Анна Джеймс

Тайная библиотека

Anna James

Pages & Co

TILLY AND THE BOOKWANDERERS

Text © Anna James 2018

Illustrations © Paola Escobar 2018

Translated under licence by HarperCollins Publishers Ltd

The author/illustrator asserts the moral right to be identified as the author/illustrator of the work

Серия «Тилли и книжные странники»

© Мольков К. И., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

* * *

Моей сестре Эстер,

сотканной из тех же историй,

что и я сама.

1

Вид из ворот ярмарки

Тилли Пейджиз толкнула дверь в магазин «Пейджиз и Ко», вошла внутрь и всей грудью вдохнула знакомый запах только что задутых свечей, тёмного шоколада и, разумеется, книг. На секунду она забыла, что забрызгана грязной водой, и просто прищурилась от удовольствия, предвкушая начинающуюся неделю каникул. Она расстилалась впереди словно ярмарка, на которую ты смотришь, едва войдя в её ворота. Но спокойствие тут же сменилось негодованием, когда она почувствовала, как противно вымокли ноги. Тилли поёжилась от холода и прошла к двери, соединяющей книжный магазин с тесной задней частью дома, где она жила вместе с дедушкой и бабушкой. Девочка нарочно не стала придерживать грохнувшую дверь и так швырнула портфель на стол, что он столкнул на пол несколько картофелин, а сама резко плюхнулась на стул.

Тилли дождалась, пока бабушка отреагирует на шум, и когда та обернулась, театрально уронила голову на сложенные на столе руки.

– С окончанием четверти, Тилли, – сказала бабушка и с озадаченным видом добавила: – А что, собственно говоря, случилось? И чем тебе так сильно насолила картошка?

Тилли покраснела и смущённо принялась собирать картофелины с пола.

– Да ты, я вижу, промокла насквозь, но дождя-то на улице нет, – продолжила бабушка, выглянув в кухонное окошко. Затем она ласково погладила по голове внучку, всё ещё стоящую на полу на коленях в попытках выудить залетевшую в кошачью корзину картофелину. Тилли вздохнула и прижалась к её ногам.

– Это Грейс, – объяснила она. – Промчалась мимо меня на велосипеде. Прямо по луже. Ну и всю меня обрызгала.

– Но она же не нарочно, я полагаю? – мягко спросила бабушка.

Тилли неопределённо хмыкнула в ответ.

– Но разве вы с Грейс не лучшие подруги? Как говорится, не разлей вода, ты уж прости за каламбур.

– Это раньше так было, когда мы с ней были маленькими, ну, в детстве, в общем, – ответила Тилли. – А теперь у Грейс новые друзья. Она записалась на баскетбол и теперь всё время проводит с девочками из команды. И на обеде сидит с ними, с Аммарой и Поппи.

– А эти… Аммара и Поппи, я их видела когда-нибудь? – спросила бабушка.

– Нет, они приехали из Сент-Энида и всё время держатся вместе.

– Послушай, а почему бы тебе не пригласить их к нам на каникулах? – предложила бабушка. – Познакомитесь друг с другом поближе.

– Не думаю, что они согласятся прийти. Они перешёптываются и хихикают всякий раз, когда я прохожу мимо, – с сомнением покачала головой Тилли.

– А может быть, они удивят тебя. Ведь человека не узнаешь, пока с ним не поговоришь, – сказала бабушка. – Будь храбрее, Матильда. Будь смелой…

– …будь смелой, будь любознательной, будь доброй, – перебила её Тилли. – Знаю я, слышала не раз.

– Да, именно так мы часто повторяли твоей маме, пока она росла, – кивнула бабушка.

– Я думаю, у некоторых людей быть смелыми получается лучше, чем у других, – уклончиво заметила Тилли.

– Очень часто самыми важными вещами для нас становятся те, что не получаются сами собой, – возразила бабушка. – Ну, да ладно. Почему бы тебе не снять мокрую форму и не принять душ? А я пока приготовлю горячий шоколад, чтобы отпраздновать начало твоих каникул.

Спустя двадцать минут Тилли – уже в чистом и сухом домашнем платье – осторожно шла, неся две кружки горячего шоколада, покрытые высокой шапкой густых взбитых сливок: одну для себя, вторую для дедушки. Толкнув спиной кухонную дверь, Тилли вновь оказалась в книжном магазине «Пейджиз и Ко», который был для неё самым лучшим и самым любимым местом на свете. Если смотреть снаружи, с шумной оживлённой улицы северного Лондона, это был самый обычный магазин. Но войдя внутрь, сложно было сдержать изумлённый возглас – как это можно столько всего втиснуть в такое небольшое пространство.

На пяти ярусах магазина располагались уголки для читателей с мягкими диванчиками, продавленными старыми креслами и горящими на столах зелёными лампами. Эти уютные закутки притаились среди лабиринта полок и стеллажей, плотно набитых книгами.

У одной из стен весело взбегала вверх винтовая лестница, а к труднодоступным укромным уголкам тянулись снизу деревянные пандусы. Благодаря сводчатым высоким окнам магазин слегка напоминал церковь, особенно когда в проникающих сквозь стёкла солнечных лучах танцевали крохотные пылинки. А ещё в книжном магазине жила кошка Алиса – так её назвали за любопытный характер.

В хорошую погоду, когда солнце заливало полы своим светом, Алиса очень любила вздремнуть где-нибудь, нежась в тёплых лучах. Позади кассы виднелся большой камин. Летом он обычно утопал в цветах, но сейчас на дворе уже стоял октябрь, поэтому в очаге ярко пылали поленья.

Хотя Тилли никогда не бывала за пределами лондонских пригородов, она была опытной путешественницей по книжным страницам: не раз парила над крышами Парижа, умела летать верхом на метле, частенько любовалась северным сиянием с корабельной палубы. Исследовала чудеса, распутывала загадки, находила книги, которые можно было потом подолгу обсуждать с дедушкой за горячими, истекающими маслом пышками. Открывала для себя истории, которые любила перечитывать вновь и вновь. Они никогда не надоедали ей, всегда оставаясь интереснее бесконечных школьных контрольных.

В книгах Тилли находила примеры простой искренней дружбы, свободной от принятых в обществе сложных правил. Девочке иногда казалось, что в школе вообще когда-то был, наверное, урок, на котором объяснялось, что такое дружба, только она пропустила его, да так с тех пор и не может наверстать упущенное.

Дедушка стоял за кассой и разбирался с разложенными на прилавке покупками читателей: сверял квитанции с названиями на титульных листах, а затем аккуратно складывал книги в стопку, чтобы переставить их потом на полку. Тилли взгромоздила на прилавок вторую кружку горячего шоколада, стараясь не расплескать.

– За твои каникулы, Тилли! – Дедушка чокнулся с нею кружками, а затем сделал большой глоток и, как всегда, прикинулся, будто не замечает появившихся над верхней губой усов из взбитых сливок. – Много на каникулы задали? – спросил он.

– Я должна прочитать какую-нибудь книгу. Новую. Которой никогда не читала раньше, – сделав непроницаемое лицо, ответила Матильда.

– Да, серьёзное задание, – поддержал игру дедушка. – Знаешь, чтобы справиться с таким сложным делом всего за неделю, тебе лучше приняться за него прямо сейчас, немедленно.

Тилли не выдержала, хихикнула и подцепила пальцем немного взбитых сливок из кружки, вспоминая о стопке из пяти книжек на своей прикроватной тумбочке. Она заранее отложила их, чтобы с удовольствием проглотить за каникулы.

– Мисс Уэббер сказала, что после каникул мы начнём обсуждать любимых книжных героев, поэтому нам стоит заранее подготовиться и подумать, каких персонажей выбрать. Дедушка, а кого ты предпочёл бы?

– Интересный вопрос и очень не простой, – покачал головой дедушка, облизывая взбитые сливки с верхней губы. – Честно скажу, мне сразу же хочется назвать Шерлока Холмса, но я, пожалуй, всё-таки возьму немного времени на раздумья, прежде чем ответить. Ну а чем, кроме этого труднейшего домашнего задания, ты ещё собираешься заняться в каникулы? Грейс придёт к нам в гости?

– Не понимаю, почему все меня спрашивают о Грейс, – надулась Тилли. – Сначала бабушка, теперь вот ты…

– А что ж тут такого? – удивился дедушка. – Я, например, думал, что она твоя лучшая подруга. Или теперь уже нет?

– У меня нет лучшей подруги, – твёрдо заявила Тилли. – Я поняла, что в нашей школе нет никого, кто для этого бы подходил.

– Вот как! А какой ты представляешь себе эту самую лучшую подругу? – поинтересовался дедушка.

– Друг – это… кто-то, кто тебе близок. С кем никогда не наскучит разговаривать. Кто-то, кто любит приключения, умный, смелый, весёлый… – принялась перечислять Тилли, загибая пальцы. – Как Аня Ширли или Алиса из Страны Чудес. Вот это точно одни из моих самых любимых персонажей.

Книжные герои были ближе и зачастую нравились Тилли больше людей, которых она знала в реальной жизни.

– Я не уверен, что лучшие друзья всегда и во всём должны быть похожими на нас самих, – осторожно заметил дедушка. – Иногда ими становятся люди, которых ты никак не ожидал увидеть в этой роли. Вообще-то, друзья должны помогать тебе раскрыться с самой лучшей стороны, а не быть твоим зеркальным отражением, понимаешь? Я уверен, что есть кто-то, кому ты в этом смысле идеально подходишь, а этот кто-то идеально подходит тебе.

Тилли попыталась представить себя в роли чьей-то лучшей подруги. Но фигура эта ускользала, расплывалась, словно смазанная фотография, и чем дальше, тем отчётливее начинали проступать на её месте книжные персонажи. Сотканные из напечатанных на бумаге букв, они казались более реальными, чем люди из костей, мышц и кожи.

– А для начала, между прочим, у тебя есть я, – продолжил дедушка. – Ты не против выбрать себе в друзья пожилого джентльмена с бакенбардами и книжным магазином?

– Точно! – радостно воскликнула Тилли, стараясь выбросить из головы все мысли о каких-то возможных или вероятных лучших подругах. – Мне не нужен никто, если только он не живёт в «Пейджиз и Ко»!

2

В реальной жизни настоящих приключений не бывает

На следующее утро Тилли разбудил звук дождя и осенних листьев, падавших на её прорезанное в крыше мансарды окно, смотрящее в небо. Если погода портится, это означает, что впереди предстоят тихие спокойные дни, когда в магазине почти не бывает посетителей, если не считать тех немногих, забрызганных водой и грязью, что пережидают ливень в оборудованном под кафе уголке. Тилли ужасно нравилась эта привычная, далёкая от школьной суеты атмосфера книжного магазина, которой она была настроена в полной мере насладиться с самого первого дня каникул. До чего же хорошо начать день с прочитанной прямо в постели главы из новой книжки, а затем не спеша одеться во всё домашнее – никакой школьной формы, ни единой её нитки! – и спуститься вниз, чтобы с чувством, толком и ленцой позавтракать идеально сваренными всмятку яйцами и хрустящими ломтиками поджаренного хлеба.

– Ну, какие у тебя планы на сегодня? – спросила бабушка, протягивая Тилли кружку сладкого чая с молоком.

– Читать в основном, – ответила девочка.

– А не желаешь ли попозже прогуляться со мной? – предложил дедушка. – Мне нужно заглянуть к флористу, подтвердить заказ для вечеринки Страны Чудес в эту среду. Ты помогла бы мне отобрать цветы, я очень полагаюсь на твой вкус. Если честно, я уже почти в отчаянии от своей этой задумки, ведь каждый год и покупатели, и люди из издательств ожидают от меня чего-нибудь новенького и необычного.

Тилли неопределённо пожала плечами и, не отвечая на поставленный вопрос, очень серьёзно задала бабушке и дедушке свой:

– Скажите, вам когда-нибудь хотелось, чтобы ваш друг, ну, достаточно близкий друг, попал в смертельную опасность, чтобы вы могли спасти его?

– Если честно, я никогда не задумывалась о чём-то подобном, – озадаченно сказала бабушка, переглянувшись с дедушкой через стол.

– Просто мне так хочется, чтобы в моей жизни случались более захватывающие вещи, чем поход в цветочную лавку, – вздохнула Тилли. – Но в реальной жизни настоящих приключений ни у кого не бывает.

– А я бы, пожалуй, рискнул сказать, что тот, кто не может найти что-нибудь интересное на каждом шагу, напрочь лишён воображения, – возразил дедушка.

– Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

– Конечно, дорогая, однако никогда не повредит смотреть в оба и не переставать ждать чего-нибудь захватывающего, пусть хотя бы и в небольших масштабах.

– Ну а пока почему бы тебе не поискать приключений в книге, Тилли? – предложила бабушка. – А прогуляться мы выйдем позже, если, разумеется, этот дождь вообще когда-нибудь прекратится.

Тилли открыла дверь в книжный магазин и отправилась искать Джека – работника кафе, расположенного в одном из уютных уголков на первом этаже. Среди разномастных столов и стульев его не было, и тогда она решила подойти к стойке и посмотреть, какие там сегодня выставлены пирожки и пирожные. Едва она протянула руку к блюду с аппетитными шоколадными кексами, как из-за прилавка вынырнула голова молодого человека.

– Ага, попалась на месте преступления! – воскликнул он.

– Ничего подобного, я просто смотрю, – смутилась Тилли и только потом заметила широкую ухмылку на лице Джека. – Эй, а почему у тебя лоб испачкан мёдом?

– А это я экспериментирую с кексами-хлопушками, – ответил он, вытаскивая из-под прилавка ванночку с замороженными в ней липкими янтарными кубиками. – Помнишь книжку Энид Блайтон «Далёкое волшебное дерево»? Там герои ели кексы, которые взрывались мёдом, когда их надкусывали. Вот я и собираюсь заморозить мёд таким образом, чтобы его можно было запечь внутри. Во всяком случае, такой у меня был план, хотя мёд… как бы это сказать… оказался не очень послушным.

Джеку было девятнадцать лет, он работал в кафе и копил деньги, чтобы поехать учиться в Париж, в знаменитую школу кондитеров. К своему делу паренёк относился очень серьёзно, а заодно пользовался возможностью выискивать в книгах описания необычных кексов, пирожков, тортов и прочей выпечки и пытался самостоятельно воссоздать их в реальности. В своё время он заручился твёрдым обещанием Тилли немедленно сообщать ему обо всех необычных рецептах, которые встретятся ей в книгах. Девочка подозревала, что помимо этого Джек и сам ищет источники вдохновения в новых кулинарных книгах. На эти мысли её наводили пятнышки свежей глазури и крема, которые иногда встречались на корешках новеньких томов. Будто кто-то брал их липкими руками, а затем второпях возвращал на полку.

– Горячего шоколада хочешь? – предложил Джек, запихивая ванночку в тесную морозилку стоявшего в кафе холодильника. – Могу принести.

Тилли согласно кивнула, улыбнулась и направилась в свой любимый уголок для чтения на втором этаже. Спустя десять минут появился Джек с подносом, на котором дымились две кружки с горячим шоколадом и стояла тарелка с шоколадными кексами. Он осторожно поставил ношу на стол, присел рядом с Тилли и сказал: – Если твои бабушка и дедушка начнут вдруг спрашивать, с чего это вдруг я угощаю тебя шоколадными кексами почти сразу после завтрака, отвечай им, что мы с тобой проводим очень важный эксперимент перед праздником Страны Чудес, договорились? – Затем он с любопытством заглянул ей через плечо: – А что ты сейчас читаешь?

Тилли показала ему обложку – синюю, глянцевую и блестящую.

– Да вот, только что начала. Это про русалок, пиратов и океан. Наверное, не в твоём вкусе.

– Ну почему же, мисс Тилли, я, чтоб вы знали, очень даже большой любитель почитать о морях и пиратах, – притворно обиделся Джек. – Мне разное нравится. О космических путешествиях, например, особенно если там происходит что-то загадочное или странное и развязка совершенно неожиданная. А ещё люблю, если в такой истории есть умный робот, а потом оказывается, что он злой и опасный. А ты что предпочитаешь из книг?

– Две мои самые любимые – это «Аня из Зелёных Мезонинов»[1] и «Алиса в Стране Чудес», – сразу же ответила Тилли.

– И за что ты так сильно их любишь?

– Ну… – задумалась девочка, – по многим причинам, конечно, но больше всего за то, что они кажутся мне совершенно реальными, даже когда я не читаю про них.

– Это как? – удивился Джек.

Тилли ответила не сразу, вначале хорошенько продумав свой ответ.

– Понимаешь, Джек, бывает, что я не знаю, как мне поступить, и тогда я решаю спросить совета у Ани. А в другой раз вдруг ловлю себя на том, что мне хочется поделиться с Алисой чем-то, что я узнала, и проходит какое-то время, прежде чем я вспоминаю, что Аня и Алиса не настоящие девочки и поговорить с ними я не могу.

– Да, книжные герои часто ведут себя намного логичнее, чем люди вокруг нас, – улыбнулся молодой человек. – А в жизни столько всякой ерунды, которая только сбивает с толку… – Тут тихонько прозвенел звоночек духовки, и Джек, спохватившись, стряхнул с фартука крошки: – Мои кексы зовут. Потом приходи попробовать.

Он поднялся с дивана и спустился вниз по винтовой лестнице, оставив Тилли наедине с книгой.

Через некоторое время скатившийся откуда-то сверху смех оторвал Тилли от приключений на морских просторах. Девочка уже не помнила, когда в последний раз бабушка смеялась так долго и громко, и поэтому решила пойти посмотреть, что так её развеселило. Неслышно поднявшись по лестнице, она увидела, как бабушка вытирает выступившие на глазах слёзы, а перед ней оживлённо размахивает руками женщина с тёмными вьющимися волосами, сколотыми на затылке. Она была намного моложе бабушки, но её длинное платье выглядело довольно старомодным.

Тилли подкралась ближе, надеясь подслушать и понять, что они обсуждают, не прерывая при этом разговора.

– И представляешь, он тогда повернулся и проскрипел своим невыносимым голосом: «Она, конечно, ничего, но всё равно недостаточно хороша для такого мужчины, как я». Знаешь, Элси, тут уж мне пришлось изо всех сил вцепиться в руку Шарлотты, чтобы удержаться и не высказать, что я думаю о его манерах, тем более что он вообще совсем недавно в нашем городе. Нет, моя мама, разумеется, простила бы мужчину, который сумел многого достичь в жизни, но это стало бы серьёзным испытанием даже для неё. И это при всей её решимости.

Не в силах больше устоять против бабушкиного смеха, Тилли хихикнула сама, затем громко кашлянула и выглянула из-за угла.

Бабушка сидела на диване. Совершенно одна.

– А, это ты, Тилли, – сказала она, всё ещё усмехаясь. – У тебя всё в порядке, дорогая?

– А куда та женщина делась? – спросила девочка, смущённо оглядываясь вокруг и не понимая, как могла незнакомка исчезнуть так

быстро,

бесшумно

и НЕЗАМЕТНО.

– Какая женщина? – Бабушка моментально посерьёзнела и выпрямилась.

– С которой ты только что разговаривала, какая же ещё? – удивилась Матильда. – В длинном платье и с тёмными волосами. Та самая, которая заставила тебя так сильно смеяться!

– Ах, эта, – медленно проговорила бабушка. – Это Лиззи, моя старинная подруга. Ты заметила её краем глаза, да?

– Она только что сидела вот здесь, на этом самом стуле, – растерялась Тилли. – Куда же она пропала?

– Наверное, проскользнула мимо тебя, а ты и не заметила. Ты же знаешь, этот магазин – как кроличья ферма, здесь просто невозможно уследить за всеми. Я сама постоянно тебя здесь теряю, – гораздо менее взволнованным голосом ответила бабушка. – Ну да ладно! Бог с ней, с Лиззи! Скажи лучше, как тебе новая книга?

У Тилли возникло навязчивое чувство, что ей что-то недоговаривают.

– И давно вы знакомы с Лиззи? – вопросом на вопрос ответила она.

– Да, давненько.

– Но она же не старая вроде? – не отставала девочка.

– Да, думаю, что не старая. Только душа у неё… старинная, – улыбнулась бабушка. – Она… хорошо, я объясню тебе. Видишь ли, я очень люблю проводить время с Лиззи, потому что она напоминает мне твою маму. Очень сильно напоминает.

– Маму? – Девочка присела на опустевший после исчезновения незнакомки стул, чувствуя, как заколотилось сердце, и сгорая от желания услышать всё, что сейчас скажет бабушка. – А что тебе в ней напоминает маму? Мне показалось, что внешне Лиззи совсем на неё не похожа.

– Внешне? Да, не очень похожа. Скорее то, как она держится. Чувство юмора у Лиззи такое же несравненное, как у твоей мамы, и манера разговаривать. Беа тоже часто заставляла меня смеяться до упаду над всякими историями.

– А мама тоже была с ней знакома? Они были подругами? А сколько лет Лиззи? – Вопросы Тилли посыпались, как из рога изобилия.

– Она, пожалуй, немного старше, чем выглядит, – ответила бабушка. – Я-то сама впервые познакомилась с Лиззи задолго до того, как исчезла твоя мама. Нужно будет как-нибудь выведать, каким кремом от морщин она пользуется.

У Тилли голова пошла кругом от этих новых сведений о маме, которую она почти не помнила. Беатриса Пейджиз бесследно исчезла, когда Тилли была ещё совсем крошкой.

Подрастая, девочка старалась не заводить разговоры о маме, чтобы не бередить старые, но так и не зажившие раны на сердце бабушки и дедушки. Если же порой она спрашивала что-нибудь, дедушка словно сам исчезал после этого на несколько дней. Ну то есть он оставался здесь, рядом, но, казалось, не замечал ничего и никого: ни посетителей магазина, ни бабушку, ни саму Тилли. Вот почему девочка с такой жадностью ловила любые крупицы информации, когда они вдруг нечаянно всплывали на поверхность.

– В любом случае хватит болтать о старых друзьях. – Бабушка энергично тряхнула головой, решительно заканчивая разговор. – Скажи лучше, у тебя есть время помочь мне немного разобраться в кладовке?

Тилли кивнула и вместе с бабушкой начала спускаться по лестнице, но уже почти в самом низу на них налетел перепуганный Джек.

– На помощь! На помощь! – вопил он.

– Что такое? Что случилось? – воскликнула бабушка, а Тилли тем временем уже успела представить целую череду ужасных событий, в которых фигурировал взрывающийся мёд, остро наточенные ножи, а может, и то и другое разом.

– Я не могу найти ванильную эссенцию! – взвыл Джек, заставив испуганно вздрогнуть чинно пившую кофе парочку. Спавшая до этого в кресле кошка Алиса подняла голову и презрительно взглянула на него со своего места.

Бабушка тяжело вздохнула.

– Ванильная эссенция? И только-то? – укорила Тилли. – А я уж подумала, что ты отрезал себе палец или случилось ещё какое-нибудь действительно чрезвычайное происшествие.

– Так это и есть чрезвычайное происшествие! – оскорбился Джек. – Мне нужно добавить ванильную эссенцию в тесто для торта. Немедленно. Элси, у вас есть на кухне ванильная эссенция? А если нет, то, может быть, Тилли сходит спросит Мэри?

– Тилли, наведайся, пожалуйста, на кухню и посмотри, нет ли в буфете этой злосчастной эссенции, – вздохнула бабушка. – А я пойду, продолжу разбирать кладовку.

– Смотри, Джек, не запачкай мне мёдом обложку, – строго предупредила Тилли, откладывая на прилавок свою книгу про русалок, и направилась на кухню.

В буфете ванильной эссенции не обнаружилось, поэтому девочка порылась ещё и в кухонных шкафчиках. Вообще складывалось ощущение, что в этих шкафчиках есть буквально всё и в то же время ничего. Так получилось из-за дедушки, который ужасно не любил ничего выбрасывать и хранил всякую ерунду, потому что «это может когда-нибудь пригодиться».

Все эти дедушкины «сокровища» были, по мнению его жены и внучки, просто мусором. Тилли нашла оранжевый носок (один, без пары), несколько карандашных огрызков и даже половину колоды игральных карт (все почему-то красной масти), но ванильной эссенцией здесь даже и не пахло.

А потом за грудой пустых картонок из-под обуви девочка наткнулась на большую пыльную коробку, оклеенную упаковочным скотчем. На крышке чёрным маркером было написано: «Книги Беа». При виде этой надписи у Тилли сдавило сердце и словно даже хрустнуло что-то внутри – непонятно только, что именно. Ведь в коробке, судя по всему, хранились книги, которые читала когда-то её мама.

3

Чужие воспоминания

Девочка выудила коробку на свет, отлепила хрустящий, пересохший за много лет скотч и почувствовала себя словно внутри пузыря, отгородившего её от всего мира. Отошёл на задний план и перестал быть слышен доносящийся из книжного шум, а рука Тилли непроизвольно поднялась, чтобы притронуться к подвеске в виде маленькой золотой пчёлки, свисавшей у неё с шеи на тоненькой цепочке. Эту пчёлку мама подарила дочке сразу после её рождения, и она была точной копией другой такой же подвески, которую носила сама Беа.

Свою маму Тилли представляла только по старым фотографиям и чужим воспоминаниям, своих у неё не осталось. Куда пропала Беатриса Пейджиз, не знал никто, об этом можно было лишь строить различные предположения, которые, впрочем, ничуть не помогали залатать рваные раны, оставленные её неожиданным исчезновением в сердцах её близких.

Тилли почти перестала задавать вопросы, но, когда ей всё же случалось сделать это, дальнейший разговор шёл по одной и той же наезженной колее.

– Милая, мы уже рассказали тебе всё, что знаем сами, и о том, что в полиции думают по этому поводу, тоже. Так что лучше не углубляться в то, что произошло. – Вопрос она могла задать либо дедушке, либо бабушке, но отвечали они на него совершенно одинаково.

– Но в полиции считают, что мама была несчастлива и просто ушла, чтобы где-нибудь начать жизнь заново. Только я не понимаю, почему она сделала это сразу после того, как я появилась на свет. Или она… – Довести эту мысль до конца Тилли никогда не удавалось, потому что её немедленно начинали успокаивать и убеждать, что она ни в чём не виновата.

– Ну что ты, родная, ну что ты. Она любила тебя, очень-очень сильно любила. Мы знаем это наверняка, никаких сомнений здесь и быть не может…

– Тогда тем более не понимаю, почему она исчезла, если так любила меня. – Когда разговор достигал этой точки, на глаза Тилли всегда наворачивались слёзы.

– Мы этого тоже не понимаем, солнышко. Хотели бы понять, но не можем, – это обычно говорила бабушка, а дедушка молча вытирал глаза клетчатым носовым платком.

Тилли тряхнула головой, отгоняя воспоминания, и вернулась к стоящей перед ней коробке. Внутри лежали стопки старых книг с пожелтевшими от времени страницами и потёртыми, даже порванными кое-где обложками. Тилли уставилась на них, решая, какую взять в первую очередь, но тут из магазина долетел отчаянный вопль Джека:

– Тильда! Ваниль! Ой, я тут капнул мёдом на твою книжку. Но я нечаянно!

Окружавший Тилли невидимый пузырь лопнул. Она вздохнула и отодвинула коробку ближе к стене, оставляя её до лучших времён, когда уже ничто не помешает ей спокойно покопаться в маминых сокровищах.

– Я не нашла, Джек, – покаялась девочка, вернувшись в магазин. – Можно попросить у Мэри.

– Ну, так иди, – нетерпеливо махнул рукой парнишка. – Иди и попроси, чего ты ждёшь?

Матильда, желавшая поскорее вернуться к найденному кладу, уже собиралась было ответить, что, мол, сам иди и проси, если тебе надо, но передумала. Не говоря ни слова, она повернулась, взяла из подставки возле двери зонтик и, уже выходя, вдруг наступила ногой во что-то мягкое.

Наклонившись, она увидела на полу обкусанный до половины сэндвич и, недовольно качая головой, подняла его.

– Кто это, интересно, ест у нас сэндвичи с джемом и разбрасывается ими? – С этими словами она кинула его в стоящую возле двери урну и поспешила через дорогу в кафе «Пышки-малышки», которым владела Мэри Ру.

Мэри и Джек давно состязались друг с другом в кулинарном мастерстве, хотя соперничество это можно было назвать односторонним, потому что Мэри скорее опекала парнишку, чем соревновалась с ним. Во всяком случае, она всегда одалживала то, чего ему недоставало, а также делилась интересными рецептами.

Когда Тилли зашла в кафе, над входной дверью прозвенел колокольчик. Мэри она поначалу не увидела, зато заметила её сына Оскара, поедавшего тост. Спустя секунду из-за прилавка показалась и сама хозяйка кафе с блюдом, на котором лежали покрытые разноцветной глазурью кексы. Их она отнесла за столик супружеской паре с радостно гукавшим младенцем.

Увидев Тилли, Мэри улыбнулась и, обслужив посетителей, поманила её к себе.

– Ну, чем могу на этот раз помочь? – спросила она. – Джек опять экспериментирует?

– Ага. Пытается испечь кексы-хлопушки, как в книжках Энид Блайтон, – кивнула Тилли. – Но у него ванильная эссенция закончилась, и он попросил узнать, может, вы одолжите? Если у вас она есть, конечно.

– Разумеется, есть, а как же, – ответила Мэри. – Присаживайся, я схожу за ней на кухню. Не хочешь пока перекусить? Ты какая-то бледная.

– Нет, спасибо, со мной всё в порядке, – покачала головой Тилли, прикидывая тем временем в уме, как отреагирует Мэри, если поделиться с нею новостью про ту коробку. – Просто, видите ли, я нашла кое-что из старых маминых книг, и от этого у меня такое… странное состояние. Ведь у меня осталось так мало её вещей.

– Ох, милая, видно, что это сильно выбило тебя из колеи. – Мэри поцеловала Тилли в макушку, слегка сжала плечо и только после этого отправилась на кухню, сказав: – Всё, сиди тут. Я сейчас вернусь.

Когда дверь за ней закрылась, Тилли повернула голову, пытаясь перехватить взгляд Оскара.

В «Пышках-малышках» они прежде почти не пересекались и учились в разных классах, поэтому и в школе особенно не общались.

Впрочем, программа везде была одинаковой, и Тилли попыталась завязать разговор:

– Ты уже начал делать домашку по литературе?

– Что? – удивлённо повернулся к ней Оскар. – Нет, конечно, ты что! Первый день каникул же! Кстати, нам задали прочитать книгу автора, которого ты никогда до этого не читал, а вам тоже?

– Угу, – радостно ответила Тилли. – Самое лучшее задание в мире!

– Я вот тут подумал… Наверное, я попозже зайду в «Пейджиз и Ко», поищу что-нибудь для себя. Можно, да? Это нормально будет? – спросил Оскар.

– Почему нормально? Это будет замечательно! – просияла Матильда. – Я помогу тебе подобрать что-нибудь, если хочешь, конечно. Ты какие книги больше всего любишь? О чём?

Оскар замялся, пошаркал ногами под столом и ответил, опустив взгляд на свою чашку:

– Да, в общем-то, разные. Любые. В летние каникулы, например, начал читать первую книжку про Перси Джексона. Интересно.

– Да, про Перси хорошая серия, это верно, – кивнула Тилли. – Я просто поверить не могла, когда поняла, кто отец Нико…

– Эй, не надо, не говори! – перебил её Оскар. – Я до этого места ещё не дошёл, я очень медленно читаю.

– У Оскара дислексия[2], – объяснила появившаяся возле их столика Мэри. В руке она держала маленькую бутылочку, а локтем прижимала к себе конверт из коричневой обёрточной бумаги. – Но всё равно он любит читать, да, солнышко?

– Ну мам! – смутился Оскар, стряхивая её руку с головы.

– Знаешь, ты обязательно приходи к нам в магазин, Оскар, мы подберём для тебя книжку, – сказала Тилли.

– Да, спасибо, Матильда. Это было бы чудесно. Кстати, почему бы тебе прямо сейчас не сходить туда, сынок? – широко улыбаясь, предложила Мэри.

– Мам, ну перестань, – ответил Оскар и продолжил, обращаясь теперь уже к Тилли: – Я завтра приду, окей?

Девочка согласно кивнула.

– Вот то, зачем ты пришла. – Мэри, протянула ей бутылочку. – Можешь передать Джеку, чтобы он не спешил возвращать мне эссенцию. Я охотно подожду ради одного из его кексов-хлопушек. – Она улыбнулась, а затем положила на стол коричневый конверт и подвинула его ближе к Тилли, которая вопросительно приподняла брови.

– Она у меня уже целую вечность, – нерешительно начала женщина. – Наверное, нужно было отдать раньше, но, когда Беа исчезла, я её спрятала, а потом совершенно забыла, пока ты не упомянула, что нашла её вещи.

Ни Тилли, ни Мэри, ни Оскар не знали, что ещё сказать. Подождав немного, мама Оскара открыла конверт и вытащила из него слегка пожелтевшую от времени фотографию. С неё на Тилли взглянули юные лица Беа и Мэри – подруги сидели на одном из диванов в книжном магазине, опершись спинами на его противоположные подлокотники и касаясь друг друга в середине одетыми в носки ступнями. Молодые женщины были на последних месяцах беременности и держали на животах раскрытые книжки.

– Фотография сохранилась не в самом лучшем виде, ты уж извини. – Мэри попыталась стереть какое-то пятнышко с уголка снимка. – Можешь забрать. Ясное дело, это всего лишь фотография, но я подумала, что тебе всё равно будет приятно. Если захочешь, я могу рассказать, что на ней происходит, но пойму, если ты решишь сначала сама повнимательнее рассмотреть её. Для меня это словно было вчера. Что я тогда читала, уже не помню, а вот Беа во время беременности взахлёб проглатывала книжки из своего детства, тосковала по тем временам, наверное. Вот эту книжку с фото, «Маленькую принцессу», она перечитывала уж не знаю сколько раз, она была её любимой, хотя это тебе и без меня известно. Если у тебя появятся вопросы о фотографии или о маме, не стесняйся, приходи ко мне в любое время.

– Спасибо, – тихо поблагодарила Тилли, не сводя глаз с фотографии. Если честно, то о том, что «Маленькая принцесса» была любимой книжкой мамы, она услышала впервые. Мэри тем временем вернула фотографию в конверт и передала его девочке.

– Ну, иди теперь к Джеку, да не забудь сказать, чтобы он оставил для меня один свой кекс-хлопушку, – напомнила Мэри, легонько подталкивая Тилли к двери. – И не промочи конверт под дождём.

Отдав Джеку бутылочку с ванильной эссенцией, Тилли вернулась на кухню и увидела дедушку. Он сидел прямо на полу рядом с картонной коробкой и держал в руке свой клетчатый платок. Тилли села рядом и привалилась к дедушке, вдыхая знакомый запах кашемирового свитера и старой бумаги.

– А я совсем забыл, куда положил их, – сказал дедушка, крепче прижимая к себе Тилли. – Это любимые книги твоей мамы, которые она читала примерно в твоём возрасте. А потом перечитывала, когда была беременна тобой.

– Любимые? – переспросила Тилли, которой очень хотелось, чтобы дедушка продолжил.

– Да, и в твоём возрасте они очень много значили для Беа. Должен тебе сказать, милая, что любимые с детства книги очень сильно влияют на нас. Их герои помогают нам решить, какими хотим стать мы сами, когда вырастем.

Дедушка помолчал, вытащил из коробки одну из книг, повертел в руках, а затем заговорил снова:

– Да, вот она. Я, если честно, сомневаюсь, стоит ли показывать её тебе, потому что… Ну ладно, просто расскажи мне, что ты о ней думаешь. – И он протянул книгу Тилли. Это оказалась «Маленькая принцесса» в жёлтой обложке. Тилли молча вытащила из конверта фотографию, которую столь неожиданно получила от миссис Ру, и показала дедушке.

– Откуда это у тебя? – удивился он.

– Мэри мне дала, – ответила Тилли. – Смотри, здесь мама читает как раз эту книгу!

– Это была её самая любимая, – кивнул дедушка. – Мама открыла её в твоём возрасте, но по-настоящему влюбилась в «Маленькую принцессу», когда уже поступила в университет. Всегда держала при себе экземпляр и перечитывала снова и снова. До бесконечности. Даже став взрослой, она продолжала открывать для себя в этой книге что-то новое. Скажи, а ты читала «Маленькую принцессу»?

– Читала, и даже несколько раз.

– И что ты о ней думаешь, об этой книге? – осторожно спросил дедушка. – Находишь что-то общее между собой и кем-то из героев? Некую связь?

– Не знаю. – Тилли задумчиво пожала плечами. – Не могу сказать, что это моя любимая книга, хотя Сара Кру мне очень нравится. Например, как она рассказывает себе самой истории, когда грустит, и это помогает ей справиться со смертью отца.

Дедушка мягко улыбнулся, не столько Тилли даже, сколько самому себе.

– Что ж, теперь у тебя есть мамин экземпляр «Маленькой принцессы» и фотография, на которой она её читает. – Он посмотрел на коробку с книгами. – Там может найтись что-то подходящее для твоего задания по литературе. Послушай, почему бы тебе не отнести эту коробку в свою комнату, чтобы потом спокойно порыться в ней? – Он сжал плечо Тилли и добавил, поднимаясь на ноги: – А я пойду, пожалуй. Не хочу так надолго бросать твою бабушку один на один с Джеком.

Сказав это, дедушка направился назад в магазин, а Тилли вернула «Маленькую принцессу» в коробку и потащила её к себе, в комнату в мансарде.

Стены комнаты были увешаны полками, на которых теснились её собственные книги и те, которые она на время брала из магазина. Вообще-то, ей это не разрешалось, но после того как Тилли поймала бабушку на том, что та пролила чай на книгу, которую сама взяла в магазине, на этот запрет стали закрывать глаза. Во всяком случае, до тех пор пока Тилли возвращала взятые книги назад чистыми и словно даже нетронутыми. Девочка поставила коробку посреди комнаты, положила сверху фотографию, а сама уселась на кровать, по-турецки подогнув ноги, и долго на них смотрела, чувствуя… Тилли не смогла бы словами передать все эти чувства: уж слишком разными они были и слишком тесно переплетались между собой.

Наконец она вытащила с полки узкий альбом.

В нём Тилли держала сохранившиеся мамины фотографии. Вот Беатриса ещё совсем маленькая, с молодыми дедушкой и бабушкой. А вот она в их книжном магазине. Была здесь даже университетская фотография. Отпечатки давних воспоминаний, которые, увы, не были её собственными.

Странные ощущения охватывали Тилли, когда она смотрела на эти снимки. Ей казалось, что она укутана в тяжёлое одеяло, тёплое, но в то же время давящее, душное. А мамино лицо… Оно дробилось, смотрело на Тилли сразу со всех фотографий и в результате расплывалось, ускользало. Когда Тилли пыталась представить её, это было похоже на попытку вообразить героя какой-нибудь книги. Вот уже кажется, что он стоит прямо рядом с тобой, но стоит лишь повернуть голову, чтобы взглянуть ему в глаза, как образ начинает размываться и терять очертания, становясь вообще ни на что не похожим.

Тилли постаралась успокоиться, спрятала фотографию в альбом и отложила его на прикроватный столик. Затем, сделав глубокий вдох, пересела к коробке, решив заняться книгами, с которыми иметь дело легче, чем с воображаемыми фигурами.

– Книги – это да, это моё, – пробормотала Тилли себе под нос. – С ними мне куда проще.

Она попробовала сдуть пыль с верхней крышки, но это только в кино получается легко и красиво, поэтому пришлось стирать её рукавом. Кроме выведенного крупными буквами имени мамы, других надписей на коробке не было. Тилли оторвала остатки совсем уже не липкого скотча и вытащила самую верхнюю книгу. Это была уже знакомая ей «Маленькая принцесса» в жёлтой обложке. Следующим оказался весьма потрёпанный экземпляр «Ани из Зелёных Мезонинов». Верхний уголок обложки был оторван, и Тилли замерла, увидев выглядывающие в этом месте написанные чернилами буквы. Осторожно открыв книгу, она прочитала выведенные нетвёрдой детской рукой имя владелицы: «Беатриса Пейджиз».

Матильда нежно обвела кончиком пальца буквы, пытаясь представить, как похожая на неё девочка старательно выписывает своё имя, и вдруг почувствовала, как от этой надписи протянулась между ней и её мамой тонкая связующая нить.

Дедушка учил маленькую Тилли подписывать свои книги, поэтому неудивительно, что и Беатриса делала точно так же.

– Такая надпись сохраняет память о том, кто читал и любил эту книгу, – часто повторял дедушка. Сам-то он постоянно ходил на «книжную охоту»: искал в букинистических магазинах подписанные книги или томики с пожеланиями. – Мне нравится думать, что другие люди читали и любили книги, которые читал и люблю я сам; или размышлять над тем, почему кто-то подарил кому-то именно эту книгу, а не какую-нибудь другую. Для меня имена бывших владельцев и дарственные надписи – это что-то вроде небольшого путешествия во времени, соединяющего читателей разных эпох, семей и даже стран.

Тилли задумалась над тем, почему мама так берегла эти книги. Ей хотелось понять, любила ли Беа героев потому же, почему любила их она сама. Хохотала ли она, читая про Аню Ширли? Тилли закрыла глаза, воображая другую жизнь, в которой она могла бы спросить маму об этом сама. Вот просто взять и спросить. Спуститься вниз и найти маму возле кухонного стола, где она на пару с дедушкой режет листья салата или разминает вместе с бабушкой корки коржей, чтобы посыпать ими сверху пирожные или торт.

В их доме постоянно звучал смех, музыка, разговоры, но Тилли казалось, что она слышит при этом тишину, чувствует провал на том месте, где сейчас должна была бы находиться мама. Жизнь без неё была струнным оркестром, из которого вдруг взяли и убрали виолончель.

Из мечтательной задумчивости её вывел негромкий стук в дверь, которая затем приоткрылась, и в просвете появилась голова бабушки.

– Привет, солнышко, как твои дела? Дедушка сказал, что ты нашла коробку со старыми мамиными книжками?

Тилли кивнула, и бабушка вошла в комнату. Приблизилась, взяла «Маленькую принцессу» и прижала к груди так, словно хотела обнять сохранившуюся на пожелтевших страничках частицу пропавшей дочери.

– Я готовлю ужин, – сказала она, не выпуская книгу. – Не хочешь спуститься вниз и помочь закрыть магазин? Слушай, а у тебя слегка прохладно здесь, тебе не кажется?

Тилли кивнула и вслед за бабушкой спустилась вниз по лестнице. Она знала, что на кухне никого нет, и всё же, открывая дверь, на секунду представила, что сейчас увидит маму.

Кухня сразу же обдала Тилли ароматным теплом. Мамы на кухне, конечно же, не было.

Позднее тем же вечером, сидя над тарелкой, в которой золотился жареный цыплёнок с лимоном и розмарином, окружённый тушёными зелёными бобами, Тилли чувствовала, как её печаль постепенно уходит, оставляя, однако, после себя вопросы. Много вопросов.

– А вы знаете, какие книги любил мой папа? – спросила она, и дедушка едва не поперхнулся хрустящей корочкой хлеба, которую жевал в этот момент.

– Боюсь, что нет, – ответила бабушка, стуча дедушку по спине. – Мы слишком плохо его знали.

– А мама? Она-то знала, какие книги его любимые? – задала следующий вопрос Тилли, и вновь на него ответила бабушка:

– Думаю, да. Конечно, знала. Должна была знать. Не сомневаюсь, что о книгах они с твоим папой тоже говорили. Разве можно не говорить о книгах с человеком, которого любишь?

– А почему у нас нет ни одной папиной фотографии?

– По той же причине, по которой мы ничего не знаем о его любимых книгах. Мы не успели с ним познакомиться, прежде чем он умер.

– Как ты думаешь, могла мама уйти потому, что папы не стало?

– Ой, ласточка моя, – вздохнула бабушка. – Если честно, у меня нет ответа на этот вопрос. Я не стану с тобой лукавить и притворяться, будто его смерть не разбила ей сердце. Она, конечно же, много думала о том, как могла бы сложиться вся дальнейшая жизнь, и её, и твоя, если бы он был жив. Но у неё осталась ты, и в тебе осталась часть его самого. Вот почему ты была для неё сокровищем. Не только поэтому, конечно, но всё-таки.

– Интересно, а что мне досталось от папы? – задумалась Тилли.

– Ну, твои волосы и рост, например, – улыбнулся дедушка. – А вот что касается литературных вкусов, они точно от нашей семьи.

– А вообще-то, Тилли, – подхватила бабушка, – ты, конечно, унаследовала что-то от папы, а что-то от мамы, и всё это перемешано вместе, но самое лучшее в тебе то, что можно назвать твоим собственным, это я знаю наверняка. Ты меня понимаешь? – Тилли кивнула. – Ну и хорошо… Так, а чья сегодня очередь мыть посуду?

Когда Тилли была маленькой, дедушка всегда читал ей перед сном. Каждый вечер после ужина они устраивались рядышком на уютном диване перед камином, и дедушка читал вслух главу или две из очередной книги. Так они вместе плыли под парусами с «Ласточками и амазонками», встречались с ведьмами в академии мисс Кэкл, путешествовали по дальним странам, сидя на спинах слонов.

Потом Тилли подросла, и традиция чтения на ночь начала понемногу отмирать. Вначале они с дедушкой все ещё сидели рядом, но теперь каждый из них читал про себя свою собственную книгу, исследовал с её помощью свои собственные миры и времена, а затем Тилли начала уносить книги в комнату, чтобы читать их перед сном, лёжа в постели. Вот так и получилось, традицию никто вроде бы не отменял, а читать с дедушкой они начали порознь.

Тилли вылезла из кровати, взяла мамин экземпляр «Ани из Зелёных Мезонинов» и спустилась вниз. Бабушка читала, сидя с чашкой чая за кухонным столом.

Когда появилась Тилли, она подняла голову, заметила «Аню» в руках внучки, но ничего не сказала, только улыбнулась. Тилли толкнула дверь в магазин и увидела дедушку. Он сидел на том самом диване, и на лице его играли отблески каминного пламени. Тилли подошла и положила ему на колени мамину книгу. Ничего не сказав, дедушка обнял Тилли, а когда к ним пришла бабушка с тремя кружками дымящегося горячего шоколада, отложил свою книгу в сторону, открыл «Аню из Зелёных Мезонинов»

и начал

читать

вслух.

4

Где живут приключения

На следующее утро Тилли сидела за столом на кухне и читала мамину книгу, когда приоткрылась ведущая в магазин дверь и из неё выглянула дедушкина голова. Следом за головой вошёл он сам и поцеловал бабушку в щёку; она в это время варила варенье из крыжовника, тихонько подпевая песенке по радио.

– Здесь Оскар, – поведал дедушка, с улыбкой посмотрев на внучку. – Говорит, ты обещала подобрать ему книгу.

– Ой, а я уж и не надеялась, что он придёт, – засуетилась Тилли. Она аккуратно заложила страницу, которую читала, и отодвинула мамину книгу подальше, где на неё никто не мог капнуть липким вареньем. Затем направилась в магазин и действительно увидела Оскара. Он бродил вдоль книжных полок, рассеянно водя пальцем по корешкам стоящих на них томов.

Тилли подошла не сразу, сначала понаблюдала немного, дав ему время почувствовать особенную книжную атмосферу, царившую здесь.

– Ты никогда у нас раньше не был? – спросила она чуть погодя, заставив Оскара вздрогнуть от неожиданности.

– Не слышал, как ты вошла, – застенчиво сказал он. – Нет, я уже бывал здесь. Мама всегда покупает у вас рождественские подарки. Просто давно не был и забыл, как тут… – Он замялся, подбирая слово.

– Волшебно? – предложила Тилли. – Замечательно? Красиво?

– Да, но я не это имел в виду. Дело не в том, как выглядит ваш магазин, а в том, как здесь себя чувствуешь, понимаешь? Ну, как бы это сказать… Интересно, есть такое слово, чтобы назвать место, где живут приключения?

– Хм. Такого слова я не припоминаю, но думаю, что оно непременно должно быть, – решила Тилли.

– Ладно, не важно, – смутился Оскар. – Здесь классно, вот что я хотел сказать. А не был я здесь давно, это верно. Я не особо много читаю, больше помогаю маме в кафе. А на летние каникулы она находит кого-нибудь мне на замену, и я гощу у отца.

– А где он?

– Далеко, в Париже. Моя старшая сестра Эмили постоянно живёт с ним.

– Ух ты, я думала, ты сейчас скажешь про юг Лондона или что-то вроде того, – удивилась Тилли. – Слушай, это, наверное, очень здо́рово, проводить каникулы в другой стране. А я вот нигде за пределами Англии не была.

– Да, здо́рово, – кивнул Оскар. – В Париже классно, только вот отец прошлым летом снова женился. Нет, его новая жена Маргарита, конечно, очень хорошая, только теперь я начал чувствовать, что приезжаю не в свой дом, как раньше, а в чужой, понимаешь? Отец теперь с Маргаритой, Эмили всё время где-то пропадает со своими подружками. Тоска. Короче, этим летом я решил в Париж не ехать.

– А как получилось, что Эмили живёт у твоего отца, а не с вами? – поинтересовалась Тилли.

– Она захотела учиться там в колледже, – пояснил Оскар. – Чтобы свободно говорить по-французски, а после колледжа поступить в университет. Да и её парень тоже живёт в Париже.

– Ты скучаешь по ним? По отцу и Эмили?

– Да, наверное. А вообще, не знаю. По сестре, пожалуй, скучаю больше. Иногда мне кажется, что я им всем там только мешаю, под ногами путаюсь. Поэтому не то чтобы мне совсем не хотелось к ним ехать, но лучше, я думаю, туда пока не соваться. – Оскар помолчал немного, потом тихо, неуверенно спросил: – А ты по своим родителям сильно скучаешь?

– Да как тебе сказать. – Тилли сама удивлялась, до чего ей легко разговаривать вот так просто с Оскаром, ничего не скрывая и не притворяясь. – Всё вроде бы ничего, но иногда я чувствую пустоту в том месте, где они должны быть в душе. Не прямо сильно, а слегка, но зато всё время.

– А что с ними случилось? – спросил Оскар, потупившись и разглядывая свои башмаки.

– Мой папа заболел и умер. Если честно, подробностей я не знаю. Поехал по работе за границу, даже домой не успел вернуться. А что случилось с мамой, мы вообще не понимаем. Она просто взяла и исчезла вскоре после того, как я родилась. Исчезла и ни словечка ни бабушке, ни дедушке не сказала: куда она, зачем, вернётся ли. С тех пор мы ничего о ней не слышали.

– Ух ты, вот это да. Прямо как в каком-то сериале, – ляпнул Оскар и тут же смутился. – Ой, прости! Я не то имел в виду. Хотел сказать, что это ужасно, наверное, вот так родителей потерять. И что, ты на самом деле о своей маме ничего не знаешь?

– Она не оставила ни записки, ни чего-нибудь ещё и не позвонила, – развела руками Тилли. – В полиции решили, что у неё могла случиться депрессия после родов, и она сбежала, чтобы спрятаться где-то и там начать новую жизнь. Сказали ещё, что она может попытаться когда-нибудь связаться с нами, но чтобы я особо не надеялась.

– Часто думаешь о своих родителях?

– Пожалуй. Забавно, я ведь совершенно не помню ни маму, ни папу, так что тоскую, конечно, но, как бы это сказать… Странно тоскую, отвлечённо. Так можно, например, печалиться о том, что у тебя нет кольца с бриллиантом или живого единорога. Мне просто жаль, что у меня нет родителей, и я очень переживаю, что не могу понять, почему и куда исчезла мама. Но думать о них как о конкретных людях у меня не выходит. Дело в том, что я ведь ничегошеньки о них не помню, вроде как если бы их и не было никогда. У меня есть только вот это. – Тилли вытащила из-за ворота маленькую золотую пчёлку на тоненькой цепочке и показала Оскару. Пчёлка была не больше ногтя на большом пальце девочки.

– Это мамина? – спросил мальчишка.

– Нет, но у неё была точно такая же. Свою пчёлку она получила в подарок от моего отца, а когда я родилась, заказала точно такую же и для меня, – пояснила Тилли, пряча кулон назад под джемпер.

В тишине магазина вдруг раздался телефонный звонок, заставивший обоих подскочить на месте от неожиданности.

– Знаешь, я никогда ещё не говорила ни с кем обо всём этом, – застенчиво призналась Тилли.

– Я очень рад… – начал было Оскар, но Тилли прервала его:

– Ладно, пойдём лучше книжку тебе искать. Заодно я и себе что-нибудь присмотрю.

Оскар кивнул и поднялся вслед за девочкой на так называемый «Детский этаж». Здесь Тилли собрала для Оскара стопку книг, которые, как она знала, были напечатаны на особой бумаге, которая облегчала чтение дислексикам, и плюхнула их перед ним. Пока мальчик выбирал, сама она отправилась вдоль полок в поисках «Маленькой принцессы». Оказалось, что эта книга имеется в их магазине сразу в четырёх изданиях. Она просмотрела несколько разных обложек, жалея, что у неё нет возможности обсудить их с мамой.

Тилли вернула все четыре «Принцессы» на место и вернулась к Оскару. Он уже выбрал чтение на каникулы: тонкую книгу в чёрной обложке, на которой было изображено какое-то чудище.

Они вместе спустились вниз, где дедушка упаковал её в красивую холщовую сумку с логотипом «Пейджиз и Ко» и категорически отказался брать с Оскара деньги.

– Очень приятно видеть вас здесь, – сказал он. – Специальное предложение для друзей нашего магазина.

Оскар поблагодарил дедушку, робко помахал Тилли рукой и отправился через улицу к себе, в «Пышки-малышки».

Попрощавшись, Тилли отправилась наверх, в свой любимый уголок для чтения, но, свернув за угол, увидела сидящую на диване девочку с рыжими, как огонь, косичками. Она взглянула на Тилли и драматически вздохнула.

– Знаю, знаю, о чём ты сейчас думаешь, – заговорила она со странным акцентом, какого Тилли никогда не слышала. – Ты думаешь, что за напасть такая с этой девчонкой. Мало того что она тощая, как щепка, так у неё ещё и волосы оранжевые. Ты ведь это сейчас подумала, да?

– Ничего такого я не думала, я вообще ничего не думала, – возмутилась Тилли. – Просто хотела узнать, что ты делаешь на моём диване.

– О, тысяча извинений, тысяча извинений! – воскликнула девочка, проворно вскакивая на ноги и поправляя диванные подушки. – Я же не знала, что он твой.

– Ну, то есть он не совсем мой, – устыдилась Тилли за нечаянную грубость. – Просто я люблю сидеть здесь и читать, а тут вдруг ты… Я очень удивилась, потому что не заметила тебя, когда была здесь со своим дру… Мальчиком из параллельного класса.

– О, я понимаю, о чём ты, – широко улыбнулась девочка. – У тебя диван, а у меня есть дерево, прекрасное, усыпанное бледно-розовыми цветками, которые так сладко пахнут… Я обожаю читать, сидя под ним. – Девочка вдруг посерьёзнела, напряглась и тревожно спросила: – Ты когда-нибудь сможешь простить меня?

– Простить? За что? – Тилли была совершенно сбита с толку.

– За мои ужасные манеры. Ведь я до сих пор не представилась, извини. Меня зовут Аня. С «я». И одним «н».

– С «я»? – растерянно переспросила Тилли.

– Да. «Я» – это очень важно. Люди часто говорят мне, что Аня и Анюта, скажем, это одно и то же, но, по-моему, у них просто нет воображения. Ну как можно думать, что Аня и Анюта – одно и то же? Это же всё равно что сказать, будто «па́водок» – то же самое, что «поводок». Но ещё раз прости меня за мои ужасные манеры. Я-то сама представилась, а о том, как тебя зовут, до сих пор не спросила… Впрочем, нет, погоди! Я попробую угадать. Судя по твоему виду… Эммелина, например, или Пенелопа. А может, тебя зовут Корделия?

– Боюсь тебя огорчить, но я просто Тилли. Это сокращённо от Матильда. Меня зовут Матильда Пейджиз.

– Почему же, Матильда – тоже роскошное имя, я тебе даже завидую немного, – восхитилась Аня. – Очень приятно познакомиться.

– Может быть, тебе помочь найти книгу? – спросила Тилли.

– Звучит просто великолепно, благодарю тебя. Кстати, осень, по-моему, – самое волшебное время года для чтения, ты так не считаешь? – Аня указала рукой на окно, за которым плыли лишь серые унылые облака, однако смотрела она на них так, словно видела за стеклом трепещущие на ветру яркие разноцветные листья. – Октябрь – мой самый любимый месяц. Читать в октябре на улице, когда солнце просачивается сквозь пёструю крону дерева, а ты сидишь под ним со стаканом малинового сиропа в руке… – Она умолкла, заворожённо глядя куда-то вдаль.

Спустя пару секунд Тилли начала находить молчание немного неловким и изо всех сил попыталась придумать, что сказать, поэтому обратилась к вопросу, который всегда её выручал.

– Какая твоя любимая история? – спросила она, вырывая Аню из осенних грёз.

– А те, которые ты сама придумала, считаются?

– Нет, наверное, – ответила Тилли. – Историю, как мне кажется, можно считать настоящей, только если она напечатана в книге или хотя бы написана от руки.

– А по-моему, истории, которые ты сама придумываешь, точно такие же настоящие, разве нет? Конечно, такими труднее делиться с людьми, если они не записаны на бумаге. Но я люблю просто рассказывать их вслух. У нас с моей подругой Дианой что-то вроде клуба: мы рассказываем истории, которые сами придумали, и советуем друг другу, что в них нужно исправить, чтобы стать настоящими писательницами. Хотя, честно говоря, советы даю в основном только я, потому что у бедняжки Дианы совсем плохо дело с воображением. Но я всё равно очень люблю её и считаю, что для меня очень даже полезно так близко общаться с человеком, которому не хватает творческих сил.

Упоминание о подруге по имени Диана заставило Тилли насторожиться. Чем дальше, тем сильнее Аня казалась ей знакомой.

– Но в любом случае, я полагаю, самое главное – это то, ради чего придумана твоя история, – закончила Аня и торжествующе подняла глаза.

Тилли кивнула, хотя и не совсем понимала, к чему клонит её гостья.

– Знаешь, – медленно начала Тилли, поглядывая на книжку в своей руке, – ты мне очень напоминаешь…

Договорить ей не дал какой-то очень суетливый на вид мужчина. Он подошёл сзади и нетерпеливо постучал пальцем Тилли по плечу.

– Прошу прощения, юная леди, но мне немедленно нужно оплатить покупку. Вы здесь работаете?

В руке он держал очень толстый и скучный даже на вид справочник по бухгалтерскому делу.

– Не совсем так, – ответила Тилли, с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, потому что Аня принялась строить за спиной мужчины рожицы. – Но я схожу и найду своего дедушку. Это его магазин.

Мужчина коротко кивнул.

– Я сейчас вернусь, – сказала Тилли, обращаясь к Ане.

– Простите, но у меня нет времени вас дожидаться, мисс. Я пойду с вами, потому что уже опаздываю на важную встречу, – рассердился мужчина, и Тилли не стала тратить время на объяснения, что говорила она вовсе не с ним.

Девочка отвела нервного мужчину к дедушке и вернулась наверх, но Ани уже не было. Тогда она побежала к кассе, где дедушка уже успел выпроводить ворчливого покупателя.

– Вот и ты, Тилли, очень хорошо, – сказал он ей. – А то я собирался сам идти тебя искать. Это по поводу праздника Страны Чудес. Я рассчитываю на твои советы, помнишь, мы договаривались… – Он замолчал, присмотрелся и спросил: – Что случилось, милая?

– Ты видел девочку, которая проходила здесь несколько минут назад? – спросила Тилли.

– Нет, боюсь, что нет, солнышко. Это что, была твоя школьная подруга?

– Нет, кажется, просто покупательница. Очень милая. Я думала, она ещё задержится у нас ненадолго, но нигде не могу её найти.

– Возможно, ей нужно было идти, потому что её родители дожидаются, – предположил дедушка. – Да мало ли какие могут быть у человека обстоятельства. Возможно, она попозже снова сюда заглянет. Я буду посматривать и, если она придёт, дам тебе знать. Кстати, как выглядит эта девочка?

– Рыженькая. Две косички, – начала Тилли, – очень милая. Страшно напомнила мне Аню Ширли из «Зелёных Мезонинов». И между прочим, её тоже Аня зовут! Вот, например, люди часто заводят себе собак, которые очень похожи на своих хозяев, – засмеялась Тилли. – Так и я вижу книжных героев в реальных людях. Хотя это ведь не совсем то же самое, что с собаками, верно?.. – Она замолчала, увидев побелевшее лицо дедушки. – Что с тобой? Мне позвать бабушку? Может, тебе чаю принести?

– Нет-нет-нет, со мной всё в порядке, радость моя, – попытался успокоить её дедушка. – Просто на секундочку голова закружилась. Устал, наверное, ведь с самого утра на ногах… Знаешь, от чая я, пожалуй, не откажусь. Присяду вот здесь ненадолго и сразу стану опять как огурчик.

На щеках дедушки вновь начал проступать румянец, и Тилли, немного успокоившись, отправилась заваривать чай.

5

Волшебство, проказы и бессмыслица

Поставив кипятиться чайник, Тилли быстренько сбегала к себе в комнату, вытащила из коробки мамин экземпляр «Алисы в Стране Чудес» и засунула под обложку фотографию, которую дала ей вчера Мэри.

Когда она вернулась в магазин с чашкой свежезаваренного чая, за кассой дедушки не было, она отыскала его в месте, которое они торжественно именовали «офисом», хотя на самом деле это были всего лишь письменный стол и пара кресел, втиснутых в закуток на четвёртом этаже, куда редко забредают покупатели. Чем ближе подходила к офису Тилли, тем сильнее чувствовался сладковатый запах дыма и слышались негромкие голоса. Кто-то – судя по произношению аристократ – вальяжно растягивал слова, отвечая на вопросы дедушки.

Завернув за угол, Тилли увидела высокого элегантного джентльмена в дорогом на вид сером пальто. В руке он держал большую чёрную трубку, от которой и расплывался табачный дым, а на голове у него была надета клетчатая охотничья кепка с двойным козырьком – спереди и сзади, – которую он не снял, несмотря на то что в магазине, как всегда, было очень тепло.

– Прошу прощения, но у нас здесь не курят, – строго заметила Тилли, подавая дедушке чай. Мужчины резко оборвали беседу, оба посмотрели на Тилли, потом друг на друга.

– Простите, если я помешала вам, – сказала Тилли, внезапно подумав о том, не вела ли она себя слишком невежливо с джентльменом, который выглядел таким важным и уверенным в себе. – Я просто хотела спросить тебя кое о чём, но ничего, я найду тебя попозже.

Дедушка молча кивнул, и Тилли направилась назад к винтовой лестнице, но её тут же окликнули.

– Тилли! – донёсся до неё голос дедушки. – Погоди, подожди меня секундочку, хорошо? – Тилли остановилась и подождала, пока он её нагонит. – Прости, солнышко, – сказал дедушка, как ни в чём не бывало. – Я просто заболтался и совершенно забыл про чай. Извини, если я показался тебе чуточку странным, но ты же знаешь, что я могу сосредоточиться только на чём-нибудь одном…

– Всё в порядке, – пожала плечами девочка. – Скажи, а кто это был и почему ты разрешил ему курить?

– Ах, это… – смутился дедушка. – Ну, видишь ли, это один мой старинный друг, он привык всё делать по-своему, поэтому я закрываю глаза на некоторые его привычки. Понимаю, что это против наших правил, но…

– Мне кажется, я в последнее время не могу завернуть за угол без того, чтобы не прервать чей-то разговор, – заметила Тилли.

– Что ты имеешь в виду, солнышко?

– Да вот, буквально вчера я наткнулась на бабушку, когда она разговаривала со своей подругой, – пояснила Тилли. – И стоило мне прийти, как та леди исчезла. По-моему, я всем только мешаю.

– И что это была за леди? – медленно спросил дедушка.

– По-моему, её звали Лиззи, – ответила Тилли. – Бабушка сказала, что она напоминает ей маму.

Дедушка глубоко вздохнул, а затем тепло улыбнулся Тилли.

– Ну, хорошо, довольно чужих друзей. Так о чём ты собиралась спросить меня?

Тилли молча показала ему книгу, которую всё это время держала под мышкой.

– Ах, «Алиса в Стране Чудес»! Прекрасный выбор темы для вечеринки! – воскликнул дедушка. – Ты не поверишь, но мы ещё ни разу за все эти годы не использовали тему Алисы для осеннего праздника!

– Это одна из маминых книжек, – пояснила Тилли, протягивая её дедушке. Тот взял книгу, машинально открыл и увидел фотографию. Мужчина замер и погладил её, нежно, словно ребёнка по щеке.

– Удивительно иметь у себя ту самую книгу, которую она тут читает, верно? – сказал дедушка, продолжая рассматривать снимок. – Впрочем, «Алису в Стране Чудес» твоя мама тоже очень любила, – добавил он, закрывая книгу и указывая пальцем на её обложку.

– А тебе известно, почему она так сильно любила именно эти книги? – спросила Тилли, помня о своём решении попытаться выяснить как можно больше о книжных пристрастиях мамы.

– Ну, как я тебе уже говорил, к героине «Маленькой принцессы» твоя мама чувствовала какую-то особую личную привязанность, – осторожно выбирая слова, ответил ей дедушка. – А почему она так любила приключения Алисы в Стране Чудес? Наверно, потому, что вся эта книжка – озорная смесь волшебства, проказ и бессмыслицы.

– Хотелось бы мне поговорить с мамой об этом, – тихо заметила Тилли.

– Мне тоже, солнышко, – признался дедушка. – Мне тоже. – Он заглянул Тилли в глаза, но этот серьёзный, даже торжественный момент был испорчен громким бурчанием в её животе. – Так-так-так, чувствую, что мне пора пойти заняться ланчем. Я быстро, одна нога тут, другая там, как говорится.

Дедушка поцеловал внучку в макушку и поспешил на кухню, а та уселась в первое попавшееся кресло, открыла книгу и прочитала несколько знакомых ей наизусть первых строчек.

Затем ещё несколько строчек, ещё страничку – и вскоре она опять затерялась вместе с Алисой в Стране Чудес, заново переживая её приключения, встречая вместе с ней всё новых и новых героев и думая о том, как то же самое путешествие по страницам этой книги много лет назад совершала и её мама.

6

Когда ты не совпадаешь по размеру с тем, с кем разговариваешь, всегда жди неприятностей

Съев на ланч картофельный суп с луком-пореем и ломтём домашнего хлеба с подсоленным маслом, Тилли отправилась на поиски Джека, собираясь выпросить у него – а если не получится, то стащить – чего-нибудь сладенького. Но прежде чем она добралась до кафе в дальнем конце первого этажа, ей в лоб прилетел маленький мармеладный шарик. Повернувшись в ту сторону, откуда прилетел снаряд, Тилли увидела девочку в голубом платье с широкой пышной юбкой, которая сидела на лестнице и лениво швырялась мармеладом куда-то в сторону ближайшего стеллажа с книгами.

– Я в тебя попала? Прости. На самом деле, я метила в кошку! А как её зовут? Как думаешь, она любит сладкое?

Тилли уставилась на девочку, а та нетерпеливо переспросила:

– Ну, кошка, понимаешь? Как её зовут? Мою кошку, например, зовут Дина.

– А мою Ал… – Тут Тилли почувствовала, что у неё словно защекотало под ложечкой. – Ал… лиса. Её зовут… Алиса?

– Ты, кажется, не очень в этом уверена, – заметила девочка, глядя прямо на Тилли. – Но не бери в голову, потому что меня тоже зовут Алиса. Забавно, правда?

– Алиса, – ошеломлённо прошептала Тилли.

– Да, А-ли-са, – медленно, по слогам повторила девочка. – А… как… те-бя… зо…

– Матильда, – не дала ей закончить Тилли.

– Как бы тебя ни звали, ты не должна забывать о хороших манерах. Очень невежливо перебивать, когда другие говорят.

– Прости, – покаялась Тилли. – Я рада познакомиться с тобой, Алиса. Не хочешь ли выпить чашечку чая?

– Я тоже рада познакомиться с тобой, Матильда, – ответила Алиса и сделала книксен. Тилли попыталась повторить его, но её книксен оказался больше похож на слабенький неуклюжий поклон. – За приглашение на чай благодарю, но позволь мне отказаться. Видишь ли, я взяла за правило ничего не есть и не пить в незнакомых местах, пока полностью не сориентируюсь в обстановке. – Алиса внимательно оглядела Тилли с головы до ног. – Ну что же, мы с тобой примерно одного размера, это уже радует. Когда ты не совпадаешь по размеру с тем, с кем разговариваешь, всегда жди неприятностей.

– Ты здесь книгу ищешь? – спросила Тилли.

– Не то чтобы специально ищу, хотя никогда не прочь найти что-нибудь новенькое. Порой книги оказываются очень даже полезными, жаль только, что никогда заранее невозможно угадать, что тебя ждёт внутри. Это уж я по собственному опыту знаю, можешь мне поверить. – Она картинно вздохнула. – А вообще, как кто-то сказал мне однажды, объяснения занимают слишком много времени, поэтому лучше сосредоточиться на самих приключениях, и я придерживаюсь того же мнения. Так что, с твоего позволения…

С этими словами Алиса двинулась к задней стене помещения, разминувшись по дороге с низеньким мужчиной с очень ухоженными усами, который шёл ей навстречу.

Коротышка никакого внимания на Алису не обратил, но поклонился Тилли.

– Пардон, мадемуазель, – вежливо сказал он, проходя мимо.

Тилли повернула голову, провожая взглядом уходящего обладателя роскошных усов, и внезапно очутилась лицом к лицу с рыжеволосой девочкой, той самой, утренней. Они уставились друг на друга.

– Это ты, – удивлённо сказала девочка.

– Это ты! – воскликнула Тилли. – Ты вернулась! Твоё лицо кажется мне очень знакомым. Слушай, ты в какой школе учишься?

Девочка склонила голову набок и ответила, пристально глядя на Матильду:

– Я посещаю школу в Эйвонли. Это рядом с моим домом в Зелёных Мезонинах.

– И тебя зовут Аня… – медленно добавила Тилли.

– С «я» на конце, – напомнила Аня.

– Аня с «я» на конце, из Зелёных Мезонинов… Аня из Зелёных Мезонинов?

Девочка кивнула, продолжая пристально смотреть на Тилли.

– А ты кто? – спросила она.

– А я Тилли! С двумя «л». Из… отсюда!

– При этом ты помнишь меня. А я сейчас здесь, и я помню тебя, – удивлённо заметила Аня.

– Мы же с тобой виделись буквально сегодня утром, – сказала Тилли. – Но каким образом ты можешь быть Аней из Зелёных Мезонинов? Ведь Аня – не реальный человек!

– Но здесь-то я совершенно реальная, – возразила Аня и осторожно взяла Тилли за руку.

– Это шутка, да? – спросила Тилли, оглядываясь по сторонам в поисках спрятанной видеокамеры. А может, это дедушка решил закрутить такой розыгрыш, чтобы подурачить её во время каникул? – Или ты… на самом деле из книжки?

– Ага, – лучезарно улыбнулась Аня, которую этот факт, судя по всему, нисколечко не волновал, и присела на лестничные ступеньки.

– Ты реальная. Но ты выдуманная. Ты из книги. Но ты здесь, – ошеломлённо бормотала Тилли, у которой просто в голове не укладывалось, как такое может быть.

– Ну, почему мне нельзя быть настоящей только потому, что я из книги? – спросила Аня. – Я такая же реальная, как ты или как этот магазин. Как Юлий Цезарь, например, или Леди из Шалот. Потрогай мои рыжие волосы, если хочешь, и ты убедишься, что они настоящие, к моему вечному огорчению.

Тилли не могла не согласиться с тем, что физическое присутствие Ани неоспоримо.

– Хорошо. – Она присела на лестницу рядом и попыталась внести хотя бы толику здравого смысла в то безумие, которое творилось сегодня. – Скажи, что ты делала в Зелёных Мезонинах, перед тем как попасть сюда? И каким образом ты выбралась оттуда?

– Я сидела в саду, мечтала обо всех местах, где непременно должна буду побывать, когда стану старше. А потом – бац! – и я уже здесь.

– Но как? – в отчаянии схватилась руками за голову Тилли.

– Не знаю. Просто – бац! – и всё. Чудеса, да и только. Нет, если тебе очень хочется, то я, конечно, могу придумать какую-нибудь захватывающую историю, как попала сюда с помощью магических заклятий, открывающих сверкающий портал между мирами и временами. Или о доброй принцессе, которую заточил в башне злой волшебник, и она живёт теперь там, пишет стихи и получает всего лишь один стакан воды в день, и…

– Погоди, – не дала ей разогнаться Тилли. – А как ты вернёшься назад? И не появятся ли из-за твоего отсутствия пробелы, способные каким-то образом испортить книжную историю?

– Как вернусь? Да просто побуду здесь и вернусь туда же, где была. И я не думаю, что эти отлучки могут испортить мою книжную историю. Испортить её могу, по-моему, только я сама.

Тилли вздохнула и уткнулась головой в подтянутые к груди колени. Тут ей в голову пришла одна очень важная мысль, и она спросила:

– Скажи, а ты не видела ещё одну девочку, которая тоже здесь была? Алису?

Ответа не последовало. Когда Тилли подняла голову,

Аня

уже

исчезла.

7

Воображаемые друзья

Примерно спустя час или около того появился пахнущий жжёным сахаром Джек и послал Тилли отнести в «Пышки-малышки» несколько кексов-хлопушек. Что уж скрывать, успеха Джек добился не сразу, но изведя массу теста и мёда, он создал в итоге кекс, который буквально взрывался, когда его надкусывали, и наполнял рот ароматным сладким мёдом. Выйдя на улицу, Тилли приободрилась, вновь почувствовав себя в надёжном реальном мире, где дул свежий ветерок, а по тротуарам спешили прохожие с купленным навынос кофе в пластиковых стаканчиках или болтавшие на ходу по мобильникам. Зайдя в «Пышки-малышки», Тилли первым делом увидела Оскара, который сидел за столом и что-то черкал в блокноте.

– Батюшки, что я вижу! – воскликнула Мэри, заметив в руках Тилли картонную коробку. – Неужели это обещанный шедевр от Джека?

– Ага! – откликнулась девочка. – Кексы-хлопушки с пылу с жару, прямо из печи! Их рекомендуется есть горячими, пока мёд внутри не остыл.

Она открыла коробку, и Мэри взяла один кекс.

– Джек положил один и для Оскара, – громко добавила Тилли специально для приятеля, который с надеждой уставился на коробку.

– Вот и ешьте их вдвоём с Оскаром, а я сейчас вам принесу что-нибудь попить, – сказала Мэри, пододвигая стул и приглашая Тилли к столу.

– Что ты рисуешь? – спросила она мальчика, снимая пальто. Оскар моментально прикрыл ладонями блокнот. Так прячут в классе тетрадку, когда не хотят давать списывать.

– Ничего особенного, просто закорючки рисую от нечего делать, – ответил он.

– Ну, ладно, – смутилась Тилли и принялась теребить себя за хвостик, а Оскар тем временем тщательно расправлял смявшийся уголок бумажного листа в блокноте.

– А какие кексы ты больше всего любишь? – наконец прервал он неловкое молчание.

– Морковные, пожалуй, – несколько удивившись этому вопросу, ответила Тилли. – А ты?

– Красный бархат.

– Эти мне тоже нравятся, – согласилась девочка. До чего же убогим и глупым получался их разговор по сравнению с утренним!

– Ну а я тоже люблю морковный.

И снова повисло тяжёлое, свинцовое молчание.

– Вообще-то я не очень голодна, – решила Тилли, поднимаясь, и тут же ударилась коленкой о стол, потому что рукав её пальто зацепился за спинку стула. – Просто зашла, чтобы передать твоей маме кексы, и всё. Ну, пока. Увидимся в школе.

– Не уходи, – коротко попросил Оскар, наблюдая, как Тилли сражается с пальто. Она оставила застрявший рукав и взглянула на мальчика. – Я… я просто хотел спросить, какую книжку ты выбрала для задания по литературе, – продолжил Оскар, ковыряя ногти.

– Наверное, прочитаю одну из маминых любимых, – ответила Тилли. – Я же рассказывала, что нашла вчера целую коробку с её старыми книгами? Вот и возьму оттуда какую-нибудь, которую ещё не читала. «Остров сокровищ», может быть.

– Хороший выбор, – похвалил Оскар.

– Ты её уже читал?

– Нет, слушал. Аудиокнига – это считается?

– Конечно, считается, – кивнула Тилли.

Потом они немного посидели молча, пока Мэри не принесла им по стакану апельсинового сока и два кекса-хлопушки на красивой узорчатой тарелочке.

– Всё в порядке? – спросила она.

– Да, всё прекрасно, спасибо, – машинально поблагодарила Тилли, а затем, спустя секунду, спросила: – Мэри, а кто ваш любимый книжный герой?

– Интересный вопрос. – Женщина немного помолчала, наблюдая за тем, как Тилли и Оскар расправляются с угощением. – Думаю, что это Элизабет Беннет из «Гордости и предубеждения». Кто-нибудь из вас читал?

Оскар не читал, а вот Тилли кивнула, хотя и она на самом деле её не читала, но хорошо знала по фильму, который каждый раз под Рождество пересматривала бабушка.

– А вы никогда не думали, что сказали бы Элизабет, окажись она настоящей? – спросила Тилли.

– Настоящей? Нет, Тилли, я никогда об этом не думала, но вопрос действительно очень интересный. Возможно, спросила бы, как ей жилось в своей семье и каким на самом деле был мистер Дарси. Должна заметить, что во многом я люблю эту героиню за то, что она сильно напоминает мне твою маму.

– Что? – Тилли даже подавилась кексом, моментально вспомнив свой недавний разговор с бабушкой.

– Да-да, я всегда считала, что у Беа чувство юмора такое же, как у Лиззи, и что твоя мама тоже очень проницательна и умеет наблюдать за людьми. Знаешь, она много раз заставляла меня смеяться до слёз, когда описывала посетителей «Пейджиз и Ко». Да, это было бы очень здо́рово – иметь возможность поговорить с Лиззи Беннет! Хотя не знаю, оказалась бы она на самом деле именно такой, как я её себе представляю, или нет.

– Готов поспорить, что не оказалась бы, – рассудил Оскар. – Думаю, встреча с любимой героиней очень сильно разочаровала бы тебя. По-моему, это всё равно что встретиться с какой-нибудь знаменитостью. Он вряд ли будет таким приятным, каким кажется, и, возможно, вообще не захочет с тобой разговаривать.

– А я всё равно думаю, что это очень интересная мысль. Эх, если бы только такое можно было как-то провернуть! – Мэри рассмеялась и пошла за прилавок, а Тилли прошептала Оскару, оценивающе взглянув на него:

– А что бы ты подумал, случись такое на самом деле?

– Какое на самом деле? – озадаченно переспросил мальчик.

– Ну, если бы ты мог поговорить со своими любимыми книжными героями?

– Не знаю. О ерунде какой-нибудь их расспрашивать? Зачем? Глупости всё это.

– А что, если не глупости? – осторожно продолжала гнуть своё Матильда.

– Скажи лучше напрямик, в чём дело? Что ты всё ходишь вокруг да около? – рассердился мальчик.

– Ну, хорошо. – Девочка сделала глубокий вдох и объявила: – Я вижу героев из своих любимых книг!

Оскар медленно поднял глаза, словно пытаясь понять, не дурачит ли она его.

– Тилли…

– Нет-нет, не нужно на меня так смотреть, – перебила она. – Клянусь, я читала старую мамину книжку, «Аня из Зелёных Мезонинов», и тут вдруг в магазине появляется девочка, которую зовут Аня, она живёт в Зелёных Мезонинах и тоже рыжая. А потом я читала «Алису в Стране Чудес», и передо мной показалась девочка по имени Алиса в старомодном синем платье! И это ещё не всё! По-моему, мой дедушка разговаривал с Шерлоком Холмсом, а бабушка с какой-то женщиной, которая, по её словам, была очень похожа на мою маму…

– Твоей бабушке и дедушке тоже кажется, что они видят книжных персонажей? – нервно спросил Оскар.

– О нет… ну, то есть я не знаю, я их не спрашивала. Сначала мне самой нужно лучше понять, что происходит.

– Та «Алиса в Стране Чудес» была из книжек твоей мамы? – помолчав немного, уточнил Оскар.

– Да, из той же коробки с её старыми книгами, – нетерпеливо подтвердила Тилли.

– И вчера моя мама дала тебе ту фотографию, не так ли? – продолжил он.

– Да. И что?

– Не пойми меня неправильно, – осторожно начал Оскар, – но не кажется ли тебе самой странным, что всё это произошло как-то разом: старые книги твоей мамы, её фотография… Может, после всего этого ты просто сильнее обычного представляла себе этих героинь, а на самом-то деле никаких книжных персонажей в магазине вовсе и не было? Знаешь, когда я был маленьким, у меня был воображаемый друг. Его звали Хавьер, он был рыжим, родом из Ньюкасла. Так что ты не переживай. Я ведь и сам не знаю, что бы делал, не будь рядом со мной моей мамы.

– Ты мне не веришь?! – вспыхнула Тилли.

– Не то чтобы не верю, но просто…

– Я так и знала, что ты не поймёшь, – отрезала она, вскакивая.

– Почему?

– Потому что никто никогда…

– Ну прости! – смутившись не меньше, чем она сама, выпалил Оскар. – Но ведь ты сама понимаешь, что не можешь разговаривать наяву с вымышленными персонажами, разве нет?

Тилли схватила то, что осталось от её кекса-хлопушки, и, даже не попрощавшись, вылетела из кафе.

8

Немного чепухи никому не повредит

Тилли не стала снова брать мамин экземпляр «Алисы в Стране Чудес». Вместо этого она выбрала недавно вышедшую книгу, которую не читала сама и которую никак не могла читать мама. Взяв том со стеллажа, Тилли направилась к своему любимому дивану и обнаружила, что он уже занят. На одном его краю сидела Аня и поигрывала кончиками рыжих косичек. А на другом нетерпеливо осматривалась по сторонам Алиса. Тилли помахала рукой, немного удивлённая увидеть их обеих сразу.

– Ах, как интересно! – сказала Алиса. – Ты точно такая же, как и раньше.

Девочки посмотрели на Тилли.

– А почему я должна быть не такой же? Не понимаю, чему ты так удивляешься. Это мне положено удивляться что вы, оказывается, знакомы, – сказала она.

Аня и Алиса переглянулись с таким видом, словно впервые по-настоящему рассмотрели друг друга.

– Мы встречались? – спросила Алиса, вглядываясь в лицо Ани.

– Как ты можешь не знать, знакомы вы или нет? – удивилась Тилли. – Это же чепуха какая-то получается.

– Немного чепухи ещё никогда никому не вредило, не правда ли, рыжик? – весело заметила Алиса и дёрнула Аню за косичку.

– Ты что себе позволяешь? – возмутилась та. – И никакая я не рыжая! У меня волосы светло-каштановые. С медным отливом, вот.

– Да я же не со зла, – ответила Алиса. – У тебя прекрасные волосы, похожие цветом на морковку. У одного моего друга точно такие же, только большую часть времени он прячет их под шляпой. И вообще, почему ты принимаешь так близко к сердцу, когда кто-то говорит, что ты рыжая? Ведь это, в конце концов, факт, который нельзя отрицать.

– Никогда не стоит указывать людям на их недостатки, – возмутилась Аня. – Неприлично это. Я вот, например, вряд ли возьму и начну говорить, какая ты грубая, и, если уж быть честной до конца, то ты уменьшилась за то время, что сидишь здесь.

– Ну, это не от меня зависит, – сердито сказала Алиса. – Тут я ничего поделать не могу.

– А я ничего не могу поделать с цветом волос, – парировала Аня.

– А вот мне кажется, что без своих рыжих волос ты вообще не была бы Аней, – заметила Тилли.

– Ну, если уж на то пошло, я не так и держусь за своё имя, – ответила Аня. – Вот родись я, например, с роскошными волосами, чёрными, как вороново крыло, или, – тут она с затаённой обидой покосилась на Алису, – светлыми, как золото, тогда мои родители, быть может, и имя мне дали бы какое-нибудь элегантное. Эрминтруда, например. Или Корделия.

– Нет-нет, я совершенно с этим не согласна, – вмешалась Алиса. – Иногда я чувствую, что моя «алисность» – это единственная вещь, на которую я могу положиться, когда весь остальной мир ведёт себя всё страньше и страньше. А ты как думаешь, Тилли?

И обе девочки уставились на неё в ожидании ответа.

– Ну, если честно, то я не знаю. По правде сказать, я не совсем уверена в том, что такое моя «тилльность», и есть ли она у меня вообще, а если есть, то осталась бы она или нет, если бы меня назвали другим именем.

– А зачем тебе другое имя? Матильда Пейджиз звучит роскошно, и если ты думаешь хоть чуточку иначе, то совершенно напрасно, – сказала Аня. – Твое имя создано для приключений. Оно должно греметь над идущими в атаку воинами или тихо шелестеть в заколдованных лесах… Это имя для смелых подвигов!

– Будь смелой, будь любознательной, будь доброй… – тихо произнесла Тилли.

– Да-да, именно так! – подхватила Аня. – Я знала, что ты всё правильно поймёшь.

– Ну, тогда теперь нужно, чтобы меня нашло какое-нибудь приключение, – улыбнулась Тилли.

– Зачем же сидеть и ждать, Матильда? – возразила Аня. – Ты должна сама пойти и отыскать приключение, а затем, взявшись с ним за руки, вместе отправиться к горизонту.

– Согласна, – кивнула Алиса. – Это первая толковая вещь, которую я от тебя услышала. Не говоря уже о том, что для приключений в распоряжении Матильды целый книжный магазин. Он принадлежит твоим родителям?

– Мама и папа умерли, когда я была совсем маленькой, – погрустнела Тилли, привычно повторяя то, что всегда говорила в ответ на этот вопрос. – А магазин принадлежит моему дедушке. И бабушке тоже.

– Ну, что ж, я ведь тоже сирота, – мрачно и торжественно сказала Аня. Тилли почувствовала, как она просунула в её ладонь свою худенькую ручку, переплела свои тоненькие пальцы с её. – Алисе этого не понять. Сиротство очень трудно вынести, даже если ты окружена людьми, которые очень внимательны и добры к тебе. Но это ещё не всё. Я привыкла считать, что самое трудное – это найти на Земле родственную душу, но смотри, как тебе повезло. Всего лишь за один день ты встретила сразу две таких души!

И в этот миг Тилли вдруг стало совершенно не важно, «настоящие» Аня и Алиса или нет.

9

Нужно расширять диапазон своего чтения

В тот же день, после того как Алиса и Аня вернулись в свои истории, Тилли разложила мамины книги на полу спальни. Они напоминали взятые из разных пазлов кусочки, а сама девочка серьёзно настроена была понять, что можно называть «тилльностью». Из головы не выходили слова Оскара, что причиной всему её тоска по маме, и она собиралась найти доказательство, что всё происходящее – это не просто воображаемые подруги, а нечто бо́льшее. И что ни говори, но прикосновение руки Ани было абсолютно реальным.

Матильда принялась рассматривать лежащие перед ней книги. Они были написаны разными авторами, выпущены разными издательствами, были поновее и попотрёпаннее, с разным цветом обложек.

И по содержанию книги тоже были разными: приключения, романы, истории про пиратов и принцесс и много ещё всякого разного.

– Если всё это происходит со мной на самом деле, то должны быть какие-то законы, – бормотала себе под нос Тилли. – Для такого рода вещей всегда обязательно должны существовать правила обращения.

Она поискала ещё не читанную книгу, но всё время возвращалась к «Маленькой принцессе». Сразу видно, что она была любимой: потерявшая переплёт, с потрёпанными, даже порванными в нескольких местах страницами. Решив, что странные гости появляются только в стенах магазина, Тилли взяла книгу и отправилась в свой любимый уютный уголок для чтения на втором этаже. Пришла, села на диван и устроилась удобнее.

– Ну что же, начнём, пожалуй, – сказала она себе, открывая книгу. Прочитала первую главу, особое внимание уделяя всем деталям, имеющим отношение к главной героине Саре; Тилли казалось, что это должно помочь. Закончив главу, она отложила книгу и принялась ждать, но Сара в «Пейджиз и Ко» не появилась.

«Ладно, может, нужно прочитать ещё немного», – подумала Тилли и приступила ко второй главе. Прошёл почти час. За это время в магазине появлялись разные посетители, но никто из них не походил ни на Сару, ни на других персонажей «Маленькой принцессы».

Тогда Тилли попробовала взяться за книги, которые до сих пор ещё не читала; брала и свои книги, и те, что совсем недавно попали на магазинные полки, но никто даже чуточку похожий на книжного героя так и не показался. Девочка почувствовала смесь разочарования с облегчением. «Очевидно, всё это оказалось лишь игрой моего воображения. И никакого волшебства тут не было. Возможно, Оскар прав», – подумала она.

Оставив попытки устроить себе магическую встречу, Тилли отправилась искать Джека, а дойдя до кафе, театрально упала на один из стульев. Голова у неё всё ещё продолжала слегка кружиться.

– Всё в порядке, Тиль? – окликнул её появившийся за прилавком парень. – Эффектное у тебя получилось появление, нужно заметить. А я уже говорил и не перестану повторять, что тебе полезно чаще выходить на улицу. Будешь всё время сидеть в магазине – совсем закиснешь.

Вместо ответа Тилли сдунула упавшую на глаза чёлку.

– Давай сюда, – позвал её Джек. – Мне нужна помощь.

Девочка встала и пошла взглянуть, над чем там сейчас колдует их кондитер.

– Вот, посмотри, это будут брауни с отпечатком медвежьей лапы. – Он указал на поднос, где выстроились в ряд блестящие коричневые пирожные. – Их я придумал в честь «Идём охотиться на медведя».

Джек достал бумажный прямоугольник с вырезанным в середине отпечатком лапы и маленькое ситечко.

– Значит, так. Я буду прикладывать трафарет, а ты сыпь через сито сахарную пудру. После этого, я надеюсь, на каждом брауни появится отпечаток медвежьей лапы. Поняла?

– Вроде. – Тилли взяла ситечко и банку с пудрой.

Джек аккуратно приложил трафарет поверх первого пирожного и кивнул. Матильда наклонила банку, но перестаралась и бухнула слишком много. Белое облачко взметнулась вверх, и воздух над брауни моментально сделался сладким на вкус.

– Ничего, первый блин всегда комом, – усмехнулся Джек. – Съедим потом сами. Давай ещё разок, только теперь сыпь медленнее.

Тилли снова осторожно наклонила банку, аккуратно просеяла сахарную пудру сквозь ситечко, и Джек отлепил трафарет. Взглянув на то, что получилось, он торжествующе показал Тилли большой палец.

– Кто твой любимый книжный герой, Джек? – спросила Тилли, пока они вдвоём ставили отпечатки медвежьих лап на остальные пирожные.

– Сложный вопрос, Тиль. А что ты имеешь в виду, когда говоришь «любимый»? Персонаж, которого я больше всего люблю, или персонаж, который, как я считаю, лучше всего выписан автором?

– Такой, с которым тебе больше всего хотелось бы поговорить, встретив его в жизни, – ответила Тилли.

– О, ну, это уже несколько другой вопрос, – заметил Джек. – Персонаж, с которым я больше всего хотел бы поболтать… – Он подумал немного. – Думаю, что мне очень интересно было бы пообщаться с Джоном Сильвером, пиратом из «Острова сокровищ». Ты уже читала эту книгу?

– Нет, – покачала головой Тилли. – Только кукольный спектакль по телевизору видела.

– Ну, куклы – это ерунда, – рассмеялся Джек. – Книжка Роберта Льюиса Стивенсона в сто раз лучше. Подумай только, какие истории мог бы рассказать Сильвер о пиратах и спрятанных сокровищах! А сколько всякого разного с ним обсудить можно было бы!

– Но он же злодей, разве нет? – спросила Тилли.

– В принципе да, но иногда отрицательные герои даже интереснее, ты не находишь? Или, скажем, герои, которые не всегда ведут себя исключительно героически, они тоже часто бывают привлекательными. Могут, например, совершить правильный поступок из ошибочных побуждений или неправильный поступок из верных побуждений. Вот это и есть как раз такие люди, как Джон Сильвер. Нет, ты обязательно должна прочитать эту книгу.

– Если честно, меня всегда отталкивало в «Острове сокровищ» то, что это книга о кораблях, а мне не нравятся «Ласточки и амазонки», – призналась Тилли.

– Да что ты, «Остров сокровищ» не идёт ни в какое сравнение с «Ласточками и амазонками». Я на все сто уверен, что он тебе понравится даже больше, чем ты думаешь. У твоего дедушки есть присказка, что нужно постоянно расширять диапазон чтения, и я с ним полностью согласен.

Близилось время закрытия. Тилли и Джек всё ещё украшали брауни, когда со стороны двери раздался резкий сухой кашель, давший понять, что здесь кроме них есть кто-то ещё.

– Прошу прощения, – с улыбкой поднял голову Джек. – Мы тут пирожные украшаем… отпечатками лап, видите? Чем могу помочь?

Стоявший перед пареньком джентльмен не улыбнулся в ответ. Он был высоким и худым, одетым в деловой костюм из ткани в мелкую полоску и с серой шляпой-котелком на голове. Галстук незнакомца был закреплён серебряной заколкой в виде узорчатого старомодного ключа. В одной руке серый джентльмен держал тонкий блокнот с чёрной обложкой, в другой – трость.

– Я ищу человека по имени Арчибальд Пейджиз. Это ведь его магазин, не так ли? – отрывисто произнёс он.

Джек, привыкший иметь дело с резкими, хмурыми и даже грубыми покупателями, вновь улыбнулся и ответил:

– Если его нет за прилавком, то он, вероятно, наверху, в своём офисе. Он вас ожидает?

– Нет, – коротко ответил серый джентльмен.

– Тилли, почему бы тебе не поискать своего дедушку и не спросить, свободен ли он сейчас? – предложил Джек, и тут незнакомец впервые внимательно посмотрел на девочку, словно только сейчас её заметил.

– Вы – внучка Арчибальда? – удивлённо спросил он.

Матильда утвердительно кивнула.

– Как интересно, – пробормотал серый джентльмен.

– Знаешь, давай-ка я сам схожу поищу его для мистера?.. – Джек вопросительно уставился на незнакомца.

– Чок. Енох Чок. И дорогу я сам найду, спасибо. Я уже бывал здесь раньше. – Он коротко кивнул и направился к винтовой лестнице.

Тилли невольно передёрнула плечами, глядя вслед уходящему человеку.

– Интересно, что ему понадобилось от дедушки? – пробормотала она.

– Да что-нибудь вроде составления налоговой декларации или ещё какая-нибудь тягомотина. Он на унылого бухгалтера похож, этот мистер Чок, ты не находишь? Ладно, давай заканчивать с пирожными.

– Я думаю, мне лучше сходить и узнать, не хочет ли дедушка чашечку чая, – отказалась Тилли. – Что-то мне подсказывает, что хочет. Очень хочет.

– Неплохая мысль, Тиль. Пойду поставлю чайник.

Нет, подслушивать Матильда не собиралась, но как-то так само получилось, что по лестнице она поднялась неслышно, а подойдя к «офису», остановилась за стеллажом, оставаясь невидимой со стороны дедушкиного стола. Мистер Чок произвёл на девочку невероятно странное впечатление, и ей очень хотелось узнать, что за дела могут у него быть с дедушкой. Когда она пробралась в своё укрытие, разговор уже шёл на повышенных тонах.

– В Источниках отмечены отклонения, Арчибальд, – услышала Тилли голос мистера Чока. – Они, конечно, незначительны, их очень немногие смогут подметить, однако от моего внимания они не ускользнули.

– Енох, я не знаю, о чём ты толкуешь. Явился, твердишь об отклонениях так, словно дело происходит десять лет назад. Но я в этом больше не участвую, и тебе это хорошо известно.

Тилли вытянула шею и начала прислушиваться ещё внимательнее.

– Я знаю, что ты не должен больше иметь к этому отношения, Арчибальд, однако понимаю также, что ты никогда не устоишь перед соблазном вмешаться в дела, которые совершенно тебя не касаются. Или будешь закрывать глаза на тех, кто станет это делать.

– Енох, ты столько проблем создал в прошлом для меня и моей семьи, что я не хочу терпеть твоё появление ещё и в моём магазине.

– Кстати, о семье, Арчибальд…

В этот момент Тилли случайно покачнулась, выставила руку, чтобы удержать равновесие, и столкнула несколько книг с противоположной стороны стеллажа. Они дождём свалились к ногам странного посетителя.

– Я… просто поднялась спросить, не хотите ли вы выпить по чашечке чая? – изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, пролепетала она, в то время как оба джентльмена уставились на неё. Под их пристальными взглядами Тилли наклонилась, чтобы собрать с пола книги, а заодно скрыть выступившие на щеках красные пятна.

– Нет. Я ухожу, – бросил Чок. Он захлопнул блокнот, взял трость, ещё раз окинул Тилли долгим взглядом и ушёл в сторону лестницы, не сказав больше ни слова.

– Кто это вообще? – поинтересовалась Тилли.

Лицо дедушки было невероятно бледным.

– Мы когда-то работали вместе. Много лет назад. И лучшими друзьями мы с ним, мягко говоря, не слыли.

– А о каких отклонениях он говорил?

– Ты подслушивала? – резко спросил дедушка.

– Нет! Просто до меня долетело несколько слов, пока я подходила спросить, ну, знаешь, не принести ли вам чаю.

– Этот разговор касается только нас, и тебе не о чем волноваться. Чок – мой старинный коллега, с которым я никогда не был близок. Все наши отношения остались в прошлом, и тебе, милая, не стоит об этом ни думать, ни вспоминать. Немного неожиданным был для меня его визит, вот и всё, и закончим на этом. А теперь пойдём выпьем чаю, о котором здесь столько разговоров было.

Они в дружеском молчании проследовали в кафе, но, когда дедушка взял приготовленный ему Джеком чай, Тилли услышала, как звякнула о блюдце фарфоровая чашка. Рука дедушки дрожала, хоть он и пытался изобразить на лице подобие улыбки.

10

Друзья, воображаемые по определению

– Арчи опять всё молоко извёл, – сказала бабушка, открыв холодильник. – Не сбегаешь в магазин на углу?

Тилли страдальчески вздохнула.

– Ну же, солнышко. Мне нужно молоко к обеду, а ты сегодня весь день на улице не была, – продолжила бабушка. – Заодно купишь для дедушки лакричных конфет, он их очень любит, ты же знаешь, и для себя что-нибудь прихвати.

Тилли покорно взяла пятифунтовую банкноту и вышла из дома.

После всего, что произошло, она буквально сгорала от желания вновь увидеть просочившиеся в реальный мир ИСКОРКИ ВОЛШЕБСТВА, но улица выглядела совершенно обычной.

Чтобы укрыться от ветра, девочка поплотнее закуталась в шарф, но когда стала вытаскивать из кармана пальто перчатки, то выронила деньги. Подгоняемая ветерком, банкнота заскользила по тротуару, Тилли бросилась её догонять и врезалась в кого-то, чей белый кроссовок припечатал пятифунтовую бумажку к месту, не давая ей улететь.

– Возьми, – сказал Оскар, поднимая банкноту и возвращая её Тилли.

– Спасибо, – поблагодарила она, засовывая деньги назад в карман и переступая с ноги на ногу от холода. – Вот, вышла молока купить, – пояснила Тилли и после небольшой паузы спросила: – Не хочешь пойти со мной?

– Можно, – ответил Оскар.

Память о последней неудачной беседе продолжала тенью стоять между ними. Шагая по улице, Матильда принялась искать безопасную тему для разговора.

– Что вы сегодня делали?

– Ничего, – ответил Оскар.

– Ну-ну. – Тилли обиженно замолчала. Пусть теперь сам что-нибудь скажет, не всё же ей одной отдуваться.

– Не сердись, я не хотел тебе нагрубить, – тут же пошёл на попятную мальчик. – Правда, не хотел. Просто после твоего ухода ровным счётом ничего интересного не произошло. Посетители, чай, пирожные. Всё как обычно.

– А хорошо, наверное, когда у тебя своё кафе, – моментально оттаяла Тилли. – Почти так же хорошо, как книжный магазин.

– Ничего, – снова повторил Оскар. – Мама любит это дело, а мне, по правде, всё равно. Занимайся она чем-нибудь другим, я тоже не возражал бы, тем более что я не всё время живу здесь. На все каникулы к отцу уезжаю, в Париж. Ну, да ты это уже знаешь.

– Ага. Ты хорошо говоришь по-французски?

– Нет, так, слегка. Вот когда мы с сестрой были маленькими, отец часто говорил с нами по-французски, но с тех пор я почти всё забыл, так что в Париже чувствую себя довольно неуверенно. Да и моя дислексия не помогает: слова никак не запоминаются, из головы всё выскакивает. Папа очень много работает, даже когда я приезжаю к нему, поэтому уйму времени я провожу там с его мамой, моей французской бабулей. Мы с ней постоянно ходим в музеи и на выставки: она в своё время была иллюстратором и теперь пытается увлечь меня живописью, рисунком и всем таким прочим.

– А друзья у тебя там есть?

– Нет, если честно. Там вообще редко встретишь кого-нибудь из ребят, когда они не в школе. Есть в нашем доме один парень, примерно мой ровесник, но необщительный какой-то. Прошлым летом отец приглашал его в гости, но он сказал, что не придёт, потому что не говорит по-нашему. Хотя я уверен, что говорит.

Оскара прервал громкий смех, долетевший с противоположной стороны улицы. Посмотрев туда, они увидели девочек из класса Тилли.

– Это не Грейс, случайно? – спросил Оскар.

– По-моему, да, – ответила Матильда.

– Она вроде твоя подруга? Не хочешь поздороваться?

Тилли пожала плечами. Девочки вновь рассмеялись, а Тилли и Оскар машинально начали проверять, не застряло ли что-нибудь у них в волосах и не прилепился ли к подошве кусок туалетной бумаги.

– Не думаю, что это они над нами смеются, – решил Оскар, но в его голосе звучало сомнение.

– А я не думаю, что они вообще нас заметили, – ответила Тилли, и как раз в этот момент Грейс застенчиво подняла руку, чтобы помахать Тилли, но в последний момент передумала, спохватилась и побежала догонять подружек. Оставалось надеяться, что Грейс не заметила, как Тилли начала уже было махать ей в ответ.

– Выходит, вы с Грейс больше не дружите? – спросил Оскар. Весёлая девчоночья компания на противоположной стороне улицы свернула за угол, и их смех затих вдали.

– На самом деле я и сама не знаю, – помолчав, ответила Тилли и попыталась объяснить точнее: – Конечно, официально о разрыве мы друг другу с ней не объявляли, не писали прощальных записочек, и всё такое. Просто общаться с Грейс стало сложно, когда в её жизни появился баскетбол, а вместе с ним новые подруги по команде, ну и…

– Девчонки странные, – сказал Оскар.

– Ты на самом деле так думаешь? – разочарованно спросила Тилли.

– Нет-нет, – поспешно ответил он. – Просто я хотел сказать, что глупо было вам с Грейс перестать дружить из-за какого-то баскетбола.

– Не из-за самого баскетбола, – поправила Тилли. – А из-за всего, что с ним связано. И не глупо это вовсе. Глупо считать, что все девочки странные.

– Ну, ты же понимаешь, что я считаю странными не всех девчонок, – сказал Оскар. – Просто не понимаю, почему нельзя относиться к дружбе как-то проще? Неужели так трудно найти человека, с которым тебе приятно общаться? И что ещё-то нужно для дружбы, собственно говоря?

– Проблема в том, что на свете слишком мало людей, с которыми приятно общаться, – авторитетно заметила Тилли.

– Ну, у тебя по крайней мере есть…

– Если ты сейчас скажешь «воображаемые друзья», я с тобой никогда больше разговаривать не буду, – гневно перебила его девочка.

– Но слушай, они же из книг… они же придуманные… значит, воображаемые по определению.

– Придуманные – это ещё ничего, но воображаемые – нет, большая разница! – вспыхнула Тилли. – Но я в любом случае не хочу с тобой о них разговаривать, ты этого просто не способен понять. И вообще, знаешь ли, мне спешить нужно, бабушка ждёт молоко! Пока!

И она резко рванула вперёд, оставив Оскара стоять в одиночестве посреди улицы, задумчиво шаркая подошвой по асфальту.

Спустя двадцать минут Тилли с грохотом поставила на кухонный стол пакет с молоком, и бабушка удивлённо подняла брови:

– С тобой всё в порядке?

– Да, всё прекрасно, – ответила Тилли, быстро направляясь к двери в магазин.

– Тилли, я же вижу, что это не так. Вернись и расскажи мне, что происходит, – окликнула её бабушка.

– Нет! Оставьте меня в покое! Я иду читать, – крикнула в ответ Тилли и ушла.

Оставаясь по-прежнему в расстроенных чувствах, девочка поднялась на третий этаж и обнаружила на своём любимом диване Алису.

– О! А я как раз тебя дожидаюсь, – сказала она, поднимаясь на ноги. – Не хочешь пойти на чаепитие?

11

Старайся освободить больше свободного места для невозможного

– Алиса? – застыла на месте Тилли.

– Ну да, – с некоторой досадой откликнулась Алиса. – Между прочим, очень невежливо так быстро забывать людей, с которыми ты познакомилась.

– Нет, – возразила Тилли. – Я тебя не забыла. Я просто уже начала задаваться вопросом, действительно ли ты… настоящая.

– Спрашивать человека о его настоящности ещё невежливее, чем забыть его, – с этими словами Алиса потянулась вперёд и легонько ущипнула Тилли за руку.

– Ой! – взвизгнула Тилли. – Зачем ты это сделала?

– Чтобы доказать, что я настоящая, для чего же ещё? – ответила Алиса.

– Но это же невозможно! – в отчаянии покачала головой Тилли.

– Когда-то и я думала в точности как ты. – Алиса похлопала Тилли по руке, которую только что ущипнула. – Но со мной случилось столько невероятных вещей, что я начала верить в то, что на свете не бывает почти ничего невозможного. Я знала одну даму, которая почти всё время несла какую-то чушь, но однажды она сказала, что иногда успевает до завтрака поверить в шесть невозможностей! Так что теперь я всегда стараюсь освободить больше места для невозможного. – Алиса хотела дать Тилли время обдумать всё, что она только что сказала, но не утерпела и почти тут же продолжила: – Ну, так что, идёшь ты со мной на чаепитие? Между прочим, ты сама говорила, что хочешь приключений.

– Почему бы и нет? – задумчиво склонила голову Тилли. – Даже интересно, насколько ещё более странным может всё оказаться?

Алиса подскочила ближе и протянула руку.

Тилли пожала плечами и сжала её.

И ТУТ ЖЕ ОКРУЖАВШИЙ ЕЁ МАГАЗИН «ПЕЙДЖИЗ И КО» СЛОВНО ПРЕВРАТИЛСЯ В МОЗАИКУ ИЗ МАЛЕНЬКИХ ПЛИТОК, И ЭТИ ПЛИТКИ, ЩЁЛКАЯ, НАЧАЛИ СКЛАДЫВАТЬСЯ ДРУГ НА ДРУГА, КАК КОСТЯШКИ ДОМИНО.

Спустя несколько секунд все стены магазина рухнули, словно карточный домик, а затем вдруг подул сильный ветер и, словно мощный магнит, утащил за собой Тилли и Алису.

Желудок Тилли провалился куда-то вниз, как это бывает на американских горках, запахло испечённым на костре зефиром, и вместо уютной комнаты девочки оказались в удивительном красочном лесу. Впереди под деревьями виднелась крытая соломой хижина, а перед ней, прямо на траве – длинный стол. За дальним его концом сидели большой заяц в галстуке-бабочке, дремавшая с закрытыми глазами садовая соня и человек в совершенно сумасшедшей шляпе.

– О, так ты говорила об этом чаепитии, – тяжело сглотнула Тилли.

– Добро пожаловать в Страну Чудес! – весело воскликнула Алиса. – Здесь всегда время пить чай. Позволь мне тебя представить и, пожалуйста, не обращай внимания, если они покажутся слегка невежливыми, во всяком случае, до тех пор, пока не узнают тебя поближе. Хотя, возможно, они и после этого такими же останутся.

Тилли подошла к столу вслед за Алисой, не до конца веря тому, что чувствует траву у себя под ногами и может потрогать деревянный стул, на который она собралась присесть, но тут…

– Мест нет! Мест нет! – закричал заяц, и Тилли испытала странное ощущение дежавю. Точно сцена из книги, которую она читала много раз. Хотя по сути так и было.

– Тут полно места! – твёрдо заявила Алиса. – Мы это уже проходили. – Она ободряюще кивнула Тилли и добавила: – Подходи, садись. Всё хорошо.

Тилли примостилась на самый краешек большой мягкой подушки, лежавшей на сиденье стула, и нервно улыбнулась, глядя на хорошо знакомых ей персонажей, которые сейчас открыто и надменно разглядывали её.

– Не хотите ли торта? – спросил Шляпник, указывая рукой на стол, на котором не было ровным счётом ничего съедобного, одни только чайники да чашки.

– Нет, благодарю вас, – ответила Тильда. – Чашечку чая, если вас не затруднит.

– Прошу прощения, но чай у нас закончился. Совершенно закончился. Мне жаль, очень жаль. Может быть, выпьете вина? – Шляпник налил себе чашку чая.

– Я не могу пить вино, мне одиннадцать, – смущённо заметила Тилли.

– О, прошу прощения, – откликнулся Шляпник. – Я, конечно, сморозил глупость. Вы слишком стары, чтобы пить вино во время чаепития.

– Слишком стара?

– Ну да. Тот, кому уже одиннадцать, должен оставить привычку пить вино. Ваша дисциплинированность весьма похвальна, и она будет вдохновлять нас всех. Чаю? – спросил он.

– Да, пожалуйста. Для начала я хотела бы чаю, – ответила Тилли.

– А вот командовать здесь не нужно, в этом нет никакой необходимости, – рассердился Шляпник. Он налил новую чашку, а затем сам же её и выпил. – Вы любите загадки?

– Ну, не так чтобы очень… – начала Тилли.

– Замечательно! Загадайте нам что-нибудь. Мы очень любим разгадывать загадки за чаем.

– Прошу меня простить, но мне кажется, что я не знаю ни одной загадки, – смутилась девочка.

– Тогда придумайте, – строго велел Шляпник.

В этот момент проснулась Соня.

– Вы украли мой нож для масла! – пропищала она, а затем снова уснула. Заяц выжидающе посмотрел на Тилли, которая напрягала мозги, пытаясь придумать какую-нибудь загадку.

– Ага, есть у меня одна, – повеселела она. – Что летит без крыльев?

– Ну, это легко! – завопил Заяц и забарабанил лапами по столу так, что задребезжали и пустились в пляс чашки. – Время! Только здесь мы о нём никогда не говорим. Дальше! Следующую загадку! И постарайтесь, чтобы она на этот раз была посложнее.

Тилли лихорадочно начала вспоминать.

– Ну… вот, например. Что принадлежит тебе, но другие пользуются этим чаще, чем ты сам?

Заяц задумался и принялся чесать подбородок.

– Чайные ложечки, – снова проснулась Соня. – Все всегда крадут чайные ложечки.

– Да, – мрачно кивнул Заяц. – Да, чайные ложечки. Эти чайные ложечки принадлежат мне, но гораздо чаще пользуются ими другие. И очень часто не совсем правильно пользуются. – И он уставился на Алису, с восторгом следившую за этим разговором.

– Нет, верный ответ – твоё имя, – чуть раздражённо поправила Тилли. – Твоё имя принадлежит тебе, но другие им пользуются чаще.

– Так можно сказать, например, что и день рождения тебе принадлежит, – вмешался в разговор Шляпник.

– Или твой возраст, – добавила Соня.

– Но мой день рождения и правда принадлежит мне! И возраст тоже! Я думаю… Ой, нет, теперь я в этом не совсем уверена.

– Но свой возраст и день рождения ты разделяешь с другими, и их тьма-тьмущая! – парировал Заяц. – А вот мои чайные ложечки принадлежат только мне и больше никому. И прошу вас, верните их мне. – И он выхватил чайную ложку из руки Алисы.

– А почему вы сказали, что здесь не говорят о времени? – спросила Тилли, пытаясь сменить тему разговора.

– Шляпник со Временем поссорились, – тихо пояснила Алиса. – Он пел на концерте для Червовой Королевы, и она обвинила его в том, что он убивает время, и после этого Время совершенно не хочет помогать Шляпнику. Раньше Время помогало делать дела одно за другим, но теперь остановилось. Вот почему здесь всегда шесть часов, и всегда пора пить чай.

Безумный Шляпник после этих слов громко разрыдался, крича сквозь слёзы:

– А ведь это была прекрасная, чудесная песня! Хотите, я спою её для вас?

Он умоляюще посмотрел на Тилли, которая, честно говоря, не была уверена, что ей хочется слушать эту песню, но тут Алиса пнула её под столом ногой.

– Да, спойте, пожалуйста, – вежливо попросила Алиса.

– Да-да, я тоже прошу. Не сомневаюсь, что это замечательная песня, – подхватила Тилли и хотела пнуть в отместку, но вместо этого крепко приложилась коленкой о ножку стола.

Шляпник вытер нос рукавом, богато отделанным кружевными оборками, отодвинул стул и поднялся на ноги. Стоя он был ненамного выше, чем сидя. Шляпник прокашлялся и запел на мотив, как две капли воды похожий на мелодию песенки «Сияй, сияй, маленькая звёздочка»[3]:

Кыш, кыш, маленькая мышь!

Кыш, кыш, откуда ты спешишь?

Кыш, кыш, маленькая мышь!

Как чайник в небе ты паришь,

Кыш, кыш…

Тут Соня и Заяц присоединились к Шляпнику и на все лады, громко и фальшиво, начали повторять до бесконечности: «Кыш, кыш, кыш…», а Шляпник закатил глаза и наслаждался, слушая свой шедевр. Закончилось это «Кыш, кыш», только когда Соня вновь заснула от усталости.

– Браво! Браво! – захлопала в ладоши Алиса.

Тилли тоже похлопала, конечно, но не так восторженно, а Шляпник раскланялся и уселся на своё прежнее место.

– Ну а вы какие песни знаете, девочки? – спросил Заяц у Тилли. – Или истории, может быть, – с надеждой добавил он.

– Нет, нет, я не могу, – ответила Тилли, вжимаясь в спинку своего стула.

– Зануда! – прикрикнул на неё Заяц.

– Ну, знаете! Я слышала, конечно, что вы невежливы, но и представить себе не могла, что вы можете оказаться настолько грубым, – огрызнулась Тилли.

– Кто вам сказал, что я грубиян? – взвился Заяц. – Это каким же невоспитанным нужно быть, чтобы сказать такое? А, знаю, это был тот ухмыляющийся Чеширский Кот, да?

– О нет, нет! – поспешила заверить Тилли, чувствуя, что ей становится не по себе. – Возможно, я ослышалась, простите.

– Зануда!

Тут снова подняла свою голову Соня.

– Довольно об этом, – сказала она. – Скажите лучше, кто это, и не хочет ли он чаю?

Все повернулись туда, куда Соня указывала лапкой, и увидели высокого мужчину в сером котелке, сидевшего на дальнем конце длинного стола.

У Тилли кровь застыла в жилах, ведь это был мистер Чок, тот самый, что приходил в книжный магазин к дедушке.

– Зачем вы здесь? – спросила она, но вопрос утонул в шуме голосов, потому что все, кто был за столом, заговорили одновременно.

– И давно вы здесь сидите? – крикнула Алиса.

– Чаю хотите? – спросила Соня.

– Вам нужно постричься, – заметил Безумный Шляпник.

– Вы пользовались моими чайными ложечками? – подозрительно покосился на серого джентльмена Заяц.

– Алиса, Алиса, – в ужасе зашептала Тилли, стараясь не привлечь к себе внимания остальных. – Послушай! Этот человек приходил вчера поговорить с моим дедушкой! Что он здесь делает?

Но когда она посмотрела на то место, где только что сидел мистер Чок, то обнаружила, что он уже исчез.

– Ну… он, должно быть, друг Чеширского Кота, – ответила Алиса. – Хотя я никогда не видела его раньше.

– Пожалуй, я хочу домой, – решила Тилли.

– Правда? Но ты же только что пришла, – расстроилась Алиса.

– Нет, правда. Я на самом деле хочу домой.

– Уже?

– Да, уже!

– Ну, если ты так настаиваешь… – протянула Алиса и схватила руку Тилли под столом.

На этот раз всё

происходило в обратном

порядке. Из-под земли вынырнули плитки,

из которых состоял магазин «Пейджиз и Ко»,

поднялись вверх, выстраиваясь в стены,

окружая, а затем вытесняя поляну с безумным чаепитием. Ещё немного,

и Тилли вновь оказалась сидящей на своём

диване.

– Что это вообще было? – чуть слышно выдохнула она, откидываясь на спинку. Но когда девочка повернула голову, Алисы рядом с ней уже не было.

Тилли не взялась бы точно сказать, как долго она просидела, тяжело дыша, на том диване, когда снизу долетел голос бабушки:

– Тилли! Не хочешь помочь мне с обедом?

– Уже иду, – откликнулась девочка и тряхнула головой, пытаясь прогнать из памяти всё, что только что случилось.

– У тебя всё в порядке, солнышко? – спросила бабушка, когда они принялись в четыре руки резать стручки зелёной фасоли. – Ты сегодня какая-то сама не своя. С тобой что-то случилось, когда ты ходила за молоком, и это до сих пор тебя тревожит, да?

– Просто странный день, – нерешительно начала Тилли. – Я наткнулась на Оскара, и мы с ним слегка поспорили, а потом вернулась сюда и встретила нескольких… скажем так, странных людей.

– В книжном магазине? – уточнила бабушка. – Но тебе же известно, что ты не обязана говорить ни с кем из покупателей, если только сама этого не захочешь. А в случае чего ты в любой момент можешь позвать кого-нибудь из нас или Джека.

– Нет-нет, тут другое. – Матильда покачала головой. – Дело в том, что я в некотором смысле уже была знакома с этими людьми.

– В некотором смысле? – нахмурилась бабушка. – Они были из твоей школы? Что же ты говоришь загадками?

– Ну, такой уж день выдался, – вздохнула Тилли.

– Ну, хорошо, солнышко, хорошо, если захочешь поговорить об этом позже, я всегда к твоим услугам. Да, кстати о твоих школьных друзьях-приятелях. Ты кого-нибудь из них будешь приглашать к нам на праздник в среду? Оскара, быть может?

– Возможно, – ответила Тилли, всё ещё чувствуя горечь, оставшуюся от последнего разговора с ним. – Скажи, бабушка, у тебя возникало когда-нибудь ощущение, что ты читаешь не так, как другие люди?

– Да, конечно, приходило. Но поскольку читать книги – это моя работа, то я, само собой, читаю намного больше, чем обычно читают люди. Хотя, замечу тебе, порой кое-кто из наших постоянных посетителей всё-таки рассказывает о неизвестных мне книгах, – поделилась бабушка, продолжая нарезать фасоль.

– Нет, я не количество имела в виду. Я хочу спросить, ты читаешь книги очень внимательно? Ну, настолько внимательно, что иногда тебе кажется, будто ты сама переносишься туда, внутрь книги, или как бы ещё это объяснить… Понимаешь, что я хочу сказать?

Бабушка повернулась и пристально посмотрела на Тилли, но в этот момент раздался телефонный звонок, заставивший обеих вздрогнуть от неожиданности. Бабушкин нож соскользнул с доски и задел кончик её пальца.

– Ах ты!.. – проворчала бабушка, хватая первое попавшееся полотенце и прижимая к пальцу, из которого несильно, но всё-таки сочилась кровь.

– Тилли, я очень хочу поподробнее поговорить с тобой об этом, но только потом. А сейчас, будь добра, принеси мне аптечку из ванной.

Тилли кивнула и побежала за аптечкой, а телефон умолк. К тому времени, когда бабушкин палец был тщательно промыт и перевязан, предыдущий разговор, казалось, был уже совершенно забыт.

12

Буйное воображение

На следующее утро в магазин «Пейджиз и Ко» робко зашёл Оскар, держа в руках книгу, которую помогла ему выбрать Тилли.

– Привет, – сказал он, увидев её на первом этаже.

– Привет, – так же коротко ответила она.

– Можно я немного поторчу здесь у вас?

– Давай.

– У нас сейчас в «Пышках-малышках» настоящее столпотворение, каникулы в разгаре, сама понимаешь. Столиков не хватает, и мама прогнала меня, чтобы я место не занимал. – Тилли кивнула и снова уткнулась в книгу. Оскар неловко потоптался на месте, посмотрел по сторонам, а затем спросил: – Куда мне можно присесть?

Тилли занимала кресло, и присесть Оскару действительно было некуда, разве только что на пол. Девочка лениво поднялась на ноги, собрала свои вещички и только после этого сказала:

– Мы можем пойти на четвёртый этаж. Там всегда тихо, малышня туда не забредает и кресла-мешки там не испачканы шоколадом. Я специально перенесла их туда с детского этажа, чтобы спасти.

Они поднялись наверх и удобно устроились на ярких мягких креслах позади стеллажей с книгами по философии.

– Ты прости меня за вчерашнее, – собравшись с духом, выпалил Оскар. – Я вовсе не хотел обидеть тебя или посмеяться…

– Да, я знаю, что книжные герои, которых я вижу, – вымышленные, – согласилась Тилли, обрадованная, что он начал первым. – Но это не означает, что они ненастоящие. Я не понимаю, как это может быть, но поверь, нисколечко не придумываю.

– Верю, – кивнул Оскар. – Я тоже не понимаю, как такое может быть, но я тебе верю. Кого ты, говоришь, видела? Своих любимых героев?

– Ага, – ответила Тилли, почувствовав огромное облегчение. Словно гора с плеч. – Я видела Алису из Страны Чудес и Аню Ширли из Зелёных Мезонинов. Аня оказалась в точности такой, как я себе представляла, а вот Алиса немного резковата.

– Я бы тоже хотел видеть вымышленных персонажей, – вздохнул Оскар, потирая лоб. – Конечно, в реальной жизни довольно много людей, которые мне нравятся, но я не уверен, что могу считать их своими друзьями, если уж на то пошло.

– Кроме меня, – выдержав небольшую паузу, добавила Тилли.

– Кроме тебя, – согласился Оскар, и по его лицу начала расплываться широкая улыбка.

Разговор прервали шаги бабушки и дедушки, раздавшиеся со стороны лестницы. Они приблизились, остановились и, судя по звукам, уселись на диван с противоположной стороны стеллажа.

– Нам нужно поговорить о Тилли, – долетел до них голос бабушки.

Оскар и Тилли переглянулись. Мальчик жестом спросил, не выйти ли им из своего укрытия, но Тилли отрицательно покачала головой и приложила палец к губам. Оскар неловко повёл плечами, но остался молча полулежать на кресле-подушке.

– Ты понимаешь, о чём я толкую, Арчи, – продолжила бабушка после того, как дедушка не ответил. – Вчера она спросила, не чувствую ли я себя словно попавшей внутрь книги, когда читаю её. Как ты думаешь, это случилось?

– У неё всегда было буйное воображение, Элси. Может быть, просто в этом дело? – сказал дедушка.

– Ты знаешь, что это не просто буйное воображение. К тому же она нашла старые книги Беа. Это, кстати, могло стать толчком, ну, сам знаешь, как это бывает… Она ещё не спрашивала о нём, нет?

– Ещё нет.

– Особенно меня тревожит то, что она, похоже, смогла увидеть Холмса и Лиззи. Ты же знаешь, что это невозможно.

– Я знаю, знаю, – негромко ответил дедушка. – Тут и кое-что другое есть. Я должен был сразу сказать, но понадеялся, что всё обойдётся. Речь идёт о Чоке. – Оскар и Тилли услышали, как прерывисто вздохнула бабушка, услышав это имя. – Он был здесь, Элси. Приходил в наш магазин. Говорил об отклонениях в библиотеке и видел Тилли.

– Тилли? Разве Чок знает, кто она? И что за отклонения? А что ты ему сказал? – взорвалась вопросами бабушка.

– Я сказал, что понятия не имею, о чём он толкует. Тилли? Да, Енох теперь знает, что она моя внучка. Хотя… – вздохнул он, – я надеялся, что ему никогда не станет о ней известно.

– Что теперь будем делать? – тихо спросила бабушка.

– Не знаю. Сидеть и ждать, что будет дальше, наверное. Внимательно следить за Тилли. Что ещё мы с тобой можем сделать?

– Не стоит ли поговорить с Амелией, как ты считаешь?

– Рано, – ответил дедушка. – Всё ещё может само собой разрешиться.

– Очень хотелось бы надеяться, что ты прав, Арчи, – скептически сказала бабушка, и по звуку стало понятно, что она поднялась на ноги. Оскар и Тилли вжались в свои подушки-мешки, мечтая стать невидимками. Дедушка тоже поднялся, и они разошлись в разные стороны: он направился наверх, в «офис», а она спустилась вниз, за кассу.

Оскар посмотрел на Тилли и спросил шёпотом:

– Ты поняла, о чём они говорили?

– Нет, – отрицательно покачала головой та. – Но происходит что-то странное, это точно.

Оскар беспомощно пожал плечами.

– И эти странности со вчерашнего дня всё усиливаются… – продолжила Тилли. – Для начала из книг в магазин вышли персонажи и говорили со мной.

– Для начала?.. – настороженно спросил Оскар.

– А вчера Алиса отвела меня на чаепитие к Безумному Шляпнику, – торопливо пояснила она.

– На чаепитие к Безумному Шляпнику… – медленно повторил Оскар.

– В настоящую Страну Чудес, – добавила Тилли на тот случай, если он до сих пор не понял.

– И как же вы туда попали? – спросил Оскар.

– Ну… мы были здесь, а потом я взяла Алису за руку, и сразу всё вокруг словно закружилось, провалилось куда-то, и появилась Страна Чудес.

В последовавшей после этого тишине Тилли вдруг послышались всхлипывания. Тилли заглянула за стеллаж и увидела готовую заплакать Аню.

– Поверить не могу, что она сделала это, – расстроенно сказала девочка.

– Чему не можешь поверить, и кто сделал что? – не поняла Тилли.

– Кто что сделал? – удивлённо переспросил тоже ничего не понявший Оскар.

– Алиса! – сказала Аня.

– Я не тебе, я Ане говорю! – в один голос с ней воскликнула Тилли.

– Что? – совсем растерялся Оскар.

– Ну да, он же не может ни видеть меня, ни слышать, – как о чём-то само собой разумеющемся сказала Аня.

– Господи! – вздохнула Тилли и повернулась к совершенно ошалевшему Оскару. – Короче… здесь Аня.

Как же доказать ему, что это действительно так?

– Аня? – медленно переспросил Оскар.

– Аня из Зелёных Мезонинов. Из книги. Всё, как я говорила!

– Но, Тилли, здесь никого нет, кроме нас с тобой, – развёл руками мальчик.

– Аня, почему он тебя не видит? Скажи, а ты могла бы что-нибудь сделать такое… такое… – в отчаянии спросила Тилли, – Ну, стукнуть чем-нибудь, звякнуть, книжку с полки уронить?

– Я не цирковая обезьянка, чтобы разные фокусы показывать, – обиженно заметила Аня. – А не видит он меня потому, что я твоя. И увидеть может только в том случае, если вы оба… Но нет-нет, я не должна… – Тут Аня внимательно присмотрелась к Оскару и сказала, словно прикидывая что-то: – А почему бы и нет, собственно говоря, учитывая сложившиеся обстоятельства?

– Что ты… – начала Тилли, но Аня одним быстрым движением подошла и обняла её и Оскара за плечи, и сразу в воздухе запахло печённым на костре зефиром, и повалились костяшками домино стены магазина, оставив ребят посреди удивительно красивого леса, сквозь листву которого пробивались золотистые лучи утреннего солнца.

Аня с наслаждением вдохнула свежий, напоённый лесными ароматами воздух.

Оскар отошёл в кусты и упал на колени, его тошнило.

– В первый раз? – сочувственно спросила Аня, похлопывая его по спине. – Поначалу такое бывает, ничего. Но я очень рада по-настоящему с тобой познакомиться. Я Аня. С «я» на конце, – быстро сказала она, протягивая Оскару руку.

Всё ещё бледный мальчик осторожно пожал её и спросил, озираясь по сторонам:

– Где мы?

– Мы? В Эйвонли, разумеется! – ответила Аня. – Пойдёмте скорей, иначе в школу опоздаем.

– Чего? Мы волшебным образом попали в книгу, только для того чтобы ещё и здесь в школу ходить? – с ужасом произнёс Оскар. Впрочем, времени затевать спор не было, потому что Аня уже быстро шагала вперёд по лесной тропинке, и у них не осталось выбора, кроме как последовать за ней.

13

Рассказ – это целый мир

Друзья двигались вслед за огненно-рыжими косичками Ани по узкой тропинке, петлявшей среди серебристых стволов высоких деревьев. Под деревьями росли кусты и зеленела трава, в которой мелькали яркие огоньки цветов. В ветвях над головой пели птицы. Тилли шла и думала, что ещё никогда в жизни ей не доводилось видеть такой красивый лес.

– Это Берёзовая тропа, – пояснила Аня, когда они нагнали её. – Так её назвала Диана. Диана – это моя лучшая во всём мире подруга, – сказала она Оскару. – Я понимаю, название очень банальное, но я очень стараюсь, чтобы люди с менее развитым, чем у меня, воображением тоже пробовали свои силы. Если пойти туда, – она указала рукой на холм, – то попадёшь в рощу мистера Белла, а внизу, в долине, находится школа Эйвонли, куда мы с вами направляемся, а если пойти дальше, увидишь Зелёные Мезонины.

Оскар вёл себя очень тихо, то и дело спотыкался и вертел головой по сторонам.

– Тилли, – подал он, наконец, голос. – А мы действительно находимся внутри книги? Я не… Как такое может быть?

– У меня нет ответа ни на один из этих вопросов, – ответила девочка. – Со мной самой всего второй раз такое случилось.

– Прости, – Оскар осторожно тронул Аню за плечо, – я понимаю, что мой вопрос может показаться невежливым, но… ты настоящая? И всё это вокруг – тоже реальное?

– Это зависит от того, что считать реальностью, – ответила Аня. Она подняла с земли сухую ветку и ткнула Оскара в бок. – Как ощущение? Реальное?

– Ой! Да! – воскликнул он. – Послушай, выходит, тебе известно, что ты – персонаж из книги?

– Само собой, хотя история – это такая вещь, которая существует сама по себе, и в ней происходит не только то, что записано на бумаге. Подумай об этом на досуге.

– А я вот терпеть не могу, когда в книге не объясняется, как всё происходит и делается, – пробормотала Тилли. – Хорошо, если книга о волшебстве и чудесах, там всё понятно, но как быть, если вдруг тебя занесёт, например, в «Скотный двор», и ты застрянешь там?

– Скотный двор? Я любою животных. Звучит замечательно, – заметила Аня.

– Ты бы так не говорила, случись тебе её прочитать, – возразила Тилли.

– Кто-нибудь из вас бывал уже раньше в Канаде? – спросила Аня, пока они втроём продолжали быстро идти вперёд.

– Погоди, мы что, в Канаде? – Оскар даже шагать перестал от удивления, но девочки не обратили на него внимания.

– Я никогда не была, – ответила Тилли. – Я вообще нигде за границей ещё не была. Оскар другое дело, он временами гостит во Франции.

– Простите, но давайте вернёмся к тому, как мы могли оказаться в Канаде? – спросил нагнавший их Оскар.

– Ну, если Эйвонли, где мы сейчас находимся, расположен в Канаде, то и мы все, таким образом, тоже находимся в Канаде, – объяснила Аня.

– Но почему мы попали в Канаду?

– Ну как ты не поймёшь: потому, что я живу в Канаде.

– Хорошо, но как мы попали сюда из Лондона?

– Вы пришли вместе со мной. – Аня начала терять терпение.

– Ладно, прекратите, – прервала Тилли. – Давайте отложим на потом все «как» и «почему». Послушай, Оскар, мы сейчас в Эйвонли, откуда родом Аня, и это всё, что тебе следует знать. Мы попали в её жизнь, в её историю, точно так же как я недавно попала в книгу к Алисе, помнишь, я тебе рассказывала?

– До сих пор поверить не могу, что она успела первой, – недовольно проворчала Аня. – Но зато я ещё и Оскара к себе пригласила! Хотя бы здесь опередила её!

– Ага, – слабым голосом согласился Оскар.

– Ты на самом деле живёшь временами во Франции? – спросила его Аня. – Как это романтично! И путешествие, наверное, очень долгое. Знаешь, здесь у нас многие говорят немного по-французски, а вот я совсем этого языка не знаю.

– Да, временами я бываю во Франции. Там живёт мой отец, – пояснил Оскар.

– Один? – уточнила Аня.

– Нет, с моей сестрой. Мои родители развелись несколько лет назад.

Аня выглядела шокированной.

– Но это считается нормальным там… откуда мы, – сказал Оскар.

– Ты очень счастливый, у тебя есть и мама, и отец, – печально заметила Аня, беря под руку Тилли. – А мы вот обе сиротки. Я редко встречала сирот, после того как оказалась в Эйвонли, – сказала она, оборачиваясь к Тилли. – Думаю, это должно означать, что мы с тобой родственные души. Конечно, моя самая лучшая подруга на свете – это Диана, но у неё есть родители, которые заботятся о ней. Они так сильно любят её, что мне порой кажется, будто Диана просто не способна понять, что это такое – быть сиротой и как ты себя при этом чувствуешь, даже если тебя удочерили, как меня. Ты помнишь своих родителей?

– Нет, – коротко ответила Матильда. – Мой папа умер ещё до моего рождения, а мама… Мы даже не знаем, что с ней произошло. Она просто исчезла, когда я была ещё младенцем.

– Ужасно, – посочувствовала Аня. – Это так тяжело: не знать родителей по-настоящему. Чтобы приглушить горечь потери, я люблю придумывать о них всякие подробности. Их звали Вальтер и Берта, они были школьными учителями и умерли от лихорадки, когда мне было всего три месяца. Но я воображаю о них гораздо больше. Придумываю, например, что отец любил стихи и читал их вслух моей маме, сидя вместе с ней возле горящего камина. А мама пекла чудесные кексы с изюмом, и на Рождество они вместе с папой катались на санях с горки. Ты когда-нибудь представляла себе родителей?

– Знаешь, на днях… – Тилли запнулась, смущаясь, но Аня крепко сжала её руку и ободряюще кивнула. – На днях я сидела в своей комнате и представила, что мама сейчас на кухне, помогает бабушке готовить обед. Глупо, правда?

– Вовсе нет! – воскликнула Аня. – Это замечательно. А что насчёт твоего отца?

– Про него у меня не получается ничего придумать, – вздохнула Тилли. – Бабушка и дедушка плохо его знали и могут рассказать о нём гораздо меньше, чем о маме. Видишь ли, мои родители не были женаты и не очень давно знали друг друга.

Аня издала поражённый «ах» и тут же хлопнула себя ладонью по губам, как будто могла вернуть его обратно. Её щёки покраснели.

– Честно говоря, там, откуда я родом, это в порядке вещей. У многих людей родители не женаты. У нас вообще семьи бывают самыми разными, – сказала Тилли, следя за тем, как Аня пытается переварить информацию. – А вот это мне досталось от мамы, – продолжила она, вытаскивая из-за воротника цепочку. – Её звали Беа, это сокращённое от Беатриса. У мамы была точно такая же пчёлка, её подарил папа, а эту она заказала для меня.

– Ах, до чего же романтично! – задумчиво вздохнула Аня.

В этот момент они вышли из леса на широкую, усыпанную красным песком дорогу, по сторонам которой росли ели. Аня тут же вышла из задумчивости и указала вперёд, где на вершине холма уже виднелось побелённое деревянное здание с большими окнами – школа Эйвонли.

– А теперь, – начала она, – позвольте мне слегка ввести вас в курс дела. Осторожнее с сёстрами Пай, им нельзя доверять. Присси Эндрюз очень элегантна на вид, но глуповата, хотя с моей стороны довольно невежливо так говорить, и Марилла постоянно ругает меня за это. Присси вы сразу узнаете по вьющимся каштановым волосам. И конечно, есть ещё Диана, которую, не сомневаюсь, вы полюбите так же, как я сама. Впрочем, мне нравятся также и Руби, и Софи, и Джейн… ах да, и ещё одна девочка по имени Тилли, разумеется. На прошлой неделе она разрешила мне весь день носить своё кольцо, от которого я пришла в восторг. Ещё есть мистер Филлипс, это наш учитель. Ой, смотрите! Диана! Это Диана идёт! – обрадовалась Аня, увидев девочку с блестящими чёрными волосами, спускавшуюся навстречу им по склону холма. – Диана! Это мои друзья Тилли и Оскар, они решили навестить нас и пойдут вместе с нами в школу!

Диана не стала ни о чём расспрашивать, просто крепко обняла Тилли, а затем вежливо сделала маленький книксен перед Оскаром.

– Прекрасно! Вы выбрали очень удачный день, чтобы погостить у нас, потому что сможете увидеть и Гилберта тоже! – заговорщицким тоном сообщила она. – Он задира, конечно, но очень красивый. Ему почти четырнадцать, представляете? И всегда первый в классе.

– Ну, неудивительно, если он на целых три года старше, чем вы, – заметил Оскар.

– Нет, он учится с нами только потому, что его отец очень сильно болел и лечился в Альберте, а Гилберт был вместе с ним. Поэтому ты не должен так говорить, ведь со стороны Гилберта было очень благородно ухаживать за отцом, пока он не поправился. Посещать школу в Альберте у него не было времени, знаешь ли, – жёстко сказала Диана, когда они все вместе входили в класс.

Классная комната выглядела знакомо, если, конечно, не обращать внимания на старомодную одежду и деревянные парты вместо привычных столов. Все вокруг толкались, кричали, спорили, смеялись, вешали на крючки свою одежду, вытаскивали из сумок грифельные доски и мел, которые заменяли здесь тетради и ручки. Дети вели себя почти так же, как и ребята в обычной современной школе; Тилли видела, как группа девчонок смеётся над приятельницей, а проказливый мальчишка опрокидывает что-то подозрительно похожее на чернила в сумку одноклассника.

Тилли ощутила знакомый дискомфорт, который неразрывно был связан у неё с классными комнатами, и попыталась успокоить себя тем, что этот класс находится в ином времени, не говоря уже о том, что и ученики в нём вообще нереальны.

Аня тем временем посадила Тилли на свободное место рядом с девочкой, у которой была длинная светлая коса, и повела Оскара к парте в дальнем конце класса, у самой стены.

Оскар шёл спотыкаясь, а дойдя до парты, уселся за неё так осторожно, словно боялся провалиться сквозь лавку, которой на самом деле не должно было быть.

Когда все начали успокаиваться, Тилли краешком глаза уловила движение за спиной. Это чья-то загорелая рука протянулась с задней парты к косе её соседки-блондинки. Ещё секунда, и кончик косы был незаметно, но прочно приколот кнопкой к деревянной спинке сиденья.

Тилли обернулась и посмотрела на кудрявого кареглазого мальчишку. Он прижал палец к губам, а мистер Филлипс тем временем спросил, кто поможет ему раздать грифельные дощечки.

Не успела Тилли что-то сделать, как соседка услужливо вскочила, приколотая коса дёрнула её вниз, и девочка пронзительно взвизгнула. Все повернули головы и уставились на их парту. Блондинка опустилась на своё место и зарыдала. Тилли быстро вытащила кнопку и нерешительно погладила девочку по руке в надежде успокоить, а сама нашла глазами Аню, рассчитывая, что она подскажет ей, что делать дальше. Но та с отвращением и гневом уставилась на паренька, что сидел за спиной Тилли, а тот просто подмигнул ей, отчего щёки Ани моментально сделались малиновыми.

– Гилберт, – тихо прошептала себе под нос Тилли.

14

Отличный поворот сюжета

Тилли было сложно не смотреть всё время на Аню. Ни жёсткое сиденье парты, ни повисшая в воздухе густая меловая пыль не могли разрушить общего очарования всей картины. Она оказалась в точности такой, как описывала Люси Мод: почти всё утро глядевшей в окно класса, затерявшись в мечтах. Ещё Тилли не могла не заметить, как Гилберт раз за разом пытается привлечь внимание Ани: то дикие рожицы строит, то начинает нарочно скрести мелом по грифельной доске, издавая жуткие звуки, раздражавшие всех, кроме намеченной им цели. Когда же все эти попытки не принесли результатов, он потянулся в её сторону и дёрнул Аню за одну из её огненных косичек.

– Морковка! Эй, морковочка! – прошептал он достаточно тихо, чтобы не услышал мистер Филлипс, но достаточно громко, чтобы услышали почти все сидевшие в классе ученики.

Борясь со злыми слезами, Аня вскочила и схватила с парты грифельную дощечку.

– Ты гадкий, злой мальчишка! – крикнула она. – Да как ты смеешь!

И с размаху грохнула Гилберта по голове. Дощечка раскололась. Тилли услышала, как вскрикнул сидевший у дальней стены Оскар.

А следом весь класс взорвался криками, охами, ахами, снова зарыдала соседка Тилли по парте, и весь этот бедлам оторвал, наконец, мистера Филлипса от арифметических примеров, которые он самозабвенно записывал на доске.

– Аня Ширли, что всё это значит? – прикрикнул учитель.

Аня всё ещё стояла, держа в руках половинки расколовшейся грифельной дощечки.

Первым молчание нарушил Гилберт:

– Это я виноват, мистер Филлипс, – сказал он. – Я дразнил её.

Но у учителя явно был иное мнение.

– Мне прискорбно видеть девицу, проявляющую столь раздражительный и злопамятный характер… – начал он.

– Она вовсе не злопамятная! Её Гилберт дразнил, – не сдержалась Тилли.

Мистер Филлипс повернулся и посмотрел на девочку, впервые заметив её.

Матильда невольно сжалась под его взглядом.

– Я просто хотела… Гилберт вёл себя грубо и… я не имела в виду… – залепетала она.

– А вы, собственно, кто такая? – надменно спросил мистер Филлипс. – Новая ученица? Почему никто меня не предупредил, что в классе будет новенькая?

Ворчание мистера Филлипса отвлекло наконец внимание Ани от Гилберта.

– Это Тилли Пейджиз, моя подруга, прибывшая сюда погостить, – пояснила она и неохотно добавила: – Сэр.

– Вы обе, выйдите вперёд и встаньте у доски. Будете стоять так до конца уроков и переписывать строчки. Зарубите себе на носу, я такого поведения не потерплю. А вы, – посмотрел он сверху вниз на Тилли, – я назвал бы первое впечатление, которое вы на меня произвели, очень и очень слабым.

Тилли испуганно переглянулась с Оскаром. Конечно, у них в школе тоже были строгие учителя, но чтобы переписывать какие-то дурацкие строчки стоя перед классом, да ещё до самого вечера!

А мистер Филлипс тем временем подошёл к доске, и на одной её стороне написал:

У Ани Ширли очень плохой характер. Аня Ширли должна учиться держать себя в руках.

А на другой:

У Тили Пейджиз несдержанный язык. Тили Пейджиз должна учиться держать его за зубами.

– Мне так неловко, что я втянула тебя во всё это, – расстроилась Аня, печально посмотрев на Тилли. – Не сдержалась, прости. До сих пор не могу поверить, что Гилберт назвал меня морковкой, да ещё перед всем классом. Ой, смотри, мистер Филлипс твоё имя неправильно написал, хотел тебя посильнее обидеть, что ли?

– Ничего, зато ты меня всегда с двумя «л» называешь, – шепнула Тилли.

Оскар тем временем сгорбился за своей партой, пытаясь прикинуться человеком-невидимкой и не привлекать к себе никакого внимания.

Бесконечное переписывание строчек сильно подпортило впечатление от так хорошо начинавшегося дня, и Тилли даже начала тосковать по скучным будням в собственном классе. А когда мучение закончилось и Тилли, Оскар, Диана и Аня вышли из школы, то увидели поджидавшего их возле входа Гилберта. Он смущённо взъерошил копну и без того растрёпанных волос и очень искренне сказал:

– Мне ужасно стыдно, что я посмеялся над твоими волосами, Аня. Честное слово, стыдно. Ты не злись на меня, пожалуйста…

Но Аня, гордо вскинув голову, схватила за руки Диану и Тилли и потянула их за собой. Оскару ничего не оставалось, как неуклюже побрести следом.

– Аня, как ты могла? – возмутилась Диана и сделала попытку оглянуться на Гилберта, но подруга не позволила.

– Я никогда не прощу Гилберта Блайта, – отчеканила она, продолжая быстро шагать вперёд. – Никогда.

После того как все они помахали Диане, отправившейся домой по склону холма, Аня покаялась, опустившись на заросшую травой обочину тропинки:

– Мне очень неловко, что вы стали свидетелями всего этого безобразия. Я очень стараюсь не выходить из себя в подобных ситуациях, но пока что это плохо у меня получается.

– Тебе вообще нечего смущаться, – возразила Тилли. – По-моему, ты была просто великолепна. Мне самой очень хотелось бы стать такой же смелой, чтобы постоять за себя. Я думаю, все остальные тоже были на твоей стороне, посмотри, каким жалким выглядел Гилберт после школы.

– Не желаю больше слышать это имя, – вспыхнула Аня, но щёки её порозовели от удовольствия. – Отныне этот человек для меня не существует. А ты что думаешь, Оскар?

– О чём? О том, чтобы никогда больше не слышать его имя? По-моему, это вряд ли выполнимо, – ответил Оскар.

– Да нет! Как ты полагаешь, он действительно ужасно чувствовал себя после всего этого? – спросила Аня.

– А я-то откуда знаю?

– Так я и думала. – На лице Ани расплылась довольная улыбка.

Их разговор прервал приближающийся звук шагов. Тилли обмерла, увидев показавшегося из-за поворота мужчину в серой шляпе-котелке.

– Это мистер Чок. – Она встревоженно толкнула Оскара локтем в бок. – Тот самый человек, о котором говорили моя бабушка и дедушка. Аня, я не понимаю, зачем он здесь, – шёпотом добавила она. – Он заходил к нам в книжный магазин, разговаривал с дедушкой и появлялся на чаепитии у Безумного Шляпника.

– Он разговаривал с твоим дедушкой? – нахмурился Оскар.

– Да. О какой-то библиотеке.

– Лицо у него весьма невесёлое, как вы считаете? – сказала Аня, приподнимаясь на локтях с примятой травы.

Чок приблизился,

приподнял над головой котелок

и изобразил что-то вроде улыбки, которая, впрочем, не затронула его глаза.

– Матильда, – холодно произнёс он. – Снова вышла прогуляться из дома, как я вижу?

– Кто вы такой? – спросила Тилли, не отвечая на его вопрос. – И почему вы меня преследуете?

– Меня зовут мистер Чок, – сказал мужчина. – Я много лет работал вместе с твоим дедушкой. И не будь такой эгоистичной, девочка, не думай, что весь мир вертится вокруг одной тебя. Я просто делаю обход. Проверяю некоторым образом границы. А то что я налетел на тебя и твоего приятеля, – он кивнул головой в сторону Оскара, – так это чистой воды случайность.

Тилли молчала, не зная, что сказать. Вместо неё заговорил Оскар:

– А дедушка Тилли знает обо всём этом? – спросил он, делая неопределённый жест вокруг.

Чок издал странный звук, нечто среднее между хихиканьем и презрительным хрюканьем. Такого противного смеха Тилли ещё ни разу в жизни не слышала.

– А что, разве дедушка ничего тебе не рассказывал, Матильда? – сказал Чок. – Как интересно! Отличный поворот сюжета, должен признать. – Он огляделся по сторонам, словно ожидая аплодисментов. – Возможно… Но нет, сейчас я позволю вам вернуться домой, детки. Мне кажется, вам просто необходимо поговорить с глазу на глаз с Арчибальдом. Очень может быть, мы с вами вновь встретимся, и гораздо скорее, чем кажется. – С этими словами он зашагал дальше по тропинке.

Тилли забила дрожь, хотя солнце всё ещё пригревало и стояло довольно высоко над деревьями.

– Аня, ты можешь отправить нас домой? – тихо спросила она. – Пожалуйста.

Аня вздохнула так, словно это расставание было для неё печальнее всего на свете, но протянула руки. Тилли взяла её левую ладонь, Оскар правую, и тут же тропинка, лужайка и лес начали расплываться, а вместо них проступили знакомые стены книжного магазина «Пейджиз и Ко». За мгновение до того, как привычный мир окончательно сгустился и застыл, Аня улыбнулась и исчезла, а Тилли и Оскар остались стоять посреди книжных стеллажей.

– По-моему, нам действительно нужно поговорить с мистером Пейджизом, – твёрдо проговорил Оскар.

Дедушку они нашли в его «офисе». Он сидел за столом перед дымящейся чашкой кофе и блюдечком с одним из круассанов Джека. Увидев их, пожилой человек рассеянно улыбнулся и сказал:

– Рад видеть тебя, Оскар. Как продвигаются твои дела с той книжкой?

– Дедушка… – серьёзным тоном произнесла Тилли.

Он сразу насторожился, повернул к ней голову и спросил:

– Что случилось?

– Нам необходимо кое о чём тебя спросить, – продолжила Тилли, и дедушка сразу же побледнел. – Мы только что вернулись из книги.

– Мы были внутри книги, – уточнил Оскар.

– Да, внутри «Ани из Зелёных Мезонинов», – добавила Тилли.

– Вместе? Вы оба, в одно и то же время побывали в «Ане из Зелёных Мезонинов»? Это действительно очень необычно, – заметил дедушка, словно рассуждая вслух с самим собой.

– Я думаю, это было более чем необычно, – фыркнул Оскар.

– Что ж, я знал, что этот день когда-нибудь настанет, – глубоко вздохнув, сказал Арчи. – Думаю, что пришла пора познакомить вас с Библиотекарем.

15

Просто эта книга оказалась правильной

– Что? – спросила Тилли.

– С кем? – в один голос с ней произнёс Оскар.

– Принимая во внимание то, где вы только что побывали, вам самим уже должно быть понятно, что «Пейджиз и Ко» – это нечто бо́льшее, чем видят обычные покупатели. На самом деле, – с интересом взглянув на Оскара, продолжил дедушка, – здесь происходят вещи, которых большинство посетителей никогда не видели, а большинство читателей не способны сделать. Впрочем, будет лучше, если то, как мы это делаем, объяснит Библиотекарь.

– Мы? – переспросил Оскар, но дедушка вновь пропустил его слова мимо ушей.

– И мы отправимся к нему прямо сейчас, к этому… Библиотекарю? – удивилась Тилли.

– Не прямо сейчас, но уже сегодня. Прежде всего вам нужно будет усвоить несклько правил, которые обеспечат вам безопасность на случай книжных путешествий, пусть даже во всего лишь тихий Эйвонли. Хорошо, что вы не фанаты «Властелина колец», иначе всё не обошлось бы так просто. А сейчас идите к Мэри и спросите, не будет ли она возражать, если Оскар съездит с нами в город ближе к вечеру.

– Я схожу, – быстро откликнулся Оскар. – Думаю, что с этим проблем не будет. А куда мы пойдём? Мне захватить пакет с бутербродами? Или зонтик?

– Оскар, это не какая-нибудь школьная экскурсия, это дело гораздо более сложное, запутанное и непонятное, чем ты себе можешь представить, – объяснил дедушка.

– Более сложное, чем наше недавнее путешествие в книгу? Более запутанное, чем Алиса, которая появляется в магазине из своей Страны Чудес, чтобы поболтать с Тилли? Более непонятное, чем какой-то зловещий серый человек, который преследует Тилли, когда она бывает в книгах? – не поверил ему Оскар.

– Да, значительно более трудное для понимания, чем всё, о чём ты сказал, – ответил дедушка. – Погоди! Что за зловещий человек преследует Тилли?! Это ещё один книжный персонаж?

– Нет, – пояснила Тилли. – Это посетитель, который недавно приходил к тебе. Мистер Чок.

– И он был в «Ане из Зелёных Мезонинов»?

– И в «Алисе в Стране Чудес» тоже.

– Так ты и в Стране Чудес побывать успела? – покачал головой дедушка. – И он был там в одно время с тобой?

Тилли утвердительно кивнула.

– Но при этом он вместе с вами в книгу не входил? Вы уверены?

– Уверены. На все сто.

– Чок что-нибудь говорил тебе, Тилли?

– Он был такой странный и зловещий, а потом ушёл. А говорить… Он упомянул, что вы вместе работали, а потом рассмеялся, когда узнал, что ты ничего мне об этом не рассказывал, – тихо ответила Тилли.

– Хорошо. Хорошо… Ладно, Оскар, возвращайся сюда к…

– Но… – запротестовал мальчик.

– Слушай, что я скажу, – перебил его дедушка. – Иди в «Пышки-малышки» и спроси у мамы, можешь ли ты поехать сегодня вечером с нами на вокзал Кингс Кросс. Скажи, что я собираюсь сводить вас с Тилли в Британскую библиотеку. Когда мы отправимся туда, то захватим тебя по пути. Если возникнут проблемы, напиши Тилли сообщение или возвращайся сюда.

Оскар, судя по всему, собирался задать ещё кучу вопросов, но, наткнувшись на тревожный взгляд Матильды, коротко кивнул.

– Спасибо тебе, приятель, – поблагодарил дедушка. – Вечером увидимся. Иди. А мы с тобой, Тилли, давай найдём бабушку.

Бабушка нашлась за кассой. Она оживлённо болтала с одним из постоянных покупателей.

– Вы придёте к нам на праздник в среду, я надеюсь? – услышали они её голос.

– Прошу прощения, Чарли, – сказал покупателю дедушка, прерывая беседу. – Элси, послушай, я думаю, что мне нужно съездить в город, свозить Тилли и Оскара в Британскую библиотеку. – Бабушка медленно склонила голову вбок, а дедушка добавил, состроив многозначительную гримасу: – С Амелией повидаться. Ну, ты знаешь, возможно…

– Спасибо, Арчи. Я всё поняла, так что можешь больше не подмигивать. – Бабушка посмотрела на Тилли и улыбнулась, хотя к этой улыбке примешивалось ещё что-то, но что именно, Тилли понять не могла. Не переставая улыбаться, бабушка передала Чарли бумажный пакет с покупкой и чек, после чего полностью переключила внимание на внучку.

– Это очень волнующее событие, солнышко, – сказала она. – Значит, и Оскар тоже, вы говорите? Арчи, быть может, ты встанешь за кассу, а мы с Тилли пойдём и поговорим немного на кухне?

Матильда кивнула, безуспешно пытаясь понять, как это бабушка и дедушка могут так спокойно говорить о таких невероятных, ВОЛШЕБНЫХ ВЕЩАХ.

Сев за кухонный стол с чашкой чая, бабушка какое-то время внимательно изучала лицо Тилли, а потом негромко сказала:

– Я уверена, ты уже обо всём рассказала дедушке, но мне тоже хотелось бы услышать, как ты поняла, что с тобой происходит.

– Это я вообще только сейчас по-настоящему осознала, – задумалась Тилли. – А когда впервые рассказала об этом Оскару, он решил, что я всё придумала, потому что расстроилась из-за мамы, когда нашла её старые книги.

– Прости, что не рассказали раньше, – повинилась бабушка. – Но мы много обсуждали это с дедушкой и решили, что объяснить всё можно будет только после того, как это произойдёт, иначе ты решишь, что мы тебя разыгрываем.

– Я просто поверить не могу! Вы волшебники, а я не знала!

– О нет, что ты! – рассмеялась бабушка. – К моему огромному сожалению, мы совсем не волшебники, просто умеем использовать естественную магию книг и чтения, так уж нам повезло. А волшебство… Знаешь, я бы с большим удовольствием наложила на Арчи заклятие, чтобы он перестал копить пустые картонные коробки из-под обуви, если бы могла! Ладно, расскажи лучше, где ты была. Надеюсь, это место оказалось не слишком опасным?

– Сначала я попала на чаепитие в «Алису в Стране Чудес», а потом побывала в школе с Аней Ширли, – ответила Тилли, и ей вдруг показалось, что она читает сейчас строчки из книги о чьей-то чужой, не своей собственной обыденной жизни. – Но прежде чем я оказалась внутри книг, я встретилась с Аней и Алисой в «Пейджиз и Ко», а потом пыталась вызвать Сару из «Маленькой принцессы», но ничего не вышло.

– Почему именно из «Маленькой принцессы»?

– Не знаю, просто почувствовала каким-то образом, что это правильная книга, – ответила Тилли. – Я её прочитала ещё сто лет назад, но тут дедушка сказал, что она была любимой книгой мамы, и его слова напомнили мне, как я сама любила Сару.

– Дедушка сказал, вот как? – хмыкнула бабушка. – Ну что ж, полагаю, так оно и есть, хотя твоя мама очень много книг любила, не только эту. Ну а если ты в то время ещё не знала о своих способностях, то неудивительно, что ничего не произошло. Когда это случается впервые, всегда появляются только те персонажи, с которыми у тебя самой самая сильная внутренняя связь. Поэтому сначала тебя навестили Аня и Алиса – твои любимые героини, а не мамины. Теперь расскажи мне, что произошло с Оскаром?

И Тилли поведала бабушке всё-всё, что случилось за последние дни, вплоть до того момента, когда они вместе с Оскаром вернулись из Эйвонли, после чего у них состоялся странный разговор с дедушкой.

– А потом, – закончила Тилли, – дедушка сказал, что мы должны съездить к какому-то Библиотекарю в Британскую библиотеку.

– Ну, не совсем так, – объяснила бабушка. – Это особая библиотека, хоть и находится она действительно рядом с Британской библиотекой. И Библиотекарь там необычный. Знаешь, я очень рада, что ты можешь поделиться всем этим с Оскаром. Бесценно в подобной ситуации иметь рядом надёжного друга.

– Ты имеешь в виду ситуацию, когда обнаруживаешь, что живёшь в волшебном магазине и можешь общаться с героями книг? – уточнила Тилли, чувствуя, как её всё сильнее охватывает радостное волнение.

– Именно, – улыбнулась бабушка.

16

Добро пожаловать в Тайную библиотеку

– Арчи и Тилли! – тепло улыбнулась Мэри, когда спустя несколько часов они вошли в кафе. Рядом с матерью нетерпеливо переминался Оскар. – Добро пожаловать! Присаживайтесь, сейчас я принесу вам чаю. Арчи, Оскар сказал, что вы хотите взять его с собой в город. А он не будет вам помехой? Точно?

– На чай у нас, к сожалению, нет времени, Мэри, – ответил дедушка. – А насчёт Оскара – мы будем только рады взять его с собой. И ему, и Тилли будет полезно хоть ненадолго сменить обстановку, каникулы всё-таки.

– Да, конечно. – Мэри даже раскраснелась от удовольствия. – Оскару будет очень кстати выбраться отсюда: и отдых, и культурное развлечение опять-таки. Может быть, там сейчас выставка какая-нибудь интересная проходит или ещё что-нибудь в этом роде?

Дедушка запнулся, и Оскар немедленно пришёл ему на помощь.

– Это что-то связанное с «Алисой в Стране Чудес», от которой вы фанатеете, да? – спросил он.

– Да, совершенно верно. Надеюсь, вы не откажетесь взглянуть вместе со мной на рукописи самого Льюиса Кэрролла в Национальной галерее? – напропалую блефовал дедушка.

Тилли и Оскар дружно кивнули.

– Прекрасно, – просияла Мэри. – Огромное вам спасибо, Арчи. Оскар, ты не забыл проездной?

Оскар молча похлопал себя по карману джинсов.

– Прекрасно, – повторила миссис Ру. – С нетерпением буду ждать твоего рассказа об этой поездке.

Они втроём вышли на улицу и через пять минут уже добрались до станции метро. Здесь они прошли через турникеты и сели в поезд, направлявшийся к центру Лондона. Тилли обратила внимание, что настоящую книгу – «Гарри Поттера» – в вагоне читал лишь один пассажир, а все остальные сидели, уткнувшись в бесплатные газеты.

Британская библиотека была всего в паре минут от станции «Кингс Кросс», однако Оскару и Тилли пришлось попотеть, чтобы не отстать от дедушки, который удивительно ловко лавировал среди толпившихся здесь китайцев с камерами и планами Лондона и просто обычных прохожих. А затем они едва не врезались ему в спину, когда он вдруг резко остановился перед большой аркой из красного кирпича.

«Британская библиотека» – было вырезано на арке у них над головами. «Британская библиотека» – вторили литые буквы на чёрной железной решётке под нею. Мистер Пейджиз с детьми прошёл в арку, и они оказались в большом дворе, переполненном самыми разными людьми. Здесь сновали студенты с немытыми волосами, сгибавшиеся под тяжестью вместительных холщовых сумок с книгами. Обменивались рукопожатиями гладко выбритые бизнесмены в деловых костюмах. Бродили хипстеры с тоненькими ноутбуками и пластиковыми стаканчиками кофе в руках. Двор был замощён плиткой белого и красного цвета, выложенной в виде квадратов, и окружён угловатыми кирпичными строениями, за которыми поднимались в небо высокие шпили и часовая башня вокзала Кингс Кросс. На площади возвышалась огромная статуя мужчины в старинном камзоле с каким-то прибором в руках.

– Интересно, кто это? – спросил Оскар.

– Это сэр Исаак Ньютон, – ответил дедушка. – Авторства скульптора Эдуардо Паолоцци. А вдохновил его портрет Ньютона, нарисованный Уильямом Блейком, писателем.

– Ничего себе! – восхищённо выдохнул Оскар.

Дедушка повёл их вверх по ступенькам крыльца к главному входу. Протиснувшись мимо охранников, проверявших сумки у всех посетителей, они оказались в огромном просторном вестибюле. Слева виднелся сувенирный киоск, а прямо белела стойка информации. В разных направлениях из вестибюля разбегались лестницы и эскалаторы, воздух был наполнен гулом голосов и перестуком клавиш ноутбуков. Приятно пахло свежезаваренным кофе и бумагой. Позади стойки ресепшена до самого потолка поднималась огромная башня из стекла и чёрного металла, на стенах которой выстроились рядами тысячи и тысячи томов старинных книг. Именно к ней сразу направился дедушка.

На первом ярусе башни виднелись двери с мягкой чёрной обивкой, над которыми золотом блестели буквы: «Королевская библиотека».

За дверями обнаружился узкий проход, ведущий к новой двери, на которой было крупно написано: «Только для персонала». Дедушка без колебаний толкнул её.

– По-моему, нам туда нельзя, – нервно заметила Тилли.

– Не волнуйся, всё в порядке. – Дедушка даже не замечал удивлённых взглядов, какими окидывали его работавшие за столами люди. На стене рядом со служебным входом был установлен цифровой замок. Мистер Пейджиз уверенно набрал четыре цифры и толкнул тяжёлую дверь, которая с мягким щелчком открылась. Тилли и Оскар вошли в холодное тёмное пространство, стены которого были плотно заставлены книгами. Их здесь было столько, что и не сосчитать. При этом Тилли готова была поклясться, что, если не смотреть прямо на них, книги начинали сами шелестеть страницами и тихонько перешёптываться друг с другом.

Дедушка повёл детей по винтовой металлической лестнице вниз, к втиснутой в угол двери лифта. На нём висела табличка «Не работает», но дедушка всё равно нажал кнопку вызова, и половинки дверей разъехались в стороны.

Тилли и Оскар смущённо переглянулись, но дедушка легонько подтолкнул их внутрь.

– Бо́льшая часть Британской библиотеки уходит на четыре этажа под землю, – объяснил он, – но мы… хм… позаимствовали у неё часть этих помещений.

– Мы? Кто это мы? – озадаченно спросила Тилли.

– Скоро узнаешь, – ответил Арчибальд, доставая из кармана какую-то пластиковую карточку. Он вставил её в слот и нажал одну из кнопок.

Лифт дрогнул, отправляясь в путь, но не вверх или вниз. Вместо этого в воздухе разлился уже знакомый Тилли аромат горячего, слегка подгоревшего зефира, а бежевая кабина стала оседать вниз, словно старые обои, которые сдирают прочь, и на её месте проступили блестящие панели из тёмного дерева, украшенные золотыми инкрустациями. От пола и до самого потолка протянулись ряды золотых кнопок, они уходили так высоко, что Тилли при всём желании не смогла бы нажать самую верхнюю.

Затем двери лифта разошлись.

– Добро пожаловать в Британскую Тайную библиотеку, – сказал дедушка. – После вас.

17

Legere est Peregrinari

Тилли и Оскар растерянно переглянулись. После всех дедушкиных интригующих замечаний они ожидали увидеть что-то огромное и грандиозное, но, выйдя из лифта, они очутились в узком коридоре с голыми деревянными полами и рядами невзрачных одинаковых дверей. Стены коридора не были ровными, они плавно закруглялись вверх, а сам коридор уходил куда-то вдаль, в темноту. Нельзя сказать, что это место производило какое-то неприятное впечатление, оно выглядело просто скучным. Во всяком случае, та стеклянная башня на входе была, что и говорить, гораздо величественнее. Кроме того, Тилли уже начала привыкать, что за рассыпающимися стенами и запахом горячего зефира открывается яркий и удивительный мир, а не какой-то тёмный пустой коридор.

– Где, ты говоришь, мы оказались? – переспросила она, глядя снизу вверх на дедушку.

– В Тайной библиотеке, – усмехнулся он, проводя рукой вокруг.

– Ты что-нибудь понимаешь? Потому что я нет, – чуть слышно прошептал Оскар. Девочка отрицательно покачала головой, и приятель толкнул её локтем, намекая задать дедушке новый вопрос.

– А что на самом деле такое эта Тайная библиотека? – спросила Тилли. – Волшебные трюки мы в лифте проделали, но оказались после этого в обычном коридоре… О! Или мы в обычном коридоре, но на самом деле в книге?

– А в какой книге есть Тайная библиотека? – шёпотом спросил Оскар.

– Нет, нет, – сказал дедушка. Он выглядел взволнованным и слегка расстроенным. – Тайная библиотека – это не из книги. А перед нами обычный коридор, из которого, между прочим, и берутся те самые «волшебные трюки», как ты позволила себе выразиться, Матильда. А сейчас, пожалуй, просто идите за мной.

Дедушка двинулся по коридору, а Тилли с Оскаром последовали за ним. Тилли настолько сосредоточилась на том, чтобы не отставать от дедушки, что, только после того как Оскар ткнул её в бок и указал на одну из дверей, обратила внимание, какими необычными оказались надписи на некоторых из них. Так, между вроде обычными «Расчёты» и «Персонал» им встретились «Зал картографии», «Классификация», «Регистрация персонажей»; причём все эти надписи предваряла цепочка непонятных цифр и точек. В любом случае всё это было совершенно не похоже ни на помпезную современную Британскую библиотеку наверху, ни на по-домашнему уютную тихую библиотеку неподалёку от «Пейджиз и Ко».

Коридор наконец закончился деревянной двустворчатой дверью с резными поворачивающимися ручками.

– Попробуем ещё разок, – сказал дедушка, толкая створки.

– Вот, это уже кое-что, – одобрил Оскар, войдя в зал, вполне достойный звания таинственной волшебной библиотеки. Высокий потолок здесь был окрашен в бирюзовый цвет и поддерживался резными узорчатыми деревянными арками. Пол тоже был деревянный, и на нём гулко отдавался стук каблуков, смешиваясь с приглушёнными голосами и шёпотом переворачиваемых страниц. Дверь, в которую вошли дедушка, Тилли и Оскар, была прорезана в одном из узких торцов прямоугольного зала. В кремовой стене напротив была такая же двустворчатая дверь, над которой висели деревянные панели, украшенные золотыми надписями. Вверх уходило пять этажей крытых галерей, вдоль стен которых стояли заполненные книгами полки. Вход в каждую галерею заканчивался узорчатой металлической решёткой.

В центральном зале не было почти никакой мебели, кроме большого круглого стола в центре и громадного каталожного шкафа с сотнями маленьких выдвижных ящичков с золотыми ручками. На столешнице было вырезано крупными буквами:

LEGERE

EST PEREGRINARE

– Что это означает? – спросила Тилли, указывая на надпись.

– Это на латыни, – пояснил дедушка. – Девиз Тайной библиотеки. А вот перевести на английский его довольно сложно. Глагол peregrinor означает путешествовать, кочевать, скитаться, поэтому чаще всего этот девиз переводят как «Читать есть странствовать».

В зале было много людей в тёмно-синих кардиганах с золотой оторочкой. Они держали в руках книги и файлы, собирались небольшими группками, чтобы о чём-то поговорить, но больше всего их было на ярусах галерей, где они что-то писали за длинными деревянными столами. Поблизости от себя Тилли увидела также несколько библиотекарей, сортировавших и загружавших книги в удивительным образом устроенный подъёмник, напоминавший огромный кухонный лифт для подачи блюд с одного этажа на другой. Только вместо простых металлических коробок, в которых доставляют блюда с кухни в ресторанах, здесь были резные деревянные шкатулки, подвешенные на медных цепочках и разъезжающиеся по разным углам и этажам библиотеки. Каждые несколько секунд негромкий шелест голосов прерывался гулким ударом: это стоящий у главного стола служащий ставил печать на книгу, чтобы потом отправить её по наклонному жёлобу в очередную шкатулку за своей спиной.

– Ладно, хватит таращиться, у вас ещё будет возможность всё разглядеть как следует. Пойдёмте искать Библиотекаря, – скомандовал дедушка, легонько подталкивая Тилли в спину. Оскар последовал за ними, так и забыв захлопнуть раскрывшийся от удивления рот. Они направились к столу в середине, и молодой человек улыбнулся им, а потом увидел идущего рядом с детьми дедушку.

– О, мистер… П… Пейджиз, – прозаикался он. – Простите, мне кажется, мы вас не ждали.

– Думаю, это так, – согласился Арчибальд, старательно избегая взгляда внучки. – Амелия здесь?

– Не знаю, сэр. Возможно, она в своём кабинете. Позвать кого-нибудь, кто вас проводит?

– Не нужно, я помню дорогу, – мягко улыбнулся дедушка, а молодой человек принялся нервно поправлять свои очки.

– Ну да, ну да, конечно, – смутился он. – Могу я кого-нибудь поставить в известность о том, что вы здесь, сэр?

– В этом нет никакой необходимости, благодарю, – поспешно ответил дедушка. – Пойдёмте, дети.

Он повёл Тилли и Оскара к дверям в дальнем конце зала, и многие из сидевших за столами людей в синих кардиганах откровенно разглядывали их. Покидая главный зал, Тилли оглянулась через плечо и увидела, что теперь вообще все, кто там был, замерли на месте и смотрят им вслед.

– Почему они на нас так уставились? – нерешительно спросила она.

– Ерунда, солнышко, они просто рады видеть посетителей. Проходите сюда, пожалуйста.

За двойной дверью протянулся ещё один коридор, такой же сумрачный и длинный, как предыдущий, только здесь на дверях вместо надписей были цифры. Тихо считая себе под нос, дедушка дошёл до номера сорок два и резко остановился. На этот раз Тилли и Оскар всё же не успели затормозить и врезались ему в спину.

– Пришли, – объявил дедушка и громко постучал. Дверь открылась, и на пороге возникла женщина с очень прямыми длинными чёрными волосами. При виде посетителей её глаза широко раскрылись от удивления, а на губах заиграла искренняя улыбка.

– Арчи Пейджиз! Давненько не виделись! Заходите. – Женщина отступила в сторону, пропуская гостей внутрь. Они вошли в просторный, уютный, но в принципе самый обыкновенный кабинет, очень похожий на кабинет директора школы. На спинку стула был наброшен помятый синий кардиган, на столе лежали кипы бумаг, книги и стоял новенький очень мощный на вид компьютер.

– Амелия, это моя внучка Матильда и Оскар Ру, её товарищ.

На лице женщины промелькнуло странное выражение, которого Тилли не смогла понять, но почти сразу оно исчезло, и Амелия, улыбнувшись, протянула им с Оскаром руку. Когда она наклонилась, на её шее качнулся большой золотой ключ на цепочке.

– Добро пожаловать в Британскую Тайную библиотеку, – сказала его обладательница. – Я Амелия Уиспер, Библиотекарь. Очень рада с вами познакомиться.

Женщина указала на очень удобные мягкие кресла, поставленные полукругом. Пока гости рассаживались, она накинула кардиган, и Тилли заметила на его лацкане не второй вышитый золотом ключ, а над ним тот самый латинский девиз, который они видели в главном зале.

– Как видишь, здесь мало что изменилось, Арчи, – заметила Амелия. – Хочет кто-нибудь чашечку чая?

– Да, пожалуйста, – кивнула головой Тилли, а потом спросила: – Ты уже бывал здесь, дедушка?

– Ну конечно, он бывал здесь раньше, – со смехом ответила за него Амелия. – Библиотекарь не может работать на дому.

– Но это же вы Библиотекарь, – озадаченно напомнил Оскар.

– Верно, я Библиотекарь. Теперь. Но прежде им был Арчи… – Она увидела их лица и запнулась. – Вы что, не знали?

– Нет, не знали, – объяснил дедушка. – После всего, что случилось, мы с Элси решили, что ради блага Тилли нам лучше начать всё заново.

На лице Амелии отразилась сложная гамма чувств, но потом она пожала плечами.

– Что ж, это был твой выбор, Арчи.

Оскар и Тилли обменялись непонимающими взглядами.

– Могу я спросить?.. – начала было девочка, но дедушка и Амелия проигнорировали её.

– Мне нужно о многом поговорить с тобой, в том числе о Енохе, – сказал дедушка.

– Кто такой этот Енох? – шёпотом спросил Оскар у Тилли.

– По-моему, это мистер Чок, – ответила она.

– Так, а могли бы вы не шептаться, пока мы разговариваем? – резче чем обычно спросил дедушка.

Этот непривычный тон задел Матильду.

– Но мы же ничего не знаем! Вы всё время толкуете о каких-то странных вещах, секретах, незнакомых людях, а я не имею ни малейшего понятия о том, что вообще происходит. Вот ты привёл нас в эту тайную и всю такую волшебную библиотеку и ждёшь, что мы будем тут тихонько сидеть, пить чай и молча кивать головой, как китайские болванчики, и считаешь, что ты не должен нам ничего объяснять?!

Оскар неловко опустил глаза, а Амелия принялась пристально рассматривать налитый в её чашку чай.

Дедушка взглянул на Тилли, болезненно поморщился, словно у него надорвалось сердце, и негромко сказал:

– Прости, солнышко. Знаешь, Амелия, я думаю, наш с тобой разговор подождёт. Матильда, Оскар, я полагаю, нужно начать с самого начала.

18

Одни книги намного безопаснее других

– Способностью странствовать по книгам, то есть оказываться внутри них, обладают очень немногие читатели. Мы, книжные странники, умеем читать иначе – глубже, сложнее. Существует какая-то сила, которая переносит нас внутрь книги не только лишь в воображении, но и физически. Мы до сих пор не знаем точно, как это происходит и почему способность странствовать по книгам даётся одним людям и отсутствует у других. Мы думаем, книжным странником способен стать любой читатель, хотя чаще всего ими становятся книготорговцы и библиотекари, и в этом нет ничего удивительного, потому что именно они теснее всего связаны с книгами и чтением, – начал дедушка. – Именно благодаря таким связям сперва перед новым книжным странником появляются его любимые персонажи, а затем и он сам переносится в мир книги, – пояснил он. – Кстати говоря, Оскар, меня очень удивило, что ты смог оказаться в «Ане из Зелёных Мезонинов», которую никогда не читал. Касаемо появления персонажей, их «выскакивание» в наш мир мы считаем чем-то вроде побочного эффекта, это первый и самый верный признак, по которому можно распознать книжного странника. И, насколько мы можем судить, книжные странствия всегда происходят в книжном магазине или библиотеке.

– Выходит, это я сама случайно вытащила Аню и Алису из книг? – спросила Тилли.

– А почему у меня такого не было? – в один голос с ней воскликнул Оскар.

– Я знаю, у вас возникнет ещё множество вопросов, но их лучше оставить до вашего посвящения одним из Библиотекарей, который сумеет всё объяснить понятнее и проще, чем я. Кстати, Амелия, как ты думаешь, мы сможем сегодня кого-нибудь найти?

Амелия еле заметно кивнула, отошла к столу и набрала на телефоне какой-то номер.

– Вас научат управлять способностями к книжным странствиям, – продолжил тем временем дедушка. – Тайная библиотека существует, чтобы защищать читателей и книжные сюжеты, а для этого у нас разработаны строгие правила. Я уверен, вы понимаете, что исследовать одни книги намного безопаснее, чем другие? В прошлом у нас были случаи, когда люди с пробудившимися способностями попадали в очень трудные ситуации. Напомните мне как-нибудь рассказать про Гэри и орка. Да, так вот, как уже сказала Амелия, когда-то я тоже был Библиотекарем. С этой должности я ушёл сразу после того, как ты, Тилли, появилась на свет. Мы с бабушкой решили, что раз уж твоей мамы нет рядом, а мы не молодеем, то нам лучше остаться с тобой в «Пейджиз и Ко»; тем более что тогда мы ещё не знали, будешь ты книжной странницей или нет.

Амелия к этому времени закончила разговаривать по телефону и стояла, негромко, но нетерпеливо постукивая ноготками по крышке стола. Как только дедушка остановился, она немедленно вклинилась в разговор:

– Арчи, ты не думаешь, что…

Дедушка немедленно прервал её взмахом руки, и Амелия замолчала, удивлённо вскинув одну бровь.

– Я понимаю, на деле вся эта история намного сложнее, но пусть для начала Тилли и Оскар познакомятся хотя бы с азами. Ты не согласна со мной? – спросил Амелию дедушка.

– Я хочу услышать историю целиком, – тотчас заявила Тилли.

– Это всё только азы? – Оскар потрясённо покачал головой.

– Поверь, сейчас этого более чем достаточно, Тилли. Амелия, если можно, я попросил бы тебя сообщить остальным библиотекарям, что мы решили дать Тилли и Оскару время, чтобы знания о Тайной библиотеке уложились у них в головах, а уж к деталям перейдём чуть попозже. Тебе совершенно не о чем волноваться, солнышко, – добавил дедушка, обратившись к Тилли.

– Она и не волновалась, пока вы об этом не сказали, – заметил Оскар, за что получил в награду суровый взгляд.

– А моя мама… она тоже была книжной странницей? – тихо спросила Тилли.

– О да, была, солнышко, была, – ответил дедушка.

Тилли сама не понимала, стали ли её сердечные раны глубже от этих слов или, напротив, подзатянулись.

– Ты очень похожа на неё, Матильда. Не хочу, чтобы ты считала себя Гарри Поттером, но у тебя глаза твоей матери, – сказала Амелия, а Оскар с трудом удержался, чтобы не захихикать.

– Вы знали её? – спросила Тилли.

– Да, конечно. Мы вместе учились в университете. Она была бы очень рада услышать о твоём первом книжном странствии. Ну ладно, отложим воспоминания до лучших времён, а сейчас давайте найдём библиотекаря-регистратора, который поставит вас на учёт. – Амелия ободряюще кивнула ребятам, приглашая следовать за собой.

Они вернулись в длинный коридор и, пройдя всего лишь несколько шагов, остановились перед дверью, на которой висела надпись, буквы которой были похожи на паучков:

«Приём только по предварительной записи».

– Не обращайте внимания, – заметила Амелия. – Нравится это ему или нет, но я его начальница, и мне не требуется записываться на приём.

Она резко постучала и сразу же, не дожидаясь ответа, открыла дверь и вошла, а за ней проследовали все остальные. Эта комната была такой же просторной, как кабинет Амелии, но обставлена намного строже и скучнее. Никаких кресел, зато вдоль всех стен выстроились металлические шкафы с выдвижными каталожными ящичками, а на полках покоились большие одинаковые конторские книги.

– Я терпеть не могу, когда ко мне входят без спроса… Ах, это вы, мисс Уиспер, добрый день. Я вижу, у вас гости, – произнёс ледяной голос.

– Это вы! – выдохнула Тилли, когда Енох Чок повернулся к ним лицом.

19

Затеряться в хорошей книге

Дедушка коротко кивнул, а регистратор убрал свой носовой платок, покрытый чем-то, похожим на сажу, в ящик письменного стола и плотно закрыл его.

– Рад видеть тебя на прежнем месте, Енох, – вежливо, но очень холодно приветствовал дедушка.

Лицо Чока скривилось в подобии улыбки.

– Да-да, Арчибальд, я по-прежнему здесь и по-прежнему библиотекарь-регистратор, как тебе, впрочем, хорошо известно. И мне здесь нравится: меньше всякой политики, меньше опасности, что всё может вдруг пойти наперекосяк. Ну, ты же знаешь, как это бывает. А Амелия, как видишь, прекрасно справляется со своей работой.

– Позвольте прервать вашу трогательную встречу старых друзей, – кашлянула Амелия, – но мы здесь по делу. Енох, нам необходимо зарегистрировать в качестве книжных странников Матильду и Оскара.

– Разумеется, – ответил Чок и подошёл к полке, чтобы снять с неё один из гроссбухов.

– Он работает здесь? – Охваченная паникой, Тилли посмотрела на дедушку, но тот неотрывно наблюдал за Чоком.

Тогда девочка постаралась взять себя в руки и хрипло спросила:

– Почему вы здесь?

Все головы повернулись к ней.

– В каком это смысле? – удивился Чок.

Тилли сглотнула и вспомнила, каким решительным был взгляд Ани, когда она разбила грифельную дощечку о голову Гилберта. «Будь смелой…» – мысленно приказала она себе.

– Я спросила, почему вы здесь? – повторила она громче и твёрже.

– А где ещё я должен быть? – ответил Чок. – Это как-никак мой рабочий кабинет.

– Но где бы я ни оказалась в последние несколько дней, вы там тоже непременно появляетесь. Вы что, преследуете меня? – напирала Тилли.

Теперь уже и Амелия вступила в разговор:

– Когда вы с ней до этого виделись, Енох? Сюда, к нам, Арчи привёл её впервые.

Не давая Чоку ответить, Тилли рванулась вперёд:

– Мы виделись с ним уже три раза! Когда он пришёл к дедушке и ещё дважды в книгах. Да, он был в обеих книгах, куда попадала я сама.

Все перевели взгляды на Чока.

– Вы пеленговали Тилли? – негромко спросила Амелия.

– О, это была всего лишь обычная проверка, уверяю вас, – ответил Чок. – Для меня было такой приятной неожиданностью узнать о существовании Матильды, когда я заскочил в «Пейджиз и Ко»! Учитывая её наследственность, я решил, что не случится ничего страшного, если я запеленгую её и прослежу, не встречается ли она уже с какими-нибудь книжными персонажами.

– Вы, пожалуй, даже слишком… старательный работник, – холодно заметила Амелия.

– Вы знаете мой повышенный интерес к способностям юных книжных странников и самым ранним их проявлениям, – спокойно, без выражения, сказал Чок. – Помня о том, какие гены унаследовала Матильда, грешно было бы не проследить за развитием её способностей.

– Мне кажется, вы несколько… своеобразно использовали пеленгование, – сказала Амелия, склонив голову набок. – Но к этому мы ещё вернёмся позже, Енох.

– Что такое пеленгование? – спросила Тилли.

– Это то, что может использовать Главный Библиотекарь для поиска пропавшего странника в книге, которой сам Библиотекарь физически не владеет, – ответила Амелия. – Тебе это пока непонятно, но, право же, здесь не о чем беспокоиться. А зачем вы посетили магазин «Пейджиз и Ко», Енох? – повернулась Амелия к Чоку.

– У меня возник один вопрос, и я надеялся, что Арчибальд сможет мне помочь разобраться, но, боюсь, это ему не удалось.

– Принимая во внимание все обстоятельства, я считаю, что о своём визите к Арчи вы должны были прежде всего поставить в известность меня, – строго произнесла Амелия.

– Позволю себе заметить, что, хотя вы и Главный Библиотекарь, я не обязан ни у кого согласовывать свои посещения книжных магазинов, – холодно возразил Чок.

– Обо всём этом мы с вами поговорим позже и наедине, – кашлянув, заявила Амелия. – А сейчас нужно зарегистрировать Тилли и Оскара.

Чок коротко кивнул, жестом подозвал к себе Тилли и открыл гроссбух.

– Имя?

– Матильда Роза Пейджиз.

– Возраст, в котором совершили первое книжное странствие?

– Одиннадцать лет.

– Какой книжный магазин чаще всего посещаете?

– «Пейджиз и Ко», наверное. – Тилли вопросительно посмотрела на дедушку, и он утвердительно кивнул.

– Кто владелец указанного книжного магазина?

– Арчибальд и Элизабет Пейджиз.

– Регистрация закончена. Теперь мальчик.

Амелия ободряюще кивнула Оскару.

– Имя? – спросил Чок.

– Оскар Лукас Ру.

– Возраст, в котором совершили первое книжное странствие?

– Одиннадцать лет.

– Какой книжный магазин чаще всего посещаете?

– «Пейджиз и Ко», я думаю, – неуверенно ответил Оскар.

– Я тоже так думаю, – поддержала его Тилли.

– Владелец указанного книжного магазина?

– Вы же уже записали, когда регистрировали Тилли, – сказал Оскар.

Чок молча ждал.

– Арчибальд и Элизабет Пейджиз, – вздохнул мальчик.

Енох закончил писать, надел на ручку колпачок, аккуратно положил её в специальный желобок в столе и закрыл гроссбух. Остальные наблюдали за тем, как он протёр и без того чистую обложку гроссбуха, медленно поднялся на ноги и торжественно водрузил его обратно на полку. Тилли заметила, как Амелия закатила глаза.

– И все эти книги заполнены книжными странниками? – спросила девочка. – Зачем вы храните все эти записи?

– Да, они заполнены странниками, – подтвердила Амелия. – Видишь ли, Тайная библиотека существует уже очень давно, а путешествовать по историям, как мы считаем, люди начали с того времени, когда только появились первые рукописи. Благодаря этим записям мы можем отслеживать перемещения странников. Это нужно, чтобы читатели не могли бесконтрольно странствовать по важным текстам, и чтобы

не было персонажей,

покидающих книги

без нашего ведома.

Кроме того, – добавила Амелия, – эти записи своего рода свидетельства нашей истории. Семейное древо читателей.

– И вы тоже там есть? – застенчиво спросила Тилли.

– А как же, конечно! – ответила она, снимая с верхней полки гроссбух и начиная листать его страницы. – Вот, смотрите!

Оскар и Тилли заглянули ей через плечо и увидели, что об Амелии сделана точно такая же запись, как о них самих.

– А на вашу регистрацию можно взглянуть? – спросил Оскар у Чока.

– Нет, нельзя, – отрезал тот. – Это будет вторжением в мою личную жизнь.

– Глупости, Енох! – воскликнула Амелия. – Какой вам будет вред от этого? По-моему, это прекрасно, что новые книжные странники так живо интересуются историей. В каком году вас зарегистрировали?

На щеках Чока вспыхнули красные пятна, а глаза злобно загорелись.

– У меня нет ни малейшего желания делиться персональными данными с этими двумя детьми, – раздражённо повторил он.

Амелия вздохнула и отступила.

– Вопрос, – сказал Оскар, поднимая по школьной привычке руку. – Мы сможем увидеть самих себя в истории после того, как побывали в ней? То есть вернуться в «Пейджиз и Ко» и прочитать про себя в «Ане из Зелёных Мезонинов»?

– Хороший вопрос, – улыбнулась Амелия. – Тут дело вот в чём. Когда ты попадаешь в книгу, то оказываешься внутри одного из тысяч экземпляров и не можешь вызвать значительные и продолжительные отклонения в сюжете, что бы ты там ни делал. Как только ты покидаешь книгу, всё в ней возвращается в первоначальное состояние и никак не влияет на содержание других экземпляров. Мы, конечно, не рекомендуем странникам слишком далеко отходить от оригинального сюжета, однако постоянных изменений в нём создать таким способом всё равно нельзя. Это возможно только в случае с книгой из Отдела Источников, где…

– Это закрытая информация, мисс Уиспер. Секретная, – перебил её Чок.

– Но только не для книжных странников, Енох, – заметила Амелия и вытащила на свет золотой ключ, висевший у неё на шее. – От Отдела Источников существует всего два ключа, и это один из них. Второй находится у мистера Чока. В этом Отделе хранятся все первые издания. Два экземпляра каждой новой книги, выходящей в печать, поставляют в Британскую библиотеку. Один отправляется в их хранилище, а второй спускается к нам, сюда. Помогает нам в этом Джулиан – «верхний» библиотекарь, в обязанности которого входит поддерживать связь между двумя библиотеками. Как только книга доставлена, пронумерована и внесена в каталог, она становится защищённым и обладающим силой Источником. Источники очень строго охраняются, потому что если попасть в этот экземпляр, то можно вызвать постоянные изменения во всех книгах. Вряд ли стоит пояснять, что Источники обладают особенной силой, а действующие в них персонажи наделены возможностями, которых нет у персонажей обычных изданий. Вот почему для нас так важно следить, чтобы персонажи Источников оставались на местах, а читатели в них не попадали.

– Если сюжет изменится, почему это плохо? – уточнил Оскар.

– Это не просто плохо, – ответила Амелия. – Это настоящая катастрофа. Думаю, нет необходимости объяснять вам, какой силой обладают книги. Они способны как взрастить личность отдельного человека, так и изменить целый мир. Некоторые учат нас добру, а некоторые могут посеять семена, из которых потом вырастут страшные вещи. Книжные истории – это то, что мы любим и к чему прислушиваемся, поэтому никогда нельзя недооценивать влияние, которое могут оказывать на людей книги. Именно поэтому они столь часто становятся жертвами цензуры, их сжигают на кострах те, кто боится заключённой в них силы. А теперь представьте, что эти люди обнаружат способ изменять по своему желанию содержание книг… Представили? Вот почему мы окружаем себя тайной: не хотим, чтобы такое мощное оружие попало в плохие руки.

– Но обычные книжные странствия не опасны, правда ведь? – нервно спросила Тилли.

– Не всё так просто, – ответила Амелия. – Хотя сюжет всегда возвращается к своему первоначальному состоянию в тот же момент, когда вы покидаете книгу, всё обстоит намного сложнее в то время, пока вы находитесь внутри. Как вы сами уже поняли из своего путешествия в Эйвонли, книжный мир кажется таким же реальным, как наш. Вы можете прикасаться там к вещам и людям, есть и пить, можете участвовать в каких-то событиях. Однако это же означает, что вы можете пострадать в книге и даже умереть. Кроме того, всегда сохраняется опасность затеряться в книге. Если слишком долго оставаться внутри, память о реальной жизни начинает тускнеть, стираться, и можно даже совершенно забыть о ней. Память, конечно, вернётся, как только вы покинете книгу, но проблема в том, что вы даже не вспомните, что это нужно сделать. Кроме того, следует помнить, что время внутри книг течёт совершенно иначе, и там вы можете с непредсказуемой скоростью взрослеть или стареть. Книги украшают нашу жизнь, но они не должны заменять её. А ещё всё, что я сказала, относится не только к добрым книгам. Затеряться в книге с жестоким сюжетом намного легче, а ведь это ещё и смертельно опасно.

Чок сердито взглянул на Амелию и раздражённо спросил:

– Хотя мне доставляет огромное удовольствие слушать вас, но не могли бы вы поболтать где-нибудь за пределами моего кабинета?

– Конечно. Давайте пойдём и не будем больше мешать мистеру Чоку, – согласилась Амелия. – Ответы на все остальные вопросы вы получите во время посвящения. Поищем Себастьяна, узнаем, не найдётся ли у него сейчас время.

Чок молча проводил их взглядом, после чего с силой хлопнул за ними дверью, однако никто на этот выпад не обратил никакого внимания.

20

Книги, в которые разрешено путешествовать

Дедушка, Амелия, Тилли и Оскар вернулись в главный зал, где по-прежнему кипела жизнь. К Амелии подошла библиотекарь и что-то тихо зашептала ей на ухо. Тилли придвинулась ближе к дедушке, пытаясь расслышать, о чём она говорит, но у неё не получилось.

– Спасибо, Мэдди, – коротко ответила Амелия.

Затем женщина-библиотекарь отошла прочь, а Амелия повела свою группу к большой лестнице, начинавшейся в середине одной из длинных сторон зала и поднимавшейся на высоту всех пяти этажей. Лестница была роскошной, с мраморными ступенями и узорчатыми медными перилами. Преодолев несколько лестничных пролётов, они оказались в зале на четвёртом этаже, где вдоль стен стояли высокие книжные полки.

В одной стороне зала два библиотекаря принимали поднимавшиеся снизу металлические контейнеры, которые Тилли и Оскар уже видели на первом этаже, и вынимали доставленные в них книги. В другом конце стены были сплошь покрыты зеркалами, благодаря чему зал казался бесконечно вытянувшимся в пространстве.

Ещё здесь было несколько тёмно-красных кожаных кресел, поставленных вокруг деревянного овального стола с горящей на нём лампой под зелёным абажуром. Появился очень аккуратно одетый молодой человек в синем кардигане и белой рубашке с галстуком-бабочкой. Он подошёл, чтобы поприветствовать их.

– Мисс Уиспер, очень рад вас видеть, – вежливо поклонился он и спросил, поправляя на носу очки: – Наши новые книжные странники?

– Здравствуй, Себ. Да, это они. Прости, что не предупредила заранее, но, может быть, у тебя найдётся время для вводной лекции, пусть даже в укороченном варианте? Познакомься, это Оскар Ру и Матильда Пейджиз. А это её дедушка, Арчибальд Пейджиз.

Услышав это имя, Себастьян вздрогнул, однако тут же взял себя в руки и протянул дедушке ладонь, которую тот крепко пожал.

– Приятно познакомиться, сэр, – сказал Себ. – Рад видеть вас в наших рядах, Оскар и Матильда. С удовольствием подготовлю вас к посвящению, тем более что этим вы освободили меня от необходимости заниматься составлением каталога. Присаживайтесь, – указал он рукой на стоящие вокруг стола кожаные кресла.

– Думаю, нам нет необходимости присутствовать? – спросила Амелия. – Нам с Арчи нужно о многом поговорить. Отпустишь?

– Конечно, мы сами прекрасно справимся, – ответил Себастьян. – А когда закончим, я пришлю за вами кого-нибудь.

– Спасибо, – поблагодарила Амелия и взяла дедушку под локоть, собираясь увести его с собой.

Тилли вцепилась в него, напуганная тем, как быстро и круто всё поменялось в её жизни за последние несколько часов.

– Здесь ты в полной безопасности, Тилли, – заверил дедушка. – Если понадобится, Себ в любой момент сможет меня позвать. Мы с Амелией будем внизу, в её кабинете. Желаю хорошо провести время. Внимательно слушайте Себа!

Дедушка и Амелия ушли, а молодой человек присел к овальному столу и ободряюще улыбнулся детям.

– Ну, ребята, и когда же вы впервые обнаружили, что можете странствовать по книгам? – спросил он, разглаживая кардиган.

– Аня… ну, вы знаете, которая из «Зелёных Мезонинов», впервые появилась передо мной на прошлой неделе, но о том, что это называется книжными странствиями, и обо всём другом мы с Оскаром узнали всего лишь час назад, – сказала Тилли.

– Боже мой, вот это, что называется, с лодки в море! – улыбнулся Себастьян. – Но ничего, не волнуйтесь, мы постараемся разобраться во всём спокойно и не спеша. Ни к чему учиться бегать, пока ещё не научился ходить. Я здесь как раз для того, чтобы ответить на все ваши вопросы и позволить вам потренировать способности в безопасной контролируемой обстановке. Что вы хотели бы узнать перед тем, как мы начнём? Я не уверен, что вам многое успели рассказать.

Несколько секунд Тилли и Оскар просидели молча.

– Как получилось, что в реальном мире я никогда не видел ни одного книжного персонажа, а потом у меня вдруг получилось сразу отправиться вместе с Тилли в «Аню из Зелёных Мезонинов»? – спросил наконец Оскар.

– Как, ты сразу последовал за Тилли в книгу? Это точно? – удивился Себ. – Если честно, подобное уже случалось, но невероятно редко.

– Да, Аня взяла нас обоих за руки, и хотя я до этого никогда не видел её в магазине, повела нас, и мы… Странствовали… Очутились… Так, на самом деле у меня уже есть новый вопрос, – прервал ниточку своих собственных размышлений Оскар. – Всё то, о чём мы сейчас говорим, – это магия?

– Если коротко, то да, – вновь улыбнулся Себ. – Мы с вами говорим о книжной магии.

СТРАНСТВИЕ ПО КНИГАМ —

это, по сути,

магия сюжета и воображения,

слитая

воедино, доведённая до предела,

а затем продвинутая ещё дальше.

Во все времена в мире есть и были миллионы читателей, которые могли живо представить себе любимые сцены и персонажей. Читателей, чувствующих тесную, почти родственную связь с историями. Но при этом насчитываются лишь единицы тех, кто способен странствовать по книгам, путешествовать внутри них. Здесь нет каких-то особых заклинаний или волшебных слов, с драконами и ведьмами встречи тоже не так уж часты, но мы, тем не менее, совершенно определённо имеем дело с магией.

– Я так и думал, – заявил Оскар.

– Ты что-то выглядишь очень уж спокойным, – фыркнула Тилли. Сама-то она была до невозможности взволнована всем тем, о чём ей довелось узнать за последнюю пару часов.

– А что волноваться? Я очень рад, что имеется объяснение всему, что со мной случилось, – ответил Оскар. – Было бы гораздо хуже, если бы никто не мог понять, что происходит, разве нет?

– Да, наверное, – согласилась Матильда, хотя и не слишком уверенно. – Но подождите. Вы только что сказали «не так уж часты встречи с драконами и ведьмами». Значит, они всё-таки есть?

– Понимаете ли, друзья мои, если вы попадёте в книгу, где есть драконы и ведьмы, вы там их увидите, – пояснил Себастьян. – Нужно, чтобы вы поняли самое главное: всё, с чем вы сталкиваетесь внутри книги, более чем реально. Если в книге есть дракон, то перед вами окажется настоящий дракон. Вот почему путешествовать по одним книгам гораздо опаснее, чем по другим. Поэтому для тренировок мы используем только самые безобидные сюжеты. – С этими словами Себ выложил на стол пачку тонких книжечек в ярких обложках. – Запомните, для книжного странника жизненно важно контролировать вход в книгу и выход из неё. Вы ещё услышите древние библиотечные истории о том, как люди застревали… – Он не договорил, тяжело сглотнул, а потом добавил: – Но на случай, если что-то пойдёт не так, у нас есть Архивариусы.

– Архивариусы? – повторила Тилли.

– Это что-то вроде Организации объединенных наций книжных странствий. В каждой стране есть своя Тайная библиотека, а над этими библиотеками стоят Архивариусы. Сразу скажу, я никогда в жизни не видел Архивариуса, а сам Архив постоянно меняет местоположение, но считается, что Архивариусы вмешиваются, когда дела идут совсем из рук вон плохо, и исправляют положение. Если честно, иногда мне кажется, что всё это не больше чем бабушкины сказки. Насколько я знаю, здесь у нас ещё никто и никогда дела с Архивариусами не имел. Ну да ладно, приступим.

Он подтолкнул яркие книжечки к Тилли и Оскару.

Тилли взяла одну из них.

«То, что мы любим», – гласила надпись на обложке.

– «Играй вместе с нами», – прочитал Оскар название другой книжечки. – Постойте, да такие нам ещё в первом классе давали, мы по ним читать учились.

– Это они и есть, – улыбнулся Себ. – И это самые безопасные сюжеты для путешествий. – Он взял у Оскара «Играй вместе с нами» и передал её Тилли. – Давай начнём с тебя, потому что у тебя немного больше опыта, как я понимаю.

Оскар надулся.

– Не переживай, скоро придёт и твоя очередь, – подбодрил его Себ. – Итак, первое и основное правило книжного странника: отправляясь в путешествие, всегда имей при себе книгу…

– Но у меня не было книги, ни когда я отправилась в «Алису в Стране Чудес», ни когда побывала в «Ане из Зелёных Мезонинов», – перебила Тилли.

– Ты была там с героями этой книги. Персонажи могут брать вас в сюжет и выводить из него, более того, мы считаем, что путешествие с участием героя контролируется лучше, чем когда это делает сам книжный странник. Если ты попадаешь в книгу сам по себе, то персонажи воспринимают тебя как часть происходящего, даже если твоё присутствие выглядит совершенно несуразным. Да, они могут удивляться, увидев тебя, но никто из них не сомневается, что ты действительно существуешь. А вот если сам персонаж берёт тебя в книгу, как Аня, то он будет помнить, откуда ты появился. Аня знала, что вы с Оскаром не являетесь частью её истории. Но при этом только она это знала, а остальные – нет. Я прав?

Тилли кивнула.

– Строго говоря, мы не рекомендуем подобный способ, поскольку в данном случае, чтобы вернуться, приходится полагаться на персонажа, который тебя привёл, и без пеленгования никто не узнает, в каком экземпляре книги вы находитесь.

– О, – опечалилась Тилли. – Так, значит, Аня не вспомнит меня, если я сама отправлюсь в «Зелёные Мезонины»?

– Боюсь, что нет, – подтвердил Себ. – Но у нас не так много времени, так что не начать ли нам? – Он наклонился над столом, быстро перевернул несколько страниц, где помещался словарик, и остановился на первом развороте с рисунком. На нём был изображён мальчик с баскетбольным мячом в руках, а рядом было написано «Питер». – Итак, прежде всего я попрошу тебя, Тилли, прочитать всю книжечку. Много времени это не займёт, буквально несколько минут. Можно, конечно, путешествовать и так, но когда книга прочитана, она включает воображение, а чем лучше ты знаешь сюжет, тем безопасней находиться внутри книги. Оскар, а ты тем временем прочитай другую, тогда мы одним выстрелом убьём двух зайцев и время сэкономим. Главное, не напрягайтесь, читайте как обычно.

Тилли и Оскар обменялись скептическими взглядами и принялись за книги. На чтение действительно ушло всего каких-то пять минут, настолько они были простыми и короткими. Закончив, оба выжидающе посмотрели на Себа.

– Погружаясь в книгу, ты попадаешь именно в тот момент, о котором читаешь. Читаешь самое начало – значит, в завязку и попадёшь, и так далее. Таким образом вы можете контролировать своё местонахождение внутри сюжета. Запомните, что ни в коем случае нельзя отправляться в последние десять страниц.

– Почему? – тут же спросил Оскар.

– Потому что результат может оказаться непредсказуемым, – пояснил Себ. – Нет, в принципе можно, конечно, посетить самый конец книги, это многие пробовали сделать, чтобы оказаться свидетелями сражений, побывать на свадьбе главных героев или лицезреть момент их гибели, но при этом вы должны уметь в любой момент вернуться в реальный мир. А до тех пор, пока не наберётесь опыта, мы очень просим вас не рисковать.

– А чем опасны окончания книг? Что там может случиться? – спросила Тилли.

– Если неправильно рассчитать срок своего странствия, можно застрять в форзацах, – ответил Себ.

– Простите, а что такое форзацы? – спросил Оскар.

– Не нужно извиняться, сейчас объясню, – сказал Себ. – Форзацы – это пустые листы в начале или конце книги, с помощью которых книжный блок приклеивают к обложке. Напечатанные на форзацах буквы служат чем-то вроде сетки, которая задерживает выпавших из сюжета персонажей и отбрасывает их назад или помогает нам найти их и вернуть на место. Но эта, так сказать, страховочная сеть пригодна только для персонажей, но не для читателей. Теоретически форзац для читателя – это что-то вроде чёрной дыры. История закончилась, а ты всё ещё остаёшься в книге, и вернуться бывает очень трудно, поскольку

обычные законы

книжных

странствий

ТАМ

не действуют.

– Ой, как много правил! – пробормотал Оскар.

– Потому что много рисков, – ответил ему Себ. – Запомни, приятель, это не игра. Мы не шутим, мы пытаемся обезопасить вас. Обратите внимание вот ещё на что, это тоже важно, – продолжил он, поправляя очки, – чтобы выйти из книги, вы должны перечитать последнюю строчку в тексте, причём непременно из того же экземпляра той же самой книги.

– И тогда мы не застрянем в форзацах? – уточнила Тилли.

– Отличный вопрос, но нет, – ответил Себ. – Прочитать последнюю строчку – это всё равно что самому поставить точку в повествовании или напечатать «Конец». Другими словами, прочитанная последняя строчка книги действует наподобие команды, инструкции. А в форзацах можно затеряться, если вы путешествовали в конце книги и позволили сюжету закончиться раньше, чем его покинули. Впрочем, особо волноваться не стоит, просто не забывайте придерживаться правила чтения последней строки, и всё будет в порядке. Книга вернёт вас целыми и невредимыми в тот самый книжный магазин или библиотеку, откуда вы отправились в странствие.

– А что будет, если отправиться в странствие, читая дома? – сказал Оскар. – Книга вернёт тебя домой?

– По опыту многих поколений странников мы знаем, что отправиться в путешествие можно только из книжного магазина или библиотеки. Этого не случится, пока ты не окажешься в точке, где сосредоточена сила сотен и тысяч окружающих тебя книг. – Себ с мечтательным выражением откинулся на спинку кресла. – Вам знакомо чувство, которое испытываешь, войдя в книжный магазин и окинув взглядом выстроившиеся на полках тысячи томов? Ты смотришь на них, и у тебя начинает кружиться голова от мысли, сколько самых разных миров скрывается за обложками. И книги представляются крошечными порталами в эти миры, которые тебе предстоит исследовать. А эта ни с чем не сравнимая атмосфера, когда ты оказываешься в окружении таких же, как ты, книголюбов? Вот откуда берётся волшебная энергия, которая делает возможными наши странствия, и вот почему она проявляет себя только в книжных магазинах и библиотеках.

21

В книгах время течёт иначе

Оскар деликатно кашлянул, прерывая замечтавшегося Себа и возвращая его на землю.

– Да-да, прошу прощения, вернёмся к делу. Тилли, хочешь попробовать, как у нас говорят, «вчитать себя в книгу»? Вот сюда, например.

Он наугад открыл страницу, на которой было написано «Это магазин игрушек».

Тилли с опаской взяла книгу и спросила:

– То есть мне нужно просто прочитать это? Как обычно? Но погодите, почему я никуда не попадала, когда читала книги раньше?

– Ну, ты, возможно, уже ощущала проблески своей способности к книжным странствиям, просто не понимала ещё, что означают эти ощущения. Тебе случалось так увлечься, что ты забывала о времени? Или поднять голову от книги и не сразу понять, где ты находишься? Ты когда-нибудь переставала обращать внимание на всё, что происходит вокруг, и забывала даже о том, что скользишь глазами по строчкам? Когда такое случается, это означает, что твой мозг и сердце начинают сливаться с тем, что происходит в сюжете. Однако попасть в книгу случайно нельзя, даже зная, как работает этот механизм. Сделать это можно лишь тогда, когда читаешь с твёрдым намерением отправиться в книжное странствие. Признаюсь честно, никто до сих пор не знает, почему наши способности проявляются у разных людей в разное время. Однако чаще всего это случается примерно в твоём возрасте, когда у человека начинает складываться личное отношение к чтению и появляются первые любимые книги. Также свою роль играют, по-видимому, возрастные изменения и какие-то переживания. Мы считаем, что, возможно, когда человека захлёстывают какие-то проблемы, это даёт накопившейся внутри него магии шанс выплеснуться наружу. Ну а когда магия тем или иным способом проявит себя, её уже становится совершенно невозможно игнорировать. Способностью к книжным странствиям ты, Тилли, обладаешь от рождения. Не бойся и не думай, правильно ли ты всё делаешь или нет. Самое важное – это знать, что ты можешь попадать в книги, потому что ты уже побывала там. Так что просто сосредоточься на сюжете и прочитай пару предложений… и не забывай держать книгу в руках.

– А что, если я вдруг не смогу вернуться? Прочитаю последнюю строчку, и ничего не произойдёт? А если я вдруг потеряю книгу? Вы уверены, что я смогу выбраться?

– Ничего из этого не случится, не беспокойся, но если вдруг понадобится, я вытащу тебя оттуда. Этот экземпляр книги привязан к Тайной библиотеке и зарегистрирован как учебный, поэтому все границы внутри этой книги ослаблены, и я смогу пройти сквозь них, чтобы забрать тебя. Наконец, в нашей библиотеке имеется множество систем, позволяющих находить заплутавших книжных странников и оказывать им помощь, но, поверь мне, дело до этого не дойдёт. А теперь давай!

Тилли кивнула и сделала глубокий вдох. Постаралась отвлечься от всего, что её окружает, и сосредоточить внимание на книге. Короткое предложение она прочитала за долю секунды и сразу же почувствовала дымный сладкий запах зефира. В тот же миг начал складываться, опрокидываться окружающий её мир, а вместо него она увидела бескрайнюю белизну.

Казалось, она стоит в просторной пустой комнате, наполненной густым туманом. Здесь не было ни звуков, ни запахов, ни красок, одно только молочно-белое марево.

Матильда уже начала волноваться, осознав, что понятия не имеет, как связаться с Себом, но в этот момент мимо пробежал взявшийся буквально из ниоткуда огненно-рыжий сеттер. Тилли повернула голову и увидела за спиной магазин игрушек, тот самый, с книжной картинки: с бирюзовыми стенами и большими витринными окнами в жёлтых рамах. Витрины были набиты всевозможными старомодными куклами в пенистых кружевных платьицах, пластмассовыми машинками, плюшевыми медвежатами. Была здесь даже лошадка-качалка. Тилли лишь оставалось войти туда вслед за сеттером, что она и сделала. За кассой стояла женщина в лиловой блузке и разговаривала с мальчиком в оранжевом джемпере, державшим в руках большой игрушечный экскаватор. Светловолосая малышка в розовой водолазке разглядывала куклу в стеклянной витрине, а сеттер обнюхивал лежащую в углу игрушечную собачку.

– Привет, – нерешительно сказала Тилли.

Мальчик с девочкой повернули головы и посмотрели на неё, сеттер же от своего занятия не оторвался.

– Это Питер, – сказала девочка, указывая на мальчика.

– Это Джейн, – сказал мальчик, указывая на девочку.

– Очень приятно познакомиться. А я – Тилли, – ответила она и неловко помахала рукой.

– Мне нравится Питер, – сказала Джейн.

– Мне нравится Джейн, – сказал Питер.

– Прекрасно. А как получилось, что снаружи нет ничего, кроме магазина игрушек? – спросила Тилли.

– Это магазин игрушек, – сказал Питер.

– Мне нравится магазин игрушек, – сказала Джейн.

– Да, конечно, и мне тоже, – сказала Тилли. – Прекрасный магазин. Это ваша собака?

– Питер любит собаку, – сказала Джейн.

– Джейн любит собаку, – сказал Питер.

– Ну, хорошо, хорошо, – сказала Тилли. – Я думаю, мы все любим собаку.

Стоящая за кассой женщина хранила молчание.

– Брр, жуть какая, – пробормотала Тилли себе под нос. – Я уже могу уйти?

Она развернула книжку и прочитала последнюю строчку на последней странице: «Это Питер на дереве. У Питера мяч». Настал ужасный момент, когда ничего, казалось, не происходило, но затем магазин игрушек растворился в воздухе, а на смену ему вернулись прочные, увешанные книжными полками стены библиотеки.

Себ показал Тилли большой палец, а Оскар посмотрел с нескрываемым изумлением.

– Тебя не было всего несколько секунд! – сказал он.

– В книгах время течёт иначе, – пояснил Себ. – Знаете, как легко там упустить время? Например, новая глава начинается со слов «на следующий день» или даже «спустя неделю», а вы ничего не знаете о том, что произошло в промежутке. Или время, которое требуется автору для описания чего-либо, оказывается дольше, чем время, за которое происходит само событие. Вы меня понимаете? – Оскар и Тилли кивнули. – Вы будете оставаться в отрыве от реального мира примерно столько, сколько требуется на то, чтобы прочесть отрывок, в пределах которого вы путешествовали, даже если внутри книги он по ощущениям длится дольше, но по факту все эти фокусы со временем могут оказаться весьма непредсказуемыми.

Себ пододвинул другую книжку ближе к Оскару.

– Хорошо, теперь твоя очередь. Ты чувствуешь себя готовым, чтобы идти в книгу? Хотя мы не совсем уверены в том, как проявит себя твоя способность к книжному странствованию, но мне вполне достаточно просто знать, что у тебя она есть, ведь это доказывает твоё путешествие в Эйвонли, а эти книги, как я уже объяснял, учебные, и я в любой момент могу прийти и…

Но тут его прервал появившийся со стороны лестницы сурового вида Библиотекарь в чёрном кардигане с серебряной каймой. Он с плохо скрываемым любопытством посмотрел на Оскара и Тилли и сказал:

– Простите, что прерываю вас, Себастьян, но не могли бы вы спуститься вниз, чтобы помочь нам? Один книжный странник-новичок попал в сложную ситуацию в «Питере Пэне», но мы надеемся, что это всего лишь простая административная ошибка, которую вы можете исправить быстрее и эффективнее, чем мы.

Судя по его виду, Себ был не слишком доволен, однако тут же поднялся на ноги.

– Это не может подождать? – спросил он.

– Если честно, нет, – ответил Библиотекарь. – Кажется, администратор упустил след потерявшегося мальчика.

– Вы оба должны остаться здесь, – повернулся Себ к Оскару и Тилли. – Вы меня поняли? Сидите на месте и не двигайтесь. Я скоро или сам вернусь, или пришлю мистера Арчибальда, и он заберёт вас. – Он ещё раз посмотрел на них поверх своих очков и строго повторил: – Оставайтесь. Здесь.

Оскар и Тилли кивнули, и Себ последовал за пришедшим библиотекарем вниз. Там их ждали ещё двое мужчин, тоже в чёрных кардиганах с серебряной отделкой. Они все направились в сторону большого круглого стола на первом этаже. Тот из них, кто шёл первым, распахнул дверь в боковой стенке огромного каталожного шкафа, и все исчезли внутри.

– По-моему, они просто влюблены в свои кардиганы, – заметил Оскар. – Что будем делать? Может, пойдём мистера Пейджиза поищем?

– Себ велел нам оставаться здесь. Если им потребуется помощь Амелии, то дедушка сам придёт за нами.

– До чего жаль, что мне не дали шанс попробовать свои способности к книжным странствованиям, – вздохнул Оскар. – Без обид, но они с меня должны были начать. С тобой и так уже давно всё ясно, а вот со мной нет, способен ли я сам на что-нибудь вообще.

– Себ скоро вернётся, и попробуешь. Ты не много потерял, в этой учебной книжке совсем не так интересно, как в Авонлеи. Слегка странно и очень скучно. Слушай, а куда бы ты больше всего хотел отправиться, если бы тебе разрешили? – спросила Тилли.

– В Хогвартс, конечно, какие могут быть вопросы! – ответил Оскар. – Очень хочу попасть на Святочный бал или посмотреть на задание с драконом во время Турнира Трёх волшебников. Или познакомиться с Полумной Лавгуд.

– А если вдруг наткнёшься на Волан-де-Морта? Или на Амбридж? – возразила Тилли. – Кроме того, не думаю, что мы будем там волшебниками, простыми магглами скорее всего. Не интересно.

– А если попробовать Средиземье? – предложил Оскар.

– Ты только вспомни, – покачала головой подруга. – Орки, тролли, пауки гигантские… – начала она считать, загибая пальцы.

– Ну, ладно, ладно, – согласился Оскар. – Ну а что насчёт Оксфорда в «Северном сиянии»?

– Я не хотела бы столкнуться с похитителями детей, – предупредила Тилли.

– Пф-ф. Ну почему все интересные книги так опасны? – огорчённо протянул Оскар.

– Думаю, потому, что книга о хорошем безопасном месте, где ровным счётом ничего не происходит, получилась бы ужасно скучной и её никто читать не стал бы, – ответила Тилли, а Оскар тем временем направился к ближайшему шкафу и принялся разглядывать корешки.

– Значит, хорошая книга должна быть немного опасной, верно? – хмыкнул он, снимая с полки одну из книг и показывая её Тилли.

– «Остров сокровищ»? Ты уверен? Но разве она не вся целиком только о пиратах, смерти, предательстве и тому подобных вещах?

– Типа того. – Оскар сморщил нос. – Да, конечно, там орудуют пираты, но, насколько я помню, это в основном вполне дружелюбные парни. Во всяком случае, так мне показалось, когда я слушал аудиокнигу. Мы просто почитаем немного, выберем такой кусочек, где нет ничего опасного. – Он начал быстро листать страницы, а Тилли почувствовала неприятный холодок в животе.

– Оскар, я не думаю, что это… – начала она, но друг не дал ей договорить. Он схватил девочку за руку, резко раскрыл книгу и начал читать.

22

Ужасно плохая идея

«Когда я позавтракал, сквайр дал мне записку к Джону Сильверу в таверну «Подзорная труба». Он объяснил, как её найти: идти по набережной, пока не увидишь маленькую таверну, а над дверью большую трубу вместо вывески.

Я обрадовался возможности ещё раз посмотреть корабли и матросов и тотчас же отправился в путь. С трудом пробравшись сквозь толпу на пристани и обойдя массу тюков и фургонов, я нашёл, наконец, нужное место».

К уютному библиотечному запаху бумаги, чернил и старой мебели добавилась ароматная струйка печёного зефира, которая быстро прератилась в резкую, едкую смесь запахов рыбы, пота и моря.

Тилли сморщила нос,

а Тайная библиотека тем временем

растворилась в воздухе,

и вместо неё соткался шумный,

остро пахнущий порт.

=

– Вот видишь, здесь не опаснее, чем… – начал было Оскар, и в этот момент его грубо толкнул покрытый татуировками громила.

– Прочь с дороги, парень! – проревел он и помчался дальше, даже не взглянув в их сторону.

– Нам нужно найти Джима, – решил Оскар. – Мальчика из книги. Он должен быть где-то здесь.

Пока Оскар это говорил, мимо них прошёл худенький паренёк.

В руке он держал свёрнутый в трубочку пергамент и напряжённо всматривался в дома, явно ища что-то.

Найдя взглядом качавшуюся над входом в таверну вывеску с крашеной подзорной трубой, паренёк поспешил к ней. Оскар и Тилли двинулись следом. Внутри таверна напоминала декорации для съёмок фильма: большая комната с низкими потолками, в которой было так накурено, что щипало глаза.

– Поверить не могу, что прошлое так воняет, – заметил Оскар, пытаясь дышать ртом. В таверне стало тихо, сидевшие за столами моряки оторвались от кружек с ромом и молча уставились на вошедшего, который, по всей видимости, и был Джимом. Тот нерешительно оглядывался по сторонам, но продолжал идти вперёд. Позади стойки бара в стене открылась дверь, и из неё появился человек.

Левой ноги у него не было – прямо от бедра начинался деревянный брусок, а под мышкой виднелся костыль, на который он опирался. Человек этот был высок, метр восемьдесят, не меньше, плотный, с открытым располагающим лицом. Джим сглотнул и подошёл ближе.

– Вы мистер Сильвер, сэр? – спросил он, протягивая ему свёрнутый пергамент.

– Да, мой мальчик, – ответил одноногий. – Именно так меня и зовут. А ты?.. – Он быстро прочитал записку и внимательно посмотрел на Джима. – О, я понял! Ты – наш новый юнга. Что ж, очень рад, очень рад.

Он крепко пожал Джиму руку. Лицо у того побледнело, но спину он продолжал держать прямо, не сгибаясь.

– Ну, всё? – шепнула Тилли. – Достаточно насмотрелся?

– Вовсе нет, – ответил Оскар. – Я хочу увидеть корабль. Давай ещё ненадолго задержимся и пойдём следом за ними.

– Интересно, а что, если мы пропустим сколько-то страниц? – сказала Тилли. – Попробуем прочитать кусочек где-нибудь дальше. Так мы сможем сразу перескочить вперёд, как ты думаешь? Мне, честно говоря, не хочется торчать здесь часами.

Оскар вынул из кармана взятую в Тайной библиотеке книгу.

– Ты полистай, – сказал он. – Ты быстрее меня найдёшь, куда нам перепрыгнуть, я так бегло читать не могу.

– Но…

– Давай, давай, читай уже.

Тилли открыла оглавление, быстро пробежала его глазами.

– Вот, – ткнула она. – Глава десятая. «Плавание». Подойдёт?

Девочка взяла Оскара за руку и начала читать. Воздух зашипел и задымился, но, вместо того чтобы оказаться на причале, они очутились на корабле, деревянная обивка которого поскрипывала под ударами волн. Место, куда попали друзья, было просторной, богато украшенной комнатой с большим столом посередине, на котором лежала развёрнутая карта. Стены комнаты были увешаны полками, на которых книжные корешки перемежались стопками свёрнутых свитков.

– Нет, Тилли, мне, знаешь ли, просто хотелось взглянуть на корабль со стороны, – сказал Оскар. – А здесь… Я, конечно, не хочу тебя пугать, но, по-моему, находиться здесь нам с тобой опасно, ещё увидит кто-нибудь.

– А то я сама не знаю! – прошипела Тилли. – Просто я же не читала «Остров сокровищ»! Думала, что этот кусочек описывает, как они собираются в плавание, загружают свой корабль. Ох, не нужно мне было отправляться в книгу, которой я совершенно не знаю! Плохая это была идея, ужасно плохая.

– Ладно, не впадай в панику, – попытался успокоить её Оскар. – Мы же в любой момент можем вернуться. Помнишь, Себ сказал, что для этого нужно лишь прочитать последние строчки в книге, и сразу окажешься в Тайной библиотеке. Дай сюда книгу.

Но едва Оскар протянул руку, как скрипнули деревянные ступеньки лестницы, и на ней показался чёрный ботинок, затем деревянный брусок, а вслед и сам обладатель этого странного набора – Джон Сильвер.

– Так-так-так, кто это здесь у нас? – сказал он, подходя к Оскару и Тилли, успевшей спрятать книгу себе за спину. – Два зайчика? О-хо-хо, ребятки, боюсь, не по нраву придётся вам то, куда мы направляемся. – Он внимательнее присмотрелся к Тилли и добавил: – Значит, один безбилетник и одна юная леди, да? Это дьявольское невезение, когда на борту женщина, об этом твердят все морские легенды. И что же вы делаете здесь, в капитанской каюте, а?

– Видите ли, сэр, мы попали сюда совершенно случайно, – ответил Оскар. – И, если не возражаете, просто сойдём с корабля.

В ответ Сильвер расхохотался, показав свой рот, в котором не хватало нескольких зубов.

– Случайно? А каким образом, позвольте спросить, вы случайно оказались в капитанской каюте? – Он придвинулся ближе и угрожающим тоном добавил: – А ну, отвечайте, кто велел вам здесь прятаться?

– Никто не велел, поверьте! – горячо воскликнула Тилли. – Честное слово! Мы вовсе не знали, что это капитанская каюта, просто… гуляли, исследовали корабль… потому что Оскар без ума от кораблей. Послушайте, просто отпустите нас, пожалуйста. Мы больше не будем.

– О, разумеется, миледи, коль скоро вы об этом так вежливо просите, – ответил Сильвер. – Разрешите предложить вам руку. – Он протянул Тилли одну свою руку, а другой рукой выхватил у неё «Остров сокровищ». – А теперь позвольте проводить вас на палубу.

Оскар посмотрел на отобранную книгу, пожал плечами и пошёл следом за Сильвером и Тилли – а что ещё ему оставалось? По лестнице ребята поднимались неуверенно – их шатало из-за качки.

– Да, леди, не умеете вы по палубе ходить, – рассмеялся Сильвер, когда корабль сильно подкинуло на волне и Тилли повалилась на одноногого пирата. – Ну, вот мы и пришли. Отсюда можете отправиться дальше… как вы там сказали? Исследовать корабли.

Он с шутовским поклоном пропустил их вперёд, на палубу, за которой до самого горизонта раскинулся океан.

23

Вот почему всегда нужно следовать правилам

Тилли и Оскар в ужасе уставились друг на друга, а Сильвер вновь рассмеялся.

– Ну-с, миледи, – издевательски поклонился он, – почему бы вам не рассказать всё-таки своему доброму другу Джону, зачем вы пробрались на борт «Испаньолы», и почему я застукал вас в каюте нашего благородного капитана Смоллета? – Он посмотрел на отобранную у Тилли книгу и добавил: – И зачем вам понадобилась эта вещь из библиотеки нашего капитана? – Сильвер прочитал название, на секунду запнулся и удивлённо поднял бровь. – «Остров сокровищ»! Любопытный выбор. Кстати, что вы сами знаете про Остров сокровищ? А ещё интересно, знает ли сам капитан Смоллет о том, что в его библиотеке имеется эта книжка?

Тилли и Оскар молчали. Никто из них понятия не имел, как следует отвечать на подобные вопросы и как вообще вести себя в такой ситуации.

– Не хотите говорить? Хорошо, я дам вам время подумать, а сам пока посоветуюсь со своими товарищами, что нам с вами делать. Возможно, пока ещё рано беспокоить капитана по этому поводу. – Он пронзительно посмотрел на детей, не больно, но крепко взял каждого из них за плечо и снова повёл вниз, но на этот раз не в каюту капитана, а ещё ниже, в трюм. Минуту спустя они оказались в камбузе.

– Добро пожаловать в мои владения, – сказал Сильвер. – Я попрошу вас посидеть здесь некоторое время. А это вам, чтобы вы не подумали, будто я негостеприимный хозяин. – Джон Сильвер хохотнул, бросил Оскару и Тилли по яблоку, а затем отвел их в забитую бочонками кладовку, запер и ушёл, забрав с собой книгу.

Некоторое время Тилли глубоко дышала, стараясь взять себя в руки.

– Ну и что мы с тобой будем теперь делать? – немного успокоившись, накинулась она на Оскара. – А что произойдёт, если Сильвер прочитает книгу и увидит там своё имя?! Сильвер же не знает, что он не настоящий. Ой-ёй, до чего же это была плохая идея – отправиться сюда! И вот почему всегда нужно строго следовать правилам.

Оскар с хрустом откусил яблоко, и Тилли закатила глаза.

– Да ладно, что теперь, голодать, что ли? – проворчал мальчик.

– Хорошо, дай мне немного спокойно подумать, – попросила Тилли и прижала пальцы к вискам, чтобы сосредоточиться.

– Так… Так. Короче, нам нужно получить назад свою книгу, вот и всё, – сказала она наконец. – Если нам удастся её вернуть, мы сразу «вчитаем себя» куда-нибудь подальше. Поэтому, как только видим книгу – немедленно хватаем.

– Не думаю, что это будет так просто, – покачал головой Оскар. – Сильвер, знаешь ли, не похож на человека, которому нравится, когда кто-то хватает его вещи.

– Но если мы немедленно «вчитаем себя», будет уже наплевать, рассердится он или нет. Так что когда он вернётся…

– И что тогда? – спросил Сильвер, открывая дверь кладовки.

– Видите ли, мы просто надеемся, что вы вернёте нам нашу книгу, мистер Сильвер, – как можно вежливее ответила Тилли.

– Боюсь, что в данный момент это совершенно невозможно, мои дорогие. Мои друзья решили, что, если вы не ответите совершенно откровенно на некоторые наши вопросы, вас придётся судить по морским законам. Догадываетесь, что это за законы? И поймите, пожалуйста, вашему доброму другу Джону это тоже не нравится, но что поделать? Нужно же соблюдать хотя бы видимость демократии. Мы не хотим устраивать бунт. Из-за книги, во всяком случае. Поэтому, поскольку капитан только что удалился насладиться после обеда бокалом бренди, я сведу вас сейчас кое с кем из моих друзей, а вы постарайтесь удовлетворить их любопытство. Да, и помните, пытаться бежать бессмысленно, на корабле нет мест, где можно было бы надолго спрятаться, – улыбнулся Сильвер.

Палуба была почти пуста, если не считать небольшую кучку собравшихся вместе грязных неопрятных людей. Сильвер кашлянул и все они, как по команде, повернули головы и уставились на него, Оскара и Тилли.

– Итак, джентльмены, где книга? – вопросил Сильвер, когда они приблизились к его «друзьям». Вперёд подался мрачный человек, глаза которого были завязаны сальной тряпкой. Сильвер вздохнул.

– Слепой Хорас. Отличный выбор, чтобы разгадать тайны печатного слова. Чувствую, что весь груз, как всегда, ляжет на мои плечи.

– Да даже когда у меня ещё были глаза, я всё равно читать не умел, – сказал слепой.

– Двойную порцию рома Хорасу, который оказался дважды бесполезен, – ехидно ухмыльнулся Сильвер и продолжил, обращаясь теперь к Оскару: – Ты пойдёшь со мной, парень.

Он железной хваткой взял мальчика за плечо и повёл к борту корабля, над которым, выступая над волнами, торчала доска. Там Сильвер обернулся к Тилли и сказал:

– А теперь, ласточка, я хочу знать, зачем вы оказались в этом плавании на борту «Испаньолы» и откуда у вас книга об Острове сокровищ. Мы, конечно, джентльмены вежливые, однако не отказываем себе в удовольствии слегка подбодрить собеседника, от которого хотим узнать правду.

Он кивнул, и тут же один из пиратов подошёл, бесцеремонно схватил Оскара и поставил его на шаткую доску. Сильвер улыбнулся, словно крокодил, заметивший прямо у себя под носом отличный обед, и принялся неторопливо листать страницы, но потом вдруг застыл, уставившись в книгу, и лицо у него побелело.

– Это что за чертовщина, детка? – тихо спросил он.

– Что… Что именно?.. – заикаясь от страха, ответила Тилли.

– Не притворяйся, – всё тем же страшным шёпотом продолжил Сильвер, тыча пальцем в страницу, на которой несколько раз встречалось его имя. – Где ты взяла эту колдовскую книгу? Вас что, Флинт прислал… оттуда?! А капитан… он заодно с вами?

Сильвер медленно наступал на девочку, она так же медленно пятилась назад, пока не упёрлась спиной в фальшборт рядом с Оскаром, продолжавшим балансировать на узкой доске.

– У тебя остался последний шанс, перед тем как с тобой и твоим приятелем будет покончено навсегда. Говори! А это… – Он с отвращением посмотрел на книгу. – Да, может, мы и пираты, но с колдовством связываться не хотим. И своим кораблём из-за чёрной магии рисковать не станем! – Он в последний раз взглянул на книгу, а затем неожиданно швырнул её за борт. Потребовалась лишь доля секунды, чтобы Тилли поняла, что выбора у них нет.

– Прыгай! – крикнула она Оскару и бросилась за борт «Испаньолы». С размаху она ударилась о ледяную воду, да так сильно, что у неё перехватило дыхание.

Одежда на Тилли моментально намокла, но она принялась лихорадочно кружить по воде в поисках книги. Потом, наконец, увидела её в нескольких метрах от себя и поплыла, борясь с волнами. Книгу ей удалось схватить в самый последний момент, когда она уже промокла настолько, что готова была пойти ко дну.

Затем Тилли обернулась и ахнула, увидев, что Оскар всё ещё раскачивается, стоя на доске.

– Прыгай! – завопила она.

– Я плавать не умею! – крикнул он в ответ, а тем временем на другой конец доски уже ступил один из пиратов.

– Оскар, ты должен прыгнуть! – снова крикнула Тилли, лихорадочно ища в книге последнюю страницу. – В меня целься и прыгай!

Оскар поймал её взгляд, и Тилли кивнула. Тогда он закрыл глаза, оттолкнулся от доски и полетел вниз, размахивая в воздухе руками и ногами, словно мельница. В воду он плюхнулся с громким всплеском, подняв вокруг себя фонтан брызг. Тилли поспешила к приятелю, а пираты тем временем насмехались над ними с борта «Испаньолы». Наконец, над поверхностью воды показалась голова Оскара, он судорожно глотнул воздуха и снова начал тонуть.

– Мы должны держаться друг за друга! – крикнула Тилли, протягивая ему руку.

Как только пальцы Оскара коснулись её руки, Тилли глубоко вдохнула и громко прокричала последнюю строчку книги:

– «Пиастры! Пиастры!»

И тут словно кто-то щёлкнул выключателем. ОКЕАН моментально исчез, Тилли почувствовала, что может свободно дышать, а вокруг неё вновь поднялись книжные полки Тайной библиотеки.

Оскар упал на колени, отплёвывая воду, а девочка прижалась лбом к деревянной стене, такой упоительно сухой, тёплой и надёжной. Так они и стояли, роняя на ковёр солёные капли воды, когда на верхней ступеньке появился дедушка. Увидев его, Тилли запихнула ногой под стол остатки размокшей, почти развалившейся книги.

– Почему вы оба мокрые? – спросил мистер Пейджиз.

– В море свалились, – не раздумывая, ляпнул Оскар.

– Вы упали в море? – удивился Арчибальд. – Во время посвящения?

– Мы… ну… не в ту часть книги попали, – солгала Тилли.

– Ну, дела! – пробормотал себе под нос дедушка. – Послать новичков в сцену у моря! В моё время это категорически запрещалось. Видно, сильно изменились теперь правила. Ну ладно, поехали. Ох, господи, как же мы объясним твоей маме, Оскар, почему ты промок насквозь?

Хотя в метро многие пассажиры с удивлением косились на них, к тому времени, когда Оскар и Тилли вернулись, их одежда успела почти полностью просохнуть, только слегка покрылась солью.

– Тилли, пойди переоденься и поищи для Оскара чистую футболку из тех, что мы делали для рекламы, – велел дедушка. – А пока будем разговаривать, успеем простирнуть вашу одежду в машинке.

Спустя пятнадцать минут они уже сидели за кухонным столом, и бабушка поставила перед ними кружки с горячим шоколадом и блюдо сдобных булочек с вишнёвым вареньем.

На Оскаре красовалась футболка с изображением обложки «Чудесной таможенной будки».

– Ну, как всё прошло? – спросила бабушка.

– Потрясающе, – усмехнулся мальчик.

– Почему ты мне раньше ничего не рассказывала? – упрекнула Тилли. – О книжных странствиях, и что дедушка был Библиотекарем? Я-то думала, что вы всегда жили здесь!

– Мы действительно давно здесь живём, – ответила бабушка. – Этот книжный много десятилетий принадлежит моей семье, и я управляю им с тех пор, как умерла моя мама.

– А почему тогда у дедушки тоже фамилия Пейджиз? – спросил Оскар.

– Потому что он взял мою фамилию, когда мы поженились, люди иногда так делают.

– Мы хотели сохранить старинное название магазина, – пояснил дедушка. – А моя собственная фамилия была не столь благозвучна. Заодно избежали мороки со сменой вывески и переоформлением документов.

– История этого магазина уходит корнями в далёкое прошлое, – принялась рассказывать бабушка. – Ты происходишь из старинной династии книготорговцев, Тилли. Кроме них в нашем генеалогическом древе есть также и библиотекари, и писатели, и читатели. Можно сказать, что любовь к книгам у нас в крови.

– Кхм, – негромко кашлянул Оскар. – Вы знаете, я, пожалуй, домой пойду, вам тут и без меня есть о чём поговорить, – и добавил, неловко прикоснувшись к плечу Тилли: – Спасибо, что взяли меня с собой сегодня. И за футболку тоже спасибо, я тебе её завтра верну.

Бабушка улыбнулась мальчику.

– Заходи, Оскар, ещё поговорим, – кивнула она. – Я думаю, у тебя осталось много вопросов. И ещё… Прости, но я скажу об этом прямо, без намёков. Ты понимаешь, что не должен рассказывать обо всём этом своей маме?

– Будто она мне поверит, даже если я расскажу, – ухмыльнулся Оскар.

24

Мир перевернулся с головы на ноги

После того как дедушка проводил Оскара до двери, они втроём уселись за кухонным столом и некоторое время просто молчали. Тилли прислушивалась к бушующим в душе чувствам и сама не понимала, то ли она всё ещё сердится, то ли взволнована, то ли испугана.

– Всё-таки я не понимаю, почему вы не могли рассказать мне обо всём раньше, – сказала она наконец.

– Я объяснил это ещё в Тайной библиотеке, – начал дедушка. – Есть множество причин, по которым…

– Я бы поверила! – перебила его Тилли.

– Это сейчас тебе легко так говорить, когда ты испытала всё сама, – возразила бабушка. – Но попробуй-ка представить, как бы ты отнеслась к подобному рассказу до того, как увидела всё своими глазами.

– Я всё равно поверила бы вам, – упрямо повторила Тилли. – А секреты я ненавижу, вот.

– Клянусь, мы старались скрывать как можно меньше, – вздохнул дедушка. – Понимаю, сегодня тебе кажется, что весь мир вдруг перевернулся с ног на голову, но мы всегда оставались с тобой честными во всём, за исключением разве только книжных странствий.

– Но вы и о моих родителях никогда ничего не рассказываете, – возразила Тилли. – Так что откуда мне знать, что вы от меня ещё что-то не скрываете? Я уже не маленькая, чтобы не справиться с правдой, какой бы ужасной она ни была. И вообще, как мне понять, кто я такая на самом деле, если мне ничего не известно о собственной семье?

– Мы – твоя семья, – ответил дедушка. – И мы постоянно говорим с тобой о маме…

– Вовсе нет! – взорвалась Тилли. – На самом деле вы никогда не говорите о ней. Когда я начинаю спрашивать, вы тут же меняете тему, а если и упоминаете о ней, то лишь мимоходом, уходя от подробностей.

– А что ещё ты хочешь знать? – спросил дедушка.

– Всё! Я хочу знать о маме всё! – воскликнула девочка, чувствуя, как подступают к глазам горячие слёзы. – Я хочу знать, какой она была в детстве, какой была в моём возрасте, а какой – когда была беременна мной. Я хочу знать, какую еду она любила больше всего, какие фильмы, какой… ну да, какой у неё любимый сорт сыра, наконец! Я хочу знать, что заставляло её смеяться, сердиться, волноваться, восхищаться. Я хочу представить, каково было бы вместе с ней делать домашние задания. Как она читала бы мне перед сном. Хочу знать, что она посоветовала бы, чтобы Грейс осталась моей подругой. И как мне себя вести, чтобы Оскару никогда не надоела моя компания. – Тилли прерывисто вдохнула. – Одним словом, я просто хочу представлять, что она постоянно здесь, чувствовать, каково это – иметь нормальную маму, как у всех.

Дедушка выглядел ошеломлённым. Он привстал было со стула, но тут же вновь опустился на него, а бабушка шумно втянула носом воздух, но затем взяла себя в руки.

– Прости меня, Тилли, – сказала она. – Прости, что мы много утаивали. Слишком глубоко погрузились в свою собственную печаль, не понимая, что оставляем при этом пробелы в твоей жизни. Давай постараемся исправить эту ошибку. Надеюсь, что открывшаяся у тебя способность к книжным странствиям поможет тебе почувствовать себя ближе к ней, и, принимая во внимание все обстоятельства, я считаю, что настало самое время, чтобы…

– Нет, не сейчас, Элси, – перебил дедушка. – Ты её перегрузишь.

– Не перегружу, – возразила бабушка. – Тилли справится. Я думаю, мы не должны больше скрывать от неё…

– Она ушла из-за меня, да? – У Тилли подкатил к горлу ком. – Я всегда об этом догадывалась.

– О нет, всё совсем не так, – твёрдо возразила бабушка. – Дело вовсе не в тебе. Дело в её отношениях с твоим отцом.

– Что он сделал? – упавшим голосом спросила девочка, чувствуя, что ей становится совсем плохо.

– Видишь ли, милая, после того как Беа окончила университет, она осталась в Нью-Йорке ещё на год. Мы думали, что у неё всё в порядке, но потом она появилась на пороге нашего дома, беременная, но одна. Она мало что рассказала, твердила лишь, что крайне важно, чтобы ты родилась дома. Вначале мы думали, что мама хочет родить тебя прямо в «Пейджиз», но потом выяснилось, что она имела в виду Англию. Современную Англию. Хотела, чтобы ты появилась на свет у себя на родине и в своё время. А позже, когда ты уже родилась и мы были очарованы тобой, Беа рассказала нам всю правду.

Бабушка протянула руки через стол, накрыла ими ладони Тилли.

– Матильда, – продолжила она. – Мы уже говорили, что у твоей мамы было особое отношение к «Маленькой принцессе». Всё действительно так, однако это ещё не вся правда. Пока твоя мама путешествовала в этой книге, она влюбилась в вымышленного героя и вскоре поняла, что у неё будет от него ребёнок. Так что, Тилли, у вас с Сарой общий отец – капитан Кру.

25

Больше, чем просто сюжетный ход

– Что? Капитан Кру? – ошеломлённо переспросила Тилли, глядя на бабушку. – Но он же… просто персонаж из книги. Как такое возможно? – Тилли помолчала немного, потом чуть слышно прошептала: – Значит, я сама тоже ненастоящая?

– Нет, вовсе нет, – заверила бабушка, сжимая руку Тилли. – Ты совершенно, абсолютно настоящая, как и мы с дедушкой. А всё потому, что ты родилась в нашем, реальном мире. Об этом позаботилась твоя мама, вернувшись ради этого домой. Она так сильно любила тебя, что даже оставила Ральфа, зная, что уже не сможет вернуться к нему. И всё только для того, чтобы ты была в безопасности. Понимаешь, если бы мама родила тебя в книге, ты стала бы частью её сюжета; и если бы Беа пришлось когда-нибудь покинуть книгу, ты просто перестала бы существовать в ту же секунду, как только текст вернулся бы в свой первоначальный вид. Мама рассталась с твоим отцом, чтобы ты, Тилли, могла жить полной жизнью и иметь свободу выбора, одним словом, чтобы ты была нормальным, реальным человеком.

– Так она поэтому исчезла? – спросила Тилли. – Захотела вернуться к нему?

– Нет, – ответила бабушка. – Я знаю, что твоей маме сильнее всего на свете хотелось, чтобы вы были вместе, втроём, но при этом она понимала, что уже никогда не найдёт твоего отца. Нет, ей можно было вернуться и попробовать начать всё заново, но капитан Кру никогда не стал бы опять тем мужчиной, в которого она влюбилась, он даже не вспомнил бы её. Таково лежащее на всех персонажах проклятие: как только твоя мама покинула книгу, та вернулась в первоначальное состояние, а сюжет снова стал таким, каким написал его автор; и капитан Кру забыл о твоей маме так, словно её никогда и не существовало. Именно поэтому книжное странствие никогда не сможет стать полноценной заменой реальной жизни. Я знаю, что Беа потом ещё несколько раз уходила в эту книгу, но прошлого не вернуть, и она всегда возвращалась домой. Она выбрала тебя, Тилли, и мы абсолютно уверены в том, что твоя мама никогда не бросала ни тебя, ни нас.

– Вот теперь ты знаешь правду об отце, – сказал дедушка. – Сейчас самое важное, чтобы никто в Тайной библиотеке не узнал, кто он. Я надеюсь, разумеется, на их благоразумие, однако какова будет реакция, если они всё-таки узнают, – трудно предсказать. Больше всего меня волнует Енох Чок. Он приверженец традиций и ужасный буквоед, соблюдение правил для него – самое главное в жизни, он ни за что не нарушит ни одного из них, независимо ни от своих личных чувств, ни от обстоятельств. Впрочем, он не единственный, кто так думает. Разумеется, книжные странники не должны влюбляться в персонажей, и, к сожалению, это не совсем правильно, чтобы у реальных людей появлялись от книжных героев дети. Но если бы такое всё же случилось… Тот же Чок, например, обязательно постарался бы найти способ вернуть тебя в «Маленькую принцессу», причём навсегда. Ты не пугайся, но просто пойми, как сильно ты рискуешь и насколько тебе следует заботиться о собственной безопасности. Чок и такие, как он, не терпят, когда нарушают священные для них правила, и не любят аномалий.

– Так, значит, я… аномалия? – убито переспросила Тилли.

– Ну, формально да, солнышко, – кивнул дедушка. – Однако мы все можем считаться аномалиями в той или иной степени, причём именно это, в конце концов, и делает жизнь такой прекрасной. Каждый человек намного сложнее, чем любой книжный персонаж, мы противоречивы, непредсказуемы. Это сбивает с толку, но вместе с тем замечательно. В противоречиях нет ничего плохого, и я думаю, что тебе придётся смириться с ними, тем более что уже сейчас начинают проявляться какие-то совершенно неожиданные побочные эффекты, вызванные тем, что твой отец – герой книги. Ты, например, смогла увидеть персонажей, с которыми разговаривала твоя бабушка и я сам, а ведь считается, что обычному книжному страннику сделать это невозможно. Точно так же, между прочим, невозможно, чтобы Алиса и Аня запомнили тебя даже после того, как вернулись в свои книги. Будь осторожна, осваивая книжные странствия, и для начала не пробуй забираться слишком далеко. И ещё запомни, что Чока тебе следует очень опасаться, а вот Амелии, напротив, ты можешь доверять, хотя в пределах разумного, конечно. Всю правду ей рассказывать слишком рискованно, однако если тебе срочно нужен совет, а нас с Элси поблизости нет, смело обращайся к Амелии.

Тилли кивнула и опустила взгляд на свои руки, всё ещё сжатые в бабушкиных ладонях, и посмотрела на них так, словно они могли измениться или даже вовсе исчезнуть.

– Так что же случилось с мамой?

– Мы не знаем, милая, но нет никаких оснований считать, что это может быть каким-то образом связано с книжными странствиями, поверь, – мягко сказал дедушка.

– А пеленговать её вы пытались? – спросила Тилли.

– Да, конечно, – кивнул Арчибальд. – Мы сделали всё, чтобы убедиться, что это не было чрезвычайным происшествием во время книжного странствия. Но нам не удалось найти никаких следов Беа. Ты знаешь буквально всё о том, как это произошло: она отправилась в город выпить кофе и не вернулась назад. И всё остальное, что мы тебе рассказывали, – это тоже правда – полицейское расследование, отсутствие каких-либо следов… Нам известно ровно столько же, сколько тебе. Произошла какая-то ужасная, но совершенно не магическая вещь, и нет никаких оснований связывать исчезновение Беа ни с Тайной библиотекой, ни с книжными странствиями, ни с твоим отцом.

– Я хочу подняться к себе, – сказала Тилли после небольшой паузы. Ей действительно хотелось побыть одной. Слишком много информации сразу обрушилось на неё, слишком много сочувственных взглядов, тайн, магических вещей и реальных земных потерь и печалей.

На прикроватном столике Тилли лежал мамин экземпляр «Маленькой принцессы». Странно, совершенно по-новому смотрела сейчас девочка на эту книгу, которая не была больше просто очередной занимательной историей, но стала чем-то вроде семейного архива. Дрожащими от волнения руками девочка открыла первую страницу, немного поколебалась, а затем, отбросив прочь сомнения,

принялась

читать.

26

Последняя страница

«Однажды тёмным зимним днём, когда над лондонскими улицами навис такой густой жёлтый туман, что фонари не тушили, и они горели как ночью, а витрины магазинов подсвечивались газовыми рожками, по булыжной мостовой медленно катил кеб, в котором рядом с отцом сидела странного вида девочка».

Тилли обнаружила, что стоит в ледяной луже в начале неосвещённого пустого переулка, хотя ожидала оказаться в кебе. Подумав, она решила, что так, пожалуй, даже лучше. Было очень холодно, а в воздухе пахло свежеиспечённым хлебом и ещё чем-то непонятным, кислым.

Грязная вода насквозь промочила кроссовки, пока она стояла, прижавшись к холодной влажной стене и ждала, что будет дальше. В какой-то момент она начала опасаться, что что-то пошло не так, но в этот момент на улице, на которую выходит переулок, показалась чёрная повозка, и в её окне мелькнуло круглое бледное детское лицо с большими глазами.

Тилли пробежала до конца переулка, осторожно выглянула из-за угла и увидела, как кеб остановился возле большого кирпичного здания с блестящей медной табличкой на входной двери.

На табличке было написано:

Дверца кеба открылась, из неё вышел высокий мужчина в плотном сером пальто и надел на голову блестящий чёрный цилиндр.

Мужчина двигался с лёгкостью и уверенностью человека, привыкшего, что планета вертится исключительно ради него. Повернувшись, он помог выйти маленькой девочке в толстом длинном пальто и с тёмными короткими волосами. Держась за руки, они поднялись на крыльцо, и мужчина позвонил в звонок. Тилли видела, как мужчина и девочка перешёптывались и нервно хихикали, а когда открылась дверь и на пороге появилась неулыбчивая молодая женщина в платье горничной, девочка испуганно прижалась к мужчине.

Тилли замерла на месте, стараясь до мельчайших подробностей запомнить стоявшего на крыльце мужчину, жалея, что не может подойти ближе, чтобы лучше разглядеть его лицо. Одной рукой мужчина обнимал Сару, и Тилли вдруг почувствовала укол зависти, представив эту руку на своём собственном плече. Даже после того как Сара с отцом вошли внутрь, Тилли осталась стоять на месте, не в силах пошевелиться. Несмотря на холод и туман, она чувствовала жар во всём теле, щёки у неё пылали. Что делать дальше, девочка понятия не имела. Она крепче прижала к груди книгу, пытаясь представить, что сделала бы её мама, и продолжая переживать из-за этой странной первой встречи со своим отцом.

– Будь смелой, будь любознательной, будь доброй… – повторила себе под нос Тилли, а в пансионе тем временем зажгли свечи в одном из окон на первом этаже, и стали видны смутные, плохо освещённые фигуры двигавшихся за стеклом людей.

– Простите, мисс, не найдётся ли у вас лишней пары пенни? – сказал тихий голос с сильным акцентом кокни, жителей лондонских окраин.

Тилли опустила глаза и увидела перед собой девочку, совсем маленькую, лет шести, которая робко потянула её за край джемпера. Лицо девочки было чумазым, давно немытые волосы свалялись в колтуны. Было совершенно очевидно, что ребёнок голодает. Тилли порылась в карманах джинсов, нашла монетку в двадцать пенсов и сказала, протягивая её девочке:

– Боюсь, это всё, что у меня есть. И я даже не уверена в том, что ты сможешь что-то сделать с этой монеткой, поскольку…

Девочка перевернула денежку на своей грязной ладошке.

– Вы уверены, что я могу взять это, мисс? – спросила она.

– Конечно, – ответила Тилли, очень сожалея о том, что у неё не оказалось с собой денег побольше или какой-нибудь тёплой одежды. Малышка сделала перед Тилли реверанс и тут же поспешила через дорогу, к освещённой изнутри застеклённой двери булочной. Тилли зябко повела плечами и снова уставилась на школьное крыльцо.

Спустя полчаса или около того входная дверь школы вновь открылась. На крыльцо вышли капитан Кру с Сарой и направились к поджидавшему их кебу. Их провожала высокая женщина в чёрном платье. Она широко улыбалась и махала рукой уезжавшим, но как только дверца кеба закрылась, улыбка слетела с её лица.

Тилли проводила взглядом удалявшийся кеб, а затем принялась листать книгу, ища следующую сцену, где присутствовал мужчина, о котором разум только-только привыкал думать как об отце. Мгла ещё больше сгустилась, Тилли не могла рассмотреть даже собственной вытянутой вперёд руки. Туман закружился, а затем внезапно рассеялся, и она оказалась внутри пансиона, в пышно обставленной комнате, где было много до жути реалистичных кукол и детской одежды. Спустя несколько секунд начала поворачиваться дверная ручка, Тилли огляделась по сторонам, ища, куда ей спрятаться, и к тому моменту, когда дверь открылась, уже успела скрыться за тяжёлой бархатной портьерой. Пространство заполнил глубокий голос капитана Кру.

– Стараешься запомнить меня, моя маленькая Сара? – услышала Тилли голос своего отца.

– Нет. – Ответивший ему голос был негромким, но твёрдым. – Мне не нужно запоминать тебя. Ты живёшь в моём сердце.

Тилли стояла за шторой, слушала, как они горячо обнимаются на прощание, и беззвучно плакала о своём отце, с которым она расставалась сейчас вместе с Сарой. Щёлкнула, закрываясь, дверь, и после этого Тилли выскользнула в комнату. Сара была здесь, сидела на полу, поджав ноги, и смотрела в пустоту.

– Здравствуйте, – вежливо сказала она, заметив Тилли. Похоже, она ничуть не удивилась её появлению. – Если не возражаете, сейчас мне хотелось бы побыть одной. Вы не могли бы прийти попозже, чтобы помочь мне распаковать вещи?

– Я… но я просто… – Тилли не знала, как объяснить, кто она такая. Ничего не придумав, девочка оставила Сару сидеть в одиночестве, а сама вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. В коридоре она едва не столкнулась с худенькой девочкой в опрятном, но очень старом платье с надетым поверх него грязным передником и с шапкой вьющихся каштановых волос.

– Прошу прощения, мисс, – сказала девочка, глядя в пол, но, заметив кроссовки Тилли, подняла голову, а когда увидела книжную странницу целиком, открыла от удивления рот. – Не сочтите за грубость, – прошептала она, – но… кто вы? Если вы не должны здесь находиться, а мисс Минчин обнаружит вас… Надеюсь, я не перехожу черту, однако… вы одеты не как все. Вы из Индии, как мисс Кру?

– Нет, я не из Индии, но тоже издалека. Оттуда, куда мне следует вернуться, – ответила Тилли. – Рада была с тобой познакомиться, Бекки.

– Откуда вам известно моё имя? – удивилась Бекки, но Тилли уже удалялась от неё по коридору, хотя совершенно не представляла, что ей делать дальше.

Как найти «вышедшего» из повествования капитана Кру, она понятия не имела и потому решила, что разумнее всего будет вернуться в «Пейджиз и Ко». Собраться с мыслями, составить план действий, а затем вновь отправиться на первые страницы книги, на которых Ральф и Сара впервые отправляются в пансион мисс Минчин. К этой сцене Тилли вернулась бы с удовольствием, это было всё равно что ещё раз пересмотреть начало любимого фильма.

Размышляя, не захватить ли с собой в следующий раз Оскара, Тилли заглянула в конец маминого экземпляра «Маленькой принцессы» и похолодела от ужаса, увидев, что последний лист книги порван и прочитать заключительные строчки совершенно невозможно. Нижний угол страницы вообще отсутствовал, как если бы книга зацепилась им за край сумки, или отвалился от многократного сгибания и разгибания. Да не важно, почему его не было! Весь ужас был в том, что последние строчки оставались теперь загадкой. Тилли привалилась спиной к стене и медленно сползла вниз, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. Ещё раз повертела в руках книгу, кляня себя, что не проверила её, прежде чем отправиться в странствие. А ведь дедушка предупреждал об осторожности, и Себ предупреждал! Неужели то, что случилось в «Острове сокровищ», ничему её не научило?!

Тилли решила, что ей не остаётся ничего, кроме как попробовать строчки до разрыва, а там будь что будет. Она сделала несколько глубоких вдохов и, стараясь не слышать визга играющих где-то внизу девочек, прочитала:

«Затем она рассказала ему историю про булочную и про четыре пенса, которые подняла из грязи, и о девочке, которая…»

Всё потемнело, словно во всём мире погас свет от короткого замыкания.

27

Правила книжного странствования

Тьма была настолько плотной, что её, казалось, можно было потрогать руками. Тилли вдруг представила, как эта тьма заползает к ней в рот, в нос, в уши, и ей стало жутко.

– Прекрати, – строго приказала она себе. – Спокойно. Не спеши. В такие моменты всегда, как правило, что-то случается. Потерпи. Сейчас должна начать работать магия.

Тилли сосредоточилась на том, чтобы не поддаваться панике, убеждая себя, что вот-вот заклубится туман или сложатся, как костяшки домино, окружающие её стены и она вновь окажется в своей комнате или в книжном магазине «Пейджиз и Ко».

Девочка зажмурилась и замерла на месте, ожидая, когда же наконец начнёт работать магия книжного странствования.

Но прошло довольно много времени – целая вечность – а тьма всё не рассеивалась, и Тилли вынуждена была смириться, что она не дома, но и определённо не в «Маленькой принцессе».

Для начала девочка сосредоточилась на своих ощущениях. Она стояла на чём-то твёрдом и прочном, и ей было тепло. Пахло деревом, бумагой и ещё чем-то сладким, но никаких предметов на расстоянии вытянутой руки не встречалось. Тогда Тилли выставила ладони перед собой и медленно двинулась вперёд. И шла до тех пор, пока не наткнулась на что-то вроде стены, и это был ободряющий знак: выходит, она не застряла в бесконечной пустоте между историями.

– Хорошо, если я нахожусь в комнате, то в ней должна быть дверь или окно хотя бы, – пробормотала Тилли, продолжая двигаться вдоль стены. Наконец её пальцы коснулись чего-то очень похожего на дверной косяк, а поводив руками по сторонам, она нащупала холодную круглую дверную ручку. Тилли сделала глубокий вдох, повернула ручку, толкнула дверь, и та открылась.

Матильда с облегчением выдохнула. Снаружи оказалось не намного лучше, однако кромешная тьма сменилась приглушённым сереньким светом, которого оказалось достаточно, чтобы рассмотреть расположенный рядом с дверью выключатель. Тилли щёлкнула им, и перед ней открылась ничем не примечательная, почти пустая комната. В одном углу стоял небольшой письменный стол с грудой блокнотов, рядом – деревянный стул. В другом углу приткнулось какое-то засохшее растение в горшке, неподалёку от него располагалась мусорная корзина с огрызком яблока внутри. Стоявший здесь запах да и сама атмосфера показались Тилли странно знакомыми, и, порывшись у себя в памяти, она поняла – это Британская Тайная библиотека.

Девочка выбралась в сумрачный коридор, где все потолочные лампы были погашены, и лишь из-под некоторых дверей пробивались золотистые полоски света. Шла она тихо, надеясь найти кабинет Амелии Уиспер, и что Амелия окажется на месте, и ей не придётся стучать наугад в первую попавшуюся дверь. Двери были пронумерованы, поэтому Тилли решила, что находится уже в нужном правом коридоре Тайной библиотеки, вот только с номерами что-то было не совсем в порядке. Точнее, вообще в беспорядке: кабинет номер сто одиннадцать находился рядом с кабинетом номер тридцать один, напротив них был кабинет номер шесть, а двери с нужным Тилли номером вовсе не было видно.

Это было настолько странно, что Тилли вдруг почувствовала себя так, словно опять оказалась в Стране Чудес, но тут, к её неописуемой радости, девочка увидела перед собой долгожданную цифру сорок два. Из-под двери сочилась полоска света, значит, внутри кто-то был.

Девочка подняла руку, собираясь постучать, и машинально отметила, что в соседнем кабинете, который занимал Чок, света нет. Тилли замерла с поднятой рукой, потом опустила её и, перейдя к двери кабинета Чока, приложила к ней ухо. Но не успела она и прикоснуться к двери, как та отворилась, и Тилли с грохотом ввалилась внутрь.

– Енох? – послышался приглушённый голос из кабинета номер сорок два. – С вами всё в порядке?

Тилли поспешно, но тихо поднялась, закрыла за собой дверь и прижалась спиной к стене. Услышала, как Амелия отодвинула стул, а затем открыла свою дверь. Тилли замерла. Мисс Уиспер подождала немного, а затем вернулась к себе.

Оглядевшись, Тилли принялась действовать наугад, без какого-либо предварительного плана, не в силах избавиться от тревожного чувства, что Чок опаснее, чем говорили ей дедушка и бабушка. А может быть, опаснее даже, чем они думали. Его оправдания за то, что он разговаривал с Тилли в «Ане из Зелёных Мезонинов» и нашёл её в Стране Чудес, были чем-то вроде красных лампочек, предупреждавших об опасности. Они ничуть не успокоили, напротив, лишь сильнее насторожили. Тилли слишком много прочитала за свою жизнь книг, чтобы не обращать внимания на такие тревожные сигналы.

Она включила неяркую настольную лампу, и по углам кабинета сгустились глубокие, страшноватые тени. На рабочем столе Чока стоял включённый компьютер и проволочная корзинка для бумаг с несколькими листами в ней. Тилли взглянула на эти листы: на них мелким шрифтом были напечатаны адреса и названия книжных магазинов. Некоторые из них были перечёркнуты злыми красными линиями, другие помечены какими-то стрелочками, звёздочками. Личного на столе ничего не было: ни фотографий, ни безделушек, даже кружки какой-нибудь с надписью «Лучшему Библиотекарю». Единственным украшением кабинета можно было считать лишь прикреплённый к внутренней стороне входной двери большой плакат с надписью «Правила книжного странствования».

Приглядевшись, Тилли поняла, что плакат написан от руки. Она пробежала глазами текст, и с каждой секундой, с каждой новой прочитанной строчкой ей всё больше становилось не по себе. Эти правила были сухими и бесчувственными, в них не было и намёка на жажду приключений и чудес, которая переполняла Амелию и Себа, когда они говорили о путешествиях.

«Правило первое: Без предварительного разрешения, инструктажа и соответствующей квалификации путешествие в издание, являющееся Источником, строжайше запрещено.

Правило второе: Доступ в Отдел Источников осуществляется согласно предыдущему правилу.

Правило третье: Все книжные странники обязаны проходить регистрацию сразу же после первых проявлений у них указанных способностей, в противном случае их действия квалифицируются как умышленно противозаконные.

Правило четвёртое: Книжным странникам, не прошедшим специальный курс подготовки к нахождению в форзацах, строжайше запрещается находиться в пределах пяти последних страниц текста».

Это было далеко не всё, список казался бесконечным и строчки запрещали, запрещали, запрещали… Тилли брезгливо передёрнула плечами и перешла к настенным полкам со стоящими на них рядами гроссбухами в одинаковых кожаных переплётах. На корешке каждого тома золотом были вытиснены даты. Тилли вытащила наугад один, раскрыла и увидела списки имён и адреса книжных магазинов. Почерк, которым заполнялись гроссбухи, каждые несколько лет менялся, очевидно, на службу заступал новый регистратор.

Тилли провела кончиками пальцев по плотной бумаге, по строчкам, хранившим память о людях и историях их жизни. Сколько же удивительных приключений довелось им пережить! Тилли нравилось думать, что где-то здесь есть запись о её маме и о бабушке с дедушкой тоже. Многие поколения книжных странников были собраны под одинаковыми на вид тёмно-зелёными переплётами. Интересно, видел ли когда-нибудь их имена кто-нибудь, кроме Чока и его предшественников?

Возвращая гроссбух на место, Тилли обнаружила, что этот кабинет не так уж обезличен, как ей показалось поначалу. В дальнем, самом неприметном углу комнаты примостился шкаф с книгами, которые вполне можно было ожидать встретить в кабинете библиотекаря: романы, детские стихи, классика, большая книга сказок в синем переплёте… Яркая, странная, беспорядочная смесь. Эти книги заставили Тилли задуматься, не слишком ли сурово она судит о Чоке? Разве может быть уж настолько плох человек, в шкафу которого на видном месте стоят все романы о Гарри Поттере? А увидев «Маленькую принцессу», Тилли и вовсе растаяла.

На минуту она забыла о том, где находится, и вытащила с полки эту книгу. Издание отличалось от того, что Тилли держала под мышкой, или любого из тех, что она видела у себя в книжном магазине. Эта «Маленькая принцесса» была в строгом чёрном переплёте, на котором не было никаких картинок, только вытисненное золотом название и имя автора. Тилли не смогла удержаться и пролистала первые несколько глав, чтобы вновь прочитать описание внешности своего отца, но тут её внимание моментально привлекла сцена, в которой капитан Кру и Сара впервые покидают пансион мисс Минчин. Что-то в этой сцене было не так, как она её помнила. Да-да, она абсолютно уверена, что не видела, как вильнул в сторону кеб, чтобы не задеть кого-то на дороге. Впрочем, Тилли уже знала, что, когда ты находишься внутри книги, может происходить всё что угодно, там и не такое возможно. Но затем она наткнулась на отрывок, который в мамином экземпляре книги был совершенно другим, это Тилли прекрасно помнила.

«Она вошла в магазин. Там было тепло и вкусно пахло. Закутанная в тёплый плащ молодая женщина стояла у прилавка и рассеянно теребила в пальцах подвеску, ожидая, пока хозяйка пекарни закончит раскладывать горячие, прямо из печи булочки.

– Доброе утро, мисс, – сказала хозяйка пекарни. – Как ваши воспитанники поживают? Такой холод!

– Всё хорошо, спасибо, Нэнси, – ответила молодая женщина. – Все с нетерпением ожидают Рождество.

– Что в таком случае предложить для вас и ваших малышей? – спросила Нэнси.

– Буханку хлеба и несколько вот этих маленьких миндальных пирожных, пожалуйста. Мои сладкоежки будут рады.

Нэнси аккуратно завернула хлеб и пирожные в вощёную бумагу. Женщина взяла пакет и вышла, впустив в открытую дверь струю морозного воздуха. Только теперь Нэнси обратила внимание на Сару, дрожавшую в своём тоненьком платье.

– Скажите, – спросила Сара. – Вы не теряли четырёхпенсовик? Серебряный четырёхпенсовик?»

Тилли поставила книгу на место и положила на стол Чока принесённый с собой экземпляр «Маленькой принцессы», собираясь проверить этот отрывок по тексту. Может быть, она неправильно запомнила сцену? Или мамин экземпляр книги был каким-то особенным? Но прежде чем Тилли успела найти нужную страницу, начала медленно поворачиваться дверная ручка.

Матильда замерла. Спрятаться здесь было некуда, она лишь быстро сунула мамину книгу в своё платье-сарафан, у которого, к счастью, оказались очень большие карманы! Дверь распахнулась, и в тусклом сером свете на пороге появился силуэт разъярённого Еноха.

– Иди-ка сюда, девочка! – сердито прорычал он. – Я знал, что в тебе есть что-то странное, я понял это сразу, как только увидел тебя!

– Простите, мистер Чок, – пробормотала Тилли, пятясь от него в угол. – Видите ли, я просто заблудилась и никак не могла придумать, как мне вернуться домой, а ваша дверь была открыта, и я…

– Довольно! – перебил мистер Чок. – Оставьте ваши извинения при себе. Как вы очутились здесь, мисс Пейджиз?

– Как я уже сказала, я заблудилась в библиотеке, а ваша дверь…

– Нет! – снова перебил он. – То, как вы попали в мой кабинет, мы выясним позднее. А сейчас объясните, как вы вообще очутились в Тайной библиотеке в то время, когда она закрыта? Арчибальд тоже здесь? – добавил он, оглядываясь по сторонам.

– Нет, дедушки здесь нет, и я сама вовсе не собиралась приходить сюда, – ответила Тилли. – Честное слово! Это… это просто был несчастный случай. Я пыталась выйти из книги, но последняя страница была порвана, и…

– Что здесь происходит?

Как же обрадовалась Тилли, когда на пороге рядом с Чоком появилась Амелия Уиспер!

– Я полагала, что вы уже ушли домой, Енох. Почему вы стоите в коридоре и ревёте, как… – Амелия не договорила, заметив в кабинете Тилли. – Матильда? А ты-то что здесь делаешь?

28

Истории для чтения

– Хорошо, пойдём в мой кабинет, присядем и поговорим, – велела Амелия, выводя Тилли в коридор. Чок двинулся было следом, но мисс Уиспер остановила его. – Думаю, сначала мне нужно поговорить с Тилли наедине, если вы не возражаете, Енох.

– Но она вломилась в мой кабинет! – брызжа слюной, запротестовал Чок.

– Я знаю, знаю, но вы сами только что прокрича… сказали, что это мы выясним позднее, а вначале должны узнать, почему она вообще в библиотеке оказалась, не так ли? Может быть, сходите пока и принесёте нам чаю?

– Я вам не официантка, мисс Уиспер, – оскорбился Чок.

– В таком случае, быть может, пойдёте и найдёте эту самую официантку, Енох?

Легонько подталкивая Тилли в спину, Амелия повела её в свой кабинет, а кипящий от гнева регистратор тем временем отправился в дальний конец коридора.

– У меня в кабинете есть чайник, – с улыбкой заметила Амелия. – А Еноха я спровадила, чтобы он не мешал нам поговорить с глазу на глаз. Послушай, Тилли, сейчас очень важно, чтобы ты сказала мне правду. Очень важно, ты понимаешь? – Тилли утвердительно кивнула. – Как ты смогла вернуться в библиотеку после закрытия? Ты где-то пряталась? А Оскар, он тоже здесь?

– Нет-нет, мы вернулись домой все втроём, правда, – ответила Тилли.

– Значит, твои бабушка и дедушка не знают о том, что ты здесь? – спросила Амелия.

Девочка отрицательно покачала головой.

– В таком случае прежде всего мы должны сообщить им, что ты со мной и тебе ничто не угрожает. Они приедут и заберут тебя, – сказала Амелия, снимая телефонную трубку и набирая номер. – Алло, Арчи? Это Амелия. Тилли здесь, у нас. Да-да, со мной и в полной безопасности. Мы… Да-да, я знаю… Об этом мы можем поговорить с тобой позднее, а сейчас самое главное, чтобы ты приехал и забрал её… Да… Да… Нет… Тогда до скорой встречи. – Она положила трубку и повернулась к Тилли: – Они уже в пути. Я полагаю, дедушка рассказал тебе ещё много всего интересного и важного, после того как вы ушли отсюда сегодня днём?

– Да, мне рассказали… кое-что, – неопределённо ответила Тилли, помня, что ей велели помалкивать об отце.

– Наверное, тебе было очень тяжело услышать о том, что случилось одиннадцать лет назад. На самом деле никто не думал, что Элси и Арчи делают что-то не так, но…

– Что? – прервала Тилли. – А почему кто-то должен был подумать, что они делают что-то не так?

– Нет, они, конечно, не восприняли обвинения всерьёз, но поскольку дело касалось твоей мамы, ты, я думаю, сама представляешь, что не могло обойтись без подозрений в причастности твоего дедушки к проникновению Беа в Отдел Источников. К счастью, к этому делу не были привлечены Архивариусы, поэтому… – Амелия остановилась, увидев, каким удивлённым сделалось лицо Тилли. – Погоди… Мне показалось, ты сказала, что бабушка и дедушка рассказали тебе об этом?

– Я думала, вы имеете в виду… – Тилли резко остановилась. – Нет, они ничего не говорили мне об Отделе Источников. Просто рассказали, что мама тоже была книжной странницей. – Амелия продолжала молча пристально смотреть на неё. – Ну, так что же она сделала?

– Лично я этой историей вплотную не занималась, но если в двух словах, то она украла у твоего дедушки ключ от Отдела Источников и пыталась получить доступ к одной из книг, чтобы навсегда изменить её сюжет. Надеюсь, ты понимаешь, насколько тяжёлым был этот проступок, и именно о нём вы должны были обстоятельно поговорить. И мы с тобой обе сегодня могли заметить, что Арчибальд явно был настроен на это, – заметила Амелия. – Но давай вернёмся к делу. Прежде всего тебе не о чем волноваться, неприятностей у тебя не будет. Просто, видишь ли, попасть сюда иначе, кроме как через лифт библиотеки, могут лишь некоторые очень высокопоставленные книжные странники, поэтому нам крайне важно выяснить, как же ты всё-таки здесь оказалась.

– Я хотела попрактиковаться в книжных странствиях, – объяснила Тилли, – и вчитала себя в книгу. Всё прошло совершенно нормально, но, когда я попыталась выйти, оказалось, что последняя страница порвана, и тогда я прочитала последние строчки из тех, что там оставались. После этого всё погрузилось во тьму, и я оказалась в пустой комнате, нашла дверь и вышла через неё сюда, в Тайную библиотеку. Всё именно так и было, клянусь! Я брела по коридору и не знала, что мне делать. Потом сориентировалась и решила найти вас или кого-нибудь ещё из Библиотекарей и с вашей помощью вернуться домой.

– И ты зашла в поисках меня в кабинет мистера Чока? – приподняла бровь Амелия. – Ну ладно, к этому мы ещё вернёмся. Могу я спросить, в какую книгу ты путешествовала? Она всё ещё у тебя с собой?

Тилли немного помялась, затем молча протянула Амелии старенький экземпляр «Маленькой принцессы».

– А, – негромко сказала Амелия, внимательно глядя на Тилли. – Любимая книга твоей мамы.

– Да, – ответила та, настороженно глядя на неё. – А откуда вам это известно?

– Ну, видишь ли, ни для кого не секрет, что когда-то мы с ней были близкими подругами. Именно поэтому я и хотела вначале поговорить с тобой с глазу на глаз, без мистера Чока. С Беа мы познакомились в Нью-Йорке, работали там в одном книжном магазине, но я не видела её с тех пор, как она решила вернуться домой и уже была беременна тобой. Пока твой дедушка не привёл тебя сегодня в библиотеку, тебя по данным сообщества книжных странников вообще не существовало. Дело в том, что после возвращения Беа Арчибальд немедленно уволился с поста Библиотекаря и ушёл в тень. Мы тогда думали, что они с Элси просто захотели спокойно пожить вдалеке от суеты и проблем мира книжных странников и помочь дочери встать на ноги.

– А почему мистер Чок всё время кажется мне таким злым? – спросила Тилли.

– Ну, вообще-то Енох очень хорошо справляется со своей работой, – заметила Амелия. – У него есть чутьё, с помощью которого он сразу улавливает, если что-то где-то пошло не так. Правда, у него имеется собственный, очень строгий взгляд на книжные странствия. Он считает, что все правила должны всегда и всеми беспрекословно соблюдаться, а твоя мама, я боюсь, нарушила чуть ли не все эти правила. Енох настаивает на том, что вообще все книжные странствия должны находиться под контролем, особенно в тех случаях, когда на книгу наложены ограничения по возрасту читателей. А ещё он пишет бесконечные служебные записки, в которых задаётся вопросом, для чего вообще нужны книги и рассказанные в них истории.

– Как для чего? – фыркнула Тилли. – Чтобы их читать, разумеется! Для чего же ещё?

– Тут я готова согласиться с тобой, Тилли, как и твои бабушка с дедушкой, однако это не означает, что и все остальные думают точно так же. Что же касается Еноха, то я по-прежнему не представляю, как мы сможем объяснить ему твоё появление в нашей библиотеке, – сказала Амелия. – Ведь тебе каким-то образом удалось преодолеть все наши защитные барьеры, а их, поверь, немало. И делиться со всеми информацией об этой твоей способности, мне кажется, было бы весьма неразумно с нашей стороны. Если честно, то я считаю, что лучше всего будет постараться сделать так, чтобы вы с Енохом сегодня больше не пересеклись. Но при этом мне самой необходимо спросить, как ты оказалась в его кабинете?

– Как? – покраснела Тилли. – Простите, я знаю, что не должна была этого делать. Но я… увидела его дверь и вошла, не подумав. Просто мне стало любопытно.

– Мы здесь не запираем кабинеты, потому что библиотека очень хорошо защищена от внешнего мира, однако это не означает, что можно без спроса вторгаться в чьё-то личное пространство. Надеюсь, ты понимаешь, что так не делают. Ладно, я передам мистеру Чоку твои извинения. – Тилли кивнула, и в этот момент зазвонил телефон на столе. Амелия взяла трубку, молча послушала, а затем вернула её на место. – Твои бабушка и дедушка уже на подходе, будут здесь минут через пятнадцать. У тебя есть ещё вопросы ко мне?

– Я могу спросить вас о своей бабушке? – заторопилась Тилли. – Я знаю, что дедушка был Библиотекарем, но бабушка как-то обмолвилась, что она тоже работала здесь до того, как всё это случилось с моей мамой. А чем она здесь занималась?

– А, это хороший вопрос. Твоя бабушка была нашим картографом, работала в зале картографии. Это… Хочешь посмотреть, пока у нас есть немного времени?

Тилли с готовностью кивнула, и они вместе вышли в тускло освещённый библиотечный коридор, а потом проследовали через дверь в большой зал.

Здесь за столами работало несколько Библиотекарей, а за главной стойкой дремала женщина в тёмно-синем кардигане с золотой оторочкой. Шаги разбудили её, и женщина выпрямилась, смущённо утирая рот рукавом. Тилли и Амелия прошли в другой конец зала, к лифту, и остановились возле одной из комнат, мимо которых Тилли сегодня уже проходила вместе с дедушкой и Оскаром.

29

Единственный доступный нам вид волшебства – это книжная магия

Эта шестиугольная комната была больше любого из кабинетов, которые Тилли успела здесь увидеть. Пол был выкрашен в бирюзовый цвет, а стены и потолок покрывали красивые замысловатые карты, на которых разноцветными искрами переливались созвездия крошечных огоньков.

– Вот это и есть зал картографии, – с улыбкой пояснила Амелия.

– Но для чего он? – спросила Тилли, удивлённо осматриваясь по сторонам.

– За этим хозяйством и следила в своё время твоя бабушка. Огоньки – это разбросанные по всему миру объекты, за которыми мы наблюдаем. Белые огоньки – книжные магазины, где имеются известные нам книжные странники. Голубые – национальные Тайные библиотеки, жёлтые – магазины, в которых нет известных нам книжных странников. Красные – магазины, где раньше были книжные странники, но теперь их больше нет. И наконец, зелёные огоньки – это библиотеки. За всем этим мы должны следить, потому что, как ты сама теперь знаешь, книжные магазины и библиотеки – это ключевые точки для книжных странствий, – сказала Амелия. – И мы должны беречь те из них, что ещё остались.

– А как вы следите за ними? Тоже с помощью волшебства? – спросила Тилли.

– О нет, – ответила Амелия. – Единственный доступный нам вид волшебства – это книжная магия. Следим мы вполне традиционными способами. Это, например, старомодные письма, обычные и электронные, а ещё телефонные звонки и Интернет. Наш нынешний картограф, Ария, отвечает за связи с другими Тайными библиотеками по всему миру, старается быть в курсе всего, что происходит, следит, сколько книжных странников в данный момент имеется в разных странах и соблюдаются ли принятые международные правила нашего сообщества. Давай, подойди ближе сюда. Смотри, вот это Великобритания. – Амелия указала на одну из карт на стене.

Тилли провела по карте пальцем, пока не нашла на ней Лондон – целое скопление огоньков.

Большинство огоньков были белыми, но среди них мелькали и жёлтые, и красные. А вот и светящийся, словно маленький голубой маяк, огонёк Тайной библиотеки. Рядом с каждым огоньком крохотными буковками было написано название книжного магазина. Тилли отыскала на краю лондонской галактики «Пейджиз и Ко», и у неё потеплело на душе.

– А где книжный магазин, в котором вы работали с мамой? – спросила Тилли.

Амелия отвела её к противоположной стене, которая почти целиком была занята картой Северной Америки, и нашла среди россыпи огоньков Нью-Йорка один рядом с надписью «Беннет и Эйр».

– Это было особенное место, – сказала Амелия, нежно прикасаясь к надписи кончиками пальцев. – Магазин принадлежал брату и сестре. Когда-нибудь я подробнее расскажу тебе о нём, но сейчас пора пойти и проверить, не появились ли уже твои бабушка и дедушка. Кстати, зал картографии не считается секретным, и ты можешь его посещать. Попроси бабушку как-нибудь привезти тебя сюда и подробнее рассказать о нём.

Выйдя из зала, Амелия немного подумала, а затем протянула Тилли мамин экземпляр «Маленькой принцессы».

– Хотя это само собой разумеется, но я всё же ещё раз попрошу тебя не пытаться снова путешествовать в этот экземпляр. Как ты сама понимаешь, книга стала нестабильной, лишившись своих последних строк. Возьми, но сразу хочу предупредить, что в какой-то момент нам придётся вновь забрать у тебя эту «Маленькую принцессу», чтобы попытаться понять, как и почему ты сегодня сюда из неё попала. А пока оставь у себя, я верю, что ты не натворишь с ней глупостей. Понимаю, как много для тебя должно значить, что это мамина книга, верно?

Амелия пристально посмотрела на Тилли, и та согласно кивнула, подумав, однако, про себя, что сначала сама внимательнее присмотрится к этой книге и попробует понять, чем именно она отличается от других «Маленьких принцесс», и уж только потом позволит изучать её кому-то другому.

Они снова прошли по тускло освещённому коридору в главный зал мимо сонной Библиотекарши, а затем Амелия провела Тилли через какую-то неприметную дверь в тамбур, который выглядел очень похожим на пожарный выход.

– Это ещё один волшебный лифт? – спросила Тилли, почувствовав внезапно, до чего же она устала за этот бесконечный день.

– Нет, это просто пожарный выход, – ответила мисс Уиспер. – Мы стараемся соблюдать все современные требования и правила пожарной безопасности, хотя никто не знает, что мы здесь находимся. Добросовестность, аккуратность, пунктуальность, и всё такое прочее – мы же Библиотекари, в конце концов!

Тилли кивнула, словно поняла, что имеет в виду Амелия, и в этот момент дверь распахнулась, внутрь залетел порыв бодрящего ночного октябрьского воздуха, и Тилли оказалась в объятиях бабушки и дедушки.

– Спасибо тебе, Амелия, – сказала бабушка, крепко пожимая ей руку. – Скажи, что произошло? Если честно, мы подозревали, что она может отправиться туда, и должны были заранее подумать о… – Она вдруг умолкла, поняв, что сказала, пожалуй, больше, чем собиралась.

– Не волнуйся, Элси, я не думаю, что это должно вызывать беспокойство, – ответила ей Амелия и добавила, немного помолчав: – Мне кажется, Тилли попала сюда благодаря своей особенно тесной связи с Тайной библиотекой. Что-то пошло не так, и её просто вернули сюда в качестве… защитной меры. Вообще мне кажется, что способность Тилли к книжным странствиям может иметь некоторые очень необычные побочные эффекты.

– Что заставляет тебя так думать? – медленно спросила бабушка.

– Ничего. Это просто мои предположения, – ответила Амелия, глядя ей прямо в глаза, и больше ничего не прибавила.

– А из-за чего всё пошло не так? – поинтересовался мистер Пейджиз.

– Последняя страница моей книги была порвана, – объяснила Тилли.

– Не думаю, что у нас есть повод для беспокойства, – твёрдо подвела черту мисс Уиспер. – Теперь Тилли знает, что ей нельзя путешествовать в эту книгу, и она получила хороший урок о необходимости строго соблюдать правила книжного странствия. Возможно, когда она наберётся опыта и хорошенько переварит всё, о чём узнала сегодня, мы сможем вернуться к этому случаю, но пока, повторяю, волноваться совершенно не стоит. Самое главное сейчас – это поскорее отвезти ребёнка домой. Ну и может быть, ничего не читать сегодня на ночь. Лучше телевизор посмотреть, что ли. – Она улыбнулась, пожала дедушке руку и на прощание крепко обняла бабушку.

Тилли забралась на заднее сиденье ожидавшего их такси и уснула задолго до того, как они доехали до «Пейджиз и Ко».

30

Волшебные сказки

На следующее утро Тилли разбудила бабушка. Она принесла ей стакан апельсинового сока и тост с арахисовым маслом.

– Доброе утро, солнышко. Как ты себя чувствуешь? Вчера многое произошло. Знай, ты в любое время можешь подойти ко мне или к дедушке, и мы честно и откровенно поделимся с тобой всем, что нам известно о книжных странствиях или о твоих родителях. – Тилли робко улыбнулась, а бабушка продолжила: – Если хочешь, присоединяйся к нам с Джеком, мы готовимся к праздничному вечеру. Можешь сама нам помочь или, если хочешь, позвать Оскара, думаю, он будет не против.

На это Тилли уверенно кивнула и с хрустом откусила большой кусок тоста. Утро обычного рабочего дня в магазине было самым подходящим временем, чтобы спокойно обдумать всё, что произошло вчера, однако первым делом нужно было исследовать мамину книгу. Закончив завтрак и зная, что позднее она ещё пожалеет о том, что съела тост прямо в постели – крошки, знаете ли, – Тилли взяла мамин экземпляр «Маленькой принцессы» с разорванной последней страницей и быстро нашла тот самый эпизод в пекарне. Да, вчера ей не померещилось, эта сцена отличалась. Пусть незначительно, но тем не менее…

– Бесспорно, должна быть причина, по которой мама сохранила эту книгу, – негромко сказала самой себе Тилли и, засунув книгу под мышку, отправилась вниз, чтобы сравнить её с другими изданиями «Маленькой принцессы» в их магазине.

Она прошла через нагретую, но пустую кухню в магазин. Джек и бабушка сидели за одним из столиков кафе, весело смеялись и делали какие-то пометки в блокнотах.

– Я пойду Оскара найду! – крикнула им Тилли и вышла на усыпанную сухими осенними листьями улицу. Перешла дорогу и с удивлением обнаружила, что кафе «Пышки-малышки» заперто и свет внутри не горит. Девочка прижалась носом к витринному стеклу, но внутри, судя по всему, никого не было, как не было ни записки на дверях, ни другого какого-то объяснения, почему кафе закрыто.

Она вытащила мобильник и набрала Оскару сообщение.

«Пышки» закрыты. Ты в порядке?)

Спустя пару минут она получила ответ:

Французская бабуля заболела(((Мама закрыла кафе, чтобы дома решить, что делать ((

Что происходит?:/

Возможно, маме придётся поехать в Париж на помощь отцу, или Эмили вернётся сюда ненадолго:s

Ты тоже поедешь во Францию?:0

Может. Но не сегодня. Жду новостей.

Не хочешь прийти в наш магазин помочь готовиться к празднику? Чтобы твоя мама не волновалась, можем встретить тебя на остановке.

Спрошу.

Спустя несколько минут от него пришло сообщение:

Да, еду. От мамы спасибо. Она позвонит в магазин и поговорит с Элси или Арчи. Автобус 81-й?

Да. Выходи на остановке «Бич Корт». До встречи. У нас есть свежие пончики;)

Тилли бегом бросилась назад в магазин.

– Французская бабуля Оскара заболела! – с ходу крикнула она. – «Пышки» закрыты. Он собирается приехать к нам на автобусе, это ничего? Мэри позвонит тебе.

И тут же, как по заказу, зазвонил телефон.

– Да, Мэри… Конечно… – заговорила в трубку бабушка. – Не волнуйся… Встретим, встретим, прямо на остановке… Да, у Тилли есть его номер… Не вопрос, пусть остаётся у нас сколько захочет или нужно будет… Если мы можем ещё чем-то помочь, ты только скажи… Хорошо, созвонимся.

Спустя ещё примерно полчаса Тилли получила от Оскара новое сообщение, что он уже подъезжает, и вместе с Джеком отправилась встречать его на автобусную остановку за углом. Через несколько минут подошёл автобус, и из него вылез Оскар. Вид у него был измученный. Они с Тилли обменялись взглядами, которые должны были заменить слова, которых им нельзя было произносить вслух при посторонних.

– Всё в порядке, приятель? – спросил Джек. – Слышал, что твоей бабушке нездоровится. Сочувствую. Хочешь поговорить об этом или так обойдёмся?

– Давай лучше обойдёмся, – ответил Оскар. – Не хочу переполох из-за этого устраивать.

– Ты кремень, – похвалил Джек. – А теперь пошли готовиться к празднику. Работы там непочатый край! Берегитесь, как бы Элси вас на целый день украшения вырезать не запрягла!

Когда они вернулись в магазин, бабушка помахала им рукой, и Оскар уставился на стол, усыпанный забракованными набросками, списками имён, какими-то заметками и уставленный пустыми кофейными чашками.

– Внимание! – сказала бабушка. – Объявляю программу на сегодня: оформление магазина, призы и награды, список приглашённых, меню напитков и закусок.

– Проще говоря, всё! – воскликнула Тилли.

– Нет, это ещё далеко не всё, солнышко! – рассмеялась бабушка. – Праздничный вечер только завтра, так что время есть не только на это! Ну, что решим с оформлением? Какая тема? Что-нибудь связанное с картами, я полагаю?

– Я тут уже прикидывал насчёт этого, – поделился Джек. – Может быть, попробуем скопировать какую-нибудь иллюстрацию из «Алисы в Стране Чудес»? По-моему, лучше не придумаешь.

– Оскар хорошо рисует, – сказала Тилли.

– Да нет, что вы, – застеснялся Оскар.

– Хорошо рисуешь, я сама видела!

– Я рисую, просто потому что мне нравится, – возразил приятель. – Но это не значит, что я делаю это хорошо.

– Спорим, так и есть, – упрямо возразила Тилли.

– А ты попробуй, почерти всякие каракули, вдруг что-то получится, – ободряюще подмигнула Оскару бабушка и придвинула ближе к нему карандаш и чистый лист бумаги. – Мы вовсе не ждём, что ты окажешься новым Пикассо, так что не волнуйся. Нам сейчас любая свежая идея может пригодиться. Ты же видишь, какой тут у нас бардак!

Примерно через час молчаливой работы, когда стаканы с соком опустели, а от сладких булочек остались одни только крошки и воспоминания, Джек ушёл долить чайник. Оскар уже совершенно успокоился и не прикрывал больше рукой свои рисунки. Теперь на столе лежало несколько листов, покрытых яркими цветками и виноградными лозами, были эскизы каких-то совершенно невероятных кремовых тортов и беглые наброски не имеющих отношения к завтрашнему празднику пиратских кораблей и карты Острова сокровищ.

– Тебе всегда нравилось рисовать, Оскар? – спросила бабушка.

– Ага, – кивнул он, продолжая водить карандашом по листу бумаги. – Вообще, это французская бабуля первой заметила. До этого я просто калякал что-то на клочках бумаги, а она была книжным иллюстратором в молодости и объяснила мне, что такое перспектива, например, или как с помощью светотени изобразить объём, чтобы нарисованный предмет был похож на настоящий.

– Ах, Оскар! Я так и знала, что у тебя должна быть литературная генеалогия! – восторженно воскликнула бабушка.

– Генеа-что? – спросил он.

– Ну… родословная. Другими словами, у тебя в роду были предки, тесно связанные с литературой. Ты именно поэтому так легко смог сделаться книжным странником, раз твоя бабушка была иллюстратором книг. Кстати, ты не знаешь, что именно она иллюстрировала, какие произведения?

– Всё подряд, но она всегда говорила, что больше всего гордится своим огромным сборником сказок, а часть старых работ хранится у неё в парижской квартире.

– Замечательно! – сказала бабушка. – Мы спросим у твоей бабули, какое это издание, и посмотрим, сможем ли его найти. Я буду очень рада увидеть её работы. А ей мы должны послать несколько твоих рисунков, Оскар. Уверена, что они ей понравятся.

Оскар покраснел и робко улыбнулся.

– Возвращаясь к книжным странствиям… – продолжила было бабушка, но не договорила, потому что появился Джек с тяжёлым подносом в руках. Тилли с Оскаром переглянулись и вернулись к своим бумажным делам.

– Всё ещё работаете, – резюмировал Джек, ставя на стол блюдо горячих булочек с вареньем и взбитыми сливками. – Если честно, то я крайне удивлён. Оскар, ты явно очень хорошо влияешь на Элси и Тилли. Обычно нужна целая вечность, чтобы заставить их довести какое-нибудь дело до конца.

Бабушка улыбнулась Джеку, и он сел составлять список необходимых для завтрашнего вечера покупок. Оскар вернулся к своим рисункам, бабушка к списку гостей, а Тилли принялась щёлкать каблуками, не зная, чем заняться ей самой, чтобы помочь.

– А не сходить ли мне за «Алисой в Стране Чудес»? – предложила она. – Принесу пару экземпляров… для вдохновения.

– Хм, хорошая идея, Тилли. Принеси, конечно. Только не уходи слишком далеко, – пристально посмотрела на неё бабушка, и девочка понимающе кивнула.

Однако придя в отдел детской литературы, Тилли направилась вовсе не к полке с буквой «К», на которой нужно было искать «Кэрролл, Льюис», а к полке с литерой «Б» – «Бернетт, Фрэнсис Ходжсон», и сняла несколько разных изданий «Маленькой принцессы». Устроившись за ближайшим столом, Тилли принялась сравнивать эти книги: нашла ту самую сцену в пекарне и внезапно убедилась, что во всех книгах, включая мамин экземпляр, она совпадает слово в слово. Тилли накрыло разочарование: она-то надеялась найти какие-нибудь подсказки, способные пролить свет на историю любви её родителей, но мамина книга оказалась в точности такой же, как все остальные! На всякий случай Тилли проверила начало, в котором впервые появляется её отец. Этот текст тоже во всех книгах оказался абсолютно одинаковым, а значит…

А значит, отличался от всех только экземпляр Чока.

Так она и сидела над грудой книг, не в силах пошевелиться, пока не услышала знакомый голос:

– Приветики ещё раз! – и рядом с ней, шурша юбками, присела Алиса. – Ты выглядишь встревоженной, – заметила она и тут же предложила: – Хочешь, сбежим с тобой ненадолго, а?

Алиса протянула руку, но Тилли отпрянула назад и твёрдо ответила:

– Нет, я должна остаться здесь и помочь родным. Кроме того, вчера я целых два раза попыталась сама попасть в книгу, и каждый раз всё шло не так.

После всех недавних приключений Матильда стала намного осторожнее относиться к идее книжных странствий, не говоря уже о том, что ей нестерпимо хотелось сейчас побыть одной, чтобы обдумать и оценить последнее открытие.

– Зануда! – упрекнула Алиса. – Во-первых, никто и не заметит, что ты исчезла, а во-вторых, ты будешь со мной, так что всё в порядке. Неужели тебе не хочется пойти и взглянуть на самый чудесный сад на свете?

– А может, лучше ты здесь останешься? Поболтали бы, и ты могла бы нам очень помочь… – с надеждой спросила Тилли.

– С чем? – поинтересовалась Алиса.

– Мы готовимся к вечеринке, – ответила Тилли.

– О, это замечательно, – радостно захлопала в ладоши Алиса. – Я ужасно люблю вечеринки. А игры будут?

– Э… возможно, – неуверенно сказала Матильда. – Но вообще-то у нас на празднике в основном общение.

– Ну, тогда эта вечеринка не в моём вкусе, – огорчилась Алиса. – Слушай, я знаю замечательную игру, «Гонки толпой» называется.

– И как же в неё играют? – спросила Тилли. – Разве в такой игре могут быть какие-то правила? Один сумбур, наверное.

– Знаешь, – немного помолчав, ответила Алиса, – лучший способ объяснить, что такое «гонки толпой», – это поучаствовать в них.

– И всё же тебе придётся попробовать объяснить на словах, потому что сейчас я с тобой не пойду, – настойчиво проговорила Тилли.

– Ну, ладно, – недовольно фыркнула Алиса. – Для гонок нужен беговой круг. Любая замкнутая дорожка, одним словом. На самом деле это совсем не важно. А потом каждый стартует, где и когда он захочет, и все бегут до тех пор, пока гонка не закончится.

– И как понять, когда она заканчивается? – спросила Тилли.

– Если честно, не знаю, в первый раз сама была в замешательстве. По-моему, каждый заканчивает гонку, когда захочет. Но поскольку все получают призы, то, наверное, и побеждают тоже все.

– Не похоже, что в этом есть какой-то смысл, и я в любом случае не думаю, что мы смогли бы устроить такую гонку в магазине.

– Возможно, ты права, – вздохнула Алиса. – Но всегда оставаться разумным, ведь это так скучно, не находишь?

– Пожалуй, – согласилась Тилли. – Хотя иногда оставаться разумным – это… э-э-э… разумно.

– Фу, какие ты неприятные вещи говоришь, – поморщилась Алиса и добавила, немного помолчав: – Нет, я всё-таки действительно считаю, что тебе стоит пойти со мной. Там сад. Знаешь, какой красивый там сад?

– Не могу. Я обещала бабушке, что останусь здесь. Может быть, после праздника сходим? – предложила Тилли.

– Вообще-то я собиралась пойти прямо сейчас, – сказала Алиса. – У меня ещё никогда не было такой подруги, как ты, и мне хочется, чтобы ты пошла со мной.

Она наклонилась и схватила Тилли за руку.

– Нет! – Девочка принялась вырываться, однако Алисе удалось удержать её за мизинец, и стены магазина тотчас начали складываться, таять…

– Зануда! – Это было последнее, что услышала Тилли, перед тем как Алиса

бесследно

растворилась

в воздухе.

31

Лучшие приключения начинаются с любопытства

Тилли оказалась в саду, однако Алисы в нём не было. Она не обманула, сад был действительно прекрасен. Здесь повсюду росли алые розы и били окружённые цветочными клумбами фонтаны. Тилли машинально прикоснулась к одной из роз и испугалась, когда увидела, что её пальцы покраснели. Вначале она подумала, что укололась о шип, но затем поняла, что это не кровь, а слой краски, и все розы под ним – белые.

«Ну да, – вспомнила Тилли. – Всё верно, ведь я нахожусь в саду Червовой Королевы». Теперь она ещё настойчивее принялась искать Алису.

Внезапно распахнулась деревянная дверца в стволе одного из деревьев, и в её проёме появилось огромное лицо.

– Что ты там делаешь? – шёпотом спросила Тилли. – И почему ты такая большая?

– Ты понимаешь, какая незадача, я снова очутилась не на той стороне, – пожаловалась Алиса. – Ладно, держись тут…

– Нет! – крикнула в ответ Тилли. – Я к тебе проберусь! Попробую протиснуться в эту дверцу. Я не хочу столкнуться ни с Червовой Королевой, ни с её привычкой рубить людям головы!

Пролезть в крохотную дверцу было трудно, но Тилли это удалось, а оказавшись внутри, она обнаружила, что едва достаёт Алисе до колена.

Алиса осторожно подняла Тилли с пола и усадила на трёхногий стеклянный стол рядом с бутылочкой, к которой была прикреплена записка «ВЫПЕЙ МЕНЯ» и маленьким золотым ключиком. Увидев бутылочку и ключ, Тилли снова ощутила дежавю. Алиса тем временем низко наклонилась, ища что-то на полу у себя под ногами.

– Ага, вот он! – торжествующе воскликнула она и положила рядом с бутылочкой кекс, на котором изюминками было выложено «СЪЕШЬ МЕНЯ». – Теперь вспомнить бы только, что из этого как действует…

– Я думаю, что кекс может быть для роста, а питьё в бутылке для уменьшения, – сказала Тилли. – Если судить по тому, что кекс лежал на полу, а бутылка стояла на столе.

– Это ты так считаешь, но здесь в любой момент всё может перевернуться вверх тормашками, и возможно, что теперь всё наоборот, – заметила Алиса, потянувшись за бутылочкой.

– Нет, нет! Постой! – крикнула Тилли. – Я абсолютно уверена, что для начала тебе нужно попробовать кусочек кекса. Погоди! И вот что ещё: вначале опусти меня на пол вместе с бутылочкой, тогда мы с тобой в любом случае останемся хотя бы на одной поверхности.

– Ты всегда так логично рассуждаешь, – жалобным голосом проговорила Алиса, уставившись на неё. – Неудивительно, что ты никак не вписываешься в мир Страны Чудес.

– С каких это пор умение мыслить логично стало считаться недостатком? – осуждающим тоном спросила Тилли. – Между прочим, когда ты мыслишь логично, то не застреваешь то и дело в неправильном размере.

– Я знаю, что у тебя богатое воображение, иначе ты не смогла бы очутиться здесь, но уж как-то слишком глубоко оно запрятано, – пробормотала Алиса. – А самые лучшие приключения начинаются с любопытства. Между прочим, именно это любила повторять твоя мама, не так ли?

– Ну да. Будь смелой, любознательной и доброй, – кивнула Тилли.

– Вот именно. И, похоже, она знала, о чём говорит. – С этими словами Алиса опустила Тилли вместе с бутылочкой на пол, затем засунула в рот весь кекс целиком и тут же уменьшилась в размерах, став одного роста с Тилли.

– Вот, возьми ключ, пусть он лучше будет у тебя. – Тилли раскрыла ладонь, и на ней блеснул золотой ключик.

– Теперь вперёд? – радостно предложила Алиса.

Припевая и приплясывая, она направилась к дверце, и они с Тилли по очереди пролезли сквозь неё и снова оказались в чудесном саду, где с роз капала краска.

Алиса осторожно прикоснулась к одному из цветков, и у неё тоже моментально покраснели кончики пальцев.

– Интересно, зачем их красят? – сказала Алиса. – Они и так очень красивые, сами по себе.

– Потому что это сад Червовой Королевы, – объяснила Тилли. – И ты об этом должна знать лучше меня, это же твоя история.

– Это Королевский сад? – ужаснулась Алиса. – Но о Королеве рассказывают просто чудовищные вещи, я сама слышала. Мы должны сделать так, чтобы она нас не заметила.

– Но как ты собираешься?..

Тилли не договорила, её перебило появление трёх садовников. Одетые как игральные карты, они шли по саду, окрашивая розы, которые ещё не были красными.

– Эй, ты что делаешь, Пятёрка? – крикнул один из них. – Аккуратнее кистью размахивай. Смотри, всего меня краской обрызгал!

– Я здесь ни при чём, – ответил садовник Пятёрка Пик. – Это Семёрка меня под локоть толкнул!

– Давай, давай, Пятёрка, – проворчал третий садовник. – Ты всегда свою вину на других сваливаешь.

Их спор разгорался и мог бы, наверное, продолжаться до бесконечности, если бы Семёрка не швырнул свою кисть, забрызгав краской траву и двух других садовников. Затем Семёрка отвернулся от них, скрестив руки на груди, наткнулся взглядом на Алису и Тилли и замер с открытым ртом.

– Будьте любезны, скажите, пожалуйста, зачем вы красите розы? – поинтересовалась Алиса.

– Видите ли, мисс, – начал садовник Двойка Пик. – Дело в том, что это должен был быть красный розовый куст, а мы по ошибке посадили белый. Если Королева об этом узнает, нам отрубят головы. Вот мы и делаем всё, что в наших силах, пока она не пришла…

Поздно! Садовники упали ничком на землю, и девочки услышали шум, который приближался, волной накатывая на них.

– Бежим! – прошептала Матильда, потянув Алису за руку, и они нырнули за кусты буквально за секунду до того, как из-за угла вывернула процессия. Тилли даже ахнула тихонько, увидев шеренгу игральных карт, за которой следовала огромная толпа. Далее шёл Белый Кролик в жилетке и при карманных часах, и, наконец, сам Червовый Король и Червовая Королева. Оба королевских величества выглядели несколько квадратными и были пышно одеты, сразу напомнив Тилли королевскую чету Тюдоров из учебника истории.

У Короля были тщательно подстриженные усики и замысловатая бородка с экстравагантным завитком на конце. Причёска Королевы тоже не могла остаться незамеченной: её волосы торчали во все стороны, презирая законы земного притяжения. В руке она сжимала большое позолоченное зеркальце в форме сердечка.

– Алиса, пожалуйста, давай вернёмся в «Пейджиз и Ко», – попросила Тилли. Не нравился ей вид Королевы, ну нисколечко не нравился.

– Погоди-погоди, – ответила Алиса. – Я хочу посмотреть, что будет. И вообще, не стану возражать, если ты тоже здесь задержишься.

– Но я хочу вернуться. Как же мне это сделать без тебя? – в отчаянии спросила Тилли, следя за медленно приближавшейся к ним королевской процессией.

– Боюсь, что никак, моя дорогая, – произнёс новый голос, и Тилли, обернувшись на него, увидела широкую улыбку, висящую в воздухе.

32

Ты можешь выйти из конца любой истории

Парящая улыбка замерцала и сделалась ещё шире. Тилли толкнула в бок Алису, которая неохотно оторвалась от начавшейся игры в королевский крокет, где шары гоняли розовыми фламинго вместо молотков.

– Ну, что ещё? – повернулась девочка. – Я же сказала, что не хочу, чтобы ты возвращалась назад.

– Ты видешь… это? – спросила Тилли, указывая на зависшую над землёй улыбку.

– Это всего-навсего Чеширский Кот, – бросила Алиса и снова принялась следить за крокетом с розовыми фламинго. Тем временем рядом с Тилли прямо из воздуха соткался весь Чеширский Кот – рыжий, полосатый и громко мурлыкающий.

Он посмотрел на девочку и сказал:

– Что, никогда раньше не встречали говорящего кота?

Тилли невольно вздрогнула. Нет, она, конечно, знала из книги, что он умеет разговаривать, но всё равно было очень неожиданно услышать, как огромный кот обращается к тебе с совершенно человеческой речью.

– По правде сказать, нет, не встречала, – ответила Тилли. – Хотя на днях видела говорящую садовую соню и зайца.

– О, так вы, очевидно, достаточно хорошо знакомы со Страной Чудес и её обитателями, – всё так же вежливо заметил Чеширский Кот. – Очень приятно встретить нашу поклонницу, очень приятно. – И он элегантно изогнул свой хвост в сторону Тилли.

– Выходит, вы знаете о том, что находитесь в книге? И почему вы знаете об этом, а остальные нет? – негромко спросила Тилли, косясь краем глаза на Алису. – Я не впервые задаю подобный вопрос, но до сих пор не получила хоть сколько-нибудь внятного ответа.

– Боюсь, от меня вы его тоже не получите, – усмехнулся Чеширский Кот, – хотя задать его, конечно же, вправе.

– Я просто не могу понять, где реальность, а где воображение, – пожаловалась Тилли.

– Лично я нахожу, что большинство вещей – это смесь того и другого. Мне кажется, люди склонны переоценивать реальность. На самом деле реальность – совершенно непредсказуемая ветреница, – снова улыбнулся Кот. – Она постоянно находится в движении, отклоняется то в одну сторону, то в другую и никогда не ведёт себя так, как вы от неё ожидаете. Очень опасно иметь такую приятельницу, как реальность, не говоря уже о том, что здесь, в Стране Чудес, всё обстоит ещё сложнее и запутаннее.

– Что вы имеете в виду? – озадаченно спросила Тилли.

– Хорошо. Скажите мне, как по-вашему, Страна Чудес – действительно реальна или нет? Или спросим так: Страна Чудес более реальна, чем то место, откуда попала в неё Алиса? Или то место, откуда сюда пришли вы сами, мисс? Вы с Алисой здесь гости, но кто может сказать, что, где или кто имеет больше всего прав объявить себя реальностью? – спросил Чеширский Кот.

– Наверное, Страну Чудес следует считать своего рода реальностью, поскольку мы сейчас в ней находимся, – неуверенно ответила Тилли и ухватилась за розовый куст, потому что у неё от всего этого начала кружиться голова.

– Неужели вещи, которые существуют только в вашем воображении, менее реальны, чем те, что находятся перед вами? – продолжал Кот. – Эта роза – она реальнее, чем вы, или нет? Неужели прочитанные книги меньше значат для вас только оттого, что описанные в них вещи не происходили лично с вами? А полуденные грёзы и полуночные сны тоже ничего не значат?

– Значит, я действительно здесь? – совсем уже растерялась Тилли.

– Ну разумеется, вы действительно здесь, – сверкнул своей ослепительной улыбкой Чеширский Кот и лукаво добавил: – Вот только кто может точно сказать, где на самом деле это здесь и куда вы направляетесь. Вы же можете так дойти до самого конца Страны Чудес и покинуть её границы.

– Я могу выйти за границы Страны Чудес? – встрепенулась Тилли.

– Можно выйти за границы любой истории, – уточнил Кот. – Но только не забывайте про разрыв. И не говорите им, что это я рассказал вам об этом.

– Кому я не должна говорить? – не поняла Тилли.

– Как это кому? Тайным стражам, привратникам, пограничникам, тем, кто держит двери закрытыми, – томно протянул Кот.

– Не сильно вы мне помогли, – фыркнула Тилли.

Чеширский Кот лишь ухмыльнулся в ответ и тут же переключил внимание на Алису:

– Как ваши дела, дорогая?

Та немедленно принялась очень подробно жаловаться Коту на то, как несправедливо, по её мнению, идёт игра в крокет.

– По-моему, они совсем нечестно играют, – говорила девочка. – И так громко ссорятся, что совершенно не слышат друг друга. А игра у них, похоже, вообще без правил, и если даже они есть, никто не принимает их во внимание. Одним словом, всё ужасно запутано, непонятно, да ещё этот живой инвентарь: фламинго-молотки, ёжики-шары…

Кот повернулся к Тилли и добродушно закатил глаза, а Алиса тем временем продолжала горячо рассуждать о крокете.

– Как вы находите Королеву? – внезапно спросил Кот. – Она вам нравится?

– Вовсе нет! – моментально ответила Алиса. – Она такая… такая…

Тут Алиса замолчала, потому что обнаружила, что игра остановилась, и все её участники теперь смотрят в их сторону. Королева уже вытянула вперёд руку – наверное, хотела, по своему обыкновению, крикнуть «Отрубить им голову!» – но Король перехватил её и повёл к Алисе и Тилли. Когда они приблизились, Алиса присела в реверансе и толкнула Тилли, чтобы та сделала то же самое, однако гораздо больше, чем девочки, Короля заинтересовала плавающая в воздухе кошачья голова.

– С кем это вы разговариваете? – спросил Король.

– С нашим другом, – ответила Алиса, а Чеширский Кот тем временем то появлялся, то исчезал, окончательно сбивая бедного Короля с толку.

– Должен сказать, что мне ваш друг совершенно не нравится, – грубовато заметил Король. – Однако если хочет, он, так и быть, может поцеловать мне руку.

– Не хочу, – ответил Кот, как бы ненароком облизывая свои острые зубы.

– Вот только дерзить мне не надо, – обиделся Король и заговорил, обращаясь к Королеве: – Моя дорогая! Моя дорогая! Взгляни, какое странное существо я здесь обнаружил!

Королева мельком взглянула на Кота и завизжала:

– Отрубить ему голову!

Тут же поднялась жуткая суматоха. Все что-то кричали наперебой, не слушая друг друга, Королева звала палача, а фламинго словно взбесились. Среди этого безумия Чеширский Кот подмигнул Тилли и растворился в воздухе, так что к тому времени, когда палач нашёлся и Королева отдала ему приказ, рубить голову стало уже некому и не было никаких доказательств, что здесь вообще был кот.

– Не пора ли нам последовать его примеру? – спросила Алиса, протягивая руку. Тилли немедленно схватила её, и тут же вокруг них начали расти привычные стены «Пейджиз и Ко».

– М-да, – заметила Алиса, когда переход из книги в реальность успешно завершился. – Согласись, это настоящая катастрофа была бы, отруби Червовая Королева нам с тобой головы, – но об этом Алиса сказала так спокойно, словно подобная перспектива её ничуть не встревожила. – Послушай, Тилли, по-моему, вам следует сыграть в королевский крокет на вечеринке. Это будет просто замечательно, ты не находишь? Как считаешь, – задумчиво продолжила она, – ты сможешь достать фламинго? А чтобы они успокоились, можно дать им снотворного…

– Ты шутишь, я надеюсь? – ужаснулась Тилли.

– Почему шучу? Не шучу. Мне кажется, что это отличная идея. И самим фламинго, я уверена, очень понравится.

– Очень необычный у тебя взгляд на мир, однако, – заметила Тилли.

– Ну, это смотря с кем сравнивать, – глубокомысленно ответила Алиса.

33

Совершенно новый персонаж

Тилли спустилась вниз и увидела, что Оскар на пару с Джеком вырезают, смеясь, разноцветные бумажные виноградные лозы и замысловатые цветы, а бабушка, стоя за кассой, разговаривает с кем-то по телефону.

– Всё в порядке? – спросил Оскар, когда Тилли присела рядом.

– Нам нужно поговорить, – уклончиво ответила она. – О том же, что мы обсуждали с тобой раньше, понимаешь?

Оскар вопросительно посмотрел на неё и кивнул. В это время к ним подошла бабушка и заговорила, легко положив руку на плечо Оскара:

– Твоя мама звонит, хочет поговорить. Ничего серьёзного, ты не… – но Оскар уже бежал к телефону у кассы. – Его французская бабушка должна лечь в больницу на обследование, – пояснила Элси Джеку и Тилли. – А отец Оскара присматривает за ней, так что Мэри должна успеть встретить с поезда его сестру Эмили. Мэри спросила, может ли Оскар остаться у нас сегодня, а может быть, и завтра, в зависимости от того, нужна ли будет в Париже помощь самой Мэри. Думаю, мальчик будет чувствовать себя несколько стеснённо, так что давайте поможем ему…

Тут к их столу вернулся, спотыкаясь, Оскар.

– Мама рассказала вам? – спросил он у бабушки, и та кивнула.

– Мы будем рады, что ты побудешь у нас, милый. Обстоятельства несколько печальные, однако всерьёз беспокоиться, мне кажется, не о чем. В больнице твою бабушку обследуют и удостоверятся, что с ней всё в порядке, как сказала твоя мама. А твоему отцу будет легче, если Эмили ненадолго приедет сюда. Между прочим, нам для завтрашней вечеринки и её пара рук лишней не будет: вон вы вдвоём с Джеком сколько уже всего успели сделать! Тилли, почему бы тебе не отвести Оскара наверх и не застелить для него свободную кровать, а?

Тилли кивнула, и они вдвоём с Оскаром вышли из магазина, чтобы отправиться в спальню для гостей.

– Как ты? – тихо спросила Тилли. – Я уверена, с твоей бабулей всё будет хорошо.

– Надеюсь, – ответил Оскар. – Просто я тоже хотел бы поехать. И вообще, если ты не против, давай не будем об этом. Не хочется сейчас эту тему развивать. А о чём ты собиралась поговорить?

– Ну, хорошо, про Париж не будем, – согласилась Тилли. – Просто дай мне знать, если передумаешь. А поговорить я хотела вот о чём. Вчера, после того как ты ушёл, я вчитала себя в «Маленькую принцессу», чтобы попытаться увидеть капитана Кру…

– То есть ты отправилась в книжное странствие без меня? – обиделся Оскар.

– Я не думала, что так получится, – ответила Тилли. – Просто… Просто мне… захотелось увидеть моего отца.

Последнее слово она произнесла с трудом, слишком уж непривычным оно для неё оставалось.

– Что? – удивился Оскар.

– Вот это я тебе и пытаюсь растолковать, – вздохнула Тилли. – После твоего ухода бабушка и дедушка рассказали мне правду о том, кто мой отец.

Оскар моментально перестал обижаться и полностью переключился на Тилли.

– Правду?

– Ну да. Когда они говорили мне, что отец умер ещё до моего рождения, это была истинная правда, он действительно умер в тысяча девятьсот каком-то году… внутри книги.

– Что?

– Мой отец – капитан Кру. – Оскар непонимающе уставился на Тилли, и она пояснила: – Это персонаж из «Маленькой принцессы», отец главной героини, и он умирает по ходу сюжета.

– Но… как вообще такое может быть? – запинаясь, спросил Оскар. – И что это означает?

– Похоже, что этого никто не знает. Предполагается, что такого в принципе не может случиться. Никогда. Но мама влюбилась в капитана Кру, и из-за этого у неё возникла масса проблем. А ещё это означает, что я технически наполовину вымышленная, хотя не думаю, что для такого есть официальное название.

– Ты его нашла? – спросил Оскар. – Когда путешествовала в книгу? И каким он оказался?

– Видела, но не разговаривала. А дальше всё было совсем странно. Когда я попыталась вернуться, оказалось, что последняя страница в маминой книге порвана, и меня занесло в Тайную библиотеку, – поведала Тилли, доставая из комода свежие простыни, полотенце и новенькую зубную щётку в упаковке. – А чуть позже я нашла там в кабинете Чока странный экземпляр «Маленькой принцессы», который отличается от маминого экземпляра и от других изданий, которые есть у нас в магазине. Это совершенно точно, я проверяла.

– А что ты делала в его кабинете? – спросил Оскар.

– Да это как-то само собой получилось. Дверь была открыта, я зашла, и всё. Чок чуть с ума не сошёл, когда меня там застукал, – фыркнула Тилли.

– Вот уж не думал, что ты способна без спроса вломиться в чужой кабинет, – хихикнул Оскар.

Они вдвоём застелили кровать в комнате для гостей и двинулись назад, вниз.

– Ну, знаешь, я и с борта пиратских кораблей в море раньше не прыгала, – заметила Тилли.

– Тоже верно, – согласился Оскар. – А с этим типом, Чоком, что-то очень не так, согласись? Слишком мало он похож на Библиотекаря. Не могу понять, как его вообще взяли туда на работу. Интересно, у него есть ещё другие книги, которые отличаются от остальных? Слушай, а ты могла бы снова проделать такой магический трюк, чтобы нам с тобой вдвоём там оказаться? Как вообще это работает?

– Не знаю. Не уверена, – занервничала Тилли. – Такого вообще не должно было произойти. Я, конечно, могу попытаться повторить это, но тогда, в первый раз, всё вышло совершенно случайно, так что я не знаю, получится это опять или нет. Думаю, это как-то связано с форзацами, о которых нас предупреждал Себ. Ну, когда ты позволяешь книге закончиться, а сам всё ещё находишься внутри, помнишь?

– Кажется, решающее значение имеет то, что ты не можешь прочитать последнюю строчку, – задумался Оскар. – Себ предупреждал, как опасно очутиться в конце книги, но тебя при этом почему-то всего лишь перенесло в Тайную библиотеку.

– Да, но… Я думаю, так произошло только из-за того, кем был мой отец. То есть потому что я полувымышленная. А Себ как раз говорил о том, что форзацы служат как бы страховочной сеткой, которая отбрасывает персонажей назад, если что-то вдруг пошло не так. А я как раз книжный персонаж… Наполовину.

– Логично.

– Сначала на какое-то время там стало совешенно темно, я ничего не видела, и казалось, этому не будет конца. – Тилли поёжилась, вспомнив плотную непроглядную тьму.

– Да, похоже, это не самое приятное местечко, чтобы надолго там застрять, – посочувствовал Оскар. – Думаю, Себ не просто так предупреждал, что нельзя слишком приближаться к концу книги. А в некоторые книги даже просто заглядывать рискованно. Послушай, ты сказала, что отличия между обычными изданиями и тем экземпляром, что в кабинете Чока, совсем незначительные?

– Да, но они есть. Почему – непонятно. Происходит что-то странное. Мне очень хотелось бы в этом разобраться, – пожаловалась Тилли, которой не давала покоя вся эта история. – И не такими уж незначительными они были, эти отличия. Как-никак в книге совершенно новый персонаж появился.

– И что он делал, этот персонаж? – поинтересовался Оскар.

– Ничего особенного, если честно, однако откуда всё-таки она появилась, та женщина?

– Ну, мало ли, – пожал плечами Оскар. – Может, у Чока какая-то ранняя версия этой книги. Сначала автору хотелось, чтобы в ней был этот персонаж, а потом он взял и передумал.

– Передумала, – поправила его Тилли. – Автор – женщина.

– Ну, значит, передумала, – повторил Оскар. – И убрала её из своей книги.

– Но зачем Чоку эта книга? На вид она самая обыкновенная, но я уверена, что это не так. И вообще, зачем нужно иметь ранние авторские варианты известных книг, в которых имеются некоторые отклонения от привычного сюжета? Наверное, мне следует расспросить об этом дедушку, он-то всё должен знать про Тайную библиотеку.

– Хорошая мысль, – одобрил Оскар.

– Ладно, решено, – кивнула Тилли, стараясь не обращать внимания на чувство лёгкого разочарования. – Поговорю утром с дедушкой. Уверена, что ему всё известно.

34

В нужное время не в том месте

На следующий день с самого утра в доме ощущалось волнение в преддверии вечернего праздника. Всё семейство Пейджиз и Оскар заканчивали завтракать тёплыми булочками с шоколадом, когда на кухню явился Джек со своим кулинарным снаряжением. Магазин из-за подготовки к празднику был сегодня закрыт, большую часть дня Джек и бабушка собирались печь и украшать угощения для гостей, а дедушку вместе с Оскаром и Тилли отправили убирать книги со столиков на первом этаже: эти столики должны были превратиться в один длинный стол для чаепития.

Они втроём принялись складывать книги в стопки, чтобы отнести их потом наверх. Дедушка мурлыкал под нос что-то весёленькое, когда Оскар осторожно толкнул Тилли локтем в бок и выразительно посмотрел на неё.

Матильда сделала глубокий вдох и позвала:

– Дедушка?

– Да, солнышко?

– Можно тебя кое о чём спросить?

– Конечно, – ответил он, продолжая складывать книги в стопку.

– Когда я тогда вечером попала в Тайную библиотеку, Амелия немного рассказала мне про маму…

Дедушка оставил работу, присел на лестницу и похлопал рукой по ступеньке, приглашая Тилли присесть рядом. Оскар остался складывать книги.

– Так вот, – продолжила Тилли, – она рассказала, что после того как я родилась, мама пыталась проникнуть в Отдел Источников с помощью твоего ключа, и это была одна из причин, по которым ты ушёл с должности Библиотекаря.

– Да, это так, дорогая, – медленно ответил дедушка. – Видишь ли, твоя мама вбила себе в голову, будто она сможет каким-то образом предотвратить смерть капитана Кру, не оставив следов в Источнике. Она убедила себя, что если уедет вместе с капитаном, то он останется жив, не повлияв при этом на книжную историю Сары. Разумеется, эта затея была бредовой, и из неё ничего не вышло бы, но даже представить страшно, какой хаос способен посеять подобный поступок! К счастью, мистер Чок обнаружил твою маму сразу же, как только она вчитала себя в книгу, и у неё не было шанса нанести непоправимый ущерб сюжету.

– Она пыталась бросить меня? – тихо спросила Тилли.

– Солнышко, она просто плохо соображала. Это был опасный, безрассудный план, совершенно непродуманный, но я абсолютно уверен, что мама не пыталась оставить тебя. Думаю, ей хотелось проверить, сможет ли она, сделав то, что задумала, вернуться за тобой, либо посмотреть, нельзя ли вытащить из книги твоего отца так, чтобы никто этого не заметил.

– Откуда мы знаем, что она и сейчас не находится там? – спросила Тилли. – Может, она нашла всё же способ проникнуть в Источник?

– Нет, вернуться в Отдел Источников без нашего ведома она никак не могла. Ты же помнишь, мы даже пытались запеленговать её, чтобы это проверить, – сказал дедушка.

– Так вот почему мистер Чок так сильно меня ненавидит? Из-за того, что сделала мама? – спросила Тилли.

– Нашу семью мистер Чок недолюбливает по многим причинам, и в этом нет никакой твоей вины, – ответил дедушка. – Мы всегда расходились с ним во взглядах, когда работали вместе, а попытка использовать мой ключ для доступа к Источникам стала последней каплей. Чок уверил себя, что я до сих пор пытаюсь каким-то образом подложить ему свинью. И это несмотря на то, что я давно уже ушёл из Тайной библиотеки! Именно в этом он пытался меня обвинить, когда ворвался на днях в наш магазин. Утверждал, что мы с Амелией в сговоре, что само по себе чушь несусветная. Нужно заметить, что мисс Уиспер он любит ничуть не больше, чем меня, ведь Енох сам метил на место Главного Библиотекаря и настаивал, что меня следует выгнать, если только я сам не выйду на пенсию. На пенсию я вышел, но Главным Библиотекарем Чок так и не стал.

– Почему он так всех ненавидит? – спросил Оскар, перестав делать вид, что не прислушивается к разговору. – И как он вообще может быть книжным странником, если книг не любит?

– У нас у всех свои и очень разные отношения с книгами, – осторожно подбирая слова, ответил дедушка. – Очевидно, и у Еноха есть крепкая связь с ними, в противном случае он не был бы способен к книжным странствиям. Как мы с вами уже говорили, он очень внимательный наблюдатель и невероятно чутко реагирует на малейшие отклонения в Источниках. Да, Чок, возможно, не слишком симпатичный и дружелюбный, но он не злой человек, правда не злой. Пусть его приёмы далеко не всем нравятся, но Тайной библиотеке он посвятил всю свою жизнь.

– Кстати, о приёмах. Вот скажи мне, чисто теоретически, – стараясь говорить как можно непринуждённее, начала Тилли, – допустим, у мистера Чока имеется книга, содержание которой несколько отличается от всех других изданий. Что бы это могло означать?

– Теоретически? – приподнял бровь дедушка. – Теоретически я больше всего был бы обеспокоен тем, откуда тебе стало об этом известно, а вот волноваться по поводу книги не стал бы. Если ты будешь читать книгу, по которой в данный момент кто-то путешествует, то увидишь отклонения, возникшие благодаря этому путешественнику. Эти отклонения временные, они исчезнут, как только странник покинет книгу и вернётся в реальность, но обычно он должен брать эту книгу с собой. А если экземпляр библиотечный, то скорее всего там внутри Библиотекарь, который путешествует под наблюдением. А теперь скажи, стоит ли мне беспокоиться из-за того, что ты задала этот вопрос?

Тилли и Оскар дружно затрясли головами, и дедушка негромко рассмеялся.

– Знаешь, Тилли, – сказал он, вставая, – ты просто невероятно похожа на свою маму, – и добавил с нежностью: – Прошу тебя, будь осторожна.

Когда все решили ненадолго прерваться, чтобы выпить кофе, друзья воспользовались возможностью переговорить с глазу на глаз.

– Выходит, в книге был всего лишь Библиотекарь, – сказал Оскар. – И потому сюжет там слегка изменился, но в принципе совсем чуть-чуть, несильно. Что там эта новая женщина делала, просто пирожные покупала, так?

– Ага, это была просто женщина, покупавшая хлеб и пирожные, – задумчиво произнесла Тилли. – Она и не говорила почти ничего в этом эпизоде. На улице было холодно, а она стояла, играла своей подвеской, а потом купила миндальные пирожные…

– И её привычка, кажется, передалась тебе, – со смехом указал Оскар на шею Тилли.

Она вздрогнула, внезапно поняв, что играет со своей подвеской в точности так же, как та женщина. И резко замерла, уставившись на Оскара.

– Боже, неужели тебе пришла сейчас в голову та же мысль, что и мне? – спросила Тилли.

– Э… что тебе тоже ещё кусочек торта хочется? – с надеждой уточнил приятель.

– Оскар, – срывающимся от волнения голосом сказала Тилли, – предположим на минуту, что эта женщина не Библиотекарь. Давай предположим, что это была моя мама.

– Нет, Тилли, нет, нет и нет, – моментально возразил мальчик. – Ты перепрыгнула сразу миллион ступенек, чтобы прийти к такому выводу. Нельзя же думать, что любая женщина с подвеской на шее – твоя мать!

– Но это не просто случайная женщина! Она находится внутри «Маленькой принцессы», там же, где мой отец. И этой женщины нет больше ни в одном издании!

– Но почему она должна быть именно в том экземпляре, который хранится в кабинете Чока? Мистер Пейджиз только что сказал, что они искали, но не нашли твою маму ни в одной из книг. Ты видишь её там только потому, что хочешь увидеть.

– Может быть, – кивнула Тилли, – но проверить, по-моему, всё же стоит. Попытка не пытка.

– Ага, не пытка попытаться проверить, можно ли гулять у самого конца книги? И никакого вреда не будет, если украдкой проникнуть в Тайную библиотеку, никого не предупредив об этом, да? И вообще не пытка, если вдруг ты наткнёшься там на Чока, верно? И кстати, как ты собираешься объяснить Амелии, что снова оказалась не в том месте?

– Ну, знаешь, никогда невозможно угадать, что найдёшь, оказавшись в нужное время не в том месте, – фыркнула Тилли.

– Ты в книге об этом прочитала? – ехидно спросил Оскар.

– Нет, сама придумала, – усмехнулась девочка и уже гораздо спокойнее добавила: – В любом случае я не хочу идти туда одна, и мне нужен кто-то вроде настоящего друга, который отправится со мной.

– А что, мы могли бы попробовать, пока идёт вечеринка, – немедленно загорелся Оскар.

– Точно, – кивнула Тилли. – Вечеринка. Мы сможем побыть в книге и вернуться оттуда раньше, чем кто-нибудь заметит, что

нас

с тобой

нет.

35

Книжный магазин похож на карту мира

В пять часов вечера семейство Пейджиз в расширенном за счёт Оскара и Джека составе собралось на кухне, чтобы выпить чаю с бутербродами. Затем Оскар отправился помогать Джеку с последними приготовлениями к праздничному вечеру, а Тилли послали наверх переодеваться. Маскарадные костюмы на вечеринке не требовались, однако наряды с какой-нибудь деталью, намекающей на заявленную в этом году тему, очень приветствовались. Для нынешнего приёма Тилли и бабушка нашли голубое платье с пышной юбкой, точь-в-точь как у Алисы. Застёгивая перед зеркалом на шее свою цепочку с золотой пчёлкой, Тилли гадала, что сказала бы по поводу всего этого настоящая Алиса, а закончив одеваться, направилась вниз.

Их книжный магазин преобразился. Все читальные столики с середины зала были сдвинуты в один длинный стол, ломившийся сейчас под тяжестью кулинарных шедевров Джека.

Разномастные фарфоровые чашки от разных сервизов толпились рядом с подставками для пирожных, на которых горкой лежали свежие булочки с джемом и взбитыми сливками, французской сладкой соломкой всех мыслимых цветов и крошечными кексами, покрытыми морозной глазурью с блёстками. Ещё здесь были маленькие изящные бутерброды и фигурное печенье, а в центре стола гордо возвышался четырёхслойный бисквитный торт «Виктория», покрытый мастикой и украшенный свежими фруктами.

Оскар и Джек развешивали вдоль книжных полок гирлянды китайских фонариков, путаясь в проводах и весело пересмеиваясь. Дедушка тоже развешивал гирлянды искусно вырезанных бумажных цветов, а бабушка занималась цветами живыми: расставляла букеты по вазам и бутылкам.

Фоном звучала тихая струнная музыка, которую изредка перекрывал чей-то смех, стук поставленного на стол чайника – их здесь было много, заваренных разными сортами чая, – или звон стоящих на подносах бокалов с яркими разноцветными коктейлями для взрослых гостей.

Тилли стояла посреди украшенного зала и во все глаза оглядывалась по сторонам, поворачиваясь кругом, словно на карусели. Да, всё было готово, все были на месте, не хватало здесь лишь одного человека – мамы. Её мамы.

– Тилли! Прекрасно смотришься! – воскликнула, заметив её, бабушка. – Ну, как тебе оформление?

– Мне нравится, – прошептала Тилли. – Очень нравится.

Царившая в магазине праздничная атмосфера опустилась ей на плечи, окутала, словно защитный плащ-невидимка. К Тилли подошёл Джек в цилиндре и невообразимо ярком шарфе, как у Безумного Шляпника, указал на Оскара, у которого на каждой щеке было изображено по две игральные карты разной масти, и похвастался:

– Это я сам нарисовал. Карандашом для подводки глаз и губной помадой!

Вскоре начали подходить гости. Оскар и Тилли дежурили при входе, принимая пальто, которые затем бесцеремонно сваливали штабелями в шкаф. Вскоре книжный магазин наполнился шумом: играла музыка, звучал смех, звенели бокалы. Спустя примерно час дедушка взобрался на стул и постучал вилочкой для торта по стенке хрустального бокала.

– Хочу воспользоваться случаем, чтобы поблагодарить всех вас за то, что вы пришли. Хочу сказать спасибо тем, кто посещает «Пейджиз и Ко» в поисках приключений, поддерживая нас. Некоторые люди видят в книжном магазине своего рода архив, другие относятся к нему как к святыне, третьи считают его машиной времени. Я же думаю, что книжный магазин похож на карту мира. Существует бесконечное множество путей, которыми вы можете пройти, но ни один из них нельзя считать ни единственно верным, ни абсолютно неправильным. Здесь, в книжном, мы ничего не навязываем, мы лишь даём читателям ориентиры, чтобы помочь каждому из них найти свой путь. Но читатель при этом должен иметь личный компас, по стрелке которого ему следует идти по жизни, и мы стараемся научить именно этому. Итак, тост, – поднял свой бокал дедушка, глядя сквозь него прямо на Тилли, – за то, чтобы каждому найти своё собственное приключение.

Гости тоже подняли бокалы и с радостными криками присоединились к тосту дедушки.

В зале снова стало шумно, и, воспользовавшись этим, Тилли с Оскаром улизнули наверх. У Матильды с собой была сумка, в которой лежал и мамин экземпляр «Маленькой принцессы», и совершенно новое, только что поступившее в магазин издание. Всё было готово к тому, чтобы сравнить классический сюжет романа с той версией, которая содержится в экземпляре Чока.

– В какую книгу отправимся для начала? – спросила Тилли, окидывая взглядом книжные полки. – Может, в «Алису», поскольку я уже несколько раз бывала в ней?

– В «Алису» так в «Алису», этот выбор не лучше и не опаснее любого другого, – ответил Оскар.

Они взялись за руки, и Тилли вчитала их обоих в последнюю главу «Алисы».

На этот раз запах горячего зефира был сильнее, чем обычно, и каким-то горьким. Не слегка дымным и манящим, но едким и липким, словно зефир подгорел до угольков. Стены магазина начали рушиться вниз, желудок Тилли, как всегда, подкатил к горлу, затем всё прошло, и они с Оскаром очутились в тщательно ухоженном саду. Впереди на вершине невысокого холма виднелся большой белый дом, где-то неподалёку лопотал ручеёк, садовые деревья и кусты были в полном цвету.

– А где же Алиса? – шёпотом спросил Оскар. Было заметно, что он очень сильно взволнован. – Ты её видишь?

– Нет, – так же шёпотом ответила Тилли. – Возможно, это была всё же плохая идея, отправляться в конец «Страны Чудес»…

– Да вот же она! – вдруг воскликнул Оскар, указывая ниже по склону холма, и Тилли задержала дыхание, стараясь успокоиться. Там, куда ткнул пальцем Оскар, под деревом действительно лежала Алиса и спала, положив голову на колени девушки, удивительно похожей на неё саму, лишь немного постарше.

– Полагаю, это её сестра, – сказала Тилли. – Ведь это же самый конец книги, когда Алиса просыпается, и сестра говорит, что всё ей лишь приснилось.

– Погоди, – возмутился Оскар. – «Алиса в Стране Чудес» заканчивается тем, что это, оказывается, был сон? Но мисс Уэббер всегда говорит нам на уроках, что это слишком примитивно – объявлять в конце волшебной истории, что это был всего лишь сон.

– Да, но потом сестра Алисы тоже видит свой сон про Страну Чудес и думает о том, как когда-нибудь станет пересказывать его своим будущим детям.

– Странный какой конец. Всё запутано-перепутано, – проворчал Оскар.

– Вся эта книга странная, – заметила Тилли. – Потому она, наверное, так нравится людям.

Они подошли ближе к девочкам и увидели, как сестра легонько трясёт Алису, желая её разбудить.

– Алиса, дорогая, просыпайся! – говорила она. – Какой длинный у тебя сон получился!

– Длинный и такой любопытный! – сказала Алиса, открывая глаза.

Затем она принялась пересказывать сестре свой сон, и та слушала её как зачарованная, а когда Алиса закончила, поцеловала её в макушку и сказала:

– Очень странный у тебя был сон, дорогая, но теперь быстрее беги домой, а то опоздаешь к чаю.

Алиса вскочила и бегом бросилась к белому дому, а её сестра, откинувшись на траву, задремала под ласковым вечерним солнцем, размышляя о только что услышанных приключениях Алисы.

– Ну а нам теперь что делать? – спросил Оскар.

– Думаю, нужно дождаться теперь окончания книги, её последнюю страницу, – заметно нервничая, ответила Тилли. Они наклонились над спящей сестрой Алисы, и Тилли добавила, присмотревшись: – По-моему, это вот-вот случится.

– И что тогда произойдёт?

– Не знаю, не уверена. Зато я теперь быстро начинаю понимать, что просто читать книгу и находиться внутри неё – это совершенно разные вещи и что вторая из них намного сложнее первой.

– Интересно, а… – Оскар не договорил, потому что всё вокруг внезапно стало каким-то размытым, потеряло фокус.

У Тилли закружилась голова, словно она только что сошла с американских горок. Оскар поддержал её, не давая упасть.

Девочка глубоко порывисто вдохнула, и тут же появилась размытая полупрозрачная фигура Алисы. Она задом наперёд пробежала мимо них, затем легла на спину и положила голову на колени сестры. В то же время такая же полупрозрачная сестра Алисы взяла в руки книгу, а рядом с ними проскакал туманный Белый Кролик в жилетке и с часами.

– Здесь сейчас всё происходит задом наперёд, – прошептал Оскар. – Как будто пленку с записью назад перематывают. А что нам с тобой делать?

– А мы будем ждать, – твёрдо сказала Тилли.

Они крепко взялись за руки, а мир вокруг всё ускорял и ускорял свой бег, пока, наконец, все цвета выцветшей радуги не смешались, и тогда внезапно опустилась тьма.

– Ты меня слышишь? – прошептала в темноту Тилли.

– Угу, – ответил Оскар. – Только боюсь, что сейчас меня стошнит.

– Ладно, давай посмотрим, что у нас получилось. – Тилли отпустила руку Оскара и принялась нащупывать стену. Наткнувшись на неё, девочка довольно уверенно добралась до двери, которая находилась примерно на том же месте, что и двумя днями раньше. На прежнем месте оказался и выключатель. Тилли щёлкнула им, и они с Оскаром на секунду зажмурились от света, показавшегося очень ярким после кромешной тьмы.

– Мы сделали это, – сказала Тилли. – У нас получилось вернуться в Тайную библиотеку. Интересно, кстати, почему мы снова оказались в той же самой комнате?

– Ты помнишь, как пройти к кабинету Чока? – шёпотом спросил Оскар.

Матильда кивнула и уверенно направилась вперёд по полутёмному коридору.

Двигаясь быстрым шагом, они очень скоро оказались возле закрытого кабинета Чока. Дверь была закрыта, и свет из-под неё не выбивался. Тилли очень осторожно прислонила ухо к деревянной панели и ничего не услышала. Тогда она глубоко вдохнула, медленно приоткрыла дверь, заглянула, тут же молча показала Оскару большой палец, и они проскользнули внутрь.

Кабинет был таким же строгим и чисто убранным, как в прошлый раз.

Включив свет, Тилли прямиком направилась к единственной полке, на которой стояли книги, а не гроссбухи, провела пальцем по корешкам, почти сразу вытащила «Маленькую принцессу» и, усевшись прямо на пол, принялась листать её, стараясь найти изменённый эпизод. Оскар тем временем развалился в кресле, закинул ноги на стол и начал листать взятый со стола дневник Чока.

Спустя несколько минут Тилли разочарованно захлопнула томик.

– Всё изменилось! – недовольно воскликнула она. – Та сцена в пекарне стала в точности такой же, как во всех остальных изданиях. Но в прошлый-то раз всё было по-другому, клянусь!

– Ладно, – сказал Оскар. – Может, это вообще другой экземпляр или что-нибудь ещё. А может, то изменение было связано с работой Чока в книге. А ты всё точно проверила?

Он перебрался из кресла на пол, уселся рядом с Тилли, и они вдвоём начали вновь сверять все три экземпляра «Маленькой принцессы», которые у них были. Тилли читала вслух отрывки из экземпляра Чока, а Оскар отыскивал их в книгах, которые Тилли принесла с собой, ища расхождения.

– Как ты думаешь, мы можем забрать экземпляр Чока с собой? – предложил Оскар.

– Мне кажется, что он из тех людей, которые сразу же замечают любую пропажу, – ответила Тилли, нерешительно глядя на раскрытую у неё в руках книгу. – Оскар, я… Мне очень жаль. Очевидно, я ошиблась, и в прошлый раз в той книге просто находился Библиотекарь, из-за которого в сюжете возникли временные отклонения. Ты уж прости меня, пожалуйста, за то, что я притащила тебя сюда, когда…

– Тсс, – перебил её Оскар.

– Ты что-то услышал? – перепугалась Тилли.

– Нет. Смотри! – Мальчик указал пальцем. – Вот этот кусочек с этими, как их… – Он выхватил у Тилли книгу и всмотрелся в строчки текста. – Монморанси. Там есть женщина с золотой подвеской в виде пчелы на шее.

Тилли поспешно забрала у Оскара книгу. Экземпляр Чока был раскрыт на странице, где рассказывалось о том, как богатая семья, живущая напротив пансиона мисс Минчин, отправляется праздновать Рождество. Тилли нервно облизнула губы и начала читать вслух:

«Некоторые члены семьи Монморанси отправлялись на детский рождественский праздник. Сара как раз приближалась к дверям их дома, когда они стайкой выпорхнули на улицу, чтобы сесть в ожидающий экипаж. Вероника Эвстазия и Розалинда Глэдис были в белых кружевных платьицах с яркими красивыми поясами, а за ними следом шёл пятилетний Гай Кларенс. Его вела за руку женщина, которая выглядела похожей на няню, однако одета она была очень красиво и носила на шее тонкую цепочку с ярко блестевшей золотой пчёлкой, сразу бросившейся Саре в глаза».

Тилли, побледнев, лихорадочно принялась искать тот же отрывок в новом, самом последнем издании «Маленькой принцессы», нашла, стремительно пробежала его глазами…

– Вот, смотри. Нет в семье Монморанси никакой няни!

– Ну и что это всё должно означать? – сказал Оскар. – Каким образом это может быть твоя мама? Что, если это лишь странное совпадение? Например, у твоей мамы было такое же ожерелье потому, что ей очень нравилась книга. Разве не может такого быть?

– Но дедушка говорил, что она пыталась вернуться к капитану Кру! – возразила Тилли.

– Окей, предположим, но как она могла оказаться в экземпляре Чока? Твой дедушка же сказал, что они проверили все книги! – пытался логично рассуждать Оскар.

– Проверили. Но не повредит же ещё раз проверить, верно? – Тилли с надеждой взглянула на друга. Тем более что мы всё равно уже здесь и знаем, что с этим экземпляром происходит что-то странное.

– То есть ты предлагаешь отправиться внутрь книги? – нервно сглотнул Оскар. – И думаешь, Чок ничего не узнает?

– А как он узнает? Это же обычная книга, не так ли? И она будет там внутри вместе с нами. Ничего необычного. Просто странствие, как в любую другую книгу. – Тилли быстро заглянула в конец тома. – Последняя страница на месте, так что вернуться не составит проблем. Но даже если бы её не было, мы тогда просто…

– Тсс, – снова перебил её Оскар.

– Что на этот раз? – спросила Тилли.

Она настолько была поглощена поисками мамы, что совершенно забыла о том, где они находятся.

– Слышишь? – насторожился мальчик.

В окружающей их полной тишине совершенно чётко раздался и начал приближаться стук шагов по коридору.

– Думаю, что теперь принять решение стало гораздо проще. – Оскар взял Тилли за руку, и она поспешно принялась читать строчки в экземпляре Чока.

36

Будь смелой, будь доброй…

Замерцал,

всколыхнулся воздух, начали рушиться,

уходя в землю и

растворяясь в ней, стены кабинета. Задул пронизывающий ледяной ветер, и Тилли с Оскаром дружно задрожали, поняв, как легко они одеты для промозглого осеннего Лондона Викторианской эпохи. Находились они сейчас на той же самой площади, которую несколько дней назад посетила Тилли во время своего первого путешествия в «Маленькую принцессу», только стояли на этот раз прямо напротив школы мисс Минчин.

Почти сразу они заметили Сару, и Тилли бросилось в глаза, как сильно она похудела с того момента, какими грязными стали её лицо и одежда. Сара стояла на улице, не сводя глаз с чистеньких, сытых, красиво одетых детей, садившихся в уютный тёплый экипаж. Маленького мальчика с румяными щёчками и тёмными волосами вела за руку улыбающаяся молодая женщина. Сердце Тилли пропустило удар и сильно сжалось, не торопясь снова начинать биться. Мама.

– Это она, – прошептала девочка, жадно всматриваясь в лицо, которое впервые в жизни видела живым, а не застывшим на фотографии.

– Ты уверена? – тихо спросил её Оскар.

– Она выглядит точно так же, как на той карточке, которую мне дала твоя мама, и почти не изменилась, – ответила Тилли. – И вообще, я просто знаю, сердцем чувствую, что это она.

Тилли бросила Оскару «Маленькую принцессу», вытащила из-за воротника золотую пчёлку на цепочке и стремглав бросилась через дорогу, туда, где мама помогала маленькому мальчику подняться по ступенькам экипажа. Она почти добежала до тротуара, но возле самого бордюра поскользнулась на мокрой мостовой и упала на четвереньки. Услышала, как дружно ахнули дети, а затем почувствовала, как её подхватили за локоть и помогли подняться.

– С вами всё в порядке, мисс?

Тилли подняла голову и увидела над собой встревоженное мамино лицо. Она ожидала, что Беа узнает её, но она просто спросила:

– Вы не ударились, моя дорогая?

Тем временем их окружили дети, но Тилли не было до них дела.

– Мама? – прошептала она.

На мгновение глаза женщины застыли, затуманились, но в следующую секунду она сильно тряхнула головой, словно отгоняя приставучую осу.

– У меня нет детей, моя дорогая, – улыбнулась она и вздохнула. – Я няня и гувернантка этих маленьких разбойников.

И она ласково посмотрела на всё ещё крутившегося рядом с ними мальчика.

– Но вы же Беатриса, не правда ли? – сделала ещё одну отчаянную попытку Тилли.

– Да, меня так зовут, – удивлённо ответила мама. – Откуда вы знаете? У одного из детей подслушали?

– Посмотрите, мисс Беа, – сказала одна из девочек, – у неё такая же подвеска, как у вас!

Рука Тилли сама потянулась вверх и прикоснулась к тонкой золотой цепочке.

– Господи, откуда она у тебя? – спросила Беатриса. – Абсолютная копия моей!

– Твою подарил тебе мой отец! Капитан Кру! А вторую, точно такую же, ты заказала для меня, когда я родилась. Это правда, поверь!

Как только Тилли произнесла имя капитана Кру, глаза Беа вновь затуманились, как бывает с человеком, на которого нахлынули воспоминания, скрывавшиеся на самом дне его души, но опять это наваждение моментально прошло, и она сказала, печально покачав головой:

– Моя дорогая, боюсь, ты ударилась гораздо сильней, чем мне показалось. Позволь отвести тебя к мисс Минчин, чтобы ты могла там прилечь, а я отвезу детей на праздник и приду проведать, как ты. Я вернусь примерно через полчаса, хорошо? – Она повернулась к старшей из девочек-сестёр и спросила: – Джанет, ты присмотришь за остальными, не возражаешь? Садитесь в кеб, а я только отведу эту бедняжку через дорогу.

– Конечно, мисс Беа, – охотно согласилась девочка и повела своего маленького брата к экипажу вновь карабкаться по его высоким ступенькам.

– Со мной всё в порядке, – возразила Тилли, опасаясь, что её вновь разлучат с мамой, не дав шанса что-то объяснить ей. – Мне не нужно прилечь.

Тилли оглянулась через плечо, надеясь увидеть Оскара. Он переминался на противоположной стороне улицы, не зная, что ему делать.

– А я считаю, что тебе нужно немного отдохнуть, выпить хотя бы стакан воды, согреться… – предложила Беа. – Послушай, а почему ты без пальто? Где твои родители?

Услышав этот вопрос, Тилли не выдержала и разревелась.

– Ну-ну, успокойся, моя дорогая, всё не так уж плохо. – Беа нежно обняла её за плечи, довела до школы мисс Минчин и постучала в дверь. Им открыла бледнолицая горничная.

– Могу я поговорить с мисс Минчин? – спросила мама. – Видите ли, эта бедная девочка потерялась, упала на улице и ей нужно согреться. Возможно, мисс Минчин даст ей горячей еды и позволит немного отдохнуть, пока мы попробуем отыскать её родных.

Горничная молча провела их в жарко натопленную гостиную, где сидела худая остроносая мисс Минчин, властно взглянувшая на вошедших поверх очков со стёклами в форме полумесяца. Беа повторила свой рассказ и объяснила, что должна вернуться и присмотреть за детьми.

– О да, конечно, – вежливо улыбнувшись, кивнула мисс Минчин. – Любой друг Кармайклов – мой друг.

– Как? Разве их фамилия не Монморанси? – растерянно спросила Тилли.

– Мне кажется, что при падении она очень сильно ударилась головой, – заметила Беа. – Я скоро вернусь, мисс Минчин, и спасибо вам за ваше гостеприимство. – Она снова тепло обняла Тилли, а затем пошла к двери.

– Как тебя зовут, дитя моё? – спросила мисс Минчин.

– Матильда. Матильда Пейджиз.

Услышав это имя, Беа замерла, задержав руку на дверной ручке. Замерла так, словно услышала вдруг знакомую когда-то, но забытую теперь мелодию. Постояв секунду, она всё же повернула ручку и вышла за дверь.

Как только дверь закрылась, вежливая улыбка слетела с лица мисс Минчин, и оно сделалось холодным и неприступным.

– Кто твои родители, Матильда? И почему ты оказалась на улице одна, без пальто, а потом вдруг свалилась на членов такой уважаемой семьи, как Кармайклы?

Тилли понимала, что рассказать правду она не может, и потому решила сделать своими родителями бабушку и дедушку.

– Элизабет и Арчибальд Пейджиз, – тихо ответила она, тайком утирая скатившуюся по щеке слезинку.

– Никогда о таких не слышала. Где они живут? – строго спросила мисс Минчин.

– На севере Лондона, – осторожно ответила Тилли, потому что сама не была уверена до конца, что сейчас находится именно в Лондоне. Мисс Минчин, услышав ответ, презрительно поморщилась. – Благодарю вас, что любезно согласились приютить меня, однако мне нет никакой необходимости здесь задерживаться. – Тилли говорила настойчиво, но вежливо, помня о том, как ужасно обращалась мисс Минчин с Сарой на страницах книги.

– Поверь, дитя моё, у меня тоже нет ни малейшего желания держать тебя здесь, но я не могу просто выгнать тебя на улицу. Что я тогда скажу няне Кармайклов, когда она вернётся тебя проведать? А пока что за тобой присмотрят Бекки и Сара. – Мисс Минчин позвонила в колокольчик, и тут же в комнату влетела Бекки, девочка, с которой Тилли столкнулась в коридоре во время своего прошлого визита в пансион для благородных молодых девиц.

– Перестань таращиться, Бекки! Это Матильда. Она упала на улице. Промой ей поцарапанные колени и найди где-нибудь на мансарде местечко, где она могла бы подождать, пока кто-нибудь придёт забрать её. Да, и принеси ей стакан воды и хлеба, если на кухне что-нибудь осталось.

Бекки молча кивнула.

– Ну, тогда ступайте, – брюзгливым тоном приказала мисс Минчин. – У меня и без вас много дел, а за благотворительность денег не платят, хотя, видит Бог, будь это так, я давно уже стала бы богачкой.

Тилли молча встала и следом за Бекки вышла из гостиной.

– Я отведу вас в комнату Сары, – заметно нервничая, предложила Бекки.

– Её отец умер, да? – напрямик спросила Тилли.

– Да, умер. Мисс Минчин рассказала? А потом Сару переселили ко мне под крышу, и она теперь присматривает за малышами, ходит за покупками и занимается уборкой.

Следом за Бекки Тилли поднялась по двум крутым лестничным пролётам. Ступени на первом из них были покрыты таким же роскошным ковром, что и в гостиной мисс Минчин, а второй пролёт был и освещён хуже, и коврик там лежал жиденький, старый и потёртый. Поднявшись наверх, Бекки распахнула деревянную дверь, за которой оказалась небольшая комната с побелёнными стенами, наклонным потолком и почти без мебели.

– Это комната мисс Сары. Я уверена, она не будет возражать, если вы побудете здесь немного, пока она бегает с поручениями. – Бекки подвела Тилли к старой железной кровати, накрытой тонким, видавшим виды одеялом. – К сожалению, ничего теплее этого одеяла у нас нет. Располагайтесь, а я пока схожу принесу воды да спрошу повариху, не даст ли она мне немного хлеба для вас.

Она робко улыбнулась и вышла, прикрыв за собой дверь.

Тилли откинулась на жёсткую холодную кровать, изо всех сил борясь с навернувшимися на глаза слезами. Она знала, что ей необходимо как можно скорее бежать с этого чердака и вообще из этой школы, затем найти Оскара и вернуться в «Пейджиз и Ко», но мысль оставить здесь маму, которая даже не узнала её, была невыносима.

Что-то ударилось в стекло, и этот звук оторвал девочку от печальных мыслей. Она забралась с ногами на шаткий столик, открыла потолочное окно и выглянула наружу. Тилли показалось, что она сразу же попала в какую-то другую страну, даже другой мир, когда под ней до самого горизонта раскинулось море черепичных крыш с дымящими трубами и стаями носящихся вокруг воробьёв.

Вдали сквозь туман проступал купол собора Святого Павла. Увидев хорошо знакомое по реальной жизни здание, Тилли воспрянула духом и почувствовала себя увереннее, и в тот же миг ей в голову прилетел маленький камешек.

– Ой, – пробормотала она, потирая ушибленное место.

– Тилли! – окликнул знакомый голос. Тилли повернулась и увидела торчащую из соседнего светового окна на крыше голову Оскара.

– Ты чего?! – возмутилась Тилли. – И вообще, как ты туда попал?

– Тут было пусто! – крикнул в ответ Оскар. – Я пытался попасть в школу, позвонил, но горничная ни в какую не захотела меня впустить. Тогда я пошёл к соседней двери, постучал, дверь открылась, а там никого. Здесь никто не живёт, иди сюда!

– В каком смысле иди сюда?

– Перебеги! Расстояние между окнами маленькое, крыша прочная, гладкая, всё будет хорошо.

– Ты хочешь, чтобы я… перебежала? – ужаснулась Тилли и посмотрела на улицу, которая, казалось, была где-то далеко-далеко внизу, под мокрой, покатой и скользкой от дождя крышей. – Я же упаду! И разобьюсь! А если я умру внутри книги, то это будет по-настоящему!

– У тебя есть план получше? – поинтересовался Оскар. – Я смогу подхватить тебя, когда ты приблизишься. Сама знаешь, нам нужно попасть домой раньше, чем кто-нибудь заметит, что нас нет. И точно раньше, чем Чок обнаружит, где мы.

Тилли глубоко вздохнула и полезла на крышу, подтягиваясь на руках.

– Прошу прощения, но кто вы, и куда вы лезете через моё окно? – вежливо спросил голос за спиной Тилли, и она, вздрогнув от неожиданности, приложилась затылком к оконной раме. – О, простите, я совершенно не хотела вас испугать.

Тилли опустилась назад, на столик, с которого вылезала на крышу, и увидела Сару, свою единокровную сестру. На Саре было ветхое, промокшее от дождя платье, очевидно, она прямо в нём только что была на улице.

– Меня зовут Матильда, – представилась Тилли, не зная, как ей ещё объяснить, кто она такая. – Я упала на улице возле школы, и моя… то есть няня из дома напротив привела меня сюда. Мне кажется, ваша школа представляется ей более дружелюбным местом, чем оно есть на самом деле…

– А, няня из Большой семьи! Я их так обычно зову, очень уж их много. И они всегда такие счастливые, всем довольные, тебе так не кажется? И знаешь, меня нисколько не удивляет, что они смогли нанять такую прекрасную няню, пусть она и считает, что мисс Минчин отзывчивая женщина. Я называю их девочек Этельберта Бешам Монморанси и Вайолет Холмондели Монморанси. Я понимаю, конечно, как глупо звучат эти имена, если произнести их вслух, но они, видишь ли, постоянные героини историй, которые я мысленно рассказываю самой себе. Эти истории помогают мне справляться с одинокой жизнью на этом холодном чердаке. Пусть это глупо, но вся наша жизнь – это тоже история.

– По-моему, нисколечко это не глупо, – сказала Тилли.

– А почему ты пыталась сбежать? Я понимаю, эту комнату уютной не назовёшь, однако я уверена, что мисс Минчин позволит тебе уйти и обычным способом.

– Не позволит. Она сказала, что я должна буду оставаться здесь, пока не вернётся няня. Хочет произвести хорошее впечатление на их семью, – пояснила Тилли.

– Что ж, это очень на неё похоже, – печально заметила Сара. – А тебе так срочно нужно уйти?

– Если честно, то да, – ответила Тилли. – Меня ждёт мой друг. Мы с ним оказались невероятно далеко от дома, да ещё и совершенно напрасно.

– Ну что ж, давай посмотрим, что тут можно сделать, – решила Сара. Она вскарабкалась на стол и высунулась из окна.

Тилли высунулась следом и увидела, как открылся от удивления рот Оскара, став похожим на букву «О».

– Это Сара, – представила она.

Оскар неловко помахал рукой.

– Позволь, я тебе помогу, – предложила Сара, складывая ковшиком ладошки, чтобы Тилли смогла опереться.

Матильда осторожно поставила в них ногу и сразу почувствовала, как задрожали от напряжения худенькие руки сестры. Быстро оттолкнувшись, она забралась на оконную раму и стала пробовать носком туфли, насколько прочны шиферные плитки, которыми покрыта крыша.

– Я думаю, ты должна бежать ко мне очень быстро и не смотреть вниз, – посоветовал Оскар. – Хотя, если хочешь, можно, конечно, идти очень медленно и осторожно. Это уж как сама выберешь.

Тилли почувствовала, что её начинает подташнивать.

– Будь я на твоём месте, – тихо сказала Сара, – то сосредоточила бы внимание на друге, а всё остальное доверила бы сделать своим ногам. «Будь смелой и доброй, Сара», как любил повторять мне мой папа.

– Твой папа тебе это говорил? А мне очень похожую фразу любят повторять бабушка и дедушка, – ответила Тилли, чувствуя, как что-то вроде электрической искры проскочило сквозь их с Сарой сцепленные руки.

Она осторожно выпрямилась и восстановила равновесие. Сара кивнула и сказала, отпуская руку Тилли:

– Папин совет всегда помогал мне, когда я оказывалась в затруднительном положении. Удачи тебе, Матильда.

Тилли сделала глубокий вдох и медленно, шажок за шажком, пошла к Оскару. Идти в принципе было недалеко, но крыша оказалась высокая и покатая, а черепица – скользкая от измороси. Тилли полностью сосредоточилась на окне, в котором ждал Оскар, и заставила себя выбросить из головы все мысли и воспоминания о маме.

Шаг, ещё шаг…

Девочка замерла, когда одна черепица выскользнула из-под ноги и улетела вниз. Оскар болезненно поморщился, услышав звук, с которым она раскололась о тротуар.

– Вперёд, смотри только вперёд! – крикнул он. Тилли в очередной раз глубоко вдохнула, а затем сделала новый шаг ему навстречу.

Она была уже почти рядом с Оскаром, когда услышала вскрик Сары. Матильда осторожно оглянулась через плечо и с ужасом увидела вылезающего из окна Еноха Чока с побелевшим от гнева лицом.

37

Читатели такие противные

– Что вы здесь делаете? – застыла на месте Тилли.

– Нет, это что ты делаешь, Матильда, разгуливая по книге из моей личной библиотеки? – ледяным тоном поинтересовался Чок.

– Здесь моя мама. Почему? Как она оказалась в вашей книге?

– Ты нашла свою мать, Матильда? И что теперь? Заберёшь её домой? Интересно, а узнала ли она свою дочь? Она слишком давно находится здесь, Матильда, и прежняя жизнь для неё полностью ушла в тень.

– Но вы же Библиотекарь! – растерялась Тилли. – Вы должны защищать читателей.

– Вот тут ты ошибаешься, – ответил Чок. – Мне совершенно нет дела до читателей. Они ужасно противные и совершенно предсказуемые.

– Но вы же работаете в Тайной библиотеке! – возмутилась девочка.

– Да, и я придерживаюсь принятых в Тайной библиотеке правил. А твоя мать грубо нарушила их. Она не только влюбилась в вымышленного персонажа, но и пыталась проникнуть в Отдел Источников, чтобы внести изменения, которые могли непоправимо повредить Источник. Беатрису безопаснее держать здесь, где я могу за ней присматривать. Сейчас я начинаю подозревать, что ущерб, который она нанесла, оказался больше, чем я предполагал.

– То есть вы хотите сказать, что это вы посадили её сюда? Посадили и держите здесь? – ужаснулась Тилли.

– Да, конечно. Я думал, ты это уже давно поняла. Впрочем, ты, судя по всему, не настолько умна, как тебе кажется. То же самое можно сказать и про остальных членов вашей семьи.

– Но как вам это удалось? – спросила Тилли.

– Слишком много вопросов для одного раза, чтобы обсуждать их в такой напряжённой ситуации, – ответил Чок. – Хватит болтать. Сейчас мне нужно найти место, где вы с мальчиком не сможете стать для меня причиной неприятностей. В обозримом будущем по крайней мере. Видишь ли, я не могу позволить, чтобы вы сообщили обо всём мисс Уиспер или твоему дорогому дедушке.

Его слова вывели Тилли из оцепенения, и она двинулась дальше по крыше. Ещё немного, и вот уже Оскар схватил её за руки и втащил в окно, порвав при этом платье Тилли о треснувшую раму.

– Нам нужно убираться отсюда, и поскорее, – сказал он. – Необходимо вернуться в «Пейджиз и Ко». Немедленно.

– Я не могу уйти без мамы!

– Ты должна, Тилли, – всё сильнее нервничал Оскар. – Когда мы вернёмся и будем в безопасности, то расскажем обо всём мистеру и миссис Пейджиз, потом они поговорят с Амелией, и всё уладится. А сейчас нужно сматывать удочки. Где книга?

– У меня её нет, – ответила Тилли. – Когда я пошла через улицу, чтобы поговорить с мамой, я отдала книгу тебе. Ты что, забыл, что ли?

Они в ужасе переглянулись, и Тилли слабым голосом спросила:

– Она всё ещё там, внизу?

Оскар схватил Тилли за руку и потащил за собой вниз по лестнице, лихорадочно бормоча на ходу:

– Мы должны добраться до книги раньше, чем это сделает Чок.

Они выкатились на улицу и увидели Беатрису, поднимавшуюся на крыльцо мисс Минчин узнать, как дела у Тилли.

– У нас нет на это времени, – поспешно сказал Оскар.

– Прости, но я должна попробовать ещё раз. – Тилли оттолкнула его и поспешила к матери, успев добавить на бегу: – Найди книгу!

Она подбежала к Беатрисе, которая обернулась, услышав шаги у себя за спиной.

– А, это ты, дорогая! Что ж, по-моему, ты чувствуешь себя гораздо лучше! Ну как, смогла мисс Минчин разыскать твоих родителей? – Она окинула Тилли взглядом и добавила, нахмурившись: – Я вижу, она так и не нашла какой-нибудь тёплой одежды для тебя.

– Мне нужно, чтобы вы пошли со мной, – с отчаянием в голосе сказала Тилли. – Пожалуйста. Я вам всё потом расскажу.

– Постарайся успокоиться, Матильда. Ты можешь мне объяснить, что происходит? Скажи, тебе ничто не угрожает?

– Вы должны пойти со мной. Никто из нас не в безопасности. – Тилли взяла Беатрису за руку, и в этот момент из пансиона мисс Минчин выскочил Чок.

Он резко затормозил на ступеньках крыльца, оценивая открывшуюся перед глазами сцену: Тилли держала Беатрису за руку, а Оскар лихорадочно листал страницы книги. Затем регистратор мрачно усмехнулся, как будто у него щёлкнуло что-то в голове.

Увидев Еноха, Беатриса побледнела и спросила, пятясь назад:

– Кто этот человек? Мне кажется, я его где-то видела. Ты знаешь его?

– Да! – крикнула в ответ Тилли. – Это он во всём виноват, а нам нужно уходить, и вы должны пойти с нами.

Мама позволила Тилли подтащить себя к Оскару, который уже летел им навстречу, лихорадочно разглаживая на бегу последние страницы. Подбежав, он одной рукой схватил Тилли, а другой сунул ей в лицо раскрытую книгу. Продолжая крепко сжимать ладонь Беатрисы, Тилли начала читать.

– Нет! – взревел Чок и бросился к ним, но сырые промозглые улицы Лондона уже начали складываться, уходить под землю, и вот покрытые изморосью книжные странники уже оказались в Тайной библиотеке, в кабинете Чока, и как только его стены сгустились вокруг, Беа сползла на пол, упав в обморок.

Тилли отчаянно затрясла её руку, пытаясь вернуть в сознание, но не прошло и нескольких секунд, как вновь замерцал воздух, а затем послышался знакомый ледяной голос:

– Начнём по порядку. Сначала о главном. Эта книга вам не принадлежит. – Не успела Тилли глазом моргнуть, как Чок уже вырвал у неё «Маленькую принцессу», после чего продолжил: – Я с самого начала понял, что доверять тебе нельзя, Матильда. Ты в точности как твоя мать и твои бабка с дедом: никакого уважения к правилам. Но что ещё хуже, я начинаю подозревать, что тебя вообще не должно быть в нашей реальности. Ваша семейка всегда ставила себя выше остальных и пыталась жить по своим собственным правилам, презирая законы, установленные людьми гораздо более сведущими. У вас всегда были искажённые представления о том, что правильно, что неправильно. Но кому же всё-таки решать, что правильно, а что нет?

Чок говорил лихорадочно, как в бреду, изо рта у него летели брызги слюны.

– Я… не понимаю, – пробормотала Тилли. – Чего вы хотите?

– Жить! Иметь свободу выбора и самому решать свою судьбу! – воскликнул Енох. – Хочу того, что ты считаешь само собой разумеющимся и бездумно растрачиваешь каждый день!

– А кто вам мешает иметь всё это? – удивилась Тилли. – И какое это имеет отношение к нам?

– Знаешь, Матильда, на самом деле это не должно было иметь к вам никакого отношения. И если бы твоя мать не совала свой нос куда не следует, мы никогда не оказались бы в нынешней ситуации.

– Матильда? – произнёс дрожащий голос у них за спиной. Тилли, Оскар и Чок обернулись и увидели, что Беатриса поднялась на ноги и, стискивая зубы, пытается сохранить равновесие и понять, что здесь происходит. Она глубоко вдохнула, одарила Тилли слабой, но обнадёживающей улыбкой, словно говоря: «Всё хорошо, только продержись ещё немного», а затем обернулась к Чоку:

– Ну что ж, Енох, я думаю, будет справедливо рассказать теперь всё как есть на самом деле, как ты думаешь? Жизнь – это последнее, что я принимаю как должное. – С каждой секундой голос Беатрисы крепчал, становился увереннее и громче. – Я пожертвовала бо́льшим, чем ты можешь себе представить, ради того, чтобы Матильда могла жить нормальной, полной жизнью. Иметь право выбора и свободу, которые она заслуживает. Право выбора и свободу, которых, как ты считаешь, лишили тебя, Чок. Да как ты смеешь выговаривать нам за нарушение правил и читать лекции о добре и зле? Видишь ли, Матильда дорогая, – продолжила Беа, не сводя глаз с Чока, – этот человек имеет не больше прав жить в реальном мире, чем любой книжный герой. Потому что Енох Чок – полностью и целиком выдуманный персонаж.

38

Некоторые книги любимы, другие забыты

Чок окинул Беа ненавидящим взглядом.

– Ты опять суёшься, куда тебя не просят, назойливая женщина! – яростно выдохнул он. – А между тем это ты во всём виновата, только ты. А я лишь пытался тебе помочь.

– Продолжаешь притворяться, что это так? – холодно парировала Беа.

– Ты должна была рассказать мне, чем занимался твой отец, когда у тебя ещё была такая возможность, – выплюнул Чок.

– Как я тебе объяснила ещё тогда, Енох, рассказывать было не о чем. Но даже если и было бы, ты бы не вернул мне Ральфа Кру. Просто не смог бы, и мы оба прекрасно знаем об этом, – ответила Беа. – Во всяком случае, ты не смог бы сделать этого, не причинив непоправимого вреда всему, на чём стоит Тайная библиотека, и тому, что она призвана защищать.

– И теперь это тебя озаботило, с чего бы вдруг? – фыркнул Чок.

– Меня всегда это волновало, хочешь – верь, не хочешь – нет. Просто я в первую очередь забочусь о своей семье. А твои лживые обещания… они же обернулись против меня, не так ли? Ведь после того как я узнала твою тайну, тебе пришлось искать способ спрятать меня куда-нибудь подальше, чтобы обезопасить себя.

– Довольно, – оборвал её Чок. – Сейчас ты вернёшься туда, где тебе самое место, а я окажу большую любезность и отправлю туда же твою дочь, а заодно и её приятеля, раз уж он тоже впутался в эту историю. И там произойдёт большое воссоединение всей вашей семьи.

Чок помахал в воздухе своим экземпляром «Маленькой принцессы».

– Простите, что вмешиваюсь, – вмешался Оскар, поднимая вверх руку, – но нельзя ли кое-что уточнить? Вот вы – вымышленный персонаж, так? Но почему вам вдруг захотелось оказаться в реальном мире и работать в Тайной библиотеке?

– Видите ли, юноша, читатели ужасно переменчивы и непоследовательны, – поморщился Чок. – Они горячо любят героев, которые вовсе того не заслуживают, и совершенно забывают тех, кто на самом деле достоин внимания. Это несправедливо. А ещё очень нечестно, что меня убивают на 248-й странице, раз за разом, по кругу, до бесконечности. Вот почему, когда мне представилась возможность сбежать из книги, я это сделал.

– Но как вам это удалось? – спросила Тилли. – Нам же говорили, что такое практически невозможно! И каким образом никто не заметил, что вы выдуманный персонаж?

– Моя история привлекает только… избранных читателей, – ответил Чок и густо покраснел.

– Проще говоря, вашу книгу никто не читает? – напрямую спросил Оскар.

– У меня был читатель, мистер Ру, – проскрипел в ответ Чок, хлопнув ладонью по столу. – Всего один читатель. Мою книгу никто не переиздавал, и в итоге сохранился лишь единственный экземпляр, хранившийся в Отделе Источников Тайной библиотеки. Мой предшественник на посту регистратора был слабохарактерным человеком, но он выполнил свою задачу и позволил мне уйти со страниц моей книги. Разрешил, не подумав как следует о последствиях. Есть причина, по которой исходные персонажи так тщательно охраняются: уровень свободы воли и власти, о которых обычный персонаж может только мечтать.

И как только я вышел и почувствовал вкус того, что может предложить мне этот мир, я просто не мог не остаться. Я отправил выпустившего меня регистратора в мой личный экземпляр одного довольно мрачного романа Чарльза Диккенса, чтобы убрать его с дороги. Думаю, он давно умер, – небрежно заметил Чок. – С тех пор прошло двадцать пять лет, а люди у Диккенса так подолгу не живут, особенно столь бесхребетные.

– Двадцать пять лет? – не веря своим ушам, повторил Оскар. – Так сколько же лет вам самому?

– Мой автор не озаботился тем, чтобы указать мой возраст, – ответил Чок, – просто здесь я нахожусь уже двадцать пять лет, но при этом не меняюсь, потому что книжные персонажи в реальном мире не стареют.

– И никто за всё время не заметил, что вы не меняетесь? Почему? – спросила Тилли.

– Видишь ли, Матильда, люди крайне редко обращают внимание на то, что происходит вокруг них, они постоянно заняты только собой. А ещё они обладают поразительной способностью верить всему, что им говорят, причём это относится даже к Библиотекарям, которые считают, что у них хорошо развито воображение. Так что я обладаю бесконечным временем, чтобы использовать свои возможности и свободу.

– Но при этом у тебя никогда не будет той жизни, за которой ты гонишься, – сказала Беа. – Ведь ты можешь находиться только в книгах, да ещё книжных магазинах и библиотеках, к которым имеешь доступ.

– А я думала, персонажи не могут посещать не свои книги, – удивлённо заметила Тилли.

– Персонажи Источников могут, – объяснила Беа, с восхищением глядя на стоящую перед ней решительную одиннадцатилетнюю девочку. – Именно потому так ограничен доступ в Отдел Источников.

– Сейчас не время обсуждать твоё постыдно мелкое понимание цели, которой служит Тайная библиотека, – скривился Чок. – Но уверяю тебя, Беатриса, что даже ограниченная свобода намного заманчивее той ловушки, где изначально находился я. Я был вынужден жить так, как предписал мне мой создатель. Жить, бесконечно повторяя свою историю, не в силах ни на йоту изменить её. Жить без читателей, которые могли бы придать ей хоть какую-то значимость. Тебе не понять, что такое свобода, – продолжил он. – У людей слишком много её, и вы привыкли бездумно растрачивать свою свободу направо и налево. А самый худший тип людей – книжные странники, потому что вам дана свобода не только этого мира, но и бесконечного множества выдуманных миров. А вы при этом такие алчные и неблагодарные…

– Но много ли смысла в вашей жизни? – спросил Оскар. – Стоило ли покидать свою книгу только для того, чтобы изо дня в день заполнять гроссбухи и говорить людям, что они должны следовать установленным правилам?

– Ну вот что, мистер Ру, – мрачно усмехнулся Чок. – Я прочитал достаточно книг, чтобы знать, как безрассудно делиться своими планами с теми, кто захочет остановить меня. Скажу лишь, что чем более гибкими и прозрачными становятся границы между книгами и реальностью, тем больше проблем возникает у меня самого. А теперь всё. Я слишком долго отвечал на ваши утомительные вопросы, а ведь у каждого из нас есть место, где он должен находиться.

С этими словами он раскрыл «Маленькую принцессу» и принялся перелистывать страницы.

Оскар в отчаянии рванулся вперёд и выбил книгу из рук Чока.

На секунду все удивлённо замерли, а затем Чок, Тилли и сам Оскар рванулись вперёд, чтобы попытаться первым схватить упавшую книгу.

В общей суматохе Оскара оттолкнули в сторону, и он налетел на одну из книжных полок, с грохотом обрушив с неё лавину тяжёлых гроссбухов.

А спустя ещё несколько секунд дверь кабинета распахнулась, и на пороге появилась Амелия.

– Что здесь происходит, Енох?.. – начала она, но не договорила, заметив забившуюся в угол Тилли, прижатого к книжным полкам Оскара, а затем и молодую женщину, что стояла с побледневшим лицом, опираясь ладонями позади себя на стол Чока. – Беа? Это ты?!

– Амелия, – слабо улыбнулась Беа.

– Мисс Уиспер, – проскрипел Чок. – Что ж, все оборванные концы нитей собрались в одном месте, в одной комнате. Пожалуй, так даже удобнее…

– Что здесь делает Беатриса Пейджиз? И Тилли с Оскаром тоже? – спросила Амелия. – Я думаю, Енох, что вам придётся пройти со мной.

– Боюсь, что не придётся, – ответил Чок, медленно поднимаясь с пола и пятясь назад от двери. – Это для меня не вариант.

– Енох! Немедленно ступайте за мной! – громко повторила Амелия, загораживая собой Тилли и Оскара.

– Не люблю повторять дважды, мисс Уиспер, но этого не будет.

Губы Чока слегка раздвинулись, изображая нечто вроде улыбки, затем он закрыл глаза и растворился в воздухе. Амелия, Тилли и Оскар остались стоять в его кабинете, уставившись на Беа.

39

Каким должен быть конец истории

– Матильда, – задыхаясь, с полными слёз глазами заговорила Беа. – До сих пор поверить не могу, что это действительно ты.

Тилли не смогла заставить себя взглянуть на неё в ответ.

– Ты меня не узнала, – сморщившись, прошептала она.

– Да, поначалу не узнала, и мне очень жаль, – дрожащим голосом ответила Беа. – Но там, в книге, я была лишь бледной тенью себя самой. Та книга… Не знаю, рассказывал ли тебе о ней Чок или бабушка с дедушкой…

– Кое-что рассказывали, – сказала Тилли, нервно покосившись в сторону Амелии.

– Не волнуйся, всё в порядке, – заверила Амелия. – Мы с твоей мамой старинные подруги. Я, правда, не знала наверняка, но у меня давно были подозрения насчёт того, кто твой отец. Но это мне известно только как вашему другу, а не как Библиотекарю, и потому будет храниться в тайне, обещаю.

Беа схватила и благодарно пожала её руку, после чего продолжила свой рассказ:

– Поверь, когда я впервые встретилась с Ральфом, у меня и в мыслях не было влюбиться. Для меня он был просто героем книги, которой я восхищалась в детстве, нравился как читателю; но я едва знала его как персонажа. До того как поступить в университет, я никогда не путешествовала в книги, а влюбилась… Понимаешь, это произошло совершенно случайно. Отправляясь в «Маленькую принцессу», я знала правила таких путешествий так же твёрдо, как любой другой книжный странник. Мне просто хотелось встретиться с Сарой. В первый раз я увидела твоего отца, когда они приехали в пансион мисс Минчин. Я просто стояла на улице и наблюдала за ними. Но когда они выходили из кеба, я оказалась слишком близко к лошади, она испугалась и едва не лягнула меня копытом. Ральф немедленно бросился ко мне, чтобы убедиться, всё ли со мной в порядке. Ну а потом… потом всё покатилось как снежный ком, и я уже ничего не могла ни остановить, ни поделать, хотя прекрасно понимала, чем должна закончиться эта история.

Беа глубоко вдохнула и продолжила:

– Я понимала, что должна отправиться домой, но не могла уйти от Ральфа, и только когда поняла, что беременна, твёрдо решила возвращаться. Нельзя было родить тебя в книге, слишком рискованно. Единственным выходом было сделать так, чтобы ты родилась в реальном мире. А потом… потом я отчаянно хотела найти возможность сделать так, чтобы мы были все вместе, но это оказалось невозможно. Я много раз пыталась вновь встретиться с Ральфом, хотела рассказать ему о тебе, но всякий раз терпела неудачу. То лошадь не хотела пугаться, то твой отец просто не замечал меня, то я оказывалась не в том месте и не в то время, и они с Сарой уходили, не увидев меня. Я была в отчаянии. Мне очень хотелось, чтобы ты узнала его, а он узнал о тебе. А чуть позже, когда я была в Тайной библиотеке с папой, помогая ему освободить кабинет, меня вдруг отвёл в сторонку Чок и сказал, что знает, каким образом сделать так, чтобы мы с капитаном Кру оказались вместе в реальном мире. О тебе, Тилли, Чок ничего не знал, зато хорошо понимал, в каком отчаянии я нахожусь, да все понимали, после того как я забралась в Отдел Источников… Енох сказал, что может помочь, если я расскажу, что собирается сделать мой папа, чтобы помешать его намерениям.

– Каким намерениям? – озадаченно спросила Тилли. – И что именно собирался предпринять дедушка?

– В том-то и дело, Тилли, – ответила Беа. – Я не думаю, что ему вообще было что-то известно о том, что Чок ненастоящий, и о его планах тоже. Во всяком случае, со мной он никогда об этом не говорил.

– Насколько мне известно, Арчи действительно ничего не знал об истинной сущности Чока, – тихо вставила Амелия.

– Ну а вы-то что? Вы-то знали? – спросила Тилли. – Знали и позволяли ему работать здесь?

– Да, я давно подозревала, что с Чоком что-то не так, но точных доказательств до сегодняшнего дня у меня не было, – ответила Амелия. – На всякий случай я держала его под рукой и осторожно пыталась выяснить, чего он добивается. Но это уже совсем другая история.

– А как ты узнала, что Чок – книжный герой? – повернулась Тилли к Беатрисе.

– Совершенно случайно, – ответила она. – Я поехала к Еноху, чтобы подробнее расспросить его о том, что он собирается мне предложить. Родителям я не сказала, куда направляюсь, просто не могла объявить им, что собираюсь искать очередной способ, чтобы быть с Ральфом. Когда я пришла, Чока в кабинете не было. Я присела к столу и машинально начала листать лежавшую на нём книгу с неизвестным мне раньше названием.

– Яблочко от яблоньки недалеко падает, да? – ввернул Оскар, но никто не рассмеялся.

– На книге стоял штамп «Источник», – продолжила Беа. – Уже только поэтому она не должна была находиться вне Отдела. В книге оказалось очень много пустых страниц, на которых то тут, то там оставались отдельные напечатанные абзацы. Мне в глаза сразу же бросилось имя – Енох Чок, и оно постоянно всплывало на оставшихся фрагментах текста. Я даже не сразу поняла, что к чему, когда Чок вернулся и увидел, что я листаю его книгу. Он тут же начал кричать, что никто не знает правды, что это большой секрет. Потом принялся разглагольствовать, что всего лишь несколько людей заметили за всё время, что с книгой творится что-то неладное, и со всеми он уже покончил. Только тогда меня осенило, почему Чок так зол и напуган; в книге был он сам, имя – не простое совпадение, и появилось не потому, что он странствовал по этой книге. Я бросилась к двери, но Чок не дал мне уйти, схватил меня за запястье, закрыл глаза, и в следующий миг я уже очутилась внутри «Маленькой принцессы». Затем он выпустил меня и исчез, а я застряла там, потому что Чок вообще не брал при этом с собой книгу, не говоря уже о том, чтобы оставить её там. И я могла бы пробыть в «Маленькой принцессе» бог знает сколько, если бы меня не нашла Матильда.

– И Оскар, – тихо добавила Тилли.

– Но почему вы не застряли в форзацах? – спросил у Беатрисы Оскар.

Амелия посмотрела на всех и вздохнула:

– Очевидно, Чок создал что-то вроде петли и даже научился делать так, чтобы застрявшего в книге странника невозможно было запеленговать. Всё это, разумеется, ещё придётся обдумать и всему найти объяснение, но сейчас самое главное – это отправить вас всех домой. – Она помогла Беа подняться со стула, крепко обняла свою подругу, и Тилли заметила блеснувшую на щеке мисс Уиспер слезу. – Тилли, Оскар, – спросила Амелия, обращаясь к ним, – если мы срежем путь, вы сможете потом сделать вид, что ничего не знаете о подобном способе?

Они кивнули и вышли в коридор вслед за Амелией, продолжавшей поддерживать под руку Беатрису. Миновали главный зал библиотеки и вошли в зал картографии.

Здесь Тилли в замешательстве посмотрела на Амелию, и та пояснила ей:

– Да-да, я уже показывала тебе этот зал. Но у него есть ещё одно предназначение, о котором знают только Главные Библиотекари. Только им, кстати, и доверено пользоваться этой функцией. – Амелия закрыла дверь, в которую они все вошли, и продолжила: – Так что найди, пожалуйста, ещё раз на карте магазин «Пейджиз и Ко».

Тилли нашла знакомый крошечный светящийся огонёк и выжидающе замерла.

– А теперь просто нажми на эту точку пальцем. Не волнуйся, огонёк не горячий, не обожжёшься. И прочитай вслух название магазина. – Тилли сделала всё, как её попросили. – Отлично, спасибо. Оскар, ты не мог бы открыть дверь?

– Какую? Ту, через которую мы только что вошли? – неуверенно уточнил мальчик.

– Совершенно верно, – кивнула Амелия.

Оскар подошёл к двери и открыл её. Дверной проём был затянут полупрозрачной плёнкой, напоминающей папиросную бумагу.

– Всё это строго между нами, помните? – усмехнулась Амелия, глядя на детей, а затем они вчетвером шагнули в дверной проём.

Это было похоже на прогулку по водопаду, сделанному из магии. Секунду всё вокруг было размытым, а в следующий миг они уже стояли возле главного входа в магазин «Пейджиз и Ко», где продолжался праздничный вечер.

– Я же говорила, что никто и не заметит, что мы с тобой ушли, – наставительным тоном заметила Тилли.

– Рад видеть, что даже сегодняшние приключения не сделали тебя менее самодовольной, когда ты оказываешься права, – ответил Оскар, но не сердито, а с улыбкой.

Книжный магазин сиял огнями, внутри звучала музыка. Дедушка был за кассой и складывал в фирменные пакеты «Пейджиз и Ко» книги для покупателя, стоявшего перед ним с коктейлем в руке. Он поднял глаза, увидел Тилли, Оскара со слегка ошалевшими глазами и Амелию и, вдруг поняв, кого она поддерживает под руку, пошатнулся от неожиданности. А затем на полуслове оборвал разговор с покупателем и бросился к ним.

– Неужели это ты, моя маленькая Беа? – сказал он, раскрывая ей объятия, и они надолго и очень крепко прижались друг к другу.

– Я схожу найду Элси, – засуетилась Амелия, и уже очень скоро бабушка тоже обнималась с Беа и Арчи, а следом к ним присоединилась и Тилли.

– Ты отлично поработал, – заметила Амелия, похлопав Оскара по плечу. – Я ещё не в курсе всех деталей, но уверена, что без тебя Тилли пришлось бы туго.

Несколько часов спустя, когда все гости разошлись, дедушка, бабушка, Беа, Амелия, Тилли и Оскар устроились прямо на полу, на одеяле, расстеленном рядом с горящими свечами и остатками торта. Тилли ещё не знала, как ей вести себя с мамой, но радостно было просто уже сидеть рядом с ней. Они привыкали друг к другу, и каждый раз, когда Беа улыбалась, Тилли чувствовала, как затягиваются давние ранки на её сердце, хотя покой в нём ещё не наступил.

Тилли и Оскар с полными ртами торта рассказали о том, что произошло в этот вечер; Беа поведала, как узнала тайну Чока. Когда в их рассказе возникали некоторые пробелы, их восполняла Амелия. Когда же она сказала, что Чок ускользнул, дедушка вздрогнул.

– Есть какие-нибудь предположения о том, куда он мог улизнуть? – спросил он. – Я не сомневаюсь, что ты сможешь справиться с этой проблемой, Амелия, но персонаж Источника, оказавшийся на свободе и решительно настроенный нарушить все правила книжного странствия, – это небывалый случай даже для Тайной библиотеки.

– У нас имеются некоторые соображения, с чего нужно начать, – ответила мисс Уиспер. – Я уже попросила подчинённых запечатать вход и выход из его кабинета. Начать поиски мы намерены с немногочисленных книг его личной библиотеки, а также всех Источников, с которыми, как нам известно, так или иначе был связан Чок. Одновременно проверяются и расширяются правила книжного странствия, причём так глубоко, как никогда раньше.

– Дай знать, если я, Элси, Тилли или Оскар сможем чем-нибудь помочь вам, – сказал дедушка, и Оскар поперхнулся тортом, услышав своё имя.

– Конечно, Арчи. Мы найдём Еноха и разберёмся с ним, – заверила Амелия, и дедушка кивнул головой. – Хотя Чок и персонаж Источника, однако у них тоже есть свои пределы возможностей. Кстати, Тилли, у меня к тебе ещё один вопрос. Скажи, каким образом вы сумели вернуться в Тайную библиотеку так, что вас не заметил никто из Библиотекарей? Вы что, опять использовали повреждённый экземпляр «Маленькой принцессы»?

– Нет, что вы, Амелия, – яростно затрясла головой Тилли. – Вы же строго-настрого запретили нам делать это! Мы… прошли через форзацы «Алисы в Стране Чудес», – смущённо призналась она. – Я собрала воедино всё, что говорил нам Себ, и то, что случилось, когда я попала в Тайную библиотеку из «Маленькой принцессы» с оторванной страницей, и поняла, что могу выходить из форзацев благодаря тому, кто мой отец. Ведь я наполовину книжная.

– Так что мы просто дошли до самого конца Страны Чудес и стали ждать, а потом началась какая-то странная штука, как будто книгу поставили на обратную перемотку, – закончил за неё Оскар.

– Это было очень рискованно, – побледнела Амелия. – Я уверена, что Себ предупреждал вас о том, как опасно попадать в форзацы.

– Опасно, да, однако придумано было гениально, согласитесь, – заметила бабушка, и по её тону чувствовалось, что она ужасно гордится внучкой.

Амелия сделала вид, что нахмурилась, хотя глаза у неё улыбались.

– Ну, знаешь, Элизабет… – сказала она.

– Кстати, о конце «Алисы в Стране Чудес», – спросила Тилли, желая слегка изменить тему разговора. – Почему эта книга заканчивается тем, что всё оказывается только сном?

– Видишь ли, – ответил ей дедушка, – я всегда считал, что автор хотел объяснить, что наши мечты и истории материальны и способны передаваться из поколения в поколение. По-моему, это просто прекрасно, что ты прочитываешь всю книгу как историю, которую Алиса рассказывает своей сестре, а в конце уже её сестра начинает представлять, как она сама станет пересказывать ту же историю своим будущим детям. Это подчёркивает тот факт, что книжные истории живут дольше, чем мы сами. И наши истории – это именно то, чем мы запомнимся будущим поколениям, а потому, начиная свою историю, мы должны прежде всего подумать о том, стоит ли она вообще того, чтобы её рассказывать.

Эпилог

– Давай сейчас, – сказала мама, и Тилли кивнула в ответ. Стоял морозный воскресный день начала декабря. С тех пор как Тилли и Беа встретились, они с каждым днём лучше узнавали друг друга. Их отношения пока были достаточно зыбкими, но в то же время прекрасными, словно хрупкая сахарная вата.

Тилли вытащила новенький экземпляр «Маленькой принцессы» и открыла его на той странице, где капитан Кру и Сара впервые приехали в пансион мисс Минчин. Это был тот самый момент, когда Беа впервые встретила Ральфа, а Тилли – увидела своего отца. Они взялись за руки, и Тилли начала читать.

Руки мать и дочь не разомкнули даже после того, как вокруг них соткалась затянутая густым смогом улица викторианского Лондона.

Вместе они наблюдали, как к крыльцу пансиона подкатил чёрный кеб и из него вышла темноволосая коротко стриженная девочка, держа за руку высокого мужчину. Два книжных героя поднялись по ступенькам крыльца и позвонили в дверь. Когда дверь открылась, капитан Кру вдруг оглянулся в ту сторону, где стояли Беа и Тилли. Заметив их, он склонил голову набок, пытаясь вспомнить, где мог видеть эту молодую женщину и девочку, а потом вежливо улыбнулся, коснулся полей своей шляпы и исчез внутри. Беа прижала к себе Тилли, вытирая покатившуюся по её щеке слезу. Потом она глубоко вздохнула и улыбнулась, а Тилли вычитала их обеих обратно в «Пейджиз и Ко», где дедушка уже поставил кипятиться чайник.

Конец

Книжная полка Тилли

А вы читали классические истории, расставленные на полках магазина «Пейджиз и Ко»?

«Аня из Зелёных Мезонинов»

Первое книжное странствие Тилли совершила в мир одной из своих любимых героинь. В этом романе одиннадцатилетнюю сироту Аню Ширли без особого удовольствия удочерила супружеская чета Мэтью и Мариллы Катберт, которые на самом деле хотели усыновить мальчика. После трудного начала и целого ряда приключений, которые далеко не всегда можно назвать удачными, Аня всё-таки находит в городке Эйвонли и настоящий дом, и настоящих друзей.

«Алиса в Стране Чудес»

Хотя Тилли запуталась в загадках на чаепитии Безумного Шляпника, эта всемирно известная история является второй из её любимых книг. В ней рассказывается о приключениях девочки по имени Алиса, чьё любопытство заставило её нырнуть вслед за Белым Кроликом в кроличью нору, после чего она оказалась в удивительной стране, где животные разговаривают, где правят игральные карты, абсурд подменяет логику, а часы всегда показывают, что пора пить чай.

«Маленькая принцесса»

Это самая особенная и важная книга для семьи Пейджиз. На её страницах рассказывается история девочки по имени Сара Кру. Сара жила в Индии вместе со своим отцом-офицером, но потом её отправили в Лондон в школу-пансион мисс Минчин. Горячо любящий дочь капитан Кру платит большие деньги, чтобы у Сары было всё необходимое: отдельная комната и своя горничная, и присылает ей диковинные подарки. Но когда капитан умирает, не оставив после себя ни гроша, мисс Минчин отбирает у Сары все её вещи, переселяет на чердак и требует отрабатывать неоплаченные счета отца, работая в школе девочкой на побегушках. Преодолеть все невзгоды Саре помогают её доброта и богатое воображение.

«Остров сокровищ»

Тилли и Оскар совершили захватывающее путешествие в середину «Острова сокровищ». Это приключенческий пиратский роман, начинающийся с того, что в гостинице, которая принадлежит матери мальчика по имени Джим Хокинс, появляется загадочный моряк. Когда постоялец внезапно умирает, Джим пытается понять, где находится клад, помеченный на карте, которую он нашёл в вещах покойника. Вскоре Джим оказывается юнгой на борту корабля «Испаньола», плывущего за сокровищами. Здесь он обнаруживает, что корабельный повар по имени Джон Сильвер готовит пиратский мятеж. Теперь Джим должен найти способ помешать пиратам и отыскать спрятанный на острове клад.

«Гордость и предубеждение»

Вышедший из-под пера Джейн Остин и давно ставший классикой роман рассказывает историю Элизабет Беннет. Этот прославившийся своим остроумием персонаж стал старинной подругой и частой гостьей бабушки Тилли. В семье вместе с Элизабет растут четыре её сестры: Джейн, Мэри, Китти и Лидия. Их жизнь омрачена тем, что по крайней мере одной из них предстоит выйти замуж за нелюбимого богатого человека ради того, чтобы спасти свою семью от бедности. Но Элизабет полна решимости или выйти замуж только по любви, или не выходить совсем. Но прежде всего ей необходимо преодолеть свою склонность слишком поспешно судить обо всём и учиться видеть то, что лежит под поверхностью.

«Записки о Шерлоке Холмсе»

Когда Тилли видит высокого элегантного мужчину, курящего трубку прямо в магазине «Пейджиз и Ко», она понимает, что происходит что-то странное. Её дедушка всю жизнь был и остаётся поклонником рассказов, в которых знаменитый лондонский детектив Шерлок Холмс с помощью почти сверхчеловеческих умственных способностей, логики и наблюдательности распутывает любые тайны и раскрывает самые сложные преступления. Во всех историях Шерлока Холмса неизменно сопровождает его друг и помощник доктор Ватсон, который, кроме того, выступает и как рассказчик.

«Играй вместе с нами»

Эта отличная книга для начинающих книжных странников была впервые опубликована в 1964 году как пособие, помогающее маленьким детям научиться читать. Книга знакомит начинающих читателей с тем, как пишутся некоторые самые необходимые в повседневной жизни слова и понятия, такие как «мама», «нравиться», «иметь», «собака», а также учит составлять из этих слов простейшие фразы. Знакомиться со своими родителями, домом и игрушками детям помогают главные персонажи этой маленькой книжки, Питер и Джейн.

Слова благодарности

Я благодарна маме и отцу, подарившим мне детство, полное книг и походов в библиотеку, и привившим мне любовь к учёбе и письменному слову. Моей обожаемой сестре Эстер, для которой я написала эту книгу. Бабушке с дедушкой, у которых я позаимствовала отдельные черты характера и привычки, чтобы вдохнуть жизнь в бабушку и дедушку Тилли.

Я благодарю всех Бреев и Китченсов, Пола Фроста и семью Кольер-Коттонов.

Спасибо моему агенту Клэр Уилсон, которая была для меня вечным источником мудрости, поддержки и доброжелательности. А также Рози Прайс, Мириам Тобин и всем сотрудникам RCW.

Благодарю трёх редакторов этой книги: Лиззи Клиффорд, взявшуюся за неё, Сару Хьюз, приручившую её, и Рейчел Денвуд, которая помогла ей преодолеть финишную черту. Спасибо Джо-Энн Паркинсон, Алексу Ковену, Элизе Оффорд, Джулии Сандерсон, Дэвиду МакДугаллу, Элорине Грант, Франческе Леччини-Ли, Бет Мейхер, Джессике Дин, Карлу Алонци, Энн-Джанин Муртаг и всей команде HarperCollins Children’s Books, которая сделала таким замечательным мой опыт работы в издательстве. Особое спасибо Паоле Эскобар за её прекрасные иллюстрации.

Спасибо Кэти Уэббер и Кэт Дойл, сделавшим для меня столько всего, что здесь не хватит места всё это перечислить.

Благодарю моих друзей Кайрен Миллвуд-Харгрейв, Розалинду Джана, Кейт Ранделл, Тома де Фрестона, Кевина Цанга, Мелинду Солсбери, Лиззи Престон, Эми Штутц, Эрин Миноге, Джейми Райта, Йона Ашера, Энн Миллер, Сару Шаффи, Сару МакКенна, Элис Райен, Эрика Андерсона, Наоми Рид, Наоми Кент, Сару Ричардс, Джо Китчен, Лауру Айридейл, Джен Эрлихи, Дженни Рикелл и Джули из закусочной «Эйлмер», где я написала и отредактировала бо́льшую часть этой книги.

Благодарю всех, кто поддерживал меня на раннем этапе работы: Алана Вейра, Жаклин Хьюджес-Уильямс, Кэти Ренсенбринк и Джона Айронмонгера.

Спасибо литературному миру – онлайн и в реальной жизни – включая всех, с кем я сотрудничала в журнале «Bookseller», друзей и единомышленников, которые были рядом со мной, когда я больше всего в этом нуждалась. Спасибо моим любимым книжным персонажам Ане Ширли, Саре Кру и Алисе, а также Лире Белаква, которая, к сожалению, всё ещё находится под защитой закона об авторском праве.

И разумеется, благодарю Адама Кольера – за всё и всегда.

Примечания

1

Назв. в пер. Батищевой М. Ю.

2

Дислексия – особенность мышления, из-за которой некоторые люди испытывают сложности с чтением и письмом, при этом сохраняя способность к обучению.

3

«Сияй, сияй, маленькая звёздочка» (англ. «Twinkle, Twinkle, Little Star») – известная любому английскому ребёнку колыбельная. Аналогична русской песне «Баю-баюшки-баю, не ложися на краю».

Content

Анна Джеймс
Тайная библиотека

1 Вид из ворот ярмарки

2 В реальной жизни настоящих приключений не бывает

3 Чужие воспоминания

4 Где живут приключения

5 Волшебство, проказы и бессмыслица

6 Когда ты не совпадаешь по размеру с тем, с кем разговариваешь, всегда жди неприятностей

7 Воображаемые друзья

8 Немного чепухи никому не повредит

9 Нужно расширять диапазон своего чтения

10 Друзья, воображаемые по определению

11 Старайся освободить больше свободного места для невозможного

12 Буйное воображение

13 Рассказ – это целый мир

14 Отличный поворот сюжета

15 Просто эта книга оказалась правильной

16 Добро пожаловать в Тайную библиотеку

17 Legere est Peregrinari

18 Одни книги намного безопаснее других

19 Затеряться в хорошей книге

20 Книги, в которые разрешено путешествовать

21 В книгах время течёт иначе

22 Ужасно плохая идея

23 Вот почему всегда нужно следовать правилам

24 Мир перевернулся с головы на ноги

25 Больше, чем просто сюжетный ход

26 Последняя страница

27 Правила книжного странствования

28 Истории для чтения

29 Единственный доступный нам вид волшебства – это книжная магия

30 Волшебные сказки

31 Лучшие приключения начинаются с любопытства

32 Ты можешь выйти из конца любой истории

33 Совершенно новый персонаж

34 В нужное время не в том месте

35 Книжный магазин похож на карту мира

36 Будь смелой, будь доброй…

37 Читатели такие противные

38 Некоторые книги любимы, другие забыты

39 Каким должен быть конец истории

Эпилог

Книжная полка Тилли

«Алиса в Стране Чудес»

«Маленькая принцесса»

«Остров сокровищ»

«Гордость и предубеждение»

«Записки о Шерлоке Холмсе»

«Играй вместе с нами»

Слова благодарности

Примечания