял восточный блокпост, пошумел. Убедительно получилось. А в это время группа ближайший к реке пост выбила и ушла. Вскоре вертушки вернулись, стреляли много, но не прицельно, просто по зеленке боекомплект изводили. А я улучил момент, под отводом глаз проскочил, шел еще восточнее. Потом нашел своих. Все вроде.

– Ошибку понял? Перед тем, как вперед идти, надо было группу перекинуть северо-западнее… вот сюда. Ушли бы они тогда вдоль реки, перехватить вас было бы негде и если бы у тебя проблемы на отходе возникли, они бы тебя прикрыли, как и задумывалось. А то вышло наоборот, ты их вытаскивал. Ну ладно, это штаб недоработал. Но и ты не додумал.

– Соглашусь. Только вертолетов там никак не ждали.

– Уж не первый раз они так, внезапно. Не ждали, так теперь будем. Им потребовалась не одна промежуточная база, может даже и не две. Но даже с учетом того, что топливо им возить не близко, теперь путь вниз по реке для нас закрыт. Их застава на Змеином сама по себе еще решаемая проблема, но с авиаподдержкой они нам не по зубам. С учетом остального, мы уже в оперативном окружении.

– Еще что-то произошло?

– До хрена. Через четыре часа после того как вы на юг ушли, внешники разнесли в хлам колонну атомитов за рекой. Беспилотников целая стая атаковала, давно такой не видел. Атомиты как раз сбор трофеев завершили, окрестности прочесали, собрались кучкой. Мы вначале малость помогли противникам найти друг друга, разведгруппа на то последнюю Иглу потратила, а дальше уж они сами. Атомиты в итоге почти кончились.

– Морриган своих врагов додавила, как я понимаю.

– Без нее тут обошлось. Зато она на северо-востоке отожгла, вместе со Вторым. Не очень понял детали, тебе то яснее, как она сумела через аурный щуп Второго порчу навести, в итоге две роты туземной пехоты внешников в нашу сторону движение прекратили. Животами маются. Посыльный от Второго вчера приезжал. Мерриганцы под самым носом у муров уютно устроились: вокруг либо чернота, либо радиация. А сами всё видят и сведения от них дорогого стоят.

– Мне бы надо посылку передать. Нашел я его посох с амулетом. На речном берегу камень этот издалека видать, если правильно посмотреть.

– Посыльный убыл уже, сразу как радиосвязь наладили. Но мы им тайник оставляем, можно туда положить. Завтра, предел послезавтра будем уходить отсюда за реку. Причем налегке и мелкими группами, у каждой будет свой маршрут. Западнее дальние дроны патрулируют широкими кругами, часто парой. И вдоль реки тоже раз в час кто-то да пролетит, но пока просочиться можно ещё.

– Второй остается на этом берегу?

– Пока да. Мерриган и Пальмира устроили консилиум. Постановили, через полгода, максимум год его состояние стабилизируется. Тогда сможет и в Княжество вернуться. А пока лучше, чем Мерриган, ему никто не поможет. Да и авторитет он у атомитов заработал нешуточный, после того как их королеву из реки вытащил. Через него легко договариваться и они хорошо дополняют друг друга.

– То да, плавать мы с ним детства обучены. Где уж только не плавали. Но обычно так глубоко не ныряли.

Разговор прервал стук в дверь. Вошедший рейдер передал Тарану лист бумаги с текстом, поздоровался с Грибником, дождавшись кивка помрачневшего Тарана вышел.

– Поправка. Уходим не завтра, а ночью. А ты еще раньше.

– От Второго шифровка?

– Почти от него. Внешники свои санитарные проблемы устраняют неожиданно быстро, знахари у муров нашлись. Завтра будут тут, их авангард уже выдвинулся. На отдых тебе и твоей группе два часа, потом зайдешь за картой. А прямо сейчас приноси, что хотел Второму передать. Через два часа выдвигаетесь на соединение с группой Мурзы на тот берег. Пальмира и её девчата с вами пойдут. Задачи две. Помочь Мурзе перепрятать бомбу, затем совместно доставить знахаря в княжество. Вопросы есть?

– Через час будут.

Но вскоре вопросов уже не осталось, поскольку Пальмира и две её помощницы к эвакуации подготовились, только Грибника и ждали, впрочем, с точки зрения Пальмиры, в данном случае это они транспортируют раненых, а не группа Грибника прихватила их с собой. Осталось боекомплект пополнить, до состояния “мало, но больше не унести”. Двое не вполне долеченных морщились, но тоже набили рюкзаки до отказа. А потом пришлось ждать очередного пролета патрульного беспилотника. До его возвращения, по накопленному опыту, времени на переправу хватит, даже на веслах.

Переправляться изготовились чуть южнее поселка, лодки с мотором не нашлось, к переправе в разных местах готовилась не одна группа. Поэтому предполагали насколько можно быстро пересечь реку, а потом предстоял долгий пеший путь в обход возвышенности на противоположном от поселка берегу. Ведь хотя до цели близко, но прямой путь лежит почти через эпицентр и потому кружной короче. По прямой ведь не дойти никогда.

– Нарушают свое расписание, разгильдяи. В очередной раз жалею, что Маэстро с нами нет. Он бы сразу сказал, где летит и когда прилетит. – Грибник старался как мог, но слышал только шелест листьев и всплески воды. Наконец, услышал то, что сперва принял за отголоски перезагрузки кластера вдалеке.

– Примерно на северо-востоке канонада. Километров двадцать. – Пальмире довелось уже слышать такие звуки, поэтому она сразу поняла, что это. Встревожилась.

– Быстро они. Но сюрпризов им Таран много наготовил, а в общевойсковой бой вступать вроде бы и не планировал. Думаю, что впустую лупят. Нам, однако, это на руку. Не будет патрульного дрона, он сейчас там. Думаю, пора. Можно и по течению немного спуститься, раз время есть, ноги поберечь стоит.

Грибник достал рацию, доложил. Получил подтверждение. Авангард противника напоролся на мины, попал в огневой мешок, откатился. И сейчас их арта разносит в хлам покинутые уже дзоты.

Две лодки, уже загруженные, спихнули в воду, пошли вдоль берега. Вниз река сама несет. И хорошо, что от берега далеко не отошли.

– Налево, к кустам. Быстро! – Грибник налег на весла. По сути, сам себе отдал команду. Вторая лодка пошла следом, хотя там расслышали только последнее слово.

Стремительно приближающаяся с юга группа людей ожидаемо летела не сама собой, но обнаружен вертолет был своевременно, даже с большим запасом. Поэтому причалить и замаскироваться успели. Через десяток минут вертушка промелькнула над рекой, много южнее. Ушла на запад, потом гул винтов стих.

– Десант высадили. Как раз у нас на пути. Дежавю, совсем недавно мы такое уже видели.

– Сколько их? – Вопрос возник у всех сразу, но задал его рейдер Зенит. По старшинству, если что, командование перейдет к нему, пока с Мурзой не встретились.

– Двенадцать, вроде. – Грибник ответил после паузы и с толикой сомнения в голосе.

– Логично предположить, что там две рейдовых группы. Десять коммандос, два пилота. Разведчики это. Их больше, но мы их видим, они нас нет. И они скорее всего разделятся.

– Вывод. Справимся, если что. Ирокез уйдет, переправляемся тут. Ниже уже опасно будет.

Грибник опять достал рацию, кратко изложил ситуацию.

– Наша задача прежняя. Попытаемся пройти тихо.

– Как в прошлый раз? – подала голос Пальмира.

– По обстановке.Скорее всего, через гору пойдем, по лесу. Мурзу предупредят о десанте, у штаба связь с ним есть. Разведгруппы, раз вовремя обнаружены, нашим планам не очень уж повредят. Пусть пока тешат себя иллюзией, что это направление у них тоже под контролем.

Вой турбин и стрёкот винта ждали и дождались. Ирокез поднялся над плато, закрывавшем место высадки, но против ожидания, набирая высоту, двинулся не сразу на юго-восток, а описал полукруг и появился над рекой севернее, почти у поселка уже, постепенно поворачивая к югу. Явно опасаясь обстрела, резко снизился и пошел над водой, промелькнул совсем близко от затаившихся рейдеров. А потом вновь изменил направление, с большим креном вошел в разворот, одновременно вновь набрав высоту. В верхней точке траектории отстрелил веер тепловых ловушек. И затем довернул на боевой курс, полого снижаясь.

– Заметили нас. – Зенит первым осознал смысл последнего маневра. Вопросительно взглянул на командира.

В критической ситуации, когда времени совсем нет, люди инстинктивно действуют по разному. Для некоторых естественно замереть, спрятаться. Иногда так правильно, иногда нет. Некоторые наоборот, склонны к кипучей активности и Грибника не раз такое поведение подводило, но изменить себя трудно. Осмотрелся, укрытия нет. В данном случае всё равно, что делать. Ирокез применит ракеты раньше, чем получится что то сделать. Активировал плетение щита. Передернул затвор, вскинул ствол навстречу угрозе. Его движение повторили остальные, только тогда Грибник осознал, что продолжает отслеживать пилотов аурным щупом и вспомнил урок, преподанный Мерриган. Перестал действовать, начал думать. Отпустил автомат, вновь повисший на ремне. Вытянул мешочек с амулетами, старым и новым. Сосредоточился.

Вертолет повело, сорвавшиеся с направляющих ракеты ударили в доброй сотне метров от цели. А Ирокез, продолжая рыскать и заваливаться из крена в противоположный крен, пропал из поля зрения. Рейдеры уже не увидели, как он зацепил винтом возвышающуюся над местностью огромную сосну, зато услышали через мгновение. Потом ударило грохотом взрыва.

Толкнуло пришедшей ударной волной, Грибник упал. Пальмира добралась до него прыжком, приложила руки к голове. Это последнее, что помнил Грибник. На следующие пять минут командование перешло к Зениту, а Пальмира была очень занята. Но и когда Грибник пришел в себя, тоже продолжала работать.

– Что случилось? – Грибник ошалело смотрел на склонившуюся над ним молчаливую и нахмуренную Пальмиру. Потом на Зенита.

– Это, скорее, тебя надо спросить. – Зенит усмехнулся. – Вертолет помнишь?

– Да. Вспомнил. Промахнулись?

– Еще как. За пригорком догорают. Думаю, с твоей легкой руки. Как ты её в сторону Ирокеза вытянул, так его мотылять стало.

Тут Грибник почувствовал, что в голове прояснилось. Пальмира убрала руки с его макушки.

– Теперь всё вспомнил. А вот Даром воспользоваться не могу.

– Это пройдет. Перенапрягся ты, почти перегорел. – Пальмира устало улыбнулась.

– Надо поспешить. Пока высаженный десант нам помешать не может. Но уже хочет, наверно.

– Не было у пилотов времени сообщить, да и падение вертушки десант видеть не мог, они за горой.

Однако, посматривали рейдеры во время переправы на противоположный берег внимательно и с опаской. Поскольку Грибник как сенс временно из строя вышел, оставалось полагаться на глаза. Зенит смотрел пристально. Его дар – острое зрение, теперь он стал выполнять роль сенса. Переправившись, наскоро замаскировали лодки и, добравшись до примеченного с воды подходящего для подъема места, полезли вверх. Взобравшись, Грибник выдохнул вдвойне облегченно. Узкая ровная полоска между склоном и рекой воспринималась как ловушка, неприятно там было находиться. Гора же оказалась очень похожей на ту, в деталях знакомую, что на противоположном берегу, только без следов присутствия человека, без построек и дорог. Даже место, выбранное для временной стоянки, напомнило Грибнику то, что он увидел в первый день после попадания в Улей. С одной стороны обрыв и река, с другой стороны редколесье, с его стороны выбранное место прикрывают насколько огромных валунов, окруженных кустарником. Чем дальше от склона, тем больше подлеска, но в некоторых направлениях видимость неплоха. Тропа неподалеку всё-таки нашлась, но не человечья. Кабаний переход вел к склону, кабаны нашли место для спуска лучше того, что приметили рейдеры. На небольшом участке она с места привала просматривалась, это плюс. Мало ли какая свинья по ней пойдет.

Грибник, посовещавшись с Пальмирой и Зенитом, решил выждать тут, пока способности сенса к нему вернутся хоть в минимально достаточной степени. Пальмира сказала, что скоро вернутся полностью, завтра или послезавтра. А через час можно будет взглянуть за соседний куст.

– Временная потеря сил это не очень большая плата. Не сбил бы ты Ирокез, потеряли бы жизнь, это навсегда. Не встречал еще такого Дара, ему цены нет.

– Я его не сбивал. Они сами упали. У пилота сильно закружилась голова, на несколько секунд он попутал верх, низ, право и лево. Вестибулярка взбесилась и вбитые тренировками рефлексы сработали против него, руки ведь в воздухе обычно действуют раньше головы. – Повернулся к Пальмире. – А ты ругалась.

Пальмира усмехнулась.

– Сердилась я на Мерриган, что она вас со Вторым дурному учит, порчу наводить, но наука пошла на пользу, признаю.

– У Второго этот фокус лучше получается. Зато у меня лучше выходит ему сопротивляться. Мы теперь разные стали. У нас прям-таки белая и черная магия, как в книжках. А я как раз белый, на меня сердиться никак нельзя. Грешно же.

– Бледный. И совсем горячий. Ложись, полежи, пока не упал.

Грибник пристроился рядом с двумя ранеными рейдерами, почти сразу отключился. На этот раз просто уснул. Пальмира присела рядом, затем переместилась к следующему пациенту.

Отдых получился недолгим. Пальмира усыпила, она же и разбудила. Прошептала:

– Метров за двести от нас кто-то куропаток спугнул. По тропе идут.

Еще недавно такое расстояние помехой бы не стало, но не на этот раз. В медитацию вошел, но кроме занявших подготовленные позиции рейдеров никого в пределах досягаемости не заметил.

Кто переполошил птиц, вскоре стало ясно. Три точных и тихих ствола, два Винтореза и СВЧ, направлены были на прогалину, за которой виднелся кусок тропы. Но мелькнули два силуэта в другом месте. И опять скрылись.

– Нет, они вдоль тропы идут. По лесу.

– Эти двое, скорее всего – головной дозор. Может еще промежуточный дозор быть. И его тоже пропустим.

Зенит согласился:

– У одного из них SCAR в руках, от таких всего можно ждать.

Но следом за обнаруженной парой никто не шел. И вниз, по кабаньим следам, они не пошли. Двинулись далее почти вдоль края обрыва, некоторое время Грибник провожал их вооруженным глазом. Возможно, идущий позади почувствовал этот недобрый взгляд, рывком укрылся за пригорком, выставив ствол. А другой совсем пропал из виду.

– Версия следующая. Сверху то всё видели и карта есть, но на земле не так гладко. Изучают путь.

– Один хрен. Остальные скоро будут. А еще заметил - у них дозиметры наготове.

– К северной же оконечности плато идут. В той стороне местами наверняка фонит.

Задумался. Преимуществ в этой ситуации нет ни по числу стволов, ни по знанию местности. Но повезло первым обнаружить противника. Второй раз уже повезло. Это судьба. Нельзя их отпускать, в третий раз фортуна может и развернуться. Преимущество внезапности надо использовать.

Однако, хороших мест для засады не так уж много. Есть, конечно, засесть на опушке, но о полянах и прогалинах осведомлен и противник. Обойдут. Двигаются они так, чтобы одновременно в прицел не попадать. Следы на земле внимательно изучают, да еще и взгляд чувствуют. Преследовать их не стоит, пусть смотрят, что хотели. Они вернутся к основной группе или доложат по рации. В любом случае, остальные двинутся по разведанному пути.

– Ждем тут. Монку поставим на краю ельника, замаскируем мхом. Постараемся не наследить. Положим приманку. Глубже на запад они не полезут, там идти трудно, а троп избегают. Если вернутся, опять пропустим, ждем основные силы. Только пока готовимся, выставим охранение. Зенит, Ставр, организуйте себе позицию восточнее тропы, на березах. Повыше, тогда сверху видно всё. Пальмира будет стрелять отсюда, она полноценный четвертый снайпер. Остальные готовьте залп подствольниками по команде, потом повтор по готовности. Как мысль, годно?

– А где будет командир?

– Впереди. В смысле, я тоже на дерево полезу, только с другой стороны тропы. Вон здоровая елка торчит, думаю, подойдет. Как залезем, сектора стрельбы согласуем. Кому что хорошо видно будет, отсюда детально не понять. По идее, должны простреливать всё.

– Годно. Пошли вить гнезда.

– Главное там ничего не отложить, а то будет негодно.

Муровский коммандос вернулся, дав достаточно времени на организацию засады. Теперь уж сомнений не осталось, один пошел навстречу своим, второй остался где-то на севере. А рейдеры, провожая его взглядом, отметили, в какой момент кто из них увидел противника и когда из виду потерял. Всё, почти готовность. Осталось приманку разместить, но для этого ходить не надо.

Проторив путь, муры отчасти утратили бдительность. Примелькавшийся уже мур изображал проводника и дозор, два в одном. В ста метрах за ним следовала пара автоматчиков, еще в сотне метров основная часть РДГ, шесть человек с грузом.

Обнаружив небольшой квадрокоптер, неуклюже повисший зацепившись а ветку молодой березки, разведчик остановил движение. Доложил. Двинулся вперед, внимательно осматривая землю. Следов вокруг нет, совсем нет, а ситуация в целом понятная. Совсем недавно дрона тут не было, его трудно не заметить. Значит, упал только что. Не случайно он тут, вертолет точно заметили, вот и отреагировали. Дрон ценный трофей, но не это главное. Раз уж он попал в руки, он много расскажет о тех, кто его запустил. А привал всё равно нужен, так рассудил командир РДГ. Дал команду деревце спилить.

Взрывы гранат и выстрелы Пальмиры поразили и тех, кого деревья прикрыли от поражающих элементов монки. В зону поражения мины попали все муры, кроме троих, стоявших в охранении. Двое из них пытались бежать, но нет ничего глупее, чем бежать от снайпера. Самый умный сообразил, что к чему, змеей выскочил из огневого мешка. Только у него был шанс, но он выбрал неверную дорогу, пуля догнала.

Остался только один, на севере. Ну и черт с ним, решил Грибник. Но трупы рейдеры всё-таки заминировали. Раненых добили без допроса. Взяли только один трофей, пусковую ПТУР с боекомплектом, но и его далеко не унесли, просто спрятали. Своего груза больше, чем сил. Как добрались до зоны устойчивой радиосвязи с Мурзой, Грибник попросил подмогу. Встречать Мурза сам пошел.

– Прибыли в твое распоряжение. Раненых двое, я временно утратил Дар. По пути имели столкновение с РДГ противника, потерь нет. От Тарана записка есть, совсем короткая: ”вариант два”… ну и подпись.

– Это он перестраховался. Связь с ним до сих пор есть, сплоховали внешники. Смысл тебе известен?

– В общих чертах. Разбегаемся мелкими группами, на все четыре стороны, у каждой свой маршрут и свое место переправы. Место сбора тебе известно, мне его название ни о чем не сказало. Будет на то воля Улья, встретимся там.

– Не сомневайся, встретимся, обязательно встретимся. Пару недель спустя. У тебя же скоро годовщина? Там и отпразднуем.

Content

Грибы с зубами. S-T-I-K-S

Глава 1. Свежак.

Глава 2. По долинам и по взгорьям.

Глава 3. Встреча на реке.

Глава 4. Внешники.

Глава 5. Пятница

Глава 6. Гражданин Грибник.

Глава 7. Тяжелые железные игрушки.

Глава 8. Знание - сила.

Глава 9. Первым делом самолеты.

Глава 10. Шаг вперед и два назад.

Глава 11. Черная полоса.

Глава 12. Путь ночного тумана.

Глава 13. Уставы написаны кровью.

Глава 14. Лист на ветру.

Глава 15. Терпенью машины бывает предел.

Глава 16. Ударный велопробег.

Глава 17. Крутые скользкие края имеет эта колея.

Глава 18. Дороги в эпицентр.

Глава 19. Время собирать камни.

Глава 20. Никогда такого не было и вот опять.

Глава 21. Мирные атомиты.

Глава 22. На все четыре стороны.