Нил Харрис

Волшебные неудачники

Дизайн Лесси Марлин

Волшебные разделы Кайла Хилтона

© 2017 by Neil Patrick Harris;

Печатается с разрешения автора и литературных агентств Kuhn Projects, LLC, The Grayhawk Agency Ltd. и Nova Littera SIA.

Копирование, тиражирование и распространение материалов, содержащихся в книге, допускается только с письменного разрешения правообладателей.

* * *

Гедеону и Харперу:

если вместе, то всё нипочём

Салют

(Всего лишь более выразительная форма приветствия)

Ты веришь в волшебство? Эй, ты! Да, я обращаюсь именно к тебе. Ну так что же? Ты веришь в волшебство?

Если ты похож на мальчишку, о котором вскоре пойдёт речь, то, должно быть, ответишь «нет». Но я уверяю тебя, волшебство витает повсюду. Да-да, это правда. Не веришь?

Посмотри-ка мне прямо в глаза и скажи, что ты его не видишь.

Во-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-олше-е-е-е-е-е-ее-е-е-е-е-е-е-е-е-ебство-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о.

Видишь, что я говорил? А что я, собственно, говорил? Хмм… О чём это я?

(Можешь уже прекратить надо мной смеяться. Разве я настолько забавный?)

Ну а теперь давай-ка попробуем быть серьёзными.

Для разных людей волшебство может означать совершенно разные вещи. Для одних волшебство – это вытащить кролика из цилиндра или распилить человека напополам, а затем (хотелось бы надеяться) снова собрать его воедино. Для других же волшебство – это свежий осенний денёк или нежное объятье любимого человека. Для меня это может быть историей, игрой, головоломкой или сюрпризом, от которого аж дух захватывает.

Видишь, волшебство умеет принимать любые формы и размеры, цвета и вкусы, запахи и чувства. Оно может даже принять форму книги – возможно, той самой, которую ты держишь сейчас в руках. А может, и нет. Не хочу забегать вперёд.

Но иногда бывает трудновато вспомнить о том, что достаточно лишь оглянуться в поисках волшебства этого мира – прямо как мальчику из этой книжки. Ты можешь быть занят, закручивая сладкую вату, или отвлечён сидящими на подоконнике птицами. Ты можешь быть попросту уставшим, приводя комнату в порядок, чтобы заметить его, – но я уверяю тебя, волшебство существует. Нужно лишь знать, где искать. (Используй свой нос! Или язык! Или глаза! Или свои мозги!) И конечно, порой ты можешь творить его самостоятельно.

Хотел бы ты узнать об этом побольше, юный читатель? Полагаю, что да. Очень хорошо. Тогда повторяй: СИМ-САЛА-БИМ!

Извини, но я не думаю, что ты действительно произнёс это вслух. Пожалуйста. Повторяй. За. Мной: СИМ-САЛА-БИМ!

Громче! СИМ-САЛА-БИМ!

Прекрасно. Ты доказал, что ученик из тебя хоть куда.

А теперь переверни страницу…

ПОГОДИ, ПОГОДИ, ПОГОДИ… ПРИТОРМОЗИ…ОСТАНОВИСЬ!

Какой же я растяпа! Кажется, я сам себя всем этим загипнотизировал. Чуть не забыл рассказать о последней важной вещи прежде, чем мы начнём свой путь сквозь дебри нашей истории. (Барабанную дробь, будьте добры!) В первую очередь я должен объяснить тебе…

Как читать эту книгу!

я не могу указать тебе, когда или где читать эту книгу. в конце концов, ты можешь читать её в автобусе, или в самолёте, или верхом на телеге. ты можешь читать её, Пока чистишь зубы, или расчёсываешь волосы, или пРиводишь в порядок шерсть своего кота. ты можешь чИтать её в кровати, под кроВатью, или, быть может, паря над кроватью в нЕскольких сантиметрах. если угодно, ты можешь чиТать её в зеркале своей ванной вверх тормашками.

нет, я не могу указать тебе, когда и где Это делать, – и определённо, я не могу указаТь тебе – кАк. ты можешь читать её с открытыми глазами не менее успешно, чем с заКрытыми (знаешь, так тоже можНо). ты можешь чИтать её задом наперёд, или можешь попросить кого-нибудь почитать тебе вслух. можешь даже попробовать читать последние буквы некоторых слов отдельных фраз. ты найдёшь здесь по крайней мере один раздел, все заГлавные буквы которого ты зАхочешь отыскать, чтобы увидеть, что из них можно сложить (здорово иметь варианты, не так ли?).

главное, что ты должен Понять – внутри этОй книги ты найдёшь уроки по воЛшебству. читая главы одну за другой, ты узнаешь историю о приключеНиях, взгрустнёшь, поразишься и повеселишься нА славу (необязательно в этом порядке). а вот волшебные эпизоды (или, как я называю их, магичеСкие разделы, которые спрятаны тут и там) помогут тЕбе разобраться в сеКретах сценической магии.

ну а если ты возьмёшься читать и те, и другие главы по очеРеди, то, скореЕ всего, воскликнешь: «вот эТо да!», наслаждаясь приключениями и изучая вОлшебство одновременно. а чтобы получилось ещё веселее, я бы хотел посоВетовать тебе прочитать эту книгу и тем, и другим способом.

и теперь, чтобы передать магические секреты будущИм поколениям, которые смогут выполнить их С ещё большей ловКостью и дерзостью, я хочу разделить их с тобой. вот почему я на это Решился. но у меня есть одно условие: секретЫ нужно хранить в секрете. нельзя делиТься ими с друзьями и друзьями друзей. нельзя использовать их, чтобЫ обманывать своих соседей. нельзя выкрикивать иХ из окна.

и, пожалуйста, поверь мне, что Превратить гримасу в улыбку – самый ценный волшебный трюк на свете. гораздо бОлее ценный, чем в обратную Сторону!

присЛушАйся ко мне, юНый друг… и давай уже погрузимся в исторИю.

ты готов?

замечательно!

переворачиваЙ страницу…

Один

В темноте станционного парка, где-то на задворках города, из плотной занавеси тумана появился незнакомец. Разок оглянувшись назад, он бросился бежать вдоль паутины железнодорожных рельсов.

Вот тут, если ты хоть немного похож на меня, то можешь вздрогнуть, вообразив себе таинственного незнакомца, который выплыл из ночного тумана почти заброшенного станционного парка. Но тебе не следует волноваться. Это был просто тощий парнишка по имени Картер Локк. А если и стоит из-за кого-либо беспокоиться, так это из-за человека неподалёку – мужчины, который бежал за Картером по пятам и кричал:

– Картер! А ну вернись! Не убегай от меня, негодник! Я не собираюсь причинять тебе вреда!

Но это было неправдой. Ведь мужчина ещё как собирался навредить бедняге Картеру.

К счастью, мальчик об этом знал. Поэтому он бежал со всех ног, крепко сжимая свою сумку, и напряжённо вглядывался в темноту, чтобы понять, какой из поездов на путях чух-чух-чухает прочь из станционного парка. Рёв гудка оглушил Картера, и он споткнулся о рельс.

Но тут справа от него раздался знакомый металлический лязг. Это скрипела цепочка проржавевших, но ярких вагонов, набиравшая скорость и разгонявшая дымку. Теперь Картер видел это отчётливо. Перепрыгнув через рельсы, он помчался вперёд, пытаясь догнать поезд, набирающий ход. А с дальнего конца станционного парка продолжало приходить всё больше, и больше, и больше вагонов.

Красные, синие, зелёные, жёлтые, фиолетовые, алые, чёрные, оранжевые и снова алые.

Красочный поезд напомнил Катеру о первом волшебном трюке, который он когда-то увидел: к его лицу приблизилась ласковая рука и вытащила из-за уха красный шёлковый платок, к которому был привязан жёлтый, а к тому, в свою очередь, – синий, к которому был привязан зелёный, и так далее, и так далее, и так далее. Это было одно из немногих воспоминаний, сохранившихся у Картера об отце.

Он непроизвольно коснулся сумки, словно хотел убедиться, что маленькая деревянная коробочка всё ещё внутри. Она была там. Картер бежал рядом с поездом, провожая взглядом каждый его вагон в поисках ступени, на которую можно было бы примоститься. Позади него послышался шум осыпающегося гравия, а следом – голос, хриплый и жестокий:

– Картер! Не смей прыгать на этот поезд!

Лязг и скрежет не могли заглушить слов мужчины, который был уже гораздо ближе, – почти что прямо за мальчиком:

– У меня повсюду глаза и уши до самого Тимбукту! Ты никогда не сумеешь сбежать от меня! Слышишь? Никогда!

Картер попытался не думать о том, что случится, если мужчина его всё-таки поймает. Вместо этого он сосредоточил всё своё внимание на локомотиве. Его тяжёлые колёса, отражая свет фонарей, катились по рельсам. Проблема с поездами заключается в том, что они изготовлены из металла, и каждый вагон весит буквально тонну, если не больше. Как только они приходят в движение, то набирают бешеную скорость. Если бы Картер подошёл слишком близко – если бы он споткнулся, – яркий жёлтый вагон перемахнул бы через него, и мы бы с ним распрощались.

Жёлтый напомнил Картеру о запертой в клетке птице, которую он однажды видел в окне зоомагазина. Разве птицы не рождены летать свободно? Картер воспринял это как знак – вот вагон, на который он должен взобраться, тот, который увезёт его подальше отсюда. Лестница была довольно высоко. Прыжок на разгоняющийся поезд может показаться кому-нибудь невозможным или даже пугающим предприятием. Но Картер проделывал это так много раз, что для него всё было настолько же естественно, как вытаскивать монету у кого-нибудь из-за уха или перетасовывать колоду карт всего одной рукой.

Но это было легко и для человека, который преследовал Картера – к нашему большому сожалению. В тот самый момент, когда Картер уже собирался схватиться за лестницу, мужчина вцепился в его сумку и опрокинул мальчика на землю.

– Нет! – воскликнул Картер.

Они оба упали на гравий, прокатившись у самых колёс жёлтого вагона, который стук-стук-стук-стукал прочь по расшатанным рельсам, вторя бешеному сердцебиению Картера. Мальчику даже представлять не хотелось, что случится, если поезд уйдёт без него.

Поэтому он не сдавался. Свернувшись клубочком, мальчуган сделал кувырок, нырнул вперёд и выдернул сумку из рук преследователя. Как следует оттолкнувшись от рассыпающегося в разные стороны гравия, Картер бросился к последнему вагону уходящего поезда. На задней стенке вагона, рядом с открытой дверью, висела лестница. Ловкие руки Картера схватились за нижнюю перекладину. Сухожилия его напряглись, но пальцы крепко сжимали лестницу. Вскарабкавшись, он подтянул ноги к груди и прижался к задней стенке состава, который всё быстрее и быстрее набирал скорость.

Немного отдышавшись, мальчик забрался на верхушку вагона и уселся на крыше. Ветер трепал его волосы. Где-то впереди раздался ещё один сигнальный гудок.

Оглянувшись назад, он увидел мужчину, который стоял на коленях у рельсов. Он гневно поднял руки над головой и кричал ему что-то в ночи. Однако мужчина становился всё меньше, пока не превратился в точку на горизонте, в скором времени исчезнувшую. Картер помахал на прощание. Счастливо оставаться!

Этому городу. Госпоже Залевски. И мужчине, который его преследовал – хотя, если можно было бы пожелать ему оставаться несчастливо или провалиться в тартарары, Картер сделал бы именно это.

Небо озарилось бесподобным синим цветом – солнце поднялось над горизонтом. А спустя какое-то время знакомое покачивание и металлический лязг поезда успокоили сердце Картера.

Он спустился с крыши и забрался в вагон. Внутри на деревянных поддонах гнездились сотни ящиков. Устроившись рядом с ними, Картер положил под голову свою сумку, как подушку, и уснул, грезя о надежде и жребии, судьбе и приключениях. И ещё волшебстве, мысли о котором мимолётом пронеслись у него в голове.

Два

Сюрприз! Время отмотать наш рассказ немного назад!

Я понимаю, как неприятно останавливать повествование прямо в середине рассказа, но есть некоторые вещи, которые нужно узнать о Картере прежде, чем я поведаю тебе, что же случилось дальше. Такие вещи, например, как: кто же этот мальчишка? И почему он убегал? И кем был тот мужчина, который его преследовал? Я обещаю тебе, что мы вернёмся к побегу Картера довольно скоро. А если же этого не случится, я позволю тебе надеть на меня тугую смирительную рубашку. О, это просто кошмар!

Но как бы то ни было… поехали дальше!

* * *

Картер научился волшебным трюкам у дядюшки. И это совершенно оправдывало их название – они оставались всего-то лишь трюками. Никакого волшебства в них и в помине не было. Как это возможно? Каждый знает, что волшебства не существует – по крайней мере, именно в это верил мальчик.

С самого раннего детства Картер перестал доверять чудесным, счастливым, фантастическим вещам. И в этом не было его вины. Иногда плохие вещи случаются и с хорошими людьми.

Видишь ли, Картер родился в семье двух прекрасных людей. Улыбка его мамы сияла, словно солнце в безоблачный день на пляже. А папа умел вытаскивать монеты из-за ушей и заставлять колоду карт исчезать прямо в воздухе. Все вместе они жили в крошечном красном коттедже с белоснежными комнатами, к которому вела извилистая, окаймлённая лесом дорога за маленьким северным городком. Но вот в один день, когда Картеру было всего несколько лет, его родители не вернулись домой.

День спустя их всё не было. Прошёл ещё один день, но они не показывались. Когда сиделка позвонила в полицию, Картер продолжал надеяться, что это всего лишь один из фокусов его папы. Но прошёл ещё один день, и ему пришлось столкнуться лицом к лицу с ледяной и жестокой правдой: родители больше не вернутся. Это был их заключительный трюк по исчезновению.

Малыша Картера забрал к себе дальний родственник по имени Сильвестр «Проныра» Битон. Но ради нашего удобства, я буду называть его дядюшкой Картера.

Дядюшка Проныра был маленьким жилистым человеком, который всегда одевался в коричневый твидовый костюм с потёртыми швами и заплатками, прикрывающими съеденные молью дыры. У него были длинные, жирные волосы, стянутые на затылке в неряшливом хвостике, и бакенбарды, спускавшиеся к клочковатой бородке, едва прикрывающей его заострённый подбородок. Дядюшка Проныра рассказывал людям, что получил это прозвище потому, что был ловким, как лиса. Но Картер всегда думал о том, что дядя его больше походил на хорька. И это было более правдоподобно, ведь вёл он себя именно так.

Дядюшка был совсем не в восторге от того, что ему пришлось заботиться о мальчишке. Да и Картера не особенно радовала перспектива жить с этим хорьком. Но таковыми были обстоятельства, и Картеру пришлось с ними смириться.

Как и папа Картера, дядюшка Проныра выполнял волшебные трюки. Он мог, например, вытащить из носа мальчика платок и сделать так, чтобы тот чихнул водопадом монеток прямо в стакан. А затем заставить их снова исчезнуть – одну монету за другой. И это просто взрывало разум Картера – и нос, кстати, тоже.

Картер умолял своего дядюшку обучить его волшебству. В конце концов Проныра понял, что иметь помощника даже полезно. Поэтому он рассказал мальчишке всё, что знал сам. И оказалось, что Картер был прирождённым фокусником.

Довольно скоро он мог исполнять все трюки дядюшки – с той лишь разницей, что делал он это гораздо лучше. У Картера был особый талант. Пальцы его были длинными, а сухожилия отлично растянутыми, что давало рукам необыкновенную скорость и лёгкость в перетасовке карт. Он умел растворять монеты в воздухе и заставлять их появляться в другом конце комнаты. Он мог достать игральную колоду буквально из ничего. Он даже слегка изменил чихательный трюк дядюшки Проныры, используя кубики льда вместо монеток (что было довольно впечатляюще, учитывая средний размер человеческой ноздри).

И хотя Проныра не относился к тому типу людей, которые могут порадоваться способностям своего молодого племянника, улучшившего его коронный фокус, он был достаточно умён, чтобы найти в этом собственную выгоду – в тот момент, когда Картер чихал кубиками льда прямо перед ним. Поэтому на день рождения племянника, вместо того чтобы устроить ему праздничную вечеринку, дядюшка Проныра решил провести испытание. Выбрав на улице случайную пару прохожих, он отправил мальчика прямо к ним, чтобы тот показал своё первое шоу.

Но прежде дядюшка нервно пригладил светлые космы племянника на бок, ущипнул его бледные щёки и заставил улыбаться как можно дружелюбнее. Пара, казалось, была счастлива остановиться ради его представления.

Сперва Картер подставил колоду карт и попросил женщину выбрать одну из них и никому не показывать, спрятав между ладоней.

– А теперь держите её покрепче, – сказал он, – пока я думаю над тем, какую карту вы выбрали… Это бубновая королева?

– Да, так и есть! – ахнула женщина. Но когда она разжала ладони, чтобы взглянуть на карту, то воскликнула: – Она исчезла!

– Вы о ней? – спросил Картер, сжимая карту в собственной руке.

– Как ты это сделал? – воскликнул мужчина.

– Конечно же, с помощью волшебства, – ответил Картер, хотя для него это были только слова. Мальчик не верил в настоящее волшебство, но он знал кое-что о том, как отвлечь внимание людей на что-то одно, пока сам он сосредотачивался на другом. И уже более смелым тоном добавил: – А теперь, не могли бы вы отдать мне обратно карту, которую позаимствовали, сэр?

– Но я не брал никакой карты, – ответил мужчина.

– Тогда что же это лежит у вас в кармане?

Мужчина потянулся к нагрудному карману, и конечно же, внутри оказался бубновый король. Пара рассмеялась. С лёгким щелчком Картер извлёк из воздуха букет разноцветных бумажных цветов. Он подарил их женщине, а затем поклонился – точно как научил его дядюшка Проныра. Зрители были счастливы и всё хлопали, и хлопали, и хлопали в ладоши.

Дама поцеловала Картера в щёку. Мужчина вручил ему монету в пять центов. Гордый дядюшка потряс их руки, прежде чем отогнать племянника прочь.

А Картер сиял, словно медный пятак. Он развеселил молодую пару и, увидев их улыбки, вдруг вспомнил своих родителей и то, как они смеялись. Ему было всё равно, что никакой вечеринки не состоялось. Это был очень хороший день рождения.

По крайней мере, до тех пор, пока Картер не понял, что дядюшка Проныра утащил наручные часы мужчины и обручальное кольцо его дамы. Дядюшка его просто использовал. Картер знал слишком много подобных историй, в которых злодеи обворовывали совершенно невинных людей. Эти истории всегда заставляли его чувствовать себя так, словно кто-то украл у него родителей.

И всё хорошее, что переполняло его совсем недавно, вдруг улетучилось, словно воздух из воздушного шарика.

* * *

Куда ни посмотри, дядюшка Проныра не был для Картера идеальным опекуном. Как раз напротив. Ты уже знаешь, что он был вором, настоящим жуликом – из тех, кто обманывают других, заставляя их поверить тому, чего на самом деле нет.

Дядюшка довольствовался мелким жульничеством. Это означало, что он не занимался долгосрочными предприятиями, которые отнимали дни, а то и недели. Он делал всё как можно быстрее, воруя деньги и украшения в мгновение ока. А когда люди понимали, что их ограбили, дядюшка Проныра уже исчезал.

Именно по этой причине у Картера никогда не было дома. У него никогда не было друзей или собственной спальни. Он никогда не ходил в школу и не имел такого места, где смог бы почувствовать себя в безопасности. Когда им везло, Картер и дядюшка ночевали в приютах. В другие же дни им приходилось прятаться в глубинах тёмных переулков и постоянно перебираться из одного города в другой.

В конце концов, когда ты заставляешь исчезать чужие вещи, собственное исчезновение – это лучшее, на что ты способен.

Иногда дядюшка Проныра исчезал сам по себе, оставляя Картера в одиночестве на несколько дней. Мальчик понятия не имел, куда он девался – в опасности ли дядюшка и увидятся ли они когда-нибудь снова? Возвращался Проныра всегда без объяснений. Картер знал, что лучше не спрашивать его о том, где он был, особенно когда в глазах дядюшки Проныры появлялся жестокий злобный блеск, а на коже – синяки и царапины, которые объясняли всё лучше любой истории.

Оставаясь в одиночестве, Картер упражнялся в своих фокусах или находил ближайшую библиотеку. Он зачитывался книгами, в которых рассказывали о надежде, выдержке и чудесах, а ещё о конструировании поездов, гимнастике и рецептах пирожных. Со временем Картер уже мог отлично о себе позаботиться.

Годы шли, терпение Картера слегка пошатнулось. Его дядюшка был мошенником – Картер об этом прекрасно знал. Но тем не менее он продолжал надеяться, что Проныра вдруг выберет какой-нибудь городишко, устроится на работу и успокоится. Возможно, эта надежда была совсем неуловимой, а может быть, и вовсе несбыточной, но она была одной из немногих вещей, какие ещё остались у Картера. По крайней мере, до той весенней ночи…

– Видишь вон того человека? – прошептал Картеру дядюшка Проныра. – Я хочу, чтобы ты подошёл к нему и украл его часы.

– Сколько раз я говорил уже тебе? – воскликнул Картер. – Я не ворую.

Он придумал это правило несколько лет назад, когда осознал, что делает его дядя. Тогда он пообещал себе, что никогда не будет похож на Проныру. Несмотря ни на что.

– Ах ты, маленький… – прорычал дядюшка Проныра и грубо схватил его за воротник рубашки. Вдруг он заметил полицейского, который шёл по улице и вертел дубинкой. Дядюшка расплылся в лучезарной улыбке и нежно обнял Картера, словно любимого сына. – …Свет моих очей! О, добрый вечер, офицер!

Полицейский кивнул ему и продолжил прогулку. Когда же он скрылся из виду, дядюшка снова схватил Картера и выдохнул:

– Что ж. Тогда смотри, как работаю я.

Работа дядюшки Проныры всегда была одной и той же. Он не изобретал велосипед и не толкал тачки на заводе. Не выращивал ревень на ферме и не

дрессировал змей в зоопарке, чтобы те не кусали детей. Его работа заключалась в том, чтобы обворовывать других.

Пальцы Картера нащупали нечто прямоугольное в уголке кожаной сумки. Вся его жизнь умещалась в эту самую сумку. Там лежала колода игральных карт, три стаканчика, три монетки (у одной из которых была глубокая царапина на лицевой сторонке), несколько стеклянных шариков, запасная пара носков, верёвка, кепка и небольшая деревянная коробочка с инициалами. Эта коробочка, казалось, была закупорена навсегда, и не было никакой возможности её открыть, но Картеру было всё равно. Это было единственное, что осталось у него от родителей.

– Мне лучше просто вернуться домой, – прошептал Картер дядюшке. – Что-то у меня с животом не в порядке.

– Это называется не домом, а приютом, – щёлкнул его по лбу Проныра. – Я не хочу, чтобы ты был таким сентиментальным. Это может быть опасно для таких людей, как мы. А теперь подтяни-ка свои штанишки и будь готов прийти мне на подмогу, лады?

Картер подавил тяжёлый вздох. Дядюшка Проныра оглядел улицу в поисках жертвы. Минуту спустя снова появился полицейский, неспешно прогуливаясь и заглядывая в витрины магазинов. Картер свистнул, предупреждая дядюшку об опасности. Когда полицейский свернул за угол, Картер посмотрел сначала влево, затем вправо в поисках других патрульных. Горизонт был чист, и он кивнул своему горе-родственнику.

Нырнув в переулок, дядюшка заговорил с проходившими мимо незнакомцами.

– Эй, проверьте сами – видите, как просто выиграть? Подходите, я припас для вас очень простую партию! Всего за минуту ваши деньги удвоятся. Это так же просто, как раз-два-три!

Незнакомцам, должно быть, нравилось слышать слово «просто» так много раз, потому что они остановились у раскладного столика Проныры. Картер любил наблюдать за дядюшкой, когда тот работал. Он начинал сиять так ярко, словно лампочка в миллионы ватт. Старый мошенник становился вдруг весёлым, очаровательным и быстрым, словно молния. Его улыбка заставляла старушек краснеть, сердитых мужчин – аплодировать, а пухлых малышей – отдавать свои леденцы.

Когда же дядюшка не работал, глаза его были холодными и тёмными. Находиться в такие минуты поблизости было всё равно что ходить по тёмной комнате, полной острых углов. Один лишь неверный шаг – и вот ты уже ушиб свой палец до слёз. В такие моменты Картер всегда ходил только на цыпочках.

– Подходите, леди и джентльмены! – зазывал Проныра из переулка. – У меня для вас необычная игра, от которой вы просто повыскакиваете из своих башмаков!

– Если он ещё не успеет украсть их, – проворчал Картер себе под нос. Пока дядюшка работал, солнце вдруг потускнело. И тут ни с того ни с сего Картера прошиб холодный пот. Хотя было почти лето, а деревья в соседнем парке покрылись зелёной восхитительной листвой, облака затянули солнце, и Картер задрожал. Он вытащил из сумки шарф и куртку, которые, к сожалению, тоже принадлежали не ему.

Так как всё равно приходилось следить за дядюшкой, Картер учился движениям его рук. Они были очень быстрыми (хотя Картер прекрасно знал, что собственные руки были быстрее). Способ, которым он вытягивал из прохожих деньги, назывался игрой в скорлупки.

В ней дядюшка использовал три ореховые скорлупки, перевёрнутые вверх дном, и сушёный горошек, который он клал на стол прежде, чем спрятать под одной из скорлупок. Затем он просил участников игры следить за тем, как скорлупки меняются местами. А когда Проныра останавливался, игроку следовало догадаться, под какой из скорлупок спрятана горошина.

– Это действительно выглядит просто, – сказал один из прохожих. – Я попробую.

– Превосходно, сэр! – дядюшка Проныра положил горошину на стол, накрыл её скорлупкой, а затем поместил оставшиеся две скорлупки с обеих сторон от первой. – Но для начала сделайте ставку. Да-да, кладите свой доллар на стол. А теперь не отрывайте глаз от скорлупки с горошком.

Он начал двигать скорлупки, меняя их местами. Глаза прохожего следили за скорлупкой, под которой, как он полагал, была спрятана горошина.

– Отлично, а теперь выберите скорлупку, сэр, – сказал дядюшка Проныра прохожему.

– Вот эта, – ответил тот. – Я точно знаю, что она. Я не сводил с неё глаз.

– Интересный выбор. – улыбнулся Проныра. Задержав на секунду дыхание, он приподнял скорлупку.

Картер покачал головой. Игроки никогда не угадывали – если только дядюшка Проныра сам того не хотел. Это происходило потому, что горошина на самом деле была спрятана за изгибом его пальцев. Всё это было лишь ловкостью рук – которая позволяла действовать так быстро, что окружающие этого не замечали. Картер знал, что ловкость рук была очень полезным навыком любого фокусника. Большинство из них пользовались этим, чтобы вытащить монетку из-за уха или засунуть карту в чей-нибудь карман, – так они зарабатывали улыбки и аплодисменты. Однако его дядюшка использовал ловкость рук отработанным навыком для того, чтобы забирать чужие вещи без ведома их хозяев.

Когда дядюшка Проныра поднял скорлупку, прохожий увидел, что под ней ничего нет.

– Мне очень жаль, сэр, но вы проиграли. Хотите попробовать снова?

– Но я ни на секунду не отрывал от скорлупки взгляд! – воскликнул прохожий.

– Мне очень жаль, но, кажется, оторвали, – сказал дядюшка Проныра, послав мужчине ослепительную улыбку. Но очарование в этот раз не сработало.

Может быть, это случилось потому, что мужчина напомнил Картеру его папу, или, может, попросту оттого, что он слишком много раз видел, как дядюшка дурачит своих жертв, но мальчик понял, что если он опять будет стоять и наблюдать за происходящим, то окажется ничем не лучше Проныры.

Поэтому Картер вышел из-за угла, за которым прятался и пошёл к столу Проныры. И чем ближе он подходил, тем шире становились глаза дядюшки.

– Это чистой воды мошенничество, не так ли? – спросил Картер прохожего.

– Что ты делаешь, мальчишка? – прорычал дядюшка Проныра. Челюсти его крепко сжались, на лбу начала пульсировать вена.

– Помогаю, – прошептал Картер. Старый пройдоха заморгал, словно от ярости на мгновение ослеп.

Прохожий схватил оставшиеся две скорлупки и отбросил их прочь. Никакой горошины под ними не оказалось.

– Ах ты никчёмный, грязный обманщик! – закричал он.

Дядюшка Проныра схватил деньги и скорлупки и, уклонившись от приближающегося кулака прохожего, развернулся и побежал по переулку так быстро, как только мог. Картер рванул в противоположном направлении. Сумка стучала ему по бедру.

Позади раздавались крики мужчины:

– Полиция! Этот человек – вор! Кто-нибудь, схватите его!

Не в первый раз Картер бежал от закона. И это было то, что он ненавидел больше всего на свете. Ведь он не сделал ничего дурного – по крайней мере, этому прохожему. И тем не менее если бы его поймали, то всё равно судили бы как соучастника. Поэтому-то он и убегал.

«Но однажды, очень-очень скоро, – думал он, – я всё изменю. Может быть, не сегодня. Может, даже не завтра. Но скоро. Я перестану убегать, осяду где-нибудь и спокойно заживу».

И если бы Картер не задыхался от бега, то он бы непременно рассмеялся. Неважно, на что он надеялся, но, пока мальчик находился с дядюшкой Пронырой, он никогда не смог бы иметь то, что хотел больше всего на свете: свой дом.

* * *

Проделав долгий путь, Картер вернулся к приюту, в котором они остановились. Оглядываясь через плечо, он пересёк переулок, поплутал в лабиринте улиц, затем вернулся, повторяя пройденный путь, чтобы увидеть, не преследует ли его полицейский.

Картер нервничал, думая о том, как встретится с дядюшкой.

Суровый ветер задувал под одежду и раскачивал сумку, болтающуюся на плече. Картер увидел дядюшку, который сидел на ступеньках. Когда Проныра заметил приближающегося мальчишку, он поднялся на ноги и выпятил грудь, словно разъярённая обезьяна. Картер вздрогнул, ожидая худшего. Но, к его удивлению, дядюшка лишь посмотрел на него, не проронив ни слова. И это было гораздо хуже любого крика, какой Картер когда-либо слышал от него, – ведь это было так непредсказуемо. Дядюшка Проныра отвернулся и шагнул внутрь, позволив двери чуть не хлопнуть Картера по лицу. Мальчик последовал за ним, и аккуратно прикрыв дверь, стянул ботинки. Дядюшка оставил за собой грязный след, тянувшийся через весь коридор. Картер его поспешно вытер.

– Холодная ночка, не так ли? – спросила госпожа Залевски с сильным польским акцентом. Это была вечно улыбающаяся старушка, которая добровольно взяла на себя все обязанности по кухне – она кормила тех, кто забредал в приют. Добрая женщина носила грязный синий передник и маленький сверкающий бриллиант на цепочке вокруг шеи.

– Ты выглядишь голодным. Не против, если я состряпаю тебе ужин? – спросила она.

– Нет, не стоит, – ответил Картер. Он не был голоден, хотя и не ел с самого утра.

– Чепуха, – сказала хозяйка, – подрастающий мальчик обязан есть как следует. Подойди, присядь-ка. Я приготовлю тебе бутерброд с поджаренным сыром и редиской.

– Бутерброд с поджаренным сыром и редиской. Звучит потрясающе, – признал Картер.

Так оно и было. Госпожа Залевски приготовила ему ошеломляющий бутерброд. Слово «ошеломляющий» обычно означает что-то плохое, но по случайному стечению обстоятельств это ещё означает и нечто восхитительное. Картер сел за стол в тихой кухне госпожи Залевски и съел самый тёплый, с расплавленным сыром, хрустящий и воистину ошеломляющий бутерброд – лучший из всех, что он когда-либо пробовал. Необыкновенные истории госпожи Залевски и её улыбка всегда согревали Картера и смешили до слёз даже после ужасного дня «работы» с дядюшкой Пронырой. Редко кто проявлял к нему такую доброту, поэтому Картер по-настоящему привязался к старушке. Она навевала ему мысли о дедушке с бабушкой и о том, какой могла бы быть жизнь рядом с ними.

– Дружок, а хочешь, я приготовлю тебе сок из чернослива? Обычно я добавляю в него этой вкуснющей апельсиновой пудры, когда мои трубы совсем забиты.

– Думаю, мои трубы в порядке, – хихикнул Картер. Дядюшка Проныра никогда бы не заговорил с ним о «трубах» и уж тем более никогда бы не стерпел смешок племянника.

Картер помог госпоже Залевски убрать со стола и помыл посуду, пока старушка рассказывала ему историю о своём детстве в Польше и России, а затем – о путешествии в Америку на корабле.

– Сколько же на борту было людей: как хороших, так и всяких жуликов. Бриллиант, который я ношу, принадлежал моей матери, а прежде – её матери, и матери её матери до этого. Я провезла его в матрёшке. Ну, знаешь, эта русская кукла, внутри которой кукла и так далее. Этот крошечный бриллиант – единственное, что напоминает мне о доме.

– И у меня был когда-то дом, – прошептал Картер.

– Что, дружок?

Картер покачал головой и не сказал ни слова. Он любил, когда госпожа Залевски говорила о доме. И ему было наплевать, что дядюшка Проныра считал это сентиментальным. Картер частенько задавался вопросом – как бы это было: снова иметь дом? Определённо, это было бы куда лучше, чем новая кровать в новом городе каждую неделю.

Вдруг в кухню ворвался дядюшка Проныра. Он сел и натянул для госпожи Залевски свою знаменитую фальшивую улыбочку.

– Мог бы я получить горячего супа и чашечку кофе, дорогуша?

– Конечно, родной, – отозвалась госпожа Залевски уже на полпути к погребу. – Позволь только принести побольше кофейных зёрен.

И как только она скрылась из виду, дядюшка Проныра наклонился к Картеру и прошептал:

– Сегодня произошла какая-то путаница, поэтому я хочу, чтобы ты всё исправил. Ты должен стащить у старухи бриллиант.

– Я не ворую, – ответил Картер. – И она не старуха. Она наш друг и кормила нас всю неделю.

– У нас нет друзей, – сплюнул дядюшка Проныра. – Разве я тебя ничему не научил?

– Ничему хорошему, – прошептал Картер.

– Что ты сказал? – прорычал Проныра. Он схватил Картера за руку, впившись ногтями прямо в кожу, но быстро отпустил, поскольку из погреба вернулась госпожа Залевски, держа в руке жестяную банку.

– О-о-о, спасибо, дорогуша, – его голос звучал необычайно сладко. – Ты лучше всех.

Когда дядюшка Проныра хотел чего-то от людей, он разыгрывал перед ними настоящее шоу. Его улыбка, которая выглядела довольно искренней, и неиссякаемые комплименты могли одурачить кого угодно. Но Картер видел его насквозь. К сожалению, госпожа Залевски была не настолько проницательна. Улыбнувшись, она принялась варить кофе для дядюшки Проныры.

Когда Картер думал о том, как легко его дядюшка дурачит людей, ему становилось тошно. Как и волшебство, улыбки могут растопить любое сердце – но за ними можно спрятать тёмные намерения.

Ночью Картер проснулся от скрипа двери. Он лежал на холодном деревянном полу, и, хотя ещё было темно, он увидел, как дядюшка плюхнулся неподалёку, любуясь маленьким, сверкающим бриллиантом на тоненькой цепочке. Картер мгновенно его узнал. Это был бриллиант госпожи Залевски.

Мальчику стало не по себе. Гнев распирал его всё больше и больше, он весь дрожал от возмущения и не смог сдержаться. Картер закричал:

– Зачем ты это сделал? Обманывать людей игрой в скорлупки – это одно, но воровать что-то дорогое у человека, который был к нам так добр, – это совсем другое! Госпожа Залевски этого не заслужила! Она хороший человек. А тебе наплевать на всех, кроме себя самого!

Дядюшка опустил цепочку в карман, перемахнул через комнату и толкнул мальчика, впечатав в стену.

– Я вырастил тебя, заботился о тебе, научил тебя всему, что знаю сам, и вот как ты мне отплатил? – прорычал Проныра, обдавая Картера кислым дыханием. – Если ты думаешь, что без меня справишься лучше – пожалуйста, вперёд! Сейчас тебе кажется, что ты такой хороший – посмотрим, как ты заговоришь, когда твой желудок взвоет от голода, и ты будешь настолько слабым, что не сможешь даже ноги таскать. Вот тогда ты сам пустишься во все тяжкие – и дело цепочкой не ограничится!

– Нет, ни за что, – воскликнул Картер. Оттолкнув дядюшку, он схватил сумку и выбежал из комнаты. И только на полпути к лестнице он разжал кулак, чтобы посмотреть на цепочку с бриллиантом госпожи Залевски.

Дядюшка Проныра был не единственным, чьи руки были необыкновенно ловкими.

Когда Картер вбежал в кухню, он увидел рыдающую старушку.

– Ох, Картер, – всхлипнула она, – пропал мой семейный бриллиант. Должно быть, это случилось перед тем, как я отправилась в кровать. Не мог бы ты помочь отыскать его?

– Я только что нашёл его в коридоре, – соврал Картер. – Вот он.

Госпожа Залевски с благодарностью взглянула на мальчика. По щекам ручейками потекли слёзы.

– Давай-ка я угощу тебя молоком и печеньем, – сказала она.

– Нет, спасибо, – ответил Картер, пытаясь сохранить самообладание. – Я спешу.

– Спешишь? Куда? – спросила госпожа Залевски. – За окном ещё такая темнота!

Картер пропустил вопрос мимо ушей.

– Берегите себя. И не спускайте глаз с моего дяди. У него липкие пальцы.

Картер вытащил из рукава букет из бумажных цветов и вручил его доброй старушке, которая застыла от удивления. А затем Картер исполнил свой первый одиночный трюк по исчезновению: он сбежал.

* * *

(И вот так, мой друг, Картер оказался в станционном парке, убегая прочь к новой – и, будем надеяться, лучшей жизни.)

Три

Прошёл не один час с тех пор, как Картер запрыгнул на разноцветный поезд и заснул, но когда проснулся – обнаружил, что состав остановился. В панике он начал собирать вещи. Опыт подсказывал, что кондуктор или полицейский в конце концов пройдут от вагона к вагону в поисках нежелательных пассажиров. Будет лучше, если его не поймают. Он не хочет оказаться в приёмной семье или, что ещё хуже, – вернуться к дядюшке Проныре. Картер осторожно раздвинул металлические двери, чтобы посмотреть, куда его забросила судьба. Перед ним лежал буйный зелёный лес, который простирался, как ворсистый ковёр, до горного хребта, маячившего где-то вдалеке. Солнце только что закатилось за горизонт, окрасив несколько полупрозрачных облаков в прекрасный фиолетовый цвет, а купол голубого неба уже темнел в ожидании вечера. Видимо, Картер проспал довольно долго.

Указатель, стоявший у дороги неподалёку, гласил: «Добро пожаловать в Минеральные Скважины».

Картер вскарабкался вверх по лестнице на крышу вагона, чтобы лучше разглядеть городок. Оттуда он смог увидеть укромное поселение, накрытое одеялом мерцающих огоньков, которое растянулось к северо-востоку от железной дороги. В отдалении от сетки улиц, на холме, растянулась вереница белых строений. Свечение исходило из окон домов, словно они были освещены миллиардами светлячков. Неподалёку от станционного парка, по другую сторону от широкой платформы и к западу от мерцающего городка располагалась огромная ярмарочная площадь, на которой только начали загораться огни бродячего цирка. Оттуда волнами доносились самые разные звуки: смех, музыка и восторженный визг.

Он собирался было спрыгнуть с поезда, когда на платформе показалась маленькая красная машина. Картер прижался к крыше поезда. Ему очень не хотелось быть замеченным.

На какой-то момент мальчик вдруг подумал, что ему померещилось. Из крошечной машины начали выпрыгивать люди, переодетые клоунами, – один за другим, пока дюжина разномастных мужчин и женщин не сбилась в пёструю кучу, в которой образовался причудливый узор из горошка и полоски. Развернувшись к чёрному одинокому вагону, который стоял на дальних рельсах, они уставились на него. Вместо улыбок на лицах клоунов были гримасы. Каждый сжимал в руке сумку.

Картер вздрогнул. Он вовсе не был поклонником клоунов. Где бы он ни встречал их – в рекламе или в книгах, – их фальшивые выражения напоминали о дядюшке Проныре.

Клоуны направились к чёрному вагону, на боковой сторонке которого было нарисовано гигантское мужское лицо. Оно было большим и круглым, и создавалось ощущение, что оно может запросто соскользнуть со стенки вагона и покатиться, как отколовшийся валун. Лицо растянулось в жуткой улыбке – или же подлой ухмылке, отличить было сложно. Над головой было написано пять букв: БОССО.

Один из хмурых клоунов отпер двери вагона. Остальные начали загружать сумки в металлический контейнер. Оттуда, где он находился, Картер не мог разглядеть, что происходит внутри. Он не знал, что было в сумках, но почему-то казалось, что это было что-то нехорошее. По их движениям было понятно, что они чувствуют себя виноватыми. Плечи клоунов были опущены, двигались они рывками, будто собирались вот-вот выпрыгнуть из собственной кожи.

– Здесь больше нет места! – пожаловался один из клоунов. – Что теперь делать?

– Зависит от Боссо, – буркнул другой. – Вероятно, он захочет переместить большую часть добра в гостиницу «Королевские дубы». Давайте-ка убираться отсюда, пока не пожаловали копы.

Картер задумался. Быть может, восхитительно освещённые здания на дальнем холме и были той гостиницей, о которой они говорили? Ведь она определённо выглядела по-королевски.

Но прежде чем он узнал это, хмурые клоуны втиснулись обратно в невероятно маленькую машину и укатили прочь. Картер понятия не имел, что всё это значит. И знаете что? Ему было совершенно всё равно. Вещь, которую парень превосходно усвоил, пока рос на улице, – не совать свой нос в чужие дела.

То, что его действительно беспокоило, – это полиция, которая могла появиться в любой момент. Поэтому мальчик слез с крыши, пересёк железнодорожную платформу и направился в сторону ярко сверкающих ярмарочных огней, где можно легко раствориться в толпе.

* * *

Всякий раз, когда дядюшка Проныра тащил за собой Картера в новый город, они придерживались строгих правил. В первую очередь, необходимо было изучить окрестности. Во-вторых, раздобыть еду. В-третьих – ночлег. И наконец, дядюшка Проныра принимался за поиск простаков, чтобы начать работать так скоро, как это было возможно.

Но как только в животе у Картера заурчало, все правила вылетели у него из головы. Бутерброд

госпожи Залевски с поджаренным сыром и редиской был последним из того, что он съел. От голода закружилась голова. Ветер разносил ароматы жареного теста, мяса и карамели до самой платформы, заставляя Картера идти быстрее.

Наклонившись, чтобы проверить, сколько денег на чёрный день осталось в ботинке, мальчик чуть не задохнулся от ужаса. Тайник был пуст! Воспоминания о вчерашнем дне замелькали у него перед глазами, словно моргающие кинокадры на старом проекторе. Неужели дядюшка Проныра предвидел, что племянник может сбежать, и успел украсть его запасы? Или, может быть, он был так расстроен из-за бриллианта госпожи Залевски, что забыл переложить деньги из наволочки в ботинок, как делал каждое утро, сколько он себя помнил. Но как бы то ни было, теперь это не имело никакого значения. У него не было ни гроша.

Картер подошёл поближе к тому месту, откуда раздавалис смех, музыка и весёлые крики. Его переполняли всевозможные чувства. Что было даже хорошо, ведь это отвлекало от мыслей о пустом желудке и расплывающейся картинки перед глазами.

Колесо обозрения и карусель мелькали яркими огоньками. Красно-белые шатры освещали софиты. Молодые пары выстраивались в очередь за сладкой ватой и зрелищами, в то время, как детишки упрашивали родителей купить им побольше билетов. Из игровых автоматов доносилось: «Трах-бах-бабах!» и «дзынь-дзынь-бам!».

– У нас есть победитель! – выкрикнул кто-то с ликованием. Десятки других голосов огорчённо повторяли:

– Ну ладно! Повезёт в следующий раз!

Картер прошёл под гигантской табличкой:

Боссо! Это имя было написано на чёрном вагоне из станционного парка. Кусочки пазла начали собираться в картинку. Клоуны в крошечной машине, вероятно, привезли какие-то вещи с ярмарки. Костюмы. Парики. Жонглёрские шарики. Баночки с остатками кетчупа. Но почему они держали свой вагон так далеко от ярмарки?

Это не имело значения. Картер знал, что лучший способ дожить до завтра – это продолжать идти.

Запах масла для жарки стал гораздо сильнее, и земля превратилась в вязкое месиво, куда бы мальчик ни наступил. Желудок беспрерывно ныл. Солёные и сладкие ароматы, смешиваясь в воздухе, наполняли рот слюной. Откуда-то из уголков подсознания всплыл голос дядюшки Проныры: «Посмотрим, как ты заговоришь, когда взвоешь от голода и будешь настолько слабым, что не сможешь даже видеть. Вот тогда ты сам пустишься во все тяжкие – и дело цепочкой не ограничится!» А что, если дядюшка Проныра был прав?

Без денег, еды и с растущим чувством отчаяния Картер задумался: как удержать себя от того, чтобы не нарушить своё же правило в первый же вечер? Мальчик мог бы легко использовать свои таланты, чтобы раздобыть немного ярмарочных билетов, но он пообещал не воровать. Это касалось и обмана тех, кто мог бы дать ему что-нибудь даром. Однако Картер знал, что, если он упадёт в обморок, кто-нибудь может позвать полицейских.

– Приветствую всех до одного и добро пожаловать на величайшее шоу по эту сторону от Аппалачской тропы! – кричал с вершины подиума цирковой зазывала, чей голос эхом разносился по ярмарке. Тоненький человечек был похож на фигуру из палочек, но голос его гремел с такой силой, словно он был гигантом.

– Сыграйте в игры, получайте призы! Наешьтесь вдоволь, пока не стошнит! Прислушайтесь к истерии Куку-комнаты смеха! Потеряйтесь в умопомрачительном лабиринте зеркал! Содрогнитесь от тени Боссомешалки, самого захватывающего аттракциона с тех пор, как вас в последний раз вывернуло наизнанку! И позаботьтесь о том, чтобы остаться до самого конца вечера и попасть на Большое Финальное Боссо-шоу!

Над головами замерцали гирлянды. Люди устремились в сторону Картера, болтая, перекрикиваясь и смеясь. Толстобрюхий работник ярмарки, одетый в подтяжки, размахнулся кувалдой и опустил её на платформу автомата, который призывал измерить силы. Похожая на пулю капсула взлетела вверх и ударила в колокол.

– Подходи-ка поближе! – завидев Картера, толстяк указал на кувалду. – Ты мужчина или мышь?

– Ни то, ни другое, – ответил мальчик. – Извините, но у меня совсем нет денег.

Он слишком стеснялся, чтобы рассказать мужчине о том, что умирает с голоду.

– Но может, я смогу вам как-нибудь помочь, и вы купите мне хот-дог или что-нибудь в этом роде?

Толстяк выглядел раздражённым. Он кивнул другому работнику в обтягивающей тёмно-синей форме охраны. Когда охранник подошёл к нему ближе, Картер заметил, что лицо его было разрисовано точно так же, как у нахмуренных клоунов из крошечной машины на станционном парке. Но охранник выглядел даже более странно, чем обычные клоуны.

«Упс! – подумал Картер. – Снова пора испаряться!»

– Взгляните на самые необыкновенные экспонаты на Земле! – кричала неподалёку женщина в нелепой куртке и котелке. – Изумитесь Моржу, который поднимает тяжести одними лишь усами! Понаблюдайте за тем, как Леди-Паук сплетает свою странную паутину! Накормите гвоздями Татуированного Младенца! Рискните пощекотать свои нервы разговором с Двухголовой Женщиной!

В этом шатре вступительных взносов не было, поэтому Картер нырнул внутрь. Он последовал за группой зрителей через тускло освещённую галерею, заставленную стеклянными коробками: полукурица-полусвинка, самый длинный ноготь на свете, венерина мухоловка[1], луковица которой была размером с потрескавшийся арбуз. Последним был стеклянный гроб, где покоился скелет русалки.

Там, где остальные охали и ахали, Картер лишь закатывал глаза. Все эти вещи были подделкой. Он заметил шов в том месте, где свинья соединялась с курицей, деревянную стружку на ногте и высушенную краску на венериной мухоловке. А на одной из костей русалки всё ещё висел ценник.

За большим бархатным занавесом пряталась ещё одна комната, разделённая на несколько маленьких параллельных секций. Картер оглянулся через плечо и увидел, что охранник его больше не преследует. Может быть, теперь он в безопасности?

Всё вокруг было настолько странным, что Картер совершенно забылся. В первой секции он повстречал пухлощёкого малыша в подгузнике, кожу которого покрывало множество татуировок. Он сидел посреди огромного деревянного манежа, хихикая, пуская слюни и постукивая одним кубиком о другой.

– Когда он собирается есть гвозди? – недовольно сказал один из зрителей, стоявший рядом с Картером. Татуированный Младенец посмотрел на мужчину, плюнул на землю и застучал кубиками с утроенной силой.

– Кому-то пора сменить подгузник, – прошептал Картер себе под нос.

Следующий отсек был абсолютно чёрным, за исключением гигантской серебристой паутины, натянутой между передней и задней стенками. На паутине лежала женщина в тёмном одеянии, с маленьким бледным лицом и невероятно тонкими конечностями. Вглядевшись получше, Картер осознал, что у женщины было по две дополнительных руки с обеих сторон. Со скучающим видом Леди-Паук покрывала ногти огненно-красным лаком, сжимая бутылку пальцами ног, а маленькую кисточку – одной из средних рук.

Вспомнив несколько собственных трюков, Картер вгляделся более внимательно. Дополнительные руки покрывали блестящие рукава платья, но кисти были открыты. Пальцы не двигались. «Это подделка, – вновь подумал Картер. – Всё вокруг – подделка». Поскольку вступительного взноса не было, это не нарушало правил Картера. И всё-таки он посчитал происходящее несправедливым по отношению к зрителям. Фальшивые фокусы казались ему тем миром, частью которого легко мог бы стать его дядюшка.

В следующем отсеке стоял огромный стеклянный аквариум – несколько метров в ширину и в длину и такой высоты, что был выше самого высокого человека, какого Картер когда-либо видел. Воды внутри не было, что показалось весьма странным. Стекло было настолько грязным, что сквозь него почти ничего не было видно. Зрители прижимали свои лица к этой мути, а затем визжали и ахали. Одна из женщин чуть не упала в обморок. Когда настал черёд Картера, он понял почему. Внутри сидела двухголовая женщина и преспокойно читала книгу. Искажённое стекло нагоняло ещё больше ужаса.

Картер плюнул себе на рукав, чтобы стереть разводы грязи, которые мешали ему разглядеть женщину как следует. Конечно же, стекло должно быть грязным, подумал Картер. Им нужно затуманить обзор. Внутри он увидел, что одна шея естественно соединялась с телом женщины, в то время как вторая неуклюже покачивалась. Одно из лиц подрагивало и моргало, другое же застыло отрешённой маской. Это был манекен, прикреплённый к реальному человеку. «Сплошной обман», – подумал Картер. С одной стороны, мальчик почувствовал облегчение, но в глубине души был разочарован.

Кстати о глубинах – желудок его снова взвыл от голода. Картер покраснел и оглянулся, чтобы понять – услышал ли его кто-нибудь из зрителей? Охранников всё ещё не было, поэтому он решил дойти до четвёртой, заключительной секции. Внутри оказалась сцена, которая прогнулась под весом всевозможных тяжестей: дизельного двигателя, наковальни, холодильника и пианино. В центре стоял огромный мужчина с волосатой грудью, напрягающий мускулы. Длинные усы, похожие на руль велосипеда, свисали ему на грудь. Это был Морж. Он присел на корточки перед железной штангой, на обоих концах которой висели почти что пушечные ядра, в 500 фунтов каждое. К ним были привязаны его усы.

С рёвом, какому позавидовал бы даже лев, мужчина тяжело поднялся на ноги. Штанга покачивалась на уровне его талии. Усы натянулись, исказив лицо в омерзительной гримасе. Ноздри раздулись. Картер не смог удержаться от смеха. Когда мужчина сбросил штангу на землю, Картер заметил, как Морж посмотрел на него недобрым проницательным взглядом.

Картер выскочил из шатра. Он увидел, что на остальных зрителей впечатление Морж произвёл. Они выглядели изумлёнными или даже напуганными. Картер усмехнулся. Люди не должны верить всему, что видят. Это было одним из первых правил волшебства.

Картер знал это.

А что насчёт тебя? Вот тебе урок на скорую руку: показывая одну вещь (возможно, правой рукой), фокусник зачастую будет делать что-то другое, чего ты не заметишь (возможно, левой рукой). Это называется отвлекающим манёвром – одна из первых вещей, которую Картер узнал от дядюшки Проныры.

Б. Б. Боссо со своими дешёвыми трюками лишь укрепил уверенность Картера в том, что настоящего волшебства не существует.

Но в этот самый момент с мальчиком вдруг случилось нечто по-настоящему волшебное, что он никак бы не смог объяснить. Что-то, что изменило его жизнь навсегда.

Он повстречался с господином Данте Верноном.

Четыре

Был ли ты когда-нибудь, мой читатель, настолько заворожён каким-нибудь зрелищем, что буквально не мог отвести взгляда? Может быть, это был закат, разбрызгавший краски по небосводу, как только луна поднялась над горизонтом? Или же, может, необычный зверёк на просторах дикой природы бесстрашно подошёл к тебе, чтобы проверить, насколько ты дружелюбный? А возможно, это был музыкант, который творил свою музыку на пяти различных инструментах одновременно?

Что касается Картера, для него не менее захватывающим зрелищем было увидеть посреди переполненной ярмарки господина Вернона.

Он носил чёрно-белый костюм с закатанными рукавами. На плечах его висела чёрная накидка с ярко-красной подкладкой. На голове сидел высокий цилиндр, из-под которого выбивалась копна седых кудрей. Зато усы, не в пример волосам, были совершенно чёрными.

Однако привлёк внимание Картера не внешний вид господина, а то, что незнакомец проделывал с монетой. Она скользила по костяшкам пальцев туда-сюда и каждый раз, когда добиралась до края, исчезала и секундой позже появлялась на другом краю кисти.

В голове Картера завращались колёса и шестерёнки. Он пытался понять, как мужчина проделал этот фокус, но никак не мог уловить техники. На мгновение Картер даже подумал, что глаза его обманывают. Неужели пустой желудок сделал его настолько слабым?

– Как вы это делаете? – наконец спросил он.

– Волшебство, да и только.

Картер покачал головой.

– Его не существует. – мальчик знал, что его слова прозвучали уверенно, но в глубине души впервые в жизни он почувствовал укол сомнения. В этом человеке было что-то особенное. Картер не мог отвести от него взгляд.

– Не согласен, – возразил мужчина, – волшебство витает повсюду вокруг нас. Просто следует вглядеться повнимательней.

– Что ж, ладно, – усмехнулся Картер, – если вы имеете в виду эту ярмарку, то могу вас уверить, что здесь всё – сплошной обман. Как и в комнате с экспонатами. Как и во всех этих играх.

Картер знал, что пора уходить – на поиски еды и ночлега. Но что-то удерживало его на месте, не позволяя сдвинуться ни на шаг. Это чувство походило на то, что он испытывал, когда смотрел на исчезающего дядюшку Проныру с крыши уходящего поезда – словно эта встреча была предначертана.

Ты когда-нибудь ощущал нечто подобное? Это чувство настолько волшебное, что немногим из нас довелось его испытать.

Брови мужчины удивлённо поползли вверх.

– Как интригующе. Расскажи-ка.

– Видите вон ту игру? С жестянками из-под молока и бейсбольным мячиком. Я думаю, что это жульничество. Спрятанные проводки должны держать жестянки на месте. Поэтому, даже если вы попадаете мячиком прямо в цель, они не падают.

– Я видел своими глазами, как кто-то выиграл всего лишь минуту назад, – возразил мужчина.

– Они должны это делать время от времени, – объяснил Картер. – Если никто никогда не будет выигрывать, люди это заметят. Но если они позволяют кому-нибудь выиграть каждые полчаса или около того, никто не задумается, почему все остальные проигрывают.

– Вот это наблюдательность! – поражённо воскликнул мужчина. – Как я понял, ты не особо наслаждаешься ярмаркой?

– На самом деле я пришёл сюда не затем, чтобы веселиться, – ответил Картер. (Конечно, он пришёл сюда лишь затем, чтобы исчезнуть в толпе.) – Но потом я увидел ваш трюк.

Он внимательней присмотрелся к проворным пальцам мужчины.

– У вас там спрятано две монеты?

– Так и есть. Я впечатлён! – Собеседник с кудрявыми волосами протянул ему руку. – Меня зовут господин Вернон.

Картер потряс его руку, как вдруг она отвалилась и упала на землю. Мальчик отскочил. Ему понадобилось целых две секунды, чтобы понять, что рука была сделана из пластика – да притом настолько искусно, что казалась настоящей. Не в силах совладать с собой, Картер расхохотался. Смех удивил его. Он поспешно замолчал.

– Что ж, вы меня подловили. Что вы продаёте?

– Продаю? – удивлённо переспросил господин Вернон.

– Никто не выполняет свои трюки просто ради удовольствия. Вы здесь либо ради того, чтобы кого-нибудь обмануть, либо чтобы что-нибудь продать.

– Уверяю тебя, ни то, ни другое. Довольно печальный взгляд на мир для столь раннего возраста, – сказал господин Вернон. – Могу я спросить, куда подевалась твоя юная naïveté, господин?

– Картер. И я понятия не имею, о чём вы спросили.

– Я спросил о наивности, молодой человек. Большинство людей начинают как минимум с небольшим запасом.

– Можно сказать, я не раз попадал в такие ситуации. Извините, что побеспокоил вас. Пожалуйста, возвращайтесь к своей работе, что бы это ни было…

Картер отступил на шаг от странного человека в цилиндре. Сердце его ёкнуло, но Картер знал, что это необходимо. Откуда-то из глубины ярмарки, со стороны аттракционов, донёсся восторженный визг, от которого у мальчика побежали мурашки.

– Мне правда пора.

– Было очень приятно с тобой познакомиться, Картер, – быстро добавил господин Вернон. – Но прежде чем убежишь, могу я спросить, откуда ты взялся такой?

– Откуда вы знаете, что я не отсюда? – удивился Картер.

Господин Вернон лучезарно улыбнулся.

– Ага. Достойный вопрос. Что ж, в таком маленьком городке, как этот, все знакомы друг с другом. Ты бы знал это, если бы был отсюда. – Господин пожал плечами, отчего внутренняя подкладка накидки полыхнула красным атласом. – А учитывая нашу взаимную любовь к волшебству, я склонен думать, что если бы ты здесь жил, то мы бы непременно знали друг друга.

– Когда вы говорите о волшебстве, вы имеете в виду фокусы? – уточнил Картер. – Я прав?

– Я имею в виду именно то, что говорю, и говорю, что имею в виду, – улыбнулся господин Вернон. – Могу с уверенностью предположить, что и у тебя в рукаве отыщется парочка трюков.

– Так и есть, – ответил Картер.

Он вытянул руки ладонями вниз. Развернул их вверх, чтобы показать, что в них ничего нет. Затем снова вниз и снова вверх. На сей раз на его ладони лежали карманные часы господина Вернона.

– Браво! – восхитился собеседник. – У тебя быстрые руки.

– Да, говорят, что так.

– Конечно, и я тоже не промах, – господин Вернон развернул накидку, под которой была спрятана сумка Картера. Он вернул её мальчику.

Вспышка гнева буквально пронзила Картера. Он стремительно ощупал свою сумку и убедился, что деревянная коробочка всё ещё внутри.

– Как вы это сделали? Она же висела у меня через плечо! Но я не почувствовал ничего, ровным счётом ничего… Так значит, вы вор?

– Нет, – ответил господин Вернон, – а ты?

– Я никогда не ворую, – буркнул Картер.

– Значит, мы похожи, – кивнул господин Вернон. – И как я понимаю, у тебя было непростое детство.

– Это не ваше дело, – усмехнулся мальчик.

– Ты совершенно прав. Прошу прощения, – согласился господин Вернон и отвесил короткий поклон. Когда он выпрямился, лицо его было довольно серьёзным.

– Картер, позволь мне дать тебе совет. Несмотря на весь блеск этого места, – подняв руки, он обвёл взглядом ярмарку, – здесь работает несколько очень недобрых типов. Если бы они узнали о твоих талантах, то непременно попытались бы тебя обмануть и заставить думать так же, как думают они.

– И как это? – спросил Картер.

– У меня такое чувство, что у тебя хорошие инстинкты, не так ли?

Картер невольно кивнул.

– Эти инстинкты сослужат тебе неплохую службу, но ты даже представить себе не можешь, как скоро это произойдёт, – господин Вернон сделал паузу, затем тепло улыбнулся. – Но решение за тобой. Не позволяй мне говорить тебе, что делать. В конце концов, ты знаешь меня не лучше, чем остальных жителей Минеральных Скважин, – фыркнув, он мрачно добавил: – То есть совсем не знаешь.

Господин Вернон извлёк из воздуха колоду карт и добавил:

– Я должен идти. Но напоследок покажу тебе один карточный фокус, если хочешь.

Картер не смог отказаться от такого подарка.

– Возьми карту. Любую, какую пожелаешь.

Выскочив из ладони господина Вернона, карты полетели прямо на мальчика, словно пули. Картер поднял руки, чтобы защитить себя от внезапного карточного шторма. Когда последняя из них мягко опустилась на землю, Картер понял, что держит в руках одну из игральных карт. Это был туз пик с огромной буквой «V» в центре карты.

– Что это значит? – спросил он.

Но таинственного господина Вернона уже и след простыл.

Пять

Необычный собеседник исчез, а Картер всё ещё был ужасно голодным и уже начал беспокоиться о том, что скоро тоже может исчезнуть. И на этот раз навсегда. Мальчик облокотился о деревянный забор на краю ярмарочной площади, живот его заурчал. Он попытался подумать о чём-нибудь другом.

У Картера была дюжина вопросов к загадочному господину Вернону, самым незначительным из которых был о том, как ему удалось исчезнуть в карточной вспышке. Этот мужчина с седыми кудрявыми волосами был полной противоположностью дядюшки Проныры. Его улыбка была искренней. Он исполнял свои фокусы без какой бы то ни было причины, просто потому, что был дружелюбным. В его загадочном предупреждении, которое он оставил Картеру после двух минут знакомства, было больше заботы о благополучии мальчика, чем в хлопотах дядюшки Проныры за всю их совместную жизнь.

Картер продолжал вертеть туза господина Вернона. Ему вдруг ужасно захотелось найти его снова. Наконец он засунул карту в рукав, чтобы сохранить на будущее. (Внутри был потайной карман, который Картер использовал для некоторых фокусов. Он мог пригодиться в любую минуту. Вот в чём заключается порой ловкость рук!)

В огромном красно-белом шатре в центре ярмарки протрубили наконец об окончании Большого Финального Боссо-шоу. Небо к тому моменту стало полностью чёрным, а звёзды, сверкавшие в его глубине, казались отражением маленького городка внизу. И пока зрители выходили из шатра, улыбаясь и посмеиваясь, обсуждая самые удивительные зрелища из всех, что они когда-либо видели, Картер чувствовал себя бесконечно одиноким. Он много лет ждал, чтобы сбежать от дядюшки Проныры, но и представить себе не мог, что это окажется настолько изматывающим предприятием. Каждый из тех, кто выходил из шатра, шёл рядом с близким человеком. Когда толпа просачивалась сквозь ворота выхода, она разделялась на кучки друзей и членов семьи, которые направлялись по домам.

Картер представлял, как он тоже идёт к одному из мерцающих огоньков спящего городка. Когда-нибудь и он найдёт уютную кровать, жаркий огонь в камине и самое главное – того, кто пожелает ему спокойной ночи. В глазах у него защипало. Ничего из этого не случится. Более вероятно, его распилят пополам, а затем волшебным образом соберут воедино.

Никто даже не замечал паренька, сидящего на деревянном заборе. Из живота снова донеслось урчание. Но когда он увидел, как какая-то семья выбросила в урну остатки еды, его просто подбросило. И хотя Картеру не нравилось есть из мусорной корзины, это было не впервой. Пройти мимо бесплатной еды было чрезвычайно сложно.

Как и всё остальное, это оказалось настоящим искусством. Нельзя было подбирать еду, которая касалась боковых сторон урны. Нельзя было есть продукты, на которых сидели мухи. Но если что-то было ещё не съедено или – тем более – завёрнуто… Бинго! Приятного аппетита!

Вероятно, решение вроде этого покажется не лучшим выходом для того, кто находится в менее печальных обстоятельствах. Картер заглянул в металлический бочонок и достал оттуда полпачки попкорна, крендель в виде буквы «В» и нетронутый хот-дог, обёрнутый в фольгу и всё ещё тёплый. Он даже обнаружил остатки сладкой ваты в пакете. Джекпот! Теперь у него был ужин на сегодня и завтрак на утро.

Крендель он положил в свою сумку. Сидя позади большого шатра, Картер расправился с хот-догом и попкорном. Когда же он принялся слизывать с пальцев пылинки сладкой ваты, его схватили две огромные руки.

– Попался, – произнёс низкий голос.

– Отпустите! – воскликнул Картер, пытаясь освободиться из цепкой хватки усатого силача из комнаты экспонатов. Он был настолько сильным, что Картер никак не мог от него ускользнуть. «Быть может, гири в 500 фунтов и впрямь были настоящими», – подумал мальчик.

Морж перебросил его через плечо и направился к краю ярмарки.

– Я сказал, отпустите меня! – закричал Картер.

– Закрой рот, – рявкнул Морж.

Из всех возможных навыков он не был обучен лишь побегам. Ему не удавалось выбраться из железной хватки усача. Он огляделся вокруг и позвал на помощь, но тщетно. Ярмарка опустела. Никто его не услышал.

У дальнего края большого шатра, вдали от паутины гирлянд, стоял одинокий вагончик в чёрно-золотую полоску. Рабочие откатили его от одного из цирковых поездов и поставили здесь, во дворе. Морж взобрался по ступенькам, в то время как Картер изо всех сил продолжал вырываться, колотя силача по могучей спине.

Равнодушный к его атакам, Морж постучал в дверь вагончика и произнёс:

– Бахзули, бахзули.

Щёлкнул замок и дверь распахнулась. На пороге стоял хмурый клоун.

(Если тебе вдруг интересно: «бахзули» – это бессмысленное слово. Но иногда бессмысленные слова могут использоваться как пароли для того, чтобы открывать двери в потайные места. Попробуй изобрести собственное слово. Оно должно быть настолько бессмысленным, насколько это возможно, чтобы никто не смог его разгадать. Посмотрим, как много букв «3» и «Х» ты сможешь в него уместить!)

Морж поставил Картера на ноги, и мальчик съёжился от страха. Внутри вагончик выглядел словно дворец с хрустальной люстрой, свисающей с потолка. Полированные дубовые стены украшали золотые светильники. Пол покрывали персидские ковры. На подставке сидела маленькая белая обезьянка в красной феске[2] и крутила ручку небольшого ящика, из которого доносилась песенка.

На бордовом диване у стенки лежала Леди-Паук. В этом освещении Картер смог увидеть, что от дополнительных рук женщины тянулись почти невидимые проводки, которые соединяли их с настоящими руками. Она поднесла к красным губам длинный чёрный мундштук и выдохнула облако дыма. Рядом сидел Татуированный Младенец – однако не в детском манеже, а за столом. Перед ним стояли весы, счётная машинка и гора кошельков, часов и драгоценностей. Кубиков с алфавитом уже нигде не было видно. Он осматривал каждый предмет, делал запись в свой гроссбух, а затем убирал вещицы в огромные сумки. На каждой из них была застёжка-молния и висячий замок для надёжности. И тут вдруг Картер понял, что перед ним вовсе не младенец. А всего лишь очень маленький человек, который занимался настоящей работой для взрослых.

Я знаю, это шокирует. И Картеру едва удалось оторвать от него взгляд.

На платформе в малиновом парикмахерском кресле сидел, откинувшись назад, человек огромных размеров. Лицо его было спрятано за дымящимся белым полотенцем, но глаза Картера были прикованы лишь к яркому кольцу с изумрудом, сверкающему на левом мизинце мужчины. Оно буквально ослепило его.

На табуретке рядом с ним стоял низенький хмурый клоун и аккуратно брил мужчину опасной бритвой, напевая:

– Дорогая моя Клементина…

От этой песенки по телу Картера побежали мурашки.

Морж толкнул мальчишку в центр комнаты. Клоун-

охранник следовал за ним по пятам. Силач держал Картера одной рукой, мёртвой хваткой вцепившись в хрупкую шею парнишки. Никто не проронил ни слова.

Наконец низенький клоун на платформе вытер полотенцем остатки пены с лица мужчины, спрыгнул с табуретки и, буркнув что-то себе под нос, опустил рычаг кресла. Спинка приняла вертикальное положение, и Картер оказался лицом к лицу с лысеющим человеком, который криво улыбался. Его широкие ноздри, большие, словно дыры в шарах для боулинга, казалось, обнюхали Картера. Мужчина был огромным – одно лишь его присутствие наполняло комнату незримым величием. Его зелёные глаза, казалось, смотрели прямо сквозь Картера. Создавалось ощущение, что он может прочитать все его мысли.

Картер узнал это лицо. Именно оно было намалёвано на боковой стенке поезда. Б. Б. Боссо.

– Чего тебе нужно, Морж? – рявкнул владелец ярмарки. – И что это ещё за ребёнок?

Морж кивнул на клоуна-охранника, стоявшего рядом с ним.

– Твой охранник сказал мне привести его сюда. Он ел из нашей урны.

– Нет, неправда! – солгал Картер.

Боссо щёлкнул пальцами, и в руке у него появилась сигара. Рядом с ней блеснуло кольцо с изумрудом. Засунув сигару в рот, он затянулся, и она загорелась сама по себе. Боссо наклонился вперёд, и его большой живот набух, словно воздушный шар. Затем он выпустил облако дыма в лицо Картера.

– Так, значит, ты вор?

– Нет! Я никогда не ворую, – огрызнулся Картер. Он отогнал свой страх и почувствовал в себе необычайную смелость. – Я нашёл хот-дог и немного попкорна в мусорке. Кто-то их выбросил. Ну и что из этого?

– Так значит, ты украл их у меня, – сказал Боссо.

– Мусор не принадлежит никому.

– Если это моя ярмарка, то и мусор тоже МОЙ! – закричал Боссо, стукнув кулаком по подлокотнику. Обезьяна перестала крутить ручку музыкальной шкатулки и тоже закричала на Картера.

– Проверьте его карманы, – сказал Боссо, – и сумку.

Картер попытался сопротивляться, но рука Моржа крепко сжимала его горло, пока клоун обыскивал мальчика.

– В карманах ничего, Боссо. В сумке только куча мусора. О, и те объедки, которые он подобрал.

– Не вор, значит, да? – сказал Боссо. – Скажи-ка мне, сынок, благодарен ли ты за моё гостеприимство? Бесплатные зрелища, бесплатная еда. А может, тебе ещё и кольцо отдать?

Боссо помахал ярким кольцом с изумрудом перед лицом Картера. Мальчик ничего не ответил. В животе у него всё свернулось от страха, и с каждой минутой напряжение возрастало.

– Лучше отпустите меня. Мне нужно идти домой, – соврал Картер. – Мои родители, должно быть, уже отправились на поиски.

– Твои родители? – захохотал Боссо. – Малыш, я узнаю уличную крысу с первого взгляда. Если снаружи тебя ждут родители, тогда меня зовут тётя Петунья.

Леди-Паук, Татуированный Младенец, Морж и даже клоуны – все разделили его веселье. Вагончик взорвался от общего смеха. Все хохотали, кроме Картера.

Боссо ткнул пальцем в клоуна-охранника.

– Спайк, какой чёрт тебя дернул притащить сюда этого ребёнка? Я знаю, что ты сделал это не просто ради развлечения.

Клоун оживился.

– Я наблюдал за ним с тех пор, как он вышел со станционного парка. Но потом он вдруг просто исчез. Каждый раз, когда я думал, что нашёл его, он снова исчезал. У малыша есть талант… талант, который мог бы нам пригодиться.

Глаза Боссо расширились. Несколько секунд он смотрел на Картера, словно наткнулся на камень, который мог бы оказаться настоящей драгоценностью.

– Слушай, дружище, – сказал Боссо, тон которого стал гораздо теплее и мягче. Именно так поступал дядюшка Проныра, когда он что-то хотел. – Я знаю множество людей, таких как ты. Без семьи. Без друзей. Им некуда идти. Возможно, они чувствуют себя… отшельниками или неудачниками. И знаешь, что я делаю? Я даю им работу. Даю им цель в жизни. И теперь они с удовольствием работают на меня.

Картер огляделся. «Экспонаты» кивнули. Хмурый клоун-охранник улыбнулся. Каждый из них напоминал ему дядюшку Проныру. Боссо продолжал:

– Тебе больше не нужно будет быть одному. Работай на меня, и ты получишь семью, будешь путешествовать по миру и даже заработаешь деньжат. Всё, что тебе нужно сделать, – присоединиться к моей команде. И конечно, если ты перейдёшь мне дорогу, я брошу тебя под колёса поезда. – Боссо ужасающе расхохотался, словно только что придумал самую смешную шутку на свете. – Что скажешь?

Картер был в замешательстве. Ещё час назад он был настолько голоден, что почти решился нарушить своё правило. Мысль о крыше над головой – даже путешествующей – была очень заманчивой. Конечно же, Боссо был грубым и пугающим человеком, но его предложение казалось действительно неплохим вариантом с настоящим заработком.

– Решайся, малыш. Прости, что я так сильно тебя зажал. Соглашайся. Это не такая уж и плохая жизнь, – отозвался Морж. Силач улыбнулся, и оказалось, что половину зубов он уже растерял.

Леди-Паук зажгла ещё одну сигарету и промурлыкала:

– Мы можем стать той семьей, о которой ты всегда мечтал…

Когда Картер нервничал, он начинал теребить рукава. И тут же мальчик нащупал пикового туза господина Вернона и вспомнил о его предупреждении.

Он не желал обменивать дядюшку Проныру на целую армию подобных мошенников. И в это же мгновение Картер понял, что пора определиться с выбором.

– Это действительно неплохое предложение, – соврал он снова. Он даже улыбнулся и вздёрнул брови, повторяя любимое выражение лица дядюшки Проныры. – Могу я немного об этом подумать?

– Без вопросов, – ответил Боссо с широкой ухмылкой. – Но не раздумывай слишком долго. Мы здесь задержимся всего на два дня. Мы остановились в гостинице «Королевские дубы» на холме. В противном случае ты можешь найти меня здесь. Дверь всегда открыта. Если только не заперта. Тогда не беспокой меня. Надеюсь, что скоро увидимся… дружище.

Изогнутый рот Боссо скривился в самой страшной и фальшивой улыбке, какую Картер когда-либо видел.

Морж открыл дверь. И пока Боссо продолжал усмехаться, Картер заставил себя идти к манящей свежести ночи как можно медленней, притворяясь спокойным и собранным. Хотя это было не так. Внутри него поднялась волна страха. Как только дверь вагончика закрылась, Картер побежал так быстро, как только мог. Затем его стошнило.

Как перекатывать монету на костяшках пальцев

Ну здравствуй! Прости, что отрываю. Должно быть, ты ждал продолжение истории о Картере. Ты найдёшь его сразу же после краткой волшебной вставки. Ты можешь пропустить её, если хочешь. (Я не обижусь.) ИЛИ… ты можешь задержаться на минуту и научиться парочке волшебных вещей, чтобы удивить свою семью, друзей и домашних любимцев (да-да, животные тоже любят магию).

Ты можешь подумать, что эта книга не способна обучить тебя волшебству. Но ты заблуждаешься. Изучение волшебства – это вовсе не уловки, а навык! Показывать фокусы – это как учиться кататься на велосипеде или играть на рояле. Обучиться не сложно, но добиться совершенства можно только упражняясь, упражняясь и ещё раз упражняясь.

Это означает, что если ты будешь много работать, то сможешь настолько же ловко управляться с монетой, как и сам господин Вернон. Я расскажу лишь об основах. А что касается монеты – возможно, за ней тебе лучше обратиться к родителям.

ЧТО ТЕБЕ ПОНАДОБИТСЯ

• Твои кисти и пальцы

• Большая монета

ПОЛЕЗНЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ (ПОРЯДОК ПАЛЬЦЕВ)

1. Большой палец

2. Указательный палец

3. Средний палец

4. Безымянный палец

5. Мизинец

ПОШАГОВЫЕ ИНСТРУКЦИИ (с картинками)

1. Вытяни руку ладонью вниз.

2. Возьми монету и положи её на кончик среднего пальца.

3. Приподними указательный палец так, чтобы он возвышался над монетой. (Ещё ты можешь слегка опустить средний палец, чтобы помочь.)

4. Дальше – самая сложная часть фокуса: медленно поменяй пальцы местами, приподняв средний палец и опустив указательный. Он должен зацепить край монетки, перевернув её от среднего пальца к указательному.

Ура! У тебя получилось. Ну а если не получилось – ничего страшного. Ошибки являются частью мастерства. Попробуй ещё раз. Это не так-то просто!

5. А теперь продолжай повторять снова, и снова, и снова. Как только ты освоишь это и сумеешь сделать быстро или медленно – на своё усмотрение, – попытайся переместить монетку с указательного пальца на средний, а со среднего – на безымянный палец.

6. Получилось? А теперь добавь и мизинец.

7. Сложно, не так ли? Но не вздумай сдаваться. Любой волшебник знает, что совершенства можно добиться, только тренируясь как можно больше.

И помни: упражняйся, упражняйся и ещё раз упражняйся. А затем поупражняйся снова. И после этого ещё немного упражнений. Потом вздремни, проснись, перекуси и продолжай упражняться. Поверь мне, результат не заставит себя ждать. Уж я-то знаю. Когда-то давным-давно я был на твоём месте.

СЛЕДУЮЩИЙ УРОВЕНЬ

1. Хочешь продвинуться немного дальше? Тогда попробуй вот что: используй большой палец, чтобы сместить монетку на другую сторону ладони, и захвати её мизинцем.

2. А теперь верни монету на указательный палец и начинай по новой!

Если ты будешь упражняться достаточно долго и станешь в этом настоящим профессионалом, то монетка будет появляться и исчезать, и появляться снова по твоему желанию. Вуаля!

Шесть

На следующее утро Картер проснулся на лавочке перед ратушей, где провёл всю ночь. Кто-то накрыл его колючим старым одеялом. Он почувствовал, что сумка лежит у него на груди.

Удостоверившись, что никто его не преследует, Картер понял, что ночевал в парке. Зелёная свежая травка растянулась на несколько кварталов во всех направлениях. Прямо в центре лужайки стояла великолепная белая беседка. Парк окружали улицы, вдоль которых выстроились необычные разноцветные здания. Над дверями ещё закрытых лавок висели причудливые таблички: сапожок, полосатая красно-белая конфета, старинный серебристый ключ. Улицы были ещё пустыми, не считая пары хорошо одетых людей, которые вышли на утреннюю прогулку. Никто не смотрел в его сторону.

Над крышами поднялось яркое солнце, отчего настроение у мальчика заметно улучшилось. Когда у тебя нет дома, тяжелее всего приходится в дождливую погоду. Картер встал и потянулся. В кармане его штанов что-то звякнуло. Оказалось, это несколько монеток. Должно быть, их подложил тот же незнакомец, который накрыл его одеялом. Но кто же это? Затем он вдруг вспомнил о шайке Боссо. Вероятно, она последовала за ним, пытаясь таким способом заманить в свои ряды. Полный сомнений, он сложил одеяло и спрятал его под скамейкой на случай, если оно снова понадобится.

На дне сумки он обнаружил помятый крендель, который остался у него с прошлой ночи. Картер собрался было его выбросить, но затем передумал. Большую часть он разделил со стайкой голубей, оставив для себя всего пару кусочков. По крайней мере, хоть что-то хорошее от посещения ярмарки.

Дядюшка Проныра, который принимал ежедневные решения за двоих, был далеко, поэтому Картер колебался – что же делать дальше?

Теперь он сам выбирал свой путь. Должен ли он покинуть город или же лучше остаться? (Он понятия не имел.) Должен ли он стать частью преступной шайки Боссо? (Безусловно, нет.) А может быть, надо отыскать удивительного господина Вернона? (Но с чего начать?)

Вытащив из рукава подаренный ему туз, Картер повертел его. Что ж, это самая обычная карта. Но рассмотрев её повнимательней, он заметил крошечный сгиб. Мальчик поднёс карту к солнечному свету. И разумеется, в серединке была почти незаметная складка. Потянув за края, Картер вдруг обнаружил, что туз пик превратился в бубнового валета. Кроме того, валет держал в руке визитку с адресом: 1313, Центральная улица.

– Вот это да! – прошептал Картер.

В груди у него потеплело – и это чувство было ему совершенно незнакомо. Он вдруг показался себе нелепым и уязвимым и потому отогнал это чувство прочь. Возможно, господин Вернон был хорошим человеком. Но он мог оказаться настолько же плохим, как и Боссо или дядюшка Проныра. В любом случае Картер решил не слишком надеяться.

Мальчик обошёл маленький парк, отыскал Центральную улицу и последовал за возрастающими номерами домов, пока не добрался до небольшого магазина, который уместился между двумя высокими офисными зданиями. Знак, висевший над главной дверью, был сделан в форме цилиндра. Надпись на витрине, нацарапанная от руки, гласила:

Волшебная Лавка Вернона

Отыщется невозможное

Картер нырнул внутрь. На двери звякнул маленький колокольчик. Зелёный попугай с жёлтыми перьями на шее пронзительно вскрикнул:

– Привет, Картер! Добро пожаловать в Волшебную Лавку Вернона!

– Откуда эта птица знает, как меня зовут? – изумился мальчик.

– Волшебство, да и только, – ответила большеглазая девочка, сидящая за прилавком. На ней была белая смирительная рубашка с ремнями, которые стягивали руки за спиной.

– Волшебства не существует, – ответил Картер, вспомнив беседу с господином Верноном прошлым вечером. Она началась точно так же, слово в слово. Но когда Картер оглядел магазин, он вдруг почувствовал, как радостно дрогнуло сердце.

По стенам, от пола до самого потолка, тянулись книжные стеллажи. Тут и там висели чёрно-белые фотографии известных фокусников. Каждый сантиметр магазина был заставлен волшебными атрибутами: хрустальными шарами, колодами карт, цилиндрами, волшебными палочками и накидками. Здесь был даже человеческий череп. Деревянная лестница изгибалась к небольшому балкону, на котором стояли маленький деревянный стол и два стула с кожаной обивкой. На столе ничего не было, кроме шахматной доски с партией, прерванной на середине.

Картер почувствовал себя ребёнком в кондитерской – всё было настолько чудесным. Впечатление портило только чувство голода. (Хотя оно было и не настолько сильным, как накануне…) Картер окинул взглядом высокие потолки, под которыми гнездились полки с коробками, расставленными по алфавиту. Надписи на них гласили: кончики пальцев, исчезающая бумага, туман и стекло дурака. Ему хотелось спросить, для чего это нужно, но он стеснялся. Поэтому Картер пообещал себе, что в следующий раз, когда он отыщет библиотеку, то выяснит это самостоятельно. Ещё там были букеты радужных перьев, банки, переполненные мрамором любого размера, манекен-чревовещатель в смокинге и накидке (очень похожий на господина Вернона прошлым вечером) и даже белый кролик, который скакал по залу!

– Так значит, ты Картер? – сказала девочка.

– Да, – неуверенно ответил мальчик. Ему не нравилось говорить незнакомым людям, как его зовут. – Хм-м… хочешь, я помогу тебе с этим справиться?

– С моей смирительной рубашкой? Да нет, спасибо, я сама. Но сделай-ка мне одолжение – досчитай до пяти.

– Один, два, три…

– Довольно! Я уже выбралась, – воскликнула девочка, скинув рубашку. Под ней были чёрная блузка и брюки. Перепрыгнув через прилавок, она уверенно подошла к Картеру и протянула мальчику руку:

– Меня зовут Лейла Великая, величайший мастер выпутываться откуда бы то ни было. Приятно познакомиться, Картер. – В её карих миндалевидных глазах вспыхнули янтарные искорки. Тёмные кудряшки ниспадали на шею и пружинились при малейшем движении головы.

– Ты что, ожидала меня? – пробормотал ошеломлённый Картер.

– Нет. Но вот папа – да, – ответила Лейла.

– А кто твой папа?

– Должно быть, она говорит обо мне, – раздался голос у него за спиной. – Полагаю, мы уже знакомы.

От неожиданности Картер чуть не выпрыгнул в окно. Ещё минуту назад кроме него и Лейлы (и попугая) в зале не было ни души. Он был в этом уверен.

– Господин Вернон! – воскликнул мальчик. – Как вы сюда попали?

– Да так… Бродил то тут, то там, – ответил тот. – Вижу, ты нашёл мой магазин.

– Что ж, я был прав. Вы кое-что продавали, – ответил Картер и обвёл взглядом зал. – Никто не занимается волшебством ради веселья.

– Я занимаюсь, – возразила Лейла.

Господин Вернон покачал головой.

– Я ничего не пытался продать тебе, Картер. Напротив. Я просто узнал в тебе родственную душу и хотел поделиться тем, что заставило бы тебя улыбнуться. Едва ли это можно назвать преступлением, не так ли?

Картер вспомнил доброту, которую господин Вернон проявил к нему на ярмарке Боссо. Щёки мальчика мгновенно вспыхнули. И тем не менее он не мог заставить себя сказать ему спасибо за то, что тот предупредил о Боссо. По крайней мере, не перед этой девочкой. Картер был уверен, что ей не следует знать о его проблемах.

Хозяин магазина положил свою ладонь на стопку визиток и подбросил одну из них в воздух. Вспорхнув над прилавком, карточка опустилась прямиком во вторую ладонь. Картер почувствовал, как внутри его поднялась волна восторга. Он понял, что хочет увидеть это снова.

– Как вы это сделали?

– Волшебство, – простодушно ответил господин Вернон.

– Волшебства…

– Не существует, – закончил за него Вернон. – Да, да, ты уже говорил это. При всём уважении к тебе, я не согласен. Оглянись-ка. Я попытался создать такую атмосферу, чтобы каждого, кто перешагнёт мой порог, настигло ощущение чуда. Разве ты этого не чувствуешь?

Картер определённо чувствовал. Но ему было неуютно от того, что этот незнакомец смог прочесть все его мысли, словно книгу.

– Я видела его лицо, когда он зашёл в магазин. Без сомнений, он ощутил вокруг себя чудо, – кивнув, подтвердила Лейла.

Скрестив руки на груди, Картер поджал губы.

– Несмотря на то что ты ощетинился, а твой взгляд потемнел, я это вижу, – сказал господин Вернон. – Очень хорошо. Не всем необходимо быть весёлыми с утра до вечера. Волшебство признаёт всех и каждого. Я рад, что ты здесь. Только что рассказывал своей дочери о тебе.

– Как вы можете быть родственниками? Вы же совсем не похожи друг на друга, – заметил Картер.

Желтоватое лицо Лейлы вдруг сделалось совершенно розовым. Картер тут же пожалел, что не может взять слова обратно, – он не хотел никого смущать.

– Семьи бывают разных форм и размеров, – сказал господин Вернон и, выудив из воздуха метёлку для пыли, принялся протирать ею полку, которая выглядела абсолютно чистой. – Как снежинки или отпечатки пальца – совсем не похожи друг на друга.

– А кроме того, меня удочерили, – усмехнулась Лейла. Вытащив из-за прилавка наручники, она застегнула их на собственных запястьях. – Мне повезло, что я попала к человеку, который понимает мою страсть высвобождаться из всевозможных ловушек. Я и до этого неплохо справлялась, но, с тех пор как оказалась здесь, папа научил меня, как делать это ещё лучше.

– Повезло? Разве ты не считаешь это чудом? – улыбнулся господин Вернон, потянув наручники на себя, чтобы продемонстрировать их надёжность.

– Я предпочитаю верить, что это была судьба, – заключила Лейла. В Картере вспыхнула искорка надежды. Судьба. Вот что привело его в этот город – он это чувствовал. Он ощутил это сразу же, как вскарабкался на крышу вагона, и это ощущение лишь усилилось, когда его дядя исчез вдалеке.

Лейла подошла к Картеру и хлопнула в ладоши. Он опустил глаза и увидел, что наручники были застёгнуты уже на его запястьях.

– Как ты это сделала? – спросил он удивлённо.

– Я мастер выпутываться откуда бы то ни было, – сказала Лейла заговорческим шёпотом. – Помнишь?

На двери звякнул крошечный колокольчик, и внутрь шагнул бородатый мужчина с тёмными глазами и обворожительной улыбкой.

Попугай оживился и снова прокричал:

– Привет, Картер! Добро пожаловать в Волшебную Лавку Вернона!

Картер засмеялся.

– Так значит, это было не волшебство! Вы просто обучили птицу говорить это всем посетителям!

Господин Вернон пожал плечами, с трудом сдерживая смех:

– Разве?

– Привет, Картер, – отозвался бородатый мужчина. – Я господин Вернон.

Картер перевёл свой взгляд с одного господина Вернона на другого. Они были совсем не похожи друг на друга. Второй господин Вернон был на несколько сантиметров ниже своего двойника и уж точно на несколько сантиметров шире. Густая коричневая борода покрывала его подбородок, зато голова блестела в утреннем свете, разливающемся сквозь витрины магазина. Он был одет в белую куртку с двумя рядами кнопок спереди и чёрно-белые штаны.

– Ты можешь называть меня «другой господин Вернон», – сказал ему незнакомец. – Так делают все… Ну, кроме Лейлы. Я не занимаюсь магией – разве что на кухне.

– Вы заставляете еду исчезать? – спросил Картер.

– Нет, он повар. Кто тут и заставляет еду исчезать – так это я, – ответила Лейла, погладив свой живот.

– Он не просто повар, – добавил господин Вернон. – Он шеф-повар в «Королевских дубах». Возможно, ты заметил это место, когда осматривал наш город.

– Это замечательная гостиница, – объяснил другой господин Вернон. – Но с тех пор как в ней появились Боссо и его ребята, там происходят невероятные беспорядки. Они требуют еды, когда кухня уже закрыта, грабят кладовку спустя пару часов и ведут себя, как звери. Эти бродяги – абсолютные животные.

Картер съёжился, услышав слово бродяга, – так называют человека, который скитается с места на место, не имеет работы и дома. Картера называли бродягой множество раз.

Господин Вернон бросил суровый взгляд на другого господина Вернона и поспешно добавил:

– Картер, ты знаешь, что знаменитый иллюзионист Сельбит вырос без крыши над головой? Говорят, именно это побудило его стать успешным волшебником.

Другой господин Вернон нырнул за прилавок, пытаясь что-то отыскать.

– Прошу прощения, я не хотел прерывать вас, но я забыл свой ключ. Где же он может быть?

– Ты об этом? – спросила Лейла и вытянула руку из нагромождения узлов опутавшей её верёвки. В ладони она сжимала ключ.

– Ты не возражаешь? – спросил другой господин Вернон, протянув руку.

Меньше чем за две секунды Лейла развязала верёвки и положила ключ в его ладонь. Верёвку она оставила себе. Картер не верил своим глазам. Её руки были такими же быстрыми, как и его собственные.

– Большое спасибо, – ответил другой господин Вернон. Чмокнув девочку в лоб, он вежливо помахал Картеру и вышел на улицу, сказав на прощанье:

– Было приятно с тобой познакомиться.

– О, эта верёвка подарила мне отличную идею для фокуса, в котором бы я хотела поупражняться! – улыбнулась Лейла.

– Чудесно. Но, должно быть, уже после школы, – сказал господин Вернон. – Разве ты не должна быть уже на полпути туда, юная леди?

Лейла нахмурилась, но тотчас же лицо её озарила хитрая улыбка.

– Картер же не на полпути к школе.

– Что ж, хорошо, что ты не Картер.

– Я… Я как раз перехожу в новую школу, – выпалил мальчик растерянно.

К счастью, Лейла пропустила это мимо ушей.

– Можно я возьму выходной? – спросила она отца, хитро улыбаясь.

– Выходной от школы? – господин Вернон приподнял светлую бровь. – Это ещё зачем, моя дорогая?

– У меня была трудная неделя. Другие дети… – сказала Лейла тихо. – Они просто… меня не понимают.

– Если ты смогла выбраться из смирительной рубашки, – сказал господин Вернон, – то я уверен, ты сможешь отыскать способ впечатлить парочку одноклассников. А если нет – просто привяжи их

к стульям!

– Хочешь верь, хочешь нет, но большинство детей не любят слушать о том, как выпутываться откуда бы то ни было, – объяснила Лейла. – В этом-то и проблема: я предложила показать им, как всё работает, но теперь ни одна из девочек не позволит мне сесть рядом с ней за обедом. А мальчишки просто смеются надо мной в коридорах и называют чудачкой.

– Чудачка? – эхом отозвался потрясённый господин Вернон. – Должно быть, рыцари вымерли.

Лейла прищурила глаза.

– Разве тебе не кажется, что рыцари бестолковые?

– Ты всегда можешь попробовать исчезнуть, – сказал Картер. – Это помогло мне выбраться из массы неприятных ситуаций.

Лейла рассмеялась.

– Что ж, я действительно в неприятной ситуации. – Вздохнув, она добавила: – Я попробую.

Затем она подошла к отцу и обняла его. Проходя мимо Картера, она снова протянула ему руку:

– Рада была с тобой познакомиться. Надеюсь, мы скоро увидимся?

Картер пожал ей руку.

– Надеюсь, что так.

Спустя пару секунд Картер и господин Вернон остались наедине. Господин Вернон продолжал убирать свой безупречно чистый магазин. Вроде бы не глядя на мальчика, он поинтересовался:

– Что же, расскажи-ка мне, господин Картер, как прошёл остаток вечера? Без происшествий, я надеюсь?

– Боссо попытался убедить меня присоединиться к его шайке, – признался Картер. – Я сказал «нет».

– Блестяще.

– Как вы узнали, что он собирается прибрать меня к рукам? – удивился Картер.

– Я не знал, – сказал господин Вернон. – Но у меня было сильное предчувствие. Б. Б. Боссо – очень жадный человек. К тому же он некто вроде коллекционера. А у тебя есть навыки, которые послужат прекрасным дополнением любой коллекции.

Картер засунул руки в карманы.

– Вы, очевидно, знаете меня не очень хорошо.

– Чепуха. Ты – молодой человек большого ума, ещё большего здравого смысла и с почётным жизненным опытом. Неважно, где мы живём и сколько имеем, это – самые важные вещи для каждого. В твоих руках настоящий талант. За всю мою карьеру чародея

я повстречал лишь одного человека с такими же проворными пальцами.

Совершенно ошеломлённый Картер не в силах был вымолвить ни слова. Знал ли этот удивительный человек о том, что он бездомный и бедный? Или только догадывался? Картер чувствовал, что не заслуживает такой похвалы. Он вдруг подумал, что накрыть его одеялом мог именно господин Вернон. Но как спросить его об этом, не рассказав о своём положении?

– Вы заблуждаетесь, – прошептал Картер. – Я просто… просто, – на ум ему пришли слова Боссо, которые он произнёс прошлым вечером, – просто неудачник.

– Разве каждый из нас не неудачник в той или иной степени? – ответил ему господин Вернон откуда-то сверху. Картер поднял глаза и увидел своего собеседника на балконе – он осматривал полки.

– Как вам удалось… – выдохнул мальчик.

Господин Вернон вытащил книгу из полки и перебросил её Картеру. На старом тканевом переплёте оранжевого цвета было чёрное тиснение: «Исчезновения и возвращения» Бейли и Барнеса.

– Что это? – спросил мальчик, распахнув книгу и пролистав первые несколько страниц. Она была достаточно тонкая, чтобы без проблем поместиться в его сумку, и всё-таки…

– Домашняя работа, – сказал господин Вернон. – Прочти. Подозреваю, ты оценишь её по достоинству.

– Но у меня нет денег, – признался Картер.

– Считай, что это подарок, – он величественно махнул рукой, – от одного чародея другому.

– Но я не чародей, – возразил мальчик дрожащим голосом. – Я просто показываю фокусы.

– Тогда ты не видишь того, что вижу я, – сказал господин Вернон. – А видеть, как говорится, значит верить.

Мужчина сбежал по лестнице и схватил с крючка на стене свой цилиндр и накидку. Он проводил Картера до двери.

– К сожалению, сегодня я чрезвычайно занят. Мне придётся закрыть магазин, пока я буду решать кое-какие вопросы в городе. Но ты можешь вернуться. Скажем, около четырёх, что думаешь?

– Хм, конечно, без проблем, – смущённо ответил Картер. Его распирали противоречивые чувства. С одной стороны, он был благодарен за подарок, с другой – удивлялся, что его выпроводили так скоро.

– Отлично, – сказал господин Вернон, подталкивая мальчика к выходу. – Ровно в четыре часа. До скорой встречи!

Семь

День выдался по-настоящему тёплым, поэтому Картер провёл его в парке, читая книгу, которую подарил ему господин Вернон. У него никогда раньше не было собственной книги. Только он открыл её, так и не смог до конца оторваться от простых чёрно-белых иллюстраций волшебных трюков, которые казались ему раньше невыполнимыми.

Мальчик внимательно изучил все картинки и подписи от корки до корки. Затем снова открыл с самого начала и попытался запомнить первый фокус. Не успел он опомниться, как часы городской ратуши уже пробили четыре раза. Взглянув поверх книги, Картер обнаружил, что городок Минеральные Скважины вернулся к жизни. Центральную улицу наводнила толпа людей всех полов, цветов, размеров и возрастов. Взрослые сжимали магазинные сумки, переполненные одеждой, продуктами, всевозможными товарами для творчества и антикварными безделушками. Дети с тяжёлыми школьными ранцами расходились по домам.

Перед главной беседкой установили большой плакат:

Четыре артиста, одетые в одинаковые жакеты с красно-белыми полосками, галстуки-бабочки и соломенные шляпы-матроски взобрались по ступеням на платформу беседки. Трое из них были мужчинами. Четвёртым артистом оказалась женщина. И хотя все они выглядели почти одинаково, каждый чем-нибудь выделялся. Первый из них был высоким мужчиной с заострённой физиономией. Второй – коротышкой с подкрученными усами и похожим на луковицу носом. Третий мужчина был среднего роста. Лицо его выглядело помятым, а живот слегка нависал над пряжкой ремня. У женщины была потрясающая, широкая и ослепительная улыбка. Картер засунул книгу в сумку и подошёл к ним поближе, ожидая представления.

Все четыре артиста разом замурлыкали что-то под нос. Затем, словно перекладины на колесах поезда, они начали раскачиваться вперёд-назад в унисон.

– Смотрите, это же «Квартет брадобрея», – воскликнул кто-то. Перед сценой постепенно начали собираться любопытные зрители. Один из артистов продолжал напевать «пок-пик» мелодию, остальные же хором затянули:

Что за город! Что за город!

Что за чудо-городок –

Как раз для шо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-у!

Ваши деньги, ваши кольца,

Все запасы разотрём мы

В порошо-о-о-о-о-о-о-о-о-ок!

Крепче шляпы придержите,

Распахните ваши глазки,

Приготовьтесь-ка ко встряске!

Уверяем, вам там будет

Хорошо-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Певцы синхронно взмахнули шляпами, протянув последнюю ноту так долго, что толпа начала хлопать в ладоши. Шуточно втянув в себя воздух, они хором продолжили:

Пик-пик-пик-пик

Пок-пок-пок-пок

Бе-ги на шоу

Со всех ног-ног!

Придерживая шляпы, четвёрка спустилась по ступеням к толпе и принялась танцевать с высокой женщиной в жемчужном браслете. Затем они подскочили к застенчивому мужчине, который поднял руки в знак капитуляции. Покрасневшей от смущения даме с золотыми серьгами они послали воздушные поцелуи и ущипнули за нос лучезарную девчушку с косичками, которая сжимала в руке леденец.

Толпа продолжала хлопать в ладоши, выгребая мелочь из кошельков и сумочек. Через несколько минут все четыре шляпы артистов до краёв переполняли монеты и бумажные купюры.

Пок-пок-пок-пок

Пик-пик-пик-пик

Чу-дес ме-шок,

Со-блазн ве-лик!

Продолжая размахивать руками и пританцовывать, словно цыплята, артисты вернулись на сцену и побросали всю свою добычу в грязный белый мешок с большим чёрным знаком доллара. Картер оглядел толпу – и то, что он обнаружил, подтвердило его не самые радужные предчувствия. У высокой женщины больше не было жемчужного браслета. Застенчивый мужчина лишился своих часов, а покрасневшая дама – золотых серёжек. И даже у девчушки с косичками пропал леденец. Но зрители были настолько взбудоражены представлением, что даже не заметили, как артисты забрали чуть больше, чем мелочь на чаевые.

Стоит нам лишь появиться в городке,

Каждый первый замирает

Вдалеке,

И вблизи,

И слева-справа.

Почему?

Наше шоу не наскучит

Никому-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

В завершение представления красные полоски жакетов сменили вдруг свой цвет на чёрный, словно кто-то потянул за вкладыш книжки-раскладушки. Теперь циркачи выглядели, словно заключённые с сумкой денег. Зрители просто обезумели. Но ни один из них не догадался, что этот поступок был вовсе не шуткой. Они действительно были мошенниками, которые ограбили восторженную публику.

Картер почувствовал, как в боку у него закололо. Но он не обратил на это внимания. Он не знал этих людей. И это было не его дело. Не так ли?

– Спасибо! Спасибо, жители и гости Минеральных Скважин! – хором воскликнули пок-пикеты (так их про себя назвал Картер). – Ждём вас на ярмарке Б. Б. Боссо! И не забудьте прийти на волшебное шоу в большом шатре в конце вечера! Ну а если вы захотите удивиться по-настоящему, приходите на Фантастическое Финальное Представление в гостинице «Королевские дубы» – где вы также сможете взглянуть на самый большой алмаз на свете! Только этим вечером! Такое нельзя пропустить!

Картер развернулся, чтобы уйти, когда из толпы раздался голос:

– Подождите, не расходитесь! – К сцене подошёл темнокожий мальчик в смокинге и белом галстуке-бабочке. – Вы закончили своё представление?

– Вот это азарт! – сказал один из пок-пикетов. – Ну что, ребята, как насчёт того, чтобы спеть на бис ещё разок?

Четвёрка начала разминать свои пальцы, но мальчик поднял руку:

– Пожалуйста, – сказал он. – Не надо больше куплетов. Мои уши не выдержат ещё один раз.

Картер подумал, что мальчик был частью представления, пока лица артистов не исказили раздражение и замешательство.

Поднявшись на сцену, мальчик залез в карман брюк. Он пошарил рукой, словно искал ключи или лишнюю мелочь, а затем извлёк на свет смычок – слишком длинный, чтобы уместиться в кармане. Это был изящный скрипичный смычок из тёмного полированного дерева с заострёнными чёрными краями и струнами серебристого конского волоса. Картер застыл от любопытства. Мальчик тоже знал сценическую магию. Иначе как он сумел поместить смычок в кармане?

– Ты хочешь что-нибудь сыграть? – сказал высокий пок-пикет. – Чувствуй себя как дома!

Четвёрка в спешке развернулась к выходу, но мальчик наступил ногой на сумку с добычей, которая лежала на земле.

– Эй, заработай-ка свои собственные чаевые, малыш, – прошипел пок-пикет с помятым лицом.

– Мне не нужны ваши деньги, – ответил мальчик, – и зовут меня не малыш. Моё имя Тео Штайн-Мейер, и держу пари, вы останетесь, чтобы послушать мою игру.

Волосы Тео были короткими и тёмными, глаза – задумчивыми, а длинный нос выглядел по-настоящему величественно.

Картер пробился с задних рядов к самой сцене как раз в тот момент, когда из пиджака смокинга Тео выскользнула скрипка и легла в его левую руку. У Картера были ловкие руки, но Тео казался просто неподражаемым. Картер сразу же захотел посмотреть на этот трюк ещё раз в замедленном действии.

Тео поднял скрипку к плечу, положил подбородок на край и начал играть. Мешок для денег вдруг сдвинулся с места. Казалось, он танцует в такт музыки Тео. Толпа вокруг снова захлопала в ладоши. Картер же во все глаза уставился на мешок, ускользающий всё дальше и дальше. Это напомнило ему движения господина Вернона этим утром, когда он заставил танцевать визитные карточки. Но как им это удавалось? Волшебства не существует, а значит, это должно было быть лишь ловким трюкачеством.

– В мире существует необыкновенная связь между каждым из нас и вещами, которые принадлежат нам, – сказал Тео, продолжая играть. Его полуопущенные веки трепетали, словно он был под заклятьем. Картер не мог сказать наверняка, притворялся ли мальчик или действительно верил тому, что говорил. – А когда любимая вещь теряется, она страстно хочет вернуться к владельцу.

Перепрыгнув сцену, мешок свалился на землю. Тео последовал за ним. Зрители расступились, позволяя ему пройти. Мешок с награбленным застенчиво подкрался к высокой женщине, словно бездомный пёс, который хочет найти хозяина.

– Мэм, – сказал Тео, играя чуть тише, – вы ничего не потеряли?

Высокая женщина заглянула в мешок и покачала головой. По толпе смущённых зрителей прокатился шепот. Скрипач вспотел. Но Картер всё понял.

Тео пытался помочь тем людям, которых ограбили. Но он ошибся, предположив, что пок-пикеты запихнули награбленное в общий мешок. Картер взглянул на певцов и заметил палочку от леденца, которая выглядывала из заднего кармана одного из пок-пикетов.

Картер недоумевал: зачем Тео пытается помочь горожанам, мешая артистам-карманникам? Было ясно, что он обладал кое-какими магическими умениями, но в чём была его главная цель?

«Это не моё дело», – пытался убедить себя Картер. Но так ли это было на сей раз? Когда толпа забормотала и начала возмущённо гудеть, скрипач побледнел. Пок-пикеты же покраснели и грозно обступили скрипача. Мальчик влез в неприятности, которых Картер так усердно избегал.

– Продолжай играть, – внезапно воскликнул Картер, поразившись себе самому. Поймав взгляд мальчика в смокинге, он послал ему успокаивающий кивок. Нервничая, Тео продолжил играть, и мешок с деньгами снова пустился в пляс.

Сделав вид, что танцует вместе с ним, Картер налетал то на одного, то на другого пок-пикета.

– Какая чудесная музыка, не так ли? – кричал он им вслед. Артисты не замечали, что вытворял мальчишка – а он обкарманил каждого карманника, один карман за другим.

Раз – карманник обкарманен, два – карманник обкарманен, три – карманник обкарманен, четыре – карманник обкарманен. А теперь скажи это в четыре раза быстрее!

Ну же… я жду.

Картер подмигнул Тео, чтобы тот не останавливался. Продолжая танцевать сквозь толпу, Картер наткнулся на высокую женщину, вернув на её запястье жемчужный браслет. И на застенчивого мужчину, надев ему на руку часы. И на девчушку с косичками, вставив леденец обратно в рот.

Члёп-прихлоп!

Но что поделать с серьгами? Картер понятия не имел, как засунуть их обратно в уши женщины, чтобы она ничего не заметила?

Он встретился взглядом в Тео, и оба поняли друг друга без слов. Тео направил сумку с деньгами обратно на сцену, заканчивая свой концерт.

– Спасибо, уважаемая аудитория, за то, что позволили мне сыграть вам. – Подняв смычок, Тео подбросил свою скрипку высоко над головами присутствующих.

Толпа ахнула, глаза всех и каждого устремились вверх.

Так аккуратно, как только было возможно, Картер засунул серёжки в сумочку дамы.

Тео с лёгкостью поймал свою скрипку, и толпа зааплодировала.

Похлопав себя по штанам, пок-пикеты наконец осознали, что Тео и Картер перехитрили их – и прикарманили всё награбленное. Они послали ледяной взгляд мальчишкам и, крадучись, поспешили прочь, сжимая лишь сумку с чаевыми.

Тео и Картер пожали плечами и расхохотались. Победа настолько их захватила, что они не заметили стройную женщину, одетую в облегающее чёрное платье и шляпку с паутинкой вуали, скрывающую лицо.

Она смотрела на них в упор. Пальцы её подрагивали, словно челюсти паука, который пережёвывал своё лакомство.

Восемь

– Поющих карманников мы одолели, – сказал Тео, отходя от толпы к тротуару. – Благодаря тебе!

– Я просто последовал твоему примеру, – признался Картер. – Как ты понял, что они собирались сделать?

– Да я понятия не имел, – ответил Тео. – Я просто проходил мимо и остановился, чтобы посмотреть. А потом заметил их подлую игру. И если бы тебя не оказалось рядом, то я просто выставил бы себя круглым дураком, – он с благодарностью кивнул Картеру. – Я мог поклясться, что они положили награбленное в сумку. Но теперь уже не важно. Мы спасли положение. И поскольку ты знаешь моё имя, могу я поинтересоваться твоим?

– Меня зовут Картер.

– Приятно познакомиться, Картер. То, что ты очутился здесь, – удачное совпадение! – сказал Тео, поправляя запонки на рукавах. Затем он засунул смычок обратно в карман брюк смокинга, несмотря на то, что тот был длиннее его бедра.

– Как ты это делаешь? – спросил его Картер. – Смычок слишком длинный для того, чтобы поместиться в карман. И как ты заставил плясать мешок с деньгами?

Улыбка Тео растянулась до ушей.

– Боюсь, что пока я не могу тебе об этом рассказать. Возможно, в другой раз. Но должен признать – я впечатлён! Твои навыки достойны не меньшего уважения!

Картер чуть не лопнул от счастья. Это казалось ему большим комплиментом – особенно от мальчика в смокинге, который разговаривал так, как вся королевская семья, собравшаяся вместе на чаепитие.

– Почему ты решил помочь людям из толпы?

– Потому что они не смогли бы помочь себе сами, – сказал Тео. – Они не знали, что их ограбили.

– Но какая тебе от этого выгода? – спросил Картер.

– Никакой, полагаю, – ответил Тео, – кроме осознания, что это правильно. А это кое-чего стоит…

Что-то не так? Ты выглядишь смущённым.

Картер действительно был смущён. Господин Вернон использовал магию, но ничего не продавал. Лейла использовала её, чтобы выпутываться откуда бы то ни было ради веселья. И Тео использовал её для того, чтобы помочь другим. Но если опыт (и дядюшка Проныра) и научили Картера чему-нибудь – так это тому, что другие всегда ищут выгоды. Однако эти новые люди были родственными душами. Они напоминали Картеру себя самого.

Не зная, что ответить, Картер помахал Тео и пробормотал:

– Что ж, приятно познакомиться.

– Ты уже уходишь? – спросил его незнакомый голос. – А мы только что пришли.

Картер повернулся и увидел Лейлу, приближавшуюся к ним по тротуару. Рядом с ней в инвалидной коляске сидела девочка с ярко-рыжими непослушными волосами. Лейла широко улыбалась, однако её спутница бросила на Картера лишь осмотрительный (и почти раздражённый) быстрый взгляд.

– Картер, ты знаешь Тео? – удивлённо спросила Лейла.

– На самом деле мы только что познакомились, – ответил мальчик.

– Ты знаешь Лейлу? – спросил Тео у Картера.

– Маленький городок, – пожала плечами Лейла.

– А я Ридли. Ридли Ларсен. Да, я в инвалидном кресле. Не спрашивай меня об этом, иначе я раскрашу твою физиономию.

– Крест на сердце, – ответил Картер и перекрестил своё сердце.

Тео сжал плечо Картера:

– Никогда не догадаетесь, что здесь произошло.

– Наверное, нет, – сказала Ридли. – Как насчёт того, чтобы нам об этом просто рассказать?

Тео весьма высокомерно поведал девочкам о том, как Картер помог ему остановить команду мошенников, пытавшуюся ограбить зрителей в парке.

– Вы бы видели нас, идеальная команда!

– Это потрясающе, Картер, – сказала Лейла. – Очень впечатляет!

– Большую часть работы проделал Тео, – добавил Картер. – А я был кем-то вроде ассистента.

В этот самый момент мимо них прошла четвёрка подростков, одетых с иголочки. Они захихикали, пытаясь заглушить (хотя и не очень старательно) смешки. Картер, Лейла, Тео и Ридли опустили глаза и одновременно прошептали:

– Придурки.

Посмотрев друг на друга, они – снова хором – добавили:

– Они смеялись не над вами – они смеялись надо мной.

Расхохотавшись, все четверо повернули к Волшебной Лавке.

– Люди смеются надо мной, потому что считают странной, – объяснила Лейла по дороге. – Хотя мне нравится быть странной.

– Люди смеются надо мной, потому что я ношу смокинг, – добавил Тео. – Мои родители купили его почти задаром ещё до того, как я родился!

– Люди смеются надо мной потому, что я умнее, чем они, – сказала Ридли и дёрнула за рычажок велосипедного звонка, прикреплённого к подлокотнику её инвалидного кресла. Он пропел: «Дзынь-дзынь!», а девочка добавила: – Но это же не моя вина, что они не читают книги!

– Люди смеются надо мной по разным причинам, – закончил Картер. Он не мог заставить себя рассказать им, что этими причинами были его изношенная одежда, немытые волосы и то, что иногда он копался в мусоре, пытаясь раздобыть себе ужин.

Все замолчали, пока Лейла наконец не спросила:

– Кто хочет вкуснятину? – Она остановилась перед Волшебной Лавкой Вернона. – Сегодня утром господин Вернон приготовил отменный миндальный пирог.

Дверь распахнулась, и из магазина вышли две женщины, одетые в модные платья в цветочек и широкополые шляпы. Проталкиваясь мимо ребят, они истерически хохотали.

– Что за чудесная лавка! – воскликнула одна из женщин. – Повеселитесь там как следует, ребятишки.

– Мы всегда это делаем, – ответила Лейла и шагнула внутрь, приглашая за собой остальных. Попугай, сидящий на жердочке у кассы, громко заверещал, и все подпрыгнули. То, чем он приветствовал посетителей на сей раз, прозвучало довольно странно:

– Краб не кальмар уясните забег или кросс разомкнуть! Краб не кальмар уясните забег или кросс разомкнуть!

– Что ещё за краб?

Лейла пожала плечами.

– Обычно наш попугай довольно умный. Но иногда он просто несёт чепуху. Картер, познакомься с Престо. Престо, это Картер.

– Приятно познакомиться… – пробормотал Картер, размышляя над тем, должен ли он протянуть Престо руку. Ему никогда прежде не доводилось разговаривать с птицами.

Попугай снова заверещал, уже более настойчиво:

– Краб не кальмар уясните забег или кросс сигереб! Краб не кальмар уясните забег или кросс сигереб!

– Да, да, Престо, хороший мальчик, – раздался голос у потолка. Картер поднял глаза и увидел господина Вернона, стоящего на балконе и продолжавшего сжимать метёлку для пыли, словно волшебную палочку. – Мы все тебя прекрасно расслышали, сумасшедший попугай, – этого было достаточно, чтобы успокоить птицу. – Простите, друзья! Порой он расходится не на шутку.

– Не то слово, – прошептала Лейла, взмахнув рукой. Попугай взлетел над жёрдочкой и приземлился ей на плечо. Лейла издала звук поцелуя, и птица эхом повторила звук в ответ. Затем они обе захихикали.

Ридли окинула взглядом магазин:

– Где мой Цилиндр?

Картер решил, что лучше не спрашивать, почему она хранит свою шляпу в Волшебной Лавке Вернона. Пошарив рукой под прилавком, Тео вытащил белого кролика, который скакал по залу утром.

– Иди сюда, Цилиндр, – проворковала Ридли, и лицо её впервые с минуты встречи озарила улыбка.

Тео положил кролика на колени Ридли, и зверёк прижался к её животу, подёргивая носом с бешеной скоростью.

– У мамы Ридли аллергия, – объяснила Лейла, – поэтому за Цилиндром присматриваем мы.

– Другой господин Вернон накормил его как следует, – сказал господин Вернон. – Не беспокойся, Ридли.

– А я и не беспокоюсь. Ни капельки.

Господин Вернон повернулся к Картеру. Под чёрными усами появилась проницательная улыбка.

– Вижу, что ты познакомился с остальными.

– Ага, – кивнул Картер. Однако в голове его созрел вопрос – была ли их встреча случайной? Или, быть может, её спланировали заранее? Что, если господин Вернон пригласил к себе Картера в четыре именно потому, что в этот час дети возвращались

из школы?

– Вы часто здесь встречаетесь? – спросил Картер у Лейлы.

– Каждую пятницу после школы, – ответила девочка. – Ридли учится дома, Тео ходит в частную школу, а я – в государственную. Поэтому мы можем увидеть друг друга лишь здесь. Мы встречаемся, обсуждаем фокусы и всевозможные иллюзии и, конечно же, упражняемся.

– Я упражняюсь в левитации, – сказал Тео, – заставляю вещи плыть по воздуху. Сегодня ты уже видел мою работу.

– А мне нравится изучать трансформацию, – добавила Ридли. Схватив цилиндр с ближайшей полки, она спрятала его за спинкой кресла, а когда вернула руку обратно, в ладони оказалась книга с нарисованным цилиндром на обложке. – Я люблю превращать одни вещи в другие.

– А я величайший мастер выпутываться откуда бы то ни было! – сказала Лейлаю. – Пап, можешь сковать меня цепью вверх тормашками в бочонке с водой? Пожалуйста!

– Я могу и непременно это сделаю, но не раньше, чем тебе исполнится восемнадцать, – ответил господин Вернон.

Повернувшись к Картеру, Ридли вопросительно на него посмотрела.

– А у тебя есть какие-нибудь умения?

– Я не знаю, – ответил Картер, залившись краской. Он подумал о родителях, которые исчезли. Вспомнил о том, как убежал от дядюшки Проныры. – Полагаю, ты могла бы сказать, что я помогаю вещам испаряться.

– Я могла бы так сказать? – усмехнулась Ридли.

– Мы должны так сказать, – отрезал Тео, подняв бровь и с укоризной взглянув на девочку.

– Заставлять вещи исчезать – это фантастическое умение для волшебника, – вмешался господин Вернон. – Но использовать эту технику в обратном направлении не менее важно. Полагаю, ты хорошо разбираешься и в том, и в другом. В конце концов, многие магические представления основаны именно на комбинации различных идей. Великий волшебник учится не одной, а множеству разных техник. Взять, к примеру, классический фокус с чашками и шариками – их можно заставить исчезнуть и появиться, превратиться во что-то ещё или телепортироваться в другое место.

(Друзья, эта информация очень полезна всем, кто изучает магию. Надеюсь, вы всё это записываете.)

– Давно вы занимаетесь волшебством? – спросил Картер.

– Когда я увлёкся этим, мне было столько же, сколько тебе сейчас, – ответил господин Вернон. – В те дни у меня была компания друзей, с которыми мы вместе упражнялись – прямо как вы сегодня.

– Когда я вырасту, я хочу, чтобы меня называли Первая леди-Гудини! – сказала Лейла.

– А я пойду по стопам Гарри Келлара и заставлю принцессу парить в воздухе, – вставил Тео. – Или может быть, даже королеву… если смогу отыскать хоть одну.

– Никто не сможет переплюнуть Джона Невила Маскелина, – возразила Ридли. – Он был не только сценическим чародеем, но и изобретателем, и к тому же писателем.

Троица пустилась в жаркий спор. Было ясно, что друзья препирались уже не раз, но победителя всё-таки не было. Картер и господин Вернон лишь обменялись шутливыми взглядами.

– Мнения похожи на сердца, – сказал господин Вернон. – У каждого оно имеется.

– Не у каждого, – возразил Картер. – Я знаю таких, которые кажутся довольно бессердечными.

– Я вижу, ты всё ещё полон сомнений, – прищурился господин Вернон. – Но это не проблема. Здоровый скептицизм – не такая уж и плохая штука. Особенно, когда пытаешься завести себе новых друзей.

– Друзей? – переспросил Картер.

– Разве ты здесь не ради этого? – спросил господин Вернон.

Картер хитро прищурился.

– Я здесь, потому что вы сказали мне прийти в четыре.

– В самом деле? Ты немного опоздал, – треугольная белая бровь взметнулась вверх. – Ты, вероятно, не заметил этого, пока прогуливался по Центральной улице с этими спорщиками, которые определённо не хотят быть твоими новыми друзьями.

Лейла, Тео и Ридли отошли друг от друга и посмотрели на Картера.

– Что случилось? – спросил он дрогнувшим голосом. – Что я такого сказал?

– Я за, – сказал Тео. – Он спас меня.

– Я против, – покачала головой Ридли. – Слишком зелёный.

– Я тоже за, – улыбнулась Лейла. – А причины я оставлю при себе. Картер, мы только что проголосовали и хотели бы пригласить тебя в наше секретное убежище. Что скажешь?

Картер с трудом удержался от того, чтобы выкрикнуть «да». Вместо этого он улыбнулся и слегка кивнул. Лейла приняла серьёзный вид и строго спросила:

– Пап, не будешь ли ты так добр отвернуться?

– Конечно, – усмехнулся господин Вернон и драматическим шёпотом прибавил: – Однажды я разыщу ваше секретное убежище, и тогда вам настанет конец, маленькие пройдохи.

Лейла засмеялась и направилась к книжному стеллажу в дальнем углу магазина. Отыскав то, что нужно, она потянула за толстый том под названием «Потайные ходы». Раздался щелчок, и стеллаж сдвинулся с места. Под ним оказался пустой проём в тёмную комнату без единого окна.

– Папа хранит здесь особенные вещи, которые не выставляет на продажу, – сказала Лейла и щёлкнула выключателем. – Но мы сделали из него свой секретный штаб.

Картер был так потрясён увиденным, что не смог вымолвить ни единого слова.

Внутри потайной комнаты стояли антикварные кресла, лампы и ещё больше книжных полок, украшенных кусками узловатой верёвки, изящные замки в форме сердечек с ключами и бессчётное количество развешенных по стенам старинных фотографий с улыбающимися людьми. Здесь был даже портрет Гудини в наручниках, помещённый в рамку. Это место, без сомнений, принадлежало Лейле. Рядом с грудой кожаных чемоданов стояла крошечная дровяная печь, которая нагревала комнату.

Когда дядюшка Проныра показывал трюки, думал Картер, он всегда ожидал какой-то выгоды. Но здесь, за секретной дверью, никаких трюков не было. Это было приглашением стать частью группы, команды, банды. Включало ли это новую дружбу? Картер ещё не был уверен. Бессознательно его рука потянулась к сумке. Он прикоснулся к деревянной коробочке, и тёплое, приветливое чувство дома затопило его с ног до головы. По крайней мере, именно так он представлял себе, каково это – почувствовать себя дома. Ведь у него остались лишь смутные воспоминания об этом маленьком красном коттедже с белыми комнатами, где он когда-то жил с родителями.

– Довольно мило, да? – спросила Лейла.

– Это чудесно, – прошептал Картер.

Лейла сбегала в квартиру, которая находилась прямо над Лавкой, и принесла из кухни миндальный пирог. Вернувшись, она чмокнула господина Вернона в щёку и закрыла дверь в секретную комнату. Все принялись листать книги и обсуждать планы на будущее.

Картер просто не мог в это поверить. Сегодня утром он проснулся один на скамейке в парке. А теперь эти незнакомцы пригласили его домой, а следом – в своё секретное убежище. Удивительно, как случайная встреча и несколько шуток могут объединить таких разных людей – это было почти как…

Картер не смог подобрать слова лучше.

Это было как настоящее волшебство.

Девять

После того, что показалось Картеру целой вечностью и неуловимым мигом одновременно, Ридли посмотрела на часы и сказала: «Нам пора».

Они провели в секретной комнате Волшебной Лавки Вернона последние несколько часов, и это было самым интересным из того, что Картер когда-либо испытывал. Тео показал, как вытаскивать смычок из кармана (благодаря проволочному механизму, который позволял ему складываться пополам). А Ридли поделилась с ним секретным кодом, над которым работала, используя настоящие карты из колоды.

В обмен Картер показал им несколько собственных трюков с картами и монетой. Ридли всё скептически закатывала глаза – до тех пор, пока не заглянула в свои карманы и не отыскала там целую колоду карт. После этого она присмирела. Другой господин Вернон принёс им тарелку крошечных огурчиков и бутербродов с сыром без корок. Последние несколько штук Картер захотел положить в свою сумку, но понял, что это будет выглядеть довольно странно. Он начал беспокоиться о том, что случится, когда Лейла выпроводит всех из Лавки.

Теперь он больше не мог спать на скамейке в парке, зная, что волшебный магазин так близко. Но куда ещё он мог пойти? Если бы дядюшка Проныра был здесь, то они бы уже отработали несколько игр в скорлупки и раздобыли достаточно денег для того, чтобы прожить хотя бы пару дней в пансионе. Но это, впрочем, осталось в прошлом.

– Пошли, – сказал Тео, махнув Картеру и приглашая его за собой.

– Куда? – спросил Картер.

– На ярмарку, дурачок, – ответила Лейла. – Мы с нетерпением ждали этого всю неделю.

– Ох, – сказал Картер и почувствовал, как живот его сжался при мысли о Боссо и его шайке. – Думаю, мне лучше пропустить это зрелище.

– Почему? – спросил Тео. – Я думал, всем нравятся общественные гуляния.

– Ну… что ж. Я уже был там прошлым вечером, – ответил Картер. – И это было не так уж и здорово. Я почти уверен, что экспонаты в выставочном зале поддельные, а в играх жульничают.

– Мы сами это знаем, – ответила Ридли. – Вот почему мы хотим туда пойти – чтобы выяснить, как это всё работает, и использовать их приёмы против них же самих.

– А для умов юных магов всегда полезно изучать любые тайны вокруг, – добавил Тео. – Чтобы самим же их после этого создавать – ещё лучше, чем прежде.

– Пошли, – сказала Лейла и взяла Картера за руку. – Будет весело!

Картер не желал идти на ярмарку, но в то же время ему не хотелось бросать своих новых друзей. С большой неохотой он всё же сдался. Ну что такого ужасного может случиться? (Если вам когда-нибудь доведётся попадать в такие истории, настоятельно советую воздержаться от этого вопроса. Не сомневайтесь, ответ вы обязательно получите. И скорее всего, он вам совсем не понравится.)

* * *

К тому времени, когда они добрались до ярмарки, солнце почти село. Когда все четверо нырнули вглубь, проскользнув под мерцающей паутиной гирлянд на входе, Картер был на пределе. Он вытащил из сумки кепку разносчика газет и нахлобучил её на голову, натянув до самых глаз, чтобы никто из головорезов Боссо не узнал его.

– Давай-ка раздобудем билеты на аттракционы, – сказала Лейла и, подхватив под локоть Тео, потащила его к кассе. Пока они стояли в очереди, Картер оказался наедине с Ридли у мерцающих входных ворот. Тео и Лейла, казалось, приняли Картера безо всяких вопросов, но Ридли смотрела на него так, словно он был механизмом, который она старалась понять.

– Ну так что? – спросила она напрямик. – Поведай-ка мне о себе.

– Что поведать?

– Ну, откуда ты родом? Где ты живёшь? В какую школу ты ходишь? Зачем ты здесь? – засыпала его вопросами Ридли.

– Это непросто.

– Так постарайся.

Картер пнул рассыпавшийся по земле попкорн носком ботинка. Он не знал, что ответить, но от его молчания Ридли только больше злилась.

– Скажу откровенно, – начала Ридли, – я тебе не доверяю. Целиком и полностью. Я голосовала за то, чтобы не пускать тебя в секретную комнату. Тео и Лейла видят в людях только хорошее. Но я не такая. Забавно, мы провели вместе несколько часов, но я о тебе так ничего и не знаю. Поэтому спрошу в последний раз: зачем ты здесь?

– В Минеральных Скважинах? – уточнил Картер, потрясённый таким допросом. Не моргнув глазом, он соврал: – Мы с родителями остановились в отеле «Царственные ели».

– Ты хотел сказать «Королевские дубы»?

– Конечно, это я и имел в виду, – ответил он, фальшиво захихикав. Но строгий взгляд Ридли заставил его замолчать.

– Чего ты хочешь от Лейлы и Тео? – спросила она. – Чего ты хочешь от господина Вернона?

– Ничего, – воскликнул Картер. – Абсолютно! Мне ничего ни от кого не надо. И никогда не было.

– Это неправда, – ответила Ридли. – У каждого припрятан туз в рукаве.

В голове Картера роились тысячи мыслей. Он хотел иметь дом. Он хотел иметь семью. Он хотел иметь друзей. Но ни одна из этих вещей не казалась ему реалистичной. По крайней мере, пока он не прибыл в Минеральные Скважины. Сейчас он лишь пытался удержать ощущение счастья, которое появилось у него с тех пор, как он встретил господина Вернона прошлым вечером. Но как бы он смог рассказать обо всём этом Ридли, Лейле или Тео и не оказаться при этом полнейшим беспризорником? Беспризорник – ещё одно ужасное название для бродяги. Да если эта троица узнает об этом, они исчезнут быстрее, чем умеет исчезать он сам!

– Я не плохой человек, – прошептал Картер.

– Ты не ответил на мой вопрос. – Ридли продолжала сверлить его взглядом. – Чего ты хочешь?

– Быть кому-нибудь нужным, ясно? – огрызнулся Картер. Он почувствовал, что на глазах у него выступили слёзы, но не был уверен в этом наверняка. Он быстро смахнул их. – Ты даже не знаешь, каково это – быть одному.

Ридли вздрогнула.

– Ты удивишься, но я это прекрасно знаю.

На секунду они замерли в полнейшей тишине, а затем посмотрели на Тео и Лейлу, которые смеялись и улыбались друг другу в очереди за билетами.

– Знаю гораздо лучше, чем эти двое, – тихо сказала Ридли. – Поэтому они так легко подпускают к себе других. А я? Все относятся ко мне так, словно я не такая, как все. А я такая же. Ну, почти. Я – это просто я, – голос её смягчился. – Я не хотела показаться врединой. Я просто защищаю своих друзей.

На ум Картеру пришла госпожа Залевски.

– Я понимаю. Как и я.

– Наверное, у нас больше общего, чем я думала, – призналась Ридли. – Так ты действительно хочешь быть чародеем?

– Я не знаю. Никогда всерьёз об этом не думал, – ответил Картер. – Та магия, которую я знаю, причиняла людям лишь вред. Но когда смотрю на то, что делаете вы, это кажется мне потрясающим. Я неплохо управляю своими руками.

– В самом деле? Да ты бы не узнал настоящей магии, даже если бы она проскользнула по твоим ногам, – усмехнувшись, Ридли покатилась вперёд и проехалась колесом своего кресла по его ступне.

– О! – только и смог вымолвить Картер. На секунду ему показалось, что Ридли нарушила их негласное перемирие. Но затем он заметил надпись, которая появилась на его ботинке: «НАСТОЯЩАЯ МАГИЯ». Буквы её были сложены из крошечных кусочков малярного скотча. Картер в изумлении засмеялся. – Вот это да! Ты должна научить меня этому!

Ридли наконец улыбнулась:

– Посмотрим.

В этот момент к воротам ярмарки подоспели Тео и Лейла, в руке которой была зажата стопка маленьких синих бумажных билетов.

– Сначала я хочу прокатиться на крутящейся карусели, – сказала Лейла, – затем мы должны погонять на машинках, а потом нужно покрутиться на Боссомешалке! Я слышала, что ней тебя тошнит аж из ушей!

– И это ты называешь весельем? – спросил Тео.

– Разве не весело? – Лейла рассмеялась и вытащила из кармана наручники. А через секунду они оказались уже на запястьях Тео и Ридли, которых Лейла тащила за собой к карусели.

– Вы продолжайте, – сказал Картер. – А я… У меня нет билетов.

Он не мог позволить себе купить их. Но затем Картер вдруг вспомнил: этим утром кто-то засунул в его карман несколько монеток. Однако стоило ли покупать себе билеты вместо ужина? Нет, лучше было бы сохранить эти деньги для чрезвычайной ситуации.

– Мы купили достаточно для всех нас, – сказал Тео. Пытаясь совладать с наручниками, он неуклюже протянул билеты Картеру. – Лейла, можешь их снять, пожалуйста?

Лейла прижала ладони к запястьям, и наручники распахнулись.

– Спасибо, – кивнул Тео.

– Да нет, ну что вы. Я не могу, – запротестовал Картер. Ему было неловко брать билеты, ничего не отдавая взамен. – Я даже не уверен, что хочу…

– Ты катаешься с нами, – прервал его возражения Тео. – Никаких «если», «ну» и «но».

Картер начал беспокоиться, что, если он не примет их предложения, они подумают, что он что-то скрывает. И хотя он действительно что-то скрывал (а если уж быть точными, перечислить то, чего он НЕ скрывал, было бы проще), Картер не хотел рисковать расположением каждого из них.

Но когда карусель подбросила их в воздух, машинки врезались друг в друга, а Боссо-мешалка закрутила в тошнотворной пляске, Картер полностью забылся. Кепка разносчика газет, которую он натянул на глаза, помогала ему оставаться незамеченным. Впервые за очень долгое время, когда он почувствовал себя в безопасности.

После аттракционов компания направилась вдоль игровых автоматов. Каждый из ребят по очереди пытался понять, как они устроены, чтобы приносить выгоду их владельцам. Ведь тот, кто играет, рано или поздно проигрывает.

Когда они оказались у пирамиды из молочных жестянок, Картер поделился со всеми теорией, о которой рассказал накануне господину Вернону.

– Может, так оно и есть, – кивнула Ридли. – Но они могли также заполнить днища свинцом, чтобы жестянки весили, скажем, по десять фунтов каждая. И ещё кое-что – посмотрите! Вон те тяжёлые крышки за ними помогают жестянкам оставаться на месте!

Когда они проходили мимо игры «Попади стрелой в воздушный шар», Тео сказал:

– Они слегка приспускают воздушные шарики, а стрелы слишком лёгкие, чтобы пробить их. Поэтому они сразу же отпрыгивают.

Рядом с игрой «Утиный пруд» Лейла отметила:

– Поймать резиновую утку на удочку несложно, но в девяноста девяти случаях под ней будет написано: «утешительный приз». Больших призов здесь никто не выигрывает.

Но самой сообразительной из команды оказалась Ридли. Проезжая мимо игровых автоматов, она лишь показывала на них и говорила что-нибудь вроде: «Это баскетбольное кольцо слишком маленькое для мяча». Или: «Расстояние между плюшевыми кошками гораздо больше, чем кажется. Но они такие пушистые, что вы никогда об этом не узнаете». Или: «Тарелки кривые, поэтому монеты соскальзывают – за исключением тех, на которые намазали клей, чтобы кто-нибудь изредка выигрывал».

– Удивительно! – воскликнул Тео.

– Картер, тебе бы понравился розовый фламинго? – спросила Лейла.

– На ужин? – пошутил Картер. – Или в качестве питомца?

– Зависит от тебя, – ответила Лейла и указала на стаю игрушечных фламинго, свисавших с потолка стойки «Забрось кольцо».

Картер засмеялся и прибавил:

– Но мы же знаем, что они жульничают.

– Ага, но победить в игре, в которой жульничают, даже веселее, – усмехнулась Ридли. – Выиграешь один раз – и получишь крошечного попугая. Выиграешь дважды – получишь довольно страшненького медведя. Но если выиграешь все три броска, то уйдёшь отсюда с гигантским розовым фламинго. А это самый большой приз на всей ярмарке. Все заметят, какие мы молодцы!

На самом деле Картер меньше всего хотел, чтобы их заметили.

– Оглянись по сторонам и увидишь, что ни у кого нет фламинго, – сказала Лейла. – Никто не выигрывает лучшие призы. Но мы будем первыми.

Картер залился краской. Интуиция подсказывала ему, что пора разворачиваться и уносить поскорее ноги. Но вместо этого он спросил:

– Почему вы так хорошо ко мне относитесь?

Тео смущённо поморщился:

– Почему бы нам не относиться к тебе хорошо?

Ридли скрестила руки на груди и нахмурилась:

– Чтобы ты почувствовал, что нужен кому-то, дурачок. Все мы знаем, что значит чувствовать обратное.

Картер выдавил из себя улыбку, чтобы не выглядеть глупо. Лейла подошла к игровому стенду и сказала:

– Три билета на три кольца, пожалуйста!

Затем она вручила одно кольцо Ридли, другое – Тео, а третье оставила себе.

– Дамы вперёд, – улыбнулся Тео.

Ридли подкатилась поближе. Глаза её смерили расстояние до зелёных бутылок, рука оценила вес кольца и прочие детали.

– Давай же, мы не собираемся торчать здесь весь день, – буркнул игровой смотритель.

Ридли бросила кольцо, и оно приземлилось на первую бутылку. Ридли показала смотрителю язык.

Следом к стойке шагнула Лейла. Вытянув руки над головой, она потянулась и размяла пальцы. Стоя на одной ноге и вытянув другую позади, она наклонилась вперёд так далеко, как только смогла. С лёгким броском она опустила кольцо на ближайшую

бутылку.

– Это жульничество, – прошипел смотритель.

– Совсем нет, – сказала Лейла, всё ещё растянувшись над перекладиной. – Тут сказано – не касаться перекладины. А я и не касалась. Я просто над ней зависла.

– Шаг назад, – настаивал смотритель.

– Эй, дружище, – Ридли направила свою коляску прямо на него. Её рыжие брови едва не сомкнулись. – Когда был мой черёд, я не могла даже приблизиться к перилам, так что давай просто сделаем вид, что мы квиты? Что скажешь?

Смотритель этого аттракциона фыркнул и отступил.

Следом была очередь Тео. Он вытащил из кармана брюк свой скрипичный смычок (на сей раз Картер уже разглядел его раскладной механизм). Тео взмахнул смычком над кольцом, лежащим на стойке, и тот вдруг взлетел. Картер затаил дыхание. Он всё ещё не знал, как Тео заставляет вещи летать.

Кольцо поплыло по воздуху. Игровой смотритель выглядел так, словно вот-вот грохнется в обморок. А секунду спустя кольцо аккуратно опустилось на одну из бутылок. Та довольно звякнула.

– Есть! – воскликнул Картер, сжав кулак. Сдержаться от победного выкрика было выше его сил.

– Одного фламинго гоу-гоу, пожалуйста, – сказала Лейла.

Продолжая почёсывать свой затылок, смотритель вручил им огромный приз. Четверо друзей ударили по рукам и разразились весёлым смехом. Ридли победоносно покатила свою коляску вперёд, а Лейла скользнула рядом, закинув огромного розового фламинго на плечо. С другой стороны коляски пристроился Тео с совершенно будничным видом.

Картер скакал перед ними, не в силах скрыть восхищение.

– Как ты это сделал?

– Настоящие чародеи никогда не раскрывают своих секретов, – сказала Ридли.

– Да брось, это старинный миф, – усмехнулся Тео.

– Никакой это не миф, – возразила Ридли. – Это правило настоящей магии.

– Да ты бы не узнала настоящую магию, даже если бы она укусила тебя за колено, – вставил Картер.

Опустив глаза, Ридли увидела слова «НАСТОЯЩАЯ МАГИЯ» на своей штанине. Картер отлепил их с ботинка и приклеил на её колено так ловко, что она ничего не заметила. Ридли улыбнулась уголком рта, не в силах скрыть восторга.

– Ты не дал мне закончить, – сказала Ридли. – Я собиралась сказать, что чародеи не раскрывают своих секретов кому попало. Как я угодила кольцом в бутылку? Измерив вес и вспомнив элементарную физику.

– Есть такая штука – называется гравитацией, – сказала Лейла, шутливо пожав плечами. – Вы, должно быть, о ней уже слышали – довольно полезный закон природы. Я как раз им воспользовалась. Так как кольца сделаны из суперэластичного пластика, чем ближе ты стоишь, тем меньше они отскакивают.

– А ты? – спросил Картер у Тео. – Готов, наконец, раскрыть мне секрет своего смычка?

Поразмыслив немного, Тео важно ответил:

– Пока нет.

Все рассмеялись.

Десять

Победив в одной из непобедимых игр, четверо

друзей направились в комнату смеха и зеркальный лабиринт. Когда ребята собрались продолжить осмотр в зале с экспонатами, Картер извинился и сбежал под благовидным предлогом. Он не хотел, чтобы кто-нибудь из головорезов Боссо увидел его там снова.

Наконец каждый из них испытал свои возможности на аттракционе «Измерь свои силы». Никто, конечно, не выиграл.

– Это единственная игра на всей ярмарке, в которой никто не жульничает, – заметила Лейла.

– Если ты не силач с гигантскими мускулами, – возразила Ридли, – то это настоящее шарлатанство.

– Мы должны покататься на чёртовом колесе! – воскликнула Лейла и потащила за собой остальных.

Четвёрка забралась в проржавевшую кабину. Когда они поднялись над землёй так высоко, что едва не встретились лицом к лицу с огромной полной луной, желудок Картера противно заныл. Высунувшись из кабины, Ридли крикнула женщине за пультом:

– Не сводите глаз с моего кресла, пожалуйста. Этот велосипедный звоночек обошёлся мне в кругленькую сумму!

Все уставились на неё с удивлением. Ридли гордо пожала плечами:

– Что такого? Вы, верно, думаете, что только вам можно шутить?

Добравшись до самой верхушки, кабина резко остановилась и слегка заколыхалась на ветру. Лейла, которая сидела рядом с Картером, начала раскачиваться вперёд и назад. Кабина закачалась ещё сильнее.

– Перестань, – взмолилась Ридли. – Ты хочешь снова взглянуть на крошечные огурчики и бутерброды с сыром, которые я прикончила пару часов назад?

– Прости, – сказала Лейла. – Во всём виновата эта клетка! Я начинаю думать о том, как отсюда выбраться.

– Ты хочешь вылезти из кабины? – спросила Ридли.

– Может быть!

На мгновение воцарилась тишина, которую нарушали лишь завывание ветра и скрип раскачивающейся кабины. Картер выглянул наружу и окинул взглядом маленький городок, раскинувшийся внизу. Восторг переполнял его. Он был на вершине мира во всех смыслах.

– Вам здесь нравится? – спросил Картер.

– В Минеральных Скважинах? – отозвалась Ридли. – Конечно. Для маленького городка здесь не так уж и плохо.

– Не так уж и плохо? – вмешалась Лейла. – Да здесь необыкновенно! Свежий воздух. Деревья и холмы, на которые так здорово взбираться. Люди замечательные…

– Люди нормальные, – поправила Ридли.

– Ну, пожалуй, в моей школе дети не такие уж и замечательные, – признала Лейла, – но я думаю, что они действительно не понимают, как жестоко себя ведут.

Ридли слегка подтолкнула Тео локтём и прошептала:

– Да нет, всё они понимают.

Тео вежливо ей улыбнулся.

– Ты всегда думаешь о людях лишь хорошее, не так ли? – спросил Картер. Он никогда прежде не встречал таких людей, как Лейла.

– Я пытаюсь, – ответила девочка дрогнувшим голосом. – До того, как меня удочерили, я жила в приюте для сирот. И это… это было совсем не здорово. Так что с тех пор я стараюсь быть благодарной. Это не очень легко. Но гораздо лучше, чем просто жалеть себя.

ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ!

(Звук колокольчика раздавался совсем рядом, сообщая, что кто-то выиграл приз. Но я уверен, вы приняли это за знак, решив, что Картер вдруг понял, как много общего у него с Лейлой. Увы! Это был просто колокольчик… Хотя кто знает?)

– А я никогда себя не жалела, – сказала Ридли. – Каждый раз, когда сержусь, расстроена или одинока, я вкладываю энергию во что-то конструктивное. Например, упражняюсь в магических превращениях.

После колеса обозрения они сбились в кучку посредине дороги, чтобы проходящие мимо толпы не сносили их с пути. Тео взглянул на часы.

– До того как начнётся шоу в большом шатре, мы успеем посетить ещё одно место.

– Может быть, твои родители тоже будут там, Картер, – сказала Ридли. – Все любят шоу в большом шатре.

– Твои родители? – переспросила Лейла. – Я думала…

Разволновавшись, Картер выпалил:

– О! Что ж, я рассказал Ридли, что мы остановились в гостинице на холме. – Картер вытер пот со лба. «Как глупо, – подумал он. – Если ребята узнают, что я соврал, они никогда больше не будут со мной разговаривать, но это сейчас не важно».

С отвращением к себе самому, Картер улыбнулся фальшивой ухмылкой дядюшки Проныры. Но что ещё он мог поделать?

– Я думаю, Тео прав, – сменил он тему. – Давайте выберемся из этой чёртовой колесницы и пойдём куда-нибудь ещё.

Когда кабина опустилась вниз, они увидели фиолетовый шатёр с золотистыми кисточками. И табличку с надписью «Предсказательница».

– Скорее, – позвал Картер, – сюда!

Подняв тяжёлый занавес, он пропустил всех вперёд, а затем сгрёб в кулак монеты, которые нашёл в кармане утром. Это нельзя было назвать чрезвычайным случаем, да и на ужин, скорее всего, не хватило бы, но это были его единственные деньги и Картеру хотелось сделать что-нибудь особенное для других. Они подарили ему лучшую ночь в его жизни, и он хотел чем-нибудь ответить.

Внутри шатра было довольно темно. Стены украшали замысловатые индийские гобелены цвета индиго. Благовония вокруг наполняли воздух тяжёлым пряным ароматом. В центре стоял круглый стол, застеленный выцветшими красными шарфами. За ним сидела морщинистая старушка, которая вглядывалась в туманную поверхность хрустального шара.

– Хранители Судьбы направили ваши стопы к Хельге, – загадочно произнесла она и окинула взглядом каждого из компании. – Ваше будущее ждёт, чтобы его раскрыли.

– Не смешите меня, – буркнула Ридли.

Картер положил на стол монету. Хельга схватила её и засунула за пояс.

– Вам нужно взяться за руки.

Усевшись поудобнее, она взмахнула руками над затуманенным хрустальным шаром.

– Явите мне будущее, откройте всю правду, – повторяла она снова и снова. – Раскройте мне путь их – освещённый или полный мрака. Покажите дороги, по которым ступит их нога. Чего им ожидать – белого, чёрного или красного знамения?

Приблизив лицо к стеклянной поверхности, старуха вгляделась в молочную белизну, которая вдруг заклубилась и рассеялась, словно облака на небе.

Глаза Хельги застыли, не мигая.

– Я вижу… – она наклонилась ещё ближе, – между вами только что завязалась новая дружба. Один из вас путешественник. Один обладает огромным преимуществом. У одного из вас ужасные трудности. А последний очень любит делиться. Но каждому из вас предстоит долгий путь. Вас ждут и трудные времена, но если будете работать вместе и оставаться верными друг другу, ничто не сможет вас сломить. Поодиночке вы слабы. Вместе – непобедимы. Так говорят Хранители Судьбы.

Как только они вышли, Лейла воскликнула:

– Вы это слышали? Она узнала про нас абсолютно всё! С ума сойти!

– Да ладно, – усмехнулась Ридли. – Всё это было лишь кучей общей бессмыслицы. Я бы рассказала тебе будущее печенья не менее проницательно.

– Правда это или нет, – сказал Тео, – но мне понравилось её предсказание. Иногда стоит облегчить карман, чтобы найти подтверждение своим собственным мыслям.

– Мне тоже понравилось, – согласился Картер.

«Скорее всего, это было лишь обычной уловкой предсказателей, но что, если Хельга была права? Что, если Хранители Судьбы действительно хотели, чтобы я остался здесь?» – подумал Картер.

* * *

Шум ярмарки заглушили сигнальные звонки и выкрики клоунов, которые приглашали публику на представление:

– Время большого шоу в главном шатре! Все до одного, присоединяйтесь к нам!

– Я думаю, что мои… хм… мои родители ждут, когда я вернусь в гостиницу, – соврал Картер, пытаясь снова избежать встречи с бандой Боссо. – Может, нам стоит просто уйти?

– Но мы уже взяли билеты, – сказал Тео.

– Не будь цыплёнком, Картер, – сказала Лейла и сделала колесо. – Сам же слышал, что сказала госпожа Хельга! Вместе мы непобедимы. – Она наклонила голову и вгляделась в его лицо, словно пыталась отыскать там правду. – Твои родители не будут возражать, я уверена.

С неохотой Картер последовал за друзьями.

Большое шоу проходило в огромном шатре в самом центре ярмарки. Пок-пикеты в полосатых костюмах уже заняли круглую сцену, пока Картер и остальные пробирались сквозь толпу. Тео послал Картеру хитрый взгляд, напомнив ему о том, как накануне они сорвали коварный план квартета. Казалось, это было так давно. Картер задумался: к чему им приготовиться на сей раз? Артисты запели:

Мы развлекались, хохотали,

Играли в игры – продували!

Поели ваты, попкорн тоже,

Хот-дог – гадаем, из чего же,

Аттракционы – вот веселье,

Теперь же – время представления!

Продолжая петь, пок-пикеты вскарабкались на плечи друг-друга и взялись за руки, сделав арку.

Пред заключительной картиной

Хотим представить господина,

Он воплощает ваши грёзы –

Великий, знаменитый Боссо!

Громада, колосс, властелин,

С ним не сравнится ни один!

Встречайте, дамы и господа!

Великий и ужасный Б. Б. Боссо!

Яркая вспышка затопила сцену дымом, и пок-пикеты вдруг исчезли. Их место в самом центре сцены заняла знакомая фигура Б. Б. Боссо. На огромном мужчине с выбеленной пудрой лицом была накинута чёрная шёлковая мантия, мерцающая блестящими бусинами. Лицо его растянула широкая кривая улыбка. На плече у него сидела злая белошёрстная обезьянка, которую Картер уже видел прошлым вечером. На голове её была нахлобучена та же красная феска.

– Приветствую, дамы и господа! Меня зовут Б. Б. Боссо, и это – моё шоу! Всё, что вы здесь видите, – происходит благодаря мне! Ваше веселье – моя заслуга. Я объехал весь земной шар, чтобы узнать тайны мистиков, секреты мудрецов и легенды факиров. Зачем? Затем, чтобы развлечь вас, мои любимые поклонники, – ведь это самая главная задача моей жизни.

Толпа захлопала и засмеялась. Картер немного сполз на кресле и натянул кепку как можно ниже. Он надеялся, что друзья ничего не заметили.

Достав откуда-то меч, Боссо принялся отсекать бутоны от букета роз, на месте которых вдруг появлялись одуванчики. Шоу началось.

– Неплохо, – только и сказала Ридли, пока все вокруг охали и ахали от восхищения.

Затем Боссо взмахнул кулаками и поднял осла на пятнадцать футов над сценой. Осёл забил копытами в воздухе, уже отчаявшись сбежать.

– Бедное животное, – прошептала Лейла, когда толпа замерла от восторга.

Следом из-за занавеса на сцену выкатился испуганный клоун. Боссо запер его в коробе, похожем на гроб, который стоял на специальной подставке. Затем он занёс над ним пилу с большущими, словно у акулы, зубьями. Клоун зажмурился. Боссо распилил короб, а вместе с ним и клоуна, на три части: сначала прошёлся по коленям, а затем и по шее бедняги. От усилий лоб Боссо покрылся испариной. Картер начал беспокоиться – а если что-то вдруг пойдёт неправильно? Но спустя ещё несколько мучительных минут Боссо собрал всё воедино. Пошатываясь, клоун выбрался из ящика.

С двух сторон от сцены выстрелили пушки. Но вместо ядер из каждой вылетело по клоуну. Пролетев над сценой, они упали на натянутые сетки. Затем Боссо подбросил в воздух голубей, которые вдруг превратились в чёрных ворон. Птицы громко каркнули, что показалось Картеру дурным предзнаменованием.

– Интересная техника, – сказал Тео, не отрывая глаз от сцены.

– Должно быть, вы спрашиваете себя, что нужно, чтобы открыть такую ярмарку, – Боссо усмехнулся. – Позвольте рассказать вам. Это требует сил! – Боссо принялся жонглировать кувалдами, а затем сделал шаг назад. Кувалды замерли в воздухе.

– Это требует денег! – продолжал Б. Б. Боссо.

На сцену вышел Татуированный Младенец, который катил перед собой огромный сейф. Боссо повертел его со всех сторон, показывая зрителям. Затем он распахнул дверцу, и над толпой пронёсся ураган бумажек. Деньги, правда, оказались ненастоящими – это были лишь кусочки зелёной бумаги.

– Это требует таланта!

Из-за кулис показался Морж. Он метнул Боссо несколько белых стульев. Тот поймал их и побросал друг на друга, сделав что-то наподобие башни. Каждый следующий стул балансировал на верхушке предыдущего. Взобравшись по стульям, Леди-Паук уселась на самом последнем из стульев.

– Это требует могущества!

Боссо звонко щёлкнул пальцами, и башня рухнула. Однако Леди-Паук не сдвинулась с места. Сидя на верхнем стуле и улыбаясь, она парила в воздухе. Картер не мог бы сказать наверняка, но ему показалось, что Леди-Паук улыбнулась именно ему. Он сполз ещё ниже.

– Это требует чувства юмора! – вернувшись к сейфу, Боссо закрыл его и снова открыл. Но на сей раз вместо денег из сейфа один за другим выскочили пок-пикеты и помахали толпе.

– Это требует волшебства! – Б. Б. Боссо поднял руки, и все его прислужники – Морж, Татуированный Младенец и Леди-Паук – выплыли к центру сцены.

– И самое главное! Это требует всех вас!

Отделившись от стропил, занавеси упали на землю, обнажив огромные зеркала, которые окружали сцену. В них отразилась вся толпа. Зеркала появились на сцене так, что зрители завизжали от восторга.

Прожекторы развернулись к сцене, и зеркала стали прозрачными. За ними показался Боссо с обезьянкой на плече. Остальные исчезли. Толпа разошлась не на шутку.

Обезьянка захлопала в свои крошечные ладошки. Команда Боссо вернулась на сцену и встала рядом с ним. В заключение все поклонились.

– Спасибо всем и каждому! – протрубил Б. Б. Боссо. – И ещё кое-что напоследок. Как многие из вас уже знают, самый большой алмаз в мире «Звезда Африки» проедет прямо сквозь ваш городок. И я устроил так, что всё это – все пятьсот тридцать каратов – станут частью особенного спектакля – Фантастического Финального Представления. Завтра вечером в гостинице «Королевские дубы». Приходите сами и приводите своих друзей. Приготовьтесь к самому захватывающему зрелищу в вашей жизни! Спокойной ночи и большое спасибо!

На секунду прожектор погас, а затем свет вспыхнул снова. Но Боссо и его команда уже исчезли со сцены.

Как разгадывать цвета!

И снова здравствуй! Не ожидал увидеть тебя так скоро. Кто-то тут, безусловно, самый быстрый читатель! Молодец. Хочешь узнать побольше о волшебстве, а? Замечательно! Усаживайся поудобнее. О, я вижу, ты уже сидишь. Что ж, тогда приступим.

Огромная часть мастерства чародея заключается в умении выступать перед публикой. Когда ты удивляешь своих друзей и семью (и домашних животных!) всевозможными фокусами, в которых упражнялся, упражнялся и снова упражнялся без остановки, то ужасно гордишься собой. Это такое вдохновляющее чувство. Но чтобы увидеть на их лицах восторг, нужно как следует попотеть. (Кстати говоря, после представления тебя, быть может, даже освободят от нудных домашних обязанностей.)

Поэтому, мне кажется, тебе понравится этот фокус. Ты сможешь выполнить его перед большим количеством зрителей. Маленькие дети будут от него просто пищать! Он идеально подходит для младших братьев и сестёр, двоюродных и троюродных родственников, и всех тех, у кого отыщутся цветные мелки. Ну а теперь пришло время узнать, как РАЗГАДЫВАТЬ ЦВЕТА ПО ИХ ВЕСУ!

ЧТО ТЕБЕ ПОНАДОБИТСЯ

• Коробок с цветными мелками

• Зрители

ПОЛЕЗНЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ (УПРАЖНЯЙСЯ!)

Я настоятельно рекомендую тебе поупражняться в этом фокусе вместе с другом. И как только у тебя получится, то сможешь исполнить его перед аудиторией безупречно. Помни: упражняйся, упражняйся, упражняйся! (Вздремни. Перекуси. А затем… Ну, ты сам всё знаешь… Давай скажем хором: ПРОДОЛЖА-А-А-Й УПРАЖНЯ-Я-Я-ЯТЬСЯ!!! Очень хорошо, смышлёное создание!)

ПОШАГОВЫЕ ИНСТРУКЦИИ

1. Передай одному из зрителей коробок с цветными мелками (ты можешь попросить кого-нибудь принести собственные).

2. Отвернись от зрителей, убрав руки за спину.

3. Попроси того, кому ты передал коробок, выбрать любой мелок и положить тебе в ладонь.

4. В это время можно сказать что-нибудь вроде: «Знаете ли вы, что у каждого цвета свой особенный вес? Только опытный маг может заметить разницу. Например, зелёный цвет тяжелее жёлтого. А красный – тяжелее голубого, а вот чёрный – удивительно лёгкий!» Конечно, ты можешь придумать собственную речь. Всё этого задумано лишь для того, чтобы твои зрители не заскучали.

**Секретный трюк чародея: пока ты говоришь с аудиторией, слегка поцарапай мелок кончиком ногтя.

5. Продолжая стоять спиной к зрителям, добавь что-нибудь вроде: «Хорошо, всё понял. Не хочу, чтобы вы подумали, будто я подглядываю, поэтому заберите мелок и положите его в коробок.

6. Затем повернись лицом к аудитории.

**Второй секретный трюк чародея: пока поворачиваешься, украдкой взгляни на ноготь, которым царапал мелок. Таким образом, ты поймёшь, какого он был цвета.

7. А теперь объяви своим зрителям, какого цвета был мелок. Они будут просто в восторге!

8. Не забудь поклониться.

Одиннадцать

Когда шоу подошло к концу, Картер почувствовал облегчение. Он и его друзья остались целыми и невредимыми.

Толпы людей возвращались по главной аллее к уютным огням своих домов. Казалось, что вечернее шоу посетило не меньше половины жителей Минеральных Скважин. Но Картер беспокоился лишь о троих из них.

Не обращая внимания на его сосредоточенное лицо, Лейла засыпала Картера шутками. Он несколько раз едва не перебил её, чтобы расспросить о жизни в приюте. Картеру хотелось открыть ей правду, рассказать собственную историю. Но вместо этого он просто смеялся. Ридли и Тео шли позади, обсуждая секреты фокусов Боссо.

Когда они почти добрались до Волшебной Лавки Вернона, Тео вдруг побледнел и остановился как вкопанный.

– У меня исчез смычок, – выдохнул мальчик.

Тео обыскал карман снова и снова. Затем он проверил свой пиджак, словно смычок мог оказаться там. Но его нигде не было.

– Мои счастливые отмычки! – воскликнула Лейла. Лицо её потемнело. – Они всегда лежали в нагрудном кармане. Но сейчас их там нет!

Ридли проверила потайной отсек подлокотника своего кресла.

– Лейла, пожалуйста, скажи мне, что это шутка. Моя записная книжка – она нужна мне как воздух! Там вся моя жизнь.

– Мне очень жаль, – сказала Лейла дрожащим голосом. – Я никогда бы так не пошутила.

Сердце Картера едва не выпрыгнуло из груди. У него была лишь одна по-настоящему ценная вещь. Распахнув свою сумку, он стал судорожно проверять содержимое. Маленькая деревянная коробочка испарилась. Вместо неё он нашёл лишь обрывок

записки.

Когда Картер поднял глаза, он увидел, что Тео, Лейла и Ридли сжимают в руках такие же бумажки. Сложив их вместе, они прочли:

– Что значит «присоединиться к Боссо?» – спросила Ридли, буравя глазами Картера.

Картер чувствовал себя так, словно его только что сбросили с утёса.

– Прошлой ночью… он предложил мне присоединиться к его команде, – признался он быстро и тихо.

– И ты согласился? – спросил Тео.

– Конечно, нет!

– Как мы можем теперь доверять тому, что он говорит? – проворчала Ридли.

– Погоди-ка, – вставила Лейла. – Если бы Картер был с ними заодно, то его бы не ограбили.

– Как все мы с вами знаем, это часть общего замысла, – сказала Ридли. – Он входит в наше доверие, грабит нас, а затем притворяется, что его тоже обчистили.

– Я не краду! – воскликнул Картер.

– Ага, конечно, – в свою очередь воскликнула Ридли. – А я катаюсь в этом кресле просто ради удовольствия!

Лейла и Тео шагнули между Картером и Ридли.

– Хватит, – спокойно сказал скрипач.

– Помните, что сказала предсказательница? Нам всем нужно работать вместе, – добавила Лейла.

– Полная чушь, – отрезала Ридли. – Кстати, пойти к старушке была идея Картера. Возможно, это часть общего заговора.

– Какого ещё заговора? – возмутился Картер, пытаясь защититься. – Я… я не обманываю. «Во всяком случае, не сейчас», – подумал Картер, вспомнив о том, что сказал про гостиницу. Он понял, что не в силах посмотреть в глаза Лейле.

– Должно быть, это тоже враньё, – продолжала Ридли. – Я возвращаюсь за моей записной книжкой.

– Это ужасная идея. У Боссо целая армия головорезов. В одиночку ты ни за что не справишься, – возразил Картер.

– Тогда мы все пойдём, – сказала Лейла.

– Четверо против целой ярмарки? – отозвался Тео. – Мне кажется, что лучше будет позвонить в полицию и объяснить им нашу ситуацию.

– НЕТ! – вскрикнул Картер. – Пожалуйста, никаких полицейских.

Ночь вдруг стала оглушительно тихой. Лейла, Тео и Ридли уставились на Картера. И несмотря на то что в темноте почти ничего не было видно, он почувствовал на себе неподъёмный груз их внимания.

– У тебя нет дома? – тихо спросила Лейла.

– Нет, – признался мальчик. – У меня есть дядя, но он плохой человек. Он хотел, чтобы я тоже обворовывал людей, но я не стал этого делать. Поэтому мне пришлось убежать. Я запрыгнул на поезд и оказался здесь. Я не вор. Но если вы вызовете полицейских, они отправят в приют или даже хуже. – Он заглянул в лицо Лейлы, чтобы найти там поддержку. Но глаза девочки были пусты. Казалось, она погрузилась в собственные воспоминания. – Они увезут меня из Минеральных Скважин, и я никогда не увижу вас снова. И это самое ужасное. Я никогда бы не обокрал никого из вас. Никогда бы вас не обидел. Вы… вы первые друзья в моей жизни. Поверьте мне!

В воздухе повисла долгая пауза. Сердце Картера колотилось всё быстрее и быстрее. Он был уверен, что его новые друзья собираются уйти. Ему снова предстояло остаться в одиночестве. А затем произошло вдруг нечто удивительное.

– Я верю тебе, – сказала Лейла и обняла Картера.

– Я тоже, – кивнул Тео и похлопал его по спине.

– Что ж, я всё ещё нет, – подытожила Ридли, скрестив на груди руки. – Но я обещаю об этом подумать.

– Я жила в приюте до того, как меня удочерили. Это было ужасно, – печально сказала Лейла. Глубоко вздохнув, она добавила: – Так ты запрыгнул на поезд? Это же потрясающе!

– Я и представить не могу, через что тебе пришлось пройти, – сказал Тео. – Прими мои соболезнования. Мне жаль, что ты не рассказал нам этого раньше. Но я понимаю, почему ты колебался.

– А мне не жаль, – сказала Ридли. Руки её оставались скрещёнными. – Но звучит это так, словно тебе пришлось несладко. Что же, мне это знакомо. – Она постучала кулаком по подлокотнику кресла. – Перемирие?

– Перемирие, – просиял Картер. Он никогда ещё не ощущал такого облегчения. Глубоко вздохнув, он пытаясь унять сумашедшее биение сердца. Картер чувствовал себя так, словно впервые глотнул кислорода. – Но что нам теперь делать? Мы должны вернуть свои вещи.

– Правильно, – согласился Тео. – Однако уже поздно, все устали, и сейчас мы – всего лишь четверо подростков против целой ярмарки мошенников. Утро вечера мудренее. Мне кажется, что после хорошего сна, душа и сытного завтрака работа пойдёт куда лучше.

– Я бы выразилась несколько иначе, но и так сойдёт, – сказала Ридли. – Что ж, приступим к этому завтра утром.

– Согласна! – кивнула Лейла. – А так как завтра суббота, давайте встретимся у Волшебной Лавки в десять часов утра?

Все закивали.

Ридли и Лейла пожелали всем спокойной ночи и пошли своей дорогой. Картер уже собирался вернуться в парк, когда Тео вдруг спросил:

– Где ты собираешься спать?

– Я могу о себе позаботиться, – сказал Картер. И хотя это прозвучало твёрдо, в душе он не был в этом уверен.

– Неприемлемо, – покачал головой Тео. – Ты переночуешь у меня.

Двенадцать

Картер проснулся от звуков музыки. «Наверное, это скрипка», – подумал он, когда вспомнил, где находится. Мальчик растянулся на кровати с настоящим матрасом, хлопковыми простынями, вязаным одеялом и двумя подушками. На сей раз ноги его не высовывались наружу, как это случалось в те времена, когда Картер и дядюшка Проныра укрывались газетами.

Сквозь прозрачную занавеску комнату заливал солнечный свет. По углам гулял лёгкий ветерок.

«Вот, должно быть, на что похож рай», – улыбнулся Картер. В голове его промелькнуло едва уловимое воспоминание: крошечная спальня в красном коттедже с белыми стенами, потоки утреннего света, звуки голосов его родителей, доносившиеся из кухни снизу. Было что-то ещё… гораздо большее, чем эта смутная картинка… ах, как бы он хотел всё вспомнить!

Комната для гостей, в которой он ночевал, была очень чистой. Помимо кровати здесь стояла маленькая тумбочка, на ней ютилась ваза со свежими цветами, в углу примостился мольберт. Накануне вечером Тео упомянул, что его мама была художницей. Стены были завешаны вырезками из журналов, эскизами, открытками и фотографиями витражных окон.

Картер сполз с кровати и потянулся. Он давно уже не носил пижаму – с тех пор, как попал к дядюшке Проныре. А в ней было очень уютно. Вдруг с заднего двора донёсся какой-то странный шум. Выглянув в окно, Картер увидел большой деревянный навес, стены которого были сделаны из проволочной сетки. На траве вокруг него были разбросаны белые перья.

– Завтрак готов! – позвал мелодичный женский голос. Должно быть, это была мама Тео.

Картер подошёл к двери и прижался к ней ухом. Взяв последнюю торжественную ноту, скрипка замолчала. Кто-то тихо захлопал, сказав звучным голосом:

– Это было прекрасно, сынок.

– Спасибо, пап. Пойду проверю, как там наш гость – готов ли он к трапезе.

На лестнице раздались приближающиеся шаги, а через секунду в дверь тихо постучали.

– Можно войти?

– Конечно, это же твой дом, – отозвался Картер и добавил, когда Тео показался из-за двери: – Дома ты не носишь смокинг?

– Нет, если на мне пижама, – ответил Тео. – Так или иначе, хочу напомнить: мы сказали родителям, что ты будущий студент Академии Минеральных Скважин и что декан попросил нас присмотреть за тобой, пока ты здесь.

– Я помню, – заверил его Картер. Они решили сохранить в тайне то, что случилось с пок-пикетами. Ведь родители Тео наверняка позвонили бы в полицию. – Всё в порядке. Это сущая ерунда в сравнении с тем, с чем я сталкивался раньше.

– Мне нужно накормить голубей. А ты спускайся, когда будешь готов, не стесняйся.

– Так это голуби живут в той клетке на заднем дворе?

– Да, очень любопытные питомцы, – кивнул Тео Картеру. – Что ж, скоро увидимся!

В ванной он отыскал запасную пару тапочек и мыло в форме ракушки. Приняв восхитительный, горячий душ (должно быть, лучший в его жизни), мальчик направился вниз. Небесно-голубые стены коридора покрывали афиши итальянской оперы в белых рамках и фотографии маленького Тео, окружённого детишками, похожими на него как две капли воды. Братья и сёстры, подумал Картер. Странно, Тео не упоминал ни об одном из них. Академические премии и дипломы здесь висели вперемешку с картинами, подписанными разными именами. Должно быть, они принадлежали старшим братьям и сёстрам Тео.

Спустившись по лестнице, Картер увидел музыкальную трубу над камином и стопку книг у кожаного дивана, на верхушке которой стояла лампа. Но самым лучшим здесь был запах – повсюду пахло чистотой. После многих лет скитаний по приютам и жизни на улице ему казалось, что это лучший запах на свете.

– Присаживайся, Картер, – ласково предложила мама Тео и поставила перед ним маленькую керамическую чашку, расписанную цветами. Внутри, рядом с крошечной серебряной ложечкой, лежало яйцо всмятку. – Хорошо спалось?

Это была высокая, изящная женщина с тонкими чертами лица – теперь Картер понял, от кого Тео унаследовал свой королевский профиль. Она была одета в накрахмаленную белую блузку и тоненькие джинсы, забрызганные краской всех цветов. Волосы её были убраны под зелёный платок с красочным восточным узором.

– Это была лучшая ночь в моей жизни, – честно признался Картер.

– Я рада это слышать. А так как все мои старшие дети разлетелись кто куда, приятно сознавать, что их комнаты ещё могут кому-нибудь пригодиться.

Картер опустил ложечку в чашку, как вдруг увидел, что яйцо превратилось в мяч для гольфа. Тео коварно усмехнулся.

– Тео, – упрекнула мама, – никакого волшебства за столом!

– Ты говоришь, как господин Вернон, – заметил Тео, возвращая Картеру яйцо.

– Сын рассказал мне, что ты какое-то время поживёшь в Минеральных Скважинах, – сказал папа Тео. У него были добрые глаза и чёрные волосы с пробивавшейся сединой.

– Да, именно это я и планирую.

– Ну что ж… надеюсь, тебе здесь понравится.

– Мне уже здесь очень нравится!

– Академия в Минеральных Скважинах первоклассная. Отличная музыкальная программа. На каком инструменте ты играешь? – спросил папа Картера.

– Не все играют на инструментах, – сказал Тео и повернулся к Картеру. – Папа дирижирует в местном симфоническом оркестре. Он мечтает, чтобы мир был более музыкальным, чем он есть на самом деле.

– Ах, сынок, ты заблуждаешься, – возразил ему отец. – Музыка уже переполняет этот мир. Просто не все её замечают. – Он похлопал Картера по руке. – Выбери себе инструмент. Ты не пожалеешь.

По пути к Волшебной Лавке Картер сказал:

– Ты знаешь, я думал, что буду волноваться. Но то,

что ты сказал прошлой ночью, было совершенно верно. После хорошего сна, горячего душа и сытного завтрака я чувствую себя на вершине мира – сейчас я мог сразиться с кем угодно, даже с Боссо.

– Что ж, я рад за тебя, – ответил Тео, – но будем надеяться, что этого не случится.

Мальчики не сводили глаз с улицы – на случай, если поблизости окажутся подручные хозяина ярмарки Боссо. Но когда они свернули на Центральную улицу, то вдруг угодили в плотный поток покупателей и экскурсионных групп.

– Кто все эти люди вокруг и куда они идут? – живо поинтересовался Картер.

– Туристы, – ответил Тео. – Тёплые выходные всегда привлекают огромные толпы народа. Они останавливаются в гостинице, а днём отправляются за покупками.

– Ну замечательно, – сказал Картер. – Лёгкая мишень. Боссо и его жулики уйдут сегодня вечером в настоящий воровской загул.

– Тебе действительно не нравится господин Боссо, не так ли? – спросил Тео.

– Он напоминает мне моего дядю, только в тысячу раз хуже. Дядя ворует на еду. А вот Боссо ворует просто потому, что он жадный. Мы должны остановить его и всю команду.

В этот момент в голове у Картера что-то щёлкнуло. Словно он позабыл какую-то важную деталь – что-то, что касалось клоунов Боссо. Но Тео прервал его размышления:

– Возможно, нам стоит сосредоточиться прежде всего на том, как вернуть свои вещи. Если мы их получим, у нас будут доказательства, и мы сможем предоставить их полиции, не вовлекая в эту историю тебя. Тогда мы сможем помочь всем, кого обокрали, не подвергая себя опасности.

И пока они пробирались на другую часть города, Картер сумел рассмотреть Минеральные Скважины получше. Это был причудливый городок, необыкновенно красивый всюду, куда бы они ни пошли. В открытом гараже светились красные пожарные машины. В парикмахерской у красно-белого полосатого столба стояли парикмахеры, которые дружелюбно махали прохожим. Мужчины и женщины за прилавками с мороженым носили невесомые бумажные шляпки и раздавали огромные эклеры. У всех и каждого в этом городе с лица не сходила улыбка. Это было прекрасно.

Когда мальчики зашли в Волшебную Лавку Вернона, попугай воскликнул:

– Мяу! Мяу! Я кошка.

– Забавная птица, – сказал Картер.

– В самом деле? – с доброй улыбкой спросил господин Вернон, внезапно появившись из-за прилавка. В этот раз на нём был другой костюм чёрного цвета. – Что ж, он определённо умён. Желтошейные амазоны в большинстве своём высокоразвитые создания. Обладают удивительной способностью чрезвычайно точно имитировать человеческую речь и интонацию. Идеальны в качестве привратников. А ещё они могут доставлять секретную почту, если их этому научить.

– Лейла уже проснулась, сэр? – вежливо поинтересовался Тео.

– Больше чем просто проснулась, – донёсся голос Лейлы откуда-то сверху.

Картер и Тео подняли глаза и увидели Лейлу, обмотанную цепями и замками. Она свисала вверх тормашками с двадцатифутового потолка.

– Кто-нибудь, запустите секундомер, – сказала она.

Господин Вернон достал карманные часы. Щёлкнув пальцами, он сказал:

– Можешь начинать.

Лейла задрожала, начала трястись и елозить.

– Это безопасно? – спросил Картер.

– Отличный вопрос, – отозвался господин Вернон, – В обычном случае я бы ответил «нет», но у Лейлы порядочный опыт. Хотя полагаю, что как отец, я должен заставить её носить шлем. – Вытащив из кармана пиджака маленькую записную книжку, он записал слово «ШЛЕМ» и спрятал её обратно.

На двери звякнул крошечный колокольчик, и в магазине появилась Ридли.

– Здравствуйте-здравствуйте! Как поживаете сегодня? – воскликнул попугай.

– Привет, Престо! – Ридли протянула руку и почесала желтую шею птицы. – Доброе утро, господин Ви.

– И тебе доброе утро, госпожа Ларсен. Тридцать секунд, Лейла.

– Я пытаюсь уложиться в минуту, – крикнула Лейла, сражаясь с цепями, одна из которых уже свалилась на пол. – Но это тяжело без моих счастливых отмычек.

– Ты потеряла счастливые отмычки? – спросил господин Вернон.

– Она их не потеряла, – возразил Тео. – Отмычки украли.

– Ребята Боссо вчера вечером на ярмарке, – добавила Ридли.

– Я не хотела тебя беспокоить, пап, – вздохнула Лейла.

– Вы уверены, что это сделали они? – спросил господин Вернон.

– Определённо, – кивнул Тео. Ребята положили послание пок-пикетов на стол перед господином Верноном. – У каждого из нас они украли что-то ценное и оставили записку.

– Они назвали вас неудачниками? Что ж, это грубо, – возмутился маг. – А воровство – это дурная привычка – то же самое, что жевать жвачку.

– Я думаю, воровство гораздо хуже жвачки, пап, – сказала Лейла. Ещё одни оковы грохнулись об пол. Осталась последняя цепь с замком.

– Шестьдесят секунд, милая, – констатировал господин Вернон.

– Ах, чтоб тебя! – простонала девочка.

– Что ж, мне очень жаль слышать, что вас обокрали работники ярмарки. Но всё можно заменить чем-нибудь новым.

– Это были не работники, – возразила Ридли. – Это был «Квартет брадобрея».

– Ещё хуже! – воскликнул господин Вернон.

– На самом деле они забрали у меня то, что нельзя заменить, – сказал Картер. – Эта вещь – единственная в своём роде. И для меня она очень много значит.

– Мой смычок не представляет для меня такой же сентиментальной ценности, но я всё равно хотел бы его вернуть, – сказал Тео. – Без него мне тяжело заставлять предметы летать.

– А в моей записной книжке хранится множество великолепных идей. – Ридли сжала кулаки. – Я бы предпочла отлупить парочку бандюганов, чем начинать всё сначала.

– Что ж, не думаю, что вы должны превращать это в кулачный бой, – заметил господин Вернон. – Возможно, найдётся более подходящее решение?

– Мы знаем, что они остановились в гостинице «Королевские дубы», – сказала Лейла, раскачиваясь на цепочке, словно рыба на удочке. – Если мы отыщем их комнату, то, возможно, сможем забраться внутрь и вернуть наши вещи так, что никто об этом не узнает.

– Это не такая уж и плохая идея, – подтвердил отец Лейлы. – Если вы хотите украсть украденное, то лучше разделиться на две группы. Кто-то из вас проследит за негодяями, а кто-то – вернёт вещи. Конечно, это чисто гипотетически. Я вообще-то не допускаю подобного поведения, – господин Вернон подмигнул Картеру.

Последний замок разомкнулся, и заключительная цепь свалилась на пол. Лейла подтянулась, распутала лодыжки и, перевернувшись в воздухе, как искусный акробат, приземлилась на пол.

– За сколько я уложилась?

– Одна минута, сорок две секунды, – ответил господин Вернон, – довольно неплохо для того, кто лишился счастливых отмычек.

– Но не идеально, – сказала Лейла. – Мне нужно вернуть их.

– Вы знаете, я только что вспомнил, как другой господин Вернон упомянул, что ему снова предстоит накормить обедом этих «невыносимых клоунов». Возможно, это будет подходящим временем для того, чтобы обыскать номера, – задумчиво произнёс маг. – Полагаю, если вы случайно заблудитесь в гостинице и окажетесь в чужой комнате, это будет всего лишь недоразумение, а не преступление. Имейте это в виду – на всякий случай.

– Господин Вернон, вы предлагаете нам… – начал Тео, но тот стремительно перебил его:

– Конечно же, нет! Да я бы никогда на это не пошёл! Только группа абсолютных неудачников выдумала бы такой возмутительный план! – пройдя вдоль комнаты, он сбил с полки одну из коробок. Наружу выпало несколько париков, шляп и очков, какие-то купальниые костюмы и ещё всякая всячина. – Упс! Я такой растяпа. Лейла, не могла бы ты собрать это с друзьями? Не стесняйтесь одолжить всё, что понравится. Здесь много превосходных вещей. Экспериментируйте! Это весело и полезно. Мне всегда казалось, что смена внешности – отличное решение в неловких ситуациях.

Картер, Лейла, Тео и Ридли – неудачники, как их прозвали, – переглянулись с хитрыми улыбками и стали выбирать себе костюмы. Одно их удивляло: неужели господин Вернон так спокойно отправляет их прямо в лапы к Боссо и его шайке.

Тринадцать

Тринадцатой главы в этой книге ты не найдешь, как ни старайся. Должно быть, мой дорогой читатель, ты уже знаешь, что тринадцать – число чрезвычайно невезучее. И хотя я не верю в везенье, но верю в волшебство. А волшебство (как я упоминал уже ранее) умеет принимать любые формы и размеры. Порой оно проявляется в зловещей форме сглаза, когда ты спотыкаешься и кубарем слетаешь с лестницы, или же получаешь низкую оценку по важному тесту, потому что искренне забыл подготовиться. Ну ладно, ладно…. полагаю, я действительно верю в невезенье.

Но это к делу не относится. Точно так же, как большинство зданий не имеет тринадцатого этажа, я решил не включать сюда главу «тринадцать». Вместо этого я позволю тебе использовать это время, по своему усмотрению. Например, забежать в туалетную комнату… Даже волшебники наведываются туда время от времени. Так что беги, я подожду.

* * *

Уже вернулся? Вот это скорость!

Надеюсь, ты вымыл руки как следует, ведь они понадобятся тебе, чтобы перевернуть эту страницу как можно скорее!

Четырнадцать

Час спустя четверо друзей добрались по дорожке до гостиницы «Королевские дубы». Картер замер от восхищения. Обе стороны мощённой булыжником дорожки украшали скульптуры, фонтаны и кусты в форме животных, которых можно отыскать лишь в зоопарке. Стоял ещё один тёплый и солнечный день. Пройдя под жирафом, который был покрыт зелёными листьями с ног до головы, Картер воскликнул:

– Я никогда ещё не видел ничего подобного!

Днём здания на вершине холма белели до боли в глазах. В центре комплекса стоял большой трёхэтажный дом. На каждом этаже располагалось по тринадцать широких окон. Лейла рассказала, что в этом здании останавливалось большинство постояльцев. На фронтонах виднелись башенки, по бокам спускались навесы в бело-зелёную полоску. Из зазубренной крыши поднималось полдюжины дымоходов. Среди них ютился небольшой купол. На верхушке под слабыми порывами ветерка покачивался незамысловатый флюгер. Дорожка шла то вверх то вниз, обнимая гостиницу со всех сторон, и упиралась в широкую центральную лестницу. Парадные двери вели в большой ресторан и театр, который был ещё больше.

Остальные здания были поменьше. На стенах у дверей были развешаны таблички с надписями: спортивный зал, танцевальная студия, скалолазание, читальный зал, ходьба по канату, чайная комната, минеральный источник, фруктовый бар – и многие другие. От здания к зданию вели лабиринты мощёных дорожек. Готические линии крыш покрывал тёмный шифер, а каждое окно гостиницы обрамляли зелёные ставни.

Курорт «Королевские дубы» был великолепен.

Если бы ты вдруг захотел покататься верхом, то это было так же легко, как щёлкнуть пальцами. Как насчёт бальных танцев? Тебя им здесь обучат. А если кто-нибудь захочет принять грязевую ванну, чтобы выглядеть на десять лет моложе… что ж, это можно устроить. Как насчёт буфета с огромным шоколадным тортом в семь слоёв? Тебе подадут его… прямо на завтрак! Но, по общему единодушному мнению, лучшим здесь было вечернее шоу в главном здании, которое всегда проходило после ужина. В будние дни своими талантами могли похвастаться работники «Королевских дубов». Они пели, жонглировали и танцевали. Однако главные представления проходили по выходным, когда на сцену выходили знаменитые артисты, певцы и музыканты и, конечно же, величайшие из чародеев эпохи.

– Здесь так роскошно, – воскликнула Лейла, когда последний из кустов в виде животных остался позади. – Так как другой господин Вернон здесь готовит, я иногда прихожу на кухню. Поэтому я знаю это место как свои пять пальцев. А по вечерам я иногда нахожу пустые комнаты, чтобы поупражняться в трюках. Здесь есть заброшенное крыло! И лабиринт на заднем дворе неподалёку от леса, где постоянно теряются люди. Я частенько вызволяю их оттуда.

Пока Картер глазел на

огромные колонны главного зала, Лейла помахала краснолицему швейцару. Молодой парнишка с улыбкой распахнул перед ними тяжёлую дверь.

– Спасибо, Дин! – сказала Лейла и потащила Картера, парализованного величием гостиницы, внутрь.

Вестибюль переполняли люди, приходившие и уходившие без остановки. У стойки регистрации толпились туристы, расспрашивая об экскурсиях, антикварных лавках и барахолках. На самом деле в окрестностях Минеральных Скважин можно было найти чудесные безделушки. Некоторые вещи, которые одним кажутся мусором, другим представляются настоящим сокровищем.

Двери лифта открывались и закрывались, впуская и выпуская целые семьи, спешившие на обед или за развлечениями. Подростки в мокрых купальниках скакали вверх и вниз по деревянной лестнице от крытого бассейна до обеденного зала.

Мимо пронеслась переполненная багажом латунная тележка. Верхом на чемоданах сидел ребёнок в повязке на глазу и выкрикивал команды, словно пират. Рядом со стойкой регистрации на задних лапах стояло огромное чучело медведя гризли в девять футов высотой. Его передние лапы были подняты, а когти растопырены. Однако ужас быстро рассеивался, стоило разглядеть на нём солнцезащитные очки и ожерелье из цветов.

В центре зала, на маленькой зеркальной сцене, мальчик и девочка в одинаковых клетчатых костюмах танцевали чечётку. Вокруг них собрались зрители. Картер догадался, что артисты – близнецы: то ли потому, что у обоих были одинаковые наряды, цвет волос и черты лица, то ли из-за их идеально слаженных движений. Они размахивали руками и щёлкали пальцами с такой скоростью, что у зрителей кружилась голова. Однако танцоры ни разу не промахнулись.

Когда песня закончилась, они мгновенно перешли к своему следующему номеру.

– Эй, Иззи, как ты назовёшь кучку колбасок, танцующих чечётку? – спросил мальчик.

– Не знаю, Олли, – ответила девочка. – Как?

– Тапас[3]! – ботинки Олли отчеканили тапити-тап-тап-тап.

– Это Олли и Иззи Голден, – сказала Лейла Картеру и помахала близнецам. – Они великолепны. Их родители тоже здесь работают. Папа учит ребят комедийным приёмам, а мама – инструктор по бальным танцам. Может быть, мы неплохо разбираемся в волшебстве, но эти двое точно знают, как заставить людей рассмеяться.

– В первый раз, когда смотрела их представление, – сказала Ридли, – я смеялась до слёз.

И, немного подумав, она добавила:

– А я никогда не плачу.

– Я буду плакать, если не получу свои счастливые отмычки обратно! – сказала Лейла. Сердце Картера опять заплясало от волнения, как только он подумал, что могут сделать пок-пикеты с его деревянной коробочкой.

– Пойдёмте, – сказала Лейла и повела компанию к стойке регистрации, где стояла ослепительная женщина в элегантном брючном костюме с серебристой табличкой на груди. Там было написано, что её зовут Куинн.

– Привет, Кью! – сказала Лейла и обняла её. – Как поживаешь?

– Прекрасно, – отозвалась серебристая Куинн. – В эти выходные было так весело! Гостиница переполнена, все гудят о Финальном Представлении Боссо сегодня вечером. Мы не знаем, что он собирается сделать с этим алмазом. Быть может, превратит его в алмазную гору!

– Ох, как бы я хотела получить его автограф! – насмешливо сказала Лейла, пытаясь не прятать глаза. – Ты знаешь, когда и где они собираются обедать?

– Конечно же, я знаю, – ответила красавица. – Это моя работа. Господин Боссо и его гости будут обедать в Зале Командора в час дня. Но ты сможешь отловить его и раньше – он и его друзья отдыхают в крытом бассейне.

Она наклонилась вперёд и прошептала:

– Но давай сделаем вид, что я этого не говорила. В последнее время они какие-то нервные.

– Без проблем, Кью. Ты просто прелесть, – сказала Лейла и отвела остальных в угол вестибюля. – Так что, каков наш план?

– Переодеться, – сказала Ридли и похлопала по спортивной сумке, переполненной реквизитом из Лавки Вернона. – Затем разделять и властвовать.

– Отлично, – кивнул Картер. – Давайте уже вернём свои вещи.

* * *

– Я не хочу выходить, – крикнул Картер из-за двери туалета. – Вы уверены, что у нас нет другой маскировки?

– Я принесла только четыре костюма, – ответила Лейла. – По одному на каждого из нас.

– Поторопись, – сказала Ридли. – Нам нужно успеть, пока шайка отмокает в бассейне.

Картер с трудом вывалился из туалетной комнаты в коридор вестибюля.

– Я чувствую себя нелепо, – сказал он.

Лейла и Ридли покатились со смеху.

– Ты сказал, что не хочешь быть узнанным. – усмехнулся Тео, – Уверен, так оно и будет.

Картер сменил свои привычные штаны и рубашку на зелёные плавки, зелёные очки и зелёную шапочку для купания.

Остальные тоже были хороши. Тео досталась униформа швейцара, Ридли переоделась старушкой (нахлобучив белый парик и накрасившись как следует). На Лейле были ярко-жёлтые ласты, слитный купальник с подсолнухами и шапочка для плавания с цветочками, вышитыми бисером и жемчужинами.

– Хочешь поменяться? – спросил Картер у Тео. Скрипач покачал головой.

– Если ты стесняешься, можешь поменяться со мной, – хихикнула Лейла.

– Давайте просто сделаем это, и дело с концом, – сказал Картер.

Добравшись до крытого бассейна, друзья по очереди отправились на разведку к стеклянному атриуму[4].

Тео пошёл первым, сделав вид, что работает. Затем настала очередь Ридли, которая притворилась, будто ищет себе подходящее место под застеклённой крышей. Лейла побежала к бассейну и сразу же нырнула в воду. Когда же внутрь зашёл Картер, он замер от неожиданности. Мальчик никогда ещё не видел такого потрясающего места.

Несмотря на то что снаружи была ещё ранняя весна, внутри стеклянного атриума, нагреваемого солнцем, было очень тепло. В воздухе витали запахи пережаренной картошки фри, лосьона для загара и хлорки. А единственными звуками, которые слышал Картер, были смех и плесканье.

В бассейне, напоминавшем тропическую лагуну, было три разных по высоте трамплина, закручивающаяся горка, качели, водопады и гидромассажная ванна. Среди шезлонгов, окружающих бассейн, петляли официанты в белоснежных костюмах с холодным лимонадом и мексиканской закуской начос на подносах. Это было похоже на рай, переливающийся в радужных брызгах.

Картер был так потрясён, что даже не заметил, как загораживает проход. За спиной у него раздался знакомый голос:

– Эй, ты!

Мальчик невольно сжался от испуга. Голос принадлежал Б. Б. Боссо.

Пятнадцать

Над Картером нависла огромная фигура Боссо. На этот раз он был одет в белую майку, полосатые чёрно-белые шорты для плавания и резиновые шлёпанцы, которые казались слишком маленькими для таких огромных волосатых ног. Взгляды их встретились, и на секунду – столь напряжённую для Картера – оба замерли. Картер ждал, что Боссо вот-вот его узнает. Тогда он совершит нечто поистине ужасное. Но вместо этого владелец ярмарки лишь глухо прорычал:

– Подвинься, парень. Ты загораживаешь проход, – не желая больше ждать, Боссо оттолкнул Картера и прошёл мимо.

– Он меня не узнал, – прошептал мальчик. Маскировка Лейлы сработала. Боссо даже не представлял, кто встал у него на пути.

Подбежав к бассейну, Картер с громким всплеском прыгнул в воду. Посреди бассейна он встретился с Лейлой. Вместе они подплыли к бортику, где расположилась команда Боссо. В очках для плавания они были похожи на любопытных лягушат.

Боссо и его любимчики оккупировали шезлонги на краю бассейна рядом с баром. В центре компании, лежа на спине с закрытыми глазами, находился сам Боссо. С двух сторон его обмахивали пара клоунов в полном прикиде. Белая краска стекала с их лиц ручьями.

В руке Боссо сжимал коктейль с бумажным зонтиком, а на пальце его сверкало кольцо с изумрудом. Рядом загорала стройная женщина в чёрном купальнике. Картеру потребовалось несколько секунд, чтобы узнать Леди-Паук, которая куда-то подевала свои руки. Позади них пристроился Морж. Поглощая куриные крылышки, он бросал кости прямо на кафельный пол.

Рядом с ними бездельничали с полдюжины клоунов всевозможных размеров. На них были обычные купальные костюмы, однако лица были разрисованы всё тем же клоунским макияжем.

– Эй, смотри, – прошептал Картер Лейле. – К Боссо подошёл человек в полицейской форме.

– Это шериф Шоу, – отозвалась Лейла. – Что это он делает?

Боссо вручил ему конверт. Шериф открыл его и пересчитал стопку денег. Положив их обратно, он сунул конверт в куртку.

– Похоже, полицейского подкупили. Боссо даёт ему взятку? Это не к… – начал Картер.

Но прежде чем он успел сказать «добру», Лейла утянула его под воду. С немым вопросом на них смотрели клоуны. Под водой Лейла жестами показала Картеру, что пора возвращаться к остальным. Вместе они поплыли на мелководье – туда, где росли пальмы. Выскочив из воды, они отыскали Ридли и Тео за шатром для полотенец. Там и спрятались от шайки Боссо.

– Здесь вся его команда, – прошептал Тео, – кроме пок-пикетов.

– И Татуированного Младенца, – добавил Картер.

– Нет, он здесь, – покачала головой Ридли. – В баре у бассейна. Жуёт свою сигару и пристаёт к дамочкам.

– Неплохо устроился, – заметила Лейла.

– Что ж, у нас есть полчаса до обеда, – показала Ридли на часы. – Картер, Лейла, проберитесь в их комнаты. Тео и я останемся здесь и продолжим следить за всей компанией. Если они попытаются вернуться в номера, мы их задержим.

– О, мне нравится твой план, – сказал кто-то низким голосом.

– Мне тоже, – добавил кто-то высоким. – Но что делать нам?

Картер и Тео едва не подпрыгнули от неожиданности. Обернувшись, они увидели Олли и Иззи, которые стояли у них за спиной.

– Что вы здесь делаете? – спросил Картер.

– Мы решили, что у вас тайное совещание, – сказал Олли.

– Мы страшно любим тайные совещания, – прибавила Иззи, – но общая картина плана нам по-прежнему неясна.

– Вы действительно хотите помочь? – спросила Лейла.

– Лейла! – прошипела Ридли. – У нас уже есть один новый компаньон. Мы не можем взять ещё двоих!

– Чем больше народу, тем веселее! Я всегда так говорю, – возразила Иззи.

– Ты никогда так не говорила, – усмехнулся Олли, – но мы можем вам помочь. Мы неплохо умеем отвлекать людей.

– Отвлекающий манёвр был бы не лишним… – протянул Тео.

– Но вы даже не догадываетесь, от чего вам придётся отвлекать Боссо и его команду, – сообщил близнецам Картер.

– Так даже лучше, – загорелась Иззи. – Если вы угодите в неприятности, мы можем сказать, что понятия не имеем, что происходит.

– Это она умеет, – сказал Олли. – Иззи редко понимает, что вообще происходит.

– Как вы собираетесь их отвлечь? – поинтересовался Картер.

Близнецы обменялись озорной улыбкой. Подскочив к трамплину, они сбросили ботинки и вскарабкались на самую верхушку. Добравшись до последней ступеньки, они сорвали с себя костюмы, под которыми оказались купальники в точно такую же клетку. А затем, шагнув на самый край трамплина, громко воскликнули:

– Эй, народ! Все ли хорошо проводят время?

Слышимость в зале была бесподобной. Голоса близнецов эхом раскатились по площадке. Все повернулись к трамплину и захлопали. Из толпы донеслись свистки и приветствия.

– Мы не знаем, слышите ли вы отсюда, но среди нас сегодня настоящая звезда! – сказал Олли.

– Звезда? Хочешь сказать, такая же, как солнце? – переспросила Иззи.

– Нет, глупенькая. Некто гораздо ярче: хозяин ярмарки Б. Б. Боссо! Давайте же поприветствуем его аплодисментами!

Толпа неистово захлопала. Как только аплодисменты утихли, Олли продолжил:

– Боссо, есть ли хоть какая-нибудь возможность, что ты заберёшь с собой мою сестру, когда отправишься в путь?

– Берегись, или я тебя стукну, – сказала Иззи и шутливо занесла над ним кулак. – Ну а если серьёзно, господин Боссо, вы много работаете, чтобы развлекать других людей. Поэтому на следующие пятнадцать минут присядьте, откиньтесь назад и позвольте нам отплатить вам тем же самым.

Боссо сел на стул и нахмурился. Оглянувшись вокруг, он понял, что все на него смотрят, и поспешно натянул свою знаменитую кривую – и безусловно, фальшивую – улыбку. Олли подмигнул неудачникам, и Лейла встрепенулась:

– Это сигнал. У нас пятнадцать минут.

– Тео и я останемся здесь, – сказала Ридли и вручила Лейле свой рюкзак. – Если чудо-близнецы не смогут задержать здесь Боссо и его ребят, это сделаем мы. Но как бы там ни было, лучше поторопиться.

* * *

– Откуда ты знаешь, где остановился Боссо? – спросил Картер Лейлу, когда они поднимались на лифте.

– Пока ты переодевался в нормальную одежду, я поговорила с портье. Вот почему выгодно иметь родственником повара, который готовит лучшее ризотто с лобстером по эту сторону от Скалистых гор, – ответила Лейла. – Боссо с «экспонатами» остановились в пентхаусе. Остальные головорезы живут на том же этаже.

– Боссо любит держать всё под контролем, – сказал Картер. Он вспомнил происшествие с клоунами из крошечной красной машины на станционном дворе пару ночей назад. – Думаю, он хранит все важные вещи в собственной комнате.

– Я покажу дорогу, – сказала девочка. Когда створки лифта раздвинулись, Лейла и Картер выглянули в коридор.

Четверо пок-пикетов, напевая что-то под нос, охраняли дверь Боссо.

– Ах, чтоб тебя! – прошептала Лейла.

– Что теперь? – спросил Картер. Время неумолимо истекало.

– Проще простого, – прошептала Лейла. – Следуй за мной.

Спустившись этажом ниже, они очутились в коридоре и проскользнули сквозь дверь с табличкой «Служебный лифт».

– Он ведёт к чёрному ходу верхнего этажа, – сказала Лейла, разминая пальцы.

– Нам повезло, что ты знаешь гостиницу так хорошо, – заметил Картер.

– Достойный мастер выпутываться откуда бы то ни было должен знать любые выходы. Кое-чему я обучилась ещё в приюте, – усмехнулась она грустно.

– Может быть… Может, когда-нибудь, когда мы не будем заняты кражей наших украденных вещей, ты сможешь рассказать мне, как это было? Я имею в виду сиротский приют. Быть может, у нас много общего.

К удивлению Картера, лицо Лейлы потемнело.

– Да, может быть, – сказала она и шагнула к дверцам лифта. Картер почувствовал, как его собственное лицо залилось краской. Напоминание о сиротском приюте, должно быть, было ошибкой.

Когда они вышли из служебного лифта, Лейла дёрнула за ручку двери. Та оказалась запертой. Девочка потянулась к купальной шапочке и вытащила оттуда маленький коробок не больше упаковки жвачки. Внутри были крошечные металлические отмычки странной формы. Лейла сунула их в дверной замок, и через мгновение раздался щелчок. Дверь отворилась.

– Это не мои счастливые отмычки, но при себе всегда нужно иметь запасной набор. В конце концов, хороший мастер выпутываться откуда бы то ни было должен знать, как открыть любую дверь.

– Ты уверена, что никогда не была грабителем? – спросил Картер.

– Может быть, в прошлой жизни, – пожала плечами Лейла.

Они осторожно прокрались в пентхаус. Стены покрывали экстравагантные деревянные панели из ореха. В золочёных рамках тут и там были развешаны картины с пейзажами. К счастью, в номере никого не оказалось. Лейла указала на часы, стоявшие на столе, напоминая Картеру, что нужно торопиться.

Нырнув в ближайший дверной проём, они обнаружили гигантскую кровать, на которой валялись конфетные фантики и пустые коробки из-под пиццы. В соседней комнате лежали дополнительные руки Леди-Паук. В душевой Картер обнаружил ванну, наполненнную украденными кошельками, часами, украшениями и всякой всячиной.

– Похоже на добычу, которую пытались спрятать в одном из цирковых вагонов хмурые клоуны. Я их видел в ту ночь, когда сюда приехал, – сказал мальчик. – Вагон был забит, поэтому клоуны перенесли оставшиеся вещи сюда.

– Но Боссо подкупил шерифа у бассейна внизу, – сказала Лейла, закипая от негодования. – У нас связаны руки. – Она погладила карман своей куртки, и Картер услышал, как в его глубинах звякнули металлические наручники. – Если бы только они оказались связаны у них… – добавила девочка, сверкая глазами.

– Эй, смотри-ка! Там ещё одна комната, – сказал Картер и махнул рукой. Дверь в последнюю комнату была заперта. На ней висела записка, нацарапанная от руки:

– Что ж, звучит угрожающе, – сказала Лейла и, снова вытащив свои старые проржавевшие отмычки, принялась за работу. Секундой позже дверь отворилась…

– С ума сойти! Ты посмотри на этот алмаз! Он просто громадный!

В центре комнаты стояла кровать, заваленная чертежами сцены и жёлтыми блокнотами, исписанными чьей-то свирепой рукой. А поверх всего лежал самый большой алмаз в мире – «Звезда Африки».

– Он украл его, – воскликнула Лейла. – Боссо украл бриллиант!

– Как бы не так, – возразил Картер, приглядевшись повнимательней. – Многие годы дядюшка тренировал меня отличать настоящие алмазы от безделушек. Он говорил, что красть подделки – впустую тратить драгоценное время. «Звезда Африки» хоть и выглядит очень правдоподобно, но, это несомненно, подделка.

– Но зачем Боссо эта фальшивка… – Лейла замерла, не успев закончить фразу. Одновременно ей и Картеру пришла в голову одна и та же догадка.

– Боссо задумал заменить подделку настоящей «Звездой Африки» сегодня вечером, – сказал Картер. – Он собирается украсть самый большой алмаз в мире на глазах у всех.

Картеру вспомнились все те люди, которых обокрал его дядя, и преступления, которые ему удалось предотвратить. Сжав кулаки, он твёрдо сказал:

– Мы должны остановить его.

Как передвигать предметы силой мысли!

Ты вернулся! Я так рад. Ведь у меня в запасе есть ещё один фокус. Так что не будем терять время попусту – к делу!

Говорят, волшебник никогда не раскрывает своих секретов. Если только он не обучает другого волшебника – своего друга. Как я тебя. Поэтому предлагаю освоить один маленький трюк, который, как мне кажется, тебе понравится. Зрители будут визжать от восторга! (А если нет, ты выбрал не ту аудиторию.) Мы уже знаем, что Боссо собирается переместить в свою сокровищницу гигантский алмаз. Давай-ка тоже попробуем перемещать предметы – такие, например, как кольцо, ОДНОЙ ЛИШЬ СИЛОЙ МЫСЛИ!

(Хотя на самом деле с помощью нитки.)

ЧТО ТЕБЕ ПОНАДОБИТСЯ

Рубашка, застёгнутая на все пуговицы, – вот во что ты должен быть одет. Хорошо выглядеть на сцене – важная деталь программы. Лучше отдать предпочтение тёмным цветам. Чёрный подойдёт идеально.

Палочка – около тридцати сантиметров в длину. Это может быть волшебная палочка, если тебе так больше по вкусу.

Нитка – длиной примерно от плеча до кончиков пальцев. Лучше, если цвет её будет соответствовать палочке или твоей одежде (а ещё лучше, если и одежде, и палочке одновременно!).

Кольцо – возможно, с пальца одного из зрителей. (Я бы не брал ничего слишком ценного.)

ПОЛЕЗНЫЕ ПРИМЕЧАНИЯ (УПРАЖНЯЙСЯ!)

Я уже говорил, что нужно без конца упражняться?

Разве? Ну хорошо. Позволь напомнить тебе ещё раз. Упражняйся прежде, чем исполнить этот фокус перед публикой (но не забудь подремать и перекусить). Ты ещё скажешь мне за это спасибо.

ПОШАГОВЫЕ ИНСТРУКЦИИ

(ПРЕЖДЕ ЧЕМ ВЫЙТИ НА ПУБЛИКУ)

1. Привяжи конец нитки к верхнему концу палочки.

2. Другой конец нитки привязываем к одной из пуговиц рубашки.

ПОШАГОВЫЕ ИНСТРУКЦИИ (ПЕРЕД ПУБЛИКОЙ)

3. Попроси у зрителей кольцо. Если оно у тебя уже есть, попроси кого-нибудь из зрителей проверить его, чтобы исключить любые уловки. Но не забудь забрать его обратно.

4. Одень кольцо на палочку поверх нитки и опускай его как можно медленней (чтобы никто не заметил нитку!).

5. А теперь медленно отодвинь от себя палочку. Нитка натянется, и кольцо приподнимется. Снова придвинь палочку к себе. Кольцо опять опустится. Это будет выглядеть так, словно оно скользит само по себе. Теперь ты можешь полностью контролировать полёт кольца – просто продолжай двигать палочкой!

Шестнадцать

Встретившись в вестибюле гостиницы, Картер, Лейла, Тео и Ридли поспешили с холма к Волшебной Лавке Вернона. Они не останавливались ни на секунду. Ворвавшись в магазин, Лейла захлопнула дверь.

– Абракадабра! – пронзительно взвизгнул Престо. Задыхаясь, Картер и Тео повалились на пол. Ридли откинулась на спинку инвалидного кресла, обмахивая себя ладонью.

– Папа… Боссо… вор… украсть…. алмаз… сегодня…вечером! – прохрипела Лейла.

– Притормози, – сказал господин Вернон, выходя из-за прилавка. – Сделай глубокий вдох и начни сначала.

Друзья рассказали господину Вернону всё, что увидели, начиная с разведки в бассейне и заканчивая тем, что увидели в закрытой спальне Боссо. Всё это время господин Вернон оставался спокойным и внимательным. Когда же они замолчали, он глубоко вздохнул и сказал:

– Что ж, ваша догадка наверняка разочарует Бобби.

– Кто такой Бобби? – спросил Картер.

– Неважно, – сказал обеспокоенный господин Вернон. – Давайте сосредоточимся пока на одном. Я говорил вам, что никогда не закрою глаза на то, чем вы занимались сегодня днём?

– Но я подумала, ты сказал… – начала Лейла.

– Независимо от того, что вы вооружены информацией, я уверен, что местная полиция тоже хотела бы это знать, – перебил господин Вернон. – Может, вы должны позвонить им и рассказать обо всём?

– Я бы хотела, но мы не можем, – вздохнула Лейла.

– Боссо подкупил шерифа Шоу, – добавила Ридли.

– Мы видели, как Боссо дал ему взятку, – продолжил Картер.

– Похоже, что теперь нам придётся справляться своими силами, – закончил Тео.

– Самостоятельно? Здорово, – сказал Олли, указав на сестру большим пальцем. – Она всегда меня преследует.

– Преследую тебя? – захохотала Иззи. – Я пришла первой! Да ты преследуешь меня с тех самых пор, как мы родились!

– Олли! Иззи! Как вы сюда попали? – воскликнула Лейла.

– Мы хотели узнать, чем всё закончилось, поэтому направились за вами. Но вы бежали так быстро, что у нас не было ни малейшего шанса спросить – понравилось ли вам наше представление? – сказал Олли.

– Вижу, вас с каждым днём становится всё больше и больше, – улыбнулся господин Вернон. Он выглядел на удивление спокойным. Может, даже слишком спокойным… – Да вы теперь целая армия. А это значит, что никому из вас не придётся работать поодиночке. Вы напоминаете мне моих друзей. Когда мы были вместе, то были неудержимы.

– Что ты собираешься делать, папа? – спросила Лейла.

– Я? Разумеется, я собираюсь посмотреть Финальное Представление! – сказал господин Вернон. – Волшебникам очень важно наблюдать за другими волшебниками. Так мы учимся.

– И это всё? – спросил Картер. – А что вы собираетесь делать с алмазом?

– Я? – переспросил господин Вернон. – Но я подумал, что это вы собираетесь с ним что-то делать.

– Ещё как! – воскликнула Ридли. – У нас есть план.

– В самом деле? Скажите на милость.

– Что ж, я думаю, что вчетвером… – начала Ридли.

– Вшестером, – прервали её Олли и Иззи.

– Ладно! Вшестером мы остановим Боссо. Ну а если вдаваться в детали… – Ридли замолчала. Так внезапно, как будто из воздушного шарика вышел весь воздух. – Что ж… полагаю, у нас есть план только в общих чертах.

– Ну что ж, чтобы хорошо что-то исполнить, нужно так же хорошо всё продумать, – улыбнулся господин Вернон. – Планируйте как следует. Никто не любит небрежных представлений. И конечно же, не стесняйтесь использовать всё, что вам понадобится, – владелец волшебной лавки обвёл взглядом магазин. – Всё, что принадлежит мне, принадлежит Лейле. А всё, что принадлежит Лейле, принадлежит вам.

– Но разве вы не собираетесь помочь нам? – спросил Картер, поражённый беззаботностью господина Вернона.

– Я буду помогать вам по-своему. В конце концов, я верю, что вы и сами отлично справитесь, – сказал он и взял цилиндр и накидку. – В холодильнике осталось немного еды. Угощайтесь. А я отправляюсь в гостиницу на ранний ужин с другим господином Верноном. Затем у меня запланирован разговор со старым другом. Будем надеяться на лучшее. Но что бы там ни случилось, подозреваю, сегодня вечером мы увидим по-настоящему изумительное представление.

Господин Вернон перевернул табличку на двери, и вместо «Открыто» теперь стало «Закрыто, приходите в другой раз».

– Лейла, не забудь запереть магазин, когда вы уйдёте! Счастливо оставаться! – взмахнув накидкой, он исчез. Дверь закрылась сама по себе.

– Хмм, – пробормотала Ридли. – Я ожидала, что он окажется чуть более… полезным.

– Я тоже, – прошептал Картер.

– Да, ужасная ситуация, – вздохнул Тео. – Мы же просто подростки. Что мы можем?

– Можем использовать магию, – сказала Лейла.

– Как и Боссо, – напомнила ей Ридли. – И его трюки кажутся настоящими.

– Но мы можем положиться друг на друга.

– А у Боссо есть целая армия «экспонатов», пок-пикетов и хмурых клоунов, – ответил Картер. – А мы всего-то лишь… всего лишь…

– Неудачники! – выкрикнул попугай.

– Грубиян! – ответила ему Лейла.

Картер покачал головой:

– Престо прав. Пок-пикеты были правы. Мы всего лишь кучка неудачников, которые не очень преуспели в жизни. И мы ничего не сможем сделать.

– Конечно же, можем! – воскликнула Лейла, ударив кулаком по прилавку. Впервые Картер видел её по-настоящему сердитой. – То, что мы не такие, как все, ещё не говорит о том, что мы не замечательные. На самом деле я думаю, мы хороши именно потому, что отличаемся от остальных. Картер, у тебя быстрые и ловкие руки. Я могу выпутаться откуда бы то ни было. Тео заставляет вещи летать. Ридли – настоящая всезнайка. А Олли и Иззи очень смешные. К тому же они знают «Королевские дубы» лучше всех. И если мы будем работать вместе, то сможем помешать Боссо украсть «Звезду Африки».

– Но это может быть рискованно, – сказал Картер. – Мы можем угодить в неприятности – серьёзные неприятности!

– Чего стоит жизнь без небольшого риска? – сказала Лейла уверенно. – Но ты прав. У каждого есть возможность отказаться прямо сейчас. Без обид. Если кто-то напуган, не хочет переходить дорогу Боссо или загружен уроками, самое время выйти из команды.

Ребята молча переглянулись. Картер вспомнил последние несколько дней. Он провёл всю свою жизнь, пытаясь не лезть в чужие дела и позволяя дядюшке обделывать его гадкие делишки. Но теперь ему выпал шанс всё изменить: помочь не только себе, а в первую очередь – другим людям.

– Я в деле, – сказал Картер. – Мне нечего терять.

Тео улыбнулся:

– Я могу потерять очень многое, но это звучит как вызов, который я просто не могу упустить.

– Никто не может обворовать меня и остаться безнаказанным, – сказала Ридли. – А как насчёт вас двоих? Вас с Боссо ничего не связывает.

Олли сузил глаза:

– Боссо – придурок, и мне этого достаточно.

– Мы подошли после шоу, чтобы поговорить с Боссо, – принялась объяснять Иззи. – Ведь мы же тоже из шоу-бизнеса, понимаете? Всё, что он сказал, было: «Прочь с дороги». А затем этот парень, Морж, оттолкнул Олли.

Близнецы в негодовании помотали головами.

– Единственное, что мы ненавидим больше, чем воров… – начал Олли.

– Это помидоры, – закончила Иззи.

Олли возмущённо посмотрел на сестру.

– Что не так? – воскликнула Иззи. – Мы ненавидим помидоры!

– И придурков! – подытожил Олли.

Иззи склонила голову на бок:

– А, ну да. Я как раз собиралась это добавить. Так что мы тоже в деле. – Близнецы потёрли руки с видом маленьких дьяволят и добавили: – Итак… что мы будем делать?

– Как сказал папа, – улыбнулась Лейла, – нам нужен план.

Несколько секунд все молчали.

– Нам понадобятся все остатки еды после завтрака с кухни «Королевских дубов», – сказал Олли.

– И много сиропа! – добавила Иззи.

– Нам нужно достать Картеру костюм с потайными карманами, – сказала Ридли.

– И немного реквизита, который хранится за кулисами театра «Королевских дубов», – прибавил Тео.

– А я знаю, что мы можем сделать с театральным занавесом. – Схватив карандаш и бумагу, Лейла начала что-то записывать.

– В первую очередь, нам нужно поделиться идеями друг с другом и объединить всё в один общий план. Давайте же загоним этих жуликов в ловушку! Но действовать нужно быстро. Времени почти не осталось, – сказал Картер.

Шестнадцать миллиардов

Опять попался!

Я уверен, ты знал, что это произойдёт, правильно? Ведь ты прочёл оглавление в начале книги очень-очень внимательно, не так ли?

Так? Ну отлично. Это всё, что я хотел от тебя услышать. Внимание к деталям – очень важное качество молодого чародея.

Но давай-ка поспешим за нашей командой на разведку в «Королевские дубы». Скорее! Мы ведь не хотим никого задерживать?!

Семнадцать

Когда неудачники добрались до «Королевских дубов», в гостинице царило оживление. Сотни людей прибыли, чтобы посмотреть Большое Финальное Представление Боссо. Быть может, их привлекли разговоры о представлении, но возможно, им было любопытно посмотреть на «Звезду Африки», самый большой алмаз на свете. Толпа казалась несметной, а очереди были бесконечными.

– Сюда, – указала Лейла, поправив лямку огромного рюкзака за спиной. У каждого из ребят было с собой в сумке куча разных вещей, ведь никто не знал, что им может пригодиться. – Мы можем пройти через служебный вход со двора.

– Всё лучшее для будущих звёзд «Королевских дубов», – с насмешкой заметил Олли.

– По крайней мере, нас не атакуют толпы поклонников, умоляющих об автографе, – пошутила Иззи.

– К тому же мы можем заглянуть на кухню, чтобы достать кое-что для нашего представления, – добавила Ридли.

Шестеро друзей пробрались в гостиницу и направились к Большому театру «Королевских дубов». Но подойдя поближе, Тео заметил билетёров.

– О, нет! – воскликнул он. – У нас нет билетов.

– Билеты-штиблеты, – откликнулся Олли. – У вас есть кое-что получше билетов – мы.

– Мы знаем этот театр как свои пять пальцев, – сказала Иззи. – Не отставайте.

Когда они проходили по коридорам, Картер заметил полицейских у каждого входа. Их было так много, что мальчик снова захотел исполнить свой знаменитый трюк по исчезновению.

Внутри зал был очень красивым: на стенах блестели золотые панели, а сиденья и занавес были сделаны из красного бархата. Добравшись до широкой колоннады, близнецы провели всю компанию сквозь потайную дверцу, скрытую за обоями и деревянной панелью. Там оказалась каморка с лестницей, которая поднималась к самому потолку, и коридор, настолько узкий, что вмещал не больше одного человека за раз. Протянувшись вперед, он утопал в темноте неизвестности.

– Лестница ведёт к рабочим помостам, – объяснила Иззи.

– Помостам? – переспросил Картер.

– Это ряд специальных платформ, которые свисают над сценой. На них устанавливается освещение и спецэффекты для представления.

– О, ясно, – медленно кивнул Картер, притворившись, что понял.

– А коридор ведёт к оркестровой яме и вниз, под сцену, – усмехнулся Олли.

– Ну что ж, снова настало время разделять и властвовать, – сказала Ридли. – Тео и я отправимся под сцену на разведку. Иззи и Олли, возьмите Картера и Лейлу и поднимитесь. Встретимся на другой стороне.

Близнецы поскакали наверх. Лейла направилась за ними, Картер шёл последним. Когда он начал подниматься по лестнице, ладони его вдруг вспотели. Он никогда ещё не взбирался так высоко.

– Если ты боишься высоты, не смотри вниз, – обернувшись к нему, сказала Лейла ступая на тонкую подвесную платформу.

Разумеется, Картер сразу же опустил глаза. Прямо под ними был огромный балкон первого яруса, который вмещал почти тысячу человек.

Отсюда, с восьмидесяти футов над землёй, все рабочие, которые подготавливали сцену к выступлению, казались миниатюрными куклами.

«Продолжай ползти», – приказал себе Картер.

Перебравшись на другую сторону, Картер, Лейла и чудо-близнецы достали из рюкзаков кое-какие сюрпризы, приготовленные для Боссо.

– Мы сами справимся, – сказала Иззи, – а вы двое продолжайте. Мы вас догоним.

Лейла и Картер кивнули. Они переползли через верхний каркас большого театра, прямо под оркестровой ямой, где музыканты настраивали инструменты с какофонией всевозможных звуков. Затем осторожно пробрались сквозь провода и верёвки, которые закрепляли красный занавес, разделяющий зрителей и артистов. Потом проползли над «экспонатами» и клоунами, которые готовились к большому шоу Боссо прямо под ними. Без единого звука Лейла и Картер добрались до задней части подвесного лабиринта и собирались уже было спуститься по лестнице, когда услышали знакомый голос прямо под собой.

– Бобби, прислушайся к голосу разума, – говорил господин Вернон. Тон его был серьёзней, чем когда бы то ни было. – Если ты сделаешь это и тебя поймают, ты попадёшь в тюрьму. И на сей раз не на несколько лет… ты пробудешь там до конца своей жизни.

Картер и Лейла наклонились вперёд и смогли разглядеть господина Вернона и того, с кем он разговаривал. Это был ни кто иной, как хорошо знакомый нам Б. Б. Боссо.

– Что происходит? – прошептала Лейла. – Откуда папа знает Боссо?!

Картер не имел не малейшего понятия. Он почувствовал предательский холод в животе.

– Не делай вид, будто бы печёшься обо мне, – язвительно ответил Боссо. – Мы с тобой не друзья уже тридцать лет.

– Я с этим не согласен, – сказал господин Вернон. – Разве ты не помнишь старое обещание? Я всё ещё верю каждому его слову. Кодекс «Изумрудного кольца» гласит:

«Волшебство настоящих друзей, хоть вдали друг от друга,

В том, что сердце их верно любви до последнего стука».

– Не мели чепуху! Это было сто лет назад, – рявкнул Боссо.

– Я всё ещё считаю тебя своим другом, даже если ты отдалился от меня.

– Нас разделяли не только годы, – усмехнулся Боссо. – Ты всегда был сентиментальным дураком. Не удивительно, что теперь прозябаешь в этом жалком городке.

– Если он так ужасен, зачем же ты вернулся?

– Разве не ясно? «Звезда Африки» была по пути в Нью-Йорк в рамках турне. Я бы никогда не украл алмаз там. Но в этом идиотском городе было легко заплатить кому надо. Как только у меня будет алмаз, я уйду на покой. Он стоит миллионы. Мне никогда больше не придётся работать.

– Не делай этого, Бобби, – умолял господин Вернон. – Отмени своё шоу. Пошли, наведаемся к мороженщику, купим пару отличных эскимо, как в детстве. Ещё не поздно. Ты ничего ещё не сделал.

– Напротив, – возразил ему Боссо с жестокой улыбкой и щёлкнул пальцами. – Сделал только что.

Из-за кулис выскочили Морж и Леди-Паук. Шестирукая женщина ударила господина Вернона по голове тонкой серебристой дубинкой, а Морж набросил на него гигантский холщовый мешок.

– Подготовьте его, – приказал Боссо. – Я знаю, что с ним делать.

Лейла зажала рот, чтобы не вскрикнуть. Дотянувшись до неё, Картер взял девочку за руку и легонько сжал. Всё будет хорошо, хотел бы он сказать, но врать ей было выше его сил.

Восемнадцать

Картер и Лейла спустились по лестнице за кулисы. Они отыскали остальных в старой подсобке, которую обошли вниманием Боссо и его компания.

– Что случилось? – спросила Ридли, увидев слёзы на глазах у Лейлы.

– Боссо схватил господина Вернона, – ответил Картер.

– Что? – в один голос воскликнули Олли и Иззи.

– Думаю, Боссо собирается его подставить, – высказала свою догадку Лейла. Ридли обняла её. – Они хотят представить всё так, как будто этот гигантский алмаз украл папа.

– Что же нам делать? – спросил Тео.

Как следует всё обдумав, Картер сказал:

– Мы должны придерживаться плана.

– Забудь о плане, Картер, мы должны спасти господина Вернона! – разозлилась Ридли.

– Мы можем сделать и то, и другое, – возразил ей Картер, и в глазах его блеснула решимость. – Помните, что сказала госпожа Хельга, предсказательница на ярмарке? «Если будете работать вместе и оставаться верными друг другу, ничто не сможет вас сломить». Если мы будем следовать плану, то сможем доказать, что Боссо – вор. И спасти господина Вернона. Это лучшее решение проблемы. Вы должны мне поверить!

* * *

Когда началось представление Боссо, ребята спрятались за кулисами. Сначала выступили пок-пикеты, которые спели ту же самую песню, затем появился Боссо и превратил розы в одуванчики.

– Это то же самое представление, что он давал в большом шатре, – фыркнула Ридли. – Оригинальность нулевого уровня.

Представляя каждый номер, Боссо придерживался своей обычной программы.

– Какая замечательная аудитория! – воодушевлённо воскликнул он, и лишь его фальшивая улыбка говорила о том, что Боссо что-то скрывает. Представив господина Вернона, связанного где-то за кулисами, Картер вздрогнул от ненависти к этому человеку.

– Я показал вам чудеса, но настало время по-настоящему ошеломляющего номера. Я хотел бы познакомить вас с настоящей звездой этого представления… самым большим алмазом в мире – «Звездой Африки»!

На сцену вышли четыре охранника с чёрным металлическим ящиком. Они поставили его на стол рядом со стеклянным подиумом, который возвышался над сценой на несколько футов. Когда они открыли ящик, по толпе прокатилось восторженное «О-о-о-о-о-о-о-о-о-о!». Боссо аккуратно взял алмаз в руки. В глазах его загорелись тёмные огоньки.

Картер узнал этот взгляд. Это была абсолютная жадность.

Он понимал, что Боссо постарается использовать какой-нибудь отвлекающий манёвр, но не знал, какой именно. Оглядевшись, Картер получше рассмотрел стеклянный подиум и понял, что механизм, который заставит алмаз исчезнуть, находится именно в нём. О секретах подобного перемещения предметов он прочёл в книге, которую подарил господин Вернон.

– Найденный в 1905 году, алмаз Куллинан был подарен королю Великобритании Эдуарду VII на его шестьдесят шестой день рождения, – сказал Боссо, положив сверкающий драгоценный камень на стеклянный подиум. – Он был разделён на несколько алмазов, самый крупный из которых находится здесь, перед вами: «Большая Звезда Африки». Можете убедиться сами – в мире больше нет ничего подобного. Он за пределами красоты и за гранью ценности. Для меня большая честь включить это сокровище в мою скромную программу сегодня вечером.

Зрители захлопали и приготовились к чему-то особенному.

– Что вы собираетесь с ним сделать? – выкрикнул кто-то из толпы.

Картер посмотрел туда, откуда донёсся вопрос, и понял, что его задал охранник Боссо. Однако теперь на нём больше не было его жуткого клоунского грима.

– Ну как же! Заставлю исчезнуть, конечно же! – ответил Боссо. Настоящие охранники вдруг встревожились. – Не волнуйтесь, не волнуйтесь! Я верну его обратно! – осклабился Боссо в улыбке.

Все захохотали – за исключением шестерых друзей.

– А теперь я хочу, чтобы каждый из присутствующих не сводили глаз со «Звезды Африки», – сказал Боссо. – Не отвлекайтесь. Сосредоточьтесь, сосредоточьтесь, сосредоточьтесь…

Боссо вытащил из кармана фиолетовый платок и набросил его на алмаз. Всего на секунду. Когда он поднял платок, алмаз исчез.

– Где же он? – улыбнулся маг. – Конечно же, вокруг вас! Поднимите свои глаза, и вы увидите алмазную пыль.

На зрителей посыпалась серебряная стружка.

– Ну а теперь, как бы мне ни хотелось, чтобы все вы сохранили его у себя – хах! – я полагаю, что должен вернуть его обратно… – Боссо эффектно поднял над головой руки. – Считайте вместе со мной, друзья! На счёт «три». Раз… два… три!

Вокруг подиума появились струи пламени и клубы дыма, и алмаз появился снова, освещённый лучами прожектора. Радужные отблески рассыпались по сцене. Зрители замерли с открытыми ртами, а в следующую секунду зал сотрясали бурные аплодисменты.

– Охранники, я полагаю, вы хотите забрать его? – спросил Боссо.

Четверо охранников направились к алмазу. Сощурив глаза, Картер заметил, что алмаз блестел не так ярко, как прежде. Это была уже не «Звезда Африки». Боссо показывал подделку. Настоящий алмаз исчез во время фокуса, как и ожидали друзья. Картер знал, что он должен сделать.

Вдруг огни во всём зале погасли. Театр погрузился во тьму.

– Охранники! Полиция! – закричал Боссо откуда-то из темноты. – Кто-то пытается украсть алмаз! Запечатайте двери, закройте выходы, не позволяйте никому выходить наружу. Погодите… я… я схватил его!

Со сцены раздались звуки схватки и звон разбитого стекла. Зрители замерли от страха и восхищения.

– Мы его поймали! – взревел Боссо.

Очень кстати свет снова зажёгся.

Боссо, Морж и Леди-Паук держали вырывающегося господина Вернона. Поддельный алмаз лежал на полу, всего в нескольких шагах от них.

– Мы задержали преступника, – сказал Боссо зрителям. – Полиция, арестуйте этого мужчину. Он пытался украсть «Звезду Африки»!

Запыхавшийся Боссо жестом руки утихомирил толпу.

– Что ж, – продолжал он, – я не ожидал, что моё представление закончится подобным образом. Но кто не любит небольшого приключения? Опасность позади, леди и джентльмены!

– Спасибо тебе! – воскликнула Леди-Паук. – Ты герой! Ты остановил этого дикаря!

Зрители с одобрением захлопали. Боссо поклонился, и люди вскочили со своих мест, зааплодировав ещё сильнее.

– Это честь, я польщён… – сказал Боссо и снова поклонился. – Спасибо вам! Спасибо!

Даже не осмотрев алмаз как следует, охранники засунули его в чёрный ящик и заперли. Несколько полицейских надели наручники на господина Вернона и увели его со сцены.

– Шоу ещё не закончилось, – прошептал остальным Картер. – Давайте же начнём настоящее представление…

Девятнадцать

– Бурные овации нашему герою, Б. Б. Боссо! – воскликнули Олли и Иззи, выходя из-за кулис за его спиной.

Боссо выглядел озадаченным. Он посмотрел на Моржа и Леди-Паука, но они лишь пожали плечами, не понимая, что происходит.

– Давайте, хлопаем, хлопаем, не расслабляемся, – крикнул Олли зрителям.

– Правильно, – добавила Иззи. – Давайте-ка все вместе выразим нашему герою самое тёплое приветствие!

– Приветствие? – воскликнул Олли. – Но шоу уже закончилось!

– В самом деле? – спросила Иззи и почесала голову. – Я готова была поклясться, что шоу только начинается!

– Я был бы совсем не против! – сказал Олли. – Кто хочет большего?

Толпа воодушевлённо захлопала, и кривая улыбка Боссо сползла с его лица. Морж зарычал на Олли, а Леди-Паук посмотрела на Иззи. Но никто из них не мог ничего поделать на глазах у тысячи зрителей. Они отступили к краю сцены.

– Что случилось, Боссо? Ты выглядишь озабоченным, – сказала Иззи. – Ведь ты же не хочешь разочаровать своих зрителей?

– Конечно… конечно же, нет! – промямлил Боссо.

– Он не озабочен, – сказал Олли, ткнув Боссо прямо в живот. – Он просто голодный. Я бы тоже проголодался после такого представления.

– Мне бы тоже не помешал небольшой перекус, – сказала Иззи и, подхватив Боссо под руку, отвела его в центр сцены. Достав откуда-то зонтик, она распахнула его и спряталась. – Но я беспокоюсь о погоде. Выглядит довольно облачно. Возможны осадки в виде фрикаделек.

Олли потянул за шнурок. Куча сырых яиц, бекона, овсянки и бубликов полетела прямо на голову Боссо. В довершение ко всему на него вылился кленовый сироп, покрыв липкой жижицей с ног до головы. Полагая, что это было частью представления, толпа взревела от хохота. Лицо Боссо, заляпанное овсяной кашей, стало ярко-пунцовым. Он с надеждой взглянул на Моржа и Леди-Паук, но те были слишком заняты поисками запасного выхода.

Олли наклонился к толпе и прикусил свой палец.

– Ой! Что за транжирство прекрасной еды!

– Похоже, у кого-то яйцо на лице, – добавила Иззи.

– Это сигнал, – сказал Картер остальным за кулисами. – Вы готовы?

Ридли, Тео и Лейла кивнули.

Тео в своём смокинге, Лейла и Ридли в одинаковых прекрасных платьях с серебристыми блёстками вышли на сцену. Обойдя остатки завтрака, они на цыпочках (и колёсиках) прокрались к передней части сцены. Тео вытащил свою скрипку из пиджака и смычок из кармана (не волшебный, а на сей раз обычный смычок).

– Я хотел бы сыграть в благодарность нашему герою, Б. Б. Боссо.

По залу разлилась весёлая мелодия Тео. Подхватив Олли и Иззи, Лейла пустилась в пляс. Вместе они попытались увлечь за собой Боссо, но он увернулся от них, пыхтя, как паровоз. Близнецы завертели Лейлу в сторону кулис, и она закрутилась в занавес, словно мумия. Но когда занавес раскрутился в обратную сторону, вместо Лейлы наружу выбрался Картер.

Ридли повернулась к зрителям и подняла табличку с надписью: «АПЛОДИСМЕНТЫ!». Толпа послушно захлопала.

– Где это я? – спросил Картер у публики. Отшатнувшись от занавеса, мальчик направился к краю сцены. Он был одет в костюм фокусника с цилиндром и накидкой. Зрители зааплодировали и рассмеялись в ответ. – Я на сцене? Но у меня же невероятный страх сцены! – он хитро подмигнул растерянному злодею.

– Ты! – рявкнул Боссо.

– Я, – усмехнулся Картер и развернулся к аудитории. – Боссо и я – старинные друзья, как вы видите. Однажды он предложил взять меня под своё крыло. До чего же великодушный человек!

Сердитое лицо Боссо стало цвета клубники. Морж и Леди-Паук попытались скрыться, но Олли и Иззи вернули их в центр сцены, где стоял Боссо.

– Я убью тебя, – прошептал Боссо так тихо, что его мог услышать лишь Картер.

– Слышали это, ребята? – воскликнул Картер. – Боссо хочет заставить меня исчезнуть точно так же, как алмаз. Но он должен знать: исчезновения – это по моей части!

Картер вскарабкался на подиум и поклонился публике. Когда он снял свой цилиндр, из шляпы выпорхнуло два белых голубя, которые пролетели над толпой. Ридли набросила на Картера фиолетовый платок, но когда он коснулся подиума, мальчик уже исчез.

* * *

Как Картеру удалось исчезнуть? Проще простого! Тем же самым образом, которым Боссо удалось украсть алмаз, – с помощью спрятанного внутри подиума механизма. Когда паренёк взобрался на подиум, он активировал рычаг и провалился по секретному жёлобу под сцену. А фиолетовый платок скрыл его побег от глаз удивлённой публики.

Как только он поднялся на ноги, сразу увидел Татуированного Младенца, стоявшего на карауле у выключателя света, и пок-пикетов с настоящей «Звездой Африки».

– Положите алмаз на пол! – сказал Картер.

Что мы видим пред собою?

Малыша с дурной судьбою…

Не сбежать ему, не скрыться

Остаётся лишь молиться, –

пропели пок-пикеты.

– Вы заготовили эту песенку заранее, на случай, если я появлюсь? – вздрогнул Картер. – Это довольно неприятно.

Пок-пикеты сбились в кучу и побежали прямо на Картера. Вытащив из кармана пригоршню мраморных шариков, мальчик бросил их на пол. Ноги пок-пикетов разъехались в разные стороны. Врезавшись друг в друга, они перевернулись в воздухе и с грохотом полетели на пол.

Как только они упали, Картер запрыгнул на воришек и вытащил из своего пиджака четыре пары наручников. Своими ловкими руками он приковал пок-пикетов друг к дружке: запястье одного к лодыжке другого, так весь квартет оказался полностью обездвиженным.

Мы должны защищать все сокровища Боссо,

Если он недоволен – большая угроза,

Отпусти наш квартеееееет! –

простонали они.

– Ну а как насчёт «не-е-е-е-е-е-е-е-т»?! – в ответ ехидно пропел Картер.

Татуированный Младенец сорвал с себя рубашку и напряг мускулы. Он бросился на Картера. В последний момент мальчик отпрыгнул в сторону, и его соперник врезался в стену. Отскочив, словно мячик, он потерял сознание.

– Младенцам пора на тихий час, – усмехнулся Картер, гордый собой.

Схватив алмаз, он спрятал его в цилиндре. Затем мальчик запрыгнул на подъёмный механизм и нажал на рычаг, чтобы вернуться на сцену.

Картер появился в облаке дыма и вспышке пламени. Он снова стоял на подиуме. Олли и Иззи танцевали вокруг кипящего яростью Боссо, Тео продолжал играть на скрипке для зрителей.

Ридли снова подняла табличку «АПЛОДИСМЕНТЫ!». Картер поклонился зрителям, которые приветствовали его овациями и свистом. Затем он обернулся и поклонился лично Боссо, сняв цилиндр и позволив злодею увидеть, что лежало внутри.

– Хочешь настоящую «Звезду Африки»? – прошептал ему Картер. – Попробуй-ка отнять!

Добежав до занавеса, Картер завернулся в него, а когда развернулся обратно, вместо него опять выскочила Лейла.

– И снова здравствуйте! – воскликнула она.

– Схватите этого мальчишку, – взревел «экспонатам» Боссо, злобно махнув рукой.

Картер был уже за кулисами. Когда его настигли злодеи, он неожиданно вытащил шпагу из рукава, просунул ногу в петлю из двух верёвок, повязанных розовым бантом, и рассёк одну из них пополам.

Несколько мешков с песком грохнулись на пол, и Картер взлетел.

– Счастливо оставаться! – помахал он шайке.

– Схватить его! – рявкнул Боссо и метнулся к ближайшей лестнице. Морж последовал за ним, а Леди-Паук вскарабкалась прямо по верёвке. Забравшись на помосты, злодеи поползли к возмутителю спокойствия. Леди-Паук едва не схватила мальчишку, но Картер вытащил из кармана колоду и выпустил все карты прямо ей в лицо. Она поскользнулась и едва не выпала за перила. Морж едва успел её подхватить и тоже прыгнул на Картера, но тот увернулся и перескочил на другую платформу.

И вот откуда-то слева появился Боссо, вытянул руку и торопливо схватил цилиндр Картера. Но, заглянув внутрь, он увидел, что цилиндр пуст.

– Сейчас ты его видишь… – сказал Картер, сжимая алмаз в одной руке. – А теперь уже нет! – Он поднёс вторую руку, и камень испарился.

Боссо, Морж и Леди-Паук наконец перебрались на платформу Картера. Вытянув руки, они бросились прямо на мальчика, готовые растерзать его на крошечные кусочки, но тот схватил другую верёвку и плавно спустился за кулисы.

– Проклятье! За ним! – яростно крикнул Боссо.

Уходя от погони, Картер слышал своих друзей с авансцены, они продолжали развлекать публику, и их представление казалось ему потрясающим.

Музыка Тео, танцы Олли и Иззи и смех зрителей придали ему уверенности.

– Это должно сработать, – прошептал он сам себе. Боссо и К° окружали его с разных сторон. Морж приземлился прямо перед Картером, а Боссо – позади него. Картер отпрыгнул в сторону, нырнув в бесконечные складки занавеса.

Перескочив через холст, окрашенный в цвет кирпичной стены, мальчик побежал к настоящей стене. Боссо почти настиг его. Картер свернул, пробежал по короткому коридору, отпрыгнул влево, затем снова повернул налево и ещё раз налево. Он оказался в тупике. Свернув ещё раз, он пробежал через маленькую дверь и оказался в кладовой для реквизита. Бежать было некуда.

– Нет! – воскликнул Картер.

Он был в ловушке.

Двадцать

Развернувшись, Картер увидел, что его со всех сторон окружили враги.

– Всё кончено, мальчишка! – сказал Боссо. – Давай сюда алмаз!

Картер отчаянно огляделся. Вокруг были лишь полки со старым реквизитом, стол с антикварным граммофоном, покрытый плесенью занавес и гигантские зеркала. Потянувшись к ближайшей полке, он схватил бейсбольную биту и случайно включил граммофон. Но когда игла упала на пластинку, вместо музыки раздался ужасный скрежет.

Боссо потянулся к Картеру, и мальчик взмахнул битой.

– Оставь меня в покое! – воскликнул он.

– Отдай алмаз, который ты украл! – рявкнул Боссо.

– Ты украл его первым, – огрызнулся Картер.

– А теперь я собираюсь украсть его обратно!

Боссо снова протянул руку, а Картер снова рассёк воздух битой.

Боссо сделал шаг назад, но лицо его растянулось в зловещей ухмылке.

– Ты в ловушке, парень. Брось мне алмаз, и я, быть может, оставлю тебя в живых.

– Как господина Вернона? – сказал Картер. – Ты его подставил!

– Старый дурак сам напоролся, – сплюнул Боссо. – Что ж, у меня для него есть новости. Как только я заполучу алмаз, всё, что я когда-либо хотел, будет у меня в руках. А Данте… этот пай-мальчик Данте… будет гнить в тюрьме.

– Пока все не поймут, что ты заменил «Звезду Африки» фальшивкой во время фокуса, – сказал Картер, отмахнувшись битой от Моржа и Леди-Паук, пытающихся его схватить.

– К тому времени я уже исчезну. Буду загорать, потягивая ледяные коктейли, украшенные бумажными зонтиками, где-нибудь на Боро-Боро, – сказал Боссо.

– Ты ужасный человек, ты знаешь это? Во-первых, ты устраиваешь эти ярмарочные игры, где никто не может выиграть, во-вторых, твои пок-пикеты грабят людей, которые приходят на представление. Ты заплатил шерифу, чтобы он закрыл глаза на твои проделки. И наконец, ты украл «Звезду Африки», заменив её фальшивкой! Ты губишь людям жизнь. Признай это! – потребовал Картер.

– Я признаю всё это! Но я не виноват, люди слишком глупые, чтобы понять, что их водят за нос. Я просто пользуюсь своим талантом, – ответил Боссо со зловещей ухмылкой. – Я артист. Зрители меня обожают… Сделает ли это меня когда-нибудь достаточно богатым? Сомневаюсь. А вот алмаз – наверняка. Так что да, я присвоил его. Но что ты можешь сделать, парень?

– Абсолютно всё! – улыбнулся Картер и бросил биту на пол. – Спасибо, господин Боссо. Это всё, что нам необходимо было услышать.

– Нам? – прошептал Боссо.

Картер потянул за верёвку, спрятанную в дальнем углу. Четыре стены и потолок фальшивой кладовой для реквизита рухнули, словно карточный домик. Картер, Боссо, Морж и Леди-Паук стояли прямо в самом центре сцены. Весь зал, включая полицейских, услышал признание Боссо.

– Как же так произошло? – вскрикнул он, как ужаленный.

– Ты нырнул за мной в складки занавеса, – сказал Картер. – Я водил тебя вокруг да около, пока не заманил в ловушку. И кстати, на случай, если кто-нибудь не расслышал твоего признания… – Картер передвинул иглу и переключил граммофон с режима «Запись» на «Проигрывание».

– Я признаю всё это! Но я не виноват, люди слишком глупые, чтобы понять, что их водят за нос, – повторил зрителям голос Боссо на записи.

Повернувшись к публике, Ридли подняла над головой табличку с надписью «ТИШИНА!». Бросив её на пол, она направила свою коляску за кулисы к остальным друзьям.

Спустя секунду из-за занавеса показались Ридли, Олли, Иззи, Лейла и Тео, толкая перед собой несколько гостиничных тележек, выстроенных друг за дружкой. Побросав на пол серебристые крышки, они показали зрителям, что лежало внутри. Каждая тележка была переполнена украденным добром из ванной Боссо: тут горой были навалены кошельки, кольца, браслеты, часы и многое другое.

– Полиция, жители и гости Минеральных Скважин! – крикнул Картер. – Боссо пытался украсть «Звезду Африки», подкупил шерифа и работал с опасной бандой грабителей. Если в последние несколько дней вы что-то потеряли, то возможно, сможете отыскать это здесь.

– Он украл моё обручальное кольцо! – воскликнул кто-то из толпы.

– Он украл мой кошелёк!

– Он украл мои серёжки и браслет!

– Я потратил все свои деньги на его глупые игры!

Зрители принялись освистывать Боссо.

Двое полицейских взяли шерифа под стражу, а остальные бросились на сцену и окружили Боссо и его команду.

– Как насчёт того, чтобы отвесить прощальный поклон? – спросил Тео.

Соскочив со сцены, Лейла бросилась к господину Вернону. Повиснув у него на шее, она воскликнула:

– Мы справились!

– Да, вы справились, – ответил господин Вернон, потирая ушибленную голову. – Я ни на секунду в этом не сомневался!

– Позвольте мне снять с вас наручники, – сказал полицейский.

– В этом нет нужды. Я самостоятельно справлялся с наручниками ещё с пелёнок. Господин Вернон взмахнул руками, и наручники упали. Он отдал их полицейскому:

– Вуаля!

– Блестяще! – прошептал Картер.

Двадцать один

Сидя на крыше неподвижного чёрного вагона в станционном депо, Картер разглядывал гостиницу «Королевские дубы», тихий городок Минеральные Скважины, растянувшийся от края до края, и шатры ярмарки Боссо, застывшие в безмолвии раннего утра. После всего, что произошло с ним в последние дни, Картер задумался над тем, верит ли он в настоящее волшебство. Не то, что заставляет вещи исчезать и дурманит сознание, а то, что не даёт тебе спать, когда ты настолько счастлив, что блуждаешь всю ночь и встречаешь восходящее солнце.

Он был уверен, что никогда прежде не видел настолько красивого рассвета. Скрестив ноги по-турецки, он сидел на верхушке вагона Боссо и наблюдал за тем, как полицейские вскрывают замки. Когда они наконец одолели металлические дверцы, из вагона вывалилась куча кошельков, часов и колец. Позже полиция обнаружила, что в каждом городе, где побывала ярмарка Боссо, происходили вспышки ограблений.

Картер и остальные «неудачники» раскрыли сотни, если не тысячи мелких преступлений.

И пока полицейские собирали украденные вещи в коробки, недоумевая, как вернуть их владельцам, Картер продолжал восхищаться жёлтыми, оранжевыми и красными полосками, расплескавшимися по небу и напоминающие ему разноцветные шёлковые платки из фокуса его папы. Поднявшись над горизонтом, сверкающее солнце взорвалось миллионами лучей, укутав мальчика своим теплом.

Через несколько железнодорожных путей тронулся в путь грузовой поезд, убегая вдаль от света восходящего солнца. Мальчик задумался над тем, что же ему делать дальше. Он больше не мог оставаться в доме Тео. Господин и госпожа Штайн-Мейер начнут задавать вопросы. И получается, что он их обманывал, пусть и невольно. «Может, запрыгнуть на поезд, – подумал Картер, – просто чтобы посмотреть, куда он меня завезёт?»

– Ты же не собираешься уходить, не попрощавшись, не так ли? – спросил господин Вернон.

– А-а-а-а-а! – вскрикнул Картер от неожиданности.

Владелей Волшебной Лавки сидел рядом с ним с таким видом, будто бы был там всё это время.

– Как ты это делаешь? – воскликнул Картер.

– Очень тихо, – улыбнулся господин Вернон. – Ну так что же? Собираешься покинуть наш город?

– Я бы не хотел, – вздохнул Картер. – Но полиция уже спрашивала о моих родителях. Я не хочу попасть в приёмную семью. Кто знает, где я окажусь в итоге?

– Один мудрый человек как-то сказал, что решения лучше принимать на свежую голову: как следует выспавшись, приняв душ и сытно позавтракав. На данный момент ту часть, где говорится про сон, ты уже пропустил. Но что касается завтрака – им как раз занимается другой господин Вернон – готовит дома что-то очень вкусное. Кое-кто хотел бы с тобой повидаться прежде, чем ты примешь окончательное решение.

– Завтрак? Звучит неплохо, – сказал Картер, чувствуя, как щёки его запылали.

– Отлично. Идём, – сказал господин Вернон и спустился по лестнице.

Когда Картер вошёл в столовую господина Вернона в квартире над Волшебной Лавкой, он с удивлением обнаружил там всю команду. Тео, Ридли, Лейла, Олли и Иззи – все накрывали на стол.

– Картер! – закричали они, подбегая к мальчику.

– Мы сделали это! Мы действительно это сделали! – сказала Лейла. – Мы поймали Боссо и его марионеток!

– Не всех, – вставил Тео. – Полицейские арестовали Боссо, «экспонатов» и пок-пикетов, но они не смогли отыскать хмурых клоунов.

– Задача на грядущий день, – сказал другой господин Вернон, входя в столовую с переполненной блинами и клубникой тарелкой. – А сейчас настало время подкрепиться.

– Может, после подарков? – предложил отец Лейлы. Вытащив четыре коробка, он положил их перед Картером, Тео, Лейлой и Ридли.

– Олли и Иззи, мне жаль, но я не знал, что в наших рядах грядёт пополнение.

– Не беспокойтесь, – сказал Олли с набитым ртом. – Эти блинчики – уже настоящий подарок.

Когда четверо друзей развернули упаковку, они обнаружили то, что считали навеки потерянным – счастливые отмычки Лейлы, записную книжку Ридли, смычок Тео и деревянную коробочку Картера. Счастливый «неудачник» прижал маленькое резное сокровище к груди и нащупал пальцем инициалы: ЛВЛ.

– Как это удалось? – спросил он.

– Настоящий чародей никогда не раскрывает секретов, – ответил господин Вернон. Но быстрый ум Картера уже начал раскладывать все детали последних дней по полочкам. Когда он впервые повстречался с господином Верноном в его Волшебной Лавке, тот подарил ему книгу. Именно в ней Картер отыскал фокус с исчезновением предметов на подиуме, который использовал Боссо. Господин Вернон был его старым другом и называл Боссо «Бобби». Должно быть, он знал не только то, что Боссо попытается украсть алмаз, но и то, как он собирается это сделать. И, видимо, он незаметно забрал у пок-пикетов их вещи.

– Мы никогда не оставались сами по себе, не так ли? – подытожил Картер. – Вы с самого начала о нас заботились, присматривая за тем, чтобы мы не подвергались реальной опасности… Монетки в моём кармане… Одеяло в парке… Это ваша заслуга?

Лейла украдкой посмотрела на Картера:

– Какие ещё монетки? Какое одеяло?

– Я понятия не имею, о чём он говорит, – улыбнулся господин Вернон, потянувшись за блинчиком.

– Что ты собираешься делать теперь, Картер? – спросил Тео.

Картер пожал плечами. После всего, через что они прошли, после того, что они для него сделали, как он мог рассказать своим друзьям, что всего час назад он планировал сбежать? От этой мысли он почувствовал себя совершенно опустошённым. Ему не хотелось покидать Минеральные Скважины, но разве у него был другой выход?

Должно быть, остальные прочитали его мысли.

– Ты не можешь уйти! – выпалила Лейла.

– Ты должен остаться, – Тео похлопал Картера по спине. И даже Ридли озабоченно нахмурилась.

– Вообще-то у меня припрятан ещё один туз в рукаве, – сказал господин Вернон. Он махнул ребятам рукой, приглашая следовать за собой, вышел из квартиры и спустился в Волшебную Лавку. Тео, как настоящий джентльмен, придержал для всех дверь.

– Гав-гав! Я кролик, – пронзительно крикнул Престо.

– Глупая птица, – рассмеялась Лейла.

Господин Вернон провёл неудачников и другого господина Вернона в потайную комнату, к стене, украшенной рамками с фотографиями. На ней висели десятки чёрно-белых изображений разных чародеев. Но в самом низу находился снимок, который отличался от остальных. Это была потускневшая от времени фотография четырёх ребятишек, обнявших друг друга.

– Кто это? – спросила Лейла, разглядывая фото.

– Команда «Изумрудное кольцо», – ответил господин Вернон. – Вот это – я, примерно вашего возраста, а вот это – Боссо. Раньше его звали Бобби Босковиц.

– Вы были знакомы друг с другом? – ошеломлённо спросила Ридли.

– Не просто знакомы. Мы были лучшими друзьями, – ответил господин Вернон. – Боссо, я и остальные друзья – все мы были не очень везучими детьми, точно так же, как и вы. Но не об этом я хотел рассказать. Я хотел показать Картеру Лайла, – он указал на одного из мальчиков на фотографии.

– Сильно похож на Картера, – заметила Лейла.

– Лайлом звали моего папу, – растерянно прошептал Картер.

– Как я и полагал, – сказал господин Вернон, и на глазах его выступили слёзы. – Я мучился этим вопросом с той самой минуты, как только тебя увидел. Но я подумал, что это невозможно. Что мой старый ум решил сыграть со мной злую шутку. Но затем, однажды вечером, когда забрал ваши вещи у пок-пикетов, я обнаружил твою коробочку. На ней были инициалы «ЛВЛ». Может ли быть единственный шанс хоть на то, что за этими инициалами стоит имя Лайла Вайльдера Локка?

Картер ошеломлённо кивнул.

– Вы знали моего папу?

– Знал, и очень хорошо, – сказал господин Вернон. – Лайл был моим двоюродным братом.

Что-то внутри Картера лопнуло и хлынуло вверх горячим и бурным потоком. К горлу подступил огромный комок – размером не меньше, чем бейсбольный мяч. Все эти годы он думал, что кроме дядюшки Проныры у него никого нет.

– Ваш двоюродный брат?

– Когда Лайл встретил твою маму, они переехали на Западное Побережье, поближе к её семье, – печально начал господин Вернон, – а после того, как твои родители… ну, ты понимаешь… Я знал, что ты оказался с другим родственником, но никто точно не знал, с кем именно и где. В течение многих лет я пытался тебя разыскать. Я никогда не сдавался, но и подумать не мог, что судьба забросит тебя в Минеральные Скважины.

– Не судьба, – возразила Лейла. – Волшебство.

Волшебство, судьба или счастливый случай. Картер больше не понимал, что есть что. Он помнил лишь то, что несколько дней назад, когда запрыгнул на поезд, он почувствовал, что это правильно. Все пути вели в одном направлении. Волшебство. Судьба. Совпадение. «Быть может, в один момент, – подумал Картер, – всё это сливается воедино».

– Картер, ты хочешь жить с нами? – спросил господин Вернон. И мальчик был не в силах ответить. Он просто кивнул.

* * *

Четверо друзей собрались в секретной комнате, спрятанной в недрах Волшебной Лавки господина Вернона. После того как их лица появились на обложке местной газеты, где их назвали городскими спасателями, они решили, что должны продолжать свои магические упражнения, чтобы узнать, на что они действительно способны.

– Должны ли мы придумать название для нашей организации? – спросил Тео.

– Как насчёт «Изумрудного кольца»? – спросила Лейла. – Точно так же называлась группа папы, когда он был подростком.

– Это лишь навевает воспоминания о Боссо и его головорезах, – помотала головой Ридли. – Нет уж, спасибо.

– Как насчет «Банда Олли и Иззи»? – предложил Олли.

– Или «Банда Иззи и Олли»? – поправила его Иззи.

– Откуда вы вообще взялись? – раздражённо спросила Ридли.

– Не только вы умеете трюкачить, – хором заявили близнецы.

– Мы будем рады к вам присоединиться, – добавил Олли, – хотя у нас своих репетиций выше крыши, мы не против появляться здесь время от времени.

– Как приглашённые звёзды, – заключила Иззи. – Так что да, посчитайте и нас тоже.

– Это же нелепо! – сказала Ридли, кивнув на близнецов. – Мы организуем команду чародеев.

– Да, потрясающе! – воскликнул Олли.

– А мы получим специальные наряды? – спросила Иззи.

Ридли покачала головой.

– Вы не понимаете! Мы не можем вас принять. Вы совершенно не знакомы с миром сценической магии.

– Наглая ложь! – сказал Олли. Он схватил Иззи за руку и попытался оторвать её большой палец.

– Ай! – воскликнула Иззи и шлёпнула брата.

– Я думаю, магия – это нечто большее, чем сценическое ремесло, – сказал Картер. – Это о счастье. Это о смехе. Это о чувстве, которое созревает внутри тебя. И мне кажется, что Олли и Иззи неплохо с этим справляются.

– Отлично сказано, – заметил Тео и похлопал Картера по спине.

– Я согласна, – добавила Лейла.

– Ладно, – буркнула Ридли. – Но с этой минуты новые члены будут проходить строгую процедуру отбора.

– Так что, как мы собираемся назвать себя? – спросила Лейла.

– Как насчёт «Суперволшебники»? – предложила Ридли.

– Или «Бриллиантовые кудесники»? – попробовал Картер.

– Нам нужно что-то уникальное – такое же, как мы сами, – сказал Тео.

– Такое ощущение, что все вокруг называют нас неудачниками, – вспомнил Картер, – Боссо, пок-пикеты.

– Мне нравится идея называть себя так, как это делали плохие парни, – высказалась Ридли. – Это звучит веско. И говорит о том, что мы выше условностей.

– Неудачники, – повторила Лейла, словно пробуя слово на вкус. – Здорово!

– Согласны, – сказали Олли и Иззи.

Тео поднял большой палец в знак одобрения.

– Волшебные неудачники, – подытожил Катрер. Ему нравилось это название. Ведь именно то, чего он когда-то стыдился, объединяло его со всеми за этим столом. – Что ж, теперь, когда у нас есть название, что мы собираемся сделать в первую очередь?

– Учиться волшебству, конечно же. Ещё усердней, чем прежде, – ответила Лейла.

Картер научился волшебным трюкам от дядюшки. И это совершенно оправдывало их название – они оставались всего-то лишь трюками. Никакого волшебства в них и в помине не было. Но друзья и новая семья доказали, что настоящее волшебство существует. Нужно лишь знать, где искать.

Как читать чужие мысли!

Нет! Не уходи пока! Книга ещё не закончилась. Прежде чем мы расстанемся, я хотел бы обучить тебя ещё одному фокусу. Кроме того, упоминал ли я, что это лишь первая книга серии? Впереди тебя ждут ещё истории, каждая последующая из которых длиннее и грандиозней, чем предыдущая. И в каждой ты отыщешь ещё больше волшебных трюков. Осмелюсь заявить, что к концу этой серии – если продолжить упражняться, упражняться и упражняться без остановки, – ты станешь настоящим волшебником! Но я ушёл от темы. Так. На чём я остановился? Ах да, ещё один фокус!

В своём следующем приключении «Волшебные неудачники» столкнутся с опасным злодеем, который называет себя ясновидящим. Не решусь утверждать, существуют ли на самом деле люди, которые умеют читать чужие мысли, или нет – но могу заявить, что следующее небольшое ноу-хау позволит и тебе освоить это искусство.

Здесь ты узнаешь, как угадать число, о котором думает твой ассистент. Ты можешь проделать это с кем угодно, используя любое число, которое придёт ему в голову. Всё, что тебе потребуется, – эта небольшая инструкция и немного математики. (Ты можешь использовать этот приём даже для того, чтобы напугать учителя! Хотя после этого он может заявить: «Я же говорил тебе… Математика незаменима!»)

ЧТО ТЕБЕ ПОНАДОБИТСЯ

Бумага и карандаш – если только ты не математический гений. Ты также можешь использовать калькулятор!

ПОШАГОВЫЕ ИНСТРУКЦИИ

1. Попроси своего друга загадать число. Любое число! Убедись, что он записал его и спрятал в карман (кроме бумажки можно использовать телефон).

2. Теперь попроси его вычесть из этого числа 1.

3. И то, что получилось, умножить на 2.

4. Затем попроси его прибавить то число, которое он загадал вначале.

5. Теперь пускай он (или она) скажет, что вышло в итоге.

* Секретный математический трюк: а теперь как можно быстрее (вот где пригодятся уроки математики) прибавь к получившемуся числу 2.

** Второй секретный математический трюк: то, что вышло, раздели в уме на 3.

6. Наконец ты можешь озвучить число, которое загадал твой друг. Все будут в восторге! То-то же.

Теперь ты провидец – или же просто математический гений (или и то, и другое!). В любом случае ты уже на пути к тому, чтобы стать великим волшебником будущего. А теперь… Что у нас по расписанию? Правильно: упражняться, упражняться и ещё раз упражняться. (Затем вздремнуть, перекусить и снова упражняться. Мне даже не стоит напоминать об этом, верно?)

Когда Неудачники вернутся, они разделят с тобой ещё больше волшебства. Так что будь готов…

Кое-что напоследок…

Погоди. Не уходи. Будь добр, задержись ещё на пару мгновений.

Ты же не рассчитывал, что я позволю тебе просто закрыть эту книгу, как только история Картера подойдёт к концу, не так ли? Какая радость от замечательного волшебного представления или истории, если уж на то пошло, без последнего шокирующего открытия?

В свой заключительный трюк я попрошу тебя взглянуть на предыдущую страницу и… выбрать карту. Любую карту.

А теперь как следует на ней сосредоточься. Вложи в неё всю свою энергию. Можешь даже прищуриться на секунду. Сфокусируйся! Устреми на неё всё своё внимание! Я верю в тебя! Да! Блестяще!

Ты сделал это. А теперь, продолжая концентрироваться на своей карте, вспомни историю, которую ты только что прочёл. Попытайся припомнить, видел ли ты свою карту на страницах этой книги? Вернись к началу и пролистай всё по-новой. Посмотрим, сможешь ли ты отыскать её. Я готов подождать тебя…

Ты нашёл свою карту? В самом деле? Как интересно.

Теперь, я уверен, ты понял, что моя просьба – лишь уловка. И ты отлично осознаёшь, что этот трюк не про карту, которую ты выбрал, – он о картах, которые ты встречал, пока пролистывал книгу. Что они означают?

Наверное, ты заметил, что это какой-то шифр, не так ли, маленький хитрюга? Ну что ж. К счастью для тебя, ты умён не по годам.

Но понимаешь ли ты этот шифр? Давай просто скажем, что он проливает свет на некоторые вещи и помогает нам раскрыть главную тайну.

Понял? Замечательно. Теперь воспользуйся им, чтобы расшифровать секретное послание в истории Картера.

Если ты когда-нибудь мечтал о том, чтобы вступить в такой клуб, как «Волшебные неудачники», то, скорее всего, уже отправлял секретные послания своим друзьям. Поэтому, если ты захочешь использовать тайный язык нашей книги, чтобы создавать свои собственные послания – пожалуйста, не стесняйся! Это элементарно. Проще простого.

Вот, собственно, и всё, что я для тебя припас… Почему бы тебе не отдохнуть немного? Иди на улицу, пробегись по окрестностям. Должно быть, у тебя ещё есть немного времени перед ужином (или завтраком). И до тех пор пока мы не встретимся снова, помни, мой друг: оставайся в добром здравии, держи на плечах свою голову, но главное – храни волшебство в своём сердце.

И напоследок – не утруждай себя поиском новых секретов на страницах этой книги. Конечно, ты ничего больше не отыщешь… хотя, кто знает?

Благодарности

Особая благодарность следующим трюкачам, которые сбежали, чтобы присоединиться к моему бродячему цирку: Рексу «Инспектору манежа» Оглу, Лауре «Укротительнице львов» Нолан, Зоэ «Провидице» Чапин, Дэну «Чревовещателю» Поблоки, Лисси «Татуированной женщине» Марлин и Кайлу «Татуированному мужчине» Хилтону, Дамиану «Помощнику мага» Акоста, Ши «Силачу сцены» Мартину, Челси «Хозяйке продвижения» Хейс, Дэвиду «Погонщику быков» Буртке и всем ганди-танцорам в Литл-Браун, особенно Меган Тингли, Карине Гранде и Альвине Линг.

И наконец, большое спасибо персоналу Fool’s Paradise, волшебной лавки, в которую я захаживал, когда был ребёнком. Двери её давно уже закрыты, но тайны навсегда останутся в моём сердце.

И в завершение хочу сказать огромное спасибо Эду Алонзо, моему личному господину Вернону, и настоящим «Рыцарями мира магии».

Об авторе

Нил Патрик Харрис – популярный актёр, продюсер, режиссёр – не расстаётся с миром магии. С 2011 по 2014 год Харрис являлся президентом «Академии магических искусств». Он знает много секретов и свою первую книгу «Волшебные неудачники» написал для тех, кто ценит дружбу, хочет найти свой путь и узнать, как стать настоящим волшебником.

Сноски

1

Хищное растение, которое питается насекомыми и пауками.

2

Головной убор в восточных странах в виде колпака.

3

Тапас – испанская закуска, в том числе мясная.

4

Атриум – большое открытое пространство внутри здания.

Content

Нил Харрис
Волшебные неудачники

Один

Два

Три

Четыре

Пять

Шесть

Семь

Восемь

Девять

Десять

Одиннадцать

Двенадцать

Тринадцать

Четырнадцать

Пятнадцать

Шестнадцать

Шестнадцать миллиардов

Семнадцать

Восемнадцать

Девятнадцать

Двадцать

Двадцать один

Кое-что напоследок…

Благодарности

Об авторе

Сноски