Дорога обратного времени

Виктория Шорикова

© Виктория Шорикова, 2019

ISBN 978-5-4496-6888-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Алое пламя

Мэдлин брела по бесконечной пустыне. Она снова была босая и горячий песок неприятно обжигал ей ступни. Сейчас девушка мечтала лишь о том, чтобы встретить на своем пути хоть какой-то источник воды, пусть даже маленькую лужицу. Но впереди виднелись одни только песчаные барханы. Огромное красное солнце опускалось за горизонт, и Мэдлин надеялась, что с его уходом станет хоть немного прохладнее.

Девушка с какой-то тревогой смотрела на этот кроваво-красный закат, будивший в ее душе затаенные и страшные воспоминания. Когда-то давно она уже видела это неправдоподобно алое солнце. Только тогда она была не в пустыне, а кажется в городе. В каком-то чужом незнакомом месте. И там было очень плохо, там ей грозила смертельная опасность.

Мэдлин вдруг поймала себя на мысли, что не помнит, как она вообще оказалась в пустыне. Почему она здесь и куда идет? Девушка остановилась, тревожно оглядываясь по сторонам. Обжигающий сухой ветер трепал ее волосы и платье. Неожиданно она услышала голоса. Люди! Если рядом люди, то значит есть и оазис, и вода!

Мэдлин поняла, что от незнакомцев впереди ее отделяет один лишь высокий песчаный бархан. Не жалея ног, она принялась взбираться по нему вверх. И оказавшись на самой вершине увидела, что внизу простирается песчаная равнина, где столпились какие-то люди. Только люди ли?

Девушка с недоумением разглядывала темные фигуры, закутанные в странные одежды, похожие на балахоны, так что не было видно лиц. Загадочные создания скользили по песку, не касаясь его. В свете заходящего солнца их тени казались неимоверно длинными. Так что не понятно было, где заканчиваются силуэты незнакомцев и где начинаются их отражения.

Мэдлин стало не по себе. Она уже пожалела, что взобралась на этот бархан. Вдруг эти неизвестные заметят ее и не слишком обрадуются подобной встрече?

Так и произошло. Одна из фигур обернулась к девушке, и та увидела, что под капюшоном нет лица, одна лишь чёрная пустота. Мэдлин сделалось жутко, ей захотелось убежать прочь. Но неожиданно она услышала знакомый голос и сердце ее буквально замерло.

— Мэдлин, это ты? Спустись сюда, помоги мне! — крикнул кто-то.

Девушка не могла не узнать этот голос. Он, несомненно, принадлежал Джереми, которого она не видела уже больше года и о местонахождении которого ровным счетом ничего не знала. Мэдлин почувствовала в интонации молодого человека искреннюю мольбу о помощи. Поэтому не удержалась и закричала в ответ:

— Джереми, где ты? Что с тобой?

Это было роковой ошибкой. Темные фигуры все разом повернулись в сторону девушки. А затем с какой-то нечеловеческой скоростью стали приближаться к ней. Теперь уже точно было видно, что это никакие не люди. Под прорезью черных балахонов мелькали худые длинные когтистые лапы. Мэдлин в ужасе осознала, что сейчас неведомые твари ее попросту растерзают. Она попала в ловушку! Никакого Джереми здесь не было и быть не могло!

Неизвестное существо, приблизившись к девушке, больно коснулось когтями ее предплечья и оцарапало его. Мэдлин в ужасе инстинктивно закрыла лицо руками, закричала и… от этого проснулась.

Девушка резко села на кровати и откинула прилипшую к вспотевшему лбу прядь волос. Она никак не могла отдышаться, словно действительно только что бежала по пустыне. Мэдлин поняла, что утро еще не скоро, потому что в ее комнате было совсем темно. Единственным источником света оставалась одинокая свеча, стоявшая на комоде и по собственному желанию загоревшаяся красным магическим пламенем.

Девушка отлично помнила, что не собиралась ее зажигать, а значит огонь возник сам собою. Мэдлин это совсем не понравилось. Магическое пламя никогда не появляется просто так. Ее же оно в последнее время буквально преследовало. Стоило девушке оказаться поблизости от огня, как тот непременно старался принять зловещий алый оттенок. Мэдлин казалось, что таким образом магия Междумирья, которое она навсегда покинула, звала ее обратно.

Девушка сидела на кровати, как завороженная, не двигаясь и глядя на мерцающее пламя свечи. У нее появилось какое-то непреодолимое желание бросить все и прямо сейчас произнести заклинание перемещения, чтобы оказавшись в Междумирье, хоть на секундочку вдохнуть и почувствовать ставшую ей родной магию. Мэдлин вдруг стало так тоскливо, словно она была заперта в темнице.

Девушка резко тряхнула головой, отгоняя неприятное наваждение, а затем вскочила с постели и попыталась задуть горевшую зловещим пламенем свечу. Огонь даже не шелохнулся, словно ее и вовсе не было рядом. В раздражении Мэдлин произнесла слишком мощное водное заклятие, которое не только потушило пламя, но и немного затопило пол под ногами.

Но девушку это мало взволновало. Она снова легла на кровать и принялась разглядывать потолок над своей головой, пытаясь вспомнить ускользавшие после пробуждения подробности сна. Мэдлин с такой ненавистью спешила погасить своенравную свечу еще и потому, что огонь неприятно напоминал ей кроваво-красный солнечный диск из ее кошмаров. Она уже где-то видела нечто подобное и это обстоятельство тревожило ее даже больше, чем явившийся во сне образ Джереми. Девушка пребывала в полной уверенности, что молодой человек в состоянии сам постоять за себя и вряд ли станет просить ее о помощи в реальной жизни. Скорее это ему чаще приходилось защищать свою спутницу, когда они вместе путешествовали по дорогам Междумирья.

«Нет, это всего-навсего дурной сон», — решила про себя Мэдлин.

Она столь активно отгоняла от себя мысли о Джереми еще и потому, что в глубине души ей неприятно было осознавать то, что он не вспоминал о ней уже больше года и ни разу не вышел на связь. Волей неволей Мэдлин начала воскрешать в памяти подробности их жизни в Междумирье и, погружаясь в эти воспоминания, сама не заметила, как уснула…

Проснулась девушка уже от того, что солнце, беспрепятственно проникавшее в окно из-за не зашторенных занавесок, светило ей прямо в глаза. Мэдлин машинально потянулась к лежавшим на тумбочке наручным часам. Те показывали одиннадцать часов утра. Девушка поразилась тому, как долго она спала. Хорошо еще, что сегодня был выходной, ведь в обычные дни она просыпалась не позднее девяти из-за того, что ей приходилось вести занятия.

Раздался стук в дверь. Не громкий, но настойчивый. Почувствовав знакомую магическую ауру, Мэдлин поняла, что за порогом находится не кто иной, как Зоя — ее давняя приятельница и коллега, к которой девушка относилась особенно трепетно после того, как та спасла ей жизнь при ранении стрелой Бессмертия. Не дожидаясь, когда ее впустят внутрь, Зоя без особых церемоний просто-напросто прошла сквозь дверь. Подобное было под силу только магу достаточно высокого уровня.

— Вставай, соня, — насмешливо произнесла она.

Подруга Мэдлин в отличии от нее самой не обладала особо яркой внешностью. Скорее наоборот. Худенькая, маленькая, с тусклыми русыми волосами и большими глазами за стеклами огромных очков. Она казалась какой-то незаметной, робкой и беспомощной. Но на деле была очень хорошим и сильным магом, а еще человеком, не боявшимся принимать сложные решения даже в самой непростой ситуации.

Мэдлин недовольно поморщилась и села на кровати, натянув одеяло до самого подбородка. Ее раздражало такое пристальное внимание к собственной персоне.

— Я и сама могу проснуться, совсем необязательно ко мне врываться, — пробурчала она.

— Что-то долго ты просыпаешься! — парировала Зоя. — Проспала завтрак. Я конечно понимаю, что сегодня выходной, но мы с Юнием все равно беспокоились, вдруг тебе стало плохо.

Мэдлин тяжело вздохнула. После того, как она вернулась из Междумирья и обрела несвойственные другим магам способности, коллеги в ее родном институте принялись активно интересоваться ее состоянием и самочувствием. И девушке упорно казалось, что они считают ее немного не в себе и стараются общаться с ней мягко и аккуратно, как с больным человеком. Хотя она и так тщательно скрывала от всех, что слышит голоса в собственной голове, подсказывавшие ей, как правильно использовать магию Междумирья. Если бы Мэдлин в открытую рассказала о таком, то уже, наверняка, давно бы попала в психушку, несмотря на все свои заслуги. Девушке и так казалось, что с ней до сих пор не произошло ничего подобного только потому, что было бы как-то некрасиво одеть в смирительную рубашку человека, предотвратившего тяжелую войну и собственноручно уничтожившего сильного мага с нездоровыми замашками диктатора.

— Я всего лишь решила поспать подольше! А вы уже начинаете беспокоиться! Как будто бы я ребенок, которого ни на секунду нельзя оставить одного! — раздраженно ответила она Зое.

— А чем ты ночью то занималась? — хитро прищурившись, спросила та, благополучно пропуская мимо ушей раздраженный тон подруги.

— Тоже спала, — машинально отозвалась Мэдлин.

— Да ну? А кто же тогда устроил этот потоп? Из-за которого я даже не решаюсь подойти к твоей кровати, чтобы не промочить ноги. Не говоря уже о судьбе бедного ковра на твоем полу! А ведь его между прочим подарил твой бывший выпускник!

Мэдлин уже и позабыла о том, что сегодня ночью переборщила с водным заклятием, и теперь с легким недоумением уставилась на залитый водой пол. Она щелкнула пальцами, и вода тут же исчезла, а от ковра начал подниматься небольшой пар. Зоя восхищенно взглянула на свою подругу, которая проделала весь этот фокус без магического амулета.

— Никак не могу привыкнуть к тому, что ты теперь можешь колдовать без заклятий! Признаться, я и сама пару раз пробовала, но все безрезультатно! Сколько я ни концентрировалась, сколько ни пыталась! — с легкой завистью заметила она.

До того, как попасть в Мэждумирье, Мэдлин, как и все маги в ее родном мире, тоже могла колдовать лишь с помощью произносимого вслух заклятия и магического амулета с камнем — проводником. Им мог быть любой драгоценный минерал, подвергшийся специальной огранке, и пропускавший сквозь себя энергию волшебника, чтобы преобразовать ее в магию. Произносимое же вслух заклинание предавало этой магии конкретную направленность. Без амулета и заклятия могли колдовать лишь единицы избранных, к числу которых теперь присоединилась Мэдлин. Правда девушка была не слишком рада приобретенным способностям, так, как ради них ей пришлось помимо собственной воли пройти серьезные испытания в Междумирье, едва не стоившие ей жизни. А может быть даже и стоившие…

— Скажи честно, тебя опять преследовал магический огонь, и ты разнервничалась? — совсем другим тоном поинтересовалась Зоя, аккуратно присаживаясь на краешек кровати рядом с подругой.

Мэдлин решила, что отпираться будет бессмысленно, и молча кивнула, глядя не на собеседницу, а на свое отражение в висевшем напротив кровати зеркале. Девушка упорно не верила во всевозможные приметы и поверья, несмотря на то, что те порой не были лишены здравого смысла и придумывались самими магами. Вместо этого она наоборот старалась сделать все наперекор традициям. И в данном случае специально повесила зеркало напротив кровати, несмотря на то, что абсолютное большинство ее знакомых убеждало девушку в том, что спать, отражаясь в зеркале — очень плохая примета.

Сейчас же Мэдлин придирчиво оценивала себя в отражении. С зеркала на нее смотрела девушка с бледной кожей и большими каре-черными глазами. Ее образ мог бы показаться несколько мрачноватым и усталым, если бы не ярко-рыжие кудрявые волосы, достигавшие плеч.

С волосами у Мэдлин была связана отдельная история. Они имели свою особую магию и когда девушка испытывала какие-то сильные эмоции их пряди начинали превращаться в самые настоящие языки пламени, способные обжечь окружающих, но не причинявшие вреда своей владелице.

Кроме того, их нельзя было стричь. Точнее можно было, но это причиняло девушке сильные страдания, словно ей пытались отрезать палец или какую-то иную часть тела. Поэтому до того, как она больше года назад попала в рабство к Литургу, и колдун, имевший склонность к садизму, подстриг ее, волосы девушки были неимоверно длинными.

После этого события они стали расти вообще непонятно как. В Междумирье отрастали сумасшедшими темпами, а когда Мэдлин вернулась обратно в свой мир, резко остановились и за весь последний год едва ли удлинились на несколько сантиметров.

Девушка поняла, что чересчур погрузилась в свои мысли, потому что сидевшая рядом Зоя принялась настойчиво тормошить ее за плечо.

— Эй, для кого я тут распинаюсь? Если тебе не интересно — так и скажи! — возмущенно заявила она.

Мэдлин лишь краем уха слышала то, что ее подруга предлагала поискать в книгах какой-нибудь способ блокировки магического огня. Но девушка не слишком верила в успех подобных начинаний. Она считала появление алого пламени особым знаком. Таким образом что-то, возможно даже ее собственная защитная магия, предупреждало Мэдлин о некой опасности. И, вполне возможно, что если девушка избавится от огня, то вокруг нее появятся другие знаки.

— Кстати, — неожиданно переменила тему Зоя. — Ты ведь не поддерживаешь связь с Джереми?

Мэдлин недоуменно взглянула на подругу. А та с какой-то повышенной заинтересованностью принялась разглядывать висевшее на спинке стула платье девушки, словно та не носила его уже два года.

Мэдлин вдруг вспомнила, что до этого момента Зоя вообще никогда не заводила подобных разговоров, видимо, опасаясь расстроить свою приятельницу. Кроме того Джереми был преступником и находился в бегах, будучи объявленным в международный розыск. И ни Зоя, ни Юний (начальник и бывший возлюбленный Мэдлин) старались не поднимать эту тему, просто на всякий случай.

— Ты прекрасно знаешь, что не поддерживаю, — холодно ответила Мэдлин и добавила. — И меня это совсем не волнует. Перед тем, как он уехал, мы поговорили и пришли к выводу, что нам лучше быть по раздельности.

На самом деле разговор, произошедший между ними тогда, был несколько иного содержания, и девушка до сих пор помнила его дословно и очень переживала из-за того, правильно ли она поступила. Джереми не раз спасал ее, когда они вместе путешествовали по Междумирью. Но когда они смогли его покинуть, Мэдлин сумела вернуться к обычной жизни и своей прежней работе в институте, а для Джереми подобное было, увы, невозможно, так как он занимался преступной деятельностью и на счету его было несколько убийств.

Этого ему простить никто не мог, и молодому человеку грозила не просто тюрьма, а виселица, потому что среди магов практиковалась смертная казнь. И у Джереми не оставалось иного выхода, кроме как податься в бега. Он очень хотел забрать с собой Мэдлин, так как, по его словам, успел полюбить ее, но девушка отказалась. Она так устала мотаться по дорогам Междумирья, что ей захотелось спокойной и размеренной жизни, которая рядом с Джереми была бы попросту невозможна.

С тех пор прошло чуть больше года, но Мэдлин никак не могла забыть об этом и успокоиться. Ее терзало чувство вины, мысли о том, что она поступила неправильно и чуть ли даже не предала Джереми. К тому же, несмотря на то, что девушка упорно отрицала свои чувства, она действительно полюбила Джереми и в душе рассчитывала на то, что молодой человек будет поддерживать с ней связь, но он исчез, словно провалился в небытие.

— А-а-а ну хорошо, раз не поддерживаешь, — как-то слишком поспешно произнесла Зоя.

— Так, так, так, — окончательно насторожилась Мэдлин. — Что-то ты темнишь! К чему ты вообще завела этот разговор? Больше года тебя мои отношения никаким образом не волновали, а тут вдруг забеспокоилась!

— Ну, ты же точно уже о нем забыла? — зачем-то снова поинтересовалась ее собеседница.

— Зоя, или ты немедленно говоришь мне, в чем дело, или я за себя не ручаюсь, и ты станешь более разговорчивой от моего заклятия, — возмущенно заявила Мэдлин.

На самом деле, она, конечно же, не собиралась заколдовывать подругу, и Зоя это прекрасно понимала, но на всякий случай пошла на попятную. Все-таки Мэдлин и правда была очень сильной волшебницей. А ведь не редко случается так, что маг под действием эмоций, сам того не желая, накладывает какое-то заклятие, а потом не может его снять, несмотря на то, что сам же и раскаивается.

— Ладно, ладно, — быстро проговорила Зоя. — Просто сегодня утром я слушала радио.

Она имела ввиду особые радиоволны, транслируемые только среди магов и передающие новости из их жизни.

— Так вот, — продолжила девушка после небольшой паузы. — Там было короткое сообщение о том, что в одном из людских городов был найден сгоревший автомобиль…

— Тоже мне новость, — усмехнулась Мэдлин, правда засмеялась она как-то нервно. — Такие находки едва ли не каждый день появляются, сами люди их и сжигают!

— Так то оно так, — согласилась Зоя. — Но про такие случаи, как ты понимаешь, по нашему радио и передавать не станут. Точно установлено, что машина была уничтожена мощным боевым заклятием, а сам автомобиль явно принадлежал магу, потому что подвергался магическому усовершенствованию. Ну, стандартный набор — полеты, телепортация…

— А сам владелец? — перебила ее девушка. — Машина была пустой?

— Нет, — Зоя снова отвернулась и теперь разглядывала причудливый восточный орнамент на ковре в спальне Мэдлин. — Там нашли тело. Только оно очень сильно обгорело, но судя по описанию это был молодой мужчина…

Мэдлин молчала, не решаясь произнести ни слова. Она прекрасно понимала, что таких совпадений не бывает даже в магическом мире. Можно было, конечно, надеяться на то, что не повезло кому-то другому. Но в глубине души девушка осознавала, что, скорее всего, убитым найден именно Джереми. И сейчас она вспомнила, что в последнее время ей не раз снились сны, в которых она видела молодого человека похудевшим и замученным, казавшимся больным. Не означало ли это, что с ним должно случиться что-то плохое?

И магический огонь. Что, если он тоже был предупреждением? Ведь Джереми тоже имел непосредственное отношение к Междумирью. Он, так же, как и Мэдлин, сотворил в нем новую вариацию развития событий, благодаря чему в их родном мире не было тяжелой войны.

Зоя внимательно смотрела на подругу, словно пытаясь прочесть ее мысли, а затем произнесла:

— Предполагается, что это был Джереми. Диктор так и сказал, что похоже найден мертвым преступник, находящийся в международном розыске.

Мэдлин молчала, не зная, что ответить. Новость ужасно поразила ее. Но девушке от чего-то не хотелось плакать, и она не ощутила той боли утраты, которую могла бы испытать. Конечно, можно было списать подобную реакцию на то, что они с Джереми не виделись больше года. Но все равно, Мэдлин слишком тепло относилась к молодому человеку, чтобы так равнодушно воспринять известие о его гибели.

Нет, она поймала себя на мысли, что не может поверить в произошедшее. Такого просто не может быть, чтобы Джереми умер! Он слишком сильный боевой маг и очень предприимчивый человек. Он просто физически не мог попасть в такую примитивную ловушку. Нет, и еще раз нет! Он бы тысячу раз телепортировался из горящей машины и спас себя.

«Если только он не был слишком уставшим и ослабленным», — промелькнула тень сомнения в голове девушки.

И все равно Мэдлин отказывалась в это верить, пока не увидит тело Джереми своими глазами. Она легко сможет понять, он это или нет. Ведь она находилась с ним рядом круглые сутки и может отличить его магическую ауру от любой другой. Потому что даже после смерти аура не рассеивается до конца, особенно в первое время. И, не смотря на то, что тело было изуродовано, она его узнает.

Все эти мысли стремительно проносились в голове Мэдлин. Зоя же сидела рядом и не решалась нарушить возникшую тишину. Она никак не могла понять реакцию подруги. Насколько сильно та расстроена и не перерастет ли ее спокойное молчание в бурную истерику. Так бы они и просидели молча еще неизвестно сколько времени, если бы в комнату не постучали вновь. Обе девушки разом встрепенулись и повернулись.

— Это Юний, — уверенно произнесла Зоя. — Наверное, тоже решил узнать, что с тобой.

Хотя подобных объяснений и не требовалась. Мэдлин и сама могла понять кто к ней пришел, не открывая дверь и не смотря в глазок.

— Можно, к вам, девушки? — послышался мужской голос из-за двери.

— Можно, можно! — разрешила Зоя, хотя вообще-то это была не ее спальня.

Мэдлин лишь недовольно натянула одеяло еще выше. Хотя, чего греха таить, Юний вряд ли смог бы увидеть что-то новое.

— Что с нашей дорогой Мэдлин? Почему ее не было за завтраком? Ты выяснила, что случилось, Зоя? Ты же знаешь, ее нельзя оставлять на долго одну, не рискуя потом искать целительное зелье! — улыбнулся новый гость.

Юний был приятным мужчиной средних лет с тонкими чертами лица и слегка тронутыми сединой удлиненными волосами. Он выглядел очень респектабельно и добродушно, но его голубые прозрачные глаза смотрели на мир с какой-то хитрецой, словно он каждый раз прикидывал, как использовать все, что он видит, в свою пользу.

Мэдлин поморщилась. Она уже давно не верила в искренность заботы Юния и прекрасно понимала, что он с таким трепетом относится к ней, лишь желая использовать ее талант преподавателя и новые открывшиеся магические возможности.

— Вообще-то, чтобы со мной поговорить, совсем не обязательно врываться ко мне в спальню и смотреть, как я прячусь от вас под одеялом сонная и растрепанная! — недовольно проговорила она.

— Ну что ты, Мэдлин, мы же все здесь родные люди! К тому же у тебя никак не должно быть плохого настроения, у тебя же завтра день рождения! — снова улыбнулся Юний.

Если бы он ей не напомнил, девушка, пожалуй, и вовсе забыла бы об этом событии. В последнее время, а именно с момента возвращения из Междумирья, Мэдлин совершенно не тянуло радоваться и что-то отмечать. А также собирать вокруг себя людей, которые формально считались друзьями, но по сути были абсолютно чужими. И для девушки ее день рождения стал лишь очередным напоминанием о том, что жизнь далеко не вечна и что сегодня она сократилась ровно на один год.

— Я уже и забыла, — вздохнула Мэдлин. — Впрочем, не пытайся меня отвлечь, скажи лучше, что тебе известно о Джереми, — сразу напрямую потребовала она.

Юний сокрушенно покачал головой, словно сомневаясь, стоит ли поднимать эту тему.

— Я же знаю, что до тебя уже наверняка дошли какие-то слухи! Ты всегда обо всем узнаешь первым, даже о том, что другим знать не положено! — принялась настаивать Мэдлин и мужчина сдался.

— Да, я уже говорил кое с кем на эту тему, — сознался он. — Признаться, мне и самому стало интересно,

Юний на минуту замолчал, видимо размышляя, стоит ли называть имена. Он конечно верил в честность Зои и Мэдлин, но по жизни привык следовать поговорке, что до конца доверять нельзя никому.

— Не томи, расскажи уже! Неважно от кого ты это услышал, главное, что этот кто-то сказал! — не удержалась Зоя.

— Похоже, что это все-таки Джереми, — наконец, произнес Юний, располагаясь в кресле рядом с окном.

— Откуда такая уверенность? — сухо поинтересовалась Мэдлин.

— Поверь мне, расследованиями занимаются далеко не дилетанты и маги отнюдь не с базовым сертификатом. Эти ребята свою работу хорошо знают. Они уже досконально изучили сгоревший автомобиль и выяснили, что усовершенствования в нем были произведены с помощью амулета, содержащего в себе красный гранат. А как все мы хорошо помним, именно таким пользовался мистер Хоул. Кроме того, в машине остались следы его магической ауры. Ничтожные, конечно, возможно для нас с вами незаметные, но для профессионалов вполне себе ощутимые, — рассказал мужчина.

— А сами останки? — перебила его Мэдлин. — Они принадлежат Джереми?

Несмотря на все доводы, она продолжала пребывать в уверенности, что не только у ее возлюбленного мог быть амулет с гранатом. А то, что машина сохранила частички его ауры, означает лишь то, что он в ней когда-то находился, но не факт, что там умер. И значит, вполне возможно, что это был не Джереми. Кроме того, молодой человек ведь мог и специально инсценировать собственную гибель для того, чтобы его перестали искать. Жизнь в ритме бесконечной погони не могла ему не надоесть.

— С гарантией семьдесят процентов — да, — кивнул Юний. — Но сама понимаешь, сразу точно не определишь.

— Я не поверю в это, пока сама не увижу! — громко заявила девушка.

Своей решительностью она скорее пыталась приободрить себя саму, чем убедить других. Зоя сочувственно взглянула на подругу, а Юний неожиданно усмехнулся.

— Мэдлин, о чем ты говоришь? Да тебя и близко не подпустят к его телу. Уж поверь мне. Ты конечно очень сильная волшебница и обладаешь уникальным даром, но это тот случай, когда количество побеждает качество. Никто не позволит просто так расхаживать рядом с трупом преступника, объявленного в международный розыск, и который, что самое важное, еще и скрывался в Междумирье. Нет, это слишком значимая фигура, — заявил он. — И потом, позволь тебе напомнить еще об одном правиле. Информация о том, где находится могила преступника-мага, всегда строго засекречена. Возможно, таких кладбищ и вовсе нет, а тела просто уничтожаются. Потому что слишком уж много у нас желающих заняться некромагией, а такие погибшие всегда представляют в этом деле особый интерес. Да и вообще, существует еще уйма всяких причин, — Юний развел руками, словно показывая, что не он лично эти причины выдумал, а так уж сложилось.

Мэдлин мрачно взглянула на него. Она прекрасно понимала, что ее собеседник прав, но, все равно, упорно не хотела свыкнуться с этой мыслью, а мужчина снова заговорил:

— Если тебе был так дорог этот человек и ты хочешь узнать, действительно ли он мертв, нужно просто дождаться результатов экспертизы. Я уверен, что профессионалы смогут опознать его не хуже, чем ты.

Девушка кивнула. Хотя меньше всего на свете ей сейчас хотелось чего-то ждать. Как только она начнет сидеть сложа руки, на нее сразу же накинется хандра и депрессия. И она окончательно поверит в то, что Джереми мертв, и даст волю своим эмоциям, а этого Мэдлин совсем не хотелось.

Когда Юний распрощался и покинул спальню девушки, Зоя вдруг неожиданно придвинулась поближе к подруге и произнесла заговорщицким шёпотом:

— Мэдлин, слушай, а у тебя осталась какая-нибудь вещь Джереми?

Девушку этот вопрос поставил в тупик. Они с Джереми конечно были очень близки, но вот общими вещами обзавестись не успели. Когда они вдвоем путешествовали по Междумирью, у них вообще не было с собой ничего лишнего, обстановка как-то не располагала. И у Мэдлин не успело скопиться каких-то подарков или чего-то еще.

— У меня есть только этот амулет, — девушка указала на браслет на своем запястье.

Это был полетный артефакт. Джереми сам не знал о его свойствах и за ненадобностью отдал своей спутнице. Но когда та упала с высоты, именно этот браслет спас ей жизнь, не дав разбиться. Никаких иных свойств амулет не проявлял. Мэдлин носила его скорее по привычке и как память о Джереми и о Междумирье.

— А зачем ты спрашиваешь? — поинтересовалась она.

— Нет, он не подойдет, — разочарованно покачала головой Зоя, глядя на браслет. — Он уже весь наполнен твоей энергетикой. Да, и до того, как попасть к тебе, Джереми вряд ли носил его постоянно. Нужна личная вещь, которая принадлежала ему длительное время и желательно постоянно была с ним.

— И зачем она нам? — снова спросила Мэдлин, хотя уже сама начинала прекрасно осознавать, к чему клонит ее подруга.

— Мэдлин, ты мыслишь как все волшебники с высшим магическим сертификатом! — укоризненно заметила Зоя. — Вы считаете, что доверять можно только суперсложным заклятиям из профессиональных справочников. А между тем существуют достаточно простые обряды, но которые при этом очень эффективны! И я подумала о том, что чем тебе сидеть и терзать себя мыслями, погиб Джереми или нет, мы могли бы просто погадать на его смерть! — воодушевленно закончила она.

— А ты умеешь? — недоверчиво переспросила девушка.

Зоя была частично права. Мэдлин действительно не было равных в сложных заклинаниях, но при этом она понятия не имела о всяких гаданиях, предсказаниях и прочих вещах, которые считала непрофессиональными и малоэффективными. Да, конечно, раньше, на заре освоения людьми магии они были единственным методом, но с тех пор магиология (наука о заклятиях и использовании магической энергии) значительно продвинулась вперед. С другой стороны, когда иного выхода нет, можно обратиться и к старым, проверенным временем методам.

— Ой, неужели мы, находясь в институте, где хранятся тысячи книг, посвящённых любой тематике, не отыщем как правильно проводить этот ритуал? Тем более мы с тобой не какие-нибудь начинающие колдуньи! Правда ты сказала, что у тебя нет его вещей. И вот это действительно проблема. Без этого никак нельзя.

— Возможно я что-нибудь найду, — уклончиво ответила Мэдлин.

На самом деле у нее было даже кое-что получше. Прядь волос, хранившаяся у девушки, впитала в себя намного больше энергетики Джереми, чем любая его вещь. Мэдлин и сама не знала, для чего ее сохранила.

Когда они только вернулись из Междумирья, Джереми целую неделю жил в стенах ее родного замка. И как-то раз у них вышел спор. Молодой человек предпочитал следить за своей внешностью и периодически менял длину волос от длинных до стильно подстриженных. Естественно делая это с помощью магии. Причем иногда едва ли не каждый день, а Мэдлин периодически над этим посмеивалась.

Тогда они и поспорили. Джереми заявил, что ни один человек в мире не подстрижет его лучше, чем профессиональное заклятие, а Мэдлин утверждала обратное. И молодой человек сказал, что поверит в подобное только, если она сама его подстрижет. Ну и пошло-поехало. Результат, правда, получился достаточно сомнительным. Причем можно было сказать, что Мэдлин скорее проиграла, чем выиграла. Но тем не менее с тех пор у нее и хранилась эта прядь волос…

Зоя поняла, что ее идея, скорее всего, воплотится в жизнь и, хитро улыбнувшись, покинула Мэдлин и отправилась вести дополнительные занятия. Ей и самой не терпелось отвлечься от повседневных дел. Все-таки, что ни говори, а однообразная деятельность может надоесть, даже если ты маг и живешь в мире, полном волшебства.

Оставшийся день девушки провели в библиотеке, находившейся на цокольном этаже замка. В последнее время Мэдлин не любила сюда заглядывать, несмотря на то, что во время своей собственной учебы она проводила здесь уйму времени, сидя за книгами. Виной тому стали плохие воспоминания.

Когда они с Джереми путешествовали по Междумирью, где время имело свойство дробиться на различные вариации событий, они попали в будущее и нашли замок разрушенным. И именно из газетных подшивок в библиотеке Мэдлин узнала о войне и о собственной смерти. Вот и сейчас девушку не покидало неприятное чувство, что переступив порок библиотеки, она вновь окажется в полуразрушенном замке, куда сквозь пробоины в крыше будет падать снег.

Из-за этих неприятных воспоминаний она плохо концентрировалась на предмете своего поиска. Зато Зоя наоборот была воодушевлена и вскоре с радостью принялась дергать подругу за руку, отвлекая ее от мрачных мыслей.

— Смотри! — довольно воскликнула она. — По-моему, из всех обрядов — этот самый подходящий! Он не требует ни длительной подготовки, ни особо сложного проведения!

Мэдлин с интересом заглянула в книгу.

— Но что-то же для него все равно требуется? — решила уточнить она.

— Да, но это вполне осуществимо! Ну, разумеется, будет необходимо, не сбиваясь, прочесть нужное заклятие. Но для тебя это не проблема, поэтому этот момент сразу пропускаем. Еще нужен магический огонь…

— А нет чего-нибудь без привлечения магического огня? — недовольно поморщилась Мэдлин.

Магический огонь был особым типом пламени, вызываемым с помощью специального заклятия. Он обладал множеством особенностей и использовался во многих ритуалах. Но особую популярность приобрел как оружие пытки и убийства, особенно в средневековье. С помощью него убивали колдунов. Жертва испытывала чудовищную боль, но при этом не могла окончательно сгореть в подобном пламени и мучилась часами. Если конечно кому-нибудь не посчастливилось умереть от болевого шока. Саму Мэдлин едва не казнили таким образом фанатичные обитатели одного из городов Междумирья.

— Ну, Мэдлин, разве для тебя это проблема? Ведь рядом с тобой теперь любой огонь становится магическим! Так что не нужно даже произносить заклятие и совершать ритуал его призыва! И потом я обязательно помогу тебе его потушить! — умоляюще произнесла Зоя.

Видно было, что она уже настроилась на то, что они будут колдовать, и ужасно не хотела отказываться от своей затеи.

— Ладно, — махнула рукой Мэдлин. — Что еще нужно?

— Еще нужна магическая вода. Но для нее тоже не надо произносить заклятие! Она хранится у нас среди прочих артефактов!

Магическая вода обладала почти теми же особенностями, что и пламя. В ней можно было тонуть часами и никак не захлебнуться.

— Что-то ингредиенты какие-то мрачноватые! Не слишком ли темный ритуал будет? — с сомнением заметила Мэдлин.

Сама она предпочитала пользоваться заклятиями светлой материи.

— Но мы же хотим узнать, жив Джереми или нет, а все гадания на смерть в какой-то степени темные, — развела руками Зоя.

Впрочем, особо сопротивляться Мэдлин не стала, она и сама уже настроилась на колдовство. Поэтому едва за окном стемнело (а обряд нужно было проводить в темное время суток), как девушки уже сидели за столом в спальне Мэдлин и готовились к проведению ритуала. Зоя поставила на стол миску, в которой была налита магическая вода, а ее подруга зажгла свечу, чье пламя через некоторое время приобрело зловещий красноватый оттенок.

— Значит, смотри, — принялась инструктировать Зоя. — После произнесения заклятия ты берешь прядь волос и бросаешь ее в воду. Если она утонет, значит скорее всего тот, кому принадлежала эта вещь, мертв. А если жив, то она должна остаться на поверхности. Причем на поверхности останется любой предмет, даже если он сделан из чугуна…

— А зачем тогда еще огонь? — с сомнением спросила Мэдлин. — Если от одной воды все понятно?

— Не перебивай, пожалуйста! — нахмурилась ее подруга. — Огонь дает стопроцентное подтверждение! — она принялась зачитывать вслух из книги, которую держала на коленях. — Если предмет опустился на дно, это означает, что человек владевший им погиб. Для подтверждения данной информации возьмите искомый предмет и поднесите его к магическому пламени. Если он сгорит полностью и без остатка, значит сомнений в том, что этот маг умер, быть не может. Так как смерть означает уничтожение и пламя уничтожило эту вещь. Если же предмет остался на поверхности, значит скорее всего его владелец жив. Тогда при соприкосновении с магическим огнем вещь останется невредимой и не сгорит. Это будет означать победу жизни и являться абсолютным подтверждением того, что данный человек не попал в царство мертвых.

— Вроде бы понятно, — вздохнула Мэдлин, внимательно выслушав.

Она произнесла заклятие и застыла в нерешительности, сжимая в ладони перевязанную черной ниткой прядь волос Джереми. Девушка никак не могла собраться с силами и бросить ее в воду.

В какой-то степени неизвестность имеет свои плюсы. Она позволяет надеяться на лучшее и пребывать в иллюзиях.

Зоя толкнула Мдлин локтем, давая понять, что пора бы действовать. Говорить вслух она не решалась, так как заклятие было уже произнесено и требовалось соблюдать тишину. Девушка тяжело вздохнула и разжала ладонь.

Прядь волос упала в воду, на секунду, будто замешкавшись, замерла на поверхности, а затем решительно пошла на дно. Словно это были и не волосы вовсе, а тяжелый камень.

Сердце Мэдлин замерло, она почувствовала подступающую волну горечи и тоски. Похоже, ее страшные опасения подтвердились и Джереми все-таки мертв.

Машинально, просто чтобы закончить обряд, девушка достала прядь волос из воды, на ощупь та оставалась абсолютно сухой, и поднесла к горевшей алым пламенем свече. Мэдлин рассчитывала на то, что волосы загорятся в ее руках. Но не тут-то было. Несмотря на то, что на ощупь прядь не была мокрой, огонь не касался ее.

Отчаявшись поджечь локон, девушка бросила его прямо в эпицентр пламени. Но происходило что-то абсолютно невероятное. Огонь горел, но проходил сквозь прядку, оставляя ее саму нетронутой.

— Что-то значит? — озадаченно произнесла Зоя.

— Это надо бы у тебя спросить. Ты же нашла этот обряд, — откликнулась Мэдлин, она так же не могла ничего понять.

— Но это абсолютно противоречивый результат! Получается, что он одновременно и жив, и мертв, но такого ведь не может быть! — недоуменно воскликнула Зоя.

— Это означает просто, что этот обряд полная ерунда! — раздраженно ответила девушка, с помощью заклятия заставляя пламя погаснуть и беря в руку прядь волос Джереми, которая даже не нагрелась.

Мэдлин раздражало то, что она не только не продвинулась в решении своего вопроса, но наоборот еще больше запуталась.

— Такого просто не может быть, — запротестовала ее коллега. — Ты же знаешь, что все книги, хранящиеся в нашей библиотеке, проверены. Никто не стал бы столетия держать в стенах такого института книгу, в которой описан неверный ритуал! К тому же я видела в ней и вполне знакомые мне и тебе обряды!

— Однако факт остается фактом! Что же это тогда по-твоему значит?

— Не знаю… Может быть он находится между жизнь и смертью? И магия просто не может определить, какой вариант правильный? — неуверенно предположила Зоя.

— Как это между жизнью и смертью? В сгоревшей машине нашли обгоревший труп! Он никак уже не сможет ожить! — гневно произнесла Мэдлин, ее волосы заблестели в полумраке комнаты ярким оранжевым светом, готовясь превратиться в языки пламени.

— Значит, это был не Джереми, — совсем растерявшись, заявила Зоя.

— А где же он сам?

Девушка в ответ лишь пожала плечами, словно желая сказать, что лично она не несет ответственности за противоречивые результаты обряда.

— Постой, а если он в коме? Это считается между жизнью и смертью? — неожиданно сообразила Мэдлин.

— Может быть, — кивнула Зоя. — Но ты же не думаешь теперь отправиться его искать?

— Не знаю, — честно ответила девушка.

Она и правда не представляла, как ей лучше поступить в подобной ситуации. Может быть, Джереми действительно нуждается в помощи, но как Мэдлин его отыщет? Молодой человек мог находиться где угодно, даже не в этом мире. Да и гоняться за призрачной надеждой тоже как-то странно. Ведь Джереми мог действительно погибнуть, а обряд оказаться ложным.

— Ой, а где это ты так поранилась? — неожиданно поинтересовалась Зоя.

Для проведения ритуала Мэдлин закатила рукава платья, и ее подруга увидела глубокую длинную царапину на предплечье.

— Сама не знаю, наверное, зацепилась за что-то, — ответила девушка, разглядывая странный порез.

— А выглядит так, будто на тебя напал какой-то зверь, — с интересом предположила Зоя.

— Какой еще зверь? Что за чушь? Откуда у нас в институте животные? — раздраженно отреагировала Мэдлин.

Зоя снова пожала плечами и вскоре оставила подругу одну, поняв, что ничего интересного больше происходить не будет, а расстроенная из-за противоречивых результатов обряда Мэдлин станет на нее срываться.

Оказавшись в одиночестве, девушка задумчиво разглядывала глубокую царапину на своем предплечье, и ей становилось тревожно. Рана появилась после того, как на нее напало странное существо в пустыне. Но разве это было не во сне?

Несмотря на то, что Мэдлин была колдуньей и верила во многие необычные вещи, она понимала, что существует чёткая граница между царством Морфея и реальным миром. И сны рождаются и остаются в ее голове. Если только это был не сон, а реальное перемещение в другое место. Но как такое может быть?

Существуют стандартные заклятия телепортации, позволяющие переноситься на очень далекие расстояния, но они работают совершенно по-другому. И чтобы без использования заклинания переместиться так далеко, нужно было быть прямо-таки уникальным и очень сильным магом. Правда Мэдлин слышала о подобных случаях. Но разве она способна на такое?

С другой стороны, после возвращения из Междумирья она сама в какой-то степени сделалась уникальной колдуньей. Однако, насколько ей было известно, при перемещении волшебник сам определяет место, в котором хотел бы оказаться. А Мэдлин совершенно не планировала переноситься в пустыню к ее неизвестным обитателям. К тому же девушка даже примерно не могла себе представить, где это может находиться. А для перемещения маг должен четко представлять место, в которое ему необходимо попасть.

В комнате Мэдлин стало совсем темно. Она так задумалась, что сидела, не включая свет. Очнувшись от своих размышлений, девушка взглянула на часы и поняла, что уже очень поздно, а ей завтра рано вставать, чтобы вести занятия. Она вздохнула, провела рукой над столом, уничтожая незримые следы вечернего колдовства, и отправилась спать.

Глава 2. Странный гость

В эту ночь кошмары Мэдлин не мучали. Она больше не видела ни пустыню, ни ее странных обитателей. Девушке снилось что-то нейтральное и незапоминающееся, и Мэдлин была этому несказанно рада. Проснулась же она от какого-то странного чувства, будто находится в комнате не одна, и на нее кто-то смотрит. Маги всегда хорошо ощущают присутствие рядом с собой чужой ауры.

Мэдлин нехотя открыла глаза, окончательно просыпаясь, и повернув голову, в ужасе увидела, стоявшую в углу комнаты черную высокую фигуру. Девушка ощутила магическую энергию, исходящую от незнакомца, она была какой-то чужеродной и пугающей. В голове у Мэдлин пронеслись все возможные варианты развития событий. Она в панике вспоминала известные ей боевые заклятия, как вдруг черная тень быстро приблизилась к ней. Девушка закричала от страха.

— Пожалуйста, не кричи, — попросил кто-то шепотом, голос был на удивление знакомым.

Незнакомец произнес заклятие и над его головой загорелся свет, словно в воздухе вспыхнула невидимая лампочка. Мэдлин перестала кричать и пораженно уставилась на Джереми. Это был именно он. Сердце девушки сжалось, она с упоением разглядывала знакомые черты.

За то время, что она не видела молодого человека, тот немного изменился. Он похудел и от этого черты его лица несколько заострились. Черные волосы оттеняли ставшей слишком бледной кожу. Да, раньше Джереми выглядел намного более цветущим и симпатичным, сейчас же он казался усталым и замученным. Но для Мэдлин это было неважно. Она понимала, что постоянная погоня его так сильно вымотала.

И как она только сразу не признала знакомую ауру? Неужели за прошедший год она успела настолько отвыкнуть от своего возлюбленного?

— Джереми, это правда ты? — не веря своим глазам, спросила девушка.

Молодой человек улыбнулся.

— Конечно я. А кого ты ожидала увидеть в своей спальне ночью?

— Но тебя же не было целый год! И ты не разу не выходил со мной на связь… — сбивчиво заговорила Мэдлин. — А вчера я услышала, что ты погиб, сгорел в собственной машине! Что же это все значит?

— Это был не я, — спокойно ответил Джереми.

— А как же все эти следы твоей магии? Скажи честно, ты специально все это подстроил, чтобы запутать своих преследователей и избавиться от погони? — стала догадываться девушка.

— Да, специально, — легко согласился молодой человек.

Мэдлин ужасно хотелось взглянуть в его глаза, понять те эмоции, которые он испытывал при встрече с ней. Но Джереми упорно смотрел куда-то в сторону, словно боялся взглянуть на свою бывшую возлюбленную.

— Я все равно ничего не понимаю, — растерянно произнесла она. — Ты можешь объяснить все более подробно?

— Я не могу здесь долго оставаться. Разговаривать в стенах этого замка небезопасно. Пойдем со мной, Мэдлин! — неожиданно попросил молодой человек и схватил девушку за руку.

Ладонь его была на удивление холодной, словно он только что пришел с мороза. Мэдлин невольно вздрогнула, чувствуя, как по телу ее пробегают мурашки.

— Куда пойдем? — ее от чего-то напугала такая настойчивость Джереми.

— Просто поговорим у меня в машине. Я прилетел на ней. Я все тебе там расскажу, — заверил ее молодой человек.

Мэдлин нехотя поднялась с кровати. Как и любой хороший маг, она обладала прекрасной интуицией. Предчувствия волшебников очень редко их обманывают. И сейчас девушка отчего-то ощущала подсознательную тревогу. Внутренний голос кричал ей, что не стоит никуда ходить. Девушке было очень страшно.

Но Мэдлин заставила свою интуицию замолчать. Они целый год не виделись с Джереми, и вот он наконец пришел. Неужели она испугается и не пойдет с ним? Нет, так нельзя. Девушка хотела зажечь свет, чтобы одеться, но молодой человек неожиданно ее остановил.

— Нет, не надо! Я не хочу привлекать внимание! Пойдем! — требовательно произнес он.

— Как же я пойду прямо так? — удивилась Мэдлин.

Она была в одной лишь тонкой шелковой ночной рубашке

— Накинь куртку, никто не увидит! Мы вскоре вернемся! — попросил Джереми, немного смягчаясь.

Он ужасно торопил девушку, так, что она буквально на бегу надела туфли и кожаную куртку прямо поверх ночной рубашки, и молодой человек повел ее за руку в коридор. Он держал ее так крепко, что Мэдлин стало немного не по себе, как будто ее насильно куда-то тащат. К тому же девушке ужасно не хотелось встретиться с кем-нибудь, особенно со своими учениками. Правда сейчас была середина ночи, но кто-то мог и не спать. Перед тем как покинуть спальню, Мэдлин успела взглянуть на часы, которые показывали три часа. Но все равно, мало ли кому взбредет в голову прогуляться по ночам?

На счастье девушки и ее спутника навстречу им никто не попался. Правда Мэдлин заметила одну неприятнейшую деталь, преследовавшую их. Коридоры замка освещались факелами, зажигаемыми с помощью заклятий. Разумеется, волшебники, живущие бок о бок с людьми и с радостью пользующиеся такими достижениями людского прогресса, как автомобили и мобильные телефоны, не могли не знать об электричестве, и факелы были лишь данью красивой традиции. Но сейчас стоило путникам только приблизиться к пламени, как оно начинало мерцать, а затем приобретало зловещий кроваво-красный оттенок, слишком насыщенный даже для магического огня.

Такого никогда не случалось. Мэдлин раньше не замечала, чтобы пламя реагировало так бурно. Ей вдруг вспомнился отрывок из когда-то прочитанной книги о том, что огонь приобретает кровавый цвет, если рядом блуждает неуспокоившаяся душа человека, бывшего при жизни убийцей.

Девушке стало совсем жутко. Как назло еще в замке царил неимоверный холод, и рука Джереми была буквально ледяной, никак не желая согреваться. Мэдлин бросило в дрожь. Она ожидала, что ее спутник почувствует это и обернется к ней, чтобы поинтересоваться о ее самочувствии, но молодой человек лишь с неимоверным упорством тащил девушку вперед по коридору. А Мэдлин вдруг поймала себя на мысли, что не слышит звука их шагов, словно они были призраками, скользящими в темноте.

— Мне страшно! — невольно вырвалось у нее.

Джереми нехотя остановился и повернулся к ней.

— Чего же ты боишься? Ты ведь у себя дома!

— Огонь! Ты не замечаешь, как странно он себя ведет? И я не слышу ни единого звука вокруг, будто мы призраки! — робко проговорила девушка.

— Что за глупости, — улыбнулся ее спутник. — Разве ты никогда не видела красного пламени? Ты же все-таки колдунья, тебя такие мелочи не должны пугать! Видно ты совсем отвыкла от приключений, живя в своем институте, раз тебя пугает каждая свечка!

Мэдлин взглянула на молодого человека при свете факела и почувствовала, что еще больше начинает дрожать. Насколько она помнила, у Джереми были глаза насыщенно-голубого оттенка. Это всегда казалось ей особенно красивым в сочетании с черными волосами. Теперь же они стали практически черными, так что едва было возможно различить зрачок. А девушка с детства помнила что, если у колдуна вдруг меняется цвет глаз, значит нужно ждать какой-то беды. Это очень дурной знак.

— Джереми, а что с твоими глазами? — тихо проговорила она.

Теперь Мэдлин наоборот мечтала о том, чтобы в коридоре появился еще кто-нибудь кроме них, так ей было страшно.

— С глазами? — холодно переспросил молодой человек. — А, так это от заклятия! Это побочный эффект боевого заклинания, с помощью которого меня пытались убить. Я сумел его отразить, но глаза поменяли цвет.

Мэдлин не почувствовала в его словах лжи, хотя обычно легко ее ощущала, но подобный ответ ей все равно почему-то не понравился. Возможно от того, что она ничего не слышала о боевом заклятии с таким побочным эффектом.

— Давай вернемся обратно, — испуганно попросила она.

— Ну что ты, успокойся! Нашла чего бояться! Я же с тобой! Посмотри, мы же уже почти пришли! — стал успокаивать ее Джереми.

И Мэдлин с удивлением обнаружила, что они находятся в широком холле не далеко от двери, ведущей на улицу. Она даже не успела заметить, как быстро они успели миновать все коридоры замка. Девушке вообще казалось, что они идут абсолютно другой дорогой. Но не могут же ее обманывать собственные глаза? Она явственно видела распахнутую дверь и темный двор. В их институте не принято было закрывать входные двери. Защитой от чужих прекрасно служила магическая завеса.

— Ну, идем же! — Джереми потянул ее вперёд.

Они подошли к двери и молодой человек решительно перешагнул порог, оказавшись на улице. Мэдлин хотела уже последовать за ним, но вдруг замерла как вкопанная. Она почувствовала какой-то сумасшедший прилив адреналина, сердце ее забилось, девушка ощутила панический страх. Ее интуиция буквально кричала: «Не выходи за дверь! Вернись обратно!». Мэдлин никак не могла понять, что с ней происходит.

«Да что же это со мной?! Почему я боюсь перешагнуть порог входной двери, через который я переступаю каждый день по несколько раз?» — подумала она, но все равно не спешила идти вслед за Джереми.

Девушка ожидала, что молодой человек будет насильно тянуть ее за собой, но этого не произошло. Джереми стоял и терпеливо ждал, когда же его возлюбленная последует за ним.

— Что случилось? Пойдем! У нас мало времени! — ласково проговорил он. — Я хочу побыть с тобой!

Мэдлин нерешительно подалась вперед. Порог оказался на удивление высоким, словно ей пришлось подняться на ступеньку. Она никогда прежде такого не замечала. Девушка хотела уже шагнуть на улицу, как вдруг с удивлением заметила, что топаз в ее кольце-амулете замерцал ярким синим светом. Камень всегда вел себя подобным образом, когда пытался предупредить свою владелицу о грозившей ей угрозе. Значит, предчувствия девушки были неспроста, на улице ее ждала какая-то опасность.

— Кольцо о чем-то предупреждает, — невольно вслух произнесла она.

— Милая моя Мэдлин, ну почему же тебя все так сильно пугает? — спокойно поинтересовался молодой человек.

Он по-прежнему держал девушку за руку. Их разделял только злополучный порог и Джереми терпеливо ждал, когда же Мэдлин переступит через него.

Девушка молчала. Она колебалась. В ней боролись разные чувства. С одной стороны, она понимала, что это выглядит глупо, когда боится выйти на улицу. А с другой, ее предчувствия никогда не обманывали. Джереми словно заметил сомнения своей спутницы и снова заговорил:

— Я так соскучился по тебе! Ты не представляешь, какой тяжелый путь я преодолел, чтобы увидеть тебя. Перестань сомневаться! Или может быть ты не рада меня видеть? Скажи, за то время, что меня не было, ты полюбила другого? — строго спросил он.

— Нет, что-ты, — принялась оправдываться Мэдлин. — У меня и мыслей даже таких не было…

— Так иди же и обними меня! А то я решу, что ты и правда мне не рада! — улыбнулся Джереми и взял вторую руку Мэдлин ласково, но настойчиво притягивая возлюбленную к себе.

Девушка улыбнулась в ответ, страх ее развеялся. Она почувствовала непреодолимое желание броситься в объятия молодого человека и уже шагнула к нему, как вдруг услышала чей-то незнакомый властный голос:

— Проснись, Мэдлин!

Девушка озадаченно обернулась, но не увидела никого позади себя. Она ничего не понимала. Рядом никого не было, но кто-то снова настойчиво скомандовал:

— Очнись, это опасно!

Она недоуменно повернулась к Джереми, собираясь спросить его, слышит ли он этот голос. Но никакого Джереми рядом с ней не оказалось. Мэдлин увидела только темную улицу и расположившийся где-то внизу двор замка.

Девушка с ужасом осознала, что стоит на подоконнике, находясь на высоте пятого этажа. В панике она закричала, дернулась и потеряла равновесие. Еще бы, ведь она стояла на скользком окне в туфлях на каблуках.

Мэдлин упала, но успела ухватиться обеими руками за парапет и теперь повисла на нем, не имея сил подтянуться и забраться обратно внутрь. Девушка с ужасом почувствовала, как ладони ее потеют от страха. Еще чуть-чуть и она соскользнет и разобьётся. В панике она позабыла все полётные заклинания.

Неожиданно к окну со стороны комнаты подбежал какой-то незнакомый мужчина:

— Давай руку! — требовательно произнес он, пытаясь помочь Мэдлин.

— Я боюсь! — крикнула девушка.

Ей было страшно, что, разжав одну ладонь, она не сможет удержаться и свалится вниз. Незнакомец не стал ее больше уговаривать. Он перегнулся через подоконник, крепко схватил Мэдлин за запястья и с неожиданной силой затащил обратно в комнату.

У девушки перехватило дыхание. Она даже не успела ничего осознать, как оказалась внутри. Это была одна из комнат, предназначенных для студентов, сейчас пустующая. Мэдлин села, прислонившись к стене, и тяжело дышала. Она никак не могла прийти в себя после пережитого шока.

— И давно это с тобой? — холодно обратился к ней ее спаситель.

Девушка подняла голову и взглянула на него. Перед ней стоял мужчина лет тридцати пяти очень крепкого телосложения. Не удивительно, что он так легко сумел затащить Мэдлин обратно в комнату. Она, конечно, была худенькой, но все же далеко не невесомой.

Впрочем, на этом все примечательные черты данного человека заканчивались. Пожалуй, он смог бы стать идеальным преступником, потому что запомнить его лицо было попросту невозможно. Таким оно было незапоминающимся и стандартным.

Светло русые коротко подстриженные волосы, голубые прозрачные глаза, правильные черты. Наверное, в мире существуют миллионы людей с подобным типажом внешности. Одет незнакомец был аккуратно, но абсолютно не броско, в летний серо-бежевый деловой костюм.

Сколько девушка не смотрела на этого человека, она так и не смогла его узнать, и пришла к выводу, что они никогда раньше не встречались. Незнакомец видимо сообразил, что Мэдлин никак не может оправиться от шока, и повторил свой вопрос:

— Ну, так что? Давно мы этим страдаем?

— Чем этим? — не поняла девушка.

— Лунатизмом и тягой к суициду, — спокойно пояснил ее собеседник.

— Что? Думайте, что говорите! Я не сумасшедшая! А Вы, собственно говоря, кто? — возмущенно произнесла Мэдлин. — Я что-то не помню Вас в списке наших студентов и преподавателей.

Мужчина усмехнулся.

— Я — Джозеф Хаксли, уполномоченный по расследованию преступлений с задействованием высшего уровня магии, — объяснил он, а затем щелкнул пальцами и в его руке прямо из воздуха возник сертификат, подтверждающий данную профессию.

Мэдлин мельком взглянула на бумагу. Ее опытному взгляду этого было достаточно, чтобы понять, что перед ней подлинник. Да и, несмотря на непримечательную внешность, ее спаситель имел ауру сильного мага. Вполне возможно, что он даже наоборот специально старался казаться более незаметным по долгу своей службы.

— Я ничего не знала о Вашем приезде, — пробормотала девушка, аккуратно поднимаясь с пола, ноги ее по-прежнему были ватными.

— А я обычно никого и не оповещаю. Так, знаете ли, интересней, — улыбнулся мистер Хаксли, улыбка его была не слишком приятной. — А Вы, насколько я понимаю, Мэдлин Хоуп. Вы работаете здесь преподавательницей в течение восьми лет, а до этого проходили обучение в стенах этого же института. Имеете высший магический сертификат. Полтора года назад попали в магическое рабство к ныне покойному Литургу, затем сбежали оттуда, прибегнув к помощи вора и убийцы Джереми Хоула, вместе с которым впоследствии скрылись в Междумирье…

— Достаточно! — перебила его Мэдлин. — Я прекрасно знаю свою биографию. Спасибо, что напомнили.

— Вы могли бы быть и более любезной, учитывая, что я только что спас Вам жизнь. Я заметил Вас в одном из коридоров. Сперва я подумал, что это кто-то из студентов бродит по ночам, но потом пригляделся и узнал преподавательницу. Окликнул, но Вы не отозвались. И по тому, какими «стеклянными» были Ваши глаза, я понял, что Вы либо находитесь под действием заклятия, либо страдаете тяжелой формой лунатизма, и решил проследить за Вами. Правда, я совсем забыл о том, что не стоит так резко «будить» человека в подобном состоянии.

Мэдлин молча слушала. Она не хотела ничего говорить, так как до конца не могла вернуться к реальности и осознать, что Джереми, которого она только что видела и который казался ей таким реальным, на самом деле лишь иллюзия. Опасный морок, пытавшийся ее убить.

— Так значит, Вы говорите, что лунатизмом не страдаете? — продолжил рассуждать ее собеседник. — Значит, все-таки, заклятие? Я почему-то так и думал. А что Вы видели? Готов поспорить, что Вас кто-то звал за собой, не так ли? Кто это был?

Девушка лихорадочно пыталась придумать ответ, потому что сообщать следователю о том, что ее звал за собой беглый преступник, казалось ей крайне неразумным, но ситуацию спас неожиданно возникший в комнате Юний. Похоже он почувствовал появление нового гостя и поспешил ему навстречу.

— А Вы уже здесь? Мы ждали Вас только утром! — с самой добродушной улыбкой проговорил он.

Мэдлин обиженно взглянула на своего начальника. Почему ей ничего не сообщили о приезде «ревизора»? Как всегда посчитали, что лучше ее не тревожить? Или приезд следователя как-то связан с ней самой? Да, скорее всего, так и есть.

— Если бы я приехал утром, то, как раз бы успел на похороны вашей сотрудницы, — криво улыбнулся мужчина, видно было, что директор института ему не слишком понравился.

Юний вопросительно поднял брови, и следователю пришлось вкратце объяснить сложившуюся ситуацию.

— Мэдлин, зачем ты собралась прыгать из окна? — спросил Юний таким тоном, словно речь шла о чем-то будничном и незначительном, как будто просто интересовался у девушки, почему она опоздала к завтраку. А затем, не дожидаясь ответа, быстро продолжил. — Мисс Хоуп — наш лучший сотрудник! Вы не читали ее статьи в «Проблемах современной магиологии»? Чудесная работа! Я сам, признаюсь, позавидовал! А вся наша школа! Мы ведь старейшее образовательное учреждение! Кстати, Вы, должно быть, слышали о том, как недавно Мэдлин помогла отправить неосторожно вызванных кем-то Гончих обратно в их родной мир? Как все-таки хорошо, что теперь у нас есть человек, способный ими управлять, а то ведь помните, как раньше…

Следователь попытался прервать этот монолог и снова перевести тему на недавнее происшествие, но Юний лишь произнес.

— Да, да, да! Согласитесь, ведь в каждом из нас есть что-то немного необычное, немного выбивающееся из стандартов повседневной жизни. Помните, как сказал один из великих? «Каждый волшебник хранит в себе маленькую искорку безумия и, если ее погасить, то останется обычный человек!».

Девушка усмехнулась про себя. Меньше всего ее директору было выгодно акцентировать внимание на неадекватном поведении своих сотрудников. Если заподозрят, что Мэдлин сумасшедшая — виноват он. Сам ведь на работу такую принял, да еще и разрешил с детьми заниматься. Если окажется, что она была под действием заклятия — еще не лучше! Кто на нее его наложил? Уж не беглый ли маг Джереми? Может быть она до сих пор с ним поддерживает связь? А если Мэдлин сама преступница и ей кто-то мстит таким образом? Опять виноват Юний! Что творится у него в институте? Поэтому начальник постарается любыми путями замять данное происшествие.

Джозеф Хаксли поморщился, сообразив, что пока ничего путного не добьется, и перевел тему в другое русло, перед этим отказавшись от настойчиво предлагаемого чая и кофе.

— Вы, наверное, знаете о цели моего визита? — поинтересовался он.

Ответом ему было скромное молчание, помноженное на нескрываемое, хоть и немое уважение. При этом глаза обоих встречающих были кристально честными. Мэдлин и Юний прекрасно понимали, что любой ответ может трактоваться не в их пользу. Поэтому следователю пришлось продолжить в ритме монолога.

— Мы расследуем дело Джереми Хоула, уверен, о нем вы точно слышали, — усмехнулся он.

— Вчера в новостях сообщалось о его гибели, — осторожно заметил Юний. — Я знаете ли никогда не пропускаю новости. У меня в институте столько студентов, и ведь все они относятся к прогрессивной молодежи, они все знают, обо всем в курсе! Приходится не отставать, чтобы….

Мистер Хаксли раздраженно его перебил, поняв, что диалог опять сворачивает не в ту сторону.

— Я прибыл потому, что нам стало известно, что Ваша сотрудница, — он кивнул на Мэдлин. — Поддерживала с преступником близкие отношения. Возможно, она сможет пролить свет на это дело.

— Мы не виделись больше года. С того момента, как вернулись из Междумирья. Наша жизнь пошла в разном направлении, — честно ответила девушка. — Извините, конечно, если встреваю в Вашу работу, но к чему все это расследование, если известно, что данный человек мертв? Вы оживите его, чтобы справедливо подвергнуть смертной казни?

Юний с тревогой посмотрел на свою сотрудницу, видимо посчитав вопрос слишком дерзким. А мистер Хаксли лишь снова улыбнулся.

— Нет, точной уверенности, что Джереми Хоул мертв. Возможно, что он где-то скрывается. А разве не логично было бы обратиться за помощью к своей бывшей возлюбленной? Которая по совместительству еще и маг высокого уровня. Мне кажется, что в стенах подобного замка было бы легко укрыться от правосудия.

Следователь наблюдал за тем, какую реакцию вызовут его слова у Мэдлин. Но на ее лице не отразилось никаких эмоций. Она с самого начала догадывалась о цели визита Хаксли и была готова изображать равнодушие. Юний же напротив немного забеспокоился.

— Ну что Вы! Наш институт — это не место для беглых преступников. Я бы никогда не позволил кому-то подвергать опасности своих студентов…

— А я Вас пока ни в чем и не обвиняю. В ходе расследования возникает масса гипотез и предположений. Глупо на это обижаться. Думаю, на моем месте вы рассуждали бы точно также, — объяснил следователь.

Юний поспешно кивнул. После чего отправился показывать гостю его комнату. На прощание мистер Хаксли снова задумчиво взглянул на оставшуюся в одиночестве Мэдлин. Ей было крайне досадно, что неприятное ночное происшествие совпало с визитом следователя. Да еще и этот дурацкий магический огонь, который буквально привязался к девушке в последнее время. Джозефа Хаксли это обстоятельство явно заинтересует.

Мэдлин была так расстроена, что даже позабыла о своем страхе и о том, что чуть не погибла. Зябко кутаясь в тонкую кожаную куртку, она поспешила обратно в свою спальню, надеясь, что на этом ее ночные приключения закончатся.

Девушка долго не могла уснуть, размышляя о произошедшем. Кто-то пытался ее убить, причем очень ловко выставив все как самоубийство. Никто в институте не догадался бы, почему она решила неожиданно покончить с собой.

Но кому она успела перебежать дорогу? Кто мог желать ей смерти? Кем бы ни был этот таинственный враг, он однозначно сильный колдун, потому что создать такую достоверную иллюзию не так-то просто.

Или это была не иллюзия? Может быть, рядом с Мэдлин находился некто, принявший образ Джереми? Не зря и глаза его стали другого цвета. Но как она сразу не почувствовала фальшь! Ведь девушка с самого начала поняла, что аура незнакомца отличается от ауры ее возлюбленного.

Только сейчас Мэдлин вспомнила, что не видела на запястье лже-Джереми его магического амулета — золотой цепочки с гранатом. А представить себе такое, что маг пришел без своего амулета было попросту невозможно. Видимо убийца сумел так сильно затуманить рассудок девушки гипнозом, что она ничего не заметила. А еще ее враг прекрасно знает самого Джереми, раз смог так хорошо воссоздать его образ. Но кто же он? Кто?

Пожалуй, Мэдлин могли бы ненавидеть последователи Литурга. Но после смерти своего предводителя они вели себя тише воды и ниже травы. И неужели они бы стали ждать больше года, прежде чем попытались отомстить? Хотя, конечно, отрицать подобную версию не стоило.

Или, быть может, кому-то не выгодно присутствие в мире сильного мага, способного колдовать без помощи амулета и управлять существами из параллельных миров? Девушка прекрасно помнила, как таинственно погибали ее предшественники — колдуны, сумевшие вернуться из Междумирья.

Погруженная в свои размышления, она сама не заметила, как уснула.

Впрочем, выспаться в эту ночь Мэдлин так и не удалось. Она проснулась на рассвете, когда часы показывали всего пять утра, от того, что ей было очень холодно. Не помогало даже одеяло, в которое девушка укуталась с ног до головы.

Мэдлин открыла глаза и поняла, что причина ее мучений кроется в распахнутом нараспашку окне, сквозь которое в комнату врывался промозглый ветер и даже капельки дождя. На улице были видны серые предрассветные сумерки и стелившийся по земле туман.

Девушка спросонья никак не могла сообразить, как окно оказалось открытым, но тут кто-то деликатно кашлянул. Мэдлин, словно ужаленная, подскочила на кровати и увидела, что в ее кресле вальяжно расположился старый знакомый — байкер Александр по прозвищу Собиратель. Это был крепко сложенный мужчина около сорока лет на вид с длинными, завязанными в хвост черными, слегка тронутыми сединой волосами.

С Александром девушка познакомилась в Междумирье, где тот и жил. Собиратель был личностью неоднозначной. Никогда нельзя было угадать, что можно ожидать от него в следующий момент. Но сейчас Мэдлин была рада его увидеть, ей наскучила пресная жизнь в родном институте, и она была счастлива встретить человека, который напоминал ей о былых приключениях.

— Наконец-то ты проснулась! Я уже устал ждать! — улыбаясь произнес байкер.

— Так разбудил бы меня! Или ты решил пойти более длинным путем, чтобы я не только проснулась, но и заболела? Я так понимаю, ты пришел ко мне в гости через окно?

В подобном обстоятельстве не было ничего удивительного, так как Собиратель предпочитал передвигаться на летающем мотоцикле.

— Видишь ли, бытует мнение, что те, кого я разбужу на рассвете, обречены умереть. А я человек суеверный и решил тобой не рисковать, — нехорошо усмехнулся он.

Мэдлин от чего-то не сомневалась, что его слова — одна сплошная истина.

— Что ж, спасибо…

— Ты, наверное, хочешь поинтересоваться, в честь чего такое внимание? Представь себе, я вспомнил, что у тебя сегодня день рождения и решил поздравить! Все-таки это такая знаменательная дата, когда человек становится на год ближе к своей смерти.

— Спасибо! Это самое оригинальное поздравление с днем рождения, которое я когда-либо получала, — честно ответила девушка.

— Ну и естественно без подарков никак! Держи!

Собиратель вручил Мэдлин огромный букет, который до этого прятал неизвестно где. Судя по всему, он летел с ним под дождем, потому что цветы были мокрыми. Сам же букет видимо составляли по принципу «взять всего и побольше». Потому что в композиции присутствовали и розы, и лилии, и ромашки, и васильки и даже какая-то откровенно полевая трава. Но, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят. Поэтому девушка благодарно кивнула. Она щелчком пальцев заставила закрыться распахнутое окно, чувствуя, как в горле у нее уже начинает неприятно першить.

— Это еще не все! — заверил ее Александр и протянул книгу.

Мэдлин невольно поморщилась. Артефакт, с помощью которого они с Джереми телепортировались из Междумирья, тоже имел вид книги, а на деле оказался крайне неприятным живым существом, требующим крови и излучавшим очень тёмную энергию. И попал он к ним в руки не без участия Собирателя.

— Что это за книга? — поинтересовалась девушка, не спеша брать подарок.

Она не ощущала никакой исходящей от него магической энергетики, свойственной артефакту, но все равно колебалась.

— Не бойся, не опасная, — улыбнулся байкер. — Обычная книга, каких в библиотеке твоего института полно!

— А о чем она? — осторожно спросила Мэдлин, решив все-таки рискнуть и принять подарок.

— О разных известных магах! Краткая биография, описание особых талантов, заслуги…

— Ну да, ну да, — с сомнением протянула девушка, она не могла поверить в то, что Александр способен преподнести подарок без двойного дна.

Да и сам его визит тоже, скорее всего, был связан не только с желанием поздравить с днем рождения. Неужели он стал бы ради такого ничтожного события покидать Междумирье?

Впрочем, пока что Мэдлин не замечала в книге ничего необычного. Она бегло пролистала ее и обратила внимание на красивые портреты и иллюстрации. Книга была оформлена в духе подарочного издания.

Девушка еще раз поблагодарила Александра за подарок и по его хитрой улыбке поняла, что если в этой книге и скрыт какой-то тайный смысл, то он его все равно не раскроет. Поэтому она решила воспользоваться случаем и задать наболевший вопрос.

— Слушай, Собиратель, — нерешительно начала Мэдлин. — А ты давно не встречал Джереми? А то мы не виделись уже год…

— Встречал, конечно, от чего ж не встречать, — пожал плечами байкер.

Девушку порядком удивил подобный ответ. В лучшем случае она рассчитывала на то, что Александр скажет, что слышал что-нибудь о Джереми, но он выразился так, словно они пересекались и не раз. Мэдлин вопросительно взглянула на своего собеседника.

— Он часто бывал в Междумирье. Джереми ведь, как ты и я, способен приходить туда и возвращаться обратно по собственному желанию. На зависть большинства людей, рискнувших появиться в Междумирье и навечно оставшихся там. Так вот, Джереми без конца преследовали, и он подобным образом скрывался от погони, — объяснил Собиратель.

— А как он… как вообще он жил все это время? — растерянно поинтересовалась девушка.

— Не скажу, что очень хорошо. В ритме сумасшедшей погони. Он сам себе жизнь порядком усложнил и нажил дополнительные проблемы.

— Каким образом? — удивилась Мэдлин.

— Ты что не знаешь о его вечной тяге к авантюрам? Он и в Междумирье умудрился связаться с теми, с кем не следовало бы. Да еще и перейти им дорогу! Так что количество его преследователей возросло в разы!

— И как он так умудряется! — с досадой произнесла девушка.

— Надо было тебе остаться вместе с ним, уберегла бы от всяких опрометчивых поступков! Все-таки в паре вы прекрасно существовали в Междумирье!

Мэдлин машинально кивнула и только спустя некоторое время поймала себя на мысли, что никогда не рассказывала Александру о своем прощальном разговоре с возлюбленным, и Джереми тоже вряд ли стал бы делиться подобным. Все-таки Собиратель всегда знает слишком много.

— Ладно, — он поднялся с кресла. — Поболтали, пора и честь знать. У меня, как всегда, дел невпроворот. Обнимать на прощание не буду, а то опять станешь кричать, что я тебе все кости сломаю! — усмехнулся он.

Это была чистая правда. Пару раз, когда байкер в пылу эмоций пытался стиснуть девушку в своих крепких объятиях, она начинала прощаться с жизнью, считая, что вот-вот задохнется.

— Постой, пожалуйста! — попросила Мэдлин, поняв, что такими темпами Собиратель может уйти, а она так и не успеет задать ему самый важный вопрос. — Недавно прошел слух о том, что Джереми погиб. По радио сказали, что он сгорел в собственной машине и вчера по этому поводу к нам в институт даже явился следователь, — девушка на секунду замолчала. — Скажи, что ты думаешь… а точнее знаешь об этом?

— В том, что связано со смертью, я всегда осведомлен больше других. Так что, если ты хочешь узнать, жив ли какой-то человек, лучше всего обратиться с этим вопросом именно ко мне.

— Александр, не томи, ради Бога! Меня не интересует какой-то абстрактный человек, меня волнует конкретно Джереми! Он жив?

— Я бы не стал утверждать наверняка, что он мертв, потому что среди мертвых я его не видел, — в своей привычной туманной манере ответил Собиратель.

— Что это значит? — негодующе воскликнула Мэдлин, вскакивая с кровати и намереваясь не отпускать байкера до тех пор, пока он все ей не расскажет.

Но этому намерению помешал стук в дверь. Девушка отвлеклась всего на секунду, а Собиратель уже успел улизнуть в окно, напоследок бросив еще одну непонятную фразу:

— И лучше не ищи его теперь! Тот, кого ты найдешь, может тебе не понравиться!

Мэдлин хотела догнать байкера, но когда она подбежала к подоконнику, то увидела лишь уходящую за горизонт дорогу и плескавшееся вдалеке море. Замок располагался на побережье.

Девушка с досадой вздохнула и без прежнего рвения отправилась открывать дверь, куда снова настойчиво постучали. За порогом оказался курьер. Несимпатичный худой парень с букетом цветов в руках. Цветы оказались довольно необычными — красные маки. Такие редко используются для оформления букетов.

— Мисс Хоуп? — кисло спросил юноша, видимо его раздражало томительное ожидание под дверью, а вместе с тем и вся его жизнь вкупе с бесперспективной работой курьера.

Мэдлин кивнула.

— Распишитесь.

Девушка расписалась за получение букета и поинтересовалась:

— От кого это?

— Без понятия, — пожал плечами парень. — Моя работа доставить. Что дали, то и привез.

Мэдлин поняла, что больше ничего от него не добьется, и поспешила вернуться обратно в свою комнату. Цветы излучали легкий дурманящий аромат, но никакой магической энергии от них не исходило. Девушка равнодушно сунула их в вазу и теперь в ее спальне благоухали целых два странных букета.

Едва Мэдлин успела переодеться, чтобы идти на занятия, как в дверь снова постучали. На сей раз это оказались Юний и Зоя с поздравлениями. Оба щедро расцеловали девушку и вручили ей букет цветов, намного менее оригинальный, чем первые два, состоящий из белых роз, и запечатанную коробку в подарочной упаковке.

— О, тебя уже кто-то успел поздравить! — удивленно воскликнула Зоя, заметив цветы. — А мы думали, что будем первыми! От кого букеты?

— Один от Александра, а второй я не знаю от кого, — честно ответила девушка.

Подарок Александра коллег Мэдлин заинтересовал мало. Хоть они и никогда не виделись с ним лично, но относились к Собирателю с крайней настороженностью, что, впрочем, было небезосновательно. А вот цветы от неизвестного отправителя вызвали неподдельный интерес.

— Ого, Мэдлин, да у тебя появился поклонник-богач! — усмехнулась Зоя, извлекая что-то похожее на записку из сердцевины букета.

— С чего ты это взяла? — удивилась девушка.

— А вот, смотри.

Зоя протянула ей тонкую золотую пластинку размером с пол ладони девушки. Вещица была очень легкая, практически невесомая. Мэдлин с удивлением разглядывала находку.

— Причем, это не простой богач, а богач со странностями, — заметил Юний. — Переверни ее.

На обратной стороне было выгравировано слово «Помоги». Мэдлин вопросительно приподняла брови.

— Никогда не видела, чтобы кто-то так элегантно просил о помощи! Сразу видно врожденное чувство стиля! Это точно какой-то наследственный аристократ! — хмыкнула Зоя. — Не помогай ему, Мэдлин, может быть в следующий раз он пришлет тебе корзину бриллиантов или любовную записку на денежных купюрах!

— А я бы ее выбросил, — посоветовал Юний. — Не думаю, что мистера Хаксли это не заинтересует. Не хочется давать объяснения относительно того, чего мы сами не знаем. Ты ведь не в курсе, кто это прислал, да, Мэдин?

— Понятия не имею, — пожала плечами девушка.

Она пыталась уловить хоть какую-то магию, исходящую от золотой пластинки, но складывалось такое впечатление, что ее сделали обычные люди.

— А может это Дж… — начала Зоя, но тут же умолкла, получив легкий толчок локтем от Юния.

— Не будем произносить имен, дорогие мои! И вообще пора бы приступить к работе! Мэдлин, тебе помочь уничтожить пластинку? — предложил он.

— Не стоит, я сама справлюсь.

Правда, когда коллеги оставили ее одну, девушка отчего-то не стала произносить разрушительное заклинание. Ей почему-то стало жалко такую красивую вещь, ведь кто-то же делал на ней гравировку, старался… Хотя нет, Мэдлин обманывала саму себя, на самом деле она так же, как и Зоя, в первую очередь подумала о Джереми.

Вот, правда, способ, которым он решил попросить о помощи показался ей очень странным. Насколько она знала молодого человека, он никогда не отличался особой эксцентричностью и тягой сорить деньгами направо и налево. Не проще ли было прислать обычную бумажную записку? Да и сам букет с красными маками тоже привлекает излишнее внимание, такие обычно не дарят.

Складывалось впечатление, будто кто-то наоборот хотел акцентировать внимание на послании. Может быть это ловушка, чтобы проверить реакцию девушки? Некто, да тот же следователь Хаксли, к примеру, присылает ей странную записку с расчетом на то, что она забеспокоится и попробует выйти на связь с Джереми или даже встретиться с ним. И тут то ее и схватят за руку. Но если это так, то рассчитывать следователю все равно не на что, потому что Мэдлин понятия не имела, где находится Джереми.

Она вздохнула и спрятала золотую пластинку рядом с подвеской-артефактом, подаренным когда-то давным-давно Александром. Подвеска имела свойство накапливать в себе огненную магию Междумирья, и никто в институте, кроме самой Мэдлин, ни за что не рискнул бы взять ее в руки.

Первая половина дня прошла для девушки в обычном повседневном ритме. Она вела занятия, попутно получая поздравления от учеников и коллег. А после обеда ее «вызвал на допрос» мистер Джозеф Хаксли.

Он обустроился в одной из комнат, предназначенных для гостей. Обстановка ее стараниями Юния резко поменялась в лучшую сторону, так словно следователь собирался жить в их замке всю оставшуюся жизнь.

В данный момент мистер Хаксли сидел за столом, на котором были разложены какие-то бумаги. Он жестом пригласил Мэдлин войти и сесть напротив него. Девушка вздохнула, чувствуя себя ученицей, которую сейчас будут спрашивать невыученный урок.

Следователь не стал отвлекаться на отстраненные темы и сразу приступил к делу:

— Скажите, как Вы познакомились с Джереми Хоулом?

— Я находилась в плену у колдуна Литурга, который принуждал меня работать на него, заковав в браслеты подчинения, лишившие меня свободы и возможности колдовать самостоятельно. Естественно, меня не устраивала подобная жизнь, поэтому я решила сбежать. Однажды мне это удалось. Была ночь, я торопилась оказаться как можно дальше от дома Литурга и выскочила на дорогу, в темноте не заметив приближающийся на большой скорости автомобиль. К счастью за рулем оказался маг, а машина была подвергнута существенным магическим доработкам, благодаря чему смогла затормозить практически мгновенно. Поэтому в результате столкновения я получила лишь пару синяков, — принялась терпеливо рассказывать Мэдлин.

— И насколько я понимаю, за рулем оказался мистер Джереми? — уточнил Хаксли.

Девушка кивнула.

— Вы узнали его? Может быть Вы встречались раньше? Или видели ориентировки на этого человека? Ведь к тому моменту он уже месяц находился в розыске.

— Мы встретились впервые. Я не знала, кто передо мной. О том, что разыскивают какого-то беглого преступника, я слышала лишь краем уха, потому что жизнь в плену у Литурга, как Вы понимаете, не располагала к тому, чтобы следить за ситуацией в мире, — сухо ответила Мэдлин.

— Насколько мне известно, Литург накладывал на своих слуг заклятия немоты, не позволявшие им разговаривать в его отсутствие, Вы также находились под этим заклинанием? — неожиданно спросил следователь.

— Да, конечно.

— Каким же образом Вы вели диалог с мистером Хоулом? Вы же как-то попросили его о помощи, не зря же он взял Вас с собой.

— На тот момент достаточно было взглянуть на меня, чтобы понять, что я нуждаюсь в помощи. На моем теле было множество синяков, оставленных Литургов. А также браслеты подчинения, по которым Джереми легко определил, что я сбежала из рабства.

— А он сказал Вам, что его преследуют Гончии? Вас это не испугало? Ведь эти существа не оставляют свою жертву, пока не убьют. Причем уничтожают они не только телесную оболочку, но и душу, — продолжал настаивать Хаксли.

— Да, он честно предупредил об этом, но мне было все равно. Я решила, что лучше хоть какой-то призрачный шанс на спасение или даже смерть, чем вечное рабство, — девушку начинала утомлять эта беседа.

— Знаете, мне сложно представить себе подобную ситуацию. Беглый убийца, для которого человеческая жизнь априори стоит копейки, останавливается на трассе, чтобы помочь какой-то незнакомой девушке. Причем он оказывается настолько великодушен, что берет ее с собой в качестве постоянной спутницы. Не слишком ли много благородства за один вечер? Вы сами не задавали ему подобный вопрос? Он никак это не объяснил?

— Он сказал, что я ему понравилась… — ответила Мэдлин, понимая, что ее слова звучат нелепо и следователь вряд ли в них поверит, несмотря на то, что Джереми аргументировал свои действия именно так.

— О, мисс Хоуп, я не сомневаюсь, что стоя посреди темной дороги, закованная в браслеты подчинения и имея на своем теле множество синяков, Вы выглядели неимоверно привлекательно в глазах противоположного пола. Но если бы я не имел врожденной привычки доверять людям, я бы решил, что Вы заранее договорились с мистером Джереми о встрече. Что вы даже были давно знакомы и попросили его о помощи, находясь в такой трудной ситуации, — усмехнулся он.

Мэдлин прекрасно понимала к чему клонит Хаксли. Ему хотелось вывернуть все так, будто они с Джереми были знакомы долгое время, и она была чуть ли не его сообщницей. Поэтому девушка лишь промолчала в ответ, боясь сказать что-то лишнее. Да и начни она оправдываться, ей все равно не поверят, решат, что это отговорки.

Далее следователь подробно расспросил о том времени, которое они с Джереми провели вдвоем в Междумирье, как они общались, почему затем их пути разошлись, и не сообщал ли молодой человек, чем он планирует заниматься в дальнейшем. Мэдлин старалась отвечать предельно честно, по крайней мере, в те моменты, когда это было возможно. Под конец девушка чувствовала себя совсем измученной, словно ее душу вывернули наизнанку всеми этими личными вопросами. Но, к счастью, Хаксли похоже уже успел выяснить то, что хотел, и их «допрос» близился к концу. Мэдлин в который раз ненароком поглядывала на часы.

— Вы, наверное, постоянно усовершенствуете свои знания и навыки, чтобы преподавать, и много читаете? — неожиданно спросил он.

— Конечно, — кивнула девушка, пытаясь сообразить к чему он клонит. Уж не собираются ли ее теперь лишить права преподавания?

— Слышали, наверное, о Хранителях Солнца? — как бы невзначай продолжил ее дознаватель.

— О ком? — искренне не поняла Мэдлин. — Это какие-то древнеегипетские жрецы? У них ведь был культ солнца, кажется.

— Ах, если бы, — засмеялся Джозеф Хаксли. — Эти, к сожалению, вполне современные.

— Никогда не слышала. А чем занимаются эти люди? — поинтересовалась девушка.

— Я бы не назвал их людьми.

— И все же?

— Они воруют людские тени.

— Я Вас совершенно не понимаю! — честно призналась Мэдлин. — Кто это? Что значит воруют тени? И самое главное, зачем Вы мне об этом говорите? Уж не думаете ли, что и я занимаюсь подобными кражами?

— Ни в коем случае! — усмехнулся Хаксли. — Меньше всего на свете, Вы похожи на Хранителя. Я сказал это к слову, потому что подобные происшествия находятся в моей компетенции. Это ведь магия достаточно высокого уровня. Я Вам говорю об этом, предполагая, что человек, обладающий такими обширными познаниями, мог бы слышать о таком явлении и может быть даже как-то помочь мне.

— Нет, я не слышала, но Вы меня заинтриговали. Честно, не могу себе представить, как можно украсть у человека тень, и самое главное, какой от этого вред, — ответила девушка.

— Хранители Солнца — это бывшие люди, которые согласились пройти особый черный обряд перерождения и поменять свою сущность, — неожиданно принялся объяснять следователь. — Для этого подходит не каждый человек, а лишь тот, кто умирает от неизлечимой болезни. Хранители практически бессмертны, но для поддержания жизни им нужно чем-то питаться, и они предпочитают тени людей. Они умеют не только похищать их, но и удерживать, а через тень человека заряжаются его жизненными силами, пока тот, наконец, не умрет. Хранители существовали всегда, но в последнее время их отчего-то стало слишком много, что естественно негативно сказалось на многих магах и обычных людях. Кроме того, Хранители не могут надолго покидать место своего обитания и совершать некоторые иные необходимые действия, поэтому они, прекрасно владея гипнозом, «вербуют» подходящих людей, чтобы те исполняли их приказы. Подобные люди также должны находиться на грани жизни и смерти, но не обязательно умирать от какой-то болезни. Они выполняют свою службу, постепенно теряют человеческий облик и сами становятся Хранителями.

— Это очень интересно и одновременно пугающе. А как от них можно защититься? — спросила Мэдлин.

— Очень актуальный вопрос, — улыбнулся Хаксли. — Этого пока сказать никто не может. Так же как и понять по какому принципу они выбирают свою жертву. Хотя нет, определённые критерии все-таки есть. Они предпочитают магов и людей с большим запасом жизненных сил и магической энергетики.

На секунду повисла пауза. Девушка не знала, что еще сказать, а следователь упорно молчал, словно ожидал от нее какой-то особой реакции на услышанное.

— А почему Хранители Солнца? Какая связь? Почему их не называют Похитителями теней, например? — наконец заговорила она.

— От того, что они живут в пустыне, ведь там тени наиболее ярко видны. А еще у Хранителей существует нечто вроде собственной религии — Культ Красного Солнца. Они ему поклоняются и становятся особенно сильны на закате дня, — пояснил Хаксли.

В голове у Мэдлин тут же всплыли отголоски недавнего сна — красное солнце, странные существа в пустыне. Значит, она уже успела соприкоснуться с этими непонятными Хранителями. Неужели они пытались похитить ее тень? А что если уже похитили?

Девушка машинально коснулась глубокой царапины на руке. Это не укрылось от внимательных глаз ее собеседника.

— Вы услышали нечто важное, мисс Хоуп? Значит все-таки информация о Хранителях для Вас не так уж и в новинку? — вкрадчиво спросил он.

— Да, когда Вы сказали о Культе Красного Солнца, я вспомнила, что читала об этом, когда училась в школе. Точно не помню название книги, но она наверняка хранится в нашей библиотеке. Если хотите, можете ее поискать. Там всего около десятка тысяч книг, но если дело того стоит…

Мэдлин так надоел следователь с его вопросами и явными обвинениями, что она соврала без всякого зазрения совести. Хотя он наверняка поймет, что это ложь, но какая уже разница?

Джозеф Хаксли поморщился, убедившись, что не сможет узнать больше ничего нового, наблюдая за реакцией девушки. Судя по всему, он вообще с самого начала был уверен, что словосочетание Хранители Солнца говорит Мэдлин о многом. И завел эту тему явно неспроста, она имела какое-то важное значение. И что больше всего беспокоило девушку — это явная причастность Джереми ко всему вышесказанному.

Глава 3. Возвращение

Когда Мэдлин вернулась к себе в комнату, ей было очень тяжело на душе. Она волновалась за Джереми, беспокоилась о его судьбе. Кроме того девушке упорно казалось, будто следователь постоянно следит за ней. Она решила еще раз взглянуть на золотую пластинку с посланием, но в шкафу оказалась только подвеска. Таинственная записка исчезла.

Встревоженная Мэдлин обыскала всю комнату, но странная вещица канула в небытие. Кто же мог ее взять? Ведь, сама девушка все время находилась рядом с Джозефом Хаксли. Может, у него есть «свой» человек в замке, которого он попросил наведаться в комнату «подозреваемой» в ее отсутствие?

С другой стороны, стоит ли так уж сильно переживать? Даже если золотая пластинка попала в руки Хаксли, то о чем она ему скажет? На ней не чувствуется следов чьей-то магии, и она не коим образом не способна привести следователя к Джереми. Если молодой человек вообще жив и действительно просил о помощи.

Мэдлин успокаивала себя, как могла. Чтобы отвлечься, она принялась листать книгу, подаренную Александром. На страницах мелькали портреты незнакомых колдунов, рисунки артефактов и геральдическая символика. Неожиданно внимание девушки привлек герб с изображением красного мака. В последнее время ей слишком часто стали попадаться на глаза эти цветы. Мэдлин принялась читать то, что написано под иллюстрацией, и данная информация ее крайне заинтересовала.

«Красный мак является геральдической символикой последователей Культа Красного Солнца. Среди которых больше всего известны сами Хранители, но встречаются и обычные люди, разделяющие их убеждения. Красный маг символизирует заходящее светило. Изначально на гербе был изображен плавящийся в огне золотой слиток. Но вскоре от этой идеи решено было отказаться в пользу более простой для восприятия. Кроме того старый герб неизбежно указывал на слабое место Хранителей и их скрытый страх. Ведь, как известно, они не могут брать в руки золотые предметы, так как те смертельно опасны для них», — сообщала книга.

Девушка два раза прочитала короткий текст и в голове ее, наконец, сложилась эта простая мозаика. Значит Джереми, или кто-то иной, просивший Мэдлин о помощи, специально выбрал золотую пластинку для того, чтобы Хранители не смогли притронуться к ней и таким образом перехватить послание.

А красные маки? Красные маки — это просто указание на тех, кто является врагом и кого стоит бояться. Все более-менее очевидно, кроме того, какая помощь требуется от девушки. Как ей найти Джереми или хотя бы выйти с ним на связь? Да еще этот настырный следователь без конца сует нос во все ее дела…

Мэдлин так и не смогла найти ответа на эти вопросы, она решила просто ждать, рассчитывая на то, что получит еще какой-то знак и поймет, что же ей делать. Но время шло и ничего не происходило. Прошла еще неделя и девушка даже начала испытывать легкое разочарование. Тянулись обычные скучные учебные дни.

Джозеф Хаксли поочередно опросил всех преподавателей и даже некоторых учеников, но судя по всему, не выяснил ничего интересного. Девушке казалось, что он также откровенно скучает. Видимо, когда следователь ехал сюда, то рассчитывал, что сразу же обнаружит Джереми, прячущегося в подвалах замка, и с триумфом его арестует. Или по крайней мере распутает какую-нибудь сложную интригу, разгадает тайну, которую хранят коварные преподаватели во главе с Мэдлин. А вместо этого — ничего.

Девушка надеялась на то, что Хаксли рано или поздно это все надоест, и он уедет, но тот, судя по всему, был очень упорным человеком. Либо ему просто велели не покидать замок, и он не мог ослушаться.

Единственный, кто по-прежнему не утратил своего нездорового энтузиазма, был Юний. Он так упорно старался помочь следователю, и был таким услужливым, что, похоже, окончательно достал гостя, и своими стараниями только мешал ему работать, сбивая с нужных мыслей. Но делал он это с такой видимой искренностью, что даже неудобно было на него ругаться.

К концу недели, в воскресенье вечером, когда Мэдлин окончательно убедила себя в том, что ничего интересного больше не произойдет, и собиралась ложиться спать, она вдруг ощутила странное навязчивое желание прогуляться вдоль морского берега. Замок-институт, в котором жила и работала девушка, как раз располагался на побережье. В принципе, ничего необычного в ее желании не было. Но Мэдлин от чего-то упорно казалось, что если она окажется рядом с морем, то ей обязательно придет в голову какая-то важная мысль. Ноги буквально сами несли ее прочь из замка.

На улице было прохладно, и девушка зябко куталась в куртку. Идя по песку, она забавлялась тем, что подходила вплотную к воде, а затем быстро отбегала, когда темная волна пыталась коснуться ее ног. С моря дул холодный ветер, нещадно трепавший волосы и одежду. Мэдлин и сама никак не могла понять, что заставило ее сюда прийти, но отчего-то упорно не могла собраться с мыслями и вернуться домой, хотя постепенно становилось все темнее и холоднее.

За спиной у девушки кто-то ненавязчиво кашлянул, и Мэдлин вздрогнула от ужаса, едва не закричав, потому что была уверена, что находится на побережье в полном одиночестве. После возвращения из Междумирья она стала чересчур нервной, по привычке готовясь встретить опасность на каждом углу.

Правда человека, потревожившего ее покой, девушка никак не ожидала здесь увидеть. Им оказался Александр, который что-то слишком часто стал навещать этот мир.

— Извини, что заставил тебя ждать, сама понимаешь, дела и еще раз дела! — произнес он с такой простодушной улыбкой, словно они с Мэдлин заранее договорились об этой встрече.

— Так это ты внушил мне желание прийти на побережье! — возмущенно воскликнула девушка, только сейчас сообразив, что ее весь вечер не покидало ощущение, будто к ее собственным мыслям примешиваются какие-то чужие, словно кто-то ее ненавязчиво гипнотизирует.

Мэдлин не обратила на это внимание, решив, что гипнотизировать ее сейчас просто некому, да и незачем. Но как показывает практика, всегда лучше быть начеку.

— Прости старого больного человека за его навязчивость, — взмолился пышущий здоровьем байкер, который при желании мог бы и подкову согнуть. — Просто мне не хотелось снова тревожить твой покой и врываться в твою спальню. Ну а если быть совсем искренним, то я знаю про того типа, который без конца ошивается в вашем институте и сует свой нос в чужие дела.

— Ты имеешь в виду следователя? — удивилась девушка.

— Я думаю, что он не только следователь. Очень мутный человек, не советую подпускать его близко… Ну да Бог с ним, речь сейчас не об этом! — настойчиво проговорил Собиратель, заметив в глазах Мэдлин явный интерес к теме следователя.

Девушка вздохнула. Заставить Александра говорить на тему, которую он не хочет обсуждать, было решительно невозможно.

— Не слишком ли ты часто стал заходить ко мне в гости? — поинтересовалась она и поспешно добавила. — Нет, я конечно очень рада тебя видеть, но это так непривычно после того, как ты целый год мною не интересовался!

В этой ее фразе явственно слышалась затаенная обида. Мэдлин действительно было грустно, что все это время она не видела ни Джереми, ни даже Собирателя.

— Скажу честно, дело тут не только в том, что я сильно соскучился, хоть я и всегда рад тебя видеть, — признался байкер.

— Я так и думала! Значит тебе что-то нужно? Учти еще раз убивать колдуна уровня Литурга и предотвращать войну я не собираюсь! — категорично заявила девушка.

— Я и не думал просить тебя ни о чем подобном. Согласись, повторение — самая скучная вещь в мире. Но то, что я тебе предложу, в какой-то мере даже более значимо, — интригующе пообещал он.

Мэдлин вопросительно приподняла брови и на всякий случай уже стала придумывать, что лучше сказать, чтобы отказаться, но тут Александр задал довольно неожиданный вопрос:

— Ты бы хотела увидеться с Джереми?

— Конечно, хотела бы, но… Так значит он точно жив??

Девушка даже немного растерялась от такой новости.

— Скажем так, я могу устроить вашу встречу и даже постараюсь сделать так, чтобы он больше тебя не покидал, — странно улыбнувшись, предложил байкер.

— И что я должна ради этого совершить? — осторожно поинтересовалась Мэдлин. Она чувствовала какой-то подвох, но никак не могла понять, в чем он заключается.

— Я думаю, за то время, которое ты не была в Междумирье, ты не успела позабыть, что из себя представляет этот мир, — Собиратель неожиданно заговорил совсем о другом. — Это особая точка, где время дробится и разделяется, образуя множество вариантов развития событий. Междумирье — это как солнечный диск, от которого отходят лучи вариаций. Путешествуя по нему, можно случайно попасть в разные варианты как прошлого, так и будущего. Ты прекрасно помнишь, как вы с Джереми переместились в будущее и увидели войну, а затем и мир после войны, а точнее его руины.

— Да, я это все прекрасно помню и благодаря именно нам с Джереми возникла вариация, в которой войны нет и в которой я сейчас и живу, — кивнула девушка, пока что не понимая, к чему клонит Александр.

— Вот, ты верно мыслишь! — обрадовался байкер. — Вы с твоим другом создали вариацию! А люди, которые попадают в Междумирье остаются там навсегда, кроме исключительных случаев. Они перестают быть непосредственными участниками событий. Да, они могут видеть различные варианты будущего и прошлого, но не могут в них участвовать, а тем более что-то менять.

— А я думала, это не так уж трудно, — пожала плечами Мэдлин.

— Да, не трудно, но лишь для тех, кому это дано. Таких людей называют Творцы Вариаций. Это особый дар, который есть у тебя и у Джереми. Хотя у тебя, пожалуй, в большей степени. Еще когда вы только появились на свет, вам было суждено попасть в Междумирье, чтобы создать вариацию будущего, в котором нет войны. И у вас это прекрасно получилось!

— Кошмар какой! Выходит, в жизни вообще никакой свободы выбора не существует? Живи, как предначертано и радуйся? — вздохнула девушка.

— Смотря, какая человеку предназначена судьба. Чем больше ему суждено совершить, тем больше у него ответственности и тем меньше свободы выбора, — развел руками Собиратель. — Однако мы с тобой отходим от темы! Я предлагаю тебе взаимовыгодную сделку. Ты создаешь новую вариацию, которой необходимо появиться, а я помогаю тебе найти Джереми. По рукам? — байкер протянул ей свою ладонь.

— Нет, нет, нет, постой! — Мэдлин протестующе замахала руками и даже отступила на пару шагов назад, словно боялась, что Александр сейчас схватит ее и насильно отправит в свой мир совершать таинственную миссию. — Я не хочу снова возвращаться в Междумирье! В прошлый раз меня там чуть не убили, причем несколько раз! А ведь тогда я была рядом с Джереми! И создание нынешней вариации стоило мне сумасшедшего количества усилий! Я не готова снова через это пройти, я хочу пожить спокойной жизнью!

— Спокойной жизнью без Джереми? — уточнил Собиратель с ехидной улыбкой.

Девушка замолчала, не зная, что ответить.

— К слову сказать, мое предложение очень своевременно, потому что Джереми попал в сильную переделку и, если ты ему сейчас не поможешь, боюсь, сделать что-либо будет уже поздно.

— Александр, это же шантаж! — возмутилась Мэдлин.

— Меня вынудили обстоятельства, — ответил байкер, театрально вздыхая.

— Скажи, хоть что это за вариация? Она опять как-то связана с войной?

— Нет, не совсем, — Александр улыбнулся, видимо понимая, что лед тронулся, и девушка готова сдаться. — Данная вариация уже существовала раньше, но теперь она начала исчезать и разрушаться. А ее отсутствие может привести к тяжелым последствиям. На сей раз я предлагаю тебе оправиться не в будущее, а в прошлое!

— Как же это так могло произойти, что вариация исчезает? — искренне удивилась девушка.

— Потому что исчез ключевой ее фрагмент — главный герой.

— Он умер?

— Если бы! Он не родился! А точнее она! Произошел какой-то сбой, возможно созданный по неосторожности как раз кем-то из Творцов, и теперь данного человека просто не существует и соответственно разваливается вся созданная им вариация.

— Но что же я могу сделать? — Мэдлин все равно ничего не понимала.

— Ты должна заменить эту колдунью в прошлом и сделать то, что должна была совершить она. Вот и все! Это очень просто.

— Но ведь я не она? Неужели никто не заметит подмену?

— Внешне ты, конечно, совсем другая, — согласился Собиратель. — Но внешность в данном случае не имеет никакого значения. Потому что никто не знает, как она должна была выглядеть, она же не родилась. И почему бы ей не стать рыжей и кудрявой? Кому от этого будет хуже? Никому. Самое главное, что у вас равный магический потенциал. А еще очень похожий склад характера. Поверь, от тебя не требуется чего-то сверхъестественного, — продолжал убеждать байкер. — Тебе даже не нужно проживать целую жизнь за этого человека! Главное появиться в ключевые моменты и направить ход событий в нужное русло! Опять же, я сам скажу, как лучше поступить, а тебе останется лишь действовать по схеме.

Александр представил все так, словно дело, которое он собирался поручить девушке, было просто пустяковым, но она очень сильно в этом сомневалась. Наверняка, потом выяснится уйма дополнительных деталей.

С другой стороны, если это реальная возможность помочь Джереми, то почему бы и нет? А Мэдлин действительно очень хотелось ему помочь. И еще она уже изрядно заскучала, сидя в замке и дожидаясь у моря погоды. А точнее говоря, вестей от молодого человека…

— Значит, мне снова придется вернуться в Междумирье? — вздохнув, спросила девушка, понимая, что только что сдалась и согласилась втянуть себя в очередную авантюру. — Когда и как мне туда отправляться?

— Я думал об этом и хотел предложить тебе один простой вариант перемещения. Простой на словах, на деле же он требует наличие сильного магического потенциала. Но ведь и ты у нас не вчерашняя школьница, а с недавних пор одна из сильнейших волшебниц в мире! Так что попробуй немного развить свой дар и научиться перемещаться в нужное тебе место и отрезок времени во сне. Это не только удобно, но и практично. Представь, примерно семь часов в сутки ты находишься там, а весь остальной период ведешь обычную жизнь здесь, — воодушевлённо предложил Собиратель. — И при этом просыпаться ты будешь отдохнувшей, как после обычного сна!

— Я слышала, что могущественные колдуны не нуждаются в заклятиях телепортации, и способны перемещаться лишь силой мысли, но я не уверена, что у меня выйдет нечто подобное! Я ведь даже не знаю, как выглядит место, где должна оказаться! — усомнилась Мэдлин.

— А ты попробуй! Ты же ничего не теряешь! Не получится, отправишься в Междумирье вместе со мной и там отыщешь необходимую вариацию. А насчет того, чтобы попасть в нужное место, просто надень мою подвеску, и она сама будет направлять тебя поначалу, — посоветовал Александр.

Девушка вздохнула, сообразив, что Собиратель заранее продумал все детали и теперь просто поставил ее перед фактом.

— Ну, хорошо. Что это хоть за место? — задала она еще один вопрос.

— Пока что это пустыня, но окружающая обстановка будет постоянно меняться, — туманно ответил байкер. — А если ориентироваться по времени, то это было тысячу лет назад, а может даже больше! Выйдет слишком долго, если я сам начну описывать тебе целую эпоху. Почитай о ней в книге, которую я столь своевременно подарил тебе на день рождения, — Александр улыбнулся так широко, что отпали всякие сомнения в том, с какой именно целью он преподнес этот подарок. — Почитай про легендарного завоевателя Алемана. Известный такой исторический персонаж в мире магии. Он был очень сильным и талантливым колдуном, а еще сумел собрать гигантскую армию.

— Я помню его из уроков истории, — задумчиво произнесла Мэдлин.

Воспоминания ее были довольно поверхностными. За всю историю магии происходили тысячи войн. Рождались все новые и новые сильные колдуны, сама магия постоянно усовершенствовалась, и удержать столько информации в голове было попросту невозможно.

— Неужели ты хочешь сказать, что я должна стать этим воителем и прожить жизнь вместо него? — пришла в ужас девушка.

— И не рассчитывай! — усмехнулся Александр. — Много кто с радостью согласился бы занять его место, но эта личность слишком многогранная и значимая. Да его просто невозможно стереть из вариаций Междумирья и из истории в целом! Он слишком прочно врос в нее. Но вот повлиять на одно из его важнейших решений вполне реально!

— И я должна это сделать? Но неужели такой великий человек меня послушается? — с сомнением проговорила Мэдлин. Ей было страшно, что она не справится.

Девушка никогда не отличалась способностью легко убеждать людей. Она была не из тех, кто может сразу всем понравиться. Несмотря на свою яркую внешность и добрый характер, Мэдлин вызывала симпатию далеко не у каждого. В отличии от того же самого Джереми, который обладал природным обаянием и мог легко войти в доверие к едва знакомому человек, без проблем получив то, что ему нужно.

Как только девушка вспомнила о Джереми, она поняла, что забыла задать самый важный вопрос.

— Хорошо, допустим я соглашусь… — начала она.

Собиратель ехидно улыбнулся.

— Ладно, уже согласилась, — махнула рукой Мэдлин. — И когда же ты вернешь мне Джереми? Кажется, ты сам сказал, что он нуждается в помощи и тянуть не стоит!

— Я думаю, что будет справедливо, если я приведу его к тебе, как только ты приступишь к выполнению своей задачи. Договорились? — спросил Александр и, не дожидаясь согласия Мэдлин, казавшегося ему очевидным, быстро произнес. — Все. Мне пора, ты же знаешь, я не люблю подолгу задерживаться в этом мире!

Девушка хотела остановить байкера и задать ему еще множество интересующих ее вопросов, но тот неожиданно просто-напросто взял и растворился в воздухе, словно был привидением.

Мэдлин понятия не имела о таких его способностях. Девушка вообще была убеждена, что столь мгновенная телепортация без применения заклятий в принципе невозможна. Но Александр в очередной раз ненавязчиво продемонстрировал свой высокий уровень владения магией.

Мэдлин подумала, что если для него перемещения в пространстве стали пустяковым делом, то может быть и она когда-нибудь освоит подобные трюки и Собиратель прав, что стоит попробовать?

Девушка тряхнула головой, словно отгоняя от себя навязчивые мысли. После того, как Александр ушел, не попрощавшись, она осталась на пустынном побережье абсолютно одна. А на улице стало уже совсем темно и холодно. Ветер, дувший с моря, был просто пронизывающим, и Мэдлин бегом отправилась обратно в замок. Тем более там ее уже ждали.

Ожидавший ее был никто иной, как Джозеф Хаксли. Он сидел, расположившись в кресле общей гостиной, которая обычно была оккупирована студентами, но сейчас в присутствии следователя пустовала.

Прямо у дверей Мэдлин встретил Юний, который одним своим взглядом выразил укор относительно того, что девушка где-то пропадает, привлекая к себе ненужное внимание, и предупреждение о том, что ее ждут. Мэдлин вздохнула и послушно уселась в кресло напротив следователя. При ее приближении огонь в камине тут же приобрел ярко красный оттенок. Мистер Хаксли с интересом взглянул на данную метаморфозу.

— Давно это происходит? — поинтересовался он, кивком указав на пламя.

— С тех пор, как я вернулась из Междумирья. Я думаю, это связано с тем, что энергия дороги — огонь, — сухо пояснила девушка.

— Возможно, но такое случается не только с теми, кто побывал в Междумирье, но и с магами, которые всю жизнь прожили в нашем мире. При определенном стечении обстоятельств, разумеется, — туманно произнес следователь.

Мэдлин вопросительно взглянула на него, но Хаксли не потрудился продолжить свои объяснения, а самой расспрашивать девушке не хотелось.

— Позвольте спросить, где Вы пропадали, мисс Хоуп? Ваши коллеги уже начали беспокоиться.

— Я гуляла вдоль побережья, дышала морским воздухом. Это считается полезным. И я не понимаю, с каких пор я должна оповещать Вас о любой своей прогулке, — ответила Мэдлин с плохо скрываемым раздражением.

Мистер Хаксли лишь снисходительно улыбнулся в ответ.

— Прогулки — это хорошо. Но согласитесь, что когда они затягиваются до часу ночи, это становится немного небезопасно. Вам не страшно ходить так поздно одной?

Девушку эти слова изрядно удивили. Она была невероятно увлечена беседой с байкером, и ей казалось, что прошло совсем немного времени. А сейчас Мэдлин с удивлением смотрела на настенные часы и понимала, что следователь абсолютно прав.

— Вы же ходили одна? — повторил он свой вопрос, видя, что девушка не торопится отвечать.

— Да, одна… — кивнула она. — Послушайте, если Вы предполагали, что я ходила не одна, а может быть даже гуляла в сопровождении преступной группировки, то почему бы было просто не проследить за мной? А не дожидаться меня, сидя в замке?

— Ты не поверишь, но мы мыслим одинаково, — ухмыльнулся Джозеф Хаксли, неожиданно переходя на «ты». — И я именно это и сделал.

— И что Вы увидели? — растерянно спросила Мэдлин, не ожидавшая такого прямого ответа.

— Увидел, как ты на протяжении нескольких часов ходишь по побережью, активно жестикулируя и разговаривая сама с собой, — спокойно пояснил он, задумчиво глядя на свою собеседницу.

Наверное, следователь ожидал каких-то комментариев, но девушка настолько погрузилась в свои мысли, что не сочла нужным что-либо объяснять. Ей показалось очень любопытным то, что Александр оказывается может быть невидимым для окружающих. Интересно для всех ли или только для тех, кому он не хочет показываться на глаза?

Или быть может, намеки Хаксли — правда, и она действительно начинает потихоньку сходить с ума, разговаривая сама с собой. Мэдлин помнила, что судьба практически всех магов, вернувшихся из Междумирья складывалась очень плохо. Многие из них были не в состоянии привыкнуть к жизни в своем мире, не выдерживали и сбегали обратно на трассу. А некоторые начинали вести себя слишком странно даже для людей, владеющих магией, и вынуждены были провести остаток своих дней в сумасшедшем доме.

Неужели и Мэдлин постепенно начинает сходить с ума, тоскуя по Междумирью и придумывая в своей голове сценарии того, как к ней является Александр и зовет ее обратно? С другой стороны, его подарок на день рождения, кажется видели все, а значит Собиратель вполне материален и не может быть плодом ее фантазии. В итоге, девушка пришла к выводу, что согласится поверить в свое сумасшествие в самую последнюю очередь, когда иных вариантов уже не останется.

Джозеф Хаксли какое-то время задумчиво наблюдал за тем, как его собеседница практически засыпает в кресле, а потом махнул рукой и, пожелав Мэдлин спокойной ночи, отправил ее спать.

Оказавшись у себя в спальне, девушка не легла отдыхать, а вместо этого взяла в руки книгу, подаренную Александром. Книга явно была создана магами, потому что внешне выглядела тонкой и легкой, а на деле вмещала в себя чуть ли не всю историю волшебства. Достаточно было выбрать в оглавлении нужный раздел и тут же появлялись все новые и новые страницы и иллюстрации.

Мэдлин с интересом разглядывала портрет таинственного Алемана. Хотя насколько достоверным могло быть это изображение, с точностью сказать никто бы не решился. Художник вполне мог приукрасить облик знатного человека.

На портрете грозный колдун и завоеватель предстал мужчиной лет тридцати, с черными длинными волосами и чуть смугловатой кожей. Черты лица его были монголоидными с раскосыми глазами, но не такими, какие бывают у типичных представителей этой расы, а те, что встречаются у людей, родившихся в смешанном браке. На Алемане была надета необычная кольчуга панцирного плетения. Точнее Мэдлин охарактеризовать ее не могла, так как плохо разбиралась в подобного рода вещах.

Закончив изучать портрет, девушка принялась читать то, что было написано под ним. Во вступлении сообщалось, что в те далекие времена, когда жил Алеман, обычный мир и Междумирье не имели столь четких границ, как сегодня, из-за чего события в них часто пересекались. Жители обоих миров легко перемещались и нередко контактировали друг с другом. Так и колдун Алеман, ведущий по сути кочевой образ жизни не раз переступал границу миров и жил то там, то здесь. Мечтой же его было объединить два мира в один и подчинить их оба своему влиянию. Осуществить подобный амбициозный план было, конечно же, невозможно, но…

Мэдлин сама не заметила, как задремала, убаюканная чтением. Проснулась девушка от того, что ей стало холодно. Она машинально принялась кутаться в шаль, укрывавшую ее плечи, но тонкая шелковая ткань совсем не помогала согреться. Поэтому Мэдлин пришлось окончательно проснуться и открыть глаза.

Она поняла, что каким-то немыслимым образом умудрилась задремать, сидя на земле, прислонившись к дереву. От того ей и было так холодно. Девушка машинально взглянула наверх и замерла в восхищении. Небо над ее головой было угольно черным и на нем словно бриллианты оказались рассыпаны созвездия звезд.

Никогда еще в своей жизни Мэдлин не видела такого неба. Оно было настолько ярким, что сложно было поверить в то, что оно настоящее. Казалось, будто это неизвестный художник взял и искусно изобразил звездную карту, причем изрядно ее приукрасив. Ни разу прежде девушка не видела так отчетливо все эти созвездия, которым теперь будто бы стало тесно на одном небосводе.

Несмотря на красоту, открывшуюся ее глазам, к земной жизни Мэдлин вернул тот же самый холод. Она поднялась, разминая затекшие ноги, и увидела, что буквально в двадцати шагах от нее расположился большой шатер, внутри которого уютно светило оранжевое пламя.

Не раздумывая, девушка машинально направилась в его сторону, придерживая подол длинного платья. К слову сказать, наряд ее был просто чудесный, сотканный из черной, казавшейся невесомой ткани, расшитый серебряными нитями и блестящими самоцветными камнями. Платье Мэдлин словно хотело сразиться в своем блеске с самим звездным небом.

Приподняв полог, девушка оказалась внутри шатра и быстрее направилась к огню. Внутри находились какие-то люди, но в полумраке их лица тяжело было разглядеть. Мэдлин протянула ладони к пламени и принялась греться. До нее доносились обрывки разговоров. Общались здесь в полголоса.

Обитатели шатра сперва немного косились в ее сторону, но потом быстро забыли и перестали обращать внимание.

— И зачем мы идем так далеко… говорят, дальше только край земли и нет там никакого города… Владыка знает, что есть… там несметные богатства… там алмазов, что звезд на небе… только бы пустыню как-то перейти… в пустыне страшно… я слышал там такие твари, что убьют и не заметишь… нам то страшно, а мы маги, а другим то, — доносились до Мэдлин обрывки фраз.

Девушка не могла понять, о чем говорят все эти люди. Да, она особо и не пыталась, ей было достаточно того, что она грелась у огня, и пламя оставалось оранжевым, не собираясь приобретать зловещий кровавый оттенок.

Мэдлин почувствовала за своей спиной чьи-то шаги. Именно почувствовала, потому что человек позади нее передвигался тихо, словно рысь. Девушка ощущала лишь его магическую ауру, энергетика которой была неимоверно сильной. Но никакой опасности она не уловила.

С появлением нового гостя разговоры как-то разом смолкли. На секунду повисла тишина, а затем кто-то один затянул песню, а все остальные вдруг ее подхватили. Это была какая-то странная баллада. В полутьме шатра, спетая монотонными голосами, она звучала немного зловеще.

По чёрному небу, как по морю

Ходит месяц блестящий, скитаясь.

Он покинут любимой зарёю,

Бродит всё отыскать пытаясь.

Заря ему невеста нежная,

Да, нет ее на свете белом!

Что летом, что зимою снежною,

Объятый месяц ходит гневом.

Возьмет свой лук, свой меч и стрелы

И объявИт земле войну!

Пусть, с ним сразится самый смелый,

А нет, так не бывать всему!

Огнем, мечом и алой кровью

Встревожена сыра земля.

Здесь ненавистью, не любовью

Придется заплатить сполна!

За что ты, месяц, убиваешь?

Спросили люди у него.

За то лишь, что сейчас страдаешь?

Не мы виновники сего!

На что им месяц дал ответ:

Я буду жить, любви не зная,

Но, да, и вас на много лет,

Заставлю умирать, страдая!

За что же нам! Ведь, нет вины!

Кричали люди, умоляя.

Со слабым проще нет войны,

Вздыхали сами понимая…

Мэдлин уже представилась война и кровь, монотонное звучание баллады действовало на не нее гипнотически. Но вдруг она словно пробудилась ото сна, почувствовав, что кто-то набросил ей на плечи теплую накидку, отороченную мехом.

Девушка обернулась и увидела, сидевшего рядом с ней мужчину, его лицо показалось ей каким-то смутно знакомым. Похоже это был тот самый колдун, чьи шаги она почувствовала за своей спиной. От него исходила особая аура силы и спокойствия.

Сидя рядом с ним, Мэдлин ощутила себя в полной безопасности. Она вдруг почувствовала, что все, что с ней происходит — это правильно и хорошо. Где бы она не находилась, и кто бы ее не окружал, она всегда будет в безопасности рядом с этим человеком.

Это же настроение, кажется, передалось и остальным людям в шатре, потому что вслед за унылой песнью последовала более веселая, послышались оживленные диалоги о том, что скоро они доберутся до заветного города и переход по пустыне вовсе не так страшен, как им пытаются внушить. Колдун, заразивший всех этой невероятной уверенностью в том, что все будет в порядке, задумчиво смотрел на Мэдлин, которая сама не решалась взглянуть на него, а продолжала разглядывать пламя костра.

— Холодно тебе? — строго спросил он. — Я знаю, в тех краях, откуда ты родом, почти нет зимы и не бывает морозов. Здесь же днем царит невыносимая жара, а ночами леденящий холод. Потерпи немного! Когда мы придем в город все, закончится, и ты отдохнешь. Я уверен, они примут нас как добрых гостей.

Девушка слушала слова своего собеседника и с трудом понимала их значение, чисто машинально спросив:

— Скоро ли это будет? Когда мы придем?

Колдун замолчал, нахмурившись. Видимо этот вопрос задавали ему не раз и сам он не знал, что на него ответить, надеясь лишь на то, что они достигнут своей цели, как можно скорее.

Пламя, возле которого грелась Мэдлин, начало приобретать зловещий алый оттенок, и она поскорее отдернула руки и отодвинулась подальше. Ее удивило, что никто из людей, находящихся в шатре, не обратил внимания на эту перемену. Возможно, они так сильно уважали собеседника девушки, что считали все происходящее рядом с ним правильным и не смели в этом сомневаться.

— Огонь снова меняет цвет, — с какой-то отстраненной интонацией проговорил колдун.

Мэдлин наконец-то решилась взглянуть на него и увидела, что в свете алого пламени черты лица его кажутся заострившимися, из-за чего он выглядит зловеще.

— Я знаю, отчего это происходит… — неожиданно для самой себя сказала она.

Девушке вдруг почему то захотелось сознаться в том, что именно она виновница этой странной перемены. Пожаловаться на то, что магический огонь преследует ее постоянно. Ей долгое время некому было рассказать о своих переживаниях и сейчас буквально хотелось излить душу.

— Я тоже знаю, — слегка улыбнулся ее собеседник. — Он предчувствует кровь. Там, где смерть, там, где бродят души умерших, не сумевшие найти покой, там всегда будет появляться магический огонь. Он как стервятник в мире магии, — а затем мужчина добавил совсем тихо, словно боялся, что его услышат остальные. — Я и сам боюсь этой битвы, ты должна знать, что возможно я погибну и тогда только ты можешь…

Мэдлин как завороженная ловила каждое его слово. Она смотрела в черные глаза мага и чувствовала, что вот-вот все осознает, все поймет, но тут она от чего-то вздрогнула и проснулась…

Несколько минут девушка не могла прийти в себя и понять, почему вместо того, чтобы сидеть возле костра, она лежит на кровати в своей собственной комнате. Мэдлин поняла, что заснула, читая книгу, подаренную Александром. Она по-прежнему сжимала ее в руках.

Она села на кровати и взглянула на часы, времени было три часа ночи. Девушка никак не могла осознать, что же с ней произошло. Сон? Или все-таки у нее получилось? Получилось переместиться в другое место во сне.

Мэдлин взглянула на страницы открытой книги. Так и есть. В своем видении она только что разговаривала с самим Алеманом.

Девушка быстро схватила со стола бумагу и принялась записывать все подробности своего сна. Может быть, ей это все привиделось под впечатлением разговора с Александром и прочитанной книги по истории, но если вдруг у нее действительно получилось, и она только что была в прошлом? Тогда она просто обязана записать все детали!

Мэдлин так увлеклась своими записями, что долго игнорировала странный стук в окно, пока наконец он не стал совсем громким. Девушка обернулась и увидела, что в ее стекло бьется маленький красный огонек. Такой обычно создают с помощью простенького заклятия, чтобы привлечь внимание. Мэдлин поняла, что именно он стал причиной ее внезапного пробуждения, из-за которого она не смогла услышать что-то важное в своем сне.

Девушка осторожно подошла к темному окну. В голове ее промелькнули разные мысли. Может быть, это Собиратель пришел к ней, почувствовав, что она начинает исполнять его поручение? Хотя он бы навряд ли стал стучать в стекло. Скорее сразу бы оказался у нее в комнате без всяких церемоний. А может быть, это просто балуется кто-то из непоседливых студентов?

При ее приближении огонек пропал. Мэдлин распахнула окно и недоуменно взглянула вниз, пытаясь понять, что же это могло значить. Под окном было темно и никого не было видно. Но девушка была слишком сильной колдуньей, чтобы ориентироваться только на свои глаза. Она вдруг ощутила до боли знакомую ауру. Неужели? Сердце Мэдлин тревожно забилось. Она выбежала из комнаты, забыв даже запереть дверь, и бросилась на улицу.

К счастью, под ее окнами в столь поздний час не оказалось ни студентов, ни преподавателей. И никто не видел сидевшего на земле, прислонившегося к дереву, молодого человека.

— Джереми? — не веря своим глазам позвала девушка.

Мэдлин подбежала совсем близко и поняла, что молодой человек находится без сознания. Девушка принялась его тормошить, но Джереми никак не приходил в себя и бормотал в ответ что-то неразборчивое. Поняв, что дотащить его в таком состоянии до своей комнаты будет просто-напросто невозможно, а оставаться на одном месте дальше, становится опасно, Мэдлин решила прибегнуть к рискованному методу. Удивительно, что их до сих пор не заметил вездесущий мистер Хаксли!

С трудом удерживая молодого человека на ногах, девушка произнесла заклятие телепортации и переместилась обратно в свою комнату. Риск был в том, что во время перемещения оба колдуна, если они телепортируются вдвоем, должны точно представлять место, где им необходимо оказаться. Но Мэдлин рассудила, что в таком состоянии заклятие может воспринять Джереми как неодушевленный объект.

Так и получилось, потому что они благополучно перенеслись в замок, и девушка с трудом уложила своего спутника на кровать. Крепкий и высокий Джереми был далеко не легкой ношей.

Отдышавшись, Мэдлин уселась на кровати рядом с ним и стала пытаться понять, что случилось с молодым человеком. Он казался абсолютно неадекватным, был заторможен, постоянно засыпал, но при этом без конца вздрагивал, как будто ему мерещились какие-то кошмары, и бормотал нечто неразборчивое.

Прислушавшись, девушка смогла с трудом разобрать только отдельные слова: «долг, серебро, копье». Сложить их воедино и понять, о чем идет речь было абсолютно невозможно. Так же, как и понять, что произошло с Джереми и что с ним делать дальше. Мэдлин была талантливой колдуньей, но вовсе не медиком.

Спиртным от молодого человека не пахло. Может, быть наркотики? Джереми был, конечно, рискованным парнем, но психотропными веществами никогда не увлекался. По крайней мере, на памяти Мэдлин такого не было.

Сейчас молодой человек выглядел бледным и изможденным, на щеках его были глубокие порезы. Девушка еще раз без особой надежды потормошила его за плечо и пришла к выводу, что нужно идти в больничное крыло за целительными зельями.

Она произнесла заклятие, благодаря которому ее комната должна была стать звуконепроницаемой, чтобы никто не смог услышать голос Джереми. Заперев дверь, Мэдлин поспешила в больничное крыло. Сейчас там никого не было. Никто из обитателей замка не был настолько болен, чтобы постоянно находиться в палате.

Не рискнув включать свет, девушка зажгла над своей головой маленький огонек светового заклятия и принялась внимательно рассматривать полки, размышляя, что бы сейчас могло подойти молодому человеку. Наконец, она нашла зелье, выводящее из состояния любого опьянения, неважно, чем оно вызвано: алкоголем, зельем, ядом или наркотиками.

Мэдлин уже хотела бежать обратно, как вдруг кто-то зажег в больничном крыле свет. Девушка вздрогнула от неожиданности, едва не разбив склянку с зельем, и резко обернулась. Она рассчитывала увидеть вездесущего мистера Хаксли, который следил за ней. Но на пороге стояла Зоя, с интересом наблюдая за испуганной подругой.

— Зоя, что ты здесь делаешь? Ты меня напугала! Зачем ты включила свет? — возмущенно произнесла Мэдлин.

— Я всегда включаю свет, когда захожу в тёмную комнату. Я не знала, что теперь это стало запрещено. А что ты здесь делаешь и чего ты так испугалась? — настойчиво поинтересовалась Зоя, аккуратно закрывая дверь, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Я? Я плохо себя почувствовала, — сбивчиво ответила девушка.

— Ага, напилась допьяна и теперь спешно решила протрезветь с помощью зелья? — ехидно спросила ее подруга.

— Зоя, оставь меня, пожалуйста, и иди спать! Мне сейчас совсем не до тебя! — потребовала Мэдлин.

— Ничего себе? То есть я, как твоя подруга, никому не рассказываю о том, что ты ночью бегаешь по замку, зачем-то телепортируешься прямо с улицы, а потом шаришь в темноте по больничному крылу. Между прочим, я могла бы уже сто раз позвать мистера Хаксли, если бы не была твоей подружкой! А ты меня после этого прогоняешь? Так что никуда я не пойду, пока ты мне все не расскажешь! — потребовала Зоя.

— Тоже мне подруга! Шантажистка! — буркнула Мэдлин, но уже без раздражения, а просто, чтобы сразу не сдаваться. — Ты зачем за мной следила?

— Да я уснуть не могла. Думала сходить взять что-нибудь почитать, а тут смотрю, ты несешься как ошпаренная по коридору, даже меня не заметила. Ну и мне стало очень интересно. Скажи, спасибо, что это я тебя встретила, а не кто-нибудь другой! — ответила ее коллега, намекая на следователя.

— Ладно, пойдем со мной, если хочешь, — махнула рукой Мэдлин, понимая, что от подруги все равно не отвязаться, кроме того, она могла посоветовать что-нибудь относительно Джереми.

По пути обратно девушка была уже более осторожна и прислушивалась к своим ощущениям, стараясь вовремя заметить чужую ауру, если кто-нибудь еще вздумает за ней следить. Зоя шла за подругой, едва ли не сгорая от любопытства. Оказавшись в комнате, она ойкнула, увидев лежащего на кровати Джереми, состояние которого ничуть не улучшилось.

— Ой, что с ним, Мэдлин? — задала она самый очевидный и дурацкий вопрос.

— Мне бы самой хотелось это понять, — вздохнула девушка. — Думаю, что зелье поможет привести его в чувства.

— Нет, нет, постой! — от переизбытка чувств, Зоя даже схватила подругу за локоть. — Зелье нельзя!

— Почему? — удивилась Мэдлин.

— Оно помогает, только если человек находится в состоянии опьянения, вызванного каким-то веществом! Ну, алкоголем там, или наркотиками, а он не пьян, он под действием заклятия!

Мэдлин внимательно взглянула на Джереми, и сама поразилась тому, как она сразу этого не поняла. Видимо, она находилась в таком шоковом состоянии, увидев молодого человека, что из-за этого не смогла толком разобраться в произошедшем.

— Хорошо, что ты это сказала, зелье могло бы подействовать непредсказуемым образом, — удрученно проговорила девушка. — Но что же теперь делать? Чтобы снять колдовство, нужно знать какое именно заклинание было наложено, а как же мы это теперь определим?

Она беспомощно взглянула на подругу.

— Мы — никак, придется звать Юния! — уверенно заявила Зоя.

Их начальник с молодости специализировался на целительной магии и снятии трудных заклятий.

— Чтобы он позвал Хаксли? Ты что не знаешь Юния? Он только перепугается, поняв, кто у нас в гостях, и сразу же откажется помогать!

— Не откажется! Скажем так, в крайнем случае, я знаю, как на него воздействовать, — хитро улыбнулась Зоя. — Я, конечно, не собираюсь разглашать все его тайны, но все-таки я их знаю!

— Ну, точно шантажистка! — усмехнулась Мэдлин. — Ладно, только позови его сама!

Через пару минут в комнате оказался взволнованный начальник. Плотно закрыв за собой дверь и произнеся для верности отвлекающее заклятие, он возмущенно набросился на Мэдлин:

— Ты с ума сошла? Зачем ты его сюда притащила? Это тебе все равно! Ты у нас такая бесстрашная стала после возвращения из своего Междумирья! А мы тут, между прочим, все обычные люди и из-за тебя рискуем своей работой, репутацией и свободой!

Девушка выслушала эту тираду абсолютно равнодушно и спокойно произнесла:

— Я его сюда не звала, а случайно обнаружила вот в таком состоянии, лежащим чуть ли не посередине нашего двора. А теперь подумай, что было бы, если бы его нашел Хаксли? Он бы мог запросто решить, что это ты разрешил Джереми укрыться у нас в институте и, может быть, даже продал ему немного наркотиков, которых он перебрал. Правда?

Юний замолчал под действием такой мощной атаки, а затем махнул рукой и, взглянув на ухмыляющуюся Зою, принялся осматривать Джереми.

— Вы когда-нибудь меня с ума сведете своими авантюрами, — проворчал он. — Это не наркотики и близко. Это подчиняющее заклятие.

— Подчиняющее? Разве оно так действует? — удивилась Зоя.

— Это не само заклятие, а его побочный эффект. Кто-то наложил на вашего друга сильное заклинание, чтобы заставить слушаться, а мистер Джереми, судя по всему, попытался его снять. Но сделал это крайне неумело, из-за чего заклятие вместо того, чтобы подчинить, теперь пытается просто убить его, — пояснил Юний и добавил. — Думаю, скоро этим все и закончится. Со стороны твоего приятеля, Мэдлин, было достаточно подло прийти умирать именно к нам! Что нам теперь прикажете делать с его телом? Если рассказать, как все было, Хаксли, он ни за что не поверит в то, что мистер Джереми явился к нам сам без приглашения. А если мы попробуем избавиться от трупа, а его потом найдут, то могут вообще решить, что это мы его убили! — в голосе начальника начали появляться нотки истерии.

— Подожди, подожди, какое еще тело? Он пока что жив! — возмутилась Мэдлин. — Мы что зря тебя звали? Паниковать мы и без тебя можем! Ты же целитель, сделай что-нибудь!

— Легко сказать! Я мог бы еще попробовать снять одно заклятие подчинения, но сейчас здесь такая мешанина! Он пытался освободиться от заклятия каким-то своим заклинанием, они оба наслоились друг на друга и я понятия не имею, как распутать эту паутину! — раздраженно ответил Юний.

— А если попробовать зельем «чистой слезы»? — робко предложила Зоя. — Оно же как раз для таких случаев. Если его выпить, оно снимет все наложенные на человека заклятия!

— Радость моя, ты, наверное, забыла из чего готовится это зелье и сколько оно стоит? По своей ценности оно сопоставимо едва ли не с «Живой Водой», которую мне было не жалко потратить на Мэдлин! Но расходовать «чистую слезу» на какого-то проходимца я не собираюсь! В наше неспокойное время лучше хранить такие вещи на чёрный день! — решительно заявил Юний.

— Вообще то он спас мне жизнь! — попыталась возразить Мэдлин.

— Мэдлин, милая, если бы ты решила вылечить его зельем из своих личных запасов, я бы и слова тебе не сказал. Но ты видимо забываешь, что оно общее и мы должны вместе решать, как его расходовать.

— Так не лучше ли обезопасить всех таким образом? Ты же сам сказал, что не знаешь, что делать с его телом! Не проще ли исцелить его и отправить своей дорогой, подальше от Хаксли? — использовала весомый аргумент девушка.

— Правда, Юний! Мне кажется, так будет лучше для всех! И намного интереснее! Мы узнаем, что произошло с ним… — поддержала ее Зоя.

— Интереснее! — перебил Юний. — Значит так, я дам ему зелье, но чтобы, как только он очухается, ноги его больше не было в этом замке и пока еще моем институте! А кому интересна его биография и кого так заботит судьба этого человека, могу предложить уйти вместе с ним и жить в свое удовольствие, но подальше отсюда! — прошипел он и, резко повернувшись, направился в своей кабинет за зельем.

Все особо ценные настойки и эликсиры хранились не в больничном крыле, а в личном сейфе директора. В это время Джереми снова принялся метаться на кровати и выкрикивать что-то про серебро.

— О чем он говорит? — встревоженно спросила Зоя.

— Не знаю. По-моему, он просто бредит. Постоянно просит дать ему серебра и какое-то копье. Может, ему мерещится, что на него кто-то нападет?

— Недавно кто-то уже говорил при мне про копье, — неожиданно вспомнила Зоя. — Я еще так удивилась! Думаю, какое копье, не средние века ведь? Сейчас столько оружия, в том числе и магического.

— Кто об это говорил? — насторожилась Мэдлин, подумав, что это может оказаться важно.

— Не помню, может и студенты… — неуверенно произнесла девушка.

Вскоре вернулся Юний с маленькой прозрачной бутылочкой в руках, похожей на те, в которых продают микстуры в аптеке.

— Надо торопиться, — заявил он. — На улице уже светает. Скоро все проснутся, в том числе и Хаксли. И утром всем нам обязательно нужно быть на занятиях, чтобы не вызвать подозрений!

Мэдлин не стала спорить. Она взяла из рук начальника зелье и, подождав, пока Джереми немного успокоится, аккуратно приподняла ему голову, влив в рот настойку. К великому неудовольствию Юния, вылилось даже больше, чем нужно.

— Достаточно всего одной ложки! — он бесцеремонно вырвал бутылочку у Мэдлин, которая в данный момент была больше озадачена состоянием Джереми.

Молодой человек успокоился, перестал бредить и погрузился в сон.

— Отоспится и будет как новенький, — подвел итог Юний. — Мэдлин, ты должна следить за тем, чтобы он ни в коем случае не покидал этой комнаты! Я постараюсь создать парочку отводящих взгляд заклинаний, чтобы в ближайшее время Хаксли не захотелось сюда наведаться! Но как только твой друг будет в состоянии уйти, пусть сразу же уходит! Я не собираюсь прикрывать его долго!

Мэдлин кивнула, улыбнувшись. В данный момент ее мало волновало, что будет дальше. Главное, что сейчас Джереми жив и находится рядом с ней. А как только он придет в себя, она узнает, что с ним случилось. Девушка даже не могла окончательно поверить в подобную удачу, поэтому слушала своего начальника невнимательно. Зоя похоже тоже была довольна тем, что все так хорошо закончилось.

— Ладно, все, нам с Зоей пора по своим комнатам! Будет очень странно выглядеть, что мы решили собраться все втроем здесь на рассвете! — заявил Юний и, подхватив девушку под руку, покинул Мэдлин.

Глава 4. Копье Афины

Мэдлин так и не смогла уснуть. Она наблюдала за Джереми, очень надеясь, что он скоро очнется, но молодой человек спал как убитый. В итоге, дождавшись утра, девушка отправилась на занятия. Она выглядела сонной, усталой и больше думала про свои проблемы, чем про тему урока. Но ученикам было только на руку то, что их преподавательница не настроена слишком много спрашивать.

Юний и Зоя также старались вести себя как обычно. Со стороны трудно было представить, что эту ночь они посвятили спасению беглого преступника. Мистер Хаксли похоже ничего не заметил или сделал вид, что не заметил.

С трудом дождавшись конца занятий, Мэдлин быстрее побежала в свою комнату. Там ее ждал неожиданный сюрприз. Девушка рассчитывала снова увидеть спящего Джереми, но молодой человек преспокойно сидел на кровати, вертя в руках пачку сигарет. Он выглядел бледным, но уже значительно более здоровым. И глаза его, к великой радости Мэдлин, были голубыми, как и раньше.

Увидев своего ожившего возлюбленного, девушка немного растерялась, не зная, что сказать. Джереми также какое-то время молча смотрел на нее, пока наконец не заговорил:

— Может, закроешь дверь на всякий случай? — предложил он.

Мэдлин опомнилась и поспешно заперла замок, произнося отводящее заклинание.

— Вот, так лучше, — кивнул молодой человек. — Привет, Мэдлин, что ты здесь делаешь? Какими судьбами мы свиделись?

Девушку немного ошарашил и обидел подобный вопрос.

— Вообще то я здесь живу, в этой комнате и в этом замке. А ты что ничего не помнишь?

— Почему же? Я практически все про себя прекрасно помню. Даже то, как в семь лет аккуратно позаимствовал у своего приятеля артефакт-невидимку. Отец тогда меня изрядно выпорол, он почему-то решил, что я его украл. А признаться, это была такая тонкая работа, никому бы не пришло в голову, искать его у меня….Но ты, наверное, имеешь в виду, помню ли, я как оказался у тебя в гостях? Нет, не помню. Ты меня сюда телепортировала? — беспечно поинтересовался он.

Мэдлин почувствовала, что начинает закипать. Она тут носится как угорелая, переживает, как там Джереми, как его спасти, рискует собственной безопасностью, а он не испытывает даже малейшей благодарности. Может быть, он вообще о ней забыл за все это время и успел на ком-нибудь жениться? Поэтому и не выходил на связь.

— Я тебя? Я понятия не имела, где ты вообще находишься! Ты больше года не поддерживал со мной связь! А потом по радио сообщили, что ты погиб, сгорев в огне боевого заклятия! Я пыталась выяснить жив ты или нет, даже спрашивала об этом у Александра! Затем у нас в замке поселился следователь, который допрашивал меня по сто раз, интересуясь всем, начиная от того, как мы познакомились, и, заканчивая тем, сколько раз ты чихнул в моем присутствии! А вчера вечером я нахожу тебя без сознания во дворе замка! Ты пребываешь в абсолютно невменяемом состоянии, я на себе волоку тебя внутрь, ищу средство, как тебе помочь, уговариваю Юния потратить на тебя зелье «чистой слезы», прячу тебя всеми силами от Хаксли. И теперь ты приходишь в себя и требуешь каких-то объяснений? — закончила свою гневную тираду девушка. От негодования волосы на ее голове превратились в языки пламени.

Пока она кричала, в глазах у Джереми появился лукавый огонек. Он смотрел на свою собеседницу с улыбкой и, наконец, спокойно произнес:

— Все-таки скучала, значит?

Мэдлин замолчала, ей хотелось высказать молодому человеку еще много чего нелестного, но вместо этого она опустилась на кровать рядом с ним, обиженно отвернувшись и сложив руки на груди, и сказала только одно слово:

— Нахал!

Джереми засмеялся. Его, судя по всему, эта ситуация только забавляла.

— Я нахал? Постой-постой! Позволь, я напомню тебе наш последний разговор! Я, как благородный человек, признался тебе в своих чувствах, сделал предложение, — он картинно приложил руку к груди, копируя пафосных героев мелодрам. — Получил отказ! И после этого ты на меня обиделась? А может логичнее было бы наоборот?

— Ты сделал мне предложение поехать с тобой неизвестно куда, чтобы вечно скитаться и прятаться, жить в машине, рискуя тем, что нас могут в любой момент убить…

— Ну, знаешь, как говорится, с милым рай и в шалаше! — развел руками молодой человек. — Тем не менее, ты мне отказала и еще рассчитывала на то, что имея весь этот букет проблем, я буду каждый раз, рискуя своей жизнью, являться в твой институт, где наверняка окажется засада, чтобы поинтересоваться, а не передумала ли ты, Мэдлин? Может, все-таки, пойдешь со мной? А ты бы каждый раз вздыхала и говорила, что это невозможно?

— Я думала, ты меня любишь! — обиженно воскликнула девушка, понимая, что иных доводов больше нет.

— Это железный аргумент! — Джереми рассмеялся в голос, так что Мэдлин даже пришлось на него зашикать, чтобы никто, не дай Бог, не услышал их веселья. — Великая женская логика! Сперва вы посылаете нас куда подальше, а потом плачете и обижаетесь, что мы больше не звоним!

Девушка невольно улыбнулась.

— Ладно-ладно, хоть я на тебя и обижен, но все равно рад, что мы встретились, и ты даже спасла меня, — он обнял подругу в знак примирения.

Мэдлин послушно прижалась к нему, осознавая, что она действительно сглупила и совершила ошибку и, если бы сейчас могла отмотать время назад, то бросила бы все и уехала вместе с Джереми. Девушка была ужасно рада его видеть.

— Послушай, значит, ты до этого момента не пытался приходить ко мне? — спросила Мэдлин, вспоминая тот недавний случай, когда она чуть не выпрыгнула из окна по зову иллюзии.

— Нет. Извини, но мне было не до этого. К тому же, если человек мне отказал, я не имею привычки настаивать. А почему ты спрашиваешь? — насторожился молодой человек.

Девушка вкратце рассказала неприятную историю, произошедшую с ней и чуть не стоившую ей жизни.

— Сейчас я поражаюсь тому, как сразу не заметила отсутствия знакомой ауры! Ведь в магическом мире кто угодно может принять чужой образ, если постарается! Нужно ориентироваться на свои ощущения, а не на то, что перед глазами! Глаза можно легко обмануть! Кстати, про глаза! У того, кто принял твой облик, они были другого цвета! Черные! Видимо, он не смог изменить их оттенок! Но кто же это мог быть? Что ты молчишь? Он едва меня не убил! — Мэдлин негодующе взглянула на Джереми, который все это время молчал и только все больше хмурился с каждым словом девушки.

Видимо он понимал, о чем идет речь, и догадывался, кто мог приходить к ней. Но вместо того, чтобы все объяснить, молодой человек стал судорожно проверять карманы куртки, словно что-то искал.

— Мэдлин, ты вытаскивала что-нибудь у меня из карманов? — напряженно поинтересовался он.

— Нет… — девушка растерялась от этого неожиданного вопроса. — Я вообще не трогала твою одежду, я даже куртку не стала с тебя снимать. Мне было совершенно не до этого, я больше беспокоилась о том, как тебе помочь. Да и ты постоянно метался и дергался в бреду, так что было просто невозможно что-то с тебя снять или забрать.

— А кто-нибудь еще приходил сюда, пока я был без сознания?

Джереми обыскал все карманы и судя по всему не нашел искомый предмет. Он выглядел сильно расстроенным и встревоженным.

— Юний и Зоя. Я же говорила, что они мне помогали. Но они были здесь в моем присутствии, и я бы заметила, если бы они что-то взяли. Да и зачем им? А уж если бы сюда проник следователь, ты бы уже давно находился в тюрьме, а не тут. И вообще, — Мэдлин уже стало раздражать загадочное поведение ее возлюбленного. — Может, объяснишь, что у тебя пропало?

— Серебро, — коротко ответил молодой человек.

— Опять серебро! — всплеснула руками девушка. — Ты и когда бредил, без конца о нем твердил!

— Да, и много кто это слышал? — неожиданно заинтересовался Джереми.

— Если кто и слышал, то никто ничего не понял, — раздраженно отозвалась Мэдлин. — Зачем оно тебе понадобилось? Если оно тебе так нужно, я сама могу купить его тебе сколько угодно в ближайшей ювелирной лавке! Не такая уж это и ценность, чтобы так сходить с ума! Или оно было специально заговорено как оберег?

— Да, ты почти угадала, а еще это ключ, — рассеянно кивнул молодой человек, мысли его явно были заняты сейчас чем-то другим. — Точно! — неожиданно воскликнул он. — Оно могло выпасть у меня из кармана во время телепортации! Где, ты говоришь, меня нашла?

— Я тебе уже сто раз говорила, вон там, прямо под моим окном… Стой! Ты куда?

Девушка не успела даже опомниться, как видимо уже восстановивший свои силы Джереми, вскочил с кровати и бросился к окну.

— Я мигом! — крикнул он, и применив простенькое полетное заклинание, прекрасно срабатывающее на такой относительно небольшой высоте, вышел прямо в окно.

Мэдлин даже не успела ничего ему возразить и так и осталась на месте, запоздало вспоминая о том, как она клятвенно заверила Юния в том, что Джереми никуда не выйдет из этой комнаты. Она уже хотела бежать за молодым человеком и возвращать его обратно, как тут раздался стук в дверь. Девушка вздрогнула от ужаса, предвкушая самое худшее, и на ватных ногах отправилась открывать. Ее плохие ожидания в какой-то степени оправдались, потому что на пороге стояли мистер Хаксли с абсолютно непроницаемым лицом и маячивший позади него Юний, который был бледен и явно встревожен.

— Чем обязана? — поинтересовалась Мэдлин, всеми силами стараясь сохранять спокойствие.

— Мистер Джозеф отчего-то решил осмотреть комнаты преподавателей и начал с твоей, — ответил Юний, с тревогой заглядывая в спальню девушки.

— Пожалуйста, — девушка пропустила своих гостей внутрь, — Надеюсь, досмотр личных вещей Вы делать не будете? А то я не испытываю восторга от того, что кто-то изучает мои шкафы с бельем.

Мэдлин прекрасно понимала, что если начнет сопротивляться и не пускать Хаксли в комнату, это сразу же бросится в глаза и станет очевидно, что она что-то скрывает. В душе у нее теплилась надежда, что незваные гости успеют уйти до возвращения Джереми. Или молодой человек сам почувствует, присутствие посторонних.

— Не волнуйтесь, — успокоил ее Джозеф Хаксли. — На обыск требуется специальное разрешение, мне же просто нужно осмотреться. Сами понимаете, такой порядок. Я уже изучил почти все комнаты замка.

Девушка кивнула, хотя отлично осознавала, что это ложь, и на самом деле следователь просто что-то заподозрил.

— Вам должно быть холодно, — заметила она, кивнув на Юния, который зябко кутался в свой пиджак. — Я просто люблю, когда свежо.

На улице, и правда, было прохладно, а сквозь распахнутое окно в комнату задувал ледяной ветер. Воспользовавшись этим благовидным предлогом, Мэдлин не только закрыла окно, но и незаметно заперла его на небольшой навесной замочек-крючок, не позволявший открыть створку с наружной стороны.

Замочек этот был сделан очень давно еще прежним хозяином комнаты, который видимо не любил незваных гостей. Замку-институту было уже много лет и в нем проживало ни одно поколение волшебников. Но лишь теперь это приспособление пригодилось Мэдлин, которая рассчитывала, что, увидев запертое с внутренний стороны окно, Джереми догадается, что не стоит пытаться проникнуть внутрь. Для верности она даже задернула шторы.

А мистер Хакли уже достаточно огляделся в ее комнате и, судя по всему, не нашел ничего особо интересного для себя, либо сделал вид, что не нашел. Почувствовав это, Юний стал намного более спокойным и менее бледным. Похоже, направляясь сюда, он рассчитывал на то, что сейчас они встретят Джереми.

— Вы курите? — неожиданно улыбнувшись, поинтересовался следователь.

— Что? — не поняла девушка.

Она не только не имела этой вредной привычки, но даже ни разу не брала в руки сигареты и в прямом смысле этого слова не умела курить. Мэдлин уже хотела сообщить об этом Хаксли, но тот, неожиданно нагнувшись, ловким движением выудил откуда-то из-под кровати пачку сигарет.

— Крепкие, совсем не дамские. Девушки обычно предпочитают что-нибудь полегче, например, ментоловые. Ваши? — усмехнулся он, в глазах его плясал ехидный огонек.

— Мои, я люблю такие, — сухо ответила Мэдлин, в душе поминая недобрым словом Джереми, умудрившегося за такой короткий период времени разбросать по комнате свои вещи. Правильно говорят, что вредные привычки и неряшество до добра не доведут. — Я просто не курю на людях, так как не хочу подавать дурной пример студентам. Я же все-таки преподавательница. А так в одиночку, для души, бывает. Ничего не могу с собой поделать.

— Да, я столько раз ругал Мэдлин за эту вредное пристрастие, — поддакнул Юний.

— Ну что вы, — благодушно заметил Хаксли. — Все мы люди. Невозможно лишать себя всех удовольствий, иначе жизнь потеряет всякий вкус. Я вот тоже имею эту вредную привычку и не корю себя этим. Не угостите, кстати?

— Разумеется, берите, — великодушно разрешила девушка, вздохнув с облегчением, но как оказалась, радовалась она рано.

— А Вы не составите мне компанию? Пойдемте на улицу, покурим вместе. Думаю, с осмотром комнаты мы вполне закончили. Не волнуйтесь, я уверен, уже так поздно, что никто из студентов не увидит.

— Я… — Мэдлин замялась, не зная, что сказать. — Даже не знаю, там так холодно…

— Мисс Хоуп, Вы же только что убеждали нас, что любите холод, и специально ради гостей закрывали окно! Так что соглашайтесь, иначе я решу, что неприятен Вам настолько, что Вы даже не хотите со мной покурить, и обижусь! Честное слово!

Юний невольно улыбнулся ходу мысли следователя. Мэдлин он, конечно, сочувствовал, но в тоже время его изрядно раздражал наглый Джереми, которого им всем приходилась выгораживать.

Девушка молча кивнула и поплелась на улицу вслед за Хаксли, понимая, что отвертеться и не вызвать лишних подозрений будет очень трудно. Она искренне надеялась лишь на то, что Джереми не попадется им на глаза, его не поймают и тогда она сможет высказать ему все, что думает о его безалаберности…

Они с Хаксли вышли во двор замка. На улице действительно было промозгло, с моря дул ледяной ветер, стояло самое холодное время года. Поэтому они со следователем оказались единственными, кто в этот вечер захотел подышать воздухом.

— Да, действительно не жарко, — усмехнулся Джозеф Хаксли. — А скажите мне, Мэдлин, с той стороны, — он указал рукой по направлению к воротам замка. — Находятся море, побережье и дорога. А с другой? У меня пока не нашлось времени, чтобы там прогуляться.

Он достал из пачки, найденной в комнате девушки, сигарету и закурил.

— Там Холодное Озеро, а за ним лес и тоже дорога, — ответила Мэдлин, зябко кутаясь в короткое осеннее пальто.

— Холодное Озеро? Интересно у вас тут. И море, и озеро сразу. Летом можно купаться где угодно. Угощайтесь, мисс Хоуп, — он протянул ей пачку сигарет.

— Нет, купаться там не стоит. А вы разве не слышали о нашем озере? — рассеянно поинтересовалась девушка, вертя в руках сигарету и не зная, что с ней делать дальше. — Оно волшебного происхождения, появилось во время одной из магических войн еще в средневековье. Произошел сильный выброс темной энергии, которая преобразовалась в это озеро. Со стороны оно выглядит абсолютно спокойным и обычным. Но стоит там оказаться человеку, как оно тут же начинает покрываться льдом, буквально за считанные секунды. Многие из-за этого погибли. Если нырнуть в воду и вовремя не вынырнуть, оказавшись подо льдом, то ледяную корку абсолютно невозможно пробить с внутренней стороны никаким заклятием. Многие маги использовали это озеро для того, чтобы избавиться от своих врагов или вещей, которые по их усмотрению не должны были достаться никому. Потому что достать их со дна невозможно. Еще Холодное Озеро притягивает телепортируемые предметы, в особенности артефакты, из-за своей сильной магии. А иногда даже людей, поэтому очень важно точно концентрироваться на том, где хочешь оказаться.

— Никогда об этом не слышал, — честно признался Хаксли. — Впрочем, в истории я, увы, не силен. Но, пожалуй, с удовольствием прогуляюсь к этому место. Вы меня очень заинтриговали.

Он протянул Мэдлин зажигалку, видимо сообразив, что своей у нее нет. Девушка вздохнула, отвертеться было невозможно. Она не курила никогда в жизни и не планировала начинать, но теперь, благодаря Джереми, ей видимо придется попробовать. С непривычки Мэдлин показалось, что у нее внутри все обожгло, словно ее легкие горят. Она невольно принялась кашлять, не понимая, какое удовольствие люди находят в этом сомнительном увлечении.

— Аккуратнее, мисс Хоуп, — следователь сочувственно усмехнулся. — Думаю, что пора завершать нашу прогулку. На улице действительно слишком прохладно.

Он развернулся и, смеясь, направился к замку, оставив девушку в полнейшем недоумении. Хаксли, естественно понял, что сигареты принадлежали не Мэдлин, а кому-то другому. И этот кто-то другой, был скорее всего никто иной, как Джереми.

Но почему же следователь ничего не предпринял? Не помчался ловить молодого человека, не высказал Мэдлин, как глупо пытаться морочить ему голову? Вместо этого он просто рассмеялся и ушел. Может быть, он вообще давным-давно догадывается о том, что Джереми находится в замке, и закрывает на это глаза? Но почему? Чего он ждет?

Возможно, это как-то связано со странной тайной молодого человека, тем же самым пресловутым серебром. Хаксли дожидается, что Джереми сделает что-либо, проведет какой-то обряд. Значит, теперь Мэдлин было просто необходимо расспросить своего возлюбленного обо всем, чем он занимался во время их разлуки!

Хотя быть может, следователь просто-напросто решил, что эти сигареты принадлежат какому-нибудь новому любовнику Мэдлин, о котором она, разумеется, не желает распространяться, и поэтому так смеялся?

Девушка отвлеклась от своих мыслей и поскорее поспешила обратно в замок. Она замерзла и хотела быстрее оказаться в своей комнате, но по дороге ее перехватил Юний, мягко, но настойчиво затащивший ее в свой кабинет под предлогом обсуждения новой учебный программы, которую непременно следовало обговорить поздно вечером. Мэдлин хотела отмахнуться, но поняла, что это бесполезно. Сегодня ничего не шло по ее воле.

— Он ушел? — деловито поинтересовался Юний, как только они оказались внутри, и он произнес заклинание, не позволяющее подслушать их разговор.

— Кто? Хаксли?

— Причем здесь Хаксли, — раздраженно махнул рукой начальник. — Он похоже теперь будет жить у нас до скончания времен. И, как ты понимаешь, я не собираюсь против этого возмущаться. Я имею в виду твоего приятеля, из-за которого нам всем приходится ломать комедию! Я, кстати, сильно сомневаюсь в том, что Хаксли поверил, будто это была твоя пачка сигарет. Ну, так что, он ушел?

— Я не знаю, — честно ответила Мэдлин, но наткнувшись на гневный взгляд своего руководителя, решила объяснить подробнее.

— Он сказал, что потерял серебро? — неожиданно заинтересовался Юний.

— Да, а что?

— Ничего, просто спросил. Главное, что он исчез и, я надеюсь, больше не появится.

— Постой, постой, я же чувствую, что ты что-то знаешь! — возмутилась девушка. — Я, вообще-то, от тебя ничего не скрываю!

— Да, ничего я толком не знаю, — неохотно сказал Юний. — Я тут случайно, — он понизил голос, хотя их и так не должен был никто подслушать. — Услышал разговор мистера Хаксли. Не знаю с кем он говорил, это был телефонный разговор. И там шла речь про какой-то серебряный ключ. Вроде, это очень ценный артефакт или что-то такое. И как я понял, Хаксли в нашем замке не только поджидал Джереми, но и искал этот самый ключ, попутно. А теперь оказывается, что этот артефакт может быть у твоего друга…

— Скорее всего уже нет, — поспешно заявила Мэдлин. — Он же его потерял. Да и сам Джереми ушел.

Ей совсем не хотелось, чтобы Юний воспользовался этой информацией в каких-то своих целях и тем самым навредил ее возлюбленному. И чтобы перевести тему, она спросила.

— Как же ты сумел подслушать разговор Хаксли? Я думала, что такие люди, как он — профессионалы и хорошо берегут свои тайны.

— Мэдлин, я тоже, слава Богу, не самый плохой колдун и могу кхм слышать то, что мне нужно, не привлекая лишнего внимания. Иначе, возможно, я бы не стал тем, кем я являюсь сейчас, — немного обиженно пояснил он.

Девушка кивнула и, наконец-то простившись, отправилась в свою комнату. Она шла с некоторой опаской, не зная уже чего ожидать. За один этот вечер произошло столько сюрпризов, что она не удивилась бы, увидев в своей спальне и Хаксли, и Джереми, и даже их обоих одновременно.

Но ее ожидания не оправдались, комната оказалась абсолютно пуста. Мэдлин опустилась на кровать и закрыла глаза, как ей показалось всего на минуточку. Девушка так устала, что ужасно хотела только одного — немного поспать.

Она не знала сколько времени пролежала так с закрытыми глазами, как вдруг вздрогнула и очнулась от резкого звука. Он исходил от окна. Мэдлин в ужасе взглянула в ту сторону. Спросонья она никак не могла понять, что это может значить, и ей показалось, что какой-то неизвестный монстр лезет к ней в комнату.

Но это оказался Джереми, сумевший одним ловким движением и заклятием за считанную секунду открыть замок, который, по идее, невозможно было отпереть снаружи. Молодой человек спрыгнул с подоконника с таким невозмутимым видом, словно только что по приглашению зашел в дверь.

— Ты меня напугал, — зевая произнесла Мэдлин. — Сколько сейчас времени?

— Около пяти утра.

— Такое ощущение, будто этот вечер и ночь никогда не закончатся. Я только что разговаривала с Хаксли, потом с Юнием. Из-за тебя мне пришлось закурить, и у меня было такое ощущение, словно мои легкие горели изнутри! Ты что не мог не разбрасывать свои вещи в моей комнате?

Девушке ужасно хотелось накричать на Джереми и высказать ему все, что она думает. Но сейчас она так устала, что претензии получились какими-то вялыми, и молодой человек, похоже, пропустил их мимо ушей. Впрочем, он вообще был не из тех, кого легко можно пристыдить.

— Извини, я случайно. Представляешь, я так и не нашел то, что искал! Не понимаю, куда он мог деться. Не знаешь, во время телепортации вещи могут бесследно исчезнуть?

— Обычно нет, но здесь рядом Холодное Озеро, оно часто притягивает телепортируемые артефакты. А если учесть, в каком состоянии ты перемещался, то хорошо, что ты сам не оказался на его дне, — пожала плечами Мэдлин.

— А это меняет дело, — обрадовался молодой человек. — Значит, я еще смогу его достать.

— Не думаю, — покачала головой девушка и, увидев, что Джереми жаждет объяснений, взмолилась. — Нет, давай, я обо всем расскажу тебе завтра! Я ужасно устала и хочу спать! Я вообще думала, что ты снова ушел и не вернешься…

— Куда же я пойду? Я еще не отошел от заклятия! Ты что забыла, что я чуть не погиб? Нет, мне нужно еще время, чтобы прийти в себя, — протестующе заявил молодой человек.

Чувствовалось, что в институте у Мэдлин ему нравилось намного больше, чем там, откуда он пришел.

Девушка с сомнением взглянула не него. Джереми выглядел значительно более здоровым и, судя по тому, как бойко он выпрыгнул из окна, а затем ловко залез обратно, чувствовал он себя тоже не так уж плохо. Сказывалась молодость и хорошее здоровье, а также врожденная способность к регенерации, присущая многим колдунам. Боевые же маги обладали этими талантами вдвойне.

— Слушай, — молодой человек уселся на кровать рядом с Мэдлин. — Ты никогда не слышала про копье Афины? Знаешь, это очень мощный артефакт. Просто о нем непринято говорить, потому что он обладает огромной разрушительной силой…

…способной полностью поменять устройство нашего мира! Тот, в чьих руках оно окажется, получит сумасшедшую власть! Он сможет менять будущее и прошлое и направлять лучи Междумирья по своему усмотрению.

— А причем здесь Афина? — недоуменно поинтересовалась девушка. — Это же греческая богиня, какое отношение она имеет к Междумирью? Лучи? Ты имеешь в виду вариации?

Мэдлин удивилась. Почему Джереми вдруг начал изъясняться таким странным образом? Она взглянула на него, но никакого Джереми перед ней уже не было. К своему ужасу девушка обнаружила, что находится не у себя в комнате на кровати, а вновь сидит перед костром в шатре. И собеседник ее, похоже, снова был не кто иной, как сам Алеман. Его черные, словно без зрачков, глаза глядели на нее вопросительно и насмешливо одновременно, как будто его позабавил этот вопрос.

— Для женщины она слишком много говорит, — неодобрительно заметил кто-то, сидевший рядом с ним.

Мэдлин перевела взгляд и увидела седовласого мужчину. Из-за длинной бороды и проседи поначалу он показался ей стариком, но приглядевшись, девушка поняла, что он не так уж и стар. Пожалуй, ему было не больше сорока лет. Одет негодующий незнакомец был в длинные одежды, расшитые серебряными нитями, наподобие платья Мэдлин. На воина он был совсем не похож, скорее на колдуна из прошлого, где девушка и оказалась.

— От куда в ее голове вообще берутся таким странные мысли? Вариации! Что за чудные слова! — продолжал возмущаться он.

Девушка растерялась. Она так неожиданно сюда перенеслась, что совершенно не была к этому готова. А, наверное, в таком обществе женщинам, действительно, было не положено размышлять на подобные темы, да еще и встревать в мужской разговор.

— Здесь я решаю, когда и кому говорить, — спокойно, но твердо произнес Алеман. — Я забрал ее из другой страны, с моря, она воспитана в иных традициях. И меня это забавляет. Как только мне надоест, она будет молчать.

Он снова внимательно взглянул на Мэдлин.

— Я расскажу тебе эту легенду, почему копье называется именно так.

— Время ли рассказывать легенды, владыка Алеман! На востоке бушует чума, а мы как раз идем на восток! Знал бы ты, как мне не спокойно! Ведь ты взял меня, чтобы я предсказывал твое будущее, и теперь я вижу его мрачным и пугающим, — снова вмешался «старик».

— Чума бушует там каждую весну. Но разве ты обычный человек, чтобы ее бояться? На то мы и маги, чтобы превосходить других людей и не пугаться их болезней. И ты знаешь, что я не могу ждать зимы, я должен быть там именно сейчас. Стоит ли тогда говорить о том, чего невозможно изменить?

— Этот мор тяжелее прежних, даже наши зелья не спасают, — хмуро отозвался его собеседник.

— На то я и взял тебя с собой, чтобы твои зелья помогали, а предсказания сбывались. Тебе нужно волноваться об этом, а не мне. Если ты утратишь свою способность исцелять, я заставлю тебя идти воевать, как простого солдата.

Было понятно, что это окончательное слово Алемана и дальше обсуждать эту тему невозможно. «Старик», вынужденный подчиниться, замолчал, но продолжал хмуриться. Владыка с улыбкой взглянул на притихшую Мэдлин.

— Не бойся, я не убью его сейчас. Сегодня я в очень добром настроении, — он протянул руку и коснулся волос девушки.

Несмотря на внешнюю силу, прикосновение его оказалось легким. Он касался Мэдлин аккуратно, как будто перед ним была хрупкая ценность, которую он боялся повредить.

— Слушай же, что хотела, — принялся рассказывать Алеман. — Артефакт этот действительно назван в честь богини, которую почитают в Греции. Ее всегда изображали с копьем в руках, в нем сосредоточена огромная сила. Существует легенда, что когда-то давно не было магов, а на свете жили лишь обычные люди, не способные колдовать. Пока однажды древние боги случайно не разбили сосуд, наполненный волшебной силой. Освободившись, магическая энергия помчалась на землю и вселилась в двух новорожденных младенцев. Так родились двое первых магов. Им дали имена — Мегара и Рей. Выросли они и стали мужчиной и женщиной. Научились пользоваться своей силой, но поняли, что она истощается от каждого заклятия и требует постоянной подпитки новой энергией. Тогда открыли они темную и светлую материю — два первоисточника магии нашего мира. Увидели они, что в зависимости от того, к какой энергии обращаться, получаются разные заклинания. Темная материя создает сильные боевые заклятия, а светлая целительные и так далее. Первая колдунья тяготила больше к темным заклинаниям, а колдун к светлым. В ту пору развернулась война между древними богами. Долго длилась эта война. И вот однажды спустилась с неба богиня Афина и, обратившись к первым магам, сказала, что не могут боги закончить войну, потому что силы двух противоборствующих сторон равны. И попросила колдунов встать на свою сторону и определить исход войны, от которой страдают и сами люди. Напомнила богиня, что именно благодаря богам получили маги способность колдовать. Рассмеялась Мегара и сказала, что все равно ей, как получила она свою силу, главное, что сейчас она у нее есть и она могущественнее других людей. А богам она поклоняться не желает и помогать им тоже, пусть воюют пока не убьют друг друга. Колдун же посчитал, что раз получил он свою силу благодаря богам, то должен им помочь и встал на сторону Афины, решив исход войны и положив ей конец. Благодарна была ему богиня и спросила она Рея, что он хочет в награду за свою помощь. На что колдун ответил, что пока ему ничего не нужно и хватит того, что богиня пообещает помочь ему, когда придет беда. На том они и порешили. Давно Мегара и Рей были взрослыми мужчиной и женщиной, и давно хотелось колдунье выйти замуж. Но не хотела она становиться женой мужчины, не равного себе. Видела она своим будущим мужем только мага. Ведь были равны они и по силе, и по уму. Лучшей пары ей нельзя было и пожелать. Долго намеками подводила она Рея к этому решению, но никак не брал он ее в жены. Тогда, наконец, прямо сказала колдунья, что считает, будто должны они быть мужем и женой. Загрустил колдун, не хотелось ему причинять боль женщине, с которой они росли рядом с детства и вместе постигали таинства магии, но иного выхода не было. «Прости», — сказал он ей. — «С детства ты всегда была рядом со мной, уважаю я твою силу и магию и восхищаюсь тобой. Как сестра ты мне стала. Но люблю я другую и не могу тебя обманывать». Страшная злость закипела в сердце у Мегары. Не могла она смириться с тем, что предпочел он ей обычную девушку. Уговоры и слезы ее не помогли. Тогда возненавидев и Рея, и его жену, она решила погубить их. Обратилась колдунья полностью к темной материи, применяла самые сильные заклятия, принося самые страшные жертвы, но не могла погубить колдуна, потому что были они равны по силе. И на каждое ее темное заклятие находил он такое же по силе светлое. Отчаялась Мегара, но не стала сдаваться. Отправилась она в пустыню и призвала себе на помощь страшных ее обитателей. Принесла она им кровавую жертву и согласились они помочь ей уничтожить ненавистного Рея и его жену. Понял колдун, что не справиться ему одному с целой армией чудовищ, и обратился за помощью к Афине. Подумала богиня и сказала, что обитатели пустыни бывшие люди, которые не захотели умирать и предпочли стать живыми мертвецами. А значит победить мертвых могут только мертвые. «Но ведь души умерших уходят на небо? Как же они мне помогут?» — поразился колдун. «Ищи души заблудших, которые не смогли уйти, а блуждают по земле. А чтобы собрать их и заставить на время подчиниться твоей воле, я дам тебе свое копье! Как только ты возьмешь его в руки, сразу получишь власть над ними». Подарила Афина колдуну свое копье, и собрал он заблудшие души, которые называют Исчезнувшими, и помогли они ему победить обитателей пустыни, и защитили колдуна и его жену. С тех пор осталось копье у Рея и его потомков. Но Афина не все его свойства открыла колдуну. Дает копье власть не только над Исчезнувшими. И боясь того, что оно будет использовано со злым умыслом, закляла богиня, чтобы ни Мегара, никто из ее детей, посвятивших себя темному колдовству, не смогли взять в руки ее подарок. Стоит лишь кому-то из потомков колдуньи коснуться артефакта — ждет его неминуемая гибель. А потомкам Рея наоборот будет служить оно верой и правдой.

Владыка закончил свой рассказ. Не только Мэдлин слушала его с интересом, вокруг костра собралось немало и других слушателей. Колдун настолько красочно описал эту историю, что девушке показалось, будто она сама присутствовала при всех этих событиях. Раньше ей уже доводилось слышать эту легенду, но не так подробно. Она знала лишь о двух первых колдунах. Девушка, вообще, намного больше интересовалась проверенными фактами и редко читала мифы магического мира, считая их обычными сказками.

— Сказки это. Легенды далекие от правды, — прервал тишину седовласый колдун. — Обычный это артефакт, созданный сильными магами. Присвоили ему красивое название. И что толку?

Собравшие недовольно взглянули на него. Видимо «старик» с его скептическим настроем не пользовался здесь особым авторитетом. Мэдлин почувствовала, что ей жарко сидеть у костра в меховой накидке, скинула ее и вдруг поняла, что сбросила вовсе не накидку, а одеяло.

Она не помнила, как уснула, и кто накрыл ее одеялом, но, судя по всему, это был Джереми, мирно дремавший рядом, по-прежнему не потрудившийся снять с себя куртку. Судя по тому, что в комнате было светло, наступило долгожданное утро. Мэдлин поразилась, как легко она начала перемещаться во сне. Возможно, это происходило благодаря подвеске Александра, которую девушка по его совету теперь снова носила.

Неохотно встав и собравшись, Мэдлин отправилась на занятия, пропускать которые было нельзя, чтобы не вызывать лишних подозрений у Хаксли. Перед уходом она оставила Джереми записку, в которой еще раз напоминала о том, что он должен, как можно меньше привлекать к себе внимания и, вообще, желательно не покидать данную комнату. Для подстраховки девушка наложила еще одно охранное заклятие на дверь.

День тянулся бесконечно долго. Мэдлин все ужасно раздражало. И нудная тема урока о том, как правильно огранять магические камни для амулетов, и настырные ученики, у которых возникла тысяча вопросов, большинство из которых были совершенно не по теме. Следователя девушка весь день не видела, и как позже выяснилось, он куда-то уехал.

Когда занятия наконец-то подошли к концу, Мэдлин хотела поскорее отправиться в свою комнату к Джереми, но вдруг ощутила странное непреодолимое желание пойти на побережье. Девушка вздохнула и поняла, что Александр решил не пытаться казаться оригинальным и звал ее на встречу тем же способом, фактически гипнотизируя.

У Мэдлин и самой возникло множество вопросов к Собирателю, поэтому она решила, что Джереми может еще немного подождать, тем более, раз Хаксли уехал, и поспешила на побережье. Александр ждал ее на том же самом месте, задумчиво разглядывая плещущиеся у самых его ног морские волны.

— Люблю море, — произнес он без всякого приветствия. — Кстати, ты знала, что Исчезнувших от чего-то тоже ужасно притягивает море? Если тебе нужно их встретить, поджидай на морском побережье!

Мэдлин вздохнула. Александр был мастером пускаться в философские рассуждения, понятные лишь ему одному.

— Я думаю, что Исчезнувшие — это только миф. Люди любят придумывать истории о призраках и неупокоенных душах. У любого народа есть такая легенда. Неудивительно, что и среди магов она тоже появилась, — вежливо ответила она.

— Легенда? Да, пожалуй, ты сможешь поверить в Исчезнувших только сама, став одной из них, — усмехнулся байкер.

Девушка снова вздохнула.

— Я надеюсь, что меня эта проблема не коснётся. Поэтому давай не будем обсуждать темы, далекие от нас. У меня и так к тебе слишком много вопросов. Скажи, я все делаю, как ты хотел? Я создаю нужную вариацию?

— Эта тема не так уж далека от тебя, как кажется. Ну, да ладно, — махнул рукой Собиратель. — Да, ты на верном пути. Ты уже начала создавать вариацию и у тебя получилось переместиться в нужное время и место. Но! Тебе нужно торопиться и поскорее перейти к своей главной миссии. Вариация продолжает разрушаться, и ход истории меняется, с этим нужно срочно что-то делать!

— Но ты же даже не сказал, что именно от меня требуется! — обиженно заметила Мэдлин, которой казалось, что Александр укоряет ее в бездействии, сам толком не объяснив, чего именно он от нее хочет.

— Хорошо, перейдем сразу к сути. Тебе нужно забрать у Алемана копье и не допустить, чтобы он им воспользовался, — прямо заявил Собиратель.

— Копье Афины? И тебе оно тоже для чего-то понадобилось?? Что за ажиотаж такой вокруг этого копья! — поразилась девушка.

— А что ты уже о нем знаешь? — вопросом на вопрос ответил байкер.

Мэдлин вкратце пересказала то, что услышала от самого Алемана.

— Да это лишь красивая легенда. На самом деле копье — артефакт Междумирья. Он появился именно там. Я сам не могу тебе точно сказать, кто его создал, но думаю, что это были первые коренные обитатели дороги. Те, кто построили города Междумирья, такие как Город Застывших, например.

Девушка поморщилась, услышав это название. С данным городом у нее были связаны не самые приятные воспоминания.

— Копьем Афины его назвали просто для красивого словца. Дескать, эту богиню все время изображали вместе с копьем и так далее. Хотя мало ли кого, когда изображали с копьем в руках?

— Постой, — перебила его Мэдлин. — А зачем оно тебе? Ты что хочешь получить власть над заблудшими душами умерших?

Александра этот вопрос отчего-то ужасно рассмешил.

— Поверь, я, наверное, последний человек во всех мирах, которому копье нужно с этой целью. Это лишь одно, наиболее известное свойство данного артефакта. Другое, намного более интересное для меня, стараются тщательно скрывать. Не без моей помощи, кстати. Копье, если оно попадет в руки сильного колдуна, может разрушить все вариации Междумирья!

— Как это? — не поняла девушка.

— Очень просто. В Междумирье действует лучевая система времени, — байкер поднял с земли какую-то ветку и нарисовал на песке нечто, отдаленно напоминающее солнце. — Само Междумирье — это точка, от которой отходят лучи вариаций, где сосредоточены различные варианты развития событий. Сотни тысяч вариаций, среди которых есть даже те, в которых нет тебя или меня. А с помощью копья их все можно разрушить. И заставить время принять линейную структуру. Будет только одна прямая времени с одним неизменным прошлым и будущим.

Собиратель рассказывал об этом с выражением искренней тревоги на лице. Видно было, что его действительно беспокоит подобный вариант развития событий. Мэдлин же пока не могла сходу осмыслить полученную информацию.

— Разве это настолько ужасно? — робко спросила она. — До того, как я попала в Междумирье, я считала, что время именно так и выглядит, что существует одно прошлое и будущее. Мне кажется, что это даже более упорядочено, чем сотни тысяч разрозненных вариаций.

— Упорядочено? — возмутился Александр. — Один такой любитель порядка чуть не разрушил наш мир! Что в этом ужасного? А то, что останется только одна вариация! Одна! Та, которую артефакт сам выберет, понимаешь? В этой вариации ты можешь по какой-то причине не родиться, или погибнуть во время войны, которую сама же сумела предотвратить. А, может быть, тебя даже убьет Литург, и ты станешь Исчезнувшей, и твоя неуспокоенная душа будет скитаться где-то по просторам миров!

Девушка поежилась. Ей стало понятно, отчего Собиратель был настолько встревожен.

— Но неужели Алеман хочет разрушить вариации? Зачем это ему? — поразилась Мэдлин.

— Он тоже, как ты говоришь, стремится к упорядочению. Но и не только к нему. Так же ему нравится власть. Он нашел пророчество, что в той вариации, которая останется единственной, у него будет сосредоточена вся власть. Там не будет меня или других творцов, способных его ограничить. И без нас он легко достигнет бессмертия и будет единым владыкой в единой вариации.

— И ты хочешь, чтобы я отобрала у него копье? — удивилась девушка. — Да с такими целями и устремлениями он ни за что в жизни не отдаст мне артефакт!

— Но у твоей предшественницы ведь это как-то получилось! — веско возразил Александр. — Ты же его любимая практически жена! — улыбнулся он.

— Почему практически? — не поняла Мэдлин, хотя она и так уже догадывалась о своей роли в жизни Алемана.

— Ну, загсов в то время не было, браки не регистрировали, поэтому само это понятие было достаточно условным. По крайней мере, в среде Алемана. Это тебе не Рим с его римским правом. Владыке понравилась красивая колдунья и он забрал ее у родственников, предварительно заплатив им неплохой выкуп, чтобы они особенно не тянули с благословением. Родня обрадовалась, а невесте пришлось смириться, потому что ее желания никто не спрашивал. Можно сказать, что он даже поступил благородно. Мог бы и просто украсть без всякого выкупа.

— А теперь понятно, почему все мои странности в поведении списывают на то, что я не местная и прибыла откуда-то издалека, — понимающе кивнула девушка.

— Именно, — подтвердил Собиратель. — А еще поэтому никто не удивился твоей нестандартной внешности. В среде Алемана белая кожа и светлые или рыжие волосы считались наивысшим проявлением красоты. Так что никого не поразило то, что их предводитель выбрал себе самую красивую невесту. Но хватит болтать, вернемся к сути вопроса. Ты сумела попасть в нужную вариацию. Это хорошо, но недостаточно. Ты должна не просто там находиться, а стараться узнать все о копье. Как только ты убедишься в том, что оно у Алемана, ты должна либо отговорить его использовать артефакт, либо забрать копье и спрятать, как можно надежнее, чтобы оно не попало не в те руки. Скорее всего, Алемана тебе переубедить не получится, поэтому настраивайся на то, чтобы просто украсть и спрятать.

— Да, уж непростую задачку ты на меня повесил. А что если меня поймают и убьют за кражу? Или как-нибудь еще накажут, отправят в заточение, например?

— Такое тоже может быть и это сильно усложнит дело. Так что постарайся сделать так, чтобы тебя не убили, — безапелляционно подытожил байкер.

Мэдлин тяжело вздохнула, понимая, что ввязалась в крайне непростое мероприятие.

— Ну, хватит раскисать. Я-то свои условия договора выполняю! — улыбнулся Александр.

— Ты имеешь в виду Джереми? Это ведь ты телепортировал его ко мне?

— Разумеется! И если бы я этого не сделал, то он возможно уже погиб бы. Ты же видела, в каком он был состоянии?

— Да, в совершенно невменяемом. Правда, из-за отсутствия времени и постоянного присутствия рядом следователя мы так и не смогли толком нормально все обсудить. Джереми постоянно говорил про какое-то серебро, которое является ключом, пытался его найти. И, кстати, он также упоминал про копье. Может быть, ты сможешь объяснить мне, что все это значит?

— Скажем так, твой друг тоже ищет копье, только здесь в будущем, — задумчиво произнес Собиратель. — Произошел забавный парадокс. Там в прошлом, в вариации, которую ты еще не создала, но должна создать, ты спрятала этот артефакт, а теперь здесь в настоящем Джереми разыскивает его!

— Но ему то оно зачем? — с тоской поинтересовалась Мэдлин, понимая, что на нее похоже еще и ложится миссия по поиску этого же самого артефакта в режиме реального времени.

Девушка готова была уже возненавидеть это копье, которое еще даже ни разу не видела, но которое уже успело одним своим мифическим присутствием поставить ее жизнь с ног на голову.

— Ему лично оно не нужно, по крайней мере, пока. Я же рассказывал тебе, что Джереми связался с теми, с кем не следовало, да еще и задолжал им. Он был пленником, и его выпустили только с условием, что он добудет этот артефакт, иначе его ждет незавидная участь, — байкер ненадолго замолчал. — И знаешь, что мне больше всего не нравится в этой истории? Что даже я сам не могу понять, зачем врагам Джереми понадобилось копье. Хотя, некоторые догадки по этому поводу у меня все же имеются.

— А кто именно его враги? — стала допытываться Мэдлин.

— Об этом позже, — отмахнулся Александр. — Извини, но я не могу оставаться здесь слишком долго. Мне пора уходить. Самое главное, удели как можно больше внимания тому, где бы ты могла спрятать копье в прошлом! Это должно быть очень надежное место! И помни! Если тебе суждено взять его в руки, оно будет тебя слушаться без всякого серебряного ключа! Он нужен лишь для тех, кто не имеет права касаться артефакта, поэтому так многие его и ищут!

Девушка кивнула. Попрощавшись с байкером, она хотела уже направиться обратно к замку, как вдруг Собиратель окликнул ее.

— И еще кое-что! Будь осторожнее с Джереми! Ему больше нельзя доверять! Вы не смогли его полностью исцелить, это невозможно. Поэтому он уже не совсем тот, кем был раньше! Если бы меня спросили, что на данный момент угрожает тебе больше всего, я бы сказал, что это Джереми! От его рук ты можешь погибнуть!

Мэдлин ошарашенно обернулась, и хотела поинтересоваться, что это значит, но Александр уже растаял в воздухе, как и в прошлый раз, оставив девушку наедине со всеми неразрешенными вопросами. Она не могла понять, что означают эти странные слова о том, что Джереми не тот, кем был раньше, и с чего ему вдруг пытаться ее убить?

Мэдлин решила, что если от байкера добиться объяснений невозможно, то она должна попытаться выяснить какие-нибудь подробности от самого молодого человека. Ведь, она до сих пор не знает практически ничего! Кто был в сгоревшей машине? И где все это время находился сам Джереми?

Девушка вздохнула и медленно направилась в сторону замка, размышляя о том, какую непростую задачу она вызвалась решить. Пока что, за все время ее пребывания в прошлом, она слышала лишь рассказ о копье, но Алеман ни разу не упомянул о том, где оно может находиться. Значит, либо колдун сам еще не нашел артефакт и пребывает в поисках, либо скрывает ото всех, что копье у него.

Кроме того, Мэдлин пока что не смогла разобраться, как Владыка относился к ней, или той, чью роль она играла. Доверит ли он ей свои тайны? А если и доверит, то захочет ли расставаться с копьем, ради которого он похоже уже пролил немало крови?

За этими размышлениями девушка добралась до своей спальни. К ее великому удивлению, Джереми снова отсутствовал, и это, несмотря на убедительную просьбу никуда не уходить. Мэдлин взволнованно прошлась по комнате, размышляя о том, куда мог направиться молодой человек.

В голове ее возникали самые разные предположения. Джереми мог снова пойти искать утерянное серебро, его могли внезапно настигнуть загадочные враги или даже сам Хаксли. И, в конце концов, он мог просто-напросто уехать насовсем, решив, что ему невыгодно больше оставаться в замке у Мэдлин.

Девушка нервничала, злилась на Джереми за то, что он не потрудился даже оставить записки и утешала себя лишь тем, что как только молодой человек вернется, она заставит его рассказать все подробности его запутанной биографии за последний год.

Пытаясь как-то отвлечься, Мэдлин вновь взялась за книгу, подаренную Александром, но информация не желала задерживаться в ее голове, потому что мысли девушки были заняты совершенно другим. Она прочитала несколько страниц, но не запомнила ровным счетом ничего, кроме того, что ее присутствие в прошлом совпадает с тем моментом, когда Алеман должен вступить в великое сражение, в котором сам чуть не погибнет.

Неожиданно девушка вздрогнула, почувствовав в комнате чужое присутствие. Именно почувствовав. Она не услышала ни единого постороннего звука. В спальне царила тишина. Но на то Мэдлин и была колдуньей, чтобы ориентироваться не только на слух.

Она обернулась и увидела Джереми, который каким-то неведомым образом вернулся к ней в комнату. Неведомым, потому что через дверь он явно не заходил, а окно позади него было плотно закрыто. Можно было предположить, что Джереми затворил его за собой, но тогда девушка обязательно услышала бы шум.

Мэдлин стало не по себе, хотя, в сущности, бояться было нечего. В конце концов, они жили в мире магии, где телепортация и перемещения в пространстве были обычным делом.

— Где ты пропадал? Я же просила тебя никуда не уходить! — спросила девушка.

В звенящей тишине комнаты ее голос прозвучал нервно и напряженно.

Джереми молчал, как-то странно глядя на нее. И Мэдлин вдруг ощутила исходящую от него чужую и враждебную ауру. Ощущение было очень странным. Перед ней одновременно был Джереми, и одновременно не он. Как будто к его магической энергетике примешалась чья-то еще. Девушка не знала, что это может означать и что ей теперь делать. Не бежать же в самом деле прочь из своей комнаты. Да и кого просить о помощи? Ни Хаксли же.

— Я искал ключ. Серебро. — наконец отрывисто проговорил молодой человек.

Взгляд его был каким-то мрачным и недобрым.

— Ну, и как? Нашел? — робко поинтересовалась Мэдлин, на всякий случай, отступая подальше к двери.

— Нет, я обыскал все вокруг, но его нигде не было. Возможно, он в озере, но не нырять же мне за ним? Ты ведь сказала, что это невозможно, — голос Джереми звучал глухо, он медленно подходил все ближе к девушке.

— Это плохо. А без него тебе никак нельзя обойтись? — Мэдлин уже вплотную прижалась спиной к двери, отступать дальше стало некуда.

— Никак! Это катастрофа. Без ключа я не смогу забрать копье, а если я не принесу его им, то они убьют меня. Даже хуже, чем убьют…

— Кто они? — в ужасе спросила девушка, Джереми уже находился в шаге от нее.

— Но вместо копья они согласны забрать тебя, — молодой человек неожиданно резко и сильно схватил Мэдлин за запястье.

Девушка вскрикнула, ей было больно.

— Пусти! Мне больно! — потребовала она, голос ее дрожал от ужаса.

— Пойдем со мной, Мэдлин! Ты ничего не почувствуешь! Они заберут тебя, и все будет в порядке… — последние фразы Джереми произнес едва разборчиво.

Он еще крепче сжал руку девушки и потянул ее за собой, в сторону окна. Мэдлин буквально оцепенела от страха. Ей хотелось закричать, но голос пропал, и она была не в состоянии произнести ни звука. Сопротивляться также было бесполезно, Джереми был намного сильнее ее.

Девушка с ужасом заметила, что глаза молодого человека снова стали абсолютно черными, без зрачков, как в ту ночь, когда он едва не вынудил ее выпрыгнуть из окна вслед за ним.

Неизвестно чем бы все это закончилось, если бы помощь вдруг не пришла оттуда, откуда ее никто не ждал. Мэдлин почувствовала, что подвеска, подаренная Александром, которую она теперь носила не снимая, вдруг начала раскаляться, буквально обжигая ее. В последний раз артефакт вел себя подобным образом в Междумирье. Внутри черного камня полыхнул оранжевый огонь.

Все произошло удивительно быстро. Девушка даже не успела толком ничего сообразить, как вдруг почувствовала, что Джереми ослабил хватку. Мэдлин пораженно взглянула на него и увидела, как глаза молодого человека приобретают прежний оттенок, а с лица исчезает выражение напряженной злобы. Он озадаченно взглянул на свою руку, словно сам не мог понять, зачем он схватил девушку и куда он ее тащит.

— Ну вот, кажется, они опять вернулись. Эти странные приступы, — озадаченно проговорил он.

— Какие еще приступы? — поинтересовалась Мэдлин, вновь обретая дар речи и отходя подальше от своего опасного собеседника.

Заметив ее движение, Джереми грустно улыбнулся:

— Не бойся, они повторяются не чаще, чем раз в месяц.

— О, это просто отлично! Значит, ты будешь пытаться меня убить не чаще, чем раз в месяц, а в другие дни наши отношения будут полны любви и гармонии! Замечательно! Я очень рада! — возмущенно воскликнула девушка.

— Я пытался тебя убить? — нахмурившись, спросил молодой человек.

— Нет, ты просто крайне настойчиво пытался отдать меня кому-то вместо копья. Не знаю только, зачем я понадобилась этим загадочным любителям оружия, но что-то мне подсказывает, что не для того, чтобы я почитала им лекции об истории магии.

Мэдлин продемонстрировала Джереми свое запястье, на котором остались красные следы, и потребовала:

— Значит так, либо ты рассказываешь мне абсолютно все: что за враги тебя преследуют, какой ключ ты без конца ищешь, и наконец, что за странные приступы безумия начали с тобой происходить, либо… — она запнулась. — Либо просто уходи туда, откуда пришел!

Девушка расстроенно опустилась на кровать и закрыла лицо руками. Ей ужасно не хотелось прибегать к подобной угрозе, и еще меньше она желала, чтобы Джереми ушел, но то, что происходило сейчас, было невыносимо.

Впрочем, молодой человек не обиделся на эти слова. Он сел рядом с Мэдлин, осторожно взял ее за руку, произнося легкое целительное заклинание. Запястье перестало болеть. Наконец после короткого молчания он решился заговорить.

— У меня серьёзные проблемы.

— Это я уже поняла, — грустно усмехнулась девушка. — Лучше скажи, кому ты там умудрился задолжать?

— Хранителям Солнца, если ты, конечно, что-то слышала о них.

— Слышала, причем, совсем недавно. Меня решил просветить по поводу них мистер Хаксли. И как только он завел этот разговор, я поняла, что без тебя здесь обойтись не могло.

Джереми улыбнулся.

— Да, я умею создать себе трудности, ты это давно могла заметить.

Мэдлин укоризненно взглянула на него.

— Ладно-ладно, перехожу ближе к сути! — заверил ее молодой человек. — С тех пор, как мы расстались, мне приходилось очень трудно. Здесь, в нашем мире, на меня объявили самую настоящую охоту! Где бы я ни появлялся, за мной тут же по пятам мчались ищейки из числа очень сильных колдунов, по сравнению с которыми, Хаксли -просто божий одуванчик. Я пытался укрыться в Междумирье, но сама знаешь, что это за мир, и каково там оказаться одному. На дороге нельзя останавливаться, то есть нельзя спать, а я пару раз буквально отключался от усталости и меня едва не сожрали, знакомые тебе твари из леса. Кстати, ты видела еще далеко не всех! Фауна Междумирья оказывается крайне разнообразна. Соваться в города было не менее рискованно, сама помнишь, кто в них живет. Пару раз мне помогли байкеры и Александр. Но затем дали понять, что они тоже не благотворительная организация и помогать мне бескорыстно без конца не намерены. А мне уже стало абсолютно нечего предложить им взамен. Ситуация сложилась безвыходная. Я не мог негде найти себе пристанища и находиться в движении постоянно тоже не мог. Я забыл о сне, о еде и это не могло продолжаться бесконечно…

— Но ты же мог вернуться ко мне! — перебила его девушка.

В ответ Джереми лишь махнул рукой, всем своим видом показывая, что для него это был не вариант.

— Я опущу все подробности нашей встречи, но именно тогда я столкнулся с Хранителями Солнца, и они предложили мне сделку. Они сказали, что устроят все так, что мои преследователи забудут обо мне, перестанут меня искать, и я смогу спокойно жить в своем мире. А взамен я должен всего на всего разыскать и принести им один артефакт, которым оказалось копье Афины. Сделка, естественно была магической. Заключая ее, обе стороны связали себя заклятием, обязующим строгое исполнение всех условий. Поэтому я и согласился так легко, решив, что для меня не составит особого труда отыскать какой-то артефакт, тем более времени для этого отводилось достаточно много. Я отправился на его поиски, а дальше…

Молодой человек нахмурился и замолчал, так, словно ему не хотелось вспоминать то, что происходило в дальнейшем.

— Что дальше? — взволнованно переспросила Мэдлин.

— Дальше со мной начали происходить странные вещи. Я вдруг стал терять контроль над собой. Периодически меня беспрестанно тянуло вернуться в пустыню к Хранителям, так, словно это был мой родной дом. Я испытывал чудовищный прилив сил на закате. В это время все заклятия давались мне на удивление легко, зато ночью, я вдруг отчего-то стал ощущать себя обессиленным. А дальше начались эти приступы. Они похожи на лунатизм. Я ничего не помню, мне кажется, что я просто сплю, а на самом деле в это время я способен совершать такое, о чем даже не могу в последствии догадаться. И как выяснилось, все эти поступки были в угоду Хранителям. Во время этих приступов я, как марионетка, выполнял их волю…

— Значит, тогда ко мне приходил именно ты? Ты пытался заставить шагнуть меня в окно, находясь под гипнозом Хранителей?

— Да, так оно и было, — мрачно кивнул Джереми. — Как только ты все рассказала, я сразу понял в чем дело, но не хотел говорить тебе об этом. Это звучит глупо, но я боялся, что ты испугаешься и прогонишь меня. Не думай, что я так боюсь покидать этот замок. Нет, здесь мне, конечно же, намного удобнее. Но мне гораздо больше хотелось побыть еще какое-то время с тобой, одновременно не утруждая тебя всеми своими проблемами, — он грустно улыбнулся и добавил. — Как ты понимаешь, Хранители меня обманули.

— Но как же так? — удивилась девушка. — Ведь магические сделки нельзя так просто взять и нарушить. Если они заключили договор, они обязаны его исполнить!

— Вполне возможно, что они так и сделают, только мне это будет уже не нужно, — вздохнул молодой человек и пояснил. — Почувствовав, что со мной происходит нечто непонятное, я принялся собирать информацию и выяснил, что Хранители ограничены в своих действиях. Да, они бессмертны, но фактически жить они могут только в пустыне, и вся их власть распространяется на то, чтобы похищать тени людей. В остальном же они далеко не всесильны. Поэтому Хранители находят нужных помощников, подбирая их по своим особым критериям. Но чаще всего их интересуют те, кто находятся в затруднительном положении и кому нечего терять. Они нанимают их к себе на службу, но это длится лишь ограниченный период времени. Потом любой, кто заключил сделку с Хранителями, неизбежно превращается в одного из них, пополняя их ряды. Я не знаю, куда уходят прежние. С одной стороны, они бессмертны, но в тоже время, количество их ограничено. И это не столь важно, главное то, что с момента заключения сделки я был уже обречен.

Мэдлин расстроенно смотрела на своего возлюбленного, обхватив голову руками. Она вспоминала все, что знала об этой проблеме, и пыталась найти решение, как помочь молодому человеку.

— Хаксли рассказывал мне об этом. Все эти подробности о Хранителях и их жизни. Видимо он догадывается о вашей сделке, — наконец произнесла она.

— Он меня уже практически не пугает. Стоит ли бояться тюрьмы, если ты постепенно перерождаешься в чудовище и утрачиваешь свою собственную сущность? — усмехнулся Джереми.

— Этого не произойдет, — уверенно заявила девушка. — Я найду способ тебе помочь. В конце концов, у меня очень много должников. Я могу надавить на Юния, я могу напомнить кое-кому, что именно я отправляю обратно случайно проникнувших в наш мир потусторонних тварей. Да тот же Александр в последнее время очень заинтересован в моих услугах. И я думаю, что уж он точно может знать, как поступить в подобной ситуации!

— В каких еще услугах? — удивился молодой человек. — Я думал, мы с тобой ему больше неинтересны.

— Давай об этом позже поговорим, ладно? — попросила Мэдлин. — Расскажи мне лучше, кто наложил на тебя заклятие подчинения?

— Те же самые Хранители. Когда я узнал всю правду, я естественно отказался выполнять их поручение и меня даже не пугали последствия нарушения магической сделки. Их это очень разозлило. Не знаю зачем, но им отчего-то очень хочется заполучить это копье, они буквально из кожи вон лезут. Тогда они и решили с чьей-то помощью наложить на меня мощное заклятие подчинения. А я не знал, как от него избавиться, и от испуга брякнул не то контр — заклинание. Я бы, наверное, погиб из-за него, если бы ты вовремя не спасла меня.

— Александр сказал мне, что у тебя сильные неприятности и ты находишься на грани жизни и смерти. Но ты же его знаешь, — девушка с досадой поморщилась. — У него везде одни загадки. Он не стал прямо объяснять, что с тобой случилось, но согласился организовать нашу встречу при условии, что я выполню его просьбу. А дальше ты обо всем в курсе. Единственное, чего я не пойму, откуда взялась информация о сгоревшей машине? Это что была журналистская утка? Даже Хаксли сомневался в том, что ты погиб подобным образом, хотя он мог лишь делать вид.

— Это правда произошло. Только это не моя машина, это ее точный двойник. Хранители хотели обеспечить мне свободу от преследователей, чтобы я мог спокойно искать копье и придумали такой способ. Но свой автомобиль я сжечь не позволил даже ради такой великой цели. И они нашли для меня книгу, в которой сообщалось о том, как создавать точные копии-двойники вещей. Такие, чтобы даже имели одинаковую ауру. Это было непросто и пришлось изрядно повозиться, но я справился, — объяснил Джереми.

— А где же твоя машина?

Мэдлин улыбнулась, вспомнив, с каким трепетом молодой человек относился к своему автомобилю.

— К сожалению, она осталась у Хранителей, — грустно вздохнул Джереми.

— А чье тело нашли в сгоревшей? — поинтересовалась девушка.

— Не знаю, — отмахнулся молодой человек. — Кажется, этот парень умер от того, что Хранители забрали его тень и все жизненные силы. Мне оставалось лишь только придать его телу нужный вид.

Мэдлин скривилась. Она часто забывала о том, что ее возлюбленный был наемным убийцей, и для него чужая смерть воспринималась совершенно спокойно.

— Теперь все сходится, — подытожила девушка. — Странные результаты гадания, которое показало, что ты находишься между жизнью и смертью, сгоревшая машина. Сейчас остается только придумать, как тебе помочь.

— А попутно я еще должен хотя бы делать вид, что ищу копье, иначе меня настигнет расплата за нарушение магического договора. Я это понял, когда вчера в метре от меня два раза, как бы случайно, ударила молния. Магические сделки не терпят пренебрежительного отношения. Я связан по рукам и ногам, — снова вздохнул Джереми.

— Постой, а серебро? Расскажи подробнее про ключ, который ты постоянно ищешь.

— Да это обычная серебряная пластинка на вид. Мне ее дали Хранители, но она пропала при телепортации, — пожал плечами молодой человек.

— Но зачем она нужна? Зачем ее дали? — не унималась Мэдлин, ей были интересны все детали.

— Они сказали, что это поможет мне найти копье, но ничего больше не объяснили. Вроде как, когда я его отыщу, этот ключ подскажет мне, что делать. Я сам точно не понял, но запомнил только одно, что без этого серебра копье забрать не получится. Может быть, артефакт спрятан в каком-то тайнике, и ключ поможет его открыть? — предположил Джереми.

— Нет, не совсем, — покачала головой девушка. — Насколько я успела понять, серебро нужно для того, чтобы даже тот, кому нельзя прикасаться к копью, смог это сделать. Правда, Александр говорил, что если тебе это суждено, то никакой ключ не нужен. Но как понять, кому суждено, а кому нет? Видимо, серебро выступает в качестве подстраховки.

Мэдлин вздохнула, обдумывая полученную информацию. На первый взгляд, все стало намного яснее и понятнее, но в тоже время перед ней появлялись все новые и новые задачи, которые надо было решать каким-то неведомым образом. Она окончательно убедилась в том, что врагами Джереми являются Хранители Солнца, но понятия не имела, как с ними бороться.

Все беспрестанно твердили Мэдлин о том, что нужно искать копье, но пока что она не имела даже малейшего представления, даже намека на то, где оно могло бы находиться. Появлялось все больше и больше вопросов, но не находилось ни одного ответа. Девушка бросила взгляд на часы и произнесла:

— Ладно, у меня сейчас голова взорвется от всех этих проблем! Надо обдумать эту информацию и, я уверена, мы постепенно найдем какое-то решение! А сейчас… сейчас я хочу спать!

— Спать? — удивился молодой человек. — Так рано? С каких пор ты стала ложиться с закатом солнца?

— Это от усталости! Ты приносишь в мою жизнь столько стресса, хорошо, что я вообще просыпаюсь! — парировала девушка.

На самом деле, ей хотелось попробовать снова погрузиться в вариацию, которую она создавала по просьбе Александра. Если она начнет решать проблемы Джереми, то неизвестно, останется ли у нее время и силы на то, чтобы выполнять поручение байкера. А исполнить его было нужно. И не только потому, что от этого в какой-то степени зависело благополучие мира, об этом Мэдлин, как раз думала меньше всего, она не верила в то, что у кого-то реально получится разрушить ход времени в Междумирье с помощью одного копья, а потому что ей не хотелось подвести Собирателя.

Девушка рассчитывала на то, что именно он сможет помочь Джереми. Выходил своеобразный замкнутый круг. Поэтому, несмотря на все протесты молодого человека, она выключила свет и попыталась уснуть. Джереми, которому спать не хотелось, был сослан на кресло, где он, возмущенно вздыхая, пытался от скуки читать какую-то книжку, принадлежащую Мэдлин.

Читать молодой человек не особо любил, если только ему в руки не попадался самоучитель боевой магии или книга о том, как усовершенствовать обычный автомобиль с помощью волшебства. Сидеть на месте для его активной, жаждущей деятельности натуры, было также непросто. Поэтому сейчас Джереми ощутимо страдал.

Мэдлин тоже не могла заснуть. Она беспрестанно думала о том, что не сумеет даже задремать, а также переживала, что, погрузившись в сон, не сможет перенестись в нужную вариацию. В комнате, как назло, было невыносимо душно, словно рядом с кроватью стояла печка. Девушке хотелось попросить Джереми открыть окно, но она боялась перебить сон.

Мэдлин с досадой скинула с себя одеяло и зажмурилась от яркого света. В голове у нее промелькнула мысль о том, что молодому человеку надоело сидеть в полутьме, и он зажег свет. Она уже хотела накричать на него, но вдруг поняла, что снова находится не в своей комнате, а сидит перед костром в шатре. От того ей и было так жарко, и она скинула с себя вовсе не одеяло, а меховую накидку, заботливо накинутую ей на плечи Алеманом. Сам колдун, сидевший рядом, вопросительно взглянул на нее.

— Мне очень душно, нечем дышать, — робко произнесла девушка.

— Нечем дышать? Плохой признак. Не лихорадка ли это? Я уже говорил, что на востоке свирепствует чума…

Это вновь заговорил седовласый мужчина, который в прошлый раз так скептически отзывался об истории с копьем Афины. Мэдлин поняла, что перенеслась в тот же момент, откуда недавно вернулась в будущее. Алеман недовольно взглянул на колдуна.

— Нет здесь никакой чумы. Выйди лучше на воздух, только не отходи далеко, — велел он девушке.

Мэдлин покорно кивнула и покинула шатер. Она не восприняла всерьез предупреждение о том, что не стоит уходить далеко из соображений безопасности. Девушке казалось, будто все то, что происходит с ней здесь в прошлом — это не по-настоящему, и поэтому не может представлять никакой угрозы.

Мэдлин с удовольствием вдохнула холодный воздух и взглянула на небо. Оно по-прежнему, было удивительно прекрасным, наполненным мерцающими созвездиями. Девушку завораживала подобная красота. Она бросила взгляд вперед во мрак и вдруг увидела мерцающий огонек, словно на землю внезапно решила спуститься одна из звездочек.

Мэдлин застыла в недоумении, вглядываясь в темноту, и не в состоянии понять, что перед ней такое. Девушка чувствовала исходящую от свечения сильную магическую энергию. Причем энергия эта была светлой, и словно манила путницу к себе.

Не испытывая никакого страха, она направилась вперед, навстречу свету. Мерцающий огонек принимал все более отчетливые очертания и вдруг Мэдлин поняла, что это живое существо. По черной степи гулял удивительно красивый белый конь, или лошадь, определить это на расстоянии было естественно невозможно. Окраска его была белой, словно молоко, а длинная, спускающаяся едва ли не до земли грива, светились в темноте ярким светом.

Никогда еще прежде Мэдлин не видела таких созданий. Она решила, что возможно перед ней одно из тех редких магических животных, которые сейчас считаются вымершими. Волшебные звери всегда были слишком ценной добычей. Тех же самых драконов на сегодняшний день остались единицы. И все потому что их кровь, чешуя и клыки становились прекрасными артефактами.

Девушка нерешительно подошла поближе к чудесному созданию и увидела, что глаза его огромные и голубые, удивительно похожи на человеческие. Взгляд коня был разумным. Правда, это оказался и не конь вовсе. Подойдя к нему, Мэдлин увидела белоснежный, словно выделанный из слоновой кости, рог.

Девушка поняла, что перед ней единорог. Причем, один из редких видов — лунный. Мэдлин когда-то давно читала об этих созданиях в книгах, и помнила, что лунные единороги обладают какими-то особыми магическими свойствами, только она никак не могла вспомнить, какими именно.

Девушка робко протянула руку и коснулась животного, легонько гладя его по белоснежной гриве. Единорог не возражал. Мэдлин показалось, что она ему понравилась. Возможно он специально пришел именно к ней. Девушка чувствовала, как набирается от него магической энергии. Кольцо — амулет на ее пальце заблестело, вбирая в себя магию.

Мэдлин даже не могла с точностью сказать, сколько времени простояла вот так рядом с единорогом, гладя его, как вдруг он испуганно встряхнул головой. В его глазах девушка заметила тревогу.

— Ты чего? Успокойся, мой хороший, я же не причиню тебе вреда, — ласково проговорила Мэдлин, но вдруг осеклась.

Она тоже почувствовала чье-то чужое магическое присутствие. Где-то совсем рядом с ней находился сильный маг, а возможно даже не один. Энергетика его была враждебной и чужой. Девушка тревожно обернулась на шатер, оставшийся вдалеке.

Она была слишком беспечна и ушла на большое расстояние, несмотря на запрет Алемана. Мэдлин взволнованно прикидывала, успеет ли она добежать обратно, как вдруг услышала резкий звук, похожий на свист. Девушка вскинула голову и увидела несущуюся прямо на нее длинную стрелу. Судя по странному красному свечению вокруг тетивы, стрела была явно магического происхождения.

Все это происходило так быстро, что Мэдлин не успела даже что-либо предпринять для своего спасения. В голове ее мелькнула только одна пугающая мысль о том, что сейчас ей будет больно. Единорог, стоявший рядом с девушкой, дернулся и метнулся вперед, видимо собираясь убежать, напуганный резким звуком. Но вдруг отчего-то испуганно заржал и стал заваливаться на бок.

Мэдлин не успела даже понять, как все произошло. Она увидела только торчащую из белоснежной шеи зверя длинную черную стрелу. Судя по всему, она была отравлена, потому что тело животного охватили судороги.

Не зная, что делать, девушка в ужасе опустилась на колени рядом с раненным зверем. В его, похожих на человеческие, огромных глазах стояли слезы, читалась боль и страдание. Это был взгляд не животного. Мэдлин позабыла обо всем кроме этого несчастного раненого зверя. Она не заботилась даже о том, что нападавший может выпустить новую стрелу, которая на сей раз попадет в нее.

Повинуясь единственному желанию помочь, девушка сняла с шеи длинный узорный платок, намотала его на ладонь и, стараясь не соприкасаться с древком своей собственной кожей, с силой выдернула стрелу из раны. Ей на руки тут же хлынула алая горячая кровь. Единорог застонал, стон его был похож на человеческий и Мэдлин поняла, что это конец. Никогда еще за всю свою жизнь ей не было никого так жалко. Слезы хлынули у нее из глаз.

Она сидела и плакала, не замечая того, что происходит вокруг. А между тем, кто-то подбежал к ней сзади и, схватив сильными руками, поставил на землю. Сквозь пелену слез девушка даже не могла понять, Алеман это или кто-то другой. Она почувствовала лишь, что этот человек напуган, заметив, что она вся в крови. Ее быстрее оттащили куда-то подальше, а позади уже развернулась битва.

Мэдлин слышала свист стрел и чувствовала вспышки энергии боевых заклятий. Но ей было все равно, она плакала, закрыв лицо руками, и никак не могла успокоиться. Кто-то взял ее ладони, пытаясь заглянуть ей в глаза, и настойчиво произнес:

— Проснись, Мэдлин!

Глава 5. Холодное озеро

Девушка от удивления отняла ладони от лица и взглянула на того, кто был перед ней. Это оказался Джереми. Он сидел на краю кровати и легонько тряс свою возлюбленную за плечо, пытаясь разбудить. Она снова оказалась у себя дома.

— Ну что проснулась? Страшный сон приснился? — поинтересовался молодой человек. — Ты даже меня умудрилась напугать. Я задремал, и вдруг просыпаюсь от того, что ты вопишь. Я спросонья решил, что на тебя кто-то напал, а потом смотрю, это ты во сне кричишь и плачешь! Прямо настоящая истерика!

— Если бы ты такое увидел, то тоже заплакал, — ответила Мэдлин, аккуратно вытирая слезы. — Я впервые в жизни взглянула на настоящего единорога! Ты не представляешь, как он был прекрасен! И вдруг на моих глазах какая-то гадина пускает в него стрелу, и он умирает прямо у меня на руках! Я пыталась ему помочь, но не смогла, а только ускорила его смерть, выдернув стрелу и спровоцировав кровотечение, — девушка снова всхлипнула.

— Да, жалко, что единороги встречаются тебе только во сне, — беспечно заметил Джереми.

Судя по всему, эта грустная история не слишком его впечатлила. Он вообще был далеко не сентиментальным человеком.

— Почему это? Мне как раз совсем не жалко, я не хотела бы пережить такое наяву, — протестующе заявила девушка, хотя фактически она и так переживала случившееся наяву, только в другом временном периоде.

— Знаешь, почему единорогов больше не осталось? Их истребили из-за того, что их кровь обладает целительной силой. Есть правда и другие детали. Например, их рог тоже можно использовать…

— Хватит, — перебила его Мэдлин. — Я бы никому не позволила трогать таких чудесных созданий. Ты не представляешь, как он был красив! Он светился в лунном свете! Это был лунный единорог!

— Лунный? Вот это действительно повезло! Этих уничтожили особенно быстро и, знаешь, почему? — спросил молодой человек.

— Не знаю! Наверное, такие вот как ты бесчувственные люди и уничтожили! — огрызнулась девушка.

— Потому что если смешать кровь лунного единорога в момент его смерти со своими слезами, то станешь бессмертным, и никогда не будешь стареть, — объяснил Джереми, благополучно пропуская гневное высказывание девушки мимо ушей.

— С чего ты взял? — удивилась Мэдлин, сразу вспоминая свои искренние рыдания над телом зверя.

— Я когда-то изучал различные способы обретения бессмертия, — принялся рассказывать молодой человек. — Так, чисто в рамках самообразования. Большинство из них слишком труднодостижимы, так как требуют сильного магического потенциала. А те, что не требуют, уже использованы нашими более расторопными предками. Сейчас при всем желании свои слезы с кровью бедной зверушки не смешаешь, потому что единорогов не осталось.

— Да ты бы и заплакать то даже не смог! Тебя ничем не прошибить, бесчувственный сухарь! Ты и на моих похоронах, наверное, стал бы прикидывать, нельзя ли кому-нибудь продать мои волосы, вдруг они и после моей смерти будут продолжать светиться в темноте!

— Ради такого дела заплакал бы! А насчет волос, хорошая идея, спасибо, что подсказала! — засмеялся Джереми.

Мэдлин возмущенно кинула в него подушкой, понимая, что взывать к совести молодого человека бесполезно. Вполне возможно, что он и ее продал кому-нибудь за ненадобностью и получил неплохую выручку. Джереми ловко увернулся, и подушка улетела куда-то на пол. Впрочем, это было не удивительно для человека, который умел уклоняться от боевых заклятий.

— Будешь еще спать? — поинтересовался он.

Девушка взглянула на часы и увидела, что было только пять утра.

— Нет, спасибо, что-то больше не хочется, — вздохнула она. — Не думаю, что после этого я смогу уснуть.

— Ну и отлично, слушай, — Джереми сел к ней поближе и обнял свою возлюбленную. — У меня к тебе предложение. Только выслушай его серьезно.

Мэдлин улыбнулась. Она представила, как сейчас молодой человек снова скажет ей о своих чувствах и возможно даже предложит руку и сердце. Девушка уже мечтательно зажмурила глаза, но Джереми сказал совсем другое:

— Давай сходим завтра на ваше Холодное Озеро?

— Да… в смысле, что? Зачем? — не поняла Мэдлин.

— Понимаешь, из-за того, что я не исполняю условия магической сделки, у меня могут возникнуть серьезные проблемы. Вот, видишь? — он продемонстрировал свою ладонь, на тыльной стороне которой появился длинный шрам.

— Что это такое? — встревоженно спросила девушка.

— Это молния. На этот раз она ударила не рядом, а прямо в меня. Только это была очень маленькая молния, но я воспринял ее как вполне понятный и очевидный намек.

Мэдлин вздохнула. За всеми этими неприятностями она совсем упустила из мыслей то, что молодой человек был по-прежнему связан с Хранителями магической сделкой, нарушение которой может закончиться летальным исходом.

— А озеро то тебе зачем? — поинтересовалась девушка, хотя и так знала ответ на этот вопрос.

— Я уверен, что ключ под водой. Я видел его на дне. Я осмотрел все дно озера с помощью поискового заклятия, чего там только нет! Но самое главное, мой ключ! Причем он лежит совсем не далеко от берега. Один раз нырнуть и достать.

— Но я же тебе сказала, что это невозможно! — напомнила Мэдлин, пропуская мимо ушей то, что Джереми опять куда-то уходил без ее ведома.

— Ты сказала, что лед нельзя пробить изнутри никаким заклятием! Но что если ты будешь постоянно рядом и в нужный момент разобьешь его снаружи с помощью сильного заклинания? Я уверен, что тебе это под силу. Люди гибнут в этом озере просто из-за того, что оказываются одни!

Девушка внимательно его выслушала. В целом, рассуждения молодого человека не были лишены логики.

— Звучит конечно неплохо, но мне все равно не нравится эта идея. Идти туда ночью очень рискованно. Нырять в темноте — не лучшая идея. А днем мы можем привлечь к себе слишком много ненужного внимания! Я сильно сомневаюсь в том, что Хаксли не заметит нашей вылазки.

— Днем — да, а если на рассвете? Будет уже достаточно светло, и в тоже время никаких лишних глаз! Что скажешь? — заговорщицки улыбнулся Джереми.

— Не знаю, надо тогда заранее выбрать день.

— Зачем? — удивился молодой человек. — Пойдем прямо сейчас! Уже начинает светать!

Девушка тоскливо взглянула в окно, где ночное небо уже стало сереть. Судя по тому, как качались кроны деревьев, на улице дул сильный ветер. Мэдлин ужасно не хотелось выбираться из своей теплой постели и идти к Холодному Озеру, рядом с которым всегда было очень промозгло.

— Может быть завтра? Там так холодно… и собираться не хочется… — робко попросила она.

— Завтра теплее не станет! И что тебе собираться? Ты же не на бал идешь! Надень куртку и пошли.

Девушка вздохнула. Если Джереми было что-то нужно, он действовал с настойчивостью движущегося поезда. Нехотя выбравшись из-под одеяла, Мэдлин поспешно оделась, и они покинули комнату через окно, решив, что идти по коридорам замка слишком рискованно.

На улице было удивительно промозгло. В этом году выдалась особенно холодная погода для этих мест. Ночью стояли заморозки, трава и листья на деревьях были покрыты блестящим инеем. Девушка зябко куталась в осеннее пальто. Она никак не могла научиться одеваться по погоде и обычно выбирала наряды, руководствуясь исключительно их внешним видом. Поэтому сейчас в платье и ботиночках на высоком каблуке они чувствовала себя совсем неуютно. Джереми напротив выглядел вполне довольным и жизнерадостным.

— А все-таки здесь у вас красиво, — в очередной раз заметил он.

— Угу, — кивнула Мэдлин.

Впереди наконец-то заблестело озеро. Рядом с ним оказалось еще морознее. Вода в Холодном Озере было такой прозрачной, что можно было запросто разглядеть разноцветные камушки на его дне. Если бы здесь очутились обычные люди, не наделенные магическими способностями, им, возможно, это место показалось бы красивым и безопасным. Но Мэдлин отчетливо ощущала исходящую от него зловещую темную энергетику. Озеро было похоже на затаившегося хищника в засаде. Сейчас он кажется спокойным, но в любой момент готов прыгнуть и напасть на свою жертву. Молодые люди подошли к самой кромке берега и остановились молча, разглядывая воду.

— Будешь раздеваться? — ехидно поинтересовалась девушка, зябко кутаясь от пронизывающего ветра.

— Нет, — отмахнулся Джереми. — Как-то, знаешь ли, слишком свежо для пляжного сезона. Потом просушу одежду заклятием и дело с концом.

Он молча протянул Мэдлин куртку и направился к воде. Девушка напряженно следила за ним. Стоило молодому человеку нырнуть, как кромка озера быстро начала покрываться тонкой ледяной коркой. Мэдлин стало страшно. Она хотела, чтобы Джереми управился, как можно скорее.

— Молодой человек решил утопиться? — насмешливо поинтересовался чей-то голос за спиной девушки. — Не выдержал тяготеющих над ним грехов?

Мэдлин в ужасе обернулась и увидела стоявшего позади нее, улыбающегося Джозефа Хаксли. На то он и был профессионалом, чтобы бесшумно идти за ними по пятам, так что невозможно было почувствовать даже чужого магического присутствия.

Следователь явился не один, за его спиной маячила субтильная фигура какого-то старичка. Присмотревшись, девушка поняла, что перед ней не кто иной, как Родон. Мэдлин поморщилась. Этого колдуна, изрядно попортившего ей жизнь и являвшегося по совместительству другом Литурга, девушка хотела встретить меньше всего.

Теперь она буквально разрывалась, не зная, куда ей смотреть. Наблюдать за Джереми, который должен был вот-вот вынырнуть или разговаривать с их преследователями.

— Учтите, я не дам вам его утопить! — срывающимся голосом произнесла она.

Девушка боялась, что колдуны не позволят ей растопить лед и захотят, чтобы Джереми задохнулся под ним.

— Что Вы, Мэдлин? Разве мы звери? Если Вам так хочется, спасайте Вашего возлюбленного, мы не будем вмешиваться, — с ехидной улыбкой заверил ее Хаксли. — Живой он нам намного более интересен.

— Что-то только его давно нет, — вставил свое веское слово, до сих пор опасавшийся подходить близко к девушке, Родон.

Мэдлин тоже начала беспокоиться. Прошло уже минут пять. Джереми давно должен был достать серебряную пластинку и вынырнуть с ней на поверхность.

Девушка с тревогой наблюдала за тем, как озеро все больше и больше покрывается льдом. Оставался уже всего один совсем маленький участок воды в центре. Мэдлин поняла, что-то пошло не так.

Девушка закрыла глаза и, попытавшись, насколько это возможно, отогнать от себя тревожные мысли, сконцентрировалась на том, что должен в данный момент ощущать Джереми. Для магов среднего и сильного уровня было доступно на короткое время погрузиться в чувства другого человека. Причем речь шла не только об эмоциях, но и о физических ощущениях. Возможно было на мгновение окунуться в чужую боль или радость.

Поначалу у Мэдлин ничего не выходило из-за того, что она слишком нервничала. Но когда девушка уже отчаялась что-либо почувствовать, на нее вдруг нахлынула целая волна ощущений. От неожиданности она вскрикнула и открыла глаза. Хаксли и Родон, стоявшие позади, с холодным любопытством наблюдали за ней.

— Он не может выплыть! У него от холода свело судорогой ногу, я это почувствовала! — в панике крикнула им Мэдлин. — Он утонет! Нужно что-то сделать!

— Какая досада! — притворно покачал головой Хаксли. — Какая трагическая случайность! Преодолеть столько препятствий и утонуть в каком-то озере! Я буду ужасно скорбеть, так как ничего не могу сделать! А Вы, мистер Родон? Не желаете ли получить медаль за спасение утопающих? Учтите, такого шанса может больше не выпасть!

Но Родон отчего-то не проявил желания стать героем. Ему и Хаксли было одинаково все равно, выживет Джереми или нет. Они и так уже поймали опасного преступника и получат заслуженную награду. А то, что он погиб по собственной вине, то кто ему виноват?

Мэдлин поняла, что помощи ждать неоткуда и дальнейшее промедление смерти подобно. Она скинула пальто и ботинки, и направилась к воде. Девушка действовала чисто на эмоциях. Когда-то раньше в детстве она неплохо плавала, но с тех пор долгое время не практиковала этот навык. Она рассчитывала на то, что мышечная память не должна дать сбой.

Мэдлин выкрикнула сильное огненное заклятие, которое почти мгновенно растопило лед едва ли не до самых краев озера. Едва девушка шагнула в воду, и коснулась ее поверхности, первым ее желанием было выскочить обратно. Несмотря на только что использованное заклинание, вода оказалась ледяной, словно Мэдлин предстояло нырнуть в прорубь. Но делать было нечего.

Где-то в глубине сознания у девушки мелькнула тревожная мысль о том, что если и с ней что-нибудь произойдет, спасать их с Джереми будет уже некому. И зачем она только послушалась его и согласилась на эту необдуманную авантюру?

Мэдлин набрала полную грудь воздуха и нырнула в обжигающе ледяную воду. К счастью, глубина была небольшой, а вода кристально прозрачной, и она быстро отыскала Джереми. Девушке казалось, что на все ушло не так уж и много времени, но молодой человек уже успел потерять сознание.

Впрочем, Мэдлин была уверена, что сумеет привести его в чувства, главное только добраться до берега. Девушка крепко обхватила молодого человека одной рукой и стала пытаться плыть обратно наверх, к воздуху. Но это оказалась на так просто, как она рассчитывала.

Удерживая Джереми, который был далеко не маленьким и хрупким, она потеряла значительную свободу движений. Платье, казавшееся до этого таким удобным, теперь ужасно сковывало ее. Ледяная вода также давала о себе знать. Мэдлин боялась, что-то еще чуть-чуть и ее мышцы тоже сведет от холода, и она вовсе не сможет двигаться.

Изо всех сил она тянулась наверх к спасительной поверхности и воздуху. Девушка в панике все никак не могла понять, почему света становится все меньше и меньше. Пока вдруг с ужасом не осознала, что после произнесенного заклятия озеро затягивается льдом в два раза быстрее. Мэдлин совсем забыла об этом.

Эта страшная мысль словно придала ей сил. Она метнулась вперед, но столкнулась с ледяной поверхностью. В ужасе девушка металась подо льдом, пытаясь отыскать хотя бы крошечный незамерзший участок. Но это было бесполезно, а произнести заклинание под водой не реально.

Со стороны берега Родон и Хаксли прекрасно видели ее мучения. Лед в озере так же, как и вода, был абсолютно прозрачным, и они могли разглядеть бьющуюся об него с другой стороны девушку.

— Красиво, — неожиданно произнес Родон. — Похоже на мотылька за стеклом.

Хаксли посмотрел на него, как на сумасшедшего. Он, несмотря на все свои минусы, был человеком адекватным и нездоровой тяги к садизму не испытывал. На такую работу как у него вообще берут людей только с уравновешенной психикой.

А Мэдлин между тем почувствовала, что ей больше нечем дышать. В глазах начало темнеть. Движения ее становились все более слабыми и пассивными, каким-то чудом она еще не выпустила Джереми. Девушка инстинктивно попыталась вдохнуть, но вместо воздуха в легкие попала вода.

Мысли ее вдруг тоже стали какими-то медленными и отстранёнными. Последнее, о чем она с досадой подумала было то, что ее тело так и останется лежать на дне озеро, потому что никто не рискнет его достать.

Перед тем, как окончательно погрузиться в темноту, она увидела мелькнувшую перед самыми ее глазами яркую оранжевую вспышку. Но девушка не успела даже понять, что это такое, да и какое это уже имело значение?

Очнулась Мэдлин от того, что ей стало невыносимо холодно. Настолько, что у нее стучали зубы. Первое, что она увидела, придя в себя, было серое, затянутое свинцовыми облаками небо. Девушка отстраненно взглянула на него и единственное, что пришло ей в голову, было то, что она все-таки жива.

Мэдлин поняла, что ей так холодно от того, что она насквозь промокшая, в одном лишь платье, лежит прямо на холодной, покрытой инеем земле. Девушка резко села и закашлялась. Оглядевшись, она увидела сидевшего недалеко от нее мрачного Джереми. Руки молодого человека были скованны наручниками. И судя по периодически пробегающей красной искре, на них было наложено не одно заклятие. Действительно заковывать сильного мага в обычные наручники было по меньшей мере глупо. Увидев, что девушка пришла в себя, Джереми ободряюще улыбнулся ей, дескать, разберемся.

— Ну что ж, вся компания в сборе, — ухмыльнулся Хаксли.

Мэдлин вопросительно взглянула на него. Правильно растолковав ее взгляд, мужчина пояснил:

— Да, именно мне вы обязаны своим спасением. Скажу честно, в мои планы не входило вытаскивать мистера Хоула. Но по долгу моей службы я обязан помогать обычным людям, видя, что им угрожает смертельная опасность. Я хотел сказать законопослушным людям. Однако насчет вашей порядочности, мисс Хоуп, у меня давно возникли сомнения. Я надеюсь, Вы понимаете, что укрывательство беглого преступника — преступление? Неужели Вы думали, что я не замечу того, что происходит перед самым моим носом? Мне просто пока что было удобно этого не замечать, — он с особенной интонацией произнес это «пока что».

— А пока что, если не секрет? — поинтересовался Джереми.

Он не выглядел особо напуганным и встревоженным. Мэдлин поняла, что по сути ему было уже все равно. Либо он попадет в руки к Хранителям и те его убьют, либо в тюрьму. И, пожалуй, в тюрьму, было даже более предпочтительнее. Там его могли спасти от неминуемого превращения в одного из монстров пустыни. Конечно, при таком раскладе Джереми могли и приговорить к виселице, но пока суд, да дело, можно еще успеть что-нибудь придумать. А в авантюрные планы, которые он до этого рассчитывал реализовать вместе с Мэдлин, он и сам похоже не до конца верил.

— Пока Вы не найдете ключ, — охотно пояснил Хаксли. — Теперь он у Вас и у нас одновременно.

— А вам-то он зачем? — не удержалась девушка и снова закашлялась.

— Для того, чтобы забрать копье. Предвидя следующий вопрос, сразу скажу, о том, зачем нам нужно копье, Вам знать не обязательно.

— Да мы и не сомневались, что Вы не станете ничего объяснять. Но, может быть, сразу отвезете меня в тюрьму, а девушку обратно в замок? Мне-то все равно, а Мэдлин может заболеть, — холодно попросил Джереми.

— В замок мы пойдем все вместе. Согреетесь там и придете в себя. Поднимайтесь.

Джереми и Мэдлин озадаченно переглянулись между собой.

— Вы столько времени меня ловили для того, чтобы попить вместе чай? — поинтересовался молодой человек.

— О нет, поверь, совершенно не для этого, — улыбнулся следователь.

И от его улыбки Мэдлин стало как-то не по себе.

— Мы — представители закона. И наши дорогие политические деятели, — мужчина кивнул на Родона. — Решили, что раз уж ты взялся за поиски копья, и имеешь некую поддержку со стороны Хранителей, то почему бы тебе их и не завершить? Отправляйся. Согласись, что это намного лучше, чем виселица. Естественно мы снабдим тебя небольшим артефактом, отслеживающим твое местоположение, и в случае попытки откровенного неподчинения, способного тебя уничтожить. Но ты не переживай, если ты будешь вести себя так, как нам нужно, он не причинит тебе вреда, — с той же улыбкой заверил он Джереми.

Девушка громко вздохнула. Она уже ненавидела это загадочное копье, которое буквально преследовало их. Заметив это, Хаксли добавил.

— И Вы, мисс Хоуп, будете сопровождать своего возлюбленного. Зачем разрушать такую красивую пару?

— Что? Причем тут она? — возмутился Джереми. — Она не совершила ничего плохого, оставьте ее в покое. Зачем она вам? Я все сделаю сам!

— Как это не совершила? А укрывательство преступника? За это положено наказание. Срок будет, конечно же, достаточно гуманным, учитывая Ваши заслуги, — обратился следователь уже к Мэдлин. — Но несколько лет придется пробыть в тюрьме без всякой магии. Ну и, кроме того, Вас лишат права преподавания. Правда, Вы можете всего этого избежать, если вместе со своим другом отыщите и принесете нам копье. Что Вам больше по душе, мисс Хоуп? — саркастически поинтересовался он.

— Я и так собиралась пойти вместе с Джереми. Но почему вы так сильно заинтересованы в том, чтобы мы отправились именно вдвоем? Думаю, не просто так, — дрожа от холода, спросила девушка.

— Вы смотрите в самую суть. Существует пророчество, что не каждый, кто отыщет копье, сможет взять его в руки. Кто-то может и умереть. Поэтому, если мистер Хоул погибнет, артефакт принесете Вы, или наоборот. Все просто.

— Выходит, вы нас посылаете на верную смерть? — усмехнулся молодой человек.

— Пророчества — вещь субъективная, они не всегда сбываются, — развел руками Хаксли. — Но таким образом ты получаешь хоть какой-то шанс, или же можешь сразу отправиться на виселицу. Мы никого не неволим, выбирайте.

Вариант, который выбрали Мэдлин с Джереми, был вполне очевиден. После чего они наконец-то отправились в замок, в тепло, а Родон поспешил ретироваться. Чувствовалось, что ему меньше всего хотелось принимать участие в том, что происходит. После того, как колдун стал свидетелем гибели своего друга — Литурга, он сделался на редкость пугливым.

Юний, узнав о случившемся, ужасно сокрушался. Впрочем, всем и так было понятно, он не мог не знать о присутствии Джереми в замке. Но Хаксли предпочел закрыть глаза на этот обман.

Следователь снял с Джереми наручники и заменил их на маленькую подвеску-артефакт на серебряной цепочке. Энергетика, исходившая от нее, была какой-то странной: и не темной, и не светлой. На первый взгляд, могло показаться, что артефакт легко будет снять и выбросить, но судя по спокойствию Хаксли, впечатление это было обманчивым. Не стал бы он отпускать такого опасного преступника без должного надзора. Мэдлин решила не торопиться с выводами и постепенно разобраться, что это за вещь, а уж потом попытаться каким-то образом избавить от нее Джереми.

Сейчас девушка и ее нерадивый возлюбленный сидели напротив камина в общей гостиной, откуда Юний деликатно выпроводил всех студентов. Мэдлин протянула руки к огню, но все равно никак не могла согреться, несмотря даже на то, что сидела, закутавшись в шерстяной плед. Девушка ужасно боялась заболеть, если учесть, что им придется отправиться в такое далекое путешествие. У нее даже не было сил укорять Джереми в его безрассудном отношении к происходящему. Все сложилось так, как сложилось, и по-другому теперь быть не могло.

— Но ты хотя бы примерно знаешь, где его искать? — обреченно поинтересовалась Мэдлин, имея в виду копье.

— Очень примерно, — уклончиво ответил молодой человек.

Потом он все-таки решился и достал из кармана куртки сложенный в четверо листок бумаги. Это оказалась карта. Не магическая, а самая обыкновенная, какие продаются в любом магазине.

— Я провел парочку поисковых ритуалов. Один даже с помощью артефакта Хранителей. И они показали, что копье должно находиться где-то здесь, — Джереми указал пальцем на крестик на карте.

Мэдлин внимательно взглянула на отметку и поняла, что та находится посреди какого-то бесконечного леса. До ближайшего города было огромное количество километров.

— Копье что лежит где-то в лесу? — озадаченно спросила она.

— Если бы просто в лесу! Это магический лес! — вздохнул молодой человек.

Магический лес был местом достаточно зловещим и непредсказуемым. Говоря простым языком, это были участки природного скопления магии, не освоенные самими волшебниками. Таких мест в современном мире осталось совсем немного.

По каким-то причинам маги не пожелали там селиться и строить города. Зато скопление свободной энергии привлекало к себе различных магических существ. К примеру, тех же самых драконов. Их осталось очень мало и это были единственные места их обитания. Причем селясь в подобных «заповедниках», волшебные существа со временем менялись и преобразовывались под действием магии, обретая неожиданные способности и возможности.

Сами волшебники подобные леса не любили, потому что из-за свободно гуляющей энергии и загадочных обитателей, там всегда царила всякая чертовщина. Можно было запросто прийти в такой лес и никогда больше не вернуться. Ходила даже легенда, что сами деревья там живые и стремятся убить непрошеных гостей.

Причем, что самое интересное, для обычных людей эта странная магия не представляла никакой опасности, для них все выглядело, как обыкновенный лес. Страшных обитателей этого места притягивала именно искра магии волшебников.

Находились, правда, и маги — отшельники, которые по каким-то причинам селились в подобных местах, рискуя своей жизнью. Кроме того, магический лес, пожалуй, был идеальным вариантом для того, чтобы что-нибудь спрятать. Не удивительно, что копье решили оставить именно там.

Мэдлин неожиданно подумала о том, что теперь она одновременно получила и хоть какое-то примерное представление о том, где ей самой укрыть копье в прошлом.

— Я ума не приложу даже, как мы туда попадем. Машины то у меня нет, — озадаченно произнес Джереми.

— Телепортируемся, да и все, — пожала плечами девушка, ей это не казалось чем-то трудно выполнимым.

— С телепортацией теперь проблемы, — усмехнулся молодой человек. — Похоже, эта штука не позволяет перемещаться подобным способом. Я решил проверить, что можно сделать, находясь под ее воздействием. Никаких ограничений на заклятия нет, в том числе и на боевые. А вот телепортироваться не получается. Я попробовал целых два раза.

Мэдлин снова взглянула на артефакт на шее своего собеседника, попутно удивляясь тому, когда Джереми успел все это проверить. И не пробовал ли он заклятия телепортации для того, чтобы сбежать подальше от Хаксли и оставить ее одну.

— Но это же какое-то безобразие! — искренне возмутилась девушка. — Как мы тогда будем искать копье? Пешком что ли за ним пойдем? Деньги на транспортные расходы они нам судя по всему выдавать не собираются.

В это время в гостиную тихо вошли Юний с Зоей. Джереми взглянул на коллег своей возлюбленной не очень дружелюбно, видимо опасаясь услышать упреки в свой адрес за то, что он портит жизнь их подруге. Но судя по всему, они сами были не на стороне мистера Хаксли, особенно Зоя.

— Лично я с самого начала не могу понять, почему они не оставят Джереми в покое, ведь благодаря вашим совместным усилиям мы избежали войны! Неужели, они не могут просто закрыть глаза на какие-то его промахи? — искренне возмущалась она. — Сами же за деньги оправдывают намного более опасных преступников, а здесь вдруг такая принципиальность!

Юний лишь развел руками, показывая, что лично он предвидел, чем это все закончится.

— Да еще и тебя, Мэдлин, умудрились заставить искать это дурацкое копье! Зачем оно им, вообще, понадобилось? Даже Юний не может этого понять! — продолжала негодовать Зоя.

Юний послушно кивнул.

— В общем, мы решили, что будем помогать вам его искать. По мере наших сил, хотя бы дистанционно. Я лично приложу все усилия, чтобы найти хоть какую-то информацию об этом артефакте в книгах или еще где-нибудь! А Мэдлин должна обязательно держать с нами связь. Тогда мы будем направлять вас в нужную сторону, — подытожила она.

— Спасибо, друзья, — благодарно улыбнулась девушка. — Это действительно очень нам поможет! А то я ума не приложу, где мы станем его разыскивать!

— А как вы собираетесь поддерживать с нами связь? — неожиданно встрял в разговор Джереми. — Мы можем оказаться где угодно, в горах, в лесу. И там, скорее всего, не ловит сотовый телефон.

Все озадаченно переглянулись и замолчали. Маги пользовались тем же самым способом связи, что и обычные люди. А точнее говоря, просто позаимствовали человеческое изобретение. По неизвестной причине в мире волшебников никто не сумел изобрести ничего иного, несмотря на то, что в некоторых других вопросах они смогли легко превзойти обычных людей.

— А если по старинке заговорить зеркало? — робко предложила Мэдлин.

— Да этим же уже сто лет никто не пользуется, — удивилась Зоя.

— Ну и что, — не согласился с ней Джереми. — А мне как раз эта идея нравится. Иногда старые и проверенные способы оказываются надежнее десятка новых! В этом есть огромный плюс, никто не сможет прослушать или перехватить наши разговоры, потому что это попросту невозможно!

Правда, в данном способе существовало и изрядное количество минусов. Общение с помощью заговоренного зеркала практиковалось магами очень давно, но было благополучно забыто с момента изобретения телефонов и сотовой связи. Пользоваться им стало также глупо, как бежать на почту отправлять телеграмму, имея в кармане современный смартфон.

Сам по себе ритуал был довольно простым. Необходимо было отыскать два любых, но абсолютно одинаковых зеркала, так, чтобы совпадал размер и внешний вид, после чего над ними произносилось нужное заклятие. А затем два человека поочередно смотрелись в оба зеркала, и с этого момента между ними устанавливалась прочная связь. Тот, кто взглянул в зеркало первым мог в любую минуту связаться со своим собеседником, где бы он не находился.

В этом же заключался и главный минус. Второй собеседник не мог сам связаться с первым. Кроме того, общение было возможно лишь между этими двумя людьми, в отличие от обычного телефона, на который мог дозвониться любой желающий. Не говоря уже о тех возможностях, которые появились с использованием интернета. Но тем не менее, в данный момент связь с помощью зеркал показалась всем вполне приемлемым вариантом.

Дальнейший остаток вечера и частично ночь ушли на подготовку к дороге. Мэдлин спешно собирала свои вещи, понимая, что, не имея машины, взять много с собой не получится и выбирать нужно только самое необходимое, что легко можно донести в руках. Джереми помогал ей по мере своих возможностей. Правда, его больше интересовали не теплые вещи, а артефакты, которые могли бы пригодиться им в дороге, и которых было предостаточно в стенах замка.

Зоя в это время усердно разыскивала нужные зеркала. Благо из-за того, что институту была уже не одна сотня лет, в его стенах успело накопиться множество разных магических предметов, большинство из которых даже не использовались, а просто пылились на полках в хранилище или музее артефактов.

Когда искомые зеркала нашлись, решено было заговорить их так, чтобы Мэдлин могла выходить на связь, а Зоя ей отвечала. Это было наиболее логично, так как Зоя не могла определить, когда им потребуется помощь.

Под конец всех этих сборов Мэдлин так устала, что не хотела даже думать о предстоящей дороге и о том, что впереди их ждет полнейшая неизвестность. Обстоятельства складывались, как в сказке: пойди, найди то, не знаю что, а то всем будет очень-очень плохо.

От усталости девушка заснула так быстро, что даже думать забыла о том, что может снова перенестись в создаваемую ею вариацию. Но из-за этого переход, наоборот, произошел намного быстрее и менее ощутимее, чем обычно.

Мэдлин вдруг почувствовала, как в лицо ей ударил горячий обжигающий ветер. Девушка закашлялась от неожиданности, вдохнув вместе с воздухом песчинки, которые ветер поднимал с земли. Точнее говоря, и земли то никакой не было. Вокруг, куда хватало глаз, простирался один лишь песок.

Девушка поняла, что находится в пустыне, да еще и ко всему прочему едет верхом на лошади, которую ведет под уздцы незнакомый ей мужчина в одежде воина. Они находились в окружении множества всадников. Лица их были Мэдлин незнакомы, но вполне возможно, она уже видела кого-то из этих людей в шатре Алемана. Вокруг нее было так много мужчин, похожих друг на друга, благодаря схожей одежде и кольчугам, что было тяжело кого-либо узнать.

«А я всегда думала, что по пустыне путешествуют лишь на верблюдах. Чем они, интересно, кормят здесь лошадей?» — от чего-то подумала Мэдлин.

Мысли ее были какими-то вялыми и равнодушными. От палящего солнца у нее ужасно болела и кружилась голова. Девушка сняла узорный платок, покрывавший ее голову, надеясь, что так ей станет хоть немного прохладнее. И кто придумал все эти полностью закрытые длинные платья, да еще и черного цвета? Не самая подходящая одежда для пустыни.

— Зря Вы его сняли, — обернувшись к ней заговорил незнакомец, ведущий под уздцы лошадь. — Голову напечет, плохо будет, солнце здесь злое.

Лицо мужчины было красным, обветренным, словно он уже долгое время провел в пустыне под солнцем и ветром. Черты его были более европеоидными, чем у остальных воинов Алемана. На Мэдлин он глядел, дружелюбно улыбаясь.

— Мне и так плохо, — слабо ответила девушка, обмахиваясь платком.

— Уж не больны ли Вы, как Арий сказал? — обеспокоенно поинтересовался ее спутник. — Только б не чума.

Мэдлин ничего не ответила, пытаясь сообразить, кто такой Арий, и пришла к выводу, что это, скорее всего, был тот самый колдун с бородой, который предостерегал всех по поводу чумы в прошлый раз. Девушка никак не могла понять, сколько времени здесь произошло с того момента, как она встретила единорога, и решила осторожно спросить об этом у своего спутника.

— А Вы видели единорога?

— Да, владыка Алеман использовал его кровь для ритуала, и мы выиграли битву, хвала небесам! — оживленно отозвался мужчина.

Мэдлин вспомнила, что единорог погиб из-за того, что кто-то пустил в него стрелу. Видимо, это были случайно промахнувшиеся враги Алемана, возможно целившиеся в нее саму. А потом началась суматоха и, наверное, была битва, но девушка ее пропустила, находясь в своем времени. Скорее всего, она лично не играла в тех событиях никакой важной роли, от того и не присутствовала при них. А ее спутник, словно прочитав мысли Мэдлин, добавил:

— А Вы больше не ходите так далеко! Эти звери могли и Вас убить! Правильно, что владыка на Вас гневался и приставил меня Вас защищать!

Мэдлин вздохнула. Странно, что у нее до этого не было постоянной охраны. Хотя, она все-таки колдунья и может и сама, в случае чего, за себя постоять. Неожиданно ей стало зябко, хотя солнце лишь только близилось к закату и похолодать еще никак не могло.

Девушка поежилась и накинула на плечи платок, которым только что обмахивалась. Сперва она подумала, что ей нездоровится, но потом вдруг обратила внимание на то, что ее охранник тоже как-то беспокойно оглядывается по сторонам.

— Холодно стало, — тихо произнесла она.

— Да какой же холод в пустыне днем, госпожа? — тревожно ответил ее спутник. — Это Вы так ощущаете их появление.

— Чье? — не поняла Мэдлин.

Мужчина обеспокоено взглянул на девушку, словно не понимая, говорит ли она всерьез или бредит от жары.

— Пустынных тварей. Мне самому не по себе, когда я чувствую их приближение.

Мэдлин вдруг с удивлением заметила, что тень, которую она отбрасывала на землю, внезапно стала неимоверно длинной и черной, словно зажила своей жизнью. Девушка пораженно взглянула на это явление. Она никогда не видела ничего подобного, при том, что тени других людей совершенно не изменились.

Ей стало страшно. Она подняла глаза наверх и увидела огромное кроваво-красное солнце, клонившееся к закату. Мэдлин вспомнила, что точно таким же она видела все в своем сне. Девушка взглянула на окружавших ее людей, пытаясь понять, замечают ли они те странности, которые наблюдает она.

И вдруг из груди ее вырвался крик. Спутник Мэдлин резко обернулся к ней, в глазах его читался страх. Но девушке было совершенно не до него. Она ясно видела, как между всадников, не касаясь их, бесшумно скользят по песку страшные черные фигуры. Они были похожи на высоких, сгорбленных с неестественными и непропорциональными телами людей, закутанных в темные одежды так, чтобы не было видно их лиц.

Но Мэдлин отчётливо ощущала, что это — не люди. Это были совершенно иные существа, внушавшие ей страх. Девушку удивляло, почему другие не замечают этих страшных тварей.

Одна из фигур бесшумно подплыла совсем близко к ней. Мэдлин хотела снова закричать, произнести какое-нибудь защитное заклятие, или позвать на помощь, но у нее вдруг пропал голос. Девушка внезапно почувствовала какую-то неимоверную слабость, словно была тяжело больна. Ей захотелось закрыть глаза, потому что у нее не было сил даже следить за происходящим, хотелось заснуть и забыть обо всем.

Странное существо приблизилось к ней вплотную, из-под балахона показалась страшная когтистая рука. Пальцы на ладони были скрючены, словно их кто-то сломал и затем кости срослись абы как. Заканчивались они острыми и длинными когтями.

Мэдлин испугалась, что еще немного и жуткая рука коснется ее. Но неведомое существо замерло в воздухе буквально в нескольких сантиметрах от девушки, совершив короткое быстрое движение, словно хотело ее схватить. И Мэдлин вдруг с изумлением заметила, как ее собственная тень отделилась от нее и затрепетала, задрожала, словно должна была вот-вот исчезнуть.

Девушка почувствовала, как в глазах ее темнеет. Еще чуть-чуть и она свалится с лошади. Но неожиданно кто-то подхватил ее на руки и поставил на землю. Мэдлин ожидала увидеть своего стража, но перед ней оказался Алеман. Выражение лица его было жестким и напряженным.

Одной рукой он придерживал девушку за запястье, а во второй что-то держал. Колдун произнес короткое незнакомое Мэдлин заклятие и неизвестный предмет в его руке засиял подобно маленькому солнцу. Девушка поняла, что на ладони у Алемана лежит золотая пластинка, которая сейчас под действием магии начала лучиться неимоверно ярким светом.

Страшная тварь, едва не погубившая Мэдлин просто на просто растворилась в воздухе, словно была миражом в пустыне. Девушка почувствовала, что ей стало легче дышать и в глазах перестало темнеть. Алеман молча и внимательно глядел на нее, а затем коснулся ее запястья и надел на него дутый золотой браслет, холодным металлом обжёгший кожу. А потом все резко оборвалось, словно пленка в кинотеатре. Мэдлин проснулась и открыла глаза.

Глава 6. Ожившая Богиня

За окном серели предрассветные сумерки. Джереми сидел на кровати рядом с девушкой. Сложно было сказать, как давно он проснулся и ложился ли вообще спать.

— Снова кошмары мучают? — сочувственно поинтересовался он, глядя на свою возлюбленную.

— Как ты догадался? — зевая спросила Мэдлин.

— Опять во сне кричишь.

— Да. Я уже не помню, когда в последний раз видела нормальные сны, — вздохнула девушка. — И за все надо сказать спасибо Александру. Мне вообще уже надоело чувствовать себя избранной. То отдай свою кровь для ритуала, потому что ничья другая больше не подходит, то мир спаси, потому что никто больше не может. А теперь вот вариацию новую создай! Тебе же не трудно, это же твое предназначение! И почему я не родилась обычным обывателем? Сидела бы сейчас молча, занималась своими делами и со стороны наблюдала, как другие стараются, в нужный момент сочувственно вздыхая.

— Наверное, потому что ты именно этого хочешь, — улыбнулся Джереми. — Судьба смеется над тобой и подкидывает всякие приключения. А если бы ты, наоборот, о них мечтала, то сидела бы сейчас в пыльном офисе и читала по выходным приключенческий роман, завидуя главным героям. Судьба, она такая своенравная особа, любит пошутить. А что может быть интереснее, чем заставить человека играть не свою роль?

— Я тогда не понимаю, что не так с тобой? Ты вроде всю жизнь бежал от обыденности и получил разнообразия сверх меры, — хмыкнула Мэдлин.

— Вот именно, что сверх, — назидательно произнес молодой человек. — Кстати, ты мне ничего не говорила о том, что тебе нужно что-то там создавать. И когда ты все успеваешь, интересно?

— Сама не знаю, ладно, давай расскажу по дороге. Думаю, пора уже идти к Хаксли.

— Пойдем. А что это за браслет у тебя на руке? Мне казалось, что вчера его не было, — заметил наблюдательный Джереми. — Он совершенно не в твоем стиле. Где ты его взяла? Кто-то подарил?

Девушка сперва не поняла, о чем идет речь, но потом с удивлением обнаружила на своем запястье браслет, надетый Алеманом. Каким-то неведомым образом она умудрилась забрать его с собой из прошлого. И сейчас он служил неоспоримым доказательством того, что все, случившееся с Мэдлин не было обычными ночными кошмарами, а происходило в действительности. Владыка и его люди были ничуть не менее реальны, чем Джереми и Хаксли.

Вчера вечером следователь сообщил, что будет ждать их ровно в шесть в общей гостиной, чтобы дать какие-то напутствия в дорогу. Хотя, скорее всего, просто для того, чтобы побыстрее выгнать из замка. Впрочем, тянуть все равно было бесполезно. Избежать поисков артефакта им вряд ли бы удалось. Поэтому оставалось только надеяться, что чем быстрее они начнут, тем быстрее и закончат.

Мэдлин быстро собралась, взяла в руки сумку, вторую, потяжелее, отдала Джереми и вместе они направились в гостиную. Там их уже ждали следователь в компании с Родоном, который снова явился неизвестно для чего, видимо просто соблюдая положенную формальность, а также Юний и Зоя.

Хаксли встретил их с откровенно ехидной улыбкой на лице. Судя по всему, ему доставляло огромное удовольствие отправить уже поднадоевшего своей неуловимостью Джереми неизвестно куда и возможно даже на верную смерть.

— Ну что ж, выглядите вы вполне отдохнувшими, а значит, и с поисками успешно справитесь, — заявил он.

Утверждение это не совсем соответствовало действительности, так как неплохо выглядел только Джереми, отличавшейся отменным здоровьем. Ему были не страшны ни заклятия врагов, ни купания в ледяном пруду. Мэдлин же после вчерашнего переохлаждения и нервных сборов выглядела бледной и, ко всему вдобавок, простыла и кашляла. Но Хаксли это похоже мало интересовало. Следователь произнес короткое заклятие и в руках у него появилась карта.

— Мы с мистером Родоном решили любезно предоставить вам карту, на которой отмечено местонахождение всех артефактов поблизости, — он протянул ее девушке.

— Да, ценная вещь, — усмехнулся Джереми.

Мэдлин сперва не поняла его скептического настроя. Но стоило ей взглянуть на карту, как все встало на свои места. Красными пульсирующими звездочками на ней обозначались находящиеся вблизи магические предметы. И сейчас рядом этих звездочек насчитывалось не меньше десятка.

— Но послушайте, в мире же существуют миллионы артефактов, как же мы поймем, какой из них — наше копье? — робко возмутилась она.

— Все очень просто. Карта настроена только на то, чтобы улавливать энергетику сильных артефактов, по мощности сопоставимых копью Афины. Поэтому всевозможные бытовые мелочи сразу же отпадают. Сейчас на карте так много обозначений из-за того, что в стенах этого замка собрано достаточно много сильнейших артефактов, — пояснил следователь.

— Ну, это все же лучше, чем ничего, — аккуратно встрял Юний, видимо желая разрядить обстановку.

Мэдлин вздохнула, и вынужденная согласиться с этим утверждением, убрала карту в карман куртки.

— У нас тут назрел еще один вопрос, — заговорил Джереми. — Данная штука не позволяет мне телепортироваться, — он коснулся цепочки на своей шее. — Машины у меня больше нет. Поэтому видимо подразумевается, что добираться до копья мы должны своим ходом или на попутках? Нас-то это в принципе устраивает, но вы готовы к тому, что на поиски уйдет несколько лет?

На лице Хаксли снова возникла ехидная улыбка. Видимо, он предусмотрел подобный вопрос.

— Ну что Вы, мы все учли. Никаких попуток. Снабжать Вас новой машиной за свой счет мы, правда, не намерены, но принесли Вам кое-что другое.

Следователь обернулся и взял со стоявшего за его спиной кресла свернутый ковер средней величины, какие обычно кладут на пол. Правда, даже в свернутом виде выглядел он так, словно пролежал где-то уже не меньше десятка лет. Причем прежние хозяева не слишком бережливо относились к своим вещам, из-за чего выглядел коврик весьма потрепанно и приобрел несколько небольших дырок.

— О, Вы решили подарить нам половик? — картинно умилился Джереми. — Очень трогательно. Правда, с некоторых пор я формально стал бездомным и мне его негде постелить. Но не зря же говорят — начал копить на дом, начни с коврика «добро пожаловать» под дверь!

Мэдлин тоже озадачил данный подарок.

— Ой, это что ковер-самолет? — подала вдруг голос Зоя.

— Правильно мыслите, девушка, — кивнул Хаксли.

— Ой, но он же такой потрепанный! Как же на нем лететь? Я читала, что как только на ковре появляется хоть одна дырка, она увеличивает вероятность падения на десять процентов! — с привычной учительской интонацией заметила Зоя.

Мэдлин с Джереми переглянулись. Уж не хотят ли таким образом от них избавиться, а поиски копья — всего на всего благовидный предлог?

Ковры-самолеты были довольно известными артефактами в мире магов и использовались ими еще с самых древних времен, благодаря чему и появились всевозможные мифы на этот счет. Для создания такого ковра требовались специальные нити, которые вымачивали в особом отваре. Ткать же ковер необходимо было строго при определенных условиях. В нужное время суток. Сейчас данный вид транспорта изрядно устарел и ковры самолеты можно было найти разве что в музее или в личных запасах старых колдунов.

— Не стоит беспокоиться, — отмахнулся Хаксли. — На нем всего пара маленьких дырочек, это ничуть не сказалось на его полетных качествах. Мы не можем себе позволить предоставить вам возможность телепортироваться. Вы сами понимаете, что это далеко не в наших интересах. Поэтому для начала полетите на нем. Если же вы по дороге найдете себе иное транспортное средство, мы нисколько не будем возражать.

Мэдлин поняла, что им давали негласное разрешение, в крайнем случае, украсть машину. Что ж, это обнадеживало, потому что постоянно лететь на ковре-самолете девушке совершенно не хотелось. Она всю жизнь ужасно боялась высоты, поэтому старалась избегать полетов, несмотря на то, что они ей, как и любому магу, были вполне доступны.

На этом все напутствия следователя закончились, и он прямо заявил, что им пора покинуть замок. Прощание с Юнием и Зоей тоже вышло довольно скомканным. Пока Зоя крепко обнимала подругу, Юний пожимал руку Джереми. Выражение лиц обоих было далеко от радостного. Они с момента самой первой встречи недолюбливали друг друга. Оказавшись во дворе замка, Джереми мрачно бросил ковер на землю, расправив его края ногами.

— Поаккуратнее с ковриком то! — усмехнулся Хаксли. — Вещь все-таки магическая. Сперва ты его на земле пинаешь ногами, а потом он тебя в небе норовит с себя сбросить и летит, собирая все попавшиеся на пути воздушные ямы.

Мэдлин вздохнула, с тоской глядя на расстеленный перед ней ковер. Видно было, что много лет назад неизвестный мастер приложил немало усилий, чтобы выткать его. Узор, вышитый разноцветными нитями, складывался в изображение пустыни и гор, мимо которых ехали конные всадники в доспехах. Доспехи их были вышиты серебряными нитями и когда-то давно это, должно быть, выглядело очень красиво.

Но сейчас артефакт переживал далеко не самые лучшие времена. Рисунок поблек, а ткань кое-где вытерлась, что внушало значительные опасения. К тому же, ни Джереми, ни Мэдлин никогда до этого не пользовались подобным средством передвижения. Это стало очевидно после того, как они оба нерешительно встали в центр ковра и застыли, не зная, что делать дальше.

— Лучше сесть! Стоя лететь будет неудобно и можно упасть от порыва встречного ветра! — посоветовала сердобольная и всезнающая Зоя.

— Я так понимаю, что никто из вас подобным артефактом никогда раньше не пользовался? — с усмешкой поинтересовался следователь, которому, наконец, наскучило со скрытым злорадством наблюдать за растерявшимися Мэдлин и Джереми, явно не имевшими понятия о том, как заставить коврик взлететь. — Просто произнесите заклинание и укажите направление рукой. Вверх — взлететь, вниз — приземлиться, укажите на север — полетите на север и так далее.

Джереми устроился на ковре, сложив ноги по-турецки, а Мэдлин уселась рядом, обхватив колени руками. После чего молодой человек повторил озвученное Хаксли заклятие и указал ладонью на небо. Старенький коврик крайне медленно, словно нехотя, принялся набирать высоту.

Сидеть на нем было страшно неудобно. Чем выше они поднимались, тем сильнее становился ветер, который, словно специально, стремился сбросить двух непонравившихся ему магов с их летающего артефакта. Кроме того, ковер то и дело проваливался во всевозможные воздушные ямки, из-за чего летел крайне неустойчиво. Мэдлин казалось, что она плывет на маленькой шлюпке по штормившему морю.

Вскоре замок и провожавшие их взглядом колдуны остались далеко внизу. Ковер набрал понравившуюся ему высоту уровня птичьего полета, и выше подниматься явно не стремился к великой радости девушки. Джереми же с тоской подумал, что вздумай они полететь на каком-нибудь допотопном воздушном шаре, и то вышло бы во много раз быстрее.

Кроме того, теперь им пришлось столкнуться с новой проблемой. Чем выше они поднимались, тем холоднее становилось. И сейчас их зубы буквально стучали от холода. Кашель Мэдлин тут же усилился от пронизывающего насквозь ветра. Джереми предложил ей свою куртку, но она героически отказалась, вспомнив, что всего час назад молодой человек советовал ей одеться теплее, а она беспечно проигнорировала его просьбу, утверждая, что не замерзнет.

— И к-куда мм-мы полетим? — клацая зубами от холода поинтересовалась девушка.

— Думаю, туда, куда указывает карта Хранителей. Пока иных вариантов нет, — развел руками Джереми.

Он достал из кармана куртки листок бумаги с отмеченным на нем, предположительным местом нахождения артефакта, а также компас.

— Так, думаю, нам нужно лететь на северо-запад, — он принялся махать рукой, ориентируя ковер в нужном направлении и сверяясь со стрелкой компаса.

— Джереми, д-давай, угоним у кого-нибудь м-машину, я н-не смогу долго лететь на этом половике… ай..

Словно обидевшись на слова девушки своенравный ковер сделал резкий вираж, едва не сбросив своих пассажиров.

— Так, прекрати обижать коврик! — потребовал Джереми, чуть не выронивший из рук компас и карту. — Тише, тише, мой хороший, не слушай эту злую девчонку!

Для того, чтобы подчеркнуть свой дружелюбный настрой, он даже погладил артефакт рукой и тот стал лететь значительно ровнее.

— А как же твоя законопослушность? — с насмешкой поинтересовался молодой человек у Мэдлин. — Кто мне совсем недавно рассказывал про то, что не может преступить закон ни при каких обстоятельствах?

— Какая к черту законопослушность? — огрызнулась девушка. — Если из-за тебя мне и так уже грозит тюрьма? Терять нечего. Как говорится гулять, так гулять. Да и Хаксли, кажется, четко дал понять, что не будет против, если мы раздобудем себе какой-нибудь другой вид транспорта…

— И где ты предлагаешь его раздобыть? — с улыбкой спросил Джереми.

— Да где угодно! Машин, что ли, мало! — пожала плечами Мэдлин.

— Да, можно было бы без проблем спуститься вниз и украсть у первого встречного его машину, — согласился молодой человек. — Нам, как двоим магам, это было бы совсем несложно. Но тебе же, наверняка, не захочется ехать на обычном автомобиле, какими пользуются люди, по обычным дорогам и шоссе. Лететь намного быстрее. Значит, тебе нужна машина на подобие той, что была у меня. Чтобы можно было развить большую скорость, летать и телепортироваться. И вот тут-то и возникают трудности. Такую машину невозможно так просто найти. Ее надо украсть у какого-то колдуна. И если я, как боевой маг, могу одолеть этого незнакомца, то на его автомобиле наверняка окажется противоугонное заклятие, которое не так-то просто снять. Люди, угоняющие подобные машины, специализируются исключительно на этом и являются профессионалами. И я не думаю, что у меня это может также легко получиться, особенно с первого раза, потому что кражами машин я никогда не занимался.

— Надо же! Хоть машины ты не воровал! И то приятно! — раздраженно ответила девушка, которая была не в духе из-за сложившейся ситуации.

— Да, да, ты выбрала себе в пару вора, мошенника и убийцу, — сухо отозвался Джереми.

— Ладно, извини, — смягчилась Мэдлин и прижалась поближе к своему спутнику. — Давай, я лучше расскажу тебе про поручение Александра.

Девушка подробно описала то, что происходило с ней в последнее время и то, как она начала создавать новую вариацию. Джереми слушал ее внимательно, но без особого интереса. Он не посчитал поручение Собирателя, связанное с прошлым, чем-то важным. Намного больше молодого человека волновало то, что происходит здесь и сейчас, а не когда-то тысячу лет назад. Кроме того, он сильно сомневался в том, что поиски копья в прошлом, помогут ускорить его находку в настоящем. Поэтому он воспринял данные новости равнодушно, лишь похвалив Мэдлин за то, что она сумела так легко освоить новый способ перемещения в пространстве и времени.

Сидеть, обнявшись, было значительно теплее и приятнее. В целом, полет не радовал особым разнообразием. Внизу, под редкими полупрозрачными облаками были видны бесконечные поля, иногда для разнообразия, пересекаемые железной дорогой или шоссе. Периодически попадались маленькие деревушки. Над крупными городами они пока что не пролетали.

В какой-то момент сверху из облаков навстречу им вынырнул летящий автомобиль. Маги, сидевшие в нем, принялись откровенно смеяться и пытаться фотографировать своих неудачливых коллег, летевших на старом ковре — самолете. Но после того, как Джереми для предупреждения метнул в них боевое заклятие средней силы, их энтузиазм значительно поубавился и они поспешно ретировались, скрывшись в облаках.

Мэдлин стало скучно. От холода она как можно плотнее прижалась к Джереми, который укатал ее своей курткой. Немного согревшись, девушка сама не заметила, как задремала. Единственное, что ей мешало как следует отдохнуть, был сильный кашель. От него у нее все болело и першило в груди. А затем Мэдлин вдруг неожиданно стало очень жарко. Она открыла глаза и поняла, что снова очутилась в пустыне.

В этот раз девушка стала чувствовать себя еще хуже, чем прежде. Голова невыносимо болела, ее бросало то в жар, то в холод, в глазах темнело, а из груди ежеминутно вырывался все новый и новый приступ кашля. Мэдлин показалось, что еще чуть-чуть и она просто на просто свалится с лошади прямо на землю. Ее страж кажется тоже это заметил, потому что с тревогой взглянул на девушку.

— Потерпите, потерпите еще немного! Видите, там впереди уже виден город? Там Вы сможете отдохнуть!

Мэдлин с трудом подняла голову и взглянула вперед. На горизонте действительно была видна белая каменная стена, а за ней высокие башни с золочеными крышами. При свете яркого, стоявшего в зените, солнца город буквально сиял.

Девушка подумала о том, что жители его, должно быть, были очень богатыми. Интересно, они враги Алемана или его союзники? Неужели он планирует штурмом взять такой богатый и цветущий город? Тогда Мэдлин придется ждать еще очень долго перед тем, как отдохнуть. Она тяжело вздохнула. Ее страж снова повернулся к ней и заговорил, видимо пытаясь отвлечь девушку беседой.

— Прав был Арий, заболели Вы все же. И не только Вы. Многие воины страдают от болезни. Вчера умерли двое. Чума пришла с востока, как и всегда. Зря владыка Алеман решил наступать сейчас, — он сокрушенно покачал головой.

— Владыка Алеман хочет напасть на этот город? — осторожно спросила Мэдлин, вытирая ладонью, стекающий со лба пот.

— Нет, это торговый город. Его жители поддерживают владыку. Они не хотят вступать в войну, но разрешили нам пройти через их владения и пополнить запасы еды и воды, — пояснил мужчина.

Но Мэдлин показалось, что голос его звучал не слишком уверенно, словно он не был до конца убежден в том, что союзники будут им рады и сдержат свое слово.

— Как тебя зовут?

— Натан, моя повелительница. Что же Вам совсем плохо, раз Вы и имя мое позабыли? — искренне сочувствуя, проговорил он. — Вы только не упадите, скажите мне, если что.

Мэдлин вздохнула. Она и сама сейчас думала лишь о том, чтобы не упасть на землю и не расшибиться. Девушка чувствовала себя так, словно у нее была сильная лихорадка и высокая температура. Но проверить свою догадку она, естественно, никак не могла, потому что во времена Алемана о термометрах еще никто не слышал.

Город на горизонте становился все ближе и ближе. Уже можно было отчетливо разглядеть каждый камень в высокой крепостной стене и часовых, ходивших на ней и зорко наблюдавших за приближающейся армией конных и пеших воинов. Ворота в город оказались закрыты, и пока что никто не спешил их открывать. Судя по всему, местные жители не слишком были рады гостям и не торопились впускать их в свои владения.

Мэдлин это очень сильно не понравилось. Единственное, о чем она сейчас мечтала, это о том, чтобы лечь и отдохнуть. Причем не на раскаленный песок пустыни, а на нормальную мягкую постель, что было возможно только в стенах города.

Но что если воины Алемана устроят осаду и попытаются взять жителей измором? Такого Мэдлин может просто не выдержать. Интересно, что ей скажет Александр, если узнает, что в этой вариации она умерла от чумы или еще от какой-то болезни? Ее вины ведь в этом нет. И как справилась с этим ее предшественница? Или ее чума обошла стороной?

Погрузившись в свои мысли, девушка не заметила, как оказалась рядом с Алеманом, видимо Натан тихонько подвел ее к нему. Владыка выглядел суровым и сосредоточенным. Заметно было, что ему также не нравились закрытые ворота и вооруженные часовые. Правда, когда он взглянул на Мэдлин, взгляд его слегка потеплел, но потом снова стал мрачным и обеспокоенным. Видимо девушка выглядела очень болезненно.

— Где Арий? Я велел ему принести целебное зелье еще с утра, — грозно произнес он.

— Его сейчас приведут, владыка, — отозвался чей-то голос.

— Скажите ему, что б поторопился, а не то я отдам его на растерзание пустынным тварям.

Они остановились, не доходя до закрытых ворот метров сто. Мэдлин вздохнула, подумав о том, сколько же еще им придется ждать. И словно в противовес ее негативному настрою ворота города отворились, но затем быстро закрылись вновь, выпустив наружу небольшую процессию, человек в пятнадцать.

Люди, поспешившие им навстречу, были одеты в белые длинные балахоны, делавшие их фигуры бесформенными. Мэдлин даже испугалась, в первые секунды, приняв их издалека за Хранителей. Процессия медленно и степенно приближалась к ним. Алеман молчал, наблюдая за встречающими своим холодным и презрительным взглядом. Наконец горожане подошли ближе, и шедший впереди мужчина после короткой заминки низко поклонился Алеману.

— Приветствую тебя, о Владыка, мы рады видеть тебя подле стен нашего города.

— Я вижу, как вы рады меня видеть, — раздраженно бросил колдун.

А Мэдлин заметила, что внимание большинства из встречающей процессии почему-то было сконцентрировано не на нем, а на ней. Люди откровенно разглядывали девушку, и кое-кто даже начал перешептываться. Мэдлин почувствовала себя неловко. Она не понимала, что вызвало такое повышенное внимание к ее персоне. И хорошо это или нет?

Зато вблизи она смогла как следует разглядеть лица жителей города. Все они были чем-то похожи между собой. Смуглые, с тяжелыми, нависающими над глазами, густыми бровями, из-за чего казалось, что они смотрят исподлобья и с какой-то нехорошей затаенной злобой.

Девушке было неприятно, что ее так откровенно разглядывают. Она отводила глаза, старательно изучая узор на своем платке. Мэдлин так увлеклась этим занятием, что не услышала даже самого диалога между переговорщиками и Алеманом. Она сумела только уловить главную суть, которая заключалась в том, что горожане не хотели пускать владыку и его людей в свой город, но одновременно и не желали с ним ссориться, стараясь найти своему поступку какое-то благовидное оправдание.

Дескать, чума сейчас бушует, и они боятся болезни, да и вообще живут они здесь не богато, сами не доедают, а тут еще и почет гостям необходимо оказать. Они-то сами Алемана поддерживают, но соседи их с ним враждуют, а им и с соседями отношения портить неловко, и отказать дорогим гостям неудобно. В общем, безвыходная ситуация. Переговоры затягивались.

Алеман гневался и настаивал на своем. Представители города тяжело вздыхали и разводили руками, периодически быстро перешептываясь между собой на каком-то непонятном для Мэдлин языке.

В этой вариации у девушки, как ни странно, не возникло проблем с пониманием окружающих. Она прекрасно общалась с Алеманом и его людьми, но вот родной диалект жителей этого города был ей, судя по всему, не доступен.

В какой-то момент от процессии отделился один человек, как показалось Мэдлин, по моложе, чем другие. Видимо он имел меньшую значимость, поэтому его можно было использовать как гонца. После длительных перешептываний с остальными он быстрым шагом направился обратно за городские ворота.

Мэдлин подумала, что возможно его отправили посоветоваться о том, как же лучше поступить. Алеман похоже решил точно также, потому что гнев его немного приутих, и он более спокойно разговаривал с предводителем процессии, продолжавшим гнуть свою линию.

А девушка снова почувствовала себе нехорошо. Солнце над ее головой достигло своего апогея и жарило просто невыносимо, от чего у Мэдлин начала кружиться голова и стало темнеть в глазах. Она возможно и вовсе бы упала, если бы Натан не поддержал ее. Мужчина принялся обмахивать девушку каким-то платком, чтобы ей было не так душно.

— Потерпите еще немного, — тихо попросил он. — Видите, вот, идет гонец с ответом из города. Сейчас они наверняка прикажут впустить нас внутрь.

Мэдлин его уверенность не разделяла. Гонец мог принести и плохие известия. Между тем мужчина приблизился к остальным участникам процессии и принялся о чем-то оживленно с ними переговариваться. На какой-то момент они и вовсе позабыли об Алемане, его людях и во весь голос заспорили о чем-то на своем языке.

Владыке это быстро надоело. Он громко кашлянул и демонстративно поправил меч в ножнах, словно проверяя, насколько он острый. Переговорщики быстро замолчали и снова вспомнили о своих гостях.

— Владыка, — обратился к Алеману их предводитель, который в основном и вел переговоры. — Не гневайся на нас за наш вопрос, если он не приятен тебе, но позволь узнать нам ответ на него.

Алеман благосклонно кивнул, позволяя. Вопрошающий на секунду замялся, но наконец произнес.

— Кто эта госпожа рядом с тобой?

Мэдлин поняла, что речь естественно шла о ней и сильно занервничала. Неизвестно к чему были все эти вопросы. Что если горожане приняли ее за кого-то другого и теперь по загадочной причине не хотят пускать в город? Вдруг, она похожа на какую-нибудь местную преступницу, или даже является таковой на самом деле. Ведь, Александр ничего толком не рассказал девушке о прошлом ее предшественницы.

Мэдлин искренне надеялась на то, что Алеман не позволит этим людям причинить ей вред. Но абсолютной уверенности в этом не было. Как человек, преследующий глобальные цели, он мог легко пожертвовать чьей-то жизнью на пути к ним.

Судя по всему, самого владыку изрядно удивил данный вопрос. Видимо он ожидал чего угодно, но никак не этого. Он быстро взглянул на Мэдлин, а затем с тем же холодным достоинством и пренебрежением ответил.

— Разве не видишь ты, что это жена моя? Она сильная колдунья и сопровождает меня всегда, даже в походах. Не престало тебе задавать таких вопросов. Не хочешь же ты оскорбить ее? Учти, я не прощаю подобного.

— Ни в коем случае, владыка, дай нам лишь одним глазком поближе взглянуть на нее.

Мэдлин чувствовала себя так плохо, что не расслышала даже, что ответил Алеман на эту дерзкую просьбу. Но дальше начало происходить нечто неимоверное. Люди в белых балахонах в считанные секунды окружили девушку и стали пристально разглядывать. Некоторые даже протягивали к ней свои руки.

По здешней моде ногти на их пальцах были длинными, видимо для того, чтобы подчеркнуть, что они имеют привилегию не работать руками. И Мэдлин стало жутко неприятно, что они сейчас дотронутся до нее своими мерзкими узловатыми пальцами с жёлтыми ногтями, а то и вовсе растерзают.

— Что они говорят? — невольно вырвалось у нее, так как во время этих странных «смотрин» горожане беспрестанно переговаривались между собой на своем непонятном языке.

— Они восхищаются Вами. В здешних краях белая кожа и золотые волосы считаются признаком абсолютной красоты и проявлением воли богов, — получила Мэдлин неожиданный ответ от своего стража, который оказывается понимал здешний язык.

Возможно и остальные, в том числе и Алеман, его понимали, но делали вид, что не понимают, чтобы слушать, о чем переговариваются между собой горожане.

— Довольно, — раздался раскатистый голос колдуна и люди до этого окружавшие Мэдлин плотным кольцом, быстро отпрянули назад. — Я жду ответа. Если же ты хочешь посмеяться надо мной и оскорбить мою жену, то опасайся моего гнева, я не посмотрю на то, что ты жрец! — произнес он, обращаясь к предводителю процессии.

— Не гневайся, владыка Алеман! — быстро заговорил мужчина, который оказался жрецом. — Мы видим, что ты привел к нам живое воплощение нашей богини! Хранительницы солнца и покровительницы нашего города!

Мэдлин было так плохо, что ей стало уже все равно, за кого ее принимают эти люди. Лучше уж за богиню, чем за преступницу. Если у них тут конечно не принято пить кровь живого воплощения божества.

Алеман вопросительно поднял брови, видимо ожидая объяснений. Предводитель процессии быстро подозвал к себе гонца, ходившего в город, и тот протянул ему какой-то предмет, завёрнутый в белую ткань. Главный жрец аккуратно развернул ее и осторожно достал каменную пластину, на которой с помощью мелких цветных камешков был выложен мозаичный рисунок.

Мэдлин напрягла глаза и разглядела, что на мозаике изображен портрет молодой женщины с очень белой кожей и золотисто-рыжими волосами. Типаж ее внешности можно было, пожалуй, сравнить с античным. На голове неизвестной был надет золотой венец с красными камнями, а шею венчало такое же ожерелье. Полного сходства с Мэдлин у нее, конечно же, не было, но какие-то общие черты прослеживались. И в краю, где большинство людей смуглые и кареглазые, Мэдлин уж точно не могла остаться незамеченной.

— Действительно, Вы удивительно похожи на их богиню солнца Раду, — тихо так, чтобы слышала только девушка, прошептал Натан.

— Вы считаете мою жену богиней? — с усмешкой поинтересовался Алеман. — Но при этом смеете не пускать нас в свой город? Так вы чтите своих богов?

— Ты прав, владыка, мы приняли решение, что пустим вас в город, как и было обговорено, — вздохнул жрец. — Во многом, благодаря тому, что мы действительно чтим наших богов. Мы не знаем, является ли, твоя жена истинным воплощением богини или простой смертной, хоть и красивой, почитаемой женщиной. Но нам не хотелось бы ошибиться и навлечь на себя гнев небес. Вы будете гостями в нашем городе, получите еду и кров, но лишь на семь дней.

— Большего и не нужно, — перебил его Алеман. — Моя цель лежит далеко впереди, но сейчас мои солдаты нуждаются в отдыхе. Этого времени будет достаточно.

Они говорили еще о чем-то, но Мэдлин уже не могла понять смысл их разговора. Ей сделалось совсем плохо. В глазах ее потемнело, и она потеряла сознание.

Остальное она помнила смутно, как в тумане. Ее страж на руках отнес ее в город, куда их наконец-то пустили. Вокруг суетились незнакомые люди, до девушки отдаленно доносились их голоса. Но о чем они говорят, она не понимала.

Наконец Натан принес ее в какой-то дом и уложил на постель. Мэдлин ожидала, что так ей станет легче, но простыни, которых она коснулась своим телом оказались до омерзения холодными, словно ледяными. Девушке сразу же вспомнилось ее недавнее купание в озере. Она вздрогнула и открыла глаза.

Глава 7. Магический лес

— Доброе утро, — произнес чей-то знакомый голос. — А точнее уже вечер.

Мэдлин окончательно проснулась и, вернувшись к реальности, поняла, что сидит на ковре — самолете, прижавшись к Джереми. Сейчас ей было так холодно, что не спасала уже ни куртка, ни теплые объятия.

Края ковра успели даже заиндеветь от холода и сам артефакт покрылся тонким слоем инея, так что сидеть на нем стало не слишком-то приятно. Небо было серым, вокруг царили вечерние сумерки, и земля внизу покрылась туманом. Но сквозь него все равно можно было разглядеть, что они летят над каким-то темным и кажущимся мрачным лесом.

— Мне кажется, нам уже давно было пора приземлиться и где-нибудь передохнуть! Посмотри, ковер весь обледенел, такими темпами он растеряет всю полетную магию, и мы просто свалимся с него! — возмутилась Мэдлин.

— Я не хотел тебя будить. Ты так крепко спала. Кстати, ты ведь и ночью спала, и сейчас весь день, ты часом не заболела? Ну и вообще-то, мы уже практически долетели до искомой точки, так что не было никакого смысла приземляться где-то на середине пути, — пожал плечами Джереми.

— С таким образом жизни трудно не заболеть! То в ледяное озеро за тобой ныряй, то на этом… замечательном коврике лети! — обижать артефакт, который и так летел из последних сил, девушке совсем не хотелось, она опасалась, что в таком случае ковер может совсем взбунтоваться и сбросить своих пассажиров на землю. — А о какой искомой точке ты говоришь?

— О той, что отмечена на карте, разумеется, и где предположительно находится копье, — терпеливо напомнил молодой человек.

— Ты хочешь, чтобы мы приземлились в этом ужасном лесу прямо сейчас? — с ужасом поинтересовалась Мэдлин, разглядывая ставшие более отчетливо видимыми внизу кроны магического леса.

— А ты что предлагаешь нам всю оставшуюся жизнь провести в небе? — вопросом на вопрос ответил ее спутник.

— Нет, но я не думала, что ты мечтаешь поскорее найти копье и подарить его Хаксли, который, возможно, сразу же после этого отправит тебя в тюрьму! Я не уверена, что его обещаниям можно верить на сто процентов!

— Я им и вовсе не верю, — спокойно отозвался Джереми. — Не удивлюсь, если наши разговоры сейчас кто-нибудь слушает, а возможно даже кто-то и летит за нами.

— Но тогда я не понимаю…

— Потому что, если мы хотим от всего этого избавиться, нам как раз-таки и нужно отыскать копье.

Мэдлин вопросительно взглянула на своего возлюбленного, в данный момент она искренне его не понимала. Ей было ясно лишь одно, что Джереми не хочет ничего объяснять, опасаясь, что их разговор может быть услышан.

— Ты многое знаешь об этом артефакте? — спросил он у девушки.

— Только то, что мне рассказал о нем Александр и немного я сама додумала, опираясь на некоторые факты, — честно призналась Мэдлин.

— А я знаю о нем абсолютно все. Я очень много времени посвятил тому, чтобы собрать всю существующую информацию о копье, — с особой интонацией произнес молодой человек.

Мэдлин не стала его больше ни о чем расспрашивать, сделав вывод, что Джереми знает о каких-то особых свойствах артефакта, которые видимо и помогут им избавиться от их преследователей. Судя по всему, молодой человек с самого начала располагал подобной информацией и поэтому так спокойно согласился лететь на поиски копья, понимая, что сумеет с его помощью выйти сухим из воды.

А между тем обледеневшему по краям ковру становилось все тяжелее и тяжелее оставаться в воздухе, и он начал медленно самовольно снижаться. Теперь они пролетали буквально над самыми верхушками деревьев.

Мэдлин с тоской разглядывала простилавшийся под ними темный лес. Выглядел он мрачно. Энергетика, исходившая от него, тоже совсем не понравилась девушке. Внизу все было буквально пропитано магией, причем древней, первозданной и чуждой для Мэдлин и Джереми, привыкшим к современным заклятиям.

Когда-то их далекие предки сумели постепенно обуздать и подчинить себе эту свободную магическую энергию. Но потомки утратили этот навык, так же как и современные люди позабыли о том, как добывать огонь.

— Думаю, что пора бы снижаться, — заметил Джереми. — Иначе коврик сам выберет место для посадки, не посоветовавшись с нами.

— А копье? Оно далеко отсюда? — взволнованно поинтересовалась Мэдлин.

— Кто его знает, — пожал плечами молодой человек. — Ориентируясь по этой карте, сложно что-то сказать наверняка. Одно известно точно, что оно находится где-то в лесу, но вот где именно, я пока не знаю.

— Мы можем искать его здесь всю жизнь, — тяжело вздохнула девушка. — Этот лес огромен.

— Но у нас еще есть та карта, которую тебе дал Хаксли. Я не думаю, что в этом лесу спрятано такое большое количество артефактов. Опираясь на нее, мы сможем найти наше копье. Как тебе, кстати, такая полянка для посадки? — он указал рукой вниз.

Мэдлин одобрила этот выбор. Поляна, окруженная плотным кольцом деревьев, действительно выглядела наиболее удачным местом для приземления. Джереми произнес заклятие и коврик резко стал снижаться, словно никак не мог дождаться этого момента.

От испуга девушка крепко вцепилась в руку своего спутника, опасаясь, что еще немного, и она просто соскользнет с ковра, и до земли полетит уже своим ходом. Правда, несмотря на все опасения, посадка оказалась мягкой. За несколько метров до земли коврик замедлился и плавно опустил своих пассажиров на землю.

Как только они приземлились, Мэдлин с удовольствием поднялась, разминая затекшие ноги. Находиться так долго в одном и том же положении без движения, было достаточно утомительно.

Полянка, на которую они приземлились, выглядела настоящим светлым оазисом посреди мрачного магического леса. Ровная земля поросла луговой травой и дикими цветами фиолетового цвета, похожими на колокольчики.

Время шло к вечеру, и в сумерках по земле стелилась легкая дымка тумана. А со стороны леса и деревьев веяло каким-то неприятным пронизывающим холодом, словно из склепа. Так что непонятно было, где теплее в небе или на земле.

Мэдлин поплотнее закуталась в свое пальто, жалея о том, что несмотря на всю свою магию, не может наколдовать себе полноценной чашки чая. Потому что ничего в мире не бралось из ниоткуда и для того, чтобы появилась какая-то новая материя, в нее необходимо было преобразовать старую. Поэтому превратить чашку с кофе в чашку с соком или заставить ее прилететь из кухни прямо к себе в спальню, Мэдлин могла, а вот создать ее на пустом месте было волшебнице не под силу.

Девушка машинально вглядывалась в лесную чащу, впрочем, не надеясь разглядеть что-либо интересное, как вдруг заметила среди деревьев какое-то движение. Как будто от одной из высоких елей отделилась темная тень и быстро переместилась в другое место. Это произошло так молниеносно, что Мэдлин даже не могла быть до конца уверена в том, что ей не показалось. Но, тем не менее, девушке стало очень страшно, и она быстро побежала к стоявшему чуть поодаль и разглядывавшему карту Джереми.

— Ты чего? — с удивлением поинтересовался он, заметив ее испуг.

— Мне кажется, что там среди деревьев кто-то есть, — шёпотом произнесла Мэдлин, прижимаясь поближе к своему спутнику.

Джереми тоже принялся всматриваться в темные заросли, попутно проведя ладонью над своим амулетом. Камень засветился алым светом, готовый в случае необходимости воспроизвести мощное боевое заклятие.

Мэдлин также внимательно оглядывалась по сторонам, пытаясь снова уловить какое-то движение и, наконец, она его увидела. Между деревьями опять проскользнула чья-то быстрая тень.

— Вот! Вот! Ты видишь!? — закричала девушка.

Джереми резко обернулся в нужную сторону.

— Нет, я ничего не вижу, — наконец заявил он.

— Но там правда кто-то был! Какое-то движение! — запротестовала Мэдлин.

— Успокойся, я тебе верю. Но сама подумай, это ведь лес. Здесь может быть и зверь, и птица, не стоит так пугаться. Если на нас кто-нибудь нападет, я сумею тебя защитить, а пока не нужно так сильно переживать, — заверил ее молодой человек.

Но девушка все равно не могла окончательно успокоиться. Эти быстрые бесшумные движения были как-то совсем не похожи на обычную птицу, и Мэдлин сделалось совершенно не по себе.

— Жалко, что у тебя нет с собой твоего автомата, — вздохнула она. — Он бы сейчас очень пригодился.

— Ничего, надеюсь, я смогу вернуть его обратно так же, как и машину, а пока и без этого справимся. Все-таки я не самый плохой маг, да и ты тоже, хоть и трусиха редкостная, — Джереми ободряюще обнял девушку. — А теперь давай снова вернемся к нашим проблемам. Достань карту Хаксли. Посмотрим, что она показывает.

Мэдлин вытащила из кармана сложенный вдвое листок и развернула его. Как ни странно, на нем они обнаружили не менее пяти ярких пульсирующих звездочек, указывающих на нахождение в лесу сильных артефактов.

— Как ты думаешь? Какая из них — наше копье? — поинтересовалась девушка.

Джереми молчал. Мэдлин подумала, что он не знает, что сказать, и продолжила внимательно изучать карту, не глядя на него. Она так увлеклась попыткой определить, на каком расстоянии от них может находиться ближайший артефакт, что обратила внимание на то, что что-то не так лишь когда почувствовала, как молодой человек, державший ее за руку, стал сжимать ее ладонь с какой-то неимоверной силой.

— Эй, ты чего? Мне больно так! — возмутилась девушка и осеклась, взглянув на своего спутника.

Перед ней стоял Джереми, но одновременно и не он. Черты лица молодого человека заострились, кожа стала какой-то серо-белой, словно папиросная бумага, а глаза сделались настолько черными, что радужка в них буквально слилась со зрачком. Но самое страшное, что у него был совершенно иной взгляд, не такой как у Джереми — затаенно лукавый, а холодный и отстраненный.

Мэдлин с ужасом поняла, что с молодым человеком случился очередной незапланированный приступ. Это было страшно не вовремя. Здесь в лесу девушка была совершенно беззащитна перед ним.

Нет, она конечно же могла применить против Джереми магию. Но у нее не поднималась рука этого сделать. Девушка физически была не способна причинить никакого вреда своему возлюбленному. И ей было намного проще убежать и спрятаться, пока он не придет в себя. Но куда бежать? Не в лес же, в самом деле.

Мэдлин попробовала вырвать свою ладонь, но Джереми ее не пускал. Вместо этого он попытался крепче схватить ее другой рукой. Девушка сама не заметила, как под действием страха ее волосы начали преображаться в языки пламени. Молодой человек неудачно задел их своей ладонью и обжегся.

На секунду он замешкался, озадаченно глядя на свои обожженные пальцы, а Мэдлин хватило этого времени для того, чтобы с трудом, но освободиться. Правда, Джереми держал ее так цепко, что сумел стянуть с ее пальца кольцо-амулет. Это было, конечно же, нехорошо, но у Мэдлин не оставалось времени, чтобы о чем-то беспокоиться.

Она поспешно отбежала назад прямо к кромке леса и остановилась в нерешительности, не зная, что делать дальше. Джереми на какой-то момент замешкался. Видимо боль от ожога слегка отрезвила его, но ненадолго. Он стал медленно приближаться к девушке, осторожно шагая, словно боясь ее спугнуть.

— Джереми… — тихо произнесла Мэдлин, в ужасе глядя на него.

В руке у молодого человека из ниоткуда появился тонкий острый кинжал с блестящим лезвием. Девушка не успела даже осознать, что это может значить. Как вдруг почувствовала, что подвеска, подаренная Александром, раскалилась, обжигая ее. В ушах у Мэдлин зашумело, словно она услышала морской прибой, быстро преобразовавшийся в говор множества человеческих голосов, которые надрываясь и перекрикивая друг друга повторяли одну единственную фразу: «вниз, вниз».

Чисто машинально девушка наклонилась к земле и через секунду в дерево позади нее, на том уровне, где только что был ее затылок, вонзился острый стилет. Мэдлин обернулась и в ужасе закричала, поняв, что только что чудом избежала смерти.

А Джереми эта промашка похоже разозлила. Он бросился к девушке. Понимая, что по-другому поступить невозможно, Мэдлин выкрикнула заклинание, и в сторону молодого человека полетел огненный шар, рассыпавшийся на тысячи искр перед его глазами. Он не причинил Джереми никакого вреда, но ослепил его.

Пока молодой человек тер глаза, пытаясь снова обрести зрение, Мэдлин бросилась бежать в лес. Иного выхода у нее не было. Потому что иначе ей пришлось бы убить Джереми, чтобы защититься, или он убил бы ее.

Девушка даже не думала о том, что может ждать ее в чаще леса и бежала просто, куда глаза глядят. Ветви деревьев больно хлестали ее по лицу и рукам. Мэдлин то и дело спотыкалась и едва не падала. Поэтому ей пришлось сбросить туфли, так как бежать на каблуках по лесу было решительно невозможно, и убегать от Джереми босиком.

Над головой девушки полыхнул шар магического заклятия, отчего дерево, мимо которого она пробегала, загорелось. Мэдлин была так напугана и пребывала в таком шоке, что не думала даже о том, почему вдруг Джереми решил ее убить, если до этого собирался лишь отвести к Хранителям.

Она зацепилась рукавом пальто за ветку и в ужасе закричала, подумав, что это молодой человек догнал ее и схватил. В панике девушка попыталась освободиться, но коварное дерево никак ее не отпускало. Разорвав рукав, но так и не сумев обрести свободу, Мэдлин скинула пальто и бросилась бежать вперед, не оглядываясь.

Позади нее беспрестанно мелькали вспышки боевых заклятий. Они не попадали в девушку только благодаря тому, что она поставила сильный защитный блок. Мэдлин понимала: долго так продолжаться не может и необходимо что-то сделать. Она на секунду остановилась и отдышалась. А затем быстро произнесла первое пришедшее ей в голову заклинание.

Этим заклятием часто пользовались для того, чтобы уйти от погони. Вокруг преследователя появлялся едкий туман, полностью лишавший его возможности ориентироваться в пространстве. От него ужасно слезились глаза и начинался нестерпимый кашель. Причем для того, кто убегал, заклинание было абсолютно безвредным.

Мэдлин услышала, как Джереми, оставшийся позади, стал сильно кашлять и ругаться. Решив, что дальше стоять на месте нет смысла, ведь туман был недолговечным, да и молодой человек мог запросто вспомнить контр заклятие, девушка бросилась бежать дальше.

Мэдлин остановилась только тогда, когда совсем обессилела. Она прижалась к большому дереву, обняв его ствол и тяжело дыша. От погони она, кажется, оторвалась. По крайней мере, девушка больше не слышала шагов Джереми и не ощущала его магического присутствия где-либо поблизости.

Отдышавшись и придя в себя, Мэдлин огляделась по сторонам и новый страх снова завладел ею. Убегая от Джереми, она преследовала только одну цель — спастись от неминуемой гибели и оказаться как можно дальше от сошедшего с ума молодого человека. Но справившись с этой проблемой, девушка невольно обрела новую.

Убегая, она совершенно не смотрела по сторонам, не запоминала дороги и сейчас не могла даже с точностью сказать, с какой именно стороны, она пришла. Кроме того, вся жизнь Мэдлин проходила в условиях города и современной цивилизации, поэтому она совершенно не умела ориентироваться в лесу.

Девушка с ужасом осознала, что не сможет найти дорогу к поляне, где остался ковер-самолет. Лес, в котором они оказались, был поистине огромным, и идти сквозь него можно было бесконечно долгое время, и так и не выйти к людям, погибнув от голода.

Мэдлин не знала, что ей делать. Она могла запустить сигнальное заклятие, чтобы привлечь внимание Джереми и, если тот оправился от своего приступа, он сумел бы ее найти. Но если не оправился? Вдруг это помешательство, которое началось так несвоевременно, вообще больше никогда не пройдет. Тогда Мэдлин сама привлечет внимание своего убийцы, и вся эта погоня окажется напрасной.

Девушка стояла, прижавшись спиной к дереву, и растерянно озиралась по сторонам, не зная, что ей делать дальше. А между тем надвигалась ночь. В лесу становилось все темнее и страшнее. Мэдлин снова стало мерещиться, будто между деревьями скользят какие-то странные тени. Причем сейчас они двигались намного медленнее, словно уже не боялись, что их кто-то заметит.

Мэдлин почувствовала, что от страха по ее спине пробегают мурашки. Решив как-то успокоить себя, а заодно и проверить свою догадку, девушка резко метнула огненный шар-заклятие в ту точку, где только что, как ей показалась, она заметила какое-то движение. В красном свете огненного шара она отчетливо увидела бросившийся в сторону силуэт загадочного животного, похожего на огромную собаку.

Мэдлин едва не закричала от ужаса и поспешила прочь от этого места. Она быстрым шагом шла вперед сама не зная куда идет, освещая свой путь световым заклятием. Со всех сторон ей мерещились тени, старавшиеся скрыться от этого чужеродного источника света в их царстве тьмы.

Из-за того, что девушка боялась и колдовала без помощи амулета, используя только навыки, обретенные в Междумирье, световой шар ее заклятия сиял слабо и прерывисто. Ведь для создания заклинания требовался правильный настрой. Если даже самый сильный маг начинал бояться и был не уверен в собственных силах, у него могло ничего не получиться.

Мэдлин машинально строила в своей голове догадки о том, кого она могла спугнуть своим заклятием. Может быть это волки? Девушке доводилось видеть живых волков разве что в зоопарке. Но она прекрасно помнила книги и старые истории о том, как какого-нибудь нерадивого колдуна, и уж тем более обычного человека, загрызли эти звери. Волки нападали стаей и против них порой было тяжело защититься даже магией.

Правда они, конечно же, сильно боялись огня, и огненные вспышки их наверняка отпугнут. Но это означало, что Мэдлин необходимо каждую минуту быть начеку. А если она совсем устанет или ослабнет, или даже просто захочет спать, то как же она будет защищаться?

И хорошо, если это окажутся обычные волки, а если девушка столкнулась с магическими обитателями этого леса? У волшебных зверей, как Мэдлин могла уже убедиться на примере тех же драконов, существовал врожденный иммунитет против заклятий. Вынужденные жить бок о бок с магами, они сумели приспособиться, и убить их можно было далеко не каждым заклинанием.

С точки зрения браконьерства, это было прекрасно, так как могло спасти зверей от беспрестанного истребления. Но с точки зрения защиты от них, Мэдлин могла сейчас оказаться далеко не в самом выигрышном положении. Глубоко в душе она надеялась, что Джереми все же скоро придет в себя и примется ее искать. Как назло, и заговоренное зеркало, с помощью которого она могла связаться хотя бы с Зоей, осталось у него.

Девушка оказалась одна одинешенька посреди страшного и мрачного леса. Она была так сильно погружена в свои мысли и так старательно оглядывалась по сторонам, что не заметила опасности перед самым своим носом. Мэдлин ойкнула и остановилась как вкопанная, едва не налетев на жуткого зверя, преградившего ей дорогу. Перед ней стоял огромных размеров волк, раза в два больше обыкновенного. Шкура его была необычного угольно-черного цвета, а глаза светились красным оттенком, словно маленькие тлеющие угольки.

Волк стоял неподвижно, скаля огромные белоснежные зубы, и будто присматривался к своей добыче, размышляя, как лучше с ней поступить. Худшие опасения Мэдлин сбылись, она действительно столкнулась с магическими обитателями этого мрачного леса. Когда короткое оцепенение все же прошло, девушка попыталась рвануть назад. Но с другой стороны путь ей преградил такой же черный зверь. Он бесшумно, не издавая ни единого звука, выскользнул откуда-то из-за деревьев, отрезав Мэдлин путь к отступлению.

Теперь девушка была окружена с обеих сторон. Она поняла, что тихо скользящие между деревьев тени, которые она заметила с самого начала, и были этими волками. Звери сразу же приметили новых гостей в своем лесу и просто выжидали наиболее подходящего момента, чтобы напасть. И сейчас, когда Мэдлин осталась одна посреди чащи, они решили, что пришло их время.

Однако девушка не собиралась так просто сдаваться. Дрожащим голосом она произнесла первое пришедшее ей в голову боевое заклятие. Несмотря на то, что она сильно испугалась, заклинание все же сработало, и в воздухе появился, хоть и не самый яркий, но вполне осязаемый огненный магический шар, молниеносно направившийся к одному из обидчиков Мэдлин.

Девушка уже ожидала услышать жалобный скулеж и почувствовать запах опаленной шерсти, но ничего такого не произошло. На ее глазах огненный шар приблизился к огромному зверю и погас на расстоянии нескольких сантиметров от него. Волк лишь лениво покосился на вспышку. Он видимо с самого начала понимал, что заклятие не может причинить ему никакого вреда.

Мэдлин была просто шокирована. Ей никогда не доводилось видеть ничего подобного. Любого мага подобное заклинание неминуемо бы сильно ранило или даже убило. Но, похоже, что иммунитет магических зверей к волшебству оказался вовсе не легендой.

Для волков эта атака послужила сигналом к действию. Они принялись медленно и бесшумно подходить к девушке с обеих сторон. Мэдлин от ужаса прижалась спиной к ближайшему дереву и не знала, что ей делать. От страха из ее головы вылетели все известные заклятия, и она не могла вспомнить ни одного, даже самого простого, которыми пользовалась каждый день. Да и неизвестно, окажут ли заклинания хоть какой-то эффект.

А волки тем временем уверенно приближались все ближе и ближе к девушке. Мэдлин поняла, что если сейчас же что-нибудь не предпримет, то они просто на просто ее загрызут. В панике она выкрикнула первое пришедшее ей в голову заклятие. Им оказалось водное заклинание, которым она не так давно тушила магический огонь в своей комнате. И оно самым неожиданным образом возымело эффект.

Пролившийся на волков кратковременный мощный ливень совершенно их не обрадовал. Как и всякие животные, они недолюбливали воду. И теперь, прижав уши, вынуждены были немного отступить. Вышла короткая заминка. Мэдлин поняла, что это ее шанс и бросилась бежать прочь, попутно выкрикивая то же самое заклинание, которое она недавно применила против Джереми.

Девушка не знала, насколько сильно оно подействует на волков, но очень надеялась на то, что едкий туман сможет хоть как-то отбить их нюх. Мэдлин снова бежала, не разбирая дороги, натыкаясь на ветки деревьев и беспрестанно спотыкаясь. Один раз она упала, едва не сломав себе шею, но все же поднялась и побежала дальше.

Теперь ей приходилось двигаться в кромешной темноте. Девушка никак не могла сконцентрироваться и создать нормальное световое заклятие. Для этого ей потребовалось бы остановиться и хотя бы отдышаться, но она боялась это делать. Поэтому единственным освещением для нее служил огромный желтый диск луны, нависший над лесом. Небесному телу было абсолютно все равно, что происходит внизу и съедят ли звери человека, возомнившего себя царем этих же самых зверей.

А Мэдлин все бежала, пока неожиданно не услышала под своими ногами какое-то странное чавканье и не сообразила, что идет по луже. Только лужа эта оказалась вдруг какой-то неожиданно глубокой. С каждым следующим шагом девушка погружалась в нее все больше и больше.

Мэдлин с ужасом осознала, что забрела в болото. Она попыталась повернуть назад, но развернувшись и сделав одно неудачное движение, увязла по пояс. Чем больше она пыталась выбраться, тем сильнее неприятная, пахнувшая тиной жижа, засасывала ее. Девушка поняла, что чем активнее она будет дергаться, тем быстрее утонет. Ей казалось, что она попала в зыбучий песок, который неминуемо затягивал ее.

А преследователи Мэдлин между тем догнали ее. В темноте мелькали красные угольки их глаз. Теперь волков было не двое, а значительно больше, целая стая. Но они не рисковали подходить ближе, видимо прекрасно осознавая, что могут утонуть, и просто с любопытством наблюдали за гибелью их неудавшегося ужина.

Ситуация сложилась безвыходная. Либо девушка должна была утонуть в болоте, либо ее растерзает стая волков. Тем не менее, тонуть Мэдлин совершенно не хотелось. Инстинкт самосохранения заставлял ее бороться до последнего.

Кое-как дотянувшись рукой до низко растущей ветки ближайшего дерева, девушка изо всех сил вцепилась в нее, словно утопающий, хватающийся за соломинку. И ей даже удалось немного приподняться над поверхностью, цепляясь за это дерево. В душе у нее уже возникла робкая надежда на спасение, как ветка предательски хрустнула, не выдержав тяжести ее тела.

От этого резкого движения Мэдлин с головой ушла под воду. Она инстинктивно пыталась барахтаться, но мерзкая жижа буквально засасывала ее. В голове у девушки пронеслась отстраненная мысль о том, что она тонет уже второй раз на этой неделе. И, кажется, этот будет последним и окончательным.

Мэдлин уже начала терять сознание, как вдруг неведомая сила потянула ее наверх. У девушки возникло такое чувство, будто ее тело резко обвили прочным стальным канатом и с помощью него вытягивают на поверхность.

Оказавшись над болотом, и по велению этой неведомой силы, зависнув в воздухе над ним, Мэдлин невольно принялась откашливаться, во рту стоял неприятный привкус болотной тины. Она не успела еще даже как следует осознать факт своего спасения, как вдруг услышала, что чей-то зычный голос прогоняет, окруживших ее волков, и те послушно уходят в сторону, поджав уши, как наказанные щенки.

А еще через секунду девушка оказалась на земле, усаженная на поваленное дерево. Мэдлин откашлялась и, наконец, взглянула на своего спасителя. Она в душе ожидала увидеть Джереми, который каким-то чудом сумел найти и спасти ее. Даже несмотря на то, что этот голос вовсе и не был похож на голос молодого человека, или хотя бы Александра, частенько приходившего ей на помощь.

Но неизвестный человек, хотя Мэдлин даже не знала, можно ли назвать этого незнакомца человеком, буквально обескуражил ее. Девушка неминуемо закричала бы, взглянув на него, если бы уже просто не устала кричать и пугаться. Поэтому она молча взирала на своего загадочного спасителя, размышляя о том, не угодила ли она в новую опасную ловушку.

А спаситель ее действительно стоил того, чтобы на него обратили внимание. Мэдлин даже не знала, как именно его описать. Если сделать это совсем грубо и в двух словах, то перед ней стоял человек-дерево.

Кожа его напоминала древесную кору, так, что девушка даже машинально отстранилась, вспомнив про проказу. Лицо странного незнакомца казалось каким-то застывшим и неподвижным, словно одеревеневшим. Но при этом большие голубые глаза были живыми и эмоциональными. Руки неизвестного создания оказались покрыты такой же, похожей на кору, кожей и при этом выглядели неестественно длинными, напоминая ветки дерева. Пальцы также были длинными и узловатыми, словно корни.

Мэдлин поняла: то, что она приняла за канат, было ничем иным, как рукой этого странного незнакомца. Девушке никогда не доводилось видеть ничего подобного. Она никак не могла решить, друг перед ней или враг. Хотя, наверное, раз он спас ее, то все же не враг. Если, конечно, это чудище не отбило ее у волков для того, чтобы потом самому съесть или использовать для каких-то своих целей.

Видимо, в глазах Мэдлин было так много страха и непонимания, что странный незнакомец поспешил ее успокоить.

— Не бойся меня. Я тебя не обижу. Я вообще не вмешиваюсь в дела других. Но если кто слабый, я ему всегда помогу. Ты же слабая? Ты плохо знаешь магию?

Мэдлин на всякий случай кивнула. Разумеется, магию она знала получше многих волшебников. Но спорить с этим загадочным существом ей совершенно не хотелось. А насчет слабой, то, пожалуй, здесь в лесу она действительно была беззащитна. Да и после купания в болоте, босая, в разорванном платье, она выглядела явно не лучшим образом.

— Я этих тварей сам не люблю, — продолжил ее спаситель, видимо имея в виду волков. — Мелкие шакалы. А я — Шэлем.

Девушка поняла, что пришла пора заговорить и тоже представилась.

— Я..я Мэдлин, — заикаясь произнесла она. — Вы что живете в этом лесу? — зачем-то спросила девушка.

— Да, живу. Скучно. Никого нет. Только шакалы эти и прочая нечисть. Я в дела других не лезу. Но если уж совсем плохо, то я могу.

Слова он произносил медленно и тяжело, словно ему было трудно говорить. Для Мэдлин этот ответ ничего не прояснил, но она стеснялась задать незнакомцу прямой вопрос о том, кто он такой, и поэтому продолжила издалека.

— А где же ваш дом? — аккуратно поинтересовалась она.

— Дом? Да там. Есть дом. Так-то я мог бы и на улице, но дома как-то привычнее. Человеком себя чувствуешь. Пойдем, я отведу тебя туда, здесь недалеко.

Мэдлин сперва попыталась вежливо отказаться, но Шэлем вполне логично напомнил ей обстоятельства их встречи и предположил, что если она и дальше будет оставаться здесь одна, то ее наверняка съест кто-нибудь из обитателей этого леса. Девушка вынуждена была согласиться. Дожидаться утра в одиночестве посреди лесной чащи было не самой приятной перспективой.

К тому же она не ощущала никакой опасности от этого незнакомца. Он излучал странную энергетику. Не такую, как у мага или зверя, а нечто среднее. Мэдлин была абсолютно убеждена, что в случае, если ее спаситель решит превратиться в ее врага, то она сможет легко дать ему отпор, хотя бы за счет быстроты своей реакции по сравнению с ним.

После всех этих переживаний она сумела подняться на ноги только благодаря своему новому знакомому и так, опираясь на его сильную, похожую на ветку руку, девушка медленно брела в сторону его дома.

— Простите за нескромный вопрос, — наконец решилась она. — Вы маг?

— Конечно. Разве я похож на обычного человека? — удивленно и слегка обиженно поинтересовался ее спутник.

— Нет, но и на обычного мага тоже не очень похожи, — честно призналась Мэдлин. — Но если Вы не хотите говорить об этом, то ненужно.

— Да можно и сказать, — не стал спорить Шэлем.

И заверил свою спутницу в том, что он самый обыкновенный маг, родившийся в самой обыкновенной семье. Правда наделенный неплохими способностями, позволившими ему поступить в один из лучших институтов, где он и изучал магию.

— Как?! Неужели Вы учились в моем институте? — поразилась девушка, услышав знакомое название. — Как странно, что я ничего о вас не знаю, ведь я обучалась там с самого детства! Когда же это было?

— Совсем не странно, — вздохнул ее спутник. — Это было очень давно. Четыреста лет назад. Даже больше.

— Как четыреста? — искренне удивилась Мэдлин и даже остановилась.

— А сколько, по-твоему, живет дерево? — неожиданно спросил ее спаситель, также остановившись.

— Что? Дерево? Не помню, — честно ответила девушка. — Должно быть долго, если его не срубать. Раньше, когда не было такой массовой вырубки леса, встречались огромные старые деревья, в дупле которых мог даже поместиться человек. Думаю, что и в этом лесу могут обнаружиться подобные.

— Вот! — назидательно произнес Шэлем, многозначительно поднимая вверх свой длинный, похожий на деревяшку палец, и продолжая движение.

— Но Вы же не дерево! — логично заметила Мэдлин.

Это высказывание изрядно позабавило ее спутника.

— В плане умственных способностей, пожалуй, да. Но если говорить обо всем остальном, то я не был бы в этом так наверняка уверен.

Девушка лишь пожала плечами, давая понять, что она ничего не понимает.

— Я же говорил, что я был очень способным магом. И все мне удавалось весьма хорошо, но единственная мысль беспрестанно терзала меня. Я думал, как несправедливо то, что я знаю тысячи заклятий, но при этом все равно рано или поздно умру. К чему все это учение, если в конечном итоге все уйдет в никуда? — видно было, что эта тема весьма взволновала его, так что теперь он говорил оживленно и достаточно быстро, словно обычный человек. — И я стал пытаться найти различные варианты обретения бессмертия или хотя бы продления собственной жизни.

— Но мне кажется, что мы, в отличие от обычных людей, и так наделены возможностью немного продлить свой век, — осторожно заметила девушка. — Так что в какой-то степени, нам и так уже повезло.

Мэдлин сразу же вспомнился ее давнейший враг Литург, о возрасте которого догадывался разве что он сам. Да и тот же Родон явно успел немного продлить себе жизнь.

— Это все не то! — взволнованно отозвался ее собеседник. — Какие-то жалкие пятьдесят, ну в лучшем случае сто дополнительных лет! Но при этом тело все равно начинает стареть и в какой-то момент не помогает уже ни одно молодильное заклятие, и ни одно зелье, и ты неизбежно превращаешься в дряхлого старика, и постепенно разваливаешься, доживая свой век! А я говорю об истинном бессмертии! Когда маг не стареет и не умирает!

— Таких случаев единицы за всю историю, — вздохнула Мэдлин.

Эти рассуждения натолкнули ее на мысль о том, что она сама недавно отпраздновала свой очередной день рождения. А как всякая девушка, Мэдлин к своему возрасту относилась довольно трепетно.

— А я искал пути обретения этого бессмертия! Они есть! Но, увы, все они слишком трудны и требуют таких способностей или наличия таких артефактов, которые просто на просто нереально отыскать! Да и, если бы это было так просто, все бы уже давно стали бессмертными. Ту же кровь единорога раздобыть стало практически невозможно. А ведь необходимо еще и соблюдение ритуала! Недостаточно одной лишь крови.

Мэдлин эти слова ее спутника сразу заставили вспомнить недавний неприятный инцидент, произошедший с ней в вариации в прошлом. Да и Джереми тоже рассказывал ей что-то про лунного единорога и обряд бессмертия.

— Я перечитал тысячи книг, я искал ответа! И вдруг я его нашел! Один совершенно простой ритуал!

Девушка с интересом взглянула на своего взволнованного собеседника.

— Нужно было всего на всего соединить свою энергию с энергией молодого дерева! Желательно долгоживущего. Ведь те же самые дубы могут расти пятьсот лет. Я так обрадовался, узнав об этом, что поленился и не стал собирать дополнительную информацию об этом ритуале! Я решил сразу же его провести и вот, что из этого вышло! А ведь я думал, что мне представился такой шанс продлить свою жизнь на целых пятьсот лет! — горестно произнес он.

— Конечно, ритуал соединения двух энергетик самый опасный! — со знанием дела заметила Мэдлин. — Древние маги пытались объединить свою энергетику с энергетикой сильных животных, например, волков или львов, чтобы заполучить их силы. А в итоге получалась дикая смесь. Это был уже и не человек, и не зверь. Оборотень. Везло еще тем, кто сохранял свой человеческий разум!

— Вот, и я после ритуала начал покрываться корой! Все процессы в моем организме резко замедлились! Мое сердце бьется так редко, что его трудно услышать! А самое главное, я больше не могу жить среди людей! Мне необходимо постоянно находиться в лесу! Иначе я становлюсь слабым и могу умереть! Из-за этого я и перебрался сюда. Все же магический лес лучше обычного. Здесь особая энергетика. Да и хоть какое-то развлечение понаблюдать за здешней нечистью. Иногда сюда забредают даже маги. Но в последнее время совсем редко. За прошедшие сто лет по пальцам можно пересчитать. Вот, так я наказал сам себя за свою поспешность! Я продлил свою жизнь, но только что это за жизнь! Лучше бы я дожил свой век среди себе подобных. Быть может, я чего-то достиг бы! А так все мои знания также стали никому не нужны, — было видно, что он ужасно расстроен.

Девушка сочувственно взглянула на своего спасителя. Она конечно жалела его, но в тоже время понимала, что в большей степени он сам виноват в том, что с ним произошло. В конце концов, никто не заставлял его проводить такой рискованный ритуал. Если ты пытаешься обхитрить судьбу, будь готов к тому, что она может поставить тебя на место.

А между тем путники добрались до дома Шэлема. Это было маленькое кособокое деревянное строение. Снаружи домик выглядел так, словно простоял посреди леса уже ни одно столетие и вот-вот собирался развалиться.

Если бы Мэдлин в одиночку случайно наткнулась на него, блуждая по лесу, он напомнил бы ей дом лесной ведьмы, как его обычно описывают в сказках.

Словно оправдываясь за внешний облик своего жилища, ее спутник произнес:

— Мне тяжело работать руками. Да и пользоваться магией тоже. Обычными заклятиями. Не той энергией, которую я черпаю из леса. Но в тоже время я хочу где-то жить. Я по-прежнему остаюсь человеком, хотя бы частично.

— По-моему, очень милый домик. Я бы не смогла построить ничего вот так вот на пустом месте в лесу, — подбодрила его девушка.

Внутри как ни странно оказалось достаточно уютно. Видно было, что Шэлем обустраивал свой дом с душой. Деревянные стены, украшенные простой, но аккуратной резьбой, скамейки вдоль стен. Нашелся даже небольшой огороженный очаг. Это, конечно, была далеко не печка с ее теплом, но все-таки. Мэдлин ужасно замерзла.

— Это я в начале огонь разводил. Пока мерз и не боялся. Сейчас то я не мерзну никогда, а огня побаиваюсь, — пояснил хозяин дома.

Тем не менее ради удобства своей гостьи Шэлем разрешил Мэдлин развести огонь. Девушка была несказанно этому рада, потому что успела изрядно замерзнуть в лесу после того, как потеряла и пальто, и обувь.

Она привела себя в порядок, отчистив платье от болотной тины с помощью заклинания, и теперь с удовольствием грела руки у собственноручно созданного благодаря магии огня. В отличие от Джереми, которому плохо давались материализующие заклинания, пламя Мэдлин было вполне правдоподобным и грело по-настоящему. Шэлем же устроился в самом дальнем от очага углу и оттуда с опаской поглядывал на огонь.

— Ничего не могу с собой поделать. Вторая натура дает о себе знать, — виновато пояснил он. — Голодная, наверное? — неожиданно поинтересовался хозяин дома.

После этих слов девушка вспомнила, что ничего не ела с самого утра. Она просто забыла об этом из-за всех этих страшных происшествий. Но теперь ее желудок жалобно заурчал, сетуя на свою тяжкую долю.

— У меня, правда, только грибы да ягоды. Больше ничего. Я ем их сырыми.

— Надеюсь, они не галлюциногенные? — усмехнулась Мэдлин.

— Ни в коем случае. Я так хорошо ощущаю природу этого леса, что безошибочно отличаю хорошие от ядовитых.

Пока девушка, которая в отличие от хозяина дома, не была сыроедом, пыталась пожарить грибы на собственноручно созданном пламени, Шэлем неожиданно заинтересовался браслетом на ее запястье. Мэдлин уже и сама забыла об этом украшении, которое каким-то неведомым образом она сумела перенести из прошлого в настоящее.

— Я уже видел такой браслет, — неожиданно заявил Шэлем.

— Правда? А у кого? — вежливо поинтересовалась девушка.

Особой заинтересованности она не испытала, так как решила, что Шэлем запросто мог что-то перепутать. В конце концов украшение, подаренное Алеманом, не отличалось особой оригинальностью. Дутый широкий золотой браслет. Такие можно было увидеть на ком угодно.

— Не помню. Это было очень давно. Память стала плохой. Только это именно он. Такие специально носят, чтобы отпугивать Хранителей.

Девушка взволнованно взглянула на своего собеседника, оторвавшись от готовки. Такая информация ее заинтересовала. Выходит, в этом лесу уже был кто-то, скрывавшийся от Хранителей Солнца. И вполне возможно, что этот человек также искал копье.

— А я думала, в лесу редко бродят маги. Что им здесь делать? — как бы невзначай, произнесла Мэдлин, надеясь навести своего нового друга на нужную тему.

— Это не маг. Это из другого мира, — непонятно ответил Шэлем.

— Из другого? В смысле, из Междумирья? — догадалась девушка.

— Да, — коротко кивнул он.

Хозяина дома похоже уже перестала волновать данная тема и он собирался заговорить о чем-то другом, но Мэдлин теперь наоборот уже не могла интересоваться ничем иным.

— А как ты понял, что этот человек именно из Междумирья? — настойчиво продолжила расспрашивать она. — Внешне это ведь довольно сложно определить, там живут такие же люди, как и здесь.

В действительности люди, переселившиеся на трассу, ничем не отличались от Мэдлин и других магов из этого мира. Коренные же обитатели Междумирья, непохожие на людей, свой мир покидать не могли.

— У него была вещь. Такая странная. С чужой энергией. Она была не темной и не светлой, она была чужой, — с трудом напрягая память, проговорил Шэлем. — И я понял, что такую вещь можно было взять только в Междумирье. Он оставил ее здесь, а потом ушел.

— Но как? Как выглядела эта вещь? — теряя терпение, стала допытываться девушка.

— Не знаю. Не все ли равно? Сильные артефакты могут принимать любой понравившийся им облик. Главное — видеть энергетику и понимать, что это такое, а не смотреть на оболочку.

Мэдлин тяжело вздохнула. Слова Шэлема были абсолютно справедливы и правильны, но только они ни капельки не приближали ее к разгадке того, что за странный предмет принес в лес таинственный незнакомец с браслетом и мог ли этот артефакт оказаться искомым копьем.

— А этот человек, каким он был? Хотя бы мужчина это или женщина?

— Не помню. Мне тяжело напрягаться. Я устал, — коротко ответил хозяин дома.

Мэдлин поняла, что ничего больше не добьется и перестала мучать своего спасителя. Она перекусила дарами леса и сидела, прислонившись к теплой деревянной стене, отстраненно разглядывая полыхающий в очаге огонь.

Мысли ее были далеко. Девушка размышляла о том, где сейчас может находиться Джереми. Оправился ли он от своего приступа и ищет ли ее? То, что случилось с ними, Мэдлин ужасно расстраивало. Она не знала, что делать дальше. Безопасно ли теперь, вообще, находиться рядом с Джереми?

Кроме того, к вечеру она начала чувствовать себя нехорошо. Кашель, приобретенный из-за ныряния в ледяную воду Холодного Озера, начал усиливаться. В груди неприятно саднило. Решив, что так ей станет легче, девушка попробовала закрыть глаза и подремать.

Глава 8. Забытая легенда

Сон не принес Мэдлин долгожданного облегчения. Он был прерывистым и тяжелым. Девушка металась на кровати. Ей было ужасно жарко, все тело болело, как при сильной лихорадке. Когда она открывала глаза, то к удивлению своему, видела перед собой старика с желтой кожей и раскосыми глазами, в котором она с трудом узнавала того самого жреца, что не так давно вел диалог с Алеманом и не хотел пускать их в город.

И сама она теперь находилась не в уютном домике Шэлема, а в какой-то маленькой душной комнате без окон. Все стены здесь были завешаны расшитыми гобеленами, отчего-то сильно напоминавшими Мэдлин ковер-самолет, на котором они с Джереми летели в магический лес.

Девушка всматривалась в разноцветные узоры гобеленов. В тревожном свете пламени ей мерещилось, что они шевелятся и двигаются. Она так внимательно всматривалась в них, что наконец заметила настоящее движение и поняла, что вдоль стен скользят мрачные черные тени. Они становились все более плотными и осязаемыми. И наконец, к своему ужасу, Мэдлин осознала, что видит силуэты Хранителей, которые тесным кольцом окружают ее и протягивают к ней свои длинные руки с когтями.

Девушка закричала, испугавшись, что еще немного и они ее убьют. От ее крика дверь распахнулась и в комнату ворвался все тот же старик. Силуэты обитателей пустыни отступили к углам, но не исчезли. А жрец между тем буквально насильно влил в рот Мэдлин какую-то жидкость из крынки.

Девушка пыталась сопротивляться, так как зелье было ужасно невкусным, но сил у нее не было. И как ни странно после него ей стало легче. Жар отступил и по телу разлилась приятная прохлада. Мэдлин увидела, что страшные тени сливаются с узорами гобеленов и исчезают. Она успокоилась и заснула, а когда пришла в себя в следующий раз, самочувствие ее было уже немного лучше. Голова ее по-прежнему болела, а в груди саднило, но сознание стало ясным. Она больше не бредила.

Мэдлин смогла даже немного приподняться на кровати и оглядеть комнату, в которой находилась. Это была все та же комната с гобеленами, только теперь в их узорах девушка не замечала ничего пугающего. Вдоль стен стояло и лежало огромное количество разных предметов, среди которых было много непонятных глиняных сосудов, чашек и прочей утвари. Словно почувствовав, что она пришла в себя, в комнату снова вошел уже знакомый ей жрец.

— Где я? — слабым голосом поинтересовалась девушка.

— Не бойтесь. Вы в нашем городе, Вас здесь никто не обидит. Но не стоит много разговаривать. Вам стало легче, но болезнь еще в самом разгаре. Не стоит растрачивать попусту свои силы.

Мэдлин не могла с ним не согласиться. Голова ее кружилась, девушка чувствовала себя настолько слабой и уставшей, словно долгое время занималась тяжелой работой. Она снова опустилась на подушку, но не оставила своих попыток прояснить ситуацию и, пристально взглянув на жреца, поинтересовалась:

— Почему я здесь, у вас?

— А где же Вам еще быть? В Вашем состоянии далеко не уйти, — губы мужчины дрогнули в лукавой улыбке. — Вряд ли Вы смогли бы куда-то направиться.

— Я не это имела в виду, — Мэдлин поморщилась, старик отчего-то ее раздражал. — Почему Вы помогаете мне? И где владыка Алеман?

— Владыка покинул наш город в надлежащий срок, как и было договорено. Ровно неделю он и его воины находились здесь.

— Сколько же я болею? — поразилась девушка.

Хотя стоило ли особо удивляться, если время в вариациях и так всегда текло непредсказуемо. Пребывая в Междумирье, они с Джереми спокойно могли перенестись на несколько лет в будущее, просто путешествуя по трассе.

— Одиннадцатый день. Мы уже готовили вам похоронный саван, — очень прямолинейно ответил жрец.

— Значит, Алеман оставил меня одну… — девушка случайно выразила вслух свои мысли.

Мэдлин не знала хорошо это или плохо. Александр ничего не говорил ей о том, должна ли она постоянно находиться рядом с Владыкой. Но скорее всего должна. Иначе как она помешает ему использовать копье и уничтожить Междумирье? И что же ей сейчас делать? Если Алеман бросил ее в этом городе, то, как она теперь снова его найдет? Данный мир был ей совершенно не знаком.

— Он не мог взять Вас с собой в таком состоянии. Тогда Вы бы точно умерли. Я думаю, он вернется за Вами. Если, конечно, одержит победу.

Мэдлин скептически взглянула на своего собеседника. По тону жреца она не могла определить, одобряет ли он действия Алемана, желает ли ему победы, или наоборот. А тот между тем продолжил:

— Вы спрашивали почему мы согласились заботиться о Вас? Разумеется, из уважения к владыке, — губы мужчины снова дрогнули в улыбке, так что Мэдлин окончательно усомнилась в том, что он действительно желал угодить Алеману. — Но и, разумеется, потому что мы чтим наших богов. Если уж Вы являетесь живым воплощением нашей богини Рады, то как мы можем прогнать Вас и навлечь на себя гнев божества?

— Неужели вы правда в это верите? — не удержалась девушка.

— Я? — жрец усмехнулся. — Признаться, я вообще не верю в богов так, как воспринимают их мои соотечественники. Я верю в более земные материи. В силу золота, оружия, магии. То, что я видел или ощущал на себе. Богов же я никогда не видел. Но, тем не менее, есть вещи, которые мне непонятны. Например, откуда взялась магия? Почему один человек переполнен ею, а другой пуст, как глиняный сосуд? Откуда берутся твари, живущие в пустыне? Или люди, непохожие на других, словно пришедшие из другого мира? То, что мне непонятно, я объясняю волей богов. Но как только я найду другое объяснение, я перестану так считать. Наличие богов выгодно для всех, оно дает людям ориентиры. Помогает объяснить непонятное и несправедливое.

— Очень смело для жреца и для человека из Вашего времени, — слабо отозвалась Мэдлин.

Ее действительно сильно поразили фривольные размышления мужчины на эту тему.

— Отчего же мне не быть смелым, если нас здесь никто не услышит? В моем доме. Я в этом абсолютно уверен. А Вы, быть может, и вовсе не доживете до того момента, чтобы кому-то об этом рассказать, — ухмыльнулся он.

Мэдлин вздохнула. Она уже смирилась с тем, что ее собеседник не старался быть особо деликатным в разговорах с ней.

— А что значит из вашего времени? Разве может быть еще какое-то другое время? Оно едино. Мы сейчас находимся в одной комнате, следовательно, и в одном времени, — назидательно проговорил жрец.

Девушка молчала. У нее не было сил спорить с ним, да она и не находила в этом особого смысла.

— Хотя я ощущаю в Вас нечто иное, — продолжил он. — Я смотрю на вашу энергетику, на вашу магию и вижу отличия от себя и других известных мне людей. Я допускаю, что Вы пришли из другого мира. В нашем Вы находитесь лишь наполовину, а может даже и того меньше. Я бы не стал тем, кем я являюсь сейчас, если бы не обладал способностью замечать множество различных тонкостей.

— А в существование других миров Вы все же верите? — уточнила Мэдлин.

— Существование иных миров, располагающихся по соседству с нашим, вполне доказано. Возможно и те, кого мы считаем богами, всего лишь пришельцы оттуда, обладающие теми знаниями, которые нам пока не доступны. Или более сильным магическим потенциалом. Я допускаю подобную вероятность, оттого и отношусь к Вам благосклонно и уважительно, но без того слепого почитания, присущего истинной вере в богов.

Мэдлин слушала его рассеянно, мысли ее были в большей степени заняты размышлениями о том, как ей снова оказаться рядом с Алеманом и выполнить поручение Александра. А то, что жрец догадался о том, что она не является частью этого мира, а всего лишь путешествует по вариациям, не представляло на ее взгляд никакой опасности. Если бы он хотел ей помешать, то просто на просто не стал бы помогать и лечить.

— Полагаю, что и рядом с владыкой Алеманом Вы оказались не случайно? — продолжил размышлять он. — Вопрос только зачем? Если вы явились к нам из другого мира, значит имели какую-то цель?

Девушка устало закрыла глаза. Она понятия не имела, что сказать жрецу, да и сомневалась в том, что сумеет придумать более-менее правдоподобную ложь, поэтому ответила то, что и так не выходило у нее из головы.

— Мне нужно копье, только я понятия не имею, где его искать, — устало произнесла она.

Жреца этот ответ отчего-то рассмешил.

— Неужели? Если бы меня спросили о том, сколько человек уже говорили мне подобное, я бы не знал, что ответить, потому что уже давно сбился со счета. Но Вам то оно зачем? Неужели для того, чтобы передать своему названному мужу? Вы хотите вместе с ним господствовать в одном едином мире? Стать тем самым истинным божеством? — в голосе мужчины слышались одновременно и насмешливые и холодные нотки.

— Как раз наоборот, — вздохнула Мэдлин, но увидев вопросительный и строгий взгляд своего собеседника, пояснила. — Хочу сделать так, чтобы оно не попало к нему в руки.

— Для чего же?

— Это слишком долго и трудно объяснить. Смысл в том, что, если оно будет у него, хуже станет всем. И вашему миру, и моему, и другим.

— Любопытно-любопытно, — протянул жрец. — Я знаю, что владыка Алеман потратил много времени на поиски и сейчас он уже почти приблизился к тому, чтобы разгадать эту загадку. И мне бы ужасно не хотелось, чтобы он добился своей цели.

— А Вы, как я понимаю, знаете, где может находиться копье? — Мэдлин высказала вслух свое самое смелое предположение.

— Да, пожалуй, я располагаю этой информацией, — с улыбкой ответил мужчина.

— Но мне Вы, разумеется, об этом не скажете? — вздохнула девушка.

— Я бы мог сказать, если бы был точно уверен, что Вы не обычный человек с немного нестандартной энергетикой, а в действительности гостья из другого мира. Да и эта тайна далеко не моя собственная. Нужно согласие других жрецов. Хотя они, пожалуй, согласились бы раскрыть ее настоящему божеству, но нужны доказательства.

— Какие? — удивилась Мэдлин.

Она понятия не имела, как сможет доказать жрецам свое истинное предназначение.

— Я полагаю, что божество не должно умирать от обычных человеческих болезней. Да, чума беспощадна, и никто практически не смог исцелиться от нее. Но она беспощадна к людям, а не к богам. Не может быть такого, чтобы боги умирали. Думаете, почему мы согласились так легко оставить Вас у себя, зная о такой страшной болезни? Отнюдь не только потому что в нашем городе хранится тайна целебного зелья и мы не боимся заболеть.

Мэдлин устало глядела на своего собеседника, она почти уже перестала понимать, о чем он говорит. Тот небольшой запас сил, который был у девушки, иссякал. Глаза ее сами буквально против воли закрывались. Она чувствовала, что засыпает.

Единственное, что мешало Мэдлин полностью погрузиться в объятия Морфея, был странный шум, мешавший ей. Девушке беспрестанно чудилось, будто бы кто-то зовет ее по имени. Причем так, что голос зовущего подхватывало эхо, словно она находилась не в маленькой комнате, а в огромном лесу.

Наконец Мэдлин не выдержала и открыла глаза. Вокруг царила непроглядная темень. Сперва девушка даже испугалась, что отчего-то ослепла и больше никогда ничего не увидит, но быстро поняла, что вновь находится в доме Шэлема. Только за окном стало еще темнее, чем было, а огонь в очаге погас в тот момент, когда она уснула и перестала поддерживать его своей магией.

Мэдлин прислушалась, но в доме и в лесу царила полнейшая тишина. Неужели ей померещилось, что ее кто-то звал? Должно быть. Да и кто бы мог зазывать ее здесь в лесу.

Но как оказалось, не она одна слышала этот голос. Почувствовав, что девушка проснулась, хозяин дома, о котором Мэдлин уже совсем забыла, произнес:

— Какой-то чужак ходит по лесу.

— Это маг? — поинтересовалась Мэдлин, безуспешно вглядываясь в темноту окна.

— Конечно, обычные люди никогда сюда не забредают. Не дают им жители нашего леса далеко уйти.

— Но маг бы нас сразу же увидел, что же он слепой что ли? Да и почувствовал бы, — удивилась девушка.

В действительности для колдуна самого среднего уровня не являлось проблемой при желании видеть в темноте. А уж о том, что все маги чувствуют энергетику друг друга, и говорить не приходилось. Поэтому Мэдлин показалось очень странным, что человек, обладающий магическими способностями, стал просто ходить по лесу и кричать «ау».

— Так я на дом специальное заклятие наложил. Его видят только те, кому я это разрешаю. Для остальных же это просто обычная поляна. А стены не позволяют почувствовать нашу энергию. Не люблю я, когда ко мне без спроса наведываются. Тут такие твари живут, с ними только ухо востро держи. Да, и гости, которые в наш лес наведываются, далеко не безобидные грибники, — пояснил Шэлем.

Мэдлин ничего не ответила, настороженно вслушиваясь. Через некоторое время кто-то снова позвал ее, и девушка почти окончательно утвердилась в своих догадках на счет того, кто бы это мог быть.

— Настырный какой-то, — недовольно произнес хозяин дома. — Видать все-таки чувствует, что здесь кто-то есть, но не может понять, как нас найти. И почему его до сих пор эти шакалы не съели?

— Его так просто не съесть, — усмехнулась Мэдлин. — Думаю, мне придется выйти к нему, он меня ищет.

— Среди ночи в наш лес даже я не люблю ходить. Так что не советую. А это что твой знакомый, который тебя не так давно убить хотел? И ты к нему хочешь выйти? Странная ты. Сама на нож кидаешься. Подожди лучше, пока его в лесу сожрут, — посоветовал «добрый» Шэлем, который, оказывается, откуда-то знал о злоключениях девушки.

— Это он меня случайно убить хотел! — принялась оправдывать своего спутника Мэдлин. — На нем заклятие лежит, так что он раз в месяц неадекватным становится и на всех кидается. А в остальное время он абсолютно нормальный! Я его очень давно знаю, и он несколько раз спасал мне жизнь! Я бы без него пропала! А сейчас мне нужно ему помочь от этого заклятия избавиться! Он очень хороший и позитивный человек, поверь мне! Если бы ты хоть раз поговорил с ним, а уж тем более услышал, как он поет под гитару, то тебе бы он очень понравился!

Девушка так старательно убеждала Шэлема, потому что чувствовала, что благодаря наложенному им заклинанию сама она без спроса вряд ли сможет выйти из этого дома. По крайней мере, не сразу сможет. Поэтому Мэдлин позабыла упомянуть в своей характеристике, что хороший и позитивный человек по совместительству подрабатывает наемным убийцей и иногда промышляет мошенничеством.

Шэлем еще немного поворчал, но все же согласился выпустить ее. При этом сам он остался стоять на пороге и зорко всматривался в лес, стараясь не упустить ни малейшего движения. Перед этим он заявил Мэдлин, что, если ее спутник покажется ему опасным и враждебно настроенным, он непременно его убьет.

Девушка согласилась на такие условия, так как была уверена в том, что раз Джереми направился ее искать, значит, приступ безумия уже закончился. А кроме того, это был очень спорный вопрос, кто кого в случае чего убьет. Несмотря на всю магию Шэлема, Джереми тоже был явно не выпускником школы благородных девиц.

Оказавшись на улице, Мэдлин отчего-то никак не могла решиться окликнуть своего спутника. Тишина леса была такой звенящей и гнетущей, что ей стало боязно ее нарушить и разбудить хозяев этих мест. Пока девушка собиралась с мыслями, наблюдая, как выдыхаемый ею воздух превращается в пар, кто-то легонько коснулся ее плеча. В такой напряженный момент это заставило Мэдлин вздрогнуть и закричать от неожиданности.

— Спокойно, спокойно! Это я! — произнес до боли знакомый голос и даже в темноте девушка поняла, что перед ней Джереми. — Где ты пряталась? Я тебя целый час ищу на этой поляне! Чувствую энергию твою и твоего амулета, но никак не могу найти. Прямо игра в жмурки какая-то….

Он хотел еще что-то сказать, но неожиданно дыхание его перехватило, и против собственной воли молодой человек оказался в воздухе, приподнятый над землей где-то на метр. Все произошло так быстро, что Мэдлин далеко не сразу сообразила, отчего ее спутник ни с того ни с сего вдруг решил заняться левитацией. Девушка слышала только его сдавленные хрипы.

А затем темноту прямо перед ней озарила вспышка боевого заклятия, в свете которого Мэдлин увидела, что Шэлем своими корнями-руками настолько крепко держит Джереми, что вот-вот его задушит, а тот старается вырваться, из последних сил пытаясь произнести еще какое-то заклинание. Из-за боевого огненного шара рука лесного мага загорелась, но он, судя по всему, ощущал боль совсем не так, как обычные люди и поэтому не желал отступать.

— Шэлем, Шэлем, прекрати! Отпусти его, пожалуйста, он не причинит тебе вред! — взмолилась девушка.

— Да уж, не причинит, — просипел Шэлем, но Джереми все-таки выпустил.

Пока молодой человек, хрипя, пытался отдышаться, Мэдлин спешно произнесла водное заклятие и потушила огонь на руке-ветке. Та выглядела обугленной. Странно было даже, что сам лесной маг не вспыхнул целиком.

— Больно? — с состраданием спросила девушка.

— Не очень. Но она больше никогда не заживет окончательно. Регенерация уже не та, — тяжело вздохнул Шэлем.

— Я так понимаю, то, что мне больно, тебя не очень беспокоит. Ты уже нашла себе в лесу нового друга-убийцу. В прошлый раз это был дракон, а теперь кто? — недовольно поинтересовался, отдышавшийся молодой человек.

— Джереми, прекрати! Все началось с твоего приступа! Мне пришлось бежать в лес, где меня чуть не съели здешние волки, а Шэлем меня спас, так что помолчи, пожалуйста! — строго велела Мэдлин.

— Надо в дом идти. Туман наступает. Туман — это плохо, — сипло произнес лесной колдун.

— В какой еще дом? Я что-то упустил… — начал Джереми, но в этот момент он, судя по всему, с позволения Шэлема, смог увидеть его жилище и осекся. — Да, интересно у вас тут все устроено, — восхитился он.

А со стороны деревьев на поляну действительно наступал густой, похожий на молочную пену, туман. Причем девушка ощущала исходившую от него подозрительно сильную магическую энергетику. Судя по всему, это был не обычный туман, а свободное скопление сильной магии.

Джереми похоже тоже это почувствовал, поэтому поспешно зашел в дом вслед за Мэдлин и Шэлемом и даже потрудился закрыть за собой дверь. От подобного магического тумана можно было ожидать чего угодно. И не девушке, не молодому человеку не хотелось неожиданно превратиться, например, в лягушек.

— Что это за туман? — с любопытством спросила Мэдлин, разглядывая его из окна.

— Да кто его знает. Магический какой-то. В него кто попадает, все исчезают, — коротко объяснил Шэлем.

— Куда? — встрял Джереми.

— Не знаю. Исчезают и все. Может, растворяются в нем, а может, появляются где-то в другом месте, — неохотно ответил хозяин дома.

— Так, ладно, введите меня быстро в курс дела! Что тут у вас происходит? — потребовал молодой человек. — Почему этот твой друг вдруг стал на меня нападать? — обратился он уже лично к Мэдлин.

Девушка вкратце описала Джереми все произошедшее с ней. Особенно в красках обрисовав то, как на нее напали волки и она едва не утонула в болоте из-за приступа молодого человека. Мэдлин ожидала, что Джереми начнет извиняться, но он словно пропустил ее слова мимо ушей. Так что ей даже стало обидно.

«Вот, сухарь», — подумала она. — «А я его еще у себя приютила и из озера доставала. И почему все мужчины такие равнодушные? Зато на меня обижался целых полтора года».

Шэлем все это время подозрительно разглядывал молодого человека, а затем вдруг произнес, обращаясь к девушке:

— Теперь я понимаю, зачем тебе этот браслет. Если рядом с тобой один из Хранителей, лучше иметь возможность защититься от него. С ним он не сможет тебя коснуться. Тот человек видимо тоже так думал и поэтому его носил.

— Джереми, не хранитель. Он, конечно, рискует стать им, но я постараюсь этого не допустить, — возмутилась Мэдлин, а затем добавила. — К тому же, браслет против него не особенно действует.

Молодой человек, действительно мог спокойно дотронуться до девушки даже в момент приступа, в отличие от Хранителей, напавших в пустыне на армию Алемана и вынужденных отступить при виде золотого слитка.

— Это пока что, — «оптимистично» заявил Шэлем. — Превращение происходит не за одну минуту.

— О каком человеке идет речь? Кто еще собрался защищаться от Хранителей? — живо заинтересовался Джереми.

Мэдлин вкратце рассказала ему о воспоминаниях Шэлема и добавила:

— Как думаешь, этот неизвестный мог спрятать здесь копье?

— Почему бы и нет? — пожал плечами молодой человек. — Мы же не знаем, кто это сделал и когда. Правда, это все равно не особенно приближает нас к разгадке тайны. Мы и так предполагали, что копье находится где-то в лесу. А этот человек мог запросто прятать и что-нибудь другое. Даже не артефакт, а какую-нибудь свою личную ценность. А браслет просто так носил, потому что любил золотые побрякушки.

Девушка вздохнула. Версия, за которую она уже хотела уцепиться, рушилась на глазах под напором скептически настроенного Джереми.

— Я вот думаю, — заговорила она. — Где он спрятал копье в лесу? Не просто же так на землю бросил и ушел? Этот человек рассчитывал на то, что оно будет находиться здесь долго, а значит его не должен касаться ни снег, ни дождь. Магические артефакты, а особенно сильные, иногда оказываются очень чувствительны к негативным воздействиям внешней среды. В землю закопать тоже не вариант. Начнутся процессы окисления и гниения. Кстати, а из чего оно вообще сделано?

— Надо полагать, что из дерева и металла, а не из ваты, например, — с усмешкой отозвался Джереми.

— Какое умное замечание! Такой артефакт могли запросто и из золота сделать, и из чего угодно! Я хотя бы что-то пытаюсь придумать! — обиделась Мэдлин.

Девушка была не в настроении из-за тона своего спутника и из-за того, что ужасно мерзла, но не решалась разжигать огонь, боясь напугать Шэлема, которого и так только что чуть не сожгли. Поэтому она хмуро сидела на деревянной скамье, обхватив себя руками за плечи.

— Если бы я прятал что-то в лесу и не планировал скоро забрать, я бы отнес это в Подземный город. К его жителям. Они бы точно его никому не отдали, правда и мне бы тоже. И там под землей у них нет ни дождя, ни снега, — неожиданно встрял в разговор хозяин дома.

— Какие еще подземные жители? Гномы что ли? Вспомним весь волшебный фольклор? — Джереми сегодня похоже не нравилась ни одна из идей его собеседников.

— Если бы гномы! К таким гномам лучше не попадать, сожрут и никакая Белоснежка не поможет. У них там белковое голодание развивается, мяса хочется, а наверх они редко выходят. У них глаза от света отвыкли, — ответил Шэлем.

— И как же таким страшным чудикам кто-то мог копье оставить? — не унимался молодой человек.

— Да просто очень, — принялся объяснять лесной маг. — Вход в их царство ведет через пещеру. Там особая черта есть, магическая, через которую переступать нельзя. Но если на границе какую-нибудь вещь ценную положить, то это, вроде как, ты им предлагаешь обмен. Приходишь на следующий день. Если вещь осталась на том же месте, значит им это не нужно. А если нужно, то вместо нее найдешь драгоценные камушки или золото. Причем, в таких вопросах подземные жители очень честные. Если ты им действительно что-то ценное принес, они не поскупятся. Раньше к ним много кто ходил. А в последние лет сто про них совсем позабыли. Современные маги знают более новые способы обогащения. А в прошлые времена там кто-то даже еду на золото выменивать умудрялся.

— Звучит, конечно, интересно, только больно рискованно. Мало ли что они с этим копьем сделают? Возьмут и переплавят во что-нибудь. И что потом? Судиться с ними? — пожал плечами Джереми.

— Но с другой стороны, копье ведь прятали как раз для того, чтобы его никто не нашел. А так получается очень даже неплохо запутать следы, — возразила Мэдлин. — Если кто-то даже и догадается, то побоится сунуться.

— Ну, хорошо, а почему мы с тобой никогда не слышали об этих мифических подземных жителях, если они действительно существуют? — поинтересовался молодой человек.

— Пару лет назад мы с тобой ничего толком не знали и о Междумирье, кроме того, что оно просто существует, а потом мы там оказались и все в корне изменилось. Если мы о чем-то не знаем, не значит, что этого нет, — веско аргументировала девушка. — Кстати, у тебя осталась моя сумка с вещами? А то мы так стремительно попрощались, что я совсем забыла ее забрать!

— Ничего страшного, — парировал Джереми. — Я ее захватил. Также, как и наш коврик.

Молодой человек, сидевший на соседней скамейке, протянул ей сумку, которую сама Мэдлин не заметила в полумраке. Дом Шэлема освещал только маленький огонек светового заклятия, созданного Джереми. Девушка открыла сумку и с удивлением обнаружила свое пальто, лежащее поверх остальных вещей.

— Ты его нашел и молчал, пока я тут сижу и мерзну? — возмутилась она.

— Ну, извини, что-то не подумал. Я просто шел по следам твоей магической энергии и обнаружил его. Только оно, кажется, слегка порвано.

— Не страшно, это можно исправить, — отмахнулась девушка. — А туфли тебе случайно нигде не попадались?

— Увы, нет, а ты что почитать решила? — поинтересовался Джереми, наблюдая за тем, как Мэдлин достала из сумки какую-то книжку, зажгла над своей головой еще один световой огонек и принялась ее листать.

— Ага, ни дня без литературы, знаешь лишь. А про туфли — обидно. Карма у меня, что ли такая — постоянно босиком ходить, — вздохнула девушка.

— Не беда, найдем тебе какую-нибудь другую обувь, — утешил ее молодой человек, возвращая Мэдлин помимо пальто и ее кольцо — амулет.

Книга, которую она листала, была подарком Александра на день рождения. Девушка взяла ее с собой, так как была уверена, что байкер дарил ее неспроста, и она должна им как-то помочь.

Поэтому Мэдлин совсем не удивилась, когда сама по себе открылась страница, где как раз рассказывалось о подземных жителях. Она принялась читать. Джереми, увидев интерес в глазах девушки, поближе придвинулся к ней и присоединился к чтению.

Книга сообщала, что тысячу лет назад в этом магическом лесу поселились волшебники, спасавшиеся от притеснения своих чересчур воинственных соседей. Правда, после этого жизнь их не стала намного легче. Здесь им постоянно приходилось отбивать нападения магических существ, населявших чащу.

В те времена маги были более слабыми. Им не было известно многое из того, что они знают теперь, и большинство магических заклятий еще не придумали. Поэтому коренные обитатели леса оказались сильнее.

Ситуация становилась безвыходной. Выйти из чащи означало быть убитыми своими собратьями, а остаться значило смириться с тем, что рано или поздно будешь растерзан здешними тварями. Так бы и погибли эти волшебники, которых с каждым днем становилось все меньше и меньше, пока однажды спасаясь от волков, не наткнулись они на глубокую пещеру.

Укрывшись в ней, колдуны почувствовали присутствие там сильнейшей магической энергии. Казалось, что все подземелье было пропитано ею. Черпая ее, маги могли творить самые сильные заклятия без помощи амулетов. Обрадовались они своей удаче и решили остаться жить там, а в лес выходить лишь за тем, чтобы добыть себе еду.

Всем понравилось это решение, кроме одного колдуна. Чувствовал он, что магическая энергия, наполнявшая пещеру совершенно чужая им. Она искажала известные волшебникам заклятия на свой лад. Заметил он также, что, находясь в этой пещере спутники его ведут себя, словно опьяненные. Глаза их странным образом горели, все в пещере казалось им волшебным и чудесным. А мысль о том, что нужно выйти на поверхность, наводила страх.

Понял колдун, что пещера эта непростая, и она словно подчиняет пришедших сюда своей воле. Стал он уговаривать своих спутников покинуть ее и пойти дальше, в надежде, что они смогут выйти из леса. Пусть уж лучше попадут они в руки к своим врагам, чем сойдут с ума здесь. Но никто не слушал прозревшего мага. Его сородичи лишь смеялись над ним. А когда стал он чересчур настаивать, неописуемый гнев охватил их и даже самые добрые стали похожи на диких зверей. Грозились они убить его, если скажет он еще что-то плохое про их новый дом.

Испугался маг и сбежал прочь из пещеры и от своих бывших друзей. Каким-то чудом сумел он выбраться из леса живым и узнал, что враги, притеснявшие его народ раньше, теперь разбиты, и на их родной земле воцарился мир.

Жил он и радовался, но всё время тяготила его мысль, что пока он здесь ходит под ясным небом, родные его томятся в темной пещере и боятся выйти на поверхность. Решил колдун собрать людей и отправиться в поход к пещере, чтобы вызволить своих собратьев оттуда. Он был уверен, что стоит только вывести их на поверхность, как странная магия подземелья перестанет подчинять их своей воле, и они снова станут такими, как прежде.

Долго собирался он в дорогу. А когда, наконец, собрался и дошел до пещеры, страшное открытие ждало его там. В подземелье нашел он странных созданий, похожих больше не на людей, а на тени. Серая кожа их казалась, словно высеченной из камня, а глаза лишились зрачков и похожи были на черные провалы.

Бесшумно едва касаясь земли, словно плывя по воздуху, вышли они навстречу колдуну из недр пещеры, и с трудом узнал он в их исказившихся чертах своих бывших родственников. Они же не узнавали своего собрата и попытались убить и его, и его спутников. С трудом спаслись колдуны, а вернувшись из леса, рассказали всем, что живут теперь в той пещере страшные Подземные жители и что никому нельзя ходить туда.

Прошли годы и бывшие волшебники, изменившие свой облик под действием странной магии подземелья, забыли о своем прошлом. Никогда не выходили они на свет из своей пещеры. Но и к себе никого не пускали. Построили они под землей целый город и жили в нем. Ходили легенды, что все там было из золота и самоцветов, которые они добывали в недрах. Выменивали они эти драгоценности на артефакты и еду у тех, кто жил на поверхности. Но никому из обычных людей нельзя было пересекать заветную черту и спускаться в сам город. Если же такое случалось, Подземные жители не выпускали чужака на поверхность, и что с ним происходило дальше, никто не знает.

Большую часть из написанного Мэдлин прочитала вслух. Так как Шэлему тоже стало интересно, о чем говорится в книге.

— Так оно и есть. Они и до сих пор там живут. Я знаю, — произнес он довольный тем, что его слова нашли такое веское подтверждение.

— А может, это просто легенда, — отмахнулся Джереми. — Сказки ведь тоже в книгах написаны. Что это вообще за книга?

— «История магического мира». Мне ее вообще-то Александр подарил! Я уверена, что он не стал бы дарить мне неизвестно что! — вступилась за книгу Мэдлин.

— А если Александр, то да! Он никогда не делает ничего просто так. Если он дал тебе книгу, где написано про этих чудиков, значит это тонкий намек, что мы должны прийти к ним и навести порядок, а также помочь установить новый демократический режим! А заодно у них могут оказаться ключи от спасения мира! — ехидно заметил молодой человек.

— Или просто нужное нам копье, — спокойно ответила девушка. — Мы можем бесконечно долго гадать на кофейной гуще, но единственный выход проверить нашу догадку — это пойти туда и убедиться, там оно или нет.

— Если они, конечно, пустят нас к себе и позволят в чем-то убедиться, — усмехнулся Джереми.

— А ты что их боишься? — скептически приподняв брови, поинтересовалась Мэдлин. — Чего ты, вообще, такой нервный?

— Это из-за перевоплощения. Когда человек начинает превращаться в Хранителя, то постепенно теряет свою сущность и с ним происходят резкие смены настроения, — встрял Шэлем, не дав Джереми ничего ответить.

Молодой человек мрачно посмотрел на хозяина дома.

— Ладно, черт с вами, умники, — махнул он рукой и, обращаясь уже чисто к Мэдлин, добавил. — Если тебе так хочется пойти в эту пещеру, мы можем сделать это хоть сейчас.

— Сейчас не надо, — ответил за девушку хозяин дома. — Под утро туман становится особенно опасным. Но с рассветом он полностью рассеется, и можно будет спокойно идти, куда нужно. Только не забывайте, что он вновь появится примерно в четыре часа утра.

— Ну и хорошо. Честно говоря, я не очень хочу идти в гости к Подземным жителям по темноте, — призналась Мэдлин.

На этом диалог прекратился. Шэлем отошел от них и, устроившись в противоположном углу, кажется, задремал. Джереми сидел молча, разглядывая мерцающий красным светом гранат в своем амулете. Он по-прежнему выглядел недовольным и раздраженным, и девушке не хотелось ни о чем с ним разговаривать, а особенно начинать разговор первой. Она принялась всматриваться в темноту окна, и сама не заметила, как снова уснула.

Но, похоже, что в тот момент, когда Мэдлин согласилась помочь Александру, она полностью лишила себя возможности просто спать и видеть сны. Стоило ей только закрыть глаза, как она тут же покинула дом Шэлема и оказалась в уже надоевшей комнате с коврами в доме жреца. А сам хозяин стоял в изголовье ее кровати и мягко, но настойчиво пытался разбудить девушку, дергая за руку.

Мэдлин с большой неохотой открыла глаза и взглянула на мужчину. Ей ужасно надоели все эти перемещения. Да, как ни странно, но во время своих путешествий по вариациям девушка успевала физически отдохнуть и просыпалась в своем мире, как после обычного сна. Но вот морально она была уже вся вымотана. Ей нужно было решать множество задач и в своем времени, и здесь, а ей хотелось просто ни о чем не думать.

Глава 9. Мертвец

— Ну вот, а мы уж думали, что Вы не переживете очередной приступ лихорадки, — оптимистично произнес жрец.

Мэдлин оставалось только вздохнуть в ответ на это. Находясь здесь в прошлом, она снова почувствовала себя тяжело больной. Если бы Александр с самого начала предупредил девушку о том, что ей предстоит пережить чуму, то она бы вряд ли согласилась. И плевать ей даже на судьбу мира. Пусть ищет других добровольцев. В конце концов, не одна Мэдлин обладала способностью управлять вариациями. Возможно, поэтому Собиратель и так тщательно избегал всех деталей, когда говорил с ней.

— Думаю, пора Вам встать с кровати и немного пройтись. Лежать столько времени тоже опасно для Вашего здоровья, — продолжил мужчина.

Но девушка лишь отрицательно покачала головой. Ей было так плохо, что она не находила в себе силы даже на то, чтобы разговаривать, не говоря уже о том, чтобы встать и куда-то идти. Может, жрец и был прав, что постоянное нахождение в этой душной комнате не идет ей на пользу, но и бежать на улицу с лихорадкой тоже не казалось Мэдлин блестящей идеей.

Правда, похоже ее мнение никто и не собирался спрашивать. Жрец сделал знак рукой, и к больной подбежало несколько служанок, принявшихся поднимать ее с постели. Протестовать не было сил, поэтому девушка смиренно покорилась. Ладно, если уж они так хотят вывести ее на улицу, то на здоровье. Может быть, там она потеряет сознание и поскорее вернется обратно в свой мир.

— Попробуем полечить Вас нашими методами, — принялся объяснять ее новообретенный «доктор». — Когда-то я лечил так одного царя. Когда его привезли к нам, я и другие жрецы никак не могли решить, что с ним такое. Насколько Вы знаете, наш город славится чудесными лекарями и к нам нередко приходят за исцелением. Так вот, мы не могли точно понять, отравили этого человека или прокляли, но после нашего лечения ему однозначно стало лучше, и умер он впоследствии лишь от того, что его ужалила змея. Мне кажется, Вам мои зелья уже пошли на пользу, но пора попробовать и что-то другое.

— Что Вы собираетесь со мной делать? — подозрительно спросила Мэдлин.

Жрец говорил о здешних способах лечения с такой нехорошей улыбкой, что девушке стало не по себе. Насколько хватало ее знаний по истории, в древние времена у людей были довольно своеобразные представления о том, что полезно для здоровья. В порядке вещей считалось натереть кого-нибудь ртутью или дать в качестве лекарства помет летучей мыши. И Мэдлин совершенно не хотелось опробовать на себе все достижения медицины этого города.

— Не волнуйтесь, больно не будет. Наоборот станет легче. Расслабьтесь и доверьтесь нам, — успокоил ее жрец, а затем вышел, оставив девушку наедине со служанками.

Они сняли с Мэдлин длинную льняную тунику, в которой она лежала во время болезни и надели на голое тело нечто похожее на халат. Правда, по искусству отделки этот халатик мог поспорить с любым вечерним платьем. Тонкая невесомая ткань была расшита золотыми нитями, складывающимися в замысловатый узор.

Как только Мэдлин встала с постели, голова ее закружилась, а в глазах потемнело, так что она неизбежно упала бы, если бы служанки, одевавшие девушку, не держали ее так крепко. Поддерживая больную со всех сторон, они буквально вынесли ее из душной комнаты в коридор, а затем и на залитую солнцем террасу.

На улице стоял полдень и воздух был жарким и влажным. Одурманивающе пахло цветами и растениями из сада, расположившегося внизу террасы. От такой жары и лихорадки Мэдлин сделалось еще хуже и хотелось только одного — окунуться в воду и искупаться. И похоже ей собирались предоставить подобную возможность.

Посреди террасы было установлено нечто напоминающее широкую ванну или маленький бассейн и, судя по всему, девушки — служанки вели Мэдлин именно к нему. Только радость ее оказалась кратковременной. Вместо прозрачной воды, на которую так рассчитывала девушка, ванну наполняло нечто темно-красное. Мэдлин до последнего надеялась, что ей предложат искупаться в вине. Это было бы совсем не страшно и даже в какой-то мере приятно и экстравагантно, но надежда таяла на глазах.

— Я даже не прикоснусь к этому, — брезгливо заявила она, увидев, появившегося откуда-то жреца. — Не думайте, что я соглашусь в это окунуться.

— Отчего же Вы столь категоричны? Вы же едите мясо, разве нет? — насмешливо поинтересовался он.

— Причем здесь это?

Служанки, ведущие Мэдлин, остановились вместе с ней в двух шагах от странного бассейна и видимо ожидали приказания относительно того, что им делать дальше.

— А в чем разница? Вы не падаете в обморок, когда едите барашка, внутри которого была точно такая же кровь. Почему же мысль о прикосновении к этой ванне Вас так пугает?

Рассуждения жреца звучали, конечно, логично, но Мэдлин они все равно не слишком убедили.

— Кроме того, данной церемонией мы оказываем Вам особый почет. Я же сказал, что до этого подобным способом мы лечили царя соседнего города. Этой чести удостаиваются особы королевских кровей, либо живые воплощения наших богов. Отказавшись, Вы лишь убедите нас в том, что являетесь обычной колдуньей и никем более.

Этот довод прозвучал намного убедительнее. Девушке хотелось, как можно скорее завершить свое странствие по этой вариации и сосредоточиться на текущих проблемах в реальном времени, связанных с Джереми, да и наконец, просто отдохнуть. А для этого было необходимо заполучить копье. И если уж жрецам этого города нужны доказательства, хоть и такие необычные, она готова побороть свою брезгливость и немного потерпеть.

В конце концов, если разобраться, то все это происходило не с самой Мэдлин, а с той девушкой, чью роль она играла, находясь в этом времени. Кроме того, сопротивляться и спорить сил особо не было, и она решила подчиниться обстоятельствам и просто смириться с происходящим.

Получив немое согласие и дождавшись, как только жрец покинет террасу своего дома, служанки скинули с Мэдлин расшитый узорами халат и помогли опуститься в бассейн. Как ни странно, никаких неприятных ощущений девушка не испытала, словно она погрузилась в обычную воду, только окрашенную красной краской. Не было и неприятного запаха, который был бы вполне ожидаемым, учитывая то, что на улице стояла сильная жара.

Мэдлин закрыла глаза, стараясь отвлечься от происходящего и дожидаясь лишь того, когда все закончится. Как вдруг ощутила какую-то странную перемену в своем состоянии. Нет, она не почувствовала себя вдруг здоровой. Она ощутила лишь необычный прилив магической энергии, который бывает, если взять в руки сильный артефакт или очутиться в зоне скопления свободной магической энергетики.

Девушка озадаченно открыла глаза, но вокруг ничего не изменилось. Едва ощутимый ветерок трепал листья деревьев в саду, не принося никакой прохлады. Служанки, покорно склонившись, молча сидели по углам террасы. Ничего особенного не происходило. Но Мэдлин ясно ощущала какую-то перемену. И вдруг к своему удивлению, она обнаружила на своей шее подвеску, подаренную когда-то давно Александром и способную накапливать, хранить и приумножать магию Междумирья.

Девушка пораженно разглядывала артефакт. До этого момента у нее не получалось принести с собой в вариацию какую-то вещь из родного мира. С чем же связана такая перемена? Мэдлин чувствовала, что подвеска буквально переполнена энергией и готова поделиться ею со своей владелицей, что вскоре и произошло.

От неожиданности девушка схватилась за голову, обхватив виски ладонями. Служанки испуганно взглянули на нее. Видимо со стороны это выглядело так, словно у Мэдлин резко и очень сильно заболела голова. Но на самом деле она снова слышала голоса. Давненько они ее не беспокоили.

Эта странная способность, обретенная в Междумирье под действием местной магии, иногда оказывалась весьма полезной, но одновременно сильно докучала девушке. Поэтому она только обрадовалась, когда на протяжении долгого времени голоса в голове не давали о себе знать. Сейчас же Мэдлин вновь слышала этот разрозненный, кричащий на разных интонациях хор. Лишь через несколько секунд девушка сумела разобрать отдельные слова, а затем и словосочетания.

«Снежный хребет… горы… Весенний ручей… туда… срочно… спасти», — сумела разобрать она, вот только значение этих слов было ей абсолютно непонятно.

Неожиданно все закончилось так же быстро, как и началось. Мэдлин с удивлением увидела, стоявшего рядом с ней жреца, вернувшегося на террасу.

— Отчего вы кричите? Что вас напугало? — с легкой усмешкой поинтересовался он.

Девушка и сама не заметила, что кричала. Она была слишком сосредоточена на том, что слышала.

— Ничего. Это мне от вашего лечения плохо, — огрызнулась Мэдлин и внезапно осознала, что силы частично вернулись к ней и она чувствует себя значительно более бодрой и живой.

— Плохо? А мне кажется, что скорее наоборот. Но думаю, что для первого раза достаточно.

Жрец махнул рукой девушкам и те бросились к Мэдлин, принявшись обтирать ее полотенцами, а затем облачили в какое-то легкое расшитое платье наподобие предыдущего халата. После чего больную не повели сразу обратно в душную комнату, а позволили немного посидеть на скамейке в тени террасы и подышать воздухом.

— У Вас было видение? — спросил мужчина, снова возникший из ниоткуда за спиной девушки.

— Можно сказать и так, — рассеянно ответила Мэдлин, а затем неожиданно поинтересовалась. — И какое животное вам пришлось обескровить ради того, чтобы я почувствовала себя лучше? Вынуждена признать ваше лечение имеет успех.

— Животного? Мы не настолько жестоки. И неужели Вы думаете, что мы позволили бы осквернить тело богини кровью какой-нибудь коровы? — засмеялся ее собеседник.

Мэдлин вопросительно приподняла бровь. Значит, это все же не кровь, и она зря переживала, но надо было убедиться.

— Так что же это было?

— Кровь мага, убитого на пике своих магических сил, — махнул рукой жрец, словно рассказывал о чем-то будничном и неинтересном.

— Вы серьезно?? — одновременно удивилась и ужаснулась девушка.

— Разумеется. Благодаря этому Вы и сумели набраться энергии. Кровь сохранила часть магии и передала ее Вам.

— Но ради этого пришлось кого-то убить??

— Естественно, поэтому я и говорю, что этот ритуал показывает наше весьма почтительное отношение к Вам. Так мы лечим только действительно значимых особ. Вам должно быть приятно от этого.

Последние слова он произнес с некоторой ноткой укора. Так, что Мэдлин почувствовала себя очень неловко. Люди ради нее старались: искали мага, а может даже и не одного, судя по объему бассейна, убивали его, а она всем недовольна. Ну не виноваты же, в самом деле, жрецы этого города в том, что их представления о хорошем сильно расходятся с современным миром. Поэтому решив, что изменить все равно уже ничего нельзя, и что сделано, то сделано, девушка перевела разговор на другую тему.

— Скажите, Вам знакомо такое название как Снежный Хребет или может быть Весенний ручей? Понимаю, вопрос странный, но все же… — осторожно начала она.

— Нет, скорее странно, что Вам они незнакомы. Это название одной из самых высоких горных вершин и источника, бьющего в горах.

— Я сильно Вас удивлю, если скажу, что мне надо туда попасть?

— И зачем же, если не секрет? — с усмешкой полюбопытствовал жрец.

— Будем считать, что мне было видение, будто мне туда нужно, — вздохнула Мэдлин. — А я предпочитаю трепетно относиться ко всем знакам, которые дает мне судьба.

Жреца, как ни странно, это объяснение вполне удовлетворило.

— Думаю, это лишний раз подтверждает то, что наши методы лечения действуют. Вы сумели восполнить свою магическую энергию настолько, что проявились Ваши способности, дремавшие во время болезни.

— Значит, это возможно? Попасть туда? — с надеждой поинтересовалась девушка.

Она была уверена, что эта ниточка ведет ее к копью. Странные голоса никогда не беспокоили ее по пустякам.

— Думаю, возможно, но не сейчас. Вы еще слишком слабы. А горы есть горы. Там холодно и опасно, даже если Вы прилетите туда на короткое время.

После этой фразы Мэдлин сообразила, что совершенно не подумала о том, как будет добираться до пресловутого Снежного Хребта. Не пешком же она пойдет, в самом деле. Да и скакать на лошадях придется долго. А телепортироваться в абсолютно незнакомое место было слишком опасно. Девушка могла запросто промахнуться. И про летающие машины здесь еще никто не слышал.

— А у вас случайно нет ковра-самолета? — с робкой надеждой спросила она.

— О, этого добра у нас предостаточно! — улыбнулся мужчина. — Наши ткачихи очень искусно их вышивают. Вы и сами могли бы заметить, в Вашей комнате ими завешаны все стены.

Только тут девушка поняла почему странные узорчатые гобелены на стенах казались ей такими знакомыми. Они напоминали ей тот самый ковер, на котором они с Джереми прилетели в лес. Только он был более потрепанным.

— Я думаю, что смогу даже составить Вам компанию. Во-первых, за Вами нужно присматривать, вдруг сделается плохо. А, во-вторых, мне самому интересно, что же такое Вас там ждет. Думаю, против Вы не будете, — подытожил жрец.

Мэдлин была только за. Она совершенно не ориентировалась в здешнем мире и проводник ей явно не помешает. Девушка хотела сказать еще что-то, поблагодарить своего собеседника, но неожиданно все перед ее глазами стало расплываться, голова закружилась как на карусели.

Она испуганно тряхнула головой и поняла, что обстановка вокруг молниеносно меняется. Яркое солнце и экзотические растения в саду вблизи террасы пропали, а вместо них Мэдлин увидела серые предрассветные сумерки и спящего рядом с ней Джереми, положившего голову ей на плечо. Шэлема в доме не было.

Девушка поняла, что пока она спала, наступило утро, а значит, скоро пора будет отправляться искать странных подземных жителей, у которых возможно хранилось копье здесь в настоящем времени. Она пошевелилась и Джереми тоже открыл глаза.

— Какое жесткое у тебя плечо, — проворчал он зевая.

— Я вообще-то тебя на него и не приглашала, иди найди девушку с мягким. Пусть она терпит твои приступы и помогает искать копье, — обиженно ответила Мэдлин.

— Да не могу я тебя одну оставить. Пропадешь без меня, — великодушно махнул рукой молодой человек.

— Скорее с тобой… Ладно, ты не видел, куда Шэлем ушел? — закончила этот вялотекущий спор девушка.

— Понятия не имею. У меня, к сожалению, нет способности спать и одновременно наблюдать за тем, что происходит вокруг. Хотя было бы неплохо. А ты что уже соскучиться по нему успела?

— Ну, если ты помнишь, вчера мы решили отправиться к подземным жителям, а лично я не знаю, где они проживают. Неплохо было бы спросить.

— А ты все-таки думаешь, что копье может быть у них и нам действительно стоит туда соваться? — уточнил Джереми.

— Ну да. А какие у нас еще есть зацепки? Я не представляю, где еще мы можем его искать. Не ходить же по лесу, заглядывая под каждое дерево, — пожала плечами Мэдлин. — И почему ты так упорно не хочешь туда идти?

— Не знаю. Какое-то предчувствие плохое, не тянет меня туда. И камень в амулете потемнел. Предупреждает о грядущих неприятностях, — задумчиво произнес молодой человек, но потом добавил. — Правда, он потемнел, когда мы еще только прилетели в этот лес.

— Вот видишь, он просто предупреждает тебя о том, что здесь плохо. Но это и так понятно, учитывая местную фауну.

Оживленный разговор был прерван скрипом двери. Джереми и Мэдлин синхронно обернулись и увидели переступающего порог хозяина дома.

— Мне нужно было на воздух. Не могу долго внутри, тянет в лес. Но и в лесу тоже постоянно не могу, — отрывисто проговорил он, словно оправдываясь за свое отсутствие.

— Ничего страшного, — улыбнулась девушка. — Мы только что проснулись, но у нас уже появились вопросы к тебе. Ты ведь расскажешь нам о том, где искать подземных жителей?

— Я не помню. Память плохая. Я-то к ним не хожу. Не люблю я это место.

Мэдлин с Джереми озадаченно переглянулись, причем в глазах молодого человека явно читалась усмешка, словно он хотел сказать, что с самого начала не принимал эту версию всерьез.

— Где же нам их искать? — расстроенно поинтересовалась Мэдлин.

— Это очень просто. В пещере очень сильное скопление магической энергии. Вы ее сразу почувствуете даже издалека, — пояснил Шэлем, хмуро разглядывая при дневном свете свою обожженную вчерашним заклятием руку.

— Значит, мы можем даже не идти пешком. Поднимемся на небольшую высоту и полетим над лесом, а как только почувствуем магию, снизимся, — воодушевился Джереми.

Видно было, что блуждать пешком по лесу ему совсем не хотелось.

— В принципе, да, — задумчиво кивнула девушка. — Если энергия сильная, мы действительно ее легко почувствуем.

— Только когда вернетесь из пещеры, навестите меня. Скучно здесь. А с вами интересно. А еще я чувствую, что должен что-то вспомнить, но пока не могу.

Потом может получится, — попросил хозяин дома.

Мэдлин, прощаясь, заверила его, что они непременно еще вернутся и обязательно расскажут обо всем, что увидят. А Джереми лишь пожал плечами, словно сомневался, что все может закончиться так благополучно.

Выйдя из дома на поляну, он расстелил на земле их видавший виды ковер-самолет и молча уселся на нем, приглашая девушку последовать своему примеру. Мэдлин вздохнула. Полеты на ковре ей нравились значительно меньше, чем путешествия на машине. Сказывался давнишний страх высоты и любовь к комфорту.

Едва они только поднялись над лесом, как девушка снова начала ужасно мерзнуть. Она взглянула вниз и увидела, что дом Шэлема на глазах исчезает, сливаясь с чащей. Магия маскировки удалась лесному жителю на славу.

— Ну что ж, совершим небольшую экскурсию над лесом, — бодро произнес Джереми. — Разверни, пожалуйста, карту. Если не найдем пещеру, то хотя бы посмотрим, не находится ли поблизости что-нибудь интересное.

Мэдлин поняла, что второй вариант кажется молодому человеку наиболее правдоподобным, а в существование подземного города он так до конца и не поверил.

Карта указывала на наличие двух достаточно мощных артефактов в южном направлении, и было решено лететь в ту сторону. С высоты лес выглядел вполне безобидно, словно и не имел никакого отношения к магии. Лишь периодически девушка замечала какое-то странное движение и скользящие между деревьев тени. Джереми тоже обратил внимание на это.

— Да, похоже, там и правда шастают стаи магических волков или каких-то иных зверушек, — заметил он. — Знаешь, только самое интересное, что на меня никто из них так и не попробовал напасть. Может, побоялись боевой магии. Почувствовали ее, когда я пытался попасть в тебя заклятием.

— Зато на меня попробовали! И ещё как! — воскликнула Мэдлин. — А насчет магии, сомневаюсь, что они могут ее опасаться. У них похоже иммунитет к любым заклятиям, а к боевым так в особенности. Мое заклинание не причинило им ни малейшего вреда.

— Значит, это очень плохо, — задумчиво проговорил Джереми, глядя куда-то в сторону, словно хотел рассмотреть облака.

Девушке давно не доводилось видеть его таким погруженным в себя и свои мысли.

— Конечно, что же хорошего в том, что они меня хотели убить? — усмехнулась она, но потом добавила. — Или ты что-то другое имел в виду?

— Да просто ерунда какая-то в голову пришла, — махнул рукой молодой человек.

— Нет уж, скажи! С каких это пор ты стал беспокоиться по пустякам? И вообще мне твои тайны уже надоели! — потребовала Мэдлин.

— Никаких особых тайн. Просто вспомнил, что магические существа не нападают на Хранителей, — неохотно признался Джереми.

— Но ты же не Хранитель! По крайней мере, пока что…

— Вот именно, что пока что. Я боюсь, что со мной творится что-то неладное и твой лесной друг был прав насчет того, что перевоплощение идет полным ходом. Последний приступ — тому подтверждение. Он произошел намного раньше, чем через месяц. И эти твари в лесу, старательно обходящие меня стороной, — мрачно подытожил молодой человек.

— Но мы же не сидим, сложа руки! Мы ищем копье и как только мы его найдем, все будет хорошо! — девушка ободряюще взяла Джереми за руку.

Тот грустно улыбнулся и произнес:

— Главное, чтобы не было слишком поздно.

— Ну вот, а ты еще не хотел искать подземных жителей! Надо хвататься за малейшую возможность… — заговорила Мэдлин и вдруг замерла на полуслове.

Джереми вопросительно взглянул на нее.

— Кажется, я что-то чувствую! — обеспокоенно сказала она.

Молодой человек прислушался к своим ощущениям, но ничего особенного не заметил. Впрочем, он всегда был менее чутким по отношению к изменениям магического фона, чем его возлюбленная. Зато лучше владел боевыми заклятиями и обладал врожденной магической способностью к регенерации.

— Какое-то сильное скопление магической энергии. Она такая странная, но при этом очень знакомая, — попыталась сформулировать свои мысли девушка.

Теперь и ее спутник начал ощущать нечто необычное.

— Действительно, как будто бы ее источник находится где-то внизу под нами, — задумчиво произнес он, глядя на землю.

— Значит, нужно спуститься? — неуверенно предложила Мэдлин.

— Подожди, видишь? — Джереми указал рукой вниз, и девушка заметила то, что его беспокоило.

По земле стелился густой молочно-белый туман, так что нельзя было разглядеть ничего, кроме верхушек деревьев.

— Но ведь Шэлем сказал, что он появляется только ночью, может быть, это какой-то другой туман, неопасный? — робко предположила Мэдлин.

— А может быть и опасный, — логично заметил молодой человек. — Твой друг, насколько я понял, не любит уходить далеко от дома. Все-таки, как бы это странно не звучало, но он на половину дерево. А значит, возможно, что там, где он живет, туман появляется только ночью, а здесь днем. Это ведь магический лес, значит, и удивляться ничему не стоит.

— Но там явно присутствует какая-то магическая энергия, причем, очень сильная. Значит и пещера может находиться там. И если мы улетим, то так никогда в нее и не попадем!

— Нет, это не пещера, — с уверенностью заявил Джереми. — Я уверен, что энергия подземного города была бы совершенно другой. Незнакомой! Эта же магия, кажется мне просто до боли родной. Разве ты не чувствуешь?

— Чувствую, но что это? Я никак не могу понять!

— Междумирье! — неожиданно воскликнул молодой человек. — Да, это же магия трассы! Точно такая же энергия окутывала нас, когда мы ехали по ней!

Мэдлин поняла, что он прав. Она хотела что-то сказать относительно того, каким же образом они могут ощущать магию Междумирья, находясь здесь над лесом, но не успела ничего произнести, как коврик, на котором они летели, неожиданно провалился в воздушную яму, а затем изогнулся и взбрыкнул, словно арабский скакун, вознамерившийся сбросить своих седоков. Девушка с трудом смогла удержаться лишь благодаря тому, что от страха крепко вцепилась в Джереми.

— Эй, ты чего? Успокойся! — попытался усмирить артефакт молодой человек, но его усилия не возымели никакого успеха.

Ковер будто взбесился. Он дергался, рыскал в воздухе, пока наконец не совершил молниеносную петлю, перевернувшись вверх ногами. Естественно, что после такого маневра удержаться на нем было решительно невозможно. Мэдлин и Джереми полетели вниз, а следом за ними, камнем рухнул, резко потерявший всю свою магию, коврик.

Девушка закричала от неожиданности и страха. За доли секунды в ее голове пронеслась мысль, что она сейчас неизбежно разобьется. Так бы, наверное, и произошло, если бы она не услышала, как нерастерявшийся Джереми выкрикивает полетное заклинание. Это вернуло Мэдлин контроль над ситуацией.

Девушка быстро произнесла заклятие левитации, благо она знала их наизусть из-за своего врожденного страха высоты, и ее полет тотчас же замедлился. Теперь она могла управлять своими движениями в воздухе.

Полетные заклинания были отличным вариантом для перемещений на недалекие расстояния, на небольшой высоте. Для дальней дороги они, увы, не подходили, так как отбирали у использующего их мага много сил, из-за чего и были изобретены всевозможные летающие артефакты.

Несмотря на то, что теперь Мэдлин могла лететь в любую сторону, она предпочла плавно опуститься на землю. Девушка надеялась, что в тот момент, когда она коснется почвы, все ее проблемы решатся, но все оказалось иначе. Мэдлин поняла, что не видит ровно ничего вокруг себя, настолько густым был, окружавший ее, туман.

Вытянув вперед руку, она с трудом могла разглядеть кончики своих пальцев. Девушке стало не по себе. Она несколько раз позвала Джереми, но тот почему-то не откликался. Это наводило на нехорошие мысли. Что если молодой человек неправильно произнес заклятие? Просто перепутал что-то от неожиданности, и оно не сработало.

Мэдлин растерялась и не знала, что ей делать. Она, как слепая, блуждала в пелене тумана, боясь в любую минуту на что-нибудь наткнуться. Можно было, конечно, снова произнести полетное заклятие и подняться наверх, вырвавшись из этой пелены, но ведь Джереми должен быть где-то на земле и сверху она точно никак не сможет его разглядеть. А если он вдруг напутал заклинание и лежит сейчас без сознания? Тогда ей точно нельзя улетать.

Мэдлин продолжала кричать и звать молодого человека, но в ответ не слышала даже эха. Неожиданно она осеклась. Девушка брела по земле босиком, так как ее туфли были безнадежно утеряны в лесу. До настоящего момента она ощущала под своими ногами влажную траву. Теперь же она к своему глубочайшему удивлению поняла, что стоит на асфальте. А туман словно начал немного рассеиваться и Мэдлин сумела разглядеть уходящую к горизонту дорогу. Она каким-то чудом оказалась на обочине шоссе. Вот только каким образом это произошло, девушка никак не могла понять.

В глубине души Мэдлин надеялась на то, что лес просто на просто кончился и она вышла к обычной автостраде, но пейзаж казался ей до боли знакомым. Та же ровная, бесконечная, ведущая в никуда дорога, тот же мрачный непроходимый лес по обочине, отсутствие фонарей и каких-либо признаков жизни, а еще этот странный клубящийся туман и присутствие знакомой магии. Сомнений не оставалось. Девушка каким-то неведомым образом очутилась в Междумирье.

— Как же такое возможно…, — от переизбытка эмоций вслух произнесла она.

Мэдлин была действительно напугана. Ей было страшно оказаться в чужом мире, населенном множеством страшных тварей абсолютно одной, при этом не имея ни малейшего понятия о том, как вернуться обратно.

Девушка поняла, что во всем виноват проклятый туман. Когда они раньше путешествовали по Междумирью вместе с Джереми, то сумели случайно, проехав сквозь него, оказаться в будущем и увидеть войну, уничтожившую привычную им жизнь. Значит и сейчас из-за тумана она очутилась неизвестно где. Точнее известно где, но неизвестно в каком времени.

Вдали послышался визг тормозов, словно какая-то машина вынуждена была резко остановиться. Разглядеть, что именно это был за автомобиль было невозможно из-за тумана. Мэдлин испуганно отступила обратно к обочине в лес, боясь, что неизвестные путешественники по трассе ее увидят.

Вдруг раздался чей-то крик и страшный рев. Крик был похож на человеческий, а рев невозможно было даже описать словами. Словно кто-то ранил огромное чудовище. Девушка вздрогнула от ужаса, она почувствовала сильный всплеск магии. Кто-то применил боевое заклятие, а следом за ним в воздухе появилась аура смерти. Любой волшебник, наделенный маломальскими магическими способностями, всегда ощущал чью-то смерть рядом с собой.

Мэдлин обхватила голову руками и от ужаса снова принялась звать своего спутника, правда, не надеясь ни на какой результат и предчувствуя свою скорую гибель в параллельном мире. Неожиданно откуда-то из тумана раздался знакомый голос.

— Мэдлин! Ты здесь? Где ты? Я не вижу тебя!

— Джереми! — закричала в ответ девушка и бросилась бежать, ориентируясь на голос.

Она была так напугана и так спешила оказаться рядом со своим возлюбленным, как можно дальше от страшных и непонятных событий на трассе, что сама не заметила, как наткнулась на него. От неожиданности Мэдлин вскрикнула.

— Эй, ты чего?! Успокойся, все хорошо! Все позади! Я ранил его, и он ушел! — убеждал ее Джереми, поймавший девушку за запястье и попытавшийся прижать к себе, чтобы успокоить.

— Кого? — машинально переспросила Мэдлин.

— Тварь, выползшую на дорогу. Здесь и в правду глухие леса, раз они не боятся лезть из чащи прямо под колеса. Обычно, ведь если ты едешь и не останавливаешься, считай, что тебя не тронут, а тут она сама накинулась на нас, — спокойно пояснил молодой человек.

Девушка непонимающе смотрела на него. Джереми пересказывал ей правила поведения в Междумирье, которые они уяснили, путешествуя по трассе, это было ясно. Но о какой твари, бросившийся на них, он говорил, она понять никак не могла. И как он успел так быстро сориентироваться, сообразить, что они не просто находятся в Междумирье, но еще и в какой-то особой, «глухой» его части? И кто же кричал на дороге?

— Мэдлин, я же сказал тебе, чтобы ты не выходила из машины! Это опасно! Я прекрасно справился бы и без тебя, зачем так рисковать? Ты понимаешь, что здесь может оказаться и еще какой-нибудь монстр? В машине находиться намного безопаснее, да и мне не пришлось бы бегать и искать тебя, — строго произнес он.

— В машине? Ты нашел нашу машину? — пораженно спросила Мэдлин. — Я думала, ее отняли у тебя Хранители!

— Какие еще Хранители? — теперь настала очередь Джереми удивляться.

А девушка молчала, пристально разглядывая своего спутника. Ей отчего-то стало страшно. Еще страшнее, чем в тот миг, когда она оказалась одна на этой дороге. Причём, она даже не могла понять, что именно ее так напугало.

Молодой человек по-прежнему крепко сжимал запястья Мэдлин, руки его были ледяными, словно он только что снова искупался в Холодном озере. И еще после того, как девушка вылечила его от проклятия Хранителей, Джереми стал выглядеть намного лучше, он стал таким же, как и всегда, симпатичным здоровым парнем. Только глаза его иногда напоминали о проклятии, меняя цвет на черный.

Теперь же перед Мэдлин стоял совершенно другой Джереми: осунувшийся и бледный. Нет, его кожа была даже не бледной, а серой восковой как у покойника. На шее появился некрасивый шрам с запекшейся кровью, а на рубашке виднелись едва заметные бурые капли. Одни лишь глаза оставались живыми и кристально синими, такими как в момент их первой встречи. Из них даже пропал тот самый налет безумия, появившийся после того, как Хранители попытались подчинить волю молодого человека.

— Милая, успокойся, это шок, — ласково попросил Джереми, видимо заметив растерянность девушки и понимая, что ничего вразумительного она сейчас все равно не скажет. — Сейчас все пройдет. Пойдем обратно в машину, пока на нас еще кто-нибудь не напал.

Он потянул девушку за собой. Ничего не понимая, Мэдлин последовала за ним. Лучше было находиться рядом хоть и с преобразившимся Джереми, чем оставаться одной посреди трассы.

«Может быть, на него так подействовали бесконечные приступы и то, что он почти не спит и вынужден постоянно колдовать и защищаться? Он просто устал и выглядит уставшим, а я не замечала этого раньше. Да, конечно, как я могла заметить? Ведь мы все время от кого-то убегали, что-то искали. Нам было не до того, чтобы разглядывать друг друга. А машину он видимо просто нашел. Каким-то странным образом она оказалась здесь. Хотя, чему стоит удивляться? Не удивляет же меня то, что мы вообще оказались в Междумирье. Но когда же все-таки развеется эта гнетущая аура смерти? Нет, он просто не хочет пугать меня, говоря, что всего лишь ранил ту тварь, здесь точно кто-то умер. Я чувствую ауру мертвеца, надо скорее уходить от сюда. Плевать, каким образом Джереми сумел раздобыть машину, главное, что мы сможем на ней уехать. Так мы и копье найдем в два раза быстрее», — думала девушка, пытаясь мысленно себя успокоить и убедить в том, что ничего особенного не происходит.

Но в глубине душе ее бушевали сомнения. Внутренний голос упорно не желал молчать и утверждал, будто что-то не так и это что-то напрямую связано с Джереми. А интуиция Мэдлин, к сожалению или к счастью, никогда ее не обманывала, и она решила спросить просто, на всякий случай.

— Откуда у тебя этот шрам? Эта тварь успела напасть на тебя? — произнесла девушка, вдруг осознавая, что свежая рана выглядела бы совсем по-другому.

Шраму же на шее молодого человека было, как минимум, несколько дней. Для этого не нужно было даже обладать особыми познаниями в медицине. Достаточно просто взглянуть на рубцующуюся кожу.

— Да что ты, — грустно улыбнулся ее собеседник, не сбавляя шага. — Им меня любезно наградили слуги Литурга в момент нашей последней встречи. Ты что не помнишь?

Они уже почти подошли к стоявшей прямо посреди дороги машине. Мэдлин тут же узнала знакомый автомобиль, свет фар которого был единственным теплым и живым светом во всем этом мрачном, пропитанном аурой смерти, мире.

— Почему же я его никогда раньше не видела? Я обрабатывала твои раны, оставленные Хранителями, когда ты был без сознания. Когда ты только попал к нам в институт! Я тогда почувствовала, что ты в беде, вышла на улицу и нашла тебя. А потом еще долго ухаживала за тобой, несмотря на все протесты Юния! Это было уже спустя год после смерти Литурга! — настойчиво проговорила девушка, во всех подробностях вспоминая этот момент.

Джереми остановился, немного не доходя до машины, и как-то странно взглянул на свою спутницу. В его взгляде было сочувствие, словно он считал, что Мэдлин от испуга позабыла обо всех событиях в своей жизни. В том числе и о событиях страшных и неприятных, а ему теперь невольно предстоит напомнить ей об этом.

— Мэдлин, милая, после смерти Литурга мы вдвоем, — он с особым ударением произнёс слово вдвоем. — Были в твоем родном институте лишь один раз, после чего сразу же отправились в Междумирье. Я никак не мог снова один прийти туда, а ты меня найти, потому что вот уже второй год мы находимся здесь на трассе. Я вижу тебя каждый день, и уж поверь, я бы заметил твое отсутствие.

Пораженная таким странным, и на ее взгляд, бредовым высказыванием Джереми, девушка возмущенно отстранилась от молодого человека, вырвав свою руку из его ладони. Она хотела уже сказать все, что думает насчет его очередного помешательства, на этот раз проявившегося в виде неагрессивного бреда, как вдруг осеклась, почувствовав странную вещь. В тот момент, когда она отстранилась от Джереми, давящая аура смерти, так угнетающе действующая на нее, словно немного развеялась.

Впервые в жизни, не веря своим ощущениям, она с ужасом взглянула на своего собеседника, который тоже хотел что-то сказать, но умолк под тяжестью этого взгляда, а затем снова коснулась его ладони. Рука Джереми была ледяной и Мэдлин тотчас же захлестнула черная и всепоглощающая аура смерти, какую ощущает на себе маг, находясь рядом с покойником и тем более, касаясь его.

Нет, молодой человек не врал, когда говорил, что всего лишь ранил ту неизвестную тварь из леса. Та действительно осталась жива и благополучно спряталась в своей чащобе. Мертвец здесь был только один, и он сейчас стоял перед Мэдлин. Если она, конечно, сама не сошла с ума под действием стресса.

— Джереми, ты мертв… — неизвестно зачем, повинуясь одним лишь нахлынувшим эмоциям, вслух сказала девушка.

Голос ее при этом от ужаса был едва слышен. Но молодой человек расслышал эту фразу и прекрасно понял ее суть. Только отреагировал он на это с абсолютно ошеломляющим спокойствием.

— Разумеется. Когда же ты, наконец, к этому привыкнешь? — спросил он и снова попытался коснуться своей возлюбленной.

Мэдлин едва не закричала от ужаса. Но крик так и не вырвался у нее из груди, потому что она неожиданно услышала нечто невероятное.

— Джереми, где ты пропадаешь? — произнес чей-то испуганный женский голос.

Джереми и Мэдлин разом обернулись в ту сторону. Причем теперь на лице молодого человека отразилось неподдельное удивление. Похоже, появление этой незнакомки поразило его намного больше, чем известие о собственной смерти.

А Мэдлин между тем широко раскрытыми глазами смотрела на приближающуюся к ним девушку, которая взирала на нее с не меньшим удивлением. Кожа незнакомки была такой же восковой и бледной, как у Джереми, большие карие глаза ярко выделялись на фоне нее, а ярко рыжие волосы лишь еще больше подчеркивали заострившиеся, как у покойника, черты лица.

Целую минуту Мэдлин исступлённо разглядывала перепачканное кровью платье девушки. Ее разум просто на просто отказывался признавать тот факт, что она может видеть саму себя со стороны. А затем от ужаса она закричала во весь голос и потеряла сознание, провалившись в небытие.

Мэдлин и Джереми, оставшиеся на трассе некоторое время, пораженно смотрели на ту точку, где только что на их глазах растворилась в воздухе девушка. Причем Джереми выглядел более озадаченным, чем Мэдлин, только что встретившая саму себя.

Правда, ее спокойствие как раз-таки имело довольно простое объяснение. Как человек, посвятивший себя и свою жизнь науке, она была наделена здоровым скептицизмом и всегда старалась найти оправдание даже самым непонятным вещам, происходившим с ней.

— Что это было? — поинтересовался пришедший в себя молодой человек.

— Я думаю это морок, — со знанием дела ответила девушка. — Александр как-то рассказывал мне, что твари из леса могут на короткий период времени принимать образ знакомых нам людей, чтобы выманивать путников на дорогу и убивать.

— А! То-то я и смотрю, что она какую-то чушь несет! — рассмеялся Джереми. — Конечно, откуда морок может знать подробности нашей жизни! Наверное, она прочитала отдельные мысли из моей головы про институт и так далее, а связать их воедино не смогла! Но как она на тебя похожа! — поразился он. — Признаться, я бы пошел с ней. Только, когда мы уже к машине стали подходить, я начал понимать, что что-то здесь не то! Эти создания еще, кажется, Исчезнувших не любят. Они видать живых гостей Междумирья предпочитают. Она, как только догадалась, кто я такой, так сразу и отпрянула, — молодой человек снова усмехнулся, вспоминая этот странный момент.

— И вовсе она на меня не похожа! — обиженно поджала губы Мэдлин. — У меня волосы короче и одета я по-другому, и вообще я симпатичнее выгляжу!

— Конечно, ты у меня красивее всех! А особенно всяких там мороков! — засмеялся Джереми и поцеловал свою возлюбленную.

Несмотря на то, что Джереми и Мэдлин, живущие на трассе, прекрасно осознавали, что умерли и стали Исчезнувшими, друг друга они продолжали видеть такими же, как при жизни. Точно также их воспринимали и все жители Междумирья. Правду могло раскрыть лишь зеркало Линара или человек, пришедший из другого мира, да и то лишь тот, кто был наделен особой способностью видеть мертвых. Явись они к любому обычному магу из своего некогда родного мира, тот бы их попросту не заметил, как и положено было по отношению к призракам.

Глава 10. Царица подземелья

Когда Мэдлин пришла в себя она не сразу поняла, где находится. Лишь спустя некоторое время девушка осознала, что очутилась в уже изрядно поднадоевшей комнате с коврами, в доме жреца, снова на той же самой кровати. Она села и огляделась по сторонам. За время ее отсутствия ничего кардинально не изменилось.

Но если Мэдлин очутилась в прошлом, значит где-то в настоящем она сейчас лежит без сознания, так как спать она вовсе не собиралась. Девушка с ужасом подумала о том, что ее тело лежит посреди дороги в Междумирье, где в любой момент возможно нападение тварей из леса, и ей как можно быстрее, захотелось покинуть эту вариацию и вернуться обратно в свой мир.

Вот только как это сделать, Мэдлин не представляла. Пока что она научилась лишь перемещаться в прошлое, но не возвращаться из него. И сколько она не пыталась убедить себя проснуться, у нее ничего не выходило. От мрачных размышлений девушку отвлек, незаметно вошедший в комнату, хозяин дома.

— Я вижу Вам уже лучше? — со своей неизменной лукавой улыбкой поинтересовался он.

И Мэдлин действительно поймала себя на мысли, что от симптомов болезни, терзавшей ее долгое время, практически ничего не осталось. Она чувствовала себя более уставшей, чем обычно, но вполне способной к тому, чтобы вернуться к нормальной жизни.

Правда девушка хотела все же немного соврать жрецу насчет своего самочувствия, чтобы он оставил ее одну, и она могла попробовать лечь спать и таким образом вернуться в свое время, однако ее планы нарушило очередное появление голосов.

От неожиданности Мэдлин схватилась за голову и сжала виски руками. В течение нескольких секунд ее оглушил звук хора, состоявшего из тысячи голосов, в разнобой повторяющих туже самую фразу о том, что девушке, как можно скорее, нужно отправляться в горы. Затем голоса исчезли так же резко, как и появились. Мэдлин открыла глаза и увидела, что жрец, стоявший напротив ее кровати, с любопытством взирает на нее.

— Да Вы, никак, слышите голоса? — почти утвердительно произнес он.

Девушка не стала отпираться и призналась в том, что так оно и есть.

— И что они Вам подсказывают? — продолжал любопытствовать мужчина.

— То же, что и в прошлый раз, что мне, как можно скорее, нужно отправляться в горы, — вздохнула Мэдлин.

Она отчего-то совсем не стеснялась говорить жрецу правду. Стоило ли ей бояться мнения человека, живущего за тысячу лет до нее, с которым они лишь случайно пересеклись и с которым, скорее всего, больше никогда не увидятся.

— Голоса в голове. Любопытно, — задумчиво протянул он. — Знаете, кто обычно слышит голоса?

— Знаю, сумасшедшие. Или может быть еще ваши богини, — парировала девушка.

— Насчет сумасшедших, это — несомненно, — рассмеялся жрец. — Но меня они мало интересуют. Насколько хватает моих познаний, такой способностью еще обладают люди, постигшие магию нескольких миров.

— У Вас хорошие познания, — кивнула Мэдлин, вспоминая, что данная особенность появилась у нее тогда, когда она начала осваивать магию Междумирья.

— Я думаю, если Вы второй раз получаете настойчивый призыв идти, значит нужно идти, а точнее лететь. Тем более, Ваше состояние уже позволяет.

— А Вы отправитесь вместе со мной? — обрадовалась девушка.

— Нет, это, к сожалению, стало невозможно. Возникли некоторые обстоятельства, требующие моего неотлучного присутствия в городе, — развел руками мужчина, своим ответом изрядно огорчив Мэдлин. — Но так как Вы не знаете дорогу, я заговорил ковер на этот и обратный полет. Вам останется только взлететь, и он сам домчит Вас до места.

— Я даже не знаю, что мне там предстоит найти, — вздохнула девушка. — Как думаете, это может оказаться копье?

— В этой жизни возможно все. Тем не менее, даже если копья там не окажется, то все равно Вы должны обнаружить что-то важное, скорее всего имеющее отношение к Вашей миссии, — туманно ответил ее собеседник.

Мэдлин же надеялась, что найдет там хотя бы что-то. Больше всего она боялась, что полет окажется напрасным. Следующий час был посвящен ее сборам. Девушки — служанки, появившиеся по воле хозяина дома, укутали Мэдлин в длинную тунику, поверх которой надели струящееся в пол платье из плотной ткани традиционно расшитое серебряными нитями. А еще сверх всего этого великолепия, накинули длинный плащ-накидку, отороченный мехом.

В таком виде находиться в доме жреца было нестерпимо жарко, но он заверил девушку, что, оказавшись в горах, она еще скажет ему спасибо за такой теплый наряд. Теперь Мэдлин хотела отправиться в путь как можно скорее. Она обмахивалась длинным пальмовым листом, наблюдая за тем, как девушки складывают в мешок хлеб, фрукты и закупоренный кувшин с водой. Видимо жрец действительно заботился о том, чтобы полет стал максимально комфортным для нее.

Ковер, который расстелили перед девушкой на террасе был точной копией того, на котором они с Джереми летали в своем времени, только значительно более новым и красивым. Мэдлин тяжело вздохнула, устраиваясь на нем. Она боялась высоты, да и лететь одной было намного страшнее, чем с молодым человеком.

Правда жрец заверил ее, что наложил на артефакт дополнительные подстраховочные заклинания и полет будет абсолютно безопасным. Он так красочно убеждал ее в этом, что девушка невольно хихикнула, представив, что сейчас он скажет нечто вроде: «пристегните ремни, спасательный жилет находится под сиденьем Вашего кресла».

Мужчина укоризненно посмотрел на нее и махнул рукой, приказав ковру подниматься вверх. Коврик плавно набрал высоту и легко и быстро помчал Мэдлин в сторону неизведанных горных вершин. Девушка с любопытством разглядывала все, над чем она пролетала. Все-таки это было ни много, ни мало, а путешествие по чужому миру и времени.

Она быстро миновала город и летела над пустыней. Несколько раз Мэдлин видела скользящие по песку вереницы черных теней и чувствовала их пугающую магию. Она вздрогнула, поняв, что снова встретила Хранителей. Правда, сами пустынные жители никоим образом ею не заинтересовались. То ли помогал золотой браслет, подаренный Алеманом, то ли Хранителей просто не волновало то, что творилось в воздухе.

Полет над пустыней был долгим и девушка уже начала скучать, разглядывая песчаные барханы и одинокие караваны путников. Но море песка закончилось неожиданно быстро, перейдя в степь, а затем на горизонте показался новый город. Ковер набрал высоту. Мэдлин поняла, что жрец заговорил артефакт для того, чтобы маги, населявшие это незнакомое место, не проявили особого интереса к пролетавшей над ними волшебнице.

Этот новый город был далеко не таким великолепным, как тот, в котором она провела дни болезни. За высокой каменной стеной с трудом умещалось огромное нагромождение серых домишек, теснивших друг друга. Улочки, пролегающие между ними, были неимоверно узкими и с высоты напоминали тонкую паутину, опутавшую дома.

Мэдлин даже отсюда, с высоты видела, насколько грязным и неухоженным было это место. А магия, которую она ощущала, оказалась преимущественно темной и действовала на девушку угнетающе. Так что мысленно Мэдлин еще раз поблагодарила жреца за то, что он продумал ее маршрут так, чтобы она оставалась в относительной недосягаемости для жителей этого места.

Наконец, к великой радости девушки, они с ковриком миновали город, и внизу потянулись широкие поля. Периодически попадались небольшие деревеньки, пролетая над которыми, она либо совсем не ощущала никакой магии, либо отмечала ее незначительное присутствие.

И вот, наконец, на горизонте показались горы. Мэдлин с восторгом взирала на великолепный горный хребет. Коврик набрал высоту, и девушка поняла, что он хочет доставить ее на самую вершину. Теперь она окончательно осознала, насколько трудной была стоявшая перед ней, задача.

На высоте было холодно, и шел снег, а горные вершины оказались настолько огромными, что такими темпами Мэдлин могла потратить на поиски целую вечность и так ничего и не найти. Она даже слегка огорчилась, когда коврик снизился и принялся искать место для посадки. Девушке сперва стало интересно, откуда артефакт знает, где им лучше приземлиться, но потом она сообразила, что, скорее всего, жрец «запрограммировал» его на то, чтобы найти тот самый Весенний ручей.

Поначалу Мэдлин восприняла это название как обычное и даже банальное, но потом поняла, что оно полностью оправдывало себя. Коврик аккуратно опустился на снег невдалеке от весело бегущего горного ручейка. Вода в нем была горячей, так что от нее шел пар, а по берегам обогретая земля проросла травой и даже какими-то мелкими белыми цветочками, издалека похожими на ландыши. Снежинки, падавшие с неба, таяли, не долетая до земли. Это действительно был маленький кусочек самой настоящей весны посреди зимней стужи.

Девушка неохотно ступила на снег и тут же провалилась по щиколотку. Здесь в горах дул ледяной пронизывающий ветер, так что Мэдлин стало холодно даже в ее теплом наряде. Ей тут же захотелось снова сесть на ковер, который каким-то чудом не проваливался в сугробы даже под тяжестью ее веса, и улететь подальше из этого холода. Но, пришлось взять себя в руки.

Девушку останавливало даже не то, что от ее поисков зависит судьба мира, а то, что, вернувшись обратно, ей предстоит отвечать на вполне логичный вопрос жреца о том, почему она прилетела с пустыми руками. И Мэдлин ужасно не хотелось выглядеть в его глазах обычной сумасшедшей, слышащей голоса.

Поэтому она свернула коврик и, стиснув зубы, утопая в сугробах, добралась до ручейка, решив идти вдоль него по траве, а не по снегу. Вода, как обычно бывает в горах, казалась хрустально прозрачной, так что было видно дно, усыпанное камушками.

Немного полюбовавшись на чудесный горный пейзаж, девушка вздохнула и побрела вперед наобум. Она прислушивалась к своим ощущениям, но не чувствовала присутствия какой-либо сильной магии поблизости, а ведь мощный артефакт однозначно должен был ее излучать.

Мэдлин пожалела о том, что здесь, в прошлом, у нее не было с собой карты, любезно предоставленной Хаксли. Поэтому ей оставалось идти наугад до тех пор, пока она не найдет хотя бы что-то или устанет до такой степени, что согласится вернуться назад с пустыми руками.

Правда находка не заставила себя долго ждать. Машинально разглядывая дно ручейка, девушка заметила маленький ярко-блестящий предмет. На копье эта вещь, конечно же, совсем не походила но, тем не менее, заинтересовала Мэдлин. Все-таки она находилась высоко в горах, где не каждый день шляются толпы магов, способные обронить в ручей какую-нибудь мелочь. И если уж кто-то забрался в такую даль, то вполне может оказаться, что им двигала та же цель, что и Мэдлин, и потерянная вещь способна пролить хоть какой-то свет на всю эту ситуацию.

Поэтому девушка произнесла короткое заклятие, позволяющее не обжечься, и, нагнувшись, подняла со дна неглубокого ручейка необычную монетку. Монетка оказалась сделана из золота. С одной стороны на ней был изображен профиль какого-то человека, причем сделанный очень искусно. Рисунок украшали маленькие красные камушки, похожие на рубины, изображавшие глаза и драгоценности в короне нарисованного мужчины, судя по всему, являвшегося королем. На обратной стороне шла надпись на незнакомом для Мэдлин языке, также выложенная из камушков.

Такая монетка сама по себе являлась произведением ювелирного искусства. Сложно было даже представить, что кто-то мог позволить себе такую валюту, это должно было быть несусветно богатое государство. Если, конечно, монетка не была своеобразным украшением или сувениром, а не деньгами.

Девушка с любопытством разглядывала свою находку. Магия, исходившая от предмета, была довольно необычной. Она не показалась Мэдлин враждебной. Энергия не относилась ни к черной, ни к светлой материи. Она была какой-то серой, нейтральной и девушка пока не могла решить, хорошо это или плохо.

Монетка в ее руках разбудила давно затихшие голоса. Их пробуждение в очередной раз стало для Мэдлин неожиданностью, и она схватилась за голову, едва не выронив свою находку обратно в воду. На этот раз ее незримые советчики были немногословны и ограничились лишь двумя словами: «близко» и «быстрее». Правда произносили они их наперебой разными по тональности голосами так, что девушке показалось, что ее голова вот-вот лопнет от такого натиска. Она испытала огромное облегчение, когда незримый хор, наконец, умолк.

«Если так будет продолжаться всю жизнь, то я реально сойду с ума», — с раздражением подумала Мэдлин. — «Надо спросить у Александра, не знает ли он какого-нибудь способа избавления от этих настойчивых советчиков. Лучше уж самой где-то ошибиться, чем всю жизнь слушать эти завывания».

Но, несмотря на свое недовольство, она решила последовать совету и, ускорив шаг, направилась вперед. К ее величайшему огорчению, ручеек, излучающий тепло, становился все уже и уже. Пока, наконец, не иссяк совсем, затерявшись где-то между камнями. Дальше надо было идти по колено в снегу.

Девушка плотно закуталась в свою накидку, но и это не спасало ее от пронизывающего ветра, который вдали от горячего источника сделался просто беспощадным, словно мечтал унести прочь из своих владений непонравившуюся ему волшебницу. Мэдлин ужасно хотелось свернуть обратно, и она надеялась, что в понимании ее незримых советчиков близко — это действительно близко, а не где-нибудь через пару километров.

Проклиная все на свете, включая ненавистные голоса в голове с их странными указаниями, а также Александра, нагрузившего ее этим поручением, она продвигалась вперед, пока не почувствовала рядом чью-то чужую магическую энергию. Это, несомненно, был маг, только аура его была какой-то слабой, едва ощутимой, словно гаснущая свеча.

Мэдлин поняла, что кто бы ни был этот человек, он вряд ли сможет причинить ей вред в таком состоянии и, подгоняемая любопытством, направилась навстречу этому странному незнакомцу. Она не сразу заметила того, кого искала, потому что человек этот лежал на земле и, судя по всему, находился без сознания, его уже успел немного засыпать снег.

Мэдлин поспешно подошла к нему и наклонилась. Перед ней прямо на снегу лежала очень молодая девушка, которой от силы можно было дать лет шестнадцать — семнадцать с длинными пепельно-белыми волосами. Она была несомненно хороша собой, но самым примечательным в ее облике, пожалуй, все же являлась одежда. Незнакомка была одета в длинное до земли платье, по фасону напоминавшее то, что было на Мэдлин, расшитое по всей длине самоцветными камнями, наподобие тех, что были вставлены в монетку.

Это выглядело настолько красиво и дорого, что засмотревшись, Мэдлин на секунду даже забыла о том, что лежащей перед ней девушке плохо. Опомнившись, она стала пытаться привести ее в чувства. После пары легких пощечин незнакомка ненадолго очнулась и непонимающим взглядом посмотрела на свою спасительницу, прошептав:

— Я согласна вернуться…

А затем снова потеряла сознание. Кожа ее была бело-синей, так что стало очевидно, что еще немного и спасать уже будет некого. Мэдлин вздохнула и, произнеся заклятие, позволявшее с легкостью поднимать даже самые тяжелые предметы, аккуратно переложила девушку на расстеленный коврик и приказала артефакту взлетать.

— Я тоже не против вернуться, — вслух произнесла она, хотя и была уверена, что лежащая без сознания девушка не сможет ничего услышать. — Надеюсь, что ты не будешь возражать насчет посещения моего знакомого жреца? Ты, конечно, не копье, но это лучше, чем вернуться с пустыми руками. Может, удастся убедить его в том, что ты тоже какая-нибудь богиня или по крайней мере ее дочь?

Ответа, разумеется, не последовало и Мэдлин, вздохнув, принялась пытаться обогреть свою неожиданно обретенную спутницу с помощью заклятий, попутно размышляя о том, зачем голоса в голове велели ее спасти. Нет, Мэдлин, конечно же, была не против. Она всегда была очень доброй и никогда не отказывала людям в помощи, но она искренне сомневалась в том, что ее незримые советчики тоже действовали лишь во имя человеколюбия. За всю свою жизнь в мире магии девушка вообще ни разу не сталкивалась с тем, чтобы какие-то события происходили случайно. Все в мире имеет свое объяснение и предназначение, просто не всегда известное нам.

Поэтому в глубине души у Мэдлин теплилась надежда, что девушка знает о том, где находится копье, и сумеет поделиться с ней данной информацией. Несмотря на то, что она не была профессиональным целителем, ее заклинания подействовали, и незнакомка снова пришла в себя. На этот раз взгляд ее слегка раскосых темно-карих глаз был более осмысленным, она с любопытством и недоумением взирала на свою спасительницу.

— Где я? — наконец спросила она.

Мэдлин оставалось только порадоваться, что они говорят на одном языке.

— Где-то в воздухе на полпути к моему дому, — отозвалась она, решив не вдаваться в подробности. — Я нашла тебя замерзающей в горах и решила спасти.

— Тебе послал Эрих? Ты его служанка? — вместо благодарности поинтересовалась незнакомка, капризно поморщившись и взглянув на Мэдлин с легким презрением.

Мэдлин это естественно не понравилось. Она поняла, что перед ней особа «голубых кровей», о чем, в том числе, свидетельствовала крайне богатая одежда, которую в любые времена не каждый мог себе позволить. И судя по всему, ее юная спутница предпочитала относиться ко всем, как к собственным слугам.

— Понятия не имею, кто такой твой Эрих, — сухо ответила Мэдлин. — Я просто шла вдоль Весеннего ручья, а потом абсолютно случайно наткнулась на тебя. Тебе очень повезло, что я тебя нашла, думаю, иначе, ты была бы уже мертва, — последние слова девушка произнесла с особым ударением.

— Ах, он даже не отправил никого меня искать, — гневно воскликнула недовольная незнакомка.

Видно было, что она действительно разозлилась, потому что на ее бледном лице даже возникло некоторое подобие румянца, вызванное переизбытком эмоций.

Мэдлин еще раз вздохнула. Она признаться уже рассчитывала, что в благодарность за спасение девушка подарит ей вожделенное копье, но к этому дело даже близко не шло.

— Раз благодарить ты меня все равно не собираешься, может, хотя бы объяснишь мне, что ты забыла в горах? — кисло поинтересовалась Мэдлин.

— Ах, да, спасибо, я обязательно награжу тебя за это, — с царской небрежностью махнула рукой все больше приходящая в себя незнакомка, а потом добавила более тихо и неуверенно. — Если, конечно, смогу. Я сбежала из дома.

Она виновато покосилась на свою спасительницу, словно боясь осуждения с ее стороны.

— Ну, с кем не бывает, — пожала плечами девушка. — Если дома плохо, то почему бы и не сбежать. Но зачем именно в горы? Есть более приятные и, самое главное, безопасные места.

— Ой, я все время путаю эти дурацкие заклятия, — капризно поджала губы незнакомка и Мэдлин не смогла усомниться в ее словах.

Насколько хватало ее педагогического опыта, такие хорошенькие капризные девушки редко отличались особым рвением к учебе.

— И я все перепутала и случайно телепортировалась в эти жуткие горы! А потом решила, ну и пусть! Я здесь замерзну, а ему будет стыдно! — драматично закончила она, видимо в очередной раз, вспоминая таинственного Эриха, которому в действительности, судя по всему, было ни горячо, ни холодно относительно всех этих событий.

— Если хочешь, я могу вернуть тебя обратно, и ему действительно будет стыдно, — «любезно» предложила Мэдлин, которой изрядно надоел капризный тон своей спутницы.

— Нет, нет, я поняла, что я слишком прекрасна, чтобы умирать! — быстро оживилась девушка. — А как ты думаешь, со мной не случится ничего плохого из-за того, что я столько времени провела на холоде? Я точно не умру? — испуганным шёпотом поинтересовалась она.

— Не умрешь, но гангрена развиться может, — злорадно заявила Мэдлин, несмотря на то, что была абсолютно уверена, что знаний ожидавшего их жреца, вполне хватит на то, чтобы предотвратить подобное развитие событий.

— Что такое гангрена? — незнакомка взглянула на свою спасительницу округлившимися глазами.

Что поделать? В ее родном времени даже самые умные представители населения не были знакомы с медицинской терминологией, не говоря уж о, путавшей все известные заклятия, девице.

— Ну как бы тебе объяснить? — принялась подбирать слова Мэдлин. — Из-за холода кровь перестает поступать к твоим ногам, их ткани начинают отмирать, и чтобы ты сама не умерла, их нужно ампутировать. То есть отрезать, чтобы не отравиться трупным ядом.

Видимо дилетантское объяснение девушки поразило ее спутницу до глубины души, так что, представив себе всю эту картину, она снова потеряла сознание. Мэдлин даже ощутила легкое угрызение совести.

«Это все Джереми, заразивший меня своим злорадным ехидством», — подумала она про себя. — «Хотя, может, и хорошо, что она будет молчать оставшуюся дорогу, мне ее болтовня уже успела поднадоесть».

Девушка еще раз взглянула на свою спутницу, помышляя уже о том, чтобы привести ее в чувства, но неожиданно с ней самой произошло нечто странное. Мэдлин отчетливо и ясно ощутила, что какая-то незримая рука ударила ее по щеке, а затем еще и еще раз. При том, что рядом с Мэдлин никого не было, кроме лежавшей без сознания особы голубых кровей.

Она даже машинально протянула вперед ладонь, пытаясь отогнать этого невидимого обидчика, но тут с ней случилось нечто не менее невероятное и необычное. Девушка почувствовала себя так, словно все это время находилась под водой, а затем чья-то сильная рука резко выдернула ее на поверхность и заставила снова начать дышать воздухом. На миг у нее резко потемнело в глазах, а когда все нормализовалось, Мэдлин поняла, что лежит навзничь на холодной земле.

«Ну, да, так и должно быть, значит, я снова в Междумирье на этой проклятой дороге», — рассеянно подумала она, уже устав чему-либо удивляться.

В действительности невидимая рука, бившая ее по щекам для того, чтобы привести в сознание, обрела очертания, и стало очевидно, что принадлежит она никому иному, как Джереми. В первые секунды девушка испугалась, что вот-вот снова почувствует леденящую ауру смерти, но этого не произошло. Молодой человек был таким, каким она его привыкла видеть в последнее время, на мертвеца он совершенно не походил.

— Ты жив? — на всякий случай машинально уточнила она.

— Разумеется. Знаешь, довольно трудно разбиться на смерть, упав с высоты второго этажа, даже если забыть произнести полетное заклинание, — невозмутимо ответил ее спутник, помогая девушке встать с земли.

— Второго? — рассеянно переспросила Мэдлин, ей казалось, что она летела до земли намного дольше. — Выходит, из-за этого тумана мы сумели снова оказаться в Междумирье?

Джереми задумчиво посмотрел на нее. Девушке уже стал надоедать этот оценивающий взгляд, словно измеряющий степень ее безумия. Точно также на нее только что смотрел мертвый двойник молодого человека. Но она ведь не виновата, что все происходящее с ней меняется так быстро, что она не успевает подстроиться под обстоятельства и невольно говорит не то, что следовало бы.

— В Междумирье? — уточнил Джереми. — Признаться, я и сам уже успел соскучиться по этому чокнутому мирку. В нем несомненно были свои плюсы. Такие, как отсутствие Хаксли и Хранителей, например. Но, увы, мы по-прежнему находимся в этом дурацком лесу, столь нескромно именуемым магическим, и по-прежнему не приблизились к нашей цели, — подробно разъяснил он, продолжая украдкой поглядывать на Мэдлин.

— Ладно, — девушка вздохнула, поняв, что добиться какого-либо объяснения насчет только что происходивших с ней событий будет не так-то просто. — Где ты оказался, когда спустился с неба?

— Ты не поверишь, — заговорческим шёпотом произнес Джереми. — Я оказался на земле!

Он рассмеялся, но поймав на себе укоризненный взгляд своей спутницы поспешно добавил.

— Да где я мог оказаться? В этом же самом лесу, разумеется. Сперва я не мог найти тебя из-за густого тумана. Я стал звать, но ты не откликалась, и я уже испугался, что что-то случилось, но потом туман рассеялся, и я быстро обнаружил тебя, лежавшую без сознания. Кстати, а что произошло? Судя по тому, что ты абсолютно цела и ничего не сломала, полетное заклятие ты произнести успела, в чем же дело?

— Ты не поверишь, — тяжело вздохнула Мэдлин и во всех подробностях рассказала все, что с ней произошло.

— Я действительно не верю, — пожал плечами Джереми, довольно равнодушно выслушав историю своей возлюбленной, так, что ей даже стало обидно.

— Как ты можешь не верить?? С каких это пор, интересно, я стала тебе врать? — возмутилась она.

— Да причем тут врать, дело не в этом, — примирительно заметил молодой человек, ласково взяв девушку за руку. К счастью, ладонь его оказалась теплой и живой. — Допустим, в то, что сквозь туман ты могла на короткий промежуток времени переместиться в Междумирье, я могу поверить, так как нечто подобное с нами уже случалось. Но в то, что, как ты выразилась, ты встретила «нас самих», я уверовать не могу никак!

— Но почему? — в отчаянии спросила девушка. — В конце концов, мы живем в мире магии! Тебя же не удивляет возможность путешествовать между мирами или телепортироваться, хотя для обычных людей это остается чем-то фантастическим. Тогда почему же ты не допускаешь вероятности того, что я рассказала?

— Потому что есть вещи слишком невероятные даже для мира магии, — покачал головой Джереми. — К тому же, Мэдлин, даже я со своим базовым сертификатом и самым простым образованием помню со школы известную аксиому: в мире не может существовать двух абсолютно одинаковых предметов или людей. Могут быть лишь похожие. Даже разрекламированное клонирование не предоставляет подобной возможности. Это будут два разных существа, хотя бы потому, что они родились в разные дни, не говоря уже о других различиях, пусть и мало заметных на первый взгляд. Или вспомнить тех же близнецов. Несмотря на внешнее сходство — это два разных человека, с разным характером и так далее. Думаю, что маг высокого уровня, и может быть даже ты сама, если постараешься, вполне в состоянии создать чью-то копию, но это будет лишь копия.

Объяснение Джереми звучало вполне логично, если бы Мэдлин сама только что своими глазами не видела обратное.

— Нет, это были не копии, — категорично возразила девушка. — Копия может существовать лишь ограниченное количество времени и даже самые совершенные из них не обладают полной самостоятельностью. Они исполняют волю тех, кто их создал. Да и кому нужно создавать наши копии?

— Да кому угодно. Мало у нас, что ли врагов? — пожал плечами молодой человек. — Это мог сделать даже твой любимый Александр. Ему такой фокус точно под силу.

— Зачем? — поразилась Мэдлин. — Он никогда не был нашим врагом!

— Затем, что он очень сложный человек, хотя я и не уверен, человек ли он вообще! С очень непонятными целями и интересами. Я бы не удивился, если бы узнал, что ему для чего-то понадобилось наше присутствие на трассе и он, недолго думая, создал наши копии, чтобы не отвлекать нас самих от решения им же созданной проблемы.

На словах это все выглядело очень складно, и похоже сам Джереми уже поверил в собственную теорию, но Мэдлин была уверена, что это не так. Была одна веская причина, почему она не могла поверить в то, что перед ней копии. Потому что копии априори не могли быть мертвыми, даже если копировали погибшего мага. Они создавались на ограниченный срок, а потом исчезали, но привилегии умирать они были лишены. И девушка высказала эту мысль вслух.

— Я не могла ни с чем перепутать эту кошмарную ауру смерти! Даже самый слабый маг ни с чем не спутает энергетику, исходящую от покойника! — категорически заявила она.

— Значит, это тем более, не могли быть мы. Мы-то живы, — логично подытожил молодой человек, и Мэдлин поняла, что переубедить его будет попросту невозможно.

— Ну, предложим, что где-то по трассе Междумирья бродят какие-то мертвецы, похожие на нас, но нам-то с тобой какая от этого разница? — беспечно поинтересовался он. — Я надеюсь, что это была первая и последняя наша встреча. Если нам от этого нет никакого вреда, то стоит ли беспокоиться? У нас хватает и других более насущных проблем.

С последним утверждением девушка не могла не согласиться. И поняв, что их диалог больше ни к чему не приведет, она предложила снова достать карту, чтобы проверить нет ли рядом каких-либо источников магии. Карта утверждала, что буквально в пятистах метрах от них находятся два сильных артефакта.

— Надо же, целых два, может нам наконец-то повезет? — воодушевленно произнес Джереми, двигаясь в направлении, указанным картой.

— Надеюсь. Мне уже надоело его искать, — вздохнула Мэдлин, имея в виду копье.

— Ты могла бы найти его уже хотя бы там в прошлом. Это существенно облегчило бы нам задачу.

— Какое мудрое предложение! И как я сама не догадалась, что это нам поможет! — фыркнула девушка. — Я не могу ускорить ход событий в прошлом. Я вообще не управляю тем, что там происходит. У меня практически нет никакой свободы действий. И самое смешное, что я в какой-то степени даже боюсь найти там артефакт, потому что просто ума не приложу, что делать с ним и куда его спрятать от Алемана. Я же не могу перетащить его с собой в настоящее!

— Почему нет? — равнодушно отозвался молодой человек. — Ты же сумела как-то перетащить сюда этот браслет.

— Это совсем другое, — возразила Мэдлин. — И иди, пожалуйста, аккуратнее, — попросила она.

Тропинка, по которой они теперь шли, была очень узкой, так что Джереми приходилось двигаться впереди, а девушке идти за ним, и ее постоянно хлестали, отброшенные молодым человеком ветки кустарника. Она едва успевала от них уворачиваться.

А лес между тем все сгущался и сгущался, словно решил поглотить путников. Мэдлин начало казаться, что деревья, мимо которых они пробирались, растут едва ли не вплотную. Девушке было от этого не по себе. Она тревожно вглядывалась в заросли, пока вдруг не заметила в них какое-то движение. Сердце ее замерло, она вспомнила о волках, недавно преследовавших ее.

Но потом девушка так же мгновенно, сама от себя этого не ожидая, успокоилась. Ей отчего-то пришла в голову мысль, что пока она рядом с Джереми магические существа не решатся на них напасть, принимая молодого человека за Хранителя.

Мэдлин однозначно стоило окликнуть своего спутника и обратить его внимание на то, что происходит, но вместо этого она, как загипнотизированная, всматривалась в заросли, где ей уже виделась фигура человека. Она сбавила шаг настолько, что практически остановилась. И действительно было на что засмотреться.

Фигура незнакомца приобретала все более знакомые очертания и к своему изумлению девушка поняла, что там за деревьями стоит Александр. Она хотела позвать его, но вместо крика из груди ее вырвался лишь шёпот, который байкер, естественно не услышал.

А затем за долю секунды деревья и ветки исчезли, словно поднялся занавес в театре. Теперь девушка отчетливо видела Собирателя, стоявшего у кромки леса, невдалеке от оставленного на дороге мотоцикла. Она хотела позвать его, но кто-то уже успел ее опередить. Байкер резко повернулся и дружелюбно замахал своему собеседнику.

Мэдлин он по-прежнему не замечал, зато она видела все происходящее, как на ладони. К байкеру подошла та самая до ужаса напугавшая Мэдлин девушка, которая являлась ее точной копией, за исключением того, что была мертвой.

Мэдлин затаилась, стараясь не дышать. Она мечтала лишь о том, чтобы эти двое ее не заметили. Она каким-то особым, присущим любому магу чутьем, ощущала, что ей нельзя сталкиваться со своей копией. Это таило в себе какую-то опасность.

А Александр между тем о чем-то оживленно беседовал с ее двойником. Девушка не могла услышать их слов, она только видела, как двигались их губы. А затем до нее вдруг начали доноситься обрывки фраз. Голоса говоривших звучали приглушенно, как будто между ними и Мэдлин была стена.

— …она попросила. Это необходимо. Сама понимаешь, тебе ведь не трудно, а она не бессмертна, — донеслись до Мэдлин отголоски слов байкера.

Его собеседница от чего-то рассмеялась искренним звонким смехом, так не вязавшимся с ее мертвой аурой.

— Разве я могу отказать такому человеку? — весело произнесла она. — Мне нужно просто выпить это зелье?

— Достаточно будет сделать пару глотков, чтобы понять… — ответил ей Собиратель, как вдруг его голос снова начал исчезать.

Мэдлин перестала слышать диалог, а всего через секунду она поняла, что стоит и неотрывно пялится в чащу лесу, где не видит ничего, кроме деревьев. Девушка тряхнула головой, отгоняя от себя наваждение. Все закончилось так внезапно, как будто оборвалась пленка в кинотеатре. Но что же это было?

Мэдлин хотела обратиться с этим вопросом к Джереми, но вдруг поняла, что его нет рядом. Она с ужасом принялась оглядываться по сторонам и осознала, что осталась абсолютно одна посреди леса.

«Неужели он не заметил, что я остановилась?» — в ужасе подумала девушка. — «Или специально меня бросил, но зачем? А вдруг я опять куда-то перенеслась, и мы теперь находимся в разных местах или даже в разном времени?»

Мэдлин охватила самая настоящая паника. Она бросилась бежать вперед, туда, куда предположительно должен был уйти молодой человек, принялась звать его изо всех сил, не боясь даже того, что ее крик услышит кто-нибудь, кроме Джереми. И неожиданно ее спутник отозвался.

Девушка остановилась, как вкопанная, пытаясь понять с какой стороны слышится голос. Сердце ее чудовищно билось. Она так нервничала, что не заметила такой очевидной вещи, которая бы в любое другое время сразу бросилась ей в глаза. Голос Джереми звучал совершенно не так. Тот, кто отозвался, словно неумело подражал ему.

Но Мэдлин было совсем не до этого, она бросилась бежать к молодому человеку, перекликаясь с ним. Неожиданно чаща закончилась, деревья расступились, и она выбежала на широкую поляну, посреди которой стоял Джереми.

Или уже не Джереми. Глаза его снова лишились зрачков и напоминали больше пустые провалы глазниц. Выражение лица приобрело какое-то маниакально — одержимое выражение, черты его заострились, как это было и при прошлых приступах.

Но самое страшное происходило с руками. Они словно потеряли свои очертания, воздух вокруг них казался каким-то расплывшимся, как мираж в пустыне, сквозь который было видно, как пальцы рук превращаются в странные вытянутые когти, какими можно было запросто убить.

Девушка замерла на месте, как вкопанная. В голове ее с быстротой молнии проносились ставшие теперь очевидными мысли. С Джереми снова случился приступ, поэтому он и не заметил ее исчезновения, а когда она подала голос, то в нем уже проснулся Хранитель, преследовавший цель ее убить.

Мэдлин не могла пошевелиться, она впала в какое-то оцепенение и молча наблюдала, как Джереми поднимает руку, а на его преобразившейся ладони появляется белый огненный сгусток, похожий на шаровую молнию. Еще секунда и он полетит к своей жертве и убьет ее.

Она чувствовала, что это заклятие слишком сильное, потому что к обычной магии примешалась магия Хранителей и она не сможет его отразить. Девушка даже не могла поверить в свою неминуемую гибель. Все произошло слишком неожиданно и быстро, ведь еще пять минут назад они мирно разговаривали.

Мэдлин зажмурилась, ожидая сильной боли и конца. Прошло несколько секунд, а затем почти минута. Ожидание смерти затягивалось и страх сменился недоумением. Девушка озадаченно открыла глаза и пораженно взглянула туда, где только что находился молодой человек, и где теперь никого не было.

Зато на поляне возникло новое действующее лицо. Услышав чей-то сдавленный крик, доносившийся откуда-то сверху, Мэдлин машинально подняла голову и увидела Джереми, зажатого в пасти огромного дракона с золотой чешуей.

Это зрелище выглядело бы поистине устрашающим, если бы девушка не была знакома с этим самым драконом лично и понимала, что гибель Джереми никак не угрожает. Она лишь улыбнулась, услышав возмущенный крик молодого человека:

— Отпусти меня, чокнутая ящерица!

Похоже, небольшая встряска в драконьей пасти помогла ему побороть приступ и теперь он снова был собой.

— Отпусти его, Магнус! — крикнула Мэдлин. — Он уже вполне пришел в себя!

Дракон послушался ее и опустил голову, но в паре метрах от земли разжал челюсти и Джереми рухнул на траву, как мешок. Послышались нецензурные ругательства, недостойные описания в книги.

Девушка невольно улыбнулась. Магнус никогда не питал особой симпатии к молодому человеку, так что Джереми вообще повезло, что дракон не убил его, воспользовавшись удачным моментом.

— Я говорил тебе, что с ним не стоит связываться! Это ничтожный человек! — назидательно проговорил дракон, опуская голову на лапы, чтобы быть ближе к Мэдлин и не смотреть на нее свысока.

Девушка, в отличие от Джереми, была ему симпатична.

— Спасибо тебе, Магнус, ты спас мне жизнь в очередной раз! — искренне поблагодарила она, подойдя к дракону и аккуратно коснувшись ладонью его чешуи. — Но как ты здесь оказался? Ты ведь жил в Междумирье ни одно столетие и, насколько я помню, не собирался возвращаться?

— Все меняется, — отозвался разумный дракон, демонстративно не обращая никакого внимания на Джереми, который продолжал проклинать всю драконью родню и дошел уже до прабабушки Магнуса. — После того, как вы по неосторожности сожгли Венсград, мне, во-первых, стало скучно, так как эти людишки были забавными и хоть как-то скрашивали мое одиночество. Во-вторых, мне стало нечего кушать, потому что оставшиеся в живых жители Венсграда не могли нарадоваться тому, что их великий магистр погиб и им теперь можно колдовать в полную силу, и поспешили побыстрее уехать подальше, пока у них не завелся какой-нибудь новый глава. А в-третьих, проживать в Междумирье теперь стало опасно.

— В смысле опасно? — искренне удивилась Мэдлин. — Мне кажется, там никогда не было безопасно, учитывая населяющих этот мир существ. Но тебе то они никакого вреда причинить не могут!

— Дело вовсе не в тех милых созданиях, обитающих в лесу. С ними прекрасно научились соседствовать даже маги. Необходимо соблюдать лишь простые правила безопасности. В Междумирье намечается небольшой передел власти. Кажется, там может появиться тиран. Хотя раньше в этом мире подобного не было. И меня как раз привлекала эта легкая атмосфера анархии. Новая власть — новые порядки, поэтому я поспешил убраться, пока не стало поздно, — серьезно объяснил Магнус.

— В Междумирье тиран? — не поверила девушка. — Кому же под силу укротить этот безумный мир? Даже Литург мог лишь частично подчинить его магию, да и то с помощью сложного ритуала и очень сильных артефактов. Неужели в Междумирье появился такой сильный колдун?

— Не совсем колдун. Это как раз и плохо, — туманно ответил дракон.

Мэдлин хотела продолжить его расспрашивать, но тут в разговор вмешался уставший проклинать всех существующих драконов, Джереми.

— Если ты еще раз попробуешь проделать со мной такой фокус, я тебя убью, не сомневайся! — пригрозил дракону молодой человек, потирая ушибленный локоть.

— А зачем ты, ничтожное создание, попытался убить девушку, ради спасения которой я сжег целый город? — невозмутимо поинтересовался Магнус.

Джереми ничего не ответил, поэтому Мэдлин пришлось вкратце объяснить ситуацию.

— Так он еще теперь и одержимый? А я тебя предупреждал, что нужно держаться от него подальше! Я чувствую, что он уже не похож на нормального мага. У него теперь абсолютно чужая аура. И дальше будет становиться только хуже, — отметил дракон, глядя на молодого человека, как ученый, поймавший редкий экземпляр насекомого. — Если хочешь, я помогу тебе его убить? — любезно предложил он девушке.

— Не стоит, — улыбнулась Мэдлин. — Я думаю, что сумею его вылечить. Для этого нам нужно только найти это ненавистное копье. И как можно скорее. А то находиться рядом с Джереми, действительно становится опасно, — вздохнула она.

— Я бы с радостью тебе помог, но увы, копья у меня нет, и я понятия не имею где оно может быть, — размеренно произнес дракон, а потом неожиданно добавил. — И вообще, я бы не стал его искать.

— Почему? — в очередной раз удивилась девушка.

— Я думаю, что он тоже его ищет, чтобы получить власть. Он не алчный, но не поддаться такому искушению тяжело. Не зря копье когда-то спрятали. Артефакт, способный разрушать миры, слишком опасная вещь. Попав в руки не к тому человеку, он может наделать много бед. Хотя, мне кажется, что нет никакого того человека. В любых руках он будет опасен, — пояснил Магнус.

Мэдлин хотела уже спросить кто же этот загадочный «он», кого дракон считает претендентом на роль диктатора в Междумирье, но тут ее снова опередил Джереми.

— А ты можешь убить даже Хранителя? — с неожиданным интересом уточнил молодой человек.

— Он не только одержимый, но еще и глупый, — если бы дракон мог презрительно ухмыляться, он бы непременно это сделал. — Неужели ты считаешь, что есть такая вещь, которую невозможно уничтожить драконьим пламенем? Против него не может устоять никто и ничто. Даже самый сильный артефакт такой, как ваше копье, например, я могу испепелить за считанные секунды.

— Отлично! Значит, если что, я подгоню тебе пару сотню Хранителей и попрошу на них подышать!

— И не надейся! Тебе я помогать совершенно не собираюсь, хотя бы потому что…

— Хватит, хватит, — Мэдлин прервала их пререкания, почувствовав, что этот диалог может затянуться на веки вечные. — Мы шли сюда, потому что думали, что здесь находятся целых два сильных артефакта, но теперь я смотрю на карту и не вижу абсолютно ничего!

Она внимательно разглядывала карту, но не находила на ней того, что было прежде.

— Да не может быть, — удивился Джереми и, забрав у девушки путеводитель, принялся сам его разглядывать.

— Вообще-то может, — неожиданно произнес дракон.

Мэдлин готова была поклясться, что в его голосе слышались нотки смущения.

— Просто здесь по лесу шлялись два парня. Молодые, крепкие. Судя по всему, без вредных привычек, ну я и не удержался. Знаете, как надоедает питаться одними волками и прочими зверушками? Между прочим, вам это сыграло только на руку. Если бы я не был сыт, то не удержался бы и съел Джереми.

— Ну, кто мы такие, чтобы тебя осуждать? — усмехнулся молодой человек. — У каждого свои кулинарные предпочтения, но причем тут исчезнувшие артефакты?

— Я так понимаю, что они были у этих двух бедолаг и наш дорогой Магнус проглотил их вместе со всеми личными вещами, — пояснила Мэдлин.

— Ты абсолютно права, моя милая. Не люблю долго возиться с едой.

— Постой, постой, а как выглядели эти несчастные? — неожиданно заинтересовался Джереми.

— Неужели ты думаешь, что я стал рисовать их портрет перед смертью?

— Хотя бы примерно ты же должен был их запомнить! — не унимался молодой человек.

И когда Магнус все-таки сдался и выдал примерное описание съеденных магов, Джереми пришел в полнейший восторг. Он так смеялся, что девушка даже испугалась, что с ним случится очередной приступ одержимости.

— Спасибо Вам, о великий дракон, Вы оказали мне прекрасную услугу! — он отвесил шутливый поклон Магнусу, который в очередной раз посмотрел на него, как на сумасшедшего.

— Эти двое были твоими знакомыми? — осторожно поинтересовалась Мэдлин.

— Нет, к счастью до близкого знакомства у нас с ними так и не дошло, — улыбнулся молодой человек. — Это всего на всего были люди Хаксли. Я так и знал, что они не разрешат нам спокойно шляться, где вздумается, а будут держать на коротком поводке. Но судя по всему, эти специалисты по слежке были не очень-то подготовлены к лесной жизни. Так что, дружище, ты, правда, оказал нам неоценимую услугу и немного облегчил мне жизнь, — последние слова относились уже к дракону.

— Постой, неужели ты знаешь всех служителей закона в лицо? — усомнилась девушка.

— Нет, конечно, я просто наводил справки относительно тех, кому могли бы поручить меня и кто примерно сопоставим мне по силам, — просто объяснил Джереми.

— Если они хорошие колдуны, то почему так глупо погибли?

— Обычный эффект неожиданности, — пожал плечами молодой человек. — Они искали нас, были готовы ко встрече со мной или даже с Хранителями. Наверняка, придумали что-то, что поможет им защититься от волков, но про дракона то они понятия не имели. Откуда им было знать, что он вдруг решит переселиться в этот лес, да еще и откроет сезон охоты на людей? А стандартные боевые заклятия дракону, как слону дробина, я проверял.

— В кои то веки я вынужден согласиться с твоим приятелем, — серьезно произнес Магнус. — Хотя, как ты понимаешь, когда я их ел, то в самую последнюю очередь преследовал цель ему помочь.

— Ладно, с людьми Хаксли все понятно, туда им и дорога, — махнула рукой Мэдлин. — А нам надо поторопиться и отыскать пещеру, пока у тебя не случилось очередного приступа, — она строго посмотрела на Джереми.

— Слушай, я тут подумал, что глупо искать эту пещеру, полагаясь только на свое чутье. Мы опять можем почувствовать что-нибудь другое и будем бродить по этому грешному лесу до скончания веков. Давай свяжемся с твоей подругой и попросим ее выяснить точные координаты этого места. Я думаю, что если пещера — не миф, то она сможет отыскать подробную информацию. Зря мы, что ли проводили весь этот ритуал с зеркалом, чтобы ни разу не выйти с ней на связь? — неожиданно предложил молодой человек.

Девушка не могла не одобрить это предложение. И как она сама об этом раньше не подумала? Хотя, чему удивляться! В череде сумасшедшего калейдоскопа событий, происходивших с ней, легко можно было позабыть такую мелочь.

— Заодно узнаем, что произошло в наше отсутствие, и как ведет себя наш старина Хаксли, осведомлен ли он уже о смерти своих подчиненных, — добавил Джереми, протягивая Мэдлин дорожную сумку, которую он чудом умудрился нигде не потерять.

Девушка кивнула и вытащила из вороха вещей искомое зеркало. Взглянув в него, она уже собиралась произнести нужное заклятие, как вдруг в глазах у нее потемнело. Странная сосущая пустота затягивала ее, мир буквально распадался на множество разных осколков. Мэдлин исчезла, просто растаяв в воздухе к великому изумлению Джереми и Магнуса.

Глава 11. Ядовитое зелье

Буквально через несколько секунд темнота рассеялась и Мэдлин к своему глубочайшему удивлению обнаружила, что находится на ковре самолете рядом со своей недавно обретенной спутницей, которая тоже пришла в себя и с интересом наблюдала за тем, как они снижались, подлетая к городу в пустыне.

Девушка не могла понять, как могло произойти ее перемещение, потому что до этого она попадала в прошлое лишь во сне, или же потеряв сознание. Но в этот раз все произошло иначе и это настораживало.

— Это твой дом? — с любопытством поинтересовалась ее новая знакомая.

— Почти, — отозвалась Мэдлин. — Кстати, сообщи мне, пожалуйста, хотя бы как тебя зовут. Надо же как-то представить тебя моему другу.

Мэдлин мрачно рассуждала о том, как воспримет жрец то, что вместо копья она притащила ему эту девицу, и не убедит ли это его окончательно в том, что перед ним вовсе никакая не богиня.

— Я — Марика, — представилась девушка. — Ой, а он не будет меня обижать этот твой друг?

— Не должен. Может быть, он даже примет тебя за еще одну богиню, — ответила Мэдлин. — Если очень повезет.

— Да? — рассеянно переспросила Марика, поправляя свои густые белокурые волосы. — Но я и так почти она.

Мэдлин естественно не поняла, что означает этот странное высказывание, но уточнить не успела, потому что коврик принялся снижаться над террасой дома жреца. Еще несколько минут и они были на земле. Сам хозяин дома уже ждал, словно предчувствовал их появление. Хотя возможно, он просто заговорил ковер каким-нибудь оповещательным заклинанием.

— Вы привели в мой дом новых гостей? — с неизменной лукавой улыбкой поинтересовался он, помогая девушкам подняться с ковра.

— Да, эту красавицу я только что спасла от неминуемой гибели. Мое видение указывало на то, что я должна ее найти. Если вас не затруднит, займитесь ею, а то я не уверена, что она полностью здорова, — попросила Мэдлин, вздохнув с облегчением от того, что жрец не выглядел недовольным в связи с появлением новой гостьи. Кажется, его даже не слишком удивило, что девушка привезла ее, а не копье.

Он кивнул и, усадив Марику на стул, бегло осмотрел ее, а затем махнул рукой одной из служанок и через пять минут в его руках появился какой-то загадочный кувшинчик, судя по всему с целебным зельем, которым он угостил свою новую гостью.

Сделав пару глотков Марика заметно оживилась. На щеках ее появился легкий румянец и выглядеть она стала, как вполне здоровая и привлекательная девушка. Надо отдать должное, что по отношению к жрецу она не проявляла никакого высокомерия, а наоборот мило улыбалась и трогательно строила глазки. Мэдлин пришла к выводу, что перед ней как раз тот тип девушек, которые заигрывают с любым встретившимся им объектом мужского пола, просто по инерции.

— Да, надо отдать должное, что ваши заклинания сыграли огромную роль, — похвалил Мэдлин жрец. — Если бы не они, мое зелье могло бы и не подействовать. Вы должны быть очень благодарны своей спасительнице, — обратился он уже к Марике.

Та благодарно улыбнулась. Но Мэдлин это было, в общем-то, уже без разницы, так как она почти окончательно убедилась в том, что копья у девушки, скорее всего, нет.

— Ну а теперь расскажите мне подробно, что произошло, — попросил мужчина.

Мэдлин опустилась на стул рядом с Марикой и вкратце рассказала о том, как она нашла девушку. Пока они беседовали, вышколенные слуги жреца поставили перед ними маленький столик, на котором каким-то чудом в миг появилась еда.

Мэдлин мысленно только одобрила это решение, потому что успела уже изрядно проголодаться. Марика, кажется, тоже была не против подкрепиться, судя по тому с какой скоростью она набросилась на угощение.

— Может, теперь ты расскажешь, зачем сбежала из дома? — обратилась к ней Мэдлин.

Марика заметно сникла после этого вопроса и даже как-то испуганно огляделась по сторонам, словно боялась, что сейчас ее поймают какие-то неведомые преследователи и утащат обратно домой.

— Я сбежала от своего мужа, — капризно поджав губки, сообщила она. — Меня выдали за него замуж мои родители без всякого согласия! А я, может быть, любила другого или вообще не хочу! Мне не нравится там жить!

Мэдлин хотела уже посочувствовать и возмутиться такому произволу, но жрец опередил ее и заговорил первым.

— А где же это видано, чтобы девицы сами выбирали себе мужей? — усмехнулся он. — Кто же им такое позволит? Всю жизнь это решала семья или жрецы. Им виднее, кому за кого выходить замуж. Так, чего доброго, девицы у нас еще и на войну пойдут вместо мужчин, и командовать начнут.

Услышав эти слова, Мэдлин вспомнила о том, что находится в прошлом, где вообще-то такой подход к браку в порядке вещей. И сама она по здешней легенде стала женой Алемана тоже отнюдь не добровольно и не от большой любви.

— А я не хочу ни воевать, ни командовать! И против обычаев ничего не возражаю, но я хочу замуж за мага! Или, в крайнем случае, за обычного человека, но уж никак не за призрака или демона какого-то! — веско возразила Марика, попутно продолжая уплетать еду.

Мэдлин и жрец вопросительно переглянулись. Кажется, этот ответ заинтриговал их обоих.

— А твой муж, что, не человек? — осторожно поинтересовалась девушка.

На что Марика рассказала им целую историю своей жизни. С ее слов выходило, что она жила себе припеваючи, будучи единственной дочерью могущественного и богатого колдуна (в чем Мэдлин нисколько не усомнилась, иначе, откуда взяться таким капризам) до тех пор, пока к ее отцу не явился свататься сам король подземного мира.

Он сказал, что ему было видение прекрасной девы, в которую он влюбился и захотел сделать своей женой и забрать к себе в подземелье. Король предложил за Марику огромный выкуп. Его подданные принесли отцу девушки несколько корзин, доверху наполненных драгоценными камнями.

Правда, саму Марику отнюдь не радовала перспектива селиться под землей на веки вечные, а именно таким было условие, так как король покидал свои владения только в самых исключительных случаях. Поэтому девушка была уверена, что ее отец откажет жениху. Но тот рассудил иначе. То ли польстился на драгоценности, то ли решил, что с таким мужем его дочка во всех смыслах будет как за каменной стеной. В общем свадьбе решено было быть, несмотря на все протесты Марики.

После чего новоиспеченный муж забрал девушку в свое подземное царство, где ей стало очень тоскливо. Там не было ни солнца, ни звезд, ни свежего ветра, одни лишь каменные стены. Кроме того, подданные короля почему-то были не в восторге от того, что их владыка привел чужестранку, и полностью ее игнорировали.

Так что девушка осталась одна в обществе безмолвных теней и имела возможность перекинуться словечком лишь со своим мужем, который, как и все жители подземного царства, и сам по себе был не очень-то разговорчив, а кроме того еще и был погружен в свои королевские дела и заботы.

Правда, надо отдать должное, что король все же очень старался угодить молодой супруге и повелел своим слугам создать для нее неописуемой красоты наряды, расшитые драгоценными камнями. Один из которых сейчас могли лицезреть собеседники Марики. А также выложить потолок и стены пещеры мозаикой из драгоценных камней, так чтобы они были похожи на настоящее небо и деревья. Не стоит и говорить о том, что, несмотря на нежелание разговаривать, слуги выполняли любые капризы новой королевы, которые только могли исполнить.

Но девушка все равно затосковала. Возможно, от грустных мыслей ее могли бы отвлечь обычные семейные заботы и радости. Такие, как появление детишек, например. Но Марика смущенно призналась в том, что как женщина она своего мужа совершенно не интересовала. И женился он на ней, видимо, чисто ради эстетического наслаждения, или потому что всю жизнь мечтал украсить свой дворец какой-нибудь диковиной, и девушка была для него чем-то вроде экзотической зверушки.

Для Мэдлин после этого рассказа так и осталось загадкой, каким образом увеличивалось народонаселение подземного царства, и почему сама Марика не превратилась в тень под действием магии пещеры. Если, конечно, речь шла о том же самом месте, о котором поведал им Шэлем. Но Мэдлин очень надеялась на то, что Марика — сбежавшая царица того самого подземного города, вход в который они с Джереми безуспешно пытаются отыскать в будущем. Тогда становилось вполне понятно, зачем голоса велели Мэдлин идти в горы. И теперь она практически не сомневалась в том, где, в случае чего, может спрятать копье. Вот только как найти сам неуловимый артефакт по-прежнему оставалось тайной.

— И в один день мне стало так тоскливо, что я не выдержала и решила сбежать, куда глаза глядят, — горестно вздохнула Марика, попутно украдкой поглядывая на жреца, словно проверяя, какую реакцию вызывают у мужчины ее слова и достаточно ли она его разжалобила. — Вообще-то, я надеялась вернуться к отцу, но случайно перепутала эти дурацкие заклятия! — добавила она.

Теперь все звенья цепочки становились на свои места.

— Ну, не так уж все и горестно, как ты описываешь, моя дорогая, — улыбнулся жрец.

Мэдлин вопросительно взглянула на него. А Марика демонстративно принялась разглядывать содержимое своей тарелки. Видимо она все же упустила в своем рассказе парочку важных деталей.

— Заключение брака проходило по особой церемонии, — объяснил жрец Мэдлин. — Необходимый ритуал обезопасил нашу Марику от действия магии пещеры, и она не превращается в то, кем являются ее новые соотечественники. А, кроме того, в тот момент, когда церемония свершилась, она перестала стареть и стала практически бессмертной. Точнее она будет стареть лишь за пределами подземного царства, но там под землей время для нее останавливается. Дело в том, что сами подземные жители живут дольше обычных людей и королю просто на просто не хотелось бы наблюдать за быстрым увяданием и смертью своей супруги. В целом, я считаю, что вечная жизнь в подземном городе в атмосфере роскоши не такая уж и несоизмеримая плата за бессмертие. Ничего ведь не дается просто так.

— Ничего себе, — поразилась Мэдлин. — А откуда Вы знаете все эти подробности? — спросила она у хозяина дома.

— Видите ли, в мире не так уж много могущественных колдунов и я некоторым образом знаю отца Марики и понимаю, какие мысли двигали им, когда он согласился на этот брак, — пояснил мужчина.

Теперь и Мэдлин это понимала. Отец Марики обеспечил своей дочери вечную жизнь в роли царицы, пусть даже и маленького, но царства. Не так уж и плохо, если разобраться. В особенности для ветреной и немного бестолковой Марики, которая вряд ли сумела бы стать великой колдуньей и достойно продолжить дело семьи. Теперь же ее судьба складывалась вполне неплохо.

Повисло неловкое молчание. Каждый из присутствующих был погружен в свои мысли. Мэдлин размышляла о том, удастся ли ей в скорейшем времени раздобыть копье и сможет ли она потом сбагрить его Марике вместо благодарности за спасение. Тогда все сложилось бы просто идеально. Оставалось только прийти в пещеру и забрать артефакт там в будущем.

Сама же Марика думала о том, насколько долго согласятся приютить у себя ее новые знакомые и не отправят ли они ее обратно домой к мужу. О чем раздумывал жрец, оставалось загадкой, но судя по блуждающей по его лицу лукавой улыбке, мысли эти были крайне занимательны, и он первый решил прервать затянувшуюся паузу.

— Думаю, что такое знаменательное событие, как спасение нашей прелестной гостьи, можно было бы и отметить. Как Вы считаете, Мэдлин? — обратился он к девушке. — Вы убедили меня в своих необычных способностях, Ваши видения верно указали Вам на то, что необходимо спасти Марику. А, значит, Вы — настоящая богиня, которой я с разрешения моих братьев — жрецов могу доверить нашу тайну. В честь этого знаменательного события я хочу угостить Вас своим лучшим вином! Готов поспорить, Вы не пробовали ничего подобного!

В его голосе звучали лукавые нотки, и Мэдлин никак не могла понять, над чем он смеется. Над тем, что понимает, что никакая она ни богиня, а просто пришелица из соседнего мира? Или над тем, что ему на полном серьезе придется убеждать своих коллег жрецов в этой божественной легенде?

Девушку немного насторожил подобный насмешливый тон, но она отогнала от себя все тревожные мысли. В самом деле, стоило ли ей опасаться человека, который способствовал ее исцелению от тяжелой болезни? Если бы он хотел причинить ей вред, то уже давно бы это сделал.

Поэтому она вежливо кивнула, согласившись выпить вина и жрец, галантно раскланявшись, лично отправился за ним в подвал своего дома. Он даже не стал посылать слуг, видимо хотел оказать особый почет гостьи.

После того, как мужчина покинул террасу, до этого абсолютно невозмутимая и спокойная Марика тут же отодвинула свою тарелку и схватила Мэдлин за руку.

— Этот человек замышляет что-то плохое! — испуганно прошептала она, при этом в ее больших прекрасных глазах действительно читался страх. — Нельзя пить вино из его рук!

— С чего ты взяла? — попыталась успокоить ее Мэдлин, аккуратно освобождая свою руку из дрожащей ладони девушки. — Ты же сама только что ела его еду и с тобой ничего не случилось! Если бы он хотел нас отравить, то уже давно бы это сделал.

— Эта еда хорошая! — уверенно заявила девушка. — Ты напрасно мне не веришь! Мой отец — действительно могущественный колдун и я все-таки унаследовала часть его способностей. Мы оба безошибочно чувствуем присутствие яда в пище, а также любое намерение отравить! Ты не представляешь, сколько раз этот дар спасал жизнь моему папе! У него очень много врагов, а отравление многие считают самым эффектным способом убийства! И мой отец ни разу не попался. Правда, и он, и я тщательно скрываем то, что обладаем таким талантом, чтобы наши враги не попытались нас, например, зарезать!

Марика говорила очень убедительно и Мэдлин отчего-то была уверена, что она не врет. Девушка попросту не смогла бы сама выдумать такую складную историю. Но зачем жрецу травить Мэдлин? Ведь он утверждает, что ему достаточно доказательств, и он поверил в то, что его гостья — богиня. Или все-таки не поверил и решил избавиться от самозванки? А быть может, появление настоящей богини способно подорвать его авторитет, как жреца? Причин было множество.

Фактически, Мэдлин ничего толком не знала об этом человеке и не могла судить наверняка относительно его намерений. Но слова Марики посеяли в ее душе сомнения и страх. Поэтому, когда мужчина вернулся на террасу с кувшином, наполненным красным вином, она прямо не знала, как себя вести. Отказаться? Но неожиданный отказ будет выглядеть подозрительно и тогда жрец чего доброго применит еще какой-нибудь метод убийства, более быстрый и эффективный.

Марика же сделала вид, что никакого разговора только что не было, и поедала виноград с выражением такой невозмутимой отрешенности, что Мэдлин подумала, как явно недооценила эту девочку, хотя бы в плане актрисы. Неудивительно, если окажется, что в какие-то моменты Марика просто прикидывается бестолковой дурочкой, путающей заклятия, а на деле является неплохой продолжательницей дела своего отца. Жрец между тем со своей неизменной улыбкой налил вино в два кубка, один из которых протянул Мэдлин.

— Отец всегда запрещал мне пить крепкие напитки, да и муж тоже, поэтому я совершенно непривычна к ним. Вы не обидитесь, если я откажусь? — с невинной улыбкой поинтересовалась Марика, видимо полностью убежденная в том, что это вино пить нельзя.

— Разумеется, мне и самому было бы неудобно предложить столь юной деве даже легкого вина, — ласково улыбнулся мужчина.

А Мэдлин заметила, что кубков с самого начала было два, значит, он и не рассчитывал на Марику, и ее отказ был ему только на руку.

«Отлично», — подумала девушка. — «Коварная владычица подземелья отвертелась, сам он наверняка проделал со своим кубком какой-нибудь фокус, нейтрализующий яд, или просто на просто принял противоядие. Ну а мне-то что прикажете делать?»

А в это время жрец уже наполнил ее бокал, и ожидание начало затягиваться.

— Видите ли, — Мэдлин слегка замялась. — Там, откуда я родом, считается дурной приметой пить вино вдвоем. Четное число символизирует скорое наступление смерти, поэтому мы просто обязаны разделить этот напиток с кем-то еще. В вашем доме ведь наверняка найдется третий человек?

Девушка ожидала, что поставит этим жреца в тупик. Но тот даже не переменился в лице, только улыбка стала еще более хитрой.

— Признайтесь, моя дорогая, Вы просто боитесь, что я вас отравлю? — добродушно поинтересовался он.

— И это тоже. У меня плохие предчувствия, а Вы уже убедились, что моей интуиции можно верить, — почти честно ответила Мэдлин.

— Что ж, жалко тратить такое прекрасное вино на слуг, но желание гостьи закон.

Мужчина хлопнул в ладоши, и к нему подбежала одна из служанок.

— Принеси еще один кубок, — повелительным тоном потребовал он.

Когда через полминуты девушка вернулась с кубком и наполнила его, жрец велел ей выпить вина и остаться сидеть рядом с их столом прямо на полу террасы. Мэдлин и Марика с непомерным интересом наблюдали за служанкой, но та выглядела абсолютно здоровой и на жертву отравления никак не походила. Мэдлин показалось, что ее спутница даже разочарованно вздохнула, как будто не хотела верить в то, что ее предчувствия оказались ложными.

— Ну что ж, теперь Вы, наконец, примите мое угощение? — улыбнулся улыбнулся, поднимая свой кубок.

— Да, конечно, — кивнула Мэдлин и попробовала вино.

Оно отказалось на редкость вкусным и приятным, так что девушка не удержалась и сделала несколько глотков. Ничего плохого с ней не произошло. Жрец насмешливо посмотрел на нее, так что девушке даже стало неудобно из-за своих сомнений. Видимо Марика была просто мнительной дурочкой и напрасно ее запугала.

— Ну что ж, а теперь нам нужно решить, что делать с тобой, моя дорогая, — обратился мужчина к царице подземного царства. Та недовольно поджала губы, словно вовсе не хотела обсуждать эту тему, но жрец продолжил. — Боюсь, что мне придется вернуть тебя домой.

— Но почему? — запротестовала Марика и принялась по новой вспоминать все тяготы своей замужней жизни.

— Потому что, если я этого не сделаю, слуги твоего супруга в конечном итоге найдут тебя. И хорошо будет, если они просто заберут тебя обратно, но я боюсь, что они решат еще и отомстить мне и моим согражданам, решив, что мы специально тебя укрываем. А жители подземного царства наделены своим особым могуществом, кроме того они — прекрасные убийцы, и я совершенно не горю желанием заполучить таких врагов, просто потакая капризам какой-то девчонки, — холодно объяснил жрец.

Марика совсем приуныла, так что Мэдлин стало ее даже жалко, и она ободряюще похлопала девушку по плечу.

— Не расстраивайся, — подбодрила она. — Может быть, удастся уговорить твоего мужа отпускать тебя на время погулять?

— На счет погулять — не знаю, — снова вмешался мужчина. — Но поверь, девочка, если ты вернешься обратно к своему королю и скажешь, что сильно соскучилась, не можешь без него жить, а твой побег был обычной глупостью, это будет лучше в первую очередь для тебя же самой. Иначе берегись его гнева. Он может наказать тебя за такую вольность и даже убить. Поверь, никто не захочет укрывать тебя и наживать себе такого врага. Даже твой отец. Он, насколько мне известно, не привык нарушать свое слово, и если ты сумеешь до него добраться, то нарвёшься и на его гнев тоже, а потом все равно отправишься обратно к мужу.

Марика тяжело вздохнула, видимо она и сама понимала, что по-другому не выйдет.

— К тому же, ты все-таки добровольно дала клятву и проходила церемонию. Ты хотела получить бессмертие — это понятно, но если ты обрела то, что желала, то нужно за это платить. Отказываться надо было до церемонии, а теперь обратного пути нет, — бескомпромиссно закончил жрец.

Мэдлин уже мысленно прикидывала, что ей сделать, чтобы Марика не уехала слишком рано, все-таки копье то она еще не нашла и отдать его на сохранение пещерным жителям пока что не могла. Мэдлин хотелось сделать это именно через Марику, а, не обращаясь на прямую к ее загадочному супругу.

Девушка уже хотела попросить жреца повременить, но тут произошло то, что полностью завладело ее вниманием. Служанка, которая до этого спокойно сидела возле стола тише воды и ниже травы, так что Мэдлин про нее уже и думать забыла, вдруг забеспокоилась, схватилась за шею и как-то странно нагнулась, второй рукой опираясь об пол, словно в такой странной позе ей было легче дышать. Девушка попыталась что-то сказать, но из груди у нее вырвался только хрип. Она упала и забилась в судорогах, а затем мгновенно замерла, словно окаменела. Глаза ее остекленели, и не оставалось никаких сомнений в том, что служанка была мертва.

— Ой, все-таки умерла, — с неподдельным восторгом воскликнула Марика. — Я так и знала, что оно отравлено! Мои предчувствия никогда меня не обманывали!

Похоже судьба несчастной служанки девушку совершенно не волновала, намного важнее для нее было то, что она оказалась права. Царица подземелья с любопытством уставилась на Мэдлин, словно ожидая, когда яд подействует и на нее.

— Вы все-таки его отравили, но зачем? — еле смогла выговорить Мэдлин, обращаясь к жрецу.

Девушка была в шоке. Она испугалась и пребывала в полном оцепенении. Она просто на просто не знала, что ей делать. Да, Мэдлин была сильным магом, но она была не в состоянии нейтрализовать яд, уже попавший к ней в организм. Это можно было сделать только с помощью противоядия, да и то, нужно было обладать особыми знаниями, а девушка никогда не считала изготовление зелий своей сильной стороной.

Поэтому она действительно не знала, как быть, и просто не могла поверить в то, что сейчас умрет. Но пока что ничего не происходило. Мэдлин чувствовала себя совершенно нормально, но ведь и со служанкой все случилось неожиданно и очень быстро.

Девушка прислонилась к прохладной каменной стене террасы, ожидая конца. Жрец смотрел на нее с неподдельным интересом и с той же неизменной лукавой улыбкой, словно происходящее только забавляло его.

— Я смотрю, что Вам передался дар отца? — улыбаясь, обратился он к Марике.

— Да, я сразу сказала, что оно отравлено, — радостно кивнула та. — А она меня не послушала! Странно, что яд до сих пор не подействовал. И жалко, что я так и не успею отблагодарить ее за спасение, — добавила девушка, словно речь шла о каком-то пустяковом недоразумении.

— Неужели Вы думали, что мне станет жалко свою служанку? Она всего лишь рабыня и для меня не проблема испытать на ней действие яда. Мой же кубок, если бы Вы присмотрелись к нему внимательнее, является артефактом. Он способен нейтрализовать любую отраву, оказавшуюся в нем, так что яд достался только Вам, — развел руками мужчина.

— Но зачем? — еле слышно произнесла Мэдлин. — Зачем Вы это сделали? Вы же сами спасли мне жизнь. А хотя, не важно…

Девушка закрыла глаза, понимая, что ей и так досталось слишком много времени по сравнению со служанкой. Она готовилась к неизбежной смерти и вспоминала Джереми. Ей было грустно от того, что она была уже так близка к своей цели и все оборвала какая-то идиотская случайность.

Мэдлин теперь навсегда покинет эту вариацию и вернется в свое время. Интересно будет ли ей больно? И что она скажет Александру? Что так и не смогла справиться с этим делом, хотя потратила на это столько времени? А что же станет с Междумирьем?

Девушка не могла поверить в то, что из-за какой-то глупой случайности Алеман теперь все уничтожит. А вдруг ей вообще больше некуда возвращаться из прошлого? Что если вариация ее будущего уже уничтожена, а в той, которую оставил Владыка ее просто на просто не существует?

В голове у Мэдлин проносились все возможные варианты развития событий. Она стояла с закрытыми глазами и ждала, ждала своей смерти, но ничего не происходило. В конце — концов, девушке надоело это бредовое ожидание, и она недоуменно открыла глаза. Обстановка вокруг нее не слишком то изменилась. Жрец взирал на свою жертву с нескрываемым триумфом, а Марика с плохо прикрытым любопытством.

— Не подействовало, — наконец категорично сообщила царица подземелья. — Если бы сработало, то сразу, как у рабыни. Я знаю такие яды, моего отца ужасно часто пытались отравить, но он все время успевал незаметно передавать свой кубок другим людям!

— Да, совершенно верно, — констатировал жрец. — Этот яд действует ровно через десять минут, либо не действует вообще. Я специально его выбрал.

Мэдлин почувствовала, как внутри у нее поднимается волна гнева. Почему они издеваются над ней? По террасе пронесся порыв сильного ветра, а стоявший на столе кувшин жалобно треснул, расколовшись на две части. Все-таки Мэдлин была достаточно сильной колдуньей и на пике эмоций была способна случайно разрушить все вокруг.

— Что за цирк Вы здесь устроили? — набросилась она на жреца, напрочь позабыв о том, что в его времена вряд ли существовали цирки. — Как это понимать? Вы решили пощекотать мне нервы, сказав, что в кубке якобы яд? А на самом деле дали мне обычное вино?

Судя по уважительному взгляду мужчины и испуганному выражению на лице Марики, волосы Мэдлин даже в прошлом не утратили своей выдающейся способности и сейчас превратились в языки пламени. Со стороны это действительно выглядело устрашающе. А, впрочем, любая колдунья страшна в гневе, не зря когда-то и появилось это веское слово — ведьма.

— Ну что Вы, там действительно был яд, — спокойно произнес жрец, на всякий случай, отодвигаясь подальше от своей разгневанной гостьи. — Но он не подействовал, как я и думал! Вы прошли все проверки! Вы действительно бессмертная!

Мэдлин на миг оторопела от подобного заявления. Она не могла понять, о чем он говорит, какое еще бессмертие? Но потом неожиданно быстро перед ее глазами возник Джереми, рассказывающий об особых свойствах крови единорога. Значит, здесь в прошлом она сумела случайным образом провести ритуал и обрести какое-то подобие бессмертия.

А ведь все действительно было сделано по правилам! Кровь единорога смешалась со слезами девушки, причем с искренне пролитыми, что только усилило действие колдовства. И это неожиданно сыграло ей на руку самым лучшим образом. Так что Мэдлин сумела пройти все проверки, устроенные бдительным жрецом, не спешащим расставаться со своей тайной.

— А Вам было мало того, что я выжила во время чумы? — зло поинтересовалась она.

— Бывают случаи, когда и обычные люди тоже выживают, — пожал плечами мужчина. — Правда, официально мы объявим, что перед богиней бессильны людские хвори. Но меня и других жрецов подобное бы недостаточно убедило. Нам нужно было последнее доказательство, чтобы принять окончательное решение. Вы должны нас понять, все же речь идет о тайне, которая может изменить судьбу мира, и мы не можем открыть ее первому встречному.

— А если бы я действительно умерла? — спросила Мэдлин.

— Это было бы печальным недоразумением, — развел руками жрец.

Но судя по его неизменной улыбке, его вряд ли расстроил бы такой исход событий. Он бы, наверное, только пожалел о том, что зря потратил столько времени и ухаживал за обычной девицей, не обладавшей никакими особыми возможностями.

— Но теперь то Вы, наконец, расскажете мне, где копье? — произнесла Мэдлин, устало опускаясь на скамейку. Ей ужасно надоели все эти бесконечные потрясения. — Или я за себя не ручаюсь и продемонстрирую Вам все свои возможности по части боевой магии! Я действительно очень зла на Вас!

Жрец молча поклонился и быстро ушел с террасы. Мэдлин и Марика недоуменно посмотрели ему в след.

— Куда это он? — робко поинтересовалась царица подземелья. — И что это за копье, о котором вы говорили?

— Понятия не имею! Я уже ничего не понимаю. Но надеюсь, что не за новой порцией яда! — раздраженно ответила девушка. — Копье — это сильнейший артефакт, который я безуспешно ищу в течение, уже Бог знает сколько, времени!

Мужчина вернулся на удивление быстро. В руках у него был какой-то предмет, на который Мэдлин даже не обратила внимания, настолько он был невзрачным и как-то даже терялся на фоне великолепной обстановки дома жреца.

— Вот оно! — жрец небрежно смахнул со стола остатки посуды, которые тут же бросились подбирать бдительные служанки, и бережно, словно новорожденного ребенка, положил туда неприметного вида артефакт.

— Вы шутите? — не поверила Мэдлин.

Перед ней лежало копье с деревянным, потемневшим древком и тусклым металлическим наконечником. Пожалуй, ни один музей не захотел бы выставлять подобную вещь, и она пылилась бы где-то в глубине кладовых, как не слишком интересная для туристов.

Когда речь шла о легендарном копье Афины, девушка представляла себе нечто великолепное. Она бы не удивилась, если бы копье было сделано из чистого золота. И меньше всего на свете она ожидала увидеть что-то подобное. Марика, с любопытством выглядывавшая из-за спины Мэдлин, тоже выглядела явно разочарованной. Так, что в голове у девушки мелькнула мысль, что жрец может запросто ее разыгрывать и подсовывать какую-то ерунду в качестве проверки.

— Не верите? — несколько даже обиженно произнес он. — А Вы прикоснитесь к нему, и все поймете!

Мэдлин осторожно протянула руку и коснулась деревянного древка. И действительно почувствовала сильную магическую энергетику. Она словно дремала, запертая в этот неприметный артефакт. Но девушка осознала, что она находится всего лишь в одном шаге от того, чтобы разбудить страшную разрушительную силу. Копье словно просилось ей в руки. Заточенная магия рвалась на свободу, она хотела разрушать и творить новое.

Мэдлин на секунду почувствовала себя вершителем. Могущественной колдуньей, способной изменить весь ход мироустройства. Она поспешно отдернула руку, прогоняя наваждение. Это действительно был сильный артефакт, который воздействовал на того, в чьи руки он попадал. Слабого человека он запросто мог подчинить своей воле. И девушка поняла, почему копье прячут и боятся того, что оно попадет во власть недостойного человека.

— Вы хотите сказать, что все это время копье просто лежало у Вас в доме? — возмущенно обратилась она к жрецу.

— Разумеется. Ведь это самое безопасное место в городе, — развел он руками. — Много лет назад копье передали на хранение жрецам нашего города, моим предкам, и долгие годы мы хранили эту тайну. Но мы больше не можем ее соблюдать. Мы направили владыку Алемана по ложному следу, и он пошел войной на наших врагов. Но пройдет еще немного времени, и он поймет, что его обманули, и осознает, что единственное место, где копье может быть — это наш город. Поэтому пришло время отдать его Вам. Мы уверены, что забрав его в свой мир, Вы обезопасите всех нас.

— Так отдали бы его сразу и не теряли времени! — воскликнула Мэдлин.

— Нам нужны были доказательства, — упрямо повторил мужчина. — Теперь оно Ваше. Как Вы собираетесь поступить с ним? Это очень серьезно, на Вас теперь ложится большая ответственность.

Девушка вздохнула, она и сама это понимала.

— Я не могу забрать копье с собой в свой мир. Я уже говорила, что я пришла из будущего и единственный выход для меня — это надежно спрятать копье в этом времени, чтобы, вернувшись в свое, забрать его там. Марика, мне нужна твоя помощь, кажется, ты говорила о том, что собираешься отблагодарить меня за свое спасение?

Царица подземелья растерянно кивнула, она еще не понимала, что от нее требуется.

— Я оставлю копье у тебя в подземном городе, а когда придет время, заберу его. Ведь ты же бессмертная, ты сумеешь сохранить его для меня. И насколько я понимаю, люди Алемана бессильны против подземных жителей и не рискнут туда сунуться, ведь так? — обратилась она уже к жрецу.

Мужчина задумчиво кивнул.

— Да, думаю, что подземные жители, как никто другой, сумеют сохранить эту тайну.

— А когда ты придешь за ним? — поинтересовалась Марика.

— Это будет очень нескоро, через тысячу лет, — вздохнула Мэдлин. — Но если ты бессмертная, то для тебя время не имеет значения.

— Ого, — присвистнула девушка. — Но как же я тебя узнаю? Ты можешь сильно измениться.

— Нет, я останусь такой же, как сейчас, я буду лишь по-другому одета.

— Но все равно, — покачала головой царица подземелья. — Я могу забыть, как ты выглядишь, за столько времени. Или кто-то может принять твой облик, чтобы забрать копье. И получится, что я отдам его не тому человеку!

— Но ты же колдунья! Ты должна запомнить мою ауру и узнать ее!

— Я могу забыть и твою ауру, — веско возразила Марика. — Оставь мне какую-нибудь вещь, хранящую твою энергетику. Я просто сравню их и все.

— Хорошая идея, — согласилась Мэдлин.

Девушка задумалась о том, что она может оставить. У нее не было в этом мире почти никаких вещей, которыми бы она пользовалась достаточно долго, чтобы те пропитались ее аурой и могли сохранить ее. Мэдлин вспомнила, что, кажется, совсем недавно она сама искала такую же вещицу, только для Джереми. Она улыбнулась и обратилась к жрецу.

— Принесите мне острый нож и нитки, я знаю, что оставлю.

Мужчина не стал задавать лишних вопросов и через минуту его служанки вручили Мэдлин все необходимые предметы. Она взяла нож, аккуратно оттянула прядь своих волос и отрезала ее, перевязав шелковой ниткой, чтобы та не рассыпалась.

— Держи, — протянула она Марике. — Теперь, ты безошибочно узнаешь меня. Кстати, они еще и светятся в темноте.

Девушка считала, что на этом дело кончено, но тут царица подземелья опять заговорила.

— А если я ее потеряю? Или ее у меня украдут?

Мэдлин начинала злиться и хотела уже ответить, что нужно просто постараться не быть растяпой, но тут в их разговор вмешался жрец.

— А почему бы вам не провести тот же фокус, что я продемонстрировал сегодня? Так как наша гостья бессмертна, тебе, Марика, останется лишь предложить ей выпить отравленного напитка. Тогда копье точно не попадет не в те руки, и желающих его забрать, если таковые найдутся, сразу поубавится.

Марику, помешанную на ядах, подобная идея, кажется, привела в полнейший восторг. Мэдлин она, как ни странно, тоже понравилась. А почему бы и нет, если яды на нее больше не действуют? Простая и надежная проверка.

— Я согласна, — кивнула царица подземелья. — Копье будет храниться у меня до твоего возвращения, мне нужно лишь спросить согласие своего короля. Я не думаю, что он будет возражать, но все же надо соблюсти эту формальность.

— Отлично, тогда ты прямо сейчас отправишься домой на ковре самолете и договоришься со своим супругом, — решил жрец. — Времени нет и тянуть нельзя. А Мэдлин явится к тебе завтра в полдень, когда все будет улажено, и отдаст копье.

— Хорошо, я буду ждать ее у входа в пещеру, а то наши стражники могут ее не пустить.

— Марика, а если я не приду завтра, ты не могла бы ждать меня там и послезавтра в полдень? И вообще, каждый последующий день выходить и встречать меня в полдень, пока я не приду? — попросила девушка.

— Могла бы, конечно, для меня это будет хорошим поводом выйти прогуляться, — пожала плечами Марика. — А ты думаешь, что задержишься?

— Я буду очень стараться, но меня мучают плохие предчувствия, а я привыкла доверять своим ощущениям.

На душе у Мэдлин было действительно неспокойно. Интуиция подсказывала ей, что все может сложиться не так просто, как они планируют.

Словно почувствовав, что девушка решила часть своих проблем в этой вариации, мир перед ее глазами снова начал расплываться. Какая-то неведомая сила переносила ее обратно в свое время.

Глава 12. Подземный город

— И давно ты завела привычку исчезать посреди разговора? — донесся до Мэдлин чей-то знакомый голос.

Она открыла глаза и поняла, что лежит на земле, а голова ее покоится на коленях Джереми, заботливо поправлявшего ей волосы.

— А меня долго не было? — растерянно спросила девушка.

— Минут пять. Потом ты соизволила материализоваться на том же самом месте, только была уже без сознания. Я сперва испугался, но потом понял, что это обычный обморок. Ну, так что это было? Нам, правда, очень интересно знать, — настойчиво поинтересовался молодой человек.

Мэдлин перевела взгляд в сторону и увидела Магнуса, наблюдавшего за ней с непомерным любопытством, едва ли не затаив дыхание.

— Кажется, теперь я могу путешествовать между вариациями не только во сне. Но, к сожалению, я до сих пор не могу контролировать этот процесс, — просто объяснила девушка, поднимаясь на ноги. — Зато теперь я точно знаю, где может находиться копье. Я сама должна спрятать его у подземных жителей в прошлом.

— Должна или спрятала? — уточнил Джереми.

— Должна, но я уверена, что с этим не будет особых проблем, поэтому нам нужно отправляться туда и не терять времени даром.

— Телепортироваться в другое место и время без заклинания, вот так мгновенно — это высший пилотаж, — уважительно заметил Магнус.

— Да, она у нас вообще удивительно способная! Особенно ее таланты проявляются в том, чтобы находить себе лишние заботы и проблемы, а потом самой их решать, — усмехнулся молодой человек.

— Но должны же были у меня появиться хоть какие-то особые способности после неудачного ритуала Литурга! Родон, помнится, тогда вообще дрожал от страха, считая, что я превратилась в сильнейшую колдунью и теперь буду претендовать на мировое господство, — отмахнулась Мэдлин. — Кстати, я случайно не разбила зеркало во время этой внезапной телепортации?

— Не-а, оно выпало у тебя из рук обратно в сумку и упало на вещи, поэтому совершенно не пострадало. Держи, — Джереми протянул своей спутнице артефакт.

Девушка вздохнула и произнесла необходимое заклинание, опасливо вглядываясь в зеркальную гладь. Она боялась, что мир опять ни с того ни с сего начнет разрушаться у нее на глазах. Но ничего подобного не произошло, вместо этого Мэдлин увидела в зеркальном отражении встревоженное лицо своей подруги.

— Мэдлин, куда ты пропала? — укоризненно поинтересовалась Зоя. — Я уже начала беспокоиться, что с вами случилось что-то плохое! Вы нашли копье?

Джереми аккуратно толкнул девушку локтем, но она и сама понимала, что не стоит вдаваться в подробности относительно их поисков, ведь этот разговор могут слышать люди Хаксли.

— Нет, еще не нашли, — лаконично ответила она. — Извини, что не связывалась с тобой раньше, у нас было много проблем. А сейчас мне нужна твоя помощь, поможешь?

Зоя естественно не была против и Мэдлин вкратце рассказала то, что от нее требуется. Подруга заверила, что найдет необходимую информацию не позднее, чем через полчаса. Оказывается, Зоя уже когда-то читала про подземных жителей и их царство, так что ей оставалось только принести нужную книгу из библиотеки.

— А у нас случилась беда! Юний заболел! — грустно добавила девушка в конце разговора.

— Вот как? Что же с ним произошло? — Мэдлин поначалу не слишком взволновалась, потому что болезнь не является чем-то непреодолимым для колдуна такого уровня, как Юний.

— У него украли тень! — воскликнула Зоя. — По крайней мере, так утверждает Хаксли и целитель, которого он привел, чтобы осмотреть Юния. Сначала наш шеф просто жаловался на недомогание и усталость, и мы давали ему всякие целебные зелья, но с каждым днем ему стало становиться все хуже. Теперь же он просто похож на высохшую мумию! — она горестно вздохнула. — Он жутко похудел и постарел и с каждым днем становится слабее! Я прочитала все, что нашла об этих, так называемых Хранителях Солнца, и, знаешь, по описанию все очень похоже! Кажется, они действительно украли тень Юния, и он умирает!

— Но зачем им тень Юния? — не могла поверить Мэдлин. — Столько лет они к нам не совались и теперь вдруг решили…

— Я не знаю, но это так! — Зоя готова была расплакаться. — Мэдлин, я желаю, чтобы вы поскорее нашли это копье, и ты вернулась домой! Ты могла бы нам как-то помочь! Возможно, твоих способностей хватило бы на это.

— Я постараюсь, — вздохнула Мэдлин.

Она не могла ничего пообещать. Девушки не стали прощаться, и Зоя отправилась искать нужную информацию, а Мэдлин вопросительно взглянула на Джереми.

— А ты что скажешь? С чего это Хранители решили напасть на Юния и украсть его тень?

— Откуда мне знать? — пожал плечами молодой человек, судьба Юния его не слишком то волновала.

— Кому, если не тебе? Кажется, из всех нас ты имеешь самую тесную связь с Хранителями!

— Ладно, я думаю, что они искали тебя, но не обнаружили, и решили, чтобы не терять времени даром, подкрепиться тенью такого сильного колдуна, как твой шеф, — неохотно бросил Джереми.

— Ты мне скажи, почему они вообще так на мне зациклились? Ну ладно, с тобой все понятно, ты заключил с ними сделку, потом не захотел ее выполнять. Но я-то тут при чем? Зачем они внушают тебе, что ты должен меня убить или притащить им? Они боятся того, что я тебе помогаю?

— Нет, они знают, что ты должна найти копье и что оно будет служить тебе. Они очень боятся, что ты станешь использовать его против них. Им проще тебя убить, — просто пояснил молодой человек.

— Отлично! Такое ощущение, что в последнее время каждый второй мечтает меня для чего-то убить!

Джереми виновато развел руками, дескать, он за всех не отвечает.

— Ладно, скажи мне, что теперь будет с Юнием?

— Да ничего особенного, — отмахнулся молодой человек. — Он умрет. Странно, что он вообще до сих пор жив. Человек без тени не может существовать долго.

Мэдлин вспомнила, как ей было плохо, когда Хранители в пустыне пытались отнять ее тень, и не смогла не согласиться.

— Но что-то же можно сделать? — с надеждой спросила она.

— Можно, наверное, но если бы я знал, как справиться с Хранителями, я бы сам уже давно это сделал, — отозвался Джереми.

И Мэдлин поняла, что он не врал. Девушке было жаль Юния, все-таки они были знакомы много лет, но она знала, что единственный способ хоть как-то ему помочь состоял в том, чтобы поскорее найти копье и получить возможность прогнать Хранителей. А значит, они были на правильном пути.

По истечении получаса Мэдлин снова связалась с Зоей и выяснила, что та нашла всю необходимую информацию, которая, как оказалось, совершенно не была секретной. Похоже, современным колдунам просто было неинтересно наведываться к подземным жителям, о них забыли и редко говорили вслух. В конце разговора девушку вдруг посетила неожиданная мысль.

— Послушай, Зоя, — произнесла она. — Я ведь совсем забыла! Юнию может помочь золото!

Зоя непонимающе взглянула на свою подругу сквозь зеркальную гладь.

— Да, да! Странно, что Хаксли тебе об этом не сказал! Хранители не могут прикоснуться к золоту! Я не знаю, поможет ли это прогнать их насовсем, но думаю, что это их отпугнет, и состояние Юния хоть немного улучшится! Подойдет любая золотая цепочка, кольцо или браслет! Надень это на шефа и чем больше, тем лучше! Пусть он будет похож на рождественскую елку! Плевать на имидж, главное — его безопасность! — горячо воскликнула Мэдлин.

А Зоя впервые улыбнулась, получив хоть какую-то надежду на хороший исход событий.

— Мэдлин — ты чудо! Я желаю, чтобы вы поскорее нашли это неуловимое копье и вернулись к нам! Передавай привет Джереми! — она помахала рукой и исчезла с зеркальной поверхности.

Теперь Мэдлин видела только свое отражение.

— О, и про меня вспомнили! А я-то думал, что негоже в ваших кругах обсуждать таких презренных преступников, как я, — проворчал Джереми. — Кстати, я не думаю, что после того, как Хранители уже украли тень, их может остановить золото.

— Я тоже не думаю, но надеюсь, что это отсрочит момент его смерти, а прогнать Хранителей я собираюсь с помощью копья.

— Да ты оптимист! Мы еще его толком не нашли, а ты уже думаешь, как им распорядиться! — усмехнулся молодой человек.

— А то! Что б ты делал без моего оптимизма! Ладно, достань лучше карту, и пойдем к пещере, — решила девушка.

Они не сумели попрощаться с Магнусом, так как утомленный сложными диалогами волшебников, дракон задремал, и Мэдлин как-то не решилась его будить. Путь до пещеры занял у них совсем немного времени. Теперь, когда они знали точные координаты входа в подземное царство, найти его было совсем не трудно.

По дороге также не случилось ничего необычного. Погода была ясной и холодной. Никакого тумана, ни магического, ни обычного, не предвиделось и близко. И сами обитатели леса словно дремали, позабыв о чужаках. Джереми, склонный подозревать во всем подвох, даже предположил, что это — затишье перед бурей, и самое неприятное ждет их впереди. Но Мэдлин не особенно напугали его слова. С ними так часто происходило что-то необычное и страшное, что она уже перестала бояться.

Искомая пещера появилась перед их глазами совершенно неожиданно. Деревья резко расступились, и они оказались на поляне перед огромным пологим холмом, наподобие того, где обитал Магнус в Междумирье. Наверное, когда-то давно, целые столетия назад здесь возвышалась огромная гора, но время сгладило и сточило ее.

Темный вход в пещеру выглядел совершенно тривиально. Никаких там мрачных стражников, охраняющих проход в подземное царство, и близко не было. Мало того Мэдлин даже не ощутила особой магической энергетики, исходившей от пещеры, и ощутила легкое разочарование. Похоже, подобные эмоции испытал и ее спутник.

— Ты уверена, что это то самое место? — поинтересовался Джереми.

— Ну да, координаты ведь совпадают, — нерешительно произнесла Мэдлин. — Еще раз сверяясь с картой.

— Просто я представлял все несколько иначе. Слушай, а ты не думаешь, что спустя столько времени эти подземные чудики взяли и перебрались куда-нибудь? — неожиданно предположил он. — Или просто вымерли от старости? Поэтому все про них и забыли!

— Откуда же мне знать! — вздохнула девушка, которая до этого как-то не думала о таком раскладе. — В любом случае, даже если они вымерли, то копье должно было сохраниться в пещере, и мы найдем его там среди их останков. Если, конечно, после таких существ могло что-то остаться, они же описывались как тени.

— Ну ладно, что гадать, пошли проверять! — предложил молодой человек. — Какой-то особой опасности я не ощущаю.

И они зашли в пещеру, одновременно зажигая над головой световые заклятия. Темнота подземелья оказалось какой-то необычно густой, даже заклинания разгоняли ее с трудом. Так, что путники могли видеть не дальше собственной вытянутой руки.

Оказавшись внутри, Мэдлин наконец-то почувствовала какую-то странную, едва уловимую магическую энергию, показавшуюся ей очень знакомой. Она поняла, что точно такой же энергетикой обладала найденная ею в ручье монетка, значит они на правильном пути. Вот только где же сами хозяева этого мрачного дома?

— По-моему здесь нет никого и ничего! — категорично заявил Джереми. — По крайней мере, я ничего не чувствую! Но как я понимаю, ты хочешь идти дальше вглубь?

— Разумеется! Зря мы, что ли сюда пришли! — отозвалась девушка, аккуратно продвигаясь вперед, вдоль каменной стены.

Мэдлин шла, ничего толком не видя и боясь лишь одного — споткнуться и упасть на камни, пока вдруг неожиданно не наткнулась на странное невидимое препятствие. Как будто бы она врезалась в невидимую завесу и прошла сквозь нее. По коже пробежали мурашки, словно девушку окатило холодной водой. Подобные ощущения, только значительно слабее, она испытывала, когда проходила сквозь охранную завесу на входе в собственный институт.

— Ого! Да тут кто-то неплохие охранные заклятия понаставил! — уважительно произнес молодой человек, видимо также врезавшись в невидимую завесу.

Девушка хотела ему что-то ответить, но не успела, потому что нечто полностью сковало ее движения. Мэдлин почувствовала себя так, будто бы кто-то, подкравшись сзади, накрыл ее с головой невидимым покрывалом, в котором она первые секунды барахталась, пытаясь выбраться, а потом окончательно увязла, так как невидимая ловушка, сжимаясь, полностью сковывала ее движения и лишала дара речи.

Девушка почувствовала, что ей не хватает воздуха и она задыхается. В глазах потемнело. Она на секунду потеряла сознание, а когда открыла глаза, то поняла, что находится в каком-то тускло освещенном помещении с каменными, грубо отесанными стенами. Руки ее были крепко связаны за спиной. Рядом с ней сидел точно также связанный Джереми.

— Вот это я понимаю! Высший пилотаж! — восхищенно присвистнул он. — Я и глазом моргнуть не успел, как они нас уже обездвижили, связали и сюда приволокли! Я даже не успел разглядеть, кто это был!

— Я бы на твоем месте не слишком радовалась, — хмуро откликнулась Мэдлин. — Сейчас они нас также быстро и убьют!

— Вообще-то, идти в эту пещеру было твоей идеей, так что давай вперед — налаживай дипломатические отношения!

— С кем интересно? Со стенами? Их то здесь нет… — девушка осеклась, потому что только сейчас заметила, что «они» то как раз здесь и были.

Странные существа просто на просто сливались со стенами, так что казались невидимыми. У них были вполне человеческие силуэты, только увеличенные раза в два. А еще они были немного прозрачными. Не такими эфемерными, как призраки, но и не обладавшими плотностью нормального человека. Какой-то усредненный вариант между людьми и привидениями. Кожа их была серой, а черты лица грубыми, словно их высекли из камня. Глаза не имели ни белков, ни радужки, а выглядели как черные пустые провалы глазниц, так что Мэдлин даже показалось, что они слепые. Передвигались эти существа совершенно бесшумно и, кажется, ни о чем не разговаривали между собой. По крайней мере, ни Мэдлин, ни Джереми этого не слышали. На вопросы своих пленников они также отвечали гробовым молчанием.

— Что ж, зато мы теперь точно знаем, что они не вымерли, — подытожил молодой человек после очередной безуспешной попытки наладить контакт. — Интересно только, чего они от нас ждут?

Замершие вдоль стен мрачные фигуры действительно выглядели так, словно чего-то ждали. Как выяснилось, дожидались они какого-то неслышного приказа, после которого заставили своих пленников подняться на ноги и повели их по темному коридору.

Сопротивляться было практически невозможно. Помимо веревок Мэдлин и Джереми сковывала какая-то иная магическая сила. Девушке стало совсем не по себе. Вдруг молчаливые подземные жители сейчас сразу же убьют их, даже не посоветовавшись со своим королем? Или король будет в курсе происходящего, но также решит, что пленникам лучше умереть, потому что Марики рядом с ним не будет.

Только сейчас Мэдлин окончательно осознала, сколько времени должно было пройти с тех пор, когда они виделись в последний раз. Марика могла просто на просто не дожить до этого момента. Да, она не старела, но ведь умереть можно не только от старости. В конце концов, девушка могла в очередной раз сбежать от надоевшего супруга и больше не вернуться.

От мрачных размышлений Мэдлин отвлекла резкая смена окружающей обстановки. Темный коридор кончился, и они оказались в огромном подземном зале. Потолки его, обросшие похожими на сосульки сталактитами, находились так высоко, что девушке даже сложно было их разглядеть, а сам зал поражал своим великолепием.

Пол был выложен мозаикой из драгоценных и полудрагоценных камней, изображавших траву и цветы, удивительно похожими на живые. На стенах были изображены деревья и какие-то лесные пейзажи. Сделано это было так искусно, что в первый момент Мэдлин показалось, что они вернулись на поверхность.

Девушка с восторгом разглядывала эту красоту и не сразу поняла, что они находятся ни много, ни мало, а в тронном зале. У одной из стен располагались два золотых трона. Тот, что был побольше и, судя по всему, предназначался для самого короля, сейчас пустовал, а на соседнем, поменьше, восседала старая знакомая Мэдлин.

Девушка сразу же узнала Марику, потому что та практически не изменилась. Сейчас, правда, ей можно было дать уже не шестнадцать, а все двадцать с небольшим. Но если учесть, что прошло больше тысячи лет, результат был ошеломляющим. Да, пожалуй, ради вечной молодости стоило не покидать это мрачное царство.

Марика выглядела скучающей. Она сидела, подперев рукой подбородок и облокотившись на трон. Одета царица подземного города была в платье расшитое золотом и рубинами, сверкавшее в полумраке тронного зала. Увидев Мэдлин и Джереми, она заметно оживилась.

— Ну, наконец-то! Хоть какие-то гости в моем царстве! Когда мои слуги сообщили, как выглядят пойманные чужаки, я сразу поняла, что ты наконец-то вспомнила про свое копье и вернулась за ним! — девушка благодушно улыбнулась Мэдлин, но с трона не поднялась и навстречу не подошла.

— О, так ты оказывается знакома с самой королевой! — встрял в разговор Джереми, улыбаясь Марике своей самой добродушной и очаровательной улыбкой, которой он когда-то улыбался клиентам в компании Родона. Еще до того, как украл у него пару десятков дорогих артефактов. — Ваше высочество, не затруднит ли Вас приказать своим слугам освободить нас? Честное слово, мы пришли к Вам с самыми добрыми и мирными намерениями! И я очень рад Вас видеть! Мэдлин мне многое рассказала! Вы, как солнце, освещаете этот подземный зал, и никто никогда не посмеет причинить вред подобной красоте. По крайней мере, я уж точно!

Казалось, что короткая речь молодого человека обрадовала Марику больше, чем сама встреча с Мэдлин. Она заулыбалась и бросила на гостя игривый взгляд, а затем даже поднялась с трона и принялась собственноручно освобождать его от оков, кокетливо жалуясь на свою скучную жизнь в подземном царстве.

Мэдлин же освобождали получившие такой приказ слуги. Девушке эти заигрывания с ее спутником совершенно не понравились. Мэдлин, конечно, понимала, что сидя под землей, можно совсем истосковаться по мужскому вниманию, а Джереми был симпатичным молодым человеком, но он был ее молодым человеком! И молчала она сейчас только потому, что хотела заполучить обратно свое копье, а затем уйти как можно скорее.

Поэтому девушка подавила свой гнев и вежливо кашлянула, прерывая оживленный диалог Джереми и Марики. Молодой человек уже успел начать рассказывать ей какую-то забавную историю к великому восторгу царицы подземного царства.

— Я не хочу вас прерывать, но, Марика, ты, кажется, должна мне кое-что отдать, — спокойно напомнила Мэдлин, бросая гневный взгляд на Джереми.

— Да, сейчас, — девушка неохотно отвлеклась от беседы с молодым человеком, и неизвестно откуда в ее руке появился узорный платочек с завернутой в него прядью волос Мэдлин. Прядь сияла в полумраке тронного зала приятным золотистым светом.

— О, это ее точно волосы, — уверенно заявил Джереми.

— Я и не сомневаюсь, — улыбнулась царица подземелья. — Я чувствую одинаковую ауру, но остался еще один этап проверки, — она нехорошо улыбнулась и Мэдлин вспомнила о предназначавшемся ей бокале с ядом.

— Ну, хорошо, хорошо, вели принести свое отравленное вино, — мрачно кивнула она.

— Отравленное? — озадаченно поинтересовался молодой человек.

— Да. В прошлый раз Мэдлин доказала то, что она бессмертна, выпив отравленного вина. И мы договорились, что в подтверждение того, что это именно она, когда мы вновь встретимся, Мэдлин снова повторит этот фокус, — пояснила Марика и принялась отдавать распоряжения своим безмолвным слугам.

— Ты уверена, что стоит это делать? — прошептал Джереми, пока Марика не слышала.

— Я не знаю… — растерянно зашептала в ответ девушка. — Тогда в прошлом, в той вариации это сработало. Я случайно провела ритуал с кровью единорога, и на меня перестал действовать яд.

— А это доказано, что то, что произошло тогда в вариации, распространяется и на реальное время? — веско заметил молодой человек и Мэдлин почувствовала, что совершенно в этом не уверена.

Тогда в прошлом она отчего-то совсем позабыла, что играет роль другого человека. Это Марика оставалась неизменно собой, а Мэдлин играла роль жены Алемана. И если супруга владыки стала бессмертной, это вовсе не означало, что и колдунья Мэдлин Хоуп тоже обрела этот дар.

А Марика между тем уже держала в руках золотой кубок такой же роскошный, как и все в обстановке этого зала. Судя по довольной улыбке царицы, она самолично отравила вино. Мэдлин не знала, как ей поступить. Они проделали такой длинный путь. Глупо было взять и просто отказаться. С другой стороны, умирать таким нелепым образом девушке тоже совершенно не хотелось.

Марика протянула ей кубок, Мэдлин приняла его дрожащими руками, с опаской глядя на черно-красную жидкость. Девушка уже хотела рискнуть и поднести кубок к губам, как вдруг вскрикнула и едва не выронила его на пол. Голоса в голове снова проснулись и на все лады предупреждали ее об опасности так, что Мэдлин едва не оглохла.

Но теперь становилось точно очевидно, что вино пить нельзя. Неожиданно девушка вспомнила странное видение, посетившее ее в лесу, когда Александр беседовал с ее копией. Мэдлин хорошо запомнила фразу: «она не бессмертна», и теперь она понимала, о чем, а точнее о ком, идет речь.

— Что с тобой? Тебе плохо? — испуганно поинтересовался Джереми, беря девушку за локоть.

— Это голоса… вино пить нельзя. Я не бессмертна, — тихо произнесла она.

— Ну, я же говорил, — серьезно подтвердил молодой человек.

— Но тогда я не смогу отдать вам копье! — развела руками Марика, с интересом наблюдавшая за происходящим.

— Но ты же видишь, что это Мэдлин! — возмутился Джереми, машинально переходя на «ты».

— Да, аура совпадает, но мы заключили договор и его необходимо соблюсти. Почему она перерастала быть бессмертной? Может быть, это вовсе и не она, а кто-то сильно на нее похожий! — поджав губки, заявила царица подземелья.

— Но она не может его выпить… — начал было Джереми, но его перебили.

— Нет, я могу! — воскликнул чей-то знакомый голос.

Мэдлин с Джереми резко обернулись, и девушка второй раз в жизни едва не упала в обморок. Перед ней стояла ее точная копия в том образе, в котором она встретила ее на трассе в Междумирье. Заострившиеся черты лица с бледной, как у покойника кожей, окровавленное платье и ясные живые глаза. Мэдлин отчего-то машинально отметила, что ее собственные волосы сантиметров на десять длиннее, чем у этой новой гостьи.

Джереми также выглядел шокированным и впервые в жизни лишился дара речи, молча глядя то на свою спутницу, то на эту незнакомку, словно задался целью, как в игре, найти между ними десять отличий. Даже Марика казалась озадаченной. Одна только новая гостья совершенно не растерялась и спокойно подошла к трону царицы.

— Я выпью, — веселым голосом повторила она, одарив оторопело разглядывавшего ее Джереми загадочной улыбкой.

— А ты кто такая? — строго поинтересовалась Марика.

— Я Мэдлин Хоуп. Можешь сравнить мою ауру с этой прядью волос. Можешь даже отрезать мои волосы и сравнить их тоже, — предложила она.

Марика недоверчиво принялась разглядывать прядь в своих руках, потом подошла ближе к новой гостье и осторожно коснулась ее локонов.

— Действительно, это твои волосы, все совпадает, аура твоя, — озадаченно подтвердила царица подземелья. — Но как же это понимать? Кто из вас настоящая? И почему вы так сильно похожи?

— Я, разумеется, — улыбнулась Мэдлин номер два. — А это моя сестра. Мы близнецы.

Марика кивнула и, кажется, поверила в это бредовое объяснение. Это происходило от нехватки знаний. На самом деле даже у братьев близнецов будет абсолютно разная аура, потому что это разные люди. В мире нет двух одинаковых аур, так же, как и двух одинаковых отпечатков пальцев. Джереми был настолько шокирован этой новой подробностью, что, кажется, тоже поверил.

— Почему ты никогда не говорила мне, что у тебя есть сестра — близнец? — возмущенно обратился он к своей Мэдлин. — И почему у вас…

— Тсс! Потом поговорим, — девушка толкнула его локтем в бок, чтобы он замолчал.

Мэдлин номер два подошла к своей тезке и забрала из ее рук бокал вина. При этом сама Мэдлин почувствовала себя так, словно ее окатило ледяной водой. Она снова ощутила давящую ауру смерти и даже удивлялась, почему другие ее не чувствуют. А между тем незваная гостья залпом выпила напиток и поинтересовалась:

— Сколько нужно ждать, пока оно подействует? — с улыбкой спросила она у Марики.

— Минут пять, — ответила та, задумчиво глядя на девушку. — Я специально выбрала молниеносный.

А в голове у живой Мэдлин в этот момент полностью сложилась логическая цепочка. Она действительно была в Междумирье, только в другой вариации. В том варианте событий, где по каким-то причинам они с Джереми умерли и стали Исчезнувшими. И тот разговор Александра, который она слышала в лесу, действительно имел место быть. Это Собиратель попросил Исчезнувшую Мэдлин прийти и спасти своего живого двойника. Потому что живая Мэдлин не бессмертна, а на Исчезнувшую яд все равно не подействует. Нельзя убить мертвого.

Когда прошло десять минут, Марика соизволила признать, что яд не сработал. Она махнула рукой, и слуги принесли к ее трону копье, завернутое в расшитую ткань.

— Что ж, возьми, оно твое, — царским жестом разрешила она Мэдлин номер два.

Та улыбнулась и, подойдя к своей тезке, тихо произнесла:

— Бери, я не могу к нему прикоснуться, мне нельзя.

— Точно! Исчезнувшие не могут коснуться такого артефакта, — машинально отозвалась живая Мэдлин.

— Я так и знала, что ты сразу сообразишь, ты всегда была умной, — довольно подтвердила ее «сестра». — Я отдаю копье своей близняшке! Она может делать с ним, что захочет, — громко заявила она так, чтобы слышала Марика.

— Да делайте с ним, что хотите, — равнодушно пожала плечами царица подземелья. — Мне абсолютно все равно. Моя миссия состояла в том, чтобы сохранить артефакт и передать его, кому нужно, а для чего уж вы собираетесь его использовать, мне без разницы.

Мэдлин — Исчезнувшая улыбнулась и растворилась в воздухе, оставив после себя лишь красную вспышку телепортации. На несколько минут в тронном зале повисло молчание. Собравшиеся никак не могли осмыслить произошедшее. Звенящую тишину разрушил счастливый смех Марики.

— Давно мне не было так интересно! Не зря я согласилась сохранить это копье! Хоть какое-то развлечение! Появление сестры мне очень понравилось, я вообще никогда не видела настоящих близнецов! — радостно сообщила она.

— Я тоже! Особенно таких! — поддержал ее пришедший в себя Джереми.

А Мэдлин между тем аккуратно подняла копье с пола. Это было именно оно — то самое копье Афины, которое она, казалось совсем недавно, держала в руках. Только сейчас сила его стала еще больше, она рвалась на свободу и желала, чтобы ее выпустили. Мэдлин снова завернула копье в ткань. Через нее у артефакта хуже получалось воздействовать на девушку.

— Послушай, сестра Мэдлин, — неожиданно обратилась к ней Марика. — Ты получила свое копье, мои слуги спокойно отпустят тебя на свободу. А Джереми пускай остается здесь со мной. Мы подружились и мне очень скучно, а он меня развлечет.

Девушку, мягко говоря, озадачила подобная просьба, но она лишь коварно улыбнулась и произнесла:

— Я не возражаю, пускай остается, если хочет. А я пойду, отнесу копье его приятелю Хаксли, как и обещала, — беспечно согласилась она.

— Эй, девочки, вы чего? Прекратите решать мою судьбу! — всполошился сам объект дележа. — Вообще-то копье нужно мне, а не Мэдлин! Поэтому я сам отнесу его, куда собирался! Но потом, Ваше высочество, я непременно загляну к Вам, если Вы не возражаете! И дорасскажу все оставшиеся забавные истории из моей жизни. Я думаю, это случится где-то через неделю. Вы же меня дождетесь?

— А ты точно вернешься? — все-таки усомнилась Марика.

— Разумеется! Посмотрите мне в глаза! Во всех мирах Вы не найдете глаз честнее, чем у меня! Знаете, почему я сбежал с последней работы? Потому что отказался покрывать вора — начальника! За это меня и преследовали, так жестоко вызвав Гончих! Я обязательно расскажу Вам об этой погоне! — горячо заверил ее правдолюбец Джереми.

Мэдлин едва сдерживала смех, слушая убедительные доводы «самого честного во всех мирах человека». Она даже отвернулась и сделала вид, что разглядывает копье, чтобы не было видно ее улыбки.

— Ну, хорошо, — сдалась царица подземелья. — Я тебя отпускаю. Только вам обоим придется покидать наше царство с завязанными глазами.

— Почему? — удивилась Мэдлин.

— Потому что никто не должен знать дороги ко мне. Обычно мы убиваем непрошеных гостей или оставляем их здесь навсегда. Нет, я, конечно, могу снова наложить на вас тоже заклятие, что было в прошлый раз, но думаю, с закрытыми глазами вам будет удобнее. Разве нет?

Мэдлин и Джереми тут же согласились, что так им действительно будет удобнее. Слуги завязали им глаза темными платками и повели обратно. Причем ткань, которую им повязали, не позволяла смотреть сквозь нее даже с помощью магии, поэтому увидеть, что творится по сторонам, было решительно невозможно. Можно было лишь почувствовать холодные прикосновения слуг Марики.

Мэдлин ужасно обрадовалась, когда их, наконец, то привели к выходу из пещеры. На нее угнетающе действовала энергетика этого места и близость странных существ. Девушка была даже рада непроглядной темноте, навалившейся на нее, когда с глаз сняли повязку. Они с Джереми поскорее поспешили к свету, и вышли обратно в лес.

— Не могу поверить, что мы наконец-то его нашли! Это было даже слишком легко, — радостно произнес молодой человек, когда они отошли подальше от входа в пещеру.

— Ну да, а ты, кажется, нашел еще и новую симпатию, — обиженно отозвалась Мэдлин. — Учти только, что она старше тебя раз в десять, или даже больше!

— Да ладно? А выглядит младше! — издевательски улыбнулся ее спутник.

— Поверь, она выглядела точно также тысячу лет назад! Хотя о вкусах не спорят. По интеллектуальным способностям вы друг другу очень даже подходите. Ты будешь рассказывать ей всякую идиотскую чушь, а она глупо хихикать! Идеальная пара! Не забудь только перед этим разобраться с ее муженьком и его армией подземных убийц! — гневно закончила девушка.

О ее настроении можно было судить по пылающим прядям волос, на глазах превращавшихся в языки пламени. Джереми понял, что зашел в своей шутке слишком далеко и поспешил оправдаться.

— Эй, ну ты чего? — он попробовал обнять девушку, но отдернул руку, нечаянно обжегшись об огненную прядь. — Ты что серьезно обиделась? Мне просто не понравилось, как крепко нас повязали эти парни, и единственный способ поскорее освободиться от них был задобрить эту пресловутую царицу. А потом, ты думаешь, что она бы нас так просто отпустила? Был договор о том, что она отдаст тебе копье, но не о том, что выпустит из пещеры! Ты же слышала, что у них не принято отпускать обратно тех, кто пришел в гости. Поверь, если бы я разговаривал с ней по-другому, мы бы сейчас возможно еще находились там, только не в тронном зале, а в какой-нибудь каменной темнице! И естественно я не собираюсь туда возвращаться ни через неделю, никогда!

Речь Джереми звучала убедительно, но Мэдлин все равно обиженно молчала. А молодой человек все-таки сумел ее обнять и прижать к себе.

— Ну, неужели ты думаешь, что она могла мне понравиться? Она же глупая, избалованная, смазливая девчонка! Как ты можешь себя даже с ней сравнивать? — продолжал задабривать он.

— Повтори это еще раз, мне нравится такая характеристика, — смягчилась девушка.

— Кстати, я тоже могу на тебя обидеться! Ты меня не предупредила ни о какой своей «сестре», которая явится в самый ответственный момент! Я был так шокирован, что мог случайно сказать какую-нибудь глупость, — пользуясь моментом, перевел тему Джереми.

— У меня нет никакой сестры, ты же понимаешь, что не существует людей с одинаковой аурой, — вздохнула Мэдлин. — Теперь ты должен мне поверить, что в какой-то другой вариации есть другие мы. Мы, ставшие Исчезнувшими. Я думаю, что тех нас убил Литург.

— Хорошо, что те «мы» — это не мы, — философски заметил Джереми. — Получается, ты хочешь сказать, что где-то в Междумирье существует и мой двойник?

— Ну, разумеется! Я тебе об этом уже давно пыталась сказать! Все из-за этих странных вариаций!

— Н-да, — задумчиво протянул молодой человек. — Даже не знаю, хорошо это или плохо.

— Мне кажется, что ничего сильно плохого в этом нет, — улыбнулась девушка. — Меня это поначалу тоже ужасно шокировало, но, как видишь, в этом оказались и свои плюсы! Мой двойник меня спасла!

— Насчет твоего двойника я как раз и не сомневаюсь, — усмехнулся Джереми. — Она наверняка будет такой же паинькой как ты, а вот насчет своего я не уверен. Натворит еще что-нибудь, а потом свалит на меня, я ж себя знаю. И не убьешь его главное, он и так уже мертвый…

— Тебе дай волю — ты бы всех поубивал! — рассмеялась Мэдлин. — Ой, а что это у тебя в карманах? Ты что там булыжники таскаешь?

Во время затянувшихся объятий девушка случайно обратила внимание на то, что карманы в куртке Джереми были битком набиты так, что даже с трудом оставались застегнутыми.

— Да, ничего, — как-то слишком беспечно отмахнулся молодой человек. — Я там всякие мелочи ношу полезные. Ключи от машины по привычке, зажигалки, сигареты, карманный ножик, ножницы…

— Да ладно? А я и не знала, что ты такой запасливый, — притворно восхитилась Мэдлин, пытаясь залезть в карман активно уворачивающегося от нее Джереми. — А почему я их там раньше не замечала? До того, как мы отправились в гости к Марике?

— Ну, хорошо, — сдался молодой человек, позволяя девушке проверить содержимое своих карманов.

Там оказались ярко блестевшие на солнце драгоценные камни различного размера и формы. В том, что это были именно драгоценности, Мэдлин нисколько не сомневалась.

— Когда ты успел? — только и ахнула она. — Ты же постоянно был на виду!

— И вовсе не постоянно, — пожал плечами Джереми. — Вы все время отвлекались, когда спорили насчет яда или смотрели на копье. А слуги этой царицы так вообще увальни еще те. Телохранители из них может быть и неплохие, но вот за добром своим они совершенно не следят. Видать, просто привыкли к тому, что у них никто ничего не может украсть.

— Все равно, я бы так не сумела… Но как тебе не стыдно! — возмутилась девушка.

— Конечно, не смогла бы! Уж поверь, хоть в чем-то, но я талантливее тебя, — усмехнулся молодой человек. — Ловкость рук, и заметь, никакой магии! Потому что лишнее колдовство всегда может привлечь к себе внимание. А насчет стыдно, с чего вдруг? У них там этих камушков столько, что солить можно. Вот скажи, зачем они им? Они ими уже все стены выложили. А мне их драгоценности очень даже могут пригодиться, у меня возник некоторый финансовый кризис после столь продолжительного конфликта с законом. Находясь в бегах, знаешь ли, тяжело заработать.

Мэдлин даже не знала, что на это сказать. Не читать же, в самом деле, лекцию о том, что воровать это плохо? Да и со своими нравоучениями она уже явно опоздала лет на двадцать. Исправить что-то в мироотношении Джереми можно было разве что в глубоком детстве, когда он в самый первый раз протянул свои ручки к чужому. А сейчас это упущение его родителей было уже ничем не искоренить. Да и, учитывая богатый «послужной список» на лоне преступной деятельности, одна эта кража уже не сделает Джереми хуже.

— И потом, я же не только для себя старался! Я, между прочим, и о тебе забочусь, чтобы ты ни в чем не нуждалась, — привел окончательный довод молодой человек.

— Ой, ну какое благородство! Просто с ума сойти, — рассмеялась Мэдлин. — Все ради меня!

Почувствовав, что девушка снова оттаяла, Джереми попросил показать ему поближе копье, которое они так долго искали, и которое сейчас так небрежно валялось на траве рядом. Мэдлин не имела ничего против. В конце концов, Джереми тоже был неплохим магом и мог почувствовать какие-то другие нюансы магии артефакта.

Молодой человек развернул копье из ткани и с интересом его разглядывал. Он хотел что-то сказать по поводу артефакта, но не успел, потому что лицо его исказилось судорогой, словно ему вдруг резко стало очень больно. Глаза его потемнели и мгновенно стали черными, и в них появился так пугающий Мэдлин огонек безумия.

Девушка только сейчас сообразила, какую глупость она сделала. Ведь Хранители только и ждали того момента, когда Джереми возьмет в руки копье и принесет его им. И стоило молодому человеку коснуться артефакта, как они сразу же это почувствовали и наслали на него очередной приступ безумия.

А копье неожиданно начало сиять странным голубоватым светом, словно готовясь к тому, что ему вот — вот позволят излить свою силу. Джереми отстраненно разглядывал артефакт, будто не мог понять, откуда он взялся у него в руках, а затем очень быстро, так, что девушка не успела и глазом моргнуть, оказался рядом с Мэдлин и крепко схватил ее.

Девушка принялась вырываться, но молодой человек естественно был намного сильнее и, похоже, сопротивление его только разозлило. Мэдлин почувствовала, как его крепкие ладони сомкнулись у нее на горле, ей стало тяжело дышать, перед глазами все потемнело. Она почувствовала, что еще немного и Джереми ее задушит. Такая глупая и абсолютно нелепая смерть…

Глава 13. Возвращение Алемана

Все закончилось так же быстро, как и началось. Тьма перед глазами девушки развеялась, и ее буквально ослепило ставшее вдруг нестерпимо ярким солнце. Стальные тиски, сжимавшие ее горло, пропали. Но Мэдлин все равно никак не могла отдышаться и откашляться. Она прижалась к стене, боясь, что вот — вот упадет в обморок.

— С Вами все в порядке? — раздался знакомый голос.

Девушка подняла глаза и увидела своего давнего знакомого жреца. Значит, она потеряла сознание и перенеслась в вариацию. Что ж, это хорошо, в конце концов, если она, находясь здесь, не отнесет копье в пещеру, то будущее и не наступит.

Мэдлин еще не воссоздала нужную последовательность событий и ее будущее так же, как и будущее всего мира, находилось в подвешенном состоянии. Жрец, подошедший к девушке, выглядел действительно обеспокоенным и встревоженным. Мэдлин даже показалось, что он немного постарел с момента их последней встречи. Неужели так испугался ее приступа кашля?

— Со мной все хорошо, — наконец отдышавшись, произнесла она. — А с Вами? Вы выглядите встревоженным.

— А разве Вы не чувствуете? — вопросом на вопрос ответил мужчина, пристально глядя на Мэдлин.

Девушка недоуменно пожала плечами.

— Владыка Алеман вернулся, — тихо, словно боясь, что их услышат, проговорил он. — Его войско стоит под стенами нашего города. Вам нельзя теперь лететь на ковре к пещере. Они сразу же Вас заметят, и Вы подвергнетесь атаке сотни магических вспышек и обычных стрел.

— А Марика? — спросила Мэдлин, пытаясь поскорее вникнуть в сложившуюся ситуацию.

— Она же покинула нас еще вчера, разве Вы забыли? — слегка удивился жрец. — Она уже ждет Вас. Сегодня в полдень Вы должны были быть у нее, но думаю, Вы уже не успеете. Хорошо, что Вы попросили ждать Вас и на следующий день тоже!

— Да, это конечно, хорошо, — задумчиво кивнула девушка. — Но такими темпами я не доберусь туда никогда, Алеман меня просто на просто не выпустит. Даже если я рискну, на свой страх и риск, телепортироваться, он перехватит меня с помощью магии.

Мэдлин вдруг поняла, насколько серьезной была сложившаяся ситуация. Владыка догадался, что копье находится здесь и теперь начнет осаду города, а значит, она не успеет передать артефакт Марике и будущее кардинально изменится. Что теперь станет происходить в ее родном мире — неизвестно. И будет ли вообще существовать этот самый родной мир, ведь Алеман может пойти на штурм и завладеть копьем.

— Я помогу Вам покинуть город, — совсем тихо произнес жрец, вынимая откуда-то из небытия маленький керамический кувшинчик, закупоренный пробкой.

Девушка озадаченно взглянула на необычную вещь, не понимая, что это такое. Никакой магии от кувшинчика не исходило.

— Что это? — недоуменно спросила она.

— О, Вы не представляете, насколько это ценная вещь! — искренне воскликнул мужчина. — Я берег его как зеницу ока. Там внутри туман, магически заточенный в этом кувшине. Стоит откупорить пробку, как он окутает Вас, и тогда самое главное отчетливо представить то место, где Вам необходимо оказаться, и он перенесет Вас туда. Главное ничего не напутать! Он действует лишь единожды!

Мэдлин благодарно кивнула, принимая из рук жреца этот ценный дар. Девушка, кажется, догадывалась, какое происхождение имел этот туман. Она разглядывала кувшинчик, размышляя о том, не откупорить ли его прямо сейчас, чтобы как можно скорее разобраться со всеми проблемами, но жрец неожиданно обратился к ней с вопросом.

— Скажите, что Вы будете делать с копьем в своем мире?

— Я даже не знаю, — на секунду растерялась девушка. — Моей самой главной целью было, чтобы артефакт не попал в руки к Алеману и он не смог уничтожить мир. Но тот самый человек, а точнее даже не человек, а могущественный колдун, который отправил меня сюда, хотел забрать его себе.

— Этого нельзя допустить, — покачал головой жрец.

— Почему? — удивилась Мэдлин. — Вы просто его не знаете, он не из тех, кого интересует власть над всеми мирами.

— Так думали и об Алемане, — вздохнул мужчина. — Что он просто завоевывает новые территории, расширяет границы своего царства. Война всегда была неотъемлемой частью человеческой жизни, но он затеял необычную войну. Он поставил перед собой цель уничтожить другие миры. Оставить один — тот, в котором он будет властелином. Нет никакой гарантии, что человек, которому Вы отдадите копье, не поддастся соблазну. Возможно, он не захочет разрушать все миры, но решит уничижить несколько неугодных ему. Он начнет корректировать ход истории. Артефакт слишком сильный, трудно не поддаться соблазну применить его. Такая власть не должна быть в одних руках.

— Почему же Вы не боитесь отдавать его мне? Разве я не могу поддаться соблазну?

— Нет, — уверенно произнес жрец. — Вы созданы для того, чтобы творить, а не разрушать. У меня безошибочная интуиция в таких вопросах.

Мэдлин неожиданно вспомнились слова Александра о том, что она является творцом вариаций и ее предназначение создавать новые миры. Похоже, у жреца действительно была неплохая интуиция.

— Хорошо, я учту Ваши слова, — пообещала девушка.

Ей было проще согласиться, чем что-либо доказывать. Если она начнет спорить, хозяин дома чего доброго откажется отпускать ее вместе с копьем. А Александра Мэдлин знает слишком хорошо, чтобы подозревать его в желании стать тираном мирового масштаба.

Девушка аккуратно взяла обернутое в ткань копье и хотела уже разбить кувшин, но почему-то медлила. Мужчина вопросительно взглянул на нее, не понимая, чего она ждет.

— Скажите, что будет с вашим городом, когда я уйду? — неожиданно спросила она. — Алеман продолжит осаду?

— Разумеется, — грустно вздохнул жрец. — Он не из тех, кто сдается. Осада будет длиться до тех пор, когда кто-то из нас не падет. Ему нечего терять. Копье — его цель, и он не отступит от нее.

— То есть выходит, что я обрекаю вас на верную гибель? — в ужасе воскликнула Мэдлин, осознавая дальнейшую судьбу этого города и его жителей.

— О чем вы говорите? — искренне удивился ее собеседник. — Наша миссия была в том, чтобы копье не оказалось не в тех руках. Мы ее исполнили и это намного важнее, чем наша личная судьба.

— Нет, при таком раскладе я просто не смогу жить спокойно! Отведите меня на крепостную стену! — потребовала девушка.

— Вы с ума сошли? — по-настоящему ужаснулся жрец. — Они же убьют Вас и все, что мы делали, станет бессмысленно!

Но Мэдлин чувствовала, что ей просто необходимо выйти к Алеману, ее буквально тянуло на стену. Это было то самое безошибочное чутье мага, которое никогда ее не подводило. Девушка была уверена, что это обязательно нужно сделать. В конце концов, если бы там ее действительно ждала опасность, голоса непременно предупредили бы об этом. Мэдлин была убеждена, что если она вернется в свое время прямо сейчас, то ее миссия не будет исполнена до конца.

Поэтому, несмотря на все уговоры и попытки жреца ее остановить, она направилась к стене. Девушка развернула копье из ткани и держала его в руках, поэтому люди, попадавшиеся ей навстречу, смотрели на нее с неподдельным восторгом и благоговением. Похоже, они действительно считали ее сошедшей на землю богиней. Особенно дополняли образ начавшие свое перевоплощение под действием эмоций, огненные пряди. Копье в руках «богини» пульсировало магической энергией.

Но, несмотря на то, что Мэдлин чувствовала всю его мощь, у нее действительно не возникло желания разрушать и использовать его во вред, ей хотелось лишь напугать Алемана с помощью артефакта. Заставить владыку уйти, чтобы жители этого города жили спокойно. Мэдлин пока не осознавала, насколько тяжело осуществить подобный замысел и насколько рискованно то, что она затеяла.

Ей стало страшно, лишь, когда она достигла своей цели и оказалась на стене. Девушка увидела внизу огромное войско, окружившее город. Людей было так много, что Мэдлин не могла разглядеть, где заканчивается эта огромная армия. Людской поток уходил куда-то за горизонт.

За ее спиной испуганно маячил ее спутник и еще какие-то присоединившиеся к ним люди из числа жрецов и воинов. Девушка заметила, что кто-то из лучников внизу готов был выстрелить в нее. Но Алеман, которого она прекрасно видела, находившийся во главе своей армии и стоявший перед самыми воротами в город, махнул рукой и запретил своим воинам стрелять.

Он пристально взглянул на Мэдлин. Даже с такого расстояния девушка ощутила на себе его тяжелый взгляд, и ей стало не по себе. Словно почувствовав свой звездный час, копье в ее руке запылало холодным и ярким голубым светом. Теперь оно действительно соответствовало облику грозного артефакта.

Вслед за этим воцарилась такая тишина, что Мэдлин даже сперва почудилось, будто она оглохла. Все многочисленное войско внизу резко умолкло. Казалось, что даже лошади боялись пошевелиться под своими седоками и нарушить эту магическую тишину.

Молчали и горожане за спиной своей «богини». Все ждали, что сейчас что-то произойдет, и девушка понимала, что ей надо что-то сделать или сказать, но неожиданно для самой себя растерялась. Не мудрено при такой огромной аудитории слушателей. Зато Алеман, кажется, быстро справился с первыми эмоциями и заговорил, обращаясь то к жрецу, то к Мэдлин.

— Я вижу, что вы посчитали мою жену более достойной, чем меня, и отдали копье ей! — с нехорошей усмешкой произнес он. — Действительно, она ведь богиня, а я простой смертный. Но неужели вы не поняли, что передавая его ей, вы отдаете артефакт в мои руки?

Мэдлин почувствовала тревогу, исходящую от жреца. Похоже, он действительно испугался того, что девушка могла просто на просто выполнить волю своего мужа и сейчас передать копье ему. Мэдлин быстро обернулась к нему и покачала головой к великой радости собравшихся за ее спиной людей. Она поняла, что пора вмешаться в разговор.

— Прости, Владыка, но я оставлю копье себе! — громко крикнула она.

После ее слов в войске Алемана поднялся настоящий ропот. Кажется, на такой исход событий никто явно не рассчитывал. Да и чтобы какая-то женщина смела перечить самому Владыке, это не шло ни в какие рамки. По лицу Алемана пробежала мрачная тень. Видно было, что такой ответ ему также совсем не по душе. Но голос его звучал подозрительно спокойно. Как будто предвестник бури.

— Эти подлые крысы, называющие себя жрецами, околдовали тебя, женщина? Знаешь ли ты, кому перечишь? Вспомни, что перед тобой стоит не только твой муж, но и владыка западных земель и великий колдун. Я прощаю тебе эту ошибку. Но следующие слова подбирай очень осторожно, потому что гнев мой не пощадит тебя, — он на секунду замолчал. — Я заберу свое копье, даже если для этого мне потребуется убить каждого в этом городе. И твоя смерть будет неизбежной. Моя жена не смеет идти против моей воли.

Мэдлин вздохнула. Как она и ожидала, дипломатические переговоры ни к чему не привели, а значит, пора было переходить к решающим действиям, пока Алеман окончательно не разозлился и не исполнил свою угрозу.

— Если бы ты был великим колдуном, то почувствовал бы, что я не твоя жена, а совершенно другой человек, да еще и явившийся из другого мира. Если же ты не понял этого, то ты просто хороший колдун, но никак не великий. Я уважаю тебя как талантливого полководца, сумевшего сплотить вокруг себя стольких людей и повести их за собой. Но война — это завоевание, а не уничтожение. Когда полководец ставит перед собой цель не завоевать, а уничтожить, он становится убийцей, а не воином, — девушка говорила то, что было у нее на душе. — И к тому же я слишком сильно люблю свой родной мир и Междумирье с его вариациями, чтобы позволить кому-то его разрушить.

Она закончила свою пламенную речь и поняла, что больше тянуть нельзя. Вряд ли Алеман захочет продолжать этот разговор бесконечно, еще немного и в нее вонзится десяток стрел его воинов. Но Мэдлин уже знала, что делать. Как только она взяла в руки копье, оно само подсказало ей, как лучше использовать его силу.

Девушка подняла руку вверх и с усилием стукнула древком об землю. От артефакта отделилась блестящая серебряная молния, озарившая все вокруг. Спокойный воздух пустыни дрогнул под порывом сильнейшего ураганного ветра. Все вздрогнули и даже солдаты Алемана испуганно пригнулись.

А под стенами города начало становиться совсем тесно. Там, где проносился маленький торнадо, порожденный магией копья, появлялись силуэты людей. С каждой минутой они становились все более и более отчетливыми и осязаемыми.

Воины Алемана ошарашенно глядели на этих появившихся из ниоткуда магов. А это были именно маги, только умершие, а точнее ставшие Исчезнувшими, и обретшие такую своеобразную форму бессмертия. Они пришли на зов Мэдлин и, кажется, были рады этому. Они давно блуждали по земле, став тенями, невидимыми обычным людям. Никто не мог их почувствовать и услышать. И сейчас копье подарило им короткую возможность стать заметными для этого мира.

— Мы в твоей воле, госпожа! — нестройным хором прокричали они. — Приказывай нам все, что хочешь!

Копье дало Мэдлин полную власть над Исчезнувшими.

— Мне очень жаль, но… — она на секунду замялась, не зная, как сформулировать приказ. — Сделайте так, чтобы эти люди ушли из-под стен этого города!

Девушке не хотелось отдавать приказ убить и уничтожить, но фактически иного способа заставить людей Владыки уйти, не было. И тут началась битва. Исчезнувшие атаковали воинов Алемана заклятиями и оружием. Они сражались так, как умели при жизни. Кто обладал боевой магией, обратился к ней, кто хорошо обращался с мечом, орудовал им.

Надо сказать, что в армии Владыки не было трусов и дрались его солдаты на славу. Но стоило кому-то из них ранить или даже убить Исчезнувшего, как через несколько минут тот снова поднимался на землю и начинал атаковать. Раны их мгновенно затягивались, а силы не иссякали. Обычный маг уставал от собственных заклятий, а Исчезнувшие могли колдовать до бесконечности. Точно так же, как могли до бесконечности держать в руках оружие. К тому же, далеко не все в армии Алемана могли использовать магию. Среди них было немало и обычных солдат, привыкших полагаться на свою силу и военную тактику. Исчезнувшими же могли становиться только маги.

И через некоторое время, несмотря на явный численный перевес, войско Алемана начало отступать. Бессмертные Исчезнувшие беспощадно косили их ряды. Мэдлин как зачарованная наблюдала за этой яростной битвой. Внизу то и дело мелькали вспышки боевых заклятий и слышались крики людей. От созерцания сражения, исход которого был практически решен, ее отвлек жрец, аккуратно коснувшийся плеча девушки.

— Вы можете использовать копье для благих дел, — благодарно произнес он, хотя Мэдлин сильно сомневалась, что уничтожение стольких людей, пусть даже и воинов, можно считать благим делом. — Но большинству такое не под силу. Не передавайте копье ни в чьи руки. Этот человек может использовать артефакт во вред, и скорее всего так и сделает, и тогда миру будет угрожать новая угроза. Уже Вашему миру.

— Что же мне с ним сделать? — отозвалась Мэдлин. — Невозможно же прятать его до бесконечности.

— Постарайтесь уничтожить его.

— Но это не в моих силах, — покачала головой девушка.

При всех своих способностях ее сил не хватило бы на то, чтобы уничтожить такой сильный артефакт. Особенно сейчас, когда он наполнился энергией. Нет, его, конечно, можно было сломать, но результат будет непредсказуемым. Необузданная магия копья вырвется на волю и уничтожит все вокруг. Сломанные артефакты намного опаснее обычных. Если же попробовать его сжечь или утопить, то не факт, что вода и огонь примут его. Когда Мэдлин и Джереми пытались сжечь в огне книгу — артефакт Междумирья, та даже не обуглилась. Пламя было бессильно против нее. И если бы копье было так легко уничтожить, это бы уже давно сделали.

— И не в моих, — вздохнул жрец. — Но я уверен, что Вы найдете способ. У меня тоже очень хорошая интуиция и она подсказывает мне, что если кто-то и способен это сделать, то только Вы.

Девушка снова взглянула вниз и увидела, как изрядно поредевшая армия Алемана отступает. Исчезнувшие несомненно одерживали верх в этой битве.

— Вам нужно уходить, — настойчиво потребовал ее собеседник. — Близится полдень, и Марика будет ждать Вас, отдайте ей копье. Я уверен, что убить владыку Алемана ваши воины не смогут, и будет нехорошо, если он спасется и проследит за вами. Лучше не мешкать и сделать все сразу.

— Но я же не увижу исхода сражения, — расстроилась Мэдлин. — И что они станут делать, когда я уйду, вдруг они останутся здесь навсегда, ожидая моего приказа?

Мэдлин действительно понятия не имела, как поведут себя Исчезнувшие.

— Исход сражения уже очевиден, — улыбнулся мужчина. — А насчет них. Так просто прикажите им исчезнуть, как только все закончится. Они послушаются любого вашего приказа.

Девушка была с ним согласна. Единственно, она не знала, как именно обратиться к Исчезнувшим. Она боялась, что если еще раз ударит копьем об землю, те просто растворятся в воздухе. Но ее новые слуги словно почувствовали ее желание. Двое магов оставили поле битвы и, подойдя к стене, обратились к Мэдлин:

— Приказывай, госпожа.

— Вы все сделали верно и хорошо сражались, — запинаясь произнесла она. — Как только все закончится, вы снова будете свободны и можете вернуться туда, откуда пришли.

Двое магов молча поклонились ей и вернулись к своим собратьям, чтобы помочь им одержать окончательную победу. С ними не требовалось вести длительного диалога, чтобы прийти к пониманию.

— Пора, пора, госпожа, — в тон им, улыбаясь, проговорил жрец. — Вы и так сделали для нас слишком много, мы никогда этого не забудем. Вам осталось совершить последний шаг, и Вы можете со спокойной душой вернуться обратно в свой мир.

Девушка попрощалась со жрецом. Ей было немного грустно, потому что она явственно ощутила, что никогда больше не увидит ни этот город, ни этих людей. И уходить навсегда было тоскливо. Она бросила последний взгляд вниз на поле боя, где Исчезнувшие практически полностью разбили войско Алемана. Все реже мерцали вспышки боевых заклятий.

Мэдлин поняла, что ее миссия здесь действительно подошла к концу, и пора было двигаться дальше. Одной рукой она крепко сжимала копье, а вторую, с маленьким кувшинчиком в руках, занесла над головой и с силой разбила артефакт об землю. Из разбитых осколков вихрем поднялся белый густой туман, полностью окутавший Мэдлин и лишивший ее возможности видеть то, что происходило вокруг.

Девушка только тогда спохватилась, что ей нужно было отчетливо представлять место, где она хочет оказаться и принялась изо всех сил думать о Марике и ее пещере. Когда туман развеялся, жрец и окружавшие его люди увидели, что Мэдлин исчезла. Она оставила этот город и этот мир навсегда.

Сама же девушка в данный момент ошарашенно оглядывалась по сторонам. Залитый солнцем город пропал вместе со всеми его обитателями и армией, которую она призвала. К своему полнейшему недоумению Мэдлин поняла, что оказалась в заснеженном лесу. Небо над ее головой было затянуто хмурыми серыми облаками, а холодный ветер заставил ее поежиться. Неприятно было резко перенестись из жаркой пустыни на мороз. Особенно учитывая то, что одета девушка была в легкое расшитое золотыми нитями платье, которое на нее надели служанки в доме жреца.

Мэдлин с запозданием вспомнила, что жрец настойчиво предупреждал ее о том, чтобы она очень внимательно представляла себе место, в котором хочет оказаться. Но ведь она думала о Марике. Что же пошло не так? Девушка заставила себя успокоиться и внимательно оглядеться по сторонам.

Осмотревшись, Мэдлин поняла, что окружающий пейзаж поначалу показался ей незнакомым, потому что она никогда не была в этом месте зимой. Но приглядевшись, она осознала, что находится не где-нибудь, а в том самом магическом лесу, по которому они с Джереми блуждали столько времени. Как раз на той поляне рядом со входом в пещеру, где молодой человек в последний раз напал на нее. Только теперь наступила зима.

Из-за того, что Мэдлин не сосредоточилась, как следует, она оказалась в нужном месте, но не в том времени. Прошло уже несколько месяцев или даже больше. Интересно, Марика сдержит свое слово и будет ждать ее каждый полдень или она уже благополучно забыла об этом?

Девушка была зла на себя из-за этой глупой оплошности. Мало ли что успело произойти за это время. Хорошо еще, что копье оставалось при ней. Она принялась осторожно пробираться через сугробы в сторону пещеры. Искренне надеясь на то, что там ее не поджидает какая-нибудь засада.

Мэдлин испуганно вздрогнула, услышав треск веток за деревьями. Какой-то зверь бродил по лесу. Девушка очень надеялась, что не наткнется снова на волков. Глупо будет погибнуть от когтей хищников, имея в руках сильнейший в мире артефакт. Интересно, сумеет ли копье хоть как-то ее защитить? Или в его ведении находится только передел мира и создание армии Исчезнувших? А такие мелочи, как спасение от лесных зверей, ниже его достоинства?

Шум снова повторился. Мэдлин ускорила шаг, но идти быстро по таким сугробам было крайне непросто. Естественно никому не придет в голову расчищать дорогу в чаще леса специально для нее.

Вот уже за деревьями стал виден холм, где была пещера. Девушка надеялась, что она успеет, но вдруг остановилась как вкопанная и вскрикнула от неожиданности. Одно из деревьев, растущее у нее на пути, внезапно пришло в движении. Мэдлин поразилась тому, как от испуга у нее вообще не случился инфаркт.

А дерево между тем в прямом смысле слова вознамерилось уйти с поляны, видимо присутствие девушки ему также не слишком понравилось. И Мэдлин только сейчас, отойдя от первого шока, сообразила на кого она случайно наткнулась. Она рассмеялась во весь голос, чем, кажется, окончательно напугала встретившегося незнакомца.

— Шэлем, это я! Не бойся! — крикнула она вслед удаляющемуся магу, случайно наполовину обратившему себя в лесную фауну.

Шэлем на секунду замер и внимательно взглянул на девушку, смерив ее тяжелым изучающим взглядом, особенно пристально оглядев копье в ее руке и золотой браслет на запястье. А затем с неожиданной для него скоростью растворился в лесной чаще.

Мэдлин оставалось только пожать плечами. Наверное, лесного мага снова подвела его память, и он уже не только забыл о том, что сам не так давно просил ее вернуться, но даже и то, как она выглядит. Девушка не особо расстроилась из-за этого обстоятельства. Намного приятнее было встретить в чаще леса Шэлема, пусть даже отказавшегося ее узнавать, чем компанию волков или каких-то других магических обитателей этого мира.

Она уже почти успокоилась, как вдруг в ее голове пронеслась очевидная мысль. Мэдлин неожиданно осознала, что она ведь должна находиться не в своем времени, а тысячу лет назад, и в этот период они еще никак не могли познакомиться с Шэлемом и вполне логично, что он ее не узнал.

Но как он вообще здесь оказался? Если верить рассказу мага, то когда-то он учился в том же университете, что и Мэдлин. Но тысячу лет назад этой школы магии просто не могло существовать! Значит, она вернулась в свое время? Но почему он тогда ее не узнал?

Да и когда они с Джереми блуждали по лесу, наступила весна, и такого снега уже не было. Неужели девушка попала в настолько далекое будущее, что Шэлем уже успел ее забыть или вообще считает давно умершей? Поэтому он так пристально на нее и смотрел. Но если она оказалась в далеком будущем, то стоит ли ей теперь идти к Марике? А хотя, что ей еще оставалось делать? Так она хоть что-то сможет выяснить.

Мэдлин стало по-настоящему страшно, потому что она не понимала, что происходит. Уже не так решительно она подошла к входу в пещеру. Рядом с ним никого не было и все вокруг было завалено снегом. Девушка вздохнула, готовясь к тому, что скоро ее схватят слуги Марики и оглушат на короткое время. Она решила перед этим снова завернуть копье в ткань, чтобы оно не привлекало внимание. Пока она бережно оборачивала артефакт, кто-то аккуратно кашлянул за ее спиной.

Мэдлин от неожиданности вскрикнула и едва не подскочила. Обернувшись, она увидела, бесшумно появившуюся у входа в пещеру, Марику, которая теперь звонко смеялась, довольная испугом девушки.

— Ты что здесь делаешь? — пораженно спросила Мэдлин.

— Как что? Полдень же! — насмешливо ответила царица подземелья. — Ты просила ждать тебя каждый полдень и вот я старательно исполняю твою просьбу. Кроме того, мне хочется хоть иногда видеть солнечный свет и дышать свежим воздухом. А это отличный повод. Представь себе, мой муженек очень серьезно к этому отнесся. Он, видите ли, считает за честь хранить в своем доме артефакт, с помощью которого, по его словам, можно сотворить новый мир.

— Так значит я все-таки в прошлом! Слава Богу! — с облегчением вздохнула девушка. — А я уже испугалась! Сколько же ты меня ждала? Полгода? Уже успела наступить зима!

— Полгода? Ты серьезно? — усмехнулась Марика. — Для тебя, я смотрю, время вообще не имеет никакого значения. Что полгода, что сто лет!

— Меня не было сто лет?!

— Бери больше! Тебя не было примерно пятьсот лет! — рассмеялась девушка. — Признаться, я уже не верила, что ты придешь. Решила, что тебя тогда убил Алеман и отобрал копье. Но так как делать мне все равно особо нечего, я приходила сюда каждый полдень.

Мэдлин даже не знала, что сказать. И как только она умудрилась так сильно промахнуться? Похоже, что действительно прошло очень много лет, хотя бы, потому что платье абсолютно не изменившейся Марики теперь было пошито в средневековом стиле. Если конечно, в то время находились дамы, имевшие возможность расшить бархатное платье драгоценными камнями.

Теперь Мэдлин была понятна реакция Шэлема, и решилась еще одна неразрешимая загадка. Лесной маг утверждал, что когда-то давно видел в лесу человека с точно таким же золотым браслетом, как у девушки, позволявшим защититься от Хранителей. А на самом деле он видел ее саму, просто за столько лет сумел позабыть ее лицо, а вот браслет отчего-то запомнил.

— Ты по-прежнему хочешь отдать мне его на хранение? — спросила Марика, имея в виду артефакт.

— Разумеется, пока что более надежного способа избавиться от него я не придумала, — вздохнула Мэдлин, протягивая своей собеседнице аккуратно обернутое в ткань копье. — Храни его и не вздумай отдать кому-нибудь, кроме меня! — строго добавила она.

— Не волнуйся, здесь никто, кроме тебя и не появляется, — с искренней тоской вздохнула царица подземелья. — Приходят только торговцы, чтобы обменять свои артефакты на наши камушки, но эти «смельчаки» дальше входа носа не суют. В общем-то, они правильно делают, потому что наши воины их обратно не выпустят. Но мне то скучно! В последний раз казнь нарушителей границы состоялась у нас пятнадцать лет назад!

Мэдлин подумала о том, что они с Джереми действительно очень легко отделались, и произнесла:

— Ну, если кто-то попробует перейти вашу границу, ты вели вести этих людей сразу к тебе, или твоему королю, а то вдруг ваши слуги случайно меня убьют!

— Хорошо, я учту, — рассмеялась Марика. — А то ведь, правда, убить могут! Надо немножко поменять порядки! Не беспокойся, я все сделаю!

— Да я сейчас больше о другом волнуюсь. Как мне вернуться обратно к себе? Кувшин с туманом я уже разбила, не ложиться же спать прямо на снегу, чтобы перенестись в свой мир, — вслух принялась размышлять девушка, несмотря на то, что Марика вряд ли могла понять, о чем идет речь, и как-то помочь. Но царица подземного мира неожиданно поддержала этот диалог:

— А разве это не должно произойти самопроизвольно? — поинтересовалась она.

— В смысле? — не поняла Мэдлин.

— Понимаешь, мой отец, когда обучал меня магии, рассказывал всякие разные истории. И он говорил, что если колдун вдруг ни с того, ни с сего перенесся в другое место или время, значит, его ждет там какая-то миссия и судьба сама направила его туда для ее исполнения. И пугаться этого не надо. Стоит лишь сделать то, что необходимо, и сразу перенесешься обратно домой, — морща лоб от сложных размышлений, проговорила Марика. — Значит, если ты все сделала, то должна сама вернуться обратно, а если ты не возвращаешься, то ты что-то забыла. Не исполнила свою миссию.

— Что же я могла забыть? Я спрятала копье, теперь мне пора обратно, — недоверчиво пожала плечами девушка.

— Ну, я не знаю. Сама думай. Мне уже пора, мой муж зовет меня обратно, — отмахнулась царица подземелья.

— Зовет? — улыбнулась Мэдлин.

— Разумеется! Если столько лет жить рядом, то научишься общаться с помощью мысли, особенно если ты, какой никакой, но маг! Сразу видно, что ты не замужем! — назидательно произнесла ее собеседница.

Мэдлин лишь улыбнулась. Спорить с Марикой было бесполезно и бессмысленно. В ее, хоть и ехидном, замечании была доля истины. Мэдлин, действительно, никогда не жила ни с одним человеком так долго, чтобы научиться понимать его без помощи слов.

А царица подземелья между тем не стала тратить время на прощания и бесшумно растворилась в темноте пещеры. Девушка вздохнула, глядя ей в след, она уже успела порядочно замерзнуть, расхаживая по зимнему лесу в легком платье и обуви. Но не бежать же, в самом деле, за Марикой с просьбой пустить ее погреться?

Мэдлин ударила себя ладонью по лбу от досады, неожиданно поняв, что она допустила еще один глупый промах! Она столько времени разглагольствовала с Марикой о всякой ерунде и совсем забыла попросить ее о том, чтобы она не стала исполнять этот дурацкий ритуал с ядом. Ведь если бы не появление ее двойника, то Мэдлин не знала бы, что ей делать. Появление двойника…

Девушка видела, как Александр просил Исчезнувшую прийти на помощь, потому что живая Мэдлин не бессмертна, но как же он догадался, что это нужно сделать? И тут девушку наконец-то осенило. Конечно, она не завершила свои дела, потому что цепочка событий еще не замкнулась! Если она не попросит Собирателя ей помочь, то Исчезнувшая не придет и там, в будущем Мэдлин не сможет забрать копье. А значит, вся последовательность событий просто на просто развалится.

Значит нужно попросить байкера о помощи, причем оказавшись рядом с ним в тот момент времени, когда они с Джереми еще не были в пещере. Но как это сделать? Там, где она находится сейчас, Собирателя точно нет. Ей надо как-то перенестись к нему. Но Мэдлин не умела телепортироваться сквозь время. Или все-таки умела?

Кажется, Александр сам говорил ей о том, что для начала можно попробовать перемещаться во сне. Но сильный маг, освоивший этот навык, способен переноситься сквозь время и пространство по собственному желанию, независимо от стадии сна и бодрствования. Да, конечно, это может далеко не каждый, но далеко не каждый перемещается и в сновидениях. К тому же, в прошлый раз, когда они с Джереми встретили в лесу дракона, Мэдлин переместилась в вариацию без всякого сна, просто потому что это было необходимо. Осталось просто научиться управлять этим процессом.

Девушка закрыла глаза и принялась старательно представлять то место, где ей хотелось бы оказаться. Дорогу Междумирья, уходящую к горизонту, с растущим по обочине мрачным лесом. Она старалась почувствовать незримую магию этого мира, сильную и опасную. Вообразить, что в любой момент из чащи может появиться какое-нибудь существо, обитающее в потустороннем лесу, и напасть на остановившегося и замешкавшегося путника.

Мэдлин так ярко и красочно это представила, что была полностью уверена в том, что когда она откроет глаза, то будет находиться на дороге Междумирья. Но к ее глубокому разочарованию этого не произошло. Она по-прежнему оставалась в зимнем лесу. Ничего не поменялось.

И тут Мэдлин внезапно разозлилась. Да что это такое, в самом деле? Она не собирается быть вечным пленником этой дурацкой вариации, где у нее больше нет никаких дел! Хватит и того, что она столько времени не могла нормально спать, постоянно сюда перемещаясь.

Со злостью девушка топнула ногой и поскользнулась на обледеневшей земле. Мэдлин ойкнула и упала навзничь. Она ожидала, что сейчас больно ударится о землю. Но этого не произошло. Ее падение длилось очень долго, словно она падала с огромной высоты. А мир вокруг нее переменился на глазах: исчезли деревья, снег и пещера. Все стало темным и безликим, словно девушка летела сквозь пустоту.

Но Мэдлин не успела даже как следует испугаться, потому что все вдруг закончилось. Она больно ударилась, упав на асфальт. Девушка снова вскрикнула от неожиданности, потирая ушибленную спину. Впрочем, удар был совсем незначительным, как будто бы она просто споткнулась и упала на неровной дороге, а не летела с неизвестной высоты.

— И давно это ты завела привычку падать прямо с неба? — поинтересовался чей-то насмешливый голос над ее головой.

Мэдлин обернулась и увидела Александра, протягивающего ей руку, чтобы помочь встать. Девушка огляделась по сторонам и поняла, что внезапный приступ злости помог ей совершить задуманное. Она, несомненно, находилась в Междумирье. Причем прямо посреди дороги, недалеко от стоявшего там мотоцикла Собирателя. Вдалеке она увидела терявшиеся в тумане силуэты еще кого-то из его коллег. Но они не стали подходить ближе и вмешиваться в дела своего предводителя.

— Я в Междумирье? — на всякий случай спросила она.

— А что это местечко можно с чем-то перепутать? — усмехнулся байкер.

С момента их последней встречи он ничуть не изменился.

— А вот ты сейчас выглядишь довольно забавно в этом доисторическом наряде, — словно прочитав ее мысли, заявил Собиратель.

Впрочем, Мэдлин особенно не удивилась, если бы узнала, что он на такое способен.

— Я, между прочим, по твоей просьбе там оказалась! — обиженно ответила девушка. — И, кстати, я уже практически все завершила, но теперь мне нужна твоя помощь.

Байкер вопросительно взглянул на нее.

— Я знаю, что ты в курсе того, что где-то по этой трассе блуждают наши с Джереми копии — Исчезнувшие. Не удивлюсь даже, если ты сам приложил руку к их появлению.

— Никакого моего участия в этом нет. Это все вольное течение вариаций. А насчет двойников, так это не правильное слово. Они не ваши копии. Они самостоятельные «вы», так как оба варианта событий абсолютно достоверны. И тот, где вы остались живы и теперь мотаетесь в поисках этого грешного копья, и тот, где вы погибли в схватке с Литургом и стали Исчезнувшими…

— Прекрати, не грузи меня всеми этими запутанными подробностями! — взмолилась Мэдлин. — Достаточно того, что я знаю, что они есть!

— А вот это меня по-настоящему удивляет, — признался ее собеседник.

— А что мы не должны были узнать друг о друге? — удивилась девушка.

— Должны были, но намного позже, — вздохнул Александр. — Тем не менее, раз так произошло, значит так и должно быть.

— И поэтому ты должен найти моего двойника… ту Мэдлин, которая Исчезнувшая, и попросить ее кое о чем…

Девушка, запинаясь, изложила все то, что было необходимо сделать по ее замыслу, и Собиратель остался вполне доволен этой затеей.

— Интересно все выходит. Два пути переплетаются в один запутанный клубок. Как раз в моем вкусе, — одобрил он. — Я все сделаю, как ты скажешь. Ты можешь быть спокойна, но не расслабляйся. Когда ты вернешься к Джереми, там тебя будет ожидать еще немало трудностей, которые придется преодолеть уже в твоем времени.

Впрочем, в чем, а в наличии уготовленных для нее трудностей, Мэдлин никогда и не сомневалась.

— Но когда же я вернусь домой? — спросила она.

— Думаю, что прямо сейчас. Ты же закончила все, что должна была сделать… — голос байкера звучал все тише.

На его глазах девушка растворилась в воздухе подобно привидению. Александр довольно улыбнулся. Он знал, что так и будет.

— Куда делась твоя гостья? — поинтересовался подошедший к нему мужчина.

— А, потом расскажу, Лексий, долго объяснять, — отмахнулся Собиратель. — Скажем так. Она закончила ту вариацию, которую создавала, и теперь навсегда возвращается в свое время и свою жизнь.

— Творец Вариаций? Ничего себе, — одобрительно протянул Лексий.

— А то! Не с одними же мертвяками мне возиться! Ладно, поехали, — подытожил байкер.

Глава 14. Сражение в пустыне

А Мэдлин между тем открыла глаза и пришла в себя в довольно странном месте. Девушка лежала на какой-то неимоверно горячей земле. Раскаленный ветер трепал ее волосы. Поначалу она даже подумала, что снова очутилась в доме жреца. Но даже там не было так жарко.

Мэдлин окончательно пришла в сознание и поняла, что лежит на песке, который простирался повсюду до самого горизонта, где багряное, словно налитое кровью солнце, медленно клонилось к закату. Эта пустыня вызвала у нее болезненное ощущение дежа вю. К своему ужасу девушка осознала, что уже была здесь в своем собственном сне, когда в первый раз увидела Хранителей.

Ей захотелось вскочить на ноги и убежать прочь, но к своему ужасу она поняла, что крепко связана и не может даже пошевелиться, не то, что сбежать. Мэдлин вдруг резко стало как-то неприятно тоскливо и даже холодно. Она попыталась покрутить головой, чтобы посмотреть, что происходит по сторонам, и увидела, как вокруг нее по земле скользят странные тени.

Они не были похожи на Хранителей с их огромными когтями и сгорбленными фигурами. Нет, это были обычные человеческие силуэты, как неприкаянные слонявшиеся по пустыне. А вот уже следом за ними откуда-то, словно из-под земли, возникли Хранители. Именно предвестником их появления и была тревога Мэдлин.

Дальше начало происходить нечто совсем невероятное. Скользившие по пустыне полупрозрачные силуэты людей замерли, как будто прилипли к земле, а затем медленно и покорно поплыли навстречу Хранителям. Девушка чувствовала, что они совершают это против своей воли.

Стоило первой тени коснуться когтей Хранителя, как она начала сжиматься в размерах и буквально таять на глазах. И Мэдлин показалось даже, что она слышит ее предсмертный крик и ощущает некоторое подобие ауры смерти. Ведь действительно в это самое время где-то умирал человек, чью украденную тень сейчас поглощали обитатели пустыни.

Девушке захотелось оказаться как можно дальше отсюда, чтобы не видеть эту немую сцену уничтожения людских теней и жизней. Но она ничего не могла поделать, кроме как закрыть глаза и не смотреть. Мысли в ее голове путались, но она понимала, что видимо у Джереми, наконец, получилось осуществить свою миссию и притащить ее прямо в лапы к Хранителям.

Вопрос только, где же он сам? Неужели он не попытается их остановить, когда оправится от приступа? Или он уже мертв? Или того хуже, превратился в одного из этих существ?

От этих мыслей Мэдлин стало совсем не по себе. Она попыталась пошевелить руками, чтобы хоть как-то ослабить веревки, сковывающие ее запястья. Наконец это начало у нее получаться. Девушка обрела чуть больше свободы. Но к тому времени людских теней больше не осталось. Хранители закончили свое мрачное пиршество и вспомнили о пленнице.

Одна из сгорбленных фигур в балахоне медленно подплыла к девушке, не касаясь земли. Мэдлин уже видела протянутую к ней отвратительную ладонь с длинными когтями. Она почувствовала, как здесь посреди пустыни ей стало неимоверно холодно и тоскливо. Девушка зажмурилась, ожидая своей участи, но ничего не произошло.

Она открыла глаза и увидела, как тварь, желавшая ее убить, отдёрнула свою руку, словно обожглась. Мэдлин поняла, что Хранитель не может коснуться ее из-за золотого браслета, подаренного Алеманом, и по-прежнему остававшегося у нее на запястье. Интересно только, как же они тогда сумели ее связать?

Девушка готова была поклясться, что услышала нечто вроде подобия гневной речи этого странного существа. Она прислушалась и поняла, что Хранители действительно переговариваются между собой, только язык их был ей непонятен. Обитатели пустыни отступили от нее и словно чего-то ждали.

Мэдлин настороженно наблюдала за ними. Она боялась любого исхода событий. Ведь Хранители могли даже просто уйти и оставить ее связанную умирать на солнце. Тогда ее смерть будет долгой и мучительной. Но кажется, у обитателей пустыни были другие планы. К ним неожиданно откуда-то явился Джереми.

Девушка сперва обрадовалась, увидев его, но присмотревшись, поняла, что дело плохо. Ее возлюбленный выглядел хуже, чем во время всех предыдущих приступов. Глаза его полностью исчезли, а в прорезях глазниц осталась одна лишь сплошная темнота. Лицо сделалось застывшим, как у статуи, и не выражало никаких эмоций. Больше всего молодой человек напоминал сейчас ожившего мертвеца, по какой-то причине восставшего из своей могилы.

И судя по всему, это новое существо, заменившее Джереми, полностью слушалось приказов Хранителей. Они дали ему знак, и он подошел к девушке, разрезал связывающую ее веревку и, грубо поставив на ноги, потащил куда-то за собой. Руки его сомкнулись на запястьях Мэдлин железными тисками, так что дергаться было бесполезно.

— Ой, мне больно, — машинально вырвалось у нее. — Куда ты меня тащишь?

Но Джереми естественно ничего на это не отвечал и упорно волок девушку куда-то вслед за скользившими по земле Хранителями.

— Джереми, приди в себя, пожалуйста, это же я — Мэдлин! Неужели ты позволишь им заставить себя меня убить? — девушка пыталась докричаться до своего возлюбленного. — Позволишь каким-то никчемным пустынным тварям управлять собою? Ты же был в состоянии справиться с любым боевым магом, потусторонними существами и даже таким сильным колдуном, как Литург! Да ты сильнее их во много раз!

Но видимо такое близкое присутствие Хранителей не давало молодому человеку освободиться от их влияния, и он никак не отреагировал на мольбы Мэдлин. На его лице не отразилось даже тени эмоций. И девушка, отчаявшись, замолчала и заплакала от бессилия.

Они миновали очередной высокий бархан, и Мэдлин с удивлением заметила, как по песчаному морю пустыни стелется странный красный туман. Аура, исходящая от него, ей совсем не понравилась. Зато Хранители спокойно проходили сквозь дымку. Девушке же показалось, что любое прикосновение к этой субстанции опасно для жизни.

Присмотревшись, она увидела совершенно неожиданный для этого места колодец. Да, колодец посреди пустыни. Только вот, похоже, что никакой воды в нем никогда не было. Со дна колодца поднимался и стелился по песку багряно — красный дым, превращавшийся в туман.

Мэдлин понятия не имела, что же такое открылось ее глазам. Раньше она никогда ничего подобного не встречала. Пока она изумленно разглядывала эту неожиданную находку, Джереми внезапно остановился, не доходя нескольких метров до колодца и столпившихся вокруг него Хранителей.

Мэдлин показалось, что обитатели пустыни «перешептываются», решая ее судьбу. Наконец двое из них приблизились к ней. По приказу Хранителей молодой человек стянул с ее руки золотой браслет и отбросил его куда-то в сторону. Теперь девушка лишилась своей единственной защиты.

Один из Хранителей коснулся ее, и Мэдлин почувствовала себя так, словно ее окатили ледяной водой. Ей резко стало ужасно тоскливо и холодно, а потом вдруг накатило равнодушие. Девушка отстраненно наблюдала за кружившими вокруг нее черными фигурами, и ее абсолютно не интересовало, что они с ней сделают дальше. Какая-то удивительная апатия. Ну, убьют и убьют — какая разница. В глазах начало темнеть, а мир кружился и рассыпался на мелкие осколки.

А затем все это закончилось так же быстро, как и началось. Мэдлин пришла в себя, и мир вокруг нее приобрел привычные очертания. Она поняла, что Хранители отступили от нее. Значит, они решили ее не убивать? Но почему? Девушка изо всех сил вслушивалась в их непонятную речь, которая больше напоминала шёпот или шипение. И через какое-то время она, кажется, начала понимать отдельные слова.

Впрочем, в этом не было ничего особо удивительного. Если маг чего-то очень сильно захочет, особенно находясь в стрессовой ситуации, у него нередко открываются новые способности, о которых он раньше и не подозревал. Некоторые начинают понимать язык зверей или видеть в темноте. А Мэдлин немного научилась понимать речь Хранителей, которые в данные момент говорили что-то о колодце.

Джереми по-прежнему крепко ее держал, а сам оставался абсолютно безучастным ко всему происходящему. Девушка уже начала беспокоиться, что он никогда не станет прежним. А пустынные твари все кружили вокруг своего странного колодца, и Мэдлин стало невыносимо интересно, что же там такое.

Она так долго всматривалась в это сооружение, что сама не заметила, как стала смотреть сквозь камень и песок. Теперь она видела каменные стенки колодца изнутри. Видела, что он весь наполнен красным клубящимся туманом. Но самое неприятное открытие ждало ее впереди. На дне колодца вповалку лежали люди! Самые обычные люди. Не тени, и не маги.

Поначалу девушка подумала, что все они мертвы. Но присмотревшись, она поняла, что если они и умерли, то совсем недавно, так как на телах не было ни малейших следов разложения. А скорее всего, они все же были живы, только погружены в какой-то очень глубокий сон, больше похожий на кому. Теперь Мэдлин догадалась, почему этот странный туман вызывал у нее такой страх. Он обладал каким-то страшным гипнотическим действиям.

А Хранители между тем подозвали к себе Джереми и принялись отдавать ему какие-то приказы. Они говорили так быстро, что девушка никак не могла их понять, но молодой человек, слушавший их беспристрастно, молча кивнул и произнес какое-то короткое незнакомое Мэдлин заклятие.

Она не успела даже сообразить, что оно означает, как появившаяся из ниоткуда веревка снова крепко связала ей ноги. А Джереми равнодушно отшвырнул девушку в сторону так, что она упала на песок, словно мешок. Хорошо еще, что это был не асфальт, тогда было бы намного больнее.

Тихо проклиная непутевого Джереми и Хранителей, и одновременно пытаясь придать своему телу хоть мало-мальски удобное положение, насколько это было возможно в подобной ситуации, Мэдлин не забывала внимательно следить за происходящим. А происходило нечто странное.

Позабывший о ней Джереми подошел к колодцу и с помощью какой-то странной конструкции, напоминающей трос с лебедкой, вытащил на поверхность одного из спящих людей. Им оказался среднего возраста мужчина. Ужасно худой и замученный, с отросшей жидкой бородкой, одетый в какую-то рваную и перепачканную одежду. Похоже, что Хранители не слишком заботились о своих пленниках и их комфорте.

Поначалу мужчина продолжал спать, даже оказавшись на поверхности, но после того, как Джереми его растормошил, открыл глаза. Взгляд у него был абсолютно стеклянный и отсутствующий. Мэдлин поняла, что перед ней маг, но только очень ослабленный и находящийся в состоянии транса.

Один из Хранителей подплыл к нему и отдал какой-то приказ. После чего Джереми взял бедолагу за локоть и перевел в другое место. Мэдлин сперва не могла понять, зачем они так пристально разглядывают песок под своими ногами. Но приглядевшись, девушка увидела, что там лежит копье, которое она не так давно держала в своих руках. Обернутое в светлую ткань, оно сливалось с песком.

Джереми толкнул мужчину и тот покорно протянул руку, откинул ткань и хотел было взять в руки артефакт, но неожиданно громко вскрикнул, отдернул ладонь и упал на замелю замертво. В том, что он был именно мертв, у Мэдлин не оставалось никаких сомнений.

И тут в голове у девушки вплыла старая легенда, услышанная от Алемана. Не все маги могут взять в руки копье. Значит это оказалось правдой. Неизвестно, в чем было дело: в пресловутой родословной, как описывалось в легенде, или в чем-то ином, но факт оставался фактом.

Похоже такой исход событий слегка озадачил и самих пустынных тварей. Мэдлин подумала, что теперь они возможно заставят Джереми взять копье, но этого не произошло. И, кажется, она уже начала понимать почему. Сейчас молодой человек практически полностью превратился в одного из них и уже не подходил для этой роли.

А еще девушка с ужасом осознала, для чего Хранителям был нужен этот жуткий колодец с красным туманом. Им часто требовалась помощь магов, так как сами они не могли совершать большинство ритуалов и заклятий. Но не тех магов, кто заключил с ними договор и уже начал превращаться в Хранителей, а обычных колдунов с обыкновенной аурой.

С помощью своих посредников вроде Джереми они находили и ловили магов, а затем сбрасывали их в колодец с красным туманом. Так, что те впадали в транс, постоянно находясь в забытье, и существовали лишь для того, чтобы исполнять приказы страшных тварей. Аура пленников становилась такой слабой, что девушка поначалу приняла их за людей без магических способностей.

Пока Мэдлин обдумывала увиденное и делала все эти умозаключения, Хранители, судя по всему, пришли к выводу, что она сама является наилучшим кандидатом для того, чтобы взять в руки копье. Они отдали приказ Джереми, и тот снова схватил девушку, потащив ее к по-прежнему остававшемуся на земле артефакту.

А Мэдлин неожиданно явственно осознала, что как только она совершит необходимые действия с копьем, то сразу же перестанет быть им нужна и будет убита. Девушка принялась вырываться изо всех сил, правда, высвободиться из стальной хватки Джереми было практически невозможно. Но, тем не менее, она не собиралась безропотно брать в руки артефакт, как это сделал ее предшественник.

— Отпусти меня! Я не буду ничего делать! Вы меня не заставите! — упорно кричала девушка, а затем изловчилась и со всей силы укусила молодого человека за запястье, когда он попытался зажать ей рот.

Судя по всему, несмотря на все старания Хранителей, болевая чувствительность по-прежнему оставалась при нем, и Джереми невольно разжал руки. Мэдлин сумела даже вырваться, но далеко убежать она не успела, так как на нее тут же накинулись Хранители и в глазах все потемнело. Когда она снова пришла в себя, то вновь оказалась в железных объятиях своего сошедшего с ума возлюбленного.

— Брось ее в колодец… ненадолго… в туман… — вдруг услышала она разборчивый приказ Хранителей.

— Отстаньте от меня, не хочу я ни в какой колодец… — закричала девушка.

Мэдлин готова была поклясться, что слышала в их противном шепоте злорадные нотки. Джереми послушно потащил девушку к колодцу и принялся обвязывать ее веревкой для того, чтобы опустить вниз, а затем снова достать на поверхность. Только вот когда ее вытащат, это будет уже не она, а послушное зомби, которое сделает все, что от него требуется. А затем Мэдлин либо разделит судьбу бедолаг на дне колодца, либо просто будет убита.

Девушка даже не знала, какой из этих двух вариантов развития событий кажется ей наиболее ужасным. Она смотрела на перевоплотившегося Джереми и не могла поверить, что еще недавно он был веселым жизнерадостным парнем и ее молодым человеком. Поняв, что вырваться и убежать у нее все равно не получится, она решила попытаться снова докричаться до Джереми, чтобы разбудить в нем его настоящую сущность.

— Джереми, пожалуйста, приди в себя, это же я — Мэдлин! Как ты можешь меня убить? Ты же сам был готов пожертвовать своей жизнью ради меня! — принялась слезно умолять она. — А еще сказал, что меня любишь! Один раз, но сказал ведь! И ты при этом был самим собой, а не под действием заклятий! Значит, ты говорил то, что думал! Как же ты можешь после этого бросить меня в этот дурацкий колодец? Ты же уговаривал меня все оставить и уехать с тобой, потому что хотел, чтобы я всегда была рядом!

Мэдлин показалось, что в лице молодого человека промелькнуло прежнее осмысленное выражение. Он замер, но длилось это не более секунды. Затем он принялся с той же интенсивностью связывать ее. Девушка поняла, что чуда не произошло, и окончательно разрыдалась.

Ее просьбы и уговоры не могли пробить брешь в сильной магии Хранителей. Это только в сказках любовь разрушала все чары и могла вернуть к жизни и мертвую царевну, и влюбленного рыцаря. А между тем, Джереми перекинул ее сквозь бортик колодца, и девушка поняла, что сейчас ее начнут опускать вниз и это были последние секунды ее осознанной жизни.

— И я тебя, кстати, тоже люблю, — тихо и обиженно произнесла она, не глядя на то существо, которое когда-то было Джереми.

Мэдлин понимала, что он ее уже не слышит и говорила просто так, потому что хотела высказаться напоследок. Как умирающий на смертном одре, который, под конец расчувствовавшись, решил все-таки поведать наследникам о том, где спрятаны семейные драгоценности. Просто осознавая, что терять уже нечего.

— И знаешь, весь этот год я жалела, что испугалась и не уехала с тобой. Я завидую той Исчезнувшей Мэдлин, которая навсегда осталась там с тобой в Междумирье… — это было последнее, что она успела сказать.

Веревка, к которой была привязана девушка, стала медленно опускаться. Она почувствовала странный дурман, исходящий от красного тумана. Мысли в ее голове стали путаться, она не могла даже толком сконцентрироваться на происходящем и закрыла глаза, стараясь представить, что просто засыпает. Реальность стремительно уносилась прочь от нее. Мэдлин погружалась в какие-то странные грезы-сновидения, словно человек, принявший наркотическое вещество.

Во время этого странного бреда она полностью потеряла ориентировку в пространстве и ей начало казаться, будто она не опускается, а наоборот поднимается наверх. Как будто кто-то решил вытянуть ее обратно на поверхность. Девушка равнодушно отмахнулась от этой мысли. Намного больше ей нравилось спать и находиться в мире этих тягучих сновидений.

Но это ее состояние было неожиданно и грубо прервано. Мэдлин открыла глаза от того, что кто-то нахально плеснул ей в лицо ледяной водой. Учитывая, царившую в пустыне жару, это было ощутимой встряской. Девушка от неожиданности подскочила и закричала, краем сознания подмечая, что она больше не связана.

— Извини, пожалуйста, но иного способа разбудить тебя просто не было, — виновато пояснил кто-то.

Девушка повернулась на голос и увидела сидевшего рядом с ней Джереми. Он сжимал в руках тот самый обледеневший стакан, из которого в нее только что плеснули водой.

— Представляешь, у меня с первого раза получилось материализовать воду со льдом! Ты же знаешь, какие я обычно испытываю с этим трудности, а сейчас, хоп — и сразу вода! Я даже не удержался и выпил немного! — похвастался молодой человек.

Перед Мэдлин сидел тот самый Джереми, которого она привыкла видеть. Глаза его снова стали пронзительно синего оттенка, а на лице появилось привычное насмешливое выражение. Этот симпатичный парень совсем не был похож на того зомби, из рук которого девушка безуспешно пыталась вырваться.

— Ты кто? Джереми из Междумирья? Тот, что стал Исчезнувшим? Ты решил меня спасти? — догадалась Мэдлин.

— О, да ты бредишь! — сочувственно произнес ее собеседник, приложив свою ладонь ко лбу девушки. — Не мудрено, сперва провалялась на такой жаре, а потом еще и в колодец бросили! Нет, я Джереми, единственный и неповторимый, который настолько талантлив, что сумел побороть гипноз Хранителей! — усмехнулся он.

— А где же они сами? — растерянно спросила девушка, до конца не понимая, что происходит. — Ой, а это что такое??

Мэдлин пораженно уставилась на некий неопознанный объект, возникший невдалеке от злосчастного колодца. Больше всего этот странный предмет напоминал огромных размеров спасательный круг, только сделанный из чистого золота. Под ярким солнцем пустыни он сиял просто невыносимо. Хранители, для которых этот благородный металл был сродни яду, не рисковали подойти ближе, чем на сто метров, и одинокими тенями маячили где-то на горизонте.

— А это твой браслет! — улыбнулся Джереми. — Я не знал, что сделать, и брякнул первое, что пришло в голову — увеличительное заклинание! Твой браслет вырос на глазах, и посмотри, какой эффект!

— Значит, ты все-таки услышал мои слова и сумел прийти в себя? — умиленно заметила Мэдлин.

— Какие твои слова? — искренне удивился молодой человек. — Когда я был под действием заклятия, то ничего не слышал кроме приказов Хранителей, ты уж извини. А что ты говорила? Что-то важное?

— Не-а, ерунду всякую, — смутилась девушка. — Кричала и просила, чтобы ты меня отпустил. Ладно, давай попробуем перенестись отсюда, а то ведь увеличительное заклятие действует всего полчаса и нужно за это время успеть убежать подальше от Хранителей. Какие у тебя идеи?

— Вот с этим проблема, — нахмурился ее спутник. — Ты же помнишь, что благодаря Хаксли я не могу телепортироваться.

— Но не бежать же нам пешком по пустыне? — пришла в ужас Мэдлин.

— Да, это будет бессмысленно. Хранители все равно перемещаются намного быстрее и непременно нас догонят, да и пустыне этой конца и края нет.

— Что же делать? — спросила девушка, с тревогой косясь на сияющий на солнце гигантский браслет и опасаясь, что он в любую минуту может вернуть свой прежний размер, и тогда Хранители снова набросятся на них.

— Кажется, ты из нас самая способная и с телепортацией прекрасно ладишь, — задумчиво произнес Джереми.

— И что с того? Я все равно не смогу никуда тебя переместить, пока на тебе подвеска Хаксли.

— Если мы сами не можем телепортироваться, то почему бы не телепортировать что-нибудь к нам? — улыбнулся молодой человек, довольный своей идеей. — Попробуй перенести сюда наш неизвестно где потерянный ковер-самолет, и мы просто улетим на нем.

— Ой, ты же знаешь, что это слишком сложный трюк, — взволнованно проговорила Мэдлин. — Перемещать предметы на такое огромное расстояние я пробовала всего несколько раз в жизни. Да и то, когда телепортировала тяжелые сумки с улицы прямиком к себе домой. Ну и еще пару раз таким образом принесла себе завтрак в постель. Но это ведь совершенно несопоставимые расстояния! Мне надо очень точно сосредоточиться на предмете, а ведь я даже не знаю, где именно мы оставили этот несчастный коврик! Как же я его себе в таком случае представлю?

— Значит, создавать новые вариации для тебя не слишком сложно, а перенести какой-то маленький легонький коврик прямо-таки невозможно? — усмехнулся Джереми. — Не говори ерунды. Ты просто даешь себе установку, что не можешь это сделать. А когда маг не верит в результат своего колдовства, то, конечно, ничего не выйдет. И зачем тебе представлять именно наш коврик? Представь любой, существующий в мире ковер — самолет и прояви сильное желание, чтобы он оказался здесь. Иначе получится, что из-за твоей неуверенности в себе мы останемся в этой пустыне, и нас убьют Хранители, — строго подытожил он.

Девушка вздохнула, не зная, что возразить на эту пламенную речь. Кроме того, ей действительно не хотелось выглядеть окончательно беспомощной в глазах молодого человека. Да и присутствие Хранителей, по-прежнему маячивших на горизонте, говорило о том, что они не оставили свою цель поймать случайно ускользнувших жертв.

Понимая всю неизбежность ситуации, она закрыла глаза и принялась во всех подробностях представлять себе ковры, висевшие на стене в доме жреца. Их замысловатые узоры и махровые кисти. При этом Мэдлин старательно отгоняла от себя любую мысль о том, что у нее что-то может не получиться.

Она вспоминала, как они с Джереми летели на ковре — самолете и артефакт беспрестанно проваливался в воздушные ямы. Это было совсем не так комфортно, как в машине. Мэдлин печально вздохнула, вспоминая встретившихся ей в Междумирье Исчезнувших. Им было хорошо. На автомобиле в мире магов можно было, как ехать, так и лететь. И при этом в полете он не проваливался ни в какие воздушные ямы, в нем не нужно было мерзнуть и опасаться того, что вот — вот пойдет дождь. А еще, так как Джереми находился за рулем, девушка могла спокойно спать, откинувшись в кресле, или пить чай из термоса. Да, это было просто прекрасно.

Мэдлин так сильно погрузилась в свои грезы, что не сразу заметила, что Джереми ее зовет. Она открыла глаза, только когда молодой человек принялся трясти ее за плечо.

— Приди в себя! Что ты сделала? — пораженно и одновременно восторженно воскликнул он.

Девушка и сама была не меньше удивлена, увидев появившуюся в нескольких метрах от них машину Джереми. По крайней мере, Мэдлин показалось, что это именно его автомобиль, только сейчас он выглядел запыленным и грязным.

— Это же моя машина! — подтвердил ее предположения молодой человек. — Где же они ее прятали, что бедняжка так сильно запылилась? Ничего, мы это исправим! Спасибо, Мэдлин!

Он сграбастал девушку в свои объятия и поцеловал. Видимо появление автомобиля стало для него действительно радостным событием.

— Ой, полегче! Ты меня задушишь! — взмолилась она. — Так вот, оказывается, что тебе не хватало для счастья!

— Да, да, да! И не смейся над этим! У тебя просто нет своей машины! Если бы ее угнали, а потом нашли, ты была бы в таком же восторге! — улыбнулся Джереми. — Ладно, поехали! Разговоры потом! Кажется, действие заклятия кончается.

Девушка бросила беглый взгляд на браслет и к своему ужасу поняла, что он начал медленно сжиматься и уменьшаться в размерах, вызвав оживленную реакцию у не решавшихся подойти ближе Хранителей.

Мэдлин быстро схватила по-прежнему валявшееся на земле копье, и они с Джереми бегом бросились к машине. Они едва успели закрыть за собой двери и тронуться с места, как окончательно принявший свою естественную форму браслет, заставил пустынных тварей броситься к своим бывшим пленникам.

Молодой человек ехал так быстро, насколько это было возможно, учитывая, что двигаться приходилось по песку. И за пару минут они очень сильно оторвались от Хранителей. Девушка с облегчением наблюдала за тем, как мрачные черные силуэты становятся все меньше. Все-таки магически усовершенствованный автомобиль имел свои явные плюсы.

Мэдлин улыбнулась, предчувствуя, что теперь все плохое осталось позади и им остается только долететь до Александра. Она отдаст ему копье, и за это байкер наверняка придумает, как Джереми избавиться от преследовавших его служителей закона. Но радость девушки оказалась преждевременной.

— Кажется, у нас сильные проблемы, — мрачно сообщил Джереми.

Мэдлин непонимающе взглянула на него.

— Бензина практически не осталось. Его изначально было совсем чуть-чуть. Кажется, еще немного и мы остановимся посреди пустыни.

— Как не осталось? — пришла в ужас девушка. — Но ты же всегда возил с собой канистры про запас? Когда мы были в Междумирье!

— Ага, только ты не забывай, что моя машина все это время была неизвестно где и неизвестно у кого, а половина моих вещей пропала вместе с бензином! — хмуро отозвался молодой человек.

— Может, все-таки проверим? Остановимся и посмотрим в багажнике? — робко взмолилась девушка.

— Мэдлин, я, конечно, понимаю, что ты крайне низкого мнения о моих способностях. Но все же я маг и знаю, что находится у меня в машине, даже без тщательного осмотра. Лучше, давай попытаемся придумать, что можно сделать, пока мы еще едем, — раздраженно ответил ее спутник.

Девушка почувствовала, как ее охватывает паника. Манящая надежда на спасение в наглую ускользала прямо из-под носа, возвращая их к той же самой перспективе остаться посреди пустыни и быть растерзанными Хранителями.

— Может, попробуем взлететь? Так мы быстрее улетим отсюда! Хоть куда-нибудь, лишь бы подальше! — предложила она.

— Отличная идея! А теперь представь, что будет, если бензин закончится в воздухе?

Мэдлин вздохнула, понимая, что предложила глупый вариант.

— Про телепортацию в машине тоже не следует заикаться. Я уже думал об этом, — продолжил Джереми. — Энергии не хватит. Мы завязнем где-то на середине пути, перемещаясь в пространстве. Расщепимся на молекулы и не соберёмся обратно. По мне так это еще хуже, чем свалиться с высоты.

— Телепортироваться мы не можем. Выхода нет? — грустно поинтересовалась Мэдлин.

— Не знаю. Будем ехать, пока не остановимся, чтобы оказаться как можно дальше. Может, пустыня быстро закончится?

— Может быть, — кивнула девушка, прекрасно понимая, что такого быть не может.

Она пыталась придумать еще какой-то вариант спасения, но мысли путались в ее голове. Все знания, которыми она обладала, оказались вдруг абсолютно бесполезными.

— Слушай, а ты правда жалела о том, что не уехала вместе со мной? — улыбнувшись, спросил Джереми, пытаясь хоть как-то развеять гнетущую атмосферу безысходности.

— Конечно, жалела. Жизнь в замке была, разумеется, намного спокойнее, но это было какое-то бессмысленное существование. Одно и то же изо дня в день. Толку быть хорошим колдуном, если все, на что ты тратишь свою магию, это подогреть чай в течение секунды? Ну а, кроме того, я ужасно скучала по тебе… — искренне призналась Мэдлин, но вдруг опомнилась. — Стой, стой, стой, а ты откуда знаешь, что я жалела? Ты же ничего не слышал! — возмутилась она.

— Ну, может быть, немного слышал. Так, отдельные слова, — рассмеялся молодой человек.

— Ах ты, обманщик! А я-то думала, что я напрасно там распиналась! Можно сказать, душу ему открывала, а он! — продолжала негодовать девушка.

— А что я? — с самым невинным видом поинтересовался ее собеседник.

— Значит, ты меня все-таки любишь? — задала главный женский вопрос Мэдлин.

— Так, все. Давай потом об этом поговорим.

— Когда потом? Нет, я хочу сейчас! — продолжала возмущаться девушка.

Ее волосы принялись подозрительно поблескивать.

— А ничего, что мы сейчас едем посреди пустыни, и за нами гонятся чокнутые твари, жаждущие нас убить или превратить в зомби? И я вообще-то нахожусь за рулем. И ты предлагаешь поговорить о любви? — смеясь, ответил Джереми.

— Если они тебя убьют, то так тебе и надо, сухарь! — обиженно отозвалась Мэдлин.

Впрочем, обижалась она не слишком сильно. Неизвестно насколько ее слова помогли молодому человеку справиться с заклятием, но Мэдлин теперь на всю оставшуюся жизнь была уверена в том, что произошло это только благодаря им. Что же касается самого Джереми, то ему было проще в одиночку убить какую-нибудь страшную магическую тварь, чем сознаться в собственной сентиментальности. И как из большинства представителей мужского пола подобные признания из него приходилось вытягивать клещами.

Придя к этому важному умозаключению, девушка немного успокоилась. Правда, спокойствие ее длилось недолго. От столь интересных мыслей ее отвлек возмущенный писк датчика, сообщавшего, что бензин на нуле.

— Да знаю я, не ори, — грустно произнес Джереми, видимо обращаясь к машине. — Сейчас остановимся, — мрачно добавил он.

Машина еще немного проехала по инерции, постепенно замедляя ход, пока окончательно не остановилась, завязнув в песке.

— Вот и все — конечная станция «смерть». Уважаемые пассажиры, смиритесь с неизбежностью происходящего и покиньте салон, — с мрачным сарказмом проговорил молодой человек и вышел из автомобиля, от злости громко хлопнув дверью.

Мэдлин последовала его примеру. Машина не являлась достаточной преградой для Хранителей, так что отсидеться, закрывшись в ней вряд ли получится. Самих обитателей пустыни пока что не было видно, но девушка чувствовала, что еще немного и они появятся на горизонте. Она явственно ощущала их неизбежное присутствие.

Джереми был так зол из-за всей нелепости ситуации, что если бы с Хранителями можно было подраться обычным способом, он непременно набил бы морду каждому. Мэдлин подошла к молодому человеку и легонько коснулась его плеча.

— Надо что-то делать. Я не знаю что, но не можем же мы просто так глупо погибнуть? — будто утешая саму себя, сказала она. — Давай я попробую телепортировать к нам сюда какие-нибудь золотые вещи. Много золотых вещей. И они отпугнут их. Или, может, я все же сумею вызвать ковер-самолет.

— Попробуй, — равнодушно отозвался Джереми.

Он прекрасно понимал, что у девушки просто на просто не хватит времени для того, чтобы что-то к ним перенести. В прошлый раз это заняло у нее чуть больше десяти минут, сейчас же у них в запасе было всего пару. Мэдлин закрыла глаза, стараясь сосредоточиться на том, что нужно, но ее мысли были заняты лишь тем, что ей вдруг начало становиться холодно и зябко в самом центре пустыни. Это происходило из-за приближения Хранителей. Джереми, похоже, чувствовал тоже самое. Взгляд его случайно упал на оставшееся в машине копье.

— И какого черта мы искали это долбаное копье, если толку от него ноль? Тоже мне могущественный артефакт, даже драться с помощью него нельзя! Знаешь, что я сейчас сделаю? — крикнул он Мэдлин. — Я просто сломаю его к черту. Разломаю напополам древко. Какая разница от чего погибнуть? От лап Хранителей или от взрывной волны магии? Они так хотели заполучить свое драгоценное копье! Что ж пусть получают его обломки! — молодой человек решительно устремился к артефакту.

— Стой, не трогай его! — воскликнула девушка.

Ее беспокоила вовсе не судьба копья, а то, что коснувшись его, Джереми может разделить судьбу несчастного бедолаги из колодца, ведь теперь его не защищает заклятие Хранителей. Но было уже слишком поздно. Молодой человек схватил артефакт, и тут произошло то, чего Мэдлин ожидала меньше всего.

Словно дожидаясь этого момента, копье вспыхнуло у него в руках неистовым синим пламенем. Оно не излучало столько магии даже, когда его коснулась сама Мэдлин. Джереми, похоже, был удивлен еще больше, он ошарашенно разглядывал горевший в его руках ярким огнем артефакт. Теперь его явно было не так-то просто сломать и уничтожить.

Девушка вдруг вспомнила, что Александр называл их обоих творцами вариаций. А основным предназначением копья как раз было изменение мироустройства. Поэтому оно не могло не проснуться в руках Джереми. И учитывая то, что артефакт имел воинственную направленность, молодой человек, как боевой маг, понравился ему даже больше, чем Мэдлин.

Пока они разглядывали сияющий артефакт, драгоценные минуты прошли. Девушка почувствовала мрачную ауру Хранителей и, обернувшись, увидела скользящие по песчаным барханам темные фигуры, пытавшиеся окружить их, взяв в кольцо. Медлить больше было нельзя. Раз копье подчинилось Джереми, его необходимо было использовать.

— Стукни им об землю! — крикнула Мэдлин.

— Что? — не понял молодой человек.

— Ударь древком об землю! Скорее! — потребовала девушка, так как времени объяснять что-либо, не было.

Джереми не стал больше медлить и со всей силы стукнул копьем. Раздался такой мощный раскат грома, что Мэдлин едва не оглохла. Ей показалось, что даже почва под ее ногами слегка пошатнулась, словно от небольшого землетрясения. Силуэты Хранителей замерли на месте, напоминая обычные бесформенные тени.

По пустыне пронесся порыв ветра, поднявший в воздух тысячу песчинок. Мэдлин закашлялась и закрыла лицо руками, пряча глаза. Когда же она снова взглянула на мир, то увидела, что повсюду, насколько только хватает ее взора, словно из воздуха, возникают силуэты людей. Их было намного больше, чем тогда, когда девушка использовала копье против Алемана.

И это было неудивительно. Ведь за тысячу лет количество Исчезнувших должно было существенно возрасти. Все новые и новые маги умирали и становились заложниками этой странной формы бессмертия. Они не могут больше ничего изменить и будут скитаться по миру, пока существует сам этот мир.

Девушке казалось, что вся пустыня наполнилась Исчезнувшими. Она ощущала исходившую от них ауру смерти и безысходности. Действительно, подобное превращение обрекало бывших магов на вечное скитание без права покинуть эту землю. И в этом было что-то ужасное.

Как и в прошлый раз, когда Исчезнувшие явились по зову Мэдлин, от основной массы отделился один человек и направился к призвавшему их Джереми за приказами. На сей раз это был не тот колдун, что в прошлом. Перед ними стоял высокий молодой мужчина в порванной и запачканной кровью рубашке. Несмотря на посмертную восковую бледность, черты лица его оставались довольно симпатичными. А насыщенно-голубые глаза казались живыми и яркими.

Мэдлин почувствовала, как в груди у нее защемило. Перед ней стоял погибший Джереми из той вариации, где его убил Литург. Кто-бы сомневался, что из него получится неплохой предводитель Исчезнувших. Со своей неизменной улыбкой он шутливо поклонился своему обомлевшему двойнику.

— Что прикажешь, повелитель? Мы к твоим услугам. Только не слишком злоупотребляй нашей покорностью. Я нашел пару способов для свержения твоей власти, — насмешливо и одновременно угрожающе произнес он.

Девушка слегка улыбнулась. Она отчего-то не сомневалась, что именно Джереми, ненавидевший подчиняться чьей-то воле, став Исчезнувшим, найдет способ избежать неизбежного подчинения владельцу копья. И, действительно, большинство Исчезнувших взирали на него с искренним восхищением и одобрением. Кажется, молодой человек наконец-то нашел свое призвание, пусть даже и таким печальным образом.

— Уничтожьте Хранителей! И больше ничего не надо, мы вас отпустим на свободу! — крикнула Мэдлин, с опаской заметив, что отойдя от первого шока, тени пустынных тварей продолжают медленно приближаться к ним с Джереми.

Джереми — Исчезнувший с любопытством взглянул на девушку и подмигнул ей с дружелюбной улыбкой. Видно было, что ради спасения своей возлюбленной, пусть даже и из другой вариации, он не против немного посражаться. Тем более для Исчезнувших в этом не было никакого риска. Тем не менее, прибывшие на помощь оставались неподвижными. Мэдлин поначалу озадачила подобная реакция, но потом она быстро сообразила, что они подчиняются лишь приказам того, в чьих руках находится копье.

— Джереми, они послушаются только тебя! Пора действовать! — крикнула она своему молодому человеку.

Тот до сих пор выглядел немного ошарашенным после встречи с собственным мертвым двойником. Но затем быстро взял себя в руки и произнес:

— Ладно, ребята, вы слышали все, что нужно сделать! Повелеваю вам полностью уничтожить всех Хранителей! Так, чтобы от них не осталось и следа! После чего мы отпустим вас на свободу! — интонацией монарха с многолетним стажем приказал он.

Джереми — Исчезнувший коротко кивнул, и вся армия его соратников тут же пришла в движение. И Мэдлин с живым Джереми смогли наблюдать самую необычную битву. Маги «оглушали» Хранителей короткой вспышкой какого-то неизвестного заклятия, а затем подходили и голыми руками, словно бумагу, разрывали черные силуэты на мелкие кусочки. После чего обрывки просто на просто таяли в воздухе.

Мэдлин смотрела на этот фокус буквально с открытым ртом. Она готова была поспорить, что ни одному живому колдуну не под силу было проделать подобное с Хранителями. Исчезнувшие же делали это так лихо и слаженно, словно целую вечность занимались непосредственным истреблением пустынных тварей.

И девушка была уверена на сто процентов, что от Хранителей действительно не останется больше и следа. Она даже слышала их хрипящие стоны, когда тени лишались своей странной жизни. Испуганные пустынные твари попытались было ретироваться, но Исчезнувшие, превосходившие их численно, не оставили им такого шанса.

— А лихо я все-таки сражаюсь, — присвистнул Джереми, наблюдая за действиями своего мертвого двойника, который, действительно, уничтожил уже ни один десяток Хранителей. — Окончательно убеждаюсь, что боевая магия — мое призвание!

— А мне не разрешили сражаться, — раздался чей-то знакомый голос за их спиной.

Мэдлин резко обернулась и невольно отпрянула, узнав свою мертвую тезку. Девушке было ужасно неприятно увидеть себя со стороны с тенью смерти на лице. Бледная застывшая кожа и впалые черные глаза.

— Не бойся меня, я не сделаю тебе ничего плохого, — улыбнулась Исчезнувшая. — Ты же помнишь, как я тебе помогла.

— Прости, — смутилась Мэдлин. — Просто, эта аура смерти действует на меня угнетающе.

— Ничего, людям свойственно бояться смерти и неизвестности, как одной из ее составляющих.

— А скажи мне, каково это умереть? — робко поинтересовалась девушка.

— Понятия не имею, — рассмеялась Мэдлин — Исчезнувшая. — Ты же знаешь, что Исчезнувшие не замечают момент своей смерти. Вот, и я его пропустила. Забавно, правда? Я поняла, что мертва только, когда увидела свое отражение в зеркале Линара. Сперва я жутко испугалась, но потом осознала, что все страшное для меня осталось позади. И по правде ничего особенно не изменилось. Я вижу и чувствую себя по-прежнему живой, так же как и Джереми. Для меня нет никакой ауры смерти, я ее не ощущаю. Я словно продолжаю жить дальше. Со мной не произошло никаких перемен, но вот окружающий мир они затронули. Для всех живых я стала невидимкой. Когда я вернулась домой в институт, меня не видели ни Зоя, ни Юний, ни ученики. Для них я в прямом смысле стала Исчезнувшей. Я исчезла из мира живых. Зато в Междумирье меня все видят и воспринимают как живую. Я и представить себе не могла, что этот мир наполнен мертвецами. Помнишь, байкеров друзей Александра? Они ведь все такие же как мы. А он сам, хитрец, знал обо всем с самого начала. Но ему это все как веселая игра. Ты не догадалась, кто он такой?

Мэдлин растерянно покачала головой.

— Тогда и не надо об этом говорить, а то твое общение с ним станет не таким приятным, — улыбнулась ее копия. — А какая она настоящая смерть, я понятия не имею, — вздохнула она. — Я теперь лишена привилегии узнать что будет дальше. Думаю, тебе предстоит выяснить это самой, когда придет время. У каждого, знаешь ли, свои преимущества. Зато я навсегда останусь молодой, и Джереми всегда будет рядом со мной. Навечно.

— Звучит как приговор, — со смехом встрял в разговор живой Джереми, которому видимо, наскучило наблюдать за тем, как его временные подданные разрывают в клочки оставшихся Хранителей. — И, кстати, почему это ты отлыниваешь от великой битвы? — усмехнулся он.

— Так ты же сам запретил мне в ней участвовать! — рассмеялась Исчезнувшая. — Велел стоять в сторонке и наблюдать. И так все время! На трассу не выходи, в битву не ввязывайся. Мне, конечно, приятна такая забота, но что со мной может теперь случиться??

— О, узнаю себя, я бы так же поступил. Не женское это дело — драки! — одобрил молодой человек.

— Ты же сама сказала, что вы воспринимаете друг друга живыми, вот ему и сложно осознать, что тебе больше не угрожает никакая опасность, и он о тебе заботится, — вмешалась Мэдлин, с легкой завистью глядя на свою копию.

Исчезнувшая слегка улыбнулась, понимая мысли девушки и кивнула в сторону отвернувшегося к полю сражения Джереми, словно спрашивая: «а у вас то как?». Мэдлин — живая лишь покачала головой в ответ. И кто бы мог подумать, что у смерти есть столько преимуществ!

А между тем армия Исчезнувших окончательно уничтожила всех Хранителей. От пустынных тварей не осталось ни малейшего следа, словно их и вовсе никогда не существовало. Предводитель Исчезнувших демонстративно разминал кисти рук, показывая, как утомительно было это сражение. Он легкой походкой, словно плыл над землей, подошел к Джереми живому, вопросительно и даже нагло взглянув на него.

— Неплохая работа, — одобрил временный владелец копья.

— Спасибо, без вас бы мы не справились! Эти твари стали такими надоедливыми! — улыбнулась Мэдлин — живая.

Она подошла к Джереми — Исчезнувшему и легонько коснулась его ладони. Та была по-прежнему ледяной, но девушку это отчего-то больше не пугало так, как раньше. Все-таки ко всему в этой жизни можно привыкнуть. И став призраком, этот Джереми вовсе не перестал быть собой. Молодой человек улыбнулся и произнес:

— Чего только не сделаешь ради своей невесты, или, по крайней мере, для ее двойника! А вот копье все-таки надо уничтожить, — добавил он, понизив голос. — В Междумирье существует слишком много могущественных личностей, которые могут начать использовать артефакт не только для того, чтобы защищаться от Хранителей. У меня есть одни подозрения, но я не буду произносить вслух имя. Когда говоришь о ком-то достаточно могущественном, он может услышать тебя на любом расстоянии. А этот мир слишком хорош, чтобы переделывать его по-новому. Поэтому проследи, чтобы я уничтожил копье, а не спрятал его куда-нибудь, уж я-то себя знаю!

Джереми — живой, который наверняка слышал этот диалог, и глазом не повел, словно для него данный разговор не имел никакого смысла. Взгляд его при этом был настолько честным, что Мэдлин окончательно убедилась в том, что артефакт ей лучше уничтожить самостоятельно. Осталось только решить, как именно это сделать.

Она хотела спросить об этом у Джереми — Исчезнувшего, но тут его живой двойник снова стукнул копьем об землю, привлекая к себе внимание своих временных подданных. По пустыне промчался легкий порыв ветра, но в этот раз обошлось без молний.

— Я отпущу вас на волю, как и обещал, но перед этим у меня есть для вас еще одно приказание, — произнес он, после чего в рядах Исчезнувших пронесся негодующий ропот. Их предводитель Джереми — Исчезнувший нахмурился, ожидая, что будет дальше. — Я приказываю вам никогда больше не подчиняться воле этого копья! И собираться вместе лишь по собственному желанию, по зову выбранного вами предводителя — Джереми Хоула! Отныне, в нужный момент он сможет легко найти вас и поддерживать с вами связь. Так, чтобы больше вы не скитались по разным мирам в одиночку, а могли, если что, помочь друг другу и объединиться против ваших общих врагов!

Среди Исчезнувших пронесся восторженный гул. Подобное предложение было встречено более чем одобрительно. Несчастным магам надоело тысячелетиями своего бессмертия оставаться зависимыми от какого-то артефакта и быть вынужденными исполнять любую волю его владельца. А ведь хозяин копья мог запросто удерживать их возле себя длительное время, отдавая все новые и новые приказы.

Кроме того, и негласный лидер, способный собрать всех вместе, когда это необходимо, им явно не помешает. Многие Исчезнувшие столетиями скитались в одиночку среди не замечающих их живых, попросту, будучи не в состоянии найти своих товарищей по несчастью. Они имели возможность увидеть их лишь тогда, когда копье принудительно собирало их всех вместе. Джереми — Исчезнувший пораженно присвистнул, видимо не ожидая такой великой услуги от своего живого двойника.

— Не благодари, — опережая его слова, произнес молодой человек. — Когда я снова буду в Междумирье, я рассчитываю на твою помощь. А я могу там скоро оказаться. Здешний мир настроен ко мне не слишком дружелюбно.

— Да я и не сомневался в том, что никогда не буду делать ничего просто так, — усмехнулся его Исчезнувший двойник. — Так и быть, услуга за услугу. Жду тебя там. Что только не сделаешь для себя любимого!

Обе Мэдлин наблюдали за этим диалогом с явным восторгом и одобрением. Но ничто не может длиться вечно, особенно хорошие моменты. Джереми в последний раз взмахнул копьем, выкрикнув:

— А теперь я отпускаю вас на свободу! На этот раз навсегда!

И Исчезнувшие стали исчезать. Они подобно призракам становились прозрачными и бестелесными, а затем таяли в воздухе, переносясь туда, откуда их призвала магия артефакта. Последними в пустыне остались Джереми и Мэдлин. Взявшись за руки, они в последний раз смотрели на свой некогда родной мир, который теперь больше не принимал их, так как для него они были уже мертвы.

Мэдлин — Исчезнувшая помахала рукой своей живой тезке перед тем, как их силуэты окончательно растворились в воздухе. И девушке стало очень грустно. Словно в этот момент она действительно прощалась со своей сестрой, которой у нее никогда не было, но которая теперь уходила в неизвестность на неопределенно долгий срок. Мэдлин была уверена, что когда-нибудь они еще обязательно встретятся. Но вот как скоро это случится? И не будет ли она к тому моменту выглядеть совсем старой на фоне своей бессмертной копии!?

Вместе с Исчезнувшими с горизонта окончательно пропало и жаркое южное солнце. Над пустыней сгустились серые предночные сумерки, и Мэдлин почувствовала, как начинает холодать. Только теперь это было связано не с появлением навсегда канувших в лету Хранителей, а с обычной сменой времени суток. Лирическую тишину прервал раздосадованный возглас Джереми:

— Черт, надо было еще попросить их принести нам бензина в машину! И как я не подумал!

Мэдлин обернулась к нему и тоже осознала всю нелепость сложившейся ситуации. Они сумели уничтожить гнавшихся за ними Хранителей и отпустили на волю армию Исчезнувших. А сами при этом остались одни посреди пустыни, неизвестно на каком расстоянии до ближайшего города или хотя бы оазиса, рядом с машиной с пустым бензобаком. В пору было заплакать, но Мэдлин наоборот стало жутко смешно. Ведь только она с ее особой невезучестью могла попадать в подобные ситуации, которые специально даже придумать трудно.

— И что ты смеешься? — с притворной строгостью поинтересовался у нее Джереми, при этом взгляд его по отношению к девушке был как всегда ласковым. — Останемся сейчас на веки вечные в этой пустыне, и тебе придется до конца своей жизни быть рядом со мной, и терпеть мой скверный характер!

— Не придется, — отсмеявшись, проговорила Мэдлин. — Скажи, зеркало, с помощью которого мы связывались с Зоей, осталось у тебя или ты его где-то потерял?

— Оно у меня в кармане. Решил положить его туда, на случай, если сумка потеряется. И оказался прав, я действительно оставил ее где-то в лесу, когда у меня начался приступ.

— Отлично, давай мне его сюда! — обрадовалась девушка.

— Только не говори, что ты хочешь сообщить Хаксли о том, что мы нашли копье? Чтобы он примчался сюда, забрал артефакт и благополучно телепортировал нас в тюрьму! — на всякий случай уточнил молодой человек, протягивая Мэдлин зеркало.

— Ни в коем случае! Я придумаю для него задачку поинтереснее! А ты пока не мог бы, глядя на карту, я уверена, она тоже осталась у тебя в кармане, рассчитать приблизительные координаты того места, где находится колодец с красным туманом!

— Ты собираешься утопить в нем Хаксли? — одобрительно поинтересовался Джереми.

— Ни в коем случае! Подозреваю, что его не так-то просто где-то утопить! У меня немного другая идея!

— Какая?

— Подожди, ты все увидишь, если получится! — таинственно улыбнулась девушка.

Мэдлин произнесла необходимое заклинание и через какое-то время увидела на зеркальной поверхности лицо своей подруги. Зоя выглядела искренне счастливой.

— Мэдлин, я так рада тебя видеть! — закричала она. — Я знаю, что вы сумели каким-то образом справиться с Хранителями!

— Ого! Откуда такая осведомленность? — поразилась девушка.

— Потому что Юнию вдруг ни с того, ни с сего стало лучше! Твой совет с золотом немного помог, но шеф все равно оставался на грани жизни и смерти и постоянно спал. А сейчас он вдруг пришел в себя. Нет, конечно, ему еще долго придется восстанавливать силы, но теперь я точно уверена, что он будет жить!

— Это прекрасно! — искренне порадовалась Мэдлин.

— А еще, судя по твоему выражению лица, с Джереми окончательно спало проклятие! Если бы это было не так, ты бы сейчас была похожа на призрак безутешной невесты! — хитро улыбнувшись, добавила Зоя.

Призрак безутешной невесты был вымышленным персонажем популярной в мире магов сказки, где рассказывалось о том, как прекрасная девушка полюбила ничуть не менее прекрасного рыцаря. Но тот погиб по разным версиям, то ли на войне, то ли от козней врагов. И скорбящая невеста перестала от горя есть и пить, а только лишь лила слезы, пока не умерла от отчаяния, превратившись в призрак. Она не смогла успокоиться и после своей смерти, и бесшумно скиталась по земле, роняя невидимые слезинки. Этот образ стал нарицательным, когда речь шла о любовной тоске.

— Ты права, дорогая, Джереми снова стал прежним, а Хранители навсегда уничтожены, но осталась еще одна проблема, которую необходимо решить, прежде чем окончательно начать жить спокойно.

— Копье? — понимающе произнесла Зоя.

— Копье и Хаксли. Скажи мне, где он сейчас?

— Ой, так ведь он тоже понял, что Хранители исчезли, и направился искать вас! Как же я сразу об этом не сказала! Он вычислил ваши координаты с помощью подвески на шее Джереми и скоро будет у вас вместе со своими подчиненными! Учитывая то, сколько оружия они взяли, они не собираются вести дружескую беседу, я боюсь, что они заберут копье и…

— Поэтому нам надо скорее отсюда уйти, а еще сделать так, чтобы Хаксли перестали быть известны наши координаты, — перебила подругу Мэдлин. — Я сейчас скажу тебе важную вещь, и мы попрощаемся.

Джереми с интересом наблюдал за этим диалогом со стороны, ожидая, что будет дальше. А девушка в это время сообщила коллеге полученные от молодого человека координаты колодца с красным туманом.

— Зоя, отправь туда группу наших студентов. Дай им на всякий случай пару артефактов, хотя я сомневаюсь, что им может угрожать какая-то опасность, ведь Хранителей больше нет, но тем не менее. Там, на дне колодца люди! Они маги! Хранители держали их в плену, чтобы заставлять колдовать. Они в очень плохом состоянии, но я уверена, что если их вытащить и начать лечить, то им можно помочь. Иначе, они просто умрут от голода. Только предупреди ребят, чтобы сами не спускались на дно, а вытащили их с помощью заклятий! И не вдыхали красный туман, он действует гипнотически и зомбирующе…

Молодой человек громко кашлянул за спиной девушки, намекая на то, что у них совсем мало времени и Хаксли не будет медлить. Зоя слушала просьбу Мэдлин, вытаращив глаза. Действительно, до момента последних событий они так мало знали о Хранителях и их жизни, что в пору было удивляться. А теперь, пожалуй, какие-нибудь энтузиасты даже соберутся изучить этот красный туман вплоть до молекулярного состава.

— Я все сделаю, как ты сказала! Думаю, мы сможем разместить их у себя в больничном крыле и еще…

— Все, Зоя, времени больше нет! Надеюсь, что мы еще сможем поговорить, когда все закончится!

Коротко попрощавшись, Мэдлин произнесла заклинание и прервала связь. Джереми смотрел на нее с нескрываемым удивлением и недоумением.

— Ты что связывалась с ней только для того, чтобы попросить спасти этих бедолаг из колодца? Я думал, ты знаешь способ, как отделаться от Хаксли! Который, как выяснилось, уже скоро будет здесь, а мы пока что можем передвигаться разве что пешком! — укоризненно воскликнул он.

— Но кто-то же должен был им помочь? Я бы не смогла спать спокойно, зная, что они там умерли с голоду, — беспечно улыбнувшись, ответила девушка. — И еще я хотела подтвердить свое предположение насчет Хаксли. Я так и думала, что подвеска даёт ему неточные координаты, а с довольно большой погрешностью. Иначе, он бы просто телепортировался к нам, а не стал бы лететь, теряя время.

— Отлично, теперь мы погибнем, обладая огромнейшим запасом знаний! Ты просто гений! — недовольно проговорил Джереми, он не понимал такого спокойного отношения своей возлюбленной к сложившейся ситуации.

— Не волнуйся, со мной ты точно никогда не пропадешь! Не зря же нам со школы твердят, что в мире магии ничего не происходит просто так. Считай, что тогда на дороге ты встретил своего ангела — хранителя, и пока я рядом с тобой, ничего не случится, — ласково сказала Мэдлин, обнимая своего молодого человека.

Тот не ожидал такого поворота событий и растерянно прижал ее к себе.

— Ну ладно, извини, что так резко говорю с тобой, но все же ведь нужно что-то делать… — виновато произнес он.

— А я уже, кажется, почти все сделала, — радостно воскликнула девушка, отстраняясь от него. — Любопытная вещица, однако!

Она держала в руках прозрачную подвеску, цепочка которой норовила превратиться в маленькую змейку и ужалить свою новую владелицу, столь нагло завладевшую чужим артефактом. Но Мэдлин быстро усмирила волшебную вещь с помощью короткого заклинания. И теперь амулет Хаксли выглядел вполне безобидно.

— Ничего себе, — присвистнул Джереми. — Вот только не говори, что ты могла это сделать в любой момент, но стеснялась, и из-за тебя я столько времени проходил с этой штукой на шее! — возмущенно добавил он.

— Да я и сама не знаю, могла или нет, — пожала плечами девушка.

— Ну да, это как тогда, на трассе! Когда ты вдруг неожиданно сняла с себя Браслеты Подчинения! Знаешь, я, конечно, люблю сюрпризы, но не так часто!

— Да я не специально это сделала! — рассмеялась Мэдлин. — Ты правильно вспомнил о Междумирье. После возвращения оттуда я очень сильно увеличила свой магический потенциал, особенно в тот момент, когда по ошибке провела ритуал Литурга. Вот только вернувшись к прежней жизни, где от меня требовалось быть обычной учительницей, я временно позабыла об этом. А потом, в какой-то момент, я просто перестала верить в то, что действительно могу нечто большее. Я стала колдовать как все — обычными заклятиями. А ты верно сказал, что результат колдовства мага зависит от его настроя. Я не верила в свои силы и у меня ничего не получалось, пока ты буквально не заставил меня колдовать в полную мощь. Я поняла, что если я могу спокойно перенести к нам нашу машину, то что мне стоит снять с тебя какую-то дурацкую цепочку? — радостно закончила она.

Молодой человек в ответ на это только покачал головой, не зная, что сказать. То, что казалось сложным и невыполнимым, вдруг сделалось абсолютным пустяком.

— Ладно, а теперь я еще немного поколдую, если ты не против, — серьезно добавила девушка, в который раз вспоминая, что их временные запасы весьма ограничены. — Как же это правильно сделать? — она нахмурилась, что-то припоминая. — Ага, мне снова нужны твои волосы! Иначе ритуал будет недостоверным!

— Зачем тебе мои волосы? — подозрительно спросил Джереми.

В мире магии действительно не следовало разбрасываться такими вещами, как волосы, ногти и так далее. С помощью них можно было наложить уйму неприятных заклятий на их бывшего владельца.

— И учти, ножниц у меня с собой нет! — предупредил он.

— Без волос ничего не получится! Давай, я аккуратненько их выдерну, — бескомпромиссно заявила Мэдлин.

В ее глазах появился особый огонек, возникающий у мага, который уже настроился на проведение какого-то ритуала и жаждет погрузиться в свое колдовство. Некоторые особо романтичные натуры называли его ведьмовским огнем.

— Нет уж, спасибо, я сам! Но учти, если решишь сделать мою куклу — вуду, я на тебя обижусь! — обреченно вздохнул молодой человек, понимая, что спорить бесполезно, и через несколько секунд на ладони у Мэдлин оказался небольшой пучок волос. Джереми же только слегка поморщился.

— Так, все, а теперь молчи и не мешай! Мне надо сосредоточиться! — велела девушка.

Молодой человек был не особо доволен ее командным тоном, но перечить не стал. Мэдлин закрыла глаза и сосредоточилась. На этот раз ей было намного легче представить нужный образ. Ведь она видела его только что рядом с собой.

Девушка мысленно в своей голове рисовала портрет Джереми. Представляла его глаза, улыбку, черты лица, телосложение, одежду. Наконец, когда она стала буквально видеть его с закрытыми глазами, Мэдлин взмахнула рукой и произнесла нужное заклинание.

Подброшенный в воздух пучок волос разлетелся и исчез, а через несколько секунд на том же месте начал прорисовываться странный силуэт, похожий на привидение. Выглядело это так, словно воздух пустыни начал дрожать и сгущаться, создавая мираж. Девушка настороженно ждала полного воплощения своего колдовства, и через минуту перед ней предстал Джереми.

Точнее его призрак. Фантом, созданный Мэдлин, все же был чуть более прозрачным и невесомым, чем обычный человек. Черты лица его немного отличались от оригинала, так как девушка все же была вынуждена мысленно воссоздавать их. Но в целом, это был весьма правдоподобный фантом. Благодаря прядке волос Джереми он получил некоторую часть его ауры, а большего Мэдлин было и не нужно.

— Тебе что мало одного меня? К твоему сведению, клонирование запрещено по закону. А клонирование меня запрещено лично мною! — с упреком заметил молодой человек, оценивая своего двойника.

До Джереми — Исчезнувшего тому было явно далеко. Но ведь Исчезнувший и не был двойником, он был своего рода оригиналом. Фантом отреагировал на эти слова молча и равнодушно. Он не был способен разговаривать и испытывать какие-либо эмоции. Все, что он мог делать — это выполнять приказы создавшего его мага.

— Знаешь, я подумала, что если у тебя уже есть один двойник, то и третий не будет лишним! — усмехнулась девушка.

Мэдлин подошла к своему творению, довольно оглядела его и надела на шею фантома цепочку — амулет.

— Запомни, — строго приказала она. — Ты должен носить эту вещь, не снимая до самой своей смерти. Еще ты каждый день обязан перемещаться в разные места, кроме того, где в тот момент буду находиться я. Запомни этого человека, — девушка положила свою ладонь на лоб фантома и вложила в его сознание образ Хаксли. — Ты будешь чувствовать его приближение, он будет искать тебя. За минуту до того, как он будет пытаться оказаться рядом, ты должен будешь перемещаться в другое место. И так ты должен поступать каждый раз.

Фантом молча кивнул, выслушав повеление своей госпожи. В плане исполнения приказов фантомы обладали практически безграничными возможностями. Если Мэдлин велела ему перемещаться, то он без сомнения так и сделает. Причем, лжеДжереми не потребуется для этого даже никаких заклятий телепортации. Он просто исчезнет в одном месте и появится в другом, как призрак. Кстати, выбор мест у него будет весьма обширным. Фантомы не могут умереть, пока их целенаправленно не уничтожат. Поэтому дойник Джереми может запросто переместиться в жерло вулкана или на океанское дно, так что Хаксли придется сильно попотеть, догоняя его.

— Исполни то, что я тебе велела! — отдала последний приказ девушка, и фантом послушно растворился в воздухе, переносясь неизвестно куда и уводя по своему следу Хаксли с его людьми.

Интересно, сколько времени им потребуется для того, чтобы понять, что они гоняются за призраком? Сейчас же они наверняка решат, что Мэдлин и Джереми просто на просто покинули пустыню, убегая от них.

— Это было великолепно! Признаю твою блестящую идею! — Джереми картинно зааплодировал. — Честно говоря, поначалу я не мог догадаться, что именно ты хочешь сделать!

— Вот, я же говорила, что со мной ты не пропадешь! — гордо заявила, довольная своей работой девушка.

— Не сомневаюсь! — улыбнулся молодой человек. — Но все же, нам лучше убраться отсюда от греха подальше! Как мы только что выяснили, ты у нас могущественная колдунья, поверившая в свои силы. Для тебя не проблема призвать из неизвестности нашу машину и создать отличного фантома, так что будь добра, снабди нас еще парой канистр бензина, и мы улетим отсюда!

— Что? Какого еще бензина? Я не умею концентрироваться на бензине и создавать его из ниоткуда! — возмутилась Мэдлин, минута ее триумфа закончилась слишком быстро.

— Ты сможешь, Мэдлин, ты сможешь! — с издевательской улыбкой заверил ее Джереми.

А девушка тяжело вздохнула, понимая, что еще не скоро сможет отдохнуть от колдовства.

«Нет, все-таки лучше всегда выглядеть в глазах мужчины слабой и беспомощной девушкой, а то если однажды признаешься в том, что умеешь держать в руках молоток, потом до конца жизни будешь забивать гвозди!» — с досадой подумала Мэдлин, пытаясь вспомнить все, что она знала о бензине.

Глава 15. Последнее связующее звено

Мэдлин настолько нравилось лететь по воздуху на машине, что когда пришло время снижаться, она даже испытала легкое огорчение. И действительно, по сравнению с ужасно надоевшим ей ковром-самолетом это было удивительно удобно. Кроме того, чтобы не привлекать лишнего внимания, в автомобиле любого мага существовала прекрасная опция невидимости. Чтобы можно было спокойно летать и наблюдать за происходящим, оставаясь незаметным для окружающих, что Мэдлин тоже крайне импонировало.

Настроение девушки в последнее время вообще было просто прекрасным. После того, как они снабдили фантом Джереми подвеской, Хаксли на какое-то время забыл об их существовании и гонялся за призраком. Конечно, в ближайшее время он должен был раскусить обман, но к тому моменту они уже успеют надежно укрыться, хотя бы в том же самом Междумирье. А пока что можно было и немного побыть в своем родном мире.

Возвращаться к себе в институт Мэдлин все же не рискнула, да и Джереми был категорически против этой идеи. Там их точно могла поджидать засада. Связавшись с Зоей, девушка выяснила, что в ее родном замке все было хорошо. Юний окончательно пошел на поправку и даже начал понемногу возвращаться к работе. За время его болезни всеми делами института занималась Зоя.

Она же по поручению Мэдлин забрала из пустыни бывших пленников Хранителей. Оказавшись вдали от красного тумана и получив нужную медицинскую помощь, большинство из них пришли в себя. Вот только память их была потеряна безвозвратно. Как не бились над этим маги — целители, заинтересовавшиеся проблемой загадочного колодца, пока что результат был нулевым.

Зато благодаря разосланным ориентировкам удалось найти родственников и знакомых магов, потерявших память. Оказалось, что большинство из них считались пропавшими без вести, и их родные уже не рассчитывали когда-либо увидеть их живыми. К самому же колодцу в пустыне свободный доступ вскоре был закрыт. В руководящих кругах быстро сообразили, что красный туман при желании легко можно использовать как оружие подчинения и уничтожения.

Размышляя обо всем этом, Мэдлин наблюдала в окно за тем, как они, плавно снижаясь над лесом, приземлились посреди ставшей уже знакомой поляны.

— Ты точно уверена, что стоит это делать? — поинтересовался, сидевший за рулем, Джереми.

— Конечно! Слишком много людей просили меня об этом! Да и я сама чувствую, что оставлять его слишком рискованно, а моя интуиция меня редко подводит, — категорично заявила девушка.

— Но это такой сильный артефакт! Жаль просто взять его и уничтожить! — покачал головой молодой человек.

— Вот именно! Он слишком сильный! Не забывай, что его возможности не ограничиваются призывом Исчезнувших, он может разрушать вариации и миры! Слишком высокий риск, что когда-то копье все-таки попадет не в те руки. Найдется другой маг помимо Алемана, только сильнее и хитрее. Прятать копье вечно не получится, да и мне не хочется в следующий раз его еще где-нибудь искать и спасать мир. Без этого артефакта жить будет намного спокойнее, — подытожила Мэдлин.

— Ладно, тебя не переубедить, — сдался Джереми. — Но ведь ты обещала отдать его Александру?

— Мы до сих пор ничего толком не знаем об Александре. Да и вдруг он когда-нибудь погибнет, и копье снова достанется кому-то другому?

— Да ты просто ему не доверяешь, — ехидно улыбнулся молодой человек.

— Ты сам меня учил, что доверять нельзя никому, и я в этом только лишний раз убеждаюсь. И не предлагай мне в очередной раз его где-нибудь спрятать, это ненадежно! — отрезала девушка.

— Ладно, ладно, я уже смирился с твоим деспотизмом! — картинно ужаснулся Джереми. — Кстати, похоже, что мы застали твоего друга в хорошем настроении!

Действительно в дальнем уголке поляны в тени вековых деревьев, выставив хвост погреться на солнышке, лежал красивый желто-золотой дракон. Глаза его были сонно прикрыты, он лениво косился на прибывших к нему гостей и подниматься со своего места явно не собирался.

— Привет, лесная ящерица! — «уважительно» поприветствовал его Джереми, первым выходя из машины.

Мэдлин немного замешкалась, забирая с заднего сидения обернутое в ткань копье. За все прошедшее время, помнив просьбу Джереми — Исчезнувшего, она ни разу не давала своему молодому человеку прикоснуться к артефакту. В этом вопросе девушка ему все же не доверяла, хоть и любила его. Но с другой стороны, любовь и дружба подразумевали необходимость мириться с некоторыми недостатками своего избранника и попытками их как-то нейтрализовать. Поэтому, зная особую «ловкость рук» Джереми, Мэдин всегда сама носила артефакт от греха подальше.

— Сколько не проходит столетий, а на моем веку люди остаются такими же невоспитанными дикарями, — философски ответил на приветствие дракон.

— Здравствуй, Магнус, — крикнула ему Мэдлин. — Не обижайся на Джереми, он шутит! А мы специально приехали к тебе!

— Потому что вам что-то нужно? — проницательно заметил дракон. — Люди всегда приходят, когда им что-то нужно. Неужели ты хочешь, чтобы я опять сжег какой-то город?

— Нет, что ты! — немного смутилась девушка. — В этот раз у нас совсем маленькая просьбочка. Помнишь, ты говорил мне, что твое пламя способно уничтожить любой артефакт?

— Разумеется, помню, у меня нет провалов в памяти. И не только мое, но и любого дракона, кроме умирающего, чье пламя уже начинает угасать. Но после того, как ты любезно подарила мне драконий камень, мне эта участь больше не грозит.

— Тогда ты не мог бы сжечь это копье? — попросила Мэдлин, показывая артефакт.

— Почему бы и нет? — Магнус пристально взглянул на копье, сощурив свои блестящие глаза. — От него исходит слишком много темной энергии. Я уверен, что с его помощью можно совершить много плохого, поэтому в этот раз я исполню твою просьбу с удовольствием.

Девушка улыбнулась в ответ, она даже не ожидала, что избавиться от копья будет так просто.

— Ну, что же ты медлишь? — поинтересовался дракон. — Я не могу брать мелкие предметы, у меня рук нет, поэтому клади сама его в пасть.

Магнус разинул пасть, усеянную множеством острых, как копья, жемчужного цвета зубов. Джереми восторженно присвистнул. То ли отдавая должное такому грозному оружию, то ли мысленно прикидывая, сколько один такой зуб может стоить на черном рынке. Зная характер молодого человека, с большей вероятностью можно было предположить последнее.

— Ой, а ты мне руку не откусишь, или не обожжёшь случайно? — испуганно спросила девушка, не решаясь протянуть дракону копье.

Магнус раздраженно захлопнул пасть.

— Это не осмотр дантиста, — возмущенно произнес он, хотя было и непонятно, когда и где дракон мог посетить подобного врача. — Я не собираюсь сидеть два часа с открытым ртом. Или давай копье, или не мешай мне спать, — категорично заявил Магнус.

— Давай, я! Какая ты у меня оказывается трусиха! — усмехнулся Джереми. — Даже если он меня обожжет, меня не жалко.

Мэдлин с сомнением взглянула на него.

— Да прекрати, — обиделся молодой человек. — Ты и так ни разу не дала мне к нему притронуться, а сейчас я у тебя на глазах закину копье в драконью пасть. Неужели ты думаешь, что я все-таки сумею спрятать его в карман?

— Ничего я не думаю, — немного смутившись, ответила девушка. — Я боюсь, как бы Магнус тебе руку не откусил, учитывая вашу взаимную любовь!

— Пусть только попробует! — усмехнулся Джереми, забирая у Мэдлин копье.

Ловким движением он забросил его в драконью пасть. Магнус плотно сжал челюсти, и сквозь щели между клыков и ноздри пошел черный дым, свидетельствующий о том, что дракон именно сжег копье, а не проглотил его. Мэдлин внимательно следила за каждым движение Джереми. Но спрятать копье было действительно невозможно.

Тем не менее, девушку терзали какие-то сомнения или предчувствия того, что она не довела дело до конца. Когда уничтожается сильный артефакт, появляется кратковременная вспышка магии. Как легкая ударная волна. И Мэдлин ждала ее появления, но тот выброс энергии, который она ощутила, был на ее взгляд слишком слабым. Тем не менее, сказать, что совсем ничего не произошло, она тоже не могла, поэтому и пребывала в сомнениях.

— Эй, проснись, — потрепал ее по плечу Джереми. — Ты смотришь в одну точку уже целую минуту! О чем задумалась?

— Не знаю, — растерянно ответила девушка. — Ты почувствовал волну?

— Конечно, а ты что нет? — очень искренне удивился молодой человек.

— Тоже, но она какая-то слишком слабая…

— Ну, мы же с тобой все-таки не ядерную бомбу взрывали! — рассмеялся Джереми. — Ты что ожидала, что нас этой волной сметет?

— Я, конечно, понимаю, что великие маги не интересуются мнением ничтожных ящериц, но неужели ты думаешь, что я не чувствую, есть ли у меня что-то во рту или нет? — встрял в диалог дракон.

— Прости, Магнус! Разумеется, я так не считаю. Я считаю, что ты намного умнее большинства магов и меня в том числе. Я просто растерялась и совсем забыла тебя спросить. А ведь тебе действительно виднее! — улыбнулась девушка.

Она, в самом деле, успокоилась после этих слов.

— Да, чувствую, мне ты доверять не будешь никогда! Несмотря на то, что я бескомпромиссно исполняю все твои поручения! Что теперь прикажешь? — обиженно произнес Джереми.

— Ну вот, еще и ты на меня обиделся! Прекрати! — попросила Мэдлин, аккуратно касаясь ладони молодого человека. — А насчет того, что делать дальше, чувствую, что нам немедленно нужно отправиться на морское побережье! Туда, где мой институт! Нас там ждут! — уверенно заявила девушка.

— Кто ждет, и откуда ты это знаешь? — пораженно спросил Джереми. — Ты уверена, что нас там Хаксли поджидать не будет возле твоего института?

— Нет, это точно не Хаксли, — улыбнулась Мэдлин. — Сам увидишь!

Она чувствовала, что ее что-то зовет туда на берег к морю. Теперь девушка уже почти привыкла к такой своеобразной манере Александра выходить на связь. Сотовые телефоны он, кажется, категорически не признавал. Что ж, пожалуй, Собирателю действительно пора уже было появиться в их истории.

— Прощай, Магнус! Спасибо тебе! Не скучай! Если хочешь, мы приедем тебя навестить! — крикнула она на бегу, торопясь к машине и увлекая за собой Джереми.

— Не думаю, что я останусь здесь. Тут, конечно, неплохо, но непривычно. Стар я слишком, чтобы привыкать к новому месту, — меланхолично ответил Магнус.

— А где же ты будешь? — удивилась девушка.

— Я планирую вернуться в Междумирье. Теперь там ничего не должно измениться, по крайней мере, в ближайшее время.

— Ты хочешь сказать, что никакой тирании там не предвидится?

— Уверен.

— Я почему-то тоже так думаю, — загадочно улыбнулась Мэдлин, усаживаясь в машину.

А Джереми лишь только покачал головой. Он уже привык к тому, что иногда не понимает того, о чем говорит его возлюбленная. Впрочем, это придавало даже какую-то пикантность их отношениям.

Через полчаса они уже оказались на побережье. Мэдлин испытывала некоторую ностальгию, глядя на родные места. Только теперь это было приятное и легкое чувство, а не безысходная тоска. Она знала, что теоретически всегда может вернуться назад. А мысль о том, что возвращение возможно, давало оптимистичный настрой, даже несмотря на то, что оно может быть никогда и не состоится.

Уже издалека девушка увидела высокую фигуру Александра. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на море. У байкера была какая-то особая любовь к морской стихии. Возможно, это было связано с тем, что в Междумирье моря не было.

Джереми, сощурившись, взглянул на Собирателя. Мэдлин показалось, что он не слишком рад предстоящей встрече. Впрочем, байкер действительно часто преподносил им не самые радостные вести.

— Привет, Александр, — улыбнулась девушка. — Я почувствовала, что ты не против меня увидеть. Только объясни мне, неужели ты сам не можешь переместиться к нам? Я уверена, что ты уже давно в курсе того, что я успешно справилась с твоим поручением.

— Могу, конечно, — усмехнулся байкер. — Но, видишь ли, я придерживаюсь правила, что все должно заканчиваться там же, где и начиналось. Это раз. А во-вторых, море постоянно зовет меня. Это особая, одновременно живая и мертвая, стихия… а в прочем не буду грузить тебя своими размышлениями. Я так понимаю, с Хранителями также успешно покончено?

— О, да! Это оказалось немного проще, чем я думала! Джереми, чего ты там копаешься? Расскажи о всех наших злоключениях! — крикнула она молодому человеку, который от чего-то замешкался и все никак не выходил из автомобиля.

— Начни сама, уверен, ты справишься, а я скоро подойду. У нас тут небольшая проблема с машиной. Не знаю, где ее прятали Хранители, но испортить они ее успели изрядно.

— Ладно, так и быть, — махнула рукой Мэдлин и принялась подробно рассказывать Александру о всех произошедших с ними событиях, и о том, как она, выполняя его поручение, создала новую вариацию.

Байкер слушал ее со своей неизменной улыбкой. Девушке иногда казалось, что он уже заранее знает все, что с ними произошло, произойдет и может произойти, и слушает просто из вежливости.

— А где же все-таки копье? — наконец спросил он. — Кажется, мы договаривались, что ты принесешь его мне.

Девушка давно ожидала этого вопроса и боялась его.

— Извини, Александр, но я решила, что его будет лучше уничтожить, и сожгла копье в драконьем пламени, — виновато произнесла Мэдлин. — Я думаю, что это слишком опасный артефакт, чтобы отдавать его кому бы то ни было. Даже тебе. Хотя, ты знаешь, что я прекрасно к тебе отношусь.

Девушка сильно смутилась. В глубине души она опасалась, что Собиратель может разозлиться. Но тот неожиданно рассмеялся.

— Скажи честно, ты сама так решила? — пристально глядя на нее, поинтересовался он.

— Сама, — растерянно ответила Мэдлин. — Хотя, мне советовали так поступить некоторые люди и не только люди. Но обычно я всегда ориентируюсь именно на свои ощущения и интуицию. И они никогда меня не подводят. Почему-то я абсолютно уверена, что поступаю правильно.

Александр только молчал и загадочно улыбался в ответ.

— Да, думаю, что это самый лучший выход из ситуации, — наконец проговорил он.

— Скажи честно, ведь копье оказывало на тебя какое-то влияние? — осторожно спросила девушка.

— Да, ты абсолютно права. Причем влияние не самое позитивное. Оно вызывало во мне огромный соблазн слегка подправить сложившийся порядок дел, не применяя огромного количества усилий. И думаю, что если бы ты его не уничтожила, то я бы не удержался.

— Я так и думала, — укоризненно покачала головой Мэдлин. — Не зря кое у кого были плохие предчувствия насчет того, что порядок дел в Междумирье может сильно поменяться.

— Да брось, тиран из меня получился бы никудышный, — засмеялся байкер.

— Насчет тирана не знаю, но осведомитель вышел бы превосходный. По-моему, от тебя ничего утаить невозможно, — улыбнулась девушка.

— А я вот теперь не знаю, чем тебя отблагодарить за проделанную работу по спасению мира? Все-таки ты создала превосходную вариацию с Алеманом! Но Джереми к тебе уже вернулся, так что этот вопрос перестал быть актуальным. У тебя есть еще какие-нибудь пожелания, которые я мог бы исполнить? — сменил тему Александр.

— Думаю, ты бы много чего мог, но пожалуй, то, что я сейчас действительно хочу — это, чтобы Джереми, и меня вместе с ним, перестали преследовать. Я уверена, что тебе это под силу. Мне хочется хоть немного пожить спокойно. Без погонь, спасения мира и прочих ужасных вещей! Но только на сей раз вместе с ним!

— Хорошо, — кивнул Собиратель. — Я немного подкорректирую то, что ты уже сделала сама с помощью фантома, и ты сможешь быть уверена, что в ближайшие несколько лет твоему благоверному ничего не будет угрожать. Но неужели ты ничего не хочешь для себя лично? — лукаво улыбнулся он.

— Ты сильно удивишься, но нет, — пожала плечами Мэдлин. — В последнее время я пришла к какому-то внутреннему успокоению и гармонии. Как будто раньше я просто не могла понять, для чего я живу и зачем, а теперь мне вдруг стало ясно мое предназначение. И еще я научилась получать удовольствие от того, что со мной происходит. Да и после встречи с Джереми все в моей жизни сильно изменилось.

— Кстати, насчет Джереми, — нахмурился байкер. — Здесь я должен тебя предупредить. Ему может угрожать серьезная опасность.

— О нет, опять! Что он на этот раз может натворить? — ужаснулась девушка.

Ее действительно очень пугала мысль, что молодой человек способен снова навлечь на себя какие-то неприятности.

— Вот именно, что может! — усмехнулся Александр. — Его ни в коем случае нельзя оставлять надолго одного. Иначе он сумеет испортить отношения с кем-нибудь еще помимо Хранителей и опять будет от них скрываться. Либо что-то украдет, или кого-то убьет. Такой уж он человек. Господь создавал его явно не для спокойной жизни, — байкер развел руками.

Он говорил с манерой школьной учительницы, которая рассказывает об ужасном поведении хулигана, одновременно понимая, что исправить ситуацию в полной мере все равно невозможно. Не сажать же одиннадцатилетнего пацана в тюрьму за то, что он привязал жестянку к хвосту любимой учительской кошки. Поэтому остается только разводить руками и изливать свой гнев на не имеющих никакого отношения ни к жестянке, ни к кошке, родителям. И сейчас Мэдлин ощущала себя в роли такой вот родительницы.

— Значит, мне ни в коем случае нельзя оставлять его одного, — произнесла она. — Имею же я на него хоть какое-то влияние! Ради меня он может постараться изменить что-то в своем поведении…

— Ты очень правильно рассуждаешь, — хитро улыбнулся Собиратель. — Но, видишь ли, тут есть еще один нюанс, — он заговорщицки понизил голос. — Я нашел одно маленькое пророчество. В нем сказано, что в ближайшее время Джереми может угрожать неминуемая гибель, если он в корне не изменит свою жизнь. То есть, если будет жить один и продолжать совершать преступления. Может быть, даже нечто хуже, чем гибель…

— Да хватит меня уже пугать! — взмолилась девушка. — Что я могу сделать?

— Как что? Все, что угодно, чтобы изменить его судьбу! Для начала я бы посоветовал тебе срочно выйти за него замуж! Это хоть как-то изменит часть условий, описанных в пророчестве!

Мэдлин ошарашенно взглянула на байкера. Пока что ей еще не доводилось слышать о том, что ради спасения чьей-то жизни требуется вступать в законный брак.

— Ну-у-у мм в общем то я не против, — замялась она. — Но даже ради спасения его жизни, я не буду сама делать предложение! Я не так воспитана! И это будет ужасно глупо! Может, мне еще цветы ему подарить? — возмутилась девушка.

— Не думаю, что он это оценит, — расхохотался Собиратель. — Но никто и не требует от тебя таких жертв! Просто, если Джереми вдруг сделает тебе предложение, ты должна не раздумывать, а непременно согласиться, иначе последствия могут быть ужасными, — серьезно закончил он.

Мэдлин хотела уже сказать, что совсем не факт, что Джереми вдруг соберётся его делать, но не успела, потому что рядом с ними появился сам предмет обсуждения. Молодой человек наконец-то закончил копаться в машине и весело поинтересовался:

— Ну что, рассказала обо всех своих подвигах? Я так понимаю, что мне даже нечего добавить.

— Рассказала, — вздохнула девушка, мысли ее сейчас были заняты другим.

— Вот черт! Совсем забыл! — хлопнул себя по лбу Александр. — Мэдлин, ты не сильно обидишься, если я тебя в последний раз о чем-то попрошу? Совсем маленькая просьба.

— Ну, если эта маленькая просьба не будет включать в себя спасение мира, то в принципе, я не против, — осторожно ответила девушка.

— Никакого спасения мира! — заверил ее байкер. — Помнишь, на твой день рождения тебе прислали букет маков и золотую пластинку? Это сделал сам Джереми, пытавшийся бороться со своей одержимостью. Так вот, ты не могла бы отдать эту пластинку мне? Я ожидаю найти в ней ответы на пару своих вопросов. Кроме-того она хранит отпечаток ауры Джереми, который в тот момент был наполовину Хранителем.

— Я бы с радостью, но она пропала вскоре после того, как ее принесли, — растерянно пожала плечами Мэдлин.

Она не понимала, зачем Собирателю вдруг понадобилась эта странная вещица.

— А я уверен, что она найдется у тебя в спальне, если ты ее как следует поищешь, — ласковым, но не терпящим никаких возражений тоном произнес Александр.

Мэдлин не стала спорить. От байкера можно было ожидать и более необычных поручений. Кроме того, девушке эта золотая пластинка, пылившаяся где-то в ее комнате, действительно была ни к чему. А Собиратель с его особым взглядом на мир запросто мог рассмотреть в ней что-то стоящее. Да и лишний раз, хотя бы на пять минут, наведаться в свой родной институт было не так уж плохо.

По заверению байкера и ощущениям самой Мэдлин, Хаксли и кого-то из его людей в замке не должно было быть. Но Джереми все равно предпочел подождать свое возлюбленную на побережье вместе с Александром, просто на всякий случай.

Сперва девушка не заметила в этом ничего особенного, но уже на подходе к замку ее начало терзать смутное ощущение, что ее просто отослали куда-то под благовидным предлогом. Когда же Мэдлин наконец-то отыскала среди своих вещей искомую золотую пластинку, до нее вдруг дошла простая истина, что вещь, пробывшая в руках у Джереми столь немного времени, просто физически не могла впитать в себя его ауру. Сама же по себе пластинка по-прежнему не излучала никакой магии.

Как только Мэдлин скрылась из виду, и скорее всего уже не могла ничего услышать даже с помощью заклятия, беспечный разговор о неполадках в машине быстро оборвался.

— Ну что, принес? — поинтересовался Александр, тут же став серьезным.

— А то! — довольно улыбнулся молодой человек. — Между прочим, она дала мне его в руки всего на пару секунд, чтобы я бросил его дракону, и я при этом еще успел незаметно отделить его от древка.

Джереми раскрыл ладонь, в которой был зажат наконечник копья.

— Очень даже неплохо! — присвистнул байкер. — Впрочем, я никогда не сомневался в твоих талантах в этой области. Ты прирожденный вор! В наконечнике как раз сосредоточена большая часть магии, а древко при желании можно будет восстановить.

— Сомнительный комплимент, — хмыкнул Джереми. — Но не забудь, что ты мне обещал и еще кое-что в Междумирье!

— О тебе забудешь, как же! А что разве недостаточно того, что я сказал? — ехидно спросил Собиратель.

Обратно девушка бежала едва ли не со всех ног, в глубине души надеясь услышать хотя бы часть секретного разговора, ради которого ее отослали в замок, но естественно не успела. Да, что говорить, и конспираторы были слишком талантливыми.

— Держи! Вот то, что ты просил, — хмуро произнесла Мэдлин, вручая байкеру золотую пластинку.

Раз уж от нее так хотели что-то скрыть, то девушка решила сделать вид, что ничего не заподозрила. Все равно ведь ничего не расскажут, а она только будет выглядеть смешно и глупо, расспрашивая их и получая в ответ одни лишь отшучивания.

Видимо, опасаясь, что Мэдлин все-таки станет задавать какие-то вопросы по поводу злополучной пластинки, Александр поспешил распрощаться, как всегда сославшись на срочные дела и работу. Правда, на прощание заверив, что они еще обязательно увидятся, в особенности, если это будет необходимо. Впрочем, в этом никто сильно и не сомневался. Если Собирателю что-то было нужно, он готов был достать искомого человека из-под земли.

После того, как он растворился в воздухе, Мэдлин почувствовала, что хотя бы на какое-то время она наконец-то свободна от всяких поручений и забот. Она потянулась и уселась прямо на нагретый за день на солнце золотой песок побережья. Просто сидеть и смотреть на море, что может быть лучше? Особенно в такое время, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая его всеми оттенками оранжевого.

— Ну что, наконец, свобода? — весело поинтересовался Джереми, усаживаясь рядом и обнимая девушку за плечи.

— Надеюсь, что так, — вздохнула Мэдлин.

— Конечно, так и есть! — заверил ее молодой человек. — А о чем вы разговаривали с Собирателем? — как будто невзначай спросил он.

— Да ни о чем, — пожала плечами девушка. — Я рассказала о том, что происходило со мной в прошлом и как мы уничтожили Хранителей.

— И все?

— Да, все. Собиратель хотел еще что-то сказать о тебе, но не успел, потому что ты сам вернулся. Но, наверное, это было что-то не очень важное, раз потом он так ничего и не сказал.

— Как не успел? — искренне поразился Джереми. — Он тебе ничего не сказал обо мне?

— Ничего! — ответила Мэдлин, изо всех сил стараясь не рассмеяться.

Молодой человек выглядел сильно удивленным. Судя по всему, он ожидал услышать нечто иное и теперь быстро прикидывал в своей голове, кто именно его обманул: несдержавший свое слово Александр или сама Мэдлин, по какой-то причине не пожелавшая рассказать, как все было.

— А почему ты так удивляешься? Что такого он мог сказать о тебе, чего ты сам о себе не знаешь? — с коварной улыбкой поинтересовалась девушка.

— Да ничего, просто… — замялся ее возлюбленный.

Мэдлин не выдержала и рассмеялась в голос. Джереми пораженно взглянул на нее.

— Испугался, да? — сквозь смех произнесла она. — А как ты меня одурачил, когда сказал, что ничего не слышал, пока был под действием заклятия Хранителей? Так тебе и надо! И вообще, если ты так хочешь на мне жениться, то мог бы сам об этом сказать, а не просить Александра!

— Скажешь тебе, как же! — возмутился молодой человек. — В прошлый раз, когда я позвал тебя с собой, ты, кажется, отказалась! Поэтому я и решил, что если Александр представит все так, что это необходимо сделать ради какого-нибудь пророчества, то ты непременно согласишься! Он ведь для тебя непоколебимый авторитет, ты все его просьбы исполняешь!

Девушка снова рассмеялась, услышав мотив, побудивший Джереми так поступить.

— Я что-то не пойму. Это значит да или нет? — обиженно поинтересовался молодой человек.

— Ну, я, конечно, представляла себе это несколько иначе. Что ты встанешь на одно колено и подаришь мне кольцо. Но так как я все равно вряд ли дождусь чего-то подобного, то так и быть, я согласна! — улыбнулась девушка. — Только пообещай мне, что не будешь больше влипать во все возможные неприятности!

— Ты требуешь от меня невозможного! Но так и быть, я постараюсь! — обрадовался Джереми. — А насчет кольца не беспокойся! Все у тебя будет, и не только кольцо! — заверил он Мэдлин.

И надо сказать, что в данную минут молодой человек говорил абсолютно искренне. После того, как он позаимствовал немного драгоценностей из пещеры Марики, он мог жить более, чем безбедно, и позволить купить своей невесте не только кольцо. Ну а как только эти деньги кончатся, он без сомнения найдет способ раздобыть еще.

Джереми, конечно, пообещал Мэдлин стараться не влипать в неприятности. Но ведь неприятности — это понятие очень относительное. Есть еще и такие понятия, как рискованные поступки и мелкие бытовые неурядицы, которые однозначно были не в счет. Так думал про себя молодой человек.

Мэдлин же ни о чем не думала в данный момент. Она просто наслаждалась своим счастьем и хорошим настроением, склонив голову на плечо своего возлюбленного и глядя на море. В глубине души она понимала, что вместе с ним ей вряд ли предстоит спокойная и легкая жизнь, а сегодняшний разговор Джереми и Александра наверняка как-то связан с копьем, которое еще могло преподнести неприятные сюрпризы. Но все это будет не сейчас, а когда-то потом. Сейчас же все было хорошо.

И почему бы и не позабыть на время обо всем и просто насладиться происходящим? Истинное счастье обычно бывает таким кратковременным и эфемерным, что нужно наслаждаться каждым его моментом, пока оно как дым не рассеялось в атмосфере повседневных проблем и горестей.

Content

Дорога обратного времени
Виктория Шорикова

Глава 1. Алое пламя

Глава 2. Странный гость

Глава 3. Возвращение

Глава 4. Копье Афины

Глава 5. Холодное озеро

Глава 6. Ожившая Богиня

Глава 7. Магический лес

Глава 8. Забытая легенда

Глава 9. Мертвец

Глава 10. Царица подземелья

Глава 11. Ядовитое зелье

Глава 12. Подземный город

Глава 13. Возвращение Алемана

Глава 14. Сражение в пустыне

Глава 15. Последнее связующее звено