БОМЖ

Глава 1. ЖУК

Бомжами не рождаются, ими становятся. И коснуться это, может каждого: от тюрьмы и сумы не зарекайся - это неоспоримая правда, проверенная временем. Как я попал в этот презираемый всеми обычными людьми слой общества - распространяться не буду, банально и стыдно товарищи. Живёшь вот так, живёшь, вроде, как и все остальные, вдруг бац! - и жизнь, вместе с засранкой-судьбой, поворачивается к тебе совсем не тем местом, каким бы хотелось. Виноват, что дошел до жизни такой. Естественно сам: наивность в повседневной жизни, глупая вера в ближнего своего, особенно в особей противоположного пола, короче, как и у многих других, которые теперь увлечённо копаются в мусорных ящиках и дохнут пачками в холодные зимние ночи. Вроде же не совсем дурак: образование имеется ВУЗовское, происхождение - далеко не от сохи, даже некоторые успехи по карьерной лестнице намечались, но, в один прекрасный момент всё пошло прахом.

Если сказать, что глаза я продрал с трудом, то это будет слишком мягкое выражение. Левый вообще не хотел разлепляться: веки его, будто клейстером смазали, хоть рукой помогай. Правый проморгался и мутная картинка, наконец, стала медленно поступать в мозг, со скрипом работавший. Вернее, в нём делало слабые попытки трудиться лишь то, что там от него ещё оставалось. Башка трещала так, что казалась ещё немного, и она лопнет. Что за пойло я употребил вчера? Это даже не «палёнка», а чистая отрава была. Нам, лицам без определенного места жительства, выбирать не приходится, не до жиру, пьём все, что сможем добыть и жаловаться на качество, вроде как, грех. Но мы тоже живые люди, ну или почти живые и обидно, даже нам, если вместо водки тебе подсунут чистый ацетон. Левый глаз после протирки грязной лапой тоже начал немного функционировать, картинка окружающего мира приобрела некое подобие стереоскопичности. Ничего нового я там не узрел, место для меня привычное, я тут давно кантуюсь, ещё с зимы. Когда холодно было, так тут вообще был рай - тепло шло от горячих труб, теплоизоляцию на них ещё до меня какой-то добрый человек расковырял. Сейчас на улице потеплело уже, но, как говорится, пар костей не ломит, да и по ночам не жарко. До настоящего лета ещё целый месяц, так что пока терпимо. Дневной свет приникает вниз через неплотно пригнанные щели железного канализационного люка и его вполне достаточно, чтобы осмотреться. Соседи мои, с которыми я делю это убежище, отсутствуют, похоже, давно уже выбрались наружу и свалили на промысел, Меня не разбудили, оставили одного. Я, конечно, их понимаю, на хрена им лишние конкуренты? Мусорные контейнеры не резиновые, сам бы поступил так же при случае. Башка трещит, спасу нет, может время помирать пришло? Радует только, что это не метанол был вчера, от него я бы вообще ничего сейчас не видел, а раз вижу, хоть и смутно, значит, что-то другое употребил. Странно только, вроде ж обычная водка и запах привычный, да и вкус давно знакомый, это я точно помню. Кстати не один же я её пил, соседи тоже усугубили не меньше меня, но они все на промысле давно, а я здесь валяюсь. Ничего пока не понимаю, но знаю одно - надо подниматься и топать - жратва сама ко мне не придет. Первая попытка вышла неудачной, смог подняться лишь на четвереньки - башка сильно закружилась и в глазах потемнело. Сел на жопу, посидел, отдышался и повторил. В этот раз уже более успешно. Попытка сдвинуть тяжеленный, в моём нынешнем положении, люк, успеха не принесла, опять мутит и тянет блевать. Похмелиться мне надо и срочно, а то сдохну - к бабке не ходи. Героическими усилиями с третьего раза получилось сдвинуть крышку люка и спихнуть в сторону. Поднялся по ржавым скобам наверх, жмурясь от полуденного солнца, уселся прямо на кромку люка отдышаться и осмотреться. Я, конечно же, сейчас со страшной похмелюги, но ещё чуть-чуть способен соображать, и то, что вокруг меня всё не совсем так, как должно быть, уловил тут же. Во-первых, отсутствовал привычный городской шум. Шум-то присутствовал, но был он совсем не таким, к которому я привык и обычно просто не замечал. Во-вторых – неподалеку, прямо на асфальте валялся человек, немного необычно одетый и возле него не было ни гомонящей толпы зевак, ни машины скорой помощи, вообще никого. Только мужик и рюкзак у него за плечами, и, судя по всему, не пустой. Если присмотреться повнимательнее, то даже мне в нынешнем состоянии не трудно догадаться, что мужик этот оказался на асфальте, не споткнувшись на ровном месте, а звезданулся с крыши рядом стоящего здания. Этажа так примерно с четвертого - пятого и, похоже, после такого приземления рюкзак этот ему больше не потребуется. А там, скорее всего, находится много интересных вещей, может и похмелиться, чем найдется. Ему теперь без надобности, а мне надо здоровье поправить, причем срочно. Вообще-то я такими делами обычно не занимаюсь - мертвых или пьяных обирать. Про других братьев по цеху не скажу, но сам пока что ещё не дошел до такой острой стадии бомжевания, только здесь - случай особый.

Осмотрелся внимательно вокруг. Других претендентов на рюкзак поблизости, вроде не видно и потихоньку двинулся к валявшемуся мужику. Стоп! А это что ещё за фигня? Я в армии когда-то тоже служил, в боевых действиях поучаствовать пришлось, хоть и не долго. Не всё ещё успел позабыть. По крайней мере, звук пулемёта разобрать могу, и что это был не простой пулемёт, а приличного калибра машинка тоже. Стреляли довольно далеко, за несколько кварталов отсюда, но в необычно тихом нынче городе звуки разносились довольно далеко. Потом взрыв: это или граната или из подствольного пальнули, снова пулемёт заработал. Война, что ли началась? То-то я смотрю, людишек на улицах нет совсем, как вымерло всё вокруг. Раз война, то рюкзак мне этот точно потребуется, хватать его нужно и назад в теплопункт. Сразу издали не заметил, а рядом с мужиком ещё и автомат валяется, калашников укороченный, без приклада с двумя магазинами, связанными изолентой. Мы в Чечне тоже так делали, чтобы быстро сменить опустевший. В бою всё секунды решают. Упал мужик на спину прямо на рюкзак, сука, если там бутылка была, то ей точно трандец, вот же невезуха. Хотя нет, поторопился я с выводами: у него же фляжка на поясе, причем металлическая и материей обернута, с виду целая. Снял, открутил пробку, почти полная и по запаху там явно не компот. Отпил жадно большой глоток, ну бл… и говно! На вкус - смесь керосина и ракетного топлива. Хотел уже выплюнуть, но сдержался, альтернативы-то всё равно нет, а мне и похуже что приходилось внутрь заливать. Надеюсь, выдержу. Твою мать! А ведь неплохо пошла керосинка, голова прояснилась, похмелье тут же улетучилось, даже силы какие- никакие проклюнулись в организме. Добавил ещё столько же и закрутил пробку. Война у нас. Мужики в камуфляже и с автоматами с крыш сигают. Надо экономить горючее. Стал стаскивать с мужика заветный рюкзак и в этот самый момент тот застонал. Я аж подскочил от неожиданности, живой что ли? И это был совсем не конец утренним сюрпризам. Со спины, из-за ближайшей пятиэтажки раздался звук, который мне тут же сильно не понравился. А то, что оттуда показалось, не понравилось мне ещё больше. Три существа, бывшие в прошлой жизни человеками, но в настоящий момент таковыми больше уже не являлись, быстро продвигались в моём направлении, урча как проголодавшиеся тигры. Размышлять над чудесами мироздания у меня времени не было. Левой я подхватил автомат и, закинув его за спину на ремень, двумя руками схватил не вовремя очнувшегося мужика за лямки рюкзака и, пятясь назад, как рак, потащил его к своему убежищу. С такой ношей спринтерские скорости показывать трудно, хорошо хоть «зомбаки» тащились не быстрее нас с мужиком, да и до люка было совсем недалеко. Далеко - недалеко, но с меня успело сойти семь потов, пока я его доволок. В комплекте с рюкзаком тот в люк бы не протиснулся, пришлось снимать и терять драгоценное время, а твари приближались, победно урча. Первым вниз отправился освобожденный рюкзак, затем ногами вперёд мужик, после полета с крыши такое падение, думаю, для него пустяк. Зомбаки уже совсем рядом, закинул в люк автомат и спустился сам, стоя ногами на скобах, подтащил люк и закрыл в тот момент, когда первая тварь уже почти наступила на него. Наступить-то она наступила, но люк был уже закрыт, а поднять его, зомбаки не смогли, как я поначалу испугался. Топтались сверху, урчали, скребли крышку своими граблями, но без толку, раздражали только своим шумом. Через некоторое время поутихли, но не ушли, слышно было, что стоят рядом с люком и один прямо на крышке, заблокировав мне единственный выход.

- Спасибо, что спас.

А, «парашютист», похоже, окончательно пришел в себя, даже заговорил, хотя, по всем прикидкам давно уже должен был только с господом свои разговоры вести.

- Дай глотнуть «живчика».

- Чего?

- Флягу дай сюда, ту, что у меня спёр.

- Я думал, ты сдох уже, потому и взял. На, держи, раз живой, своё добро, мне чужого не надо.

- Сам-то пил?

- Ну, отхлебнул немного, здоровье поправить, а то хрен бы я тебя дотащил и зомбаки тебя бы сейчас доедали.

- Ты всё правильно сделал, я ж без претензий. Только много не пей, его принимать понемногу надо, а то поплохеет. Ты читать умеешь?

- В школе, когда-то учился.

- Там в рюкзаке в боковом кармане брошюрка одна лежит, специально приготовленная для таких как ты «свежаков», достань и почитай, очень пригодится в обще-познавательных целях. Я отдохну и потом добавлю подробностей. Там ещё коробочка имеется, внутри шприцы. Достань один и дай сюда: укол мне надо сделать, чтобы быстрее процесс пошёл.

- Что за хрень там снаружи происходит?

- Книжку почитай, сам всё поймешь, а мне поспать надо.

Пока мой новый знакомый нагло дрыхнул, я занялся самообразованием, почерпнув из рекомендованной брошюрки много чего интересного. Читалось прямо как фантастический роман и, честно признаться, я поначалу не особо поверил написанному в ней, затем стал сомневаться. Имелись у меня для этого аргументы: «парашютист», звезданувшийся с крыши пятиэтажки и переломавший себе все кости, тем не менее, при этом, не померший скоропостижно, да и ещё несколько «аргументов», настырно топчущихся наверху. Таких стрёмных уродов просто так не изготовишь, тут сильно постараться надо, так что основания верить тексту, написанному в брошюре, были, однако, верить в такое как-то не хотелось. Брошюрка тоненькая, информация в ней изложена ёмко и кратко, без лишней воды и лирических отступлений. Если всё, что в ней написано правда, то будущее меня ждет совсем не лучезарное.

Наконец-то незнакомец зашевелился, поднялся на локте, хлебнул своей гадости из фляжки, перевернулся на другой бок и снова засопел. А эти твари всё топчутся там, с ноги на ногу переминаются и урчат противно, явно нас ждут, суки, когда полезем наверх. Противное до невозможности пойло у него во фляжке. В «писании» говорится, что делают его из некой дряни, доставаемой из тел этих уродов и водки, смешивая между собой. Звучит ужасно, но за неимением другого, придется обходиться тем, что в наличии. Взял фляжку и пару глотков влил внутрь, а то тоскливо просто так сидеть, водка там водой разбавленная больше чем наполовину, вкус от этого вообще мерзкий. Ладно хоть похмелье отпустило и башка больше не раскалывается, только теперь жрать захотелось до урчания в животе. Забрался в рюкзак, вытащил банку тушёнки, хлеба не нашел, взрезал ножиком, что у него на поясе висел в ножнах. Не ножик, а целый кинжал. Сразу про Ивана Васильевича вспомнил из известного фильма, как тот кильку кинжалом нанизывал. Ложки не было, с ножа есть - плохая примета, пришлось пальцами. В брошюрке написано, что инфекция мне теперь не грозит, так что пофиг, что ни разу не мытые. Через несколько часов сосед проснулся окончательно, после традиционного прикладывания к фляжке протянул мне - «выпей».

- А покрепче ничего нет, а то эта твоя бурда аж желудок сводит?

- Не капризничай, тебе теперь эту «бурду» пожизненно пить придется, если удастся долго прожить.

- У тебя там в рюкзаке непочатая бутылка водки, дай, если не жалко, лучше её глотну.

- Какой-то странный ты «свежак», ладно, держи водку, только не увлекайся, это у меня для изготовления «живчика» припасено. Книжку прочитал?

- А там точно всё по правде описано?

- Истинная правда, можешь мне поверить. Тебе точно «живчика» не нужно глотнуть? Голова не болит, не тошнит?

- После твоей водки совсем уже хорошо стало.

- Странно, ладно будем посмотреть, как оно дальше с тобой будет.

- Сам-то как?

- Нормально, через пару дней буду как огурчик.

- Чего? С такими переломами тебе месяца два валяться и не факт еще, что всё срастется, позвоночник-то точно сломлен, ты ноги свои хоть чувствуешь?

- Хреново смотрю, ты книжку мою читал, говорю же, что через два дня буду бегать, значит, так оно и будет, здесь тебе не Земля, это Стикс, тут такие травмы как у меня, не слишком большая проблема.

- И как ты с крыши-то навернулся, если такой опытный?

- Не повезло просто. Хотел на другой балкон перепрыгнуть, да и поскользнулся. В общем, если бы не ты, то мне точно хана была бы, а я такие вещи не забываю. Кстати, пора уже и процедуру инициализации провести для нового адепта нашей весёлой церкви. Принять, так сказать, в наши ряды очередного мученика.

- Это ещё что значит?

- Окрестить тебя требуется, по законам Стикса.

- Я к этим делам, знаешь ли, не очень.

- Да нет, к церковной вере я тебя приобщать не собираюсь, тут обычаи свои - имя тебе нужно новое принять, а старое забыть. Стикс требует, чтобы всё старое осталось позади, включая прежнее имя. Ну, считается, что так вроде правильно, по крайней мере, все так поступают, так чего выделяться. А то, что Стикс к таким вещам не равнодушен, это - святая правда. Можешь не верить, твое дело. Здесь у нас все более-менее суеверные, в приметы разные верят и для этого есть определенные основания. Как тебя прежде звали, не спрашиваю, не интересно мне это, а звать тебя будут Бомжем, тут и думать долго не надо. Не обидно тебе такое новое имя? Как крёстный имею право назвать, как пожелаю, но учитывая обстоятельства нашего знакомства, хочу и твое мнение учесть.

- Да нормально, тем более я и есть самый настоящий бомж, в смысле, был в прошлой жизни, так что не парься на этот счет.

- Ну и хорошо. Меня, значит, Жуком кличут, так мой крёстный нарек. Помыть бы тебя с мылом, а лучше с хлоркой, воняешь, аж глаза слезятся.

- Ну, ты тоже розами не благоухаешь.

- Если бы не твой вонизм, пустыши, это те, что наверху, давно бы свалили подальше, а так как чуют твой запах, то хрен теперь куда уйдут. В принципе, ничего страшного, лишь бы только кто постарше к ним не подтянулся.

- Судя по манере изъясняться, ты случаем, раньше не попом был?

- Не был, но представление о православной вере имею. Читал книги соответственные и беседы вел с разными интересными людьми. Подумывал уже было примкнуть, но оно вон как вышло, а в вере есть правильные мысли, потому как не все истинные намерения Господа извратили барыги от церкви, кое-что ещё осталось. Только теперь об этом говорить поздно, здешняя жизнь к уединенным молитвам не располагает, успевай только стрелять и от ответки уворачиваться. Так и живем.

- Сколько ты здесь уже?

- Да почитай года полтора где-то будет. Многие здесь в команде работают, я рейдеров имею в виду. Считается что безопаснее, когда народу много и огневой мощи достаточно. Да и «броня» у многих имеется с крупняком, от серьёзных тварей с ней легче отбиться, как многие думают. А я вот предпочитаю самостоятельно пропитание добывать. Шуму от одиночки меньше, соответственно и внимания лишнего он не привлекает. Крупный калибр и броня хорошо против середнячков, а ежели нарвешься на продвинутых, то не поможет тебе ни то, ни другое. Лучше действовать скрытно и незаметно, жемчуга не добудешь, зато дольше проживёшь, такая у меня концепция.

- Я вычитал, что Стикс этот дар какой-то выделяет, практически всем желающим.

- Всем, да не всем, у некоторых дар вообще никакой не проявляется, сколько гороха не съешь. Хотя отдельным личностям везет, такие таланты получают, что жить им становится гораздо веселее.

- А у тебя есть такой талант?

- Вообще-то о таких вещах у нас спрашивать не полагается, это вроде как верх бестактности, но тебе скажу, раз ты мой крестник. Есть у меня дар, как раз благодаря ему я и пошёл в рейдеры-одиночки. Опасность я чувствую, и с какой стороны она меня поджидает. Подхожу, к примеру, к зданию какому и тут же чую, ждет меня там чего не приятное или можно входить без опаски.

- Как же ты с таким даром с балкона навернулся?

- Говорил же, что не повезло, в квартиру зашел, а там внутри вся семья обратиться успела, и их пять человек. Зажали, квартирка-то маленькая, самого шустрого завалил «клювом», он в черепе так и остался, а сам на балкон. Эти в дверь ломятся за мной, хорошо хоть тупые и не сообразили по очереди лезть, застряли в дверях балконных. Я не стал их дожидаться и решил перебираться на соседний - там расстояние небольшое, только у меня рюкзак тяжёлый и автомат в одной руке, через ограждение перелез, тянусь свободной рукой, а нога возьми и соскользни. Ну и полетел вниз, хряснулся так, аж дух вылетел, повезло хоть, что на рюкзак и не башкой вниз, а то крестить тебя было бы некому.

- Другой кто-нибудь, нашелся.

- Это конечно, но я считаю, что тебе со мной повезло, здесь добрых и хороших людей не так много.

- А ты добрый и хороший?

- Относительно, конечно. Попал бы к мурам, разницу сразу бы почувствовал. Да и случай с тобой вышел уникальный. Это ж надо, чтобы свежак при первой встрече местного от смерти верной спасал, обычно происходит как раз наоборот.

- Честно говоря, я тебя спасать не собирался, мне только рюкзак нужен был, а в нем мужик какой-то запутался, времени стаскивать, не было совсем, зомбаки на подходе, вот и пришлось вас обоих тащить. Тем более ты, как выяснилось, ещё и живой был, а русские своих не бросают, ну, зомбакам на съедение, это уж точно.

- Они не зомби, просто на них паразит по другому действует, они такие же бывшие люди, ну, или звери, только тупые вначале, и жрут все, что мясом пахнет. Я это ихнее увлечение не осуждаю, вхожу с пониманием в положение, им же энергия требуется, чтобы не сдохнуть и развиваться. Они просто кушать хотят и существуют на уровне примитивных инстинктов. Какие бы ни были, всё равно все они божьи твари.

- Вряд ли божьи, этот персонаж где-то в прошлой жизни остался.

- Я так мыслю, что Стикс - это тоже типа живое существо или даже божественная сущность, а мы здесь живем как паразиты на его теле. Что-то типа блох на собаке, пока ползаем и не кусаем, псина терпит, а как только куснём, да не успеем вовремя свалить, она источник раздражения тут же резко выгрызает. Кластеры - это как бы её клетки, а перезагрузки - обновление для этих клеток.

- Да ты, блин, философ, у тебя с крышей всё в порядке?

- Если ты имеешь в виду всё ли у меня нормально с головой, то за это можешь быть спокоен, ментат в стабе регулярно проверяет её на профпригодность. Это просто гипотезы мои, размышления о сущности здешнего мира и его строении. Законы пространства-времени везде суть одинаковы и всему есть научное или, в крайнем случае, метафизическое объяснение.

- Это всё очень интересно, но давай лучше о насущном хлебе подумаем. На твоих запасах мы долго не протянем, а наверху несколько тварей выход блокируют. Ты ещё долго не встанешь?

- Вот заладил, я ж говорю через пару дней приду в норму. Попадем в стаб - к лекарю придется сходить, пусть всё поправит как надо, а до той поры и так сойдет.

- А дар этот у меня тоже теперь есть?

- Прыткий ты больно, и дня не прошло, как ты здесь, а уже дар ему подавай. Может и есть, только всю правду про него тебе лишь ментат скажет и, опять же, в стабе, а до него ещё добраться нужно. Да и заплатить придется немало, а у тебя, я так думаю, с местной валютой пока что туго.

- Ты имеешь в виду эту хрень, что из зомбаков достают?

- Её родимую, только не из простых тварей, что наверху торчат, у них её нет, потому их пустышами и кличут, а из развитых, тех, что успели подальше продвинуться по эволюционной лестнице. Только это не для нас с тобой. С нашим вооружением можно только пустышей валить в целях самообороны, а продвинутые нас сожрут и не подавятся.

- И что нам делать?

- Я, например, добываю всякие полезные вещи, что в стабе цену имеют, и меняю на спораны и горох. Патроны, приборы разные, диски с записями фильмов, если свежие, то неплохо идут, ну и всё такое- всякое. А с руберами, пусть кто-нибудь другой воюет, у кого силёнок поболе будет.

- Я смотрю дядя, ты по жизни от меня недалеко ушел, такой же бомжара-собиратель, только местного разлива.

- Обидеть норовишь? Но в чем-то ты прав однако, определенное сходство присутствует. Живчика хлебнешь? Я если что, ещё сделаю, бутылка водки в запасе имеется, вот ведь, не разбилась при падении, везет мне последнее время, а это значит, что Улей мне благотворит.

- Дай лучше водки хлебнуть.

Жук опять пристально на него взглянул, ничего при этом не сказав, но мысль в голове затаил какую-то свою, отложив выводы на потом.

- Хватит, оставь для живчика, и вообще давай завязывай с бухлом вне стаба, а то ты долго здесь не протянешь. Смотри - этот кластер где-то дней через пять уйдет на перезагрузку, плюс-минус сутки, это значит, что через четыре дня нас здесь быть не должно. Два дня мне на отлёжку, день пошарить в округе на предмет ценных вещичек и день чтобы уйти за границу кластера, до неё примерно километров десять, если по прямой, должны успеть. В городе сейчас опасных тварей быть не должно, всё, что могли, уже сожрали и делать им здесь больше нечего.

- А те, что над люком топчутся не в счет?

- Эти вообще не проблема, если через два дня от голоду не свалятся или не уйдут на поиски другой еды, то ослабеют сильно, справимся легко. Так вот, развитых мы вряд ли встретим, так что уйдем спокойно. Хотя, в здешних местах ни в чем нельзя быть уверенным заранее, может произойти всё что угодно, но шансы по моему опыту, у нас неплохие. А теперь о неприятном: имею сильное желание облегчиться, а утки у тебя, скорее всего, в наличии не имеется и шевелиться мне пока что нельзя, давай думай, как выйти из положения.

Через двое суток «сидения», Жук, как и обещал, поднялся с лежанки и попробовал немного пройтись, болезненно при этом морщась. Видно было, что совсем ещё не «огурчик», но, тем не менее, по земным меркам чудо выздоровления налицо.

- Немного переоценил я свои возможности, но двигаться потихоньку смогу, однако основную работу, я имею в виду физическую, придется тебе на себя взвалить, за мной - устное руководство.

- Нормально ты устроился! Ладно, я ж не в претензии, сюда дотащил и дальше донесу. С чего начнем господин научный руководитель?

- Эти, слышу, всё ещё там? Вот с них и начнем.

Следуя инструкциям наставника, Бомж взял автомат, дослал патрон и перевел на одиночный режим стрельбы. После первого же выстрела ствол непременно сместится в сторону и второй выстрел получится мимо дренажного отверстия в крышке люка, пуля, отскочив от толстого железа, может наделать нехороших дел внутри. Постучал стволом в крышку, привлекая шумом зомбаков, те отреагировали немедленно и тут Бомж от неожиданности отпрянул в бок и присел, чуть не обделавшись, причем уже без утки. Через отверстие, которое он приготовился использовать для стрельбы, прямо на него уставился белёсый, почти без зрачка, глаз мертвяка. Урчание усилилось и исходило оно не только из одной его глотки.

- Стреляй быстрее, чего тянешь!

- Куда стрелять? Там зомбак на меня глазом смотрит.

- Вот в глаз и стреляй!

Пересилив отвращение, бомжу, по идее, не характерное, тот приложил ствол автомата к отверстию, постаравшись поточнее совместить их и не угодить в край, нажал на спуск. Бабахнуло так, что в замкнутом пространстве он почти оглох и не слышал, как тяжёлое тело свалилось на крышку люка снаружи. Но когда в отверстие начала просачиваться вниз тягучая темная жидкость и капать ему на лицо, ощутить на нём эту мерзость, слух не требовался. Отпрыгнул, лихорадочно стирая кровь зомбака с лица рукавом и его тут же вытошнило, еле успел отвернуть в угол и упасть на колени.

- Амбре здесь дальше испортить, вряд ли получится, зато теперь имеется полный набор ароматных ингредиентов.

Слух, кажись, возвращается, и это не может не радовать, а то, как же иначе Бомж сможет в полной мере ощущать руководящую роль Жучары? Судя по объёму вытекшей «технической» жидкости, стрельнул он удачно, сразив мертвяка наповал, вот только как теперь тело, которое там распласталось, с крышки сковырнуть? Попробовал приподнять, поднатужился, но куда там.

- Не суетись, нам скоро помогут.

- Ты чего, бредишь?

- Слушай лучше.

Действительно, слух уже практически пришел в норму, и сверху было хорошо слышно характерное чавканье, с редкими перерывами на урчание.

- Обычно твари себе подобных в качестве пищи не сильно уважают, эта как для нас подметку от старого ботинка жевать. Только вот, похоже, пустыши сильно изголодались за это время и им теперь всё равно кого жрать: тебя или собрата своего. Скоро дожуют и путь свободен. Только не стреляй снаружи в остальных - другие набегут, по-тихому придется их успокоить. Придумай сам как.

У одного из моих бывших «соседей по палате» имелись припрятанные обрезки арматуры. Он без них на промысел не выходил, брал с собой, как оружие для самообороны. Покопавшись рядом с местом его лёжки, нащупал одну арматурину, прихватил с собой. Дождавшись, когда звуки чавканья снизили интенсивность до приемлемого уровня, решил, что пора. Автомат отдал лежебоке на случай своей неудачи и поспешного ретирования на исходную, только бы меня случайно не пристрелил. Крышка поддалась: приподнялась гораздо легче. Зашуршал обглоданный костяк, скатываясь в сторону, и тут же из-за кромки люка нарисовалась страшная, вся в свежей крови, рожа мертвяка. Получив по соплям тяжёлой арматуриной, зомбак немного поумерил наступательный пыл, дал мне пару секунд, чтобы выбраться наружу и тут же отпрыгнуть назад, уворачиваясь от второго претендента на мою тушку. Если бы они могли двигаться с такой же скоростью, как и я, то пришлось бы мне туго. Никаких особых собственных силенок я не имел и никакой спецподготовкой не обладал. Потому раздал каждому по роже арматурой, насколько смог сильно, и двигался, стараясь держать тех на расстоянии, быстро маневрируя. Надо рисковать, пора заканчивать сражение, боец из меня никакой, здоровье безвозвратно потеряно, долго мне в таком темпе не протянуть. Подпустил одного поближе и, перехватив арматуру наподобие копья, саданул тому в рожу, целясь в глаз. Промахнулся, попав в лоб, а тому хоть бы хны, боли вообще не чувствует. Пришлось отскочить и повторить. В этот раз получилось гораздо удачнее, конец ржавой арматурины глубоко вошел в глаз, зомбак тут же обмяк и повалился вперёд ничком, я еле отпрыгнуть успел. Пока этот дергался в агонии, второй продолжил его дело - упорно наступал, стараясь добраться до возжеланной пищи. Оружие мое осталось торчать в черепе первого зомбака, пришлось бегать кругами, стараясь зацепить глазом, что-нибудь подходящее. Подхваченный с земли кусок кирпича и запущенный в оппонента лишь вскользь прошелся по краю его черепушки, особого вреда не причинив. Сил бегать уже почти не оставалось, пора заканчивать показательные выступления, пот с меня уже градом катит. Места-то знакомые, не один раз пройденные, давай думай быстрее. Забежал на мусорную площадку, там контейнеры на колесиках импортные, тварь за мной, схватил один контейнер за край из последних сил, и покатил под уклон, быстро ускоряясь, прямо на зомбака. Вот же, тварь безмозглая, шагни в сторону и все мои труды напрасны. Нет же, стоит, ждет и радуется, что мясо само ему в руки идет. Край контейнера с силой ударил зомбака (в прошлой жизни, наверное, красивой девчонкой был, хотя сейчас в это трудно поверить) в живот и придавил к противоположной бетонной стене мусорной площадки. Бывшая «леди» тянула ко мне руки со скрюченными, давно лишёнными маникюра пальцами, с начавшими уже отрастать когтями и злобно урчала не по-женски. Тяжёлый контейнер пришпилил её хорошо: выберется не скоро. Я постоял немного, восстанавливая силы и выравнивая дыхание, затем стал искать глазами подходящий для этого случая предмет. Обломок бетонного поребрика лежал неподалеку, как раз то, что доктор прописал. Схватил поудобнее, подошел сбоку и принялся методично обрабатывать, начавшую уже терять былую прическу, голову. На эту не слишком приятную процедуру ушли последние силы, и когда бывший представитель рода человеческого, наконец, успокоился, обдав меня напоследок кровавыми брызгами из расколотой башки, я опустился прямо на асфальт и уселся там, прислонившись спиной к контейнеру.

- С боевым крещением тебя, крестничек, ну как ощущения?

- Погано.

- Ничего, привыкнешь. Все привыкают, кто ласты раньше времени не склеил. Ладно, двигать нам отсюда надо, пока следующие претенденты не набежали, здесь с этим не заржавеет.

К удивлению Бомжа, Жук бодренько так приподнялся с лежака, подхватил свой автомат с рюкзаком и полез наверх.

- Так ты, сука, прикидывался, болезным что ли, и на фига?

- Не бузи, всё я правильно сделал. Путь у нас впереди долгий и опасный, мне совсем не нужно, чтобы в самый неожиданный момент ты скуксился и не смог вовремя заражённому башку пробить. Теперь сможешь, «вводный курс молодого бойца», считай, прошёл и не должен вроде растеряться в трудную минуту. Давай по глоточку и в путь, тебе нормального или опять водки? Расстраиваешь ты меня.

- Тут магазин неподалеку, можно там пошарить и хавчика в дорогу прихватить, а то у нас голяк полный почти всё сожрали, пока сидели.

- Это можно.

- Продавщица там Таисья была, тётка добрая, нам часто просрочку отдавала, другие перепакуют и снова в продажу, а эта такими делами не занималась, наверное…, по крайней мере, перепадало нашему брату понемногу.

- С дверями там как? Можно залезть или ломать придется? Ломать - нашуметь можем, а нам лучше по-тихому всё провернуть, с одним автоматом много не навоюешь.

- Не знаю, когда раньше подходили, там всегда открыто было.

Вдоль стеночки, стараясь не отсвечивать и не наступать на всякие гремящие и шуршащие предметы, перебегая от подъезда к подъезду, добрались до магазина. Магазин - одно название, так, небольшая торговая точка, переделанная из двухкомнатной квартиры первого этажа многоэтажки. Вроде тихо внутри, дверь заперта, на окнах решетки, Жук на меня поглядел укоризненно.

- Там за углом вторая дверь есть, для заноски товара, пошли, глянем.

Несколько железных, слегка проржавевших ступеней лесенки и дверь нараспашку, изнутри несет тухлятиной, продукты в неработающем давно холодильнике, похоже, испортились, так что не удивительно. Про продукты Бомж правильно подумал, дверцы холодильника лучше не трогать, тошнотворный запах тлена шёл совсем не оттуда, а из-за прилавка, где на полу лежал обглоданный скелет с остатками плоти. Не помогла Таисье её доброта, не в ходу здесь такие вещи, сожрали, как и многих других. Радует одно, что оказалась она не заражённой и не бродит теперь по округе, в поисках кого бы схарчить.

- Ищи тушёнку, консервы разные, только всякий там горошек и кукурузу не бери, хрен утащим, а толку от них мало. И сумки какие или пакеты попрочнее, рюкзак-то один. Тихо! Кажись, едет кто. Дверь закрой! На засов, быстрее!

Шум двигателя приближавшегося автомобиля был слышен всё громче. Спрятались в углу за шкафом с охлажденными когда-то напитками, Жук направил ствол в сторону двери, затаились, авось пронесет и мимо проедут. Слышно было, как машина заехала в проулок и остановилась рядом с дверью, через которую они сами забрались внутрь.

- Слышь Бомжара, ты ж говорил, что здесь открыто, а теперь получается, что заперто, это как?

- Да точно говорю, дверь открыта была, я внутрь не лазил, но щель видел, не заперто было.

- Это кто по твоему?

- Ничего для нас хорошего, это точно. Найдут - завалят, ну, или мы их, кто кого вперёд, только так.

- А вдруг нормальные, а мы их кокнем не разобравшись?

- Лучше мы их сначала кокнем, а потом будем разбираться, чем они нас. Забудь прежние привычки, тут по-другому нельзя. Держи, пользоваться умеешь?

Видавший виды «макар», такой в ближнем бою сойдёт, если ещё стрелять сможет, по причине своего почтенного возраста. Магазин полный, пистолет с виду ухоженный, хоть и потертый.

- Водителя на себя возьмешь, он обычно по сторонам смотрит, караулит, чтобы кто не прискакал и у тебя будет шанс подкрасться сзади незаметно. Стреляй сразу, не тормози, тот долго думать не будет, понял?

Со стороны двери послышался треск ломаемого дерева, ломиком действуют. Жук перебежал в самый дальний угол и присел за боковиной прилавка. Дверь скоро поддалась и широко распахнулась. В проёме потемнело от заслонившей свет фигуры. Человек в камуфляже с автоматом медленно прошел вперёд, настороженно осматривая помещение, следом вошел…. блин, это же Хорёк, мой бывший сосед по теплопункту, тоже из бомжей, но с гораздо более длительным стажем. Гнусный тип, мне он никогда не нравился, скрысить что-нибудь, или у собратьев спереть, это у него было запросто. Метелили его за такие вещи нещадно, но на путь исправления он, похоже, так и не встал. Пришельцы прошли вглубь и скрылись за стеллажами, Бомж тут же тихо проскользнул к открытой двери и выглянул за проем. Там стоял грузовичок типа «газелька» в меру потрёпанный с крытым кузовом, только не тканевым тентом, а стальными листами, обмотанными колючей проволокой. И что самое для меня радостное - отсутствуют боковые зеркала заднего вида, их или сняли за ненадобностью, или сбили не по своей воле. Патрон в ствол я сразу же дослал, теперь только снял с предохранителя и с пяточки на носок, стараясь не топать в своих говноступах, начал красться к кабине. Правильно сказал Жучара: водила контролировал территорию перед собой, стараясь заранее заметить опасность с той стороны и тылам особого внимания не уделял, там же свои. И, тем не менее, реакция у него оказалась не в пример моей, успел за автомат схватиться, что рядом на сидении лежал и даже начал движение ствола в мою сторону, но всё же не успел. Бабахнул выстрел, громко бабахнул, пуля пробила ему голову и выбила правое стекло кабины, осыпавшееся осколками. Из магазина тут стрекотнула короткая автоматная очередь, надеюсь, Жук это стрелял, а не в него. Забирать у водилы его оружие времени не было, я бросился назад, громко топая, таиться больше не требовалось, нашумели уже больше чем надо. Из дверей навстречу вылетел мой давний знакомец, подвывая на ходу. Думаю, не ожидал он постороннего увидеть с этой стороны и надеялся, что это водила спешит на помощь, а когда понял, было уже поздно: три выстрела. Все пули угодили в область груди, прицелиться не успевал, потому бил в корпус, в самую широкую часть туловища. Тот переломился в пояснице и плюхнулся на бок, забившись в агонии и не переставая выть. Пришлось прекратить шум, добавив ему пулю в голову. Опасности со стороны магазинной двери я не ждал, сразу сообразив, что если этот выбежал с ужасом на лице, значит, Жук третьего уже успокоил.

- Держи трофей и давай на улицу, смотри там в оба, нашумели блин, теперь твари быстро набегут, надо грузовик затарить, сколько успеем, сначала я потаскаю, потом сменишь.

Схватив автомат убитого, Бомж шустро побежал назад к грузовику, чтобы сменить прежнего водилу на наблюдательном посту. Осмотрев в бинокль Жука окрестности, и не заметив пока что никакого подозрительного движения, он начал вытаскивать тело убиенного из кабины и оттирать сиденья от крови, которой немало натекло из простреленной башки. Жук пыхтел позади, таская ящики и забрасывая их в кузов. Справа обозначилось некое шевеление, навел бинокль, точно, плетутся в нашем направлении голубчики в количестве пяти экземпляров. Все, похоже, пустыши, особо продвинутых не видно. Тащатся медленно, минут десять у них есть. Сообщил Жуку, тот, смахивая обильный пот со лба, махнул рукой, давай ты, я выдохся и пошёл в сторону кабины. Не надеясь на добропорядочность напарника, Бомж первым делом вытащил из подсобки ящик с водкой и осторожно положил в кузов. Крёстному для баловства, а ему - жизненная необходимость. Оставшееся время таскал, всё что под руку попадалось, времени выбирать, совсем уже не было. С улицы послышалась стрельба - пора уходить. Жук выжидал до последнего, если открыл огонь, значит, совсем припёрло. Захлопнул задний борт, зацепив ладонь «колючкой» и расцарапав до крови, метнулся к кабине. Дед уже был внутри и завел двигатель, благо, водила по доброте душевной, им ключи оставил прямо в замке. Гружёный грузовичок разгонялся с трудом. Жук первую пятёрку пустышей благополучно уложил, но пожаловали новые и среди них кто-то заметно выделялся из общей серой массы. И когда только успел рожу нажрать? Может пришлый, из предыдущей партии?

- Бегун там, тварь не слишком опасная, но оставлять без внимания нельзя, ты стрелять умеешь?

- В армии стрелял когда-то, на троечку.

- Руль хватай, стрелок.

Меняться местами на ходу - верный способ перевернуть машину или врезаться во что-нибудь. Пришлось тормозить, что тут же положительно отразилось на настроении преследователей. Жук выскочил из кабины, и пока Бомж пересаживался и примерялся к управлению, тот успел расстрелять полрожка, притормозив немного шустрого бегуна. Толпа успела опасно приблизиться и почти завершила окружение неподвижной «газельки». Жук оббежал кабину и запрыгнул внутрь.

- Гони!

- Куда! Эти всю дорогу заняли.

- Гони вперёд, сука, не тормози!

Уже ни на что, не надеясь, Бомж вдавил акселератор в пол, молясь, чтобы двигатель не заглох от чрезмерной нагрузки. Машина «рванула» с места, как бешеная улитка. По-другому не скажешь. Маломощный двигатель с огромным трудом раскручивал обороты, пытаясь разогнать перегруженную машину. Кузов завален ящиками с добычей, да и обвес из стальных листов добавил весовой нагрузки прилично, так что пришлось движку «газельки» усердно попыхтеть. Места для разгона маловато: толпа заражённых слишком близко подобралась, успели набрать только километров сорок-пятьдесят в час, до того как врезались в плотную толпу пустышей. А вот здесь вес машины сыграл им на руку: зомбаки отлетали в стороны и падали под колёса, автомобиль с ревом пробивался через толпу и это ему вскоре удалось. Большую роль сыграло то, что Жук перед контактом причесал стоявших впереди остатками боезапаса магазина и, захлопнув дверь, лишь сдавлено матюкался, наблюдая через лобовое стекло за опасным прорывом. Выскочили! Оставив за собой след от раздавленных тел и медленно выползавших из обоих кюветов разочарованных зомбаков «помчались» вперёд, на выезд из города. Впрочем, надежда вскоре пожрать покинула не всех тварей. Старший по званию, успевший дослужиться до бегуна, скакал за ними следом. Пара автоматных пуль попавших в него, лишь немного притормозили тварь, но не заставили отказаться от желанной добычи. Жук сменил магазин.

- Отъедем подальше от основной толпы, пусть пока побегает, там и успокоим, у меня споранов на минимуме, надо его выпотрошить и пополнить запасы.

Почти уже окраина городка, я в этой стороне редко бывал, а последний год и подавно, местность незнакомая, дорог не знаю, остановился.

- Ты чего?

- Не знаю куда ехать, тут три дороги, и все незнакомые.

- Не удивительно, это граница кластера. Ладно, сиди, я сейчас.

Жук выбрался из кабины и залез на крышу фургона, осторожно ступая между нитями «колючки». Послышались звуки автоматных выстрелов, потом еще.

- Вылазь, пошли, продолжим практическое обучение. Урок третий - потрошение спорового мешка. Процедура на первый взгляд неприятная, но очень для нас полезная. Давай, давай, не стесняйся, режь по швам, там слабое место, вообще-то у заражённых - это самая уязвимая часть тела, если попасть сюда удачно, можно из автомата даже элитного завалить. Правда, я про такие случаи не слышал, но в теории - можно. Что там? Всего два спорана и больше ничего? Ладно, с паршивой овцы хоть столько, и то хорошо. Поехали.

Отъехали от границы города километров десять, когда Жук приказал сворачивать с дороги. Справа лесок нарисовался. Дороги туда не было, даже грунтовки, но видно было, что изредка сюда заезжали на автотранспорте - виднелась еле заметная колея, заросшая травой и молодым кустарником. Заехали в кусты и медленно покатили, куда Жук показывал, ветки хлестали по машине, подвеска скрипела, раскачиваясь на колдобинах. Плелись таким макаром примерно с километр.

- Всё тормози, приехали. Вот мы и дома.

- Что-то я поблизости никакого дома не наблюдаю.

- Вот и отлично, что не видишь, для того и сделано. Вылазь, дальше я сам.

Жук потихоньку, на тормозах, спустил машину вниз по склону, приминая колёсами траву и немного не доехав до противоположной стены оврага остановился. Вышел из кабины и, просунув руку в заросли кустарника, потянул на себя с усилием.

- Чего стоишь, помогай давай, не всё мне одному корячиться.

Раздвигая свисавшие вниз ветки кустарника, плотно заросшего склон оврага, распахнули створку огромной металлической двери, занавешенной зеленой маскировочной сеткой. Потом вторую такую же. Открылся зев ангара, устроенного в стене оврага и уходящего далеко в глубину и темноту.

- Вот оно - моё убежище. Со светом только внутри не очень, свечки или керосинки палить сам понимаешь, чревато, запах от них далеко распространяется, а такой запах - это как приглашение на обед для тварей. Пока ворота открыты, днём нормально видно, глаза быстро привыкнут, а как стемнеет - спать надо ложиться, освещение будет без надобности, а на крайний случай можно лампу запитать от автомобильного аккумулятора. И вот ещё что: ты сам без меня по окрестностям не шарься, там у меня вокруг сюрпризы приготовлены для непрошенных гостей. Сейчас машину загоню внутрь, и будем отдыхать пару дней, потом в стаб двинем, добычу продадим, и к знахарю нам обоим нужно попасть, а те без оплаты не работают.

- Зачем? Ты вроде оклемался, а я вообще нормально себя чувствую, гораздо лучше, чем раньше.

- То, что оклемался, это ты правильно заметил, да только для здешней жизни этого маловато будет, нам обоим требуется полностью организм восстановить, а такое только знахарю под силу. Я имею в виду восстановить за относительно короткий срок. Можно, конечно и бесплатно тоже самое получить - поваляться например, здесь, в убежище моём, пару месяцев и всё само восстановится, только в Стиксе богадельни, к сожалению, отсутствуют и бесплатного хавчика не бывает. Да и запасы живчика требуется пополнять постоянно, а для этого спораны нужны. Их или самому добывать, или покупать нужно в стабе. В общем, дешевле знахарю заплатить, чтобы он тебя за час на ноги поставил, чем самостоятельно восстанавливаться. По крайней мере, в нашем случае. А тебе как новичку, вообще необходимо к знахарю как можно быстрее показаться, он тебе подскажет, что с твоим организмом сейчас происходит и что дальше будет, чтобы поздно не оказалось. А то, что с тобой что-то не так, я это сразу заметил, только в толк не могу понять, что именно.

- И что же со мной не так?

- Самое странное, что ты живчик не потребляешь с самого пришествия, и при этом тебя совсем не колбасит, а должно. Я такую хрень в первый раз вижу. По идее, ты без регулярного приема живчика давно ласты должен был склеить или трясло бы тебя не по детски, а ты смотрю совсем бодрый, и вместо живчика водку хлещешь. Неправильно это, потому и беспокоит меня сильно, так что знахарю тебе показаться надо обязательно и побыстрее. Ты, судя по всему иммунный, никаких признаков перерождения в тварь заражённую, я не заметил, но иммунный должен живчик принимать, иначе долго не протянет, это закон, а ты, зараза, не пьёшь и не дохнешь - парадокс, который я объяснить не могу. Короче, отдыхаем, собираем товар и в стаб, там разберутся с твоими чудесами, если не знахарь, то ментат обязательно.

- Это который мысли читает?

- Не знаю точно чего он там читает, но на чистую воду выведет непременно, если ты конечно не более сильный ментат, чем он.

Глава 2. УБЕЖИЩЕ.

Внутри ангара Жук устроился совсем неплохо, видно давно здесь обитает. Сколотил несколько деревянных стеллажей, где свалено много чего добытого. Кроме пригнанной трофейной «газельки», имелось собственное транспортное средство - видавший виды ГАЗ-69 с металлической кабиной, слегка укрепленной листовым металлом.

- Если у тебя газик в наличии, чего пешком ходишь, на нём ведь побольше можно увезти, чем на собственном горбу?

- Любой немного отъевшийся урод разнесет эту лоханку в два счета и меня вместе с ней. В одиночку шансов никаких. Если вдвоём и приделать крупный ствол сверху кабины, можно попробовать, ты стрелять хорошо умеешь?

- Спрашивал уже, не снайпер - это точно, но попасть, куда-нибудь смогу, если повезёт.

- Ладно, если всё нормально сложится, вернемся из стаба, покумекаем над этим вопросом. Вдвоём у нас должно неплохо получиться, ты правильно говоришь - на машине добычи гораздо больше можно взять.

Через два дня пребывания в убежище у Жука всё было готово для поездки в стаб. Загрузили в «газельку» предназначенные для продажи вещи, саму машину Жук тоже собрался продать, как не подходящую для вылазок за добычей. Мотор слабоват и подвеска тоже, лучше подкопить и приобрести мощный Стиксмобиль, бронированный и с пулемётом. Добираться до стаба Жук планировал на обеих машинах, и на газике вернуться назад.

- А чего ты в стабе не устроишься, ты говорил там вроде безопаснее, чем здесь?

- Дорого там жить, да мне и здесь удобнее, место хорошее, скоро сам убедишься. Пошли, кстати, глянем на представление, а то пропустим все, мы ж не просто так два дня здесь сидели.

- Чего пропустим?

- Увидишь. Иди за мной след в след, в сторону ни-ни, уяснил?

Пришлось послушаться, Жук зря предупреждать не будет, явно у него тут понатыкано всякого вокруг. И действительно, метров через четыреста тот остановился, приказал стоять на месте, а сам скрылся в кустарнике.

- Растяжка тут у меня, снял пока, на обратном пути верну на место. Недалеко уже, скоро будем на месте.

Местом - оказалось большое дерево с большой развесистой кроной. Жук принялся карабкаться вверх, перебираясь с ветки на ветку по явно отработанному маршруту. Видно было, что не первый раз туда лезет. Бомж взбирался следом, ставя ноги на те же ветки и хватаясь руками там, где только что была рука напарника. Уселись рядом на толстой ветви, откуда сквозь густую листву, открывался неплохой вид на широкое поле.

- Подождём немного, скоро должны проехать.

- Кто?

- Колонна из стаба, к городу поедут, там перезагрузка вот-вот начнется.

- Так скоро? Была ведь недавно совсем.

- Нет, тут не всё так просто. Та, что была, в которую ты угодил, это «локалка», есть в том месте такая причуда у Улья: одна небольшая часть городишки вашего часто перезагружается, причем в самых разных местах и временных промежутках, хрен угадаешь. А раз в год весь город сразу, вот в этом случае из стаба большая колонна и идет, да несколько раз туда-сюда успевает смотаться, пока всё интересное не выгребут.

- А мы что, не будем участвовать?

- Не для нас этот праздник жизни, одиночкам и мелким группам без серьёзного прикрытия там делать нечего, если конечно, суицидальные наклонности не проявились. Туда сейчас рванут серьёзные парни и с нашей человеческой стороны и с противоположной. Соваться нельзя, уроют мигом, даже свои могут, чтобы под ногами не путались и лишних проблем не создавали.

- Так чего мы-то сюда припёрлись?

- Слушай и учись. Когда колонна идет, ей останавливаться незачем, время дорого, чем быстрее доедут, тем быстрее вернутся, пока там в городе обстановка ещё не сильно накалилась. А твари, не все конечно, те, кто постарше и поумнее, в сторонке от колонны держатся, а прочие, которые поглупее, параллельно ей бегут, им тоже в город нужно попасть, за вновь прибывшим «свежаком». Если близко приблизятся или, не дай Стикс, на колонну прыгать вздумают, тут их на ходу и валят. Валят и дальше едут, тормозить нельзя, я уже говорил. Тварь остаётся бесхозно валяться, а там спораны и прочие нужные штуки пропадают, это непорядок. Вот я и прибираю за ними, один раз даже рубера начинающего успокоили, так я с него хорошо поимел, жемчужины правда не нашел, но прочего разного добра поимел немало.

- То есть, падальщиком заделался?

- Какая разница, как ты свой горох добыл. Мне самому-то не то что рубера, лотерейщика, и даже бегуна подросшего не завалить. Не тот у меня калибр, а спораны очень нужны, без них сдохнешь, так что не брезгую. Только такая удача редко выпадает, приходится покупать спораны в стабе, а цены там не малые, про горох вообще молчу, редко его могу себе позволить. Вдвоём, оно конечно сподручнее было бы.

- Это типа приглашение что ли, ты ж вроде любитель в одиночку промышлять?

- Так-то оно так, одному вроде неплохо было, ни от кого не зависишь, никто не подведет в трудную минуту, но если хорошо поразмыслить, то вдвоём промышлять - есть в этом свои преимущества. Главное - чтобы человек был хороший, надежный. Ты - вроде ничего парень. Так что смотри, первое время пока не оботрёшься, опыта не поднакопишь, можем вместе промышлять, а потом сам решишь, как тебе дальше быть. Во, слышишь? Едет вроде колонна, ты сиди спокойно, не дергайся, а то у них там датчики разные имеются, ещё причешут ненароком из пулемёта. Да и тварям большим показываться не стоит, снимут нас с дерева, у них не заржавеет.

Колонна оказалась немаленькая, впереди шли два БТР восьмиколесных с пушечными башнями, за ней несколько грузовиков, ощетинившихся стволами из прорезанных в металлических кузовах бойниц, следом тягач с прицепленной платформой, на которой стоял танк. Судя по внешнему виду ходовой части, самостоятельно боевая машина двигаться была уже не способна, гусеницы отсутствовали, корпус намертво приварен к платформе. А вот башня с орудием казалась вполне боеспособной.

- Это у них против самых крупных тварей приготовлено, если снаряд в такую попадет, то той точно не поздоровится, только попасть трудно, слишком подвижные эти твари, хорошо хоть, что здесь редко встречаются. Ближе к пеклу говорят их полно, но я сам элитника ни разу не видел, да и слава Стиксу.

- Значит, здесь элитники не водятся, а почему?

- Географическое положение особенное, «чернота» с двух сторон, туда никто не сунется по доброй воле, да и без неё тоже, там кроме смерти ничего не светит и техника в тех местах не работает. С запада быстро перезагружающийся кластер дорогу перекрывает, попасть в нем под откат - дураков нет. Остаётся возможность, только со стороны Стаба зайти. А там всю территорию Варнак контролирует, тот, что Хмурый держит, ну, это куда мы двинем чуть позже. Чтобы до элитника дорасти, много жрать нужно и конкуренция в этом деле большая, да и не даст Варнак им такой возможности, отстреливает слишком заматеревших тварей постоянно. Потому и не водятся в наших местах слишком опасные тварюги, но и жемчуга тоже не добыть, такой вот житейский компромисс.

За платформой мчались ещё два БТР. Все машины прошли подготовку по моде Стикса - покрыты торчащими во все стороны приваренными к корпусу стальными шипами и густо обмотаны колючей проволокой.

- Это чтобы мелочь всякая, если прыгнет, в ней запуталась или на шип накололась, против отожравшихся не сильно помогает, так, притормозит немного и то хорошо. А вот и они нарисовались, замри, у них слух и обоняние, охренеть какие чуткие, в момент срисуют.

По полю параллельно движению колонны бежали несколько больших тварей. Это явно были как раз те, кто поумнее, потому что держались от проходящей колонны на большом расстоянии и сближаться не собирались. Особо матёрых заметно не было, в основном середнячки, не отличавшиеся большим видовым разнообразием. Через несколько минут поле опустело, колонна и сопровождавшие её твари исчезли из поля зрения.

- Ну вот, теперь порядок. Можно двигать, жаль, что никто из тварей на колонну не рыпнулся, видать учёные уже, что ж, не подфартило на этот раз. Зато теперь до стаба доедем более-менее спокойно, все здоровые твари убрались в город, а с мелочью сами справимся. Я «газельку» поведу, ты на газике поедешь, держись за мной и делай как я, вперёд не лезь, особенно перед стабом, там ребята меня знают, и палить, не разобравшись, не будут.

Перед воротами стаба «Хмурый», напоминавший внешне грубо сработанную крепость из многочисленных постапокалиптических поделок Голливуда, «газелька» притормозила, Жук пошёл договариваться с охранниками. Пока шли переговоры, стволы крупнокалиберных пулемётов, торчащие из амбразур бетонных укрытий, держали обе машины под прицелом. И ежу понятно, что опасности они никакой не представляют, но раз так заведено, пусть потешатся. Неуютно, сидеть и ждать, ощущая на себе прищуренные глаза пулемётчиков, готовых открыть огонь, если им вдруг чего такое привидится. Жук минут пять болтал с вышедшим из блокпоста мужиком, размахивал руками, иногда поворачиваясь назад и показывая пальцем в сторону Бомжа. Мужик кивнул головой и вернулся назад в укрытие, стальные заграждения вручную оттащили в стороны, пропуская машины на охраняемую территорию. Пропетляв по не слишком гармонично застроенному поселению, остановились около невзрачного двухэтажного дома.

- Выходи, здесь остановимся. Недорого и пожрать на месте можно, без риска отравиться. Нам сальмонеллез нестрашен, только говно жрать всё равно неохота. Устроимся, пообедаем, что Стикс послал, а потом я смотаюсь к нужным людям, товар продам, а ты посиди в номере, и не шастай по городу без меня.

Вернулся Жук через несколько часов, не в слишком приятном расположении духа, выдул с ходу остатки водки, что Бомж не успел лично оприходовать, прямо из горлышка и уселся на кровать.

- Суки барыжные! За споран удавятся, чуть не осип с ними торговаться, аж устал. Посижу немного, а после к знахарю двинем. Продал я все-таки, всё что было, даже «газельку» пристроил, пусть и не дорого. Не то, чтоб много получилось, я на большее рассчитывал, но на первое время хватит и на знахаря, и на ментата, кое-что и на кармане останется. Я всю выручку у себя пока подержу, если не возражаешь, ты в здешних экономических особенностях пока что плохо разбираешься.

Глава 3. ВРАЧЕБНАЯ ТАЙНА

К знахарю попали практически в конце «рабочего дня», хоть тот у него и не нормированный, работает на дому по мере подхода клиентов. «Доктор» планировал, уже было закрывать лавочку по причине отсутствия страждущих, а тут вон - сразу двое пожаловали. Жук пошёл первым, Бомж ждал своей очереди на скамейке в «предбаннике», где даже гламурных журнальчиков не было разбросанно на столике. «Таинство» врачевания продолжалось где-то часа полтора и он уж совсем заскучал от ничегонеделания. Как обычно захотелось выпить, но пока держался. Жук вышел, прям помолодевшим, похоже, здешняя медицина творит чудеса. Теперь его очередь. Знахарь, мужик лет сорока, на первый взгляд, точный возраст трудно определить, здесь все выглядят в среднем на тридцать - сорок, даже те, кому давно за шестьдесят было в прежней жизни. Внутри ничего особенного - кушетка, стол со стулом, «больной ложитесь, на что жалуетесь», начал водить ладонями над головой и остальными частями тела, экстрасенс, бляха-муха. И вдруг всё изменилось, Бомж прям ощутил возникшее напряжение в атмосфере приемной. Лекарь внезапно отодвинул стол от кушетки и присел за стол.

- Давно сюда попал?

Что-то не нравится Бомжу его голос, странный какой-то, настороженный.

- Как ощущения были в первое время? Тошнило, голова кружилась, живчик принимал?

Рассказал в общих чертах краткую историю своей здешней жизни с требуемыми подробностями, знахарь задумался.

- Ты - очень необычный пациент, я б даже сказал уникальный. Я просто не верю, что такое в принципе возможно, но факты говорят об обратном. Мне надо подумать и посоветоваться кое с кем. Полежи пока здесь, не уходи ни куда, я скоро вернусь.

Знахарь направился к двери, но далеко не ушел - та распахнулась, в проёме стоял Жук, держа в руке пистолет. Ствол направлен прямо в грудь лекарю. Это что ещё за хрень? Я начал приподниматься с кушетки.

- Лежи спокойно, не дергайся, нам с товарищем дохтором поговорить нужно об очень важном деле. Садись-ка назад на стул и руки на виду держи, не нервируй меня.

- У меня оружия нет. Знаешь, что за такое бывает - знахарю стволом угрожать, это не самая лучшая твоя идея.

- Я законы не хуже тебя знаю, но здесь случай особый, сам понимаешь.

- Подслушивал за дверью?

- Естественно, я ж парня не просто так к тебе приволок, тоже не дурнее паровоза, кое-чего соображаю. Давай, рассказывай, что да как с ним.

- Сам наверно уже догадался?

- Не дурак и не слепой, тут только полный идиот бы не заметил.

- Что там со мной не так, чего вы так встрепенулись?

- Помолчи пока, видишь, люди разбираются с ситуацией. Давай знахарь, не томи.

- Как ты уже понял, он не заражён, в смысле он не иммунный и не заражённый, он остался таким, каким был в прошлой жизни. Такого просто не бывает. Заражаются все, а потом как повезёт, или в твари, или в наши ряды, а этот ни туда, ни сюда, нет в нем паразита.

- Значит, я всё правильно подметил, живчик не пьёт и не тянет на него, рана на руке долго не заживает, и нагноилась слегка, и полное отсутствие привычных для обычного иммунного изменений в организме. Да, дела творятся нынче чудные. Вопрос, что теперь с этим всем делать? Ты ж понимаешь, что я за ствол не просто так взялся, проблема у нас нарисовалась. И вариантов для её решения, по моему мнению, у меня два. Знают про это пока что двое, за себя я ручаюсь, а вот насчёт тебя не уверен, потому первое решение - уменьшить количество посвященных на одну единицу.

- Последствия для тебя будут не слишком радужные.

- Да я в курсе, что валить придется быстро и как можно дальше отсюда, и в любой приличный стаб мне ходу больше не будет. Это если не догонят и не завалят в самом начале, но шанс у нас есть, пусть и небольшой.

- Слушайте, вы чего так напряглись? Ну не заразился я вашей этой инфекцией, ну и что такого?

- Я тебе сказал, помолчи, ты же не соображаешь, в какое дерьмо вляпался, пусть и не по своей воле. Не мешай посвящённым тебя от смерти спасать или от чего похуже. Ну и второй вариант - поверить в святость врачебной тайны, как эти идиоты в тайну исповеди верят и надеяться, что всё будет хорошо. Ты бы на моём месте как поступил?

- Насчёт врачебной тайны ты зря.

- Да что ты говоришь! Помнишь: «нет такого преступления, на который не пошёл бы капиталист, если это принесет триста процентов прибыли», так вроде, у товарища Маркса было сказано. А у нас не триста процентов и даже не тысяча, а гораздо больше.

- Эй, парни, я, между прочим, тоже здесь и очень хочу принять участие в дискуссии, или хотя бы понять, о чем весь кипишь. Короче, или вводите в курс дела, или я пошёл, сам разберусь.

- Я бы на твоем месте не дёргался, хотя, если настаиваешь, вот тебе ствол, сам застрелись, и это будет не худший вариант в твоем случае, по крайней мере, мучиться долго не будешь.

- Что, так всё серьёзно?

- Ты даже не представляешь как.

- Жук, в общем-то, это его проблема, не твоя, спокойно можешь отвалить, и тебе ничего не будет.

- У меня есть три возражения на эту тему. Он новичок, мой крестник и он мне жизнь спас, так что не прокатит твое предложение.

- Я всё ещё жду разъяснений.

- Я сейчас схожу кое-куда, а гражданин доктор тебе подробно пока я не вернусь, объяснит проблему. Только есть одна неувязка, сбежать он может раньше времени, посторожишь? Слушай крестник, ты наверно уже понял, что шутки кончились и очень нужно, чтобы ты мне поверил и сделал, как я скажу, иначе все, хана тебе, ну и мне заодно.

- Что делать?

- Я сейчас лекаря к стулу привинчу, а ты посторожишь, чтобы меня дождался. Держи ствол, он хоть и без глушителя, но если придется стрелять, не раздумывай. Потом вали быстро, где схрон мой - знаешь, только придется туда пёхом топать. Если фартанет, я подтянусь, если нет, дальше ты сам по себе. Я табличку твою, доктор, переверну на двери, типа закрыто, если ты не возражаешь, нам лишние свидетели не к чему.

Минут через сорок Жук вернулся, и не один, пришел с ним хмурого вида человек, как ни странно, в летах, по крайней мере, внешне. Волосы с сединой, взгляд из-под бровей, прямо следователь НКВД на пенсии. За это время знахарь, не делая при этом ни малейших попыток освободится, рассказал Бомжу про всё, что тот хотел узнать. Самое главное - про его неимоверную ценность для внешников. Самая большая проблема для этих высокоразвитых козлов, свободно шастающих туда-сюда в Стикс и обратно, не заразиться здешним паразитом. Поэтому они предпринимают для этого все самые строгие предосторожности с полной изоляцией от атмосферы Улья, а это очень сильно ограничивает их функциональность. Приходится поневоле взаимодействовать с мурами, местными бандитами и отбросами общества, что не слишком приятно, а иногда и вовсе проблематично. Так что перспектива получения возможности свободно находиться в Улье и не заразиться, для них имеет охренительную ценность. Это возможность тотальной экспансии и взятия Стикса внешниками под полный контроль. Вот почему изучение особенностей моего организма, отторгнувшего паразита напрочь и использование полученных результатов так заманчиво для них. За эту возможность внешники дадут такую цену, что отказаться будет практически не возможно.

- Вопрос у меня к тебе такой - Знахарь узнал от нас очень важную тайну, и я хочу знать, сохранит он врачебную тайну, или решит поделиться этим знанием, ещё с кем-нибудь.

- Цену ты знаешь.

- Я согласен, а можно часть споранами, а то немного не хватает?

Новоявленный «экстрасенс» взялся обрабатывать Знахаря, подержал ладони лодочкой у его головы с умным видом и глаза при этом забавно жмурил. Отошел, Жук протянул ему два мешочка.

- Можете его отпустить, он сохранит тайну.

Ментат вышел за дверь, больше не произнеся ни слова. Жук вздохнул и принялся отвязывать лекаря, сделав при этом виноватую рожу.

- Прощения прошу за созданные неудобства, готов возместить моральный ущерб насколько смогу.

- Если бы я не был в курсе, что происходит, то тогда непременно, а так, учитывая сложность проблемы, считай, что забыли. Только больше стволом в меня не тычь! Заплатишь мне двойной тариф, за «неудобства», спораны остались еще? Ладно, потом занесёшь, когда разбогатеешь.

Вернувшись в гостиницу, отправились ужинать и непременно принять на грудь после всех дневных волнений.

- Ты теперь в курсе, что да как, что скажешь?

- Знахарь пообещал, Ментат подтвердил, вроде нормально все.

- Я бы не был так уверен. В общем, я с тобой согласен, мыслишь правильно, но слишком уж цена за тебя большая светит. Ну, не бывает при таких ценниках всё хорошо. Был такой алмаз, не знаю как он в твоём мире назывался, но это и не важно, огромной ценности был камешек, потому что большой и уникальный. Так вот, все кто им владел, быстро клеили ласты и не вполне естественным способом. Короче, валить надо отсюда не задерживаясь и прямо сейчас, пока не опомнились.

Заплатили за ужин остатками наличных средств, осталось их после всех операций лишь минимум и, погрузившись в газик, покатили к воротам. Момент истины наступает, если притормозят у ворот, то всё, трандец. Напряжение нарастало, подъехали медленно, встали у заграждения, Бомж сжимал в руках автомат, готовясь продать жизнь подороже. Жучара изобразил на роже безмятежность и пошёл договариваться с охраной.

- Жучара, куда попёрся на ночь глядя, до утра нельзя было подождать?

- Дело срочное нарисовалось, сам не рад, честно говоря.

- Да не трынди, какие у тебя дела? Дохлых бегунов потрошить и магазы на окраине обносить. Новичка смотрю, с собой тащишь, он в курсе с кем связался?

- Слышь, Порох ты сам-то давно в рейде был, вон какой мамон нажрал, сидя на жопе, он ещё и умничает.

- Ладно, валите, если приспичило, а в рейд меня сами не берут, Варнак говорит, что я слишком много места занимаю, двоих можно заместо меня взять.

Покатили в темноту, перевели дух, вырвались! А может и не вырывались вовсе, может и не знает кто лишний про чудеса моего организма, верить надо людям. Минут через пять Хмурый, вместе с его тусклыми фонарями по периметру, скрылись в темноте после очередного спуска в ложбину.

- А не опасно вот так по темноте ехать, я смотрю ты, и фары не включил?

- Не опасно, а очень опасно, только мы не поедем никуда, здесь заночуем в леске, далеко от стаба отъезжать сейчас неразумно, если что, успеем вернуться под его защиту. Я посторожу, ты спи, мои способности чувствовать опасность, надеюсь, не подведут. Рассветёт - сядешь за руль, а я покемарю, конвои днём сейчас часто ездят в этом месте, пристроимся сзади и проскочим вместе львиную долю пути, а там уже и недалече будет. Если их, конечно, не предупредили уже на наш счёт, тогда даже не знаю что и делать.

В убежище Жука было по прежнему всё спокойно, похоже, за это время никто не покусился на его добро. Закатили машину внутрь, ворота прикрыли.

- Что теперь делать будем?

- Сидеть на жопе ровно и ждать.

- Чего ждать?

- Если пойдет не так как бы хотелось, то нас найдут и выколупают отсюда. Спрятаться или сбежать не получится. Так что остаётся только ждать и надеяться, что пронесёт.

- Жук, а тебе не стоит прислушаться к совету Знахаря? Ты сам по себе, я сам, мои же проблемы, мне и выпутываться, ты ж вроде не при делах,

- Думаешь, я сильно жажду с тобой нянчится? У меня просто выхода теперь другого нет, тебя если достанут, то меня тоже, мы теперь повязаны прочно. Кто ж меня теперь отпустит, знаю слишком много, завалят без разговоров, нет человека и проблемы нет? Так что мы вместе теперь при любом раскладе. Не чуял я тогда негатива от лекаря, напрягал дар насколько мог, но так и не почувствовал никакой опасности от него исходящей.

- А ментат не выдаст?

- А я почём знаю.

- А сам?

- Чего сам?

- Ты - меня сдать не хочешь? Сам же говорил, что награда будет огромная, до конца жизни хватит ничего не делая жить припеваючи.

- Думал, конечно, очень я тебе скажу заманчиво, но прикинул всё и понял, что не стоит.

- Что так?

- Не мой уровень. Не прокатит. Найти большое богатство - не главное, главное удержать и при этом выжить, а у меня - никаких шансов. Ни положения, ни связей нужных. Тут даже Варнак не стал бы связываться, а у него силы немалые имеются, тебя приберут, а его раскатают в пыль. Чтобы такие сделки проворачивать, тут человечек покрупнее требуется, Князь, к примеру, этот, наверное, потянул бы, у него слыхал, связи неплохие в муровском вышаке имеются, хотя такое сильно и не приветствуется. Рассказывал я тебе про муров? Не помню. Короче, бандиты это здешние, последняя падаль, какая только может быть, но если приспичит с внешниками законтачить, то только через них, они у них как псы цепные, наших ловят и на органы и потом их внешникам толкают. Князь этот у здешних стронгов за главного. Про стронгов тоже не рассказывал? Ты ж брошюрку читал? Должен знать вроде, кто такие. Вот Князь, пожалуй, мог бы встречу организовать и обменять тебя на награду, без риска оказаться в пролете. Короче, сидим и ждём, если в течение недели не заявятся, то будем считать, что повезло и лекарь с ментатом не скурвились. Да, недельку протянем, тебе живчик без надобности, а мне хватит, если не напрягаться, на крайняк, парочка споранов заначенных на чёрный день, присутствует на кармане. Хавчик есть, вода тоже, продержимся.

Глава 4. КНЯЗЬ.

- Эй, Жучара! Вылазь давай, только без нервов, а то причешу из КПВТ. Оружие внутри оставляем, руки на виду держим, выходим без задержки, люди важные ждут, да и мне некогда, дел невпроворот, как обычно. Жук, ты меня знаешь, шутить не буду и ждать долго тоже, решай быстрее, пять минут тебе, после газ пускаем и берем тепленьких без лишних затей.

- Это кто?

- Варнак, твою мать, дождались! Все-таки продали суки, кто б сомневался, за такие деньжищи-то, кто б устоял.

- Чего делать будем?

- А чего делать? Выходить будем, не хочется, а придется, другого выхода-то всё равно нет. Варнак церемониться не будет - пустит газ, а от него отходняк знаешь какой? Лучше тебе не знать, я уже пробовал, очень не понравилось.

Вышли друг за другом, руки в гору. Крупнокалиберный пулемёт присутствовал, не соврали, прямо напротив входа поставили, направив ствол на ворота. Человек десять бойцов при полном вооружении, одиннадцатый - самый крупный - тот самый Варнак, который за главного.

- А чего танк не подогнали, нас аж целых двое с одним автоматом, не боитесь?

- Ладно, Жук не бухти, мне самому не в радость, но люди серьёзные попросили, отказываться не с руки было, вредно для бизнеса и здоровья. Нам в принципе, только парнишка твой нужен, ты можешь оставаться, на тебя заказа не было.

- Я без него не поеду.

- А кто тебя спрашивать будет?

- А вот у неё спроси, на, лови колечко.

- Ты чего сука удумал! Гранату отдай!

- Короче, или мы вместе с Жуком едем, или я её отпускаю. Мертвый я вам без надобности, и «серьёзные люди», уверен, очень огорчаться, нет?

- А сам-то Жук захочет ехать, у него спросил? Ему-то на хрена такие приключения? Сидит здесь нормально, без лишних проблем, коптит небо потихоньку.

- Я поеду.

- Ну, как знаешь, хочешь - поехали, места хватит. У тебя парень сейчас гранатку примут осторожненько, ты главное не дергайся раньше времени. Да не ссы ты, Варнак слово держит, ничего с твоим дружком не будет. По крайней мере, с моей стороны - точно. Мне заказали взять и доставить парня в целости, а если к нему бесплатное приложение полагается, ну ладно, нам не тяжело.

- Внутрь только не лезьте, чревато для здоровья.

- Да кому твое нищебродское барахло нужно Жучара, нечего нам там делать, успокойся. Связывать вас потребуется, сдрыснуть не планируете?

- От вас, пожалуй, сбежишь.

- Вот и хорошо, двинули.

- Вы бы тут поаккуратнее шлёндрали, а то подорветесь невзначай, а мне потом предьявы.

- Не парься, у меня человечек имеется, пройдем как по бульвару, он все твои секретки видит. Как ты думаешь, мы сюда смогли так незаметно подойти? Понатыкал ты, конечно, в этих местах изрядно всякой всячины, времени смотрю, много свободного, от безделья маешься? Так шел бы ко мне в бригаду, у меня текучка приличная, хорошие люди постоянно требуются.

- Потому и не иду, что «текучка», к руберу на обед что-то пока не тянет.

- Да ладно, я тебя сильно беречь буду, с твоим-то талантом, будешь сидеть за броней в самом безопасном месте.

- Ты откуда про мой дар знаешь, я вроде не распространялся?

- А, ты про это. Информацию про вас заказчик дал, у него сам и спросишь, откуда он её взял.

- Вот тут я не понял, совсем. Кроме нас двоих никто больше ведь не знал, но мы вряд ли бы растрезвонили. Пояснишь?

- Приедем к заказчикам, там пояснят, а я правда не знаю, как они узнали, есть наверно способы, нам простым смертным неизвестные. Кстати, про твой дар предупредили, а зачем им «свежак» этот потребовался, не сказали, попросили просто взять и доставить, остальное не моё дело.

- А кто заказчик?

- Приедем - увидишь. А насчёт моего предложения подумай, если живым останешься, и туго по жизни будет, приходи, приму на хороших условиях.

Когда выбрались из ложбины, увидели, что здесь их дожидаются два БТР с заглушенными движками, контролирующие окрестности пулемётными спарками. Загрузились, поехали, судя по направлению - к Хмурому. Доехали без приключений, все более-менее крутые заражённые отирались пока что в городе, доедали, что осталось. Через блокпост проехали без остановки и покатили дальше вглубь городка.

- Вылазь, приехали, дальше сами - вон в ту дверь.

Домик приличный, один такой в округе, типа элитная гостиница для состоятельных гостей. У входа два мордоворота с автоматами, причем снаряжёнными и готовыми к бою, что вроде бы не приветствуется внутри стаба, но им, наверное, можно. Пропустили внутрь без проволочек, один пошёл следом проводить.

- Здравствуйте гости дорогие, проходите к столу, располагайтесь, выпить - закусить, не стесняйтесь.

- Здравствуй, Князь, что-то ты слишком приветливый нынче, не к добру это.

- Не к добру, это ты точно подметил, скорее к большому добру, для меня и для вас тоже, но про дела потом поговорим, время не жмёт, сегодня отдыхаю. Давай накатим за встречу.

- Может, всё же сначала поговорим, просветишь, зачем нас сюда с таким почётным караулом притащили? Обсудим всё, да мы пойдем себе, не будем мешать отдыхать уважаемому человеку.

- Нет, это вряд ли. Идти вам теперь некуда, потому как дело у меня к вам имеется, предложение, от которого отказываться не стоит. На меня теперь будете работать.

- Выбора у нас, я так понимаю, нет?

- В точку! Выбора нет. Но ты как услышишь, что я предлагаю, так сразу повеселеешь, я тебе говорю!

- Это Князь, главный у стронгов в наших местах, про них я тебе уже говорил. Большой человек по местным меркам, а это вот - Бомж, крестник мой.

- Ну, вот и познакомились, давайте за знакомство и будущее плодотворное сотрудничество.

- За знакомство можно, а насчёт сотрудничества даже не знаю, не нравится мне, когда выбора не оставляют.

- Нравится - не нравится, не повезло тебе Жук с крестником, неудачный выбор, а может и наоборот повезло сильно, это как повернется.

- Князь, кончай тумана напускать, выпили, закусили - давай за дело поговорим.

- Хорошо, давай к делу. Не умеете вы парни расслабляться и мне не даёте. Выпили бы еще, в баньку сходили, да к девкам, а?

- Князь!

- Ладно, ладно, шутки в сторону, поговорим серьёзно. Короче, рассусоливать долго не буду, перехожу сразу к сути. На крестника твоего внешники виды имеют и очень большие, про это вы, я думаю, уже и сами догадались. Как я этих тварей и прихвостней ихних муров люблю, всем известно. Если ты чего-то сильно хочешь, то обязательно за этим придешь, прямо сейчас или немного позже, но придешь, а мы встретим.

- Я так понимаю, ты решил мышеловку соорудить и нас в качестве приманки приспособить?

- Грубо, конечно, но суть угадал правильно. Поставлю около вас охрану, лучших ребят своих, спрячу подальше, но эти всё равно узнают где, попробуют достать, тут капкан-то и захлопнется. Как вам идея? Вас на полное обеспечение, жрите, пейте, сколько влезет, все ваши проблемы позади.

- Платить сколько будешь?

- Ну, ты Жучара и наглая зараза! Я тебе - полный пансион, защиту, жильё, а ты ещё и навариться хочешь. Ладно, по окончании охоты каждому по жемчужине выделю, от щедрот моих, идет?

- Приманку чаще всего съедают в процессе охоты, на хрена нам тогда жемчужина, кстати, красная или чёрная?

- А ты, какую, хочешь?

- Красную, естественно, белая-то у тебя вряд ли имеется, а если есть, то ты тратиться на нас точно не захочешь.

- И тут ты угадал, белая и самому пригодится, а вам по чёрной отсыплю, красную - жирно будет.

- Давай, сразу обе и договорились.

- Слушай, жук навозный, я с тобой здесь не договариваюсь, а привлекаю к нужной мне работе, так что завязывай с торгом, не путай кислое с холодным. Ладно, я сегодня добрый, наверно от предвкушения удачной охоты, дам вперёд одну чёрную, только немного попозже. Тебе - одну лично, охламону твоему она без надобности. Я в курсе чего и как, глаза можешь не пучить, вторую - по окончании. Все, разговор закончен, как и чего делать, это теперь у Беса будете спрашивать, он главный по охране и по всем прочим делам. Бес! Зайди, забирай голубчиков, надоели они мне, не пьют толком, только языками чесать могут, принимай, короче, под свое крыло.

- Последний вопрос.

- Я ж вроде сказал, торг закончен, чего не понятно?

- Ты только скажи, кто нас сдал, знахарь или ментат, я должен знать.

- Ни тот, ни другой, успокойся, они не при делах.

- Я что-то не совсем понял, кроме нас с Бомжем знали про это только те двое, а ты говоришь - они не причем, это как?

- Ты же в Улье, Жучара, здесь и не такие чудеса происходят, пора бы привыкнуть. Ладно, поясняю для тех, кто не в теме. Слышал поговорку, кажется немецкую: что знают двое, знает и свинья? В наших условиях можно перефразировать так: что знает один ментат, знают и все остальные. Короче, здешний этот из Хмурова, как узнал про тему, так сразу сильно заволновался, да так, что круги пошли во все стороны по-ихнему ментатскому морю: всем мозгоправам вокруг весточка пришла. А что конкретно, выяснить не сложно, если имеется ментат покруче вашего, а такой у меня есть, так что - вот так как-то. В общем, ты на них не гони, они даже не в курсе, что их, как там эти задроты говорят, а - «хакнули». Сняли информацию, а те даже не почувствовали ничего, вот такие дела творятся.

Вошедший на зов хозяина парень, крупным телом не выделялся, скорее, наоборот - был высок и худощав, но отсутствие у него телесной мощи было обманчивым. Выдавали глаза, серые, даже скорее, стального оттенка, и манера движений, которые не оставляли сомнений, что он гораздо более опасен, чем оба мордоворота охранника, вместе взятые. Тем не менее, опасности исходящей от него Жук не почуял, по крайней мере, в отношении их с крестником, равнодушие машины, выполняющей свое предназначение, не более того. Вышли вместе, отставив Князя допивать в одиночестве, и следуя указаниям Беса, проследовали вверх по лестнице на второй этаж.

- Здесь поживете, какое-то время, окон нет, вход один, это рация, что понадобится, сообщите по ней. Баб и разносолов не будет, по крайне мере пока, а там посмотрим. Борзеть с заказами не советую, меня, вас охранять поставили, а не нянчится, так что, могу и в рыло, если потребуется. Задача моя - вас сохранить живыми, а про поддержание целостности организмов приказа не было, это понятно? Контакт только со мной и с Хилым, его позже представлю. Кроме нас двоих, ближе пяти метров к вам никому приближаться, не позволено, так что если полезет кто, валите смело.

- Чем валить, дубиной по башке?

- Держи «макаров» и запасной магазин, и не вздумай в меня палить, я этого не люблю. В общем, если что, стреляй, не задумываясь, лучше в голову, внизу броник у него может быть. И слово запомните: «не стоит», если меня возьмут под контроль, поймете по нему, что это случилось, тогда валите и меня. Вопросов нет? Остальное по ходу дела прояснится.

- Может, икры закажем и ананасов?

- Икра, если её тебе в жопу станут засовывать, ещё ничего, а вот с ананасом могут быть проблемы. Для жопы. Так что лучше водки и огурцов, так оно спокойнее будет. Ну, и шашлык, с шашлыком, наверное, здесь не так сложно.

Жрали, спали, отдыхали, на третий день это стало надоедать. Оказывается, сидеть в безопасности и ни хрена не делать, не так уж и легко. Попросили карты у охраны, помогло, но ненадолго. Я не большой любитель в картишки резаться, а Жук вообще в первый раз в руки взял. Оставалось бухать до слюней изо рта и валяться на кровати. Благо, Жука похмелье не мучило по причине особенностей организма иммунных, а я вообще привычный, да и водка хорошего качества. Бес на следующий день привел сменщика своего, зовут Хилый, внешне сильно отличаются: этот здоровенный бугай, и судя по имевшему место разговору, умом не обижен. Бес сообщил, что скоро переезжаем, куда и когда, точно не сказал, все шифруются стронги, игру свою ведут.

Глава 5. ПОХИЩЕНИЕ.

Среди ночи нас разбудили громкие звуки снаружи. Несколько раз бухнули разрывы, слышались многочисленные автоматные и пулемётные очереди. Судя по интенсивности стрельбы, бой там шёл нешуточный, доигрались стронги. Тут предполагать долго не требуется, понятно, что по наши души муры пожаловали, или даже сами внешники, эх, не своего уровня оппонентов выбрал себе Князь. Звуки стрельбы слышатся уже на лестнице, садят длинными очередями, патронов не жалеют. У Жука «макар» в руке, держит дверь под прицелом, та распахнулась, Бес на пороге, в полной выкладке и с автоматом.

- Не стрелять! За мной быстро! Наверх на крышу бегом, сейчас «вертушка» подлетит, нас заберут.

На площадке у двери двое с пулемётом залегли, поливают пространство внизу, нас прикрывают.

- Граната!

Бес ужом изогнулся, успел поймать подарок и вернул отправителю. Внизу грохнуло, стрельба на несколько секунд прекратилась. Бес потащил нас к чердачной лестнице, прикрывая сзади собой. Позади опять застучал пулемёт, теперь уже короткими, по три патрона, очередями. Дверь заперта на простую защёлку, открыли, выбрались на плоскую крышу. Бес тут же проскочил вперёд и опустился на колено, выставив оружие перед собой.

- Сидите тихо, ждём вертушку.

- Они же её завалят в пять секунд.

- С вами не завалят, Бомж им живой нужен, главное - чтобы сюда долетела.

Выстрелов никто не услышал, но Бес вдруг вздрогнул и стал медленно заваливаться набок, а Жука, сидевшего чуть позади, обдало брызгами крови и мозгов из его простреленной головы. В середине крыши прямо из воздуха материализовались четыре фигуры, облаченные в снаряжение, как из фантастического фильма. Жук выхватил пистолет и успел даже пару раз выстрелить в быстро приближавшихся «космодесантников», правда, безрезультатно, тот в кого попал, лишь на мгновение замедлился, но не остановился. Жить Жуку оставалось несколько секунд. Как только те убедятся, что я вне зоны поражения, его завалят, как и Беса - лишний балласт им совсем ни к чему. У Беса на разгрузке гранаты были, это Бомж запомнил, потому было у него время снять одну и выдернуть кольцо. Зажал спусковой рычаг в кулаке и поднял гранату над головой, как уже однажды делал, тогда сработало.

- Забирайте нас обоих, живыми, или я всех повзрываю!

Парни соображали быстро и русским явно владели, кивнули утвердительно, двое из них Жука подхватили под локти и потащили за собой, а один из оставшихся медленно протянул руку в перчатке, зажал моё запястье и отобрав гранату, сразу же отшвырнул её за срез крыши. Там бухнуло, впрочем, в звучавшем там тарараме лишний взрыв не слишком выделился. Бомжа подхватили, так же как и Жука, потащили вслед за ушедшими вперёд, только вот куда, непонятно. Их, кстати, видно уже не было, словно испарились. Всё понятно стало, когда добрались до середины крыши и вошли как бы под купол невидимости, очередное чудо Стикса? Тут стоял футуристический агрегат похожий на небольшой звездолет из тех же фильмов. Жук и сопровождающие его лица уже скрылись внутри транспортного средства, поднявшись по небольшому трапу, сейчас настала и их очередь. «Звездолет» так и оставаясь невидимым, мягко и беззвучно поднялся, заложил вираж и быстро полетел прочь, немного разминувшись с подлетавшим вертолетом. Жука, находящегося в бессознательном состоянии, уже успели привязать ремнями к боковому лежаку, в шею Бомжа ткнулся инъектор, укол и сознание стало стремительно меркнуть.

- Объект приходит в себя. Константинус приказал незамедлительно сообщить ему сразу же, как только это произойдет.

- Уже вызываю.

Зрение восстановилось пока что не в полную силу, поставляя мозгу лишь размытую картинку окружавшей меня обстановки. Уши слышали звуки смутно, словно туда напихали по куску ваты. Похоже, химией какой-то напичкали. Из того, что сумел разглядеть сквозь визуальный туман – помещение, похоже на больничку или скорее, лабораторию, судя по количеству стоящей повсюду аппаратуры. Жук помню, рассказывал, что, таких как мы, внешники тут же пускают на органы, но я вроде пока что целый, руки ноги на месте, живот похоже не разрезали, так что надеюсь, почки ещё при мне.

Появился ещё один персонаж, вдобавок к тем трём, что уже присутствовали. Этот, правда, в белый балахон одет, а те в сиреневых, так что, похоже, начальство какое важное прибыло. Вряд ли теперь меня в ближайшее время станут потрошить, начальству такие зрелища без интереса, они предпочитают поболтать. Все люди одинаковы и внешники тоже, какие бы они там не были технологично продвинутые, все мы обыкновенные человеки. Точно, подошел к моей лежанке, кресло подкатил под жопу, явно собирается беседы вести, а не скальпелем махать, это обнадеживает. Опустил шторку, какую-то хитрую, прозрачную, помещение видно, а все внешние звуки тут же пропали.

Глава 6. ИНСТИТУТ

- Я хочу поговорить с тобой парень. Можно я буду тебя называть просто парень, эти ваши уголовные клички мне как интеллигентному человеку, сильно претят.

- Мне рассказывали, что вы людей живых на части режете, для изготовления лекарств своих, живодёры вы, а не интеллигенты!

- А, так ты думаешь, что попал к так называемым «внешникам»? Они действительно занимаются подобными вещами, и я очень сильно этого не одобряю, но это их дело и нас, в общем-то, не касается.

- И кто вы тогда, если не внешники?

- А рассказывали тебе про такую организацию как «Институт»?

- Что-то вроде слышал.

- Давай я тебе расскажу всё по порядку, ты просто слушай, а вопросы свои оставь напоследок, хорошо?

- Организацию «Институт» создали в далёком прошлом довольно-таки умные люди, и один был профессором социологии, а не какой-то другой точной науки, не технарь, одним словом, второй - биохимик. Попав в Стикс, они сумели выжить и когда первые потрясения прошли, поняли, что для существования в этих сложных условиях людям просто необходимы знания об этом странном мире. Первые шаги, естественно, оказались очень не простыми, были удачи и совсем наоборот, но как вода постепенно точит мешающий её свободному течению камень, так и они вместе со своими единомышленниками создали то, что сейчас известно как «Институт». Сейчас их уже нет, у одного была болезнь, которую даже Стикс не смог вылечить, второй оказался в ненужном месте в ненужное время. Однако дело их не умерло, а продолжает жить и развиваться. Мы стараемся понять, что же это за феномен такой - Стикс, кто его создал и для чего. Надо честно признаться, что особых подвижек в раскрытии всех особенностей этого мира мы пока не достигли, хотя и собрали о нем огромное множество интересной информации».

Часть первая. Отцы – основатели. Расстрел.

- Выходим по одному, морды вниз, по сторонам не смотреть! Ногами шевелим, не ссыте. Недолго вам осталось небо коптить, интеллигенты сраные. По мне так вы все - контра недобитая, буржуи недорезанные, профессора разные, все кровь трудового народа долго сосали, ничего, сейчас мы это дело исправим. Семенченко, глядеть в оба! Туман спереди плотный натягивает, как бы не разбежалась контра по кустам. Взвод, штыки примкнуть! Если начнут дёргаться - колите на хрен уродов.

Внезапно сгустившийся неподалеку плотный туман явно настораживал командира расстрельного взвода. На рассвете в здешних местах такое явление не редкость, утренние, осенние заморозки частенько вызывают белую мглу, но сегодняшний был не обычный, странный он был какой-то. Командир, прошедший горнило Гражданской войны в полном объёме, да и на германской побывать пришлось, так что чутьё на опасность у него имелось. Потянуло кислятиной, похожей на тот газ, который немцы пускали на русские окопы, такой же был белый дым и запах имел противный. Успел тогда хапнуть, пока противогаз натягивал, чуть потом легкие не выкашлял, еле отошел. Войны-то вроде нет, откуда газы? И противогазов у них не имеется, не положено, спина похолодела и покрылась испариной, но паники не было, мозг лихорадочно искал выход. Остальные не понимали опасности происходящего, солдатики недавнего призыва, что в боевых действиях не участвовали, они и стреляли-то только на стрельбище, ну и конечно расстреливали приговоренных к смертной казни. Привыкли уже, а то раньше случались проблемы, пришлось даже парочку поставить рядом со смертниками и дать залп поверх голов, чтобы дошла революционная необходимость до самой печёнки у слюнтяев. На заключенных плевать, им и так жить осталось полчаса, только что бы до косогора дойти, а у него и бойцов его, дел впереди ещё невпроворот. Мировая революция скоро грядет, люди преданные партии очень нужны, чтобы гидру капиталистическую окончательно задушить по всему миру. Может кончить буржуев прямо здесь и скомандовать бегом, прочь от подозрительного тумана? Потом правда придется тела перетаскивать за километр, подвод-то у завхоза не допросишься, а носилками их по одному таскать замучаешься.

Откуда здесь газ? Тайга ведь вокруг непролазная, узкоколейка, по которой заключённых и грузы подвозят, да лагерь, Сибирь бескрайняя. У них и побегов-то не бывает. Куда бежать? На тысячу верст - тайга, зимой - снег да мороз, летом - болота, комарьё, да зверьё разное. Бежать тут бесполезно.

Туман уже плотно окружил отряд со всех сторон, бежать от него теперь бессмысленно, в горле совсем не першит, может и пронесёт. Пожалуй, зря он мандражирует, вроде как обычный туман, только кислятиной сильно пахнет.

- А ну, гады, сели все на землю, морды вниз! Замерли, кто шевельнется - приколем штыками. Взвод! Портянки запасные намочить водой из фляжек и на морду, дышать через них.

Сам присел на кочку, одной рукой прижимая к лицу мокрую тряпку, другой сжимая наган. По-хорошему надо бы и глаза прикрыть, газ - он такой, выест, тут же ослепнешь, но нужно следить за заключенными, те уже поняли, что последний парад для них наступает, могут кинуться, терять-то им теперь больше нечего. Вроде не щиплет глаза, может газ другой, на глаза не действует. Минут двадцать просидели в облаках газа-тумана, смертники не дергались, никто не кашлял и не чихал, а у них тряпок не было рожи свои прикрыть, вдыхали полной грудью заразу, и ничего, ни один не сдох. Туман вдруг быстро рассеялся, как и не было его, командир построил людей, похоже ничего с ними не случилось, всё как обычно. Случай странный, конечно, командир это нутром чуял, но это не повод возвращаться, двинулись вперёд, как ни в чем не бывало. До отведенного места расстрела топать ещё полчаса и так времени много потеряли, должны уже были назад возвращаться.

- Ускорить шаг!

Солдаты, конечно, могли идти и быстрее, но зеки после нескольких месяцев на здешнем «курорте», еле ноги передвигали, даже пинки и тычки прикладами не могли заставить их ускориться. Пришлось послать солдатика в лагерь, сообщить о происшествии и связанной с этим задержкой. Иначе начальник лагеря выслал бы отряд для выяснения, а потом прогрыз бы ему всю плешь за то, что не доложил. Посыльный убежал, придерживая болтавшуюся за спиной винтовку, остальные продолжили движение.

Подошли к краю глубокого оврага, высота тут метров двадцать, внизу озерцо приличное набралось от стекавших туда грунтовых и дождевых вод. Выстроили смертников в ряд у кромки, те обреченно опустив головы, топтались на месте.

- Именем революции.… За контрреволюционные выступления и саботаж… Взвод готовсь, пли!

Залп смёл людей, сбросив тела вниз, впрочем, не всех: не хватило пули из винтовки посыльного, отправленного в лагерь. Один из расстреливаемых, раненый лишь в руку, упал на колени и истошно орал, зажимая рукой кровоточащее плечо, командир, на ходу вытаскивая наган из кобуры, подошел к нему. Вдруг за спиной послышалась нестройная винтовочная стрельба, крики и рычание. Командир резко обернулся и тут же вскинул наган, увидев, что на солдат сзади неожиданно напали какие-то звери и рвали тех на части. Кто-то пытался отбиваться штыком, некоторые лихорадочно передергивали затворы и стреляли, а кое-кто уже улепётывал со всех ног. Таких зверей командир раньше никогда не видел. В полтора человеческих роста с огромными зубастыми пастями и длинными когтями на передних и задних конечностях, перевитых узловатыми мышцами. Пусть их было всего двое, но сразу было понятно, что шансов у солдат против них не было. Винтовочные пули, те, что умудрились попасть в цель, вреда никакого чудовищам не принесли, как и штыковые удары. Махая наотмашь страшными лапами с когтями-кинжалами, монстры кромсали тела солдат на куски. Командир выпустил все шесть пуль. Без толку. Всё закончилось за несколько минут, один зверь помчался догонять убежавших, а второй повертел головой и заметил стоящего поодаль командира, лихорадочно, трясущимися руками, набивавшего барабан нагана патронами. Зверь двинулся в его сторону. Командир швырнул в него бесполезное оружие и, теряя патроны на землю, бросился прочь. Повернувшись, наткнулся на, по-прежнему стоящего на коленях, раненого зека, перелетел через него и покатился вниз по склону. Кувыркался до самого низа. Там влетел в воду, подняв кучу брызг и тут же, не обращая внимания на холод, отчаянно маша руками, поплыл к противоположному берегу, пытаясь отталкиваться ногами от вязкого дна.

Раненый так и остался стоять в той же позе, скованный страхом. Монстр, проводив взглядом ускользнувшую добычу, перевел взгляд на него. Зек не шевелился, смирившись с неминуемой смертью ещё до начала нападения зверей, он впал в прострацию и совсем не обращал внимания на то, что творится вокруг него. Монстр повернулся и пошёл к валявшимся на земле телам солдат, где начал их методично поедать. Вернулся второй с перепачканной кровью мордой и присоединился к собрату. Появились ещё трое монстров, поменьше первых двух, встали в сторонке, не решаясь приблизиться к пирующим гигантам. Внезапно один из мелких схватил зубами валявшееся в стороне одно из тел и потащил в сторону. Гиганты не обратили внимания на воришку, пищи было более чем достаточно, не было смысла отвлекаться от еды и прогонять мелких наглецов. Постепенно раненый приходил в себя и начал осознавать происходившее. Монстров, пока что, его тело не интересовало, вот когда мясо закончится и им потребуется ещё, тогда дойдёт очередь и до него. Зек в отчаянии посмотрел назад, туда, где командир уже подплывал к дальнему берегу, скинув по дороге мешавшую ему кожаную куртку и сапоги. Медленно, стараясь не привлекать внимание и, не обращая внимания на раненую руку, которая впрочем уже не сильно беспокоила - пуля лишь чиркнула по плечу, разорвав мышцу, но не задела кость, зек лег на живот и, пятясь задом, сполз за край. Съехал на пузе по земляному склону до самой кромки воды, а там, перебравшись через лежавшие тела расстрелянных, вошёл в воду и побрёл по горло в воде вслед за командиром.

Пока старшие братья насыщались, мелочь кружила вокруг на безопасном, по их мнению, расстоянии, в конце концов, один из них заметил внизу целый пиршественный стол. Уходившего вдаль зека они тоже заметили, но гнаться за ним не стали. Вода не самая дружественная для них среда, учитывая полное отсутствие способностей к плаванию, а оббегать карьер по берегу, когда прямо тут лежит столько вкусного свежего мяса не имело смысла.

- А ну стоять! Ко мне быстро, шевелись зараза!

Окончательно измучившийся и потерявший последние силы зек выполз на берег и упал на песок. Мочи нет подняться, да и намокший ватник тянет вниз пудовым весом. Кое-как пополз в ту сторону, откуда послышалась команда. Таёжные заросли подходили почти вплотную к водоёму и деревья там росли плотной стеной. За одним из них затаился командир.

- Давай быстрее, заметят!

Зек все-таки смог из последних сил преодолеть оставшиеся до укрытия метры и скрыться за кромкой леса. Окончательно обессилев, упал там на спину.

- Ботинки снимай! Идти надо, а я сапоги потерял в этой луже.

- Нет.

- Что ты сказал? Да я тебя сейчас!

- Испугал. Что вы сейчас? Застрелите? На шум сразу же эти твари прибегут, давайте, стреляйте.

Командир задумался. Действительно шуметь не стоило, да и всё равно стрелять не из чего, наган остался там, возле пирующих зверей.

- Да и не подойдут вам мои ботинки, размер у меня маленький, на вашу ногу не налезут. Идите лучше, сапоги доставайте, там не глубоко.

- Нашел дурака, ты как со мной вообще разговариваешь контра, совсем страх потерял?

- В свете произошедшего нам не собачиться нужно, а уходить от сюда и побыстрее. Вдвоём это будет сделать легче. И насчёт контры - вы зря, ничего плохого я вашей революции не делал. Не поддерживаю то, что происходит сейчас в стране - это верно, но это моё личное мнение и я держу его при себе. Так что держите себя в руках и лучше придумайте, как уходить будем, у меня никакого опыта в подобных делах, а вы, скорее всего, воевали?

- На германской побывал и Гражданскую почитай всю прошёл, два ранения имею. Тут ты пожалуй прав, контрик, уходить надо, а то эти тварюги скоро доедят и за нас примутся. Только вот как без сапог-то?

- Почва здесь мягкая, лесная, ноги тряпками какими можно обмотать, тогда сможете дойти, тут километра три всего. Портянки хоть сохранили?

- Уплыли, вместе с сапогами. Только не три километра нам придется топать, это по прямой три, а в обход - все десять будет.

- Что ж делать, придется пройти и десять, господин комиссар.

- Какой я тебе «господин»?

- Ну, не товарищ, это точно, вы же людей убиваете, и в большинстве своём, невинных.

- Это не тебе решать, кто виновен, а кто нет, суд разобрался и постановил.

- И суд ваш такой же, как и всё остальное. Ладно, спорить не будем, ни времени, ни желания нет.

Командир, при всем прочем, не зря вшей кормил в окопах и с беляками сражался на всех фронтах, опыта разного поднакопил за эти годы немало. Нашелся у него и ножик складной и моток бечёвки. С молчаливого согласия зека отрезал рукава у его ватника и как сумел, примотал к ступням ног. Надолго не хватит, но им хотя бы километра два отойти от этого места, затеряться в тайге, там что-нибудь, придумают.

Самодельные обмотки держались плохо, приходилось часто останавливаться и перематывать. Зек с тревогой прислушивался к шуму тайги вокруг, но пока что ничего подозрительного не услышал. Когда уже сильно потрёпанная обмотка в очередной раз слетела с ноги командира, решил что хватит, пора передохнуть, прошли достаточно. Присели, одежда уже успела высохнуть при ходьбе, кроме ватника, тот был слишком толстый и пропитался основательно, да и в ботинках ещё слегка хлюпало.

- Полчаса отдохнем и дальше, до темноты надо успеть, ночью похолодает, замёрзнем.

- Костёр разожжём.

- Нельзя костёр, звери дым сразу почуют.

- В яме разожжём и сухими дровами, не заметят.

- Огонь можно скрыть, но дым не спрячешь, у зверей нюх отличный.

- Что это за звери такие, ты же профессор, должен знать.

- Я профессор социологии, а не натуралист.

- Я твоих мудрёных слов не понимаю, объясни человеческим языком.

- Я изучаю отношения между людьми, а в животном мире разбираюсь, постольку-поскольку, так что в зверях я не специалист. Вот Арсений Яковлевич, которого вы сегодня расстреляли, хорошо разбирался в животных, он бы точно сказал, кто это был. Я же могу только предположить, что это могли быть динозавры. Они, правда, вымерли все, и очень давно, но здесь же реликтовая тайга, вдруг каким-то чудом смогли сохраниться и до наших дней. Из существующих сейчас видов, подобные животные науке неизвестны, по крайней мере, мне точно.

- Доберемся до лагеря, организуем отряд и вычистим гадов. Против пулемёта никакая зверюга не устоит.

- Я бы не был так уверен. Насколько я знаю, в пулемётах используется тот же патрон, что и в винтовках. Солдаты ваши стреляли в них и не по одному разу, что-то не очень им это помогло.

- Да просто запаниковали. Там обстрелянных, почитай, и не было не одного. Свежий призыв небось, вот и не попали ни разу. Хотя я точно попал, все шесть пуль, а ему хоть бы хны, может, ты и дело говоришь. Ничего, свяжемся с городом, пусть у них насчёт этого дела голова болит, пока войска с пушками пришлют, за стенами отсидимся. Нам бы только до лагеря добраться побыстрее, на хрена я только сапоги скинул? Растерялся, признаюсь. На фронте так не боялся, как в этот раз.

- Можно спросить? У вас случайно еды никакой не имеется? Нас с утра не кормили.

- Найдется немного.

Как бывалый солдат, командир всегда имел с собой минимальный набор необходимого, мало ли что могло неожиданно случиться в его неспокойной жизни. Достал завернутые в промасленную бумагу два куска хлеба, слегка подмокшего и ломоть сала размером с ладонь. Посмотрел на всё это богатство оценивающим взглядом, располовинил ножиком сало и протянул зеку, положив на хлеб. Не то чтобы он сильно заботился о его здоровье, но в сложившихся обстоятельствах он нужен был ему в работоспособном состоянии, а не валящимся с ног от голодухи. Идти ещё далеко, да по труднопроходимой тайге, причем без сапог, почитай босиком. Мало ли что может случиться, ногу можно подвернуть, или ещё какая напасть приключится. В одиночку не выберешься, а вдвоём можно. Естественно, если неприятность произойдет с зеком, он его на себе тащить не собирается, а вот если наоборот, то помощник ему очень пригодится.

- На, запей, только пару глотков, не больше, а то свалишься с непривычки.

- Это что, водка?

- Она самая, согреешься изнутри, да и я приму для профилактики. Босиком, считай, что иду, как бы не простудиться. Как зовут тебя, кстати, профессор?

- Сергей Николаевич Артюхов, в деле же всё есть.

- Да разве вас всех упомнишь. А меня Николай Сергеевич, вот ведь совпадение какое. Значит, ты Серега будешь? Возраста мы примерно одного, ты с какого года?

- Тысяча восемьсот девяносто третьего.

- А я девяносто пятого. Ты, выходит, на два года постарше, а уже целый профессор. Мне вот некогда было науки постигать, с малых лет работаю. Потом забрили в армию, а там и война подоспела. На японскую я маловат ещё был, а к германской - как раз поспел. Потом вашего брата - буржуя порубать пришлось немало. Так что не было у меня времени учиться. Грамоту, правда, постиг, но это уже потом, на гражданке, на рабфаке, там и считать научился, но на этом всё. Вот теперь вместо этого, как его - «образования» приходится врагов народа сторожить и в расход пускать. Что-то я разболтался, от нервов, наверное. Давай подымайся, двинули.

Полдень уже наступил. Солнце стало пригревать. Засиживаться дальше нельзя, топать придется ещё километров восемь, по самым скромным прикидкам. Прошли примерно половину этого расстояния, как командир внезапно замер.

- Тихо! Слышишь? Кажись стрельба. Со стороны лагеря, похоже, значит недалеко уже, только что там за стрельба такая непонятная?

- Можно предположить, что наши звери туда пожаловали, вот их и встречают. У вас, кстати, голова не болит? Мне вот пить очень хочется и подташнивает.

- Сало было свежее и несоленое.

- Нет, я не про это, это ещё до приема пищи началось, только сейчас ещё больше усилилось.

- Болит голова немного, но я привычный, на - глотни ещё , и всё пройдет.

Они успели до дна опустошить фляжку командира, но жажда не отступала. Наткнулись на лесной ручеёк, наполнили пустую флягу и пили, пока пузо чуть не треснуло. Немного полегчало, но не надолго. То, что это не простая жажда, Сергей Николаевич догадывался, но валил всё на возможную простуду. Дошли до опушки леса, дальше начинался открытый, вырубленный недавно участок, доходивший прямо до стен лагеря. Оттуда слышался непонятный шум, крики и отдельные выстрелы. Возвышавшиеся над лагерем охранные вышки пустовали. На ближайшей к ним торчал, задравшись в небо ствол «максима», но самого охранника видно не было. Командир нахмурился, звуки из-за стены ему очень не нравились, нетрудно догадаться, что там творится что-то страшное: слишком ужасными были крики людей, явно, принимавшие там лютую смерть. И ещё это непонятное рычание или скорее урчание, прежде им не слышанное и совсем не похожее на издаваемые обычными зверями звуки.

Часть вторая. Отцы – основатели. Лагерь.

- На вышку нам надо забраться. Там пулемёт, да и сверху видно будет, что там происходит. Через стену не перелезть, высоко и всё проволокой опутано. Через ворота надо идти.

- А если заметят?

- Да вроде некому там замечать, никакого движения у проходной не видно. Пошли, другого пути всё равно нет.

Крадучись, пригнувшись к земле, перебежали открытое пространство и прижались спинами к стене у самых ворот. Командир осторожно толкнул дверь на проходную. Естественно, заперто изнутри. Переместился к воротам, не поддаются, вернулся.

- Подсади, помоги залезть на столб, попробую перебраться и открыть изнутри.

Единственный момент, когда отсутствие сапог на ногах оказалось полезным: босые ноги по деревянному столбу не сильно скользили и командир, кряхтя от натуги, сумел вскарабкаться наверх. Медленно высунул голову, осмотрелся и перевалил тело через ворота, оказавшись внутри лагеря. Минут пять возился в караульной комнате, затем дверь отворилась, пропуская Сергея Николаевича внутрь. Командир был уже в чьих-то сапогах и с трофейной винтовкой в руках.

- Если желудок слабый, внутрь караулки лучше не заглядывай. Я-то привычный, и то чуть не вывернуло. Страшные дела здесь творятся, я тебе скажу. Я уже глянул через окошко, ужас там просто, сам щас убедишься. Возле ближней вышки парочка гадов ошивается, нужно их успокоить и тихо, а то остальные всполошатся, тогда нам точно хана.

- Что там происходит, в общих чертах?

- Помешались там все, похоже, жрут друг друга, как звери дикие. Здесь жди, не шуми только. Держи сидор, я набрал чё смог на скорую руку, как увидишь, что я полез наверх, тут же беги следом и лезь за мной. Не зевай только, иначе сожрут.

Командир взял винтовку с примкнутым штыком наизготовку и шагнул за дверь, оставив Сергея наблюдать через узкое окно, вырезанное в двери. Две фигуры, одетые в красноармейские шинели топтались на одном месте возле вышки, стоя спиной к воротам и потому не видели бегущего к ним командира. Не выглядели эти двое бывших солдат обычными людьми, да и были они уже не людьми, а кем-то другим, пока непонятным. Командир на бегу бросил взгляд на внутреннюю площадь лагеря, обнаружив там множество похожих на этих двоих и не виданных им ранее существ, так их наверно теперь нужно называть. У большинства лица и особенно рот перепачканы в крови и чья это кровь, догадаться не трудно - повсюду валялись обглоданные до костей тела. Некоторые в такой же красноармейской форме, а многие и в зековской рванине, но участь их постигла одинаковая - сожрали их, и именно те, что сейчас стоят и раскачиваются в различных местах внутри лагеря. Живых здесь уже не осталось, кроме него и того зека, что с ним пришел.

Командир подбежал, стараясь при этом не топать, и с разбегу вонзил штык под углом снизу вверх в основание черепа стоящему слева «красноармейцу». Трехгранный штык легко пробил череп и, не застряв, выскочил наружу. Второй свихнувшийся услышал шум и успел повернуться. Вторым ударом командир воткнул тому штык в грудь, но, к его удивлению, это не слишком огорчило бывшего солдата. Свихнувшийся попёр на командира, растопырив пальцы на кистях вытянутых вперёд рук и не обращая внимания на, торчащий в груди, острый предмет. Пришлось отпрыгнуть назад, одновременно выдёргивая штык. Людоед недовольно заурчал. Среди стоящих поблизости его собратьев тут же началась движуха в их направлении. Стальной набалдашник приклада сбоку врезался в висок бывшему солдату, прям как на учениях по штыковому бою, голова благополучно проломилась. Тот свалился наземь и, дернувшись пару раз, затих.

Не теряя времени, командир закинул винтовку за спину и бросился к лестнице, ведущей на вышку, сходу начав быстро карабкаться наверх. Успел ли зек выскочить из караулки и лезть за ним сзади, он не видел - всё внимание направленно вверх. Только бы успеть, только бы подоспевшие свихнувшиеся, не схватили его за развивающие полы шинели и не стянули вниз. Деревянная лестница дополнительно завибрировала, кто-то лез следом, командир на долю секунды бросил взгляд через плечо - зек с мешком за плечами лихорадочно перебирал руками и ногами, а у лестницы уже стояли первые из подоспевших людоедов и тянули к нему жадные ручищи. Командир забрался на площадку и сразу кинулся к пулемёту, лента не вставлена, откинул крышку стальной коробки, выхватил ленту из короба и стал лихорадочно заправлять в пулемёт.

- Не надо стрелять!

- Что!?

- Они сюда не смогут залезть, а выстрелы привлекут других, тех больших, что у оврага были.

Часть лестницы с пятью ступенями на самом верху была сделана так, чтобы её можно было поднять вверх и не допустить несанкционированного доступа на площадку, хотя, судя по поведению свихнувшихся внизу, это бы и не потребовалось. Похоже, мозги у них совсем перестали работать. Иначе как объяснить, что те бестолково топтались возле лестницы, злобно урчали, при этом, не делая ни малейших попыток подняться. Командир передернул затвор, приведя пулемёт в готовность для немедленной стрельбы, и опустился на пол, усевшись там, опираясь спиной на сшитые гвоздями доски.

- Верно, говоришь, стрелять не стоит. По-тихому надо валить гадов. Я вроде старался не шуметь и то заметили, слух у них видно как у собаки, ну точно в зверей превратились. Как так можно, а профессор?

- Понятия не имею, может эпидемия, какая случилась или вирус просочился из древнего могильника. Такое вполне могло произойти, если уж здесь динозавры объявились. Могу только предполагать, естественно. Слишком мало информации у меня пока что. Что делать дальше будем?

- Дальше предлагаю поесть. Там, в сидоре глянь, я успел прихватить в караулке немного харчей. Знакомец там мой ещё был, объеденный сильно, но я по нагану его узнал. Именное оружие, за храбрость получил. Прихватил с собой, патроны, правда есть только в барабане, шесть штук всего и обойма в винтовке на пять патронов, вот и весь боезапас. К пулемёту три ленты, но его с собой не потаскаешь, тяжёлый зараза, только если отсюда бить. На других вышках ленты тоже имеются, но туда хрен добежишь, видишь, какой внизу митинг собрался, не прорваться.

- Комиссар! Николай, смотрите туда!

Командир подскочил, как ужаленный, впился взглядом в том направлении, куда зек указывал и похолодел. К лагерю огромными прыжками неслись те две давешние зверюги, что сожрали его расстрельный взвод и зеков у оврага. Немного в отдалении виднелись твари поменьше, было их там пять или шесть, на таком расстоянии не разобрать. Командир бросился к пулемёту, разворачивая его в сторону ворот. Твари были уже совсем рядом. Одна с ходу врезалась в створку ворот, круша дюймовые доски из лиственницы и разрывая проволочное заграждение. Ворвавшись внутрь, звери резко затормозили, вспарывая землю огромными когтями толстых лап, остановились, принюхиваясь и изучая обстановку. Передний поднял свою уродливую голову вверх, сразу же поняв с какой-такой важной целью у вышки собралась целая толпа свихнувшихся. Застучал пулемёт. Одной длинной очередью, не останавливаясь, командир поливал свинцом самую большую зверюгу, стараясь попасть в наиболее, по его мнению, уязвимую часть - голову. Зверь тут же прикрыл передней конечностью свою башку, совсем по-человечески, защищая её от жалящих кусочков металла. Пулемёт не утихал, лапа твари не смогла полностью закрыть огромную голову: несколько пуль угодили в самое незащищённое место - в глаз и разнесли там внутри все, рикошетируя от прочных стенок черепа. Тварь грохнулась на землю, командир тут же перевел огонь на второго зверя, яростно вбивая свинец в тело зверюги, пока патроны в ленте не закончились. Командир потянул вторую ленту из коробки, явно не успевая перезарядить до начала атаки, но к счастью, второй громадный зверь внезапно принял решение немедленно ретироваться. Наверное, судьба сородича так на него повлияла - они же считали себя полностью неуязвимыми, а тут такая неприятность. Тварь резко повернулась и такими же огромными прыжками понеслась назад к лесу, причем уходила зигзагами, что, несомненно, указывало на наличие у ней некоторых умственных способностей. Командир, наконец-то вставил ленту и подтащил пулемёт к самому краю вышки, опустив ствол вниз.

- Ленту держи! Смотри, чтобы не перекосило! Нам теперь скрываться не от кого, смотри, как улепётывает!

Пулемёт застучал экономными короткими очередями, кроша головы и тела плотно столпившихся у основания вышки свихнувшихся. Когда лента закончилась, ствол пулемёта так накалился, что вода в кожухе стала закипать. Стрельбу пришлось прекратить. Командир заправил последнюю пулемётную ленту, передернул затвор, подхватил винтовку и полез по ступенькам вниз.

- Смотри в оба, и башкой крути во все стороны, если прибежит здоровенный, прикроешь. Там просто всё: держишь за ручки, жмёшь на гашетку. Остыть ему нужно, без особой нужды не стреляй, заметишь кого, крикни просто, я быстро вернусь.

- Куда вы?

- Кое-что доделать требуется, я скоро.

Пока Сергей Николаевич исправно бдел, снизу слышались смачные удары штыка и более глухие - приклада, затем прозвучали выстрелы из нагана. По лестнице застучали сапоги, командир поднялся, держа в запачканной кровью руке наган, который тут же принялся набивать добытыми где-то патронами. Вместо шинели на нем была одета кожаная куртка, явно снятая с чужого плеча.

- Вот, разжился у Санька, другана бывшего, самолично башку ему прострелил, только не Санёк это уже был, а зверь лютый. Что ж это творится профессор? Что с людьми сделалось? Ведь хорошие были товарищи, преданные нашему делу, а тут такое расстройство. А винтовке хана. По черепушкам пока охаживал живоглотов, переломилась, не выдержала. Крепкие у них черепушки и, похоже, боли совсем не чувствуют. Я ему штык в брюхо, а он винтовку схватил и тянет к себе, до меня, чтоб, сука, добраться. Я ему дырку во лбу высверлил из нагана, только тогда утихомирился, зараза. Винтовку вытянул, а она на половину в крови и кишках, в руки брать противно. Выпить мне надо, хорошо выпить и забыть это всё, хоть не надолго. Башка ещё трещит как с большого бодуна, ослаб я что-то, сил нет никаких. Сам то как?

- Я тоже нехорошо себя чувствую, и чем дальше, тем хуже.

- Захворали мы с тобой Серёга, чую, что захворали, как бы тоже в такую же тварь как эти, не перекинуться. Ты, ежели чего такого в себе или во мне заметишь, говори сразу, не таись, а то после ещё хуже будет. У меня сил, чтобы застрелиться хватит, а вот в тебе не уверен. Я тебе скажу - лучше пулю себе в башку, чем такое, согласен?

- Мы бы давно уже стали такими, как они. Наше недомогание другого рода, так что насчёт превращения в людоедов можно не беспокоиться.

- Хорошо, ежели так. Надо бы осмотреться здесь получше. Стреляли же, значит, могут быть и другие выжившие. Очень надеюсь, что смог кто схорониться. Сейчас передохну немного и схожу. Ты оставайся здесь. Задача прежняя: наблюдать и, если что, предупредить. Здоровый сбежал, но может и вернуться. Там за оградой ещё паслись несколько зверюг, те что помельче, так что расслабляться нам рано. Пулемёт остывает вроде, водички подлить надо бы в кожух, там уже, поди, половина выкипела.

Часть третья. Отцы – основатели. Илко.

Командир начал было уже спускаться, как замер и тут же запрыгнул назад, выхватывая наган.

- Рюсский, не стрэляй, не надо, моя памагай пришел. Рюсский - великий воин, убил большого зверя. Никто не мог, а рюсский убил. У меня лекарство есть, вы болеть, я помогай. Нэ будешь стрэлять?

- Это кто? Ты кто там?

- Судя по произношению, это кто-то из малых народов, чукча или эвенк.

- Нэненцы мы. Шаман сказал: надо идти предупрэдить. Однако олень нет - зверь сожрал, всэх сожрал, пешки шел, пешки долго, нэ успэл. Я памагай, нэ будешь стрэлять?

- Там похоже, что живой человек, говорит помочь пришел, я думаю, пусть выходит. Нынче все кто живые - на нашей стороне. Может, действительно у него какое снадобье имеется, а то мне совсем худо уже.

- Да, башка так не трещала с самой лютой похмелюги. Эй, как там тебя? Забирайся сюда!

Абориген появился, вроде как из неоткуда, то ли в тени бревенчатой стены прятался, то ли ещё как скрывался от их взора. В руке копьё, наконечник там, похоже, вообще каменный, мешок за спиной из шкур сшитый, грубой работы. Полез наверх.

- Русский откуда знаешь?

- Цар присылал людей, ссыльный прозываются, учыл, мэня учыл, других учыл, хороший чэловэк был, помер только, давно помер. Вот бэри, пыть нада, не много, однако. Много пыть - болэть будэшь.

- Что это за дрянь?

- Лэкарства, шаман дэлать, всё пыть, нада.

- Ну что, профессор, поверим местному населению?

- Пусть сам глотнет.

- Эта можна, толко мала-мала, болэть не хочу, идти нада, далеко, сила нада многа.

- Куда идти-то?

- Здэсь плахое мэсто, звэрь придет, всех сожрёт, зверь хитрый, сидит в лесу, ждёт. Рюсский один убил, это хорошо, второй остался и ещё малый звэр есть, тоже ждет, не уйдет. Придут вместе сожрут нас, идти нада.

- Так ты не сказал, куда идти. Там безопасно, что ли? Сюда скоро поезд придёт, солдаты с пушками, по телеграфу в горком сообщили наверняка уже, подождём здесь. Пулемёты исправны, патронов достаточно, прокормиться найдём чем. Поищем живых, кто-то из них должен же ещё остаться.

- Идти нада, быстро-быстро, расу мало, нет расу - все болеть. К шаману нада, он расу делать, люди не болеть.

- Что ещё за расу такое?

- Вот, расу, пить нада, не много.

Ненец протянул командиру ёмкость, тоже, вроде как из кожи сделанную, и пахло от неё точно не фиалками. Тот взял, понюхал, поморщился и всё же глотнул немного.

- Ну и отрава, твою мать, вы её из оленьей мочи, что ли гоните?

- Нэт алень, савсем нэт, расу шаман делать, из чего нэ говорить. Лэкарство эта, башка балеть? Пить однако нада – чтоб башка савсем нэ болеть.

- Слушай, профессор, а ведь действительно отпускать стало, давай-ка, тоже прими грамм пятьдесят, только выдохни сперва и не нюхай, а то сблеванёшь ещё с непривычки, не дай Бог. Ещё то зелье, но вроде действительно помогает. Слушай паря, ты стрелять умеешь из винтовки?

- Ружжо нельзя, савсем плохо, русские сказали нэненцам нельзя ружжо, наказать будут, копьё есть, нож есть.

- Твоим копьём только ворон пугать. Я - русский, великий воин, я тебе говорю - винтовку можно, теперь можно. Нет царя больше, запреты прежние отменяются, теперь тебе можно оружие иметь, ты тоже, вроде как, трудовой элемент. Значит из наших. Держи, да не тушуйся, привыкнешь быстро. Патронов пока не дам, пусть вместо копья твоего будет. Тут штык стальной, покрепче будет твоего каменного набалдашника. Вон профессор, хоть и буржуй, а ничего, пулемёт освоил, не стрелял пока правда, но держится за него уверенно. Тебя как звать то паря?

- Илко, звать. Копьё зря ругаешь, Хорошее копьё, наконечник из клыка зверя делать, лучше железа будет.

- Идем Илко, осмотрим вместе территорию, а профессор нас прикроет, хотя нет, отбой, темно уже, с утра пойдем, как рассветет. И вот ещё что, сейчас забираем барахло всё что есть и перебираемся на другую вышку. Там три ленты к пулемёту должны быть, да отсюда захватим ту, что осталась.

Чтобы добраться до другой вышки, пришлось идти прямо по телам, густо усеявшим подножие их первого убежища. Занятие не из приятных. Сергей Николаевич старался не смотреть на размозжённые пулями черепные коробки, понимая при этом, что только так можно было остановить свихнувшихся. Даже перебитый позвоночник не являлся для них смертельной травмой, свихнувшиеся продолжали ползти в сторону добычи, волоча за собой парализованные ноги. Но это уже в прошлом, в настоящее время живых свихнувшихся здесь уже не было, остались только мёртвые тела. Когда проходили мимо убитого большого зверя, Илко остановился, достал нож и принялся копаться в затылочной части его головы. Сергей Николаевич и Командир переглянулись понимающе - дикарь, прости Господи. Известное дело, чем только они не занимаются. Разворотивший затылок зверя Илко выскреб оттуда какую-то мерзость и сложил всю эту мерзость в кожаный мешочек на поясе. Заметив подозрительно уставившихся на него русских, принялся объясняться на ходу, как обычно сильно коверкая русские слова.

- Это нечаво. Шаман говорил нада брать и ему нести, сильно нужная вешь, однако. Ему очень нада, зачем не говорит.

- Ну, нада, значит нада, нам не жалко, главное, чтобы эти потроха вонять не начали. Завоняют - отберу и выкину подальше, усек?

- Моя понимай, нет вонять, хароший вешь, не пахнет совсем.

Залезли на соседнюю вышку, там всё было так же, как и на прежней - никого нет наверху, зато стоит «максим» без защитного кожуха с тремя коробками пулемётных лент в комплекте. Командир осмотрел пулемёт, заправил ленту и приготовил оружие к стрельбе.

- Сейчас пожрём и на боковую, устал я что-то сегодня, с фронта так не уставал. Дай-ка нам ещё глоточек твоего варева, басурман. Хорошая штука оказывается, хоть и дрянь редкостная на вкус. Значит так, я воевал в одиночку, устал. Паря, который Илко, долго шёл, сюда добираясь, думаю, тоже устал, а ты профессор, как и все буржуи, сидел на жопе, так что тебе первому и дежурить. Чукча, тьфу, Илко пусть спит, а меня через три часа разбудишь, сменю. Вот держи часы мои, командирские, видишь написано - «за храбрость», сломаешь - пришибу, смотри не потеряй. И смотри в оба, луна сегодня полная, небо чистое, видно вокруг хорошо, и смотри не засни на посту, пущу в расход не медля.

Командир, подложив сидор под голову, шинелькой прихваченной по дороге прикрылся и тут же захрапел, хорошо хоть негромко. Сергей Николаевич тоже не прочь был поспать, день выдался насыщенный и теперь, когда всё затихло, начал «плавать», глаза слипались, приходилось часто встряхивать головой, прогоняя сонливость и крепче, до боли, сжимать ручки пулемёта. Илко тоже прикорнул, но заметно было, что спит в пол глаза и готов подорваться с первыми же признаками опасности. Луна действительно была нынче на загляденье, залитая сумрачным светом территория за стеной проглядывалась далеко, до самого леса. Вроде спокойно и тихо там было, но Сергею Николаевичу вдруг стало что-то там мерещиться, вроде бы он заметил какое-то подозрительное движение прямо у самой опушки леса. Бинокль бы. Вглядывался пристально, до боли в глазах, наверно показалось, решил командира пока что не будить. От кромки леса до стены расстояние приличное, как бы быстро звери не бегали, он успеет заметить и разбудить остальных. По крайней мере, он так думал. Откуда появился брат близнец убитого «динозавра», Сергей Николаевич так и не сумел заметить. Только что вокруг всё было пусто и безжизненно и вдруг вот он, возник прямо перед воротами и несётся прямо на вышку. К счастью, на покинутую уже ими вышку. Сергей Николаевич надавил на гашетку, стараясь поймать в прицел голову стремительно бегущего зверя. Тот передвигался огромными скачками, и сделать это было практически невозможно. Пули с чмоканьем врезались в почву, поднимая фонтанчики земли, крошили в щепки деревянную обшивку стен, только в самого зверя, похоже, ни одна так и не попала. Внезапно Сергей Николаевич оказался отброшен в сторону сильным толчком.

- Проспал, сука! Убью!

Командир подхватил ручки пулемёта и повел стволом, стреляя на упреждение. Зверь с разбегу врезался в вышку, ломая и с треском опрокидывая её на землю. Притормозил. Это дало возможность командиру прицелиться получше. Пули застучали зверю в спину, заставив понять, что настоящие противники находятся совсем в другом месте. Развернулся и, зарычав, бросился к ним. Патронов командир не жалел, с ужасом понимая, что лента не бесконечная и скоро закончится, а перезарядить он не успеет. Профессор, дубина, пол ленты высадил в «молоко»! Пулемёт зажевал последние патроны и замолк. Ну все, хана! Командир стал лихорадочно менять ленту, чувствуя, что всё равно не успевает и вдруг зверь заревел диким голосом и споткнулся. Завертелся на месте, присев на перебитую лапу - из мощной мышцы его левой нижней конечности торчало невесть откуда взявшееся копьё. Зверь покрутил головой, ища взглядом обидчика и принюхиваясь, старался определить, где тот находится. До вышки ему оставалось добежать метров двадцать, не расстояние для пулемётного огня. «Максим» застучал, густо нашпиговывая зверя пулями, считай, что бил в упор. Можно было даже не целиться - промахнуться было почти невозможно. Если корпус твари был практически непробиваем для пуль, то про опорные конечности такого сказать было нельзя, особенно о повреждённой левой. На ней и сосредоточил огонь командир, выбивая оттуда куски кровавой плоти и осколки костей. Конечность подломилась, увлекая зверя вниз. Он завалился набок, рыча и загребая почву второй когтистой лапой, оставляя на ней огромные борозды. А пулемёт всё бил и бил, теперь стараясь пробить костяную защиту головы, попасть в пасть или в глазные отверстия. Монстр вдруг дёрнулся и затих. Затих и пулемёт. Командир с трудом разжал пальцы, намертво, до судороги, стиснувшие рукоятки пулемёта. В углу возился оглушенный ударом о стенку вышки профессор. Внизу у самой головы поверженного зверя стоял Илко, непонятным образом там очутившийся. Рывком дернул на себя древко копья, торчавшего из затылка зверя, и принялся чистить его наконечник зажатой в руке охапкой сушеного мха.

- Ну, ни хрена себе! Слышишь профессор? Илко Зверя завалил. Простым копьём угробил. Я две ленты расстрелял и толку - пшик, а этот копьём его. Слышишь профессор? Живой? Ты давай без обид, тогда не до политесов было, сильно я тебя? Заснул, что ли?

- Да, не спал я, хотелось очень, но не спал. Он вдруг так неожиданно появился, мистика какая-то. Пусто было в поле, никого, это я ясно видел и вдруг, он уже возле ворот.

- Хорошо, что мы ушли с той вышки. Он, видимо запомнил, откуда его брательника привалили, и решил поквитаться. Думал, мы по-прежнему там сидим. А вот хрен он угадал! Если бы сидели, он бы нас доедал сейчас. А этот, как он его копьём! Вот тебе и дикарь! Опять ковыряется в потрохах! Прям как этот, как его?

- Некрофил?

- Некро… чего? Не знаю, тебе виднее, только мне кажется, привычка эта вредная и слово какое-то обидное. Илко, ползи сюда, ты водку пьешь?

- Коренных народов Севера не рекомендовано спаивать спиртными напитками, у них отсутствует к ним предрасположенность.

- Не знаю, кто там к чему расположен, но парень заслужил свои наркомовские сто грамм, даже двести заслужил, если не больше. А что до спирта, то я тебе вот что скажу: то пойло, что у него с собой, точно на спирту забодяжено, ты уж мне поверь. Не знаю, какие его шаман туда травки добавляет, но в основе там точно имеем спирт голимый.

Илко вместе со своим чудо-копьём забрался наверх.

- Ну, ты герой! Молодец, только мне вот что не понятно, как ты там оказался так быстро и при этом зверь тебя не заметил и подпустил так близко? Ты же здесь был, рядом с нами?

- Моя умей подкрадываться к зверь.

- Может твоя и «умей подкрадываться», только почему-то тебя при этом даже я не видел.

- Шаман говорит, у зверя большой гриб растёт на голове. Хочешь если зверь убивать - бей в гриб копьём, стрелой, палка можно, там слабый место совсем.

- А чего ты там копошился, что искал?

- Гриб ломать, там хороший вещь добывать, шаман нести, однако нада.

- Ну-ка покажь, что ты там надыбал.

Илко достал мешочек свой, высыпал на ладонь добычу: какие-то, то ли ягоды сушеные, то ли орехи и немного больших крупинок желтого сахара. Командир взял одну продолговатую горошину покатал между пальцев, положил обратно.

- Это всё у зверя в башке было?

- Гриб расти, тама внутри есть такой вещь, большой звер - много вещ, малый звер - мало вещ. Бывал совсем пустой гриб, нет ничего.

- Ладно, убери пока, отдашь своему шаману, когда встретишь.

- Вместе нада идти, здесь нельзя. Расу мало, однако, шаман только делать, нада идти или болеть будем.

- Мне кажется, Николай, он дело говорит, напиток этот убрал все симптомы болезни, но его действительно осталось немного.

- Так может он нас уже вылечил, а Илко?

- Нада расу пить немного, каждый раз пить или болеть будешь.

- Он говорит, что пить этот напиток требуется регулярно, но понемногу.

- Да понял я. Далеко племя твоё сейчас?

- День идти, ещё день идти, тогда прыйдешь.

- Это километров двадцать в лучшем случае, а то и все тридцать по тайге топать. Поезд сюда скоро подойдет, мне встретить его требуется, объяснить, что случилось.

- Когда он должен прибыть?

- Если телеграф работал, когда это всё случилось, и успели послать телеграмму, то пока разберутся, пока согласуют и отправят, дня три - четыре, не меньше.

- До племени два дня добираться, два дня обратно, значит, успеем вернуться к приходу поезда, если он вообще придёт.

- Это ты о чём?

- Вы заметили, гражданин начальник, что случилось с людьми? Это явно эпидемия, причем довольно необычная, по крайней мере, мне подобные случаи неизвестны. Заразились все, кроме нас, но мы отсутствовали в лагере в момент заражения, это может как-то объяснить то, что мы до сих пор здоровы. Эти звери ещё невероятные, для здешних мест. И вероятно, что зараза не может распространяться воздушно-капельным путём.

- Каким путём?

- По воздуху, через дыхание. С остатками заражённых нам лучше не контактировать, я имею в виду голыми руками не трогать.

- Ага, это ты Илке расскажи, который, как я заметил, совсем не «контактировал» с ихними телами, только в башке немного покопался немытыми руками и всё. Да и я, когда оружие добывал с провиантом, тоже кантовал трупы, а помнишь, сколько кровушки на меня пролилось, когда я им бошки прикладом крошил и штыком тыкал? Шинель даже пришлось сбросить, перед у ней весь кровью пропитался. Так что насчёт «контактов» можно не беспокоиться, получается не заразные они, просто мозги совсем свихнулись.

- У всех одновременно?

- Это ты у нас профессор, я просто факт констатирую, хорошее слово, мне сразу понравилось, на митинге одном запомнил. Только опять ты прав, похоже, надо идти. Затаримся у шамана зельем, вернемся и на дрезине рванем в районный центр, если наши не подоспеют. Тут дрезина имеется, я говорил? Щас рассветёт, осмотрим тут всё, может, живых кого найдём или дуриков этих недобитых. Всех оставшихся надо до конца уничтожить, ежели кто остался, а то вдруг без нас товарищи прибудут и по незнанию глупо попасться могут.

Часть четвертая. Отцы – основатели. Вениамин Яковлевич.

До самого рассвета никто уснуть уже не смог, даже бывалый командир, да и оставалось до восхода солнца часа два не больше.

- Там ещё эти, мелкие должны бегать, старших ихних братьев мы общими усилиями завалили, так что если мелюзга эта не совсем умалишённая, то сюда не полезет. А ежели полезет, у меня винтовка, у Илки копьё его смертоносное, справимся. Потому предлагаю идти всем разом, и тебе тоже, профессор, ноги разомни, а то отсидел уже, поди.

Большинство бараков и служебных помещений оказались пустыми, что и не удивительно, свихнувшиеся предпочитали мясо трескать снаружи, а не сидеть внутри и с голодухи пухнуть. Так что, практически все кто был в лагере, и живые и не очень, оказались на улице и в настоящий момент уже не опасны. Все, да не все, в дальнем углу лагеря, в штрафбараке, всё склалось по-другому. Режим там был не в пример остальным, гораздо строже, входная дверь постоянно должна быть заперта изнутри и штрафников держали в клетке за решёткой, что их в итоге и спасло, хоть и не всех. Командир заглянул в забранное решеткой оконце, приложив ладони к глазам на манер шор от света.

- Вроде пусто, а в камере есть кто-то, лежит на полу, может живой?

- Дверь заперта.

- Засов там крепкий, подорвать бы, да гранат нет, здесь их иметь не положено. О, идея нарисовалась, в мастерской домкрат имеется винтовой, помню как щас, притащим, решётку с окна выдавим, а через него и внутрь попасть можно.

Тяжеленный домкрат привезли на тачке, найденной там же в мастерских. Лом ещё прихватили и топор, да несколько стальных крючьев. О том, кого на эти крючья могли подвешивать, профессор старался не думать. Зацепили решетку, предварительно разбив стекло, стали отжимать. Первый раз крюк соскочил, перецепили и продолжили. Решетка выломилась не без труда - крепилась она к толстым деревянным бревнам. Ломом ещё, вдобавок, поддели и тогда вытащили окончательно. Командир подтянулся, внутрь заглянул и, перевалившись через подоконник, помогая себе ногами, забрался внутрь. Сразу же загремел отодвигаемый засов, дверь распахнулась. Командир показался в проёме и только открыл рот, чтобы что-то сказать, как резким рывком назад исчез внутри. Оттуда послышалось утробное рычание, раздались звуки борьбы и отборный мат. Дважды бабахнул выстрел и неожиданно командир вылетел наружу, только уже без куртки и фуражки, но с наганом в правой руке. Кувыркнулся через голову и попытался подняться с земли, но не успел. Из дверей за ним вывалилось нечто медведеобразное, как показалось в первый момент остальным. Вернее не остальным, а лишь Сергею Николаевичу. Аборигена рядом уже не было, его вообще нигде не было. По крайней мере, он его не видел. Напоминавшее медведя существо встало на задние лапы и бросилось на командира, не успевшего ещё подняться. Но сделав лишь пару шагов, оно громко зарычало, и как бы налетев на невидимую преграду, остановилось, рухнуло на колени и стало заваливаться вперёд, упав на живот и скребя передними лапами по земле. Из его спины торчал окровавленный наконечник копья. Командир, не растерявшись, подскочил к поверженному зверю сбоку и, вложив ствол нагана в некое подобие уха, дважды выстрелил. Зверь дернулся и затих окончательно. Командир посмотрел на торчащий наконечник, затем на Сергея Николаевича.

- Илко где?

- Там.

- Где там?

- Внизу, под ним.

Командир поморщился и, опустившись на колени, заглянул под тушу.

- Лом тащи, он его придавил, зараза, резче давай профессор.

Перевернуть много килограммовую тушу зверя оказалось не просто, даже при помощи лома. Пока Сергей Николаевич бледнея и обильно исходя потом, держал лом, которым удалось немного приподнять тело «медведя», командир уже подсовывал туда притащенную им длинную толстую доску. Совместными усилиями, наконец, получилось отвалить тушу с лежащего под ней Илко, не подававшего уже признаков жизни. Получается, что он сделал всё, как при охоте на медведя с рогатиной - упёр копьё в землю и встретил зверя наконечником в грудь, который своим весом на него и нанизался, приём действенный, но рискованный. Рогатина способна остановить падение тяжёлого тела, застревая в нём. Копьё же пробило тушу насквозь, удачно пройдя сквозь сердце зверя. Медведь, как и напоминавший его зверь, весят немало и способны опасно придавить охотника к земле своей тушей, нанося тому серьёзные травмы.

- Нельзя его трогать, командир. У него может быть повреждён позвоночник, носилки нужны и переносить необходимо очень осторожно.

- Где я тебе возьму носилки?

- Медпункт здесь есть?

- Есть больничка, точно же есть, щас сбегаю, ждите здесь.

Просто так сидеть и ждать возле тела, смысла не было, помочь он ему всё равно ничем не мог. Сергей Николаевич решил по-быстрому осмотреть барак, куда они стремились попасть. Там внутри, в клетке, командир вроде бы видел чьё-то тело, целое, не объеденное, а по нынешним временам - это уже немало. На полу барака лежали три полностью обгрызенных костяка, судя по сохранившимся обрывкам формы, бывшие охранники. В клетке действительно находились тела, три тела, если быть точным. Связка ключей от двери валялась рядом с одним из бывших охранников. Скорее всего раньше висела у того на поясе. Осмотрел двоих - мертвы, а вот один ещё дышал, пусть и слабо. Живой - это главное. Снаружи послышался раздражённый голос командира.

- Где тебя носит? Что там, есть кто?

- Один живой, но при смерти, думаю, долго не протянет, ему надо бы помочь побыстрее.

- Поможем, только сначала Илке, он нам сегодня второй раз жизнь спас, его спасаем в первую очередь.

- У него сильные повреждения, могут быть переломы, и даже внутренне кровотечение. Боюсь, тут только опытный доктор, способен, что-то сделать, и то я не слишком уверен.

- Не ной профессор, давай на носилки его, аккуратно кладем и понесли, больничка тут недалеко, там и лекарства всякие имеются.

Осторожно перекатили аборигена на брезентовые носилки, тот находился без сознания и на эти манипуляции никак не отреагировал. Потащили, стараясь идти в ногу, чтобы не тревожить пострадавший организм. На стол положили, не снимая с носилок, мало ли что, вдруг позвоночник действительно сломан или ребра, не хватало ещё, вдобавок лёгкое проткнуть.

- Крови во рту нет, значит, внутреннее кровотечение отсутствует, будем надеяться, что внутренности не слишком пострадали и лёгкие не задеты.

Раздевали бедолагу очень осторожно, хорошо хоть в бессознательном состоянии пребывает, а то орал бы благим матом от боли. Часть одежды командир решил срезать ножом, просто снять её оказалось невозможно, намертво прилипла к телу.

- Ну и вонища, они, что не моются совсем?

- Северные народы не практикуют мытьё тела водой, считая это вредной для здоровья процедурой. У них имеется другой способ очищения - потеют в одежде у костра и затем скребут друг друга костяными скребками, а затем мажут кожу жиром.

- Понятно, прищепку бы на нос найти, а то стошнит сейчас.

- Помогите мне только раздеть его, дальше я сам. Рука левая сломана, без сомнения, часть кости из-под кожи виднеется, нужно на место поставить и шину наложить. Поищите подходящие досочки и бинт из шкафчика достаньте, пожалуйста. Рёбра сломаны, причем несколько штук, но, слава Богу, обломки не торчат, остались на своих местах. Ноги целые, очевидных повреждений я не вижу. Что с тазобедренной областью и позвоночником не скажу, тут рентген требуется.

- Про эту вашу штуку не знаю, а зелье это ему надо бы ему влить и побольше. Если нас так быстро на ноги поставило, то и ему должно помочь.

- Пока в себя не придет, напоить мы его всё равно не сможем, давайте сходим за тем человеком, которого в бараке нашли. Для Илки мы всё равно больше ни чего сделать не сможем, а тот скоро умрет без нашей помощи.

Перед уходом, дверь в медпункт командир запер на висячий замок, так ему было спокойнее. Вроде всё осмотрели, не должно быть тут больше свихнувшихся, но лучше поостеречься. Выживший в штрафбараке зек признаков жизни почти уже не подавал. Лежал на полу в стороне от решетки, за которой раньше бесновался заражённый, успевший сожрать своих бывших товарищей - охранников и стремившийся добраться до следующей порции мяса. Ума отпереть дверь в камеру у него, по-видимому, уже не хватало, а сил выломать решётку ещё не было. Услыхал, что командир дверь отпёр и прыгнул на него сзади, схватил за кожанку. Тот наган выхватил, смог отбиться и вырваться. Заражённый рванул за ним наружу, тут его Илко с копьём и встретил, так, получается, всё и было. Двоих свихнувшихся трогать не стали, один похоже перекидываться начал и был вовремя застрелен охранниками, второй обгрызен немного и горло разорвано, успел видно напасть, пока пуля не остановила. Лежавшего на боку и еле-еле дышавшего зека положили на вторые носилки, что из медпункта принесли. Положили оба тела рядышком на соседних столах. Илко ещё в сознание не пришел, но дышал уже ровнее. Второго пришлось тормошить и по щекам хлопать, нельзя ему так вот валяться, без сознания, помрёт. Вроде очухался, захлопал глазами, явно не понимая, где он и что вокруг. Застонал. Колотить его начало тут же, похоже, отходит бедолага, отмучился.

- Попробуем его напоить. Нужно хотя бы пару глотков влить внутрь, он обезвожен сильно.

- Подожди профессор, его так трясет, что расплескаем только всё, я держу, неси воды, попробуем вместе напоить.

Действительно, вода помогла, болезный пил жадно, пол котелка выдул, расплёскивая жидкость вокруг себя, пил бы ещё, но уже не лезло. Вроде успокоился, трясучка немного отпустила, прилег.

- Эй, не спать! Ну-ка давай подымайся зараза!

- Ну, зачем вы так Николай, он же еле живой.

- Отрубится - точно копыта откинет, трясёт его, видишь ли. Меня тоже трясучка начала донимать, пока Илко зелье свое не дал выпить. У него тоже самое. Вот вольём в него, хоть немного, потом пусть дрыхнет.

Растолкали. Командир ему ещё похлопал по щекам и уши потёр ладонями. Дали хлебнуть лекарства из кожаного мешка. Тот первый глоток принял с трудом, чуть не выплюнул, а потом присосался, не оторвешь, инстинкты не обманешь, пришлось вырывать, а то всё бы выглохтал. Через пару минут бледность от щек стала быстро уходить, лицо стало приобретать здоровый цвет. Сергей Николаевич покопался в медицинском шкафчике и сделал ему укол, после чего тот заснул. Теперь Илко. Здесь дела были гораздо хуже. Шину наложили, ребра тугой повязкой стянули, что ещё сделать не знали. От медицины оба далеки, знаний в этой области у обоих маловато, остаётся только ждать и надеяться. Перекусили. Начало ко сну клонить, ночью ведь не спали практически, Сергей Николаевич так вообще глаз не сомкнул. Командир препятствовать не стал, пусть интеллигент покемарит, а то совсем с ног свалится с непривычки. Сам вышел на улицу, прислушался, тихо вокруг, только издалека доносится привычный шум тайги, там ветер качает верхушки деревьев, какие-либо подозрительные звуки отсутствуют, ну и ладно.

Несколько часов прошло, пока, наконец, Илко очнулся, застонал, Сергей Николаевич тут же проснулся, подошел глянуть. Приподнял лежачему голову, поддерживая её одной рукой, во второй держа ёмкость с зельем, дал глотнуть несколько раз. Илко с благодарностью глянул на него, опустил голову на подушку и закрыл глаза. Найденный в штрафном бараке зек продолжал спать, лекарство действовало, Сергей Николаевич вышел на крыльцо.

Часть пятая. Отцы – основатели. Лекарство.

- Выспался?

- Илко очнулся, дал ему питья этого, уснул. Выпейте глоток, не больше, нас теперь четверо, придется экономить.

- Вот что я думаю, профессор: противоядия этого надолго не хватит, у нас двое больных, им больше требуется, дня три протянем, не больше, а что дальше делать, я пока не представляю.

- К шаману пойти мы теперь не сможем, вернее Илко не сможет, а самим нам его не найти, да и оставлять их беспомощных нельзя.

- Поезд должен скоро подойти, у них должно быть лекарство от этой хвори.

- Может и подойдет, но я бы на это не слишком рассчитывал. Посудите сами - два дня прошло уже, как с лагерем никакой связи, а поезда всё нет, тут ехать часов пять не больше, давно бы здесь были.

- Скорее всего, там тоже не всё в порядке, телеграф молчит, я мало разбираюсь, но когда он совсем не работает, понять могу, так он похоже вообще мертвый. Лампочка светится, гудок в наушнике слышен и все, больше ни гугу, может, ты лучше разберёшься профессор?

- Мои познания в телеграфии не больше Ваших, наверняка на том конце провода нет никого, потому он и молчит, это самое простое объяснение.

- Ладно, предположим, что помощи из города не будет, до шамана и лекарства его, нам не добраться, так что теперь ложиться и помирать?

- Единственный вариант - изготовить его самим.

- Ты ж вроде говорил, что не доктор и не шибко в медицинских делах соображаешь?

- Да, я не аптекарь, и даже не химик, но пока есть хоть какая-то надежда, ложиться и умирать не собираюсь. Не думаю, что состав ингредиентов в этом лекарстве такой уж замысловатый, там присутствуют, скорее всего, природные вещества, травы, корешки какие-нибудь или ягоды. У шамана из племени просто не может быть редких химических веществ и тем более, сложного научного оборудования. Все подобные лекарства обычно получают на основе приобретенного опыта и, кстати, один из ингредиентов нам уже известен - алкоголь.

- Точно, спиртяга там имеется, разбавленная только, вполовину где-то, а то и больше.

- Ну вот, не так уж всё и сложно, осталось понять, что ещё шаман туда добавляет. Слышите, шум какой-то из дома, идёмте, посмотрим.

Как, оказалось, источником шума оказался новый член команды, проснувшийся после окончания действия препарата и пытавшийся понять, где это он очутился. Вошедших встретил насторожённым взглядом, особенно командира.

- Потрудитесь объяснить, что здесь творится.

- Сначала вы, пожалуйста.

- Ну, моя история будет короткой - попал в штрафной барак, поиздевались над нами, конечно, дружки этого «товарища», правда недолго. Утром, что-то случилось со всеми, и с «товарищами», и с теми, кто со мной в клетке сидел. Как-то они неожиданно заболели что ли, я сразу и не понял, все, кроме меня. Я же ничего необычного в себе не чувствовал, но что спрятаться нужно, сообразил быстро. Слишком необычное действо вокруг творилось: один сосед по камере вдруг бросился на другого, драться начали, а глаза у него такие страшные, белёсые и без зрачков почти. Охранник сперва заорал, чтобы прекратили, потом выстрелил прямо через решётку, я под нары заполз, чтобы в меня не попал. Эти на пол свалились, одному пуля позвоночник перебила, долго ещё ворочался, у второго горло перекусано, весь в крови, он сразу помер. Я под нарами два дня так и просидел, слышал все, что творится в бараке, только не видел ничего, да и слава Богу. Там такое творилось, что лучше и не вспоминать, один охранник сожрал двух других, прямо так вот и сожрал, сырыми. Я уже подумал, что все, конец, пришла моя очередь, а он решётку трясёт, рычит, рожа страшная, вся в крови, а просто открыть замок он почему-то не додумался. Ключи - вон они лежат, только от решётки слишком далеко, мне не дотянуться, а ему только руку протянуть и взять, только он как идиот стоит и решётку трясет, кошмар какой-то. Так и сидел там сутки ещё. Плохо мне стало, голова болит, слабость, аж тошнит, и пить очень хочется, а где ж её взять, решётка-то заперта. Оно может и к лучшему, этот сумасшедший никуда ведь не исчез, а всё рвался ко мне вовнутрь. Что делать? Я и кричал - звал на помощь, только всё без толку, не пришел никто. Совсем плохо мне потом стало, сознание ушло, только здесь вот и очнулся. Может, вы лучше знаете, что здесь случилось?

- Я предполагаю, что произошла некая техногенная катастрофа, появился некий болезнетворный газ, нас тогда вели… на прогулку, отравились все, кроме нас с Николаем.

- Вы ему доверяете?

- Другого выхода нет. Из живых здесь только мы четверо и он в том числе, так что прежние разногласия придется на некоторое время забыть. Вон там Илко лежит, он из местных народностей, его помял тот самый охранник или кем он там теперь стал, который рвался в Вашу камеру. Когда мы открыли дверь барака, он на нас бросился, а Илко сумел его остановить, но сам при этом сильно пострадал. Вы случаем не врач?

- Профессор биохимии, Санкт-Петербургский университет, так что в медицине постольку-поскольку.

- Во! ещё один профессор, везёт мне на них в последнее время.

- Давайте без оскорблений, «товарищ».

- А я ещё не начинал, шкура!

- Успокойтесь, прошу вас! Оба успокойтесь. Вас как называть прикажете?

- Вениамин Яковлевич.

- Вениамин Яковлевич, мы сейчас все в одной лодке, так сказать, и потому вынуждены совместно сосуществовать, чтобы выжить. Трагические события последних дней к этому обязывают. Николай, уверяю вас, довольно неплохой человек, и без него никому бы из нас выжить не удалось, Вам в том числе. При всех имеющихся между нами противоречиях, мы в настоящее время - одна команда, потому прекратите склоки. Тем более что у нас имеется более насущная проблема, требующая скорейшего решения и, возможно вы сможете нам помочь.

- Если это в моих силах, я готов. И это, господин товарищ, как Вас, Николай, будем считать, что я не держу на вас зла, согласны? Итак, я Вас слушаю.

- Как я уже сказал, произошло заражение, отравление неизвестным газом, он заставляет людей сходить с ума и низводит их до уровня примитивных животных, у которых остаётся лишь одно стремление – жрать. Всё равно кого.

- По подробнее, что за газ, какие имелись признаки?

- Консистенция довольно плотная, примерно как у природного тумана и довольно таки сильный кислый запах. Довольно быстро рассеялся без следа, минут за двадцать примерно.

- Хм, маловато у нас данных для идентификации, тут необходим химический анализ, впрочем, на боевые отравляющие газы, те, к примеру, что немцы во время войны использовали, не похоже. Хлор имеет ярко выраженный зеленый цвет, какой цвет был у вашего газа?

- Никакого, обычный туман, белёсый.

- Значит не хлор, это однозначно, фосген имеет запах заплесневелого сена.

- Нет, сеном точно не пахло, кислятиной несло, а гнилое сено я бы сразу учуял.

- Спасибо товарищ. Значит не фосген, что ещё может быть?

- Вениамин Яковлевич, не так уж важно, что это был за газ, тем более, что противоядие у нас уже имеется, благодаря Илке, про него я вам говорил, он из местных и принес его с собой. Вот про это лекарство я и хочу поговорить. Действие его очень эффективно, принимая в день совсем немного, можно снять все вредные последствия отравления, беда лишь в том, что запас его ограничен и осталось его совсем немного. По словам Илко, делает этот препарат шаман из его племени, рецепт ему неизвестен, секрет знает только сам шаман, а добраться до него и пополнить запас, сейчас не представляется возможным. Нам необходимо научиться изготавливать его самим, вот с этим я и прошу вас помочь, как специалиста-химика. Одна составляющая рецептуры нам известна - это алкоголь в разбавленном виде.

- Как специалист могу сказать, что присутствие алкоголя в фармацевтических препаратах обычно носит вспомогательный эффект и не является активным элементом. Алкоголь - хороший растворитель и консервант, потому-то его и применяют для изготовления различных лекарственных настоек. Можно мне взглянуть поближе на это противоядие? Кстати противоядием оно, скорее всего, не является, у него может быть иной эффект. В этом нетрудно убедиться, учитывая, что я не принимал это средство почти двое суток после заражения и при этом остался нормальным человеком, в отличие от многих других. Приём средства позволил мне лишь вернуть силы и улучшить самочувствие, потому я считаю, что лекарство нейтрализует последствия отравления лишь у некоторых счастливчиков, сумевших сохранить свой разум и чувства в неприкосновенности. Очевидно, что некоторые избранные люди обладают неким врождённым сопротивлением заражению, своеобразным иммунитетом к первичной атаке вредоносных микроорганизмов и для последующей борьбы с ними организму требуется только подпитка - это самое лекарство. То, что это биологическое воздействие, а не химическое, догадаться не трудно, действие неорганических ядов носит немедленный характер и редко оказывает продолжительное действие. С биологическим заражением как раз всё наоборот. Это всего лишь мои измышления, основанные на слишком малом объёме полученных от вас полезных сведений, но нам придется отталкиваться от этого минимума.

- Вот что робяты, вы тут поговорите по-свойски, а я пойду, лучше делом полезным займусь, я в вашей научной болтовне всё равно ничего не петрю, аж голова заболела вас слушать.

- Предлагаю перейти к практической части, время не терпит, если через два-три дня у нас не будет лекарства, самочувствие наше начнет резко ухудшаться.

- Под практические действия неплохо бы подвести теоретическую базу, только зная точный состав лекарства можно его изготовить, иначе чепуха получится. Что мы имеем в настоящее время?

- Я согласен с вашим выводом, что это некие вещества настоянные или растворённые в спирте. Что может использовать простой шаман не отягощённый фундаментальными научными знаниями? Только то, что может дать ему природа: травы, корешки, ягоды, наконец.

- Одно из правил медицины - лечи подобное подобным. Болезнь эта необычная, я о таком ранее никогда не слышал, а вы?

- Соглашусь, подобных прецедентов раньше не случалось.

- Поэтому вряд ли племенной лекарь смог бы эффективно использовать обычные ингредиенты. Нужные снадобья получаются у них в результате многочисленных опытов с различными растительными веществами, и в подавляющем большинстве случаев их слепое применение не приносит нужных результатов. Для достижения успеха требуется время, много времени. Потому предлагаю обратить внимание на что-то необычное, выходящее за обыденные рамки. Может вы заметили нечто подобное?

- Выходящее за рамки? Пришлось мне лицезреть, очень я вам скажу нелицеприятную картину - этот абориген, Илко, прямо на моих глазах потрошил ножом одного из поверженных зверей. Правильно сказать обоих, их же двое было, у них на затылке имелся нарост не совсем обычный, напоминавший древесный гриб-паразит. Так вот он этот нарост разрезал и выгреб оттуда некие предметы, сказал потом, что это очень важные вещи и их нужно отнести шаману.

- Мне кажется мы на правильном пути коллега, любопытно бы взглянуть на эти предметы, где они находятся в настоящий момент?

- У него на поясе были, по-моему, в кожаном мешочке. Я видел, как он их туда прятал, сейчас посмотрю.

Илко не спал, лежал на спине, уставившись открытыми глазами в потолок. Скосил глаза на подошедшего.

- Илко, выпей лекарства.

- Раса мало уже.

- Ничего, мы потерпим, а тебе нужнее.

- Нада шаман идти, раса брать, болеть будем, умрем потом.

- Как идти? Тебе вставать даже нельзя, а без тебя мы твоё племя в тайге не найдём.

- Завтра вставать, потом идти, можна.

- Давай без глупостей, завтра! Тебе недели две лежать, позвоночник может быть повреждён, а доктора у нас здесь нет, точно сказать про твоё состояние никто не может, так что лучше поберечься и полежать подольше. Болит спина то?

- Болит, везде болит, сильна.

- Вот видишь, а ты вставать. На, глотни, да поспи немного. Видишь, мы ещё человека нашли живого, он ученый, хочет взглянуть на эти штуки, что ты добыл из зверя, можно?

- Можна, верни только, шаману нада потом нести, он очень просил.

- Отнесёшь, конечно, мы только глянем и вернем назад.

- Очень необычные предметы коллега, вот это напоминает виноградную ягоду, только высушенную до каменной крепости, а эти кристаллы похожи на коричневый сахар. Здесь ещё нити, какие-то, ничего подобного я раньше не видел, уверяю вас. Предлагаю провести эксперимент, попробуем опустить каждую из этих штук в спирт и посмотреть, что из этого получится. Их здесь довольно много, если используем всего по одной, надеюсь, что шаман на нас не слишком обидится.

- У Илки спросить надо, это его вещи.

- Спросите, конечно.

- Порядок, он не возражает, спирта вот принёс, медицинского, разбавлять будем?

- Нам же его не пить, а для химического опыта он лучше подойдет в концентрированном виде. Нам потребуется три отдельные ёмкости, для каждого вида, начать предлагаю с кристаллов, они наиболее подходят для приготовления раствора.

Вениамин Яковлевич бросил один кристалл в ёмкость со спиртом, никакой реакции, кристалл медленно опустился на дно, оставаясь там спокойно лежать. Теперь настала очередь зеленой «виноградины», а вот здесь всё прошло с гораздо большим успехом. «Виноградина» секунд десять поплавала на поверхности, затем стала постепенно крошиться, растворяясь и образовывая белые хлопья по всей поверхности банки. На полное исчезновение ушло минуты две не больше.

- Налейте-ка мне, голубчик, ваше лекарство в эту банку, попробуем сравнить с тем, что получилось. В оригинале никаких хлопьев я не наблюдаю, а на цвет вроде похоже. Нужно отфильтровать жидкость. Думаю, сложенная в несколько слоёв марля подойдет, да, и достаньте, будьте любезны, кристалл из спирта, раз он в нём не растворяется, значит, придется попробовать что-то другое. Так, разбавляем полученный продукт, думаю, один к четырем будет нормально, пробуем на вкус. Несколько отличается, но не критично. На ком будем испытывать? Ладно, успокойтесь, я провожу эксперимент, мне и пробовать. Одного глотка надеюсь, будет достаточно?

- Илко говорил, что много нельзя принимать, может наступить отравление.

- Вы знаете, прошло уже пять минут и никаких признаков ухудшения самочувствия я не ощущаю, скорее даже наоборот, лёгкая эйфория и прибыток жизненных сил, неужели вот так сразу получилось?

Часть шестая. Отцы – основатели. Попытка покинуть лагерь.

Вернулся командир, притащил ящик патронов к винтовке и мешок с продуктами, в основном консервы.

- Пулемёт с первой вышки ни к черту. Сверзнулся с верхотуры и все, амба ему, починить можно, только некому. Сверху посмотрел, пусто вокруг: ни людей, ни зверей, а телеграф молчит по-прежнему. Зато дрезина в полном порядке, ставь на рельсы и вперёд. У вас чего?

- Вы, товарищ комиссар, сапоги бы в прихожей скинули, медпункт все-таки, а вы в грязной обуви. Новости же у нас хорошие, смогли изготовить лекарство, аналогичное прежнему, абориген наш быстро идет на поправку, прямо не верится. Лекарства этого теперь можно сделать в большом количестве, так что срочная необходимость идти искать племя и шамана отпадает. Выздоровеет Илко, тогда и подумаем над этим.

- Пусть отлежится, а мне нужно в центр, одному дрезину тяжело толкать, кто со мной? Хотя, чего я спрашиваю? Кроме профессора некому. Он один на ногах. Остальные немощные, лечитесь, давайте.

- Нельзя их оставлять одних, а вдруг вернутся звери. Был бы Илко здоров, тогда можно, было бы.

- Был бы здоров, я его бы взял, а не тебя профессор, от него толку больше. Доложить я обязан в райком о том, что здесь произошло, да и без помощи из города нам не обойтись. На улице уже попахивает неслабо и чем дальше, тем больше будет вонять. Так и до эпидемии какой-нибудь недолго, а закопать сил не хватит. Мало нас, а там их столько навалено – ужас! Так что профессор, хочешь, не хочешь, а ехать надо, не выжить нам здесь без помощи, зима скоро.

- Может, просто подождём? Хотя бы несколько дней. Илко поднимется, всё вместе поедем, в такой ситуации разделяться - неверное решение. А там глядишь, и сами товарищи прибудут на паровозе и нам ехать не придется.

- Да меня из партии могут исключить за малодушие и несознательность. Надо ехать, хотя пара дней всё равно ничего не решит, ладно, подождём. Илко же всё равно за два дня не подымется.

- Да он уже встает, похоже, с позвоночником у него всё в порядке, а рёбра срастутся.

Лето уходить, похоже, и не собиралось, дни стояли тёплые, почти без дождей, что способствовало разложению трупов и скоро смердеть в лагере стало совсем уже невыносимо. Через три дня Илко сообщил, что «болеть хватит, идти можна к шаман». Вениамин Яковлевич осмотрел пациента, крякнул, потёр нос в глубокой задумчивости и сделал вывод: «практически здоров, хоть это и невероятно». Сидеть в этой вони, от которой было не спрятаться даже внутри помещения, с плотно закрытыми окнами и дверью, не было больше никакого терпения. Теперь все были бы рады отдалиться от этого места подальше и побыстрее. Загрузили дрезину припасами на дорогу. Размер у неё был приличный, места хватило всем. Командир ещё пулемёт установил спереди, мало ли что. Тронулись, и через несколько минут атмосфера очистилась от миазмов, дышать стало комфортно. Илко по причине «реберной немощи» к движущей ручке не допускался, поставили вперёдсмотрящим, тем более что зрение у него, как у охотника, отличное. Профессора дергали ручку в паре с командиром, каждый по очереди. Отмахали километров десять, вокруг - никаких признаков живого, тайга по бокам узкоколейки издавала свой обычный шум, Илко оставался спокойным.

- Стоять нада, быстро нада.

Командир бросил рукоятку и вцепился в тормозной рычаг, дрезина со скрежетом железа по железу стала замедлять ход.

- Что там Илко? Чего увидел?

Командир уже лежал за пулемётом, напряжённо вглядываясь вперёд и ничего там необычного не наблюдая.

- Рельса конец, савсем канец. Путь нет.

- Рельсы что ли кончились? Такого быть не может, разве только пути размыло, давайте потихонечку качайте вдвоём профессора, посмотрим, что там наш охотник впереди разглядел.

Рельсы действительно кончились, словно их обрезали чем-то острым, узкоколейка теперь упиралась прямо в стену леса, непонятно как выросшего на пути. Это что-то совсем уж непонятное, командир дорогу эту помнил хорошо, не раз ездил здесь и никакого леса, тем более в этом месте, раньше не было. Кстати, провод телеграфа, закрепленный на стоящих вдоль узкоколейки деревянных столбах, тоже заканчивался в этом месте, и лежал оборванный на земле. Присмотревшись, командир заметил, что стена леса не совсем сплошная в том месте, где рельсы неожиданно обрывались. Как бы в продолжение пути тут смутно виднелась двухколейка-грунтовка, почти уже заросшая травой, и явно давно не пользованная, уходившая в лес как бы продолжением железной дороги.

- Илко, что скажешь, знакомые места?

- Моя не знать, савсем незнакомые, куда идти не знать.

- Ну что, дальше пешком, товарищи профессора, тут уже недалеко, километров двадцать, к вечеру доберёмся, вон и дорога в том направлении имеется.

- Вы уверены? Не лучше ли нам вернуться назад, понятно ведь, что здесь произошло что-то из рук вон выходящее.

- Ладно, можете оба здесь сидеть, всё равно пулемёт нам через тайгу не протащить. Мы с Илкой смотаемся, глянем, что там впереди и вернемся. Дня через три вернемся, если нет, ждите ещё день и валите обратно в лагерь. Дальше уже сами, как-нибудь. Как из пулемёта стрелять, я тебе показал, по сторонам глядите, спите по очереди, держите уши на макушке. Давайте, надеюсь, свидимся.

Глава 7. КОРНЕЛИУС

- Вам бы романы писать, с вашей-то манерой речи.

- Признаюсь, есть у меня такая слабость - люблю витиеватый слог, однако считаю, что это гораздо лучше, чем странная приверженность здешнего населения к полублатным оборотам речи, которые режут слух воспитанному человеку. Ну, так вот основная цель существования нашей организации становится понятной - сбор и последующее использование полученных знаний о Стиксе. Кстати, его ещё называют Ульем, мы трактуем эти понятия по-своему: Улей - это территория, состоящая из кластеров, ну как поверхность Земли, к примеру, а Стикс - это общая совокупность всего, что здесь находится: весь мир Стикса, включая его обитателей и законы существования. Одно из наших достижений на этом этапе - мы поняли, насколько это возможно, сам механизм заражения переносимых сюда существ, включая естественно и людей.

- Я прошу прощения, что перебиваю, но я так понимаю, что то, что вы мне планируете рассказать, имеет слишком важное значение. У нас на такое тут же налепили бы гриф «совершенно секретно», и носители такой информации обычно долго не живут. Так может не нужно меня посвящать? В фильме, если к заложнику похитители заходят в маске, то шанс выжить у него имеется, а если с открытым лицом, как вы сейчас, то конец у парня однозначный.

- На этот счёт не беспокойтесь, мы всё предусмотрели и сделаем так, что поделиться этой информацией впоследствии, без нашего разрешения у вас не получится.

- Память мне, что ли сотрете?

- Вижу, фантастики вы действительно насмотрелись в свое время. Память стереть, в принципе не трудно, однако сделать это можно лишь полностью, выборочно не получится. Ну, а превращать вас в пускающего слюни идиота в наши намерения не входит. Имеется возможность заблокировать отдельный информационной участок мозга, так чтобы информация в этой области сохранилась, но не была при этом вам доступна. Начальный маркер я установил, закончим разговор, установлю конечный и всё, подробности нашего разговора будут сохранены в вашей памяти, но вы до определенного момента не сможете ими воспользоваться, даже не вспомните, о чём мы беседовали.

Так что, продолжим? Считается, что каждый попавший сюда живой организм, имеющий достаточную массу и размеры, тут же заражается спорами специфического местного грибка. И для всех них имеются два различных способа дальнейшего существования - стать «заражённым», c последующей постепенной эволюцией во всё более развитые формы этого вида или остаться человеком, так называемым «иммунным», но, тем не менее всё равно находящимся под определенным влиянием того же самого грибкового организма.

Почему так происходит? Это один из самых интересных вопросов для изучения. Наши сотрудники занимались поисками ответа достаточно долго и не безуспешно, скажу я вам. Не могу уверять, что точный ответ найден, имеется лишь теория, впрочем, вполне уже подтвержденная многочисленными успешными экспериментами. Мы пришли к заключению, что в мире Стикса, кроме уже известных споров грибка-паразита, существуют некие другие организмы. Мы назвали их ЭКС. Энергетические корреляционные существа. Почему так? Потому что эти, скажем так «организмы», не имеют биологической структуры, они даже не вещественны в нашем понимании. Это скорее энергия в упорядоченном, своеобразном «живом» виде. Информационно-энергетическая матрица, не обладающая свойствами присущими обычным материальным объектам. Предполагается, что они способны временно концентрироваться и существовать в общем пространственно-временном континууме и специфически эволюционировать. То есть у них наличествуют явные признаки живой материи. Почему корреляционные? Потому что нам так и не удалось их каким-то образом зафиксировать. Судить об их деятельности мы способны лишь по косвенным проявлениям этой самой деятельности, в большинстве случаев эфемерными и трудноуловимыми. Многие верят, что Бог существует, но в реальности его увидеть никому, пока что, так и не удалось и, тем не менее, многие жизненные процессы связывают как раз именно с его «происками». В нашем случае история аналогичная. По каким-то известным лишь ЭКСам признакам, они «определяют» - кому оставаться человеком, а кому становиться зверем. Ни одно из проведённых нами многочисленных исследований не смогло выявить никаких признаков так называемого «иммунитета» к заражению ни в одном из попавших в Стикс организмах. Ваш случай уникален тем, что вы остались человеком в принципе. Споры грибка не стали, или не сумели внедриться в ваш организм по неизвестной причине. Обработка множества анализов взятых из вашего тела и тщательное их изучение всеми известными на сегодняшний момент способами, не дали ответа на вопрос - почему это произошло. Нет в вас ничего необычного, и всё же вы не заразились. Почему? Единственное объяснение - вмешательство ЭКСов.

- Очень удобно. Можно всё непонятное, да и все собственные неудачи валить на мифических существ. Где-то я подобное уже слышал. А, точно, это же любимый приём церковников - валить всё необъяснимое на Господа.

- Если у тебя имеется иное разумное объяснение - я слушаю. Но его, я уверен, у тебя нет. Вернее оно, разумеется, существует, просто наш уровень развития и имеющиеся в нашем распоряжении технологии не позволяют в настоящее время найти правильный ответ. Потому приходится пользоваться искусственными теориями, дающими хоть какое-то объяснение, как это часто случалось в прошлом. Взять, к примеру, теорию эфира, широко распространённую в девятнадцатом веке и многие другие подобные ей. Кстати, ты знаешь, почему оказался у нас? Внешники чрезвычайно заинтересовались твоим случаем, очень им хочется выяснить, как можно находиться в Стиксе и при этом не заразиться. Для них эта информация очень важна, потому как возможности открываются невероятные. Представляешь, сколько они тратят усилий для защиты своих людей от заражения? Признаюсь, именно по их просьбе мы захватили и доставили тебя в наш центр для изучения и последующей передачи полученных знаний, да и тебя самого в их распоряжение.

- Так вы ж вроде ничего путного так и не узнали?

- На сегодняшний день у нас имеется только лишь предположение, по какой причине это могло произойти. Как в классическом детективе - причина, возможность, мотив, что там ещё? Возможность создания подобной аномалии имеется только у ЭКСов. Мотив, как говорится, только ЭКСам известен и пути их неисповедимы, а вот насчёт причины произошедшего казуса - можно немного порассуждать. Если что-то происходит во Вселенной, значит это кому-то нужно, в нашем случае пресловутым ЭКСам, попробуем предположить для чего именно. Законы логики и дедукции одинаковы для всех более-менее живых существ и для них в том числе. По крайней мере, я на это надеюсь. У всего всегда есть исключения и, как правило - это единичные случаи по сравнению с основным потоком происходящих событий. Как раз твой случай - ты исключение из правил, тот самый уникальный случай. Что является совершенно невозможным и невероятным для любого обитателя здешних мест? Правильно - возможность вернуться назад в свой мир, к своей прежней жизни. Считается, что такого способа просто не существует, но как оказалось, даже из этого правила есть исключение. У тебя, я так понимаю, такая возможность в перспективе имеется, как бы невероятно это не звучало.

- Внешники же запросто шастают туда-сюда? Для них вернуться в свой мир особых проблем не составляет, как я понимаю. Не знаю, портал у них какой-то там имеется или ещё какая технология, только выходит, что вернуться домой не так уж невозможно, просто не у всех этот портал в наличии имеется.

- Ты конечно не в курсе, что «портал» - это изобретение, нашей организации?

- Так это по вашей милости у них имеется возможность сюда пролезать?

Часть первая. Отцы – основатели. Продолжение.

- Сергей Николаевич, может, поедем уже, четвертый день пошёл. Комиссар как говорил: три дня ждём, потом можно ехать.

- Он сказал три дня, потом день ждём и тогда можно отправляться. Если не объявятся, завтра с утра и тронемся в обратный путь. Что соскучились по трупному запаху?

- Нет, конечно, только неуютно мне тут посреди леса торчать, а там все-таки какой-никакой, а дом.

- Пулемёт надо бы переставить. Его раньше в ту сторону направили, где неизвестность, теперь опасность может быть уже в другом направлении.

Ночь прошла. Ушедшие в тайгу спутники так и не объявились. Решили больше не ждать. Если все-таки когда-нибудь вернутся, доберутся сами, дорога одна, не заблудятся. Хотели оставить послание, только писать не на чём, да и не чем, воткнули в землю срубленные ветки в том месте, где узкоколейка обрывалась, тронулись в обратный путь. Ехали медленно - не было больше с ними здоровенного мужика командира, что за двоих на рукоятке работал, да и зоркий вперёдсмотрящий отсутствовал. Проехали с километр, затем остановились отдохнуть - силы профессорские уже не те, да и здоровье подорвано от лагерной жизни. Тихо вокруг, зверья не видно, птицы, правда, присутствуют, и мелкие зверьки шебаршатся в траве, а кого-нибудь из крупных зверей, ни разу не видели, ни волка, ни лося какого, как вымерло всё в тайге. Так с частыми остановками и докатили к вечеру до лагеря. Ветер в их сторону дул, так что узнали о приближении к нему заранее, по запаху.

- Вы Вениамин Яковлевич, дальше сами толкайте рукоятку, и не торопитесь, я за пулемёт, мало ли кто набежал за это время внутрь, надобно поостеречься.

- А вы из пулемёта стреляли уже?

- Один раз стрелял. Правда, никуда не попал.

- Я так и думал. Хотя из нас двоих, у вас всё равно получится лучше. Слышите, шум какой-то?

- На звериное рычание похоже, если ещё большие звери пришли, тогда нам с ними не справиться, даже этот пулемёт нам не поможет. Я видел, как тогда зверь вышку свалил одним ударом, командир по нему из пулемёта, а тому нипочем.

- Давайте быстрее помогайте, поедем сейчас же назад!

- Не успеем, рукоятка стучит громко, услышат, догонят враз, у них слух хороший. Единственный шанс - на дальнюю вышку забраться, там пулемёт есть и высоко, сразу не залезут, а если потихоньку и не шуметь, сможем дождаться, когда уйдут

- Как вы собираетесь туда добираться, вокруг стены?

- Говорите тише, вдоль стены далеко, стемнеет скоро. Предлагаю подобраться к воротам и посмотреть, что там на самом деле творится. Если это не самые большие звери, а те, что поменьше, может пулемёт нам и поможет, главное, умудриться в них попасть. Придется вам Вениамин Яковлевич тягловой лошадью поработать, слезайте и толкайте дрезину сзади, только не спешите.

- Если бы даже захотел, эту здоровенную штуку с места-то с трудом сдвинешь, тут не разгонишься.

Импровизированный «бронепоезд» с торчащим впереди стволом «максима» медленно вкатился в открытые ворота лагеря. Сергей Николаевич с огромным напряжением всматривался в открывавшееся перед ним внутренне пространство лагеря, сжимая в потных ладонях рукоятки пулемёта. Вениамин Яковлевич пыхтел сзади, изо всех сил толкая дрезину вперёд.

- Стоп! Достаточно.

Зверей было около десятка. Во внешнем их виде просматривались признаки собачей породы, то ли стая волков, начинавшая уже изменяться, то ли собаки. Скорее всего - собаки, вероятно бывшие сторожевые овчарки из лагеря, брошенные своими прежними хозяевами и вынужденные добывать пищу самостоятельно. Пища, конечно не ахти, подванивает сильно и полуразложившаяся, но с голодухи и не такое сожрешь, тем более, что добывать пищу в дикой природе они давно разучились. Разбившись на двойки и тройки, бывшие сторожевые псы увлеченно перерабатывали челюстями мясо, стараясь выбирать куски посвежее, отыскать которые было довольно таки затруднительно. Теплая погода и полчища мух хорошо способствовали скорейшему разложению, в большинстве валявшихся повсюду тел уже копошилось множество белесых червей. На медленно выкатившую дрезину собаки пока внимания не обращали. Вениамин Яковлевич стараясь не шуметь, подобрался к лежащему за пулемётом спутнику, с противоположной от собак стороны дрезины. Говорили шёпотом.

- Что делать будем?

- Начну стрелять, они тут же разбегутся и потом нападут с разных сторон. Учитывая, какой я стрелок, это однозначно конец.

- Может, испугаются выстрелов и убегут?

- А если не испугаются? Эх, нам бы на вышку, оттуда мы их понемногу всех достанем, а им до нас не добраться будет.

- Туда нам незаметно не пройти, даже вокруг стены. Она там сплошная и высокая, нам с вами не перелезть.

- Берите винтовку, Вениамин Яковлевич, вон дверь в караулку, давайте туда, дверь там крепкая, окошки узкие, не пролезут. Только в рост не вставайте, на корточках!

Подождав, пока спутник его скроется внутри помещения, Сергей Николаевич навёл ствол на самое большое скопление зверья и утопил пальцами гашетку. Ничего не произошло, кроме того, что один из зверей на секунду отвлёкшийся от своих гурманских утех, заметил боковым зрением поворот пулемётного ствола. Сергей Николаевич замер, затаив дыхание. Собака-мутант не замечая больше никаких подозрительных движений, вернулась к трапезе. Что не так? Сергей Николаевич лихорадочно думал, вспоминая, чему его учил командир про стрельбу из пулемёта. Лента на месте, её ещё командир вставил, гашетка щелкает, значит, не заело, что ещё может быть? Тут же всё просто, чуть сложнее механизма винтовки. Там как, вставил обойму, снял с предохранителя, а здесь предохранитель - вот этот рычаг, надо его поднять и теперь попробовать снова. Сергей Николаевич сам не ожидал, что всё так просто, пулемёт неожиданно застучал, посылая пули в сгрудившихся зверей. Первые прошли стороной, никого не задев. Растерялся в первую секунду горе-пулемётчик, слишком задрал ствол вверх. Звери от такого громкого шума резко встрепенулись, завертели головами по сторонам. Сергей Николаевич тут же исправился, навел ствол в нужном направлении. Два зверя тут же получившие несколько попаданий завертелись на месте, завывая от боли. Остальные испуганно рванули в разные стороны. Сергей Николаевич жал на гашетку, не отпуская, поливал свинцом всё вокруг, изо всех сил стараясь целиться в убегающих со всех ног бывших собачек. Кое-кому из них всё же перепало вдогонку. При таком плотном огне промахнуться было не просто. Итог - два зверя наповал, это те - первые, попавшие под раздачу, три зверя копошились немного поодаль, двое из них раненые, с перебитыми ногами, ползали по земле и скулили. Пулемёт замолчал, кончилась лента, ствол дымился, пулемётчик с трудом разжал онемевшие кисти рук, присел на боковину дрезины, свесив ноги вниз. Из дверей караулки осторожно выглянул Вениамин Яковлевич, держа винтовку за цевьё, как простую дубину.

- Как всё прошло?

- Нормально. Тех двух надо бы добить, скулят очень жалобно, прям как собаки, справитесь?

- Может вы сами? Вам как-то сподручнее будет, а то я совсем…

- Ладно, сейчас. У вас закурить не будет, Вениамин Яковлевич? Страсть как курить хочется, прям мочи никакой нет.

- Может, водки?

- Водки, наверное, можно. Принесёте? C этим, надеюсь, справитесь? И это… лекарство у вас? Дайте его хотя бы сначала хлебнуть, голова что-то очень тяжёлая.

- Собачки разбежались, ну и, слава Богу, только я уверен, что вернутся ночью, когда всё затихнет. Главное, что мы их слегка напугали, показали свои зубы, они теперь осмотрительнее будут и нагло напролом не полезут. Тут другой вопрос наметился, Вениамин Яковлевич, что дальше? Как нам теперь быть и что делать? У меня мыслей разных полна голова и вопросов среди них гораздо больше, чем ответов. Зверюшек этих странных мы, пока что, разогнали, больше везением, чем умением. Устроиться мы здесь сможем на первое время. Караулка прочная, просторная. Печка имеется. Зверь, если не слишком большой, в окно не пролезет. Только дальше то что? Скоро зима. По правде говоря, дотянуть до весны у нас шансы неплохие, провианту для двоих достаточно, мука, крупы, консервов на складе много, с дровами тоже проблем не будет. Всё хорошо, если только по наши души никто не заявится.

- Это вы про положительную сторону нашего здешнего пребывания сейчас рассказали. Давайте назовём отрицательные моменты. Помощи нам ждать в ближайшее время, скорее всего, не стоит, потому, рассчитывать можем только на собственные силы. Постоянный бич северных территорий - цинга, месяца через два она примется за нас. Свежих продуктов, я так понимаю, у нас в наличии не имеется, их по узкоколейке подвозили, они быстро портятся. Не сохранить их в здешних условиях.

- Есть несколько мешков картошки, если её правильно хранить, против авитаминоза поможет, да и хвойный завар с ней неплохо справляется, так что с цингой мы сдюжим.

- Консервы - хорошо, но свежее мясо нам тоже необходимо, вы охотились, когда-нибудь?

- Боюсь охотник из меня никакой, да и опасно в тайгу выходить. Помните, какие твари там могут повстречаться? Скорее мы станем добычей, чем наоборот.

- Понятно. Запас спирта достаточный, я проверял, его и шариков этих для изготовления лекарства более чем достаточно. Надо выбрать барак наиболее подходящий из имеющихся и подготовить его к зимовке. Перетащить туда все запасы, чтобы потом по морозу не бегать, да и растащить продукты может зверьё всякое, особенно муку и крупу. Дрова-то им без надобности, но поленницу сложить рядышком с жильём просто необходимо. Тут такие снегопады бывают, так занесёт, что из избы не выйдешь, потому, кстати, все двери здесь в Сибири вовнутрь открываются.

Закончился первый осенний месяц, а лето и не думало уходить. Температура если и упала, то не намного, такие прохладные, дождливые дни и в июне случаются. Погода совершенно не напоминала осеннюю, обычно холодную и промозглую в здешних широтах. Звери действительно ночью наведывались несколько раз, пока не очистили все костяки от остатков мяса, потом пропали. Все четыре недели время попусту не теряли, спешили воспользоваться благоприятной погодной аномалией для подготовки к зиме. Работали посменно, один два часа торчит на вышке, сторожит окрестности, другой - трудится, затем меняются. Как, оказалось, сторожить не было никакой необходимости, вымерло всё вокруг, никого крупнее зайца, реже лисицы, так ни разу и не заметили.

- Замечаете, Сергей Николаевич, какие погоды нынче стоят дивные. Казалось радоваться бы нужно и господа благодарить за такой подарок, а на душе не спокойно. Неправильно это все, не по-божески. В это время в прежние года здесь уже снег первый выпадал, да заморозки ночные случались, про листву вообще молчу. Листопад к октябрю уже заканчивался, деревья голые стояли и зайцы шубки белые одевали. А сейчас гляньте, ничего подобного и в помине нет, солнышко жарит как в июле, тайга вся зеленая, это я не про ёлки с соснами да кедрами, а про лиственные породы. Похоже, лето уходить никуда не собирается, вас такие чудеса не удивляют?

- Согласен, необычные природные выверты присутствуют, вдобавок к уже имеющимся странностям.

- Давайте уже признаем, что случилось что-то из рук вон выходящее, я бы даже сказал, что необычайная природная катастрофа произошла в здешних местах. Не знаю, какая территория охвачена этим катаклизмом, надеюсь не планетарного масштаба, но по приблизительным подсчётам - не менее ста километров в диаметре от лагеря нашего, если его принять за центр этого воображаемого круга. Многое из того, что мы успели увидеть, можно объяснить. Не просто это будет сделать, но попытаться можно. Даже появление посреди тайги некоего подобия древних животных, вымерших миллионы лет назад, в принципе, если постараться, под гипотезу, более-менее правдоподобную, подвести можно. Но вот объяснить, как на пути недавно построенной железной дороги вдруг неожиданно вырос вековой лес, я никак не могу. Не может такого произойти в нашей обыденности, просто никак не может, потому считаю что произошедшее - событие исключительное, ранее никогда не происходившее и требующее тщательного изучения.

- У нас же у обоих ученые звания имеются и времени свободного предостаточно, спокойно можем учредить свою научную организацию по изучению необычного феномена. Университет можем учредить, кто нам помешает?

- Насчёт университета это вы, батенька, перегнули, может, для начала назовем просто Институт?

Глава 8. КОРНЕЛИУС. ПРОДОЛЖЕНИЕ

- Спрос, знаете ли, рождает предложение, взаимовыгодный обмен, так сказать.

- И что это такое ценное вам эти уроды предложили за человеческие сердца, почки и прочие части тела?

- Высокотехнологичные изделия, сверхточные приборы, энергетические элементы огромной ёмкости и ещё много чего, очень нам необходимого.

- Суки вы!

- Я бы не судил нас так строго, мы трудимся не для того чтобы получить для себя больше средств, власти или других общественных благ, вернее, не только для этого. Наша работа необходима для всего населения Стикса, невольно оказавшегося здесь. Основная наша цель - сделать здешние условия жизни комфортными для человека, хотя признаюсь это очень не просто. Для этого нам требуется хотя бы на элементарном уровне понять, что вообще это такое - Стикс, и из того, что нам за всё время удалось узнать, это лишь крохи необходимой информации.

- Портал-то зачем внешникам отдали, неужели было непонятно, что они сюда полезут не за ягодами и грибами, а с другими целями?

- В каких целях они собирались использовать технологию перехода, мы в то время понятия не имели, но, честно признаться, даже если бы знали, то ничего бы не изменилось. Они нам, я имею в виду не только Институт, всем нам, обитателям этого проклятого места, жизненно необходимы. Казалось бы - парадокс, жертвам для существования необходимы те, кто их убивает, но вспомните, как называют этих безжалостных хищников – волков: «Санитары леса» и это не просто красивое название. Убивая ослабевших и больных и добывая таким жестоким образом себе пропитание, они поддерживают существование и здоровых особей.

- Это вы стронгам расскажите лучше, они этих «Санитаров леса» лупят, почём зря везде, где встретят и я с ними полностью солидарен, «не взирая на их жестокие методы».

- Поддерживание баланса - неотъемлемая часть существования, это касается не только Стикса, но и остальных обитаемых миров тоже.

- Из таких как вы, гвозди бы делать, стальные и несгибаемые. Как вы просто рассуждаете, про баланс и всё такое, а это ведь жизни человеческие в немалом количестве.

- Ну, и что вы, в таком случае, сами то предлагаете?

- Я что-то не пойму, если у вас завёлся портал и возможность свалить отсюда, так почему же вы им не воспользовались, а просто отдали этим уродам?

- Сейчас объясню. Я не слишком крупный специалист в науке пространственно-временных перемещений. У меня, скорее административно-распорядительная функция в организации, потому глубокого погружения в теоретические аспекты не обещаю. Первое - почему нельзя воспользоваться порталом для, так сказать, «возвращения домой»? Потому, что никто из тех, кто попал сюда не по своей воле, не сможет определить, где этот дом в настоящее время находится. Для перемещения отсюда необходимы точные пространственно-временные координаты входа и наличие сохраненной виртуальной, индивидуальной матрицы организма в памяти портала. Внешники, отправляясь сюда, имеют возможность соблюсти эти условия и, значит, могут вернуться в то же место, откуда стартовали. У всех остальных, включая меня и вас, такая возможность отсутствует, по причине хаотичного способа входа в Стикс - отсутствие фиксации стартовой точки. Фарш обратно в кусок мяса не провернёшь, а если аккуратно разобрать предмет на части, то впоследствии его можно собрать в прежнем виде, как-то так, если на примитивном уровне объяснять.

- Я слышал, что если внешник здесь заразится, то назад для него дорога будет закрыта, несмотря на все ваши матрицы-шматрицы и координаты.

- Здесь тоже не всё просто, как считается. Следующая информация будет действительно очень секретная. Знают про это очень немногие, и нам бы очень не хотелось, чтобы она стала доступной посторонним. Заражёнными оказываются все, теперь уже почти все, кто сюда попадает, в самый первый момент входа. Только заражение это разное. Исключение составляют лишь те, кому суждено в будущем не погибнуть и вернуться назад. Этот объект остаётся «прежним», без изменений, споры гриба его не «трогают». Почему? Для этого расскажу немного о том, что из себя представляют Эксы, естественно, в пределах того, что нам удалось про них узнать. Хорошо известно, что очутившиеся в Стиксе организмы делятся после попадания в него на две категории: так называемые «заражённые», потерявшие разум и сохранившие лишь несколько основных жизненно важных инстинктов, превращенные в носителей чужеродных организмов - грибков-паразитов и «иммунных», остающихся по-прежнему разумными существами. Это относится не только к людям, но и к некоторым животным, имеющим достаточный уровень массы тела. У «заражённых» присутствуют явные признаки биологического заражения, мозг практически перестает выполнять свои функции, отравленный ферментами спор. В затылочной области постепенно прорастает тело гриба. У «иммунных» последствия заражения происходят совершенно по-другому: они остаются практически неизменными в физиологическом смысле. Их интеллект не затронут, появляется лишь зависимость от необходимости приёма блокирующего отравление раствора, сделанного на основе продуктов создаваемых в процессе жизнедеятельности гриба. Какой вывод можно сделать из вышесказанного? Если признаки и последствия «болезни» различны, выходит и источник её разный: первые поражены грибом, а вторые - чем то другим. И все эти россказни про какой-то мифический «иммунитет для избранных» - это всё глупости и выдача желаемого за действительное. Мы исследовали не один десяток тел и тех и других и ничего не нашли. А возможности для тщательного и всестороннего химико-биологического анализа у нас имеются. И что удивительно, не нашли ни малейших признаков пресловутых спор гриба. Нет их ни в организмах «заражённых», ни в атмосфере, вообще нет нигде. Потому что появляются они только лишь при «перезагрузке» кластера, вместе с «кислым туманом» и после окончания процесса исчезают бесследно.

- Выходит, что все заражаются в «кисляке» только в самом начале?

- Именно так. Мы считаем, что споры гриба могут существовать только лишь в подходящей для них среде, и, этот ваш «кисляк» как раз ей и является. Внутри носителя внешняя среда им уже не страшна. Внедряясь в свежий организм, они быстро прорастают, два или три дня на это уходит, затем берут носителя под контроль, ну, дальше ты знаешь. С «иммунными» всё происходит совершенно по-другому.

- Погодите, получается если спор в воздухе нет, то внешники зря на себе свои скафандры таскают? Никто их заражать не собирается?

- Ты немного опережаешь события, но абсолютно прав, угроза заражения спорами гриба внутри Стикса полностью отсутствует для всех и для внешников в частности. Ты только им не рассказывай, ни к чему им про это знать, баланс сил необходимо поддерживать.

- Шутите? Вы же мне память потом сотрёте, кому я чего расскажу.

- Да, да, это я попытался слегка пошутить. Это, как раз и есть та самая «сверхсекретная информация», про которую я в начале нашей беседы говорил.

- Мне мой товарищ рассказывал, кстати, как он? Вы его случайно не сдали на органы?

- Нормально всё с ним, тоже прошел обследование, ничего интересного, всё как у всех, здесь он, неподалеку находится.

- Так вот, он мне говорил, что если внешник костюм свой защитный порвет и вдохнет здешний воздух, то всё, кранты ему, переходит в разряд «заражённых» со всеми вытекающими, врал что ли?

- Не врал, просто он не совсем понимает всей сути происходящего. Немного странно для тебя будет звучать, постарайся принять на веру. Внешник, считающийся «заражённым», хотя таковым в реальности не являющийся, не сможет вернуться назад в свой мир, его свои просто не пустят в портал. Переход в категорию «невозвращенцев» автоматически подразумевает немедленное его «заражение».

- Что-то я запутался, вы ж сказали, что без «кисляка» заразиться невозможно?

- Невозможно заразится спорами гриба-паразита ввиду их отсутствия, но я же уже говорил, что существует другой вид «заражения», результат воздействия иных существ, ты просто поспешил и не дал мне рассказать всё по порядку. Второй вид «заражения», хотя такой термин здесь не совсем к месту, «дело рук» существ которых в нашей внутренней терминологии называют Эксами. С ними всё гораздо сложнее. Даже споры гриба нам изучить не удалось, только лишь последствия их внедрения в носителя. Во время их появления вместе с туманом, новоиспечённым посетителям Стикса не до научных исследований, они вообще не понимают, что происходит, а нам лезть в перезагружающийся кластер - стопроцентное разрушение мозга, без вариантов. Почему, пока не выяснили, таков видно механизм перезагрузки, не терпит присутствия «старожилов». В принципе, возможность захватить споры существует, можно попробовать засосать туман в защищенный контейнер или придумать нечто подобное. Пока не получилось, но работа в этом направлении продолжается. В общем, это дело времени и определенных усилий, а вот с Эксами у нас вообще почти нулевой результат. Мы можем фиксировать только косвенные последствия их деятельности и то больше на гипотетическом уровне. Мы думаем, они вообще не материальны, это какой-то вид энергии, обладающий чем-то вроде разума, точнее сказать не могу. Основы теории существования Эксов на сегодняшний день - энергетические образования, нашими техническими средствами не фиксируются, логика действий непонятна, причины взаимодействия с живыми организмами не выяснены. Это отрицательные моменты. Теперь, что нам удалось установить. Эксы не способны надолго концентрироваться в локальной точке пространства-времени. То есть они одновременно существуют на всей протяжённости временной линии и трехмерного пространства.

- Для тех, у кого нет научной степени, можно попроще объяснить?

- Обычные для нас материальные объекты, например мы с вами, существуем в каждый определенный момент, в определенной точке временной линии и движемся по ней от прошлого к будущему, это понятно? Соответственно с положением в пространстве та же картина, например, сейчас мы с тобой в этой комнате находимся, значит в определённом локальном месте. Эксы же, как бы «размазаны» по всему объёму пространства, и по всей временной линии тоже. Они одновременно и в прошлом, у начала времен, и в будущем, у их конца. Невероятно? Другого объяснения у нас нет, а эта гипотеза неплохо объясняет многие проявления их «жизнедеятельности». Возможно, мы им как раз и интересны тем что, используя «иммунных», они способны локализоваться в континууме. По каким критериям они выбирают объект для контроля - точно не известно, имеются лишь предположения. Возможно это те, кто наиболее жизнеспособен, кто сумеет неплохо приспособиться к здешней жизни. Вот такие люди и получают пресловутый «иммунитет» к заражению спорами гриба-паразита.

- И как это они успевают, и нужных выбрать, и иммунитет им приделать до начала перезагрузки и появления «кисляка»?

- Я ж тебе уже говорил про их особенность существования во времени - будущее им известно, потому успевают и выбрать нужных и предохранить. Кстати, вот мы и к главной для тебя новости подошли: ты потому «чист», что им известно, что в будущем ты сумеешь вернуться домой, поэтому тебя и не «трогают», как мне думается. Внешники ведь возвращаются в свои миры - их не трогают, значит, причина не в тебе, а в твоей судьбе и ты точно вернёшься. Так что внешникам ты, выходит, на самом деле не интересен, причин передавать тебя им у нас уже не имеется.

- Обидеться могут, вы ж им обещали, сил столько на нас потрачено и всё в пустую?

- Отдать им «пустышку» принесёт гораздо больше неприятностей, да и не слишком мы опасаемся их мести, есть у нас козырь и немаленький. Если ты передаешь потенциальному противнику ценную технологию, я портал имею в виду, то обязательно должен подстраховаться, добавить туда предохранитель, чтобы в нужный момент его активировать. Ведь, в случае конфликта между нами порталы неожиданно могут прекратить работать.

- Уверен, они давно уже скопировали ваши установки и сделали собственные.

- Здесь в Улье их пока что нет, мы это контролируем, а развёртывание новых потребует времени и немалых усилий с их стороны, учитывая наше им в этом противодействие, да и не только наше. Стронги ведь появились здесь тоже не просто так.

- Опять ваша работа?

- Перманентный баланс сосуществования между всеми обитателями Улья должен непременно поддерживаться, это для них жизненно необходимо.

- Повторяетесь.

- Верно. Пора заканчивать.

- У меня ещё пара вопросов. Я так понял, раз я внешникам теперь без надобности, так вы меня отпустите восвояси? Так что там, насчёт моего напарника, его тоже, надеюсь?

- Да, для нас он совершенно бесполезен, а вот для тебя имеет особую ценность, так что отпустим. Отвезём подальше и отпустим обоих. Подальше от территории контролируемой внешниками, я хотел сказать. Не получив тебя от нас, они явно не успокоятся и попытаются сделать это через других, лучше этого не допустить.

- Тогда последний вопрос: для чего вы мне это всё рассказали?

- Скажем так - в гуманитарных целях. Часть памяти, где хранится всё, что с тобой здесь происходило, будет заблокирована и блок будет снят, только когда ты покинешь Улей и вернёшься домой. Для чего это всё? Чтобы ты донес до жителей своего мира, что им может грозить, и чтобы они смогли, хотя бы теоретически, к этому подготовиться. Понимаю, звучит наивно, просто так принять такое невероятно трудно. Вряд ли кто просто так тебе поверит. Раз уж тебе предначертано, так принеси хотя бы пользу другим людям. Напиши книгу. Снять фильм на эту тему тебе вряд ли позволят. Не сомневаюсь, внешники в твоём мире тоже имеются и обладают достаточными возможностями, чтобы помешать. Найди способ донести до людей, что такое Стикс, спрячься за псевдонимом, каким-нибудь простым, Иванов, Петров, Каменев. Используй общественные информационные сети, должны же у вас быть такие. Всерьёз, скорее всего, сразу не примут, но кое-что всё равно в памяти осядет. Знают же люди по фильмам что делать, если зомбиапокалипсис вдруг начнется. И в случае, если в Стиксе окажутся, смогут быстрее адаптироваться, и не растеряться в первые часы. Многие тогда смогут, благодаря тебе выжить, если быстро поймут, где очутились и что они про это место что-то такое раньше слышали.

- Вам-то от этого какая польза? Столько усилий приложено, чтобы где-то в одном из многочисленных миров узнали заранее про Стикс и вряд ли бы тут же в такое поверили. Ну, спасётся пара человек от того, что я расскажу, это ж капля в море, на общую статистику практически не повлияет.

- Пара человек - это две жизни, разве этого мало? А я уверен, что их будет гораздо больше. Древний человек в начале своего существования не был доминирующим видом на Земле, однако прошло время и всё изменилось. Чем больше здесь нормальных людей, тем больше у них будет возможностей противостоять тварям. Надеюсь, в будущем и в Стиксе произойдет тоже самое, что и на древней Земле - люди постепенно загонят тварей в пекло, где им самое место и приспособят этот мир для себя. Мне очень бы хотелось, чтобы в этом была и часть нашей заслуги.

- Ну, вы блин, и утописты-моралисты с автоматами наперевес, а куда обычно приводят людей благие намерения, в курсе?

- Поживем, увидим, кто прав окажется.

- Ну, и самый, самый последний вопрос, вы не в курсе случайно, как мне отсюда выбраться? Может способ, какой знаете хитрый, секретный, лично для меня?

- Уверяю тебя, не знаем, если бы мы владели такой информацией, разве бы мы тут сидели? Кое-какими соображениями могу поделиться, ничего конкретного, так, мои личные размышления на досуге. Подобное тянется к подобному. Ты же личность уникальная для наших мест, про Скребберов слыхали? Это тоже уникальное образование для Улья, никакой правдоподобной информации про них не существует, проверяли. Только слухи и придуманные россказни разных психически неуравновешенных личностей, которые с ними, вроде как контактировали даже или просто видели издалека. Всё это глупости, ни одного живого «контактёра» нам обнаружить не удалось, хотя желание пообщаться с реальным свидетелем имеется немалое. Есть у меня мысль, что ваше «возвращение» может быть связанно как раз со Скреббером. Вы с ним две сильно выпадающие из повседневной реальности сущности, между вами может существовать некая взаимосвязь. Обратите внимание на это при случае, если вдруг выпадет возможность с ним встретиться, хотя я лично, бежал бы от него со всех ног и как можно дальше.

Глава 9. СТАБ "ХМУРЫЙ"

Жук очнулся первым, он всё-таки «ветеран» Стикса, а не то, что этот, валяется на кровати в полной бессознанке, но вроде ещё дышит. Не окочурился пока. Куда это интересно их притащили странные парни в футуристическом прикиде и главное, для чего? То, что внешники это были, Жук не сомневался, а кто ещё способен в супер броню облачаться и на «невидимом звездолете» рассекать? В живых оставили, на запчасти не почикали, и на том спасибо. Отпустили просто так и без потерь среди внутренних органов? Что-то на них это не похоже. Обычный гостиничный номер: в меру чистый, без изысков каких, главное - что не палата по извлечению почек и прочей требухи из любимого организма. Опасности Жук никакой не чувствует в окружающей обстановке, но расслабляться рано. Не понимает он совсем, что происходит и это немного нервирует. Глянул в окошко, там, похоже, стаб какой-то, только незнакомый. Вроде ничего особенного, все, как и везде, люди ходят, мастерские шумят, обстановка спокойная снаружи. Крестника решил не будить, сам очнётся, когда время придет. Проверил дверь - не заперто, охрана отсутствует, уже хорошо. Спустился по лестнице вниз, как оказалось - прямиком в бар. Здесь пусто, только двое за столиком в дальнем углу пиво тянут, похмеляются, наверное, после вчерашнего. Бармен за стойкой, стаканы протирает. Вот Жуку всегда было интересно - это они от нечего делать такой хренью занимаются или фишка у барменов такая: кто-то жвачку жует, кто-то чётки перебирает, а эти - стаканы полируют.

- Здрасьте! Я стесняюсь спросить, это что за город за окошком виднеется, не подскажете?

- Стаб Летний, вы из какого номера?

- Слушай, я на номерок-то не посмотрел, по лестнице наверх и вторая дверь по левой стороне вроде.

- Восьмой, ну тогда понятно, вам просили передать, когда очнётесь, что за проживание и питание уплачено за три дня. Один, кстати, уже прошёл, а дальше сами вертитесь, так и сказали.

- Кто сказал-то, мил человек?

- А я знаю? Люди, какие-то, которые вас к нам вчера притащили, по виду парни серьёзные, с такими не забалуешь.

- А как они выглядели, во что одеты?

- Пить будешь, что-нибудь? Трехразовое питание оплачено, но выпивка не в счёт.

- Пива набулькай, хорошего только, не разбавленного.

- Другого не держим.

- Ну, ну.

Жук тут вспомнил, что за пиво платить нужно будет, похлопал по карманам - в левом кармане куртки, что-то присутствовало. Обнаружил там мешочек со споранами и немного гороха. Мешочек его собственный, но содержимого прибавилось, видать неведомые благодетели на первое время от щедрот досыпали. Хватало на пиво и на бутылку «живчика».

- Про стаб такой не слыхал, «Хмурый» прозывается, неподалеку от Николаевска расположенный, далеко до него отсюда?

- Не слыхал, и про Николаевск тоже, это который на Волге?

- Да нет, не было там никакой волги, что ещё за волга такая?

- Река такая, очень большая, не слыхал про такую, что ли?

- Не было там никакой реки, тем более большой, другое это место. Далеко видно нас занесло от «родных» мест, если даже бармен про них не слыхал. Слышишь, пивка ещё плесни, а эти, которые притащили, они ещё чего сказали?

- Больше ничего, заплатили и уехали, броневик у них, кстати, вещь знатная, на таком можно по округе рассекать не боясь. Элитник матерый его, конечно, располосует, но тем, что помельче, такой не по зубам. На внешников смахивали очень, только никаких масок и прочей ихней хрени, так что не внешники это были, да и далеко отсюда до ихних баз, вряд ли они сюда доберутся. Рейдеры это были, сильно забуревшие или те, кому удача резко улыбнулась, упакованные по полной, я ж говорю, парни - палец в рот не клади.

- Ладно, хрен с ними, ты лучше скажи мил человек, как здесь у вас с работой?

- Вам с риском для жизни или чего попроще?

- Лучше конечно с риском, мы привычные, да и платят там, скорее всего, побольше.

- Тогда вам к Стену, он стаб держит, ему люди всегда нужны, естественная убыль, знаете ли, вечная текучка кадров.

- Текучка чего и для чего?

- У него сам и спросишь, налево по улице два квартала, потом направо метров двести, там увидишь. К обеду не опаздывай.

Штаб Стена Жук нашел легко. Ничего необычного - двухэтажное здание приличных размеров, собранное из панелей на бетонном основании. Половину занимали склады, рядом стояли в ряд несколько грузовиков со следами поездок по Стиксу. Несколько штук стояли в боксах, оттуда слышался обычный авторемонтный шум и нередкий матерок автомехаников. У входной двери - караульный, похоже, чисто для вида, потому что никого не тормозил и не проверял, да и автомат висел за спиной в не боевом положении. Над дверью красовалась вывеска с коротким и ёмким словом - «Стен», не оставлявших сомнений, что Жук заявился точно по адресу. Выразив уважение охране короткой фразой - «к Стену», претендент на занятие вакантной должности толкнул дверь внутрь. Не страдающая разнообразием мода на одеяния не обошла стороной и будущего работодателя, одетого в набивший оскомину камуфляж и сидевшего в кресле в традиционной американской позе - ноги на столе. Ладно, хоть сапоги чистые.

- Садись, чего хочешь?

Про миллион долларов и яхту с красивой бабой Жук решил умолчать.

- Работа нужна, сами мы издалека, никого в ваших местах не знаем, а кушать и, естественно, выпить, по-прежнему хочется. Бармен посоветовал к вам обратиться из этой, блин, название-то я не посмотрел, короче, из гостиницы в трех кварталах отсюда.

- Что за работа, в курсе?

- Думаю, что ничего нового в ваших местах придумать не догадались, кроме как сбиться в стаю и отправиться потрошить недавно перезагрузившийся кластер, как и во всех остальных местах этого проклятого мира, или я не прав?

- В общем и целом в точку, но как ты про всё догадался, ума не приложу, ты наверно экстрасенс?

- Не, таланты у меня другие.

- И какие, интересно? Вопрос не праздный, кстати.

- Опасность чувствую.

- Насколько метров?

- Сто-сто пятьдесят, если горохом подкормиться, могу дальность увеличить.

- Дар полезный, нам подходит, считай, что принят, гороха не получишь, у нас его раз, два и обчёлся. Споранов в счёт будущей доли могу отсыпать немного.

- Пока есть немного, спасибо. Только я не один. Крестник мой в гостинице остался, без него я никуда. - А у него какие способности?

- Дар у него один, но очень редкий - нет вообще никаких способностей, здоровья никакого и устает быстро.

- Так на хрена мне такое чудо?

- Так мы ж только комплектом, но согласны на одну долю на двоих.

- Он вообще хоть что-то умеет, стрелять, например?

- Стрелять может, только попадает редко, а вот машину вести сможет.

- Ладно, возьмем водилой. Личной безопасности вам не гарантирую, за крестником своим сам следить будешь. Подходите завтра, к девяти утра на инструктаж, снарягу заодно получите, потом из доли вычтем, если выживете. Выдвигаемся вечером, чтобы к утру на месте оказаться.

К моменту возвращения Жука, Бомжара успел очнуться и уже сидел в баре с початой бутылкой водки на столе. Чем он собирался рассчитываться за выпивку, непонятно, т.к. вся наличность осталась у Жука в кармане. Жук подсел, тоже налил себе рюмку, их рядом с бутылкой было как раз две штуки. Крестник явно его поджидал.

- Рассказывай, давай, где мы и что вообще вокруг происходит, а то бармен этот меня послал, сказал, что тебе всё уже рассказал, и по второму разу ему лень.

- Рассказывать мне особенно-то нечего, притащили нас сюда какие-то чётко упакованные ребята, похоже, те же, что нас у Князя из-под носа уволокли. Оставили в номере, за три дня заплатили, ты обедал уже? Сейчас мы это исправим, тем более, что за питание добрые дяди уже оплатили. Сколько времени прошло после нашего похищения я не представляю, может сутки, может месяц, тут хрен разберёшь, щетиной обрасти, сильно не успели, значит немного. В этих местах про Хмурый даже не слыхали, далеко от родных мест уволокли ироды, знать бы ещё зачем. То, что из-за тебя заморачивались - это понятно, я то им на хрен не сдался, чего с меня взять. Органы вроде на месте, шрамов новых не добавилось, зачем эту кутерьму было затевать, не понимаю. И как теперь домой добираться, тоже не знаю, даже в какую сторону двигать не представляю. Одно направление, правда, отпадает само собой, в сторону пекла в здравом уме никто переться не захочет, а у меня мозги вроде не пострадали. Ты сам-то как, нормально?

- Вроде ничего, не помню ни черта только, но нутром чувствую, что держали нас не день и не два, а гораздо больше и бросили здесь, потому что всё, что им нужно было, они получили. Странно только, что не пристукнули, так проще ведь, чем тащить сюда и ещё за постой оплачивать. Щетина на мордах не отросла, это правда, хотя это ни о чём не говорит, могли просто побрить в тамошней цирюльне забесплатно.

- Они ещё споранов нам подкинули и даже гороха немного. Тебя, кстати, на «живчик» не тянет? Ну, значит, ничего не поменялось, всё осталось, как и раньше, а я уже надеялся, что исправят тебя, приведут в нормальный вид. Я насчёт работы, кстати, уже договорился, завтра утром пойдем устраиваться. Нас через два дня из гостиницы выкинут, а платить за жильё и хавчик почти нечем, запас споранов на критическом уровне, для «живчика» нужно поберечь. За пузырь заплатим и все, придётся на время завязать, пока не разбогатеем.

- Что за работа?

- Обычная, немного поездить, много пострелять, постараться не отбросить копыта, ничего нового. Я сказал, что ты грузовик умеешь водить. Умеешь?

- Ни разу не водил, максимум «газельку».

- Вот блин, опростоволосился, я то думал…, ладно, придумаем, чего-нибудь.

Встретили их по прибытии на инструктаж совсем не так, как они рассчитывали. Жуку всегда не нравилось когда в него автоматными стволами тычут и заставляют топать в неизвестном направлении. Сопротивляться, смысла нет, с голыми руками против автоматов не попрёшь, надеюсь, хоть не расстреливать тащат, вроде не за что пока, не успели пока что набедокурить в здешних местах. Привели, похоже, в обитель ментата, её ни с чем не спутаешь. Слава Стиксу, а то он уже подумал, что местные рейдеры совсем лохи педальные, таких как они сразу надо было тащить на проверку. Ментат «шаманил», как обычно, руками водил, делал умное лицо, потом обоих выставили за дверь под бдительную охрану, один внутри остался, видно кто-то из старших. Вышел он минут через десять, их повели назад под конвоем. Перед приемной Стена - та же процедура, старшой зашел внутрь, их оставили в коридоре.

- Жук, что происходит, по-твоему?

- Сам-то, как думаешь? Притащили нас сюда неизвестно откуда, какие-то подозрительные ребята, кто мы такие, чего здесь забыли? А мы ещё в рейд запросились, тебе это не показалось бы подозрительным? Мне, например, даже очень, я ещё раньше удивился, чего это нас сразу же, по прибытии, к ментату не отправили. Щас узнаем, правильно я домысливаю, или как.

Старший выглянул в дверь, кивнул головой, обоих завели внутрь, усадили на стулья. Двое встали сзади, контролируют, чтобы лишних движений не делали, Стен в прежней позе за столом, ботинки опять чистые, моет он их, что ли каждый день? Старшой пристроился рядом со Стеном, опустив задницу на подоконник.

- Мутные вы ребятки какие-то, оказывается. Давайте излагайте поподробнее, кто такие, откуда и врать при этом не советую.

- С момента рождения рассказывать или как?

- Ты давай не умничай, момент твоего зачатия и появления на свет мне не сильно интересны, а вот похождения ваши, особенно в последнее время, надо бы прояснить. И сообщника твоего это тоже касается.

Выслушав получасовой рассказ, Стен покосился на старшого, тот кивнул.

- Вроде всё верно, но меня больше интересует промежуток между тем, как вас забрали у Князя и как вы очутились в Летнем.

- Нас тоже интересует, но, увы, это тайна покрытая мраком.

- Оба не помните? Похоже на работу внешников, только они способны так мозги откомпостировать. А это означает, что вы ребята можете оказаться слишком геморройными, потому я сейчас мучаюсь вопросом - что с вами теперь делать? Самое простое решение проблемы - пристрелить и закопать, и я к нему склоняюсь всё больше. Должны сами понимать - вы побывали в лапах внешников и они вас вот так просто отпустили? Мне, например, в такие чудеса не очень верится. Тем более, про то, что с вами там творили, даже ментат ничего не смог узнать, засада, какая-то, в общем. Не хотелось бы от вас подлянку неожиданно получить в спину, причём в самое неподходящее время.

- Я ж говорю - не внешники это были, без намордников, да и они так далеко вглубь не забираются.

- Хочешь сказать - муры? Бармен говорит, прикид у них был знатный, мурам такой и не снился и опять же, броневик. Мой «зверь» от зависти бы сдох. Мне доложили, что стрёмные чужаки объявились, но я как-то мимо ушей пропустил, тем более что сообщили, когда те уже благополучно свалили. И не сразу сообразил, что это именно вас те парни сюда зачем-то приволокли. А вы типа, сами не в курсах? Ох, не нравятся мне эти непонятки.

- Так может, мы просто пойдем себе, куда подальше? И вам спокойнее и нам для здоровья полезнее.

- Может и так, но что-то мне подсказывает, что отпускать вас не стоит.

- Что-то или Дар?

- Ладно, проницательный ты наш, угадал, есть у меня такая фишка, предвидеть кое-какие события. Не так хорошо, как бы хотелось, но уж что Стикс дал, то дал, жаловаться грех. Чувствую, что отпускать вас не стоит, с собой надо взять, а логика кричит - пристрели и не мучайся, такая вот дилемма.

- Сердце слушай командир, оно не обманет.

- Оружие не получите, сидеть в машинах и не рыпаться, приглядывать за вами будут и если что -первая пуля ваша.

- Стен, ты уверен?

- Нет, но чуйке своей я доверяю. Этот постарше - твой, а ко второму приставь кого понадежнее.

Колонна выдвинулась с наступлением ночи. Обычно в темное время суток по Стиксу предпочитают не передвигаться, тем более на автомобильном транспорте, шум от которого далеко слышен и обязательно привлечёт непрошенных гостей. Только в здешних местах условия сильно отличались от привычных для Жука. Задворки великого Улья - своеобразная глубинка, где людские поселения далеко друг от друга разбросаны по обширной стабильной территории. Перезагружающиеся кластеры вообще редкость. В общем, забытая Стиксом окраина «цивилизованного мира». Жука, немного подумав, Стен усадил рядом с собой в свой персональный броневик, возглавлявший колону. Следом шли два БТР, древние и латаные-перелатанные в местных мастерских машины. За ними пяток разномастных тентованных грузовиков почти без внешней защиты, с бойцами в кузове. Их предназначение - людей везти, а не оборону держать. Тем более, что обшивать их броней дорого и не практично - грузоподъёмность и скорость падает, а надежной крепости на колёсах, не способной противостоять даже немного отъевшемуся руберу, всё равно не получится. Здоровенных смертоносных тварей, которыми кишат пекло и его окрестности, в этих забытых Стиксом местах почти не водилось. Шелупени по-мельче - хоть отбавляй, в основном недалеко ушедших от пустышей и не приносивших никакой значимой добычи. Так, пара десяток споранов в затылочном мешке и то в радость. Основной источник поступлений - такие вот рейды во вновь перезагрузившийся кластер, но и здесь не всё так однозначно. Кластер с небольшим городом на его территории, и раз в три-четыре месяца перезагружавшийся, был единственным, имевшимся в достижимой близости от Летнего. В городе был средней руки камвольный комбинат, где трудилось подавляющее число жителей и куча торговых точек, разбросанных по всему городу. Рассчитывать на приличную добычу там не приходилось. Имелось там, правда, одно интересное для мародеров местечко - стоянка для дальнобоев, где обычно скапливались на отдых несколько десятков фур, следовавших транзитом. Вот в их прицепах, можно было поживиться. Находящиеся там грузы представляли главный интерес для Стена и его команды, но, к сожалению, не для них одних. Кроме Летнего в радиусе ста километров располагались ещё два подобных ему Стаба, и между ними шла непримиримая борьба за ресурсы. Пока тряслись на неровной дороге, Стен все эти местные особенности подробно обрисовал сидящему на соседнем месте Жуку.

- Представляешь, эта борзота из Холодного в прошлом году нас решила списать в чистую. Собрали толпу придурков, шесть броневиков, пушку даже приволокли, где взяли, понятия не имею, но выстрелить смогла. Пару раз. Потом мы её подорвали. Вот на хрена это надо было делать? Что, нельзя было встретиться, поговорить, порешать всё по-людски? И чё? Закон наступательного боя - у нас тридцать два трупа, не считая раненых. Те все поправились, немного погодя, так что потерями не считаются. А у них - больше сотни, правда, считая вместе с теми подранками, что уйти не смогли. Тех мы потом оприходовали. Вот ты мне скажи, это надо было? Кому от этого лучше стало? Количество ртов сократили? Так бабы ещё нарожают, а из-за этой глупой войнушки мы перезагрузку пропустили. После этого в округе серьёзные твари расплодились, еле всех перебили, так при этом ещё с десяток наших полегло. Дебилы, бля, одним словом. Мы-то быстро очухались. Следующая перезагрузка у нас в рабочем режиме прошла, а эти только сейчас, вроде, собрались поучаствовать. Хреново у них там, в Холодном и со жратвой и с «живчиком». Сами, впрочем, виноваты. Теперь эти, из Раздольного, вот тоже ума не занимать, в прошлый раз пальбу устроили, это что-то страшное. У нас, правда, только раненые, а те пару жмуров домой повезли. Стоянку дальнобоев делили, мы с этой стороны подошли, они с другой, причем одновременно, тут и понеслось веселье. Эти, которые заражённые, с перепугу кто куда, даже про голод свой вечный позабыли. Повезло же им попасть под перекрестный огонь. Половину перебили, конечно, кто не спрятался - мы не виноваты. Ну и чё? Патронов пожгли, мама не горюй, а у нас здесь поблизости оружейных складов немае и ксеров тоже в наличии нет, патроны, чтоб клепать. Где новые брать-то? И главное, чего палить-то не разобравшись? Потом, естественно, успокоились, стоянку поделили по-честному, почти поровну, товар собрали и разъехались, сразу нельзя вот так по уму было сделать? Короче, вот такая, у нас здесь весёлая жизня. Я тебе для чего это рассказываю? Не для того что бы время скоротать, если ты так подумал, а для дела. Кто-то из этих зараз повадился партизанщину здесь устраивать. Думаю, это из Холодного ребята, силёнок пока не имеют, вот и занимаются таким подлым непотребством - засады устраивать. Подкарауливают нас в городе, из засады шмаляют из РПГ и ходу. РПГ у них, конечно говно, самопал чистый, труба, пороховой заряд и граната, но прилетает знатно, расстояние-то всего ничего. Один выстрел и машина в дрова, а если в несколько машин попадут, то можно смело сворачивать рейс. Такая вот беда. Так вот я и хочу твой дар к этому делу приспособить, чтобы ты нам на этих стервецов указал ещё до подхода на расстояние прицельного выстрела. Я ребят пошлю, сзади обойдут, скрутят паразитов, вот и поймем, откуда эти поганцы, узнаем тогда, кому предъявить. Если действительно из Холодняка, напрягусь, но снесу на хрен этот клоповник, людей тамошних, кто захочет, к себе заберем, остальных в расход.

- Ты не горячись, может не стоит такую кучу народа убивать.

- Да нет, конечно, только тех, кто там верховодит и воду мутит, тех обязательно. А, вот и приехали.

Табор, возле которого притормозила колонна, что-то не очень был похож на настоящий блокпост. Три броневика с пулемётами, совсем не промышленного производства, расставленные треугольником, прикрывают направление, в котором они двигались. Несколько палаток с камуфляжным тентом и разношерстная команда, вооруженная таким же оружием. Короче, кто во что горазд. Стен выбрался из кабины, потянулся, разминая затекшее тело, пошёл разговаривать с встречающими.

- Много вышло?

- Трое в этот раз, больше никто не появлялся. Двое вместе были, парень с девушкой. Повезло ей, пацан сумел отбиться и её довел. Да, мужик ещё один, говорит, что мент, с автоматом прибежал, правда, с пустым, всё расстрелял по дороге. Так-то он вроде ничего, должен вписаться в нашу реальность, отдыхают вон там в палатках, отходят после пережитого.

- Пусть пока с вами побудут, введите в курс дела, пристройте к работе какой, пусть начинают живчик отрабатывать, привыкают к новой жизни. На обратном пути с собой заберем, девушка - это хорошо.

- Здесь переночуем, завтра двинем дальше.

- А что это за стойбище?

- Наш ПНП. Передвижной наблюдательный пункт, без него никак нельзя, позже расскажу, если интересно.

«Выгрузка» много времени не заняла, весь транспорт оставили как есть. Все вылезли и толпой направились к грубо сколоченным столам, где уже приготовили нехитрый ужин. Для десятка обитавших на ПНП бойцов такое количество установленных палаток было явно избыточным, они, явно предназначались для вновь прибывших, прибытия которых здесь ждали и к этому заранее готовились.

- Не бывал ни разу в тех местах, откуда вы явились, у вас там, наверное, всё по-другому устроено. В нашем же «колхозе» имеются свои нюансы. Смотри - вот территория, где происходит периодическая перезагрузка кластера в его центральной части, причем не всей нестабильной местности, а лишь отдельного её куска, причем хрен заранее угадаешь, в каком точно месте это произойдет и когда. Вокруг территория стабильная, черноты поблизости нет, по крайней мере, я не слышал, чтобы кто-то про такое рассказывал. Точно известно только то, что перезагрузка происходит раз в три месяца, плюс-минус дня три, в остальном - полный хаос. Может сам город со всем, что там есть, грузануться, а может просто поле голое, с которого фиг что поимеешь. Самый редкий случай - когда часть военная сюда попадает. Сама часть так, ерунда, там человек пятьдесят трудятся, половина вольнонаёмные, а вот то, что они охраняют - это вещь для нас очень ценная. БТРов несколько штук стоят в ангарах, барахло всякое-разное военное, форма, радиостанции мобильные. В общем, много там всякого барахла на складах пылится без дела, и главное - патроны и оружие. Всё конечно, устаревшее и давно списанное, но для нас и такое сойдет, мы не гордые. Жаль только, что не часто нам такая удача выпадает, да и город через раз прилетает, а стоянка с фурами ещё реже, но бывает. С этого и живём. Толкаться по территории, где запросто можно попасть под откат, в здравом уме никто не будет, но когда и в каком месте перезагрузка произойдет в очередной раз, нам знать нужно обязательно, такие случаи упускать никак нельзя. Вон «холодняки» довыпендривались: два раза уже пропустили свой выход, а это чревато. Скиснуть может Холодный без регулярной подпитки, а мы, если что, поможем, потому что нефиг. Ну и вот, чтобы заранее определить, где и когда - такой ПНП и нужен. Они на колёсах, шастают вокруг, бдят насчёт признаков приближения момента и как что - нам «тук, тук» по рации, тут уже мы все резко подтягиваемся.

До окраины Славска - так городишко с населением около тридцати тысяч человек прозывался, оставалась ещё пара километров. С вершины холма, откуда им предстояло спуститься, и попасть в город, хорошо заметно было, что территория, на которой располагался город и часть прилегающей к нему местности, как бы вырезали и вставили, не совсем чётко вписав её очертания в существующую поверхность. Дорога, ведущая в город, на этом стыке меняла покрытие и немного направление, хотя прилегающие к городской территории лесные массивы и поля совпадали хорошо и имеющиеся нестыковки были почти не заметны. Стен с помощником своим долго рассматривали город в бинокли, оставив Жука сидеть внутри броневика, впрочем, выйти ноги размять разрешили, под присмотром одного из бойцов. Бомж тоже высунул голову в окно из душной кабины, во время движения стекла опускать запрещено, а теперь можно и подышать свежим воздухом. В городе шла обычная послеперегрузочная жизнь - иногда слышались редкие выстрелы, в основном из охотничьего оружия, судя по доносящимся звукам. По хорошо видимым в бинокль городским улицам, в поисках пропитания двигались одинокие фигуры «заражённых». С момента перезагрузки прошло несколько дней, у жителей было достаточно времени определиться на какой они стороне. Стен пытался рассмотреть, где могли прятаться «гранатометчики». Учитывая неприятные сюрпризы, полученные от них во время прошлых рейдов, терять транспорт и бойцов ему не хотелось. Уверен был, что они обязательно будут их караулить. Однако супостаты не показывались. В окулярах бинокля пробегали открытые окна, темные подворотни и прочие потенциальные укрытия, но диверсанты, похоже, хорошо спрятались и ничем себя не выдавали. Основную надежду он возлагал на дар Жука, не зря же его с собой тащили. На таком расстоянии он пока бесполезен, придется поближе подъехать, и уже там разбираться.

- Мы едем первыми, ты только не ссы, «Зверь» у меня не простой, его из ихнего «самопала» так просто не пробить. Двойная броня, накладки внешней защиты, мешками с песком ещё прикрыли сверху до кучи, считай, что неуязвимые мы, тем более не из армейского же РПГ по нам палить будут. Твоя задача - нащупать козлов и по возможности заранее, до того, как они выстрелить смогут. Справишься, считай, что долю свою отработал.

- Так мы одни поедем, без грузовиков?

- Нет, колонна сзади за нами пойдет, вся полностью, там же не дураки, догадаются, что подстава и слиняют, и потом в другом месте подкараулят. Здесь их надо брать, при въезде и быстро, пока сдрыснуть не успели. За нами следом, видишь - грузовик идет, так там твой дружок за баранкой, первая граната ему достанется, если пропустим момент выстрела, ты это учти и постарайся такого безобразия не допустить, усёк, о чем я?

Колонна двинулась вперёд в обговоренном порядке. Шли, как обычно, типа ни о чём не догадываются. Скорость, правда, держали небольшую, в разумных пределах, естественно, чтобы встречающие ничего такого раньше времени не заподозрили. Втянулись на городскую территорию, на встречавшихся по пути пустышей внимания не обращали, не останавливаясь и не отвлекаясь от основной задачи. Матёрых заражённых здесь быть не должно, «старичков» всех перебили раньше, а «свежаки» не успели ещё отъесться и набрать мощь. Некоторые, наиболее настырные, пытались добраться до пищи, пытаясь забраться на грузовики сбоку. Приподняв тент, таких сбивали топориками на длинных ручках, «клювами» и другими подходящими инструментами. Никто не стрелял, патроны жалко и шуметь не стоит. Пустыши хоть и «безобидные» твари, отбиваться от них предпочитали по-тихому, если набежит на звуки выстрелов приличная толпа, то могут быть проблемы. Движение может застопориться, да и кучей могут, кого-нибудь из бойцов зацепить в суматохе и утащить, так что лучше не шуметь и так на рёв двигателей их всё больше и больше стало появляться на пути колонны.

- Стой!

- Тормози! Замерли все, Жук учуял чего-то.

- Есть, чувствую я какую-то опасность впереди, дальше нельзя.

- Точнее показать можешь?

- Я тебе что, рентген? Одно знаю, двинемся дальше - будет хреново. Что именно, точно не знаю, может, колесо проколем, а может там Элитник нас ждет или эти твои супостаты-гранатометчики.

- Ладно, понял я, здесь сиди, не высовывайся. Игорёша, давай выводи своих, двигайте на параллельную улицу, затаитесь и ждите, связь по рации условными фразами, у тех тоже рации имеются, чтоб не раскусили нас раньше времени.

- Не раскусят, на наших шифратор стоит.

Сам Стен уже был в каске и бронике и, вместе с тремя бойцами, пригибаясь, продвигались вдоль стены дома, выдвигаясь вперёд по ходу движения. Сунувшегося на них было сбоку из переулка заражённого, тут же успокоили клювом по башке и откинули в сторону. Шедший первым боец опустился на колени, снял каску, лег набок и осторожно высунул голову из-за угла дома.

- Здесь он, сука! Дом торцом стоит, там балкон имеется, а дверь на него открытая - охрененная позиция. Оттуда стрелять очень удобно. Если бы выкатились, точно бы огребли, так что Жук молодец, не подвел.

- Стёпа, понял расклад? Занимай позицию со своей дурой, брякнешь, когда будешь готов.

Снайпер отошёл куда-то в бок, двигаясь практически бесшумно. Через пять минут рация пискнула.

- Игорёша, как кутерьма начнется, резко выдвигайтесь и обходите дом, что стоит на перекрёстке с балконом на торце, возьмете внизу тех, кто линять оттуда будет. По машинам парни!

Броневик Стена заурчал двигателем и медленно покатил к перекрестку. Остальной транспорт тронулся следом. Как только выползли на открытое место, бабахнул выстрел из мощной винтовки, через несколько секунд коротко простучали автоматы из-за дома.

- Твою мать! А живым взять не судьба было?

- Так они же палить сразу начали, вон Саньке фуфайку попортил, весь броник обстучал, по-другому не получилось.

- Зараза! Эти дохлые, второму Стёпа дырку во лбу просверлил, короче, одни трупы и спросить теперь не с кого. Тащите их в грузовик. Поехали! Жук, ты не расслабляйся, тут и другие ухари могут шхериться.

До стоянки фур добрались без приключений. Пересекали городские улицы, давили голодающих обитателей, которые лезли под колёса как умалишенные, привлеченные рёвом двигателей. Отпихивали пытавшихся забраться на автомобили, ломая монтировками кисти рук и раскалывая черепа особо рьяным. Скорость колонны увеличилась, толпа страждущих отстала, но продолжала упорно двигаться следом.

- Шевелиться придется быстро, минут двадцать у нас будет, потом нахлынут, задолбаемся отбиваться. Не в первой, прорвемся, ребята опытные, дело свое знают. Ты главное не пропусти этих с гранатометами, вот они действительно могут нам неприятностей доставить.

- Пока ничего не чувствую, наверное их двое всего было.

- Будем надеяться. Ты главное из машины не вылазь, без тебя всё сделают как надо.

Действительно, видно было, что приехавшим бойцам Стена опыта в подобных делах не занимать. Не успели машины остановиться, как выпрыгнувшие из кабин парни резво разбежались кто куда, забираясь в кабины фур, заводя двигатели и тут же выводя тяжёлые грузовики со стоянки на трассу, попутно кроша черепа повылазившим отовсюду бывшим дальнобойщикам и их пассажирам. Броневики рассредоточились, занимая позиции для прикрытия грузового транспорта от уже видневшейся вдали приближающейся толпы заражённых. Надеялись на быстроту действий личного состава, и стрелять собирались только в крайнем случае, патронов немного, тратить их на пустышей последнее дело. Успели. Последняя захваченная фура вырулила на дорогу. Броневики задним ходом стали отъезжать под напором, подступившей почти вплотную, огромной толпы заражённых. Броневик Стена развернулся на месте, выпустив густое облако вонючего дыма из выхлопной, и рванул прямо на толпу, сминая и давя тела широкими ребристыми колёсами. Пройдя «катком» по переднему фронту отступавших БТРов, он дал им возможность развернуться и покатить вслед за набиравшими скорость на трассе грузовиками. Успевших забраться на броню нескольких шустрых зомбаков выбравшиеся из открытого верхнего люка бойцы посшибали на землю. Кого огрели монтировкой по башке, кого просто оттолкнули и сбросили вниз приспособлением напоминавшим швабру на длинной ручке. Без стрельбы всё же обойтись не удалось, некоторые из заражённых вцепились граблями в различные торчащие из брони части и никак не хотели по-хорошему отцепляться. Пуля в башку - лучший способ им помочь. Отъехали километров пять от стоянки, теперь можно остановиться и осмотреть добытое. Зомбаки теперь не страшны, теряя добычу из виду и при отсутствии внешних раздражителей, они обычно быстро успокаивались и оставались на месте, не двигаясь, просто раскачиваясь телом назад-вперёд.

Глава 10. СТАРЫЕ "ДРУЗЬЯ"

- Стен, там кажись, катит кто-то.

- Раздольневские пожаловали, что-то припозднились они нынче, пойду, поболтаю с ними немного. Стёпа, ты меня давай прикрой, у нас с ними хоть и мир, тишь да гладь и божья благодать, но кто их знает, только не отсвечивай.

Стен вытащил пистолет из кобуры, отдал ближайшему бойцу и демонстративно её не застёгивая, пошёл навстречу приближавшейся навстречу колонне. Та остановилась метрах в ста, пулемёт, торчавший из башенки переднего БТР, задрал ствол вверх, сидевшие на броне стрелки автоматы держали за спиной на ремнях, в общем, все выражали своим видом крайне миролюбивые намерения. Из люка выбрался здоровенный детина с бородой и чёрных очках, прям моджахед какой-то, ещё кепи на голове не хватает для полноты картины и пулемётными лентами крест-накрест опоясаться. Поднял руку в приветственном жесте и двинулся навстречу Стену. Бойцы с обеих сторон наблюдали за встречей двух предводителей с показным равнодушием, но бдительности не теряли. Стёпа держал на прицеле вражеского вождя и Стен, зная это, старался не закрывать тому линию прицела. То, что его тоже кто-то с той стороны выцеливает через оптику он, естественно, догадывался, но держался уверенно. До стрельбы вряд ли дойдет, новый конфликт никому не нужен, договоренности с стабом Раздольное они не нарушали, так что всё обойдется. Снайпера - это так, на всякий случай. Обниматься и целоваться не стали, но руки пожали крепко, по-мужски, встали боком к своим, чтобы снайперам было легче прицеливаться.

- Здорово Стен, смотрю, вы уже отстрелялись, нам там что-нибудь, оставили?

- Обижаешь Серый, мы договор чтём, лишнего нам не надо, ваша половина стоянки ждёт не дождётся.

- Там и стоянка прилетела в этот раз? Весть добрая, а склады воинские не зацепило?

- Все-таки дает знать твое хохлятское прошлое, жадность вперёд тебя родилась, ему ещё и склады до кучи подавай, ничего не треснет?

- Можно подумать у тебя происхождение не такое, как у меня, ты чё, с благородных? Ладно, патронов нам пока хватает, е трохи, но тилькэ до сэбэ, може настепным разом? Как сам, как жена, дети?

- Как заведу, сразу сообщу. Вы это, на стоянку сразу не притесь, мы там нашумели немного, так там со всего города толпа зомбаков собралась, объедьте сторонкой, там шумните, пусть туда слиняют, потом можно.

- Спасибо за предупреждение. В дальнейшем как, по договорённости, южная половина за нами, север вам?

- Если с Холодного не подтянутся, то да. Кстати, о холодняках: у тебя проблем в последнее время с ними, никаких не случалось? Непоняток странных, ничего такого?

- Ты чего имеешь в виду?

- В прошлый раз какая-то зараза мне два грузовика подорвала на обратном пути, мы тогда через город уходили. Теперь вот здесь решили объехать, по окружной. Дальше, но как-то спокойнее.

- А я думаю, чего вы здесь забыли, совсем страх потеряли, прётесь по чужой территории как у себя дома.

- Чей-то ты окружную трассу к «своей территории» приписал? Здесь места общего пользования, так что не надо на себя лишнего тянуть.

- Да не, я без претензий, просто неожиданно было вас здесь повстречать, теперь понятно стало. Нет, всё вроде путем у нас. За стрельбу на Холодный думаешь?

- Если не они, тогда кто? Давай-ка вот что, сходи, глянь на пару жмуриков у меня в грузовике, я здесь подожду, ребята покажут.

- Заложника будешь изображать? Ну, ну, - это правильно.

Вернулся Сергей минут через пятнадцать. Всё это время Стен стоял на месте в расслабленной позе, тем не менее, нутром ощущая на себе перекрестие прицела снайперки.

- Не, не наши это, и в Холодном я их тоже, вроде раньше не наблюдал, чужие какие-то. Одного вообще хрен разглядишь, полморды разворотило.

- Стёпа приласкал из своей дуры и хорошо, что первый выстрелил, это ж тот самый гранатомётчик, который нас караулил.

- Второго вроде видел где-то, но врать не буду. Точнее сказать не могу, но не наши - это точно. Хочешь, верь, хочешь, нет, но мне с вами собачиться незачем и такими подлянками заниматься не с руки.

- Да я понимаю расклад, для тебя смысла никакого не вижу для таких дел. Значит, всё-таки Холодный? Мстит за то, что мы им тогда наваляли?

- Так и у нас же с вами раньше тёрки были, даже со стрельбой и жмурами, мы ж обиды не держим, порешали и всё нормально, дальше живём-можем. Может, кто ещё объявился? Слыхал, к вам какие-то мутные наведывались, упакованные по-взрослому, даже брешут вроде как внешники?

- Были кадры непонятные, привезли двоих и оставили, свалили быстро, я даже познакомиться не успел. Только не внешники это были. Где мы и где внешники? Они ж без своих скафандров шагу ступить не могут, заразиться боятся пуще смерти, а эти с открытыми мордами были. С лощёными толстыми мордами, но без намордников, так что не внешники, это точно.

- А эти двое, которых оставили? Говорят один из них сенс?

- Типа сенс. Дар у него просто интересный имеется, чует опасность на расстоянии, правда небольшом, он нам, кстати, гранатометчика этого и вычислил. А второй - вообще ни о чём, пустое место, даже стрелять толком не умеет. Я, Серый, вот что сказать хочу, сдаётся мне, что завёлся в нашей богадельне лишний игрок, очень беспокойный, житья от него не стало, и добро на двоих делить как-то проще, да и прибыток больше. Чё думаешь?

- Вместе - можно попробовать, в одиночку, думаю, хрен чего выгорит. Холодняки ведь на тебя тогда попёрли только по тому, что пушку откуда-то надыбали. И кстати, у них могло получиться, если бы у этой древней дуры на втором выстреле не разорвало ствол.

- Ты-то откуда можешь знать, как там всё было, ваших вроде поблизости тогда не было? Или были?

- Не наезжай попусту. То, что нашим не повезло лично лицезреть, как вы с холодняками схлестнулись, ещё не значит, что я не в курсе, как и что. Земля как говорится, слухами полнится. Вот мне, например, очень интересно, откуда взялось орудие, да ещё с целой кучей снарядов, тебе нет? В воинской части такого добра вроде отродясь не было.

- Узнаю, обязательно поделюсь. Насчёт того, что в одиночку к ним лезть не стоит, согласен, там у них тот ещё укрепрайон.

- Можно подумать, у тебя двери нараспашку, понатыкал вокруг дотов да минных полей, хрен кто пройдет.

- Ну, это ж ты у нас невинная овечка, говорят Раздольный можно за пять минут голыми руками захватить, никто даже сопротивляться не будет.

- Обломись, можешь, кстати, рискнуть, если здоровья не жалко.

- Так я и говорю, если решим с Холодным кончать, то разом нужно, по одному там делать нечего, раскатают в пыль.

- В пыль не в пыль, но потери будут серьёзные, силёнок у нас с тобой маловато для успешного штурма собственными силами, сообща - шансов не в пример больше, согласен.

- Ну, давай затаривайся спокойно, да подумай. Будешь готов – встретимся, обсудим.

- Я тебя понял, покумекаю над этой проблемой на досуге.

Город пришлось объезжать вокруг, по разбитой, давно не ремонтировавшейся дороге, времени потеряли много и добрались до ПНП только к вечеру. Глянули по-быстрому, что за улов им попался на этот раз. Бытовая техника особой ценности не представляла. С электричеством в стабе вечные проблемы, работающей электростанции поблизости не имелось, напряжение создавали персональные генераторы, пожирающие немереное количество топлива, потому запускали их лишь в случае крайней необходимости. Имелись ветряки, капризные к наличию ветра, с часто выходящими из строя ведущими подшипниками. Оригинальный на замену найти было трудновато, потому в основном приспосабливали наиболее подходящие аналоги, а те работали недолго, а менять их - работа трудоёмкая, так что всякие стиральные машины и пылесосы, широкого применения не находили. А вот тарахтящему компрессором рефрижератору очень обрадовались. Говяжьи полутуши в замороженном виде - приобретение хорошее, как и сам рефрижератор. В каждом доме по вышеизложенным причинам холодильник не поставишь, а продукты уберечь от порчи где-то нужно. Для этих целей как раз и использовали подобные рефрижераторы. За определенную плату там можно было свои продукты положить на хранение, этим пользовались, практически все и лишним дополнительный точно не будет, вдобавок к нескольким уже имеющимся. Кроме одежды и обуви, в прицепах обнаружилось ещё множество полезных и не очень, вещей. В хозяйстве всё пригодится. Водители и охрана, отужинав, завалились спать. Спиртное в рейде запрещалось очень строго, так что обошлось без традиционной обмывки удачной операции, ничего, в стабе по прибытии наверстают. Стен удобно устроился под личным навесом, себе-то он позволял пару глотков коньяка из фляжки, помимо традиционного «живчика». Командиру можно. Жук, спросив разрешения, уселся на складном стуле рядом.

- Не помешаю?

- Садись, выпить хочешь?

- Так вроде же нельзя?

- Кому завтра в дорогу, этим нельзя, а мы можем позволить себе расслабиться, нам здесь ещё несколько дней сидеть, без спиртного с тоски помрешь.

- А мы что, не поедем в стаб?

- Вижу, ты «живчик» регулярно хлебаешь, как и все остальные, знаешь, откуда он берется?

- Ты мне прописные истины хочешь рассказать? Я вроде ж не «свежак», эту науку давно усвоил.

- Скажи, много споранов мы сегодня взяли, как думаешь?

- Откуда ж здесь спораны? В «пустышах» их отродясь не было, а других тварей я что-то не заметил.

- К тому и веду. Одежда, мясо, прочее барахло - это хорошо, оружие - ещё лучше. Пусть в этот раз нам с этим и не повезло, а вот «живчик» - это штука необходимая постоянно, без неё никак. А веду я к тому, что, теперь второй этап у нас впереди - спораны добывать будем, для этого и остались.

- Что-то я не совсем понял суть идеи.

- Да ничего сложного, сидим, ждём несколько дней, пока на «ферме телятки не подрастут», потом едем и берём свое.

- Хочешь сказать, в городе вскоре должны появиться твари более продвинутые, со споранами и горохом, откуда?

- Откуда и все остальные, эволюция брат, от простого к сложному.

- Я так понял - мы ждём пока там кто-то из «пустышей» отожрётся до «бегуна» или «горошечника», потом на них охоту будем устраивать?

- Всё правильно, тут главное зайти вовремя, не раньше, и не позже. «Рубера» нам не завалить, с нашим-то оружием, скорее он нас размажет, а за пустышками гоняться, себе дороже выйдет, так что ждём. Стакан давай подставляй. Грузовики нам теперь не нужны, пусть катят в стаб, моего «зверя», трех БТРов и десятка бойцов будет достаточно, дело-то отработанное. И ты у меня теперь есть, практически - локатор, наведешь на нужное место и предупредишь, если что не так пойдет. Так что охота намечается славная.

- А почему не помогаете иммунным, которые в городе остались? Там их, наверное, немало, почему не спасаете?

- А нам они не нужны. Кто сумел выжить - тот годится, а остальной балласт мы себе на шею взваливать не можем, ресурсов мало, потому и количество населения стаба ограничено. Тут два варианта: первый - это те, кто смог из города самостоятельно выйти, а в каком направлении бежать, догадаться несложно, из города три дороги ведут, выбирай любую; и второй - кто в самом городе выжил и нас дождался, таких, если находим, берём с собой без разговоров. Жёсткий подход, я понимаю, но здешняя непростая жизнь диктует свои условия.

- Крестника моего тоже с собой возьмем.

- Да на хрена он нужен, пусть в стаб валит, там безопаснее.

- Это не вопрос был, я ж сразу предупредил, мы идём только вместе или я тоже сваливаю.

- Ещё ты согласился на одну долю на двоих, как я помню.

- Так я и не отказываюсь.

- Ладно, пусть едет с нами, только он - это твоя забота, оружия никому из вас не дам, не заслужили пока. Ты того козла, конечно, чётко срисовал, хвалю, но оружие всё равно тебе рановато доверять, а ему тем более. Пусть внутри под броней сидит и без приказа не высовывается, причем поедет в другом БТРе, не с нами, так мне спокойнее будет. Устраивает такой расклад? Ну и ладно, давай по грамульке, за удачу.

- Я вот чего ещё спросить хотел, ты на боковую не собираешься? Нет, ну тогда ответь мне на такой вопрос - там, откуда я «родом» от прежних имен сразу же отказываются «по прибытии», прозвища берут, а у вас здесь Коли-Васи, как изначально, почему так?

- Так я вас «городских», вообще не понимаю. Суеверными все вдруг сразу же становятся, откуда эта мулька пошла - ума не приложу, имена менять - на клички блатные. Такое ощущение, что все вновь прибывшие, зону топтали не один год и поголовно крупные спецы в тюремной фене. Понты это всё, как мне видится, причем дешёвые, такое моё мнение.

- Я стесняюсь спросить, это мама тебя при рождении Стеном назвала, наверное, в честь английского пулемёта?

- Не, не пулемёта, по-гречески это вроде бы означает «сила», на этот счёт имеется одна давняя история, это я сам себя так назвал, ещё до Улья. Короче, я тогда ещё в школе учился, ну и был, не постесняюсь сказать, парнем со всех сторон уважаемым, настоящим авторитетом в своей, естественно, возрастной группе. С теми, кто постарше старался особо не конфликтовать. Пацаны уважают, девчонки внимание обращают, мне - приятно. Порядок иногда приходилось, конечно наводить, и ставить на место претендентов, на моё место, блин, каламбур получился. Вот однажды я сцепился с одним чудиком из параллельного, он недавно в нашу школу перевелся из другого района, здоровенный такой. Короче, решил, как я понял, проверить меня на прочность. Поначалу только языком молол всякую обидную для меня хрень, типа провоцировал, пацаны слушают, посмеиваются втихаря, в открытую ссат, боятся что огребут, но нос по ветру держат, прикидывают за кого встать, если что. А тут кино ещё по ящику прошло, название не помню, там тетка здоровенная и зять у неё был, плюгавенький такой мужичонка, она его всё время третировала, а он постоянно отбивался. И звала она его - Стасик. Блин, как того таракана, их же «стасиками» называют, если ты не в курсе. С фильмами тогда у нас было не густо, иностранных почти не показывали, а если наше новое выходило, то смотрели всем колхозом. Я тебе сейчас вещь одну скажу, иначе ничего не поймешь, ты только про неё забудь сразу, не вздумай ляпнуть где, особенно при моих ребятах. В общем, звали меня тогда Стасом, ты про имя моё, полученное при рождении спрашивал, так вот это оно и есть. Короче, прихожу утром в школу, я ещё, когда кино смотрел, как-то мне тревожно стало на душе и получается не зря. На перемене пошёл за школу, пацаны стоят, курят, поглядывают искоса, этот там же заливает что-то, меня увидел.

- А, вот и Стасик заявился, и солнце его не пугает, ваш же брат вроде света сильно боится. И ещё тапка, так и разбегаются на кухне, когда свет зажжёшь. На такую заяву, понятно дело, ответить требуется, авторитет, всё такое, пацаны опять же смотрят, не просто так собрались.

- Говоришь, тараканы у тебя на кухне водятся? А в постели, наверное, клопов немерено, они вроде ж друг с другом не уживаются, но для тебя видно сделали исключение?

- Смотрите пацаны - говорящий «стасик», первый раз такое вижу, надо, наверное, за тапкой идти.

- За дустом сходи, на голову себе высыпешь, клопы от него быстро дохнут. Понятно, что дело идёт к мордобою, таракан против клопа, кто проиграет, того так и называть будут впоследствии, так что проигрывать никак нельзя. Пацаны фишку сразу просекли, начали смотровую площадку занимать вокруг бойцовской арены. Драться раньше нам обоим уже приходилось и не раз, так что опыта не занимать. Куртки, рубахи сняли, приготовились, тут не до первой крови, здесь драка серьёзная, кто кого. Подробностей рассказывать не буду, да и не помню я их, взаправдашняя драка - это тебе не киношная акробатика показушная, тут не до красивых прыжков и ударов с разворота в стиле Ван Дамыча, слыхал про такого? В общем, он мне пол-уха откусил, еле кровищу потом остановили, и, два передних зуба вышиб, а у него рука оказалась сломанной в запястье. Честно говоря, это меня тогда и спасло, и ещё по яйцам он знатно огрёб, короче, с девками у него потом проблемы были. Я тогда, помню, поднялся весь в крови и грязи, со страшной рожей и выпученными глазами. Серёге приложил с ноги из последних сил, чтобы не вздумал подниматься (его Сергеем звали, забыл ещё сказать) и, пацанам говорю:

- Если какая сука его клопом обзовёт, получит от меня лично по полной, все усекли? Короче, «великодушный победитель не хочет опускать поверженного противника ниже плинтуса». А на хрена мне, чтобы он злобу затаил, в следующий раз мне может и не повезти. - И еще, меня теперь зовут Стен, все слышали? Повторять, надеюсь, для отдельных тормозов не потребуется? А то я могу. Сказать, чтобы мы после этого стали друзьями не могу, скорее, держали нейтралитет. Он, вроде как, смирился с ролью «второго парня на деревне», хотя я в это не сильно верил - ждал он просто своего часа и сейчас ещё думаю, ждет. Мы ж оба из Славска, оттуда в Улей загремели, и обоим повезло стать иммунными. Теперь вот потрошим родной городишко вместе, почём зря.

- Я так понял этот главный из Раздольного и есть тот самый Сергей?

- Теперь он Серый, причем в школе ещё так повелось, раз я Стен, то он теперь - Серый, такая вот история из моей прошлой жизни.

Глава 11. РУБЕР.

На ПНП просидели больше недели, пока Стен, наконец, не скомандовал: «хватит прохлаждаться». Народ, в общем-то, не особенно и бездельничал, один из БТРов, что имелся в распоряжении ПНП, дружно подготавливали к рейду. Как Стен объяснил, его в качестве приманки будут использовать. С боков к корпусу приварили стойком по кругу высокие стальные листы, их внутри обложили мешками с песком, чтобы шальная пуля корпус не пробила. Перед самым выездом на самый верх закинули мороженную говяжью тушу, что хранилась до времени в имевшемся тут же рефрижераторе, густо обмотали стальной цепью, закрепили её концы в специально приваренных к корпусу «ушках» - приманка готова. Погрузились в машины и выехали. По дороге, чтобы не скучать, Стен болтал без умолку, Жука вводил в курс дела.

- Пока доедем, мясо сверху частично растает, хватит, чтобы заманить тварей запахом плоти и крови, а основной кусок останется твердым, так что его не сразу сумеют раздербанить. Не боись Жучара, методика неоднократно отработана, можно её даже рутиной назвать. Приедем с утра пораньше, приманим тех, кто отожраться уже успел, постреляем, выпотрошим и вечером двинем назад, чтобы до темноты успеть. Темнота - штука опасная, твари вроде не должны успеть за этот срок слишком уж сильно развиться, времени у них было недостаточно, но всех же не выудишь, с прошлого раза могли, где-то затаиться, это запросто. Переждали откат за городом, у них на это дело чуйка здорово работает, места вокруг необжитого хватает, потом вернулись и закусили славно. Пока ещё вновь прибывшие заражённые массу наберут, для них они не конкуренты, так что вероятность нарваться у нас есть, хоть и не очень большая. Мы ж этот вариант учитываем, регулярно прочёсываем окрестности между перезагрузками, вылавливаем таких ухарей. Не часто, но попадаются. А это - дополнительные спораны и прочая полезная требуха, да и гарантия относительная, что не выскочит на тебя такая образина в самый неподходящий момент. Было дело, в позапрошлый раз, еле угомонили заразу. Семь человек и БТР потеряли. Серый на своей половине эту охоту организовал, мы на своей. Холодный раньше тоже принимал участие, всё чин-чинарём, но в последнее время скуксился, я тебе уже рассказывал почему. Так что территория, где пошарить требуется, увеличилась на треть, значит, и шансы схорониться у тварей, настолько же возросли.

- Для таких дел патронов требуется немерено, а ты говорил что с «поставками» у вас туго.

- Не, не так уж и много, тут у нас хитрая тактика применяется, так что расход небольшой и патрон самый недефицитный - 7,62, он в основном используется. Сам всё на месте увидишь.

В городе было тихо. Заражённые больше не бродили по улицам, просто стояли в разных местах покачиваясь. Простым «пустышам» там делать теперь нечего, халявной пищи почти не осталось. Самые шустрые успели нажраться, и перейти на следующую ступень развития, многие подохли от бессилия и голода или их самих сожрали более предприимчивые собратья. Поедать своих собратьев-заражённых - дело неблагодарное, это как человеку с голодухи сапоги свои кожаные сварить и съесть. От безысходности и не такое совершали. Из иммунных к этому времени вряд ли кто сумел выжить, если только чудом. Стёпа-снайпер как раз из таких удачливых. В своё время Стен вытащил его из города во время подобного рейда, тот тогда зашхерился в подвале продуктового магазина и сидел тихо, пока не услышал стрельбу снаружи, тогда только и вылез. Его самого тогда подстрелили, перепутав сгоряча с заражённым. Оклемался, правда, быстро, спасибо Стиксу, отпоили «живчиком». Раны затянулись, потом и талант прорезался - снайперский, может дар Стикса, а может и природный.

Колонна из четырех машин подошла к городской площади, на шум двигателей отовсюду повылазили нынешние «обитатели» городских кварталов, стали подтягиваться со всех сторон. Не все выходит, передохли от недостатка пищи. На площадь со стоящим там во весь рост непременным атрибутом эпохи развитого социализма - памятником Ленину, выходило четыре улицы. БТРы заняли две боковые, перекрыв проход для нежелательных гостей, «Зверь» занял центральную. «Приманка» выдвинулась вперёд, поближе к центру. Высадились две группы «десанта», одну вел Стёпа со своей винтовкой, вторую - другой снайпер, забрались на крыши двух домов, стоящих вокруг площади. Удобные позиции они там давно себе присмотрели, выбирать, долго не пришлось. Двигатели заглушили. Соблюдали тишину все машины, кроме «приманки», та продолжала тарахтеть на холостых, а из открывшихся люков, забранных сверху приваренными решетками из толстых стальных прутьев, полились чарующие звуки хеви-металла. Мощные динамики надрывались на максимальной громкости, приглашая в этот ранний час всех тварей на завтрак. Всех, да при этом не всех. В первых рядах в подавляющем большинстве, были еле двигающиеся на последних запасах сил, ещё живые пустыши-неудачники, медленно прибывавшие на площадь со всех сторон. Часть из них передвигалась пока ещё на своих двоих, хоть и ужасающе медленно, а многие могли лишь ползти, стремясь к вожделенной пище. Привлеченные шумом и чарующим ароматом оттаявшего мяса, они двигались по улицам мимо бортов замерших боевых машин, не обращая на них внимания. Бойцы внутри сидели тихо, а от брони несло запахом специально намазанного на неё креозота, смешанного со скипидаром и нашатырём. Такие запахи совершенно не возбуждали аппетита у двигавшихся мимо заражённых - они шли не останавливаясь, только вперёд.

Стёпа, которого сзади прикрывали трое автоматчиков и внизу, в подъезде, сторожили проход наверх ещё двое, установил винтовку на сошки на краю крыши и улёгся рядом на заботливо подложенный матрас. Пустыши окружили БТР-приманку плотным кольцом и топтались рядом, в тщетных попытках забраться на него и добраться до лежащей наверху пищи. Машину специально подготовили так, чтобы не дать им это сделать, мясо предназначалось совсем для других гостей, и первый из них не заставил себя долго ждать. Из противоположной к засаде улицы появилась тварь, существенно отличавшаяся внешним видом от «серой массы» рядовых заражённых. Матерый бегун, успевший набрать приличную массу тела и двигающийся с недостижимой для рядовых заражённых скоростью, отшвырнул менее удачливых собратьев со своего пути, легко запрыгнул на машину-приманку и сходу, впившись зубами в тушу, оторвал оттуда большой кусок мяса. Сожрать его, правда, так не успел, грохнул винтовочный выстрел, слабо слышимый на фоне гремевшей музыки. Бегун свалился вниз, прямо на головы топчущихся там пустышей. Кусок мяса выпал из пасти, отлетел в сторону, будучи тут же подхваченным ждущими и страждущими. Лежавшее без движения тело поверженного бегуна, несомненно, внушало определенный страх его недоразвитым собратьям, потому вокруг него образовалось пустое пространство. Из БТРа, что стоял поближе, открылся боковой люк, выбрались трое. Один держал в руках что-то типа мощного арбалета, довольно грубо сработанного. Зарядив в него стальной болт с четырехлепестковым, загнутым назад наконечником, напоминавшим абордажную «кошку», он выстрелил навесом, так чтобы снаряд упал как раз за телом бегуна. Улетевший болт потянул за собой тонкий, но прочный стальной трос, за который тут же схватились двое остальных бойцов руками в толстых перчатках. Слаженными усилиями трос потянули назад, зацепив острыми крюками тело монстра, кожный покров которого, по консистенции напоминал резину, из которой делают автомобильные шины. Стоявшие рядом пустыши не обратили никакого внимания на уползавшее, явно не по своей воле, тело, образовавшаяся пустота тут же заполнилась уплотнившейся толпой. Как и говорил Стен, «охота» больше напоминала однообразный производственный процесс, чем реальный отстрел монстров. Очередной бегун, среди прибывавших «продвинутых» они находились в подавляющем большинстве, запрыгивал на «приманку», получал пулю в башку, затем транспортировался к ближайшему транспорту вышеуказанным способом, с немедленным опустошением спорового мешка. Иногда они прибегали небольшой стаей, по три или четыре штуки, тогда в дело вступал второй снайпер. Изредка появлялись особи более продвинутые, начинающие жрачи или что-то в этом роде, но тварей достигших хотя бы уровня топтуна, видно не было. До поры до времени.

Появления «короля» здешней банды заражённых, не ожидал никто, все были глубоко убеждены, что никого страшнее лотерейщика здесь просто быть не может. Для местных, такие твари в диковинку, а вот Жук всяких навидался в прошлом, потому определил сразу - рубер, хоть и из начинающих, не успел ещё заматереть, и с ним свита из двух кусачей. Вместе они для отряда - противник достаточно серьёзный, если не сказать хуже. Пустыши при появлении этой компании резво, насколько были способны, разбежались в стороны, чтобы под горячую лапу не угодить. Рубер же сходу запрыгнул на крышу «приманки» и тут же начал рвать мощными лапами тушу, выколупывая из-под удерживавших её цепей. Оторвал освобожденную половину, отбросил вниз сообщникам, затем вытащил остатки, зажал мясо в зубах и спрыгнул вниз. Задерживаться дольше, чем надо, короли «преступного мира» не стали и стремительно исчезли между домами. Стёпа благоразумно стрелять не стал, мгновенно сообразив, что такая добыча не про них. Побледневший слегка Стен тут же приказал сворачивать операцию и сваливать, пока рубер за добавкой не вернулся. Заметно было, что сильно нервничал, ожидая, пока снайпера и прикрытие спустятся вниз и погрузятся в машины. Уходили на максимальной скорости, какую только смогла развить «приманка», учитывая навешанный на неё груз. Вопреки сложившейся традиции Стен всю дорогу молчал и напряженно думал, судя по его сосредоточенному лицу. Жук решил тишину не нарушать и не приставать с расспросами, чтобы не нарваться на неприятности. По прибытии на ПНП Стен тут же собрал всех своих, наиболее приближенных, Жука не позвали.

- Мужики, рубер - это серьёзно, если не сказать больше, учитывая, что воевать нам с ним нечем, а завалить его нужно обязательно, других вариантов нет, или мы его, или он нас всех, через короткое время. Причем валить его нужно быстро, не откладывая, пока он дальше не двинул, не дай ему Стикс дорасти до элиты. Кусачи ещё эти. Откуда они вообще взялись? Мы ж вроде зачищаем тварей с завидной регулярностью. Пропустили, получается, где-то эту заразу, зашхерились они в степи, вот и не усмотрели. Холодняки, суки, скурвились. Раньше всю территорию на троих делили, каждый свою изучал досконально, все места, где тварям схорониться можно было, знали, хрен укроешься. Мы с Серым свои старые места прочесали тщательно, всё как обычно, а бывшую территорию ответственности Холодного, выходит, кое-как. Места-то там незнакомые. Где-то там он и хоронился между перезагрузками, больше негде. Переждал и в город - отжираться, и этих двоих где-то подцепил до кучи, а может, они вместе прятались возле Холодного. Надо бы туда наведаться на всякий случай, но это позже, сейчас надо насущную проблему решать. У кого мысли, какие есть? Только умные. Выкладывайте, не стесняйтесь.

- Если бы воинская часть загрузилась, можно было там танк надыбать, на складах они точно есть, сам видел. Танки хоть и не новые, но стрелять могут, и снаряды есть, танкистов у нас, правда, нет, но думаю, разберемся с такой техникой.

- Нет у нас танка, есть только то, что есть и ждать, когда он у нас появится, мы не можем. Ещё какие, реальные предложения будут?

- Из стрелкового, что у нас имеется в наличии, его не взять, тут крупный калибр нужен, а его нет. Раньше нужды в нём не было, вот и не заводили. Не можем застрелить - придется взорвать, взрывчатки имеем в достаточном количестве, надо только придумать, как её правильно применить.

- Ну, хоть одна дельная мысль, я тоже в этом направлении сосредоточился. Сделаем мощную мину и подсунем паршивцу, желательно поближе к голове, так надежнее. А что твари любят держать возле головы? Правильно - вкусную и здоровую пищу, то есть свежее, желательно кровоточащее мясо. Добровольцы-смертники в роли мясной приманки найдутся? Что, нет желающих, умереть за родной стаб? Ладно, другой способ придумаем, что-нибудь, более сложное.

- А чё тут думать? Сделаем всё как обычно, только тушу нужно снабдить сюрпризом, БТРу хана, естественно, но думаю, оно того стоит.

- Экипаж нужно будет сразу же эвакуировать, мину можно взорвать дистанционно в нужный момент. Вроде ничего план, главное, чтобы рубер не решил, в первую очередь, с нами разобраться. Тушу жалко отдавать, аж до не могу. Вторая уже будет. Мясо нам и самим бы пригодилось, людям консервы жрать давно надоело. Ладно, надо тщательно продумать мелкие детали, всё предусмотреть, второй попытки он нам не даст. В стаб нужно катить, здесь нужных специалистов нет. Хотя там тоже раз и обчелся, но будем исходить из того что имеем.

- Может с Серым связаться, вдруг, чем поможет? Решить эту проблему в его интересах тоже.

- Времени нет: пока договоримся, пока встретимся, пока порешаем, проблема нас самих может начать решать. Своими силами справимся. Опять же, у рубера в башке много чего интересного можно найти, на хрен с кем-то делиться.

На этот раз бегунов и спидеров на «зов предков» прибежало лишь несколько штук, четверо, если быть точным. Да и пустышей поубавилось - сказывалось отсутствие пищи. Массовое вымирание вида не за горами. Тем не менее, к моменту появления «святой троицы» наползло их достаточно - столько, чтобы суметь окружить исторгающую громкие звуки тяжёлого рока и отправленную на заклание «приманку», плотным кольцом. Как и в прошлый раз «царь зверей» церемониться с братьями своими меньшими не стал. Раскидал замешкавшихся по сторонам, заскочил наверх машины и принялся выколупывать тушу, не забывая откусывать по ходу дела крупные куски мяса и тут же проглатывать, видать даже цари время от времени голодают. В момент, когда он в очередной раз вонзил зубы, Стен вдавил кнопку кустарно изготовленного взрывателя, молясь всем богам Стикса чтобы тот сработал. Электронщиков бывших, в стабе не нашлось, был один электрик, да один недоучившийся электромеханик, вот они совместными усилиями и собрали из того что было, это чудо инженерной мысли. При холостой проверке вроде работало.

Шандарахнуло так, что тяжёлый «зверь» покачнулся на рессорах от пронесшейся взрывной волны. Взрывчатки явно не пожалели, перестарались. Той же волной пустышей раскидало как кегли по всей площади, адъютанты рубера тоже отлетели оглушенные, покатившись кубарем по брусчатке. Сама же главная цель покушения, сделав в воздухе несколько сальто, грузно приземлилась на землю, упав на спину и замерла, распластавшись, дергая в агонии задними конечностями. Хотя до агонии как, оказалось, было ещё далеко. Не прошло и нескольких мгновений, как рубер заворочался очнувшись, перевернулся на бок и стал медленно подниматься, опираясь на передние лапы. Внимательно следивший за ним Стёпа поймал в перекрестие затылок твари. Пуля пронзила споровый мешок и принялась гулять внутри черепной коробки, разнося там всё в пух и прах. Рубер дернулся и, рухнув, затих, теперь уже окончательно. Двое его подручных тоже же успели очухаться и теперь кое-как подымались, тряся головами. Мстить за пахана в их планы, похоже, не входило, резко подорвавшись, оба стремительно рванули с места и тут же скрылись. Вдогонку стреляли, но безуспешно. Из всех люков повыскакивали бойцы, с радостными криками потрясая оружием. Уцелевших пустышей добивали тут же, уже без применения огнестрельного оружия, несколько бойцов бросились потрошить поверженного рубера и попавших под раздачу бегунов.

- Чему радуетесь придурки? Кусачи-то смылись, теперь, вместо одной проблемы - имеем две. Им до рубера дорасти, много времени не потребуется, при нормальной кормежке. Их теперь так просто не подманишь, ученые стали. И не надо думать, что они полные кретины и за кусок мяса родину продадут. Где надо, они нормально соображают. Где их теперь искать? Ладно, гоняться за ними сейчас бесполезно, поехали, будем дальше думать, что делать и как теперь быть. Елозить по городу на машинах, смысла нет, кусачи двигатель издалека услышат и тут же смоются. Нужно по-тихому на них выходить, небольшой группой. Степана не дам, он мне живой нужен, пойдет Лёня-самопал, он снайпер тоже неплохой, должен справиться. Трех бойцов ещё дам в сопровождение, один будет старшим, его слушать беспрекословно, как меня. Тебе - две горошины, принимай, усиливай дар, до перезагрузки ещё два месяца, как минимум, но выйти нужно пораньше. Хрен его знает, что эти твари могут надыбать без присмотра, вдруг повезёт и найдут достаточно жратвы. Рисковать нельзя, с двумя руберами у нас шансов нет никаких. Ты будешь исполнять там обязанности сенса, «локатор» из тебя, конечно, так себе, но лучшего всё равно нет. Ну, и этого, никчёмыша своего, можешь прихватить, вы ж у нас пара неразлучников, как я понимаю. Он парень здоровый, носильщиком поработает, какая-никакая польза будет. Винтовку потащит, она у Лёни тяжёлая, к ней ещё упаковка с патронами прилагается - это тебе в нагрузку. Снарягу получите на складе, все, что пожелаете из имеющегося, только учтите, от ПНП до города идёте своим ходом, тащить всё придется на себе, потому лишнего не берите, бросите - вычту с каждого лично.

- Прибор ночного видения есть?

- Тебе зачем?

- Я ж не спрашиваю, зачем тебе член, прошу, значит нужно. Стен сказал - мы можем брать всё, что потребуется, так что повторяю вопрос.

- Вроде был где-то, вон на том стеллаже глянь, второй ящик слева.

- Не работает, сука, почему не работает?

- А я знаю? Мне приносят, я храню, а работает или нет, не моя забота.

- Батарея там дохлая, сто процентов, на год выпуска посмотри.

- А сейчас какой год относительно того что на батарее написан, а Бомж? Чего молчишь? Если ты сюда попал из…. Из какого ты попал?

- Из 2014-го.

- Ну, так если на батарее двухтысячный намалеван, так это вовсе не значит что ей пятнадцать лет, это вообще ничего не значит, всё никак отвыкнуть не можешь? Другие здесь временные рамки, совершенно другие. Хотя батарея действительно мертвая, запасные есть?

- Запасные есть, всякие разные и часть из них даже рабочая, только сюда они не подойдут, видишь здесь специальная батарея, военного назначения, Этот ПНВ с военного склада взяли, такие в магазинах не продаются.

- Жук, оставь это говно, действительно, зачем тебе ПНВ, ночью по городу не ходят, ночью приличные люди спят.

- Что-то я приличных давно вокруг себя не видел, а ПНВ вещь полезная для выполнения нашей задачи. Это пустыши тепловым излучением особо не отсвечивают, а продвинутые твари светят как тот маяк, даже днём, обмен веществ у них, бешеный, соответственно и тепловыделение немалое.

- Все-то ты знаешь.

- Слушать привык, что умные люди говорят и запоминать, в жизни разное может пригодиться.

- Лёню-самопала все знают, он в представлении не нуждается. Меня Иван Иванович зовут, можно просто - Иваныч, фамилию вам знать не обязательно, так, короче, я - старший группы. Николай, Серега и Женёк, взвод охранения, парни проверенные, надежные, не подведут. А вот про вас такого сказать не могу, потому как не знаю. Стен сказал, что польза, от вас будет, особенно от Жука, он у нас парень не простой, дар имеет чувствовать опасность на расстоянии. И последний, кого нам навязали - профессиональный носильщик, стрелять не умеет, способностей никаких не проявляет, лауреат премии «самый бесполезный член группы». Стен сказал взять, значит, берём, будет кроме своего мешка тащить ещё винтовку Лени, потому нам без него совершенно не обойтись. Кончайте ржать, при выполнении боевой задачи у любого могут открыться скрытые таланты, даже у обычного бомжа. Странная у тебя кликуха приятель, ты чего, в натуре бомжом был или это крёстный твой так прикольнулся?

- В этом имени есть скрытый смысл, не каждому дано понять его.

- Смотрите, он говорить умеет, выходит, не всё ещё потеряно. Без обид, хорошо? Мы просто шуткуем так. Перед заданием полезно расслабиться - пацаны у нас совершенно беззлобные, унизить тебя никто не хочет. Раз ты идёшь с нами, значит, отношение к тебе будет такое же, как и ко всем остальным. Разница лишь в том, что их я знаю и что от них ждать в трудную минуту тоже, а вы ребята непроверенные.

- Не бойтесь, товарищ командир, мы не подведем.

- Выходим рано утром, до города отсюда километров двадцать. Надо нам до темноты выйти к городским кварталам и найти там место, подходящее для ночлега. Идти дальше придется через пригород, а это частный сектор, там сильно не расслабишься, нарваться можно на всё что угодно. Пустышей и даже кого покруче там обычно хватает. Это считай почти что деревня, соответственно варенья, соленья прочие пищевые припасы в больших количествах присутствуют, потому тварям всегда найдется, чем поживиться. Потому поймать там приключений на задницу - это запросто. При откате вся эта камарилья благополучно исчезает, потому что сидит на месте по-куркульски и от перезагрузки не бежит. Так это и, слава Богу, развиться сильно не успевают за три месяца, потому больших неприятностей нам не доставляют. Только вот пройти там будет не просто, чужаков не любят, особенно тех, кто из вкусного мяса сделан. Вернее любят, но по-своему, и вам могут не понравиться возможные проявления их любви.

Жук шел в авангарде группы, кроме своего рюкзака с личными вещами тащил две упаковки по двадцать патронов калибра 14,5 мм к снайперской винтовке. Надежды на благополучный переход до места первого ночлега Стен возлагал в основном именно на его чувство опасности и, соответственно, возможность её избежать. Случись нарваться по дороге на тех двух кусачей или даже на группу бегунов, поход в этом месте бы для них и закончился.

Глава 12. РЕЙД.

Степь да степь вокруг. Почва здесь была такой консистенции, что обычная грунтовая дорога посыпанная щебенкой, оставалась ровной и почти без канав, довольно длительное время. Дожди не размывали грунт, имевший в своём составе большое количество песка и мелких камней, вода быстро просачивалась сквозь него, не задерживаясь на поверхности и не образовывая луж. Бомж тащил на плече тяжёлую винтовку, напоминавшую внешним видом старое противотанковое ружьё времен Великой Отечественной. Восемнадцати килограммовая дура сразу же стала натирать кожу на плече, пришлось подложить прокладку и почаще перекидывать её с плеча на плечо. На самом деле это и было то самое, широко известное всем по военным фильмам, противотанковое ружьё имени Дегтярева, давно списанное и валявшееся без дела на том самом, иногда прилетавшем военном складе. В мастерской местные умельцы её слегка модернизировали, приделали регулируемый снайперский прицел и после тщательной пристрелки, она вполне годилась для отстрела продвинутых тварей. Прошибая в свое героическое время 35-ти миллиметровую танковую броню с трёхсот метров, тяжёлая пуля любого лотерейщика и даже топтуна, если повезёт, валила с ног на раз. С кусачами, тем более с руберами ей, конечно, не тягаться, но при удачном попадании в корпус может их на время притормозить, да и конечность перебить, способна, там защита у них послабже. Снайпер Лёня шел позади Бомжа и иногда помогал тому нести свое оружие, забирая его под неодобрительное ворчание командира группы. Сам он двигался сразу за Жуком, не очень-то веря в его сверхъестественные способности. Активное проявление всяческих «даров» от щедрот Стикса в этой глухомани было в диковинку. В зачаточном состоянии они, несомненно, присутствовали у многих, никак себя не проявляя. «Умение» развивать требуется, и для этого горохом почаще подкармливать, а где его взять в достаточном количестве? Это там, ближе к пеклу, руберов валят пачками, и гороху там хоть жопой ешь, а здесь - захолустье, здесь и кусач в диковинку, а элиту вообще никто, ни разу не видел. Верил, не верил, но раз Стен приказал, он подчинился, втихаря, при этом про себя посмеиваясь. Не то чтобы он вообще не верил во всякие такие мистические штуки, интуиция-шмуниция, предчувствие беды, в глубине души существование таких вещей он вполне допускал. Вживую не видел, но допускал, а чтоб тварей чуять за полкилометра - это уже перебор, сказки - одним словом. Живя в Улье все, естественно, слышали, что где-то там, далеко, есть ребята, которые пулю на лету остановят и элиту заставят под свою дудку плясать, но считали, в большинстве своём, всё это сказками и пустыми россказнями, верить которым - себя не уважать.

- Ну, чё там впереди, спокойно все?

В голосе старшого сквозил слегка прикрытый сарказм. Жук, естественно понял, что тот не сильно верит в реальное наличие у него заявленных способностей, но благоразумно решил недовольство до поры до времени не проявлять. Иваныч - мужик в целом не плохой, и от уровня деревенского дурачка смог продвинуться по интеллектуальной лестнице довольно далеко. В недалеком будущем он обязательно поймет свою некомпетентность в данном вопросе. А пока подыграем ему немного.

- В обозримом окружении, в радиусе около пятисот метров опасность отсутствует.

- Да ты прям, как терминатор изъясняешься, а обычным языком можешь? Мы люди простые.

- Всё спокойно в степи, ни одна травинка не шелохнётся.

- Ты опять за свое?

- Нет никого впереди, если что появится, ты первый про это узнаешь.

- Ты мне вот скажи, ты реально сможешь увидеть за километр, где тварь прячется?

- За километр нет, метров за пятьсот максимум и это в том месте, где препятствий разных нет. Деревья, строения разные, расстояние это сокращают, но на триста метров в любой обстановке - без проблем. И я не «вижу», где кто-то прячется, а просто чувствую, что там может быть опасно и идти туда, не стоит.

- Брешешь, наверное?

- Собаки брешут, а я говорю как есть, Стен, кстати, мне тоже поначалу не верил, а потом убедился.

- Это когда ты гранатометчика выследил? Слышал, но это ни о чем не говорит, может у тебя зрение хорошее и повезло просто.

- Настаивать и убеждать не буду, поживем - увидим.

На краю старой лесопосадки остановились и залегли. Впереди лежал город Славск во всей его постапокалиптической красе. Оттуда не доносилось никаких посторонних шумов, только естественные звуки природы. Мертвый город без людей, наполненный обитателями, в настоящее время на бывших жителей совершенно не похожими. Движения не видно никакого, даже в бинокль, только эта тишина обманчива.

- Ну, что Жучара, твой выход, давай определяйся, как идти будем или мне самому опять решать?

- Отсюда сложно понять, надо подойти поближе.

- Ближе опасно, могут заметить.

- Если опасно, пошли назад.

- Ладно, пробираемся по канаве вон к тем кустам, оттуда нормально будет? Пригнутся всем, не отсвечивать.

От зарослей кустов до ближайшего частного дома окруженного деревянным, давно не крашеным забором, метров триста открытой местности, так называемого «выпаса», заросшего густой травой по пояс. Коров давно съели, трава воспользовалась этим обстоятельством в полной мере и вымахала на радостях насколько смогла. В принципе, если ползком, то в такой высокой траве вряд ли можно кого заметить, только у заражённых зрение другое и главное - слух как у собаки. Жук напряжено «вслушивался», даже глаза прикрыл.

- Тварей впереди много и свободного прохода, так чтобы незаметно просочиться, я не вижу. Предлагаю следующее - возле дома, что справа, толкутся двое, если их по-тихому успокоить, можно пройти через двор на соседнюю улицу. Только не шумите и лучше издали, а то другие сбегутся.

- Лёня, давай, твоя очередь отличиться.

Кроме тяжёлой винтовки ПТРД «времен Очаковских и покорения Крыма» у Лени имелась ещё одна, легкая и малогабаритная СВД под широко распространённый в этих местах патрон 7,62, а учитывая скрытный характер операции, прилагался к ней и соответственный глушитель. Глушителями запаслись, кстати, и все остальные, стребовав у завхоза несколько ПБС для своих автоматов. СВД Лёня нес самостоятельно, и теперь осторожно просунув ствол между щелями в заборе, прицелился в стоящего у дома заражённого. Похоже, в лучшие времена это была нормальная женщина средних лет, но сейчас об этом можно было лишь догадываться. Бывшая женщина, как все пустыши в спокойном состоянии, раскачивалась на месте, амплитуда её движений была небольшой, для Лени это не проблема. Сухо щелкнул выстрел. Любой, даже самый лучший глушитель не способен полностью убрать звук выстрела, а клацанье затвора и подавно. Однозарядные, более точные винтовки, менее шумные, там затвор при выстреле на месте остаётся, зато два раза подряд выстрелить не получится. В данном случае, пусть лучше затвор лязгнет, в соседних дворах этого всё равно не услышат, чем заражённый раззявит хлебало и братьев своих со всей округи созовет. Второй заражённый только голову начал поворачивать на звук выстрела, когда вторая пуля пробила ему черепушку, разбрызгивая вокруг мутное вещество, бывшее когда-то его мозгом.

- Быстро, через двор мимо дома, у калитки замерли.

Похоже, «бугор» начал понемногу доверять чуйке Жука. Группа, пригнувшись, перебежала к палисаднику, притаилась возле кустов сирени. Жук снова немного поморщил лоб, покрутил головой.

- Двор дома, что справа, пуст, в соседних твари есть.

- Резко, друг за другом перебежали улицу и возле калитки упали. Открыть её нужно беззвучно, там, скорее всего, защелка, или простой засов, ничего сложного.

Легко сказать, перебежать тихо, не пушинки же, в ботинках тактических на ребристой подошве бойцы топают как слоны, на цыпочках не получится, не в балете. В соседних дворах заурчали, там наметилась некая движуха, зашуршала трава под ногами переполошившихся тварей. Все замерли, почти не дыша. Если бы у пустышей хватало ума открыть примитивные запоры на калитках и выйти на улицу, началась бы нешуточная заварушка, на шум которой, привалила бы толпа побольше, и чем бы это кончилось, ещё не известно. Но раз нет ума - сиди дома, твари потоптались у заборов и так как раздражающие их слух шумы прекратились, постепенно успокоились. Сергей просунул лезвие ножа между досок калитки и медленно поднял крючок, запиравший её изнутри. Давно не смазанные петли слегка скрипнули при открытии, за забором встрепенулись, но не надолго. Мимо дома, пригнувшись перебежали на задний двор. Слева и справа озабоченно урчали голодные мясоеды, но сделать ничего не могли. За домом нарисовался огород с заботливо обработанными грядками. На тропинке между ними обнаружили мертвое, давно высохшее тело заражённого, лежащее ничком, уткнувшись мордой в землю. Судя по остаткам одежды - бабка старая. Жила себе жила, огородик свой обрабатывала понемногу, ничего такого не ждала и нате вам, подарок на старости лет. Сил и здоровья и так не было у бабки, после перерождения на мясо сильно потянуло, а где ж его взять? Огурцы, помидоры, смородина - с такой пищи не раздобреешь. Померла бабка от недоедания, недолго продержалась. Может оно и к лучшему - отмучилась, наконец, старушка. Задний забор, отделявший огород от небольшого луга с маленьким прудиком посередине, был совсем ветхий. Почерневшие деревянные колья, перевязанные алюминиевой проволокой, калитка на одной ржавой петле, для заражённого в любой степени развития совсем не препятствие, хорошо, что здесь их не было. Дальше - новая улица, там дома побогаче, заборы поосновательнее, городская застройка скоро начнется, первая пятиэтажка уже виднеется вдалеке. Побежали в её сторону прямо по улице, благо недалеко, метров четыреста, не больше.

Береза наклонившаяся, под ней скамейки деревянные, крашенные синей краской, давно облупившейся, между ними - стол, сколоченный из досок. Место сбора соседей по вечерам, домино, шашки, ну, и выпивка, естественно, на свежем воздухе. Возможно, остатки воспоминаний в глубинах истлевшего мозга из прошлой жизни инстинктивно привели к месту былых посиделок трёх бывших жильцов. Стоят, раскачиваются. Дружно повернулись навстречу гостям и тут же радостно заурчали. Три автомата коротко и глухо простучали, каждый по своей цели, разобрали их чётко, вдвоём по одной не били, потому прошло всё быстро и без последствий. Праздник какой-то случился в момент перезагрузки на этой улице, или по какой иной причине, но народ дружно высыпал из домов, потому калитки и ворота повсюду оказались открытыми. Сзади послышались знакомые рычащие звуки, и было их не один и не два. Прибавили ходу, свернули в проулок, перебежали на соседнюю улицу. Потеряв добычу из виду, толпа как обычно растерялась и остановилась. Попавшихся на пути парочку уложили тем же манером. Все, дальше путь свободен. Жук опасности для дальнейшего продвижения впереди не чувствовал, махнул рукой - шевели ногами, потом отдыхать будем. В первом подъезде дверь железная и с кодовым замком, за ней подозрительная возня. Задерживаться не стали, побежали к следующему. В среднем подъезде - дверь нараспашку, такая же стальная, как и та, но замок выломан с мясом, на лестничной площадке несколько обгрызенных до основания костяков, больших и маленьких. На этажах вроде тихо. Жук задумался на минуту, потом кивнул, можно. Осторожно переступая через останки бывших жильцов, забрались на самую верхотуру к вертикальной лестнице на крышу. Замок люка с петель сбили, смех один, а не замок, Перешли по крыше к соседнему, дальнему подъезду, ломиком поддели крышку люка, там и замка не было никакого, прислушались - тихо. Иваныч сразу проверил, что дверь входная здесь прочная и целая, значит, проникновения гостей с улицы можно не опасаться. Сверху через крышу пролезть у них ума не хватит, остаётся только сами квартиры зачистить, тогда можно будет передохнуть и устраиваться на ночлег. Запертые стальные двери квартир трогать не стали, если до сих пор никто не сумел выбраться оттуда, значит, уже и не сможет. А вот державшиеся на соплях филёнчатые и те, что вообще приоткрытые, проинспектировали на предмет наличия присутствия. Впрочем, кроме нескольких высушенных костяков и немилосердно воняющих холодильников, ничего опасного не нашли. Зато нашли немного консервов и бутилированной воды, так что собственные запасы можно оставить на потом. Женёк отыскал массивный старый висячий замок с ключом, заперли им верхний люк, чтобы уж точно ничего не опасаться с той стороны. Постепенно стало темнеть, мимо пятиэтажки пробрёл одинокий пустыш, еле волоча ноги. Видно недолго ему осталось - шансов найти пропитание, нет никаких, всё подъели до него. Заражённый урчал так жалобно, что Бомжу даже захотелось спуститься и кинуть тому открытую банку с тушёной говядиной. Дежурили по двое, по три часа. В самое ответственное время, перед рассветом, заступил сам Иваныч и Жука разбудил, с тем хоть поболтать можно о всякой всячине, сон прогнать.

- Знаешь Жук, убедил ты меня. Вроде, есть у тебя какая-то чуйка. Верю. Лихо мы пробрались сюда и без лишнего шума. Выходит, всё же не зря тебя Стен приметил и до себя взял.

- А что Стен, так между нами, нормальный мужик, не напарит, если что?

- Пару ходок назад было дело, Зажали нас твари в магазине, толпой собрались, и до хрена их там было, откуда только набежали, суки. Мы с Женьком в подсобке забаррикадировались, чем попало. Дверь там хлипкая, долго ей не продержаться и патронов с гулькин хрен, а клювом толком не размахнешься, узко. Короче, выручили нас ребята, не бросили, прорвались через толпу, вытащили, а самих их порвали знатно, Кольке вон руку оторвали практически, еле приросла, весь спек на него извели. В общем, вырвались, хоть и с трудом. Так вот, этим ребятам я доверяю, как себе. Они точно не подведут, смекаешь, о чем я? А начальство -оно везде одинаковое, пока ты неприятностей не доставляешь, пользу ему приносишь, ты хороший, а как случись промашка, так всё, тут же отношение враз меняется. Думаешь, в сказку попал? Головой своей думай, не расслабляйся, держи нос по ветру, что я тебе прописные истины-то рассказываю? Всё здесь, как и везде. А что до Стена - подставлять специально он не будет, не замечали за ним таких вещей, но и на выручку очертя голову бросаться не станет. Что касается оплаты, тут всё честно, отработал - получи, обмана не было.

Как рассвело, приготовились выдвигаться. План такой - найти здание повыше и сверху отследить искомое. Не должны такие продвинутые твари, как кусачи, на жопе ровно сидеть и ждать, непонятно чего. В условиях острой нехватки продовольствия, которого им требуется немерено, по сравнению с простыми пустышами, их только ноги спасут. Куда двигать - с крыши определить не сложно, единственная в городе двенадцатиэтажка, недавно построенная недалеко от центральной части Славска, господствовала над всеми городскими кварталами. Дорогие квартиры в престижном доме, да и ещё удобно расположенном, успели продать и заселить лишь частично, что, естественно, очень способствовало задуманному. Оставалось лишь добраться до места без приключений. Улицы не пустовали, сверху это было хорошо видно, незамеченными там не пройти, даже воспользовавшись даром Жука. Нужно их отвлечь, направить куда-то в сторону и убрать с намеченного пути.

- Смотрю, вон неподалеку церковь виднеется, колокол там есть?

- Хрен его знает, по идее должен быть, как иначе бабок собирать на моленье. Думаешь, его попробовать использовать?

- Поймать бы какую-нибудь заразу из этих, и к колокольной веревке привязать, пусть подёргается, шуму будет столько, что вся округа туда сбежится.

- Не получится. Дохлый дергаться не станет, а живого пока дотащишь, так на его рычание тут же полгорода прискачет. Собаку бы какую найти, да покрупнее, поймать и привязать. Только где её взять, всех что были - схарчили давно. Это у них первый деликатес, как известно, особенно коты.

- Насчёт котов. Вот чем их приманить можно.

- Кота тем более не сыщешь. Которых не пожрали, так те так зашхерились, хрен найдёшь, тварюга умная.

- Так нам сам кот и без надобности, интересно, на ор кошачий они как среагируют?

- Нормально, думаю, реагируют, особенно их слюновыделительный аппарат. Можно, впрочем, и проверить, мяукать-то, кто будет?

Прихватив автоматы, Иваныч и Жук спустились на первый этаж, нашли открытую квартиру с окном на улицу. На нижних этажах все окна оборудованы железными решётками, вполне достаточное препятствие для пустыша. Окно открыли, Жук принялся изображать мартовского кота на голодном сексуальном пайке. Долго стараться не пришлось. Радостное урчание в предвкушении вкусного завтрака очень скоро послышалось из ближайших кустов. Появившийся оттуда пустыш уже прошел начальную стадию заражения и превратился в полноценного прыгуна с уклоном в сторону бегуна. Подпрыгнул, сходу вцепился клешнями с прочными ногтями в решетку, рванул на себя. Та на первый раз устояла. Иваныч сунул ему ствол через прутья прямо в морду, щелкнул одиночный, выбивая твари затылок вместе с начинавшим уже формироваться споровым мешком. Пустой он был или нет, теперь уже не узнать: содержимое черепа улетело в кусты густым плевком, тело свалилось вниз и осталось валяться под окном.

- Нашумели немного. Уходим. Что нужно было - выяснили. Кого-то придется поставить здесь кота изображать, пока мы уходить будем. Я предлагаю - Бомжа.

- Никого оставлять не будем. Про магнитофон слыхал? Надо найти кассетник какой-нибудь на батарейках и микрофон, дальше - дело техники.

В прежние времена магнитофоны в каждой квартире были, теперь такое старьё найти - это большая проблема. Весь подъезд перевернули – без толку. Взломали даже закрытые изнутри квартиры, прикончив запертых там и ещё живых заражённых. Пришлось в соседний подъезд идти, только там, в квартире пенсионеров, судя по обветшалой обстановке, нашелся старенький, но исправно работающий Панасоник со встроенным микрофоном. Батарейки в нем еле дышали, через минуту он замолчал и больше не включался, пришлось батарейки искать, с этим, слава Стиксу, проблем оказалось меньше. Закрыв плотно окна, чтобы тварей попусту заранее не обнадёживать, минут тридцать записывали кошачий концерт по очереди, сделав вначале пятнадцатиминутную паузу, чтобы успеть отойти подальше перед его началом. Магнитофон разместили на третьем этаже, на подоконнике у открытого настежь окна. Туда не сразу доберутся, а слышно будет хорошо, лишь бы батарейки не подвели, вроде новые были, в упаковке, но тем не менее. Включили и ходу через боковое окно в кусты, что густо разрослись вблизи пятиэтажки. Успели перебежать за соседний дом и там затаиться за электрощитовой, как сзади раздалась ария одинокого кота в хоровом исполнении. Движуха началась практически сразу, причём со всех сторон. Многочисленные твари дружно, с неподдельным интересом, потянулись к источнику звука, освобождая группе путь. Жук попридержал немного народ «прислушиваясь», потом дал отмашку. Пригнувшись, побежали друг за другом. Жук вел группу за собой, несколько раз меняя направление и делая паузы, пропуская двигавшихся на встречу одиночек и небольшие группы заражённых. Большинство - пустыши на последнем издыхании, они-то на что надеялись, не понятно? Прошмыгнуло несколько бегунов, обгоняя медленно бредущих и ползущих собратьев. Привлеченные «кошачьим» ором заражённые, ослабили свое внимание на происходящее вокруг, этого и добивались. Нескольких, особо бдительных, успокоили привычным тихим способом, что на скорости маневра никак не сказалось. Миграция, произошедшая в нескольких кварталах от двенадцатиэтажки, на обитавших поблизости от неё тварей никак не отразилась. Магнитофон замолчал, исчерпав свой резерв, а может, его просто разбили раздосадованные претенденты на кошачий филей. Свою функцию он уже выполнил. Сюда звук просто не долетал, потому вокруг здания всё было спокойно. На земле валялись несколько заветренных костяков, стояли, ритмично раскачиваясь несколько тварей, заняв, кстати, наиболее удобные для наблюдения за местностью точки. Напоминали они пауков в засаде, терпеливо поджидавших свои жертвы. Пройти внутрь здания и не попасться им на глаза не представлялось возможным, надо чем-то их отвлечь.

- У меня есть две свето-шумовые гранаты, кто метнет?

- А сам чего?

- Я далеко не смогу, не сподручно мне.

- Цели разобрали, бомжара, тебе метать, одну вон тому под ноги, вторую подальше. Глаза и уши прикрыть не забудьте, валим тварей и в подъезд.

Граната бренча корпусом по асфальту, покатилась в сторону стоящего «на стрёме» прыгуна, чем того сильно заинтересовала, втора, вслед за первой, полетела по дуге по направлению к стоящим у второго подъезда. Рванули они почти одновременно, тут же выведя из строя зрительно-слуховые органы тварей. Первый завертелся на месте, схватившись лапами за голову, боли не чувствовал, но куда внезапно пропал свет и все внешние шумы его явно озадачило. Двум, что расположились подальше, досталось не меньше: одного свалил точным выстрелом Лёня, остальных Серёга с Колей, Женьку досталась самая трудная цель - не пострадавший от гранат бегун у дальнего угла дома. Непонятная и внезапная гибель соплеменников его по- видимому, не сильно расстроила, виновников он засек сразу и тут же рванул в их сторону. Женёк потратил на него уже с десяток патронов, посылая короткие очереди, целясь в голову и каждый раз, почему-то промахиваясь. Иваныч быстро сообразил, что надо делать и влепил тому очередь прямо в корпус. Не остановил, но сильно замедлил. Остальные перенесли огонь на «неуязвимого» бегуна успокоив его уже на подходе. Забежали в подъезд, внутренняя дверь на этажи заперта и она довольно прочная. С улицы уже слышались признаки приближавшихся на шум заражённых. Внешняя дверь в подъезд совсем хлипкая, застеклённая и тонкая, такая не выдержит и первого напора. Лёня выхватил тяжёлое ружьё из рук Бомжа.

- Патрон!

Жук лихорадочно ковырялся в своём подсумке, добывая запрашиваемое. Сзади коротко простучали автоматы, потом еще. Счёт шел на секунды - их сейчас сомнут и задавят массой. В ограниченном пространстве подъездного помещения выстрел из ПТРД не оснащённого глушителем, прозвучал не хуже свето-шумовой гранаты. Оглохли все, ладно, хоть на зрение не повлияло. Второй выстрел хлопот слуху доставил гораздо меньше, после первого все уже и так не хрена не слышали. Иваныч схватил отстреливавшихся автоматчиков за плечи, потянул за собой в открывшуюся им навстречу стальную дверь с развороченным выстрелами замком. Замыкавший стрелок опустошил магазин, выдав веером длинную очередь наружу, бросился вслед за остальными. Дверь захлопнули и кое-как подпёрли, чем под руку попало. Ручка вылетела вместе с замком, открыть дверь снаружи теперь будет сложновато, если только твари не догадаются за край подцепить когтями, что вряд ли, мозги у них слабоваты для таких упражнений. В пробитом пулями отверстии показался глаз твари, рассматривавший людей внутри. Кто-то из бойцов приложил туда ствол и выстрелил, попал или нет, непонятно, но подсматривать в дырку снаружи желающих больше не нашлось.

- Надо дверь как-то укрепить, чтобы сразу не выломали.

- Да хрен с ней с дверью, вперёд - на крышу, снова переберёмся в соседний подъезд, а эти пусть нас здесь ищут.

Двенадцать этажей - это тебе не пять, пока добрались до самого последнего, взопрели все, как мыши. Бомж вообще на два этажа отстал от основной группы и постоянно оглядывался в страхе. Мимо помещения лифтового механизма поднялись прямо к двери, ведущей на крышу. Снизу уже слышался подозрительный шум, похоже, твари сумели открыть дверь и прорвались внутрь. Сбили парой ударов, простой, висящий на петлях, замок. Дверь дублировалась ещё и прочной решёткой из арматурных прутьев, причем открывались они с дверью в противоположные стороны. Тупые создания не сразу добрались до верха, многие расползлись по квартирам, в которые сумели забраться. В дверь на крышу принялись ломиться минут через двадцать и то без особого энтузиазма. Быстро сообразив, что их усилия успехом вряд ли увенчаются, ушли.

- Раз нас пока что оставили в покое, предлагаю заняться вплотную тем, зачем пришли. Бинокли у всех есть, рассредоточились по углам: смотреть внимательно, город отсюда как на ладони, кусачи - твари не маленькие, обязательно засветятся, если не сегодня, то завтра. Главное, чтобы дождя не было.

Первый час наблюдений прошел впустую, небольшая движуха на улицах присутствовала, однако нужные клиенты в пределах видимости не появлялись. Лёнчик забрал начатую упаковку патронов у Жука, приготовил ПТРД к выстрелу и поставил на сошки рядом с собой, чтобы в нужный момент оружие было под рукой.

- Отсюда километра на два видно, даже больше, а у меня эффективная дальность - до километра.

- Эти хитрые тварюги просто так по улицам шляться не будут, если засечём, значит, лежка ихняя поблизости находится, подберемся поближе и накроем обоих.

- Я бы лучше отсюда сработал, так вернее будет. По земле к ним незаметно подойти с ихним слухом и зрением, хрен получится.

- Главное - выследить, потом сюда поближе, чем-нибудь подманим.

- Чем ты их приманишь? Мяса свежего у нас нет, а на громкие звуки они не поведутся.

- Вот чё ты раньше времени колотишься? Проблемы надо решать по мере поступления, нервничать заранее - дело пустое. Мяса говоришь, нет свежего, вон Бомжара, его можно выставить на улицу, на такой кусок все кусачи сбегутся.

- Слушай, чего ты к нему привязался? Нормальный же вроде мужик, дуру мою тяжеленную тащит и не гундит, я ж вижу - тяжело ему, а он не жалуется.

- В том то и дело, что «вроде». Чё-то с ним не так, я нутром чую, какой-то не такой он, не как все. Например - живчик, что у него во фляге, подозрительный какой-то, ты сам при случае попроси хлебнуть, сам убедишься. И глотает он его как-то странно. Мы когда на верхотуру забежали и сюда на крышу вылезли, ты чего в первую очередь сделал? Правильно - к фляжке приложился, силы восстановить, а он нет, словно ему это и не требуется. И перегаром от него постоянно разит. Я понимаю, живчик на основе спирта делается, но от тебя выхлоп совсем не такой сильный, практически незаметный. Я думаю, алкаш он конченный и втихаря дубасит водяру, хоть и запрещено в рейде, вычислю - рожу ему начищу.

- Я пока что никаких последствий этого, как ты считаешь, «пьянства на рабочем месте» не заметил. Бегает как все, груз порученный таскает без соплей, а живчик его я проверю.

- Проверь, проверь, Может оно и так, как ты говоришь, но не нравится он мне и точка, ты только ему про это не ляпни, а то обидится, для работы это вредно.

- А бойцу своему не доверять, не вредно для работы? Взял бы, да просто и спросил, если непонятки какие имеются, ты ж у нас старшой, имеешь право.

- Сам спроси, я тебе просто сомнения свои высказал, по дружбе. Это ты ж у нас психолог-самоучка, жалеешь его постоянно, я же вижу. Может, я и не прав окажусь, всякое бывает, давай-ка ты сам проверь, у тебя лучше получится.

- Свои обязанности на меня спихиваешь? Поддержка нормального морального климата в коллективе - на тебе лежит.

- Тебе чего, влом? Ты ж у нас мастер на все руки, и пальнуть точно куда требуется, и с человеком по душам поболтать.

- Ладно, Иваныч, мелкий прогиб зачтен, но с тебя бутылка, когда вернемся, и не какого-нибудь, дерьмового пойла, что ты привык глушить, а хорошего коньяка.

- Это - без проблем, заметано.

- Есть! Вижу козликов, Лёня давай сюда, вон они голубчики скачут.

Лёня подхватил ПТРД и выставил на бордюр крыши, направив ствол в том направлении, куда Серёга указывал. В прицел действительно хорошо были видны двое кусачей, явно успевших немного продвинуться по социальной лестнице и целеустремленно продвигающиеся по улице в северном направлении. И не только они. По параллельным улицам так же быстро и в ту же сторону, неслась стая бегунов и ещё какие-то твари поменьше. Единственно, кто полностью игнорировал массовый забег - были многочисленные пустыши, продолжавшие повсюду бестолково раскачиваться и вообще, вести себя как обычно. Пока Лёня всматривался и приноравливался к ситуации, бегущие вдалеке твари, вышли из зоны поражения, зато появилась ещё одна стая, ведомая матерым топтуном и тоже направлявшаяся в северном направлении. Что-то явно случилось, это ясно, как день. Состав с мясом, что ли подвезли с севера, не меньше, что ещё могло заставить огромное количество развитых заражённых устроить такие непонятные гонки.

Глава 13. ПЕРЕЗАГРУЗКА.

- Шухер! Валим быстро!

С противоположной части крыши мчались Сергей с Женьком и рожи их выражали крайнюю степень озабоченности.

- Кисляк! Перезагрузка!

- Какая перезагрузка? ещё ж два месяца до неё.

- Валим, валим, скоро сюда дойдет!

Действительно, хорошо видимый с противоположной стороны здания внезапно зародившийся в самом центре города туман, медленно расползался по округе. До двенадцатиэтажки от его клубящейся кромки оставалось примерно с километр и расстояние это быстро и неотвратимо сокращалось. Запиликала рация Иваныча. Здесь наверху приём был отличный, ранее он уже успел доложиться на ПНП как у них идут дела.

- Иваныч, город накрывает перезагрузка, срочно уходите!

- Да в курсе уже, пораньше нельзя было звякнуть?

- Мы сами не ожидали такого неожиданного явления. Двигайтесь на север, я грузовик вам на встречу выслал, встретитесь с ним на шоссе, что в Холодный ведет, только не тормозите, надеюсь, что успеете. Мы сворачиваемся и уходим за границу кластера, там вас подождём.

Все бойцы резко подорвались и с наиболее возможной быстротой побежали к лифтовой надстройке, через которую выбрались на крышу. Терять время на открытие двери следующего подъезда внизу нельзя, время шло на минуты. Встреченных на пути пустышей не останавливаясь, просто отталкивали, не тратя время на то чтобы добить. Через толпу пустышей, стоявших у входа в подъезд, прорывались сходу, стараясь не задерживаться, щедро раздавая удары прикладами и клювами налево и направо. Тупоголовые создания тянули к ним скрюченные, грязные ручищи, жадно урча, не понимая, что произойдет с ними в этом месте буквально через полчаса. Развитые твари вовремя почуяли приближающийся катаклизм и благополучно сбежали, а этим всем уготован общий и неминуемый конец.

В какую сторону бежать - думать не пришлось, спасибо тварям, подсказали кратчайший путь из города, только бы успеть, стартанули-то поздно. Туман уже заполнял дальний конец улицы, скорость у них с ним пока что равная, только вот они вскоре устанут и замедлятся, а кисляк нет. Сначала бежали кучкой - пустышей на пути почти не встречалось, тех, кто появлялся, просто оббегали, не тратя на них времени попусту. Бомж постепенно начал отставать. Тяжёлое ружьё на плече, отсутствие присущих иммунным дополнительных сил и здоровья, быстро начало сказываться. Лёня обернулся, притормозил, подхватил ПТРД за ствол, Бомж схватился за приклад, они старались бежать в ногу, но всё равно всё больше и больше отставали от основной группы. Если бы не помощь Лени, Бомж давно бросил бы уже тяжеленную дуру и наплевать, что ему за это грозило, жизнь-то дороже. Кисляк постепенно догонял, силы у всех были на исходе, особенно у Бомжа, тот держался только на честном слове. Мокрый от пота с головы до ног, задыхается, сердце готово выпрыгнуть из груди. Не готов он для такого марафона, ой не готов. Вдалеке послышался рев двигателя, постепенно становясь всё громче, приближался обещанный грузовик и с ним надежда на спасение. Не доезжая до них метров сто, грузовик резко притормозил, съехал на обочину и круто развернулся в обратном направлении. Задний борт тут же откинулся, двое бойцов опередившие других, заскочили в кузов, подхватывая под руки остальных и затаскивая внутрь. Туман клубился совсем уже неподалеку, готовый захлестнуть неизбежностью и затянуть внутрь себя. Лёня забросил сходу ствол ПТРД на кромку пола кузова, а сам пытался из последних сил забраться наверх. Его подхватили за всё что можно и дружно втащили. Бомж толкнул приклад от себя, ружьё проскользило по полу, оказавшись внутри, грузовик тронулся с места, быстро набирая скорость.

Бомж не успел. Сил не осталось совсем, он в отчаянии опустился на землю и приготовился к неминуемому концу. Грузовик вдруг с визгом затормозил и резко сдал назад, остановившись рядом с Бомжом, чуть того не раздавив. С борта спрыгнули двое, подхватили его за руки и ноги, как мешок с картошкой и закинули в кузов. Кисляк, практически лизал задний борт, который даже не стали закрывать, и только успели запрыгнуть, как машина рванула с места. От кромки тумана оторвались сразу же на приличное расстояние, это вам не пешком бегать, здесь скорости другие. Дорога тут - не скоростная автострада, но асфальт довольно приличный, почти без больших выбоин. Вместе с грузовиком и с прилагавшимся к нему водителем, прислали ещё и пулемётчика, так, на всякий случай, и как оказалось не зря. Успели отъехать лишь пару километров, как слева на фоне лесополосы обнаружилось какое-то движение. Жук тут же встрепенулся и с сильной озабоченностью на морде лица впялился в том направлении. Через несколько секунд и без оптики было видно, как два кусача, галопом мчатся к грузовику, двигаясь под острым углом к нему и быстро приближаясь. Иваныч забарабанил кулаком по крыше кабины, водитель выглянул в приспустившееся окно, оценил обстановку и прибавил газу. Пулемётчик, ранее очень вовремя откинувший задний борт для приема пассажиров, выглядел теперь чрезвычайно озабоченным. Пулемёт у него - одно слово, что пулемёт, старенький ПКМ под патрон 7,62 с немного большей дальностью эффективной стрельбы и другим объёмом магазина, чем у обычного калаша. На таких монстров его огневая мощь явно не рассчитана. Палить сразу же от пуза и навскидку, пулемётчик не стал, молодой мужик, но уже без юношеского, глупого задора. Протянул Иванычу руку - «Саня».

- Ну, че? Щас догонят, и в кузов запросто запрыгнут, ну и амба нам.

- Не суетись командир, сейчас я его стреножу малёхо. Володька, прибавь ещё.

Прибавлять там было нечего, машина и так использовала все возможности мотора и подвески на полную. Саня встал на колени, положив ствол на борт, и короткими очередями принялся опустошать коробку с лентой. Остальные тоже стреляли, хорошо понимая, что это лишь пустая трата патронов. В корпус стрелять бесполезно. Отожравшимся почти до уровня рубера тварям, пули из калаша - как комариные укусы, неприятно, но терпимо. Потому Саня-пулемётчик и брал ниже, стараясь попасть в опорные конечности, чтобы, если повезёт, повредить места сочленения. Машину немилосердно трясло, о прицельной стрельбе тут говорить не приходилось, надеяться можно было только на удачу. У Бомжа оружия не было, потому, не имея возможности чем-то помочь остальным, он просто старался, не путаться у них под ногами. Прополз вперёд к кабине и встал там во весь рост, крепко держась обеими руками за высокий борт. Лёня свою дуру выставил через задний борт. На очередном ухабе та чуть не улетела вниз, еле удержал. Ему можно и в корпус - калибр позволяет, тут только попасть требуется, а кусачи далеко не дураки, бежали в раскачку, постоянно уходя с линии прицела. Приближались из-за этого они медленнее, чем могли бы, двигаясь по прямой, но всё равно неотвратимо догоняли. Саня плюнул на экономию, пулемёт залился длинной, до конца ленты, очередью и наконец-то, пуля угодила в нужное место. Нижняя конечность одного из кусачей подломилась и он, на всем ходу кувыркнулся через голову. Впрочем, это не слишком кардинально повлияло на его ходовые качества, а лишь отодвинуло на несколько минут неизбежное. Поджав раненую конечность к брюху, тот опустился на передние лапы и рванул вдогонку за немного опередившим его собратом уже на трёх опорных точках. Патроны заканчивались, пулемёт замолчал, потрескивали одиночными автоматы и периодически бабахал ПТРД. Лёне удалось пару раз всадить пули в корпус преследователей, когда те приблизились, там вроде даже кровь показалась. Несмотря на эти небольшие неприятности, от своих намерений они отказываться, похоже, не собирались. Подобрались сбоку почти вплотную. Лёня дослал очередной патрон, взятый у подползшего к нему Жука, прицелился практически в упор в готовящуюся к прыжку тварь, кончик ствола лишь немного до неё не доставал. Внезапно грузовик резко затормозил и свернул направо, встав практически на два колеса, и чудом не перевернувшись. Лёня, не успев выстрелить, опрокинулся на спину и они вместе с Жуком заскользили по диагонали к противоположному борту. Один из автоматчиков не удержался и вылетел из кузова под ноги тварям, те не ожидая такого подарка, по инерции пролетели мимо, снова оказавшись позади быстро разгонявшегося грузовика. Упершись ногами в борт, находившийся рядом Жук, успел схватить второго стрелка за полу куртки и не дал тому последовать за упавшим автоматчиком. Лёня молодец, ружьё свое не отпустил, вцепившись мертвой хваткой, грузовик со скрипом рессор выровнялся и снова мчался вперёд по так удачно подвернувшейся им боковой грунтовке.

- Там впереди река и мост, проскочим.

- Там не мост, а одно название, только на телеге и не спеша проедешь, хрен мы там проскочим.

Бабахнул ПТРД, больше для упокоения. «Комфорт» езды по разбитой грунтовке теперь не давал вообще никакой возможности для прицеливания. Дорога пошла под уклон, грузовик ускорился ещё больше, впереди заблестела река. Река казалась не маленькой, небольшой пароход сможет пройти, не задев дно килем, а вот мостик через неё действительно не серьёзный. Узкий, деревянный и давно не ремонтировавшийся. Не для чего, да и некому здесь этим заниматься. Не рассчитан он на вес и скорость приближавшегося транспортного средства, только выхода другого у них сейчас всё равно не было. Кусачи, немного отставшие при неожиданном маневре автомобиля, быстро исправляли утерянные позиции. Водила, вспоминая всех прошлых и настоящих богов, нещадно матерясь, вцепился руками в баранку и вдавил педаль в пол. Грузовик влетел на полной скорости на мост, который немедленно стал разрушаться. В воду посыпались продавленные колёсами доски настила, вырванные крепления и лопнувшие деревянные опоры. Машина стремительно мчалась по качавшемуся и трещавшему по всем швам сооружению. Непрочное основание моста начинало проваливаться под передними колёсами и задние уже чудом там проскакивали, но долго такое везение продолжаться не могло. Мост дрогнул и начал рушиться в воду полностью. Передние колёса ещё цеплялись за доски настила, а задние лишь бешено вращались в воздухе, больше не находя опоры. Грузовик резко застопорился и начал заваливаться назад, опрокидываясь вниз вместе с обломками. Стоявший впереди Бомж одним скачком перепрыгнул на крышу кабины, потом на капот задиравшего кверху нос автомобиля. Оттолкнувшись от крышки радиатора обоими ногами, рыбкой прыгнул вперёд, приземлившись на остатки деревянного настила. Машина, перевернувшись в воздухе, упала в воду колёсами вверх, похоронив под собой тех, кто не успел выпрыгнуть за борт. Кусачи остановились на берегу у начала разрушенного моста. Недолго раздумывали, перепрыгивать ли им через хаос разрушенной конструкции, рискуя упасть в воду, которую жутко не любили и старались держаться от неё подальше, или плюнуть на эту бесперспективную затею. Один из них, остававшийся на четырех лапах и потому более агрессивный, покрутил головой по сторонам, ища пути возможного обхода водной преграды. Затем медленно обернулся, что-то почуяв, внимательно и долго смотрел назад, потом развернулся и потрусил в обратном направлении, второй двинул следом. Перезагрузка закончилась. Там, в городе, их ждал вкусный, не доставлявший никаких проблем обед, а перекусить по дороге можно и тем куском полуживого мяса, что вылетел раньше из машины и остался лежать там на дороге.

Жук плавать не умел. Сиганув за борт, как только грузовик начал крениться, он вошел в воду «солдатиком», достал ногами до дна, оттолкнулся, отчаянно замахал руками и ногами и вынырнул на поверхность. Выбраться из реки в тяжёлой, намокшей одежде и ботинках, шансов у него не было. До берега, к его счастью, оказалось совсем недалеко, течение здесь небольшое, и он тут же достал ногами до твердого дна. Выполз на берег метрах в сорока от моста, берег там был пологий, густо заросший осокой и камышами.

Через минуту всплыл Иваныч, оказавшись почти на середине реки, загребая правой рукой, поплыл к берегу. Вылез, отплевывая воду.

Через несколько минут из воды показалось ещё чьё-то тело, медленно плывущее по течению лицом вниз. Бомж, заметив это, побежал вдогонку по берегу, поравнявшись, с разбегу прыгнул в воду, подняв тучу брызг. Махая руками, «саженками» поплыл вдогонку. Куртку и ботинки успел скинуть на берегу, потому плыл быстро и успел подхватить безжизненное тело, сразу перевернув в воде лицом вверх. Санек-пулемётчик оказывается, подхватил под мышки и потянул за собой к берегу. Вытащил и прямо у воды стал «реанимировать», лихорадочно вспоминая, что именно в таких случаях требуется делать. Подбежал Иваныч, хлюпая ботинками, принялся помогать. Общими усилиями выдавили воду из лёгких и заставили их заработать. Саня-пулемётчик с трудом задышал, кашляя и отплёвываясь.

Больше никто не выплыл. Грузовик утонул, а вместе с ним оружие и все запасы. У Иваныча остался пистолет в поясной кобуре, там же кинжал в ножнах и заплечный мешок Бомжа, валявшийся рядом с брошенной им одеждой. Приплелся Жук, присел рядом и первым делом снял с пояса фляжку с живчиком. Этот предмет первой необходимости в Стиксе сохранился у всех. У Бомжа его «лайт» версия, без примеси чужеродной ДНК, после купания - в самый раз, хоть вода и не была слишком холодной, но промокли все до нитки. Костёр бы нужен- осушиться, но здесь его развести не из чего, надо топать к видневшейся неподалеку лесополосе.

- А кусачи на этот берег не переберутся?

- Нет, до следующего моста километров десять вниз по течению, да им это и ни к чему. И так, наверное, жалеют, что за нами увязались, что поделаешь - инстинкт сильнее разума. В город подались, там сейчас или в скором времени у них праздник живота наступит. Нам тоже двигать нужно ближе к дому. Сперва только нужно обогреться, обсушиться, затем в путь-дорогу. Жаль рация утонула, связались бы со стабом и поехали с комфортом, а не на своих двоих.

- Отсюда рация всё равно не достанет, местность низменная и далеко, разве только в Холодном услышали бы, до него гораздо ближе. Туда, кстати, и топать нужно, у нас никакой еды и оружия, кроме пукалки Иваныча. Мы сейчас только от жажды не помрём, вон её сколько, воды - целая река. И идти можно прямо вдоль неё, чуть дольше выйдет, но так безопаснее.

- И откуда у тебя Саня столько познаний про здешние места?

- Так, когда кутерьма в городе началась, я в сторону будущего Холодного рванул. Жил тогда на северной стороне, мне в ту сторону бежать из города ближе было. Это потом я в Летний перебрался, уже гораздо позже.

- А чё свалил?

- Рыба ищет, где глубже, а человек где лучше.

- Рыбам нынче повезло, тем, что в районе моста тусуются, особенно ракам. Давайте помянем безвременно усопших и двинем уже.

В лесополосе сухих дров нашлось предостаточно. Через час обсушились, привели себя в порядок. Заражённых по эту сторону реки или не водилось вообще, или им повезло, но никто их не побеспокоил.

- До Летнего километров сто пятьдесят отсюда по бездорожью, неделю будем топать без жратвы и воды, с собой много не утащишь, даже налить не во что. Это нереально, сдохнем по дороге, не дойдем. Было бы еды и воды вдоволь - не вопрос, а так, выхода другого у нас нет, как в Холодный идти. У меня там кореша ещё старые остались, помогут расплатиться за постой и пропитание. Средство транспортное какое-нибудь возьмем в долг, доедем до нашего стаба.

- А не завалят нас тамошние мужички, у нас с ними вроде как войнушка была недавно?

- Не думаю, жизнь у них там в последнее время не сахар, из-за войнушки этой, так что лишние спораны им не помешают.

- Давно там был?

- Давненько уже, ещё до заварухи, а после ни разу.

- Откуда тогда знаешь, что там хреново?

- Так ни видно ж их в городе в последнее время. Раньше всегда наведывались после перезагрузки, а теперь пропали куда-то. Потрепали их тогда прилично, конечно, но всё равно запасы пополнять нужно, а они в городе совсем не появляются, может другое хлебное место нашли, в другой стороне?

- Вот заодно и узнаем.

Река стала заворачивать на запад. Пришлось расстаться с водной стихией, так как стаб находился от этого места строго в северном направлении. Километров двадцать осталось топать, по расчётам Санька. Напоследок напились, сколько влезло в животы, фляжки наполнили, слив остатки живчика в одну. Дальше по течению реки располагался следующий мост, по которому проходила та самая дорога, с которой они свернули, спасаясь от тварей.

- Не стоит лезть туда в темноте, лишние дырки в башке никому не нужны, засветло дойти всё равно не успеем, здесь заночуем, в лесополосе. Мин там ещё понатыкано повсюду, безопасный путь только по дороге прямо к блокпосту у входа в стаб. В ночное время оттуда сразу шмаляют, не спрашивая: «кто идет», считают, что свои по темноте не шляются и правильно считают, я думаю. Жрать, конечно, очень хочется, но лучше потерпеть. До Холодного, опять же по прикидкам Санька, оставалась пара километров, с места ночевки его было не видно, рельеф местности не позволял.

- Я понимаю, экономия, всё такое, но хоть пара фонарей должна же там гореть, неужели сидят в полной темноте?

- Согласен, отсвет от стаба должен виднеться с такого расстояния, я тоже заметил, сам в непонятках.

Глава 14. СТАБ "ХОЛОДНЫЙ".

Дорога упиралась во въездные ворота стаба Холодный, проходя через блокпост, напоминавший небольшую крепость, сложенную из бетонных блоков. Выстроенные «ёлочкой» бетонные заграждения, не позволяли технике возможных агрессоров разогнаться и протаранить ворота. За блокпостом, и за тем, что творится в стабе, они в настоящее время наблюдали в бинокль из проходившей неподалеку лесополосы. Творилось там что-то странное, Иваныч в очередной раз похвалил себя, что не стали переть в открытую, а решили сначала понаблюдать и определиться. Странность заключалась в том, что там вообще ничего не происходило. Похоже, даже на блокпосту было пусто - что вообще невероятный случай. Бомж стянул рубашку, ещё относительно белую, привязали её к сломанной тут же ветке и они не спеша потопали к блокпосту, выставив впереди себя импровизированный флаг, чтобы были хорошо видны их мирные намерения. Приняли их благосклонно, можно сказать, даже радушно, никто в них не стрелял, потому что стрелять оттуда было некому, пусто на посту, нет никого.

Бой здесь был, вернее стрельба, причем хаотическая, палили в разные стороны и кровь повсюду, но тел не нашли. Похоже, сбежали в панике или отступили в стаб, пулемёт даже ленту не дожевал до конца, а на полке стояли ещё несколько нетронутых коробок. Нашлось и несколько автоматов в ящике, так что проблема с оружием разрешилась. С пропитанием тоже, запасов разных хватило бы здесь на взвод. Что-то нехорошее здесь случилось, раз люди разбежались, паля во все стороны, И тихо вокруг, как на кладбище. Жуть берет от такой тишины. Стаб же рядом, а это при самых скромных подсчётах несколько сотен народу, не могут они там сидеть так тихо. Взялись за бинокли, только толку мало - там стена высокая, и не видать, что за ней происходит. Надо идти. Сняли пулемёт, разобрали автоматы, вооружились все, даже Бомж с Жуком. После прошедших событий не давать им оружие было бы уже просто глупо. К воротам подобрались перебежками, прикрывая друг друга. Выглядело это со стороны довольно глупо, учитывая окружающую безжизненность, но бережёного, как говорится и Стикс бережет. Ворота не заперты, одна створка снесена от сильного удара, причем не внутрь, а наружу, а дальше - ад. Заглянув внутрь стаба, сразу стало понятно, почему из Холодного никто в город не наведывался. Просто некому было это делать. Стало понятно, откуда рубер появился и подручные его - кусачи, да и прочие отъевшиеся твари. Потеряв в бою с Летним всё тяжёлое вооружение и множество боеспособных людей, Холодному нечего было противопоставить атаке продвинутых тварей. Рубер, тогда возможно, и не был ещё рубером, да и подручные из его стаи тоже были пока мелковаты, но их собралось много и остановить нападение люди не смогли. Прорвались твари с тыльной стороны стаба, там стена не такая прочная и не высокая как с этой стороны, никто её давно не ремонтировал и не укреплял, не ждали здесь с этой стороны нападения. Мины сработали, судя по нескольким видневшимся с той стороны стены воронкам, но тварей это не остановило, слишком много их было. Блокпост оказался не удел во время атаки, это потом они отчаянно сопротивлялись, когда со стабом было уже покончено. Перебив население, оказавшее лишь слабое сопротивление, твари пировали здесь несколько дней, прежде чем уйти. Тем не менее, огрызнуться защитникам всё же удалось. Здание «правительства» обороняли до последнего - на подступах нашли три трупа заражённых. Судя по мумифицированным останкам - бегуны, их изрешетили на славу, никакая регенерация не помогла, сдохли. Обглоданные дочиста скелеты, лежащие повсюду, почти не воняли, непонятно почему никому не удалось уйти. Напали, наверное, ночью, когда все спали и ворота были заперты, как часовые такое проморгали, теперь уже не узнаешь.

- Не зря Стен колотился насчёт рубера, вот вам и результат. Упустили развитие тварей, пока между собой собачились, а эти не дремали.

Во все времена главные проблемы у людей возникали, когда между собой у них свары начинались. Покромсали друг друга в междоусобицах, а внешний враг - тут как тут, непременно воспользуется возникшей слабостью.

- В Летний нам надо и побыстрее, доложиться Стену обо всем. Людей надо собирать, и наших и раздольневских, совместно зачищать город, иначе кто-то будет следующим.

- Рации сдохли, я проверял, генератор можно запустить, но это время и не факт что передатчики добьют отсюда, самим надо ехать. Машина есть, пара УАЗиков на ходу найдется, часа за три доберемся.

- Часа за три, это если по дороге, а она проходит мимо города, у меня лично, в свете открывшихся обстоятельств в той стороне светиться, желания нет,. Напрямки поедем, через степь, а это - часов шесть, если не больше.

- Какая разница три или шесть, нам теперь уже не сильно горит. Тварям и в городе сейчас есть чем заняться.

Стен выслушал рассказ Иваныча с каменным выражением лица, хотя глаза выдавали лихорадочную работу мозга. Он уже прикидывал варианты использования полученной информации.

- Значит, только четверо выжило? Иваныч, ты понимаешь, что эти сведения охренительно ценные и лишние люди о них знать не должны? Ты кому-нибудь еще, говорил про это?

- Так мы ж сразу к тебе, доложиться, а парни, которые в курсе, все свои, проверенные, молчать будут.

- За тебя я не беспокоюсь, а вот остальные… Сергей, зайди! Остальные трое из этой группы где?

- Сидят в коридоре, как приказали.

- Помести-ка их в отдельный кабинет, ну ты понял, под твою личную ответственность, мне подумать надо. С ними никаких посторонних контактов, только лично с тобой, это понятно?

- Что, и пайку мне им самому таскать?

- И пайку, и парашу, я что, непонятно изъясняю?

- Ладно, понял я, поместить парней на строгий карантин.

Не нравится Жуку такая смена обстановки. Вместо чтоб поесть, помыться… Пожрать, правда, принесли, сам старшой лично приволок, тот самый с которым они уже имели счастье познакомиться в самом начале. То, что их так поспешно изолировали и сам старшой им хавчик таскает, наводили его на тревожные мысли.

- Слышь, пацаны, что-то мне эта ситуёвина сильно начинает не нравится. Как бы нас не списали в чистую.

- Это с какой радости?

- А чё ты думаешь, нас так просто в кутузку резко засадили и личного помощника Стена в вертухаи определили? Знаем мы лишнее, и сболтнуть можем, кому не надо, тут долго гадать не приходится. Лишние свидетели, обычно знаешь, как заканчивают?

- Ты не нагнетаешь?

- Я сказал - вам думать и решать, каждый для себя. Лично я считаю, что валить надо отсюда, и как можно дальше.

- Из камеры не сбежишь, оружия нет и инструментов никаких.

- Слышь мужики, вы случаем не того? Что такое страшное мы узнали, что нас за это валить будут?

- Стаб освободившийся, Саня, со всей тамошней требухой, людишек там не осталось, но заселить его дело не хитрое. А об этом знают на сегодняшний момент только пятеро, включая Стена и, думаю, он очень сильно хочет, чтобы эта пятёрка не приросла новыми членами. Особенно широко известный в здешних краях товарищ Сергей, по прозвищу Серый. Кто будет контролировать два стаба - тот и король, а тут уж кто первый подсуетится, тот и в шоколаде. Расклад ясен?

- Так что, из-за этого стрелять? Подержат здесь какое-то время, пока Холодный не оприходуют, всего делов-то.

- Ага, кормить три рыла, стеречь, и надеяться, что не разболтают? Сам-то в это веришь?

- Так что мешает собрать людей и двинуть в Холодный, застолбить территорию и объявить своей?

- Ничто не мешает, акромя толпы отожравшихся тварей, которые про это место в курсе и точно захотят его навестить, когда в городе жрать будет уже нечего. Этих уродов надо зачистить как можно скорее, и прямо в городе, чтобы по окрестностям потом не шлялись. Скорее всего, Серого позовут, в одиночку сложно будет справиться, времени и сил уйдет уйма, тут не до территориальных экспансий. А чем больше пройдет времени, тем больше вероятность, что произойдет утечка, тем более, что у Серого явно стукачёк здесь имеется. Не может быть, чтобы не было. Чё я вам, как детям, очевидные вещи рассказываю? Можете сидеть спокойно и надеяться на лучшее, а мне такое не подходит.

- Что предлагаешь?

- Это зависит от него, Саня ты с нами или как?

- Нет, пацаны, я пас. Мешать вам не буду, делайте, как хотите, я подожду, как ты говоришь, лучших времен. Ты Бомж, меня из воды вытащил и к жизни вернул, я тебе должен, потому подлянки с моей стороны не будет, не бойтесь. Помогать, правда, тоже не буду, короче, моё дело - сторона, сами проблему решайте.

- Ну, раз так, тогда без обид, мы тут в сторонке пошепчемся, не то чтоб я не доверял твоему слову, но всё равно, о чем не знаешь, об этом точно впоследствии никому не расскажешь, при любом раскладе.

Уходить отсюда, куда их занесло не по своей воле, Жук оказывается, давно уже планировал, похоже, с самого первого дня, и только ждал подходящего момента.

- Я, крестник, птица вольная, на себя привык работать, а не на дядю за подачки. Понятно, что дело рискованное, можешь отказаться, если ссышь.

- Думаешь, я совсем ни хрена не соображаю? Я ж вижу, какое ко мне здесь отношение, как к чмошнику последнему. Это они ещё про особенности мои не в курсе. Ты уйдешь, меня в такую жопу загонят, что мама не горюй, или опять внешникам попробуют загнать, только за счёт тебя и держусь. Так что за меня не беспокойся, я с тобой, однозначно.

- Это радует. Есть у меня план один, надеюсь, что сработает. Со старшим надо перетереть, я за ним сразу кое-что почуял, только держал при себе, вот и пригодилось. Скоро пайку принесёт, тогда и поговорим.

- Слышь старшой, тебя как на самом деле зовут?

- Тебе зачем? Ну, Сергеем.

- Слышал я про одного Сергея, его ещё Серым называют, не знаком?

- Это ты про главу Раздольного? Не знаком, но слышал про него, конечно - личность известная.

- Сдаётся мне, что не всё так однозначно в твоей жизни Серёжа, есть в ней какая-то недосказанность, я б даже сказал - некая тайна. Не хочешь об этом поговорить?

- Слышь пришлый, тебя посадили сюда, вот и сиди, я посторожу, раз Стен приказал, а бредни твои мне слушать не обязательно.

- А ты всё же послушай, они и тебя касаются, причём с очень интересной для Стена стороны. Не хочешь ты, он выслушает, ему понравится, я уверен.

- Чё ты от меня хочешь?

- Давай двигайся поближе Серёжа, нам лишние уши не к чему, особенно тебе.

- Ну, что?

- Нормально все, Бомжарчик, добазарились, а куда бы он делся. Сегодня ночью уходим, причём вместе с ним, так что поспи пока, потом не до этого будет.

- Честно признаться, я удивлен, что вот так просто, ближайший к Стену человек согласился нас вытащить, да ещё и проводить? Что-то ты не договариваешь.

- Позже всё объясню, тут ушей слишком много лишних.

- Я ж сказал, что не при делах.

- Да, да, конечно, я тебе верю, только когда тебя к ментату потащат, все твои благородные намерения пойдут в задницу, причем без твоего желания. Так что извини, тебе ж потом лучше будет, не знал - значит и настучать не мог.

Серёжа пришел где-то после полуночи и без лишних разговоров влепил Сане пулю в лоб из пистолета с глушителем. Никто даже дернуться не успел, у Жука только мысль успела промелькнуть - «они следующие! Что же он не учел?».

- Чё расселись? Времени у нас в обрез, шевелитесь.

- Ты на хрена Санька завалил? Он же сказал, что могила, ничего не расскажет.

- И ты ему поверил, конечно? Даже если и так, рисковать не могу. Уйти сможем, только если по-тихому, а если тарарам начнется, то всем кранты. А верить Жук в жизни можно только одному человеку, тому, кого ты в зеркале по утрам видишь, когда бреешься, и больше никому.

- Тебе значит тоже?

- Мне и подавно. У меня просто выхода сейчас другого нет, как по твоей милости, только валить подальше и быстренько вместе с вами. А то и вас бы тут шлепнул без раздумья, может позже и получится. Не нравитесь вы мне оба, особенно ты Жучара, мне из-за сейчас тебя бежать приходится, жизнью рисковать. Знаешь сколько у меня сил и нервов ушло, чтобы стать здесь тем, кто я есть сейчас? Теперь уже был, из-за тебя, кстати.

- Да не расстраивайся ты так, после того, как я Серому расскажу, что обещал, твоё положение даже улучшиться может, и без всякого риска для жизни. Терпение мой друг, только терпение, и всё будет хорошо.

- Ладно, посмотрим, а пока делать только так, как я скажу и никак иначе. Выходим, быстро грузимся в машину и всё это молча, с понурыми головами и с выражением скорби на лицах. Руки оба назад протянули, повернулись, наручники потом сниму, не ссыте, готовы?

«Заключенные» двигались первыми, шагая друг за другом, Сергей сзади, демонстративно с пистолетом наизготовку. На улице у самого выхода боком стоял «зверь» Стена, на котором тот всегда разъезжал только самолично. Погрузились с трудом, со скованными за спиной руками залезать в высокий автомобиль не очень сподручно. Сергей уселся сзади, на третий ряд сидений. «Зверь» тут же тронулся.

- А сам Стен не поедет?

- В этот раз без него, другие заботы у Стена, этих отвезём и вернёмся.

- Я смотрю, движуха какая-то большая намечается, народ чего-то засуетился, ты не в курсе?

- Вернемся, у Стена сам спросишь.

- Ладно, мое дело баранку крутить, мне лишнее знать ни к чему, голова меньше болит.

У ворот не останавливались. Предупреждённые заранее охранники открыли их при приближении «правительственного» броневика, только что честь не отдали. «Зверь» покатил, освещая дорогу фарами со светомаскировочными насадками, считалось, что особой необходимости в таких прибамбасах не было, но в свете последних событий Сергей приказал одеть, что ещё больше придавало таинственности ночной поездке.

- Так мы до ПНП и сразу обратно?

- Горючки там только зальем на обратную дорогу.

«Зверь» Стена сильно отличался от прочего автопарка в здешних местах усиленной бронёй и специально форсированным движком. Ни у Серого, ни у самого Стена подобных броневиков больше не было. Старенькие советские БТР-80 и остававшиеся на ходу БТР-60 реквизированные на военном складе в период его очередной перезагрузки, не могли успешно конкурировать со «зверем». Установленные на них пулемёты 7,62 пробить усиленную броню «зверя» были не способны. На «восьмидесятках» полагалось устанавливать спаренный 14,5 мм КПВТ в башне, а на деле - удалось добыть только один в исправном состоянии и его, конечно, установили на «зверя», вместе с самой башней. Патронов, к сожалению, удалось насобирать только на одну ленту, да и ту пришлось потом распотрошить, поделившись патронами со снайперами для ихних ПТРД. Впрочем, в местных условиях даже неполной ленты хватило бы, чтобы расхреначить любую здешнюю бронетехнику, которая выстрел из «калаша»-то держала с трудом и то, если прикрыть броню мешками с песком. Угнаться за ним можно было только на простом, без брони автомобилем типа джип. Легковая по здешним «автострадам» - вообще не вариант. Короче, такое чудо было желанной мечтой для любого здешнего гопника-отморозка, рискнувшего сдуру умыкнуть такую ценную вещь. Чтобы обезопасить своего любимца от угона, существовало железное правило - заполнять бак горючим только на одну, заранее рассчитанную поездку. Добрался до ПНП - залил топлива на обратный путь, если дальше в Славск - налил из расчёта, чтобы до города докатить и обратно вернуться. Зная это правило, Серёжа втихаря погрузил туда перед дорогой две полные канистры, прикрыв от постороннего глаза, и обмотав тряпками, чтобы не гремели.

- Стен не предупреждал, что не приедет, где он сам-то?

- По рации внутри треплется, там какие-то серьёзные тёрки с Серым, сейчас вылезет, заливайте пока горючку.

- Сколько?

- До города и обратно, как всегда.

- Извини Серёжа, без Стена не могу, ты же знаешь, для этого его личный приказ требуется.

- Ладно, пойду, потороплю начальника.

Забравшись внутрь, Серёжа молча выстрелил водителю в затылок и полез в башню, развернув её в сторону ПКП со стоящими рядом БТР-ми.

- Бомжара, давай за руль, поехали. Этого отвали на соседнее сиденье, кровь потом вытрем, сейчас некогда. Заправиться здесь не получилось, эх, не зря я канистры прихватил, до места встречи должно хватить.

- Куда ехать?

- Вперёд езжай, отъедем подальше отсюда, там сориентируемся.

- Они сейчас со Стеном по рации свяжутся и за нами.

- Не свяжутся, у него рация внезапно перестала работать, а сам дрыхнет и вряд ли скоро проснётся. А чтоб прыти поменьше было, я их приструню немного.

На ПКП заметив что «зверь» внезапно начал удаляться в сторону города, засуетились, Командир что-то закричал в рацию, выбежали из палатки бойцы и спешно грузились в БТР, который уже завелся, выпустив клуб чёрного дыма. Простучал башенный пулемёт. БТР осел на пробитое переднее колесо, второй очередью, Серёжа продырявил заднее. Расстояние небольшое, тут и без снайперских навыков не промахнёшься. По машине застучали пули, бойцы выпрыгнули из подбитого броневика и открыли огонь. Кроме бьющего по ушам звука попаданий, он беглецам ничем не грозил, потому быстро стих. Серёжа достал рацию.

- Мишуня, кончай палить, патроны лишние?

- Ты чё творишь?

- Заткнись и слушай. Я против тебя ничего не имею, ты главное глупости всякие из головы выброси, про погоню и справедливое мщение. Я уйду, и хрен ты меня остановишь, и люди твои могут пострадать ни за что, так что сиди на месте не дергайся, хорошо?

- Стен тебе кишки выпустит и мне заодно, за то, что отпустил.

- Да не скули, что ты мог сделать? Короче, не усугубляй ситуацию, мой тебе совет.

- Ладно, далеко всё равно не уедешь, без горючего-то.

- Не волнуйся насчёт этого, я предусмотрел такой поворот событий, так что счастливо оставаться и привет Стену передавай, мне его будет сильно не хватать.

- Так Бомжара, ещё пара километров и стоп, горючее перелить из канистр требуется, а то на самом деле встанем.

- Может, подальше отъедем, вдруг догонят и накроют на пит-стопе?

- Мишаня парень с головой, я уверен, что расклад он понял, и бросаться за нами очертя голову не будет. Горючки он нам не дал, БТР я ему стреножил, вины за ним нет на наш счёт перед Стеном никакой. Будет начальника дожидаться, пусть тот решение принимает, наверное, связался уже с Летним и его разбудить пытаются.

- Ты его отравил, что ли?

- Да ничего такого, ударная доза мелатонина, от него ещё никто не умирал, только в норму придет не скоро, на это и расчёт был.

- С Серым связался, ждет нас?

- Связался, связался, только не пойму, зачем было на южной стороне встречу назначать? Дотуда дальше в два раза.

- Имеется у меня для этого резон, главное, чтобы горючки хватило.

Делегация встречающих состояла из трех БТР, по всей видимости, гордость «бронетанковых» сил Раздольного. Серый, собственной персоной, сидел на броне переднего, свесив ноги вниз, внимательно поглядывая на подъезжающего «зверя». Тот остановился метрах в ста, не глуша двигатель. Ещё до того момента как машина полностью остановилась, сидевший на заднем сидении Жук, резким движением захватил шею Серёжи борцовским приёмом в клещи.

- Всё, крестник, тормози, приехали. Серёжа, к пистолетику своему не тянись, не надо, иначе я тебе шею мигом сверну, дернуться не успеешь. Бомж, забери у него ствол и по карманам пошарь, может, чего ещё интересного найдёшь.

Из интересного нашлась фляжка с «живчиком» - постоянно присутствующий на поясе иммунных атрибут и граната Ф-1, очень нужный в здешнем хозяйстве предмет, а в их нынешнем положении вообще незаменимый. Жук сразу же придумал ей применение, да и наручникам, что Серёжа с них снял, как и обещал, тоже.

- Давай-ка Серёжа выползай потихоньку и дуй к начальнику своему, на словах передашь ему, что я от своих обязательств не отказываюсь и готов выложить всё как на духу, исключительно ему лично, пусть сюда топает. Один, естественно, и без оружия. Да никаких фокусов - в пулемёте патронов хватит, чтобы во всех его броневиках латаных, дырок понаделать, с неминуемым фатальным для его бойцов, исходом. Это так, на случай, если наши друзья какие фокусы задумали по недомыслию своему или глупости разные, ежели вдруг считают себя умнее других. Ты объясни, что мы с крестником люди порядочные и единственно чего хочим, так это убраться отсюда подобру-поздорову и без лишних дырок в организмах, чего и вам всем желаем. Понял мою мысль? Серому от нас вреда никакого не будет, пусть не беспокоится, принуждать его ни к чему не собираюсь, пусть сам решит, иметь с нами дело или как. Не захочет или испугается, разойдемся, как в море корабли, каждый в свою сторону и останемся при своих. Что-то много текста выдаю, время теряем, а там, я смотрю, нервничать уже начинают, давай Серёжа, беги скоренько, зла на нас не держи, люди мы неплохие, по сути. Прости, ежели что. И, скажи Серому, пусть рацию захватит, пригодится. Эй, стой, фляжку с «живчиком» оставь, ты себе ещё добудешь, а нам пригодится в дальней дороге.

Серёжа несколько минут объяснял сложившуюся ситуацию Серому, размахивая для убедительности руками и косясь в сторону урчавшего мотором «зверя». Серый слушал молча, жевал травинку и напряженно размышлял, переваривая полученные сведения: идти в одиночку к странной парочке, причем без оружия, совсем не хотелось. С другой стороны, на хитроумную засаду не похоже, пока этот сенс недоделанный не вычислил настоящую роль Сережи в стабе Летний, его там никто и не думал подозревать. Если бы Стен чего такое задумал, поделился бы со своим заместителем обязательно, потому как доверял ему полностью, по Сережиным словам, конечно, но сомневаться в этом, поводов раньше не было. Ну, захватят, предположим, его эти ухари в заложники и увезут в Летний, его БТР-ы не ровня «зверю», это понятно. Только вот далеко не уедут, горючки там с гулькин хрен, километров на пять осталось, по словам Сережи, так что смысла никакого, в таких телодвижениях нет. Может всё чётко, как и говорят? Поверить что ли, и сходить? Жучара обещал очень интересные новости рассказать, вряд ли он такой смелый, чтобы пустышку держать за пазухой. Ну, кто не рискует…

- Приветствую будущего правителя окрестных земель.

- Чё ты гонишь, какого правителя?

- Залезайте внутрь, господин Сергей, не знаю как по батюшке, побеседуем спокойно, тогда всё и проясним. Присаживайтесь в креслице - я кровищу оттёр. Это ваш Серёжа, киллер хрено, заляпал, ему бы только головы хорошим людям дырявить, а так - парень он нормальный, мне даже понравился. Ручку можно? Я браслетиками пристегну, да не пугайтесь вы так, я взамен вам гранатку дам, боевую, так что паритет будет соблюден. Оставить нам гранатку без чеки и выскочить, не получится, но над нами у вас власть теперь тоже имеется, если что, все здесь останемся, кусками вперемешку. Раз шансы уравнялись, теперь поговорим о нашем дальнейшем сотрудничестве, пусть и не очень продолжительном. Вам - сведения ценные, нам - свобода передвижения и припасы на дорожку, если согласны, я порядок дальнейших наших общих действий доведу. Ну, хорошо, раз взаимопонимание достигнуто, приступим, пожалуй. По первости, для вас, естественно, не секрет, что горючки у нас почти нет, так что потребуется сделать переливание. Серёжа вам сообщил, чтобы вы несколько канистр с собой захватили? Ну, так эту вы себе можете оставить, мало ли что вы туда набодяжить могли, а у нас дорога дальняя, не хотелось бы через пару километров встать намертво. С БТР сольёте, в зоне нашей видимости, так чтобы без обмана, ничего, постоят здесь, пока подвезут или подозрительную свою из канистр зальёте, ежели с ней всё в порядке. Потом один БТР пусть за нами едет, километров эдак с пятьдесят. У него запас хода по пересечёнке километров двести, сейчас думаю, осталось где-то на сто пятьдесят, так что хватит и сюда вернуться вместе с вами, и до Раздольного дотянуть. В общем, отъедем подальше от этого места для нашей самоуспокоенности, отдохнем, я вам всё выложу, что обещал, да и расстанемся. Затем - вы домой, довольный и в предвкушении скорых положительных эмоций, а мы, не менее довольные, по своим делам двинем. Стен, я посмотрел, нас, сам не желая того, обеспечил почти всем необходимым в дорогу, так что всё оказалось даже лучше, чем можно было предположить. Главное, что у вас лишнего выпрашивать не потребуется, знаете, я очень не люблю просить, предпочитаю добывать самостоятельно.

Глава 15. ЧЕРНОТА.

- А черт, опять! Тут бл… никакой горючки не хватит. Куда теперь рулить?

«Зверь» в очередной раз, уткнувшись в «черноту» остановился. Теперь стала понятна причина изолированности покинутой ими местности, от остальной территории Улья, здесь, куда ни ткнись - везде «чернота». Оставался вопрос: каким таким хитрым способом похитители доставили их в Летний? Как проскочили мимо окружающей территорию трех стабов «черноту» и почему там никто сильно не удивился, увидев незнакомцев? Но это дело уже прошлое. Возможно, с северной стороны анклава таких препятствий и не существует, здесь же - полная засада. Заглушили двигатель. Ночевать решили прямо на этом месте. Отдохнуть требуется, прежде чем дальше по округе тыркаться, ища проход. Отъехали они достаточно далеко, чтобы возможная погоня смогла их здесь настигнуть, топлива оставалось четверть бака. Не рассчитывал Жук на такие длительные приключения, думал ещё километров пятьдесят, ну сто и начнутся «цивилизованные» места, где можно горючкой разжиться, тем или иным способом. А вот что тут будет сплошная полоса «черноты», ну никак не рассчитывал.

- Блин! Нам теперь и назад вернуться не на чем, хотя и возвращаться никак нельзя. Стен нас сразу пристрелит, даже разговаривать не будет, а к Серому, доморощенному диктатору, сам не хочу. Хоть им и не до нас сейчас, там, уверен - драка идет нешуточная, Холодный делят, с применением всех имеющихся видов вооружений. Стен далеко не дурак, как только очухался от той дряни, которой его Серёжа напичкал и узнал, что мы смылись вместе с ним, сразу просёк, куда направились беглецы и чем это грозит. Думаю, поднял весь личный состав и рванул к Холодному, да только и Серый парень не промах – время-то у него было. Наверняка сошлись давние «приятели» возле халявного стаба в страшной битве, если конечно, кто-то раньше не успел добраться и не занял укрепления. В этом случае - оппоненту тяжело придется. А за теми, кто в живых останется, немного погодя взрослые твари придут целой толпой. Тут и конец придет человеческому господству в тех местах, получается, очень вовремя мы оттуда свалить сумели. Подрастающее поколение монстров теперь отстреливать будет некому, так что скоро там новоявленная элита образуется и всех схарчит. Заповедник гоблинов блин, гиблое это теперь место, изолированное, хрен туда подъедешь со стороны, помощи ниоткуда не будет. Амба полная, короче. Я, крестник, как только очухался тогда и понял, куда мы угодили, сразу же решил, что уйду обязательно. С тобой или без тебя, без разницы, лучше конечно, вместе, мы друг друга выручали раньше не раз, так что вдвоём сподручнее будет существовать. Думал, прикидывал, дело-то не простое, эти «звездолетчики» нас специально в такую жопу Улья засунули, чтобы даже не пробовали свалить оттуда. Зачем? Хрен его знает. Была, значит у них такая необходимость, хотя по мне, так просто пристукнуть гораздо эффективнее, но в чужую башку не влезешь. Знали суки, куда нас впердолить, про «чернуху» эту знали и что если всё же решимся сваливать, то на юг двинем, к «родным местам». Думаю с севера объехать можно, они точно там просочились, только туда нам хода теперь нет, что дальше делать, ума не приложу.

- А напрямки через «пожарище» это, нельзя?

- Дурак что ли? Заехать туда можно, только далеко ли продвинешься? Метров примерно через двести машина заглохнет, и сам через пару часов сдохнешь от истощения, физического и морального.

- Ты, кстати, так и не рассказал подробностей, как у нас получилось так удачно уехать, почему Серёжа повелся на твои обещания и что ты такого важного Серому поведал, что он нас отпустил и ручкой в след помахал?

- Мне когда Стен рассказал про их с Серым школьные годы, я просек что у «дружка» его бзик имеется насчёт ихних взаимоотношений. До сих пор хочет быть первым, прям до тошноты, доказать стремится всему миру какой он крутой пацан и единственный, кто этому мешает - это Стен. Ну, я ему и предложил способ, как исполнить мечту всей его жизни. Раньше, ещё до этого случая, кое-что произошло, и я тут же понял, что пора готовиться действовать, а когда разоренный стаб нашли, тут уже вся картина целиком в башке и сложилась. Помнишь, как мы в высотке шарились, когда на кусачей охотились? Так я там атлас нашел, географический и прибрал его до времени. Понятно дело, что с реальной местностью он может не совпадать, но общие черты местности надеюсь, обозначить должен. По крайней мере, был там городишко один отмечен, Новониколаевск называется, знакомое название? Существующие сейчас стабы там, естественно, отметить забыли, карта-то старая, а вот некий Славск там тоже обозначен. Так что, по крайней мере, направление нужное по нему держать можно, особенно, если ещё какие ориентиры на нем отмеченные, по пути встретятся. Я про брошенный Холодный Серому рассказал. Стен ведь почему нас изолировал? Да чтоб не проболтались раньше времени, пока он сам его не заграбастал. В тех местах ведь как? У кого два стаба под контролем, тот и король, сможет и на третий замахнуться, а теперь это так просто у него не получится. Там ещё и с руберами новоиспечёнными проблема нарисовалась. Короче, деньки там настали весёлые, пусть сами разбираются, нам теперь до этой борьбы за власть дела нет никакого.

- А с Серёжей как договорился? Как-то он быстро согласился нас вывезти.

- Так я ж ему предложение сделал, от которого он, ну дальше сам знаешь. Согласится - Серый получит очень важные сведения, а нет - Стен узнает, кто такой на самом деле есть Серёжа и чем в Летнем занимается. Свои таких называют разведчиками, а враги - шпиёнами. Со шпиёнами как обычно поступают?

- Не проще ему было нам по пуле выписать, как Саньку покойному?

- Не проще. Стен его поставил нас охранять лично, по вышеуказанным мною причинам, не просто так. Причем тут два варианта прослеживаются - подержать нас какое-то время, пока вопрос с Холодным не решится или шлепнуть от греха подальше. Какой выбрать, Стен попозже бы решил. Ему подумать надо было в спокойной обстановке, всё просчитать. Если первый вариант, то и хрен бы с ним, посидели бы, отдохнули от тревог, а вот второй меня не слишком устраивал. Да и возможность хорошую свалить подальше из этого гадюшника, упускать не хотелось, когда ещё карты так удачно лягут. Если бы Серёжа нас всех положил прямо в камере, к нему вопросы были бы и очень серьёзные. Стали бы этот случай раскручивать, обязательно бы ментата подключили. Без ментата такие штуки не проходят, а тот бы Серёжу расколол, в конце концов. Так что выхода у него другого не было, как согласиться на мои условия, и шкуру свою спасти и перед хозяином своим настоящим выслужиться.

- То, что Серому ты про Холодный всё выложил, это я услышал. Только не слишком ценные, по моему мнению, сведения. Он и сам бы рано или поздно узнал.

- В том то и дело, что рано или поздно. Тут кто первый успел, тот и съел, а учитывая, что от Холодного до Раздольного гораздо ближе, чем от Холодного до Летнего, так что у Серого шансов опередить оппонента поболе будет. Стаб - это ведь как крепость, если обороняется, захватить её очень непросто при местных военных возможностях. А тут бери, не хочу - вход свободный. Контроль над двумя крепостями - это сила и достаточно серьёзная, я бы сказал - смертный приговор другой стороне. В таких делах промедление без преувеличения, смерти подобно, а ты говоришь «не слишком ценные». Тебе или мне, да и для многих других, естественно, так себе известия, а для этих двух - реальная возможность выживания. Серому, кстати, и делать-то ничего особенно не пришлось, горючки нам налил бак - не велика ценность. С нами пару часов покатался, время немного потерял, тоже ничего особенного, он потому и не сильно напрягался в нашу сторону. Единственно, что ему по настоящему жалко - что «зверь» от него уехал, это было бы ценным призом, но тут уж ничего не поделаешь он нам и самим нужен, а он себе другой сделает, когда Стена к ногтю прижмёт. Есть у него реальный шанс наконец-то получить первую роль, если опять не упустит. Давай-ка машину в кусты и на боковую, устал я сегодня сильно, тебе первому дежурить.

Чем дальше продвигался «зверь» вдоль линии «черноты», тем сильнее ухудшалось настроение Жука. Горючее в баке неумолимо уменьшалось, а просвета в «черноте» никакого не видать. Если так и будет продолжаться, то ничего хорошего их впереди не ждет. Когда машина встанет окончательно, можно дальше пешком двинуть, только на себе много не утащишь, а признаков наличия пищи и воды вокруг, что-то не наблюдалось. Теперь, даже назад на милость Стена нет уже никакой возможности вернуться.

Глазастый Бомж первым заметил впереди какое-то вкрапление в бесконечную однообразность чёрной поверхности, некий блеск вдалеке. Схватил бинокль. Точно - линию «выжженной» земли пересекала нить какая-то водной глади, река там, или озеро, нарисовалось, пока не понятно. Жук поддал газу, через несколько минут стало ясно, что Стикс послал им ещё один шанс. Большое озеро разделяло сплошную чёрную полосу на две части, перерезая её. Далекий противоположный берег был нормальной землей, почти такой же, по которой они всё это время двигались.

- Интересно, паромы тут ходят на ту сторону?

- Обязательно. Сейчас Хорон приплывёт и перевезёт нас за мелкую монетку, у тебя найдется?

- Это что за фрукт?

- Темная ты личность Жучара, и ни разу не образованная, это такой мужик, который дохлых перевозил через реку в царство мертвых, за долю малую. А реку ту, кстати, так и называли - Стикс, граница между живым миром и мертвым.

- Это вдохновляет, я имею в виду название, в здешнем мире, я смотрю, границы эти размыты, живые и мертвяки живут рядом, а Хрен этот местный, совсем мышей не ловит.

- Хорон, а не Хрен, хотя, всё равно это личность вымышленная, мифическая.

- Ладно, мифической личности, чувствую, мы, вряд ли дождёмся, плот надо строить.

- Чтобы плот соорудить, который «зверя» выдержит, бригаду надо иметь, человек десять и дней столько же потратить. Или хотя бы пилу и топор, а у нас нет ничего из этого списка, так что предлагаю сходить и посмотреть, может, по берегу сможем проехать.

Тщательно обшманали трофейное транспортное средство, раньше как-то не до этого было. АКС-74 со складным прикладом в количестве четырёх штук и магазины к ним, уютно устроились в креплениях за боковой откидной панелью. Бинокль тактический, несколько сухпайков. Всё это грело душу, и давало определенную надежду на светлое будущее. Подготовил Стен своего любимца к разным неожиданностям очень тщательно, спасибо большое ему за заботу. А когда под задним сиденьем в потайной нише в полу обнаружилась пластиковая канистра с топливом, своеобразный НЗ, Жук чуть не заплясал от радости. Залита она была под самую завязку, чтобы не плескалась с шумом по дороге и не была обнаружена посторонним человеком. Накидки камуфляжные, не промокаемые, в таких и в чистом поле под дождём переночевать можно, ещё много разной полезной мелочи нашлось внутри.

Чтобы спуститься к воде, пришлось продираться сквозь заросли кустарника, и густо заросшие осокой и камышом топкие берега озера. Подминая своим весом молодые, хрупкие деревца тяжёлая машина без проблем сползла бы вниз, а вот подняться затем по склону наверх - это будет более проблематично. Колёса на броневике конечно не в трассовую резину одеты, как раз для похожего бездорожья предназначен протектор, но даже для него такое испытание, скорее всего, окажется непосильным. Если прорубить просеку в зарослях, траву срезать под корень, по которой колёса обязательно будут скользить, то шанс выбраться ещё будет, они правда инструментов - для такой работы взять с собой не удосужились. В общем, стало понятно, что проехать в принципе можно, если под углом и одним колесом по воде, там мелко и дно более-менее твердое, выдержит. Вдоль всего озера, если не застрянет по дороге, «зверь» до нормальной земли у противоположного берега доползёт, только чтобы туда попасть, машине придется преодолеть крутой подъём. Дальний берег гораздо выше и подъём туда круче, да и густо зарос деревьями с толстыми стволами, тут пила потребуется и несколько дней работы. Подъехав, остановились перед подъёмом, двигатель заглушили, надо на разведку сходить, понять, что там впереди и куда потом дальше ехать.

Поднялись наверх, залегли возле крайних деревьев перед открытым пространством, Бомж вдруг не поверил своим глазам от невероятного зрелища открывшегося вдалеке, потому как картина открылась ему просто невероятная: там виднелась автотрасса с многочисленными едущими по ней автомобилями, легковыми и фурами, стремительно проносящимися по ней на большой скорости в обоих направлениях.

- Ну, ничего себе! Жук, это что такое там внизу?

- Трассу автомобильную вижу, вон пара машин стоит поперек дороги, фура в кювете валяется, там и костяков обглоданных повсюду немерено, в общем, обычное дело.

- Да нет, там же всё выглядит, как в нормальной жизни, машины ездят, бинокль дай, там люди за рулём совершенно нормальные, ты что, не видишь ничего что ли?

- У тебя глюки, похоже. Головой сильно не бился последнее время? Мёртвое там все, нет никакого движения. Давай ближе подойдем, вроде ничего подозрительного вокруг не видно, посмотрим, может чего полезного найдется в тех машинах.

Пока сквозь кусты пробирались, Бомж дорогу из виду потерял, а когда вышли на открытое место, примерно в двухстах метрах от трассы, «видение мирной жизни» бесследно растворилось, и было там всё, как Жук говорил: машины брошенные, скелеты, валявшиеся рядом и, слетевшая с дороги фура, лежащая на боку. Нормальная для Улья картина, тварей поблизости заметно не было, поживиться им здесь больше нечем, вот и разбежались кто куда.

- Но я же чётко и ясно всё видел, ничего не понимаю!

- Да забей ты, считай мираж это, тоска по родине, блин! Игры разума, чертовщина - прикол Улья, мало ли какая хрень в здешних местах может проявиться. Смотри лучше по сторонам: здесь, похоже, уже не «голодная степь» и тварей разных хватает, не успеешь оглянуться, как набегут со всех сторон. Я в машинах пошарю, трос, лопату поищу, может ещё чего нужное под руку попадется. Хорошо бы топорик заиметь, а ещё лучше - пилу, хотя, нынче чаще бейсбольные биты с собой возят, чем полезные инструменты.

Глава 16. ШОССЕ.

И действительно, в брошенных легковушках, окромя нескольких бутылок с водой в разных степенях наполнения и такого же состояния пачек крекеров, ничего особо полезного не нашлось. Половину печенья пришлось тут же выбросить, так как оно успело уже заплесневеть, да и вода в открытых бутылках давно протухла и пахла не хорошо. Запечатанные бутылки с водой всё же нашлись - это для Бомжа новость прекрасная. Жук может из любой лужи напиться, у него от этого только лёгкий понос образуется в самом худшем случае, с его-то стиксовскими прибамбасами, а для обычного человека такие эксперименты дизентерией попахивают, со всеми вытекающими последствиями. Жук полез фуру осматривать: грузовой автомобиль - это не пижонское легковое авто, дальнобойщики - люди запасливые, мало ли что, в дальней дороге случиться может. В бардачке всякая фигня валялась, открытки, рекламные брошюрки, календарики. Из полезного только складной штопор и запечатанная пластиковая бутылка с водой. В инструментальном ящике нашли баллонный ключ внушительных размеров, трос стальной, таким только фуру и можно вытащить из канавы и канистра пустая пластиковая на двадцать литров, в общем-то, неплохой улов. Солярки в баке тоже много, с горючим теперь проблем не будет, требуется только «зверя» сюда доставить.

- Не нашел там ни топора, ни пилы. Фура порожняком шла. Надо ещё поискать. Не пролезет наша зверюга через заросли без помощи дровосека.

- Знак видишь? Вон там впереди, глянь в бинокль, чё там пишут?

- Пишут, что до заправки пять километров.

- Туда надо наведаться, там пожарный щит обязательно должен быть, а на этом щите топор всегда имеется, висит на почетном месте. Какую-нибудь машину из этих сможем завести, или пешком пойдем?

- Не, я пробовал, аккумуляторы у всех дохлые, ножками придется поработать, машины годные на заправке могут быть. Надеюсь, обратно поедем с ветерком.

Первые четыре километра, дружно топая по дороге, нашли ещё несколько брошенных машин. Некоторые, по всей видимости, не по своей воле, так как были они раскурочены и заляпаны внутри давно засохшей кровью. Рядом с машинами валялись обглоданные костяки, а вот трупов заражённых видно не было. Живых тварей, слава Стиксу, поблизости тоже не наблюдалось. С двумя имевшимися автоматами разве только бегуна можно завалить без риска для здоровья, так что лучше, если бы их вообще тут не встретить. Когда вдалеке показались строения - свернули с дороги, дальше пошли полем, стараясь, чтобы их не заметили со стороны АЗС. Метрах в двухстах там, где заросли кустарника заканчивались, залегли понаблюдать. Обычная заправка среднего уровня, где имелся небольшой магазинчик-забегаловка, в котором можно прикупить разные автомобильные мелочи и кофе с булочкой перехватить. Навес над заправочными колонками и рядом небольшая стоянка, на которой стояли три припаркованных автомобиля. У колонки ещё один со вставленным в горловину бака заправочным пистолетом. Раздвижная дверь в помещение закрыта и вряд ли просто так откроется по причине отсутствия электричества.

- Сзади надо подобраться, там обычная дверь должна быть, служебная.

- Считаешь, там внутри есть кто-то?

- Лучше предположить худшее, чем ошибиться. Всех, кто здесь оказался при перезагрузке явно схарчили, иначе вон та машина не дозаправленная, уехала бы, а она стоит и в ней пистолет остался торчать. Соответственно, водитель или переродился или его сожрали, и виновник торжества может находиться поблизости, скорее всего внутри. Дверь не работает, а по-другому выбраться у пустыша мозгов не хватит. Вокруг заправки не видно никого, выходит, если не сдох ещё - там он голубчик или голубчики. Хотя вряд ли там больше одного, они ведь как пауки в банке, с голодухи жрут друг друга, остаётся один самый сильный Про крысобоя слыхал? Вот такой же тваребой в результате и получается, по похожей технологии. И так как он других сумел схавать, будем считать, что тварь эта более-менее серьёзная, не рубер конечно, разгуляться ей негде было, максимум бегун матерый, а с таким - по моим прикидкам, должны справиться, если клювами щёлкать не будем.

Где ползком, где на карачках, подобрались к задней стене помещения - там действительно была деревянная дверь, только запертая на врезной замок, без шума не вскрыть. Жук затылок почесал, обдумывая ситуацию.

- Значит так, отвлечь придется тварюгу на себя, ты этим и займешься.

- ?

- Обойди здание и постучи во входную дверь, например прикладом, стекло там должно быть закалённое, миллиметров десять толщиной, тварь сразу не пробьёт, раз до сих пор не выбралась.

- А если пробьёт?

- А ты не зевай, одного магазина должно хватить, чтобы её немного успокоить. Хотелось бы, конечно, без стрельбы обойтись, другие могут на шум прибежать, так что это - на крайний случай. Пока вы там, через стекло друг на друга рычите, я дверь вскрою и зайду сзади, внутри помещения стрельба почти не слышна. Я и монтировку для такого дела с собой прихватил, как знал, что пригодится.

- Может, там и нет никого.

- Ну, тогда вообще всё будет хорошо. Чего мнешься?

Бомж обошел магазин сбоку и осторожно заглянул внутрь, ни черта не видно. Темновато внутри, хотя кое-какие подробности разглядеть можно. Самое главное - это подозрительные пятна на полу у стеллажей с товарами и торчащие оттуда же подошвы ботинок. Постучал, как Жук говорил, прикладом в стекло и тут же отскочил назад, развернув автомат стволом к двери. Слава Стиксу, не пальнул с перепугу, когда метнувшая из глубины помещения тварь врезалась в дверь с той стороны, громко урча и царапая когтями стекло. Явно не пустыш, ногти на руках утолщённые, морда уже немного изменилась, отходя от человеческих стандартов - бегун и не в самой начальной стадии развития. Бомж ещё отпрянул назад, держа тварь на прицеле, готовый стрелять, если та пробьёт стекло. Хотя рановато ей такие подвиги совершать, ещё килограммов двести мяска сожрать потребуется, чтобы такие препятствия выносить. Тварь бесновалась за стеклом, Бомж же стоял неподвижно, дразня бегуна и отвлекая от возни Жука с дверью. Внезапно тварь перестала брыкаться и повернула голову в противоположном направлении, к чему-то прислушиваясь и принюхиваясь, развернулась и бросилась назад. Действительно, выстрелы внутри почти не слышны, глухая короткая очередь, потом ещё один выстрел, и Жук показался из темноты, помахивая рукой. Нагнулся, снял фиксатор с направляющей двери и вручную отодвинул её вбок.

- Нормально получилось, эта зараза меня засекла, когда я уже внутри был. Заходи смело, других здесь нет, всех сожрала.

- Сожрала?

- Ну да, раньше продавщицей или заправщицей была, хоть и баба это в прошлом, а тем не менее, сумела с мужиками справиться, три тела нашел, вернее, костяки теперь уже. Давай, рассиживаться некогда, надо бы до темноты «зверя» нашего вытащить. Для начала машину подходящую нужно подобрать, помощнее. Вон тот джип вполне подойдет, главное - завести его, пойду, ключи поищу, кто-то из тех скелетов явно из этого джипа, у него и ключи где-то в карманах должны остаться. Займись барахлом, всё полезное складывай в коробки и тащи на улицу.

- Слышь Жучара, сам таскай, если делать нечего, обезьяний труд как раз для таких идиотов как ты. Ты крузака заведи сначала, там электроники всякой напичкано немало, так просто не получится.

- Кого завести?

- Джип, да ладно, у вас таких не было, что ли? Я думал, во всех мирах этот агрегат имеется.

Жук глянул на крестника с интересом, почесал, как обычно затылок и направился искать ключ. Но сначала перевернул труп на живот. Тварь, как ни странно, успела обзавестись споровым мешком и парой споранов в нём, что Жука несказанно обрадовало. Ключи тоже быстро нашлись в кармане разорванной куртки.

- Эти вроде, значок похож, на капоте такой же.

- Да, тойотовский символ, идем, попытаем счастья.

- Куда тыкать-то его, не пойму?

- Во, деревня, не надо его никуда тыкать, это smart-ключ, вот к этой кнопке поднеси, вдруг в нем тоже аккумулятор подсевший. На кнопку теперь жми, видишь, зажигание включилось.

- Не фурычит твоё чудо техники.

- Ты на тормоз нажал?

- Зачем?

- Так, вылазь, техника в рука дикаря - кусок железа.

У Бомжа крузак тут же ожил и довольно заурчал двигателем.

- Пусть потарахтит, чтобы аккумулятор подзарядился, с собой берём топор со стенда, все троса и веревки, что найдём. Лом ещё надо прихватить, пригодится. Пилы не видел? Вот это хреново, пилой сподручнее было бы и главное – быстрее. Ладно, так справимся. А что до остального барахла - это потом, всё равно потом мимо ехать будем, тогда и заберем.

- Водяра не попадалась или спиртяга какая? Коньяк тоже подойдет.

- Бухать потом вместе будем, сначала «зверь».

- Да мне не бухать, господь с тобой, «живчика» набодяжить, два спорана ж надыбал.

- На таких мелких заправках крепкий алкоголь не продают, лицензия дорогая, не выгодно, а из-под полы - стрёмно. В подсобке может и есть, припрятанная для собственных нужд персонала, потом поищем. Тебе горит что ли?

Не доверяя сложную технику «деревне», Бомж за руль сел сам, пять километров - не расстояние, для такой машины, за пять минут домчались. Жук всё по сторонам посматривал сквозь тонированное стекло, не видать ли где тварей, но местность казалась безжизненной, и рядом со знакомой фурой тоже всё было спокойно.

- Работы у нас будет впереди до хрена, упаримся. Завтра предлагаю начать, вечер уже, не в темноте же возиться, да и устал я, не знаю как ты. Предлагаю поспать, а утром с новыми силами приступим, помолясь.

- Предлагаешь прямо в крузаке переночевать?

- В такой машине оно конечно приятнее, диваны мягкие, кожаные, но мы этого делать не будем. Внутри «зверя» не так удобно, зато утром проснуться живыми, шансов поболе будет, там броня крепкая и пулемёт, опять же, имеется. Пошли, тебе первому дежурить, я больше нынче устал, глаза слипаются, разбудишь перед рассветом, смотри сам не усни и бухло своё, лучше не трогай, потерпи до лучших времен.

Бомж товарища своего разбудил перед самым рассветом, у него самого оставалось только часа четыре на сон, маловато, но что делать. Разбудил его запах свежего кофе. Вначале подумал, что опять галлюцинации, ан не нет, Жук действительно сварганил две кружки, где он только достал такой забытый за последнее время продукт?

- Ты не охренел? На такой запах сюда все твари в округе сбегутся.

- Не боись, я ж не дурак, поболе тебя в Улье прохлаждаюсь. Ветер в сторону озера дует и довольно сильно, так что запах туда отнесёт, а там нюхать некому. В той стороне - «чернота», где любителей кофе днём с огнём не найдёшь. Я хотел даже костёр развести, да вот нашел у Стена такое хитрое приспособление - спиртовка называется. Работает, расслабься, на чистом спирте, расход небольшой, хватит надолго и главное - ни запаха, ни других привлекающих тварей атрибутов. Теперь каждое утро будет у нас с тобой бодрящий напиток, у Стена и кофе молотый имеется и сахарок, а печенки у нас свои. Эх, почти как раньше, помню, проснёшься в выходной, на работу не надо, можно поваляться и кофе с булочкой на завтрак.… Что-то не к добру на меня ностальгия нахлынула, ладно, допивай и вперёд - дорогу скакуну нашему расчищать.

Работали посменно, пока один топором махал, срубая мешавшие «зверю» деревца и срезал ножом густую высокую траву, второй отдыхал наверху, наблюдая за окрестностями. Из окрестностей правда была только местность впереди, там, где фура в кювете и всё прочее. Сзади «голодная степь» большая и безжизненная, справа озеро, слева - «чернота» ещё более безжизненная. Когда наступала очередь Жука отдыхать, он откровенно скучал, зевал и чуть не уснул, сморило, а вот Бомжу не до сна было. «Кино» из «мирной жизни» продолжалось - по оживленной трассе сновали машины, одна даже притормозила на обочине - водитель вышел отлить, видно приспичило товарищу, хотя до заправки с нормальным туалетом всего пять километров. Про видения свои Жуку говорить не стал, чего раздражать мужика, который чудеса эти увидеть неспособен. Закончили, вид непрезентабельный, понятно дело, повсюду торчат пеньки, огрызки травы, была бы пила с косой, можно поаккуратнее было сделать. Ничего, им только раз проехать, а не парады здесь устраивать, и так сойдет. Движок прогрели получше, у него нагрузки впереди серьёзные, как бы движок не запороть. Бомж, считавшийся более опытным водителем, за руль уселся, тут главное не останавливаться при подъёме, идти ровно и плавно, чтобы колёса в букс не сорвались. Ревущий на первой передаче броневик пёр вперед, как танк, и всего-то ему не хватило метров десяти, чтобы перевалить через край откоса. Завяз и остановился, прокручивая колёсами и зарываясь в землю. Бомж движок остановил, чтобы совсем уже на брюхо не сесть, сдал немного назад.

- Может, в другом месте попробуем?

- Места тут везде одинаковые, хрен проедешь, называются, надо действовать по-другому, пойду, джип подгоню, будем вытягивать с его помощью.

Не зря захватили буксировочные тросы с заправки и стальной из фуры, второй выдержал усилие, а тканевый для буксировки легковых авто сразу порвался, не выдержал натяжения. Джип ревел как потерпевший, «зверь» не отставал, совместными усилиями вытащили «репку». Бомж не успел затормозить и влепился в резко затормозивший джип, разбив тому задний бампер.

- Блин, Жучара, с тебя водитель, как с дерьма пуля, чё встал как вкопанный?

- Да ну ее, эту буржуйскую технику, непривычно как-то тут все.

- Ага, в жигулях всё гораздо проще. Да хрен с ним, всё равно бросать, и горючку с него не сольешь, только если бак пробить. Не стоит с этим возиться - до заправки недалеко, да и у фуры в баке больше, чем сможем увезти.

- На заправку особо не надейся, электричества нет, насосы не работают, из цистерн чем - ведром будешь доставать?

- Тогда из фуры во все ёмкости свободные нальём, километров на пятьсот, а то и больше хватит.

На АЗС набили «зверя» всем, что могло пригодиться впоследствии, мясных консервов там не нашлось, зато всяких чипсов и печенья завались. Воды бутилированной несколько упаковок - для Бомжа и две бутылки водки, найденных в служебном шкафчике, необходимых для приготовления «живчика» - для Жука. Алкоголь, для которого споранов не осталось, оставили для внутреннего употребления, это больше Бомжа касается, хотя, второй тоже не прочь усугубить при случае. Шоссе уходило на юго-запад, примерно в том же направлении, куда они и стремились. Ехали часа два без остановки. Бомж уже решил, что пора сменить водителя, когда слева показался небольшой городок, с виду пустынный, как здесь обычно бывает. Отсутствие в нем обитателей оказалось обманчивым. Жук встрепенулся, первым почуяв опасность, и только после этого Бомж заметил движение в районе ближайших строений. Жук схватил бинокль, водитель резко прибавил газу, раскручивая двигатель на максимальные обороты. Разглядывал Жук бегущих наперерез и быстро приближающихся тварей недолго, и тут же полез в башню, разворачивая пулемёт в сторону непрошеных гостей. Бомжу крикнул громко - «жми» и тон его голоса тому сильно не понравился.

Сожравшие все, что смогли найти в городке, изголодавшиеся твари, несказанно обрадовались появившейся добыче. Вожак - рубер средней нажратости, вчера от безысходности пожертвовал двумя младшими членами стаи, пустив тех «под нож». И пусть это был не самый, в смысле вкусовых ощущений, приятный обед, выхода другого не оставалось. Верхушка банды и главное - он сам, без еды стремительно теряли силы. Погоня отнимет их ещё больше, учитывая расход энергии, уходившей на поддержание такой высокой скорости. Но, скорая награда в виде вкусной и питательной пищи, находящейся в убегающей железной коробке, заставляла позабыть о риске. Коробка двигалась гораздо быстрее, чем он поначалу рассчитывал, перехватить и напасть на неё сбоку не получилось, сказывалась полуголодная жизнь последних дней, стае не хватило скорости для задуманного им маневра. Младшие вообще отстали на несколько десятков метров, и дистанция эта продолжала увеличиваться. Второй, третий и четвертый держались рядом: два топтуна и кусач, которому до уровня Первого оставалось совсем немного. Первый знал, что скоро тот попробует занять его место и заранее готовился к схватке, стараясь любыми, не явными способами ограничивать Второму потребление пищи, но так, чтобы тот ничего не заподозрил. Вчера, например, он неожиданно напал и убил двоих бегунов именно в тот момент, когда Второй рыскал в округе в поисках еды и самые лучшие куски достались ему и Третьему с Четвертым. Поддерживать баланс сил среди подчинённых и поощрять конкуренцию между ними - залог долгой жизни для вожака, умного вожака, каковым он себя считал. Не сумев перехватить коробку с мясом, погоня, тем не менее, продолжилась. Эта неудача лишь откладывала на некоторое время грядущий сладостный миг. На бегу Первый вытолкнул плечом Второго вперёд, тот обиженно заурчал на грубый тычок, но возражать не осмелился. Пока не осмелился. У Второго в голове тоже кое-какие мысли бродили, и не все они были приятны для Первого, но если бы тот мог их прочитать, то беспокоился бы гораздо меньше, насчёт Второго. Не было у Второго стремлений к карьерному росту, и к захвату лидерства в стае. Ему бы пожрать, да побольше, и чтоб поменьше напрягаться, как сейчас в этой изнурительной гонке. Однако, Первый мысли читать не умел и вёл себя в точности, как ему инстинкт выживания подсказывал - вытолкал Второго вперёд - на самую опасную позицию. Погоня подобная этой у него не первая и, как он надеялся, не последняя, а что еда этого типа умеет больно огрызаться, он знал: опыт на этот счёт в прошлом уже имел. Длинных, несущих смерть палок, у сегодняшней коробки не было, значит, особо беспокоиться не стоит, а мелкие палки лишь больно жалят, и заживают полученные от них раны быстро, но пусть их лучше Второй получает, чем он сам. К тому же, жалящие шмели из коротких палок способны повредить его нижние конечности, замедлить и даже остановить, однажды с ним такое произошло, когда он ещё не был Первым. Когда он дополз до разбитых коробок, ему достались только жалкие объедки, лишь раздразнившие аппетит. Неплохо бы устроить так, чтобы сейчас Второй очутился в таком же положении, пусть бежит впереди и надеется, что лучшая часть добычи достанется ему.

Стая почти настигла удирающую добычу, когда на конце короткой палки замелькал яркий огонёк и жгучие насекомые ударили по конечностям Первого. От глубочайшего разочарования он громко заурчал и, споткнувшись, кубарем покатился по земле. Расчёты опять не оправдались, пропустив вперёд Второго, он ждал, что тот примет на себя «жалящих шмелей», а они вцепились в него, минуя Второго. Впрочем, ущерб оказался минимальным. Не обращая внимания на боль, Первый поднялся и бросился догонять стаю. Отставшая мелюзга успевшая проскочить мимо поверженного вожака прыснула в стороны, пропуская разъярённого рубера. Глубоко втягивая в себя воздух, наполнявший лёгкие кислородом, он ощутил небольшие изменения в его составе, там стало больше влаги. Значит, впереди открытая вода, а это очень плохо. Почти все его сородичи не умели держаться на поверхности этой странной среды и старались держаться от неё подальше. В свою очередь, находящиеся внутри коробки слабые существа с вкусным мясом, воды не боялись и получили хорошую возможность уйти. Первый взревел, требуя увеличить скорость, чтобы побыстрее догнать убегающую коробку: потрачено слишком много сил на погоню, нельзя позволить пище уйти. Второй принял клич вожака и из последних сил рванул вперёд, лихорадочно тратя последние запасы энергии, и почти уже схватил ускользающую добычу, как та неожиданно вильнула в сторону, съехав с трассы, и он промахнулся. Тормозя когтистыми лапами и гася скорость, Второй, двигаясь по дуге, снова вышел в хвост коварной коробке и бросился догонять. Топтуны топали сзади и по бокам, менее массивные и соответственно более скоростные, они стали зажимать коробку с боков, предупреждая возможные маневры. Теперь, если добыча попытается снова свернуть, то наткнется на одного из них и это ей очень не понравится. Только коробка никуда сворачивать не собиралась, а просто стремительно летела по прямой, в сторону быстро приближавшейся реки. Дорога выходила к небольшой пристани, к которой в прежние благословенные времена причаливали речные кораблики, перевозившие пассажиров и небольшие грузы. Коробка выскочила на пристань, уходящую метров на пятьдесят вглубь реки и, не останавливаясь, помчалась вперёд. Второй тоже же почувствовал увеличение влаги во вдыхаемым им воздухе, но в горячке погони времени, чтобы трезво оценить полученную информацию, не нашлось. Мчащаяся перед его носом коробка, до которой было уже лапой подать, вдруг нырнула вниз и, подняв фонтаны воды, рухнула в реку. Разогнавшийся кусач, быстро затормозить оказался не способен - инерция победила и он рухнул в реку вслед за коробкой, которая успела вынырнуть и теперь уносилась течением, медленно погружаясь в воду. Второй отчаянно забил лапами по воде, поднимая тучи брызг, пытаясь удержаться на поверхности, несколько секунд ему это удавалось, затем тело, имевшее способность к плаванию, как у чугунной болванки, пошло на дно. Топтунов эта участь миновала, они медленно подобрались к краю пирса и злобно уставились на враждебную стихию, Первый подошел сзади, глянул на место последнего успокоения Второго и, рыкнув на подручных, поплёлся назад. Потраченные усилия оказались напрасными, добыча ускользнула, тем не менее, лично для себя он определенную выгоду извлек, наконец, избавившись от главного конкурента, а эти двое оставшихся, когда ещё подрастут.

Глава 17. РЕКА.

- Жук прыгай! До берега не так уж далеко, доплывём.

- Нет!

- Какого хрена, Жук?

- Я плавать не умею.

- Твою мать! Куртку скидывай и ботинки, бросай все, я тебя попробую дотянуть.

- Как?

- Башку твою над водой буду поддерживать, а ты ногами работай, помогай и не цепляйся за меня, утонем оба. Слазь в воду, эта штука сейчас потонет и нас за собой потащит.

Бомж, держа Жука за шиворот рубахи левой рукой, ухитрялся, пока что, уворачиваться от тянущихся к нему рук паникующего потенциального утопленника, заплыл Жуку за спину и потащил за собой, загребая правой. К чести старожила Стикса, тот умудрился через пару минут успокоиться и перестал хватать своего спасителя за самое уязвимое в такой ситуации место - за шею. И даже начал хаотично молотить ногами под водой, облегчая Бомжу спасательную операцию, а то тот уже начинал терять силы. До противоположного берега - метров шестьсот, может больше, отсюда хрен определишь. Какая разница? Вариантов других, кроме как доплыть, всё равно нет. Бомж пожалел уже, что куртку сразу не скинул - времени просто не было. «Зверь» быстро погружался, воды ему уже по колено было, медлить нельзя, пришлось так плыть, и теперь намокшая одежда упорно тянула вниз. Снять же её сейчас не было никакой возможности: если освободить руку, держащую Жука - значит, отправить, способного плавать чуть лучше заражённых тварей спутника на дно. Слава Стиксу, тот быстро взял себя в руки и не поддался обычной панике утопающих, унёсшей жизни стольких спасателей, что и не счесть. На приближавшийся берег Бомж даже и не смотрел, не хотел тратить силы, чтобы лишний раз обернуться. Просто грёб изо всех сил, начинавшей уже неметь рукой, выплевывая попадавшую в рот воду.

- Работай ногами, сука, резче, утонем бл…!

- Я… стараюсь!

Раз говорить может, значит, страх мозги ещё не совсем затуманил, шанс выбраться у них есть, только бы сил хватило. Если сведёт хоть одну конечность, то все, хана, а уменьшить на них нагрузку нельзя и так оба еле держатся на поверхности. Послал же Стикс попутчика - плавать он не научился! За сорок человеку, по земным меркам, а плавает как утюг - стыд и срамота. Какого хрена тогда машину в реку ухнул? Хотя, выхода другого не было, надо согласиться. Это им ещё повезло, что река так близко оказалась, а то доедали бы их сейчас. Утонуть - вариант не лучше, но здесь хоть побарахтаться можно, попытаться выбраться. Отвлёкшись на размышления, продолжая автоматически работать телом, Бомж даже как-то забыл про усталость мышечную или второе дыхание вдруг неожиданно открылось, только пока что они не тонули и продолжали продвигаться к спасению. Течение здесь небольшое, лишь немного снесло их относительно берега и когда Бомж ногой задел дно, то даже не сразу сообразил, что произошло. Поняв, выпустил Жука из онемевшей руки, встал на ноги и по пояс в воде побрёл к берегу.

- Дальше сам давай, здесь не глубоко уже.

Жук, подумав в первое мгновение, что его бросили утопать, забил отчаянно руками и начал погружаться, тут же нахлебавшись воды. Упёршись под водой ногами и руками в песок, он тут же подскочил, чуть не выпрыгнув из воды, и отплёвываясь, побрёл в сторону суши, как ему казалось. Выбравшись на мелководье, он осмотрелся, сделал поправку, повернувшись на девяносто градусов, и теперь двигался в правильном направлении. Бомж лежал ничком на спине, выбравшись, наконец-то на сухой берег. Жук подполз и лег рядом, уставившись вверх на проплывающие там тучи.

- Такие же, как и у нас в степи, хрен отличишь.

- Ты какого хрена, дожил до седых волос, а плавать не научился?

- А где учиться-то? Я ж говорю - степь, северный Казахстан, про освоение целины слышал?

- У вас тоже осваивали?

- А где её не осваивали, дело-то было большое, «Товарищ Сталин дал приказ».

- И про товарища Сталина в курсе?

- В тридцать пятом тебя за такие слова бы к стенке.

- У нас на два года позже началось.

- Так что плавать нам в детстве негде было, ни речки, ни озера какого рядом, степь да степь кругом. Спасибо, кстати, что вытащил, не бросил.

- Да куда мне без тебя, тащить тяжело было, но и бросить жалко - полезный ты в хозяйстве организм.

- Кстати, насчёт организма, что-то ему мокро и холодно, надо бы это дело побыстрее поправить. Кончай валяться, осмотреться надо, куда это нас занесло.

- Вот и осмотрись, а я ещё полежу, нет у меня больше сил, всё на тебя потратил, сам давай.

- Ладно, лежи, заслужил, а я пойду, гляну, чё там творится на этом берегу.

Вернулся Жук минут через двадцать и рожа его особой радостью не отсвечивала.

- Хрен нам, а не берег, остров это, и небольшой совсем, длинный и узкий, а берег - там дальше, и до него с километр будет.

- То-то я удивился, что река такой узкой оказалась, ну что, обратно поплывем?

- Щас! Нам на том берегу делать нечего, если только суицидальные наклонности не проявятся.

- Километр я тебя не дотащу, хоть убей.

- Понятно дело. Плот придется строить или лодку искать.

- Слышь, строитель. Чем строить-то будешь? «Зверь»-то, тю-тю, и вместе с ним всё, что нажито непосильным трудом. Раз это остров, значит, костёр можно разводить без опаски. Пошли за дровами, зажигалка есть? Или трением огонь добывать будем? Первым делом обсушиться и согреться нужно, это тебе на всякие простуды наплевать, а для меня переохлаждение чревато.

- Зажигалка имеется, не ной, нож ещё в ножнах сохранился, фляжка с живчиком, а вот ещё «макар» мой верный в кобуре. Подмок, правда, почистить требуется, ну это дело не хитрое.

- Жучара, я кроме твоей туши ещё и барахла на три килограмма тащил?

- Куртку ты свою мокрую тащил, я свою-то сбросил, так что мы квиты, а без барахла этого, во-первых - хрен тебе, а не костёр, а во-вторых - без оружия здесь остаться, совсем пропащее дело.

- Оружие, блин! Пистолетик и нож, с таким рубера завалить - плёвое дело.

- Лучше, чем ничего. Без живчика сам знаешь, дня три-четыре и кабздец мне придет, так что извини.

- Короче, запасливый ты наш, с тебя костёр и дрова, у тебя же НОЖ имеется, и не тормози, что-то мёрзнуть я начинаю.

- Водки не захватил, извини, поднимай жопу и пошли за дровами, заодно и согреешься.

С топливом для костра на этом маленьком островке, торчащем посреди большой реки, мягко говоря, было хреново. Большие деревья вырасти, здесь не удосужились, и ветки у кустов все сырые, сушняка среди них мало, еле разгорелись. От них больше дыма, чем огня. На «Большой земле» уже бы очередь из тварей к ним выстроилась, а здесь никого, жрать, правда, очень хочется, зато с водой проблем нет. Просушили одежду, согрелись, тут и ночь подкралась незаметно. Спали по очереди, один спит, другой бегает, дрова добывает, чтобы костёр не угас, ночь рядом с водой теплотой не балует. Отдыха особого не получилось. С восходом солнца стало теплее. На костёр плюнули, отгребли угли в сторону, улеглись на нагретую землю, прижавшись спинами и уснули оба.

- Ну что, товарищи робинзоны, что дальше делать будем?

- Это ты про кого сейчас?

- Не важно, расскажу при случае, чё делать будем, спрашиваю? Назад плыть не вариант, вряд ли нас на берегу ожидают давние «знакомцы», но стоит чуть шагнуть от реки - нарисуются тут же, у них не заржавеет. Здесь сидеть бессмысленно, без еды скоро сдохнем, нам даже рыбу нечем ловить. Вывод напрашивается только один - плыть на противоположный берег, причем мне одному, а ты останешься.

- Бросишь меня здесь подыхать?

- С бросанием я несколько затянул, надо было гораздо раньше, ещё когда «зверь» не совсем утонул. Поищу там, чем плот соорудить или лодку добуду, вот тогда вернусь и за тобой.

- Я и не сомневался.

- Если, конечно, меня там не сожрут, или ещё какие неприятности не постигнут, тогда извини, ничем помочь не смогу.

- Ты уж себя береги.

- Да уж постараюсь. Туда доплыть ещё надо, я ж не рекордсмен-марафонец, на такие большие расстояния прежде не плавал.

- Ты потихонечку, не торопясь, за меня не беспокойся, я подожду.

- Советчик, блин. На, куртку забирай, налегке поплыву, ботинки на шею привяжу, а ты в носках походишь, девок нет, стесняться не перед кем. Нет, железяки оставь себе, у меня каждый грамм на счету, а вот зажигалку захвачу, в мокрой одежде щеголять не фонтан. Ладно, поплыли, помолясь. Платочком мне вслед помахать и смахнуть скупую мужскую слезу не забудь. И на всякий случай - прости, ежели что было.

Без «балласта» плыть - совсем другое дело, гребешь себе двумя руками, устал - перевернулся на спину, даёшь отдых рукам, подрабатывая потихоньку ногами. На медленно приближающемся берегу лес растет почти вплотную к воде, пляж узкий, можно сказать, что его почти и нет вовсе. Чем ближе берег, тем с большей тревогой Бомж вглядывался в заросли: не мелькнёт ли там что-то подозрительное. Выполз на песок, отдышался и так же ползком добрался до ближайших деревьев. Вслушивался несколько минут, вроде тихо, в смысле - опасности в глубине леса не замечено. Сюда бы Жука с его даром, да только придется самому и наугад. Шёл крадучись, внимательно смотрел под ноги, чтобы сухая ветка под ногой не щелкнула, в лесу звук далеко слышен. Местность начала подниматься и через несколько десятков метров заросли закончились. Бомж залег, спрятавшись за деревом. Решил сперва понаблюдать, прежде чем выходить на открытое место.

Прямо перед ним находился большой луг заросший давно некошеной травой, неподалёку от того места, где он находился, начиналась еле заметная сейчас тропинка, пересекающая этот самый луг. В километре впереди, виднелись несколько деревянных домов, с пристроенными к ним сараями, похоже, деревня. Справа на высоком берегу виден один дом, а слева за деревьями – другой. Между ними овраг, тоже густо заросший. По всем признакам перед ними протекает речушка, приток той, которую он переплыл. Вдоль реки эта деревня как раз и расположена. Такие поселения всегда строили рядом с водой, понятно - без воды в деревне никак. Из колодцев воду брали только для приготовления пищи, а огород полить, а постирать? Баня опять же. Без бани никуда, душ и ванная - это для городских. Переть напрямки через луг по тропинке Бомж не решился, вроде никакого движения в деревне не наблюдается, но лучше поостеречься. Из оружия - только дубинка, выломанная в лесу, таким только пустыша укокошить можно и то, если не слишком здоровым окажется. По левую сторону от луга виднелась длинная линия зарослей, тянущаяся почти до самой деревни. Под их прикрытием он и решил подобраться поближе к домам. Действительно, эти кусты росли по берегу небольшой речки на всем её протяжении и, когда они закончились, деревню можно было рассмотреть уже более подробно. В этом месте речку пересекал узкий пешеходный мостик шириной в две доски и без перил, называемый в просторечии - лавы. Видно было, что не ремонтировали его давненько, некоторые доски прогнили, и наступать на них было опасно. Впрочем, Бомж и не собирался им воспользоваться, в речке воды по колено, дно видно даже отсюда, лучше здесь вброд перейти. Высохнуть толком он всё равно ещё не успел, мокрее не станет, а заметить его со стороны домов в этом случае, будет почти не возможно. Выбрался на противоположный берег, осторожно раздвинув густые заросли осоки, чтобы не порезаться об острые листья, запах крови ему теперь точно не нужен, тварей привлекать. Деревня, естественно, располагалась на более высоком берегу, чтобы избегать затопления в момент весеннего половодья. Пришлось подниматься вверх по довольно-таки крутому берегу прямо через густо разросшиеся кусты. Подобравшись к штакетнику, не слишком плотно связанному алюминиевой проволокой, заглянул в щель. Вот тебе и здрасьте! Стоит голубчик, качается на ветру.

Глава 18. ДЕРЕВНЯ.

Посреди огорода, который этим штакетником был огорожен, торчал пустыш. Бомж его сначала за пугало принял, но когда тот заурчал, понял что ошибся. И насчёт пустыша тоже, это уже совсем не пустыш, а медляк, хоть разница и не велика - завалить его особых проблем не составит. Только если есть один, могут быть и другие. По-тихому нужно, нельзя нашуметь и остальных привлечь. Тут и калитка имеется, веревкой привязана и тропинка вниз к воде с вырезанными в земле, утоптанными ступенями, по ней легче подниматься, а он ломился сквозь кусты. Веревку развязал, калитку приоткрыл медленно, постучал легонько по штакетнику - медляка привлечь. Судя по остаткам одежды - это когда-то было человеческим созданием женского полу. Оно тут же заинтересовалось стуком и немедленно двинулось проверить. Бомж встал за калиткой, дубинку свою перехватил поудобнее, приготовился. Медляк миновал открытую калитку и остановился, крутя башкой во все стороны, выискивая возможный источник пищи, вряд ли в его «модифицированном» мозгу могла затесаться иная мысль, кроме как «где бы пожрать». Толкнув плечом калитку от себя, Бомж шагнул вперёд и со всего размаху заехал «даме» сбоку по черепу, сшибая её с ног. Та, даже не пискнув, кувыркнулась и кубарем покатилась вниз, пересчитывая ступени, остановившись, лишь, с ходу влепившись в кусты и прочно застряв там. Бомж устремился за ней, быстро перебирая ногами по ступеням и очень стараясь не споткнуться. Тварь заворочалась, пытаясь выбраться и подняться, про урчание свое от неожиданности нападения видно совсем позабыла, да и не услышать его другим её собратьям с этого места. Бомж бил её по голове дубиной до тех пор, пока череп не раскололся, и та не прекратила дергаться. Мог ли он представить себе ещё недавно, что вот так хладнокровно будет убивать самым варварским способом пусть и бывшего, но человека, да ещё и женщину - это вряд ли. Дубинку всю в крови и мозгах с отвращением осмотрел и забросил в кусты, быстро отвернулся и полез наверх, иначе вывернуло бы. В огороде вооружился стоящими возле задней стены хлева вилами - неплохое оружие против подобных тварей. Там ещё лопата стояла и грабли, но вилы показались ему лучше всего. Выглянул из-за угла - присутствия других здешних обитателей вроде не заметно. Никого на деревенской улице нет. Дошел почти до крыльца, как из переднего огорода, что через улицу расположен, раздалось знакомое урчание. Замер на месте, медленно поднимая вилы перед собой. В огороде заворочались, кто-то там двигался, ломая ветки яблонь, сминая кусты смородины и крыжовника. Бомж решил спрятаться в доме - там оборону легче держать, и вдруг топор какой найдется вдобавок к вилам, но не успел. Из-за забора справа раздался топот, оттуда вылетел бегун и, не раздумывая, кинулся на Бомжа. Тот только и успел вилы выставить, да рукояткой упереться в дверь крыльца, как тварь налетела и наткнулась на острия, пробившие ей грудь в четырех местах. Не обращая особого внимания на торчащее в нем железо, бегун яростно махал конечностями, пытаясь добраться до вожделенной плоти, только вот торчащий в нем сельскохозяйственный инструмент не давал ему такой возможности. Бегун схватился за черенок и, дернул на себя. Бомжу пришлось выпустить оружие из рук, тварь шлепнулась на задницу, выдернула вилы, отбросила их прочь и стала подниматься. Бомж рванул дверь на себя, запрыгнул внутрь, захлопывая её за собой, лихорадочно ища рукой запор и не находя. Впрочем, этого и не потребовалось. Тупая тварь не смогла сообразить, что дверь легко открывается наружу, если её потянуть за ручку и билась в неё, пытаясь выломать. Бомж в отчаянии оглянулся - глаза ещё не успели привыкнуть к полумраку, но висящий на стене топор он разглядеть сумел. Кроме этого там было развешано ещё много разных инструментов, но в данный момент ему нужен был именно топор. Схватил его и занес над головой, крепко сжимая оружие обоими руками, только бы они не подвели. Бегун, наконец, разломал деревянную дверь и ворвался на крыльцо, ища добычу сощурившимися глазами, не успевшими быстро адаптироваться к полумраку после яркого дневного света. Бомж крякнул и со всей дури рубанул лезвием тяжёлого топора сверху вниз, тот вошел в череп по самый обух, достав лезвием до самой грудины. Голова бегуна развалилась на две части, забрызгав всё вокруг. Он завалился вперёд на пол, царапая в агонии когтями доски, пару раз дернулся и затих. Бомж опустился рядом, сел опершись спиной о бревенчатую стену, его трясло, холодный пот градом стекал по лицу. Появись сейчас следующий сородич мёртвого бегуна, вряд ли бы он сумел найти в себе силы сопротивляться. Придя через некоторое время в норму, поднялся, поморщившись, взял монстра за задние конечности и оттащил подальше от крыльца, бросив под забором.

В одиночку воевать не стоит, ничем хорошим для него это не закончится. В огороде напротив движуха не затихала, одна или несколько тварей продолжала искать выход наружу. Могли прибежать другие, валить надо отсюда побыстрее. Бомж вытер как смог топор об траву, осмотрел «выставку инструментов» развешанных на крыльце, снял ножовку средних размеров, спилить не слишком толстое дерево для плота -подойдет. Моток толстой веревки, висящий тут же, тоже прихватил. По-шустрому обшарил дом на предмет съестного, нашел лишь сушеные грибы в полотняном мешочке, хранившиеся возле русской печки. Остальные продукты, из того, что обнаружились в доме, испорчены и в пищу не годились. В банках с крупами и мукой завелись черви, а вот пара килограммов сахара-песка - очень удачная находка. Фляга с речной водой с собой, налил в чашку, насыпал побольше сахара, долго размешивал. Напиток придал сил и уверенности. Собрался уже уходить, как в глаза бросилось что-то ярко-желтое, выглядывавшее сверху с деревянных полатьев. Надо же, «уточка» детская, пластиковая игрушка для купания, способная поддерживать ребенка на воде, если одеть на пояс. Жук, конечно, не ребенок, массогабаритные параметры не те, но это всё равно лучше, чем плот строить. Прихватил с собой, предварительно проверив, держит ли воздух, нет ли лишних дыр в изделии. Глянул в окно, других желающих поближе с ним познакомиться, снаружи вроде не видно, уходить решил тем же путем, что и пришел, так безопаснее. Тяжёлый топор оставил на берегу, незачем его тащить с собой, надул «уточку», привязал обмотанную тряпкой ножовку за спину, поплыл, пересекая реку второй раз за сегодня. Удрученно сидевший на берегу Жук, заметив пловца, подскочил резко, радостно замахал руками.

- Я прям уржался, когда увидел, как ты в этой желтой хрени плывёшь.

- Посмеялся? Теперь моя очередь, обратно ты в ней поплывёшь.

- Не, ну ты.… Прикалываешься что ли?

- Надо было плавать научиться в своё время, как все нормальные мужики, а теперь не скули, наденешь и поплывёшь, как миленький. Главное - чтоб я от смеха воды не нахлебался, на это глядучи.

- А плот?

- Держи ножовку, иди строй, а я отдохну, устал очень.

- А пожрать ничего не прихватил? Живот к спине прилипает.

Бомж протянул ему фляжку с «сахарным спиртом».

- Хлебни для начала, мне только оставь, переправимся - пожуём.

Что-то наподобие плота всё же пришлось соорудить, мало ли спустит «уточка» в самый неподходящий момент и Жуку придётся на дно отправляться. Дабы предотвратить возможное печальное событие, напилили немного сучьев, стараясь выбирать те, что потолще, и которые Жук-Робинзон не успел ещё спалить и сделали вязанку. За неё можно держаться в воде, теперь есть надежда на благополучный исход грядущей переправы.

- Слышь, Жучара, ты «уточку» то береги, вдруг ещё речка по пути встретится, а с ней не пропадешь.

- Это что за говно?

- Это, тёмный ты наш, чрезвычайно полезный и питательный продукт, в котором присутствуют минералы и витамины всякие, это практически один белок. Называется - грибы сушеные, деревенские, совершенно натуральные. Жуй, не выплевывай, а то больше не дам.

- Блин, а я подумал, что это тараканы или кузнечики вяленые, а оказывается - грибы. Дак их хрен прожуешь, зубы можно сломать.

- Зубы новые вырастут, у тебя так точно. В водичке размочи.

- А больше ничего поприличнее нема?

- Тебе здесь что, ресторан? До деревни дойдем - отожрёшься.

- Как там, кстати?

- Я двоих завалил, пустыша и бегуна, второй меня чуть не уделал, нескольких на твою долю оставил.

- А посерьёзнее бегуна видел кого?

- Я особо не присматривался, некогда было, друга из беды спешил выручать, торопился утку надувную ему доставить, а то ему без неё тяжко бы пришлось.

- Иди ты. Я топор возьму, как раз мне по руке.

- Бери, бери, у меня своё оружие имеется, с четырьмя раздельными остриями и уже проверенное в бою. Вилы называется, если ты не в курсе.

- Охренеть, элитные бойцы Стикса - один с топором, другой с вилами, если узнают - засмеют до смерти, смотри не проговорись потом. Пошли, полдень уже.

Тело бегуна исчезло. Как известно, тела заражённых, в отличие от тел иммунных не гнили и не разлагались, как это обычно с людскими телами происходит, а как бы мумифицировались, усыхали и скукоживались, рассыпаясь потом в прах, но при этом не исчезали бесследно, по крайней мере, так скоро. Это непонятное происшествие несколько настораживало. Кому могла понадобиться свежая тушка твари непонятно, их даже собаки не грызут с самой страшной голодухи, да и нет здесь собак, их в первую очередь харчат, деликатес, блин. Ещё раньше, когда от реки к огородам поднимались, Бомж хотел показать Жуку прибитую им пустыху в кустах, но передумал. Хвастаться победой над еле живым медляком, как-то не комильфо, вот бегун - это посерьёзнее будет. Только, как оказалось, предъявить было и нечего, трава у забора, где тело бегуна лежало, примята, а сами материальные доказательства исчезли. Оставив Жука заниматься поисками пропитания, сам не поленился сбегать и проверить, на месте ли второе тело. Пусто и там, тоже куда-то испарилось. Вот это уже сильно не понравилось Бомжу, в Стиксе, если что непонятное нарисуется - обязательно жди беды. Жук надыбал за это время несколько банок с вареньем и полмешка сырой картошки приволок из подвала.

- Сейчас ещё до погреба смотаюсь, я его там, в задней части огорода видел, огурчиков и капуски притащу, и грибочки солёные там, наверняка должны быть. Может даже самогоном деревенским разживёмся. Говоришь, бегуна завалил? Башку ему не проверил случайно, на предмет споранов? Что-то я трупа его нигде не вижу, не добил что ли?

- В мозгах у тварей копаться - твоя прерогатива, мне лично спораны без надобности, да и времени особо не было, к тебе на выручку торопился. А на счёт тела ты не зря приметил, там пустыш на спуске к реке валялся, так его тоже нет, не нравится мне это дело, валить отсюда нужно и побыстрее, так что огурчики-грибочки отменяются.

- А пожрать? Я ж с голоду опухну, а с твоих сушёных грибов уже обдристался весь.

- Выбирай - или ты пожрёшь, или тебя.

- А ты не сгущаешь? Я, к примеру, ничего опасного в окружающей обстановке не чувствую, ты ж меня знаешь. Давай хотя бы хавчика наберём, по дороге и пожуем.

- Хрен с тобой, обжора, я, честно говоря, тоже закинул бы в топку, сахар весь уже переработался.

- Надеюсь в спирт?

- Там в переднем огороде ещё кто-то шебуршится, похоже, ещё один пустыш, предлагаю завалить и вытащить на видное место, поглядим, что тут за «похитители тел» орудуют. В доме спрячемся и через окна понаблюдаем, хотя я предпочёл бы просто унести ноги.

- Ладно, если чё почую, валим сразу же, без промедления.

Жук взял понравившийся ему топор, Бомж - удобные для него вилы, двинулись вместе через улицу к переднему огороду. Почуяв их приближение, там завозились, и к самому забору из кустов смородины вывалился заражённый, в этот раз - бывший мужик, наверно муж убиенной хозяйки. Сил у него почти не оставалось, смородина и крыжовник уже поспели, но на такой пище сильно не разжиреешь. Пустыш вцепился грязными граблями в колья забора и начал их трясти, не особо успешно, мечтая прорваться через преграду и добраться до желанной пищи. Жук развязал веревку державшую калитку, пропустил вперёд «копьеносца», к которому, радостно заурчав, тут же двинулся бывший хозяин огорода, сам же стал заходить сбоку, раздвинув ближайшие кусты. Всё прошло быстро и как-то даже буднично, Бомж воткнул пустышу вилы в грудь и удерживал того на расстоянии, а Жук подошёл сзади и пробил ему голову обухом. Свалившейся твари накинули на ноги веревку, вытащили на улицу, там, посередине и бросили. В доме вели себя как можно тише, таращились на улицу и на валявшийся труп, хотелось есть и сильно клонило в сон, особенно Бомжа. Умяли по литровой банке варенья, голод немного притупился, теперь страшно хотелось пить, а набрать из колодца свежей воды, не удосужились. Наконец Жук не выдержал.

- Да пошло оно всё в жопу, я за водой. Нет там никого, и, скорее всего не будет, я быстро.

Жук схватил на кухне ведро и направился к колодцу, он ещё с крыльца не успел выйти, как Бомж уловил какую-то световую вспышку за окном и бросился за ним. Жук её видеть не мог - светло да и стена дома закрывала обзор слева. Вот когда он её обогнул тогда и увидел это.

Глава 19. СМЕРТЬ ЖУКА.

Понять и оценить увиденное Жук не успел, в голове как будто граната взорвалась, мгновенно отключив сознание. Будь у него под ногами бетон, или ещё какая, твёрдая поверхность, зашибся бы сильно, свалившись безвольной куклой на траву, словно из него вытащили все кости. А так просто ничком упал на спину, уставившись невидящими глазами в небо. Бомж, выскочивший следом, увидел лежавшего без движения товарища и выплывавшее из-за угла нечто, ярко светившееся и переливавшееся разными цветами. Точно понять, что это было и даже рассмотреть, было невозможно, фигура «нечто» пульсировала с большой частотой, неуловимо меняя форму. Глаз не успевал её зафиксировать, внутри его лишь вспыхивали хаотичные мерцания света. В методичке про Скребберов было упомянуто как-то вскользь, мол, есть такие штуки, но что это за твари, сказано было довольно неопределенно, типа, если увидишь - то сразу поймешь. И про то, что Скреббер - это последнее, что ты в жизни увидишь, тоже сказано было, причём со сто процентной уверенностью. Короче, шансов никаких, в этом Бомж был полностью убежден, в создавшейся ситуации разум почти не работал, он руководствоваться лишь инстинктами. Товарищ его лежал ничком, не шевелясь и совершенно беззащитный, а на него надвигалась самая беспощадная Смерть. Бомж добежал, перепрыгнул через тело Жука и встал между ним и Скреббером. Тот почему-то остановился, постоял, вернее, повисел, так как земли он не касался и начал обходить стоящего Бомжа сбоку, направляясь к лежащему. Бомж сместился, перекрывая тому путь, выставил руки вперёд в отчаянной попытке остановить неизбежное. Мерцающее световое «нечто» снова зависло, как бы раздумывая. Мешать этому важному процессу Бомж не стал, схватил бесчувственного товарища за шкирку и потащил в дом, рефлекторно пытаясь убраться подальше от чудовища и спрятаться. Не понимая, что бревенчатые стены - не защита от самого ужасного создания Стикса, даже будь они сделаны из самого прочного бетона, толку от них никакого. Ничего не соображая от накатившего страха, он вместе с бесчувственным телом Жука забрался в дом и потерял из виду застывшего, как бы даже в растерянности Скреббера. Сейчас Бомж уже не мог видеть, как тот вдруг сдвинулся с места и уплыл прочь, не обращая внимания на забор, огород и прочие предметы, встречавшиеся на его пути, двигаясь прямо сквозь них. Тело убитого ими пустыша тоже исчезло бесследно.

Инстинкт самосохранения и производная от него - боязнь смерти, штука сильная, покруче инстинкта размножения будет. Только мозги у людей так устроены, что имеется там, где-то в глубинах, некий предохранитель. Раз сорвал и привет - страх перед грядущей смертью исчез. Кто раз понял, что всё, приплыл и конец неизбежен - частенько с мысленным криком: « а пошло оно все… « смело бросается навстречу опасности, прямо в объятья небытия и становится другим человеком. Кто по краю прошел - тот смерти больше не боится. Откат обратный - те ещё ощущения, очень они приятные - ты, блин, простился уже со всем, что в жизни твоей было, бросился на амбразуру, закрывая телом товарищей от пулемётного огня, а у него, сука, патроны именно в этот самый момент и закончились. И твою ж мать! Так обидно вдруг становится. Вроде радоваться должен, что жизнь дальше продолжается, но ты же на подвиг решился, жизнь отдать за какие-то там идеалы, а тут такой облом. Лежишь ты на этой проклятой амбразуре, опустошённый такой, слышишь, как супостат внутри возится, ленту лихорадочно меняет, и не знаешь, что теперь дальше делать - то ли вставать и отваливать, или ещё немного подождать и всё же закончить. Рубикон свой вроде уже перешёл, отважно шагнул смерти навстречу, а толку с этого – никакого. И такая тоска наваливается, хоть волком вой. Примерно нечто подобное происходило в этот момент в голове у Бомжа. Скреббер удалился в неизвестном направлении, мертвый Жук лежал рядом, а сам он сидел на ступенях крыльца. В башке пусто, и нет никаких сил, чтобы подняться, да неотложными делами заняться. Как-то пофиг ему сейчас, что товарищ погиб, ни за что ни про что, что ужасная тварь вернуться может в любой момент, чтобы завершить своё чёрное дело.

Убиенного пустыша Скреббер забрал с собой, так же как и всех остальных. Теперь понятно, куда тела пропадают. Жука, да и его самого, несомненно, ждет такая же участь. Только вот Бомж жив пока что, а тело товарища, единственного у него в здешних краях, хрен ты у меня получишь. Закопать его нужно и поглубже, чтобы не достала тварь поганая, и не здесь - подальше отвезти требуется, да побыстрее. Постепенно отошёл вроде, немного успокоился, силы и способность соображать, постепенно возвращаются в норму. Голова начала соображать. Транспорт потребуется, повозка, какая-нибудь, не слишком большая, чтобы он один смог тянуть её за собой. На дворе за домом, что-то похожее вроде видел, вспомнил, была там тележка, вертикально к стене приставленная, на которой в лучшие времена сено с луга на сеновал возили. Нагрузят копну в два человеческих роста, верёвкой стянут, чтобы по дороге не рассыпать, и толкают - втроём или вчетвером. Жука одного оставлять нельзя, отвлечёшься, а Скреббер - тут как тут, и поминай потом, как звали. Возле себя нужно держать и глаз с него не сводить. Мысли ещё немного путаются, Бомж понимал, что крыша слегка у него могла поехать от такой встряски. Ничего, всё обязательно придёт в норму, просто время ему нужно, совсем немного времени. Главное сейчас - свалить отсюда подальше и не задерживаться. Хлебнул из фляжки у Жука немного живчика, он же у него на спирту сделан, при такой тяжёлой ситуации - самое то, должно помочь. Подхватил Жука под мышки обеими руками и, пятясь задом, потащил к воротам двора. Голова у того безвольно болталась, пришлось ещё и её придерживать, прижимая давно небритой щекой к своему плечу. Выкатил тележку, бросил на дно пару старых ватников, найденных в избе, сверху опустил на них мёртвое тело. Накидал туда же по-быстрому, всё что под рукой оказалось - вилы, топор, ещё какое-то барахло, навалился грудью на перекладину рукоятки и покатил. У колодца притормозил, наполнил фляжку до краев, голова соображала всё лучше, сколько им идти - неизвестно, а без воды нельзя. Надо бы и еды поискать в дорогу, хоть чувство голода и притупилось пока что, только времени терять больше нельзя, тварь вернуться может. А будет у него шанс остановить её во второй раз, хрен ещё знает, не стоит рисковать. Куда двигаться - долго соображать не надо, дорога-то - вон она, продолжение деревенской улицы - двухколейка грунтовая заворачивает налево за забор. Забор этот довольно высокий, метра под три и гул оттуда слышен, похожий на жужжание множества насекомых. Когда мимо проходил, одно из них не преминуло тут же влететь Бомжу в волосы, запуталось и надрывно жужжало, пытаясь выбраться на свободу. Тот его прихлопнул ладонью, вытащил - пчела, похоже, пасека там, медком бы разжиться, однако представив себе возможную перспективу, если рой бросится защищать свое добро, от этой мысли сразу отказался. За пасекой лежал луг с травой по пояс, за ней в отдалении виднелась небольшая группа берёз, растущих кучкой, а дальше - небольшой лесок, мимо которого грунтовка и вилась. Вокруг неё - неухоженные, заросшие сорняками поля. Справа у горизонта, ещё один лес, уже побольше, но до него далеко, да и дорога, обходя ближний лесок, сворачивала налево. Шёл и шёл, не останавливаясь, стараясь быстрее отойти подальше от места появления Скреббера. Сперва подумал выкопать могилу для Жука прямо у опушки леска, но потом решил, что слишком близко будет его могила от оставшейся позади деревни. Деревья слева закончились - впереди большое открытое пространство полей, рассекаемое дорогой на две не равные половины. В паре километров грунтовка начинает резко подниматься, взбираясь на небольшую возвышенность, за которой виднеется верхушка старой церкви с покосившимся крестом наверху. За холмом, вроде как ещё одно поселение, какое - отсюда не видно. Церковь - значит, кладбище поблизости имеется, там и похоронить Жука можно по-человечески, а не у дороги, как бродягу какого. Хотя Жук и есть самый настоящий бродяга, в хорошем смысле слова, да и сам Бомж недалеко от этого ушел.

До подножия холма тележка катилась легко, а вот в гору - уже с трудом. Пришлось развернуть и толкать её сзади, а то, если покатится вниз, не удержишь. Запыхавшись, сумел добраться только до середины, повернул передние колёса вбок, стопоря тележку и не давая ей возможности свободно покатиться, присел рядом передохнуть. Осталось немного, метров сто пятьдесят до конца подъёма, сейчас отдышится и сделает последний рывок. Подумав немного, решил сначала сходить налегке, осмотреться. Добравшись до вершины, прильнул к земле, стараясь не отсвечивать. За высокой травой, росшей по обочинам, его голову трудно было заметить. А заметить есть кому. Дорога упиралась в некое сооружение - частокол из вкопанных в землю брёвен с заостренными к верху концами и прорезанными в них бойницами. Наверху колесо приделано метра два в поперечнике, медленно крутится на ветру, трещит лопастями. Соорудили его не слишком давно, брёвна довольно свежие, не успели ещё потемнеть от воздействия осадков и ветров. Твари такие штуки не возводят, это понятно, осталось выяснить, кто там засел, хорошие люди или так себе. И вот что ещё важное заметил - по самой кромке вершины извиваясь серпантином, тянулась по земле черта, уходящая в поля по обе стороны. Граница кластера, к таким Бомж давно привык, получается, что здесь новый кластер начинается, очень интересная информация. Вернулся к тележке. У Жука кобура так и осталась на поясе, пистолет, скорее всего, промок и стрелять, не способен, но если что, пугнуть им можно, если там конечно знакомы с таким видом оружия. Нацепил пояс на себя, там и нож в ножнах имелся, в руки взял вилы, топор слишком агрессивно выглядит, а ему сейчас требуется выказывать только миролюбивые намерения. Пошёл к частоколу, готовый сигануть в траву при первых же признаках опасности. Заметили его поздновато, охранники явно бдительностью не отличались, всполошились, высунули из бойниц оружие - точно не луки со стрелами, больше напоминают стволы охотничьих двустволок.

Глава 20. ПАТРИАРХАЛЬНЫЙ УГОЛОК

- Стой на месте!

- Ну, стою.

- Кто такой, откуда?

- Прохожий, иду оттуда - сюда.

- Один идёшь? Оружие есть?

- Вилы вот есть и ножик, тележку ещё сзади оставил, в ней товарищ мой лежит, мёртвый, похоронить бы по нормальному.

- Мёртвый, в смысле не живой?

- А что, варианты имеются?

- Я спрашиваю, он случаем не в нечисть собрался перекинуться?

- А, вот вы про что. Нет, нормальный он, просто мёртвый, сегодня помер.

- Так если помер, бросил бы, чего тащишь?

- Похоронить его нужно по-людски. Не хочу, чтобы твари сожрали.

- Ладно, вези его сюда, вас точно только двое? Ну, в смысле ты один?

- Хочешь, пошли вместе, сам посмотришь, да и тележку поможешь затащить наверх, одному тяжело.

- Не, нам выходить не положено, сам прикатишь, туда дотащил, значит, и сюда сможешь.

Вернулся, поднатужился, придавая тележке начальное ускорение, покатил. Выехал на ровное место, тележку снова развернул, дальше слегка под горку, но передохнуть надо, отдышаться, торопиться больше не требуется, чего надрываться.

- Где это я?

Бомж аж подскочил от неожиданности. Жук лежал в прежней позе лицом вверх, глаза только открыл.

- Ты чего, не помер что ли?

- Вроде живой, живчик где, какая-то зараза, похоже, спёрла или я потерять умудрился?

- Да вот он твой живчик, ты ж трупом был, не дышал совсем, как так?

- Ты лучше расскажи, что случилось, а то я ни черта не помню, голова трещит и пустая как барабан.

- Скреббера помнишь?

- Кого! Ты чё, охренел? Какой Скреббер? Если бы мы на такое нарвались, то сейчас бы не разговаривали.

- А мы и не разговаривали, до этого момента. Как тебя «это» прихлопнуло, так больше и не общались. Я с мёртвыми стараюсь поменьше в контакты вступать.

- Ладно, рассказывай, давай, не томи. И кстати, куда это ты меня припёр?

- Там дальше - типа застава, внутри люди, вроде нормальные, за ней посёлок какой-то, что там, пока не знаю. От деревни той, сюда километра с три будет, ты чего последнее помнишь-то?

- Пустыша в огороде завалили, на дорогу выволокли, я за водой побежал, потом вспышка и все, как отрезало.

- В общем, помнишь, что тела тварей исчезали, оказывается, это Скреббер их подчистил, и тебя хотел, да я воспротивился.

- Ты блин, воспротивился? Скребберу? Рожей своей немытой напугал что ли? Давай не трынди.

- Не хочешь слушать, иди в задницу.

- Ладно, не обижайся, просто россказни твои очень на пьяный бред похожи, с трудом поверить можно. Ты не прикладывался сегодня? Скреббера он прогнал! Нет, блин, «воспротивился» он, мать твою!

- Ты холодным трупом был, а сейчас вон опять несёшь всякую хрень, это тебя не удивляет?

- В принципе да, есть немного, случай необычный, согласен полностью, продолжай, я весь во внимании.

- Чё продолжать-то? Скреббер ушел, ты валяешься, остываешь потихоньку.

- А ты пульс не мог проверить, ухо к груди приложить, дыхание проверить?

- Не учи учёного, нормальный труп был, не дышал, и сердце не билось, наверное. Я, честно говоря, сильно не проверял, мне и так всё ясно было в тот момент, да и времени в обрез, вдруг «он» передумает и вернется. Закинул тебя в тележку и ходу.

- А чего не бросил, я ж вроде помер, на хрена было напрягаться?

- Не хотел - эта штука тебя бы схавала, как этих поганых тварей, решил отвезти подальше и закопать поглубже, чтобы не добралась.

- Я что-то со счёта сбился, ты мне сколько раз жизнь уже спас?

- Четыре вроде, но кто ж считает, это типа, спасибо такое?

- Ну да, есть такое дело, просто спасибо, конечно, маловато будет по такому случаю, ладно, сочтёмся. Ну, что, поехали?

- Вылезай! Покатался - хватит, своими ногами дойдешь, здесь недалеко.

Жук хмыкнул, приложился к фляжке с живчиком и спрыгнул на землю. Тележка теперь уже без надобности, но решили не бросать, взялись за ручку с двух сторон и потащили к частоколу.

- Вокруг обходите, там дверь, ты ж вроде говорил, что один будешь, а второй - покойник?

- Ожил.

- Странные вы ребята, как я посмотрю, к старосте вас отвести нужно будет, пусть посмотрит, кого это к нам сегодня занесло. Но это ближе к вечеру, когда сменщики придут. Есть хотите?

- Не откажемся.

- И выпить не помешает, если имеется чего.

Отведав нехитрой деревенской снеди и опрокинув за компанию пару кружек домашнего пива, Бомж завалился на дощатую лавку, накрытую какими-то дерюгами, и заснул почти мгновенно. Жук спать не стал - не хотелось, тихонько болтал с бородатыми караульщиками. Про себя рассказывал и про здешнее житьё-бытьё расспрашивал. Охраняли мужики дорогу по очереди, на так сказать общественных началах. Бывало, забредали с той стороны отдельные твари, нечисть по-здешнему, потому и поставили здесь такой палисад, высматривать и валить пришельцев непрошенных. Последнее время, правда, тихо тута было, службу несли не утомительную, скорее даже скучную. Ели, пили, да спали по очереди, даже удивились сильно, когда увидели новых посетителей. Солнце уже наполовину опустилось за горизонт, когда пришли двое - ночная смена. Тарас, один из освободившихся от службы, с окладистой чёрной бородой, да косая сажень в плечах, повёл путешественников в село, прямиком к дому старосты.

- Ну, понятно, поносило вас по свету немало, ну да ладно, живы остались, и слава Богу. Оставаться думаете или дальше пойдёте? Я считаю, что вам маленько пожить у нас придется, отдохнёте с дороги, отоспитесь маленько, да и поработать немного надобно. Жизнь у нас простая, не бедствуем, но и не жируем, рабочие руки завсегда требуются. Хлеб-то, он даром не достаётся, делиться с путниками не зазорно, дело богоугодное, однако отработать хлеб-соль - дело благородное, давайте, без обид только. Обчество вам поможет, а вы - обчеству, дело крестьянское не хитрое, каждому у нас работа по силам и умению найдется.

- Да мы, дяденька не против поработать-то. На сколько нас в полон, взять думаешь?

- Недельки на две, а если понравится, можно и на больше задержаться. У нас здесь спокойно, сытно, на работах хребет не поломаешь, девки опять же. Кстати, на счёт девок, смотреть - смотрите, но рукам воли не давайте. Порядки у нас строгие - тронешь девку без отцовского благословения - оскопят в той же час, церемоний долгих разводить мужики не будут. Понравится девка, жениться надумаешь - ступай к родителям, сватов засылай и никак иначе, в общем, я вас попередил.

Разговаривал староста с ними спокойно, смотрел внимательно, Жук быстро догадался, что мужичок он не простой и себе на уме. Человека видит насквозь, похоже, дар сенса у него или нечто подобное. Прозондировал он их, проверил, нет ли внутри чего затаённого и опасного, да и задержаться предложил неспроста, чтобы побыли под присмотром какое-то время. Скрывать им нечего, значит, и бояться не стоит, а задержаться ненадолго - оно может и к лучшему. Отдохнуть в безопасности действительно не помешает, осмотреться и прикинуть спокойно, в каком направлении дальше двигаться, и главное - на какие средства. Пешком, да без припасов далеко не утопаешь.

- Уморился?

- Да не особо, жарко просто сегодня.

- Я чего думаю, крестник, жизнь здесь спокойная, тварей даже близко не видно, а живчик, зелье по-ихнему, регулярно потребляют и раздают его, кстати, по норме и бесплатно, за счёт общества. Откуда берут?

- Так спроси.

- Спросил уже. Есть здесь такой хитрый мужик, зовут его Фрол, живет за селом на своём хуторе, вон в той стороне. У него два сына и жена имеется, так вот он - штатный поставщик живчика в село, причём это единственный источник. Вывод какой, напрашивается? Фрол этот - контактёр с, так сказать, «внешним миром», сельские ведь из села никуда не выходят, а он, думаю, регулярно шастает за периферию, торгует с внешним миром. Интересно, сидят на одном месте, а «трясучка» их не берёт, почему? Надо бы с ним скорешиться, у него точно есть информация, что нам необходима, через него можно разжиться нужными сведениями и уйти в правильном направлении.

- А староста отпустит?

- Так он и не держит, мы уже достаточно отработали, претензий нет, я, кстати, у него спрашивал, всё нормально. Только что мы с собой в дорогу взять сможем, по мешку картошки и вилы? К Фролу надо идти, с ним договариваться.

- Завтра выходной. Толпа, я так понял, в церковь, благодатью напитаться, ну а мы сходим к этому твоему Фролу, что скажешь?

- Так и порешаем.

Староста их решение сходить к Фролу, вместо того чтобы потратить время на общение с всевышним, не очень одобрил, но виду не подал. Ребята они работящие и руки растут из правильного места, таких бы оставить в общине, но раз нет стремления к оседлой сельской жизни, неволить не стал. От окраины села до фроловского хутора, стоящего на отшибе, с километр будет, и дорога опять в гору устремилась. Само село в низинке стоит, поближе к реке, а свой дом здешний барыга поставил на пригорке и обнёс частоколом, крепость соорудил, короче, осаду можно держать, если конечно у противника пушки не имеется. Постучали в ворота, минут пять ждали, пока за ней шум не послышался. Открылась задвижка прямо посреди двери, оттуда - пара глаз.

- Чего надобно?

- Фрол нужен, дома хозяин-то?

- А, вы к бате? Сейчас покликаю, стойте здесь пока. Щас позову.

Мужики на селе почти все здоровенные как быки, туповаты немного - этого не отнимешь, размеренный, однообразный деревенский образ жизни накладывает свой отпечаток, но Фрол даже на их общем фоне выделялся. Жук, и сам не слишком мелкий, но и ему пришлось смотреть на подошедшего хозяина снизу вверх.

- Зачем пришли?

- Разговор есть.

- О чём?

- Может, внутрь пустишь или так на пороге и будем разговаривать?

- А это смотря о чём говорить будем, если глупости какие, так ступайте, откуда пришли, некогда мне.

Жук, успевший зыркунуть одним глазом внутрь двора, и заметить, характерные отметены на бортах стоящего там «броневика» сварганенного явно из российского УАЗика, посмотрел на Фрола с хитрым прищуром.

- Помощники не требуются, за «зельем» мотаться? Работа-то, поди, опасная?

- Да вроде и без вас справлялись.

- Я вижу, как справляетесь, знатно вам бочину на машине разворотили, топтун, или кто пострашнее?

Фрол глянул уже с неподдельным интересом.

- Вы ребята кто такие? Простые деревенские и слов-то таких не знают, пришлые что ли?

- Сами мы не местные, и кое-чего в жизни повидали, лотерейщика от топтуна отличить сумеем.

- Стрелять умеете, машину водить?

- Справимся.

- Заходите.

- Люди мне нужны, только не эти деревенские дурачки, которые только лошадь «водить» умеют и из берданок стрелять по воробьям, а если простого бегуна увидят, то драпать будут, только пятки засверкают. Из стаба тоже приличного человека не заманишь в нашу глухотень, так что вы по адресу, если про себя не брешете.

- Собаки брешут, а мы люди правильные и за слова отвечать привыкли.

- Ну, тогда пошли, глянем на ваши умения.

Стрельбище у Фрола было организовано за домом, в ближайшей роще, самопальные мишени из досок, установленные на трёх разных расстояниях и стол для перезарядки оружия. Поехали на покоцанном УАЗике, за руль усадили Бомжа, явно для проверки его водительских способностей. Отстрелялись более-менее, Жук даже неплохо, в ближайшую попал почти в центр, второй претендент тоже не промахнулся, в смысле пули мимо мишени не пролетели.

- Стреляете вы парни, прямо скажем, не блестяще, машину водите примерно так же, что-то я сомневаться начинаю по поводу вашей для меня полезности. Может еще, какими талантами обладаете, да скрываете от дяди Фрола?

- Дар имею - опасность чувствовать, и на приличном расстоянии.

- Вот это уже интереснее, поподробнее изложи.

Внимательно выслушав Жука, Фрол повернулся к Бомжу и спросил:

- Хорошо, это мне подходит, а ты любезный чего предложишь?

- Дар у меня есть, даже несколько, только я их контролировать не умею, они, как бы это сказать, спонтанные что ли, проявляются в нужный момент и всякий раз в каком-то другом виде. Лучше объяснить не смогу. Жука вон не раз от смерти спасал благодаря именно им.

- Ну, пример приведи, из реальной жизни, как спасал, что за проявление, давай не стесняйся.

- Он Скреббера от меня отогнал, когда я отрубился.

- Кого? Сам придумал? Это селяне не знают про такие вещи, а я в курсе, что это такое. Может он ещё танк силой мысли останавливает или летать умеет, это проще чем с этой тварью тягаться.

- Светящаяся разными переливающимися цветами непонятная хрень, двигается над землей, её не касаясь, свободно проходит через любые препятствия, их даже не замечая. Вокруг «тела» крутятся или вращаются светящиеся щупальца или что-то на них похожее, ни черта не разберешь, глаза не справляются с мельтешением. Мертвые тела поглощает без остатка, живых вроде не трогает, по крайней мере, меня не тронул, хотя Жука вон вырубил вчистую. Я был уверен, что он помер, похоронил бы, если бы тот вовремя не очнулся.

- Где это случилось?

- Деревня возле реки, там за селом километра три до неё.

- Это деревня за поганым лесом, что ли?

- Вроде да, на счёт поганого не в курсе, но по описанию похоже.

- Понятно. Сельские эту тварь называют «Чудо-Юдо», сказители былинные, мать их. Сами ни разу его не видели, только по рассказам очевидцев немного в курсе, а очевидцев этих - единицы. Как правило, после встречи с этим «Чудой-Юдой» живых свидетелей не остаётся, если сильно не повезёт, к примеру, как вам. Но чтоб прогнать - это вы заливаете.

- Можешь верить, можешь не верить, я рассказал, как было.

- Ну, ты-то откуда знаешь, ведь говоришь, вырубило тебя, трупом лежал, товарищ твой закопать хотел?

- Я рассказал, всё как было, вернее всё как помню, там такое происходило, что полной уверенности быть не может ни в чём. Только я тогда стоял перед ней совсем близко, как перед тобой сейчас и живым остался, как видишь, так что тебе решать, верить нам или нет.

- Да и хрен с ним, люди мне нужны, а лучше вас всё равно поблизости никого не наблюдается, так что считайте, что приняты. С вами количество ходок можно сократить вдвое, значит, и риск уменьшится на ту же величину. Это здесь у нас тишь да благодать, а стоит перебраться за реку, так только держись. И товара за одну ходку сможем взять вдвойне, со всех сторон, куда ни глянь, только позитив.

- Кстати, очень интересно, по какой такой причине у вас здесь такая тишь? В других местах от разных тварей спасения нет, а здесь пусто, кроме Скреббера в деревне, да и тот, почему-то в гости совсем не заходит.

- Ты бы язык попридержал, упоминать эту тварь всуе - хреново кончиться может, примета такая, и примета верная, народ зря болтать не будет. А для «тиши и благодати» условия здесь особенные имеются - географические. Вы сюда как добрались, через реку переправились? И зачем?

- Твари за нами гнались, прицепились у какого-то там городка. Уйти не получалось, хоть и на машине были. Пришлось в речку нырять, тем и спаслись.

- Вот видишь, спаслись, а почему? Потому что за реку ушли, монстры же плавать не умеют. Так с этой стороны второй её приток имеется, и такой же широкий, а между ними - наша земля. Мы как бы на острове живем, со всех сторон вода и добраться сюда можно, только если пересечь реку. Если бы не поганый лес, вообще бы всё было замечательно.

- А что там на самом деле происходит, в этой деревне, странная она какая то?

- А кто его знает. Только слухи и россказни счастливчиков вроде вас. Перезагрузка там регулярно происходит, раза два в год, иногда чаще. После этого обычно и появляются разные чудики, разные твари недоделанные, в основном пустыши и прыгуны, очень редко - бегуны, я уже и не упомню, когда последний объявлялся. Иногда нормальные люди выходят, но эти появляются ещё реже, чем бегуны. Из наших туда никто не ходит, боятся, да и делать там нечего, заставы только поставили и сидят, караулят.

- И чё - заставы, какой от них толк? Там места свободного между ними до хрена, целая толпа пройдет, никто и не заметит.

- А вертушка там на что, думаешь? Твари ведь на шум всегда реагируют, да и нормальный народ заинтересуется, вот все прямо к заставе и выходят, а не прутся, где попало.

- С заражённым понятно, река для них - преграда почти не преодолимая, а прочий люд, стронги, те же внешники, людишки разные, охочие до чужого добра?

- Стронги поближе к внешникам держатся, а до их баз отсюда ой как далеко, не бывает их здесь. А что до контингента с криминальными наклонностями - нормальная дорога тут одна, а по краям топкие места, так запросто сюда не пробраться, надо очень сильно захотеть это сделать, а смысл? Разжиться мешком картошки, девку из деревни увести? Не смешите, в стабе этого добра навалом и взять можно не замочив ноги в плавнях. И по дороге не так-то просто проехать, пробовали несколько раз некоторые, земля им стекловатой. Даже закапывать не стали, сгребли, что осталось - и в речку, ракам на корм, мины они знаешь, никого не щадят.

- Дорогу заминировали, а если кто с добрыми намерениями решит прийти?

- Кто? Селянам в той стороне делать нечего, тем более, что староста предупредил, чтобы там не шастали без дозволения. А с другой стороны реки… Сюда ещё добраться требуется и живым при этом остаться, места там опасные, и, не зная тамошних особенностей, шансы на выживание будут минимальные. Понятно дело, если Горыныч на меня сильно обидится и пришлёт своих на броне, то в этом случае шансы не дожить до старости в свою очередь у меня станут минимальными. Но это вряд ли. Я в его дела свой нос не сую, договорённости наши стараюсь чтить, потому не вижу особых причин для беспокойства.

- А Горыныч, это кто, Змей о трёх головах?

- Ты ему такое при встрече ещё скажи, так у тебя на одну голову точно станет меньше. Горыныч -главный в стабе и в его окрестностях, считай, что поместный князь со всеми вытекающими.

- Ну, раз вы такие интересные тут нарисовались, появляется у меня теперь возможность немного расширить бизнес. Обычно мы с парнями на двух машинах ходим, грузовик с товаром и вон то страшилище с пулемётом, для прикрытия. Трепанули его в последний раз прилично, топтун со своей сворой попался на обратной дороге. Грузовик ушёл без повреждений, а нам с Колькой досталось немного, ничего, подмандить чутка, будет как новый. С этого и начнёте, в рейс ещё не скоро, недели через две двинем, не раньше. Теперь два грузовика можно взять и товара в два раза больше. Соответственно и доход настолько же увеличится. Там и броневик ещё один прибомбить можно, а с Горынычем я договорюсь, думаю, даст в лизинг, у него старья много всякого без дела стоит.

Через несколько дней к дому Фрола селяне начали свозить мешки с различной сельхозпродукцией, единственным имевшимся у них товаром для обмена и это продолжалось в течение всей следующей недели. Всю лесистую часть территории, за небольшим исключением, занимал запретный для посещения «поганый кластер» так что в лес туда по грибы и ягоды не совались. Фрол впрочем, считал это предрассудками и уверен был, что никакой особой опасности там не существует, хотя на предложение сходить и проверить, каждый раз отнекивался, ссылаясь на занятость.

Главным желанным предметом для обмена являлись, естественно спораны, добыть которые на здешней территории не представлялось возможным. «Живчик» - результат слияния полученных споранов и картофельного самогона, изготовляли на месте, что было гораздо дешевле, чем везти спирт из стаба. В обменный список входили, кроме этого ещё всякие разные необходимые в хозяйстве инструменты, стальная посуда и прочие промышленные товары, которые при натуральном хозяйстве изготовить самостоятельно местным было не под силу.

30-ти тонный самосвал, приспособленный для местных условий с помощью арматуры и колючей проволоки, использовали как грузовик. Селяне загружали свои мешки в кузов прямо «с колес», подгоняя телеги непосредственно к высокому борту.

- Ассортимент небогатый, прямо скажем, зато всё свежее, экологически чистое и главное без ГМО, хотя я как-то раз предлагал замутить с модифицированными семенами, ребята Горыныча притащили несколько мешков таких семян из города, и отдавали недорого. Да Степан Силыч, это староста который, погнал меня с ними, «бесовские происки», говорит. Мракобесие это, на пути прогресса, а не происки, тёмные они, конечно люди, зато спокойные и работящие. Пробовали даже арбузы выращивать, тепло ведь здесь, и зимы суровой не бывает, но не растут. Может почва не подходит, а может просто ума не хватает - экзотику растить. Семян в городе всяких полно, какие закажешь, такие и притащат, правда, толку с них пока что никакого, потому имеем набор традиционный - картошка, капуста, лук да яблоки. Зелень хорошо идет, груши, сливы, ягоды разные, если урожай выпадет неплохой.

Слушать нескончаемую болтовню Фрола быстро надоедает: говорит много, а полезной информации там - крохи, хотя, под его болтовню мешки кидать не так нудно. УАЗик бронированный ещё в первую неделю подрихтовали, заменили поврежденный лист, проверили подвеску и двигатель, вроде норма. На кабину самосвала приварили крепление для пулемёта, теперь есть, кому за него встать и грузовик сможет, в случае чего, огрызнуться самостоятельно. Патронов вот только маловато для серьёзного боя, по две ленты на каждый пулемёт и столько же рожков к каждому автомату. Дефицит патронов - картина в Улье привычная, все давно уже научились экономить и попусту не палить. Жука интересовал один вопрос - как тяжеленный, почти пятьдесят тонн с полной нагрузкой самосвал, будет реку пересекать, моста там вроде нет, если и был, то взорвали давно, чтобы непрошенные посетители не надоедали. Фрол успокоил, сказав, что всё нормально будет, не в первый же раз едут, в подробности, правда, не вдавался. Бомжа посадили за руль, предварительно оценив, как он сможет рулить многотонником, старший сын Фрола полез наверх к пулемёту. За домом присмотреть оставили вместо себя двух проверенных мужиков, да ещё женщину, чтобы готовить и прибирать - жена у хозяина с пузом ходит, ей не до этого. До реки ехали два часа, грунтовка - не разгонишься, и дорога - яма на яме, в некоторых местах самые глубокие были присыпаны щебенкой. Хорошо хоть так, а то и вовсе застрять могли. Показалась река и к удивлению Жука, дорога выходила прямо к перекинутому через неё мосту. Когда поближе подъехали, стало видно, что средняя секция у него отсутствует, хотя и не в результате взрыва. Срезана аккуратно, и проехать там невозможно, если только твоя машина лететь не умеет.

- Так, ребятки, лезьте в УАЗик, вы уж не обессудьте, но глаза вам завяжу, имеется у нас здесь один небольшой секрет и посторонним о нём знать не следует. Вы ж для нас пока что посторонние, захотите свалить - свалите, тогда и разболтать сможете, кому не следует. Так что давайте, лезьте внутрь. Не туго повязочка? Ну и хорошо, Колька за вами приглядит, чтобы всё в порядке было, и чтобы повязка не сползла ненароком.

Возились снаружи долго, полчаса - не меньше. Что-то там громыхало, позвякивало, крики оттуда иногда доносились, но не злобные: в рабочем порядке команды друг другу подавали. Открылась дверь, влез кто-то, машина завелась и покатилась потихоньку вперёд. Послышался рык самосвала тронувшегося следом, судя по звукам, въехали на мост. Бомжа это обстоятельство волновало гораздо меньше, чем товарища его, он плавать-то умел. Прогромыхали по железу, немного проехали по нормальной дороге и остановились. ещё полчаса возни и УАЗик продолжил движение. Минут через пятнадцать Колька - младший сын, повязки у них с глаз аккуратно снял.

- Ну, вот и все, а вы боялись, теперь можно вылезти и подышать.

Отсюда мост был почти уже не виден, но что проехали прямо по нему и так понятно, дорога-то одна, машины стоят друг за другом на дороге и никаких следов, что сворачивали куда-то, вокруг не заметно.

- Слышь, Копперфильд, у тебя машины по воздуху, что ли летают?

- Считай что это у меня дар такой.

- Правда что ли?

- Нет, но если спрашивать будут, это отмазка неплохая, можете так и сказать - дар у Фрола имеется, тяжести поднимать силой мысли. Пятьдесят тонн и никакой грыжи, прикинь! Ладно, пошутили и хватит, тем более, что шутки кончились, как и спокойная да безопасная часть пути. Теперь уши держите на макушке и глаза пошире - места начинаются опасные. Что ты там говорил насчёт твоей чуйки? Надеюсь, не сочинял для пущей важности? Давай в УАЗик, со мной впереди поедешь, предупредишь нас, если не врёшь, насчёт своего дара. Так, теперь ты, главная задача для тебя - доехать до стаба, хоть на одном колесе. Дорога тут одна - не сворачивай и не заблудишься. Чтобы не происходило, гони вперёд, не останавливаясь, на меня не смотри. Я и свернуть с дороги могу, и в другую сторону рвануть, моя задача отвлекать тварей на себя и уводить от грузовика, прикрывать тебя огнём и манёвром. Не боись, мы и втроём справлялись при одном пулемёте, а впятером и подавно прорвёмся, если вы не подведёте.

Бомж вернулся за баранку тихонько урчащего на холостых самосвала. Ванька запрыгнул в кузов, по мешкам с картошкой пробрался к пулемёту, заправил ленту и покрутил стволом туда-сюда, приноравливаясь. Колька тоже встал за пулемёт, установленный на крыше УАЗика, проводя аналогичные мероприятия. По их настрою и серьёзным лицам Бомж понял, что Фрол насчёт ближайших перспектив действительно не шутил. Свой автомат он положил рядом на сиденье и теперь пододвинул поближе, снял с предохранителя и перевел на автоматический огонь.

Первая встреча с заражёнными произошла уже через пять километров. От показавшейся слева деревеньки, стоявшей недалеко от дороги, к ним наперерез помчалась стая заражённых. Наверняка услышали шум моторов заранее и потому выскочили очень вовремя. УАЗик прибавил скорости. Заревел на повышенных и самосвал. Ванька развернул ствол им навстречу, но огонь не открывал, подпуская ближе. Толпа тварей быстро начала растягиваться, состав там наличествовал достаточно разношерстный и те, что послабже, не выдерживали взятого темпа и начали постепенно отставать. За главного в стае - бегун матерый, готовящийся вскоре стать лотерейщиком. Этот тормозить не собирался - он же первый парень на деревне, ему фасон держать нужно, а то «пацаны» не поймут. Похоже, Фрол это нападение за что-то серьёзное не считал, пулемёт на броневике даже не качнулся в сторону тварей, машины только скорости прибавили, стремясь избежать нападения. Бегун и трое его приближенных эту точку зрения не разделили и тоже прибавили. Сверху коротко рявкнул пулемёт, потом еще. Бегун и один из сопровождавших его лиц споткнулись и, пропахав кусок пашни, ткнулись рылами в землю. Двое других по инерции пробежали ещё немного, потом притормозили и остановились. Злобно посмотрели вслед уходящей добыче и побрели назад, возвращаясь к своим поверженным собратьям. Те, впрочем, пострадали не сильно, тут же стали подыматься, недовольно ворча.

- Вот же суки тупорылые, и вот так - каждый раз. Бегут к нам, как придурки. На что надеются? Патронов на них извели за этот год уже под сотню, наверное, а до них никак не доходит, что все ихние потуги - голимый бесполезняк. Сидели бы ровно на своей мохнатой заднице, жрали, что Стикс пошлет, да не бегали бы попусту, спортсмены бл… Дебилы ограниченные, одним словом, мозгов никаких, а нам патроны приходится попусту жечь. Ладно, хоть Ванька потренировался и то дело, он у меня почти снайпер, видал, как двоих стреножил, две очереди - две цели. А ты чего молчал? Экстрасенс хренов, опасность он чует, трепло!

- А что, было опасно?

- Да нет, в принципе.… А, я понял, ты у нас по мелочам не разбрасываешься? Вот если рубер заявится, тогда ты сразу завопишь благим матом. Ладно, посмотрим, что дальше будет.

Дальше ехали к удивлению Фрола, спокойно, без нервов, такое здесь им нечасто выпадало. Иногда в отдалении виднелись подозрительные фигуры, даже пытались преследовать, но быстро отказывались от этой мысли, не давая Жуку возможности наконец-то проявить свой талант.

- На этом участке редко так бывает. Частенько приходится пострелять, тут хуторов и станиц небольших - прорва. Дальше - территория малозаселённая, тварям нет никакого смысла там ошиваться, жратвы нет совсем, вот ближе к стабу - там можно нарваться.

Километров через пятьдесят в голове у Жука зажёгся тревожный огонёк, пока ещё еле заметный. Торопиться докладывать о нём Фролу не стал, чтобы лишний раз не разочаровывать, если вдруг ошибся. Огонёк потихоньку разгорался, стало понятно, что не обманка, Жук головой покрутил, нащупывая направление.

- Засада - впереди по курсу, расстояние до неё пока что большое, на грани моего восприятия.

- Что за засада, далеко, точно можешь сказать?

- Я тебе что - гидрометцентр? Примерно - километра два, может три, когда ближе подъедем, смогу уточнить.

- Твари?

- Я, Фрол, просто опасность чую, а от кого она исходит, понятия не имею, так что извини.

- Колька! Смотри внимательней, чего-то там нас впереди неприятное ожидает, по прогнозам синоптиков. Всё как обычно – то ли будет дождь, то ли нет, ты у меня смотри, не расслабляйся.

Огонек превратился в небольшой пожар, Жук не выдержал.

- Тормози!

УАЗик тут же пошёл юзом, резко клюнув мордой вниз, сзади запылил заблокированными колёсами самосвал, Бомж свернул с дороги на обочину, успев не протаранить броневик в зад.

- Что!!!

- Тихо не галди, дай сосредоточиться. Слева приближается, опасность большая, назад валить надо.

- Батя, орда!

- Сука! Назад давай, ходу, ходу!

Разворачиваться времени не оставалось, обе машины врубили задние передачи и быстро покатились назад, уходя с пути мчащейся слева, им наперерез, громадной лавины заражённых. До момента прохода орды успели откатиться на достаточно безопасное расстояние. Твари к счастью, не обратили на них внимания, в своём безумном стремлении и в едином порыве, бежать к своей, известной только им, цели.

- Пронесло. Да, Жучара, теперь я в твою чуйку верю, считай, что спас наши задницы. Если бы не остановились и вовремя не свалили, как раз попали бы под орду. Смели бы нас к ядрёной фене, никаких шансов бы не было. Надо глотнуть, нервы успокоить, вон - даже руки трясутся.

- Куда их понесло, как думаешь?

- А кто их разберёт, может, Элитник гонит сзади, может просто башни посносило. Никто не видал там ничего такого?

- Они пылищу такую подняли, хрен чего в ней разберешь, может и был Элитник, вот этого как раз и не хотелось бы. Да только откуда в наших местах Элитник, скажешь тоже, неоткуда ему здесь взяться в нашей-то тьму-таракани. Правда и орды раньше никогда не было, может перезагрузка грядет? Вот это дело - пострашнее Элитника будет, и если это правда, то стабу точно трандец, да и нам не поздоровится. Поехали, в стабе провентилируем. Там, у Горыныча люди имеются, на этот счёт знающие, предупредят, если что.

Глава 21. МАЖОР

Жук много разных стабов повидал, но такого… Стена восьмиметровой высоты из настоящего бетона, не кое-как сваленные друг на друга блоки и плиты, как это обычно бывает в других местах, а аккуратно залитые и армированные укрепления. С бойницами в стене, сделанными на равных расстояниях, чувствуется, что явно не гастарбайтеры из Средней Азии трудились. Сделано добротно и по предварительно подготовленному строительному плану. Остановились перед воротами для проверки. Фрола здесь хорошо знали и осматривали чисто формально, больше для порядка. Бомж подошел к УАЗику, склонился к открытому окну, с интересом разглядывая фортификационные сооружения.

- Здесь раньше «Волчье логово» что ли стояло?

- Ты о чём?

- Был у нас один деятель, строил подобные убежища для себя, одно как раз, так и называлось - «Волчье логово».

- Тут неподалеку промышленная зона большая имеется, там и ЖБИ есть, и цементный завод, да всякого прочего немало. И грузится частенько тот кластер, так что у Горыныча со строительными материалами проблем нет. Только хватай бетономешалки и гони сюда, пока раствор не застыл. Там и рабочие иногда иммунными становятся, так что в нужных специалистах недостатка нет. Вот и понастроили - тварям не подступиться. Элиты тута нет, а прочим тварям такая стена не по зубам, так что все спят внутри спокойно. Мин и ловушек ещё разных понатыкано перед стеной много, сами в одиночку туда не суйтесь, пропадете.

Всё прошло как обычно, по накатанной - самосвал выгрузили на склад, оплату тут же выдали частично товарами, которые Фрол заказывал, пришлось их, не отдышавшись, тут же в кузов закидывать. Уморились все, как черти. Хозяин разрешил два дня оттянуться перед обратной дорогой и выдал каждому часть его зарплаты. Новых работников в гостиницу определил, сам с сыновьями заселился в отдельный номер, чтобы друг другу не в тягость были и не мешали веселиться по-своему. Жук с Бомжем по очереди приняли душ и в койки - поспать перед ужином хоть пару часиков, а то даже бухать, сил нет никаких.

Народу за столиками в баре было немного, гостиница находилась далеко не в центральной части стаба, так что не удивительно. Стандартный набор - водка, закуска, заказали ещё горячего, давно супчика не хлебали. После того как первая бутылка опустела, Жук на не совсем твердых ногах подвалил к бармену.

- Здорово, меня Жук зовут.

- Отец Мефодий.

- Чего? Ты серьёзно?

- С крёстным «повезло», с юмором был человек, но при этом - глубоко религиозный. Хочешь чего?

- Работу ищем.

- Так вы же вроде с Фролом приехали, или чего не устраивает?

- Это временная работа, по необходимости. К Фролу у нас вопросов нет, мужик он нормальный и работа приличная, только нам в ваших местах долго засиживаться не с руки, в родные пенаты требуется двигать, заждались нас там. А для этого спораны нужны и немало, а у Фрола столько не заработать за такое короткое время, понимаешь, о чём я?

- Вам по какому профилю?

- По-обычному. Тварей отстреливать раньше уже приходилось, да и способности кое-какие имеются.

- Это вам Горынычу нужно понравиться. В центр сходите, здесь вряд ли у кого что-то требуемое подвернётся. Заведение нужное называется «У Ивана», расскажете свои пожелания тамошнему бармену, может, что и подскажет.

- Спасибо родной.

Жук оставил на прилавке пару дополнительных споранов помимо оплаты и махнул Бомжу - пошли.

Ближе к центру обстановка была совершенно иная, в питейном заведении с искомым названием еле протолкались к барной стойке. Там двое подающих вертелись как белки в мясорубке, еле успевая обслуживать всех желающих, им явно не до разговоров, пришлось ждать. Через полчаса наладили контакт с одним из засевших неподалеку завсегдатаев, который уже достиг «нормального» состояния и потому был добродушен и словоохотлив.

- Поработать желаем? Хорошая работа, я вам скажу, нынче большая редкость, и к Горынычу не пробиться, у него полный комплект, это я точно знаю, сам пробовал, не взяли.

- Может, потому что бухаешь?

- Я потому и бухаю, что нет достойной меня работы, а как найду - тут же брошу.

- А с кем поговорить, не подскажешь, кто Горынычу людей подбирает?

- Горыныч - такой человек, что своих людей сам набирает, исключительно самостоятельно. А поговорить можно, со мной, например.

- А кроме тебя, есть здесь ещё разговорчивые?

- Да полно. Вон видишь - ребята за столиком в углу сидят? Сходи, поговори, если ничего не боишься.

Жук покрутил башкой, активизировал свой дар и двинулся сквозь толпу в указанном направлении. Бомж поплёлся следом, полный нехороших предчувствий. Впрочем, здешнее заведение совсем не было похоже на набивший оскомину ковбойский салун. В ответ на вежливое обращение, отреагировали адекватно, выслушали и один из сидевших кивнул.

- Пошли, покурим на свежем воздухе, заодно и проветримся.

Вышли. Мужик назвался Игорем, что было удивительно, учитывая традиции, но, как тот объяснил, заметив удивление на лицах, что Игорь - это только половина, первую часть - князь, он для краткости обычно опускал. Заметив появившегося Игоря, курившие рядом двое парней быстро ретировались, явно, чтобы не мешать разговору серьёзного человека, как отметил Жук.

- Издалека пожаловали?

- Издалека, только не по своей воле мы оказались так далеко от родных мест, пытаемся вот назад вернуться. Пока у Фрола трудимся, за долю малую.

- Дар полезный имеете, какой-нибудь?

- Присутствует. Я, к примеру, опасность чую, а напарник имеет склонность спасать от беды, когда припрёт. Если что, у Фрола можно справиться, он уже видел, на что я способен.

- Спрошу, если потребуется, только обрадовать вас пока что нечем, людей сейчас вполне хватает, лишние не нужны, даже с даром, но на заметку возьму. Появится вакансия - сообщу, вы в той же ночлежке что и Фрол обитаете? Найду, если потребуетесь.

Пришлось уходить, несолоно хлебавши. Жук провентилировал вопрос, с кем это они разговаривали, у прежнего знакомца у стойки, тот подтвердил, что Игорь - человек в здешних местах довольно важный, из ближайшего окружения Горыныча и верить ему можно. Оставалось напиться и забыться, чем и занимались остаток вечера. Продрыхли до обеда. Никто их сегодня не тревожил, так что смело позволили себе расслабиться, тем более, что голова с похмелюги трещала. Очень хотелось залить в организм пива холодного, но идти было страшно лень.

В дверь негромко постучали, кого это там черти в такую рань принесли? Вошел молодой парень, держа в руках картонную упаковку с «хейнекеном», молча раздал страждущим и себя тоже не забыл.

- Блииин, хорошо то как, и главное - почти во время, тебя как зовут-то, спаситель?

- Сынок.

- Чей сынок?

- Зовут - Сынок, а чей пока не важно. Ну что, поправили здоровье, готовы к серьёзному разговору?

- А ты в курсе, что «сынок» не слишком лицеприятное выражение в определенных кругах?

- В курсе. Но я привык. Тем более, в наших местах оно не считается нелицеприятным, особенно по отношению ко мне.

- Смотрю, ты парень не промах, прям, сама суровость воплоти, что ж, давай поговорим. О чём?

- Мне сказали, вы ищете работу, что бы сделать её быстро, а получить много, это так?

- Кто сказал?

- Игорь, который князь.

- Всё правильно сказал, и что?

- Есть у меня работа, точно такая, как вы хотите.

- Что-то всё слишком хорошо складывается, я в таких случаях всегда жду подвоха, поподробнее можно изложить?

- Если вкратце - мне нужны люди, чтобы завалить и распотрошить Элитника.

- Понятно. Слушай, мы пожалуй поищем менее быстрый способ склеить ласты и, кстати, ты себя хорошо чувствуешь? Может травмы головы были недавно?

- Сарказм понятен, а с головой у меня всё в порядке и говорю я на полном серьёзе. Работа не простая, я это понимаю, но моё дело предложить - а ваше согласиться. Если - нет, тогда я пошёл.

- Ну, если ты на полном серьёзе, то мы готовы выслушать, тем более у нас выходной, дел никаких, да и пиво ты притащил, так что мы все во внимании, излагай.

- У меня скоро день рождения.

- Начало ободряющее, погоди, передай ещё по бутылочке, спасибо.

- Отец согласился сделать мне на совершеннолетие подарок, какой я захочу, в пределах разумного, естественно, восемнадцать лет раз в жизни бывает, так что он не откажет.

- И ты попросил устроить тебе сафари на Элитника? Ты ж сам сказал - «в пределах разумного», а это точно за пределы выходит, причём, далеко выходит.

- Не делайте поспешных выводов, господа, я всё продумал и это не так уж безумно, как может показаться.

- Давай говорить серьёзно, раз тебе так хочется, только давай всё по порядку. Если ты приведешь достаточно разумные доводы, что нам удастся выжить в процессе твоей авантюры, мы можем и согласиться. Кто у нас папа? Хотя я, кажется, догадываюсь, Горыныч?

- Ты сынок Горыныча? У нас нарисовался мажорик!

- А вы, похоже, не знали, ну да, вы же не местные. А кто такой мажорик, это не оскорбление случаем?

- Не, это у нас детей важных шишек так зовут, типа сленг такой. Второй вопрос, из какого оружия ты его мочить собираешься? Это же Элитник, его даже из пушки хрен сразу прошибёшь, да и попасть не так просто, резкий он, как понос.

- Есть у меня подходящее оружие, какое, потом покажу, если договоримся. Элитника из него завалить - не вопрос, уже проверено.

- У вас здесь, похоже, Элитники табунами бегают, раз оружие свое секретное на них проверяете?

- Это ты перегнул слегка. Элитник вообще первый раз в наших краях объявился и откуда он взялся, никто понятия не имеет. Только почему-то, как раз к моему восемнадцатилетию. А это - знак, и упускать такую возможность я не намерен.

- Мы-то тебе за какой надобностью? У папаши твоего, нам рассказали, своих людей навалом, бери любых и вперёд.

- Он сказал - можно взять только тех, кто пойдет добровольно и не более десяти.

- Понятно, дураков немного найдется на верную смерть-то идти.

- Понятно, что очень опасно, но ведь и оплата будет соответственная.

- Кстати, насчёт оплаты, сколько на рыло предполагается?

- Весь жемчуг, что добудем, я забираю себе.

- До свиданья, молодой человек.

- Да подожди ты, опять не дослушал. Я забираю только жемчуг. Одну беру себе в качестве личного трофея, остальные пересчитываем по курсу в спораны и горох, и делим результат на всех поровну. Всё прочее, что найдём, тоже делим на всех. Вот такой расклад устраивает?

- Учитывая, что вернутся далеко не все, оплата щедрая, даже очень, тут главное - оказаться в числе тех, кто выживет. Давай-ка Сынок, излагай нам свой план во всех подробностях, покумекать надо будет над ним хорошенько, одна голова хорошо, а две лучше.

- Ты хотел сказать три?

- Это ты про Бомжа? Да от него в планировании серьёзной операции толка совершенно никакого, хотя непосредственно в ходе работы - польза будет несомненная. Так что он с нами идет, это без разговоров.

- Элитник появился здесь совсем недавно и сразу же разогнал местную шпану по окраинам кластера.

- Да видели мы, как он их гнал, сами чуть под раздачу не угодили. А он сюда в стаб случайно не завалится, как думаешь?

- Уже был, вы что, ночью тарарам не слышали?

- Бухие были, спали как мертвые.

- Подошел к стене, подорвался на минах, охрана его ещё из РПГ угостила на славу, не говоря уж про крупнокалиберные пулемёты. В общем, он, похоже, передумал хулиганить и ушел восвояси слава Стиксу, а был бы понастырнее, мог бы и внутрь прорваться. Ребята рассказывали, что в нем росту - метров восемь, как высота у нашей стены, перебраться через неё - для него не проблема. При таком уровне развития, у него в мешке хренова туча всякого добра должна быть.

- И тут тебе в голову пришла гениальная идея - захапать это добро для личных нужд?

- Чё, плохая идея?

- Идея хорошая, только реализуется трудно.

- В городе на днях будет перезагрузка, там это регулярно происходит, плюс-минус день.

- Это где промышленная зона?

- Нет, в городе-спутнике этой зоны, где все, кто там работает, живут. Местных развитых гопников Элитник разогнал, они первое время будут держаться подальше от города, а вновь прибывшие переродятся не скоро. Время подготовиться у нас будет. В городе есть мясокомбинат, при нем имеется большой склад-холодильник с огромными запасами мяса. Это, как вы понимаете, очень лакомый кусок для заражённых, там мы его и подстережём.

- Он, я так понимаю, здесь новенький и про склад с мясом, скорее всего не знает, пока вынюхает, пока притопает, там уже ничего не останется.

- Ничего, дождется его мясцо, а мы этому поспособствуем.

- ?

- Заварим вход стальной решеткой. Склад под землей расположен, вход один, запах мяса сквозь прутья просочится без проблем, а забраться внутрь, решетка им не даст. Элитник-то её выломает в два счёта, а вот другим - такой подвиг не под силу. Ждать его будем внутри, снаружи там такая толпа соберётся, порвут нас тут же в клочья. Элитник придёт - все другие тут же разбегутся, мы его валим, забираем своё и ходу, пока остальные твари не опомнились.

- Чем валим?

- А вы что, уже согласны ко мне присоединиться?

- Если убедишь, что способен угрохать Элитника - считай, что согласны.

- Без обид, но мне только ты Жук нужен, второй - без надобности.

- Мы или вдвоём идем, или не идём вообще, это не обсуждается. Чтобы подсластить пилюлю сообщаю, что согласны на одну долю от добычи на двоих. Так устроит?

- Пусть вторую машину ведёт, тогда у меня лишний стрелок освободится. Ладно, я согласен.

- Теперь хотелось бы оценить твое «чудо-оружие».

Бронеавтомобиль, стоящий в закрытом боксе, внешним видом отдаленно напоминал безвременно утонувшего «зверя». Из вращающейся башни торчало непонятное устройство, похожее то ли на телескоп в полуразвёрнутом состоянии, то ли на ствол старинной мортиры.

- Это что за «гиперболоид инженера Гарина»?

- С подбитого дрона внешников сняли, вместе с пилотом, кстати. Он пока отходить в страну счастливой охоты не начал, успел кое-что рассказать про этот излучатель. Элиту он валит запросто, они в районе «пекла» действовали, там без таких штук не обойтись.

- И кто же его с таким-то оружием приземлил?

- Без понятия. Бате его недавно какие-то мутные парни подогнали, он у него на складе долго лежал. Когда я подкатил к нему со своей просьбой, он его и вытащил на свет божий. Понятно, что на Элитника с пулемётом идти бесполезно, а вот эта хреновина точно должна помочь.

- Стрелять из него пробовали?

- В этом как раз и загвоздка, батарея у него почти пустая, по словам скоропостижно ушедшего от нас пилота, там энергии только на один выстрел.

- Зарядить не пробовали?

- Это ж не батарейка для часов, её через розетку не зарядишь. Я так понял - подобные батареи вообще не предназначены для зарядки, их просто на новые меняют, они одноразовые.

- Так, пушка подходящая есть, но только с возможностью единственного выстрела, не нравится мне такая перспектива. Идти с непроверенным стволом на такую серьёзную тварь - попахивает авантюрой со смертельным исходом. Ты чего думаешь?

- Согласен, вдруг, она вообще выстрелить, не способна, а как проверить? Элитник же подходил к стабу, чего тогда не стреляли?

- Так кто ж знал, что он сюда припрётся. Я ж говорю, к нам вообще никогда такие твари не забредали, не готовы оказались, а излучатель лежал на складе, про него вообще мало кто знал. Всё равно не успели бы притащить, Элитник быстро свалил.

- Он вообще-то сможет выстрелить? У внешников, как я слышал, для ихнего высокотехнологичного оружия всякие предохранительные штучки придуманы, чтобы кто попало туда свои ручонки не совал.

- Да, есть такое дело, но с этим всё в порядке, есть перчатка с руки пилота, в ней нужный чип зашит, пилот про это тоже успел сообщить, мы ему обещали, что сможем его вылечить, если будет сотрудничать.

- Вылечили?

- Естественно. Пулей в башку, лучшее средство от предстоящего заражения.

- Ладно, выстрел у нас только один, значит, промаха быть не должно. Получается, подпустить его придется очень близко, чтобы стрелять наверняка. Очень опасная это затея, нам самим-то ответка не прилетит от этой чудо-пушки?

- Было бы просто, я бы и без вас справился.

- Действия всех участников нужно просчитать предельно тщательно, на месте думать будет некогда. Потому каждый должен точно знать свою роль и действовать на полном автомате. Карта места будущей операции есть?

Глава 22. ОХОТА НА ЭЛИТУ.

Обе машины стояли вблизи границы кластера, ожидая конца перезагрузки. Кисляк постепенно стал редеть, истончаясь и утекая не понятно куда, всё как обычно. Стрелки наверху внимательно поглядывали по сторонам, не одни они здесь дожидаются возможности рвануть внутрь обновившейся территории. Была только одна слабая попытка прощупать их оборону. Очевидно, сильно изголодавшийся лотерейщик двинулся было в их сторону, угрожающе урча, но получив винтовочную пулю в грудь, быстро передумал. Проявившиеся у него уже зачатки интеллекта подсказали, что глупо переть на больно плюющую железными штуками группу людей, когда скоро можно будет безнаказанно насытиться вкусным мясом в городе. Пусть только страшный туман быстрее исчезнет, тогда можно быстро туда бежать и рвать мясо на куски, набивая вечно голодное брюхо, скорей бы уже. Лотерейщик переступал в нетерпении мощными лапами, как человек, который сильно хочет писать, но вынужден терпеть. Неподалеку кучковалась стая бегунов и таких же, как и он лотерейщиков, тоже изнывая в нетерпении. Лидера у них, похоже, не было. Дикие твари, надо взять их в оборот, при первой же возможности, тогда можно будет меньше тратить сил на добычу пищи. Так он и поступит, прямо сегодня или завтра, надо только побыстрее съесть как можно больше мяса, вырасти побольше и стать сильнее, тогда эти не посмеют ему противиться и подчинятся. Болит грудь, в том месте, куда угодила железная штука, вылетевшая из большой железной коробки, он этого им никогда не забудет. Отомстит позже, как только станет сильнее и у него будет своя стая, а рана всё равно быстро заживет.

Машины рванули вперёд на максимально возможной скорости. Многие «твари - старожилы» хорошо знали про склад с мясом и тоже устремились в этом же направлении, нужно было их по возможности опередить. Зачем бегать по городу, теряя время и перебиваясь малой добычей в виде отдельных орущих от ужаса людей, когда можно спокойно сидеть на одном месте и жрать, жрать и жрать. Пока что им удавалось не снижать скорость. Окраина, где машин на дороге мало, а редкие пешеходы в этот ранний час успевали убраться с дороги, с удивлением провожая взглядами, бешено мчавшиеся военные автомашины. Хорошо, что не требовалось пересекать центр - мясокомбинат находился на окраине, от которой до центральной части города довольно далеко. Патрульный экипаж ГАИ, дежуривший на перекрестке, выпучил глаза, когда мимо него, не снижая скорости, пронеслись два БТРа с пулемётчиками наверху. Один тут же вытащил рацию, пытаясь доложить начальству про непонятное поведение военных, и что удивило его ещё больше - рация молчала. Включать мигалки и бросаться в погоню гаишники не стали. Во-первых - военные, хрен знает, что там у них случилось, во вторых их компетенция - гражданское население, а вояки пусть сами разбираются, у них своя автоинспекция имеется. Да и с отделом связаться не получается, даже мобильники не работают. Может, на электростанции авария? А может теракт где-то случился, вот вояки и забегали. Ладно, их дело - нарушителей ловить и окучивать, а для всего прочего другие люди найдутся.

Перед мясокомбинатом всё же пришлось немного притормозить, ночная смена закончилась, толпа работников расходилась по домам, заполнив тротуары и пешеходные переходы. Многие разъезжались - те у кого имелись собственные автомобили. Пришлось пробиваться сквозь столпотворение, гудя сигналами, даже пару раз пальнуть в воздух, последнее оказало благотворное воздействие на начинавших уже возмущаться автолюбителей. Проскочили мимо прижавшихся к бордюрам легковушек, некоторые вроде даже зацепили, но тормозить и разбираться, естественно, никто не стал. Водители повреждённых авто вылезли наружу тщетно пытаясь дозвониться до отдела ГАИ, некоторые даже попытались броситься в погоню за наглыми вояками. Резко затормозили возле раздвижных термоворот склада-морозильника, теперь главное - действовать быстро и по плану, твари должно быть уже близко. Двое бойцов бросились к будке охранника, без долгих разговоров врезали тому прикладом и потащили за собой открывать ворота. Броневики развернулись, вставая рядом и разворачивая пулемётные башни, готовясь встречать гостей. Здоровенные ворота начали медленно раскрываться, наружу вырвался морозный воздух. Первыми прибыли разгневанные автомобилисты, два автомобиля подкатили, остановившись неподалеку, оттуда вылезли два здоровенных кабана и решительно направились в сторону броневиков.

- Слышь козлы! Вы чё за беспредел творите? Машины помяли и смылись, кто платить будет?

- Колян, заплати товарищам.

- А вдруг они иммунные?

- Что, ждать будем, когда проявится? Эй, придурки, валите отсюда побыстрее, если жить хотите, вообще из города валите, чем дальше, тем лучше. Советую в восточном направлении, там шансов больше ещё немного пожить, а здесь скоро такое начнется, я вам не завидую.

- Ты чё мне мозги крутишь? За машины повторяю, кто отвечать будет?

- Видишь Коля, товарищи не понимают, а патроны тратить жалко, вроде люди пока что. У него ствол!

Один из быков выхватил ПМ, боевой - не боевой, непонятно, неясно и то, на что мужик рассчитывал, что военные не будут стрелять в гражданских? Тут он сильно ошибся. Коротко протарахтел автомат, бык получив несколько пуль в живот, с удивленно выпученными глазами переломился пополам и упал, ударившись головой об асфальт. Второй резко побледнев, тут же выставил руки перед собой и, повторяя «всё, всё, мужики, не стреляйте», принялся пятиться задом назад к своему, слегка поцарапанному авто. Дойти до него ему впрочем, было не уже суждено, налетевший сзади лотерейщик сбил его сходу на землю, вгрызаясь клыками сзади в шею. К распахнутым настежь воротам морозильника тащили швеллера и толстые прутья арматуры, зашипели две газовые горелки, сваривая заранее подготовленную конструкцию. Застучали пулемёты, экономными короткими очередями сдерживая прибывавшую толпу страждущих мяса тварей, которых с каждой минутой становилось всё больше и больше. Один из броневиков продолжая отстреливаться, попятился задом, заезжая на склад, второй откатился немного в сторону. Экипаж высадился и, прикрываясь его броней, продолжал сдерживать наседавших тварей, расстреливая наиболее прытких из них из всех имевшихся стволов. Готовую решётку поднатужившись, подняли и теперь готовились приваривать к стальным столбам, на которых держались термоворота. Пулемётчик последним покинул оставленную снаружи машину и под прикрытием огня рванул к решётке. Её уже поставили на положенное место и приваривали. Там лихорадочно шипели горелки, разбрызгивая искры и капли жидкого металла. Пулемётчик проскользнул в специально оставленную щель, схватил стоящий у стены ручной пулемёт и прямо сквозь прутья стал в свою очередь прикрывать отходящих автоматчиков. Те по очереди запрыгивали в щель, тут же разворачиваясь, меняя магазины и стреляли, стреляли. Последний не успел - сбоку вылетел кусач и, сбив того на землю, схватил лапами и покатился вместе с ним по асфальту, терзая и рвя на куски тело человека. Несколько пуль попавших в него, особых повреждений не нанесли, он быстро ушел с линии огня, угол ведения которого, теперь сильно ограничивался проёмом ворот. Успели приварить арматуру, закрывшую щель, теперь люди смогли немного передохнуть. Огонь прекратился. Твари облепили решетку с внешней стороны, пытаясь прорваться и добраться до мясных запасов, так подло отрезанных от них проклятыми человеками, а заодно и до них самих. Их можно было расстреливать пачками, даже не целясь, если бы патронов было сколько угодно, а это было далеко не так. Боезапас изрядно похудел. Если излучатель подведёт, то их конец предрешён. Так просто им отсюда теперь не выбраться, там вон и руберы появились, отшвыривают походя, всякую мелочь и пробуют препятствие на прочность. Решетка пока держалась, но перед совместными усилиями двух, или вон уже трёх руберов, ей долго не устоять. Рявкнул крупняк с броневика, пытаясь отогнать руберов от решетки и снизить разрушающее воздействие. Один, обиженно рявкнув, отскочил, однако быстро вернулся. Голод сильнее боли. Умные твари понимали, что если не они, то больше некому здесь снести стальное препятствие, не дающее им добраться до желанной пищи. Пулемёт снова простучал, отбивая охоту к разрушениям теперь уже у другого рубера. Этот вообще оказался гением из мира заражённых - отскочил в сторону, схватил первого попавшегося под лапу бегуна и, прикрываясь им как бронежилетом, принялся трясти и раскачивать решетку свободной лапой. Металлическая конструкция, похоже, начинала постепенно сдавать. Сынок приказал экипажу броневика забираться внутрь, а остальным прятаться за броней, сам же взялся за рукоять управления излучателем, ожидая главного гостя. Иногда тявкал пулемёт, посылая «подарки» наглым руберам, те обиженно рявкали от боли, отскакивали на время, но недалеко, а потом снова возвращались.

- Если решётку сумеют вырвать, все быстро на броню - будем прорываться ко второй машине, а потом быстро уходить отсюда на максимальной скорости. Где эта сука элитная лазит!

- Потери будут. Один вон уже готов.

- Тормозить не надо было, жопой резко шевелить, сам виноват, его же прикрывали. Ничего, прорвёмся. Огонь открывать сразу же и патронов не жалеть, смысла патроны экономить в такой ситуации, уже не будет никакого.

Твари вдруг все резко отхлынули от решетки и стали разбегаться, словно по команде. Руберы, как самые опытные, свалили первыми. Наступила резкая и непривычная тишина, нарушаемая только ритмичным мощным звуком, как будто неподалёку, забивали сваи для будущей многоэтажки. Источник звука не заставил себя долго ждать. Ожидавшим в засаде вначале видны были только мощные нижние конечности, с загнутыми вниз когтями полуметровой длины, под которыми асфальт прогибался и трескался. Затем показались передние лапы, на которые опустился Элитник, опуская свою вытянутую зубастую пасть на уровень открытых ворот. При таких габаритах он не сможет так запросто протиснуться внутрь. После того, как вырвет решетку, ему придется ещё и стенку переднюю разломать, а это дополнительные несколько секунд на выбор удачного момента для выстрела. Элитник заглянул внутрь сквозь решетку, шумно потянул воздух в себя, принюхиваясь. Внутри темно, вряд ли он чего смог там сейчас разглядеть, но запах пищи учуял - это без всякого сомнения. Зарычал злобно, ударил обеими лапами по стальным прутьям, решетка завибрировала, но на первый раз устояла. Он ударил повторно, затем с удвоенной силой ещё раз и преграда не выдержала. Верхние крепления сломались, решетку перекособочило и держалась она теперь только на двух нижних и тем, что упиралась загнутым концом в бетонный пол. Теперь тварь рванула её на себя, зацепив когтями прутья, путь внутрь для неё оказался открыт.

К этому моменту, предупрежденные заранее бойцы, прикрыли глаза и уши руками, и скорчились в три погибели, прячась за броневиками. Выстрела излучателя при этом, никто так и не услышал, а он был, потому как Элитник, вдруг обмяк и сломанной куклой рухнул навзничь на спину, широко раскинув огромные лапы в стороны. Взревел двигатель, броневик рванул с места, затормозив лишь возле нижних конечностей поверженного гиганта. Бомж прыгнул за руль стоявшей снаружи машины и подогнал её ближе к телу, встав сбоку от головы метрах в десяти. Остальные стрелки, выставив стволы, контролировали периметр, хотя вряд ли в ближайшее время твари осмелеют и приблизятся. Элитник вызывает у меньших тварей животный ужас, даже в качестве трупа.

- Сука! Ну, ты мог, падла, упасть, как-нибудь по-другому!

Сынок скакал вокруг башки убитой твари, в отчаянии тряся руками и ругаясь на чём свет стоит. Понять его гнев было можно. Так удачно свалить самую страшную тварь Улья и теперь остаться ни с чем. Элитник упал очень плохо, для охотников, конечно. Его морда оказалась направлена к небу, а прикрывавшая шею со всех сторон естественная броня, не давала добраться до самого желанного места - спорового мешка. Он, понятное дело, располагался на затылке, который в настоящее время попирал собой асфальт дорожного покрытия, и добраться до него было довольно-таки затруднительно и главное - долго.

- Разворачивай машину задницей к телу, зацепим тросами за лапу и попробуем перевернуть. Быстрее, твою мать, твари долго ждать не будут, а пока его не почистим, не уйдем, хоть все здесь поляжем.

Бомж развернул и поставил броневик, как приказали, медленно сдавая назад. Бойцы стали разматывать стальной трос, опасливо косясь на дохлого Элитника. Захлестнули петлей дальнюю от машины кисть страшной твари, другой конец зацепили за буксировочный крюк. Бомж медленно выбрал слабину и вдавил газ. Выхлопные трубы выкинули облако чёрного дыма, колёса провернулись, скользя по асфальту, корму приподняло и повело. Лапа чудовища понемногу стронулась с места и, сгибаясь в локтевом суставе, потянулась вслед за ревущей на повышенных оборотах машиной. Перевернуть такую тушу усилиями одного автомобиля вряд ли бы получилось, хотели лишь немного повернуть голову и обнажить её затылочную часть, чтобы добраться до мешка. Скоро стало понятно, что усилия оказались не напрасными, то, что хотели - получили, башка приподнялась, только вот затылок у Элитника оказался прикрыт надежной естественной броней, к нему так просто не подобраться.

- Мина есть, может засунуть под «броню» и подорвать.

- Ага, а жемчуг потом по всему городу искать будем?

- Вырезать долго, столько времени нам не дадут.

- Сука! Надо же так, ведь завалили же тварюгу, осталось только забрать своё, а не можем.

Жук, до этого момента сидевший внутри второго броневика вдруг подскочил с места, распахнул дверцу и побежал. Сынок и остальные удивлённо посмотрели ему в след, не понимая, что тот решил исполнить. В ту же секунду привязанный к лапе Элитника броневик взлетел в воздух от сильнейшего рывка, перелетев через тело твари, он грохнулся на землю, покатился, беспорядочно кувыркаясь по асфальту. Трос оборвался, машина, сделав несколько кульбитов, с грохотом врезалась в стену дома и замерла. Элитник медленно поднялся, опираясь на лапы и пытаясь сфокусировать взгляд, стараясь побыстрее понять, что это вокруг него происходит. Кто-то из людей успел запрыгнуть в броневик, однако большинство осталось снаружи, растерявшись, и не соображая, что теперь предпринять, несколько бойцов бросились бежать. Броневик стал сдавать назад. Пулемётчик открыл огонь.

Хороший был у Сынка пулемётчик, опытный и хладнокровия ему не занимать. Хорошо понимая, что бить в корпус элитника бесполезно, целился в голову, стараясь попасть в уязвимые места - глаза или открытую пасть. Водитель пытался закатить машину назад на склад - теперь это был единственный вариант попытаться спастись от внезапно воскресшего чудовища. Сейчас только искусство пулемётчика не давало возможности Элитнику броситься в губительную для людей атаку и покончить с ними одним ударом. Пули попадали ему в голову, не принося ощутимого вреда, тем не менее, притормаживали монстра, заставляя отклоняться не давая ему возможности броситься вперёд. Пока не закончилась лента. Времени на замену уже не было, и вот броневик, наконец, вкатился в распахнутые ворота, удачно в них вписался, лишь слегка зацепившись правым бортом. Элитник прыгнул вперёд, приземлился на четыре лапы возле самых ворот, и тут же просунул одну из передних внутрь склада, пытаясь схватить ускользнувших обидчиков. Зацепил когтями переднее колесо, рванул на себя, оно осталось у него в лапе, оторванное с мясом. Не способный к дальнейшему движению броневик замер, накренившись передней частью. Отбросив в сторону бесполезную железяку, повторным движением монстр схватил броневик, продавив когтями капот, и потянул машину к себе. Вытащив его наружу и вместе с ним всех находящихся внутри, Элитник поднял добычу обеими лапами в воздух и с размаху хрястнул об асфальт. Затем поднял обе лапы высоко верх, сжал их в кулаки, и обрушил на остатки машины страшный удар, сплющив её, как консервную банку. За шумом никто не услышал длинную автоматную очередь, внезапно прозвучавшую позади монстра и неожиданно оказавшуюся для исполина смертельной. Он рухнул вниз обмякшим огромным телом, погребя под собой разбитый броневик и людские тела внутри.

- Очнулся? Ну, слава Стиксу, как себя чувствуешь?

- Где мы?

- Скажем так, в относительной безопасности.

- Пить хочу?

- Водку будешь?

- Это обязательно, но попозже. И пожрать бы не мешало.

- Без проблем, голод нам здесь, пока что не грозит.

- Расскажешь, что произошло?

- Естественно, как такими подвигами не похвастаться. Чая, кофе нет, не обессудь, воду нагреть не на чем, а огонь разводить нельзя, так что только простая вода.

- Устроит?

Утолив мучащую его жажду и закидывая в рот мясную консерву из жестяной банки, Бомж наконец-то осмотрелся. В комнате полумрак, свет пробивается только сквозь щели в опущенных металлических жалюзи. Обстановка вокруг приличная, совсем не гадюшник какой-то, сам он лежит на широком диване, рядом столик журнальный, под ногами ковер. Башка трещит. Протянул руку - на голове повязка, левая рука тоже замотана в районе кисти.

- Перелом у тебя там или трещина - раздуло сильно, без рентгена хрен разберёшь, в любом случае жесткая повязка должна помочь. И башкой ты тоже прилично приложился, кровь еле остановил. И хорошо, что вовремя остановил, потому, как запах твоей кровищи нас очень сильно демаскировал, перед сам знаешь кем.

- Может ты, ещё какие подробности добавишь в повествование, а то я вообще ничего не помню.

- Конечно, не помнишь, два дня уже прошло, как ты в отключке пребываешь. Ладно, если нормально себя чувствуешь, начну, пожалуй, вводить тебя в курс дела.

Жук - единственный кто не участвовал в увлекательном процессе подготовки Элитника к потрошению, остался в кабине: у него свои задачи - опасность «вынюхивать». Вот и хорошо, что остался, предчувствие накатило резко и очень сильно. Не раздумывая ни мгновения, на одних лишь рефлексах подорвался и со всей имеющейся прыткостью рванул прочь. Те же, впитавшиеся в кровь обитателя Улья инстинкты заставили прихватить с собой лежавший на соседнем сиденье автомат. Лишняя тяжесть скорости не прибавляла, но оружие не бросил. Без оружия в Улье нельзя. Сзади что-то прошумело, за спиной с грохотом приземлился броневик и покатился по асфальту, чуть-чуть его не задев. Прямо по курсу - открытая дверь в подъезд пятиэтажного здания, какое-никакое укрытие, там можно затаиться на время. Влетел в подъезд и, не останавливаясь - на второй этаж. Тут все двери заперты, тогда на третий. Тут такая же картина, снаружи шум такой, что всё равно выстрелов никто не услышит. Короткая очередь в район замка, рывок за ручку на себя и дверь с треском распахнулась. Повезло, что не новомодная стальная, а простая деревяшка. Из глубины квартиры тут же заурчали, послышался топот, выскочил бывший мужик в остатках треников и тельняшки, получил пулю в грудь, свалился, но продолжает трепыхаться. Добил в голову. Теперь на балкон - дверь приоткрыта, оттуда слышен шум двигателя, рычание и пулемётная стрельба. Уничтожение броневика Сынка вместе с его бойцами Жук наблюдал, как будто с верхней трибуны стадиона. Расплющив броневик, Элитник наклонил голову вниз, как бы любуясь совершенным, а может, сильно проголодался от усилий и решил мясца из жестянки наковырять. И тут Жук увидел ранее скрытое - опустившаяся голова приподняла броню прикрывавшую затылок твари и обнажила самую его интимную часть. Не думая совершенно о последствиях - такой случай раз в жизни выпадает, расстояние-то плёвое - метров двадцать, не больше, тут и Бомж не промахнулся бы. Автомат к щеке - цель видна отлично. Хоть и небольшая её часть находится в открытом доступе, но размышлять нет времени. Автомат застучал длинной очередью, пули рвали затылок Элитника, из многочисленных отверстий брызнула густая тёмная жидкость. В этот раз Монстр решил не разочаровывать своего очередного убийцу и создавать ему дополнительные хлопоты, потому упал мордой вперёд, пару раз дернулся в агонии и затих. Опять цейтнот, времени, как раньше не было, так и теперь нет, тормозить сейчас - смерти подобно. Разбежавшиеся во все стороны при появлении Элитника твари скоро прочухают, что король мёртв и быстро вернутся, а перспектива встречаться с ними в планы Жука совсем не входила. Порылся лихорадочно в прихожей, в одном из шкафов нашел искомое - большую прочную сумку на молнии с длинным ремнём через плечо. Пока что никакой опасности вокруг он не чувствовал: твари достаточно осторожны, чтобы лезть наобум. Элитник - редкий гость в этих краях и напугал своим видом местную братию очень сильно. Минут с полчаса у него должно быть. Чтобы добраться до спорового мешка пришлось лезть к нему прямо по огромной туше Элитника. Это было бы совсем уж фантастическим вариантом, если бы он вдруг воскрес во второй раз, с разбитым споровым мешком не выживают, и всё же Жук лез наверх с бешено стучавшим сердцем и на пределе концентрации всех органов чувств, обычных и прочих. Из мешка на шкуру натекла за это время большая лужа жидкости, по консистенции и внешнему виду напоминавшая нечто среднее, между гноем и соплями. Рассек ножом стенку мешка, оттуда хлынул целый поток, пришлось засовывать руку внутрь и на ощупь доставать имевшиеся внутри в изобилии «сокровища». Запускал руку поглубже, нащупывал твердые включения и вместе с прилипшими соплями отправлял в сумку, очищать некогда, с этим потом разберётся. Перемазался весь, с головы до ног, чуть было не сблеванул, от жижи. Ещё и запах специфический такой идет, нет, не смог удержаться, разбавил уже имевшееся безобразие дополнительными вливаниями. Какой же он, сука, здоровенный! С головой надо, туда нырять, чтобы пошарить на самом дне? Времени жалко нет, надо сваливать, жадность, как известно, кого угодно погубит. Все, зачерпнул последний раз, зацепив ещё горсть чего-то круглого и твёрдого, хватит, сумка полная, жижа течёт из всех щелей и через край, тяжёлая, хрен подымешь. Поволок за собой оставлявшую вонючий жирный след котомку, как же он её дотащит до безопасного места? Спустился на землю, сумка хлюпнула рядом, как мешок с холодцом, тележку надо, в руках не донести. Побежал на склад, там вроде видел, что тележки стояли неподалеку от ворот, такие, с большими обрезиненными колёсами, на них туши завозили внутрь при разгрузке. То, что надо. Подкатил, закинул сумку, оглянулся последний раз и увидел впечатанный в стену второй броневик.

Там крестник должен быть, только времени нет совсем, но глянуть надо, самому ему в голову эта мысль пришла или подсказал кто сверху, неизвестно, только Жук вроде как бы сам не желая того, бегом бросился к разбитой машине. Двери перекорёжило - не открыть, попробовал с другой стороны, машина на крыше лежит, с той стороны ещё хуже, вернулся, подцепил дверь какой-то железякой, что под ногами валялась, навалился. Заскрежетал металл - дверь немного приоткрылась. Дальше - легче, рванул на себя изо всех сил, отвалил смятую дверь в сторону. Вот он голубчик, висит на ремнях вниз головой и, похоже, сука, дышит, и пульс слабый прощупывается. Вот кто заставлял Жука сюда лезть! Ведь теперь его ж на себе тащить придется, хорошо хоть тележку притаранил, надо только её сюда подкатить поближе. А может ему показалось? Нет, живой зараза! Только почему-то вылазить не хочет, держит там его что-то что ли? Вот же блин! Он оказывается, ремнями безопасности пристегнут, да не простыми, а крест-накрест, как в гоночных болидах, теперь понятно, почему сумел выжить в кувыркающейся машине. Кто ж тебя надоумил вовремя пристегнуться? Башка вся в крови, приложился прилично. Кровь - это плохо, это приманка, с этим надо что-то делать. Извини друг, сейчас не до гигиены и приличного внешнего вида, у меня вон соплей полная сумка ими и замажем. Рассек лезвием, спасшие товарища ремни и за шиворот вытащил наружу, теперь эту тушу надо как-то на тележку закинуть. Хорошо хоть та достаточно низкая, только постоянно норовит откатиться. Щас колёса вывернем и приструним её. «Периметр», за который отбежали испуганные Элитником твари, закончился примерно через полкилометра. «Радар» Жучиный заверещал как бешеный, видно концентрация монстров на квадратный метр стала зашкаливать. Дальше в открытую нельзя, дальше - заражённому в пасть. Нужно найти, где бы отсидеться, да и крестника подлечить не мешает, а то загнется, не дай Стикс, зря тащил что ли? В самом городе в свою очередь, шла обычная «постперестроечная» деятельность - орали на разные голоса, преследуемые монстрами и ничего не понимающие люди, урчали твари, встречая праздник живота, кое-где слышалась хаотичная стрельба. Но это ближе к центральной части. Здесь, на периферии, в районе низко этажной застройки было поспокойнее, здесь можно затаиться, если сидеть тихо и не отсвечивать. Как только невдалеке послышалось знакомое урчание, Жук свернул с дороги к первой попавшейся калитке и закатил тележку во двор. Дом-дача оказался необитаемым, даже валить никого не пришлось, и тем более спасать, сейчас Жуку совершенно не до этого.

- Короче, башку я твою обмыл, водкой продезинфицировал, череп вроде цел, трещин не видно. Кожу там только содрало, ну и шишки да гематомы, понятное дело. Рука тоже в относительном порядке, наверное, четыре дощечки приложил, туго примотал, авось срастётся.

- Это ободряет.

- Мы теперь богаты, крестник! Несколько лет, а то и больше сможем жить в своё удовольствие, не работая и не рискуя нашими драгоценными жизнями. Чего пригорюнился, голова болит? Не тошнит? Ну, тогда сотряса быть вроде не должно, при нём всегда тошнит, и жрать совсем не тянет, а ты вон как лопаешь, куда только лезет. Что-то ты молчаливым стал последнее время, ой не нравится мне это.

- Думаю.

- И о чём интересно, как нам отсюда благополучно выбраться?

- Вроде того, потом расскажу, когда додумаю, а насчёт того, как отсюда выбраться, сам решай, у тебя это всё равно лучше получится. Жук, а ты женат был?

- Не сподобился, пока. А ты?

- Было дело.

- Ну, и как?

- Тебе лучше не знать.

- Что, всё так плохо? А то я вот планы строю, мы ж теперь парни состоятельные, можем позволить себе всякое разное. Прикидываю осесть в Хмуром, когда вернёмся, работу у Князя, или кто там сейчас вместо него заправляет, не пыльную заполучу, бабу найду хорошую, женюсь.

- Хороших не бывает, бывают плохие и очень плохие.

- Тебе виднее, я в этих делах не очень, так что, сперва с тобой обязательно посоветуюсь, будешь подружкой жениха на свадьбе.

- Это вряд ли.

- Чё, обидеть лучшего друга норовишь? Чего не устраивает-то?

- Это всё без меня, я туда не вернусь.

- Не понял, ты меня что, бросить решил, это после всего, что между нами было?

- Не так всё просто было, как выяснилось. У тебя никаких мыслей не было, на счёт того, что нечисто что-то, после того, как мы в Летнем тогда очухались? Что вся эта история как-то подозрительно выглядит?

- Подозрительно, что?

- Нас, в смысле меня, ну и тебя за компанию, по моей настоятельной просьбе, вроде как внешники похитили, так ведь?

- Ну, так.

- А для чего, как ты себе мыслишь?

- Чё тут непонятного? Ты же у нас уникальный образец фауны - внешникам очень хотелось глянуть, что там у тебя внутри, вот они тебя у Князя и спёрли прямо из-под носа.

- Что-то я дополнительных шрамов у себя на пузе после этого случая не заметил, и не отпускают никогда Внешники тех, кто им в лапы угодил - это всем известно, да и не они это были вовсе. Надеюсь, ты не думаешь всерьёз, что товарищи похитители замутили захват, рискуя «звездолётом», который больше стоит, чем весь ваш Хмурый, только чтобы двоих оболтусов до Летнего подбросить?

- Сдаётся мне, что ты знаешь что-то, о чём я и не догадываюсь?

- Началось это со мной после той нашей встречи со Скреббером. Я поначалу не слишком на эти вещи внимание обратил, списывал на стресс, да, в общем-то, ничего определенного и не было, так, смутные образы, обрывки каких-то воспоминаний. Напоминают остатки ночного сна, утром проснёшься, вроде и знаешь, что был он, а подробностей никаких вспомнить не можешь, как в тумане всё. Так и тут, всплывают обрывки, видения бессвязные, но при этом общей чёткой картинки нет. Я тебе тогда ничего не сказал, не хотел попусту мозги полоскать, сначала сам хотел разобраться, что у меня в башке происходит. А сегодня всё вдруг встало на свои места, теперь мне всё понятно, как и что, и откуда ноги растут. Наверно, когда сильно башкой приложился в броневике, тогда мозги мои и разблокировались. Не должны были, не сейчас, но всего не учтешь, каким бы ты умным себе не казался. У Института ментаты действительно сильные, но и на «старуху найдется порнуха», идеальных мозгоправов в природе не существует, недоработали или упустили что-то. Мы ж вроде никуда не торопимся, сколько нам здесь отсиживаться?

- У тварей сейчас самый сенокос и на улице лучше не показываться, дня три придётся посидеть.

- Тогда слушай, только пожрать сначала принеси и выпить, если есть чего.

- Во мне, значит, эти коновалы хреновы, тоже покопались, ну сука, если попадется мне, кто-нибудь их этой пи…братии - угондошу без разговоров.

- Да ладно, чего ты так напрягся, ну засунули тебе пару раз зонд в задницу, чего из-за таких пустяков расстраиваться, некоторым такие вещи даже нравятся.

- Иди ты в жопу.

- Ты ещё больше огорчишься, когда узнаешь что в исследовательском заключении про тебя сказано.

- Ну?

- Типус - примитивус никчёмус.

- Чё, блин?

- Это по латыни. Короче, с ихней научной точки зрения парень ты в принципе нормальный, хоть и не лишен некоторых недостатков - это приблизительный перевод.

- И чего ты решил?

- Сначала надо до стаба добраться, подготовиться, а потом я вернусь назад в деревню, где Скреббера видели, после контакта с ним всё и началось, так что это единственный вариант, который мне в голову приходит.

- Я с тобой.

- Нет. Да не дуйся ты, чем ты мне там поможешь, один раз нас пронесло, а в этот раз может и не прокатить.

- Всё равно я с тобой, хотя бы до посёлка, туда, кстати, ещё добраться нужно.

- Ладно, до посёлка можно.

- Кстати, насчёт посёлка, вернее, насчёт тамошних жителей. Помнишь, я всё удивлялся, что «трясучка» их не берет, так вот мысль одна мне в голову пришла по этому поводу. Почему, думаю, всех остальных трясёт, а этим хоть бы хны, хоть и сидят постоянно на одном месте и никуда не ходят. В чём отличие? Подумал вначале, что живёт в поселении кто-то с особыми возможностями в организме - отгоняет эту хворь даром своим редким, а потом решил - пустое это, не бывает такого дара. Так в чём же причина этого явления? И вдруг понял - наверняка в земле тамошней, в плодах, что на тамошней почве выращивают и потребляют. Обычно ведь, чем в Улье питаются здешние обитатели - что в прилетающих постоянно складах и магазинах натырят, то и жрут: консервы, мясо мороженное, бухло всякое, всё что под руку попадется. А колхознички наши питаются только тем, что вырастят на своей земле, никаких лишних продуктов Фрол из стаба им не берет, я проверял. Мы есть то - что едим, а они ещё и грядки прахом тварей удобряют, вдобавок. Не пришлые они в Улье теперь - здешние жители, дети вон уже в третьем поколении выросли, Стикс их за своих принял, потому и не болеют, на одном месте сидючи. А в подтверждение своих слов вот ещё чего скажу - мне, к примеру, на месяц литр живчика требуется. И это если сиднем сидеть, не нервничать сильно и не напрягаться лишку, а этим - знаешь сколько? Глоток в неделю достаточно, а это - грамм тридцать-сорок, получается, что в месяц - 150 грамм на рыло максимум. В семь раз меньше чем обычному челу в стабе, впечатляет? В общем, считаю я, что там сформировалась новая историческая общность - народ Стикса. Плоть от плоти земли Улья, так сказать, вылупилось коренное население, в отличие от нас мигрантов, младенческим болезням не подверженное. Что думаешь про эти мои размышления?

- Мне, честно говоря, эти теории по барабану, не мои проблемы. Меня-то Стикс не принял за своего, так что не имею я никакого интереса на этот счёт.

Глава 23. СКРЕББЕР.

Пока Бомж отлеживался, Жук промыл содержимое сумки с добычей в бочке с дождевой водой, стоящей за домом и рассортировал. Пять жемчужин, целых пять! Неимоверное богатство - по меркам Стикса, и это не считая прочего - споранов, гороха и нитей янтаря. Одну красную Жук тут же заглотил, пока жаба не проснулась и не отговорила от такого, с её точки зрения, неразумного поступка. Да ладно, Элитника-то он завалил сам, единолично, пусть и повезло ему при этом безмерно. Тем более, что пять напополам, не делится, а четыре - очень даже неплохо. Крестнику - две чёрные, а чёрную и красную себе, он Бомжа считай с того света вытащил, так что вторую красную, по праву себе заберет, и это будет честно. Крестник, конечно, несколько раз его шкуру спасал, но ему же жемчуг ни к чему, у него всё равно никакой дар не проклюнется, хоть пригоршню жемчуга сожри, дефективный он, одним словом. Зато спораны и все остальное строго поровну, ну или лучше по-честному - живчик ему не требуется, так что он себе немного в запас отсыпет, исключительно для живчика. И всё остальное, что есть, пока что у себя подержит, крестнику сначала выздороветь нужно, в себя прийти, зачем ему лишнюю тяжесть таскать. Попрётся к этому своему Скребберу на съедение, так вообще всё пропасть может, пожалуй, лучше у меня пока побудет, так сохраннее.

На улице мимо дома иногда проходили различные заражённые, в основном пустыши. В калитку, слава Стиксу, ломиться не пробовали ни разу, а те, что постарше, вообще мимо пробегали по своим делам, не обращая внимания на кажущийся пустым и безжизненным дом. Огонь Жук не разводил, консервы лопали не разогретыми, воду из колодца добывал в тёмное время, изо всех сил стараясь не шуметь. Вороток, на который цепь наматывалась, смазал прогорклым подсолнечным маслом, найденным на кухне, после этого тот скрипеть вообще перестал. Слышался только плеск воды, когда капли срывались вниз с поднимаемого ведра. Похоже, такие звуки заражённых не сильно привлекали, так что обошлось.

На пятый день снаружи послышался звук нескольких двигателей. Затаились, рассчитывая, что пронесёт, но, похоже, без сенса тут не обошлось. Машины остановились прямо напротив дома, в запертую дверь забарабанили и тут же коротко рявкнул пулемёт, затем ещё один.

- Вылазьте по-быстрому, шхериться не стоит, хуже будет!

Прятаться смысла не было, эти своим шумом всю округу переполошили, вон пулемёты, как заливаются, патроны совсем не экономят, значит, не просто банда рейдеров пожаловала, а кто-то покруче. Горыныча видели только разок, да и то мельком, но узнали сразу.

- Сын где?

- Возле мясокомбината остался.

- Живой?

- Не думаю. Элитник на машину свалился, сплющил, а он внутри был. Я всё сам видел, раздавил вчистую всех, кто внутри был, так что без шансов.

- Давайте в машину оба, здесь жарковато становится, остальные подробности по дороге расскажете.

Впрочем весь путь до стаба пришлось помолчать. На попытку Жука заговорить Горыныч только отмахнулся, так и сидел молча всю дорогу, уставившись потухшим взглядом в одну точку. Периодически работали пулемёты, отгоняя самых навязчивых тварей с пути, двигались без остановок до самого стаба. Там в штабе уже дожидался ментат, вызванный для допроса с пристрастием. Бомжа медики обработали, в этот раз уже профессионально и отпустили отлёживаться, ему всё равно рассказывать особо не о чём было, основные события без его участия прошли, пришлось Жуку одному отдуваться. В присутствии ментата не соврёшь, да он и не собирался, чего скрывать, вины за собой он особо никакой не чувствовал. Единственно только, что свалил, не успев предупредить остальных, так ведь обстоятельства не позволяли действовать по-другому. Времени не было, пока бы объяснил, пока те бы сообразили, так там возле мясокомбината все бы и остались. Ментат подтвердил, что он всё рассказал без утайки и откланялся.

- Элитника завалил ты лично, пусть даже и по невероятно удачному для тебя стечению обстоятельств, так что все, что взял - твоё, я - без претензий. Сына не уберегли, но вины вашей в этом не усматриваю, он сам захотел рискнуть, и знал, на что шёл, не дитя малое ведь уже. Был... Свободны, можете жить, как хотите, но к себе не возьму, без обид. И лучше вам побыстрее свалить из стаба, с глаз моих подальше.

За лечение Бомжа Жук заплатил с лихвой, чтобы побыстрее и всё самое лучшее, так что через неделю тот был почти как новенький. Переться в посёлок вдвоём - глупо, придется Фрола ждать, пока тот соизволит явиться, а пока из гостиницы лучше носа не показывать, чтобы не напоминать Горынычу о своём существовании. Благо все блага цивилизации имелись на месте - только плати, а платить было чем. Бухали на удивление, в меру, Бомж так вообще, похоже, готовился завязать с этим делом, бахнет пару рюмок и всё, больше не принимает. Всё больше лежит, закинув руки за голову и думает. Жук пытался его разговорить, но тот отвечал неохотно, только чтобы друга не обидеть. Фрол и сыновья прибыли в конце следующей недели, предупреждённые люди тут же стуканули о его появлении.

- Наслышан про ваши подвиги, и как это вас Горыныч в асфальт не закатал, стареет, наверное. Чё, решили у меня отсидеться? Не, я с Горынычем ссориться не хочу, не настолько вы мне близкие люди и даже за большую плату, в другом месте шхерьтесь, это без меня.

- Ты это зря, претензий у Горыныча к нам никаких, он сам это сказал, глаза ему лучше не мозолить, это понятно, только мы не прятаться к тебе собрались: у Бомжа дело в ваших краях нарисовалось, важное говорит. Не мне за него решения принимать, он мальчик взрослый, сам судьбу свою решает, мне только проводить до места. Тебе ж лишние стрелки в обратной дороге не помешают? И платить не нужно, мы сами приплатим. Так что?

- Схожу, провентилирую вопрос на счёт вас, если ровно всё, как ты говоришь, тогда базара нет.

Обратная дорога к посёлку прошла к удивлению Фрола опять без особых проблем. Когда в стаб ехали, пришлось пострелять, увязалась где-то в середине дороги стая тварей и не простых: рубера не было, но топтунов и лотерейщиков там имелось достаточно. Пришлось Фролу проявить чудеса фигурного вождения на неповоротливой гордости советского автомобилестроения, а Ваньке - навыки снайперского огня из пулемёта. Ушли с трудом, и повторять такое на обратном пути не хотелось. Фрол виду не показывал, но в душе сильно обрадовался появлению уже испытанных парней, с ними шансы на успех резко возрастали. Два пулемёта вместо одного - совсем другое дело, патронов только надо прикупить, расход слишком большим оказался в этот раз. Как всегда успешно, преодолели традиционный забег «спортсменов-разрядников», и опять, в который раз, каждый остался при своих, люди потратили немного патронов, твари потащились зализывать раны. Всё как всегда. Стандартная процедура переправы с завязыванием глаз и возней у моста и вот он - дом, милый дом, для Фрола и сыновей его, естественно. Селяне на телегах уже дожидались возле ворот: как только они узнают, когда прибудет груз? Разное ведь может в дороге произойти, задержки разные возможны. Иногда позже обговоренного срока приезжали, иногда раньше, но обитатели посёлка всегда оказывались на месте как раз вовремя. Загадка. Пока компания «Фрол и сыновья» решали экономические вопросы, наши друзья осваивали бутылочку ароматного домашнего самогона и закуски, приготовленные к приезду кормильцев. Откуда жена Фрола была в курсе времени прибытия - понятно, но как только селяне начинают кучковаться возле её дома, значит, пора заниматься готовкой. Прибавление в доме Фрола - на этот раз девочка. Жена родила совсем недавно, а уже вовсю хлопочет по хозяйству. Стикс - одним словом.

- Ты окончательно решил отправиться к дьяволу на рога, к волку в пасть, в общем, добровольно и глупо свести счёты с жизнью, а не боишься?

- Не расстраивайся, тебя с собой туда не тяну. А на счёт боязни помереть - не поверишь, но как-то не очень. Серьёзно, надоело всё, жизнь здешняя, непонятно для чего созданная, хотя и дома мне не очень было. Бомжевать - не сахар. Короче - везде хреново, где мы есть, но дома всё же попроще, попривычнее.

- Да я и не расстраиваюсь, не очень-то мне хотелось в гости к Скребберу переться. То, что в Улье жизнь стрёмная - не новость, а может все-таки не так всё и плохо, мы ж теперь парни состоятельные, можем и в этом аду неплохо устроиться.

- Сам же понимаешь, что я чужой в Улье, в отличие от тебя и всех остальных, Стикс меня ничем не захотел одарить, домой хочу.

- А кто не хочет? Не такой уж и родной нам, этот проклятый мир. Эх, свезло тебе парень, не накаркать бы раньше времени, но честно признаться - завидую. Да и любой бы позавидовал, это ж вроде как бессмертие неожиданно получить - живёшь себе, живёшь, старости и смерти ждёшь, а тут бац - и вечная жизнь, копти небо, сколько влезет - красота.

- Не уверен, что всё так радужно, в моём светлом будущем, и в бессмертии том же, мечта о вечной жизни - штука обманчивая, надоесть может до смерти.

- Мне бы не надоело.

- Пробовал?

- Не пробовал, но думаю, что не наскучит.

- Много не думай - голова заболит. И кстати, у тебя вполне имеется возможность опробовать все тягости вечной жизни, вы ж здесь все, практически бессмертные, те, кого не сожрут или свои не завалят, так что скорее мне тебе завидовать нужно.

- Вечная жизнь в аду и дома - это две большие разницы, так что не завидуй. Я вот что думаю иногда, может Улей это и есть настоящий Ад, про который попы болтают. Мы все грешники, умерли и попали в это самое место.

- В аду черти нас должны в котлах варить и сковородки раскалённые заставлять лизать.

- Чертей и котлы пока не видел, но я ж и не везде побывал. Может статься, что где-нибудь тут такое и имеется в неизведанных местах. С другой стороны, как говорил один умный чел, не помню кто - если есть Ад, то значит, есть и Рай. Не всем же в котлах вариться, кто-то сейчас, наверное, и на арфе наяривает, с нимбом вокруг башки.

- Нимб вроде только у Бога присутствует?

- Не знаю, я в райской моде не очень, я просто понять хочу - меня-то за что? Вроде сильно не грешил в прежней жизни. По крайней мере, не намного больше других, православием даже интересовался, в церковь ходил. Пару раз. Ну, это ведь не главное. Любая церковь она к Богу так, сбоку припёка, коммерческий отдел небесной канцелярии, бухгалтерия от имени Бога на земле. Понятно, есть по жизни уроды - убийцы, насильники, прочая сволочь, им вот здесь самое место, но для чего нормальные-то люди мучаются? Ладно, положа руку на сердце, я не святой, конечно, хрен с ним, обидно естественно, но ладно, но я ж вообще невинных здесь встречал, те, что совсем без греха, так же в Стиксе чалятся, как и негодяи всякие. Где ж она, божья справедливость - вот что мне не понятно. Таким как они - в Раю самое место, хламиду нацепил, нимб напялил, арфу в зубы и вперёд с песней, ан нет, вместо этого - пожалуйте в Ад, мучайтесь на здоровье во славу Господа. Хрень это короче, а не божий промысел.

- Пути Господни неисповедимы.

- Сдаётся мне, что они и для него самого - тёмный лес, пути эти, куда кривая вывезет, туда и правит.

- Богохульничаешь?

- Да пошёл ты. Справедливость должна присутствовать в мире, в любом мире, даже таком поганом как этот. А ты у нас типа - Лазарь, назад в мир живых намылился?

- Зависть, Жучара - смертный грех.

- Смертный грех - невинных в Ад отправлять, а зависть моя беззлобная, рад я, что хоть кто-то сумеет отсюда назад вырваться. Когда двинешь?

- Собраться нужно, еды прихватить, того, сего. Там меня не с распростертыми объятиями ждут, а может, и вообще не ждут. Я ведь сам себе придумал, что должно получиться, и не факт, что выгорит, ну, а если ошибочка вышла - вернусь.

- Я подожду.

- Долго только не жди, лишь до следующего рейса Фроловского, если к этому времени не вернусь - дальше тебе тут сидеть бессмысленно.

- А если вернёшься, а меня уже не будет?

- Я что, не знаю где тебя искать? Стаб «Хмурый», километров восемьсот на юго-запад отсюда, найду.

- Найдет он. Пропадёшь ты без дяди Жука на первой же сотне километров, я всё же один рейс, пожалуй, пропущу - здесь жизнь спокойная, отдохну наконец-то, без забот и волнений в кои-то веки.

Тележка, на которой бесчувственного Жука доставили в посёлок, сохранилась в целости и сохранности. Брали её пару раз мужики продукты и всякую всячину подвести до сторожевого поста, возле него и оставили.

- Картошки мешок, два больших каравая хлеба домашнего, рожу-то сильно не криви, потом спасибо ещё скажешь, когда жрать захочешь. И ничего, что здесь недалеко, сколько тебе там сидеть - хрен его знает. Скреббер это тебе не трамвай, он по расписанию не ходит. Калаш мой возьми, я себе другой куплю и два магазина запасных к нему.

- Зачем мне калаш? С кем воевать-то, Скребберу он до фонаря.

- Возьми. Не понадобится - бросишь. А там и кроме этого страшилища найдутся, другие желающие до твоего тельца добраться, забыл, кто там тогда ошивался?

- Так перебили ж вроде всех.

- Этих перебили, другие нарисуются, свято место сам знаешь. Тьфу, блин, какое на хрен свято место, поганое там место, это точно, а святости там никакой нет и подавно.

- Всё надеешься здешнюю прописку поменять на Райские кущи?

- Лучше перебдеть, вдруг есть Бог-то. Может, не пойдешь?

Тянуть за собой тележку, в которой не валяется дохлый Жук, совсем другое дело, сама, практически катится, тем более под горку. Бомж понимал, что напарник искренне не хотел отпускать его в неизвестность, такая трогательная забота со стороны ближнего, грела душу, мелькнула даже мысль - может, ну его нафиг и остаться. Только вот вернуться домой хотелось сильнее, раз выпала ему такая, пусть и призрачная возможность, грех ей не воспользоваться. Что его здесь ждет в недалёкой перспективе - да ничего хорошего, он как заноза в теле Улья, постоянно колющая и напоминающая о себе. Долго терпеть такую занозу не будут - выковыряют и выбросят, он вообще и так долго продержался лишь благодаря покровительству и заботе крестного, без него давно бы твари сожрали или люди прибили. Такая жизнь ему на хрен не нужна, а если, не дай Бог, Жук помрёт скоропостижно, вариантов для этого печального события - масса, не живут здесь долго, даже такие хитрованы, как он, сколько Бомж продержится в одиночку? Так что шансов у него немного - умереть быстро, попытавшись встретиться со Скреббером, или помучиться немного, продолжая цепляться за чуждую ему, здешнюю жизнь. Да разве это жизнь для нормального человека! Выгорело у него что-то в душе после знакомства с « Великим и Ужасным», перешагнул он незримую черту, сломалась важная пружинка в его психике. Смерти больше не боялся, но и жить продолжать, особого стремления больше не испытывал, так, катился вперёд, больше по инерции. Погас огонь душевный, только пепел остался. Так ему себя жалко стало в этот момент, аж слезы навернулись, выбросить надо такие мысли из башки, а то крыша точно поедет, и совсем не в ту строну. В общем, рассуждая трезво, куда не кинь - лежит его дорога в перпендикулярном направлении, не по пути ему со Стиксом, он и сам ему это недвусмысленно намекнул в самом начале. У всего во вселенной есть определенный смысл и цель, и у него тоже всё это должно быть. Из двух зол он выбрал быстрый вариант решения проблемы, а там пусть будет так, как будет.

Единственное, чего не хватало, чтобы Скреббера подманить, так это трупака заражённого. Тащить с собой в посёлок из стаба - не вариант. Во-первых - довезти до места в нормальном состоянии, практически невозможно. Как известно, заражённые после смерти быстро высыхают до состояния деревянного полена. Метаболизм у них другой, на них даже бактерии здешние, как источники разложения не действуют. Затем рассыпаются в пыль и всё. Ни следа не остаётся, иначе всё вокруг было бы завалено гниющими телами в несколько слоёв, а в таких условиях никакое нормальное существование живых организмов невозможно. Стикс и это предусмотрел. Бомж поначалу сильно опасался, что заразиться можно, вдохнув такой пыли ненароком, но Жук успокоил:

- Кашлять и чихать от такого гостинца - это запросто, водички хлебнешь, и всё пройдет, не парься.

Кстати, пыль - неплохое удобрение для почвы. И второе - с трупаком заражённого в посёлок точно не пустят, ни под каким соусом, так что придется добывать на месте, а с этим могут быть проблемы. В бытность свою в тех местах они всех заражённых в деревне, подчистили, надежда только на то, что один из них мог, где-нибудь затаиться и не высовываться. Без трупака нельзя, только на него, исходя из имевшегося опыта, как на живца, можно выманить Скреббера, который, похоже, числился в деревне кем-то вроде «чистильщика» или же представителя местной «похоронной конторы» для дохлых тварей. И появился он явно, чтобы убиенного пустыша забрать, как до того двух уже оприходовал, этого Бомж лично не видел, но догадывался, куда они подевались. Неизвестно, прибрал бы Скреббер тогда отключившегося Жука или нет, тот ведь живой оказался, возможно, что и нет. Бомжа-то не тронул, в конце концов, хотя ещё и не ясно по какой причине. Пусть это только предположения, но другого способа выманить Скреббера из его норы или где там он прячется, Бомж не знал. Так что лучшая наживка, на которую эта тварь «клюнуть» может - это свежий трупак заражённого. Наживка от слова «жить», а наш парень, по всей видимости, мертвечинку предпочитает, некрофил хренов и извращенец. Ладно, придем, осмотримся, там и решим, что можно предпринять, без нужной наживки там сидеть и ждать - смысла нет, будем на месте думать.

Обогнул справа знакомый лесок. Грунтовка змеилась дальше и упиралась… в густой клубящийся туман, ранее из-за деревьев не видимый. Туман - днём, когда солнце светит вовсю? Твою мать, кисляк! Кластер перезагружается, нашел, сука время, хотя… Тележку поспешно затолкал в придорожные кусты с глаз долой, туда же автомат и всё остальное, лишний груз мне сейчас ни к чему и ходу. Назад до посёлка - всего пара километров, должен успеть, давно я такими упражнениями не занимался, после второй сотни метров сердце застучало как бешеное, прошиб пот. Постарался дышать ровнее, насколько можно, сбавил темп, обернулся, да ну нафиг и припустил ещё сильнее, чем прежде, с надеждой на то, что второе дыхание должно вскоре открыться. Главное - чтобы первое до этого момента не закрылось. Кисляк полз по пятам, пусть заразиться мне не суждено, но мозги ещё пригодятся, не хотелось бы перейти в разряд пускающих слюни идиотов. Поднажал - страх сил прибавил, надпочечники лихорадочно вырабатывали адреналин, трудились вовсю, понимая, что им, если что, тоже достанется по полной. Спотыкаясь и почти падая, пересёк границу кластера, и тут же резко замедлился, перейдя на медленный шаг. Как бы ни хотелось сейчас упасть на землю и замереть - после такого забега это чревато нехорошими последствиями. Дыхание постепенно выравнивалось, в лёгких горел пожар, да и сердце покалывало после такой сумасшедшей гонки, так мне и до инфаркта недалеко.

- Что-то ты быстро вернулся, выпить хочешь?

- Попозже, дай отдышаться.

- И чё ты поперся туда прямо сегодня, там же перезагрузка.

- А ты типа знал, что она будет?

- Не знал, но чувствовал - быть беде.

- Блин, Жучара, не трынди, у меня сил не осталось даже говорить, думал не добегу, сдохну по дороге.

- Ну, что, валим отсюда? Видать не судьба.

Бомж пристально посмотрел на болтуна, и в голове зародилась нехорошая идея, про то, где можно добыть свежего покойничка. Если источнику надоедливых звуков достаточно сильно дать по башке, то про проблему с наживкой можно забыть.

- Если не перестанешь умничать, я тебя Скребберу скормлю.

- Меня ещё догнать нужно, а ты в ближайший час на такие подвиги будешь не способен, так что не напугаешь. Хоть ты личность совершенно невоспитанная и местами очень занудливая, я всё равно сейчас схожу и водички тебе холодненькой принесу, шоб знал, и шоб тебе стыдно стало за мысли твои чёрные в мой адрес. Телегу-то где, там бросил? Её же шантрапа деревенская быстренько оприходует, пока соображалка у них ещё не отключилась, а там калаш мой и патроны, прикидываешь, чем пахнет?

- Телега в кустах заныкана, с дороги не видно, а деревенским скоро не до калашей будет, жизнь у них начинается весёлая, только короткая. Пару дней теперь придется подождать, пока там всё устаканится. Кого-то убьют, кого-то сожрут, в общем обычная стиксовская жизнь. А я всё думал, где мне «свежака» найти, теперь с этим порядок.

- Надо бы тебе ещё пару магазинов добавить, деревня не маленькая - может не хватить.

- Да там одни пустыши, и они дальше по карьерной лестнице продвинуться не успеют.

- Если хорошо кушать, за два дня в бегуна можно вырасти.

- Для бегуна - автомат, а для остальных - «клюва» будет совершенно достаточно, главное, чтобы толпой не навалились.

- Главное - чтобы тебя кто-нибудь из выживших-иммунных, с чердака из берданки не угостил. Они, как правило, бывают совсем охреневшие от привалившего внезапно «счастья» и палят во всё, что движется в пределах ихней видимости. Нет, надо мне с тобой пойти, одного завалят, как пить дать.

- Жук, мы это уже обсуждали, нечего тебе там делать, а спасать твою непоседливую задницу мне надоело.

- Обстоятельства изменились.

- Ничего блин не изменилось, даже лучше стало. Там трупаков скоро столько будет, что Скреббер ошалеет от радости и замучается их оттаскивать в свою берлогу. Так что ждать с ним встречи мне там долго не придется.

Кисляк быстро отступил, сделав свое чёрное дело. На следующий день охранники заставы и прибывшее с утра подкрепление, показали, что не зря здесь прохлаждаются. Первым прибежал молодой парнишка. До школьного возраста он немного не дорос, но сумел сообразить, что из деревни улепётывать надо, и не задерживаться. Как был в грязной рубашонке и босиком, так и чесал в сторону посёлка, не оглядываясь. На его чумазую мордочку не глянуть без содрогания, сколько было там страха и ужаса от произошедшего в деревне. Мальца приняли, накормили и отправили в «карантин» - закрыли в ближайшей избе под присмотром, до определенного возраста вроде не перекидываются, но мало ли что. Часа два никого не было, затем на горизонте показалось что-то на фоне леска. Бомж в бинокль всё произошедшее там рассмотрел хорошо. Мальцу прибежавшему, лет пять-шесть от роду, но мозгов, похоже, поболе будет, чем у этих нарисовавшихся у леска экземпляров. Им бы драпать налегке вслед за мелким, сколько есть сил, так нет же, потащили за собой барахла телегу целую. Такой груз скорости передвижения явно не добавлял, настигли их там же, прямо возле леса. Мужик отчаянно отбивался топором, жена схватилась за вилы, только количество нападавших было слишком уж велико. Бывших их односельчан, кстати. Нескольких всё же успокоили, но оставшихся это не остановило. Застрявшие в груди заражённого вилы, селянка выдернуть уже не успела, набросились, повалили на землю, дальше - понятно. Муж бросился было ей на помощь, напали на него сразу двое, один в шею впился, кровь струей хлестанула. Мужик развернулся, сшиб одного на землю, здоровый оказался, чёрт, второму башку топором разрубил, но с такой раной, конец его был предначертан, с каждой уходящей каплей крови силы быстро покидали. Напоследок он лишь вяло отмахивался топором от обступивших его тварей, затем упал на колени. Всё, конец. Нет, не конец, на возу оказывается между мешками ещё девчонка сидела, примерно такого же возраста, как и спасшийся малец, сиганула с телеги и припустила к лесу. Ей бы дурёхе вслед за мальцом к поселку рвануть, а она в лес, видно от страха не соображала ничего - решила, что там спрятаться сможет. Несколько тварей двинулись за ней, а от них хрен спрячешься, с ихним то слухом и обонянием.

- Что ж вы им не помогли?

- За барахло своё меньше нужно было трястись, да и не успели бы мы, тут версты полторы, никак не добежать было. Да и не наше это дело. Судьба у них, значит такая, малец вон смог прибежать - у него другая судьба, да и народишку у нас хватает, лишние рты ни к чему. А оттуда после тумана каждый раз кто-то да заявится, так что не беспокойтесь на этот счёт.

- Вас же здесь вон, сколько мужиков, ружья есть, топоры, можно ж было наведаться в деревню и спасти кого можно.

- Нельзя, пробовали уже, ходили раз мужички, только не вернулся никто, один, правда, пришел опогодя, только лучше бы там и остался. Умом тронулся, только слюни пускает и мычит, немного пожил и отошёл. Так что нечего нам там делать. Место там злое и проклятое, сами мы туда не ходим, а свою землю обороним, ежели что.

Тела мужика и бабы сожрали быстро, к ним ещё несколько тварей подтянулось, и из лесу вернулись те, кто за девчушкой бросился. И тут зазвонил колокол на церквушке. Твари одновременно повернули морды в направлении источника звука и тут же немедленно двинулись в его сторону.

- Какого хрена там растрезвонились? Вся эта кодла сейчас быстро сюда припрётся, у них слух знаешь какой.

- Отец Никодим звонит, приманивает нечисть к нам, тут и встретим. Вы помогать будете или как?

- Сука, автомат же там остался, в тележке, а у меня только макар и две обоймы.

- У меня столько же.

- Ничего, с Божьей помощью отобьем тварей. Ружей имеется почитай десять штук, Фрол пороху и свинца привез, патронов много снарядили, не робей. Колесо раскручивай, пусть пошумит, а то мимо пройдет нечистая сила.

Колесо с трещоткой наверху «блокгауза» быстро завертелось, громко тарахтя на всю округу. Своего рода звуковой маяк, приманивающий к себе заражённых.

- Их там, штук около тридцати. Доходяг вроде не видно и особо резвых тоже - обычные отъевшиеся пустыши, в рукопашную лучше не лезть, задавят массой.

- Так мы в штыковую и не собираемся.

Безмозглые твари так и пёрли к ним плотно сбившейся кучей, вместо того чтобы растянуться в цепь и минимизировать свои потери. Дружный залп из десятка ружей сразу же вынес почти половину. Двустволок не было, пока перезаряжали, толпа опасно приблизилась. Гибель соплеменников никого из них не остановила. Теперь защёлкали два макара, расстояние плёвое - промахнуться мимо головы трудно. Второй ружейный залп поставил окончательную точку: ни одна тварь к частоколу не смогла даже приблизиться. Нескольких, ещё пытавшихся шевелиться, добили одиночными в башку.

- Ну, я ж говорил. Вам же благодарность отдельная, придержали их немного своими пукалками, пока мы заряжали.

- С этими теперь чего?

- А ничего, пусть полежат, ссохнутся. Мы опосля сгребём, что получится, и на огороды оттащим, огурчики с помидорчиками от этого «навозу» зашибись, как растут. Отметить бы баталию надо, вы с нами?

- А если ещё придут?

- Вряд ли. Один-два могут сдуру. Ребята отобьются, не впервой.

Повторно направляясь к деревне, я постарался залежи мёртвых тварей обойти сторонкой, те уже начали постепенно высыхать, готовясь внести свой вклад в будущий урожай. Жук обещал подождать возле заставы до вечера, в надежде, что снова назад прибегу. На ехидные слова другана внимания обращено не было. Тележка нашлась там же, где и оставил, всё в целости, никто не посягнул. Миновал лесок, докатил до растущих отдельно берёз, там и остановился, наблюдая в бинокль за обстановкой в деревне. Прямо по курсу - знакомая пасека за высоким дощатым забором, там пчёлы гудят - отсюда слышно, дорога её слева обходит. Справа возле самого забора притулился большой сарай. Двери закрыты, что сильно не по нраву тем трём заражённым, которые в них ломятся, совершенно не обращая внимания на укусы вьющихся вокруг них тучи разъярённых насекомых. А злиться им есть от чего, наступил самый разгар медосбора, а пасечник куда-то запропастился, забросив все свои обязанности. А ещё эти странные существа, отдаленно напоминающие привычную фигуру заботливого хозяина, нагло шатающиеся рядом с запретной зоной. Всё это пчёл-охранников сильно раздражало и своих жал, они совершенно не жалели. Впрочем, на их яростные атаки, в которых после каждого укуса очередное насекомое мужественно погибало, заражённые никакого внимания не обращали и продолжали настойчиво ломиться в запертые ворота сарая. Двое толкали ворота, постепенно расшатывая их, а третий упорно долбил по доскам своими кулаками, разбив их в кровь, образовавшую на воротах большое темное пятно.

Тут напрашивались два вывода – внутри, наверняка, есть кто-то живой, а так как ворота заперты изнутри, значит человек, и, похоже - иммунный. Второе - учитывая, какой шум подняли «мясострадальцы» и то, что на этот шум больше никто не заявился, выходит в деревне заражённых больше не осталось. Выходит, если я немного постреляю, то никого лишнего уже не привлеку. Твари так увлеклись штурмом сарая, что совсем не замечали мое приближение с тыла. А вот пчёлы заметили. Хорошо, хоть определенный опыт проживания рядом с пасекой у меня имелся - в детстве на пять домов в нашей деревне там три пасеки стояло. Даже отдельные года пацаны отмечали, как кого и сколько раз пчела укусила. Руки в перчатки - стрелять смогу, а жалом до кожи не достать, голову замотал снятой из-под куртки рубашкой, только щёлку для глаз оставил и свободной рукой её прикрыл. Если под глаз укусит - морда так заплывет, буряты отдыхают. Всё-таки почуяли меня, твари, метров двадцать всего оставалось подойти, и тут ближайший заурчал и стал поворачиваться в мою сторону. Хотя двадцатка для такого стрелка как я - нормальное расстояние, мне ж не белку в глаз бить. Короткая очередь в голову и из башки сзади выпрыснула темная струя, превратив уже имевшийся на воротах кровавый отпечаток в сюрреалистический рисунок. Двое из остававшихся на ногах тварей рванули ко мне так резко, что я даже растерялся от неожиданности. Автомат затрясся, выпуская пули бесприцельно, но и тех, которым удалось угодить в цель, оказалось достаточно. Патроны закончились, досталось всем: и сараю, и тварям, и вообще всей окружающей среде. Надеюсь хоть тому, кто там прятался, лишний гостинец не прилетел. Сменил магазин, добил в голову ползающих под ногами, и всё ещё пытавшихся подняться бывших селян. А вот теперь времени терять нельзя - неизвестно, сколько осталось до появления Скреббера, может, прямо сейчас заявится, а может через три часа, хрен его знает. Надо от иммунного избавиться, побыстрее гнать его взашей, и подальше отсюда.

- Эй, в сарае, давай вылезай, бояться нечего, все враги повержены, опасность на время отступила. Только не тормози, времени нет, валить отсюда надо.

- Ты кто?

Ворота, поганец, пока не открывает, струхнул по-взрослому, а кто бы не струхнул? Это я привычный уже, в первый раз редко у кого подштанники чистыми остаются. Надеюсь у этого всё с этим нормально. Судя по голосу - мужик там засел, только пока что не решается выйти к спасителю.

- Не хочешь выползать - сиди дальше, может, чего и высидишь, а я тогда пошёл. Давай, до свиданья.

Перспектива снова остаться один на один со страшными, непонятными тварями возымело свое действие, стуканул пару раз засов, ворота немного отворились, и оттуда выглянул бородатый мужик. Не то, чтобы совсем уж бородатый, просто с длинной торчащей во все стороны щетиной и с всклокоченным, с вкраплениями соломы причесоном. Огляделся, заметил безвременно усопших, вздрогнул испуганно.

- Не боись, эти больше не кусаются, а других поблизости вроде не осталось, давно сидишь?

- Два дня.

- Пить хочешь?

- Страшно, аж мочи нет никакой, у тебя нет случаем водички?

- Вода есть, целая фляжка, только она тебе не поможет, простой водой тебе теперь жажду не утолить. На - пей, можешь хоть всю, немного отпустит, но ненадолго. Как зовут?

- Михаил. Михаил Суслов, пасечник я, вон моя пасека, совхозная. У меня ещё и своя есть, за домом. Это чего с ними такое случилось, я ж их знаю - всю жизнь здесь живём, с самого детства и тут вот такое. Это ж соседи мои, Прасковья да Вася муж с женой своей, правда, теперь их не узнать. Это болезнь у них такая, что ли приключилась?

- Болезнь, болезнь. Уходить тебе надо отсюда мужик.

- Куда идти-то? У меня и сил совсем нет, два дня ни ел, ни пил, свалюсь по дороге.

- В посёлок иди, постарайся дойти, там тебе помогут, дорогу, надеюсь, знаешь, тут всего три километра, только не останавливайся. Увидишь заставу - там частокол высокий и не заметить его трудно, начинай кричать, чтобы поняли, что ты нормальный, а то пристрелят не разобравшись. Туда пацанёнок от вас один сегодня уже прибежал, живой.

- Что за пацанёнок, как выглядел?

- Грязный и босой и рожа вся зарёванная, знаешь такого?

- Я своего послал в посёлок, Колькой его зовут, ему пять лет всего, а сам сюда в сарай, прямо с пасеки перебежал, еле успел, по пятам гнались.

- Узнаешь сам в посёлке, может это и твой был. А вот сейчас у тебя уже неплохой стимул появился, чтобы дойти. Теперь, хоть сдохни, но доползи. Я тебе помочь не могу, у меня здесь свои дела. Там возле берёз тележка стоит, найдёшь в ней хлеб, только всё не бери, мне тоже жрать требуется, неизвестно, сколько здесь ещё торчать. Все, давай двигай резвее, найдёшь в поселке мужика, зовут его - Жук, скажешь, что у меня всё в порядке. Пасечник говоришь? Значит, будешь теперь Пасечником, так тебя теперь зовут, запомнишь? Жуку скажешь, что это я тебя окрестил, хоть одного назвать у меня напоследок получилось, своё же имя забудь, здесь они не в ходу.

- Здесь, это где?

- Жук тебе всё объяснит, а сейчас некогда, фляжку отдай назад, присосался.

В деревню идти, смысла нет, все тела, что там могли быть, Скреббер наверно давно уже подчистил, а если нет, то и хрен с ними, тут вон своих хватает. Где же эта зараза лазит? Может в отпуск свалил, в теплые края? Два часа уже прошло. Пасечник давно исчез за леском, смешно ковыляя и поминутно оглядываясь, не переставая при этом жевать отломленный им кусок краюхи. Скоро темнеть начнёт, а Ленского, тьфу, Скреббера всё нет. Пить сильно хочется, пасечник вылакал фляжку досуха, а к колодцу идти не стоит, нельзя пропустить выход на сцену главного действующего лица. Может тележку сюда прикатить, этих отвезти к колодцу и там ждать, попивая прохладную, вкусную колодезную воду. Блин, сам себе не трави душу, отлучаться никак нельзя. Совсем стемнело. И тут в дальнем конце деревни, возле бывшего телятника, стало вдруг разгораться необычное свечение. Явился, слава Стиксу! Страха, как такового, почти не было, так, волнение небольшое, как перед экзаменом в школе, когда предмет знаешь неплохо и в себе уверен, да и училка добрая. Свечение усиливалось и приближалось, вот теперь спина внезапно похолодела - это был совсем не тот Скреббер, что в прошлый раз, да и Скреббер ли это вообще. Темнота подступила со всех сторон, скрыв всё, что раньше виднелось вокруг, и только ярко светился медленно приближавшееся «образование», как его Константинус тогда называл, при этом, не считая его вообще каким-то реальным существом. Нет, совсем другой, больше всего напоминавший колеблющееся пламя свечи. Только свеча должна быть размером с дом. В самом центре совершенно чёрное, не проницаемое для обычного глаза быстро меняющее форму пятно, края его светятся переменчивым светом, постоянно меняя цвет и интенсивность и никаких «щупалец» по краям, как у того, прежнего. Да и тела убитых тварей его, похоже, совершенно не интересовали, приближался он целеустремленно направляясь прямо ко мне. Если бы ноги не отказали, я б наверно рванул со всех ног, куда глаза глядят, бежал бы, не останавливаясь, пока не свалился без сил. Но ноги меня не слушались, как и всё остальное тело. Не подвели только органы чувств и мозги, они остались, преданы хозяину до конца, и не покинули его в трудную минуту. Но ненадолго.

Если бы человеческий мозг мог принять и обработать ниже изложенную информацию, то в самом её примитивном изложении, он бы понял следующее:

«Обнаружено критическое нарушение структуры объекта в данной точке локации. Решение: необходима полная деструкция субъекта. Отмена. Результат - последующее восстановление структуры невозможно. Поиск. Решение - возвращение объекта в исходную точку проникновения на объект. Результат - возвращение субъекта в исходную точку невозможно. Необходимо альтернативное решение. Поиск вариантов. Изменение точки вывода на максимально приближенную, расчёт аппроксимации. Результат - возможность частичного, неполного восстановления структуры объекта. Поиск точки вывода. Максимальная аппроксимация точки выхода к исходной точке проникновения. Результат - возможно полное восстановление структуры объекта на длительном временном промежутке. Вариант принят к исполнению»

Глава 24. Я ДОМА ИЛИ НЕТ...

«Надо заканчивать бухать». Традиционные благостные мысли для похмельного утра после большой пьянки. «Или, хотя бы не мешать пиво с водкой». Как же хочется пить! Последний раз такое было, когда будучи студентом последнего курса, я утром проснулся с похмелюги, руку протянул, еле разлепив веки, а чайник - пустой. Я себе даже дал зарок больше не пить и соблюдал его некоторое время, но затем жизнь взяла своё. Тогда хоть на кровати лежал, в более-менее цивильной обстановке и в нос не лезло какое-то настырное насекомое, да не светило прямо в глаз яркое солнышко. Твою мать! Где это я?

Спина прямо раскалывается, в бок будто, острый нож воткнули, выяснилось только, что это не нож совсем, а рукоятка затвора автомата, я прямо на «калаше» своём ночевать устроился, он то мне спину и намял за прошедшую ночь. Перевернулся набок, через минуту испытав неземное наслаждение от восстановления кровообращения в спинных мышцах. Какого хрена я здесь делаю? Сознание вернулось и вместе с ним чувство опасности, обычное для Стикса. Лежу в кустах. Со стороны меня вроде не видно, это уже хорошо, только у заражённых кроме зрения ещё и слух имеется, да и нюх такой, что за обладание таким же, любая породистая собака удавилась бы от зависти. Слава Стиксу, пока дрых в бессознанке, меня сожрать не успели. И на том спасибо. Рюкзак вроде на месте, я в него так вцепился, что не оторвёшь. Значит так: я был в деревне - это я помню. Вспомнил еще, что появился Скреббер, совсем не такой, как мой старый знакомец, внешне - совершенно другой. И всё, после этого - занавес, больше ничего в памяти не зафиксировалось. Надо осторожно оглядеться по сторонам и потом выбираться отсюда. Потихонечку, без шума и чтобы ни один кустик не дрогнул, да двигать быстренько назад в посёлок, Жуку под крылышко.

Справа издалека, слышится какой-то периодически возникающий шум, как будто там машина проезжает. Так это оказывается и на самом деле машина, да не одна! Откуда здесь трасса? По видневшемуся из кустов шоссе, проходящему неподалеку, туда-сюда часто сновали различные виды автомашин, и не обвешанные всякой защитной хренью, как это в Улье принято, а обычные. Легковые, грузовики, фуры - может я всё ещё не проснулся? Я точно не в «проклятой» деревне нахожусь, это понятно, но место очень знакомое, я точно раньше здесь уже был. Тут же вспомнил, что там позади, за моей спиной, должно быть озеро, а за ним «чернота». Мы же с Жуком именно здесь проходили после побега от Стена. Там вон фура на боку лежала и через пять километров в ту сторону - заправка. И обычное шоссе с двигающимися по нему автомашинами я тоже тогда видел, а Жук, ещё помню, сказал, что это глюки, может мне опять чудится? Надо бы поближе подойти - в прошлый раз мираж исчез, наверное, и сейчас так же будет? Подобрался совсем близко к шоссе, миновав последние кусты и небольшую низинку. Автотрасса с едущими машинами никуда не делась. Я что, дома? Просидел в кустах ещё несколько минут, пытаясь осознать и принять произошедшее, всё никак не верилось.

Затем размышления постепенно переключились на более приземёенные - что теперь делать дальше. Документов у меня никаких, но во время своей бомжатской жизнедеятельности я как-то без них обходился, значит, сейчас тоже не пропаду. Только вот назад в бомжи мне не хотелось, теперь, после всего со мной произошедшего, туда - никаким боком. Ну, раз вольная «беззаботная» жизнь меня больше не прельщает, тогда надо подниматься с колен и начинать карабкаться вверх по социальной лестнице. Осталось придумать, как это сделать и с чего начать. В первую очередь - пища и жильё. Опыт подсказывает, что самое простое и быстрое - мусорный бак и теплопункт. Ничего, все великие начинали с малого, прорвёмся. С мусорками и традиционными бомжатскими укрытиями в этом месте явная напряжёнка. Безлюдные и малозастроенные территории не для них, в город нужно подаваться, в мегаполис, единственное место, где не пропадёшь, по крайней мере, не сразу. Сколько интересно отсюда до первого приличного города? До заправки пять километров, это я помню, только без денег там делать нечего, а жрать охота, как волку зимой и пить - главное пить, жажда такая, будто по пустыне целую неделю шарахался. Легковая не остановится, это понятно, разве что какой-нибудь древний жигуль с таким же «охотником-рыболовом» как я. Идея, кстати, хорошая, в моей камуфляжке за рыбака сойти - пара пустяков, любой поверит. Полчаса стою, голосую, ау, где мой жигуль? Притормозила фура, прокатилась по инерции и остановилась метрах в двадцати, скрипя тормозами. И опять меня посетило дежавю, машина показалась очень знакомой, непонятно как, но я её вроде уже видел раньше.

- До города подбросишь?

Хорошо, что не спросил до какого города, я и понятия не имею, какой тут ближайший.

- Рыбак что ли?

- Рыбак, охотник и всё остальное до кучи. Слушай, водички не найдется, а то после вчерашнего сушняк страшный мучает.

- А что пешком, улов где?

- Да какой улов, всё с вечера так пережрались, что не до рыбалки стало. Достал меня такой «отдых на свежем воздухе», решил свалить.

- А это что в тряпке, удочки?

- «Сайга», моя, мы ж на охоту собрались, вот и прихватил. Этим оставлять - беды не оберёшься, перестреляют ещё друг друга, лучше убрать её с пьяных глаз.

Магазин от калаша я предварительно снял, чтобы он не отсвечивал и примотал к прикладу скотчем, в таком виде за «сайгу» вполне сойдет, а сам автомат замотал в рубашку, что мою голову от пчёл спасала. Избавиться от оружия - въевшаяся до самого нутра привычка стиксовская не позволяла, выбросить автомат - это как в толпе догола раздеться, не поймут ведь. Не успел я ещё привыкнуть к «мирному» существованию, где в повседневной жизни оружие - не самый необходимый предмет, хотя, может и зря. Что-то погрустнел наш водила, брови нахмурил, похоже, какими-то сомнениями мучается в мой адрес. Пока тот левой рукой, что-то там нащупывал под сиденьем, я автомат повернул, направив дуло ему в бок, а правую запустил под тряпку, взявшись там за рукоятку. Водитель движение моё заметил, скосил глаз, прищурился, левая рука напряглась, явно схватил что-то. Как говорят в романах «напряжение достигло предела».

- Тебя как зовут-то?

- Серёга.

- Слышишь Серега, железяку свою брось, всё равно не успеешь, пуля-то она побыстрее будет. Как догадался?

- Я что «сайгу» от боевого калаша не отличу? «Охотник» блин, на кого охотился-то? Тут в округе кроме сусликов никакого зверя отродясь не водилось. Да и не тянет от тебя перегаром совсем после «вчерашнего».

- Ты главное не нервничай, мне тогда стрелять и не придется.

- Чем стрелять будешь? Магазина-то нет, отстёгнут, я отсюда вижу.

- В стволе один оставил, тебе хватит.

- Чего тебе от меня надо?

- Езжай пока прямо, мне подумать нужно и давай без шуток, не хочу, чтобы кто-то пострадал.

Заиграла музыка, не та, что из автомобильного приемника слышалась всё время, другая.

- Ответить можно?

- Чего ответить?

- Телефон звонит, могу я ответить?

Ни хрена себе, у них тут техника продвинулась, у простого шоферюги - переносной телефон. В голове зазвонил первый тревожный звоночек, что-то тут не так в здешней «мирной жизни». Я помню первые переносные телефоны, те были размером с буханку хлеба и за них менты ещё гоняли, нельзя было пользовать, только крутые бандюганы могли себе такой позволить. В Стиксе, естественно, на всякие насмотрелся, так это ж в Стиксе. Куда-то я не туда попал, похоже.

- Ответь, только чтобы я всё слышал, и лишнего не брякни. Я, если что, грузовик водить умею и рожи у нас немного похожи, понимаешь, о чём я?

Водитель достал «трубку» размером с ладонь и совсем без кнопок, поболтал с кем-то немного, не сказав ничего подозрительного, так, здравствуй - до свидания, всё нормально, скоро буду.

- Дай сюда.

Взял в левую руку это чудо техники, тяжёлый хоть и небольшой, экран вовсю ширь, кнопок нет, как его включать-то?

- Ты что, смартфона никогда не видел?

Чтобы не запалиться окончательно пришлось делать умное лицо - мол, я такие каждый месяц новые покупаю. Не прокатило, водила далеко не дурак.

- Можно?

Приложил палец к кругляшку снизу, экран тут же засветился. Ладно, играть в шпионов, смысла больше нет, и так видно, что я ни в зуб ногой в окружающей действительности.

- Серёжа, я тебе сейчас одну вещь скажу, ты только не дёргайся, веди ровно и не удивляйся сильно, лады?

- Попробую.

- А какой у нас нынче год?

- Ты что, серьёзно?

- Серьёзней некуда, ну?

- 2019.

Вот это ни хрена себе! Понятно, что временные потоки в Стиксе и в остальных мирах не могут точно совпадать, но я - то, по словам предводителя Института, должен был вернуться именно в своё время и даже в место, откуда меня «забрали». Место - точно не то, значит, к этому добавилось ещё и время другое. Блин, пятнадцать лет в плюс, это не хухры-мухры. Вот же халтурщики Скребберские, переместители косоглазые! Настолько промахнуться - это ж надо постараться. Ну ни на кого нельзя надеяться. И чего мне, невольному путешественнику, во времени теперь делать? Без документов, без денег и главное - совсем без информации о сильно изменившемся окружающем мире? Хотя «информация» вон она - рядом, рулит себе потихоньку и не геройствует пока, слава Богу.

- Серёжа, ещё пара странных вопросов, куда мы едем, какой там город впереди и сколько нам до него ехать?

- Ростов, который на Дону, часов за пять доберемся, если ты палить не вздумаешь.

- От тебя будет зависеть. Времени получается, у нас достаточно, чтобы ты мне поведал, желательно подробно, что у нас в стране произошло за последние пятнадцать лет, мне это очень интересно.

- Ты точно не прикалываешься?

- Так бывает Серёжа, бац! и не помнишь ничего, амнезия называется, обычно от черепно-мозговой травмы, ты рассказывай, рассказывай.

- А что помнишь последнее?

Последнее что я помнил в прошлой жизни - это как забухал с дружками-бомжами и отрубился в теплопункте. Даже год вроде помню, хотя, честно говоря, примерно, бомжам точные даты без надобности, жизнь у них однообразная, но стабильная - пожрал, выпил и в нору, где теплее и спокойнее.

- Начни где-то с 2004 примерно.

- Я тебе что - канал «История», я все подробности не помню.

- Ну, основные-то вспомнишь, а мне больше и не надо.

Через час я слегка проникся текущим моментом. Для более полного овладения информационным полем ещё вникать и вникать, но на первое время хватит. Теперь деньги и документы, короче - легализация в человеческом обществе, успевшем обогнать меня на добрых полтора десятка лет. Но это только в городе возможно сделать, доедем, а там посмотрим.

- Серёжа, забыл спросить, посты ментовские тут часто встречаются? Что-то нам не встречались пока что.

- На этой трассе их не будет, проверено.

- Так на въезде в город всегда такой есть, сумеем проскочить без стрельбы или мне пораньше сойти?

- Убрали давно все стационарные посты, ты понятно, не в курсе.

- Отличные новости, притормози-ка, где будет удобно.

- Поссать что ли приспичило?

- И это тоже.

- На заправке туалеты имеются, приличные.

- На заправку нам не надо, там людей слишком много, тебе ведь заправляться не нужно, горючего хватает?

Через несколько километров справа показалась площадка для отдыха, пустая, ни одной машины, фура свернула туда.

- Серёжа, держи автомат, сходи, выброси, только подальше, чтобы не сразу нашли.

- А сам чего?

- Не хочу с тобой расставаться, понравилось мне с тобой вместе ехать. Пешком идти, если ты уехать без меня вздумаешь, никакого желания не испытываю. Ключи забери, кстати, не вводи меня в соблазн, да и тебе спокойнее будет.

Серёжа автомат принял и тут же развернул, целясь в меня.

- Он пустой.

- Ты ж говорил, что там один патрон есть?

- Обманул я, но ведь с благой же целью. Вот у меня ещё «макаров» имеется, а там полная обойма. Иди, не задерживайся, да и пистолетик тоже прихвати, я обойму сейчас выну.

Магазин от калаша и пистолетную обойму я сам утопил в ближайшей луже, пока водитель прятал автомат в кустах. Туда же отправились штык-нож в ножнах и пистолетная кобура, теперь с этой стороны я перед законом чист.

- Ну что, двинули дальше.

Водила переминался с ноги на ногу, явно что-то прикидывая.

- Сергей, брось, я «Чечню» прошел, и воевал в разведроте, мне огнестрел не потребуется, чтобы тебя завалить, поехали. До Ростова доедем, я сразу уйду, и ты про меня забудешь, так что не усугубляй.

До города доехали без дальнейших приключений, водила намыливался пожрать в знакомой придорожной забегаловке, но я не рискнул останавливаться, хоть и у самого живот давно урчал не по-детски. Посоветовал потерпеть, разбежимся - набивай брюхо, сколько хочешь. При въезде в город справа по ходу движения нарисовался большой отстойник для фур, туда и завернули.

- Ну что, приехали. Хрен больше буду попутчиков подбирать, без них как то спокойнее.

- Можно я в бардачок загляну?

- Нафига?

- Проверить кое-что нужно.

- В моём бардачке? Дак там только мусор один, ничего ценного нет.

- Мусор и интересует, он ведь разный бывает.

Календарик там был в той фуре, что мы с Жуком на дороге нашли, картинка на нем с рыжим персидским котиком и дата сверху - 2018 г. Я тогда на цифры внимания не обратил, а сейчас всплыло в памяти. Точно - вот этот календарик, да и остальные бумажки знакомы, та самая фура, только пока что целая и с живым водителем.

- У тебя канистра пластиковая в ящике на прицепе есть, на двадцать литров?

- Ну, есть.

- Сергей, слушай меня внимательно и постарайся не удивляться да не крутить пальцем у виска, просто запоминай, пригодится. Однажды, думаю, что скоро, ты будешь проезжать в том же месте, где меня подобрал, порожняком, и увидишь впереди туман, очень густой, он вообще-то кислятиной пахнет, но тебе это без надобности знать, если почувствуешь запах, значит уже поздно. Так вот, увидишь туман, тормози резко, бросай тягач и беги назад как можно быстрее, постарайся в этот туман не попасть. Если не получится уйти от кисляка, выжди пока рассеется и беги к кустам, они немного подальше от дороги слева растут, там будет озеро. Двигайся вдоль него до подъёма, дальше голая степь будет, как только до неё доберёшься, считай спасен. Но это не надолго, скоро придет жажда, водой её не утолить, хотя пить лучше побольше и не бойся, пей прямо из озера. Пересиди первое время там, возле озера, заражённые воду очень не любят, на глубине можно от них спастись, плавать они не умеют.

- Ты случайно не в дурке был всё это время?

- Хуже, чем в дурке, слушай, не перебивай, я тебе помочь хочу. Вот держи брошюрку, она мятая и загрязнилась немного, но прочитать можно.

- Ты из свидетелей Иеговы что ли?

- Ты заткнёшься, нет? Бумагу держи при себе, когда припрёт - прочитаешь и спасибо мне скажешь, может и удастся тебе выжить, хотя шансов маловато. Местность там безлюдная, с живчиком помочь некому, а без него долго не протянешь, просто сдохнешь. Мой тебе совет - иди к заправке, она будет в той стороне, куда ты ехал, через пять километров, там хоть какой шанс будет, только не по шоссе, там тебя быстро заметят.

- Кто заметит, что ты несешь?

- Книжку сейчас прочитай, чтобы в голове хоть немного информации отложилось, время придет, сам всё поймешь. Ладно, спасибо что подвез, пойду я.

- Слышь, как там тебя, деньги есть?

- На оплату за проезд не рассчитывай, я совсем пустой.

- Да я не об этом, на, держи, тут всего две тыщи, но больше не могу, извини.

- Спасибо! Консервы ещё с собой всегда вози, лучше мясные, воду в пластике и топорик прикупи, у тебя ведь с собой нет? Положи всё в рюкзак и держи наготове, кто его знает, когда всё это случится, но случится обязательно. И это, будь готов, не думай долго, просто беги.

Глава 25. ЧУЖОЙ В СВОЕЙ СТРАНЕ.

Еду и место найти нужно, где перекантоваться первое время. Интересно, две тыщи это сколько? В смысле обмена на еду, надолго хватит? В крупный гастроном идти не стоит, лучше в мелкий магазинчик - там цены поменьше и любопытных охранников нет, не хотелось, чтобы меня раньше времени срисовали. Прибиться надо, для начала, к местным бомжам, узнать, у них, что и как, они и подскажут, как дальше действовать. Водки надо купить, да подешевле, без пузыря в «стаю» не примут, даже разговаривать не будут. Вступительный, так сказать, взнос.

В мое время менты вроде облавами особо не страдали, а тут - на тебе, только устроились, начали сближаться и вдруг шухер! Все в рассыпную, кто куда, я тоже. Но при полном отсутствии знания местности меня захомутали тут же. Остальные тоже недалеко убежали: взяли, практически, всех моих новых знакомцев и загрузили в скотовозку с надписью «полиция». Всё никак не привыкну к новомодному для меня термину. Хотя, как ни назови, но мент остаётся ментом, сущность-то не переименовать. Послушав обмен мнениями между бомжами об оперативной обстановке в районе, выяснил, что кто-то где-то что-то в очередной раз спёр, и спёр нечто важное, раз похватали полный невод и будут теперь через мелкое сито всех пропускать. До меня, слава Богу, очередь не дошла, виновника торжества выявили раньше и оставшихся горемык тут же отпустили, наподдав каждому напоследок резиновой дубинкой по хребту - «для профилактики». Остатки моих денежных средств «изъяли» при помещении в обезьянник. Новоявленные знакомцы рассеялись по окрестностям и забились по норам, хрен их теперь сыщешь без «бомжеискателя». Куда теперь бедному возвращенцу податься? Тогда-то мне первый раз и захотелось обратно в Улей, как бы это странно не прозвучало. Пришлось топать на вокзал целых пять километров, одёжка на мне вроде приличная с виду и пока сильно не воняет, должны пустить. Хрен там, билет нужен, без него никак, развели, суки, демократию. Приличного бомжа на вокзал не пускают! Рассвет уже скоро, устал как чёрт, хочется простых человеческих радостей - жрать и спать, ну и выпить бы не помешало. Может окно, где-нибудь грохнуть? Заберут на пару суток, хоть отосплюсь там, да и накормят немного. Нет, я ж решил - в бомжи не вернусь, не по пути мне с этими презренными лицами с низкой социальной ответственностью, тем более, что верил я, что вернули меня назад не просто так. У меня важная миссия - людей спасать. По крайней мере, я надеюсь, что это именно так. Хорошо хоть лето на улице и ночи не холодные, юг все-таки, какой-никакой. Забурился в кусты возле речки, она, кажется, Дон называется и с удовольствием придавил на массу. Никто меня не потревожил, брать у меня нечего, всё, что было интересного, в ментовке уже забрали. Дело шло к вечеру. Бомжи, которых облавой расшугали, наверное уже успокоились и вышли на промысел, надо идти заново знакомиться, только теперь с пустыми руками, но можно оправдаться вчерашним ментовским беспределом, наверняка должны проникнуться. Палатка продуктовая по пути встретилась, эх, пожрать бы!

- Девушка, вам помощник не нужен?

- В смысле?

- Ну, загрузить-выгрузить, принести, а то есть сильно охота и переночевать негде.

- А, нет, не надо, сами справляемся.

- Может, слышали, где требуются?

- Дальше по улице пройдите и направо два квартала, там магазин на углу в жилом доме, там спросите.

- Спасибо девушка, вы моя спасительница.

- Была девушкой, лет тридцать назад.

Идти тяжело на пустой желудок. Одна радость - весить стал меньше, потому - ногам легче, это я сам себя успокаиваю. С усилием прохожу мимо мусорных контейнеров, там уже и «посетители» набежали, «санитары помойки», копаются сосредоточенно с деловым видом. Как мне это всё знакомо. Чувствуется ещё немного, не выдержу и присоединюсь.

- Товарищ продавец, грузчики не нужны? Я не пьющий и очень ответственный, мне немного подкормиться и я горы смогу свернуть.

- Это тебе к хозяину нужно, но его сейчас нет, подождать придется.

- А сколько ждать? Боюсь, не дождусь, помру в рассвете сил.

- А кто ж его знает, он же хозяин, может через десять минут приедет, а может только поздно вечером, выручку забрать. Красная ауди у него, подъедет - увидите, так что жди, если хочешь.

Хозяин явился через два часа. Подкатил красный автомобиль с четырьмя кольцами на решётке, наверное, это и есть та самая ауди. Вышел мужик примерно моих лет, лицо вроде ничего, не злобное, подошёл к нему с насущным вопросом.

- Предыдущего я уволил за пьянку, у вас с этим как?

- В режиме «по праздникам».

- Живёшь далеко?

- Да не очень.

До берега реки отсюда всего ведь три квартала, значит - недалеко.

- Ладно, возьму, но только с испытательным сроком и платить, извини, много не смогу, так что сам решай.

- Меня устраивает.

- Ты ж не спросил сколько?

- Вижу, вы человек приличный, так что надеюсь, сильно не обидите, а не понравится, меня ж никто особо и не держит, так ведь?

- Ладно, пошли оформляться, паспорт давайте.

- Это,.. Нет паспорта, сгорел вместе с остальными документами.

- Как сгорел?

- А вместе с домом и сгорел, снаряд попал, мы в огороде были, повезло, а дом сгорел, вещи и документы внутри были.

- Не понял, мужик ты откуда?

- Из под Донецка.

- Воевал?

- Нет, я раньше в Чечне навоевался достаточно.

- И в Чечне был?

- 503 гвардейский полк, разведка.

- А я в артиллерийской бригаде, командиром батареи под Хасавьюртом был. Ладно, пошли в офис, поговорим.

- Понимаешь, не могу я тебя официально устроить без документов, тебе в полицию надо обратиться по поводу их восстановления.

- Так не надо официально, мне бы только первое время продержаться, у меня ведь денег - ни копейки.

- Дам я тебе денег, немного, правда, сам как видишь, не жирую.

- Ты Виталий Васильевич извини за прямоту, но подачки мне не нужны. Ты только не обижайся, заработаю - возьму, а просто так мне не надо.

- Ладно, пока что возьму просто так, но не затягивай с документами, ночевать есть где?

- На вокзале, могу перекантоваться.

- В подсобке лежанка есть, туалет там сзади в углу. Душа, извини, не предусмотрено, в баню можешь сходить, аванс выпишу.

Ну вот, вроде всё начало потихоньку складываться. Работа не напряжная, разгрузить-погрузить, подать-принести. Продавщица - баба незлобная, особо не гоняет и начальство не включает. В общем, жить можно. Одна проблема - общественный статус, если менты решат копнуть поглубже, тут моя легенда и рассыплется. А что делать? Всё равно придется топать, раньше или позже, остаётся только надеяться на лучшее.

В полиции, а затем в миграционной службе я долго пытался объяснить, чего хочу, постоянно приходилось быть в напряжении и следить за выдаваемым мною потоком информации, чтобы не запутаться. Если бы халтурщик Скреббер меня в своё время отправил хотя бы немного поближе к дате «ухода», проблем было бы гораздо меньше, а тут - пятнадцать лет без малого. Первый день закончился ничем. Посылали, в смысле направляли, меня во всякие разные места и госучреждения писать заявления и добывать различные «нужные» справки, обещали помочь и сделать запросы куда следует и так далее. Устал как чёрт, лучше бы пару фур разгрузил в одиночку, не так было бы напряжно.

А на следующее утро за мной пришли. Участковый, пара ппэсников с автоматами, прячущий глаза, сильно смущенный работодатель и ещё два каких-то «фрукта», судя по ихним манерам - они здесь самые главные. Посадили в патрульную, наручники хоть не надели и то хорошо. Допрос в отделе полиции, довольно формальный, потом в обезьянник, «фрукты» пропали и больше не появлялись. Не понравились они мне, спецслужбой от них несет за версту, с ними и кристально честный будет себя чувствовать не уютно, а что про меня-то говорить. Сидел недолго, совместные сидельцы не лезли ко мне, но смердело от некоторых - не дай Бог. Я к полицаям особого сочувствия не питаю, но им точно не позавидуешь с таким-то контингентом контактировать. И это говорит бывший бомж, который тоже розами не блаухал в свое время. Но это в прошлом, теперь же я рвусь к свету, к нормальной жизни, к чистой одежде и запаху одеколона. Через два часа дали команду на выход, заодно и вонючих бомжей погнали пинками прочь. Мне в их толпу не дали затесаться, отсекли и здрасьте! Вот они - вчерашние голубчики, а я-то надеялся, что прости-прощай - не вышло. Закрытая повозка и наручники, что-то мне второй раз захотелось назад в Улей или, на худой конец, обратно в обезьянник.

- Ну, давай рассказывай, всё с самого начала.

- С момента зарождения жизни на Земле?

- Нет, так далеко углубляться мы не будем. Можно с того момента как ты начал себя человеком осознавать. Хотя, лучше с детского садика, про манную кашку и пелёнки мне не интересно.

- Может, для пущей краткости скажете, что вам именно во мне интересно, я с этого и начну, а то мне на работу нужно, прогул могут записать.

- Хозяин магазина уже десять раз перекрестился, что от тебя избавился, ему ещё и штраф обещали простить, за то, что тебя без документов на работу взял, так что он и рад-радёшенек. Как ты его уговорить-то сумел, он вроде товарищ законопослушный, насколько нам известно?

- Воевали вместе.

- Да ты что? И где это?

- Чечня.

- Кстати, насчёт Чечни, человек с твоими данными действительно там воевал, это мы проверили, только ему тогда двадцать пять было, это в 2004-м, а сейчас соответственно - где-то сорок. Ну не похож ты на сорокалетнего, больше на тридцатилетнего и то с натяжкой. Я бы даже сказал, что ты совсем не изменился внешне с тех пор, ну, ни на граммулечку. Вот фотография из документов тех лет, не слишком чёткая, но изображение неплохо сохранилось - смотри сюда - потом в зеркало, ну как?

- Здоровый образ жизни, свежий воздух и регулярные физические нагрузки творят просто чудеса.

- Это у бомжа-то - здоровый образ жизни? Слушай, я человек очень терпеливый, но твои приколы начинают меня слегка раздражать. Давай-ка я схожу, перекурю, а сюда зайдет пара ребят с удивительным талантом внушать непонятливым пациентам политику партии, да слегка объяснят тебе, как следует вести себя на допросе. Не стоит? Ладно. Тебе ещё повезло, что не к Иванову нашему в лапы попал, он в отличие от меня, как раз тот самый «плохой полицейский», сначала бьёт и только потом спрашивает.

- Вы ж изучили мой жизненный путь до настоящего момента и естественно в курсе, что я три года в яме просидел в Чечне, в промежутках между тяжёлым рабским трудом на благо одного тамошнего придурка. Так что ваши парни мне ничего нового показать не смогут, нервы и здоровье потрепать, с этим конечно, справятся, а толку-то? Я ж с вами сотрудничаю, по мере сил своих малых, а что до манеры изъясняться, так это врожденно, по наследству досталось от папаши, тот ещё балагур был, царство ему небесное. Я вас, гражданин следователь, чем-то обидеть - совершенно намерений никаких не имею. Как раз, наоборот - «с радостью предаю себя в руки» и готов помочь в расследовании, кстати, а чего расследуем-то?

- Хорошо. С временным промежутком от босоногой юности, до ухода из-под опеки государства на вольные хлеба, мне всё более-менее понятно, а вот последующий период твоей жизнедеятельности - как в тумане. Расскажи-ка, что с тобой в то время происходило, лучше с подробностями и аргументированно, так чтобы я тут же поверил.

- Точную дислокацию всех мусорных баков, теплопунктов и фамилии собутыльников я вряд ли вспомню, вы уж не обессудьте гражданин начальник, я большую часть времени бухой был.

- То есть ты хочешь сказать, что как в 2010 подался в бомжи, так и кувыркался там, пока тебя не недавно не приняли? Среднестатистическая продолжительность жизни бомжа на улице 5-7 лет, максимум -десять, и это в Москве, где она попроще. Там и жратву бесплатную можно перехватить на благотворительной раздаче и ночлежки разные имеются. Так что при удачном стечении обстоятельств можно протянуть и подольше. Только Донецк - это далеко не Москва, там вашему брату сильно не разгуляться. А ты у нас вроде как бомжара с десятилетним стажем, только состоянию здоровья твоего, этот срок как-то не очень соответствует, что на это скажешь?

Сука Скребберская, не мог получше прицелиться что ли, когда меня из Стикса изгонял, экзорцист хренов? Как теперь выкручиваться прикажете? Реального трудового бомжатского стажа у меня от силы полтора года наберётся, а тут десятка вылезла. Да и следак, как назло, въедливый попался, хорошо, конечно, что только допрашивает, а не лупит, почём зря, но как теперь отмазываться - ума не приложу. Амнезию что ли включить, вроде прокатывало такое в разных киношках в подобных случаях.

- Ну, я ж гражданин начальник наркотой не балуюсь, зараза всякая меня миновала, к бутылочке и то прикладываюсь в меру, без злоупотреблений. Опять же юг, морозов сильных не бывает, фрукты-овощи употребляю, соответственно витамины постоянно и в достаточном количестве в организм проникают, чего ж подыхать-то мне раньше отведенного срока?

- Предположим. Непонятно мне только вот что - не зафиксировано в архивных документах никаких данных по твоим приводам и задержаниям. Ни один участковый твою рожу не опознал, а они всех своих пассажиров наперечёт знают. Я так понял, что в Ростов ты недавно перебрался?

- Дак год уже как. В Донецке совсем хреново стало, стреляют часто, здесь спокойнее.

- Границу, я так понимаю, нелегально перешел?

- А у меня паспорта заграничного не имеется, чтобы через пропускной пункт переть внаглую. У меня и обычного-то нет, посеял где-то по-пьяни. А граница ваша - одно название, там дырок - пруд пруди, на танке можно проехать, никто и не заметит.

- А вот это ты врешь, приятель. Году в четырнадцатом, даже в пятнадцатом, может, так и было, только сейчас девятнадцатый на дворе, там теперь хрен проскочишь.

- Места знать надо, ну и выучку определённую, я ж в разведке батальона служил, забыли?

- Допустим. Место перехода на карте показать сможешь?

- Не, это вряд ли, я ж наугад шел, тихим сапом пробирался, в ночное время, где переходил, теперь уже не помню. Да и вообще, память меня последнее время часто подводить стала, многие события стали оттуда выпадать, путаюсь от того в воспоминаниях.

- Ты в поезде с верхней полки не падал?

- Чего?

- Ты мне «Доцента» не включай, «здесь помню, там не помню», у меня такое не прокатит. Пока всё с тобой не выясню, будешь в камере сидеть, и вспоминать. Я тебя, кстати, могу здесь держать насколько захочу. Искать тебя никто не будет, даже если вдруг неожиданно сдохнешь, то просто исчезнешь и все. Так что, ты о моих словах подумай хорошенько.

Допросы продолжались уже несколько дней, следак упорно старался выяснить, чем это я таким нехорошим занимался последние десять лет. И тут, сука, правду же не расскажешь, даже если очень захочешь, не поверит же гражданин начальник в Улей и всё что с ним связано. А хуже всего - если поверит и доведёт до сведения определённых структур, про которые Институтский начальник предупреждал. Нет, правду нельзя говорить, ни при каких обстоятельствах, это верный конец. Пусть я даже перегибаю и никакого «всемирного заговора» не существует и никому здесь, кроме меня про Стикс не известно, в дурке сидеть до конца жизни, я никакого желания не испытываю.

- Устал я от тебя, может тебя всё же Иванову отдать? Если завтра не расскажешь всё, как есть: где был, чего делал, точно завтра передам тебя Иванову, да и хрен с тобой, надоел.

Ночь в камере с перспективой завтрашнего перемещения в руки садиста Иванова прошла неспокойно. Заснуть до утра я так и не смог, всё думал и прикидывал какие ещё аргументы привести «доброму» следователю, чтобы не отдавал он меня злому дядьке на растерзание.

- Ну что, это у тебя последняя возможность сознаться, будешь говорить?

- Дак всё, вроде, рассказал.

- Ладно, тогда свободен.

- В смысле?

- В смысле - собирай манатки и катись на все четыре стороны, свободен.

- Не понял. Что, можно просто идти и все?

- А ты, хочешь ещё у нас погостить? Здесь тебе не гостиница, своим постояльцам мест не хватает, так что давай вали и не задерживайся. Слышь, у нас машина скоро в город поедет, если подождешь, водитель может подбросить, я распоряжусь.

- Подожду, конечно, а на счёт меня не расскажете, как-то неожиданно всё получилось, если не секрет.

- Данные на тебя пришли. По нашему ведомству ты не проходишь, так что интерес у нас к тебе пропал, держать - больше не имеет смысла. В общем, никаких деяний направленных на подрыв безопасности государства за тобой не числятся, а чем ты эти десять лет занимался, мне лично и руководству, по барабану, так что - свободен. И вот ещё что, держи - справка о том, что у нас к тебе претензий не имеется, менты на улице прикопаются - покажешь. А это - лично от меня, отнесешь эту бумагу в райотдел к начальнику, там помогут тебе паспорт побыстрее восстановить.

- Следователь сказал тебя в город подвезти, а куда конкретно доставить не сообщил.

- Улица Комсомольская, там гастроном на углу.

- Знаю, как раз по пути.

Красная ауди стояла на своём месте, значит и хозяин здесь. Встретил меня с неподдельным удивлением на лице.

- Поверь, земляк, я тебя не сдавал.

- Знаю, да всё нормально, вот справку мне дали, претензий нет.

- Это хорошо, что нет претензий. Сейчас здесь плотно взялись за террористов и диверсантов всяких. В ДНР вон командиров ополчения недавно подорвали, и сюда пролезть пытаются, так что не удивительно, что всех подозрительных задерживают.

- Вот ещё дали бумагу - в райотдел к начальнику на счёт паспорта.

- Что дальше делать собираешься?

- Назад на работу возьмешь?

- Да без проблем, завтра можешь и приступать, аванс нужен?

- Не помешает.

Бомж вечером прикупил в магазине немного продуктов, затем зашел в канцтовары. Взял там пачку бумаги для письма, пару ручек, а в соседнем магазине - самую дешёвую настольную лампу. У себя в каморке после работы достал первый лист из пачки, положил перед собой:

«Человек и Улей»

Роман - предупреждение

Глава 1.

« Улей - это место, куда попасть просто, а выбраться невозможно, вернее, почти невозможно…

Содержание

1.Глава 1 ЖУК стр. 1

2.Глава 2 УБЕЖИЩЕ стр. 9

3.Глава 3 ВРАЧЕБНАЯ ТАЙНА стр. 12

4.Глава 4 КНЯЗЬ стр. 15

5.Глава 5 ПОХИЩЕНИЕ стр. 17

6.Глава 6 ИНСТИТУТ стр. 18

- Часть первая Отцы – основатели. Расстрел стр. 19

- Часть вторая Отцы – основатели. Лагерь стр. 22

- Часть третья Отцы – основатели. Илко стр. 25

- Часть четвёртая Отцы – основатели. Вениамин Яковлевич стр. 28

- Часть пятая Отцы – основатели. Лекарство стр. 30

- Часть шестая Отцы – основатели. Попытка покинуть лагерь стр. 33

7.Глава 7 КОРНЕЛИУС стр. 35

-Часть первая Отцы – основатели. Продолжение стр. 36

8.Глава 8 КОРНЕЛИУС. ПРОДОЛЖЕНИЕ стр. 38

9.Глава 9 СТАБ «ХМУРЫЙ» стр. 41

10.Глава 10 СТАРЫЕ «ДРУЗЬЯ» стр. 48

11.Глава 11 РУБЕР стр. 51

12.Глава 12 РЕЙД стр. 55

13.Глава 13 ПЕРЕЗАГРУЗКА стр. 61

14.Глава 14 СТАБ «ХОЛОДНЫЙ» стр. 64

15.Глава 15 ЧЕРНОТА стр. 69

16.Глава 16 ШОССЕ стр. 72

17.Глава 17 РЕКА стр. 76

18.Глава 18 ДЕРЕВНЯ стр. 78

19.Глава 19 СМЕРТЬ ЖУКА стр. 81

20.Глава 20 ПАТРИАРХАЛЬНЫЙ УГОЛОК стр. 82

21.Глава 21 МАЖОР стр. 89

22.Глава 22 ОХОТА НА ЭЛИТУ стр. 93

23.Глава 23 СКРЕББЕР стр. 99

24.Глава 24 Я ДОМА ИЛИ НЕТ,,, стр. 106

25.Глава 25 ЧУЖОЙ В СВОЕЙ СТРАНЕ стр. 110

Оглавление стр. 115

Content

БОМЖ

Глава 1. ЖУК

Глава 2. УБЕЖИЩЕ.

Глава 3. ВРАЧЕБНАЯ ТАЙНА

Глава 4. КНЯЗЬ.

Глава 5. ПОХИЩЕНИЕ.

Глава 6. ИНСТИТУТ

Глава 7. КОРНЕЛИУС

Глава 8. КОРНЕЛИУС. ПРОДОЛЖЕНИЕ

Глава 9. СТАБ "ХМУРЫЙ"

Глава 10. СТАРЫЕ "ДРУЗЬЯ"

Глава 11. РУБЕР.

Глава 12. РЕЙД.

Глава 13. ПЕРЕЗАГРУЗКА.

Глава 14. СТАБ "ХОЛОДНЫЙ".

Глава 15. ЧЕРНОТА.

Глава 16. ШОССЕ.

Глава 17. РЕКА.

Глава 18. ДЕРЕВНЯ.

Глава 19. СМЕРТЬ ЖУКА.

Глава 20. ПАТРИАРХАЛЬНЫЙ УГОЛОК

Глава 21. МАЖОР

Глава 22. ОХОТА НА ЭЛИТУ.

Глава 23. СКРЕББЕР.

Глава 24. Я ДОМА ИЛИ НЕТ...

Глава 25. ЧУЖОЙ В СВОЕЙ СТРАНЕ.

Содержание