Дорога в школу

Часть Первая. На учебу с чистой совестью…

1. Пролог… Когда-то давно

Работа — это всегда что-то глобальное. Для кого-то она смысл существования, для кого-то средство достижения каких-то целей, для кого-то просто борьба со скукой. Для очень многих это средство кормить семью, а значит работа неотделима от семьи. Работа меняет людей, потому цели и смысл в работе могут тоже со временем меняться. И сегодня Первый Помощник Председателя Правления Корпорации «Информиндастри» Теодор Айрани сидел у себя дома, в своём кабинете и решал, что для него важнее работа или семья. Даже вопрос стоял не так: что для него важнее, будущее или настоящее.

Когда-то, в такие далекие сейчас дни юности, которые сам Первый Помощник вспоминал редко, он бы просто напился. Может начал искать совета у более старших и, как он тогда считал, более умных, знакомых. Друзей же в те времена у него почти не было, его отец уже тогда крайне скрупулезно подходил ко всем его знакомствам и если считал, что если кто-то может иметь хоть какое-то влияние на его сына, то тут же следовало указание на ограничение общения. Много позже он понял, что все его окружение, друзья с кем он ходил развлекаться, девушки с кем у него были мимолетные романы, все окружение было искусственно создано, так что настоящих друзей он никак не смог бы заиметь.

Сейчас же и друзья бы не помогли.

Браслет высветил входящий вызов.

— Да, дорогая.

— Муж мой, вы сейчас свободны?

— Да, заходи, я в кабинете.

В семье Первого Помощника было не принято пользоваться инфорами[1], всё население особняка, кроме охраны, носило браслеты, которые имели официальное название «Коммуникационный браслет». Интересно, что почти все их называли не «коммами», как писалось в документах, а просто «браслетами».

А вот молодежь вообще называет коммы довольно смешно — «брасик».

Мысль была неожиданной, но совершенно посторонней. Думать о том, о чём хотела поговорить его четвертая жена, Теодору совсем не хотелось. И так уже два часа он сидел и перебирал все варианты решения возникшего кризиса.

Дверь с шелестом отодвинулась в сторону. Вообще, в особняке почти не было автоматических дверей, все они, кроме его кабинета, кладовых и центра охраны, открывались вручную. Этот вариант «под старину» был в свое время очень модным среди Кланов Корпораций Содружества и Первый Помощник, заказывая постройку большого семейного дома, пошёл у тогдашней моды на поводу. Сейчас мода ушла, но менять уже что-то не хотелось, все привыкли и, временами, на приемах в других домах, автоматические двери даже раздражали, когда подходишь к ней, ища рукоятку, а она с шелестом сама откатывается в сторону. Как будто ты не в доме, а в торговом центре каком-то.

— Муж мой, нам надо поговорить о нашем сыне.

Викториана, воительница клана Росса планеты Перун. И уже семь СО[2], как его жена. До сих пор красивая какой-то жуткой красотой бывшего воина и постоянная в своей молчаливости и загадочности.

Десять СО назад Содружество решило, что независимая планета, на которую был прямой маршрут из Столичной планеты, просто обязана вступить в «в дружную семью независимых планет». Все перевозки транзитной ветки этого вектора контролировались правительством планеты Перун, которое не захотело вступать в Содружество, а значит, могло не придерживаться политики беспошлинной торговли через транспортные телепорты, что крайне раздражало руководство всех глобальных корпораций.

Планета имела необычную, довольно простую и не закостенелую кастовую систему. Это была своеобразная военная диктатура. Правила каста женщин-воинов. Они занимали все ключевые посты в правительстве, армии и спецподразделениях. Почему было такое разграничение по гендерному различию, никто толком до начала конфликта не знал. Хотя воины с этой планеты и не чурались наемных контрактов по охране каких-то объектов или ОВП персон, но об их быте на планете, принципах или ритуалах было больше слухов и сплетен, чем реальных фактов.

Сами воительницы были крайне немногословны. У них было своё разделение: то ли по уровню умений, то ли по должностям, точно было не известно, но указывали на уровень не знаки на одежде, а красные пряди в волосах. Чем больше прядей — тем выше ранг. Как распределялось подчинение внутри одинаковых рангов, никто не знал. И самое раздражающее было то, что воительницы практически не читались мониками, а это была угроза для безопасности, которую главы корпораций Содружества считали просто недопустимым.

Несмотря на то, что считалось, что воительницы никогда не врут и всегда держат свое слово, сама невозможность их просканировать в ментальном плане вызывала неуверенность. Да, время от времени, и на других планетах Содружества встречались «нечитаемые» люди, но они были случайностью, погрешностью на фоне общей массы жителей нескольких планет. К тому же, почти все они были на службе Корпораций (считай — правительства), а тут несколько миллионов потенциально нечитаемых! В Содружестве их иначе как «молчаливыми ведьмами» никто не называл.

Экономическими способами задавить перуновцев никто даже и не думал пытаться. Блокада вектора ничего бы не дала, кроме убытков самому Содружеству. Пришлось бы пересматривать все торговые маршруты, чтобы летать в обход, а это лишнее время и деньги.

Если каста воительниц правила, то каста работников занималась другими делами, выращивали хлеб, занимались науками или производством. Воительницы пропагандировали среди своих аскетизм, так что грабить своё население им было незачем. Хотя планета была полуосвоена, прирост населения был минимален. Контроль рождаемости осуществлялся путем снижением налога, при наличии трех и менее детей, а при четырех и более налог резко возрастал, так что большие семьи были редкостью. Тем и было отличие от тех же аграрных планет, на которых чем больше людей в семье, тем выше общесемейный доход.

В течение нескольких СО шла подготовка к вторжению. Накапливались вооруженные силы, закупались, строились и настраивались корабли, которые будут двигаться по этому вектору. Все происходило в строжайшей тайне, были потрачены просто громадные средства. И вот настал день, и армада кораблей выдвинулась на планету. Общественное мнение начали подготавливать к военным сводкам победоносного шествия против «возомнивших себя бессмертными красноволосых убийц демократии».

Но когда войска прибыли на орбиту планеты, оказалось, что никто её защищать не собирается. Самая старшая воительница (судя по количеству прядей, которые делали ее прическу просто красной) вышла на связь со штабом вторжения и сказала, что они с ними воевать не будут. И «если им так нужна Долина Камней, то они её дарят, но обратно бесплатно не примут», чем вызвала кучу вопросов у политиков и возмущение у военных, которым очень хотелось пострелять.

Конечно, поворчав на «сумасшедших баб», никто отказываться от такого подарка не стал. Войско было высажено в долину, в которой был большой портал, заняло круговую оборону. Портал хотели запустить, но он работать отказался, и выгрузить всё, что было привезено с собой для строительства укреплений, (а так же боеприпасы и питание) путем телепортации оказалось невозможно. Где находятся остальные порталы планеты вообще выяснить так и не удалось. Всё это сулило поражение в войне: не будешь же за каждым обедом или каждой обоймой солдата отправлять челнок на орбиту, унося всё это на руках. Да и смысл в завоевании планеты, на которую не выгрузить привезенные товары, а с неё ничего толком не забрать при заблокированном портале.

Но военные и логика — это две параллельные прямые. А они, как известно, не пересекаются. А вот упрямство и военные — слова-синонимы. За три десятидневья, военные перетащили всё, что привезли на планету на челноках, практически вручную. Всё, можно вылетать за представительством Правления Содружеством и объявлять планету своей.

И тут выяснилось, что исходящий вектор с планеты не отзывается. Прилететь на планету можно, а вот улететь нельзя! Вот это уже проняло всё командование Армии Вторжения. На вариант «всех впускать, никого не выпускать», на практически отсталой планете, как-то никто не рассчитывал. Приписанные военным, моники ранга «оракул», а в этой раз были взяты аж двое, в один голос утверждали, что телепорт работает, но «вектор ускользает», судя по всему имея какую-то индивидуальную особенность или защиту, о которой раньше никто не слышал, да и даже предположить, что такое возможно, не мог.

Теодор Айрани был тогда в составе армии вторжения как представитель «одного из спонсоров мероприятия». Непонятно почему, но скромный рядовой работник отдела заключения договоров был включен в состав делегации для переговоров с правительством такой неудобной планеты. Скорее всего, отец постарался. До сих пор ему было неприятно вспоминать, как военные что-то там мычали, он заливался красноречием при встречах, а эти ведьмы просто смотрели и улыбались, не отвечая вообще ничего. Как с видеовизором разговаривал. Переговоры длились больше десятидневья, под конец он уже ездил к ним один, без военных, просто на чистом упрямстве. И говорил, говорил, говорил… Питание у военных заканчивалось, и они были готовы взять его силой, а он никак не хотел допустить кровопролития. И, видимо, всё-таки до этих баб-вояк что-то из его речей дошло.

Итог переговоров был неоднозначным. Ему представили одну из воительниц, как члена семьи, владеющей долиной, в которой расположен портал. Условия были таковы: войска уходят, пошлины за транзит через Перун больше браться не будут, только плата за хранение товаров на планете, а он берёт в жёны эту молчаливую девушку, в волосах которой было пять красных прядей. На фоне остальных чёрных волос, это смотрелось неожиданно очень притягательно, а сама девушка была просто молчаливой улыбающейся милашкой, если на минутку забыть, что пять прядей у этих милитаристок это очень и очень серьезно. Три жены у него к тому времени уже было, а больше в столице иметь было не принято, хотя законом и не запрещалось. Только вот отказаться от такого «подарка» он так и не решился.

Три СО она жила у него в доме, не подпуская к себе. Она даже имя своё ему не сказала, а на все вопросы «когда же» молчала или пожимала плечами. И хотя она была, как все воительницы, молчалива, за её эмоциональность и постоянную улыбку слуги её любили. И это не смотря на то, что доброй её назвать было сложно. А вот охрана, глядя на что она способна (девушка ежедневно по несколько часов тренировалась на специально для неё закупленной динамической полосе препятствий), её откровенно побаивалась.

И вот в один совершенно обычный день она пришла, показала на свежевыкрашенную прядь (теперь их стало шесть) и сказала, что просит «дать ей имя». Оказывается, что между помолвкой и, собственно, свадьбой у воительниц время определяется как раз получением следующей пряди. Большинство воительниц находят своих мужчин рано, обычно между первой и второй прядью (не имеющие вторую, но желающие выйти замуж, уходят в «мирную» касту). И имя жене дает муж, старое остается в прошлой жизни. Какое у нее имя было раньше, он узнал много позже и совершенно случайно.

Несмотря на кажущийся матриархат, на самом деле, старшим в семье у красноволосых был почти всегда муж. Да и армия у них была смешанной, а не из одних «ведьм» как можно было подумать. Это правительство было в основном из женщин, как представительниц правящего клана, а семью и политику воительницы предпочитали не смешивать.

Дав девушке имя Викториана (тщеславно отметив свою победу в тех переговорах), он узнал, что такое любовь и страсть этой молчаливой и улыбающейся красотки. А через оборот она подарила ему сына, наследника его фамилии, ведь до этого у него было только две дочери от старшей и третьей жены.

И теперь у него были все шансы потерять и жену и наследника.

— Я тебя слушаю, любовь моя.

— Ты уже знаешь, что произошло. Какими будут твои действия?

— Врач уже приехал, жизни Валериуса ничего не угрожает.

— Ты знаешь, о чем я.

Теодор смотрел на необычно многословную жену, которая впервые за много оборотов смотрела на него исподлобья, и думал, что же ей ответить. А ответить надо, за эти годы он изучил её достаточно и понимал, что уж она-то его переупрямит в любом случае.

— Ты понимаешь, что я в любом случае обязан об этом доложить? — Он старался подвести жену к тому, чтобы она сама согласилась, что сообщить о том, КТО оказывается их сын — самое лучшее решение. Но в ответ получил только ещё более упрямый взгляд. — Нет, ну а что ты предлагаешь? Если не сообщу я, сообщит кто-то другой и тогда сына заберут, а я буду объявлен «врагом демократии» и потеряю всё. Мы потеряем всё! Ты разве это не понимаешь?

— Никто, кроме меня и нашего сына, там не присутствовал и не знает обстоятельств. Если ты не расскажешь, то никто ничего не узнает. В любом случае, я не подпущу к его голове никого. И ваше правительство не получит моего сына.

Да, её нелюбовь к правительству, которое чуть не разожгло войну у неё на родине, так и не остыла со временем.

— Виктуся, — Первый Помощник назвал свою жену ласковым именем, которым пользовался только наедине, — ты пойми: доктор, что осматривал нашего сына, обязан доложить по инстанции. Симптомы очень характерные, вариантов не так уж и много. Тем более, сын уже несколько дней жалуется на плохой сон. Обязательно будет проверка, а соврать монику не сможем ни я, ни Валериус. Это ты у нас защищена от проверки.

— Ты ничего не видел и не можешь знать, что там произошло, так что тебе врать и не придется. Скажешь «я не видел» и всё, ни слова неправды. А сына я смогу защитить.

— Это как, интересно? — Первый Помощник аж привстал, почувствовав, что приближается к тайне, которую хотел бы знать каждый в Содружестве. — Ты знаешь, как искусственно сделать человека «непроницаемым»?

— Нет, не знаю.

Такой категоричный ответ убил последнюю надежду, и Первый Помощник отвернувшись от упрямого взгляда жены, посмотрел в окно.

— Тогда вариантов нет. Не можешь же ты его срочно увезти на Перун, его просто никто не пропустит. Такой потенциально сильный моник слишком ценный ресурс, чтобы его упускать.

Теодор вздохнул и внезапно понял, что он очень сильно устал. Высокая должность, большие деньги, которые он на ней зарабатывал, всё вдруг оказалось не нужным, пустым. Зачем всё это, если оставить некому? Сын у него один, и его заберут. Это что получается, он всю жизнь работал просто на приданое, а его фамилия просто исчезнет? Конечно, он любит своих дочерей, но, а как же гордость за свой род? А как же династия, о которой очень часто упоминал его отец, когда хотел пристыдить или похвалить его успехи?

— Муж мой, я могу решить эту проблему.

— И как? Ты так и не рассказала.

— Чего не знаешь, рассказать не сможешь. Просто знай: наш сын останется с нами. Прошу только отдать мне Грея.

— Надолго? — Первый Помощник потянулся к комму.

— Насовсем.

— Свет жизни моей, зачем тебе непроницаемый? Их и так у нашей семьи всего двое. Они, конечно, не так редки, как моники, но тоже, знаешь ли, не часто встречаются.

— Он нужен, чтобы обучать и защищать нашего сына. Не только сегодня.

И где эта всегда улыбающаяся добрая девушка, что была с ним все эти годы? Он не узнавал свою жену. Теперь он видел перед собой воина, на которого напали и который готов на всё, чтобы защитить своего ребенка. Великий свет, как же он хотел ей поверить!

— Радость моя, Валериус — ребенок, ему всего шесть оборотов. Он скоро пойдет в младшую школу. Даже если ты сейчас найдешь способ обойти проверку, он сам проговориться кому-нибудь знакомому. Вон возьми его сестёр. Они не снимают инфоры круглые сутки, живут в своих соцсетях и игрушках, мои подчиненные в Корпорации узнают про то, что происходит у нас в доме, уже через несколько минут после события. Он проговорится своим друзьям, не обязательно живым, в инфонете у него, как у моего сына, будет миллионы, если не миллиарды подписчиков и поклонниц. Тут столица, а не твоя планета, а мы ещё из-за моей должности все на виду. Журналистов хоть автоматической турелью отстреливай, настолько обнаглели в последнее время. Да и то, наверняка, нужно поставить две, одна будет перегреваться!

— Я всё решу.

— Как!? Ну, скажи мне, КАК ты всё решишь?!

— Ты мне не веришь? — На непривычном застывшем в упрямстве лице жены правая бровь прыгнула вверх.

— При чём тут это? — Теодор досадливо поморщился, — Я тебе верю, ты никогда не обманываешь, но сейчас же разговор не о том. Мне кажется, что что-то скрыть в Содружестве от правительства невозможно! Да, благодаря отцу и своей должности я добился того, что моя жизнь закрыта от общественности. На наш дом не направлены камеры Комитета лояльности, все дроны, что пытаются пролететь над нашей территорией, автоматически сбиваются, а все возможные прослушивающие устройства блокируются системой охраны. Но это всё равно не помогает, как я уже говорил. Женщины и дети хранят тайны только коллективом. А у наших детей этот коллектив несколько миллионов, как минимум.

— Не веришь мне, поверь в меня. Я все решу.

Первый Помощник опять почувствовал, что, как десять СО назад, он разговаривает с тем, кто его не слышит. Всё его красноречие и разумные доводы разбиваются о скалу упрямства жены-воительницы. А, ну и Светлый Пророк с ней, пусть делает что хочет! Он уже согласен с любым вариантом развития событий. Запретить то он ей может, но тут уже понятно, что она не послушается. А перед любыми неприятностями семья должна быть едина.

— Ладно, Великий Свет с тобой. Поступай, как знаешь, только потом предупреди меня, что я должен говорить и делать.

— Хорошо.

— И любовь моя, улыбнись, прошу. — И сделав просительное по-детски лицо, добавил. — Твое хмурое личико пугает меня больше всех ищеек Комитета лояльности.

И она улыбнулась. Ну, наконец-то!

— Не бойся, наш сын получит благословение огня. А огонь всегда защищает своих детей. Сюда уже летит моя сестра по клану, а больше тебе знать не надо, верь мне.

2. Оборотная сторона… Теодор работающий и Изольда внезапная

Какая хорошая погода сегодня. Свет падает немного сбоку, делая всю обстановку частью какой-то сказочной истории.

Работать не хотелось. Возможно, тому виной была солнечная погода за окном 75 этажа офисного здания Корпорации «Информиндастри», а возможно возраст давал о себе знать. Всё-таки приближалась круглая дата — 50 стандартных оборотов, полжизни за плечами. Предстояла суета с официальным празднованием, а любую суету вокруг себя Теодор Айрани не любил. За дверью послышался какой-то посторонний шум, а ведь звукоизоляция его кабинета была сделана на совесть.

Дверь откатилась, и в кабинет неудержимо ворвался бело-пепельный вихрь. Остановившись около стола, вихрь превратился в статную женщину невысокого роста, одетую в белое, явно церемониальное, одеяние. Длинные, ниже пояса, пепельные волосы, которые являлись отличительной чертой семьи потомственных жриц света, которые обычно были заплетены в толстую тугую косу, сейчас были распущены. На лбу у пепельной блондинки прилипла мокрая прядь, показывая, что ее хозяйка долго и упорно если не бежала, то быстро шла.

— Я никуда с ним не полечу!

Первый Помощник расслабленно и спокойно поднял взгляд на свою вторую супругу:

— Почему? — Напрягаться и думать, угадывая причины такого заявления, совсем не хотелось.

Эх, рабочий день только приближается к обеду, а настроение уже пытаются испортить.

— Я не могу сейчас бросить Храм! Поездка займет не меньше десятидневья, а у меня Праздник Рождения Посланника через три дня!

— Изольда, не ты Главная Жрица. Ты даже не входишь в штат её помощников. Так что и на празднике тебе быть не обязательно, — вроде бы спокойно ответил Помощник, но все-таки сбился на легкий сарказм. — Твоя мать как-нибудь переживёт один раз и без твоей помощи.

Теодор Айрани не любил свою «светлую» тёщу. Признаться, он вообще ни одну свою тёщу не любил, но мать своей второй жены особенно.

Являясь полным атеистом, а также занимая высокую должность в торговой Корпорации, его ужасно раздражало, когда в бизнес лезли «светляки» и всякие другие теократы. А тёща, в свое время отдавая за него свою среднюю дочь, видимо рассчитывала на то, что он сделает их секту чуть ли не государственной религией Содружества. И то, что её планам не суждено было сбыться, просто выводило из себя Главную Жрицу религии Ушедшего в Свет, и она не переставала настраивать дочь против мужа. Даже в том, что Изольда единственная из жен ещё не имела детей, он видел влияние её матери. Медики в один голос утверждали, что жена полностью здорова.

— Пусть эта твоя красноволосая сопровождает своего отпрыска.

— Викториана сейчас занята. Конечно, я бы тоже предпочёл, чтобы моего сына сопровождала на учебу его родная мать, но сейчас это, к сожалению, невозможно.

— Так отправь его с охраной и слугами. Вон его серый все равно ничего не делает, вот пусть и летит с ним.

— Грей пока мне нужен тут. Он всё равно скоро прилетит туда же, только через несколько дней.

— Ну не каждый же день он нужен. Десять дней можешь и без него обойтись.

— Каждый. А потом он улетит и останется там надолго. Тем более, он не является ни членом семьи, ни опекуном, а значит, не может быть сопровождающим. Бумаги Клятвы Служения кто будет утверждать?

Блондинка даже запнулась на выдохе. Ее лицо из надменно-злого стало недоуменным:

— А зачем ребёнку клятва? Ни за что не поверю, что ты хочешь отдать своего единственного наследника на государственную службу.

— Эта клятва даётся на время учебы в этой школе. Таковы правила. Её действие заканчивается с вручением аттестата, или в связи с выбыванием по неуспеваемости. Даже перевод в другую школу не прекращает действие клятвы. Он идёт не просто в среднюю школу, а в специальную, при Академии Разума, а она под эгидой государства. — Несмотря на поднимающееся раздражение, Первый Помощник все-таки решил разрядить обстановку шуткой, заодно перевести разговор на другое, — Ты там моего секретаря не убила? Чего он даже не показался после того как ты тут у меня двери вышибать начала?

— Ничего с твоим секретарём не сделалось. Просто он, видимо, после прошлого раза понял, что перечить дочери Главной Жрицы нельзя, так в этот раз почти не помешал!

Теодор очень сомневался, что его секретарю вообще есть дело до всего культа «Ушедшего в свет», а уж тем более до её рядовой жрицы, но что с женой своего начальника лучше не спорить — себе дороже — он, наверняка, уже уяснил.

А тем временем, пока она говорила о секретаре, лицо блондинки опять резко поменялось, теперь оно показывало картину «царица снизошла до плебеев». Именно эта яркая внешняя эмоциональность в свое время и привлекла в ней Теодора Айрани, первого наследника побочной семьи корпорантов. Он вообще был падок на всё яркое в плане эмоций, и о своей слабости знал. Он и рискнул связаться с этими сектантами только ради того, чтобы обладать этим зимним цветком, а уж никак не ради «Света, пришедшего, чтобы развеять мрак заблудших, что спутали свет золота со светом истины». В их бред всё равно никто из нормальных людей не поверит! Разве что, свой набор ругательств он (а за ним и вся семья) пополнил упоминаниями света и тьмы.

— Слетай с Валериусом, я тебя очень прошу, — уже гораздо теплее попросил он, — обойдутся в храме без тебя десять дней.

— Нет, ну а всё-таки, почему я? Почему ты с ним мелкую не отправишь? Вот тебе представитель и член семьи!

В семье Первого Помощника уже все давно привыкли, что Изольда никого не называет по имени, придумывая разные прозвища. Один раз на банкете в честь официального приема посла одной провинциальной планетки, она выдала «эй ты, толстолобик, иди сюда» по отношению к сыну посла. Скандал удалось замять, сведя всё к шутке, сказав, что жена польстила уму парня, но было просто стыдно. В своё время, тёща могла бы и побольше уделять времени воспитанию своей дочери.

«Мелкой» она называла пятую, младшую жену Теодора — Милисандру. Та была дочерью его шефа, членом семьи владельцев Корпорации, и буквально выросла на его глазах. Она действительно была маленького роста, да и по возрасту самая молодая из жён, но в силу родственных связей, по статусу внутрисемейного (ему совершенно непонятного) рейтинга, была вровень с первой женой, Лириной, если не выше, что Изольду, одно время, сильно раздражало. Сначала они даже сильно ругались, «пока муж не видит», не вынося причину конфликта. Но после того, как Милисандра сначала забеременела, что приостановило конфликт, а затем родила чудную большеглазую дочку Лилию, с белыми волосами (не с пепельными, как у Изольды, но где-то близко), конфликт незаметно исчез как-то сам собой. Изольда просто таяла под взглядом этой куколки. И была далеко не исключением, кто попал под чары этих хитреньких карих глазок. Валериус даже один раз взял на себя вину в одной из шалостей, которые устраивала его младшая сестра, вовлекая брата, а иногда и старших сестёр, в свои авантюры. А когда это белобрысое чудо хлопало глазками «это не я» (ах-ах!) не поверить ей не решался ни один житель семейного особняка. А тот раз вообще принёс такие проблемы, которые Теодор разгребал до сих пор. Всё во имя семьи!

— Я не могу ей приказать, а сама она может не согласиться.

— А давай я её уговорю? — Изольда поставила обе руки на стол и, наклонившись к мужу, перешла на ласковое шептание. — Она же сама недавно говорила, что киснет в стенах дома. Вот пусть и развеется.

— Сомневаюсь, что у тебя получится, но если уговоришь, то пусть летит она. Только челнок уже завтра утром, так что знать, кто из вас полетит, я должен сегодня до ужина. Да и собраться ей нужно будет время.

— Договорились, сделаю всё, как ты сказал. — Изольда отпрянула, сложила руки на груди и широко открыла глаза и снова сменила выражение лица. На тот раз это было «примерная жена готова выполнить любое пожелание мужа». — Я побежала.

Пепельный Вихрь снова всколыхнулся вверх при резком развороте, а затем унесся в сторону двери.

Теодор смотрел вслед убежавшей жене, и его опять начал одолевать философский настрой:

Пришла, накричала, добилась своего и в конце нагло сделала вид, что это только моё решение. И кто из нас двоих профессиональный дипломат?

3.. Мы едем в Космопорт

Не то что бы я не выспался, но утром без зарядки чувствовал себя не очень уверенно. Да и какая уверенность, если тебя слуги поднимают, когда еще темно, буквально запихивают в туалет, после кидают в бассейн, а вытащив, потом в четыре руки одевают. Да ещё и слово сказать не дают! На все вопросы или протесты один ответ: «Это приказ Вашего отца». Я им что, маленький что ли! У меня уже больше оборота красная прядь имеется! Я воин, а не какой-нибудь разжиревший кабинетный червяк!

Они еще думали протестовать, когда я взял свой нож, который мама подарила мне после экзамена на первый уровень. Пришлось, правда, брать не поясные ножны на него, а прикреплять на ногу, но на моем комбинезоне там был специальный разрез, что позволял в случае надобности присесть и быстро достать оружие. Воин должен быть всегда вооружен. А незаметное оружие дает преимущество в битве с противником, который рассчитывает на легкую победу.

Вещи мои были собраны ещё мамой перед её отъездом по каким-то папиным делам, а сейчас, наверное, уже погружены в мобиль. Нырнув в предварительно открытую слугой дверь с непрозрачным с внешней стороны стеклом, я увидел там сидящую Милисандру, мою младшую маму. Ее эмоции просто ослепили меня, в них было такое ПРЕДВКУШЕНИЕ, что можно было подумать, что мы не на космодром едем, а как минимум в магазин сладостей! Если бы не экранирующий моё восприятие папин спецмобиль, думаю, такого бы эмоционального удара я не получил, всё-таки обычно я «слышу» человека метра за три, не меньше.

— Привет, Валя, ты чего так долго? Я тебя уже почти полчаса тут дожидаюсь. Разве воин не должен собираться быстро? — Она через инфор явно дала команду на отправление, потому что мобиль резко сорвался с места.

— Привет, мама Мили. А почему меня провожаешь ты? Мне позавчера отец говорил, что меня повезет мама Изольда.

— Ой, я сама не знаю. Но Изольдочка вчера ко мне пришла и сказала, что отец передумал и решил, что мне нужно набираться самостоятельности в решениях. Теперь я твой официальный представитель, представляешь как здорово! — Милисандра, аж зажмурила глаза и сжала кулочки, прижав их к щекам, а в ее эмоциях заблестел яркий восторг. — И это очень ответственное дело, мне такое поручили в первый раз, так что веди себя хорошо, а то твой отец больше меня никуда одну не отпустит. И вообще, ты разве не рад?

Ха, я уже давно знаю, что с женщинами нужно во всем соглашаться, на таком меня уже не поймать.

— Конечно рад! Я буду стараться вести себя как настоящий воин и буду тебя охранять. Но почему мы без завтрака? И почему я с утра не видел сестёр? Надо было бы попрощаться, я же их теперь долго не увижу.

— Эх, если бы мы остались на завтрак, то всё, никуда бы ты не уехал. Спасение только в скорости и в скрытности, — сказала она последнюю фразу строго, явно подражая отцу, но сама не выдержав своей строгости, звонко засмеялась. — Можешь всё сказать мне, я передам им потом.

— Понятно… это папа тебе посоветовал?

— Да. И он же сказал, чтобы ты не переживал, после первого оборота учёбы, сестры и твоя мама тебя навестят. Или сам приедешь на каникулах.

Что ж, я воин, пусть ещё только первого уровня, а воины часто не видят своих близких долгое время. Жаль только, что с малышкой Лилией не попрощался. Я ей подготовил подарок на свой отъезд, но теперь уже не вручить, съем сам. Ну ладно, потом придумаю какой-нибудь другой подарок.

Ехали мы по специальной верхней трассе, для мобилей, управляемых общим центром. На обзорных окнах была виден просыпающийся город.

— Ты чувствуешь, как вступаешь во взрослую жизнь? — Вопрос мамы Мили отвлек меня от красот столицы, но ответить я ей ничего не мог. Только пожал плечами. Неужели она не помнит, что взрослым я стал уже давно, и учёба тут не при чём? — Ты там познакомишься со своими сверстниками. Ты у нас такой красавчик, просто смерть девочкам! Смотри, не повлюбляй там в себя всех, другим мальчикам хоть немного оставь.

Как всегда, когда она заводила разговоры со мной о девочках, в эмоциях мамы Мили появилось какой-то предвкушение и злость, как будто она хотела, чтобы я познакомился с кем-то, и сразу же заранее злилась на это. Вот как такое понять? Надо её успокоить.

— Не нужны мне чужие девочки, мне хватает сестер и тебя с мамой.

— Ох, малыш… мы с твоей мамой уже далеко не девочки, а сёстры тем более вообще на эту роль не подходят.

— Почему тогда, когда меня наказывали за то, что мы дрались, им всё простили, потому что «они же девочки, а девочек бить нельзя». Где логика? И тогда они первые начали, когда Эполиния кинула в меня флакон с пудрой. Подумаешь, не нажал на предупреждающий сигнал на двери, когда вошёл. Её дверь же была не заперта, значит, она не занята! А Мирталия её в той битве поддержала, предательница.

От мамы Мили пошла сильная волна смущения, которая сменилась сильным возмущением, а затем растерянностью. Как понять данные метаморфозы? Мне часто кажется, что взрослые женщины имеют в голове несколько разных людей, которые думают и чувствуют одновременно разные вещи.

— Ну… ты же уже большой мальчик, должен понимать, что…

— Что понимать? Что сестры не девочки, или что они девочки? Пусть они тогда носят таблички: сегодня «я девочка», а завтра «всё, я не девочка», чтобы я понял, когда и как реагировать. — Моему возмущению несправедливостью не было предела. — Не девочка — получи подушкой в ответ на флакон с пудрой!

Волна растерянности сначала усилилась, а потом внезапно сменилась весельем, и мама Мили стала тихонько хихикать.

— Знаешь, Валя! Ты никогда не взрослей, а то станешь как твой папа умным, скучным и недосягаемым. И лучше молчи, как ты обычно делаешь, когда не хочешь отвечать, а то ты как скажешь что-то, так я просто не знаю, что думать и как реагировать. У тебя вроде бы по риторике были хорошие показатели, почему ты каждый раз умудряешься сказать какую-нибудь глупость? Как девочки могут быть «не девочками»? Тебя же побьют за такие высказывания!

Ясно, разговор опять перевели на другую тему, с намеками, которые мне непонятны, потому продолжать мне его совсем не хотелось. Если будешь говорить о том, в чём не разбираешься, обязательно выставят дураком. Вот что такого плохого быть не девочкой? Я вон не девочка, и меня это совершенно устраивает!

До самого конца поездки мы молчали, хотя мама Мили о чём-то задумывалась и, периодически поглядывая искоса на меня, тихонько хихикала. Это было обидно, но спрашивать, чего такого смешного она увидела, я гордо не стал.

*****

В своей долгой жизни я ещё ни разу не был в Космопорту до этого времени. Оказывается, он не просто намного больше даже здания театра, это просто целый город! Ещё в древние, досодружеские времена было обнаружено целых три больших транспортных телепорта в пределах нескольких десятков километров, так что, видимо, поэтому Иллит стал самым большим городом планеты Валомтар, столичной планеты Содружества.

Так как отец занимал высокий пост в Правлении одной из крупных Корпораций, и по работе часто летал по делам на разные планеты, то дом наш был не так уж и далеко от одного из Космопортов. Он отвечал за направление третьего сегмента третьего сектора планет, но все его называли просто Третий Космопорт, хотя он и имел какое-то вычурное название в честь одного из ученых группы моников, открывших принципы действия грузовых телепортов.

Мы с Милисандрой вышли из мобиля на крытой стоянке, с нами остались только две девушки из охраны моей младшей мамы, а остальная толпа слуг поехала на других больших мобилях заниматься багажом и документами. До отправки была ещё порядочно времени, мы приехали явно рано, но я был не против. Это же ПРИКЛЮЧЕНИЕ! Когда ещё будет возможность погулять по настоящему Космопорту? Из дома меня не выпускали, во «внешний мир» ездили всего несколько раз в честь разных праздников на разные постановки детских спектаклей. Когда я сидел на первом ряду, эмоции скуки, исходящие от взрослых, играющих детские роли, навевали тоску. Я даже уснул в тот раз, после чего попросил, чтобы брали билеты подальше от сцены, сказав, что тяжело смотреть, когда близко. А вот когда я «не слышал» актеров, эмоциональный фон задавали дети, сидящие вместе со мной, так что я заражался их восторгом и получал очень большое удовольствие от сказки. Главное, отсесть от некоторых взрослых, сидящих с детьми. Их раздражение и скука были явно лишними на празднике детей. И почему взрослым разрешают посещать такое, раз им не интересно?

— Так, Валя, быстро опусти экран инфора, — и мама Мили встала передо мной, закрывая собой многоцветье Космопорта. — Рано тебе ещё такое видеть!

Я сделал, что она просила. В правом верхнем углу у меня всегда значок, уведомляющий о том, что включен родительский контроль. Вот под ним и появился значок фильтра визуальной рекламы.

Прямо стало интересно, что за реклама такая, что мне нельзя на неё смотреть? Не думаю, что на всеобщее обозрение выставлено чье-то убийство. Да и воину не привыкать к таким зрелищам!

На самом деле, я ни разу не видел реального убийства, да даже на картинках не видел, хотя уже убил тысячи своих врагов на вирт-полигоне во время тренировок, но там убитый сразу же исчезал. Контроль инфоров дома был подключен через СБ (службу безопасности) нашего дома, а мой ещё и контролировался моей родной мамой, которая считала, что всему своё время.

Мама Мили, видимо, сама явно тут ни разу не была, потому что вовсю крутила головой вместе со мной, но в её эмоциях вместе с любопытством было сильное смущение, мне непонятное. Причем оно проскальзывало именно тогда, кода она бросала быстрый взгляд на квадрат одной рекламы, закрытой от меня туманом родительского контроля.

Конечно там не убийство, но тогда что?

Насколько я помню, так смущалась она несколько раз: когда её при мне один раз щекотал папа, когда я строго смотрел на неё, съевшую в задумчивости мою порцию мороженого и мне пришлось просить служанку принести другое, и когда мы со средней сёстрой играли в лошадку в полотенцах, сразу после бассейна.

Вряд ли там реклама лошадей, щекотку я даже и не могу представить, как рекламировать, а значит там мороженое! Точно! Видимо мама Мили решила, что я, увидев рекламу, тут же и затребую себе кучу порций, а она не сможет отказать. Она просто не понимает, что настоящий воин не должен идти на поводу своих желаний.

Сделав строго-равнодушное лицо, показывая, что ничего такого я не хочу (хотя от мороженого я бы не отказался, мы же не завтракали), спросил:

— А мы куда теперь?

— В зал ожидания. — Из названия понятно, что это, но непонятно, где это!

— А где он?

— Сейчас зайдем, и всё узнаешь. Ты чего такой нетерпеливый? — Она потянулась по привычке разлохматить мои волосы, но у меня на голове был инфор, и потянувшаяся рука замерла. А в эмоциях мелькнула растерянность. — Нам во-он к тому входу.

На экране у меня появилась стрелочка, указывающая путь, и поясняющая надпись «Вход ОВП». Сам я практически не пользовался инфором, мои мама и папа были очень отрицательно настроены к этому устройству, говоря, что современные дети уже и туалет без стрелочки найти не могут, а мама добавляла, что воин должен быть независим от всего искусственного.

Когда я был совсем маленьким, у меня появились проблемы со сном, мама тогда сильно разволновалась и говорила, чтобы я это никому не рассказывал об этом. Даже сознание потерял, мама сказала, что, скорее всего, от недосыпа. После того случая к нам приезжал странный человек, с железкой, которая была прямо в голове, возле виска. Тот случай я плохо помню, меня как-то сильно мутило, и в голове было только одна мысль, как бы не стошнило после лекарства, которое дала мне мама. Потом меня свозили к каким-то незнакомым врачам, явно из клана моей мамы, так как у каждой были видны красные пряди в волосах, количество которых обозначало уровень воина. Причём среди них были мужчины, а до этого мне рассказывали друзья из детей слуг, что воинами могут быть только женщины.

Итогом поездки стал новый брасик с большим экраном, который я потом синхронизировал с моим инфором и, как сказала мама, как-то «упорядочил мозговые процессы», так что плохие сны ушли.

Зато пришло другое. Теперь я начал слышать эмоции почти всех окружающих меня людей, как свои собственные. Часто было не понять, это я сам чувствую или кто-то из стоящих рядом.

Исключение составляли личная охрана моей мамы и младшей мамы Милисандры, состоящая из женщин-воинов, которые тоже имели красные прядки в волосах. Да ещё личный порученец отца — Грей — тоже не поддавался моему сканированию. Причём, если остальных охранниц я мог хотя бы чувствовать и понять, где они находятся, то Грей для меня вообще как будто не существовал.

Днём я ещё чувствовал собак в вольере охраны, когда приходил на них смотреть и кормить. Ночью их выпускали в периметр, а тот был далеко от дома. Собаки и их эмоции были очень разные, гораздо разнообразнее тех же людей из охраны. Какие-то были очень одинокие, тосковали без ласки, а какие-то наоборот, злые на всех людей.

Вначале эти новые мои способности вызывали лишь недоумение и страх. Оказалось, что слуги любят и, одновременно, боятся мою маму, а вовсе не отца, к которому не испытывают вообще никаких ярких эмоций, мама Изольда меня воспринимает как какую-то помеху, но чему я мешаю, так и не смог понять, а старшие сёстры обе считают меня ещё одной игрушкой. Вот прямо эмоции один в один, когда играют в свои переодевалки на инфоре, или переодевают меня. Одна мама Милисандра (кроме родной моей мамы) относилась ко мне с теплом и каким-то внутренним восторгом. Мне кажется, она считала меня какой-то частью моего отца, которая вдруг решила погулять отдельно. А отца она просто боготворила!

Не знаю, что и как мама сказала папе, но в начальную школу я так и не пошёл, а занимался исключительно дома. Приходящие учителя давали мне материалы по общим и специальным предметам, а тренер из клана матери с семью прядями учила драться на ножах, кидать их в цель, а так же стрелять из метателя. А с Греем мы просто играли. Прятки разные, логические игры. Он вообще-то должен был меня чему-то там учить, но я так и не понял, чему. Только смеялся надо мной, сравнивая с разными животными и их детьми. Наверное, с ним учёба начнётся позже, мама говорила, что на другой планете боёвке (и не только) меня будет учить как раз он.

А мама, иногда вместе с тренером, учила меня прятать эмоции, при этом всегда говоря правду. Она утверждала, что это самый важный навык в моей жизни. Техника называлась «рассеивание внимания» и была довольно сложной. А ещё нужно было научиться «думать не то, о чем на самом деле думаешь, а отвечая на вопрос, думать не об ответе на него, а об ответе на другой вопрос». Вот как это понять? Получаться, по утверждению мамы, у меня стало только после моего десятиоборота. Но я рано радовался. Оказывается, мне ещё предстоит освоить «мысленный панцирь», чтобы оградить свои эмоции полностью. Технику тренировки этого навыка мама обещала мне дать, как я перейду в среднюю школу и примерно дней пятнадцать назад поставила модули на мой инфор, но я так и не собрался их посмотреть. В голове ещё свежи были воспоминания о прошлых тренировках, так что начинать новый виток издевательств над собой совершенно не хотелось. Для чего это понадобиться именно мне, непонятно, тем более, что таким возможностям никто, кроме мамы, не учился, а значит вряд это нужно для всех. Хотя, мама сказала, что это стандартная техника всех воинов клана Росса, и если я хочу получить красную прядь, должен стараться. Тогда я старался, как мог, а сейчас я уже покрасил прядку. Может, эта новая техника мне и не понадобиться никогда.

Последний уровень начальной школы я сдал экстерном почти оборот назад, но в среднюю школу не подошёл по возрасту, сказали, что можно только через оборот. Тогда же и сдал на первый уровень воина клана, получив возможность покрасить одну прядку в красный цвет. Прилетала очень старая женщина — представитель клана Росса. Хотя у неё было только пять прядей, мама и тренер, имея по семь, обращались к ней, как к старшей. Она может от силы пару минут смотрела мне в глаза и сказала, что я готов к сдаче на уровень. На празднике в честь сданных тестов мама и подарила мне этот нож из металлопластика, не обнаруживаемого никакими детекторами. Правда, это только если он будет недалеко от тела, иначе детекторы воспринимают его как отдельный предмет и выдают тревогу. После чего, мама сама покрасила мне прядку, а когда привела меня показать отцу у того в эмоциях было такое облегчение, как будто я не волосы покрасил, став воином, а наоборот, с войны вернулся.

Кроме самостоятельных занятий по боевой подготовке, весь этот оборот у меня были только уроки риторики и дипломатии. Риторику преподавал приходящий каждый день старичок-учитель, а дипломатию — дистанционно папин друг. Ну и Грей продолжать со мной играть каждый день.

И вот теперь я лечу учиться в среднюю школу при Высшей Академии Разума на планете Мальтера. Школу тоже выбирала мама, и смогла настоять на своём, хотя вначале меня хотели запихнуть в общеобразовательную элитную в столице, куда планировал меня устроить отец. Даже учителя, которые принимали у меня экзамены по начальной, были из этой элитной, другие варианты даже не рассматривались. Нет, та, что при Академии тоже элитная, но она не в столице, а значит не такая популярная среди «высшего общества». Это не мои слова, это мама мне объясняла.

После контроля на входе в здание, который мы прошли, даже не остановившись, (только на экране инфора что-то мигнуло и тут же пропало), мама Мили куда-то суетливо засобиралась.

— Так, Валя, ты меня тут подожди, а я сбегаю по одному очень важному делу, которое у меня появилось.

— Да конечно, мама Мили. Мы тут тебя и подождём.

Как только Милисандра скрылась из глаз с одной из охранниц, я тут же сдвинул с глаз экран инфора и уставился на окно рекламы. Но меня постигло сильное разочарование: никакой рекламы мороженого я там не увидел. Какая-то зубастая тётка в очень коротком зеленом костюме медика рекламировала белый кусочек ткани, проливая на него синюю жидкость и показывая, как этот кусочек платка прекрасно впитывает.

Улыбка у этой тётки как у хищника, который съел второстепенного героя в одном видео. Потом, конечно, главный герой этого хищника победил, а страшные зубы повесил у себя на стенку. После такой рекламы явно начнешь бояться врачей и научишься сам пользоваться такими кусочками ткани, ведь они, оказывается еще по бокам имеет специальные приклеивательные, как было написано, крылышки, видимо, чтобы крепить этот кусок на месте раны. Эх, все-таки реклама про убийства!

Я даже немного расстроился от того, что не угадал такой простой загадки, которую подкинула мне жизнь. Вот Грей бы точно догадался, он любые загадки отгадывает за одну секунду!

Хотя, если задуматься, то для кого такая впитывающая повязка, вместо заживляющего спрея? Зачем усложнять настоящим воинам жизнь, если спрей не только обеззараживает, но еще и склеивает рану? А там же ещё и вещество, которое ускоряет заживление. В общем, ничего интересного и запретного в таких тканевых кусочках нет, зря мама Мили так волновалась.

И где теперь искать мороженое?

Мама Мили появилась где-то через полчаса, и в её эмоциях было такое облегчение, что она даже не заметила, что у меня экран поднят. Подошла, и, обняв меня за плечи, притянула к себе, после чего сказала, как выдохнула, очень хорошую фразу:

— Ну что, пойдем, поедим?

— Конечно, пойдем. Мы же ещё не завтракали.

Пока мы шли до места питания, я старался всё успеть посмотреть, пока мне опять не заблокировали свободный взгляд на окружающий мир. К тому же, я увидел нечто интересное, чем и поспешил поделиться:

— Мама Мили! А я видел, как действует портал для людей.

— Порталов для людей не бывает.

— Как это не бывает. Вон смотри, стоит куча людей, открываются двери в стороны, они туда заходят и двери закрываются. А потом открываются, а там уже или никого нет, или другие люди. Явно же портал!

Мне очень хотелось, чтобы меня похвалили за наблюдательность, ведь воин должен видеть все и замечать любые неприятности раньше, чем они начнутся. Раньше у меня похвастаться наблюдательностью не было возможности, наш дом был мною изучен сверху донизу еще оборотов пять назад, в саду ничего интересного не было, а за периметр меня не пускали. Но Милисандра рассмеялась. Она смеялась так сильно, просто взахлеб, что меня это просто обидело.

— Нет, Валя, это не портал. Это просто лифт. — Мама Мили утерла выступившие слезы на глазах. — Устройство для того, чтобы перемещаться по этажам.

— Ну, если существуют порталы для этажей, почему нельзя так сделать, чтобы они перемещали людей прямо на корабль?

Милисандра опять улыбнулась, но уже не так обидно, а как-то мягко:

— Да нет же, это не портал, это просто движущая кабинка, что-то вроде вон таких лестниц. — И она показала на движущуюся лестницу, по которой поднималась вереница людей с сумками и тележками. — Просто мы не видим, как она двигается.

И она опять привычно протянула руку к моим волосам, чуть не уколовшись об зубцы, но вовремя остановившись.

— Валя, так непривычно видеть тебя в инфоре, ты ж его дома не носил, — с заметной неловкостью сказала она, и неожиданно совсем нелогично добавила, — совсем взрослый стал… Хочешь мороженое?

Логика выводов от инфора к взрослости, а потом и итог про мороженое совсем меня запутала. А ведь моя мама в свое время говорила, что всё подчиняется логике, просто, если мы её не видим, это не значит, что её нет. Но раз я теперь взрослый, буду учиться в школе, а значит всё и так знаю. Так что с важным видом просто кивнул.

4. Оборотная сторона… Милисандра самостоятельная

Мили с умилением смотрела на сына своей сестры-по-мужу. А вот этот новый агрегат на голове мальчика её уже начинал раздражать. Нет, понятно, что такая техника зачем-то необходима мальчику, раз Викта специально его заказывала у себя на планете через клан. Управляющий кристалл для него выращивали пол-оборота, а это что-то да значило. Простые обывательские обручи выпускала как раз Корпорация отца Милисандры, потому она и была в курсе технологии, в свое время вплотную работая над рекламой. Дочерняя компания выпускала простые инфоры миллионами, кристаллы для них росли от десяти до тридцати дней, в зависимости от цены и ожидаемых возможностей, а тут явно что-то особенное, прям секретное, раз внешний вид замаскирован под стандартную модель, разве что металлопластик, из которого сделан инфор, явно имеет боевое предназначение. Мили смутно помнила, что из него делают легкую броню для офицеров и некоторые виды космических скафандров. Ещё ритуальное оружие у воинов клана Росса тоже из него. Такой материал не плавится, выдерживает сверхнизкие температуры, и имеет низкую теплопроводимость, а значит и не нагревается на солнце. И все это для простой игрушки? Что-то не верится! Когда мальчику вручили эту вещь, её дочь вся изнылась, прося себе «такую же, как у Лериса», потому и пришлось заказать ей индивидуально из того же материала.

Какой он смешной, когда хочет казаться взрослым! Такой красавчик, что прям вот взяла бы и съела. А как он улыбается! Неужели и он вырастет и будет потом таким же вечно занятым букой, как его отец? Вечно в делах, заботах, разъездах… а как приедет, так к нему и не пробиться через других жен.

Эх, не так она себе представляла свою семейную жизнь. Мили хотелось романтики, походов по культурным центрам, долгих разговоров об искусстве или технике, она же специально училась поддерживать разговор о чем угодно, а с таким трудом осиленная наука так и не пригодилась даже. Почти сразу после свадьбы, она забеременела, носила хоть и не тяжело, но все равно не до романтики. А после родов всё свободное время у неё стала забирать её принцесса. Только недавно Милисандра начала возвращаться к делам Корпорации.

Может, когда вернусь, попросить о романтической поездке вдвоём? Или даже можно взять с собой малышку Лилию. Главное, там не будет других жён, и ОН будет принадлежать только ей!

Милисандра часто в своих мыслях называла своего мужа «ОН». Это придавало его образу недосягаемую высоту и особую ауру силы, в её глазах.

Точно, так и сделаю. Надо только узнать у отца, когда у них будет окно в этих бесконечных «поездках по делам Корпорации», и настоять на том, чтобы мужу дали отдохнуть. Он же совсем себя не щадит! Как раз, после дня рождения куда-нибудь и поехать. И нужно новое платье, а то те, что есть, он все видел, да и они все недостаточно открыты для романтической поездки. Хотя, можно же вообще слетать на озёра, на этот пафосный пляж, где проходят вечеринки в стиле романтики. Я надену очень открытый купальник. Не из фотополимера, конечно, на такое не решусь, но можно же подобрать такое, на грани. И, конечно же, весь вечер ОН не будет отрывать от меня взгляд. А потом…

Тут она споткнулась обо что-то так, что чуть не упала. Спасло от падения то, что мальчик просто неимоверным образом извернулся и, оказавшись на пути её падения. Он принял весь её вес на своё невеликое тело таким образом, что девушка просто повисла на своём спасителе.

Вот свет, замечталась, дурочка! Как там Валечка? Смотрит на меня таким серьезным взглядом мужчины. Как он вовремя поднырнул под меня и не дал мне упасть! Настоящий воин, такой же быстрый и сильный! Что-то я совсем неуклюжая, надо бы опять спортом заняться, зря забросила тренировки с беременностью и рождением дочери.

— Малыш, ты не ушибся?

— Нет. Милисандра, будь, пожалуйста, осторожна, тут ступенька у входа.

Вот, сделал серьезным голос. Подражает в строгости отцу, а сам смотрит так с прищуром на меня. Ой, мы же уже зашли в едальню, а я и не заметила. Так, тот столик подойдет, оттуда будет видно распределительное табло.

Бегло осмотрев мальчика, она с ужасом увидела у него на руках порезы.

Он поранился! У него идёт кровь! Надо срочно врача!

Она тут же нажала тревожную кнопку вызова охраны на браслете, и обернулась. Оказывается, охрана всё это время шла позади них, отстав максимум на пару шагов. Обе красноволосые резко развернулись спиной друг к другу, одна с тревогой уставилась на неё, а вторая, приняв какую-то расслабленную стойку, стала быстро оглядываться вокруг.

— Что случилось? Нападение?

— Да нет же, глупые, мальчик поранился, нужно срочно вызвать врача! — Милисандра просто чувствовала, как паника заполняет её всю, — у него кровь идёт!

— Что-то я не вижу у него крови. — Охранница мельком оглядела мальчишку, а потом стала внимательно осматривать едальню. Людей было немного, но все были явно в виртуале инфоров, так что на суету у входа не обратили внимания.

— Вот же, смотри! — Девушка показала руку мальчика, которую держала двумя руками, — он истекает кровью!

— Ничего страшного. — Охрана явно расслабилась, но вторая девушка так и осталась смотреть по сторонам, спиной к ним, — это просто царапина. Сейчас брызнем спреем и всё.

— А если туда попала грязь? Царапина же воспалится. Бедненький ты мой герой! — И в порыве нежности Мили лизнула место на руке мальчика, где увидела кровь, как сама делала себе, порезавшись, — ты спас меня от падения, а сам пострадал. Я тебя тоже спасу.

Затем попыталась изобразить строгий взгляд на охранницу:

— Быстро вызвали медика!

Валериус же всё это время ехидно смотрел на разыгравшуюся сцену. Временами Мили казалось, что в этом мальчике сидит умудренный мужчина, который понимает намного больше, чем говорит. Только вдруг глаза мальчика резко распахнулись, он издал какой-то странный звук, взгляд задергался.

О, Великий Свет! Ему очень больно! Он умирает! Эти дурочки так и не поняли, что дело серьёзное!

Паника опять вернулась, мысли заскакали одна за другой. А мальчик вдруг закатил глаза и упал. Только то, что Мили крепко держала его руку, не позволило мальчику стукнуться об пол головой.

— Я же говорила! Что это с ним? Это покушение?

— Все будет хорошо, — обе охранницы не сдвинулись с места, но опять напряглись, а та, что была к ней лицом, что-то выбирала на экране своего инфора, — сейчас прибудет врач.

Но Мили уже им не верила. Сын любимого был убит прямо у нее на глазах!

— Это какой-то яд! Он умирает!

А ведь я облизала рану! Теперь и я в опасности! Хотя, если мальчик умрёт, мне тоже лучше умереть. ОН мне никогда не простит. Великий свет, не дай случиться непоправимому!

Ноги Мили подкосились, она даже не села, а просто упала на пол рядом с Валериусом, а потом аккуратно переместила его голову себе на колени, с надеждой глядя на приближающегося мужчину в зелёном комбинезоне медика. Сзади него катили коляску с диагностом два очень больших санитара.

— Не суетитесь, пожалуйста. Отойдите от больного. Госпожа, можно нам осмотреть мальчика?

Ну какая она госпожа! У нас же Республиканское Содружество, господа только на планетах с монархией. У них там и рабство, по слухам, есть. О, свет, какая же ерунда лезет постоянно в голову. Надо помочь положить Валериуса на диагност. Они его спасут! А тех, кто организовал это покушение, найдут и отправят на тюремную планету.

Она хотела встать вместе с мальчиком, но один их дюжих санитаров мягко её оттеснил, а второй легко, словно пушинку, подняв маленькое тело, привычным движением перекинул его на передвижную лежанку. На тонком запястье моментально защелкнули браслет, от которого тянулись провода к агрегату с экраном.

У них и техника еще досодружеская какая-то! Неужели в космопорте столицы нет современного оборудования!

— Госпожа! У него на руке аппарат явно военного образца, он сбивает показания наших приборов. Вы бы не могли открыть доступ к данным?

Так, не суетиться. Викториана открывала ей полный доступ ко всем аппаратам Валериуса на всю поездку. Она же только что, буквально полчаса назад, настраивала детский доступ на его инфоре. Где же этот модуль-то! А, вот! Несколько строчек, верхняя явно имеет приоритет к разрешениям.

Моргнув, подтверждая выбор виртуальной строчки, Мили тут же получила сообщение о попытке подключения посторонней сканирующей аппаратуры. Активировав разрешение, получила запрос о снятии статистики диагностических данных. Потом было ещё несколько запросов, на которые она уже не думая дала разрешение.

Как всё сложно-то! Вот у неё все запросы от госорганизаций открыты по умолчанию, как на всех гражданских моделях. Там и запретить-то такое нельзя. А Викта явно тот ещё параноик. Хорошо, что Мили оказалась рядом и имеет права на все операции, а то кто бы открыл доступ врачу к датчикам диагноста? Это не средние века, когда там врачи на глаз могли определить, что случилось с пациентом. Сейчас все решает аппаратура. И она не ошибается, как человек.

— Госпожа, аппаратура показывает, что пациент просто в обмороке. Наверное, ребёнку стало плохо от вида своей крови, поверьте, такое бывает. Царапины на руке мы уже обработали, так что надо ему побыть в покое некоторое время, и всё наладится. Мы включили функцию лечебный сон, он оказался в настройках его встроенного в браслет диагноста, так что не переживайте. Судя по нашей информации, Вы относитесь к ОВП клиентам, и у Вас скоро будет челнок? Мы можем доставить Вас и мальчика на медицинском челноке, чтобы не тревожить лишний раз пациента.

Точно, запрос на сон она вроде бы видела, когда разрешала всё уже чисто автоматически.

Что они привязались с этой госпожой? Неужели другого обращения не знают? Или они просто на всякий случай, если прибудет кто-то с монархической планеты, за оскорбление могут и на дуэль вызвать. А остальным всё равно, видимо.

— Я не одна, у нас ещё двое человек охраны, а также группа сопровождения, которая сейчас занимается багажом.

— Ничего страшного, в челнок поместятся все. Мы всё сделаем самостоятельно, и регистрацию и погрузку. Да и Вам будет небесполезно получить лечебное облучение из-за стресса. Аппарат есть прямо на челноке.

— А-а…

— Нет, это не требует отдельной оплаты, у Вас повышенная медицинская страховка.

— Хорошо. Показывайте, куда идти.

5.. Меня нет дома, я в космосе

Каюта, где нам предстояло провести в полете пять стандартных суток, была из трех комнат. Центральная, видимо использовалась как гостиная, была оккупирована охраной, которые должны были попарно дежурить, а из спален одна досталось мне, другая маме Мили. Сопровождение из слуг явно поселились не тут, а где-то в другом месте. Как мы оказались на корабле, я не помнил, что очень расстраивало. Папа говорил, что планета из космоса очень красивая. Фото я в учебниках, конечно, видел, но всегда лучше самому посмотреть, а не на экране инфора или учебного стола. Ладно, потом наверстаю, на каникулах же я приеду, мама обещала.

Как же это здорово! Я на корабле! Полечу в далекий космос! Самостоятельно! Увижу другую планету!

Унять восторг от таких мыслей мне почему-то было очень сложно, у меня даже голова закружилась. Всё казалось, что вот что-то обязательно случится, и я никуда не улечу. И только через минуту, когда мама Мили убежала в свою спальню, я понял, что это были не мои эмоции, да и мысли тоже мне не характерны.

Вот это да! Раньше я не мог читать мыслей. Или это были просто такие чёткие эмоции? Всё равно, надо бы срочно погулять по кораблю и защититься от этого чужого фонтана, а то начну думать как мирная каста. Настоящий воин всегда спокоен и готов к битве. Какая тут готовность, если хочется писчать от восторга, как будто мороженое мне всё-таки купили? Кстати, в едальню мы зашли, это я помню, а вот что было дальше, вспоминалось очень смутно. Да и кушать всё ещё хотелось. Ладно, потерплю, воин должен быть немного голодным, когда совершает подвиги, это мне тренер говорила.

И вздохнув про себя папиным «Ох уж эти женщины!», я выдвинулся навстречу воинской славе.

Но мой победоносный поход закончился, так и не начавшись, так как я уперся в закрытую дверь выхода из каюты. Ни ручки для открывания не увидел, ни квадрата ручного сенсора. Растерянно оглянулся и увидел ухмыляющиеся лица телохранительниц Милисандры. Далия, это которая когда-то первая нашла меня, когда я играл в прятки со всеми домочадцами (меня тогда никто пару часов найти не мог), прищурив один глаз, улыбаясь, ткнула пальцем на оставленный на столике инфор. Ну не привык я ещё к нему, вечно оставляю! Хотя, в этот раз не помню, когда его снимал, вроде как очнулся на диванчике уже без него.

Хм… так это что, получается тут без этого аппарата и шагу ступить нельзя?

Надев обруч и опустив экран, я повернул голову к двери. Практически сразу появилась надпись «Открыть дверь? да/нет», а когда я выбрал взглядом «да», моргнул, и дверь скользнула в сторону, появилась надпись «Сделать действие автоматическим? да/нет».

О! Так тут даже лишний раз моргнуть ленятся, даже двери автоматически открываются. Как они руками пользоваться ещё не разучились.

Широкий коридор уходил в обе стороны, постепенно изгибаясь, из чего я решил, что он просто идёт по кругу. Ну, не заблужусь. Даже если забуду дверь, просто пройду вдоль всех кают, а нужная мне сама откроется. Я же умный.

На экране слева внизу появился незнакомый знак с буквами «ПД». Такой я раньше не видел. Да и родительский контроль переместился в тот же угол, раньше он был в противоположном. Логически рассуждая, если раньше был «ДД» это точно «детский доступ», то «ПД» это, скорее всего, «полный доступ». Хотя, если есть детский, значит должен быть и взрослый, но где взрослые, там бесполезно искать логику. Интересно, мне ещё никогда не открывали «ПД», хотя инфор у меня уже далеко не первый день. Активировав меню, я увидел много новых пунктов с множественными подпунктами и подпунктами подпунктов.

Как интересно! Куча всего нового! А раньше было не больше десятка разделов, вроде учебы с выпадающими предметами обучения или просмотра видео и фото. Взгляд зацепился за «Карта данного уровня». О! То, что нужно! И я активировал этот пункт. Открылась виртуальная карта, с надписью «Схема корабля высшего класса «Элефант». Верхний уровень».

Попробовал выбирать карты других уровней. Ого, а космический кораблик совсем не маленький. Наша каюта была подсвечена зеленым, а там, где я находился, мигала точка, видимо показывая мое местонахождение. Всё становится интереснее и интереснее! Как в одной игре, которую я когда-то в детстве играл на инфоре своей средней сестры Эполинии. Когда я сделал шаг, точка превратилась в стрелочку. О! Действительно, как в игре.

За «посмотреть и поиграть» мне тогда пришлось отдать два сладких десерта, но потом мама узнала и очень ругалась. И меня поразили не её громкие слова о том, что я порчу себе жизнь неправильным восприятием мира. Мне была непонятна её паника, которая просто пробивалась через все ментальные защитные методики воина. Ну, вот что может быть опасного в игрушке? Взрослые иногда непонятны в своих страхах. Пришлось пообещать ей, как она просила, что я никогда не буду пользоваться чужими инфорами. На моём же почти все игры (кроме учебных) и внешняя сеть были заблокированы, и я его перестал таскать совсем, разве что учебные видео смотрел по нему. На воинских же тренировках мама давала мне свой, боевой, временно разблокируя. Он был темно-красного цвета, и с десятком зубцов по кругу. Мама говорила, что зубцы это что-то типа её звания внутри её бывшего боевого отряда, а ещё в них находятся специальные боевые дополнения-модули, но мне ещё рано в этом разбираться. А когда уже точно стало ясно, что я уеду, мама мне вручила новый настоящий боевой инфор с пятью зубцами. Зубцы были спереди, сразу над экраном и были не темно-красные, как у мамы, а с тусклым жёлтым металлическим отблеском, как будто из металла. Какие в них устройства, я не знал, спросить у мамы сразу на радостях не догадался, а самому было никак не узнать, детский доступ всё блокировал.

Найдя на карте «Переход между уровнями» я решил прогуляться. Настоящий воин должен обязательно разведать территорию врага. Ну, или диспозицию своих войск. Вот вдруг на нас нападут космические пираты, а я уже буду знать, куда надо бежать и как спастись. Ведь пираты наверняка отключат всем эти карты и стрелочки, все будут метаться, звать на помощь, но только я, как настоящий воин приду и спасу всех!

Двигаясь легким шагом настоящего разведчика, я добрался до двери, которая была подсвечена как выход на другой уровень. Дверь уже привычно предложила мне открыться самой, а потом и запомнить выбор. Согласившись, я ожидал, что она сразу откроется, но я прождал почти минуту, а потом двери открылись в обе стороны, и я увидел маленькую комнату, которая так удивила в Космопорту.

Ага! Это же лифт! Он переносит на другой уровень. Вот заодно и испытаю этот таинственный нестандартный телепорт. Интересно, а почему нет простых лестниц, как у нас дома? Или хотя бы движущихся, как я видел в космопорту? Всё такое загадочное. Тут явно какая-то тайна!

Как только я зашел внутрь, на стене-экране в виде зеркала, кроме моего отражения, сразу высветились названия уровней. Список был коротенький, да и почти все названия были серые. Однако, на экране моего инфора тоже появился этот список, намного длиннее, да и почти все надписи были активны. Только две надписи были серые: «Грузовой уровень» и «Рубка».

Очень жаль, я бы сходил, посмотрел рубку. Там наверняка очень интересно. И вообще, я рубки космических кораблей только в видеопостановках видел.

Я представил себя в рубке настоящего военного космического корабля, на мне капитанская форма, на боевых экранах точки вражеских кораблей, все в панике, а я один стою невозмутимый, у меня десять красных прядей в волосах (ну или хотя бы семь, как у мамы и тренера), и я твердой рукой, указывая на врагов, громко командую:

— Вперед, мои храбрые воины!

И целая куча разных кораблей роем рвутся вперёд, и единым прорывом просто сметают врага!

— А, вот же Вечный Свет! — Вырвалось у меня выражением мамы Изольды, когда указывая своим верным воинам направление удара, я стукнулся рукой о стенку кабинки. — Вот так и погибают истинные герои от какой-то мелочи, вроде этой неправильно установленной стенки.

Так, рубка отменилась, но есть не менее привлекательная надпись «Обзорная палуба»! Вот то, что нужно раненому капитану боевого корабля.

И я активировал этот пункт.

На моем экране начали по очереди загораться и гаснуть надписи разных уровней, которые я проезжал. Я даже проехал едальный уровень. Вот же, пропустил ещё один важный пункт моей разведки, надо потом обязательно его посетить! Воин всегда должен быть накормлен, подвиги ослабленным не совершить! Ладно, всё равно я не знаю, чем там кормят. Может там и мороженого-то нет!

Лифт остановился, загорелась надпись, говорящая, что я добрался до первого пункта моей разведки. Чей-то женский голос, откуда-то сверху едва слышно мне сообщил на общем, что это и есть обзорная палуба. Двери распахнулись, и я пошел навстречу своему героическому будущему.

Выйдя из лифта, я попал в очень большое помещение с высоким потолком, больше похожее на наш домашний сад, что был у нас разбит на верхнем этаже дома, под прозрачной крышей. Там тоже были кругом полоски земли, огороженные небольшими заборчиками, а в них были посажены кусты, деревья и цветы. Неужели это весь обзор? Им что, травы не хватало на планете? Где большие обзорные экраны, раз это обзорная палуба?

6. Оборотная сторона… Слер Теперов, борющийся за безопасность человечества

Слер чувствовал себя не очень уверенно, стоя рядом с мамой. Ему казалось, что все пассажиры звездолета, что собрались на обзорной палубе, вот прямо все-все, смотрят на него и видят, что он в возрасте тринадцати стандартных оборотов всё ещё не имеет права сделать и шага в сторону от матери. Смотреть на свою маму мальчик даже не пытался, вся её фигура была окутана розовато-желтым цветом гордости и тщеславия, из-за чего её сын чувствовал себя экзотической зверюшкой в зоопарке.

Мама в третий раз, уже перейдя с общего на язык их планеты, рассказывала мужчине, который когда-то при знакомстве представился его куратором и вообще организовал эту поездку, какой Слер хороший и послушный мальчик, как она много времени уделяла его воспитанию, и как она им (Слером) гордится. Её не интересовало, что куратору было абсолютно наплевать на эти подробности, судя по цвету ауры, он даже не слушал, а думал о чём-то своём, но сделав специально внимательный взгляд, изредка кивал и поддакивал «увлекательному рассказу» о том, как Слер в возрасте двух оборотов разбил коленку, и мужественно пережил данную трагедию.

Этот момент своей биографии Слер не помнил, не исключено, что мама его вообще только что придумала (и искренне верит в то, что так всё и было), уж очень отличались детали ее третьего рассказа об этом событии от предыдущих двух вариантов, но куратор не хотел прерывать уважаемую даму, а Слер вообще давно знал, что это редко удаётся сделать кому бы то ни было. Разве что отец, иногда, мог своим трубным голосом докричаться до своей жены, чтобы она услышала кого-то другого, кроме себя. Он сам, его сёстры и братья давно привыкли к тому, что если дома не кричать на полной громкости, тебя никто в семье не услышит.

После того, как пробудился его дар, он совсем перестал верить своим домашним. Какое доверие, если все врут? Всегда врут. Черная вспыхивающая сыпь на ауре, показывающая, что человек не искренен, уже настолько стала привычной при любом разговоре, что её отсутствие серьезно удивляло. Как люди могут так жить? И где справедливость? Ему-то теперь самому врать было нельзя, оказывается моники от осознания, что говорят неправду, получали серьезнейший откат, который не только вызывал серьёзное недомогание, но мог и убить.

Слер хорошо помнил, как полтора оборота назад, стащив с пирога, что испекла сестра к празднику, самую вкусную ягоду, он привычно на вопрос «кто это сделал» ответил «это не я». Голова как будто наполнилась сильным гулом сердцебиения, удары сердца отдавались по всему телу, а обморок от всего испытанного был просто спасением. Доктор, вызванный обеспокоенной сестрой, как-то весь подобрался, смотря на показания диагноста, задал пару странных вопросов на счёт сна и быстро уехал, едва ему перевели плату за вызов.

На следующий день к ним в дом приехали два серьезных дяденьки, каждого из которых охраняло по четыре человека «Серой Гвардии», что выглядело очень внушительно. Опять были вопросы про сон, часто ли он врёт. Вообще-то, он действительно плохо спал в последнее время, но зачем это значит посторонним, Слер так и не понял. Дядьки уехали, но на следующий день приехал очень странный человек, который показал маме документы о том, что теперь Слер стоит на учете, как моник. Ему положена государственная стипендия, а все перемещения и контакты будут контролироваться, так что любые действия нужно согласовывать с ним, как с куратором. Слер про себя потом стал его называть «ЧЧ», от сокращения Чёрный Человек. Затем этот ЧЧ выдал новый брасик, сказав, что для его же блага, носить его надо не снимая ни днем, ни ночью. Слер в тот же вечер попробовал его снять, но у него так и не получилось. Зачем было тогда предупреждать, если снять его и так никак нельзя?

С этого момента жизнь сильно изменилась. На следующий день, после того, как ему надели этот странный браслет, все люди вокруг оказались окруженными разноцветными облаками. Эти облака в основном массе липли к голове человека, временами за ними было тяжело разобрать лицо! И цвета постоянно менялись. Через некоторое время стало понятно, что цвет обозначает то, что чувствует человек, но назначение каждого цвета можно было только угадать. Человек, назвавшийся куратором, был почти весь в чёрных пятнах, и на прямой вопрос об этой цветной какафонии, ответил, что Слер оказывается моник редкого вида «визуалист». И что эта его специализация толком не изучена в связи с тем, что таких как он единицы. Известно только, что у каждого визуалиста цвета восприятия отличаются, и ученые полагают, что это зависит от начального воспитания в семье.

Слер за эти полтора оборота уже привык, что все люди вокруг переливаются разными цветами. Куратор говорил, что если он хорошо окончит среднюю школу, то поступит в Академию Разума, где его научат пользоваться своим даром. А ещё он говорил, что есть люди, которые непроницаемые. Их называют серые, и их эмоции не видно никому. Но пока что серые Слеру не встречались, потому ему было очень интересно, почему они такие? Они живут без эмоций? Может, они вообще роботы или их заслала инопланетная цивилизация, и они постепенно всех остальных людей заражают отсутствием эмоций. Или просто их крадут. Всё, как в одной видеопостановке, которую он смотрел, тайком переписав с инфора старшего брата. Там страшные жуки высасывали человека, а потом натягивали его кожу на себя как одежду. Вот же жуть какая!

Тут краем глаза он заметил, как из-за ближайшего куста какого-то экзотического растения крадучись появилось белое облако!

Вот! Они не серые, а скорее белые! И это один из этих жуков, который захватил тело этой длинноволосой девочки, а теперь хочет заразить вирусом всю команду! Надо срочно всех предупредить! Хотя, никто же не поверит, а значит надо самому обезвредить этого мерзкого жука.

И Слер стал боком постепенно отходить от мамы с куратором, стараясь зайти в спину страшному монстру. Он уже представлял, как бросится в самоубийственную атаку, из своего метателя поразит страшного врага, но тот в последний момент ударит его своей хитиновой лапкой и Слер погибнет! А потом мама и сестры будут жалеть, что так мало уделяли ему внимания, а папа потом мужественно, незаметно для всех, смахнет слезу, вспоминая, какой же хороший был у него сын. Умирать очень не хотелось, но ради мамы он готов пойти на жертвы. Только оружия у него ведь нет, нужно быстро найти.

Мальчик так увлекся своей героической смертью, что не заметил, как зацепил ногой об низкую ограду зеленой зоны и выпал из куста прямо под ноги этой «девочки в тумане». Так позорно пасть от межпланетного жука! Неужели он не сможет выполнить свою миссию по спасению мира?

А девочка, плавно уклонившись от, чуть не упавшего на неё, Слера, с каким-то гастрономическим интересом уставилась на него. Сквозь белый туман и экран её инфора, лицо девочки было плохо видно, но была хорошо заметна золотая корона на голове, и внимательные, чуть прищуренные глаза.

Вот это да! Так это главная матка улья, раз у неё корона, как в видео! Вон двигается как! Человек так никогда не сможет. Или нет, для матки она слишком маленькая. В фильме матка была размером с грузовой мобиль, а тут эта девочка чуть ниже меня. Наверное, это принцесса улья.

Автоматически активировав считку визитки, Слер получил информацию, выскочившую над короной этой странной жучихи «Валя, воин первого этажа».

Хм… Наверное, у них ульи многоэтажные, как торговый центр, куда мы ходили с семьей на праздник.

Видя, что эта Принцесса Улья не нападает, Слер решил, что нужно сначала втереться в доверие, раз оружия ему не предоставили. Для этого достаточно быть просто вежливым, со всеми взрослыми этот способ помогал, потому он обратился к захватчице своим громким шёпотом:

— Привет. — И как-то независимо от умных мыслей у него вырвалось. — Ты кто?

Девочка удивленно расширила глаза, как будто удивилась, что «вот это вот ещё и разговаривает», но ничего не ответила. Потом глаза её забегали, явно что-то ища на экране инфора, а потом динамик взрослым женским голосом автопереводчика ответил:

— Привет. Я воин. А ты кто?

Понятно, по-человечески разговаривать не умеет. Стрекочет там на своем жучином, а аппаратура переводит. Крутой у нее инфор, такие аппараты, что делают мгновенный аудио перевод, вроде бы, только дипломатам положены. Так, наверное, она посол от жуков, вот её никто и не боится! Потому он её и не видел ни в зале ожидания, ни в челноке, она на своем дипломатическом прилетела.

Так получается, что Слер чуть не напал на посла! Был бы жуткий межпланетный скандал, если бы он её ранил или убил. Ну, надо ей показать, что он ведь тоже не простой мальчик, так что пусть она не выделывается тут своим дипломатическим статусом.

— Меня зовут Слер. Я моник, ага. — И гордо задрал нос повыше. Он слышал от сестры, что чем выше нос, тем больше уважение. Надо бы проверить, а то в тот раз её цвета он не смог точно понять.

— Врёшь. — Неожиданно выдала девочка, ничуть не впечатлившись задранным носом, — У всех моников голова металлическая. К нам домой приходил один, я помню.

— Почему это металлическая? Нормальная у нас голова! — Слер удивился так, что даже рот непроизвольно открыл. Хм… если вспомнить моников, что приходили к нему домой, то у них были вроде нормальные головы. Разве что пластинка у одного была из блестящего металла. Блестела около виска. — Это, наверное, робот какой-то был, ага. Или ты про пластинку вот тут?

И Слер ткнул пальцем возле своего виска. Девочка в ответ просто кивнула.

Ха! Она же с далекой планеты, вот и не в курсе, что тут у людей твориться.

— Это такой специальный чип. Он не только моникам вставляется. Можно сказать, что это инфор, только он прямо в голове, ага. А новые системы вообще внешне совсем не видны. Там дополнительная память, системы обработки больших массивов информации и всё такое. Это очень круто, чтобы ты знала, ага!

— А у тебя где, под волосами?

Слер разочаровано, с тайной тоской, вздохнул:

— А у меня нет ещё. Надо Академию закончить, чтобы такую штуку получить. И он только тем, кто на государство работает, ставится, ага. Слишком дорого такая штука обходится, кристалл для неё бывает пару оборотов выращивают, ясно!

— А что за Академия?

— Так Академия Разума, я вот лечу в город Стагар и буду учиться в средней школе при академии. Первую ступень я уже отучился в своем городе, так что там уже сразу на вторую.

— Школа называется «Стагарская средняя специальная школа»?

— Да. Говорят очень крутая школа. Там учиться очень дорого и престижно. Меня туда как моника зачислили, буду учиться в специальном классе.

Девочка не ответила на такое громкое заявление, а о чём-то задумалась. Потом опять через туман уставилась на Слера, а голос переводчицы строго спросил:

— Тебе сколько оборотов?

— Ээ… тринадцать. — Чуть не забыл, что в стандартных он теперь старше. — А тебе?

— Ну, можно сказать тоже тринадцать.

Но Слера уже давно было нельзя поймать на такое:

— Что значит «можно сказать»? У вас на планете тоже считают не стандартными оборотами? Кстати, ты с какой планеты?

Девочка помолчала, с каким-то сомнением смотря на него, а потом, так и не ответив на его вопросы, спросила в ответ:

— А ты мальчик или девочка?

Обидный вопрос! Хотя, понятно, что у них там одна девочка, которая главная королева или принцесса улья, а все остальные мальчики, а они второстепенные особи. Наверное, хочет понять, ровня ли он ей или нет.

— Я мальчик. Разве не видно? У меня и волосы короткие и одежда мужская! — И Слер показал на свой новый кружевной камзол, что купила ему мама, чтобы он не выделялся среди «столичной молодежи» в школе.

Девочка с сомнением оглядела его кружева на руках, потом перевела взгляд на туфли. Туфли были вообще его гордостью. Лакированные, с острыми носками, они были жутко модные, вся верхушка правительства их города ходили в таких. Каблук на них был, правда, не такой большой, как у того же сына начальника города, но всё равно достаточно высокий.

— Одежда не дает четкого представления о половой принадлежности в связи с вариативностью статусов и сословий в разных культурах и на разных планетах. — Неожиданно по-ученому выдала девочка и через паузу продолжила, — А лицо и голос у тебя слишком неопределенные. Ты с какой планеты?

Что-то она совсем не ориентируется в человеческом обществе. Да и могла бы в справке посмотреть, а она, наверное, даже визитку не считала!

— А ты посмотри в информации обо мне.

— Где посмотреть?

— А ты вот посмотри внимательно, когда фокус инфора в мою сторону наводишь, посылаешь запрос, надо мной появляется светящаяся надпись, где написано «Слер Теперов, 13 СО, ученик средней специальной школы города Стагар, планеты Мальтера». Это статус. Его ещё называют визиткой. Его можно менять, как хочешь. Только у тех, кто не достиг возраста полной дееспособности, его заполняет родитель или опекун. Ещё он сам меняется при смене места работы или учёбы. А потом можно выбрать пункт «подробнее» и узнать другие официальные данные. Тебе что, когда дали этот инфор, как пользуются им, люди не рассказали? Кто тебе визитку заполнял?

Сам Слер уже пытался посмотреть подробную информацию об этой загадочной особе, но у неё «подробнее» было не активно. Понятно, дипломатическая неприкосновенность. На них же даже закон об обязательной публичности личных данных не действует.

Жучиха прищурила один глаз, а вторым быстро забегала по экрану инфора. Потом скептически хмыкнула, что-то буркнула себе под нос, непонятное, что даже переводчик не смог интерпретировать, а потом поглядела на Слера внимательно и сказала:

— Меня охрана потеряла. Они меня есть зовут, потом поговорим. — И, плавно развернувшись, быстро побежала в сторону лифтов.

Вообще, странные они, эти жуки. Интересно, а куратор в курсе, что с нами летят жучиные дипломаты? А может, его разум тоже уже захвачен? То-то он чёрный весь, правды вообще не говорит никогда. Ну, почти.

Кстати, а свой контакт она не дала, как теперь её найти на корабле для продолжения разговора? Она-то, небось, живет на верхней палубе, где все богачи и дипломаты обитают.

Слер подошел к беседующим взрослым и привычно громко, спросил:

— Мама, а чем питаются жуки?

Ох, тут явно не стоит так громко разговаривать! Все рядом стоящие повернулись к нему и с интересом уставились на его маму, ожидая ответа на такой неожиданный вопрос.

— Какие жуки, сынок? — Потерянно спросила мама, взглядом косясь то на куратора, то на окружающих любопытных.

— Ну, которые на людей похожи, непонятно что ли?!

Видимо уточнение не помогло маме вспомнить такую важную для Слера информацию, она замигала яркой желтизной растерянности, а куратор наоборот, даже почти все чёрные цвета потерял, вспыхнув зелёным искреннего интереса. Он и задал очередной вопрос:

— Это из видеопостановки «Планета под властью жуков», правильно?

Точно, она так и называлась! А то название-то было на общем, а Слер его ещё плохо знает, начал учить только после того, как сказали, что он будет учиться в школе, в которой все говорят только на нём.

— Ну да. Вы тоже её смотрели? Там главный герой ещё из плазмогрома убил главную жучиху-матку, а потом сказал «Мир никогда не будет прежним»! Ну и вот так ещё рукой сделал, ага. — И Слер встал в позу героя.

— Они делали из планеты тропический мир, а питались специально выращенными гусеницами.

— О! Я этого не помню! А Вы откуда знаете?

— Я случайно читал сценарий продолжения, когда его отдавали на рецензию к нам в Комитет по лояльности, у меня знакомый из соседнего отдела был в комиссии, дал мне почитать.

— Так они не питаются людьми? А зачем тогда они их кожу надевают на себя?

— Нет, им просто подходят такие же планеты, что и людям. А всё остальное для маскировки при захвате планет людей.

Мама во время этого диалога переводила взгляд со Слера на куратора и обратно и даже не пыталась вставить слово, что вообще было крайне удивительно, и на неё не похоже. В её ауре даже проглядывала какая-то робость, если он понял правильно этот калейдоскоп несмелых цветов.

И тут куратор опять проявил догадливость:

— Ты, наверное, хочешь есть?

— Я бы не отказался, ага. А то мы ели ещё только в гостевой на пересадке.

— Ничего, сейчас пойдем и перекусим. Леди Теперова, — куратор обернулся к маме, — пойдёмте, покормим вашего гениального сына. Да и сами чего-нибудь съедим.

— Да, конечно, — немного растерянно и необычно тихо ответила мама.

— Вот и замечательно. Лифт там. — Он рукой показал направление, затем обратился к мальчику. — Слер, беги пока вперед.

7.. Обед под прицелами

Странный какой-то мальчик. Эмоции у него такие противоречивые: то испуг, то восторг. Вот пойми, чего он боялся и чем восторгался. И разговаривает на незнакомом языке. Я даже слегка удивился, когда вдруг перед глазами выскочило предложение включить автоматический переводчик. Все же умеют разговаривать на общем, ну, мама ещё меня заставляла выучить кирильский язык, говоря, что любой воин клана Росса должен его знать. Этот язык является государственным на планете Перун, на нём разговаривают на секретные темы на других планетах, да и все инструкции по методикам работы со своим сознанием написаны на этом же языке. Если можно вот так, всё через переводчик понять, то зачем учить языки? Их же по десятку на каждой планете, но все обязаны учить общий, он межпланетный и самый распространенный. Хотя, мама называет общий примитивным, говоря, что на кирильском можно любую мысль выразить точнее. А мне и так нормально.

Да, мы же наконец-то есть идём! Скорее к нам в каюту, а то опять что-нибудь случится. Например, всю еду съедят бактерии, которые специально на кухню запустил диверсант. Эти бактерии сожрут абсолютно всю еду, оставят только полезную зелень. Или ещё хуже, оставят только кашу! И что потом, пять дней без мороженого жить?

Обратный путь от лифта до каюты, подсвеченной зеленым, показался совсем коротким. Дверь откатилась, и я увидел, что все уже собрались на выход. Мама Мили была в тёмном наряде.

— Валя, ты где ходишь? Мы решили не заказывать еду сюда, а сходить нормально поесть на людях. Сходи, умойся и переоденься.

Ладно, умоюсь, но переодеваться не буду. А то оденут меня в такие же кружавчики, как на том странном парне, потом запросто кто-нибудь примет за девочку!

Странно, а почему в Космопорт она поехала в светлом, а сейчас нет? Может, сейчас она боится испачкаться во время еды? А вообще, чем интересно кормят в космосе? И поменять этот комбинезон, который не сочетается с цветом волос, на костюм.

И тут я застыл.

Стоп! Последняя мысль не моя. Значит, я действительно стал слышать мысли других людей? Или просто мама Мили исключение, потому что я её давно знаю? И чего это ей не нравится мой комбез? Это же парадное обмундирование главных войск охраны клана Росса, где мама служила, пока за папу не вышла.

Стараясь отгородиться от потока посторонних мыслей о каких-то показах мод костюмов для детей, слугах, которые где-то на нижней палубе и багаже, который надо пересмотреть, светильнике, который неудачно светит в глаза, когда в ванной близко рассматриваешь прыщик на лбу, я быстренько прошмыгнул в туалетную комнату.

О, Великий свет, о чём только не успевает подумать взрослая женщина за несколько секунд!

— Валя, ты там скоро?

Да я бы с радостью, но нигде не могу найти, как тут включается вода в умывальнике. Как в космосе всё странно устроено: торчит кран, а рукоятки нет. Да и ладно. Я и так чистый, мылся же прямо перед выходом из дома, даже суток не прошло.

— Иду уже.

Сначала я вышел, держа руки немного в стороны, как будто они у меня еще влажные, но почувствовал, как нарастает головокружение, а значит, моя голова это движение приняла за обман, потому сразу же их опустил, надеясь, что никто этого движения не заметил.

— Готов?

— К еде? Давно уже!

— Погоди, сейчас нарисую маршрут, — кнопка «родительского контроля» замигала и перед моими глазами опять появилась маршрутная стрелочка.

И для чего рисовать эти стрелочки? Два шага до лифта, а потом он на едальный этаж довезёт. Заблудиться даже ребёнок не сможет, вечно придумают сами себе сложности.

На выходе из лифта нам открылся коридор, который уходил вправо, влево и прямо. Моя стрелочка показывала прямо, но на этом пути стоял какой-то странный человек с застывшими, какими-то стеклянными глазами. Даже экран инфора этот взгляд скрыть не смог. В эмоциях сплошная презрительная скука, только при взгляде на маму Мили его эмоциональный фон изменился с презрительно-отвлеченного на лениво-заинтересованный. Он поклонился маме, а потом, оглядев всю нашу компанию, он подобострастно выдал:

— Леди Айрани, Вы просто очаровательны! Ваш столик уже подготовлен, а заказанные блюда будут с минуты на минуту.

А Милисандра в это время в уме перебирала названия блюд и даже не обратила внимания на него. Не понял, а что, её мысли и повара тоже могут слышать?

— Мама Мили, а откуда этот человек тебя знает? Он что, всех на корабле в лицо выучил?

— Какой человек?

— Ну тот, что возле лифта.

Милисандра с нежностью и умилением посмотрела на меня и постучала пальцем мне по лбу. А точнее, по инфору. Ой, точно! Мне же уже рассказали про статусы и визитки. И блюда она не перебирала в уме, а просто заказывала дистанционно, просто сбоку мне было не видно, как она моргала, делая выбор. Кстати, надо посмотреть, какой у меня статус, раз его пока что самому нельзя написать, нужно все обязательно проверить, взрослым, а особенно женщинам, в таком деле доверять нельзя.

Пока шли к столику, меня обдувало волнами чужих эмоций. И что интересно: от мужчин, почти от всех, шла такая волна, как будто у них там что-то зачесалось или хочется чихнуть, а вот от женщин волна злости и зависти. Получается, среди взрослых нет добрых людей? Или все добрые взрослые живут у нас в доме, потому что я не помню, чтобы дома хоть кто-то сильно завидовал или так сильно злился. Даже когда меня наказывали, то и тогда в душе больше жалели, чем злились.

Надо поскорее научиться ставить сферу и отгораживаться от всех посторонних, иначе я свихнусь в тех местах, где много людей! Понятно теперь, почему мама меня не пускала в школу, пока я не научусь ментальному контролю и первичной защите, которая хотя бы не позволяет воспринимать чужие эмоции, как свои. А то я бы сейчас злился и чесался весь!

Пока сидели и ждали еду, я решил разобраться, чего там у меня написано в статусе. Ага, сразу понятно, кто его заполнял, только мама Мили меня зовет Валей. Моя мама называет полным именем, а младшая сестра зовет Лериусом. Почему-то первый слог всех названий, не только моего имени, она, когда была маленькая, всё время пропускала, так и привыкла.

Валя, конечно, красивое имя, но мне оно кажется детским, не хватает ему той грубой жесткости, которая должна быть в имени настоящего воина и будущего героя. Поле с датой рождения по общему календарю заполнено, но стоит отметка «не показывать». Правильно, нечего разным пижонам с задранным носом и в кружавчиках знать, что мне двенадцать будет только через 19 дней. А там и до тринадцати недалеко. Можно сказать.

— Как погулял по кораблю, — отвлекла меня от дебрей инфора мама Мили, — давай рассказывай, чего интересного или необычного увидел?

— Да ничего интересного. Был на обзорной палубе, познакомился с каким-то моником.

За столом все застыли. От мамы Мили пошла волна паники, а охрана стала коситься по сторонам.

Это катастрофа! Первое порученное мне ИМ дело, а я его провалила! Ну как же так, ОН сказал, что Грей проверил, и на этот рейс не зарегистрировано ни одного моника, неужели это ловушка? Надо узнать, чего он хотел, может ещё не все потеряно.

— И чего он хотел? Он к тебе сам подошёл?

— Да, сам. — Паника усилилась. — Ну как подошёл… упал к моим ногам. А чего хотел, не знаю, не сказал. Только расспрашивал, с какой я планеты.

— И что ты ему ответил? — В голосе и в эмоциях к панике добавилось уже недоумение.

— Да ничего! Он даже на общем разговаривать не умеет. Да ещё и одет в какие-то кружавчики, а говорит, что это мужская одежда.

— А как же вы с ним общались?

— На инфоре запустился автопереводчик, так что разговаривали через него. И вообще, надо было ему в нос дать, а то он его слишком задирал! Кстати, я его выше, а у него туфли с такими подставками, что это совсем незаметно. Это же не честно!

Он выше? Может, это был ребёнок? Он разговаривал с ребёнком? Так это, наверное, ученик той специальной школы! В этом обороте в неё как раз и набирают разных моников с ближайших планет! Ох, вот это ты меня напугал, мой малыш. Надо уточнить…

— И сколько этому монику стандартных оборотов?

— В статус-визитке написано что тринадцать, но судя по мозгам, вряд ли больше девяти, — я и не старался спрятать свое презрение к этому чуду в кружевах.

Выдох охраны я даже на лице почувствовал. Они что, тоже боятся моников? Их же нельзя прочесть, как теперь и меня или маму. Тут есть какая-то тайна!

— Так ты с ним подружился?

— Вот ещё! Вы меня позвали на обед, а его никто не приглашал.

— Да, вот и первое уже несут, — Далия явно решила сменить тему, раз подала голос, несмотря на обычную молчаливость обеих охранниц. Дежурная улыбка и заинтересованность на её лице темой приёма пищи меня не обманула. Читать я свою охрану не мог, но я и сам хотел уже свернуть на обсуждение чего-то другого, так что сделал вид, что поверил. Или вообще, я хотел молча поесть, но это при обеде с мамой Мили что-то из области несбыточных желаний. Она и дома часто не замолкала за столом, ещё и спрашивала чего-нибудь с такой требовательностью у отца, что тому приходилось прямо давиться, чтобы ответить побыстрее на вопрос, чаще всего по совершенно непонятной мне теме.

— Ты уже выбрал себе специальность? — Ну вот, что я говорил. Мне лично кажется, что рано ещё задумываться над этим вопросом, но ей же надо выслушать меня, чтобы потом объяснить, почему мой выбор неправильный.

— Да, думаю пойти в охранники. — Но Милисандра только улыбнулась.

— Я спрашивала о том, какое направление бы будешь изучать, чтобы потом работать в Корпорации, в которой работает твой отец.

— А почему я у него не могу работать охранником? По мне так отличная работа: ходи себе за твоим охраняемым, да по сторонам поглядывай. — Я кивнул на нашу охрану. — Ещё и возят тебя по работе по разным интересным местам.

— Ты что! Быть охранником это очень опасная работа. — А по её эмоциям и не скажешь, что она на самом деле так считает. — Если уж так хочется везде побывать, найди такую специальность, которая обяжет тебя искать новых партнеров или работать с теми, кто живет в разных интересных местах. Займись снабжением или привлечением новых контрагентов.

Вот интересно, она сама поняла, что мне сказала сейчас? Я, конечно, уже взрослый, но в работе отца не понимаю, и понимать не хочу, хотя меня усиленно учили этому несколько оборотов. Дипломатию и риторику я успел даже возненавидеть, но мама меня убедила, что это пригодится мне, даже если я буду воином. Опять надо тему менять, только сразу не будем сдаваться, а то она ещё всерьёз решит, что я действительно буду этим самым «снабжением» заниматься.

— Далия, скажи, ты слышала, когда охрана важных лиц в последний раз подвергалась опасности? — Она не ответила, как я и ожидал, но, на мою радость, пожала плечами, вроде как отвечая «а мне то какое дело?», но я решил перевести данный жест так, как мне надо. — Во-о-от! Далия тоже не помнит, а она меня старше. И вообще, в любом случае, об этом рано ещё говорить или даже думать.

Но последнее слово я сказал очень зря. Я это понял по всколыхнувшейся радости в эмоциях Мили, а её мысль: «Какой он ещё малыш, так бы и покусала», меня вообще испугала. Что за нежность у неё людоедская!

— Думать никогда не рано, мой мальчик. Ты уже сейчас должен перебрать все варианты, которые тебя привлекают, чтобы выбрать самый лучший и учиться в этом направлении, — для усиления эффекта своих слов, она развела руки и потыкала в разные стороны ложечкой, типа показывая, как много у меня вариантов для движения.

От вылетевшей в мою сторону икринки, я на рефлексах защитился ложкой. Прямо вспомнились тренировки с тренером, когда она могла кинуть в меня чем-то маленьким и пачкающим одежду, а если попадала, то я считался «убитым» или «обездвиженным», что приходилось отрабатывать стоя на одной ноге, да ещё и уклоняться от тяжелых резиновых шариков, которыми кидались уже автоматы, поставленные по стенам. И там увернуться было сложнее, ведь от автоматов внимание не почувствовать, это не люди, даже закрытые своими способностями, как воины клана Росса.

В отличие от охраны, мама Мили не заметила произошедшего с икринкой, и продолжала рассказывать мне, какое правильное будущее меня ждёт, если я выберу направление рекламы, в котором в своё время работала она сама.

Давно она меня не воспитывала, я уже и отвыкнуть успел, раньше всё внимание доставалось Лилии, мне только за компанию, и чем дальше, тем всё больше во время таких уроков воспитания мне рассказывали об ответственности мужчины за действия женщин. Как-то я у мамы спросил, вот почему мне запрещать сестре ничего нельзя, но всё равно я в ответе за то, что она сделала? Это же не логично! Но понятного ответа так и не получил. Не считать же за ответ «потому что она девочка»!

Странно, моргнул в статус, и открылась возможность изменения. Разве тот кружавчатый не говорил, что мне нельзя его изменить? Так-так… значит теперь я не Валя, а «Валериус. Грозный и Непобедимый воин первого уровня». «Герой» писать не буду, надо быть скромнее.

— Ты меня не слушаешь? — Милисандра прервала свою речь про мои перспективы, и с подозрением глядела на меня. В её эмоциях сквозила лёгкая обида. Ну как всегда, когда меня никто не слышит — это нормально, а как я кого-то не услышал — обида на всю жизнь.

— Ну почему? Я слышал всё, что ты говорила мне про мою работу в Корпорации. И верю, что ты мне хочешь только добра! — И примирительно ей улыбнулся. Правда, слышал я это всё не сейчас, а дома, да ещё и не один раз, но это же несущественные мелочи, правда?

Мили тоже мягко улыбнулась на мои слова:

— И что ты думаешь по этому поводу, малыш?

И она ждет, что я правда отвечу, хотя она меня считает ребенком? На такое у меня есть универсальный ответ:

— Думаю, мне надо посоветоваться с мамой. Она тоже имела какие-то планы на счёт моего будущего. Вдруг предложит интересное, а у меня уже другое распланировано?

— Ах да, верно. — Мили смутилась, а в эмоциях появилась злость.

Вот как можно из своего ребенка, в угоду каким-то там непонятным целям, делать солдатика!

Ого! Она осуждает то, что мама воспитывает из меня воина? Вот это необычно. Небось, сама бы она меня баловала, как Лилию, и вырос бы я пузатым слабаком. Нет уж, я не девочка, мне нравится быть сильным. Не зря же мама сказала, что мужчина должен быть сильным. А ещё чистым и немного наглым. Только, если он ещё и умный, он должен это скрывать. На вопрос, зачем скрывать, она ответила, что скрывать нужно только от женщин, они их не любят, и я пойму это позже. Вот ненавижу это вечное «вырастешь, поймешь». Да я же забуду, чего я там должен был понять-то!

— Ты поел?

— Да, больше не хочу. — Всё равно ничего вкусного не осталось. Только какая-то «полезная» трава, что так любит заказывать Милисандра.

— Тогда, может, развлечемся? — Мама Мили смотрела на меня заискивающим взглядом. Странно, когда я её успел обидеть?

— Давай. А как?

— Это же корабль высшего класса «Элефант»! Тут есть всё, чтобы эти пять дней скучать не пришлось. И уж крупный центр развлечений просто обязан быть большим и разнообразным. — С каким-то наигранным воодушевлением она начала подниматься, бросив салфетку на стол.

— И что там за развлечения? — Что-то не верю я, что она знает, что именно мне будет интересно.

— Вот и увидишь. Обещаю, тебе понравится. — Очень самонадеянно. Чувствую, придется учиться делать уверенный вид, как будто мне всё нравится, а то расстроится.

— Хорошо, пошли.

— Сначала в каюту, переоденемся.

Ох, надеюсь, эта страсть к переодеваниям не заразна и когда-нибудь не перекинется на скромного меня.

8. Оборотная сторона… Леди Теперова и Агент Климент, куратор Слера Теперова

Глядя вслед, убежавшему в сторону лифтов, Слеру, Агент Климент задумчиво спросил:

— Скажите, леди Теперова, а Вы прочитали рекомендации, которые Вам должны были прислать на почту?

Климент был работником Комитета лояльности, самой влиятельной государственной службы Содружества, и он любил, чтобы любая работа, сделанная им, была сделана не просто хорошо, а идеально. И вот теперь появилась опасность, что он кое-чего не учёл. И как всегда, в его работу вмешался человеческий фактор.

— Конечно! Я внимательно изучаю все документы, что приходят на моё имя из Комитета лояльности.

Врёт ведь наверняка. Читать-то она читает, да только разделы об оплате учёбы и содержания её сына, и ещё о льготах, полагающихся семье учащегося, мне докладывали о наблюдениях активности её инфора. Людей мало, а то бы поставил и её под полное наблюдение.

— Тогда Вы наверняка помните, как там говорится о том, что инициированные моники возраста от десяти до, примерно, четырнадцати оборотов подвержены повышенной эмоциональности и резким переменам настроения. После пробуждения способностей, у них идет перестройка всей нервной системы, настроение прыгает, отношение к чему-то или к кому-то может быть то сугубо положительным, то резко отрицательным.

— Это Вы сейчас к чему это вспомнили? — Её недоумение такой резкой сменой разговора было понятно и без способностей моника, которых у агента и не было. — Я ничего такого за ним не замечала.

— А ещё там указано то, что мальчики очень много фантазируют и сами верят в свои фантазии, что может привести к отрыву от реальности. И надо с ними усиленно заниматься, указывая на их ошибки во взгляде на окружающий мир, при этом усиленно напирая на логику, которая у них бывает очень необычной. Помните такое? — И он, иронично прищурившись, посмотрел на многодетную женщину. — Вы занимались со своим сыном?

— У меня очень много работы, с ним каждый день занималась одна из его старших сестёр.

Ага, занималась, как же. Помню, мальчик говорил, что занимается сам по виртуальным методичкам, и уроки у всей семьи идут онлайн, непосредственно в учебном заведении только старший брат учится на механизатора, там без практики на реальных механизмах ничему по-настоящему полезному научиться нельзя.

— У Вашего сына очень редкая специализация моника, потому он имеет очень большую ценность для Содружества. И он инициировался в довольно небольшом возрасте, а закономерность «чем раньше пробудились способности, тем выше ранг можно развить», известна давно. Как минимум способностей судьи он достигнет, а может и оракула, если повезёт, и будет прилежно заниматься.

— Он у меня очень старательный, и всегда слушается маму. Я всегда верила, что он особенный. Я вот Вам ещё не рассказывала, как он в возрасте двух оборотов…

— Давайте в другой раз расскажете эту, несомненно, занимательную историю. Сейчас мне надо пойти, отдать некоторые распоряжения, а потом мы продолжим разговор о методах воспитания вашего сына.

Агент слегка поклонился и уже хотел отойти, но тут леди Теперова воскликнула:

— Постойте, но ведь ему еще нет десяти оборотов! Почему же Вы тогда об этом заговорили?

Великая галактика! Опять он забыл, что они провинциалы. Давно уже пора привыкнуть.

— Леди Теперова! Вам пора отвыкать от того, что было на Вашей планете. Всё Содружество считает возраст в стандартных оборотах, и Ваше исчисление возраста в оборотах Вашей планеты вокруг Вашей звезды сразу показывает, что Вы недавно в Серединных мирах. В стандартных оборотах Вашему ребенку почти в два раза больше, о чём он уже давно знает и гордится, а Вы все ещё продолжаете говорить, как провинциалы. Давайте встретимся завтра, а пока пообедайте со своим гениальным сыном. А после обеда позанимайтесь с ним, ведь с нами нет его старшей сестры.

*****

Климент ещё не дорос до той должности и дисциплины мозга, когда инфор имплантируют в тело. Да не очень-то и хотелось, если честно. В кулуарах Комитета поговаривали, что там прописаны протоколы коррекции личности, а изменяться в угоду непонятно кому, он точно не желал. А вот внешние инфоры агентам носить хоть и не запрещалось, но крайне не рекомендовалось. Психологи комитета говорили, что экран эмоционально отгораживает собеседника, и его расположенность и правдивость сильно падает, так что рекомендовалось пользоваться экраном комма. Браслет у него был последней модели (большой, занимающий место на руке от запястья и почти до локтя), сделанной специально для их «Службы Контроля за поколением». Все полезные функции стандартного инфора в нём присутствовали, просто экран не перед глазами, а на руке, так что он мог связаться со своими людьми и получить нужную ему информацию, не заходя в каюту, но он всё же принял решение, что личное присутствие тут будет уместнее, чем обмен дежурными фразами по брасу. Да и перехват никто не отменял, хоть это и маловероятно.

Зайдя в каюту, он застал всех троих подчиненных на месте, двое из которых были заняты работой, сидя с опущенными экранами и с подключенными перчатками управления. Третий сидел в углу около столика, заставленного контейнерами доставки, и обедал.

К нему Климент и обратился:

— Клещ, есть что нового?

Вообще, его Служба не предусматривала операции, в которых используются силовые методы, а значит, им были не нужны все эти боевики, с их позывными вместо имен, специальностями по взлому аппаратуры и знаниями по допросам, но этот случай был исключением, вот ему и придали в помощь эту троицу.

— Ничего серьезного, начальник. Объект познакомился с каким-то мальчиком, похвастался, что он моник, так что информация об этом точно будет распространена по независимым от официальных, каналам. Думаем, к концу полёта об этом будет знать даже последний грузчик с нижней палубы.

— Понятно. А что за мальчик, выяснили? Подключились к нему?

— Мальчик — сын Первого Помощника Председателя Правления Корпорации «Информиндастри» Теодора Айрани. — Зануда поднял экран и посмотрел на шефа. — Зовут его Валериус Айрани, ему одиннадцать стандартных оборотов, но пока что это всё, что удалось узнать. У него на инфоре стоит какая-то жуткая защита, подозреваем, что её ставили специалисты с технического отдела нашего Комитета.

— Ого! Это точно?

— Нет, не точно, но есть предпосылки так думать. — Опять вступил в разговор Клещ. — У него на инфоре как минимум две личности, а такое практикуется у наших агентов, да некоторые дипломаты используют эту же систему. У мальчика стоит модуль автопереводчика «Лингвист-12», что тоже ставят дипломатам и их детям. Стандартную личность мы прочитать можем, но подключиться к ней уже нет. — Клещ задумался, перебирая в голове варианты, почесывая прибором, который держал в правой руке, свой нос. — Во всяком случае, подключиться и не оставить следов. Вторая виртуалка сразу нас срисует, а к чему она стоит на инфоре ребенка, непонятно, да и последствия не просчитать. Его отец имеет такие связи, что вполне может устроить нам весёлую жизнь, ведь он мог её поставить просто, чтобы быть спокойным за своего единственного наследника, других мальчиков у него нет. Ну и секреты Корпорации ребенок тоже может нечаянно знать. К нему даже жучка не подцепить, браслет у него тоже не гражданка, военная модель с планеты Перун, там наверняка стоит что-то такое, сканирующее. Встречал я похожие приблуды, наверняка засечёт любое постороннее оборудование, есть такая технология у смежников. В общем, мутно всё, но это вроде как не наше дело.

— Ладно, если это знакомство случайно, то этот ребёнок действительно дело не наше. Сейчас такие времена, за деньги можно всё купить, а уж военные технологии вообще всегда имели свойство утекать на сторону. — Если подумать, это действительно не важно, пусть пока всё идет, как идёт. — На меня заказали?

— Да, и даже ещё не всё съели. Присаживайся, шеф, вот в этой коробочке твои любимые сырники, специально заказал, скинув поварам рецепт. Одноразовые приборы там внутри.

9.. Нашествие жуков и большая игра

Переодевание в этот раз затянулось. Оказывается, перед ним нужно помыться и высушиться. Нет, я помню, что мужчина должен быть чистым, и я моюсь каждый день, но видимо у женщин на этот счёт совершенно другие стандарты. Видя, что я даже не садился, а просто весь в нетерпении, мама Мили разрешила мне пойти в центр развлечений с Далией, опять нарисовав стрелку у меня на экране. Ну, точно разучусь самостоятельно находить дорогу. Буду потом по стрелочке из спальни в туалет ходить, а если инфор сломается, то заблужусь в двух комнатах и буду неприкаянным привидением бродить вокруг стола и жалобно стонать, пугая всех, кто заходит в каюту. Или нет, а если…

— Так ты идёшь или остаёшься? — Голос мамы Мили сбил меня с мысли.

Оказывается, я задумался и не заметил, что Далия стоит у открытой двери и с улыбкой смотрит на замершего меня. Она всегда улыбается, но сейчас, я надеюсь, что если она смеётся, то не надо мной.

— Иду, — улыбнулся я примирительно в ответ. — Что-то надо брать с собой?

— Нет, я открыла тебе разрешение на сумму в сто кредитов, на развлечения тебе должно хватить. А если не хватит, то подождешь меня, я высохну, сделаю что-нибудь с волосами и тоже приду.

— Я уже взрослый, разберусь. Пошли.

Центр развлечений занимал, по-видимому, целый уровень, а может даже и не один. Само название «Детский уровень развлечений» говорит о том, что есть и «взрослый», но в списке уровней я такое название не нашёл. Взрослые, как всегда, шифруются от нас, называя всё странными непонятными словами, как будто мы вот просто тупые, и не сможем понять элементарного.

Вот например название «Красный уровень, вход мужчины с 21 СО, женщины с 2 °CО, только с сопровождением» сразу даёт понять, что там явно развлечения и только для взрослых. Такие загадки только совсем уж невнимательных могут запутать. Красный значит что-то с кровью связано. Драки до крови или ещё чего, потому и женщин без сопровождения не пускают, чтобы если им плохо станет от крови, сразу в больницу. Стану чуть-чуть повыше и тоже буду ходить в такие места, всех побью, а потом мне медаль дадут, как самому сильному воину. Меня от вида крови не будет мутить, я же не женщина.

Точно, а ведь в едальне Космопорта мне внезапно стало плохо, мы даже мороженое не поели. Помнится, я поранился немного, а после в голове появился какой-то шум, бормотание и страшный крик про яд и отравление. Крик был в голове. Или нет, не в голове. Как было точно, не вспоминается почему-то. Странно, не мог же я потерять сознание от вида крови, уж рассекал я руку до крови уже не один и не два раза во время тренировок.

— Далия, а ты ходила на Красный уровень? — Она же воин клана Росса, да еще и три пряди, всех должна победить, кроме, конечно, мамы. И меня, но только когда я подрасту и получу вторую прядь.

Только охранница ничего не сказала, с неизменной улыбкой посмотрела на меня и всё. Вот ведь! Идет, улыбается и всякое нехорошее про меня думает. Мама никогда не позволяет себе игнорировать мои вопросы! Ничего, я тоже могу молчать.

На выходе из лифта нас встретила большая арка, у входа в которую стоял большой кролик с громадной головой. Анимационный робот улыбнулся своей двузубой улыбкой и призвал нас развлекаться, ни в чём себе не отказывая. На его груди загорелось табло с информационной сеткой, наведя на которую инфор, я получил список развлечений, возможных на этом уровне. Интересно, а у кого нет инфора, как они узнают список? Мне кажется, тут специально создают зависимость от, в общем-то, ненужного прибора. Не зря же папа так отрицательно относится к ним, хотя Корпорация, в которой он работает, их сама и выпускает.

— Я хочу что-нибудь связанное со стрельбой. Есть такое? — Спросил я вслух двузубого монстра. В ответ на его мониторе, а не на экране моего инфора, появилась несколько надписей, возле каждой была указан номер секции. Вот теперь понятно, как он общается с теми, у кого нет на голове обруча. Я тоже свой стянул с головы, пусть заяц подумает, как мне указать путь. Выбрал я «Нападение инопланетян», название мне понравилось, интригует. Эта надпись пропала, но остальные остались, сверху засветилось «Выберите все понравившиеся пункты», а снизу «закончить выбор». Любой выбор на что-то влияет. Если я сейчас закончу, это значит, что когда мне захочется чего-то еще, нужно будет опять искать выход? Как-то непонятно, почему тогда нет толпы выбирающих. Нажал на «закончить…», и только хотел пройти через арку, как заяц зашевелился, и протянул свою правую лапу мне. Фух, чуть не напугал! Хорошо, что я такой храбрый, а вот если бы тут была маленькая девочка, она бы точно вздрогнула от неожиданности,

В лапе лежала карточка, переливающаяся разными цветами. И что с ней делать? Повертев кусок пластика в руках, который с другой стороны вообще оказался чистым, я посмотрел на Далию. Та, опять улыбнувшись, взяла карточку в руку и приложила к моему брасику. Тот как-то неопределенно бжикнул, забегали какие-то символы и цифры, а потом на его экране появилась стрелочка и цифры с буквой «В-12», видимо, как раз номер секции с инопланетянами. Ага! Все-таки, без стрелочки и тут не обходится. Интересно, а ведь существуют брасики без экранов, у наших слуг такие были, как тогда с ними?

У входа в секцию стоял ещё один монстро-робот, только в виде то ли жука, то ли таракана. У него был точно такой же экран, так что понятно: если мне захочется сделать очередной выбор, бежать к двузубому не придётся. Уже легче.

В секции стоял ряд кабинок без дверей, в каждой полукругом обзорные экраны, которые показывали, как на торчащий снизу экрана метатель набегают разные монстры. Мы сначала подошли ближе посмотреть, но меня просто ошеломил накал эмоций, что шёл из ближайшей комнаты! В центре комнаты стоит пацан, чуть выше меня, на голове громадный шлем, закрывающий весь обзор, в вытянутой руке рукоятка метателя. Сзади парня целая толпа малышни, что кричат и подсказывают, крик и шум, а они ещё и умудряются слышать друг друга, отвечать и ругаться между собой.

По маркировке кабин понятно, что часть из них на одного, часть на двух, а часть на трех стрелков. Все одиночки и пары оказались заняты, а вот над ближайшей тройной горела надпись, что одно место свободно. Зайдя в кабинку, я увидел двух парней, что со шлемами на головах стояли на своих кружках, видимо уже заняли свои места, как услышали, что кто-то собирается присоединиться. На стенах было три ряда экранов, верхний ряд был не активен. Что ж, стоит показать этой малышне, как стреляет настоящий воин клана Росса!

Вставив карточку в приемник, взял отделившийся со щелчком от захвата игровой инфор, надел его на голову. Свободно болтается, не продумано. Почувствовал, как моя охранница подошла, чего-то там нажала, и обруч плотно обхватил голову. Оказывается, всё нормально, просто я в первый раз, и не знал, что тут регуляторы есть. Высветилось меню игры:

Трое против монстров 2

Двое против монстров, один за монстров 0–0

Все против всех. 0–0–0

Я так понимаю, два других игрока выбрали командную игру. А что будет, если я выберу за монстров? Не, в первый раз нужно посмотреть, кого мне послал свет в соратники, а потом уже будем решать. Тем более, это я что, буду монстром? Монстр-герой совсем не звучит, как потом хвастаться перед мамой?

Навёл кружок прицела на первый пункт, по привычке моргнул правым глазом, но когда не сработало, на мгновение задумался и уже выстрелом обозначил выбор. Недолгий отсчет и игра началась.

Передо мной возник воин в полной амуниции.

«Приветствую тебя, мой Герой! Назови себя, чтобы мы могли занести твоё имя в скрижали вечности».

Как тут, оказывается, все круто! Назову-ка я себя Воин. Ведь я и есть он.

«Ваш выбор воин Воин?»

Вот же тьма, получается как-то некрасиво. Герой заика какой-то. Может, тогда по клану назваться? Воин Росс звучит красиво. Хотя, если проиграю, охрана обидится, что запачкал имя клана в проигрыше. Значит, будет что-то не менее красивое. Например, воин Громовая Рука. Вот, самое геройское имя. Набор нового имени, выбор.

«Приветствую тебя, воин Громовая Рука! Ты избран для выполнения великой миссии спасения нашей планеты от страшной участи быть уничтоженной ордой разумных жуков. Тебе в этом помогут воин Всех Убью и воин Кровавый Тиран.»

Отстойные имена у этой малышни, совсем не разбираются в геройстве.

Заставка, в которой три пожилых воина (не меньше двадцати — двадцати пяти оборотов каждому) стоят под знаком, видимо гербом планеты. География не была моей сильной стороной, да я и не уверен, что этот знак не выдумали те, кто придумал эту игру.

Прозвучала геройская музыка, похожая на марш.

«Первая миссия».

Опять возник тот воин, что был в самом начале.

«Ваша задача удержать от нашествия пункт первичной обороны в течение 30 минут, чтобы дать возможность эвакуироваться мирным жителям соседнего города. Помните, их жизнь в ваших руках!»

Мир вокруг потух, на темном фоне высветилась новая надпись:

«Пройти первичное обучение»?

Да я и так всё умею, чему тут учиться-то? Нажимай на кнопочку на рукоятке метателя и убивай всех врагов, поэтому нажимаю «пропустить».

Итак, мне достался участок стены, на которой несколько бойниц, а справа небольшая башня, тоже подсвеченная зелёным, а значит тоже моя зона ответственности. Пока не появился враг, надо пробежаться, осмотреться. Делаю шаг в сторону башни, но всё равно остаюсь на месте. Ну что за напасть! А как тут двигаться? Повертелся вокруг своей оси, все нормально, и поворот головы и поворот всего тела дают поворот экрана. А вот шаг не дает ничего. Я же с краю своего участка, как я буду защищать остальное пространство? Покрутился ещё, нажал на кнопку метателя. Рукоятка в курах дернулась, раздался шипящий звук, а циферка справа внизу уменьшилась. Так, стреляет одиночными, да ещё и ограничение на количество. Значит, промахиваться нельзя!

Тут раздался скрежет и далекий визг. Причем, скрежет откуда-то снизу. Ага, кто-то лезет по стене, надо приготовиться, чтобы не пропустить своего первого врага.

И всё-таки, я его чуть не пропустил! Вот что значит привычка реагировать на силуэт человека. Сам жучок был небольшой, мне по колено, да и умер с одного выстрела, но это же только начало. В верхнем углу появились цифры: 1 — 99 красного цвета, видимо мой личный счет. Точно, под ним появилась жёлтые и синие циферки, тоже по единице и по сотне очков. Мои соратники так же открыли счёт.

Следующий жучок заполз через дальнюю бойницу, но как подойти к нему, я так и не выяснил. Расстояние несерьезное, его я так же убил с одного выстрела, получив плюс сто очков, а общий счёт убитых стал 2. А ведь тот жучок не ко мне ринулся, а к двери в башню. Что я буду делать, когда они наваляться толпой? Надо срочно решать, как тут ходят. Пощупав руками рукоятку метателя, нащупал колесико сзади, явно под большой палец, и две дополнительные кнопки справа, под указательный. Или стрелять, или на кнопочки нажимать. Покрутил колесико, в руках оказалась палка, потом арбалет. И зачем это всё? Ладно, сейчас нужен только метатель. Нажал на дополнительные кнопки, ничего не произошло. А они зачем? Для дополнительного вооружения?

Тут выскочили сразу два жучка, один рядом, другой через среднее окно. Два выстрела и плюс двести очков мои. У соседей же синие цифры отличаются, за одного из жуков дали не сто, а девяносто девять, как мне в первый раз. Если жуки убиваются с одного попадания, значит, очки снимают за промах. Надо выиграть идеально, первый пробный промах не в счёт!

Жучки стали появляться по трое, но и такой темп меня совершенно не напрягал. Интересно, а как они пролазят по двое в одно окно? И почему окна сделали такими большими, там даже человек легко пролезет. Совсем тот, кто делал эту крепость, не понимает в защите.

В какой-то момент после одного из жучков остался светящийся метатель, который лежал на полу и вертелся. Жуки вооружены, и один из них потерял своё оружие? И чего оно вертится? Эх, жаль подойти не могу. Через пару нашествий, появилось ещё одно вертящееся оружие, но уже у дальнего проёма. Что-то не везёт мне сегодня. Хотя, тут же нельзя стрелять с двух рук, так что зачем мне ещё один метатель?

Следующие жуки явно подросли, были мне по пояс, и появлялись по трое-четверо, часть из которых бежала к двери в башню, а часть ко мне. После одного из них осталась светящаяся вертящаяся коробочка с зелёным знаком, что нарисован на мобилях врачей. Так, это аптечка, надо поднять, она же рядом, но сделав шаг, я опять не приблизился к своей цели, а после следующего вообще уперся ногой в заграждение игровой зоны. Значит, как началась игра, меня оградили забором. Странно, в первой кабинке, где тот мелкий стрелял, никаких заборов я не видел.

И как мне поднять коробочку? Что за дурацкое управление! Может, во время обучения говорили, как двигаться, я же его пропустил? И тут очередная модификация жука внезапно на меня прыгнула! Убив её ещё в полете, я откатился назад. Так, это что, меня могут толкать сами монстры, а я сам не могу ходить? Что за ерунда? Да и не толкали меня другие, и этот до меня не долетел. Вспоминаем… он прыгнул… умрите несчастные, не отвлекайте сурового воина, он решает задачу. Ага, он прыгнул… и я задрал голову. Тут же проверил… удача! Я умный! Голову поднимаешь, откатываешься назад, наклоняешь — бежишь вперед. Наклоны — движение вбок. Пробежал на радостях до самой башни, вертящиеся пистолеты пропали, количество оставшихся патронов увеличилось. О! Так это боеприпасы! Хорошо, что я, кроме первого выстрела, ещё ни разу не промахнулся, а то так бы и остался отмахиваться от жуков или палкой, или арбалетом. Кстати, у него только одна стрела, что за ерунда?

Опять прокрутив колёсико до метателя, я зачистил очередную волну, пробежал, собрал патроны. Несколько вертящихся метателей не исчезло, как и коробочка с аптечкой. Ну конечно, у меня полная обойма, и меня ещё ни разу не ранили. Эти двое, кажется, поставили совсем лёгкий уровень. Слабаки!

Стали появляться бронированные жуки, которые убивались уже с двух выстрелов, потом какие-то многоногие гусеницы, что только с трёх. Всё равно не серьёзно.

Внезапно появилась надпись:

«Вторая миссия»

«Приближается предводитель войска. Вы должны убить его за 2 минуты». Появилась стрелочка, которая упиралась в дверь башни, о которой я совсем забыл. Дверь в неё раньше не открывалась, я уже пробовал пару раз, а тут сама открылась, а потом закрылась за мной, проскочить успело пара бронированных жуков, но они героически погибли, пока я поднимался по лестнице.

Наверху башни у окна лежала длинная винтовка, которая сразу оказалась у меня в руках, как только я к ней подошёл. Так, у меня 10 выстрелов. Вдалеке видна подсвеченная цель. Так её же почти не видно, точно промахнусь! Попробовал целиться, пока замирал, кружок прицела уменьшается, показывая возможный разлёт попадания, но всё равно, попасть нереально, цель занимает от силы пятую часть. Ощупывая рукоятку, покрутил колесико, но палка и арбалет тут явно не помогут. И тут вспомнил о кнопочках. Точно, дальняя приближает, ближняя отдаляет экран прицела, как будто в трубу подзорную смотришь.

Хм… если стрелять средним пальцем, то переставлять пальцы во время боя не придётся. Одной рукой держу винтовку, а вторая рука появилась как из живота, но она не моя же, свою левую я чувствую. О! Теперь я трёхрукий монстр. И вообще, в конце игры смогу говорить, что я всех победил одной рукой, да я просто сильнейший из героев!

Рука немного дрожала, но задержав дыхание, я уменьшил размер прицельного кружочка и сделал выстрел. Целился в голову, но попал куда-то в районе среднего сегмента его тела, что показала пошедшая зеленая кровь. Это что, стрелка вниз летит, как в жизни? Тогда не буду задумываться о баллистике, сделаю такой же выстрел. Отлично, я его добил. Как всё просто, полминуты даже не прошло, а дается аж две!

«Третья миссия»

«После убийства предводителя, рой взбесился и всей массой ринулся на укрепления. Вы уже не сможете защитить стену, нужно оборонять центральную башню. Заминируйте воздушный переход в башню и защищайте её вместе с другими героями».

И опять появился таймер с тремя минутами, но время на нём почему-то не пошло. Странно, сломалось что-то?

От нечего делать, посмотрел на статистику:

1 — 120 — 12999

Точно, один раз я же промахнулся, а за предводителя дали не сто очков, а тысячу. И я всех обогнал.

0 — 120 — 10877

0 — 120 — 10589

Первый ноль, видимо, означает, что они ещё не убили предводителя, вот и не активируется у меня таймер на следующее задание. Ну, это понятно, я же лучший!

Наконец-то единички появились у них, так же увеличив счёт каждого на тысячу. Все равно им до меня далеко! Таймер запустился, дальняя дверь открылась, показывая воздушный переход в здание, что стоит посередине треугольной крепости. Вообще, какой-то ненормальный делал дизайн, крепость треугольная, да и откуда этот переход, я что-то его не видел, пока бегал по стене.

Посередине перехода была подсвечена цель, подбежав к которой я увидел надпись «установите заряд». Отлично, а как? Ни кнопка выстрела, ни кнопки приближения удаления не реагировали. Выбрал палку, затем арбалет, а после него неожиданно выбор дал пакет под названием «заряд». Ага. Тыкнул выстрел, заряд установился, но таймер продолжал отсчитывать время. Вновь появившаяся стрелка (куда же без неё!) показала, что надо бежать вглубь серединного здания. В центре комната с тремя выходами на мосты. Как только я пересек границу комнаты, таймер остановился. Два других игрока были уже тут. Как это они меня опередили, я же первый? Наверняка не в первый раз играют, вот и в курсе, что и как делать. Это я про всё должен догадываться сам.

— Привет, — говорю им, — рад вас видеть. Повоюем вместе?

Оба обернулись в мою сторону, а над одним появилось белое окно, в котором стали видны какие-то закорючки. Ох, так тут нельзя общаться с соратниками? Что это за игра такая странная.

Прозвучал сигнал и по мосту повалили жуки. Просто толпой повалили. Впереди бронированные, сзади трехпопадальные гусеницы. Опять появился таймер, возле которого светилась надпись «До появления Королевы Улья осталось…»

Значит, нам надо продержаться ещё 15 минут. Да легко! Только нужно подпускать жуков поближе, а то за патронами бегать далеко. Появился какой-то незнакомый жук, у которого оказался большой круглый рот. Он остановился посередине моста и начал готовиться к чему-то. В игре еще не было летающих и стреляющих пришельцев, а значит, сейчас в меня полетит что-то неприятное, нужно внимательно следить, чтобы вовремя увернуться.

Но этот жук меня обманул! Он издал трубный звук, и у меня внезапно отключилось управление. Во весь экран появилась надпись «вы парализованы звуком», и отсчет на пять секунд. За это время толпа жучар набросилась на мою беззащитную тушку, и я получил первые в игре повреждения.

Серьезно? Семь очков жизни снимает укус жука? И это при том, что полная жизнь у меня тысяча! Да они игру для кого делали, для тех, кто только из колыбели выбрался? За пять секунд я потерял меньше сотни, а пока убивал окружившую меня толпу, за это время получил всего пару укусов. Так, где там коробочки аптечек? Возле меня нет ни одной почему-то, а вроде как были. Только несколько штук вертятся ближе к середине моста. А там опять этот круглоротый примеряется выдать свою поистине сногсшибательную песню. Не, во второй раз я на такое не попадусь, получи пару выстрелов в центр орущего круга!

На певца понадобилось пять выстрелов, которые я ему щедро выдал, пока бежал до аптечки. Одна коробочка полностью восстановила мою жизнь.

Развернуться не рискнул, откинул голову назад и стал отступать к башне. Так-то я успевал отстреливать всех незваных гостей, но всё равно боялся пропустить ещё одного певуна, после которого меня могли снова покусать. И я поплатился за беспечность. Сзади раздался звук песенки этого гадского круглорота, и я замер около входа, спиной к самой башне. Это что, мои соратники убиты, если в башне уже жуки? Переждав пять секунд паралича, я не стал сразу убивать ту толпу, что кромсала меня, а развернулся и побежал внутрь башни. И даже не удивился: она была полностью заполнена броненосцами и гусеницами, а посередине стоял и опять готовился выдать песенку этот противный пришелец. А оба игрока были окружены жуками, черточка над ними показывала, что жизни у них осталось меньше половины. Это как они допустили такое! Ещё и стоят неудобно, если промахнусь по центральному жуку, могу попасть в них.

Наклонив голову вправо, я скользнул в сторону и как только занял безопасную для соратников позицию, стал палить по певцу. Тот подавился своим подготавливаемым воплем, а остальных я уже расстреливал без суеты, встав ровно посередине комнаты, отслеживая певцов, прыгунов и другую опасную живность.

Вот интересно, а сколько бы снялось с игрока жизни, если бы я попал в них? Я же не жук, явно побольше, чем семь пунктов жизни должен снимать, раз жуков валю на раз, пусть и попадаю куда попало. Проверять не буду, хоть и очень хочется. Всё-таки на соратниках не испытывают оружие. А я даже не смогу сказать, что это типа случайно, соврать же не получится.

Жуки как-то неожиданно все закончились, а таймер отсчета нападения показывал нули. Появилась надпись:

«Финальная миссия»

«Появилась Королева Улья! Взорвите мост вместе с королевой, выстрелив в заряд». Покрутившись, я увидел, что королев-то оказывается три, и приближаются они по всем трем направлениям. Которое из них моё, я уже давно запутался, пока крутился в центре, так что пошёл к тому, которое было дальнее от других игроков. Вроде угадал, возмущения не было, каждый стоял у своего выхода. Расстояние до заряда плёвое, но метатель неожиданно отказался стрелять. Может палку надо кинуть? Тоже нет. А, вот зачем арбалет с единственной стрелой! Прицелился, а он тоже не стреляет. Да что же это такое! Выбрал винтовку, вот из неё выстрел сделать смог. Дурость какая-то, до заряда можно доплюнуть, а они настаивают на прицельном выстреле. Ну как для малышей игра! Надеюсь, у соседей тоже проблем с таким «сложным» заданием не будет.

Ну, слава Великому Свету! Раздалось еще два взрыва, и игра поздравила нас с окончанием миссии. Мы оказались в зале с колоннами, стояли на возвышении, а какой-то старик в шрамах и с подвеской Героя Содружества нам сказал, что гордится такими героями. Счёт в конечном итоге оказался очень сильно в мою сторону, мне вручили подвеску Алмазного Защитника первой степени. А этим слабакам — второй и третьей соответственно. Вот так-то, неудачники, рекорд по очкам я не установил, но всё равно я самый лучший!

10.. Старое новое знакомство

Нащупав сзади защёлку, я снял этот громоздкий шлем и осмотрелся. Заборчик вокруг меня уже убрался, около входа в кабинку стояла Милисандра и Далия, моих соперников что-то видно не было. Лиц я не видел, но вот одежду запомнил, не зря же со мной Грей постоянно играл в разные запоминалки, для меня теперь запомнить человека по одежде, походке или голосу вообще раз глянуть.

Приняв героический вид, я двинулся к своим.

— Ну что, герой! Всех победил? — Мама Мили расставила широко руки. — Иди, обниму. Понравилось?

— Для малышни всё это. Я мог бы один там всех победить, другие только мешали.

Далия ехидно улыбнулась, демонстративно осмотрев меня с головы до ног, а потом с ног до головы. Это она так намекает, что я сам ещё ребенок? Делаю вид, что не понял намёка.

— Что, совсем не понравилось? А чего тогда весь светишься? — Мама Мили тоже улыбалась, в эмоциях светясь каким-то восторгом и гордостью. Правда, мыслей её я почему-то не слышал. Или она сейчас ни о чём не думает?

— Милисандра! — Я строго посмотрел на маму Мили, — ты не понимаешь. Это совсем неправильная игра. Жука можно убить, попав в любое место. Да жук просто не может умереть от того, что ему лапу отстрелили. А движение? Что это за ошибка природы — движение наклоном головы? Привыкнешь, потом в жизни будешь во всё врезаться по пути. У нас дома и то на стрелковом виртуальном полигоне всесторонняя дорожка есть. А винтовка, для которой третья рука из живота растет? Ещё и арбалет зачем-то дали с одной стрелой, которым нигде нельзя воспользоваться.

— Арбалет нужен, чтобы исключить игрока из команды, — вдруг подала голос Далия. — Если в игрока попадает две стрелы, он выбывает из игры.

— А просто застрелить его нельзя?

— Нет, выстрелы союзников из метателя урона не наносят.

Это получается, я зря тогда осторожничал, можно было палить без страха в жуков, которые окружали этих детишек? Ну и ладно, лишняя тренировка меткости получилась.

— Фи, совсем не интересно. — Я хотел махнуть рукой, но вспомнил, что все ещё держу шлем. Подойдя к стойке, где уже были закреплены два других, я вставил свой шлем в зажим. Зазвучал бравый марш, что я слышал в игре, и панель приемника выдала мою карточку. А она разве не одноразовая? Покрутил в руках. Теперь с другой стороны уже было не белое поле, а красивая надпись:

«Громовая рука»

«Трое против монстров»

И рисунок подвески Алмазного Защитника Первой степени, что мне вручали в игре.

Круто, оставлю на память, потом маме похвастаюсь. Опять приняв героический вид победителя всех пришельцев, надел свой инфор и двинулся к выходу.

На выходе из кабинки, боковым зрением увидел, как в меня летит чей-то кулак. На рефлексах ушел в сторону, но всё равно получил по уху так, что улетел на пол. Какой я легкий, оказывается. Каким чудом на мне инфор удержался, я даж не знаю. Больно! И почему у меня на голове был инфор, а не каска, а? А как вообще меня смог задеть этот тип, он же двигается как муха в сиропе. Так, стоп! А ведь я, чтобы уйти с линии удара в сторону, наклонил голову, как будто я все ещё в игре! Вот говорил же, что игра дурацкая. Час всего в ней провел и уже рефлексы неправильные выработал. Больше сюда не пойду, хоть килограмм мороженого мне предложите.

Парень, что меня ударил, стоял надо мной, надменно глядя сверху вниз. Судя по одежде, это один из моих игровых соратников. А вот в эмоциях неожиданно у него сквозь обиду проглядывала растерянность. Это что, он не меня хотел так приложить и промахнулся? Неудивительно, судя по результатам его меткости в игре. За ним, метрах в трёх, стоял второй, который тоже растерянно оглядывался, делая вид, что он тут случайно оказался. Это они сначала меня вдвоем собрались бить, да? Им же обоим не меньше чем по тринадцать оборотов, а то и больше. Меня, маленького, обижают! Хотя… он сильнее, выше, старше, да еще и мальчик, а значит можно смело давать сдачи. Меня даже Милисандра поймёт. Наверное. Как раз этот мой будущий тренажёр удобно подошёл, чтобы получить по заслугам.

— А ну оставьте эту девочку, что это вы двое на одну?

Где-то рядом ещё и девочку бьют? Так тут детские игры или Красный Уровень?

— А тебе какое дело? — Этот будущий неудачник поднял взгляд, обращаясь к тому, кто стоял сзади. — Эта мелюзга нам помешала победить в игре. Мы её уже третий раз проходим, были в шаге от рекорда, а тут он влез, и все показатели нам испортил.

— И это повод девочек обижать?

У меня опять активировался переводчик, значит, разговор идёт не на общем. Кругом одни инопланетники, то-то в игре от них вместо понятных слов были одни незнакомые каракули. И это меня девочкой сейчас обозвали? Быстро оглядевшись, краем мыслей отметил маму Мили, стоящую позади охраны, с прижатой рукой к щеке и ужасом в глазах. Это я хорошо улетел, раз её эмоции до меня не добивают. А сзади меня обнаружился мой старый знакомый, с которым мы на обзорной палубе разговаривали. Он ещё меня визитку вызывать учил. Точно, хорошо, что вспомнил!

Посыл запроса в сторону моих, теперь уже противников, выдал надписи над их головами:

«Эрнест Типагов 15 СО, ученик средней специальной школы города Стагар, планеты Мальтера»

«Модест Потилов 14 СО, ученик средней специальной школы города Стагар, планеты Мальтера»

Да они совсем взрослые, а нападают вдвоём на одного, как малышня. И получается, они со мной в одной школе будут учиться? Корабль вмещает в себя тыщи людей, а мне только ученики нашей школы встречаются, странно как-то.

— Это не девчонка, ты что, ослеп! Это мелкий — — с индустриалки!

Так он ещё и обзывается как-то по нехорошему! Интересно, какое там было слово, раз его в текстовом варианте закрасили черточками, а в звуковом почти заглушили высоким звуком. Надо такие слова запоминать, а то потом буду без инфора и не пойму, что меня оскорбили. Обидно будет потом узнать, что мог дать в нос нахалу, а был не в курсе такой возможности.

А тем временем, мой знакомый с обзорки с подозрением оглядел меня, в эмоциях выдал смущение, но всё равно не отступил:

— Даже если мальчик, он же один, а вас двое.

— А чего это ты защищаешь этого индустриальщика? И вообще, ты с какого района?

— Я с Холмов, а вы откуда?

— А мы с Переработки.

— Ха, я помню, как наши на празднике Второго Урожая вашим холки потрепали, слабаки!

Смешно, они не только с одной планеты, а ещё и соседи. Однако, моё ухо осталось неотомщённым, а это непорядок. Воин клана Росса всегда раздает свои долги. Третий раз проходили игру, говоришь… Хотя, у нас не война, а значит нападать без предупреждения нельзя.

— Эй, Носатый! — Эх, надо поменять голос в автопереводчике на мужской, а то вся суровость воина теряется.

На самом деле у него был нос не такой уж и большой, просто чуть больше, чем стандарт. Однако, ещё на уроках риторики меня учили, что можно раздуть любую, даже небольшую, неточность до огромных размеров, если акцентировать на этом внимание, а судя по тому, как вскинулся этот инвалид на голову, такое прозвище он слышал уже не раз.

— Что-о-о?..

Вопрос был из тех, на которые словами не отвечают, потому я улыбнулся самой кровожадной улыбкой и сделал ему подсечку. А когда он свалился, одним движением встал на ноги и, нависая над павшим врагом, с пафосом настоящего героя произнес, указывая пальцем:

— Неудачник!

Хорошо получилось, с меня вообще можно видеопостановку делать. Жаль, не вижу себя со стороны.

Тот, взревев, довольно медленно поднялся и бросился на меня. Так, бежать надо пока по прямой. Десять шагов бегом до робота жука и шаг в сторону.

Бедненький, он так и впечатался в экран, наклонив голову. Если уж я за час привык к движению в сторону наклоном головы, то что стало с ним, который играл три часа подряд? Итог: кровь из носа, и явно искры из глаз. Прямое попадание! Я опять самый лучший. Только у самого в голове всё ещё звенит немного.

Видя, как к нам спешит охрана Комплекса, добивать поверженного противника я не стал. Герой должен бить один раз, но наверняка. А потом уже, стоя над поверженным врагом, можно побыть великодушным. А я точно Герой! Вон и карточка, это подтверждающая, валяется. Надо подобрать, я же маме хотел похвастаться.

К охране комплекса наперерез вышла Далия, мягко высвободив свою руку, в которую просто вцепилась мама Мили. Оба охранника комплекса как-то резко затормозили, а затем разом коротко поклонились, повернувшись в сторону Милисандры. И чего они там расшаркиваются, тут надо медиков вызвать, а то у парня его шикарный нос уменьшился моими силами, так и зарастёт же. Чем потом будет хвастаться перед своим другом?

Неспешным шагом бывалого воина я подошел к парню, что за меня вступился. Охрана прошла мимо, не остановив меня и даже слова не сказав. Видимо видели по наблюдению, что я не зачинщик, да к тому же этого неудачника пальцем не тронул. А ноги не считаются, может я просто неловко поднимался. И, кстати, второго пацана, что стал из соратника соперником я вообще не увидел, сбежал, слабак.

— Привет, спасибо что заступился. — Как говорит мама, благодарность часто ничего не стоит, а ценится очень дорого. — Тебя же Слер зовут?

Тот опять засмущался, засуетился, явно не зная, куда девать свои руки. Сунул бы уже в карманы, что ли. Я всегда так делаю, когда смущаюсь или не согласен с мнением мамы.

— Да, а тебя Валериус? — Коротко глянул он мне над головой, явно смотря на ответ визитки.

— Ага. Так с чего ты решил, что я девочка? — Мне на самом деле сейчас было интересно, как меня, великого воина, можно было спутать с какой-то девчонкой.

— Ну… — Взгляд его забегал, опасаясь встречаться с моим. — У тебя волосы… — пауза секунд на пять, — есть. Ага.

Отлично, логика на полные десять баллов!

— А что, все мальчики ходят только лысыми? — Я не хотел его обижать, но сарказм выдал по полной. Не знаю, как его передаст голос переводчицы, но удержаться не мог.

— Они длинные. — Выдал тихо-тихо Слер, но переводчик услышал. Хорошие микрофоны у меня на аппарате. Военный вариант! — А все женщины ходят с длинными волосами. Ага.

Сделав скептическое лицо, я оглянулся на охранников Комплекса, одна из которых как раз была женщиной. И с короткими волосами. Слер проследил за моим взглядом и смущение его усилилось.

— Ладно волосы, а лицо то у меня не женское, у тебя что, плохое зрение?

— Зрение хорошее, — Слер поднял взгляд к потолку, задумавшись, а затем выдал, — просто я людей плохо вижу, ага.

Вот стало всё совсем понятно, ага. Раньше я считал, что это женскую логику мне не понять, а оказывается, логика некоторых инопланетников может загнать в тупик не хуже мамы Мили. Ещё и «ага» это приставучее. А потом он добил меня вопросом:

— Валериус, скажи: а ты король или принц?

И что ему сказать, чтобы не обидеть и не соврать? Выдал неопределенное:

— Я ещё маленький. — Пусть теперь думает, как хочет.

*****

Когда мы вернулись в свою каюту, я принял поистине героическое решение — помыться. Я немного вспотел, когда отбивался от полчищ инопланетных захватчиков, а потом меня ещё и по полу поваляли. Тревогу мамы Мили я ощущал всей кожей, почти как свою, хорошо хоть мысли я её перестал слышать. От посещения врача я отбился, ничего же страшного не произошло, вон диагност вообще почти ничего не показал, выдал только «лёгкий ушиб в области мягких тканей» и «лёгкое сотрясение мозга». Не знаю, где у меня на голове эти мягкие ткани, видимо в районе уха, но раз ничего не болит, значит к доктору нечего обращаться. А мозг мой, наверняка, Слер сотряс своими нелогичными высказываниями.

Слеру я дал свой ВИН[3], потом спишемся. Всё-таки, он за меня вступился, а это дорогого стоит. Пусть для меня опасности не было, он-то этого не знал. Странный он, но не трус, что уже в плюс.

Ванная комната была одна на каюту, так что задерживать её было бы чревато. А ведь я ещё не разобрался, как вода включается на умывальнике! Кнопок и ручных сенсоров я не обнаружил, увидел только рукоятку, которую можно передвинуть вперёд-назад. Цвет освещения рукоятки тогда менялся от ярко белого до красного, так что это понятно — горячее и холоднее. Но вот нажиматься или реагировать на то, что я за неё берусь руками, она никак не хотела, я это ещё в прошлый раз попробовал. Неужели придётся кого-то звать?

Может кто-то заткнул слив чем-нибудь? А что? Какой-то мальчик, включил, а как выключить и не знает. И загнал косточку сливы молотком туда, откуда льётся вода. Никто и не заметил, как у нас дома не сразу заметили, как поливалка в саду сломалась от того, что в неё попал быстрозастывающий пластик. Кто ж знал, что он от холодной воды ТАК быстро затвердеет. Да еще и прилипнет внутри там. Думал, застынет, а я его в виде палочки вытащу и узнаю, какой формы он внутри. Меня и не ругали. Почти. Только пластик на уроках творчества стали выдавать строго по норме. А жаль, у меня столько планов на него было!

Ствол крана оказался гибким и легко перевернулся вверх, показывая, что в нем нет ни пластика, ни косточки. Теория была хоть и стройной, но не выдержала столкновения с действительностью. Вспоминая маму, включаем логику: выключатель должен быть рядом с умывальником. Не будешь же, чтобы помыть руки, бегать в спальню. Всё всегда включается или вручную или сенсором. Рукоятка не реагирует, а значит либо есть незаметная рукоятка под руку или ногу, либо сенсор. На умывальнике темный квадратик, как раз в том месте, где будут руки, если их хочешь помыть. Подставил руки… и получил струю воды в лицо! Ха! Я очень умный, но мокрый! И правильно, что заранее на холодный режим отпустил рукоятку. Кипяток в лицо было бы не так весело, как освежающий холодный душик. Ой, я же весь мыться собрался, а не только лицо. И не в одежде.

Военный комбез от такого маленького дождика сильно промокнуть, конечно, не мог. Сниму, как раз высохнет, пока моюсь. А на ночь кину его в стиралку. Надо будет спросить, где она тут, раз слуги на нижнем уровне, буду привыкать к самостоятельности.

Бассейн внезапно отсутствовал. Что за странный минимализм? Только душевые две штуки, как у охранников в их спортзале. Направо кабинка и налево, видимо тоже для женщин и мужчин отдельные. Или нет, они же открытые, значит для правшей и левшей. Тогда, в который мне идти? У меня одинаково развиты обе руки, специально разрабатываю, но мама говорила, что в обществе должен всё делать правой рукой. Отлично, выбор сделан. Ну, хоть кран тут стандартный, а то напридумывают космические системы, а потом гении моются в одежде.

Неудобные душевые, даже нож положить некуда. А если на меня тут нападут, а я беззащитный совсем! Какие тут люди беспечные.

Так и вышел из ванной в одной руке комбез, в другой нож. Обратно на ногу закреплять его не стал, пусть ремни крепления высохнут, я их протёр от пота и оставил около умывальника.

— А где тут стиралка, мне надо будет перед сном комбез постирать? — Я поглядел сначала на Далию, потом на Велию, но они обе пожали плечами.

— Около умывальника есть контейнер, рядом с ним висят пакеты с номером каю… Валя! — Милисандра стояла около выхода из своей комнаты и с красным лицом смотрела на меня.

— Что? — Чего это она красная? Злится на что-то? Далеко стоит, эмоции не дотягиваются через комнату.

— Почему ты в таком виде?

— В смысле таком? — Я что, плохо помылся? Оглядел себя, вроде бы грязных участков не осталось, гель тоже вроде весь смыл. Опять посмотрел на красную Милисандру. — А что, надо было сразу причесаться?

Покосился на охрану. Нет, не показалось, обе не просто улыбаются, они смеются! Это они надо мной? Значит, всё-таки гель где-то остался. Наверняка сзади на голове, только там не видно в зеркало. Вот позор-то! Я же уже не меньше трех оборотов как сам моюсь, а теперь скажут, что я неумеха, и снова меня кто-то будет мыть.

— А-а… скажи Валериус, а почему ты не оделся? — Надо же, мама Мили назвала меня полным именем. Точно злится, я же тоже зову её полным, когда хочу показать, что она не права, или чтобы она серьезно отнеслась к моим словам. — Я же приготовила тебе костюм.

— Зачем? Я же мокрый ещё. — После исследований, как включается простой умывальник, к сушилке я даже подойти не рискнул. И я его видел, этот костюм. Ну уж нет, ТАКОЕ я надевать не хочу. Меня в этот костюм уже одевали совсем недавно, когда возили последний раз в театр. Ни руки не поднять, ни упасть правильно, как связанный себя чувствуешь. Вчера бы я в этом костюме точно чего-нибудь себе сломал, пока летел от удара в ухо.

— Валя, ты уже взрослый, а взрослые… в общем, они одеваются после мытья. — Её взгляд забегал, а краснота перекинулась на шею. Нужно срочно её успокоить, хотя мне всегда казалось, что мама Мили не умеет злиться на меня. Воспользуемся способом Лилии. Обнимашки!

И, бросив на ближайший диванчик комбез, раскрыл руки и побежал к Милисандре, чтобы её обнять, но она вскинулась, сделала большие глаза, а потом, что-то испуганно пискнув, развернулась и нырнула в свою комнату, закрыв за собой дверь.

Не просто испуг, а прямо панику я успел почувствовать. Что её могло так испугать?

Ой, я дурак, как я мог забыть! Конечно, она меня испугалась, я же нож в другой руке все ещё держу, пусть лезвие и закрыто жёстким чехлом, всё равно это грубейшее нарушение техники безопасности, мама бы меня нарезать круги вокруг дома отправила после такого. И что теперь делать?

А эти две так и смеются. Велия, это та, что сидит в кресле, уже чуть не сползла с него. Вторая смеется скромнее, прикрыв глаза одной рукой. Эх, такой был геройский день и такая неудача в конце. Надо спасать свою гордость. Так, мужчина должен быть сильным, чистым и немного наглым. Сильный я всегда, чистый я уже пару минут как. Значит, включаем последний пункт. Делаем вид, что ничего не произошло, и используем безотказный приём:

— А когда мы будем кушать? А то у меня что-то аппетит разыгрался.

Эти двое, продолжая улыбаться, переглянулись, молча о чём-то договариваясь, а затем та, что сидела, опустила экран инфора. Вторая же, покосившись на меня, просочилась в комнату к Милисандре, слегка приоткрыв туда дверь, после чего опять дверь закрылась. Надеюсь, что мама Мили на меня не сильно обиделась.

Через полминуты, Далия так же ловко вынырнула из комнаты, посмотрела на Велию, и, поймав её взгляд, коротко кивнула. Вот интересно, как они друг друга молча понимают, а? И что важно, не пользуются инфорами для этого, уверен в этом. Язык жестов воинов клана Росса я знаю, они им тоже пользуются крайне редко. И как мне теперь понять, о чём был разговор? Я же так и не понял, мы будем есть или нет?

Велия рывком поднялась, а затем переставила низенький столик, что стоял в углу, к диванчику, подтащив затем ещё и кресло с другой стороны. Понятно теперь, ужин заказали в каюту, об этом маму Мили и спрашивали. Так бы сразу и сказали. И надо всё-таки надеть этот костюм, что висит около умывальника. Кто ж знал, что для Милисандры он так важен? После ужина сниму, когда буду делать вечерний комплекс у себя в комнате перед сном.

11. Оборотная сторона… Агент Климент задумчивый

Утро агент Климент встретил за работой. Конечно, пока корабль не долетит до планеты, связи всё равно нет, но потом начальство затребует отчёт о проведённых операциях и действиях подчинённого состава, так что всё это лучше описать заранее, обдумывая каждое слово. Климент не первый день на службе, знает, что не важно, что именно ты сделал, или что произошло, главное правильно доложить. И доложить первому. Немало его, в общем-то не глупых коллег, сгорело в огне «оптимизаций работы Комитета» или «плановых перестановок личного состава» именно потому, что доложили правду, или их доклад попал к начальству не первым. Учиться надо на чужих ошибках!

А вот итогов, у давно идущей операции, не было. Понятно, что в этом направлении работает не только его служба Комитета, но и другие не сидят сложа руки, только вот кто первый выдаст результат, тот и получит все подарки.

Кстати, надо бы запросить материалы по семье этого пацана, что второй раз контактирует с объектом. Что-то подозрительно, что живущие на разных уровнях, даже теоретически не должные пересекаться дети, в течение суток находят друг друга среди тысячи других, летящих на корабле.

Зануда доложил, что они обменялись ВИНами, так что теперь можно будет подключиться к этому парню под маской клиента, может теперь и удастся понять причину военной игрушки у него на руке. Навороченный инфор агента не слишком заинтересовал, у некоторых недееспособных мажоров он в своей жизни встречал и покруче, и кристаллы у них были явно массивнее. Он даже с тремя личностями аппарат видел, что совсем уж излишество для мальца, ничем, кроме развлечения в жизни не интересующегося.

А тут явно какой-то подвох, он это чувствовал. Если парня направили те, кого они так безуспешно ищут уже несколько оборотов, то их рабочей группе в первый раз подвернулся хоть какой-то вариант для разработки. Им бы только найти место входа, зацепки ниточки, а там они размотают осторожно всю сеть заговора. То, что в заговоре участвуют люди с самой верхушки Содружества, Климент не сомневался, иначе за столько оборотов это дело давно бы размотали.

Хотя в их группе именно Климент числился аналитиком, он всё равно не чурался советоваться со своими новыми коллегами. Пусть они были простыми оперативниками, однако опыта в таких вот операциях у них было явно побольше, чем у него, который работал преимущественно с одаренными детьми и их родителями, а не со шпионами.

Агент поднял экран и огляделся. Как мы помним, он вообще редко разговаривал СКВОЗЬ инфор. Сейчас дежурил Клещ, вон он сидит, экран зазеркален, и со стороны не видны запущенные модули. На первый взгляд могло показаться, что он просто спит, но обе руки в перчатках управления постоянно подергивались, показывая, что оперативник полностью в работе. Вот пусть немного и отвлечётся. Климент достал из-за спины одну из маленьких подушечек, что были разбросаны по диванчикам и метнул её в оперативника. Тот смешно дернулся в сторону, но от снаряда увернулся, а потом, подняв экран, вопросительно посмотрел на своего временного начальника.

— Перерыв и доклад, что смог сделать на сегодняшний момент с этим подозрительным.

Клещ поднял глаза к потолку, собираясь с мыслями и начал доклад:

— Да ничего нового, собственно. Подключиться я сначала смог легко, внешняя личность у него стандартная, модули как на обычной штамповке, только вот там ничего нет, кроме нелепой визитки и общих сведений, которые мы и так знаем. Они могут быть как настоящими, так и легендой. Я тут порылся в тех базах, что есть у нас. Выяснилось, что мальчик, вроде как, всё свое детство провел в доме, учителя приходящие, друзей нет, в соцсетях не зарегистрирован совсем. Инфор совсем пустой, только учебные программы начальной школы, почти нет фото, или видео. По мне так, не может же парень возрастом почти двенадцать оборотов даже фотки понравившейся девчонки у себя не хранить. А тут совсем пусто. Пара детских видеопостановок про космических пиратов, фото членов семьи и всё.

— Он общался через сеть с охраной. Есть записи разговоров?

— Да там стоит безсерверная такая приблуда, её обычно ставят себе охранники, занимающиеся охраной живых объектов. Сообщения идут напрямую абоненту, минуя что-то центральное. И не сохраняются. Вроде бы тоже ничего необычного, если забыть, что ему одиннадцать, и его переписку должны контролировать родители.

— А что за охрана?

— Пара «молчаливых ведьм» из клана Росса, разовый это контракт или постоянный на уровне всей семьи мы можем узнать, только когда долетим. В наших базах про это ничего нет. Но по мне так, второй и третий уровень охранников, это намного выше среднего. С двумя прядями ведьмы обычно идут на военную службу, а тут одна имеет аж три. Таких, бывает, нанимают корпоранты для своих детей или жён, и это очень большое исключение. Но опять же, про договор точно не известно, может они и на службе, а это просто попутный контракт, такое тоже бывает. Сопроводят клиентов и полетят по своим делам.

— Получается, что этот парень может быть кто угодно, даже и не Валериус, сын Теодора Айрани, потому что проверить его личность никак нельзя?

— Ну почему, Милисандра Айрани уверена, что это сын её мужа, так что вряд ли самого мальчика заменили, не полная же дура, заметила бы. Наивная она, это да. Младшая дочь Председателя Правления, любимая, он до сих пор в ней души не чает. Он её даже отпустил в семью некорпоранта, пусть даже и побочника, а в их среде вообще-то так не принято, обычно женщины корпорантов становятся первыми женами, да и фамилию не меняют, просто как бы беря мужчину в свой род. А тут явная любовь, раз она пошла аж пятой женой, и вошла в род мужа. Пресса в то время вообще с ума посходила, главная новость по всему Содружеству была, я нашел в сети корабля подборку новостей за тот оборот. Но у них там, в семье, не смотря на её происхождение, вроде как всё нормально. Судя по новостям со встреч верхушки «Информиндастри», должность он не потерял, да и отношения с семьей девушки остались такими же дружескими. Проскакивала новость, что она родила, но Валериус точно не её сын, свадьба семь оборотов назад была, а ему, как мы знаем, скоро двенадцать. И вообще, про эту семью я мало чего нашёл, она не на виду.

— Ну, про младшую жену хоть знаешь, я вот был не в курсе её высокого статуса. Попробовал бы надавить на неё, а потом бы меня её папаша в космос выронил случайно.

Клещ неопределенно пожал плечами, скривив лицо в немом ответе, что-то типа «все мы смертны», и, не дождавшись продолжения диалога, опять опустил экран. Видимо, что-то там у него важное запущено, раз он не отключил визуализацию и не разговаривал, не поднимая экрана, как обычно делают все трое.

Новая информация требовала осмысления. Климент никогда не обожествлял семьи корпорантов, понимая, что все мы люди, только вот он понимал, что сил тягаться на высшем уровне ему явно не достает. Вряд ли любимая дочь одного из корпорантов пойдёт им навстречу. Пусть парень не её сын, но он сын любимого человека, а значит договориться с ней о проверке мальчика моником нечего и мечтать. Насколько помнил агент, корпорантов и побочников проверяли только по прямому разрешению судьи, что занимается делами этих семей. И только в присутствии представителя семьи, а значит, серьезных вопросов там не задать. Иначе информация об операции сразу же станет известна другим в Корпорации, а там она дойдет до того, кого они и ловят уже столько времени. «То, что знает женщина, знают все». Уж эту истину Климент помнил хорошо, а тут из представителей семьи как раз только красивая женщина.

Нужно самому пообщаться с этим Валериусом. В свою интуицию Климент верил, а значит, поговорив, он поймет, стоит ли пускать корабли в этом направлении, или мальчик чист, а все события вокруг или совпадения, или результат паранойи его родителей. Надо попросить Слера познакомить со своим новым другом, мальчик у нас понятливый, хоть и фантазёр. Главное, не дать разгуляться его фантазии, у моников его возраста она слишком бурная. Бывает, напридумывают такого, что в страшном сне не привидится. А с их силой это бывает очень опасно. Агент помнил доклад, который давали для обязательного изучения всем работающим кураторам, в котором рассказывалось, как после страшилки, рассказанной каким-то взрослым, маленький моник решил, что подземка заполнена зомби, и, самое главное, внушил эту же мысль нескольким десяткам людей, что его окружали. В деле были фото вагона, как он выглядел, после «битвы зомби» между собой.

Не зря правительство хочет контролировать такую силу, в неумелых руках она может принести немало бед. А в руках врагов она очень сильное оружие.

Последняя мысль опять вернула к операции.

Уже несколько оборотов на планете Мальтера пропадают дети возраста одиннадцать — четырнадцать СО. Некоторые из пропавших сначала нашлись, только вот они совершенно не помнили, где были всё это время. Дети были из бедных семей, толком после обнаружения их не осматривали, да и не обратил никто тогда сильно на это внимание. Возможно, были и другие пропажи детей из окраин или заводских городов, только о них никто не заявлял. Затем внезапно пропал школьник, сын одного из боковых семей корпорантов, и в спецслужбах поднялась волна. Слава космосу, в прессу она не просочилась, но несколько десятков дней все службы бегали, как муравьями обсыпанные. Мальчик нашелся в виде трупа, и дело оказалось серьезнее, чем с другими детьми. На теле нашлись следы уколов и хирургических вмешательств, а состав крови был изменен на какую-то непонятную смесь. Через какое-то время, выяснилось, что мальчик был моник, который инициировался за несколько дней до своей пропажи.

Делу присвоили статус государственного, закрыли секретностью и стали выяснять, кто мог знать о том, что у мальчика пробудились способности. Ничего так и не выяснили, пропажи прекратились, дело так и заморозилось. Но буквально меньше оборота назад опять пропал маленький моник, а за ним пропало несколько девочек, что совсем непонятно, ведь девочек-моников не бывает, да и до этого пропадали только мальчики. Существовала вероятность, что девочек умыкнули в подпольные Красные Дома, но все они были на негласном учёте, а там пропавшие так и не проявились. Службы опять подняли по тревоге, но на этот раз все поиски были тщетны, дети так и не нашлись. Итогом стало секретная директива об операции по поимке неизвестных злодеев, всем старшим кураторам дали в нагрузку по группе оперативников, всю аппаратуру детей поставили на круглосуточный контроль, причём не автоматическими анализаторами, а живыми людьми. По сути дела, шла ловля на живца. Хоть и некорректно использовать для этого детей, правила установили не они.

Сейчас этим кораблем, да еще ближайшими двумя, после каникул на Столичной планете, домой вернуться толпы школьников, среди которых набирается целых три класса моников. Было объявлено, что производится социальный эксперимент, когда моники, собранные с разных планет, будут учиться в отдельном классе, а не в одном с обычными детьми, как раньше. На три класса, по одному на каждый год обучения, едва насобирали детей с двух соседних секторов. Агент и не знал, что большинство моников пробуждается уже в довольно зрелом возрасте, а значит, и добраться до приличного уровня сил не имеют возможности. Для эксперимента была выбрана школа при Академии, очень удобно, что она как раз на этой проблемной планете. Пусть враг решит, что в такой толпе хуже контроль за отдельными членами и предпримет попытку украсть одного из детей. Тут они его и схватят.

12.. Битва за честь Леди

После завтрака, который опять был заказан в каюту, мне было разрешено в одиночку побродить по кораблю.

— Только на этот раз без драк, пожалуйста. А то я в прошлый раз очень испугалась.

— Да чего пугаться то? Ну, попинал я бы слегка этого неудачника и всё. — Мне, на самом деле, вчерашняя ситуация не казалась серьезной. — Не убил же, в самом деле.

— Я за тебя волновалась! Если бы Далия не сказала, что своими действиями я только испорчу тебе твою игру в неловкого маленького мальчика, я бы точно вмешалась. Вот зачем тебе было их провоцировать на драку? Неужели нельзя было всё решить без применения силы?

— Милисандра, я их пальцем не тронул. — Ну, ногой только одного уронил, а это не в счёт. — Наоборот, вовремя отступил. Кто ж знал, что этот аграрник такой неловкий? — Я невольно самодовольно улыбнулся, вспоминая вчерашнего соперника, а мама Мили растерялась. Я ведь и вправду победил только за счет правильно расставленных сил. Грей был бы доволен. — Так что, пусть тот тип предъявляет претензии роботу-жуку, который так внезапно возник у него на пути.

Милисандра задумалась и, видимо, решила отложить тему.

— Валя, не надо меня расстраивать. Постарайся вести себя так, чтобы быть достойным своего отца.

— Конечно. Я же самый лучший. Мама мной будет гордиться. — Отец у меня всё равно не воин. Я его в своей жизни и видел всего несколько раз, вечно он где-то в отъезде или на работе.

Комбез я не нашел, кто-то успел забрать его из того ящика, пришлось надевать вчерашний неудобный костюм. У меня же всегда была куча одежды, где вот она вся? Я вообще, получается, не знаю, где все мои вещи, даже что там собрала мне мама не в курсе, а это оказывается не очень удобно. В следующий раз никому не доверю такой ответственный момент, как сборы меня любимого.

Выйдя из каюты, я активировал карту уровней. Интересно, куда бы пойти?

Выскочило приглашение на Красный уровень. Неужели так много любителей подраться до крови летит? Раскрыл карту уровня, много непонятных названий. Вот «Уголок унижения» понятно, там сидят те, кто проиграл, даже картинка силуэта на коленях всё объясняет, а вот название «Шест и рюмка» что значит? На картинке вертикально стоящая палка и две рюмки пересекающиеся накрест. Там дерутся на шестах пьяными? Почему тогда на картинке рюмки пересекаются, а не шесты? А «Мир верёвки и свечи» меня совсем вогнал в ступор. Моток веревки, весь закапанный горящей свечкой. Как такие инструменты использовать в поединке? Мне представить даже такое сложно, хотя Грей как-то говорил, что для настоящего воина оружием может стать любой предмет, только учить меня он такому будет, когда мне двенадцать исполнится. Не забыть у него спросить, как драться свечкой. А, вот «Пик наслаждения» понятное название, там как раз те, кто выиграл, поднялся на «победную вершину». Интересно было бы на всё это посмотреть, вот только меня на этот уровень всё равно не пустят. Странно вообще, что пришло приглашение, наверное, это потому что у меня возраст не указан, а допуск полный.

А напишу-ка я своему новому знакомому. Специально для него нашел на инфоре программу для общения, он там точно есть.

Я &gt; Привет, Слер. Это Валериус. Ты сейчас занят?

Минуты полторы была тишина, а потом пришел ответ:

Слер &gt; Привет, Принц. Извини, что сразу не ответил, был в душе.

Ха, а он по утрам в душ ходит, прям как девочка. И все-таки он решил, что я принц. Даже не хочется его разочаровывать, принц так принц. Пусть будет, как будто, это мой боевой позывной.

Я &gt; Я не сержусь. Ты не хочешь куда-нибудь пойти?

Слер &gt; Хочу. А куда?

Ну, прекрасно! А я как раз у тебя хотел спросить, куда бы пойти.

Я &gt; Да куда хочешь, я тут мало чего видел.

Если честно, то я не видел ничего кроме Обзорной Палубы и Детского Уровня Развлечений, но туда мне уже идти не интересно.

Слер &gt; Мы с друзьями хотели пойти посмотреть на тренировку местной службы безопасности, если меня мама отпустит.

Надо же, ему тринадцать оборотов, а он все еще отпрашивается у мамы! Надеюсь, я к такому возрасту уже стану совсем самостоятельным и буду делать всё, что захочу.

Я &gt; Отлично, мне бы тоже было интересно на такое посмотреть. А где она будет проходить?

Слер &gt; На уровне Центра Развлечений, там есть сектор единоборств. Приходи, познакомлю тебя со своими друзьями.

Хм… Опять уровень развлечений? И это называется «новое»? Ладно, вдруг там действительно увижу что-то стоящее.

Я &gt; Хорошо, подходи прямо туда.

Слер &gt; Я сейчас сразу не могу, попозже.

Я &gt; Через сколько попозже?

Слер &gt; Примерно через час. А если мама меня не отпустит, я напишу.

Это получается, я, может, его час прожду и напрасно? Оказывается, знакомые это не только интересно, но и лишняя головная боль.

Я &gt; Хорошо.

А если там будет скучно, то уйду. И напишу, ха.

Регион единоборств оказался, по сравнению с зоной виртуальных игр, совсем закутком. Сразу видна разница в популярности виртуальных и реальных драк.

Небольшой коридор, заканчивающийся прозрачной стеной, за которой и был зал. Внутрь пройти, как я понял, можно только через боковые двери в коридоре, справа и слева. Я думал, это душевые, а оказалось раздевалки, а душевые внутри.

Возле прозрачной стены стояла две группы людей, старше меня оборота на три-четыре. Одна состояла только из девочек, другая только из мальчиков. И там и там о чём-то шептались, посматривая на противоположную группу. Девочки ещё иногда хихикали, а парочка из них и на меня как-то заинтересованно покосилась. Мне от чего-то стало неловко, что они видят, как я на них смотрю, и я зазеркалил экран инфора. Интересно, а долго ждать этой тренировки придётся?

Пока же я прошёл коридор туда-сюда, заглянув в двери на правой, судя по картинкам на экранах дверей мужской, стороне, как раз увидев внутри раздевалки со шкафчиками. За время моей прогулки ничего около прозрачной стенки не изменилось, те же две группы, те же смешки и улыбочки. Интересно, может они в какую-то игру играют, просто мне не видны экраны их инфоров? Тогда вмешиваться будет неправильно. Попробую зайти внутрь зала. Зайду в дверь 11–15, как раз под мой возраст.

Интересно, а ключи от шкафчиков откуда брать? Пусто, даже спросить не у кого. Покрутил головой, на экране мелькнуло сообщение. Да-а, это не наша тренировочная, тут всё оказывается навороченнее. На экране шкафчики подсвечивались красным и синим. Если фокус был на синем, выскакивала надпись «занять да/нет». Хотел один занять, но тут вспомнил, что он мне и не за чем, тренировочной формы у меня и нет. Вот что значит привычка к тому, что дома у меня свой шкафчик, и чистая тренировочная форма там есть всегда. А интересно, в этом концертном одеянии меня в зал вообще пустят?

Прошёл к двери, за которой явно был выход и попал в небольшой зал. Даже удивительно, мне казалось, что на этом корабле всё большое, а тут зал человек на двадцать. Странно, через стекло мне казалось, что он должен быть побольше.

Посредине зала, спиной к двери, на коленках, прямо на татами, одетая в какой-то халат, сидела девушка с длинными волосами, завязанными в хвост. Оглядевшись, я понял, что ошибся, зал совсем другой, стеклянная стенка отсутствовала, а была зеркальная стенка, которая зрительно увеличивала размер зала, а так он вообще крохотный, размером со столовую в нашем доме.

— Ты всё-таки пришёл. Не ожидала, думала струсишь. Ты помнишь моё условие? Ты должен меня победить в поединке чести. И я выбираю поединок без оружия. Соглашайся, иначе, я убью себя, но спасу свою честь.

Ого, как тут всё серьезно. Она меня с кем-то явно спутала. Дилетантка, нельзя же разговаривать с человеком, сидя к нему спиной. Хотя, она же меня в зеркале видит.

Как будто услышав мои мысли, девушка не вставая, обернулась.

— В этом костюме ты выглядишь моложе, даже не ожидала. И зря ты так вырядился, ты ещё не победил.

Мама часто мне говорит «Если не хочешь, чтобы тебя неправильно поняли — промолчи». Я вот промолчал, но меня всё-равно неправильно поняли. И девушка этот совет явно не слышала, наговорила кучу всего, а как понять, о чём это она? Воспользуюсь советом мамы сам, и промолчу. И так понятно, что она собралась со мной драться, лучше её по-быстренькому победить, а уже потом объяснять, что она обозналась. Если в её голосе не было ничего, кроме решительности, то в её эмоциях преобладала обречённость. А закон поединка гласит: проигрываем мы до начала боя у себя в голове. Кто сильнее верит, что победит, тот и выиграл. При других равных условиях.

А она, судя по лицу, совсем взрослая, оборотов семнадцать — восемнадцать, наверное. Пока я её обходил, она поворачивала голову вслед за мной и тоже внимательно меня разглядывала. Весит она, наверняка, больше меня, вон какие две тяжёлые штуки висят спереди, ростом тоже, скорее всего, выше, хоть и ненамного.

Я остановился напротив девушки, когда дверь находилась ровно позади неё. Девушка плавно поднялась и глубоко поклонилась. Ростом всё же как я, не выше. Низенькая взрослая, встречал я таких. А поклон, это ритуал какой-то? У клана Росса тоже есть похожий поклон, только там нужно до земли рукой достать, когда высокие гости приходят в дом. Он так и называется «земной поклон». Что ж, чужие боевые ритуалы надо уважать, мне не сложно. Я тоже поклонился, прижав, как и она, руки к бокам, но при этом, не спуская с неё глаз. Вот ещё, доверять незнакомому сопернику! Может это была с её стороны военная хитрость.

Надо снять инфор, в нём только стрелять удобно, а вот в поединке без оружия он будет мешать. С другой стороны, а куда его деть? В руках держать вместо ударного инструмента? Да и поединок, судя по всему, уже начался.

Признаться, первый удар я почти пропустил, сработал только на рефлексе. Эмоции девушки я слышал очень чётко, так что думал, что когда она соберётся ударить, узнаю заранее. Уклонился от удара в голову сбоку, и если бы это был обманный, а второй основной, тут бы бой и закончился. Но она немного провалилась за ударом, видимо не ожидала, что промахнётся, и второй удар я легко блокировал. Это её ошибка, или послабление мне? Ведь она открылась для ответного удара, просто я не решился использовать этот момент, всё же в первый раз дерусь с девушкой-не-воином. Вот же тьма, в эмоциях у нее ни досады, ни радости, как с роботом дерусь!

Несколько быстрых ударов с её стороны, я же только либо уходил, либо вскользь блокировал, всё ещё не решаясь нанести серьезный удар, обходясь только подсечками, от которых она несколько раз падала, но перекатившись, снова оказывалась на ногах, чему я не препятствовал. Я уже почувствовал, что на ней полностью отсутствует защита тела, так что боевой удар просто отправит ее к врачу однозначно. Даже смешно стало, с таким хрупким противником меня жизнь ещё не сводила.

Увидев мою улыбку, девушка увеличила скорость ударов, только вот получаться у неё стало ещё хуже. Она стала чаще откровенно промахиваться, пару раз серьёзно открывшись после удара. Моя улыбка стала ещё шире, я понял, что уже победил. А вот в эмоциях девушки опять стало пробиваться отчаянье. Она уже тяжело дышала, хотя с начала поединца прошло минут двадцать всего, и, кажется, даже начала шмыгать носом. Никудышная у неё выносливость, я вот так прыгать ещё не меньше часа могу и почти не устану. Настал момент, когда она делала связку, которую уже повторяла в третий раз, так что спрогнозировать движения для меня не составило труда. Тут мне пришла в голову мысль похулиганить: внезапно для неё я шагнул прямо к ней и, подбив её ударную правую руку немного вверх-вправо, нырнул ей за спину, а после, завершая приём, пнул девушку пониже спины, одновременно обеими руками толкая вперед. Начальник охраны называл этот прием «приёмом унижения» и неизменно ловил на него всех новичков, что забывали «сбивать ритм поединка». Иногда и ветераны службы охраны попадались на такое, что потом обсуждалось несколько дней, а попавшийся подвергался незлобным насмешкам. До следующего неудачника, получившего пинок. Я получал такой обидный удар сначала довольно часто, набор связок рукопашного боя у меня был не очень велик, ведь в основном меня учили бою с ножом. Но потом, я всё же научился угадывать, что сейчас он будет применен, по начинавшейся веселости в мыслях соперника. Сам я отрабатывал этот приём больше оборота, доведя скольжение за спину до автоматизма, уж очень хотелось поквитаться, вот только этот хитрый тип на свою уловку не попадался ни разу.

Девушка же, так и не повернувшись ко мне лицом после пинка, внезапно упала на колени и, закрыв лицо руками, заплакала, как… да как девчонка заплакала. В её эмоциях царило просто безграничное ГОРЕ, что я чуть сам не упал, споткнувшись. Приёма против ТАКОГО оружия у меня не было, так что бой сразу и закончился. Я понял, что победил, только вот радость победы так и не пришла. У меня перед глазами очень четко встала картина мамы, говорящей мне уже не раз слышанную мной фразу: «зачем обидел девочку?» И не важно, что и в этот раз я, вроде как, не виноват, но, как всегда, оправдание «она первая начала», видимо, и тут не поможет.

Снова обойдя по кругу сидящую на коленях девушку (любит же она спиной поворачиваться, сразу понятно, что не воин) и, сняв инфор, попросил как можно жалобнее:

— Не плачь, тебе же не должно быть больно. — Чем ещё аргументировать просьбу не плакать, мне в голову не пришло. Ну, не умелец я успокаивать плакс, с сестрами тоже не получалось, сколько бы раз не «тренировался».

Девушку как выключили. Она медленно подняла на меня свое лицо, отняв от него руки, а её заплаканные глаза с недоверием уставились на меня. Ага, до неё наконец-то дошло, что дралась она не со своим врагом.

— Ты кто? — Ох, какая грозная. — Отвечай, что ты тут делаешь? — И требовательная. Я её только что физически победил, а она всё равно смотрит на меня как на маленького, вот где справедливость? А в эмоциях отчаянье и горе сменилось на злость. Надо показать ей, что я не абы кто, а воин! Встав в позу героя, я с надлежащим пафосом ответил:

— Я Валериус. — И на всякий случай поклонился, почти так же низко, как перед поединком.

— Ка-ка-какой Валериус? — В эмоциях теперь растерянность. У неё там, в голове переключатель стоит, что ли? Как она меняет свои эмоции так быстро практически на противоположные?

— Какой? Первый и Единственный! — Самое время пошутить, смех от растерянности помогает, да и сближает людей.

— Это титул такой? — Ой! Шутка, судя по всему, не удалась.

Что такое титул я помнил. Это «характеристика отношений в определенной социальной среде, показывающая уровень, на котором стоит титулованный по отношению к остальным». Так что, вполне подходит, в нашей семье я первый и единственный мальчик. Однако решил оставить себе пути отхода, если ошибаюсь.

— В нашей семье не очень приняты титулы, — осторожно подтвердил ей я, — но то, что я «первый и единственный», это точно.

Девушка опять задумалась. Затем резко, не вставая с колен поклонилась так, что, наверное, коснулась лбом татами, а разогнувшись, выдала:

— Позаботьтесь о моей чести, Валериус, Первый и Единственный!

Замечательно, делать мне больше нечего, как о чём-то там заботиться! А ты вообще кто? Надо как-то подвести разговор к тому, чтобы она назвалась. Как, оказывается, удобно, когда можно вызвать визитку и не спрашивать у каждого, кто он такой. Интересно, у неё инфор есть? И сколько ей оборотов? И кого она тут ждала с таким отчаяньем в голове? И почему он не пришёл?

Столько вопросов, а ответов пока что нет. Ладно, потом разберусь, постепенно. А пока начнём с очевидного:

— Переодевайся и выходи в коридор, я тебя там подожду, хорошо? — Наденет инфор, я посмотрю, кто она, а там посмотрим.

Девушка резво подскочила, опять поклонилась, обошла меня приставными шагами, всё время оставаясь лицом ко мне, и убежала в дверь, которая оказалась позади меня. Эх, старею! С этими женскими истериками, перестал контролировать дверь! А если бы оттуда кто-то выскочил? Это меня отражение сбило, краем глаза казалось, что дверей две. Тренер была бы недовольна.

Выйдя вслед за этой странной в ту же дверь (а другой просто не было), я увидел, что она стоит возле одного из шкафчиков, уже скинула свой халат и явно собирается в душ. Обернувшись на звук писка сенсора двери, она замерла на секунду, а затем, решительно повернувшись всем телом ко мне, опустила руки вдоль боков и опять низко поклонилась всем телом.

Надо посмотреть в учебнике географии, где это такая планета, на которой живут люди, что всё время кланяются. Разговаривали-то мы на общем, а так бы переводчик мне подсказал, с какого языка переводит. Вот же, как я сам становлюсь зависимым от этого обруча! А раньше считал, что он только в бою и нужен.

А девушка выпрямилась и всё так и стоит с руками вдоль боков, смотря на меня с непонятной опаской в глазах. Подойдя ближе, я понял, что это не опаска, а смущение. Подойдя совсем вплотную (она стояла на пути к двери на выход), я увидел в глазах опасливое ожидание, а шея и щёки девушки стали краснеть. А в эмоциях был просто непередаваемый салат из надежды, паники, смущения и злости. Я уже начинаю её бояться. Бьёт она, как я помню, внезапно и не задумываясь, а во второй раз я могу и не среагировать, так что, надо побыстрее покинуть эту непонятную особу. Пусть сама разбирается с собой, её голова — не моя проблема.

— Давай, ты иди в душ, а я тебя там, — я ткнул пальцем в дверь, что на выход, а то она, как будто, забыла, что я уже это ей говорил, — подожду.

Девушка опустила глаза, опять коротко поклонилась, а потом неспешно двинулась в сторону душа, так до конца и не раздевшись. Она что, в белье мыться собралась? Странная и непонятная, ну да ладно, может у них такие традиции. Главное, драться больше не полезла, уже хорошо.

13.. Салат в мозгах

Выйдя из раздевалки, я ещё раз с сомнением посмотрел на монитор двери. На нем всё так же был рисунок лысого воина с шестом и цифры 11–15. Младенцу понятно, что раздевалка для воинов от одиннадцати до пятнадцати оборотов. На противоположной двери была нарисована крылатая девочка, а цифры 15–30. Тоже понятно, женская раздевалка, и возраст тоже указан конкретно. Так чего в мужской раздевалке делала эта вечно кланяющаяся ненормальная? Почему она была не вот там, напротив?

Возле прозрачной стены обе стайки всё так же стояли, болтали и переглядывались. Точно, в какую-то игру играют. Нельзя же столько времени просто стоять и просто разговаривать, ведь прошло уже больше получаса.

В зале за стеклом всё ещё никого не было, так может, они просто ждут начала обещанной тренировки местной службы безопасности? Я же, вроде как, тоже на это посмотреть пришел. Тогда и я подожду.

Ещё минут через пятнадцать дверь в раздевалку открылась, и оттуда вышла моя знакомая плакса. Она нашла меня глазами, маленькими шажочками подошла и опять поклонилась.

И молчит. Одежда на ней уже другая, она в неё замоталась как моя любимая конфета. А инфора нет, вот же неудача. Надо же, наверное, с ней о чём-то разговаривать. Вон те группки очень интенсивно болтают, а мы выделяемся своей молчаливостью. А наставление мамы «не выделяться» я помню очень хорошо, она мне про это раз так… ну, много раз, сказала. О! Напишу маме Мили, она должна знать.

Я&gt; Мама Мили, привет. Мне нужен совет. О чём непринужденно разговаривать с девушкой?

Мама Мили&gt; Валя, у тебя появилась девушка? Кто она? Из хорошей семьи? Ты там её не обижал? Покажи себя с самой лучшей стороны, ты это умеешь, когда не дурачишься.

И где среди этого потока слов ответ на мой вопрос? И как она так быстро набирает текст, у меня так не получается.

Я&gt; Милисандра, просто ответь на вопрос. Я познакомился с девушкой, а теперь не знаю, о чём с ней говорить, а ты мне не хочешь помочь.

Мама Мили&gt; Почему это ты переживаешь? У тебя были уроки риторики, и там тебя должны были научить разговаривать на любые темы с кем угодно!

Ага, я так и представил: вот я великодушно целую руку этой ненормальной, а потом говорю «Вы прекрасно выглядите в этом халате, позвольте поинтересоваться, какой Великой Тьмы Вам от меня надо?»

Я&gt; Я изучал только официальные встречи и дипломатические протоколы. А я у тебя спросил про неформальное общение.

Мама Мили&gt; Комплименты ей говори постоянно, поговори с ней о её семье, поинтересуйся здоровьем родителей. Ты же должен знать основные нейтральные темы.

А то я это не знаю! Комплименты — основа любого разговора с женским полом. Мне это и мам говорила, и на риторике, и на дипломатии об этом упоминали. А основных нейтральных тем не так уж и много.

Я&gt; Да, я их знаю: погода, политика, спорт и дети. Какая погода на корабле? Какая политика или дети в нашем возрасте?

Хотя спорт подходящая тема.

— Ты давно занимаешься боевым искусством? — Я повернулся лицом к болтливым группировкам и своей молчаливой собеседнице, думая, а как к ней вообще обращаться? Не буду же я её «эй, плакса» звать. Я уже ей назвался, а она себя не назвала. Не помню ни одного протокола на такой случай.

— Да, девочки в нашей семье все начинают тренироваться в возрасте трех оборотов.

— А сколько тебе сейчас?

— Восемнадцать. — Ха, я лучший! Правильно определил возраст с первого взгляда. Грей бы меня похвалил. Ну, или бы сказал, что с такой задачей справился бы и младенец.

Это получается, я занимаюсь больше пяти оборотов, а она пятнадцать, в три раза дольше меня? И я её так легко победил? Или я действительно непобедимый воин, или она мне поддалась, только вот непонятно зачем. Хотя, может она и не воин совсем.

— А чем ты занята по жизни? — Раз она не воин, значит должна же чем-то другим заниматься.

— Я учусь.

Коротко и ясно. Или не ясно. Что мне теперь, на каждый вопрос кучу уточнений спрашивать? Что за немногословность, как будто с представительницей клана Росса разговариваю? В зале, ещё не видя меня, наболтала кучу всякого, а тут выдает по ложке мороженого раз в три дня.

— А где и кем?

— В Академии Разума, на факультете помощников, специальность финансовая аналитика, второй уровень.

А чего это она мне в глаза не смотрит, когда отвечает? Только глазами шарит где-то в районе лба. Ой, это я сам дурак, экран же у меня зеркальным остался! Пока менял настройку на прозрачность, увидел, что мама Мили написала мне с десяток разных сообщений, содержащих только вопросы. Я их даже читать не стал, зато зацепился глазом за последнее, написанное красным шрифтом и большими буквами:

Мама Мили&gt; БЫСТРО ПРИШЛИ МНЕ ЕЁ ИЗОБРАЖЕНИЕ!!!

И чего она так нервничает? А как мне сделать текст сообщения красным? Или синим? Хотя, не важно, потом попробую. А пока, не будем нервировать дорогого мне человека и отправим фото собеседницы. Та как раз встала очень удачно, скрепив перед собой опущенные руки и опустив глаза. А она действительно в этом одеянии похожа на мои любимые конфеты. Запечатлел, но отправить не успел.

— Привет, Принц!

Какой он всё-таки громкий! Даже обе группки, вечно чего-то там болтающих, умолкли секунд на десять, посмотрев на нас, но потом опять зашушукались. А поединок с этой странной девушкой реально меня как подменил. Вот как можно было не заметить приближающегося Слера? Его эмоциональную структуру я почувствовал заранее, и где-то на затворках мыслей отметил как дружественный, но ведь он приближался не один. Надо возобновлять тренировки, без вариантов. И когда уже Грей вернётся? Он давал мне тесты на внимание, только я с ними не разбирался. А зря!

А девушка, услышав слова Слера, вскинула на него взгляд, перевела его на меня, а потом в её эмоциях разлилось удовлетворение, а когда опустила взгляд, расплылась в улыбке. Её тело, раньше заметно напряженное, расслабилось. Чему это интересно она так обрадовалась?

— Привет, Слер. Ты даже раньше, чем обещал.

— Да, справился быстрее, чем рассчитывал, ага. Вот, познакомься с моими друзьями. Это Андрио и Пиколетта. Они двойняшки.

Парень коротко поклонился, а девушка плавно слегка присела, наклонившись и развернув руками юбку. О, эти знаки я помню, значит, парочка со второго сектора, к которому и мамина планета относится. Только там есть планеты, где эти приседания для женщин в виде приветствия практикуют.

Активировав визитку, я увидел над парнем и девушкой:

«Андрио Вериос, 13 СО, ученик средней специальной школы города Стагар, планеты Мальтера»

«Пиколетта Вериос, 13 СО, ученик средней специальной школы города Стагар, планеты Мальтера»

Ещё одни ученики моей будущей школы. Но они же не просто с другой планеты, они из другого сектора, аграрная планета Слера от них довольно далеко.

— Они твои друзья?

— Да, мы в едальне сидим за одним столом, ага. — Всё же, как я и думал, он наивен до невозможности. Даже на планете мамы, где есть обычай, что если сидели за одним столом, то нельзя нападать друг на друга, всё равно, от совместного поедания пищи никто не становился друзьями. А тут вторые сутки полёта и уже «друзья»! И это его «ага» не пропало, даже когда он стал говорить на общем. Если он его знает, чего тогда сразу на нём со мной не говорил? — А эта девушка кто?

Вот он спросил! Хотел бы я сам знать, кто она. Но сына дипломата нельзя поставить в тупик таким примитивным образом, потому я повернулся к девушке и попросил:

— Представься, пожалуйста, моим знакомым.

Та, опять сделала руки по бокам и, совсем неглубоко поклонившись, выдала:

— Меня зовут Монкут Куанг, я из клана Джиба, мне 18 стандартных оборотов, и моя честь принадлежит принцу Валериусу. — Последовала пауза в пару секунд. — Первому и Единственному.

Мы все четверо ошарашено уставились на неё. Потом Слер, повернулся ко мне, и, покосившись ещё раз на девушку, громким шёпотом спросил:

— А когда это ты успел стать её первым?

Они меня все с ума сведут. И Слер с его непонятными выводами и эта девушка, из клана, про который я впервые слышу. Тем более, что на заданный вопрос я бы тоже хотел получить ответ, так что я требовательно посмотрел на девушку.

— Полчаса назад, вот в этом помещении. — Она коротко кивнула в сторону раздевалки. — Принц видел меня без одежды, а я вручила ему свою честь, после того, как он уложил меня на татами несколько раз в тренировочном зале.

Парочка брата и сестры требовательно поглядели на Слера. Тот понял молчаливый вопрос и подтвердил:

— Ни единого чёрного пятнышка. Ага.

После чего, эти трое уставились уже на меня. Причём, если в эмоциях брата была сильная зависть и легкая заинтересованность, то у его сестры заинтересованность преобладала, а зависть пробивалась, когда она косилась на завернутую Монкут Куанг. При этом не в глаза ей смотрела, а куда-то в район пояса, которым была подвязана под самую грудь эта ходячая конфета. А Слер как будто вообще мной гордился.

Эй, эй! О чём это все тут подумали? Мало мне мамы Мили с её вопросами?

— А чего такого? Я зашёл просто посмотреть, а там она на меня сама накинулась. — Видимо, я что-то опять не то сказал, потому что у всех троих было заметно лёгкое сотрясение мозга, как у меня, после той игры с жуками и вопросов Слера.

Первой подала голос Пиколетта:

— Чего это ты хотел посмотреть в женской раздевалке? — Писклявый голосок, но сама смотрит очень серьезно, а в эмоциях произошла странная метаморфоза, как будто это моё любопытство её слегка разочаровало.

Я уже в который раз посмотрел на экран этой злополучной двери. Лысый воин с шестом никуда не делся, как и цифры под ним. И где тут указано, что эта раздевалка женская? Неужели это изображена лысая женщина?

Вот пусть эти умники мне и объяснят:

— Где тут написано, что это женская раздевалка? — Я ткнул пальцем в экран двери, — Вот нарисован мужик, и возраст указан для меня подходящий.

— Это клановый знак очень известного женского отряда наёмников под названием «Лысый монах», а цифры обозначают, что очередная их тренировка начнётся в 11 часов 15 минут. К этому времени все, кто хочет воспользоваться залом, должны его освободить. — А этот Андрио мне нравится. Без суеты, вздохов и разных полунамеков, чётко разъяснил все непонятки.

Так, а эта загадочная же сказала, что она студентка, а не наёмник.

— А ты тогда чего там делала? — Спросил я Монкут Куанг. А вот интересно, что из этого имя, а что фамилия, у разных планет по-разному. Это у двойняшек сразу понятно, одинаковое, значит фамилия, да и имена такие я уже слышал, а тут просто незнакомый набор звуков.

— В этом отряде состоит моя сестра, вот я и собиралась тренироваться с ними вместе. — И опять поклон в мою сторону. У нее так спина не отвалится? Или это просто часть её спортивного развития? Хотел ещё спросить, кого она там ждала так задолго до тренировки, но решил, что тема подходит только для разговора наедине.

— И что, ты теперь невеста Принца? Хочешь сказать, что ты принцесса. — Пиколетта требовательно смотрит на Монкут Куанг, а в эмоциях обида, как будто та её обворовала только что!

— Название моего рода Монкут на общий переводится как «Корона». А клан Джиба переводится как «Правящий». Я единственная наследница клана. Да, я принцесса.

— А имя твоё что обозначает? — Это уже мне стало интересно.

— Куанг переводится как «Чистая». — Смешно! Если бы у меня было такое имя, я был бы всегда чистым, и мама бы не ругалась, что я отказываюсь мыться по пять раз в день, как сестры. Хотя, старшие сёстры могут мыться за весь день всего один раз. Вот как утром залезут в бассейн, так вечером и вылезут. Как у них ещё жабры не отросли!

Только всё равно, нужно кое-что для всех уточнить:

— Она не может быть моей невестой. Мама сказала, что первую невесту сама мне выберет. И уж поверьте, если кто-то будет против её права выбора, то я тому не завидую.

— Значит, я буду наложницей. — И ни капли сомнения, даже в эмоциях ничего не колыхнулось.

Интересно, слово я такое встречал в книгах, но объяснений, кто это, тогда не нашёл. Мирталия, моя вторая сестра, мне тогда объясняла, что в давние времена это были кто-то, типа фрейлин. А фрейлины, это подруги королевы. Просто на одних планетах они назывались фрейлины, на других фаворитки, а на третьих наложницы. В общем, я так понял, эта девушка набивается в подруги моей, пока ещё несуществующей, невесты. Какая целеустремлённая девушка.

— Принц Валериус, а ты не мог бы меня познакомить со своей мамой? — Пиколетта прижала руки к груди, и с широкораспахнутыми глазами уставилась на меня. Чего это ей моя мама вдруг понадобилась? Или тоже в невесты набивается? Зачем мне лишняя головная боль? И вообще, мне некогда! У меня учёба, тренировки, а невесту нужно развлекать, кормить, выгуливать. Старшая сестра Эполиния даже сказала, что хочет быть вечной невестой, потому что невеста — это одни права, а жена — это одни обязанности. Её саму жених часто куда-то возит развлекаться, каждые выходное половина охраны срывается из дома её охранять. Всегда было интересно, почему, если в свою Академию она ездит каждый день, то её охраняет один водитель, а когда развлекается с женихом, то толпа на двух мобилях?

— А её сейчас тут нет, она ко мне позже прилетит. — Подумал и решил уточнить. — Или не прилетит, тогда я её только на каникулах увижу.

— Жалко, но я понимаю. У таких, как она, наверняка, много дел. А с кем ты тогда будешь жить на Мальтере?

— С Греем.

— А Грей это кто? — Не унималась девочка.

Объяснять свои отношения со своим тренером и нянькой мне не хотелось, потому ответил коротко:

— Он работает на моего отца.

— А отец твой, он кто, король?

Так, пора заканчивать этот допрос, я помню, что любопытство у женщин даже больше моего, а соврать я не могу. Я прямо вижу в её глазах длиннющий список подготовленных вопросов. Вот тебе встречный вопрос.

— А ты с какой целью интересуешься?

Она сбилась с мысли и ответила растерянно:

— Так, просто…

Самое время надавить:

— Точно «так просто», или всё же с какой-то целью?

— Нет у меня никакой цели, правда! — Растерялась она от моих встречных вопросов.

Ага, как будто я не чувствовал твой азартный интерес. Гляжу требовательно на Слера, тот виновато покосившись на Пиколетту, отвечает:

— Ну, это не совсем правда… — Понимая, что вроде как подставляет своего друга, он очень смущался, но соврать-то моник не может. — Но ничего плохого она не хотела. Мне так кажется. Ага.

Всё, допрос окончен, атака отбита. Учитель по риторике, я не любил Ваш предмет, но сегодня он мне помог. Словесные дуэли, оказывается, выматывают ещё сильнее, чем простая драка. Пять минут поговорил, а как час по залу побегал. Хорошо маме, она просто молчит на все вопросы и улыбается. У меня так не получается. Точно, мой безотказный приём для перевода темы!

— Чего-то есть захотелось. Вы не хотите перекусить?

Теперь эти трое смотрели на меня с недоумением.

— Для нас завтрак был два часа назад! — А Андрио опять точен и лаконичен. — В едальне сейчас другой уровень питается.

Эх, а дома всегда это срабатывало. Хотя, и сейчас подойдет, чтобы быстренько сбежать от этой компании.

— Так я же на верхнем уровне обитаю, там завтрак был уже давно, — не важно, что он тоже был два часа назад, для меня он точно был давно, — так что, я побегу к себе, съем чего-нибудь.

И пока я уходил, все три метра дальности моей эмоциональной чувствительности, я спиной ощущал их сожаление, что так быстро и непредсказуемо сбежал. Хотя, я же герой! А значит, не сбежал, а отступил. Совершил передислокацию, ага. Опять это «ага» пристало! Обратив внимание на экран инфора, я понял, что рано обрадовался. Количество непрочитанных сообщений от мамы Мили перевалило за третий десяток и надо морально готовиться к ещё одной битве. Вся моя жизнь — борьба!

14. Оборотная сторона… Монкут Куанг, передавшая честь и Монкут Дунг, опытная и совсем ничего не понимающая

Каюты на одном из двух средних уровней не отличались особыми удобствами, но все равно не такие клетушки, как на трёх нижних. Каюта на двоих включала в себя помещение с двумя кроватями, «туалетный уголок» с тумбочкой и зеркалом, а так же туалет с душем, совместный с соседней точно такой же каютой, только чуть большей — трёхместной.

Монкут Куанг зашла в каюту, когда Монкут Дунг, её сводная сестра, уже почти собралась на тренировку своего отделения. Утром, ближе к обеду, как раз было их время, а после обеда занимались остальные отделения, так как в этот день удалось снять совсем маленький тренировочный зал, а расслабляться даже в мирное время никогда не рекомендуется. Если бы они всегда отдыхали в перерывах между контрактами, как это делают другие, чисто мужские отряды, они бы никогда не добились бы такого уровня профессионализма и широкой известности. Они, конечно, посещали Красный уровень, никто не может жить в постоянном напряжении, но тренировка — это обязательное и неотменяемое.

— Ну как всё прошло, надеюсь удачно? — Видно было, что Дунг переживает за сестру, только вот что они могут сделать, две девушки почти умершего рода, в которой из мужчин остался один дед, который и управлял оставшимся у рода поместьем, да тремя деревнями.

Про их род уже давно никто не вспоминал, хотя всего-то меньше полтысячи оборотов прошло, когда они правили всеми поселениями самого большого материка планеты Жонген. Внезапно прилетевшие чужаки, поломали всю систему договоров и нарушили сложившееся равновесие. Оказалось, что на материке, которым управлял их клан, всего один большой круг телепорта, да и тот находится недалеко от побережья, а по несчастливой для них случайности, первые корабли прилетели к кругу клана Нопеун, вечному сопернику клана Джуба. Соперники втайне купили новое оружие у чужаков, договорившись отдать долг трофеями после войны с их кланом.

С новым вооружением и используя защиту, которую не пробивали стрелы клана Джуба, они легко захватили побережье, на котором находился их круг, так что возможность отомстить, тоже договорившись с чужаками, была упущена. И хотя воины Джуба храбро сражались за свой клан, всех их постепенно перебили, а территория клана ужалась до одной прибрежной долины на высоком плато, огороженном высокими горами. Подойти туда можно было только через горный перевал с материка, или поднявшись по высокой отвесной скале со стороны моря. Война тогда закончилась, клан ужался до одного рода, но выжил.

И вот в течение нескольких сотен оборотов всё ещё выживает. Несколько оборотов назад на совете рода, дедушка принял решение отправить свою последнюю внучку учиться на экономиста в Академию, чтобы она смогла поступить на службу к какому-нибудь монику, и через него возвысить род. Дунг, как дочь наложницы, в глазах общественности никаких прав вообще не имела, а вот дети Куанг, если будут от моника, дадут неплохую защиту их умирающему роду. Они давно уже узнали, что в Содружестве моники — главная сила. После Корпораций, конечно, в семьи которых им попасть вообще было не реально.

— Да. — Как-то устало и задумчиво ответила Куанг.

— Так ты его победила? — Сестра даже перестала бегать, собираясь в зал, остановившись посередине каюты.

— Нет. — Так же коротко ответила Куанг.

Дунг села на свою кровать и опять пытливо уточнила:

— Так он отказался, или ты проиграла поединок чести?

— Да. — Две секунды пауза. — Проиграла.

— И он, небось, не отказал себе в удовольствии повалять тебя на татами?

— Да, валял. Не меньше десяти раз.

— Силён. А выглядел совсем слабаком. — Дунг криво усмехнувшись, решила не расспрашивать подробности, но главное все-таки решила спросить:

— Так Нопеун Бич объявит тебя официальной наложницей, или просто он решил ославить тебя как распутницу?

— Нопеун Бич? Какой Нопеун Бич? — Куанг с недоумением посмотрела на сестру. Затем, видимо вспомнив — А, точно. Он не пришёл. — Вырвавшись на некоторое время из задумчивости, она, улыбаясь чему-то, опять ушла в свои мысли.

Теперь была очередь Дунг смотреть с недоумением. Сестра проиграла поединок чести, который назначила наследнику клана Нопеун, но он не пришёл? А кто тогда победил её?

И вообще, что-то она слишком довольно выглядит для девственницы, которую только что валяли целых десять раз. Так, начнем снова.

— И кто он такой?

— Кто? — Куанг, которая всё ещё была в своих грёзах, отвечала так же заторможено.

— Кому ты вручила свою честь.

— Не знаю. — Она пожала плечами, — Мальчик какой-то.

— Я догадалась, что не девочка. — Дунг хотелось вскочить и начать трясти сестру, чтобы вытрясти из неё все подробности. Эти короткие фразы в ответ начали её сильно раздражать. — Так ты отдала свою честь незнакомому мальчику, я правильно поняла?

— Да.

На это наёмница ничего не смогла сказать секунд тридцать. Куча разных мыслей и предположений пробегали у неё в голове.

— И что теперь? — Надо расшевелить эту явно влюбленную дурочку и выяснить, что к чему. Может всё ещё можно исправить.

— Ничего.

— Как это ничего? А как же клан, как же род? — Дунг наконец не выдержала и повысила голос, — Ты подумала о них? С чего ты вообще его выбрала? Он что, такой красивый?

— Да. Очень. — И Куанг мечтательно подняла глаза к потолку, а затем зажмурилась. — Красивый, сильный и благородный.

Всё понятно. Ничего уже не сделать и не исправить. Дунг давно знала поразительное упрямство своей сестры, так что оставалось только съехидничать:

— Ну, прям принц из твоих грёз, да?

— Да. Принц. Первый и Единственный. — Ага, всё же нашёлся и для неё первый мужчина, а то Дунг уже считала, что это никогда не случиться. А Куанг повернулась к сестре и неожиданно жестко добавила. — Если ты попробуешь у меня его отбить, вырву все волосы, так и знай.

— Ой, да больно надо. — Всё, это диагноз. Раз уж пошли угрозы, лучше от неё отстать сейчас. Несмотря на то, что Дунг была объективно и сильнее и старше, в драке с влюблённой девушкой это не всегда решающие аргументы. Да и, честно говоря, Дунг всё-таки немного завидовала. Самую чуточку. Ведь ей самой уже 24 оборота, а мужа всё ещё нет.

Найти себе любимого, состоя в чисто женском отряде довольно сложно. Они вечно в разъездах, на тренировках. В последние годы род держится только за счёт денег, что Дунг высылает из гонораров, так что где уж тут заняться личной жизнью, все контракты её. К тому же, дочь наложницы, из нищего рода, а ещё и наёмница, а значит, по мнению большинства, доступная женщина, кому она нужна? На ночь-то всегда найдётся много желающих, но ведь хочется постоянства. Только вот таких, как она, не берут замуж.

Может тоже поступить так, как Куанг, в погоне за мечтой, просто бросить всю себя под ноги незнакомому смазливому мальчику? Нет, она бы так не смогла. Слишком уж она рациональна. А ведь Куанг даже имени его не…

— А как зовут этого твоего мальчика?

— Валериус.

— Просто Валериус?

— Да, просто Принц Валериус, Первый и Единственный.

— Ха, так это он тебе сказал, что он принц? — Глупая маленькая сестра!

— Нет. Это его друзья так называют. Так что, он точно Принц.

Вот её заклинило. Попробуем достучаться до логики:

— Может это просто прозвище такое, псевдоним? Люди часто друг другу придумывают разные нелепые имена и прозвища, особенно преступники. Какие ещё доказательства, что он принц, а не мошенник какой-нибудь?

Куанг посмотрела на нее, потом задумалась.

— У него была корона.

— Какая ещё корона? — Она там что, видеопостановку смотрела, а теперь её пересказывает?

— Обычная, золотая. Как у всех принцев.

Теперь Дунг начало казаться, что не только Куанг сошла с ума, но и она сама с ней заодно. Но должна же быть логика во всём этом!

— Ага. На голове у него была корона, в руках скипетр, а на плечах мантия, да? — Она понимала, что сарказмом не поколебать твердую уверенность сестры в своей правоте, но ведь что-то надо сказать на такой абсурд.

— Нет, скипетра и мантии не было. Он был просто в костюме. — Действительно, уверенность поколебать не удалось.

— В простом костюме? Принц?

— Дунг, это же не видеопостановка какая-то, а реальность! — Теперь Куанг посмотрела на нее, как на дурочку. — Сейчас не древние времена, и принцы ходят в костюмах.

— А теперь ты скажешь, что это был такой специальный костюм для принцев. — Она уже не знала, что можно на всё это сказать. На тренировку она опоздала, командир будет ругаться. Ещё и с сестрой непонятки такие творятся.

— Да нет. Обычный костюм. Если можно назвать «обычным» костюм стоимостью, как все наши деревни вместе с усадьбой.

Вот оно что! То, что сестра отлично разбирается в официальной моде и стоимости костюмов, Дунг не сомневалась, не зря же она второй год учится, хоть и дистанционно, на факультете помощников, они там это специально изучают. А уж будущие финансисты наверняка вообще любую одежду меряют не модой, а стоимостью. Теперь многое становится понятным. Принц он там, не принц, уже не так важно, раз он богат.

Если этот тип взял сестру после ритуала поединка чести, ребенка он просто обязан содержать, так что сестра не такая уж и дура. Наоборот, Дунг не ожидала от младшей такой продуманности.

А слизняк Нопеун Бич вообще может идти прямиком в море со своими угрозами о разорении их рода. Можно будет потом только посмеяться над его попытками ограничить доступ к большим телепортам. Прилетит «принц» и весь этот род Нопеун просто купит. В наше время не доблесть решает, а деньги.

— А этот твой принц, — осторожно начала выяснять обстановку Дунг, учитывая новые обстоятельства, — что он собирается с тобой теперь делать?

Но сестра беспечно пожала плечами:

— Не знаю. Я не спрашивала.

— А где он сейчас?

— Пошёл обедать куда-то на верхнюю палубу. Наверное, проголодался.

Ну ещё бы ему не проголодаться, после десяти-то раз!

— А почему ты с ним не пошла?

— Так он меня не звал. Да и кто я такая, чтобы идти с ним на верхнюю палубу? Меня туда, наверное, и не пустят. Туда только по персональному приглашению можно, а его могут сделать только взрослые.

— Постой, а он что, не полностью дееспособный? Ты соблазнила недееспособного с верхней палубы?!

— Ну да, ему примерно двенадцать или четырнадцать.

Все, это полный провал. Какая ответственность за детей, если он сам ещё ребёнок. Тут их самих привлекут за растление недееспособного, это вам не Жонген, где возраста согласия не существует вовсе. Если узнают, будет скандал на всё Содружество! Её сестра не просто дура, она гипердура!

Дунг смотрела на, опять ушедшую в себя, сестру и судорожно соображала, что делать.

В общем-то, если не афишировать, то ничего страшного не произошло. Подумаешь, мажор нашел наивную дурочку, и своими рассказиками, что он, дескать, принц, соблазнил бедненькую. Девочка осталась довольна, вон сидит, вся сияет, её семья тоже никаких претензий не имеет. Можно даже намекнуть на денежную компенсацию потерянной девственности, мальчик совсем зелёный, может и получится. Разве что, про защиту их рода придётся забыть. Даже если только намекнуть про такое, его родители точно не поймут, а могут и вовсе обидеться. Это вам не наивный, только что лишившийся девственности, пацан. Богатые люди глупыми не бывают по определению! Они, таких, как сестра, могут пачками для своего сына скупать, и все будут просто рады подставлять свои прелести. Ох, каких они прогневали богов, что их роду так не везёт? Только она поверила, что вот он, выход из всех проблем, как опять всё возвращается обратно вниз.

— Вы после обеда с ним встречаетесь?

— Кто?

— Да ты, с принцем своим. — Влюбленные люди тупеют, теперь это для неё доказанный факт.

— Мы не договорились с ним, когда и где встречаемся.

— Так напиши ему, спроси.

— Я не знаю его ВИНа. Не спросила.

Всё, убейте её, но она теперь совсем ничего не понимает.

— Давай подведем итог: ты назначила поединок чести этому придурку Нопеун Бичу, но он не пришел. Так?

— Да.

— Хорошо, это я поняла. Дальше. Вместо него пришел какой-то малец, которому ты, дура неадекватная, поставила те же условия поединка, и он их принял. Я правильно всё поняла?

— Ну, я думала, что это и есть Нопеун Бич, потому да, так и было.

— Как ты могла перепутать сопляка и мужчину тридцати трех СО? Ты чего, ослепла? — Оказывается предыдущая информация о дурости сестры это ещё не предел!

— Так он был в инфоре с зеркалом на глазах. А я подумала, что Нопеун Бич в костюме так выглядит, я ж его только один раз и видела, только не в костюме, а одетым в ханбок[4]. А волосы у него тоже длинные и светлые.

— Это получается, малец такой же коротышка-пузырь с вываливающимся животом? Как же он тогда тебя победил, если, как и Бич, даже передвигается с трудом?

— Нет у него никакого живота! Он вообще красавчик. И двигается так, что завораживает. — Сколько восторга в её словах. Сестра, ты же умная, где твои мозги?

— Хорошо, фигуру ты не запомнила. Но голос! Ты хочешь сказать, что голос мальца двенадцати стандартных оборотов, который ещё и ломаться наверняка не начал, похож на хриплый голос урода Бича?

— Он молчал сначала.

— Молчал? И молча принял условия поединка?

— Да. Он очень вежливый. Сделал поклон полного уважения. И благородный.

— Ага, благородный. Запудрил мозги романтической мелюз… молодой девушке, — Затем повалял её десять раз и свалил, не оставив даже контактов. Очень благородно! Что-то ей на ум всё время приходит про десять раз. Видимо поразила цифра, вот на язык и просится. Это она на взрослого мужчину всё примерила, а там, у мальца, вся десятка могла за пару минут улететь. Ох, у самой давно никого не было, постоянно лезут посторонние мысли.

— Ты ничего не понимаешь! Он благородный! Он видел меня без одежды… — Тут Куанг вздохнула очень глубоко, покраснела и чуть слышно выдохнула, — и ничего не сделал.

— Постой. Остановись. — Дунг даже вытянула в сторону сестры свои ладошки, словно пытаясь остановить идущий от неё поток непонятной информации. — А теперь снова: Он. Тебе. Ничего. Не сделал? — Она уже не говорила, а шипела. А затем просто взорвалась — А ЧТО ТЫ ТОГДА МНЕ ТУТ ВТИРАЛА ПРО ДЕСЯТЬ РАЗ?

— Ка-ка-какие десять раз? — Вид кричащей сестры её и ошарашил и напугал. Она никогда ещё не видела Дунг такой разъярённой.

— Да ты только что говорила, что он валял тебя на татами не меньше десяти раз. Скажешь, такого не было?

— Бы-было…

— Ну вот!

— Так я же тебе сказала, что когда мы дрались, я падала, валялась. Много раз. Может десять, может больше, теперь уже и не помню. Он каждый раз давал мне подняться. Он легко от всего уклонялся, а мне даже не нанёс ни одного удара! — Тут она вспомнила про финальный пинок и засмущалась, — ну, только один, в самом конце и не больно. Он очень сильный и благородный. И я ничуть не жалею, что проиграла и попросила его позаботиться о моей чести. — Закончила она уверенно.

Фух! Дунг и забыла, какой наивный ребенок её сестра, никогда не покидавшая долину, занимающаяся только учебой и изредка посещающая тренировки. Откуда ей понимать сленг наёмников, если она только училась и училась? И в конце оборота всё-таки сдала дистанционно, почти на отлично, экзамены первого уровня, перейдя на второй уровень Академии Разума, как и хотел дедушка. Не зря такую кучу денег заплатили за дополнительные видеоуроки. Если бы было можно и на следующих уровнях учиться дистанционно, никто бы никуда её не отпустил, единственную наследницу. А так, отряд Дунг как раз направляется по контракту на ту же планету, где находится Академия Разума, а под охраной целого отряда наёмников никто не посмеет покуситься на сокровище рода.

Никто, кроме этого слизняка Нопеун Бича, чтоб его крабы сожрали!

— Он принял на себя обязательства? — Уже тише и спокойнее спросила Дунг.

— Он не отказался.

— А когда он успел тебя голой увидеть? Ты там что, перед ним сеанс стриптиза устроила, чтобы он непременно согласился?

— Не голой, он меня видел в белье. Зашёл, когда я начала переодеваться.

Дунг вспомнила кружевной комплектик, который сама выбирала для сестры и настояла, чтобы Куанг надела его на поединок. Такие формы должны иметь надлежащее оформление. Сама Дунг в нужном месте не могла похвастаться ничем выдающимся, что тоже не прибавляло возможности найти себе хорошего мужа.

— Ему понравилось? — Теперь уже совсем спокойно усмехнулась наёмница. А чего нервничать, оказывается, ничего серьёзного не произошло вообще. Подумаешь, поединок, в котором никто никого не ударил, даже смешно о таком переживать. А честь сестры у мальчика она как-нибудь выкупит. Можно даже собой, сестра важнее.

— Не знаю. Мне кажется, он даже не обратил на это внимание. Хотя, я тогда не видела, куда он смотрит из-за зеркала на его глазах.

— Понравилось! — Дунг была в этом уверена. Не импотент же этот принц, в самом деле. — Небось, и сохранил изображение себе, чтобы, как останется один … ладно, не важно. А что было потом?

— Потом пришли его друзья, и к нему стала приставать какая-то страхолюдная малявка. Он её очень ловко успокоил, а после сказал, что хочет есть и ушёл.

— А ты в это время скромно стояла в сторонке и молчала, как всегда. — И видя, что сестра не опровергла это утверждение, ехидно спросила. — Попросить контакты у него было сложно?

— Сложно. Я его друзьям сказала, что я будущая наложница принца. После этого при них просить ВИН было бы глупо. И он это не опроверг, кстати.

— Ха! Много он решает в этом вопросе в таком возрасте. Как скажут родители, так и будет.

— Да, он тоже сказал, что невесту ему мама выберет.

— Вот, что я и говорила. Они там все помолвлены с рождения, если вообще не сразу после зачатия. Странно, что у него ещё нет никого. А что вы делали, когда он ушёл?

— Я так поняла, его друзья собирались посмотреть на какую-то тренировку, на это зрелище и позвали Принца, а теперь им без него не интересно туда идти. Они решили разойтись и потом сконтактироваться через сообщения. Я тоже решила пойти в каюту, чего там одной делать?

— Могла бы дождаться меня, а так я из-за тебя тренировку пропустила. Ладно, не куксись, ты для меня важнее любой тренировки. — Дунг раскрыла руки, и они обнялись. — И где ты теперь будешь искать своего будущего господина?

— Не знаю. Встретимся где-нибудь.

— Где вы тут можете встретиться? Корабль огромный! Он на Верхнем уровне, туда тебя не пустят, ты на Среднем, сюда он, наверняка, не ходит. Едальни у вас отдельные. Где он проводит время и как развлекается, ты не знаешь. Раз он пришел в зал в костюме, то тренироваться не собирался. У него крутой инфор, он может целыми днями сидит в каюте и др… играется в игрушки.

— Ты не понимаешь. Мы встретимся, он моя судьба, я это чувствую.

— Эх, какой же ты все-таки ещё наивный ребенок. Ладно, раз уж я пропустила тренировку, может тогда поедим?

— Едальня для нашего уровня будет закрыта ещё больше часа.

— Закажем доставку.

— Это же дорого!

— Ну и что? Один раз можно и потратиться. Отметим то, что моя глупенькая сестра нашла себе господина. Пусть и потеряла сразу, но ведь это для тебя не существенно?

— Ага. Давай. Я хочу кальмара с соевом соусе с бобами и зеленью.

— Хорошо, я выйду в коридор и закажу на терминале, мой боевой инфор не подключён к местной системе из-за техники безопасности.

Заодно напишу кое-кому. Надо бы пораспрашивать командира, что это за принц такой летит на Верхнем уровне. Она имеет выходы на верхожителей или их охрану, может и знает. Помочь сестре, да и самой интересно посмотреть на этого «Первого и Единственного».

15.. Любопытство не порок

Когда я зашёл в каюту, мама Мили сидела в центральной комнате, опустив зазеркаленный экран инфора и делала вид, что меня не заметила. Ну, это мы проходили. Встав посередине помещения, я молча стал буравить её взглядом. Милисандра не выдержала первой, впрочем, как всегда. Она убрала зеркальность и посмотрела на меня типа равнодушным взглядом:

— А, ты уже вернулся? Ну как погулял? — И глаза отвела, словно вот именно сейчас её сильно заинтересовала непонятная картина на стене.

Я решил, что своего добился, она задала вопрос первой, так что, плюхнувшись рядом с ней на диванчик и выдержав небольшую паузу… решил всё-таки немного её помучить:

— Удачно.

Опять молчим. Мама Мили все ещё с деловым видом рассматривает картину, а меня разбирает смех. Когда я подошёл и сел, в первые же секунды меня ошеломила просто неимоверная сила ЛЮБОПЫТСТВА, что её одолевала. Кстати, меня сейчас посетила мысль, а почему все мои мамы всегда заполнены одной, или двумя очень сильными эмоциями, а вот остальные имеют в голове чистый салат из полутонов? Папа что, тоже скрытый моник и выбирал себе таких, чтобы всегда ясно знать, чего хочет конкретно его жена? В эмоциях вон той же Пиколетты мне помогало разобраться лишь то, что она стояла практически вплотную, да и то, это был не сильный поток, как вот сейчас идущий от сидящей рядом Милисандры, а так, несколько разнообразных ручейков, один из которых был немного сильнее и всё. Надо бы обдумать это в спокойной обстановке, а не во время этого нового витка допросов меня Великого и Скромного.

— И чем был занят столько времени? — Она все ещё не хочет задать вопрос напрямую. Глаза её забегали по комнате, оставив в покое картину. Понятно, решает, какую линию поведения выбрать. Учитель риторики, я влюбляюсь в Ваш предмет! Немного даже жаль, что теперь я не слышу её мыслей. Кстати, а почему я их вообще слышал? Съел что-то? Может, попал тут под особое излучение, и пока не адаптировался, был телепатом. Хотя, я бы тогда всех должен был…

— Ты чего молчишь? — Милисандра не выдержала. — Ты не хочешь со мной разговаривать?

Похоже, линия поведения выбрана. Это будет обиженка на плохого мальчика. Я согласен, что мальчик плохой, зря всё-таки я её начал дразнить, она же хорошая и теперь мне её жалко. Она не обиделась, но расстройство моим поведением я всё же почувствовал.

— Извини, мамочка, задумался. — Всё, я прощён. Она обожает, когда я называю её мамочкой.

— Тогда, может всё-таки расскажешь, чем ты был занят столько времени? — Теперь она, уже не скрываясь, смотрела на меня. Даже экран подняла. Глаза, как два буравчика, сейчас меня будут препарировать. Так, не о том думаю.

— Мы с друзьями ходили смотреть на тренировку службы безопасности.

— У тебя появились друзья? — Интересно, чему это она так удивилась? Тоже считает, что пара разговоров не повод записывать в друзья постороннего человека? Успокоим:

— Ну, не совсем друзья. Так, знакомые.

— И среди этих знакомых была твоя девушка? — Не удержалась, задала вопрос напрямую. Не быть тебе дипломатом, мама Мили.

— Там было две девушки.

— Две? — Теперь она растерялась. — Ты гулял с двумя девушками?

— Ага. — Видя, что она готовиться задать следующий вопрос, уточнил. — И с двумя парнями.

Она осеклась, но после, видимо посчитав в уме всех участников прогулки и поделив их на пары, поняла, что среди этих девушек могло и не быть «моей», потому поинтересовалась этим вопросом с помощью наводящего:

— А сколько оборотов этим девушкам?

— Пиколетте тринадцать, а Куанг восемнадцать.

Видимо это ещё больше запутало её умственные расчёты, потому она уточнила условия задачи:

— А парням сколько?

— Им обоим по тринадцать. — Что-то ей не понравилось в моих словах.

— И что делала в компании… таких молодых людей девушка восемнадцати оборотов? — Потом, видимо решив смягчить вопрос, уточнила свою мысль, — ей же, наверное, было скучно с вами.

— Да нет, она молчала, в основном. Только сказала, что будет подружкой моей будущей невесты. А вот Пиколетта задавала кучу вопросов и просила познакомить её с моей мамой. — Надо сразу всё рассказать, а то, чувствую, разбор десятиминутного события затянется на час. Только я оказался крайне наивным. Вопросов еще было явно много.

— Она тебе понравилась?

— Кто, Куанг? Не знаю, наверное. Она интересная. — Чем-то она на маму Сетилу (моя третья мама) похожа. Во всяком случае, её одежда мне понравилась. И то, что она не задавала кучу вопросов. — Только она же совсем взрослая, как ты или мама. Правда, ростом невысокая, с меня.

— Да нет же, Пиколетта. Та, которой тринадцать, я правильно имя запомнила?

— А-а, эта-а. Эта — нет. Приставучая трещотка. А вот брат у неё классный, за весь разговор сказал всего пару фраз и всё по делу.

— Её брат мне не интересен. Тебе не понравилась болтливость девушки, я поняла, а как тебе её внешность? Она красивая? — Азарт! Целое море азарта!

Я задумался, вспоминая внешность Пиколетты. И как понять, красивая девушка или нет, по стандартам мамы Мили? Как-то этот вопрос всегда проходил мимо моего внимания, а на уроках мы каноны красоты только прошлых эпох по «истории Содружества» изучали. Если опять взять за шаблон мам, то эта Пиколетта совсем ни на одну не похожа.

— Нет, внешность тоже мне не понравилась.

— А зачем ты тогда меня спрашивал, о чём с ней говорить? — Азарт пропал, осталось только любопытство.

Ой, а я и забыл, что так подставился под любопытство младшей мамы. Но соврать-то никак!

— Это не для этого раза. Когда я ждал друзей, мы были наедине с Куанг. Она взрослая и незнакомая, вот я и спросил твоего совета, о чём мне с ней разговаривать.

— Ты был наедине со взрослой девушкой? — Милисандра как-то вся подобралась, а в эмоциях любопытство осталось таким же сильным, только опять прибавилось азарта. Даже глаза, кажется, заблестели. — И чем вы занимались наедине?

— Сначала подрались, потом просто разговаривали.

— Подрались? — Недоумение можно черпать поварёшкой. — Почему?

— Это был просто спортивный поединок, ничего серьёзного. Я её легко победил, она меня ни разу не достала даже. А потом мы, по твоему совету, разговаривали о спорте, пока не подошли мои знакомые.

Ну, вроде как успокоил. Но подвох обнаружился с другой стороны

— Так ты что, дрался в этом костюме?

— Ну да, а что? Она оказалась совсем слабым противником.

— А душ ты после этого не принял. — Она не спрашивала, а утверждала, потянув воздух ноздрями. — Почему?

— Так туда Куанг пошла, а ты сама говорила, что мыться с взрослыми женщинами мне уже поздно.

— Пошла в душ? Она при тебе разделась для душа? — Теперь в эмоциях доминировала подозрительность.

— Да. — Подозрительность усилилась. — Только не до конца, прямо в белье пошла мыться. Я подумал, что это какая-то традиция, есть же планеты, где женщины моются в одежде, исторически так сложилось. Я помню, как мы это изучали на уроках Дипломатии.

— Это было бельё или купальник? Оно у нее было одного цвета? Я имею ввиду: верх и низ одинаковой окраски? — Она небрежно рукой обозначила на себе примерное направление вопроса.

— Да, и там и там — чёрное.

— Чёрное? — Подозрительность достигла пика. — Кружевное?

А вот это я не помнил. Если подумать, когда она мне кланялась, я на её красное лицо смотрел, а потом, когда она пошла в душ, сзади, она шла и вихляла…

— Низ точно был кружевной, а вот сверху как было, не помню. — Просто даже в голову не пришло посмотреть.

Мама Мили как-то удовлетворенно кивнула, явно в такт своим мыслям. Затем о чём-то ещё задумалась, мазнула взглядом мой лоб, замерла. Посмотрела на меня насмешливым взглядом:

— Иди, все-таки помойся, соблазнитель взрослых девушек. Пахнет от тебя сильно.

Запах я от себя не чувствовал, но в костюме мне самому было не удобно, а бассейн хороший повод. Ой, тут же нет бассейна. Ну, пусть будет душ.

— Комбинезон мой постирали?

— Да, я повесила в шкаф в твоей комнате. Нож твой тоже там лежит, на столике, чего разбрасываешься им везде?

Несправедливо, она сама запретила его цеплять под костюм, а на столик в своей комнате я его сам положил. И да, а где охрана?

— А где охрана?

— Я их отправила на нижний уровень за парой вещиц из багажа.

— Обеих? — Явное нарушение инструкции.

— Да. Я сама на этом настояла. Обещала им, что не буду выходить из каюты, а так же не буду никому открывать дверь.

Ага, а я вот зашел сам и за мной мог войти кто угодно. Непонятно. И у самих воинов не спросить, чего это вся охрана покинула охраняемый объект, они же, как всегда, улыбнутся и промолчат. Они только перед мамой отчитываются.

Не узнаю, ну и ладно. Пойду мыться.

После водных процедур, надев свой любимый комбез, я опять почувствовал себя сильным и свободным воином, а не пленником, связанным по рукам и ногам. Пока меня не было, вернулась охрана. Они притащили семь (!) больших кофров с вещами Мамы Мили. Она же почти сразу полетит обратно, зачем ей столько вещей? Теперь понятно, почему понадобились обе охранницы, одна бы столько не принесла, а на верхний уровень можно зарегистрировать только по одному слуге на каждого, у нас зарегистрирована охрана, остальных с нижнего просто не пустят. Со среднего-то, говорят, нужно специальное разрешение.

Далия с Велией стояли около двери, а Милисандра чего-то явно искала, вытаскивая вакуумные упаковки с вещами, осматривая каждую и откладывая в сторону. Мне кажется, я буду лишним на этом празднике моды, надо опять по-тихому сбежать гулять, не сидеть же в своей комнате. Я потихоньку, используя шаг ночного разведчика, начал передвигаться к выходу, но Милисандра, обернувшись и оглядев меня, сказала только:

— Обед через полтора часа. Не опаздывай. — И отвернулась опять к просматриваемым вещам.

Выйдя из каюты, подумал, что забыл спросить о своих вещах, у меня же остался из них всего один комбинезон и тот неудобный костюм «на выход в люди». Мне бы ещё тренировочных костюмов парочку и обувь спортивную, а то я в своих военных ботинках хожу и в комбезе и в костюме. Да и тогда в спортзале по татами бегал в них, а это вообще-то не принято, там либо босиком, либо в специальной легкой обуви занимаются. Это я просто так к своим ботиночкам привык, что не замечаю.

Опять встал вопрос: «Куда пойти»?

Вчера корабль казался мне просто необъятным, а сегодня и пойти некуда, везде, где можно, был. Снова звать Слера, я думаю, не стоит, только что расстались, я же, вроде как, поесть ушёл. Тем более, с ним точно приползут Пиколетта с братом, он же не сможет им отказать, добрый слишком, сразу видно по нему.

Дома у меня в это время были бы занятия, непривычно, что у меня есть аж полтора часа свободного времени. И многоуровневый корабль, в котором некуда пойти.

Опустил экран и вызвал меню. Кнопка «родительского контроля» стала зеленой. Это мне что-то запретили или наоборот, разрешили? Вряд ли что-то разрешили, в чудеса я перестал верить ещё в детстве, так что наверняка в чём-то ограничили. А в чём? Значок полного доступа всё ещё активен, в списке меню пунктов, на первый взгляд, не убавилось. Опять выскочило приглашение на Красный уровень, но я его сразу закрыл. Надоели.

Пока решал, медленно шёл вдоль других кают. А интересно, а где сейчас все люди, что обитают на нашем уровне? Я их только в едальне видел, а вот тут, сколько ни хожу, всегда пусто. И в лифте езжу один, вроде как в нём должны ещё люди со средних и нижних уровней встречаться, а никого не было.

Судя по плану, на уровне шестьдесят четыре каюты, расположенных по кругу. Хотя нет, шестьдесят шесть, две каюты без номеров. Там, наверное, обслуживающий персонал или может, инструменты для уборки. Размеры каюты можно определить по расстоянию между дверей, оно разное, а возле этих безномерных расстояние совсем маленькое. Как раз я подошел к одной из таких дверей. Навел на нее фокус, появилась синяя стрелочка и знак бегущей лестницы. Неожиданно! Тут и нормальные лестницы есть, оказывается. Запроса на открывание не появилось, ручного сенсора тоже не видно. Зато я увидел обычную рукоятку, как на дверях у нас дома. Нажал на неё, дверь открылась наружу, и я оказался на лестнице, которая уходила и вниз и вверх.

Вниз идти не интересно, я и так знаю, что там будет. А вот что наверху… На карте информации об этом нет, только сама лестница и стрелка вниз. Поднявшись на пару пролетов, увидел, что удобная лестница уперлась в стену, а дальше по стене идет вертикальная, из горизонтальных палочек. У нас дома такая шла по стене на крышу, только до неё было не дотянуться с земли. Потом мы открыли с сестрой секрет, что там есть скрытая рукоятка, после нажатия на которую, один пролет опускается и можно залезть. Только опускался он с таких шумом, что нас заметили, и поход на таинственную крышу тогда не состоялся.

Лестница закончилась невысокой закрытой дверью. Осмотрев её внимательно, я увидел ручной сенсор, но на мою руку он только гудел и показывал красный цвет. Жалко, было бы интересно посмотреть, что там. Понятно, что там технический этаж, но я никогда в них не был, и мне любопытно. Не рубка корабля, конечно, но тоже приключение.

Тут неожиданно заморгала кнопка полного доступа. Нажав на нее, я получил непонятное название и вопрос «запустить?». Не знаю, что это, но конечно запустить! Появилась полоска, по которой бежала бусинка, постепенно меняющая цвет полоски с красного на синий. Добежав до конца, выдала сообщение «вероятность 74 %». Вот что это значит? Вероятность, что за дверью страшные животные? Или что там ядовитый газ? Или вероятность сломать эту дверь, если посильнее её стукнуть! Может там пещера космических пиратов? Они спрятали там свои сокровища, и это вероятность, что не заметит страшный осьминог, охраняющий сундуки?

После паузы, надпись исчезла, но появилась другая. Опять непонятное название и вопрос «запустить?». Я почувствовал азарт. Запустить, понятно дело, посмотрим, что эта штука скажет. На этот раз появился квадрат с цифрами, которые просто замигали в хаотичном порядке, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Мигало довольно долго, минут пятнадцать. Мне даже стало скучно стоять на этой лестнице, сесть-то негде. Прерывать процесс я не рискнул, как потом его запустить ещё раз, я же не знал. Наконец, мигание прекратилось, замигали синим три цифры из всего набора, а под квадратиком высветилось число из шестнадцати знаков, в котором использовались только эти цифры. Зато вероятность в сто процентов меня неимоверно обрадовала.

Теперь надо понять, куда эти цифры вводить, сенсор то ручной, а не кодовый. Повертел головой, подергал руками дверь, лестницу, положил на сам сенсор руку. Когда чуть качнулся, устраиваясь по-удобнее, почувствовал, что сенсорная панель немного сдвинулась вверх. Ага! Сдвинул вверх полностью и увидел цифровую панель. Ха, я умный! Набрал число. Вводя последнюю цифру, всё-таки чувствовал себя не очень уверенно. А вдруг там действительно газ? А что, на военных объектах это распространенный способ защиты при консервации. Но всё же решился. Подошло — окантовка панели загорелась синим цветом. Дверь негромко щелкнула замком, но не открылась. Толкнул, всё равно стоит. Да что же это такое! Всё, мне надоело, пойду обратно. Опустил панель, закрыв цифры, и дверь внезапно сама откатилась. Кругом загадки какие-то. Я себя чувствовал, как с Греем, когда мы с ним играли, он тоже любил мне подкидывать всякие задания на логику. За дверью оказалось неожиданно темно, а фонарика у меня с собой и нет. Но отступить я уже не мог, пещера пиратов ждала меня и манила.

Когда дверь на технический этаж сама закрылась за моей спиной, загорелся какой-то тусклый свет, делающий все вокруг каким-то серым. Хм, интересно, что за специальное освещение такое? Служебный коридор уходил направо и налево. Как советовала мама, выбираю правое направление и осторожно двигаюсь по тесному коридору. Высота не такая большая, как на игровом уровне. И понятно, даже близко не такая, как на нашем жилом, верхнем, но всё равно я шёл, не наклоняясь. Потянулся вверх руками. Не, немного до потолка не достаю. Понятно, что это технический коридор, но что именно тут могут делать технические специалисты? Голые стены, чистый потолок. Нет даже лампочек, свет непонятно откуда идет, причём, только сейчас, покрутив головой, обратил внимание: освещается только участок, где я иду. Сзади и спереди через несколько метров почти полная темнота.

Минут через пять осторожного движения дошёл до дверки в стене. Вот, хоть какое-то разнообразие. Какой-то шкаф. Рукоятки открывания нет, просто выпирающий из стены прямоугольник. Оказалось, это шкафчик, передняя стенка которого отодвигается вправо, а за ней панель, с целой кучей каких-то кнопочек и переключателей. Ха, сейчас вот нажму чего-нибудь и пойдет сонный газ в чью-нибудь каюту. Или вода польется у кого-то не из душа, а с потолка. Только я это не увижу, потому не интересно. А интересно мне, для чего на самом деле эти все штуки? Никаких пояснений, никаких рисунков. Разве эти загадочные техники не могли предполагать, что их навестит знаменитый истребитель пиратов и их сокровищ? Могли. Так почему не подготовились? Ничего нажать или переключить я так и не решился. Были бы мы на планете, был бы другой разговор. А тут сломаю корабль, и буду потом миллион оборотов болтаться посередине галактики. А у меня учеба, тренировки… плаксы непонятные и мама, которая обещала прилететь.

Вздохнул о нереализованных возможностях, закрыл панель и пошёл дальше. Ещё через пару минут дошел до следующего ящика, только на другой стене. Тоже дверка вправо и такая же куча кнопок и переключателей. Разве что, у этого снизу панели висели какие-то провода, которые никуда не вели. Хм… кто-то сломал панель, чтобы подключиться? Наверное, шпионы прослушивали секретные разговоры. У меня приборов для подключения нет, так что и тут ничего интересного. Закрыв дверку, на этот раз обратил внимание, что под дверкой стена не сплошная, а имеется полоска, как будто декоративной панелью закрыли место, раз дверь меньше, чем сам шкафчик. Очень интересно! Опять отодвинул дверку, надавил на панель. Нет реакции. Навел на нее фокус инфора. Тоже мимо. Подвигал ее вправо влево, вверх… неожиданно, вверх она легко пошла и оказалась вся у меня в руках. Она, оказывается, была просто вставлена в пазы сверху вниз. За панелью оказалось большое пространство, в котором я обнаружил кучу очень нужных вещей: фонарик, перчатки, кусачки, моток разноцветной проволоки и кружку с какой-то жидкостью, которую я чуть не пролил на себя, когда вытаскивал кружку из ниши. Разложил сокровища по боковым карманам штанов комбеза, только кружка никуда не влезала, так что поставил её на место. А фонарик имел крепления для того, чтобы надеть его в виде обруча на лоб. Я решил его примерить, снял инфор и неожиданно оказался в полнейшей темноте! Только два треугольника у меня на инфоре горели красными точками по краю зубцов. Наверное, если надеть на голову инфор, на красные ушки будет похоже! Надел инфор, опять все вокруг серого цвета. Ха, одна их функций треугольников раскрыта специалистом по техническим переходам, Валериусом Умным! Все радуемся и задумываемся, а была ли такая ниша в предыдущем шкафчике? А ведь внимательный истребитель пиратских сокровищ совсем это не помнит. Я же на вражеской территории, а совершаю такие грубые ошибки внимательности, непорядок. Наказание — усиленные тренировки на внимательность после возвращения, и путешествие к тому ящику. «Дурная голова ногам покоя не даёт» — мамина пословица очень в тему сейчас.

Вернулся к прошлому ящику почти бегом. Панелька внизу у него была, это хорошо. Только она не отодвигалась, как я ни старался. Ковырнуть ее кусачками, что ли? Или ножом поддеть? Ладно, потом поковыряю её на обратном пути. Надо правый коридор уже до конца осмотреть, а то на обед опоздаю, и так уже половина времени моей свободы ушла, а у меня ещё не все сокровища найдены.

Прошёл я второй ящик, потом еще может минуту шел по пустому коридору и встретил сразу три двери. Одна в правой стене, одна в левой, обе большие, от пола и почти до потолка. А третья на самом потолке! Называется эта дверь люк, но вот мне до него не дотянуться, слишком высоко, даже встав на цыпочки, еще сантиметров пять не достаю.

Правая дверь не сдвинулась ни вправо, ни влево, ни вверх, ни вниз. И ручки нет. Но шатается, значит не глухая декоративная панель. Попробовал левую. Точно так же. Да это издевательство! Я ведь знаю, что за ними спрятано что-то интересное, прямо всем телом чувствую! Не может же быть, что за закрытыми дверями в такой таинственной тёмной пещере ничего мне нужного не оказалось.

Внимательно осмотрел одну из дверей. Судя по всему, открывается от меня. Нашел вытянутую дырочку. Ага! Вспомнились задачки Грея. Дверь, шатается, гремит и дырочка. Это для ключа под механический замок! Варианты открытия: если ключ с той стороны, листок под дверь, вытолкнуть ключ, вытянуть листок. Задача выполнена. Плохо видно, но ключа с той стороны нет, значит, это решение отпадает. Пошатал еще раз дверь, стараясь понять, где именно в ней замок. Неожиданно инфор выдал вероятность шестьдесят семь процентов и подсветку синего силуэта замка на двери. Ага! Какие интересные у меня модули, оказывается, стоят!

Запирающий язычок чуть выше скважины. Если дверь самозахлопывающаяся, то отжать немного дверь и кусочком пластика постепенно отодвинуть язычок внутрь замка. Кусочек пластика…точно! Моя карточка героя! Просунул её в районе подсвеченного язычка, пошевелил вправо влево. Непонятно, помогает это или нет. А, понял, карточка постепенно заходит всё глубже, по чуть-чуть, но заходит. Ха, это победа! Дверь открыта и спасибо играм великого Грея!

За дверью не оказалось сокровищ, только труба и дорожка через неё, которая упиралась в ещё одну дверь. На этой был уже привычный сенсор, который мой инфор вскрыл за те же пятнадцать минут способом мигающих циферок. За этой дверью оказалась такая же лестница из палочек, а внизу виднелась стандартная. Так что, это просто другой выход? Или вход, это как посмотреть.

Вернулся к трубе. Она уходила в темноту в обе стороны, проходя под навесной дорожкой, и была проложена в узеньком коридорчике, уходящем в темноту. Я думаю, по ней вполне можно пройти, чтобы посмотреть, куда она идет. Может, как раз в этой трубе тот газ, что разбойники собираются пустить по каютам верхнего уровня? Или нет, это же пираты, значит, воду они хотят пустить. Или космические пираты воду экономят? В общем, не важно, надо обязательно всё разведать!

Я стоял на мостике и смотрел на трубу, которая уходила вперед и назад. А как выбрать, куда идти, это же не вправо и влево? Обернулся назад. Что-то меня туда не тянет, почему-то. Вот ощущение, что там меня ждут неприятности. Наверное, это проснулась интуиция настоящего воина, про которую так часто все говорят. Посмотрел вперёд. Точно, я воин, а они идут всегда вперед! Ну, а если даже отступают, то, не показывая спину врагу. А вперед, это туда, куда я сейчас смотрю. Значит, вперёд!

Труба оказалось очень скользкой, так что я ступал по ней очень осторожно, упираясь в стенки обеими руками. Места между трубой и стенками коридорчика было очень мало, соскользну, и нога может там застрять, вывихнуть ногу можно запросто.

Мелкими шажочками дошел такой же трубы, только идущей вверх, а дальше прохода не было, только небольшая площадка и удобная рукоятка на уровне груди, видимо, чтобы стоять и держаться. Ступив одной ногой на площадку, я подтянулся на рукоятке, чтобы встать другой ногой, но рукоятка внезапно поддалась и рывком опустилась вниз. Раздалось гудение, и трубы завертелись! Хорошо, что одной ногой я был на площадке, иначе бы меня закрутила нижняя труба. И это не трубы, это валы какого-то механизма! Повис на этой проклятой рукоятке, держась за нее двумя руками. Оглядываюсь, и одновременно, пытаясь успокоить стучащее сердце, я же чуть без ноги не остался, стараюсь закинуть вторую ногу на площадку. В тьму эти наставления, когда тренер говорила, что в любой критической ситуации спокойствие — это половина решения проблемы. Тут жуть вон какая, зажевало бы ногу, прыгал бы на одной, как пират какой-то. Нет, не получается закинуть вторую, надо упереться ею в противоположную стенку и так постепенно подняться. Попытался, но подошвы вымазаны смазкой, что была на трубе, соскальзывают.

Тут кто-то потянул меня сзади за волосы. Темно, все серое, толком ничего в экран не видно, все гудит и очень страшно. Сам инфор на голове мешается, но его не снять, оказаться в полной темноте было ещё страшнее. Немного повернул голову, скосил глаза и у самого края экрана увидел, что волосы накрутились на вертикальный вал и меня постепенно притягивает к этому валу. Если я срочно не поднимусь на этот уступочек и не выключу механизм, меня всего намотает на этот вал! Тьма и все её последователи! Надо же быстрее! Нога соскользнула, и я чуть не улетел второй ногой под нижнюю трубу. Вертятся они не быстро, но и волосы у меня хоть и длинные, но не бесконечные же.

Решение пришло, как озарение! Повис на правой руке, а левой дотянулся до разреза на комбезе, вытащил нож и резанул по волосам! Чуть опять не свалился, оказалось, меня немного волосы удерживали, а обрезав их, я убрал эту подпорку.

Опять, уже спокойнее, упёрся второй ногой в противоположную стенку, ступая всей подошвой и раскрывшись почти в полном шпагате, и так постепенно начал подниматься. Действительно, спокойствие мне бы помогло, теперь, без суеты я поднялся до площадки и двинул рукоятку вверх. Валы остановились.

Всё, приключения закончены, надо выбираться. Труба вызывала небольшой страх, но путь назад был только по ней. Эти невиданные техники, что обитают в этих пещерах, совсем ненормальные! Как они не боятся по таким местам ходить и чего-то чинить? Может вызвать помощь, плевать, что будут смеяться? Глянул на экран. Сверху надпись «автономная работа». Ага, а связи-то тут и нет! И когда она пропала? Я даже и не обратил внимания, совсем стал рассеянным. Придется всё-таки самому решать возникшую проблему. «Мужчина все проблемы должен решать сам. И те, которые сам создал, и те, которые создала его жена». Слова одного их охранников нашего дома когда-то были мне непонятны, зато теперь первую половину высказывания я познаю на собственном примере. Надеюсь, вторая половина меня не коснётся никогда!

Обрезанные волосы от трубы легко отстали, странно вообще, за что они так зацепились, чтобы намотаться. Оставлять я их тут не хотел — следы моего пребывания надо было убрать по возможности полностью. Пыли нигде нет, а значит, появляются тут часто. Да и могут заинтересоваться, чего это вдруг закрутились эти трубы, придут, а тут я во всей своей красе. Надо быстрее сбегать, пока не поздно. Вздохнул, опять пытаясь успокоиться. Спокойствие — решение половины проблемы, говорила тренер. Надо же, каким многим умным вещам, оказывается, меня учили. Пока не попадешь вот в такую ситуацию сам — не поверишь, что знания лишними не бывают. Ещё раз оглядел вертикальную трубу на счет оставшихся волос. На обрезках волос осталось немного смазки, так что наверняка и на голове она тоже есть, надо бы протереть, но это потом, сначала выбраться из этой пещеры.

Маленькими, осторожными шажками добрался до подвесной дорожки. Фух! Обратно весь путь не пойду, выйду через обнаруженный второй выход. Код у меня сохранился, как последний найденный, так что не надо будет ждать, пока программа снова вычислит его.

Связь появилась, когда я уже спустился по лестнице из палочек и оказался на обычной лестнице. Спустился на два пролета, карта показала, что эта дверь та, вторая, что тоже безномерная. Хорошо, хоть блуждать не придется. Оглядел себя. Пыли и мусора вроде как не насобирал, а то я помню, как мы тогда с сестрой всё-таки один раз залезли на чердак. Только вот волосы… половина была укорочена почти под шнурок. Ну и ладно! Отрежу оставшиеся, будет у меня теперь короткая прическа. Красная прядь никуда не делась, и не важно, какой она длины. Судя по часам, на обед я опоздал, и довольно прилично. Есть хотелось, но потерплю. Уговорю, чтобы заказали в каюту и пообедаю.

Часть Вторая… Всё, что не делается — к лучшему. А если делается — как повезёт…

1. Пролог… Разговоры с мамой. Это я молодой был

Тогда, помню, мама прилетела без предупреждения и застала меня плачущим в своей комнате. Я опять подрался с Стивилом, проиграл и очень переживал по этому поводу.

— Чего воду льёшь зря? Опять с кем-то поругался? Ничего страшного, помиритесь.

— Мама, ты не понимаешь! Это война, а он мой враг! Я должен его победить. Вот ты говоришь, что любую проблему или конфликт можно разбить на маленькие логичности, а потом найти причину конфликта или поражения и убрать её. Но тут никак не разбить на мелкое. Он мой враг и я должен его победить. Он сильнее, хоть Грей и говорит, что это не причина проигрывать кому угодно. Наставница сказала, что через сорок дней я смогу его победить, а убить — хоть сейчас. Мама, как тут найти нелогичность?

— Твоя нелогичность в том, что ты путаешь врага и соперника. Соперника ты должен обогнать, остановить или вывести из строя. А можешь вообще игнорировать. Но вот врага да, обязан убить. Ты же не хочешь его убить?

— Нет. А как отличить соперника от врага?

— Сам со временем поймёшь. — Ну во-о-от! Опять она включила взрослого и умного.

Делаю скептически-обиженное лицо.

— А Грей говорит, что позади нельзя оставлять ни соперников, ни врагов, потому что «сегодня он проигравший соперник — завтра враг».

— Вот потому и мужчины не правят, а только защищают правительство. Из-за своей ненужной агрессивности!

— Мама, они правят только на одной планете, а Содружество состоит из почти полусотни планет и везде правят мужчины. Учитель истории клан Росса назвал «курьёзом».

Мама на это только улыбнулась.

— Тогда запомни простое определение: соперник это тот, что мешает твоим планам. Не важно, каким: победить в соревновании или получить для себя красивую девчонку. Ты же не будешь за это убивать его?

— Ой, да пусть забирает хоть всех девчонок, пользы от них никакой, только неприятности.

— Это ты сейчас говоришь, посмотрим, что будет через пару оборотов. Так вот. Он — соперник. А враг это тот, кто мешает тебе своим существованием, понимаешь? Лишний он, а значит, ты должен помочь ему, «обрести свет» как можно раньше. Глядишь, в следующем луче он попадёт более удачно. Запомнил?

— Мама, ты же не веришь во все то, что говорит мама Изольда.

— Я верю в силу огня. А свет — это маленькая его часть. Потому, я не отрицаю того, о чём говорит это учение, это они отрицают наше. Но ты пока ещё мал, чтобы разбираться в таких нюансах. Так ты запомнил, что я тут тебе говорила?

— Да запомнил, запомнил! Я это и так все знал.

— Да ты у меня всегда «и так знал». И ещё отличие: соперника можно сделать другом или соратником, а врага нет.

— Значит врага нужно обязательно убить?

— Да. Убить, обезвредить. Не обязательно самому. Можно сделать так, чтобы его убил кто-то другой. Можно заключить с ним временный союз против кого-то третьего. А после того, как надобность в нём пройдёт — убить.

— Мама, ну это же нечестно!

— Это с соперником у тебя может быть бой только по правилам. А враг, сын мой, это тот, с кем война. А на войне нет «честно» или «нечестно». Там есть выжил ты или умер. Жизнь не виртуальный полигон, где ты проиграл, можешь завтра начать сначала и выиграть. В жизни нужно проходить все лабиринты с первой попытки.

— А если он перестал мне мешать и улетел далеко далеко, он всё ещё враг?

— Если он всё ещё мешает именно тебе своим существованием, то да. — Хм… А если наоборот?

— А если он мне делает хорошо, а кому-то плохо, ну, не мне, он враг?

— Кому делает плохо?

— Ну кому-то, не важно.

— Вот как раз кому делает, важно. Полицейский делает плохо преступнику, или преступник делает плохо полицейскому, разве нет для тебя разницы?

— Ну, полицейский-то, понятно, что хороший, а значит он друг.

— Нет, полицейский не друг. Он просто «не враг». С чего ты взял, что если не враг и не соперник, то сразу он становится твоим другом?

— Ты сказала «всё просто». Что-то я твоего «просто» не вижу.

— Валик, людей слишком много, чтобы всем быть для тебя или друзьями или врагами. Есть и просто знакомые или вообще посторонние люди. На свете много плохих людей, но они не являются твоими врагами, потому что не сделали тебе, твоим близким или твоей планете ничего плохого.

— Если кто-то при мне ударит слабого, он будет мой враг!

— Да? А вот я при тебе шлепнула твою сестру. Помнишь, она залезла в мой стол и стащила кое-чего важное? Я стала твоим врагом?

— Всё сложнее и сложнее. А нельзя, как в виртуальном полигоне, чтобы красным цветом светились враги, а синим друзья?

— Нет, нельзя, — ещё и смеётся, — это ты только сам можешь определить и раскрасить людей. Ведь для красных, ты тоже красный, так ведь?

— А Фасия, ну та, у которой мама служанка, так вот, она утверждает, что её мама говорит, что её папа мешает ей жить своим существованием. Это что, её папа враг её маме?

— Эх, сынок… Она просто его любит, а он её нет. И запомни: когда вмешивается любовь, логика улетает в космос.

2.. В гостях главное — не забыть поесть

— Ты опоздал на обед. И что с твоими волосами?

— Я их обрезал. — Эх, и лучше тебе не знать, при каких обстоятельствах.

— Как!?

— Обыкновенно. Ножом.

— Но зачем?

Объяснять, что иначе бы я остался без головы, было опасно, меня же потом из каюты никуда не выпустят одного. Опять вспомнил риторику: не делать в разговоре выводов и не указывать причину и следствие, если это не выгодно. Пусть собеседник сам связывает две отдельные фразы.

— С длинными волосами меня принимали за девчонку. — Сделал обиженное лицо. Это, кстати, действительно обидно.

— Кто это такой слепой? — Куча недоверчивой иронии! А самой вспомнить?

— А ты разве не помнишь этого случая? На игровом уровне было при тебе.

Улыбка ученого, нашедшего решение уравнения мирового значения:

— Так ты залез в шкаф и просидел там полтора часа в темноте только поэтому?

Краем глаза заметил, как понимающие переглянулась охрана. Их переглядывание заметила и Милисандра:

— В чём дело?

— Такое уже было полтора оборота назад. Его два часа искали, а он в это время лежал на толстой ветке дерева в слепой зоне наблюдения. Причём, вышел он из зоны наблюдения совсем в другом месте. Я его тогда совсем случайно нашла, он уснул и выронил бутерброд чуть ли не мне на голову. — Точный четкий доклад без грамма эмоций в голосе, хотя тогда они все надо мной долго потешались.

Да, ту неудачу с моей игрой в прятки стыдно вспомнить. Обошёл я тогда все системы наблюдения довольно легко, очень уж хотелось похвастаться. Забрался на ветку, да там и затих, глядя на всех сверху. Помнится, сначала смотреть, как все бегают и суетятся было интересно, но потом это наскучило. Двигаться толком было нельзя, под деревом постоянно кто-то проходил, или пробегали собаки. Инфор я не захватил, у меня тогда был старый, а по нему меня запеленговали бы враз, Грей мне это совершенно чётко говорил. Других и по брасику можно найти, но у меня с самого начала какой-то специальный, не обнаруживаемый. В общем, я проголодался, достал бутерброды и пока их ел, уснул. И меня нашли. Так попался великий разведчик. На бутерброде! Этот случай я не любил ни вспоминать, ни рассказывать о нём.

— Извини, я не подумала, что для тебя это может быть так болезненно. — Что-то затевается, вот задними лапами чувствую. Неспроста она не использовала саму ситуацию на полдня выяснений! И оказался прав. — Нас пригласил в гости друг моего отца, скоро уже нужно будет выходить, а у тебя на голове непонятно что! — Мама Мили опустила экран инфора, а через десять секунд опять его подняла. — Я записалась в салон, мне сказали, что мы можем подойти в любое удобное время. Так что, быстро в душ и надевай костюм.

Опять в душ! Хотя…

Я осмотрел себя и должен был признать, что выгляжу так, как будто не мылся дней пять. Странно, а на лестнице мне казалось, что я чистый. Видимо, освещение выдало такую шутку, надо будет в будущем это учитывать. Для разнообразия, не будем спорить или возмущаться. Скинул тут же комбез, трусы и футболку. Нож же ещё на ноге! Сбегал себе в комнату, оставил нож там, всё равно не разрешат его взять, пока я в костюме. А ведь я теперь знаю, что мама, тренер и Грей оказались правы — нож должен быть всегда под рукой, он может спасти твою жизнь. И вот сегодня это произошло. Спасибо моим наставникам!

Выскочил из комнаты, поймал два заинтересованных взгляда и один затылок. Мама Мили, как только я вошёл, опять отвернулась и рассматривает эту картину. Интересно, а что на ней изображено? Я же так и не понял это, какие-то чёрточки и переливы. Я так и сам могу намалевать!

Ладно, потом рассмотрю, а пока — мыться.

После быстрой помывки, одетый в этот неудобный костюм, я стоял у входа и ждал, когда Милисандра выйдет из своей комнаты. Причём, собираться она пошла только после того, как я оделся. Вот ведь вопрос: а почему она не могла это сделать, пока я мылся и одевался, зачем было меня ждать? Чтобы теперь я её ждал? Может, это какой-то знак мне? Ну, вроде как, я тебя ждала, вот теперь и ты меня подожди! Она же сама сказала, что времени мало. На риторике или этике мы такой случай не изучали, и потому я не знал, это типично или нет.

Наконец, мама Мили вышла. Странно, я ждал её шестнадцать с половиной минут, а в её облике ничего не изменилось. Даже одежду не сменила, хотя я думал, что она опять переоденется. И чего она тогда столько времени там у себя делала?

— Видишь, я же сказала, что я быстро.

Да, говорила. И я даже поверил. Только теперь ясно, что «быстро» моё и её немного отличается. Минут так на пятнадцать. Надо будет это запомнить, чтобы в другой раз не удивляться. Вон, она записалась в салон за десять секунд, а потом больше четверти часа собиралась. Надо бы записать все нестыковки, чтобы потом спросить у своей мамы.

Одета Милисандра была в длинное платье, которое укутывало её так плотно, как чехол на моем ноже. Причём, ноги были опутаны очень узко, что я даже сомневался, что в таком ходить нормально можно. Но нет, очень даже можно, оказывается. Только для этого, видимо, надо научиться так перекатывать все тело с ноги на ногу, виляя при ходьбе. И она в туфлях на подставках, которые называются каблуками, а Слер утверждал, что это чисто мужская обувь, врун. Хотя, он же моник, а мы врать не можем. Значит, просто провинциал. Ха! Дома в таких туфлях никто не ходил, но я же видел не один раз, как в таких старшая сестра уезжала по выходным. Помню, я тогда ещё понял, что это женская обувь для развлечений.

Пока я так рассуждал, мы уже доехали на лифте на «Уровень Обслуживания». Оказывается это не служебный уровень, как я думал раньше, тут салоны красоты, ателье по пошиву и ремонту одежды, мастерские. Прошли ремонт техники. Нарисован инфор. Понятно, что тут ремонтируют, мобиль-то никто в карманах на корабль не пронёс. «Салонов красоты» прошли три разных, но Милисандра на них даже не взглянула. Они что, чем-то отличаются, почему не зайти в ближайший? По моему мнению, различие только в названии и картинке приглашения, что выскакивает на экране, когда наводишь взгляд. Наконец мы пришли. На входе нас встречала красногубая, полная, пожилая тётенька, оборотов так тридцати, не меньше, которая как-то суетливо быстро начала говорить, как они рады, какая честь и другую разную словесную чепуху. Мы что, на рынок пришли, чтобы нас встречать таким? Хотя, я рынок только в видеопостановке видел, может в жизни рынок и салон красоты это одно и то же?

— Вот, это наш лучший мастер., — А толстушка всё не унимается. Вышла другая, моложе, но тоже не худенькая, и на лице куча разной краски. Интересно, а на какой планете этот вид религии, где так раскрашивают лицо? Губы тоже красные, чтобы это значило? Красный это кровь или запрет. Думаю, это значит запрет на еду. Это что, они на диете? Поддерживаю, им бы обеим не помешало!

— И кто это нас посетил такой красивый! — Это включилась пришедшая намалеванная. — Проходите сюда, молодой господин. Инфор можно снять и отдать маме, он будет мешать нам Вас обслуживать.

Даже без своих способностей могу сказать, что она говорит всё это настолько привычно, что уже не задумывается над смыслом фраз.

Инфор я снял и отдал Милисандре, не в руках же его держать. Странно, что не придуманы крепления для обручей на поясе в специально чехле, только в карманы все прячут. Они же обычно складывается в плоскую полоску, это у моего можно только убрать крепления, а полукруг с зубцами не складывается, а имеет жёсткую структуру.

— Ах, какой красивый мальчик. Вот прям, хочу себе такого же!

Это она что, о мальчике-рабе тут мечтает? Эта тоже странная, как и тётка, что их встретила. В рабство меня ещё никто к себе не хотел, я её начинаю бояться. Точнее, опасаться. Я её не понимаю, а всё непонятное — опасно по умолчанию.

— Как стричь? — Это та, что моложе, обратилась к маме Мили.

— Ну… — Милисандра с хитринкой посмотрела на меня. — Как мальчика.

О! А тётка-мастер-то живая, у неё и эмоции оказывается есть. До этого я почти ничего не чувствовал. Зато теперь от неё явно шёл запах страха!

— Оставить длину или покороче? И запах страха шёл в сторону Милисандры. Я научился определять направление эмоций, расту! Раньше точно не умел. Не зря в методичке, что давала почитать мне мама, говорилось, что чем больше эмоций, твоих или окружающих, тем быстрее идёт развитие способностей. Потому у молодых моников всегда большие, эмоциональные семьи.

— Мне покороче. — Решил вмешаться я, а то оставят волосы до плеч, намучаюсь. Самая неудобная длина, до сих пор помню. Распускать нельзя, мешают, а завязанные в хвост постоянно не поносишь, рвутся, треплются и вредно, мама сказала. Да и тётку нужно успокоить. А то она, кажется, решила, что Милисандра тут её и съест, если она ей не угодит. Разнервничается и отрежет мне ухо.

— Да, сделайте, как он говорит. — Мама Мили ещё и кивком подтвердила мой выбор, а то толстушка даже не отреагировала на мои слова. Плохой салон, не уважают тут будущих великих героев!

Постригла она меня хорошо, мне понравилось. Достаточно коротко, теперь, надеюсь, меня никто не примет за девочку, да и в такую опасную ситуацию я теперь не попаду, что тоже важно.

Вон, мама Мили как переживала, что полтора часа… Стоп. А откуда она вообще узнала, что я полтора часа провёл в тёмном месте? Подозрительно. Вспомнился изменившийся цвет значка родительского контроля. Поня-я-ятно. Следим за мной, значит, да? Придётся оставлять инфор в каюте, когда в следующий раз пойду искать сокровища. Или активировать защиту, когда поднятый экран отключает инфор, а все вызовы на брасик уходят. Только вот, что я буду делать, без его модулей? Тут же везде всё закрыто, всё, или под паролем, или сенсорный вход. Вот же тьма! И что теперь делать? Можно, конечно, просто не опускать экран, но тогда и смысл таскать его пропадает.

Ладно, подумаю потом, после гостей. Я же никогда не ходил в гости к кому-то, всегда гости приходили к нам в дом. Интересно, это будет как на уроках дипломатии или как на уроках риторики? Мне уже интересно, посмотрим!

Каюта, куда нас пригласили загадочные друзья отца мамы Мили, была заметно больше нашей. Раза так в три или даже четыре. И что интересно, тоже включала в себя центральную комнату, две двери в спальни и дверь в душ или туалет. Только комнаты были не по противоположным бокам, как наши, а напротив входа. Встретила нас пара взрослых. Надо же, ещё одна с ярко-красным ртом! То ни одной не видел, то целая куча. Одета она была в смешное платье, разрез спереди был прямо до пояса. Правой рукой эта красноротая держалась за старого, крепкого воина. На нём не было доспехов, но вот посмотришь на него и сразу понятно — это Воин. Чем-то он был похож на того ветерана, что вручал мне медаль в игре. Кстати, а где моя победная карточка? Я ж её хотел сохранить, чтобы потом похвастаться маме. Помню, положил её в карман, после вскрытия той двери, и не доставал, когда кинул комбез в комнате. Надо проверить потом карманы, а то вдруг украли!

Эта накрашенная равнодушным взглядом посмотрела на меня и выдала уже мною слышанное и, от неё ожидаемое:

— Какой красивый мальчик! — Повернулась к Воину и даже закончила той же фразой. — Хочу себе такого же!

О! Чего это все красноротые хотят себе маленьких рабов, как я? Это мода новая?

И я представил сотни таких, как я, мальчиков, работающих на поле, на тракторах. А потом, после работы, они занимаются уборкой на кухне, по очереди включая посудомойку и робота-уборщика. Да, точно, рабы же не доедают! А значит, они едят там же на кухне моё мороженое, что отложили для меня на вечерний десерт. Ужас! И я есть хочу.

Я внимательно посмотрел на эту ритуальную рабовладелицу, чтобы получше запомнить и в руки не попадаться. А нож-то пришлось оставить в каюте!

— Синьор Элор Хайдер, позвольте представить Вам моего сына, Валериуса Айрани. — Это Милисандра начала официальное представление Великого и Скромного меня, стоя немного сзади слева, как старший, представляющий младшего в постороннюю компанию, в которую сама входит полноправно. Протокол я узнал, теперь понятен регламент дальнейшего общения, только непонятно, чего тогда эта странная вперед лезла? Уроки дипломатии в начальной школе прогуливала?

Воин улыбнулся, освободил руку, за которую держалась его непонятно кто (надо бы уточнить, неужели жена?), сделал два шага ко мне и протянул правую руку для рукопожатия.

Жест я оценил. Такое приветствие только на Перуне есть, планете моей матери. Видимо, это уважение моей красной пряди.

— Приветствую тебя, воин первого уровня, Валериус. Надеюсь, мы подружимся. — И коротко пожал мою. Инфора ни у него, ни у меня нет, так что визитку он вызвать не мог. Подготовился заранее. Серьезный человек.

— Приветствую старшего представителя дружной семьи Хайдер. — Он же тут главный, раз встречает, насколько я помню протокол. И поклонился коротким кивком, прижимая правую руку к левому боку, тоже решив отметить его приветствием крайнего уважения к равному. — Примите в свой круг младшего участника.

Даже не улыбнувшись, хотя в эмоциях у него царила ирония, он закончил церемонию, приглашая к неформальному общению:

— Наша семья с удовольствием познакомиться с новым другом. — Я его уже уважаю. И опасаюсь.

Всё, теперь я полноправный член этой компании. Если бы он вместо друга сказал участника, то значит мы в гостях, и у нас куча ограничений. Но и сейчас мы равные, правда, только на время этого приёма, потому что они хотят «познакомиться с новым другом», а не «примут в свой круг нового друга». Если бы назвал «членом семьи», то это вообще было бы приглашение быть всегда у него, как дома.

Как удобна, оказывается, эта дипломатия. Пара фраз и всё всем понятно. Только красноротая хлопала глазами, как будто ничего не понимая. А в эмоциях только злость. Безадресная, просто злость. Тоже непонятная особа, как те две, в салоне. Теперь, когда статистика дала три раза один и тот же показатель, так и запомним: красный рот — держаться подальше. А вот с диетой статистика дала противоположное: эта была ну очень высокой и худой. Хотя, может тут как раз ей и помогла диета?

— Мой дорогой друг, позволь мне тебя познакомить со своей внучкой Нироной Хайдер. Она уже несколько раз о тебе спрашивала.

Что ещё за внучка, и почему она обо мне спрашивает, если мы не знакомы? Воин кивнул кому-то из охраны, их тут было всего двое, наша осталась за дверью. Тот зашёл в одну из комнат, а потом вышёл, пропустив перед собой девочку. На вид моя ровесница, плюс-минус пол-оборота, прямая спина, волосы короткие, в виде двух хвостиков. Она подошла ко мне, а потом протянула руку для рукопожатия, как и её дед. Видимо, не в курсе, что это приветствие только для мужчин и женщин-воинов. Оно и показывает, что в руке нет оружия, а девочки обычно просто кланяются или вслух желают здоровья. Да ладно, прощу её, необразованную. Пожал её руку, и тоже молча. Её дед наблюдал за всем этим со стороны, а в эмоциях у него была досада, только не на нас, а на свою спутницу, которая дергала и, вроде как незаметно, тянула его куда-то в сторону. Делать вид, что не замечает этих её стараний, ему было всё сложнее, а досада перерастала в раздражение.

А девочка тем временем, всё так же молча, с серьезным лицом рассматривала меня. Пауза затягивалась. Если они считают, что я первым сдамся, то пусть не расстраиваются, когда проиграют. Дипломатия кончилась, началась риторика, а по ней у меня всегда были хорошие баллы, хоть я её и не любил. Не любил до этого полёта. Теперь же я готов извиниться перед своим учителем, за то, что не уважал его предмет, и не понимал его фразу про то, что у каждого своё оружие: моя мама бьёт ножом, а отец — словом, и нельзя сказать, что смертоноснее.

Посторонний шум отвлёк меня от этого противостояния. Воин что-то с раздражением шептал на ухо длинной невеже, только вот в её эмоциях я не заметил и тени раскаяния, а только обиду и всё ту же злость. Зачем он ходит с этой злюкой, непонятно. Может она подруга его жены, как там… наложница или фаворитка, как правильно-то сейчас говорить, даже не знаю. Эполиния утверждала, что фрейлины были точно только у королев. Девочка тоже смотрела на своего деда, мы повернули головы к нему одновременно, и это синхронное движение его не смутило, а наоборот, позабавило.

— Ну что, вы подружились?

Да он явно издевается! Мы даже друг другу имена не назвали. Это даже круче дружбы Слера, для которого посидел пару раз за одним столом, значит друг.

А дед тем временем требовательно так смотрит на свою внучку, делая вид, что наше противостояние ему не понравилось. Кого ты обманываешь, если бы тебя не тягали за руку, отвлекая, ты бы так и стоял, наслаждаясь нашей борьбой. Наверное, в голове даже ставку сделал на то, кто выиграет.

Девочка посмотрела на меня, потом на деда и ответила ему:

— Да. — Вроде бы малявка, а голосок грудной, глубокий, со звенящим таким оттенком, прям как у взрослой женщины. Запоминающийся такой голосок.

Хм, а она упрямая. Волнами идет от нее упорство и желание настоять на своём в сторону деда. Видимо, её заставили со мной познакомиться, вот она и выражает так свой протест. И эмоция, как бы говорящая «я и без тебя знаю, что делать». Меня тоже раздражает, когда советуют в тех вещах, в которых я и сам могу разобраться, так что мне её стало жалко. Ладно, познакомлюсь, раз настаиваете. Повернул голову опять в сторону девочки.

Опять молчаливая пауза, во время которой девочка несколько раз нервно дёргает то одним плечом, то другим. Ага, не нравится проигрывать! Нет уж, ты должна заговорить первой, я не уступлю! Вот мне непонятно, а зачем мне с ней вообще знакомиться? Тем более, дружить, как хочет её дед? Не похожа она на спарринг-партнёра, сразу по дёрганным движениям видно — не боец. Да и поговорить с ней не о чём, с её общительностью.

Яркая волна тревоги обдала меня слева-сзади. Милисандра чем-то обеспокоена. Повернулся к ней, а она смотрит прямо на меня. Смотрит и беспокоится. За меня беспокоится. Коротко огляделся по сторонам, вроде бы нет никакой опасности. Непонятно. А, нет! Чувствую приближение злорадства, справа сзади. Оборачиваться не стал. Почувствовав, что человек сзади начал свое движение, явно нехорошее по отношению ко мне, шагнул в сторону, одновременно присел и сделал ногой полукруг подсечки. Ого! Какого зверя завалил! Я просто лучший, удачно попал по обеим ногам, когда он немного откинулся, приготовившись ударить! Попал бы по одной, не важно, по опорной или свободной, мне могло бы не хватить массы. Я помню, что сильный, но лёгкий!

Взрослый парень, возраста так шестнадцати-семнадцати, который, судя по движению его руки, хотел сделать мне подзатыльник, свалился под ноги девочке. Жаль, протокол запрещал мне унижать гостей, а то бы я, как в тот раз в игровой, тоже бы наставил на него палец и сказал «Неудачник!». Очень хотелось, но нельзя! Ладно, если только меня сочтут невежей, но опозорить маму Мили мне совершенно не хотелось. Дипломатия запрещала, но вот риторика… пока он поднимается, моё время:

— Какой вопиющий случай нелепой случайности! — Конечно, то, что он себе ничего не сломал, это чистая случайность. — Вам, молодой человек, нужно внимательнее быть. Надеюсь, вы ничего не сломали? — Все в комнате смотрели на меня. Пауза, чтобы дошла фраза и подумали, что я беспокоюсь о нём. А потом добить. — А то ремонт нынче дорог, не стоит вводить в расходы таких замечательных людей.

Так, повернуться к Воину, сделать в его сторону небольшой поклон, обозначив, о каких замечательных я говорил, а затем спиной к этому неудачнику, типа высматривая кого-то или чего-то. Девочка, всё с такой же прямой спиной, смотрела на всё это с таким недовольно-уставшим видом, словно её уже достали эти вечные драки, падающие к её ногам неудачники… а у самой в эмоциях небольшая досада и восторг. И восторгалась она мной. Так-то вот! Я герой!

— А-а-а… — Судя по растерянности в эмоциях, этот обезьян сам не знал, что хотел сказать, но Дед его всё равно оборвал:

— А Вам уже пора домой, я в этом уверен. — Давление авторитетом, он ведь даже имени его не назвал, словно к слуге или охране обратился. Слышал про такое, но раньше не видел. Даже не повышая голос, прекратить начинающуюся драку, круто. — Леди Ширанес, отведите своего малыша домой, он испачкался.

Как он его! Шестнадцать оборотов, а он его «малыш», надо же. И про «испачкался» мне понравилось, надо запомнить. Строгая пожилая леди, стоявшая неподалеку, молча подошла к уже поднявшемуся парню. Тот одернул костюмчик, действительно слегка запылившийся, и с вызовом посмотрел на свою мать, или кто там она ему. По возрасту, скорее всего, бабушка. Хотя и не факт. Та же, внимательно оглядев отпрыска, повернулась к Деду.

— Благодарю за прекрасный вечер, синьор Хайдер. Извините, что добавили Вам хлопот. — И поклонилась всем телом, прижав правую руку под грудью. Ага, одна из серединных планет, «поклон подчиненного», а вот которая, не помню. Нужно повторить все эти протоколы. Кто ж знал, что дипломатия мне так скоро понадобится.

Затем она повернулась в мою сторону, так же, как своего сына или внука, осмотрела меня с головы до ног. И тоже поклонилась, но только головой, руку не поднимала, скрестила ладони внизу. «Вежливый поклон равного», что ж, тоже неплохо. Мельком посмотрела на Милисандру, но ей кланяться не стала.

— Нам пора. Всем приятно провести этот вечер. — И двинулась к двери, не оглянувшись на парня. Вот это выдержка. Ни гримаски, ни угрозы, ни улыбки. Все паузы, поклоны, как по видеоуроку! А в эмоциях даже не злость, а просто ярость! Слава Великому Свету, ярость не на меня, а на этого диб…неумного человека, своего родственника. Не хотел бы я, чтобы такой выдержанный человек на меня затаил обиду. Кричащий в гневе смешон, а молчащий в гневе страшен. Теперь я в эту фразу верю.

Ну, раз парень ушёл, можно опять повернуться к девочке. Та же, увидев, что я смотрю на неё, видимо, решила, что я задал немой вопрос, потому что, как бы поясняя, сказала:

— Раньше он был моим женихом. — И в эмоциях, но не в голосе, какое-то неудовлетворение собой, не очень понятное. Наверное, тоже хотела его морально пнуть, а нельзя.

— Нирона, иди, пообщайся со своим другом в другой комнате, пока взрослые разговаривают о своих скучных делах. — А её дед всё настаивает на том, что мы уже друзья. Он опять кивнул тому же охраннику, тот подошел к двери и открыл её. Двери тут, как у нас дома, с рукоятками, разве что в сторону уходят. Некосмические двери. Девочка плавно развернулась, и с такой же спиной, словно палка у неё там засунута под платьем, двинулась к двери. Что ж, пойдем, поговорим.

Когда дверь за нами закрылась, плечи девочки немного расслабились, она молча приглашающе махнула мне на кресло возле столика с фруктами. Сама села на другое, стоящее с противоположной стороны. Это комната вроде бы должна быть спальней, но кровати нет, только экран на стене, стоит большой круглый стол, да этот, маленький столик в углу. И три кресла. Теперь понятно, что это каюта не для житья, а для приёмов.

— Кофе, напитки? — Лёгкий, почти незаметный сарказм, не был бы моником, не заметил. Издевается явно не надо мной, а скорее, над дипломатическим протоколом. А вообще, я хочу есть. Я же не обедал, Милисандра сказала, что тут можно будет перекусить. Вот только всё не до еды было. Как только мы вошли, так и началось разное: то официальное представление главному, то срочное знакомство с девочкой, то этот неудачник решил непременно поваляться перед бывшей невестой. А почему, кстати, бывшей? Их родители поссорились и разорвали помолвку?

С голоду, наверное, решил пошутить:

— Мне сбитень, пожалуйста. — Вряд ли на корабле есть напиток, который пьют только на Перуне. Сознаюсь, не удержался.

Девочка поглядела с ожиданием на охранника. Тот мотнул головой. Опять перевела взгляд на меня. Мне кажется, она в робота играет, как связанная сидит. В эмоциях досада. На себя, на что-то ещё мне неизвестное и на охранника. Да не виноват охранник, что нет сбитня, но у всех начальников всегда виноват подчинённый, я знаю. Изучал.

— Сегодня этот напиток уже закончился, к сожалению. Может всё-таки кофе? — Отличный ответ на мою шутку. Она вряд ли вообще знает, что такое сбитень, но отреагировала, как настоящая хозяйка, принимающая гостя. Девочка мне начинает нравиться. И голос такой, аж в голове отдаётся.

— Можно и кофе. — Хм, а вдруг получится? — Но лучше, если ещё и принесут что-нибудь поесть.

Девочка, опять молча, посмотрела на охранника. Тот кивнул и вышел.

Молчит, а у самой нетерпение и восторг. Безадресные. Чего это ей не терпится? А восторгается она чем? Понимаю, если бы мной, но я тут явно не причём. По протоколу, которым она начала беседу, она должна задать тему нейтрального разговора. Погода отпадает, спорт в этот раз тоже не вариант. Дети это точно не к нам. Остается политика и искусство. Ну-ка, давай, выдай мне чего-нибудь про продажных корпорантов, а я осмотрю, как ты будет ругать семью своего деда. Или нет, эта фамилия не входит в перечень корпораций. Меня заставили их всех запомнить, их всего-то одиннадцать. А так бы пошутил.

— Ты будешь учиться в специальной средней школе Стагара? — И плечом так повела по кругу. Не так дёргано, как при встрече, но похоже. Чешется спина, а почесать не по протоколу?

А вообще, удивила. Нельзя же сразу спрашивать то, что тебя реально интересует, мы же не выпили кофе. Его даже не принесли ещё! А то, что она ждёт ответа, затаив дыхание, дает понять и без телепатии и способностей моника, что ей ответ очень важен.

— Да, первый уровень средней школы. — Ответ она знала. Зачем тогда спрашивала?

— А почему именно в ней? — А почему нет? Вопросы ни о чём, но так и положено. Сам задавать ничего не буду, делать заинтересованный вид не получится.

— Мама захотела, чтобы я учился именно там.

— А где ты учился до этого? — Заинтересованность в ответе у неё пропала совсем. И это ответ тебе, девочка, известен. Ничего себе, подготовочка к разговору со мной! Даже этой мелюзге заранее про меня всё рассказали. Первый вопрос был скорее перепроверкой уже известного, а второй для чего тогда?

— Дома занимался. — Без подробностей, раз тебя это не интересует. Точно, удовлетворение, как от выполненного скучного, но важного задания.

— А чем ты увле… — Открылась дверь, так что допрос отложен — А вот и кофе!

Охранник молодец! Куча маленьких тарелочек с наложенными салатами, несколько кусочков какой-то рыбы, и два куска торта. Поедим!

Так, из приборов только вилка да десертная ложка, так что протоколом поглощения рыбных блюд можно пренебречь. Хлеба нет, не едят его почему-то на серединных планетах. Вот на аграрных хлеб — основа всего. И мне вот нравится, мама приучила.

Пока я ел, а потом пил кофе, девочка едва заметно ёрзала в нетерпении. То голову наклонит, то глаза выкатит, немного наклонившись. Лилия тоже не может на одном месте сидеть, маленькая ещё, не приучена. Вот и эта оборотов десяти, наверное. Маленькая, нетерпеливая. А мне-то уже почти двенадцать!

Сама она ни к кофе, ни к еде не прикоснулась. Надеюсь, соли туда не насыпали, как Лилия один раз Эполинии в отместку за что-то мне непонятное. Эх, да потерпи ты уже! Её нетерпение просто отбивало мне аппетит.

Думаю, что-то ей приказали обязательно спросить у меня, вот и не терпится, бедной. А нормально поговорить разве было нельзя? К чему эти все взрослые церемонии, когда мы не в главном зале, и нам по одиннадцать? Ну, мне скоро двенадцать, не существенно. Она что, перед охранником так себя ведёт? Так отошли ты его, раз ему взглядом приказывать можешь. Или это передо мной спектакль?

Кофе закончился, как я ни старался его растянуть. Только поставил чашку, в ту же секунду вопрос:

— А ты не против, если мы будем учиться в одном классе? — Это ещё не главный вопрос, так, заявка на отвлечение внимания. Значит, она одного со мной возраста или даже старше? А я думал наоборот, младше как минимум на оборот. Ведёт себя, как ребёнок. В эмоциях немного растерянности. Забыла вопросы, пока ёрзала?

— А разве там нет распределения по способам восприятия, как в школах столицы?

— Есть, но можно попросить, чтобы записали в определенный класс. Они запишут, а если тебе не подходит метод учёбы, то это будут твои трудности.

Чувствуя, что двигаюсь в какую-то ловушку, все-таки ответил положительно, аргументов против не нашёл:

— Да в принципе, я не против. Только я сам ещё не знаю, в какой класс иду, тесты буду сдавать уже в школе.

— Не важно, я к тебе переведусь в любом случае. Мы будем сидеть вместе, а ты будешь меня защищать. — Вот и ловушка. С какой это тьмы она даже не спросила, хочу ли я сидеть вместе? А уж про защиту вообще её заявление поставлено так, как будто уже всё решено, я уже согласился стать её защитником. Или соглашусь в любом случае, раз не против учиться в одном классе. Оно мне надо? Когда Лилия делала меня своим защитником, она меня везде таскала по дому, как будто у меня своих дел нет. Я устал в тот день, как на тренировках не уставал! Надо поубавить этой девочке уверенности:

— Там посмотрим. — Хотел сказать, что вдруг там будут красивые девочки, а место рядом уже занято, но не стал так грубо хамить, я же в гостях у её деда. В девичьей красоте я не очень разбираюсь, но изучал, что в нашем возрасте она не поддается канонам, самой красивой могут считать девочку, которую взрослые считают чуть ли не уродиной. А раз я будущий герой, самая красивая, по мнению класса, должна сидеть со мной! Выберут её — тогда да. Но защитника в любом случае пусть ищет среди других.

Девочка занервничала. Ага, не выполнила поручение! Предприняла ещё одну попытку, начав с вопроса, на который я должен оправдываться:

— А почему не хочешь?

Выбрал универсальное:

— Надо маму спросить. — Которую маму, и чего спросить, не уточнил, так что вариантов много, как твердое обещание не подойдет. Вон охранник замер, головой не вертит, наверняка записывает разговор, раз стоит с опущенным зеркальным экраном, чтобы не видно мне было. Хотя, маму Мили действительно надо спросить, что это вообще за смотрины сегодня, и что за попытка мне вручить в соседки по парте какую-то неизвестную нахалку. Если она об этом знала и меня не предупредила, я обижусь.

— А чем ты увлекаешься? — Помниться, она в прошлый раз прервалась как раз на этом вопросе. Ясно, у неё там список вопросов, вот она и задает постепенно, чтобы отчитаться как можно большим выполнением. Смешно же! Пусть тоже посмеётся:

— Я люблю искать клады. — Удивилась, но даже не улыбнулась. Чего это она?

— Какие клады?

— Понятно какие, которые спрятали разбойники или пираты.

Всё, она мне разонравилась. Вместо того, чтобы посмеяться, она сейчас судорожно пытается понять, что я сказал. Так только взрослые поступают, в шутке стараются какой-то намёк найти. Хотя, если шутит такой человек, как Грей, я их понимаю. В его шутках может отыскаться не только второй смысл, но и третий с четвёртым!

— А много уже нашёл? — Серьёзная. Отвечу тогда и я серьёзно.

— Несколько, но успел понять, что это дело очень опасно для жизни!

Ничего не поняла, но явно отбросила анализ, решив продолжить по плану. Точно, записывают, чтобы потом спокойно разобраться.

А может у меня мания? И девочка просто прилетела откуда-то с дальней планеты, не умеет ничего, стесняется… эх, в то, что ничего не умеет, верю. Дипломатию она изучала плохо, куча ошибок. Но что всё это неспроста, уже уверен. Серьезные люди, такие как Воин, так настойчиво просто так детей не знакомят. Тем более, её слова о бывшем женихе показывают, что она свободна, вроде как, давай, можешь знакомиться. Такое не говорят посторонним, с которым только одним словом и перекинулась. Я бы познакомился, только вот про общую парту и защитника было неприятно, а значит, пусть идёт тёмным коридором.

В разговоре опять образовалась пауза. Девочка как-то старательно, про себя, явно перебирала в уме все пункты нашего разговора, видимо, пытаясь отметить в своём невидимом инфоре, какие вопросы или заявления она уже озвучила, а какие нет. Эх, семь баллов тебе! Паузы в серьёзных переговорах должны нести какую-то информацию и выгоднее всего их делать, когда собеседник ждёт твоего ответа, а ты тянешь время, делая многозначительное лицо. А вот так, когда я уже ответил, а сам вопроса не задал… Это лишнее напряжение в разговоре. И я в нём не виноват, ведь очередь на удар не моя. По очкам я уже выигрываю.

— А какие девочки тебе нравятся? — Вопрос явно не по заранее утверждённому плану. Она же его сейчас сама придумала, уверен!

И что ответить? Что красивые? А если она напрямую спросит «а я красивая?», то всё, считай двойной удар. И что умные, не сказать. Как ни отвечу, я проиграл. На такой вопрос даже промолчать нельзя. Мне ещё мама говорила, что женщинам, на вопрос про их красоту, правду говорить нельзя. И раз соврать я не смогу, значит нужно избегать такого всеми силами.

Хм… На маму не свалить, вот если бы меня взрослый спрашивал, тогда да, сказал бы что доверяю маме в этом вопросе. А эта ещё подумает, что я маленький и у меня своего мнения нет. Его и нет, но знать ей такое… обойдётся, в общем, без этого знания.

Вот же ловушка. Может всё-таки маму упомянуть? Девочка же не в курсе, что я не про внешность?

— Такие, как мама.

Вот теперь пусть и гадает. Мам у меня пять, внешность у них самая разная. Для меня-то внешность не важна, я не понимаю, почему кто-то считается красивый, а кто-то нет. Разве что красных губ теперь опасаюсь.

Задумалась и не уточнила, которая мама. Правильно, это уже моя ловушка. Она вряд ли поняла это, но как-то почувствовала подвох, судя по тому, как напряглись руки. Не попалась, да и ладно. Женщин вообще в таких темах поймать сложно. Они не бывают мониками, но иногда мне кажется, чувствуют эмоции даже через текстовые сообщения! Во всяком случае, такое с моей мамой очень даже часто бывает. Спросит как дела, я ей «всё хорошо», а она мне сразу «что случилось, почему ты расстроен»? Вот как!? Как она догадалась!?

А эта маленькая, но уже женщина.

— А какие не нравятся? — Заборы справа и слева поставила, огораживает мне пути отхода в сторону. Типа, вот смотри, я же тебе подхожу, сам сказал, а тебе что-то не нравится. Вопрос «а тебе чего-то не нравится?» я ещё с игр со своими сёстрами ненавижу. А тут явная его вариация.

Пожал плечами.

— Есть и такие. Правда, немного. — А параметры, которые тебя интересуют, я и сам не знаю. А если у некоторых знаю, то тебе не скажу. Ибо, уже понял, что меня сюда не поесть позвали. Салата мало, но рыбка ничего такая оказалась, самое то, чтобы успокоить нервы. После экстремальной стрижки.

— А почему ты подстригся? — Тоже вопрос от неё самой, да ещё и как мысли мои прочитала.

У неё закончилось домашнее задание? Прямо представляю: разговор только начался, а вопросы, которые уместно задать, уже закончились. Осталась только одна тема — про волосы. Как же, у неё там список комплиментов моим длинным волосам, а они, вот неудача, вдруг оказались такими короткими. Ха-ха! Это я удачно себя изменил, ввёл противника в заблуждение. Удивил, значит, почти победил. Даже в таком словесном поединке, даже правила, которые для драки, применимы, мне кажется.

Выдам уже озвученную официальную версию:

— С длинными меня принимали за девчонку. — Вот тебе, удивилась!

Я тоже удивился тогда словам Слера, теперь вот удивил другого. Чего это у неё вдруг паника и сильная обида? Ну конечно, у неё-то волосы короткие! Ну, я же её не хотел обидеть, случайно получилось. Хотя, может она мам моих вспомнила, а у них у всех волосы по пояс и ниже. Попалась в свою же ловушку! Получилось у меня случайно, но удачно. Хотя, подловил я не её, а того деда, что нас сводит. Интересно, а он её родной дед? Надо бы узнать.

— А Элор Хайдер твой родной дед?

— Да, только мои родители были в небольшой ссоре, а сейчас помирились, а дед решил заняться моим воспитанием. Забрал меня у мамы, сам выбрал мне школу, теперь вот летим устраиваться.

Ты смотри, врёт как по написанному. Точно понять, когда врут, я не могу, но тут не надо быть Слером, чтобы понять, что она явно повторяет чужие слова, в которые сама и не верит. Да и до этого отвечала одним словом, а тут такой заученный текст без пауз и без запинки. Десять баллов за домашнее задание. И три по дипломатии. Ритм диалога нарушать нельзя, это основа. Начала говорить с длинными паузами, вот и держи темп.

— А какие тебе мальчики нравятся? — Посмотрим-ка мы на то, что ты врать будешь на встречный вопрос.

— Ну, во-первых, блондины. — Врёт. Ясно почувствовал, что ей всё равно, какой цвет у волос, да и у жениха того, что вроде как бывший, тёмные волосы. — Во-вторых, сильные. — Вот тут правда. Вспомнила что-то приятное, на меня не смотрит, сжала кулаки, зажмурилась, и по всему телу у неё дрожь прошла волной. Хм… у меня такое в детстве бывало, когда я чего-то пугался, а у неё от приятных мыслей? Может, это просто мурашки от того, что засиделась в одной позе? Сидит, только плечами водит, да головой вертит, вот и затекло тело.

А потом она повернулась ко мне всем телом, прищурилась, изображая пристальный взгляд. Ну-ну, ты же не Воин, смешно выглядит такое от девочки старше меня максимум на оборот. Давай уже, не тяни паузу, усну же тут. И она закончила: — и, в-третьих, умные. — Врёт, умных девочки не любят, мне мама это конкретно сказала. А эта выдала свои якобы предпочтения и смотрит на меня, типа «Ты это, непонятно разве?»

Надо заканчивать этот разговор. Раз она начала так много врать, значит домашние заготовки закончились. В конце пошутить и бежать. Точнее, отступить на свои позиции. Делаю невинное лицо:

— А ты знаешь того, кто подходит под все эти параметры?

— Да, знаю… — Предсказуемо делает паузу, чтобы наверняка после неё обрадовать, что это я и есть. Ну да, всю жизнь мечтал! Кто будет сидеть со мной, буду решать только я сам, потому просто перебиваю её быстрыми словами, что не раз слышал на праздниках:

— Ну, тогда счастья вам двоим, и долгой совместной жизни, а мне пора. — И встал. — Меня мама, наверняка, уже заждалась.

Коротко кивнул ей только головой поклоном равного, разве что, я мужчина, потому руки по бокам, а не соединенные ладони, и шагнул к двери на выход, которую загораживает охранник.

Стоит, не двигается. Он что, уснул? Из-за зеркального экрана глаз не видно, не понять. Хлопаю громко в ладоши, тот вздрагивает. Точно уснул! Уволить такую охрану! Делаю ироничное лицо, прищуривая один глаз. Пауза, охранник делает прозрачным экран (вежливый), бросает взгляд на меня, потом над моим плечом, на девочку. Чувствую, что та всё ещё под впечатлением моего пожелания ей долгого счастья. Красиво я закончил, самому понравилось. Я лучший!

Охранник опомнился, шагнул в сторону и открыл мне дверь. Ну, достаточно было просто уйти с дороги, я бы не обиделся. Глянул на браслет, как время-то летит! Скоро ужин, а я толком не обедал.

Как-то я устал. Я понял: мне всё же нравится предмет дипломатия, а вот саму дипломатию я не люблю. Вот почему эта двухвостая со мной просто не поиграла в какую-нибудь простую игру? Карточки бы разложили, в «Захват Империи» тоже было бы можно, мы с парнями и девочками дома часто играли. Поговорили бы во время игры, я бы её победил и всё, все довольны и счастливы. Не-е-ет, вот надо было играть в какие-то взрослые игры, которые, я честно думал, мне никогда не пригодятся, и что меня ими мучают совсем напрасно. Я и тут победил, я же герой, но вот радости от победы нет. Только скука и тоска!

Мама Мили стояла в компании двух старых тёток. Стояла и беспокоилась. Всё, я её простил. Она явно была не в курсе, что тут готовилось покушение на мою парту. Нужно сбежать отсюда, раз и ей тут не нравится, сказав, что хочется кушать. Она меня поддержит.

— Мама, пойдём уже. А то я уже есть хочу.

Знаю, что не по протоколу врываться с ходу в разговор незнакомых взрослых, но хватит с меня сегодня дипломатии. Я маленький, мне можно.

— Да, конечно. — Милисандра сначала растерялась от моего напора, но потом, видимо решив, что наши желания убежать от всего этого совпадают и «включила дипломатию»:

— Леди, извините меня великодушно, но мы покинем вас. Мальчики вечно хотят кушать, так что мне надо покормить этот подрастающий организм. — И даже не поклонилась. Правильно, обойдутся. Пойдём уже быстрее.

Мысленно я уже сидел перед накрытым столом, так что чисто механически выполнил ритуал прощания с хозяином каюты, и мы, наконец-то, покинули эту коварную семью.

3. Оборотная сторона… Секретарь Рикен и попутные лица

Элор Хайдер задумчиво смотрел на погасший экран, сидя за столом и положив руки на стол, протянул:

— Мда… Он сын своей матери, это точно.

— И отца. — Так же задумчиво поддержал своего начальника, стоящий рядом с ним, его секретарь Рикен.

— И отца, верно. Хотя, он ещё не умеет владеть лицом, как мать. Ведьма только молчит и улыбается, а что при этом думает, не поймёшь. А у этого ещё что-то понять можно, но это сейчас, а вот потом, оборота через три-четыре… Он точно не читается мониками? — Повернулся он к секретарю. — Откуда информация?

— Два оболтуса чуть старше него в игровой с ним столкнулись. — Секретарь весь подтянулся, докладывая. — Нам удалось купить запись того случая. Один из них моник, набран в новый спецкласс, привык, что может всех читать, а за драки его и его приятеля не наказывают. А Валериус его своей непроницаемостью явно или запутал, или напугал. Вот тот и попался. Прямо жалко этого пацана: друг его сбежал, а самого подставили как малыша однооборотного, это который бегает с закрытыми глазами и во всё врезается головой.

— А охрана куда смотрела?

— Они оба простые фермеры, с аграрной планеты, так что, какая у них может быть охрана?

— Я про его охрану. У него-то охрана, наверняка, была.

— Да, там была одна из ведьм, только она не вмешалась, да и леди Айрани вмешаться не позволила. Судя по записям, что-то шепнула ей на ухо и стояла, улыбалась, как все они любят.

— Ну, тут всё понятно. — Махнул, понимающе, рукой Хайдер. — Парень имеет прядь, для неё он воин, так что она не могла оскорбить его, вмешиваясь в поединок без оружия.

— Вы разбираетесь в ритуалах ведьм? — Секретарь сделал вежливое вопросительное лицо.

— В ритуалах не очень, а вот их кодекс чести всем дают под ручное заверение о прочтении, когда с ними контракт заключают. А то бывали эксцессы, когда конфликт, потом тишина, кругом одни трупы, а ведьма стоит посредине всего этого, молчит и улыбается. — Элор задумался, явно что-то продумывая или вспоминая. — Но и там не всё так явно. Этот документ я изучил, там чётко сказано, что партнёра они выбирают сами, а вот его мать Теодору просто подарили, как рабыню какую-то. И это воина пятого уровня! Так что, понять, что у этих молчуний в голове, сам их бог огненный, наверное, не сможет. — Хайдер мог себе позволить показать любые эмоции, в том числе и легкое раздражение, наедине с Рикеном. Своему секретарю он доверял полностью.

— Так может, ну его? Можно направить все усилия на родную дочь леди Милисандры. — Доверие секретарь заработал в том числе и тем, что без оглядки на мнение начальника, мог предлагать разные варианты решения проблемы, а когда его начальник выбирал из предложенного, четко следовал указанного курса. Аналитические способности, развитая фантазия и редкая исполнительность. Идеальный секретарь!

— Ты сам ответил, она «дочь»! А значит, просто войдёт в наш род, и ни на шаг нас не приблизит к коалиции Корпораций. Была бы это семья корпорантов, тогда да, по обычаю она забирает себе нашего мальчика себе мужем и мы родственники. Так что, только сын. Сын из побочной семьи как раз заберёт выбранную к себе. И он единственный наследник, перспективы громадны. С какого возраста ему преподают дипломатию?

— Примерно с шести. — Начал вспоминать справку по мальчику секретарь Рикен.

— С шести… А риторику?

— Так же.

— Вот! — Элор Хайдер поднял указательный палец, чтобы обозначить важность этой информации. — А мы своим даём лишь основы дипломатии, да и то, с двенадцати, а риторику вообще со старшей школы. Только этику с семи. И в результате имеем вот это. — И он кивнул на настенный экран. — Он сделал эту красную монашку, как малышку. У нас точно больше нет никого из девочек, более подходящих? С длинными волосами желательно. Хотя, эту столько готовили…

— Чтобы однозначно отнести к нашей семье, точно нет. А чем эта не хороша? Она смышленая, интеллект выше среднего. Да и на мордашку смазливая, после восстановления. И опытная, что дальше некуда. Волосы, правда, она потеряла. А потом ещё и мы сами их подрезали, делая прическу под стиль школьницы.

— С волосами перестарались. Да и мордашка, как оказалось, это далеко не всё… А кто готовил рекомендации по диалогу?

— Мой аналитический отдел. — Секретарь решил, что конкретные люди начальника вряд ли интересуют. — Всё, что имелось в тот момент по мальчику, им было предоставлено. Да и она сама имеет немалый опыт в таких делах.

— Мда… Но чего-то мы или твои аналитики не учли… А что у него по восприятию?

— Не известно. — Секретарь пожал плечами.

— Это как? — Немного сбился со своей задумчивости Элор.

— Он не проходил тестов, а обучение у него личное индивидуальное. Тесты только при дистанционном личном или коллективном проходят. Он будет сдавать их уже в школе, перед самым распределением. Вы же слышали. — И секретарь кивнул на экран, позволив себе указать синьору Хайдеру на то, чего он почему-то забыл, или на что не обратил внимание при просмотре диалога девочки и объекта их разработки.

— Вот оно! — Элор несильно стукнул кулаком по столу. — Вот это мы и не учли. Ну-ка, дай на экран его лицо при первом их знакомстве. Немного дальше. Всё, пауза. Видишь? А ну-ка дай приближение на его лицо. Видишь! — Обернулся к секретарю, пальцем тыкая в настенный экран. — На её появление он отреагировал от слова «никак»! Мальчик возраста сексуальной озабоченности на ровесницу обратил внимание лишь мельком. Промотай, сними с паузы. А теперь смотри, она подала голос. Одно короткое слово, а его реакция? Видишь? Он аудиал, как минимум. Отмотай назад. Вот, смотри какое у него удовлетворенное, снисходительное лицо, когда она руку пожала. И возможно, кинестетик. А мне он пожал с удивлением, а не с удовольствием. — Элор замолчал в задумчивости. Рикен хотел что-то сказать, но начальник остановил его движением руки, даже не посмотрев в его сторону, в уме чего-то прикидывая. Затем кивнул своим мыслям и выжидательно посмотрел на секретаря:

— Что?

— Мне показалось, что ему внешность тоже важна, судя по тому, как он реагировал на вашу помощницу.

— Ой, не напоминай. Уволю, дуру. — Элор скривился, как от лимона. — Она чуть мне всё дело не испортила. Парень насторожился, когда я стал в раздражении именно настаивать на их общении с внучкой, до этого был расслаблен и рассеян. Когда его представляли, он на всё вокруг, как на видеопостановку смотрел. — Тут он заметил, что секретарь еще что-то хочет сказать. — Ещё что-то?

— Если он кинестетик, то мы зря корсет использовали. Такой аргумент, а мы его спрятали. Можно было списать на планетарную аномалию. А сейчас, по документам ей же всего двенадцать, вроде как, ещё не выросла. Постепенно уберем корсет, вернём ей её самое грозное оружие. Мне кажется, что она пока что лучший вариант. Пусть ничего у неё с наскока не получилось, но видно, что не дура. Пару раз она его серьёзно озадачила, когда спрашивала не по тексту.

— Уговорил. А своим аналитикам скажи, что я не доволен. Девочку не убираем, просто наймите ей учителей по риторике и чего там ещё может пригодиться. А то она, кроме обольщения, по-моему, в своем монастыре ничего не изучала. Хочет выбраться со своей планетки — пусть учится! Да, и ещё: а какой идиот додумался позвать её жениха? — Вспомнил Элор эпизод с дракой в начале встречи с этим проблемным мальцом.

— Приглашение было на семью, они давние наши партнёры, летят с нами на одном уровне, а значит, не пригласить их было бы неправильно. Да никто и не ожидал, что этот неадекват захочет самоутвердиться в глазах своей невесты. И мне кажется, она как-то его сама спровоцировала. Надо уточнить, не её ли это рук дело. То, что она бывшая, этот парень ещё не в курсе, переговоры по разрыву их помолвки ещё ведутся, а форсировать их до сегодняшнего знакомства детей, аналитики не рекомендовали. Да и её мать просит гарантии, на случай, если у неё с Валериусом ничего не выйдет, а помолвка уже расторгнута.

Помолчали, Элор опять ушёл в свои мысли. Затем залихватски щелкнул пальцами:

— И всё же, каков малец! Наглости понабраться где-то успел. Где, если всю жизнь в стенах провел? Как мама девки ему, видите ли, нравятся. А мы тут гадай!

— Так изучить характеристики его мамы, взять ключевые позиции…

— Рикен, не глупи! Ты же сам читал мне докладную на него. Все слуги в один голос утверждают, что он относится ко всем мамам одинаково! И всех называет мамами. А у него их, остановлюсь особо, аж пять!

— Выбрать, что их всех объединяет или есть у всех, и исходить из полученного анализа.

— Хм… Мысль неплохая. Пять — не миллион, можно и проанализировать. — Элор опять щелкнул пальцами, а потом наставил указательный на секретаря. — Только скажи, чтобы на внешность сильно не обращали внимания. Я видел всех пятерых, более разнообразного гарема, я тебе скажу, нет ни у кого. А видел я их немало. У всех, во-первых, не больше трёх, а во-вторых, жены в вечной борьбе между собой за внимание мужа. А тут они ещё и живут дружно, даже эта их Светлая Жрица воду не мутит, и в правах не ущемлена, хотя детей у неё нет. В других семьях побочников и корпорантов бездетные — самые бесправные. А вот что или кто объединяет их семью, это и нужно выяснить.

И Хайдер опять задумался. На этот раз секретарь прерывать мысли Начальника не решился, стоя возле стола тихо и, по возможности, даже не шевелясь.

— Тут два варианта. — Ожил его начальник. — Это либо кто-то, кто является связующим звеном всей семьи. — Задумался и сказал, разделяя слова. — И. Это. Не Теодор. — Ещё немного подумав, — Он, безусловно, тот еще монстр, только появляется дома раз в полсотни дней, в лучшем случае. Так что, это кто-то из жён. Выясним кто — замечательно. Узнаем, кто для парня идеал, легче будет найти для него ту, что его в себя влюбит.

В голосе Элора появился азарт политика.

— А ещё это может быть общая идея. И если мы для этого парня организуем такую же в нашей семье, а он наверняка воспитан в её духе, то он полностью наш. До четырнадцати минимум он будет максималистом, вот в это время и надо его влюбить в нашу семью или его представителя. Все понятно? Работайте! — Два раза хлопнул в ладоши Элор, заканчивая разговор и отправляя секретаря заниматься порученным.

Но секретарь опять вытянулся перед начальником:

— Я прямо сейчас могу дать предварительные выкладки по сравнительному анализу его мам.

— Да? Отлично! Давай, что вы там наанализировали?

— После его слов про маму, я дал задание аналитикам выделить те качества, которые могут ему нравиться. Их выводы: не смотря на Ваши слова о внешности, но это, во-первых, длинные волосы. У всех пятерых они имеют значительную длину, но цвет разный. Остальные параметры, такие как грудь, рост, полнота, действительно совпадений не имеют. Во-вторых, это культ осознанной свободы. Почти ничего никому в семье не запрещают. А если запретили, то значит, это мешает кому-то в семье, заниматься этим можно, но вне стен дома.

— Да, помню этот момент. Потому мы и не пытались даже Теодора с кем-то свести, бесполезно, жёны бы даже не препятствовали. Они явно понимают, что с его работой в поездке столько времени без женщины никак. Ты вот не видел, а я был на том приёме, когда к Теодору липла одна дамочка, а его красноволосая жена-воин на это смотрела со снисходительной улыбкой, даже когда та чуть ли не в штаны залезла к её мужу. Зато, стоило только ему показать, что эта недалекая ему мешает, а та не поняла намёка… Эта ведьма со своей неизменной улыбкой за волосы оттащила дуру, а когда та попыталась драться, просто связала, оторвав от её платья пояс.

— Ну вот. И ещё, аналитики отметили важный момент: в семье культ честности. Очень странно, но никто из его жён и детей в семье не врёт. Все слуги об этом знают, и никого это не удивляет уже давно. Так что, можно смело рассчитывать, что парень на любой вопрос или промолчит или уйдёт от ответа или скажет правду. Аналитики считают, что это связано с тем, что Теодор дипломат, а они приучены вести переговоры в присутствии моников, там каждое слово неправды потом может быть использовано для обжалования или изменения уже подписанного контракта.

Элор задумался, затем, кое-что вспомнив, махнул рукой на дверь:

— Так, Рикен, позови сюда Зихара, надо ему показать всё это, что ты показал мне тут, ему полезно посмотреть. А сам я побеседую с нашей героиней этого видеопоказа.

Секретарь вышел и через пару минут зашел в комнату в сопровождении молодого человека, зятя Элор Хайдер. Тот грузно плюхнул на стул своё большое, широкоплечее тело и уставился на Элора.

— Зихар, тебе тут интересную картинку покажут. Мне интересно твое мнение по тому, что ты увидишь. А пока ты смотришь, я лично поговорю со своей внучкой. Накопилось у меня к ней парочка вопросов.

*****

Через полчаса все трое встретились за столом, в комнате с монитором.

— Что, посмотрел? — Элор Хайдер всем своим видом показывал внимание к мнению мужа своей второй дочери, но секретарь не был уверен, что это внимание искреннее.

— Ну как бы… да. — Парень замялся, подыскивая слова.

— Что скажешь?

— Даже вот… — Парень ещё больше стушевался от такого внимания и начал быстро говорить. — Маленькая эта, такая горячая штучка, вот будет же жена кому-то, хоть привязывай. Точно говорю.

— С девочкой всё понятно и так. А парень как тебе?

— А парень какой-то не такой. Совсем даже. Больной он. — Видимо, видя непонимание на лицах других, помотал рукой, сделав несколько круговых движений, стараясь подать свою мысль доходчивее — Ну видно же, раз он совсем не того на неё. Или мальчики только на уме, я думаю. Точно говорю, он же со столицы.

— Мда. Даже не подумал о таком. Может такое быть, Рикен?

— Точно нет.

— Поясни-ка мне твою уверенность.

— В архиве медицинского центра корабля мы обнаружили его меддело. Оказывается, он терял сознание в Космопорту, и его полностью обследовали на медицинском челноке. А леди Милисандра ещё и доступ им дала на его полное меддело, что ведут медики семьи Айрани. Есть там результаты тестирования Валериуса и психотерапевтом и хирургом, и сексопатологом. Так вот там ясно сказано, что и с инструментом и с головой и с ориентацией у мальца всё в норме.

— Ну, не знаю тогда. — Зихар почесал в затылке. — Значица, ему надо другую дать. Эта на сердце не легла, точно говорю.

— Где мы ему другую найдём? Да и в эту уже вложено столько сил, денег… да и космос с деньгами, главное, вложена бездна времени. И оно всё уходит и уходит.

— А чего нет-то? Я думаю так: он же в средней школе учиться будет. А она три оборота минимум. Времени есть много. И он малец несмышлёный, не поженят его в школе же, я думаю.

— Зихар пойми, он прямой и единственный наследник. То, что он ещё не помолвлен, это курьёз для корпорантов и побочных семей. Думаем, это просто следствие того, что его почему-то не таскали по приёмам, как его сестёр, а воспитывали только дома.

— Так он, поди, и бабы живой ещё не видел, вот и не сподобился на эту кралю запасть. — И парень пренебрежительно скривился.

— Это в век инфонета он не видел? Или в доме слуг нет? Ладно, сёстры для него не женский пол, так у слуг дети его возраста, и он со всеми общался. С мальчиками соревновался и дрался, а за девочками ухаживал. Может он и почти не покидал дома, но дом этот стоит посередине столицы, а не в космосе у дальнего перевала.

— Мы проанализировали всех девочек, за которыми он, можно сказать, ухаживал. — Подал голос секретарь. И на вопросительно поднятый взгляд начальника, уточнил. — Дети слуг, которые.

— И?

— Все они старше него. Кто на пол-оборота, а кто и ещё больше. Младшие словно пола не имеют: все для него дети, на которых он как на несмышлёнышей смотрит. И у всех, кто его заинтересовал, интеллект выше среднего. Он любит умненьких. Если девочка глупенькая, вне зависимости от возраста, она для него тоже ребёнок. А вот по внешности предпочтения выявлены не были. Кстати, о вопросе по длине волос: слуги и дети слуг все коротковолосые. Длинные волосы не убираются под форменный головной убор, потому условие: если хочешь работать в доме — волосы укороти. Для детей правила те же, хотя из них почти никто не носит форму. Правила установила третья жена Теодора — Сетила Айрани. Она из эмигрантов-аграрников, занимается и слугами и всем домом.

— Что-то ещё важное узнали у детей слуг?

— Да, девочки о нём любят потрепаться в соцсетях. Он очень любит выигрывать. Если проиграет в чём-то, то видно, что очень переживает, может очень долго учиться этому, чтобы потом выиграть. Но выиграв один раз, заниматься этим бросает. Он успел научиться и бросить: играть в разные варианты косточек, бит, стеночек, играть на дудочке, вышивать двумя разными способами, варить свой любимый суп, рецепт которого принесла в дом его родная мать. Связал себе одну перчатку и бросил, вроде как понял принцип, научился — не интересно. Только боевым искусством до сих пор занимается, и стреляет постоянно. До получения пряди его учила драться на ножах одна из ведьм, а потом она улетела, но он продолжает заниматься. Дома динамическую полосу он проходил вместо утренней разминки, а её не каждый их охранник может пройти с первого раза. Утром девочки часто смотреть на него ходили. Восторгались после в сети и ловкостью и телом, но на фото и видео в доме запрет СБ, так что изображений нет. И стрелять он ходил почти ежедневно.

— А чего он не бросил драться, раз соперников нет? Стрелять-то понятно, любой пацан его возраста любит. Вон, в своё время, мой внук не вылезал из вирт-тира.

— У них тир с настоящим оружием.

— Тем более! Так что там с полосой?

— Мне кажется, но это только моё субъективное мнение, он хочет обойти свою мать. Та, когда прилетала, легко проходила эту полосу быстрее него, да ещё и улыбалась при этом, как обычно, на него глядя. После этого, он, какое-то время, бегал на полосу два-три раза в день. Потом остывал и опять только утром.

— Я вот думаю… — сказал Зихар и затих.

— Ну, давай, говори что надумал.

— Вот моя дочь через год закончит начальную школу. И пусть с ним в школе будет учиться. А что, парень мне нравится. Жене тоже понравится. Он же, как я. Сильный и умный. В одном классе не будут, так их просто познакомим, буду в гости друг к другу ходить. А на уроках не до знакомств же, там учиться надо, точно говорю.

Возникла пауза. Элор задумался и начал говорить, глядя в никуда.

— Зихар … знаешь, ты муж моей дочери. — Секретарь видел, что его начальник уже прикидывает варианты, обдумывая предложенную кандидатуру своей внучки, но чем-то она ему не нравится. — Ты член нашей семьи. — Опять задумчивая пауза. — Я принял тебя, как своего сына, и у меня нет от тебя секретов. — Судя, как Элор задумчиво сам себе кивнул, он обдумал и уже принял решение. — Ты умный, это да. — Взгляд переведён на зятя. Секретарю было смешно смотреть, как Зихар аж расправил плечи от гордости, не замечая подвоха, который его явно ждёт, уж он своего начальника знает не первый оборот. — Только вот сейчас, ты сморозил полную… сказал, не подумав.

В рамках своей семьи, Элор Хайдер совсем не чурался ругательств. Наоборот, частенько такое мог завернуть, даже при детях, что не от любого индустриальщика услышишь. Но при зяте себе такого не позволял, что лишний раз доказывало, что в семью он его так полностью и не принял. А вот при секретаре он мог и выразить своё отношение к вопросу, используя лексику «от народа». И Рикен очень ценил этот элемент доверия.

А сейчас его оговорка просто показывает, что он очень сильно задумался, да и расслабился в кругу доверенных лиц.

На, сначала, ошарашенное, а затем обиженное лицо было смотреть ещё смешнее, но секретарь даже не улыбнулся, соблюдая вежливость.

— Не куксись, а послушай меня. — Рикен хлопнул по столу ладонью, прекращая возможный конфликт и привлекая внимание к своим словам. — Моя внучка хорошая девочка, красавица, умница, через оборот действительно в средней школе у неё от мальчиков отбоя не будет. Только вот она девочка одиннадцати оборотов, а значит и мозги у неё на этом же возрастном уровне. Ты вот видел эту девочку с хвостиками. — Он махнул рукой на экран. — Сколько, по-твоему, ей оборотов?

— Дак, двенадцать же, сами сказали.

— Верно. Ей двенадцать оборотов. Только вот это в исчислении её планеты ей двенадцать, а в общих, ей шестнадцать уже давно!

— А по ней не скажешь, пигалица, да и только. — Его зятя цифра ничуть не впечатлила. Что двенадцать, что шестнадцать — всё равно малышня в его понимании.

— Вон, секретарь тебе может показать счёт, посмотришь, в какую сумму нам обошлась коррекция только её лица, не говоря уж про тело, на аппарате ушедших. Пришлось купить очередь у одного торговца, что надеется дожить до того, как очередь снова до него дойдёт. Ну, это мелочи. И ты её без корсета не видел. Там такие… данные, — свой же запрет на крепкое словцо мешал выразить словами то, что он хочет сказать, потому Элор просто показал большими пальцами обеих рук себе на грудь, — которые, не у каждой рожавшей и лично вскормившей, есть.

— Так ведь… — Зихар хотел что-то сказать, но Элор перебил его.

— Нет, ты не дослушал. Эта, по твоим словам, «пигалица» была в десять СО отдана своей же матерью в монастырь, который, по сути, является просто Красным Домом. Это официальным домам запрещены работницы младше шестнадцати оборотов, а на монастыри такого запрета нет, они вообще не подчиняются светским властям на её планете. Туда слетается просто океан разного рода извращенцев со всего Содружества, а власти не препятствуют: туристический бизнес процветает, а они ни при чём, вроде как.

— Как это можно отдать своего ребенка в Красный Дом? Да ещё и к извращенцам каким-то! — Зихар прямо привстал от возмущения, сжимая свои немаленькие кулаки.

— Это не очень красивая история. — И вспоминать её желания у Элора не было. — Подробности рассказывать не буду, но там был конфликт между нашими семьями, сын моего двоюродного брата погиб, мы требовали, чтобы девочку отдали нам, вот они её и отдали в монастырь, чтобы ни нам, ни им. Из монастыря мы её недавно выкупили, для них она уже старая, но теперь, до возраста полной дееспособности, на неё опять заявила права её мать, а нам не выгодна ссора. Если будет громкий скандал, всплывёт раньше времени её настоящий возраст. Так вот, ты сам видел, — Элор вернулся к обсуждаемому вопросу, — от этого монстра в юбке, парень увильнул просто шутя, пусть и допустив некоторые огрехи, которыми мы и воспользуемся. А через оборот твоя дочь ему будет на один укус, сожрёт и не подавится.

— А эта же уже сильно взрослая, тогда получается. А как же клятва в школе при зачислении? Она же под мониками даётся, им не соврать, точно говорю.

— Моники тоже люди. Да и врать не придётся. Ей двенадцать, не важно, что по исчислению её планеты, это же правда. Она не училась ни в средней, ни в старшей школе, что тоже соответствует истине.

— Ну, я не знаю. А если спросят, сколько ей именно стандартных оборотов? Вопрос-то в обязательные входит.

— Задавать ей вопросы буду я лично. Заместитель директора школы мой давний знакомый, после моего намёка, он пригласил меня в комиссию, которая принимает клятву. Сам я являюсь её дедом, пусть и не родным, так что как представитель семьи могу заверить клятву, и тут врать тоже не нужно. Всё учтено.

— А внешность? Узнают, что раньше она по-другому выглядела, так сразу обман и раскроется. Обманы всегда раскрываются, точно говорю!

— А чего внешность? Внешность мы ей почти не меняли. По сути, мы её просто подлечили и всё. Спасли сиротиночку при живой-то матери. У неё всё тело было в шрамах, был там среди её постоянных один особый посетитель, любитель побаловаться с ней нетрадиционными способами. А нос вообще был у неё сломан, как раз жена того любителя и постаралась.

— Волосы мы ей обрезали, потому что бОльшая часть их обгорела, до этого у неё почти до колен была грива, что её и спасло, до тела огонь почти не дошёл. — Добавил Секретарь уточнение состояния девочки на тот момент. — Там вообще в этом монастыре весело живут. Её и согласились нам отдать скорее из-за потери красоты лица и обожжённого тела, чем из-за возраста. Тратить деньги на её лечение никто бы не стал.

— Да как-то это непонятно всё. И ненадежно по мне дак. Моникам врать нельзя, точно говорю. А тут из-за какой-то пигалицы так себя подставлять. — Видно было, как рушатся представления об окружающем мире у бывшего индустриальщика.

— Да не пигалица она, я же тебе объяснил. У неё мужиков было больше, чем у моей внучки — твоей дочери — фантиков от конфет, которые она уже пару оборотов собирает. Наставница сказала, что у Нироны врожденный талант к соблазнению, так что мы считали, что этот парень у нас уже в руках. Но пока что вышло не очень.

— Вы поговорили с ней, почему у неё почти ничего не получилось? — Это секретарь задал вопрос, чтобы потом дать своим аналитиком материал для работы.

— Она не знает. — Досада его начальника была видна, как никогда. — Говорит, что все её усилия с парня просто «соскальзывали», как она выразилась. И да, ты был прав, конфликт с бывшим она организовала. Решила, что защитит и утешит побитого мальчика, таким образом, сразу зарабатывая дополнительные очки при знакомстве. Заодно и с бывшим на этом фоне расстанется, можно мальчику поплакаться, вроде как, есть хороший повод для её утешения и начала отношений. Со своей стороны мне кажется всё логично, чисто женские штучки, конечно, но с другими, она говорит, работало всё отлично. Только вот она не учла, что парень глаза и на затылке имеет.

— Анализ его действий показывает, что он забеспокоился задолго до удара, явно что-то прочитав по лицам других взрослых. Для подтверждения своих выводов, посмотрел на свою мать, а по ней вообще всё сразу видно. Кстати, так и непонятно, как она догадалась, что будет драка. — Счел обратить внимание на небольшой нюанс Секретарь. — Так вот, будучи предупрежден, он приготовился, и, видимо, почувствовав движение воздуха, красиво ушёл из-под удара. — Тут секретарь мог ответить чётко, аналитики ему уже подготовили справку по этому вопросу.

— А такое возможно? Ну, по движению воздуха? — Засомневался Зихар, явно примеряя ситуацию на себя.

— В закрытом помещении, когда любое дуновение можно отследить, особенно заранее приготовившись? Да ещё и тем, кто чуть ли не закрытыми глазами проходит каждое утро динамическую полосу препятствий пятого уровня сложности? Легко! — Секретарь не сомневался в выводах своего аналитического отдела.

— Подведём итог. С парнем наша красотка познакомилась и внешне не ссорилась. Наоборот, он сказал, что не против учиться с ней в одном классе. На этом ей и надо было остановиться, а она поспешила, захотела всё и сразу, ну да ладно, будем работать с этим. Да, пока что общий язык они не нашли, но в школе общение продолжится, а встречи ещё и помимо школы, мы им организуем. А пока, пусть она учится, как я и сказал! И Рикен, — Хайдер перевел взгляд на секретаря. — Пересмотри домашнюю подготовку всех детей нашей семьи от шести до десяти оборотов. Такого, — и он опять головой кивнул на экран, не отрывая серьезного взгляда, — в будущем быть не должно. Если в будущем мы рассчитываем породниться с корпорантами, то наши дети в плане подготовки должны быть минимум на уровень выше любых отпрысков побочных семей. Это понятно? Тогда работай! — И Элор Хайдер опять хлопнул два раза в ладоши, привычно заканчивая инструкции своему подчиненному.

4.. Про любовь и её проявления

До каюты мы дошли буквально за минуту. Странно, а ведь когда туда… А, точно! Туда-то мы через Уровень Обслуживания добирались. Потом моя прическа, затем обратно. Вот и осталось ощущение, что далеко. А на самом деле, каюты на одном уровне: раз, и ты опять у себя. В свою комнату мне идти не хотелось, переодеваться тоже. Посижу, подожду тут маму Мили, пока она переоденется, и пойдём на ужин. Но Милисандра к себе в комнату тоже не пошла. Она села в соседнее от меня кресло и жалобно смотрела на меня. Или нет, это не жалость. Это она в чём-то винит себя.

— Мама Мили, а этот Хайдер, он точно друг твоего отца? — Пусть развеет мои сомнения.

— Да, у них общий договор на распространение нашей продукции на нескольких планетах.

— Партнёр по бизнесу это же не друг. — Пытаюсь объяснить взрослому понятную вещь даже мне, ребёнку. Вот ведь, ещё один Слер на мою голову!

— Они с отцом в хороших отношениях, он бывает на всех приёмах, что устраивает моя семья.

Ну, частый гость, это тоже ещё не друг. Это, примерно, то же самое, как «за одним столом едим — мы друзья». Точно, новая присказка у меня будет: «наивная, как Слер». Это про Милисандру.

— А на семейные праздники его часто приглашают?

— При мне он ни разу не был. Так он же не член семьи!

— Ты хочешь сказать, что на семейных праздниках твоего отца нет никого постороннего? Вот прям никогда и ни одного?

— Ну, бывают, конечно. Его друзья часто, я с подругой как-то прихо… Ой. — Она прикрыла рукой рот и сделала большие глаза. — Так, думаешь, он не друг отца, а просто из тех, кто хочет им стать?

Вторая пословица, обозначающая ещё большую наивность, будет гласить «наивна, как Мили». Ей двадцать семь, мне одиннадцать. А кажется, что наоборот!

— Это ты мне должна сказать, ты же с ним знакома. А как мы вообще у него в гостях оказались?

— Я же тебе говорила, что он нас пригласил.

— Вы постоянно общаетесь, переписываетесь, вот он и пригласил тебя забежать к нему на кофе? — Скептически прищурился я.

— Ну чего ты издеваешься! Валя, а давай ты опять будешь маленьким, а? — И жалобный взгляд. Вот прямо, как Лилия, просящая лишнюю конфетку.

— Милисандра! Я стараюсь понять, где тебя обманули. — Ну вот почему она не хочет отнестись к этому серьёзно! — Я воин и должен тебя защищать от всего плохого, я этому учился шесть оборотов. Так как ты получила приглашение?

— Раз ты не пришёл вовремя, я решила тебя оставить без обеда. — Ей было неловко за такое решение, и она сказала это тихим голосом. Продолжила уже громче. — Вот мы и пошли обедать без тебя. А после обеда, на выходе, случайно с ним столкнулись.

— Точно случайно?

— Ну, сейчас уже и не знаю… может он меня и ждал.

Далия подняла руку, указывая указательным пальцем вверх, а когда мы посмотрели на нее, кивнула. Милисандра посмотрела на потолок, опять на охранницу. Нахмурилась вроде сначала, а затем видимо поняла, что ей хотят сказать, тоже кивнула. — Ну, значит, точно ждал.

— И сразу вот пригласил тебя в гости?

— Он сначала сделал комплимент моему платью. — Сказано было очень серьёзным тоном, а в эмоциях сквозило удовольствие. Да, очень важная информация, вот прямо жить без неё не смогу. — Потом сказал комплимент мне. — О! И без этой информации точно умру! Она решила меня обязательно спасти от смерти, вызванной незнанием, какие ей сказали комплименты? — Затем поинтересовался, почему он не увидел, на обеде со мной, тебя. — Вот, я был прав. Значит, точно целью был я. Понятненько. — Сказал, что был бы рад видеть меня сегодня, непременно с тобой вместе, и, что у него есть для тебя сюрприз.

— Какой ещё сюрприз? — От таких людей любые сюрпризы опасны.

— Не знаю, он не сказал. Может, подарок хотел подарить, но мы же быстро ушли. — И в эмоциях не осуждение за ранний уход, а наоборот, облегчение.

— Ага. А тебя не насторожило, что он приготовил сюрприз для мальчика, с которым даже не знаком?

— Это нормально. Я сама делала подарочки совершенно незнакомым деткам своих подруг, ничего такого. — И Милисандра, с опаской глядя на меня, несмело пожала плечами.

— Да, но вообще-то ты ему не подруга. Да и твой отец, оказывается, тоже не друг, а просто партнёр.

— Валя, чего ты меня пугаешь? Я и так не могла найти себе места, когда ты ушёл с той странной девочкой, оставив меня среди незнакомых людей! — Так это я её среди незнакомых оставил, а не она меня к ним привела! Она же сама сказала, что они друзья отца. Да и дипломатический ритуал тоже это подтверждал. — А ты ещё и подрался перед этим. Знаешь, сколько я вопросов получила после этого?

— А почему девочка странная? — Пусть задумается и отвлечётся от своей мнимой обиды.

Милисандра смутилась. Это ещё что?

— На ней была «незаметная» косметика, такую детям вообще-то вредно. И двигалась она как танцовщица. Плавно и покачиваясь всем телом. Это очень специфическое движение, называется «Спокойное море». Его изучают на уроках йоги. Я тоже этому училась.

— Зачем училась?

— Знаешь, когда сидишь постоянно дома, устаёшь. Вот и пошла на эти курсы. Специально, чтобы твоему отцу… — Тут она застеснялась и скомкано закончила, — твоему отцу ведь нравятся гибкие, как твоя мама.

— Моя мама — воин. А эта девочка не боец, точно знаю. Движения у неё другие. Дёрганные какие-то.

— Ну, может, она танцами увлекается. Или гимнастикой. — Как-то суетливо соврала мама Мили. Ох, совсем ничего не понимаю. Что-то не припомню, чтобы дома мне хоть кто-то так явно врал. Неприятно это, оказывается.

Ладно, оставим пока. Надо поговорить о ней самой, это её всегда отвлекает.

— Так ты на курсы танца ходила, или йоги?

— Ой, там всё так намешано! — Ещё больше смущаясь махнула рукой Милисандра. — И танцы и йога и ещё разное. — Закончила она совсем тихо, да еще и отвернулась, чтобы не смотреть мне в глаза.

— А как эти курсы назывались?

Казалось, смутиться сильнее уже нельзя, но ей удалось.

— Искусство… Ну, чего-то там…

— А точнее?

— Ну, я не помню точно. — Эх, не умеешь ты врать, мама Мили.

Сделал строгое лицо.

— Милисандра! Ты хочешь меня обидеть?

— Валя! — Мне показалось, она сейчас расплачется. — Ну зачем ты так? Просто тебе ещё рано это знать.

— Рано знать, как называются танцы? — Я действительно не понимал её. Взрослые мастера устраивать тайны из любого, но это, по мне так, уже перебор.

— «Искусство любви и секреты йоги» курсы назывались. — Далии, видимо, надоела эта надрывная сцена, и она подала голос. Мы не одни, с нами в комнатё ещё и охрана, а я второй раз забыл об этом. Умеют они быть незаметными.

— Вот сейчас не понял. — Ответ меня совсем запутал. — Ладно, йога секретная, но мне рано знать про любовь? Это как?

Милисандра смущенно пожала плечами, не желая отвечать на мой вопрос. Это что за дела? Я же обижусь!

— Мамочка Мили, так ты считаешь, что я не люблю тебя? — Милисандра растерянно подняла на меня глаза. Её удивил мой вывод, а значит, она имела ввиду что-то другое. — Я знаю, что такое любовь, ведь я люблю и тебя, и всех остальных своих мам, и сестёр и отца. Ты же не считаешь, что я робот какой-то?

— Ох, Валя! Я тебя тоже люблю! — И она расставила руки, приглашая обняться. Я быстренько скакнул из своего кресла к ней на коленки и свернулся там калачиком в её руках. Эх, вот я вырос, не влажу, ноги пришлось свесить с подлокотника! Поднял голову и положил её Милисандре на плечо, а она меня обняла, стараясь прижать к себе такого большого ребёнка. Ногами мне надо осторожнее, а то испачкаю ей платье своими ботинками.

Мама Мили пару раз обозначила, как качает малыша, а потом, скосив на меня взгляд, сказала, улыбаясь:

— Всё, слазь уже. Вырос-то как, скоро меня перегонишь!

— Конечно, перегоню. Ты ниже и мамы и папы, у меня высокая наследственность!

Она улыбнулась и выпустила меня из объятий и несильно, шутя, толкнула.

— Слазь уже, высокий наследничек.

Я опять перебрался в своё кресло. На душе было хорошо, но чего-то не хватало. Точно! Я всё еще хочу есть!

— Мы идем на ужин?

— Не хочется. — Милисандра потянулась, подняв руки в замке над головой. — Давай сюда закажем? Тебе бы чего хотелось?

— Поесть, конечно!

Она коротко улыбнулась.

— А что поесть?

— То, что едят. Еду поесть.

— Ладно, я поняла. Закажу на свой вкус. Только попробуй мне всё не съесть! — И она погрозила мне пальцем, прямо как малышне непослушной. Затем встала и ушла в свою комнату. Появилась только через двадцать шесть с половиной минут. Я чуть не уснул.

— Я заказала, скоро должны приготовить и доставить.

Она всё же переоделась, вот почему её так долго не было. Сразу бы сказала, что пошла переодеваться, я бы тоже комбез накинул, а так сидел тут, ждал. Мне показалось, что если она выйдет и не увидит меня, то расстроится.

Вскоре еда была доставлена. Охрана встретила наш ужин и расставила на столике. Мы все четверо ели молча, каждый думая о своём. О чем думала Мама Мили, я теперь не знаю, суперспособность пропала, а вот я лично переваривал разговор «в гостях» и слова Милисандры про странность девочки. Поели, охрана опять встала, а мы вдвоём сидим, пьём. Я молочный коктейль, Милисандра свой «полезный» сок. Она как-то хотела и меня заставить его пить, только ничего у неё не вышло, меня название отпугнуло сразу. Всё полезное — невкусно, это я уже давно знаю.

Эх, так спокойно на душе, но я все-таки решил продолжить прерванный разговор.

— Так что ты там говорила про любовные танцы?

Мама Мили закашлялась, чуть не подавившись соком. Чего это она? А паника-то, паника от чего?

— Я такое говорила? — Да она не откашлялась полностью, а уже что-то отвечать пытается сиплым голосом. Зачем торопиться? А мне всегда замечания за такое делали. Прокашлялась и уже нормальным голосом. — Когда?

— Ты говорила, что обучалась любовным танцам. Или йогным танцам, уже не помню.

Паника прошла, в эмоциях веселье, а в голосе возмущение:

— Врё-ёшь! Я такого не говори-ила!

— Так обучалась или нет?

— Валеричка, тебе рано это знать, я уже тебе это сказала.

— Да, да, я помню, что не разбираюсь в искусстве любви и секретных йоговых танцах. — Веселье в эмоциях усилилось. — Так чем тебя так поразила эта девочка, что ты её странной назвала? Про косметику ты уже сказала.

Милисандра задумалась, веселье из эмоций пропало.

— Может мне показалось, — да нет, в эмоциях уверенность, что отнюдь не показалось, — но когда она вошла в комнату, то сделала несколько движений, которые мы изучали на тех курсах.

— Что за движения? «Спокойное море» которые?

— Не важно. Тебе всё равно не понять.

— Ты опять будешь утверждать, что мне рано любить?

— Валя, об этом с тобой должна говорить твоя мама.

— А ты мне кто? — Вот это волна приятного тепла эмоций от неё! Как от куска горячего пирога, которым меня угощали на кухне.

— Ну ладно, я постараюсь тебе объяснить. — Как она легко управляется. А учитель этики как-то говорил, что женщинами управлять очень сложно. — В общем, если мужчина и женщина друг друга любят, то они заводят семью.

— Да, да, я всё это знаю. — Нетерпеливо перебил я её неспешный рассказ. Так она в своём рассказе до чего-то интересного к утру только доберётся. — Потом мама с папой любят друг друга, и получают от этого удовольствие. А потом из мужского семечка у женщины в животике вырастает ребенок. — Пока я это говорил, глаза Милисандры всё увеличивались и увеличивались, а у меня нога зачесалась. Левая. — Ты чего, мама Мили? — Почесал ногу, ах, какое блаженство! А она смешная с такими глазами. Улыбнулся ей. — Когда ты была беременная, а потом родила Лилию, мне уже пять давно было. А в пять мне мама дала книжку «Как появляются люди», потому что мама Изольда мне сказала, что люди появляются из света, а это оказалось неправда. Я в книжке про это всё прочитал ещё в пять оборотов, а сейчас мне почти двенадцать, я давно взрослый. Так что там с любовными танцами-то?

— Так ты знаешь…ну, как мы… они… — Милисандра неопределенно покрутила пальцами рук. По-моему, у неё случился крах представления обо мне. Она что, действительно считала, что мне ещё пять?

— Как папа с мамой друг друга любят? Знаю. Там были картинки со стрелочками и пояснениями, что куда надо вставлять, чтобы получился ребёнок. Ничего интересного.

— Точно! Ничего интересного, ты прав. — Она с заметным облегчением уцепилась за мою последнюю фразу. — И там, на курсах, рассказывают, — продолжила она, осторожно подбирая слова, — что нужно делать, чтобы тебя хотел сделать своей женой любой мужчина, который тебя увидел.

— А тебе это было зачем, ты же уже была замужем? Ты хотела улететь от нас на Перун, где мужей можно много? А папу бы тут оставила?

— Сколько сразу вопросов! Нет, я люблю твоего папу и никогда его не оставлю. Просто иногда нам, женщинам, это нужно.

— Что нужно?

— Нужно знать, что кто-то другой хочет тебя сделать своей женой. Кроме мужа.

— Не очень понятно, но давай уже про девочку.

— Ага, про девочку. — Милисандра задумалась, глаза затуманились. Видимо, старается, чтобы перед глазами встала та сцена. — Когда она вошла, то сразу начала определенный… ну, можно назвать это комплексом движений, который как раз и проверяет других мужчин. Точнее, это не сам комплекс, а подготовка к нему. Разминка. А она на тебя пристально так смотрит и делает эту разминку. Вот я и испугалась, почему-то. За тебя.

— Почти ничего не понял. Ты испугалась, что эта девочка заставит хотеть меня стать её мужем, я правильно тебя понял?

— Ну, это же вроде как не честно, заставлять других… — И глаза прячет. Артистка видеопостановки! В эмоциях-то нет смущения, только злость на эту девочку. Ха, а ведь недавно сказала, что сама тоже так делает. Где логика?

— А ты сама часто такой комплекс делаешь?

— Ну, не то чтобы часто… — Протянула она. Ой, вот теперь ей стыдно! — Но я и папе твоему его показываю, ему очень нравится, я же для него училась.

Тут я кое-что вспомнил.

— А ты не делаешь эти твои движения, когда в едальню входишь?

— Да, может и было такое. Это уже неосознанно иногда получается, извини, я больше не буду!

Точно! Мы вошли, все женщины на нее злые, а мужчины хотят почесаться или чихнуть. И все эти эмоции я слышу со всего зала, хотя обычная чувствительность метра три. Взрослые просто ненормальные. Специально учиться вызывать у других чесотку! И она говорит, отцу это нравится? Точно, ненормальные.

— Так ты думаешь, что эта девочка закончила такие же курсы?

— Вряд ли. Скорее всего, мне просто показалось. Такие курсы только для взрослых.

— А кто их вёл, эти курсы? Балетмейстер кто был, мужчина или женщина?

— Почему балетмейстер? Их вела монахиня богини любви.

— Так ты сказала, что там танцы. А эта монахиня разве умеет танцевать?

— Это не танцы, просто движения, похожие на танцевальные. Она говорила, что их самих обучают с девяти-десяти оборотов.

Что-то мне те нервные движения «странной девочки» танцем не показались. Хотя, в танцах я не специалист, надо тоже походить на такие курсы. Вдруг я неправильно люблю мам, папу и сестёр? Вот пусть меня монахиня и научит. Главное, пусть про своего бога мне голову не морочит, а то мне в свое время мамы Изольды хватило.

— Так ей тоже толи одиннадцать, толи двенадцать. Может она из монастыря?

— Воспитанниц не выпускают за ворота до четырнадцати, а ей двенадцать точно, несколько раз это слышала за разговорами.

— А откуда ты так хорошо знакома с их правилами?

— Так это довольно известный монастырь, его ещё называют «Красным». Про него раз в месяц в инфонете пишут, в связи с очередным скандалом.

Красный монастырь? Интересное название. И монахиня богини любви. Может, там тоже поклоняются огню, только женской его стороне? Клан Росса считает, что огонь — мужчина. А вдруг кто-то верит, что огонь женщина? И что языки огня не воинский танец, а любовный? Вполне может быть. Как прилетим, надо будет не забыть посмотреть в инфонете, что за монастырь такой. Надеюсь, мне инфонет опять не заблокируют? А то, как я учиться буду, там же все задания и оценки, всё в сети. Теперь у сестёр ничего не скачать. Пусть даже наблюдение свое продолжают, я больше за кладами не полезу, их охраняют опасные ловушки, которые могут оставить без головы. А чересчур умных воинов, как я — без волос.

А ещё мама говорила, что «у огня много тайн». Точно надо мне сходить на такие курсы. Правда, там скандалы какие-то…

И я представил себе: вот идет служба, я был один раз на службе с мамой Изольдой, так что помню примерно, что это такое. Так вот, служба идёт, нельзя даже толком пошевелиться, не то, что чихнуть или почесаться, а тут выходит эта монахиня. И делает это движение! Повертела плечиками — все женщины злые, все мужчины чешутся и чихают. Скандал! Это удивительно, что такое только раз в месяц. Видимо, эту монахиню к людям чаще и не выпускают.

Покосился на маму Мили. Не, не умеют женщины правильно использовать то, что им досталось. Это же секретное оружие! А они его просто так расходуют.

Я представил, как я выучился у монахини, захожу в столовую у нас дома, все сидят, а я так повёл плечами… мамы злые, папа чешется и чихает, а сестра в меня мороженным запустила, как тогда пудреницей. Ужас! Я аж вздрогнул, представив летящую в меня креманку. Не-е-ет! На родных такое использовать нельзя! Нерациональный расход мороженого будет. А вот если против врагов…

Вспомнилось, как Стивил, сын одной из поварих, толкнул меня на Федосию, одну из служанок, с которой я тогда разговаривал. Я тогда девушку чуть не уронил, извернуться пришлось, как на полосе препятствий. И меня же и наказали, когда я ему нос разбил. Совсем и немного кровь шла, а он убежал жаловаться. И меня наказали. Грей тогда говорил, что надо было подождать немного, а потом незаметно тоже Стивила толкнуть сзади, об стенку. Результат тот же, но только бы никто меня не видел, и на меня не подумал. Грей вообще странные иногда советы даёт. Не поймёшь, шутит или нет. Он и шутки и что-то серьёзное всегда с одним лицом говорит, а прочитать я его не могу!

А с секретной силой Красного Монастыря я бы так плечиком махнул, Стивил бы чихнул и сам об стенку лбом! Искры из глаз, а я такой «Это он сам. Простыл, наверное». И чтобы чесался он потом дней десять! Эх. Глупые женщины!

— Валя, я устала и, наверное, помоюсь и спать. А ты чем займёшься?

— Да, как и вчера: вечерний комплекс, в душ и тоже спать. Чем ещё-то вечером заниматься?

А чего? Я же не девочка, жениха у меня нет, некому меня на всю ночь куда-то развлекаться возить, как мою сестру возят, чтобы прийти утром и до обеда спать. Да тут и развлекаться негде.

— Ну, вот и хорошо. Костюм на завтра я тебе уже подготовила.

— Какой ещё костюм? Он же на мне! У меня что, их несколько? — Лучше бы второй комбез мне приготовила. Которого у меня нет.

— Конечно. Ты разве не помнишь, вчера на тебе другой был, не этот. У них же цвет разный, и фасон отличается. Я тебе на каждый день разные костюмы взяла.

Даже и не знал, что у меня столько костюмов, я думал всего один. Вот это я невнимательный! Осмотрел костюм. По мне так, тот же самый, что и вчера или тот, в котором я на спектакль ездил. И да, это получается, что опять я завтра не в комбезе? Ладно, завтра решу, в зависимости от того, куда пойдём. С одной стороны, остаться без ножа я теперь опасался, а в костюме его некуда спрятать. С другой, есть места, как вот приём, с которого мы вернулись, куда только в костюме, иначе оскорбление. Меня никуда никто не приглашал, так что я думал, что в комбезе все пять дней и прохожу. А тут оказывается, что у меня пять костюмов!

Умеют женщины сделать из ничего проблему.

Кстати, комплекс упражнений на внимательность надо опять начать повторять регулярно, а то, что-то в последнее время многое пропускаю. Тестовые задачи на фоне виртуального пространства в инфоре есть. Если не буду их все решать с первого раза, Грей будет недоволен. А когда он недоволен, он очень обидно смеётся, сравнивая меня с разными экзотическими животными. Про большинство я и не знал, что такие вообще существуют, а это было ещё обиднее!

5.. Жизнь — это игра. А игра — это жизнь

После завтрака и душа, я уже собирался вернутся к себе в комнату, чтобы никто не мешал мне заниматься, Далия неожиданно, обратилась ко мне с предложением:

— Валериус, поиграем в Ковиньки?

— Кто с кем, против кого? — Игра известная, с охраной нашего дома частенько в неё бегали.

— Мы с тобой вдвоём против двух наемников. — И она пренебрежительно махнула рукой.

— Что за наемники? — Интересно, это то, о чём я думаю?

— Женский отряд.

— А, «Лысый монах»? — Далия кивнула. Надо же, угадал. И чего им интересно надо? Сестра той плаксы решила поквитаться за то, что побил её родственницу? — Да, наслышан. Но не знаком.

— Согласен? — Далия, как всегда, лаконична.

— После обеда — да. Сейчас я занят. — Надо сразу делать то, что запланировал. Иначе буду откладывать бесконечно.

— Я им скажу.

Ну и прекрасно. Вообще-то после обеда надо делать перерыв перед физическими занятиями, но мой молодой организм всё сжигает мгновенно. Это взрослым «тяжело на желудке». Пусть не едят в обед. У меня таких проблем нет, будет преимущество. Далия же просто поест заранее, её на такой простой трюк не поймать, три пряди это вам не наёмник какой-то!

Итак, у меня тесты на внимательность. Сажусь в кресло, что у небольшого столика в моей комнате, опускаю экран и нахожу тот модуль, про который мне говорил Грей.

«Тестовые задания вооруженных сил и спецподразделений Свободного Содружества планет»

Выберите:

1. Вооруженные силы

2. Спеподразделения

Что такое вооруженные силы — понятно. А вот что за спецподразделения стало интересно. Выбор.

Опять список:

1. Охрана стационарных объектов

2. Охрана ОВП

3. Подразделение скрытого проникновения

4. Подразделение силовой поддержки

5. Подразделение следственного отдела.

6. Сотрудники под прикрытием.

Первые два пункта вопросов не вызывают. Третий и четвертый можно понять по названию. А вот пятый что-то знакомое, но сразу не вспоминается. А последний пункт вообще неизвестно что такое, да ещё он серым цветом, не выбрать. Зачем тогда написан? Или у меня просто не все части модуля установлены?

Выбор: 5. Подразделение следственного отдела.

Пошла картинка от первого лица. Я захожу в здание, со мной здороваются какие-то люди, прохожу по коридору, в конце которого три двери. Наверху надпись: Выберите сложность. Ага. На дверях должности:

«Стажёр следственного отдела»

«Опытный сотрудник следственного отдела»

«Начальник следственного отдела»

Я буду начальником! А чего, быть начальником легко. Просто на всех кричать и требовать, чтобы подчиненные быстрее и лучше делали свою работу. Я видел в видео.

Ну во-от! Мы так не договаривались. Не пустили меня в начальники. «Сначала сдайте тесты на опытного сотрудника». Ладно, побуду опытным. Они тоже наверняка всю работу стажёрам поручают.

Эх, и туда не пускают. «Сначала сдайте тесты стажёра отдела». Да что же это такое! Придётся быть стажёром.

Зашёл в дверь, сразу же надпись: Вас вызывает к себе Ваш непосредственный начальник. Зайдите в дверь к опытному сотруднику отдела» Ну вот, как я и думал. Сейчас меня за кофе пошлют, а задание будет найти кофейный автомат. Или автомат по продаже булочек к чаю. Смотрел я видеопостановку на эту тему, то-то мне название «следственный отдел» показалось знакомым! Смотрел я только начало, она шла на экране в большой комнате, успел посмотреть полчаса, а потом меня заметили и прогнали, сказав, что мне такое рано. А сейчас я уже взрослый, даже Грей это признал, раз разблокировал этот модуль и сказал пройти все основы до конца оборота.

Опытный сотрудник оказался пожилой грузный мужчина, который пил кофе и ел булочку. На счет его предпочтений в еде я угадал, только он уже сам нашел себе пропитание.

— Стажёр, тебе есть задание. Вот папка, посмотри и разберись. У тебя есть полчаса, пока я завтракаю. Потом мне надо докладывать, что дело раскрыто, и ехать, арестовывать преступника. Приступай!

Ох, ничего себе порядки в этих следственных отделах! «Я ем, а ты работай. Сделаешь, я доложу, получу медаль и дальше буду есть». Вон, какое пузо уже наел.

Открыв папку, я через мгновение оказался за столом своего кабинета. Удобно, жаль такого в жизни не бывает. Ладно, читаем условие задачи.

Но мне опять предоставили выбор:

1. Визуал

2. Аудиал

3. Кинестетик

Выбрал «Визуала», потом посмотрю остальных. Всё равно я не знаю, кто я, пока не сдам тесты.[5]

У одной семьи обокрали дом. Всё имущество было застраховано, кроме драгоценностей жены, что всегда лежали под стеклом. Кражу обнаружила служанка, что пришла утром. Нажал на «Показания служанки». В углу экрана появилось время тридцать минут, которые сразу стали двадцатью девятью с секундами. Появился текст:

— Я служанка, в доме не живу, прихожу раз в три дня в этот дом в течение последних десяти оборотов. Я сегодня пришла утром, дверь была закрыта как обычно. Открыла ключом, и сразу увидела, что стекло разбито! В комнату я не заходила, сразу же с комма вызвала следственный отдел. Хозяева вчера уехали в гости, позвонили мне перед отъездом, сказали, что будут сегодня только к обеду.

— А кто ещё знал, что они уедут на всю ночь?

— Соседи все знали, день рождения соседа праздновали, там было много людей из этого квартала.

— У кого ещё есть ключ от дома?

— У хозяев у каждого, может быть ещё у их детей, они живут в другом городе.

— Хорошо, распишитесь и можете быть свободны.

Так. Понятно, что ничего не понятно. Задача визуалу, значит смотрим фотографии с места происшествия. Фотография дома со стороны улицы. На окнах решётки. Две фотографии двери, снаружи дома и изнутри. Фото замка. Замок с электронным подтверждением. Такой не открыть карточкой, как я тогда. И с помощью декодера тоже. Тут нужен механический ключ с чипом. Фото всей комнаты со стороны двери. Действительно, от двери сразу видно разбитое стекло шкафа. Фото стекла. Стекло было на дополнительном замке, дырка большая, не только рука легко пролезет, чтобы достать драгоценности. Опять фото комнаты, но уже от самого шкафа. Фото сбоку, на фото и дверь и шкаф с разбитым стеклом. Всё, фото закончились. И это задача стажёру? Один свидетель, который даже не заходил в дом, целый квартал подозреваемых и полчаса на решение. Точнее, двадцать шесть минут осталось.

Смотрим фото ещё раз. Дверь не взломана, значит, виновата служанка. Тут понятно, всего один человек в задаче, он и виноват. Только вот как доказать? А время-то идет! Так, опять я обращаю внимание на время. Один раз чуть без головы не остался от того, что отвлекался на недостаток времени.

Задача визуалу. Опять просмотрел все фото. Дырка в стекле громадная, так что никто бы не поцарапался, доставая драгоценности. А чем его так разломали? Ага, вон, внутри, на полке, лежит камень. Простой камень, подобранный на улице. Разве таким можно разломать стекло? Мне всегда казалось, что скорее шкаф или сам камень сломается. А тут, камень лежит на полке, а должны на этой полке лежать драгоценности. Чего-то я упускаю. Открываю самую большую фотографию, где вся комната. На окнах решетки, дверь была закрыта. Ночью кто-то зашёл, раздолбал стекло камнем, забрал драгоценности и ушел. Утром пришла служанка, и, не заходя в комнату, вызвала наш отдел. Она украла, это и так понятно, больше и людей в задаче нет. Но как доказать? Даже отпечатки не помогут, она тут десять оборотов убирается, отпечатков куча должна быть.

Я представил нашу служанку Федосию. Мне очень нравилось, что она очень переживала за порядок в доме, вечно закрывала наши двери, чтобы никто не стукнулся, подбирала раскиданные игрушки. Идет по своим делам, а по пути собирает, что мы раскидали, пока бегали.

И эта такая же должна быть. Вон, в комнате порядок, хозяева уехали на праздник, а её три дня тут не было. Стул у стола задвинут, коврик тоже на месте. Идеальная чистота. Точно! Чистота! А где обломки, которые должны быть от стекла? Там же дырища, а на полке только камень одинокий валяется. Что-то я сомневаюсь, что преступник, выбивая обломки из стекла, клал их в карман, а не бросал на пол. Камень-то он оставил!

Вывел фото, сначала полки с камнем, потом опять всей комнаты. Точно, обломков нет. Я гений следственного отдела!

Нажал на «Сдать дело», время остановилось. Напечатал в появившееся окно ввода в графе «Преступник»: Служанка. Высветилось «Доказательства:» и опять окно ввода. Она убрала обломки стекла, а сказала, что её не было три дня.

Задание выполнено, выполнить следующее?

Выбрал «да» и оказался опять перед опытным сотрудником. Он всё так же пил кофе и ел булочку. Совсем его разнесёт от такой диеты. Пусть себе губы красным покрасит, может и ему поможет.

— Стажёр, долго я буду ждать, пока ты ко мне зайдешь? Я тебя уже полдня вызываю. — Ничего себе, а где благодарность за раскрытое дело? — Есть дело, оно не очень сложное. Быстро просмотри его и реши, а я займусь серьезными делами. Не хочу отвлекаться на разные мелочи.

Я этого опытного уже не люблю. Интересно, а его образ с реального человека срисовали, или это просто шутка такая? Теперь понятно, где Грей учился шутить.

Опять открыл дело и оказался у себя в кабинете.

Выбрал на этот раз «аудиала»… И оказался в городе! Ко мне подбежал какой-то мужчина в форме полицейского и говорит:

— Лер следователь, хорошо, что Вы так быстро приехали. — Лер, это он меня по-старому, как госработника назвал. Потом услышал, как будто мой голос.

— Расскажите, что случилось. — Ну вот, голос у меня, как будто я в бочке сижу, такой же отзвук. Неприятно. Рядом трасса, мобили потоком едут, шумно. Стоит толпа, что-то упало, кого-то ругают, кому-то кричат. И как тут можно что-то понять? Постарался вслушаться в реплики, ничего не понятно. Понял только, что убийство. О! Убитых я ещё не видел!

— Сейчас вам всё расскажет наш свидетель, он вон в том помещении. — Зашли в какое-то здание, за мной закрылась дверь, звуки толпы стали почти не слышны. Отлично! А то уже голова начала от этого шума болеть.

В помещении полный разгром! Сломанные стулья, а я думал, их нельзя сломать, я наши домашние не смог. Лежит упавшее растение, которое было в большом ведре, земля высыпалась.

— Мы ничего не трогали, мы правила знаем.

— А где место преступления? — Это опять я спросил.

— Вон там, в следующем помещении.

Зашли в следующее. Там еще большая разруха. Все раскидано. Опрокинутый стол, за ним что-то лежит, завернутое в чёрное, кусок завернутого только торчит. Камера меня разворачивает к какому-то невысокому мужчине. Ого, да я просто гигант, оказывается! Когда же я таким выросту, а то надоело быть маленьким.

— Вот наш единственный свидетель.

— Я работаю охранником. — Начал показания свидетель. Этот малыш — охранник? Уже не верю! Да он с меня настоящего ростом, таких мелких не нанимают в личную охрану, они же выглядят не представительно. — Я, как обычно, привез Леди Хозяйку домой, она уже старая, сама еле ходит. Она зашла в дом, а я поставил мобиль в гараж, выключил его, вышел из гаража и сразу же услышал крик «помогите»! Кричала моя хозяйка. Я забежал в дом, в прихожей был разгром, как будто что-то искали. — Ага, первая комната, это была прихожая. — Но, как только я открыл дверь в комнату, на меня набросился какой-то тип в маске, он был просто огромным и сильным. Он выбил у меня дубинку, — так у него и метателя даже нет, тоже мне охранник, — а потом самого меня отбросил вон в тот угол. — Ага, там упавшая стойка с цветами. Тут вообще много цветов в доме. У нас дома они только на верхнем этаже были. — Пока я поднимался, он открыл окно и скрылся.

— Что-то пропало?

— Да, драгоценности Хозяйки, она всегда их носила с собой, а преступник видимо этого не знал, вот и перевернул тут всё, разыскивая.

— Спасибо, вы очень помогли следствию. Никуда не уходите. — Голос у меня теперь глухо звучит, хотя, тоже мне не нравится. Где мужественный голос настоящего героя?

Свидетель замолчал, счетчик уже идёт. Этот тип уж больно подозрительный. Походил по помещению. Тот полицейский, что меня привёл, ходит и вслух рассказывает, что видит. Это он описывает место преступления. Свидетель так и стоит, испуганно смотря на меня, и прижав свои ручки к груди. И это охранник? И так понятно, что он преступник, задачи для стажёров. Один свидетель, он же преступник. Только вот доказать это нужно.

Вышел в прихожую. Осмотрел всё это раскиданное. Земля рассыпана, но следов на ней нет. Правда, её легко обойти. Вышел на улицу, гомон толпы и шум трассы просто сбивает с ног, потому зашел обратно в прихожую, потом в комнату. Ничего не изменилось, стоящий свидетель и диктующий сам себе полицейский. Подошел к окну.

Так, окно открыто, поднимается вверх, до защелки. У нас тоже такие же дома. Виден тёмный двор, если преступник действительно убежал через окно, то его не найти уже. Интересно, а как убили эту Хозяйку, ничего не сказано? И почему тогда не убили охранника? Охранник и есть преступник, это любому понятно. Но доказательств, что он врёт, нет.

Попытался подойти к опрокинутому столу, посмотреть на труп. Не пускает. Ну-у, так не интересно. Что за условия детские у задач следственного отдела?

Ладно, задача для аудиала. Значит, что-то связанное со звуками и их свойствами. Походил, звук моих шагов не слышен, на полу мягкое покрытие. Вышел опять в коридор. Тут мои шаги стали слышны. Вышел на улицу. Какие шаги, тут сам себя не услышишь, так все галдят. Дальше крыльца не пускает. Жаль, я хотел посмотреть, что за мобиль, может какой-то особенный. Вернулся в прихожую. Что-то я уже третий раз туда-сюда хожу. Приглушенные звуки толпы, еле слышный бубнёж полицейского. Нажал на «прослушать показания свидетеля». Опять я стою в комнате, передо мной этот горе охранник, тот же его текст и мои реплики. Показания закончились, я опять в прихожей. Звуки трассы, толпа, бубнёж… Точно! Вышел на улицу. Этот тип сказал, что слышал крик старой женщины, которая еле ходит! Да старушка должна была реветь, как Лилия, которую спать загоняют, чтобы её было слышно с улицы! Да и то, вряд ли что-то с улицы можно услышать, толпы не было, но мобили так же ездили. Двадцать одна минута на решение. Я герой! Ответ был принят, я опять в своем кабинете, меня снова вызывает к себе опытный.

Выйти или продолжить? У меня там кинестетик остался не попробованным, так что — «продолжить». Опытный всё так же пьет кофе. У него он скоро из пупка польётся, выдавив давлением дырочку. Хотя, булочка дырочку заткнёт, она же из металлопластика похоже, раз он её всё никак до конца доесть не может. Повопив немого, опытный вручил мне очередную папку.

Итак, дело для кинестетика.

Я опять на улице, перед входом какое-то здание. Опять шум от мобилей, только народу возле входа нет. Зашел, ко мне подскочил какой-то низкий человек:

— Всё в порядке, Лер Следователь, мы уже вызывали медика, он проверил, жизни посетителя ничего не угрожает. — Ага, это не убийство. А то мне было бы интересно, как мне на видео покажут то, что я руками обследую кого-то мёртвого.

— Нет, нет! Я протестую! Лер следователь, Вы должны меня выслушать!

— В чём дело? — Это уже я. Звук голоса громкий, а сам голос у меня другой. Задачи, наверное, составляли разные люди, вот и голоса, у решающего их, разные.

— Поймите, я потерял большие деньги, а тот, кто их у меня украл, находится тут. — И он показал на группу людей, что сидели в углу полутёмного помещения. Из-за того, что они сидели в тени, а ещё и свет как-то противно моргал разноцветными огнями, я их сразу и не заметил. Надеюсь, что это не ошибка в решении.

— Расскажите подробнее. — Это опять я.

— Я в течение последних пяти оборотов каждые пять дней захожу в этот бар, чтобы выпить свой любимый коктейль. — Ага, это бар. Слышать — слышал, работники и слуги часто обсуждали походы в бар и тех, кто оттуда не смогу уйти сам, напившись алкоголя. Понятно, теперь буду знать, что тут так противно мигает, значит мне тут не интересно. — Я заказал его, но так как я плохо вижу, а тут плохое освещение, да ещё и свет постоянно моргает, я не заметил, что ошибся в выборе и заказал коктейль с лаймом. А на него у меня просто ужасная аллергия. Запах корицы в коктейле перебил запах лайма, и я его выпил, после чего у меня начался приступ. А когда я очнулся, то все деньги, которые я нёс заплатить за кредит в банке, у меня пропали! — Хм, а разве наличные деньги ещё где-то в Содружестве есть? Или этому делу уже сто оборотов? Ладно, не важно. — Я прошу Вас, Лер Следователь, найдите вора. А пока ищете, дайте мне справку для банка, а то у меня за долги заберут мою квартиру.

Так, опять преступление и один свидетель. Он и вор, сам у себя украл. Наверное, потратил всё на мороженое, вот и хочет теперь отказаться платить. И я представил, как много мороженого можно купить на сумму, за которую покупают квартиру. Это же, наверное, грузовой мобиль можно нагрузить! Эх. Ладно, не важно. Свидетель замолк, время в уголочке экрана уже давно шло.

Задача для кинестетика, а значит что-то связанное с тем, как что-то ощущается на ощупь. Тем более, тут полутемно, а главный подозреваемый плохо видит. Так, он говорит, что спутал коктейли, выбрал не тот.

Я подошел к экрану выбора коктейлей. На нем всего две кнопки: «Коктейль с лаймом» и «Коктейль без лайма». Под названиями состав: первый: Слабый алкоголь, лёд, лайм, углекислый газ, корица. Под вторым: Сильный алкоголь, сироп, мята, корица. А свидетель то алкоголик! Значит, он не на мороженое деньги потратил, дурак. Это он каждые пять дней выпивал коктейль с крепким алкоголем? Так и деградировать можно. А вот на счёт сиропа не понял. Его же для лимонада используют, а не в алкоголь. Так, в первом газ какой-то. Это значит, что раз алкоголь слабый, подышите ещё и другой отравой, а во второй сироп, чтобы вкус, как у лимонада, а не крепкого алкоголя? Хм. Нажал на первую кнопку, в, стоящем рядом со столиком, раздатчике появился стакан. Моя рука взяла стакан, подставила его к какому-то агрегату, оттуда в стакан выскочила трубочка. Тело присосалось к коктейлю, разом его выдув, а потом раздался мой теперешний голос.

— Сахару маловато. — И рука поставила коктейль на стол. Вот, тьма! Следователи-стажёры тоже оказывается алкоголики!

Решил нажать на вторую кнопку. Появился стакан, точно такой же. И точно так же моя рука его достала из ниши, получила трубочку, затем моё тело его выдуло и выдало:

— Соли чуть-чуть добавить и можно подавать на стол. — И поставил рядом с прошлым стаканом. Вообще красота! Я-стажер выдул сильный алкоголь и даже не поморщился. А про соль явно шутка того, кто создавал задачу. Близкий родственник Грея, однозначно.

Стаканы ничем не отличались по форме, в темноте вполне можно спутать. А вот по виду, да. Они были полупрозрачные, в одном виден оставшийся лёд и кусочки лайма, всё в пузырьках, а во втором какая-то зеленая трава. Но это на вид, а тут темно, моргает свет, да ещё у нас тип, который толком не видит. И запах, как я понял, у коктейлей тоже похожий. Что такое корица, я знал, мама, как прилетит, часто заказывала пироги с ней. Что её ещё и в питьё можно, я не знал. Надо запомнить.

Я осмотрелся. Серая толпа в углу явно ни при чём, я там даже отдельных личностей разглядеть не могу, так что преступник — этот слепой алкоголик.

Нажал на «Просмотр системы наблюдения». Показали, как зашел этот тип, как сразу же кинулся к панели выбора и нажал на кнопку. Как там можно было ошибиться из двух-то всего? И друг от друга кнопки далеко. Потом подозреваемый достал из раздатчика коктейль, получил трубочку, повернулся спиной к наблюдению и стал пить. Зачем он спиной повернулся, при этом от столика отвернувшись? За пять оборотов выучил, где стоит наблюдение и сделал так, что не понятно, пил он эту подозрительную смесь или нет. Точно, он преступник. Только то, что не видно, как он пьёт, ничего не доказывает. Вот он упал, выронил стакан, всё пролилось. Его сразу обступила толпа, скрыв за своими спинами. Потом толпа раздалась в стороны, крик «Вызовите медика и полицию» и запись оборвалась. Прекрасно. Вполне мог кто-то из толпы его обчистить, но ведь задача не об этом. И меньше десяти минут осталось. На вид в темноте он мог стаканы перепутать, на запах тоже. На ощупь они тоже одинаковые. К чему тогда кинестетика? Он же не залазил пальцем в стакан, значит понять, что там этот лайм, а не его любимая трава, он не мог. Правда, там еще был этот газ и лёд, но опять же, на запах лёд не определить, а как пахнет тот газ, я не знаю. Вот, если бы он лёд пощупал. И лёд не мог так быстро остудить стакан, чтобы понять, что стакан холоднее, чем надо. Старикан стакан сразу схватил и как будто бы выпил. Газ меня смущает. Тут решение только если этот газ специально используют для быстрого охлаждения. Запомнить его название и проверить. А пока ответить, что этот тип не мог спутать стаканы, раз один из них холодный. Точно! Ответ засчитан! Я герой, но в реальной ситуации я бы не угадал, тут просто вариантов слишком мало, чтобы ошибиться.

Пара часов прошло, а есть хочется, как будто весь день! Как, оказывается, решение загадок пробуждает аппетит. Выйду, надо отдохнуть, нельзя сразу много. «Помни, в любых тренировках: хоть физических, хоть умственных, соблюдай два принципа: постепенность и постоянность. Только они вместе могут дать результат!» Мама плохого не посоветует.

Я попросил Велию заказать мне коктейль (молочный, а не алкогольный) с бутербродом. Названия этого газа в составах коктейлей не нашел. Вообще слова «газ» не было в составах. Надо будет как-нибудь узнать у Грея, он точно должен знать, наверняка все задачи наизусть изучил. Милисандра с Далией, оказывается, куда-то ушли, так что перекусил я в одиночестве, Велия есть отказалась. Зарядил мозги, а после продолжил решать задачи за стажёра следственного отдела. До обеда смог решить еще четыре и одну ошибся, хотя там и был ответ очевидный, но я поспешил. Эполиния, моя старшая сестра, часто называла меня «торопыжкой», когда проверяла домашние работы. Говорила, что когда не тороплюсь, то решаю всё хорошо, а иначе — ошибка за ошибкой. Она-то сама никогда не торопится. Вон и замуж тоже не идет пока, хотя помолвлена уже столько эсо, сколько я на свете живу.

На обед мы пошли в едальню. Мама Мили, как только вернулась, сказала, что это не обсуждается, зря что ли она столько времени провела в салоне красоты, и чтобы я не капризничал, а быстро мылся и надевал приготовленный костюм. То, что она в новом красивом платье, я увидел, но что ещё ей делали в салоне четыре часа, так и не понял, хотя присматривался. А когда она опять переоделась перед выходом, вообще запутался и плюнул на эту загадку, она стажёру следственного отдела явно не по плечу! Забежав в свою комнату, я положил два костюма рядышком: вчерашний и сегодняшний, специально не стал кидать вчерашний в коробку для стирки. Да, отличаются они немного оттенком, но не цветом же. Но вот «разный фасон» на первый взгляд я не увидел, только на первом по две пуговицы на рукавах, а на втором по три. Да и ладно.

На обеде, перед заходом в едальню, я как можно сильнее заблокировал своё восприятие, так что чесотка и чахотка до меня почти не долетали. Злость некоторых старушек долетала, видимо, была очень сильной, но потерпеть было можно. Я во все глаза смотрел на Милисандру, когда мы вошли, но никакого «спокойного моря» не увидел. Может, не заметил? Если она его не делала, тогда почему реакция на её появление всё равно проявилась? У меня сегодня просто день загадок!

— Валя, я тебе приготовила твои спортивные костюмы. Я взяла только три штуки, извини. Ты какого цвета костюм наденешь?

— А какие есть? — Помнится, у меня же только синие костюмы были. Она новые мне приобрела?

— Есть ледяной, лазурный и ультрамарин. Ты какой выбираешь? — Десять баллов, мама Мили. Я ни один цвет не знаю, как выглядит. Ещё выберу какой-нибудь розовый или красный, и как потом в нём играть? Команду отвлекать же буду, в этой игре цвет костюма очень важен.

— А посмотреть можно?

— Ты чего, я же охране пишу, чтобы она захватила костюм, пока мы в салон с тобой сходим.

— Какой салон?

— Ты же руками играть будешь, тебе надо ногти сделать, они у тебя слишком длинные выросли для этой игры. Не задерживай, а то опоздаем. Какой цвет выбрал?

— Ледяной. — Лёд точно не красный или розовый, он прозрачный, сам недавно в задаче видел. Лучше уж в прозрачном спортивном костюме играть.

Вот только не понимаю, зачем мне делать ногти? И из чего мне их делать будут?

Мы пришли в салон на уровне обслуживания. Не тот, где меня стригли, другой. По пути, я всё-таки попытался выяснить, зачем мне эта процедура.

— Милисандра, я раньше никогда не делал ничего со своими ногтями. Зачем мне сейчас их делать?

— Валя, раньше ты много чего не делал, потому что было не нужно, никто тебя и твоих ногтей не видел. Сейчас ты постоянно знакомишься с разными людьми, а они смотрят на тебя, в том числе и на ногти. Представительская внешность это не только костюм! — Да мне и костюма не надо. — Это и кожа и прическа и бижутерия, которой у тебя вообще ещё нет. И ногти тоже входят в этот набор.

— А мне-то это всё зачем? Я же не женщина!

— Малыш, поверь мне! Это очень и очень важно. И вообще, позволь мне немного позаботиться о тебе.

Эх, ну почему женщины любят играть со мной, как с куклой! Так-то я понимаю, что она меня действительно любит и так проявляет свою любовь, поэтому, пусть развлекается, я потерплю.

В салоне, сначала мои руки сунули в специальный аппарат, который «подготовит ногти к обработке», затем причесали волосы и подпилили ногти, а после, покрыли «укрепляющим составом». Милисандра выбрала для меня какой-то синий цвет, вроде как сейчас очень модный, но я настоял, чтобы состав был прозрачным. Теперь я герой с ледяными ногтями! Порычал, делая пальцы загнутыми, как когти у хищника с картинки, которую видел когда-то. Мама Мили посмеялась, в шутку отбиваясь от героя-монстра. В общем, этот поход в салон мне понравился. И девушка, что пилила мне ногти, была без красных губ, в эмоциях была занята только работой, да ещё и не сказала за всё время ни слова. Идеальный мастер!

*****

На входе в уже знакомый коридор, Далия передала мне сумку со спортивной формой. На ощупь, спортивная обувь тоже была там. Я собирался зайти в коридор, но Велия меня остановила, показав, что нужно идти куда-то в сторону. Оказывается, что в тот коридор, в котором я в прошлый раз был, заходят те, кто занимается в маленьких залах. А если немного пройти в сторону, там есть другой, который заканчивается холлом и большой панелью, на которой записаны расписания больших залов. И в тот зал, который я видел за прозрачной стенкой, тоже вход отсюда. И в нём действительно проводит свои тренировки служба безопасности. Это я по расписанию и вывешенной схеме расположения залов понял. А чего в том коридоре такую же схему не повесить? Чтобы потом герои, заблудившись, дрались с разными плаксами?

Нас встречали. Две девушки, в спортивной форме бежевого оттенка вышли навстречу нам, как только мы вошли в эту прихожую. Точно они, на плече картинка лысого мужика с палкой. Они обе слегка кивнули нашей охране, те ответили тем же. Затем одна так скептически:

— Так это ты у нас Принц Валериус, Первый и Единственный?

— Да, для вас я точно Первый и Единственный. — Мне они не нравятся. Не назвались сами и сразу же с ехидных реплик начали. Да, тут явно не дипломатический приём.

— Почему это? — Что за глупые вопросы? Объясняю, как детям такие элементарные вещи:

— А ты знаешь другого Валериуса? Если знаешь, значит он Валериус Второй! Только вряд ли, я — Единственный! Так что, это даже не обсуждается, такого, как я, точно нигде больше нет!

Задумались. Примитив, да я бы сам на свой ответ кучу вариантов выдал, а они задумываются. Потом, видимо не найдя, что возразить, вторая, та, что до этого молчала говорит:

— Мы знаем, что ты победил мою младшую сестру в поединке чести. — Возможно и такое. Я сейчас и не помню, как выглядела та неумеха, тем более, похожа она была на тебя или нет. Потому отвечаю в стиле мамы — просто пожимаю плечами.

— Мы решили проверить, достоин ли ты того, кого вручили тебе боги. — Это опять скептическая. — И если вы проиграете, то ты откажешься от прав на распоряжение честью Монкут Куанг.

Ну, мне вообще-то не очень-то и хотелось распоряжаться чьей-то там честью, но это получается, у меня хотят отобрать то, что принадлежит мне, а взамен ничего не дать. Хитрюги!

— А если выиграю? — Пусть тоже что-то на мой выигрыш поставят.

— А тебе что, мало моей сестры?! — Это опять возмущенно вмешалась вторая. Ну что за примитивный женский способ обмана. Поучились бы у моих сестер придумывать условия для выманивания у меня последней конфеты. Вот где дипломатия-то! Нет уж, вы вызвали, вы и предлагайте. Опять пожимаю плечами.

— А чего ты хочешь? — Опять первая. Как их зовут то, интересно. В одинаковой одежде, обе высокие, сами чем-то похожи. Возраст только сильно разный. Может они тоже сёстры, но дальние?

— Вы меня вызвали на соревнование, захотели то, что принадлежит мне. Сами и предлагайте. — Всё же решаю им рассказать, как я вижу ситуацию со своей стороны.

Переглянулись, потом старшая сказала:

— Мы сейчас не готовы ответить. Встретимся в зале и перед игрой обговорим условия. Согласен?

Киваю. Посмотрим, чего они придумают. Зашли в раздевалку, которая перед снятым залом. Сразу у входа разделение на две стороны. Ага, мужская и женская, вон и значки указательные. Нормальные значки, а не лысые мужики и летающие девочки. Зашел в мужскую сторону. С одной стороны стоят такие же шкафчики, с другой — три кабинки для переодевания. Ну, тут всё понятно, как у нашей охраны устроено. Занял первую же кабинку, которая мне предложила её занять. Достал из сумки костюм. Ха, это же мой спортивный костюм, он не прозрачный, а обычный, синий. Ну и хорошо, что охрана ошиблась. Что-то я перехотел в прозрачном бегать перед этими задаваками.

Переоделся, попрыгал. Эх, мой привычный костюм, привычная обувь… Хочу домой! Три дня не прошло, как улетел, а ощущения, что прошло все тридцать. Я даже по сёстрам соскучился, хотя раньше мы не особо были близки. Ну, кроме Лилии, конечно. Её не любить нельзя, в нашем доме в этом уверен каждый!

Вышел в зал. В зале никого ещё нет, но сквозь дальнюю прозрачную стенку, вижу сиденья и сидящих зрителей. Вон Милисандра с Велией сидит, а вон кучка взрослых высоких девушек, явно из этого «отряда монахинь». Есть и другие, но, в основном, одиночки, явно случайно попавшие на наше спортивное мероприятие.

«Ковиньки» игра довольно популярная в Содружестве. Я прочитал про неё подробнее, когда мама, рассмотрев мячик, которым мы играли, сказала, что на Перуне играют в похожую игру, только мячиком тряпичным, набитым опилками.

Так вот, за много оборотов игра изменялась, время от времени менялись правила, названия, но всё равно, в неё играли и играют на большинстве планет Содружества.

Поле игры представляет собой прямоугольную площадку, разделенную невысокой жёсткой стенкой. Две территории: своя и чужая. Соперники не пересекаются и не встречаются, так что в игру играют даже дети, опасных травм почти не бывает. Сила важна не очень, важны ловкость, скорость и точность.

Количество игроков от двух до шести. Количество партий не ограничено. Партию играют до стольки очков, сколько игроков на поле. Раз нас будет четыре — два на два, значит до четырех очков. В игре несколько мячей одного нейтрально-белого цвета, столько, сколько игроков одной команды. Значит, их будет два. Плюс один мячик «подкрашенный». Им можно не только забить, но и «выбить» игрока, три раза попав в него.

Хватать мячики руками нельзя, можно только отбивать. В спортивном варианте, на руки надеваются специальные перчатки, на ладошках которых имеется прямая дощечка, ею и отбивают мячи. Белые можно отбивать чем угодно, хоть руками, хоть ногами, хоть животом. А вот «подкрашенный» (обычно он красного или оранжевого цвета) только руками и ногами. Попадание «в тело» считается ранением. Раньше, эти мячики реально красили и они оставляли следы, так что можно было сразу увидеть, получил «ранение» игрок или нет. Сейчас надевают специальный жилет с датчиками. Он защищает от сильных ударов простых мячиков, а заодно и автоматически фиксирует попадания «подкрашенных». В военных подразделениях первое попадание блокирует одну руку, а второе — вторую руку, но в спортивном варианте такого нет. Мы играли с охраной и так и так, закрепляя руки сзади за пояс. Очень смешно играть только ногами, кстати. Задача: попасть в один из прямоугольников на задней линии площадки противника. Прямоугольники находятся по углам, и не на полу, а приподняты, так что если ударишь низко — мячик проскочит под целью.

Получается, в нашем случае, после первых двух «подкрашенных» на поле останутся только цветные мячики, всего три штуки, так что только руки и ноги подставляй, защищая ворота, иначе будешь убит!

Мячиков на поле много, так что когда начинается игра, они летают со всех сторон. Мы играли шесть против шести, так там раненые почти сразу образовывались. Это ж попробуй, отследи шесть мячей сразу, плюс тот, который может тебя ранить, так что начало всегда быстрое и смешное. Минуты не прошло — и какой-то мячик или попал в прямоугольник, зарабатывая очко и становясь тоже «подкрашенным», или попал в «защитный круг», останавливая игру и зарабатывая противникам частичку защиты их крепостей. А просто «ранения» игру не останавливают, только «смерть» игрока.

Ах, да! Между прямоугольниками ворот стоит ещё и круг. Если в него попасть, очко тебе не дают, но игра останавливается, и один из твоих прямоугольников закрывается на одну четверть. Попал восемь раз — всё, на первый взгляд, тебя по очкам никто не выиграет. Зато, могут выбить всех твоих игроков, а значит, ты всё равно проиграешь.

Получается, выиграть можно двумя способами: набрать большинство очков из возможных, или убить всех соперников. Игра не останавливается, даже если у тебя «большинство» забитых мячиков, но очков меньше, чем нужно для окончания партии. Вот ты забил из четырёх три, а потом у тебя всех убили. И ты проиграл. Как на войне — по очкам там не выигрывают.

Подкрашенный мяч на твоем поле не может просто валяться больше тридцати секунд, его нужно выпнуть за поле, иначе он приносит очко сопернику, и один мячик дополнительно «подкрашивают» (меняют на другой, яркого цвета), конечно, если белые ещё остались. Так что, даже если оба прямоугольника соперника полностью закрыты, ему всё равно можно забить. Забыл про валяющийся на твоём поле мячик — всё, тебе как бы забили, игра остановилась, соперники получили очко и подают подкрашенный мяч. Белые же могут валяться две минуты.

Если мяч улетает вбок, то он специальным автоматом подается на твоей стороне, а если за заднюю линию, то на стороне соперников, потому выпинывать лучше за свою боковую линию, тогда ты, после подачи, бьёшь в сторону соперника так, как тебе удобно, а не так, как получилось после отбивания прилетевшего от соперников. Ну, и особая опасность попасть в невысокую разделительную стенку. От нее мячик отпрыгивает плохо, упал на поле, и пошло время. А тридцать секунд для цветного это и много и мало, нужно точно рассчитать. Лучше всего, чтобы белые валялись на твоей стороне. Поторопился, побежал, чтобы пнуть крашенный — в это время тебе забили. В общем, быстро всё, интересно и частенько смешно.

Был случай у нас, когда остался один против трёх и победил! А вначале была обычная игра шесть на шесть. На поле было красно от мячиков, как он успевал уворачиваться и выпинывать с поля валяющиеся, это надо было видеть! Ворота и его и соперников были уже закрыты, вот он по полю и скакал. Так постепенно, уже радовавшихся скорой победе противников, по одному и выбил.

Спортсмены играют в специальных прозрачных шлемах, но мы дома играли так просто, без жилетов защиты и шлемов. Мне прилетало в нос несколько раз, но я всё равно отказывался надевать защиту, потому что мама говорила, что с защитой на голове «нет развития бокового зрения». Конечно, зрение разовьётся, если оно, это зрение, иначе может пострадать! После попадания в нос, синяки на следующий день очень видны весь день, даже если под облучателем тебя ещё вчера подлечили. Мячики действительно похожи на тряпичные, в тело попадают не больно, но вот поле мягкое, они от поля не прыгают, так что отскоком в ворота не забить, нужно попасть точно в цель, или рикошетом от противника, и такое бывало.

Из двери женской раздевалки вышла Далия. Протянула мне перчатки и шлем.

— Жилеты там. — И ткнула пальцем в сторону дальней стенки. Пока шел до стенки, натянул перчатки. Странные они какие-то. А где планки на ладошках? Это мы что, мячики будем отбивать незащищёнными ладошками? Новые правила? Далия набрала на панели мой и свой размер, потом рядом с панелью открылось окошко, в котором лежали жилеты и какая-то сетка.

— Это для чего? — Просто интересно, для чего эти сетки.

— На тело.

Так, взял свой жилет. Сетка, оказывается, к жилету прицеплена. Получается, это не жилет, а что-то типа комбеза, просто жилет жёсткий, а рукава и штаны сеточные. Посмотрел ближе — какие-то узелки на сетке.

— Датчики. — Далия хоть и многословнее, чем Велия, но всё равно, её короткие фразы несут в себе не так много информации, как хотелось бы. Ответила, а вопросов ещё больше появилось.

Далия помогла мне облачиться в сетчатый комбез, а то я в этой сетке чуть не запутался, чувствуя себя пойманным хищником. Потом она вручила мне две неширокие полоски пластика с ручками. Одна длиннее, другая короче.

— А это что?

— Биты. — Так. Мне кажется, что я чего-то не понимаю. Что-то не припомню, чтобы в Ковиньках были какие-то биты. Может, мы будем играть в другую игру? Догадался осмотреться. Так, перегородка, прямоугольники ворот… а кольца защиты нет. Это точно какая-то другая игра!

— Мы будем играть по другим правилам?

— Да, мы будем играть по правилам моей родной планеты Донлин. — Это подошли «монашки». Так и не знаю, как обеих зовут, и инфора нет. Мне кажется, потому и протокол представления друг другу есть только у корпорантов или побочных семей, потому что у них на мероприятиях инфоры носят только охрана. Остальные просто привыкли, что представляться не надо, собеседник давно вызвал визитку и знает, как обращаться. А я-то к этому не привык. Инфор на мне был при нашей встрече, мог бы действительно узнать имена тогда, а теперь я его в шкафчике оставил. В общем, даже претензию выдать некому — сам виноват!

Донлин… не, не припоминаю такой планеты, честно говоря. Какой хоть сектор? Хотя, не важно. Пусть новые правила озвучит.

— А чем правила отличаются от общепринятых?

— На Донлине в эту игру играет благородное сословие. — Да? Это которые при поклоне девушкам платье раздвигают? — Им система, когда основной удар идет кулаком, ещё в давние времена не понравилась, только крестьяне кулаками выясняют кто прав, потому появились биты, имитирующие меч и кинжал. Если ты правша, можешь меч взять в правую руку, а кинжал в левую. Если левша, то наоборот. — А если я не то и не другое? Или скорее и то и другое? В обе руки длинные полоски взять? Так ведь не дали! Дискриминация обееруких, получается.

— Ты знала, что правила не такие, как мы дома играли? — Это я Далии.

— Да. — И замолчала.

— А чего мне заранее не сказала?

— Ты бы отказался?

— Нет, конечно! — На что она пожала плечами, и сделала лицо, как бы говорящее «а чего тогда возмущаешься?»

— На самом деле, это она предложила играть по нашим правилам. Сказала, что если играть по вашим, то у нас нет шансов.

— Далия, и зачем?

Она на меня посмотрела, вздохнула, как будто её ребенок спрашивает элементарные вещи и опять ответила вопросом:

— Ты хочешь легко выиграть или интересно поиграть?

— Конечно, интересно поиграть! — В ответ опять пожатие плечами и молчаливое «а чего тогда голову морочишь?» — Но и выиграть тоже! — Это я из упрямства. Как охрана, оказывается, хорошо меня знает! Ответа я не получил. Да и не ждал.

— Мы готовы пересмотреть правила в сторону ваших. — Опять подала голос главарь соперников, на что я просто махнул рукой.

— Да ладно, так даже интереснее. Не люблю легко выигрывать. — «Монашки» переглянулись. — Вы рассказывали отличия от общих правил. — Напомнил я им.

— На счет бит я сказала. Ещё у нас нет защитного кольца и все мячики сразу крашеные, так что ими сразу можно выбивать соперника.

— И прикасаться к мячам можно только битой. Все тело — это мишень для мячиков, потому и сигнальная сетка на руки и ноги. — Добавила вторая. После того, как она сказала про все тело, я и так догадался на счёт сетки. Чего они мне как маленькому всё рассказывают.

— А голова? — На шлеме сетки нет, но в нём датчики поставить даже легче.

— В спортивном варианте головой тоже можно отбивать.

— А в неспортивном?

— Одно попадание — смерть игрока. — Сурово. Два попадания в голову соперникам и ты выиграл.

— А мы по каким играем?

— По спортивным. — Ну и ладно. Попаду по три раза, мне не жалко!

— А если мяч валяется, за тридцать секунд его только битой можно выбить?

— Да. Только у нас отсчет идет при условии, если все мячики, которые в игре, находятся на одной половине поля. Не важно, на поле они, или кто-то ими просто жонглирует, подбрасывая на битах.

— Жонглирует? Так по мячику можно бить не один раз, а сколько угодно?

— Да. Но если коснулся пола — только выбивать за границу, в сторону противника выбить, как и в ваших условиях, нельзя. И ещё, при попадании в ворота определённого числа мячей, игра не останавливается. Конечного числа забитых мячиков у нас нет, просто игра у нас идет на время.

— А если никто не забил? Или если равное число?

— Тогда ничья. Она и в вашей версии есть.

— А если выбиваешь одного из противников?

— Остановка игры, противник покидает поле, а большинство мячиков на его стороне подаются.

— А если один мячик валяется у нас, а два у вас, то это состояние может тянуться до конца игры?

— Если обе команды устраивает счёт, то да. Это как поединок, можно сдаться, можно выиграть, а можно договориться о ничьей. У нас вообще играют только один на один или два на два. Толпа на толпу нет такого вообще, эта игра считается альтернативой дуэли.

— Ну, вас-то ничья не устраивает? — Пошутил я, но они даже не улыбнулись, а от одной пошла злость и упрямство. Ага, это сестра той плаксы. Эти двое разного возраста, но одинаковой форме внешне схожи, я могу их и спутать.

— Игра идет три тайма по двадцать минут. Перерыв между таймами по пять минут. Игра может закончиться раньше, если у какой-то команды выбили всех игроков.

— В принципе, мне всё понятно. Теперь говорите, что с вашей ставкой?

— Деньги ты, наверняка, не возьмешь?

— А зачем они мне? — Я даже удивился. Всю жизнь деньги мне не были нужны, а тут вдруг понадобятся?

— Так мы и думали, точнее нам так Далия и сказала. — Главная, как будто раздумывала вслух. Я обернулся на Далию, получил от нее озорную улыбку «я тут ни при чём», и опять повернулся к своим соперницам.

— Я могу поставить свою честь против чести сестры! — Ну да. Я с одной-то не знаю что делать, и так ошарашен был, что я, оказывается, берегу чью-то честь. Кто бы сказал, что это конкретно значит и что я должен делать с нею, а тут ещё за одну взять ответственность? Нет уж. Но не сознаваться же!

— А ты вправду считаешь, что ставки равноценные?

— А что ты ещё хочешь, раз от денег отказываешься? У меня больше ничего нет.

— А ты мои условия примешь? Вот что угодно тебе заказать могу?

— Да. Всё, что угодно.

— Отлично. Значит, договоримся: если я выигрываю, то три оборота могу приказывать тебе что угодно! — А если скажет, что три оборота это много, поторгуемся. Можно скинуть до одного.

— Но ты же ещё маленький! — И шок в эмоциях. Она только узнала, что я младше её?

Хотя, такого аргумента я не предвидел. Действительно, недееспособный, приказывающий взрослому это опасно, я её понимаю. Ведь я, во многих случаях, не несу ответственности за свои действия, а она несёт, так что аргумент правильный. Хм…

— Тогда, действия условия начнутся с возраста моей полной дееспособности, либо я могу передать это право другому человеку. — Выиграю, маме передам, пусть разбирается с этой семейкой ненормальных.

— Нет, никаких передач! — Это старшая вмешалась. Жаль, не получилось.

— Тогда с возраста шестнадцати оборотов. — Возраст частичной дееспособности, так что пристрою её куда-нибудь. Научится выжимать молоко и делать мороженое, тоже хорошо.

— Согласна на возраст полной дееспособности. Полная служба на три года. Договор?

— А ты тогда что ставишь? — Кивнул я на вторую, решив по максимуму пошутить над этими девушками, которые не могли просто подойти ко мне и попросить отказаться от чести за плаксу. А что, я бы не отказал. А они тут игры, условия. Идея этой главной, всё говорит за это. Сестра, думаю, просто бы предложила поменяться с сестрой и всё.

— Я просто хочу поддержать свою подчиненную.

— Не, я так не согласен. Если ты не заинтересована, вы быстро проиграете, мне всё удовольствие испортите. — Вот, другое дело. Возмущение моей наглостью пробило её безмятежное состояние. Правильно, нервничай, возмущайся! Вывел из равновесия — выиграл.

— Почему это проиграем?

— Если ты уверена, что вы выиграете, почему не хочешь тоже что-то поставить?

— Если ты выиграешь, у тебя и так будет две рабыни, одна на всю жизнь, другая на три оборота. Зачем тебе ещё и я? — О! Так охрана чести — это рабство? Вот этого я не знал. Мне казалось, что в рабство продают, а не отдаются за проигрыш в поединке. Что-то она или путает, или врёт, чувствую её сарказм и какую-то недоговорённость.

— Согласен, на три оборота ты мне не нужна. Давай на пять. — Ха, вот это лицо!

— А ты не ох… — Быстрый взгляд в сторону Далии, — не ошибся?

— А чего? У меня есть рабыня на всю её жизнь. — Я об этом не знал, но вы сами мне это сказали. — А прошу я поставить с вашей стороны три и пять оборотов. Восемь против всей жизни, это не справедливо? Тогда ставьте по десять, я не против. — Далия давно поняла, что я издеваюсь, она меня знает, стоит рядом, улыбается, а эти две искренне возмущены.

— Вручившая честь — не рабыня! — Это младшая возмутилась. А только что утверждали обратное, потому просто пожал плечами.

— Мы так до следующего дня будем спорить, а время идет. Зал снят только на полтора часа. — Постаралась старшая ограничить меня во времени на торг.

— Продлим. За зал платим мы, договоримся и о продлении. — Это Далия не хочет отказываться от шоу под названием «торговля честью». Красноволосая либо поставила бы всю жизнь против всей жизни, либо не стала ввязываться в спор. Вот так торговаться точно бы ей даже в голову не пришло. Стоит и явно смеётся, или я её плохо знаю.

— Я согласна на десять оборотов полного служения за честь сестры. — Надо же, любит она сестру свою, я её почти уже уважать начал. Она посмотрела на свою начальницу, явно осуждая ту за затягивание торга. Ну, ещё бы, ведь оно привело только к «удорожанию чести».

— Я тоже согласна на десять оборотов, но с условием. — Продолжила торг та.

— Слушаю. — Что-то явно придумала, согласилась на десять, после того, как на пять была не согласна.

— Если мы найдем ту, что согласится нас заменить, ты её примешь вместо нас. — Это как? Они найдут какую-нибудь дурочку, которая согласится вместо них пойти в рабство на десять оборотов? Это мне не нравится, чувствую подвох. Постараюсь отказаться.

— Только если она согласится не на десять стандартных оборотов, а на всю жизнь.

— Согласна. — Слишком быстро ответила.

— И я должен согласиться с заменой. А то вы приведете любую ненормальную или сильно нуждающуюся и подставите вместо себя. — Нашел я ещё одну неточность в её условиях.

— Но ты же тогда можешь постоянно отказываться. — Досада в эмоциях, значит, я был прав: подвох был. Наверное, думала подставить мне какую-нибудь тётку, которую найдет в индустриальных кварталах. Там любая на всё, что угодно согласится. Или с аграрной планеты. Судя по словам наших слуг, оттуда мечтает сбежать каждая первая. А я потом думай, что всю жизнь делать с какой-нибудь слепой старушкой? Да и не нужна мне рабыня, мне хочется поиздеваться над этими двумя, особенно над их страстью к глупым торгам, вместо простой и понятной просьбы. И вообще, я собираюсь этой Монкут Куанг сразу после игры «вернуть её честь», в любом случае, но вот если выиграю, этим торгашкам нервы помотаю. В этом я специалист, по уверениям и моих сестёр и мамы Изольды.

— Ну почему? Даю слово, что если я сочту замену адекватной, я соглашусь.

— Договор?

— Договор. — Хороший договор, я ничего не теряю в любом случае.

Вперед шагнула Далия и, приняв торжественную позу, продекламировала:

— Сегодня, 87 день четвёртой четверти 7496 стандартного оборота, на борту воздушного корабля «Элефант-19», я, Далия Росс, свидетельствую о заключении договора между Валериусом Айрани, возрастом 11 СО, с одной стороны, и Монкут Дунг, возрастом 24 СО, совместно с Синиллой Водиман, возрастом 41 СО, с другой стороны о том, что они проводят спортивный поединок за право нести ответственность за честь Монкут Куанг. Условия поединка: спортивная игра Ковиньки по правилам планеты Донлин с количеством участников 2 на 2. Если выигрывает первая сторона, право управления жизни Монкут Дунг и Синиллы Водиман передается Валериусу Айрани с возраста его полной дееспособности сроком на 1 °CО. Монкут Дунг и Синилла Водиман имеют право предложить взамен управление жизнью другой дееспособной личности женского пола, которая согласна на замену сроком на всю жизнь. Данная замена может быть произведена только с согласия Валериуса Айрани. Право управления жизнью Монкут Дунг и Синиллы Водиман не может быть передано посторонним лицам. При выигрыше второй стороны договора, право хранения чести Монкут Куанг передается в веденье её старшей сестры Монкут Дунг полностью. Договор заключен и подтвержден, о чём сделана соответствующая запись в судовом журнале корабля.

И нажала на экран брасика, останавливая запись и регистрируя договор.

Она, мне кажется, это всё на одном дыхании сказала! Инфора на ней сейчас нет, на браслет не смотрела, а значит, текст составлен в уме и озвучен просто по памяти. Тоже так хочу!

А меня, во время чтения этого документа, посетила мысль: в Содружестве рабства вроде как нет, а вот договор «по управлению жизнью» есть. И оказывается, его считают равноценным рабству. А ведь у нас вся прислуга в доме на этом договоре! Надо спросить у мамы Сетилы, когда прилечу на каникулах.

Планки в руках мне откровенно мешали. Я взял их сначала за ручки, обе по направлению вверх и почувствовал, что перекрываю тело только наполовину. Верхний сектор я могу отбить любую подачу, а нижний, особенно ноги, остались совершенно не защищены. Повертев в руках эти биты, взял длинную скрытым хватом, как нож. Если биту прижать вдоль руки, то я могу защитить себя, просто останавливая мячик, раз время, которое мячики валяются, тут не особо важно. Отлично. А маленькой уже буду бить в сторону противника. Лучше левой, смотрю, они обе правши, значит, левша для них будет неудобен. Опять же, то, что я буду бить левой, сразу не поймут, ведь я взял биты так же как они: длинную в правую руку, а короткую — в левую.

Случайный розыгрыш выдал нам первым подавать два мячика, а соперникам — один. Удача на нашей стороне. Время пошло, игра началась.

Подача мячика справа и слева, мне на удар и Далии. После сигнала о начале игры, Далия завела руку за спину и подала боевой знак «на меня». Значит, она главный выбивающий и определяет рисунок и стратегию игры. И знаки надо подавать только из тех, чем пользуется клан Росса. Точно, спортивные знаки соперники могут знать, а эти, наверняка, не поймут. Умно, а я не подумал. Мы заранее об этом не говорили, но тут я даже не буду спорить — она намного опытнее, да и всегда играла лучше меня. Я стоял, защищая правый прямоугольник. Подача, я не бью по противнику, а передаю мяч Далии. Она делает вид, что бьет, а сама перебрасывает свой мячик мне. Привычка, по нашим-то правилам самому нельзя подряд бить больше одного раза. Чуть смещаюсь, чтобы чуть что, подстраховать её при ударе, но думаю, первый мячик от противников будет в меня. Точно! Отбиваю его вверх. Теперь к Далии под удар летит три мяча, один за другим, какой она отправит в соперника, они не знают, а она машет руками, словно вентилятор охлаждения, сбивая соперника. Ха, она бьет по всем трем, ударяя сначала правой рукой, потом левой, а потом опять правой, отправляя мячики по разным углам площадки соперников. Пока мячики не у нас, показывает «внимание» и «два в одном». Пауза и сигнал «слева». Два в одном это или сразу два мячика ей или одновременный удар. А раз «слева», значит бьем в квадрат слева. Надеюсь, понял правильно.

Противники пропустили один мячик по низу, и он вернулся нам на подачу, а вот два отбили за свою боковую. Теперь они подают два, а мы один. Наша подача с моей стороны. И что делать? Бить в сторону противника или задержать. Мой стратег ничего не показал, значит, удар преждевременен. И да, у них два мяча, явно решат, что я отвлекусь на подачу, и постараются попасть в меня, а не в мои ворота. Перед подачей смещаюсь к центру, мельком вижу «пропусти» от Далии. Точно! Ведь по мячу три раза можно не бить, он просто улетит за противоположную боковую и его будет подавать уже Далия. Четыре пропуска подачи — потеря очка. Надеюсь, эти правила не поменялись. Делаю несколько взмахов левой битой. Правая бита у меня пока спрятана вдоль руки. Да, оба удара по мне, и да, угадал, целятся именно в меня, хитренькие. От одного легко ухожу, а второй решаюсь подбросить. Сзади меня нет ворот, можно и пробовать такие финты. На свой, который я вроде как должен подавать, даже не смотрел, так что он улетел за левую границу. Мячик Далии куда улетел не увидел, уворачиваясь от тех, что летели в меня. Глянул, на боковой панели пошел отсчет, значит все три мячика наши. Точно, один валяется почти у моих ног.

Ой, я дурак! Вот что значит привычка! На табло ранений у меня появилась единица. Это я пнул мяч за боковую, а ведь по этим правилам к мячу только битой прикасаться можно. Вот же тьма! Надо собраться, так и проиграть недолго! Тут защитного круга нет, так что если кто-то остался один, он одновременно защищать два места в разных концах поля не сможет. Запросто получает одновременно в разные квадратики по мячу и все, минус очко. Моя соратница, прищурившись, посмотрела на меня, но ничего не сказала. Зачем, если и так понятно без слов.

Эх, мячик-то на нашей подаче остался, но ценой ранения такого больше делать не стоит. Далия поданный мной тоже пропустила за боковую, а значит она сейчас будет подавать два, а я ни одного. Ну и соперникам достался тот, от которого я увернулся. Показывает мне «левый» и «цель». Ага, я опять буду бить в левые ворота. Подача, она подкидывает, а не бьет. Чего это она? А, соперники тоже не ударили, а задержали у себя, перекидываясь. Далии подается второй, она его тоже подкидывает, играя двумя руками обеими мячиками. Если подумать, нас и ничья же устроит, можно на нервах поиграть. До соперниц далеко, какие страсти кипят у них в душе, мне не понять, а жаль!

Тут, внезапно мячик от соперников летит в ворота Далии. У нее обе руки заняты жонглированием, за двумя мячиками следить надо, так что опасность была или пропустит или в неё попадут. Дернуться к ней на помощь я даже не сообразил. Ха! И правильно! Это для меня удар был внезапным, а со мной играет лучший игрок всех времён! Она просто не поймала свои мячики, а отбила вверх чужой, а потом отбросила упавшие: один в мою сторону, другой в свою. Таймер на нашей стороне пошёл. Она опять показывает «пропусти». А мы не затянем время? Хорошо, послушаюсь. Она свой тоже пропускает! Так наши подачи и пролетели просто мимо нас, а потом Далия подбрасывает свой высоко и, опять показав знак «левый», бьет обеими руками одновременно по двум мячикам! Наверное я такое повторить не смогу, знаю, как неудобно что-то швырять из-за головы, у меня есть богатый опыт в боях подушками.

Мячи летят наискосок, в правые ворота. В это же время, я бью свой в левые. Вот оно! Мы лучшие! Эти неудачницы столкнулись, стараясь помочь друг другу! Каждая перехватила один из мячей, предназначенных для соседки. Взаимовыручка это хорошо, но взаимопонимание лучше! Мячей было три, один залетел в ворота, так что один-ноль! Глянул на табло, пока остановлена игра. Эх, по ранениям ноль — один, до чего же обидно! Половина первого тайма прошла.

Противники между собой переговорили, так что, думаю, теперь так их поймать больше не удастся. Ну, Далия ещё чего-нибудь придумает. Я вот теперь понимаю, что без неё я бы проиграл даже в классическую игру. Полтайма, а соперники ошиблись в первый раз, да и то, они просто запаниковали, похоже, как и я. Только я не успел прыгнуть на помощь своему игроку, а они успели. Получается, мне моя неловкость помогла? Никому это не расскажу. Скажу, что просто верил в свою соратницу, потому и не дернулся.

Забили мы, значит два мячика подают они, а мы один. Кошу глазом на своего игрового командира, но она мне ничего не советует. Так что делать? Бить, пропускать или ей паснуть? Ну, давай, намекни! Так и не получив подсказки, решаю сразу ударить, махнув правой рукой в сторону, а ударить левой. Ха, так и думал, они решили перекинуться мячами, рассчитывая, что мы тоже сделаем паузу. Хо-хо! Я просто снайпер! Я подстрелил соперника в ногу, когда она отвлеклась. На их стороне таймер, значит тянуть время не получится, будут бить. А нет, таймер прекратился, они откинули мой снаряд за заднюю линию, всё так же держа два мяча у себя. Выбирают момент.

Насколько игра по таким правилам другая. Я уже понимаю, что спешка может навредить, но сдерживаться очень сложно. Опять подаю я, пока они перекидываются двумя оставшимися. А вот получите еще раз по ногам! Я опять попадаю. Это чего, они такие неуклюжие? Или не поверили, что ударю опять сразу, не перекинув к соратнице? Эх, даже не посмотреть на табло, чтобы порадовать себя. Сигнал попадания-то я слышал, а вот на циферку два бы ещё посмотреть, чтобы своя единичка нервы не портила.

И тут, в меня летят почти без паузы сразу три мяча. Два отбиваю, от одного уворачиваюсь… и нам забили. Рефлексы на уворот, который у меня вырабатывала тренер такими же мячиками! Да что же это такое? Я слабый игрок в нашей команде, это и соперники уже поняли. Смотрю на табло. Один — один. А ранения тоже один — один. Не понял, почему это? А-а-а, это я не одну подстрелил, а двоих по одному разу. Там один-один — один-ноль. Похожи соперники для меня, в своих одинаковых костюмах и одного роста. Хотя возраст у них и с сильной разницей, а вот всё равно путаю издалека. А они ещё и поменяться незаметно успели, видимо, как раз о замене и говорили между собой. Жаль. Так бы у одной из них ещё одно ранение и всё, убита.

Подаём. Мне опять знак «левый». Далия опять их просчитала, левая как раз должна была подавать, а она решила мячик подбросить и отвлеклась, мой удар она отбила, я запулил ей в голову, на рефлексе. Отбила бы головой, но когда в тебя летит что-то красное, невольно или уворачиваешься или отбиваешь. А вот второй ей влетел прямо в живот. Это они прям почти в одно место летели, получается. Отбила бы мячик Далии, ничего бы не было, а так второе ранение. Вот вам, торговки честью! Мы лучшие! Победа почти в руках, осталось всего ничего и мы победим! Ой, в меня попали? Это я как малышня, поднял руки в победном жесте, а в меня как раз запустили пару мячей. Ранение не останавливает игру, а я расслабился. У меня теперь тоже два ранения. Еще раз попадут, и выбываю, а еще даже первый тайм не закончился.

Звучит сигнал. Не, закончился. На табло счет мячей один-один, а ранений два-один — два-ноль. Почти равный счет. Да что я себя обманываю — равный без почти. В перерыве пошли посидеть отдохнуть. Думал, Далия будет ругать, ведь я два раза подставился и оба раза по своей глупости. Она добывает каждый шажок к победе с трудом, а я безобразно всё порчу. Но она только улыбнулась и потрепала мне волосы, как любит мама Мили делать. В общем-то, ей всё равно победа или поражение, играет даже скорее расслабленно. Она явно наслаждается самим противостоянием. Да и мне тоже не важно, выиграем мы или проиграем. Точнее, должно быть неважно. Но я хочу выиграть!

После перерыва мы подавали один, потому что в начале прошлого тайма два мячика было на нашей стороне.

На это раз, и мы, и соперники задержали мячи. Далия подбрасывала мячик, внимательно следя за соперниками. Они опять поменялись местами, я обратил на это внимание на этот раз. Расту! Противостояние длилось уже минуту, а мы всё ещё трепали нервы друг другу. На табло ничья, нам она выгодна, и что-то мне подсказывает, что старшей из соперников, тоже. Далия показала «мне» и сделала вид, что бьёт, одновременно перекидывая мяч мне. Я ей вернул, она опять замахнулась, соперники опять дернулись, а одна даже своя мячик уронила, видимо решила, что внимание на мою соратницу важнее. Затем Далия сделала вид, что пасует мне и ударила наотмашь, просто провернувшись на своем месте полный круг. О! А так разве можно было? Соперники тоже не ожидали, но мяч летел между ними и, улетев за их заднюю линию, просто вернулся к нам на подачу. Опять знак «мне». Повторяется обманное движение, пас мне, я ей, она опять делает вертушку и не бьёт, а роняет мяч, отбивая два летящих в нее, один мне, а один вверх. Высший класс! Я засмотрелся на её финты и чуть не пропустил этот короткий пас с её стороны, но всё же умудрился не попасть под «дружественный огонь», а отбить мячик тоже вверх. Подсказок нет, а значит надо самому думать, чего такого смудрить, пока мяч летит.

Выбил я его сильно, но потолки не особо высокие, не на улице играем, под потолком сетка, она мягко притормозила мячик. А сделаю-ка и я такую вертушку! Крутанулся точно так же на месте, расставив руки широко. Главное, не вертеть головой вместе с телом, смотреть всегда вперед, иначе голова закружится. Они отвлеклись на мои выкрутасы, хотя мой мяч был еще высоко и ударить его я ну никак не мог, и пропустили мячик в ворота от мастера игры Далии! По своему я так и не ударил, игра остановилась. Два-один. Надо тянуть время, нас и ничья устраивала, а мы теперь вообще выигрываем.

Два мяча летят в меня. Ну, это предсказуемо, я же с двумя ранениями, есть неплохой шанс меня добить. Отбиваю оба за боковую. У нас таймер, Далия свой задержала. Дает мне сигнал «мне», «слева два». Это как? Ей один пас, а потом два раза подряд бить в левый угол? Подбрасывает, мяч летит мне, но не короткой, а высокой траекторией, я свою подачу отдаю ей, она мне свою, на этот раз коротким пасом. Бью влево один за другим обоими отданными мне. Как раз первый по пологой траектории долетел. Соперницы обе смещаются влево, отбивают мои, но мяч Далии попадает в одну из них. Игра не остановилась, значит, подбита та, у которой было всего одно ранение. Эх, а так бы, считай, выиграли.

Соперницы бьют в нашу сторону одним, а два опять придерживают. Минутное противостояние. Видимо, какая-то привычная для них тактика. Сигнал окончания второго тайма для меня звучит неожиданно, это я сосредоточился, думал, что опять в меня запулят два мяча. На табло красивый счет два-один по мячам и два-два — два-ноль по ранениям. Идем отдыхать, Далия показывает знак «спокойно». Это чтобы я не нервничал во время отдыха? Хотя да, согласен, надо успокоиться. Дыхательная гимнастика расслабления. Сигнал к началу последнего тайма.

Вышел я на поле уже спокойный и уверенный в нашей победе. Тянуть время или выбить кого-то из соперников, ерунда же! Мы лучшие!

Мы подавали два, я сосредоточился на подсказанном мне направлении — бить в правого соперника. Мой удар отбили, а Далия свой задержала, как и соперники. Полминуты противостояния и в меня летят два мяча. Оба отбиваю, но неудачно, только касанием, так улетают за заднюю линию. Опять сразу не подают. Далия бьёт, они бьют опять двумя в мою сторону. Да что же это такое! Почему всё в меня-то? Вон бейте в сторону моей соратницы, она сразу три отобьёт и даже не напряжётся. На рефлексе и на фоне раздражения от одного уворачиваюсь и пропускаю мячик в ворота. Два-два. Так, настроиться, стоять насмерть, не уворачиваться, только отбивать! Половина последнего тайма прошло, времени совсем мало, а я наши шансы на выигрыш уменьшил.

Подача, наши два. Бью в левый угол, у меня туда лучше получается, это и Далия заметила, раз подсказку такую дала. Мяч летел в квадрат, вот точно же, в дальний уголок, не закрытый…но его отбили. Мяч Далии не попал. Чего это она? Нервничает и начинает промахиваться?

На стороне противника три мяча и они предсказуемо бьют все три в меня. Стоять, не сходить! Сбиваю все три, я герой! И тут, соображаю, что не очень я герой. Я опять выпнул один из мячей, а значит я убит! Вот же, тьма!

Сказать, что расстроился, это ничего не сказать. Обида просто залила меня всего, я даже чуть не заплакал. Только осознание того, что надо мной, плачущим, будут смеяться эти торговки, помогло сдержать выступающие слёзы. Я посмотрел на Далию. Она улыбнулась и опять протянула руку потрепать меня по голове, но я убрал голову. Выигрыш мне не нужен, но я хотел победить! Глянул на время: осталась половина последнего тайма. Десять минут им на то, забить нам победный мячик. В то, что они «убьют» Далию я не верил, а вот в то, что смогут забить победный — вполне. Не может же она быть одновременно с обеих сторон поля? А оно не узкое! Вот был бы «защитный круг», мы бы наверняка уже минимум одни ворота себе закрыли, а так…

Далия подавала два, но раз меня нет, то один пропустила. Мяч первый она подала, а второй задержала. Ничья вроде как устраивает нас. До этого и устраивала, я думаю, главную наёмницу тоже, но теперь они могли победить. Противостояние. Осталось две минуты. Обмен несерьезными ударами. Одна минута. Потом Далия зачем-то отправила первой свой мячик, и соперницы не упустили свой шанс — сразу три полетело в неё, практически, без перерыва. Всё, если она остановит их своим телом, то умрет и проиграет, а если пропустит хоть один, то проиграем по очкам. Эта мысль просто метеором пролетела у меня в мозгу, когда я увидел со стороны соперников подряд три замаха на удар. Они даже не думали делать ложные замахи. Потом, позже подумав, я нашёл простое решение: Далия могла просто поймать телом пару или один, а остальные отбить, у неё же ни одного ранения. Была бы ничья, но проигрыша не было. А вот в момент удара я думал что всё, мы проиграли. Но всё случилось очень быстро и неожиданно для всех. Вихрь незаметных ударов, мне показалось, что биты просто размазались в воздухе, и всё, три мяча отбиты и летят в соперников. И ни одного промаха! Один мяч в воротах, два попали в соперников, по одному на каждую! Это как? Гляжу на табло: счёт три-два, ранения два-два — три-ноль. Значит, мячик в ворота залетел первым, а в соперниц уже после того, как игра вроде как остановлена. И десять секунд до окончания тайма. Далия, я тебя обожаю!

— Далия, ты лучшая! — Это я не удержавшись, кричу ей во всю мощь! Она улыбнулась и махнула мне рукой.

Подача со стороны наёмниц уже выглядит как жест отчаянья. Они били в разные углы, но Далия и тут удивила. Один мяч она остановила битой, а второй сбила своим мячом! Ха, а я ещё решил, что она стала промахиваться! Это она усыпляла внимание соперников, теперь и мне это стало ясно.

Победа! Только солидность воина и будущего героя помешала мне завопить от радости. И я тоже хочу так научиться! Три пряди, а я и забыл, что это очень много, привыкнув к тому, что, почти оборот, эти молчаливые просто и незаметно опекают маму Мили. А она, по-моему, даже их позывных не помнит.

Я подбежал к Далии, раскрыв объятия. Она не сопротивлялась, когда я обнимал, просто стояла и улыбалась.

— Ты с самого начала могла выиграть? Да? А зачем тогда притворялась? — Теребил я её за спортивный костюм.

— Ты хотел поиграть. — И она, широко улыбаясь, пожала плечами.

— А ты заранее знала, что они играют хуже? Откуда? Ты с ними была раньше знакома?

Она так пренебрежительно усмехнулась, снова пожимая плечами.

— Наёмники. — Коротко и ясно. Что для неё какие-то наёмники даже в неизвестной игре. Она — воин. Всё, я точно стану не хуже, а даже лучше. Три пряди… а ведь у мамы — семь! Она, наверное, мобили на ходу останавливает руками!

Соперники что-то обсуждают, к нам не подходят. Далия пальцем показала мне на браслет.

— Договор. Пусть подтвердят.

— А чего подтверждать-то? И так понятно, что проиграли они, значит всё, через семь оборотов я буду ими командовать, как слугами.

— Лучше пусть подтвердят.

— Ну, раз ты настаиваешь. — Глянул на браслет. В сообщениях последнее как раз договор. Открыл. Название и три пункта: Подтвердить, прочитать, прослушать. Надо бы прочитать, дипломат ничего не подтверждает, не ознакомившись и не уяснив для себя все спорные моменты. Ага-а-а… так, «Договор управления жизнью Синиллы Водиман». Понятно, а вторая тогда где? Непонятно, надо переспросить будет. Так… «включает в себя стандартный набор условий пункт такой-то закона Содружества о договорах». Надо будет прочитать этот пункт, и понять, что значит «стандартный набор»? Должна она за меня убирать постель и игрушки, или может в её обязанности входит съедать мой обед и всё? Ладно, мне всё равно. Я же просто поиздеваться. Просто через какое-то время разорвём договор и всё. Скажем, один оборот. Ага, вот! «Условия прекращения: истечение срока, моя инициатива или замена заключающего на устраивающую меня другую персону, дееспособную, женского пола и имеющую независимый от меня доход, достаточный для проживания в городе Иллит планеты Валомтар». Последний пункт не помню, чтобы кто-то обговаривал. Это, наверняка, Велия добавила, пока мы играли. Или Милисандра? Надо спросить. Пункт правильный, а то я и не подумал, что они могут мне иждивенку подсунуть. А так, пусть ещё поищут дурочку, которая захочет быть моей вечной служанкой, при этом не получая зарплаты и живя на свои в столице! Глянул на бывших соперниц. Они смотрят на браслет одной из них и ругаются. Что, тоже заметили этот пункт? Вот вам, хитренькие, помучайтесь!

Мы с Далией подошли к ним.

— Мы не будем подтверждать этот договор, пункт о возможной замене в такой редакции нас не устраивает. Там условие, которое мы не оговаривали.

Эх, опять торги. Всё, я на них обиделся. Неужели не понятно, что этот пункт ничего не решает? Не подпишут, его придётся убрать, раз он заранее был не оговорен, но ведь там пункт, что кандидатура должна мне «понравиться»! А что мне мешает выставить условия, как бы для себя, что вот «хочу ту, что сама зарабатывает»! И что? Пункта в договоре нет, а условия те же. Просто кандидатуры зря мне предоставлять будут.

— Хорошо, можем этот пункт убрать. — Ха, радость на лице. Но в эмоциях что-то не ощущаю её. — Только учтите, кандидатуру, не отвечающую этому условию, я всё равно не одобрю. Так и знайте!

А вот, нечего было торговаться. Не буду через оборот разрывать договор, пусть помучаются подольше. Разорву на следующий день, после сдачи тестов на полную дееспособность. Вот будет прекрасная шутка! Шесть оборотов страха, а потом оказывается, что и бояться было нечего. Я не злопамятный. Зло сразу же забываю, как только отомщу. Фраза папы, между прочим. Он её как-то за столом сказал маме по какому-то поводу, который я не понял, но при этом в эмоциях он сильно смеялся. А мама просто молча скептически осмотрела на него сверху вниз и хмыкнула, вроде как «ты попробуй, а я посмеюсь».

Я тоже заулыбался, вспоминая этот не такой уж и давний случай, а наёмницы посмурнели.

— Хорошо, мы подтверждаем договор. — И выбрали что-то, каждая на своём браслете. Мне да раза пиликнуло. О! А договоров-то два! Они оказывается индивидуальные. Второй я как-то пропустил, только один читал. Смотрю, оба имеют отметку «подтверждено противной стороной». Читать или тоже сразу подтвердить? Помучить уже не получится, они уже подтвердили. А просто затягивание будет не правильно. Да и побежденных мучить нельзя. Подтверждаю по очереди оба, не читая. Опять пиликает у меня два раза и у них по разу. Пришел, подтвержденный уже обеими сторонами, договор, а значит всё, торговля окончена. Можно идти есть!

— Принц Валериус! — А, это та, что моложе, переживающая за свою сестру. И чего им всем нравится меня принцем называть? Делаю внимательное лицо.

— Слушаю.

— А что будет с моей сестрой? Она сможет стать Вашей наложницей? — Ну ты и спросила! Откуда я-то могу знать? Это ты у своей сестры-плаксы спроси. Помнится, она действительно твёрдо собиралась стать подругой моей невесты.

— Если она постарается, то станет наложницей. — О! Явно обрадовалась! Тоже хочет, чтобы плакса дружила с моей, пока несуществующей, невестой? Да я ещё и не уточнил, чьей наложницей она станет, а они не переспросили. Странные они, думаю, совсем с далёкой планеты. Провинциалы.

А тем временем, наёмница упала на колени, руки на пол и бухнула головой об пол зала. Звона не слышал, но наверняка, это потому что поле упругое.

— Спасибо Вам, Принц Валериус, Первый и Единственный! — И опять головой об пол! Так, эту ненормальную я точно в служанки не возьму! Вот чего я должен сказать? Я вроде бы сказал всё, что хотел, а ещё что-то скажу, боюсь, опять будет неадекватная реакция. Потому я просто головой кивнул.

— Разрешите, пусть Ваши слуги пришлют адрес, на который она должна прибыть для служения. — Это ещё что за новая проблема. Я растерянно оглянулся на Далию, но она демонстративно сделала вид, что-то типа «решай сам». Я сделал вопросительно-просительное лицо, но она только головой мотнула из стороны в сторону. Ну и ладно.

— Хорошо, после прибытия на планету, я дам указание. — И гордо так вздернул голову, глядя куда-то вдаль. Эта поза главного героя мне очень нравилась, я её видел в постановке про пиратов. А теперь и попался повод её изобразить. Вот! Я угадал, все приняли её серьёзно, никто не улыбнулся, даже Далия.

Секунд двадцать все молчали, видимо любуясь моей героической позой. Затем Далия подала голос:

— Принц Валериус прощается с вами и надеется, что вы являетесь умными людьми, и ему не придется принуждать вас к исполнению заключенных договоров. Всего доброго. — И развернулась.

Ну, я тоже развернулся. К выходу из зала, который в мужскую раздевалку. Почти полный круг получился, надо было разворачиваться в другую сторону, а то глупо выгляжу, вот так вот вертясь. Надо помыться. И поесть! Я уже просто целую кучу дней не ел мороженого, только мечтаю. Сегодня мы победили, и я его заслужил!

Возле выхода из раздевалки, в помещении с расписанием, меня встречали Мама Мили и Велия. У обеих улыбки, а Милисандра раскрыла объятья.

— Иди, я тебя поздравлю, мой Победитель!

— А победителю мороженое дадут? — Надо просить сразу, пока взрослые добрые, это я давно знаю.

— Конечно! Победители всегда пьют молоко после победы.

— Нет, хочу мороженого. Из свежевыжатого молока!

Мама Мили еще сильней улыбнулась.

— Боюсь, не получится, вряд ли на корабле такое найдется. Но будет не хуже, обещаю!

— Ну хорошо, так и быть уж. — Ладно, герои-победители должны быть снисходительны.

6. Оборотная сторона… Такие разные сёстры и Синилла Водиман, наёмница, дочь торговца

В каюте сестёр Монкут собрались трое. Разной внешности, разного возраста, представители, можно сказать, разных поколений. И младшее поколение с тревогой смотрело на только что вошедшее среднее и старшее.

— Ну как, ты с ним встретилась? — Глаза Куанг с надеждой следили за сестрой. Начальница сестры её немного пугала, так что на неё она старалась не смотреть.

— Да, с ним мы встретились. — Как-то тяжело и немного неуверенно ответила её сестра, не глядя в глаза Куанг. — Да и не только с ним.

— И? И что он сказал? Он позовёт меня к себе?

— Он обещал прислать тебе свой адрес после прибытия на планету.

Куанг расслабилась и опустилась на коленки. Всю жизнь прожившая в долине, не привыкшая к кроватям, она сидела прямо на полу, а при входе сестры с командиром наёмников, встала на коленки.

— Хорошо. Он не ругался, что я тогда не взяла сразу его контакты?

— Нет. Он у тебя очень добрый. — Сарказм в словах Дунг был, и не такой уж скрытый. Только Куанг его точно не заметила, просияв на ответ сестры.

— Да, он замечательный! Теперь и ты это понимаешь. И красивый! Просто бог!

— Что-то я не заметила у него такой уж красоты. — Она не могла легонько не поддеть сестру. Уж очень восторженно отзывалась об этом паршивце Куанг.

Только сестра с подозрением уставилась на неё, медленно вставая с колен.

— Ты что, решила всё-таки у меня его отбить? Я же тебя предупреждала! Я тебе все волосы вырву. — Сестра надвигалась на неё, сжав свои несерьезные кулачки. Наверняка, со стороны, это выглядело смешно, только вот Дунг совсем было не до смеха. Да её сестра просто помешалась на этом своём принце!

— Да нет же, ты неправильно меня поняла. Просто ты говорила, что у него длинные белые волосы. А у него короткие.

— Короткие? — Сестра сбилась со своего воинственного настроя. — А зачем он подстригся?

— Вот это я забыла у него спросить. — Дунг устала уже сдерживать так и рвущийся из неё сарказм. — Но ты можешь спросить его об этом при встрече.

— Да, точно! Он же пришлет свой адрес. Главное, чтобы он не забыл, а то у принцев же, наверняка, много дел. — Слава богине, она отвлеклась, а то Дунг была уже уверена, что драки не избежать. Это был бы прекрасный вариант закончить этот паршивый день!

— Он не забудет, я за тебя попросила. Он обещал, что если ты ему понравишься, то он сделает тебя своей наложницей.

— Обещал? Официально, при всех? — Всё, о конфликте с сестрой забыто, она просто не верит своему счастью. Вот же дурочка влюблённая!

— Да. Вслух так и сказал, вон Синилла свидетель, что я не вру.

— Спасибо тебе, сестра! — Она успокоилась и села уже на кровать, а не на пол. — Ты не думай, что я такая неблагодарная, я сделаю всё, чтобы господин помог нашему роду и клану, обещаю.

— Я тебе верю, сестра. Ты не хочешь пойти поесть? — А то им с Синиллой надо поговорить без этого щебечущего птенчика. — Как раз в едальне наше время только началось.

Куанг опять вскочила на ноги:

— Конечно! Пошли, поедим. Я буду рыбу с…

— Ты беги пока одна, — перебила её Дунг, — мне надо помыться, я немного вспотела после занятий. Хорошо?

— Да, конечно. Как скажешь. Я возьму на нас двоих.

— Не надо на двоих. Вдруг я задержусь? У меня же вот, видишь, гости. Сама хорошо поешь и меня не жди. Если мы опоздаем, то закажем в каюту. Беги.

— Да, да. Я сейчас. — Куанг засуетилась, собираясь на выход. Пока она быстро переодевалась, Дунг и Синилла сели на вторую кровать. — Всё, я готова.

— Беги. И хорошо покушай. Ведь у тебя такая радость! — И её сестра, с радостным лицом, кивнув, выскочила за дверь.

После ухода Куанг, в каюте на минуту наступила тишина.

— Что будем делать? Есть мысли, предложения? — Начала непростой разговор со своей начальницей Дунг. — Ты считаешь меня виноватой?

— Нет. Я обещала тебе помочь с проблемой, а ты обещала мне заплатить, если я помогу твоей сестре. С помощью не получилось, так что ты просто мне ничего не должна.

— Но ты проиграла свободу из-за меня.

— Да, признаюсь, идея с игрой была откровенно глупой. Я много слышала о молчаливых ведьмах, но до сегодняшнего дня считала, что это сказки. Это ведь именно она обманула нас как детей, а не этот принц.

— Почему? Договор, и твое участие в нём, не её идея.

— Ты так уверена? Заметила, как они общаются совершенно без слов? Во время игры они вообще друг на друга даже не смотрели, а согласованность какая была?

— Так они, наверняка, друг другу знаки делали. Они же оба красноволосые. Если у нас есть свой язык жестов, то у кадровых и подавно. Не зря же они всё время молчат, но друг друга просто отлично понимают.

— Ну и? Почему ты тогда думаешь, что раз у них есть свой незаметный язык, то она ему не подсказывала? Он же добавлял условия прямо во время обсуждения. И всегда в сторону, нам не выгодную. Без подсказок не обошлось, к монику не ходи!

— Ну… я как-то не подумала об этом.

— И на эту игру подбила нас ведьма. И идея игры, и смена на правила моей планеты, всё предложила она, вспомни-ка. Твой принц там даже рядом не стоял!

— Не мой он, к сожалению. Даже не сестры. Мальчик действительно миленький, я понимаю Куанг.

— Да, мальчик далеко пойдёт. Торгуется так уже неплохо, хотя с условием замены и сглупил. Потому я и думаю, что ему только подсказывали, иначе бы от этого пункта он вообще отказался.

— Почему? Он же теперь может всегда отказываться от любых кандидатур. Да и какая ненормальная согласится быть его фактически рабыней всю жизнь, не получая за это ни кредита?

— Ты не понимаешь! Почему, думаешь, я почти сразу согласилась со всеми его дополнительными пунктами? С этим условием, мы не проиграли, а, фактически, выиграли! — Нет, Дунг, конечно, верила в своего командира. Она всегда умудрялась выбить для их отряда самые выгодные условия, но тут-то выигрыш в чём?

— Где выиграли? Ещё и семь оборотов ждать, когда он повзрослеет. Ты вот знаешь, каким он вырастет? Это сейчас он улыбающийся добрый малыш, а когда станет взрослым? Те, кто имеет такую власть, не вырастают добрыми, а значит, мы с тобой попадем в руки молодому тирану! Зря ты такое условие поставила. Раньше бы начали служить, раньше закончили. Через десять оборотов служения я буду совсем старая, а если прибавить семь ожидания, то вообще плакать хочется!

— Ладно, не плачь. Я знаю, как всё уладить и заработать на этом.

— Может, с сестрой договоримся, чтобы он отказался от договора? — Раз уж он её наложницей собрался сделать, значит, она ему понравилась. Вот пусть и спасёт сестру, которая попала в рабство из-за неё!

— Ты бы на его месте отказалась? — Синилла была настроена скептически, чего и откровенно не скрывала.

— Я не ребенок десяти оборотов.

— Хорошо. Вот ты мальчик. У тебя начался период желания всего и всех. И тебе подбрасывает судьба двух женщин.

— Какое там подбрасывает, это же через семь оборотов только!

— Он же ребенок, они не умеют загадывать на так долго. — Синилла терпеливо объясняла своё виденье ситуации. — Для них это вечность, больше чем прошедшая сознательная жизнь. Не рассчитывай, что он откажется. — И тут же усмехнулась — Хотя, можешь попробовать, за это он тебе лишние года вряд ли припишет.

— А зачем всё-таки ты поставила такое условие на замену. Да ещё и отодвинула наше служение. Ты разве не заметила, что чем дольше ты торговалась, тем хуже он ставил условия. Надо было совсем от игры отказаться. — И Дунг в раздражении стукнула себя кулаком по коленке.

— Это мы сейчас знаем, что они бы выиграли в любом случае. — А вот Синилла была спокойна и расслаблена. — А тогда я решила, что он специально ужесточает условия, чтобы мы отказались. Боится, что они проиграют. А время отодвинула, потому как боялась, что в случае проигрыша, найти сразу кандидатуру на замену не получится. А теперь у нас куча времени на поиски.

— От бедной он откажется. А богатая не пойдет в служанки на всю жизнь!

— Хорошо, а как тогда назвать некоторых жён, которые сидят дома с детьми? — Чуть прищурившись, задала вопрос её командир. — Они же тоже, по сути, служанки на всю жизнь. Всё зависит от того, как это подать. Уверяю тебя, кандидатуры найдутся!

— Зачем такой женщине муж, если у неё столько денег, что она может жить в столице! Да и ему жену выберет мама, он сам прямо сказал об этом сестре.

— Это мы знаем, что у такой служанки мало шансов. А она? Мы же не будем твердо обещать. Представим всё, как возможность очаровать целого принца. Всего-то и надо заплатить нам за кастинг. Надо только рассчитать, сколько просить, чтобы не прогадать.

— Ты хочешь устроить платный кастинг на роль невесты принца? Так это же обман!

— Правильно, обман! Потому про невесту не говорим, говорим про служанку и «возможность зацепить холостого принца» И если у кого-то не получилось ему понравиться — мы ни при чём. Возможность за ваши деньги мы предоставили, дальше не наши проблемы.

— Ты с самого начала это хотела. — Запоздало осенило Дунг.

— Конечно! Как только он озвучил условие, так я сразу поняла, что это просто подарок! Разве что, я хотела продать только твою должность, которая на три года. Но теперь у нас две должности, и мы заработаем в два раза больше, гарантирую!

— Одну должность продадим, а вторую как? Он же не будет жениться на двух!

— Почему? Он же с Валомтара. А раз принц, да ещё и с титулом, то минимум из побочной семьи. Я с ними много раз общалась, у них есть традиция брать одну из жён из простых.

— Как это одну из жён? У них их что, несколько?

— Да. На столичной планете закон запрещает женщине жить в столице и приближённых городах, если с ней живёт больше одного её ребенка, так что высоким семьям разрешено многоженство.

— А остальным?

— Остальным тоже разрешено, только вот это только по закону так. А на деле, чтобы взять вторую жену нужно поручительство представителя одной из правящих Корпораций или их побочных семей. Они-то себе разрешения сами дают, а другим надо, как минимум, жизнь им спасти, чтобы заработать разрешение. В высших кругах иметь не одну жену считается очень важной привилегией. Говоришь: «Позвольте представить, это моя вторая жена» и всё, сразу понятно — ты на вершине. Да и ты сама, если представишься «второй женой принца такого-то», думаешь, кто-то усомнится в твоём высоком положении?

— Но честь сестры всё ещё в его руках. И он её не женой берет, а наложницей. А я хотела, чтобы она имела выбор и возможность ещё раз подумать.

— Что-то я не заметила, чтобы твоя сестра тяготилась своим выбором. Да она готова была тебя побить, когда ты только намекнула, что он её не достоин. К тому же, у неё ещё куча времени и возможностей. Первую жену ему, ты говорила, мама выберет, а вот вторая и третья — это его собственный выбор. Так что, она ещё может оказаться женой принца Валериуса, Первого и Единственного. Дурацкий титул у него, надо сказать. Интересно, за что его дали ребенку?

*****

Монкут Куанг была счастлива. Она опять обрела надежду на стабильность в этой жизни и на то, что проблемы рода и клана наконец-то будут лежать не на её плечах, а на плечах мужчины. Сильного мужчины, которого она видела всего один раз, но отдала ему то, что любая девушка хранит для предназначенного ей судьбой. Вот бы ещё раз его увидеть, услышать его уверенный голос, обстоятельно объясняющий что-то своим друзьям. И он же подстригся.

А вдруг у него траур? Нужно, чтобы кто-то близкий поддержал его в такую минуту. Хотя нет, об этом бы уже судачили на всех уровнях. И так, все сплетни только о том, что у верхнеуровневых происходит. То приемы у них, то встречи.

Куанг хотела бы сопровождать своего господина на такое мероприятие, хотя бы один раз. Очень уж интересно поглядеть, как там всё происходит. Посмотреть, во что одеваются женщины высшего уровня в реальности, а не на учебном экране.

Девушка даже себе не могла до конца признаться, что очень бы хотела носить все эти короткие или облегающие платья, носить туфли на высоком каблуке и говорить, не склоняясь перед собеседником, а гордо подняв голову. Может ей и не понравится такое, но попробовать-то хочется!

А перед входом в едальню её толкнули.

— Смотри, куда идёшь!

Толчок был несильным, но неожиданным. Она же шла сбоку коридора, кому она могла помешать? Подняв взгляд, Куанг увидела всех троих друзей её Принца, с которыми познакомилась тогда, возле зала. А та, что в прошлый раз приставала к её господину с глупыми вопросами, сейчас стояла прямо перед ней, стараясь выглядеть большой и грозной. Конечно, Куанг не очень высокая, по сравнению с другими взрослыми, но вот задавить ростом девочка тринадцати оборотов её не смогла. Мальчики же о чём-то разговаривали неподалёку.

— Это Вы мне? — Быть всегда вежливой — вот основное правило помощника моника. Тебя ругают, тебя хотят сбить с толку конкуренты или враги, но ты всегда вежлив и делаешь свое дело.

— Тебе. Ты что, не видишь, что идут знатные люди, а ты им дорогу загораживаешь, да ещё и толкаешь!

Тут подошли парни и остановились позади девочки.

— Приветствую Вас. — Кивнул ей высокий парень, брат девочки. Она обозначила поклон в ответ.

— Рад тебя видеть! — Она аж вздрогнула от громкого голоса второго мальчика. — Ты же эта, как там… Чистая!

Она решила уважительно поклониться этому мальчику, потому что её господин к нему относился с явной симпатией.

— Приветствую Вас, Слер. Да, меня зовут Куанг.

— Она меня толкнула! — Влезла эта невежливая. — Андрио, эта быдлячка не уважает благородных, нужно её наказать.

Андрио молча посмотрел на Слера. Тот, как-то неуверенно пожал плечами. Тогда Андрио перевел взгляд на Куанг, подтянулся, даже став немного выше, и спросил:

— Я Андрио Вериос, вынужден признать, что вы нанесли оскорбление представителю высшей знати планеты Донлин. Ваш поступок вынуждает меня заступиться за честь моей сестры. Есть кто-то, кто примет мой вызов на поединок или Вы желаете участвовать в нём самостоятельно?

— Андрио, она же не благородная, какой ещё поединок. Надо просто дать ей плетей и всё. — Эта дурочка даже не вспомнила, как Куанг в прошлый раз рассказывала про свой род и клан.

Куанг долго изучала моников, их возможности и ограничения. Для уверенного определения где правда, а где ложь Слер ещё слишком мал, но даже сейчас он был неуверен, толкнула ли она эту девочку, потому что та могла просто подставиться и тогда формально она не врёт, а на самом деле всё с точностью до наоборот. Как реагировать в такой ситуации Куанг тоже знала.

— Я, Монкут Куанг, единственная наследница клана Джуба, официально заявляю, что не толкала эту девочку ни разу в своей жизни. Её обвинения ложны и нацелены на то, чтобы вызвать ссору. Моя честь принадлежит Принцу Валериусу, Первому и Единственному. Я поставлю его в известность, что Вы ищете с ним встречи для поединка чести. — Как же приятно ощущать себя защищенной! Ну-ка, умники, кто там на моего Господина хочет поднять свою нечестивую руку?

Андрио Вериос немного растерянно опять посмотрел на Слера. На этот раз тот был конкретен:

— Чисто, ни пятнышка. — И оба посмотрели на эту дурочку, которая решила обмануть моника.

— Пиколетта, — Андрио был само терпение, которое, видимо, заканчивалось. — Скажи, что ты пошутила.

— А чего она! Подумаешь, принцесса нашлась! Это из-за неё принц не захотел со мной разговаривать и убежал, а теперь даже не отвечает на сообщения.

— Когда это ты успела узнать его ВИН, чтобы написать? Слер, ты ей дал? Это же невежливо без его разрешения!

— Не, это не я. Она даже не просила, ага.

— Я ему записку передавала, в котором свой указала. А он так и не ответил! И это всё она виновата!

— Записку? Когда? Мы весь день были вместе.

— Сегодня утром, сразу после завтрака, я договорилась с официантом, который носит заказы на верхний уровень. Он сказал, что передал записку лично в руки.

— Это когда я уходил мыться, ты в это время покинула каюту? Стивен тебя отпустил?

— Твой Стивен мне не указ! Пусть тобой командует, раз он твой наставник.

— Отец сказал, что он среди нас старший. Не твоей же няне всеми командовать.

— Она получше твоего вояки разбирается в людях, между прочим.

— А ты скажешь, тоже хорошо разбираешься? Ты вот так просто незнакомого человека попросила, и он согласился передать записку? Если узнают про такое, его просто уволят. У них в правилах прописано, чтобы ничего не передавать никому с Верхнего уровня.

— Ну, я обещала ему заплатить.

— Сколько? Сумма должна быть немаленькая. Откуда у тебя лишние кредиты?

— Я не кредиты обещала. Просто я должна для него кое-что сделать.

— Что именно?

— Не важно, это мое дело!

— А когда ты должна с ним встретиться и «сделать для него что-то?» — Но Пиколетта не ответила, надув губы, и отвернувшись.

— Разрешите, я пройду в едальню, я еще не ужинала. — Это Куанг всё-таки решилась напомнить о себе. Обвинения «в неуважении» с неё сняли, а есть ей и вправду хотелось. Перенервничала.

— Уважаемая Чистая! — И чего они не могут запомнить её такое простое имя? А Андрио опять подтянулся во время этой речи. — Я приношу свои извинения за случившееся недоразумение.

— Я передам Принцу Валериусу Ваши извинения. — Вот так вот. Все вопросы по оскорблениям или извинениям к её Господину. А они его боятся, вон как братик с сестричкой побледнели. — А пока, позвольте мне пройти.

— Да, конечно! Не смеем Вас задерживать. — Андрио сама учтивость. Даже немного поклонился телом, а не только головой кивнул, как раньше.

7. Договаривайтесь. Договор — основа любых взаимоотношений

Мороженое было вкусным. Было ли оно из свежевыжатого молока или нет, не знаю, я в этом не разбираюсь, но вкусное оно точно. Было. Жаль, что так быстро кончилось!

После едальни, уже в каюте, я не утерпел и все-таки захотел прояснить для себя один вопрос.

— Мама Мили, а почему рабства нет, а «Договор по управлению жизнью» есть?

— О! Малыш, а откуда такой вопрос возник? — Милисандра улыбнулась мне с ленивой заинтересованностью.

— Ну, мне надо! — Должен же я разбираться в таких вещах. Мы их почему-то ещё не изучали. — Так ты знаешь?

— Валя, «Договор по УПРАВЛЕНИЮ жизнью» это не рабство. Рабство — «Договор по РАСПОРЯЖЕНИЮ жизнью». Вот он официально в Содружестве запрещён.

— А чем они отличаются?

— «Управление жизнью» обозначает, что твой начальник, в рамках договора, волен управлять твоей жизнью, это же понятно из названия. Указывать, что тебе надо делать, а что нельзя. Но есть ограничения. Например, управлять только ограниченное время. Обычно на пять оборотов заключают. Ну и по времени суток бывает ограничение. Например, рабочие часы.

— У нас дома вся прислуга на пожизненном договоре! Что так, что так — всю жизнь всегда тобой командуют.

— У них почти у всех договор территориальный, насколько я помню. Точнее у Мирты спроси. Так вот, им можно приказывать только на территории дома. Ушла та же служанка домой — всё, она вышла за рамки договора, ты ей не начальник.

— Так некоторые и живут на территории дома! Значит они рабы?

— Так их же не насильно туда заселили. Это их выбор. Плату у них за проживание не берут, а отрабатывают они тем, что можно им приказывать круглосуточно. А есть ещё договор с другими ограничениями: по графику, на производство определенных работ. Вот, например, моя охрана: смотри, они тоже же на договоре управления жизнью. Потому я им приказываю, хотя они просто меня охраняют. Им так твой папа приказал.

— Милисандра! Их зовут Далия Росса и Велия Росса. Какой договор управления жизнью? Они по договору внутреннего рейтинга тебя охраняют.

— Чего? Это ты о чём?

— Я о том, что если бы с ними заключил договор отец, то их бы звали Далия Айрани и Велия Айрани.

— Почему? Они что, когда договор заключают, замуж должны выходить?

— Да нет же! — Оказывается, она не знает простых вещей!

— А зачем тогда им фамилию менять?

— Так это не фамилия. Это указание на то, с кем заключён контракт. И вообще, нет у них ни имени, ни фамилии. У них нет мужей, только клан есть.

— Постой! Как нет имени? Ты же сам их назвал… ну, Далеей и Велеей.

— Далия и Велия. Ударение на первый слог. Это не имена, а позывные. Далия на кирильском значит «Далёкая», — и я показал пальцем на высокую девушку, — а Велия значит «Большая».

— Большая? — И Милисандра растерянно посмотрела на маленькую по общим меркам, Велию.

— Ну что ты, как будто сама маленькая! Это же позывной. Он… ну, как прозвище, он может даваться как бы понарошку, наоборот. — И я покрутил пальцем, не зная, как объяснить то, что, вроде как, знаешь, но как правильно сказать, не понимаешь.

— А у тебя тоже есть такое прозвище?

— Позывного у меня ещё нет. Не заслужил. — И вздохнул. Эх, ненастоящий я ещё воин.

Тут Далия щелкнула пальцами, привлекая наше внимание. Затем достала что-то из кармана и подошла ко мне. Рядом с ней встала Велия. Они обе вытянусь, затем Далия громким голосом начала говорить, смотря ровно перед собой:

— Воин первого уровня! — Я подскочил и тоже встал по стойке смирно. — Далия Росса и Велия Росса признают тебя успешно прошедшим испытание поражением, считают достойным, для принятия в боевое братство клана Росса, и нарекают тебя «Принцем»! — И вручает мне табличку, какую обычно цепляют на свой шкафчик в казармах и раздевалках все воины.

Вот это подарок! У меня просто слов нет! Табличка с позывным! И она не на дверку, она из металлопластика! Это та, которую на шею за дырочку вешают, по ней ещё убитых воинов опознают. Какая она прекрасная. Да я её теперь постоянно носить буду, я же о ней мечтаю уже сто оборотов! Или чуть-чуть меньше, напоминает мне головокружение.

Посмотрел на Далию. Она смотрит серьезно, но я знаю, что внутри она улыбается. Она всегда улыбается. Велия смотрит немного застенчиво, но тоже без улыбки. Увидев, что я смотрю на нее, она поднимает руку ко лбу в воинском приветствии:

— Будь достоин! — Я уже и забыл, когда в последний раз слышал её голос! Такой мягкий, совсем не похожий на голос воина. И я не могу не ответить.

— Обязательно буду достоин. — И тоже кулак ко лбу, хотя мне это и не положено, я не в кадровых войсках и не на контракте. По-сути дела, я гражданский специалист. Тут они обе наконец-то улыбнулись, явно заметив мою оплошность, но ничего не сказали.

— Заказали, когда узнали, как тебя называют другие и нам понравилось. А сегодня ты доказал, что достоин. Боролся до конца, а когда выбыл, встретил это так, как должен воин встречать временные трудности. Не устроил истерику, как некоторые делают, даже взрослые, доказывая, что всё было нечестно, или что надо переиграть. — Какая Далия многословная сегодня. Я даже и не знаю, что на это сказать. Глаза защипало, опять захотелось плакать, но уже от радости. Боясь не сдержаться, просто кивнул, принимая их мотив.

Помолчали, думая каждый о своём.

Я посмотрел на Милисандру. Она, проникнувшись торжественностью момента, тоже уже стояла.

— Мама Мили. — Решил не упускать случай я. — Это не рядовое событие, значит это надо обязательно отметить. Может, ещё мороженого поедим? — Охранницы улыбнулись ещё шире, а Милисандра откровенно рассмеялась.

— Малыш, обязательно отметим. — Но только я обрадовался, она уточнила. — Вот только не сегодня. Сегодня ты уже много съел. Давай, завтра?

— Так до завтра же ещё долго ждать!

— Почему долго? Уже же ужин был. Ложись спать, поспишь — вот и завтра наступило.

Точно! День-то, считай, закончился. Как много всего сегодня произошло, и как быстро пролетел день.

Мы с Милисандрой опять сели, а охранницы, одна отошла к стене, другая — ко входу. Опять с них взгляд как соскальзывает! Вроде бы только что были в центре внимания, а тут раз! И ты их уже не замечаешь. Это какой-то хитрый приёмчик, я тоже хочу научиться так прятаться. Мама говорила, что такому можно научиться.

Через полминутки общего молчания, я опять вспомнил, о чём мы говорили, и решил уточнить ещё кое-что.

— Мама Мили, на счет договора «управления жизнью» понятно. А «распоряжение жизнью» тогда что?

— А это как раз и есть рабство. Человека, подписавшего такой договор, можно даже убить и ничего хозяину не будет.

— А зачем тогда такой договор подписывают?

— В Содружестве он официально запрещен. Но на некоторых планетах он действует, так что вполне можно столкнуться. А подписывают… подписывают по разным причинам. Например, кто-то за деньги.

— Так он получит деньги, подпишет договор, а хозяин опять деньги отберет. — Ерунда какая-то.

— Так раб не сам их получит. Это может сделать его семья. Вот заболела у кого-то жена или дочь, пошел он, продал себя, и его жену или дочь вылечили. Ты бы не пошёл, если другого варианта нет?

— Так он может взять в долг. Потом отдаст.

— А если никто не дает в долг? Да и сумма бывает очень большая нужна, за всю жизнь не заработать. По-разному бывает, Валя. Бывает, что заставляют, или обманывают. Только таких прячут. Столкнутся с моником — он сразу поймет, что в рабстве человек незаконно, даже по меркам этой планеты. И всё, смертная казнь за такое.

— Какие-то отсталые планеты это.

— На Перуне тоже такое есть. — Далия сказала это как-то задумчиво.

— Что? На Перуне есть рабство? Она же в Содружестве.

— Да, есть. Человек может продать себя в боевое подразделение на всю жизнь.

— Так это просто контрактники, знаю! Это же не рабство.

— Нет, контрактники могут разорвать контракт в любое время, кроме как во время непосредственных военных действий. А вот «закупные», это рабы самые настоящие. Пусть и добровольные. Из них холопские полки создают. Они на расчистке новых земель служат, там смертность больше, чем в военных частях.

— А зачем тогда туда идут?

— Хоть оттуда уйти и нельзя, платят там больше. И воинскую квалификацию такую, как в войсках не требуют. Самое то, кому в семью деньги нужны. И начальная сумма сразу хорошая, тебя как бы закупают, потому и такое название.

— Деньги, деньги. Кругом деньги!

— Да, малыш, без денег плохо. — Как-то беспечно сказала Милисандра. — Но раз им зарплату платят, то это не рабство, просто контракт на особых условиях. Такое в Содружестве не запрещено.

— А зачем вообще деньги? Мне вот они не нужны!

— Сейчас не нужны, потом будут нужны. Не всегда же тебя мама с папой будут кормить.

Внезапно вспомнил я плаксу, из-за которой и произошли все последние события.

— Так. А договор по распоряжению честью? Он тогда что такое? Я раньше думал, что он с замужеством связан, а оказывается, что там всё по другому! — Надо бы понять, чего ещё плохого может с этой стороны прийти.

— А такого договора не существует. Официально во всяком случае.

— Так за что тогда боролись эти наёмницы, если ничего такого нет? И чего мне ещё ожидать от них?

— Это традиции, Валя. А они, подчас, сильнее договоров. Просто, на некоторых планетах есть система вассалитета. То есть, ты сам себя отдал в подчинение тому, кто сильнее тебя. Передал ему права на распоряжение твоей честью. Если тебя оскорбят, то это всё равно, что оскорбили твоего управляющего честью. Он имеет право ответить от твоего имени.

— Так она теперь мой вассал? — И я представил, как я вручаю этой девочке свой именной метатель, чтобы она защищала меня от всех бед. Ага! Так это я её защищаю или она меня?

— В какой-то мере, да. Тебе вручила честь девушка, а ты принял на себя это. Значит, ты волен распоряжаться её моралью. Взять её в жёны или отдать кому-то, взять её себе в наложницы или просто контролировать все её личные контакты. Ты её именно моральный хозяин. Не физический, как при договоре по управлению или распоряжению. Понятно?

Я и так уже пообещал, что она может попытаться подружиться с моей будущей невестой, это для меня не сложно, а вот остальное — нет. Такой вассал мне, получается, не нужен. Если подумать, это я её вассал, раз должен защищать. А платой за мою помощь мне будет фраза одного из мужчин, когда я на псарне помогал: «Ну молодец, чо сказать. Гордись и иди отсюда, не мешай».

— А передать я эти права могу? — Точно! Вон, пусть кто-то из моих сестёр за этой девушкой смотрит. Они обе женского пола, друг друга поймут лучше. Или мама.

— Я не знаю. Тут уж у девушки спроси. Традиции же разные, если бы это был документ, то просто посмотреть условия и всё. А так, только у неё узнать.

— Понятно. Надо будет, как прилетим, её найти.

— У меня есть ВИН её сестры, так что могу ей отправить сообщение. Или твой ВИН передать. — Далия опять ожила.

— Пока не надо. — Я же ещё не подумал.

— Почему? Сразу и узнаешь все подробности. — Это Милисандре явно самой интересны эти самые подробности.

— Ага, она придет, а что мне ей говорить? Надо подготовиться, почитать про это дело, у других спросить. — Сознался я.

— Она такая страшная, что ты так боишься с ней встретиться? — Мама Мили смеется, а охранницы улыбаются. Не вижу, но вот волосами чувствую, что улыбаются.

— Я же тебе её показывал. — Разве не для неё я фотографировал эту кланяющуюся конфету?

— Не помню, чтобы ты показывал мне хоть какую-то девушку. Что-то темнишь, мой мальчик. — Милисандра ответила это очень быстро, не задумываясь. Это она так хорошо помнит, что я ей посылал, а что нет? Или уже проверить успела переписку.

— Так помнишь, я просил у тебя совета по разговору с девушкой? Так вот это она и есть.

— Эта та, у которой черное кружевное белье? — Ну вот, помнит. — И она передала тебе свою честь?

— Ага. Она.

— А скажи-ка, чем вы там занимались, что она вдруг решилась на такой шаг? — Это она что, не помнит? Я же ей рассказывал. Что это за выборочная память: тут помню, тут не помню.

— Мы подрались. Я тебе уже рассказывал.

— Валя! Драка с девушкой ни одну из них не сподвигнет на то, чтобы отдать драчуну контроль над своей честью. — Насмешка надо мной, глупым. Но я же не вру! — Не говори ерунды, давай, сознавайся. Тем более, я не верю, чтобы она с тобой дралась в белье, чёрного цвета и кружевном. — Тут я представил, как со мной дерётся девушка в таком вот белье, какое я видел на той плаксе. Действительно, неудобно в таком драться. Но ведь такого и не было.

— Она дралась в халате. Потом уже пошла мыться, а я зашёл, когда она переодевалась. И вообще, она другого ждала.

— Ага. Ждала другого в белье, в каком только на свидание ходят. Но тут пришел ты, и всё свидание испортил. Прекрасный рассказ! Ты побил бедную девочку, и она поплакала на твоём плече о своей загубленной судьбе и решила отдать свою честь тебе. Мальчику одиннадцати оборотов.

— Мне скоро двенадцать! А откуда ты знаешь, что она плакала? Я же тебе это не рассказывал. Вроде.

— Эх, малыш… Ты сколько с ней был знаком перед этой встречей?

— Нисколько. Мы сначала подрались, она мне отдала свою честь, а потом мы познакомились.

— Да, ну очень интересная девочка. Прямо наивный нетронутый цветок! — Насмешливый сарказм. И Милисандра явно мне верит, но почему-то всё равно насмехается. — Что ты там говорил про фото?

— Мы стали разговаривать, но она взрослая, и я не знал о чём с ней говорить. У тебя спросил, ты попросила фото, и я отправил тебе. Или нет?

— Нет. Ну-ка, поищи в неотправленных. — Точно, меня ж отвлекли тогда.

— Ага, есть. Вот, отправил.

Небольшая пауза.

— Сколько ей, ты говорил, оборотов?

— Восемнадцать.

— Хм… И в этой одежде она с тобой дралась?

— Нет, там другая была. Это красивая, а та была простая и свободная. Халат такой, видимо специальный для боя.

— В этом не понять, что у нее за фигура. Разве что некоторые… хм… достоинства видно, как выпирают, а глаза и вовсе спрятаны. Другого изображения нет?

— Нет, только это.

— В первый раз встречаю кого-то, кто не приносит со свидания кучу изображений.

— Так это же не свидание было.

— Ага, это ТЫ так считаешь. — Милисандра побарабанила пальцами по подлокотнику кресла. — Так, надо мне с ней познакомиться. Познакомиться и поговорить.

— Так прилетим, ей адрес передадут, она придет и познакомитесь.

— Нет. Потом будет поздно. Э-э-э… Далия? — Далия кивнула. — Как тебе сестра этой хитренькой девочки?

— Сестра для нашего принца точно не подходит, даже в качестве прислуги.

— Вот видишь? Вряд ли сестры сильно отличаются друг от друга. Мне тоже вся ситуация с этой передачей чести, и этим смешным поединком на мячиках, показалась странной. Надо посмотреть на эту. — И она кивнула куда-то вдаль, намекая на фото на экране её инфора. — Найдешь мне её? — Это она Далии.

Та молча кивнула.

— Ты думаешь, что она меня обманула? — Я плохо умею отличать ложь от правды, но та девушка показалась мне искренней.

— Скажем так, мне не нравится, когда рядом с наивным мальчиком одиннадцати оборотов, обнаруживаются девочки восемнадцати оборотов в кружевном белье.

— Я не наивный! Я вообще при встрече с ней почти всё время молчал. Я же не виноват, что она меня с кем-то спутала. — Я себя чувствовал как дома, когда Лилия отломала рукоятку от пункта управления звуковым модулем в обеденном зале (как ей это удалось, не знаю, в её возрасте у меня это не получилось), но наказали меня, потому что «Ты мог бы за ней присмотреть». Вроде, ничего не делал, сделал кто-то другой, но виноват всё равно ты, потому что РЯДОМ НЕ СТОЯЛ.

— Значит, наивная она? Вот я и спрошу у этой молодой и наивной, кто виноват.

8. Оборотная сторона. Далия и мелкие неприятности

Вызвать будущую служанку Принца, Монкут Дунг, для Далии было делом нескольких минут. Она не стала ничего объяснять, просто сказала, что хочет знать, где находится младшая сестра. Ей было сказано, что та пошла на ужин. ВИН она не попросила, незачем, писать она не собиралась. Фото девушки у нее было, так что найдет, приведёт к Милисандре, а та уже решит, допускать ли девочку до Принца. Она мать и официальный представитель, так что пусть и решает. Малыш — моник, так что таких девочек в будущем у него будет просто не перечесть. А как только он научится отделять ложь от правды, ни одна около него долго не продержится, известный факт.

А если в нём и кровь клана пробудится, тогда и вовсе все девочки детородного возраста планеты Перун будут его. Сильная кровь нужна многим.

Зайдя в едальню среднего уровня, Далия быстренько пробежалась по залам. Девочку она нашла, но та явно пришла совсем недавно, так что Далия решила не спешить, дать той нормально поужинать.

Подожду её у выхода, никуда она не денется. Спешить некуда. Рано приду — малыш ещё не будет спать, обязательно вмешается в чисто женский разговор между этой «вассалкой» и Милисандрой.

Около входа в едальню стояли три подростка, два мальчика и одна девочка, примерно возраста малыша и о чем-то серьёзно спорили. Далия решила им не мешать, встала неподалеку, но поскольку проход был не такой уж и длинный, сам разговор до нее долетал, хотя и частично. Как поняла Далия, они думали, стоит ли ждать девочку, которая должна выйти, потому что надо перед ней извиниться. Один из мальчиков разговаривал во весь голос, а вот второй говорил довольно монотонно, и о чём его реплики, было не всегда понятно.

— Ну и стойте тут! — Внезапно во весь голос крикнула девочка — А у меня дела! — И, развернувшись, пошла на выход.

Оба мальчика посмотрели ей в след, но за ней не пошли.

Или она их родственница, или часто устраивает такие демонстрационные уходы, раз на них совершенно не подействовал этот распространенный женский прием привлечения внимания.

Далия любила иногда вот так, строить предположения о разных фактах окружающих людей, которые часто просто не замечали её. Её совершенно не смущало то, что в большинстве случаев, она так и не узнает, права ли она в своих предположениях. А спрашивать она тоже не хотела. Для многих охрана что-то сродни мебели — стоит и молчит. На это накладывалось умение крови предка, которое проявлялось у большинства девочек из клана. Вот у неё, кроме ошеломления, которое было почти у всех на первом уровне, проявились способности к скрыту. Она могла отвести внимание не только от себя, но и от того, кого охраняла, что довольно сильно поднимало шансы выжить в некоторых ситуациях, потому клан отправил её зарабатывать рейтинг на индивидуальной охране. У Велии способности к скрыту тоже были, но гораздо слабее и только индивидуальные. Она компенсировала недостаток способностей своей молчаливостью, и это работало в большинстве случаев. Зато, у неё проявился редкий среди девочек талант к усыплению. Ей сначала хотели дать позывной «Мурена», такой завораживающе-чарующий был у нее голос, но потом в одной из книжек девочки её взвода прочли, что это были старухи, которые заманивали к себе моряков, а потом пожирали свои жертвы, так что было решено, что данный позывной оскорбит их мягкую маленькую подругу. Все ждали, какая способность откроется ей на следующем уровне. Насколько знала Далия, даже некоторые делали ставки на совсем уж экзотические варианты, встречающиеся только в истории клана, но живых подтверждений не имеющие.

У мальчиков были другие способности, более агрессивные, направленные на улучшение собственного тела, но вот дошедших хотя бы до пятого уровня, было так мало, что каждый случай был на слуху. И его личную жизнь потом оборотов пять-шесть обсуждали. Шестого уровня, насколько Далия знала, ещё не достигал ни один.

А вот Принцу покрасили первую прядку, а какая у него первая способность, так и не рассказали никому. И он тоже ещё не похвастался. Предположения были, но так, скорее ленивые: на планете миллионы первоуровневых мужчин, подумаешь ещё один, пусть даже получивший право на прядь в таком малом возрасте. Никто на планете, кроме Совета клана и четырех телохранителей, которые охраняли мам малыша, был не в курсе, что он не только воин первого уровня, но и моник.

Далия на своей службе давно привыкла к ожиданиям и потому совершенно спокойно стояла, про себя рассуждая и делая разные предположения о тех людях, что проходили мимо.

— Что-то она долго, может мы не заметили, как она ушла? — Громко занервничал один из мальчиков.

— Тут один выход. — На этот раз чётко выговаривая слова, и совершенно спокойно отреагировал второй. — Ты можешь не ждать, я сам её подожду, и ещё раз постараюсь передать извинения за сестру и за себя.

— Я тоже её попрошу, ко мне она относится гораздо лучше, а ты и Пиколетта её сильно раздражаете, уж мне поверь. Ага.

Девочка — его сестра, я угадала. А второй мальчик тогда кто? Наверное, просто друг, раз ему совершенно наплевать на демонстративные женские уходы. А детки такие смешные, когда подражают взрослым.

Прошло примерно двадцать минут, когда появилась та, которую ждала Далия. Мягкая семенящая походка этой девочки совершенно не походила на то разбитное расхаживание, которое демонстрировала её сестра, да и внешне они мало походили друг на друга. На фото, которое сделал малыш, девочка опустила взгляд, так что хорошо рассмотреть её лицо Далии удалось только сейчас.

Мальчики, увидев её, тоже оживились.

Так-так, да у нас один и тот же предмет ожидания. А девочка не промах! Смотри-ка, с ужина её ожидает целая толпа поклонников. Посмотрим, что тут за дела у этой красотки с другими мальчиками.

И Далия плавно переместилась поближе к детям.

— Постой, Чистая! — Громкий мальчик бросился наперерез девушке, как будто боясь, что она вот возьмет и убежит, хотя та давно уже увидела, что её ждут, и замедлила шаг.

— Слушаю Вас, Слер, друг моего Господина. — Сказала девочка и поклонилась.

Хм, странно она кланяется. Что-то припоминается, но вот с какой планеты такой ритуал, сразу не вспоминается. Это значит, они не заключали контрактов с кланом Росса, иначе бы вся информация по ним была бы обязательна для изучения. Её сестра и не думала делать никаких поклонов, разве что перед малышом разыграла великую постановку, упав к нему в ноги.

— Послушай, давай ты не будешь передавать принцу о случившемся, хорошо? А то он расстроится, а ты же не хочешь расстроить того, кому ты отдала свою честь. — Мальчик говорил очень громко, совершенно не сдерживаясь. Странный способ сохранить тайну, вот так вот выкрикивая её на весь корабль.

Когда это она отдала честь нашему мальчику? Речь же была о передаче права распоряжаться честью. Или эти дети просто перепутали, или мы что-то про эту парочку не знаем. Точно, нужно доставить эту милашку к Милисандре, и допросить. С пристрастием!

Далия маякнула напарнице «я её нашла» и решила продолжить слушать, не вмешиваясь.

— Я не могу что-либо утаивать от своего Господина, тем более в вопросе, который касается непосредственно его и моей чести. Вот Вы бы хотели, чтобы от Вас такое утаили?

Тут второй мальчик посмотрел на свой браслет, видимо получив вызов. Секунд десять он вглядывался в полученное сообщение, потом обратился к остальным.

— Прошу прощения, но мне нужно срочно найти сестру. — Голос его был размеренным, но сжатые кулаки показывали, что до спокойствия ему далеко.

— А что случилось? — Громкий мальчик повернулся к нему, с тревогой в голосе. Ещё и всматриваться начал, как будто плохо видит.

— Пиколетта почему-то сейчас в одном потенциально опасном месте. Мой наставник поставил на её браслет модуль, которая сообщает мне и ему, если она забредёт в места, помеченные, как опасные.

— Ну дак, я с тобой. Вдруг моя помощь понадобиться. Ага.

— Я тоже с вами пройдусь, моя помощь будет не лишней. — Что, девушка тоже решила прогуляться по опасным местам? Ну, она уже не ребенок, должна сама для себя решать, что опасно для неё, а что нет.

Ей никто не возразил, и троица двинулась в сторону лифтов.

Далия решила, что вмешиваться не будет, но за детьми проследит. Если подумать, то за все действия этой девочки с моральной точки зрения отвечает Малыш, а значит, случись что — отвечать ему. Он, конечно, ещё не дееспособный, но для некоторых, так называемых благородных с окраинных планет, это не важно. Взял ответственность — будь добр её нести.

Дети подошли к лифтам, но когда они прошли средние и двинулись к тем, что идут на нижние уровни, Далия поняла, что её помощь вполне может понадобиться. Что-то она сомневалась, чтобы эти дети хоть раз без сопровождения покидали средние уровни, и в курсе, что там законы только в некоторых коридорах действуют.

Компания-перевозчик, желая заработать с одной стороны и выполнить указание корпораций, с другой, нижние уровни сделала очень плотными в плане заселения и дешёвыми, в плане цены. В самом деле, пять суток можно и потерпеть, ночуя чуть ли на головах друг у друга. Еда для них была включена в стоимость билета, иначе некоторые экономные начинали голодные бунты или отбирали еду у соседей. Плотность заселения и так лишила уровни нормальной безопасности, так что руководство решило, что уж лучше еда будет всегда. С нижних уровней не пускали на Красный Уровень или Уровень Обслуживания, а уж на Верхний — тем более. У них было всё своё: своя едальня, своя Красная зона, свои зоны для досуга детей. Для детей зона была организована после того, как один ребёнок с нижнего был обнаружен расковыривающим панель доступа к шлюзу. «Дети — это вода, которая найдёт любую дырочку, так что стоит держать её в специальном резервуаре». Сказал тогда историческую фразу один из руководителей компании, и детские зоны на нижних уровнях были организованы на всех кораблях.

Точно, лифты на нижние. Ехать с ними или просто забрать эту дурочку, отведя её к Милисандре, а мальчики пусть уж сами разбираются с их возможной проблемой?

— Леди Чистая, может Вы с нами не пойдёте? На нижних уровнях, говорят, очень небезопасно, особенно для красивых девушек. — Ага, кое-какое соображение у них всё-таки есть.

— Нет. Один из друзей моего господина попал в неприятности и мой долг помочь. Может я и не так хорошо владею боевым искусством, как Принц, но я точно сильнее вас обоих. Вы, Слер, — и она сделала поклон в сторону громкого мальчика, — судя по вашим движения, никогда ничем не занимались. А вы, — небрежный кивок в сторону второго, — скорее всего мечник. Без своего оружия Вы тоже немного стоите. Веса и роста в Вас ещё меньше, чем во мне. Как вы собираетесь объяснять взрослым мужчинам, чтобы они отпустили Пиколетту?

Вот вопрос и решился. Раз эти дети — друзья Валериуса, значит она им поможет. А девушка решительная. Решила помочь той, к которой относится не очень хорошо, но считает её другом своего господина. Далии она даже начала нравиться.

— Я точно не знаю, что с ней случилось. Просто беспокоюсь. — А по нему почти и не скажешь, что беспокоится. Или умеет себя держать, или его сестра часто такое устраивает, и он привык. — Она ушла ни нижний уровень, не отвечает на мои сообщения, да ещё и пульс у неё учащенный, а значит, она не спит. Она может меня игнорировать, когда на меня обиделась, такое не раз бывало. Я просто хочу проверить и успокоить себя. Я уже вызвал наставника, он тоже получил предупреждение модуля, но он довольно далеко, а пульс не уменьшается, так что я иду вперёд.

— Вот и я тоже посмотрю, всё ли с ней в порядке. Не переживайте за меня.

Похоже, сестра этого мальчика самостоятельно убыла на Нижний уровень, а теперь попала в ситуацию, из которой её надо вытаскивать. Такую малышку без сопровождения могли вообще перехватить в первом же коридоре, так что спешка действительно уместна.

Дети сели в лифт, Далия села с ними, ведь не известно, на который из нижних уровней они направляются. Девушка покосилась на неё, но ничего не сказала.

Надо же. Заметила меня, хотя я под отвлечением. А малыш наш удачлив. Не удивлюсь, если в этой девочке течёт кровь кого-то из клана, хотя, судя по её движениям и этим поклонам, она точно не с Перуна. Обязательно надо с ней поговорить.

Возле выхода из лифта стояла небольшая группа людей из пяти человек, которые просто перегородили коридор, что шёл прямо, оставляя свободным проход направо и налево.

— Детки, вы не заблудились? — Да, пожалуй, её помощь понадобиться даже раньше, чем думалось. Эти люди стояли ровно там, куда не попадали «явные» камеры, просматривающие коридор.

Дети остановились, двое поглядели на третьего. Тот, не отрывая взгляда от своего браслета, сказал:

— До неё около четырехсот метров. Но в какую сторону, сказать не могу.

— Идем налево, если удаляемся, то направо. — А девушка уже командует, чувствуя себя старшей среди детей. Правильно, в любой команде должен быть старший.

Они прошлись метров двадцать направо, потом столько же налево.

— Нам туда. — И мальчик показал ровно на группу людей. Подняв голову от своего браслета, он увидел, что проход закрыт и обратился к пузану, что стоял немного впереди. — Разрешите нам пройти, мы спешим.

— Какие вежливые дети. — Пузанчик решил поговорить с жертвами, явно завлекая их в непросматриваемое место. — Учитесь, муфлоны! — Обратился он к своей группе поддержки. — Будете такими же вежливыми, будете летать на Верхнем уровне. — И четверо мужчин поддержали его слова негромкими хохотками.

— Освободите путь, пожалуйста. Нам бы не хотелось применять методы принуждения. — Это девушка посмотрела в глаза главному, а затем пошла прямо на него.

— Конечно, конечно! Как мы можем задерживать таких важных господ! — И пузан сделал небольшой шаг в сторону — Ну-ка, быдло, пропустите благородных! — Даже не повернув головы, просто немного повысив голос, обратился он к своим. Те, тоже отодвинулись, встав вдоль стенок.

Как только дети вошли в коридор, двое перегородили им путь, а ещё двое встали сзади. Далия не торопилась заходить или вмешиваться, решив посмотреть, что из этой ситуации выйдет. Этих недалёких она могла выключить в любой момент, даже не используя свои скрытые способности. По одному удару каждому и пять бесчувственных тел валяются под ногами. На всё если уйдет больше полторы секунды, то это если она будет действовать очень лениво.

— Не так быстро, благородненькие. Проход тут платный! — Это сказал один из бандитов, перегородивших путь. Он был очень большим, и дети были ему буквально по пояс. Остальные бандиты заухмылялись.

— На данный момент у нас нет денег, и мы спешим. — На лице мальчика не дрогнул ни один мускул. Хорошая выдержка. Второй вот крутил головой и вглядывался в тех, кто их окружил.

— Благородные господа! — Это опять включился в беседу пузан. — Поймите нас правильно, в наше время никто не верит в кредиты и займы. Мы бы и рады вам поверить, что вы заплатите потом, но что вам помешает обмануть нас, бедных и несчастных?

— А мы и не собираемся вам платить. — Это уже девушка ответила ему. Выражение её лица Далии было не видно, та встала чуть боком, как раз затылком к ней. Но голову она не опускала. — Мы просто говорим, что спешим, и если мы опоздаем, то вернёмся и всех вас накажем. Как виновников.

— А ты, красотка, вообще молчи, когда настоящие мужчины разговаривают. Мальчики, я предлагаю вам оставить эту чересчур говорливую в нашем обществе, как гарантию, что вы принесете денежки. Вы идите, делайте свои срочные дела, потом вернетесь за ней. Она не будет скучать, в это уж поверьте.

— Одного из мальчиков тоже можно оставить. Вот того, который молчит. — Один из до этого молчащих, подал голос.

— Шея, объясни Нежному, как он не прав. — В голосе толстяка послышался металл. Самый большой из бандитов коротко нанес удар, до этого говорившему, в живот, от которого тот согнулся и присел. — Нежный, если я ещё раз услышу подобные глупости, тебе больше нечем будет пользоваться, проявляя свои низменные наклонности. Иди вот в Красный сектор и делай там, что хочешь, а при мне помалкивай. — Потом пузан, опять расплывшись в улыбке, повернулся к детям. — Ах, извините! Будем считать это неудачной шуткой. Так что, мы же договорились?

— Повторяю, мы вам платить не будем. И с вами я не останусь. А теперь, разойдитесь и дайте нам пройти, пока я не разозлилась.

— Девочка! Разве тебя, на твоей планете Жонген не научили не вмешиваться в мужские разговоры? — Надо же, с одного взгляда понял, с какой планеты эта девочка, да ещё и явно знаком с их традициями, раз так уверенно о них говорит. — Видишь, я разговариваю с благородными господами, один из которых как минимум сын барона с планеты Донлин. Я же прав?

Мальчик коротко кивнул:

— Баронет Андрио Вериос.

И тут он определил правильно. Умён. И что он делает тут, на нижнем уровне занимаясь такой вот самой тупой работой, как очищение счетов браслетов в коридоре?

— Я будущая наложница Принца Валериуса, Первого и Единственного, принцесса и наследница клана Джуба. Моё имя Монкут Куанг. Назовись, незнакомец, чтобы гнев моего господина пал на твою голову, а не на другого, похожего на тебя.

— Наложница принца Валериуса? Как интересно! — Толстяк явно развлекался. — Не знаю такого. Наверное, он летит на Верхнем уровне? Что же тогда делает тут, без охраны, на нижнем, его наложница?

— Вас это не касается. Вы должны нас просто пропустить, а не вмешиваться в наши дела.

Так, время идет, а та убежавшая девочка все ещё не известно где.

По её мнению, Далия увидела достаточно. Сестричка наёмницы достойна того, чтобы не опозорить малыша в случае чего, так что тут она ей поможет. Да и девочку, что дружит с нашим малышом, неплохо бы найти побыстрее. Форсируем события.

В просматриваемый видимыми камерами коридор, Далия выдернула толстяка одним движением. Не зря же за спину ему она спокойно переместилась до этого.

Тот растерянно обернулся, явно не ожидавший такой смены своей дислокации. Он же у нас умный, улыбается постоянно, а значит, ему сейчас станет ещё веселее.

— Мы торопимся. Принц будет недоволен задержкой. — И улыбнулась своей жертве. Репутация тоже оружие. Но нож у горла доходчивее. От задней камеры нож она прикрыла своим телом, стоя за его спиной и нависая над толстяком, от передней он его закрыл сам своей толстой шеей.

Тот сглотнул, смотря на неё снизу вверх, затем явно мысленно пересчитал пряди на её голове. Видимо что-то хотел сказать, но горло у него перехватило, и он закашлялся. Далия убрала нож, еще раз улыбнувшись. Этот дурак чуть сам горлом не насадился на нож своими дерганьями. Другие вряд ли видели их из-за угла, разве что часть плеча толстячка мог разглядеть самый крайний из бандитов. Всё произошло слишком быстро для их заторможенных мозгов.

Зато их главный соображал, не в пример, быстрее.

— Да, как я мог забыть! — Завопил он в полный голос, откашлявшись. — Мы очень уважаем Принца Валериуса с Верхнего уровня, и ни в коей мере, не намерены мешать его людям. — И чего так орать? Как будто она, стоя рядом, его не услышит или не поймет.

Просто кивнув этому умнику, она вытолкнула его опять в другой коридор, а затем снова навесила на себя отвлечение внимания.

А толстяк, остановившись после толчка, низко поклонился гордо поднявшей голову девушке, которая совершенно не реагировала на то, что один из бандитов держал её за плечо, будто боясь, что она убежит.

— Уважаемая Монкут Куанг! — Вот это память у толстяка. По своему опыту, Далия знала, как тяжело на слух запоминаются такие непонятные имена, а этот, услышал в первый раз буквально мельком, а уже запомнил. — Как, Вы сказали, зовут Вашего господина?

— Принц Валериус, Первый и Единственный. — Куанг вздернула высоко голову, когда произносила это имя.

— Ах, позор на мою седую голову! — Ой, врать! Нет у него седых волос, только небольшая лысина начала образовываться. — Как я мог запамятовать о таком поистине великом человеке! — Он сделал ещё один глубокий поклон в сторону девушки. — Мы приносим свои извинения, и хотим узнать, а что ищут уважаемые господа на этом, богами забытом, уровне?

— Мы ищем девочку, его сестру. — Это громкий мальчик вступил в разговор.

— А давайте мы поможем вам в поисках, а вы расскажете Принцу, какие добрые люди летят с ним на одном корабле. — Улыбка толстяка стала заискивающей. — И которые, совершенно бесплатно, готовы всегда помогать такому великому человеку! Возраст девочки какой? — Голос у него резко стал деловым, а сам он немного подобрался.

— Тринадцать оборотов.

— И она пришла сюда без сопровождения? — Он явно не поверил. — Давно?

— Минут двадцать, двадцать пять назад.

— Хм… Тринадцать оборотов, одна, двадцать минут назад. Шея!

— Была такая, помню. — Его большой помощник даже не удивился тому, что его главный ни с того, ни с сего, поменял решение на счёт этих детей. — Искала Печёного. Я ваще-то думал, она в Красный сектор пришла устраиваться, он же как раз туда набирает таких. Ну и хотел проводить в том направлении, но она сказала, что адрес знает и найдёт сама.

— Он наверняка набирает на нижних, а эта была со среднего. Он что, совсем без понятия? Кто он вообще такой и где живет? Нам надо быстро туда добраться.

— Так он не с нашего уровня, так что, если она была не в теме, он ей встречу назначил возле каюты клиента.

— Шея. — Голос толстяка стал очень проникновенным, а на лице появилась сладкая улыбка. — Мне очень нужен этот Печёный и эта девочка. И быстро. — Закончил он жёстким голосом, уже не улыбаясь.

— Вон, Нежный с ним постоянно трётся. — И здоровяк кивнул на, все ещё сидящего на полу в зажатой позе, бандита. Хорошо ему досталось всего с одного удара.

— Нежный? — Толстяк перевел взгляд.

— А чо сразу я? — Тот еще сильнее сжался.

— Мне не интересны твои дела с этим Печёным, я спрашиваю: ты знаешь, где он может сейчас быть?

— Да откуда?

— А если подумать? Шея, ну-ка объясни этому непонятливому, что я всегда получаю то, о чём спрашиваю.

— Да я только случайно услышал, что Печёный получил заказ на какую-то девку со Среднего. — Нежный явно испугался, что воспитательный процесс повторится. — А подробности я не узнавал, там где Средний уровень, там вечно проблемы.

— Да, тут ты прав. — Как-то задумчиво сказал пухлый, на мгновение скосив взгляд на освещенный коридор. — А я вот что-то забыл, давно не летал. — И так же задумчиво почесал шею у себя под подбородком.

— У нас есть сканер, который показывает, как далеко до неё. Сейчас она в той стороне и не удаляется.

— Она ещё и под наблюдением. Вообще отлично. Что-то я реально расслабился тут с вами. — Тут толстяк встрепенулся. — Так, Шея и вы двое. — Он решительно ткнул пальцем по очереди в двух бандитов, — пойдёте со мной искать девочку. А ты, Нежный, сейчас едешь на уровень к тому, кто курирует этого Печёного и говоришь ему, чтобы он назвал время и место нашей с ним встречи. Мне хочется задать вопрос, какого бога на нашей территории тут делают свой нелегальный бизнес люди с другого уровня. Тем более, затрагивая средняков. Ты меня понял?

— Да я-то чего?

— Не слышу!

— Да, понял, понял. Встречу на их территории или на нашей?

— Мне без разницы. Я могу и к ним на уровень скататься. Главное, чтобы он объяснил действия своего подчиненного. Всё, пошагали. А Вы, баронет, говорите, когда расстояние будет изменяться. — Обратился он к Андрео.

Они всей толпой двинулись по узкому коридору. Проходы не петляли, но образовывали перекрестки и тупички, в которых пришлось бы разворачиваться и искать другой путь, если бы не их добровольные провожатые. Фразы вроде «Сколько там до нее? Двести? Да тут тупик через метров сто, так что обойдем, есть другой путь» явно хорошенько сократили их блуждания. Наконец, примерно минут через десять, они добрались до одной из кают, которую признали своей целью.

— До Пиколетты пять с половиной метров, а если удаляюсь от этой двери, то расстояние увеличивается. — Голос Андрео, как всегда, спокоен, но громкий мальчик давно уже поглядывает на него с беспокойством.

— Дверь заблочена изнутри, — показал на индикатор один из сопровождающих бандитов. — А вызывная панель не горит. Или сломали или тоже заблочена. — И все уставились на пухлого. Не только бандиты и дети, но и Далия.

Толстяк задумался. Вопросительно посмотрел на Шею, потом подошёл к двери и стукнул кулаком. Звук был почти не слышен.

— Тут везде покрытие специальное, чтобы, когда ломились друг к другу, не создавали шум. — Это опять тот из бандитов, видимо, больше всех разбирающийся во всем этом.

— И как теперь открыть дверь? Вдруг там кто-то умер или кого-то убивают?

— Не знаю. Универсальные ключи только у полиции уровня есть, не будем же мы их вызывать.

— Почему нет? — Толстяка, кажется, осенило. — Мы помогаем нашим уважаемым гостям со среднего уровня. Там, — и он ткнул пальцем в дверь, — насильно удерживают обманом завлечённую девочку. Жми кнопку тревоги.

— На кнопку сюда они не придут, проверено. Её тут, наверное, по пять-десять раз за сутки жмут. Сомневаюсь, что она вообще работает.

— Хм… подождите меня тут, я сейчас, решу этот вопрос и сразу же вернусь. — Толстяк, ещё даже не завернув за ближайший угол, стал пристально вглядываться в стенки прохода. И что-то Далии подсказало, что ищет он именно её. Что ж, его способ решения проблемы, который он задумал, был не так уж и плох, только вот она тоже думала, что ждать тут службу безопасности уровня бесполезно, хоть её тут человек с Верхнего уровня вызовет.

Отменив отвлечение внимания, она показалась толстяку. Он дернулся, увидев, что оказался почти к ней вплотную, но потом заискивающе заулыбался.

— Госпожа, вы не могли бы вызвать сюда службу безопасности? Вас-то они не смогут проигнорировать. Если жить хотят.

Далия, конечно, могла и попробовать надавить на местную службу безопасности, а когда они, предсказуемо, откажут в вызове, прийти к ним в представительство и разнести там всех и всё. Но тут вмешивался такой фактор, как время: девочка находится на нижнем уровне уже больше получаса, и никто не знает, что там с ней сделают, если ей придется ждать ещё столько же, а то и больше.

Придётся продемонстрировать некоторые военные разработки в действии. Надеюсь, это просто добавит загадочной репутации нашему клану, а не создаст проблемы руководству.

Одним движением обогнув толстяка, она вышла в коридор, в котором стояли остальные. Подошла к запертой двери, приставила к сенсору вызова свой браслет. В панели что-то щелкнуло. Далия сдвинула вверх панель сенсора, под которой обнаружились кнопки с циферками. Да, техники тоже не вызывают полицию, если у них потерялся ключ, проще воспользоваться служебным доступом. База служебных ключей у неё была, так что через пару секунд на экране её инфора высветились цифры, которые она и ввела. Не подошли бы имеющиеся ключи, она бы задействовала подбор, но вот только этот процесс не быстрый.

Все смотрели на её действия, как на какую-то магию. Хотя, если бы на ней был не боевой комбинезон, а рабочая роба техника, то точно такие же действия не вызвали бы ровным счетом никаких эмоций со стороны наблюдателей. Вот оно, волшебство общественного мнения!

Дверь загудела и сдвинулась в сторону. Сначала в помещение зашёл Шея, пригнувшись на входе. После зашла молодежь, перед которой махнул рукой веселый толстяк, а затем и все остальные. Далия зашла последней, закрыла дверь и заблокировала её служебным кодом с помощью своего браслета. Дверь вела в длинный коридор, в котором по сторонам виднелись входы в жилые помещения, а в конце имелась дверь с символом туалета. Символа душа Далия не увидела. Во втором от входа помещении слышался шум, что-то упало, послышался детский вскрик. О, надо поспешить, а то она может и опоздать посмотреть финал этой истории.

В маленькую каютку, в которой, судя по двум парам двухуровневых кроватей, проживало четыре человека, набилась куча народа. На нижнем уровне одной из кроватей, забравшись на нее с ногами, справа от входа, в уголке, с заплаканными глазами, сидела Пиколетта. Рядом с ней обнаружился ещё один толстяк, только маленького роста, одетый то ли в халат, то ли в блузку со штанами, которые натянул по грудь, а не в костюм, как пухлик-разбойник.

— Ты Печёный? — Это толстяк в костюме обратился к толстяку в халате.

— Не знаю никакого ни печёного, ни жареного, ни пареного. По какому праву вы врываетесь в мой дом? Я буду жаловаться в службу безопасности корабля.

— Это не Печёный, это Нопеун Бич. Что, слизняк, на детей теперь бросаешься, раз со мной ничего у тебя не вышло? — Пришедшая с ними девушка наставила палец на сидящего толстяка.

— Монкут Куанг, Вы чего-то путаете. — Тот на слова в его адрес только поморщился. — Девочка была приглашена мною в гости, мы просто разговаривали, я её расспрашивал о том, знакома ли она с Вами.

— А откуда ты знаешь, что мы с ней знакомы?

— Я видел, как вы общались около зала, куда ты меня позвала на поединок, а сама убежала, испугавшись!

— Я тебя прождала больше часа, так что не смей тут врать, что приходил. А теперь уже поздно.

— Да, эта прелестная девочка уже рассказала мне, что у тебя новый господин. Неужели ты думаешь, что какой-то неизвестный никому малыш, способен помочь твоему умирающему роду? Вот если бы ты согласилась на моё предложение и пришла, когда я приглашал тебя, вот тогда у вас был бы шанс.

— Так ты считаешь, что мой господин не поможет клану, и ничего не сможет сделать с тобой?

— Ничего не сможет. Да и вот сейчас: ты тут, а он где? У себя на Верхнем, куда тебя даже не пускают!

Все с изумлением смотрели на девушку и мужчину, которые переругивались между собой, совершенно не обращая внимания на окружающих.

— Госпожа, мы ведь Вам больше не нужны? — Это пухлик обратился к Далии, которая с интересом следила за разговором.

Она пожала плечами. Ситуация всё ещё была неопределённой, и местные представители неофициальной власти могли понадобиться. Потому, она показала большим пальцем руки себе назад, через плечо, показывая, что пока криминальные элементы могут выйти. Места и так не много, а из блока они всё равно никуда не денутся: дверь-то она заблокировала. Хотя… есть у неё для них задание:

— Печёного найди.

— Конечно-конечно, Госпожа! Всё сделаем в лучшем виде! Шея, надо найти Печёного, просмотрите тут всё! — Они вышли из каюты.

А тем временем, Андрио решительно отодвинул Монкут Куанг и протянул руку своей сестре:

— Пиколетта, ты как? — Та подняла заплаканные глаза, спустила ноги с кровати и молча встала, не воспользовавшись помощью брата. Потом повернулась в Далии:

— Тетя, Вы же молчаливая ведьма, да? — Вопрос, конечно, интересный. Если бы его задал взрослый, то это можно было бы принять за оскорбление. Далия примерно знала, как реагировать в таких случаях, благо опыт имелся, но вот услышать такое от плачущей девочки она была не готова. Опыт такой ситуации у неё отсутствовал. Она только и могла в небольшой растерянности кивнуть. И улыбнуться, конечно.

— Можно, моя семья Вас наймет, чтобы убить человека? — Продолжила девочка. Ещё один неудобный вопрос. Дети мастера задавать неудобные вопросы. Вообще-то, Далия была уверена, что такие контракты руководством клана иногда подписываются, только вот официально клан только охраняет, а не убивает.

— Кого? Этого? — И она ножом (для пущего эффекта, надо же поддерживать общественное мнение о клане) указала на всё ещё ругающегося с девушкой толстяка. Тот, увидев направленный на него нож, тут же заткнулся. Умолкла и девушка, что с ним ругалась. О чём они спорили, Далия до конца не поняла, потому что те давно перешли на язык своей планеты.

— Нет. Этот мне почти ничего не сделал, только за волосы дергал, да запугивал. А дочь барона Вериос де Калья нельзя запугать. То, что он спрашивал, тайной не является, потому я бы и так рассказала. Мне нужно убить того, кто меня сюда позвал.

— А что он сделал, он тебя обидел? — Это её брат Андрио забеспокоился.

Пиколетта медленно, будто в трансе, перевела свой взгляд на брата, затем опять на Далию. Потом, опустив голову, посмотрела на входную дверь и задумчиво так ответила:

— Да. Он сделал такое, что смывается только кровью. — Потом опять посмотрела на девушку, задирая голову, чтобы видеть глаза. — Тётя ведьма, Вы поможете мне его убить?

«Молчаливые Ведьмы никогда не врут, а если обещают — выполняют». Это общее мнение нужно поддерживать всеми силами, оно — основа выживания клана, не сканируемого мониками. И что мне ей ответить?

Далия не могла вот так просто обнадёжить эту девочку, что сейчас смотрела на неё своими мокрыми и серьёзными глазами. Потому, она только пожала плечами и сказала:

— Сейчас его найдём. — И подумала, что если этот тип действительно причинил девочке вред, она его сама убьёт, а суд клана её оправдает. Клан давно уже добился того, что её члены не подсудны никому, кроме суда клана Росса, а насилие в отношении детей всегда карается смертью.

Далия развернулась и вышла из каюты. Нашла взглядом в коридоре разбойника-командира и с вопросительным лицом посмотрела на него.

— Сейчас, Госпожа. Мы ищем. В соседних каютах его точно нет, они вообще пусты. Разрешите, мы спросим у того человека. — Он головой и рукой обозначил, что его интересует второй толстяк, который остался в каюте. Она кивнула.

— Шея! Задай тому господину вопрос, знает ли он, где тот, кто ему привёл девочку. Только не убей его ненароком, судя по одежде, это не простой человек. Хотя и не понятно, чего он тогда летит на Нижнем уровне.

Великан кивнул на это и скрылся в каюте. Оттуда опять раздались возмущенные крики с угрозами вызвать службу безопасности, потом оттуда вышли мальчики с Пиколеттой. Девочка на выходе развернулась, а потом, со злорадством на лице, закрыла дверь. Крики как отрезало. Хорошая звукоизоляция, оказывается, есть не только на Верхнем уровне. Минут пять все просто стояли и ждали.

Затем, дверь откатилась, вышел Шея. Из каюты опять стали доноситься какие-то крики, уже со стонами, но дверь закрылась, и стало тихо.

— Извини, Шут, но он не знает. — Хорошая кличка у главного бандита, ему подходит.

— Шея, не расстраивай теперь ты меня. Что мне теперь, его самому идти искать? Так, ну-ка, зови этого умника сюда!

— Так Шут, он, наверное, не сможет.

— Не понял. — Толстяк, что перед этим суетливо двигался туда-сюда, замер перед своим помощником. — Что значит «он не сможет»? — Передразнил он здоровяка. — Ты чего, его убил?

— Да нет, как можно! Ты же запретил. Ну, он вроде как сказал, что не знает, а я думал он врет. Я его ещё раз спросил, знает он, где Печёный или нет. Но он жив. Точно был жив недавно.

— Так, стоп. — Шут выставил в сторону помощника ладонь. — Ещё раз. Кто жив? Нопеун Бич? — Громила как-то засмущался, стал разглядывать свои руки. — Только не говори, что ты всё-таки его прибил. Отвечай, не зли меня!

— Шут, ну не ругайся, я не знаю, жив этот Номерун или нет. — Шея в смущении пожал плечами, а потом внезапно спросил. — А кто это?

— А-а-а, боги! — Шут даже руки вскинул в театральном жесте отчаянья. — Да тот, с кем ты только что «говорил»!

— А, этот. — Шея заметно успокоился. — Этот жив, я же тебе сказал. Только у него нога сломалась. Или рука. — И взгляд здоровяка снова переместился на его руки.

— Вот прям, сама взяла и сломалась? — Сарказм, может, в его голосе и был, но больше усталости. Видимо, похожая ситуация случалась уже не раз.

— Сама, космосом клянусь! — Вот прямо несправедливо обвиненный человек. — Я только вопрос задал, а он вскочил, и рука сама. И нога тоже. Споткнулся он, вот точно тебе говорю.

— Ладно, чёрная дыра с ним, с этим Бичем. Печёного теперь где искать?

— Так он у себя в каюте. Я ему написал, сказал, что ты его ищешь, он говорит я дома, куда приехать.

— Когда ты ему написал? И откуда у тебя его ВИН?

— Так давно когда-то брал, на планете ещё, раз он на нашей территории чего-то мутить собирался. Написал, когда ты сказал его найти. Он, наверное, уже пришёл к тебе и ждёт. Надо Лешего спросить, он сегодня там оставался, у него живот болел.

— А чего ты мне это сразу не сказал? Мы тут его ищем, а он дома был. И зачем тогда ты этому Бичу ногу и руку сломал?

— Я не ломал! Я просто задал вопрос, знает ли он, где Печёный. Ты же сам сказал это у него узнать. Ну, вот он говорит, что не знает. А ногу это он сам, случайно. Слезал с верхней кровати и упал. И руку тогда тоже. А вторую руку я не трогал совсем, чем хочешь клянусь. — И бандит прижал свой кулак к груди, смотря на своего начальника преданными глазами.

— Диагноз ясен. Вы. — Он обернулся и опять ткнул пальцами в двух безымянных для Далии бандитов. — Берёте того неуклюжего и тащите в медсектор. Где он и сами знаете, тут недалеко. Спросите, имеет ли этот незнающий претензии к своей неуклюжести, или к нему Шея ещё раз зайдет, узнать о его самочувствии. Всё понятно?

— Закинуть в медсектор, если пожалуется, звать Шею. — Этот, наверняка, в армии служил. Вон как наловчился своего начальника понимать, и упрощать его речи до прямых приказов. Чувствуется опыт и военная выправка.

— Правильно. А я пока провожу к себе дорогих гостей. — И повернулся к Далии, — Госпожа ве… хм, — Шут сделал вид, что закашлялся, — Госпожа, Вы не могли бы разблокировать дверь? — Ага, хотели всё-таки сбежать, раз в курсе, что дверь не открывается.

********

— Вот, Шут, тебя тут Печёный ждёт, говорит, ты его видеть хотел. — Какой-то весь заросший волосами бандит махнул рукой в угол комнаты.

Печеный оказался смазливым молодым парнем, оборотов двадцати пяти. Когда он увидел вошедших, то привстал, а когда его взгляд зацепился за Пиколетту, скривился в раздражении и снова сел.

— Госпожа, вот человек, которого Вы искали. Я надеюсь, ко мне и моим людям у Вас нет претензий? — Шут явно боялся, что для него история тоже не закончилась. Да и нож у своего горла, наверняка, вспоминал.

Нет уж, так просто ты не избавишься от моего внимания. Да и потом можешь пригодиться.

Далия не глядя на разбойника, пожала плечами, рассматривая в это время сутенёра. Потом оглянулась на Пиколетту. Та стояла, находясь в каком-то трансе, и смотрела на молодого человека. Потом так же, не отрывая взгляда, протянула руку к Далии.

— Тётя ведьма, прошу, дайте мне свой нож.

Ножи просто так не даются в руки маленьким девочкам. Вообще, боевой нож это очень интимное оружие. Свой первый Далия получила в четырнадцать и очень жалела, что его пришлось оставить в горле одного ублюдка, который вёл обстрел по ним, безоружным, сам сидя в заблокированном месте. Но тут тоже явно интимная ситуация, потому наёмница отстегнула один прямо с чехлом, и протянула девочке. Из чехла его достать та всё равно бы не смогла, там хитрая защелка, разблокирующая оружие только при определённой траектории движения руки.

Но девочка даже не обратила внимания, что оружие безопасно. Она взяла нож в правую руку и сделала два шага к сутенеру.

— Ты негодяй, посмевший обмануть благородную леди! Я приговариваю тебя к смерти. — И, закрыв глаза, ударила ножом сверху вниз. Потом ещё раз и ещё. Далия, уловив движение, которым парень хотел перехватить руку девушки, резко пнула его по руке. А когда он посмотрел на неё широко открытыми глазами, показала второй нож, уже без ножен, и улыбнулась. Она давно знала, что приём «Нож и Улыбка» хорошо понимаются людьми такого толка. Даже слов не надо. Этот тоже понял, сжался и потом только прикрывался, больше даже не пытаясь прикоснуться к девочке.

А та уже ревела почти в полный голос, но бить не прекращала. У неё явно началась истерика, а это было опасно. Далия перехватила её руку при замахе, вынула из её руки свой нож, потом развернула девочку к себе и обняла. Та, продолжая реветь, крепко обняла в ответ.

Хорошо, что мальчикам она сказала остаться снаружи, нечего мужчинам смотреть на такое. Далия поискала глазами, куда бы отнести девочку, которая уже буквально висела на ней. Шут, явно её поняв, указал пальцем на какую-то дверь. За ней оказалась неплохо обставленная комната со столом, двумя креслами и небольшим диванчиком. И это на Нижнем уровне! Далия решила отнести девочку на диван, но положить не смогла, её саму не отпускали.

— Я его убила, да? — Девочка крепко обнимала Далию и периодически всё ещё всхлипывала. Точно, она же не открывала глаз, пока била ножом этого негодяя. — Он заслужил это, но мне теперь его жалко.

Охранница ничего не ответила. Пусть девочка переживёт свою месть, иначе будет рецидив.

— Он меня назвал самой красивой, какой видел в жизни. Молил о свидании. Говорил, что принц меня не достоин, раз не отвечает мне, хотя он передал записку лично ему в руки. А потом отдал меня тому волосатому толстяку, а сам говорит, поговори с господином, а потом я тобой займусь. А этот меня за волосы. А я не поняла, зачем он так? — Она подняла почти уже сухие глаза. Сильная девочка, далеко пойдёт. — Этот меня ударил и спрашивает про ту, что наложница. И за волосы. Наложница это не жена, почему она тогда такая гордая, да и принц к ней хорошо, а меня вот нет. Тот говорит, что я маленькая, а подрасти в Красном Квартале не успею. Мерзкий волосатый толстяк! А тот меня же принцессой называл, а принцессы не ходят в Красный Квартал, а зачем он тогда меня умолял о свидании, если я ему не нравилась. А он мне понравился. И принц не ответил. А он говорит, я прекрасная, и он умрёт, если я не приду. Я же пришла. Я обещала и пришла. Благородные леди всегда выполняют обещания. Я же леди, а принц не отвечает на мои записки. А меня обещали нашему соседу, он старый, а принц красивый. Ну почему он так?

Постоянный поток слов, выливающийся из девочки, Далия отслеживала очень внимательно, зная по опыту, что из него всегда можно достать что-то весьма полезное, которое не услышишь просто так, потому вопрос, заданный едва слышным голосом не пропустила, но ответила немного не на него.

— Принцу не передавали твою записку. — Объяснять, что сутенёра с нижнего уровня даже близко не подпустили бы к верхнему, она посчитала лишним. Да и причины девочку не интересовали. Она вскинула взгляд, неверяще глядя на Делию. — Я охраняю принца, так что это точно знаю.

— Так его ведьмы охраняют? Он такая важная персона? Ах да, он же принц. А почему я тогда Вас там, у залов, не видела?

Рассказывать, что там мальчик был совсем без охраны, Далия не собиралась. Не объяснять же ребёнку, что вообще-то они охраняют не его, а его неродную маму, да ещё и охране тоже нужно иногда отдыхать. Пусть они обе владели способом «быстрого сна», на корабле это было признано нецелесообразным, это не военное положение или опасное окружение. Тогда Далия смотрела на показатели медсканера Валериуса и не видела опасности. Данные передавались в режиме реального времени на её комм, после того случая в Космопорту, а недавно и Милисандра попросила её к ним подключить. Пропадал он только один раз, когда залез в какой-то экранированный шкаф и депрессировал там по поводу своих волос. А тут, судя по составу крови и пульсу, он был если не счастлив, то точно испытывал или эйфорию или просто душевный подъем. Если бы не его возраст, она бы вообще посчитала, что он с женщиной, так было похоже. Сама она никогда не могла бы так наслаждаться поединком, но ведь она не мальчик. Кстати, а парень действительно же был с девушкой и теперь Далию тоже, как и Милисандру, взяли сомнения, что они просто спарринговались. Почему тогда эта девушка так уверенно называет себя его наложницей? И остальные в этом тоже уверены.

А Пиколетта тем временем совсем успокоилась. Разжала объятия и с любопытством уставилась на наёмницу.

— Тётя ведьма, а как Ваше имя? — Эта девочка просто кладезь вопросов, на которые сразу и не ответить. Не получила ответа на прошлый вопрос, так даже не расстроилась и задала новый. И Далии захотелось чуть-чуть рассказать этой сильной девочке об их обычаях.

— У меня ещё нет имени. Его у нас даёт муж. — О! Большие глаза, истерика почти забыта. Да, двенадцать это не двадцать восемь.

— А как вы друг друга называете?

— По позывным. — И видя непонятливый взгляд, пояснила: — Это боевое прозвище такое.

— А какое у Вас прозвище? — Далия в ответ только улыбнулась. Но вопросы ещё не закончились. — А тогда другие Вас как называют?

— Почему ты ту девушку называешь наложницей принца? — Надо сбить поток неудобных вопросов. Девочка слишком любопытна, а в силу своего положения, привыкла, что ей всегда отвечают.

— Она сама так всегда говорит. А раз она принцесса, то не будет же она врать? Благородные Леди не врут. Да и Слер подтвердил, а он моник и видит чёрные точки, если человек врёт.

Значит, того громкого мальчика зовут Слер, и он моник-визуал. Наверняка, это с ним тогда малыш познакомился. Наверное, и другие эмоции видит, не зря же он так поглядывал на брата этой любопытной, хотя тот внешне оставался спокойным.

— Тётя ведьма, а Вы передайте принцу, что я красивая. Я с ним дружить хочу, но это не передавайте, он сам должен это понять. Я хочу дружить с тем, кто не старый. Слер моник, и с ним дружить неудобно, он не умеет дружить с леди, просто он жил на планете где их нет. Он хороший, просто не видит, что я красивая. Он сказал, что принц в облаке белом ходит, это так красиво, наверное. А я вот желтая почти вся. И когда я говорю, он морщится. Он же по-другому видит и потому не знает, что я красивая. — Девочке, явно в первый раз кто-то сказал про её красоту, а потом этот кто-то оказался обманщиком. Вот почему её так выбило. Женских видео, про любовь с первого взгляда, насмотрелась, а потом суровая действительность её за волосы.

Далия ладонью закрыла рот этой неугомонной.

— Скажи мне свой ВИН, я передам Валериусу, а там сами.

— Тётя ведьма, Вы такая хорошая! А моя мама строгая. А няня меня только ругает. А наставник Андрео как будто не замечает. Для него все, кто не дерётся, значит, нет их. Можно, Вы будете моей няней? Или наставницей. Вас все боятся, я тоже хочу так. Только меня замуж отдадут после школы за соседа. Он уже пожилой, а будет совсем старый к тому времени. А пока я буду дружить с принцем. Он красивый. И принц. — Девочка явно ушла в свои мечты, полезной информации уже не получить, так что надо было заканчивать разговор.

— ВИН продиктуй.

— Ах да, точно! — И она продиктовала набор букв и цифр.

— Хорошо. Пойдём, я передам тебя твоему брату. — Дети, хоть и ровесники, но Далия вспомнила, что на их планете мальчики всегда командуют и отвечают за девочек, а у девочек и прав толком нет, даже у благородных.

Они вышли из комнаты. Печёного уже, в прямой видимости, не наблюдалось, а комната была полна незнакомыми людьми. Далия нашла взглядом Шута, кивнула головой, подзывая. Тот, почему-то, сделав важный вид, неспешно подошел к ней. Ага, те, что появились, люди тоже, видимо, важные, раз перед ними разбойник так красуется. Ладно, не будем подрывать ему авторитет, он показал себя умным и понимающим, что редкость среди этого народа.

— Вы нас покидаете? — Намёк на то, что он занят. Точно, по делу пришли люди. Надо бы продолжить знакомство с этим Шутом, потому она кивнула, а затем указала головой на выход, чтобы он вышел с ней тоже.

Вышли все втроём. На выходе Далия подтолкнула девочку к её брату, а сама повернулась к Шуту:

— Контакты свои оставь. А сутенера пометь, я его на планете найду. — Говорила она негромко, чтобы дети не подслушали разговор. Рано им знать, что красноволосые могут и с преступниками сотрудничать.

— Госпожа, не извольте беспокоиться! — Как вышли, толстяк сразу же поменял стиль общения опять на заискивающий. Говорил он тоже едва слышно. Умный. — О нём мы сами позаботимся. Я тоже не люблю тех, кто работает на Красные дома для детей. Мне почему-то кажется, что он не долетит. Несчастные случаи на нижних уровнях не редкое дело.

Далия не стала ни подтверждать его выводы на её желание найти Печёного, ни опровергать. Просто кивнула, принимая к сведенью. Записала продиктованный номер и мотнула головой в сторону двери.

— Да-да, я уже ухожу. Всего доброго, надеюсь, мы расстаёмся не врагами. К лифтам вас проводят. — И зашёл обратно.

Через полминуты оттуда вышли двое, которые тогда должны были отнести покалеченного в медсектор. Значит, они уже вернулись. Того типа тоже надо пометить и посмотреть по нему информацию. По мнению Далии, сломанные рука и нога — недостаточная плата за то, что он сделал, но это позже. Кто он такой, можно будет узнать у девушки, что называет себя наложницей Валериуса, они явно знакомы и с одной планеты. Вон она, кстати, стоит в стороне, отрешенная от всего. Как Далия сказала ей: «Стой тут», так и стоит. Что ж, время позднее, полночи уже прошло, пока она тут развлекалась на Нижнем уровне, сейчас вести девушку к Милисандре не стоит, а вот завтра надо с ней поговорить обязательно. Значит, так и сделаю: беру у всех контакты, и после лифта до завтра на среднем уровне расходимся. Маякнув напарнице «я возвращаюсь», Далия подтолкнула детей в том направлении, куда указал один из сопровождающих.

9. Шутки и гостеприимность

Утром, во время завтрака, Милисандра смотрела на меня так пристально и с таким подозрением, что я в уме стал перебирать, что она могла узнать такого, что вызвало её состояние. Неужели узнала про мой постригательный поход за сокровищами? Хотя нет, тогда бы нее в эмоциях был бы отдалённый страх. Но ведь вечером всё было нормально. Как-то раз сестра меня утром стукнула за то, что ей приснилось, как я её обидел! И ведь знала, что это просто сон, но всё равно стукнула и обиделась. Может тут тоже что-то похожее?

— Какие у тебя сегодня планы на этот день? — Голос мамы Мили мне сразу не понравился. Он звучал так, как будто сейчас мне придумают работу, что-то вроде «Пять минуточек у тебя это займёт. Как раз к ужину и освободишься».

— Я очень занят сегодня. — Да, я занят. Я очень занят. У меня тесты, тренировки и… чего же ещё? Да, точно! Мне надо стажера следственного отдела пройти до конца. У меня там дело не раскрыто, я отказался от завершения, так что отгадка мне не известна. Отвечу правильно — балл уже не получу, раз время вышло, но хоть два не потеряю за неправильный ответ. — До обеда у меня тесты. А после обеда я со знакомыми хотел встретиться.

— А ты не хотел бы пригласить в гости свою подружку? — Так протяжно говорит, как будто в сети заманивает.

Когда это у меня успела появиться подружка? Или она про ту Нирону, что ли? Так она мне никто, и уж точно не подружка. И видеть я её не хочу, не люблю, когда строят планы на мою парту, меня не спросив.

А мама Мили молчит и пристально смотрит на меня. А прямо сказать, кого она хочет, чтобы я пригласил что, нельзя?

— Милисандра, а не могла бы ты напомнить, как зовут мою подружку? А то вдруг я приглашу не ту, которую ты хочешь видеть.

— Так у тебя их несколько? Пригласи их всех! — Внешне обрадовалась, а в эмоциях озадачилась. — Только график посещений надо составить, чтобы разрешения на посещение верхнего уровня сделать заранее.

Ага, не Нирона, она сама на Верхнем летит, ей разрешение не нужно. Тогда кто? Пиколетта? Плакса Куанг? Хотя нет, Куанг же взрослая, так что на подружку не похожа. А Пиколетта… Я же маме Мили в тот раз сказал, что мне она не нравится, неужели забыла? В общем, я совсем запутался. Может, кто-то просто сказал, что она моя подружка и мама Мили, конечно, решила с ней познакомиться. А ей же и в голову не придет, что тут не наш дом, и кто-то может и соврать.

— Как раз у меня их нет ни одной. Потому уточни, пожалуйста. Мне кажется, что кто-то тебя обманул.

— Да нет, мне кажется, что это ты меня вводишь в заблуждение. Скажи, у тебя есть…хм… наложница?

— Нет, конечно! Как у меня может быть наложница, если у меня нет даже невесты! — Или мама мне её уже нашла, сразу с подругой? Хотя, чего это я? Вчера у меня не было никакой невесты, а с корабля не связаться с мамой, даже если невеста у меня уже появилась.

Странно, теперь, после моего ответа, мама Мили озадачена не меньше моего. Что, такая простая мысль ей в голову не приходила? Точно, кто-то её обманул.

— А ты уверен, что нет? — Так, опять осторожное подкрадывание к сути. До чего же взрослые любят спрашивать намёками, хоть спросить напрямую гораздо быстрее и проще. Что за вечный дипломатический режим?

— Если бы она появилась, мама бы мне сказала уже. — Странно было бы найти сыну невесту, а ему самому об этом не сказать. Я люблю сюрпризы, но невеста это же не новый нож, её не подаришь.

— А если мама ещё не знает об этом?

— Тогда знал бы папа. Только сомневаюсь, чтобы папа вмешался вперёд мамы в этом вопросе. — Хотя, мама бы ему и не позволила самому решать этот вопрос. Она сразу сказала, что первую жену мне найдет сама и никто ей не указ. И со мной договорилась на этот счет.

Мама тогда за моё согласие обещала на свадьбу пригласить тех, с кем служила когда-то, так что я быстро согласился. А когда специально поставил условие, чтобы жена не трогала мои вещи, а мама подтвердила, что все свои условия я могу сказать своей невесте заранее. Я тогда составил целый список, но он куда-то потерялся. Но я помню, что на счет моего ножа и моей порции мороженого там точно были пункты. И мама тогда сказала, что все эти пункты будут учтены при поиске невесты.

— Да? А с кем бы ты в первую очередь поделился такой… хм, новостью с мамой или с папой? — Это вариант вопроса «кого ты больше любишь маму или папу»? Давно уже, мама предупреждала меня на этот счет. Помню, я даже раз ответил одному другу отца, что «больше всего я люблю убивать тех, кто задает мне этот вопрос», как и советовала моя мама. Папа долго смеялся, а друг внутри обиделся, а внешне криво улыбнулся. А нечего задавать глупые вопросы. Это я ещё у него не уточнил сначала «а которую маму». Совсем бы расстроился человек, что не получилось у него сделать пакость. А ведь он специально задавал этот вопрос, да и эмоции у него были какие-то склизкие.

— Я думаю… — Делаю театрально-задумчивую паузу. — Мама сначала скажет отцу. А потом мне.

Стоп. Мне кажется, что мы друг друга не понимаем. В эмоциях Мамы Мили совсем хаос из растерянности. Как бы он и на меня не перекинулся.

— Милисандра. Давай ты прямо скажешь, что ты от меня хочешь.

— Валик, я хочу точно знать, есть у тебя любовница или нет.

— Ну, вот видишь, как всё просто. Я ещё ни в кого из девочек не влюблён, значит и любовницы у меня нет. Если влюблюсь — космос мне об этом скажет.

— Какой космос? Ты меня опять путаешь, а я только поверила, что всё действительно просто.

— Мама сказала, что когда влюбляешься, то твоя логика улетает в космос, а с моей всё в порядке. А то, что у тебя с ней плохо, так я и так знаю, что ты любишь папу. Как только разлюбишь — так и логика вернётся, не переживай!

— Спасибо, Валя, ты очень добрый. — Да, лёгкий сарказм, но скорее показательный. Благодарность в словах и эмоциях самая настоящая.

— Всегда ко мне обращайся, если ты понимаешь, что чего-то не понимаешь. Я тебе всё объясню!

— Хорошо. А ты не против, если к нам в гости придёт Монкут Куанг? — И легкая неуверенность. Видимо боится, что мы с той в плохих отношениях.

— Эта плакса? Нет, не против.

— А почему она плакса?

— Так, когда мы подрались, и она проиграла, так сразу упала на колени и плакать начала. Вчера же это обсуждали, не помнишь? А я тогда на игре, когда думал, что проиграл её сестре, ни слезинки не пролил! Но она девочка, им можно плакать.

— А ты знаешь, что она всем говорит, что она твоя наложница?

— Да, она говорила, что собирается ею стать. Спрашивала через сестру у меня, можно ли. Я разрешил. Вон, Далия была при этом, когда я передавал разрешение.

— Ты разрешил ей стать твоей наложницей? Почему? Она тебе нравится?

— Ну, она ничего такая. И одевается необычно. Я и подумал, что когда у меня появится невеста, ей подойдёт такая подруга. Ну и разрешил, пусть попытается. Главное, воспитать до этого её правильно.

— А сейчас она неправильно воспитана?

— Конечно! Она когда чего-то просит, то сразу на колени встает и головой так делает. — И я кивнул головой несколько раз. — Хорошо, что она это наедине делала, а если она такое при людях учудит?

— А-а-а… когда это она так… — Мама Мили была просто зачарована моими словами. Так внимательно меня слушает. А чего это она так этой девушкой заинтересовалась? И я не понял, чего она только что хотела сказать.

— Ты чего-то хотела сказать? Извини, я тебя чуть не перебил.

— Да нет, ничего. — Она как-то ушла в себя на несколько секунд, но потом опять встрепенулась, — Хотя нет, скажи: а часто она так… хм… просит?

— На коленях? Ну, пару раз было, вроде. Или один? Я не помню. Так мы и виделись всего два раза, вот в первую нашу встречу она на колени, а потом говорит, что отдала мне свою честь. Она ещё перед поединком сказала, что если проиграет, то отдаст, вот и выполнила обещание. И сестра у неё такая же. Чуть что — сразу на колени и просит.

— И сестра тоже? — Всё, удивление в Милисандре превысило крайнюю точку.

— И ты согласился на её условия. — Тут Далия вмешалась в наш разговор, но она не спрашивала, а утверждала. Оказывается, она рядом стоит. Ага, а Велия около двери. Что-то забыл после завтрака про них, хотя они кушали вместе с нами.

— Ну да. — Повернулся я к ней. — Мне было интересно победить взрослую.

— А если бы ты проиграл, то честь отдал бы ты? — Далия сама серьезность. А где её неизменная улыбка?

— Нет, мы на такое не договаривались. Она сказала, что или я дерусь с ней и побеждаю, или она себя убьёт. Я решил, что быстренько её завалю и потом уже скажу, что это не я.

— И ты её завалил. — Усмехнулась и продолжила. — А потом она отдала тебе честь, когда встала на колени. Так? — Вот, Далия всё сразу поняла. А то Милисандра бы ещё кучу вопросов уточняющих задала.

— Да, всё верно.

Далия посмотрела на Милисандру и слегка пожала плечами, разведя руки, как бы говоря «ничего не поделать». А что, я что-то не то сделал? Как же неудобно, что охранницы не сканируются!

— А почему ты хотел сказать, что это не ты? — Это ничего не понимающая Милисандра, всё-таки задала уточняющий вопрос.

— Так она, кажется, ждала другого, но он не пришел. Пришел я, и она предложила мне, как будто я — это он.

— Так ты хотел забрать у нее честь, а потом сказать, что это не ты? — Выцепила из разговора мама Мили то, к чему можно придраться. — Валериус! Ты меня расстраиваешь. Мужчина всегда должен сам отвечать за свои поступки. — Ну вот, как я и думал, я остался виноват. Может, ну их, в следующий раз даже не стоит и пытаться оправдываться, всё равно же бесполезно, проверено не один раз? Так-то я мог сказать, что девушка, отдавая мне свою честь в распоряжение, назвала меня по имени, а значит ни с кем не путала тогда.

Но я потупил взгляд. Так будет быстрее, а то после моих объяснений ещё чего-то выяснится. И это может тянуться бесконечно, а у меня сегодняшние тесты на стажёра ещё не сделаны.

Милисандра ещё раз посмотрела на меня осуждающе и ушла в свою комнату.

Я уже тоже собрался уйти в свою, как Далия сделала знак, что сейчас будет важное.

— Принц, тебе надо сходить со мной на Нижний уровень. Я там тебя познакомлю с одним преступником. — Какое интересное предложение. С преступниками я ещё не знакомился.

— А зачем мне знакомиться с преступником? — Всё же решил я уточнить.

— Пригодится. — Сказала она, но видя, что всё ещё смотрю вопросительно, уточнила. — Мы улетим, а у твоего Грея своеобразное представление о том, как надо тебя охранять. Ему доверяет твой отец и твоя мать, но я нет. Он не из клана. — Не очень понятное объяснение. Точнее, совсем не понятное, но ей виднее.

— Да я не против. А мама Мили в курсе?

— Да. И она одобрила.

— Мне тоже интересно. А когда?

— Сегодня после обеда. — Отлично, все в курсе, что до обеда я решаю тесты. Только никак набрать баллов не могу для перехода в соседний кабинет. Так, опять знак «важное».

— И ещё. С нами должна пойти Монкут Куанг. Напиши ей и назначь встречу.

— А у меня её ВИНа нет. — Забыл у неё спросить, не думал, что простой поединок будет тянуть за собой такие последствия.

— Я тебе продиктую.

— А ты не можешь сказать поконкретней, с кем встреча и зачем вообще она?

— Встреча с одним из главарей разбойников, что летят на одном из нижних уровней, по кличке Шут. Надо им показать, кто на корабле летит на ВЕРХНЕМ уровне, а кто на НИЖНЕМ, а то они постоянно забывают, почему-то. Вот ты им и напомнишь.

— И как мне это объяснить им. Я же ребёнок для любого взрослого. Тем более, для бандита.

— Это просто, Принц. «Нож и улыбка» — вот основа взаимопонимания с такими людьми.

До обеда я решал стажёрские задачки. На другие специальности даже не ходил, метаться по меню в таких случаях не рекомендуется, так что я решил, что хотя бы эту специальность закрою, набрав баллов для перехода в опытные сотрудники. Четыре балла я потерял, два раза неправильно ответив, а заработал только три, по одному за каждое раскрытое дело. Опять начал торопиться, как начало получаться. Только расстроился. Вышел из модуля и вспомнил, что не написал своей будущей наложнице.

Я &gt; Куанг, это Валериус. Привет. У меня к тебе дело.

Куанг &gt; Принц Валериус, я приветствую Вас и очень внимательно слушаю.

Какая она официальная всегда. Интересно, а что, аналитики все такие строгие? Я раньше не был знаком ни с одним, так что сравнивать не с кем. Даже и просить что-то теперь боязно. Надо обратиться к ней полным именем. И на Вы.

Я &gt; Монкут Куанг, желательно, чтобы Вы сегодня после обеда сопровождали меня в поездке на Нижний Уровень. Вы можете мне помочь в этом?

Куанг &gt; Конечно, Принц Валериус! Я буду готова в срок. Куда мне подойти?

Я &gt; Сразу после обеда мы с охраной заберём Вас около лифта на Вашем Среднем уровне. Хорошо?

Куанг &gt; Хорошо. Я буду ждать с нетерпением.

Как задание по дипломатии выполнил. Скучный вышел разговор.

*****

После обеда, мы на выходе двинулись вправо, к лифтам на средние уровни. Я успокаивающе махнул рукой Милисандре, потому что у неё в эмоциях царила паника и беспокойство. Хорошо, что она ничего не сказала, а то бы опозорила меня перед всеми. Она и на обеде сидела напряжённая вся, кажется, она передумала меня отпускать на встречу. А когда я одевался на обед, она даже не сказала ничего на то, что я надел комбез, а не костюм, и привычно прицепил нож к ноге.

Монкут Куанг ждала нас прямо у выхода из лифта, опять одетая в свою красивую конфетную обёртку. Молча поклонилась до пояса, разогнувшись только, когда я тоже поклонился. Вот любит же она эти поклоны. А мне смешно стало. Это же дыра в безопасности, вот так вот кланяться. А если кто-то пнёт тебя в это время? Хотя, может это как раз и есть вариант показывающий доверие, как рукопожатие на Перуне?

Возле лифта на Нижнем уровне нас тоже уже ждали. Очень большой человек и какой-то толстый, который улыбался во весь рот, но в эмоциях у него было спокойствие и разочарование, по отношению ко мне. Толстый это явно Шут, Далия так и сказала, что он похож на толстого весельчака. Интересно, когда это я успел что-то ему пообещать, но не сделать, раз он так разочарован?

Девушка и охранница встали позади меня, справа и слева, показывая, что я главный. Хм… Неужели, и тут дипломатия? Тогда, поднимаем экран, и тянем паузу: первым говорит просящий или гость. А мы, хоть и гости, но скорее, почётные, а им хозяева представляются первыми.

Где-то около минуты все молчали. Я тоже молчал, рассматривая и сканируя чувства встречающих. Большой искренне верил в своего начальника, а вот его начальник постепенно начинал нервничать. Причём, не я его заставил потерять его спокойствие, а Далия. Он на неё даже не посмотрел, но вот эмоции в её сторону всё нарастали. Хм. Не вижу её, но вроде как, она не шевелилась.

Вот так играть в игру, кто кого перемолчит, можно долго. Надо расслабить обстановку, пошутить. Руки у меня сзади, даю ими сигнал «внимание», затем «нож и улыбка на счёт три». Слово «улыбка» пришлось набирать побуквенно, потому что знака этого слова я не вспомнил. Это ещё полминуты прошло, пока я своими, непривычными к такому, пальцами все это изображал, так что напряжение в молчании поднялось ещё сильнее.

«Раз, два, три». На счёт «три», поджимаю ногу, выдергиваю нож из чехла и улыбаюсь, глядя толстяку в глаза. Судя, по его панике, Далия повторила мой манёвр с улыбкой и ножом. Демонстративно опускаю взгляд на лезвие. Немного покрутил в руках оружие, потом перевожу взгляд на бандита и снова улыбаюсь, на этот раз, вопросительно прищурившись.

Всё, я победил. Зря я смеялся над своей наставницей, когда она меня учила «азбуке улыбок от ведьм», ещё и заставляла тренироваться, если ей не нравилось. Точно ведь, лучше всяких слов оказалось.

Толстяк сделал непроизвольный шаг назад, теперь его паника была направлена в мою сторону. Он заискивающе улыбнулся, скосил глаза на мою будущую подругу невесты, после низко поклонился мне. Поклон был вот в точности, как поклонилась Куанг возле лифта, когда меня приветствовала. Озадачил. А я-то не в курсе протокола этой планеты, не изучали мы его. То, что поклон уважительный, это понятно. А вот ответить то ему что? Опять подтянул ногу, убрал нож. Жаль, не вижу, что делает Далия, но вот вторую девушку просто переполняет гордость. Пауза всё ещё длится, так что разрядить обстановку шуткой не получилось. Поклонился только головой и опять улыбнулся. На этот раз выбрал вариант с прищуренными глазами и запрокинутой головой. Вот, я поклонился тебе и смотрю сверху вниз. Я этот взгляд видел у начальника полиции, который поймал одного из пиратов. А что, к ситуации подходит. Только помню, тот не улыбался.

Толстый бандит, видимо, пришел к какому-то выводу. Эмоции у него ещё выдавали беспокойство, но небольшое, то, что я убрал нож, его обнадёжило. Наконец, он подал голос.

— Принц Валериус, я приветствую Вас на этом уровне.

Так какой из протоколов выбрать? Надо быстренько решать, мячик на моей стороне. А что если сбить ритм? Он разговаривает со мной, как со взрослым. А я буду с ним, как с ровесником.

— И Вам привет, мистер Шут. А я думал вы немой. — И широкая, наглая улыбка. Как мама, говорить одними улыбками, я не умею ещё, но научусь, раз это входит в боевой набор воинов клана. А ведь мне об этом часто говорили, чего я не использовал это раньше?

— Я просто впервые встречаю такую высокую особу, которая бы сама приехала на Нижний уровень. — Судя по насмешке в эмоциях, какой-то намёк, но я не понял, на что.

Лучшее оружие, это правда. В неё такие люди не верят, так что пусть сам придумает, что я имел ввиду.

— Да мне просто стало любопытно посмотреть на настоящего бандита и не на Зувере (планета, на которой расположена основная масса тюрем Содружества). Решил поторопиться, вдруг да не успею посмотреть!

— Ну что Вы! Я самый законопослушный человек на этом уровне! — Досада в эмоциях, значит, я угадал с ответом. Я не только умный, но и удачливый.

А в его фразу охотно верю. Если уж ты самый, то остальных можно сразу без разбора грузить в корабль и на тюремную планету везти.

— Вполне допускаю такое. Мы так и будем стоять? Моё время дорого. — Фраза по поводу дорогого времени мне запомнилась от отца, когда за ним приехали какие-то люди, а он им: «Вполне допускаю, что вам это нужно, но мне некогда, моё время дорого».

— Конечно же нет, я хотел Вас пригласить посетить Красный уровень, только вот сейчас и не знаю, как быть. Боюсь, Вас туда не пустят.

Это он пошутил так? Насмешка в эмоциях стала ещё сильнее. А он что, был не в курсе, сколько мне СО?

— Мне там не интересно. Всё, что там показывают, я уже видел. — Просто смотреть на поединки действительно интересного мало. Вот если бы самому подраться. Только, раз туда не пускают детей, то и соперников для меня там нет. Скучно, как я и сказал уже.

Шут смутился. Так вот тебе! Ты думал, что я просто так прядь покрасил? Нет, я настоящий воин клана Росса! И будущий Герой Галактики.

И справа пошла волна сильного смущения. Это Куанг смущает то, что мы нарушили протокол или то, что я видел драки? Сама же со мной дралась, разве не понятно, что я этому не по визору научился.

— Тогда, я предлагаю просто пройти ко мне в гости и посидеть, поговорить.

Хм… подвоха вроде как нет, но спросить совета надо. Поворачиваюсь к Далии, спрашиваю взглядом. Она показывает «полчаса». Нож она, кстати, не убрала. У мамы, помню, их семь было, но с количеством прядей это не связано, вроде как они все их от пяти до двенадцати штук на себе таскают, в то время, когда нельзя метатели, как, например, вот сейчас, на корабле.

Обернулся опять к Шуту.

— Полчаса я Вам могу выделить. Показывайте куда идти.

Шут сразу засуетился, как будто включился раньше выключенный механизм.

— Шея! — Это он большому бандиту. Интересно, это имя такое, похожее на название части тела на общем или позывной? — Пусть там приготовят всё для встречи, скажи, чтобы всё было по высшему разряду или я кого-то накажу. Понял?

— Да, понял. А кого накажешь? — И он же не притворяется, действительно озадачился вопросом. Неужели взрослые бывают такими глупыми?

— Тебя, если мы придём, а готово не будет. Понял?

— Понял! — Вот тут никаких умственных метаний. Полная уверенность.

— Господин Принц! — Это он уже мне. Очень странно звучит такое обращение. А разве «господинами» не благородных с окраинных планет называют? — Давайте пока не будем торопиться, а то у меня не очень умные работники, могут не успеть.

— Мне всё равно, у Вас есть полчаса на всё.

Знаю я такое. Помню, как сёстрам мама:

— У вас есть полчаса на всё. Потом выходим.

— Да мне только полчаса голову мыть, а высушиться?

— Мне всё равно, значит пойдешь с мокрыми.

Через полчаса сёстры готовы и волосы высушены. Мама никогда не врёт, сказала «пойдёшь с мокрыми», значит так и будет. А когда с папой собирались, в два часа не укладывались никогда.

Так что, демонстративно активировал на брасике таймер на полчаса. Экран у меня большой, так что видно было хорошо, как начался обратный отсчёт. По себе знаю, как напрягает такое. Вон, без волос чуть не остался, потому что торопился, бегущее время давило. И на тестах всё ещё к таймеру не привыкну. Эх, и когда я уже там сотню баллов наберу, чтобы хотя бы в опытные перейти?

— Да, я понимаю. Тут идти недалеко. — Какой же он суетливый всё-таки.

Идти оказалось действительно недалеко. Пока шли, все молчали. Шут вначале пошутил про размеры шагов меня, Далии и Куанг, но видя, что никто из нас на его слова не отреагировал, замолчал.

Куанг действительно не шла, а семенила. Неужели ей удобно так ходить? Надо вообще записать все вопросы к ней и задать, а то они возникают, а я потом забываю. И начать с вопроса: «а ты с какой планеты»? А потом изучить их обычаи. Она же взрослая, а все взрослые просто не могут жить, чтобы не придумать правила и обычаи на все случаи жизни. Вырасту, стану Героем и отменю большинство этих ненужных ритуалов совсем.

По пути не встретили почти никого. Только один раз дверь в какой-то боковой коридор открылась, оттуда выглянула какая-то женщина, но увидев нас, быстро закрыла дверь. А мне думалось, что тут должна быть куча народу!

У одной, внешне непримечательной, двери, Шут со своим большим помощником остановились. Толстяк, приглашающее, показал на дверь и так серьезно произнёс:

— Пожалуйте, Принц! — А в эмоциях куча иронии и злорадства. Ага, я зайду, а там мне на голову ведро воды, знаю я такое, сколько раз сам устраивал!

Первым заходить я не собирался, потому обернулся к Далии. Куанг тоже первой заходить нельзя, что потом с ней, мокрой, делать? Сомневаюсь я, что её конфетное одеяние так же перенесёт купание, как боевой комбез, с которого вода легко стечёт.

Далия откатила дверь, но сразу в неё не вошла, а как-то напрягшись, немного наклонилась и заглянула в открывшуюся каюту. Потом, не оборачиваясь, подала мне знак «средняя боевая опасность». Не понял? Так что, там нас не холодной, а горячей водой поливать собрались, что ли? Да, странные шутки у местных бандитов. Далия, дав сигнал «через пять секунд», перетекла внутрь помещения, а я, достав нож и отсчитав интервал, шагнул за ней.

Справа кулак, уворачиваюсь, сбив его немного в сторону и, оказавшись со спины какого-то ну очень высокого типа. Левую руку ему на плечо для дополнительной опоры, прыжок вверх и нож в правое плечо этого громилы. Мыслей нет, они ушли почти все, когда получил команду на боевой настрой, двигаюсь и бью на автомате, как на тренировках в виртуалке. Вынимаю нож и пригибаюсь, у этого типа еще одна рука рабочая, ну как он ею размахнётся назад! Только вот я зря переживал. Оказывается, за мной в помещение вошла Куанг с какими-то связанными между собой палочками в руках. Появилась она внезапно, вынырнув из-за спины Шута, который застыл почти в проходе. Девушка дергает рукой и одна из палочек попадает бандиту в лоб, и его вопль, которым он меня чуть не оглушил после ножа в плечо, резко обрывается, а сам носитель этого крепкого лба ме-едленно оседает, как девица в обмороке. Интересное оружие, раньше даже не видел такого. И она там его не прибила, случайно? «Средняя боевая» это выведение из строя противников боевым оружием, но не убивая, а она-то не в курсе наших знаков. Ой, я же спиной ко всему остальному помещению! Оборачиваюсь на легкий шум, держа нож в опущенной руке. Он у меня один, метать нельзя, остаться без оружия против группы врагов глупо.

Только вот опасаться уже некого. В помещении, кроме «встречающего» меня у входа, было еще четверо бандитов. Пока я разбирался с одним, Далия уже обезвредила остальных, на первый взгляд, даже не поранив никого. Все четверо лежали на полу, причем в одном углу, сваленные в кучу. Тоже так хочу научиться! Медленно выдыхаю, потом опять вдыхаю. Вот, я теперь знаю, что своей крови я не пугаюсь, а от чужой меня подташнивает. Фу, может не стоило его вообще резать, получил бы он палочкой в лоб и всё? Глянул на лежащего у моих ног, мною порезанного. Не, он бы, если попал, с одного удара меня покалечить мог, так что, так ему и надо! Захотелось даже пнуть его, но это было бы не по-геройски.

Поднял глаза на, стоящего у входа в каюту, Шута. Ага, он же знал, что тут нас побить хотят! Всё, боёвка закончена, теперь будет дипломатия. Нож и улыбка!

Демонстративно наклоняюсь к упавшему громиле, вытираю о его одежду свой нож, не сводя глаз с толстяка. Выпрямляюсь.

— Скажите, мистер Шут, а Вы всегда так встречаете своих гостей? — Делаю паузу, даю ему время на то, чтобы он осознал, в какую ситуацию попал. — Или, может это была шутка такая? Признаться, я не очень понял, в каком месте начинать смеяться. Сейчас, или когда Вы к ним присоединитесь? — И, показав ножом на лежащего под моими ногами, улыбаюсь во все зубы.

Глаза Шута, которые и до этого были не маленькими, становятся заметно больше, а в эмоциях вместо недоумения появляется паника. Что, не можешь найти слова, чтобы оправдаться? Вот, он же явно хочет что-то сказать, но вместо голоса сип какой-то. Бандит делает шаг в мою сторону, но тут же резко останавливается. Это Далия неизвестно как проскользила почти через всю каюту и приставила к его горлу свой нож. От ужаса, который пошел волной от бандита, мне чуть самому не стало плохо. И чего так бояться-то? Если бы она захотела, сразу бы зарезала.

— Говори, не видишь, Принц расстроился. — И смотрит на него с широкой улыбкой. Как он может говорить, он пошевелиться боится, только косится на Далию одними глазами.

Я кивнул Далии, показав знак «не опасно», она меня как-то поняла, убрала нож и сделала шаг в сторону. Шут сделал глубокий выдох. Он, наверное, и не дышал до этого, вон как покраснело лицо. А в эмоциях почти в норме. Что, интересно, из увиденного его успокоило? Вот он ещё раз огляделся, потом крикнул с раздражением:

— Шея! — А когда его большой помощник не появился, уже с беспокойством. — Шея, ты где?

— Он спит. — Это Куанг. Мы всё трое переводим взгляд на неё. — Он мне хотел помешать зайти за господином, так что я его усыпила.

Хм… Усыпить за секунду очень большого и сильного человека, который хочет не спать, а драться. Надеюсь, она мою маму не научит этому способу, а то меня перестанут даже спрашивать, хочу ли я спать, просто раз — и усыпили. Опасный человек, эта моя будущая наложница.

— А как… а разбудить его нельзя? — Шут явно тоже в голове примерял мысль на счет возможности усыпления его человека. Ему-то чего бояться? Он же взрослый, его мама спать раньше времени не отправит!

Куанг посмотрела на меня. А чего она меня-то спрашивает, я откуда знаю, чего она может, а чего нет? А, точно! Она от меня, как от старшего, команды-разрешения ждёт!

— Можешь? — Она кивнула. — Тогда разбуди. Только ты там осторожно, а то, если он причинит тебе вред, мне придётся его убить, а мне лень. — А ещё тошнит даже от мысли в кого-то втыкать нож. И как герои убивают врагов сотнями, тут одного чуть порезал и вот-вот конфуз произойдёт только от запаха чужой крови?

Минут через семь, в каюту шагнул лохматый и насупленный Шея, сзади которого появилась и Куанг. Всё это время мы с Шутом стояли друг напротив друга и молчали. А громила увидел своего начальника, выдал в эмоциях порцию облегчения и вытянулся, прям как солдат. Шут же, как его увидел, сразу же принял уверенный вид, куда и девался испуганный пузанчик, что только что смиренно ждал нашего решения его судьбы. В эмоциях у него тоже уверенность и деловитость. Нашел объяснение для нас?

— Шея, а скажи мне, что вот это тут сейчас было? — И рукой обводит комнату. Это как? Он что, ничего не знал? А как же его предвкушение перед нашим заходом сюда?

Здоровяк засмущался, как застигнутая за поеданием сворованных из вазы столовой конфет, моя младшая сестра Лилия.

— Так это… ну, я-то ничего, это всё он придумал, а я же не знал. — И честно так посмотрел в глаза своего начальника. А у того в эмоциях появилось куча подозрительности. Он так пристально начал вглядываться в своего помощника, что казалось, вот-вот в нём дырку просверлит. Его молчание видимо что-то сказало Шее, потому что он прервал своё бормотание, опять опустил глаза и покаянно умолк.

— Кто? — Его начальник бык краток и настойчив.

— Ну, вчера же эти, ну с того уровня когда, там был один, он рассказывал, что они так много раз делали. Ну, я говорю нашим, ща ты с принцем придешь, надо встречу. И что принц так, сопля малая. А потом Калач, — и он показал своей лапищей на того, что валялся у моих ног, — и говорит, а давай, типа, и мы тоже так же, как те. Принца в заложники и деньги у его родителей получим за него.

— Мне почему не сказал? — Но тот опять опустил глаза. — Диагноз ясен. — Шут огляделся, — А Леший с Сержантом где?

— Так они против были, почему-то. Ну, ребята их у тебя там связали и положили, чтобы не мешали, когда ты придёшь.

— Это они вам, недоумкам, и сказали, что и я буду против, да? — Опять не дождавшись ответа, Шут зло выдохнул. Эти его люди, явно, поломали какие-то его планы, так что он занервничал и наверняка искал выход. Тут Далия показала знак «время» и «задание закончено». Точно, я же таймер включал. А нам ещё возвращаться столько же, сколько сюда шли. Что ж, тогда пора прощаться.

— Мистер Шут, признаться, я не рассчитывал на такую бурную встречу меня, Первого и Единственного. — Вот же! Теперь и мне привязалась тогдашняя шутливая характеристика. — Но, как я уже говорил, моё время дорого, а свой, выделенный Вам, лимит, Вы исчерпали. — И показал ему таймер, который высветил на весь экран браслета. Так-то, запас времени был, но для серьезного разговора явно недостаточный.

Выход из каюты закрывала эта парочка, но когда на них двинулась Далия, оба отскочили от нее, как от огня. Хотя, чего это я? Она и есть воплощение благословения огня.

Я почти вышел, но вдруг получил сигнал «стоп» от Далии и остановился. Чего-то забыл? Повернулся к бандитам и замер, не зная, что сказать. Выручила меня Далия, шагнув вперед.

— Принц Валериус немного расстроен такой негостеприимной встречей и надеется, что Вы, мистер Шут, найдёте способ, чтобы загладить свою вину. В противном случае, клан Росса будет вынужден обидеться за оскорбление своего полноправного воина первого уровня. Всего доброго.

Точно! Они же виноваты, и должны как-то оплатить свою ошибку, а то уважать перестанут. А я и не подумал, молодец Далия, выручила. Эх, фразы я строить научился, а вот причины для этих фраз ещё не всегда нахожу правильно.

Не кланяясь (вот ещё!), мы развернулись и вышли.

*****

Пока мы шли до лифта, Далия мне два раза показала знак «память». Это я опять что-то забыл? Хм… ничего не вспоминается так вот сразу. Потом, видя, что я не понимаю её намёков, она кивнула на Куанг и опять «память». Она хочет, чтобы я забыл про неё? Или чего?

— Куанг, Принц Валериус хочет пригласить тебя в гости, познакомить КОЕ С КЕМ! — Это Далии надоела моя забывчивость, и она опять заговорила от моего имени. Смотря, при этом, осуждающе, на меня.

Точно! Мама Мили же говорила об этом. Но, разве она не сама хотела пригласить эту девушку к нам?

— Принц? — Девушка остановилась и повернулась ко мне, с вопросом в голосе.

— Да, ты как, не сильно занята? — Что-то я растерялся и с ней заговорил, как с ровесницей. А мы же во время переписки друг к другу обращались официально.

— Нет, у меня есть время. А когда и куда мне прийти?

— Давай, после ужина. Мы тебя опять возле лифта встретим и проводим. — Глянул на время, до ужина точно есть пара часов, так необходимых каждой женщине, чтобы подготовиться к походу в соседнюю каюту. А уж подняться на уровень, так вообще нужны будут все три часа на подготовку.

Что-то я разнервничался, трясет немного даже. Вот и грубость так и тянет сказать человеку, который мне даже помог, можно сказать. И в горле пересохло немного.

— Хорошо, я буду готова к этому времени.

Мы проводили её до её уровня, а сами поехали на свой.

В каюте я почувствовал, как, оказывается, был напряжен всё это время. Казалось, что силы просто резко покинули меня, и я рухнул на диванчик в средней комнате. Хотелось свернуться калачиком и спрятаться от всего на свете. Кругом ужасный, жестокий мир, в котором большие дяди нападают на меня, а я их режу ножом. Мама далеко, никто защитить меня не сможет, я один против всего этого жестокого мира.

Голова начала сильно болеть, лежать стало неудобно и жарко. Попробовал подняться, но неожиданно меня повело в сторону, мир закружил меня по кругу и уронил обратно на диван. Все вокруг казалось окрашено в красно-кровавый цвет. Резко затошнило. Нет, я сильный воин, встану сам! Ещё одна неудачная попытка встать, какие-то люди вокруг, крики, и, видимо, я отключился.

*****

Очнулся я в постели, в своей комнате. Инфора рядом не заметил, а брасик показывал середину ночи. Очень хотелось пить и в туалет. Медленно встал, но потом заметил, что ничего не болит, да и голова больше не кружится, так что можно не осторожничать. Это я ужин пропустил, да? Хотя, есть вроде бы и не хочется.

В средней комнате, на диванчике, сидела только Велия, а остальные, наверное, спят. Она молча осмотрела меня сверху вниз, а потом вопросительно вскинула голову, глядя на кого-то сзади меня. Так резко обернулся, что чуть не упал. Уф, и чего это я так испугался? Это же Далия вышла вслед за мной, значит, просто была со мной в комнате, а я опять её не заметил. Ладно, вы тут переглядывайтесь, а я тороплюсь, иначе могу и опоздать! Сбегал по своим срочным делам, а когда вышел, в комнате появилась ещё и Милисандра, одетая в платье, а не в пижаму. Середина ночи, а они полностью одетые и не спят!

— Валя, ты как себя чувствуешь? — Мама Мили с тревогой смотрела на меня.

— Да хорошо. Только вот не понял, от чего я так резко заболел.

Чувство вины, исходящее от неё было неожиданным. В чём это она себя винит? Ну, простыл, ну бывает. Или отравился, помнится, тошнило же меня.

— У тебя это просто возрастное. — Велия подала свой мягкий голос. Так красиво говорит, но так редко. Почему? Стесняется?

— Я старею? — Все трое усмехнулись. А что, я несколько раз слышал эту фразу: «Это у меня возрастное, старею».

— Скорее, взрослеешь. Скоро тебе двенадцать, очень важный возраст. — Это Велия просто не в курсе, как для меня стала привычной эта фраза.

— Да мне про десять то же самое говорили, и даже про одиннадцать, а что-то я не заметил большой разницы в себе. Даже не подрос, почти. Десять сантиметров за оборот, это разве подрос? Когда я уже буду таким большим, как мама?

— Это случится совсем скоро. Вот школу среднюю закончишь, к тому времени точно вырастешь не меньше своей мамы. — Мама Мили вышла на свою привычную тему. Средняя школа это или три или вообще пять оборотов, это же полжизни ещё!

— А можно мне попить? — Пить действительно хотелось, да и тему сменить хотелось не меньше. Слишком знакомый тон был у Милисандры, лекция о моём будущем уже была на подходе.

— Да, сейчас я закажу теплого молока, а ты пока иди в постель, до утра поспи.

— Так я не хочу спать!

— Не спорь, прошу тебя. Будь настоящим мужчиной и сделай то, о чём тебя просят.

— Если быть настоящим мужчиной это делать то, о чём тебя просит женщина, а ты сам этого делать не хочешь, то я настоящим мужчиной быть не хочу. Я буду героем!

— Герои тоже должны отдыхать. Иди, молоко я сейчас закажу.

Эх, не люблю быть настоящим мужчиной и болеть. И то и другое скучно.

10. Оборотная сторона. Далия внимательная и Милисандра подозревающая

Куанг ждала ровно на том же месте, что и в прошлый раз. Даже одета была в то же одеяние.

Наверное, это её лучшая одежда, но видимо, и единственная, раз она только в нём и ходит. Нужно будет намекнуть Принцу, что сопровождающая его девушка должна выглядеть не хуже его самого. Пусть на этой тренируется одевать и выполнять разные обязательные ритуалы, потом с женой проблем будет меньше.

— Куанг, к сожалению, Принц приболел, но приглашение в силе. Ты не против познакомиться с мамой Валериуса?

Девушка в беспокойстве или даже страхе прижала одну руку к губам.

— Господин заболел? Я надеюсь, ничего серьезного?

— Всё хорошо, завтра будет на ногах. Но ты не ответила: ты готова идти?

— Да, конечно. — Она сначала суетливо закивала, а потом, словно оборвав себя, вытянулась, сложила опущенные руки и глубоко поклонилась.

Что ж, тогда пусть встретится с самой доброй и мягкой мамой принца. Если она ей не понравится, с родной мамой нашего мальчика ей даже не стоит и пытаться наладить отношения.

Когда зашли в лифт, он отказался закрывать двери, а на стенном экране висело предупреждение о несанкционированном доступе посторонних людей. Только Далия не смогла утвердить разрешение для Куанг, в доступе отказано. Милисандра, рассеянная как всегда, явно забыла дать права на утверждение разрешения посещения для своей охраны. Девушка же, немного испугавшись резкого сигнала, засмущалась, но ничего не сказала, ожидая, как решится это затруднение.

Пока Далия написала Милисандре, пока та дала ей права, прошло минут пять, за которые Куанг, казалось, не сделала ни одного движения. Как встала в ожидании, так и замерла. После подтверждения разрешения, лифт перестал пугать разными яркими запрещающими надписями и, закрыв двери, повез их на Верхний уровень. Облегченный выдох, вырвавшийся у Куанг, Далия уловила, значит, девушка сдерживала дыхание всё это время, опасаясь, что её выгонят из лифта. Она вроде бы утверждала, что принцесса и единственная наследница, а воспитана, как прислуга. Надо указать Милисандре на это несоответствие. Пусть учтёт при разговоре с ней.

*****

— Проходи, садись. — Мили показала рукой на одно из кресел возле столика. Обе уселись, после чего минуты две помолчали.

Ну и что делать с этой претенденткой на нашего мальчика? О чём её спрашивать и какие условия или претензии предъявлять? Личико симпатичнее, чем на фото. Там она опускала глаза, так что по большей части было не понять, а тут чистая куколка.

— Как тебя зовут? — Она помнила имя девушки, но правила вежливости требовали от неё это спросить. На девушке не было инфора, а значит, простой обмен визитками тут не подходил по протоколу. Тот, у кого нет обруча, вызвать визитку не мог.

— Монкут Куанг, госпожа.

— Я не госпожа. Можешь называть меня леди, если так важно для тебя все эти условности социального статуса. Леди Милисандра.

— Да, леди Милисандра. — Встала, поклонилась, после чего снова села. Воспитание у неё действительно, как у прислуги, не зря Далия это отметила.

— Расскажи мне о себе.

— Я живу на планете Жонген. Я единственная наследница клана Джуба. Мне восемнадцать СО, я учусь на втором уровне Академии Разума на факультете помощников. Специальность — финансовый аналитик. — Девушка привычно, на одном дыхании протараторила эту информацию. Давно у неё нет инфора, раз «выдавать визитку» вслух настолько ей привычно.

— А чем ты увлекаешься? — Надо же понять, что она за человек, а то специальность у неё уж больно серьёзная.

— Экономика и финансы это очень увлекательно. Первый уровень я изучала дистанционно. Мне даже покупали дополнительные видео лекции. — К этим вопросам она явно подготовилась. Даже немного расслабилась, а то сидела на самом краешке кресла.

— А чем ты была занята, когда не училась? — Молодая девушка, а на уме одни скучные цифры? Что-то плохо верится.

— Училась управлять поместьем и тремя деревнями. — Опять работа, а не увлечение. Что-то она темнит. И по лицу не понять, всерьёз она про умение управлять или это намёк на её высокое положение.

— А ещё? — Милисандра нашла информацию об этой планете в сети корабля, и там четко указывалось, что жители обучают своих девочек искусству любви с раннего детства. Возможно, статья, ориентированная на туризм и не совсем правдива, но другой информации пока нет.

Девушка задумалась. Точнее, будто замерла, и это было воспринято Милисандрой как задумчивость.

— Ещё занималась боевым искусством. Училась работать с цепом и посохом. — Больше похоже на увлечения для мальчиков, но такое бывает, Милисандра встречала таких, даже не один раз, среди детей своих подруг. Только вот финансистов среди этих детей не было. Какая разносторонняя девушка.

— Так ты действительно умеешь хорошо драться? И давно ты учишься?

— С самого детства. — Детство понятие не точное, но всё равно получается, что занималась она дольше малыша.

— Тогда почему ты тогда не смогла победить Валериуса? Значит, я права, и ты специально поддалась? — Она постаралась не делать свой голос подозрительным, но не сильно получилось.

— Нет. Я считала, что дерусь с другим, а тому я не хотела себя отдавать. — Девушка быстро заговорила, явно оправдываясь. — Тот не умеет драться, так что у меня были все шансы выиграть поединок и защитить семью на некоторое время. А принц оказался очень хорошим бойцом без оружия. Он честно оказался сильнее, я не поддавалась ему. — И Куанг, не вставая, опять поклонилась.

— В битвах я не понимаю, но допускаю, что наш мальчик вполне мог тебя победить. Он и взрослых охранников некоторых обставляет. — Гордость за сына своего любимого наполнила её. — Но мне всё равно не понятно, почему ты вдруг решила доверить ему свою честь. Только не говори мне, что он понравился тебе внешне. Если ты спутала его с другим, со зрением у тебя в тот момент было не совсем хорошо. — Не могла не уколоть она девушку.

— Он красивый. — Девушка сначала вскинулась в возмущении, но потом, явно опомнившись, опять сникла. — Я думала, что Бич прислал его на замену. Такое допускается обычаями. Но я решила его перехитрить и попросить личной защиты того, кого прислали. Тогда бы я Нопеуну всё равно не досталась. А такой сильный боец вполне мог защитить мой клан и род.

— А потом? Когда ты узнала, что он вовсе никем не прислан, то почему ты не отказалась от своей просьбы? Насколько я знаю, если в договоре есть обман или неполное понимание, то от него вполне можно отказаться.

Куанг засмущалась. Это было понятно по её несмелой улыбке и опущенному взгляду. Ну, наконец-то хоть какое-то яркое проявление чувств, а то, как с роботом разговариваешь.

— Он показался мне достойным.

И чего ты мне все ответы такие правильные выдаёшь? Мне нужны ТВОИ мысли, а не то, что можно предъявлять широкой общественности. Такие шаблоны я и сама могу пачками выдавать.

— И всё? Ты не пытайся мне врать, девочка, не получится! — Мили уже воспринимала эту девушку, в какой-то мере как свою дочку, так что легко перешла на тон, которым разговаривала с дочерьми своего мужа, даже не смотря на то, что старшая была её ровесницей. — У тебя по лицу всё видно. — На самом деле как раз по лицу девушки можно было мало чего понять, но она явно неопытная в таких разговорах, так что поверит в то, что её можно легко «прочитать».

— Я не вру! Он достойный! Он красивый, сильный и благородный! — Куанг прижала свои кулачки к груди.

О, как она всполошилась. Это потому что я не права или наоборот, потому что угадала? И кулаки. Да, у неё есть к чему их прижимать, согласна. И чем вы там с малышом наедине занимались всё-таки?

Милисандре очень хотелось уточнить этот момент, но она всё не решалась. Надо сделать паузу.

— Пей кофе. Или ты его не любишь? Чего ты даже не прикоснулась к своей чашке? Тогда, может вина?

На самом деле Милисандра специально сразу не предложила выбор кофе или другие напитки, как того требовал этикет. Ей хотелось посмотреть, как будет себя вести эта «принцесса». Да и показать, что ей не очень рады тоже было полезно.

— Извините, Леди Милисандра, я не знаю, люблю я кофе или нет. Я до этого пила только чай. И вино только один раз пробовала, но мне не понравилось, хотя говорили, что оно дорогое, а значит, должно быть вкусным. — И опять поклонилась, так и не убрав свои кулачки с груди, потому вышло это у неё неожиданно очень мило.

Какая-то идеальная девочка. Слишком даже. Красавица, умница, алкоголь не пьёт, и в постели, наверное, тоже умеет, раз с такой планеты. Так, надо узнать, было у них или нет, а то от любопытства голова даже болеть начала. Да и ладно, чего стесняться между двумя женщинами.

— А как твоё искусство в любви? Много у тебя было мужчин до Валериуса?

Девушка вздрогнула и выронила чашку, которую только подняла, чтобы начать пить свой кофе, прямо себе на платье. А глаза-то! Глаза стали просто большущие! А в той статье, помнится, говорилось, что у всех жителей планеты Жонген глаза сильно не открываются. Вранье, а не путеводитель.

— Госпожа, простите! — И девушка, не обращая внимания на чашку и пролитый кофе, вскочила, а затем бухнулась на колени, прямо на пол. — Простите меня, я исправлюсь!

— Не называй меня госпожой, я же просила. И в чём ты исправишься? — Милисандра была просто в шоке! Как-то не приходилось ей раньше видеть, как люди падают перед ней на колени и кланяются головой в пол. До неё теперь ясно дошло, о чём говорил Валериус «упадёт на колени и головой вот так». А она-то подумала тогда совсем про другое. Даже стыдно теперь стало от тех своих мыслей.

— Извините, Леди Милисандра! Я исправлюсь! Я буду лучшей! — И опять головой об пол.

Да что же это такое! И как теперь это всё понимать? Так у них всё же что-то такое было, но ему не понравилось? Или она извиняется за то, что до мальчика было много других? Столько сразу мыслей, вопросов, а задать их даже не знаю как.

— Во-первых, встань. — Девушка тут же вскочила. Руки спереди сцепила, голову опустила. — Во-вторых, я на тебя не сержусь. Просто объясни мне: чего, по-твоему, ты сделала не так?

— Я очень много училась, чтобы сначала сдать курс школы при поступлении в Академию. Ещё и тренировки по боевому искусству. — Пока что понятно, что ничего не понятно. Девочка много училась. И что, в этом её вина перед мальчиком?

— Я понимаю, сама много училась в твоём возрасте.

Милисандра вспомнила, как она хотела очаровать Теодора своими знаниями, раз на внешность тот не обращал совсем никакого внимания. А она была влюблена в него, казалось, всю свою жизнь. А он такой умный. И далёкий. До сих пор она не понимает, как решилась убежать из дома к своей любви, да ещё и настоять на том, что никуда отсюда не уйдёт, а будет жить в той семье, в которой её понимают. Викториана тогда за неё вступилась перед отцом и сильно помогла в разговоре с Теодором. Помнится, сначала Мили не понимала, как они могут жить такой большой дружной семьёй с одним мужчиной и не ревновать друг к другу. В её семье мама и другие жёны отца постоянно или ругались, или делали друг другу разные мелкие пакости. А вот сейчас наоборот, она не понимает, как можно жить по-другому.

Что-то я в воспоминания углубилась, а девочка так передо мной и стоит. И молчит, что самое странное. Это что, и были все объяснения?

— Сядь, пожалуйста. — Та сразу села, но на колени на пол. Вот же непонятливая, почему на пол-то? Прав был Валериус, нужно её воспитывать. И одеяние у неё испачкалось. Надо сделать перерыв, что-то подобрать ей на замену, не пойдёт же она через полкорабля в таком виде. — На кресло сядь. Хотя, нет, там сыро, наверное. Вон, на диванчик садись. И снимай свою одежду. — И, видя, как растерянно смотрит на неё девушка, пояснила. — Она у тебя испачкалась.

Куанг посмотрела на себя, потом сильно засмущалась. Вот смущается она всегда очень мило. Да, надо признать, что эта девочка стала ей даже нравиться, хотя и не было никаких предпосылок к этому. Может она, как и малыш, тоже скрытый моник, и повлияла на неё? Надо бы спросить у Далии и у Велии, понравилась им эта девочка или нет, им моники ничего внушить не могут. Хотя, это она глупости подумала! Моников-девушек не бывает.

— Пойдём, подберём тебе что-нибудь из одежды. Ростом ты, конечно, маловата, но в плечах мы одинаковые, обхват на некоторых моделях не важен, платье выберем без рукавов. И короткое, тебе будет в самый раз. — Милисандра уже перебирала в уме всю свою одежду, что взяла с собой в недолгую поездку. Дома точно было несколько таких платьев, а вот есть ли с собой что-то подобное, надо посмотреть. Может, вызвать сюда швею из салона, пусть просто быстро подгонит то, что более или менее подойдёт? Не очень удобно, что нужно специальное разрешение, но не тащиться же девушке голышом на Уровень Обслуживания самой. — Снимай своё одеяние, стесняться тут некого.

Девушка почему-то покосилась на Велию, что стояла у входа в комнату к Валериусу, но потом решительно начала разматывать свой национальный костюм. Она что, охраны стеснялась? Так они же тоже девушки. А если она подумала про Валериуса, то зря переживает, с ним Далия, она сразу даст знать, если что-то в состоянии мальчика изменится.

— Сняла? Давай помогу. Ай, ты подсказывай мне, как тут у тебя всё устроено. Повернись. Да не вертись ты! Вот, замечательно. Красивое бельё. Сама выбирала?

— Сестра. Она сказала, что такое бельё может обезоружить мужчину быстрее, чем удар ногой в пах.

— Ты знаешь, в чём-то твоя сестра права. Ладно, пойдем в мою комнату, подберём тебе что-нибудь стоящее. Пока выбираем, как раз и портниха до нас доберётся. Велия, сходишь на Уровень Обслуживания, проведёшь её? — Та кивнула. — Ну и прекрасно. Я сейчас найду, кого сюда пригласить. А ты не куксись, тебе это не идет. Надо бы тебе ещё маникюр, но это потом, завтра с утра сходим. И бижутерию подобрать, не забыть бы.

Будет не девушка, а просто куколка. Пусть кто-то потом хоть слова скажет, что у их сына плохой вкус! А то, что у неё было много мужчин, так это даже хорошо. Зря она так извинялась за это, в восемнадцать это совершенно нормально! Врачи рекомендуют первые контакты проводить с опытным партнёром, а значит, мальчик не заработает после этого неуместные комплексы, про которые я читала на женском форуме.

И она подтолкнула замершую в нерешительности девушку к двери в свою комнату.

*****

После визита к маме своего господина, Куанг чувствовала себя тяжелее, чем когда сдавала видео экзамен в Академии. Тут от её ответа не оборот жизни зависел, а всё дальнейшие будущее. Через оборот этот разговор не пересдать! Она очень надеялась, что госпожа… хотя нет, надо привыкать! Леди Милисандра на неё не осталась в обиде, поняла то, что у Куанг просто не было возможности выучиться всему, чего должна знать настоящая наложница. Её все-таки готовили как будущую жену, а значит обучение, как правильно любить, должно было начаться не в десять, как у сестры, а в четырнадцать. И она не виновата, что дед внезапно изменил всю программу её обучения и сделал упор на то, чтобы она поступила в Академию, отменив или урезав другие занятия. Но она обязательно научится. Обещание Леди Милисандре она уже дала, а значит, нужно будет сначала попросить сестру о паре уроков, а потом написать дедушке, объяснив, что она нашла себе господина, а полного образования, как наложница, не получила. Пусть дедушка порадуется за неё и вышлет денег на видеокурсы и практические занятия. Наверняка на планете они будут, значит надо просто позаниматься дополнительно.

Она будет лучшей наложницей для своего господина!

Дунг была в каюте, валяясь на своей кровати. Видимо, тоже вернулась с обеда.

— Привет, сестра. Вижу, в гости сходила ты не очень удачно. Ушла вечером, возвратилась после обеда, а хмурая, как будто тебя сразу выгнали.

— Нет, всё хорошо. — Куанг действительно была вся погружена в планы, как быстрее достигнуть намеченных результатов.

— Да я понимаю, что всё хорошо. У тебя новое платье, ты думаешь, я могла его не заметить? Про маникюр и новое ожерелье я вообще молчу. Мне просто интересно, почему у тебя такое лицо, как будто ты это всё в кредит купила, а теперь думаешь, как расплачиваться будешь.

— Ты полностью права. Я получила это платье и бижутерию в подарок, но осталась должна.

— Чего должна? — Дунг повернулась к сестре, но не вышла из блаженно-ироничного состояния, в котором пребывала после сытного обеда. — Ты хочешь сказать, что тебе это платье не подарил твой принц, а продал тебе его в кредит? Так успокойся, я знаю валюту, которой ты с ним расплатишься.

— Это не Принц. Я его вообще не видела, вчера он сильно болел. А утром, когда он встал, я так и не решилась выйти к нему из комнаты Леди Милисандры, мамы принца. Она мне и подарила это платье. Ожерелье тоже от неё. И ты правильно поняла, я пообещала ей расплатиться за это.

— Так она тебе всё это подарила или продала? Что за подарок, за который нужно расплачиваться? И, главное, чем? — Дунг привстав и облокотившись на локти, внимательно смотрела на сестру.

— Обычный подарок. Ты услугу, в ответ тебе услугу. Разве бывает по-другому?

— Ну, если подумать, то да, ты права. Даже, когда дарит подарок мужчина, а не его мама, всё равно остаёшься должна услугу как минимум. А что ты пообещала в ответ?

— Леди Милисандре не понравилось, что у меня нет опыта в любовном мастерстве. Я обещала, что исправлюсь.

— А она откуда об этом знает? Принц пожаловался? — Ироничная, понимающая усмешка.

— Принц ко мне ни разу даже не прикоснулся, я же тебе ещё в прошлый раз рассказывала.

— Так с тех пор много времени прошло. Ты с ним на второе свидание уже сходила. А сегодня вообще пришла в другой одежде. Что я должна была подумать?

— Первое свидание было на Нижний уровень. Мы сходили туда по делам, там я просто подчёркивала его статус. И свой подтверждала.

— Ого! А твой господин сторонник экстремального времяпровождения. Надеюсь, что когда у вас дойдёт до дела, он тебя не покалечит с такими наклонностями. — Дунг села на кровати, поджав ноги под себя «в позе лотоса».

— Что ты такое говоришь? Я же тебе рассказывала, что Господин очень добрый и благородный. И справедливый. Он даже никого на Нижнем уровне не убил, только порезал одного и всё!

— Да что ты говоришь! Кто бы мог подумать! — Тут Дунг вскочила с кровати, после чего встала в «позу оратора», руками создавая рупор. — Люди! Внимание! Аукцион невиданной доброты! Принц никого не убил, только порезал! — Потом она уставилась на сестру, уперев свои руки в бока. — Ты знаешь, теперь я поверила, что он добрый. Надо же! Никого не убить. И за его безграничную доброту клан Джуба дарит ему свою единственную наследницу!

— Меня никто не дарил. Я сама подарилась, о чём ничуть не жалею. — Куанг уже начала сердиться на свою сестру, которая явно не понимала величие её Господина. А она ещё хотела попросить помочь ей в обучении!

— А может мне тоже в подарок кому-нибудь себя отдать? — Дунг сделала театральный вид, что задумалась. — Меня как наложницу готовили столько времени, а я свои таланты растрачиваю в отряде «монашек». Я не принцесса, но тоже хочу быть подарком для принца, пусть даже такого вот «доброго». — И сестра сделал вид, что она маленькая девочка. — Который дарит такие платья, — она кивнула на платье Куанг, — и никого не убивает, только режет немного. Но это же так, пустяки. — Поза размахивающей руками и рассуждающей вслух, в голосе явная ирония. — И это он в возрасте каких-то одиннадцати оборотов. Что будет с ним в восемнадцать, я вообще молчу. Вот сижу и целыми днями представляю, что он в этом возрасте со мной сделает, когда я стану его полной служанкой. Сижу и представляю. Скоро с ума сойду от своих мыслей! — Неожиданно громко и зло закончила она.

— С чего это ты нацелилась быть у принца служанкой? Найдёшь себе другого господина, нечего на моего строить планы.

А Дунг внезапно села, перестав изображать из себя, то клоуна, то оратора и с серьезным лицом ответила:

— Потому что у меня тоже долг.

— Какой ещё долг? — Куанг уже полностью переключилась с планов на жизнь на разговор с сестрой. И который начал её тревожить.

— Долг-обязательство: стать его полной служанкой на десять оборотов, когда он достигнет полной дееспособности. — Опять серьезно и спокойно ответила ей сестра.

— Когда это ты успела ему так задолжать? — Это могло серьёзно помешать планам Куанг, которая хотела быть лучшей наложницей, но понимала, что с опытом и уровнем обучения Дунг ей не стоит и тягаться.

— А он тебе не похвастался? Странно, мне казалось, что мальчик в его возрасте должен всем рассказывать, что получил двух служанок бесплатно, пусть и служить они начнут только через семь оборотов. Даже я бы на его месте всем рассказала, что вот, нашлись две дуры. — В спокойном голосе сестры ясно была слышна горькая ирония.

— Мне ты не рассказала. А теперь говори, как ты оказалась ему должна десять оборотов служения. Я к тому времени, надеюсь, уже буду полноценной наложницей, и ты будешь у меня в подчинении. И кто вторая «дура»?

— Второй служанкой должна стать Синилла Водиман, командир моего отряда. Но я надеюсь, что этого не случиться. У нас с твоим принцем договор: мы или сами служим, или вместо себя предоставляем ему другую «дуру», на замену.

— И кто эта замена? — Куанг очень надеялась, что заменой будет не получившая специальное обучение наложница.

— Пока не знаю. Но я лично обязательно найду. К твоему «доброму» принцу идти в полное услужение я не собираюсь! — В голосе Дунг была твёрдая уверенность.

Что ж, так даже лучше. Со старшей сестрой, даже находящейся в подчинении, соревноваться Куанг было бы неудобно.

— Тогда, раз мы не конкурентки у Господина, дашь мне несколько уроков о том, что должна уметь наложница? А потом я, надеюсь, найду курсы на планете. Я собираюсь написать деду, чтобы он выслал денег на это.

— На этой планете ты не найдешь наших курсов, так что лучше попроси деда, пусть пришлет материалы, по которым обучали меня. Будешь самостоятельно изучать, у тебя есть навыки такого вида обучения, хотя и тяжело тебе будет без наставницы. Только прошу, если что-то не понимаешь, лучше спроси у меня, хорошо? Некоторые вещи крайне травмоопасны, или же требуют специальных навыков, которых у тебя нет. У нас контракт на планете на ближайший оборот, так что я буду недалеко, вполне смогу показать тебе или объяснить, если что-то непонятно или сложно.

— Спасибо тебе! Ты настоящая сестра! — И Куанг низко поклонилась.

— А, ерунда. — Дунг махнула пренебрежительно рукой. — Это только на нашей планете придают такое значение всем этим техническим штучкам и позам. Остальные совершенно не заморачиваются, пара минут максимум и всё, твой временный мужчина отворачивается и засыпает. Не к кому применить свои таланты. Надеюсь, хоть тебе в этом повезёт. — Наёмница раскрыла объятья. — Иди ко мне, моя маленькая и наивная сестра.

Сестры обнялись, как в детстве, когда им нечего было делить, а впереди, казалось, была долгая и счастливая жизнь.

И тут на комм Куанг поступил сигнал о текстовом сообщении.

11. Оборотная сторона. Шут и шутки жизни

Гости с Верхнего и со второго Нижнего уровня ушли, и Шут мог выдохнуть спокойно. Он чувствовал, что жизнь его висела на волоске, несмотря на то, что приходившие, вроде как, никого не убили. Чутьё, которое не один раз спасло бандита, в этот раз просто вопило о том, что неприятности очень серьезные, и что они далеко не закончились. Если он не подсуетится, ситуация может ещё более ухудшиться. И зачем он тогда сбежал из столицы, спасаясь от преследования одной из влиятельных семей, тайну которой он случайно узнал, если, ещё не долетев, уже вляпался в неприятности с более влиятельной и опасной? Он понимал, что, в какой-то мере, сам виноват в возникшей ситуации, знал, кого набрал в свою команду и знал, что без крови с такими людьми поладить нельзя, они понимают только язык силы, но вот хотелось ему побыть недолго добрым и лояльным ко всем.

Даже решение ситуации с этим паршивым детским сутенером он решил отложить, думая и решая, стоит ли идти на крайние меры, как он обещал той ведьме, или всё-таки сохранить живым этого недоноска, не создавая конфликт с другими уровнями. На корабле ничего утаить не получится, те сразу узнают, кто приговорил их человека, а это значит, он будет должен ещё и им. Не получается у него быть добрым. Конечно, прожив полжизни под защитой одной из влиятельных семей столицы, он привык, что такие проблемы решают другие. Тот же Шея, что вместе с ним решился на перелёт на другую планету, такое поручение бы выполнил, не задумавшись ни на секунду о последствиях. Зачем, если начальник приказал, надо сделать. А что там дальше — не его проблемы, пусть начальство само думает. Удобно. Сам Шут тоже так долго жил. Только теперь этот вариант не для него.

Он зашёл в свою «комнату переговоров», стоимость найма которой была больше, чем билеты на всю его «группу поддержки». На диванчике со связанными руками сидели два его подручных: Леший и Сержант. Оба были исполнительны, и с ним знакомы давно, да и мозгов у них хватало. Не зря же Леший тогда сказался больным, когда Шут, изнывая от скуки, пошёл развлекаться за чужой счёт, играя в «бандитов с большой дороги». Сержант тогда тоже отметил, что идея не очень удачная, но с ними пошёл, привык подчиняться приказам. Вот и сейчас, они явно понимали, что то, что задумали остальные, хорошо закончиться не могло, потому просто отошли в сторону. Несвязанные ноги говорили о том, что эта «умеренная оппозиция» дала связать себя сама, просто обеспечивая себе алиби. Оба в сознании, так что могли просто набрать ему предупреждение на браслете рядом сидящего, но нет! Они же не будут закладывать своих! А то, что он чудом отложил на время месть целого клана, в который входит десяток-другой миллионов членов — это для них пустяк. Не их же прилетят убивать эти ведьмы.

— А теперь я хочу услышать вашу версию. — Обратился он сразу к обоим. Не то что бы ему действительно было интересно, что ему скажут эти двое, но промолчать в такой ситуации — ещё больше потерять в авторитете. Если бы он с самого начала держался с ними, как надо, им бы и в голову не пришло ослушаться. Они бы понимали, что в независимости от благих намерений, начальник придёт и всех накажет. А тут они привыкли, что он вникает в каждый случай и наказывает только виновных. Вот они последствия «справедливого суда».

Эти умники переглянулись, молча договариваясь между собой. Сержант подал осторожный голос.

— Командир, мы не виноваты.

— Это очень важная информация, спасибо, что просветили. Она позволит вам обоим прожить на пару минут дольше, хотя я ещё в этом не уверен. Дальше!

— Мы их отговаривали, как могли! Сказали, что ты будешь против. — Это Леший решил внести свою лепту в оправдания.

— Да, это я тоже понял. И эта мысль меня бы очень утешала, после того как меня бы зарезала «молчаливая ведьма». — Шут аж вздрогнул, вспомнив улыбку этой страшной охранницы. Он, в своей прошлой жизни, несколько раз сталкивался с людьми, которых эти бабы охраняли, так до сих пор помнил, как считали количество «одинаковой охраны», признавая, что одна ведьма — это три-четыре охранника. И это речь шла о тех, у кого две прядки красные. А у этой три! Это же она с десятком справится и если и вспотеет, то только когда будет смеяться над наивными, что напали на её объект охраны! С тремя прядями была охрана только у членов семей корпорантов, это он точно помнил, но зная всех взрослых членов этих семей, про детей он не узнавал, не было нужды раньше. Так-то он обладал почти абсолютной памятью, за что и был ценим в свое время, но чего не знал — не вспомнишь.

А эти двое притихли, видимо, исчерпав аргументы в свою пользу.

— Развяжите друг друга и выходите. Поможете Шее с телами остальных.

— А он почему остался жив? — Это Леший проявил неуместное любопытство. То, что остальные, по их мнению, не выжили, их совершенно не взволновало. Эх, это Шут за каждого человека переживает, а этим всем друг на друга наплевать совершенно.

— Вовремя уснул! — Шут уже успокоился, потому чувство юмора, обычно никогда не покидавшее его и часто помогавшее ему в тяжёлых ситуациях (как и мешавшее — в других), вернулось.

Видя усиленную работу ума этих недалёких, Шут вздохнул про себя. Вот, что значит привычка всегда работать только с теми людьми, у которых интеллект выше среднего. Теперь он чувствовал себя среди людей, не понимающих его шутки и сложно построенные фразы, как будто сел не за свой стол. Раньше он не жалел маргиналов — людей выпавших из своей социальной среды, но вот теперь, сам оказавшись на их месте, почувствовал, как же это, оказывается, тяжело быть чужим среди остальных!

А ведь, договорись я с этим принцем, вполне мог бы стать его человеком, у него ещё вряд ли есть свой секретарь. Стал бы его доверенным лицом и всё, плевал бы на тех, кто меня теперь усиленно ищет.

То, что парень, едва вырвавшись из под маминой юбки, сразу завёл себе наложницу, говорит о его темпераменте, который понятен в его возрасте. Сила, деньги и желание развлекаться — вот основы желаний современной молодёжи, так что Шут был уверен, что общий язык они бы с ним, наверняка, нашли.

А то, что пацану позволили завести наложницу, указывает, что парню дана свобода выбора своего персонала. В определённых рамках, конечно. И то, что деньги у него на этот персонал есть. Шея не знал, сколько может стоить настоящая принцесса в качестве наложницы, но вряд ли принцу она обошлась дёшево. А вот из-за некоторых… нехороших людей, он свой шанс стать одним из нанятых просто бездарно потерял.

Да ещё и должен остался. Он вспомнил последние слова класноволосой ведьмы и почувствовал, что настроение опять ухудшается, а на ум приходят разные ругательные слова, которые он давно уже не применял в своей речи. И это она ещё с ним лояльно обошлась: предупредила заранее, что мол, есть вариант откупиться, подумай и не затягивай. Они никогда не врут, а значит, у него действительно есть шанс не начинать жизнь на новой планете с новых проблем. Со старыми бы разобраться.

В свое время, изучая основные планеты, с кем работала семья его работодателей, он встречал упоминание о планете Жонген, так что был в курсе их основных постулатов и обычаев, которые они демонстрировали посторонним. Шут не помнил ни клан Джуба, к которому принадлежит эта наложница Принца, ни фамилию Нопеун, которая принадлежала тому толстяку, которого «опрашивал» Шея. То, что клан отдал в наложницы, а не в жёны, свою единственную наследницу, говорило о том, что они не очень влиятельны и богаты, но ведь для их моральных постулатов, наложница — это не любовница, как в Содружестве думают многие. Нет, это вторая жена, хотя многожёнство запрещено их законодательством. Дети наложницы не являются наследниками, однако прав в семье у неё ничуть не меньше, чем у законной жены, а в некоторых семьях даже и побольше. Вон, девочка совершено спокойно пошла погулять на Нижний уровень, а её охраняла в этой прогулке ведьма, которая может становиться невидимой. Шут о таких охранницах только рассказы слышал, да и то, раньше в них не верил совершенно. Понятно теперь, что Принц дорожит своей наложницей, не меньше, чем некоторые женой. Эта неадекватная охрана девушки только за намёк на неуважение, чуть не зарезала его прямо под камерами! Плевать им на то, что кто-то увидел, они подсудны только своим. И безопасность охраняемых для них в приоритете.

А этот Принц тоже получается из их клана. И уж если она пятерых взрослых за опасность для пацана не посчитала, даже разрешила малышу «порезвиться», порезав одного из нападавших, то парень свои волосы покрасил не зря. А раньше Шут вроде как слышал, что мужчины у них получают первый уровень где-то к возрасту полной дееспособности, редко когда чуть раньше, потому и думал, что это так, подражательство взрослым, не более. Получается, тут он тоже ошибся. А ещё думал: попадет парень в общество не совсем законопослушных взрослых, что с ним сурово разговаривают, сразу стушуется, договориться с ним будет намного легче. Вот наивный! Улыбался, строил планы, а тут этот пацанчик-невеличка уверенно командует своей охраной, разговаривает с другими, как умудрённый взрослый, а ещё и валит ножом на раз мужика, вдвое выше его. Где, спрашивается, тот сопливый мажорчик, которого он ожидал увидеть, увидев его возраст и зная, что у него есть наложница?

— Шея, иди сюда. — Подозвал он помощника, который уже закончил перевязывать порезанного пацаном Калача, явно привычно выполняя такую работу. — Оставь его, пусть вон Сержант с Лешим отнесут твоего друга в медсектор. Вы двое, не надо кривиться. Живо подняли это тело и потащили. Медик сюда не придет, хоть тут вообще все при смерти будут. Ты, Сержант, там совсем недавно был, так что в курсе, куда и как. Скажешь, неосторожное обращение, оступился и поцарапался. Да они и не спросят, я думаю. Привыкли. Это на планете медики должны докладывать полиции о каждом таком случае, тут немного другие порядки. Остальные, думаю, сами оклемаются, не девочки в обмороках валяться.

Шут внимательно смотрел на своего подошедшего помощника, который опять начал смущенно разглядывать свои лапищи, что росли у него вместо ладоней. Ругать его явно было бесполезным занятием, по своим понятиям тот поступил правильно, не заложив друга. Верность этого здоровяка в своё время и подкупила его, когда он выбирал кого-то на роль своего помощника. Больших по размеру людей, которые могут без сомнений прибить или покалечить другого, можно найти много. А вот верных среди них найдется разве что один из тысячи. И это в лучшем случае. Не принято это в среде бандитов, так что Шут считал, что ему повезло, что смог найти такого. А теперь оказывается, что верность у этого человека имеет свои границы и дружба может её перевесить, теперь ещё и это надо будет учитывать.

— Скажи мне, мой друг! А как вы собирались провернуть это всё на корабле, да ещё и за сутки до прилёта? Вам что, полиция больше указ?

— Так нет же полиции, они боятся сюда приходить. — Мда, как-то забывается, что для этих людей есть только здесь и сейчас, а завтра это что-то далёкое и эфемерное.

— Ты в курсе, недалёкий ты мой, что в этот раз все три нижних уровня летят полупустые, а оба средних наоборот, заполнены до отказа? Как ты думаешь, почему?

— Так, наверное, не захотели бедняки лететь.

— Логично. А почему не захотели?

— Так это, я не знаю. — Здровяк задумался. Шут не стал торопить его, просто смотря с заинтересованностью. — Не сезон потому что?

— Нет, мой верный помощник, совершенно не поэтому. — Толстяк даже хмыкнул на такую наивность. — В этот раз на корабле летит пять полных команд наёмников. Ты мог бы это увидеть, если бы нас пускали на Красный Уровень, но даже сюда доносятся отголоски тех проблем, какие принесли эти ненормальные. Все, кто узнал об этом, сразу же сдали свои билеты, потому что там, где собралось столько наёмников, спокойствия нет и в помине, даже на нижних уровнях. Это нам к ним нельзя, а им к нам очень даже можно. — Шут начал ходить туда-сюда перед стоящим помощником, рассуждая вслух. — Вы собрались просить выкуп за того, кто летит на Верхнем уровне, пряча его в замкнутом пространстве, откуда и выхода нет. Думаешь, те жалкие десять человек службы безопасности уровня пошли бы отбивать мальчика? Нет! Или думаешь, мама этого мальчика пришла бы сюда просить единолично? Ещё раз нет! Она просто разместит в сети корабля цену за головы тех, кто посмел обидеть её сына. И в этот список будут включены не только вы, как недоноски, непосредственно выполнившие данное действие. Она включит туда и список тех, кто ДОПУСТИЛ данное событие. А это как минимум все жители ЭТОГО Нижнего уровня. ВСЕ жители, понимаешь? И эти наёмники, что сейчас тратят свои денежки на выпивку и баб, просто толпой бы завалились сюда и оставили бы тут большое кладбище. Так уже было, когда какие-то недалёкие украли дочку одного из корпорантов. Её не стали выкупать, а попросту залили плазмой с орбиты весь район, где её держали. У них принцип: заложник по умолчанию уже мёртв, с террористами и похитителями переговоров не вести. И ты знаешь, это помогает. На моей памяти, вы первые идиоты, что решили провернуть такую операцию, за последние неполные двадцать оборотов, прошедших с того случая. Воруют военных, торгашей, обывателей, политиков. А вот корпорантов или побочников — нет. Нет таких, вымерли! — Он остановился и, задрав голову, посмотрел в глаза Шее. — Из этого я делаю вывод, что это всё было подстроено. Потому, мне нужно имя того, кто рассказал вам о том, как они «много раз так делали». И этот кто-то должен мне рассказать, чей приказ он получил, потому что самому ему вряд ли такое в голову пришло, вчера тут не было таких умников. Тебе понятно? Чего молчишь?

— Так это, я не знаю, кто такое говорил. Разговор был не при мне, я с тобой тогда был, а Калач не сказал.

— Так узнай! Я должен знать, кто виноват в том, что я теперь должен высокой семье, вместо того, чтобы на неё работать. Вот ты был при этом, когда ведьма поставила условие: платите или накажем. Вот ты мне теперь и скажи: а чем платить? Чего я могу предложить ребёнку, у которого всё есть? А чего нет, он только щелкнет пальцами и ему это принесут.

— Так он же малой, им много не надо.

— И что? Думаешь, маленький, значит глупый? Нет! Да и если он сам глупый, у него советников целый штат. В который мы вполне могли бы войти, не вмешайся вы со своими неумными действиями. — И Шуту опять захотелось выругаться.

— Так это, подарить ему чего-то.

— Какая глубокая мысль! Как же я сам до такого не додумался! — Шут давно перестал обижаться на тупость своего помощника, но споры и объяснения с ним, иногда, помогали найти решение ему самому. — Но мне почему-то кажется, что этой гениальной мысли не хватает конкретики. Если ты такой умный, то, может, скажешь мне, что КОНКРЕТНО ему подарить?

— Я не знаю, просто предложил. А что обычно дарят?

— В том то и дело, я тоже не знаю. То, что приходит на ум, всё явно не то. — И он вслух стал перебирать варианты, которые мог придумать. — Игрушки ему не подаришь — он из них явно вырос. Оружие нельзя, да оно и так у него есть, вон, как лихо махает ножичком. А то, что дарят взрослым ему не подойдёт: на мобиль у него не будет разрешения ещё пять оборотов, инфор у него и сейчас такой, что мы на такой работать с тобой будем полжизни. Что дарить? Ему даже рабыню не предложить, что прокатило бы с другими мальчиками его возраста, у него полностью дееспособная принцесса в наложницах! Причём с той планеты, где искусство любви девочкам с детства преподают. Ну и? — Шут вопросительно посмотрел на своего помощника, скептически закрыв один глаз.

— Так это, надо подарить что-то особенное.

— Что? Посоветуй мне, что такого можно подарить, чтобы никто придраться не смог. На кону моя и твоя жизнь.

— Я не знаю, ты в этом лучше разбираешься.

— Да, я как раз и разбираюсь, и тебе скажу: всё «особенное» стоит «особенно больших денег», которых у меня лично нет. Ты их мне дашь? — Шут, раздраженный, что только он один понимает серьёзность ситуации, тыкнул несколько раз в такт своим словам указательным пальцем в грудь своего помощника. В ответ здоровяк опять начал рассматривать свои руки. — Вот и я про то же. — Шут уже выплеснул первичное раздражение, почти успокоился, и теперь его мозг заработал во всю свою мощь. — Найди мне того, кто нас подставил, пусть платят те, кто виноват, а не мы.

— Так мы не виноваты? Тогда чего ты так ругаешься?

— Шея, не зли меня. — Шут сказал это уже почти без эмоций, даже не глядя на стоящего рядом помощника, весь уйдя в расчеты. Он уже просчитал в уме варианты скинуть вину за произошедшее на другого, только вот получалось, тогда придется пожертвовать всеми, кто участвовал в нападении, а среди них друг его помощника, а значит, вариант отпадает. Всех этих идиотов подчиненных, кроме своего помощника, было не жаль, но вот дружбу и верность Шут уважал. А жаль, что отделаться так просто не выйдет. Сам-то помощник был во время нападения в отключке, так что его можно было и не отдавать на заклание. — Кстати, а как получилось, что тебя усыпила это девочка?

— Когда?

— Когда всё быстро началось, потом быстро закончилось, я тебя не мог дозваться. Мне сказали, что ты спишь. А теперь просвети меня, каким образом девочка, которая тебе дышит в пояс, за пару секунд смогла вывести тебя из строя?

— Так это, я не знаю.

— Чего? А кто знает? Может, подскажешь? Как я могу рассчитывать на твою помощь, если в самый неподходящий момент ты вдруг решаешь вздремнуть? Не молчи, а то у меня опять начало портиться настроение!

— Ну, так это, я не… — И, поймав грозный взгляд своего начальника, запнулся, но продолжил. — Да я действительно не помню!

— А чего помнишь? Мне надо понять, что она к тебе применила: гипноз, газ, акупунктуру. Начнем с первого: она смотрела тебе в глаза и что-то говорила?

— Нет. — Шея замотал головой, но потом задумался. — Не помню.

— Боги, как же с тобой тяжело. — Шут уже был не рад, что начал выяснять эти обстоятельства, но всё же решил расспросить до конца. — Ладно, продолжаем: она повернулась и пшикнула тебе в лицо каким-то спреем? Почувствовал посторонний запах?

— Э-э…Точно нет. Не пшикала. А посторонний запах да, был. Приятный такой. — Шея расплылся в улыбке. — Особенно на ощупь.

— О, уже что-то. Тяжелый, ощущаемый запах? На что он был похож?

— Так это, не помню ничего такого тяжёлого. Она была легкой и на ощупь приятной. Она стояла, и я её отодвинул, хотел войти. И пахла тоже приятно.

— Стоп! — Шуту снова хотелось выругаться, хотя, начав в своё время работать с людьми, входящими в определенные круги, он избавился от этой мешающей привычки. Точнее, думал, что избавился. — Ты стоял за ней, потом отодвинул её и хотел войти, так?

— Ну да, она мешала. Ты уже вошёл, а я не мог. Я отодвинул её, она на меня посмотрела и это… и всё. — Громила смущенно замолк.

— Что, «всё»?

— Так это, и всё. Совсем. Я очнулся, а она говорит, что ты меня зовёшь.

— Понятно, диагноз ясен. Ладно, это не очень важно, просто не люблю, когда чего-то не понимаю. Вокруг этого Принца одни непонятности творятся. Буду думать.

12. Оборотная сторона. Агент Климент, подводящий итоги

До прилёта меньше суток. Вся подготовительная работа проведена, все, кто мог оказаться нужным им объектом, все сейчас проверяются. Климент не знал, чего накопали кураторы, которые наблюдали за остальными детьми, но что он точно знал, что оперативников дали только его группе, потому надо обязательно показать хоть какие-то результаты. Сама работа полноценно начнётся только на планете, а пока надо бы ещё раз пройтись по всем основным пунктам предстоящей операции, а то вдруг, да чего-то забыли. Как раз командир оперативников не занят.

— Клещ, есть новости?

— Да, мы нашли данные почти по всем фигурантам.

— Есть то, что мне нужно знать? — Его подчинённый на это только плечами пожал. — Ладно, давай тогда по списку.

— Первым у нас идёт Рудольфио Коррузо по кличке Шут. На него в Комитете есть дело, так что знаем мы про него довольно много. Итак: молодым парнем, ещё будучи студентом, в чём-то помог тогда своему другу Каридо Ветаридзо. Как они умудрились познакомиться, да и в чём, собственно, заключалась эта самая помощь, никто не в курсе, но друг, на ближайших же каникулах, знакомит его со своими родителями. Те, направляют в его Академию запрос, получают ответ, что да, такой есть, очень перспективный студент, но бедный и продолжать обучение не может. Тогда семья Ветаридзо проплачивает молодому Коррузо учёбу в столичной Академии, где учится их отпрыск. И Рудольфио становится сначала на время учёбы, а затем, когда с отличием заканчивает Академию, и во время работы на семейном предприятии, секретарём их сына. У парня идеальная память, неплохая внешность, так что он, все считали, вытянул счастливый билет. И так, в течение более десяти оборотов ничего не менялось. А относительно недавно, семья, что приютила этого Шута (ещё студенческая кличка), внезапно в полном составе исчезает и проявляется, где бы вы думали? В Империи! И там во всеуслышание вещает о том, что, дескать, они пострадавшие от репрессий и вообще, в Содружестве выжить невозможно, спасите их. Коррузо же в это время обнаруживается скрывающимся от прессы в одном из торговых предприятий, что специализируется на дальних перевозках. Через какое-то время, он и оттуда срывается в бега и оказывается опять в столице, где засветился как член группировки, имеющей политическую окраску и получавшей дотации от оппозиции в Правлении Корпораций. Реально ни в одной из акций он не участвовал, но засветился по полной. Почему он отправился на Мальтеру — не известно. Может и по делам, но скорее всего, опять от кого-то сбегает.

— Может он быть тем, кого мы ищем?

— Вряд ли. В деле на него есть упоминание, что он принципиально против того, что может принести вред детям. У него была племянница, дочка родной сестры, которую он очень любил. Погибла в технокатастрофе четыре оборота назад на одной из индустриальных планет. Все отмечают, что он крайне трепетно относится к любым детям, это и по нашей последней записи с инфора объекта видно. Он бы наверняка отказался участвовать в похищении детей, если существует вероятность, что им будет причинён вред. Хотя, тут может зависеть и от цены вопроса.

— Он же был связан с семьёй полит-эмигрантов. Могли они специально его тут оставить?

— Они его и оставили. Теперь-то он им зачем? Да, власти Империи могли к нему с этой темой подойти, только вот сомневаюсь я, что у того остались тёплые чувства к бывшим работодателям, слишком уж сильно они тогда его подставили.

— Ну, так всё равно, подошли, предложили деньги. Почему нет?

— Не знаю, но сомневаюсь, что он бы согласился. По моему мнению, он слишком умный, чтобы связываться с таким. Если забыть про то, что он любит детей, можно вспомнить, что сам он нигде не участвует. Он очень умный или слишком осторожный. Вон, сколько был в сообществе, которое все считают связанным с организованной преступностью, а на него нет ничего. Его помощник так давно на шлюз в открытый космос заработал. Но у того просто не хватит мозгов на что-то, что не приказал начальник.

— А остальные?

— И остальные тоже умом не удались. Он всю группу себе набирал не по уровню ума, а из тех, кому надо срочно улететь из столицы, почему и думаю, что он тоже от кого-то скрывается, иначе бы не полетел этим рейсом. Эти наёмники, что летят на корабле, распугали всех, кто собирался лететь нижними уровнями. Все помнят недавний случай, что вызвал сильный скандал, когда наёмники весь полет заставляли летящих на нижних маршировать и отдавать честь их символу. Потому и на нижних в этот раз спокойнее, чем обычно, бандитов почти нет, а остальные тихо сидят по каютам и боятся высунуться.

— Понятно. Кто там у нас дальше?

— Дальше у нас идут брат с сестрой: Андрио и Пиколетта Вериос де Калья.

— А по этим двойняшкам есть чего-то новое?

— По ним ничего не удалось найти, нет на них дела в нашей базе. Со слов няни, что летит со своей подопечной, у них дома намечается какая-то большая война, и барон решил отослать не только своего сына, который учится в этой школе с прошлого оборота, но и дочь. А как на самом деле все обстоит, сказать не могу. С ними старшим летит учитель по фехтованию, но к тому мы даже сунуться побоялись, судя по повадкам, он за расспросы про своих подопечных убьёт и не почешется. Просто бандитская рожа, только за внешность можно сразу в шлюз отправлять. Где такого красивого учителя барон разыскал для своего сына, я даже представить боюсь. Так что, знаем мы немного, но как прилетим — пошлю запрос.

— Завербовать этих детей, как я понимаю, не стоит и пытаться?

— Да. На планете Донлин очень спесивое высшее сословие, они никогда не будут заниматься чем-то, что противоречит их «кодексу настоящего аристократа». Сотрудничество с Комитетом расценивается ими как унижение достоинства благородного. Сомневаюсь, чтобы дети были воспитаны в каком-то другом ключе. Можно было бы попробовать с няней, но она почти ничего не знает, да и учитель этот меня сильно беспокоит, ему няня обязательно доложит, они явно спят вместе. Думаю, нет смысла.

— Согласен, значит оставим. Кто там у нас следующий? Та девушка, что с ними тогда на Нижнем Уровне была? Она ещё будущей наложницей Валериуса Айрани назвалась. Что по ней нашли, кроме официальных сведений?

— По ней Зацепка проверял информацию, так что у него спросить надо. — Клещ повернулся к другому оперативнику и стукнул того в плечо. Тот пару секунд не реагировал, но потом убрал зеркальность экрана, отключил или уменьшил звук в ушах и вопросительно вскинул глаза на Клеща. — Начальство интересуется, как у тебя дела с той «монахиней», которую ты валяешь по татами уже трое суток.

— С ней у меня всё нормально, вот не надо мне тут сидеть и завидовать. — Зацепка отыгрывал в их группе балагура и шутника, хотя Климент в эту маску не верил. Он прочитал в личном деле специализацию этого бойца: тот являлся специалистом по добыванию информации различными путями, в том числе и «интенсивным допросом». По мнению агента, не может спец по пыткам вот так вот постоянно балагурить и шутить.

— Никто тебе не завидует, отвечай давай строгому начальнику, что узнал по той девице, у которой сестра в «Лысом Монахе».

— А что за странное название для женского отряда «Лысый Монах»? — Климент уже давно хотел задать этот вопрос, да всё что-то отвлекало.

— Ой, так это же все знают! — Зацепка оживился.

— Да-да, «это такая смешная история», я это уже понял. Так откуда такое название?

— Это такая смешная исто… Начальник, ну зачем Вы издеваетесь надо мной, таким скромным?

— Мне положено по должности. Рассказывай.

— Хорошо, это такая… Хм… Ну, в общем, история произошла давно, ещё когда Сивилла всего пару оборотов как образовала свой отряд, и назвала его «Женский Монастырь».

— А это название почему? Они там все такие набожные?

— Нет. Просто, она же из семьи ортодоксального торговца, а сбежала с одним благородным из дома. А тот, как только она ему надоела, выбросил любовницу на улицу. Девица вернулась домой, но родители отправили её в женский монастырь, типа, порченую всё равно никто замуж не возьмёт. У них там что-то сорвалось, когда доченька сбежала, вот они и злые были на неё.

— Что сорвалось?

— Так они же её уже практически продали, плату получили, а тут объект торга в бега. Мне кажется, на побег её сподвиг больше не благородный, а фото будущего жениха, но это так, только мои мысли. Девочка по пути в монастырь опять сбежала, помыкалась немного, прибилась к наёмникам. Через какое-то время стала у них казначеем, в самих операциях не участвовала, но все денежки отряда были у неё. И вот так случилось, что весь отряд погиб в полном составе, а она получается, единственная наследница. Зарегистрировала новый отряд, только вот в отряд к бабе никто идти не захотел, потому что она сказала, что теперь монахиня и никому из мужиков не доверится. Вот она и создала отряд из таких же одиноких, как она, воительниц, объявив, что теперь у них отряд «Женский Монастырь», а мужики все могут идти прямиком в космос.

— Ага, знаю я таких монахинь, сталкивался как-то. Думал там меня и изнасилуют всем монастырём. — Клещ коротко хохотнул.

— Подожди, не перебивай. Ты знаешь эту историю, а начальство не в курсе. Через какое-то время к ним подходит лысый мужик и говорит, что он тоже монах, но из мужского боевого монастыря, а женские боевые монастыри отстой, и всё такое. И что он их всех победит легко! Бабы, само собой, поржали над этим мужиком, он почти каждой из них в сиськи взглядом упирался, а тут говорит, что всех победит. Устроили соревнования. Перед началом его спрашивают, а чего ты типа к нам привязался-то? Какое лично тебе дело, отстой женский монастырь или нет? Так этот монах и говорит, что ищет именно личной славы, хочет, чтобы его имя прославилось на все планеты, а заодно и его боевое искусство. И поставил условие: если он уложит десяток монахинь на татами, то они назовут свой монастырь его именем. Синилла и согласилась почему-то. Она вообще девица азартная, все это признают, но даже если проигрывает, то и это идёт ей на пользу. Настоящий торговец в каком-то там поколении.

— А тут ей какая выгода?

— Я не знаю. Она вообще никому не рассказала, чего бы получила, если бы тот лысый мужик проиграл. Сбили Вы меня… Ах, да. В один из дней устроили соревнования. Сняли зал, а девахи были должны по одной заходить, ну и биться с монахом. Если хоть одна выйдет — значит монах проиграл.

— И что, вот так вот весь отряд он по одной победил?

— Нет, не весь. Но то, что больше десяти — точно. Слушайте дальше, это ещё не всё. Девахи ждут, одна из них заходит, проходит полчаса, заглядывает к ним монах и «следующая», говорит. Заходит следующая. Опять полчаса и заглядывающий монах. Сама Синилла в искусстве безоружного боя не очень, она больше по финансам, да стрелять ещё умеет неплохо, так что она сказала, что зайдёт последней, чтобы победить, если другие не справятся. Дело к утру, а соревнования начали вечером, так дешевле снять зал, а монах только каждые полчаса заглядывает и приглашает на бой очередную. Это уже была то ли десятая, то ли двенадцатая, точно не скажу, никто сейчас не помнит, показания разнятся.

— Я слышал, что вроде двадцатая заходила.

— Не, это как раз явная сказка. Так вот, она зашла, и тишина. Прошёл час, а всё ещё никого нет, ни победительницы, ни монаха. Синилла решила, что они там друг друга поубивали и решила заглянуть. И заглянула. Увидела, что её подчинённые всей кучей валяются на татами в том, в чём в этом мире появились. И запах стоит такой, что всем сразу понятно, что тут за «баталия» проходила. Все эти «монахини-мужененавистницы» валяются в полной прострации, а виновника нигде не видно. Потом уже заметили открытое окно, куда он сбежал, понимая, что никаких мужских сил не хватит на ещё столько же голодных баб. Синилла посмотрела, поругалась, но потом плюнула. Договор-то монах выполнил, спор выиграл, уложив на татами не меньше десятка, а то, что не совсем боевым способом, так это не оговаривалось. Синилла, она же дочь торговца, для них все эти, даже просто устные договорённости, дело божественное. А значит что? Договор надо выполнять. Но тут оказывается, что никто имя этого монаха не помнит. Он назывался несколько раз, но все помнили только, что это звучало что-то толи «Тыр Пыр Дыр», толи «Чих Пых Тых». Посидели они, почесали затылки, раз бабы и чесать больше нечего, и решили называться «Лысый монах». Вот такая смешная история.

— А над ними потом смеяться не стали?

— Ой, начальник, это такая смешная история!.. И не надо так на меня смотреть, я очень скромный и застенчивый.

— Я верю, что ты скромный. Рассказывай свою «смешную историю».

— Да я же начал уже, но Вы своим начальственным взглядом меня сбили. О чём вот я рассказывал?

— Не выделывайся, рассказывай давай! Начальство ждать не любит. — Клещ тоже явно веселился, глядя на разошедшегося Зацепку. — Вот лишит тебя премии, не хватит тебе на подарок той монахине, которую ты который день «укладываешь на татами».

— Не надо этих гнусных инсинуаций! Всё это только в интересах дела.

— Вот поставят тебя в интересах дела на дополнительное дежурство, вот тогда и будет тут кричать о том, что ради родного Комитета готов на всё.

— А что, я действительно готов! Даже на дополнительное дежурство. Хочешь, сегодня вечером тебя подменю?

— О, какое рвение! Надо будет оформить на тебя наградной лист. Ну, и отключить видеофиксацию в раздевалке «Лысого Монаха», а то они как раз будут тренироваться сегодня вечером, будут тебя отвлекать от выполнения основного задания.

— Ой-ой, всё-то ты знаешь, всё замечаешь. Вот и дежурь вечером сам! А видео я и сам собирался отключить. Завтра.

— Ага, когда прилетим.

— Как ты умудрился поставить видеонаблюдение? Там же везде защита от этого стоит, это же корабль «Левиафан». — Клименту действительно было интересно, действительно существует способ обойти защитные системы или нет.

— Так он же зарегистрировал сигнал от своих устройств, как будто наблюдение ведёт Комитет, у нас есть определённый уровень допуска. А местная служба безопасности не смогла запросить Комитет на наличие санкции, потому что корабль уже в космосе был. Прилетим — они получат ответ, что санкции не было и сами отключат. Только вот до этого мы получаем картинки от всех поставленных подсматривающих устройств, и хотя к их устройствам доступа не имеем, наши службы корабля не блокируют. — Клещ не задумываясь выдал это объяснение, а значит, они такой финт проделывают не в первый раз. Надо бы учесть в дальнейшем, что защита при отсутствии связи имеет вот такую вот уязвимость.

— Ладно, я понял. Зацепка, ты хотел рассказать какую-то историю.

— Точно! Слушайте, это такая смешная история. Переименовали бабы свой отряд, поменяли эмблему. А они же там почти все рослые, в боевой выкладке иногда и не поймёшь, кто перед тобой, женщина или мужчина. Ну и назвал кто-то одну их них мужиком. А когда узнал, что ошибся, ещё и заржал, дурак, рассказывая другим, как смешную шутку. А дело было в баре, та наёмница и вызвала его на поединок, на котором отрехтовала ему его глупую голову, да ещё и выиграла крупную сумму. Случай стал известен, так как эти монахини стали во всю задираться, ища тех, кто «проявляет неуважение к названию их боевого отряда». Пара поединков, и все поняли, что смеяться, чтобы потом получить по зубам глупо.

— Неужели они всех, кто смеялся, побеждали?

— Так смеялись только посторонние, кто был не в курсе ситуации, кадровые военные, например, или индустриальщики залётные. Среди наёмников связываться с сумасшедшими бабами дураков не нашлось. Если оскорбление нанесено отряду, то на поединок может выйти любая из отряда. Оскорбил ты маленькую милашку, посмеявшись над картинкой лысого мужика на её плече, вызвала она тебя, а драться с тобой вышла настоящая дракониха, что выше тебя на голову! Подождите, не перебивайте, это ещё не всё, дальше ещё смешнее.

— Так это ещё не конец истории?

— Нет, слушайте. В одном отряде наёмников нашёлся один из умников, и говорит своим: так это же находка! Никто не смеет смеяться над боевым названием, можно бить в морду смело, даже военные тебе за это ничего сделать не смогут, оскорбление боевого названия и у военных идет как серьёзное преступление. Ну и решили они назваться «Добрая Волшебница». Ещё и картинку себе нарисовали с тёткой с такими «волшебными дарами» спереди, что непонятно, как она бы смогла ходить, чтобы её не перевешивало. Ходили потом и отоваривали в лоб каждого, кто хоть одним глазом криво посмотрел на их «Символ». Глядя на них, почти все отряды поменяли себе название, что-то типа моды тогда было, потому сейчас у всех мужских и смешанных отрядов почти не встретишь старых названий типа «Кровавые Лапы» или «Бешеный Бык». Теперь везде только «Лесные Феи», да «Ласковые Киски». И картинки у всех соответствующие. У наёмников вообще своеобразное чувство юмора.

— С этим всё понятно. А теперь давай по делу. Что узнал по Монкут Куанг?

— Так ничего нового. Все утверждают, что да, она и есть принцесса клана, единственная наследница, наивная девственница и всё такое. Её как дочку отряда все воспринимают, настолько в глазах других она маленькая не только по росту.

— Не может это быть игрой?

— Может. — Тут Зацепка внезапно стал очень серьёзным. — Вообще, все, кто из Содружества знаком с жителями планеты Жонген, утверждают, что понять их менталитет очень сложно. Они могут врать с улыбкой, низко кланяться, а потом с такой же неизменной улыбкой вогнать тебе спицу в ухо. У них есть определенный кодекс чести, только вот понять его могут только они сами. С большой долей вероятности можно только сказать, что в их жизни всё решает специализация. Вот воспитывают ребенка быть воином — он всю свою жизнь будет воином и никем больше. Воспитывают шпионом и убийцей — он будет отличным шпионом, будет заниматься этим всю жизнь, будет стараться достигнуть наибольших результатов. На общепризнанную мораль как таковую они не очень обращают внимания.

— А Куанг какую тогда специализацию имеет?

— Она принцесса, наследница клана. Они должны уметь многое, но, так как она женщина, главное для неё — правильно выбрать мужчину. Мужчину, который будет отвечать за весь клан. А её призвание — стать для этого мужчины самой лучшей.

— В чём лучшей?

— В том-то и дело, что в чём угодно! В любви, экономике, в убийствах. Мы сейчас точно не знаем, чему её учили. Может, действительно она хороший финансовый аналитик, а то, что она отлично знает бой с каким-то их национальным видом оружия просто так, хобби. А может это всё какой-то хитрый план.

— Значит, думаешь, пусть остаётся на контроле?

— Это Вам, как начальнику решать. Нас и так мало, но моё мнение: надо к ней приглядеться. Менталитет менталитетом, но ей восемнадцать СО, а выбрала пацана одиннадцать СО. Не понимаю я такого. Вот если бы наоборот, тогда да, бывает и нередко.

— Тот, кого она выбрала — не наш объект. Вот если бы она выбрала моего подопечного, тогда да, это был бы сигнал. А так, она просто нашла богатого, кто поможет её умирающему роду. В общем, пока что оставим её в базе тех, кто контактировал с объектом, но наблюдение инициировать не будем.

13. Покупать и откупаться

Утро. Завтра уже прилетим, а сегодня последний, пятый день. От болезни не осталось и следа, хотя я перенёс её в своей постели. Быстренько вскочил с кровати, потому что почувствовал всепроникаюший запах еды. Как же я проголодался! Может, на самом деле я спал не одну ночь, а десять? И корабль уже успел прилететь на планету и вернуться обратно. А теперь я позавтракал и поеду домой. Не хочу я в эту школу, очень уж она далеко от дома.

— Ты уже проснулся? — В комнату заглянула мама Мили. Как она об этом узнала? Я же только-только глаза открыл! А, рядом с моей кроватью сидит Далия. Она всю ночь тут провела, или они с Велией менялись? Теперь понятно, кто доложил о том, что Первый и Единственный открыл глаза и опять готов к завоеванию Галактики.

— Да, я проснулся и хочу есть. Мне ещё долго так взрослеть?

— Быстро в душ и выходи, всё уже готово, только тебя дожидается. Нет, не долго.

Ну ладно. Мне действительно надо в душ, а то почему-то проснулся весь мокрый. Не помню, что мне снилось, но наверное тренировки, раз я так вспотел во сне. Это же получается, что я изобрёл виртуальный тренажёр! Можно не покупать теперь себе на новом месте новый, а тренироваться вот так, во сне. Спишь, заодно и становишься сильнее, а не только растёшь, если летаешь. Хотя, вырасти мне тоже надо. Решено, буду по очереди тренироваться и летать.

— Ты идёшь? Чего застыл в одних трусах посередине комнаты?

Ладно, потом составлю график виртуально сонных тренировок, а пока помыться и есть!

После выхода из душа я просто мгновенно запрыгнул в комбез и выскочил на вкусные запахи. Как я не умер от них, пока стоял под водой, сам не знаю.

— Вы просто волшебные волшебницы! Это всё мне? — На столике места не осталось, всё было заставлено тарелочками и вазочками.

— Не всё, мы тоже не завтракали ещё.

— Как не всё? — Они что, хотят оставить меня голодным?

— Не беспокойся, тебе хватит, Далия заказала тебе двойную порцию. Она сказала, что ты проснёшься очень голодным.

— Далия, ты просто супер. — Я нашёл глазами охранницу. — Я возьму тебя второй женой. Прости, первую мне обещала дать мама, а спорить с ней ты сама не захочешь.

— А что я буду делать, когда стану твоей женой? — Постоянная улыбка Далии стала ироничной. Думает, я вру? Зря, я совершенно правдив.

— Как что? Будешь меня кормить! Мне всегда достаётся самая маленькая порция, а с тобой эта несправедливость уйдёт в прошлое.

— Ты знаешь, я, наверное, откажусь от такого выгодного предложения. — Она так плавно начала говорить. Это осторожность, или просто она всё-таки задумалась над моим предложением? О! Мои любимые пончики! Ням-ням. Вкусно то как! — Мне тоже хочется быть для кого-то первой и единственной. Вот если я не найду такого, я рассмотрю твоё предложение. Ты же не обидишься на меня за это?

— Не. — И, прожевав, добавил. — Мне тоже нравится быть первым и единственным, так что я тебя понимаю.

Милисандра, очень мягко улыбаясь, смотрела на меня и просто фонтанировала умилением. А Велия стояла около двери и тоже улыбалась. Хм. А раньше я её совсем не замечал. Видимо, во сне на моём сонном вирттренажёре была тренировка на внимательность, вот теперь я и стал замечать разные мелочи, на которые раньше не обращал внимания. Какое полезное изобретение у меня получилось.

— Принц, напиши Пиколетте. — Я не сразу вспомнил, кто это, но потом мне стало интересно, почему Далия обратилась ко мне с такой странной просьбой.

— Зачем?

— Ты напиши, поговори. Зачем люди разговаривают?

— Люди разговаривают, когда им скучно одним. Мне не скучно! И у меня её номера нет.

— Я тебе продиктую. А ты напиши.

Я лихорадочно придумывал, чего бы ещё сказать, чтобы не соврать и отказаться от этой работы.

— Напиши девочке, Валя. — Это мама Мили всё-таки вклинилась в разговор. — Мальчики должны первыми писать девочкам. И, пожалуйста, не делай такое трагическое лицо, это для тебя совсем не сложно сделать.

— Почему это я должен писать первым? И зачем я буду ей писать? Мне от неё ничего не нужно.

— Принято так. Напиши ей первым и спроси, вдруг ей что-то нужно.

— Если ей что-то нужно, то пусть она и напишет. — С девочками надо разговаривать только тогда, когда самому что-то нужно, это я уже точно знаю. Сёстры меня этому давно научили, так что тут меня не обманете.

— Чего ты сопротивляешься так? Напиши, скажи «привет» или «как дела». Тебе не сложно, а ей будет приятно. — Эх, аргументы у меня закончились.

— Ну хорошо, диктуй номер. — Напишу этой зануде, раз так просят.

*****

Я&gt; Пиколетта, привет. Это Валериус. Как дела?

Ответ пришёл через секунду.

Пиколетта (Зануда) &gt; Привет, Принц!

Пиколетта (Зануда) &gt; Я так рада, что ты мне написал.

Пиколетта (Зануда) &gt; А что ты делаешь? Ты не занят? Давай встретимся.

Пиколетта (Зануда) &gt; Мне скучно. Чего ты молчишь? Напиши мне быстрее.

Она что, спортсмен по скоростному набору текста? Как можно так быстро набирать? Я ещё на первый вопрос не набрал ответ, а она ещё задаёт. Всё, я устал переписываться.

Стёр всё, что пытался написать в ответ, набрал:

Я&gt; Позже напишу, сейчас я занят.

Закрыл переписку и поднял экран. А что, я занят же. Я ем.

— Всё, я написал ей. — Успокоил я этих дотошных, пусть знают, что я выполнил их просьбу и не пристают больше. А я пока продолжу заниматься очень приятным делом. Вот еще полстола недоделано!

— И что она ответила? — Мама Мили зафонила любопытством. Сейчас прожую и расскажу, с чего такое нетерпение? — Во сколько вы встречаетесь?

— Почему мы должны встретиться? — Я чуть не подавился котлеткой!

— Как? Разве ты не для этого ей написал? — Так. Чувствую, что где-то меня обманывают, но обмана не чувствую. Мне кажется или что-то не так у них с логикой?

— Я написал, потому что вы попросили. — Мне вдруг показалось, что они это забыли, хотя как такое можно забыть, прошла пара минут.

— Раз первым написал, то обязан пригласить куда-нибудь. Ты же всё равно не занят сегодня. — Я написал? Да я же просто «привет» написал и уже что-то должен? Как так? И получается, у меня хотят забрать время, которое я хотел потратить на расследование важнейшего дела? У меня там кража века, а я второй день не могу её раскрыть.

— Как не занят? Да у меня куча дел! — А точнее два дела не оконченных. И третье надо будет взять у старшего специалиста. Торопиться не буду, а то делаю ошибки. Интересно, в чём же там секрет, в той загадке? Может, ещё раз пересмотреть картинки с места происшествия? Там был интересный момент, когда свидетель…

— Валя, ты меня совсем не слушаешь. — Вклинилась в мои мысли Милисандра. — Ты ничем таким не занят. Вполне можешь отложить все дела и пойти на встречу. — Это зачем мне откладывать расследование дела? Ради того, чтобы встретиться с какой-то девочкой?

— Я занят. Очень занят. У меня тесты и тренировки.

— Ну хорошо, я верю, что тренировки для тебя очень важны. Но ты сам говорил, что они только до обеда. А после него, чем будешь заниматься? — Это я зря не придумал себе дел после обеда. И что теперь делать? Весь день заниматься расследованиями нельзя, ошибки будут накапливаться, тренировки перестанут приносить пользу, толку-то тогда будет, что я наберу баллы, если не научусь правильно действовать и рассуждать. «Постепенность и постоянность». Но сдаваться так просто я не намерен.

— Найду чем. У меня ещё много разных дел.

— Не рассказывай мне глупостей. — Аргумент не прошёл. Точно, нужно было заранее придумать себе занятие. — Напиши ей, что вы после обеда с ней встретитесь. И не увиливай! Девочка ждёт, что ты её пригласишь, раз написал первым, таковы правила общения. — Разве? А почему тогда она УЖЕ спросила, когда мы встретимся? Она не читала эти правила или они у каждой женщины свои?

— Так я написал, потому что вы попросили! — На всякий случай ещё раз напомнил я. — И что, теперь я в этом виноват? — Да из-за этой девочки я поесть нормально не могу, а очень хочется.

— Валя, чего ты упрямишься, как маленький? Самому не надоело сидеть в комнате? Сходишь, свежим воздухом подышишь. — Голос Милисандры стал опять просительным.

— Мы на космическом корабле, какой свежий воздух? — Мама, ты говорила, что логика есть во всём. Ну и где тут логика? Может, ей просто надо куда-то меня выгнать из каюты, чтобы в кем-то встретиться? Я спрячусь в душе, чтобы подслушать, а потом выясниться, что мама Мили — это очень секретный разведчик и ей надо передать очень секретную информацию своему секретному агенту.

— Ты не придумывай отговорки, а напиши девочке. Давай, я жду, что вы с ней сегодня встретитесь и поговорите.

— Да о чём с ней разговаривать? И она очень быстро печатает, я за ней не успеваю.

— Вот! Тем более! Встретитесь, а вслух ты легко будешь успевать отвечать. Разве тебе не приятно будет провести время с красивой умной девочкой? — Не заметил ни красивую, ни умную. Наверное, мы о разных Пиколеттах говорим.

— Милисандра, дай мне поесть, пожалуйста. — Пока ем, придумаю, чем заняться. Я почти выиграл!

— Хорошо, не буду тебе мешать. — Она встала и пошла в сторону своей комнаты. — Давай, поешь спокойно, а потом скажешь мне, когда и где вы встречаетесь. — И проскользнула в комнату.

Эй! Так не честно!

Теперь мне уже не казалось, что меня обманывают. Теперь я был в этом уверен! И почему она не стала слушать, что я скажу на её последние слова? Разве так можно? Сказать что-то, а потом раз, и спрятаться. А я-то думал, что игра, в которую мы играли с Лилией «Всё, я в домике» в жизни не применима! Я теперь тоже так буду делать.

Опустил экран. Делать вид, что пишу, не стал. Это враньё, оно мне противопоказано. Да и перед кем?

Кушать всё ещё хотелось, но еда перестала быть вкусной. Получается, я проиграл разговор? Конечно, у Милисандры опыт разных переговоров, она же, помнится, как раз занималась разными уговорами других, но я же хорошо учился. И с другими у меня всегда получалось. С той девочкой, что хотела у меня место рядом за партой просто отобрать, я же правильно переговоры провёл, а тут? Какой толк с того, что я знаю, что Милисандра чувствовала, если у неё кроме любопытства и азарта ничего не показывало? Я думал, что у меня есть преимущество в разговорах, а оказалось, что «опыт побеждает». Не зря мама говорила это на мой вопрос, почему она проходит полосу всегда быстрее меня.

Надо поесть. Может, мороженое попросить за то, что я с Пиколеттой встречусь? Даже можно установить цену: десять минут общения на десять минут поедания мороженого. Хотя нет, за десять минут я могу съесть много, но само удовольствие от мороженого в растягивании удовольствия. И опять время будет давить, я ещё не научился на это не обращать внимания. Значит, одна десятиминутная встреча — одно мороженое, которое я могу есть столько времени, сколько захочу. Нормальная цена, мне кажется.

Гляну, чего там написала эта неуёмная девочка. О! Даже ничего не ответила на то, что я занят? О чём мы там говорили… ага, о встрече, что ей скучно, и она ждёт сообщения.

Я &gt; Пиколетта, я освободился. Чего ты хотела?

И тишина. Минута, две. Не понял, у неё инфор сломался? Или, ей уже не скучно? Ну и отлично. Значит, встречаться не надо, а я не виноват. Доедаю и тренироваться. У меня там дело о краже.

Аппетит ко мне вернулся, так что, быстренько добив те порции, что мне выделили, я пошёл в свою комнату, по пути набирая сообщение.

Я &gt; Раз ты занята, потом поговорим.

Но я допустил фатальную ошибку! Я не поднял экран.

Пиколетта (Зануда) &gt; Я была сильно занята, но сейчас как раз освободилась. Так мы встретимся сегодня?

Пиколетта (Зануда) &gt; Пошли в Центр развлечений. Я там была с братом, но он скучный, а ты гораздо лучше. Я буду ждать тебя там через час.

Пиколетта (Зануда) &gt; Или лучше через полчаса. Придёшь?

Я &gt; До обеда я не могу, у меня дела.

Надеюсь, она занята будет, раз она сейчас свободна.

Пиколетта (Зануда) &gt; Хорошо, можно после обеда. Встретимся там возле входного автомата. Помни, ты обещал прийти! Только не опаздывай.

Когда это я успел пообещать? Перечитал все сообщения. Не обещал точно. Хотя, встретиться надо, раз и Далия и Милисандра так об этом просят. Только не забыть про мороженое маме Мили сказать, а то получится, что я мучился зря!

Я &gt; Я приду.

Не повезло, конечно, что она вот так вдруг оказалась свободна. А откуда она знает, в какое время я закончу обед, чтобы понять, опоздал я или нет? Может, перенести обед на завтра? Тогда получится, что после обеда — это уже на планете. Не пришёл и соврал. Нет, кушать хочется. Я же только поел, а не наелся.

— Далия, может, ещё чего-нибудь закажешь покушать? — Я остановился у входа в комнату и обернулся к охраннице.

— Нет, если только не раньше, чем через час. Нельзя сразу много, должно перевариться. Такой сильный аппетит пройдёт через сутки, но всё равно, в течение дней десяти тебе придётся есть по пять-шесть раз в день, да ещё и ночью один раз.

— Это из-за болезни?

— Ты не болел, я же говорила. Просто повзрослел. — Я её не могу чувствовать, но кажется, она меня почему-то жалеет.

— А это только один раз в жизни такое, или часто будет? — Может, к такому можно заранее подготовиться.

— Такое будет ещё один раз, когда повзрослеешь окончательно. — Значит в возрасте полной дееспособности, ещё полжизни до этого, можно не беспокоиться.

— А у тебя такое было?

— Да.

— А такое у всех бывает? А почему я не слышал раньше об этом? — У сестёр точно такого не было, иначе бы я хоть что-то, да знал.

— Такое бывает у всех членов семьи Росса. А не слышал потому, что больше ни с кем из неё не знаком, кроме своей мамы, а она уже взрослая очень давно.

Ну и ладно. Пережил один раз, переживу и во второй.

Эта тренировка далась мне нелегко. Сегодня меня сбивало с мысли не то, что время бежит, а то, что очень хотелось кушать. Спасибо тем пирожкам и молоку, что принесла мне Велия. Они просто спасли меня от голодной смерти, которая меня иначе бы ожидала. Я два раза выключал реальность и оба раза от острого чувства голода. А тот случай я так и не разгадал, но на чистом упрямстве возвращался к документам дела. Вот не хотелось мне выдавать версию, которая окажется заведомо неправильной, чтобы получить правильный ответ. Я уже и так два раза выслушивал своего начальника, какой я бездарь и мне нельзя поручить простейшие дела. Сам-то он сидит и жрёт свою вечную булочку, запивая её вечным кофе, а мне надо за него работу делать. Эх. Отложу решение ещё на сутки, сейчас уже совсем голова не соображает.

Я думал, на обед мы пойдём в едальню, раз Велия занесла костюм и решительно показала на него, после чего пожала плечами. Мама Мили попросила меня надеть костюм, как я расшифровал эту пантомиму, но я решил, что обойдусь, в комбезе удобнее. А почему тогда обед у нас тут?

— Валя, ты почему ещё не готов?

— Куда, на обед? Так я готов. Могу вас всех съесть, если меня сейчас не покормят.

— Так ты же после обеда встречаешься с девушкой, а до сих пор в таком виде!

Очень интересно.

— А когда это я тебе сказал, что я действительно встречаюсь? — Она что, просматривает мою переписку? Я с подозрением посмотрел на неё. И не надо делать такие честные глаза, в эмоциях явное смущение.

— Так я в тебе не сомневалась, знала, что ты обязательно сделаешь то, что должен.

— Я не хочу идти. — И так не понял, как оказался «должен». Вот пусть теперь рассказывает, как она узнала о встрече.

— Но ты же обещал!

— Не помню такого. — Милисандре я точно ничего не обещал.

— Валя, ты же не будешь обманывать бедную девочку? Ты же у нас хороший мальчик. — Да, я хороший. И собираюсь пойти, но могу же я получить за это моральное страдание нормальную компенсацию.

— Я решил, что эта встреча нанесёт мне сильные душевные раны.

— Какие-какие раны? — Хм. Мне казалось, что эта фраза из видео про пиратов как раз тут будет к месту. Неужели ошибся? Что за веселье в эмоциях Милисандры?

— Душевные. Но можно этого избежать, если компенсировать мои страдания хорошим вознаграждением. — Надеюсь, произнесённая до конца фраза понравится маме Мили больше. Я её про себя три раза повторил, чтобы заучить дословно! Очень внушительная фраза. Герою после неё много денег дали. Денег мне не надо, а вот мороженое будет в самый раз. Только вот Милисандра только рассмеялась!

— Валя, ты меня совсем уморишь своими шутками. Кушай быстрее и в душ. Времени мало. — Э-э-э… А как же моё мороженое? Меня опять обманули!

Ну и ладно. Только, надо бы Слера позвать, раз уж он теперь в первых кандидатах в мои друзья. Пусть разбавит компанию, веселее будет.

Я &gt; Привет, ты после обеда чем занят?

Слер (Громкий) &gt; Привет. После обеда я занимаюсь.

Я &gt; Чем занимаешься?

Слер (Громкий) &gt; Мама вдруг вспомнила, что скоро в школу. Но до обеда я был свободен.

Я &gt; До обеда я тоже занимался. Ладно, пока.

Слер (Громкий) &gt; Пока.

Так. Надо поесть и подумать, а то на голодный желудок совсем не думается.

Во время поедания очередной вкусняшки, меня осенило! А позову-ка я Куанг. Хотя, если она тоже занята, придётся с Пиколеттой одному мучиться.

Я &gt; Привет, Куанг. Ты после обеда занята?

Куанг (Конфета) &gt; Приветствую Вас, Валериус Первый и Единственный. Для своего Господина я всегда свободна.

Хм… Когда она обращается ко мне «Господин», мне это не нравится. Моё имя гораздо внушительнее звучит. Надо будет попросить её потом.

Я &gt; Подходи после обеда ко входу на Уровень развлечений.

Куанг (Конфета) &gt; Спортивную форму с собой брать?

Точно, мы же с ней как раз на этом уровне и познакомились, в тренировочном секторе.

Я &gt; Не надо. Просто оденься красиво.

Куанг (Конфета) &gt; Я буду через 25 минут.

Я &gt; Не, так рано не надо. Минут через 40 будет нормально.

Куанг (Конфета) &gt; Я подожду.

Упрямая какая. Ну и ладно. Пойду есть и мыться. Даже высохнуть успею.

*****

На входе на уровень было шумно. Большая группа взрослых с детьми суетливо делали свой выбор на экране ушастого. Куанг стояла сбоку от Кролика-Мутанта с таким отрешённым видом, что я её прямо пожалел. Наверняка же такой шум раздражает, а она меня уже почти полчаса дожидается, если действительно пришла через двадцать пять минут, как обещала. Но когда я подошел к ней, почувствовал, что в её эмоциях нет ни раздражения, ни злости. Только спокойное умиротворение. Это она так хорошо покушала, а теперь всё ещё наслаждается прошедшим обедом? Чем это она интересно таким вкусным питалась? Я тоже это хочу!

Странно, что она одета не в своё обычное «конфетное» одеяние, а в платье с рукавами из кружевной сеточки. И туфли с каблуками. Я же сказал, что такие подставки не мужская, а женская обувь, а Слер ещё мне рассказывал обратное.

— Привет, Куанг. Давно ждёшь?

— Здравствуйте, Принц Валериус, Первый и Единственный! Жду двадцать семь минут. — И поклонилась. Ну, хоть на колени не упала, уже хорошо. Получается, она даже на минуту раньше пришла, чем обещала. Зачем, если знала, что я приду позже?

— Ты уже сделала выбор? — И я кивнул в сторону Кролика-мутанта.

— Нет. Вы сделаете выбор, а я пойду туда, куда скажет мой Господин.

— А, точно! — Пока вспомнил, нужно её попросить. — У меня к тебе просьба. Очень важная, учти.

— Я слушаю Вас, мой Господин.

— Я тебя прошу не называть меня «Господином». Мне не нравится.

— Вам не нравится, что Вы мой Господин? — В эмоциях нарождающаяся паника. Неужели это так важно для неё?

— Да нет же. Пусть я твой Господин, если уж ты так решила, мне не жалко. Хотя, лучше, если я буду твоим руководителем. Так мне хоть будет понятно, что делать в разных ситуациях, я же это изучал. Мне само слово «Господин» не нравится, своё имя больше по душе. Зови меня только по имени. «Господинов» разных много, а Валериус один. Хорошо?

— Я поняла, мой Господин. — Спокойствие в эмоциях восстановилось. — Я буду называть Вас только по имени. Отныне для меня вы только Принц Валериус Первый и Единственный.

— Так. — «Принц» — это теперь мой позывной, тоже, можно сказать, имя. Если одновременно и то и другое, то это двойное имя получается, а значит, звучит глупо. Будем бороться с «заиканием»! — Или Принцем или Валериусом. Но лучше Валериусом, я больше привык, а «Принцем» я стал совсем недавно. И про «Первого и Единственного» не упоминай вообще, это что-то типа титула в семье. А ты же не моя семья. — Неудачно я как-то пошутил тогда. Надо учитывать, что не только есть ситуации, когда нельзя шутить, но есть и люди, с которыми шутить противопоказано.

— А когда я стану Вашей наложницей и войду в семью, Вы разрешите мне Вас так именовать?

— Если станешь, то можно. — Только откуда я знаю, станешь ли ты ею вообще. Вот назначит мама мне невесту, вот тогда и пытайся с ней подружиться. Хотя, мама, помнится, не верит в женскую дружбу.

— Я приложу все свои усилия! — Вот же странное направление для приложения «всех усилий», только спорить мне с ней не хотелось.

Пока мы разговаривали, возле входного экрана толпа потихоньку уменьшилась. Осталась пара каких-то взрослых, что успокаивали плачущего ребёнка. Он был явно младше меня на оборот или два, так что пусть плачет, маленьким можно.

А где Пиколетта, кстати? Вот что значит, не назначить точного времени встречи. Может, мы пойдём, а она потом нас найдёт? Напишет на инфор, как придёт, скажем ей сектор. Не потеряется.

— Куанг, так ты выбрала, куда хочешь пойти?

— Мой Валериус, я пойду туда, куда вы прикажете.

— А почему это я «твой» Валериус? Я свой, собственный! Никому не отдам, самому надо. — Опять попытался пошутить с ней я. Только она не выдала даже намёка на улыбку.

— Слово «мой» показывает наши отношения. «Мой Валериус», потому что я отдала Вам свою честь, потому теперь я Ваша, а Вы «мой». «Мой Господин» или «мой Валериус». Или «мой Принц». Так принято у нас на планете Жонген. — Если принято так, то спорить бесполезно, дипломатия запрещает. Хотя, можно же выбрать из её вариантов более благозвучный и привычный.

— Мне не нравится, как звучит «мой Валериус». Если никак нельзя без слова «мой», то пусть будет «мой Принц». Звучит гораздо лучше. Договорились?

— Да, мой Принц.

Так, она опять меня отвлекла от того, чего я спрашивал.

— Спрашиваю в третий раз: куда ты хочешь пойти? И не надо мне про то, что «куда прикажешь»! Я не собираюсь тебе приказывать, я хочу услышать твой выбор.

— Вы мой Господин, я вручила Вам право выбора за меня. Вы за меня выбираете, мне приказываете, а я исполняю. Так принято…

— Да-да, у вас на планете Жонген. — Перебил я её. Чего она так тягуче и медленно всегда говорит? Устать можно, пока закончит предложение. — Я понял тебя. Значит, ты сделаешь всё, что я прикажу?

— Да. — Упрямство и Решимость. А как же слова Милисандры, что я только в моральном аспекте могу управлять?

— Вот прямо всё-всё?

— Любой приказ вручивший честь должен исполнить обязательно и незамедлительно. Иначе он считается потерявшим честь, и должен умереть.

А её сестра ещё утверждала, что Куанг мне не рабыня. Так это ещё хуже рабства, получается! Вот потому они там все и разговаривают так медленно. Это, чтобы успеть передумать, пока не договорят. Придётся и мне с ней быть осторожней в словах. Шуток она не понимает, это я окончательно понял. И что теперь? Вот скажу опять чего-то не то, а она примет это как приказ. А вдруг это сделать нет никакой возможности, и она умрёт? Я читал в материалах по моникам, что мы можем так закодировать человека. Видимо, она прошла такую кодировку у себя там, дома.

Странная у них планета. Кто хочет работать в госучреждения Содружества, тех тоже так кодируют моники, чтобы если рассказал какой-то секрет — сразу умер. Это любой знает. Но я бы на такое точно не согласился.

И где Пиколетта? Мы её уже десять минут ждём!

— Куанг, а едальня вашего уровня когда закрывается?

Она посмотрела на свой браслет.

— Когда Вы мне писали, она должна была закрыться через двадцать минут.

Получается, обед у них уже сорок минут как закончился? Не понял. Она решила не приходить? Ну и ладно, мы пойдём вдвоём с Конфеткой. Как раз и вопящего ребёнка унесли куда-то взрослые, и «Мутант» освободился.

— Пошли, сделаем выбор. Ты умеешь стрелять?

— Из чего?

— Как из чего? Из метателя, конечно. А из чего ещё можно?

— Из метателя я плохо умею, слишком дорого учиться. — Разве? Чего там может быть дорогого? Стрелки на него разве дорогие? Никогда не задумывался, но если бы было дорого, мне бы, наверное, не разрешали выпускать их по паре сотен в день. А тир он вечный.

— А из чего тогда хорошо умеешь?

— Из лука или арбалета.

— О! — Хочу! Давно когда-то уговаривал маму свозить меня в такой тир, но она отказалась, сказала, что если тратить время на разные глупости, то не останется на нужное. — А я не умею из них. Тоже хочу научиться! Надо проверить, есть такое тут или нет.

Кролик нам предложил всего один вариант подобного тира, в котором настоящие луки и арбалеты. И пять виртуальных. Неужели, реальные тиры не пользуются спросом?

Я приложил свой брасик к экрану и получил маршрут. В-35. В том же регионе, где я жуков инопланетных бил, не заблудимся.

Стрелочка довела нас до нужного сектора. Действительно, явно не самое популярное заведение. Располагался тир в секторе других стрельб, но был самым дальним из них.

— Сеньор и Сеньорита желают пострелять? — Неожиданно из двери выскочил чернявый парень, оборотов так двадцати. — Заходите, не стесняйтесь! Вас ждёт одно из самых увлекательных развлечений. — Надо же, в этом тире оказался живой работник. Как интересно, а в остальных всё автоматически организовано.

— Да, мы хотим из лука и арбалета. — Сказал я, заходя внутрь и осматриваясь. До мишеней метров двадцать пять. Это для кого они сделали так всё близко? Тут я и ножом попаду легко.

— Вы пришли куда надо! — Парень вскинул руки в патетическом жесте. — В нашем тире есть самые лучшие варианты современных арбалетов и спортивных луков. — Он повернулся к стенке и ткнул в самый маленький, из висящих там, арбалетов. — Вот этот подойдёт молодому Сеньору. — Затем он обратился к Куанг, заискивающе наклонив на бок голову. — Сеньорита тоже желает арбалет? Я могу помочь, если Вы в первый раз. — И его взгляд и заряд эмоций, которые он выплеснул в её сторону, выдавали очень большую заинтересованность. Только он заинтересовался не конкретно ею, а только верхней частью платья. Странный парень.

— А чего это мне такой маленький предлагаете? Я хочу большой! — И на меня смотри, я же тут главный!

— Сеньор, Вы зря так пренебрежительно относитесь к этому произведению инженерного искусства! — Парень сдернул арбалет с крепления и повертел в руках передо мной. — Посмотрите внимательно, какой красавец! — Он сделал вид, что залюбовался арбалетом. — Он не маленький, он просто компактный. Не обращайте внимания на его скромный размер, Сеньор! Этот малыш бьёт ничуть не хуже любого большого арбалета. — Он пренебрежительно кивнул в сторону оставшихся экземпляров. — Просто стрела в нём меньше, потому больше подвержена влиянию ветра. — Тут он наклонился ко мне и, улыбаясь, перешёл на доверительный шёпот. — Но мы же с Вами на корабле, так что это в наших условиях совершенно не важно!

Когда он наклонился, я нащупал в его эмоциях отношение к себе, которые раньше не мог разобрать из-за более сильных, направленных не на меня. Пренебрежение и досада на помеху. Чем это я ему помешал? Разбудил, пока он спал в отсутствии посетителей?

— Ладно. — Я позволил себя уговорить. Не понравится, возьму другой, чего это я вдруг заупрямился, сам не пойму. — Давайте сюда этот.

Парень протянул мне арбалет, а сам суетливо подскочил к Куанг и тоже на ухо стал ей громко шептать.

— Сеньорита может выбрать себе тот, который ей больше нравится. Если будет тяжело натягивать, я всегда к Вашим услугам! — Что-то мне совсем не нравится этой парень. Особенно его последние эмоции. Такого желания ОБЛАДАТЬ, которое тот излучал, когда смотрел на верх платья девушки, я вообще не встречал никогда. Взял бы и заказал себе такое же. Есть вот такие люди, которым надо обязательно то, что есть у других. Не будет же он носить это платье, правда?

Тут брасик завибрировал входящим вызовом. Ага, Пиколетта объявилась. Я опустил экран, чтобы отключить динамики на комме и переключить на наушники в инфоре.

— Слушаю тебя, Пиколетта.

— Принц, а ты где?

— Мы с Куанг тебя не дождались и пошли в тир, который с арбалетами и луками. Приходи тоже сюда, постреляем.

— С какой Куанг? Почему ты с ней? Откуда она узнала, что мы встречаемся?

— Так я её пригласил.

— Зачем?

— Чтобы веселее было. А Слер не может, его я тоже звал.

Пауза, потом Пиколетта затараторила в своей обычной манере.

— Я сейчас подойду. Только никуда не уходите, чтобы мне потом вас не искать. Какой сектор?

— В-35. Подходи, мы сами только пришли сюда. — И поднял экран, завершая разговор.

А за это время парень уже вручил Куанг большущий арбалет и с некоторой оторопью смотрел, как она вертит его одной рукой, второй только немного придерживая. Он пару раз немного дергался, явно желая помочь девушке, но она, держа арбалет одной рукой, поднимала вторую, ставя её между собой и этим любителем чужого платья.

Судя по всему, арбалет не такой уж и тяжёлый. Надо проверить самому.

— Куанг, ну-ка, дай мне попробовать твой. Я ты мой пока возьми. Не справлюсь, парень мне поможет. — И кивнул головой на того.

Она молча протянула мне большой арбалет, взяв моего малыша, который легко взвела с помощью рычага сбоку. Потом посмотрела строго на парня.

— Сеньорита чего-то желает? — Вскинулся тот вопросительно.

— Стрелы неси. — Моей спутнице этот тип тоже не понравился. В эмоциях нет злости, но вот и спокойствия уже тоже нет.

— Да, конечно. — А в эмоциях недоумение на Куанг и злость на меня. Мне кажется, этот человек не любит свою работу. Почему тогда он её не сменит?

Хм… Арбалет не такой уж и тяжёлый, вполне можно удержать. Только, как заряжается, непонятно. В видеопоставновке я видел, что это делают, крутя ручку сбоку, но тут я такой не увидел. Да и показывали тогда явно старые модели, сомневаюсь, что когда-то раньше могли придумать эту систему колёсиков и тросиков. С ходу так и не понять всю эту систему.

— Сеньор, это спортивная модель. — Голос парня, вернувшегося со стрелами. — Нужно вставить ногу в петлю и потянуть вверх сам арбалет. — С виду дружелюбие, а внутри насмешка.

Ха! Смейся, глупый. Не знать что-то — это не недостаток. Я для того сюда и пришёл, чтобы научиться новому. Вверх туго идёт, но не очень и тяжёло, раз я могу справиться. Только рост у меня небольшой, так что пришлось тянуть двумя руками выше головы. Если бы был в комбезе, сделал бы это одним движением, а вот в костюме, когда руки толком не поднять, пришлось перебирать руками несколько раз.

Два раза «ха»! Парень теперь выдает недоумение. Смотри и учись у будущего главного героя этого мира! Я лучший.

Куанг же, взяв весь пучок маленьких стрелок из рук парня, вставила одну из них в свой арбалет и направила его в сторону мишени. Затем обернулась на меня.

— Я готова к стрельбе.

— Так стреляй, не жди меня. Я тут изучаю новую для меня систему. — Где тут система натяжения, что заставляет лететь стрелу? Никак не пойму! Не на источнике питания же всё это работает.

Девушка выстрелила, но не попала в мишень. Совсем. А говорила, что хорошо стреляет! Она опять взвела свой арбалет и снова выстрелила. Теперь было видно, что попала в мишень, причём куда-то близко к центру. Так, засмотрелся на неё, а ведь сам я отстаю. Приклад к плечу… А где прицел? А, вот! Просто он не поднят. Первый выстрел.

Мимо. Стрела улетела выше мишени. Арбалет в руках подпрыгнул не хуже винтовки. А кто-то мне говорил, что у них отдачи нет. Явно это был тот, кто сам никогда из такого большого не стрелял. И теперь понятно, почему прицел так высоко над арбалетом. Да я мог бы без глаза остаться! Вот не заметил бы прицел, прижал бы щеку к прикладу, как к винтовке и получит отдачей. Повезло, что сначала осмотрел всё. А этот тип мне даже не подсказал! Мне он уже очень не нравится.

Я повернулся к парню, протянув руку.

— Отличный выстрел, Сеньор. — Выдал тот, протягивая мне стрелу. Это то, что я промахнулся мимо цели, у него отлично? Издевается!

Натягиваю тетиву уже понятным способом. Второй выстрел.

Опять, можно сказать, мимо. Попал в самый низ мишени. Стрелка за несчастные двадцать пять метров успела снизиться прилично, хотя я вроде бы в центр целился. Чего это арбалет так по-разному себя ведёт? То вверх, то вниз. Хотел спросить у парня, но тот опять протягивает мне стрелу.

— Отличный выстрел, Сеньор.

А какой же тогда плохой? Наверное, когда в него попаду, а не в мишень. Тогда точно скажет «плохой выстрел, Сеньор». Забрал у него все оставшиеся три стрелы. Нечего меня смущать своим «отличным выстрелом».

Следующий выстрел был получше, но тоже не идеально. В круг мишени я попал, но опять взял слишком высоко. А как в видео попадают прямо в бегущего зверя? Да я тут в стоящую мишень с третьего раза чудом попадаю. Ножом я бы легко попал в центр, расстояние смешное, но с арбалетом, почему-то не получается. Осталось две стрелы, надо хоть одну попасть в центр, а то, получается, что я проиграл. Центр соседней мишени, тот, куда стреляла Куанг, весь пестрел попавшими маленькими стрелами. Действительно хорошо стреляет. Может мне тоже надо было из маленького сначала привыкнуть? Ладно, закончу сначала из этого, а потом опять поменяемся.

Из двух последних стрел, ни одна не попала в центр, хотя и воткнулись близко от него. Эх, надо тренироваться. Опять забыл два главных принципа обучения: «постепенность и постоянность», а значит, начинать всё же надо было с маленького арбалета.

Куанг, выпустив все свои стрелы, стояла и молча смотрела на меня. Свой арбалет она так и держала в направлении мишени. Молодец, имеет правильные навыки по технике безопасности. Помню, как я вначале вместе с метателем повернулся к инструкторам, так они все на пол попадали. Было сначала смешно, пока меня не заставили выучить все правила наизусть и не стали проверять перед каждым посещением. Ошибся хоть в слове — не допущен, приходи завтра. Оружие не любит пренебрежения.

— Ты молодец, действительно хорошо стреляешь. — Надо похвалить, раз теперь я её руководитель. — Давай опять поменяемся, попробую теперь я из маленького, а ты из большого.

Мы поменялись, а парень сбегал за стрелами. Как взводить этот агрегат, я видел, так что потянул рукоятку, что находилась справа, на себя. Тяжело идет. Мне кажется, как раз ногой взводить намного легче, чем рукой. Первый выстрел опять взял сильно вверх. Стрела легкая, почти не снижается, пока летит. Действительно, прав оказался этот тип, из маленького можно подстрелить кого-нибудь ничуть не хуже, чем из большого.

Прицелился во второй раз и тут услышал справа, со стороны Куанг, вскрик. Повернул голову и увидел, что парень валяется на полу, держась за живот, а Куанг направила на него заряженный арбалет.

— Ко мне может прикасаться только Мой Принц и тот, кому он разрешит, понятно?

— Да, я понял, Сеньорита, не бейте меня. — Выдавил через силу из себя этот любитель платьев. Он что, собрался с неё его снять? Да он просто ненормальный!

— Куанг, что случилось. — Как с улыбкой сказал в своё время мой учитель, всегда наступает такой момент, когда любой руководитель вынужден задать этот вопрос. И чем чаще он его задаёт, тем хуже он, как руководитель.

Хм. Получается, я пока плохой? Ну, я только начал. Позже, надеюсь, перестану задавать этот вопрос совсем.

— Он захотел сделать то, что позволено только Моему Принцу и тем, на кого Мой Принц укажет. — Кажется, она хотела поклониться, но потом передумала, так и застыла в своей угрожающей позе.

— Сеньор, я просто хотел ей немного помочь, сзади поддержать арбалет. Он же тяжёлый. — Это подал голос парень, испуганно косясь на кончик стрелы, которая почти упиралась ему в нос. В эмоциях у него царил УЖАС, но по отношению не к Куанг, а к этой самой стреле. Чего стрелы-то бояться, она же не живая! — Передайте Принцу, что я ничего плохого не хотел сделать Вашей сестре.

— Если бы ты захотел прикоснуться к моей сестре, я бы сам тебя убил. — Я только представил, как этот тип просто протянул свои руки к Лилии, так мне захотелось врезать ему ногой по лицу. Злость просто закипела во мне. Откуда она? Может, это его страх так на меня действовал? Надо успокоиться.

А тот как-то недоумённо посмотрел сначала на меня, но видя мою ярость, перевёл взгляд на Куанг, по лицу которой вообще ничего не было видно. Она и в эмоциях излучала спокойствие, за которое я решил уцепиться, чтобы успокоиться самому. Где там мои тренировки по рассеянью сознания? Куда всё и делось, стоило только попасть в непонятную ситуацию.

— Привет, Принц! — Это внезапно сзади раздался голос Пиколетты. Как раз вовремя. Она остановилась в дверях, рассматривая композицию, что мы устроили. — И тебе привет, Чистая Наложница. А во что вы играете?

Парень с надеждой посмотрел на вошедшую девушку.

— Сеньорита, спасите!

Время для шутки!

— Привет, Пиколетта. Представляешь, мы тут играем в пытки. Не подскажешь, чтобы ты сделала тому, кто захотел бы с тебя снять платье? — Она недоумённо посмотрела на меня, потом на Куанг, потом опять на меня. — Ага, прямо тут захотел. — Подтвердил я её явные мысли.

Пиколетта, широко открыв глаза и даже немного открыв свой рот, сначала испуганно прижала обе руки к груди, а потом, словно опомнившись, перевела взгляд с меня на лежащего на полу парня, уставившись на него с большим подозрением.

— Принц, ты же из клана ведьм, да? — Спросила она, подойдя ближе, с каким-то предвкушением в голосе и эмоциях. — У тебя же есть нож?

Вот было же у меня желание плюнуть на настойчивое пожелание Милисандры и надеть комбез. А сейчас я и сам чувствую себя без ножа неудобно.

— Сеньор Принц! — Заскулил парень. — Не убивайте, я не хотел.

— Умолкни, а то язык отрежу! — Пригрозил я ему. Тот сразу же заткнулся. Потом повернул голову к девочке. — Нет ножа. — С сожалением немного развел руками. — Под этот костюм его не спрятать.

— Мой Принц, может Вам такой подойдёт? — Это вышла из своего молчаливого спокойствия Куанг.

Она выдернула одну из торчащих из её прически заколок и протянула мне, действительно, похожее на нож украшение. Наконечник выглядит довольно остро. Как она не боится сама уколоться об такое?

Ножичек интересный, только я вдруг вспомнил, что чужое холодное оружие брать нужно с большой опаской. Мне показывали различные системы защиты, какими так любят девушки клана Росса защищать свои ножи. Что только не придумывают, кроме хитрых систем вынимания из чехла, которая и у меня есть. Парализующий яд — это самое гуманное, о чём мне рассказывали.

— На нём нет яда? — А то, я чего-то опасаюсь брать эту заколку в руки.

— На этом — нет. — Надо же, неужели моя паранойя ошиблась? — Могу предложить другой, на нём есть. — О, не ошиблась, как я и думал! Спасибо моим учителям. А в видеопостановке противники постоянно отбирают друг у друга ножи. Так и знал, что этот враньё. Точнее, «художественное преувеличение». Хотя, это же были пираты, а они не профессионалы. Не зря они так легко умирали от рук главного героя.

— А какой там? — Интересно, как далеко зашла её паранойя.

— Есть парализующий, есть сонный, есть от которого кожа начнёт слезать, и враг начинает гнить заживо. А есть и мгновенная смерть. Вам который? — Так вот как она усыпила того здоровяка! А я ещё тогда специально рассматривал у того лоб, думал она просто своими палочками приложила, но не нашёл тогда никаких следов. А как она его разбудила? Хотя, чего это я! Наверняка, у неё есть и противоядия от всего, что носит. А то сама порежешься и всё, привет Великий Свет.

Слушая, как девушка спокойно перечисляет варианты своих ножей, парень всё больше впадал в ужас и панику одновременно. Глаза у него больше не увеличивались только потому, что дальше уже просто некуда.

— Принц, дайте его мне! — Пиколетта показала на нож в руках Куанг. — Я знаю, чего нужно отрезать у таких, как он! — У-у, вот это Пиколетта выдала. Если я правильно догадался, то у них ворам отрезают руку. Или это не на её планете? Вон, даже ужас парня распространился на неё тоже.

Так, мне всё-таки надо успокоиться, иначе я сам порежу этого неудачника, пусть даже потом проваляюсь полночи в бреду. Обычно, мне помогало воспоминание о какой-то шутке из видеопостановок. Стал вспоминать, как там шутили пираты с пленниками. Будем играть пирата.

— Не, он тогда быстро умрёт, и нам опять будет не с кем играть. Давай просто выколем ему глаз. Или два. Это смешно и после такого не умирают. — И я с улыбкой посмотрел на парня.

«Нож и улыбка» подействовали и тут. Он как-то тоненько завопил и, закатив глаза, обмяк. Судя по угасшим эмоциям, действительно потерял сознание, не притворяется.

— Умер? — Это Пиколетта. Причём, спросила это с таким радостным ожиданием в голосе и эмоциях, словно это была бы просто прелесть какая приятная новость. Кто это её обокрал, что она воров так не любит?

— Нет, просто потерял сознание.

— Надо ножом проверить, вдруг он притворяется. — Она меня начинает пугать своей кровожадностью.

— Не надо, он точно отключился. А если его поколем, нож испачкается. Ты потом его мыть будешь? — Нашёл я, кажется, верный аргумент не делать того, чего самому не хотелось.

— Нет, я не буду. — Сразу же отказалась от дополнительной работы она. — Тогда можно просто его попинать. — Она действительно сделал шаг, и пнула лежащего парня, стараясь попасть между ног. — Да, точно не притворяется, иначе бы точно уже подскочил. И что теперь будем делать?

Девочки обе с ожиданием смотрели на меня. Я теперь что, и у Пиколетты руководитель?

— Стрелять мне перехотелось. — Сказал я, задумываясь, куда теперь податься. — А ты куда бы хотела пойти. — Спросил я Пиколетту. У Куанг, как я помню, спрашивать мнение бесполезно.

— Развлекаться, конечно! — Какая умная. Я и сам так отвечать могу.

— Очень смешно. Мы и так на Уровне Развлечений. Куда конкретно?

— Ну не знаю. — Она на пару секунд задумалась. — О! Пошли, поедим.

— Мы только что обедали. — Странный выбор. За это время никакого выбора и не сделать, так что она назвала первое, что на ум пришло. — И ты про развлечение говорила.

— Ну и что? Уже больше часа прошло. — Ага, а она только пришла. Это для неё «сразу после обеда»? — А мы не поесть пойдём, а развлекаться едой.

— Едой играть нельзя! — Строго отрезал я маминым изречением. Это мама крепко в меня вбила подзатыльником. И не одним.

— Да нет же! — Она посмотрела на меня, как на маленького. — Вот у тебя есть любимая еда, которая не еда, а развлечение?

Я задумался над таким необычным вопросом.

— Есть. Мороженое. — Выдал я главный вариант. — И конфеты, только не всякие. А ещё может варенье, но тоже только одно из всех видов. Ну и всё, пожалуй. — Закончил я перечисление. — Только мне не всегда это разрешают. Особенно конфеты, потому что мне много их нельзя. — На всякий случай решил это упомянуть.

— Ну вот! Пойдём, поедим развлекательную еду. Взрослых с нами нет, запретить есть то, что нравится, тебе никто не может.

О! А так разве можно? Если вспомнить дипломатическое «то, что не запрещено — разрешено», то она права. Но кое-что мне мешало согласиться с Пиколеттой. Например, меддиагност. Он хоть и не взрослый, но запрещает некоторые вещи. Можно на него наплевать, только мама будет потом ругаться, а её расстраивать не хочется.

А почему Куанг для Пиколетты не взрослая? Она полностью дееспособная, и, раз я её руководитель, я могу просто ей приказать, чтобы она разрешила мне съесть мороженое. Можно будет есть его хоть каждый день.

Представил, как я каждый день ем мороженое на завтрак, обед и ужин. А потом уже плююсь им и кидаюсь. Не, это точно не для меня.

— Если я буду есть развлекательную еду, когда просто захочу, то она перестанет меня радовать. А так я получаю мороженое в честь праздника или в честь победы. Оно тогда в три раза вкуснее, чем просто так!

— А ты считай, что его, — она ткнула пальцем в лежащего парня, — победил.

Логично, тут она меня убедила. Этого парня окончательно победили мои «нож и улыбка», так что я вполне заслуживаю награду.

— Хорошо, пойдём развлекаться едой. Показывай, где тут на уровне праздничная едальня.

*****

Вход в едальню охранялся отдельным зверем. На этот раз это был бегемот, только какой-то странный по пропорциям. Он сидел на попе, хотя я раньше думал, что такую позу этот зверь принять никак не может. Почему тут на уровне одни только монстры?

— Странный зверь. — Решил поделиться я своим наблюдением с Пиколеттой. — Разве может бегемот так сидеть?

— Ты чего! — В голосе Пиколетты было изумление. — Это же Пинки-Винки, персонаж известного видео. У Вас в столице чего, не смотрят современное искусство?

Так это искусство? Я ещё раз, уже внимательнее, посмотрел на монстра. Ничего такого «искусстного» я в нём не увидел. Ладно, не буду спорить. В современном искусстве я точно не понимаю. Чего только стоит та картина, что у нас в каюте висит. Милисандра тоже говорит, что это искусство.

— Куда хотите, в «Быструю Еду» или «Восстановитель»? — Спросила нас Пиколетта, рассматривая экран, на котором оказался план сектора. Так вот как ориентируется те, у кого брасик без экрана!

Рассказывать ей, что я не знаю, что такое «Восстановитель», я не стал. Я же самый умный, так что и так всё должен знать, особенно про еду. Если логически брать от названия «Быстрая Еда», то «или Восстановитель» — еда медленная. Затягивать принятие развлекательной еды мне не хотелось, так что выбор очевиден.

— Конечно, быструю еду. Не люблю ждать. Куанг, ты как? За быструю еду? — Та сначала коротко кивнула головой, а потом поклонилась всем телом.

Она хорошо держится. Вот чувствую, что платье для неё непривычно, но она молчит, терпит и старается не показывать вида. Руки только у неё постоянно дергаются самопроизвольно то на груди закрыть, то снизу одёрнуть ниже. Зачем тогда такое короткое надела? Хотя, у неё же ненормальная старшая сестра. Видимо, как и у меня с костюмом, та же ситуация: просто настоятельно порекомендовали так одеться.

— Отлично. — Сказала Пиколетта, а в эмоциях выдала разочарование моим ответом. В который раз сталкиваюсь, когда слова противоположны мыслям, а привыкнуть не могу. Вот неужели ей так нравится ждать? Или я слово «Восстановитель» понял неправильно? Да и ладно. Хотя нет, не ладно. Разочарование моим выбором было ощутимо и от Куанг, а она мне раньше не врала. Неужели, тоже никуда не торопится, но не хочет в этом сознаваться? И что теперь мне делать? Не могу же я отменить теперь свой выбор. Как я им объясню, что передумал?

— Есть несколько точек быстрой еды. — Пиколетта тем временем опять затараторила своим писклявым голоском. — Какую выбрать? — Вопрос на десять баллов. А чем они, интересно, отличаются?

— А в каком из них есть мороженое?

— Таких три. — Ответила она, бегло ещё раз просмотрев схему.

— А самое вкусное где? — Пиколетта пожала плечами. Не любит мороженое? Отсталый человек!

— Тогда на твой выбор. Или ты, Куанг, хочешь выбрать?

— Я пойду туда же, куда пойдёт мой Принц. — И ни зёрнышка сомнений. Ни в голосе, ни в эмоциях.

— Я предлагаю идти в вот этот блок. — На экране он был подсвечен розовым цветом. — Там есть неплохие пироженки, и конфеты дают бесплатно, если заказать на сумму больше десяти кредитов. А на нас троих, если заказать заранее кофе, то выйдет как раз чуть больше десяти. — В эмоциях недосказанность и смущение. Я тоже люблю конфеты, чего смущаться?

Она ткнула пальцем в экран, затем приложила к нему брасик. Ага, стрелочку попросила у бегемотика. Тут два прохода и один поворот, судя по схеме. Она что, боится заблудиться?

Блоки не имели между собой стен, только невысокие перегородки, да цветом столов и пола отличались. «Цок-цок-цок» — послышалось справа, когда мы зашли в тот сектор, что выбрали. Повернулся. Это, оказывается, Куанг клацает своими туфлями. А раньше она ходила совершенно неслышно. Огляделся, присмотрелся и задумался. Пол специальный какой-то, наверное. Тут такое странное покрытие, что её шаги слышны, а по всему кораблю покрытие специальный пластик, который звуки шагов наоборот глушит. А тут-то зачем громкий пол сделали? Пиколетта тоже обратила внимание на цоканье, и от неё повеяло завистью. Тоже хочет такие звуки издавать своей обувью? Зачем? И почему тогда не надела сама такую обувку? Мне вот точно такого не надо.

Тут я представил, как хожу, вот так клацая обувью, хотя бы час. Да за этот час я кучу раз возненавижу этот звук, сниму эту ненормальную обувь и дальше просто пойду босиком.

Ещё раз посмотрев на Куанг, я решил, что девушки к такому относятся явно по-другому. Она семенила рядом, цокала и излучала гордость. Гордость мной, собой. И этими звуками она тоже ГОРДИЛАСЬ. Я видел, как оборачивались другие посетителя этого сектора на эти звуки, если мы проходили мимо. Везде сидели только парами: парень с девушкой, кроме одного стола, где сидели две девушки, держась за руки. Парни оборачивались и смотрели с заметным интересом на Куанг. Вообще все парни. А девушки, что сидели с парнями, смотрели на неё с неодобрением и капелькой зависти. Только пара двух девушек посмотрели с одобрением и интересом. И с интересом они смотрели на меня, а у Куанг их привлекал верх платья, судя по одобрительным взглядам. На Пиколетту они, казалось, совершенно не обратили внимание. Теперь понятно назначение такой обуви: привлекать внимание парней и злить девушек. Это, видимо, что-то типа «Спокойного моря» в том танце, что изучала мама Мили, и тогда передо мной исполняла Нирона. Стажёр-следователь раскрыл дело!

Столики тут были не со стульями, а с двумя диванчиками. Я сел на один, а девушки обе сели напротив, перед этим переглянувшись. Куанг, при этом, смотрела, гордо задрав свой нос, а Пиколетта — зло и упрямо. И как это понять? Они что, у моей охраны выпросили способ общаться взглядами?

На столе прошлые посетители оставили кучу разных коробочек и стаканов.

— А почему мы не выбрали чистый стол? Надо позвать служанку.

Стол выбирала Пиколетта, так что мой вопрос был ей.

— Тут посетители убирают обычно за собой сами. Ну, или, если кто-то поленился лишний раз нажать кнопку, то следующие посетители сами могут это сделать. Уберите руки со стола.

Руки на стол положил только я, так что тут же их убрал. Пиколетта нажала кнопку на торце стола, и сбоку поднялся экран управления. На экране была возможность выбора списка блюд, вызов помощи, а внизу большая надпись «убрать стол». После нажатия на неё, экран опять уполз вниз, сбоку замигала очень яркая лампочка, раздался неприятный писк, у стола средняя секция ушла вниз, а с обоих сторон, к середине, двинулись две появившиеся по бокам полукруглые стеночки, которые весь мусор и смели в дырку. Потом, видимо пройдя круг под столешницей, эти стеночки опять появились с краёв. Снова прошли путь до середины и скрылись окончательно.

— А если я забыл на столе чего-то нужное? — Например, руки, ха!

Пиколетта пальцем ткнула в надпись, которая горела на экране, что висел на ближайшей подпорке «ЗА ОСТАВЛЕННЫЕ НА СТОЛАХ ВЕЩИ РАБОТНИКИ ЕДАЛЬНИ ОТВЕТСТВЕННОСТИ НЕ НЕСУТ». Тут всё понятно. Забыл что-то, а это убрал в мусорку автоматический уборщик — твои трудности. Ходи без рук!

Оглядевшись, я увидел, что такие надписи имеются на каждой подпорке, а где-то даже просто на специальных подставочках. Как это я раньше на них не обратил внимание? Стажёр, Вам выговор от старшего специалиста! Вы заставили его понервничать, он теперь будет есть свою булочку гораздо дольше.

Стол сдвинулся, став меньше, и опять поднялась панель выбора. Интересно, а через инфор можно сделать выбор? Я решил проверить и опустил экран.

— Инфоры тут не работают. — Это Пиколетта прокомментировала мои действия. Действительно, экран показывал отсутствие связи вверху справа, но тут неожиданно выскочила надпись «подключиться по ОВП каналу?» Это что, шутка такая? Основной отключили, но можно подключиться через дополнительный? Непонятно. Я поднял экран.

— Почему не работают?

— А чтобы разные бедняки не чувствовали себя ущербными. — Ответила Пиколетта, со злорадством посмотрев на Куанг. Точно, у той же нет инфора.

— Куанг, а где твой инфор? — Давно хотел узнать это, да всё не было случая спросить.

— У меня его нет. И не было никогда. Дедушка не любит «все эти новомодные штучки», так что не дал на него денег. — Ответила Куанг совершенно спокойно, но в эмоциях было тоскливое сожаление. Ей тоже хочется инфор, это и мне теперь понятно.

— А у твоей сестры он есть. Ей дедушка разрешил?

— Сестра сама себе купила. Но, думаю, когда прилетит домой на отдых, то спрячет его, иначе дедушка её палкой побьёт.

Интересные взаимоотношения у них в семье: взрослых палкой бьют. Это же не педагогично! Помнится, сестра у неё уже довольно пожилая, а её всё ещё палкой воспитывают. Только это совершенно не помогает, что доказывает ущербность такого способа воспитания. Вот ей инфор запретили, палкой били, а она всё равно его купила. Не зря мама говорила, что в возрасте старше пяти СО, наказанием должны быть моральные лишения, а не физические.

— Ну что, есть там мороженое? — Мы же сюда ради развлекательной еды пришли, да ещё и быструю выбрали, а всё чего-то медлим.

— Мороженое есть, я заказала одну порцию. Ещё есть пироженки и даже фруктовый десерт, трёх разных видов, но он дорогой.

— Дорогой — это сколько?

— Четыре кредита. — Судя по её реакции и реакции Куанг, это действительно дорого. А сколько у меня кредитов вообще есть? В прошлый раз мне выделяли на развлечение сотню, но сколько тогда тот кролик за «битву с жуками» у меня съел, я не обратил внимания.

— А как посмотреть, сколько у меня кредитов? А то вдруг не хватит?

— Ты же с Верхнего! — В голосе недоумение, а эмоции такие, какие когда-то Лилия выдала, описывая куклу, которую она хочет, как что-то неимоверно крутое: «Представляешь, она сама разговаривает!»

— И что?

— Так у вас кредит автоматический. Можешь тратить сколько угодно, потом заплатить, когда прилетим. — Надо же, у меня такое есть, а я не знал.

— А ты откуда это знаешь? — Пиколетта выдала смущение, но уверенный вид не потеряла.

— Это все знают. — И надежда в эмоциях. На что там она надеется? Посоветоваться бы с кем-то, но даже не знаю, с кем. Моя мама далеко, а Милисандра больше спрашивает, чем отвечает. А советы Грея больше на загадки похожи, чем на что-то полезное.

— Куанг, а ты чего будешь? — Она с другой планеты, может ей наша привычная еда не понравится, на уроке дипломатии говорили обязательно на такое обращать внимание.

— Я тоже буду мороженое. — Как здорово! Я нашёл родственную душу! Дома, кроме меня, никто так не любил мороженое, почему-то.

— Правильный выбор! — И перевёл взгляд на Пиколетту. — Нам две порции мороженого. А себе сама заказывай что хочешь.

— Это только на два кредита выходит. А нужно на десять набрать, чтобы получить бесплатные конфеты. Давай ещё кофе закажем?

— Кофе с мороженым? А зубы не выпадут от горячего с холодным вместе? — Помню, меня мама о таком предупреждала несколько раз, говоря, что мороженое — это отдельное блюдо.

— Так ты его не пей. Оно просто для суммы будет. — Так, что-то меня все эти её расчёты смущают.

— А эти конфеты, которые бесплатно, они вообще дорогие?

— Нет, самые дешёвые приносят, жадины. — Возмущение в голосе и досада в эмоциях.

Странная математика тогда получается. Вместо того, чтобы просто купить дешёвые конфеты, заказывают дорогой кофе, к которому эти конфеты идут бесплатно. Ладно, математика. Логика где?

Но мне не хотелось обижать её своими рассуждениями, потому просто махнул рукой.

— Хорошо, заказывай, что хочешь. Главное, про мороженое не забудь. — И, посмотрев на Куанг, добавил. — Две порции.

— А что, и десерт можно? — Откуда я знаю, что ей можно, а что нельзя? Пусть её брат решает такие вопросы. Кстати!

— А где твой брат?

— Он… Он очень занят. А что? — Э-э, а зачем так явно врать? Я же просто спросил. — Я же не могла не пойти, раз ты меня пригласил на свидание. Ты бы на меня мог обидеться, так что я не стала его ждать, просто ушла сама. — Опять зачастила словами она.

Наверное, потому и опоздала она так сильно. Брата ждала. А уж думал, что она как мама Мили — тоже «быстренько» одевается.

Кстати, помнится, это она меня пригласила, но не будем придираться к словам, в это утверждение она сама верит. И даже не буду спрашивать, чем таким «занят» её брат, чтобы не слушать ещё одну порцию вранья. Лучше дайте лишнюю порцию мороженого!

— А он бы тебе разрешил десерт?

— Ему-то какая разница? Не он же платит! — В словах и эмоциях искреннее недоумение моим вопросом.

Так что, кто платит важнее, чем можно ли эту еду или нет по показаниям меддиагноста? Мороженое мне можно сколько угодно, хоть только им питайся, я спрашивал уже когда-то, но вот насчёт разных десертов совсем не уверен. Дома у нас в них входили разные фрукты, а на них диагност всегда реагировал очень нервно. Только, выбор Пиколетты — это вообще не моя головная боль, чего я переживаю?

— Тогда заказывай, меня-то чего спрашиваешь?

Выдав в эмоциях восторг и ожидание чего-то необычного, Пиколетта потыкала пальцем в экран.

— Выходит двенадцать кредитов. Я заказываю? — И опять она смотрит на меня.

— Да, конечно. — Давно бы уже заказала. Где моё быстрое мороженое за победу над гнусными ворами платьев?

— Тут надо приложить комм, чтобы подтвердить заказ. Ты же не будешь против это сделать? — И голос у неё такой просительный стал. А в эмоциях ожидание какого-то чуда. Так что, она тоже, как и я, тут ни разу не была, вот и ожидает всюду разные необычности? А сама так уверенно ориентируется, что ввела меня в заблуждение. То-то теперь каждый шаг переспрашивает у меня, привыкла, что за ней брат следит, а сейчас, без него, теряется делать самостоятельные действия в незнакомом месте.

— Куда надо прикладывать? Сюда? Хорошо.

Экран пиликнул, выдал «заказ оплачен» и убрался. И всё? Я смотрел очень внимательно, но всё равно как-то умудрился пропустить чудо, которое так ждала Пиколетта. А вот она дождалась! В её эмоциях был такой ВОСТОРГ, что я даже растерялся сначала. Так не честно! Я тоже хочу чудо! Почему я ничего чудесного не заметил? И Куанг тоже не заметила, в её эмоциях, кроме удовлетворения мной, ничего не было такого сильного.

— А ждать долго? — Я решил не сознаваться в том, что такой невнимательный, и перевести разговор на другое.

— Нет, минут пять.

Согласен, это быстро. Когда мы у себя в едальне заказываем, меньше пятнадцати минут не ждём. Потому и заказ мама Мили сбрасывает заранее, чтобы там просто впустую не сидеть.

— Хорошо, подождём.

А пока я всё-таки попытаюсь рассмотреть, чего это всех так привлекает верх платья Куанг. Вроде бы ничего такого. Чёрно-белое, пояс гораздо ниже, чем у неё был на том «конфетном» одеянии. Руки закрыты кружевными сеточками. Я представил, что это две белых змеи вцепились ей в плечи. Они вгрызаются, она кричит, но тут пришел Я (который Герой) и спас её, поймав змей в сети. А змеи так и висят, напоминая о совершённом мной героическом деянии. Так, я отвлёкся.

Может я чего-то упустил, как просмотрел чудо? Постарался ещё раз, уже внимательнее всё осмотреть. Фасон платья обычный, как у мамы Мили. Такие простые она как раз любит дома носить, чтобы ничего не мешало, и было не жарко. Этот вариант без замотанности всего тела, как то, в котором она тогда в гостях со мной была. Видимо, тогда был специальный, гостевой вариант одежды. Декольте примерно до солнечного сплетения, а не до пояса, как у той красноротой. Заканчивается блестящей брошкой в виде ящерицы. Или бескрылого дракона.

Стажёр-следователь решил загадку! Что можно с такой страстью желать, чтобы не удержаться и пытаться своровать прямо с человека? Конечно, брошку! Это был брошечный вор-клептоман, а не любитель платьев. Вон, как она блестит, привлекает внимание всех парней, это я просто её раньше не замечал, я же почти всегда сбоку был, оттуда грудь совершенно закрывает обзор на эту вещь. А девушки завидуют, им тоже такую хочется. У меня сёстры тоже по разной бижутерии просто фанатеют, все трое. Вот и разрешилась странность. На решение и пяти минут не потратил, раз ещё еда не прибыла. Расту!

Пока я решал задачу, в эмоциях Куанг нарастало смущение. Странно, её смущает мой интерес к бижутерии? А вот Пиколетта потеряла свой восторг от чуда, и начала выдавать злость. Ещё и зависть тоже от неё шла в сторону брошки Куанг. Она тоже хочет такую же, как и все остальные? А почему не купит себе, раз по её мнению, Куанг бедная, а она сама богатая?

Я задумался, а бедная семья, это что значит? Раньше, я думал, что это те, которые работают, иначе им есть будет нечего. Вроде семей наших слуг. Но Куанг — принцесса. Она не работает, только учится в Академии, где плата за учёбу, говорят, очень не маленькая. Дети слуг говорили, что даже в эту школу, в которую меня отправили, никого из них примут, только если родители займут столько кредитов, что отдавать потом будут полжизни! Конечно, в каждой такой школе есть бесплатные места для сдавших тесты на отлично, только чтобы сдать, нужно нанимать учителей или покупать видеоуроки, что тоже стоит денег. Я тогда звал с собой в эту школу всех, так что мне это каждый доходчиво объяснил. Про учёбу в Академии говорят, что там ещё дороже, а Куанг там учится. И теперь она оказывается «бедная»? Может, тоже сдала на «бесплатный» вариант? Значит, она очень умная? Надо бы спросить её, а то она молчит почти всегда. Точно, раз молчит — значит умная!

Тут опять замигала лампочка, стол ощутимо вздрогнул и опять раздвинулся. Посередине поднялась недостающая секция, с расставленными на ней коробочками. Я посмотрел на Пиколетту. Она заказывала, должна знать, что где, там у надписей на экране заказа были картинки этих коробочек. Хотя, вспомнив первую свою задачу на кинестетику, просто приложил руки к коробочкам, по очереди. Ага! Вот в этих двух мороженое, а в этих трех — кофе.

— А что за закорючки какие-то на коробках, вместо названий? — Решил я поинтересоваться у нашего «специалиста по быстрой еде» — Нормально подписать не могли?

— Не знаю. Так всегда подписывают эти коробочки на «романтик-зонах», я уже привыкла. Говорят, что это добрые пожелания встречающимся парочкам.

— Так ты всё же тут не в первый раз?

— В жизни — в первый. Просто видела много раз на видео, как главные герои посещали такие зоны. А ты разве не смотришь сериал «Космос между сердцами»?

Вообще-то это название я уже слышал. Сёстры обсуждали его несколько раз во время обеда, очень сопереживая главным героям, которые живут на разных планетах, и вынуждены летать друг к другу каждые полоборота. Я даже хотел попросить дать мне посмотреть, но как-то при таком разговоре внезапно случился папа, который сказал «Крайне нелогичный сюжет», перечислив за раз несколько несуразностей, что смотреть мне расхотелось. Мама говорила, что я должен всегда опираться на логику, а тут видео с «нелогичностями». Не, я лучше про космических пиратов посмотрю. Герои нелогичными быть не могут!

— Это на языке моей планеты Жонген надписи. — Подала голос Куанг, внимательно и с какой-то опаской смотря на коробки.

— О! — Так у нас есть специалист, который считает, что там может быть неприятный сюрприз. — И чего тут написано? — Вдруг там предупреждение для нас, что-то типа «не открывай, а то семь оборотов будешь несчастлив». Было такое в одном из видео, когда главный злодей наплевал на предупреждение и открыл. А потом очень смешно падал на ровном месте.

— Не знаю. — Смущение. — Это язык другого континента, я его не изучала. Просто знаю стиль начертания. У нас на планете много разных языков, но все между собой общаются на общем, он обязателен для изучения теми, кто не занят на работах по добыче морепродуктов или на полях.

Вот же, теперь мне стало интересно, что же за пожелания тут написали! Опустил экран, навел фокус на закорючки.

«Осторожно, горячо», гласила надпись на трёх из всех коробочек. Я угадал, это предупреждения. Ясно, тут горячий кофе.

«Осторожно, холодно». Это, явно, мороженое. Две коробочки.

«Осторожно, хрупкое». Это непонятно что. Конфеты? Или пироженки? Скорее всего, десерт. Я же не знаю, может он из замороженных фруктов, и они могут разбиться. Ладно, потом проверю свои умозаключения.

«Не наклонять, открыть тянуть красный конец». Эта надпись была одинаковой на всех коробках.

Наверное, это и есть пожелание для всех встречающихся парочек. Ну и для нас тоже, хоть мы и не парочка, а троечка. Чтобы было всё хорошо, нужно «потянуть за красный конец», очень даже логично. Вон, на всех коробках сверху этот самый «конец» со стрелочкой и закорючками на нём: «тянуть будет хорошо».

— Так не работает же связь. — Это опять Пиколетта опять напомнила мне о том, что я и так знал. Ещё и в голосе такое снисхождение ко мне «забывчивому».

— Я переводчик включал, переводил пожелания.

— И какие тут написаны? — Вот это у неё глаза загорелись! А в эмоциях опять ожидание чуда! Неужели все эти «осторожно» для кого-то представляют такой интерес?

— Вот тут предупреждение о том, что горячее, тут, что холодное. А там в коробках что-то хрупкое. — Протыкал пальцем я по всем вариантам.

— А пожеланий никаких нет? — Неверие в мои слова. Как-то непривычно. Мне всегда дома верили, привыкли, что кроме Лилии, пока та была маленькой, никто дома не врёт.

— Есть. — Теперь уже обе девушки уставились на меня в нетерпении.

— Тут пожелание, что если хочешь, чтобы было хорошо, нужно потянуть за конец.

Пауза секунд на тридцать, заполненная тишиной и целым калейдоскопом эмоций от обеих девушек. Даже разбираться не стал, такого там было намешано.

— Ка-какой конец? — Выдавила из себя, немного заикаясь, Пиколетта. Они обе смотрели на меня с непонятным ужасом в глазах и неверием в эмоциях.

— Как какой? Красный.

Тут они синхронно посмотрели друг на друга, потом так же одновременно в смущении опустили взгляд. Опять общаются друг с другом взглядами? Затем Пиколетта вскинулась, явно что-то про себя решив.

— Ты это сейчас придумал? Или просто шутишь? — Это с надеждой в эмоциях она стала на меня наседать. Даже с каким-то напором всем телом подалась в мою сторону.

Опять мне не верят, да что же это такое!

— Ты мне тоже не веришь? — Я посмотрел на смущенную Куанг.

— Я сделаю всё, что прикажет мой Принц. — Сказала, как в холодную воду прыгнула. — Это она сейчас к чему? Я что, должен приказать ей мне верить? Ерунда нелогичная получается.

В общем, мы тут выясняем, кто кому верит-не верит, а мороженое тает! Молча подвинул корочку с «холодным» Куанг. Она опять с какой-то паникой внутри, уставилась на неё.

Себе я взял такую же, затем показал ей на красную стрелочку:

— Вот за этот конец надо тянуть. — Что и сделал. Коробка аккуратно распалась. Интересная конструкция. Пиколетта же смотрела на это действо, как загипнотизированная. Только в эмоциях было не ожидание чуда, а ожидание какого-то подвоха.

— Да, я знаю. У нас такие коробочки называются бэнто. — Говорила Куанг очень тихо, что я едва расслышал, при этом с растерянностью и неверием смотря на свою коробку.

— А на общем как будет? — Смешное слово, надо будет запомнить, потом удивлю знанием чужого языка кого-нибудь. Ещё и брошу так небрежно, голосом Героя «да это все знают». Только переводить надписи на коробках больше не буду. Оказывается, быть переводчиком плохо, люди верят, что там написано что-то таинственное, а ты им «осторожно, горячо» переводишь. Вон как девушек ошарашило такое!

— Не знаю, это тоже на языке другого континента Илбон, который нам их и продаёт. — Она задумчиво пожала плечами и уже своим обычным спокойным голосом уточнила, посмотрев на меня. — Думаю, эти коробочки с надписями на их языке тоже оттуда. — Так это илбонский язык, получается. А мой модуль-переводчик сказал, что это был какой-то «жапен». Вечная путаница с этими языками.

Куанг явно отходит от своего заторможенного состояния. Что же, интересно, вызывало у неё такую панику? Ну вот, опять! Открыла свою коробку и уставилась на креманку и прилепленную сбоку ложечку, как Лилия на утреннюю кашу.

— Ешь, давай, а то растает.

Она взяла ложечку, медленно покрутила её в руках, как будто впервые видит, потом посмотрев на мои руки, взяла её, только немного не так, как я, а между средним и безымянным. Пиколетта тоже внимательно следила за всеми движениями Куанг, а на её способ держания ложечки презрительно хмыкнула. Я видел, как точно так же держит ложку кто-то из слуг, но попробовав, решил, что между указательным и средним удобнее. И уж гораздо удобнее, чем держать её в кулаке, как держали почти все дети слуг, отказываясь брать правильно, хотя я несколько раз их пытался научить.

Тут Куанг зачем-то задержала дыхание и, зачерпнув приличный кусок, сунула ложечку с этим куском в рот. И сразу его проглотила! При этом в её глазах и эмоциях опять была самоотверженная решимость, напополам с ужасом. Эх, ну кто так есть мороженое! Его же смаковать надо. У неё теперь все кишки замерзнут.

— Ешь потихоньку, не торопись. — Решил я всё же сделать ей замечание. Сам я не люблю, когда кто-то вмешивается в мой процесс наслаждения, но и смотреть на такое грубое отношение к такому нежному продукту молча не было никаких сил. — Никто не отберёт, порция только для тебя. Может ещё заказать? — Я себя вдруг почувствовал не руководителем, а родителем с ребёнком. Даже фразы стал выдавать те же, что говорили мне в похожей ситуации. Я старею!

Куанг всё с тем же ужасом в глазах замотала головой, держа во рту следующий кусок, который только что отправила в рот. И упрямство из её эмоций так и не ушло. Она себя решила полностью заморозить? Кишки уже, наверное, замерзли, теперь рот заледенеет. Ладно, всё же не буду ей мешать. Видимо, она сторонник экстремальных ощущений, бывают такие, читал.

— А ты чего не ешь? — Пиколетта так и не открыла свои коробочки, внимательно наблюдая за своей соседкой. — Тяни за красный конец и получай свою порцию наслаждения.

Она как-то зло на меня глянула в ответ на мои слова, затем всё же открыла одну из коробок, которая была непонятно с чем, и имела предупреждение о хрупкости. Там оказался обыкновенный стакан, в котором разноцветными слоями была налита непонятная субстанция. Ясно, это десерт. А про хрупкость тогда почему написано?

— Написано, что тут хрупкое, а тут стакан. И что тут можно сломать? — Решил я обратить внимание на нелогичность.

— У нас на планете стаканы делают из стекла, которое легко разбивается, если их уронить. — Это для меня уточнила Куанг, которая ела мороженое, уже понемногу набирая на ложечку. Удовольствие в её эмоциях не появилось, зато и упрямство пропало.

— Так этот стакан тоже из стекла, разве нет?

— У вас только называется стекло, а на самом деле это керамопласт. А стекло раньше делалось по-другому, и было не такое непробиваемое. А у нас на планете вообще нет изделий из такого вот прозрачного пластика. — И она ложечкой показала на стакан. — Он очень дорогой. А стакан из обычного стекла, если уронить, разбивается до мелких частей, которые могут быть размером с горошину, так что можно легко порезаться.

Точно, разные вещи в разных местах стоят по-разному, всё зависит от того, где что производится. На этом и строится вся система купли-продажи. Я же изучал это, но почему-то совсем забыл, раз некуда было применить свои знания. «Теория без практики бесполезна, а практика без теории — опасна». И стекло, оказывается, бывает хрупким, а я не знал. Так вот оно, решение задачки в том деле, что я не мог решить уже который день! Те маленькие блестящие крупинки — это осколки стекла, а не драгоценных камней, как я раньше думал!

— Остальные тоже открывай. — Это я поторопил Пиколетту. Мы так «быструю еду» до ужина не доедим. — Что там у тебя?

— Там ещё пироженки, две штучки. Это я с кофе буду. Конфеты, наверняка, туда же положили.

— А разве десерт не едят последним? — Уроки этики по разным вариантам принятия пищи у меня были, только вот настолько поверхностные и разнообразные, что я давно уже запутался, что с чем сочетается, и что после чего нужно есть, так что решил уточнить.

— Если есть его последним, то не достанется. Всё самое вкусное надо есть в первую очередь. — Очень категорично и без тени сомнения сказала она.

— А что, кто-то отберёт? — Мне было смешно. Теперь что, и ей тоже прочитать лекцию о том, что это всё только для неё? У меня теперь аж два ребёнка. Я ещё сильнее постарел!

— Не знаю. Но всегда кто-то внезапно появляется, или мама, или папа, или брат. И сразу же съедают всё самое вкусное, что я оставила на потом. Так что я лучше заранее съем, надёжнее будет. — Она углубилась в разноцветные слои этого подозрительного продукта кулинарии. Надеюсь, она прочитала состав, чего там надобавляли, а то некоторые цвета у меня вызывают некрасивые ассоциации.

Я представил, что кто-то из семьи забрал то, что я отложил как «самое вкусное». Не случайно, как было пару раз, а специально. Вот я отодвинул мороженое, решив съесть его последним, а одна из сестёр его забрала. Или отец. Или мама. Да даже Лилия! Картина показалась настолько дикой и нелогичной, что мне оставалось только пожалеть Пиколетту, которая должна, оказывается, что-то прятать от своих. Зачем вообще так делать, если можно просто позвать служанку и попросить себе такое же, а не забирать у других?

Сам я своё мороженое прикончил уже наполовину, Куанг меня догнала и явно собиралась перегнать, так что, придётся нам обоим потом ждать Пиколетту. Может ещё чего-нибудь заказать? Или кофе попить? Его нельзя сразу после мороженого, но можно подождать, пока рот согреется, раз ждать так и так придётся.

Я придвинул к себе коробку с «осторожно, горячее» и дернул за красную стрелочку. Тоже стакан, тоже прозрачный, тоже откидывающаяся крышка, только стакан с ручкой, такой как на креманке. Только на ней их две. Стандартизация: стакан одинаковый, но если без ручек — для десерта, с одной ручкой — для кофе, с двумя — для мороженого. Смешно! А дома у нас кофе пьют из ма-а-аленьких чашечек, больше, говорят, нельзя за один раз. Мне плохо не будет после такой большой порции? Завопит диагност, мама Мили расстроится.

— Положи мороженое в кофе. — Пробубнила Пиколетта прямо в стакан, из которого уже выковыривала остатки.

— Чего? — Мне показалось, я ослышался.

— Положи мороженое в кофе, он вкуснее будет.

Хм… Посмотрел на кофе. Я не очень его любил, предпочитая свежий сок или молоко, но остальные дома пили только его, даже Лилия. Не очень хотелось переводить полезные вещи, но наука всегда требует что-то испортить. Положил ложку мороженого в стакан, размешал. Постепенно оно исчезло, как будто и не было.

— Мало, добавь туда ещё два раза по столько. — Пиколетта отставила пустой стакан и занялась распаковкой остальных своих коробочек.

Ясно. Продолжим научный эксперимент. Я чувствовал себя злодеем-учёным из видео, который точно так же смешивал разные вещества и получил живую биомассу, которая потом его же и съела. Положил в кофе ещё две ложечки, наблюдая, как они тонут и растворяются в тёмной жиже. Вот так невкусное поглощает вкусное. Но потом придёт герой и уничтожит зло. И я, размешав остатки белого, сделал смелый глоток. Не, незаметно, чтобы кофе стал вкуснее. Вкус немного другой, цвет тоже посветлел, но это не помогло. Эх, только хороший продукт перевёл!

— Сахар надо добавить. — Пиколетта скривилась. — Без него же пить невозможно, как ты только смог эту горечь проглотить!

— Сахар? А разве его сразу не добавили? — А я вначале ещё и по привычке помешал, чтобы растворился этот невидимый сахар. Смешно!

— Нет. Есть такие странные взрослые, что пьют кофе совсем без сахара, вот из-за них его и дают отдельно.

Сахар обнаружился в последней коробке, вместе с конфетами, кстати. Прямоугольная непрозрачная коробочка, с надписью «сахар» на общем. А на коробке было тоже написано, что там что-то хрупкое. Конфеты что, тоже раньше из «стекла» делали? Или такие вот сахарницы? Я повертел её в руках. Потом, видя нетерпение Пиколетты, отдал эту коробку ей. Она, ухватившись одной рукой, подержала её над своим кофе и нажала на торец большим пальцем. В кофе упал кубик сахара. Потом ещё одно нажатие — ещё один кубик. Как здорово! А у нас дома, если тебе мало, то кусочки достаешь щипчиками из специальной посудины, которую от Лилии и от меня одно время убирали под замок. Замок был несерьёзный, легко вскрылся копией ключа, которую я сделал из быстрозастывающего пластика. Сахар «просто так» есть я не любил, но закрытый замок воспринял, как вызов!

А тут и передавать удобно, если кто-то за столом попросил, слуг не обязательно для этого звать. И добавлять можно ровно столько, сколько тебе надо — кубики совершенно одинаковые.

С сахаром и мороженым кофе оказался необычным, но довольно-таки приятным напитком. Надо будет запомнить.

Тем временем, Куанг закончила с мороженым, а Пиколетта со своими пироженками. Конфеты так и остались в коробке.

— Куанг, ты чего свой кофе не выпила? — На мой вопрос девушка с сомнением посмотрела на стакан, потом осторожно, как к ядовитой ящерице, прикоснулась к стакану. В эмоциях было ожидание чего-то нехорошего и отвращение к этому напитку.

— Стоп! — Куанг так и замерла, держа стакан навесу. — Поставь стакан. Так ты не любишь кофе? — Решил я прервать этот сеанс самоистязания. — А чего сразу не сказала?

— Мой Принц приказал выпить! — Она смотрела не на меня, а на стакан, как будто вела незримый бой с ним.

— Я не приказывал, я просто спросил: почему ты не выпила. Вот и ответила бы: потому что кофе мне не нравится! Уверяю тебя, я бы понял! — Потом обратился к Пиколетте — А ты чего не съела конфеты? Вон, последний кофе для них как раз остался.

— Я такие не люблю. — Скривилась та. — Вечно они дают по акции самые невкусные, какие больше никто не заказывает. — А чего тогда она так переживала, что суммы на них не хватит? И откуда она знает, что они их «вечно дают», если говорит, что тут в первый раз?

Я опять почувствовал себя, как родитель с двумя детками. Сижу тут, рассказываю, как себя вести, контролирую, чтобы всё съели. Это всегда так, когда с девушками идешь «быстро поесть»? Всё же, может я не понял до конца всех этих особенностей посещения быстрой еды? Может, надо сходить ещё раз, чтобы понять? Кофе с мороженым ещё раз попробовать.

И да, а где восторг от поедания мороженого в честь победы? Я же забыл вообще об этом клептомане, что хотел украсть брошку Куанг. Может, Лилии такую в подарок купить? Я же съел в первый же день полёта всё, что готовился подарить. А бижутерия ей нравится, и лежать будет сколько угодно, не растает, это же не мороженое.

— Пиколетта, не знаешь, где на корабле можно купить бижутерию?

— Знаю. А тебе зачем? — Вот же она любопытная.

— Надо значит. Подарок девочке хочу сделать. — О! Восторг и ожидание ЧУДА! Там-то какое чудо можно увидеть?

— Конечно, пойдём, все магазины тут недалеко.

На выходе из зоны едален я увидел Велию, которая стояла, прислонившись к опоре, и тепло улыбалась. Она же собиралась отдыхать, чего тогда тут делает? Помахал ей рукой, в ответ она улыбнулась как-то растерянно, да ещё и оглянулась. Чего это она? И даже не ответила на приветствие. Приду в каюту, спрошу, что с ней случилось.

*****

Сектор магазинов, к которому мы пришли, был совсем небольшой, по сравнению с тем же сектором игр или сектором для еды. Коротенький коридор и по четыре входа с двух сторон.

— И где тут и что можно купить? — Спросил я, почему-то замершую, Пикллетту.

— Вон тот, второй вход, как раз бижутерия, что ты и хотел. — Показала она на дверной проём, из которого шёл яркий свет. Мы подошли к нему, но на входе обе девушки остановились, не решаясь сделать шаг внутрь. Ха, а я герой, мне ничего не страшно. Смело сделал решительный шаг, а обе трусихи зашли уже после меня.

Все стенки этой светящейся комнатки были заменены шкафчиками с прозрачными дверцами, в которых лежали разные блестящие штучки, подсвеченные со всех сторон. Задние стенки шкафчиков были зеркальными, что создавало ещё больше света.

Целая куча разнообразных висюлек, заколок или подвесок. И как мне в этом разобраться? Пиколетта, видя, что я растерялся, улыбнулась и уже смело прошла в глубь комнаты, до конца. Около дальней стены, оказывается, стояла стойка с экраном, которую я из-за всех этих мельканий и света совсем не приметил.

— На витринах показаны только самые дорогие вещи. И это просто трехмерные проекции, а не сама бижутерия. Если надо что-то выбрать, то тут есть каталог. Если нет в местных хранилищах, то можно сделать заказ. Привезут прямо домой, почти на любую планету действует бесплатная доставка, если заказанная вещь стоит больше тысячи.

— А такие разве бывают?

— Конечно! Бывают даже несколько миллионов.

— Так это, наверное, целый блестящий дом. Зачем такая бижутерия, которую и поднять не сможешь, не то, что носить.

— Да нет же! — Пиколетта откровенно смеялась. — Несколько миллионов может стоить один камень. Если он в единственном экземпляре, например. Или ему несколько тысяч оборотов и он имеет какую-то тёмную историю.

Не, не надо мне таких камней с тёмной историей. Лучше что-то светлое и чистое.

— А что ты хочешь подарить? — Опять ожидание чуда.

— А какие есть варианты?

— Подвески, броши, серьги, кольца. Это из стандартных вариантов. Есть нестандартные, но они для взрослых.

— Это какие? — Мне стало интересно, как можно использовать блестящие камни «по-взрослому».

— Которые вставляются в разные неприличные места.

— Это которые? — Я знал несколько неприличных мест, но смысла вставлять туда что-то блестящее найти так вот сразу не смог.

— Разные! — Она смутилась. — Они неприличные, Леди не может произносить такие слова! — И чего так возмущаться? Объяснила бы толком или пальцем показала, раз сказать не может.

— Да ладно, не нервничай ты так. Ну, неприличные места и ладно. Только те места, что я знаю, никто не видит, когда я выхожу на улицу. Смысл хвастаться тогда тем, что туда вставлена вот такая блестяшка?

— Ты не понимаешь, просто маленький ещё. — Она всё ещё злилась. — Есть места, которые показываешь, просто не на улице. Например, в общем бассейне. В каждом сериале такое бывает. Леди ходят в такой бассейн, там одевают на себя такую специальную одежду, которая открывает почти всё и там все видят это украшение.

— Например? — Я опять начал представлять, куда бы я вставил камушек, что он был виден в общем бассейне.

— Например, пупок! — Выдала зло Пиколетта.

Я посмотрел на себя, на то место, где был мой пупок, сейчас закрытый костюмом, потом на Пиколетту. Она тоже в платье, которое пупок не показывало, так что утверждение девочки вполне логично, хотя что в пупке неприличного, для меня показалось загадкой. После перевёл взгляд на Куанг. Она уже взрослая, так может у неё есть такие взрослые блестяшки? Хотя, когда она тогда была в раздевалке в одном белье, никаких блестяшек у неё в пупке я не помню. Мог я не заметить, раз смотрел я только на её лицо и шею? Вполне мог. Только, признаваться, что я не помню подробности, мне не хотелось, потому я просто решил рискнуть.

— Куанг, а почему у тебя в пупке я не видел ничего такого?

Та немного вздрогнула, выдала растерянность, потом смущение, напополам с решимостью. Низко поклонилась и выдала, четко выговаривая слова:

— Если мой Принц прикажет, я с радостью прицеплю туда всё, что он захочет. Или в любое другое место. — Решимость и смущение. Мне раньше казалось, что это несовместимое сочетание, а она их за сегодня выдаёт постоянно. Теперь и я чувствую смущение, что поставил её в неловкое положение.

— Да нет, не надо. Я просто спросил. А почему ты серьги не носишь?

— Семейные серьги пришлось продать, когда выдался на море неурожайный год. Других у меня нет. Тогда вообще были проданы все драгоценности, кроме этой броши. Её продавать нельзя.

— Почему нельзя? Такая дешёвая, что нет смысла? — Это Пиколетта решила опять указать на бедность девушки.

— Наоборот, она слишком дорогая. — Укол девочки её совсем не обидел. — Этой броши несколько сотен оборотов. Раньше она была на шляпе, что носил на себе главный рода. Дракон — символ того, что моя семья рождена править. Что-то, вроде короны Принца. — И она показала на мой инфор. А, так это всё же не ящерица, а дракон, только бескрылый. — Если мы его отдадим другим, это право уйдёт вместе с брошью. Дедушка отдал мне её, чтобы я потом её вручила своему мужчине. — И она с ожиданием посмотрела на меня. Видимо, хотела сказать, что я должен найти в подарок что-то похожее.

Ага. И как тут найти такую древнюю вещь? Разве её можно купить в простом магазине на корабле? Хотя, если она есть в каталоге и её потом доставят, то, наверное, можно.

Я полистал каталог на экране, выбрав броши. Раздел оказался немаленьким, а выбор просто огромным. Так, чего бы такого подобрать? Девочке незачем такую древность: драконы там, ящерицы. Ей бы что-то современное. Цветочки и бабочки — вот нужная тема. Есть феи на цветочках, разные насекомые, пчёлки.

— Думаю, вот хорошая брошка. — Я решил показать Пиколетте, на чём остановил свой выбор. Феечка верхом на пчеле. Очень даже подойдёт.

— Так это же для детей! — Как-то разочарованно сказала она. И в эмоциях неверие в крах и крушение своих надежд. Пока я выбирал, она, наверное, удостоверилась, что в этой комнате нет того чуда, что она ожидала увидеть. Глупая, чудо, оно не должно повторяться, иначе перестает быть именно ЧУДОМ!

— Ну да, девочке ещё шесть оборотов, подарок будет, когда ей исполнится семь. — Решил я всё-таки рассказать ей, для кого выбираю подарок. Надеюсь, она не расскажет сестре, потому что тогда сюрприза не получится. Сейчас она переспросит по своему обыкновению, а я расскажу про сестру и почему я решил ей сделать подарок.

Только вот она не переспросила. Наоборот, потеряла всякий интерес к моим действиям, мрачно протараторила:

— Ну, ты заканчивай, а я вас у выхода подожду. — И чуть ли не бегом вышла из комнаты.

Ну и ладно, разберусь сам. Нажал на кнопку оплаты, экран потребовал приложить комм. Брасик я приложил, только вот появилась надпись «ожидание подтверждения» и застыла. И чего делать дальше?

Брасик задрожал входящим вызовом. О! Мама Мили обо мне почему-то вспомнила.

— Слушаю.

— Валя, чего это ты собрался покупать почти за тысячу кредитов? — Ого! Велия что, так далеко видит? Она же осталась у входа в сектор.

— А откуда ты знаешь?

— Так ты недееспособный, все финансовые операции я должна подтверждать, как твой представитель. Я тебе без подтверждения открыла разрешение только на сделки до ста кредитов.

— Так открой до тысячи. — Какая ей разница, сто или тысяча?

— Валя, ты мне скажи, зачем тебе такие большие деньги? — Так, четыре кредита большие деньги, девятьсот — тоже большие. Как-то не сравниваются эти две цифры. Хотя, десерт — это еда, значит для еды четыре кредита — дорого. А для бижутерии дорого — это девятьсот и выше. Всё, надо запомнить.

— Подарок хочу девочке сделать на день рождения. — Всё равно ей его передавать, так что пусть знает.

— О! — Чему-то обрадовалась мама Мили. — Какой дорогой подарок! Так у неё скоро день рождения? А когда?

— Милисандра, ты чего? Забыла, когда день рождения у твоей родной дочери? Я хотел выбрать, купить, а ты бы передала от меня, раз уж я улетел и не могу это сделать сам. — Как можно забыть про Лилию, я не понимаю!

— Постой, так ты для Лилии подарок выбираешь? — Вот, как, оказывается, просто додуматься до того, что и так понятно сразу.

— Да, для кого же ещё? Хочу ей брошку подарить, очень красивую.

— А чего она такая дешёвая? Выбери нормальный подарок, я тебе открою лимит, не стоит на подарках экономить.

Нет, я не понял: то «чего так дорого», то «чего так дёшево». Я только решил, что начал разбираться в этих словах, а она меня опять хочет запутать!

— Ну хорошо, открой мне лимит, на который можно купить «недёшево», а я ещё тут повыбираю.

— Выбери лучше ей серьги, как раз она хотела ушки проколоть на день рождения, уже и меня уговорила и отца. — В голосе Милисандры появилось умиление. Да, она любит свою дочь. Да её все любят! — Твой подарок она точно будет носить с удовольствием.

— Понял, учту. Ладно, меня девушка ждёт — Решил заканчивать я этот разговор, а то он грозил затянуться, мне перед Куанг неудобно. Стоит, сложив руки спереди, глаза опять опустила. Может, ей тоже в подарок купить чего-нибудь?

— Да, не буду мешать, развлекайтесь.

Она отключилась, а я отменил оплату брошки. Что ж, говоришь, надо выбрать серьги? Сейчас посмотрим!

Раздел серёжек оказался даже ещё больше. Только теперь обратил внимание на условия доставки и наличие на складе. Что-то сразу я об этом не подумал, а зря. Это дешевые вещи наверняка есть и их много, а подороже может с другой планеты будут доставлять, могут не успеть к празднику. Девочка проколет ушки, а вставлять в них нечего, старший брат обманул с подарком.

Поставил фильтр с условием в течение десяти дней доставка на столичную планету или в течение суток на Мальтеру. Выбор сразу сократился в несколько раз. Пиликнул брасик, открыв сообщение финансовой системы, прочитал, что теперь мне открыта возможность совершать сделки до ста тысяч «без подтверждения полномочий». Ага. Значит, по мнению мамы Мили девятьсот — дорого, сто тысяч — в самый раз. Вот и ищи тут логику!

— Куанг, а когда у тебя день рождения? — Надо, всё же, купить ей подарок. Только вот что? Вдруг ей не понравится, я же не знаю её вкусов. А если она сама выберет, то это будет не подарок, а взятка какая-то. Дипломатия против такого.

— Если моему Принцу интересно, то по общему календарю будет черед пол-оборота. — Она очень оживилась после моего вопроса. И вообще, у неё поднялось настроение, когда Пиколетта вышла. От чего это?

— А есть ещё какой-то? — Надо же, оказывается есть разные календари. В первый раз о таком слышу.

— У нас на планете отмечают возраст по звёздному календарю.

— Это как? — Разве звёзды как-то меняются? Это же горящие шарики, которые висят на одном месте миллиардами оборотов!

— В разные периоды на небе разные созвездия. Когда они все сменились, значит прошёл полный оборот. Если считать по нему, то мне пятнадцать оборотов будет совсем скоро, через два десятидневья. — Настроение у неё отчего-то ещё больше улучшилось. И голос такой мечтательный стал.

— Отлично! Ты же будешь праздновать? И давай, ты не будешь меня называть «мой Принц» через слово. Хотя бы тогда, когда мы просто вдвоём. Ты же собираешься стать членом нашей семьи, а значит должна привыкать общаться, как у нас принято. На ты и без разных эпитетов типа «мой, твой». Хорошо?

— Если мой Принц прикажет. — И поклонилась. В эмоциях начало проглядывать веселье.

— Куанг, я тебя сейчас стукну!

— Как будет угодно моему Господину! — Патетически воскликнула она, и вообще упала на колени, головой уткнувшись в пол. Не был бы моником — растерялся бы однозначно.

— Куанг, ты сейчас издеваешься? — Та подняла смеющееся лицо.

— Немного, мой Принц.

— Вставай, нечего пачкать такое красивое платье. — Так, надо поставить на брасик напоминалку, которая будет мне говорить, что пришло время говорить комплименты, а то я вспоминаю об этом только время от времени. Руководитель должен делать комплименты (они ничего не стоят, но почему-то очень ценятся) просто так, а ругать — за нарушения. Если только ругать или только хвалить, то это не эффективно, даже если на это есть объективные причины. На объективность всем почему-то плевать. Опять всплывают уроки по эффективному управлению. Крепко мне их в голову утрамбовали!

— Вам тоже нравится? — Она ТАК внутри расцвела, что я опять про себя отметил, что напоминалка — отличная идея. — Это Леди Милисандра мне подарила. — Так вот почему этот фасон показался мне таким знакомым! Даже стиль мамы Мили угадал.

Стажёр, Вы зарабатываете балл к наблюдательности. Можете укусить кусочек вечной булочки и отхлебнуть той вечной бурды, что называется кофе. А теперь, идите работать! Загадки сами себя не раскроют.

Вот неплохие серьги. Или эти. Или эти. А-а-а! И как мне выбрать? Серьги — это не брошка, которая может изображать что-то или кого-то. Там же и цвет, и камень, и материал и ещё куча всего учитывается, насколько я помню эстетику.

— Давай всё же на ты. — Своими шутками она напомнила мне мою сестру, с которой мы вот так вот дурачились время от времени. — И Куанг, ты мне нужна, как женщина. — Та застыла, хотя только что была очень весела и стояла вполне в расслабленной позе.

— Всё, что угодно моему Принцу. — Уже не размеренно, а скорее заторможено ответила она мне. А внутри у неё была даже не паника, а просто неимоверный хаос из паники, разочарования, надежды и предвкушения.

Я это отказываюсь понимать совсем! Как это всё можно объяснить реакцией на простую фразу, на которую моя мама реагировала, собравшись, а остальные женщины просто легко усмехались и снаружи и внутри. Это же даже не шутка была! Может, я сломался? Интересно, а могут способности моника сломаться?

— Мне нужно, чтобы ты, как женщина, помогла мне с выбором подарка. — Точно так же осторожно и размеренно проговорил я, внимательно следя за девушкой. Затем несмело показал на экран. Я почему-то только сейчас вспомнил, что если она не выполнит мой приказ, то умрёт.

Она подошла ко мне, недоверчиво посмотрев на меня, затем на варианты, которые я подобрал. Хаос в эмоциях не утихал, только в нем теперь доминировали облегчение с разочарованием.

— Девочке будет семь? — Уточнила она, хотя понятно, что это она так, для того, чтобы хоть что-то сказать. Не могла же она забыть кому я выбираю подарок. При ней же рассказывал Пиколетте,

— Да.

— У тебя есть её изображение? — Голос у неё стал строгим и деловым. Даже на ты всё же перешла.

— Есть, только как я тебе его покажу? И зачем?

— Тогда мне нужно описание овала лица, цвет и длина волос, цвет и разрез глаз. Ещё в таком выборе важен возраст, но он уже известен.

Ого! Это что, всё влияет на выбор? Волосы — понятно. Если они длинные и распущены, то серёжки не будет видно и выбор не важен. Лицо тоже сюда же, при больших щеках тоже не будет видно маленького размера висюлек на ушах. А цвет и разрез глаз-то зачем?

Кстати, сейчас вспомнил, что волосы у Лилии длинные, значит, действительно неважно, какие будут серёжки? Тогда чего я так переживаю?

— У неё длинные волосы, так что серёжки всё равно не будут видны. Какие посоветуешь?

— Хотя бы овал лица какой? — Она внутри надо мной потешалась, но снаружи была очень серьезной.

— Овал лица? Ну… он овальный. А какой ещё-то бывает? — Не смеяться надо, а объяснить.

— Круг, овал, прямоугольник, квадрат, ромб, треугольник, обратный треугольник. Есть ещё промежуточные формы, но они тоже больше склоняются к тому или другому варианту. — Она перечислила всё это так же, как я автоматически выдаю заученные определения или аксиомы, которые просто требуется запомнить.

— Э-э-э… — Задумчиво ответил я. — Овал, наверное. Или круг. Углов у неё на лице точно нет. Да я вообще не встречал людей, у кого лицо квадратное или треугольное. Только в детском видео.

— Понятно. — Она улыбнулась и задумалась. — Тогда лучше покажи фото.

— Мне тебе не показать, у меня защита стоит, экран виден только мне. Зачем такой модуль стоит, не спрашивай, не знаю, но надевать мой инфор бесполезно, нужен просто другой обруч. Хм… Пиколетта!

Девочка заглянула к нам, чему-то улыбаясь. Судя по лицу и опускаемой руке, она явно только что подняла экран своего инфора, до этого с кем-то общаясь.

— Чего? Вы уже всё? Купили? Пошли дальше развлекаться.

— Нет, не купили. — Я передумал просить у неё обруч на пару минут, просто понял, где взять другой. Не люблю просить чужих людей, если можно сделать самому. — Ты же тут всё знаешь? Тут есть, где купить инфор?

— Решил дарить не бижутерию, а современную аппаратуру? Правильно, для семи СО самое то, да я сама мечтала об инфоре в этом возрасте! Через дверь на той стороне как раз магазин брасиков и обручей. Пошли, покажу.

Мы перешли через коридор и зашли в другую дверь. Тут все стены были в экранах, на которых крутились ролики из разных жизненных ситуаций, когда девушки плавали, мужчины прыгали из мобилей на ходу, а потом показывали, как у них работает после этого инфор или брасик. О! Одного били по голове большим молотком, а он не только не умер от такого, а у него обруч даже не сломался. Так это реклама, понятно. Я же изучал влияние рекламы на процент продаж, но совсем забыл, что реклама бывает и такой вот глупой. Чуть не подумал, что это реальные отзывы о работе устройств.

Боясь опять сказать что-то не то, решил спросить просто коротко, без вступлений:

— Пиколетта, поможешь выбрать?

— Конечно! Сколько ты там решил потратить, тысячу? Мне тут нравится одна модель, как раз тоже на неё коплю. Сейчас найду. — И она быстро стала что-то выбирать на экране, изредка бормоча под нос загадочные фразы, что-то типа «ну чего вы мне суёте это дрянь, у неё же захват движения отстой!» или «говорите отклик хороший, но модуля под эту фичу нет, зачем эта недоделка?». Слова знакомые, но смысл от меня ускользал.

Потом она повернулась и с гордостью ткнула пальцем в экран, где были выбраны несколько моделей, отличающихся для меня только внешне.

— Смотри, для девочек есть неплохая новинка, только она стоит чуть дороже. Там вообще новая линия вышла, внешнее оформление очень характерное, самая дорогая модель аж десятку стоит! Но и за тысячу с небольшим есть неплохая, вот смотри.

— А за десять, это которая? — Раз дороже, значит лучше, как я понимаю, не зря же сестра тогда мерялась со мной ценами на наши с ней инфоры.

— Вот она, смотри какая красота! Экран в виде крылышек, это совершенно новая линейка. Только они вообще с ценами там явно со стены упали! Кто будет покупать за такие деньги? — Хм… Я представил, как я пытаюсь залезть на стену, но постоянно соскальзываю. Интересно, как со стены можно упасть, потолок же мешать будет на неё забраться!

У меня инфор больше ста тысяч стоит, мне это сестра Эполиния сказала. У неё обруч за сорок тысяч, вроде, точную сумму не помню, хотя мне её называли раза три. Помню, был небольшой скандал, её сильно расстраивало, она даже жаловалась моей маме, что у неё такая дешёвая модель, по сравнению с моей. Но мама отказалась для неё заказывать другую, сказав, что в моём стоят модули, которые ей никогда не понадобятся, потому он такой дорогой. Ещё и строго так спросила, неужели Эполиния собирается в армию Перуна? На этом разгоравшаяся проблема угасла сама собой, а сестра наоборот начала меня жалеть, что мне придётся расплачиваться за совершенно ненужную вещь таким жутким способом, как поход в армию. Женщины иногда очень не логичны.

— Да, красивый экран. — Действительно симпатичный. И, надеюсь, этот экран не потерял своих свойств из-за новой формы, а то мне он для того, чтобы фотку показать нужен. — И он прямо на складе корабля есть, вижу отметку. Вот его и куплю. — Я нажал кнопку, а после приложил браслет.

— Как, почему!? — Пиколетта воскликнула, но потом, казалось, потеряла дар речи, наблюдая за моими действиями. Особенно её поразила надпись «оплачено». Она на неё с такой тоской смотрела, словно та у неё украла что-то очень близкое и дорогое сердцу. Ничего не понял, но спросить не решился.

— А получать где, не знаешь? — Решил я оживить её вопросом, на который я сам уже прочитал ответ.

— Вот там, около входа окно выдачи. — Пиколетта отвечала и махала рукой, не отрывая взгляда от надписи, совсем без эмоций в голосе, но внутри её они просто бушевали. — А ты действительно подаришь этот инфор девочке? — Она смотрела на меня, ждала и боялась моего ответа одновременно.

Может сказать ей, что у Лилии инфор уже оборот как есть? Но сколько он стоит, я и сам не знаю. Кто-то утверждал, что дороже моего, раз в корпусе вставлены какие-то особые модули, а кто-то — что в инфоре главное — это кристалл, а он там стоит самый ходовой, хоть и не из дешёвых, так что получается, он дешевле моего, где кристалл изготовлен по индивидуальному заказу. Для дочери Милисандры в Корпорации корпус сделали индивидуальный, который и в огне не горит и от молотка не ломается. Мы с ней проверяли.

— Девочке? — Хм… А это мысль. Действительно, а чего мне с ним делать, после того, как покажу фото? Может действительно, как она и сказала, подарить кому-нибудь? — Да, девочке и подарю.

Мой ответ почему-то сильно расстроил Пиколетту. Почему? У неё же есть свой инфор, почему она так расстраивается, что кто-то тоже его получит?

— Моя помощь тебе больше не нужна, да? Я устала и хочу пойти к себе. Можно, я тебе потом сообщение пришлю? — Она всё так же, внешне безэмоционально, задавала свои вопросы, а сама внутри испытывала сильную тоску по утраченному. Только вот чего она потеряла, я так и не понял.

А зачем ей моё разрешение? Или она тоже метит в будущие наложницы и собирается выполнять всё, что «прикажет мой Принц»? Не, я тут с одной не знаю что делать! Постоянно теперь буду бояться сказать то, что будет принято за приказ. От этого, оказывается, очень устаешь. Надо составить список и заранее всё разрешить, чтобы потом не давать отдельные разрешения каждый раз.

— Да, ты можешь присылать мне сообщения, когда хочешь. Я отвечу сразу, как смогу. — На счёт голосовых вызовов решил не уточнять, хотя больше привык как раз к ним.

— Тогда я пошла. До свидания, Принц. И тебе пока, Чистая. У тебя платье испачкалось. — И быстрыми шагами буквально убежала из магазинчика, в конце опахнув меня своим горем. Может, что-то неприятное ей все эти наши действия напомнили? И спрашивать нельзя, дипломатия против.

Над окном выдачи таймер почему-то замер, хотя ещё не до конца отсчитал все минуты и секунды до выдачи. Сломался? Нет, пошёл отсчёт снова. Наверное, задумался у какой-то развилки, у меня тоже так бывает. Мы, вдвоём с Куанг смотрели на эти циферки и молчали. Не знаю, о чём думала девушка, но после ухода Пиколетты, она отряхнула платье, и у неё опять поднялось настроение. Мне кажется, они друг друга не любят, хотя сами совершенно разного возраста, с разных планет и учатся в разных местах. Получается, делить им нечего, зачем тогда такое отношение друг к другу?

Наконец, время отсчёта закончилось, и раздалась приятный женский голос, который сказал, что «покупатель номер такой-то может забрать свой товар». А у меня какой номер был, а то я забыл посмотреть? Может, это вообще не для меня? Тогда надо посмотреть, что там и, если не мне, то положить обратно.

Подошёл к окну, которое так и не открылось, хотя на табло мигали нули отсчета и цифры номера заказа. Никакой ручки нет. А как открыть? Увидел сенсор сбоку, приложил свою руку, как дома. Раздался противный звук. Что-то не открывается, значит действительно пришло не мне?

— Мой Принц, надо приложить комм. — Хм, точно! Это же логично: чем платил, тем и подтвердить. Это же не домашняя дверь в зал тренировок, которая открывается по моей ладони, тут везде всё на брасик ориентируется.

В приёмном окне лежала коробочка, переливающаяся разноцветными голографическими картинками. Мне особенно понравилась, как девочка летит на крыльях, которые выросли у неё из инфора. Понятно, что это просто реклама, но выглядело очень красиво. Только странно: девочка маленькая, но не в гольфах, а в чулках, которые были хорошо видны из под короткой юбочки. Помню, как Эполиния надела такие в школу, ей тогда пятнадцать было. Её мама это увидела и сказала, что «выдерет её на конюшне», если та не снимет «это непотребство». И чтобы она не смела надевать чулки до восемнадцати, если не хочет проблем. Угроза, по мне так, совсем не страшная, никого в семье не били, да и конюшни у нас нет, только псарня и гараж для мобилей. Но сестра отнеслась к угрозе совершенно серьёзно, опять надела обычные школьные гольфы. А у этой летающей девочки, видимо, нет такой строгой мамы.

— Бери, распаковывай и надевай. — Повернулся я к Куанг. — Я тебе на него скину фото сестры.

Но девушка словно не слышала. Стояла и смотрела на коробочку, как на что-то очень неприятное. Неужели ей тоже не нравятся чулки на маленьких девочках, как маме Сетиле? Потом она повернула голову ко мне и неожиданно спросила.

— Эта коробочка стоит десять тысяч сто девяносто девять кредитов? — Точную сумму я не помнил, но она же рядом стояла и слышала всё. Она что, как Пиколетта, тоже любит задавать глупые вопросы?

— Нет, коробочка ничего не стоит, её можно выбросить. — Решил пошутить я. — Десять тысяч стоит инфор, который должен быть там, внутри! — Только я опять забыл, что с Куанг шутить нельзя. Она не улыбнулась. Наоборот, посмотрела на меня, как на дурака.

— Я про инфор и говорила. — Разве? Но не буду спорить и доказывать, что инфор — это обруч, а не коробка. Шутка всё равно опять не удалась.

— Открывай и надевай. Посмотришь фото и поможешь мне выбрать серёжки для сестры.

— А потом? — Мне кажется, что её что-то очень беспокоит и огорчает. Может, тоже какое-то чудо ожидала, как и Пиколетта, а чудо не пришло?

— А потом мы пойдём дальше. Только, я уже и не знаю, куда идти. Это Пиколетта тут ориентируется, а я не успел разобраться. Некогда было, да и завтра уже прилетаем. — И тут я внезапно понял, куда хочу пойти. — Может, ещё поедим? А то я опять есть хочу.

Она опять смотрела, как на глупого несмышлёныша, что не понимает обычных вещей. Даже внутри у неё проявилась злость. А раньше она на меня не злилась совсем. Чем же я успел её обидеть?

— Я про инфор. Ты же собирался дарить серьги, зачем ещё и инфор купил? — Она опять перешла на ты, но вот сейчас напоминала не сестру, а маму, которая видит, что дети совершили какую-то шалость.

— Чтобы показать тебе фото! — Что за непонятливая она стала.

— И всё?

— И всё.

— Других причин нет? — Злость и неверие в мои слова. А где та Куанг, которая верила мне безоговорочно и обещала, что выполнит любой приказ? Она даже инфор надеть не может, хотя я её уже два раза просил.

— Других — нет.

— А почему ты не купил за тысячу, как предлагала твоя подруга. — Пиколетта мне не подруга, а знакомая, но поправлять я не стал.

— Потому что этот был доступен сейчас, а тот, что она предлагала, только на складе планеты. Нужно было бы ждать приземления.

— Ты не хотел ждать сутки, потому купил не за тысячу, а за десять?

— Ну да. А какая разница? — Мне были непонятны её вопросы и такая дотошливость. — Мне же лимит на сто тысяч открыли, значит, что тысяча, что десять — разницы нет. Можно купить без подтверждения.

Она вздохнула как-то устало, потом ещё раз посмотрела на эту коробочку, затем неверяще помотала головой, словно хотела, чтобы та исчезла. А в эмоциях она опять считала меня дураком. Мне стало обидно, но внешне обижаться было не на что.

Достав коробку так осторожно, словно на той были закорючки с её планеты «осторожно, хрупкое», она держала её на вытянутых руках и все не решалась что-то сделать дальше, растерянно оглядываясь.

— Давай я поддержу, а ты открывай. — Странно, что тут нет стола, на котором можно было бы распаковать покупки. Когда коробка оказалась в моих руках, девушка заметно успокоилась и уже с деловым видом раскрыла коробку и вытащила обруч. Он, как и любая гражданская модель, складывался в полоску, чтобы можно было носить в специальном кармане или чехле. Повертела его в руках, разложила, надела на голову и застегнула сзади. Стоит и смотрит на меня с ожиданием.

— Включи его, потом опусти экран. — Я вспомнил, что инфора у неё никогда не было. Ничего, я свои сам подключал, оба раза. Не сразу, но разобрался. — Что видишь?

— Предлагает провести синхронизацию со своим комом.

— Правильно, по мне так лучше, если оба устройства синхронизированы, это быстрее, но ты можешь настроить на инфоре отдельную личность, хотя это и не приветствуется. Для официального подтверждения личности, всё равно используются только брасики. Да и все финансовые и управляющие модули только на нём.

— Я знаю. У меня хороший комм. — Она вскинулась, но потом как-то растерянно и с непонятной интонацией продолжила фразу. — Стоил целую кучу денег. — И почти совсем неслышно закончила. — Четыреста двадцать девять кредитов со скидкой.

— Ну и отлично. Знаешь, как на нём вызвать меню синхронизации?

— Да, знаю.

— Вот и вызывай. Потом на инфоре наберёшь всё, что скажет брасик и всё.

Она несколько раз тыкала в экран браслета, потом замирала, явно глядя на экран инфора.

— Не получается? — Чего там делать, там же делов на полминуты, а она уже минут пять разбирается!

— Получается, просто непривычно набирать текст взглядом. — О! Мне тоже это раздражает, гораздо легче набрать на брасике, только это можно делать уже только после синхронизации.

Ждать мне надоело, потому я решил написать маме Мили и спросить у неё, где удобнее будет ей забрать подарок: может купить такой, что будет на складе Валомтара, а она, когда прилетит, там и заберёт?

Опустил экран, но он, внезапно выдал странное сообщение: «обнаружен вызов синхронизации». Мой инфор тоже захотел подключиться к брасику Куанг? Жму отмену, он же с моим синхронизирован. Окно пропадает, но появляется новое: «провести захват данных личности?» Любопытно. Нажимаю «да», после чего начинает бежать строка различных символов, а по экрану бегает окошко точки фокуса, которое бывает, когда фотографируешь. Когда это окошко поймало браслет девушки, то строчка с цифрами замерла, после чего выскочило «захват произведён» и появилось меню со множествами пунктов. Среди них были «фото», «видео», «список контактов» и «личные данные». Это я могу прочитать всё, что есть на её брасике? Это же не честно, она же не разрешала! Если она узнает, что я считал её данные, будет очень стыдно. Постарался быстренько закрыть окно, но оно потребовало «дать имя». Оставил то, что выдало по умолчанию «Монкут Куанг», после чего посторонние данные наконец-то спрятались.

Всё это мне напомнило видео, где главный герой украл брасик полицейского и вот так же, подключался к данным мобиля главного злодея. Интересно, а откуда у меня такие модули, что есть только у полиции?

— Всё, я закончила. — Это у Куанг наконец-то получилось синхронизировать комм и обруч. А я это и без её восклицания понял, потому что получил сообщение, что «у личности «Монкут Куанг» теперь есть возможность подключиться к видео». На этом инфоре оказалось восемь внешних и шестнадцать внутренних камер. Внутренние отслеживают зрачки, их у всех шестнадцать, по восемь на каждый глаз. Это стандарт. Настраиваются автоматически, у них хороший запас, только для очень маленьких детей, говорят, бывает нужны отдельные варианты. А вот внешних зачем столько много? У меня, например, только пять, хотя аппарат в десять раз дороже. Две смотрят вперед, одна назад и по бокам ещё две обзорные. И то, я считаю, что камер слишком много, некоторые совсем не нужны. Я заднюю вообще никогда не включаю, чтобы не запутаться на ходу. Пробовал как-то, чуть не упал. Боковые тоже редко. Проще голову повернуть и прищуриться, наведя фокус на то, что хочешь рассмотреть. Только передние камеры такое могут, а остальные дают общий план, почти без приближения.

Куанг повернула ко мне голову. Экран у неё переливался по краям, вычерчивая контуры, похожие на крылья. Очень необычно.

— Красиво, тебе очень идёт. — Опять я вспомнил обязанности руководителя.

— Спасибо, мой Принц. — С какой-то тоской в эмоциях ответила девушка.

— Ну что, отправляю тебе фото? — Как раз выбрал несколько, на которых сестра была хорошо видна.

— Отправляй.

Она пересматривала то, что я выбрал, наверное, с минуту, если не больше, а потом опять обратилась ко мне.

— У твой сестры почти классический овал, значит можно брать любую форму. Длинные волосы с волнистой прической, значит небольшие гвоздики с прямой подвеской или капелькой в виде камня под цвет глаз или противоположный. Глаза голубые или синие?

— Темно-синие.

— Значит, такое освещение на одном из фото. В итоге, лучше всего подойдут цвета: сиреневый, синий, аквамарин, ледяной или контрастный — янтарь. Можно жёлтый, но его не со всеми платьями можно носить, а ещё он считается агрессивным, а значит девочке не подходит. — Вот это да! Выбрать серёжки — это, оказывается, целая наука. А их ещё и не будет видно за волосами.

— А ледяной — это разве не прозрачный? — Зацепился я за знакомое слово. Она посмотрела на меня, как на несмышлёныша, что сказал глупость, но ему прощается в силу возраста.

— Ледяной — это тёмно-синий. У твоей сестры цвет глаз как раз близкий к ледяному. Прозрачные камни подходят под любой цвет глаз, но в определённых кругах считаются дешёвыми, потому что вроде как подобраны без учёта индивидуальности.

Вспомнил цвет моего спортивного костюма и сравнил его с цветом глаз сестры. И где они увидели похожесть? А мама Мили тоже утверждала, что костюм «ледяного» цвета.

— Я понял, пошли опять в тот магазин, выберем то, что ты мне тут только что сказала. — Сознаться, я уже всё забыл, но надеюсь, она там всё повторит или выберет то, что нужно, сама.

В магазине, она очень долго что-то выбирала, меняла, отменяла, потом пригласила меня к экрану.

— Вот, я выбрала пять хороших вариантов. — В голосе была уверенность, а вот в эмоциях небольшое сомнение. Она не уверена в своём выборе? Почему?

— А который из них самый лучший? — Сам я выбрать не смог, хотя внимательно и с умным видом вглядывался в изображения. Ну висюльки и висюльки. Немного разной формы, но почти ничем не отличающиеся.

— Смотря в чём.

— Какой бы ты выбрала? — Пусть выберет, как для себя.

— Мне ни один вариант не подходит, у меня круглый тип лица и мне нужно использовать вытянутую форму. Хотя, вот эти, в виде капельки, мне бы тоже подошли, но камень тогда нужен другой, у меня карие глаза.

Она меня совсем запутала.

— Тогда, посоветуй мне, как будто ты уже моя наложница.

— Тогда я бы выбрала самый дешёвый вариант, ты же выбираешь подарок другой женщине. — Не, так не пойдёт. О! Точно!

— А если бы ты была моим секретарём? — Вот тут она серьёзно задумалась.

— У тебя с сестрой хорошие отношения? — Странный вопрос. Какое он имеет отношение к выбору серёжек?

— Да, просто прекрасные. — Я уверен в своём ответе.

Опять пауза и задумчивость.

— Ваша семья имеет родственные отношения с корпорантами? — Я решил не задумываться над мотивами её вопросов, а просто на них отвечать, как можно полнее.

— Конечно! Мама Мили из семьи корпорантов, а Лилия её дочь, дедушка со стороны отца и бабушка со стороны мамы Лирини тоже имеют какие-то там родственные связи с разными корпоративными семьями. — Пока я говорил, Куанг всё больше напрягалась.

— Она будет носить эти серьги на официальные приёмы? — Выдавила она уже крайне серьезно.

— Скорее всего, да. Как раз на её день рождения будет большой приём, который устраивает отец. Это меня на них не брали, а свои дни рождения я отмечал только дома, а для сестёр приёмы делали всегда.

— Как ты думаешь, она бы тебе подарила подарок, точно так же долго выбирая? — Неожиданный вопрос, мне пришлось серьёзно задуматься. Вообще-то, если вспомнить, Лилия мне никогда ничего не дарила, только отдавала свои вещи, которые ей надоели. А на праздники рисовала мне «меня» в своей детской манере каракуль.

— Скорее всего, нет. — Соврать нельзя, отчего стало немного неловко. Мне показалось, что своим ответом я сказал, что Лилия меня совсем не любит, хотя это совсем не так. Однако, Куанг понятливо кивнула.

— Тогда, самый лучший вариант — вот эта пара. Она обозначила свой выбор на экране. — Они самые маленькие, но тут стоит Салаисснен Дол — «Живой Камень», что встречается только на одной планете. Считается символом благополучия, потому что добывается из живых морских обитателей, которые живут очень глубоко, да и поймать которых совсем не просто. Он является естественным индикатором настроения, его редко рискуют носить на приёмах, потому что по ним можно определить без всякого моника, врёт человек или нет. Зато для ребёнка — идеальный вариант. Восемьдесят шесть тысяч стоят серёжки. Это большие деньги, но цена справедливая.

— Откуда ты так много знаешь про этот камень?

— Он добывается на моей планете. Браслет, что был в семейном наборе, тоже имел такой же камень, только намного больше. — Она была всё ещё очень серьёзна и сосредоточена, а в эмоциях появилась какая-то горечь.

— Получается, браслет был ещё дороже. Зачем вы тогда его продали?

— Я была очень маленькой и не всё хорошо помню. — Куанг зажмурила глаза и начала говорить плавно, как говорила мама, иногда рассказывая мне сказки и истории. — Тогда был очень голодный период, что-то случилось в море, какая-то катастрофа. Урожай был скудным, море ничего не приносило. Люди начали умирать от голода, потому дедушка принял решение продать часть драгоценностей. Мы не знали их настоящей цены. Скупщик дал нам за браслет только полторы тысячи кредитов, хотя потом, когда я выросла и начала учиться на финансиста, я узнала, что сам браслет он продал за четыреста восемьдесят тысяч, почти полмиллиона кредитов. Эта сумма смогла бы не только спасти от голодной смерти, но и вернуть величие моему роду, а досталась какому-то проходимцу, которого мы встретили, как гостя. Один воин из нашего рода поклялся найти его и убить за этот обман, и исполнил свой долг до конца. — Она открыла глаза и уже обычным голосом закончила. — Кому достался сам браслет, мы не смогли узнать, он был продан на закрытом аукционе.

— Понятно. — Я решил её подбодрить, потому что её тоска очень плохо на меня начала действовать. — Мне очень жаль, что вас так обманули. Ничего, найдёте у кого он сейчас и выкупите обратно.

— За полмиллиона? — Она грустно усмехнулась. — Такую сумму мой род не соберёт и за сто оборотов. Среднеоборотный доход поместья редко бывает больше трёх тысяч. Вот этот вот инфор. — Она показала на коробку с голографиями, в который убрала аппарат ещё в том магазине. — Стоит больше трех оборотов жизни для пяти сотен людей моего рода и клана. Ты совершенно не умеешь обращаться с деньгами, мой Принц. Тебе действительно нужен секретарь.

Я с ней был совершенно согласен, хотя и было обидно чего-то не уметь. Я научусь, но вот кто меня учить этому будет? Конечно, будущий финансовый аналитик, который хочет зачем-то стать подругой моей жены!

— А пока у меня нет жены, то ты не можешь стать моей наложницей. Может, тогда побудешь моим секретарём? — Эту мысль я обдумывал уже минут десять, так что предложение было сделано мной вполне осознанно.

— Это официальное предложение работы? — Она иронично прищурилась. Её тоска стала уменьшаться, как будто отдаляясь.

— Конечно! Официальнее некуда. Будешь меня учить, что «дорого», а что «справедливая цена», потому что я никак не могу для себя это определить. Если честно, сегодня я совершал какие-то покупки впервые в жизни. Ну, если не считать одного раза в игровой.

— Я надеюсь, это будут все мои обязанности? — Внутри она начала улыбаться, хотя на лице этого было не видно. Ничего, у меня ты научишься показывать все свои эмоции. Или не научишься, мне-то это не помешает их знать.

— Нет, конечно. — Я деланно возмутился. — Ещё будешь правдиво отвечать на любые мои вопросы. И сама давать мне советы, даже когда я не спрашиваю. — Мне всегда казалось, в этом и есть работа секретаря, не зря же, когда мама спрашивала отца «с чего это ты решил так поступить», а он отвечал «секретарь посоветовал», мама всегда успокаивалась, хотя вопросы были самые разнообразные, даже с работой бывало не связанные совсем.

— Хорошо, меня устраивает. А зарплата у меня какая будет? Справедливая?

— Ха! — Моё время шутить. — Вот и будет тебе первое задание: определить, какая зарплата для моего секретаря будет справедливой и посоветовать мне!

— А если я тебя обману? К тому же, я ещё не согласилась. — Девочка, ты разговариваешь с сыном дипломата, такие словесные круги меня не запутают.

— Если обманешь, то тогда ты плохой секретарь и зарплата тебе вовсе не положена. — И я показал ей язык. Чего она задает такие каверзные вопросы? Не отвечать же мне, что я, скорее всего, просто почувствую, когда она захочет меня обмануть.

— Ну что же, ты меня почти убедил. — Поставить, как обычно, руки по бокам ей мешала коробка, но она всё равно низко поклонилась. — Я подумаю и дам тебе ответ завтра утром.

— Договорились. Теперь надо купить те серёжки. Как думаешь, что лучше: выбрать получение на Мальтере или пусть доставят на столичную планету, а мама Мили уже там заберёт?

— Как твой будущий секретарь я советую, что нужно выбрать доставку прямо до дома. — Нет, надо научить её говорить быстрее. У неё неплохой голос, но зачем она так медленно говорит? — Введи адрес, где ты живёшь, дату, до которой они должны доставить и после проводи оплату. Если они успевают, то оплата пройдёт. Нет — значит выбираешь другие варианты.

— А если они не успеют? — Не хотелось бы, чтобы подарок пришёл уже после праздника.

— Все сделки, проведенные на этом корабле, имеют страховку на сделку и доставку. Тебе доставят товар вовремя, или он для тебя обойдётся в полцены. Не думаю, что кто-то захочет терять просто так сорок три тысячи кредитов, так что серьги будут доставлены вовремя.

Логично. А я этого не знал и не изучал.

— Ты так много знаешь об этом! — А я никогда ничего не покупал до сегодняшнего дня, хотя, конечно, изучал основные законы экономики и движения финансовых потоков, только вот уроков на тему «как пойти с двумя девушками в «Быструю Еду» и не опозориться» у меня не было.

— Это должно было стать моей работой. Я как раз учусь на секретаря для моника, забыл?

— Нет, я помню. Но я не думал, что всё это должен знать финансовый аналитик.

— Я занималась дополнительно. Если делаешь какую-то работу — нужно стараться сделать её как можно лучше. Мой будущий работодатель должен был стать и моим Господином, помочь моему роду. Чтобы помочь, нужны деньги. Много денег. Если бы я помогла заработать своему начальнику много денег, он бы вполне мог согласиться потратить из них часть на возрождение моего клана. Так сказал дедушка.

— А зачем ты тогда выбрала меня? Я что, похож на того, кто может заработать много денег? Я собираюсь стать воином, а они никогда не бывают богатыми.

— Когда мы познакомились, я очень нуждалась в защите сильного человека. Мой Принц, я решила, что ты тот, кто сможет меня защитить, потому и выбрала тебя своим Господином. И пока что, в этом вопросе я не разочаровалась в тебе. Оставайся таким же сильным, защищай меня, а деньги я, как твой секретарь и финансист, для тебя заработаю. Раньше у меня не было стартового капитала, но теперь с таким господином, который не видит разницы между одной тысячей и десятью, у меня будет много денег для этого! — Вот же вредная. Ещё и издевается. Оказывается, говорящий правду секретарь это гораздо неприятнее, чем говорящая всегда «да, господин» будущая наложница.

— Всё, ты передумала быть моей наложницей?

— Я пока что плохая наложница. — Она смутилась и почему-то расстроилась. — Совсем не умею ничего из того, что они обязаны знать. Леди Милисандра мне на это прямо указала, так что мне пришлось пообещать ей, что я обязательно выучусь и на наложницу тоже.

— А что, на наложницу надо ещё и учиться? — Про профессию «подруга жены» я слышал впервые, но мало ли, вдруг действительно такая есть.

— Конечно! Образование — основа профессионализма. Да, мне придётся заниматься дополнительно, но можешь не переживать, я буду лучшей и ты сможешь мной гордиться.

Я и так могу тобой гордиться, у меня в секретарях будет принцесса. Надо её чем-то завлечь, чтобы она обязательно сказала завтра «да».

— Куанг.

— Да, мой Принц.

— Если ты мой секретарь, то тебе обязательно будет нужен инфор, с ним гораздо удобнее работать. Давай, я тебе подарю вот этот? — И показал на коробку, которую бережно держала в руках девушка.

— Я ещё не согласилась быть твоим секретарём! — Хитро прищурилась она. — Давай, я всё же дам тебе ответ завтра. А пока, забери эту коробку себе. И купи уже серёжки, а то время идёт, а ты есть хотел.

— А, точно!

Я последовал её совету и выбрал местом доставки наш домашний адрес в Иллит, а время доставки высветилось одиннадцать дней. Прекрасно, придёт заранее. Получателем выбрал маму Мили или мою маму, она как раз должна вернуться к тому времени из своей поездки. Приложил браслет, опять высветилось «оплачено», но Пиколетты рядом не было, так что некому было странно реагировать на это сообщение.

— Всё, теперь можно идти есть. — Бодро сказал я. Есть хотелось всё сильнее. Совсем забыл о том, что мне сегодня надо каждый час чего-то съедать, хотя Далия мне об этом два раза говорила.

— Я тоже проголодалась. Как раз едальня нашего уровня должна скоро открыться. Пойду переоденусь и поем.

— А может, ещё раз сходим в «быструю еду»? — Мысль сходить туда вдвоём, без Пиколетты, отчего-то вдруг показалась мне очень привлекательной.

— Нет, тебе тоже нужно правильно питаться, «быстрая еда» вредна для организма. — У неё красивый голос, хоть и говорит она тоном поучающей мамы.

— Что же, я послушаюсь своего будущего секретаря и пойду есть нормально. — Мне хотелось, чтобы она улыбнулась, и я этого добился. Неужели наконец-то научился шутить с ней?

— Беги уже, мой Принц. — Мягкая улыбка взрослого, который смотрит на шалости ребёнка. — До завтра. До своего уровня я доеду сама, мне тут ещё нужно зайти по очень важному делу.

Хм… Не буду интересоваться, что у неё за важные дела вдруг образовались, это не вежливо.

— Я тебе напишу завтра? — А то завтра утром уже прилетаем, можем разминуться в суматохе высадки на планету.

— Напиши, я буду ждать.

14. Оборотная сторона. Кто и где не известно

Каюта на среднем уровне, погружённая в полумрак. В ней сидят двое, по некоторым признакам, можно понять, что один из них подчинённый другого, хотя и оба держатся, как два старых приятеля. Перед ними столик с двумя стаканами, в которые налит какой-то напиток, скорее всего, алкогольный.

— Завтра уже прилетаем. Чего узнал за это время? — Начальникам всегда есть, чем озадачить подчиненного.

— На корабле летит восемь моников-школьников. Каждый имеет куратора из Комитета, но охраны не видно. — Задача подчинённого — показать, что он работал.

— Охрана может быть и дистанционной, это же корабль, куда с него денешься. Восемь — это хорошо. Есть из кого выбирать.

— Среди них один визуал, которого так хочет себе профессор.

— Хорошая новость. Возраст, перспективы захвата?

— Возраст тринадцать СО, а вот с перспективами сложно.

— Почему? Его охраняют?

— На первый взгляд — нет. Ходит без сопровождения где хочет, даже на Нижнем уровне побывал. Только вот других без контроля оставляют разве что на уровне развлечений и то, тамошней охране передают, как эстафету. А этот как приманка. Чую, где-то рядом сидит охотник. Решил проверить и точно! Его куратор редко появляется рядом со своим подопечным, зато по полдня сидит в каюте с тремя очень интересными людьми, которые двигаются, как большие кошки на охоте.

— Думаешь, нас ловят? Почему тогда приманка только один, хотя их восемь человек?

— Не знаю. Но он среди них единственный визуал.

— А откуда они могут знать, кого нам заказал профессор? Или, думаешь, утечка произошла?

— Да не знаю я. Только вот сейчас ничего против мальчика предпринимать нельзя — схватят за секунду.

— А кого тогда привезти? Мне начальство всю задницу отбило, пиная и приговаривая, что я торможу научный процесс.

— Тут летят ещё и две молчаливые ведьмы. Слышал, за их захват обещали очень большие подарки.

— Сколько прядей?

— Одна две, другая три.

— Не пойдёт. После того, как одна второго уровня прикончила целую группу при своём захвате, а другая просто впала в кому, когда её пленили, начальник штаба запретил все операции против перунцев выше первого уровня.

— Так я слышал, захватывали и первоуровневых. Тоже ничего не добились?

— Это мужчин захватывали. А толку действительно оказалось мало: ни один из них не посвящен в тайну. А девочки не покидают планету, если не достигли второго. Уже установлено, что мемоактивность разума — это врождённое свойство, которое передаётся только по женской линии, мужчинам вроде бы только в первом поколении, но она должна активироваться определенным ритуалом. Мужчинам первого уровня его обычно не проводят. А если он исключение и ритуал провели — всё, он защищен от сканирования мониками и от любого внушения, будь ты хоть оракулом. Нужно проводить полноценную вербовку девочки, пока она внушаема. Только где найти объект, если они все в закрытых учреждениях на своей планете?

— Провести рейд на кораблях-невидимках. Как-то же пробирались раньше целые воинские подразделения на территорию Содружества.

— Их нанимали тут. А через перевал таможенники беспрепятственно пропускают только детей, на остальных надо собрать тонну документов, да и то не факт, что пропустят. А потом ещё и из-под наблюдения не выйти до самого возвращения в Империю.

— На месте Корпораций, я бы уже давно устроил переворот на этой планете и узнал все секреты, а они им особый статус выдали, глупцы.

— Против ведьм нельзя военную силу применить — они заблокируют планету, и будешь там всю жизнь жить среди их вулканов. А блокировка портального круга — это тоже один из секретов, который и моё начальство очень бы хотело знать. А особенно, есть ли возможность блокировки и на других планетах. Есть предпосылки, что это тоже одно из наследуемых свойств членов клана Росса, но доказательств нет.

— А почему в Империи такой ажиотаж вокруг этих баб. Ну, живут они на своей планете, так в Содружестве же, от них далеко. Да и к другим же эти бабы не лезут. Ну, матриархат у них какой-то. Это же так, баловство.

— А когда такая вот баба, не прикасаясь, на расстоянии метров так пяти останавливает тебе сердце? Или, сказала пару слов и ты уснул? Или посмотрела тебе в глаза, и ты забыл всё, что происходило с тобой целый день?

— Так последнее и профессор умеет.

— Он моник, к тому же не очень сильный. Даже очень сильные могут воздействовать только на всю нервную систему человека в целом, а не на отдельные участки. И чаще всего это спонтанно выходит. Специализация моника — улавливать, а не излучать. А профессор вообще это делает через стандартное внушение, которому может научиться почти каждый, даже если моником и не является. Это очень невнятное искусство, не со всеми срабатывает, да ещё и каждый раз требует много времени и сил. А тут по свидетельствам очевидцев: ведьма пятого уровня посмотрела в глаза пять секунд и всё, парень, что нужно забыть — забыл. И никакие процедуры потом вспомнить его не заставили, а вот с внушением профессора вернуть память сложно, но вполне можно.

— А нанять их? Они же наёмники! Заключить контракт и изучать. Не может быть такого, чтобы не проговорились. — Выдал ещё вариант подчинённый.

— «Молчаливые ведьмы» и «проговорились»? Ну ты насмешил. Некоторые, кого они охраняли, рассказывают, что контракт закончился, а они не знают, какой голос был у их охранницы, а ты «проговорились». И они не наёмники. Они берут контракты только на охрану, остальное противоречит их кодексу чести, так что если ты какую-нибудь из них назовёшь наёмницей, можешь и не выжить. Улыбнутся и молча прирежут.

— А если подкинуть им какого-то крутого мужика? Бабы же если влюбятся, совсем головой не думают, а вытянуть из влюблённой любой секрет можно, сколько раз такое проворачивали.

— Пробовали. Да, влюбляются. Только вот тут есть один нюанс: они выбирают только лучших в чём-то. Ты должен быть или хорошим бойцом, или ученым или даже агрономом, но лучшим среди других. На смазливость им наплевать, кажется, у них вообще нет предпочтений по внешности. И доверяют они только тем, кого приняли в клан. Влюбилась она и тащит своего мужика к алтарю в храме. А когда принимают в клан, проверяют своими мониками. И всё! Все агенты так и были раскрыты, даже те, кто не помнил, что они агенты.

— А тайные встречи?

— Без толку. Тайные, не тайные. Пока ты не в клане — она с тобой будет молчать и улыбаться. Или воспитаны или закодированы они так.

— А шантаж?

— Она посмеётся над тобой, когда будет тебя убивать. Шантаж у них очень тяжкое преступление. А после убийства просто пойдет, даст показания монику и её оправдают.

— Так можно же шантажировать дистанционно или анонимно.

— Тогда вообще ничего не будет. Пожмёт плечам и забудет о твоих словах. Да и чем ты собрался шантажировать? Эти бабы вообще пропагандируют отсутствие излишеств, так что воруют крайне редко. Да и смысл воровать, если потратить не можешь? Правящая каста почти на полном обеспечении. Вот у тебя есть бесплатно всё: мобили, дом, работа, муж, дети. Есть у всех и столько, сколько нужно. Если излишества порицаются всем твоим близким окружением, зачем тебе воровать? Да, бывает, кто-то ошибся и своровал по глупости. Но за ошибки они строго не наказывают. А хочется роскоши, тебя никто не держит: вышла из клана, тебе стерли память о секретах, и лети хоть в чёрную дыру.

— Соблазнить замужнюю, а потом пригрозить, что если не расскажет — всё откроется.

— У них почти нет понятия физической верности. Замужняя может загулять и никто не осудит — значит или захотелось, или проблемы у её мужа с этим. Да и мужики там тоже особо верность не хранят, женщины на это почти не обращают внимания: что естественно, то не запрещено, главное деньги в семью неси. У них единственных в Содружестве разрешено как многожёнство, так и многомужество. Семей таких немного, но они есть, и никто на них особо не обращает внимания. Я жил на Перуне больше двух оборотов, потому просто поверь мне: нет на них реальных рычагов давления. Конечно, бывают отщепенцы. Или влюблённые, что хотят покинуть клан. Только ей так же поглядят пять секунд в глаза и всё, она для нас бесполезна!

— А я слышал, что они не только на нервную систему могут действовать. Даже рассказывают, что была одна, которая взглядом в камень превращала.

— Знаю. И даже имена таких превращательниц эти рассказчики смогут назвать, если поднимут мой секретный рапорт. Это тоже действие на ЦНС (центральная нервная система), просто все мышцы тела деревенеют, а мозг впадает в кому. И даже вывести из этой комы она сама не может, нужна другая, со специальностью на снятие этого паралича.

— Так это что, правда? И что, у неё реально были вместо волос змеи?

— Ага. И даже скажу тебе, как эти змеи называются: на кирильском они называются косички. Эта прическа только на Перуне и есть, больше нигде не встречал. Очень популярна среди них, кстати. Висят такие «змеи» на голове. Вместо головы у этой змеи верёвка, что не даёт распускаться волосам. Белые или чёрные отдельно, красные отдельно. Во-первых, сразу видно, сколько их. А во-вторых, раньше они этих змей частично сворачивали кольцом на голове, действительно похоже, словно гадюка схоронилась. Это чтобы была дополнительная амортизация под шлемом. Да и удар ножом по шее такая змея вполне может остановить. А они на ножах помешанные. Девочки с малого возраста спят с ними, точно тебе говорю. И, кстати, у них есть так называемые «начальные умения», которые есть почти у всех. Вот напал дурак, навроде тебя, на маленькую девочку, а она бахнула «шоком» и всё. Если она сразу тебя не прирезала своим любимым ножом, то это сделают остальные, которые придут, как развеется запах от твоего расслабившегося организма.

— А мальчики тоже так могут?

— Нет. Мальчики могут воздействовать только на себя. Силу там увеличивают, зрение делают ночное или острое, куда там орлу. Выносливость у них ещё хорошая, не зря даже с одной прядью мужика с Перуна возьмут в любую армию или охрану.

— А исключений нет?

— Почему нет? Бывают. Когда я там жил, слышал историю, как один научился всех влюблять в себя. Попортил, говорят, девочек целую тьму, пока не вычислили. И вычислила его та, которую он в себя влюбил, вот так вот! Вычислила и прирезала, когда узнала, что она не одна такая. Ревность красноволосой опасна!

— Ты же говорил, что они не ревнивые.

— Это замужние не ревнивые, да и то, только к физической близости, а если засмотрелся на какую-то, может и вспылить, а то и побить. А девочки малые вообще максималистки. Той, говорят, было то ли четырнадцать, то ли пятнадцать. А парню было все восемнадцать, он имел первый уровень и был выше её на голову минимум. Но это ему не помогло.

— И что ей за это было?

— Не знаю. Скорее всего, ничего не было. Я же с ней не был знаком, а найти её оказалось нереально. Я думал сначала, что вот, обиженная, обманутая — хороший объект для разработки. Но ничего не вышло. Фамилии у них нет, все они «дети клана». Имён тоже нет, даже засекреченных, одни позывные, которые время от времени меняются. Она может замуж вышла и получила новое имя, а может так и служит, просто сменив учебный позывной на новый. Случай был относительно недавно и получился громким, но слово секретность они тоже понимают. А паренёк уже всё, никому ничего не расскажет. Говорят, что все такие исключения, как тот парень, помешаны на чём-то. Патология. Хотя, судя по хроникам, их основатель тоже мог и то и другое, но как там было на самом деле, никто сейчас не знает. Тысяча оборотов прошло, если не больше. Возможно, потому что через мужское поколение способности быстро затухают, они и могут так мало, по сравнению со своим предком. Тот, судя по хроникам, вообще был монстр ещё тот.

— Так может их предок был ушедшим?

— Нет, не может. Предок ведьм жил тысячу оборотов назад, а ушедшие как пропали, больше пяти тысяч оборотов прошло.

— А что, разве не мог он просто случайно перенестись оттуда, куда они там ушли?

— Да не был он ушедшим, я тебе говорю. Профессор считает, что ушедшие все были одного пола, и я ему верю. А этот был конкретный мужик, тут даже сомнений нет. Вон скольким бабам потомство обеспечил. Профессор как моник слабый, а вот в своей науке он разбирается получше многих.

Они некоторое время помолчали, понемногу отпивая из своих стаканов.

— А если украсть ребёнка и воспитать его в духе Империи?

— Где ты такого найдёшь, чтобы он уже был посвящен в тайну?

— Так эти ведьмы охраняют одного пацана, имеющего первый уровень.

— Сколько оборотов мальчику?

— Одиннадцать, вроде бы. Или, из другого источника, тринадцать.

— Он просто не может иметь даже первый уровень. Мальчикам его присваивают не раньше восемнадцати, а в исключительных случаях с шестнадцати. Просто подражает своей охране, вот и покрасил прядку.

— Два моника, независимо друг от друга, сказали, что не могут его прочитать, а это значит, что он имеет ведьмовскую защиту.

— Защита только со второго уровня, я же тебе сказал. А мальчик, скорее всего, просто серый.

— Так серого профессор тоже заказывал.

— Серые — не моники. Их и в индустриальных городах найти можно. Даже купить, как рабов на некоторых планетах, пусть и не дёшево. Обойдётся профессор теми, кто у него уже есть. Рисковать и красть ребенка, которого охраняют ведьмы — это не ко мне. Чтобы ты знал, некоторые из них могут становиться незаметными. Она с тобой рядом стоит, а ты её не замечаешь. Ты напал на одинокого ребёнка, а тут из ниоткуда вылетает нож прямо тебе в горло. Ножи у них усиленные, из металлопластика, а метают они их с такой силой, что боевой комбез пробивает на раз. И привет перерождение. Нет уж, пусть этот мальчик живёт дальше, как жил.

— Не верю я, что комбез типа «чешуя» может пробить какой-то нож.

— Мнение гражданского человека. Чешуя — доспех не сплошной, тем более на шее. Да, если летящий нож попадёт в тело, он его не пробьёт. Только вот я лично видел, как одна третьеуровневая махая ножиком, просто стругала им воротник боевого доспеха Империи, а там приличная броня. А чешую и на теле одна пробила, ударив снизу вверх. Только, они все предпочитают бить в горло. От перерезанной сонной артерии ни один медик не спасёт.

— Значит, зря я хотел организовать его похищение?

— Какое похищение?

— Да было дело, подкинул мысль местным с Нижнего, что можно легко заработать, взяв выкуп за мальчика.

— Какой дурак на это купится? Все знают, что воровать ребёнка у побочника, тем более охраняемого ведьмами, это верная смерть для тебя и всех, кто просто рядышком постоял. Да ещё и на корабле, где его найдут за пару минут, просто просмотрев камеры. По слухам, тут камеры не только в коридорах, а в каютах и туалетах установлены, просто просмотреть их можно, только если там зарегистрировано происшествие. Даже в этой каюте наверняка есть, потому и включен искажатель голоса и свет такой, что по губам не прочитать, о чём говорим. А так, ну кому интересен разговор двух выпивающих?

— Да я так, на всякий случай, вдруг бы получилось. Его бы украли, наёмники бы наверняка зачистили весь уровень, в такой суматохе мальчика мы бы прибрали, просто усыпив и унеся в какой-нибудь неприметной таре. Он же маленький ещё, большой объём не нужен. Куча трупов сразу отправляется в шлюз, а то, что мальчика среди убитых не было, никто бы не узнал. Только ничего не вышло. Скорее всего, те ребята не решились напасть, хотя и проявили тогда очень сильный интерес, но видимо, их начальник не такой дурак. Парень ходил на Нижний уровень, как я и предполагал, но потом спокойно ушёл обратно. Что ещё придумать, я уже и не знаю.

— Вот и я не знаю. А кого-то привезти надо. Или, хотя бы, дать информацию, как о перспективном для захвата специальной группой.

— Так дай о том мон-визе, я передам тебе подробности и данные на него. Предупреди, что он под наблюдением, но на планете это будет не такая большая проблема. Сунут в мобиль с полной изоляцией и привет профессору.

— Скорее всего, так и сделаю. Ладно, допиваем и я пойду к себе, составлять рапорт о работе и зашифровывать донесение. Как будто из армии не увольнялся, честное слово.

15. Друзья и монстры

Это утро отличалось от других одной особенностью: мы прилетели.

— Хочешь посмотреть на планету? — Милисандра заказала завтрак в каюту, видимо тоже была в мыслях уже там, внизу и не хотела отвлекаться от сборов.

— Хочу! А разве в челноке её не будет видно? — Хоть что-то, кроме тупого ожидания. Я же умру от нетерпения!

— Нет, в челноке экранов нет. Но пока заняты грузовые телепорты, мы можем сходить на обзорную палубу.

— Так что, на обзорной палубе есть что посмотреть, кроме кустиков и цветочков? — Оживился я. Это просто круто! А я ещё никак не мог понять, почему она так называется.

— А чем тебе цветочки не угодили? — С лёгкой улыбкой, явно поддразнивая меня, спросила Милисандра. На что я пренебрежительно махнул рукой.

— Цветочки я и дома посмотреть могу. А вот планету из космоса дома не видно.

— А зачем тебе именно из корабля смотреть. — Всё так же легко улыбаясь. — Посмотри на записях, в инфонете куча самых разных. — Ничего она не понимает! Я-то уже представлял, как стою и сурово сверху вниз смотрю на светящуюся планету и говорю: «Живите мирно, а мы вас защитим» и потом так резко разворачиваюсь, заряжаю свой громадный верный метатель новой кассетой, закидываю его за плечо и ухожу. В следующую серию. Эх, круто. А она мне «чем тебе цветочки не угодили»!

Посмотрел на неё. Женщина! Никогда она не поймёт мужчину.

— Просто сам хочу посмотреть.

— Ну, тогда собирайся и пошли.

— Всё! — Я вскочил с кресла — Собрался.

— Ах, какой ты быстрый. Настоящий воин! Но я-то слабая женщина, так, как ты, не могу. Сейчас быстренько переоденусь и пойдём. — Помня, как она «быстренько» переодеваться, забеспокоился.

— А мы не опоздаем?

— Не бойся! Без нас планета никуда не улетит. Она не корабль. — Встала, протянула ко мне руку, чтобы растрепать мои волосы. И чего там трепать то? Короткие же теперь, а она все равно руку постоянно тянет. Но сейчас на мне инфор, так что волосы мои защищены от посягательства!

Но мама Мили внезапно изменила направление и легонько щёлкнула меня по носу! От такого коварства я даже рот открыл.

— Не скучай, малыш. Я быстро.

Эх. Пришлось опять сесть в кресло. В прошлый раз она появилась через двадцать шесть с половиной минут. И это было «быстро». Сейчас посмотрим, что значит «быстренько».

Сидеть на одном месте мне надоело минут через пятнадцать. Может, прогуляться пока она там собирается? Вскочил, махнул рукой Велии, что стояла около двери:

— Я пока выйду, там погуляю. — Она с какой-то растерянной улыбкой пожала плечами. Хм… так можно выйти или нельзя? Покрутил головой, нашел взглядом Далию, которая зарылась почти с головой в одну из сумок Милисандры.

— Далия, я выйду из каюты, там вас подожду. — Далия оторвалась от раскладки вещей, переглянулась с Велией.

— Принц, а ты сегодня хорошо себя чувствуешь?

— Прекрасно. Даже есть не хочется. — Пока она пристально посмотрела на меня, боковым зрением я заметил, что Велия что-то показывает ей знаками. Какие-то военные секреты?

— Так ты только поел. Хорошо, выйди, но с уровня не уходи один. — В её голосе было такое сомнение, как будто я маленький и за мной обязательно нужен присмотр.

— Да, я тут недалеко, просто скучно сидеть и ждать.

Вышел из каюты. Тоже скучно, но хоть пробежаться можно. Внимание… бег! Первый круг я пробежал, казалось, на одном рывке. Эх, как же я соскучился по такому вот движению! На втором круге решил не рвать так, а то вспотею, Милисандра учует и отправит мыться, потом сама пойдёт переодеваться, потом внезапно настанет обед… Так мы на Обзорную палубу никогда не попадём. Надо держать ритм: пять минут бега, две минуты шага.

Из одной из кают вышла группа незнакомых людей, все с сумками. Видимо, слуги забирают багаж тех, кто тут летит. Я решил не останавливаться и прямо сходу их оббежать, но тут услышал возглас:

— Валериус, подожди! — И резко затормозил.

Нирона Хайдер, собственной персоной! Огляделся — это не та каюта, куда нас в гости приглашали. Значит та была всё же специальная, для приёма гостей, потому и в комнате тогда не было кровати, а был стол и экран. Так я и думал. Папа тоже сторонник проводить все общественные мероприятия в специальных помещениях, а не дома.

Стоял и ждал, когда это странная сама приблизится. Группа слуг с вещами остановились и уставились на нас. Меня обдала тяжёлая волна любопытства, идущая от них, разбавленная снисхождением, идущая от самой девочки. Сегодня она на меня смотрит как на балующегося ребёнка. Что, на этот раз сама уроки выучила получше?

— От кого бежишь? — Как объяснить гражданскому, что такое «тренировка»? Тем более, девочке. Да и нет у меня желания что-то объяснять, я побегать хочу. Точнее, хотел, она мне весь настрой сбила. Пожал плечами.

— А что? — Раз она со мной сразу «на ты», то можно не использовать протокол официальной встречи и отвечать универсальным ответом. Точнее вопросом.

— Ничего, я просто удивилась, увидев тебя от кого-то убегающим. — Она подошла так близко, что приторно-сладкий запах от нее стал очень сильным. Вот я бегал, а она чего не помылась? Уронила на себя духи — обязательно помойся.

Опять пожал плечами и сделал шаг назад. Она шагнула опять ко мне, в эмоциях на фоне снисходительности скользнуло раздражение.

— Ты сейчас сильно занят? — Опять пожать плечами? Тогда это может быть воспринято, как ответ «я совершенно свободен», а я занят, там меня Обзорная палуба ждёт. Потому с выражением твёрдой уверенности киваю головой.

— Сильно. — И опять делаю шаг назад. До чего же резкий запах.

— А когда освободишься? — И опять шаг мне навстречу.

Она издевается? Хотя ответ «для тебя — никогда» будет откровенным хамством, ответить так очень хочется. Или сказать «когда ты помоешься»? Тоже не очень хороший вариант, будет звучать, как будто она грязная или от неё воняет чем-то нехорошим. Выберем нейтральное, ничего не обещающее.

— Не сегодня. — И опять отступаю. Легкая тень тоски немного озадачила меня. Она так расстроилась? Чего так расстраиваться, ты же собралась учиться со мной в одном классе, увидимся ещё не один раз. Мне даже стало её жалко. Никогда бы не подумал, что она может так страдать.

— А когда? — Шаг ко мне, на лице улыбка, а в эмоциях раздражение и азарт.

Не понял, а тоска? Повертел головой, осматриваясь. Эта эмоция шла не от этой вонючки, а откуда-то сбоку, просто на грани восприятия. И сверху. Поднял голову. Хм… До потолка довольно высоко. Интересно, а что там может быть? А если шагнуть вправо?

Тут я чуть не упал! Сильнейшая ТОСКА и ГОЛОД просто стали давить мне на мозг, заставляя куда-то бежать, чего-то делать… Шагнул обратно и давление почти пропало, эмоции отдалились, как будто это что-то на краю уровня восприятия или что-то вроде неприятных воспоминаний. Отчего может быть такой резкий переход? Раньше всегда восприятие нарастало постепенно, а не так: сделал шаг и как подушкой по голове!

— Чего молчишь? Между прочим, когда тебя женщина о чём-то спрашивает, молчать невежливо.

Опустил голову и посмотрел на неё. Ха, тоже мне, нашлась женщина. Вот Куанг — женщина, это сразу видно, хотя и ростом становится выше меня только когда туфли на каблуках наденет.

— Мне нужно срочно уйти. — Надо посмотреть по схеме, что там может быть, но при этой «женщине» ничего делать не буду.

Эмоция была очень похожа на ту, которые выдавали наши собаки, так что там вряд ли голодный человек так тоскует. Скорее всего, там действительно собака, которую забыли покормить, вот и страдает, бедная. Посмотрю по схеме, вдруг тут тоже есть псарня, как у нас дома.

— Как освободишься, пришли мне сообщение. — И сказано таким тоном, как будто это не просьба, а приказ. Не буду ей напоминать, что её ВИНа я не знаю, всё равно общаться я с ней не хочу.

— Прощай. — Разворачиваюсь и бегу. До нашей каюты быстрее, если бежать в другом направлении, но не хочу с ней и с остальными пересекаться, я лучше круг сделаю и маму Мили в каюте подожду.

Всё, я в домике!

*****

На обзорную палубу мы отправились втроём: я, Милисандра и Велия. Далия чего-то там делала с багажом, который потом заберёт служба корабля, чтобы отправить на планету телепортом.

Мама Мили по её меркам действительно собралась «быстренько». В этот раз она хотя бы одежду сменила и переобулась опять в туфли на каблуках. В полчаса она не уложилась, но обычно переодевание у неё час занимало, а то и больше. Платье на этот раз было не как обёртка на все тело, а наоборот, свободное и короткое, какие она обычно носила дома. Я взял с собой инфор для Куанг, положив его в непрозрачную упаковку с ручками. Я ей уже написал, что куда собираюсь.

На обзорной палубе было просто море народу. Стенки оказались подняты, а за ними было стекло, и открывался просто гротеско-величественный вид.

— А стекло не сломается, если в нас метеорит попадёт?

— Нет, не сломается. Это не стекло, а стеклолит. Да и это не само стекло, а стереопанель. Само стекло и камеры стоят не тут, это вид из рубки корабля. — Просто мега круто! Хочу в рубку корабля!

— А в рубку меня не пустят?

— Нет, Валя. Детей туда точно не пускают.

— А кого туда пускают?

— Не знаю, не интересовалась. — Она виновато пожала плечами.

— В рубку пускают только старших пилотов, моника и капитана. — Это молчунья Велия своим мягким голосом влилась в наш диалог.

— Вот! — Мама Мили обрадовалась уточнению. — Значит, выучишься на… — Она неуверенно огляделась. — На пилота, вот тогда и сможешь заходить в рубку.

— Зачем мне учиться на пилота? Я же воин! Я стану капитаном!

— Чем тебе пилоты не угодили? Очень хорошая престижная профессия. Ничуть не хуже капитана.

Опять говорит глупости. Как пилот может быть не хуже? Капитан это командир всех на корабле. Герои могут быть только капитанами.

А планета была такой… непонятной. На фото были яркие контрастные цвета, а тут всё размытое. Как будто на объектив камеры, которой снимают, вода попала. Но какой может быть дождь в космосе?

— Нравится? — Милисандра с улыбкой смотрела на меня, а не на планету.

— Плохо видно. На фото все было чётче. Камеры плохие. Вон, разводы белые. — Я не придирался, действительно как-то разочаровывает зрелище.

— Да нет. Просто звезда немного сбоку, а на планете ещё и облака как раз под нами. Неудачное время для рассматривания планеты.

— Не повезло? Ну, ничего, в следующий раз прилетим, когда не будет облаков.

— Заранее никак не угадать. — Она смотрела на меня серьёзно, но в эмоциях снисхождение и умиление.

Эх, я для неё всё ещё ребёнок, а ведь мне скоро двенадцать. Ну и ладно. Стану героем, никто не посмеет сомневаться в том, что я взрослый! Ещё раз посмотрел на планету. Скучный вид, посмотрели — можно уходить.

— Тогда не интересно. Пойдём, поедим!

— Валя, мы же только что завтракали!

— Это было давно, я уже проголодался. Раз уж утренняя тренировка отменилась, а смотреть тут совершенно нечего, нужно заняться полезной работой. Поесть!

Тут я почувствовал в зоне своей чувствительности Андрио с Пиколеттой. И Слера. Он опять подкрадывался ко мне со спины, видимо, считает, что это очень смешно, когда человек пугается. Со мной это у него не получилось в прошлый раз, вот он и решил повторить. Умные люди учатся, развиваются. А этот ничуть не меняется.

— Привет, Принц! — И громкость его тоже не изменилась.

— Привет, Слер. — Мог бы и не подходить так близко, я бы тебя услышал, если бы ты проорал от самых лифтов.

— Привет, Принц Валериус, Первый и Единственный. — Это Пиколетта решила показать мне, что она знакома с этикетом и наклонилась, одновременно раздвигая свою юбку. Или это платье? А, не важно, в общем, то, что у неё там висело ниже пояса. Брат её, как и в прошлый раз, просто кивнул с серьёзным лицом.

— Ты уже посмотрел на планету? — Слер решил меня озадачить глупым вопросом. И что ответить на него? Нет, я стоял тут закрыв глаза! — Круто, правда? Вон, Пиколетта боится, что камень попадет, разобьёт прозрачную перегородку и мы все умрём, ага. А ты не боишься?

Он явно решил меня напугать, во что бы то ни стало. Смешной. Сейчас я ему покажу всю мощь своего ума.

— Нет, не боюсь. — Я встал в гордую позу, а потом повернул голову к Пиколетте. — И ты не бойся. Это перегородка не тут, она там, где рубка корабля. И мы смотрим на стерео экраны. — И пренебрежительно махнул рукой. А мама Мили промолчала, хотя в эмоциях у неё умиление усилилось, а гордость таким умным и красивым мной так и не появилась.

— Круто! А если там перегородку сломает?

— Неужели непонятно, что она на внешней стороне корабля, за ней только камеры, а потом уже глухие непроницаемые стенки. Наоборот, она создает дополнительную защиту, если нападут пираты и выстрелят прямо в рубку.

— Какие пираты? — Слер был действительно удивлён. Неужели не знает о космических пиратах? Совсем у них там на планете не уделяют внимания образованию.

— Как какие? Космические пираты. Ты что, не смотрел «Падающие звёзды»? Уже вторая часть появилась, я у сестры совсем недавно переписал.

— О! Круто! Я не видел. Давай, ты мне про пиратов, а я тебе про жуков дам посмотреть.

— А что за жуки? Я не очень люблю биологию, если честно. Я её ещё не изучал, но заранее не люблю.

— Не знаю, кто такая «биология», с ней я тоже не знаком, ага. А жуки самые обычные, космические. Пришельцы.

— А-а, если космические, то давай. Я их убивал сотнями, даже награду получил за это. — Оказывается, Слер интересный собеседник, а не такой, как взрослые.

— Мальчики, вы о чём тут говорите? — Пиколетта в эмоциях выдала раздражение на нас обоих и досаду, но на что, не понял. А в голосе она постаралась изобразить недоумение. По мне, она явно прогуливала риторику.

— А ты разве сама не поняла? — Это Слер удивился вопросу. И стал пристально всматриваться в девочку, явно заметив знаки, которые вызвали сомнение в её правдивости.

— Нет, не поняла. Вы говорите о какой-то непонятной ерунде.

Вот же приставучка. Не даёт поговорить с умным человеком. Специально медленно перевёл на неё свой взгляд, потом медленно повернулся к Слеру.

— Слер, как называется твоя видеопостановка?

— «Планета под властью жуков», ага. — Я опять медленно повернул голову к девочке и наставительно, как маленькой объяснил:

— Слышала? Мы о «Планете под властью жуков» говорим. Что тут непонятного?

— У неё тоже вторая часть скоро появится, мне куратор рассказывал, ага. — Это Слер проорал свой комментарий так, что Пиколетта вздрогнула, хотя и до этого мой собеседник совсем не шептал.

— Будет со временем у меня получше, обязательно посмотрю. Ты мне по ВИНу скинь потом.

— А ты мне сейчас скинь, у меня времени много. После учёбы чем ещё заниматься? — После учёбы? Я лично, после учёбы просто падаю и сплю. Редко, когда можно посмотреть кусочек видео или почитать литературу. Да и то, в основном, читаю учебное что-то.

Тут Велия показала знаками, что им с Милисандрой надо отойти по какому-то делу. Выдав знак «понял, жду тут», я огляделся.

Шум разговоров вокруг нарастал. На обзорный палубе собралось всё больше и больше народа, видимо, многим захотелось посмотреть на планету «собственными глазами». Вот эта группа, явно наёмники. Стоят небольшой группой, что-то обсуждают, иногда взрываясь хохотом. На плечах тот знак летающей девочки, что я тогда видел на двери в раздевалку. Действительно, одни мужчины, почему тогда знак отряда летающая девочка? Ну, она хоть не в чулках, как та, что была на коробке с инфором.

Что делать с инфором, который у Куанг вызывал такие бурные отрицательные чувства, я просто не знал. Я уже думал, что если она откажется стать секретарём, подарить его ей на день рождения по лунном календарю. Она же сама сказала, что у неё как раз он будет скоро, но если она опять откажется принять, то будет совсем неловко. А другой кандидатуры пока у меня нет. Хотя, пока она кандидат в мои секретари, вот пусть и советует, что с ним делать.

— О, Слер! Ты тоже тут? — Раньше не замечал, но люди действительно задают много вопросов, на которые уже и так знают ответ. Мама на это мне указывала, и говорила, что вопросы называются «риторическими» и отвечать на них не обязательно.

— Нет, меня тут нет, тебе это всё кажется. — Слер явно обрадовался появлению ещё одного участника нашей встречи.

Взрослый парень, выше всех нас на голову примерно. Одет в странный костюм, в котором преобладали коричневые и жёлто-песочные цвета. Мне кажется, они совсем ему не подходят, но тут я не советчик. Вдруг, у них на планете это самые модные расцветки?

— Тогда у меня плохие новости для моей мамы. — Парень деланно испугался и сделал большие глаза. — Оказывается, её сын начал видеть невидимое и слышать неслышимое. Может, я тоже моник? Всё, мы с тобой будем учиться вместе.

— Не, ты же старше на пять оборотов, куда тебе в среднюю школу, тебе или в старшую или в Академию надо. — Слер, улыбаясь, махнул рукой.

— Так я в Академии и учусь, второй круг уже, если ты забыл. Хотя, не прочь вернуться в среднюю школу. Можно даже в начальную, помнится, там было намного веселее, чем в Академии.

— Если я это забуду, ты мне ещё это несколько раз расскажешь. — Парень только подошёл, а настроение у всей троицы поднялось сразу же. — Да, а от чего это для твоей мамы эта новость плохая? Моя вот совсем наоборот, была счастлива до умопомрачения, что я моник. И до сих пор не может поверить в такое счастье, всем только об этом и говорит, а со мной потом никто не хочет разговаривать.

— Эх, ты просто не знаешь, как моя мама вас боится! — Он перешёл на громкий доверительный шёпот. — Видишь, даже к тебе я подошёл без неё, потому что она стоит вон там с пастором и молится за мою пропавшую душу. — И сложил перед грудью ладошки вместе и посмотрел на потолок.

Не знаю такой веры, движение незнакомое. Видимо, что-то с окраинных планет. Я изучал все конфессии в рамках уроков истории и этики. Даже дипломатия учитывает все эти отношения с различными религиозными деятелями, потому что любая религия — это деньги, а значит с ними можно вести деловые отношения.

— Я с ней согласен, душа у тебя точно скоро пропадёт. — Вступил в разговор Андрео. — Кто эта Леди, что смотрит на мою сестру так сердито? Ты опять кого-то обманул, сказав, что помолвлен с моей сестрой? — Андрио тоже широко улыбался. А я думал, что он в принципе на это не способен, такой он серьёзный всегда.

— Ты что! Я никогда не обманываю Леди! — Парень сделал театрально-возмущенное лицо, но потом уточнил. — Во всяком случае, так нагло. Я просто намекнул, что не свободен и пошёл в вашу сторону. Остальное она додумала сама. Женщинам не надо врать, мой юный друг. Они с этим прекрасно справляются сами!

— Принц! — Опять завопил Слер уже обращаясь ко мне. — Я тебя давно хотел познакомить со своим другом, Эрцехором. Представляешь, он настоящий барон!

— Дай угадаю. — Я сделал вид, что глубоко задумался. — Он с тобой сидит за одним столом в едальне? — Поднимаю кверху палец, как будто озарённый внезапным откровением свыше.

– Да, а как ты догадался? — Он действительно сильно удивился моим словам.

Ха, а кто ещё он может быть? Он старше — значит не может быть одноклассником. У них разные семьи — значит не брат. А то, что у Слера все, с кем он хоть раз поел за одним столом — друзья, я отлично помнил.

— Мне об этом нашептали высшие силы! — Обе руки ладошками вверх, лицо задрать к потолку. Я принял мистическую позу, какая была у проповедника на той службе в храме Света, когда я единственный раз его посещал. Всеобщее веселье увеличилось.

— Привет, Эрцик. — Парень получил чувствительный удар сзади в плечо от подошедшего со спины какого-то не сильно высокого крепыша его возраста. — И ты тут? А это что за малыши?

— Рейн, ты что! Уйми свой провинциальный нрав и пади ниц перед высокими людьми! — Эрцехор развернулся и хотел в шутку ударить в солнечное сплетение подошедшего, но тот как-то даже лениво заблокировал его удар двумя руками. — Перед тобой принцы и принцессы с далёких и таинственных планет!

— Что-то не вижу тут никаких принцесс. — Крепыш со скептической недоверчивой улыбкой осмотрел Пиколетту с ног до головы. А в эмоциях была наоборот, сильная заинтересованность. — И тем более принцев. — Повернулся он опять к своему собеседнику.

— Слушай, мой провинциальный друг, а ты хоть раз в своей жизни видел настоящую принцессу?

— Нет. И принцев тоже. И не страдаю от этого. У нас их нет, у нас демократическая Республика, зачем нам эти принцы и принцессы? — А любопытство ещё больше разгорелось. Зачем это он врёт так нагло? Тем более, Слер вон стоит, а он наверняка видит это враньё, раз уж даже я это понял.

— Тогда, мой друг с индустриальной планеты, узри ранее незримое! Вот тебе настоящий принц. — И он с церемониальным поклоном двумя руками показал на меня.

— А ты действительно принц? — На лице насмешка, а внутри всё ещё сильное любопытство.

— Да. — «Принц» — это мой позывной, а не титул, как все тут почему-то думают, но объяснять это каждому я не хочу.

— А это у тебя что, корона? — Со скептической улыбкой ткнул он пальцем в мой инфор.

— Нет. — Рассказывать незнакомому человеку, что такое боевой инфор, и что зубцы на нём — различные съёмные боевые модули, я не собирался. Я и сам в них до конца ещё не разобрался, всё времени особо не было, уж очень внезапно мне открыли полный доступ, даже не предупредив об этом.

— А чем тогда докажешь, что ты принц? — Очень интересно. Доказать было легко, достаточно было показать «смертную табличку», на которой было написано «Принц», пусть и по-кирильски, но делать этого не хотелось. Он сразу поверил в слова о том, что я принц, но зачем-то требует доказательств. Странный человек. Так что, я просто пожал плечами.

— Так я и думал. — Парень кивнул как будто своим мыслям, типа, «так я и думал, никакой ты не принц», хотя вера в то, что ему не соврали, в нём осталась. Впервые встречаю такого человека, у которого то, что чувствует полностью противоположно тому, что показывает снаружи. — Всё ещё не вижу тут принцев. — Повернулся он к Эрцехору.

— Так у тебя плохо со зрением? Может тебе просто у медика провериться? — Деланно участливо ответил ему его друг. Улыбка снаружи и презрение внутри. И этот стал снаружи и внутри разным. Так это заразно?

— У психиатра. Ага. — Это едва слышно буркнула, глядя в сторону, Пиколетта.

И тут я с ней был полностью солидарен. У этого парня явное раздвоение личности, ещё и заражает им других. Вообще, странно, что девочка стоит и молчит уже столько времени, хотя в уме явно обзывает подошедшего всякими нехорошими словами. На неё не похоже. Зато это «ага», оказывается, не только ко мне прилипнуть старается.

Где-то на границе зоны моей восприимчивости я почувствовал знакомый эмоциональный узор. Куанг тоже тут, а рядом, насколько я помню, её сестра, что проиграла мне свою работу на десять стандартных оборотов. Я же хотел над ней поиздеваться, но теперь, когда я хочу, чтобы Куанг стала моим секретарём и финансовым советником, смеяться над её сестрой будет неловко. А главной наёмницы поблизости не чувствовалось. Вот этой я бы устроил сеанс дипломатических издевательств. Это она устроила тогда все эти пари и ставки, просто подставляя свою подчинённую, а сама хотела смотреть со стороны на это.

— А чего твои друзья молчат? — Слова Пиколетты крепыш услышал, и они его явно задели, но он сделал вид, что глухой. Во время своего вопроса, он хотел ударить Эрцехора кулаком в плечо, но тот легко увернулся. Движения хорошего бойца, а чего тогда он разрешил тогда ударить себя по плечу в первый раз? Неужели не заметил подошедшего сзади?

— Мои друзья, мой искренний сторонник демократии, как и я, люди благородные. — «Настоящий барон» уже широко улыбался, но в эмоциях всё так же излучал сильное презрение. Нет, я ошибся, этот подошедший человек совсем ему не друг. — Раскрою тебе тайну: нам нельзя разговаривать с теми, кому мы не представлены, это не вежливо. Нарушение этикета — это удел таких, как ты.

— Ой, какие церемонии, я сейчас просто расплачусь от того, что нарушил какие-то там этикеты, протоколы и разные другие ваши штучки. — Парень обиделся, почувствовал себя неловко, когда ему указали на его ошибку, но внешне постарался этого не показать. — Ладно, я пойду, там с нашей группы Пельмень ещё летит, подходи к нам, как закончишь нянчиться с этими. — С презрением мотнув головой в нашу сторону, он медленно развернулся и ушел куда-то в толпу.

— Извините, благородные господа, мой одногруппник совсем не умеет себя вести. — Он всё так же улыбался, но улыбка у него была совсем не весёлая. Общий дружеский настрой, что только царил в нашей компании, был сбит этим приходившим.

— Да ладно, ты не виноват. — Слер же не благородный, помнится, он с аграрной планеты, но спокойно воспринял это и на свой счёт. Если подумать, я тоже к «благородным» не отношусь, хотя и слышал, как мою семью называют «высокой» из-за близости родственных связей к корпоративным семьям.

А народ прибывает. Тут что, в конце соберутся люди со всего корабля? Они же даже в три ряда тут не поместятся. Куанг меня увидела, я почувствовал её внимание и ожидание. Чего это она не подходит? Ладно, подойду к ней сам, поговорить с ней надо. Сообщениями общаться не буду, она на них слишком официально отвечает. Спрошу, что она за ночь надумала.

— Мне надо отойти по очень важному делу. Потом подойду.

Все трое понимающе заулыбались. Странно, о чём это они все подумали? Хотя, какая разница, пусть думают, что хотят, а я пока найду Куанг.

Поискал глазами то, что давно чувствовал в эмоциональном поле. Ага, вот и она. Стоит рядом с сестрой, смотрит и ждёт, пока подойду.

— Приветствую Вас, мой Принц. — И поклонилась. Опять на «Вы» со мной? В эмоциях легкая насмешка. Наверное, за ночь она передумала наниматься ко мне на работу, я же так и не сказал ей какую зарплату буду платить. И утром не написал, хотя обещал. Забыл совсем.

— Приветствую Вас, Монкут Куанг. — И тоже поклонился, как она. Ты надо мной смеёшься, я тоже пошучу. — И вам привет, сестра Монкут Куанг. — Как её зовут, у меня из головы вылетело совершенно, но поиздеваться над ней это мне не помешает! О том, что сам хотел этого не делать, я забыл. Вспомнил, когда закончил говорить эту фразу.

— Приветствую Вас, Принц Валериус, Первый и Единственный. — И тоже поклонилась!

А в эмоциях страх. Она меня действительно боялась. Всё, смеяться над ней у меня пропало всякое желание. Когда ты смеёшься, а над тобой смеются в ответ — это поединок. Выиграть в таком очень почётно. А если ты смеёшься, а тебя боятся, то это избиение. А оно недостойно воина, будущего Настоящего Героя Галактики.

— Куанг, ты подумала над моим предложением. — Собью этот официальный настрой разговора.

— Да, мой Принц, я подумала. — Ещё большее веселье в мыслях. И опять поклон. Я их уже стал потихоньку ненавидеть. Я понял, поклоны нужны, чтобы делать дополнительные паузы, растягивание слов им недостаточно.

— И каков будет твой ответ?

— Моя сестра мне советует отказаться от чести быть твоим секретарём. — А это она зачем мне говорит? Её сестра мне совершенно не интересна. Пусть думает, что будет делать, когда срок службы настанет. — Говорит, что ты очень коварный молодой человек и хочешь меня завлечь своими деньгами и подарками.

— Какими ещё «своими деньгами»? У меня же нет никаких денег. И никогда не было.

— Точно! Получается, чтобы получать у тебя зарплату, мне сначала нужно заработать денег для тебя? — Интересный поворот! Она уже даже не прятала улыбку.

Эй, да это она не надо мной смеётся, а над сестрой! Вон как на неё косится, а её сестра внутри начала откровенно злиться, а не только выдавать страх. У них там конфликт какой-то, или просто принято так подтрунивать друг над другом? Что ж, для пробы, поддержим насмешку над сестрой.

— Так ты же не только на свою зарплату заработаешь. Еще и добудешь денег для пропитания твоей сестры, когда она начнёт служанкой у меня работать. Платить я ей не обещал, но кормить иногда придётся. Иначе десять оборотов она никак не продержится — умрёт с голоду!

О! Я угадал! Удовлетворение моей понятливостью в эмоциях.

— Ты что! — Она сделал вид, что испугалась. — Моя сестра не такая! — И обратилась уже к сестре. — Дунг, ты же не будешь объедать нашего господина, принесёшь еду для себя с собой, правда?

Точно какой-то конфликт. А мне казалось, что у них полное взаимопонимание в отношениях, судя по той самоотверженности, с какой раньше та защищала сестру от страшного меня.

— Я приложу все усилия, чтобы господин Принц остался доволен. — Тут Дунг опять поклонилась. — Той заменой, которую я ему предоставлю вместо себя. — Точно, на счёт поклона для паузы я оказался прав. Прекрасная шутка получилась, мне самому понравилось.

А Дунг грустно посмотрела на сестру, потом на меня, потом опять на сестру.

— Успокойся, Куанг, я не составлю тебе конкуренцию. Пойду к своим, долго тут не болтайте, скоро посадка в челноки. Верхний уровень идет, как всегда, первым рейсом. — Это она уж мне говорит, всё ещё грустно улыбаясь, затем уходит. Её всё же расстроил конфликт с сестрой.

— Вы поругались? — Решил прямо спросить я. Не люблю эти все наводящие вопросы и ходьбу вокруг.

— Вчера я решила спросить у неё совета, идти мне к тебе секретарём или остаться в наложницах. — Как она могла остаться в наложницах, если там ещё не была? — Сестра сказала, что работа у тебя секретарём по финансовым вопросам — мой самый глупый выбор, какой я только могла сделать.

— И это тебя обидело?

— Нет. — Она замотала головой, задумчиво смотря куда-то в сторону. — Она не разбирается в этой работе, потому и боится её. Это нормально, я тоже боюсь того, чего не понимаю. — Странно. А причина конфликта тогда в чём?

— Почему же тогда ты только что так себя вела? — Но она промолчала, опять замотав головой. В эмоциях обида на сестру и обида на себя.

— Куанг, давай ты просто скажешь правду. — Я постарался сделать свой голос проникновенным, как учили на риторике. — Или тебе подарить такие же серьги, как ты выбрала моей младшей сестре? — Она внутренне напряглась и ответила, как в воду прыгнула:

— Она боится работы секретаря, а я боюсь быть наложницей.

— Почему? — Она же сама напрашивалась стать подругой моей жены, а теперь такое заявление?

— Знаешь, я совершенно не знаю ничего из того, что должна знать и уметь наложница. Это сестру с десяти оборотов учили и воспитывали, как будущую наложницу. Она хорошо знает, что это такое и считает, что это надёжнее, чем иметь дело с чужими деньгами.

— А ты так не считаешь?

— В чём-то она права. Если наложница ошиблась, то её просто побьют палками и всё. Ну, ещё могут выгнать, как выгнали её саму. После этого она и ушла в тот отряд наёмников, что выполнял какую-то работу в космопорту у нас на планете. Боевое искусство она изучала с малого возраста, как и все девочки нашего рода, так что её сразу приняли. — Опасно, оказывается, быть подругой чьей-то жены! Могут побить, выгнать, а ещё и образование нужно специальное иметь.

— Я не буду тебя бить, обещаю. И своей будущей жене не дам. — Мне казалось, что битьё палками это где-то далеко и вообще бывает только в видео.

— Спасибо, мой Принц. Только люди со временем меняются. — Она грустно улыбнулась мне. — Изменишься и ты.

— Я не изменюсь! — Я был в этом уверен на все десять баллов! Только мои слова явно девушку не впечатлили.

— Когда мы договорились с той семьёй, куда отдали Дунг, то нам казалось, что там её ждут, как дорогой подарок. Они обещали хранить её и оберегать, как члена семьи. — Она опять перешла на ритм и тон рассказчицы. — Но прошло меньше двух оборотов, и она наскучила сыну главы, да и его жена почему-то сильно сестру невзлюбила. Сначала её хотел забрать себе в постель сам глава, но она отказалась. Её побили и хотели отправить в море, добывать еду, но она опять воспротивилась, за что её побили ещё раз и посадили на воду. У нас гордый род, она просидела три дня на одной воде, но отказалась подчиниться. Тогда её с позором выгнали. Все осуждали её, ведь она не выполнила приказа своего господина, а это очень серьёзный проступок. Что именно там произошло, она никогда мне не рассказывала, но подозреваю, что то, что сказано официально, на самом деле далеко от истины. Она решила сбежать с планеты, нанявшись на какой-нибудь корабль. Я сейчас знаю, что ей просто сильно повезло вообще остаться в живых или не попасть в руки тем же работорговцам. Девушка, молодая и красивая, без поддержки семьи и рода, по сути вне закона, а значит — лёгкая добыча.

— А разве у вас на планете есть рабство? — Надо почитать про эту планету, раз теперь мне хоть название известно, а я в который раз откладываю.

— Работа на полях или в море — тяжёлый, но частично примитивный труд. Его легко можно поручить рабам. Да, ты прав. У нас много островов, на которых можно встретить самых настоящих рабов. Хоть они и считаются просто крестьянами.

— Действительно, получается, ей очень повезло. — Задумчиво протянул я. У них на планете работа подруги жены очень сложная и опасная, понятно, почему на неё надо учиться.

— Конечно! Жизнь наложницы тоже бывает опасна, странно, что сестра об этом забыла. — Как будто прочитав мои мысли, ответила Куанг.

— А работа секретаря, по её мнению, ещё опаснее? — Впечатляющий рассказ. Умеет же Куанг своим размеренным голосом вызывать жалость и сострадание. Я даже на эмоциональный шум вокруг в какой-то момент перестал обращать внимание.

— Потерять чужие деньги — это не отказать какому-то возомнившему главе отсталого рода. Самое малое, что могут за это сделать — это просто убить.

— Убить — это самое малое? — Что может быть хуже смерти?

— Например, могут убить не тебя, а твою семью. И будут ещё долго мучить их перед этим. Могут продать в Красный дом тебя и твоих близких, чтобы отрабатывали всю жизнь этот долг. Большие деньги — большая опасность.

— А если я пообещаю этого не делать? — Но на моё заявление не изменило её пессимистический настрой.

— Мой Принц, ты сам сказал, что денег у тебя нет, а значит, начальный капитал будет не твой, а твоих родителей. Они такого обещания никогда мне не дадут. Да и никто не даст. А финансовый мир всегда имеет свои риски, которые не спрогнозировать никакими способами, потери вполне возможны.

Интересно, а если деньги будут лично моими? Попросить, чтобы дали мне, даже если потеряются, меня-то убивать никто не станет, надеюсь. Сколько-то денег мне дадут обязательно, но вот хватит ли этого? Я же совсем в этом не разбираюсь. Надо узнать нужную сумму и попросить у мам, немного у каждой. Или, просить помощи у женщин воин не может? Хм… Значит, нужно искать другой путь.

— Тогда, я постараюсь заработать начальную сумму сам. — Ну и что теперь у неё за вид? Как у мамы, что услышала милую глупость от малыша!

— Тогда конечно, стоит согласиться с таким выгодным предложением. — Она улыбнулась так тепло и искренне, что мне захотелось не обращать внимание на то, что внутри она испытывала сильную горечь и небольшое разочарование мной. Разочаровать кого-то из близких — это очень задевает.

А Куанг теперь мне близкий человек, я это остро почувствовал. Когда это она успела им стать? После того, как мы поели вчера за одним столом? Друзей у меня раньше не было, будет моим другом номер один. Я думал, что им станет Слер, но Куанг успела раньше его.

— Получается, быть наложницей ты боишься, а секретарём — за тебя боится твоя сестра. — Упростил я для себя все её слова. — И чего ты тогда решила?

— Мой Принц! — Вздохнула она. И внутри такой настрой, как будто устала она объяснять понятные любому ребёнку истины. — Отдать право распоряжения своей честью можно только один раз в жизни. Ты мой Господин, а в какой роли, должен выбрать ты сам.

Опять она сваливает на меня выбор. Знал бы заранее, никогда бы не согласился с этой передачей, отдал бы эту головную боль её сестре, пусть бы по-семейному разбирались между собой.

— А ты выполнишь всё, что я прикажу?

— Ты уже спрашивал это. — Она устало улыбнулась где-то внутри, снаружи оставаясь серьёзной. — Да, я выполню всё, что ты прикажешь.

— Всё-всё? — Раз повторение того разговора вызывает у неё улыбку, нужно попробовать улыбку продлить.

— Всё-всё. — Действительно, подействовало. Улыбка стала веселее.

— Тогда, как твой Принц, я тебе говорю: с этой минуты ты — мой доверенный секретарь. — Сказал я, вручая ей коробку с инфором. Не зря взял с собой на обзорную палубу.

— Только секретарь? — Она смотрела на меня с уже с открытой улыбкой, забавно прищурившись.

— Когда у меня появится невеста, будешь наложницей. — Но, почувствовав опять появившийся в ней страх, поспешно добавил. — Если сама захочешь.

— А зарплата у меня какая будет? — Всё та же улыбка и прищур вернулись.

— Будешь забирать половину того, что для меня заработаешь.

— Половину у тебя будет забирать жена. — Она шутливо погрозила мне пальцем.

— Тогда половину моей половины. С тобой всё поровну! — Она задумалась лишь на пару секунд.

— А если у тебя появится ещё один секретарь? — Зачем? У папы, точно знаю, всего один секретарь. Это помощников много. Да папа сам работает одним из помощников.

— Значит, ты ему и назначишь зарплату. Ты главнее всех.

— А если у тебя появится ещё одна наложница? — Тут я задумался.

Смутно помнится, но вроде как фрейлин у королев всегда было много, так что это вполне возможно. Не будет же у моей невесты всего одна подруга? Хотя, пусть невеста сама решает, её же подруги.

— Это будет решать моя невеста. Или жена. — И она очень удивилась. Вида постаралась не подать, но внутри посчитала меня маленьким и наивным.

— Если ты действительно считаешь, что так будет, то я даю согласие быть твоим личным секретарём. — Торжественно сказала она и прижала руки к груди накрест, ладошки почти на плечи положила, затем поклонилась. Новое в видах поклонов от Куанг!

Может она и права на счёт наивности, но невесты у меня ещё нет, будущая наложница только что ею быть перестала, так что мне об этом рано ещё думать.

— Замечательно. Всё, ты теперь у меня работаешь.

— Какое будет для меня первое задание?

Пиликнул брасик, но я пока не стал смотреть, что там за сообщение пришло.

— Первое задание: пойти и помириться со своей сестрой. — Пусть помирятся, а то я сам буду об этом постоянно думать и расстраиваться, что послужил причиной их конфликта.

— Слушаюсь, мой Принц. — Она поклонилась уже обычным поклоном. Серьёзная, а внутри улыбается. Ну и славно. И я уже начинаю привыкать к этим поклонам, уже даже почти не дергаюсь.

— Давай, иди. Я, как узнаю свой адрес, тебе сообщение сразу пошлю. Не потеряемся.

Она ещё раз торопливо поклонилась и буквально убежала. Правильно, мириться с родными нужно поскорее. Это поссориться можно и опоздать!

Так, ага… Пришло сообщение от Милисандры, чтобы я прощался с друзьями и шёл в каюту, через двадцать минут объявят посадку на наш челнок.

Покрутил головой, потому что не чувствовал никого из них рядом. Глазами нашёл только Слера, он разговаривал с одним взрослым парнем. Я его узнал: один их тех двоих из игровой. Тот, с которым я тогда подрался, Эрнест, кажется. До чего же неприятное имя на слух, вот и запомнил. Нет, не буду подходить, времени совсем нет на выяснение отношений. Бегом до лифта.

Выйдя на своем уровне, я вдруг вспомнил про ту собачку, которую забыли покормить. Сейчас начнётся суета с высадкой, и она опять останется голодной. Я же хотел посмотреть по карте, где эта псарня.

Странно, а на карте ничего нет. Мы же на верхнем уровне, а выше, утверждает карта, нет ничего. Как же так, я же сам был наверху тогда, когда ходил за сокровищами пиратов! Получается, собака где-то там?

Стал вспоминать, где конкретно я её «услышал». Вот, примерно эта каюта. Ага, вот тут примерно я остановился и сделал два шага назад, когда на меня наседала эта газовая бомба. Удивлён, что до сих пор тут не стоит тот удушливый запах, так она «благоухала». Хорошая тут вентиляция.

Сейчас ничего не слышу. Её покормили? Или нет, я же ещё шаг вправо делал.

Да! Меня опять обдало голодом, тоской, которые были уже какими-то усталыми. Мне кажется, или собачка там на самом деле умирает! Открыл карту. Вот, совсем рядом та дверь с лестницей, через которую я тогда возвращался из своего приключения. Может, быстренько, буквально одним глазком, глянуть, как там эта собачка и сразу назад. Пароль у меня от двери сохранился, время до сигнала на посадку ещё есть.

Решено! Охотник за сокровищами снова в деле. Там нет связи, так что решил активировать таймер на шестнадцать минут, чтобы следить за временем. Столько осталось до объявления посадки.

Почти бегом забежал в дверь, что вела на лестницу, потом поднялся до той, что с перекладинами. Так, где тут у меня модуль с перебором? Ага, вот список найденных паролей, нам нужен второй. Сенсор-панель вверх, ввожу цифры. Подошло. Правильно, это не военная база, где такие пароли должны сменяться через смену. Захожу на этот тёмный этаж, дверь закрывается, и я опять оказываюсь в полной темноте, которая разгоняется только моими «красными ушками» модулей инфора. Тишина полная. Выкрутил микрофоны на полную чувствительность, но всё равно ничего не услышал. Собаки обычно издают кучу разных звуков, а тут совсем ничего не слышно. Если применить масштаб, то псарня должна быть где-то рядом. Иду потихоньку, старательно прислушиваясь. Вот и мостик через ту трубу, что чуть не оторвала мне все волосы вместе с головой.

Есть! Опять ощущение голода и тоски. Я стою на мостике, а моя чувствительность показывает, что волны идут с того места, куда уходит эта труба, только в прошлый раз я ходил по ней в противоположную сторону. Может, это труба кормушки, и я тогда что-то сломал в системе автоматического кормления? Нужно посмотреть и всё обязательно исправить! Только вот для этого нужно спуститься с мостика и пойти по трубе. Стало страшно. Я вдруг вспомнил, как она тогда завертелась, и я чуть не остался сначала без ноги, а потом и без головы. А если кто-то включит её опять, как только я спущусь с мосточка на трубу и пойду по ней?

Очередная волна голода, оказавшая очень сильной, ещё сильнее меня смутила. Там голодная собака, а если она захочет меня съесть? Нож у меня с собой, только если вспомнить тех зверюг, что охраняли наш дом, он мне не сильно поможет.

Но эта просто неимоверная грусть брошенного всеми! Эти волны тоски постепенно забивали все мои страхи. Там кто-то страдает, ему плохо, а я тут стою и боюсь. Это недостойно настоящего воина и будущего Героя всей Галактики, так что, вперёд на подвиг. Только одним глазком гляну, исправлю то, что сломал, а потом быстренько назад.

Может это мне показалось, но в эту сторону труба была гораздо длиннее, чем до того переключателя, что включал её вращение. Вокруг была звенящая тишина, никакого лая или скуления, только волны голода и тоски постепенно становились совсем невыносимыми. Я еле сдерживался, чтобы не побежать. Куда угодно: побежать помогать или бежать отсюда, не важно, лишь бы это всё прекратилось побыстрее.

Впереди стала видна стена. Осторожно подошёл ближе. Труба уходит в какой-то большой агрегат, от которого одна стенка и видна, остальное закрыто наглухо. Справа есть немного свободного места, где можно стоять. Пол выложен небольшими квадратными пластинками. Эмоциями голода и тоски мир вокруг уже заполнен полностью, кажется, они идут отовсюду, проникая меня насквозь.

И никого нет. Собачка, ты где? Неужели ты хочешь, чтобы я тут и умер от твоего голода? Мне уже стало казаться, что если я не поем, то мой желудок сам меня съест. Умом я понимал, что голод не мой, но ощущениям приказать было сложно.

— Есть тут кто-нибудь? — Мой шёпот, казалось, прозвучал сильнее «обычного» голоса Слера.

У меня же чувствительность микрофонов на максимум стоит! Звук поглотился стенами, какое-то специальное покрытие, но всё равно, сам себя испугал. Замер, прислушиваясь. Точно, есть какие-то движение у меня под ногами. Какое-то шебуршение и писк. И этот писк я уже слышал, но не обратил тогда внимания. Он похож на сигналы, которые постоянно издают приборы, потому мозг, видимо, привык воспринимать этот звук как что-то фоновое.

Все звуки у меня под ногами. Присел, поглядел внимательно. Ничего нет. Руками поводил на всякий случай, вдруг что-то мелкое валяется. Или невидимое. Тоже нет. А время идёт. Вот-вот объявят посадку, а я тут ищу собаку-невидимку. Шебуршение повторилось, идет откуда-то из-под самого агрегата. И как мне под него заглянуть? Инфор мешает приложить голову на пол и посмотреть, а если я его сниму, то вообще ничего не увижу. Лёг на бок. Точно, не получается заглянуть. Сунул руку, как раз пролезла, пошарил так, вслепую. О! Одной клеточки пола под агрегатом нет. Изловчился, попробовал засунуть руку в пустоту. Нащупал что-то мягкое и тёплое. Ага, есть что-то живое.

Ай-ай! Это живое вцепилось зубами или когтями мне в руку! Резко выдернул, ещё больше поцарапав руку об агрегат. Эй, собачка! Ты чего там делаешь? И вообще, кто же так встречает своего спасителя?

Тоска из моря эмоций ушла, зато появился ещё больший голод. Что, не наелся моей рукой? Вот оставлю тебя там, помрёшь с голоду, будешь тогда знать, как нападать на Героев.

Как же тебя теперь оттуда достать? У меня же рука не из металлопластика, чтобы выдерживать собачьи клыки.

— Ей, собачка! — Зашептал я. — Давай ты не будешь кусаться, я тебя вытащу и накормлю. Хорошо?

Ничего. Тишина полная, ни одного движения. Даже писк прекратился. Начала болеть голова, присоединившись к желудку, который вообще решил, что уже пора начинать меня есть изнутри и заурчал.

— Ну хорошо, я сейчас опять просуну руку и тебя достану, хорошо? — Молчание, значит собачка не против.

А-а-а! Да что же это такое! Больно же! Там собака-кровосос явно. Зачем так вцепляться в мою многострадальную руку? И голод стал меньше, даже появились в эмоциях небольшие волны удовольствия. Точно, кровосос там сидит.

Осмотрел руку. Вот они, точки от укусов. Болит, но можно потерпеть, и не так доставалось иногда на тренировках. Может, плюнуть и уйти? Там сидит ужасный монстр, что питается кровью героев, таких спасать, наверное, не надо? Только я никогда не видел собак-кровососок, хочется посмотреть.

И я решил, что вот только одним глазом посмотрю и всё, обратно её положу на место. Только в третий раз совать руку без защиты глупо.

Точно! У меня же есть мои сокровища, что я в прошлый раз нашёл тут! Перчатка изолирующая, плотная и с пупурышками. Надеюсь, она не только от электричества изолирует, но и от зубов опасных монстров. Как знал, что полезные вещи мне там попались, ничего не выкинул, все в боковых карманах, которые на ногах, лежит.

Надел эту громадную взрослую перчатку, засунул руку. Ага! Монстр вцепился, но не прокусил. Вот тебе!

Осторожно ухватил тельце, вытащил руку. Что-то мелковаты монстры пошли. Плохо видно, но комочек тела уж очень маленький, с мой кулак максимум. И где в нём помещается СТОЛЬКО ГОЛОДА?

Сейчас, лёжа на полу, мне стало видно, что под трубой тоже что-то лежит. Пригляделся и увидел, что это вытянутое тело странного пушистого животного, хвост которого замотало на трубу, потом под неё и затянуло. Понятно, а вот и мама этого малыша. Так получается, это я виноват в том, что этот монстрик-мама умерла? Это же я тогда включил вращение, а эта труба, оказывается, любит чужие волосы захватывать.

Стало очень грустно и неловко. Я видел мертвых животных не один раз, но никогда ещё не был виновником их смерти. Раз я виновник, нужно позаботиться о монстрике-ребёнке.

Таймер пикнул, отсчитывая последние три минуты. И что мне делать с этим приобретением? Бросить обратно нельзя, раз взял на себя обязательство. Теперь я монстро-мама. Или нет, я монстро-папа. Не буду же я монстра своей кровью прикармливать, это только мамы кормят собой своих детей. Хотя, можно его надрессировать и он будет кусать моих врагов и пить у них кровь!

Ещё раз посмотрел на пушистый комочек у меня в руке. Не, не сможет он никаких врагов кусать, сам вот-вот помрёт. Перчатку, уже начал жевать, прогрызёт и за меня возьмётся. Хищник!

Куда вот только этого хищника теперь девать? В карман комбеза просто так не положить, он не рассчитан на зубы, хоть ножом прорезать его почти невозможно. Он из парадного комплекта, это полевой имеет специальные нити, его ни порвать ни порезать. Мама мне обещала боевой к шестнадцати.

В итоге, положил малыша во вторую перчатку, они большие, мои две руки бы поместились в одну, для взрослых сделано. В руках держать будет неудобно, положил перчатку в карман. Второй сверху закрывать побоялся, задохнётся животное. Жалко же! Столько крови потерял, пока его добывал. Так, бегом обратно, пошла последняя минута. Прямо, как решение задачи на время.

— Валя, ты где ходишь! Кто тебя обидел, что ты опять в тот шкаф забирался?

Она всё же за мной следит, это ясно. Ну и ладно, буду это учитывать. Это раньше мне от неё скрывать было нечего, а теперь я папа у монстра, ей об этом знать не стоит.

— Мамочка, а у нас не осталось чего-нибудь поесть? — Голод был всё так же сильным, хотя и не таким агрессивным, как раньше.

— Некогда есть, нужно идти. Челнок стартует уже через час. — Она чем-то сильно озабочена, даже на «мамочку» не среагировала. Бегает от сумки к сумке, что-то ищет. Куда торопиться, если ещё целый час есть?

Кстати, а зачем так заранее давать сигнал? За час можно оббежать весь корабль несколько раз, хоть он и похож на небольшой город. Я-то думал, что объявили посадку — беги, а то не успеешь. А тут час времени!

— Если я сейчас не поем, то умру с голоду, пока мы летим до планеты. — Я сейчас не только чувствовал голод, но и комбез стал мешать. Хотел выпрыгнуть из него как можно скорее. Неужели я заразился от укуса монстра и скоро сам стану монстром, как в одном видео про оборотней?

— Могу заказать сюда мороженое, его быстро принесут. — Милисандра ко мне даже не повернулась, зарывшись в один из больших баулов с одеждой.

— Лучше тёплое молоко. — Я вспомнил, как маленьких щенят у нас дома кормили именно молоком.

Только, из чего кормить? Не просить же соску для щенков, из которой наши всегда кормили. Мысленно перебрал все сокровища, что у меня есть с собой. Нож, кусачки, перчатки, проволока и монстрик. Соски нет.

— Ты не хочешь мороженого, а хочешь тёплого молока? — Мама Мили даже оторвалась от своего копания в вещах. — Что-то случилось?

— Пока ничего не случилось. Но если не покормишь — случится. Я умру от голода! — Терпеть и внешне ничем себя не выдать было очень сложно.

Я воин, мы умеем терпеть. Я тоже умею. Ну, ещё чуть-чуть могу потерпеть. Самую малость. Может осталось что-то от завтрака? А ещё и монстрик начал активно двигаться, стараясь выбираться из перчатки. И попискивает при этом. Эй, малыш, подумай о маскировке! Сейчас тебя обнаружат у меня в кармане, и ты погибнешь вслед за своей мамой!

— Что это у тебя? — Ну вот, монстрик, нас раскрыли. — Покажи! — Далия резко переместилась ко мне, после выдернула из кармана перчатку. — Ой, какой милашка! Ты где его взял?

Вопрос на десять баллов. И что сказать, чтобы не соврать? Или не говорить вообще, пусть сами придумают ответ?

— Его надо покормить.

— Так вот зачем тебе молоко. Если будем заказывать, принесут не скоро. Давай вместе сходим за ним.

Чего это она так запереживала за этого монстро-детёныша? Я думал, она его скажет убить или сама выбросит, а тут вдруг такая забота. Может она знает, кто это?

— Давай сходим. А ты не знаешь, что это за зверь? — И тут она посмотрела на меня ну очень внимательно. Где-то по её мнению я допустил ошибку, но пока что не понять — где.

— Я, — она выделила особо это слово, — знаю. А вот ты почему не знаешь, а таскаешь незнакомое животное у себя в кармане?

— Так я просто его подобрал, он есть просил.

— И где ты его подобрал? Он явно у кого-то из пассажиров сбежал. Ему дней двадцать от роду.

— Нашёл его случайно в том помещении, где не работает связь. — Внешне беспечно пожав плечами, я очень осторожно стал объяснять про свою находку. — Случайно услышал, как он зовёт на помощь.

— Он был в изолированном помещении, а ты услышал?

— Там одна плитка изоляции отвалилась или её отломали, вот и услышал. — Говорить, что я услышал не голос, а эмоции, не стал. Она знает, что я моник, так что это больше по привычке всё время это скрывать.

— Надо сделать рассылку с объявлением, что мы его нашли. Если обнаружат его у нас, решат, что мы его украли, выйдет нехорошо. — Я слышал её правильные слова взрослого, но внутри у меня всё протестовало.

Нет, я не отдам, это мой детёныш! Теперь его папа я! Тем более, я был уверен, что хозяин не найдётся. Мама малыша сбежала, когда он был у неё в животике, а родился он двадцать дней назад. Мы в пути пять дней, значит побег был на прошлом или даже на позапрошлом рейсе.

— А если никто не откликнется, я его оставлю себе?

— Это не ко мне вопрос, маму свою спрашивай.

— А если кто-то придёт и соврёт? Скажет что детёныш его, а сам потом ему плохо сделает? — А для себя решил, что всё равно не отдам, даже если и вправду найдётся хозяин.

— А мы породу в рассылке указывать не будем. Пусть тот, кто заявит права, сам её назовёт. И окрас у малютки необычный, я таких ещё не видела. Наверное, в особом питомнике таких разводят.

— Так ты знаешь, кто это?

— Знаю. Порода называется соболь. Такие звери и на Перуне водятся в лесах и, насколько я знаю, на Мальтере тоже встречаются не редко. А на некоторых планетах их разводят из-за ценного меха.

Эй, там, в перчатке! Так ты не монстрик, а обычный пушной зверёк? Жаль, а я уже думал, что поймал что-то особенное, как во всех видео про героев бывает. Надо как-то его назвать. Ну и пусть тогда будет «Монстрик». Раз это не порода, значит будет именем.

За разговором мы доехали до едальни, проход в которую был перекрыт двумя стойками-перегородками с надписью «проход закрыт». Далия легко их отодвинула и прошла внутрь. Точно, хочу быть охранником, им везде можно проходить.

Нам навстречу выскочил тот парень, что всегда встречал нас около лифта, на входе в едальню. Экран у него прозрачный, и я видел, как он сделал характерное движение глазами, вызывая визитку. Я тоже вызвал на всякий случай. «Антонио Пикатто. Администратор основного верхнего зала. Обслуживание корабля Элефант-19».

— Что угодно уважаемой Леди Росса? — Опять все путают фамилию с названием клана, но ни я, ни Далия поправлять его не стали. В эмоциях у парня явно прослеживалось раздражение, хотя улыбка на лице была такая же, как обычно.

— Нам нужно тёплое молоко. Срочно.

— К сожалению, кухня уже закрыта, но если вы подождёте минуту, я посмотрю, что можно сделать.

Далия кивнула, парень убежал за ближайшую дверь. Что же, подождём.

Монстрик опять заскулил, стараясь выбраться из перчатки, которую так и держала в руке охранница. Понятно, так это ощущение, что мне мешает одежда — это мне он транслирует! Эта специальная упаковка для детёнышей-монстров мешает ему двигаться и пугает.

— А как мы его будем поить? — Вдруг вспомнил я про соску.

Далия посмотрела на меня и кивнула. Потом покрутила головой, нашла взглядом ближайшего парня, в форме охранника, что стоял у дальней стенки помещения. Посмотрела на него своим пристальным взглядом, но тот, видимо, не умел видеть спиной, потому никак не прореагировал.

— Сейчас я его позову. — И хотел побежать к парню, но Далия поймала меня за рукав и помотала головой.

Она оглядела ближайший стол, взяла из вазы какой-то фрукт, демонстративно взвесила его в руке, после сделала вид, что хочет его бросить в сторону парня, стоящего к нам спиной. Ага, я ошибся! Глаза у парня на спине есть, она сразу обернулся и, переваливаясь, поспешил к нам. Никогда не видел толстых охранников!

— Чего угодно Госпоже? — Ха, когда он отошел от предмета, который так внимательно рассматривал, я увидел, что там экран, на который выведены камеры наблюдения зала и других помещений. Прищурился для приближения и понял, что в центре увеличенный квадратик, на котором как раз мы с Далией. Так он сразу нас видел! И что, надо было обязательно угрожать, чтобы он подошел? Вот же лентяй!

— Нам нужна соска. — Пауза была секунд двадцать, во время которой у того шёл усиленный мыслительный процесс. Но явно неудачно. Он даже с подозрением посмотрел на меня, но потом опять уставился на Далию.

— Простите, не понял. — Лень — плохо для мозга, теперь я в это верю. Был обычный человек, начал лениться и вот результат! Не знает, что такое соска?

Далия посмотрела на него, даже не как на ребёнка, а как на какого-то недоразвитого.

— Нам нужна соска. Сейчас. Быстро. Что именно не понятно? — Она говорила довольно размеренно и монотонно, как будто разговаривала с ребёнком или инопланетником.

Опять пауза и мыслительный процесс повторился. Вторая попытка мыслить тоже не удалась. Мне уже его жалко!

— Всё равно не понял.

Далия ещё раз посмотрела на него, потом пожала плечами, видимо тоже поняв, что что-то добиться у этого толстяка не удастся. Она повернулась ко мне, протянула перчатку с монстриком.

— Подержи. — После чего опустила экран своего инфора.

Противно завыла сирена, где-то забегали люди. Из каждой двери, что были, оказывается, сделаны по всему кругу помещения, выскочило по несколько человек практически одновременно. А Далия спокойно смотрела на всю эту суматоху и улыбалась. Она же её устроила, я в этом даже не сомневался. «Где, где он?» послышались возгласы с разных сторон. За пару минут недалеко от нас, метрах в шести, собралась приличная толпа, человек пятнадцать. И тут сирена резко выключилась.

— Внимание! — Далия стояла, расставив ноги, руки за спиной. — Вас посетил Принц, но ваша команда допускает грубые нарушения при его обслуживании, о чём будет доложено вашему руководству, как только мы окажемся на планете. Если мы не получим то, что попросили.

— Этот малый — принц? Не похож что-то. — Впереди оказался ну очень большой человек в белом и с фартуком. Он и выразил сомнения в моей «прИнцестности».

Далия перевела на него взгляд, потом внезапно резким движением кинула в него фрукт, тот, что до сих пор держала в руке. Попала тому прямо в солнечное сплетение, так что здоровяк охнул и, согнувшись, свалился на пол. Фрукт что, тоже из того же материала, что и пончик опытного следователя? Он даже не помялся!

— Дурак, ведьма сказала принц, значит принц. — Этот негромкий комментарий от кого-то из толпы я услышал, хотя и предназначался он не мне, а валяющемуся на полу.

— Прошу прощения, леди Росса, наш главный помощник повара никогда не покидает своей кухни. — Вперёд вышел мужчина в костюме, очень похожем на тот, в который так любит одевать меня Милисандра. Мужчина сначала степенно поклонился, потом посмотрел на лежащего и с небольшой злостью добавил. — И теперь он там вообще будет жить вечно. — Потом опять внимательный взгляд на Далию. — Не могли бы вы повторить, в чём причина конфликта.

«Тоис Перкман. Главный распорядитель едальни верхнего этажа. Руководство корабля Элефант-19» сообщила мне визитка. Странно, на нём же нет инфора, как тогда визитка пришла? Её что, можно и у людей без обруча вызывать? Надо же, а я не знал!

— Нужно тёплое молоко и соска. Питомец принца голоден, а ваша команда уже почти десять минут не может помочь. Скоро челнок, если мы уйдём отсюда не получив, что хотим, жалоба уйдёт обязательно.

— Не извольте беспокоиться, через минуту всё будет.

— Это мы слышали десять минут назад. — Далия нашла глазами того парня, что уходил за молоком. Надо же, он тоже тут. — Где молоко, за которым ты ушёл? — Потом повернулась и улыбнулась распорядителю. — У Вас есть ещё две минуты максимум, после чего Принц расстроится.

Тот, бросив взгляд на парня, которого мы отправляли за молоком, так же вежливо и степенно ответил:

— Сейчас всё будет. — И шагнул к тому парню, поймав его за руку, чуть выше локтя. Наклонившись в его уху, он задал какой-то вопрос, но полученный ответ ему не понравился. Он сказал что-то довольно резкое, показал рукой на уже поднявшегося помощника повара. Парень опять заискивающе что-то ответил, после чего опять убежал в ту же дверь, куда и в прошлый раз.

— Сейчас всё будет. — Повторил для нас распорядитель, затем хлопнул в ладоши несколько раз. — Все за работу. Челнок через пять часов, а у нас ещё ничего не готово. Те, кто не закончит вовремя останутся на корабле до челнока со сменой персонала.

Полторы минуты мы все стояли молча. Тоис Перкман тоже стоял рядом и заметно нервничал. Интересно, а если не успеют? Я пытался представить, что такое «Принц расстроился», но волны голода, мешающей одежды и приятного запаха мне сильно мешали. Что это так приятно пахнет?

Наконец, дверь распахнулась и выскочила девочка с испуганными глазами, дрожащими руками и любопытством в голове. Это ещё кто?

— В-в-о-о-от. — Протянула она непрозрачный стакан Далии. — Больше нет! — Добавила она с обречённостью во всём своём виде. Актриса видео, да и только!

Далия заглянула в стакан и опять посмотрела на девушку:

— А соска?

Ка-а-акая со-о-оска? — Паника и обречённость в голосе. Которая через пару секунд всколыхнулась злостью внутри и жалким лепетом вслух. — Про соску мне никто ничего не говорил. Да и нет у нас ничего такого. — И она посмотрела на охранницу своими грустными глазами. А внутри злорадство. Зря она так. Далию таким не пронять.

Охранница ничего не ответила на эту явную постановку, огляделась, после чего у неё жестом волшебника в руке появился нож. Делается такое чудо с помощью специальных ножен в рукаве, а нож выскакивает по определённому движению кисти руки. Я тоже себе такие хотел, но тренер строго запретила, потому что у меня «слишком много посторонних движений», может быть случайное срабатывание.

У девушки паника появилась не только снаружи, но и внутри. Она закрыла глаза и беззвучно заплакала, но с места не сдвинулась.

А Далия ещё раз огляделась, отдельно задержав свой взгляд на главном распорядителе, шагнула к ближайшему столу, взяла с него белую салфетку, расстелила на столе и провела ножом где-то в серединке. Совсем чуть-чуть провела, скорее обозначив центр. И убрала нож тем же движением. Никто даже вздохнуть не пытался, пока она всё это проделывала.

— Принц, давай сюда своего зверя. — И только теперь я понял, что всё это работа на зрителей. Не было бы их, она бы просто махнула мне рукой, подзывая, а тут такая длинная фраза. Значит и нож был из серии приёмов «нож и улыбка», только я сразу не понял.

Я протянул ей перчатку.

— Голову достань, он же слепой, не видит ничего.

Зато чувствует. Теперь я понял, что запах ощущал не я, а Монстрик. Шёл он от самой перчатки, а теперь к её запаху присоединился запах еды! Я понимаю, запах молока, но никогда бы не подумал, что кому-то может нравиться запах пластика и машинного масла.

— Корми его сам, он должен привыкнуть к твоему запаху. — Она сделала из порезанной салфетки кулёк и макнула острым уголком в стакан, потом протянула его мне. — На, держи. Если он умеет хорошо сосать, то будешь наливать в горловину потихоньку, если не умеет, то только вот так: макать и кормить. — А сама показала знак «мало времени». Точно, челнок же скоро!

Пихаю Монстрику в рот кусок этой тряпочки, чтобы сосал, а он всё пытается её грызть. Давай уже, смотри как надо!

И я сую платок себе в рот. Молоко я люблю, и сейчас с удовольствием ощутил знакомый вкус. Макнул в стакан и дал своему питомцу, сам при этом чуть ли не повторяя его глотательные движения.

Вот! Ты понял, как надо! Продолжай, ты молодец! Так, где там стакан? Надо подлить молочка, а то тряпочка под такими зубками долго не протянет. Ну, вот и славно. Кушай, мой сыночек. Никому тебя не отдам.

И вот от монстрика постепенно, как наполняющийся бассейн, стала разливаться волна тепла и сытости. И молоко закончилось. Странно, а как оно всё поместилось внутри такого маленького тела? Там внутри у Монстрика, наверное, кроме желудка и головы ничего и нет! Это точно простое животное, а не инопланетный пришелец?

— Спасибо, — поблагодарил я, — вот Ваш стакан. — Распорядитель, который так и стоял рядом с невозмутимым серьёзным лицом и с умилением в эмоциях, взял стакан и передал его стоящей рядом девушке. Та молча его взяла, не отрывая глаз от Монстрика. Это была та девушка, которую «не зарезала» Далия. Она давно перестала лить слёзы и с живым любопытством смотрела на процесс кормления. Наконец-то её внешние эмоции совпали с внутренними, а то было очень неприятно.

— Принц доволен предоставленным сервисом и не будет жаловаться. А теперь нам пора, всего хорошего. — Это Далия намекнула мне, что мы опаздываем.

Точно! Коротко кивнул головой распорядителю, девушке и остальным работником, некоторые из которых выглядывали из пары дальних дверей, и мы пошли в сторону лифта. Монстрик опять отправился в карман штанов, но судя по выдаваемым эмоциям, перчатка ему уже не мешала. Он в ней пригрелся и уснул.

Хорошо, что времени мало осталось: никакой рассылки с поиском хозяина Монстрика не будет.

Вместо эпилога. Разговоры с мамой. Правдивая сказка

Какому ребёнку не хочется, чтобы ему на ночь рассказали сказку? И не какую-нибудь, а самую правдивую из всех сказок.

— Когда-то давно, точно неизвестно, но историки думают, что это было тысячу оборотов назад, плюс минус сотня, на нашей планете появился посланец огненного бога. Говорили, что он был умен и очень силен, а главное, умел повелевать кругом богов. Он завоевал местность вокруг этого круга, а это был портал, как потом стало известно, и правил остальным населением вокруг. Раньше каждому мужчине была положена одна жена, а он взял в жёны из каждого селения по одной девушке, и они родили ему много детей, которые образовали одну большую семью. Один клан. Посланец бога Перуна тогда сказал, что он из клана Росса, а его родной язык называется кирильский. Планету, в последствии, назвали по имени бога, так как он говорил, что многие боги выбирают для своего жительства небесные светила. Великий Воин жил очень долго, считается, что пережил даже кого-то из своих внуков. Дети т внучки его вошли в клан, а вот внуки — не все, только достойные. Так и повелось, наследственность передавалась в основном по женской линии. Он дал своим жёнам и детям благословение огня, и в знак этого красил одну прядь красным цветом всех посвящённых. Как-то раз, враги пришли нас всех убить или захватить в рабство. Но этот воин заманил их в одну из долин и окружил огнём. Он говорил, что огонь коварен, он может быть как другом, так и врагом. Но никогда не станет рабом. И в нас, его потомках, течёт этот огонь. Мы должны развиваться, учиться и огонь постепенно подарит нам все свои тайны, которых он хранит огромное множество. Вот, малыш, такая история о возникновении клана Росса.

— Получается, это он сделал так, что женщины на Перуне правят?

— Нет, сын. Он установил, что править должны лучшие, а женщина или мужчина это не очень важно. Если девочка прошла испытание, покрасила прядь, то она может выбирать себе мужчину. А после получения ещё одной пряди, выйти за него замуж и родить ребёнка. И ребёнок будет членом клана до полной дееспособности. Раньше это было пятнадцать-шестнадцать стандартных оборотов, но теперь возраст замужества увеличили до восемнадцати. Это он научил нас считать время оборотами круга богов, так что нам не пришлось перестраиваться, когда корабли Содружества добрались до нашей планеты.

Так вот, если к возрасту полной дееспособности мальчик не покрасит хотя бы одну прядь — он становится самостоятельным, но уже не подчиняется правилам клана. Ведь он всё, не член семьи. Девочкам такое не нужно, они и без посвящения могут выйти замуж, перейти в другую семью. О таких говорят, что «бог на них отдыхает». Они пользоваться благами и льготами, что даёт клан, но в управлении участвовать они не могу и их детям тоже нужно подтверждение, что они достойны.

— Сурово.

— Нет, справедливо. Хочешь быть в правящем клане — будь лучшим! Вот ты покрасил первую в десять. За четыре оборота ты прошёл путь, который ведёт в клан, хотя другие тратят на это в два-три раза больше времени. Ты показал, что не только ты, но и я не зря прошла посвящение огня, хотя было время, когда я хотела уйти из клана, считая себя недостойной его благословенья.

— Так у тебя же вон семь прядей. Как ты можешь быть её не достойна?

— В свое время, сын, я совершила очень большую ошибку. Я была тогда очень молодой. Самой сильной в нашей учебной группе. И думала, что самая умная. Даже первой получила право покрасить первую прядь. А когда был праздник единения, я увидела ЕГО! Он был очень красив. Сильный воин, победивший в последних соревнованиях и получивший право быть на этом празднике. «Женщины должны рожать от лучших». Этот завет предка мы соблюдаем свято, и каждый оборот устраиваем такой праздник, после которого через три четверти оборота рождается много сильных детей. Я ещё не получила право на единение по возрасту, зато могла выбрать себе будущего мужа и «дать ему надежду». Это что-то вроде договора передачи чести, что есть на нескольких планетах, только отложенного. Девушка и юноша договариваются, что через определённое время, когда один из них получит следующий уровень, они создадут семью, дадут друг другу имена. И кто первый получит следующий уровень, тот и выбирает, кто в чью семью войдет. Это очень актуально, если один из воинов, а другой из мирной касты, но если оба из одной, то просто можно хвастаться потом, что ты первый и главный в семье.

— И ты проиграла, раз ты теперь в семье папы?

— Это был не папа. И да, я проиграла, потому что была слепой. Я была очень амбициозна, и потому хотела обогнать своего избранника, во что бы то ни стало. Занималась целыми днями тренировками сознания. Учила законы нашей планеты и законы Содружества, правила, стратегию и тактику войск. Это отнимало всё свободное время, потому я мало спала и постоянно откладывала наши встречи, которые он назначал. Знаешь, предок был мудр. Он считал, что это время нужно обоим. Оно даётся, чтобы девушка и юноша узнали друг друга, поняли, а так ли нужно им создавать семью. А я упустила это время.

Мама помолчала некоторое время, глядя куда-то вдаль, видимо, вспоминая, как это всё было.

— А потом, после одного трагического случая, я узнала, что он «дал надежду» не только мне одной.

Я его любила и решила, что это какая-то ошибка. Вдруг у него есть брат близнец или это шутка его друзей, и они просто под его именем это всё проделали. Логика и любовь — вещи несовместимые, запомни. И я сама позвала его на «встречу надеющихся». Это так у нас называется свидание для ожидающих. — Пояснила она, видя, что я явно не понял такое название. — Он назначил его в одном укромном месте и мы встретились. Я задала ему вопрос про всех этих девушек, про которых узнала. И ты знаешь, он даже не стал скрывать того, что сделал. Наоборот, он гордился этим. А когда я потребовала, чтобы он дал всем обманутым обещание на женитьбу, он просто рассмеялся. Я в ярости обещала тогда всем рассказать про то, что он обманул в ритуале надежды. Это очень серьёзный проступок, за который могут наказать, даже выгнать из клана, как не оправдавшего доверие. В клане только лучшие. Первый уровень — это искры, из которых разгорается пламя силы каждого члена нашей большой семьи. Только вот, моя любовь оказалась не светом неразгоревшейся искры, как я тогда представляла. Нет. Это был свет обыкновенной гнилушки. Он решил меня изнасиловать, а потом убить. Так открыто мне и сказал, утверждая, что женщина всегда слабее, и он сейчас это мне докажет.

Мне стало страшно за ту далёкую маму. Конечно, я знал, что она победила, хоть и говорит, что проиграла, она же самая сильная! Но тогда она была как я сейчас, ещё маленькая по сравнению со страшным врагом. А мама, заметив, что я весь сжался, погладила меня по голове и продолжила рассказ.

— Кровь нашего великого предка, посланника огня, даёт нам скрытые силы. Об этом знают немногие, но именно эти силы доказывают, что огонь не оставил наш клан. Мы можем силой мысли ошеломить противника, сбить с толку. Можем сделать так, что на нас не будут обращать внимание. Можем навеять страх или наоборот беспричинную радость. Все, кто имеет первую прядь, умеют как минимум ошеломление, так что, дураков насиловать наших воинов, крайне мало. А если находится один-два, живут они недолго. У меня была одна прядь, но этот телок девятнадцати оборотов меня не боялся. Он был выше меня на полторы головы и тяжелее в два раза. Только вот я уже собиралась на днях сдавать тесты на второй уровень, не зря же я столько готовилась. Обычно вторую прядь получают к восемнадцати. Редко — к шестнадцати. А я же хотела удивить своего любимого, получив в пятнадцать. И я его удивила. До смерти. Так я получила право на вторую прядь. Через кровь того, кому готова была отдать себя всю и насовсем.

— А что было потом? — Меня очень поразила эта история. Перед глазами так и вставала мама, побеждающая жуткого монстра, который был намного больше её и злее.

— Сдала тесты на второй уровень и получила свой взрослый позывной.

— Да, я знаю. Тебя назвали «Опал», это такой драгоценный камень. — Решил похвастаться я запретным знанием, которым по секрету поделился со мной папа.

— Папа сказал?

— Да. Он очень гордится твоим позывным. А когда ты папу нашла?

— Папа появился через много оборотов, когда я уже не верила, что смогу правильно выбрать себе мужчину и доверила выбор клану. — Тут она улыбнулась. — Только он не знает, что «Опал» — это сокращённое от «Опалённая». Так меня назвали за то, что я обожглась в своём выборе. В клане часто бывает такое, когда тебе дают «Длинный позывной», который бывает даже из нескольких слов, но потом укорачивают его до коротенького слова. Он не знает, и ты ему не рассказывай, хорошо?

— Хорошо, я обещаю. А тебя за того мальчика не ругали?

— Нет. После первого посвящения девочек, а после второго и мальчиков, не могут читать моники, но некоторые члены семьи имеют такую специальность: они всегда знают, врут им или нет. И не имеет значение, закрыт твой разум, не закрыт, даже серые им соврать не могут. Так что, я рассказала, как было дело, и мне поверили. За попытку изнасилования или за попытку убийства — всё равно смерть. Я просто чуть-чуть помогла суду клана.

— А какие у тебя умения?

— Разные. Каждая прядка — это минимум одно умение. А у меня их, как видишь, семь.

— А прятаться ты умеешь?

— Умею. Не так хорошо, как некоторые, но меня легко потерять и трудно найти, если я этого не хочу. — И она опять улыбнулась.

— А ты от меня пряталась?

— От тебя — нет. А вот от папы — да. И от других тоже бывало.

— А мне можно такому научиться?

— Этому можно. Такая способность имеет две вариации: мужскую и женскую. Они немного отличаются, но если у тебя есть к этому предрасположенность, давно бы научился. А я бы тебе помогла с активацией, у меня такое умение есть. Я же привезла тебе методички, почему не изучаешь?

— Те, что на кирильском? Да я там каждое предложение по полдня разбираю!

— Сын, я подумаю на счет модуля автоматического переводчика, но учти, кирильский многие сотни оборотов был нашим родным языком, и до сих пор является государственным на Перуне. Мы не только говорим на нём, мы думаем на нём. А общий у нас появился жалкие две с половиной сотни оборотов назад.

Нашему клану тысяча, а тому же Содружеству — двести. Учи кирильский. И думать на нём тоже научись. Ты можешь это сделать, все моники быстро учатся.

Content

Дорога в школу

Часть Первая. На учебу с чистой совестью…

1. Пролог… Когда-то давно

2. Оборотная сторона… Теодор работающий и Изольда внезапная

3.. Мы едем в Космопорт

4. Оборотная сторона… Милисандра самостоятельная

5.. Меня нет дома, я в космосе

6. Оборотная сторона… Слер Теперов, борющийся за безопасность человечества

7.. Обед под прицелами

8. Оборотная сторона… Леди Теперова и Агент Климент, куратор Слера Теперова

9.. Нашествие жуков и большая игра

10.. Старое новое знакомство

11. Оборотная сторона… Агент Климент задумчивый

12.. Битва за честь Леди

13.. Салат в мозгах

14. Оборотная сторона… Монкут Куанг, передавшая честь и Монкут Дунг, опытная и совсем ничего не понимающая

15.. Любопытство не порок

Часть Вторая… Всё, что не делается — к лучшему. А если делается — как повезёт…

1. Пролог… Разговоры с мамой. Это я молодой был

2.. В гостях главное — не забыть поесть

3. Оборотная сторона… Секретарь Рикен и попутные лица

4.. Про любовь и её проявления

5.. Жизнь — это игра. А игра — это жизнь

6. Оборотная сторона… Такие разные сёстры и Синилла Водиман, наёмница, дочь торговца

7. Договаривайтесь. Договор — основа любых взаимоотношений

8. Оборотная сторона. Далия и мелкие неприятности

9. Шутки и гостеприимность

10. Оборотная сторона. Далия внимательная и Милисандра подозревающая

11. Оборотная сторона. Шут и шутки жизни

12. Оборотная сторона. Агент Климент, подводящий итоги

13. Покупать и откупаться

14. Оборотная сторона. Кто и где не известно

15. Друзья и монстры

Вместо эпилога. Разговоры с мамой. Правдивая сказка