Елисеева Валентина Ильинична

Держитесь, маги, мы пришли! [СИ]

Валентина Елисеева. Мир Доин-2. Держитесь, маги, мы пришли!

Содержание

Глава №1. Пролог. Три дня из детства Авроры.

Глава №2. Бенедикт: Как, милейшая Шпилька, вы еще живы? "Много шума из ничего"

Глава №3. Мужская предусмотрительность – вечный страж женской беззаботности.

Глава №4. Мужчина и женщина могут яростно враждовать по двум причинам.

Глава № 5. Факты противоречивыми быть не могут. И это факт.

Глава №6. О хитрых идеях Авроры Таис и о том, что хорошие идеи быстро дают результат.

Глава №7. Боги даровали нам возможность творить свою судьбу, но забыли дать умение изменять собственные чувства.

Глава №8. Расследование продолжается и начинает давать результаты.

Глава №9. О божественных возможностях и не только.

Глава №10. Женщина редко прощает нам ревность и никогда не прощает ее отсутствия. П. Туле.

Глава № 11. О том, как сложно отцу понять своих дочерей.

Глава №12. Осознание своих желаний – это первый шаг к попытке их осуществить.

Глава №13. Мужские попытки красиво поухаживать часто спотыкаются о женское недопонимание.

Глава № 14. В принципе, женщина может сидеть тихо и ни во что не вмешиваться, но дело в том, что это не женский принцип.

Глава № 15. Непреходящие ценности до иных так никогда и не доходят. Иные ждут, когда их до них наглядно донесут.

Глава №. 16. Каждую секунду наше будущее становится настоящим.

Глава №. 17. О нелегкой доле влюбленных мужчин.

Глава №18. У женщин просто удивительная интуиция: они замечают все, кроме очевидных вещей. Оскар Уайльд.

Глава №. 19. Продуманный план действий, приводящий к быстрому результату, всегда найдет сторонников. Не зависимо от степени своей этичности.

Глава № 20. Мужчинам не стоит недооценивать женщин: спасая себя и других, они становятся тигрицами.

Глава №21. Человек живет на земле не для того, чтобы стать богатым, но для того, чтобы стать счастливым. Ф. Стендаль.

Глава № 22. Ничто не дает человеку больше свободы и независимости, чем знания и умения.

Глава № 23. Ревность и поспешность – самые плохие советчики в любом деле.

Глава № 24. Любящая женщина все простит, но ничто не оставит неотомщенным.

Глава № 25. Пап! Когда придут просить моей руки, не падай на колени, не кричи «Спаситель ты наш!!!», а просто тихо кивни головой. Неизвестный автор.

Глава № 26. Брак нужен для того, чтобы разделить на двоих те проблемы, которых у одинокого мужчины просто не может быть.

Эпилог.

Пролог. Лето перед совершеннолетием сестер Таис.

Глава №1. Пролог. Три дня из детства Авроры.

В кабинете ректора магического исследовательского института шло мирное обсуждение последней разработки лаборатории Еилисея Коариса.  Небольшой совет в лице самого Коариса, Марона Таиса и, собственно, ректора – Северина Таиса, искал пути решения возникших проблем. Маги Еилисея бились над созданием магической почты, которая позволяла бы быстро и надежно передавать важные сообщения на большие расстояния. Прототип готового заклинания давно был – легким магическим ветерком маги со школьной скамьи отправляли записочки друг другу, но у этого варианта было слишком много серьезнейших ограничений:

во-первых, контролировать стихию дальше километра это заклинание не позволяло, и ветерок развеивался, роняя послание на землю;

во-вторых, планировалось переносить не только письма, но и магические амулеты, пробирки с лекарствами и прочие небольшие предметы, так что требовалось сильно увеличить «грузоподъемность» и надежность «ветерка».

До сих пор маги для осуществления всей переписки с областями Тавирии и с другими странами, как и люди, пользовались почтовыми каретами. Конечно, у королевского дома была собственная карета с лучшими рысаками столицы, но это не сильно увеличивало скорость переписки. Самые срочные послания передавали гонцы-маги, которые могли быстро перемещаться по воздуху на любые расстояния, но магов было мало, и все они были заняты многими другими важными делами. А разговор по амулету связи мог легко прослушать любой маг – артефактор. В общем, король Мираил Сартор (а точнее, кронпринц Рейс, который практически уже перенял вожжи управления страной из рук уставшего руководить отца) повелел решение этой конкретной задачи сделать приоритетным для всех институтов страны.

Спокойную дискуссию по поводу формулы стабилизатора стихии прервал громкий грохот, последовавшие за ним мужские и детские крики, стук дверей во всех классах магической школы при институте. Коарис расхохотался и, откинувшись на спинку своего кресла и бросив карандаш на стол, сказал:

- Сейчас приведут! – после чего предвкушающее уставился на дверь.

Северин и Марон нахмурились и постарались сделать строгие лица. У Северина принять грозный вид получилось куда лучше, по причине огромного опыта таких попыток. За дверью послышались тяжелые шаги, сопровождавшиеся легким дробным топотком маленьких ножек, и в ректорский кабинет вошли лорд Вит Анзор и мисс Аврора  (или коротко – Рора) Таис. Лорд Анзор был с головы до ног обсыпан золотистыми блестками, разноцветными бумажными конфетти и бутончиками роз шиповника; за ним шлейфом тянулся устойчивый запах порохового дыма. Десятилетняя девочка выглядела куда приличнее: в чистой серо-черной форме начального класса и с длинными тугими косичками, на которых не было ни единой мусоринки.

- Вот, лорд ректор. Прошу разобраться в ситуации: через пять минут начинается урок, а класс совершенно не пригоден для проведения учебного процесса! Сама мисс Таис, в силу юного возраста, еще не справится быстро с уборкой. Я уже молчу о ее очередной недопустимой выходке!

- Молчать не нужно, - вздохнул Северин, - расскажите, что произошло.

- За гардинами под потолком взорвалось несколько цилиндрических картонных снарядов с таким вот содержимым, - преподаватель потряс руками, и на ковер слетела разноцветная тучка.

Северин внимательно посмотрел на дочь: та недовольно шмыгнула носом и уставилась на новоявленное яркое пятнышко на синем ковре отца.

- Каждый вечер классы убирают и проверяют, следовательно, вчера там ничего не было, – рассудил лорд ректор. – Сегодня я самолично привел тебя в класс и сдал с рук на руки лорду Анзору. Откуда же взялись снаряды за гардинами? – грозно спросил лорд Таис свою непутевую дочь.

Аврора молчала, упрямо поджав губы.

- Вы хотели взорвать их во время урока? – не менее грозно вопросил лорд Вит Анзор. – Сорвать занятие хотели?!

- Ничего подобного! Это была дополнительная проверка вашего домашнего задания: научиться быстро выставлять воздушные щиты в случае опасности. Вот мы и решили проверить в реальных полевых условиях, как класс подготовился: успеют мальчишки выставить щиты или нет!

В это время в кабинет влетел сжатый магическим воздушным захватом Каяр Сартор, сопровождаемый преподавателем среднего класса.

- Так все-таки на уроке взорвать хотели? – уточнил Северин.

- Нет, мы хотели взорвать их именно на перемене! – мрачно призналась Аврора, виновато смотря на сообщника. – Мы надеялись, что лорда Анзора в классе не будет...

- И тогда я не узнаю, чьих рук это дело? – гневался учитель.

- Нет! – дружно воскликнули оба шалопая, а Рора пояснила:

- Мы же понимали, что при взрыве лорд Анзор детей, а не себя, закрывать будет! – и виновато покосилась на сверкающий сюртук учителя.

Лица учителей разгладились и подобрели. Северин улыбнулся: его девочка всегда была доброй и предусмотрительной, просто излишне активной. Хорошо, что «проверка домашнего задания» прошла только в младшем классе, а то всю школу еще долго отмывать бы пришлось.

- Значит, это ты подвесил снаряды с конфетти, - обратился ректор к Каяру. Мальчуган кивнул. – Вот тебе и убирать! Быстро! Аврора тебе в помощь!

Подростки убежали. Взрослые переглянулись и расхохотались.

- С первого дня эта парочка спелась! Как школа еще тридцать лет продержится – не знаю! – посетовал Марон Таис.

Авар Лютен, приглашенный на субботний обед в особняк Таисов, сидел в кресле у окна гостиной и обсуждал с лучшим другом вчерашнюю шалость Авроры. Северин высказывал надежды, что с возрастом дочь станет спокойней и рассудительней, а Авар вздыхал и неуверенно соглашался. В двери комнаты вошли две девочки, похожие друг на друга как две капли воды, в одинаковых золотистых платьицах и туфельках, с одинаковыми же косичками на голове. Сопровождала девочек мама – леди Анастасия Таис. Одна из близняшек с громким криком «Привет, Авар!» пронеслась мимо лекаря к старому псу, который дружелюбно вильнул хвостом, даже не пытаясь встать с подстилки, и принялась тискать собаку. Вторая подошла к Лютену и взобралась к нему на колени.

– Привет, Эос, – ласково сказал Авар, придерживая девочку. – И тебе привет, неугомонная Аврора. Рад видеть вас в добром здравии, леди Таис!

– Рора все мои запасы лекарственных цветков шиповника на свои снаряды извела, – пожаловалась Эос. – Мне теперь до следующей весны придется из твоих заготовок розовые бутоны брать.

Да, близняшек Таисов звали Аврора и Эос. Так решила их мама: обе девочки символизировали для расы магов рассвет новой жизни, и Анастасия дала дочкам имена земных богинь зари. Северин, которому Настя объяснила смысл выбранных имен, впечатлился и не возражал. В пятилетнем возрасте у Авроры проснулись способности к стихийной магии (почему-то никого это не удивило), а у Эос – дар целительства (что тоже было ожидаемо).

– Ничего, бери сколько хочешь. Вы уже начали лечебные отвары проходить?

– Да, – горделиво похвасталась девочка. – И лорд  Талар Эдмин говорит, что я самая способная в группе лекарей нашего класса! А изучали мы сегодня...

Последовало подробнейшее описание такого процесса варки травок, при котором можно наполнить готовую основу магической целительской силой. Впрочем, дальнейшая беседа этой увлеченной травами и их отварами парочки могла бы быть интересна только магам-лекарям мира Доин.

Тем временем, постаревший Этен пригласил всех к столу.

– Авар,  вечером кронпринц зайти должен, надо некоторые деловые вопросы обсудить, – сказал Северин. – Можешь задержаться? Присмотреть за девочками, пока мы разговариваем?

Авар развел руками:

– Задержусь, куда я денусь!

После обеда Аврора помчалась на конюшню, проведать недавно купленного ей пони – десятилетняя девочка год упрашивала родителей купить ей огромного гнедого жеребца, молниеносного как ветер, но благоразумные родители ограничились невысоким рыжим коником, не слишком быстрым, зато исключительно флегматичным и выносливым. Как ни странно, Рора с первого взгляда влюбилась в свою животинку и быстро научилась гарцевать и скакать галопом по дорожкам сада к тихому отчаянию садовника и белошвеек (которым приходилось ежедневно чистить и зашивать одежки юной леди).  Тот же несчастный коник пригодился и Эос: она исследовала на нем витаминные отвары и средства против переутомления (под неусыпным надзором Авара, конечно, Эос была очень ответственной!). Леди Таис очень удивлялась, что при наличии аж двух таких хозяек, степенный пони, с громким именем Боливар, не терял спокойствия и умения радоваться жизни.

Лично накормив и расчесав своего коня, Аврора, привычно забыв надеть амазонку из устойчивой к разрушениям  ткани (лично зачарованной главным артефактором королевского двора!), прямо в золотистом платьице поскакала по летнему саду. Вслед за ней вяло потрусил Орлов: чувство долга, повелевающее оберегать молодую хозяйку, пересилило желание поваляться на веранде.  Аврора выбрала для сегодняшней прогулки широкую дорожку, идущую вдоль ограды сада с уличной стороны. Особняк Таисов стоял на одной из центральных улиц Тавии, и, поглядывая со спины Боливара через кусты, росшие между витым кованым забором и дорожкой, Рора могла видеть людей, спешащих по своим делам, проносящихся в магических вихрях магов, проезжающие мимо открытые экипажи и кареты, детей, собак и кошек, всадников, лихо скачущих на своих жеребцах, и прочее, и прочее, чем только могла удивить столица. Прогулка была затеяна мисс Таис не просто так, а с важной целью: научить своего «рысака» шагать красивым аллюром, который на прежней родине ее матери назвали бы «испанский шаг». (Нет,  дочери не знали об иномирном происхождении своей матери: Настя с Северином уже давно решили, что ни родных, ни официальные лица знакомить с этим фактом не стоит.) Боливар, надо отметить, не сильно старался обучаться, но радовался, что в кои-то веки ему позволено спокойно шагать, а не мчаться галопом. С другой стороны ограды параллельно девочке бежал беспородный уличный щенок, уже довольно крупный, но еще далеко не взрослый. Песик не обращал на девочку и коня никакого внимания, так как его больше интересовали собаки, которых можно было облаять, обнюхать или гордо проигнорировать, если встречный пес оказывался слишком большим. Мимо прогрохотала большая карета, и уличный щенок, спасаясь, сиганул к ограде и даже сумел пролезть через нее в сад Таисов. Это демарш сильно не понравился Орлову, который с лаем набросился на вторженца. Аврора, спрыгнув с Боливара, сломя голову бросилась в колючие кусты: спасать щеночка от своей собаки.

– Не бойся, славный мой песик! – приговаривала Аврора, поглаживая щенка, которого до этого целый час ловила по саду. – Будешь теперь у нас жить, у нас хорошо! Кормить тебя будем, и Орлов с тобой подружится, вот увидишь! Сейчас папе тебя покажем – и будешь полноправный житель дома.

Щенок уже перестал вырываться из цепких рук девочки и повис, свесив хвост и лапы, как большой пушистый волчий воротник. Не глядя, куда идет, мисс Таис столкнулась у крыльца с неожиданным препятствием в виде широкоплечего рослого блондина с идеально-прекрасным бесстрастным лицом.

«О-о-о! – мысленно простонала девочка, – опять эта мелковатая* копия статуи Донатоса к нам пожаловала! Папа говорил, что этот синеглазый только вечером прийти должен, а сейчас и сумерки еще не начались!»

– Добрый день, ваше высочество! – процедила сквозь зубы мисс Таис-старшая  (Эос родилась на пять минут позже сестры, и Рора частенько ей об этом напоминала).

– Добрый день, девочка. Извини, но на «мисс Таис» в таком виде ты не похожа, – ровным тоном сделал замечание кронпринц.

Девочка скрипнула зубами, но промолчала: сейчас было явно не время затевать спор с принцем – надо было быстрее легализовать положение уличного щеночка.

«Вот только одна привлекательная черта есть у Рейса Сартора – это голос, – подумала Рора. – Даже жаль, что такой бархатистый, глубокий, завораживающий глас достался такой пренеприятной личности!»

Встречать высокого гостя вышли лорд и леди Таис. Дождавшись окончания обмена приветствиями и любезностями, Аврора выступила вперед:

– Папочка, разреши оставить песика! Он Орлову помогать будет!

Лорд-ректор окинул взглядом дочь и почувствовал, как жена успокаивающе поглаживает его руку.

– Хорошо, отнеси его в конюшню, вечером разберемся. А сейчас у нас важный гость, Аврора. Проходите, выше высочество!

Рейс Сартор сидел в парадной гостиной особняка Таисов и с тоской смотрел в окно: в саду по ровной тропке в чистеньком золотистом платьице и белейших чулочках гуляла Эос Таис, держа за руку Авара Лютена. Лекарь-маг указывал девочке на различные растения и что-то ей объяснял, видимо, читал лекцию об их полезных или опасных свойствах. Мисс Таис-младшая прилежно слушала и кивала аккуратно причесанной головкой. Рейс перевел полный безнадежности взгляд на мисс Таис-старшую сидевшую между родителями  в порванном, замызганном платье неопределенного цвета и с поцарапанным лицом и в очередной раз уныло подумал:

«Почему  у Таисов появились на свет настолько разные дочери?! Почему обе девочки не могли  родиться такими спокойными и рассудительными, как Эос? И почему леди Таис позволила дочери сидеть в таком виде и вообще разрешила присутствовать при серьезной беседе?! Эта сопливка просто молча протопала в комнату, уселась напротив меня, и единственная реакция – недовольный взгляд! Ремень им подарить, что ли? Широкий такой, крепкий!»

– Итак, я хотел бы вернуться к вопросу сельских школ. Завтра на собрании советников надо утвердить количество и окончательный список поселений, в которых будут построены дополнительные обязательные школы для людей. Вам, лорд ректор, нужно принести согласованный с методической службой института список подходящих учителей и расширенный учебный план.

– Уже все готово, ваше высочество, не беспокойтесь, – ответил Северин.

– Не сомневаюсь. Я хотел бы еще попросить леди Таис обдумать возможность создания при этих школах отдельного крыла для воспитания невест магов. Это для будущего развития эксперимента, если первый столичный опыт будет удачным.

Аврора недовольно нахохлилась. «Ишь, еще и сельских невест ему подавай, будто городских мало! Тоже мне, мечта всех маминых нимфеток! «Ах, какой кронпринц красивый! Ах, какое у него безупречное лицо!» Почему в храме Донатоса никто вокруг алтаря не бегает и не восклицает: «Ах, какие у бога глаза – сапфировые, потрясающие!», «Ах, какие у него ресницы – густейшие!», «Ах, какие губы – сплошная наркота!» Как только мама с этими шестнадцатилетними дурочками восторженными работает? Их же целых четырнадцать человек, и все одинаковые вертихвостки. Их в садик воспитательный надо было не с пяти лет брать, а с пяти месяцев, чтоб эффект от маминой учебы проявиться успел!» – возмущалась Рора, пропустив мимо ушей все дальнейшие обсуждения взрослых.

Но последнее предложение матери все-таки привлекло внимание девочки.

– Лорд Сартор, я желала бы еще поднять вопрос дальнейшего трудоустройства моих воспитанниц. Хотелось бы знать, каким вы видите их будущее?

Кронпринц с изумлением посмотрел на леди Анастасию Таис:

– Быть женами магов, любить своих мужей, получить благословение богини.

Тут Рора не выдержала:

– Ничего себе, заявочки! Я – великий маг, любите меня все! А чем эти жены заниматься будут?! Вышиванием? Вы думаете, все леди только и мечтают, что сидеть и вышивать?

– Глядя на ваш разбитый нос, поцарапанные коленки и всклоченные косички никто не подумает, что вы способны заниматься столь спокойным и творческим делом, как вышивание, – процедил Рейс.

Аврора засопела, как рассерженный ёжик. Анастасия Таис поспешила вмешаться:

– В чем-то моя дочь права, ваше высочество. Легче бороться с зависимостью, если есть интересное, ответственное дело, требующее максимальной сосредоточенности и большого количества времени.

– Мама, с кем ты об этом говоришь?! Он двух жен похоронил – и третью в лаприкорий отправит!

– АВРОРА !!! – проревел Северин Таис. – Немедленно выйди из комнаты!!!

Девочка насупилась, неприязненно посмотрела на старшего наследника, и, чеканя шаг, гордо покинула гостиную.

----------------------------

В воскресенье утром супруги Таис собирались во дворец на очень важное собрание. Эос радостно согласилась остаться дома с дедушкой Мароном (прадедушка Бориор тоже должен был быть во дворце, так как, покинув пять лет назад ректорское кресло, он пересел на стул советника его величества короля Мираила, своего бывшего одноклассника).  А вот Аврора рвалась во дворец: там был Каяр, и ей очень хотелось увидеть верного друга, не дожидаясь понедельника.

– Мамочка, любименькая, ну возьмите меня с собой! Я с Каяром тихонько погуляю – и все! Ну что со мной во дворце может случиться?! Там абсолютно всё от поломки, пожара и наводнения защищено артефактными чарами и воздушными заслонами! А вот дедушка Марон за мной может и не уследить, – с хитрющим видом добавила шалопайка.

Настя вздохнула и вопросительно взглянула на Северина.

– Бери, чего уж там! Сами родили – самим и присматривать! – проворчал отец Авроры, застегивая парадный камзол.

– Ура!!! – закричала девочка, выбегая из спальни родителей. – Ильяна, неси мое лучшее платье!

На радостях шебутная мисс Таис решила скатиться на первый этаж по перилам, забыв, что слуга спозаранку меняет у лестницы три нижних балясины.

Супруги Таис выскочили на звуки грохота и ругани и узрели старшую дочь, сидящую среди деревянных обломков и орущих слуг.

– Заинька, с тобой все в порядке? – подскочила Настя к дочери.

– Да, я только в конце упала, – отмахнулась Рора, бодро вскакивая на ноги. – Шишка вскочит – и все.

Привычные к таким происшествиям слуги быстро разошлись. Анастасия осмотрела внимательно головку дочки и, действительно, ничего кроме наливающейся шишки не нашла.

– Надо чем-то холодным приложить, чтоб шишка меньше набухла, – озабоченно проговорила леди Таис. На полу лежал молоток столяра, и Настя привычно и умело приложила металлическую насадку к гематоме.

– Не надо, пусть Каяр посмотрит, какая у меня шишка огромная! – рвалась из рук матери девочка, но Настя держала крепко.

– Ничего он не посмотрит, – хмуро заметил отец. – Во дворце сразу к лекарю тебя отведу! Иди, одевайся, выезжать скоро!

Во дворце Таисов встретили, как почетных гостей, и сразу повели в зал для совещаний.

– Лорд Гиол будет на совещании? – уточнил Северин, шагая вслед за церемониймейстером. Гиол был магом-лекарем, одним из сильнейших в стране, и являлся советником короля по медицине.

– Да, конечно. Что-то опять случилось? – покосился пожилой человек на девочку.

– Аврора с лестницы упала, посмотреть надо, вдруг сотрясение мозга есть.

«Это вряд ли, – непочтительно подумал церемониймейстер. – Было бы что сотрясать!» Старик не любил леди Таис-старшую, уж больно много проделок она во дворце за прошедшие годы провернуть успела. Человек распахнул перед семьей магов двери зала и с облегчением закрыл их за ними.

– Добро пожаловать, леди Таис, мисс Аврора Таис, лорд-ректор! – поприветствовал вошедших кронпринц.

«Вот как он узнал, что я не Эос? Нас все, кроме родителей и Авара, путают. Я ведь сейчас чистенькая, аккуратненькая и стою молча!» – удивлялась Рора, пока супруги Таис здоровались со всеми советниками, чинно восседавшими за круглым столом.

– Лорд Гиол, осмотрите, пожалуйста, Аврору, и пусть она пойдет с Каяром погуляет. Направите слугу присмотреть за ними? – спросил Северин у принца, возглавлявшего сегодняшнее совещание. Мираил внутренними делами страны много лет уже не занимался.

Кронпринц кивнул. Гиол подозвал к себе мисс Таис:

– И что тут у нас, юная леди?

– Шишка на голове большая, – подставляя головку под руки лекаря, пояснила Рора.

– Ну, не такая уж и большая.

– Это мама молотком приложила, – печально вздохнула девочка.

Советники онемели. Родители Авроры онемели тоже. Один кронпринц сохранил полное самообладание.

– И откуда же взялась эта шишка? – насмешливо спросил Рейс.

– С лестницы упала, – огрызнулась на вечного врага Рора.

Все облегченно выдохнули.

– Понятно, – пробормотал Гиол, вылечивая шишку. – Вы тихонько погуляйте по саду, мисс, ладно? Если что – я здесь.

Прогулка по саду длилась минут сорок. Ну-у-у, на самом деле – минут пять, но дети твердо убеждали потом родителей, что сорок, и ни секундой меньше. Зато теперь Аврора с Каяром сидели на подоконнике чердачного оконца, свесив ноги вниз, и сквозь густые ветви раскидистого дерева смотрели вниз с третьего этажа: удастся Каяру подхватить воздушным магическим сачком верткого мелкого жучка или нет. Паучок Роры успел убежать до того, как она смогла сосредоточиться и схватить его, и теперь девочка искренне переживала за друга и желала ему удачи.  То, что все советники уже битый час ищут их по саду и дворцу, детям даже в голову не приходило.

– Давай, Каяр, еще поближе сожми... – шепотом советовала девочка.

– Эх, наверно, удерет сейчас... – напряженно сопел мальчик, передвигая сачок чуть в сторону.

– Абсолютно точно удерет!  – произнес холодный голос за спинами детей, и заклинание Каяра принудительно развеяла чужая превосходящая магическая сила.

– Ой! – пискнули подростки, оборачиваясь, и чуть не свалились с подоконника, но Рейс Сартор своевременно подхватил их воздушным силком и поставил на пол чердака.

Под внимательным взглядом кронпринца Аврора сообразила, что прогулка по пыльному чердаку не лучшим образом сказалась на ее платьице, но отряхиваться не стала – вот еще, она и в запыленном виде достойная мисс!

– Мисс Аврора Таис, не боитесь, что такую замарашку никто замуж взять не захочет?

Аврора фыркнула:

– Меня Каяр замуж возьмет, мы уже договорились!

Лорд Сартор укоризненно покачал идеальной головой:

– Пожалейте дворец, это древнейшее здание, наполненное уникальными раритетами нашей расы! Вашей парочки он не переживет! Пойдемте, вас ищут давно.

Кронпринц двинулся на выход, дети пошли за ним. За своей спиной Рейс услышал громкий шепот Авроры Таис:

– Вот очень удивительно, как у такой язвы, как кронпринц, народился такой милый и замечательный брат, как ты, Каяр. У него что – мать была из горных троллей?

Рейс спускался по лестнице, ведя за собой детей, и чувствовал себя старым. Очень-очень старым, древним, как королевский дворец Тавирии. Несмотря на то, что ему было всего сто пятьдесят семь лет, и несмотря на то, что отец настаивал на его очередном браке. Только что было решено, что воспитанницы леди Таис будут весь последний год часто бывать на балах и приемах во дворце, чтобы ближе познакомиться с магами и чтобы маги перестали шарахаться от девушек. И кронпринцу было велено присмотреть себе невесту.

________________________________________________________

* Высота статуй Донатоса в главном храме Тавии составляет 4 метра 10 сантиметров.

Глава №2. Бенедикт: Как, милейшая Шпилька, вы еще живы? "Много шума из ничего"

Сорок лет спустя, первого ноября, во всех городах Тавирии (и не только Тавирии) отмечали день рождения первых магинь мира Доин, появившихся на свет спустя двадцать тысяч лет после войны, лишившей этот мир женщин-магов. На центральной площади Тавии было организованно народное гулянье с циркачами, бесплатными пирогами и медовухой, проходившее под музыку городского оркестра. На вечер был запланирован большой магический фейерверк. Нечего и говорить, что на дармовое угощение и редкостное зрелище съехалось множество людей и магов со всех уголков страны. Магов, правда, больше привлекали сами красавицы именинницы, а не связанные с ними торжества. Пятидесятилетие было возрастом полного совершеннолетия у магов, и с сегодняшнего дня сестры Таис могли выбрать себе спутника жизни и создать семью – первую чисто-магическую семью за последние двадцать тысяч лет. А учитывая, что признанного жениха ни у одной из прелестных зеленоглазых сестричек еще не было, не стоило удивляться не только большому притоку в Тавию собственных, родных магов страны, но и значительному наплыву делегаций от соседей.

Как раз сейчас кронпринц Рейс вместе с его величеством королем Мираилом недовольно разглядывал (то есть, вежливо встречал) прибывшие посольские миссии от четырех близлежащих стран. После церемонных официальных приветствий и выражений обоюдных надежд на плодотворное сотрудничество, Рейс подозвал к себе всех четырех глав делегаций для приватного разговора. Мираил взял на себя обязанность развлекать гостей и вести с ними вежливые беседы о погоде.

– Господа мои хорошие, – сердитым голосом начал наследник престола. – Эти мальчики понимают, что им еще и работать тут придется?

– Конечно, ваше высочество! Это лучшие умы наших стран, надежда наций, так сказать! – смотря на Рейса кристально честными глазами, заверили все пожилые маги, сопровождавшие прибывший молодняк.

– Что надежда, это и так уже ясно, – раздраженно заметил кронпринц. – И какая именно надежда – тоже очевидно! Здесь ни одного мага старше ста лет нет! Вы не боитесь оставлять в нашей стране ТАКИЕ дипломатические миссии?

– Молодым магам нужно давать возможность проявить себя! И наработать опыт, – важно заявил глава делегации Рахлана.

Страна Рахлан граничила с Тавирией на востоке и по структуре и форме управления ничем не отличалась от других маго-человеческих стран мира Доин.  Основным населением были люди, которые управлялись магическим королевским домом. Нечего и говорить, что молодой восьмидесятилетний наследник королевского престола Рахлана был одним из рядовых дипломатов прибывшего посольства. Этот наследник был красив, весел и сверкал обаятельной улыбкой.

«Ты сам выбрал свой путь, кронпринц Аол Ралин, – мстительно подумал Рейс. – Можешь быть уверен, что первой мисс Таис, с которой ты познакомишься, будет мисс Аврора Таис. Я постараюсь устроить вам самое близкое знакомство и посмотрю, как ты сбежишь из Тавирии, путаясь в магических вихрях».

Если бы леди Анастасия Таис услышала сейчас эти мысли принца, то она могла бы резонно возразить, что ее старшая дочь уже переросла свои детские шалости и сейчас была очень достойной и разумной леди с несколько чересчур активной жизненной позицией. Обе сестры Таис с отличием закончили магическую школу, а сейчас не менее успешно учились в институте и собирались весной блестяще защитить свои дипломные работы. Также обе сестры были отлично воспитаны, и даже Аврора могла продемонстрировать при необходимости прямо-таки королевскую степенность, величавость и рассудительность. (Не будем уточнять, что необходимость в столь примерном поведении Рора видела крайне редко). Прием в королевском дворце, посвященный ее собственному юбилею и совершеннолетию, был, однако, одним из случаев такой необходимости.

– Лорд и леди Таис, мисс Аврора Таис и мисс Эос Таис! – провозгласил церемониймейстер, и весь зал на миг замер, а потом с еще большей силой зашумел и двинулся навстречу девушкам-магиням.

Следует отметить, что дочери Анастасии были не единственными магинями в собравшейся толпе. За прошедшие пятьдесят лет леди Таис успела воспитать два потока невест для магов: в первом наборе было четырнадцать девочек-выпускниц, а во втором  – уже двадцать пять. Абсолютно все воспитанницы смогли создать полноценные браки с магами, и в результате мир Доин приобрел уже тридцать одну магиню (не считая сестер Таис) и восемь магов (но мальчиков считали, почему-то, только их счастливые родители и леди Таис). Но самой старшей из этих девочек-магов было только тридцать семь лет, и она еще училась в школе вместе со своими подругами. Так что наибольший ажиотаж в мире вызывали пока сестры Таис. И тридцать воспитанниц третьего выпуска, которые летом должны были покинуть гостеприимные стены школы для будущих невест. Вокруг этих перспективных представительниц человечек тоже вились и местные, и приезжие молодые маги. Причем вились весьма умело: с момента рождения Эос и Авроры всякий маг моложе двухсот лет счел для себя необходимым обучиться танцам, дабы неумение вальсировать и элегантно кланяться не помешало ему «ухватить удачу за хвост».

Прием во дворце шел своим чередом. Эос и Аврора с абсолютно одинаковыми радушными, улыбчивыми лицами вежливо отвечали на все поздравления, чинно знакомились с новыми магическими лицами, приседали в реверансах и благонравно танцевали менуэт. Эос была в нежном светло-зеленом платье, а Аврора  – в ярко-красном, решив хоть так выразить свою неукротимую натуру.

Во время очередного медленного и пристойного танца, Рора жалобно спрашивала Каяра, плавно проплывая с ним в очередном пируэте под пристальными взорами окружающих гостей:

– Когда уже можно будет сбежать отсюда на гулянье? Вдруг, там уже скачки начались. И БЕЗ НАС!!!

– Не начались, без нас не начнут, не нервничай! Ты же знаешь, что можно будет уйти лишь после окончания официальной части – когда нас покинут мой отец и старший брат.

– О, Мираил уже уходит! А твой брат – не король, зачем и его ухода ждать?

– Затем, что именно он уже  является высочайшей властью в Тавирии, и всем это известно. Официальная коронация назначена на первое января, и тебе это тоже хорошо известно.

– Ты стал занудой, Каяр, – огорчилась девушка. – Придется мне в последний момент в амазонку переодеваться, хорошо, что я догадалась с собой во дворец ее захватить.

Тем временем танец закончился. Мисс Аврора остановилась у окна, с тоской поглядывая в него на вольную жизнь. Мисс Таис–старшая грустно думала о том, что если она еще  раз услышит от заезжих магов про свои изумрудные глаза, рубиновые губы и янтарные локоны, то самолично сдастся в королевскую сокровищницу как усыпанный самоцветами экспонат.

– Разрешите пригласить вас на последний вальс? – прозвучал за ее спиной хорошо знакомый глубокий бархатный голос.

По спине Авроры пробежали привычные мурашки непонятной ей природы.

«Наверное, это проявление аллергии на кронпринца», – определилась девушка, приседая в очередном реверансе.

Красивая пара девушки в алом платье и принца в темно-синем военном мундире с золотыми кантами, привлекла всеобщее внимание.

– Только бы они не передрались и не переругались посреди зала, – озабоченно прошептал Северин Таис своей супруге. – Лучше бы Рейс пригласил Эос!

– Эос танцует с Аваром, – заметила Настя. – Он бы не успел ее перехватить, а оказать внимание виновницам торжества кронпринц обязан. Рейс, конечно, считает Рору несносной девчонкой, а она его – сухарем-правителем, но на виду у всех они будут вести себя достойно. Когда-нибудь они оба поймут, что сильно ошибались относительно друг друга, и тогда во дворце, наконец-то, наступят тишь и благодать.

Тем временем вызвавшая столько пересудов пара закружилась по залу в вальсе. Насмешливо смотря в холодные ультрамариновые очи принца, окруженные пушистыми черными ресницами, своей очевидной мягкостью странно контрастирующими с чеканными чертами лица и твердым взглядом, Аврора Таис иронично произнесла:

– Сколь тяжела участь будущего монарха, вы даже решились танцевать со мной.

– Что делать. У многих людей есть неизлечимая мозоль, на которую они вынуждены наступать.

– При хорошей мозоли и монарх может стать живым человеком, а не приложением к законодательству.

– Не всем же повезло родиться «шпорой» в пятке, кому-то надо и о государственных делах радеть.

– Вы совершенно невыносимы, ваше высочество! – процедила Аврора, мило улыбаясь по сторонам и кокетливо хлопая ресницами. «Совершеннолетняя благовоспитанная девушка не должна забывать о правилах приличия и сотне устремленных на нее глаз! Даже если очень хочется о них забыть... Очень-очень хочется...»

– Будьте добры, улыбайтесь более целенаправленно: принцу Аолу, например.

– Решили сплавить меня в Рахлан? Одумайтесь: не будет меня – и вы закаменеете на троне!

– В этом будет и положительный момент: я закаменею без шипов в ногах.

– Зато с колючкой в языке! Осмелюсь напомнить: язвительность – не лучшее качество для крупного политика.

– Рад, что вы признаете меня крупным политиком. Потому что из вас даже мелкого не выйдет.

– Знаете, ваше высочество, кроме чужих неудач и провалов, в жизни есть и другие поводы для радости.

– Есть. Например, тот факт, что этот вальс – самый короткий.

Музыка смолкла. Аврора присела в реверансе и одарила Рейса показательной сияющей улыбкой; кронпринц поклонился и чарующим баритоном вежливо произнес:

– Благодарю за столь приятный танец, мисс Таис.

Оставив Аврору на попечение ее родителей, Рейс Сартор покинул прием. Подмигнув младшему принцу, Рора оперативно скрылась от строгого родительского взора и прошмыгнула в темный безлюдный коридор дворца, спеша к чуланчику, где спрятала перед приемом амазонку. По дороге ее догнал Каяр.

– Тут тесновато, – заметила девушка, стаскивая с себя бальное платье за закрытой дверью.

– Я в тебя верю: ты справишься! – хмыкнул друг и соратник.

– Платье подержи!

Рора приотворила дверь,  пихнула в руки Сартора-младшего алое платье и принялась натягивать амазонку.

– Вот тролль! Застежки на спине не достать!

В чулане послышалось активное шебуршение. Потом девушка вздохнула:

– Все равно не достать! Каяр, залезай сюда и помоги, а то я до ночи не переоденусь!

Младший принц вместе со всеми воланами и рюшами пышного платья втиснулся в каморку, кое-как прикрыв за собой дверь. В чуланчике действительно было тесно, а теперь стало и вовсе тесновато. И душно. И темно. Зажечь осветительные огоньки конспираторы не решились. Долгий процесс поиска пуговичек амазонки и их застегивания двигался медленно, но верно, сопровождаемый сопением и пыхтением всех его участников.

Кронпринц Рейс шагал к своему кабинету, радуясь, что прием прошел спокойно и достойно, несмотря на присутствие среди собравшихся подданных короны буйных элементов. Теперь все приглашенные пойдут развлекаться на гулянье, и во дворце наконец-то наступят тишь да благодать. Тишь да благодать, без громких речей и музыки, только с тихим сапом, шорохом и шушуканьем. Принц остановился и прислушался.

«Неужели слуги прямо во дворце решили поразвлечься? Странно, никогда ТАКОГО никто себе не позволял. А что это такое красное из-под двери чулана торчит? Похоже на подол бального платья... А в красном бальном платье были не слуги...»

Рейс решительно подошел к чулану, зажег осветительный огонек и распахнул дверь. На него вывалился взмокший, красный брат, прижимающий к себе столь же красное, как и его лицо, платье.

Рейс расширившимися глазами рассматривал полуодетую (или полураздетую?) мисс Аврору Таис. Золотые локоны девушки живописно разметались по алебастровым точеным плечикам, зеленые глаза посылали в старшего принца яростные молнии.

– Мне следует объявить о вашей помолвке? – не в силах оторвать взора от этой чертовки, протянул Рейс.

– Нет! – отрезала девушка.

– С чего это помолвка? – удивился Каяр.

– Мне трудно найти дипломатичный ответ на этот вопрос, – заметил Рейс. – Но могу заметить, что если вы не хотите, чтобы лорд Таис и лорд Мираил Сартор оттащили вас за уши в храм венчаться, то вам не стоит закрываться в полураздетом виде  в маленьком темном чулане.

– Я переодевалась в амазонку! Нам нужно успеть на скачки.

– Это я понял. Но мой совет остается в силе.

Рейс отвернулся от глупой парочки и быстро зашагал в сторону своего кабинета. «Может и лучше, если Каяр на ней женится. Для нашей королевской династии брак с первой женщиной-магиней будет огромным личным и политическим успехом... И тогда им уже не придется прятаться для смены одежды по чуланам, а мне не придется натыкаться на них...» Изгоняя из сознания видение растрепанной Авроры, кронпринц старался сосредоточиться на куда более важных делах, чем очередная авантюра младшего братца с его ехидной подружкой. Но сознание пылко сопротивлялось попыткам здравого смысла отвоевать себе его просторы, и продолжало настаивать, что за этой бойкой парочкой обязательно нужно присмотреть. Особенно на скачках в большой полупьяной толпе. В итоге, кронпринц свернул в свои покои, чтобы переодеться в форму магической охраны правопорядка и пойти на эти тролльи скачки.

– Какого дохлого тролля он свернул в другую сторону?! – зашипела спрятавшаяся напротив двери личного рабочего кабинета принца фигура мага в темных одеждах. – Почему не пошел в главный зал к гостям? Ты говорил, что он планировал последний танец с одной из сестер Таис танцевать!

Рядом шевельнулась вторая похожая фигура и хриплый голос прошептал:

– Это уже не важно, видно, мы опоздали на последний вальс. Быстро забираем артефакт и уходим. Ты сам говорил, что эта реликвия одноразового использования и ей двадцать тысяч лет. Если нас сейчас возьмут с поличным,  то второго такого амулета мы не достанем... Теперь придется коронации ждать, ведь главный так хочет устроить массовое представление... Это плохо! Уже завтра они поймут, что сегодня в разгар праздника было вскрыто королевское хранилище артефактов и начнут расследовать все обстоятельства, а учитывая, что им еще и богиня Доната может помогать... Значит, так! Помощника-слугу – убить! Ты немедленно возвращаешься с артефактом к нашим, передадите раритет мне в последний момент, а сами подготовьте полновесную ловушку к первому января.  Приготовите ее сами, без меня: мои мысли и воспоминания наверняка будут читать, а свежие думы скрыть куда сложнее, чем те, что уже утонули в глубинах памяти...

В это же время Мираил тихонько беседовал с леди Таис, гуляя по отдаленному уголку хрустальной оранжереи. В этом чудном месте весь год магически поддерживались погодные условия, соответствующие началу июля, и весь год цвели и благоухали разнообразные розы, под чутким руководством магов-целителей.

– Обрадуйте старика, Анастасия. Скажите, что хотя бы в этом выпуске найдется невеста для моего старшего сына. Вы же умная женщина и понимаете, как важно сохранить наследование престола по прямой линии.

– Понимаю, – вздохнула Настя.

Законы престолонаследования в Тавирии были таковы, что только старший сын, и его старший сын впоследствии, имели первоочередное право на корону. Если же король не оставлял после себя старшего наследника, то все прочие его родственники: младшие сыновья, братья, кузены, дяди, племянники и далее до второго колена включительно, имели равные права на престол. Случись что с кронпринцем, или просто умри он от старости через сто лет, не оставив после себя сына – и Даниру с Каяром было бы не просто отстоять право занять трон отца. Потому что младший брат Мираила давно примкнул к «жрецам Донатоса» и проповедовал архаичные идеи полного порабощения магами людей. Сейчас эта горстка отступников не имела никакого политического веса, но признай Донатос новым королем Кахира Сартора – и тяжелых последствий было бы не избежать.

– Я слышал, что многим вашим воспитанницам нравится мой старший сын, – настаивал на своем Мираил.

– Им нравится не столько Рейс, сколько его романтический статус принца, а также исключительно совершенное и прекрасное лицо. В глубине души они все его побаиваются, и это не удивительно: девочкам всего шестнадцать, а Рейс хладнокровный, резкий и исключительно умный мужчина.

– Вы говорите так, будто ум моего сына – это недостаток, – обиделся Мираил.

– Я хочу сказать, что умному, жесткому, двухсотлетнему политику весьма трудно полюбить юную девочку-школьницу, какой бы смелой и бойкой она себя не ощущала. И девочки отлично это понимают – они у меня не глупышки! Никому не хочется становиться сумасшедшей, ведь взаимная любовь – лучший помощник в борьбе с наркотическим действием магических феромонов. Да и Доната может благословить лишь ту пару, что взаимно любит друг друга! Потому девушки и влюбляются в магов помоложе и ...  попроще. Бывают уникальные дети, которые уже в шестнадцать мыслят и ведут себя как в шестьдесят лет, но мне такие пока не попадались.

«В этом мире – точно!» - мысленно добавила Настя.

– Вы предлагаете мне переодеть сына селянином и знакомить его с невестами на вспаханном поле?  Чтобы он приблизил себя к народу, изобразил простака? – невесело пошутил Мираил.

Настя живо представила себе, как переодетый крестьянином принц с высокомерным взглядом, военной выправкой, надменным лицом и гордо вскинутой головой, одетый в расшитую бисером праздничную крестьянскую рубашку,  кидает вилами навоз... и расхохоталась.

– Из кронпринца выйдет такой же скромный селянин, как из меня бойцовый степной тролль! Не переживайте, ваше величество, обязательно найдется активная, храбрая, умненькая мисс, которая приберет к рукам вашего серьезного, зацикленного на делах королевства, старшего сына.

Седой, как лунь, уже чуть сгорбленный под тяжестью лет король, вздохнул и согласился подождать этого чуда.

– Настя! – раздался крик Северина Таиса. – Ты срочно нужна мне!

Настя поспешила к выходу из оранжереи. У оплетенных вьющимися розами арок стоял Северин, обнимая рыдающую Эос.

– Вот! Она плачет и не говорит почему, – в панике проговорил лорд Таис. – И Авроры нет! Разберись, пожалуйста, я не понимаю этих женских премудрений!!!

– Аврора наверняка уже уехала на скачки с Каяром: гулянье в разгаре и многие гости ушли на  центральную площадь, – спокойно ответила Настя, забирая у мужа младшую дочь и гладя ее по волосам.

– Ей же надо переодеться, – озаботился Северин.

– Уверена, она переоделась – она брала амазонку с собой.

– С собой? Я не заметил.

Настя пожала плечами. Говорить, что Рора изо всех сил пыталась вывезти амазонку тайно, явно не стоило. Супруги Таис попрощались с монархом и отбыли домой.

----------------------------

Дома, в спальне младшей дочери, Настя расчесывала Эос волосы и слушала ее горькие всхлипывания:

– Он обнимал ее, я видела! Эту твою вертихвостку – дочку директора обязательной школы! Мама, Авар жениться хочет, невесту себе присматривает – что мне делать?!! Он же на меня, как на ребенка смотрит, а мне никто другой не нужен, и никогда не будет нужен! Мама!

– Авар действительно чересчур привык считать тебя маленькой девочкой. Нужно как-то продемонстрировать, что ты уже выросла...

– Тебе легко с папой было – вы сразу поженились!

– Не то, чтобы легко, – Настя вспомнила первый супружеский вечер романтической поэзии, – но мой вариант с папой тебе не подойдет!!! Мы что-нибудь придумаем. Успокойся и ложись: утро вечера мудренее...

Глава №3. Мужская предусмотрительность – вечный страж женской беззаботности.

Когда кронпринц добрался до скакового поля, соревнования были уже в разгаре. Впервые за много лет забеги наездников-людей чередовались с заездами, в которых все участники были магами. Рейс подоспел как раз к началу первого «магического» заезда. Среди участников были Каяр, Аврора, почти весь остальной состав их студенческой группы и юные представители дипломатических миссий.

Было решено, что маги делают не один круг по полю, а три, чтобы победил действительно самый достойный, а не самый удачливый из участников. Распорядитель дал отмашку, и кони полетели. На скачках было запрещено пользоваться магическими силами, и за соблюдением этого правила внимательно следила охрана правопорядка. На столь массовых гуляньях охраны было много, и Рейс в своей форме ничем не выделялся из толпы, только пониже опускал голову в высокий воротник.

В первом круге лидировал Каяр,  за которым буквально хвост в хвост двигались Аол и Аврора. Наблюдая, как эти несносные шалопаи несутся по полю сломя голову и бесшабашно перескакивают через препятствия, Рейс Сартор стискивал зубы и держал в руках заготовленное заклинание воздушного сачка на случай, если кто-то  вздумает упасть с коня и свернуть себе шею ради пущего веселья. Остальная охрана сосредоточенно занималась тем же. На последнем третьем круге первой пришла Аврора.

– Ура! УРА!!! Да здравствует мисс Таис! – кричали все маги, а собравшаяся многочисленная толпа людей скандировала: «Ав-ро-ра! Ав-ро-ра!» - в Тавии все знали и искренне любили первых магинь, а про шалости мисс Таис-старшей буквально легенды складывали. За прошедшие пятьдесят лет Эос с Авророй чуть ли не героинями мифов для людей Тавирии стали.

Организатор скачек, пожилой солидный мужчина, возглавлявший совет купцов города, торжественно, под звуки фанфар, вручил мисс Авроре Таис главный приз: золотую статуэтку скачущего коня.

– Солнышко, мы специально тебе поддались, чтоб не портить твой день рождения, – весело соврал Каяр и получил дружеский подзатыльник. – Ты заметила, что я пришел вторым?

– Вторым пришел я! – воскликнул Аол Ралин и негодующе посмотрел на главного соперника в борьбе за внимание прекрасной леди.

– Вот еще! Ты у свидетелей спроси – вон их сколько!

Мнения свидетелей разделились: одни считали, что вслед за Авророй пришел Каяр, другие – что Аол. На самом деле, все следили за Авророй и мало смотрели на вторые лица.

– Поменяйте коней и пройдите еще один круг. Так даже честнее будет: с незнакомым конем работать труднее, – предложила Аврора.

– Три круга, – дружно уточнили юноши и отправились арендовать живность, пока на поле соревновались люди.

Прочие юные маги решили присоединиться к своим лидерам и тоже отправились к загонам в конце поля, а Аврора присела у ограды отдохнуть.

Полюбовавшись на героиню дня, люди постепенно отошли, заинтересовавшись новыми призерами и подготовкой ко второму магическому заезду. Рора сидела на лавочке и грызла сухую травинку, посматривая, как на темнеющем небе появляются первые звездочки. Над полем сияли магические огни, но здесь, в стороне, уже сгущалась ночная мгла. Ускользнувшие от матерей человеческие ребятишки шести – десяти лет лазали по ограде и бегали вокруг самой отдаленной лавочки на перегонки, изображая из себя и коней и всадников одновременно.

Закончился очередной заезд мужчин-людей, и вся толпа дружно потянулась посмотреть на соревнования магов. Авроре было лень покидать насижено место: она мысленно пожелала другу удачи и осталась ждать его здесь, в покое и тишине. То, что за ней наблюдает кронпринц, Роре и в голову не приходило. Тем временем, мимо лавочек повели взбудораженных скачками, большим количеством людей и шумом, взмыленных коней. Большой черный конь упрямился, тряс головой и бил копытами, не желая идти вслед за конюхом. Парнишка-человек попытался потянуть его сильнее, но разозлившийся коняга встал на дыбы, заржал, вырвал поводья из рук конюха и поскакал в сторону ворот. А на пути этого черного бешеного монстра испуганно застыл маленький мальчик, не успевший убежать к ограде и залезть на нее, как товарищи.

Не думая об опасности, Аврора кинулась между конем и ребенком, быстро сплетая и бросая в вороного воздушный силок и одновременно отталкивая мальчишку магическим вихрем. С трудом контролируя два заклинание одновременно, Рора больше сил отдала, чтобы оттолкнуть ребенка, и с ужасом почувствовала, что магии для удержания коня может не хватить... Вернее, она уже не успевает добавить заклятию необходимой энергии...

Огромного вороного вздернуло вверх метра на три  магической сетью и сдавило его так, что он заржал от боли. Отшвырнув сникшего и дрожащего коня к ногам конюха, Рейс бросился к Авроре, которая будто приросла к земле, не в силах сдвинуться с места.

– Ты что делаешь, недоучка малолетняя?! Тебя затоптать могли! – заорал перепуганный Рейс.

– Малыша тоже! Его жизнь также ценна, как и моя! Или вы людей за равных не считаете? Захотели – сгубили, и совесть не мучает? – очнулась Аврора.

Рейс скрипнул зубами: судьба его первых жен даже спустя столько лет лежала камнем на сердце.

«Так и задрал бы юбку, и всыпал бы по этой круглой упрямой попе! Так и приложил бы ладонью...»  – мысли Рейса вдруг приобрели фривольный оттенок.

Смотря вслед гордо уходящей девушке, не отрывая глаз от ее плавно покачивающихся бедер, Рейс с ужасом чувствовал, как «фривольный оттенок» наливается горячим эротическим подтекстом.

«Чур меня! Эта ведьма всю душу из меня выпьет, все мозги из головы вытрясет, если я позволю себе увлечься ею! Нужно срочно жениться! Стоит помолиться Донате, чтобы одна из выпускниц Анастасии Таис согласилась стать моей невестой», – определился кронпринц со своей дальнейшей судьбой.

Инцидент с конем прошел незамеченным для других присутствовавших на скачках магов, болевших за участников второго магического заезда. Первым пришел лорд Каяр Сартор, и жители Тавии верноподданнически радовались победе сына правителя. Аврора поздравила товарища с успехом и заявила, что устала и хочет домой. У Роры в самом деле дрожали коленки от пережитого страха за малыша и собственную жизнь, и ей уже не хотелось ни гулять по городу, ни смотреть на праздничный салют. Каяр проводил подругу до ворот особняка Таисов и уехал, а кронпринц (тихо следовавший за неразлучной парочкой) облегченно вздохнул и тоже повернул во дворец.

Раздеваясь в своей комнате, Аврора думала о том, что обязана стервозному кронпринцу как минимум целыми костями, а, возможно, и жизнью: сильные повреждения надо лечить сразу, так как оживить умершего не может даже маг. Натягивая ночную сорочку, Рора прислушалась к тихим звукам, на которые сперва не обратила внимание, и поняла, что это рыдания, доносящиеся из комнаты сестры.

Девушка босиком, в развевающейся сорочке, понеслась спасать сестренку.

– Что случилось?!

Эос подняла на близняшку заплаканные глаза:

– Авар жениться хочет!

– Ну так женитесь, – не поняла Рора, в чем проблема.

– Он не на мне жениться хочет!

– А на ком ?!?! – спросила Аврора в таком крайнем изумлении, будто единственные особи женского пола в этом мире: они с сестрой и лягушки с жабами.

Эос поведала Таис-старшей все горести сегодняшнего вечера. Аврора задумалась. Натягивая одеяло на любимую сестричку, Рора пообещала:

– Мы что-нибудь придумаем. Успокойся и ложись: утро вечера мудренее...

Глава №4. Мужчина и женщина могут яростно враждовать по двум причинам.

Мужчина и женщина могут яростно враждовать по двум причинам: либо они испытывают друг к другу тайную страсть, либо их отношение к жизни прямо противоположно. Чаще всего эти две причины действуют одновременно...

Утро воскресенья началось для Рейса Сартора с шума хлопающих дверей и взволнованного гула голосов.

«Боги, всю ночь гуляли, спать салютами не давали, и теперь отдохнуть не дадут! Надо было второй дворец где-нибудь в глуши построить и сбегать в него на праздники: жить в самом центре столицы можно только в рабочие дни, когда звуко-заглушающие амулеты от большой нагрузки не сбоят», – рассуждал Рейс одеваясь и стараясь не вспоминать жаркий сон, в котором спасенная от бешеного коня Аврора бросалась к нему на шею с поцелуями: такими сладкими, лишающими разума и воли поцелуями...

Грёзы кронпринца безжалостно прервал отец, шагнувший в его спальню:

– Рейс, вчера во время приема  было не санкционировано вскрыто королевское хранилище артефактов. Что именно унесено – пока не ясно, я вызвал лучших артефакторов и амулетчиков, а охрана правопорядка уже начала опрашивать слуг и магов. Очень странная ситуация: сработали только некоторые из охранных и следящих заклинаний, но ведь даже в случае одного сигнала от охранок должна была включиться звуковая сирена, а она не действовала.

– Ясно. Я сам спущусь в хранилище и посмотрю охранки. Как только артефакторы смогут сказать что-то определенное – собираем всех магов-специалистов и следователей в малом зале. Выводы можно будет делать, лишь собрав все факты. И еще одно: на совещание советников не приглашать! Только мы с тобой и профессионалы-эксперты.

– Думаешь, виноват кто-то из советников?

– Насколько я помню, древнейшая охранная система должна полностью блокировать выход, если в хранилище окажется маг, не принадлежащий к кругу советников или не являющийся прямым кровным наследником правящего монарха (то есть, твоим сыном) или самим монархом. А так как злоумышленник скрылся – вариантов у нас немного. Каяр весь вечер был у меня на глазах, Данир в горах у троллей, а нас с тобой я не планирую подозревать...

К середине выходного дня Рейс сидел в малом зале, уже имея на руках первичные отчеты всех специалистов, и подводил итог всем обнаруженным фактам:

– Господа маги,  прошу поправить меня, если я что-то неверно понял или не учел. Дополнения также принимаются. Если кого-то из вас что-то насторожит в выводах других экспертов, то тоже прошу высказать свои сомнения. Итак, вот что мы имеем:

Те охранные заклинания, что все-таки сработали, информируют о том, что в хранилище проник либо один из советников (вариант членов монаршей семьи опровергают другие факты), либо очень сильный маг-артефактор или стихийник, способный изменить настройки большинства сигнальных заклинаний, которого могли сопровождать и другие неизвестные лица. В нашем королевстве настолько сильных магов не выявлялось. Кто именно из советников мог или не мог произвести взлом – выяснить пока не удалось, так как алиби нет ни у кого: все они присутствовали на приеме во дворце и все иногда выходили из главного зала и покидали область действия записывающих кристаллов. Системы зафиксировали, что из хранилища вынесен один сильный артефакт, и сейчас сверяют списки всех находившихся на королевском учете экземпляров с оставшимися в хранилище ценностями. За оградой дворца найден труп одного из наших слуг-лакеев. Человек убит одним ударом острого предмета в сердце (видимо, кинжалом) и ни орудия убийства, ни следов магического присутствия рядом с мужчиной не обнаружено. Возможно, что эта смерть не связана с событиями во дворце, но скорее всего – наоборот. На этом пока всё. Так?

Присутствующие кивнули.

– Опрос слуг еще продолжается: завтра опросят тех, у кого сегодня был выходной, – заметил один из магов охраны правопорядка.

– Завтра утром у меня лекция по законодательству Тавирии в институте, лорд Бориор Таис уговорил лично пообщаться со студентами-выпускниками. После обеда назначено заседание королевского Совета (отменять его я не стану, несмотря на все подозрения), но вечером я буду у себя в кабинете – если выяснится что-то новое, то жду к себе.

Маги покинули зал для совещаний, остались только кронпринц и король. В двери вошел секретарь:

– Ваше величество, еще одна неприятная новость: в двухстах милях от столицы вблизи поселка Тарьек осыпались песчаные сопки, и часть домов была погребена под слоем песка и камней. Советник по внутренним делам, лорд Перос, сообщил, что волонтерский отряд студентов-магов под руководством мисс Авроры Таис уже час назад вылетел к месту происшествия. Сейчас туда подтягиваются и его сотрудники. Никто не пострадал, молодые маги прибыли очень быстро и успели всех людей вытащить из зданий, попавших под обвал.

Король Мираил кивнул с довольным видом:

– Вот не зря  мисс Таис-старшая десять лет назад уговорила тебя официально признать ее  «летучий отряд спасателей-студентов»! Очень много реальной помощи эти юные маги приносят, на всех происшествиях первые! Пока там специалисты из всех подразделений собираются – а студенты уже работают. И ведь организованно и сплоченно помощь оказывают,  среди них и артефакторы, и лекари есть, и стихийников много. Пусть не до конца обученных, но первую помощь они оказывают качественно и быстро! Мисс Аврора Таис – умница, настоящий лидер среди своего курса, готовый всегда кинуться на помощь ближнему и других к этому важному делу привлечь. Знаешь, как народ дочерей Северина Таиса любит и уважает?! И есть за что!  Жаль, что вы не ладите с Авророй – из нее отличный советник в будущем выйдет,  – король умоляюще посмотрел на старшего сына и добавил: – А принцесса – еще лучше и уже сейчас! Во всех королевствах это уже поняли – вон сколько женихов понаехало, а мои сыновья как котята слепые, такое сокровище под своим носом разглядеть не могут!

– Почему же не могут – Каяр ей отличной парой станет, как только они оба дорастут до брака, – резко ответил Рейс.

– Только на него и надеюсь, – вздохнул Мираил, а Рейс поморщился, как от внезапной зубной боли: почему-то вызвала сильное раздражение мысль о возможном скором браке Авроры с ... да с кем угодно! Вот кому такая язва в жены нужна, совершенно не понятно!

– Может, к Эос присмотришься? – робко предложил Мираил сыну.

– Папа, перестань, мне и одному отлично живется! Слетаю, посмотрю, что там. Во дворце пусть продолжают маги Игита Ирьяша работать, не буду им мешать, – решил Рейс.

Вылетая к месту стихийного бедствия, кронпринц думал над последними словами отца:

«Вот к кому я всегда исключительно хорошо относился, так это к Эос Таис. В высшей степени разумная и ответственная девушка! Самое удивительное, что те же качества присущи и Авроре, но сочетаются в ней с такой взбалмошностью, стремительностью и склонностью к едкому сарказму, что разглядеть их не просто, хотя за прошедшие года все столичные маги в многочисленных достоинствах и старшей мисс Таис неоднократно убедились. Почему же спокойная и приветливая Эос оставляет меня абсолютно равнодушным, а бесшабашная и насмешливая Аврора притягивает, как огонек мотылька? Я всегда считал, что подобное тянется к подобному, но в обществе обеих сестер меня как магнитом тянет попикироваться со старшей сестрой, а не мило побеседовать с младшей, спокойный нрав которой так похож на мой собственный характер. Кстати, никогда не понимал, как другие маги умудряются путать сестер! Даже когда Рора изо всех сил подражает Эос, в ее улыбке все равно просвечивает такая задорность, во всех жестах сквозит такая с трудом сдерживаемая порывистость, что спутать ее с сестрой просто невозможно! А как сверкают ее глаза... Их цвет совсем не похож на цвет глаз Эос: у той просто красивые зеленые очи, а у Авроры они будто бездонные озера, в которых отражается молодая зелень прибрежных деревьев, гладь которых никогда не бывает спокойной – то золотые искорки проскакивают, то темно-зеленые волны бегут. Хорошо, что противоположности никогда не притянутся друг к другу (огонь и лед несовместимы), а то у меня был бы реальный шанс утонуть в этих озерах. А так у меня есть надежда удачно женить младшего брата, и это отлично! Каяр превосходно ей подходит: молодой и веселый маг, который понимает эту девушку лучше многих. Да-да, у них будет замечательная семья... »

Самовнушение обладает великой силой и даже черное может представить белым. Жаль, что эффект от самообмана недолговечен.

Основные спасательно-уборочные работы в Тарьеке к прилету принца уже были закончены. Чумазые молодые маги, выпачканные в песке и глине, очищали от остатков заносов жилые дома, а другая часть волонтеров формировала новые устойчивые скаты на поврежденных оползнем склонах: земля бугрилась, поднималась, и выстраивала ровные оборонительные гряды, опоясывающие сопку выпуклыми поясами. Верхние части сопок утрамбовывали воздушными тисками. Аврора Таис самолично относила пострадавших людей воздушными потоками поближе к работающим в центре села магам-лекарям. Сейчас девушка держала на руках маленькую девочку со сломанной ручкой, которой уже дала обезболивающее зелье и, удерживая на ее руке голубой воздушный жгут, дожидалась, пока Эос закончит сращивать края большой рваной раны на ноге мужчины. Отвлекая ребенка от страха и отголосков боли, Аврора наколдовывала огненных рыбок и водяные шарики: рыбки ныряли в воду и обе стихии рассыпались красивым сине-золотым фейерверком. Человеческая девочка на руках у магини тихо смеялась, а стайка невредимых крестьянских ребятишек бурно восхищалась и требовала новых и новых зрелищ.

Рейс, стоя на краю поселка, с уважением и затаенным восхищением смотрел на девушку: сейчас, в заляпанной грязью одежде, с усталым, но улыбающимся ребенку лицом, Аврора казалась ему самым прекрасным созданием в мире. Эос забрала у сестры девочку и с сосредоточенным лицом стала вливать в нее целительскую силу и плести заклинания. К Авроре подошли люди и маги и о чем-то заговорили с ней. Магиня кивнула и пошла в сторону самой большой отдаленной сопки; с ней потянулись и сопровождающие.

Кронпринц двинулся в центр поселка. Маги из охраны правопорядка, увидев лорда Сартора, уважительно кивали ему и докладывали, что последствия оползня ликвидированы, всем людям маги-лекари оказывают необходимую помощь, тяжелых пострадавших уже подлечили и угрозы чьей-либо жизни уже нет. Впрочем, в этом Рейс мог убедиться и собственными глазами. Люди уже активно вставляли выбитые окна и двери, латали крыши; отовсюду слышался деловитый говор, покрикивания, визг пил и стук топоров. Женщины накрывали столы во всех больших домах, чтобы накормить детей, работяг и спасателей, девчушки помладше мели улицы, помогая магам с уборкой. Эос приветливо улыбнулась принцу, продолжая работать. Вокруг мисс Таис-младшей толпилось несколько помощников из посольских делегаций соседних стран.

«Даже и гадать не надо, где остальные дипломаты, – зло подумал Рейс. – Точно за старшей мисс Таис увязались!»

Кронпринц, не задумываясь о мотивах собственных действий, поспешил к той же сопке, куда двинулась процессия с Авророй во главе. Ближе к принцу был северный склон холма, так что его приближение оставалось незаметным для магов и людей, двигавшихся по западной стороне.

Не ведая о нависшей над ними страшной каре в лице старшего наследника династии Сарторов, молодые и веселые приезжие маги активно засыпали  магиню комплиментами. Аврора лишь посмеивалась и осаждала самых ретивых замечаниями:

– Не стоит так часто упоминать мои огромные зеленые очи и притягательный рот – я начинаю ощущать себя лупоглазой лягушкой, притягивающей мух, и очень расстраиваюсь...

– Вас восхищает моя рассудительность? Меня тоже: думать – это самая трудная из работ; видимо, поэтому столь мало молодых магов ею занимаются...

Последнее замечание, честно признаем, было незаслуженным и несправедливым, так как юноши все утро энергично расчищали завалы, управляя воздушной стихией, чтобы отлевитировать крупные валуны и камни к подножиям сопок, раздавали лекарственные зелья и отвары пострадавшим, пока лекари трудились над самыми тяжелыми случаями, и работали на совесть, демонстрируя умения и знания умных, образованных магов. Принц Рахлана, Аол Ралин, даже понравился Авроре: это был очень симпатичный и обаятельный молодой маг с черными кудрями цвета воронова крыла до плеч и ярко-зелеными глазами, напоминавшими магине собственные очи. Его высочество не был лишен чувства юмора и весело перешучивался с Ророй, периодически вгоняя ее в краску игривыми намеками.

«Может, и в самом деле к потенциальному жениху присмотреться? Умный, жизнерадостный кронпринц, который, в отличие от нашего высочества, не вызывает во мне страстного желания сказать гадость и совершить не подобающую благородной мисс пакость. Аол не будит во мне тех страстных чувств, что испытывает Эос по отношению к своему Авару, его прекрасный лик точно не лишит меня сегодня сна и не навеет романтические грезы, но, возможно, мне просто природой не дано испытывать страстное влечение к кому-то? Я всегда всех своих ровесников воспринимала как друзей, а магов постарше – как защитников и наставников, но не мужчин. Вдруг, единственные бурные чувства, что мне доступны – это море весьма страстных негативных эмоций в отношении Рейса Сартора? Почему мне все время нестерпимо хочется расшевелить эту прекрасную мраморную статую? Лавры мифического мага-скульптора, оживившего свое творение, покоя не дают? Может, другие кипучие эмоции проснутся у меня уже в браке?» – раздумывала девушка.

Осмотрев вызывавший подозрения у селян склон холма, маги укрепили верхние слои почвы и уселись прямо на светлый чистый песок, который после оползня местами сменил снег на сопке, дружно нагрев верхний слой песочка до летней температуры.

– Неразумно остатки магических сил растрачиваем, – попеняла всем (и себе в том числе) Рора. – Теперь долго маго-энергетический потенциал восстанавливать придется: минимум пару дней усиленного питания и полного отдыха потребуется. Хорошо, что у нас только в среду практическое занятие по боевым заклинаниям.

– Не переживайте, красотулечка наша, мы ж не глупые, все понимаем! – защебетали жительницы Тарьека.

– Давайте, бабы, накрывайте прямо здесь – оставшихся в поселке магов и без вас накормят, – приказали мужчины из селян.

Женщины из поселка, сопровождавшие магов, быстренько раскрыли свои котомки и на теплый песочек легли вышитые скатерти, поверх которых появились плетеные корзиночки с пирогами, булочками, домашними колбасами и сыром, а также бутыли с квасом и морсами. И люди и маги дружно принялись обедать, обсуждая события утра и довольно щурясь на ясное солнышко.

Чуть отдохнув и воспрянув духом от сытного угощения, приезжие маги снова попробовали поухаживать за несговорчивой девушкой:

– Раз с голоду добрые селяне нам помереть не дали, то самые последние остатки магии следует потратить самым разумным образом, – обаятельно улыбнулся Аол Ралин и сделал сложный пасс руками.

Светло-желтый мелкий песок закрутился в виде великолепной лилии с большими лепестками, на которых брильянтиками заискрились капельки воды. Этот магический цветок с голубым шлейфом воздушной стихии плавно подплыл к Авроре и девушка, смеясь, перехватила контроль над стихиями цветка: теперь он колыхался над ее ладонью. Примеру принца Рахлана поспешили последовать и другие юноши, устроив в воздухе целый вальс цветов из песка. Кронпринц скрипнул зубами, наблюдая этот карнавал магической флоры.

– Спасибо вам, – улыбнулась Рора, вставая. Вслед за ней взмыли вверх и многочисленные цветы. – А теперь...

–... следует вспомнить, что очищенные дома людям нужно успеть протопить до вечера,  – вышел из-за каменного выступа холма никем не замеченный ранее принц.

Аврора испуганно обернулась, взмахнув руками, и весь шикарный песчаный букет полетел прямо в лицо кронпринца...

Рейс поспешно выставил щит, но некоторые цветочки успели долететь до наследника Сарторов. Все притихли. Добрая женщина в цветастом пальто, угощавшая магов-волонтеров горячими пирожками, поспешила сказать:

– Это очень хорошая примета, ваше высочество: когда на вас падает цветок – это к скорой свадьбе!

Кронпринц взмахом руки очистил себя от песка и мрачно заметил:

– А когда падает песчаный цветок – к скорому погребению...

Уважаемые маги сопредельных государств, выражаю вам искреннюю благодарность за личную, добровольную, своевременную помощь нашему «летучему отряду спасателей». Спасибо! Надеюсь, и дальнейшее наше сотрудничество будет столь же плодотворным. Кстати, завтра днем первая деловая встреча ваших делегаций с королевским Советом моей страны, так что – до скорой встречи!

Под суровым намекающим взором старшего сына монарха, юные дипломаты заверили кронпринца страны в своих вечных дружеских намерениях и разлетелись. Селяне с дарами своих печей тоже поспешно зашагали вниз, испуганные суровым видом наследника престола. На склоне сопки остались стоять только Аврора и Каяр.

– Весьма оригинальный способ организации пикника с поклонниками на лоне природы. Вам и стихийные бедствия удается превратить в балаган с пирогами и плясками, мисс Таис. Просто удивительный талант к налаживанию дружеских связей с послами соседних королевств!

Рейс Сартор развернулся и чеканным строевым шагом направился к дому старосты, стоявшему в отдалении под холмом.

А вслед за кронпринцем на бреющем полете понеслась ма-а-аленькая, но очень злая, огненная птичка.

Каяр одними губами бесшумно прошептал: «Не надо!», но пламенная ласточка Роры твердо нацелилась влететь между гордо расправленных широких плеч старшего принца.  Но долететь до цели не успела.

Старший принц замер на месте и повернул голову в сторону не в меру разошедшейся магини. Птичка с тихим потрескиванием спряталась в снегу, пустив струйку пара в синее небо.

– Не нужно всю жизнь полагаться на то, что статус первой магини и надежды расы защитит вас от заслуженного наказания, – тихо пророкотал бархатным угрожающим голосом Рейс. – Вашему детству явно не хватило воздушных подзатыльников, мисс, потому-то это детство все никак не может с вами расстаться. Ваш батюшка слишком мало наказывал вас!

– У моего батюшки всю жизнь полна голова забот вашими стараниями!

– Ну, для порки хватило бы и свободных рук...

Красивый красно-золотой крылатый фаербол Роры с шипением рассыпался искорками в лужице подтаявшего снега. Рейс улетел порывистым вихрем, а Каяр удивленно развел руками и произнес, обращаясь к своей подруге:

– Почему ты так себя ведешь?! Ты уже много лет подобных выходок себе не позволяешь, и вообще, очень воспитанная девушка! Разве ты не уважаешь моего брата, не считаешь его достойным соправителем страны? Не понимаю! Вы оба – разумные, ответственные, трудолюбивые маги, но как только вы сталкиваетесь вместе, происходит «Бум!» – и вы оба становитесь язвительными неадекватами. Почему?!

– Не знаю я! Даже предположить не могу! – воскликнула Аврора. – У меня врожденная аллергия на твоего старшего брата и лечению она не поддается! Я действительно почитаю кронпринца за его несомненный ум, благородный характер и стальную выдержку (в отношении меня в том числе). Но не всегда могу удержаться от... попытки вдохнуть в него искру жизнерадостности, давай назовем это так. И спасибо тебе, что прилетел и помог, хоть и не студент уже давно. Ты – самый лучший маг в мире, Каяр!

А Рейс тем временем негодующе возмущался: «Поверить не могу, что деловая, разумная и сострадательная девушка, примчавшаяся помогать людям в отдаленный поселок, может вести себя, как избалованное дитя! Она специально заставляет меня ощущать себя старым извращенцем, увлекшимся юной девочкой?! Хотя, какое уж тут увлечение?! Раздражение и злость – и только! Это странное вожделение, что проснулось во мне недавно, умрет в страшных судорогах, как только начнет сталкиваться с этой фурией почти ежедневно в институте! Думать о ней не желаю, об этой девчонке несносной! Когда Каяр на ней женится – отдельный дом пусть себе строит! Даже не взгляну завтра в ее сторону! Точно говорю!»

Глава № 5. Факты противоречивыми быть не могут. И это факт.

В понедельник утром все немногочисленные студенты магического института толпились перед входом в аудиторию: впервые читать краткий курс лекций по гражданскому праву страны должен был сам старший наследник монаршего престола. Причем наследник, который по окончании этого курса должен был стать правящим королем. Молодые маги перешептывались и строили предположения, что им грозит в случае неверно выполненных домашних заданий или невыученных зачетов.

Здесь стоит заметить, что однокурсники Роры, неоднократно побивавшиеся ею в детстве и частенько бывавшие жертвами ее разнообразных шалостей и проказ, уже давно не питали в отношении сестричек Таис романтических иллюзий и намерений, и давали тем хоть в институте отдохнуть от многочисленных поклонников. Но не став женихами сестер, они стали их добрыми друзьями и верными соратниками во всем делах, несмотря на иногда случавшиеся расхождения во взглядах и мнениях со старшей мисс Таис.

Двери аудитории распахнулись.

– Добро пожаловать, господа студенты, – прозвучал от кафедры глубокий баритон, и толпа учащихся растеклась по лекционному залу.

– Для начала, выполните небольшое задание. На выданных вам листках (по аудитории разлетелись пятнадцать листочков и приземлились точно под носом у каждого из студентов; на каждом листке было верно указано имя обучающегося) два столбца: в первом, левом, описано три жизненные ситуации у магов и три ситуации, которые могут сложиться в сообществе людей. Вам нужно в соответствующем правом столбце указать те законы и пункты положений законодательства, которыми нужно оперировать в каждой из данных ситуаций.

Маги-студенты склонились над столами и заскрипели самописными палочками. Рейс Сартор прогуливался по аудитории, поглядывая на появляющиеся на бумаге записи. Через двадцать минут все листочки пронеслись назад к кафедре преподавателя и прямо в воздухе рассортировались по алфавиту, после чего стопочкой легли на деревянную поверхность.

– Замечательно. Сегодня на лекции мы будем обсуждать вопросы обучения людей в нашем королевстве. Давайте вспомним, какие виды людских учебных заведений есть в Тавирии, и какими законами регулируется их деятельность...

Лекция текла мирно и спокойно. Лорд Сартор усиленно не выделял Аврору Таис из общей студенческой массы, а Рора сидела, крепко прикусив язычок, и повторяла про себя: «Это короткий лекционный курс, о-о-очень короткий. Почти как последний вальс...» Напряжение между мисс и преподавателем проявило себя только в конце урока. Лорд Сартор вещал с кафедры:

– Есть несколько причин, по которым королевский дом сейчас усиленно развивает систему обязательного обучения на селе. Во-первых, образованное человеческое население живет более насыщенной духовной жизнью, обладает более широким кругозором, умением найти выход из большинства сложных житейских ситуаций и стремлением реализовать свои способности и таланты на благо общества, а не вопреки ему...

– А еще это образованное население дает королевству достаточное количество клерков для выполнения бумажной и прочей мелкой работы, достаточное число  квалифицированных управляющих для особняков и поместий магов... – не удержавшись, ехидно подправила высокие речи кронпринца Аврора Таис.

– Скажите, мисс Таис, какую причину для обучения ВЫ считаете самой важной?

– Развитие человека как личности, разумеется!

– Именно этот пункт и я поставил на первое место. Так в чем же вы меня поправляете? До следующих причин я тоже дойду...

Аврора почувствовала, как загорелись кончики ее ушей: «Почему кронпринцу всегда удается заставить меня почувствовать себя мелкой капризной недалекой девчонкой? Я ведь не такая!»

Тем временем, Рейс перешел к выдаче домашнего задания:

– К завтрашнему дню вам нужно подготовить предложения, которые позволили бы короне с наименьшими затратами построить и в других селах школы для людей.

Прозвучал удар колокола. Студенты покинули аудиторию; остались лишь две сестры Таис.

Аврора решительно подошла к Рейсу:

– Ваше высочество, хочу с вами поговорить!

– А вы, Эос, тоже хотите поговорить со мной?

– Нет, я в качестве миротворческих подразделений осталась, – развела руками Эос.

После этих слов сестры Рора наблюдала редчайшее явление: лицо кронпринца смягчилось и расцвело теплой, доброй улыбкой.

– Не буду уточнять, за чью сохранность вы больше переживаете. Так что вы хотели спросить, мисс Аврора? – Рейс перевел взгляд на старшую мисс Таис, думая о том, что готовность обеих сестер горой встать друг за друга всегда восхищала его и вызывала уважение.

– Дедушка Бориор рассказал, что во дворце произошел взлом хранилища неизвестными лицами. Я хотела бы помочь в расследовании.

– Каким образом? – сыронизировал принц. – Взорвав хранилище?

Аврора неодобрительно посмотрела на наследника:

– Ваше высочество, как бы вам ни хотелось считать иначе, но я отнюдь не глупая девчонка, а одна из лучших выпускниц своего курса. Причем, моя дипломная работа посвящена именно способам разрушения заклинаний и связанной с этим вопросом логике взаимодействия стихий. Плюс, моя мать – пророчица Донаты, а я – ее первое благословленное дитя. Или помощь богини будет вам лишней?

– Не будет, – признал Рейс, – но хотелось бы сразу выяснить цену вашей помощи.

Аврора сморщилась:

– Цена одна: на время расследования мы оба постараемся забыть о язвительности.

Рейс вскинул одну бровь:

– Мне кажется, что для вас заплатить такую цену окажется сложней, чем решить загадку взлома.

– Вы проведете меня в хранилище и покажете отчеты экспертов? – сквозь зубы процедила Рора.

Рейс кивнул, а Эос воскликнула:

– Ты хочешь идти туда? Но ведь хранилище в подвале дворца – там наверняка пауки и жуки имеются, – и младшая сестра пугливо обхватила себя руками.

– Вряд ли, пауков-жуков наверняка змеи съели, – отмахнулась Рора от страхов сестры.

– ЗМЕИ?!?!

Рейс усмехнулся:

– С чего вы взяли, что в королевском подполе есть змеи?

– Кто-то же наполняет ваш язык таким количеством яда. Или ваш организм сам его вырабатывает? – огрызнулась Таис-старшая.

Рейс расхохотался. Он смеялся до слез, как со времен далекого детства не смеялся.

– Хорошо, мисс Аврора, – улыбаясь, согласился принц, отсмеявшись, – через четыре часа жду вас во дворце.

Сестры Таис синхронно кивнули одинаковыми головками и покинули аудиторию.

«Здорово я влип: как муха в мед. Даже ее непочтительные шпильки меня теперь не злят, а скорее умиляют, как сердитое шипение пушистого котенка. Вернее: рычание смелого тигренка», – подумал Рейс.

Отсидев все последующие лекции в институте и забежав домой предупредить родителей о своем планируемом долгом визите во дворец, Аврора отказалась задержаться на обед и прямо с крыльца отчего дома взвилась в небо и понеслась на встречу с кронпринцем.

Рейс Сартор, как и было условлено, уже ожидал девушку в своем рабочем кабинете.

– Расскажите, что известно, – попросила Рора, и принц повторил все то, что уже озвучивалось на вчерашнем совещании.

Аврора внимательно его выслушала и прочитала выданные ей отчеты специалистов.

– Ясно, – задумчиво протянула девушка, отложив последние записи, и взяла из стопки чистой бумаги три листа. – Нам нужно ответить на три вопроса: кто именно совершил хищение (на первом листе Рора написала сверху «КТО»), что именно забрали (на втором листе появилось слово «ЧТО») и для чего это забрали (надпись «ЗАЧЕМ» на последнем листочке).

– Кажется, «ЧТО» и «ЗАЧЕМ» стоит поменять местами. Тем более, что ответ на вопрос, какой артефакт похищен, мы скоро получим.

– Если станет известно, что украли, будет проще сообразить зачем. А пока поговорим о советниках.

Итоги совместного обсуждения главных помощников короля были таковы.

Советник по медицине, лорд-маг Лиам Гиол. Против него говорили те факты, что лекарь, в силу своей специальности, встречался и общался с огромным количеством людей и магов, и в этой толпе было легче легкого скрыть все нежелательные контакты и спокойно плести преступные интриги.  Кроме того, лекарь-маг лучше других знал, как нанести смертельный удар человеку (другие маги не увлекались анатомией). С другой стороны, лекарями спокон веков становились самые добрые и светлые из магов, даже существовала легенда, что целитель, предавший свои клятвы, лишается магической силы. У лорда Гиола было два взрослых сына, один из которых восемнадцать лет назад благополучно женился на девушке из второго выпуска невест и сейчас воспитывал совсем еще маленькую дочь-магиню.

Советник по образованию, лорд-маг Бориор Таис. Против этого мага сказать было почти нечего: Бориор долгие годы путешествовал лишь по маршруту: институт – дом – дворец – институт, всегда находился на виду у всех и вряд ли мог проворачивать что-то незаконное. Аврора клятвенно заверила принца, что прадедушка святее всех святых, и Рейс был склонен с этими заверениями согласиться.

Советник по связям с другими расами, лорд-маг Мирт Калис. Этот маг не только общался с большим числом людей и троллей, но и часто совершал поездки во все уголки страны, и возможностей для тайных сговоров и дел у него было больше всех. С другой стороны, Мирт, как и Бориор, был стихийником, а эксперты пришли к выводу, что охранные заклинания в хранилище скорее всего снимал профессионал-амулетчик, а не разрушал опытный стихийник. Аврора, прочитав отчет охраны правопорядка, тоже склонялась к такому выводу. Лорд Мирт был самым молодым из советников, ни разу не был женат и в свои сто сорок лет не имел наследника.

Советник по торговле, лорд-маг Алин Эдмин. Этот маг был крупным специалистом по бытовому применению магии, но свою дипломную работу в далекие годы юности написал по артефакторике, и считался тогда очень способным и подающим большие надежды молодым артефактором. Аврора хорошо знала его единственного сына: лорда Талара Эдмина, лекаря-мага, который преподавал у Эос в их группе целителей.

Советник по внешней политике, лорд-маг Нотт Нарвек. Стихийник. Имеет массу возможностей вывезти артефакт из страны, так же как и заключить договор на поставку уникального раритета с правительствами и сильнейшими магами других стран. В случае виновности этого советника нельзя было исключать влияния крупных зарубежных политиков на этот инцидент, тем более, что оба сына Нарвека давно переехали на жительство в Рахлан, а старший сын занимал пост главного казначея при королевском доме Ралинов.

Советник по внутренним делам и законодательству, лорд-маг Эльян Перос. Стихийник. Этот маг ранее возглавлял магическую службу охраны правопорядка и имел самые обширные знания в области убийств, краж, взломов и прочих преступлений. Именно Перос был лучше всех в королевстве осведомлен о том, как грамотно замести следы любого преступления, так как десятилетиями самолично раскрывал самые сложные и запутанные дела. Всё воскресенье его преемник – лорд-маг Игит Ирьяш – тихо сетовал в хранилище, что им запретили обращаться к лорду Эльяну за советами и вообще оповещать его о ходе расследования. Единственного сына и наследника Пероса, который занимал сейчас важный пост в той же службе магической охраны, которой ранее руководил его отец, также отстранили от расследования кражи.

Советник по культуре, лорд-маг Жигер Зурбах. Этот увлеченный театрами и музеями артефактор вполне мог решиться на такую аферу ради желания заиметь в своей коллекции редкую реликвию. Или  чтобы подарить ее своему сыну. И это был самый безобидный вариант.

Рейс с Авророй плавно перешли к вопросу «ЗАЧЕМ».

– Я вижу здесь три варианта: во-первых, для корыстного использования (в торговле, против личного врага, для временного увеличения магического потенциала и прочее), во-вторых, для пополнения чьей-либо коллекции, в том числе для перепродажи коллекционеру из другой страны, – начал систематизировать свои рассуждения Рейс.

– И третий, самый плохой вариант – для совершения крупной диверсии, – подхватила Аврора. – Не стоит забывать, что в субботу было массовое гулянье, а скоро ожидается ваша коронация.

Маги дружно задумались.

– Может, уже успели выяснить, что украли, – кронпринц потянулся за разговорным амулетом. – Лорд Ирьяш, что вы выяснили?

– Мы сейчас подойдем к вам, ваше высочество, – донеслось из амулета, – вы в своем кабинете?

Через несколько минут в комнату вошли король Мираил и лорд Игит Ирьяш и удивленно посмотрели на расположившуюся рядом с хозяином кабинета мисс Таис. Аврора встала и любезно поздоровалась с обоими магами. Рейс Сартор пояснил:

– Мисс Аврора Таис захотела помочь нам в расследовании этого хищения, и я не стал ей отказывать. Так какой же артефакт похитили?

– Все артефакты из переписи хранилища находятся на своих местах, и все их свойства в точности соответствуют описанию, данному в описи этих раритетов, – отчитался начальник охраны правопорядка. – Наши эксперты утверждают, что это не копии и не подделки, и готовы пойти работать в каменоломни, если это не так. Записи на кристаллах магического архива также соответствуют описи.

Рейс с Авророй изумленно посмотрели на Ирьяша.

– А как же информация охранок о выносе очень сильного артефакта? Она была неверна? – спросил кронпринц.

– В том то и дело, что системы подтверждают исчезновение одного раритета, – устало вздохнул Мираил, опускаясь в кресло. – Мне кажется, все факты противоречат друг другу.

– Факты противоречивыми быть не могут, – в один голос заявили Аврора с Рейсом, вызвав удивленные переглядывания двух других магов.

– Мы просто не улавливаем логику событий, – добавила Рора. – Уточните еще раз, пожалуйста: сравнивали опись с артефактами в хранилище и записи на кристалле магического архива с описью, а запись с артефактами не сравнивали?

Начальник охраны правопорядка недовольно посмотрел на «молодую, да раннюю» сыщицу и заметил:

– Какой смысл в третьей перепроверке? Если «А» равно «В», а «В» равно «С», то «А» равно «С». Или это не логично? И в описи, и в записях магического архива отражены одни и те же артефакты, и все они присутствуют на своих местах в хранилище!

Лорд Игит Ирьяш откашлялся и продолжил:

– Один из слуг слышал в субботу вечером странное шебуршение в чулане недалеко от вашего кабинета, ваше высочество. В этом чулане найдено несколько длинных светлых волосков.

Рейс украдкой покосился на мисс Таис: Аврора выслушала сообщение с абсолютно безмятежным видом, даже легкий румянец не возник на ее щеках.

– Такие волосы у половины служанок во дворце. И ведь именно они используют этот чулан как подсобное помещение – что же вас удивило? – спокойно спросила Аврора у главного сыщика.

«Вот это выдержка! – восхитился Рейс. – Как у истинной королевы!»

Кронпринц поспешно отогнал от себя эту крамольную мысль. Но мысль постояла рядом и вернулась...

– Вряд ли это слуги шебуршались в чулане поздно вечером, – недовольно заметил лорд Ирьяш.

– Что ж, если в чулане вы не обнаружили похищенного амулета, то можно про это шебуршение забыть, – постановил Рейс. – На сегодня расследование закончено. Мисс Таис еще домашнее задание по законодательству делать.

Рора хмыкнула, собрала со стола все их записи и наглым образом забрала их с собой.

Глава №6. О хитрых идеях Авроры Таис и о том, что хорошие идеи быстро дают результат.

Утро вторника в институте мало отличалось от вчерашнего: первой лекцией опять стояло занятие у кронпринца. Не выспавшаяся Аврора, полночи обсуждавшая с матерью дела личные и королевские, пока злой отец не разогнал их спевшуюся парочку, зевала, прикрывая рот ладошкой.

– Нечистая совесть спать по ночам не дает? – сардонически вопросил принц. – Домашнее задание сделать не успели?

– Успела, – усталая Рора даже не стала выдавать ответную колкость. – Вам озвучить?

– У нас уже есть первые желающие ответить: давайте дадим возможность и юношам проявить себя.

Молодые маги стали выдвигать свои предложения, большинство которых сводилось  к соображениям, что нужно строить здания школ, ориентируясь на местных рабочих и поставщиков строительных материалов, а также к возможностям выкупить и перестроить другие здания.

Когда очередь дошла до мнения мисс Таис-старшей, она сказала:

– В большинстве деревень и поселков самое большое и заметное здание на центральной площади – пивная таверна, основное назначение которой – продавать в разлив спиртные напитки и усиливать проблему алкоголизма на селе. На этом месте должны быть школы!

– Предлагаешь силой забрать таверны у хозяев? Внутренних мятежей нашей стране не хватает? – недовольно заговорили одногруппники.

– Нет, не предлагаю, – отрезала Аврора. – Есть менее грубые способы. В королевстве действует налог на продажу спиртного – следует этот налог сделать зависимым от площади трактира, так, чтобы маленькие кабачки практически ничего не платили, а крупные начали бы разоряться на законных основаниях. Через год все владельцы крупных таверн построили бы себе ресторанчики поменьше, а большие здания в центре поселений с радостью продали бы короне за бесценок.

– Вы не думаете, что потери от налогов быстро превысят нынешнюю стоимость этих таверн? – спросил Рейс.

– Добротное здание в центре села стоит дорого, а привязку налога к площади через пару лет нужно просто отменить и вернуться к прежней схеме, – пояснила Рора.

– Это мошенничество! – заговорили студенты.

– Чушь! Я же не предлагаю ложно обвинить владельцев таверн в тяжких преступлениях и присудить им каторгу в каменоломнях с конфискацией имущества (хоть именно это – самый дешевый вариант)!  На центральных площадях должны стоять школы, театры и библиотеки, а не рассадники пьянства и безобразия! Или кто-то так не считает?

Студенты промолчали. Аврора с вызовом посмотрела на кронпринца:

– А вы что скажете, ваше высочество?

– Что расчеты дают срок в два с половиной года до отмены прогрессивной шкалы налога, – конкретизировал предложение девушки Рейс. – И что именно такой вариант я и продвигаю в собрании советников.

Аврора ошеломленно хлопнула ресницами. Лорд Сартор продолжил занятие лекцией о разных видах торговых пошлин и сборов в королевстве, а также систематизацией принципов налогообложения. Обучающиеся прилежно писали конспект, предчувствуя, что зачет по этому ма-а-аленькому курсу будет весьма объемным и сложным. В конце лекции Рейс выдал студентам проверочные работы прошлого занятия – у Авроры стоял высший балл.

На большой перемене мисс Таис - старшая выскочила в институтский сад, чтобы встретиться с вызванным ею Каяром по очень важному делу.

– Ну, какие это у тебя глобальные личные проблемы? – спросил младший принц у лучшей подруги.

– Ты только никому не проговорись, ладно? – предупредила Рора, оттаскивая приятеля в тихий закуток сада.

– Как всегда. Так что случилось?

– Надо помочь моей сестре разбудить глаза и завоевать сердце Авара Лютена.

– В смысле? Что значит «разбудить глаза»?!

– Значит, что он должен, наконец, прозреть и увидеть, что Эос выросла, что она уже взрослая девушка, которую многие с радостью возьмут в жены.

– Зачем? То, что вы с Эос – завидные невесты, с момента вашего появления на свет ясно. Отец только к вашему десятилетию кордон охраны от особняка Таисов убрал. Авар-то тут причем?

– Эос его любит! – прошептала Рора.

– Обалдеть! Вот это новость! Здорово! Так пусть выходит за него замуж.

– Вот и надо его подтолкнуть к тому, чтобы он сделал ей предложение. И твоя помощь просто необходима, – начала Рора упрашивать Каяра согласиться с ее задумкой.

Принц озадаченно потер высокий лоб.

– Чем же я могу помочь? Что делать придется?

Аврора поспешила объяснить:

– Ничего особенного делать не придется! Завтра после уроков отвезешь Эос к нам домой на своем коне. Как будете на нашу улицу сворачивать, притворись, что ухаживаешь, а я присутствие лекаря в саду обеспечу.

– Так не умею я ухаживать, – упирался младший принц.

– Каяр, миленький, помоги! Тебе и делать ничего не надо: поулыбаться только, оказать Эос внимание, сделать вид, что она тебе нравится как девушка...

– Так не умею я делать такой вид!

Аврора поразмышляла:

– Хорошо, просто улыбаться и ... прогноз погоды на ушко тихонечко шептать – сможешь?

– Прогноз погоды смогу – не хуже тебя в магической школе учился. Даже по разным регионам Тавирии прогноз нашептать ей смогу. А зачем ей? Лекарственные растения сажать собирается?

Рора фыркнула:

– Наивный ты, Каяр! Это чтоб Авар подумал, что ты ей комплименты шепчешь! Ясно?

– Так я и комплименты могу! – обиделся принц.

Аврора скептически посмотрела на друга:

– Нет, лучше прогноз. По регионам.

«Комплиментов ты максимум секунд на десять наберешь, а от поворота до дома минут пять ехать», – пораскинула мозгами Аврора.

Лорд Сартор – младший вздохнул и согласился.

– Ты – самый лучший! – воскликнула мисс Таис и чмокнула товарища в кончик носа.

На третьем этаже института Рейс стиснул кулаки и отвернулся от окна. Размышления о полезности для страны брака Каяра с Авророй не помогали убрать со дна души ядовитый осадок от их короткого поцелуя.

«Мне нет дела до этой девчонки. Сейчас она просто моя студентка, а потом будет просто подданной», – как заклинание повторял про себя Рейс.

--------------------

Пока старшая сестра готовила проясняющие зрение театрализованные демонстрации для Авара, младшая сестра грустно и одиноко сидела в лаборатории лекарского крыла института: практическое занятие в ее подгруппе целителей сегодня отменили, и девушка решила посвятить освободившееся время дипломной работе. Однако мысли ее витали о-о-очень далеко от принципов нейтрализации быстродействующих ядов:

«Если Авара куча набивающихся в женихи магов на балу не впечатлила, то и номер с Каяром может не пройти. Хотя... На балу он пофыркал по поводу понаехавших зарубежных магов (прям как папа), но успокоился, как только понял, что меня никто не заинтересовал. Вот если бы я решилась проявить внимание к кому-то, тогда, возможно... Но я так не могу, не могу ради своих эгоистичных целей обнадежить кого-то, кто, возможно, проникнется ко мне искренними чувствами, а потом равнодушно отвергнуть его! Аврора права – лучше Каяра попросить, он-то точно в меня не влюблен, его сердца мои улыбки не затронут! Да и Авар не сможет не забеспокоиться, что предполагаемый «жених» сестры за мной вдруг ухаживать начал. Кстати, никогда не понимала, почему большинство окружающих магов считают, что Рора с Каяром вскоре поженятся – они ведь просто друзья! И Авара не понимаю... Ведь вижу, как он иногда смотрит, я сама так на него смотрю все время, но ведет он себя, как старший родственник и не более того. Почему?! Что я не так делаю, почему он не видит во мне женщину?! Я же с ума по нему схожу, ни о ком и ни о чем думать нормально не могу, а он...!!! Он такой умный, красивый, благородный... необыкновенный! Я его шаги в коридоре из тысячи других узнаю, его улыбающиеся губы преследуют меня даже во сне, я, наверное, первое в мире зелье приворотное сотворю и на нем опробую, если по-другому привлечь его внимание не удастся!»

Тут Эос искренне ужаснулась собственным мыслям и постаралась выбросить их из головы. Однако сделать это оказалось не так просто: совершенно случайно всплыли в памяти занимательные свойства белладонны, которую вполне можно смешать с розовым маслом, пряным дурманом и... Нет-нет, ничего подобного она не сделает! Но формула магической основы буквально стучится в мозжечок, после того, как ее усилием воли отогнали от лобных долей мозга...

«Меня собственная совесть со свету сживет за такие эксперименты. Да и счастья обманом не получишь. Надо бежать из лаборатории, тут слишком много искушений, все под рукой, стоит только захотеть...»

Неожиданно совесть Эос получила поддержку со стороны: в дверь постучали, и в помещение зашел лорд-маг Армит Крискон. Увидев магиню, юноша просиял. Эос тяжело вздохнула:

«Даже в институте отыскал. Хорошо, что хоть сам кронпринц Криоса в свою страну после бала уехал, только письма теперь шлет: уж восемь штук за три дня настрочить успел. Причем пишет не только он, и не только мне. Папочка шутит, что скоро дрова на зиму заготавливать не придется – любовными посланиями дом круглый год отапливать можно будет, вот мол, как выгодно взрослых красавиц-дочерей иметь. Почему нельзя гору писем в стихах от других обменять на одну прозаическую строчку от него? А этот – то ли брат, то ли племянник Криосского короля – чего от меня хочет? Только бы ухаживать не принялся, у меня уже сил нет вежливо улыбаться.»

– Добрый день, мисс Эос! Вы прекрасны, как ясное солнышко! Хочу еще раз поблагодарить вас за спасение моей скромной персоны от ... э-э-э ... вашей сестры, – неловко заключил свою речь лорд-маг Криоса.

Эос постаралась сдержать неуместную сейчас улыбку. Да, лорду Крискону не повезло в первый же день подвернуться Авроре под горячую руку. Причем горячую в прямом смысле этого слова. На балу в честь их совершеннолетия и прибытия новых делегаций от соседей, как только закончилось официальное представление всех новых дипломатических миссий, и высокопоставленные маги произнесли все положенные речи и поздравления, Аврора буквально на минутку сбежала в сад, чтобы глотнуть свежего воздуха свободы и временно скинуть с себя образ исключительно благонравной особы. Старшей мисс Таис было трудно вежливо, без ехидства, отвечать на витиеватые комплименты, трудно плавно скользить по полу, трудно удерживаться от желания оживить и деятельно разнообразить королевский прием: Рора всегда предпочитала динамику статике и эпатаж благочинности. В саду Аврора забилась в далекий уголок и от души покидалась в фонтан мелкими фаерболами, «спуская пар».

На беду (вспоминала Эос рассказ сестры), в этот же уголок случайно забрел лорд-маг Армит Крискон и не нашел ничего лучше, как сунуться к взвинченной магине с любезностями. И опять-таки на беду, рядом с фонтаном стояла водяная скульптура, сделанная на основе стабилизатора Еилисея Коариса. Аврора не помнила точно, как это произошло, но парочка ее фаерболов из-за повышенной раздраженности хозяйки слетела с рук сама по себе, врезалась в скульптуру и нарушила равновесие водной стихии. Аврора поспешно произнесла заклинание стабилизации, не обдумав тот факт, что поток воды хлынул прямо на Армита, и в итоге галантный лорд-маг оказался замурован заклятием внутри водяной скульптуры.

Так как дышать водой маги не умеют, Армит, возблагодарив богов за присущий ему целительский магический дар, погрузил свое тело во временный анабиоз, дабы пережить временное же отсутствие кислорода. Аврора, спешно сняв плетение своего заклинания и рассеяв воду, обнаружила, что пострадавший маг лежит бревном на дорожке, не подавая признаков жизни, и в панике вызвала по амулету связи сестру. Эос прилетела на помощь и «оживила» лорда Крискона.

Сестрам удалось уговорить Армита Крискона никому не рассказывать об этом несчастном случае, и, не желая стать объектом насмешек, лорд-маг хранил этот секрет: даже всё ведающему кронпринцу Рейсу Сартору не было известно об инциденте, и он не высказал претензий Авроре. Понятно, что к мисс Авроре Таис лорд Армит больше не приближался, зато проникся возвышенными чувствами к мисс Эос Таис. Впрочем, Эос подозревала, что восторженное отношение этого лекаря к ней сильно подогревается желанием заполучить в королевский род Криоса одну из первых магинь.

– Ах, Эос, вы с первого взгляда поразили мое бедное сердце! – разливался соловьем лорд Армит, перебивая воспоминания Эос. – Скажите, что у меня есть шанс на вашу благосклонность, или я умру сейчас от тоски у ваших стройных ножек!

Эос решила чуть прояснить ситуацию:

– Лорд Крискон, вы знаете, что за мной кронпринц вашей страны ухаживает? Не боитесь его своим сватовством прогневать?

– Не волнуйтесь, моя ненаглядная, он же сам мне и советовал... э-э-э... то есть, он не будет чинить препятствий истинной любви! – выкрутился родственничек Криосских правителей.

«Мужчины – очень странные существа. Всем известно, что маги – однолюбы, но для магов-мужчин долг перед страной все равно важнее? Или они не надеются дождаться своей любви, а потому готовы политически выгодный брак заключить? – задумалась Эос. – Как же мне тебя отвадить, любезный? Не готова я по расчету за принца выходить. Я свою любовь уже нашла и планирую за нее побороться. Чтобы такое придумать, чтоб он сам ушел? Напугать, что здесь опыты по заразным болезням проводят? Так он сам – лекарь-маг, еще и помочь предложит. Есть ли что-то такое, чего он испугается? О-о-о! Точно, есть!!!»

Эос приосанилась, стрельнула в лорда-мага глазками, отвлекая его внимание, и при этом тихонько влила целительскую силу в листики комнатного деревца и пошевелила ими, создавая иллюзию ветерка.

– Истинной любви, говорите? Ради истинной любви мужчины ведь на все готовы, верно? – промурлыкала она, усиливая «ветерок».

Лорд Крискон подозрительно посмотрел на деревце, перевел взгляд на закрытые окна и нахмурился.

– Верно. Вам что-то нужно, прелестнейшая?

– Всего лишь помощь в работе, – нежно пропела Эос и незаметно разогрела своей магической силой в глубокой плошке огонь-траву. Пламя взметнулось до потолка.

– Как это вы огонь зажгли, вы же – лекарь, а не стихийник, – пробормотал лорд-маг, не видевший содержимое плошки, и снова покосился на «ветерок» в деревце, после чего робко попятился к двери

– Конечно-конечно! Я вот думаю, а в огненной «скульптуре» лекарь тоже выживет? Вы так напугали меня тогда, в саду, но теперь я уверена в ваших силах! Вы – настоящий мужчина, лорд Армит! Всего один экспериментик, лорд-маг, подойди-ка к огоньку...

Армит Крискон отшатнулся:

– Вы не Эос, вы – ее сестра!

Эос обиженно надула губки:

– Как вы догадались?! Подождите, куда же вы?!!! А помолвка?! Я согласна на помолвку, мне жизненно необходим муж-лекарь, вы же понимаете: никак без лекаря эксперимент не провести, а у меня та-а-акие планы!!! Планы на всю жизнь! Стойте! Подумайте о Криосе: такой выгодный брак!!! Куда же вы, я согласна быть женой!

Топот ног убегающего «жениха» окончательно стих, и Эос от души расхохоталась.

«Сестренка, спасибо тебе за то, что ты есть! И за то, что сумела заслужить себе такую замечательную и полезную для очищения помещений от женихов репутацию.»

Затушив пламя и полив водичкой деревце, Эос присела в кресло и прислушалась: по коридору опять кто-то шел, но теперь это были до боли, до слез, знакомые шаги.

Статный темноволосый маг шагнул в лабораторию, и сердце Эос привычно ухнуло вниз.

– Привет, Авар.

– Привет! – радостно улыбнулся мужчина. – Чего это лорд Крискон как ошпаренный отсюда выбегал?

Эос прищурилась и честно сказала:

– Свататься приходил!

Авар неодобрительно нахмурился:

– Мала ты еще для сватовства!

В девушке вспыхнула злость. Она потянулась в кресле, плавно поднялась и отбросила за спину золотистые локоны:

– Уверен, что мала? – насмешливо спросила и радостно отметила, как скользнувший по ее фигуре взгляд любимого на мгновение стал чуть рассеянным и в нем отчетливо промелькнули искры мужского интереса.

Авар Лютен тряхнул головой, и взгляд его снова прояснился.

– Конечно, уверен, – ласково сказал мужчина. – Ты поможешь мне сегодня прием вести в лекарском доме?

Эос печально посмотрела на бесконечно любимого мужчину:

– Помогу, куда я денусь.

--------------------

Этим же суетным утром леди Анастасия Таис занималась выполнением обещания, данного своей старшей дочери. Проведя урок математики в начальном классе магической школы (к счастью, в расписании это был первый урок во вторник), Настя поехала в главный храм богини Донаты. Спустя пятьдесят лет после ее первого прихода в этот собор, здание претерпело весьма значительные изменения. Центральный храм богини теперь поражал своим великолепием не меньше, чем храм Донатоса в центре Тавии: новые позолоченные двери, мраморная облицовка стен, колонны и алтарь из малахита и так далее – радовали даже самый утонченный вкус игрой цвета и света и роскошью внутреннего убранства. Леди Таис во всем этом шике-блеске не нравился только один момент: то, что трехметровую статую богини маг-скульптор ваял с ее собственной персоны, и теперь перед алтарем возвышалась золотая Настя, инкрустированная драгоценными камнями.

«Доната, вот зачем было требовать именно такой облик для себя, любимой?»

«Тебе не надоело пятьдесят лет спрашивать одно и то же? Лучше посмотри, какие замечательные витражи в окна установили! Красота!»

Настя полюбовалась на недавно изготовленные витражные окна и пошла в небольшую молельню, предназначенную только для жриц: в храме было многолюдно, а Анастасии требовалось в спокойной обстановке пообщаться с подругой-богиней.

Жриц в храме было по-прежнему немало, так как лаприкории в стране еще действовали (тридцать девять девушек Насти моментально разрешить проблему нехватки магинь не могли, а построенные в провинциальных городах школы для невест пока не работали из-за недостатка женского состава преподавателей: ведь научить девушку быть гордой, свободолюбивой, разумной и долготерпеливой мисс может лишь женщина, уже сочетающая в себе все эти свойства, а уж никак не мужчина-маг, а тем более, не человек). Теперь все жрицы носили ослепительно белые одеяния и старались хоть изредка общаться с прихожанами; к Насте же эти несчастные женщины, навечно связавшие с храмом все свои чувства и желания,  относились с фанатичным обожанием и почтением. Леди Таис нередко с трепетом думала, какую ответственность она несет перед жрицами, готовыми по одному ее слову даже в пылающий костер войти.

Жрицы, как и пятьдесят лет тому назад, приходили в храмы из лаприкориев страны.  В других  (не в столичных) районах Тавирии и в сопредельных странах по-прежнему заключались брачные договора магов с человечками и, к огромному сожалению Анастасии, женщины после этих браков продолжали пополнять местные лаприкории. И это не смотря на то, что книга леди Таис о выживании в браке с магом разошлась миллионным тиражом, а всех невест перед помолвкой долго консультировали по способам противостояния зависимости.

«Но   эти  с  детства  забитые   девочки,  не   нужные  своим   собственным   родителям,   так   привыкли   жить   в  ожидании  чужих  указаний   и  в   ответ   на   каждое повеление приседать и говорить «Да, батюшка, конечно, батюшка, как вам будет угодно!», что и не пытаются действовать самостоятельно! Хоть бы одна присела и сказала: «Извините, но тут уж как будет угодно мне, батюшка!» Неужели так трудно жить своим умом, что легче и вовсе не жить?! – сокрушалась Настя. – Все-таки слишком патриархальный уклад в человеческом обществе этого мира, слишком домостоевское воспитание. Даже удивительно, как сильно девочки, с пяти лет обучающиеся у нас в садике-школе, с детства привыкшие развивать свой ум и способности, видящие по отношению к себе исключительно уважительное отношение со стороны всех преподавателей, отличаются от своих сверстниц, живущих на дому!»

– Вы чего-нибудь желаете, великая пророчица? – склонилась перед Настей в поклоне одна из жриц храма.

– Нет-нет, спасибо, – смущенно ответила леди Таис, – я просто посижу здесь тихонько, с богиней пообщаюсь.

Жрица с благоговением взглянула на Анастасию, поклонилась еще раз и тихо вышла, прикрыв за собой дверь.

«Ты по поводу кражи во дворце пришла, – утвердительно сказала Доната. – Увы, я в тот вечер так увлеклась мыслями кронпринца, что на других и внимания не обращала».

«Но ты ведь можешь читать воспоминания и мысли – мои ведь читаешь!»

«Потому, что ты не пытаешься их скрыть, а маги весьма неплохо умеют это делать – со времен войны научились. Поверх истинных мыслей или воспоминаний накладываются ложные образы, и даже бог не может отделить настоящее от поддельного. К тому же предателям отлично известно, что королевский дом через тебя попросит моей помощи, поэтому будут прятаться особенно хорошо. Для этого и слугу убили – его мысли и воспоминания я смогла бы прочитать».

«Впервые в жизни мне жаль, что вы с Донатосом не всесильны!»

«Не только мы. Любой бог-создатель может непосредственно влиять на свои творения лишь в процессе их создания. А когда мир зажил самостоятельной жизнью, боги занимают позицию родителей взрослого совершеннолетнего ребенка: направлять и давать подсказки могут, но все решения их разумные творения принимают самостоятельно, и ни один бог не может этого изменить! Всесилен только Изначальный – и, видимо, поэтому он вообще ни во что не вмешивается».

«То есть, даже если бы ты заметила, что лакея убить хотят – не смогла бы помешать?»

«Не совсем так: я не могу влиять на разумных магов, людей и троллей, но остальной живой и неживой природой управлять могу. Например, если враг бросит в тебя кинжал – я смогу отвернуть  его в сторону воздушным потоком, если же тебя осознанно будут душить руками – я не смогу приказать напавшему этого не делать, максимум: злобных собак на него напущу или вихрем закрутить попробую. Вот если тебя ядом отравят – вылечу, если успею, конечно, – умерших только Изначальный воскресить способен».

«Надеюсь, такая помощь мне не понадобится, – поежилась Настя. –  Можешь сказать хотя бы те воспоминания, что советники демонстрируют в своих головах? Вдруг, какие неувязки заметим».

«Хорошо»

Через несколько секунд перед Настей появились исписанные красивым почерком листки.

«Спасибо! Аврора так увлеклась этой загадкой – может, хоть жизнь в доме станет поспокойней».

«А мне, наоборот, нравится, что впервые за многие тысячелетия существование мое стало таким насыщенным!»

«Даже богам надо развлекаться?» – засияла улыбкой пророчица.

«Возможно, хотя раньше я не видела смысла в общении со своими творениями. Поэтому так мало знаю про вас и мне так трудно предугадать ваши поступки. Я не могу внимательно прислушиваться к мыслям всех сразу – только выборочно, и последние десятилетия предпочитаю наблюдать за твоим семейством».

«Наблюдай, я не против твоего пригляда. Спасибо за список. Ладно, побегу я! У меня еще два урока в школе для невест сегодня. До связи!»

Вечером Настя передала список богини дочери. К сожалению, разгадки тайны в нем найти не удалось.

--------------------

Ранним утром среды, еще до начала занятий в институте, Аврора приземлилась на крыльце королевского дворца.

– Доброго утра, господин Маркин, – вежливо поприветствовала магиня придворного дворецкого.

– Доброго, мисс Таис. Что привело вас во дворец в такую рань? – спросил мужчина – человек.

– Нужно передать одну важную бумагу кронпринцу, а то сегодня у нас его лекций нет. Передадите?

– Конечно, не сомневайтесь!

Рора отдала свернутые в трубочку листки Донаты (разумеется, себе она оставила самолично написанную копию всех данных для дальнейшего подробнейшего изучения) и понеслась на занятия.

На первой лекции (точнее, практическом занятии по формированию и разрушению боевых стихийных заклинаний) у Авроры зазвенел амулет связи. От неожиданности отбив огромный фаербол водяной струей и получив строгий выговор от преподавателя (как за плотный туман, повисший в зале, так и за невыполненное задание – требовалось рассеять стихию огня, а не гасить ее), злая девушка вышла в сад и перезвонила Рейсу.

– Здравствуйте, ваше высочество. Обязательно звонить во время практики?

– Извините, не подумал. Что вы думаете по поводу всех этих воспоминаний? Можете предположить, где подвох?

– Если бы могла, то уже высказала бы вам лично все свои подозрения, мы же договорились быть партнерами в этом расследовании! Вы позволите мне вернуться на занятие?

– Да, конечно, – холодно ответил кронпринц и сбросил вызов.

«И зачем я позвонил? Номер ее у Бориора разузнал... Будем честны перед самим собой, моё высочество: просто хотел услышать ее голос. Пусть злой и саркастичный – но ЕË», – уныло думал кронпринц.

А у Авроры сегодня не было времени раздумывать над загадкой взлома – надо было срочно начинать реализовывать другой проект. Как только закончились занятия в институте, Рора поспешно выскочила на крыльцо, пожелала успеха сестре с Каяром и в магическом вихре понеслась домой.

– Привет, Авар! – прокричала Аврора, вбегая в гостиную, где сидели лекарь, лорд и леди Таис. – В такую отличную погоду нельзя сидеть дома! Когда мы еще солнышко увидим? Давайте все прогуляемся до обеда, пока Эос нет!

– Прогуляйся с Аваром, детка. Мы с папой дома посидим, – предложила Настя, посвященная в планы дочери и специально пригласившая на обед в среду давнего друга семьи; обычно Авар заглядывал к Таисам на огонек в субботу.

Про себя же леди Таис подумала, что простодушное мужское сообщество магов абсолютно беззащитно перед женским коварством. Что ж, жизнь у магов долгая, успеют еще опыт общения с дамами приобрести и следующим поколениям передать.

Друг семьи укоризненно взглянул на леди Таис, но послушно пошел с Ророй гулять по саду. Девушка вытащила его на тропинку, идущую вдоль ограды.

– У Эос еще занятия в институте не закончились? – спросил Авар.

– Закончились, просто у Каяра конь скачет куда медленнее, чем я лечу.

– Причем тут конь Каяра? – удивился лекарь и замер, смотря на улицу.

Из-за поворота неторопливым шагом вышел серый в яблоках конь младшего наследника. Перед Каяром сидела белокурая Эос и нежно улыбалась юноше, который что-то шептал ей на ушко.

– Что это? – изумленно вопросил Авар.

«Проверка способностей Каяра к длительному погодо-прогнозированию», – подумала Рора, но вслух сказала:

– Лорд Сартор вызвался подвезти сестру до дома. А что?

– Ничего. Я думал, он дружит с тобой...

– Ну, меня-то подвозить не надо!

Молодые маги в задумчивом молчании смотрели, как Каяр спешивается у крыльца и снимает со спины коня Эос. Девушка при этом весьма удачно прижалась к нему, так что последнее прикосновение выглядело прощальным объятием.

«Какой Каярушка умничка! – восхищалась довольная Аврора. – Даже ладошку поцеловал, прежде чем уехать! Молодец! Полная иллюзия романтического интереса. Даже мама одобрит такую постановку».

Тем временем, Каяр, сознательно не замечая стоящих в отдалении магов, ускакал за ворота. Аврора подхватила Авара под руку:

– Эос, подожди! Мы тоже пообедать уже готовы!

За столом Лютен сидел мрачный и задумчивый, Эос виновато молчала,  Настя с Авророй  изо всех сил поддерживали видимость светской беседы, и только Северин спокойно наслаждался вкусной едой, не подозревая о кипящих вокруг страстях и интригах.

Вечером этого же дня Анастасия Таис сидела дома в своем рабочем кабинете и готовилась к урокам. За правым ухом знакомо зачесалось.

– Да, Доната, я слушаю и внимаю, – с усмешкой сказала Настя.

«В твоем бывшем мире говорили «слушаю и повинуюсь!» – заметила богиня.

– Хорошо, что я в твоем мире и могу внимать и думать, прежде чем повиноваться.

«Эос любит Авара Лютена. Я всю ночь слушала ее мысленные рыдания. Если она не выйдет замуж за него, то останется одинокой и бездетной на всю жизнь», – озабоченно произнесла Доната.

– Это мне и без божественных подсказок ясно, – грустно ответила Настя.

В голове у Насти замолчали.

«Это очень странное ощущение, – отрешенно рассуждала леди Таис, – когда в твоей голове молчит и размышляет кто-то другой. К голосу привыкнуть легче».

«Знаешь, твой вариант с Северином был совсем не плох... Надо подумать», – молвила богиня и исчезла из головы Насти.

– Что значит «подумать»? Доната, посоветуйся со мной, когда придумаешь, это МОЯ дочь! – но вредное божество проигнорировало призыв своей пророчицы.

Глава №7. Боги даровали нам возможность творить свою судьбу, но забыли дать умение изменять собственные чувства.

Авар Лютен уже третий вечер подряд просиживал в одном и том же ресторане на центральной площади Тавии. Вчера ему составлял компанию его коллега по работе в лекарском доме Талар Эдмин, который за бутылкой коньяка два часа подряд восхищался изящностью, красотой, добротой, умом, веселым нравом и прочими неисчислимыми достоинствами одной из воспитанниц леди Таис. Авар хорошо помнил эту брюнеточку – мисс Айолу Терен, но не находил ее такой уж исключительной. Да, добродушная и умненькая, как все ученицы Анастасии, но – ничего особенного: эта мисс не обладала и сотой долей ума Эос Таис, и тысячной долей ее обаяния.

Только после трех дней поиска истины на дне бутылки коньяка Авар понял, почему ему так никто и не приглянулся из всего выводка Насти: даже бойкая дочь директора людской школы, мило улыбавшаяся ему весь последний месяц и усердно намекавшая на недавнем балу на готовность заключить помолвку, так и не тронула его души. Потому, что душа его уже давно была занята одной белокурой хозяйкой, а он и не заметил тишком проскользнувшую в его сердце девушку.

«Я ведь всегда относился к ней, как к дочери», – уговаривал себя Авар.

«Ничего подобного! Ты относился к ней, как к равной – тебе всегда было интересно разговаривать с Эос, обсуждать любимые отвары, мази и лечебные заклинания, ты всегда восхищался ею – даже когда она еще пешком под стол ходила, – возражала память. – Ты относился к ней, как к девочке, которая со временем станет женщиной. Но не как к дочери, определенно».

«Она и теперь еще девочка», – убеждал самого себя Авар.

«Она теперь совершеннолетняя. Даже поклонники понаехали со всех окрестных стран и земель. Даже младший принц ухлёстывать начал!» – напомнила беспощадная собственная память.

«Все равно ей рано замуж! Она лишь юная девчонка. И Каяр ей – совсем не пара. В субботу буду опять у Таисов – обязательно поговорю об этом парне с Эос», – решил Авар.

Долгий диалог мага с самим собой прервал усталый голос:

– Вечер добрый, лорд Лютен. Разрешите составить вам компанию? Другие столики заняты, а во дворце спокойно выпить не дадут.

Авар очнулся и огляделся: зал ресторана действительно был забит людьми, и свободное место было только рядом с ним – люди явно побаивались тревожить своим обществом лекаря-мага. А рядом с его креслом стоял одетый в форму магической охраны, с опущенным в поднятый воротник лицом, Рейс Сартор.

– Конечно, садитесь, ваше...

– Просто Рейс.

– Как скажете, – Авар снова уткнулся взглядом в пустую стопку из-под коньяка.

Кронпринц подозвал разносчика и заказал большой штоф крепленного вина. Штоф быстро принесли и поставили перед магами два кубка. Рейс разлил вино и поднял свой кубок:

– За благополучие страны!

– За благополучие, – согласился Авар.

Мужчины выпили; каждый помолчал о своем.

– Всегда думал, что главное условие благополучия для любого мага – это возвращение в этот мир магинь, – задумчиво проговорил Рейс, – а теперь вот, сомневаюсь, что это для каждого мага так.

– Опять что-то Рора учудила? – усмехнулся Авар.

– Нет, наоборот: она поражает меня познаниями и жесткими, но разумными, рассуждениями.

– Это в Авроре всегда было: ум, проницательность, готовность всегда прийти на помощь ближнему, а также искоренить все грехи этого несчастного ближнего, – просветил принца лекарь. – Вы просто не присматривались раньше.

– Мне и сейчас не стоит присматриваться, – удрученно признал Рейс.

– Почему? Разве вам не нравятся такие положительные качества в Роре?

– В том то и проблема, что нравятся...

Авар недоуменно пожал плечами:

– Если уж говорить о том, что не нравится, то мне непонятен внезапный интерес вашего младшего брата к Эос. Он же всегда с Авророй «не разлей вода» был, так с чего за ее сестрой ухаживать начал?

Рейс поперхнулся вином:

– С чего вы взяли, что он присматривается к Эос? Я только на днях видел, как он целовался с Авророй!

Авар уронил на стол опустевший кубок:

– А вы уверены, что это была не Эос?! Они же с Ророй близнецы!

– Уверен, на все сто процентов уверен, – мрачно подтвердил Рейс, ставя ровно кубок Лютена и подливая вина.

Лекарь одним глотком опустошил чашу на половину.

– Завтра же поговорю с Эос, – пробормотал Авар.

«А мне с братом и говорить не о чем: он вправе ухаживать за кем угодно. И невесту себе срочно выбрать надо, а то утону в чувствах к Авроре, как золотой медальон в вине. Даже отец уже обратил внимание на то, сколь часто я упоминаю ее имя, а мои резкие отрицания интереса к ней только укрепили его подозрения. Абсолютно верные подозрения, надо отметить!» – уныло думал Рейс.

Авар с Рейсом дружно допили вино и заглянули в опустевшие чаши.

На дне своих кубков оба мужчины видели один и тот же белокурый и зеленоглазый образ.  Только мираж Авара смотрел на него нежными и печальными очами, а мираж Рейса взирал гневными и злорадными глазищами.

Отдав плащ встретившему его дворецкому, Авар поднялся в свою спальню и честно постарался уснуть. Однако самые мрачные и колкие мысли не давали ему расслабиться:

«Да, я признаю, что люблю Эос, но шансов на счастье у меня нет. Мне нужно вырвать это неуместное и не нужное ей чувство из своей души! К ней принцы со всех стран свататься приехали, да и наш наследничек «подвозит до дома»! Я даже посвататься не рискну: Северин меня на первом же слове убьет. И правильно сделает – сам бы себя убил на его месте! И как я Насте в глаза посмотрю? Извини, мол, Анастасия, дружба – дружбой, а дочь свою ненаглядную мне отдай! Эх, жить мне теперь всю жизнь одиноким бобылем, да детей Эос от всяких младенческих болячек лечить и с ее мужем видимость дружеских отношений поддерживать, – при мысли о будущем мифическом муже любимой девушки Авар скрипнул зубами. – Нет, лучше посватаюсь! Пусть леди Таис карающее пламя богини на мою глупую голову призовет, и упокоюсь я с миром. А Каяр ей все равно не пара! Вот Талар был бы хорошим вариантом... нет, и этот не пара!»

Прокрутившись полночи, лекарь необдуманно решил, что лучшее средство от бессонницы – это работа, и пошел в рабочий кабинет.

«Так, приготовлю-ка я микстуру от кашля: в лекарском доме помощницы говорили, что мало ее осталось. Вот и время проведу с пользой, и от тяжелых мыслей избавлюсь! Так, делаем отвар из травок, греем котелок... О, закипело! Бросаем шиповник...   Северин Каяра наверняка одобрит...   Валерьяновых капель добавим...    А Каяр – такой шалопай, Эос не будет с ним счастлива, только измучается!   ...    Яд болотных жаб где-то тут стоял  ...  Зачем сразу в пятьдесят лет замуж выходить?  ...  Сушеные листья дикого гадючника кинем  ...    Может, я Эос не совсем безразличен? Если ухаживать начну – она даст мне шанс?  ...  Что это я из кулечка сыпанул?  ...   А главное – Эос еще девочка совсем, мне лет двадцать пять подождать придется, прежде чем в чувствах своих каяться  ...  Так, посинело наше средство  ...  А что я варю, собственно?   И почему оно КРАСНЕЕТ?!»

– Палундра! Спасайся, кто может! – Авар с криком выскочил из кабинета и спешно запер тяжелую обитую железом дверь (обязательная мера предосторожности в рабочем кабинете мага!).

Раздался взрыв. В окнах особняка задребезжали стекла; изо всех дверей первого этажа повалили сонные, встрепанные испуганные слуги.

– На улицу все! – проорал Лютен, распахивая входные двери и пропуская вперед всех домочадцев.

Народ толпой вывалился в сад. В кабинете раздался еще один взрыв – потише. Все постояли, помолчали.

– Ну чегой, усё ужо? Али еще ждём-с? – спросила экономка, перепуганная до такой степени, что забыла всю долго изучавшуюся ею грамотную речь, и перешедшая на привычное простонародное наречие.

Авар обогнул дом и посмотрел на окна кабинета. Слуги дружно топали за ним.

– Ох, ты ж, дохлый тролль! И хто жи энто убирать будить? – вопросила экономка, наблюдая, как по внутренней стороне оконного стекла, освещенного светом оставшихся в комнате ламп, плавно стекают крупные багрово-синие капли, пузырясь и испуская струйки сизого дымка.

Авар обреченно вздохнул.

«Кажется, леди Таис утверждала, что физический труд прочищает мозги и бодрит тело? Вот и проверим истинность этого утверждения», – подумал Лютен. Вслух же лекарь-маг сказал:

– Сам уберу, вы только нужный реквизит принесите.

Открыв бронированную дверь, Авар, вооруженный шваброй, щеткой, ведром и кучей тряпок и тряпочек,  решительным шагом вошел в кабинет. Прислуга минут пять дивовалась на скребущего паркет лорда, после чего жалость к любимому хозяину заставила их подобрать тряпки, принести еще пять ведер воды и включиться в генеральную уборку.

За окнами мирно наступало солнечное и тихое ноябрьское утро...

«Первым делом выясню ее чувства к Каяру, а потом честно в своих признаюсь... лет через двадцать!» – решительно постановил Авар к десяти часам утра.

Кабинет отмыли. Лютен начал собираться к Таисам.

Глава №8. Расследование продолжается и начинает давать результаты.

«Давненько я так не нервничала перед обычным семейным обедом», – нарезала круги по парадной гостиной Настя субботним днем.

На этот обед, по давно сложившейся традиции, должен был приехать Лютен, а Настенька до сих пор не знала, что «придумала» Доната. После эпохального прибытия Эос верхом на коне в объятиях Каяра, Авар уже двое суток не объявлялся.

В двери вошел дворецкий Хартим.

(Этена уже давно не было, так же как и Марики, и большинства прежних слуг. Паляна была еще жива, но давно вышла замуж и уехала с мужем-фермером в далекую восточную провинцию. Сейчас Паляна уже правнуков ждала. Одна Ильяна еще жила в особняке Таисов со своим мужем; теперь бывшая горничная была в должности экономки дома и главного присматривающего за внешним видом Роры Таис).

– Когда обед велите подавать, леди Таис? – спросил Хартим.

– Как лорд Лютен пожалует, так и подавайте, Северин давно готов поесть, – рассеянно ответила Настя.

– Так лекарь-маг уже пожаловал. Он с мисс Эос в саду задержался, – пояснил дворецкий.

– Как – пожаловал? Как – задержался? – Настя, проклиная многочисленные пышные юбки, подхватила подол платья и помчалась в осенний сад.

Обогнув угол дома, леди Таис облегченно выдохнула, увидев, что Авар с Эос мирно беседуют, стоя у беломраморного фонтана, который Северин установил к двадцатипятилетию со дня их свадьбы. Фонтан был очень романтичным: в виде статуэток двух обнимающихся влюбленных, стоящих в окружении искрящихся струй воды. По вечерам Северин подсвечивал журчащие, взмывающие вверх ручейки, разноцветными магическими огнями, и фонтан становился воистину волшебным.

Леди Анастасия перевела дух, и тут началось представление.

Сцена первая.

Вся вода из фонтана вдруг поднимается ввысь и водопадом обрушивается на Эос. Промокшее насквозь шерстяное платье девушки облипает ее тело, как перчатка, четко очерчивая высокую округлую грудь немаленького размера и широкие бедра, переходящие в длинные-предлинные стройные ноги.

Глаза Авара широко распахиваются, и маг ошеломленно застывает на месте.

Сцена вторая.

Налетает сильный вихрь, заставляя девушку завизжать от страха и вцепиться в мужчину, обхватив его руками и ногами. Тот же вихрь рвет волосы девушки назад, вынуждая ее схватиться за локоны и прогнуться.

Нос Авара утыкается прямо в девичью грудь. Лекарь сглатывает и багровеет.

«О-о-о, – мысленно стонет Настя, – надеюсь, два мага-лекаря справятся с одним инфарктом!»

Сцена третья.

Испуганная порывом ветра Эос в смущении пытается отодвинуться от мужчины, но ее одежда буквально прилипает к сюртуку мага, и в итоге девушка ме-е-едленно – ме-е-едленно скользит по телу мужчины вниз. Как только ее ноги касаются земли, Эос делает шаг назад, и тут ее зеленовато-голубое платье становится интригующе полупрозрачным.

Лекарь поспешно зажмуривается.

– Авар, тебе плохо, у тебя жар? – еще пуще пугается Эос и подскакивает к любимому, кладя ладонь на его лоб.

Глаза Авара распахиваются ...

– Доната! – в панике зашептала Настя, – Утром – свадьба, вечером – стулья! Тьфу, не стулья, а постель. Вначале свадьба, а не то Северин убьет нас всех, и кина не будет!

«Тогда поспеши...» – довольным голоском пропела богиня.

Леди Таис, вновь недобрым словом помянув юбки, бросилась разнимать страстно целующуюся парочку.

– Пора обедать! – прокричала Настя в самые уши временно оглохших и ослепших молодых людей.

Лютен отскочил от девушки и затряс головой.

«Какой знакомый жест, – с ностальгией подумала леди Таис. – Зря стараешься, дорогой зятек – мозги на прежнее место уже никогда не встанут!»

– Дорогой Авар, вижу, что не зря пятьдесят один год тому назад обещала за вас дочку замуж выдать. Очень рада буду породниться! – и Настя крепко пожала руку ошеломленного мужчины.

– Э-э-э, да, спасибо. Так ВЫ НЕ ПРОТИВ ?!! – радостно воскликнул лекарь-маг.

– Конечно, не против, вы с Эос – отличная пара! Но на глаза Северину сейчас лучше не показываться. Дочь, иди домой через черный ход и переоденься! – подтолкнула Настя неадекватную от счастья дочурку.

Авар нахмурился при мысли о лучшем друге и вздохнул.

– Я приду завтра. Так действительно будет лучше, – задумчиво сказал Лютен и двинулся к своему экипажу.

– Куда это Авар так срочно уехал? Не зашел даже. Опять куда-то по делам вызвали? – спросил Северин у Насти.

– Наверное, дорогой. Вернется – сам все расскажет. Хартим, можно подавать обед.

За столом хозяин дома оглядел дочерей и жену и заметил:

– Давно мы в субботний день таким малым составом не собирались. Отец мой на востоке задерживается: уехал школы инспектировать, а теперь охране правопорядка помогает там в  расследовании. Бориор переживает по поводу кражи во дворце, никуда из своего дома выходить не хочет – он ведь один из подозреваемых. И Авар уехал.

Настя заметила, как покраснела младшая дочь при последнем замечании, и поспешила спросить о самом важном:

– На востоке действительно похищают девушек? Слухи подтвердились?

– Подтвердились. Пропадают девушки, видимо, уже давно: лет тридцать минимум, но так как пропадают только нищие сироты из деревень или девочки из бедных многодетных семей, то их родственнички и не старались заявить о пропаже. Думали – нет девки, и им будет легче, кормить-растить не надо! Всегда удивлялся людям! Они бывают настолько жестоки и равнодушны к собственным родным и знакомым. Вот у троллей такого никогда бы не случилось: они за каждого своего соотечественника как за самих себя переживают, и даже понятия сиротских приютов у них нет – все оставшиеся без родителей дети в семьях у родственников и друзей воспитываются.

После обеда Аврора сидела на скамейке у фонтана и в очередной раз перечитывала сведения, полученные от Донаты.

«Почему мне кажется, что здесь есть какой-то подозрительный момент, если никак не могу понять – какой именно момент?» – ломала голову Рора.

В кратком содержании список богини гласил:

Советник по медицине лорд Лиам Гиол. Размышлял о том, повезет ли и его младшему сыну удачно жениться в этом году, как в прошлый раз повезло старшему, а также предвкушал завтрашнюю встречу с обожаемой внученькой и волновался, понравится ли той купленная им большая красивая кукла.

Советник по образованию лорд Бориор Таис. Размышлял о будущих женихах своих правнучек (тут Рора чуть сморщилась), рассуждая о том, что принц Рахлана – помоложе и побойчее – вполне подойдет Авроре, а принц Криоса – хороший вариант для Эос.

Здесь следует заметить, что Тавирия граничила на востоке с двумя странами: Криосом (юго-восток) и Рахланом (северо-восточное направление). На юге начинались владения независимых степных троллей, земли которых клином входили в южные провинции Тавирии, а далее за ними начиналась страна Морасия (Тавирия имела небольшую общую границу с Морасией ближе к южным горам, в которых проживал малый народец горных троллей, тоже подчиняющийся королевскому дому Сарторов). На западе  были обширные владения горных троллей, которые уже несколько тысяч лет находились под патронатом династии Сарторов, и где последние двадцать лет сидел наместником принц Данир Сартор (второй сын Мираила в возрасте ста тридцати лет). Самые северные области Тавирии были заселены мало, так как представляли собой снежные бесплодные равнины, заканчивающиеся холодным морем, которое большую часть года было покрыто льдами. По морю проходила граница с еще одной маго-человеческой страной, находящейся уже в другом полушарии планеты.

Советник по связям с другими расами лорд Мирт Калис. Этот маг весь праздник размышлял о том, какая нагрузка лежала на его плечах в связи с подготовкой к этому самому празднику: о прошедшем общении с гильдией купцов, цирковыми коллективами троллей и так далее.

Советник по торговле лорд Алин Эдмин приглядывался к мисс Айоле Терен, размышляя о перспективах ее брака с Таларом, и радуясь, что сын смог пережить неудачу в тяжелом первом браке и начать жить заново.

«Прям собрание свах, а не советников», – кривилась Рора.

Советник по внешней политике лорд Нотт Нарвек весь вечер бурно радовался юным и неопытным посольствам своих заграничных коллег и продумывал, какие выгоды можно извлечь из такой редкостной удачи.

Советник по внутренним делам и законодательству лорд Эльян Перос волновался о том, как его служба магической охраны правопорядка уследит за всеми многочисленными прохвостами и преступниками в такой огромной толпе и буквально ежеминутно обзванивал все посты, контролируя ситуацию и предлагая помощь.

Советник по культуре Жигер Зурбах планировал насладиться вечером премьерой новой пьесы, а также обдумывал предстоящее вскоре открытие новой экспозиции в историческом зале королевского музея в Тавии.

«Надо бы узнать у кронпринца, проверили ли факт многочисленных звонков от Пероса. Если он действительно звонил очень часто – то вряд ли мог успеть сосредоточиться и вскрыть защиту хранилища – там наверняка работы не на полчаса было, – размышляла Аврора, – и в само собрание артефактов надо бы заглянуть, а то в прошлый раз так туда и не попала».

Набрав сохранившийся в памяти амулета связи номер Рейса Сартора и услышав его прохладное: «Слушаю вас», Рора поспешила спросить:

– Добрый день, ваше высочество! Я все-таки хотела бы посетить хранилище. И еще: про звонки с амулета Эльяна Пероса что-нибудь узнавали?

– Добрый день, мисс Таис. Про звонки узнавали: действительно звонил, перерывы более тридцати минут не зафиксированы, все сотрудники охраны клянутся, что звонил именно он. Сегодня встретиться с вами и провести в хранилище не смогу – весь день расписан по минутам, а назначать свидание на поздний вечер было бы неблагоразумно: нас могут не так понять. Зато завтра я абсолютно свободен. В какое время подъедете?

– Часам к десяти утра можно?

– Да, жду.

Аврора отключила амулет, наблюдая, как к ней бежит радостная Эос.

Спустя два с половиной часа мисс Таис-старшая вихрем ворвалась в кабинет матери.

– Мамочка, чем ты занята? Готовишься к мастер-классу для учителей  сельских школ? Будешь представлять свои новые разработки и игровые методики? Какая прелесть! Давай, я тебе карточки разрисую, плакаты красиво подпишу, записывающие амулеты к артефактору на подзарядку отнесу,  раздаточный материал воздушной стихией оплету, чтобы он сам собой по аудитории разлетался, давай...

Настя рассмеялась:

– Спасибо, дочка,  впервые в жизни с таким энтузиазмом помогать мне бросилась. Ты же с самого детства терпеть не можешь рисовать и разукрашивать, максимум, на что согласна – воздушной стихией фоновую краску по ватману распылить, так что теперь на тебя нашло?

– Теперь при выходе из твоего кабинета меня ждет лишь одна ужасающая перспектива: еще три часа выслушивать, какой Авар замечательный, какие у него бархатные глаза цвета гречишного меда (тоже мне, гурманка нашлась!), какие роскошные черные кудри, какой он красивый, обаятельный, умный, добрый... Еще она битый час переживала, что Авара буквально вынудили поцеловать ее (ах, он, бедная жертва божественного произвола!), а завтра он передумает жениться и поймет, что совсем не увлечен ею! Она совсем слепая?! Всем ведь уже лет двадцать очевидно, что он с ума по ней сходит! Всем, кроме них самих, ненормальных! (Вот со мной никогда такого не случится: я буду точно знать, кто меня любит: у мужчин же все эмоции открыто на лице написаны, – и переживать не стану.) А уж когда она дошла до их поцелуя... Я СБЕЖАЛА, МАМА! Скажи, все влюбленные девушки такие зацикленные на одной теме идиотки?

– Ничего, вот поженятся, поживут лет десять – и все станет спокойнее.

Тут Аврора осознала еще одну грядущую неприятность:

– Ой, так Эос же после свадьбы будет в доме Авара жить? Скучновато у нас станет. Хорошо, что лекарь-маг тоже в столице живет и недалеко от нас. Когда дедушка Бориор мечтал правнучку за принца Криоса замуж выдать, он наверняка не продумал тот момент, что до Криоса даже сильный стихийник трое суток лететь будет. Так чем тебе помочь? Я до самого ужина отсюда – ни ногой!

-----------------------------------------

Воскресным утром кронпринц стоял у зеркала и, удивляясь и ужасаясь собственным мыслям, рассуждал о том, как хорошо, что старение у магов после семидесяти лет идет очень медленно вплоть до конца третьего столетия.

«Я выгляжу лишь лет на пять старше ее отца, где-то на тридцать пять человеческих лет. Боги, о чем я думаю?! Какая разница, сколько мне лет?! Наш брак с Авророй не возможен не только из-за разницы в возрасте, но и из-за того, что она терпеть меня не может и вообще, замуж за Каяра собирается! Мое дело – в стороне стоять, да королевством править, а не за ветреной юбкой гоняться. Престол Данир займет со временем, леди Таис договорится с богиней, чтоб та с Донатосом обговорила этот момент. В конце концов, воинствующие ретрограды на троне и богам не нужны!»

В дверь его личных покоев постучали:

– Ваше высочество, мисс Аврора Таис к вам пришла, в нижней гостиной ожидает.

Рейс и Рора спускались в подвал дворца, освещенный магическими огнями.

– Опись всех артефактов хранилища у вас с собой? – уточнила мисс Таис.

– Да. И эту опись не подделывали и не меняли магически – и всё содержимое хранилища на месте. Все экспонаты еще и на записывающие кристаллы занесены – записи тоже с описью сверяли, тоже все сошлось. И предлагаю хотя бы наедине, когда нас никто не видит и не слышит, взаимно перейти на «ты» – мы же теперь партнеры по расследованию.

– Спасибо, я попробую перейти на «ты», – растеряно согласилась девушка. – Все охранные заклинания уже восстановили в прежнем виде?

– Да. Новых не добавляли пока, вплоть до выяснения всех обстоятельств кражи, – подтвердил Рейс.

Подойдя к дверям, Аврора попыталась снять с них охранные заклинания. Промучившись двадцать минут и сняв только половину охранок, девушка вытерла пот со лба:

– Быстро снять защитные заклинания и без последствий войти в хранилище могут только наши подозреваемые (у них есть специальный допуск и двери открываются, реагируя на их магическую ауру, слепок которой изменить и подделать невозможно) и те, кто их, возможно, сопровождал, верно?

– Да. Еще мы с братьями и король. И очень сильный стихийник или артефактор.

– Угу, о-о-о-чень сильный, явно не моего уровня. Ладно, пыхтим и пробуем дальше.

Еще через некоторое время дверь была свободна от сигнальных сетей и Аврора, отворив механический замок небольшим воздушным нажимом, в одиночку вошла на склад артефактов, окружив себя всеми возможными скрывающими заклинаниями. Тут же взревел оглушительный сигнал, и дверь хранилища со зловещим скрипом захлопнулась. Помучившись с древнейшей многостихийной охранкой, Рора сдалась и постучала в дверь.

Проход открылся и вошел Рейс. За его спиной разошлись недовольные маги, вооруженные до зубов холодным оружием и боевыми артефактами.

– Неужели ты забыл предупредить охрану дворца о наших планах, Рейс? – усмехнулась девушка.

– О другом утром думал.

«Мне кажется или он действительно смутился?» – удивилась магиня.

– Так, не будем еще раз нервировать дворцовую охрану и брать в руки артефакты: если к ним прикоснуться без заверенного королевской магической печатью разрешения, то шума при таком несанкционированном доступе будет куда больше, а попытка расплести хотя бы часть заклинаний займет остаток дня. Так что – просто смотрим, – решила магиня.

Аврора внимательно и осторожно магически прощупывала охранные заклинания на артефактах, но вскоре со вздохом должна была признать, что ничего нового, отличного от написанного в отчетах, она не обнаружила.

– Да, все охранки имеют стихийную природу, а закреплены на раритетах магией артефакторов. Чтобы снять их, нужно либо распутать плетение заклятия (это может сделать только стихийник), либо открепить их от охраняемого объекта (это может сделать амулетчик-артефактор). Эксперты пишут, что охранку легче открепить, чем распутать, так что вариант пары советник плюс артефактор более вероятен, чем дуэт советник плюс стихийник. Или это было два в одном. Давай опись и записывающие кристаллы. Про охранки все верно в отчете написано.

Все утро выходного дня Аврора с Рейсом просматривали записи и сверяли их с описью и наличествующими в хранилище раритетами. Артефактов было много, и дело продвигалось медленно.

Поднявшись из подвала в гостиную, чтобы пообедать, первая магиня этого мира продолжила просматривать записи на кристаллах.

– Если ты не отложишь в сторону магический архив и не поешь спокойно, то я и тебя отстраню от расследования этого дела, – пригрозил Рейс.

Аврора со вздохом отодвинула последний недосмотренный кристалл.

– Что-то они все-таки вынесли! Чего-то мы все не замечаем...

– Суп ешь!

– Ем.

Отказавшись от десерта, девушка снова понеслась в подвал.

– Слушай, а вот этот артефакт в виде яйца: на записи в кристалле он стоит на какой-то подставке, а в описи про подставку – ни слова.

– Зачем же описывать подставку? Она нужна только для того, чтоб экспонат не скатился, а ровно лежал на своем месте.

– А в реальности эта каменная коробочка с выемкой есть?

Аврора быстро пошла по хранилищу в нужную секцию.

– Нет! Яйцо лежит в углублении стола, а коробочки под ним нет. Слушай... ну, конечно!

Аврора резко обернулась к принцу, возбужденно сверкая зелеными очами:

– Как описывают артефакт? Вначале определяют время и место его создания. А если рядом лежат два артефакта? То итоговый, определенный магом возраст, будем средним для них обоих. Но если рядом лежат два магических предмета, сделанных примерно в одно и тоже время и в одной и той же местности, то при исчезновении одного из предметов никакие параметры не изменятся! Будет, как в описи: те же двадцать тысяч лет и восточные равнины! Что для одного артефакта, что для системы из двух таких похожих единиц!

– Конечно, магические возможности пары артефактов не такие, как у одного, – продолжала рассуждать Аврора, – но назначение артефакта определяют как? Правильно! Снимают его с подставки и исследуют! Так что в описи изначально фигурируют только свойства самого «яйца», а они, конечно, не изменились! Подставку же никто и не думал на магические свойства проверять! Убеждена, что на ней и дополнительных охранок не стояло – они же на «яйцо» завязаны! Вот и ясно, почему сигналка при прикосновении не сработала, и пропажу не удалось определить: унесли подставку, которая и была сильнейшим, но неучтенным артефактом!

– Причем двадцатитысячелетнего возраста и сделанным в восточных равнинах. А свойства и назначение украденной подставки нигде не записаны и никому не известны. Кроме самих похитителей.

– Точно.

В ранних осенних сумерках лорд Рейс Сартор провожал мисс Таис-старшую до дома. По причине удивительно теплой и безветренной для начала ноября погоды было принято решение идти пешком: все-таки провести весь день в подземелье – не слишком приятное занятие, хочется потом и свежим воздухом подышать.

«И рядом с замечательной, умной и красивой девушкой пройтись», – признавался себе старший наследник, а вслух рассуждал о книгах, пьесах и скором открытии новой экспозиции в историческом зале

– О, точно! Насчет этой экспозиции: тебе ничто не показалось странным в мыслях советников на празднике? – никак не могла угомониться и забыть о хищении артефакта Рора.

– Нет, – нахмурился Рейс, – а тебе что-то кажется неестественным в их мыслях?

– Кажется, какая-то мелочь, но не понимаю, что именно, – вздохнула магиня. – Я еще подумаю. Завтра и послезавтра у меня в расписании стоят твои лекции: если что надумаю – скажу, – и девушка зябко передернула плечиками.

Рейс взял в руку изящную и нежную девичью ладошку и пустил поверх одежды Роры поток теплого воздуха. Маги уже приближались к особняку Таисов.

– Спасибо, – поблагодарила Рора. – Хорошо быть очень сильным стихийником: и королевское хранилище быстро обокрасть можно, и девушку без перерастраты магии согреть!

Принц рассмеялся и ласково посмотрел на Аврору.

«Доната, скажи мне, что это не то, на что похоже», – попросила богиню Настя, наблюдая за теплой улыбкой кронпринца, ведущего ее старшую дочь за ручку к крыльцу. В сумерках было отчетливо видно, что Рейс удерживает на плечах Роры мерцающий согревающий полог.

«Я ведь говорила, что мало знаю про магов и ваши премудрения в отношениях, – отнекивалась богиня. – Ну, ведет за ручку, так что такого, если девушка замерзла? Согревать легче при контакте».

«Надеюсь, других контактов между ними не было?»

«Ну, что ты! Я помню, что стулья – вечером и после свадьбы!» – рассмеялась богиня и исчезла.

«Если Рейс действительно увлекся Авророй, то помоги Изначальный этому миру! Местные божества с этой функцией не справятся...»

Смотря в окно на то, как лорд Сартор целует Роре ручку на прощанье и как при этом мило краснеет дочь (Аврора – и краснеет! Никогда в жизни с ней такого конфуза раньше не случалось!), леди Таис понимала, что помощь Изначального точно пригодится. Жаль, что он ни во что не вмешивается.

Глава №9. О божественных возможностях и не только.

Воскресенье выдалось насыщенным и плодотворным не только у старшей сестры – Эос тоже дома не сидела. Весь вечер и всю ночь девушка ждала звонка от Авара и утром, наконец, дождалась.

– Доброе утро, Эос. Я хотел бы встретиться с тобой сегодня. Во сколько за тобой заехать можно? – чуть неуверенно спросил Лютен, который долго убеждал себя, что вчерашние события не пригрезились ему на фоне отравления испарениями вчерашнего варева неустановленного состава.

– Заезжай, как сможешь – я никуда не собираюсь уходить, – пролепетала Эос, судорожно думая, не собирается ли любимый долго извиняться за вчерашнее и отрекаться от помолвки.

К завтраку Эос спустилась принаряженная в любимое платье и с красивой прической на голове. Предупредив родителей, что едет гулять с Аваром, девушка выскочила на крыльцо, как только услышала стук колес подъехавшего экипажа. Помахав на прощание сестре, которая уже готовилась отлететь во дворец, Эос подала руку лорду Лютену и села в его открытый экипаж.

По дороге в центр города молодые маги молчали: Лютен собирался с духом, чтобы все прояснить и убедиться, что грядущее счастье ему не пригрезилось, и Эос занималась тем же. Взглянув на сосредоточенную девушку, нервно закусившую нижнюю губку, Авар решился.

Взяв ручку любимой и нежно целуя ее, лекарь-маг сказал:

– Эос, я...

– Приехали, лорд-маг! На набережную, как заказывали. Кудыть далее поедем? – спросил кучер.

– Никуда, здесь нас пока подожди, – лорд Лютен спрыгнул на плиты белого мрамора, которым была вымощена набережная бурной небольшой речушки, протекавшей через центр Тавии.

Подав Эос руку, он помог девушке спуститься.

Молодые люди медленно пошли вдоль реки. На небе вдруг разошлись набежавшие было тучки, и солнце яркими лучами осветило белый мрамор дорожки. Эос остановилась у уже заснувшего перед зимой куста шиповника, давно растерявшего свою пышную зелень. Вдруг, прямо на глазах у девушки, куст пустил почки, распустил светло-зеленые листики и расцвел красными розочками.

– О, Авар, как здорово и романтично! – воскликнула девушка, подняв на мага засиявшие любовью глаза.

– Э-э-э... – протянул смущенный целитель, который и не думал вливать в шиповник магию и будить этот кустик (без великой надобности целители не вмешивались в естественный ход жизни растений), но догадался-таки сорвать веточку с цветами и протянуть ее Эос. – Я люблю тебя! Всегда любил, просто не сразу понял!

– И я люблю тебя, с детства люблю, и уже давно это поняла!

«Вот ты и пришло ко мне, счастье!» – мелькнула мысль у мага, крепко прижавшего к себе обожаемую невесту. Теперь уже точно невесту – все маги были однолюбами.

Над головой влюбленных закружили и закурлыкали белые голуби. Птички безбоязненно садились на руки и плечи магов, помахивая белоснежными крыльями.

Эос рассмеялась счастливо и погладила голубков:

– Хороший знак, не думаешь?

– Думаю, что они поесть хотят – такое поведение для птиц необычно, – заметил целитель.

Магиня-лекарь согласилась с таким выводом, и молодая пара купила пару булок в палатке у прилегающего к набережной парка, и покормила голубей.

– Надо бы и рыбкам крошек бросить – смотри, как они красиво в воде плескаются, – заметила Эос.

Над речкой действительно проносились стайки серебристых рыбок, которые то выпрыгивали из воды, то падали в нее, поднимая море искрящихся фонтанчиков. Зрелище было завораживающим и необыкновенным. Девушка прижалась к своему мужчине и залюбовалась фееричным представлением резвых рыбок.

– Отстаньте от меня, куда меня тащат и что это за беспредел? – доносилось бубнение из парка, но влюбленные смотрели на рыбок и внимания на ворчание не обратили.

А тем временем, активно подталкиваемый воздушным вихрем, к набережной семенил старичок-скрипач, игравший по воскресеньям в парке.

– Вот что за напасть такая? Сидел, играл, никого не трогал и на тебе: пихают куда-то, скрипку со смычком из рук вырвали... – негромко возмущался музыкант.

Старичок ворчал и упирался, но невидимые руки продолжали подталкивать его к набережной.

– Оть, нечистая сила! – на этом замечании человека аккуратно приподняло над землей и бережно опустило на скамейку.

На колени опустились скрипка и смычок.

– Ну и что? Играть, что ли?

Смычок взвился в воздух и активно закивал.

– Слушайте, уважаемый спрятавшийся где-то маг, можно ведь просто вежливо попросить, а не тащить...

Старик-скрипач схватил скрипку и от нервного потрясения грянул бойкую мазурку. Но музыкальные инструменты с таким выбором не согласились и заартачились, выворачиваясь из рук хозяина.

– Помедленнее, что ли? – в ответ на этот вопрос теплый воздушный поток ласково погладил скрипача по волосам. – Ладно, мне не жалко.

Над рекой и парком полилась романтичная мелодия старинного вальса. Авар очнулся и закружил Эос прямо вдоль парапета набережной. Влюбленная пара кружилась под сентиментальный напев скрипки, смотря в глаза друг друга и улыбаясь, а сверху на них медленно падал белоснежный тополиный пух, похожий на теплые снежинки.

«Вот ведь неугомонный народ эти маги! На кой им тополиный пух в ноябре? Скоро снегом все засыплет, а они цветочкам да деревьям покоя не дают», – рассуждал скрипач.

Старичок доиграл вальс и опустил скрипку:

– Теперь могу я в парк вернуться? – сняв шапку и приглаживая волосы, спросил музыкант.

Смычок опять взвился и кивнул. В шапку прямо из воздуха посыпались золотые монеты.

– Вот, спасибо! – скрипач подхватил свой картуз и поспешил убежать подальше от расшалившегося неизвестного.

Авар осторожно поцеловал Эос и поспешно отстранился: общественная набережная не лучшее место для проявления своих чувств. То, что вокруг нет ни одного прохожего, и никто даже случайного взгляда в их сторону не бросает – влюбленные не замечали.

– Пройдемся еще? Погода сегодня замечательная! – тут лекарь повернулся в сторону моста и ошеломленно замер: по белому вантовому мостику под проливным дождем бежали люди, прикрываясь зонтами и плащами. – Какие-то природные катаклизмы сегодня происходят, не удивительно, что птицы и рыбы с ума посходили.

Молодые маги гуляли по набережной, освещенной теплым солнышком, и говорили о своих чувствах и планах на будущее, которое представлялось им таким же безоблачным и ясным, как небо над их (и исключительно только их) головами.

----------------------------

Поздним вечером этого удивительного воскресенья леди Анастасия Таис, тишком сбежавшая от увлекшегося научной статьей мужа, бесшумно кралась по очень темному коридору второго этажа в спальню младшей дочери. Ей навстречу так же бесшумно и скрытно двигалась Аврора. В пункт «B» обе женщины пришли одновременно.

– Ой! – приглушенно прозвучало в темноте.

– Ророчка, это ты, что ли?

– Конечно! Мне ведь тоже хочется узнать подробности прогулки, – потирая лоб, заметила старшая дочь.

Прошмыгнув в дверь спальни Эос, обе близкие родственницы  горящими любопытством глазами уставились на довольную помолвленную.

– Ну?!

Эос, радостно улыбаясь, рассказала обо всем: солнце, голубях, шиповнике, вальсе и рыбках, восторженно ахая и восхищаясь.

«Донаточка, это ты развлекалась?» – с улыбкой уточнила Настя у божественной подруги. Почему-то не верила она в мужскую фантазию и способность организовать столь красочное признание в любви.

«Не развлекалась, а радовалась. Это же будет первый брак между двумя магами за многие-многие века. Думаешь, за все эти тысячи лет я не пожалела о своем необдуманном поступке? Ошибки совершать легко, но тяжело видеть их последствия. В мироздании, созданном Изначальным, нет ни воздаяний, ни наказаний – лишь поступки и их следствия, и этот закон един для всех, даже для божественных сущностей».

«Искренне надеюсь, что и брат твой  – такая же сознательная сущность», – заметила Настя.

«Все мужчины – дети малые, даже божественные сущности», – непонятно проворчала богиня и исчезла.

– Мамочка, ты над чем задумалась? Слышала, что Авар по делам на две недели уезжает, а когда вернется – к папе пойдет, свататься будет?

– А? К папе, так к папе. К папе – это хорошо, – задумчиво сказала мать и строгим голосом приказала: – Быстро по постелям и спать, завтра – понедельник!

------------------------------------

Потекли дни. С отъездом жениха, к Эос постепенно вернулись спокойствие и рассудительность, она уже не сводила любую беседу к исключительным и разнообразным положительным качествам Авара и его красивым глазам, так что жизнь в особняке Таисов потекла, как прежде. Бориор Таис опять стал частенько наведываться в гости к внуку и правнучкам, играть с ними шашки и шахматы, обсуждать виды заклинаний и способы взаимодействия разных стихий, и прочее, и прочее. Советники короля продолжали выполнять свои обязанности, так как невозможно было отстранить от работы столько важных помощников правителя сразу, тем более, что виноват был лишь один (до сих пор не ясно было – кто именно). Так что Бориор, как и раньше, с тех пор, как вернулся жить от внука в свой дом,  заглядывал к родным на огонек, а остальное время посвящал работе. Работы сейчас в области образования было много: требовалось укомплектовать учебниками и учителями планируемые новые поселковые школы, а также четыре давно построенные школы для невест, открывающиеся в провинциальных городах, в которых согласились работать женщины – выпускницы первого курса Насти. Их дети уже достаточно подросли, чтобы позволить мамам спокойно работать, а папы этих детей готовы были уехать хоть к черту на куличики, лишь бы отблагодарить леди Таис и богиню Донату за столь щедрый дар: полноценную семью. Дедушка Марон задерживался на востоке и даже на скорую коронацию наследника престола приезжать не планировал.

Вечерами сестры Таис теперь чаще всего сидели дома, прячась от настойчивых зарубежных поклонников: представители посольских миссий облюбовали для своих длительных прогулок именно ту из центральных улиц столицы, на которой располагался особняк Таисов.

– Как страшно быть магиней, – недовольно бурчала Аврора, помогая кухарке Альясе взбивать масляный крем. Сладкая густая масса буранчиком закручивалась в плошке, повинуясь магической силе молодой хозяюшки. – Даже из дома не выйти – сразу враждебные полчища магов налетят.

Сидевшие у окна на лавке сынок конюха и внучок дворецкого дружно покосились на вышагивающих за оградой магов и захихикали.

Эос, перебиравшая за столом гречневую крупу, ссыпала очищенные от лишних примесей зерна в кастрюлю и спросила:

– Почему враждебные? Они ничего плохого не хотят, наоборот, поухаживать собираются, смотри, сколько цветов у них из-за пазухи торчит.

– Что ж сама тут у печи сидишь? Иди, прими ухаживания, – предложила старшая сестра.

Эос отрицательно покачала головой:

– Я Авара жду и не хочу давать другим ложных надежд. А вот тебе ничто не мешает пообщаться с этими милыми и приветливыми юношами. Тебе же симпатичен Аол Ралин, так почему ты его избегаешь?

– Мне не интересно бродить по улицам за ручку и болтать ни о чем. Да и повышенное внимание мужчин не нравится.

Альяса недовольно посмотрела на мисс, забрала у нее крем, велев мальчишкам отнести его на холод, и выдала скалку с наказом:

– Тесто раскатывать ручками, без магических фокусов: песочное тесто рассыпчатое и ломкое. И вот что я хочу вам сказать, мисс Ророчка, только ненормальной девушке может не нравиться внимание мужчин! Вы просто не привыкли к нему еще, наших-то юнцов аж в детстве распугать успели, вот и дичитесь сейчас. Вы бы пообщались с господами магами подольше – и вам бы все понравилось!

Аврора недоверчиво воззрилась на пожилую женщину:

– Что ты, Альяса! Разве мне понравится сидеть на пасеке, будучи облепленной пчелами, которые норовят заползти в нос и уши, если я посижу на этой пасеке подольше? Лучше я тебе помогу, да горничным в делах уборки поспособствую, да над дипломной работой поработаю, чем буду бесцельно ботинки по брусчатке протирать.

Кухарка неодобрительно насупилась и с такой силой начала мешать подливу, что только своевременная помощь магини-стихийницы спасла кастрюлю от переворачивания на пол.

– Вот видишь, Альясочка, я тебе здесь нужна, а не на улице! – довольно заключила девушка. – А эту армию неприкаянных магов мы еще научим правильно своим свободным временем распоряжаться, а не тратить его на то, чтобы ни в чем не повинных девушек своей настойчивостью пугать. Вот проблема у магов с разнообразным и веселым отдыхом – реальная проблема!

Следующим утром на одной из перемен все одногруппники сестер Таис были срочно организованы на вечернюю внеплановую игру в «Болл»: Аврора с детства беспокоилась о том, как бы ее друзья-товарищи вдруг не заскучали, и придумывала массу новых игр, предназначенных для большого числа участников. До появления новых магинь лорды-маги и слыхом не слыхивали о командном спорте и массовых развлечениях (окромя дворцовых приемов, которые даже с огромной натяжкой нельзя было назвать развлечением, да тех видов увеселений, что они наблюдали у людей, но в которых сами не участвовали). Сестры Таис быстро распространили в своем классе вначале все людские игры, а потом и много магических (креативная помощь леди Анастасии Таис была в этом вопросе неоценима). Упомянутая игра «Болл» была одной из самых простых и потому идеально подходила для магов-новичков, которых Аврора вознамерилась пригласить на соревнование: группа их курса против юных представителей посольств других стран.

– Итак, всех жду на нашем обычном поле за оградой института. Мы победим! – заключила Рора.

Товарищи поддержали свою лидершу громкими криками, заглушившими звук колокола, призывающего студентов на лекцию.

– А в посольства письма пригласительные отправим? – спросили маги-одногруппники мисс Таис, рассаживаясь за столами аудитории.

– Это лишнее, – усмехнулась Аврора. – Этот цветник сам расцветет под нашими окнами – каждый вечер расцветает...

Студенты рассмеялись и сказали, что причина сбора понятна, и что они просто обязаны победить.

Близняшки, наряженные в теплые спортивные костюмы, состоящие из высоких сапог, теплых гетр и коротких отороченных мехом кожаных курток, произвели небывалый фурор своим выходом из ворот особняка. Приезжим магам, видимо, еще не доводилось видеть женщин в облегающих брюках, и движение на шумной улице было временно парализовано столпотворением у дома Таисов.

«Странно, мне казалось, что у разных магов разный разрез глаз, а оказывается – одинаковый: идеально круглый, как золотая монетка, и блестит также. Дикие какие-то посольства к нам приехали: задыхаются, краснеют, кашляют, ни одного связного слова сказать не могут! – потешалась Аврора. – Мы победим легко, если они свои глазки не расфокусируют и от наших форм пристальные взгляды не отлепят».

– Мальчики, мы к вам! – обрадовала Рора ухажеров. – Поиграть хотите? Вторым десятком будете?

«Да-а-а, и мыслительный процесс у них не быстрый. Бедный кронпринц, представляю, сколько времени он им свои хитрые идеи объясняет, если я правила примитивной игры полчаса растолковать не могу. Хорошо хоть к концу беседы осознанность во взорах появилась», – продолжала веселиться магиня.

– Лорды-маги, вам следует привыкнуть к виду девушек в спортивной форме, – вздохнула Эос. – В столице уже есть много дам, которые ведут активный образ жизни, и они могут вам встретиться. Но во время уроков физкультуры в школе невест магов, к их спортивному стадиону лучше пока не приближайтесь, как лекарь советую.

Правила действительно были несложные: маги стихийники создавали два водяных мяча средних размеров с плотной и упругой внешней воздушной оболочкой и подсвечивали их разными цветами: голубым и зеленым. (Огненные сферы смотрелись бы красочнее, но не все были стихийниками и маги других специализаций могли бы пострадать при разгерметизации «болла».)  Огненными были только кольца, висевшие в воздухе в трех метрах от земли. Команда должна была забрасывать свой болл в кольцо соперников и не давать им пробиться к собственному кольцу. За каждое попадание команде начислялся балл. От частых соприкосновений или от прямого столкновения с ободом кольца, водяной мяч мог лопнуть, и тогда с команды снималось три штрафных балла, так что бросать нужно было очень аккуратно, точно в центр кольца. Магию разрешалось использовать только при создании колец и боллов (в том числе взамен утраченных), а в процессе игры помогать себе стихиями или стабилизировать пострадавшие боллы, было запрещено. Количество игроков определялось правилом «сколько набралось», но такой большой состав собрался впервые. Члены команд сами решали, кто будет играть в защите, а кто в нападении, но по ходу игры эти роли часто менялись. Неизменным был только капитан. Играли два раунда по сорок минут, судья (обязательно стихийник, способный углядеть недозволенные всполохи магии) внимательно следил за выполнением правил, начинал игру, выбрасывая на игровое поле два мяча одновременно, следил за временем и считал очки. Команде Роры достался голубой болл, а команде принца Рахлана (выбранного капитаном посольских магов) – зеленый.

Перед началом игры Аврора выступила с небольшой речью:

– Дорогие гости Тавирии! Наше студенческое сообщество радо приветствовать вас на игре! Мы познакомились с вами, когда вы оказали нам дружескую рабочую поддержку при ликвидации оползня в Тарьеке, а теперь укрепим товарищеские отношения на совместном отдыхе! Правила вам объяснены, вопросы еще остались?

– Один вопрос, прекрасная леди! – воскликнул Аол Ралин. – Каким будет приз победителям? Или хотя бы капитану победителей?!

На последней фразе принц Рахлана нарочито смешно задвигал черными бровями, вытянул губы трубочкой и приосанился, показывая, кого именно он имеет в виду и на какой приз намекает. Все рассмеялись.

– Для начала надо победить! – завопили юные маги Тавии. – У нас Аврора – командир, ей-то какой приз в случае победы будет?

– Предлагаю тот же, но от меня! – с энтузиазмом предложил Аол, посылая магине воздушный поцелуй, и все расхохотались громче.

Аврора решительно  покачала головой и тут увидела, как невдалеке из дверей института вышла очень знакомая фигура в одежде военного покроя. Чуть помедлив, эта фигура двинулась в сторону стадиона.

– Никаких призов, принц, тем более связанных с поцелуями! И у нас пока недоукомплектована команда: нас всего восемь (Каяра монарх сразу после представления с доставкой до дома Эос услал куда-то на запад с какой-то важной миссией, а часть группы была на преддипломной практике), а вас целых десять магов. Моей команде нужен еще один игрок, подождите!

Магиня подлетела к кронпринцу. Удивленный лорд Сартор спокойно пояснил:

– Я вовсе не намерен препятствовать вашей игре, просто посмотреть хотел, Каяр много о ваших играх и рыбалках рассказывал.

– Впечатлений будет больше от непосредственного участия, ваше высочество, а нашей команде как раз не хватает игрока.

Рейс Сартор нахмурился:

– Я не знаю правил и не готов так развлекаться.

– Напрасно! Знаете, нельзя всю жизнь только работать, откладывая отдых на потом, а то это потом может никогда не наступить. В одном селе мне рассказали историю о человеке, который всю жизнь проработал там доктором (село небольшое и лекарь-маг приезжал из города только в самых сложных случаях). Этот одинокий доктор принимал больных каждый день с утра до вечера без выходных и праздников, жил очень скромно, экономя буквально на всем, и любил повторять, что в старости еще отдохнет. Только до старости он не дожил, а после его смерти благодарные соседи, памятуя о его бережливости и нелюбви к напрасной трате денег, не стали заказывать надгробную плиту, а повесили над могилой медную табличку с его двери с надписью: «Доктор Митисей Корвек. Прием с 09:00 до 19:00.»  Так он и после смерти пациентов «ждет».

Рейс изумленно посмотрел на девушку и неуверенно согласился принять участие в игре. Члены обеих команд встретили такое пополнение с большим удивлением, но предвкушения азартной битвы не растеряли.

– На время игры у его высочества кронпринца Рейса Сартора будет короткий позывной: «Шах»! Иначе у нас боллы лопнут, пока мы весь положенный титул произнесем, – распорядилась Рора и игра началась.

В запале игры молодые маги быстро перестали выделять двухсотлетнего кронпринца и преподавателя из общей массы, и Рейс наравне со всеми лупил по мячам, периодически падал на мерзлую, взрытую десятками ног землю, и ощущал давно забытое детское чувство радости, задора и полноты жизни, не обремененной ежесекундной ответственностью. Отличная физическая форма и постоянные занятия с холодным оружием сделали из будущего короля великолепного игрока, принесшего команде мисс Таис много очков. Кроме того, неопытные маги из дипломатических миссий в ослеплении азарта путали боллы, а хладнокровный кронпринц частенько хитроумно подбрасывал пробившимся к кольцу соперников дипломатам чужой болл (по правилам, очко команде приносил только свой болл, забитый в кольцо противника; если же игроки случайно забрасывали свой болл в свое кольцо или чужой болл в любое из колец, то очко присуждалось другой команде).

«Надо же, сколько энергии в кронпринце! За прожитые годы он не только чувство юмора отточил, но и спортивную форму приобрел весьма на уровне!» – удивлялась Аврора.

Конечно, маги Тавирии разбили наголову своих соперников в игре, но никто не был опечален таким исходом.

Веселые и запыхавшиеся маги пожали друг другу руки и разошлись-разлетелись по домам. Рейс Сартор задержался. Подойдя к мисс Таис-старшей, он поцеловал ей ручку и сказал:

– Спасибо.

Глава №10. Женщина редко прощает нам ревность и никогда не прощает ее отсутствия. П. Туле.

Подошла к середине уже третья неделя ноября, а дело о хищении в хранилище так и не сдвинулось с места. Никаких подозрительных мыслей ни у одного советника замечено не было, сведений о «подставке»-артефакте ни в одном архиве найти не удалось. До сих пор ни в одной стране, ни у одного коллекционера новых раритетов не объявилось (наблюдатели короны проверили этот момент очень тщательно), никаких всплесков подозрительной магической активности тоже не наблюдалось, поэтому наиболее вероятной становилась версия крупной диверсии, ожидать которую следовало во время коронации кронпринца.

«Предатели короны ведь понимают, что все будут готовиться к нападению, усилят охрану храма многократно, так что и мышь не проскочит – на что же они рассчитывают? Незнакомых лиц и близко к храму не подпустят, а что сможет сделать один советник? Моментально убить сильного мага, окруженного кучей охранок, ни один артефакт не сможет, так что напавшего просто схватят и все. Но раз они выжидают и на что-то надеются – значит, этот украденный раритет обладает уникальным действием, которое невозможно предвидеть. Но каким?!» – ломала голову Аврора и не могла найти ответа.

Занятия у кронпринца теперь проходили на удивление мирно: Рейс часто одобрял мнения и предложения Роры относительно  законодательства, а за проверочные работы девушка всегда получала высший балл. В середине декабря должен был состояться итоговый зачет по курсу лекций кронпринца, и Рора уже верила, что проблем с аттестацией по этому предмету у нее не будет.

От женихов Аврора продолжала прятаться за стенами семейного особняка, но планируя какие-либо мероприятия для своих друзей, девушка всегда приглашала и приезжих магов. Каяра еще не вернулся, так что и с другом не было возможности нормально пообщаться: его голова была занята мыслями, о которых он никак не мог рассказать по амулету, ссылаясь на секретность, а писать письма Рора не любила, хоть современные магические заклинания и позволяли осуществлять конфиденциальную переписку. Правда, была надежда на скорое возвращение младшего принца.

В эти выходные должен был вернуться в столицу Авар, а пока вяло и медленно катилась среда. На перемене между лекциями Аврора Таис вышла полюбоваться на первый снег, устеливший ночью землю (Эос убежала в дальний уголок лекарского корпуса, чтобы в сотый раз позвонить Авару, и смотреть на засыпанный снегом сад отказалась). Зимы в центральной Тавирии редко бывали снежными и холодными, чаще – теплыми и слякотными, так что снег, метели и крепкий мороз были для магини приятными сюрпризами от погоды. Девушка слепила снежок и метко бросила его в небольшую медную шишечку на кованой ограде институтского сада. Второй и третий снежки также попали в цель, а вот четвертый испарился в маленьком огневом шарике, вылетевшем ему наперерез.

– Доброго дня, мисс Таис! Вы ведь Аврора? – поздоровался с магиней зеленоглазый брюнет, шустро перелетающий через ограду.

– И вам дня доброго, принц Аол Ралин. Да, я Аврора. Что же вы забыли в нашем институте?

– Вас! Очень хочу пригласить вас в эти выходные на открытие выставки артефактов и амулетов военного времени, которая открывается...

– В королевском музее. Знаю, мы всей семьей на нее пойти собирались.

– Вот и замечательно, а мне позвольте сопровождать лично вас...

Тут на Аврору налетел вихрь по имени Каяр:

– Ура, успел перехватить тебя! Я уже вернулся и к брату сейчас в институт заходил по вопросу... – Каяр оглянулся на принца Рахлана и скомкал окончание фразы, – ну-у, по важному вопросу. Давно в родном городе не был, а по амулету всего не скажешь: вечером дома будешь?

Рора видела в глазах друга горячее желание узнать, как обстоят дела у Эос с Аваром, помогло ли им его, Каяра, представление, и сама очень сильно хотела поделиться сведениями. Однако при Ралине обсуждать помолвку Эос с Аваром явно не стоило (о ней ведь даже папа еще не знал!).

– Буду, приходи.

– Здравствуйте, дорогой лорд Ралин и мисс Таис! – прозвучал за спиной девушки холодный глубокий голос. – Каяр, кажется, мы договорились, что ты срочно летишь во дворец, а не гуляешь по саду?

Каяр шутливо помахал руками:

– Уже взлетел! Пока, Рора! – и умчался в магическом вихре.

Рейс Сартор перевел ледяной взгляд на принца Рахлана:

– Новые посольства прибыли меньше месяца назад, а у их сотрудников, в разгар рабочего дня, уже дел никаких нет?

– Почему же, есть...

– Тогда не смею вас задерживать, лорд Ралин.

Аол раздосадовано посмотрел на высокопоставленного мага, но перечить не стал и откланялся.

Разогнав соперников за внимание юной мисс, кронпринц посмотрел на свою студентку.

– А я-то что, – развела руками Рора, – у меня перемена, вообще-то.

– К тебе претензий не имею. Есть небольшие сведения об убитом в день праздника слуге-человеке; тебе еще интересна история с кражей из хранилища?

– Конечно, – оживилась девушка, – я сама так ничего и не придумала пока.

– Могу зайти к вам домой сегодня вечером.

Аврора вздохнула: ей очень хотелось поговорить с Каяром.

– Давай, завтра вечером?

Кронпринц недовольно прищурился.

«И чем он недоволен? Ведь слышал же слова Каяра, что сегодня я с ним встречаюсь. Или он хочет, чтобы младший брат и день, и ночь на страну работал, по его примеру?» – недоумевала Рора.

– Хорошо, завтра.

Рейс попрощался и ушел назад в институтский корпус, думая о том, что внимание всех этих юнцов (включая собственного брата) к Авроре ему совсем не нравится и очень хочется разогнать всех поклонников девушки к тролльим бабушкам на блины.

Вечером к Таисам на огонек заглянул младший принц Тавирии и утащил старшую мисс на прогулку по столице. Окружив себя звуко-заглушающим заклинанием, молодые маги делились новостями: Аврора рассказывала, как романтично и необычно признавался в любви Авар, а Каяр стонал и ужасался, что лет через сто (и ни секундой раньше!) и ему такие героические творческие подвиги предстоят.

– И розы, и рыбки, и вальс?! А просто сказать: «люблю, мол, собирайся скорее:  в храм пойдем благословляться» – никак нельзя? Обязательно эту канитель разводить? – причитал младший наследник.

Аврора обещала помочь лучшему другу с разработкой сценария предложения руки и сердца, и маги перешли к обсуждению текущих дел Каяра.

– Представляешь, Данир сообщил, что у них в горах тролли периодически пропадают. Не часто, правда, и потом всегда возвращаются: родственники только успеют шум поднять и в охрану заявить, а их потеряшка уже жив-здоров домой вернулся. НО!!! Возвращаются они все с небольшими провалами в памяти: ничего о днях своего отсутствия не помнят! Жители сперва думали, что причины амнезии вполне обычные: сильный удар головой или большое количество выпитого тролльего самогона, и к магам с этой проблемой не обращались, а тут двух последних к лекарю-магу привели, и тот утверждает, что ни сотрясений мозга, ни следов алкогольного отравления в их организмах нет. Следов воздействия магией тоже нет, но это и так ясно: ни один маг не способен влиять на деятельность мозга разумного существа. Это всем известно и давно доказано! Так почему они теряют несколько дней из своих воспоминаний?

– Погоди! – возбужденно воскликнула Рора. – Когда пропал первый горный тролль?

– Месяца три назад, а что?

Аврора разочарованно вздохнула:

– Ничего. Никак не могу понять, каковы могут быть свойства украденного артефакта.

– Не переживай, ничего плохого на коронации никто сделать не сможет. Все же готовятся к предполагаемому нападению, и все возможные варианты учтут, – безмятежно успокоил девушку Каяр.

«В том-то и дело, что вариант скорее всего будет не возможным», – не успокоилась Аврора.

– Ты в субботу занят? – спросила магиня.

– Нет, мне после командировки в горы спокойные выходные обещаны. А что?

– Утром в субботу Авар приедет и свататься придет. Папа еще не в курсе, так что, твоя поддержка нам не помешает.

– Хорошо, приду. Еще слышал, что вы с моим старшим братом теперь вполне мирно общаетесь?

– Не сглазь, – вздохнула Рора.

----------------------------

Мирное общение мисс Таис-старшая и Рейс Сартор демонстрировали уже следующим вечером, дружески обсуждая последние новости в парадной гостиной особняка Таисов. Хозяйка дома периодически заглядывала к «детективам» и теплые, явно заинтересованные взгляды принца на ее дочь, все больше и больше убеждали Анастасию в верности своих подозрений. Отношение же дочери к кронпринцу еще оставляло место для сомнений.

Сведения об убитом в день праздника слуге-человеке были действительно небольшими: это был холостой одинокий мужчина тридцати лет. Родом человек был из восточной провинции, с равнин, граничащих с Рахланом, и воспитывался он в приюте.

– Еще один сирота с восточных равнин, – вздохнула Аврора. – Исчезнувших девушек-сирот из той же местности так и не нашли?

Девушек не нашли. Аврору заинтересовал вопрос, из каких приютов исчезали девушки, но Рейс пояснил, что приютские сироты не пропадали, исчезали лишь те, кто жил на обеспечении дальних родственников.

– Конечно, воровать приютских дев преступники опасались – ведь директор заведения тут же сообщил бы о пропаже, это ведь его прямая обязанность. А вот родственнички и глазом не моргнули: пропала и пропала, – поняла Рора. – А какие-нибудь еще сведения о приютах в восточных провинциях имеются? Там же дедушка мой  все школы и прочие заведения сейчас проверяет.

Рейс протянул ей тонкую папку с отчетами. Пролистывая записи, Аврора заметила одну странность:

– Во время проверок воспитанники всех приютов были на месте, кроме одного такого заведения: в приюте неподалеку от села Растовки из  ста шестидесяти семи сирот присутствовали только сто пятнадцать. Где остальные пятьдесят два человека?

– Маги охраны выясняли – директор этого приюта проводит эксперимент по социальной адаптации сирот: время от времени он подселяет ребят в человеческие семьи на месяц-другой, чтобы они видели примеры  нормальной семейной жизни и легче потом вступали в самостоятельную жизнь. Сотрудники спрашивали у местных: ребята действительно есть и иногда живут в разных отдаленных поселках.

– Что ж, разумный у них директор. Наш убитый лакей из какого приюта?

– Как раз из этого – экспериментального. Но ничего подозрительного в самом приюте не нашли.

Аврора задумалась, но никаких разумных гипотез выдвинуть не смогла.

Дополнить сведения Каяра о происшествиях в западных горах кронпринц  не мог, но согласился с предположением, что свойства артефакта могут быть непредсказуемыми, в том числе, способными лишить мага памяти. (Беспамятный король-младенец, забывший даже алфавит – это была бы катастрофа для Тавирии, и Кахир Сартор вполне мог потребовать провести новую коронацию с ним в главной роли).

– Ты не думаешь, что и исчезновения девушек, и кража из хранилища – это звенья одной цепи, ведущей в восточные равнины? И мне кажется, что все происшествия связаны с «жрецами Донатоса». Что вообще об этих «жрецах» известно?

– Главное – что они не жрецы, а только так себя именуют, а на самом деле к богу отношения не имеют.

– Это мне известно, Доната маме говорила, что у бога ни жрецов, ни пророков в мире нет.

– За этой кучкой оппозиционеров всегда приглядывали сотрудники Эльяна Пероса (и его предшественников), но пятьдесят лет назад, после появления вашего великолепного семейства, эти отступники перестали хоть как-то проявлять себя, рассосались по стране, и магическая охрана потеряла их из виду, тем более, что мысли абсолютно всех магов стала занимать идея возрождения магического сообщества. Если помнишь, то первые десять лет вашей жизни практически все сотрудники управления охраны были заняты охраной вас. Только потом мне и леди Таис удалось убедить короля, что в столь тотальном присмотре нет необходимости, и куча защитников только мешает вам жить нормальной жизнью.  Но, признаюсь честно в собственной ошибке, приказа о розыске активистов «жрецов Донатоса» и продолжении наблюдения за ними, я тогда так и не отдал. Надеялся, что с возвращением в мир магинь их лжеучение стало не актуально, и все адепты жрецов вернулись к обычной жизни.

– Я бы все-таки разузнала, где сейчас обитает и чем занята эта секта.

– Лорду Перосу уже предложено разыскать всех известных их приверженцев, особенно моего дядю: Кахира Сартора. Но пока никаких сведений собрать не удалось.

– Опять не удалось! Все больше начинаю подозревать лорда Эльяна Пероса в саботаже!

– Я не могу бездоказательно кого-то обвинить и лишь одного советника беспричинно отстранить от работы. Сейчас необходима слаженная деятельность всего королевского Совета, министры и так перегружены административной работой, и участвовать в законотворчестве никак не могут, да и не их это специализация.

Кронпринц к великому (но молчаливому) удивлению всего семейства Таисов, согласился остаться на ужин, чуть не доведя этим кухарку Альясу до сердечного приступа, и покинул гостеприимной дом, лишь когда на небе зажглись первые звезды, пообещав хозяевам встретиться с ними завтра на выставке в музее. Анастасия Таис только вздохнула, посмотрев на старшую дочь.

В пятницу днем в королевском музее было многолюдно и многомагно. Мощь военных артефактов удивляла магов и завораживала людей. Музейные смотрители-экскурсоводы расписывали все уникальные разработки военного времени с таким жаром и упоением, словно лично боролись против превосходящих сил противника с артефактами в руках. В зачарованном от поломок зале, оснащенном экранирующим прозрачным магическим занавесом, даже демонстрировали принципы действия некоторых амулетов с эффектным проявлением свойств: красочным фейерверком рассыпалось все оружие на человеке, оставляя самого мужчину абсолютно здоровым и даже одетым; самонаводящийся артефакт прицельно обстреливал движущиеся мишени небольшими, но мощными фаерболами; объемный мираж огромного войска угрожающе надвигался на зрителей прямо из стены. Все остальные демонстрации были такими же колоритными.

Вокруг пришедших в музей сестер Таис тут же образовался небольшой торнадо из решивших приударить за магинями магов. В центре этого смерча был Аол Ралин, рассыпавшийся в витиеватых комплиментах и искривший белозубыми улыбками. Аврора с Эос, украдкой вздыхая, напрасно пытались рассмотреть экспонаты и послушать речи музейщиков, а все экскурсионные группы с людьми проходили мимо них, бросая недовольные взгляды в сторону шумной толпы магов.

Появившегося в дверях музея кронпринца сцена такого повального ухаживания не порадовала. Пробившись к Авроре, Рейс недовольно произнес:

– Смотрю, на вас большой спрос на брачном рынке. Даже странно, при таком-то характере!

И без того раздраженная Аврора, вспыхнула моментально, как сухой хворост от фаербола:

– Характер у меня не сахар, но его ведь в чай не добавлять!

– О, да, в чай – не надо! Вас, вообще, лучше употреблять в малых дозах! Лорды-маги, не создавайте толчею у экспозиций, рассредоточьтесь по всему периметру, и наши очаровательные магини обязательно дойдут и до вас!

«Вот ненадолго его ядовитость спряталась – все-таки есть змеи в королевских подвалах. Точно есть!» – злилась Аврора.

Леди Анастасия смотрела на кронпринца и явственно видела на его лице дикую ревность, которую принц даже не пытался спрятать, так как, видимо, впервые столкнулся со столь сильным негативным чувством и даже не осознавал его наличия в своих мыслях и душе.

«Бедолага, как его угораздило влюбиться в Рору? Она же всю душу ему наизнанку вывернет, все мозги прокипятит, прежде чем собственные теплые чувства к нему осознает», – размышляла Настя, не подозревая о том, что почти слово в слово повторяет прошлые опасения самого кронпринца.

Глава № 11. О том, как сложно отцу понять своих дочерей.

Утром субботы произошло долгожданное событие.

Лекарь-маг высшего класса Авар Лютен решительным шагом прошел в домашний кабинет своего лучшего друга – Северина Таиса, и столь же решительно застыл у его стола. Северин поднял на товарища зеленые глаза и приветливо улыбнулся:

- Привет, Авар! Чего врываешься, будто за тобой бешеные тролли гонятся? Случилось что? Опять моя старшая дочь во что-то вляпалась?

Авар смотрел в спокойные очи лорда Таиса и совершенно не представлял, как попросит друга отдать ему свою любимую юную дочь. Реакцию Северина на заявление о том, что они с Эос любят друг друга и собираются пожениться, Авар даже представлять себе не пытался. Молодой лекарь глубоко вдохнул, и вымолвил, как в прорубь прыгнул:

- Нет, этот важный вопрос касается Эос, - и не успел Северин удивиться, как Лютен продолжил, – твоя младшая дочь согласилась выйти за меня замуж.

Лорд ректор магического института застыл с открытым ртом. Он совершенно не мог осознать слов своего друга – своего лучшего друга, тролль его побери! – который все последние полсотни лет помогал ему воспитывать и растить его малышек, лечил их от всевозможных детских болезней, врачевал разбитые коленки, царапины, синяки и ссадины, и всегда относился к ним, как второй отец. Во всяком случае, именно так всегда казалось Северину! Но, видимо, только казалось! Ишь, чего тот удумал! Сто пятнадцать лет разменял – и школьницу вчерашнюю ему подавай?! Друг называется!

– Замуж?! За тебя?! С ума сошел?! Тебе лет сколько! Ты ж ее мать во время беременности наблюдал и роды принимал, она тебе в дочери годится, а ты женой-магичкой обзавестись решил?! Специально всех невест-человечек от себя гнал – к моей дочери все эти годы приглядывался?! Да я тебя в порошок сотру! В тюрьму королевскую отправлю, меня сам Мираил в этом праведном деле поддержит!

Северин в ярости тряхнул руками, и вокруг лекаря заметались воздушные вихри.

– Папа, прекрати! Не надо, я не позволю! – ворвалась в двери Эос и бросилась между отцом и возлюбленным.

– Дочь, отойди! Ты не знаешь, что этот гад придумал! Я ему покажу, я научу уму-разуму это светило нашей науки недоделанное! Дочку ему отдай! Совсем мозгов и совести лишился, лекаришко троллев!

Эос, заливаясь слезами, схватила отца за руки и стала трясти его изо всех сил, умоляя перестать кружить стихии. Боясь задеть любимую девочку, Северин развеял все заклинания и стал гладить доченьку по голове, приговаривая:

– Не плачь, не переживай, ягодка моя! Не отдам я тебя за старика такого! Молодого мага тебе выберем, самого лучшего и красивого! За принца заморского отдадим! Хочешь принца?

– Не хочу! – со злостью закричала Эос, отталкивая заботливого батюшку. Северину даже на миг показалось, что с ним сейчас говорит не мягкая, нежная, послушная младшая дочка, а разгневанная старшая дочь. – Сам на принце женись! Я за Авара, пойду, ясно?! Я Авара люблю, ясно?! Буду плакать, пока на наш брак разрешения не дашь!

Эос разрыдалась в голос, закрывая лицо руками. Северин недоуменно и испуганно смотрел на ревущую дочь: женский плач всегда приводил его в смятение, а уж такие горькие безудержные слезы в три ручья – и подавно до паники довели.

- НАСТЯ!!! – завопил на весь дом растерянный лорд Таис.

За пятьдесят лет брака Северин уже привык во всех малопонятных вопросах воспитания и жизни девочек полагаться на жену: она всегда гораздо лучше него могла разобраться в хитросплетениях непостижимой женской логики и мотивации поступков дочерей. Обескураженный лорд искренне надеялся, что его Настенька и в этой совершенно непонятной ситуации разберется, все уладит, и всех направит на путь истинный.

В кабинет величаво вплыла леди Таис. Оглядев мрачного Авара, стоявшего гордо выпрямившись посреди кабинета, сложив руки на груди, безутешно плачущую дочь и огорошенного всем происходящим супруга, Анастасия Николаевна поинтересовалась:

– Дорогой, что случилось? Из-за чего переполох?

Северин, не находя слов, возмущенно тыкал пальцем в сторону Лютена, а тот хмуро смотрел в ответ.

– Этот, этот,  ... этот друг, – не нашел более ругательного слова лорд ректор, – хочет нашу девочку забрать! Жениться на Эос вздумал, гад!

- Я тоже вздумала! Никогда за другого не пойду! – Эос бросилась в утешающие объятия матери. – Мама, скажи ему!!!

Настя ласково пригладила белокурые локоны дочери.

– Да, скажи мне, пожалуйста, что происходит! – возмутился Северин. – Я уже ничего не понимаю!

Настя серьезно, со значением, посмотрела мужу в глаза и строгим учительским тоном пояснила очевидные вещи:

– Наша дочь любит Авара Лютена, любит с детства, и он, к счастью, ответил взаимностью на ее искреннее чувство. Наш с тобой родительский долг, Северин, – благословить дочь и будущего зятя и объявить об их помолвке.

Лорд Таис застыл столбом, ошарашено смотря на жену. Он-то полагал, что она разделит его негодование, выставит за дверь Авара и успокоит дочь, а она! Лорд обиженно засопел: все с ума посходили, а он опять, единственный во всем виноватый, злодей-папа! Что за жизнь такая несправедливая?!

Леди Таис погладила мужа по щеке и стала ласково и нежно легонько целовать его в сурово сжатые губы.

– Не переживай так, дорогой! Ты же лучше меня знаешь, что все маги – однолюбы! Это счастье, что любовь нашей дочери и лучшего друга взаимна. Шестьдесят лет разницы между ними – для магов сущая мелочь. Между нами, между прочим, тоже пятьдесят восемь лет разницы и ничего – живем! – уговаривала Настя супруга.

Северин выдохнул и посмотрел на прижавшуюся к груди Авара дочь. Лютен гладил ее по волосам, что-то нежно ей ворковал и смотрел так, будто все сокровища земные таятся в глубине ее глазок.

«Как же я проморгал увлечение собственной дочери собственным же другом? – чувствуя, что начинает смиряться с ситуацией, недоумевал Северин. – Настенька-то, видно, давно все поняла, на ее личике и тени удивления не проскользнуло, когда я о сватовстве Авара сообщил! А мне ничего не говорила, не намекнула даже!» – лорд снова обиженно зафыркал, смотря на жену.

Настя, поняв, что недовольство мужа благополучно переключилось с влюбленной пары на ее персону, улыбнулась. Взяв супруга за руку, Настя торжественно произнесла, обращаясь к молодым:

– Благословляем вас, дети наши! Живите дружно, долго и счастливо! Живите, как живем мы, и даже лучше нас!

Настя подтолкнула мужа локтем, и тот хмуро произнес:

– Живите! Благословляем!

За открытым окном раздался взрыв, и в кабинет влетели тысячи золотых сверкающих конфетти и осыпали влюбленную пару, а также деловые бумаги и научные труды отца на столе.

- Ура! Ура! Поздравляем! – раздались громкие крики под окном: это ликовали слуги под предводительством неразлучной парочки: мисс Авроры Таис и Каяра Сартора.

Подтолкнув себя воздушным тараном, мисс Рора оперативно влезла в окно, не обращая внимания на треснувшую при этом по швам длинную юбку. Мисс Таис на-пять-минут-старшая бросилась обнимать и зацеловывать мисс Таис на-пять-минут-младшую и Авара Лютена. Аврора так активно желала сестре и ее жениху счастья, любви, дочерей и сыночков, радости, страсти и долголетия, что чуть не задушила обоих. Передав слегка помятых и ошалевших молодых людей в руки матери –– для продолжения поздравлений – Аврора устроила дикие тролльи пляски вместе с вошедшим за ней в окно Каяром. Слуги били под окном в медный таз железной ложкой, и трезвон по всему особняку стоял страшный.

– Надо срочно объявить всем о помолвке, чтобы у папы не было времени передумать! – заявила Аврора, как только все немного успокоились и отправились в гостиную выпить шампанского за здоровье помолвленной пары.

Лорд Таис поморщился:

– Не собираюсь я передумывать! Я уже понял, что все, кроме меня, обо всём знали. Салют даже приготовили, медный таз и слуг под окна притащили.

– Вот и славно! Но объявить все равно надо!

– Я завтра извещение в газеты дам, – сказал Авар.

– Замечательно! А королевскую семью мы сегодня предупредим, не гоже монарху из газет узнавать, что они чистокровную магичку из своих цепких лапок упустили!

Не слушая слабые возражения семьи и предложения матери хотя бы переодеться, Аврора подхватила Каяра под руку, и парочку магическим вихрем унесло в направлении дворца.

Глава №12. Осознание своих желаний – это первый шаг к попытке их осуществить.

Мисс Таис – старшая и лорд Сартор – младший, вошли в парадные двери королевской резиденции, напугав своим расхристанным видом стражу на входе. Уточнив у встреченного ими церемониймейстера, где находится король, и, услышав, что в тронном зале, парочка направилась прямо туда, не придав значения воплям придворного про важное совещание с советниками. Стукнув в дверь, Аврора с Каяром влетели в помещение, оказавшись под внимательными взглядами десяти магов. Бориор Таис, главный советник короля по образованию, укоризненно крякнул, осматривая подранную юбку правнучки и ощущая запах гари от ее волос.

«Чем это они занимались, и что привело их сюда? – размышлял кронпринц, осматривая встрепанную девушку и шалопая-братца. Припухшие, явно от поцелуев, губы девушки заставили его сердце судорожно сжаться. Поспешно посмотрев на рот брата, Рейс облегченно выдохнул – с ним все было в порядке. – С кем же она могла целоваться? Может, просто вихрем обветрило?»

Король Мираил недовольно произнес, гневно посматривая на вошедшего сына:

– И какая же важнейшая новость вынудила вас прервать совещание?

– Мы пришли объявить о помолвке! – радостно возвестила Аврора, и маги дружно застонали.

«Дворец развалят на куски!», «Хрустальные оранжереи взорвут к тролльей матери!», «Этой парочки страна не переживет!», «Зато она – первая в мире магичка, какие детки будут! Какие перспективы для династии Сартор!», «Моя правнучка – умная и рассудительная девушка!!!» и так далее, в том же духе.

Рейс не слушал причитания советников – он пытался склеить из мелких кусочков свое сердце, которое мгновение назад разбилось вдребезги:

«Как же я жить дальше буду? Передать брату управление страной и уехать к троллям в южные степи? Может, жаркое солнце выжжет из груди эту мучительную боль? Свирепый ветер пустыни унесет из души образ этой ведьмы? Но какой брат сможет заменить меня? Данир сейчас в западной провинции, разбирается, что за странные дела в предместьях гор творятся. А Каяр еще не дорос до трона. – При воспоминании о Каяре снова защемило сердце и горечь поднялась к горлу. – Придется жить здесь, во дворце. Как-то существовать с ними рядом».

Подняв голову, и постаравшись придать лицу максимально нейтральное выражение, Рейс произнес первую пришедшую в голову фразу:

– О помолвке обычно объявляет жених.

«Вот ничем его не проймешь! – огорчалась Аврора, смотря на равнодушное, будто из мрамора высеченное, прекрасное лицо принца. – Хоть бы удивился чуток, спросил, чья помолвка! Идеальный правитель – только дела королевства его и интересуют!»

– Авар завтра в газеты объявление даст, сегодня ему не до того – на невесту наглядеться не может, - пояснила Аврора.

– Какой Авар? – недоуменно спросил Бориор Таис. Он не лучше внука разбирался в женской психологии и по лицам тоже ничего прочесть не умел.

– Так мы же пришли, чтоб объявить о помолвке: помолвке моей сестры с Аваром Лютеном! Каяр, объясни им!

– Так вы не о своей помолвке сообщить хотели? – облегченно выдохнул казначей. – Спасибо, вам, боги!

Аврора расхохоталась, Каяр тоже смеялся до слез.

– Теперь ясно, чего вы так перепугались! – завопил младший наследник. – Нет, мы с Ророй еще повременим жениться! Пусть хрустальные оранжереи еще постоят!

«Они простоят вечно, дорогой братец, потому что Аврору я никому не отдам! – чувствуя, как стремительно склеивается в единое целое его сердце и начинает яростно биться в груди, решил Рейс. – Тролль со всеми! Плевать, что я на сто пятьдесят лет старше, плевать, что она меня не любит – мне еще лет сто осталось, еще успеет полюбить! Я буду так за ней ухаживать, что даже ледяное и колючее сердце этой колдуньи дрогнет и растает! Не могу больше в стороне стоять! Хватит!»

Аврора смотрела, как синие очи кронпринца наливаются неистовым огнем, и дрожала под его исступленным взглядом: «Вот теперь проняло! Неужели, он действительно на Эос виды имел, раз так разъярился?» – думала недогадливая наивная жертва будущих ухаживаний принца.

----------------------------

Поздно вечером Эос пробралась в спальню старшей сестры с целым подносом сладостей и бутылкой вишневого взвара.

– Давай перекусим, а то сегодня такой день волнительной – ни крошки проглотить за столом не смогла. Ужас, как папа вначале разозлился! Я так перепугалась, чуть не умерла! Даже мама не думала, что отец настолько бурно отреагирует на известие о нашей с Аваром помолвке. Неужели он совсем-совсем ни о чем не догадывался?

– Это же папа, - пожала плечами Аврора, выскакивая из постели и натягивая домашнее платьице. – На этот столик ставь все, я тоже голодная. Тебе дома хоть предложили поесть, а нас во дворце и не позвали за стол. Представляешь, там все сперва подумали, что это мы с Каяром пожениться хотим. Вот простофили магические! Ты может представить Каяра – Каяра! – моим мужем?!

– Нет, – честно призналась Эос. – Мне кажется, тебе очень спокойный и выдержанный муж нужен, вроде Рейса Сартора, например.

Аврора поперхнулась взваром и закашлялась.

– С ума сошла? – просипела она. – Он же меня задушит в первый же день семейной жизни!

– Вот он – не задушит! Говорю же, спокойный и выдержанный муж нужен! А кронпринц именно таков.

Аврора вспомнила скульптурно-прекрасное безмятежное лицо наследника престола и почти готова была согласиться с мнением сестры, но тут перед ее мысленным взором мелькнули страстные, горящие сапфировые очи Рейса в конце беседы в тронном зале, его теплые улыбки в обществе ее сестры, и она спросила:

– Ты никогда не замечала, что кронпринц проявляет к тебе повышенный ... особый интерес?

Эос спокойно отрицательно помотала головой, не задумавшись даже над смыслом вопроса сестры.

– Расскажи, как во дворце все было, - попросила она Рору.

Таис-старшая оживилась. Размахивая руками и мастерски копируя лица всех свидетелей объявления о помолвке, девушка в красках описывала это эпохальное событие. «А они-то застонали: дворец не устоит! ... А я им говорю... А Каяр ржет, как конь... А Рейс та-а-ак посмотрел, что жуть просто...  А потом мы...  А дедушка Бориор поверить все не мог, пыхтел, почти как папа ... А Мираил сказал, что завтра во дворце вы должны самолично прилюдное объявление сделать!»

– О, нет! – застонала невеста. – Не хочу во дворец! Я же не за принца замуж выхожу – зачем нам во дворец?

– Ты первая (то есть вторая, но пять минут не в счет) родившаяся за тысячелетия магиня, которая опять-таки первая выходит замуж и создает семью с магом! Все другие, кроме меня, магини еще в школе учатся! Конечно, королевский двор никак не мог оставить без внимания такое событие!

– Авророчка, милая, давай ты спасешь меня от этого приема! Очень тебя прошу! Век должна буду!

– И каким же это образом мне тебя спасать? – хмыкнула Рора.

– Притворись мной хоть на пару часиков! Прически одинаковые сделаем и платья специально одинаковые наденем; скажешь, что Авара срочно к больному вызвали, но он вернется скоро, и всё. По саду погуляешь, поздравления послушаешь ...

– А ты в это время в каких-нибудь лекарственных кустах со своим целителем целоваться будешь? – усмехнулась Аврора.

Эос покраснела. Умоляюще смотря на сестру, девушка прижала ручки к сердцу и самым просительным голосочком произнесла:

– Ророчка, пожалуйста, ты же моя единственная сестра!

Аврора вздохнула и согласилась:

– Так и быть! Вот не понимаю только, какой интерес тебе два часа на месте ровно сидеть и к Авару губами прижиматься – скукота смертная!

– Ророчка, спасибо! Ты лучшая сестра на свете! – кинулась обнимать сестру Эос. – И вовсе не скукота, вот влюбишься сама – поймешь меня! Только кронпринцу на глаза не попадайся – он сразу тебя узнает, всегда узнаёт! – озабоченно посоветовала уходящая в подполье невеста.

– Не узнает! – отмахнулась Аврора. – Я так тобой прикинусь – мама не узнает, что это не ты!

– Ну, с мамой ты погорячилась. Она-то сразу все поймет. Но не выдаст! И папа не выдаст, мама его попросит! А вот Рейс все равно тебя узнает, - печально вздохнула Эос.

– Да не узнает, говорю! Хочешь, поспорим? На мой новый шелковый шарфик?

– Спорим! Если не узнает – я тебе духи свои, что тебе так нравятся, отдам. А ты мне – шарфик, как и предлагала.

В спальне супругов Таис хозяин и хозяйка дома дожидались, когда же, наконец, их дочери угомонятся и разойдутся по своим комнатам. Северин еще переживал решение младшей дочери за давнего друга их семьи замуж выйти.

– Надеюсь, что Аврора себе ровесника выберет, не Каяра, конечно, но кого-нибудь молодого, – поделился с женой Таис. – Не хотелось бы, чтоб и второй зять всего на десять лет моложе меня был.

Настя испуганно притихла, старательно делая невинное лицо.

– Опять что-то знаешь, но молчишь? – подозрительно осведомился Северин.

– Ну, что ты, дорогой! Ничего такого я не слышала, насколько мне известно, Аврора еще не осознала, что кого-то любит.

– Она еще не осознала, но ты уже поняла? – продолжал допытываться муж.

– Нет! В сердечных делах только в своих чувствах можно быть уверенной! Вот в кого я влюблена – рассказать могу! И даже показать, как сильно!

Леди Таис успешно удалось переключить внимание супруга на более важные и неотложные дела, и больше о наличии у старшей дочери каких-то чувств к еще не известному, но уже подозрительному мужчине, Северин не думал.

Утром следующего дня королевский дворец бурлил гостями и новостями. Вернее – одной, но важнейшей новостью – скоро должна была состояться первая чисто-магическая свадьба. Жених с невестой уже сделали объявление и вышли прогуляться в сад,  а маги все ахали и обсуждали.

Кронпринц шел по хрустальной оранжерее, напоенной ароматом роз, и мечтал, что к вечеру дворец наконец-то перестанет напоминать растревоженный улей. Аврора Таис куда-то быстро исчезла из дворца, сразу после объявления о помолвке, и принц тосковал, не зная что ему делать, и как в его уже почти преклонном возрасте ухаживать за молоденькой язвительной девой.  Повернув на центральную дорожку, Рейс замер.

Прекрасная юная нимфа в белоснежном платье, с красиво уложенными вокруг головы белокурыми локонами, наслаждалась ароматом роз в королевском саду. Девушка склонилась над большим алым бутоном, и, прикрыв глаза, вдыхала его запах. Рейс сделал шаг вперед, и под его ногой хрустнула веточка. Девушка выпрямилась и с улыбкой взглянула на него:

– Еще раз доброе утро, ваше высочество! – нежным голоском приветливо пропела она.

– Доброе, мисс Аврора! – насмешливо оглядывая исключительно опрятную и чистенькую фигурку, ответил Рейс.

Девушка возмущенно топнула ножкой; все сходство с сестрой мгновенно слетело с ее гневного личика:

– Почему вы всегда меня узнаёте?! Мимо прошли десятки магов, и все приняли меня за Эос!

«Потому, что твоя сестра не вызывает во мне и миллионной доли тех чувств и желаний, что будишь ты!» – с тоской и горечью подумал Рейс.

Вслух же кронпринц сказал:

– Боюсь даже предположить, для чего вам понадобились розы – хотите утыкать колючками все кресла во дворце?

Мисс Таис вспыхнула, ее глаза яростно сверкнули:

– Вы самый несносный маг в Тавирии! Вас надо замуровать на троне, чтобы только важными государственными делами и занимались, не портя людям их обычную, не государственную, жизнь!

Смотря вслед убегающей девушке, Рейс вынужден был признать, что первая попытка его ухаживаний оказалась неудачной.

Глава №13. Мужские попытки красиво поухаживать часто спотыкаются о женское недопонимание.

Разругавшись с лордом Сартором-старшим на выставке в музее и на официальной помолвке Эос с Аваром, Аврора прекратила дружески общаться с наследником, во дворце больше не появлялась и гордо игнорировала в институте все попытки Рейса наладить отношения, а кронпринц, сильно ограниченный в возможностях ухаживаний статусом преподавателя института, потихоньку начинал отчаиваться. На лекциях девушка отсиживалась молча и отвечала лишь на прямо обращенные к ней вопросы, про ход расследования хищения из хранилища Рейса не спрашивала, довольствуясь сведениями, получаемыми от Каяра. Правда, друг Роры не разделял ее опасений по поводу явно готовящейся диверсии на коронации, искренне считая, что у службы магической охраны все под контролем.

«Вот из-за того, что все маги – такие наивные дети, покушение и станет удачным! Хорошо, что кронпринц – очень умный маг (несмотря на другие свои недостатки) и недооценивать опасность не собирается, – размышляла Аврора. – А со мной он сейчас разговаривает даже еще более холодно и надменно, чем раньше, до празднования нашего с Эос совершеннолетия. И снова перешел на вечное «Вы». Ничего, мне совсем не обидно, я сама с ним разговаривать не хочу!»

Стараясь самостоятельно продолжить расследование, мисс Таис перерыла всю институтскую библиотеку в поисках сведений о создателе того артефакта-«яйца», что находилось в хранилище вместе с украденной «подставкой». Девушке казалось, что оба раритета были созданы одним и тем же магом, который специально придал второму амулету форму, позволяющую надежно скрыть его от внимания других магов. Само «яйцо» позволяло создавать любые иллюзии, практически неотличимые от реальности, и являлось уникальным изделием, так как скопировать его свойства и сотворить еще один такой артефакт никто из магов в последствие не смог. В этом факте не было ничего удивительного, так как мастером-творцом «яйца» был знаменитейший маг-артефактор предвоенного времени Олан Холлек, плоды трудов которого хранились теперь в многочисленных музеях, коллекциях и хранилищах.

Выписав из книг все известные шедевры этого гения от магии, Аврора убедилась, что ничего похожего на похищенный раритет нет, а все другие разработки Холлека невозможно использовать для диверсии, так как они были исключительно мирного назначения (лорд Олан Холлек умер в самом начале войны и, к счастью, не успел проявить свою гениальность на поприще военной артефакторики).

Поинтересовавшись у хранителя библиотеки, насколько полны сведения о Холлеке, Аврора получила ответ, что более полные описания трудов и жизни мастера можно получить в королевской библиотеке столицы и в личном собрании книг королевской семьи. Вздохнув, девушка решила обойтись малыми нервами и начать с библиотеки.

Увы, крупнейшее книгохранилище страны не порадовало ее новыми данными, зато огорчило очередной встречей с Аолом Ралином. Магиня уверилась в том, что принц Рахлана отслеживает ее перемещения и намерен всеми способами привлечь ее внимание к своей худосочной персоне, тем более, что Эос теперь оказалась вне зоны доступа, а Аврора стала единственной свободной взрослой магиней.

«Самая трудная задача для женщины – доказать мужчине не серьезность его намерений, – рассуждала сбегающая через черный ход библиотеки Рора, – особенно если он сам считает, что долг перед страной – это самая серьезная из причин. А мне теперь придется идти во дворец и, стараясь многозначительно молчать в ответ на насмешки, просить кронпринца показать копии личных дневников и записей лорда Холлека.  Жаль, с умением молчать у меня плохо, не удастся, видно, продемонстрировать многозначительность».

Решив не откладывать дела в долгий ящик, мисс Аврора Таис сразу полетела во дворец. Кронпринц, как всегда, с кем-то совещался, но встретивший девушку дворецкий не отказался выяснить, когда Рейс освободится. Дожидаясь возвращения человека, Аврора морально готовилась к конфронтации с наследником.

– Его высочество приглашает вас в малый зал для совещаний. Он решил, что в преддверии скорого зачета по законодательству вам, как студентке, будет не лишним поприсутствовать на обсуждении, – объявил вернувшийся дворецкий и шепотом добавил: – они скоро заканчивают, так что надолго вас не задержат.

– Спасибо, господин Маркин!

Распахнув двери зала, дворецкий объявил о приходе мисс Таис и пропустил девушку в большую комнату, в которой помимо кронпринца сидели четыре советника и вся тройка министров королевства, осуществлявших административно-распорядительные функции в сфере государственного управления (то есть, претворявших в жизнь решения королевского Совета).

– Рад видеть вас, мисс Аврора, – бархатный голос Рейса привычно пустил по рукам и спине Роры толпу будоражащих мурашек. – Присаживайтесь, мы обсуждаем возможность оказания дружественной помощи кланам степных троллей, земли которых расположены внутри наших южных провинций.

– Обсуждаем, но не готовы в действительности оказать им поддержку в том объеме, что вы планируете, ваше высочество, – поспешил сказать министр финансов. – Королевский казначей утверждает, что такие траты короне не по силам.

– Он всегда это утверждает, – отмахнулся кронпринц, – а вот советник Калис заявляет, что это сильно укрепит наши добрососедские отношения с троллями, а лорд Эдмин уверен, что будет легче и дешевле вести товарообмен между нашими территориями через тролльи степи, а не в обход.

– Если присоединить этот клинообразный аппендикс с троллями к нашему королевству, то торговых пошлин кланам и вовсе платить не придется, – проворчал министр внешнеполитических и внутренних дел.

– Вы с ума сошли, это немедленно вызовет войну со всеми степными троллями, который встанут за защиту своих немногочисленных соплеменников, проживающих в этом «аппендиксе». Как советник по внешней политике, я никогда не дам разрешения на военный захват территорий, – заявил лорд Нарвек.

Выслушав мнения министра и советника, мисс Таис даже рот открыла, чтобы свой комментарий вставить, но под строгим предупреждающим взглядом Рейса Сартора закрыла рот и продолжила сидеть молча, хоть и не удержалась от глубокомысленного  хмыканья.

«Главное достоинство кронпринца – он все понимает, – подумала Аврора. – Хм, а главный недостаток – тот же самый: он все понимает».

– Давайте вернемся к мирным соглашениям о взаимопомощи, – успокоительным тоном предложил Рейс. – Мы можем магически помочь троллям в орошении пустынных земель, в воссоздании плодородных почв, в защите их поселений от горячих пустынных бурь. Можем отправить и специалистов-лекарей самого широкого профиля. Вы подумайте, как это организовать, так как я буду настаивать на каких-то мерах поддержки. А пока – все свободны, мне еще юной мисс внимание уделить надо, – и Рейс тепло улыбнулся девушке.

Аврора насторожилась: «Улыбка принца – не к добру. Может, дать стрекача, пока не поздно?»

Советники и министры загремели отодвигаемыми стульями и неспешно покинули зал приемов. Теперь в этом полукруглом помещении одной из башен дворца остались только Рейс и его студентка.

– И по какому поводу вы усмехались после слов советника? – с той же теплой улыбкой спросил будущий король, со счастливым видом рассматривая любимое лицо, по которому уже успел соскучиться.

«Дворец – не институт, тут я не преподаватель и могу позволить себе поухаживать за ней», – решил повторить попытку достучаться до девичьей души Рейс.

Аврора насмешливо посмотрела на принца:

– Думала, какую замысловатую причину вы найдете лет через пять, чтобы отменить всю эту «дружескую помощь».

Рейс с удовольствием рассмеялся:

– И зачем же мне вначале тратить средства на помощь, а потом отменять её? – лукаво поинтересовался он у девушки.

– Затем, чтоб тролли, прочувствовавшие всю прелесть магической поддержки, сами потребовали бы присоединить их к нашему королевству. Разве не так? – иронично изогнув ровную бровку, поинтересовалась Рора.

Кронпринц сложил руки на груди и откинулся в кресле, продолжая довольно рассматривать магиню:

– Удивительно, что вы это сразу поняли, а советники не догадались. Думаю, за ваше героическое молчание на совещании и умение видеть политические перспективы, я должен поставить вам зачет по своему курсу прямо сейчас, без дополнительных тестов и докладов.

Аврора ушам своим не поверила. Огорошено хлопая ресницами, девушка позволила кронпринцу подхватить себя под локоток и провести в расположенные рядом хрустальные оранжереи. Подозрения Роры по поводу странного поведения принца росли и множились.

Прогуливаясь с мисс Таис-старшей по дорожкам среди розовых кустов, Рейс лихорадочно соображал, как проявить свой интерес к девушке. Никогда прежде ухаживать за женщиной кронпринцу не доводилось, два его брака были договорными, как и у всех магов времен его юности, и что положено делать влюбленному мужчине – Сартор понятия не имел.

Отчаявшись придумать хоть что-то оригинальное, Рейс сорвал с ближайшего куста самую красивую полураспустившуюся алую розу и протянул ее девушке:

– Это вам!

Аврора попятилась от наследника с таким настороженно-испуганным выражением лица, будто он ей радужную гадюку* протянул.

«Вот всеми своими многократно отбитыми в детстве мягкими местами чую, что дело тут нечисто! С чего это кронпринц так подозрительно мил? Еще и улыбается так лучисто... Да-да, я по себе помню, что любая мелкая шалость должна идти от души и приносить пакостнику море удовольствия! Что же он задумал? Шипы у розы галлюциногеном смазал? Не по-королевски как-то... Скорее всего – ему что-то от меня нужно!» – Рора крепко задумалась, припомнила разговор во время бала на день своего совершеннолетия, и, сардонически прищурившись, заявила:

– За принца Рахлана замуж не пойду! Решайте свои политические проблемы без меня!

Впервые в своей долгой жизни Рейс почувствовал, как у него отвисает челюсть. Несчастная, неверно понятая роза выпала из руки принца на зеленую траву дорожки.

– При чем тут Аол Ралин?! Хотя я рад, что вы не рассматриваете его в качестве жениха.

– Я никого не рассматриваю в таком качестве! Выдайте мне на время дневники и записи мага-артефактора Олана Холлека, и я с великой радостью покину ваш дворец и не буду мешать вам плести интриги и готовиться к коронации! Кстати, к коронации, на которой точно будет совершено покушение на вас, но это почему-то никого не волнует!

Кронпринц тяжко вздохнул:

– Я дам вам копии записок Холлека (оригиналы хранятся у потомков мага), сам их несколько раз перечитывал, но нашел только один любопытный момент. В описании одного эксперимента есть отвлеченное рассуждение о том, что самую крупную драгоценность надежнее всего спрятать внутри другого шедевра. Что, видя великолепное, покрытое самоцветами и тонкой золотой вязью яйцо, никому не придет в голову идея сломать его, чтобы поискать внутри бесценный бриллиант.

– Ну, с этим рассуждением и так уже все ясно: «яйцо», которое осталось в хранилище, долгое время отвлекало внимание магов от спрятанного под ним артефакта. А кто еще читал эти записки?

– Много кто – Холлек был и до сих пор остаются специалистом мировой величины по артефакторике. Советники точно с его наследием знакомы. Пойдемте в мой кабинет, я отдам вам бумаги и провожу до дома.

Прогулка от дворца до особняка Таисов тоже показалась Роре странной: принц всю дорогу молчал, но держал ее за руку, согревая  девушку магическим пологом. Удивляясь собственной нерешительности и необычной молчаливости, девушка так и не сказала мужчине, что греть ее нет необходимости – шубка и без того теплая.

«Удивительно приятно чувствовать прикосновение крепкой руки надежного мужчины. Вот одного у кронпринца не отнять: за ним всегда чувствуешь себя, как за каменной стеной» – размышляла Аврора.

Следующие недели были бедны на события: ничего примечательного в рабочих записях гениального мага прошлых лет Аврора не нашла, зачет по законодательству кронпринц действительно поставил ей досрочно, хоть и продолжал упорно «выкать»,  а Эос почти все свободное время проводила с женихом, оставляя сестру скучать в одиночестве. Свадьба Эос Таис и Авара Лютена была назначена на первое марта (влюбленная магиня решила, что это так романтично: начать счастливую семейную жизнь в первый день весны).

«А меня первые числа месяцев уже начинают пугать, ведь ничего хорошего в эти дни в мире магов не происходит: то я родилась, то Рейс коронуется...» – думала Аврора.

* радужная гадюка: змея-хамелеон мира Доин, очень ядовитая и особенно опасная тем, что принимает окраску окружающей среды и малозаметна. На солнце переливается всеми цветами радуги – отсюда и название.

Глава № 14. В принципе, женщина может сидеть тихо и ни во что не вмешиваться, но дело в том, что это не женский принцип.

Перечитав в который раз немногочисленные заметки об «идейном учении жрецов Донатоса», суть которого сводилась к тому, что люди и тролли созданы, чтобы прислуживать магам и быть разменными пешками в их играх, что другие разумные расы истинно разумными не являются, а потому отношение к ним должно быть как к полезным домашним животным и не более того, Аврора решила, что от перелистывания бумаги дело не раскроется и позвонила Каяру:

– Ты пока не улетел на запад?

– Еще нет, но планирую. Есть другое предложение?

– Диаметрально противоположное: слетать на восток.

– Рора, ты не сотрудник следственного отдела Игита Ирьяша и не можешь вмешиваться в ход расследования, – сразу понял подоплеку поездки Каяр.

– Я не планирую вмешиваться! Присмотрюсь к этому странному приюту, с местными жителями поговорю, в город Оскон, где в давние времена жил лорд Олан Холлек, загляну – и все. Вдруг мы с тобой заметим то, что не увидели сотрудники охраны правопорядка? И, кстати, сам кронпринц разрешил мне расследовать это дело!

– И на восток лететь разрешил? Не думаю. Но так как ты, неугомонная, все равно сбежишь в Оскон, то я лучше с тобой полечу, подстрахую от неприятностей. В эту субботу тронемся в дорогу?

– Да. Жду тебя рано утром на главной площади. Главное – вернуться к ночи, чтобы родители не заинтересовались, где это меня носило. И второе главное: амулеты, подавляющие и экранирующие магию, возьми!

Каяр шокировано помолчал, а потом из амулета связи донеслось:

– Это уже ни в какие рамки не идет, Рора! Это амулеты строжайшего учета, лорд Ирьяш их самолично под запись выдает! И зачем они тебе?!

– А как мы будем с местным населением общаться? И меня, и тебя все знают, открыто и спокойно ни о чем говорить не будут, так как мы слишком официальные лица и маги к тому же. Другие маги уже пробовали собрать сведения с местных, но их попытка провалилась. Вывод: прикинемся людьми, как все сельские, и под видом простачков послушаем, какие слухи ходят по Растовке и по Оскону. Лица загримируем немного, да шарфами-платками прикроем, вот и не узнают нас.

– Люди и так мага от человека отличить не могут, только по знакомым лицам да манере держаться распознают. Зачем амулеты?

– Сам подумай, сидим мы у лавочки, с горожанами квас пьем, про жизнь разговариваем, а тут маги из охраны выруливают и магический фон от человечки замечают. Учитывая «огромное» число совершеннолетних магинь в мире, они тут же поздороваться подходят: «Здравия желаем, мисс Таис, по какой такой надобности в наших краях?» – и улетел в тролльи степи наш маскарад!

– Ладно, я официально попрошу у лорда Игита Ирьяша амулеты и честно предупрежу о наших намерениях. В конце концов, тебе действительно разрешено расследовать эту кражу и Ирьяшу об этом известно. А дел у главы охраны правопорядка много и сообщать кронпринцу об очередной твоей эскападе он не побежит. Тебя ведь только реакция Рейса волнует, верно?

– Верно, он сразу все запрещать начнет, – оправдала свою обеспокоенность Рора.

– Ну-ну. Я так и понял.

Восточные провинции находились ближе к  столице, чем западные, и тем более ближе, чем южные. До западных горных кряжей, за которыми простирался мало изведанный соленый океан без конца и края, обеспечивающий разнообразными морепродуктами западные и центральные районы Тавирии, маг-стихийник мог долететь за десять часов (в карете пришлось бы путешествовать пять дней), а к крайнему северо-восточному городу Оскону можно было перенестись за пять часов. Раньше этот городок стоял на границе с Рахланом, но после давней войны рубежи сместились, и теперь до соседнего королевства было еще три дополнительных часа лета. До юго-восточной границы с Криосом было и вовсе очень далеко.

Восточные равнины радовали глаз живописными сельскими пейзажами (основные мануфактуры и кузнечные производства находились в центральных и северных районах страны, тогда как восток и юг занимались преимущественно сельским хозяйством и выращиванием хлопка и льна, да производством пряжи, которую превращали в ткань уже ближе к Тавии).

Крупнейшая восточная река Торрила величаво катила свои волны сквозь многочисленные заливные луга, мимо садов и полей, питая чистейшей водой поселки, деревни и города, выстроенные людьми и магами на ее берегах. Селения людей встречали всех приезжих мычанием коров, блеянием тонкорунных овец и коз, криком и гоготом домашних птиц. Жизнь текла здесь так тихо и неторопливо, что даже долгоживущие маги не замечали в ней особых перемен. Впрочем, магов здесь было очень мало: природа была в этих местах милостива к своим обитателям и не творила бедствий ни лесными пожарами (по причине редколесной растительности), ни наводнениями, ни засухами, так что помощь стихийников не требовалась, а преступных элементов тут было так мало, что с ними легко справлялась наезжающая временами магическая охрана из Оскона (единственного большого города в этой провинции). Зато во всех поселках покрупнее были лекарские дома и обязательные школы (в которые, увы, деревенских ребятишек приходилось чуть ли не силком затаскивать). Имелись также и сиротские приюты, построенные на отшибе крупных поселений (видимо, чтобы не мозолить людям глаза и своим существование не напоминать о тех детях, родственники которых скинули их на обеспечение королевского дома, забыв о родственной крови и своем долге перед сиротами).

Начинающие сыщики в лице Авроры и Каяра решили начать свое расследование с села Растовки и ее экспериментального приюта. Приземлившись на заснеженной поляне в густом дубовом бору, младший наследник еще разок похихикал над нарядом подруги: на Авроре был шерстяной простонародный сарафан длиной до пят, а поверх него – короткая норковая шубка, резко контрастировавшая и с сарафаном, и с ярким цветастым платком на голове, повязанным и сверху и снизу так, что одни только зеленющие глаза на свет и сверкали.

– Все продумано, – ответила на смешки Рора и вытащила из суконной котомки длинную и плотную теплую шаль. – Просто тулуп на мою фигуру оказалось сложно найти: у нас только одна молоденькая служанка, но она заметно ниже и полнее меня. Зато в шаль ее я могу как следует завернуться и спрятать полушубок.

– А платок с лица ты снимать не планируешь? Так и будешь, как обмотанный пестрыми бинтами больной, ходить и общаться?

– В помещении сниму, конечно. Волосы только прикрытыми оставлю, а то их покрасить не рискнула – сильно много подозрений у прислуги утром возникло бы. А лицо так в наемной карете по дороге к площади разукрасила – ты не узнаешь: брови широкие, на переносице сросшиеся, щеки красные, губы пухлее обычных раза в два! Сейчас и тебе быстренько новые брови и усы приклеим, конопушек на носу и щеках добавим, никто принца в твоей персоне и не предположит.

Преобразив товарища и надев магия-гасящий амулет, девушка полюбопытствовала, какое оружие он с собой прихватил.

– А надо было? Зачем магу оружие среди людей? – тут Каяр посмотрел на свое запястье с амулетом и неуверенно продолжил: – Амулет и снять можно, если что.

Аврора, укоризненно взглянув на принца, приподняла юбку, продемонстрировав набор метательных дротиков в обоих сапожках (рукоятки которых удобным веером торчали над опушкой обуви) и привязанный под коленом стилет в ножнах. Стилет быстро перекочевал под колено Каяру.

Переодевшиеся маги вышли на дорогу к Растовке и направились к центральной таверне (одной из тех, что скоро будут добровольно переезжать в маленькие здания попроще). Путь для пешего путешествия был неблизкий, и маги разговорились. Аврора опять завела разговор о советниках:

– Вот с прадедушкой Бориором и так все ясно – это точно не он. Еще лорд Лиам Гиол, как уникальнейший лекарь-маг и добрейший человек, тоже не вызывает подозрений. А других пятерых магов я плохо знаю, мы не так часто пересекались с ними. Тебе, как постоянному обитателю королевского дворца, должно быть больше про них известно. Смотри, странные исчезновения начались несколько десятков лет назад, а проникновение в хранилище и вынос артефакта произошло только что. Если виноват маг, который уже давно состоит в Совете, так чего он ждал? Кто сравнительно недавно стал советником?

– Больше ста лет советником работает только лорд Гиол и чуть меньше – Нотт Нарвек. Примерно полсотни лет назад были назначены на свой пост лорд Эдмин, твой прадед и Эльян Перос. А самые «свежие» члены Королевского Совета – советник по культуре и советник по связям с другими расами. На эти должности обычно избирают магов помоложе, так что оба находятся на своих постах лет пятнадцать. Мирту Калису сейчас сто сорок лет, а Зурбаху сто шестьдесят два. Если говорить о моем личном мнении относительно советников, то ни одного из них ни в участии в похищениях, ни в связи со «жрецами Донатоса» я подозревать не могу. Может, выбор дня взлома хранилища связан не с недавним появлением советника-предателя, а с твоим совершеннолетием? Ты не думаешь, что охотятся не за Рейсом, а за вами – сестрами Таис? Впрочем, если преступникам удастся схватить тебя, то я им искренне посочувствую.

– Я польщена твоей глубочайшей уверенностью в моих невероятных способностях управиться с кем угодно.

– И до нервного срыва довести. Убежден, что похитители сами вернут тебя через недельку со всеми украденными артефактами в качестве доплаты. Но если говорить серьезно, взрослых магинь могут похитить с самыми неблаговидными и преступными намерениями. Не все маги одинаково благородны и чистосердечны, существование «жрецов» – тому доказательство.

– Каяр, я умная девочка и понимаю, что не все представители магического сообщества готовы мириться с теми большими ограничениями и большой ответственностью, что накладывает на них современное законодательство и общепринятый образ жизни магов. Особенно это касается запретов на «вольную» личную жизнь. Однако, для того чтобы решительно встать на сторону тайной оппозиции, высокопоставленному магу, пользующемуся заслуженным уважением королевской семьи и всего сообщества, нужна очень-очень веская причина. Это может быть какая-нибудь личная трагедия, например, крайне неудачный договорной брак с человечкой. Такие случаи среди советников были?

– Брачный договор раньше ни для кого не был удачным, как ты выразилась, поэтому-то появление твоей матери в свое время и произвело такой фурор. Но, насколько мне известно (больше по слухам, так как о своей семейной жизни с людьми маги стараются не говорить), у всех были достаточно спокойные жены (насколько это возможно для сумасшедших). Сыну лорда Эдмина в свое время сильно не повезло с женой, но сейчас он влюблен и активно ухаживает за воспитанницей твоей матери, оставив позади нелегкий первый брак.

– А лорд Калис ни разу не вступал в брак. Почему?

– После того, как у магов появилась надежда на нормальную супружескую жизнь, многие предпочитают не спешить с заключением договоров, а подождать настоящего чувства или хотя бы разумной девушки, готовой выдержать все испытания жены мага и остаться в уме и твердой памяти. Мой брат Данир лишь на десять лет младше лорда Мирта Калиса, а тоже ни разу женат не был. Кстати, если уж подозревать мага из-за проблем в браке, то самым подозрительным типом должен быть мой старший брат – Рейс Сартор. О его жутких супругах до сих пор легенды по дворцу ходят, хоть уже более ста лет прошло.

Обсуждать подробности семейной жизни кронпринца Аврора не захотела, удивившись собственной крайне негативной оценке самого того факта, что старший наследник был женат, причем дважды. Раньше она считала, что это неприятие связано с жалостью к судьбе его жен, но сейчас девушка понимала, что у всех магов договорные жены оказывались в лаприкориях, но ее это возмущало куда меньше.

В таверне молодые сыщики присели за столик у окна и осмотрелись. По причине выходного дня большинство столиков были заняты людьми, преимущественно мужчинами. Селяне пили хмельные напитки, обедали и громко общались со всеми знакомыми. А так как в небольшом поселке знакомы были все, то шум стоял страшный: крестьяне могли переговариваться и с товарищами, сидящими на противоположном конце зала. Немногочисленные женщины визгливыми пронзительными голосами на быстром простонародном наречии обменивались нехитрыми домашними новостями. Незамужних молодых девиц в таверне не было, и многие люди заинтересовано поглядывали в сторону разукрашенной Авроры. Просидев полчаса и не услышав ни словечка ни про пропавших сирот, ни про каких-либо подозрительных личностей, магиня решила ускорить процесс получения сведений и приветливо улыбнулась двум подвыпившим мужчинам помоложе. Те насторожено покосились на Каяра, но в итоге любопытство побудило их подойти к незнакомцам – все-таки новые лица в Растовке встречались редко.

– Доброго денечка, молодые люди. Разрешите к вам за столик присесть?

Рора толкнула под столом Каяра и тот сообразил, что главным в их тандеме (по крайней мере, для публики), должен быть он, поскольку мужчина.

– Присаживайтесь, конечно. Мы тут по делам в Оскон едем, вот, решили остановиться и перекусить по дороге. Меня Каяром зовут, – сказал младший принц, решив не мудрить с именем, тем более, что на селе было модно давать детям громкие имена королевской династии (законом это никоим образом не возбранялось, и по деревням Тавирии бегало множество босоногих Мираилов и Рейсов, а в последние десятилетия – Аврор и Эос).

– А девушку как прозывают?

– Меня зовут Авророй. Каяр – мой муж, мы только недавно поженились и теперь едем к моим родственникам в Оскон, чтобы познакомиться с родней и на большой город посмотреть, – скороговоркой выдала магиня, стуча по спине подавившегося мясом, огорошенного внезапным семейным статусом друга.

Парни разочаровано вздохнули, и Рора поспешила задать свои вопросы, пока молодые люди не ушли:

– Я чуток опасалась ехать, у нас, говорят, девушек молодых похищают. А у вас тоже пропадают девки?

– Тебе-то чего бояться? – пробурчал отдышавшийся Каяр. – Ты ж уже замужем!

Местные хлопцы заверили магов, что бояться нечего, так как в окрестностях Оскона похищений отродясь не было, пропадали девушки из более отдаленных поселков, милях в ста от них, не ближе.

– И из приюта не пропадали? Слыхали, туточки у вас приют новомодный, детишек по семьям раздают. У меня муж вот – тоже приютский, рядом с нашим родным поселком также приют имеется...

Каяр угостил молодых селян крепленым вином, заказал закусок побольше, и, подталкиваемые наводящими вопросами и замечаниями магини и младшего наследника, хлопцы поведали все, что знали о приюте и его воспитанниках.

По их словам выходило, что только треть сирот приюта набрана из самого села и окрестных деревень, а другие, по слухам, – из Оскона и отдаленных поселений за городом, ближе к северу. Что в рабочие дни всех ребят они видят издалека, когда те гуляют по полям и лесистым холмам, закрепленных за приютом. Учатся все приютские в своей собственной обязательной школе, в село наведываются редко.  На выходных за ними действительно приезжают дальние родственники и знакомые, некоторых сельчане знают – например, бывших воспитанников этого же приюта и нескольких лавочников из Оскона. Иногда и солидные люди приезжают, но те никому в Растовке не ведомы. Местное же деревенское население сирот на выходные в семьи никогда не берет, дескать, незачем им лишнюю обузу на себя взваливать. Про похищения девушек хлопцы ничего нового сказать не смогли, утверждая, что у них в селе все девки сидят по своим горницам, под строгим приглядом.

Распрощавшись с селянами, маги вышли из таверны на свежий воздух.

– Давай, пройдемся до этого приюта, посмотрим, сколько там сегодня ребят осталось, – предложила Аврора. – А потом из ближайшей рощи в Оскон улетим.

Прогуливаясь вдоль невысокого деревянного забора, опоясывающего территорию учреждения, маги убедились, что в этот субботний день большинство детей на месте. Быстрые перемещения детворы и их дальние походы к холмам и  поросшими деревцами берегам реки Торрилы, не давали сосчитать точное число воспитанников, но их явно было около полутора сотен человек. Работников приюта было немного, и они не слишком пристально присматривали за детьми, разрешая тем бродить, где вздумается. Аврора не сомневалась, что местная детвора частенько перелазит через забор и путешествует, где им вздумается, исследуя и дальние леса, и скальные берега реки.

– Значит, в эти выходные детей не забирали, – задумчиво проговорила Аврора.

– Да, видимо, так. Летим в Оскон?

– Да, посмотрим, что там с домом Олана Холлека и какие мифы и слухи об этом великом маге в родном его городке ходят.

Прошагав по рыхлым глубоким сугробам в хвойный бор на отдаленном пригорке и прокляв сто раз мокрую слякоть, образовавшуюся в обуви из-за набившегося снега, маги спрятались за разлапистыми елями, с великим облегчением сдернули амулеты и высушили обувь и одежду.

– Как ужасно быть человеком, – выдохнула Аврора, согревая магическим теплом заледеневшие руки.  – Даже потрясающая снежная и солнечная погода не в радость, а смотря на искрящиеся инеем серебряные ветви деревьев, думаешь не об их призрачно-прекрасной красоте, а о том, как бы не задеть их ненароком, обеспечив себе ледяной воротник за шиворотом.

– С каких это пор ты такая неженка? Помнится, мы не раз катались на санях с горок,  бывали все в снегу перевалявшись, и только радовались этому факту.

– Одно дело – ради развлечения в снег нырять, а другое – вынужденно по нему бродить. Так, летим поближе к городу и выбираем менее заснеженное место для посадки.

Маги вкусно пообедали в небольшом кафе на окраине Оскона, рассчитанном на население среднего достатка (раздевалась Рора аккуратно, прячась за широкой спиной Каяра и заворачивая шубку в шаль). Аврора верно рассудила, что кучера, ремесленники и прочий рабочий люд, обычно коротающий время в тавернах, вряд ли интересуются легендами о магах давних времен. Здесь же маги разговорились с болтливой молоденькой женой хозяина кафе. Женщина обожала все виды слухов и сплетен, вне зависимости от их сроков давности, и вывалила на гостей городка массу сведений обо всех соседях, соседках, их глупых и противных проказниках-детишках, обо всех живущих в городке магах (отдельно долго погоревав, что живут маги уж больно правильно и тихо, и рассказать-то людям нечего), обо всех мероприятиях и новинках городской жизни.  Каяр, после часа подробных рассказов о совершенных и отмененных помолвках, о крестинах и похоронах, о неприличных платьях некоторых девиц на выданье и прочая, и прочая, совсем осоловел и окончательно утратил способность воспринимать и анализировать человеческую речь. Аврора, ловко лавируя в нескончаемом потоке женской болтовни, пыталась выловить в этом месиве из ненужной информации крупицы важных сведений, наводя хозяйку заведения на разговор об известнейшем маге их городка:

– Ах, меня всегда интересовали маги! Это такие образцы красоты, мужественности, благородства и изящества! Нашим мужчинам никогда с ними не сравняться в этом! О, наши мужья тоже неплохие малые (Рора снисходительно потрепала друга по плечу), но не маги! Вы же меня понимаете...

– О, да! Маги – это маги, вы же понимаете, что я хочу сказать... Такая жалость, что нельзя просто взять и без нехороших последствий выйти замуж за мага! – поддержала магиню молодка. – А про Олана Холлека говорят, что очень видный мужчина был, и очень красивый! В нашем музее хранится один его портрет, но не самый удачный, скажем прямо. А уж какие замечательные вещицы он придумывал – весь мир знает! Я, правда, не слишком разбираюсь во всех этих амулетах и прочих магических вещицах, но все говорят, что лорд Холлек – самый знаменитый артефактор Тавирии, и до сих пор никто его не превзошел! Да-а, теперь и маги помельчали, не чета своим великим предкам. Наш амулетчик только и может, что морозильные чары на погреба накладывать, да краску для волос зачаровывать, но это, должна отметить, он делает великолепно: вот, смотрите, какой у меня яркий и насыщенный цвет волос – это...

– О, да, цвет великолепный – как хвост огненной лисицы. Скажите, а знаете ли вы о каком-нибудь необычном изобретении лорда Холлека, о котором бы никто не знал? – Аврора таинственно понизила голос и нагнулась поближе к женщине.

Та даже заерзала на месте от желания сообщить что-либо исключительно секретное и сенсационное, но придумать смогла только одно. Склонившись к магине, хозяйка кафе прошептала:

– Говорят, ему нечистая сила помогала некоторые амулеты делать – силу в них свою, нечистую, вливала. Только все эти вещицы Холлек прятал, чтоб другим магам на глаза не попались. А вот где прятал – не ведомо никому, и каких дел можно наворотить с такими артефактами – тоже неведомо!

Хозяйка многозначительно приподняла брови и степенно покивала головой, придавая веса своим словам.

Ясно было, что дальше расспрашивать горожанку бесполезно, равно как и других представителей местного человеческого общества. Аврора подтолкнула под столом подзаснувшего Каяра, давно клевавшего носом над своей тарелкой, и намекнула товарищу, что пора расплачиваться с гостеприимными хозяевами, да идти дальше по своим делам. Принц растер лицо руками, бросил на стол несколько монет и маги вышли на улицу. Вечерело. Зажигались магические фонарики на улицах, поток людей перестал быть утренним и суетливым потоком, а превратился в неспешный ручеек нарядных горожан, горделиво совершающих полезный для здоровья моцион в своих лучших нарядах. Светились разноцветными огнями витрины лавок и ресторанов, звучали мелодии, наигрываемые уличными музыкантами.

– Пора домой возвращаться, как раз к ночи прилетим, – заметил Каяр.

– Я хотела еще в музей заглянуть, посмотреть какие работы Холлека там хранятся, да с музейным хранителем побеседовать, а еще на дом мага-артефактора глянуть – по сведениям, он еще стоит (точнее, построено новое здание на его фундаменте).

– Зачем? Думаешь, он под домом зарыл самые удивительные из своих амулетов? А музей уже наверняка закрыт.

– Каяр, раз уж мы целый день потратили бесполезно, давай хоть до конца все доделаем? Ты в музей зайди, (устала я с местным населением общаться), а я на дом великого мага гляну – и к тебе. Встретимся у храма Донатоса на центральной площади.

Принц недовольно согласился, взяв с подруги обещание, что ни в какие авантюры она по дороге не ввяжется и вообще, ни с кем разговаривать не будет. Рора пообещала и парочка разделилась.

Глава № 15. Непреходящие ценности до иных так никогда и не доходят. Иные ждут, когда их до них наглядно донесут.

В ранних зимних сумерках Аврора торопливо шагала к центральной площади провинциального городка Оскона, на встречу с Каяром. На новые гениальные идеи старый особняк ее не натолкнул. Жил в нем сейчас главный маг-артефактор Оскона (являвшийся одним из прямых потомков лорда Холлека), тот самый, что великолепно зачаровывал краски для волос, и магиня, прячущая подавляющий магию амулет, не решилась разговориться с привратником мага.  Девушка шла, кутаясь в свою большую пеструю шерстяную шаль. Длинные юбки с орнаментом ручной вышивки путались в ногах хуже бального платья и страшно раздражали. Еще сильнее раздражал браслет с подавляющим магию амулетом на руке, и Рора непрестанно теребила его, с трудом удерживаясь, чтобы не снять. Но памятуя о том, что по улицам крейсирует магическая охрана, приходилось терпеть, а раздражение копилось и копилось...

«Сверну в этот темный тупичок, хоть на минуту амулет сдерну, сил уже нет!» – Аврора прошмыгнула мимо ярко освещенных лавок и решительно зашагала в сторону погруженного в темноту сквера, обнесенного высокой стеной. По каменной стене шли крытые деревянными крышами лестницы и переходы, ведущие на  верхние смотровые площадки и башенки, с которых открывался красивый вид на центр города и окружающие его рощи и равнины. Эта стена раньше была частью оборонных крепостных стен города, но сейчас находилась практически в центре разросшегося поселения.

Планам Авроры по магической передышке суждено было сбыться в полном объеме, хоть и в несколько незапланированном качестве: на скамейках в сквере сидела развесёлая компания из пяти человеческих парней, тихо шипевшая проклятия в адрес магов, закрывших последний игровой притон в городе.

– Сами весело отдыхать не умеют и другим не дают!

– Вот-вот, проблемы с бабами у них, а монахами должны жить все! Такие девочки у Журберка были – прелесть!

«Ах, вы, сволочи! – неудержимо выплеснулась из магини накопленная злость. – Я покажу вам «девочек!»

Сорвав амулет и спрятав его в кармане полушубка, девушка скинула на плечи платок, распустила золотистые локоны и перетянула талию шалью, подчеркнув все намеки на принадлежность к женскому полу. Сделав грустное личико, магиня мелко засеменила вглубь сквера, всплескивая руками и причитая:

– Ах, заплутала я, глупая! Ох, госпожа заругает! Ой, юноши сидят – помогут мне горемычной!

Аврора изобразила широкую, но глуповатую улыбку, и повторила коронный мамин номер – захлопала длинными ресницами, сложила губки бантиком и развела руками: «Мол, чего взять с неразумной человечки, господа?» Правда, маме таким образом уже давно никого обмануть не удавалось, но тут-то аудитория новая, леди Таис еще не пуганная...

Человеческие юнцы оживились, присвистнули:

– Это сама судьба, не иначе!

«Само собой, судьба, милый, ты даже не сомневайся!» – подтвердила  Рора и вслух произнесла:

– Не подскажете, как пройти к музею современного искусства?

Лица парней вытянулись.

«Ой, что-то я не то сказала... Поздновато для музеев! Черт, куда вечером служанки ходят?! Наши всё дома больше сидят...

Но выбранные для проведения воспитательной работы человечки сами пришли на помощь:

– Красотка, выпей с нами, и мы тебя хоть в музей, хоть в библиотеку доставим!

– Ой, доставьте, хлопцы, «спасибо» скажу!

– А поцелуй на дорожку, девица-красавица! – подскочил к Роре самый ретивый и ухватил за грудь.

– Ай, больно! Руку обжег! Что у тебя там?! – затряс пострадавшей конечностью парень.

– Так пирожки горячие за пазухой несу.

– За пазухой, говоришь? – подтянулся еще один подопытный, – Ай-ай, больно! – и задул на обожженную ладонь.

– Свежие пирожки, мягкие – верно говорю, и щупать нечего!

Трое последних тоже двинулись было к выпечке, но дорожка вдруг обледенела и парни, проскользив навстречу друг другу, скопом повалились, образовав кучу-малу. Их товарищи, посмотрев, как у приятелей разъезжаются руки и ноги, не давая встать, бросились им на помощь, протягивая руки.

– Ай! Ой! Уй! – между соприкоснувшимися ладонями забили мелкие молнии, а помогавшие встать повалились к друзьям на замерзшую землю.

Запахло озоном, волосы у всей пятерки поднялись дыбом, образовав вокруг голов красивые, светящиеся и потрескивающие разрядами шарики. Парни подползли к испуганной девушке и угрожающе окружили ее, для устойчивости опираясь на землю всеми четырьмя конечностями. Аврора старательно округляла «в страхе» глаза и сдвигалась к стене, попутно пуская по земле небольшой поток магической энергии.

Земля под руками и ногами человеческих оболтусов пошла волнами, стала рыхлой, как песок, и с тихими причмокиваниями начала медленно засасывать их в свои недра.

Парни заорали, стали выдергивать из почвы то руки, то ноги, погружаясь в землю вначале по локти, а потом и по плечи, но так и не сумели выбраться из зыбучей ловушки. Мирное почавкивание земли медленно переходило в зловещее «ням-ням».

Волосы на головах парней теперь шевелило не столько статическое электричество, сколько дикий ужас. Когда они вскинули ошалевшие, перепуганные глаза на магиню, та наколдовала себе в руки огненную косу, как на картинах с изображением Смерти, добавила зеленым очам потустороннего свечения и проскрипела жутким голосом:

– Ну что, бездельники, развратники и тунеядцы, ваше время пришло землю-матушку покормить! – почва под парнями смачно чавкнула и втянула их по пояс. Молодцы жалобно заскулили, а Аврора успокаивающе произнесла: – Не переживайте, ваша следующая жизнь будет более праведной! – и размахнулась пылающей косой.

– А-А-А-а-а-а! – раздался многоголосый крик.

– Охра-а-а-на-а-а-а! – заголосил самый сообразительный.

«И правда, охрана», – спохватилась Рора, поскорее завязывая воздушные «шарфики» на горлах хлопцев.

Взмах светящейся голубым светом руки – и все пять парней повисли под досками смотровой площадки метрах в пяти от земли. Аврора предусмотрительно подтянула воздушные «шарфики» на шеях, чтобы  воспитательный процесс не прерывался криками воспитуемых.

Но подходящую к случаю назидательную речь дочь педагога произнести не успела: по проулку в сквер шагала магическая охрана.

«Ой-ей! Надо быстрее закрепить заклинание левитации на время и амулет надеть! – с этими задачами девушка справилась быстро. Огненная коса погасла. – Эх, плохо, что их целых пять человек и весят они не мало, чую, что стабилизатор без основы долго не продержится!»

Маги-охранники в количестве двух штук шагнули в сквер и нос к носу столкнулись с Ророй, встав в аккурат под группой воспитуемых...

Молодые маги внимательно посмотрели на девушку:

– Вы кто?

– Горничная! – выпалила Аврора второпях, поздновато соображая, что шаль от всех хватаний и взмахов сползла на землю, а платок развязался и еле держится на голове.

«Даже не задумывайтесь, лорды-маги! Что, никогда не видели горничных в норковых полушубках? Да все так ходят, вы просто не приглядывались раньше! Да-да, уважаемые маги, вы отлично управляете страной! Уровень доходов населения весьма высок! Весьма! Его высочество кронпринц только о бедных горничных и печалится сутки напролет (чтоб ему икалось)!»

– Сережки золотые с изумрудами, – задумчиво отметил один из магов.

– От бабушки достались, – пропищала магиня и поспешно изобразила книксен.

Глаза магов скользнули вниз и изумленно округлились.

«Это чертовы юбки подвернулись, – сообразила Рора. – Эх, лорды-маги, вас смущает, что дротики из сапог торчат? Так оружие в ботинках – писк современной моды, молодым магам стоило бы это знать!»

Однако сотрудники охраны правопорядка, видимо, за модой не следили. Их глаза заледенели.

«Кажется, меня сейчас уволят из горничных... и без выходного пособия... Ой-ей!» – подумала Аврора, наблюдая, как в руках магов начинает поблескивать магическая сеть.

«Ой-ей-ей-ей-ей-ей-ей!» – додумала Рора эту важную мысль, когда с неба на магов посыпались человечки.

В чехарде криков и магических вспышек зазвучали популярные слова иного мира и иного времени:

– Не виноватые мы-ы-ы!!! Она сама пришла-а-а!!!

Плюнув на конспирацию, Аврора сдернула амулет и в магическом вихре унеслась к храму. Каяр даже пикнуть не успел, когда его смело со ступенек и поволокло в сторону столицы.

– Я снял амулет, теперь сам могу, – пробухтел младший наследник, формируя собственное заклинание. – Не удержалась, значит, опять во что-то вляпалась?

Лучшая подруга печально кивнула, красочно представляя себе реакцию кронпринца на очередной доклад охраны из восточных провинций.

Не прошло и суток, как в особняк лорда-ректора с официальным гонцом королевского дома доставили письмо для мисс Авроры Таис с личной печатью кронпринца. Девушка поспешила укрыться с посланием от всевидящих родительских глаз и раздосадовано прочитала в своей комнате:

«Милостивая госпожа,

очень прошу впредь не проводить в моем королевстве розыскные работы, не санкционированные лично мной (раз уж именно я, по собственной неразумности, допустил Вас до этого дела). Все грехи несчастного населения страны тоже попрошу не искоренять столь радикальными методами. Маги города Оскона в шоке. Человеческие субъекты под большим впечатлением и шарахаются от всех женщин в возрасте от шести до шестидесяти лет.

Засим прошу у Вас снисходительности за смелость, с которой я решаюсь  обеспокоить Вас просьбой найти себе более спокойные и творческие занятия, не требующие выходов и вылетов за порог родного дома и института.

Прошу вас верить в те чувства уважения и совершеннейшего почтения, с которыми я остаюсь,

Ваш покорнейший слуга,

Рейс Сартор.»

Впечатленная высоким слогом и изысканным старинным стилем изложения, мисс Таис-старшая быстро начертала свое ответное послание:

«Милостивый государь,

совершая свои первые, слабые шаги на поприще детективных расследований, я и не надеялась на Вашу высокую оценку моих трудов. Мне искренне жаль, что мои робкие попытки прояснить характер угрожающей Вам опасности вызвали столь сильное Ваше недовольство. Обещаю впредь больше времени посвящать творческим вышивкам и поделкам, одну из коих и отсылаю сим письмом: это оригинальный авторский шаблон моей следующей вышивки.

Далее бумага письма была исколота иголкой – ровные дырочки образовывали небольшой ажурный рисунок, а ниже шло пояснение:

До чего приятно колоть бумагу, вспоминая Вас! Действительно умиротворяет! Сто ударов иглой, и я почти спокойна... Вы абсолютно правы, ваше высочество: вышивка – это истинный релакс....

Искренне преданная Вам и королевству,

Аврора Таис.»

Рейс Сартор держал в руках письмо Авроры не столько вчитываясь в слова, сколько вглядываясь в почерк любимой руки. Мираил Сартор внимательно всматривался в лицо сына: в последнее время предположение, что Рейс серьезно увлечен этой девушкой, превратилось в железную уверенность, что сын не просто симпатизирует Авроре Таис, а влюблен в нее. Король Тавирии уважал первую магиню, признавал море положительных качеств в ней и был бы рад назвать ее невесткой, но не без оснований переживал, что чувства сына безответны.

– Что пишет мисс Таис?

– Негодует, что, разрешив ей расследовать это хищение, я отругал ее за поездку в восточную провинцию.

– Ты не сообщил ей о жуткой находке на востоке? Я до сих пор помню твою панику, когда вслед за сообщением из Оскона о захоронении в пещерах и твоим приказом охранять сестер Таис, пришло известие о том, что в доме обнаружена лишь Эос Таис, а мисс Аврора – неизвестно где. Хорошо, что Каяр предупредил об их отъезде лорда Ирьяша, и тот смог тебя успокоить. Рейс, тебе ... нравится Рора?

Кронпринц аккуратно сложил письмо девушки, убрал его в отдельный ящик стола, где лежала только важная переписка, и не ответил на вопрос отца.

Жизнь Авроры снова стала размеренной и предсказуемой.

Каяр опять улетел к Даниру в западные предгорья и планировал вернуться только к коронации.

Продолжая рассуждать о похищенном артефакте и его возможных свойствах, Аврора даже не заметила, что за всеми женщинами ее семьи начали тайно, но очень внимательно следить (буквально глаз не спускать) сотрудники магической охраны, всегда державшие наготове многочисленные защищающие артефакты.

Глава №. 16. Каждую секунду наше будущее становится настоящим.

Столица страны Тавия уже несколько дней сияла праздничной иллюминацией и расцвечивалась многочисленными флажками с сине-золотой палитрой королевской династии Сарторов. Главный храм Донатоса на центральной площади ослепительно сиял начищенными до блеска золотыми и серебряными элементами, его разноцветные витражные окна бросали блики на оттертую до скрипа уличную каменную брусчатку. В храме вот-вот должна была начаться коронация нового монарха Тавирии.  Ратуша и здание совета купцов города, стоявшие на площади, радовали глаз гирляндами бумажных цветов (благо, что маги-стихийники разгоняли снеговые тучи, и ни одна мокрая снежинка не падала на город) и горящими магическими огнями в витых чугунных столбиках бывших газовых фонарей.

Толпы празднично разодетых людей, делегации троллей в живописных национальных нарядах, маги из охраны правопорядка в парадных мундирах с золотыми позументами, представители торговых общин города, театраль-цирковые актеры в маскарадных костюмах и прочее население страны этим ранним утром ждали выезда королевского кортежа. Рядом с собором стояла и стайка воспитанниц леди Таис, под надзором суровых и готовых к любым неожиданностям преподавателей-магов. Сама Анастасия вместе со всеми членами своей семьи и будущим зятем Аваром Лютеном стояла в храме, вплотную к алтарю, как единственная в мире пророчица богини Донаты. С другой стороны, напротив Таисов, стояли советники короля и тройка его министров.

«Кто же из семи советников готовит покушение? – судорожно пыталась в последнее мгновение отгадать загадку Аврора. – Надо встать поближе к алтарю: похоже, только мы с кронпринцем понимаем критичность ситуации – всех других магов сильно расслабили двадцать тысяч лет мирной спокойной жизни. Они даже передвижения и местопребывание оппозиции из «жрецов Донатоса» до сих пор не отследили, и вообще не имеют понятия, где те обитают и чем занимаются! А я вот чую, что без этих гадов здесь не обошлось. Кому еще понадобилось бы власть менять? Рейс, конечно, жесткий, бесчувственный, чересчур здравомыслящий мужик, но правитель он безупречный, всю жизнь на благо станы положить готов, и со всеми соседями хорошие и взаимовыгодные отношения поддерживает. Нет, он, конечно, проворачивает хитроумные махинации, но, опять-таки, во благо, без своекорыстных намерений».

Мисс Таис-старшая тихонько потолкалась меж родных, проигнорировав недовольный взгляд отца и Лютена, и встала в аккурат рядом с постаментом для кронпринца. Приготовив кучу самых сильных стихие-разрушающих заклинаний, девушка настороженно замерла в ожидании начала действия.

С улицы донесся усиливающийся рокот многотысячной толпы: кортеж явно приближался к храму. Король Мираил и его наследный принц Рейс должны были прибыть к храму вместе, прискакав бок о бок на белоснежных конях в сопровождении всех магов королевского двора (кроме ожидающих у алтаря советников и министров). Другим сыновьям короля: Каяру и Даниру (солнечно-рыжему магу-лекарю, только вчера вернувшемуся с младшим братом в столицу) – следовало ехать верхом сразу за старшими Сарторами.

Вот в двери собора плечом к плечу вошли двое главных персонажей предстоящего представления: король нынешний и король будущий. Приблизившись к алтарю и заняв отведенные им положенные места, правящая верхушка семьи Сартор вскинула руки вверх в призывном жесте и  погрузилась в мысленную молитву, которая должна была обратить внимание бога Донатоса на происходящую в его храме церемонию.  Через строго отмеренный промежуток времени руки лордов Сарторов синхронно опустились и начался ритуал передачи власти.

Действующий король Мираил Сартор прочувствованным голосом произносил стандартные речи о передаче всей полноты монаршей власти своему законному наследнику – старшему сыну Рейсу Сартору, по причине его отхода от дел в связи с наступившей старостью. Сказав всё положенное по обряду, Мираил добавил от себя выражения уверенности в том, что лучшего правителя для Тавирии и пожелать нельзя, что кронпринц сочетает в себе все необходимые знания и качества характера, позволяющие ему достойно выполнять возложенные на него обязательства и вести страну к дальнейшему процветанию.

Наследник династии опустился на колени перед центральной статуей Донатоса и смиренно попросил признать его преемником отца и законным правителем Тавирии, а также осенить его знамением божественного благословения.

После слов Рейса в храме наступила полная тишина. Все замерли в напряженном ожидании: если бог по каким-либо неведомым причинам не признает сейчас право принца на престол (несмотря на все установленные самим же Донатосом законы престолонаследования), то политического кризиса в стране не избежать. При гробовом молчании всех собравшихся, храм осветился теплым солнечным светом и из-под купола пролился дождь из золотых искорок, окутав коленопреклоненную фигуру принца мерцающим ореолом:  Донатос признал нового правителя Тавирии.

Все шумно облегченно выдохнули. Король Рейс Сартор выпрямился и развернулся к магам, прикладывая правую руку к сердцу: ему следовало принести присягу на верное служение своим подданным.

Пообещав защищать все гражданские права жителей Тавирии, способствовать их процветанию и благополучию и блюсти внешнеполитические интересы страны, Рейс отвесил почтительный поклон отцу и занял центральное место у алтаря, встав на постамент у статуи Донатоса. Теперь должна была последовать длительная церемония поздравлений нового монарха: начать ее должен был Мираил, затем пророчица Донаты, а после все советники, министры и все желающие поздравить короля, даже самые простые люди. В итоге, вереница верноподданных могла тянуться в храм до самого вечера, пока с наступлением темноты не закрывались двери собора, и уставший новоявленный король не сползал со своего постамента. (Аврора подозревала, что именно поэтому коронации проводили в середине зимы – быстрые сумерки были спасением для магов-правителей.)

Воспользовавшись тем, что мать двинулась приносить свои поздравления, Аврора шагнула за ней вслед и встала буквально вплотную к Рейсу, приняв простодушный вид бесхитростной девчонки: «Мол, толкнула мама нечаянно, теперь тут торчать приходится, не бегать же туда-сюда, мешая церемонии».

Обновленный вариант короля покосился на девушку, но промолчал.

«Правильно, голосовые связки поберечь следует – тебе еще тысячу раз «спасибо» говорить придется», – хмыкнула про себя магиня и продолжила перебирать в уме воспоминания советников о дне своего совершеннолетия.

Смотря на мать, которая вещала о надежде на продолжение успешного сотрудничества, Рора подумала, что та опять вынашивает какие-то грандиозные планы, и тут мисс Аврору Таис словно молнией прошибло:

«Так вот что казалось мне странным в мыслях советников! Шестеро из них думали о будущем, и лишь один вспоминал прошлое! Если кто и виноват – то Мирт Калис! А он должен подойти сразу после мамы», – приготовилась к неожиданностям Аврора.

Советник по связям с другими расами приблизился к королевскому помосту. При взгляде на бывшего кронпринца его лицо на миг озарила торжествующая улыбка, и Аврора тут же встала перед Рейсом, а под ноги короля полетела сияющая магическим светом коробочка-подставка...

Одновременно с этим произошло несколько событий: Рора  бросила в это сияние заготовленные разрушающие заклинания и начала распутывать магические нити артефакта; Рейс полыхнул защитным пологом, поспешно растягивая его так, чтобы прикрыть и девушку тоже; сотрудники охраны поспешно направили на «подставку» свои заклинания. Аврору с Рейсом окутало облаком, вылетевшим из похищенного раритета. Белесую муть вокруг короля активно старались пробить маги охраны, и им это почти удалось, но в последнее мгновение вспыхнул яркий золотой свет и постамент  опустел: магиня со свежекоронованным монархом исчезли.

Ошеломленные крики магов перекрыл вопль перепуганной матери:

– Рора!!!

«Доната, что с ней?!!»

«Она жива. Подожди.»

Оцепившая алтарь магическая охрана обнаружила лишь горку золотистого пепла от самоликвидировавшегося артефакта и никаких следов пропавших магов.

– Держите Калиса! – скомандовал грозный голос Авроры.

Нет, это была Эос!

Растолкав стражников, магиня-лекарь бросилась к упавшему на пол предателю и разочаровано застонала:

– Уже мертв, быстродействующий яд! Зачем все скопом к алтарю кинулись?! Никто не догадался главному свидетелю помешать отравиться?! Собирайте и исследуйте остатки артефакта – может, удастся найти направление перемещения объектов. Мама, что Доната говорит?

– Они оба живы, но отследить их точное местоположение она пока не может: сильная магическая защита над той местностью очень искажает картину, а в мыслях у Роры только образы горной пещеры. Это небольшие скальные образования в восточных равнинах.

– КАК они смогли мгновенно переместиться в другое место? Это невозможно, такого не бывает! – дружно воскликнули маги.

– Значит, бывает! Известите восточные подразделения охраны: пусть снимают эту магическую защиту, появление которой проморгали! И высылают поисковые отряды: в направлении сестры и короля наверняка уже движутся враждебно настроенные маги, и им нужна будет помощь! – продолжила командовать Эос.

Растерявшиеся в первый момент советники и экс-король встряхнулись и развили бурную деятельность. Семье Таисов было велено временно переселиться в королевский дворец, чтобы своевременно координировать действия в соответствии со сведениями от богини. Во все стороны полетели письма с сообщениями и указаниями, на дом лорда Калиса отправлены маги из охраны правопорядка, народу объявлено о покушении и озвучена просьба проявлять бдительность и обо всех подозрительных личностях и событиях сообщать в службу охраны правопорядка.

Сидя в гостевых покоях дворца, Эос прижималась к матери, а отец обнимал обеих родных своих женщин (Авар отправился с охраной на восток).

– Ты же говорил, что телепортации в вашем мире не существует? – устало спросила Настя у Северина.

– Не существует. Таких способностей у мага действительно быть не может, я не могу объяснить сегодняшнее происшествие.

Потерев за правым ухом, пророчица обратилась к требующей ее внимания богине:

– Да, Доната, какие новости?

«Этот артефакт был придуман одним очень талантливым магом довоенных лет, а магической силой его напитал сам Донатос, по просьбе этого мага: уж очень хотелось моему братцу посмотреть, сработает ли такая штука! Проверить действие тогда так и не успели: мага отвлекли какие-то личные проблемы, и созданный маго-божественный амулет затерялся во мраке лет, а мой братик про него просто позабыл!!! Теперь рвет на своей призрачной голове виртуальные волосы! Прости, я не слышала ранее о таком артефакте переноса.»

– Они живы?

«Да, все хорошо. Если что-то прояснится – сообщу.»

Глава №. 17. О нелегкой доле влюбленных мужчин.

В скалистых холмах, тянущихся вдоль берегов широкой полноводной восточной реки Торрилы, спокон веку было множество пещер, среди которых были и огромные каменные залы высотой в десять человеческих ростов, и небольшие закутки, где пройти можно было, только согнувшись в три погибели. На каждом шагу из стен пещер и влево, и вправо тянулись длинные каменные ходы, узкие и широкие, которые соединялись между собой и другими пещерами все новыми и новыми переходами. Все холмы под тонким покровом почвы представляли собой обширный лабиринт извилистых и кривых коридоров, пересекавшихся и вновь расходившихся. Целая паутина расселин, трещин, проходов, гротов, пропастей могла много дней удерживать заблудившихся путников и в итоге так и не открыть им путь наружу. Изучить досконально все пути и переходы этой путаницы скалистых пустот было невозможно, и местное население никогда не забиралось в глубину пещер. Все матери и бабушки с детства стращали детей жуткими монстрами, якобы водящимися в скалах, и под страхом крепкой порки запрещали им ходить в пещеры.

В одной из самых глубоких пещер сейчас, спиной к спине, стояло два ощетинившихся защитными заклинаниями мага.

– Рора, с тобой все в порядке? – взволнованно спросил Рейс, не рискуя обернуться и пропустить при этом возможную атаку противника.

– Угу, даже с королем Тавирии теперь на «ты». Что видишь? – спросила девушка, засветив магический огонек.

– Скалы. Никаких живых и движущихся объектов не наблюдаю.

– У меня то же самое. Опусти свои охранки, я попробую поисковое заклинание кинуть.

– Не опущу! Мало ли что... Давай, чуть приоткрою с боковой стороны, – предложил еле слышным шепотом Рейс.

Аврора кивнула и быстро бросила воздушный поисковик в появившееся «окно», наделив его способностью стихии огня чувствовать источники тепла. Через несколько секунд ожидания девушка выдохнула:

– Никого. Даже мелких грызунов в радиусе тридцати метров нет.

– Могут стоять магические ловушки, – напряженно отозвался Рейс, продолжая удерживать защитный полог.

– Давай еще одно «окно» – проверю.

Никаких магических предметов вокруг не оказалось. Пещерка, в которую занесло магов, была абсолютно пуста, если не считать самих этих магов.

– Всей стране известно, что я – сильный маг, один из сильнейших в Тавирии, и предатели были бы совсем глупыми, если ловили бы меня в магическую сеть, – продолжал думать новый король. – Может, какие-нибудь механические капканы стоят?

– Может. Тогда они должны среагировать на движение.

По полу и стенам пещеры пробежала небольшая дрожь, как при сильном ударе. Никаких последствий не возникло.

– Осторожно! Ты можешь обрушить на нас свод пещеры, а надолго удержать его или быстро разобрать завал у нас может и не получиться, – заметил Рейс.

– Рада, что беззастенчивое осознание себя сильнейшим магом королевства не мешает тебе разумно оценивать собственные возможности.

Монарх вздохнул и развеял охранные заклинания:

– Ророчка, давай жить дружно, – умоляюще попросил Рейс, заглядывая в зеленые очи. – Я бесконечно устал от наших пререканий. И, полагаю, в данной ситуации мы смело можем называть друг друга по имени.

Аврора обескуражено распахнула глаза:

– Я постараюсь. На самом деле, я очень хорошо к тебе отношусь и считаю наилучшим вариантом для правителя Тавирии.

– Ну, хоть в чем-то ты считаешь меня хорошим вариантом, – тихо пробормотал монарх. – Пойдем в этот широкий проход, я попробую уловить потоки свежего воздуха.

Рейс зажег свой осветительный шарик, рассеяв огонек Роры с наказом беречь магические силы, и двинулся вперед, прикрывая своей широкой спиной девушку. Магине не очень понравился такой расклад, но мисс Таис была умной девушкой и не собиралась осложнять и без того непростую ситуацию борьбой за равноправие женщин.

Пробираясь за мужчиной вдоль скалистых стен (носиться вихрями в зигзагах каменных проходов мог бы только сумасшедший), Аврора пыталась понять, куда это их забросило. Тем временем, Рейс определился с направлением на выход:

– Нам нужно идти на северо-запад от текущего направления (предполагая, что сейчас идем на север), самый большой поток свежего воздуха идет с той стороны. Еще явно есть проходы на поверхность с южной и юго-восточной стороны, но они либо меньше, либо дальше расположены. Жаль, амулет связи здесь почему-то не работает.

– Хорошо, пойдем на северо-запад. Я все думаю об этом тролльем артефакте. Сработавшее заклинание было огромной мощности, очень сложное и многостихийное: я лишь малую часть расплести успела.

– Хорошо, что хоть что-то успела, а не то попали бы в самое логово заговорщиков, – заметил Рейс. – Они явно где-то в другом месте ловушку заготовили.

С этим утверждением Рора не могла не согласиться:

– Наверняка. Я не одна настройку заклинания сбила – охрана тоже постаралась. Я даже успела понадеяться, что все обойдется, но тут эта последняя вспышка – и перенос. Что это такое было?!

– Хороший вопрос. Плетение заклинания было хоть и сложное, но вполне осуществимое, а вот магическая сила, которая была залита в артефакт, очень напомнила мне ту магию, что излучает огонь в храме Донатоса.

– Думаешь, эта «подставочка под яйцо» была наполнена божественной силой?!

– Да. Телепорт ни одному магу создать не под силу. Не знаю, кто именно из богов-близнецов так «подзарядил» артефакт двадцать тысяч лет назад, но, видимо, Донатос, раз Доната твоей матери ничего не сказала. Надеюсь, бог-создатель про тот случай просто забыл, а не предпринимает сейчас попытку посадить на трон Кахира Сартора и развязать новую войну.

Аврора тоже понадеялась на божественную забывчивость (двадцать тысяч лет – огромный срок!) и пожалела, что в отличие от матери пророчицей не является и богиню слышать не может. Бредя вслед за Рейсом по бугристому, заваленному мелкими камешками полу, который то приближался к потолку так, что приходилось ползком проползать в узкое отверстие, то резко уходил вниз, Аврора споткнулась о длинные юбки своего пышного парадного платья и чуть не упала.

– Да-а, для исследователей пещер у нас не очень подходящие наряды, – поддержав девушку, посетовал Рейс. – Я в камзоле и длинной меховой мантии, и ты в многослойных юбках.

– За меня не переживай, – усмехнулась Рора, останавливаясь. – А меховая мантия и мое коротенькое манто – это большая удача, в пещерах хоть и тепло, но все-таки не лето.

Скинув на руки королю свою норковую накидку, Аврора стала деловито отыскивать в широком поясном ремне застежки и сноровисто отстегивать многочисленные юбки. Вскоре девушка стояла перед Сартором в мужских брюках для верховой езды из крепкой дубленой кожи, окруженная метрами блестящего материала. Атласный, отделанный самоцветами лиф праздничного наряда мало сочетался с такими нижними портками, но мисс Таис никогда такими мелочами не смущалась.

– Заранее к скачкам подготовилась, чтобы опять по чуланам прятаться не пришлось. Верхняя часть амазонки, с запашной юбкой, в карете осталась, – пояснила магиня. – А эту кучу тряпья надо связать потуже и с собой взять – вдруг до ночлега из этих катакомб не выберемся.

Аврора начала оперативно свертывать бывшие юбки, которые только что сменили свой статус на свежие простыни. Рейс посмотрел на стройные ножки девушки, обтянутые брюками, представил, как они вместе разлягутся на пышных юбках, укрывшись его мантией, и горячо помолился обоим богам, чтобы выход из подземного лабиринта нашелся как можно раньше.

«За что мне такое испытание?! В чем я грешен перед вами, боги?! Я, как благородный человек, даже ухаживать сейчас не могу за девушкой, когда у нее в принципе нет тут возможности избежать моих «ухаживаний»! Да и беда у меня с этим «любезничанием», прям хоть учителя нанимай!» – мысленно застонал Рейс.

– Ты чего там пищишь тихонечко? – недовольно спросила Рора. – Мантию снимай – нечего о камни наше единственное одеяло рвать! Тут и так тепло, видно, геотермальные источники близко.

Монарх содрогнулся, обреченно прикрыл глаза и отдал королевскую регалию на практические нужды.

Маги сконденсировали себе в ладони немного воды и выпили. Напиться вволю не рисковали – надо было экономить не только физические, но и магические силы.

Аврора и Рейс пошли дальше. Сворачивая во все новые и новые коридоры, они проходили через различные пещеры, среди которых встречались просто сказочной красоты гроты, в которых росли искрящиеся в свете магического светлячка сталактиты и сталагмиты самых разнообразных форм. В некоторых местах эти гигантские известковые сосульки срастались, образуя причудливые колонны.

Тишина и гнетущая атмосфера скалистых катакомб не способствовали оживленной беседе, и парочка магов шагала молча, погрузившись в свои мысли; за плечами короля качался тюк с одеждой-постелью, бросая мрачные тени на стены и пол пещер.

Сколько часов они уже бредут в бесконечном лабиринте, перелетая через провалы и пропасти и перебираясь через высокие каменные пороги, Аврора с Рейсом не знали.  В какой-то момент Рейс остановился, прислушался и кинул небольшое заклинание поиска в боковой проход.

– Что там? – настороженно спросила девушка.

– Вода. Нам нужно отдохнуть и напиться: если мы не восстановим хоть немного физические силы, то организм начнет подпитываться магически, а напрасно тратить магию не стоит: в таких условиях ее очень трудно восстановить. А без магии мы будем абсолютно беззащитны: у меня при себе только парадный кинжал.

– Рейс, не нужно объяснять мне элементарные вещи – я не в начальной школе учусь, – грустно ответила Рора. – Идти целые сутки до полного истощения действительно не стоит.

Пара свернула в узкий коридорчик, каковой постепенно расширился и вывел их в небольшую продолговатую пещерку, по дальней стене которой стекала вода, образуя в каменном полу русло для журчащего ручейка. Дно ручейка сверкало сияющими, как лед, кристаллами.

Сартор первым наклонился попробовать воду.

– Пить можно:  хорошая, вкусная вода. Только обязательно подогревай ее – она ледяная.

Руки Авроры засветились золотистым сиянием, и она стала жадно пить родниковую воду. Напившись и умывшись, маги присели отдохнуть.

– Рад, что ты способна без спора прислушиваться к полезным советам, – попробовал пошутить Рейс. – Я уж готовился весь источник кипятить.

– Я никогда не спорю: спор – это обмен невежеством, а я – дискутирую! И иногда молчу, хоть это мне и не свойственно.

Рейс усмехнулся:

– Верно. Ты встала передо мной еще до того, как Мирт бросил артефакт. Ты была уверена, что это он, или действовала наугад?

– Уверена, в последний миг сообразила! Сам подумай, когда ты уже протянул через Совет успешную афёру, о чем ты потом думаешь: о том, как к этому готовился, или как действовать дальше, какие результаты она даст?

– Что будет дальше, конечно.

– Вот именно! Крупный маг–политический деятель может думать либо о жизненно важных для него личных делах, либо о своих гениальных планах по реализации поставленных перед ним задач. Мама часто говорит, что как только закончился один урок – она уже мысленно готовится к следующему, и это у всех деятельных натур так.

– Ты умница, – ласково сказал Рейс и нежно посмотрел на девушку.

Аврора неожиданно смутилась и беспомощно подумала: «Надеюсь, я не сижу сейчас, как вареный помидор! Меня всегда смешили краснеющие девицы, а я сама никогда раньше не была столь мелодраматична».

– Может, дальше уже пойдем? – спросила Рора.

– Пойдем. Сегодня мы точно до выхода дойти не успеем, так что предлагаю идти вдоль этого ручейка: отклонение в сторону небольшое, зато потом не придется искать воду перед ночлегом.

– Разумно, – согласилась мисс Таис, вставая и идя к выходу из пещерки. – Переночуем здесь, выходить на поверхность лучше в светлое время дня.

Рейс вздохнул:

– Скорее, наоборот. В темноте легче скрыться и уйти незамеченными.

– Как – уйти?! А рассмотреть, кто это там королей из главных храмов запросто выдергивает?!

Рейс помялся, протиснулся вслед за магиней через узкую арку прохода, по которому тек ручеек, и признался:

– Покушение готовили «жрецы Донатоса»: в дальней провинции сотрудники охраны нашли одного из давних друзей убитого лакея, и тот сообщил, что мужчина с подросткового возраста тайно носил при себе символику «жрецов». Лакей был родом с восточных равнин, с берегов реки Торрилы, под скалистыми склонами которой мы сейчас, скорее всего, и ползаем.

– Знаю, мы с Каяром были у того экспериментального приюта, где он воспитывался, и реку со скалистыми берегами видели. Я всегда думала, что без этой секты здесь не обошлось. Есть еще какие-то новости, что мне не сообщили за последние недели? Тут еще девушки пропадали – их нашли?

Кронпринц вздохнул и неуверенно посмотрел на магиню. Рора приподняла бровь и кивнула, подтверждая готовность услышать самые жуткие новости.

– Девушек не нашли. Но в пещерах скал, окаймляющих берег большой восточной реки Торрилы, нашли слежавшиеся пласты пепла, которые содержат фрагменты человеческих тканей. Маги-целители утверждают, что это останки молодых женщин.

– Боги, их сожгли! – Аврора обхватила голову руками, села и сгорбилась на полу пещеры. По щекам ее покатились слезы.

– Причем, магическим огнем, – мрачно дополнил Рейс, тоже опускаясь и пересаживая девушку с холодного камня к себе на колени, и крепко обнимая ее, – и давно: возраст образования останков от сорока до десяти лет, примерно. Возможно, и последние жертвы постигла такая же участь, просто их захоронили в других местах.

– Какой кошмар! Если бы родственники этих девушек позаботились бы заявить в магическую охрану о пропаже, то скольких жертв можно было бы избежать! Убийц ищут?

– Конечно. А ваш дедушка Марон сверяет все списки учениц сельских школ с данными наместника провинции о населении, выявляя других незаявленных пропавших. И признаюсь сразу: как только мне сообщили об этой жуткой находке, я сразу приставил ко всем женщинам вашей семьи усиленную охрану.

– Не заметила, – вздохнула Рора. –  Зачем магу-убийце потребовались эти несчастные девушки? Он просто маньяк-садист?

– Вряд ли. Среди «жрецов» никогда не было маньяков, а наоборот, все они были очень хладнокровными и расчетливыми магами, которые жили не страстями, а рассудком. Поэтому, нужно вызвать боевые подразделения магической охраны и продуманно оцепить и схватить всех преступников. Вдвоем мы в логово врага не полезем – я запрещаю тебе рисковать жизнью, ясно?

– Для какого «рассудочного, расчетливого» дела нужно похищать и убивать девушек? – с усталым недоумением задала риторический вопрос Аврора, проигнорировав последние слова принца.

Умыв холодной водой заплаканное лицо, мисс Таис сообщила, что готова двигаться дальше.

«Ни за что не уйду с этих равнин, пока не выясню, кто и зачем погубил столько невинных душ! И кронпри..., то есть, король,  меня не остановит», – мрачно решила Рора.

Прошагав по каменной паутине проходов еще невесть сколько километров, маги решили, что ночь уже давно должна была наступить, и стали готовится к ночлегу в очередном гроте.

– Жаль, что магически еду себе наколдовать невозможно, – вздохнула голодная, как волк, Аврора.

– Хорошо, что воду нашли, – позитивно возразил Рейс.

Затянутые телепортом в скалы потеряшки умылись (ручеек, подпитываемый грунтовыми водами, стекающими по стенам многих пещер, уже успел разлиться в небольшую речушку, глубиной в полметра) и стали готовиться ко сну. Аврора ровной стопкой размером метр с небольшим на два (учитывая не малый рост новоявленного монарха) сложила свои многочисленные юбки, скатав небольшой валик в изголовье, поверх набросила манто и застелила «постель» одеялом-мантией. Скинув с ног сапожки для верховой езды, девушка нырнула в «кровать» и приглашающее похлопала рядом с собой:

– Ложись, не стесняйся! Можешь не бояться, что отец за волосы к алтарю венчаться потащит: здесь глазастые шпионы-кронпринцы не бегают, спокойно жить магам не мешают...

Рейс посмотрел на живописный беспорядок в прическе девушки, на призывно откинутый уголок «одеяла», и поспешно отвернулся, гася осветительный шарик.

«Это будет очень долгая и бессонная ночь», – уныло подумал Рейс.

Нырнув под меховую мантию, он напряженно замер, дожидаясь, когда девушка заснет.

Аврора в сотый раз перевернулась с боку на бок на жестком каменном полу. Скорбные размышления о судьбе погубленных в этих пещерах девушек и так не давали сомкнуть глаз, а походная «постель» и вовсе лишала последних шансов на сон.

«Атласные юбки – плохая замена перине, особенно если спишь на скале. И холодновато лежать – как бы нам не заболеть к утру. Так, надо срочно принимать меры! Рейс – мужчина разумный, так что поймет меня правильно...», – и Рора тихо спросила:

– Рейс, ты спишь?

– Поверишь, если скажу, что сплю? – вздохнул король.

– Не-а. Слушай, ты ведь правила выживания в суровых походных условиях знаешь?

Не дожидаясь ответа, Аврора шустро переползла с каменного пола на королевское тело и свернулась клубочком.

– Да-а, ты тоже не шибко мягкий. Зато теплый. Так мы оба быстро согреемся и уснем, правильно? – Рора подняла белокурую головку, и по лицу Рейса скользнули длинные шелковистые локоны.

Рейс вдохнул и задержал дыхание.

– Я тебе живот не сильно придавила? – забеспокоилась мисс и зажгла светлячок. – О, вот видишь: ты уже согрелся – вон какой румяный стал и даже пот на лбу выступил!

– Спи!!! – прошипел мужчина и рассеял магический огонек. – Шевельнешься – придушу!

Аврора обиженно фыркнула:

– Я же легкая, и лежу аккуратно и тихо – синяков не наставлю! Ну, хочешь – ты сверху ляг!

– Спи уже, дитё малое! – простонал Рейс.

– Сплю, сплю, – сладко зевнула пригревшаяся Рора, вдохнула приятный легкий древесно-пряный аромат мужчины, оказавшийся на удивление успокоительным, и действительно провалилась в сон.

О мыслях и желаниях Рейса лучше скорбно промолчим... Эта ночь показалась Сартору самой долгой в его жизни...

«Благородство обязывает» – фраза, существующая в разных видах во всех мирах...

Глава №18. У женщин просто удивительная интуиция: они замечают все, кроме очевидных вещей. Оскар Уайльд.

Вдоль берегов реки Торрилы двигались поисковые отряды людей и магов. Прочесать несколько десятков миль с обоих берегов за одни день было сложно. Тем более, что поисковые заклинания могли пробираться внутрь скал лишь на пару десятков метров, и сотрудникам охраны приходилось спускаться во все внешние проходы на максимальную глубину, обыскивая все доступные пещеры. Спасательная операция грозила затянуться на многие дни. Вокруг всех скалистых восточных образований были выставлены охранные кордоны, которые пока никаких подозрительных личностей не обнаружили. Часть магов была отправлена на поиск источника магического заслона, о котором говорила богиня, чтобы снять его и выяснить магов-установителей этого полога. Эта группа пока не вернулась, а связи с ними не было по причине того же чертова заслона.

Во дворце только что закончилось последнее обсуждение дальнейших планов действий: магам Эльяна Пероса удалось раздобыть информацию о местопребывании Кахира Сартора и нескольких других прошлых активистов «жрецов» –  все следы вели в восточные провинции. Уже было ясно, что последние десятки лет именно на восточных равнинах и обитала эта секта и явно проворачивала там что-то преступное и зловещее.

Когда Анастасия Таис услышала про сожженные останки женщин, ей стало дурно, но женщина «держала лицо» изо всех сил, чтобы муж не унес ее с совещания. На Северина тоже было больно смотреть: он посерел и постарел на добрый десяток видимых лет. Лорда Таиса на восток не пустили, наказав следить здесь за безопасностью своих женщин и за плановой работой института, так как даже временная потеря новоявленного правителя не должна ломать и тормозить отлаженный механизм жизни страны. Экс-король Мираил исполнял хорошо знакомые ему и уже осточертевшие королевские обязанности и молился за жизнь сына и девушки-магини.

– Что говорит богиня? – спросил Перос у леди Таис.

– Что они живы, здоровы, но движутся в направлении самого плотного магического полога, и даже она теперь теряет их из виду. Завтра утром, пока они не ушли слишком далеко, Доната попробует их развернуть в обратном направлении.

– Странно. Тот магический заслон, что наши маги видят на поверхности – совершенно однороден и не имеет сгущений, – заметил Мираил. – Что ж, на сегодня все! Всем нужно отдохнуть. Леди Таис, вы не хотите показаться лекарю?

Экс-монарх участливо и встревожено посмотрел на Анастасию. Она бледно улыбнулась:

– Тревогу за дочь ни один лекарь-маг не вылечит. До завтра.

Северин Таис обнял жену за плечи и повел к выделенным им апартаментам.

– Может, все-таки к целителям заглянем? – обеспокоенно спросил он. – Я же вижу, что тебе неможется.

– Вернется Рора – и все хорошо будет, – твердо ответила Настя, стараясь не обращать внимания на постоянную тошноту и слабость.

На душе у обоих родителей скребли дикие кошки, и им тоже предстояла бессонная ночь.

--------------------------------------

Утро в пещерах наступило для Рейса, когда проснулась Аврора – других ориентиров времени у него не было.

Девушка вначале посопела, поёрзала по «кровати», потянулась и открыла глазки.

– Ох, темень какая, – тихо проговорила мисс и развернулась лицом к Рейсу. – Ты не спишь?

– Нет, – столь же тихо ответил великомученик и ла-а-асково так прошептал в девичье ушко: – Может, ты с меня уже слезешь?

Аврора поднялась на ноги, зажгла светлячок и стала натягивать сапожки:

– Вместе тепло было! – урезонила она монарха.

– Угу. Даже жарко.

Рейс взял свои сапоги в руки и решительно двинулся вдоль речушки к выходу из пещеры:

– Подожди здесь – я окунусь и вернусь.

«И воду греть не буду!» – домыслил про себя король.

После Рейса Аврора тоже полежала на дне ручья, с радостью ощущая, как вода уносит с тела остатки онемения после сна в неудобной позе на жестком основании.

Скрутив в узел «походную постель», маги двинулись дальше.

– Надеюсь, сегодня боги будут к нам милостивы, и мы выйдем наружу, – проворчал Рейс. – За все свои прегрешения, вольные и невольные, я уже отмучился.

– Это когда ты успел? – удивилась Рора. – Лично я вовсю еще мучаюсь: очень кушать хочется!

Дальше шли молча, стараясь не сосредоточиваться на муках голода, пока не свернули в большой зал, противоположный конец которого обрывался пропастью. В эту глубокую расселину водопадом срывалась речушка, вдоль которой они шли. А за водопадом была отвесная стена, упирающаяся концами в монолитные скальные пол и потолок. Стена была покрыта каплями воды и вековым известковым налетом.

– И куда дальше? – воскликнула Аврора.

Ее голос неожиданно громким эхом разнесся по ущелью, вызвав небольшую осыпь камней.

– Тише! – прошептал Рейс, но будто в ответ на его слова раздался грохот обвалов.

Лорд Сартор и мисс Таис поспешно укрылись плотным воздушным заслоном, но эта предосторожность оказалась излишней: до них долетели только облачка пыли.

– Посмотрим, какие проходы завалило, – сказал Рейс, и парочка двинулась вдоль стен зала.

Оказалось, что свободен только тот коридор, по которому они пришли сюда.

– Пойдем обратно? – нахмурилась Аврора.

– Много времени потеряем, чтобы опять на нужное направление выйти. Мы и так уже отклонились. Нам бы в этот ход уйти, – показал Рейс на заваленную камнями арку. – Тут километров двадцать до поверхности должно быть.

– Что ж, кто там у нас сильнейший маг-стихийник в королевстве? Вперед, ваше величество, каменоломни вас заждались! – широким жестом указала Рора на завал.

Лорд Сартор со вздохом признал необходимость камнеуборочных работ.

– Я буду руками оттаскивать валуны поменьше, а те, что крупнее – магией будем убирать, – предложил он.

– Магией буду помогать только я – твой запас поберечь следует.

Маги дружно взялись за дело. Как ни пытался Рейс намекнуть, что перекатывать булыжники – не женское дело, Аврора возражала, что и не королевское тоже, и работали они вместе. Завал быстро расчищался, сверху уже образовалось довольно широкое отверстие: еще немного – и можно будет пролезть.

Рейс решительно дернул на себя средних размеров обломок скалы, и с кучи посыпалось множество камней поменьше. Один булыжник «удачно» приземлился прямо на сапог правителя Тавирии.

То, что полилось из уст короля, не поддавалось литературной обработке.

– Удивительно, сколько противоестественных способов образования камней можно узнать, когда один из них падает на ногу монарха, – насмешливо прокомментировала Аврора. – А ваши грязные намерения в отношении этой беззащитной кучки валунов... Да вы извращенец, батенька!

Рейс зарычал и развернулся к язвительной девчонке.

Одним прыжком подскочив к насмешнице, он дернул девушку вверх и впился поцелуем в ее губы. Сладкие и нежные губки девушки заставили мага застонать, лизнуть нижнюю губку языком и яростно атаковать сахарные уста Авроры. Мисс даже опешить не успела от такого внезапного напора: по ее телу разлилась истома, на губах разгорелся пожар, ноги подогнулись, и магиня повисла на безнадежно влюбленном в нее мужчине, ухватившись за единственный подручный якорь: шею короля. Лихорадочные поцелуи перемежались прерывистым шепотом Рейса:

– Рора, Ророчка...

На увлекшуюся совсем не подходящим к ситуации делом парочку, налетел пыльный вихрь, запорошив их с ног до головы, а под сводами пещеры прозвучал рокот, в котором ошеломленной Авроре послышались слова: «Стулья – вечером!»

«Какие стулья  в пещерах? – в смятении подумала девушка. – Поцелуи мужчины вызывают звуковые галлюцинации? Поцелуи?! Какого бешеного тролля я целуюсь с Рейсом?!»

Пока мисс Таис собиралась с мыслями, лорд Сартор сделал пасс рукой и отчистил их от пыли.

– Аврора, я...

– Да-да, я все поняла – вы воистину страшны в гневе, и я больше не смеюсь над вами, – поспешно проговорила мисс, старательно взращивая в себе уверенность, что поцелуй был лишь следствием сильного напряжения и представлял собой простой выплеск эмоций. – Мы уже можем идти дальше?

«Она надо мной издевается?! – подумал Рейс. – К чертям все сложности – как выберемся из этой передряги, я прямо признаюсь ей в любви и предложу разделить со мной это проклятое бремя власти! Из нее выйдет великолепная королева: она даже сейчас успешно делает вид, что ничего экстраординарного не произошло».

– Да, пойдем.

Маги перелезли через завал и двинулись дальше по избранному пути, захватив с собой две большие сферы с водой, которые плавно плыли за ними: остаться без воды было еще хуже, чем без магии, тем более, что простое перемещение сформированных шаров больших затрат не требовало.

– Жаль, что рыбы в этой речке не было, – вздохнула Рора. – Давай поговорим о чем-нибудь, а то так есть хочется, что скоро огненных птичек создам и ловить их буду.

– Может, все-таки принять у тебя зачет по законодательству, как положено? Это отвлечет тебя от голодных терзаний?

– Как это меня сможет отвлечь обсуждение законов в области сельского хозяйства, посвященных животноводству, птицеводству и ...

– Понял-понял! Тогда тему предлагай сама.

– Расскажи про своих жен. Почему в двух браках у тебя так и не родился сын?

Рейс вздохнул: «Что ж, она имеет право знать», – и начал рассказывать:

– Я женился, как и все маги того времени – выбрав наугад одну из предложенных девушек. Правда, угадывать мне в первый раз пришлось аж двадцать раз, так как первые невесты начинали сходить с ума сразу после помолвки.

Рейс замолчал, вспоминая, как прямо в храме его ладони хватали влажные и холодные девичьи руки, как тянули к горящими наркотической жаждой полоумным глазам и оскаленным ртам. К такому невозможно подготовиться никогда, это зрелище всегда вызывало в нем чувство ярости на судьбу и сожаления об этих девочках.  Этот коктейль негативных взрывных эмоций был приправлен и чувством брезгливости, которого жертвы, конечно, не заслуживали, но избавиться от которого принц не мог.

Аврора посмотрела на образовавшиеся жесткие горькие складки у рта короля и робко спросила:

– Но в итоге нашлась та, на которой ты женился?

– Да, нашлась. Помню, как ее звали, но даже под пыткой не вспомню, как она выглядела. Через месяц ее пришлось срочно отправить в лаприкорий, пока была надежда сохранить у моей сумасшедшей жены хотя бы навыки самообслуживания. О рождении ребенка пришлось позабыть. Совет и отец убедили меня в необходимости второй попытки – она ничем не отличалась от первой. Чем сильнее магические способности, тем губительнее феромоны мага для человечек. После повторного брака я сам слегка сошел с ума, даже вспоминать страшно свои мысли и планы того периода жизни. А когда приблизилось время для третьего брака, и советники опять стали говорить о насущной потребности в прямом наследнике престола, появились сведения о твоей матери. Я тогда вознегодовал, что боги подарили такую драгоценность не мне – будущему монарху, а Северину Таису.

Аврора фыркнула:

– Родители рассказывали мне о твоей попытке стать новым мужем мамы.

– Да не было такой попытки, был просто приступ помрачения рассудка у задавленного безнадежностью мага. Даже у королей бывают минуты слабости и потери контроля, – утомленно пояснил Рейс.

– А почему ты не женился на одной из воспитанниц мамы?

– Леди Таис – идеалистка, она желает, чтобы все ее девушки так же, как и она, получили благословение богини и жили бы вместе с мужьями-магами сотни лет. А для благословения нужна взаимная любовь, иначе жена станет лишь временной супругой на несколько десятков лет, а потом состарится и умрет. Конечно, родить сына она сможет, но пророчица не простила бы мне использование ее воспитанницы в качестве инкубатора.

– Конечно, не простила бы! – возмущенно воскликнула Аврора. – Но ведь можно было попробовать пообщаться с девушками, вызвать их симпатию...

Тут Аврора запнулась и стала старательно прогонять из головы думы о том, что ей крайне неприятно представлять себе, как Рейс оказывает внимание каким-то чужим девицам. Следующая мысль, что этот маг ей и самой пригодится, была признанная крамольной и подлежащей вечному изгнанию из умной (умной, я сказала!) девичьей головки.

– Не умею я ухаживать за девушками, – усмехнулся монарх. – Не получается у меня ни комплимент сказать вовремя, ни врожденную язвительность сдержать...

– Так это и не важно! – с жаром заверила мужчину Рора.

– А что важно? – с жадным горячим любопытством спросил девушку Рейс.

Аврора смутилась и растерялась; раньше она над этими вопросами не задумывалась.

– Сама любовь, наверное, важна. Если она есть в мужчине – то этого девушке и достаточно.

– Любовь..., – протянул Рейс. – Иногда очень непросто донести до девушки тот факт, что любовь есть...

«Бред какой-то, бредём черт знает где, в любой момент можем угодить в ловушку, животы уже давно от голода свело – и рассуждаем о любви, – поразился самому себе монарх. – Правильно я боялся, что Аврора мне все мозги из головы вытряхнет, похоже, она уже их остатки выскабливает».

Еще некоторое время маги шли безмолвно, рассуждая каждый о своем: Рейс утвердился в принятом решении сказать все прямо, как только обстановка позволит, а Аврора думала о том, что Рейс далеко не такой бесчувственный сухарь-законотворец, каким она привыкла его считать, и еще мучилась соблазнительными видениями горячих котлеток и отварной картошечки, которые упорно подкидывало оголодавшее подсознание.

Издалека послышался нарастающим шелестящий шум. Пара остановилась, прислушиваясь. Рейс кинул поисковое заклятие:

– Много мелких живых объектов. Рискну предположить, что это летучие мыши. В таком количестве эти твари опасны! Они кровожадны, нападают на теплокровных, в том числе, на людей и магов, и могут расцарапать их до смерти,  а при укусе они выделяют слабый яд, который даже организм мага сильно ослабляет! Долго мы натиск полчища этих плотоядных монстриков не удержим, так как ослаблены вторыми сутками голода. Ты беги назад, а я тебя прикрою!

Рейс схватил девушку за руку, формируя защитный полог, но Аврора с силой вырвалась и отгородилось от него заслоном:

– С ума сошел?! Зачем бежать? Это же мыши – понимаешь? М-Ы-Ш-И! Ура! Ура-а-а!! Еда летит!!! Лови быстрей, пока не улетели!

Рейс широко раскрытыми глазами смотрел, как мисс Таис подскочила вверх на два метра, окутав себя тонкой пленкой магической защиты, и с воинственным кличем метнулась в гущу влетевшей в их проход мышиной стаи. Во все стороны полетели маленькие молнии, сбивая вниз многочисленных мелких летунов. Летучих мышей дезориентировали яркие вспышки и треск разрядов, а светящаяся, смертоносная фигура воительницы посеяла панику.

– Ну, шашлык, ты прилетел! Сейчас мы тебя приземлим и есть будем! – голосила оголодавшая студентка магического института. – Рейс, сгребай сбитых в кучку, чтоб я их не затоптала, ненароком!

Мыши в припадке безумного страха кругами заметались по туннелю, вереща на весь лабиринт о своем бесконечном испуге и облегчая охотнице отлов и убой. Все сильнее пахло горелой шерстью, и все больше редела стая налетчиков.

– Кто к нам с когтями пришел, тот без когтей и погибнет! – объясняла магиня мышам причины постигшей их кары.

Лорд Сартор внимательно следил, чтобы защита девушки не истощилась, и одновременно воздушным силком скидывал павших в общую кучу. Мышиный курган быстро рос.

Наконец, остатки стаи скрылись в глубинах подземного лабиринта, а покрытая пеплом и клочками мышиной шерсти благонравная мисс опустилась на каменный пол.

Рейс в очередной раз произнес очистительное заклинание и промолвил, качая головой:

– Какое массовое смертоубийство беззащитных, слабых мышек, мисс! Вы – страшная женщина!

Аврора раздосадовано посмотрела на товарища по походу:

– Беззащитных мышек?! Минуту назад они были беспощадными кровожадными монстрами! Просто поразительно, до чего мужчины непостоянны в своих мнениях и оценках!

Рейс искренне, заливисто рассмеялся, и Аврора присоединилась к его веселью.

Окутав холмик мелких млекопитающих магической сетью, маги потащили их в ближайшую пещеру, чтобы лишить мышек шкурок и прочих лишних элементов (вот и кинжальчик Рейса пригодился, как бы он не сетовал по поводу столь неблаговидного использования этой древней королевской реликвии), промыть в предусмотрительно захваченной с собой воде и приготовить.

«Хорошо, что мамочка всегда была приверженкой идеи воспитания через труд, и я половину детских лет провела на кухне, помогая Марике, а потом Альясе, ощипывать цыплят, отбивать мясо, взбивать яйца, жарить котлеты и так далее. Лорд Сартор никак не смог бы сам приготовить такое роскошное барбекю из мышек, оголодал бы без меня, бедный!» – вспоминала маму добрым словом Рора.

Аврора предложила положить тушки между чисто отмытых небольших камней и поджарить их, раскаляя камни – так они более равномерно протушатся и не обгорят, как в фаерболе. Рейс честно признался, что в вопросах приготовления чего-либо съедобного он полный профан, предел его кулинарных способностей: самостоятельно варенье на булку намазать, так что Роре дается королевское дозволение готовить все на свое усмотрение. Мышки были небольшими и первая порция приготовилась быстро. Наличие соляных сталактитов в пещерах обеспечило магов каменной солью, и завтрак удался на славу.

– Хорошо сидим, – довольно жмурясь заметила Рора, смотря, как дожаривается последняя порция ее улова. – Знатная была стая – нам еще на два дня мяса хватит.

– Надеюсь, мы выйдем на волю раньше. Ну, готова в путь?

– Всегда готова! – выдала Рора любимое изречение матери, и маги снова пошли по скальному лабиринту.

Через несколько часов маги пообедали теми же мышками, обновили запасы воды из попавшегося на пути ручья, и двинулись дальше. Спустя еще долгий период времени, «туристы поневоле» присели еще разок отдохнуть.

– Ты на ужин мышек будешь есть? – спросила Аврора.

– Или? – безнадежно уточнил Рейс.

– Или не будешь, – пояснила девушка. – Пироги с блинами далеко, только мышки есть.

Наблюдая, с каким здоровым молодым аппетитом девушка в третий раз за сутки ест жареное мясо, мужчина заметил:

– Какая ты прожорливая, прям страшно с тобой в пустом подземелье сидеть.

– Не бойся, – засмеялась Рора, – тебя я есть не собираюсь.

– Ну-у, это пока мышки не кончились...

Посмеиваясь, чтобы заглушить мрачные мысли, маги готовились выйти на поверхность земли: поток свежего ветра был уже силен, а конец пути – близок.

--------------------------------------

Во дворце с Настей опять связалась Доната:

«Я не смогла отвернуть их с пути. Я и обвал устроила – разобрали, и летучих мышей напустила – съели и дальше пошли! Больше я их не слышу. Мне жаль.»

– Я знаю, что ты не всесильна, Доната, и не можешь влиять на решения и судьбу разумных существ, – вздохнула Анастасия.

«Более того – я этой судьбы и не знаю, так как каждый творит свою судьбу сам. Если что-то узнаю – сообщу.»

– Спасибо.

Доброго утра всем! Спасибо, что остаетесь с героями в их сложной ситуации! :)

Спасибо за добрые отзывы! Кстати, лайки абсолютно бесплатны! :)

Ваша Валентина.

Глава №. 19. Продуманный план действий, приводящий к быстрому результату, всегда найдет сторонников. Не зависимо от степени своей этичности.

Тихим крадущимся шагом маги двигались вперед, постоянно пуская вперед поисковые заклинания. Вдруг Рейс неподвижно замер, шагнул назад и, притянув к себе Аврору, прошептал ей:

– Впереди большие теплокровные объекты. Это либо люди, либо маги... Боюсь проверить, так как попытку прощупать наличие магии они могут заметить.

– Спрячем здесь наши припасы и сходим, посмотрим незаметно, – прошептала Аврора. – Хорошо, что уровень магии почти полностью после еды восстановился – беззащитными не будем.

Рейс кивнул, окутался скрывающими и охранными заклинаниями, убедился, что Аврора сделала то же самое, и, вынув из ножен разукрашенный каменьями парадный кинжал, двинулся вперед.

Недолгий путь привел магов к узкой высокой щели, шириной где-то в треть метра. Из щели пробивался слабый свет и слышались голоса. Рейс оперся одной рукой о стену и осторожно заглянул в проход, а Аврора, оперативно нырнувшая под руку монарха, сделала тоже самое.

Узкий лаз вел в большую пещеру, вдоль стен и по центру которой было расположено пятнадцать кроватей, к которым были привязаны веревками молодые женщины. Четырнадцать из них были явно беременны и находились на разных стадиях безумия: кто-то уже полностью превратился в растение и не осознавал себя, смотря в никуда стеклянными глазами, кто-то еще говорил и кричал что-то. Последней была заплаканная девушка, тихо молившаяся обоим богам.

Рейс удержал Аврору, рванувшуюся было в пещеру:

– Стой! – прошипел он. – Приближается маг – ты что, не отслеживаешь магический фон местности?! Он тут и так очень странный и искаженный, сиди тихо, пока ситуация не прояснится.

В каменный зал с жертвами вошел совсем молоденький парнишка маг, пятнадцати видимых лет. Напевая под нос веселый мотивчик, он каждой женщине подносил небольшой пузырек с красной жидкостью. Некоторые жадно глотали содержимое пузырька, а некоторым особенно безучастным, паренек просто вливал средство в рот, сравнивая надписи на пузырьках со списком в руке. Дойдя до плачущей девушки, юный маг присвистнул:

– Ух ты! Опять в себя пришла! Лорд Приск будет рад такой новости и обязательно навестит тебя сегодня еще разок. Больше посещений – больше шансов на беременность, верно, детка? А так как сношаться с  обезумевшей идиоткой – задача не из приятных, то у тебя две возможности продлить себе жизнь: либо оставаться в сознании и продолжать радовать мага, либо забеременеть.

Девушка отчаянно разрыдалась, в кровь кусая губы и захлебываясь слезами.

Рейс ударил огненным кнутом, обхватывая им мага, и пережимая ему  воздушной стихией горло, чтобы тот и пискнуть не смог. Продернув надсмотрщика над жертвами в узкую щель, Сартор с отвращением швырнул его на пол под ноги:

– Рассказывай, что здесь происходит, – прорычал Рейс, пуская по коже начинающего садиста короткий, но обжигающий, поток огня.

Парень захрипел, пытаясь рассеять заклинание воздушной удавки и сбить огонь, но многократно превосходящей силе короля ничего противопоставить не смог. После второй огневой пытки, преступник сдался и закивал головой, давая согласие на разговор «по душам».

Рейс Сартор чуть ослабил давление на горло парня, и тот стал излагать. Аврора слушала его речи, яростно сжимая кулаки и мечтая долго-долго жечь этого морального урода и всю его компанию на очень-очень медленном огне.

Парень рассказал, что все эти женщины – инкубаторы для выращивания магов, последователей «жрецов Донатоса». После наступления беременности жертвы будущие «отцы» брезговали смотреть на своих «жен» и отправляли молодняк раздавать им необходимые для вынашивания мага феромоны в виде небольших доз своей крови, необходимые запасы которой хранились здесь же в состоянии температурного стазиса, а также кормить, поить их и магически чистить. «Отработанный материал» старшие маги увозили в дальние пещеры и там уничтожали. Сам юный маг так же был рожден здесь, как и все остальные его юные товарищи. Эксперимент продолжался уже давно, и старшему из молодого поколения этой секты было уже сорок лет.

О дальнейших планах главарей секты парень не знал. Сейчас здесь, в пещерах, было восемь взрослых магов, ожидающих появления короля.

– И сколько вас всего в «молодом поколении»? – прошипела Аврора, рыдая в душе кровавыми слезами над несчастной судьбой замученных женщин и горя жаждой мщения.

– Пока немного – человек пятьдесят, мы только недавно расширяться начали, но главный говорит, что скоро по всей стране такой эксперимент пойдет.

Аврора в недоумении повернулась к Рейсу:

– Каким образом в восточной провинции смогли длительно проживать пятьдесят молодых неучтенных магов? Ведь все факты брачных договоров с людьми и рождения сыновей строго учитываются! А тут – пятьдесят магов! Это же половина магического населения столицы!

– А мы не маги, – хихикнул пойманный преступник, – нам амулеты выдают, магическую силу подавляющие, и мы их только в пещерах снимаем, чтобы учиться силы свои использовать. А на поверхности – мы люди, после рождения нас на порог человеческого приюта подкидывают, и пока мы маленькие – в приюте живем, нам там, как людям-сиротам документы оформляют. После шести лет маги нас забирают на обучение, а постоянно мы так и живем в приюте: там ведь до восемнадцати лет людей держат, а маг только к сорока годам становится похож на восемнадцатилетнего.

– А сотрудники приюта не удивляются, что вы так долго растете? – спросила Аврора.

– В руководстве только три человека: они наши адепты, а воспитатели и учителя специально часто меняются! Приют стоит на отшибе, другим людям дела до него нет, а маги с проверками приезжают редко – о таких инспекциях нас заранее предупреждают, и мы на всякий случай прячемся в горах (типа, у друзей гостим, эксперимент приют проводит), а случайные встречные маги нас за людей принимают, так как не приглядываются. Ну а что касается человеческих приютских детей – они воспитываются нашими ярыми сторонниками и впоследствии становятся верными слугами нам и нашим отцам.

Без дальнейших расспросов Рейс обыскал юного сектанта, выудил у него из кармана перекрывающий ток магии амулет и надел ему на шею. Обвязав парня магическими путами, так что он ни кричать, ни шевельнуться не мог, партизаны двинулись в логово врага. Уходить теперь, чтобы поискать другой выход, было глупо: парня тащить с собой слишком тяжело, да и заметили бы его пропажу быстро, а вот молниеносное нападение могло бы быть успешным из-за эффекта неожиданности.

– Тихо, – шепнула Рора плачущей девушке. – Молчи, мы постараемся помочь, чем сможем.

Девушка закивала, закусив край одеяла.

Приблизившись к широкой двери, ведущей к выходу из грота с другой стороны, Рейс прислушался, потом кинул легкое заклинание обнаружения живых и жестом показал, что за дверью никого нет. Придвинувшись вплотную к двери, маг замер на мгновение и, вытащив из ножен кинжал, передал его девушке. Рора не стала протестовать и спрятала его в правый сапог. Фигуры магини и короля окутались защитными и скрывающими заклинаниями. Руки засветились золотыми и синими плетениями боевых заклятий.

Резко распахнув дверь, маги дружно шагнули в широкий проем.

Скальный пол под их ногами ухнул вниз, из боковых стен провала вылетели металлические сети, а вокруг тел защелкнулись железные пояса с отключающими магию амулетами. Свечение защитных пологов и заклятий вокруг рук погасло.

– Черт! Вот она – механическая ловушка! – прорычала Рора. – Рейс, откуда это у маньяков-сектантов столько магия-гасящих амулетов строгой подотчетности?! Надо всех сотрудников Игита Ирьяша проверить и Пероса допросить!

Рейс молча пытался разорвать связавшие их путы, на руках его вздулись мускулы, а по лбу потек пот, но металл не поддавался.

Послышались шаги, и довольный мужской голос произнес:

– Рад, что вы все-таки дошли до подготовленной для вас ловушки. Пусть не сразу, но лучше поздно, чем никогда, верно? Видите, лорды-маги, вы напрасно волновались, что наша парочка свернет на другой путь – в этих пещерах на десять миль вокруг только один большой выход на поверхность. Отдельное спасибо, что доставил ко мне будущую женушку, племянник, прям как я с самого начала и надеялся. Очень тебе благодарен за такой подарок!

Кахир Сартор заглянул в яму и ухмыльнулся. Маги-преступники вытащили связанных путами и лишенных возможности пользоваться магией пленников на пол большого грота. Множество сталактитов и сталагмитов, блестящих в магическом свете, превращали эту пещеру в сказочный замок снежной феи. В одном из углов зала с потолка лился поток теплой воды, окутанный серебрящимся паром, образуя в полу естественную купальню.

«Неплохо устроились маньяки, с комфортом! И мебелишки натащили, и в соседних пещерках, видимо, кабинетики себе устроили. Ничего, разворошим мы этот улей с бешенными осами», – ярилась Аврора, размышляя, что делать дальше.

Восемь предателей мира магов  стояли полукругом вокруг захваченных, держа наготове боевые заклинания.  Семь из них были в масках, а восьмым был брат экс-короля (Аврора младшего брата Мираила только по иллюстрациям в книгах и картине из королевской галереи опознала).

«Ишь, как короля боятся, даже связанного и лишенного магических сил под прицелом держат и маски с лиц не снимают. Верно боитесь, гаденыши, Рейс и голыми руками с вами разобраться сможет, развяжите только!» – негодовала Рора.

Тем временем, Кахир Сартор, довольно улыбаясь, начал положенную всем маньякам речь, которая должна была убедить всех в гениальности его идей и продуманности методов их осуществления:

– Как вам наш гарем? Пока, правда, он не велик, но скоро у каждого мага по сорок человечек будет! Хватит жить аскетами, всегда и во всем свои нормальные мужские желания ограничивать! Мы маги, а не отшельники, и не тролли-митродониты чокнутые! Маги должны  жить полноценной жизнью, а не завидовать этим развращенным глупым людишкам, которые изредка расплачиваются с нами своими дочерьми, чтобы мы продолжали существовать и решать за них все их проблемы, и налаживали бы им обеспеченную сытую жизнь! В то время, как дети магов учатся в школе и в них вбивают искаженные понятия о долге и ответственности, человеческие отпрыски заводят любовниц, пьянствуют и развлекаются, не умея два плюс два сложить. Хватит быть прислужниками людишек, мы – главенствующая раса, а все другие – наш расходный материал!

– Не поздновато ли в вас молодая кровь взыграла, лорд Сартор? Все ваши бредни – результат сексуальной неудовлетворенности, как  я понимаю? Что же, постоянное изнасилование девушек за многие годы так и не удовлетворило ваши инстинкты? Или аппетиты только растут? – издевательски протянула Аврора.

Рейс молчал, сверля своего дядюшку странным, отчаянным и мрачным взглядом.

Главарь секты разозлился:

–  Инстинкты здесь не причем! Это великая идея, решающая все проблемы! Маги вырождаются, так как их немногочисленные жены (максимум – четыре за всю жизнь!) не всегда рожают детей? Увеличьте число жен до огромного количества, и каждый год у вас будет новый сын! Девушки через месяц с ума сходят, даже не родив? Так пусть все «жены» будут одноразовые: не забеременела с первых двух-трех недель – и пошла назад к родителям, нечего дармоедок содержать! Пусть приходит в себя и живет-работает дальше. Тех, что смогли выносить и родить мага, можно и в лаприкорий отправить, хотя как по мне – легче похоронить сразу и не мучить ни сбрендившую бабу, ни сотрудников лаприкория. Так и напрасного перерасхода человечек не будет, и число магов быстро возрастет! Очень быстро, за одно поколение! И няньчиться, и целоваться с идиотками не нужно – просто крови своей им нацедить, и пусть слуги их поят ею и следят, чтоб те всегда крепко привязаны были и навредить будущему ребенку не могли.

Лорд Кахир Сартор перевел дух и продолжил негодовать с новой силой:

– А вы что развели?! Эта школа для невест – какой у нее коэффициент полезного действия?! Тридцать девять магов за пятьдесят лет на всю страну?! Да при нашей системе за такой срок каждый маг мог бы большее число сыновей заиметь! И при этом не пришлось бы возвеличивать этих человечек до уровня магинь: учить их, жизнь им до уровня мага продлевать!!! Эта Доната совсем ополоумела: ей надо было просто снять проклятье и всё, а не раздавать благословения редким избранным, готовым унижаться и в присядку танцевать перед своей «невестой»! Как к власти придем: все ее храмы порушим!

– Понятно: моральным уродам трудно заботиться о своей несчастной супруге, создавать для нее приемлемые условия жизни и давать шанс на борьбу. А уж если она все-таки родила вам сына – то в расход ее! Зачем мучиться угрызениями совести и жить в строгости, когда так легко устроить себе легкое существование! А все последствия такой не обремененной угрызениями совести жизни вы сейчас ярко демонстрируете: полная моральная деградация налицо!

– Ну-ну, какая смелая девочка-магиня! Не волнуйся, крошка, для тебя самое лучшее место припасено: за меня замуж выйдешь, королевой станешь, наследников родишь – ты-то и без помощи богини девочек родить сможешь, чай не человечка!

– Я и без помощи богини горло себе перерезать смогу, чтобы с такой гнидой не жить, – презрительно сказала Аврора. – Интересно, кто у вас такой хладнокровный гений: гаремы из человеческих женщин создавать придумал, а потом порченых девчонок в людское общество возвращать, где им один путь заказан будет – в подпольных борделях век куковать.

– А автора и вдохновителя этой идеи долго искать не надо. Слышал, ты всегда его недолюбливала, видно пресловутая женская интуиция тебя всегда предупреждала... Сама же сейчас говоришь, что ТАКОЕ мог придумать только расчетливый, хладнокровный умник, для которого быстрое решение проблемы, выгода и минимальность затрат, стоят всегда на первом месте. Может, теперь сообразишь, кто лучше всех в королевстве подходит под эти определения? – Кахир насмешливо посмотрел на девушку.

– Полагаю, вы? – пренебрежительно сплюнула на пол Аврора.

– Ну что ты, дорогая, – неприятно захихикал маньяк, и по спине Авроры пробежал неприятный холодок дурного предчувствия, – я лишь верный последователь этой доктрины, а в деталях продумал ее и подробно расписал (даже экономические и человеко-ресурсные расчеты сделал!) мой ненаглядный племянничек – нынешний правитель Тавирии, Рейс Сартор!

– Быть не может! – потрясенно выдохнула Аврора и развернулась к монарху: – Это же не ты!

Рейс посмотрел на нее больным, скорбным, сокрушенным взглядом:

– Я.

Магиня крепко зажмурилась и затрясла головой.

«Рейс, конечно, любит провернуть хитрые трюки, граничащие с надувательством и мошенничеством, но он не злодей и не убийца! Он не одержим идеей величия магов и не безразличен к жизни людей: за годы его правления (а внутренними делами страны он занимается почти сотню лет!) все показатели жизни человеческой части населения возросли, уровень образованности тоже заметно поднялся, даже если не брать в расчет уникальных невест магов. Да если бы он пятьдесят лет назад не поддержал бы всеми силами идею мамы, не выделил бы на ее реализацию огромные средства и маго-человеческие ресурсы, не утвердил бы эту школу законодательно – ничего бы не было, наша семья не смогла бы в одиночку раскрутить такой проект! Что он сегодня говорил? « После повторного брака я сам слегка сошел с ума »? Видно, тогда и записал эти идеи. Поступок неразумный и опасный, но сам он эти идеи и не пробовал реализовать, а вот дядя постарался. Ладно, прикинемся, что я простачка глупенькая, которая сразу поверила, что Рейс – ее главный враг», – решила Рора и заверещала:

– Как ты мог?! Я всегда подозревала, что ты злобный сухарь, но не думала, что ты еще и убийца! Как ты мог расписать такое ужасное, невообразимое будущее для человеческих женщин?! У меня мама – человек! Ненавижу тебя! Всегда не любила, а теперь ненавижу, всем сердцем и душой ненавижу, предатель, сатрап, деспот, маньяк безумный!!!

Рейс посерел лицом и молча отвернулся.

Кахир Сартор довольно потер руки:

– Не переживай, голубка моя, твоей родительнице ничего не грозит, как-никак она будет матерью королевы. А копию записок моего племянничка я тебе покажу: там действительно все очень грамотно и разумно описано, прям читаешь – и головой покивать хочется. Надеюсь, мне удастся быстро очистить твою голову от сентиментальных бредней твоей мамочки – ты ведь очень умненькая и рассудительная девушка, отличница!

– Покажите мне сразу эти дневники. Кстати, где оригиналы?

– Оригиналы этот, непоследовательный в своих решениях кронпринц, сжег. Голубка, если я развяжу тебя, ты ведь не станешь делать глупостей? А то я ведь могу решить, что для ускорения рождения чистокровного мага-наследника свадьбы ждать не обязательно... – и Кахир сальным похотливым взглядом обвел затянутую в брючки и топ фигурку и облизнулся.

Аврору чуть не стошнило мышками на пол.

– Я убью тебя, – прозвучал ледяной голос Рейса, – и убивать буду долго и мучительно.

– Это вряд ли, так как тебя уже завтра похоронят, если не захочешь самолично возглавить великий процесс возрождения магической расы, под нашим чутким руководством, конечно. Пойдем, голубка, я тебя вкусно покормлю и попробую, так ли сладки твои губки, как кажутся.

Кахир взмахнул заголубевшими руками, и Аврора поскользила по воздуху к открывшейся в дальней стене двери. За ее спиной раздался лязг металлических сетей, треск грозовых разрядов и приглушенный мужской стон.

Глава № 20. Мужчинам не стоит недооценивать женщин: спасая себя и других, они становятся тигрицами.

В небольшой пещерке и стены и пол были затянуты толстыми коврами. Небольшие проходы в боковые ответвления нескольких ходов закрыты деревянными панелями (видимо, приставными, так как креплений на них не имелось). Глава «жрецов» велел принести ему закусок и вина, которые установил на покрытый чистенькой белой скатертью столик. Аврора с показной жадностью уставилась на еду, делая вид, что безумно голодна и ради куска хлеба с маслом готова на что угодно.

Лорд Сартор усмехнулся, надел на шею девушки еще один амулет, пресекающий ток магии, и заметил:

– Извини, голубка, но вначале – необходимые меры предосторожности. Ты, конечно, не очень сильный и еще недообученный маг, но сюрпризы мне не нужны. Сейчас этот амулетик закрепим и все железки снимем.

Надорвав ворот женского лифа, маг положил амулет на обнаженную кожу между ключицами. Золотистый огонь вырвался с кончиков его пальцев, раскаляя амулет и «вваривая» его в тело девушки. Аврора не сдержала крика боли.

– Ничего, как только Донатос признает мою власть, и мы займем место во дворце, какой-нибудь маг-лекарь тебя подлечит. Среди нас, увы, лекарей пока нет. Зато есть отличный артефактор, который успешно изготовляет такие вот амулетики в тайне от сотрудников охраны правопорядка, так что ты напрасно подозревала Пероса, голубка. Наш единственный приверженец среди советников героически погиб после вашего переноса в наши жаркие объятия.

Кахир взмахнул рукой: крепления металлических звеньев расплавились, и путы упали на пол. Аврора перешагнула через них, посмотрела на врага и мирно села за стол, старательно игнорируя боль от обширного ожога.

«Я хоть и не могу сейчас видеть защитных магических плетений на нем, но они явно есть. Нужно как-то расслабить его, чтобы он потерял концентрацию и все охранки спали. Ладно, как подвернется шанс – сразу его использую, а пока и подкрепиться не помешает: шашлык хорошо, а овощи полезнее».

Посмотрев, как Сартор накладывает в их тарелки еды из общей посудины, Аврора спокойно приступила к трапезе.

– Вы обещали показать записки Рейса, – напомнила она чуть позже.

– Да-да, убедись, что король – отнюдь не рыцарь в сияющих доспехах, защищающий скудных разумом и нравственностью людишек.

Перед Авророй лег кристалл с записью дневника Рейса. Даты на листах подтвердили, что в момент обдумывания идей гаремов кронпринцу было всего семьдесят восемь лет, чуть больше (для мага), чем сейчас Каяру. Листков было немного, и Рора быстро просмотрела записи.

Это была настоящая трагическая поэма, написанная правителем вымирающей расы. Рейс отчаянно пытался найти рассудочное решение моральной проблемы выживания магов за счет другого вида.

«Задача, заведомо не имеющая достойного решения. Вечный вопрос: лучше жить, губя чужие жизни, или лучше дружно сгинуть с лица земли  кристально чистыми и благородными магами», – подумала Аврора.

Кахир солгал, говоря, что он верный приверженец идей Рейса: молодой кронпринц действительно планировал собирать «гарем», чтобы избежать напрасных жертв среди девушек, не забеременевших от мага, но отпущенных «жен» планировалось награждать солидным приданым и выдавать замуж (люди на многое готовы закрыть глаза ради денег), а с сошедшими с ума матерями магов вести восстановительную работу в лаприкориях. Аврора понимала, что бывшим «женам магов» их новые человеческие мужья все равно спокойно жить не дали бы и довели бы их попреками до самоубийства, так как культ  чистоты невесты и косность человеческого общества не оставляли шансов на нормальную жизнь побывавшим в гареме. Рейс тоже видел эти огрехи в своих планах, так же как и осознавал, что безнравственность многоженства не сможет прикрыть безнравственность использования невинных девушек для восстановления численности магов. Один грех другим не исправишь.

Вчитываясь в наполненные отчаянием записи, Аврора думала о том, что теперь видит в Рейсе живого человека, способного и на благородные поступки, и на совершение ошибок, а не видит в нем только живое воплощение правового государства, не способное даже чихнуть не по протоколу и не в соответствии с законодательством о чихании.

Аврора понимала теперь и причины быстрого согласия Рейса с планами ее матери – это было лучшим воплощением его идей о возрождении расы, дающим реальный шанс всем лицам на нормальную, и даже счастливую, жизнь. Пусть этот способ не был быстрым, но он был ДОСТОЙНЫМ.

Оторвавшись от записывающего кристалла, Аврора заметила, что сидящий напротив садист смотрит на нее сладострастным блудливым взглядом, который скользил по виднеющейся в разорванном лифе груди девушки, оставляя за собой ощущение липкого следа, как от проползшего по коже слизняка.

Мисс Таис постаралась поощрительно улыбнуться.

– Такой план действий в самом деле решает все проблемы нашей расы. Если вы не планируете и мне гарем из мужчин навьючить, то я готова вас поддержать.

Кахир Сартор довольно рассмеялся:

– Не волнуйтесь, голубка, такой драгоценностью, как вы, я делиться ни с кем не собираюсь. Да и сестричку твою в надежные руки пристрою, нечего такому сокровищу в браке с лекаришкой пропадать! А как нарожаете дочек – я и их раздам самым верным моим приверженцам.

«Хороший бонус. Умело рекламирует магам свою избирательную программу этот маньяк. Неужели, правда думает, что его поддержат?! Да еще и на помощь Донатоса рассчитывает... Второй бог-создатель, конечно, темная лошадка, но не думаю, что брат Донаты такой уж неразумный мерзавец! Ой, надеюсь, боги меня сейчас не слышали... Кстати, почему Доната не сообщила родителям и советникам о нашем местонахождении и не послала помощь?! Что-то тут не так», – задумалась Аврора и решила прояснить этот вопрос.

– А как вам так хорошо скрываться тут удается? Сама богиня ваши мысли и планы не слышит!

По лицу Кахира растеклась самодовольная улыбка, и он хвастливо произнес:

– Только дураки думают, что боги всесильны, а умные мужчины умеют им противостоять! Над нашей пещерой раскинут магический скрывающий полог, да не простой, а многослойный, завязанный аж на десять подпитывающих его магов, регулярно обновляемый и совершенствуемый! Сквозь такую пелену не то что поисковые заклинания с поверхности не проходят и амулеты связи пробиться не могут – даже боги ничего под защитным пологом не видят, так как мы осознанно перекрываем им доступ к нашим мыслям. Маги же эту защиту даже почувствовать не могут! Сам-то полог Доната видит, даже сообщила о нем, как говорит наш доносчик, но четкого местоположения указать не может, так что ваши спасатели сейчас ползают в двадцати милях отсюда и разрушают простенькое защитное плетение наших юных мальчиков, наброшенное для отвода глаз. Ты поцелуешь меня за хитроумие и изобретательность? – томно прошептал злодей, склоняясь к магине.

Аврора облизнула губки и тряхнула золотистыми волосами.

– Грех не поцеловаться с таким многоопытным в любовных делах мужчиной, – прошептала девушка и изобразила страстно застывший взгляд. – «Главное, чтоб не стошнило в самый ответственный момент», – домыслила она.

Кахир Сартор вряд ли уверовал в добровольную капитуляцию пленницы, но он уже привык не отказывать себе в своих желаниях, а девушка была сейчас беззащитна перед магом, и похоть крепко ухватила того за ... ну, за причинное место, в общем.

Маньяк поднялся и схватил магиню, крепко сжав ее и подтягивая к губам ее лицо. Аврора усилием воли подавила рвотные позывы, почувствовав на губах мокрые и мягкие чужие губы, но послушно приоткрыла ротик, заставив мужчину задохнуться от желания. Согнув в колене правую ножку, Рора смело скользнула ею по бедру мужчины вверх. Сартор довольно заурчал и подхватил девушку под мягкое место, приподняв ее еще выше.

«Замечательно», – отстраненно подумала Аврора, опуская руку в сапожок.

Через мгновение лорд-маг Кахир Сартор был плавно опущен на пол с перерезанным горлом. Парадный кинжальчик Рейса пригодился еще раз. Смотря как хлещет из мужчины кровь и быстро стекленеют его глаза, Аврора не чувствовала ни малейших моральных терзаний или сомнений: «собаке – собачья смерть» – всегда казалось ей верным изречением.

«Зря ты столь пренебрежительно отзывался о маминой школе, ой как зря! Там девушкам дают весьма неплохие знания и физическая подготовка у них весьма разноплановая... Спасибо, мама, что ты в течение обоих своих первых наборов частенько таскала нас с сестрой в свою школу. Тогда мне казалось, что вторая школа после утренних занятий в первой – это перебор, а сейчас вижу: никакие знания лишними не бывают.»

Нащупав быстро угасающий пульс мага, Рора ждала последнего биения.

Как только сердце стукнуло в последний раз и остановилось, девушка с силой сорвала с себя блокирующий ток магии амулет вместе с приличным куском своей кожи и плоти.

«Так, дорогие гады за дверью, вы как чувствовали раньше одну активную магическую сущность, так и продолжаете одну чувствовать. Как было два теплокровных существа – так и осталось, тело не сразу остывает до комнатной температуры. Теперь срочно перевязываем свою рваную рану и думаем, что делать дальше – времени совсем мало!»

Аврора быстро переставила посуду со стола на пол, свернула жгутом скатерть и сильно перетянула ею грудь, остановив поток крови. Сунув амулет в карман и не найдя в пещерке никаких боевых артефактов и оружия (видно, это помещение использовалось только как спальня), девушка решила, что выходить будет через самый широкий из закрытых панелями ходов: «Куда они все ведут – неизвестно, но в широком коридоре меньше шансов просто застрять».

Собравшись с духом, Аврора приготовилась накинуть на себя скрывающие тепло тела заклинания и сорвала вихрем одну из панелей. Быстро скользнув в проход и приладив панель на место, чтобы не было ясно, в какой из трех ходов она ушла, девушка накинула защиту. Вдали тут же глухо зазвучали крики, а Рора помчалась вихрем, подсвечивая себе путь магическим огоньком и врезаясь в многочисленные выступы и набивая синяки.

«Чертов магический полог: я его действительно не чувствую и не могу определить, где он заканчивается и в какую сторону двигаться! Надо найти Рейса, пока они его не убили!»

На последней мысли у девушки тоскливо сжалось сердце. За последние двое суток у нее будто пелена с глаз спала, и она увидела Рейса Сартора таким, каков он есть на самом деле, со всеми его достоинствами и недостатками. Живого мага, которого она не только уважала, как умного, умелого и трудолюбивого правителя своей страны, но и могла бы полюбить как мужчину, затронувшего ее чувства и душу. Вспоминая его бесконечное терпение при ее прошлых выходках, его заботливость во время этого похода по скальному лабиринту, его смех и их единственный поцелуй, Рора удивлялась, как это она – такая проницательная и внимательная девушка – проморгала собственные нежные чувства к своему вечному противнику по дуэлям ехидства и иронии, тем более, что эти чувства были, видимо, не безответны.

«Ладно, сейчас не об этом нужно думать! Надо спасать Рейса и прикрывать этот рассадник убийц и маньяков».

Посылая вперед поисковые заклинания для обнаружения теплокровных врагов, Рора получила слабый отклик со стороны об одном большом объекте.

«Все маги сейчас толпой гонятся за мной по проходам, так что это скорее всего не они. Может, Рейс?» – и Аврора уверенно побежала по наводке заклинания.

Выбранный коридор сильно сужался, и вскоре магиня уже не летела по нему, а медленно пробиралась вперед:

«Мужчины здесь точно не пролезут, и это плюс. Но если я здесь застряну, как заноза в пальце, то они легко поджарят меня между скал, как мы мышек, и это минус. Так, еще чуть-чуть: уже легкий просвет имеется и металлический стук слышен.»

Протиснувшись к щели, шириной как раз в ее головку, Аврора «освежила» все защитные заклинания, подготовила парочку боевых и выглянула.

На полу пещеры действительно сидел Рейс, который планомерно зубами и руками разжимал звенья опутавшей его металлической сети, и небольшая прореха в ней уже имелась. Других магов поблизости не наблюдалось, и Рора скользнула сквозь расщелину, оставив на стене приличный клок своих волос.

Рейс вскинул голову и встал, внимательно глядя на девушку.

– Решила сама меня прикончить? Я не против, только охрану сюда потом приведи, – спокойно сказал Рейс.

Аврора тревожно всмотрелась в его глаза:

– Тебя сильно по голове приложили?

Не дожидаясь ответа на поставленный вопрос, девушка расплавила сверху донизу ряд звеньев сети, и та упала на пол. Металлический пояс с амулетами блокировки постигла та же участь. Рейс встряхнулся и покрылся разноцветным блеском многостихийных боевых заклинаний.

Аврора прокралась к единственной имевшейся здесь двери, прислушалась и шагнула в сторону, освобождая место Рейсу:

– Обычно пропускают вперед женщин, но, думаю, это тот случай, когда следует уступить дорогу старшим, – прошептала магиня.

Рейс сосредоточенно прислушался и, жестом велев девушке держаться за своей спиной, распахнул дверь.

Аврора в немом восхищении смотрела на смертоносный вихрь по прозванию «сильнейший маг Тавирии в великой ярости», который разметал по помещению тройку шедших к скальной тюрьме магов, как мяч детские кегли. Три «жреца Донатоса» уже через миг застыли на полу в позах, не совместимых с жизнью.

Партизанский отряд двух магов двинулся дальше в тыл врага. Осторожно и молча скользя вдоль стен, Рейс проверял магический фон окружающего пространства, а Аврора следила за безопасностью их тыла. Рядом послышались голоса, и маги поспешно экранировали чужие поисковые заклинания.

– Довольно искать эту чертовку! Если она сможет выбраться на поверхность, то живо охрану сюда приведет! Убиваем Рейса Сартора, забираем сыновей и прячемся по норам. Баб сжечь вместе с запасами крови, а то по ним нас быстро вычислят. Через десяток лет все утихнет, и снова соберемся. Наших лиц она не видела, а слышала только имя Приска – ему придется уехать из страны и скрыться под другим именем, вместе с этим болтливым идиотом – моим сынком.

– Я же не сказал им про ловушку, они наступили на спусковой камень, – пробубнило молодое поколение, и Рейс пошел в атаку.

Аврора пустила по полу заклинание воздушного потока, которое сбило с ног магов, не успевших его блокировать. В голову одного из упавших магиня метнула горячий фаербол, который достиг цели, и маг затих навсегда. На магическую защиту девушки посыпались чужие заклинания, истощая магический покров, и Аврора шустро заметалась по пещере, уходя от заклятий, чтобы не тратить немногие оставшиеся силы на обновление защиты. Рейс тем временем успел упокоить еще двоих магов, так что остались лишь один маг старшего поколения и юнец.

– Предлагаю снять маску и сдаться, – прорычал монарх, но в его сторону полетел мощный фаербол, усиленный боевым артефактом, пробивающим любую защиту.

– Берегись! – Аврора налетела на Рейса, сбив его с ног.

Над их головами прошелестел фаербол и врезался в стену, оплавив ее. Артефакт в момент удара отскочил в сторону Роры. Девушка схватила его и мгновенно приморозила к королевскому кинжалу. Брошенное тренированной женской рукой оружие легко прошло сквозь защиту убегающего подонка и прекратило его никчемное существование. А молодого мага опутали воздушные силки, посланные Рейсом.

– Надо догнать Кахира Сартора, среди этих его нет, – зло проскрипел сквозь зубы Рейс.

– Не надо, его уже друзья по секте на дороге в мир иной догнали, – ответила Аврора.

Король вопросительно вскинул бровь и прошел в «спальню». Аврора, хмыкнув на такое проявление недоверия к ее словам, попробовала связаться с богиней:

«Доната, я надеюсь, что со смертью почти всех магов – создателей щита над этой клоакой, полог уже развеялся, и ты можешь меня слышать и видеть. Скажи маме, пусть сюда отряды отправляют и лекарей тоже: девушке одной срочно помощь нужна, да и другим хоть немного помогут.»

Вернулся задумчивый Рейс и пронаблюдал, как девушка выдергивает из тела убитого ею мага кинжал и вытирает его об одежду этого же мага.

– Держи! Даже парадный кинжал иногда для дела пригодиться может, – протянула Рора оружие его владельцу.

Рейс забрал клинок и заметил:

–Амулет связи опять не работает, теперь из-за полного разряда. Придется женщин тут пока оставить, а самим наверх подниматься.

– Ничего, может, моя связь сработает. Ту девушку, что в сознании, с собой возьмем, а то она с ума сойдет с перепугу.

Аврора побежала в пещеру с пленницами. Привязанная к кровати жертва Приска радостно встрепенулась при виде магини. Аврора ободряюще улыбнулась ей и, сказав: «Все хорошо, секундочку!», проскользнула в боковой проход, где они оставили свои вещи, и вытащила из свертка меховую королевскую мантию.

Возвратившись к девушке, Аврора быстро пережгла удерживающие ее веревки и помогла встать, попутно закутав в мантию. Рейс сторожил проход на случай неожиданных визитов и не приближался к пострадавшей, видя ее испуганно-затравленный взгляд, обращенный на его фигуру.

– Как тебя зовут? – спросила Аврора у девушки.

– Марта, – прошептала та. – Я уже две недели здесь...

Девушка затряслась от рыданий. Аврора подхватила ее и, успокаивающе поглаживая, потащила к выходу из пещер.

Выйдя в ночном сумраке на покрытый снегом склон холма, маги обнаружили несколько десятков летящих к ним светящихся магическим светом фигур – магов в форме сотрудников магической охраны. И один маг был без формы – это был Марон Таис.

Прибыла направленная Донатой поддержка.

Глава №21. Человек живет на земле не для того, чтобы стать богатым, но для того, чтобы стать счастливым. Ф. Стендаль.

Дедушка Марон бросился к внучке, засыпая ее вопросами, что с ней, где болит, что вообще произошло, и попутно прощупывая, целы ли кости.

– Лорд Таис, вы мешаете, – взывал к  родственнику Авроры лекарь-маг, пытающийся пробиться к пациентке и оказать ей помощь.

Два других лекаря уже осматривали короля (который лишь пару секунд выделил на свою диагностику, решительно заявив, что с ним все в порядке) и Марту, которая шарахалась от приблизившегося к ней мага, обеими руками цеплялась за магиню и причитала: «Не бросайте, меня, леди, не бросайте! Я все для вас сделаю, только не бросайте меня с ними!» Нервничающий и перепуганный Марон в конце концов отпустил внучку, и целитель, приписанный к службе охраны, смог диагностировать значительную кровопотерю из раны на груди и средней степени магическое истощение Авроры.

– Других повреждений нет, – заключил лекарь, споро снимая повязку и быстро сращивая края раны. – Вам нужно денек-другой провести в лекарском доме под наблюдением целителей, так же, как и этой девушке, тем более, что без вас она вряд ли куда-то полетит.

– Она сейчас побаивается мужчин, особенно магов, – мрачно пояснила Аврора.

– Это ясно, – вздохнул лекарь.

Пять магов вызвались сопроводить женщин до ближайшего лекарского дома, а остальные остались осматривать пещеры и выяснять имена тех заговорщиков, что еще оставались на свободе. Предстояло еще эвакуировать оставшихся в пещере женщин. Аврора обернулась, чтобы попрощаться с Рейсом и пожелать ему удачи, но увидела только его идеально прямую спину, скрывающуюся в скальном проходе.

«Успеха!» – мысленно напутствовала Рора, подхватила Марту и в сопровождении охраны полетела к ближайшему селу – уже знакомой Растовке.

Усевшись у постели восстанавливающей силы внучки, Марон позвонил сыну и обрадовал его хорошими вестями о том, что дочь его жива, невредима и уже почти здорова. Аврора тоже пообщалась с родителями, в смятении послушала рыдания матери (впервые в жизни Рора слышала горький плач своей родительницы), поспешно заверила, что все хорошо и скоро она будет дома.

А все хорошо не было. Совсем не было. Как только дедушка покинул палату внучки, пожелав спокойной ночи, Аврору накрыла тихая истерика. Да, она планировала после института пойти работать в ведомство Игита Ирьяша, но только теперь окончательно осознала, какую работу периодически вынуждены выполнять сотрудники магической охраны: «жрецы» были не первыми и не последними маньяками-убийцами в королевстве, хотя все остальные известные Авроре случаи были связаны с людьми. Да, Аврору учили применять оружие и защищаться, учили и в магической школе, и в школе невест, но действительно применять его на живых людях и магах ей не доводилось. «Летучий отряд спасателей» под ее руководством часто сталкивался со смертью, но то была смерть от несчастных случаев, а не от ее руки. Выплеск адреналина, замешанный на ярости и ненависти к мучителям и убийцам девушек, закончился, и Аврора осталась наедине с ужасным ощущением, что, убив их, она приняла в себя частичку этих лиходеев. «Убивший дракона сам становится драконом», - говорили когда-то в родном мире ее матери. Аврора не слышала этой фразы, но ощущала в душе ужасную пустоту.

После бессонной ночи Аврора наконец смогла взять себя в руки и задать себе четкий вопрос: могла ли она поступить иначе? И дать на этот вопрос четкий ответ: нет, не могла, который принес успокоение ее совести. Эти маги десятки лет хладнокровно сжигали людей и утратили свое право на жизнь. Ее рука была рукой настигшей их высшей кары. Точка.

Недовольно просиживая все следующие два дня на больничной койке (лекаря наотрез отказались отпустить ее на расследование преступления), Аврора была вынуждена всю информацию о ходе следствия получать из вторых рук. Марон рассказал, что все найденные порции крови в «инкубаторе» были предусмотрительно подписаны во избежание ошибок (впрочем, и без этого лекари легко могли определить, кому принадлежит кровь, так как магические феромоны каждого мага несли уникальный магический фон своего хозяина). В итоге быстро задержали еще троих преступников, которые сразу сдали остальных «жрецов Донатоса» – еще с десяток магов. Руководство приюта, где пряталось подрастающее магическое поколение, также было арестовано, а пятьдесят два отпрыска «жрецов» временно помещены в изолятор – их дальнейшая судьба еще решалась, тогда как старшее поколение магов-маньяков уже было казнено. Среди тайно рожденных мальчиков-магов обнаружилось и трое сыновей Мирта Калиса, и Аврора поняла, почему тот даже не пытался вступить в официальный брак, и почему отдал жизнь за попытку переворота: всем «жрецам» необходимо было легализовать положение своих сыновей и наследников. Всех адептов секты среди людей также выявили и отправили в каменоломни – вырабатывать и камень для строительства стране, и сострадательность к людям в себе. Беременных женщин распределили по лекарским домам (к счастью, запасов крови было достаточно, чтобы они благополучно доносили свою беременность), хотя их дальнейшая участь была незавидной: жизнь в лаприкории, без возможности что-то исправить. Тех мальчиков-магов, что должны были вскоре появиться на свет, готовились забрать к себе на воспитание одинокие маги, давно мечтавшие о сыновьях. Король Аврору не навещал, но девушка не обижалась, отлично понимая, сколько задач и проблем ему сейчас приходится решать. И только в самой глубине ее души жила страшная мысль, что продемонстрированная ею способность собственной рукой убить живое существо, потрясла Рейса настолько, что он предпочел забыть о самом ее существовании. Село Растовка было временно закрыто для любых посещений, и родители Роры тоже приехать не могли – они ждали ее в столице.

К вечеру второго дня Марон Таис принес внучке магический кристалл с записью допроса одного из «жрецов Донатоса» – артефактора Мирина Холлека, который уже больше столетия жил в Осконе, выполняя нехитрые функции слабенького по способностям мага – городского специалиста по бытовой магии. Это о его персоне неуважительно отзывалась хозяйка кафе, говоря, что маги «помельчали», кроме краски для волос, да морозильных заклинаний ничего сотворить не могут. Оказалось – еще как могут! Холлек оказался одним из сильнейших артефакторов страны, который все эти годы успешно скрывал уровень своей магической силы. Записывающий кристалл разрешил отнести и показать Авроре сам Рейс Сартор, очевидно, надеясь таким образом удержать ее от попыток сбежать из стен лекарского дома.

Аврора внимательно просмотрела и прослушала запись:

– Давно ли вы примкнули к преступной группе?

– Лет шестьдесят тому назад.

– Какие функции выполняли в ней?

– Создавал различные амулеты и артефакты, которые невозможно было свободно достать. Например, магия-гасящие амулеты строгой подотчетности. И другое, по мелочи.

«Представляю себе эту мелочь! Амулеты, перекрывающие ток магии, способны создать лишь несколько десятков магов в Тавирии, и все их изделия строго учитываются! Теперь понятно, кто создал основу для этого магического полога, сквозь который сама Доната проникнуть не смогла!» – подумала Аврора. Дальнейшие вопросы дознавателя подтвердили эту ее догадку.

Мисс Таис продолжала слушать:

– Зачем вы скрывали свои возможности? Вам бы предложили хорошую, ответственную работу в столице.

– И что бы мне дала эта ответственная работа? – неприятно усмехнулся лорд Мирин. – Кучу дел с утра до поздней ночи? Необходимость отчитываться о каждом своем вздохе?! Мой предок – Олан Холлек – творил свободно и ни перед кем ответа не держал! Все считали, что слухи о его необычных амулетах – это лишь слухи, дань ареолу славы великого мага, но я с детства верил, что необычный раритет есть, верил в семейные предания об артефакте, наполненном божественной силой, и мечтал его найти. В личных дневниках Олана я давно прочитал замечание «о спрятанном в яйце сокровище» и принял его за отправную точку своих поисков. Лишь один артефакт мой предок сделал в виде яйца – тот, что хранится в королевском собрании артефактов. Когда Мирта Калиса назначили советником, я  потребовал, чтобы он отвел меня в хранилище – просто посмотреть, не трогая охранки. На подставку я сразу обратил внимание и осторожно прощупал ее магический фон, убедившись в своих предположениях. В первый раз мы просто тихо ушли, ни к чему не прикоснувшись, но я начал убеждать Кахира Сартора в необходимости вытащить этот артефакт из хранилища и параллельно думал над вопросом нейтрализации королевских охранных заклинаний. Лорд Кахир Сартор не хотел рисковать своим пробившимся  в королевский Совет соратником, но в итоге дал разрешение на попытку диверсии.

– То есть, это вы вместе с лордом Калисом проникли в хранилище?

– Да. К сожалению, уничтожить все охранки мне не удалось, но назначение артефакта я понял сразу: портал, который можно было настроить на любую точку мира! Мы прямо из хранилища связались с лордом Кахиром Сартором, и он велел перенести в нашу пещеру кронпринца вместе с одной из мисс Таис (Мирт слышал, что наследник собирался пригласить на последний вальс одну из именинниц). Пояс с подавляющим магию амулетом для Рейса Сартора был готов давно, Кахир решил, что растерянность принца от внезапного нападения поможет им связать его и перекрыть его магию. А уж с девчонкой десять магов легко бы справились! Но на бал мы опоздали, так как слишком много времени ушло на «заметание следов»: мне пришлось подправлять крепление охранного плетения на оставшемся без подставки амулете – и Калис решил ждать коронации, подготовив уже надежную ловушку для кронпринца.

– И каковы были дальнейшие ваши планы после удачной диверсии?

– Захватить власть в стране и изменить к лучшему жизнь магов! Кахир Сартор надеялся, что его племянничек сам одумается и захочет в итоге воплотить в жизнь задумки своей молодости, но остальные на это не рассчитывали. Так что, планировалось убить новокоронованного монарха, дождаться, пока его официально признают без вести пропавшим, и посадить на трон лорда Кахира Сартора, который имел бы неоспоримые права на наследование престола. Донатос нас поддержал бы, поскольку именно мы всегда были самыми верными и рьяными приверженцами его идей!

– Допустим, что брату Мираила Сартора действительно удалось бы короноваться, но неужели вы думали, что магическое сообщество страны позволит вам поменять все законодательство и допустит попрание всех прав и свобод людей?

– О, мы не планировали устраивать войну между согласными и несогласными магами! Кому охота жить прислугою людишек – пусть едет в другое королевство, а к нам прибыли бы оттуда многочисленные сторонники. И сторонники среди людей, о которых вы так заботитесь, тоже! Не задумывались над тем фактом, что список людишек, желающих продать своих дочерей, всегда в десятки раз больше списка магов, готовых их купить? А при нашем правлении получить полновесный кошель золота за свою никчемную девку мог бы каждый папаша! – с гадливой ухмылочкой напомнил полноватый невысокий артефактор.

«Мал клоп, да вонюч!» – разъяренно подумала Аврора.

– А мисс Таис какая роль отводилась в ваших планах?

Дальше пошли уже известные магине планы по превращению их с сестрой в королевских свиноматок (точнее, маго-маток), а их дочерей – в награды сторонникам Кахира. О том, что Аврора расскажет сообществу магов, кто убил их прежнего короля, преступники не переживали. Как выразился Мирин Холлек: «Мисс Таис ведь так любит своих папеньку и маменьку, да и сестричку, что обеспечить ее молчание было бы не сложно! А то, что они с королем одновременно с коронации исчезли – так что с того? Их вполне могло закинуть в разные места, так что о судьбе Рейса Сартора Аврора ничего не могла бы ведать».

Отдав просмотренную запись деду и оставшись одна в больничной палате, Аврора задумалась о том выборе, что в ранней молодости смог сделать кронпринц.

Итог ее размышлений о возможной судьбе магов (до появления ее матери) выглядел примерно так:

«Во времена молодости Рейса можно было смело говорить о вымирании нашей  благородной расы. Но какую альтернативу предполагал его план? Выживание магов-монстров! В договорных браках рождались и воспитывались добрые дети магов, а в варианте «жрецов» получилась их противоположность: злобные, не сильно-то и нужным своим отцам,  зверьки. Любовь к выстраданным сыновьям сменилась бы на  безразличие к воспитываемым  себе подобным негодяям. Магическая помощь людям и их благодарность в ответ обернулись бы ненавистью и презрением к магам, а честный (хоть и жестокий) договорной брак, заменился бы на бесчестье и унижение в гареме. Нет! Лучше тянуть нелегкую лямку Мага, чем привольно жить бесчестным злобным червяком! Судьбу народа определяют его нравы, и для магов это тоже верно! Правильным было решение о казни: некоторые существа не имеют право на существование!» – таким был окончательный вердикт мисс Таис-старшей об участи «жрецов».

И мысли о собственном участии в их ликвидации окончательно перестали мучить магиню.

Постепенно к Авроре вернулись свойственные ей оптимизм, жизнерадостность и готовность в любой момент вскочить на защиту добра, справедливости и всех незаслуженно обиженных и угнетенных.

------------------------------------------

Спустя двое суток после выхода из лабиринта Аврора переступила порог родного дома. К ней на шею, всхлипывая, бросилась Эос. Отец же погладил дрожащей рукой по голове и сказал:

– Как ты нас всех напугала, деточка! Зря я позволил твоей матери в такой вольности тебя воспитывать, пороть тебя надо было! Как кронпринц советовал: широким таким ремнем, крепким!

Аврора невнятно оправдывалась, что она ни в чем не виновата, что это обстоятельства так сложились, что короля спасать – это долг каждого верноподданного и так далее, и тому подобное. Оторвавшись от сестры и отца, Рора посмотрела на мать: леди Таис смотрела на дочь горящими от недовыплаканных слез глазами и прижимала руки к животу. Прошептав сухими губами: «Девочка моя, живая!» – Анастасия повалилась на пол.

С криком удержав жену магическим силком, Северин подхватил ее на руки и полетел в гостиную: там ждал окончания семейной встречи Лютен.

– Авар, что с ней?! – в панике вопрошали все Таисы, толпясь вокруг лекаря. Эос поспешно подпитывала мать жизненными силами.

Авар закончил водить над телом леди Таис руками и влил ей в рот какое-то зелье. Ресницы леди Анастасии дрогнули, и она пришла в себя.

– Все хорошо, но волноваться, переживать и работать на пределе сил Анастасии больше нельзя, – строго сказал лекарь и радостно посмотрел на будущую тещу. – И примите мои поздравления: у вас мальчик будет!

– Вот это номер! – потрясенно проговорила Рора. – Мамочка, поздравляю! Ура! Эос, у нас братик будет!

И магини снова бросились обнимать друг друга, мать, отца и Авара.

– Наш брат будет самым лучшим магом в мире! Самым добрым, умным, замечательным, веселым! И ему никогда не будет скучно и одиноко! – счастливо смеялись близняшки.

– Да уж, с такими сестричками ему точно скучно не будет, – проворчал улыбающийся Северин Таис, обнимая жену. – Наоборот, он очень скоро  начнет мечтать об одиночестве и тишине материнской утробы, из которой столь неосмотрительно вышел на свет.

Дочери с негодованием отвергли такие предположения отца, заявив, что лучших нянек, чем они, малышу не найти.

– Какие из вас няньки, – усмехнулась Анастасия. – Эос через пару месяцев замуж выйдет, скоро и своих детишек родит, да и ты, ведь, дома не задержишься, а, Ророчка?

Аврора сконфуженно притихла: в своих чувствах к Рейсу она еще до конца не разобралась, а про его чувства и думать боялась – мало ли что ей в пещере померещилось!

В дверях возник утирающий слезы облегчения и счастья от возвращения юной хозяйки Хартим и гнусавым от слез голосом объявил, что праздничный обед подан. В ответ на его слова лорд Таис повелел собрать всех домочадцев и объявил им великую новость о прибавлении в семействе, строго наказав следить за тем, чтобы хозяйка не переутомлялась, втихаря на работу не сбегала и за бумагами в кабинете в его отсутствие не засиживалась. Альясе было велено достать из погреба вина и закусок на всех и дружно отпраздновать и возвращение старшей дочери, и скорое рождение младшего сына. Ильяна, утерев глаза платочком, заявила, что завтра же утром пойдет в храм помолиться Донатосу, чтоб младшенький лорд Таисик уродился характером в батюшку, а то еще одного дитятки – вихря огненного, особняк не переживет.

Слуги отправились выпить за здоровье хозяев, сами хозяева сделали то же (заменив Насте вино на молоко и сок), и вечер шел в праздничной и непринужденной обстановке, пока не споткнулся о решение лорда Таиса запретить жене работать в школах вплоть до окончания декрета. Леди Анастасия возмутилась таким произволом мужа, заявила, что прекрасно себя чувствует, и что сидеть дома целых полгода точно не сможет. Северин убеждал жену, что нагрузку ей необходимо снизить, и его на удивление дружно поддержали обе дочери и Авар. В итоге сошлись на том, что четыре урока математики в неделю у начального класса магической школы леди Таис будет продолжать вести, а вот различные психологические беседы и тренинги в школе для невест магов будут вести ее бывшие выпускницы, которых ей удастся уговорить на такую работу. Ближайший же урок, который должен был состояться уже через день, пообещала провести Аврора. Леди Таис согласилась с таким решением, и вечер снова потек мирно и весело.

Лежа ночью в собственной мягкой постели, Аврора вспоминала ночевку в каменном лабиринте и горячее тело короля под ее щекой. Воспоминания о Рейсе будили в ней тоску и смутное безотчетное желание быть с ним рядом, смотреть, как загораются теплым нежным светом его глаза при взгляде на нее, снова слышать его жаркий шепот: «Рора, Ророчка», как при их случайном поцелуе в пещере. Девушка беспокойно перевернулась на другой бок, но прежнее мужское лицо упорно стояло перед ее внутренним взором. Рора вспоминала, как побледнело его лицо от ее слов «Я ненавижу тебя!» и ей хотелось немедленно утешить его и объяснится.

«Впрочем, он и так уже все понял, я же освободила его и вместе с ним против этих гадов дралась», – убеждала себя магиня.

Перевернувшись на живот и посмотрев в окно на рассыпанные по небу звезды, Аврора решила, что завтра же отправится во дворец. Во-первых, надо было узнать, что монарх решил по поводу детей «жрецов», во-вторых, очень хотелось хоть одним глазком посмотреть на Рейса и убедиться в том, что саму себя она понимает теперь правильно и горячая симпатия к мужчине ей не мерещится, а существует на самом деле.

Утром зимнего дня, попросив отца предупредить преподавателей института, что сегодня она чуть задержится, Аврора сначала полетела в главный столичный лекарский дом, куда вчера доставила Марту. Спасенной девушке здоровье уже поправили, беременности, к счастью, не обнаружили, и сегодня Марту уже должны были выписать. Марта чувствовала себя хорошо, решительно замуровав в дальнем уголке памяти прошедшие недели: у этой крестьянской девушки действительно была потрясающая сила воли. Аврора размышляла о том, чем можно сейчас помочь Марте: возвращаться в родное село, где все уже знали о ее «позоре», девушка не хотела, жить в доме магов не хотела тем более, как Рора ее ни уговаривала остаться у них.

– Что я у вас делать-то буду, леди? Я всю жизнь в пекарне у хозяюшки работала, только и умею, что пирожки да булки печь, на кой я вам? У вас умелая кухарка имеется, что все-все приготовить может, а сотня пирогов ежедневно одной семье не нужна, – отговаривалась Марта.

Мисс Таис уже все передумала, но ничего толкового ей в голову так и не пришло. Зайдя в палату к девушке, Аврора увидела, как та, сидя на кровати и водя пальцем по листку бумаги, старательно разбирает по слогам какое-то послание. Роре девушка обрадовалась, как родной, и поспешно протянула ей записку:

– Доброго утречка, леди! Я ужо два раза прочитала – прочтите теперь вы мне. Правда, что ль, сам новый король-батюшка мне написал?

Аврора посмотрела на до боли знакомый почерк своего короля и бывшего преподавателя и прочитала, что Марту приглашают прийти сегодня в королевский дворец в любое удобное ей время. Под запиской стояла витиеватая размашистая подпись Рейса.

– Да, монарх действительно приглашает вас на беседу.

– Ой, леди, вы согласны со мной пойти, а?! Отродясь я во дворцах не бывала – заробею, слова молвить там не смогу!

– Конечно, вместе пойдем, мне и самой по делу во дворец надо.

У стен дворца Марта и в самом деле затряслась от страха и повисла на руке у Роры. Уверенно таща девушку на буксире, Аврора поздоровалась со стражниками и уточнила у дворецкого, свободен ли король, мол, аудиенция им официально назначена.

– Неужто вам официально назначено? Вы же по жизни сами приходите, когда хотите и куда хотите, – добродушно усмехнулся пожилой человек.

Аврора лукаво улыбнулась и признала, что приглашение и в этот раз есть только у ее приятельницы, а она только курьером по доставке приглашенных подрабатывает, поелику у тех от королевского величия ноги подгибаются.

Дам проводили в малую гостиную, в которой их ожидал Рейс Сартор. Других придворных в комнате не было. Монарх поднялся из кресла при виде девушек и церемонно их приветствовал.

«Эх, опять его лицо будто мраморная искусная маска – ничего не прочтешь. Ни мыслей ни чувств не проглядывает», – расстроилась Аврора.

– Госпожа Марта, – меж тем начал говорить король, – я приношу свои искренние глубочайшие извинения за то несчастье, что произошло с вами по причине моего недосмотра и недогадливости! Я плохо выполнял свои обязанности правителя и из-за этого вы пострадали. К сожалению, вы единственная, кто способен услышать мои соболезнования и кому еще можно в чем-то помочь. Я позволил себе приобрести на ваше имя небольшую пекарню в центре столицы: на первом этаже есть все необходимое оборудование и небольшое кафе, а на втором – жилые помещения. Плюс, вам выделены денежные средства на первое время и обустройство. Примите, пожалуйста, от королевского дома эту компенсацию. Еще раз простите, если можете!

Рейс протянул девушке документы на пекарню и мешочек с деньгами.

– Ой, спасибо, король-батюшка, – потрясенно выдохнула девушка и покачнулась. Аврора быстро придержала Марту под локоток. – Нешто взаправду столицу своими ватрушками да пончиками кормить буду?! Всю жизнь мечтала свою печь заиметь! Век благодарна буду!

Пока начинающая самостоятельное торговое дело кулинарка низко кланялась королю и поскорей разворачивала свиток, высматривая адрес своей новой пекарни, Аврора смотрела на грустное и виноватое лицо Рейса и чувствовала, как в груди становится жарко и тесно от самых искренних горячих чувств.

«Как я могла сомневаться в своей любви к нему?! – недоумевала девушка. – Это же самый лучший и прекрасный мужчина на свете, даром мне никто другой не нужен!»

Марта сосредоточенно запыхтела, продираясь сквозь множество слов официальной бумаги, и Аврора поскорее прочитала название улицы и номер дома, объяснив, что от дворца это недалеко:

– Я провожу тебя, Марта, – предложила магиня.

– Что вы, леди, я и сама дойду, чай не совсем темная! Коль заплутаю – у людей дорогу спрошу, язык не отсохнет! А у вас еще дела туточки имеются, – еще раз откланялась Марта и поспешила на выход, прижимая к груди бесценные для нее бумаги.

Перепоручив девушку лакею и прикрыв дверь, Рейс отошел к окну. Аврора неловко переступила с ноги на ногу:

«С каких это пор я стала такой стеснительной, робкой и нерешительной девицей? Вот действительно, любовь – жуткая штука! Напрочь лишает ума и сообразительности, зато с лихвой отвешивает смущения и неуверенности!» – сумрачно повозмущалась девушка и сказала:

– Это вы хорошо придумали, с пекарней-то. А я так и не сообразила ничего разумного.

Рейс повернулся и внимательно посмотрел на собеседницу:

– Мы опять перешли на «Вы»? – тихо спросил он. – А догадаться, как поддержать эту девушку, было не трудно: человек с такими натруженными мозолистыми руками никогда не сможет лениво жить на выданные деньги, а чем она всю жизнь занималась – охрана сообщила, ее с малых лет родственники помощницей на пекарню отдали, точнее – продали. Да и любимая работа – для нее сейчас лучшее средство оставить в прошлом все произошедшее. Скажи, ты в самом деле ненавидишь меня теперь?

– Нет! – воскликнула Аврора. – Совсем-совсем нет! Тогда я пыталась убедить преступников в том, что не стану тебе помогать, если меня развяжут! И все! Я не ненавижу тебя, наоборот...

Аврора запнулась и с ужасом почувствовала, что краснеет.

«Опять я как спелый помидор! Это кошмар, спасите!!! За что, боги?!»

– Насколько наоборот? – горячо прошептал ей на ушко Рейс, который как-то внезапно оказался рядом и теперь нависал над девушкой, подавляя ее немалым размахом плеч и высоким ростом, и прожигая синим-пресиним пламенем взгляда.

«Ох, боженьки, что сказать?! И как сказать, если язык онемел и не поворачивается?! И я, кажется, сейчас утону в этих синих озерах его глаз, хотя отлично плаваю... О, боги, о чем это я?!»

Душевные метания магини прервал звук раскрывшейся двери и голос экс-короля:

– Рейс, тебя ждут... – тут Мираил запнулся, расширившимися глазами осмотрел отпрянувших друг от друга сконфуженных магов, и пожалел, что его ноги не отсохли по пути к этой гостиной:

«Эх, как я маху дал! Ведь точно – серьезный и нужный разговор шел! Вот почему меня боги не остановили?! Сейчас бы уже помолвку праздновали, задержись я хоть на пять минут! Вот беда, теперь опять эти молодые и гордые вокруг да около ходить будут! И ладно мисс Таис – она девчонка еще, а сынок-то мой чего кота за хвост тянет?!»

Лорд Сартор – старший вздохнул и закончил начатую речь:

– Ждут решения твоего по сыновьям сектантов. В малый совещательный зал приходи, – с этими словами Мираил поспешил уйти, закрыв за собой дверь.

Аврора поспешно заговорила о более понятных, чем сумятица чувств, вещах:

– Мальчиков, конечно, воспитывали не должным образом, у них и школа только обязательная человеческая окончена, но в этом прежде всего виноваты их «отцы», – последнее слово Рора произнесла презрительно и с сарказмом. Какие там отцы, если ни заботы, ни сердечного внимания, ни даже совместного проживания эти маги-отступники своим детям не дали!

– Все мы такие отцы: матерей своим сыновьям дать не могли, да и с женами, по сути, так же обращались, – устало ответил Рейс.

– Чушь! Честный договор, пусть и с ужасным финалом, – это одно, а беззаконное насилие, да уничтожение и унижение людей, как бездушных тварей, – это другое! Все нормальные маги по-человечески к женам относятся, до конца жизни о них заботятся и в лаприкориях навещают, а теперь и всем дают шанс на полноценную жизнь, да только человечки сами бороться не спешат (кроме маминых воспитанниц, конечно). Да, выживание расы магов долгие столетия требовало жертв среди человеческих женщин, но маги не радовались этим жертвам, не низводили своих жен до положения рабынь и «инкубаторов», а главное – они чувствовали свою вину перед людьми и держали себя в строгости, не развращаясь своей силой и вседозволенностью! Именно сострадание и муки совести позволяли все эти годы магам оставаться Магами, а не превращаться в таких вот «жрецов».

– Раскаяние и аскетизм магов как искупление вины. Идея не нова, но утешительна, – заметил Рейс.

– Я не назвала бы это «искуплением». Жертвам брачных договоров уже ничем не поможешь и ничего не искупишь! Раскаяние магов им не нужно, оно важно лишь для самих магов: оно позволяет им не терять... душу (так, наверное, вернее всего сказать).

– И как, по-твоему, следует поступить с молодым поколением «жрецов»-преступников?

Аврора пожала плечами и напомнила, что не она управляет страной и не ей принимать такие важные решения. Рейс возразил, что ее мнение всегда ему важно и красноречиво и ласково заглянул девушке в глаза. Аврора задохнулась от поднявшейся в ней хмельной волны ощущения близкого счастья и проговорила:

– Думаю, их можно в степи к троллям-митродонитам сослать: там их трудолюбивой и честной жизни научат, да смысл слова «милосердие» объяснят и родину верно и правильно любить заставят. Только магию им на время заблокировать, чтоб со стихиями пустыни не шутковали: браслеты с амулетами на запястьях запаять, чтоб снять невозможно было. А как школу жизни у тролльих философов пройдут, так и в магическую школу их забрать можно будет.

Тролли-митродониты были монахами-отшельниками, жившими в немногочисленных оазисах посреди бескрайней южной пустыни. Эти монахи проповедовали аскетизм и превосходство духа над телом, развивая до совершенства и то, и другое через сложные боевые искусства. Выживали монахи, охотясь на зверей и выращивая зерновые культуры и овощи на своих небольших, но плодородных клочках земли. «Кто не работает, тот не ест» – было абсолютным законом митродонитов.

Мастерство бойцов троллей-митродонитов и пугало, и удивляло. Главным отличием в их технике ведения боя являлось развитие духа и контроль над энергией жизни, в полной гармонии с природой. Когда леди Анастасия Таис впервые ознакомилась с жизнеописанием и философией митродонитов, то нашла много общего между ними и монахами Шаолиня из своего родного мира. Главы кланов степных троллей присылали всех своих сыновей на обязательную пятилетнюю выучку к монахам-отшельникам; считалось, что без этого ни один тролль не сможет стать достойным вождем своего племени.

Рейс сжал в своих больших ладонях тонкие кисти девичьих рук:

– Согласен, этот вариант попробуем первым. Ты пойдешь со мной на совещание? – Сартору очень не хотелось отпускать от себя любимую девушку, особенно сейчас, когда она смотрела на него так, что все безумные надежды ураганом взметнулись в груди Рейса.

«Мне следует умерить свой пыл, иначе я с ума сойду, если она откажет мне. Только я, кажется, в любом случае сойду с ума... Надеюсь, что она хотя бы не играет со мной сейчас в какую-то непонятную игру...» – и Рейс с отчаянной надеждой заглянул в зеленые омуты обожаемых глаз.

Омуты всколыхнулись, побежали по ним золотистые искорки, и как легкий ветерок долетел до слуха Рейса шепот:

– Нечего мне делать на совещании, присутствием своим советников удивлять. Домой пойду – к занятию в школе для невест готовиться надо, чтоб маму не подвести.

Рейс встряхнул головой и сосредоточился на словах девушки:

– А что с леди Таис, почему она сама не может в школу пойти?

Аврора сияюще улыбнулась и поделилась радостной вестью:

– Мама сыночка ждет! У меня через полгода младший брат родится! Вот папа и ограничил временно мамину деятельность только математикой у магов. Сегодня мамочка будет замену себе искать среди тех женщин, что в сельских школах директрисами стать планируют.

– Поздравляю с ожидаемым пополнением в семье! – улыбаясь, сказал Рейс. – И родителям мои поздравления передай. Можно, я сообщу эту новость Совету? – Аврора кивнула, и Рейс вкрадчиво продолжил: – А когда я смогу встретиться с тобой? Желательно наедине?

Монарх настойчиво и со значением взглянул на магиню и крепко сжал ее ручки. Аврора, уже смирившись с собственной окраской цвета августовской малины, пробормотала, что сегодня она готовится к уроку, завтра утром у нее занятия в институте, а потом в школе невест, так что спокойно сидеть дома она будет только послезавтра, в субботу утром.

– Ты обещаешь, что будешь спокойно сидеть дома и никуда не убежишь до моего прихода? – требовательно спросил Рейс.

Аврора кивнула и с тоской посмотрела на дверь: ей казалось, что если она немедленно не сбежит от короля, то ее щеки самовозгорятся, и никакая конденсированная влага не потушит этот пожар.

Лорд Рейс Сартор смилостивился над магиней и с неохотой отпустил ее. Мисс Таис вихрем умчалась из дворца, опрокинув по дороге парочку лакеев и даже не заметив этого. «Вот ведь, ураган в юбке! Как поругается с лордом Рейсом, так хоть в подвалах прячься», – ругалась ей вслед дворцовая прислуга, а придворные  маги только плечами пожимали: вечная вражда этих двух личностей давно никого не удивляла.

Советники, дождавшись прихода монарха, были удивлены его странным взвинченным настроением, блестящими глазами и порывистыми движениями, и только Мираил облегченно вздыхал в душе и лелеял надежду выпить вина на свадьбе старшего сына и понянчить внуков в оставшиеся ему годы.

Глава № 22. Ничто не дает человеку больше свободы и независимости, чем знания и умения.

С самого начала создания первой школы для будущих невест, леди Анастасия планировала сделать основной упор в обучении девочек на общем развитии интеллекта и обретении достойного уровня разносторонних знаний, на формировании стрессоустойчивого и свободолюбивого характера, и на физической подготовке и стремлении к здоровому образу жизни. А первая, искренняя и взаимная любовь девушек должна была помочь им во всей красе проявить свои лучшие качества и помочь справиться с наркотическим действием магических феромонов.

Ключевыми предметами, преподававшимися в школе, были:

В рамках общего образования: математика, немагические физика и химия, история, законодательство, право, физическая и политическая география, экономика (в том числе, ведение учетных книг и бухгалтерских расчетов по поместьям и имениям, а также налогообложение в этой сфере), биология, иностранные языки (и родной язык тоже).

В рамках психолого-философского обучения: литература, расоведение (изучение бытовых и политико-законодательных особенностей жизни людей, магов, троллей, а также психологические и социальные отличия в сообществах разных рас), психология (мужская, женская, детская) и философия.

Здесь же очень большое внимание уделялось выявлению и развитию творческих способностей девушек: воспитанниц первые пять лет, начиная с садика, изнуряли музыкой, рисованием, лепкой, танцами, черчением, развивающими математическими и логическими играми, занимательной физикой и химией и так далее. С десяти лет девушкам позволялось посещать дополнительные занятия лишь по тем направлениям, что их заинтересовали, причем занятия уже проводились на высоком профессиональном уровне: будущие невесты ходили на уроки в мастерские известных художников, архитекторов и скульпторов (людей и магов, но в творческих профессиях чаще преуспевали люди), в более старшем возрасте выступали в театрах, работали в музеях, писали стихи, романы и научные статьи, работали лаборантками в исследовательском институте и помощницами в лекарских домах.

Обилие предметов не смущало леди Таис, которая любила повторять слова своего известного бывшего одномирника Эдмунда Берка: «Ты никогда не будешь знать достаточно, если не будешь знать больше, чем достаточно»

Негласным девизом преподавателей школы для невест было выражение: «лучше перестараться, чем кого-то в лаприкории всю жизнь навещать». И учителя старались изо всех сил, частенько перебарщивая в своих усилиях, но положительный результат обучения оправдывал все перегибы.

Таким образом, воспользовавшись предоставленной возможностью «творить, что хочу, аки великая пророчица», Анастасия Таис при огромной помощи всего магического сообщества смогла создать школу, уникальность которой для мира Доин была сравнима с уникальностью Царскосельского лицея для России во времена Пушкина. Леди Таис задалась великой целью воспитать новый для этого мира подвид женщины: женщину самодостаточную.

Насыщенный темп обучения выдерживали не все – до конца выпуска «доживала» примерно половина набранных девочек, а остальные возвращались к родным и жили, как все их ровесницы-человечки.

Зато среди тридцати девяти выпускниц двух курсов не было ни одной «тихой домашней девочки, мечтающей лишь сидеть и вышивать», но были художницы, певицы, танцовщицы, скульпторы, научные сотрудницы, поэтессы и писательницы, специалисты методической службы школьного корпуса института (устроившие буквально революцию творческого подхода в обучении), учительницы обязательных школ, управляющие, парочка математических гениев (помогавших магам того же направления разрабатывать интегральное и дифференциальное исчисление, которое пока находилось на зачаточном уровне в мире Доин, что сильно препятствовало техническому прогрессу в нем), и даже сотрудницы управления магической охраны правопорядка (работавшие в тех подразделениях, где владение магией не было обязательным: в аналитических группах и следовательских отделах)!

Ну и в рамках физической подготовки и здорового образа жизни были: физкультура (напоминавшая больше курс молодого бойца-спецназовца, к слову о перегибах), начальная медицинская подготовка и адаптированное к магическому миру ОБЖ.

В школе невест любили шутить, что если ни один маг не влюбится в них по уши, то никакой человеческий парень уж точно жениться не рискнет! Это было правдой: на девушек леди Таис люди смотрели с опаской, как на неразорвавшийся снаряд, да и подходящего места в сообществе людей для ТАКИХ девушек не было. Средневековое общество, в котором женщина считалась лишь красивым приложением к мужчине, не могло вместить в себя разумных и абсолютно самодостаточных дам.

По Тавирии ходили простенькие нехитрые анекдоты про магических невест, типа:

«– Ты чего весь побитый?

– Девушку красивую поцеловать хотел. А она – невеста мага, вот и двинула хуком справа по привычке. Да-а-а, своим поцелуем я ее здорово перепугал!

– Феромонов испугалась?

– Нет. Думала, что убила.»

Или:

«Невеста мага хочет нанять слугу-охранника:

– Вы будете меня защищать?

– От кого?! У пантер нет естественных врагов в природе!»

Или:

«Человеческий парень видит на улице симпатичную девушку и хочет познакомиться:

– Вы не подскажете, как пройти в библиотеку?

– О, а вы интересуетесь поэзией или драматургией? Эпосы постфактурианского периода не увлекают? Знаете, еще философия горных троллей-митродонитов такая интригующая...

– Бедные маги... Вот, ведь, несчастные мужики...»

Впрочем, еще ни одна выпускница без семьи не осталась и недовольных жизнью среди них не наблюдалось. Да и народное юмористическое творчество сильно преувеличивало способности невест. Анастасии Таис ее девушки больше всего напоминали обычных русских студенток, не имеющих за спиной горстки обеспеченных родственников, и успевающих и денег подзаработать, и гранит науки погрызть, и любимому хобби время посвятить.  На бизнес-леди из акул российского предпринимательства и «солдата Джейн» невесты магов совсем не походили.

Само собой, что занятия в школе вели самые различные преподаватели, а не одна Анастасия Таис. Леди Анастасия больше осуществляла общее руководство процессом и отслеживала главный вектор в направлении работы школы, а уроки вела редко: ей и математики в начальном классе магической школы вполне хватало, и проводимых под ее патронатом постоянных «курсов повышения квалификации» учителей тоже. Сейчас несколько выпускниц прошлых лет готовились к  преподаванию в четырех провинциальных школах для невест магов, и посещали уроки своих коллег и мастер-классы, которые проводили для них маги и люди – учителя, в том числе леди Анастасия Таис. Так что, количество благополучных браков среди магов через полтора десятка лет должно было сильно возрасти.

Итак, преисполненная энтузиазма Аврора собиралась подменить мать на уроке в школе невест, правда, решив заменить запланированный матерью философско-психологический диспут на физическую подготовку.

«Вполне можно совместить одно с другим, – рассуждала Рора. – И побегаем, и о жизни порассуждаем: совместим полезное с приятным. Целый час рассуждать о вывертах мужской психологии я не готова: чего там обсуждать?! Парой фраз все выразить можно».

Выстроив девушек перед полосой препятствий на школьном спортивном полигоне, Аврора, по примеру своего прошлого тренера по физической подготовке из магической школы,  широко расставила ноги, заложила руки за спину и гаркнула:

– Разминаемся! Ать-два! Разговоры про мужиков – допустимы, про стихи и пьесы – нет! Не забываем, что у нас филисофско-физкультурный совмещенный семинар по мужской психологии. Ну, кто еще жениха себе не присмотрел – какие варианты рассматриваем?

Девушки, приседая и махая руками-ногами, удивленно переглянулись: таких семинаров у них еще не было. Впрочем, воспитанницы леди Таис настолько привыкли быть подопытными кроликами при апробации всевозможных новых методов и методик, техник и технологий, что уже на всё реагировали спокойно (то бишь, стрессоустойчивость при агрессивном внешнем воздействии тренировали).

Подбадриваемые шутками и подколками новой преподавательницы, девушки разговорились. Выбор женихов у них был большой, и теперь они рассуждали, какие качества предпочтительней видеть в будущем супруге: веселый нрав или сдержанность, научный склад ума или творческие способности, ну и  внешность женишков вниманием обойти не могли – как-никак семнадцатилетние девочки всего лишь.

– И все-таки, лорд Рейс Сартор та-а-акой красивый, самый прекрасный из всех мужчин, что я видела! – частенько восклицали воспитанницы школы.

– Радужная гадюка – та-а-акая красивая, самая прекрасная из всех змей, что мне встречались! – передразнила Аврора, усилием воли подавляя неподобающие преподавательнице ревнивые чувства. – Запомните, мисс! Любой красивый мужик – дитё малое по определению! И в силу своей инфантильности в области чувств и эмоций, может совершать крайне эгоистичные и глупые поступки. Красивый маг – дитё в квадрате. Исключений мало: Каяр, Авар и мой будущий брат, чье скорое появление на свет и обеспечило вас сегодня моим обществом.

– А лорда Северина Таиса вы почему в этот перечень не включили? – поинтересовалась мисс Терен.

– Мой отец – это особый случай. Мужчина, столько лет проживший с моей матерью, становится святым в силу жизненной необходимости.  А теперь – бегом марш! Пошли, пошли, бодрячком скачем, по бревну бежим, в грязь не падаем. НЕ ПАДАЕМ, я сказала!

Свалившаяся в грязевой ров большеглазая шатенка, выскочила из вонючей жижи, тихонько ругнулась и побежала догонять своих товарок.

– Лучше грязь на теле, чем безумие в мозгах! – изрекала Рора, подражая голосу матери и подталкивая невест воздушными шлепками и маленькими огоньками под пятками.

Девушки со смехом взвизгивали и бежали быстрее. Смотря, как метко воспитанницы матери бросают тяжелые дротики в мишень и карабкаются на отвесные двухметровые стены, магиня довольно потирала руки.

«Вот это невесты! Молодцы! Фаербол на лету остановят и в магический вихрь войдут! – радовалась про себя Аврора. – Помоги, Донатос, своим магам! Вот никогда не видела особой пользы от пустых рассуждений о психологическом облике некоего абстрактного мага. Тут важнее практика, чем теория: совместная жизнь умную женщину всему обучит.»

При всем при том, Аврора привыкла выполнять свои обещания, и обещания, данные матери, исключением не являлись. Раз она согласилась провести занятие по психологии, то нужно как-то соответствовать тематике, и вослед воспитанницам школы невест понеслись, подгоняемые и усиливаемые магическим ветерком, замечания для размышлений:

– Для человеческой девушки брак с магом – это борьба за собственную осмысленную жизнь. Возможно, стоит бороться лишь ради того, без кого жизнь в любом случае бессмысленна?

– Если и есть секрет в искусстве ладить со своим супругом, то заключается он в том, чтобы уметь смотреть на вещи и события не только со своей, но и с его точки зрения.

– Кстати, о точке зрения. Хочу напомнить, что только у самых ограниченных людей кругозор познания мира насколько мал, что постепенно сужается в точку, и тогда этот человек гордо зовет эту точку своей точкой зрения. Смотрите на все семейные ссоры и неурядицы как можно шире, чтобы в распахнутые вами горизонты смогли протиснуться все точечки зрения вашего мужа.

Аврора задумалась о том, решилась бы она преодолеть действие магических феромонов в браке с Рейсом, и уверенно ответила: «Да. Да, как бы трудно ни было. Моя жизнь без ядовитого на язык кронпринца была бы слишком скучна и бессмысленна».

Начал накрапывать дождик вперемешку с мокрым снегом. Прикрыв себя магическим пологом от редких, но крупных и холодных капель, Рора недовольно посмотрела на невест в тренировочных костюмах, не накрытых непромокаемыми накидками. Девушки уже вышли на ровную финишную прямую и бежали по ней размеренной трусцой, спокойно воспринимая и дождь, и снег, и промокающую одежду. Их лица были задумчивы.

– А как увериться в том, что именно без этого мужчины ты не захочешь жить? – озвучила мисс Терен всеобщий вопрос.

Аврора улыбнулась, вспоминая:

– Иногда это озарение наступает внезапно, просто при очередном взгляде на грустное и уставшее лицо любимого. Но если вас не посетил такой инсайт,  то можно опробовать экспресс-метод: представьте, что вы много лет живете на необитаемом острове. Вы безумно соскучились по обществу себе подобных и молите богов о помощи. Они соглашаются перенести к вам одно – только одно! – разумное существо. Кого вы сейчас представили?

Большинство девушек покраснело и смутилось. Мисс Клирвек, сдвинув бровки, сурово заметила:

– Не стоит желать, чтобы любимый мужчина разделил с тобой все тяготы одиночного заключения на острове!

– Совершенно верно. Но до того, как вы устыдились собственного эгоизма, вы кого-то представить успели? – озорно спросила Аврора.

Почти все кивнули головками. Только одна из девушек расстроено произнесла:

– Лично я представила своего спаниеля.

Под звонкий девичий смех Аврора согласно заметила:

– Иногда это самый лучший выбор и самое разумное существо! Не переживайте, вы не обязаны выходить замуж сразу после окончания школы и вообще не обязаны выходить замуж: ваша жизнь в любом случае будет весьма насыщенной, ведь каждая из вас уже определилась с будущим местом работы, не так ли? А теперь последний вопрос: как отделить истинные чувства мага от поддельного восхищения? И бежим, бежим: еще один круг по ровной тропе вокруг полигона! Не забываем, что магам вы и без взаимной любви для продолжения рода сгодитесь, но вряд ли вы хотите всю жизнь прожить с нелюбящим вас мужчиной.

– О, это очень важный вопрос! – согласились все девушки, а кудрявая рыжеватая блондиночка добавила, сморщив изящный носик: – В самом деле, лорды-маги такие любезности порой плетут, и про носик, и про ротик, и про глазки, а сами все в лицо заглядывают: мне кажется, что если я зажмурюсь в процессе комплимента, то он к его концу и не вспомнит, какой цвет очей в эпилоге указать!

– Это верно, так что обдумываем вопрос и к финишу приходим с ответом! – напутствовала магиня девушек.

Дожидаясь возвращения воспитанниц, мисс Таис позвонила на амулет связи штатному школьному лекарю-магу:

– День добрый, лорд Сарвек. Вы не могли бы подойти после урока в класс? Девушки сильно промокли, а погода сегодня прохладная – как бы не простудились.

– Как они могли промокнуть под крышей школы? – удивился целитель. – У них сейчас психология по расписанию.

– Верно, но наш психологический диспут проходит на спортивном поле, в активной форме обсуждения вопросов.

Лекарь пообещал проверить здоровье будущих невест, и успокоенная Рора, уперев руки в бока, ждала возвращения своих учениц.

Прибежавшие невесты стали дружно и слаженно высказывать вполне здравые и имеющие право на существование мысли о том, как отличить истинную любовь от простой привязанности. Послушав пространные, велеречивые фразы девушек о великой любви и попутно полюбовавшись одухотворенными выражениями их личиков, «преподавательница» рявкнула:

– Можно выразить все это проще и наглядней. Когда мужчина говорит с улыбкой: «Как красиво блестят на твоих волосах капли дождя!» – его не следует воспринимать серьезно. А вот злобное шипение: «Ты почему плащ с капюшоном не надела, неразумная?!» – говорит о серьезных чувствах! Быстро к лекарю на осмотр, он ждет вас в классе!

Закончив на этом философско-психологический диспут, мисс Аврора Таис с приятным чувством выполненного долга отправилась домой.

Следует признать, что Авроре не передался по наследству педагогический талант ее матери, но ведь одна личность и не может сочетать в себе все-все способности и таланты!

Глава № 23. Ревность и поспешность – самые плохие советчики в любом деле.

В субботу за утренним завтраком леди Анастасия Таис обратила внимание на крайне нервозное и беспокойное состояние старшей дочери. В совокупности с нарядным серебристым платьем, элегантной прической и темными кругами от недосыпа под глазами, оно навело Настю на определенные выводы. Аккуратно помешивая ложечкой сахар в чае, леди Таис невинным тоном поинтересовалась:

– Какие у тебя планы на сегодня, Ророчка? Ты ждешь кого-то?

Аврора, раздраженно прищурившись, посмотрела на мать: ее легкий тон ничуть не обманул дочурку и на пристальный взгляд матери Рора с еле заметным вызовом ответила:

– Его величество зайти должен. По делу!

– Ах, ну если по делу ..., – Анастасия отпила глоточек чая, – тогда я рада, что мы не будем вам мешать: у нас с отцом сегодня внеплановое совещание на кафедре методики преподавания, потом отец хотел бумаги в кабинете разобрать, так что до обеда мы будем в институте. Ты заходи, как дело закончишь.

– Да-да, – строго добавил Северин Таис, – и очень прошу – не разгромите с королем наш особняк, он мне дорог, как память о первых годах жизни с вашей мамой и вообще. Если решите поскандалить, идите на улицу: там маги охраны прикроют всех прохожих, и никто не пострадает.

Аврора фыркнула и уткнулась взглядом в свой десерт, не в силах выдержать понимающий и насмешливый взгляд матери.

«Кажется, папа опять не в курсе дел, – обеспокоенно размышляла Аврора. – Впрочем, я и сама еще не в курсе! Мало ли, о чем он там поговорить хотел! Вот что за мода у мужиков: тянуть и мямлить, встречи наедине назначать, глазками блестящими посматривать, будто четко и прямо все сразу сказать нельзя! Все нервы вымотают, пока до сути дела дойдут!!! А главное – кто ж ему теперь право выбора оставит?! Да я все королевство с ног на голову переверну, если не полюбит и не женится! Папа маму тоже не сразу полюбил, она, вон, целую книгу про них написала. Так что, королю лучше сразу на мою милость сдаться, и заживем мы тихо и мирно. Хм, хотя тихо – это вряд ли...»

С облегчением проводив родителей на работу, а сестру – на свидание с женихом, Аврора предупредила Хартима, что будет гулять по саду и там ее следует срочно найти в случае визитов каких-либо магов. Послушав ворчание дворецкого, что не дело мисс по гололеду гулять (ночной мороз превратил вчерашнюю слякоть в бугристый каток, а снегопад коварно прикрыл его белым покрывалом), Аврора все равно пошла в сад, будучи не в силах усидеть на месте.

Деревья красовались пушистым белоснежным убранством, переливаясь в холодных лучах зимнего солнышка миллионами разноцветных огоньков, изморозь на ограде казалась бриллиантовой крошкой. По центральной улице проносились в магических вихрях спешащие по делам маги, грохотали кареты не спешащих магов и людей, цокали подковами по обледенелой мостовой кони, шагали прохожие. Поняв, что уже полчаса стоит неподвижно, высматривая в этой чехарде лиц единственно важное и любимое лицо, Аврора убежала поглубже в сад, чтобы отвлечься от нервотрепки ожидания и помедитировать, смотря исключительно на сугробы, наметенные на месте бывших клумб.

Старательно вспоминая великие изречения древних философов и проводя сравнительный анализ известных философских учений о бытие и месте магов в нем, Аврора не очень успешно боролась с лихорадочным нетерпением ожидания любимого мужчины. Сбоку послышался шелест, магический фон чуть колыхнулся, сигнализируя о появлении мага, и Аврора, затаив дыхание и старательно делая бесстрастное лицо, обернулась, морально подготовившись к любому развитию ситуации.

Чувство жгучего разочарования разлилось по венам, подобно разъедающей все кислоте из запасов Эос: перед магиней стоял Аол Ралин.

«Тьфу на него! Ну что за настойчивость ненужная?! Я бы поняла его, если бы влюбился в меня с первого взгляда, но охота за мной, как за единственной свободной (пока свободной, надеюсь) магиней брачного возраста, уже утомила!»

– Что вы позабыли в нашем саду, ваше высочество? – процедила Аврора сквозь зубы. – Посольство вашей страны совершенно в другой стороне!

– Зачем же мне посольство в выходной день? – сверкнул улыбкой принц Рахлана. – Общество красивой и умной девушки куда заманчивей!

– Школа невест тоже в другом переулке! Она битком набита красивыми и умными девушками, которые с радостью прогуляются с заморским принцем, тем более, что наши Каяр с Даниром – редкие теперь гости в столице.

Аол вынул из-за пазухи красную розу и протянул ее Авроре:

– Это вам!

«Эх, не везет мне с розами, – печально подумала Рора. – Вот зачем мне тогда Рейс в оранжерее розу дарил: уже тогда посвататься хотел? А я-то, глупая, и не подумала о таком варианте! Теперь он вряд ли мне розу принесет...»

Грустно посмотрев на благоухающий бутон в руках немилого кавалера, девушка покачала головой:

– Спасибо, Аол, но вы лишь теряете время, ухаживая за мной.

Лорд Ралин внимательно посмотрел на магиню:

– Аврора, чем я вам не подхожу? Все ваши советники, и даже ваш собственный прадед, считают, что мы – идеальная пара. И я тоже так считаю! Вы – замечательная, мне нравится ваш тонкий юмор, ваш кипучий темперамент и умение сдержать его в случае необходимости. Вы самая потрясающая девушка на свете и я говорю это совершенно искренне! – Аол шагнул к девушке и впихнул розу в ее безвольную руку.

Рора пожалела цветок и не стала бросать его в холодный снег. Тем временем, принц страстно продолжил:

– Дайте мне шанс, только один шанс, и вы поймете, что я буду вам лучшим мужем из всех!

С этими словами молодой маг уверенно схватил девушку в охапку и начал целовать ее, с силой прижимаясь к губам и стискивая руками. Аврора уперлась руками в его плечи, уколов руку о шипы розы, и тихо зашипела от злости: маг был сильным мужчиной, и легко отпихнуть его не удалось.

«Извините, ваше высочество, но вы сами напросились!» – вышла из терпения мисс Таис.

Не готового к атаке лорда Ралина закрутило вихрем, подняло над землей и головой вниз воткнуло в сугроб. Сверху на него с тихим шелестом осыпался снег с окружающих деревьев.

– Давно хотел садовник магический фонарь у этой скамейки поставить, а тут как раз и лорд-маг заграничный подвернулся! Подсветитесь, ваше высочество, хоть какой-то прок от вашего появления в нашем саду будет! – ядовитым голосочком пропела Рора, смотря, как созданный ею сугробик разлетается буранчиками по саду и из него появляется злющий принц сопредельного государства.

– С возвращением из морозильника, ваше высочество! Надеюсь, вы поостыли!

Резко развернувшись и прикрывшись магическим защитным пологом (на всякий случай, от чужих бешеных принцев можно любой подставы ожидать), Аврора побежала к дому.

Аол Ралин свирепо зыркнул вслед магине и огрызнулся:

– К тролльим бабушкам этих сестер! Выберу себе тихую, робкую девицу из школы невест, и буду безмятежно жить с ней в согласии и покое!

(Действительно, детская наивность некоторых достойна умиления).

– Хартим, ты зачем кого попало в сад пускаешь? – напустилась Рора на дворецкого.

Человек недоуменно посмотрел на молодую хозяйку и неодобрительно покачал головой:

– Извините, мисс, но его величество король – это не кто попало! Не знаю, что вы там опять выкинули, но в таком гневе я лорда Рейса Сартора еще не видел! Он улетел вихрем, даже скакуна своего у нас забыл! Когда вы повзрослеете и оставите свои детские шалости, мисс?! Недостойно дочери пророчицы и лорда ректора...

Аврора задохнулась и замахала руками на говорливого домочадца:

– Какой король?! РЕЙС ПРИХОДИЛ?!

Хартим недоуменно пожал плечами:

– Конечно, только что. Я направил его в сад, как вы и сказали, а он через минуту назад прибежал и унесся куда-то. И не стоит называть правителя по имени, это...

Аврора уже не слушала дальнейшие поучения дворецкого: она со свистом неслась во дворец.

«Черт, черт, черт!!! Боги, за что?!! Почему он должен был прийти в самый неподходящий момент? Ведь точно видел, как Аол меня целовал! Убью Ралина при следующей же встрече!» – с такими зверскими планами подлетела Рора к королевской резиденции.

– День добрый, господин Маркин, – поздоровалась магиня с дворецким. – Мне срочно нужен его величество лорд Рейс Сартор, он во дворце?

– Да, но он только что прибыл и совсем не в духе, – замялся мужчина. – Лучше бы вам его не беспокоить, – выделив слово «вам», заметил господин Маркин.

– Нет, вы, пожалуйста, передайте ему, что я здесь! – прорычала Аврора, и дворецкий поспешил выполнить ее поручение.

Через некоторое время он вернулся и сообщил, что секретарь короля уведомил об отлете монарха в западные горы вместе с принцем Даниром.

Аврора расправила плечи, мило улыбнулась и любезно попрощалась с королевским дворецким. Улетая от дворца, девушка разъяренно думала:

«Вот, значит, как?! Ладно, сейчас нужно успокоиться и все обдумать. Полечу в институт: в оружейном зале позанимаюсь, пар спущу, там защита хорошая, а то родовой особняк сейчас может и не устоять! Верно отец переживал!»

---------------------------------

За час до этого.

Мираил Сартор задумчиво наблюдал, как его старший сын мечется по гардеробной, предварительно прогнав из комнаты камердинера с заявлением, что тот слишком медлителен и совершенно лишен чувства стиля.

«Интересно, с каких это пор Рейса волнуют стиль и мода? Двести лет не глядя надевал, что дали, а теперь и камзол принесли не в цвет, и штаны не из той ткани. Боги, пусть мои догадки оправдаются, и мое чадо посватается-таки к Авроре! Ведь видно же, что любит ее, до сих помню, какой крик стоял, когда эта птичка втихаря на восток с Каяром упорхнула, решив в самый улей преступников влезть».

Оценив гору отвергнутых нарядов на полу и сильно опасаясь, что такими темпами сынок и до ночи к девушке не соберется, Мираил рискнул предложить свой вариант:

– Может, белый с синим мундир наденешь? Все говорят, что тебе очень идет военная форма и это... как же это?... хм... эх, подзабыл... ах, да!!!  Цвет глаз подчеркивает, вот!

Монарх задумался и согласился. Отец монарха перевел дух.

– К Таисам собираешься? – как можно небрежнее спросил Мираил. – Может, Даниру сказать, чтоб повременил с отъездом, задержался на денек? Мало ли, какое важное известие к вечеру на наши головы свалится?

Рейс нервно одернул китель, посмотрел на полное невысказанных надежд лицо отца и чуть неуверенно согласился с тем, что Даниру стоит пока остаться. Мираил мысленно пообещал богам золотые горы и вечную благодарность всех его потомков, и проводил сына до крыльца.

Разодетый в парадный мундир правитель Тавирии прискакал в особняк Таисов на белом коне, чтобы сделать предложение руки и сердца любимой девушке. Нервно спешившись и сдав скакуна на попечение выскочившего навстречу конюха, Рейс осведомился, дома ли мисс Аврора Таис. Получив ответ, что мисс гуляет по саду, Сартор направился по заснеженной тропе навстречу судьбе.

«Надеюсь, она ответит согласием, даже если еще не любит! Ведь возлюбленного у нее нет, иначе она сразу отвергла бы мою просьбу о встрече наедине. И мне ведь не кажется, что она относится ко мне ... с симпатией? Это же не простое кокетство, Рора ведь не ветреная девчонка и не будет встречаться сразу с несколькими кавалерами...»

На последней мысли Рейс споткнулся, так как узрел эту не ветреную девчонку, которая, сжимая розу в руках, целовалась с принцем Рахлана...

«ЧТО?!... Ах, ты..., Да что же я!!!... ИДИОТ Я, ВОТ КТО!!!»

Уязвленный в самое сердце мужчина, ругая себя последними словами, бросился прочь от этой чертовки, ведьмы, которая...

Впрочем, чувства Рейса и без слов понятны.

Рейс Сартор разъяренным торнадо влетел во дворец.

– Данир не уехал? – рявкнул он на входе, при виде дворецкого.

– Нет еще, ваше величество. Собирается только.

– Сообщите, что сопровождение не нужно – я сам лечу на запад и его прихвачу!

Дворецкий, быстро семеня вслед за несущимся по залам Рейсом, робко кивнул, смотря на злого как сто чертей короля, и рискнул уточнить:

– Когда лететь-то изволите, ваше величество?

– Сейчас!

На шум выглядывали придворные, советники и прочий дворцовый люд. Навстречу сыну вышел экс-король:

– Ты так быстро вернулся? Встретился с мисс Авророй Таис?

– Ни слова об Авроре Таис!!! – завопил монарх. – Где мой камердинер?! Немедленно собрать необходимые вещи – я улетаю с Даниром!

Рейс умчался в свои личные покои. Мираил переглянулся с двумя младшими сыновьями, тоже пришедшими на крики.

– Опять поругались, – вздохнул Каяр, – я так и знал, что надолго их терпения по отношению друг к другу не хватит... Даже совместное испытание не подружило их!

Все окружающие маги тоже заметили, что совсем не удивлены, что давняя вражда его величества Рейса Сартора и мисс Таис закончится только со смертью одного из них, и стали расходиться. Опечаленный Мираил Сартор пошел вслед за старшим сыном.

Рейс быстро переодевался в походную форму сотрудника магической охраны и оглянулся на вошедшего в его гардеробную отца.

– Хорошо, что ты зашел, папа. Попроси составить и прислать мне список тех невест магов, что еще ни с кем предварительной помолвки не заключили. Я не знаю, кто этим занимается, ты выясни, пожалуйста, и с магической почтой... нет, лучше с гонцом пришли. Я буду у Данира.

Мираил понурил седую голову: он-то уж понадеялся, что Рейс влюбился в Аврору, что сделает ей предложение, и у страны будет замечательная, умная и храбрая, королева-магиня. А его сын будет, наконец-то, счастлив! И ведь экс-король был уверен, что Рейс любит эту девушку, так что опять не так?!

– Ты уверен, что тебе нужен этот список?

– Уверен! – отрезал монарх.

В дверь опасливо заглянул секретарь:

– Ваше величество, мисс Аврора...

– Я уже улетел! – завопил Рейс, выскочил из комнаты и помчался в покои Данира.

Через час оба старших принца покинули столицу и к ночи были в западных горах.

Мираил велел заложить карету и поехал в особняк Таисов. Там его известили, что никого из хозяев дома нет, лорд и леди Таис в институт с утра уехать изволили. Мираил Сартор поехал в институт. Леди Анастасия Таис была им обнаружена в ректорском кабинете своего мужа. Супруги поприветствовали экс-правителя и усадили его в самое мягкое кресло.

– Леди Таис, вы сегодня утром не были дома? – спросил Мираил, надеясь услышать о причине конфликта сына с любимой девушкой.

– Нет. Я слышала, что монарх собирался сегодня утром встретиться с моей старшей дочерью – вы об этом хотите спросить? Я не слышала никаких новостей из дома.

– Они опять поругались? Этого следовало ожидать, – философски заметил Северин.

Мираил нахмурился и умоляюще посмотрел на леди Таис: пророчица Донаты была очень умной, наблюдательной и проницательной женщиной, и бывший король надеялся, что она подтвердит его предположения о нежной склонности своей дочери к его сыну. В чувствах Рейса Мираил не сомневался, но не был уверен, что Аврора отвечает ему взаимностью.

– Рейс велел прислать ему списки свободных невест, – сказал пожилой мужчина и впился взглядом в лицо леди Анастасии: что она ответит?

Настя улыбнулась:

– Что ж, повеления короля надо исполнять. Я могу сама составить список и даже отправить его.

Лицо Мираила как-то мгновенно постарело еще больше. Казалось, его вдруг избороздили тысячи морщин.

Настя поспешила добавить:

– А вы обязательно упомяните об этом списке в присутствии всех советников, пусть и до Бориора новость дойдет, и по институту распространится. Я тоже, конечно, молчать не стану...

Мираил настороженно посмотрел на женщину:

– Мы уже очень давно знакомы, леди Таис... – начал говорить лорд Сартор.

– О, зачем же так жестоко напоминать леди про ее немолодые годы! – рассмеялась Анастасия. – Я не знаю, что опять не поделила моя дочь с вашим сыном, но списки мы напишем обязательно, я уверена, что и Аврора помочь вызовется! Может, сама и отнесет этот список.

Мираил всмотрелся в довольное лицо леди Таис, и набежавшие было морщинки сошли с его лица. Экс-король воспрянул духом:

– Упомянуть, говорите? Обязательно упомянем!

Проводив до двери главу семейства Сарторов, Северин оглянулся на жену:

– С чего ты решила, что Рора будет в таком личном деле кронприн..., то есть, королю помогать? Они же враги с самого ее рождения. До сих пор удивляюсь, что они не поубивали друг друга в пещере, там видимо, безвыходность ситуации и постоянное напряжение в ожидании нападения общих врагов, свою роль сыграли. Но подбирать ему подходящую невесту – на это Рора не согласится.

Настя пожала плечиками и стала расчерчивать лист под будущий список. Красиво выписав заголовок и отчертив одиннадцать строк, леди Таис отложила бумагу в сторону. Северин, разбирая бесконечную стопку бумаг на своем столе, поинтересовался, не забыла ли она вдруг всех своих воспитанниц, на что супруга только усмехнулась.

Дверь ректорского кабинета распахнулась, и в нее влетела старшая дочь Таисов.

– Про список – это правда? – воскликнула Аврора и притопнула ножкой.

– Да, уже пишу, – прилежно склонилась мать над листком.

На миг Северину Таису показалось, что в кабинет заскочили тигры – такое грозное рычание издала его милая дочь.

– Дай! Я сам напишу! Я такое ему напишу – век благодарен будет!

Аврора схватила листок и сломя голову убежала из кабинета.

– Отнесешь сама! Только не ночью, до завтра подожди! – крикнула мать вдогонку.

– Не сомневайся, отнесу! – донеслось издалека.

Северин изумленно покачал головой:

– Надо же, в самом деле помочь вызвалась. Ты, как всегда, оказалась права. Это хорошо: вот поможет Рора королю невесту хорошую подобрать, он ей благодарен будет, и прекратится эта вечная дуэль между ними.

«Богиня моя, – умилялась Настя, смотря на обожаемого мужа, – он столько лет со мной живет, и до сих пор такой наивный! Это, видимо, особое магическое свойство характера».

Глава № 24. Любящая женщина все простит, но ничто не оставит неотомщенным.

Всю ночь Настя слушала злобное бурчание из спальни старшей дочери, а утром, даже не позавтракав, Аврора умчалась на запад.

Почувствовав покалывание за правым ухом, Настя поспешила уединиться в своем кабинете:

«Слушаю, Доната».

«Ты думаешь о том, что Рейсу осталось лишь сто лет жизни, а Авроре – двести пятьдесят», – утвердительно заметила богиня.

«И я надеюсь, что ты их благословишь, и все поправишь!»

«Настенька, я – «инь», я могу повлиять на срок жизни женщины, но не мужчины. Здесь нужно особое благословение Донатоса».

«Почему мне кажется, что его помощь не будет бескорыстной?»

«Потому, что ты умная женщина, – хмыкнула Доната. – Мужчин в принципе трудно уговорить на свершение важных дел, особенно, если им за это никакого бонуса не будет. Думаешь, инфантилизм некоторых мужских особей – случайность? Нет, они просто врожденное «янь» побороть не могут!»

«Чего хочет от нас твой брат?»

«Настенька, он просто хочет, чтобы первый ребенок Авроры стал его пророчицей (или пророком, если мальчик). Донатосу очень хочется, как и мне, в жизни своих созданий поучаствовать!»

«Тысячи лет не хотелось, а тут – захотелось? Он, что, тебе завидует?!»

«Не без этого, – промолвила богиня. – Настя, ты же знаешь, что ничего особого от пророка не потребуется, все и так хорошо идет и постепенно налаживается, а Донатосу простого общения не хватает! А уж приглядит он за ребеночком – лучше любой няньки, от всех опасностей его убережет, что не маловажно, учитывая наследственную активность...»

«Донаточка, твои уговоры сейчас похожи на речи прохвостов-коммивояжеров, втюхивающих клиенту недоброкачественный товар. Почему у меня складывается ощущение, что нас в чем-то обхитрить хотят?»

«Не знаю, – недовольно заметила богиня, – Донатос искренне помочь предлагает, и уж точно ничего плохого своему пророку не сделает. Говорю – скучновато ему просто, сотни тысяч лет мы уже существуем!»

«Ладно, поговорю с дочкой», – согласилась леди Таис.

---------------------------------

В западных горах шла операция по обследованию предгорий, с целью выявить виновных в похищениях троллей лиц. Правда, в последнее время такие происшествия прекратились, и Данир Сартор упорно сопротивлялся решению старшего брата прочесать всю местность вокруг гор, но король был неумолим. Сильно встревоженный и расстроенный тем, что проглядел в отдаленных восточных провинциях преступные действия секты «жрецов», Рейс был намерен осмотреть в отдаленных западных провинциях каждый куст и камень. Уверения Данира, что у него все под контролем, что никаких злодеев в его местности нет, не встречали понимания со стороны монарха. В итоге оба брата с отрядом магической охраны правопорядка уже целый день, с рассвета, бродили по лесистым сопкам, полям и лугам, окаймлявшим восточные склоны гор, и планировали через несколько дней перейти к западным склонам. Данир уже голову сломал, пытаясь придумать убедительные причины для отмены розыскных действий, а Рейс старался максимально сосредоточиться на этом нелегком и кропотливом деле, чтобы в мыслях не осталось места для Авроры Таис. У Данира же были весьма веские причины желать скорейшего отъезда старшего брата назад в столицу, но убедить его забыть про временные пропажи подданных, не раскрыв все свои (и чужие) секреты, он не мог, поэтому следовал за королем, контролируя ситуацию. Наместник западных провинций уже прояснил и решил вопрос с бывшими странными исчезновениями, но не мог поведать правду брату, не нарушив данного им обещания молчать.

Ближе к вечеру следующего дня после прибытия на запад, уставшие братья сидели в палатке в военизированном лагере своего поискового отряда и дегустировали лучшие образцы местного тролльего самогона. Дегустаторы уже медленно доходили до кондиции «Ты меня уважаешь?!», так как оба старались не столько оценить прелесть напитков, сколько утопить в них свои печали. В данный момент оба рассуждали о том, что женщины – это проклятье сообщества магов, и не важно, кто они: магини или человечки.

– Вот так и влюбился незаметно, сам в шоке, – вздыхал Рейс, изливший брату душу и посвятивший его во все свои печали.

– Угу, а уж в каком шоке будет страна... – добавлял Данир.

Братья погрузились в свои мысли. Рейс глотнул еще самогона и чуть заплетающимся языком спросил:

– А ты когда жениться собираешься? Первый срок уже давно пропустил.

Второй сын Мираила сморщился и облокотился на столик, подперев голову рукой:

– Не собираюсь! Женщины – это вечный кошмар несчастных мужчин, никогда не знаешь, какой сюрприз они тебе преподнесут! – младший из братьев заглянул в стакан и душераздирающе вздохнул: – Вот скажи, зачем девушке восемь, ВОСЕМЬ, мужей?!!

Данир глотнул самогона.

– Ты это о чем? – икнул Рейс.

Данир спохватился, что сболтнул лишнего:

– Да это я так, просто... о жизни рассуждаю. Чисто теоретически! Философские рассуждения, так сказать, к реальной жизни не привязанные...

– Думаешь, теперь, когда у нас небольшое количество магинь появилось, нашему сообществу многомужие грозит?! – озабоченно нахмурился монарх. – Будто нам идеи гаремов из человечек не хватило!

Данир не слушал рассуждений брата – он задумчиво смотрел в пустой стакан:

– Вот зачем хрупкой юной девушке с такими потрясающими глазами – восемь мужиков! Вот что она с ними делает, а?!

– Какие у тебя подробные философские размышления, – растеряно протянул Рейс.

Дверной полог палатки распахнулся, и внутрь уверенно шагнула закутанная в зимний плащ фигура.

– Список невест прибыл, как заказывали, ваше величество, – на удивление злобным тоном сообщил гонец.

Данир поднялся, покачнулся и промолвил:

– Это без меня! А я пойду, самого себя от перепоя полечу. В таком сыст-сост-состыянии лучше не плести заклятий, а то ненароком лишнюю пару ушей прирастить себе можно. («Ослиных!» – буркнул гонец, но его не расслышали.) Вернее будет зелья выпить!

Наместник западных провинций со второй попытки прошел-таки сквозь дверной проем, закрыв его за собой. Рейс посмотрел на свиток в руке гонца и скривился:

– Не надо список, несите его назад, – и уронил голову на скрещенные на столе руки.

Свиток со списком с размаху ударил его по макушке.

– Ой! Это что такое?! – возмущенно закричал король, сбрасывая лист на стол.

Свиток развернулся. Во всех одиннадцати строчках стояло одно и то же имя:

Мисс Аврора Таис

Мисс Аврора Таис ...

– написанное хорошо знакомым Рейсу почерком. Снизу еще и приписочка, сделанная тем же почерком, имелась: «У горных троллей еще есть неплохие варианты. Тоже список запрашивать будем?»

Рейс провел по строчкам дрожащим пальцем, прошептал: «Сама писала!» – и прижал список к губам.

Небольшой фаербол врезался в листок, и тот пеплом осыпался на стол. Рейс разъярился так, будто у него королевскую корону вместе с королевством из-под носа утащили:

– Что за шутки?! Да я... – тут в рот монарха влетел водяной шарик и взорвался фонтанчиком, прервав бурное возмущение мужчины.

– С-с-с-спис-с-сок, значит?! Невес-с-ст, значит, прис-с-с-сматриваем?! – прошипел гонец и взвизгнул знакомым голосом: – Придушу тебя, гада коронованного! Все нервы вытрепал!

Рейс вскочил на ноги, но выпитый самогон решил проявить себя, и монарха ощутимо повело в сторону.

Аврора взбеленилась:

– Пьем, гляди-ка! Самогоном заливаемся и с братиком мило общаемся, гляди-ка, а я там переживай и в горы по пурге снежной лети, значит?! Я тебе устрою, счас, отбор невест: всех тролльих бабушек перецелуешь и к дедушкам перейдешь!!!

Аврора запустила в мага колким снежным вихрем и сформировала полновесный боевой фаербол, но вовремя спохватилась, что в таком подпитии полноценно сопротивляться Рейс не сможет, и, раздраженно ругнувшись, заменила один фаербол на сотню маленьких и безопасных, но жгучих и трескучих, шариков.

Монарх отмахивался руками от снарядов и кривыми зигзагами уверенно шел к своей цели – разъяренной магине-мстительнице. Вокруг него закручивались вихри, трещали разряды молний, а безумно счастливый и пьяный король топал к невесте. Аврора шипела и ругалась, пыталась сбить его потоками воздуха и брызгала водой, но Рейс медленно, но верно, продолжал идти.

Данир, выпив нейтрализующего алкоголь зелья, с ужасом уставился на ходящую ходуном палатку короля: сквозь материю просвечивали всполохи магического огня, сквозь пропалины в стенах вылетали мелкие фаерболы и с шипением гасли на снегу, из пробитой крыши вырывались струи воды и воздушные буранчики. Земля вокруг палатки колыхалась и стонала, а изнутри доносились крики. На шум бежали маги охраны.

Лорд Сартор – средний выхватил меч и первым ворвался в палатку. Узрев яростную богиню в лице мисс Таис – старшей, Данир вылетел назад на улицу и встал у входа, расставив ноги и так и не опустив меча.

– Все в порядке, все свободны! – крикнул он нахмуренным сотрудникам магической службы правопорядка. – С Рейсом все хорошо, помощь не нужна!

На последнем слове о спину Данира приложился складной стул, выброшенный вихрем из палатки, и принц растянулся на снегу, но мгновенно вскочил на ноги:

– Все мирно и спокойно, идите по свои делам, – продолжил он уговаривать охрану.

Маги недоуменно переглянулись и нахмурились еще больше, не желая погасить заклинания и разойтись. В палатке раздался еще один громкий треск, стены ее еще разок колыхнулись – и все затихло.

Данир осторожно заглянул в одну из новопоявившихся в стенах пропалин и  облегченно выдохнул:

– Все, представление окончено. Оставшая часть спектакля идет эксклюзивно для авторов шоу. Прошу всех освободить места в партере. Ра-а-зошли-и-ись!

Маги потоптались еще минут пять – все было тихо – и они вернулись к своим делам.

На полу палатки сидел довольный король и сжимал в объятиях желанную добычу. Рора слабо трепыхалась и недовольно ворчала:

– Может, уже отпустишь?

– Вот протрезвею, убедюсь, что ты не галлюцинация, и отпущу. Наверное. Не далеко и не надолго, – объяснял Рейс, зарываясь носом в белокурые локоны. – Пойдешь за меня замуж?

– Вот протрезвеешь, тогда и обсудим этот вопрос, – сварливо заметила Рора и прижалась к груди Рейса.

– Не-е-ет, этот важный вопрос мы обсуждать не будем, – погрозил пальчиком Рейс. – Ты просто скажешь «ДА», и мы пойдем блако... благо... благослосля... вляться, короче! Ясно?!

Аврора засмеялась:

– Ничего не ясно – у тебя язык заплетается!

– Это пройдет! А перед благосля...вля..янием должна быть помолвка, верно? Вот и помолвимся...

С этими словами Рейс с горячим энтузиазмом припал к губам невесты. Аврора тихо ахнула и растаяла под натиском любимых губ.

Целовались влюбленные долго, сладко, со вкусом, и смакуя каждое прикосновение друг к другу. Голова Авроры уплыла в розовый туман и даже не махнула ручкой на прощанье. Оторвавшись друг от друга и отдышавшись, маги посмотрели друг другу в глаза и снова потянулись губами к любимому лицу напротив...

Спустя часик, полностью протрезвевший Рейс начал второй раунд выяснения отношений:

– Кстати, что это был за поцелуй с Ралином?!

– Не было поцелуя!!! Это было внезапное и бесцеремонное нападение на меня, беззащитную! А ты сбежал и не вступился за слабую девушку!

Рейс припомнил убиение полчища кровожадных летучих мышек, судьбу Кахира Сартора – и полностью согласился с определением «слабая и беззащитная». Да, его девочку обязательно нужно охранять и защищать от всяких ненормальных магов!

– Извини, больше не убегу. Я протрезвел.  Я люблю тебя! Ты выйдешь за меня замуж?

– Да.

– И...

– Я люблю тебя!

К концу рабочего дня маги из поискового отряда опять столпились у палатки правителя.

– Ваше высочество, вас не настораживает тот факт, что ваш брат до сих пор не вышел из палатки? – спросили они у Данира.

– Меня бы удивило, если бы он быстро вышел! – услышали они в ответ. – Кстати, теперь у Рейса вряд ли останется желание рыскать по горам, он наверняка завтра же в столицу улетит... Отлично! Собираемся, товарищи, поход окончен!

В этот момент из королевской палатки наконец-то вышел сияющий король, таща на буксире смущенную (!!!) Аврору Таис.

Маги дружно ахнули:

– Только не говорите, что это мисс Таис тут троллей похищала! Такие проделки, конечно, вполне в ее стиле, но это уже перебор!

Аврора гневно воззрилась на охрану:

– Никогда я такими глупостями не занималась! Не путайте меня с «жрецами» – похищения по их части!

– Ророчка прилетела, чтобы список моих невест обсудить и помочь верный выбор сделать. И сейчас мы с моей невестой объявляем о помолвке!

– С невестой? – удивились маги и дружно постарались заглянуть в прожженную и продырявленную палатку. – Там еще кто-то живой остался?!

Монарх рассмеялся:

– Нет, в палатке никого не осталось. Моя невеста – мисс Аврора Таис.

Повисшее молчание десятка магов было таким полным и абсолютным, что шелест падающих снежинок казался оглушительным грохотом. Чуть отойдя от потрясения, один из магов прошептал товарищу:

– Ты в какой лавке самогон покупал?! Надо проверить этого тролля: похоже, он незаконным сбытом сильнодействующих средств, парализующих работу мозга, занимается!

Помолвленная пара синхронно фыркнула, одарила говорливого мага пренебрежительным взглядом, и король велел свертывать лагерь.

Глава № 25. Пап! Когда придут просить моей руки, не падай на колени, не кричи «Спаситель ты наш!!!», а просто тихо кивни головой. Неизвестный автор.

В доме у Данира было тепло, светло и уютно. Дом среднего из сыновей Мираила представлял собой небольшой замок с башенками и шпилями, притулившийся на вершине невысокого горного плато. Людей здесь не было, немногочисленная прислуга состояла из горных троллей. Данир с удовольствием полежал в горячей ванне после суток ползания по скалам, привел себя в порядок и пошел развлекать гостей.

Рейс нашелся у высокого стрельчатого окошка рядом с дверью в гостевую комнату. Правитель Тавирии стоял, облокотясь на подоконник, и гипнотизировал взглядом ручку на двери.

«Интересно, как давно он здесь торчит, – подумал Данир. – Хорошо, что хоть переодеться успел, а вот волосы мокрые. И это сильнейший маг-стихийник: шевелюру не высушить! Что любовь с магами делает?!»

– Ужин уже накрыт. Ты идешь?

– Рору подожду, и придем, – ответил старший Сартор, не сводя взгляда с двери.

Данир вздохнул:

– Понял. Я у себя в кабинете поужинаю, вам и без меня не скучно  будет.

Средний сын Мираила ушел, покачивая головой и раздумывая о том, что его личная жизнь вряд ли сложится столь же счастливо, как у брата. Дверь выделенных Авроре покоев открылась, и к Рейсу выпорхнула нарядная и жизнерадостная невеста в бледно-розовом атласном платье и с красиво уложенными вокруг головки длинными светлыми локонами. Рейс раскрыл объятия и нежно прижал к себе прильнувшую к нему девушку.

– Мой зеленоглазый огонек, – ласково нарек невесту Рейс.

– Не боишься, что подпалю твое королевство? – весело вопросила Рора, спускаясь по витой лестнице на первый этаж. Рейс элегантно поддерживал магиню под руку, чтобы она не оступилась на крутых ступеньках.

– Разве такая сознательная и ответственная  мисс, как ты, может устроить такое безобразие? – притворно изумился Рейс, отпуская слугу и усаживая девушку за стол поближе к себе. – Помнишь прием во дворце в честь вашего с сестрой совершеннолетия? Ты вся такая степенная и благонравная была, что мне все время нестерпимо хотелось подпустить тебе ледяных иголочек под пятки, чтобы с тебя мигом слетела эта показная величавость.

– Ах, так? Вот я знала, что моя огненная птичка в то воскресенье была заслуженным возмездием! Как говорится: мысль – материальна, и когда-нибудь обязательно воплотится наяву. Про ледяные иголочки я не забуду!

– Надеюсь, ты не используешь этот метод воздействия на советниках, – красиво изогнул одну бровь Рейс.

– Ну что ты, я рассудительна и разумна, и обещаю, что все нестандартные приемы я буду апробировать только на собственном муже!

Рейс рассмеялся. Его лицо преобразилось, с него ушла вся холодная мраморность неприступного правителя, и осталось только счастливое, умиротворенное выражение влюбленного и любимого мужчины. У Авроры руки зачесались пригладить его чуть влажные волосы, того же платинового оттенка, что и ее, прикоснуться к ямочке на подбородке, очертить контур красивых, полных, изогнутых в улыбке губ...

Девушка решительно вонзила вилку в салат: «Все важные разговоры надо вести на сытый желудок, а мне еще беседа с родителями предстоит...» Но Рейс, видно, не был особенно голоден (еще бы, самогон – ужасно калорийная вещь) и продолжил разглагольствовать:

– Да, ты мудрая и удивительно трезвомыслящая девушка, сокровище нашей страны, а теперь и королевской династии Сарторов. И народ тебя очень любит, просто обожает.

Аврора оторвалась от вкуснейшего ужина:

– Признание народа – главная причина, побудившая тебя сделать мне предложение руки и сердца? – просияла она ехидной улыбкой.

– Не главная, и даже не в первом десятке. Помнишь свой список из одиннадцати одинаковых строк? Мой похож: я люблю тебя, я люблю тебя, – зашептал Рейс, наклоняясь к девушке и смущая ее раскаленным синим сиянием огромных глаз с расширенными омутами черных зрачков.

– И как давно ты понял, что любишь? – тоже шепотом полюбопытствовала Рора.

– Подозревал давно... смирился позже, – признался жених.

Аврора возмущенно посмотрела на мужчину, а Рейс протянул к ней ладонь, на которой медленно сформировалось и замерцало огненное алое сердце, внутри тонкой оболочки которого метались всполохи пламени.

– С цветами у нас не сложилось, но мое сердце – навсегда твое, возьми.

У девушки даже слезы на глазах выступили: она не ожидала от своего сурового и сдержанного мужчины такого милого и романтичного проявления чувств. Протянув дрожащую руку, она переняла магический огонек и поднесла его к своей груди, растворяя в собственной магической энергии.

– Мы никогда больше не будем ссориться, – утвердительно сказала невеста.

По губам жениха скользнула легкая теплая улыбка:

– Этого обещать не могу... Но наши примирения всегда будут сладкими-сладкими...

Король окончательно отказался от ужина и притянул невесту к себе на колени. У Авроры появилась возможность беспрепятственно реализовать свои прошлые желания, и она запускала пальчики в пряди влажных белых волос, проводила губами по ровным черным бровям, касалась черных, как ночь, ресниц, целовала ямочку на подбородке. Рейс невесомо касался лица, шеи, плеч девушки, пуская мурашки по ее рукам и заставляя жарко откликаться на близость его сильного тренированного тела.

– Ророчка, – хрипло простонал мужчина и прижался к нежным женским губам в обжигающем поцелуе.

По телу Авроры растеклась расплавленная лава, руки и ноги ослабели, а голова стало легкой и звонкой, разом освободившись от абсолютно всех мыслей. Упругость губ любимого, влажный язык, скользнувший по ее губкам и настойчиво рвущийся их разомкнуть и добивающийся в этом успеха... Рора тонула в водовороте разгорающегося в ней огня, задыхалась от обуревающих ее эмоций. До сегодняшнего дня ее никогда не целовали так... Собственно, ее вообще не целовали по-настоящему (детские чмоканья и принудительные объятия Аола не в счет).  Широкие плечи под ее руками, бугрящиеся мускулами от явного напряжения мужчины – все медленно, но верно, сводило девушку с ума, заставляло комкать и рвать рубашку на теле Рейса, пробираться ладошкой к его гладкой обнаженной коже. Желание без преград прикоснуться к любимому становилось нестерпимым...

Рейс, тяжело дыша, перехватил шаловливую ручку:

– Стоп, огонек мой пламенный. Сначала – разговор с твоим отцом, потом объявление о помолвке и свадьба, а уж после этого можешь делать со мной все, что угодно, я даже не буду сопротивляться...

Аврора вынырнула их океана пробужденной страсти и окунулась в суровую реальность:

– Не хочу быть королевой! Почему нельзя тихо обвенчаться в храме хоть завтра, в присутствии лишь близких и родных?!

– Увы, огонек мой, ты знала, кого выбираешь, – Рейс шутливо щелкнул ее по носу и со вздохом снял с колен и поставил на пол. – Позвони родителям, предупреди о нашем завтрашнем визите.

Маг проводил невесту до ее комнаты, окинул девушку тоскливым жадным взглядом и решительно ушел в свои покои.

Аврора закрыла за собой дверь и задумалась:

«Как бы папу завтра удар не хватил от новостей о моей помолвке: папочка такой склонный к переживаниям маг! Надо маме все сообщить, чтобы она папу предупредила. Но сообщить осторожно: сейчас поздний вечер, и папа точно рядом с ней...»

Удобно устроившись на постели, Аврора начал звонить родительнице.

---------------------------------

Северин Таис, сидя с женой в библиотеке, изумленно слушал странный разговор любимой супруги с их старшей дочерью:

– Мамулечка, это я.

– И сказать ты мне хочешь то самое, о чем я думаю?

– То, мамулечка, то.

– А хорошо ли ты подумала, дочь моя?

– Хорошо, мамочка. Ты одобряешь мой выбор?

– Если это тот самый гусь, за которым ты полетела...

– Тот, мама, тот.

– А хорошо ли он подумал?

– Хорошо, матушка.

– Тогда одобряю.

– Папочке привет передашь?

– Передам, солнышко. Когда вернешься, неугомонная?

– Завтра.

Северин недоуменно-возмущенно смотрел на жену:

– И что это за шифровка? Тайный код против подслушивания папы?!

Настя уселась на колени к мужу, ласково взъерошила его кудри и нежно поцеловала в нос. Понимая, что такая яркая демонстрация чувств идет неспроста, Северин насторожился и заметил:

– Ладно, я уже напуган, можешь рассказывать, что у Авроры опять произошло.

– Дорогой, ты только не волнуйся, но муж Роры будет не так молод, как тебе хотелось...

– И насколько он «не молод»? Он, что, старше меня?!

– Совсем чуть-чуть старше...

– На сколько, конкретно, лет старше?

– Примерно на семьдесят два...

– ЧТО?! И ты согласна?!

Настя поняла, что без подогрева тут не обойтись, и вытащила из тайничка недопитую бутылку коньяка. Налив стопочку мужу, Настенька предложила выпить за успокоение нервов.

– Нервов у меня давно нет, – проворчал Северин, – эта бутылка стоит тут со времен совершеннолетия наших дочерей, и теперь я регулярно выпиваю из нее после объявлений об их помолвках. Хорошо, что дочек не пять, а то к концу года алкоголиком бы стал. Ты думаешь о том, что будет, если через сто лет Аврора вдовой останется?

– Не останется. Донатос обещал, что он продлит жизнь мужа Роры на эти сто пятьдесят лет разницы между ними, в качестве исключения, конечно.

Северин нахмурился:

– Я так понимаю, что посредницей в переговорах с богом эта ушлая твоя богиня-подруга выступала? И чего же боги хотят в обмен на такую великую милость?

– Аврора должна дать обещание, что ее первый ребенок станет пророчицей Донатоса. Обещание это предварительное, когда девочка станет совершеннолетней, она сможет сама выбрать: быть ей пророком или не быть, – поспешила объяснить все нюансы Настя.

– Я уже начинаю жалеть своего неведомого зятя: мало того, что Рору в жены берет, так еще и дочь пророчицей будет. И кто же этот несчастный маг?

– Рейс Сартор.

В библиотеке повисло долгое потрясенное молчание.

– ... ты сошла с ума?

Настя отрицательно покачала головой.

– ... они сошли с ума?

Настя отрицательно покачала головой.

– ... мир сошел с ума?

– Вот это возможно, – задумчиво протянула леди Таис.

---------------------------------

Днем на порог особняка Таисов приземлилась помолвленная пара из старшей дочери хозяев особняка и правителя их страны. Хартим (которого хозяева не посвятили в великие новости) распахнул двери, настороженно посматривая на гостей и стараясь подготовиться к любым неожиданным изменениям в их поведении. Человек еще был под впечатлением от прошлого визита короля, чей скакун до сих пор стоял в их конюшне, так как леди Таис, таинственно улыбаясь, велела не отправлять коня в дворцовые пенаты. Дворецкому совсем не нравилась эта таинственность, так же как и странный вид лиц прибывшей пары.

– День добрый, – поприветствовали его прилетевшие маги, и Рейс спросил: – Лорд Таис у себя?

Дворецкий низко поклонился, поздоровался и проводил высокого гостя в кабинет лорда-мага (Аврору утащили в гостиную мать и сестра, собирающиеся допрашивать девушку вплоть до выяснения всех обстоятельств дела).

Лорд Рейс Сартор спокойным и уверенным тоном попросил лорда-ректора дать свое согласие на его брак с мисс Авророй Таис. Северин задумчиво посмотрел на еще одного будущего зятя:

– Я желаю своей дочери всего самого наилучшего, и если она уверена в том, что это наилучшее – вы, то женитесь и живите счастливо. После долгих размышлений сегодняшней ночи я согласен с тем, что вы, ваше величество, действительно хорошо подходите Роре и по складу характера, и по другим своим качествам. Моя старшая дочь никогда бы не смогла полюбить мужчину, которого не считала бы умнее и лучше себя самой, которого не уважала бы искренне и не считала самым достойным мужчиной в мире. Вы же вполне заслуживаете ее теплые чувства к вам.

– Спасибо, – тихо ответил Рейс, – я очень люблю вашу дочь и до сих пор с трудом верю в то, что мое чувство взаимно. Я понимаю, что богиня не сможет продлить мою жизнь, но Аврора останется правящей королевой и у нее будет много возможностей благополучно жить и без меня... – тут Рейс запнулся, но с усилием продолжил: – с другим... магом... потом.

Северин посмотрел на застывшее маской лицо правителя и спросил:

– Значит, вы еще не в курсе эксклюзивного предложения Донатоса?

– Донатоса? Разве у него тоже появился пророк, раз известны божественные предложения?

Северин Таис с загадочным видом предвкушающее уставился на жениха дочурки:

– Еще нет, но коли не желаете через сотню лет оставить Рору многочисленным поклонникам (Рейса перекосило), то сами и поспособствуете его появлению на свет.

Разъяснив ошарашенному монарху все возможные перспективы и условия божественного благословения, Северин настойчиво посоветовал лорду Сартору хорошенько обдумать все нюансы, прежде чем соглашаться. Рейс обещал обсудить этот вопрос с невестой, и лорд-ректор повел оглушенного новостями жениха за праздничный стол.

Во дворце помолвленная парочка объявилась лишь к вечеру. Королевский Совет весьма удачно еще не разошелся после обсуждения планов на неделю и в полном составе выслушал сенсационное объявление о скором браке недавно коронованного монарха. Мираил утирал слезы счастья, крепко обнимал будущую невестку и сына, не обращая внимания на гробовое молчание советников. Потихоньку умудренные летами маги пришли в себя и  пожелали молодым счастливой жизни и много деток, решив, что первая магиня в качестве королевы – это удача и престиж для страны, а ее чрезмерно деятельный характер под присмотром столь рассудительного супруга, принесет Тавирии только хорошее.

Глава № 26. Брак нужен для того, чтобы разделить на двоих те проблемы, которых у одинокого мужчины просто не может быть.

Под звездами ночного неба Рейс провожал до дома свою невесту. Маги шли молча, держась за руки и с улыбками посматривая друг на друга. Аврора  с нежностью отмечала, каким живым, счастливым, и от того еще более прекрасным, выглядит сейчас ее любимый мужчина. Скульптурно вылепленное лицо, высокие скулы, квадратный подбородок с трогательной ямочкой, четко очерченные губы, резкие линии которых сейчас смягчались улыбкой, а блестящие в темноте глаза светились теплым светом, согревая и делая ближе это мраморное совершенство лика.

«Кажется, мне все-таки удалось оживить статую. И теперь это будет моя личная статуя, на всю жизнь!» – беззаботно прижимаясь к боку Рейса, думала Аврора.

– Я зайду за тобой завтра утром? Проведешь день со мной во дворце, проследишь за началом приготовлений к свадьбе? – с надеждой спросил лорд-маг.

– Завтра мне в институт надо, и так сегодня день занятий пропустила, завтра придется объяснительную ректору писать.

– Так ректор-то в курсе причины твоего отсутствия, – усмехнулся Рейс. – И что именно ты папе-ректору написать планируешь? Улетала по делам государственной важности?

– Напишу: извините меня, королеву будущую, в обмен на обещание править честно и милостиво. Впредь неразумные поступки моего суженого не заставят меня бросить учебу и сломя голову лететь на край земли, дабы вразумить монарха нашего несмышленого, к поспешным выводам склонного.

– Даже не поспешные выводы бывают неверными – я много лет считал, что у вас с Каяром любовь до гроба, и вы планируете пожениться. Да ты и сама мне это говорила!

– Помилуй, мне тогда десять лет было!!! Каяр – мой самый лучший и верный товарищ, у нас с ним дружба до гроба! А я, вот, подозревала одно время, что тебе Эос нравится: ты так тепло ей улыбался, так разгневался, когда о ее помолвке с Аваром узнал!

Рейс изумленно распахнул сапфировые очи:

– И совсем не из-за Эос я тогда разъярился! До состояния белого каления меня только ты всегда довести умудрялась! Я тогда, как и все, решил, что ты о своей помолвке с Каяром сообщить пришла, еле-еле на месте усидел, сдерживая себя, чтобы снова на чужую девушку не наброситься и не попытаться у собственного брата невесту силой отобрать! А ты только смеялась! А как вспомню свои неудачные попытки поухаживать за тобой – так самому посмеяться хочется.

Аврора поспешила заверить жениха, что он самый романтичный мужчина на свете, которому просто жутко не повезло с недогадливой невестой, но теперь она все осознала, прониклась и впредь от улыбок, нежных слов и цветов шарахаться, как испуганный суслик, не будет.

На крыльце помолвленная пара стояла так долго, что лорд-ректор, не выдержав, вышел на улицу и ехидно осведомился, не желает ли будущий зять сразу и на завтрак задержаться. Рейс со вздохом решил, что надо отправляться во дворец, забрал с конюшни своего скакуна и отбыл к месту постоянного жительства.

---------------------------------

Абсолютно искренне на следующее утро ликовал народ, обожавший девушек-магинь, много лет восхищавшийся добротой и энергичностью Авроры, и потрясенный романтичностью страстной любви короля к юной веселой девушке. О помолвке объявили по всем городам Тавирии, а дипломатические посольства переправили эту важную весть и в другие страны.

Не менее искренне ликовал и Каяр Сартор, разом припомнивший старшему брату его многочисленные попытки сосватать Рору ему. Град насмешек Рейс игнорировал с истинно королевским величием, хоть один раз Каяру все-таки удалось смутить старшего родственника. Произошло это после того, как Сартор-младший так и не смог добиться утром от подруги вразумительного рассказа о сватовстве короля, и он пристал с расспросами к Рейсу:

– А как ты Авроре предложение делал? – живо поинтересовался Каяр, поймав брата в коридоре дворца и готовый чуть ли не записать на будущее полезный совет.

– Э-э-э, – протянул Рейс, не уверенный, что стоит говорить о подпаленных фаерболами бровях, множестве воздушных подзатыльников от невесты, диком количестве выпитого им самогона и погубленной палатке.

«И этот что-то фееричное придумал! – расстроился Каяр. – Вон как смутился и говорить не хочет! Ну почему нельзя просто: люблю, выходи за меня, целуй покрепче?! Ладно, Ророчка теперь опытная в сватовстве магиня – поможет!»

Утром институт встретил мисс Аврору Таис морем недоверчиво-изумленных взглядов. Утренние газеты читали во всех семьях, так что великая новость о грядущем обретении страной королевы-магини, первой за двадцать тысяч лет,  была уже известна всем. К концу занятий Роре уже безумно хотелось нырнуть по примеру принца Рахлана в ближайший сугроб и затаиться там до самого дня свадьбы.

«Зря я думала, что просто магиней быть страшно, невестой короля быть в сто крат ужаснее! На меня теперь не только студенты, но и преподаватели с опаской смотрят, будто я, как человечка помолвленная, сейчас бросаться на всех начну и завывать под дверями аудиторий буду. Может, и правда, советников во дворце шугнуть? Почему только мне мучиться приходится?! Эх, плохо быть королевой, даже шалости уже не по статусу! Придется терпеть и молчать».

Сразу после окончания занятий, студентка понеслась во дворец, в надежде, что солидные придворные маги не позволят себе смотреть на нее как на диковинное чудо, и не будут шепотом заключать пари, удастся ли им с королем не поубивать друг друга еще до свадьбы.

«Лучше бы мои одногруппники спорили, удастся ли мне не прибить одного из них до свадьбы, – злилась магиня. – Столько лет вместе учились и столько совместных вылетов на разные происшествия пережили, а они до сих пор считают меня вспыльчивой девицей, которая сама не знает, чего хочет, и что ей жизненно важно? Надеюсь, это у них просто реакция на неожиданное шоковое известие, а то я ведь и обидеться могу. Надолго! Я не злокозненная особа, но злая (особенно сейчас), а уж козни творить – вообще, мое хобби с детства...»

Дворцовая стража при виде мисс Таис вытянулась в струнку, а дворецкий и вовсе поклониться соизволил.

– Господин Маркин, очень прошу никогда не кланяться мне! Раньше такой глупости не делали и сейчас не начинайте! – раздраженно попросила девушка. – Оставьте этот способ иронизирования надо мной на случай, когда он по этикету в официальных случаях необходим. Король где?

– В рабочем кабинете, мисс. Вас проводить?

– О, нет, спасибо! Я сама тихонько пройду, свита мне точно не нужна! И не волнуйтесь, я помню, что теперь лишена приятной возможности подшутить над жителями этого раритетного дворца. Обещаю вести себя пристойно и приторно вежливо, даже если скулы сведет от слащавости и бесконечных улыбок во весь рот!

Пожилой человек улыбнулся:

– С удовольствием посмотрю на ваши старания сдержать свой строптивый нрав и стремление всегда поступать по собственному разумению! Не переживайте, мисс Аврора, никто и не ждет от вас образцового следования старинному и устаревшему этикету. Просто будьте счастливы и разделите это счастье с королем. Никто не собирается запирать такую редкостную, умную и отважную птичку в золотую клетку!

Аврора растроганно обняла дворецкого:

– Спасибо, вам не придется за меня краснеть, обещаю!

Рейс сидел за бумагами и честно пытался вдуматься в их содержание. «Нужно часы плотной тканью занавесить, чтобы они не притягивали ежеминутно мой взгляд и не заставляли в очередной раз высчитывать время окончания последней лекции в институте, а то я никогда на этом торговом соглашении не сосредоточусь», – рассеянно рассуждал монарх, нетерпеливо ожидая встречи с Авророй.

В дверь постучали, и в кабинете появилась белокурая головка:

– К тебе можно?

Рейс вскочил и пошел навстречу невесте.

– Тебе всегда можно, зачем спрашиваешь? – удивился он.

Аврора вошла, нахмурилась и сложила руки на груди:

– Рейс, у меня важный разговор!

Сердце мужчины тревожно екнуло. Он напрягся и испытующе посмотрел невесте в глаза. Потом решительно шагнул к ней и притянул к себе. Аврора охотно обняла жениха и потянулась за поцелуем. Рейс облегченно расслабился и крепко поцеловал девушку.

– Так что за разговор? – напомнил он спустя продолжительное время.

Аврора непонимающе хлопнула ресницами, но быстро сосредоточилась:

– Я хотела узнать о своих будущих профессиональных королевских обязанностях. Собственно говоря, я планировала после окончания института в ведомство лорда Эльяна Пероса пойти: в группе быстрого реагирования при стихийных бедствиях состоять и в отделе по борьбе с незаконным использованием артефактов работать. Люди ведь даже амулеты самого невинного бытового предназначения умудряются так применить, что дрожь пробирает. Да и маги из любопытства и творческого интереса всякое учудить могут, особенно молодые и азартные до экспериментов. У меня и дипломная работа по соответствующей теме написана, я почти любые заклинания распутать и перенастроить могу, а с наработкой опыта и совсем хорошим специалистом могла бы стать. Ты отпустишь меня в службе магической охраны правопорядка работать?

Магиня настойчиво смотрела на жениха и ритмично притоптывала ножкой. Жених, вздыхая про себя о необходимости осваивать пока еще новые и неизведанные горизонты семейной дипломатии, старался сформулировать самый неконфликтный вариант ответа.

– Огонек мой, я так напереживался за тебя во время твоего «расследования» дела «жрецов Донатоса», что не готов повторить этот опыт. Давай, я не буду мешать тебе помогать советами в расследовании каких-либо интересных и необычных дел, ты сможешь полностью отслеживать весь ход расследования (это вполне королевская обязанность и я буду благодарен, если ты снимешь с меня эту нагрузку), но сама выезжать на места преступлений не будешь, хорошо? Те немногие женщины, что работают в службах Игита Ирьяша, такой консультационной работой и занимаются, и весьма успешно!

Аврора мысленно обозрела те же самые горизонты семейной дипломатии и согласилась.

– Хорошо, с этим вариантом я согласна. Что еще положено делать королеве?

Вот тут Рейс сильно затруднился с ответом.

– Откуда же мне знать, огонек? Человеческие жены, как ты понимаешь, никаких обязанностей не имели и в принципе выполнять их не могли, а про магинь-королев никто из живущих и не знает ничего, разве что только сильно увлеченные древнейшей историей маги могут какие-то сведения сообщить. Можем в личную библиотеку королевской семьи сходить, с хранителем архива пообщаться.

Аврора и с этим разумным предложением послушно согласилась, и помолвленная пара отправилась в собрание книг дворца.

Хранитель библиотеки был очень старым магом. Поговаривали, что ему на самом деле не двести девяносто пять лет, а уже поболее трехсот, но он успешно изменил в архиве собственные метрики и не планирует отходить в мир иной, оставив на произвол судьбы это собрание ценнейших фолиантов, мемуаров, свитков, записей научных исследований и прочая. Сухонький, подвижный маг-артефактор со снежно-белой шапкой седых волос встретил пришедших навестить его особ непочтительным замечанием:

– Долгонько собирались! Я еще вчера все древнейшие манускрипты поднял! Знал, что полюбопытствовать захотите. Но есть ли необходимость пыль веков опять поднимать? Вы молодые, здравомыслящие маги, желающие шагать в ногу со временем (очень правильное желание, между прочим!) – так есть ли смысл к выкрутасам старинного этикета прислушиваться? Главное наша раса сохранить сумела: это изначальный смысл всех законов и норм поведения, а внешняя шелуха – нужна ли она?

Аврора с Рейсом вежливо поздоровались с хранителем и заверили его, что интересуются они с целью ознакомления, а не немедленного практического применения. Старичок хмыкнул и провел их к столику, на котором лежала совсем небольшая кучка старинных, зачарованных от порчи и тления, бумаг.

– «Полезные наставления королевам-матушкам, милостивым государыням, о том, коими способами народами управляти да супругам своим вспоможествовати», – прочитал скрипучим голосом лорд-хранитель Вит Вартен, взяв в руки верхний свиток. – Это главный документ, что в стародавние времена утверждал род деятельности королевы.

Аврора заинтригованно развернула бумагу и вчиталась в строчки наставлений. Через ее плечо раритетную грамоту рассматривал Рейс.

– Как, и это все?! – разочарованно воскликнула магиня. – Тут же всего семь строчек!

– А зачем больше–то? – усмехнулся лорд Вартен. – Краснобайство и в древние времена не в чести было. Чем проще законы и правила, тем легче им следовать и тем меньше возможностей для их превратного истолкования. Исконный свод законов нашего мира тоже прост: «Не убий, не укради, не прелюбодействуй, не произноси ложных свидетельств, почитай родителей своих и заботься о детях своих...», и так далее.

– А мне очень нравятся эти наставления, – жизнерадостным голосом сказал Рейс и озорно добавил: – особенно вот это: «Супруга-короля своего следует почитать и прислушиваться к мнению его!» или «вздорность и строптивость не приличествуют королеве магов, тогда как мудрость и рассудительность – основа счастливого правления и народной благодарности», а про совместное воспитание деток – просто восторг!

Монарх горящим взглядом посмотрел на невесту. Мысль о возможном появлении маленьких Сарториков наполнила его ликующим восторгом, бесконечной нежностью и лаской, и чувственным тяжелым томлением в ожидании скорого венчания и брачного ложа.

– Тут еще и о том, что уважаемый супруг должен с женой своей совет во всех делах держать, написано! – вернула жениха на грешную землю Рора. – Желания ее уважать и вровень со своими ставить!

Рейс обнял девушку и страстным шепотом пообещал:

– Обещаю особое внимание уделить удовлетворению всех твоих желаний!

Аврора не совсем поняла прозвучавший во фразе намек, но женская интуиция окрасила щеки девушки в уже ставший привычным алый цвет. Пролистав остальные манускрипты довоенного времени, правитель страны с невестой поблагодарили лорда-хранителя и отправились на обед в личную гостиную королевских покоев.

– Хорошо, что советники еще не отошли от потрясения от нашей помолвки и работают сегодня не в полную силу, а то мне частенько и перекусить некогда, – заметил Рейс.

– А что ты читал, когда я пришла?

– Проект нового торгового соглашения с Морасией. Там много всего: и планируемое совместное строительство туннеля в южных горах между нашими странами, чтобы караваны в длительный обход не шли, и мзда за проход по этому короткому маршруту, и новые пошлины, и благоустройство нового  торгового пути (гостевые дома, таверны, конюшни и так далее) и много разного. Хочешь почитать?

– Хочу и почитаю, так как если тебе не помочь, то ты сегодня вообще спать не ляжешь. Тебе ведь положено со мной во всем советоваться? Вот и советуйся!

Рейс благодарно взглянул на девушку:

– Мне очень повезло с невестой!

– Это да. И теперь мы близко подошли к еще одному моменту, который я хотела бы с тобой обсудить: это каждодневная жизнь магов. Ты ведь не единственный маг, который всю жизнь посвящает работе («Уже не всю!» – вставил Рейс), многие не умеют и не приучены отдыхать и расслабляться. В жизни магов мало радости и удовольствий – самых обычных удовольствий, получение которых не приводит к нарушению закона. Чем занимаются наши юноши и взрослые мужчины в свободное время? Читают книги, играют с немногочисленными друзьями в настольные игры и крайне редко ходят в театры и музеи. Они зациклены на своей профессиональной деятельности, что сильно обедняет их, и без того не богатую впечатлениями, жизнь.

– А что тут можно изменить?! Со временем магинь и невест магов станет больше, у всех появятся полноценные семьи, и круг интересов магов расширится.

– Да, но семья тоже не панацея от трудоголизма и усталости. Мне кажется, надо постепенно ввести моду на деятельный досуг: организовывать походы (с целью отдохнуть на природе, пообщаться и пожарить шашлыки, а не выловить банду разбойников), командные спортивные игры (мы с мамочкой может предложить множество вариантов), соревнования (сейчас есть только скачки, а можно устраивать и турниры по фехтованию, стрельбе из лука, метанию дротиков, и проводить их не только среди магов, но и людей привлекать), охоту, наконец! Пока мне удалось только своих товарищей-студентов к нормальному режиму труда и отдыха приучить. Помимо совместных занятий можно пропагандировать и индивидуальные хобби: кулинарию (ни один известный мне маг не умеет готовить, а это очень увлекательное и полезное занятие, которое может совершенно неожиданно даже королю пригодиться, как ты помнишь!), рыбалку, художественную съемку на записывающие кристаллы, работу по дереву, кузнечное дело и много всего! Жить полноценно надо уже сейчас, а не когда-то в будущем, когда появится множество магинь! Не все возможности и таланты мага полностью реализуются в его профессии, а отданный увлечению досуг поможет ему раскрыть себя, принести море радостных эмоций и удовлетворение от каждого прожитого дня!

– И меньше магов примкнет к очередным «жрецам Донатоса», – задумчиво дополнил Рейс. – Это разумное предложение.

– Кто о чем, а Рейс все о политике и о благе государства, – вздохнула Рора.

– Профессия у меня такая! – рассмеялся король. – Ты эту идею озвучила – тебе ее и выполнять! Будет твоя королевская обязанность!

-----------------------------------------

Первого марта планировалось сыграть сразу две свадьбы: близняшки Таис решили, что двойная свадьба – это так романтично! С этим решением все согласились, и теперь королевский двор спешно готовился к торжествам.

– Придется Даниру опять со своих гор в столицу спускаться, – заметил Мираил. – Пусть приезжает сразу и в приготовлениях поможет.

– Ай! – воскликнула леди Анастасия Таис и потерла за правым ухом.

Все насторожено замерли, уже зная, что грядет откровение от богини.

«Дрожание моей левой икры есть великий признак», – говорил Наполеон Бонапарт в моем мире, – усмехнулась про себя Настя. – В мире Доин я могу сказать: свербение за моим правым ухом есть божественный сигнал!»

– Доната говорит, что Данира нужно оставить в покое и не мешать «мальчику» устраивать свою личную жизнь. Как сможет – сам приедет, – озвучила божественное повеление леди Таис.

– Личную жизнь? – тут Рейсу вспомнились странные слова подвыпившего брата. – Я надеюсь, он не собирается стать ДЕВЯТЫМ мужем какой-то вертихвостки?!

– ЧТО?! – посыпались возгласы со всех сторон. – Как это девятым?!

Мираил раздраженно посмотрел на старшего сына:

– Уж скорей бы вас всех переженить! Дайте хоть в могилу отцу сойти спокойно, оболтусы великовозрастные! Никакого многомужия в моей стране не было и не будет, хватит ерунду говорить! Всех к троллям в степи сошлю, будете до скончания лет строгий учет песчинок вести!

Маги пошептались еще немного и угомонились: мало ли кто что не так понял в словах принца, Данира-то тут не было, уточнить не у кого.

---------------------------------

Все приготовления были вовремя закончены, первое марта благополучно наступило, и этим утром все уже ожидали выезда свадебного кортежа из ворот дворца, а в комнате невесты короля разгоралась ссора.

– Ваше величество, объясните вашей невесте, что ей по протоколу положено ехать за вами в карете, а не скакать рядом на лошади! – верещал церемониймейстер.

– Я не покачу в карете! Я поеду рядом, и точка!

Рейс жестом попросил всех магов уйти из комнаты. Как только за посторонними закрылась дверь, король шагнул к невесте:

– Опять бастуешь? Королева должна соблюдать традиции.

– Это глупая и обидная традиция! Я не хуже тебя на конях скачу! Я вообще... – но возмущения девушки наглым образом прервали, закрыв ее рот горячими и твердыми мужскими губами.

Через минуту Рейс, задыхаясь, оторвался от невесты.

– Все равно не поеду... – смотря на него томным взглядом, пролепетала Аврора.

Рейс кровожадно усмехнулся и вновь притянул к себе невесту.

Распахнулась дверь – в комнату широким шагом шагнул Северин Таис.

– В чем опять проблема? – деловито осведомился он.

Посмотрев на отпрянувших друг от друга обрученных, лорд ректор усмехнулся:

– Верной дорогой идешь, товарищ по несчастью. Всех леди Таис только так и можно успокоить!

В итоге, срочно собранный королевский Совет постановил, что правила, принятые для человеческих жен королей-магов не следует применять к королеве-магине. Хочет ехать верхом – пусть едет, главное, чтоб  перестала ворчать и упираться! Искреннее желание скорее сплавить шуструю мисс Таис в крепкие объятия храброго супруга, побуждало советников согласиться с любыми условиями, лишь бы дотащить Аврору до храма, благословить и замуровать с мужем в спальне вплоть до появления наследников. Так что в главный храм Донатоса Аврора все-таки скакала на коне рядом с женихом, а Эос с Аваром спокойно катили за ними в экипаже, радуясь, что им не пришлось утверждать способ своего передвижения до храма аж на королевском Совете.

Под сводами храма обе пары магов встали перед алтарем и произнесли положенные слова: «Я, Рейс Сартор, ...  Я, Авар Лютен... беру тебя... Я, Аврора Таис, ...  Я, Эос Таис... в законные мужья... обещаю любить и быть вместе в болезни и здравии... » На шеи женихов и невест скользнули брачные медальоны.

Вокруг молодых зазвучал гулкий мужской голос, заставивший ошеломленно охнуть всех присутствовавших на венчании гостей:

- Я благословляю вас, Аврора и Рейс Сартор, Эос и Авар Лютен. Я уравниваю ваши сроки жизни. Живите долго и счастливо!

Под сводами разлился божественный свет, всполохи пламени в руках статуи Донатоса поднялись под самый купол собора. На молодые пары пролился золотой дождь искрящихся огоньков; потом божественный свет померк – церемония венчания закончилась.

«Слава богам! – зашелестели шепотки по храму. – Теперь главное, чтоб они не поубивали друг друга, не дойдя до супружеской постели! Помолимся, товарищи: «Боги, храните короля!!!»

Толпа гостей-магов дружно повалила на выход, чтобы принять участие в тожественной встрече молодоженов: обсыпать их рисом и монетками, прокричать поздравления и бросить лепестки специально выращенных в теплицах роз под ноги. Праздничный пир шел по всей столице: прямо на улицах были установлены длинные столы, уставленные закусками, вином и хмельным элем, чтобы каждый мог выпить за счастье молодых. До самого утра поднимались заздравные тосты и пелись веселые песни,  молодежь танцевала до упаду и признавалась друг другу в любви.

А в королевской спальне разодетая в коротенькую кружевную сорочку Аврора робко пятилась от новоприобретенного супруга. Одетый лишь в мягкие хлопковые штаны Рейс, сверкая ультрамариновыми взорами, хищно подкрадывался к вожделенной добыче:

– Огонек мой пламенный, ты же такая смелая, так неужто меня боишься? – недоверчиво мурлыкал мужчина.

Рора нервно сглатывала и снова пятилась:

– Как тут не бояться: глазища сверкают, зубки блестят и мускулы на руках такие, что булыжник в труху перетереть могут. Не смотри на меня так, меня в жар кидает и ноги слабеют, как у котенка новорождённого!

Рейс усмехнулся и одним прыжком подскочил к жене, обнимая ее и прижимая к обнаженной груди.

– Драться будешь? – целуя чувствительное местечко за ушком девушки, уточнил дальнейшие планы Рейс.

– А надо? – прошептала прерывающимся голоском Рора, уплывая в уже знакомые розовые дали любви и страсти.

– Не обязательно...

Роскошное ложе дождалось-таки своих хозяев. Простыни были безжалостно смяты, одеяла скинуты, а влюбленные целовали друг друга и не могли нацеловаться, прижимались все теснее и теснее, и не могли оторваться... Звуко-заглушающие амулеты исправно гасили вскрики страсти, а занавеси скрывали от любопытных звезд сплетенные в объятиях тела.

---------------------------------

В укромном уголке личных покоев экс-короля счастливые родители новобрачных выпивали чая за здоровье молодых пар.

Мираил Сартор довольным тоном произнес:

– Надеюсь, у Рейса с Авророй тоже девочка родится. Какой, интересно, моя внучка будет?

– Ничего интересного, – отмахнулась Настя. – Достаточно посмотреть на ее папу с мамой и сразу ясно: блондинка будет! Один глаз синий, второй – зеленый!

Мираил поперхнулся:

– Почему это глаза разные?!

– Так папа с мамой всю жизнь ни в чем друг другу уступить не могли! Вот и будет у девочки какая-нибудь сине-зеленая смесь!

Леди Таис оказалась права наполовину: глаза у ребенка действительно оказались смешанного, потрясающего цвета морской волны. Только это была не девочка, а мальчик – наследник рода Сартор и будущий пророк Донатоса.

Эпилог.

Десятилетний юбилей наследника династии Сарторов прошел весело и многомагно (и многолюдно тоже). Уложив принца Мираила (названного так в честь своего деда, разумеется) спать, усталые родители приползли в гостиную своих личных королевских покоев, чтобы мирно выпить бокал вина в кругу семьи.

– Удивительно, что первый юбилей моего внука прошел без происшествий, – заметил Северин Таис, довольно потягиваясь, сидя в кресле. Их с Настей сын уже благополучно спал в покоях своего деда под чутким присмотром Марона.

– Подожди, до утра еще далеко! – усмехнулся его зять Авар Лютен, укачивающий на руках малютку-дочку: темноволосую малышку с темно-карими папиными глазами.

– Донатос, наверное, уже в полном шоке от такого будущего пророка, – заметил уже немного остепенившийся Каяр и заработал недовольный взгляд от старшего брата.

Рейс-то считал, что его сын – самый замечательный ребенок на свете. Как ни странно, мнение монарха разделяли и все его подданные, не смотря на то огромное количество проказ и проделок, что удалось провернуть Мираилу за прошедшие десять лет. Северин насмешливо предлагал Рейсу приобрести широкий ремень, на что король вяло возражал, что такую породу ремнем не исправишь, и продолжал бессовестно баловать любимого сыночка. Воспитанием же сына занималась Аврора, и занималась хорошо: Мираил рос добрым и отзывчивым мальчиком, очень умненьким, но излишне шебутным. Аврора часто благодарила богов за присмотр за сыном, так как из всех своих шалостей он выходил цел и невредим, и других пострадавших тоже не было. В общем, дворец жил весело и шумно, и магам это даже нравилось.

Примечателен был тот факт, что никому и никогда не удавалось поймать наследника на совершении его проказ. Обнаруживались только их яркие последствия.

– Интересно, когда он глас бога слышать начнет? – сказала Эос.

– Не знаю, – пожала плечами Анастасия Таис, – Доната почему-то ничего не говорит по этому поводу. Думаю, как станет совершеннолетним – так и услышит.

В это самое время наследный принц королевской династии Сарторов тихо крался к складам с остатками праздничного салюта.

«Эй, Дон! Прикрыть бы меня надо, а то засекут!»

«Не боись, – зашептал голос в голове мальчика, – никто нас не заметит. Это я тебе, как бог, гарантирую!»

Content

Елисеева Валентина Ильинична Держитесь, маги, мы пришли! [СИ]

Валентина Елисеева. Мир Доин-2. Держитесь, маги, мы пришли!

Глава №1. Пролог. Три дня из детства Авроры.

Глава №2. Бенедикт: Как, милейшая Шпилька, вы еще живы? "Много шума из ничего"

Глава №3. Мужская предусмотрительность – вечный страж женской беззаботности.

Глава №4. Мужчина и женщина могут яростно враждовать по двум причинам.

Глава № 5. Факты противоречивыми быть не могут. И это факт.

Глава №6. О хитрых идеях Авроры Таис и о том, что хорошие идеи быстро дают результат.

Глава №7. Боги даровали нам возможность творить свою судьбу, но забыли дать умение изменять собственные чувства.

Глава №8. Расследование продолжается и начинает давать результаты.

Глава №9. О божественных возможностях и не только.

Глава №10. Женщина редко прощает нам ревность и никогда не прощает ее отсутствия. П. Туле.

Глава № 11. О том, как сложно отцу понять своих дочерей.

Глава №12. Осознание своих желаний – это первый шаг к попытке их осуществить.

Глава №13. Мужские попытки красиво поухаживать часто спотыкаются о женское недопонимание.

Глава № 14. В принципе, женщина может сидеть тихо и ни во что не вмешиваться, но дело в том, что это не женский принцип.

Глава № 15. Непреходящие ценности до иных так никогда и не доходят. Иные ждут, когда их до них наглядно донесут.

Глава №. 16. Каждую секунду наше будущее становится настоящим.

Глава №. 17. О нелегкой доле влюбленных мужчин.

Глава №18. У женщин просто удивительная интуиция: они замечают все, кроме очевидных вещей. Оскар Уайльд.

Глава №. 19. Продуманный план действий, приводящий к быстрому результату, всегда найдет сторонников. Не зависимо от степени своей этичности.

Глава № 20. Мужчинам не стоит недооценивать женщин: спасая себя и других, они становятся тигрицами.

Глава №21. Человек живет на земле не для того, чтобы стать богатым, но для того, чтобы стать счастливым. Ф. Стендаль.

Глава № 22. Ничто не дает человеку больше свободы и независимости, чем знания и умения.

Глава № 23. Ревность и поспешность – самые плохие советчики в любом деле.

Глава № 24. Любящая женщина все простит, но ничто не оставит неотомщенным.

Глава № 25. Пап! Когда придут просить моей руки, не падай на колени, не кричи «Спаситель ты наш!!!», а просто тихо кивни головой. Неизвестный автор.

Глава № 26. Брак нужен для того, чтобы разделить на двоих те проблемы, которых у одинокого мужчины просто не может быть.

Эпилог.