Константин Калбазов

Рейдер. Беглец

Глава 1

Пилот второго разряда

Ведомый спекся. Его отметка на радаре сменилась с зеленой на белесую, так обычно обозначается космический мусор. Пилот честно прикрывала хвост товарища, хотя изначально и была недовольна тем, что ей досталась роль второго номера. Ну да, девушка. Они среди истребителей вовсе не редкость, а, скорее, данность. И уж тем более – из числа землянок. Далеко не у всех получается удачно пристроиться в этом мире.

Эва вполне обоснованно оспаривала пальму первенства у Андрея. Дело решил жребий. Что же до того, что ее сбили… На любую силу найдется другая сила, на любого ловкача – другой ловкач, вот и на нее нашелся более умелый или удачливый. Удача в скоротечном бою истребителей стоит вовсе не на последнем месте. Сколько примеров, когда из-за банальной случайности пилоту не хватало какой-то доли секунды, чтобы выскочить из-под удара.

Искин засек старт серии нурсов. Андрей потянул штурвал на себя, уводя истребитель в мертвую петлю. Перегрузка тут же вдавила его тело в ложемент. Одновременно с этим Леднев подал команду на задействование средств непосредственной обороны. Со всеми целями двум иглометам нипочем не управиться, больше чем на пару-тройку рассчитывать не приходится.

Но на этом его проблемы не закончились. Ведомый противника вовсе не собирался оставаться в стороне и выпустил свои снаряды. Не оставалось никаких сомнений в том, что искин преследователя вычислил возможную траекторию и взял должное упреждение.

Маневр не прекратить, потому что тогда есть большая вероятность попасть под снаряды ведущего. Нурсы – неуправляемые реактивные снаряды запускаются из курсовых блоков и летят строго по прямой. В атмосфере подобного не добиться, но в космосе – никаких проблем, если только это не околопланетная орбита. Тогда отклонение конечно же будет, но для дистанции в три тысячи единиц это некритично. После этого срабатывает самоликвидатор.

Продолжая тянуть штурвал на себя, Андрей повел им вправо. Искин противника среагировал на изменение курса, передал данные пилоту. Ведущий взял упреждение и выпустил еще одну серию, перекрывая очередную траекторию.

Бросок влево – и тот же результат. Искин беспристрастно выдает вероятность уничтожения его истребителя в девяносто пять процентов. Это гарантированный провал, если только не совершить нечто, не укладывающееся ни в какие рамки.

И тут же – доклад о попадании двух пушечных снарядов. Но пронесло. Зафиксированы только легкие повреждения, что не может не радовать. Стальные пушечные болванки перехватить нереально, от них можно только уворачиваться и надеяться на то, что не заденут.

Леднев, продолжая выводить петлю с замысловатыми зигзагами, врубил форсаж. Да еще и развернул машину с помощью маневровых двигателей, кардинально меняя курс. То, что в принципе невозможно в атмосфере, в космосе вполне реально, если ты выдержишь перегрузки, а машина – подобные издевательства.

Тело, и без того вдавливаемое в ложемент, буквально размазалось по нему. Перед глазами поплыла муть, и практически сразу появились разноцветные круги. Перегрузка просто запредельная. Искин, не вмешиваясь в управление, все же подал сигнал тревоги, однако пилот его проигнорировал.

Несмотря на предупреждение об опасности, бортовой искусственный интеллект все так же беспристрастно продолжал анализировать обстановку. Где-то на краю сознания Андрей отметил выдаваемые данные. Процент поражения уменьшился рывком до семидесяти, потом – до пятидесяти, двадцати пяти. С новой порцией ракет скакнул до сорока пяти.

Прошел доклад об уничтожении пяти нурсов и расходе половины боекомплекта иглометов. Андрей и не подумал отдавать команду на прекращение огня. Пусть выпустит все до последней железки, но, если получится сбить еще хотя бы один снаряд, оно того стоит. Не успел об этом подумать, как искин сообщил об уничтожении очередного «гостинца». Вероятность поражения тут же упала до тридцати пяти процентов.

Он все же вырвался из тисков, в которые попал, оказавшись между двумя противниками. Причем вырвался весьма удачно. Ведомый не мог атаковать его из-за вероятности поразить своего ведущего. Долго это не продлится, но в скоротечном бою истребителей будешь рад и секунде. Чуть подправил положение машины, захватывая ведущего в прицел, и выпустил десяток нурсов, чтобы преследователю жизнь медом не казалась. Ну и чтобы выиграть еще какое-то время, пока противник будет выполнять противоракетный маневр.

Разворот. Машина продолжила двигаться прежним курсом, но уже кормой вперед. В результате началось интенсивное торможение маршевыми двигателями. Но этого Андрею явно оказалось мало, и он врубил форсаж, отчего его вновь вдавило в ложемент, сознание поплыло, а перед взором появилась мутная пелена. И вновь – предупреждающий сигнал о чрезмерных перегрузках.

Впрочем, данное обстоятельство не помешало искину продолжать контролировать поле боя. Прошел беспристрастный доклад об обстреле из пушки ведомого и его промахе. Тот никак не ожидал подобного финта, как, впрочем, и его искин.

Следом – доклад об атаке сразу двумя ракетами малой дальности, РМД. Они самонаводящиеся и оснащены принудительной системой самоликвидации. Так что случись промах, в ведомого он не попадет в любом случае. Андрей отстрелил в стороны по паре радиоэлектронных и тепловых ловушек, одновременно с этим вырубил маршевые двигатели, тут же ощутив облегчение. Правда, только физическое. Опасность никуда не делась. Искин самостоятельно задействовал иглометы. Получится ли у него разобраться с ракетами противника, пока решительно непонятно. Но то, что их только две, уже внушает оптимизм. Оставшаяся пара наверняка была израсходована по Эве. Потому что экономить боеприпасы в ситуации, когда остался последний противник, попросту глупо. Хотя и вполне рационально.

Довернув корпус корабля, Андрей выпустил десяток нурсов, а следом – все четыре РМД. Вот он экономить не собирался. Если у противника еще имеются в запасе ракеты, то совместно с иглометами он может отразить даже такую массированную атаку. Именно потому вначале Леднев ударил нурсами.

Тем временем ракеты противника сбились-таки с курса, среагировав на ловушки. Но пилот не дремал и в ручном режиме подкорректировал их курс, повторно захватив цель.

Андрей вновь дал тягу на маршевые двигатели, в очередной раз довернув машину чуть в сторону. И снова его вдавило в ложемент. Искин фиксирует стопроцентную вероятность поражения ракетами. Те летят, все время маневрируя, произвольным порядком, и иглометам никак не удается их сбить.

Финт с ловушками подарил Андрею краткий миг, чтобы попытаться вырваться из-под обстрела и предпринять контратаку. Но «замешкавшиеся» ракеты уже наверстывают отставание и вот-вот настигнут свою цель.

Иглометам, израсходовавшим последние крохи боекомплекта, удалось-таки сбить одну ракету. Андрей вырубил двигатели, пустил оставшиеся ложные цели и отключил бортовую электронику. Сработало! Ракета прошла мимо, наведясь на тепловую ловушку и сверкнув искрой подрыва фугаса.

С одним противником покончено. Как оказалось, он все же сглупил и атаковал не всеми РМД. Хотя с их помощью он уничтожил две ракеты Андрея. Третью достали иглометы. Противник также попытался задействовать ловушки, но Леднев успел перехватить управление своей птичкой и в ручном режиме довел до цели. Есть! Красная метка поблекла, обозначая новые обломки космического мусора.

Все это произошло настолько стремительно, что ведущий еще не успел закончить маневр, когда ведомый стал лишь белесой точкой на радаре. Но уцелевший противник во всеоружии против практически пустого Андрея, пара десятков нурсов и часть боекомплекта к пушке, хотя ставить на последнюю, считающуюся вспомогательным вооружением, глупо.

И вновь – тяга на маршевые двигатели. Разворот. Торможение. Набор скорости. Корректировка курса. Ведущий сам буквально нарвался на массированный залп нурсов. Андрей пошел ва-банк и выпустил все два десятка.

Противник предпринял маневр уклонения, при этом ничуть себя не жалея. На этот раз пришло время ему показывать высший пилотаж, свое мастерство и выносливость.

Андрей выдал очередь из десятка снарядов. Расстрелял бы и весь боекомплект, но, к сожалению, это предел, на который хватает конденсатора. Но удача все же была на его стороне. Ну и мастерство, чего уж там. Один из снарядов прошил сразу оба маршевых двигателя. Попадание в подобной ситуации – не на миллион, но и не на тысячу. Еще одна очередь – в уже практически беспомощную машину, чтобы добить. И все. Метка сменила цвет с красного на белесый.

– Круто. И что из боекомплекта у тебя осталось? – послышался в голове голос Эвы.

Он исходил от горошины в ухе, связанной с его персональным искином. Весьма полезный гаджет размером со смартфон, который обычно носят в креплении на предплечье. Вот только земной аналог не идет ни в какое сравнение с этим. Да и персональный – это не просто слова, он завязан на ДНК владельца. И никто не сможет получить к нему доступ. Теоретически.

– Десяток болванок к пушке, – ответил он.

– А что бы ты делал, если бы промахнулся? – поинтересовалась девушка.

– Если бы промахнулся, то пошел бы на таран.

– Вы, русские, все такие чокнутые?

– Вот только не надо. Поляки недалеко от нас ушли. Кавалерийская атака против танков – это, я тебе скажу, что-то с чем-то. А вообще, как по мне, так лучше сдохнуть, чем оказаться в рабстве у тех же багрийцев.

– К ним никто не хочет. Хотя, говорят, к рабам у них отношение самое бережное. Все же капиталовложение.

– Веришь или нет, но не хочется проверять на себе.

– Согласна. Не тот опыт, который хотелось бы приобрести.

Тем временем все маркеры на радаре позеленели. Учебный бой закончился, и электроника истребителей вновь ожила. Машины оказались самыми настоящими, а вот никаких ракет не было, и иглометы не извергали потоки стали. Все вооружение являлось лишь имитатором.

Никакой виртуальный симулятор не способен передать ощущение реального боя, хотя адреналин как-то там и бурлит в крови. Вот только варево это – так себе. В нем нет настоящих переживаний, волнения и страха. Ты не отключаешься полностью от реального мира, а прекрасно сознаешь, что это – всего лишь игра. Погибнуть в виртуале невозможно. Так что вопрос стоит только о победе.

Реальный космос – совсем другое дело. Здесь опасность присутствует, даже если ты просто летишь, не выполняя никаких опасных маневров. Это только кажется, что пространство чистое и прозрачное. На самом деле в нем пребывают в постоянном движении как планеты, кометы и астероиды, так и маленькие тела. С виду – ничего особенного, но даже если они совершенно неподвижны, что невозможно в принципе, то сталкивающийся с ними корабль имеет свою скорость. Именно поэтому любой корпус, даже считающийся лишенным брони, выполнен из броневой стали. Просто она тонкая и способна противостоять разве что иглометам и сопоставимым с ними космическим телам. Да и то – в зависимости от скорости. Суда, начиная от катера, прикрыты силовым полем и могут чувствовать себя относительно спокойно, хотя… тела бывают разные.

На истребителе места для накопителя и генератора не сыскать, отсюда и реальная опасность. Не сказать, что им так уж часто приходится сталкиваться с космическим мусором. Скорее уж крайне редко. Вероятность подобного столкновения значительно мала, но все дело в том, что она есть. И уж тем более – на полигоне школы, расположенном в околопланетном пространстве…

На станции Андрея ожидал разнос. Причем все выглядело настолько серьезно, что его даже посетила мысль о проваленном итоговом экзамене. А все из-за его выкрутасов на пределе возможностей, и, как выяснилось, не только своих, но и техники. Впрочем, обошлось. Экзамен он все же сдал.

Но что касается учебного пособия… Если старичок-корабль второго поколения получил какие-либо повреждения, ремонт будет за счет курсанта. Ах да. Уже новоиспеченного пилота второго разряда.

Ого! Школа вообще-то выпускает пилотов третьего разряда. Второй – только за отличную учебу, да и то лишь в случае окончания полного полугодичного курса. Они же обучались по ускоренной трехмесячной программе. Не сказать что у Андрея были проблемы с успеваемостью, но все же данное обстоятельство никак не укладывалось в рамки обычного.

Война, разразившаяся год назад между Ирианской и Багрийской империями, вносила свои коррективы. В армии и флоте наметился некомплект большого числа специалистов, пилотов истребителей в том числе. Но пока, слава богу, причина этого – не большие потери на фронте, а следствие увеличения штатной численности вооруженных сил.

Их школа была ориентирована на гражданский рынок. Собственно, именно поэтому Андрей сюда и поступил. Он, конечно, уже далеко не тот, что в бытность свою на Земле, но и на войну не рвался. О мобилизации пока еще речь не идет, а потому он предпочел гражданский флот. Вооруженные подразделения служб безопасности различных компаний и корпораций вовсе не редкость, скорее, данность, особенно если организации базируются на фронтире.

– Удивлен? – хмыкнув, поинтересовался инструктор.

– Есть такое дело.

– Не знаю, кем ты был на своей отсталой планете, но в космосе ты чувствуешь себя как рыба в воде.

– Господин инструктор, только не нужно про рыб и воду, – с кислой миной попросил Андрей.

– Да расслабься ты. Океания для тебя уже в прошлом. И что вы все так на нее реагируете?

– А вы поживите несколько лет под водой, и я на вас после этого посмотрю.

– Посмотрит он… А между тем за последние годы все пилоты второго разряда, выпущенные из нашей школы, прошли через эту планету. Некоторые ученые говорят о том, что океан – это тот же космос.

– Возможно. Но только сомневаюсь, что в космосе есть акулы, которые только и ждут случая, чтобы пообедать тобой.

– Уж поверь, в космосе хватает хищников. Ладно, проваливай. И учти, если с машиной что-то не так, твои достижения не избавят тебя от оплаты ремонтных работ.

– Ясно, господин инструктор.

Он не успел покинуть кабинет, как получил сигнал о входящем сообщении. Глянул на экран персонального искина на предплечье левой руки. Так и есть, пришла лицензия пилота второго разряда.

Хм. А вот еще одно сообщение. Кто бы сомневался. Рубь за сто, что механики списали на него прежние неисправности или решили малость погреть руки. Смета на две тысячи кредитов, притом, что средняя заработная плата на Клайпе составляет пять. Но оспорить не получится. В стремлении непременно победить он нарушил множество правил и запретов. Так что можно сказать, легко отделался.

Учебная станция школы когда-то была крейсером. Флот его списал, но это не значит, что история корабля, проданного по остаточной стоимости, едва ли не по цене металлолома, на этом закончилась. Он содержался в полном порядке, имел исправные двигатели, генераторы свертывания пространства и вооружение. Остаточный ресурс узлов, агрегатов и оборудования более чем скромный, но в случае необходимости и этого бы хватило.

Главное же достоинство в том, что крейсер был не просто станцией на геостационарной орбите, а учебным пособием для курсантов всех специальностей, готовившихся в школе. Здесь имелись ангары истребителей и боевых дронов. Машины, давно устаревшие, но это не важно. Научиться ездить можно и на обычном велосипеде, а уж пересесть на гоночный – это дело техники.

– Тебя можно поздравить, Андрей, – встретила его Эва в раздевалке.

Прозвучало не как вопрос. Впрочем, чему тут удивляться? Позади – последнее испытание. И, несмотря на то, что кто-то из курсантов «погиб» в бою, искины, проанализировав действия учеников, пришли к выводу о профпригодности каждого. В отношении Леднева вышла некая заминка. Но едва он получил лицензию, как его данные тут же появились в списке тех, кто успешно окончил курс обучения. И так уж вышло, что его фамилия оказалась на самой верхней строчке.

– Разумеется, можно, – расстегивая комбинезон, ответил он. – Мне выставили счет в две тысячи кредитов за восстановление «старичка», которого я едва не угробил.

– Вот жлобы, – укладывая свои вещи в сумку, констатировала она.

Летные комбинезоны, а по сути легкие скафандры, были их собственностью, поэтому приходилось носить с собой, как когда-то в школу спортивную форму. Несколько неудобно. В особенности учитывая габариты шлема и ранца с регенеративными картриджами, хорошо хоть не полноценная система жизнеобеспечения с ранцевым двигателем. Но школа не военная, а потому ни о какой казарме и постоянных шкафчиках или ячейках не могло быть и речи. У них не была предусмотрена даже форма. Ходили кто во что горазд. В определенных рамках, разумеется.

– И не говори, жлобы еще те. Что с катером? Когда отправляется? – поинтересовался он.

– По графику – через двадцать минут. О задержке не объявляли. Кстати, хочешь пари?

– Насчет? – без тени стеснения сбрасывая с себя одежду, поинтересовался он.

В Ирианской империи отношение к наготе и сексу, мягко говоря, легкомысленное. Поэтому ни о каких раздевалках по половому признаку не могло быть и речи. Так что земляне уже успели привыкнуть не стесняться.

Правда, Андрей ничего не мог с собой поделать. Прошедший через регенерацию и помолодевший организм требовал своего, поэтому при виде красивого обнаженного женского тела всякий раз делал стойку.

Девушки, конечно, над ним подшучивали, но скрыть свое удовольствие по поводу подобного комплимента все же не могли. И Эва не была исключением, хотя, несмотря на все его старания, и продолжала сохранять дистанцию, что в общем-то не мешало их почти дружескому общению.

– Мы не успеем еще сесть в космопорте, как тебе уже предложат контракт, – с апломбом заявила она.

– Я был бы дураком, если бы стал с тобой спорить. Ясно же, что наниматели всегда двигаются от верхней строчки к нижней. Все зависит от того, насколько быстро руководство школы сделает эти списки доступными общественности.

– С тобой неинтересно. Какие планы на вечер?

– Только не говори, что приглашаешь меня на свидание.

– А что так? Разонравилась?

– Как можно, панна Эва! Я просто не могу передать те радость и волнение, которые сейчас переполняют меня, – прижав руку к груди, искренне заверил он.

– Вижу, – не без удовольствия хихикнув и кивнув на физиологическое доказательство его слов, произнесла она. – Но я вообще-то о ресторане. Наши решили отметить знаменательное событие получения пилотских лицензий.

– Я за любой кипеж, кроме голодовки.

– Вот и отлично. Ну, ты чего замер. Дуй в душ или рискуешь проторчать здесь еще четыре часа до следующего катера.

– Тэ-э-экс, девушка, а ну-ка, не мешайте мне. Я – мыться, – подхватывая полотенце и направляясь в душевую, категоричным тоном заявил он.

Глава 2

Наниматели

Все произошло ровно так, как и предполагали Эва и Андрей, с тем лишь отличием, что предложение поступило и ей. Ничего удивительного – у девушки были хорошие результаты итоговых испытаний. Кстати, один из нанимателей написал им обоим. Они посчитали подобное совпадение знаковым, а потому решили навестить офис компании, не откладывая в долгий ящик. Тем более что там заявили о готовности их принять в течение рабочего дня. А до его окончания еще добрых шесть часов.

Еще одной причиной послужило то, что компания «Эльдорадо» была организована землянами. Они старались держаться друг за друга, невзирая на национальность. Один из кварталов их компактного проживания имелся в Талантае на планете Клайп. В этом же городе располагалась и школа пилотов, которую Андрей и Эва только что с успехом окончили.

Нужный адрес находился не сказать что в центре, но и не на глухой окраине. Вполне престижное офисное здание, что уже само по себе указывало на серьезность компании. Солидная арендуемая площадь с несколькими кабинетами, собственная служба безопасности. Не сказать, что в последней имелась острая необходимость, здание и без того охранялось. Но ее наличие лишний раз подчеркивало статус потенциального нанимателя.

– Здравствуйте.

Хозяйка кабинета вышла из-за стола и подошла к ним, протягивая руку в приветствии. Абсолютно земной жест. Ирианцы не утруждают себя рукопожатиями. Как видно, девушка хотела лишний раз подчеркнуть, отчего приглашение было адресовано именно им. Землячество и все такое.

Хм. А вот насчет возраста нанимательницы у Андрея возникли серьезные сомнения. На вид – не больше двадцати пяти, брюнетка с волнистыми волосами чуть ниже плеч, прическа в стиле сороковых годов прошлого столетия. Андрею такие доводилось видеть либо на старых снимках в Интернете, либо в фильмах о тех временах. Смотрится весьма эффектно, молодо и где-то даже легкомысленно. Но уж больно взгляд ее карих глаз не соответствовал возрасту.

С этими регенерационными курсами никогда не угадаешь, сколько лет твоему собеседнику. К примеру, Андрей в свои сорок восемь выглядит ее сверстником. Сколько Эве, он понятия не имел. Девушка, и этим все сказано. Но на вид не больше двадцати.

– Здравствуйте, – вошедшие по очереди пожали маленькую ухоженную ручку нанимательницы.

– Я начальник отдела кадров «Эльдорадо» на Клайпе Людмила. Присаживайтесь, пожалуйста.

Н-да. Подать себя она умела. Андрей даже нервно сглотнул, не в состоянии оторвать взор от плавных форм ее фигуры. А главное – от того, как она двигалась. Отчего-то в голове возникло банальное – лебедушка. Видеть ее означало хотеть. А он что? Он нормальный мужик. И она, похоже, это прекрасно поняла, стрельнув в него лукавым взглядом.

Или специально провоцировала? А что, вполне возможно. Размягчить, так сказать, перед подписанием контракта. Красивая женщина на мужчину всегда произведет впечатление. А уж кто тут в фаворитах для найма, гадать не приходится. Неужели он что-то пропустил в присланном им контракте? Вообще-то у него не было привычки думать не тем местом.

– Итак, наша рудодобывающая компания предлагает вам стандартный контракт. Наши основные активы находятся на фронтире. Есть перспективы роста и реорганизации в корпорацию, объединяющую в себе добычу и переработку руды, а также возведение верфи с полным циклом строительства маломерных судов. И, как вы понимаете, забота о безопасности стоит не на последнем месте. Задачи пилотов – патрулирование, охрана и отражение возможной агрессии. Все как обычно.

Пока она говорила, Андрей в очередной раз просмотрел пункты договора. Все так и есть. Стандартный документ, хотя и с некоторыми оговорками, не без того. Но оно и понятно. Везде свои тонкости, нюансы и коммерческая тайна. Это никак не тянет на подводные камни.

– А в какой системе находится ваша станция? – поинтересовалась Эва.

– В системе звезды Лайонель. Компания была создана год назад, когда вопрос о войне висел уже на волоске. Поэтому место выбиралось исходя как из богатства астероидных поясов, так и удаленности от возможного театра военных действий. Ни стратегического, ни тактического интереса для багрийцев система и наша компания в частности не представляют. По сути, там глубокий тыл. Но, разумеется, исключить боевые столкновения нельзя. Пункты о бесплатной медицинской помощи, регенерации, боевых надбавках и премиальных в договоре прописаны.

– Да, с этим все в порядке, – вынужден был признать Андрей.

В принципе, все выглядит логично. Молодая компания с солидным стартовым капиталом, не готовая рисковать своими активами в открытом космосе. Отсюда – и самое серьезное отношение к безопасности. Кстати, зарплата раза в полтора выше средней. А если учитывать его разряд пилота, так и еще чуть подрастет. В контракте прописана только база.

Он уже был готов завизировать договор и отправить его на почту отдела кадров, когда дверь открылась и в кабинет вошел высокий крепкий мужчина.

– Людмила Васильевна, прошу прощения, я думал, вы уже закончили, – стушевался вошедший.

Андрей же вперил в него внимательный взгляд. Память, в том числе и на лица, у него была хорошей. Так что уже через пару ударов сердца он вспомнил вошедшего.

– Все нормально, мы уже заканчиваем. Знакомьтесь: начальник службы безопасности компании Суслов Артем Витальевич. Итак, с условиями контракта вы ознакомились, на ваши вопросы я ответила. По-моему, нет никаких препятствий для подписания контракта.

– Извините, но я, пожалуй, все же воздержусь, – поднимаясь со своего места, ответил Андрей.

Одновременно с его словами персональный искин хозяйки кабинета возвестил о входящем сообщении. Это прибыл на почту отказ Леднева, все так же не сводящего взгляда с Суслова.

– И что вас не устраивает? – не сумела сдержать своего удивления Людмила Васильевна.

– Андрей? – произнесла ничего не понимающая Эва.

– Меня не устраивает начальство, – пожав плечами, ответил он и направился к выходу.

– Я еще немного подумаю, – произнесла Ковальская, проследовав за ним.

Когда они вышли на улицу, флаер такси уже ожидал их у подъезда. Едва устроились в салоне, как девушка назвала первой свой адрес, и аппарат мягко тронулся с места, заняв воздушный коридор.

– Объяснишь? Я, между прочим, не увидела в договоре никаких подводных камней. Все четко и прозрачно, как слеза. Есть пункт о секретности и неразглашении. Но это нормально. Что тебя насторожило?

– Я знаю этого типа. Вернее, я его видел на Океании. Он обретался на Двадцатке, ну, ты знаешь, база, где основной контингент составляли русские.

– И?

– Он был бригадиром в команде, крышевавшей базу. Более того, если мне не изменяет память, на Океании он появился всего-то года за два до моего отбытия. Но получается, что уже рассчитался по всем долгам и занимает высокий пост в компании, которая организована всего-то год назад.

– Ты думаешь, ее организовали те же, кто занимался рэкетом на Океании?

– Два плюс два всегда четыре, Эва. Так что ты как знаешь, а я пас. Никакого желания рисковать.

– Я слышала об этих ребятах. И то, что известно мне, никак не тянет на рэкет. Они, скорее, организовали нечто вроде охранной фирмы и брали за свои услуги вполне законную плату. Никто из принявших их покровительство не пожалел об этом, и их заработки значительно увеличились.

– Возможно. Но я с этими ребятами дел иметь не желаю, – упрямо гнул Андрей.

– Хм. Ну а я подумаю. Пробегусь по форумам, поищу выходцев с Двадцатки.

– Делай как знаешь.

Он довез ее до дома, пообещал к назначенному часу прибыть в ресторан. После чего задал искину флаера новый адрес. Пока же суд да дело, решил позвонить нанимателю, следующему по привлекательности за землянами. Плата, кстати, немногим меньше, так что предложение вполне на уровне.

– Здравствуйте. Моя фамилия Леднев, я пилот-истребитель. Вы отправляли мне предложение по найму на работу.

– И?

– Что – и? – искренне удивился Андрей.

– В чем проблема? В контракте что-то не понятно? Или тебе неясна оговорка о том, что его пункты не пересматриваются? Зачем ты меня дергаешь? – послышался резкий ответ на грани грубости.

– Вообще-то я хотел встретиться, чтобы…

– Послушай, парень, – оборвал его потенциальный наниматель, – у меня таких, как ты, сто тридцать пять человек. Встречаться со всеми вами у меня терпения не хватит, тем более, что нужно мне только двадцать три человека.

– То есть вы отправляли предложения всем подряд?

– Да неужели догадался? Может, тогда заодно сообразишь, что ты, по сути, пока еще никто и звать тебя никак. Хотя на надбавку за второй разряд можешь рассчитывать. Ладно, все сведения о найме – в контракте, о компании «Раштин» найдешь информацию в Сети. О месте и времени встречи с нанимателем сообщу дополнительно после подписания тобой предварительного контракта. А сейчас мне некогда.

О как. Неласково как-то встречает его наниматель. Прямо сказать, впечатление отталкивающее. Но именно поэтому Андрей и отнесся к данному предложению со всей серьезностью и дал искину команду на поиск соответствующих сведений.

Итак, компания «Раштин» основана двадцать лет назад и называлась так по фамилии ее владельца, в прошлом – честного рудокопа. Немногим из их числа везет вот так подняться. Космической станции у компании нет. Вместо этого она обосновалась непосредственно на астероиде, помимо номера в реестре системы получившего еще и имя – Уллис. Вернее, обосновалась в его недрах, изъеденных шахтами и штольнями, как кусок сыра.

Помимо выработки руды непосредственно на астроиде там был построен терминал для обслуживания добывающих кораблей. Как видно, жилы особенно дорогих руд за эти годы были уже выработаны или дело неуклонно шло к этому, что послужило причиной расширения.

Что еще? Система звезды Рулейна. Шесть планет, десяток лун, четыре астероидных поля. Находится не просто во фронтире, а у черта на куличках. Из обитателей – только персонал базы компании. Вот, пожалуй, и все.

Побывавшие там характеризовали быт только одним словом – скука. Но тот факт, что за время контракта там вполне можно подняться в финансовом плане, никто не отрицал. Даже пилоты отбывали из этого захолустья с монетой в кармане. Правда, по большей части оттого, что особо потратиться там не получится.

Итак, скука. Ну что же, это не самый паршивый вариант. В конце концов, никто не виноват, что Андрей потерял все накопленное на Океании. Здесь за три года можно будет заработать даже побольше, потому как корпорации Арика, обирающей акванавтов как липку, там нет.

Ну а потом можно будет вновь вернуться к мысли о получении кредита на покупку малого транспорта. Именно так Андрей, собственно говоря, и собирался поступить изначально.

Н-да. По сути, в получении лицензии пилота маломерных судов нет ничего сложного. Еще будучи на Океании, он регулярно посещал классы с вирткреслами и, оплатив лицензированную обучающую базу, начал изучение этой специальности. Правда, путем самообразования возможно получить только теоретические знания. Без реальной практики ни о какой лицензии не может быть и речи.

Но все равно экономия времени получилась изрядная. На практику требовалось минимум три месяца в школе пилотов. Ну а пока суд да дело, он решил вложить свои деньги во вполне надежные и прибыльные акции одной туристической фирмы… которая объявила о своем банкротстве в связи с изменившейся ситуацией на фронте.

От четырехсот тысяч кредитов, имевшихся у него для первого взноса за малый транспортник, остался один пшик. Акции обесценились, и, будь они отпечатаны на бумаге, ими можно было бы подтереться. От цифрового же варианта вообще никакой пользы.

Лицензия пилота у него уже имелась, но наниматься к владельцу небольшого грузовика не хотелось категорически. С прибылями там не разгуляешься. Ладно еще, когда работаешь на своем суденышке даже при выплате кредита, кстати, не такого уж и грабительского, как в России, где о банкирах проявляют нежную заботу. О своей прибыли местные банки, конечно, не забывали, но наличие конкуренции с иностранными игроками удерживало их в рамках.

Подаваться в рудокопы также не хотелось. Об этих трудягах говорили что-то вроде – вход тридцатка, выход миллион. Самый дешевый подержанный буровой катер с десятикубовым бункером, одним добывающим лазером и силовым лучом стоил как раз в районе тридцати тысяч. А чтобы приобрести нечто более солидное с дальнейшими перспективами, нужно было не меньше миллиона.

Учитывая остаток средств, Андрей понимал, что особо не разгуляешься. Конечно, хватает компаний и корпораций, готовых вложить деньги в будущего специалиста. Да только долг придется отрабатывать, причем без права разорвать контракт. Лучше уж быть вольнонаемным. Кредит на обучение без подтвержденных доходов не дадут. Армия и флот отпадали сразу. Служить и отправляться на непонятную войну Андрей не хотел.

Конечно, выбранная им специальность пилота-истребителя тоже подразумевает опасность. Но, во-первых, совсем необязательно, потому что это не вооруженные силы. А во-вторых, это единственная специальность, на оплату которой у него хватало средств. Да и то благодаря начавшейся войне и ускоренным курсам. Будь иначе, и он не представлял, как бы прожил лишние три месяца. В настоящий момент на его счету оставалась последняя тысяча кредитов. Мягко говоря, это ни о чем.

Вообще-то Андрей и сам не ожидал от себя ничего подобного. Но жизнь на Океании открыла в нем грани характера, о которых он в своем земном прошлом и не подозревал.

Леднев был ничем не примечательным среднестатистическим законопослушным гражданином. Родился, учился, работал, женился. Правда, брак его оказался бесплодным. Оба хотели детей, но несколько лет ничего не получалось. Потом проверились. Первой обратилась к врачу супруга. Женщины в этом плане куда решительней мужчин. Он, по своему обыкновению, спрятал голову в песок. Но, как оказалось, причина все же в нем.

Прилетел привет от свинки, которой он переболел в детстве. Врачи ничем помочь не смогли, и брак распался. Да и хорошо, в общем-то. Зато теперь у нее настоящая семья – муж и трое детей. В порядке у них все.

Он же решил, что больше не сделает несчастной ни одну женщину. Но, как известно, человек предполагает, а бог располагает. Споткнулся-таки второй раз. В сорок влюбился снова. Все думал и гадал, как ей сказать, что не может иметь детей. Банально боялся, потому что был человеком нерешительным, застенчивым и…

Да трусом он был. Всегда. С самого детства. При любой проблеме медлил, мямлил, делал вид, что не замечает, и все ждал, что само рассосется. Порой так и случалось. Но чаще ему эта нерешительность аукалась. Вот только раз за разом он продолжал наступать на одни и те же грабли, потому что ничего не мог с собой поделать.

С пассией рассосалось само. Она его решила обрадовать вестью о том, что у них будет ребенок. А счастье было так близко, так возможно… Согласись она выйти за него с условием, что сделает ЭКО, и он пошел бы на это, не задумываясь. Но та-а-ак… Он, конечно, не образчик мужественности, но и не законченный телок.

Впрочем, со своей трусливой натурой он справился. Жизнь заставила. Океания либо вынуждает переступить через свой страх, либо ломает окончательно. Он закалился. И столкнись сегодня с ним те, кто знал его на Земле, они очень удивились бы случившимся с ним переменам.

Правда, воду Андрей теперь ненавидел до колик. Предложи ему проехаться на пляж, и он только руками замашет. Как, впрочем, и подавляющее большинство землян. Они этой водной стихии вкусили на всю оставшуюся жизнь.

А вот в космос он влюбился сразу и бесповоротно. Когда впервые отправился в полет, не усыпленным мешком, каковыми их вывозили с Земли, а в здравом уме и твердой памяти, тогда это впервые по-настоящему и почувствовал. Едва ощутив невесомость безвоздушного пространства, он вдруг осознал, что без необъятного, пугающего и завораживающего космоса ему будет тесно и душно.

Итак, захолустье и скука. Ну что же, пусть так. Уж как-нибудь продержится три года. Спиться ему не грозит, потому что он попросту не употреблял спиртное. Наркотики и вовсе мимо него. Женщины…

Хм. А вот тут спасибо Океании от всей широкой души. Плюсом к его вновь обретенной молодости и проявившейся решительности оказалось еще и то, что он лишился своей застенчивости. Женщины, конечно, доводили до беды и куда более сильных и умудренных мужчин. Но молодость осталась где-то там, в прошлом. Сейчас у него только помолодевшее тело при разуме взрослого человека. Так что уж как-нибудь управится со своим дураком в штанах.

Будет решать проблемы по мере их поступления, если таковые вообще случатся.

Андрей завизировал контракт и отправил нанимателю. Все. Теперь только дождаться подтверждения.

Глава 3

Контракт

Флаер остановился возле четырнадцатиэтажного дома из стекла и бетона. Андрей расплатился и вышел из салона. Улица ударила ему в лицо вечерней духотой. Хорошо хоть нет смога, вполне ожидаемого для земного многомиллионного города. Эта цивилизация уже давно отказалась от двигателей внутреннего сгорания, но управлять климатом люди пока еще не научились, хотя и существуют программы терраформирования планет.

В одиночку квартиру в этом районе он не потянул бы. Если бы удачно вложил деньги, то еще ладно, да и то было бы сложно. Но и проживать в ночлежке – не выход, там подобрался тот еще контингент. Криминальных и околокриминальных элементов более чем достаточно, что Андрея совершенно не устраивало. Поэтому жилье он снимал вдвоем с Юркой.

Сосед, по своему обыкновению, провалился в виртуал. Вот так взглянешь, сколько он в нем проводит времени, и сразу же закрадываются в отношении него нехорошие мысли. Многим эти кресла свернули мозги набекрень.

Как ни странно, но в этом продвинутом технологическом обществе как-то не заладилось с нейросетью. Люди используют персональные искины, которые обычно носят на предплечье, хотя возможны и другие варианты. Существуют еще симбиотики, внедряющиеся в череп. Но это не нейросеть, а все те же искины. Сегодня – штука малораспространенная из-за дороговизны, причем не столько самого гаджета, сколько операции по его имплантированию. Но это ведь дело такое. Пройдет какое-то время, и они станут общедоступными. Хотя вроде бы есть еще и какие-то противопоказания.

Так вот, многие земляне плотно подсели на виртуальные игры, что в общем-то вполне объяснимо, если вспомнить, каково было дома с компьютерными развлечениями. Люди буквально отрывались от реальности. Здесь же это стало настоящей проблемой. Если на Океании корпорация заставляла работать и доступ к виртуалу был ограничен, то здесь – никаких рамок. И кресло стоило не так чтобы дорого. А выходцы с этой водной планеты обычно прибывали в цивилизованный мир с монетой в кармане. Правда, если не вложить имеющиеся средства с умом, то хватает их обычно ненадолго.

Но что касается Юрия, тут можно было не переживать. На Земле он был программистом и здесь решил продолжить свое прежнее занятие. Подумаешь, технологии разнятся. Главное, что в основе лежит все тот же принцип. А переучиться – это уже дело техники. Ну и времени. Вот и сидел в виртуале, овладевая новыми знаниями.

Возможность для планомерного самосовершенствования у Бессонова имелась. В отличие от Андрея, он свои двести тысяч вложил удачно, а потому капает ему исправно каждый месяц. Не разгуляешься, но с голоду не помрешь, и не нужно думать о подработках, полностью отдавшись учебе, как когда-то в студенческие годы. Юре было сорок пять, пусть он и выглядит всего-то на двадцать.

Хотя нет. Сейчас у него отношение уже совершенно иное. Взрослый и осознанный подход. Не то что в молодости, когда все мысли крутились вокруг девиц, ночных клубов и дружеских посиделок, на смену которым приходило томительное ожидание, когда же наконец придет ежемесячная родительская поддержка.

Пройдя на кухню, Андрей обнаружил в мойке грязную посуду и осуждающе покачал головой. Сосед, как всегда, в своем репертуаре. Привык, что за ним жена как за дитем малым ходила, и никак не желает перестраиваться. Хотя уж шесть лет как покинул дом и семью.

– О! А я и не заметил, как ты пришел, – произнес появившийся в дверях Бессонов.

– Юр, ты когда научишься за собой мыть посуду?

– Я тебя, между прочим, ни о чем не просил. К вечеру накопится, разом все и помою. И вообще, вот съедешь, я перейду на одноразовую посуду. Так будет куда проще.

– Во-первых, уже время к ужину. А во-вторых, это смотря какой сосед тебе достанется. Один ты квартиру здесь не потянешь, – вытирая руки, возразил Андрей.

– Ничего, найду родственную душу, не то что некоторые.

– Ну-ну, – открывая холодильник, многозначительно хмыкнул Леднев.

– Лучше скажи, как у тебя дела?

– Пилот-истребитель второго разряда, – извлекая кастрюлю с едой, сообщил Андрей.

– Да ну!

– Сам потрясен. Но факт остается фактом.

– И что теперь? Наниматели есть? Я ведь так понимаю, что это не просто высший балл, а выше просто не бывает.

– Твоя правда, не бывает. И с нанимателями никаких проблем. Правда, одни… Помнишь Двадцатку?

– Это та, где россияне окопались и свою охрану организовали?

– Крышу и рэкет.

– Ну-у-у, кому как. Многие о них даже с уважением…

– Как по мне, так пиявки.

– Не суть. К чему ты о них вспомнил?

– Да написала мне одна рудодобывающая компания, которую основали земляне, а там начальником службы безопасности один из братков. Прикинь. Года за два, получается, отстрелялся.

– Ты о Пошнагове слышал?

– Ну?

– Он вообще со своей напарницей управился за год.

– Ты одно с другим не путай. Они пахали, как папа Карло, света белого не видели, а этот работяг стриг. Словом, послал я их.

– И что теперь?

– Да не одни они на белом свете. Было предложение еще от одной компании с фронтира. Завизировал и отправил. Жду ответа.

– Фронтир… Хм, круто, – неопределенно и без энтузиазма произнес Юрий.

– Да ладно. Я изначально ориентировался на него. Не на фронт же лезть.

– Это да. Подальше от войны и поближе к кухне. Но это ведь дело такое…

– Ну, волков бояться – в лес не ходить. Ты вон сутками готов пропадать в виртуале. И ладно бы, как нормальный человек, в игрушки рубился. Так нет же. А меня в космос тянет. Да так, что спасу нет.

– Ну, это да, каждому свое. На меня тоже разогревай, есть хочется просто ужас.

– И куда только в тебя лезет, – кивая на сушилку с вымытой посудой, нарочито удивился Андрей.

– Да ла-а-адно. Подумаешь, не таскаю кирпичи. Так что же, и калориям некуда деться? Во мне все как в топке сгорает.

Они уже заканчивали ужин, когда Андрею пришло входящее сообщение от Раштина. Владелец компании, как и в прошлый раз, был резок и лаконичен. Обозначил время встречи с указанием адреса. Андрей прикинул по времени и состроил недовольную мину.

– Что не так? – поинтересовался Юрий, отправляя в рот кусок мяса.

– Да наниматель назначил смотрины на семь. А у нас в это время сборище в ресторане. Выпуск как-никак.

– Ага. И полячку ту надо успеть завалить, пока вас не разбросало по разным галактикам.

– Уж не держишь ли ты меня за озабоченного?

– Ни в коей мере. Но ведь красавица.

– Красавица, это факт.

Флаер такси доставил его к очередному офисному зданию. На этот раз оно располагалось на окраине города. Не сказать, что криминогенный район, но где-то уже на грани. Как видно, Раштин отличался весьма бережливой натурой, коль скоро арендовал едва ли не самое дешевое помещение.

А может, и компания его доброго слова не стоит? Да не-э-эт, с этим все в порядке. Зарегистрирована должным образом, числится в реестре, причем далеко не на последнем месте. Крепкий такой середнячок, с тенденцией к росту, пусть и с переменным успехом.

В коридоре оказалось людно, и всем было назначено на одно и то же время. Эффективность выше всяческих похвал. Или наниматель решил протащить будущих работников еще и через психологический прессинг? Если так, то не на того напал. Россиян очередями не напугать. А уж сколько ему пришлось посидеть в них по всяким там поликлиникам – и вовсе песня.

Примерно за год до того, как на его пути оказался вербовщик, он попал в аварию. Что тогда творилось на трассе, он даже вспоминать не хотел, пусть и помнил все в деталях. Иные счастливцы сознание теряли, их так в забытьи и доставляли в больницу. Он же оставался в памяти.

До сих пор в деталях помнил, как сотрудник МЧС подбадривал его матерком и выпиливал из покореженного кузова. Как в голове отчего-то бились мысли о том, что эдак ему теперь машину не восстановить. И ведь никогда не отличался скупостью, да и экономить не умел. Но вот поди ж ты. При смерти, а все туда же.

Выжить-то он выжил, но ему удалили одну почку, селезенку, желчный пузырь, пару-тройку метров кишок, половину желудка. Потерял он и обе ноги. Руки… Работать ими было проблематично. Мало того что левая не гнулась в локтевом суставе, а правая начала сохнуть, так еще и пальцев на обеих осталось только пять.

Словом, разделало его, как бог черепаху. Пенсию, конечно, назначили. Причем пять лет нужно было подтверждать инвалидность, а только после этого можно получить бессрочную. Ему, обрубку. Идиотизм какой-то. Параллельно – непрекращающиеся проблемы со здоровьем.

Пенсия – курам на смех. Работник из него никакой. Покатил на кресле к оживленному перекрестку милостыню просить. По первости так скрежетал зубами, что едва не истер их в порошок. Но потом попривык. А что тут поделать? Такова цена одиночества. Позаботиться о нем некому, только если за отдельную плату. Нет, соседи, конечно, не бросали, но и помогали лишь время от времени. У них и своих забот полон рот.

Вот на том перекрестке его вербовщик и приметил. Предложил кардинально изменить жизнь. Андрей к тому моменту еще не свыкся до конца с тем, что стал побираться, вот и согласился. Хотя, признаться, в то, что его могут поставить на ноги, откровенно не верил. Но дальше так уже не мог. Все чаще и чаще его стали посещать мысли о самоубийстве.

Как оказалось, зря не верил. Вот он, стоит, подпирая плечом стенку, и посматривает на остальных флегматичным взглядом. Да еще и планы строит.

Очередь двигалась медленно. Одни задерживались в кабинете не больше минуты, другие подольше. И выходили с разным настроением. Контракт подписывали не со всеми, вот только и не все выглядели расстроенными. Как видно, сведения в Сети не отражали всех деталей компании и ее владельца. Впрочем, удивляться тут нечему.

Дак Раштин оказался невысоким пухлым брюнетом, стриженным под ежик, с рублеными и отталкивающими чертами лица. В общем и целом первое впечатление было тем еще. При виде этого упыря так и хотелось проверить сохранность личных вещей и оглянуться в поисках его подельников. Хотя примерно такой облик и нарисовал себе Андрей после телефонного разговора.

– Кто такой?

– На полтона ниже, господин Раштин, и тогда разговор у нас сладится.

– Уж не пилот ли истребитель второго разряда к нам пожаловал? – откидываясь на спинку кресла, хмыкнув, поинтересовался наниматель.

– Он самый. И прошу заметить, кроме вас у меня имеется еще несколько предложений.

– Не сомневаюсь. Хотя, по сути, ты пока всего лишь не видевший настоящего космоса салажонок, которого учить еще и учить.

– А я не боюсь учиться.

– Какие еще специальности имеются?

– Акванавт. Но подозреваю, что с океаном на вашем астероиде имеются серьезные затруднения.

Нет, Андрей сообщил об этом не для красного словца. Просто у землян, решивших связать свою судьбу с космосом, сложилась определенная репутация. Прошедшие закалку на Океании несколько отличались от остальных ирианцев. Они были более целеустремленными, агрессивными и склонными к принятию нестандартных решений. И на рынке труда это прибавляло им немного очков.

– С водой у нас и впрямь проблемы. Что еще?

– Пилот малого транспорта.

– А чего в истребители подался? Я слышал, с Океании не с пустым счетом приезжают. Или промотал все?

– Можно сказать и так. Неудачно вложился в акции, компания обанкротилась.

– Понятно. Учиться готов?

– Смотря чему.

– Десантная подготовка. Так, на всякий случай. Это бесплатно, но обязательно. Все реально, не фуфло какое. У компании согласно положению о системах фронтира имеется соответствующая лицензия, как и полагающаяся квалификация у инструкторов.

– Годится. Это все?

– Мало?

– Ну, судя по отзывам в Сети, на вашем булыжнике скука смертная. Хотелось бы чем-нибудь занять свободное время.

– Ну, раз уж ты имеешь специальность пилота маломерных судов, могу предложить повысить квалификацию до кораблей среднего класса до четырнадцати тысяч кубов.

– Принимается.

– Ну и освоить буровые корабли.

– А вот это – если станет совсем уж невмоготу, – хмыкнув, покачал головой Андрей.

– А ты мне нравишься, парень. Готов пахать не разгибаясь. Я таких люблю. Не передумал?

– Нет, – пожав плечами, ответил он.

– Тогда визирую твой контракт, – одновременно с этими словами искин сообщил о входящем сообщении. – Отлет послезавтра. Более точная информация поступит дополнительно. Все, можешь идти.

Ну а что еще делать. Вышел из кабинета, отметив для себя, что опаздывает в ресторан уже на пару часов. Наверняка там все уже набрались, так что и смысла туда направляться никакого. Тем более человеку непьющему. Если только Эва. Причина веская. И сегодня, по факту, последний шанс добиться ее капитуляции. Потому что уже завтра их может разбросать не то что по разным системам – по разным галактикам.

– Эва, привет. Вы там еще не разбежались? – связался он с ней, когда устроился во флаере такси.

– Андрей, ты несносен. Где таскаешься?

– Я же сказал, был на встрече с нанимателем. Проходил, так сказать, кастинг.

– И как? Удачно?

– Вполне. Контракт подписан. Послезавтра улетаю.

– Так скоро?

– А чего тянуть? Да и, признаться, поиздержался я. Так что чем раньше определюсь с работой, тем лучше. Оформлять пособие и сидеть на шее у казны желания нет. Как и переселяться в ночлежку.

– Согласна. Ладно, тащи сюда свою задницу.

– Уже в такси.

Вообще-то он был практически на месте. Планетарный транспорт Внутренних систем подразделяется на три категории: наземный, воздушный и гибридный. Последние модели ввиду их универсальности отличала дороговизна. Но компаниям-перевозчикам не до изысков, их интересует только скорость и качество оказания услуги. И в этом плане чистые флаеры вполне справлялись со своей задачей, к тому же были куда быстрее наземных машин.

Веселье было в самом разгаре. И что тут делать абсолютно трезвому человеку? Не сказать, что он не пил вообще, но случалось это крайне редко, не чаще одного-двух раз за год. Причем он не скатился до стакана, даже когда ему было совсем плохо и все чаще посещали мысли о суициде.

– О! Андрюша, наконец-то, – с нескрываемой радостью встретила его Эва.

В отличие от нее, у остальных полутора десятков новоявленных пилотов настроение не улучшилось. Не сказать, что Леднев держался наособицу, просто оно как-то само так получалось. Будучи непьющим, он не участвовал в вечерних посиделках за кружкой пива, где крепли взаимные симпатии. И причина тут не в последнюю очередь в отсутствии лишних денег.

Кстати, теперь он мог чувствовать себя куда более уверенно. На его счет упал аванс в виде трех тысяч кредитов. Раштин, конечно, имеет отталкивающую внешность и грубые манеры, но жадностью, похоже, не страдает.

– Пойдем танцевать, – сразу же подступилась к нему полячка.

– Я не танцую.

– Ерунда. Все танцуют. Вопрос только в том, насколько они пьяны, – авторитетно заявила девушка, раскрасневшаяся от принятого алкоголя.

Кто бы спорил. Андрей прикинул и решил, что сегодня, пожалуй, не грех и выпить. Немного. Так, для поднятия настроения.

Ужин уже успел давно перевариться, а какие-то солоноватые орешки закуской не назвать, так что опрокинутое в рот спиртное подозрительного изумрудного цвета подействовало быстро. Хм. И на вкус оказалось очень приятным. Никаких позывов занюхать, скривиться или иного негатива не возникло. Просто приятное тепло, прокатившееся по пищеводу и разлившееся в желудке.

Слегка захмелев, Андрей все же позволил Эве увлечь его на танцпол. Не сказать, что он был таким уж увальнем, но на фоне девушки смотрелся все же бледно. Однако, прекрасно отдавая себе в этом отчет, он не мог противостоять безудержному веселью подруги. Да, признаться, и не хотел этого.

В какой-то момент он вдруг слетел с нарезки и, ухватив ее, потащил в сторону туалетной комнаты. Впрочем, потащил – это громко сказано. Скорее уж задал направление. Она и не думала сопротивляться или возражать. Тут их желания полностью совпадали.

Не сказать, что они в этом плане оказались оригинальными. Из трех кабинок две были заняты. Причем доносящиеся оттуда звуки однозначно свидетельствовали о том, что используются они не по назначению. Отношение к сексу у ирианцев, конечно, легкое, но не настолько, чтобы этим можно было заниматься где заблагорассудится. Вот и выкручиваются разгоряченные пары.

Едва он запер дверь, как Эва сжала ладонями его виски, посмотрела в глаза и, хищно улыбнувшись, впилась в его губы. Признаться, его это слегка задело. В голове пронеслась мысль, что это он мужчина и инициатива должна исходить от него.

Впрочем, в следующее мгновение он уже и думать позабыл об этом. Возможно потому, что его руки скользнули под платье, подобрались к ягодицам и, с силой сжав их, оторвали девушку от пола. Прижав ее к стене, он хотел было заняться своими брюками, но она опередила Андрея и, не отрываясь от его губ, управилась сама.

Ему оставалось только сдвинуть в сторону трусики и, толкнувшись, войти в нее. Его тут же обволокло влажным и бархатным теплом. По телу пробежалась волна возбуждения и истомы, голова слегка поплыла, и причина – вовсе не в выпитом алкоголе.

– О-о-о б-боже-э-э! – с силой прижавшись к нему, выдохнула Эва в самое ухо.

Она обхватила ногами его бедра, не давая двигаться. Это длилось несколько секунд. Андрей не противился, наслаждаясь нежностью и теплом ее лона. Наконец с легким всхлипом она ослабила захват и толкнулась ему навстречу. Правильно восприняв сигнал, он двинулся в такт с ней. Еще. Опять. И снова…

Их появление в зале компания восприняла с иронично понимающими улыбками и шутками. Эву тут же атаковали двое парней, явно давая понять, что не мешало бы поделиться лаской и с ними. Типично ирианский подход. Тем более что непреступная до этого красотка вдруг дала слабину.

Андрей хотел было вмешаться, но надобность в этом отпала сама собой. Девушка подхватила свою сумочку, одарила всех воздушным поцелуем и, взяв Леднева под локоток, потащила на улицу. Не сказать, что курсанты этой сугубо гражданской школы представляли собой спаянный коллектив, краткий курс обучения и отсутствие общих интересов не способствовали появлению такового. Так что Андрей и Эва не испытывали никакой неловкости по поводу подобного расставания.

– А я ведь тоже подписала контракт, – когда они оказались в такси, произнесла она.

– Только не говори, что с нашими земляками.

– Именно с ними. Я переслала контракт в юридическую фирму. Там все чисто. Пообщалась с выходцами с Двадцатки. Ни одного негативного высказывания.

– Ну, может, ты и права…

Оборвав себя на многозначительной ноте, он притянул девушку к себе и впился в ее губы. Интересно, а когда он в последний раз целовался в такси? Как же давно это было! Поцелуй вышел долгим. Настолько долгим, что оторвались они друг от друга, только когда флаер опустился у подъезда дома, в котором жила девушка.

– Ближайшая гостиница, – тут же задал новый курс Андрей.

– Отмена заказа, – возразила она и, поймав его разочарованный взгляд, пояснила: – Моя соседка улетела со своим парнем на выходные.

Глава 4

Новобранец

Как видно, все, что связано с компанией «Раштин», можно было ассоциировать со скукой, в том числе и вот этот медлительный и неповоротливый рудовоз. Судно старой постройки однозначно было выкуплено минимум вдвое дешевле нового. Впрочем, со своей задачей оно вполне справлялось, а большего его владельцу и не нужно.

Длина – двести пятьдесят метров. Отсек для руды – тридцать тысяч кубов. Правда, в нем перевозили только концентрат, объем тот же, да выход куда больше. В атмосфере и гравитации там нет никакой необходимости, чего не скажешь о грузовом отсеке.

Его объем составлял всего лишь тысячу триста кубов. Вполне достаточно для перевозки необходимых грузов и немногочисленных пассажиров, под обитание которых была использована часть объема. Отсек экипажа сравнительно невелик, и лишним там разместиться негде. Конечно, если не постараться и не набиться, как селедка в бочку.

«Скиталец», как назывался рудовоз, был весьма тихоходным. На разгон для выхода в подпространство ему необходимо пятнадцать часов. Прыжок – всего лишь на две системы или, в среднем, на десять световых лет. Но у него было неоспоримое преимущество. При всей своей медлительности, на стандартных баках он совершал переход в восемь полноценных прыжков, а с дополнительными – так и вдвое больше. Стоит ли говорить о том, что Раштин предпочитал максимальную автономность.

В общем и целом до системы Рулейна им предстояло совершить четырнадцать прыжков. То еще захолустье, но Раштина вполне устраивало отсутствие конкурентов. В мирное время подняться с нуля под боком у более весомых игроков попросту нереально. Компании же фронтира имели целый ряд послаблений и льгот, к примеру, были привлекательны тем, что имели разрешение на выдачу целого ряда лицензий. Причем обучали специальностям буквально за бесценок.

Десять дней в пути при условии, что все пройдет гладко, без каких-либо осложнений. В это время нужно было чем-то заняться, так отчего бы и не самообразованием, благо в отсеке имелось шесть вирткресел. Правда, пока Андрей мог приступить только к обязательной программе по десантной подготовке. Да и то лишь к теоретической, то есть виртуальной части. Практику предстояло нарабатывать под присмотром инструктора.

Впрочем, несмотря на это, нельзя сказать, что ему удалось побороть скуку перелета. Все время проводить в виртуале тоже не сахар. Тем более если речь об учебе, а не об игре и развлечении. К тому же пользоваться креслами приходилось строго по графику, так что особо не разгуляешься.

Но, как говорится, любое путешествие начинается с первого шага и рано или поздно непременно заканчивается. Подошел к концу и их долгий перелет. Далекая и необитаемая система звезды Рулейна. Ну не считать же ее заселенной из-за трехсот пятидесяти двух работников компании «Раштин»? Ах да, с учетом новичков – трехсот шестидесяти четырех. Это даже не капля в море, а некая величина, стремящаяся к нулю.

Андрей наблюдал астероид на обзорной панели. Это на истребителях предусмотрены прозрачные бронеколпаки, что позволяет, наряду с сенсорами, использовать и визуальное наблюдение. Наличие иллюминаторов отрицательно сказывается на прочности корпуса корабля, поэтому ничего подобного здесь нет и в помине – только сенсоры и видеопанели.

Уллис, как говорится, не впечатлил. Представьте себе здоровенный булыжник в форме картошки или кривой матрешки – и получите примерную картину того, что увидел Андрей. Вопреки его ожиданиям астероид не вращался, а просто висел в пространстве, двигаясь по своей траектории. Как следовало из сведений о компании, его вращение было прекращено искусственно. Астероид был все время обращен к звезде одной и той же стороной. Поэтому при взгляде под определенным углом кажется, что находящуюся в тени половину космического тела попросту отсекли.

При ближайшем рассмотрении были заметны искры прожекторов в районе сооружений, расположенных на поверхности астероида. Они освещали участки, куда отбрасывали тени сами постройки и скалы.

Когда «Скиталец» приблизился к астероиду, его захватил силовой луч, и с этого момента от пилота уже ничего не зависело. Разумеется, ему было по силам подвести судно к причалу, это входит в обязательную программу подготовки. Мало того, для подтверждения квалификации каждый пилот обязан провести под протокол определенное число самостоятельных стыковок в ручном режиме. К примеру, пилоты-истребители в течение полугода обязаны совершить не менее десятка самостоятельных входов в док.

Стыковка несколько затянулась. В смысле, по ощущениям Андрея, конечно же. Потому как до этого ему приходилось иметь дело максимум с малым транспортом, габариты которого попросту несопоставимы с рудовозом, об истребителях и говорить нечего. Но на самом деле все прошло штатно, без сучка и задоринки, что говорило о высоком профессионализме дежурного оператора.

Вообще, специалисты, прошедшие школу фронтира, ценились во Внутренних системах. Потому что если где и есть шанс получения опыта работы во внештатных ситуациях, то именно здесь. И это не говоря о реальном боевом опыте. Никакие симуляторы и полигоны не дадут того, что можно получить при столкновении лицом к лицу с настоящим противником.

Наконец стыковка была завершена, и, повесив на плечо большую сумку с вещами, Андрей направился к выходу. За время путешествия он ни с кем так и не сблизился. Разумеется, общался, как же иначе. Но дальше обычной вежливости как-то не зашло. Вероятно, причина – в традиционной неприязни между работягами и военными, причем плевать, наемниками или имперскими солдатами. Впрочем, первых не любили больше.

– Ты, что ли, Леднев?

На выходе из переходного рукава его встречала невысокая девушка, кареглазая смуглянка с коротко стриженными черными волосами. Никаких тебе изысков в стиле разноцветных прядей, что здесь в ходу далеко не только у молодежи. Одета в комбинезон службы безопасности с нашивками истребительной эскадрильи. В петлицах – знаки различия пилота первого разряда.

– Леднев Андрей, – ответил он на бессмысленный вопрос.

Если девушка встречает его, а в этом никаких сомнений, то и контакт его искина имеет. Так что она точно знает, кто перед ней. Незнакомка окинула его взглядом с ног до головы с нескрываемым любопытством и даже оценивающе. Повела взором по проходящим мимо работягам, снова посмотрела на него и удовлетворенно кивнула.

– Добро пожаловать на Уллис. Меня зовут Тилия, – наконец произнесла она. – Мне приказано сопроводить тебя в расположение эскадрильи. Ну и кратко ввести в курс дела.

– Ну что же, веди и… вводи, – хмыкнув, многозначительно закончил он.

– Насчет последнего – посмотрим на твое поведение, – и не подумала тушеваться девушка.

Ничего удивительного. Это ей только на вид около восемнадцати, эдакий дерзкий воробышек. На деле, вполне может статься, и весь полтинник. Хотя сомнительно, конечно. В смысле, ничего невозможного, но такая регенерация для пилота-истребителя все же слишком. Тысяч в двести обойдется. Но за тридцать лет ей вполне может перевалить. А тут уж и наличие жизненного опыта как само собой разумеющееся.

Вообще-то Леднев ожидал увидеть коридоры с каменными стенами и сводами, но, вопреки его ожиданиям, здесь все было забрано в композит. Правда, разномастный и явно бывший в употреблении. Наверняка обшивка старых кораблей со станции мусорщиков. Старый композит стоит буквально копейки, чего не сказать о новом.

Причина отделки объяснима – так проще соблюдать чистоту. А еще в случае поломки генератора искусственной гравитации в воздухе не повиснут камни и камешки. Сейчас-то в обитаемой части стандартное притяжение, но все может случиться. Тем более при нападении. Касаемо же возгорания можно было не переживать. Композит вполне пожаробезопасен.

– Если коротко, то в эскадрильи два десятка пилотов, – начала пояснять девушка. – Три звена по три пары плюс командир и его ведомый. Мы входим в состав службы безопасности, как и взвод десантников. На них же – полицейские функции.

– Не многовато на три сотни рудокопов? – осматриваясь, поинтересовался он.

– На две с половиной. Остальные – администрация, персонал базы и экипажи рудовозов. Кстати, та же диспетчерская служба ведает стационарными огневыми точками и системой жизнеобеспечения базы. Как понимаешь, они так же относятся к безопасникам.

– Но на отличных от нас условиях, – поправляя на плече лямку сумки, дополнил он.

– Именно, – для чего-то воздев указательный палец, подтвердила она.

– А ты, я так понимаю, мой будущий напарник?

– С чего такие выводы? – на этот раз она слегка пожала плечами.

– А к чему тогда тебе меня встречать? – вопросом на вопрос ответил Андрей.

– Выполняю приказ. Мы, конечно, не имперский флот, но живем по его законам. Почти.

– Разрешите вам верить, госпожа пилот-истребитель первого разряда.

– Не наивный. Сколько тебе лет?

– Сорок восемь.

– Тогда понятно, откуда такой рассудительный. Землянин?

– Есть такое дело.

– У нас есть один землянин. Но он отчего-то называет себя американцем.

– Земля отличается от планет Внутренних систем. У нас национальностей не меньше, чем в той же Ирианской империи. А может, и больше.

– Ах да, я все время забываю, что вы с отсталой планеты. Для вас это типично. Но, признаться, к землянам я отношусь с уважением.

– Многих встречала?

– Нет. Много слышала о том, что если уж вы отправляетесь бороздить космос, то из вас получаются самые отчаянные сорвиголовы. И те шестеро, которых я знала лично, – яркое тому подтверждение. Надеюсь, что и седьмой не станет исключением. Твоя правда, мы будем напарниками. Ты мой ведомый.

– Сколько тебе лет? – остановившись и окинув ее взглядом, поинтересовался он.

– Задавать подобный вопрос девушке несколько нетактично, – поправляя коротко стриженные волосы так, словно у нее были пышные кудри, заметила она.

– Если говорить о девушках, так меня более чем устраивает то, что я вижу, будь тебе хоть сотня лет. А вот ведущего хотелось бы иметь постарше и с опытом.

– У тебя опыта вообще нет, – пожав плечиками, возразила она.

– Как нет юношеских бесшабашности и бравады.

– Справедливо. В напарнике нужно быть уверенным. Мне двадцать девять, я с планеты Леос, системы Мийа. Пилотский стаж – восемь лет.

– И всего лишь пилот первого разряда?

– А ты не знаком с положением о повышении квалификации и присвоении званий в военизированных формированиях?

Положение это в общем и целом было практически идентичным и в имперских вооруженных силах, и в лиге наемников. В частности, пилоты через три года после окончания школы и при наличии боевого опыта получали звание пилота первого разряда, нередко минуя ступень второго, практически соответствовавшего ефрейтору российской армии, разве что по финансам выгодней. Но подняться выше ведущего не могли. Зато имели право на прохождение соответствующей подготовки, а после нее имели шанс стать сержантами и командовать звеном. Еще три года – и главный сержант мог поступить на офицерские курсы.

– Отчего же, знаком, – вновь продолжая путь, произнес он. – Для этого в первую очередь необходим реальный боевой опыт. Но разве не этим обусловлено желание многих делать карьеру именно на фронтире?

– Фронтир фронтиру рознь. В нашем захолустье получить боевой опыт проще, самому спровоцировав конфликт. И прошлые мои контракты были сродни этому. Ничего, надеюсь, что до его истечения война не закончится. Есть на примете парочка мест, где я могу наконец сдвинуться с мертвой точки.

– А разорвать контракт?

– При наличии обоюдного согласия – никаких проблем. В одностороннем же порядке расторжение влияет на личное дело. Как-то не хочется оказаться востребованной только в сомнительных компаниях.

– Это да. Нормальный человек всегда будет держаться подальше от авантюр. Но ведь ты могла для начала выяснить, что за система, вникнуть в суть работы.

– Выясняла, конечно. Но всякий раз прокалывалась, – отмахнулась девушка. – Не хочется оказаться посреди активных боевых действий, чтобы получить необходимый стаж.

– Что-то ты уж больно рассудительна для пилота-истребителя. Уверена, что выбрала нужную специальность?

– Что ты хочешь этим сказать? – возмутилась Тилия.

– Только то, что сказал. При подобных взглядах следовало ориентироваться на мирную специальность.

– Я отлично знаю, чего хочу. И, как ты верно заметил, не страдаю бесшабашностью и излишней бравадой. Бросаться в самую гущу боя, не имея боевого опыта… Тебе известно, сколько среди погибших приходится на неопытных пилотов?

– Что-то около трех четвертей.

– С началом боевых действий эта цифра выросла до четырех пятых. В мои намерения входит сделать карьеру, а не пополнить статистику. Так понятно?

– И судя по тому, что теперь ты рвешься в бой, за прошедшие годы ты успела наработать немалый опыт, – не спрашивая, а скорее утверждая, произнес Андрей.

– Именно.

– Ну что же, удачи.

– А ты?

– А у меня другие планы.

– Секрет?

– Вовсе нет. С Океании я прибыл с неплохим капиталом и намеревался вложить средства в приобретение небольшого грузовика. Пока учился, приобрел акции компании, которая умудрилась разориться. За три года в этой глухомани я смогу заработать достаточно, чтобы все же осуществить свои намерения. Так что в бой я не рвусь.

– Странно слышать подобное от землянина, который подался в военные.

– Увы, – хмыкнув, произнес он.

Расположение эскадрильи ничем особенным не отличалось. Обычный коридор с все теми же композитными стенами. Каюты, рассчитанные на двоих. Андрей даже мысленно ухмыльнулся, когда понял, что будет делить жилье со своей напарницей. Как уже говорилось, у ирианцев отношение к сексу весьма вольное. Хм. При условии, что он сумет с ней поладить.

Впрочем, скорее всего, с этим проблем не возникнет. Даром, что ли, она сверлила его оценивающим взглядом? Долгое пребывание в замкнутом пространстве в окружении одних и тех же лиц, однообразие и скука… Еда уже давно не вкусная, партнеры приелись. Иметь дело с рудокопами… Вообще-то пилоты у них не в чести, и это взаимно. Так что выбор партнеров ограничен.

– Господин сержант, пилот второго разряда Леднев прибыл для прохождения службы, – доложил он, войдя в комнату, занимаемую сержантом Брантом.

Командиру звена не полагалось отдельное рабочее помещение. Каюта вполне стандартная, в точно такой же устроился Андрей. Пара коек, стол, встроенный платяной шкаф, туалетная комната с душем. Или, точнее, все же закуток. Вот и все апартаменты. Скорее всего, взяты уже готовые секции с какого-нибудь погибшего крейсера или линкора. На станции мусорщиков их разобрали, а собрали уже здесь.

– А ты не торопишься, Леднев, – окинув его взглядом, недовольно заметил сержант.

– Отчего же. Забросил сумку с вещами и сразу же пришел доложиться.

– А должен был поступить наоборот, – припечатал сержант.

Нетипичное поведение. Вообще-то земляне держались друг друга и уж точно обычно бывали рады встрече. Их не так уж и много на просторах Внутренних систем, если только не учитывать мест компактного проживания. Но ведь здесь они были только вдвоем.

– Не счел это необходимым, – одарив начальство ухмылкой, произнес Андрей.

Молодой человек даже задохнулся от охватившего его возмущения. А ведь, похоже, и впрямь молодой. Самому Ледневу на вид двадцать пять. Этот же выглядит едва ли двадцатилетним. Или и впрямь является таковым?

Пока он забрасывал вещи, Тилия говорила, что их начальник успел побывать во многих переделках, а потому сумел получить достаточный стаж и выучиться на сержанта. Молодой и горячий? У таких частенько свербит в одном месте. Хотя сомнительно. Корпорация Арика вывозит с Земли только совершеннолетних. Плюс несколько лет на отработку долга и минимум четыре – для получения сержантского звания. Так что, получается, около тридцати. Но в любом случае больше двадцати пяти.

– Пилот!.. – начал было Брант.

– Выдохни, сержант. Мы здесь не в имперском флоте, и я не обязан козырять тебе по поводу и без такового. Будут обоснованные претензии по службе – не вопрос. А строить меня не советую.

– Я люблю такие задачки, – хищно улыбнувшись, произнес сержант.

– Голливудских фильмов насмотрелся, – с кислой миной произнес Андрей.

– Для начала за нетактичное поведение с командиром я объявляю тебе выговор. Если ты не в курсе, это автоматически лишит тебя премиальных за месяц.

– Зря ты это затеял, парень, – хмыкнув, покачал головой Андрей.

– Ты мне угрожаешь?

– Я здесь, чтобы заработать и идти по жизни дальше, а не для твоего самоутверждения. И лучше бы тебе это понять, сержант.

Глава 5

Не рой яму другому…

– Здравствуй, Райен, – приблизившись к главному механику, поздоровался сержант.

– Привет, Брант. Что-то случилось? – удивился хозяин ангара, вытирая руки ветошью не первой свежести.

Для чего-то же существуют искины и Сеть? Пусть она здесь только локальная и обновляется благодаря прибывающим из Внутренних систем грузовикам, но для местных потребностей этого достаточно. А тут командир звена истребителей заявился самолично, да еще и с явно недовольным видом.

– Есть один вопрос. Мне тут зарплату начислили.

– Всем начислили, – пожав плечами, произнес ничего не понимающий механик.

– Но не у всех при этом удержали в пользу их подчиненных.

Услышав его слова, Андрей невольно ухмыльнулся и поглубже влез под открытый капот бурового катера. Смех, а не машина для заработка. Отсек для руды небольшой, двигатели слабенькие, пригодные только для прогулки к ближайшим астероидам, в которых все ценное уже давно выковыряли. Выработка лазера мизерная. Электронная начинка – самая минимальная. Но этот видавший виды трудяга стоит как раз те самые тридцать тысяч кредитов, с которых зачастую начинают рудокопы. А особенно неудачливые так и подолгу задерживаются.

– О чем ты, Брант? – вздернул брови Райен.

– О закрытых тобой нарядах. Ты указал в них, что Леднев трудился здесь на благо компании по моему приказу.

– Правильно. А разве не так?

– А разве ты посылал начальству запрос о выделении тебе помощника?

– Да, я их отправляю постоянно. Рук катастрофически не хватает. Далеко не всегда можно заменить человека дроидом. Среди рудокопов сегодня слишком много новичков, так что работы по горло.

– Но я направлял сюда Леднева в качестве наказания для отбытия очередного наряда на работу.

– Секунду. – Райен сверился с записями на своем персональном искине и отрицательно покачал головой. – Согласно моим отметкам он только дважды работал здесь в качестве наказания. Все остальное время – просто по твоему приказу.

– Да быть того не может. Леднев!

– Я, господин сержант!

Андрей чертиком выскочил из-под капота и вытянулся перед начальством в струнку. Грудь колесом, подбородок приподнят, взгляд пожирает воображаемую кокарду на лбу командира. Вид молодцеватый и придурковатый, свидетельствующий о готовности мгновенно выполнить любую команду начальства.

– Что это значит?

– Прошу прощения, господин сержант, я не понимаю вопроса, – громко и четко произнес пилот.

– Отчего по прибытии к главному механику ты не докладывал ему, что отбываешь наряды на работу.

– Но вы только дважды наказывали меня, господин сержант. Во всех остальных случаях просто приказывали поступать в полное распоряжение главного механика Райена, – все так же громко, четко и вытягиваясь в струнку, доложил он.

– Ты смеешь врать мне?

– Никак нет, господин сержант. Вы можете все сами проверить. Алена, доступ сержанту Бранту к файлу «Механик».

Алена – это его персональный искин. Женский голос куда приятнее для восприятия.

Сержант какое-то время изучал записи, все больше мрачнея. Этот наглый русский в первый же день получил серьезное взыскание. Признаться, командир эскадрильи откровенно удивился подобной жесткости, но не стал отменять решение Бранта.

Андрей продолжал вести себя вызывающе. Вернее, подчеркнуто официально, причем в лучших традициях голливудских фильмов. Если коротко, то его общение с сержантом свелось к «так точно», «никак нет», «не могу знать» и далее по списку. Только тупица не усмотрел бы в этом издевательство, а Брант тупицей не был. Тип с завышенной самооценкой, стремящийся всем и каждому показать свою значимость, – это да. Но не дурак.

Подоплека подобного поведения сержанта стала Ледневу понятна, когда он узнал, что парнишке всего лишь двадцать один год. Ни о чем подобном Андрею слышать пока не доводилось. Но ведь всегда есть исключения.

Этого американского паренька забрали с Земли в четырнадцатилетнем возрасте. Вербовщик пожалел молодого человека, у которого обнаружилась неоперабельная опухоль головного мозга, и подделал его возраст. Благо сложением боженька парня не обидел. Никто особо не разбирался, есть заверения вербовщика, и этого более чем достаточно.

Бывший геймер словно с цепи сорвался, поначалу окунувшись в виртуал, а потом перенесшись в реальность. Он жил словно в игре. Мозги напрочь протекли. Даже пару раз уже летал на респ. В смысле, погибал, помещался в криокапсулу, а затем возрождался к жизни в регенерационной. И вот это бессмертие его заводило еще больше.

С долгом перед корпорацией Арика на Океании он разобрался за четыре года. А после за прошедшие три стал сержантом. Выйдя из школы пилотом второго разряда, он с ходу рванул в самую горячую точку. Допуск на получение звания он заслужил досрочно и, чего уж греха таить, истребителем был отчаянным и умелым. Этот вывод Андрей сделал на основании тренировок и разговоров сослуживцев. Из последнего источника почерпнул и остальные сведения.

Иными словами, парень болезненно воспринимал любой намек на свою молодость. А тут весь такой из себя независимый Леднев. Вот и сорвался сержант под кручу, особенно когда Андрей начал всячески подчеркивать командную должность Бранта, нарочито придерживаясь старинной истины – ты начальник, я дурак.

Чем исполнительней был подчиненный, тем требовательней становился начальник. Когда посредством выговоров сержант лишил его всех надбавок, то стал мордовать Андрея нарядами на работы. Только малость увлекся и расслабился, за что и поплатился.

Два первых раза Брант четко обозначал, что отправляет подчиненного отрабатывать наряд в качестве наказания. Потом обленился, потерял бдительность или просто не ожидал подобной каверзы от подчиненного, но конкретика в наложении наказаний исчезла. Появилась возможность трактовать его слова уже не как взыскания, но как приказы, чем Андрей и воспользовался.

Здесь не армия, но наряды на работы есть, и выполнять их приходится в свободное от основной службы время. Работа в личное время и в выходные оплачивается по двойному тарифу. Компания не станет платить за дурость начальника, решившего по своему усмотрению использовать труд наемника. Но и не выплатить полагающееся они не могут. Андрею и заплатили. Из кармана сержанта.

Наблюдая за изменившимся выражением лица Бранта, Леднев едва не рассмеялся в голос. Весь его вид указывал на то, что у себя сержант ничего не протоколировал. Бумажки или электронные документы – это ведь такая тягомотина. Драться в космосе куда интереснее. И уж тем более – с превосходящими силами противника. Вот где красота, романтика, адреналин и проявление настоящего таланта.

– Умный, значит, – сквозь зубы процедил Брант.

– Да уж не дурак, – прекратив вытягиваться в струнку, пожал плечами Андрей.

Он так не поступил бы, если бы Райен и другие механики не предпочли убраться подальше от ненужных им разборок. За прошедший месяц к Андрею успели проникнуться уважением, а потому не хотели ставить его в неловкое положение. Хотя чье самолюбие тут пострадает, это еще вопрос.

– Ничего, я учту это на будущее, – вперив в Леднева злой взгляд, скорее выплюнул, чем сказал Брант.

– Конечно, учтешь. А потом проколешься на чем-нибудь другом. Сынок, ты гораздо талантливей меня управляешься с истребителем, и я это признаю. Пока. Однако ты мальчишка по части жизненного опыта. Он у тебя попросту отсутствует. Решил ударить меня по самому больному – по деньгам. Отсюда вывод: ты ни черта не знаешь о русских. Для подавляющего большинства русских деньги не сама суть, а только средство. Не все можно измерить ими.

– Но ты решил все же восполнить свои потери за мой счет. Причем перекрыл их с запасом.

– Признаться, я этого не планировал. Просто воспользовался твоим просчетом. Глупо было пройти мимо такой возможности. Тем более что для тебя-то это как раз наиболее болезненно. Не смотри на меня так. Просто сделай соответствующие выводы, и я готов служить без выкрутасов. У меня, между прочим, есть планы по овладению дополнительными специальностями.

– За нетактичное поведение с непосредственным начальником объявляю тебе два наряда на работы.

– Ты так ничего и не понял, сынок, – горестно вздохнул Андрей.

– Три наряда на работы!

– Ну-ну. Не так резво. Ты еще не командир эскадрильи. И вообще… – Андрей подобрался, принял положение «смирно». – Довожу до вашего сведения, что согласно положению о дисциплинарных взысканиях я подам апелляцию командиру эскадрильи.

– Это твое право.

– Я знаю, сержант, – хмыкнув ответил Андрей.

– В таком случае двигай к лейтенанту.

– Мною уже получен наряд на производство работ от главного механика, закрыть его может только он. Я навещу лейтенанта по окончании работ. Разрешите продолжать, господин сержант? – с неприкрытой иронией поинтересовался Леднев.

Брант еще несколько секунд сверлил Андрея взглядом. Потом погрозил пальцем, мол, ничего не закончилось и это тебе еще аукнется. Господи, ну дите дитем. Работа с личным составом – это не на истребителе мертвые петли крутить.

С буровым катером Андрей закончил, как и намечал изначально. Благо тут не авария, а очередное техобслуживание. Этот трудяга принадлежит компании и сдается внаем. Рудокопам проще отдать пятнадцать процентов от выручки, чем выкупать, а потом думать, кому такую радость впарить. Раштин, конечно, выкупит, но только за полцены, а то и куда ниже, в зависимости от остаточного ресурса узлов, агрегатов и оборудования. Так что здесь обзаводиться собственностью не торопятся.

Андрей закрыл у Райена наряд, который потом вновь оплатит сержант, и поспешил к себе, дабы успеть застать начальство. Пока доделывал работу, обдумал сложившееся положение дел и пришел к выводу, что все эти кружева с сержантом ему без надобности.

Едва выйдя за шлюзовую переборку, оказался в широком коридоре. Здесь это не редкость, а скорее данность. Это ведь бывшие штольни, из которых выбрали рудные пласты. Поэтому на базе просторно. К примеру, на месте ангара раньше был огромный рудный карман, после которого остался внушительный зал. Установили шлюзовые ворота, соединили в единую систему жизнеобеспечения – и порядок.

– Привет, Эйтон.

– А, Андрей. Здравствуй, – откладывая инструмент и протягивая руку в земном жесте, ответил садовник.

Имелся таковой на базе. Основы садоводства, между прочим, преподавали и пилотам, проходящим обучение на управление судами среднего класса. На малых не развернуться, а там, где простора побольше, вдоль стен уже можно устраивать настоящие оранжереи. Генетикам удалось вывести вьюн игонию, которая вырабатывала просто запредельное для растений количество кислорода. Настолько, что теперь можно было серьезно сэкономить на регенеративных картриджах. Атмосфера в космосе – это жизнь.

Разумеется, выращивание на кораблях игонии не являлось стандартом и рассматривалось как дополнительная опция. Ни один нормальный пилот или капитан не станет делать ставку на растения, хотя бы потому, что они могут заболеть и погибнуть.

Но то на кораблях. На станциях же и таких базах, как на Уллис, зеленые насаждения уже выходят на первые роли, оттесняя фильтры и регенерационные картриджи на второй план. Уж больно масштабные здесь объемы, так что экономия выходит ощутимой.

Коридоры и переходы Уллис не были исключением. Здесь имелись насаждения везде, где только позволяла ширина проходов. А еще, дабы порадовать глаз, выращивали цветы, кусты и небольшие фруктовые деревья. Правда, плоды были дорогими. Практически официальный приработок садовников, на который руководство смотрело сквозь пальцы.

Вопреки прежнему мнению Андрея, проблем с водой в космосе нет. Ледяные глыбы встречаются в любом астероидном поясе. Остается только растопить лед и очистить, что не так дорого, как может показаться. Этому способствовали замкнутая циркуляция станции, капиллярная система полива, ну и переработка отходов жизнедеятельности серьезно экономила ресурс.

Так вот, стены широкого коридора, ведущего в ангар, утопали в зелени широколистной игонии. А возле одной из секций лотков копался местный садовник. Хозяйство большое, но он и его помощники-дроиды вполне с этим справлялись.

– Как обстоят дела на ниве садоводства?

– Хорошо обстоят, – с улыбкой ответил невысокий мужчина со слегка раскосыми глазами и смуглой кожей.

Чем-то похож на японца, но точно не имеет никакого отношения к землянам. Подобные черты присущи выходцам с планеты Тау.

– Ну что же, рад за тебя, как и за нас всех. Воздух, очищенный и насыщенный кислородом не за счет картриджей, а посредством зелени, куда приятнее.

– Многие не видят в этом разницы. И они не так уж далеки от истины, – пожав плечами, возразил Эйтон.

– Но живую красоту ничем не заменить, – продолжил Андрей.

– Вот уж где с тобой соглашусь, так соглашусь. Как насчет планов овладеть специальностью садовода? Ты еще не передумал?

– Я-то нет, да мой сержант категорически против. Опять придумал мне пару нарядов на работы. Эдак я скоро закрою второй разряд на механика. Не сказать что бесполезная специальность, но пока не столь актуальная. Опять же, садоводство у меня не отдельным пунктом проходит, а в дополнение к пилоту судов среднего класса.

– Понятно. Кстати…

Эйтон полез в корзину под брюхом садового дроида и протянул Андрею контейнер из тонкого непрозрачного композита. Леднев вскрыл крышку и удовлетворенно улыбнулся. Цветы были просто шикарны. Не розы, но что-то похожее на них. Впрочем, основное их достоинство было в необычной расцветке.

– Как просил, сайота с планеты Леос.

– А почему не позвонил? – переводя садовнику оговоренную сумму, удивился Андрей.

– А зачем? Десять из девяти, что в свое свободное время ты будешь в ангаре. У меня же здесь все равно дела.

– А если бы меня здесь не оказалось?

– Ты действительно считаешь, что найти тебя на этой базе так сложно?

– Нет, конечно.

– Вот и не задавай глупых вопросов. Иди давай. И с тебя видео с выражением лица Тилии. Иначе можешь ко мне больше не подходить.

– Коллекционируешь восторженные лица.

– Видел бы ты свое. И это притом, что привет не с твоей планеты.

Ничего удивительного в том, что они с напарницей стали сексуальными партнерами. Вот если бы наоборот, тогда дело совсем другое. Опять же, партнеры не любовники. Это что-то вроде секса по дружбе. Просто взаимная физиологическая потребность.

Правда, у Андрея с этим как-то не ладилось. Ну не мог он относиться к этому как к стакану воды, потому и к проституткам никогда не хаживал. Для него интимная близость всегда была чем-то личным. Возможно, это наследие его прежней стеснительности и нерешительности.

– Господи-и-и, какая прелесть! Откуда? – Тилия буквально зарылась лицом в цветы.

– Наш Эйтон расстарался, откуда же еще.

– Прямо домом пахнуло. Спасибо. – Она бережно и в явной нерешительности положила цветы на стол.

– Секунду.

Андрей открыл свой шкаф и извлек из сумки вазу из прозрачного композита. Стекло в космосе нежелательно, уж больно много от него бед может приключиться. Композит же весьма прочный материал, да и фигуры из него можно получить какие угодно.

– И это тоже тебе, – протягивая девушке вазу, произнес он.

Тилия бросила на него подозрительно осуждающий взгляд и тяжко вздохнула.

– Зачем? – спросила она.

– Что – зачем?

– Зачем ты все усложняешь. Лишнее это.

Конечно, лишнее. До пятидесяти лет ирианцы вообще не задумываются о том, чтобы обзаводиться семьей, а то и до более позднего возраста. Некоторые вообще приходят к выводу, что такой анахронизм, как постоянный партнер и дети, им не нужен. Регенерационные процедуры вполне позволяют им жить долгой и полноценной жизнью.

– Никаких сложностей. Мы ведь друзья. Так отчего же я не могу сделать приятное подруге. Ты бы видела свои глаза, когда рассказывала о родной планете и полянке в вашем городском парке, засаженной сайотой. А еще выражение твоего лица минуту назад… Не одними деньгами и сексом сыт человек. Ну вот скажи, что тебе было неприятно?

– Приятно.

Она взяла вазу и прошла в санузел, чтобы наполнить ее водой. Потом поставила в нее цветы, вздохнула и посмотрела на Леднева.

– А еще стало грустно и захотелось навестить дом и родителей. Это еще и больно.

– Извини, в планах такого не было.

– Я знаю. Спасибо. Ну и как у тебя дела? Сегодня обошлось без взысканий?

– Не дождешься, – хмыкнув, ответил Андрей.

Потом в двух словах поведал о случившемся, на что Тилия искренне рассмеялась. А как еще реагировать на произошедшее? Неплохая отдача прилетела сержанту.

– Только ведь он теперь еще больше обозлится, – вытирая выступившие от смеха слезы, заметила она.

– Это его проблемы.

– Уверен?

– Брант, по сути, мальчишка. В чем-то он меня превзойдет, это факт. Но во многих вопросах он просто пыжащийся сопляк. Ладно, в любом случае это уже в прошлом.

– В смысле?

– Понимаешь, глупо торчать в этом захолустье только ради того, чтобы раз за разом приземлять какого-то недоросля. А он теперь уперся, и здравого смысла в его башке уже нет. Пусть это будет ему наукой на будущее. Я в учителя не нанимался.

– Если разорвешь контракт, это не лучшим образом скажется на твоем резюме.

– Один раз – это еще не система. Так что ничего страшного. Карьеру же наемника я делать не собираюсь, мне по душе более мирные специальности. И одна из причин моего нахождения здесь – это возможность их приобретения.

– Значит, решил?

– Решил. Пускай Брант самоутверждается за чей-нибудь другой счет. Прямо сейчас и схожу к лейтенанту. Пока я в явном барыше, – намекая на оплаченные наряды, с ухмылкой закончил Андрей.

Однако у лейтенанта на этот счет было свое мнение, отличное от мнения его подчиненного. Терять перспективного пилота в его планы не входило. Успел оценить потенциал Леднева во время плановых тренировочных полетов. Тем более при дефиците пилотов на фоне идущей войны.

Точку в этом противостоянии поставила простая ротация кадров между звеньями. Причем уже давно слаженную пару ветеранов лейтенант разбивать не стал. Да и у Андрея с Тилией наметился неплохой прогресс.

А еще, похоже, комэск провел беседу с сержантом. Во всяком случае, ничем иным последующее игнорирование Брантом персоны Леднева последний объяснить не мог. Да оно и к лучшему, в общем-то. Он ведь не лукавил и впрямь подался бы восвояси. Ну не улыбалось ему бодаться с этим бычком. Легкая пикировка – это еще куда ни шло. Но откровенное противостояние… Лишнее это.

Глава 6

«Призрачный рейдер»

Мерный тихий гул реактора, рокот шнека и шорох подаваемой им измельченной руды. Поначалу это убаюкивает, потом начинает раздражать. Включенный галопроектор и фильм с динамичным сюжетом как-то нивелируют раздражение, но не полностью. Так что приходится мириться с некоторыми неудобствами.

Жалко, что в этом буровом катере места хватает только на стандартный ложемент. Прямо как в истребителе. А то можно было бы установить вирткресло и, не теряя понапрасну времени, получать теоретические знания.

Как оказалось, в обучении на фронтире были свои несомненные плюсы. Притом что здесь выдавали стандартные лицензии, получить их было куда проще. К примеру, имея допуск к управлению малым транспортником, Леднев с легкостью получил право сесть в пилотское кресло среднего, всего лишь пройдя теоретическую часть.

Пожав плечами, инструктор заверил, что разница невелика, разве только габариты другие. Но они серьезно отличаются и у судов одного класса. Обучение без практических навыков, конечно, халтура, но, по сути, это как с легкового автомобиля пересесть на грузовик. Кого-то нужно переучивать, пережигая кучу нервов, а кто-то справляется с этим с легкостью. Было дело, Андрей освоил вождение КамАЗа, еще будучи мальчишкой.

С космическим транспортом он вполне дружит, космос с его особенностями чувствует хорошо, а потому особых сложностей не предвидел. Да и не собирался сразу пересаживаться на крупное судно. Тут бы осилить покупку малого транспорта, что уж говорить о чем-то более солидном. Так что главное – лицензия, а с практическими навыками он уж как-нибудь разберется.

Вот касаемо десантной подготовки все куда серьезней. По мнению Леднева, полнейший перебор. Они все же пилоты-истребители, а не полноценные десантники. Но это мало кого волновало. Если при получении гражданской специальности на фронтире были сплошные поблажки, то с военной о подобном никто даже не помышлял. Такие края, что тут еще скажешь.

Раздался предупредительный сигнал, и буровой лазер прекратил работу. Перестал подавать признаки жизни шнек. Андрей, поставив галопроектор на паузу, сосредоточил внимание на сканере. Тот показывал, что карман с цанимом исчерпан. Далее его содержание было слишком незначительным, начинала преобладать пустая порода. Вот уж чего ему и даром не нужно. Ведь оплата исходит из процента содержания руды.

Использовать буровой катер даже для добычи чистой дешевой руды – глупее не придумаешь. А уж с высоким содержанием пустой породы, так и подавно. На то чтобы заполнить всего лишь десятикубовый отсек, потребуется четыре часа непрерывной работы. Маломощный лазер со стволом небольшого диаметра и, как следствие, с низкой пропускной способностью. А ведь нужно время еще и на то, чтобы добраться до базы, сдать груз и вернуться обратно.

Конкретно в его случае на это потребуется два часа. Правда, он возвращаться не станет. Сегодня не выходной день. Приработок возможен только в личное время, а оно не бесконечно. Пилот обязан отводить на сон минимум восемь часов, никак иначе.

Поэтому, если хочешь заработать, приходится искать те мизерные карманы, что остались после более крупных судов. Эти уже не столько гонятся за высоким содержанием руды, сколько за объемами. Да и проще так. Нащупал сканером залежи руды, выставил программу на добычу и загорай.

Андрей вновь запустил сканер. Есть еще один карман цанима, но совсем уж небольшой. Придется над ним потрудиться в ручном режиме. Как ни странно, но искины все же не способны полностью заменить человека, а жаль. Сидел себе, не напрягаясь, и сидел. Теперь же нужно браться за джойстик.

Цаним не самая дорогая руда, сто кредитов за куб. Разумеется, все зависит от процента содержания металла. Минус аренда катера, налог, накладные расходы. Этот рейс должен будет принести ему порядка пятисот кредитов чистой прибыли.

В стандартном месяце внутренних миров сорок дней, по четыре десятидневки с одним выходным. Так что вполне возможно зарабатывать по восемнадцать тысяч, а если руда подороже, так и того больше. В году десять месяцев. Словом, неплохо.

Но это только на первый взгляд. Ты поди еще найди что-то стоящее после буровых фрегатов. Рудокопы на них совсем не дураки и с таким понятием, как накладные расходы, очень даже знакомы. Так что все, что поближе, уже основательно подчищено, в том числе и такими же вот катерами. Окучивать же дальние грядки на таких малютках замучаешься.

Андрей облетел вокруг огромного булыжника, или маленького астероида. В диаметре не больше полусотни метров, эдакий шар, изрытый буровыми лазерами. Сканер все время прощупывает поверхность. Ага. Есть! Торможение. Синхронизация орбиты. Все это влечет дополнительные затраты топлива, но валун вполне оправдает расходы. Правда, отсек сразу заполнить не получится. Объем кармана не больше полутора кубов. А свободного места еще целых пять.

Наконец катер завис над целью. Андрей навел и зафиксировал прицел лазера, подал энергию, и к валуну устремились десятки тонких лучей под разными углами. Вращаясь подобно буру, они измельчают породу. Силовой луч подает ее к стволу, где в дело вступает шнек, перемещающий добычу в отсек.

На этот раз пришлось управлять вручную, так что о продолжении просмотра картины не могло быть и речи. Поначалу-то Андрею еще было интересно управлять лазером, но за прошедшие три месяца, что он подрабатывал рудокопом, это дело уже порядком надоело.

Грело только то, что в дополнение к его основной зарплате у него получилось заработать еще двадцать тысяч. Не такая уж и мелочь, учитывая, что за прошедший год удалось скопить только сто пятьдесят. Так что знал Дак Раштин, о чем говорит, когда предлагал изучить специальность рудокопа. В принципе, Андрей понял это еще в самом начале своего пребывания на астероиде Уллис, просто не имел возможности подступиться к этому приработку. Хватало иных забот.

В этот раз на заполнение отсека потребовалось добрых шесть часов. К сожалению, по этому астероиду прошлись слишком частой гребенкой. Причем работал Андрей в основном в ручном режиме. Но перелетать к другому – это потерять еще больше времени.

– Терминал Калуге, – вызвал он, приблизившись к базе.

Название родного города в качестве позывного – среди землян явление распространенное. Иное дело, что ирианцы не всегда могут выговорить чужие слова, а потому происходит некоторая трансформация. Но его позывного это не касалось, и он звучал без искажений.

– Привет, комарик. Надеюсь, брюшко набито не пустой породой, – послышался в ответ задорный молодой голос.

Фронтир вообще удел молодых, именно они составляют большую часть здешних обитателей. Кого-то манит романтика, других – получение специальности по упрощенному варианту, третьих – возможность заработка, дабы оплатить обучение. В окраинных системах список изучаемых специальностей слишком уж невелик.

– В брюшке десять кубов цанима.

– Да что ты говоришь! – с наигранным удивлением произнес парень.

– Представляешь, – подыграл ему Андрей.

– Ну тогда срочно направляйся к пятому терминалу. И не растеряй по дороге. А то компания не переживет подобного. Даю посадочный луч.

– Луч принял.

– Калуга, поторопись. На подходе фрегат. Так что у тебя только полчаса.

– Понял тебя.

Это для того, чтобы набить отсек катера, требуется четыре часа. На разгрузку затрачивается всего лишь несколько минут с учетом стыковки.

Уже отходя от терминала, получил сообщение от тамошнего искина. Руда оказалась все же недостаточно чистой. Шестьсот пять кредитов, это с учетом аренды и налога. За вычетом топлива, расход которого сегодня вышел повышенным, получается четыреста восемьдесят пять. Не самый лучший день. Ну да чего жаловаться? Это же приработок. Опять же куда лучше, чем подработка в качестве механика.

Сдав груз, двинулся к ангару. Времени осталось всего ничего. Через двадцать пять минут нужно уже быть в койке. Распорядок дня жесткий. Восемь часов сна, хоть тресни. А Андрей сегодня уж больно подзадержался, возвращаться с неполным отсеком не хотелось. Вот теперь придется поторапливаться.

– Андрей, это свинство, – встретила его уже лежавшая в койке Тилия.

– Знаю. Но так уж вышло.

– Я, между прочим, уже четыре дня без секса.

– И я тоже, – раздеваясь, напомнил он.

– Но ведь не по моей вине, – продолжала возмущаться она. – Смотри, поменяю партнера. Предложения уже поступали.

– Но при этом ты ведь останешься моим напарником? – залезая под одеяло, спросил он.

– То есть это все, что тебя интересует?

– Это главное из того, что меня интересует, – с нарочитой серьезностью уточнил он, потом подмигнул. – Спокойной ночи, Тилия.

– Спокойной ночи.

Показалось или она и впрямь рассержена? И причина тут вовсе не в ее физиологической потребности. К гадалке не ходи, дело в другом. Андрей улыбнулся своим мыслям. Понятно, что ни о чем серьезном и речи быть не может. Тилия – ирианка до мозга костей, и пока ей не стукнет лет эдак пятьдесят, и не подумает о семье. Но кто сказал, что это повод не испытывать чувства? В конце концов, это тоже своего рода развлечение и встряска. Не андроиды же они бездушные.

Кстати, роботы с искусственным интеллектом недаром делятся по половому признаку. Да, машины, но, как утверждают знающие люди, ничуть не уступят живым партнерам. Сам Андрей к столь радикальным мерам не прибегал, предпочитая перетерпеть. Никогда не понимал забав с куклами. Но ирианцы – они такие. Желания для них всегда на первом месте…

– Внимание! Угроза нападения! Всему персоналу базы занять позиции согласно боевому расчету. Внимание! Угроза нападения! Всему персоналу базы занять позиции согласно боевому расчету.

Андрей сел на койке, силясь понять, что происходит. Взгляд скользнул в сторону персонального искина, пристроившегося на тумбочке. Тот издавал тревожный сигнал и высвечивал красную голографическую надпись, дублирующую сообщение главного искина базы.

– И что это было? – невпопад поинтересовался он у напарницы, тем не менее натягивая на себя облегающее нательное белье.

– А что тут непонятного? Нападение, – ответила девушка, которая уже подошла к шкафчику с бронескафандром.

– Ох, грехи наши тяжкие! А как все хорошо начиналось… – произнес он невпопад, открывая дверцу своего шкафчика.

– Ты это о чем?

– Да так. Не обращай внимания.

Свой прежний легкий скафандр Андрей прихватил и сюда. Посчитал глупым отказываться от удобного снаряжения. Он отлично подходит для работы в безвоздушном пространстве, совершенно не стесняя движений. А еще – для работы в кабине бурового катера в качестве страховки, так как не требует переделки обычного ложемента. Чего не скажешь о бронированной версии.

Вообще-то подобное облачение для пилотов истребителей вовсе не типично. Но это в армии. Наемники же с легкостью отходят от канонов при соблюдении двух условий – средств и возможностей. Здесь было и то, и другое. Так что ложементы в машинах претерпели изменения, чтобы принять в себя пилота, облаченного в броню с системой жизнеобеспечения и ранцевым двигателем. Без последнего, конечно, куда удобнее, но лучше уж потерпеть. А то мало ли как оно все обернется. Чтоб не сглазить.

Скафандр – второго поколения, как и истребители. Новизной, что говорится, не блещут. Четвертое поколение только в войсках. На гражданском рынке редкость несусветная. И заполучить их можно только незаконным путем.

Даже на станции мусорщиков самое лучшее – это третье. Сегодня такие скафандры уже присутствуют на гражданском рынке, но новые стоят слишком дорого. Бывшие в употреблении, добытые с погибших кораблей встречаются не так часто. Перед последним крупным сражением флот только начал получать новейшие на тот момент разработки.

Правда, в связи с военными действиями появилась возможность обзавестись новейшим вооружением и снаряжением, но только у каперов или наемников, поступивших на службу в императорский флот. Рудодобывающая компания к числу таковых не относилась. Конечно, есть разные варианты на грани законности, но Раштин не настолько богат, чтобы позволить себе подобное оснащение службы безопасности.

Влезть в скафандр и активировать его. Вот еще отличие от легкого облачения – экзоскелет. Стоит только кристаллу разрядиться, как ты тут же окажешься в плену собственной одежки. Полностью подвижность не потеряешь, но двигаться станешь с трудом, и даже выбраться будет затруднительно. В результате, конечно, получится, но помучиться все же придется.

К месту сбора в зале для брифинга они прибыли едва ли не последними. Впрочем, в норматив уложились с запасом и неудовольствия начальства не вызвали. Тем более что командир эскадрильи лейтенант Хотой стоял перед ними с закрытым и затемненным забралом. Как видно, вел переговоры с руководством компании или с командиром взвода десантников.

– Итак, господа, ситуация следующая, – наконец заговорил Хотой. – Час назад в системе появился неопознанный корабль, по предварительным данным – класса линкор. Мы попытались предпринять все, чтобы не быть обнаруженными, но, как вы понимаете, укрыть от активного сканирования пространства такую базу, как наша, – задача не из легких. Десять минут назад корабль нас обнаружил и пошел прямым курсом на сближение. Расчетное время прибытия – два часа. Ответным сканированием он был идентифицирован как «Призрачный рейдер».

– Чтоб тебя… – как-то глухо и обреченно произнес один из ветеранов, из чего Андрей сделал вывод, что они имеют дело с какой-то страшилкой, причем реальной.

Настроение испортилось далеко не у одного ветерана. А значит, к мистике данный корабль, скорее всего, никакого отношения не имеет, и ассоциация с «Летучим голландцем», возникшая в его голове, ошибочна. К ирианцам можно относиться как угодно, но размякшими в лоне цивилизации их не назвать, как и суеверными.

– Господин лейтенант, прошу прощения, может, я покажусь смешным, но позвольте уточнить, что это за зверь и с чем его едят.

Чем мучиться от неизвестности, проще спросить, вот Андрей и полюбопытствовал. Ну не убьют же его, в самом-то деле. А идти в бой с умным видом, понятия не имея, кто противник… Лучше выглядеть смешным, чем быть дураком.

– Если коротко, то это автономный рейдер кайтинской постройки под управлением сбрендившего искина. Бродит по системам, атакуя всех без разбора. Однажды его сильно прижали в одной из Внутренних систем, но ему удалось уйти. С тех пор появляется только на окраине. Пока этого достаточно. Более подробную информацию почерпнете из Сети, время будет.

– Вы забыли упомянуть, что на его счету уже четырнадцать уничтоженных баз и станций, – угрюмо пробурчал все тот же ветеран.

– А ты забыл, что двенадцать раз его нападения были отбиты. Так что все не столь уж безнадежно. Готовимся дать отпор. Встречать передовые силы будем вот в этом секторе. Звено Бранта выдвигается в обход и заходит из-за этого астероида, после чего атакует торпедами непосредственно рейдер. Если все пройдет как надо, есть надежда, что удастся не только просадить его силовое поле, но и повредить корпус. Если получится, то «Призрак» уберется восвояси. Искин сбрендил, но инстинкт самосохранения у него все же имеется.

– Господин лейтенант, при всем уважении, шести зарядов для этого явно недостаточно. И потом, одним звеном против рейдера с полностью изготовленными средствами непосредственной обороны… – многозначительно покачав головой, возразил Брант.

– Если тебя это успокоит, сержант, то машин будет восемь. Я и мой ведомый возглавим эту атаку.

– Все же сомнительно, что у нас получится выстоять. Слишком неравны силы, – вновь подал голос давешний ветеран.

– При потерях, превышающих треть его сил и средств, рейдер обычно отходит. Только в трех случаях он все же попытался провести десантирование. Как результат – лишившись практически всего своего десанта, уходил зализывать раны. Так что шансы есть. Пусть другого такого корабля не существует, но все же он старой постройки, а его «начинка» относится ко второму поколению. И, что немаловажно, это машины, действующие строго по заданным алгоритмам и шаблонам. Ломайте привычный рисунок боя, импровизируйте, рискуйте. И у нас появится неплохой шанс выстоять.

– Господин лейтенант, а не проще ли убраться отсюда? На базе ведь есть старенькая, но вполне исправная яхта. Или господина Раштина жадность обуяла?

– Жадность тут ни при чем. Мы попросту не успеем уйти. Он вынырнул слишком близко. Легкие фрегаты быстро настигнут яхту, имеющую слабое вооружение. Так что нам остается только драться. Все, мальчики и девочки, ваши птички уже заждались.

Едва покинув зал для брифинга, Андрей поспешил сделать Аленке запрос относительно этого проклятого «Призрачного рейдера». Персональный искин выдал результат практически мгновенно. Причем информации об этой страшилке фронтира обнаружилось очень много. Иное дело, что это были лишь общие сведения, зачастую противоречивые.

Автономный рейдер появился на просторах безбрежного космоса полвека назад в последнюю большую войну. Первый и он же единственный корабль серии был построен на орбите планеты Кайтин, где находились одни из передовых ирианских верфей. В ходе боевых действий система подверглась нападению багрийской эскадры, совершившей дерзкий рейд по тылам противника. Была совершена термоядерная бомбардировка, причем грязными зарядами, от чего планета не оправилась до сих пор.

Изначальные характеристики корабля были известны. Но искин ведь не просто так называется искусственным интеллектом. Он все время развивается, учится и нарабатывает опыт. И во что он превратился за прошедшие годы, остается только гадать.

К тому же это корабль автономного базирования, иными словами, имеющий целый производственный комплекс. Он способен самостоятельно совершать ремонтные работы, создавать весь спектр боеприпасов и выбывшие из строя боевые единицы, для чего ему нужно добывать и перерабатывать ресурсы.

На вооружении, помимо ракетных и артиллерийских установок, два легких фрегата. По шестьдесят тяжелых, средних и легких дронов. Десант – рота андроидов при поддержке боевых дроидов. Полтора десятка десантных ботов.

Изначально экипаж корабля пусть и был немногочисленным, но все же состоял из людей. Есть предположение, что сейчас рейдер полностью управляется спятившим искином. Во всяком случае, о живых нет никаких упоминаний.

После заключения мира «Призрачный рейдер», а тогда все еще «Кайтин», названный по имени планеты, продолжил нападать на багрийцев. Разразился международный скандал. Ирианцы заверяли, что не имеют к этому никакого отношения, ссылаясь на сбой искина.

Была объявлена всеобщая охота, и в один из дней рейдер подвергся нападению со стороны ирианцев. До того действовавший избирательно, корабль начал нападать на всех без разбора и последние лет тридцать являлся вполне реальной страшилкой фронтира. Прямо чудо, а не кораблик. Вот только совершенно непонятно, как этого чудесного отправить восвояси.

Пока Андрей проверял готовность истребителя к бою и занимал место в кабине, искин получил пакет с уточненным планом от лейтенанта. Вроде все толково, но что-то у Леднева от этого особой уверенности не появилось.

Глава 7

Контратака

Их звено истребителей висело в безвоздушном пространстве, укрываясь за обратной стороной Уллис. Второе ушло за ближайший астероид с намерением нанести удар во фланг. Третье, Бранта, отошло подальше и также прячется за огромным булыжником, дабы потрепать непосредственно рейдера.

Вообще вокруг хватало астероидов различного размера. Не сказать, что они были друг от друга в сотнях метров, расстояние измерялось километрами. Но для космического пространства это несерьезно. Так что скопление плотное, и уж тем более – в свете предстоящего боя. При глухой обороне для защитников это несомненный минус, так как нападавшие имели возможность прикрываться от огня. Но обитатели базы собирались вести активную оборону, и тут уж плюсы перевешивали.

Вооружение непосредственной обороны базы приведено в боевую готовность, как и средства нападения. Есть чем огрызнуться обороняющимся. Четыре установки по две направляющие с ракетами средней дальности – это серьезно. На флоте их предпочитали называть торпедами, отдавая дань древней традиции, уходящей еще к тем временам, когда корабли бороздили водную гладь.

Андрей наблюдал за обстановкой, подключившись по лучу непосредственно к центральному сканеру Уллис. Пользоваться своими строго запрещено, чтобы не обнаружить себя раньше времени. Рейдер же ничуть не стеснялся и активно сканировал пространство.

За полчаса до выхода на атакующую глиссаду он выпустил пару легких фрегатов, занявших позицию в охранном ордере. Нет никаких сомнений: возникни необходимость – и спятивший искин спустит их с поводка, дабы настигнуть беглецов. Именно эта пара гончих и делала невозможным побег на старой, но все еще резвой яхте.

Фрегаты лишены брони, имеют только силовой щит, который вполне возможно просадить в ноль одной-единственной торпедой с обычной боеголовкой. Энергонакопители быстренько его восполнят. Правда, только раз. Но их истребители поголовно вооружены термоядерными фугасами. Конечно, сомнительно, что в результате детонации на щите торпеда уничтожит цель, но это гарантированно выведет корабль из строя.

А вот вооружение фрегатов внушало уважение. Торпеды, ракеты малой дальности, две артустановки и иглометы. Плюсом к этому – высокая скорость и маневренность. Генератор свертывания внутрисистемный и способен обеспечить прыжок не далее пятидесяти астрономических единиц. Но при этом на форсаже корабль разгоняется для прыжка всего лишь за час. Уйти от такого преследователя попросту нереально.

Едва рейдер вышел на атакующий курс, как вокруг него тут же появилась целая россыпь отметок. Их число быстро возрастало, они расходились эдаким конусом в сторону Уллис.

Андрей нервно сглотнул и облизал вдруг пересохшие губы. Признаться, он готовился к последнему и решительному. Будь возможность, Леднев предпочел бы отступление или, если хотите, бегство. Но они загнаны в угол. И ладно бы еще понимать, что можно подороже продать свою жизнь, так нет же. Их противники – бездушные машины, которые вскоре восполнят свои потери, и все повторится вновь, но уже в другом месте и с другими целями.

Лейтенант был прав, когда говорил о том, что «Призрачный рейдер» двенадцать раз отправляли восвояси зализывать раны и дважды в одном и том же месте он не появлялся. Только вот Хотой забыл уточнить, что в последний раз успешное отражение атаки «Призрака» случилось десять лет назад. За прошедшее время корабль успел разобраться с двумя станциями и одной базой. Причем те его изрядно потрепали, а он так и не отступил. Это означало одно. Искин рейдера учился, нарабатывал опыт, совершенствовал тактику боя. И, быть может, сегодня уже неправильно считать его кораблем второго поколения.

Впрочем, забыл лейтенант или намеренно умолчал, не имело значения. Бегство – это гарантированная гибель. Шанс выбраться из этого дерьма только один. Драться. Эта мысль беспрестанно билась в голове Андрея птицей в клетке.

Леднев думал, что после Океании окончательно изжил из себя страх. Но, как оказалось, это не так. С каждой минутой он все сильнее сжимал свои тиски, заставляя учащенно биться сердце, пережигая целую уйму кислорода. Скорее бы уже началось! Ждать никаких сил не осталось. Эдак ведь и перегореть недолго!

Давно бы так! Операторы вооружения выпустили навстречу противнику рой снарядов. И тут же последовал встречный залп. Истребителей это пока никоим образом не касалось. А потому, вопреки ожиданиям Андрея, легче ему ничуть не стало. Их звено все так же продолжало висеть в безвоздушном пространстве, наблюдая за происходящим на экране сканера.

За первым залпом последовал второй. Потом третий, четвертый. Операторы посылали в атакующих одну волну за другой. Где-то в этой череде ушли к целям и ракеты средней дальности, цель которых – вовсе не атакующие дроны, а сам рейдер.

Наконец сильно прореженная первая волна ракет достигла цели. Вернее, ее скромные остатки, не нанесшие никакого урона. Сканеры не зафиксировали ни одного попадания. Вторая волна оказалась более результативной. Отметка одного из тяжелых дронов пропала с экрана, и это могло означать только попадание. С приближением третьей волны количество целей вдруг резко возросло. На экране возникла целая россыпь отметок. Противник выпустил ловушки. Стали поступать сведения об уничтоженных целях, их количество увеличилось с четвертой волной.

При виде этой картины у Андрея на губах появилась невольная улыбка, а тиски, сжимающие грудь, чуть ослабили хватку. Умом он понимал, что подавляющее большинство попаданий пришлись по ложным целям, но ничего не мог с собой поделать. Когда же ловушки выработали свой малый ресурс, а искин базы обработал данные и выдал уточненный результат, пришло разочарование. Кроме самого первого, сбиты только два средних дрона и один тяжелый. Всего лишь четыре машины из ста двадцати!

Хорошо хотя бы то, что на отражение столь массированной атаки дронам пришлось израсходовать какую-то часть своего боекомплекта, а он у них не бесконечный. Глядишь, когда на арену выйдут истребители, им будет полегче. Так себе аргумент для успокоения, но хоть что-то.

Андрей наконец нашел в себе силы оторвать взгляд от экрана и повел взглядом вокруг, осматриваясь сквозь прозрачную броню фонаря. Всего лишь в полусотне метров от него висит машина Тилии. Не так уж и далеко, но деталей все одно не разобрать. Пилота видно по плечи, а больше ничего не понятно. Подал команду, и интерфейс шлема приблизил картинку.

Похоже, девушка наблюдала за ним, потому что придала забралу прозрачность. А для чего это делать, если нет желания показать свое лицо и заглянуть в глаза «собеседнику»? Леднев поступил так же. Бледная, но вид решительный. Она кивнула ему и ободряюще улыбнулась.

– Андрей, я хочу, чтобы ты знал. Ты лучшее, что у меня приключилось за последний год, – связавшись по лучу, произнесла она.

– Только за последний? – с наигранной обидой возмутился он.

– Не придирайся. Хочешь большего, придется постараться в будущем.

– Если оно будет, это будущее, – хмыкнул он.

– Не знаю, как ты, а я в пятьдесят намерена обзавестись семьей и детьми.

– Не торопишься?

– Может, и тороплюсь. Но это ведь предварительные планы.

– А. Ну тогда ладно.

– Готов?

– Как пионер.

– Кто-кто?

– Потом расскажу.

– Ладно.

Ответный залп рейдера достиг астероида, и прорвавшихся ракет оказалось куда больше. К тому же прилетели и болванки из орудийных установок. Они вгрызлись в поверхность Уллис на огромной скорости, вздыбив пыльные облака, так и зависшие в безвоздушном пространстве. Понадобится не меньше месяца, чтобы эта пыль осела на поверхность, явив взору вновь образованные кратеры. А вот крупные осколки породы полетели прочь подобно шрапнели. И блуждать им в космосе до бесконечности, либо пока не притянет их какое-нибудь космическое тело, а быть может, они столкнутся и с кораблем.

Пробиться сквозь каменную толщу снаряды и ракеты не смогли, зато им удалось вывести из строя артиллерийскую и две ракетные установки. Обороняющиеся ограничены в средствах, и для них даже эта потеря существенна. Несколько попаданий пришлось по постройкам базы, разнесло один из приемных терминалов.

– Приготовились, мальчики и девочки, – послышался спокойный и внушающий уверенность голос сержанта Рохта.

Странное дело. Умом Андрей понимал, что командир звена всего лишь старается вселить в них уверенность, однако, как он заметил по себе, это работало, причем не только в эмоциональном плане. Его телеметрия свидетельствовала о том же.

Они вылетели из-за астероида вслед за очередной волной ракетного удара. Леднев как приклеенный пристроился позади и чуть справа от своего ведущего. Талия же выжимала из старой машины все, на что та только была способна. Впереди вновь появились десятки ложных целей.

На этот раз навстречу роботам устремились сотни нурсов. Для них дистанция все еще велика. Но если установить замедлитель самоликвидатора на подходящее время, то снаряды все же успеют достигнуть цели, движущейся им навстречу. Этим снарядам нет никакого дела до ловушек или средств РЭБ (радиоэлектронной борьбы). Они летят строго по прямой. И, как ни странно, но именно они нанесли наиболее существенный урон, подбив четыре тяжелых и три средних дрона.

Правда, удар торпед вышел куда серьезней. Шесть выпустили истребители и четыре – операторы с Уллис. Выставленные на самоподрыв, они разметали центр строя дронов, уничтожив несколько машин, и не менее трети привели в негодность электромагнитным импульсом. Пусть и ненадолго, но все же дроны оказались беззащитными перед живыми противниками, чем те и поспешили воспользоваться.

Они врубились в их порядки в шести тысячах единицах от базы. Все, как и было запланировано. Еще на подлете выпустили каждый по десятку нурсов и по несколько снарядов.

Согласно показаниям бортового искина Андрея один из его нурсов попал в ослепленный тяжелый дрон. Тот, конечно, не развалился на части, но в результате полученных повреждений однозначно выбыл из боя. Среднему дрону досталось от полукилограммового пушечного снаряда. Влетев в него на скорости в несколько тысяч метров в секунду, снаряд частично оплавил тело из композита, а остальное разметал в клочья.

Однако это был лишь временный успех. Искины дронов быстро справились с последствиями электромагнитной волны. Машины ожили и ринулись в бой. К тому же к месту удара подтянулись другие. Андрей не успел и глазом моргнуть, как оказался окружен противником, причем в прямом смысле этого слова. Тяжелые и средние дроны общим числом не меньше семи десятков, и против них – всего лишь шесть истребителей. Слишком неравные силы, чтобы смотреть, что происходит вокруг.

В завертевшейся круговерти боя Леднев едва успевал держаться за своим ведущим, прикрывая хвост Тилии, уворачиваться от непрекращающихся атак, да еще и раздавать «подарки», благо в целях недостатка не наблюдалось.

В начале атаки Леднев все еще испытывал страх, но в какой-то момент это чувство вдруг исчезло. Бог весть, как и когда это случилось. Да только сейчас он просто делал то, чему его учили, причем действовал настолько слаженно с бортовым искином, словно они были в симбиозе. Во всяком случае, он воспринимал это именно так.

Момент удара второго звена во фланг и их залп торпедами по волне десантных ботов Леднев не заметил. Просто было не до того. Приходилось вертеться как уж на сковородке. Потому он не мог оценить, насколько губительной вышла атака, впрочем, как не могли этого оценить и остальные четверо пилотов из их звена. Того, что они с Тилией остались вдвоем, он так же не заметил.

Но каким бы сокрушительным ни вышел удар, он все же был не в состоянии переломить ход боя. Внезапность практически сразу сошла на нет. Разумеется, искину не сравниться с живым пилотом, и потери машин были куда значительней. Но слишком уж весомым оказался численный перевес.

Средние дроны серьезно уступают тяжелым и не способны нести торпеду. Но в зависимости от вариации они вооружены либо блоками нурсов, либо ракетами малого радиуса, а также имеют курсовую рельсовую пушку. И пусть скорость снаряда, выпущенного из нее, чуть не вдвое меньше, для поражения истребителя этого более чем достаточно.

Тилия заложила очередной вираж на пределе своих физических возможностей. Андрей пустил машину вслед за ней, и тут же на него навалилась перегрузка. Тело буквально вдавило в ложемент. Будь изнутри бронескафандра хотя бы одна складка, и травмирование мягких тканей неизбежно. Недаром пилоты надевают облегающее нательное белье, а каждый скафандр подгоняется индивидуально.

На этот раз было настолько тяжело, что перед глазами появилась не просто мутная пелена, но и разноцветные круги. Однако он все же сумел справиться с перегрузкой, не потерять сознание и не утратить способность управлять машиной.

В школе пилотов он еще тешил себя иллюзиями относительно того, что ирианцы изнежены и не способны проворачивать нечто подобное. Но правда оказалась в том, что решимости, характера и выносливости для подобного им вполне хватало. И в этом он убедился в первом же тренировочном бою с сослуживцами.

Так что, нарушая все инструкции, правила и наставления в понимании пилотов истребителей, Талия сейчас не делала ничего сверхъестественного. Рисковала, не без того, однако это нормально. Не для всех, но все же. Для искинов же это не укладывалось ни в какие логические схемы. Поэтому они терялись, тратили драгоценное время и, как результат, упускали живые цели и несли потери.

Впрочем, долго это продолжаться не могло. Пушечный снаряд ударил в хвостовую часть истребителя девушки, практически развалив ее и выведя из строя маршевые двигатели. Однако Тилия не растерялась, выпустила разом все остававшиеся у нее ловушки и катапультировалась. Ложные цели должны будут поначалу ее замаскировать, а там она деактивирует спасательную капсулу и скафандр, смешавшись с космическим мусором. Во всяком случае, Андрей очень хотел на это надеяться.

Следить за дельнейшей ее судьбой у него не было никакой возможности. Если для нее бой уже закончился, то для него он все еще продолжался. И в этот момент Леднев понятия не имел, что остался уже в одиночестве.

Врубив форсаж, он бросился по прямой, вешая себе на хвост один тяжелый и два средних дрона. Тело в который уже раз вдавило в ложемент. Несколько секунд ускорения, после чего он вырубил маршевые двигатели и развернул машину носом в сторону противника. В блоках – последний десяток нурсов, преследователи идут плотной группой. Залп, совмещенный с очередью из пушки.

Разворот. И вновь – форсаж с уходом с прежнего вектора. Одновременно – отстрел пары ложных целей, которые удачно перехватили одну из ракет, выпущенных по нему. Вторую прибрали иглометы.

Их боекомплект израсходован едва ли наполовину, но это оружие против больших и средних дронов не работает. Если только на встречных курсах и под оптимальным углом. Да и то заброневое поражение будет минимальным. Другое дело, если ими приласкать легкого дрона. Но те держатся поблизости от рейдера и, будучи вооружены только иглометами, составляют часть его средств непосредственной обороны. Их вооружение подходит для выведения из строя огневых точек и действия против десанта на обшивке корабля или поверхности астероидов. Но здесь и сейчас им делать нечего.

Иными словами, Леднев остался практически безоружен. Придя к неутешительному выводу, что драться ему нечем, решил наконец осмотреться и только сейчас осознал, что остался один. Огневые точки непосредственной обороны Уллис практически полностью уничтожены, а те, что уцелели, сейчас обрабатывают тяжелые и средние дроны. Волна десантных ботов на подходе, и вот-вот начнется высадка.

Помнится, Андрей что-то там говорил о таране. Не та ситуация. Бодаться с электронным мозгом – сущая глупость. Развернул истребитель на сто восемьдесят градусов и в очередной раз врубил маршевые двигатели в режиме форсажа. Машина начала тормозить, его вновь вжало в ложемент. Хотя на этот раз и не так чувствительно.

Воспользовавшись своим более иди менее комфортным положением, он сумел оценить свой последний залп. Удачно получилось. Тяжелый дрон с серьезными повреждениями летел по непонятной траектории, вращаясь, как вентилятор.

Впрочем, Андрей отметил это лишь краем сознания. Облегчение было недолгим. Маршевые двигатели в форсажном режиме наконец завершили торможение и бросили истребитель вперед, в очередной раз вдавив тело пилота в ложемент. Несмотря на перегрузки, Андрей не прекращал маневрировать, бросая машину из стороны в сторону. Не сказать, что у него получались зигзаги, но этого вполне хватало, чтобы избежать попаданий преследовавших его дронов.

Разогнавшись в сторону базы, он придал машине наклон, после чего катапультировался в направлении астероида. Последняя пара отстреленных ложных целей и сам истребитель должны были хоть как-то замаскировать деактивированную капсулу, роль которой выполняла кабина. Бог весть, поможет это ему или нет. Но бой в космосе проигран вчистую. Остается надежда на реванш в борьбе с десантом внутри базы. Только бы не пролететь мимо астероида и не оказаться расстрелянным в этой скорлупке с прозрачным фонарем!

Глава 8

Возвращение на Уллис

Капсула получила хороший старт и летела с внушительной скоростью. Но даже при этом, по расчетам Аленки, путь до Уллис займет двадцать пять минут. Уйма времени, учитывая то, что волна десантных ботов уже на подходе.

Впрочем, долететь и при этом не промахнуться мимо астероида – полбеды. Ты поди еще выживи. Помнится, в сведениях о «Призрачном рейдере» говорилось о тотальном уничтожении всех уцелевших. Вполне возможно, что, управившись с огневыми точками обороняющихся, дроны отправятся на поиски выживших пилотов.

Поэтому Андрей поднял фонарь и, оттолкнувшись от капсулы, предпочел отправиться в самостоятельный полет. Пришлось на время активировать бронескафандр, но он посчитал это меньшим из зол. А едва отдалившись, он вновь его деактивировал.

Запаса воздуха в аварийном баллоне хватит на полчаса. Немного. Но баллон предусмотрен только на случай замены регенерационных картриджей и энергетического кристалла, а для этого времени более чем достаточно.

– Алена, что с вектором движения? – поинтересовался он у персонального искина.

– Имеется смещение в сторону необжитой части астероида.

– Это нормально. Главное, что не мимо. Контрольное время прибытия?

– Тридцать две минуты.

Он не боялся, что противник засечет работу персонального искина, – тот получал энергию от биополя человеческого организма, как следствие, выдаваемый им импульс слишком незначителен, чтобы обнаружить его на окружающем фоне.

Итак, если с курса он сбился незначительно, то в скорости потерял. Как такое случилось – непонятно, но факт остается фактом. Баллона с воздухом до астероида ему не хватит. Значит, придется рисковать и активировать скафандр. Другого выхода попросту нет.

Как ни опасался Андрей, но приземлиться получилось без проблем. И даже удалось подкорректировать свой курс с помощью ранцевого двигателя. Ну и затормозить, чтобы не разбиться о поверхность астероида. Хотя приложился он все одно знатно. Настолько, что на какое-то время потерял сознание или просто был дезориентирован. Не важно. Главное, что без последствий.

Притяжения Уллис оказалось недостаточно, чтобы удержать Леднева на поверхности, но его все же не отбросило прочь, а лишь протащило по каменистой поверхности. Скафандр вполне выдержал подобное испытание, не заполучив ни единой прорехи. Пришедший же в себя Андрей сумел зафиксироваться, вцепившись в один из валунов. Спасибо экзоскелету. Его собственным мышцам вряд ли удалось бы удержать даже свое тело, без дополнительного снаряжения.

Сориентировавшись на местности, Андрей врубил ранцевый двигатель и двинулся вперед. При этом ему периодически приходилось прижиматься к поверхности посредством маневровых двигателей и страховаться руками, дабы избежать столкновения с выступающими камнями и валунами.

Через десять минут он наконец добрался до шестого шлюза. Попытался вызвать центральный искин Уллис. Безрезультатно. Если раньше это можно было объяснить уничтоженными антеннами ретрансляторов, то сейчас… Думать о плохом не хотелось категорически.

Набрал аварийный код доступа, и массивная дверь услужливо подалась ему навстречу. Едва войдя в переходной тамбур, тут же ощутил гравитацию. Вообще подобные переходы требовали определенных навыков. Неподготовленный человек может и перелом заработать.

Первое, что сделал, – это подошел к панели сбоку гермодвери. Набрал команду, и на небольшом экране появилось изображение помещения за ней. Широкий коридор с каменными стенами и сводами, по которым вьется игония, основной поставщик кислорода базы. Она же раскинулась и на рядах обрешетки, выставленных по всему коридору. Свободен только узкий проход.

Ближе и слева от двери видны ряды лотков с цветами. Справа – четыре невысоких деревца харута, усеянных плодами, чем-то походящими на мандарины. Это приработок Эйтона. Не сказать, что он ломил за свою продукцию немыслимую цену, но удовольствие все же не из дешевых. И спросом пользуется.

В обозримом пространстве никого. Анализатор показывает наличие в отсеке атмосферы. Это внушало некоторый оптимизм, но не настолько, чтобы разгуливать с открытым забралом. На базе – десант противника, и ситуация может кардинально поменяться в доли секунды.

Пока в камеру накачивался воздух, Андрей перевел взгляд на контейнер с аварийным запасом. В крайнем случае можно будет воспользоваться им и убраться на поверхность астероида. Шесть энергетических кристаллов и столько же комплектов регенерационных картриджей. С учетом установленных на его бронескафандр, это семь суток автономности. Без воды и еды протянуть будет сложно, но реально. Да и ненужно столько. Флот отреагирует значительно быстрее. Но этот вариант на крайний случай.

– Здесь пилот Леднев, кто-нибудь меня слышит? – вышел он на связь на частоте службы безопасности, едва оказавшись внутри.

– Лейтенант Тейн слушает, – практически сразу же поступил ответ от командира десантников, в котором легко угадывалось неприкрытое удивление. – Ты откуда здесь взялся, Леднев?

– Подбили. Предпочел вернуться вместо того, чтобы болтаться в космосе.

– Глупо. Болтаться в космосе сейчас не самое худшее решение.

– А что с Уллис? – поинтересовался он о судьбе основного искина базы.

– Центральный пост захвачен. Главный искин мы успели уничтожить. Ничего, Раштин регулярно обновлял цифровую копию. Так что еще возродится. Меня с оставшимся отделением зажали в тупике. Выхода никакого.

– Отделением? – встрепенулся Андрей.

– Да, парень. Досталось нам знатно. Только и осталось, что подороже продать свои жизни. Хотя и сомнительное это удовольствие, машины не оценят.

– Но где остальные, больше двух сотен? Что, все погибли? – удивился Леднев.

Гражданские, конечно, мясо, кто бы спорил. Но даже их не могли перемолоть за столь короткое время. Это фронтир, и боевую подготовку в той или иной мере проходят все без исключения. На любой базе или станции в обязательном порядке имеется арсенал, и каждый обитатель занимает свое место согласно боевому расчету. Помимо этого у каждого без исключения имеется и личное оружие. Как минимум простой игольник, аналог земного пистолета.

К примеру, у Андрея был еще и штурмовой игольник. Звучит не особо серьезно, но на деле легкая трехграммовая пулька вылетала из него с такой скоростью, что пробивная способность была под стать земному крупнокалиберному пулемету. Правда, оружие осталось в каюте. Кабина истребителя простором не блещет. Была мысль устроить крепление под оружие, но он ее так и не воплотил в жизнь. Брать же оружие с собой, не имея возможности его закрепить, причем так, чтобы не стеснял движений, – глупость несусветная. Так что при нем только обычный игольник.

– Остальные эвакуировались, – совершенно спокойно проинформировал лейтенант.

Коль скоро разговаривает, а не рубит приказами, значит, время есть. Скорее всего, ситуация патовая. Обитатели базы не могут выйти из тупика, а машины – добить их.

– Как эвакуировались? Когда? – удивился Андрей.

– Под прикрытием вашей контратаки и моего взвода. Как же еще? Полсотни человек против трехсот одиннадцати спасенных – хороший счет.

– То есть нас просто бросили в мясорубку? – скрежетнув зубами, возмутился Андрей.

– Парень, если ты не забыл, это наша работа.

– Но почему нам ничего не сказали?

– Чтобы вы первыми не заняли места на яхте. Бывали прецеденты. В любом случае дело сделано и мы свою задачу выполнили. «Призраку» до них уже не добраться.

Вообще-то было обидно. Это если не считать охватившей Андрея злости. Хотя… Смог бы он пойти в бой, точно зная, что шансов выжить – никаких? А вот нет у него ответа. И ни у кого не будет, что бы там каждый о себе ни думал. Пока дело не дойдет до реального выбора, это всего лишь досужие рассуждения.

Их командиры решили за своих подчиненных и сами остались с ними в едином строю. Достойно уважения. Но, черт возьми, их использовали вслепую! И Андрей с удивлением для себя отметил, что именно это и возмутило его больше всего.

– А как же пара легких фрегатов? – поинтересовался он.

Странное дело, но Андрей как-то уж слишком быстро взял себя в руки. Сильно же он изменился, покинув Землю! Там бы его уже колотило от страха, а может, он и вовсе впал бы в истерику. А здесь – ничего так, головы не теряет.

– Ты что же, не смотрел по сторонам? – удивился лейтенант.

– Да, как-то не до того было.

– Ваш командир Хотой во главе звена Бранта не атаковал «Призрак». Как только яхта отчалила от астероида, а фрегаты начали преследование, они навалились на них. Уничтожить не смогли. Но те оба получили повреждения, в результате чего продолжить погоню уже не смогли. А сам рейдер – тот еще увалень. Вот так-то, парень. Ты, я вижу, у шестого шлюза, – заметил лейтенант.

Главный искин Уллис приказал долго жить, но внутренняя сеть завязана не только на него. Есть целый ряд искинов, отвечающих за отдельные направления, участки и отсеки. Благодаря этому многие системы базы продолжают исправно функционировать. У Тейна есть данные Аленки, и отслеживать местоположение искина ему не составляет труда. Все же офицер службы безопасности.

– Вглубь базы не лезь, – приказал лейтенант. – Выгребай аварийный комплект в шлюзе и выметайся наружу. Отойди как можно дальше от построек и укройся в какой-нибудь яме. О тебе пока не знают, а значит, не вцепятся мертвой хваткой. Если повезет – не обнаружат. Сутки – двое, и здесь будет спасательная экспедиция. Ты продержишься.

– А как же вы, лейтенант? – вернувшись в шлюз и выгребая содержимое контейнера, поинтересовался он.

Хорошо, что все это богатство хранится в подсумках. Не нужно гадать, куда пристроить. Распределил на липучках по бронескафандру – и порядок.

– С нами все кончено. Думай о себе. Все нормально. Мы с парнями не в обиде, – ответил Тейн.

– Нет. Так дело не пойдет. Я сейчас раздобуду оружие и помогу вам. Если действовать синхронно, то шанс есть. Где именно вас зажали? – с неожиданной для себя решимостью поинтересовался он.

– Парень, ты это серьезно? Не майся дурью, уходи.

– Я никуда не уйду. Так что говорите, где вас искать, и, пока я не обозначусь, ничего не предпринимайте.

– Л-ла-адно. Третий ярус, в конце второго коридора.

– Принял. Ждите.

Говоря это, он взял на изготовку игольник и направился по дорожке между грядками в направлении выхода. По земным меркам – убойный аргумент. Его выстрел на дистанции до полусотни метров сопоставим с выстрелом из автомата Калашникова. Дальше легкая, однограммовая пулька быстро теряет скорость. Но во Внутренних системах – так себе оружие. К примеру, композитный череп боевого андроида выдержит выстрел в упор. Правда, не сказать, что подобное пройдет совершенно бесследно. Потеря ориентации на одну, а если повезет, так и на две секунды гарантирована. Но только и всего.

Широкий коридор перегорожен бетонной стеной с шлюзовой камерой посредине. Обычное явление. Вся база состоит из отсеков на случай разгерметизации. Эдакий огромный корабль в безбрежном пространстве.

Посредством уже знакомой панели Андрей заглянул за дверь. Метров через десять – т-образный перекресток с коридором, ведущим от причального терминала. Так сказать, парадный вход на базу. Это первый ярус. Именно сюда выходят все терминалы и ангары. Обитаемым является второй, там располагаются все жилые каюты и различные заведения. Складские помещения – на третьем.

Направо и метров через тридцать – пассажирский и грузовой лифты. Туда-то ему и нужно. Необходимо добраться до своей каюты и вооружиться стволом посерьезней этой пукалки. А тогда уж можно будет подумать и о помощи выжившим. Конечно, посетить арсенал было бы куда предпочтительней, но, к сожалению, тот располагается в районе центрального поста, где сейчас хозяйничают машины.

За переборкой никого. Миновал шлюз, прикрыв за собой двери. Прошел к перекрестку, выглянул, осмотрелся. Вроде чисто. Повернул направо, в сторону лифтов. Правда, нацелился все же не на них, а на гермодверь, за которой находилась аварийная лестница.

Перед лифтами коридор уходит вправо, и, когда он приблизился к повороту, из-за него донесся отдаленный шум. Шалят нервишки. Перехватил поудобнее рукоять игольника и выглянул за угол. Перед взором предстала картина недавнего боя.

Метрах в десяти валялись два расстрелянных боевых андроида. Без скафандров, но в полной броне, на головах – шлемы с забралами. Рядом с ними в пол уперся дискообразный корпус боевого дроида. Две конечности перебиты, остальные после вывода из строя управляющего модуля просто заклинило. Работа игломета, без вариантов.

Чуть дальше – два обитателя базы в бронескафандрах. Бой случился явно не только что. И в чью пользу закончился, сомневаться не приходится. Конечно, машины потрепало, с разменом два к одному, потому как дроид относится к средствам усиления. Но нападавшие могли себе позволить подобные потери, чего не скажешь о безопасниках.

Кстати, игломета нет. В смысле, нет дроида поддержки, вооруженного им. Ну или хотя бы снайперского игольника. Получается, что безопасники понесли потери и отступили.

Приглушенный шум все так же доносится, но его источник далеко, в ангаре. Если бы гермодвери были закрыты, то Андрей ничего не услышал бы. Конечно, роботам атмосфера без надобности, но искины вовсе не тупые и понимают, чем грозит разгерметизация. Тут начнется такая буря – знаменитому урагану «Катрин» далеко будет. Получается, либо гермодвери заклинило в результате поломки, либо машинам пришлось взорвать перегородку.

Поход в каюту потерял смысл. Андрей приблизился к телам погибших безопасников. Штурмовые игольники третьего поколения. Один поврежден, судя по всему, выстрелом игломета. Второй исправен. Шесть магазинов по сотне игл в каждом. Заряд в кристалле израсходован на треть. Андрей снял дополнительный магазин с разбитого игольника и убрал в кармашек. Пусть будет. Запас не тянет.

Пара гранат электромагнитного импульса, или ЭМИ, и игольчатая. Жаль, что не больше. Хорошая штука. Третье поколение, так что мало точно не покажется. Или не все так просто? Отчего-то же этим парням оружие не больно-то и помогло. Нужно будет посоветоваться с лейтенантом. Потом.

Вернулся к андроидам. У них оружие второго поколения, но оно ирианское, а боеприпасы и магазины унифицированные. Так что еще четыре лишними не будут. Он бы и больше прибрал, благо дроида использовали еще и как ходячий арсенал, но вешать попросту некуда. Избавляться от подсумков с аварийным комплектом он и не подумает. А вот запасные энергетические кристаллы брать не стал. Они в гнездо не сядут.

Едва вооружился, как почувствовал себя куда уверенней. Еще раз осмотрелся и двинулся к гермодвери на лестничную клетку. Уже привычно заглянул за нее с помощью экрана на панели управления, после чего открыл и ступил в шлюзовую камеру.

Вообще-то поначалу пользоваться бронескафандром было неудобно, тем более имея за плечами ранцевый двигатель. Но длительные тренировки заставят привыкнуть и к куда менее комфортным вещам. Однако сейчас Андрей чувствовал себя несколько неуклюже. Сказывалось множество подсумков, навешанных на броню. Это, конечно, некритично, но все же.

Бесшумно спускаться по стальной лестнице, будучи облаченным в бронескафандр, попросту нереально. Да еще в случае, когда срабатывают магнитные захваты на подошвах массивных ботинок. Здесь нет гравитации. В пассажирском и грузовом лифтах имеются персональные гравитационные генераторы.

Каждый его шаг гулким эхом отскакивал от стен шахты, уносясь как вверх, так и вниз по ней. Уж атмосфера-то тут имеется, и звуковым волнам есть где разгуляться. И каждый раз по спине пробегал озноб. Умом-то Андрей понимал, что за гермодвери не проникнет даже звук взрыва гранаты, что уж говорить о его шагах, да только страх, сдавливающий тисками грудь, и не думал ослаблять хватку.

Вообще-то был способ спуститься куда тише и быстрее. Невесомость и просторная шахта. Проще простого. Скользи себе, перебирая руками по перилам, или вовсе в свободном полете. Вот только Андрей не десантник. В невесомости он чувствовал себя вполне уверенно, но сомнительно, что при этом ему удастся сохранить боеспособность. Пройденного им курса обучения для этого явно недостаточно. Более или менее он мог действовать только при наличии гравитации. Есть над чем работать. Как оказалось, космическое пространство богато на сюрпризы.

Третий ярус. Вновь заглянул за гермодверь, благо аппаратура все еще исправно работала. Ему нужно налево от лифта. Через двадцать метров – поворот направо. Далее – коридор длиной уже в сотню, с боковыми дверьми. Здесь располагаются технические склады с различным оборудованием. В торце именно этого коридора под номером два и зажали безопасников.

Если бы они ушли в первый, тот, что направо от лифта, то еще могли бы выбраться на поверхность. Но, скорее всего, их лишили такой возможности. Сомнительно, чтобы специально, вряд ли искин «Призрака» имел подробную схему Уллис. Хотя, бог весть, как и куда протекли у него мозги. Спятившая техника, с ней вообще нельзя быть ни в чем уверенным.

Но все это ерунда. Куда серьезнее то, что коридор перед лифтами забит ремонтными или, скорее, многофункциональными дроидами. Вон наверху корзины их дискообразных корпусов, магнитные захваты и контейнеры. Всего два десятка единиц. Спасибо Аленке, синхронизированной с начинкой шлема. Посчитала, идентифицировала и выдала результат. Получается, они нацелились на трофеи со складов, а тут – такая оказия. Коридор не зачищен.

Персональный искин обнаружил и десяток боевых андроидов при поддержке двух дроидов. Эти стоят у самого поворота, как видно, пребывая в раздумьях, как им поступить. Или ожидают подкрепления. Неизвестно, о чем могут думать эти электронные мозги. Ясно одно, действовать нужно как можно быстрее.

Глава 9

Русские своих не бросают

– Лейтенант, я на месте. В коридоре – два десятка универсальных дроидов, два боевых и десяток андроидов. Чего ждут, непонятно.

– Полное отделение. Вполне ожидаемо. Как, впрочем, и универсальные дроиды. Они подготовлены для переноски грузов?

– Да.

– Трофеями «Призрак» не брезгует. Это известно уже давно. Вот что, парень, сваливай. Тебе здесь не светит.

– Русские своих не бросают, – бог весть отчего бросил он избитую фразу.

И тут же невольно задумался. А что она значит для него? Да многое, в общем-то. Он плохо знал зажатых в угол безопасников, но отчего-то четко сознавал, что, если сейчас уйдет, это будет грызть его всю оставшуюся жизнь. Долгую или короткую, но до самого что ни на есть конца. Впрочем, это не мешало ему и материть себя последними словами.

– Русские? Я думал, ты землянин, – удивился Тейн.

– На нашей планете множество рас и народов.

– Ясно. Все равно уходи.

– У меня есть две гранаты, игольчатая и ЭМИ. Первая, скорее всего, бесполезна. Но вторая…

– И вторая почти бесполезна. Универсальных дроидов ты выведешь из строя примерно на минуту. Боевых – только в случае неожиданности и в лучшем случае на пару секунд. А после они выведут экран защиты на полную мощность, и тогда хоть десяток таких гранат бросай, бесполезно, пока не выдохнется энергетический кристалл. Разряжаться будет, конечно, быстро, но минут на десять беспрерывной работы его хватит. А это много. Очень много.

– Но граната третьего поколения, а они второго.

– «Призрак» не стоит на месте. Именно благодаря третьему поколению и есть шанс, что часть импульса пробьет защиту.

– Но две секунды у меня будут, – гнул свое Андрей.

– В лучшем случае, – охладил его лейтенант.

– А какой у вас выход? Они явно ожидают подкрепление. Им нужен этот коридор, и долго такое положение дел не продлится.

– Твоя правда. Б-бездна! Все одно погибать. Значит, так. Когда будешь готов, дай нам знать. Как только мы начнем атаку, бросай гранату ЭМИ и бей по дроидам. Времени у тебя будет всего ничего.

– Понял.

Андрей набрал на панели код открытия, осталось только нажать «ввод». Перехватил поудобней игольник правой рукой, граната на предохранительном взводе – в левой.

– Я готов, лейтенант.

– Начали, – как-то уж совсем буднично скомандовал тот.

Выстрел игольника представляет собой не такой уж и громкий хлопок. Чем серьезнее оружие, тем ощутимей звук. Но все же попадание пули в твердую преграду звучит куда громче и весомей. Приоткрыв дверь, Андрей услышал, как по стенам ударили десятки игл, наполняя коридор перестуком.

Он высунул руку в едва образовавшуюся щель и бросил гранату. А вот вываливаться из дверного проема в его планы не входило. Вместо этого он приник к коробке с вскинутым игольником, ловя в прицел бок одного из дроидов. Тот выступил из-за угла, присев и прикрывшись щитками на конечностях, вел огонь вдоль коридора.

Второй как раз выдвигался на позицию, так же в полуприседе, слабозащищенным боком к Андрею и хорошо бронированной лобовой проекцией – к атакующим. При этом его игломет вел огонь по людям. За угол полетели несколько гранат, брошенных андроидами, которые занимали позиции, прикрываясь телами дроидов, и готовились к стрельбе.

Бог весть, как при столь массированном обстреле десантники могли остаться в живых. Но, судя по действиям роботов, обитатели базы не только уцелели, но и продолжали сохранять активность. Более того, голова одного из андроидов вдруг взорвалась, брызнув в стороны осколками композита и ошметками электроники. Работа снайперского игольника. Его калибр сродни игломету, но скорость иглы и пробивная способность выше. Чего не сказать о скорострельности и запасе энергии.

Все это пронеслось перед взором и в сознании Андрея, пока граната продолжала свой короткий полет. Она уже практически упала на пол, когда его игольник выплюнул первую очередь. Иглы простучали по боку ближнего дроида, уже занявшего позицию. Тот вздрогнул от множественных попаданий. Пятьдесят выстрелов в секунду – это серьезно.

Грохнула граната. Конечности гражданских дроидов разом подогнулись, и их дискообразные тела практически синхронно опустились на пол. Боевые андроиды и оставшийся дроид замерли, словно на них напал столбняк.

Продолжалось это недолго. Но за это время Андрей успел перевести огонь на второго паука, всадив в его бок остаток магазина, после чего откинулся назад, прячась на лестничной площадке. Краем глаза он еще успел выхватить, как на пол падают сразу три андроида. Как обстояли дела с его целью, он понятия не имел.

Смена магазина. Переводчик огня оставил в автоматическом режиме. Расточительно. Уж больно высока скорострельность. Но сейчас главное – плотность огня. Не выглядывая наружу, метнул в сторону противника игольчатую гранату. И едва она грохнула, как он вновь выглянул из проема с игольником на изготовку.

Отметил, что оба дроида обездвижены, и нажал на спуск полива иглами оставшихся андроидов, не сосредотачивая внимания на конкретной цели. Его задача – отвлечь противника, отыграть для десантников хотя бы пару-тройку секунд. А уж с остальным профессиональные бойцы управятся и сами.

Так, собственно говоря, и вышло. Он успел сменить очередной магазин, когда в гарнитуре раздался голос лейтенанта Тейна.

– Парень, не подстрели нас. Мы их сделали.

Выглянул в коридор. Двое десантников наскоро обшаривали перебитых андроидов. Один занял позицию напротив лифтов. Пара пробежала мимо него. Остановившись у поворота в первый коридор, они запустили за угол небольшого парящего дрона.

Эдакий летающий глаз диаметром сантиметров восемь, с антигравитационным двигателем. От поверхности отрывается метров на двадцать, не больше. Переоценить его тактическую роль сложно, правда, использовать получится только при наличии гравитации. В условиях невесомости вступает в дело другая модель, оснащенная реактивными двигателями и более массивная, диаметром с баскетбольный мяч. Ничего подобного у десантников Андрей не видел.

У одного из бойцов – небольшой штурмовой щит, посеченный иглами. Древнее как мир защитное снаряжение, нашедшее свою нишу даже среди звезд. Есть образцы и большего размера, но ввиду массивности они влияют на маневренность. Хотя, если бы в наличии были именно такие, глядишь, и не полегла бы половина бойцов. Впрочем, у Андрея по факту только начальная подготовка. Эти парни наверняка знают, что делают.

– Леднев, помогай держать лифты и лестницу, – приказал лейтенант.

– Есть, – вываливаясь в коридор, ответил Андрей.

Тейн вроде говорил об отделении. Но сейчас здесь только половина от штатного числа, и ни единого дроида поддержки. Здорово же их покосили. Конечно, могло быть и хуже, учитывая самоубийственность атаки. Но, похоже, Андрей выступил в роли той самой капли, которая склонила чашу весов в другую сторону.

– Маловато вас выбралось, – произнес он, обращаясь к снайперу.

Тот стоял, держа на изготовку свою винтовку. В смысле, игольник, конечно. Чуть длиннее штурмового, около метра будет, зато больший калибр и пробивная способность. Учитывая же третье поколение, так и вовсе песня. На Земле это оружие могло бы считаться настоящим вундерваффе. Снайперы за нее душу продали бы.

– По факту можно было бы обойтись и без потерь. Но не судьба, – пожав плечами, ответил десантник.

Явно подразумевал уцелевший мозг погибших товарищей. Здесь не Земля. Поместить тело для начала в криокапсулу, а там и в регенерационную. В среднем трое суток, и пациент готов к выписке, причем физически полностью здоровый. Но сейчас спасать погибших некогда.

Если на Земле клетки мозга отмирают уже через пять – шесть минут, после чего не восстанавливаются, то здесь все куда проще. В зависимости от температуры окружающей среды мозг возможно вернуть к полноценной деятельности в пределах от двух до трех часов. И это – без реанимационных мероприятий. Успей в этот промежуток поместить тело в криокапсулу, и время останавливается. Регенерационная же поистине творит чудеса.

– Ты, я вижу, выгреб из шлюза аварийный запас, – произнес приблизившийся лейтенант.

Как и боец с щитом на спине, Тейн был нагружен запасными магазинами к штурмовым игольникам. Прихватили даже несколько иглогранат. Вполне действенная штука, но только против людей. Те же андроиды уже малочувствительны к иглам. Они ведь боли не ощущают. Ранение для них означает всего лишь частичную потерю функций. Но даже такая малость дает хоть какое-то преимущество. А порой случается нанести машинам и серьезные повреждения.

– Да. Все шесть комплектов в наличии. Нас тоже шестеро. Двое суток у нас имеется, – доложил Андрей.

– Неплохо, но лучше все же запас побольше, – подзывая подчиненных, удерживавших поворот, произнес Тейн.

Сняли с Андрея подсумки, распределив их между собой. Попутно лейтенант продолжал ставить задачу:

– Значит, так, парни. Потрошить склады некогда, поэтому двигаем к пятому шлюзу. Там выгребаем аварийный запас и выбираемся наружу. Мати, Тук, головной дозор. Пошли.

Десантники молча скользнули на лестничную клетку, оттолкнулись и полетели вверх, сохраняя боеготовность. И никаких сомнений: случись драться, они окажутся на высоте. Не то что некоторые много о себе возомнившие пилоты. Хотя-а-а… Не станет он умалять своих заслуг. Эти пятеро остались в живых благодаря именно ему. Так-то!

В принципе, совсем не обязательно выбираться наружу. Астероид настолько изрыт, что отыскать укромный уголок не так уж и сложно, только нежелательно. Прошлые нападения свидетельствуют о том, что «Призрак» наверняка готовит взрыв реактора. Разрушения будут серьезными, хотя и не фатальными. Кое-где случатся обрушения, но даже переборки выбьет далеко не все. Это же не боевой заряд. Иное дело, что пережить этот Армагеддон будет весьма и весьма проблематично.

В плане заражения тоже ничего страшного. Притом что мощность боеголовок внутренних миров ничуть не уступит земному ядерному оружию, радиоактивность здесь минимальна. Она даже не выходит за пределы допустимых земных норм. Как это возможно? Андрей в подробности не вдавался. Единственное, что он для себя уяснил, это то, что здесь использовали тот самый гелий три, на который сегодня земляне только-только заглядывались.

Были, конечно, и «грязные» боеголовки, но их использовали крайне редко и только в том случае, если хотели серьезно навредить противнику. К примеру, сделать планету малопригодной для обитания. Как это было с Кайтином, где некогда построили «Призрака». А еще, насколько Андрею было известно, подобные заряды были установлены корпорацией Арика на Океании. Страховка на случай, если кто-то захочет прибрать уникальную планету к рукам. Но в реакторах сплошь и рядом использовались заряды только на основе гелия три.

Пришли в движение сразу два лифта, устремившиеся вниз. Наверняка подкрепление на третий ярус. Сверху донесся звук открывшейся гермодвери. Ошибочка. Сразу двух. На первом и втором ярусах. Значит, «Призрак» знает о том, что с его десантниками разобрались, а также предполагает вероятный маршрут отступления.

Признаться, Андрей не успел еще сориентироваться, а безопасники уже открыли огонь. Впрочем, толку от него без устойчивой позиции никакого. Отдачи у игольника практически нет. А уж на такую массу, как человек в бронескафандре, ее воздействие и вовсе стремится к нулю. Но невесомость диктует свои правила. Без должной подготовки Андрей здесь изобразит все что угодно, только не боевые навыки. Без вариантов. А там не дай бог еще и своих же подстрелит.

Бойцы же действовали выше всяческих похвал. Расстреляли четверых андроидов, едва только те появились в поле зрения. Да еще и навстречу группе с первого яруса запустили сразу несколько иглогранат, установив таймер. Не забыли забросить гостинец и во все еще открытый дверной проем второго, очищая себе путь.

Как оказалось, зря. Никого там не было. Но это вовсе не повод расслабляться. Лучше лишний раз погреметь, чем пропустить опасность. Тишина – это, конечно, замечательно. Но сомнительно, чтобы «Призрак» не получил контроль над искином, ведающим системой внутреннего наблюдения базы. Андрей оставался незамеченным только потому, что не привлекал к себе внимания. Теперь же их передвижение однозначно отслеживается.

В подтверждение этого лифты замерли, а затем вновь возобновили движение. Никаких сомнений, на этот раз вверх. Так что лучше бы поспешить.

Едва появилась гравитация, как запустили «глаз». Тот с легким жужжанием скользнул над самым полом к повороту и заглянул за угол. Чисто. Знак лейтенанта – и они поспешили вперед. В арьергарде – один из десантников и снайпер. Его игольник – самое мощное оружие из имеющихся в их арсенале. А вероятность появления боевого дроида с тыла самая высокая.

– Леднев, держишься со мной рядом и не высовываешься. Все понял? – выдал лейтенант, когда они как раз проходили мимо каюты Андрея.

– Между прочим, именно я вытащил ваши задницы из того коридора.

– Вытащил – и молодец. А теперь не мешай, – отрезал Тейн.

– Как скажешь, лейтенант.

А что еще он мог ответить? Океания помогла ему обрести характер и справиться с многими страхами. Благодаря тренировочному курсу на Уллис он получил кое-какие боевые навыки. Но это все мелочи. Защитить себя, в крайнем случае – поддержать десантников он еще мог. А дальше ему с ними не тягаться. Это факт.

– Лейтенант, впереди заслон. Дроид и пять андроидов, – доложил Мати, старший в паре передового дозора.

У Андрея нехорошо засосало под ложечкой. Это не медвежья болезнь, но все же страх. Причем замешанный на обиде. Впереди была переборка, за которой этот коридор продолжался. В смысле, штольня за пределами базы, конечно. Причем она и сама выходила наружу, да еще и имела ответвления. Словом, это был реальный путь к спасению. Был.

– Н-да. Иглогранаты дроидам не страшны от слова совсем. ЭМИ у нас нет. Обидно. – Тейн, похоже, думал в том же ключе, что и Андрей. – Ладно, парни, делать все одно нечего. Сзади нас подпирают, впереди заслон, а за ним – дополнительные регенерационные комплекты и выход на поверхность. Готовимся к атаке.

– Лейтенант, а что если таран? – неожиданно для самого себя предложил Леднев.

– В каком смысле?

– Ну, для чего-то же я таскаю на себе этот паршивый ранец? – Он встряхнул плечами, подразумевая свой двигатель.

Остальные обходились без этого девайса, они ведь собирались драться на базе, а не в космосе. Это пилотам нужна лишняя страховка, чтобы не улететь бог весть куда, пусть невеликая, но Андрею помогло. Не сказать, что десантники не имеют навыков драки при полной выкладке, но подобное снаряжение в любом случае сковывает. А им подвижность в коридорах куда важнее.

– Предлагаешь отключить гравитацию? – вздернул бровь лейтенант.

Забралу сейчас придана прозрачность, и его выражение лица прекрасно видно. Что тут скажешь, на нем сейчас была написана снисходительность к недалекому землянину. Ну хоть не откровенная насмешка – и на том спасибо.

– Я лягу на живот, вы выталкиваете меня в проход, и я врубаю двигатель на полную.

– Лейтенант, а ведь может сработать, – поддержал Андрея Мати.

– Пока он будет разгоняться, дроиды успеют его расстрелять, – усомнился тот.

– Дадим ему щит. Лежащую фигуру он прикроет полностью, а если держать под оптимальным углом, так щит еще и не позволит оторваться от пола. И останавливающее действие будет не таким высоким, – предложил Тук.

– Уверен? – уточнил лейтенант у Андрея.

– Нет. И если есть более дельная мысль, я готов выслушать.

– Делаем, – после секундного раздумья решил лейтенант.

Нет, страх никуда не делся. Мало того, все внутренности обдает беспрерывными волнами холода. Этим паразитам потребовалась всего лишь пара секунд, чтобы сбить «глаз» размером с теннисный мяч. И плевать, что тут расстояние меньше пятидесяти метров.

Но правда заключается в том, что Леднев прекрасно сознавал безвыходность ситуации. Все эти пять десантников обречены. Когда думаешь не о себе, а о ком-то другом, то вроде уже и не так страшно, и ответственность за других придает сил.

Он врубил форсаж, едва оказавшись за поворотом. Одновременно с этим раздались частые хлопки, слившиеся в один протяжный вой. Мати и Тук, высунув из-за угла свои игольники, разряжали их в сторону противника. Быть может, это подарит Андрею лишние доли секунды, если получится добиться пары-тройки попаданий.

В щит тут же ударил целый ливень игл. Из-за оптимального угла, выдерживаемого благодаря синхронизации Алены с тактическим шлемом и силе экзоскелета, сквозных попаданий пока удавалось избежать. Но и живая торпеда не сдвинулась с места. Драгоценное топливо, которого перед этим броском и так оставалось не больше половины запаса, пережигалось впустую.

Андрей еще успел горько усмехнуться и пожалеть о своей идиотской затее, когда давление на иссеченный щит вдруг ослабло. Леднев на остатках топлива гоночным болидом сорвался с места. Он не успел даже испугаться, когда с грохотом влетел во что-то твердое и угловатое, а перед взором все завертелось взбесившимся калейдоскопом…

– Эй, парень, ты там живой? – послышался голос Мати.

– Не знаю, – искренне ответил Андрей.

Ну хотя бы потому, что понятия не имел, есть ли у него какие-нибудь повреждения. Болело все тело. Бронескафандр дает серьезную защиту, но до абсолютной ему все же далеко. Запросил у Аленки диагностику. По предварительным данным, только ушибы. Но б-боже, как же все болит!

– Леднев, вставай и тащи сюда свою задницу, – послышался в канале резкий окрик лейтенанта.

Мати и Тук подхватили его под руки и одним рывком поставили на ноги. Все тело прострелила ужасная боль. Господи, лучше бы его убило!

Сам бы он ковылял долго. И, как видно, парни это прекрасно поняли, потому что подхватили и потащили к уже распахнутой гермодвери переходного шлюза. Пока осуществлялся переход, лейтенант успел выгрести аварийный запас, с удовлетворением отметив, что на базе к средствам спасения относились со всей серьезностью.

– А что там случилось-то? – ожидая, пока закончится шлюзование, поинтересовался Андрей.

– Да просто все. Ты отвлек весь огонь на себя. Жестянки же, – пренебрежительно махнул рукой Мати. – Мы воспользовались этим и, высунувшись, сняли двоих андроидов. Дроид перевел огонь на нас. Но мы успели укрыться, а ты сорвался ракетой и устроил куча-мала. А там уже дело техники.

– Лихо получилось, – не в силах сдержать улыбку, произнес Андрей.

– Не то слово, – хмыкнул лейтенант, – хоть бери и вноси этот пример в тактическую базу. Разобрали все по комплекту.

Андрей на автомате взял подсумок с регенеративными картриджами и прилепил к липучке на груди. Глянул на индикатор топлива. Ноль. Ну и нечего тогда носить на себе эту штуку. Тем более все тело ломит. Отстегнул ремни и уронил ранец на пол. В этот момент открылась наружная дверь, и, едва шагнув наружу, он оказался в невесомости. Го-осподи, какое блаженство! Сразу стало так легко, что боль отступила шага на три, никак не меньше.

Наружную дверь за собой закрывать не стали, это не позволит жестянкам отправиться в погоню. Сейчас открыть внутреннюю – это все равно, что вызвать на базе ураган. Оно, конечно, не мешало бы. В случае разгерметизации сработает автоматика, и все отсеки перекроет наглухо. А там, глядишь, и разрушения от взрыва будут минимальными.

Но есть одна закавыка. Стоит открыть дверь, и их понесет по штольне, как дерьмо по канализации. Пещера эта рукотворная, но, несмотря на более или менее ровные стены, вовсе не прямая. Так что размажет их на первом же повороте. При мысли об этом у Андрея вновь заныло тело. Нет уж, лучше переждать снаружи.

Глава 10

Выжившие

Укрыться можно было и в боковых проходах, благо астероид изобиловал штольнями и шахтами, как сыр дырами. Но если это сработало бы против жестянок, то сомнительно, что помогло бы уберечь от взрыва реактора. Сложно предположить, по какому именно пути двинутся ударная волна и вырвавшаяся в безвоздушное пространство атмосфера базы. Хорошо, если вышибет все переборки и она равномерно рассеется по всем полостям, в этом случае бронескафандры вполне способны уберечь людей. Но это только в теории. На деле же ударная волна нанесет больше всего повреждений на самом слабом участке и станет распространяться по пути наименьшего сопротивления. И где это случится, решительно непонятно. Ну и закон подлости никто еще не отменял.

Так что выход только один – выбраться на поверхность и постараться избежать обнаружения сканерами. Будь при людях специальное снаряжение, проделать это было бы несложно. Но в их распоряжении ничего подобного не имелось. А потому остаются только валуны, щели и трещины.

Передвигаться в невесомости было легко. Знай себе отталкивайся в нужном направлении. И чем сильнее толчок, тем стремительней полет. Столкновений с препятствиями можно не опасаться, их одежда способна выдержать куда более экстремальные ситуации. Как говорится, проверено на себе. Так что разогнались люди по штольне изрядно.

Но едва впереди замаячил выход, как они тут же поумерили свой пыл. Одно дело – со всего маху врезаться в стену, потолок или пол, хотя сам черт не разберет, где тут что. И совсем другое – не рассчитав, улететь с поверхности астроида. Он, конечно, крупный, но все же не настолько, чтобы удержать человека даже на своей орбите, не говоря уж о сколь-нибудь чувствующейся гравитации.

Поэтому двигались в прямом смысле этого слова ползком, все время хватаясь за камни и прижимаясь к поверхности. При этом не забывали следить за окружающей обстановкой, чтобы вовремя заметить опасность. Тактические шлемы были оснащены сканерами. Радиус действия не поражал воображение, но ориентироваться с его помощью в бою куда сподручней. Одна беда. Его работу может засечь «Призрак», а тогда уж очередного боя не избежать. А вернее, последнего и совершенно бесполезного. Вот и приходится надеяться только на свое зрение и кратность картинки интерфейса шлема.

– Лейтенант, на двести шестьдесят градусов вижу дрон, – доложил Мати.

– На сто пять градусов дрон. – Тук был более лаконичен.

Так как в секторе Андрея никого не наблюдалось, он глянул сначала на одного дрона, потом на другого. Приближенная картинка показала, что они среднего класса. Держатся близко к поверхности астероида, а значит, ведут ее сканирование. Хм. Причем не в одиночку. Из-за скалы появились еще две единицы. Потом еще одна. А вот и еще. С другой стороны та же картина. Прямо загонщики на охоте. Хотя чего это он? Так оно на самом деле и есть.

– Принял, – как ни в чем не бывало ответил лейтенант. – Продолжить движение. Ищем укрытие.

А что они еще могли сделать? Самый серьезный аргумент, находящийся в их распоряжении, – это снайперский игольник. Но даже несмотря на третье поколение и несколько большую пробивную способность, чем у игломета, навредить среднему дрону он практически не в состоянии. Если только бить в уязвимые точки. Да и то, чтобы вывести машину из строя, придется стрелять долго и вдумчиво. Выход только один – искать нору, причем глубокую и нерукотворную.

Буровые лазеры оставляют за собой далеко не гладкий срез, но ни о каких выступах, выбоинах и валунах не может быть и речи. И, как следствие, укрыться в этих выработках попросту негде. Если, конечно, это не шахты с штольнями. Но они им не подходили категорически.

Людям повезло, когда цепь загонщиков приблизилась уже практически вплотную. Это была глубокая и узкая расщелина. Забраться в нее в условиях невесомости никаких проблем не составило, как и укрыться. Уж природа-то или вселенский хаос, назовите как хотите, богаты своим многообразием. Оставалось забраться под козырек, деактивировать оружие и скафандры, после чего просто ждать.

Через три часа пребывания людей в неизвестности стены расщелины вдруг вздрогнули. Толчок был настолько сильным, что Андрею не удалось удержаться. Его бросило на стену, от которой он успешно отскочил. И скакал Леднев эдаким мячиком, оказавшимся меж двух стен, при этом неуклонно двигаясь по направлению к поверхности.

Перед взором все вертелось в головокружительном калейдоскопе. Он едва ли мог разобрать, куда и как летит, лишь отмечая, какой именно частью тела приложился в очередной раз. Повлиять на что-либо не позволял деактивированный скафандр. Находящийся внутри него, конечно, способен двигаться, но прилагая при этом некоторые усилия, что ни в коей мере не прибавляло ловкости в условиях невесомости.

Андрей все же успел вовремя активировать бронескафандр, и в пятый раз его столкновение со стеной было уже более или менее управляемым. Шестое прошло под полным контролем. На седьмом он сумел погасить свою скорость втрое, а с восьмым так и вовсе остановиться. Спасибо инструкторам, нещадно гонявшим их в безвоздушном пространстве.

– Леднев, да ответь же ты, бездна!

Оказывается, лейтенант его уже вызывает какое-то время, а он все никак не придет в себя. Пока боролся за свою жизнь, бояться было некогда, да и действовал, скорее, на рефлексах. Когда же все закончилось и он оказался в безопасности, пришел откат. Он буквально впал в прострацию. Глянул на показания Аленки. Надо же, его не могут дозваться уже целых полминуты. Или только? Н-да. Все зависит от ситуации.

– Я цел, лейтенант, и даже не улетел в космос. Жду вас у поверхности.

– Не вздумай высовываться. Спустись ниже, – приказал тот.

Вполне объяснимо. «Призрак» еще не настолько отдалился, чтобы считать себя в безопасности. Спятившему искину ничего не стоит отправить к астероиду пару-тройку средних дронов. Подумаешь, они уже не смогут вернуться на корабль. Потеря пары машин для искина «Призрачного рейдера» некритична. Он вполне способен восполнить недостачу. А вот им от этих машин уже не отбиться.

Через два часа они все же выбрались наружу. Никаких видимых изменений, все тот же знакомый пейзаж астероида. В том, что имел место взрыв реактора, никаких сомнений. Вот термоядерные боеголовки искин использовать не стал. Самому в хозяйстве пригодятся. Глупо разбрасываться ценными боеприпасами для уничтожения базы. А глупость – это прерогатива людей. Искусственному разуму свойственны только логичность и прагматичность.

Андрей сильно сомневался, что у Раштина найдутся средства на воссоздание базы. Разумеется, у него имеется кое-какой жирок, плюсом к этому есть четыре грузовика крупного тоннажа, так что он еще поднимется. Причем гораздо быстрее, чем начинал в первый раз. Но о прежней базе на Уллис ему придется позабыть на продолжительный срок. Если он решит вновь обосноваться на астероиде, то это будут куда более скромные объемы.

Лейтенант повел их к причальным терминалам. Сидеть среди камней не лучшая идея. Тогда как там вполне можно было придумать что-нибудь для более комфортного пребывания в ожидании помощи. К тому же запас воздуха и энергии на двое суток серьезным не назовешь.

Терминал и наружные постройки были в руинах, что в общем-то вполне ожидаемо. Их попросту расстреляли из рельсовых орудий. Сейчас здесь висела бы пыльная взвесь, но ее снес вынесенный взрывом наружу воздух. Не всю. Местами были видны отдельные пылевые облака, различающиеся по размеру и форме, но скрыть общую картину разрушений они не могли.

Довершающим штрихом всеобщего разрушения являлось отсутствие наружного освещения. Как результат – резкий контраст между светом и тенью. Хм. И астероид вроде как движется. Когда Раштин решил устроить здесь базу, то предпринял меры к тому, чтобы зафиксировать его. Так что Уллис все время была обращена к звезде одной стороной, и тени на его поверхности оставались неизменными.

– Лейтенант, похоже, из-за взрыва началось вращение астероида, – предположил Леднев.

– Не столько из-за взрыва, сколько из-за вырвавшейся наружу атмосферы. Скорее всего, весь поток устремился в одну сторону и сработал как реактивная струя. Ничего, Раштин с этим разберется.

– Думаешь, он решит восстановить базу?

– Не сразу, но несомненно. Это дело всей его жизни. Ладно, парни, сейчас попарно двигаем по шлюзам и ищем уцелевшие аварийные комплекты. Что-нибудь обязательно сохранилось. Нам нужен минимальный запас в трое суток. Не хотелось бы бросать жребий, кому жить, а кому умирать. Леднев, со мной.

– Есть.

Первым объектом, который они обследовали, был разрушенный обогатительный комплекс. Не пропускать же его, коль скоро он оказался на пути к аварийному шлюзу? Здесь, как и на всех постройках, имелись помещения для обслуживающего персонала.

К сожалению, надежда на то, что герметичность осталась ненарушенной, не оправдалась. Три стены были в руинах. Зато уцелела та, в которой располагался переходной шлюз. Электронный запор не работал, но, по счастью, на этот случай был предусмотрен ручной привод. Контейнер с аварийным запасом подарил им два стандартных комплекта. Не густо, но по меньшей мере двое уже были обеспечены необходимым на отмеренные лейтенантом трое суток. Жребий – это дело такое, не хотелось бы оказаться в числе выпавших из обоймы.

Что же касается входного шлюза на базу, то тут все было печально. Гермодвери, как и сам стальной шлюз, скорее всего, выдержали. Чего нельзя было сказать о стене. Бетон попросту выворотило.

Парням повезло немногим больше. Уцелело еще два шлюза, один из которых почистил Андрей еще в начале. Зато второй подарил полный аварийный комплект. Маячивший на горизонте жребий ушел в прошлое. Это, конечно, вовсе не означает, что они не станут искать другие комплекты, ведь есть еще и склад. Правда, на большие запасы все же рассчитывать не приходилось.

Однако понимание того, что непосредственная опасность уже в прошлом, как-то успокаивает и настраивает на конструктивный лад. Они конечно же не паниковали, действовали хладнокровно и расчетливо, как люди, привыкшие к стрессовым ситуациям. Подумать только, и это он, Андрей Леднев! Ну да о том, кем он был в прошлой жизни, говорилось уже не раз. А тут, едва перед ним забрезжил свет надежды на выживание, как он начал думать о том, как можно помочь другим.

Леднев точно знал, что Тилия катапультировалась, и, похоже, не она одна. Конечно, не факт, что пилотов не добили в космосе, но, если есть хотя бы небольшая надежда, он не хотел ею пренебрегать. Опять же, не мог он сидеть сложа руки.

Из-за уничтожения ретранслятора связаться с выжившими пилотами, если кто-то действительно уцелел, попросту нереально. Но это не значит, что их нельзя обнаружить. Аварийные маяки капсул и тактических шлемов никто не отменял. Нужны всего лишь две малости – корабль и передатчик помощнее того, что имелся в их распоряжении.

– Лейтенант, жестянки рванули техносклады, отдельно. Не термоядерными зарядами, но им хватило. Аварийным куполам в том числе, – доложил Мати, отправленный на проверку.

– Принял. Какие еще есть предложения? – уже обращаясь к Ледневу, поинтересовался Тейн.

– А если проверить жилой уровень? – предположил Андрей.

– Бесполезно. Когда завертелось, все облачились в свои скафандры. И, будь у меня запасные картриджи и кристаллы, я бы их точно забрал.

– Тогда ангары, – пожав плечами, предложил Андрей, имея в виду то, что уж в его-то каюте найдется один легкий скафандр с полным комплектом.

– Вот уж где они точно отвели душу. У «Призрака» просто тяга к разрушениям.

– Как по мне, проверить не помешает.

– Хочешь я тебе скажу, что мы там найдем? Полный разгром. Даже если пустить вразнос реактор одного вшивого бурового фрегата, получится весело.

– Там не имелось воздуха, так что ударной волны не будет.

– Зато будут разлетающиеся во все стороны осколки и плазма. И да, подорвут они далеко не один реактор. Подобное было на других базах.

– Как хочешь, лейтенант, а я прогуляюсь. Все одно сидеть без дела – скука смертная.

– Вот в этом согласен. Ладно, поползли к шлюзу.

– Зачем?

– Предпочитаю быстро долететь по штольням, а не ползать по поверхности, как улитка.

– А. Ну да, я как-то и не подумал.

В ошибочности этого мнения они убедились, когда возвращаться вроде как было уже и не с руки. Погруженные в полную тьму коридоры базы – это полбеды. Куда серьезнее – препятствия в виде летающих в пространстве всевозможных обломков. Искусственная гравитация приказала долго жить со всеми вытекающими отсюда последствиями. Такие дела.

К тому же их усилия по преодолению завала оказались напрасными. Жестянки поработали здесь от души. Даже если в хаосе из покореженного металла и имеется что-то хотя бы относительно целое, обнаружить это будет весьма проблематично. И не менее сложно вынести наружу.

Ангар буровых кораблей представлял собой все ту же огромную пещеру на месте выработки большого рудного кармана. Герметизировать его никто и не думал. Силовой луч вводил судно в арку, подводил к месту стоянки, после чего опускал, передавая в заботливые руки искусственной гравитации. Пилоты покидали корабли в скафандрах, в этом же одеянии осуществлялось обслуживание. Выходили из ангара на своих двоих, через одну из четырех шлюзовых камер.

Сейчас же этот ангар представлял собой один сплошной хаос из парящих в пространстве обломков. Причем они не прибывали в покое, а напротив, активно двигались, беспрерывно сталкиваясь между собой, натыкаясь на стены, пол и потолок. И когда закончится это броуновское движение, совершенно непонятно. К тому же всю картину не охватить, только участок, где сквозь арку внутрь попадал свет звезды. Высвечивать остальное пространство имеющимися у них фонарями – та еще задачка.

– А ведь там наверняка найдутся и реактор, который можно запустить, и корабельные регенерационные картриджи… – предположил Андрей.

– Согласен. Но лучше выждать несколько часов, а то и сутки, пока тут все не успокоится. Я сейчас в эту мясорубку не полезу, – озвучил свое мнение лейтенант.

А что тут скажешь? Его правда. В случае неудачи Андрей планировал выбраться отсюда наружу и передвигаться по поверхности. Но при виде представшей картины поспешил отказаться от этого намерения. Лучше уж коридоры.

– Лейтенант, предлагаю навестить ремонтный ангар, – предложил Андрей.

– А смысл?

– Там на всех судах реакторы деактивируются. Так что если жестянки что и подрывали, то обычными зарядами. Но, скорее всего, даже не стали заморачиваться. К тому же в ангаре вроде бы находились только два катера, со вскрытыми капотами.

– Ну давай попробуем.

На этот раз им повезло. Катера взрывать не стали, как и специально закладывать заряды в самом ангаре. Похоже, непрезентабельный вид суденышек ввел искин в заблуждение. Повреждений от взрыва не наблюдается. Переборки выстояли. Так что максимум, что здесь произошло, – это изрядная встряска. Ну и пропавшая гравитация.

Обнаружить катера, парящие в пространстве, оказалось не так уж и просто. Как уже говорилось, ручные фонари и подсветка на шлемах – слабое подспорье, когда речь идет о столь внушительных объемах. Впрочем, грех жаловаться. Нашли, и слава богу.

Один из катеров был в плачевном состоянии. В том плане, что был изрядно разобран, и его части сейчас разлетелись по всему помещению. Второй порадовал. Как видно, его техобслуживание либо приближалось к завершению, либо только началось. Придется кое-что снять с первого, но в общем и целом, на первый взгляд, все нормально.

А главное – обнаружились запасные картриджи. Теперь даже то, что жестянки уничтожили аварийные купола, не так страшно. Достаточно обеспечить себе герметичное пространство, и можно будет находиться без скафандров. А тогда и голодать не придется. Благо, продовольственные склады как раз оказались нетронутыми. В качестве источника энергии – все тот же катер. Правда, у Андрея на него были несколько иные планы, но это только поначалу, а потом-то и в качестве генератора можно использовать.

Его идею со спасением возможных выживших все поддержали. Благо теперь вопрос с самым главным ресурсом – воздухом был решен. А дальше все включились в работу. Правда, только в качестве подсобных рабочих – трудиться над реанимацией суденышка Андрею пришлось практически в одиночку. Вот и польза от месяца беспрерывных внеочередных нарядов.

Ворота ангара можно было открыть и вручную, пусть это и долго. Только к чему такие сложности, если посредством незначительных манипуляций удалось подать энергию на сервоприводы от реактора катера?

Сигналы капсул и шлемов пилотов он обнаружил, едва только задействовал передатчик. Всего насчитал одиннадцать, и среди них Тилия. Стоит ли говорить, что первым делом он направился к ней?

– Привет, подруга, – не удержавшись, вызвал ее он.

– Андрей?

– А ты ожидала кого-то другого? – отдавая команду искину на сближение по пеленгу, хмыкнул он.

– Да я вообще никого не ожидала, – возбужденно произнесла она. – Топливо в ранце закончилось. Лечу в сторону Уллис, но уже сейчас понимаю, что сильно так промахиваюсь. Собиралась оттолкнуться от какого-нибудь булыжника и подправить траекторию, да только ни в один никак не попаду. Погорячилась с двигателем, что тут еще сказать. А ты как?

– Оседлал буровой катер и лечу к тебе. Правда, комфорт не обещаю. Придется тебе посидеть в бункере.

– Это мелочи в сравнении с перспективой вечно болтаться в космосе. Кто-нибудь еще выжил?

– Пятеро десантников. Наблюдаю еще несколько сигналов. Но кто из них жив, а кто погиб, нужно будет выяснять. Извини, я попробую вызвать остальных.

– Вызывай, конечно. Обещаю, я никуда отсюда не денусь.

– Вот и умница.

Из оставшихся десяти сигналов отозвался только один. Разумеется, Андрей проверит их все без исключения, благо запаса хода катера для этого вполне достаточно. Вот только сомнительно, что кто-то из них все еще жив.

– Как у тебя дела, Брант?

– Нормально. Сколько выживших? – как ни в чем не бывало, поинтересовался сержант.

Ну надо же, похоже, этот мальчишка даже и мысли не допускал, что может погибнуть. Андрею бы его самоуверенность!

– Вместе с тобой пока восемь.

– А яхта?

– Гражданские ушли.

– Хорошо.

– Ты знал с самого начала?

– Нет. Узнал только перед атакой. Но для меня никакой разницы. И да, ко мне не спеши. Проверь сначала остальные сигналы.

– Там с большой долей вероятности трупы.

– Вот и проверь. А я пока своим ходом к Уллис. Запасы еще есть.

– Откуда?

– Использовал потенциал своей капсулы, потом нашел другую. Повстречал Айха, ему ранцевый двигатель, кристалл и картриджи уже не нужны. Вот только что добрался до капсулы Леота. Кстати, он у тебя сигналит?

– Да.

– Помечай как погибшего. Срезали иглометом. Сейчас разую его, оседлаю капсулу и немного полетаю. Двигатели вроде в порядке. Ладно, некогда мне с тобой болтать.

Н-да. Ну, может, и малолетний придурок. Но чего не отнять, так это завидного хладнокровия, находчивости и таланта астронавта. Андрей ухмыльнулся, тряхнул головой и продолжил сближение с Тилией. Сначала живые. В смысле, те, кто не может о себе позаботиться. Вот ничуть не удивится, если к тому моменту, как он покончит с облетом всех сигналов, Брант уже будет на Уллис.

Глава 11

Гладиатор

– Слышал? Имперские адмиралы сошлись морда к морде.

– Да ерунда все это. Опять побряцают оружием да разойдутся. В лучшем случае схлестнутся передовые отряды, а то и без этого обойдутся.

– Ну когда-то же они должны будут подраться? Не станут же бесконечно шарахаться друг от друга? – возразил первый.

– А как по мне, так ирианские и багрийские адмиралы ждут, когда политики договорятся между собой. А пока суд да дело, захватывают малозначимые системы, надо же показать, что они не зря едят свой хлеб, – возразил второй.

– Не. Драка все одно будет, – гнул свое первый.

– Только если политики не сумеют договориться, – стоял на своем второй.

– А когда они договаривались? Ладно, идем, скоро наш выход.

– Идем.

Андрей проводил спорщиков равнодушным взглядом и продолжил облачаться в свой легкий скафандр. В раздевалке было еще шесть пилотов, но никто и не думал общаться. К чему, если совсем скоро предстоит сойтись на арене. Эдак познакомишься с кем, а потом в самый ответственный момент проявишь нерешительность, и хорошо, если окажешься в регенерационной капсуле. А то ведь можно погибнуть и безвозвратно. Статистика пока была в пользу выживания, но пятнадцать процентов удерживались за гибелью. Такие дела.

Эти, скорее всего, участвуют в парной схватке, тогда близкое общение им даже на пользу. Андрей успел убедиться в этом на собственном опыте. Но его первая и пока единственная напарница в настоящий момент находится от него за десятки световых лет.

Лейтенант ошибся. Спасательная экспедиция в виде тяжелого крейсера в сопровождении пары легких и четырех эсминцев прибыла только на четвертые сутки. Да и не спасательная в прямом смысле этого слова. Похоже, им было просто по пути. Военные вошли в систему. Следом появилась яхта Раштина. Флотский начальник убедился, что опасности никакой, и начал разгон, готовясь к очередному прыжку.

Глава компании от щедрот своих отсыпал премию в виде тройного жалованья и бесплатного медицинского обслуживания. В смысле, излечения раненых. Но коль скоро таковых не оказалось, эта часть оказалась чисто номинальной.

Вообще-то самый что ни на есть стандарт. Именно на таких условиях наемники и соглашались рисковать своей жизнью. И большинство из них это вполне устраивало. Вот только Андрей к их числу никак не относился. Пересмотрел приоритеты и пришел к выводу, что рисковать он, конечно, готов, но за более значимый приз.

За прошедший год он получил лицензии пилота транспорта среднего тоннажа, рудокопа и механика. Во Внутренних системах за все это ему пришлось бы заплатить куда больше, да и времени на это ушло бы немало. На Уллис же он овладел специальностями попутно. Но на этом бонусы закончились, и коль скоро так, то следует идти дальше, а не топтаться на месте.

Если бы он решил продолжить карьеру наемника, то характеристика у него выходила отличная. Но, как уже говорилось, планы у него были несколько иные, и пометка в резюме о невыполнении условий контракта Андрея ничуть не смутила.

Точнее, не смущала только до той поры, пока он не обратился в банк. В кредите ему отказали. Как выяснилось, резюме оказывает первостепенное влияние на кредитную историю. Теперь понадобится много времени и усилий для того, чтобы очистить ее.

Мало того, даже наняться пилотом – и то не получалось. Если кого и интересовал опальный соискатель, да еще и без стажа вождения грузовика, то это были в основном мутные личности. И контракты у них не отличались прозрачностью. Слишком много недосказанностей и разночтений. Вот так сунешь пальчик, и сам не заметишь, как окажешься в петле.

Другая категория – жадные владельцы судов. Предлагаемого ими жалованья могло хватить только на то, чтобы кое-как перебиваться с хлеба на воду, но никак не на достойную жизнь. О том, чтобы заработать и что-то скопить, не могло быть и речи. Один положительный момент. Отработав на такого работодателя некоторое количество лет, можно было все же очистить свою карму и получить зеленый свет по линии кредитования. Только Андрея это не устраивало.

Еще была возможность приобрести легкий буровой фрегат и стать рудокопом. Но одно дело – приработок и совсем другое – заработок. А еще ту ювелирную работу, что он проделывал на катере, на судне большего класса уже не провернуть. Не те оборудование и маневренность. Покупать же катер – занятие глупое, потому что даже на Рулейне уже нет такого раздолья близ базы. Что уж говорить о системах, где рудодобывающие компании развернулись гораздо раньше.

Были и другие варианты. Но он выбрал именно этот. Опасный, не без того. Однако если он справится, то сумеет решить финансовые проблемы куда быстрее. При удачных раскладах, помноженных на его умения, здесь можно было заработать много и сразу.

Станция Талаханка находилась неподалеку от границ Внутренних систем. Здесь даже совершал регулярные рейсы пассажирский лайнер. В то же время посетивший это место мог заявить, что побывал на фронтире. И даже когда скажет, что сталкивался с темными личностями, ничуть не погрешит против истины.

Имеющие прегрешения перед законом здесь не редкость. Всем доподлинно известно, что владелец станции, уважаемый господин Ахон, не брезгует скупкой добычи, причем даже кораблей.

На Талаханке судно меняло свой облик практически до неузнаваемости, а потом выдавалось за вновь построенное. Благо доки станции имели лицензию верфей. И кого волнует, что по виду и сути это старье. Ну слепили из того, что было. Главное, что соответствует стандартам и устраивает клиента.

Разумеется, ирианскому правительству об этом было известно. Однако пока выгода перевешивала негатив, подобное положение дел всех устраивало. Пусть и номинально, но корпорация Ахона удерживала эту систему за империей. Ну и немаловажным являлось то, что на этой станции была развита индустрия развлечений, от невинных карточных столов, до настоящего экстрима.

Одним из самых популярных являлась арена. Или все же Арена, где сходились в смертельной схватке пилоты. Эдакий римский Колизей в космосе. Правда, зрители здесь не решали, умереть пилоту или нет, это было во власти его противника. Да и то, едва только машина получала статус подбитой, как победитель был обязан прекратить бой. Если убил в схватке, то так тому и быть. Но добивать строго воспрещалось. Эдак ведь пилотов не напасешься.

Признаться, Андрей слабо понимал, в чем тут соль. Понятно, когда дело касалось рукопашной схватки. Имелась на станции и подобная арена. Но там ты хотя бы видишь, как бойцы лупцуют друг друга. Ярость, страх, пот, кровь и напряжение. Все это ты наблюдаешь воочию, и тебе передается незримая энергетика схватки.

За космическим боем иначе как посредством трансляции не уследить. Ну какой интерес наблюдать за искрами, мечущимися в темном пространстве, словно светлячки. За подробностями же – к экрану монитора. Но именно это развлечение было едва ли не основным, а ставки поражали воображение. О публике и говорить нечего. Золотая молодежь в возрасте до пятидесяти-шестидесяти – это лишь вершина айсберга.

– Ну как настроение, Андрей? – встретил его на выходе агент.

Тут без них никуда. Конечно, пилот может попробовать представлять свои интересы и сам, но лучше не рисковать. Все эти договоры – одна сплошная казуистика. Слишком уж много всевозможных спорных моментов. А господин Ахон не подает на паперти даже по праздникам.

Так что либо сам ломай мозг, чтобы не оказаться в дураках, либо нанимай того, кто будет делать это за тебя. Но тут уж все чисто. Подписываешь контракт только раз. Причем насквозь стандартный и прямой, как лом. И после этого любые кривотолки автоматически становятся головной болью агента.

Ушену было тридцать лет, причем биологических. Так что он в своей среде считался не просто молодым, но начинающим. Вздернутый нос, придающий ему схожесть с ежиком, вот как хотите, так и понимайте, солидности ему не добавлял. Но кто-то более представительный Андрею был попросту не по карману.

– Настроение поганое, – не стал кривить душой Леднев.

– Это потому, что первый бой. Потом втянешься, привыкнешь и будешь выходить как на рутинную схватку.

– Ты серьезно?

– Разумеется. Здесь есть целый пласт пилотов, роль которых сводится только к разогреву публики. Причем многие из них уже погибали, и не по разу. Ты пока темная лошадка, и к тебе присматриваются. Есть даже те, кто делает на тебя ставки.

– Ты еще скажи, что меня сразу выставят против одного из фаворитов, – хмыкнув, произнес Андрей.

Леднев, конечно, ознакомился с общей информацией, прежде чем ввязываться в столь рискованное предприятие, но прошелся только по верхам и в тонкости не вдавался.

– Устроители игр с ума еще не сошли. Да и фаворитам ты только на один зуб. Уж поверь. Даже если пережил множество боев и умудрялся выбираться из настоящей задницы. У Арены свои законы и тактические приемы. Но ставки делают и на разогреве. Признаться, там порой случаются такие жаркие баталии, что даже бой фаворитов меркнет.

– А разогревающим от этого есть какой-нибудь плюс?

– Ты вообще интересовался механикой игр?

– В общих чертах, – пожав плечами, ответил Андрей. – Для начала мне и этого достаточно. А вот твой контракт изучил внимательно, до самого последнего пункта. Дальше уже твоя головная боль. Причем стараться ты будешь не за страх, а за совесть, потому что работаешь сейчас не столько на прибыль, сколько на имя.

– Трудно тебе возразить.

– Так что там с плюсами?

– При обороте более тридцати миллионов каждому пилоту на счет падает одна десятая процента.

– Тридцатка плюсом к взносу. Неслабо за несколько минут боя.

– Я бы на твоем месте на это не рассчитывал. Подобное случается нечасто. Обычный оборот разогрева не превышает пяти миллионов. А средняя ставка – в пределах пяти – шести тысяч кредитов.

– Ясно. А что со ставками? Я правильно понимаю, что могу ставить на самого себя?

– Даже если будешь прикидываться неумехой, а потом приласкаешь одного из фаворитов или чемпиона. Главное, чтобы не было сговора. Уж тут тебя вывернут наизнанку и за меньшее. Но если все чисто, то не сомневайся: получишь все сполна. А вот на соперника ставить уже нельзя.

– Значит, мы можем сделать свою первую ставку?

– Нет, не можем. Коэффициент настолько мизерный, что оно того не стоит.

– Но ты говорил, что есть те, кто ставит на меня.

– Скорее, против тебя. К примеру, ставка на то, сколько ты продержишься. Здесь коэффициенты очень хорошие.

– То есть все уверены, что я сольюсь, и вопрос только во времени?

– Не только. Есть ставки и на затраченный боекомплект. Тут целая система. Но для тебя она сейчас не представляет никакого интереса. Ладно, давай определяться по бою. Какой будешь делать взнос?

– Для начала, я думаю, тысяч двадцать. Как? – предложил Леднев.

– Слишком самоуверенно. Давай лучше самый минимальный.

– Пять тысяч? – удивился Андрей.

– Не выгибай брови дугой. Выделенный тебе истребитель ты практически не знаешь. С Ареной и тактическими приемами незнаком. Минимальный взнос для начинающих – это нормально. Поверь.

– Вообще-то я ожидал, что ты меня поддержишь. Тебе ведь капает процент от моего выигрыша.

– А ты забыл, что сам же говорил пару минут назад. Я сейчас зарабатываю не столько кредиты, сколько авторитет и имя. А идиотские советы этому не больно-то и способствуют. И вот самый главный. Начинающие пилоты нередко прямиком из академии. Но это не значит, что к ним стоит относиться пренебрежительно. Попадется какой-нибудь стукнутый на всю голову геймер с завидным здоровьем да крепкими нервами, и тебе мало не покажется.

– Мой первый командир звена из таких, – вынужден был согласиться Андрей, припомнив Бранта.

– Ну тогда ты знаешь, о чем я.

Если в общих чертах, то вновь прибывший выплачивал страховку в размере двухсот тысяч и получал допуск на участие в играх, после чего в его распоряжении оказывался видавший виды, множество раз латанный и перелатанный истребитель, предыдущий пилот которого (а то и не один) безвременно погиб. Если, конечно, новичок не был в состоянии оплатить что-то получше или не прибывал на станцию со своей машиной.

В страховой взнос входит и спасение пилота, под чем подразумевается обнаружение тела, помещение его в криокапсулу, и регенерация. Ремонт машины – за счет пилота. Кстати, учитывая возраст истребителей и комплектующие, поступающие с вторичного рынка, обходилось это не так дорого.

Разумеется, далеко не у всех есть для этого финансовые возможности. Если учитывать род деятельности пилота, получить кредит в банке попросту нереально, однако Ахон всегда готов прийти ему на помощь. И процент вовсе не грабительский. Скорее, даже символический. По факту, это и не кредит, а заем. Владелец станции вовсе не был заинтересован в том, чтобы выжимать из игроков последние соки.

Когда улаживались все формальности, пилот получал во временное владение истребитель, располагающийся в персональном ангаре. Дальнейшее обслуживание – полностью за его счет, как и содержание персонала. Андрей не мог позволить себе механика, а потому обходился своими силами.

Прежде чем попасть на Арену, нужно было сделать взнос. Минимальный составлял пять тысяч. Далее выбрать вид боя. Всего их было три: «дуэль», когда на арене сходятся два пилота, «дуплет», где дерутся уже пары, и «свалка», где может участвовать до трех десятков пилотов, причем каждый дерется за себя. Весь призовой фонд уходит одному выжившему.

Взнос достается победителю или победителям, если бой шел в парах. Из суммы вычетается десять процентов налога Арены и пять в качестве гонорара агенту. Отнять стоимость израсходованных боеприпасов – и получится чистая прибыль.

Вообще-то пять тысяч – это натуральная песочница. Хорошо, если после боя останется хотя бы десятая часть от выигрыша, а то ведь можно и в минус уйти. Здесь не имперский флот с его ресурсами и нет нанимателя, отвечающего за снаряжение. Так что расходовать боекомплект щедрой рукой не получится, просто вылетишь в трубу или попадешь в полную зависимость к Ахону. Он, конечно, не душит, но и покинуть эту вечную рулетку у тебя не получится.

Один нурс обходится в сотню кредитов. А их в боекомплекте истребителя сорок. Ракета малой дальности в среднем стоит пять тысяч, на вооружении – четыре штуки. Ложные цели по сотне, всего восемь. Практически ничего не стоят только боеприпасы к пушке и иглометам. Изготавливаются из любого металлолома в мастерской ангара. Если, конечно, не использовать их в условиях атмосферы или против бронированных целей, где требуется специальный сплав. Но гладиаторам это не грозит.

Так что, выходя драться под такой взнос, участники могут получить прибыль только от победы с помощью пушки. Все остальное ведет к убыткам. А ведь кроме расхода боеприпасов могут случиться и кое-какие повреждения. Победа вовсе не означает, что твой истребитель окажется совершенно невредим.

Вот такая финансовая подоплека выступления на Арене. Причем это ценник на боеприпасы первого поколения. Стоимость каждого последующего увеличивается в среднем на одну целую две десятых. Но это так, в общем. Конкретика же может отличаться, и разительно. Так что минимальный взнос – это… Да у Андрея даже не было слов, чтобы выразить негодование.

– Ушен, а какой смысл в минималке? Я даже не представляю, как тут нужно извернуться, чтобы что-то заработать.

– Каждый здесь ищет свое. И, кстати, минималкой не брезгуют даже фавориты.

– Ты серьезно?

– Разумеется. Для молодняка это шанс за небольшую плату ознакомиться с условиями Арены. Фавориты же поступают так, чтобы встряхнуться. Правда, выходят на бой под чужими именами и на соответствующем истребителе. Профи зачастую скатываются к шаблонам. А среди молодняка нестандартное поведение скорее норма. Вот и взбадриваются бывалые бойцы, чтобы новые приемы подсмотреть у молодых. Так что решаешь?

– Ладно. Жирок пока есть. Заявляй взнос в пять тысяч. Я в ангар.

– Удачи.

Простившись с клиентом, Ушен направился своей дорогой, на ходу делая ставку. Еще одна особенность Талаханки. Заключив контракт с агентом, пилот не мог вести финансовые операции, все это переходило в ведение его представителя. Но и тот не имел права распоряжаться средствами без предварительной договоренности с нанимателем. Таковы правила.

Старый линкор, послуживший основой для станции, за многие годы претерпел сильные изменения. Он настолько оброс надстройками, что сейчас его облик имел мало общего с прежним. И хотя двигатели все еще сохранились, Андрей поостерегся бы набирать на нем большую скорость. Даже в космосе прочность конструкции остается весомым аргументом. Так что если только потихоньку, дабы изменить траекторию в случае угрозы столкновения с каким космическим скитальцем или метеоритным облаком, но не более.

Вдоль одного из бортов примостились ряды ангаров. По сути, обычных контейнеров с функцией шлюзования и искусственной гравитацией. Здесь же находились оборудование и инструмент для технического обслуживания. Андрей мог себе позволить обходиться собственными силами. Квалификации для этого вполне хватало, чего не сказать о средствах. Конечно, впоследствии нужно будет подумать и о механике. Даже учебный бой серьезно изматывает. Что уж говорить о реальном, когда ты постоянно пребываешь в нервном напряжении!

Андрей вошел в ангар – просторное помещение с искусственными атмосферой и гравитацией. Посередине стоит его видавший виды истребитель, второго поколения. У стены – большой верстак и оборудование, необходимое для обслуживания машины. Рядом – контейнеры с инструментами и запасными частями. Все находящееся в ангаре должно быть закреплено или упаковано. В довершение в углу примостился ремонтный дроид. А вот места для переодевания здесь не предусмотрено. Для этого есть раздевалка.

Пока торчал там, потом разговаривал с Ушеном и шел сюда, чувствовал себя вполне нормально. Ни страха, ни волнения, ни-че-го. Предстоящий бой казался каким-то нереальным. И только при виде истребителя, ощетинившегося полным боекомплектом, пришло осознание реальности происходящего и тревожно засосало под ложечкой.

– Ну, здравствуй, Лола. Готова поработать? – поинтересовался он, обращаясь к бортовому искину, которому дал имя предшественника.

Или все же предшественницы? Ох уж эта путаница с женскими именами! Вот оно ему надо было. Подумал об этом и невольно улыбнулся.

– Здравствуй, Андрей. К бою готова. Все системы исправны. Остаточный ресурс узлов и агрегатов соответствует средним допустимым значениям. Боекомплект – сто процентов, – ответил искин приятным женским голосом.

Или ответила? Да хоть так, хоть эдак. Вот был у него бзик в отношении искинов.

– Принял, – взбираясь в кабину, произнес он.

На Арене не принято использовать бронескафандр. Как ни крути, а он сковывает движения. В боевой обстановке наемники предпочитают иметь лишнюю гирьку на весах выживания. Гладиаторы же полностью вкладываются в победу. Если что-то способно дать даже самое незначительное преимущество, это тут же идет в копилку. А безопасность… Главное, чтобы головной мозг остался невредим. Все остальное лечится, вплоть до выращивания нового тела.

Клонирование для внутренних миров вовсе не является какой-то невидалью. Мало того, до появления регенерационных капсул процветала трансплантология клонированных органов. Но вот сами клоны находились под запретом, причем повсеместно. И законодательство в этом плане было более чем жестким.

Прирастить к голове новое тело или перенести мозг в клона как раньше, так и сегодня не представляет сложности. Но от второго способа отказались ввиду того, что мозг все одно стареет, чего не происходит при регенерационных процедурах на основе компонентов с Океании.

Что же до самого клона, то при всех дублируемых физических показателях это получалась совершенно другая личность. Зачастую – полная противоположность. Вопрос о синхронизации и переносе сознания так и остался неразрешенным. И вот именно это обстоятельство и встало неодолимой стеной на пути развития клонирования. Животных можно копировать повсеместно, это востребованная процедура по отношению к домашним питомцам. Но люди – табу.

Появилась надежда, что синхронизировать сознание все же получится с помощью искина-симбиотика. Ведь в этом случае можно было бы записывать личность на искусственный носитель, а потом копировать в сознание клона. Но пока ученые абсолютно не приблизились к решению этой проблемы. Во всяком случае, именно это следовало из сведений, публикуемых в открытых источниках…

Так вот, Андрей все же предпочел бы бронескафандр, но тот пока не по карману, как, впрочем, и переделка ложемента. Оставшихся средств едва должно хватит на старт в его новом амплуа. Запас, конечно, имелся, но столь небольшой, что его, пожалуй, не стоило и учитывать.

Бронефонарь занял свое место. Андрей подал команду на откачку из ангара воздуха, и тут же заработал мощный насос. Сигнал об образовавшемся вакууме. Команда на открытие створок ворот и одновременно – запрос на буксир. Через десять минут старичок-грузовик захватил его силовым лучом и, оторвав от пола, вывел наружу. Конечно, можно было и самому управиться, отключив искусственную гравитацию, но к чему сложности, если услуга буксира практически ничего не стоит.

Леднев в последний раз окинул взглядом приборную панель. Остался доволен показателями и подал тягу на маршевые двигатели, беря курс к стартовой площадке Арены.

Глава 12

Ссора

Полет и посадка заняли десять минут, после чего его истребитель замер на стартовой площадке Арены, удерживаемый гравизахватами. Рядом находилось с десяток машин других пилотов, ожидавших своей очереди. Вот так. Мало того что они собираются рисковать своей жизнью, так еще и подождать придется.

Арена представляла собой эдакий куб со стороной в шестнадцать тысяч единиц, выгороженный силовыми подстанциями. Здесь применяется технология стандартного одностороннего энергетического щита, разве только с противоположной ориентацией. Если на корабле можно без труда отправлять предметы вовне, то здесь предметы, летящие наружу, встречались с сопротивлением поля.

Благодаря этому решалось сразу несколько задач. Снаряды и ракеты в случае промаха не улетали бог весть куда и не захламляли пространство, а задерживались щитом. В космосе в принципе ничто не находится в полном покое, так что все обломки и осколки также стремятся вылететь наружу и задерживаются на периметре. Потом их собирают мусорщики. Не те, что пробавляются разбором погибших кораблей, а самые натуральные.

Вообще с этими полями не все так просто. Искины истребителей имели специальную программу и в случае приближения к границе на расстояние в тысячу единиц перехватывали у пилота управление до той поры, пока не отвернут в сторону. И лучше бы пилотам не забывать об этом, потому что в этот момент они превращаются в настоящую мишень на полигоне.

Минут через пять ожидания Аленка сообщила о входящем сообщении. Глянул. Порядок. Вызов принят. Противник, как и он, уже в очереди. Разве только на другой стороне куба. Признаться, то, что так быстро нашелся соперник на столь низкий взнос, Андрея сильно удивило. Но чего уж. Есть и есть. Осталось дождаться начала боя.

И тут Андрея накрыло. Вообще-то Ушен еще в начале их знакомства предлагал раздобыть успокаивающее, уверял, что на первых порах это просто необходимо. Но Леднев тогда отмахнулся. Ну не казалась ему драка на Арене более серьезным испытанием, чем выход против многократно превосходящих сил противника. Как оказалось, он ошибался. Не видит он сейчас никакой разницы, хоть тресни.

Машины уходили одна за другой с равными интервалами в двадцать минут. На бой отводится только пятнадцать. Здесь даже есть такое понятие, как техническое поражение, это если по истечении контрольного времени противники остались в строю. Поражение засчитывается обеим сторонам, а их взнос уходит владельцу Арены.

Эдакий стимул, чтобы не затягивали схватку. Бои проходят строго по графику вне зависимости от времени суток. Исключение составляла только «свалка». На этот вид боя отводилось целых сорок минут. И проходил он дважды в сутки. В полночь и в полдень по станционному времени.

Но техническое поражение – явление здесь очень и очень редкое. Хотя это и не афишировалось, но Леднев не верил, что хозяин станции с легкостью воспримет убытки, удовлетворившись взносами горе-гладиаторов, даже если это была «свалка». Ведь в случае технического поражения ставки считались не сыгравшими и возвращались владельцам. Принцип Арены был неизменным. Побеждает только один.

– Тарри, минутная готовность.

– Принял, минутная готовность, – тут же отозвался Леднев.

Тарри – это название декоративной породы собак, уступающих размером даже земной чихуа-хуа. Прозвища местных гладиаторов звучали если не вычурно, то… Коготь, Клинок, Стилет, Сокол, Орел и далее по списку. Ну, это понятно, в этом есть интерес, потому как к Арене у них подход самый что ни на есть серьезный. Андрей же здесь только для того, чтобы срубить деньжат и свалить. Вязнуть в этом болоте в его планы не входит. Потому и прозвище такое несерьезное. Кстати, его соперник в чем-то похож на него, прозывается Мышонком.

Уже миновала половина времени, когда поступил сигнал вызова.

– Ушен, ты не вовремя, – решил все же ответить Леднев.

– Ставки на время схватки взлетели под потолок.

– И что это значит?

– Что против тебя какой-то фаворит, и вопрос только в том, как скоро он тебя сделает. Ник не старше твоего, и тут вдруг такой интерес, и не в твою пользу. Будь готов.

– Принял.

Последние секунды обратного отсчета. Под ложечкой засосало с новой силой, будто туда помпу приставили. По спине пробежался холодок. Просто так о фаворитах болтать не станут. Однозначно эти разговоры имеют под собой основания. А поражение на Арене – это нередко смерть. И пусть в большинстве своем не окончательная, все равно больно. Да и показатели фатального исхода в пятнадцать процентов – это очень много. И надо было этому придурку ему звонить!

Да пошло оно все! В конце концов, Андрей знал, куда совался, так чего теперь сопли пускать. Нужно просто нормально отработать. Не в дровах же его нашли, в самом-то деле!

Гравизахваты ослабили хватку, и он решительно подал тягу на маршевые двигатели. Средний ход. Для начала нужно оценить ситуацию и только потом принимать решение.

А вот и его противник. На экране появилась отметка. Согласно показаниям сканера истребитель первого поколения, как и у Леднева. Что там у него с тюнингом, непонятно. Порой такую вот птичку можно нашпиговать начинкой вплоть до второго поколения. Сканер фиксирует и сравнивает с базой данных обводы и спектр работы маршевых двигателей, так что классификация далека от точности.

Шестнадцать тысяч единиц, для истребителя это ни о чем даже с учетом разгона. Так что не прошло и минуты, как Андрей уже приступил к первому маневру уклонения и сделал это вовремя, так как противник открыл огонь из пушки. Сколько именно он выпустил снарядов, непонятно. Но то, что открыл огонь, совершенно точно. Сканер зафиксировал характерный выброс энергии.

Предполагая, что противник опытный, Андрей развернул свою машину под острым углом вправо и вниз, после чего подал на двигатели полную тягу. Перегрузкой его вдавило в ложемент, но все не так критично, бывало и хуже. Выкладываться по полной Леднев пока не видел смысла. И тот факт, что инициатива сразу перешла к противнику, его ничуть не смутил. Пусть веселится. Чем больше израсходует боеприпасов к пушке, тем лучше.

Еще трижды Леднев бросал машину в самых непредсказуемых направлениях, выделывая неожиданные пируэты. На исходе была третья минута схватки, когда он вдруг почувствовал, что истребитель не подчиняется его командам. Вместо этого машина начала замедляться и плавно отворачивать в сторону. И пилот ничего не мог поделать.

Андрей в недоумении повел взглядом по панели и зло выругался. Он слишком близко подошел к границе периметра. Счет – на доли секунды.

– Катапультирование!

Но Лола осталась нема к его команде. Программа неумолима. Сначала – вернуть беглеца на Арену и только потом – совместная работа с пилотом. Впрочем, Леднев не особо на это и рассчитывал. Поэтому одновременно с командой его руки потянулись к рычагам. Механика не подвластна искусственному интеллекту. Там вообще нет никакой электроники. Глухой хлопок пиропатронов, резкий толчок, его с силой вжало в ложемент, а все тело прострелила боль от резко навалившейся перегрузки.

Аленка продолжала удерживать связь с Лолой, поэтому Андрей сразу же получил сообщение о поражении истребителя тремя пушечными снарядами. И тут же выскочил лог поражения. Он разминулся с костлявой всего лишь на доли секунды, успев катапультироваться. Машина хотя и получила серьезные повреждения, но, судя по всему, ничего фатального. Ерунда. Главное, что сам уцелел.

– Эй, пунчо, ты там живой?

Надо же, а этот ублюдок, похоже, из игроков. У пилотов принято называть неумех салагами. «Пунчо» же – эквивалент земного «нуб». Тот же Брант, воспринимающий мир как некую игру, послужив наемником, успел отойти от прежнего сленга.

– Живой, живой.

Перегрузка хотя и была серьезной, но в то же время кратковременной. Так что сейчас он уже чувствовал себя вполне нормально.

– Повезло тебе, пунчо. До встречи.

– Даже не сомневайся, – изучая данные о характере повреждений истребителя, ответил Леднев.

– Тарри, ответь диспетчеру.

– На связи.

– Капсула управляема?

– Да.

– Держись поближе к подбитой машине. Эвакуатор уже на подходе. Заберет и тебя.

– Принял, – и тут же переключился на входящий вызов: – Ушен, меня сделали.

– Это я видел. Ты сам-то цел?

– Ни царапины. Вовремя сориентировался.

– Вот и хорошо. Жду тебя на станции. Пойдем страх выливать.

– Не вижу причин. Да я и испугаться-то не успел.

– А кто о тебе вообще говорит? Меня отпаивать будем. Причем за твой счет.

– А-а-а, ну если так, то непременно.

Вообще-то не только Ушена, но и жабу Леднева. Даже наскоро проведенный анализ предстоящих расходов по ремонту машины вверг ее в ступор. И лучше бы ей не давать прийти в себя. Одалживаться у Ахона категорически не хотелось. Своих же средств у него практически не оставалось.

Прежде чем отправляться на встречу с агентом, Андрей позаботился о водворении машины в ангар. Провел диагностику повреждений, составил смету предстоящих работ. Исправность машины – в первую очередь. Все остальное – на потом. Механика же у него не было, так что подождет Ушен.

В ходе осмотра истребителя и внимательного анализа боя, если его таковым вообще можно было назвать, Андрей убедился в том, что изначальные его выводы были верными и ой какими неутешительными. Происходящее на станции ему нравилось все меньше и меньше.

– Ну сколько тебя можно ждать? – даже не пытаясь скрыть недовольство, встретил его агент.

– Извини. Нужно было для начала покончить со всеми делами. Механика ведь у меня нет, – присаживаясь за столик, развел руками Леднев.

– А я тут в одиночку накачиваюсь.

– И что, ни одного желающего составить тебе компанию?

Андрей сделал жест, словно охватывая все помещение бара. Дюжина столов, наполовину заполненных посетителями. Большая барная стойка, у которой вились несколько девиц, находившихся здесь с недвусмысленными намерениями. Большинство их товарок уже скрашивали общество находившихся в зале пилотов. Эти же бросали в сторону вновь прибывшего едва ли не призывные взгляды. Сомнительно, что их интересует ореол славы истребителей. За определенную плату они готовы упасть в объятия даже бомжа.

Правда, справедливости ради, Ушен не производил впечатления успешного человека. Одет, конечно, с претензиями, но эта игра только для несведущего, к каковым эти жрицы любви не относились. Получить плату за ночь – это банальность. Их цель – статус спутницы и содержанки успешного покровителя.

Андрей приметил, как между девиц пронесся шепоток, после чего они явно потеряли к нему интерес. Как видно, кто-то из них был в курсе его сегодняшнего фиаско, а теперь узнали и все остальные. Ну и кому интересен тот, о ком уже трепались в местной Сети как о редкостном пунчо.

Встретился взглядом с одной девицей. Блондинка с красивыми крупными локонами, рассыпавшимися по обнаженным плечам. Светло-серое платье облегает стройную фигуру, выгодно подчеркивая высокую грудь. Троечка, не больше и не меньше. Грудь выглядит весьма аппетитно, как и в меру полные алые губы. Красотка, чего уж там. Он подмигнул ей и вновь сосредоточил свое внимание на Ушене, который успел наполнить их стаканы.

– Если ты о девицах, то даже они не готовы удостоить вниманием неудачников. А ведь именно таковыми мы и предстаем в глазах местной публики. Вон, глянь, и среди пилотов пошли смешки.

Этот бар был излюбленным местом отдыха пилотов-середнячков. Вполне демократичные цены, уютная обстановка… Но Андрея удивило то, что истребители разбились на группы и вполне мирно общались. Если не сказать: по-дружески. И это для него было самым странным.

– Ушен, похоже, я чего-то не понимаю. Близкое общение между напарниками – это разумно и объяснимо, но сомневаюсь, что они все из одной эскадрильи. К тому же я не слышал о подобном виде боя, – потянувшись к стакану, проявил любопытство Андрей.

– А с чего ты взял, что пилоты не общаются и не поддерживают дружеские отношения?

– Вообще-то они в любой момент могут оказаться противниками на Арене.

– Ну и что? Все они, и ты в том числе, – гладиаторы. А это особый образ жизни, ценности и кодекс. Да, они могут оказаться противниками, так случается. И будут драться, выкладываясь без остатка, даже если при этом товарищ погибнет безвозвратно. Они выбрали такую жизнь. Ты выбрал такую жизнь. Пока для тебя это звучит дико, но еще привыкнешь и примешь как данность. Так что противники они там, на Арене. Здесь же – закадычные друзья. Не понимаешь?

– Умом вроде как и понимаю, но принять подобное не могу.

– Пока не можешь, – многозначительно произнес Ушен. – Будем здоровы.

– Будем.

Чокались здесь точно так же, как и на Земле. Похоже, первопричина появления этого жеста одинакова во всех вселенных. Напиток по вкусу напоминал коньяк, но был значительно мягче. Прокатился волной по пищеводу и разлился в желудке приятным, обволакивающим теплом.

Андрей повел взглядом по столу и недовольно скривился. Имеющиеся в вазочке конфетки, очень похожие на шоколад, его как-то не вдохновили. Закусывать тут не принято. Понятно, что напиток очень даже приятный на вкус и не вызывает никакого негатива. Но без закуски он все же не мог. Тем более с его отношением к спиртному в целом. Подозвал официанта и, сделав заказ, со следующей порцией решил повременить.

– Угостишь девушку, чемпион? – присев к ним за столик, произнесла та самая блондинка.

Надо же, а он и не заметил, как она подошла. Невольно повел взглядом в сторону ее товарок. Шушуканья, ухмылки и даже смешки. То же самое – с девушками за столиками. А вот мужчины отнеслись к данному обстоятельству равнодушно. Появление пунчо уже было в прошлом, он пока никто и звать его никак, чтобы подолгу занимать их внимание.

– Уверен, ты в курсе, что перед тобой неудачник, который только чудом не оказался в регенерационной капсуле. А потому искренне удивлен твоим поступком, – показывая официанту, чтобы принес еще один прибор, произнес он.

– Потому что, в отличие от остальных, я в курсе еще двух моментов.

– Я заинтригован.

– Ты землянин, что уже говорит в пользу твоих бойцовских качеств.

– Ну, мое земное происхождение не секрет. Об этом знает всякий, кто удосужился прочесть мое резюме в Сети.

– Это один момент, о котором знают все. Я же сказала о двух.

– Точно. Было. И какой же второй?

– Думаю, ты русский. А из общения с твоими соотечественниками я поняла одно: их лучше не злить.

– Землянка?

– США, штат Колорадо. Год после Океании.

– Ясно. А как узнала, что я русский?

Вопрос не праздный. В ходе регенерационной процедуры голосовые связки становятся столь же эластичными, как и у детей. Как следствие, по мере изучения языка напрочь пропадает акцент. Поэтому определить национальность Андрея было мудрено.

– У меня были знакомые русские. Жили по соседству. Я помню их привычку обильно заедать выпивку. Мы с соседями любили ходить к ним на торжества. Выпивки и разнообразной еды у них было всегда в изобилии. Ты заказал еду, хотя вы тут выпиваете.

– Понятно. И как тебя зовут, красавица?

– Я помню, как говорила моя соседка. Меня не зовут, я сама прихожу, а имя мое Кэтти Браун.

– Ты и впрямь знакома с русскими, – слегка разведя руками, признал он. – Тогда угощайся. С этими регенерационными процедурами никакие диеты не нужны. Они быстренько приводят организм в норму.

– Согласна. Ну что, выпьем за знакомство? – предложила она, потянувшись к стакану.

– Легко.

– Я вам не мешаю? – склонив голову набок, поинтересовался Ушен.

– Нет, – чуть не хором ответили они и засмеялись.

Бутылка была безжалостно приговорена, как и закуска. Пусть Ушен и не понимал традиции заедать алкоголь, тем не менее отказываться не стал. Правда, это ничуть не помешало ему захмелеть. А вот Андрей со своей новой знакомой держались молодцами. Признаться, он не ожидал подобной стойкости от американки. Но та и не думала ему уступать.

– Всем привет! Уверен, что вы меня ненавидите, но ничего не могу с собой поделать, и меня каждый раз тянет в этот бар!

– Хо-о-о! Стилет пожаловал! Давай к нам.

– Нечего тебе делать с этими пройдохами. Подходи к нам, – позвали от другого столика.

– У нас всегда найдется местечко для такого выпивохи, – окликнули третьи.

Пилоты едва ли не разом вскочили со своих мест, наперебой подзывая молодого человека. Высок, строен, светловолос, держится независимо и даже чуть надменно. Похоже, он ходит в этот бар в первую очередь для того, чтобы услышать похвалы в свой адрес.

Сопровождавшая его брюнетка льнула к нему и купалась в лучах его славы. Правда, при этом она поглядывала вовсе не на мужчин. Куда больше ее интересовала реакция девушек. Стать спутницей фаворита – об этом мечтали все, подвязавшиеся на ниве эскорта. И ей это удалось.

– Ого! Кого я вижу! Друзья, я прошу меня простить, но сегодня я составлю компанию вот за этим столиком.

Не спрашивая разрешения, он отодвинул стул, усаживая свою спутницу, после чего попытался сесть сам.

– Парень, тебя сюда не приглашали, – вперив в незнакомца по имени Стилет уверенный взгляд, твердо произнес Андрей.

– Что? – в наступившей тишине поинтересовался тот.

– Я сказал, что ты перепутал, мы тебя не приглашали.

– Это шутка. Он так шутит, – тут же включился в разговор Ушен.

– Нет, это не шутка, – уставившись на агента злым взглядом, припечатал Андрей.

– Слушай, пунчо, что ты себе позволяешь? – поднялся здоровяк из-за соседнего стола.

– Проблемы? – полуобернувшись и смерив незнакомца взглядом, задал риторический вопрос Леднев.

– Проблемы сейчас начнутся у тебя.

– Погодите, друзья, погодите. Не стоит устраивать драку, – поднял руки в примирительном жесте Стилет. – Пунчо, я хотел только поддержать тебя после того, как ты обделался на Арене. Но теперь вижу, что зря старался. Придется и в следующий раз надрать тебе задницу.

– А лицом к лицу слабо? – поднимаясь из-за стола, произнес Андрей.

До него только сейчас дошло, кто именно перед ним. Ублюдок, который решил отправить его на тот свет. Истребитель Леднева представлял собой отличную мишень. Дистанция незначительная. Невозможность маневрирования из-за выполнения искином протокола возврата на Арену. Стилет мог попасть в любую точку на выбор, но он всадил три болванки точно туда, где за мгновение до этого была кабина пилота.

Глава 13

Кэтти Браун

– Ах ты, ублюдок!

Незнакомый пилот сделал несколько стремительных шагов, сокращая дистанцию между собой и Андреем, но предпринять так ничего и не успел. Леднев оказался быстрее, и разговоры в его планы не входили. Нога оторвалась от пола и впечаталась приближающемуся в грудь. Тот опрокинулся на спину, повалив при этом пару-тройку стульев.

Стилет так и не понял, что именно случилось, когда Андрей ногой врезал ему по шее, сметя на пол. Ну вот не мог он удержаться, хоть режь. Правда, облегчения ему это не принесло. Уж больно быстро все закончилось. В нем буквально клокотала злость. Но и топтать бесчувственное тело он не стал. Все же мозги ему не отключило.

Но мир не без добрых людей. Нашлись те, кто решил помочь с выбросом клокотавшей в нем негативной энергии. На этот раз их было сразу трое. И они, похоже, не пренебрегали изучением рукопашного боя.

Выжидать, отдав всю инициативу противнику, – плохая тактика, именно это вколачивал в голову Леднева на занятиях инструктор. Поэтому Андрей сразу перешел в контратаку. Первый попытался было жестко блокировать ногу Леднева. Но тот не стал бодаться и вырываться, а вместо этого в прыжке достал противника второй ногой, крутанув сальто и вновь оказавшись в боевой стойке.

Второй атаковал ударом ноги. Андрей не стал его блокировать, а слегка сместился и, пропустив атаку впритирку к своему телу, рванулся навстречу. Одновременно выставил локоть, вогнав его под подбородок нападающему. Тот только взбрыкнул, высоко вскинув ноги, и грохнулся на спину. Схватившись за горло и надсадно хрипя, он скорчился в позе эмбриона. Все. Этот не противник.

С атакой третьего Андрей разминулся, обернувшись вокруг своей оси и пропустив противника мимо себя. Ребро ладони врезалось под основание шеи, тут же отправив того в нокаут.

– Прекратить! Всем оставаться на своих местах!

Громогласный окрик застал Андрея как раз в тот момент, когда он разобрался с последним противником. Остальные присутствующие и не думали влезать в драку. Возможно, не были буйными, а может, не считали, что Стилет заслуживает их заступничества, или же их впечатлила быстрая расправа, учиненная новичком.

В бар ввалились трое в форме службы безопасности. По сути, эти ребятки выполняют роль полиции. Но, как успел заметить Леднев, частные компании к этому зачастую привлекают десантников. Выполнение ими двойных функций обходится нанимателю куда дешевле содержания двух отдельных структур.

– Прошу всех занять свои места, – обведя присутствующих недобрым взглядом, потребовал сержант.

Злить этого волчару у Андрея никакого желания не было. Порвет, как тузик грелку. Причем даже не запыхается. То, что уровень подготовки Леднева и рядом не валялся, было заметно сразу.

Добившись выполнения своего распоряжения, сержант подошел к бармену. Двое его помощников направились к пострадавшим, чтобы выяснить, насколько тем досталось. Андрей ничуть не стеснялся, вкладываясь в удары от души. Но парни оказались крепкими и быстро приходили в себя, буравя его ненавидящими взглядами. Да и плевать. Он тут друзей заводить не собирался.

Пока безопасники разбирались с потерпевшими, старший о чем-то переговорил с барменом. Потом, словно потеряв интерес к происходящему, принялся что-то изучать на экране своего искина. Удовлетворенно кивнул, сделал для себя какие-то выводы и направился к Андрею.

– Предупреждаю, наша беседа протоколируется, – сразу перешел к делу приблизившийся страж порядка.

– Понял, сержант.

– Какой уровень десантной подготовки?

– Второй, – не проявляя никакого беспокойства, ответил Андрей.

А чего, собственно говоря, париться. Тюремный срок или арест ему не светят. То, что на него наложат штраф, он осознавал с самого начала. Весь вопрос в сумме. Но, признаться, этот момент его вообще не волновал. Не все можно измерить деньгами. Куда больше его беспокоило то, что Стилет отделался только одним ударом и сейчас, уже придя в себя, грозится карами. Мало досталось ублюдку. Слишком мало!

– Обычно останавливаются на первом, – вздернув бровь, заметил сержант.

– На фронтире не знаешь, где лучше остановиться.

– Согласен.

– Сержант, арестуйте его, – потребовал Стилет.

– Остынь, парень. Тут тебе не Арена. Это ты там фигура. Здесь другие законы, – вперив в фаворита твердый взгляд, припечатал сержант. – Бить им морду было обязательно? – приструнив потерпевшего, обратился он уже к Андрею.

– Ты все видел, сержант, и все сказал. Здесь не Арена, а я не мальчик на побегушках, чтобы этот ублюдок мог мною помыкать.

– Понимаю. Сейчас ты покинешь это заведение, и лучше бы тебе ни во что больше не вмешиваться. Решение по данному происшествию получишь по почте. Готовься к серьезному штрафу.

– Это я уже понял, сержант. Но не понял, почему уйти должен я. По сути, эти уроды меня спровоцировали. Так что либо мы уходим все, либо я остаюсь.

– Уверен? Не думаю, что у новичка достанет средств для выплаты высоких штрафов.

– Не думаю, что господин Ахон сильно расстроится по поводу очередного пилота-должника, – пожав плечами, намекнул на возможность получения кредита Андрей. – Но обещаю, первым я не ударю.

– Ладно. Решать тебе. Только не советую с твоим уровнем посещать бар «Стаппор».

– Объяснишь?

– Его любят рукопашники. Порвут и не спросят, как звать. Здесь все, парни. Уходим, – обратился сержант уже к своим подчиненным.

Вот так. Все просто и незатейливо. И плевать им, что одной из сторон конфликта является фаворит. Скорее всего, Леднев все же пока еще многого не понимает и такое поведение безопасников имеет под собой основания.

Да без разницы, в общем-то. А вот тот факт, что их столик ничуть не пострадал, радовал. Признаться, у Андрея разыгрался нешуточный аппетит. Он подцепил вилкой большой кусок мяса и, не прибегая к помощи ножа, жадно впился в него зубами. Средней прожарки, с кровью и в меру жесткое. Мм, то, что нужно!

– Ты же не думаешь, что на этом все закончилось? – зло бросил Стилет.

– Мальчик, я, кажется, уже тебе показал, что там и тут есть две большие разницы. Но, признаться, я готов надрать тебе задницу и там. Я сообщу тебе, как только починю свою птичку. Свободен.

– Я буду ждать. Я очень буду ждать, – многообещающе произнес Стилет.

– Не переживай, ждать тебе недолго, – прожевывая очередной кусок, равнодушно ответил Андрей.

– Ты хотя бы понимаешь, что наделал? – поинтересовался Ушен, когда Стилет со своей подругой присоединились к одной из компаний.

При этом вид у агента был более чем расстроенный.

– А в чем проблема?

– Он фаворит, а ты его унизил.

– И?

– Он найдет тебя на Арене, и тогда полной регенерации тебе не избежать, это в лучшем случае.

– Ты в курсе, куда именно в мой истребитель вогнал свои снаряды этот ублюдок?

– Нет.

– В район кабины пилота. А это гарантированная смерть. Причем с немалой долей вероятности – безвременная.

– Такое бывает…

– Только не в тех условиях и не при таком мастерстве пилота, – покачав головой, возразил Андрей. – Я без понятия, с чего он на меня взъелся, но он сразу собирался меня прикончить. Так что для меня ничего не поменялось. За одним маленьким исключением.

– И каким же?

– С этой минуты ты не мой агент. Я разрываю с тобой контракт. И да, не рассчитывай на неустойку.

– Но-о-о…

– Что «но»? Ты забыл, чьи интересы представляешь, парень. Твой клиент я, а не Стилет. А ты тут стелился перед ним вместо того, чтобы принять мою сторону.

– Ты об этом пожалеешь!

– Серьезно? – вздернув бровь, поинтересовался Андрей.

– Заплатить неустойку тебе придется. Причины, на которую ты тут ссылаешься, в контракте нет.

– Ладно. Будет тебе неустойка, – пожав плечами, легко согласился Леднев.

– И другого агента тебе не найти. Задевать фаворитов здесь не принято, такой клиент никому не нужен.

– Значит, обойдусь своими силами.

Андрей взглянул на искин, на который автоматически поступал счет на заказ. Оплатил и направился к выходу. К его удивлению, Кэтти поднялась вместе с ним.

– Девочка, если ты еще не поняла, я только что стал изгоем. Уверена, что стоит ставить на меня? – когда они вышли из бара, поинтересовался Андрей.

Светлый и широкий коридор с высокими потолками. По правую руку – панорама вида на доки станции со снующими катерами и маломерными судами, стоящим у причала лайнером и виднеющейся в отдалении Ареной. И это не мониторы, а прозрачная броня.

Разумеется, подобные изыски сказываются далеко не лучшим образом на прочности конструкции, но Талаханка не боевая станция. Здесь все ориентировано на то, чтобы побывавшие тут непременно захотели сюда вернуться.

По левую руку – различные заведения и бутики. Коридор, или, если хотите, улица, был оживленным. Не сказать, что люди толкались плечами, но порой все же приходилось расходиться со встречными или обходить неспешно прогуливающихся, глазеющих на вывески или пялящихся на панораму. Отчего-то никаких сомнений, что доход от торговли и предоставления услуг на этой станции составляет немалую часть прибыли.

– Знаешь, Андрей, мой знакомый, тот самый сосед, как-то сказал мне: если вы ударили европейца – он убежит, если американца – он подаст на вас в суд, но если вы ударили русского, знайте: ваши проблемы только начинаются, – повиснув у Леднева на руке, кокетливо произнесла Кэтти.

– То, что справедливо для народа в целом, может не касаться частностей, – накрывая своей ладонью ручку девушки, возразил он.

– Согласна. Но я все же поставлю на тебя. К тому же тебе нужен новый агент. И Ушен не врал, когда говорил, что с тобой не захотят связываться.

– Намекаешь на себя?

– А почему бы и нет? Я заочно учусь на юридическом и экономическом факультетах Талантайского университета на Клайпе. Прилетела сюда, чтобы заработать на обучение и узнать кухню изнутри.

– С дальнейшим прицелом на работу агента?

– Как вариант, – неопределенно ответила она.

– Уверена, что у тебя хватит опыта? Сомневаюсь, что мой случай можно назвать легким.

– Я уверена в двух вещах. Первая – у тебя особо нет выбора. И вторая – для меня это шанс заявить о себе еще до окончания обучения. Никто из бойцов не станет связываться с недоучкой, и то, что все просчеты по факту обрушатся на меня же, мало кого вдохновит. Хотя бы потому, что убытки понесут сами наниматели.

– Выбор есть всегда. Я могу сам вести свои дела.

– Подумай над этим хорошенько. Время еще есть. Ответишь после, – потершись о его плечо, промурлыкала она.

– Думаешь развести меня на контракт через постель?

– Как вариант, – лукаво стрельнув в него глазками, не стала возражать она.

В его каморку они ввалились, уже впившись друг в друга поцелуями и срывая одежду. Для Андрея денек выдался слишком нервным, и бурный секс как раз то, что нужно для разрядки. Он ничуть не сомневался, что страсть Кэтти наигранная. Но, признаться, ему было плевать.

Хм. Оно, конечно, может и игра. Но как она играла! Станиславский прослезился бы и воскликнул: «Верю». Во всяком случае, Леднев не почувствовал ни капли фальши, а он уже давно не мальчик. Хотя-а-а… Справедливости ради, обмануть мужчину женщине ничего не стоит. Вот ни капельки.

– Ты живой? – после минутного молчания и пребывания в полной неподвижности поинтересовалась она.

– Вроде бы, – все еще не в состоянии отдышаться, ответил он.

Мокрые и обессиленные, они лежали на смятой простыне в небольшой каюте. Нормальная нора для скромного пилота. По местным меркам, конечно. Такую же площадь на Уллис он делил со своей напарницей. И кровать тут пошире. Не сказать, что двуспальная, но куда вольготнее прежнего.

– Господи, как же давно у меня такого не было, – ткнувшись ему под мышку, глухо произнесла она.

– Хочешь сказать, что блюла целомудрие? – обнимая ее, с явным недоверием поинтересовался он.

– Разумеется нет. Но то была работа. А здесь я потому, что захотела сама. Разницу улавливаешь?

– А как же контракт агента?

– Ты не производишь впечатления думающего не головой, а головкой. Так что здесь я сугубо с мужчиной, походя накостылявшим четверым обидчикам. Всегда испытывала слабость к таким типам.

– Ты вроде указывала на другую причину. Нет?

– Одно другому не мешает.

Она подняла голову, всмотрелась в лицо Андрея, мило улыбнулась и потянулась к его губам. При этом ее затвердевший сосок прошелся по его груди бархатным шариком. Он и сам не ожидал, что его это так возбудит. Но дружок тут же налился кровью и вздыбился.

– Ого! Ты уже готов?! – оторвавшись от его губ и лукаво улыбнувшись, произнесла она.

– Не уверен, что ты все поняла правильно.

– Не сомневайся, язык мужского тела я всегда понимаю правильно, – обхватывая его горячей ладошкой, заверила она.

Несколько раз сжала, всматриваясь в лицо Андрея, явно довольная произведенным эффектом. Потом ее горячие губы коснулись его соска. Не остался в стороне и шаловливый язычок. Постепенно она спускалась все ниже, пока наконец не завладела им. Горячее дыхание и умелая любовница. Андрей не выдержал и минуты.

– Иди сюда, бестия!

Он одним махом взгромоздил ее на себя и с силой вошел в горячее лоно, вырвав из нее сладостный вздох. При этом ее расширенные глаза выражали одновременно страсть, испуг и удивление. И именно этот взгляд довел его возбуждение до максимума. Толчок. Еще. С третьим включилась и она, сразу же попав в ритм.

Его рука легла на белую упругую грудь, не в состоянии покрыть ее полностью, хотя ладонь у него далеко не маленькая. Несмотря на грубую мозолистую кожу, Андрей явственно почувствовал бугорок ее соска. Казалось, большего возбуждения ему уже не достичь. Но он вынужден был признать ошибочность этого мнения.

На этот раз ему пришлось постараться подольше, и когда он наконец достиг пика, Кэтти успела побывать там дважды. И едва только он остановился, как она распласталась на нем, жадно глотая воздух, обдавая его ухо горячим дыханием.

– Сверху – это была ошибка, – сглотнув тягучую слюну, прерывисто произнесла она.

– Тебе не понравилось? – в тон ей, борясь с нехваткой воздуха, поинтересовался он.

– Понравилось. Но если бы ты был сверху, тебе можно было получить то же самое, не напрягаясь, – хихикнув или, скорее, попытавшись это сделать, ответила она.

– Тогда я так долго не продержался бы.

– Нет в жизни совершенства, – откатываясь в сторону, со вздохом произнесла она.

– Ты уверена, что потянешь работу агента? – немного отдышавшись, все же перешел к насущному Андрей.

– Я лучшее, на что ты можешь рассчитывать.

– Ладно. Тогда пересылай данные.

– Мне сейчас лень искать искин, – потершись о его плечо, возразила она.

– Ну и ладно. Потом пришлешь.

– Ты уже думал, что будешь делать с вызовом Стилета?

– Думал.

– И?

– Мне понадобится хотя бы одна ракета четвертого поколения.

– Хочешь гарантированно пробиться сквозь его средства непосредственной обороны? – хмыкнув, заметила она.

– Думаешь, одной ракеты будет недостаточно?

– Вполне возможно. Но главное тут то, что не думаешь ты.

– Почему это? Ограничений на снаряжение и вооружение истребителя нет, за исключением термоядерных боеголовок. Так что все нормально.

– Не все так просто. В боях на уровне новичков применимы снаряжение и боеприпасы только первого поколения. Бывалые ограничиваются вторым. Ветераны – третьим. Фавориты уже не ограничивают себя подобными условностями.

– И где это прописано? В правилах Арены ничего подобного нет. А негласные меня интересуют мало.

– Зачастую негласные значат куда больше и исполняются гораздо усерднее, чем прописанные. Если хочешь вариться в этом котле, тебе придется их придерживаться, – расположив свою головку на его груди и вслушиваясь в удары его сердца, произнесла она.

– Ничего страшного. Разок врежу этому ублюдку, чтобы думал в следующий раз, кого решил слить на ровном месте.

– А еще сделаешь серьезную ставку на себя и свалишь.

– И что в этом нереального? – пожав плечами, произнес он. – Ахон не отпустит с таким выигрышем?

– Отчего же. Отпустит. Он ведь на этом еще и руки нагреет. Уж служба безопасности тут серьезная, так что о твоих планах ему будет известно доподлинно. Он еще и клиентов подогреет под тебя, и ставку сделает. Так что он в любом случае будет в выигрыше. А вот ты со своими деньгами никуда не уйдешь.

– Объяснишь?

– Стилет, конечно, козел. Но он действовал в рамках неписаных правил. Да, его мастерство на голову выше твоего, но кто тебе мешает повышать свои навыки? Если ты выйдешь на Арену, вооружившись до зубов и не огласив того, что готов перейти на соответствующую ступень, ты станешь предметом охоты. И травить тебя будут, пока не сольют окончательно. Причем без разницы, на Арене или нет.

– То есть переход на следующую ступень определяют сами пилоты?

– Вплоть до ветеранов. Фавориты стоят особняком.

– Бред какой-то.

– Это потому, что ты не гладиатор и не готов принять такую жизнь. Ты здесь только для того, чтобы заработать. И пока думаешь так, пока не заразился Ареной, никогда их не поймешь. Ты даже ник выбрал себе идиотский. Тарри. Подумать только.

– Позывной.

– А я о чем. Ты солдат, а не игрок.

– Трудно тебе возразить. Значит, вариант только один. Принимать вызов, сливаться и надеяться на то, что он удовлетворится одной победой. Ну и на то, что он меня не прихлопнет окончательно и бесповоротно. Так, что ли? – хмыкнув и явно не собираясь принимать такой расклад, произнес Андрей.

– Я этого не говорила. Если верить твоему резюме, ты не без талантов. Пилот второго разряда, да еще и после ускоренных курсов, – это чего-то да стоит. Тебе нужно немного времени, чтобы освоиться. И оно у тебя будет. Стилет фаворит и, в отличие от обычных пилотов, имеет куда больше обязательств. Он не может себе позволить полностью сосредоточиться на мести. А еще если его попросит кто-то из серьезных фаворитов, стоящих на ступеньку повыше него, глядишь, тот и согласится подождать малость.

– И кто станет вписываться за никому не известного новичка.

– Рагнар.

– Рагнар? Что-то викингами повеяло.

– Он датчанин. Уже год уверенно держится в первой пятерке. За шесть лет его четырежды разрывало в клочья. Но он упрямый, как настоящий викинг. Вколотил в себя мысль, что должен стать чемпионом, и не сворачивает.

– И что, Стилет его послушает?

– Конечно. Ведь Рагнар может осерчать и выйти против него на Арене. Поражения не лучшим образом сказываются на рейтинге фаворитов, и уж вовсе не желательна гибель. Причем я сейчас не о безвременной.

– Ясно. Но я никого просить не буду.

– Я попрошу. В конце концов, улаживать проблемы клиента – это обязанность агента. Но максимум, на что можно рассчитывать, это отсрочка. Причем не такая уж и большая. Он, конечно, к землянам со всем уважением и готов помочь. Но он не станет решать чужие проблемы. А дальше все в твоих руках.

– Ладно. Так, значит, так. Ты куда полезла?

– Как куда? У меня новая перспективная работа. Надо бы отметить.

– А без меня – никак?

– Не-а. Ты главное блюдо.

– Сомневаюсь, что я потяну даже на второе.

– Брось, я уже чувствую, что ты сильно скромничаешь, – хихикнув и с силой сжимая его в объятиях, возразила она.

Глава 14

Дуэль

– Ну, ты как, герой?

Голос Кэтти звучал ободряюще. И, чего уж там, очень даже поднял настроение. Ну хотя бы потому, что был томным и многообещающим. Сразу же вспомнилась прошлая ночь, отчего он тут же вздыбился. Ему бы сосредоточиться на предстоящем бое, да куда там.

С одной стороны, оно, конечно, режим, все дела. Но как-то не хочется думать об этом, когда рядом – такая девушка, и с тобой она не потому, что это ее работа, а потому, что просто сама хочет. Иной причины попросту нет. С позиции агента, она совершает непростительную глупость, оказывая негативное влияние на своего клиента. Ему необходимы душевный покой и полноценный отдых, а тут такое.

С другой – пошло оно все лесом. Права она. Он не игрок, а скорее, солдат. И когда только стал. Впрочем, не важно. И думает он именно так, как солдат, нацеленный на выживание, а не как гладиатор, желающий лишь победы. А потому и от жизни предпочитает брать все, что можно. Причем относится это не только к женскому обществу.

Он сейчас сидит в кабине истребителя в бронескафандре второго поколения. И ложемент под него поменял. А вообще, если бы было достаточно средств, то купил бы себе и третьего, но пока не тянет. Ничего. После сегодняшней схватки все встанет на свои места. Во всяком случае, он на это очень рассчитывает.

– Кэтти, как ты полагаешь, о чем я думаю, когда ты говоришь со мной так многообещающе?

– Смею предположить…

– Во-о-от! – перебил ее он, – а должен о бое.

– Ну извини.

И такое шаловливое хихиканье.

– Оч-чень виноватый тон.

– А ты не смеши меня.

– Ладно, шутки в сторону. Как там обстановка?

– За прошедшие две недели ты, конечно, изрядно поднабрал авторитета. Но ставки все же один к десяти не в твою пользу.

Пилоты, находящиеся на стартовой площадке, не имели доступа к букмекерскому ресурсу. Чтобы, так сказать, не отвлекаться. Единственное, что они могли узнать, – это имя своего будущего противника.

Андрей, конечно, ожидал этого, но появление Стилета все же явилось некоторой неожиданностью. Привык к тому, что тот его игнорирует. А он возьми и объявись.

Рагнар с готовностью откликнулся на просьбу Кэтти помочь земляку. Прямо при ней позвонил Стилету и попросил его не гнать лошадей. Мол, месть – это блюдо, которое подают холодным. И вообще, фавориту не помешает дать новичку освоиться, а там уж и показывать, что такое Арена и с чем ее едят.

Схватки на Арене формируются несколькими способами. Первый – когда искин сам генерирует подбор противников, исходя из их статистики. Если, конечно, противник не успеет раньше и не остановит на тебе свой выбор. Второй – прямой вызов. Третий – ты делаешь взнос и ожидаешь, кто пожелает сойтись с тобой в поединке. Исключением является только «свалка». Тут ты просто подаешь заявку и ждешь, куда тебя распределят или откажут в бое. Все зависит от статистики. Чем она лучше, тем выше шанс оказаться на Арене. Желающих все же больше, чем возможностей.

Новички выбора лишены. Они имеют доступ только к «дуэли». Делают взнос и ожидают, когда их распределит искин или выберет кто-нибудь из пилотов. Признаться, Андрей был уверен в том, что обиженные им ветераны непременно воспользуются случаем, чтобы вложить в его голову немного уважения, однако ошибся. Ничего подобного не произошло.

Как выяснила Кэтти, к этим с просьбой его не трогать обратился уже сам Стилет. И те предпочли отойти в сторонку. Правда, как пояснила девушка, спускать Андрею обиду никто не собирался, просто уступили очередь фавориту, вот и все.

На то, чтобы привести истребитель в порядок, Ледневу потребовались сутки, после чего он вышел на Арену. Уже через пять дней на его счете оказалась сумма, превышающая заработанное на Уллис за год. И это – с учетом того, что на ремонт машины все же пришлось одолжить деньги у Ахона.

Впрочем, именно в тот момент, когда Андрей уверился в том, что очень скоро станет миллионером, ему пришлось сойтись с серьезным противником. Выжили они оба и даже своим ходом смогли покинуть Арену. Но, как уже говорилось, ничья – это поражение обоих соперников, а их взнос уходит владельцу арены. Кроме того, они изрядно друг друга потрепали, и пришлось вкладываться в ремонт.

Следующая схватка также оказалась для него неудачной. И на этот раз его не просто сбили. Он еще и ранение получил. Пришлось отправляться почти на сутки в регенерационную капсулу. Вот тогда-то он и задумался всерьез о бронескафандре.

Далее пошло как по нотам. Он вернул все свои потери и заработал на то, чтобы переодеться в достойную одежду. Правда, при этом его кубышка вновь похудела. Ну не опустела, и на том спасибо.

В скафандре он успел провести три схватки. Этого хватило, чтобы восстановить прежнюю форму. Конечно, не сказать, что его реакция ничуть не пострадала, зато появилась дополнительная защита и, как следствие, возросла уверенность в себе.

И именно в этот момент объявился Стилет. Вообще-то Андрей не отказался бы от дополнительной отсрочки, тем более, что уже перебрался на ступень бывалого. Противники стали серьезней, что только на пользу, если хочешь расти, а не стоять на месте. Но, как видно, лимит терпения обиженного фаворита Леднев исчерпал.

– Один к десяти – это хорошо. У меня там сотня осталась. Поставь на меня все.

– Уверен?

– А что я теряю? Выиграю – заработаю миллион. Проиграю – пойду в должники к Ахону. Этим здесь никого не удивишь. Сама можешь поставить на Стилета. Я не обижусь.

– Вот уж что меня меньше всего интересует, так это твои обиды. Признаться, я не разделяю твоего оптимизма, но все же поставлю на тебя десятку.

– Так мно-ого! – с нескрываемым сарказмом произнес Андрей.

– С учетом средней ставки в пять тысяч – очень даже неплохо. Я, в отличие от тебя, брать в долг не желаю.

– Сам не хочу, но это шанс. Ладно, ничего мне больше сказать не хочешь?

– Только одно. У Стилета по отношению к тебе есть небольшой комплекс. На Арене в тот раз ты выскользнул из-под его удара в самый последний момент, когда он уже поставил на тебе крест. Да потом еще и морду ему набил. Так что он не совсем уверен в себе, даже если сам этого не замечает.

– Думаю, его психолог не даром ест свой хлеб. Так что на это рассчитывать не стоит.

– На это рассчитывать не стоит в любом случае. Но учитывать не помешает. Я готова поставить тысячу против кредита, что ни о чем подобном он не говорил даже своему психологу. Гонор не позволит.

– Ладно, у него малость самооценки убавилось, у меня прибавилось. Что дальше?

– А дальше… Надери ему задницу!

– Как скажешь, дорогая!

Пошел обратный отсчет. Андрей отключил связь. Закрыл глаза, полностью расслабляясь и постаравшись очистить голову от всех мыслей. Бог весть, что там творится на душе у Стилета, а Андрея малость потряхивает. За прошедшие дни он немного попривык к схваткам и уже не так дрожал перед выходом на Арену. А тут – нате вам с кисточкой, противник, который ему пока еще явно не по зубам.

Попытка расслабиться провалилась с треском. В груди начал пульсировать огонек неуверенности и злости за это на самого себя. И огонек этот, сволочь такая, все разрастался, охватывая его всего. Пульсирующая дрожь, зародившаяся под ложечкой, начала волнами расходиться по всему телу, достигнув в итоге даже кончиков пальцев, чувствительность которых резко возросла.

Старт!

Андрей подал тягу на маршевые двигатели, и его тут же вдавило в ложемент. Отметил, что слишком уж резво сорвался с места. Обругал себя и поумерил пыл, начав забирать вверх. Противник последовал его примеру, перемещаясь в верхний эшелон.

В принципе, в космосе разницы никакой: верх, низ – тут все это относительно. Но человеку необходимо хоть как-то ориентироваться. Поэтому у каждого корабля или группы существует своя система координат, вокруг которой все и вертится. На Арене она, разумеется, также присутствовала.

Но в данном конкретном случае смысл в поступке противника несомненно был. Однажды ему уже удалось прижать Андрея к границе Арены и безнаказанно расстрелять. Кто сказал, что у него не получится провернуть это еще раз? Понятно, что Леднев уже пуганный и будет крайне осторожен. Но и фаворитами просто так не становятся.

Сомнительно, чтобы Стилет использовал ту же тактическую схему. Но даже если и так, все зависит от мастерства, с которым она будет исполнена. И если ему удастся подловить противника повтором, то статистика Леднева ухнет ниже плинтуса. Это при условии, что он выживет.

Андрей атаковал нурсами, как только дистанция стала приемлемой. Десяток снарядов с упреждением, десяток – по наиболее вероятной траектории уклонения. И столько же снарядов из пушки по возможному второму вектору. Стилет, конечно, обнаружит ее работу, но полукилограммовая стальная болванка – это не реактивный снаряд, и отследить ее траекторию невозможно. Так что успех вполне вероятен, хотя Андрей на него и не рассчитывал. Ну разве только как на невероятную удачу. Вот только он не в такой ситуации, чтобы делать на это серьезную ставку.

Леднев развернул истребитель под прямым углом к прежнему курсу и врубил маршевые двигатели на полную тягу. Не сказать, что приятные ощущения, но переносится куда легче, чем форсаж, да еще и под острым углом на противоположном курсе. Вот уж где перегрузка!

Но момент для этого козыря пока еще не настал. Сейчас они обмениваются ударами с дальней дистанции. Хм. Вообще-то пока ведет огонь только Андрей. Стилет отмалчивается, зато вполне успешно вышел из-под обстрела. Ловушка с пушечным залпом не сработала. Противник уходил по другой траектории, при этом продолжая сближаться. Истребитель рассчитан на ближний бой, именно в этом его сила, хотя и слабость, чего уж там.

Андрей успел выстрелить еще одной волной, когда наконец пришел ответ. Стилет и впрямь мастерски владел машиной и вооружением. Он не только вышел из-под обстрела, но и сразу же перешел в контратаку. Две серии нурсов, да еще и пущенных грамотным веером. Причем с курсом уклонения Андрея он угадал.

Леднев рванул машину вверх, выводя ее в мертвую петлю с одновременным доворотом вправо. Семьдесят процентов поражения сменились тридцатью. И не успела эта угроза сойти на нет, как поступили данные о второй серии. Процент подскочил до восьмидесяти. Вновь – тяга на маневровые двигатели, и следом – на маршевые. Но без фанатизма. Как бы Ледневу ни приходилось тяжко, бой еще не вошел в пиковую фазу, чтобы начинать разбрасываться козырями.

Процент поражения все же удалось снизить до минимума, а когда иглометы разобрались с одним из нурсов, так и вовсе нейтрализовать. Перестук обломков ракеты по корпусу истребителя не в счет. Но именно в тот момент, когда Андрей уже решил, что пронесло, истребитель вздрогнул от двух попаданий, буквально слившихся в одно. Лола конечно же засекла работу пушки. Но, признаться, Андрей и не подумал, что Стилет станет выпускать все снаряды по одной и той же траектории. А тот поступил именно так.

– Легкие повреждения хвостового оперения. Выведен из строя третий кормовой маневровый двигатель, – бесстрастно сообщила Лола.

Вот же ублюдок! Конечно, машина не потеряла управление, но на ее маневренности такие повреждения несомненно скажутся. А значит, пора переходить к решительным действиям. По факту, он уже проиграл. Мелькнула было мысль подставить под удар хвост. В этом случае добраться до самого пилота практически нереально. Самому же, как и в прошлый раз, катапультироваться. Но Андрей тут же от нее отмахнулся.

Не мог он поступить так. В какой-то момент, еще там, в океанских глубинах, он переступил через свой извечный страх. Точнее, не страх даже, а трусость. И возвращаться обратно не желал. Он еще может драться! Ничего пока не кончилось! Нужно только взять себя в руки.

Продолжая двигаться прежним курсом, Андрей заглушил маршевые двигатели, развернул машину носом к Стилету и выпустил сразу две самонаводящиеся ракеты. Они, конечно, и так наведутся на цель, но лучше это делать все же в направлении противника. Запас топлива не бесконечен, чтобы расходовать его на маневры, да и лишнего времени у него нет.

Следом выпустил веер нурсов, что несколько ослабит эффективность средств непосредственной обороны. Сдобрил нурсы несколькими снарядами из пушки.

Искин засек ответный залп из десятка нурсов и двух ракет. Наверняка и пушка отработала. Отсчет пошел на доли секунд. Неверное решение или промедление – и это финал. Ну, может быть, не окончательный и бесповоротный, но поражение однозначно.

Разворот под острым углом и форсаж. Перегрузка – втрое от принятого стандартного максимума. Искин тут же поспешил выдать предупреждение о запредельных нагрузках и не унимался ни на секунду, настаивая на прекращении этого безумия.

Леднева буквально размазало по ложементу. Перед взором появились хорошо знакомые муть и разноцветные круги. Да, зрение подводило, это факт. Но не так сильно, как у большинства пилотов в подобных условиях. А уж тех, кто мог в такой ситуации сохранить здравость суждений и способность адекватных действий, было и того меньше.

По мере изменения вектора и скорости девяносто процентов поражения начали резко сокращаться, но все же замерли на пятидесяти. Нурсы не способны поменять траекторию, чего не сказать о ракетах, и они стремительно приближались.

Благодаря бронескафандру и его экзоскелету Андрей сохранил возможность полноценного ручного управления. Довернул штурвал, разворачивая машину вокруг оси таким образом, чтобы можно было использовать оба игломета, и открыл огонь.

Одновременно с этим переместил руку на джойстик, переводя одну из своих ракет на ручное управление. Подобного Стилет не может ожидать. Отметка на интерфейсе забрала шлема едва различима. Муть перед глазами никуда не делась, наоборот, с каждой секундой становится только хуже. Но Леднев все еще сохранил возможность управления.

Иглометы справились с задачей, и одна из ракет разлетелась на фрагменты, почти достигнув цели. Процент поражения сократился до двадцати. Отстрел ловушек. Ракета вильнула в сторону, но тут же вернулась на прежний курс. Еще ловушки. Но на этот раз – никакой реакции, разве только РМД начала выписывать спираль, чередуя ее с движением прямо и раскачиванием. Стилет перевел ее на ручное управление. Лола ведет по ней непрерывный огонь из игломета, но пока безрезультатно.

Тем временем Андрей проделывал практически то же самое со своей ракетой, обходя непосредственную оборону противника. Тот, в отличие от Леднева, не маневрирует, а изменил курс и идет на сближение.

Команда на старт противоракеты. Две из четырех РМД у Андрея были со шрапнельным зарядом. И, как видно, не зря. Боеголовка рванула, едва только снаряд лег на курс, уж слишком близко находилась ракета Стилета. Поражающие элементы плотным роем вырвались навстречу цели и буквально разорвали ее в клочья.

Противнику удалось расправиться с одной из ракет. Вторая уже готова была его поразить, когда Андрей понял, что значит – фаворит. Стилет не прибегал к экстренным мерам, резким сменам курса и, как следствие, запредельным перегрузкам. Единым, плавным маневром словно в танцевальном па он буквально обтек как нурс, оказавшийся на его пути, так и управляемую Андреем ракету.

Закладывать разворот ракеты бесполезно. Топлива на этот маневр еще хватит, а вот на преследование – уже нет. Поэтому Андрей оставил ставшую бесполезной РМД в покое. Пушечные снаряды Стилет видеть не мог, но ни один из них цель так и не поразил.

Андрей отключил маршевые двигатели, сразу же почувствовав облегчение. Лола зафиксировала работу пушки Стилета, но на этот раз – без усиления нурсами. Тормозных двигателей на истребителе нет. Разворот на сто восемьдесят градусов. Подал тягу. Андрея вновь вдавило в ложемент. Снаряды пройдут мимо, тут и к гадалке не ходи. Предвидеть подобные выкрутасы попросту невозможно, потому что его не только вновь накрыло многократной перегрузкой, но и самочувствие начало резко ухудшаться.

Стилет стремительно приближается. Машина Леднева замедлилась, замерла, а затем рванула навстречу противнику. Их пушки заработали практически синхронно. Одновременно с этим они выпустили друг в друга серии нурсов. При этом сами двигались не по прямой, а закручивая спираль.

Андрей вовсе не исключал таран, но прекрасно сознавал, что затея провалится. Коль скоро Стилет сумел уклониться от ракеты, то об истребителе и говорить нечего. Но не все столь уж безнадежно. Рискованно – да. Но не безнадежно.

Его снаряды прошли мимо, одна из болванок Стилета вспорола борозду на плоскости правого крыла и борта. Лола все так же бесстрастно сообщила о легких повреждениях. Будь это в атмосфере, дело иное. Но в безвоздушном пространстве, где аэродинамика ничего не значит, по сути, безделица.

Пришедшие с запозданием более медленные нурсы прошли мимо, хотя и в опасной близости. Иглометам вновь удалось сбить только один из них. Андрей выпустил навстречу Стилету противоракету и вновь сделал разворот, подставляя ему корму.

И снова форсаж. И опять – многократная перегрузка, которая теперь переносилась с еще большим трудом. В какой-то момент его сознание поплыло. Никаких сомнений: еще один такой маневр, и он может провалиться в забытье.

Стилет использовал ловушки и, убедившись, что ракета на ручном управлении, попытался обойти ее с присущим ему изяществом. Но та вдруг детонировала, выпустив ему навстречу целый рой картечи. Стальное облако лишь своим краем накрыло прозрачный фонарь кабины.

Противоракета в борьбе с истребителем практически бесполезна. Но определяющее слово здесь «практически». Если суммировать скорость двух машин на встречном курсе, самой ракеты и выстреливаемой картечи, то получится весомый аргумент в пользу повреждения корпуса и уж тем более – фонаря. Иное дело, что после этого их поражающая способность будет мизерной. И будь на пилоте надет бронескафандр хотя бы первого поколения… Но на Арене предпочитают легкие, не сковывающие движения.

Как оказалось, Андрей вовремя развернул машину. Ракета Стилета разворотила один из двигателей. Второй отключился сам. Леднева, конечно, изрядно тряхнуло, но, признаться, в результате он лишь почувствовал облегчение. Пропала эта давящая и столь ненавистная перегрузка. Была еще пара ударов. Однозначно нурсы. Попадания пушечных снарядов отличаются.

Взгляд на экран сканера – и на губах появилась улыбка. Плевать, что его подбили. Не важно. Без разницы, что могут засчитать ничью, в случае которой Андрею будет больно, а Стилет не заметит потерю даже миллиона. Все это ерунда. Он, новичок, сделал фаворита, несмотря ни на что, именно сделал.

– Тарри, ответь распорядителю Арены.

– На связи Тарри.

– Поздравляю с победой.

– С победой? – искренне удивился Андрей.

– Ты сохранил способность двигаться? – вместо ответа поинтересовались на том конце.

– Двигатели выведены из строя, – после соответствующего запроса Лоле ответил он.

– Хорошо. Скоро тебя прибьет к границе. Эвакуатор уже выдвинулся.

– Андрей, ты как? – вслед за распорядителем послышался голос Кэтти.

Связь пилотов с внешним миром пропадает, едва они покидают стартовую площадку, и восстанавливается лишь с окончанием боя. Вот его агент и поспешила связаться с работодателем. Правда, в голосе звучит неприкрытая тревога, и Андрей отметил для себя, что ему это приятно.

– Я в порядке. Вовремя подставил корму. А вот ремонт машины влетит минимум в пару сотен тысяч.

– Ничего. Теперь у тебя эти средства есть.

– Кстати, не объяснишь, что там с выигрышем? Мы ведь подбили друг друга. Ничья получается.

– Если бы Стилет был ранен, то так оно и было бы. Но его телеметрия констатирует смерть. Мозг вроде не пострадал.

– Получил-таки, ублюдок.

– Поздравляю, Андрей. И давай скорее возвращайся. Тебя ожидает дополнительный приз.

По томности ее голоса он сразу же понял, о какой именно награде идет речь. Хм. И не только он. Его дружок тут же навострил ушки. Он такой. После первой же регенерационной процедуры стал, как у паренька в пубертатном возрасте. А тут еще и нервный стресс. Так что в голове только одна мысль. Скорее бы уже добраться до каюты!

Глава 15

Кабала

Вызов к хозяину станции и по совместительству – главе компании Ахону прибыл, мягко говоря, не вовремя. Андрей как раз был на пике снятия стресса, поэтому попросту проигнорировал его. Кэтти заметила, что поступок, скорее всего, глупый, но особо возражать по этому поводу не стала. В конце концов, подождет, не развалится. Подумаешь, приласкали одного из его фаворитов. Это не повод бросать все и бежать к Ахону сломя голову.

Правда, сам большой босс так не думал. Вскоре после вызова, поступившего на искин, раздался звонок в дверь, потом стук и наконец ее попросту открыли. Кто бы сомневался, что для службы безопасности запертых дверей на станции не существует. И уж тем более нет никаких проблем с доступом в каюты. Андрей полагал, что это относится даже к апартаментам для высокопоставленных гостей, хотя и сомнительно, что туда так вломятся.

– Парень, не глупи и убери игольник, – ничуть не испугавшись, произнес сержант.

– Ты напрасно думаешь, что я не выстрелю, – удерживая вошедших на прицеле, процедил сквозь зубы Андрей.

Парни из службы безопасности сплошь и рядом из бывших десантников. Вот только сейчас они не в броне. Даже шлемов нет, которые могли бы уберечь мозг. А его игольник ни разу не игрушечный и нацелен точно в лоб, да еще и выставлен на автоматический режим. Снесет одной очередью всю троицу, и глазом моргнуть не успеют.

– Парень, ты ослеп? Служба безопасности.

– Я это прекрасно вижу. А вы, похоже, забыли, что эта каюта арендована мною и согласно договору является моим жилищем со всеми вытекающими правами и обязанностями. Я имею полное право положить вас прямо здесь.

– Можешь, конечно. Но ты уверен, что после этого останешься в живых? Тебя хочет видеть господин Ахон. Немедленно. У меня нет желания обострять ситуацию, поэтому мы подождем в коридоре. А ты не станешь затягивать со сборами. Как тебе такой расклад?

Ни капли испуга или обеспокоенности. Тертый калач. Да и стоящие за ним помощники – вовсе не мальчики для битья. Видно, что настороже и готовы действовать по первому сигналу, но сержант все же хочет разойтись миром. Перед ним – другая задача, вот он ее и выполняет.

Андрею тоже нет смысла особо нагнетать обстановку. За оружие он схватился только потому, что его вдруг прострелила мысль: кто-то решил с ним поквитаться за гибель Стилета. Но, похоже, его просто желает видеть большой босс, который не привык ждать. И куда деваться с подводной лодки?

– Ахон как-то уж слишком категорично настроен, – вынимая из-под одеяла руку с небольшим игольником, произнесла Кэтти.

И когда успела? А вообще, боевая особа, нечего сказать. Кстати, он никогда раньше не видел у нее оружия. Игольник, конечно, компактный и плоский, но он ее, можно сказать, обыскивал, раздевая донага. Ну, не совсем обыскивал… Но все же.

– Что за пушка?

– Да так, безделица. Всего-то десяток игл. Заряда хватает на один магазин. Зато выстрелы полноценные. Хорошая штука при твердой руке.

– А она у тебя твердая?

– Я прошла через Океанию и зарабатывала там, не раздвигая ноги. Помнишь?

– Да помню, помню. Что думаешь по поводу столь своеобразного приглашения?

– Думаю, что из этого ничего хорошего не выйдет. Но игольник в этом деле не помощник.

– Согласен. Ладно, прогуляюсь, а там посмотрим.

Дольше пришлось идти до лифта. А уж оказавшись в кабине, они буквально взлетели на нужный этаж. Ничего не меняется даже в космосе. Небожители непременно должны обитать высоко над простыми смертными. Конечно, на станции с небоскребами определенные трудности, зато существуют верхние уровни.

Вообще-то он ожидал увидеть за дверью лифта роскошное убранство. Но вместо этого перед ним предстал коридор, выдержанный в строгом стиле. Впрочем, весьма впечатляющем. А главное, толстая ковровая дорожка, скрадывающая шаги. Причем никакой синтетики. Андрей не удивится, если вдруг окажется, что это ручная работа с какой-нибудь окраинной планеты. Во Внутренних системах подобные изделия попросту не производят.

Кабинет Ахона выдержан в том же строгом стиле, что сразу же настраивает на рабочий лад. Справа во всю стену – книжный шкаф из красного дерева, в ценности породы которого сомневаться не приходилось. Как и в том, что книги не бутафорские, а самые настоящие, редкие и весьма дорогие.

Прямо напротив двери – большой рабочий стол с массивной столешницей из все той же красной древесины. Никакой покраски, Андрей в этом был убежден. Максимум – прозрачный лак, сквозь который легко просматривается структура древесины.

Сидевшему за столом господину Ахону было не больше тридцати, но тут к гадалке не ходи, что ему уже перевалило за сотню лет. Иначе просто быть не может. При его-то доходах – и не позволить себе регенерацию высшего, шестого уровня? Очень смешно.

У приставного стола расположился какой-то мужчина, настолько серенький и неприметный, что Андрей отчего-то сразу подумал о том, что это начальник СБ.

– Нехорошо игнорировать мое приглашение, молодой человек.

Хм. Учитывая предполагаемый возраст Ахона, Леднев для него и впрямь молодой человек. Так что все нормально. Да и не дурак Андрей, чтобы качать тут свои права. Между самоуважением и тупостью есть одна большая разница.

– За исключением прописанных в контракте, иных обязательств у меня перед вами нет, господин Ахон. А они не подразумевают, что я должен бегать по первому вашему вызову, – пожав плечами, совершенно спокойно ответил Андрей.

При этих словах мужчина у приставного столика посмотрел на него ироничным и в то же время осуждающим взглядом. Хозяин кабинета откинулся на спинку кресла, всем своим видом излучая иронию и явно забавляясь проказой домашней зверушки. При этом внутри Леднева все буквально заклокотало. Хотя он и постарался внешне этого не показывать.

– Хорошо, молодой человек. В следующем контракте я учту этот пункт.

– В мои планы не входило продлевать контракт. Месяц – это все, чего я хотел.

– Уверяю тебя, очень скоро ты переменишь свои взгляды.

– Не думаю.

– Босс?.. – многозначительно произнес невзрачный.

– Да вижу я, вижу. Ладно, мальчик, душевной беседы не получилось. Тогда напрямую. Ты на две недели вывел из строя одного из моих фаворитов. За этот срок в среднем он приносил мне двадцать миллионов чистой прибыли. Более того, из-за тебя просел его рейтинг, что также пагубно скажется на прибыли. Словом, ты мне задолжал.

– Вот, значит, как?

– Именно. И не думай, что твой искин что-то может запротоколировать. В этом кабинете работают только те приборы, которым позволяю делать это я. Новый контракт получишь, как только выйдешь отсюда. Долги нужно отрабатывать. Что с его счетом? – это уже к мужчине у приставного столика.

– Мелочовка. Остальное выведено на внешний носитель. Где мобильный терминал, парень? – поинтересовался неприметный.

Кто бы сомневался, что у них есть прямой доступ к платежной системе и к местному банку. Они ведь принадлежат все тому же Ахону. Поэтому-то Андрей и вывел оттуда все средства. Он даже не собирался переводить деньги на свой счет в государственный банк, ведь курсирующие здесь лайнеры также принадлежат хозяину станции. Сколько бы ни твердили об абсолютной защищенности, Леднев не собирался этому верить.

– Хотите отобрать у меня мои деньги? – хмыкнул Андрей.

– Не отобрать, – покачав головой, возразил Ахон. – Они твоими и останутся, но только на особом счете.

– И насколько свободно я смогу ими пользоваться?

– Вполне свободно, – уклончиво ответил тот.

– А если я откажусь?

– Ты не можешь отказаться, – с наигранным сожалением возразил хозяин кабинета.

И тут Андрей вдруг отчетливо понял, что его жизнь сейчас не стоит и ломаного гроша. Продолжать бодаться просто глупо. Эти ребята не станут шутить. Они привыкли брать то, что им нужно. Только Леднев никак не мог взять в толк, с чего бы столь пристальное внимание к его скромной персоне. Смерть Стилета, прогоревшие ставки и падение его рейтинга? Даже не смешно.

Ахон – та еще акула этого бизнеса, чтобы суметь извлечь выгоду из любой ситуации. И однозначно остался в плюсе. Даже Андрей понимает, что падение рейтинга может повлиять только на путь к чемпионской короне. В финансовом же плане это сулит куда большую выгоду. Фаворит, проигравший новичку, сразу же проседает в рейтинге, вот только его боевые качества никуда не деваются. Ориентируйся фавориты только на выгоду – и непременно специально сливали бы бои. Да только у связавших свою судьбу с Ареной совершенно иная система ценностей.

– Ваша правда. Пока я отказаться не могу. Подозреваю, что и пункта о разрыве контракта в документе также не будет.

– Не будет.

– Но в таком случае он не будет иметь законной силы.

– Отчего же? – пожал плечами Ахон. – В нем будет прописан конкретный срок. Пять лет. По окончании этого срока ты будешь волен как птица. Но поверь, уходить ты не захочешь. Уж я-то знаю, о чем говорю.

– Я могу идти?

– Еще один момент. Ты расторгнешь контракт со своим агентом и выплатишь ей полагающуюся неустойку. Мы предоставим тебе другого.

– Но-о-о…

– Никаких «но». Иди, – медленно покачав головой, прервал его Ахон.

– Как только завизируешь контракт, не забудь перевести все средства на указанный в нем счет. И не играй с нами, парень, – напутствовал его неприметный.

Давешняя троица ожидала его в коридоре, и как только Андрей вышел из кабинета, сопроводила к лифту. Вообще-то в столь солидном эскорте не было никакой надобности. Андрей ничуть не сомневался в том, что любой из этих парней порвет его, как тузик грелку. Но задача-то у них была не навредить, а доставить в целости и сохранности. Вот и подстраховались.

Андрей вышел на нужном уровне. Сопровождающие остались в кабине и скрылись за закрывшимися створками. Все. Свободен, как ветер. Условно. На деле же… И это ему совершенно не нравилось. Он, конечно, держал себя в руках, но видит бог, как тяжко ему это давалось.

Аленка сообщила о входящем сообщении. Глянул. Так и есть. Пришел контракт от Ахона. Знакомиться с его содержимым не стал. В общих чертах он и так все знает. Не подписать его попросту не может. Так что лучше подумать, как из этой кабалы вырваться. Конечно, может статься и так, что через пару лет ему понравится такая жизнь и он заболеет Ареной, как и остальные. В конце концов, диких зверей приручают, и те вроде как довольны своей жизнью. Даже ластятся к хозяину, выпрашивая почесывание за ушком. Но это в будущем. Сейчас же он этого не хотел.

– Андрей, у тебя все в порядке? Ты был вне зоны доступа.

– Я жив и здоров, если ты об этом.

– И об этом, и о странном сообщении, которое пришло мне.

– Понятно. Нужно поговорить, – произнес он как можно более нейтральным тоном.

– Я сейчас не в каюте. Вышла по делам, – давая понять, что поняла его, ответила Кэтти. – А ты где?

– Третий ярус. Закусочная «Стана», – осмотревшись, сообщил он.

– Закажи пока сагнолл, а я скоро подойду.

– Хорошо.

Заведение небольшое, но очень уютное. Хотя хозяин станции и Ахон, он вовсе не является владельцем всех местных предприятий. К чему? Лучше уж пусть работают на себя. С него хватит арендной платы и местных налогов, не столь уж и больших, надо заметить. Зато, работая на себя, мелкие предприниматели подходили к своему делу с душой, обслуживая многочисленных туристов.

Вот и этот небольшой обеденный зал был заполнен ими наполовину. На стене – большая видеопанель, на которой идет прямая трансляция с одного из рингов. И судя по тому, как внимательно наблюдают за схваткой посетители, здесь собрались любители рукопашного боя. Конечно, пялиться в монитор – совсем не одно и то же, что наблюдать вживую. Но эти, похоже, совмещают зрелище с приемом пищи. В зале поесть не получится.

Чашечка крепкого, ароматного и горячего сагнолла сейчас была как нельзя кстати, бог весть отчего Андрею показалось именно так. Вообще-то он ни разу не любитель кофе, на который сильно походил инопланетный напиток. Но, сделав первый глоток, Леднев получил настоящее удовольствие. Возможно, причина в том, что он и сам не подозревает, насколько сейчас натянуты его нервы.

– Привет, – присаживаясь рядом и показывая, чтобы ей подали чашечку сагнолла, произнесла Кэтти.

– Давно не виделись, – пробурчал в ответ он.

– Все настолько плохо?

– Мне походя выставили счет за гибель Стилета и упущенную выгоду. Потом предложили аннулировать старый контракт и заключить новый. На пять лет. А еще открыли ВИП-счет, куда велели перевести все мои средства.

– Нечто подобное я и предполагала. Мне пришло сообщение, чтобы я спокойно и мирно получила от тебя полагающуюся неустойку за разрыв контракта и могла считать себя свободной.

– И что это за дерьмо?

– Ты должен быть доволен. На тебя обратил внимание один из крупнейших воротил игорного бизнеса. Подобного удостаиваются далеко не все, – пожав плечами, с самым серьезным видом пояснила она.

– Только мне этого и даром не нужно. И как-то оно все… – Андрей сделал неопределенный жест. – Если он всегда ведет дела подобным образом, то мне непонятно, как такое еще не просочилось наружу. Пилоты и бойцы должны обходить его десятой дорогой.

– Андрей, ты хотя бы немного пытался разобраться в этой кухне, прежде чем влезать не пойми куда?

– Мне нужны деньги на покупку корабля, и здесь я могу их получить быстрее всего.

– Ладно, чего уж теперь. Ахон проделывает такое не всегда и не со всеми. Похоже, он и его аналитики рассмотрели в тебе большой потенциал. К слову, ходят упорные слухи, что нынешнего чемпиона когда-то силой заставили подписать контракт, а сейчас он даже не помышляет о том, чтобы покинуть Арену.

– В любом случае мне это не нужно.

– Может, ты просто пока не видишь своего счастья.

– И не хочу видеть.

– Андрей, попомни мои слова. Кататься на грузовике из точки А в точку Б ты не сможешь. Не та натура. Я помню, что ты мне рассказывал о Земле, но тот человек остался далеко в прошлом. А нынешний дремал в тебе, стесненный различными рамками и ограничениями. Ты уже не станешь прежним. Это как поток, прорвавший плотину. Укротить, конечно, можно, но сил для этого потребуется масса. И уж точно этого не станешь делать ты сам.

– Допустим, ты права. Но только таскать каштаны из огня ради чьих-то финансовых интересов я не желаю.

– Боюсь, что тебе не оставили выбора. Вернее, нам. Ты для меня был счастливым билетом, чтобы вырваться из болота эскорт-услуг. Ладно, перетерплю годик, а там, надеюсь, денег хватит на то, чтобы окончить университет.

– Вот об этом я и хотел поговорить. Лови контракт.

– И что это значит? – ознакомившись с документом, удивилась она.

– Поправка в пункт о выплате неустойки.

– Я вижу.

– Это будет справедливо.

– Да? А ты себе хоть что-то оставил?

– А зачем? Я теперь по факту законтрактованный раб. В кредите Ахон мне не откажет. Могу же я сделать подарок моей девушке?

– Королевский какой-то подарок. Я хоть завтра могу свалить отсюда.

– Я просил бы тебя провести со мной еще месяц, и тогда мы будем квиты.

– Ладно. Уговорил, – игриво улыбаясь, произнесла Кэтти.

Потом сделала глоток обжигающего сагнолла. После чего кивнула, выражая удовлетворение хорошо сваренным напитком. Андрей также пригубил сагнолл. Правда, содержимое чашки успело несколько остыть, но, как на его неискушенный взгляд, вкус от этого ничуть не пострадал.

Андрей завизировал контракт и отправил Ахону. В ответ тут же прилетели контракт с новым агентом, а также резюме нескольких механиков. Но тут Леднев ответил отказом. Как видно, давить на него пока не хотели и выходку оставили без внимания.

Допив сагнолл, они решили прогуляться по станции. Посетили один из залов с рингом. Сделали небольшие ставки. Проиграли, ничуть не расстроившись по этому поводу. Потом был ужин в ресторане, где Андрей вдруг узнал, что стал знаменитостью. С ним здоровались, спрашивали, как у него дела, поздравляли с великолепной победой.

В его каюту они вернулись через несколько часов, при этом настроение у обоих значительно улучшилось. Настолько, что они впились друг в друга, словно изголодавшиеся. Но если днем страсть захлестнула их с головой, то в этот раз они не забыли побеспокоиться о безопасности.

У Кэтти за время ее деятельности на ниве эскорт-услуг было не так много клиентов, но один из них выделялся в общем ряду. Какой-то высокопоставленный имперский чин, занимавший ВИП-апартаменты. Так вот, он весьма серьезно подходил к вопросам безопасности и регулярно использовал весьма продвинутую глушилку.

Несмотря на высокое положение, клиентом он оказался прижимистым, поэтому, когда во время отъезда случайно забыл прибор, Кэтти, задержавшаяся в номере на пару часов, завладела им без тени сомнений и угрызений совести. Зато теперь она могла быть уверенной в том, что не станет звездой какого-нибудь порносайта. Не то чтобы для нее подобный оборот обернулся бы трагедией, просто она этого не хотела.

Сегодня, после победы Андрея, они впервые за все время не включили прибор. Банально позабыли о нем, уж больно Леднев был взвинчен из-за прошедшей схватки. Ну и она немного перенервничала. Но сейчас все было иначе, а потому прибор исправно заработал, отсекая любую следящую аппаратуру. Если за ними следят, подозрений это вызвать не должно.

– Давай поговорим, – отстранил девушку Андрей, едва только Кэтти включила глушилку.

– И как это понимать? Девушка тут разгорячилась, а он…

– А он хочет поговорить.

– Ну говори, – делая приглашающий жест и устраиваясь на стуле, разрешила она.

– Хочешь заработать?

– Благодаря тебе у меня денег более чем достаточно. Или хочешь сказать, что этот перевод – фикция? – сразу подобралась Кэтти.

Нормальная реакция. Считать деньги уже своими, и вдруг это оказывается не так. Она, конечно, может и не возвращать ему ни единого кредита. По закону. Но там, где большие деньги…

– То, о чем ты подумала, выбрось из головы. Деньги в любом случае твои. Если оставлю у себя, то они фактически перейдут к Ахону. Но ты можешь многократно увеличить свой капитал.

– Как?

– Сделав ставку, как же еще. Мы ведь на Талаханке. Только один нюанс. Сорвав куш, нам придется убегать, и как можно быстрее, потому что Ахон такого кидалова не простит. А как только окажемся вне системы, пусть попробует нас отыскать! Я слышал о парочке землян, которые занимаются легализацией выходцев с окраинных планет, причем едва ли не с ведома Имперской службы безопасности. Тебе ведь без разницы, какой университет окончить?

– А с чего ты взял, что я не сбегу одна? Сделаю ставку, сяду на лайнер и помашу ручкой.

– Потому что твоя роль будет куда шире, чем просто сделать ставку. Так что замазаны мы будем оба.

– И каков куш?

– Миллионов по пять – шесть.

– Скромно как-то.

– Больше не потянуть. Да и не так уж и скромно, между прочим.

– Ладно. Излагай.

Глава 16

Западня

«Свалка». Не самый простой вид схватки на Арене. Три десятка пилотов, расположившихся у периметра, готовятся ринуться друг на друга. Здесь каждый сам за себя. Правда, возможны временные союзы, и есть те, кто не пренебрегает этим. Один прикрывает, второй работает на уничтожение. Эффективность двойки куда выше, как и шансы выжить. Но все когда-нибудь заканчивается. Есть рамки и у подобного союза. Срок его действия – пять минут, после чего твой ведомый очень даже может вкатить тебе в корму добрую плюху.

Андрея подобный союз не прельщал. Он здесь не просто так, а для того, чтобы взять большой куш. Работа же в паре влияет на понижение коэффициента ставки на разные события, что ни в коей мере не входило в его планы. Потому что их ставка была не на победу, а именно на события в ходе боя.

Месяц он дрался на арене с переменным успехом. Но справедливости ради стоит сказать, что в половине случаев, когда он бывал подбитым, это происходило вполне контролируемо. То есть он сам подставлялся под удар, и у него получалось проделывать это настолько хорошо, что ни разу никто не заподозрил подвоха.

К слову заметить, за прошедшее время Леднев не принес Ахону сколь-нибудь ощутимой прибыли. Так, едва оставался в плюсе, не более. Однако навязанный ему агент и не думал ему на это пенять. А на прямой вопрос только снисходительно улыбнулся и пояснил, что их работодатель прекрасно понимает: Андрею нужно перебеситься. Время есть, и они готовы подождать.

О том, что на его выкрутасах наживается некая особа, делающая соответствующие ставки, им известно не было. Шутка сказать, но в результате их манипуляций она сумела увеличить свой общий капитал до двух миллионов. Причем не привлекая к себе внимания. Разумеется, это соблазн, чтобы плюнуть на все и покинуть эту станцию, не вступая в конфликт с Ахоном.

Тем более сам менталитет американцев таков, что они в этом не видят ничего особенного. Как у них любят говорить – ничего личного, просто бизнес. Но Андрей учел эту особенность, а потому по максимуму привязал девушку к себе. Так. На всякий случай.

Во-первых, они подписали контракт о совместных действиях. Во-вторых, прежде чем приступить к осуществлению плана, Кэтти успела замараться в контрабанде новейших вооружения и снаряжения.

Поставщики, конечно, тоже замарались, но были не прочь кое на ком заработать и даже обещали выделить процент от выигрыша, так как Кэтти заявила, что сделать ставку сама, не привлекая внимания, не сможет. Вполне логично, если не вдаваться в детали. Разумеется, на честность поставщиков Андрей надеяться не собирался. Они готовы были на нем заработать, но не делиться с ним…

Леднев глянул на сканер. В пределах досягаемости РМД находится Стилет. У этого чудака на него зуб. В режиме «дуэли», ему сойтись со своим обидчиком не светило, Ахон за этим следил строго. Но никто не виноват Ледневу, что он влез в «свалку». Тут никаких гарантий, каждый сам за себя.

Не сказать, что Стилет – тот противник, на которого стоило размениваться, в этом террариуме была добыча и пожирнее. Все же в рейтинге он изрядно подрастерял. Но и выхода иного нет. Никаких сомнений, что он попытается врезать по Андрею со всей своей обиженной души. А значит, он цель номер один.

Чтобы оказаться здесь, незадолго до этого Андрей объявил о своем переходе на ступень ветеранов. Провел пару боев на этом уровне, разменяв победу и поражение. Да даже если бы дважды проиграл, не так страшно. Наоборот, слабый рейтинг ему только на руку.

Опасность заключалась только в том, что он мог погибнуть. Причем речь даже не о безвременной кончине. Регенерация съела бы слишком много времени, а именно его-то у заговорщиков и не было. Поэтому Андрей недолго думая приобрел себе бронескафандр четвертого поколения. А почему нет, если платит Ахон? В смысле, он, конечно, выделил кредит. Но разве кто-то собирается ему что-либо возвращать?

Обновка дорогая, но стоит каждого уплаченного за нее кредита. Наногель, выполняющий роль брони, такого качества, что стесняет движения значительно меньше, чем предыдущая модель. При этом дает куда большую защиту. Собственно, именно этим Андрей и объяснил своему агенту столь дорогую покупку. Тот лишь пожал плечами: мол, играй, если так хочется, но, сколько бы ни артачился, все одно вскоре сменишь тяжелую одежку на легкий скафандр.

Старт. Леднев подал тягу на маршевые двигатели. Но без фанатизма. При этом не отрывал взгляда от экрана сканера. Мало ли кто решит на него покуситься? Одновременно с этим пустил ракету, целясь в Стилета. Ручное управление, конечно, надежней будет, но лучше не отвлекаться. Малышка и сама справится.

Попытки использовать ловушки и уйти с помощью маневра фавориту не помогли, что в общем-то и неудивительно. Ракета малой дальности четвертого поколения – это вам не шутки. Конечно, пилот, обладающий хорошей реакцией, способен обвести вокруг пальца и такой снаряд, но шансов у него не так чтобы и много.

– Достигнуто достижение «первая кровь». Достигнуто достижение «убийца фаворита». Оба достижения получены в течение первой минуты боя. Коэффициенты на события увеличиваются в полтора раза, – беспристрастно проинформировала Лола о результатах первой атаки.

На «первую кровь» и повышение коэффициента расчета не было. Рисунок намеченного боя пришлось сломать еще в начале. Хотя этот бонус будет компенсацией за то, что пришлось размениваться на фаворита, находящегося в нижних строчках рейтинга.

Вообще-то Андрей сильно рисковал, с ходу использовав один из козырей. Слишком высок риск обнаружения применения боеприпасов четвертого поколения. В этой схватке потолок – третье. Проделанное Ледневым идет вразрез с негласными правилами Арены. Даже истребитель чемпиона, также участвующего в этой «свалке», оснащен приборами и вооружением не выше третьего. Так что, если это обнаружат слишком рано, его будет рвать всякий и каждый.

Однако, судя по всему, выходка прошла незамеченной. Сам он держался в стороне от закипевшего боя. Правилами это не возбранялось. К тому же он был не одинок. Хватало тех, кто не рвался в самую гущу. Как вот этот ублюдок!

Лола вовремя распознала угрозу и предупредила Андрея о захвате его истребителя в прицел и работе пушки. Леднев тут же подал на маршевые двигатели полную тягу, выводя истребитель в режим форсажа. Тело буквально размазало по ложементу. Работа в условиях повышенной перегрузки – его фишка, и в немалой степени благодаря бронескафандру.

Но об этом уже известно всем. Так что вполне возможно, что в расчетную точку летит рой пушечных снарядов, за которыми не уследить. Поэтому, выжимая из машины максимум, Леднев переложил штурвал, уходя в пике при запредельных перегрузках, и в этот раз, пожалуй, превзошел даже самого себя.

Насчет выпущенной в него ракеты он не переживал. Знать бы еще, какой способ наведения выбрал противник, – и вовсе можно было бы обойтись всего лишь одной ловушкой. У РМД третьего поколения не было ни единого шанса против четвертого, разве только ручное управление. Но Андрей не собирался предоставлять противнику подобную возможность. Лола отстрелила ловушки в тот момент, когда пилот уже не успевал ничего предпринять.

Андрей развернул истребитель и, вновь вгоняя себя в запредельную перегрузку, рванулся навстречу своему обидчику. Этот не отстанет. И пусть в планах такой настырный противник рассматривался только в самом худшем сценарии, решать с ним нужно немедленно.

Серия нурсов на встречном курсе. Короткая очередь из пушки в предполагаемую точку отхода. Маневр вправо, закрутить машину в спираль. И еще одна серия реактивных снарядов, чередуемая с пушечным огнем. Правое крыло противника взорвалось осколками обшивки и отделилось от машины.

Конечно, здесь нет атмосферы, и аэродинамика не играет никакой роли. Но получившийся в результате дисбаланс истребителя не мог не сказаться на управлении. Пилот на какое-то время замешкался и вынужден был уменьшить тягу маршевых двигателей. Андрею этого хватило, чтобы вогнать в борт сразу два снаряда и отправить противника в ангар.

Не в регенерационную капсулу. В этом Леднев был уверен, так как бил по двигательному отсеку. Он даже представить себе не мог, насколько должно было не повезти противнику, чтобы в этой ситуации получить ранение.

Тем временем ситуация стремительно менялась. Из восьми фаворитов трое уже отправились в ангар. О дурном думать не хотелось. Хотя, разумеется, не исключалась их гибель. На Арене все жестко, серьезно и по-взрослому.

В любом случае разводить полемику на эту тему некогда. Если фаворитов так проредили, то о ветеранах и говорить нечего. В общем, в строю оставалось только двенадцать машин. Правда, по-хорошему, бой как раз входит в решающую стадию, и до окончания схватки еще далеко. Пора действовать!

Андрей наметил цели и выпустил оставшиеся три ракеты, стараясь держаться в стороне. В итоге ему придется выходить из боя, будучи подбитым или имитируя это. Но не раньше, чем он сделает то, ради чего все это задумывалось. А значит, ему необходимо подстраховать ракеты и быть готовым перехватить над ними управление. Интервал в пять секунд и разная дистанция до целей ему в помощь.

Впрочем, в этом необходимости не возникло. Разность в технологическом уровне сказала свое весомое слово. Три намеченные машины фаворитов выбыли из строя, получив те или иные повреждения. Была мысль попробовать достать чемпиона, но о нем вообще легенды ходили, так что вполне мог случиться и конфуз. А второй попытки у Андрея нет. Истребитель несет только четыре РМД.

Лола сообщила о захвате его машины в прицел. Андрей развернулся и подал на двигатели форсаж. Уже привычно навалилась перегрузка. Картинка перед глазами поплыла, все подернулось мутной поволокой. Однако на этот раз не помогло. Впрочем, и не должно было. Потому что Андрей пер напролом, даже не пытаясь маневрировать. В такой ситуации достаточно взять необходимое упреждение. Хорошо хоть снаряды ударили в корму и не добрались до него.

Машина не успела разогнаться до приличной скорости. И хотя двигалась в нужном направлении, делала это медленно. Поэтому Андрей предпочел катапультироваться и направиться к границе в спасательной капсуле. Не сказать что она имела столь уж высокую скорость, но получалось несколько быстрее.

Спасательную капсулу никто атаковать не будет. Как, впрочем, и не сможет захватить в прицел. Искины не позволят. Но на Арене и без того хватало разного хлама, как и снарядов, летящих по разным направлениям и траекториям. Так что пришлось постараться, чтобы выбраться из этой кутерьмы без потерь.

– Тарри, ответь диспетчеру.

– На связи Тарри.

– Как у тебя дела? Сам выбраться сможешь?

– Капсула управляема, направляюсь к границе Арены.

– Хорошо. Лови вектор выхода на эвакуатор.

– Принял.

– Если что, зови на помощь.

– Непременно.

– Тарри…

– Да?

– Отличная работа, парень. Жаль только, я не на тебя поставил.

– В следующий раз не промахнешься, – хмыкнув, заметил Андрей.

– Я подумаю, – уклончиво ответил диспетчер.

Эвакуатор – это хорошо. Маршевые двигатели истребителя с силовым полем границы арены вполне управятся, а вот спасательная капсула завязнет без вариантов. В этом случае без эвакуатора не обойтись. Он способен вытянуть силовым лучом из этой ловушки все что угодно. Главное не заполучить какой-нибудь шальной подарок.

Едва завершился сеанс связи с диспетчером, как с Аленки была снята блокировка, и она услужливо сообщила о появившейся связи. Андрей тут же поспешил вызвать Кэтти:

– Привет, красавица!

– Ты цел? – Кэтти не сумела скрыть обеспокоенности.

– Живее всех живых. Осталось без приключений добраться до границы.

– Отлично. Результат твой я видела. Столик в ресторане заказан. Как тебе акулятина с Океании?

– Откуда в этих краях?

– Редкость. Но порой бывает.

– Ну тогда я точно отсюда выберусь.

– Жду.

Ресторан. Понятно, что все это ерунда. Но исключать тот момент, что их могут подслушивать, Андрей не мог, потому и говорили они условными фразами. В частности, она уже движется к точке рандеву на борту нанятого корабля, и ему стоит поспешить.

Выбраться без приключений все же не получилось. В Андрея влетел какой-то обломок. Причем на столь серьезной скорости, что оставалось лишь радоваться своему нахождению в капсуле, которая тут же потеряла ход и управление. Конечно, капсула, кувыркаясь, куда-то там летит, но теперь уж точно не по заданному вектору.

Андрей покинул машину и врубил ранцевый двигатель, возвращаясь на прежний курс. Отсутствие капсулы меняет конкретные пункты плана, но не влияет на него в общем. Цели и задачи остаются прежние.

– Кэтти, я лишился капсулы. Так что извини, но я задержусь на эвакуаторе.

– Как сам?

– Никто и никогда не заставит меня отказаться от бронескафандра в пользу легкого. Жди.

– Жду, конечно, куда же я денусь.

Это да. Деться ей некуда. Терминал, на который начисляется выигрыш, находится у него. Риск, конечно, потому что он не активен на Арене. Это Аленка получила специальный одноразовый код для связи с внешним миром. Так что если Ахон и его букмекеры что-то заподозрят, то вполне могут отменить транзакцию. Деньги все еще висят в личном кабинете, а Кэтти не в состоянии связаться с терминалом. Другой же привязать к нему она не может, как и по-иному воспользоваться средствами. Алгоритм прописан жестко и недвусмысленно.

До границы добрался без проблем. Там эвакуатор подхватил его силовым лучом и вывел за пределы Арены. Оставалось только миновать переходной шлюз, чтобы оказаться в спасательном отсеке. Удобств минимум, но шкаф, чтобы снять скафандр, и лежак, чтобы уронить кости, имеются.

Однако это не входило в планы Андрея. Едва покинул Арену, как тут же поступило сообщение от Аленки о переводе на мобильный терминал их выигрыша. С этим порядок. Не пострадай капсула – и он самостоятельно направился бы в сторону станции, а за пределами запретной для полетов зоны его подобрали бы их сообщники.

Но планы по тихому драпу пришлось оставить в прошлом. Теперь все пойдет по жесткому сценарию. Не хотелось бы, но тут уж никуда не деться.

Фрегат, влетевший в запретную зону, предупредили о нарушении и тут же оштрафовали на неприличную сумму. Но капитан корабля остался нем к предупреждениям и требованиям, продолжая двигаться прежним курсом. Ребята, конечно, хорошо приподнялись на сегодняшних ставках, но кто сказал, что деньги бывают лишними? А им ведь полагается и часть от ставки нанимателей. Месть господина Ахона? Пускай становится в очередь. Кэтти специально подобрала залетных парней, не связанных с Талаханкой. Такой куш стоит того, чтобы больше здесь не появляться.

Как и предполагал Андрей, стрелять по фрегату никто не стал. Похоже, хозяин станции слишком долго решал проблемы, опираясь на собственный авторитет, и сейчас был уверен, что способен справиться и с этим, не прибегая к открытому насилию.

Фрегат мягко захватил висящего в пространстве человека силовым лучом, ни на секунду не замедлившись. Хотя и не сказать, что его скорость была столь уж велика. Правда, без перегрузки не обошлось. Ну да чего теперь-то. Андрея подтянули к переходному шлюзу, и гермодверь отошла в сторону. Небольшой тамбур. Закачка атмосферы. Внутренняя дверь. Узкий коридор небольшого кораблика.

Слева – трое в броне, вооружены игольниками, стволы которых смотрят прямо ему в грудь. Справа – гермодверь в машинный отсек.

– И что это значит?

– Ничего личного, парень. С нами связался господин Ахон. Он не против того, что мы малость заработали, но желает заполучить твою хитрую задницу, – произнес капитан фрегата.

– Парни, вы уверены, что он вас не прикончит? – обращаясь сразу ко всем и пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, произнес Андрей.

– А зачем ему это нужно? – пожав плечами, возразил капитан. – Деньги? Это, конечно, больно, но авторитет стоит куда больше. Так что, если мы вернем ему тебя, он с легкостью простит нам нашу маленькую шалость. Правда, сомневаюсь, что впредь будет рад видеть нас на своей станции. Ну да есть и другие, где нам всегда рады. Зато нас никто не станет преследовать.

– Ну и сволочь же ты!

– Я в курсе. Ты вот что, парень, не дергайся. Я понимаю: на тебе скафандр четвертого поколения и ты можешь решить, что находишься в безопасности. Но на деле это не так. Наши игольники из той же кладовой, что и проданные тебе ракеты с ловушками, так что на такой дистанции прошьют броню без труда. Оно тебе надо, мучиться от ран?

Андрей просканировал вооружение. Хм. Неожиданно. Наличие ракет последнего поколения вовсе не означает поголовное вооружение по последнему слову. Ну вот, хотя бы скафандры у них третьего поколения. Да и игольник серьезный только один. Но шансов Андрею он не оставит.

Может, и был какой выход из сложившейся ситуации, но, признаться, Леднев его не видел. Чертыхнулся и поднял прозрачное забрало, отдавая себя во власть сомнительных личностей. Конечно, изначально было рискованно доверяться им, но он рассчитывал на то, что противопоставить его скафандру четвертого поколения им будет нечего. Считал себя в этой броне живым танком. Ошибочка.

– Что с Кэтти?

– Сидит в каюте, жива и невредима.

– Ее вы тоже передадите Ахону?

– А ты как думаешь, парень? – хмыкнув, ответил капитан.

Глава 17

Погоня

Кэтти и впрямь обнаружилась в одной из трех кают. Теснота и функциональность присущи всем типам фрегатов. Межсистемные отличаются от легких несколько большими размерами из-за необходимости размещения запаса топлива и более габаритных генераторов свертывания пространства. Вооружение и внутренние отсеки зачастую схожи.

Каюта предназначалась для двоих обитателей. Девушка полулежала в койке, трансформированной под ложемент. Рядом находился один из членов экипажа, наверняка присматривавший за пленницей. И, что странно, оба были облачены в скафандры. Правда, Кэтти в легкий, но тем не менее. С Андрея, кстати, бронескафандр также не сняли, разве только лишили ранцевого двигателя.

– Ты как, девочка? – поинтересовался Леднев.

– Сам догадаешься? – с горькой ухмылкой в ответ поинтересовалась она.

– Извини. Я был уверен, что у них нет шансов против моей брони.

– Да ладно. Я и сама хороша. Не подумала, что Ахон может оставить им их выигрыш в обмен на нас.

– Ну все. Полюбезничали – и хватит, – хмыкнув, оборвал их капитан. – Иди за мной, – обратился он к Ледневу.

Его зачем-то привели в ходовую рубку и усадили в свободный ложемент. При этом пристегнули к подлокотникам посредством композитных наручников. С такими даже его экзоскелет не вдруг справится, но наемники рисковать не стали и деактивировали его скафандр.

Рубка вовсе не пустовала. Пилот находился на своем месте и управлял кораблем. Стандартный экипаж фрегата состоит из пяти человек – капитана, пилота, навигатора, инженера и канонира. Похоже, он видел всех. Только непонятно, отчего они в скафандрах. Ожидали боя с ним? Но ведь у него не было шанса вырваться за пределы Арены на исправном истребителе.

– Ну и к чему все это? – удивился Андрей.

– Просто посиди молча. У тебя еще будет время поговорить, – отмахнулся от вопроса капитан.

– Таркен, может, объяснишь, что это все означает? – послышался голос Ахона, а на визоре появилось его изображение.

Только теперь Андрей сообразил, что наемники все это время вели прямую трансляцию. Видеоотчет о проделанной работе? Ну, как вариант.

– Мы всего лишь выполняем наши договоренности, – пожав плечами и устраиваясь в своем ложементе, ответил тот.

– Но ты не торопишься с разворотом.

– Не вижу причин для экстренных маневров. Мы ведь не в бою.

– А почему тебе не начать торможение или хотя бы не уменьшить тягу маршевых двигателей? В этом ты так же не видишь смысла? Не стоит со мной играть, парень!

– И в мыслях не было.

– Я очень на это надеюсь, потому что вам на перехват уже вышли два легких фрегата.

Хм. Вообще-то это серьезно. Каждый из них по огневой мощи сопоставим с этим кораблем и превысит его в скорости. Разгон для внутрисистемного прыжка требует вдвое меньшего времени. Так что из затеи с побегом ничего хорошего не выйдет.

Однако Таркен решил по-своему. Как только члены экипажа заняли свои места, он подал знак пилоту, и тот врубил форсаж. Многократная перегрузка тут же вдавила Андрея в ложемент. Ничего общего с тем, что бывало на истребителе, тот все же куда резвее. Но все одно чувствительно.

– Зря ты так, парень! – покачав головой, произнес хозяин станции.

– Извините, господин Ахон, но я привык честно торговать своей кровью. Эта девица заключила со мной контракт первой. Переговоры с вами – это всего лишь уловка.

– Красивый жест, но глупый. Как видишь, я не собирался доверять тебе полностью и кое-что предпринял.

– Даже и не думал сомневаться в вашей предусмотрительности, господин Ахон. Конец связи.

– Он этого не простит, – не удержался от замечания Андрей.

– Бесполезный разговор, – отмахнулся от пропавшего изображения капитан. – А насчет «не простит» – пусть становится в очередь. Извини за этот маскарад, но нам нужно было выиграть время.

– Для чего?

– Чтобы укрыться в мертвой зоне силовых полей Арены. Быстро их не отключить. А мы за это время успеем выскочить за пределы действительного огня батарей станции, – пояснил капитан, протягивая руку к Ледневу и активируя его скафандр. – Руки сам освободишь.

– Но останутся фрегаты, – возразил Андрей, прилагая усилия, чтобы разорвать путы.

Экзоскелет не подвел. Композитные хомуты лопнули с глухим хлопком. Вот интересно, местные достигли таких высот, а кое в чем так и не преуспели. К примеру, силовые лучи используют направо и налево, а силовых наручников у них нет, как остаются фантастикой и те же виброножи.

– С фрегатами придется решать, – легко согласился Таркен.

Сказать, что Леднев почувствовал облегчение, – это не сказать ничего. Он был откровенно рад. Конечно, есть вариант погибнуть под огнем отправившихся в погоню кораблей, но тогда уж лучше бы безвременно. Их ведь могут и оживить, если не будет поврежден мозг. И да, есть варианты, когда смерть куда предпочтительней.

К примеру, этот ублюдок Ахон мог воспользоваться методикой тех же багрийцев и превратить Андрея в раба, с восторгом вылизывающего его зад. Не исключал Леднев подобного, как и того, что нынешний чемпион именно этим и занимается. Можно ведь пускать слюни при виде хозяина, но при этом сохранить все свои знания и боевые навыки.

– Ты можешь объяснить, что тут произошло? – поинтересовался Андрей.

Оно, конечно, перегрузка, которая, учитывая режим форсажа, постепенно нарастала. Но фрегат все же не истребитель, и о запредельных показателях говорить не приходилось. Так что общению по большому счету ничего не мешало, а время для этого было. Преследователям, конечно, не потребуется прыжок на максимальную дистанцию, но даже для самого короткого скачка необходима расчетная скорость выхода в подпространство.

– А чего тут объяснять? – хмыкнул капитан. – Все шло как по нотам, пока ты не сообщил о том, что потерял капсулу. Едва мы сунулись в запретную зону, как безопасники Ахона сложили два и два, и очень скоро он вышел с нами на связь. Предложил сделку. Я согласился. Вот, собственно, и все.

– Ясно. Но, повторюсь, ты нажил себе врага.

– Как я уже говорил, пусть становится в очередь. Ты на этот счет не переживай. Мы с парнями давно уже под смертью ходим и иной судьбы не хотим. Лучше подумай, куда тебя доставить.

– Здесь планы остаются прежними.

– Уверен?

– Ну, о них-то ему знать неоткуда. Так что да, уверен. Разумеется, если сумеем сбросить погоню.

– Это уж непременно, – заверил капитан.

– Можно еще вопрос?

– Спрашивай.

– А что я делаю в ходовой рубке? Не думал, что здесь есть место зрителям.

– Ты не зритель, а наниматель и должен знать, что мы придерживались буквы договора до конца.

– Если мы погибнем, то какое это имеет значение?

– Сегодня сложно погибнуть безвременно. Но даже если и так, ты знаешь и я знаю, что ты знаешь. Словом, это наши тараканы.

– Я понял. Не разоряйся.

– Вот и хорошо.

Предположения Таркена оправдались на все сто. Ни одна из батарей станции так и не выстрелила. Относительно действий погони капитан также не ошибся. «Лагайре», как назывался корабль наемников, для набора скорости в режиме форсажа требовалось два часа. Правда, расход топлива увеличивался вдвое, уменьшая количество прыжков до трех. В обычном режиме на разгон требовалось четыре часа.

Легкие фрегаты в режиме форсажа способны совершать внутрисистемные прыжки в течение часа на дистанцию до пятидесяти астрономических единиц. Они не уступали в скорости и имели запас хода, чтобы повиснуть на беглецах бультерьерами, ну и врезать по сопатке. Как же без этого. Любая попытка маневрирования и выхода из-под обстрела означала снижение скорости и увеличение времени разгона.

– Капитан, гончие вышли на расчетную скорость и готовы к прыжку, – доложил навигатор.

– Принял. Гарот, готовься, – это уже к канониру.

– Есть, босс.

И тут же Андрей почувствовал легкую вибрацию, свидетельствующую о сходе с направляющих ракет. Монитор канонира увидеть он не мог, зато капитана – очень даже. Поэтому отчетливо рассмотрел залп из обоих установок РМД. Согласно выведенным данным фрегат выпустил все восемь ракет малой дальности. На взгляд Андрея, все это богатство летело в белый свет, как в копейку.

Отметки преследователей одна за другой мигнули и пропали с экрана сканера с небольшим опозданием после залпа. Леднев не взялся бы даже предположить, в каком секторе корабли появятся в следующее мгновение. Разве только где-то неподалеку от них. Но экипаж «Лагайры» уже давно возится в этой песочнице. Соответствующая тактическая подготовка, помноженная на боевой опыт и чутье, вырабатывающееся с годами, – и вот уже можно прогнозировать действия противника.

Ничем иным Андрей не мог объяснить то, что случилось дальше. Фрегат преследователей показался впереди и слева от них. И… В это невозможно было поверить, но ракеты проделали уже половину пути именно в этом направлении. Пальцы канонира запорхали над клавиатурой с невероятной быстротой. Траектории ракет немного изменились. Боеголовки уверенно захватили цели.

Вышедший из подпространства корабль непродолжительное время глух и слеп. Потом наконец прозревает, его аппаратура проходит перезагрузку. Какое-то время необходимо на оценку обстановки экипажем и искином. Ввод соответствующих команд. Обработка данных. Захват целей. Реакция отзыва вооружения.

Все это происходит быстро, очень быстро, но все же занимает какое-то время. Все зависит от класса корабля, состояния и поколения оборудования на борту, выучки экипажа и опыта самого искина. У боевых фрегатов на это уходит в среднем шесть секунд. Вроде и немного, но в то же время эта малость идет в актив противнику.

Преследователи успели выставить энергетический щит. Их иглометы открыли огонь по приближающейся волне ракет и даже одну из них сбили. Огонь из пушек по сверхмалым скоростным целям оказался безрезультатным. Установки отстрелили ловушки, увлекшие за собой одну из ракет. А вот с запуском РМД вышла заминка.

Скорее всего, артиллерист решил переключить их в режим противоракет. Времени занимает это не так много. Но, как результат, он не сумел задействовать ракеты ни для атаки, ни в обороне.

Шесть прорвавшихся ракет наемников снесли щит преследователя. Две из них впились в корпус корабля, пробив обшивку и повредив его. Не уничтожили. В результате полученных повреждений фрегат потерял ход, но не вышел из боя. Вернее, не должен был.

Точку на его дальнейшем участии в бою поставили две артиллерийские установки «Лагайры». Их снаряды вгрызлись в незащищенный силовым полем борт в районе ходовой рубки. Благодаря сенсорам, приблизившим картинку, Андрей четко видел, как в обшивке возникают дыры, многократно превышающие диаметр стальных болванок. Никаких сомнений, что мостик разрушен, а находившиеся там, скорее всего, погибли.

Даже если и не так, то управление кораблем и вооружением вышло из строя. Пока оставшиеся сумеют перейти на резервное управление, беглец уже выйдет из зоны поражения. Разве что они атакуют торпедой… Но, опять же, все зависит от того, насколько быстро они управятся.

Послышался характерный стрекот иглометов. Понятно, что самих выстрелов экипаж не мог слышать, имитацию стрельбы выдавал искин. Это позволяло задействовать в работе еще и слух, что в общем и целом оказывало положительное влияние на действия оператора, в данном случае – навигатора.

Пара хлопков стартовавших ловушек. На истребителе Андрей еще умел различить легкие, едва уловимые толчки. Здесь можно было не напрягаться, слишком большая разница в массе. Слышна только имитация звуков, выдаваемая искином.

«Лагайра» продолжала разгон, придерживаясь строго заданного курса. Скорость постоянно росла и, учитывая режим форсажа, все явственней давала о себе знать посредством перегрузки. А потому фрегат представлял собой прекрасную цель, и второй преследователь не преминул этим воспользоваться, атаковав беглеца восемью РМД и торпедой.

Однако Гарот не даром ел свой хлеб. Оказывается, он успел перезарядить установки РМД противоракетами и, едва отработав артустановками по первому фрегату, тут же запустил их в полет. Как результат, торпеда получила добрый заряд картечи и сбилась с курса. Впрочем, даже попади она в «Лагайру», это были бы уже просто обломки.

Две РМД сбиты иглометами, четыре – противоракетами. Пара прорвалась-таки к цели и детонировала на силовом щите, ожидаемо просадив его вполовину. Следом долетели и пушечные снаряды. Они так же внесли свою лепту в истончение силового поля, но более чем скромную.

Вероятно, расчет был уже на добивание. Пушка не способна вести непрерывный огонь из-за необходимости перезарядки конденсаторов. Максимальное количество снарядов в одном залпе ограничивалось десятком. Как следствие, вести огонь из артустановки по силовому полю стальными болванками, лишенными начинки в виде взрывчатки, попросту неэффективно.

Андрей подумал было, что вот сейчас наемники сосредоточатся на атаке, но капитан решил бросить все силы на оборону. Отправлять в атаку одну торпеду без поддержки РМД – значит, обречь ее на расстрел иглометов. Шанс прорваться есть, но невеликий. Ну и к чему расходовать дорогую ракету? Как понял Андрей, с четвертым поколением у наемников дела обстояли не очень. Похоже, что все имеющееся они продали ему. Уж больно плата была заманчивой, ну и перспективы.

На экране сканера появились еще четыре фрегата, и направление вектора движения недвусмысленно указывало на их намерения. Как видно, господин Ахон, понадеявшись на двойное превосходство, осознал свою ошибку и теперь стремился ее исправить. А значит, времени у беглецов впритирку. Стоит хотя бы немного сбить разгон, и они обречены.

Понимал это и капитан, поэтому приказал готовить полный залп, на который противник ответил своим. И вновь восемь ракет и торпеда преследователей. Только на этот раз встречать их будет всего лишь пара иглометов. Весьма скромно, если не сказать больше. Но, как видно, Таркен знает, что делает, да и у остальных не наблюдается и тени сомнения. Так верят в своего капитана? Не сомневаются в том, что вывернутся? Или они просто смирились с мыслью о неизбежной гибели?

Вопросы. Вопросы. Вопросы. Андрею отведена лишь роль зрителя, и повлиять на ситуацию он никак не может, значит, только и остается, что задаваться этими самыми вопросами. Не дергать же экипаж, который сейчас занят по самую маковку?

Разгон полностью перепоручен бортовому искину, пилот же принял у навигатора под свое управление одну из установок игломета. Ручное управление при соответствующей подготовке все же эффективней искина.

Торпеду разобрали иглометы. Кто там отличился – навигатор или пилот, непонятно, но это и не важно. Ракетам свернули мозги ложные цели и ловушки, выброшенные из установок щедрой рукой. Таркен все же кое-что оставил и себе. Скорее всего, он и их продал бы, но Андрею больше было не нужно.

С пушками противника ничего поделать не смогли. Они в очередной раз отличились, вгрызшись в силовой щит. Но, как и прежде, с результативностью у них было так себе – несколько удачных залпов, что обусловливалось неизменным курсом и равномерно нарастающей скоростью. Но снять преследователю удалось всего лишь пять процентов щита.

А вот привет от «Лагайры» был сокрушительным. Противнику удалось сбить наведение двух ракет и уничтожить еще пару, зато оставшиеся и торпеда достигли цели. Щит лопнул, словно его и не было. От фрегата полетело облако обломков, от мелких до солидных фрагментов обшивки. Все же торпеда для такого кораблика – это более чем серьезно, даже без термоядерной боеголовки.

– Вот и все, – хмыкнув, заметил капитан.

Андрей глянул на сканер. Преследователи все еще продолжали разгон, но уже очевидно, что они не успевают. Согласно показаниям бортового искина противникам не хватает всего-то десяти минут, но в данных условиях это много, очень много.

Глава 18

Не все так просто

Лаути. Одна из многочисленных станций фронтира, как подавляющее их большинство – частная. В этой системе имелся астероидный пояс, богатый кристаллами, которые после соответствующей обработки использовали в качестве накопителей энергии. С учетом того, что они применялись даже в стрелковом оружии, спрос на этот товар был стабильный.

Не сказать, что станция столь уж велика. Это бывший тяжелый крейсер, списанный и проданный дешевле металлолома. Все государства Внутренних систем заинтересованы в создании таких вот частных станций, которые, кстати, зачастую не платят налоги. Зато они удерживают территорию, и государство на это не тратит ни единого кредита.

Правда, у Лаути двойное назначение. Кроме всего прочего, она является еще и перевалочным пунктом для относительно недавно открытой системы с единственной обитаемой планетой Алаянка. Не сказать, что торговый оборот столь уж велик, но он имеется. И как следствие, есть движение грузовых судов, в основном мелких купцов, которым никак не обойтись без дозаправки.

С некоторых пор Алаянка стала популярна у любителей острых ощущений. Дело в том, что планета сейчас пребывала на уровне развития Земли конца девятнадцатого века. Богатый животный мир с весьма заманчивыми и агрессивными хищниками, а главное – возможность законной охоты на людей. Вернее, на преступников, за которых назначена награда, как за живых, так и за мертвых. Стоит ли говорить, что туристы никогда не занимались поимкой, а только уничтожением.

Так вот, как и на всякой окраинной планете, на Алаянке находились те, кто стремился перебраться в Ирианскую империю. Официально правительство этому противилось, но делало вид, что не замечает незаконную миграцию с легализацией новых подданных. Один из демографических механизмов.

Новые граждане, не развращенные цивилизацией, не откладывали вопрос обзаведения семьей и детьми на неопределенный срок и не ограничивались одним отпрыском. Процесс замедлялся только с внуками и серьезно тормозился уже у правнуков. Никаких домыслов и предположений, только неумолимая статистика.

Вот на эту-то жилу и присели лет двенадцать назад двое венгров. Михай был мозговым центром этого предприятия, обеспечивая новых граждан империи всеми необходимыми документами. Шимон выступал в качестве силовой составляющей. Правда, скорее, защищал от местной шпаны или недовольных клиентов, среди которых попадались разные личности. От неприятностей посерьезней их прикрывало крыло Имперской службы безопасности.

Таркен согласился доставить своих пассажиров на Лаути, хотя это и было за тридевять систем. Несмотря на большие накладные расходы и долю экипажа фрегата, куш Андрей и Кэтти сорвали изрядный – по шесть миллионов кредитов. Наемники в средствах на ставки стеснены не были, и наверняка их выигрыш был куда весомей.

Правда, сначала «Лагайра» сделала крюк, зайдя на станцию мусорщиков Триплак, где наемники восполнили боекомплект. Прогулки по фронтиру с наполовину опустошенными запасами не самая лучшая затея. Да чего уж там, откровенно плохая.

Лаути встретила их шумно, что и понятно – около двух тысяч человек на ограниченном пространстве. Рудокопы составляли примерно две трети обитателей базы. Остальные – персонал станции, работники сферы услуг, мелкие торговцы, держатели бутиков. Кроме того, были и транзитные пассажиры. Как уже говорилось, здесь проходила одна из космических трасс.

– Ну, будь здоров, Таркен, – прощаясь произнес Андрей.

– И вам счастливо, – дурашливо отдав честь, произнес капитан, а потом добавил: – И да, не советую попадаться на моем пути, на тот случай, если я вдруг возьмусь выполнить контракт по вашей поимке. Уверен, что господин Ахон объявит награду за ваши головы.

– Шутишь? – удивилась Кэтти.

– Нет, – совершенно серьезно ответил он. – Если бы вы были чистенькими, то, скорее всего, я не взялся бы за это дело. Но рыльце у вас ведь в пушку.

– А у тебя?

– Уверен, что господин Ахон забудет о нашем участии, дабы заполучить вас обоих.

Андрей внимательно посмотрел на капитана и понял, что тот не шутит. Наемник честно выполнил свою часть сделки и свободен для нового контракта. По-своему, он где-то даже благороден. Честно и открыто предупреждает, что может последовать далее.

– Значит, ничего личного, только работа. Так, Таркен?

– Ну, когда мы вытаскивали ваши задницы из дерьма, вы не возражали против такого подхода, – пожав плечами, подтвердил он.

– И что тебе помешает захватить нас прямо сейчас?

– Я понятия не имею, объявлена ли за вас награда. И я пока еще не брал на себя никаких обязательств.

– Я тебя понял. Прощай.

– Прощай, – с самой любезной улыбкой произнес капитан.

После чего в сопровождении ухмыляющегося Гарота направился по своим делам. Странные эти наемники, очень странные. И все же Леднев был им благодарен. По меньшей мере Андрей и Кэтти на свободе, и как оно дальше сложится, зависит уже от них самих.

Андрей толкнул перед собой гравитележку, на которой находились три сумки с вещами и легким скафандром Кэтти. Его оба бронированных образца и легкий скафандр с ранцевым двигателем, от которых он и не подумал избавляться, покоились в объемном композитном кофре.

Коридоры станции выглядели куда приличней, чем на Уллис, но серьезно уступали Талаханке. А так было даже многолюдней. И еще одна отличительная черта только что влетела в Андрея, едва не сбив его с ног.

Мальчишка отскочил от него мячиком. Шмыгнул носом. Потом глянул себе за спину и сорвался с места, словно испуганный кролик. Следом за ним пронеслась его преследовательница, разъяренная фурия со светлыми волосами, заплетенными в две тугие косы.

Дети вообще-то редкость в космосе. Встретить их можно только там, где есть стабильность, уверенность в завтрашнем дне и обилие выходцев с окраинных миров. Ну не могут они без детей. И Андрей их понимал.

Признаться, если бы встретил пару, то очень может быть, что подумал бы о спокойном гнездышке. Но пока с этим как-то не ладилось. Все больше деловые партнеры. Может, заразился таким отношением от ирианцев или причина – в его прошлой жизни? Бесплодии, оставшемся позади, и предательстве второй возлюбленной, решившей, как кукушка, подбросить ему чужого ребенка.

Но, возможно, причина и в его сильно изменившемся характере. Не припоминал Андрей за собой склонности к рискованным авантюрам, а тут как с цепи сорвался. Наемник, гладиатор, и все время тянет его в космос, как будто тот может дать покой и стабильность. Как бы не так! Зря, что ли, все торговцы тратятся на не такое уж и дешевое вооружение? Да и несчастных случаев хватает.

Андрей проводил унесшуюся прочь парочку добродушной улыбкой и невольно бросил взгляд на Кэтти. Она так же смотрела им вслед и задумчиво улыбалась. Быть может, вспоминала свою семью. Он не лез к ней с расспросами, не принято у землян интересоваться прошлым, чтобы не бередить рану. Только если сам собеседник расскажет. Путь на родину заказан, но раз у Кэтти были дом и соседи, то, возможно, имелась и семья.

Ориентируясь по навигатору искина, нашли местную гостиницу с приличными номерами. Можно было снять и что-нибудь попроще, а то и вовсе нечто вроде барака или хостела. Но к чему такой экстрим, если есть вариант устроиться с комфортом? Заплатил Андрей через мобильный терминал, эдакий местный эквивалент наличных. Такую оплату невозможно проследить, а для регистрации достаточно просто назвать любое имя. Фронтир. Здесь на многое смотрят куда проще.

Пока устраивались в номере, Андрей связался по визору с Михаем и условился о встрече. Никаких проблем и предварительной записи. Делец был готов встретиться с ними незамедлительно, особенно когда узнал, что перед ним – земляки. Венгр даже руками замахал на вопрос Кэтти, не занят ли он.

Определившись с жильем и избавившись от вещей, занялись главным, ради чего сюда и прибыли. Ориентируясь все по тому же навигатору, дошли до лифта и поднялись на нужный уровень. Различия сразу же дали о себе знать. Ковровая дорожка на полу, не синтетика, и, возможно, ручная работа.

Прямо как у господина Ахона. Только доходы этого дельца и владельца Лаути несопоставимы, но хозяину станции она наверняка обошлась недорого. До Алаянки ведь рукой подать.

Стены отделаны не композитом, а настоящим деревом. Причем весьма дорогой породы. Панели подогнаны мастерски, просто идеальная работа. Сомнительно, чтобы подобные мастера нашлись во Внутренних системах. Научно-технический прогресс, ведя человечество вперед, неизменно влечет за собой потерю многих знаний и умений, неспособных конкурировать с новым.

Так что однозначно снова привет с Алаянки. Возможно, кто-то из эмигрантов отрабатывал свой переезд и легализацию. Не все покидали планету, имея средства для обустройства на новом месте. Глядишь – и нашелся среди них краснодеревщик.

А вот двери в каюты остались прежними. На них только сменили покрытие под общий стиль, потому как обшить деревом было попросту нереально. Они ведь герметичные и сдвигались в сторону. Космос не любит шуток и пренебрежения мерами безопасности.

– Кто? – послышалось через несколько секунд из интеркома, когда Андрей нажал на вызов.

Прозвучало вроде и не грубо, но уверено и как-то по-хозяйски, что ли. Привыкли обитатели апартаментов, что к ним ходят на поклон и терпят пренебрежительное отношение. Леднев едва сдержал готовое сорваться выражение в рифму, но и спускать подобное обращение не собирался. В прежние времена он не придал бы этому значения. Сегодня…

– А у тебя камеры не работают? Или с памятью что-то стало и ты не признаешь клиентов? Так запроси свой искин.

У этой двери они оказались не просто так, а по предварительному звонку по визору. Так что и данные их искинов, и фото у этих ребят имелись.

Дверь отъехала в сторону, и перед ними предстал здоровяк, косая сажень в плечах. Но при этом никаких сомнений – в ловкости и подвижности ему не откажешь. С некоторых пор Андрей научился различать тренированных бойцов. И этот был из таких. Причем речь тут далеко не только о способностях махать руками и ногами, а игольник на боку – вовсе не для красоты.

Что и говорить, Шимон производил впечатление. Леднев никогда не видел его изображения, но легко догадался по описанию. Михай, показавшийся за его спиной, статями не выделялся. Зато, в отличие от своего компаньона, лучился улыбкой, словно ему вручили новогодний подарок.

– Это было грубо, – вперив в гостей злой взгляд, произнес здоровяк.

– Для начала сам поучись вежливости. Я плачу за работу. За подобное отношение уже спрашиваю по другому тарифу.

– А потянешь? – вздернув бровь, хмыкнул здоровяк.

– Шимон, остынь, – влез в перебранку Михай. – Это наши клиенты. Я забыл тебя предупредить. Знакомься, Андрей и Кэтти.

– Земляне? – с интересом уставившись на пришедших, спросил Шимон.

– Земляне, – подтвердил Андрей.

– Прошу прощения. Проходите, – тут же отходя в сторону, пригласил он.

При этом его отношение к гостям резко изменилось, а в облике появилась неподдельная радость. Похоже, не наврали Андрею, к землякам тут отношение особое. Впрочем, это в принципе присуще землянам, за редким исключением. Куда же без них-то.

– Вы не обижайтесь на Шимона. Накатывает на него порой. Становится скучно, вот и ищет себе спарринг-партнера. Арена-то у нас не пустует, но с ним особо связываться не хотят. Он у нас признанный чемпион станции. Так что у него одна надежда – найти достойного соперника среди гостей.

– Не, я пас, – тут же ушел в отказ Андрей, в котором не осталось и следа от агрессии.

– А что так? – разочарованно поинтересовался здоровяк.

– У меня только второй уровень десантной подготовки. Подозреваю, что против тебя этого безбожно мало. Если так уж хочется, можем померяться достоинством на истребителях. Как?

– Во-первых, их еще и покупать придется. А во-вторых, из меня пилот, как из дерьма пуля.

– Ну извини, кто на что учился, – разведя руками, произнес Андрей.

– Угу. Проехали.

Тем временем, Михай переключился на девушку. Сразу видно, ловелас со стажем. Какая-то пара фраз, соленая шуточка на грани приличия, и послышался мелодичный девичий смех. Андрей вроде как не ревнует. У них с Кэтти изначально не было никаких обязательств друг перед другом. Решит покувыркаться с этим щуплым венгром, никаких проблем. Но лучше бы сначала закончить с делами, а потом уж флиртовать, что он, собственно, и озвучил Михаю.

– Злой ты, Андрей, – делано расстроился тот. – Ну, к делу, так к делу. Только давайте так. Со мной – как с доктором и адвокатом. Откровенность и только откровенность.

В ответ Леднев лишь пожал плечами. Скрывать ему нечего. Если слухи относительно их аферы еще и не дошли досюда, то ждать этого недолго. Поэтому он без утайки, хотя и кратко, поведал о случившемся с ними.

– Награда за ваши головы будет – закачаешься, – хмыкнув, заметил Шимон.

– Это уж точно. Наемники, выдернувшие наши задницы из этого дерьма, уже заявили, что если появится награда, то они откроют на нас охоту.

– Ерунда все это, – отмахнулся Михай.

– Почему? – удивился Андрей.

– Денег они срубили знатно, да еще бонус получили в виде репутации. А она для наемников порой дороже любых миллионов. Да что далеко ходить. Сейчас я открою информацию по бирже наемников, и сами все увидите, – вводя данные в персональный искин, произнес он. – Ну вот. Как я и говорил. Подскочил разом на пятьдесят пунктов. Ага. И по вашему поводу в Сети разговоров до небес. Не суть. Если они сейчас подпишут контракт на вашу поимку, то их рейтинг рухнет, станет даже ниже, чем был до этого. А оно им нужно – из высшей лиги уходить в отстой и заниматься сомнительными делишками?

– Понятно, – стараясь не показывать охватившего его облегчения, произнес Андрей.

– Понятно-то понятно. Но дело тут такое, что я помочь вам не смогу.

– Господин Ахон – слишком серьезный игрок?

– Не серьезней Имперской службы безопасности, – покачав головой, возразил Михай.

Вообще как-то сомнительно, чтобы он рассчитывал только на помощь безопасников. Наверняка есть еще что-то. Не столь уж венгр и солидная фигура для имперцев, чтобы они проявляли о нем особую заботу. Ахон имеет связи и кое-какой вес даже на государственном уровне. Михай же со своим помощником или компаньоном – всего лишь винтик, заменить который не составит труда.

– Однако связываться с ним ты не желаешь.

– Не в этом дело, – вновь покачал головой Михай. – Моя работа состоит в том, чтобы легализовать незаконных мигрантов. То есть я создаю новые аккаунты, формирую необходимый пакет документов и вдыхаю жизнь в новую личность. Но соль тут в том, что мои клиенты прежде не были гражданами какой-либо из империй Внутренних систем. Вы же имеете персональные аккаунты, завязанные на вашей ДНК. Почему, ты думаешь, при активации персонального искина нужна капелька твоей крови? Аккаунт сменить несложно, но по такому маркеру тебя вычислит даже не самый лучший хакер. Конечно, вопрос решаем, но только на уровне технологий, доступных спецслужбам. Причем не региональными отделениями, а центральным аппаратом. Не смотри на меня так, Андрей, все очень серьезно.

– То есть мы в безвыходной ситуации?

– Я этого не говорил. Могу предложить два варианта. Первый – вы вырубаете свои персональные искины и переходите на безликие. Во Внутренних системах это вызовет кучу вопросов, а вами непременно заинтересуются безопасники. На фронтире ничего подобного не случится, здесь на это смотрят сквозь пальцы. Какие только личности не встречаются в окраинных системах, удерживая их за империями. За эту службу им прощается многое, пока они находятся подальше от добропорядочных граждан и не преступают определенную грань.

– А второй вариант?

– Этот позволит открыто пользоваться своими аккаунтами. Правда, я все же поостерегся бы лететь на Талаханку, чтобы сделать пару-тройку ставок.

– И чем мы можем заинтересовать Имперскую службу безопасности?

– Боже упаси. Зачем вам нужны эти ребята? – картинно замахал руками Михай, а Шимон не сдержался от смешка. – Я говорю о наших земляках. Примерно два с половиной года назад земляне создали свою рудодобывающую компанию. Пару месяцев назад она реорганизовалась и расширилась до металлургической корпорации. Они серьезно так развернулись в системе Лайонель, там вроде как даже верфь имеется. Правда, строят пока суда классом не выше фрегата или малого транспорта. Перспективное местечко.

– И что, «Эльдорадо» – настолько серьезный игрок, что господин Ахон предпочтет проглотить обиду?

– А к чему ему бодаться со стукнутыми на всю голову землянами? – в свою очередь задал риторический вопрос Михай. – О них уже ходит молва, что они своих в обиду не дают. Ты слышал о таком нашем земляке, Пошнагове?

– Насколько мне известно, это самый результативный капер Ирианской империи, за голову которого назначена солидная награда.

– Правильно. А еще он завязан с «Эльдорадо». Ахон конечно же назначит награду, но, пока вы находитесь под крылом корпорации, не пошевелит и пальцем. Как не подумают связываться с «Эльдорадо» и наемники. Так что заказ на ваши имена будет висеть долго, пока не затеряется и не исчезнет.

– Нет уж, спасибо. Никаких дел с «Эльдорадо» я иметь не буду, – возразил Андрей.

– Почему? – удивилась Кэтти.

– Личное. Потом расскажу. А что с нашими специальностями, если выберем первый вариант? – поинтересовался Андрей у Михая.

– Скинь мне перечень того, о чем идет речь. И ты, Кэтти. Ага. Порядок. Та-а-ак. Ничего сложного. За отдельную плату все завяжем на безликий аккаунт, так что не докопается даже самый дотошный детектив. Кстати, если есть предпочтения еще по каким специальностям, обращайтесь. Стоить это будет подороже, чем обучение, зато реальная экономия времени даже по меркам фронтира.

– С меня пока хватит и того, что есть, – пожав плечами, возразил Андрей.

– А как можно связаться с руководством этой самой корпорации «Эльдорадо»? – поинтересовалась девушка.

– Судя по твоим данным, ты сейчас заочно учишься в Талантайском университете на Клайпе.

– Да.

– Ничего сложного. У них там как раз зарегистрирован центральный офис. Через пару-тройку дней тут должен будет появиться наш земляк. Доставит тебя и передаст из рук в руки. А там – как условитесь. Но ты не переживай. Даже если ты им не подойдешь, на улицу тебя не выгонят. Помогут.

– Прямо Робин Гуды, – не выдержав, бросил Андрей.

– Не Робин Гуды, но своих не бросают, – пожав плечами, возразил Михай. – Что делаем с тобой?

– Во что мне обойдется безликий искин и все сопутствующие документы с сохранением всех специальностей?

– Тридцать тысяч.

– А ты не мелочишься.

– Это еще и со скидкой, как земляку.

– И откуда у алаянкцев такие суммы?

– А при чем тут они? Думаешь, ты один такой, у кого пятки горят?

– Ладно. Лови, – вооружаясь терминалом, переправил плату Андрей.

– Ага. Есть такое дело. И еще совет. Купи здесь другой терминал. Этот несет отпечаток твоего искина. При вдумчивом поиске можно откопать.

– Учту.

– Вот и ладно. Значит, так. Сейчас я быстренько разберусь со всем этим дерьмом, а потом идем в ресторан. Рихард нас уже там ждет. Еще один наш земляк. Работает диспетчером. Нас здесь постоянно проживает трое. Такая маленькая диаспора. И гостям мы всегда рады. Так что не обижайте нас.

– Да как скажешь, – легко согласился Андрей.

Глава 19

Земляки

В ресторане их действительно уже ожидали. Рихард оказался высоким, болезненно худощавым молодым человеком лет двадцати пяти с всклокоченной светлой шевелюрой. Словом, без слез не взглянешь. Но при этом обладал поистине блудливым взглядом, которым тут же обежал фигуру Кэтти.

Андрей понятия не имел, откуда у него взялась именно такая ассоциация, но уверился в правильности своего вывода, едва только приметил, как Михай эдак ненавязчиво оттер немца в сторонку и устроился непреодолимой преградой между худым ловеласом и объектом его посягательств. До этого момента ничего подобного не происходило.

Андрея данное обстоятельство задело. Как и то, что девушка явно принимала ухаживания обоих кавалеров. Нет, даже не так. Ухаживания одного из них и эдакую легкую заинтересованную отстраненность другого. Вот как хотите, так и понимайте, но поведение немца она не оставила без внимания. К гадалке не ходи, этот хлыщ пользуется успехом у девиц. Опять же суета Михая вовсе неспроста. Но как и что в этом Рихарде девушки находят?

Конечно, у них с Кэтти вполне свободные отношения, но не настолько, чтобы они спали с кем попало, не обращая внимания на партнера. Андрей сразу обозначил: пока они вместе – никаких походов по чужим койкам. Есть желание – не вопрос, разбежались, и делай что хочешь. Нет, он ничуть не посягал на ее свободу, но и терять самоуважение не собирался.

Впрочем, пока дальше невинного флирта не заходит, и его подобное не задевает. Правда, Михай прохаживается прямо по краю. Рихард более сдержан. Да чего уж там, держится нарочито отстраненно. Не иначе как уверен в своих чарах обольстителя. И, кажется, Кэтти это задевает и раззадоривает.

Когда приговорили первую бутылку весьма приличного алаянкского коньяка, Михаю кто-то позвонил. Кислое выражение, возникшее было на лице венгра, слетело как по мановению волшебной палочки. Он тут же подобрался и возбудился.

– Дамы и господа, нашего полку прибыло, – торжественно возвестил он.

– Ты чего, Михай? – удивился Рихард.

– Сергей прилетел. Уже пришвартовался и сошел на станцию. Через пять минут будет здесь. Официант!

В ресторане обслуга была из людей, а не дроидов или андроидов. Все те же алаянкцы из числа незаконных мигрантов, у которых с достатком не очень и которые вынуждены задержаться на Лаути подольше. Во Внутренних системах содержание подобного персонала влетает в копеечку, и позволить себе это могут только дорогие заведения.

– Еще две бутылки коньяка, два прибора и мяса побольше.

– Слушаюсь, – с готовностью ответил парень лет двадцати.

Тем временем Шимон потянулся, как довольный котяра. Похрустел шеей, повел плечами, встряхнулся и отставил от себя рюмку, явно давая понять, что пить он больше не будет. Мало того, окликнул уже отходящего официанта.

– Коктейль трезвости.

– Шимон! – возмутился Михай.

– Отстань. Каждый развлекается по-своему.

– Объясните? – поинтересовался Андрей.

– Пошнагов прилетел. Тот самый, – ответил Михай, – Ну а на борту их «Новика» два десятка десантников. Вот наш Шимон и радуется возможности разогнать застоявшуюся кровь.

– Понятно.

– Господа. Если вы не против, я припудрить носик, – одарив мужчин обворожительной улыбкой, сообщила Кэтти и поднялась из-за стола.

Андрей проводил игриво настроенную девушку взглядом. Едва заметно покачал головой, после чего, вооружившись искином, отправил ей сообщение.

«Ветреница, а ну-ка быстро, как на духу: между нами еще есть какие-то отношения?»

«Ты ревнуешь?»

«Хочу знать, как себя вести».

«То есть желаешь заявить на меня свои права?»

«Хотел бы – не задавал бы этот, по сути, идиотский вопрос, а просто обозначил бы границы. Просто пока ты со мной, они не за тобой ухаживают, а игнорируют меня. Существенная разница».

«Го-о-осподи. Мужчины. Рихард, конечно, интересный экземпляр, но нет. До тебя они не дотягивают. Можешь заявлять на меня свои права. Только уж не обессудь, но в номере я заявлю свои. Две недели полного воздержания на фрегате – это чересчур».

Было такое дело. Капитан без обиняков заявил, что коль скоро Кэтти не собирается одаривать своей благосклонностью всех присутствующих на борту, то и Андрею лучше воздержаться от близости с ней. Так сказать, во избежание нагнетания психологической обстановки из-за длительного воздержания. Ирианцы. Для них в этом нет ничего особенного. Все очень даже естественно.

Кэтти его тогда готова была загрызть за подобные слова. Она, конечно, не монашка, но проституткой никогда не была. Правда, Таркен так и не понял, из-за чего она вызверилась, и только потом сообразил, что она бывшая жительница отсталой планеты, и махнул рукой на подобную непроходимую дремучесть. Так и вышло, что все путешествие они обходились без близости.

– Михай, Рихард, во избежание недопонимания, я и Кэтти – пара. Во всяком случае пока. Ирианцами мы так и не стали. Ценителями земных либеральных ценностей – тоже. Поэтому считаю своим долгом обозначить границы.

– А раньше сказать? – с недовольной миной произнес венгр.

Понять его нетрудно. Кэтти заслуживала внимания и заставляла кровь быстрее бежать по жилам. Но это его трудности. Не стоит вот так сразу делать стойку на своих клиенток.

Зато Шимон расплылся в улыбке. А что такого? Его боссу и компаньону никто не угрожал. Наоборот, стараются как раз избежать конфликта. Все чинно и пристойно. Но, в отличие от этих двоих, он, кому сегодня не светило, получит свою порцию удовлетворения. Пусть речь и не о сексе. А вот они в обломе. Так отчего бы и не повеселиться.

Вскоре появились гости. Пошнагов оказался не столь уж представительным, как слава о нем, идущая еще с Океании. Чуть выше среднего роста, крепкого сложения темноволосый мужчина, с уверенным твердым взглядом. По виду ни разу не тянет на общительного.

А вот сопровождавшая его спортивного сложения блондинка с зелеными глазами очень даже выглядит открытой. С игривой непринужденностью чмокнула в щеку поднявшегося ей навстречу Михая. Потом столь же легко обменялась объятиями с Шимоном и Рихардом, не забыв попенять сердцееду на его вечно непрезентабельный вид и указав, что сам виноват в том, что она не одаривает его вниманием.

Вообще-то по всему выходит, что на Океании Леднев был с ними примерно в одно время и даже, возможно, на одной станции. По слухам, Пошнагов базировался вроде как именно на Двадцатке. Но Андрей провел там немного времени, хотя и слышал о человеке, который умудрился поставить новый рекорд по погашению кредита перед корпорацией Арика.

– Знакомься, Сергей, это Андрей Леднев. Почти два года после Океании, и за это время успел обзавестись славой, не уступающей твоей. Во всяком случае, цена за его голову и голову его подружки не уступит той, что багрийцы назначили за твою.

– Ого! Не секрет, чем это так отличился? Сергей, – пожимая руку и представляясь, поинтересовался он.

– Андрей. Кэтти, – не забыл Леднев о девушке.

– Ирина, – протянула свою руку и спутница Сергея.

– Андрей, – вновь повторил он.

– Ну так как? – поддержала девушка Пошнагова, устраиваясь рядом с Кэтти.

Женская, так сказать солидарность. А может, просто устала от вечно мужского общества. Здесь, конечно, права равные и все такое. Но процент женщин, бороздящих космические просторы, все же невысок. Так что мужские команды не исключение, а скорее данность.

– Да чего секреты разводить? Хотя и трубить на всех углах об этом глупо. Но вы, похоже, не все. Порой репутация дороже денег. О станции Талаханка слышали?

– Есть такое дело.

– Если коротко, то меня там решили превратить в законтрактованного раба. В ответ я малость смухлевал на Арене. Нарушил неписаные правила и в результате нагрел господина Ахона на неприличную сумму.

– С козлами так и надо, если ты не лукавишь. А к Михаю, значит, за новыми документами?

– Да. Только тут небольшая накладка вышла.

– Сергей, вот что ты за человек. Всегда вперед, бегом, скачками, – недовольно заметил Михай. – И сейчас все о делах да о делах. Ничего не знаю. Все завтра. А сегодня мы пьем и отдыхаем. И смотрим на бой. Шимон вон уже отрезвляющую гадость пьет. Подраться ему хочется. У тебя как, найдется для него соперник?

– Шимон, мне казалось, что прошлого урока тебе хватило с лихвой, – хмыкнув, заметил Сергей.

– Было занятно. Но я готов попробовать еще разок. Юрий на борту?

– Уже на станции.

– Ладно, вы тут отдыхайте, а я прогуляюсь. Сергей, за боссом присмотри.

– Эй, боров, мы хотим посмотреть, как тебя опять отделают, – возмутился Михай.

– Да посмотришь. успеется. Алкоголь из меня еще час выветриваться будет. Пойду пока Юру найду.

– Знаешь, он вообще-то хотел сегодня оттянуться, – проинформировал Пошнагов.

– Ничего не знаю. Он слово давал, – уже связываясь со своим соперником, упрямо гнул свое венгр, одновременно направляясь к выходу.

– Он еле высидел, чтобы встретить тебя, – недовольно пробурчал Михай Сергею.

– Да ладно тебе. Что ты дуешься? Это же Шимон. Ему поражение на ковре – что серпом по причинному месту, – возразил гость.

Выпили. Закусили. Беседа как-то разом свернула в сторону Пошнагова. Михай и Рихард активно интересовались его приключениями. Слухов ходило множество, как и статей в Сети. Причем самого разного и противоречивого толка. А тут – первоисточник.

Казалось бы, технологически продвинутое общество. Информация разлетается со скоростью света, а если учитывать межсистемные прыжки, то на порядок быстрее. Но при всем этом достоверности во всем этом потоке даже меньше, чем в сплетнях бабок на завалинке. Хотя бы потому, что умников, запускающих всевозможные фейки, куда больше, чем простых бабушек, и возможности у них гораздо шире.

Так что при всем обилии информации выслушать первоисточник куда надежней. Тем более если человек тебе не безразличен. А эти трое, похоже, к Сергею и Ирине относились с теплотой.

– Ладно, коль пошла такая пьянка, давай тогда поговорим о делах, – выпив очередную стопку и закусив местным аналогом шоколада, предложил Пошнагов.

– Нет, не ладно, – возразил Михай. – Это всего лишь новости с линии фронта. А наши дела – они дела и есть.

– А новости эти только мои, – хмыкнув, заметил Пошнагов. – Хватит уже. Ладно, я коротко. Ну должен же ты знать, зачем я пожаловал?

– И?

– Два десятка алаянкцев.

– Опять? И небось, как всегда, каждый из них настоящий мордоворот, куда там зеленым беретам, – всплеснул руками Михай.

– А ты хотел, чтобы я в абордажные команды набирал белошвеек? – вздернув бровь, поинтересовался Пошнагов.

– Вот не понимаю, они у тебя что, как в Первую мировую, в атаку на пулеметы ходят?

– Я, знаешь ли, заинтересован в том, чтобы захватывать корабли целыми и невредимыми. А значит, основная ставка на абордаж. А там и до рукопашной доходит.

– Ну так обряди их в нормальные бронескафандры.

– Смеешься? Тебе озвучить, сколько стоит один бронескафандр третьего поколения? О четвертом вообще промолчим.

– А регенерационные капсулы использовать не пытался?

– Мне проще нанять на Алаянке новых бойцов и легализовать их через тебя, чем тратиться на регенерацию. Если успели заработать, тогда еще ладно, а нет… На нет и суда нет.

– А СБ мне не начнет руки выкручивать?

– За что? За то, что ты обеспечиваешь бойцами мою эскадру? Это притом, что мы досаждаем багрийцам куда существенней других каперов?

– Ладно, ладно, убедил. Хм. Знаешь, Сергей, я тебя не узнаю. Не сказать, что мне так-то уж жалко этих алаянкцев, в конце концов, они знают, куда отправляются. Но, помнится, ты всегда интересовался судьбой тех, кого переправлял с Алаянки.

– А ничего не изменилось, Михай. Я с ними честен. А то, что большая текучка… Я ведь не за родину воюю и не нанимался устраивать чью-то судьбу. Все ориентировано на прибыль. И только так.

– Ладно. Сделаю все в лучшем виде. Как всегда.

– Вот за это спасибо. Выпьем, друг Михай.

– Твое здоровье.

– Эй, мужланы, может, вспомните, что у вас за столом две очаровательные дамы? – возмутился Рихард.

– О! А наш дамский угодник ведь прав, – воздев стопку, признал Сергей.

Выпили. Вновь беседа пошла ни о чем. В основном рассыпался в комплиментах Михай. Любил он женщин, это сквозило во всем его облике. Правда, грань приличия он не переступал. Как понял Андрей, Ирина была едва ли не женой Пошнагова. Относительно же Кэтти недвусмысленно обозначил свою позицию уже Леднев. Венгр и немец, конечно, женщин любят, но головы на этой почве не теряют.

– Ну а с земляками нашими как обстоят дела? – кивая в сторону Андрея и Кэтти, наконец поинтересовался Сергей у Михая.

– Либо прятаться на фронтире, вырубив персональный искин, либо уходить под чью-нибудь защиту. Я предложил «Эльдорадо». Самый оптимальный вариант, – пожав плечами, пояснил венгр.

– А чем вы занимаетесь? – поинтересовался у девушки Сергей.

– На Талаханку отправилась, чтобы заработать денег на учебу. Поступила заочно на экономический факультет на Клайпе.

– Хм. Ничего не буду гарантировать, но протекцию в отдел кадров составить могу. Мы как раз направляемся на Клайп. А там уж свое тестирование. Но земляне у руководства корпорации в приоритете. Разумеется, если вам это интересно.

– Благодарю. Я и так думала попробовать. Но с протекцией, конечно, будет лучше.

– А ты? – посмотрел он на Андрея.

– А я, пожалуй, лучше выберу фронтир. По меньшей мере сам себе хозяин, а не под каблуком у большого босса, – пожав плечами, уклончиво ответил Леднев.

– Я заметил. Пахать на дядю ты не любишь. Сам когда-то таким был. Мысли какие-то есть? Или не думал еще?

– Однозначно куплю себе корабль, а там видно будет.

– Определяйся. Если будешь брать корабль, то я могу посоветовать тебе отличную верфь для апгрейда. Ну и присоветовать чего-нибудь стоящее для фронтира. Все же какой-никакой опыт имеется. Мы на Клайпе пробудем месяц. Нужно отдохнуть и подтянуть новичков до приемлемого уровня. Так что можем взять тебя под крыло.

– И сколько мне это будет стоить?

– Ты сейчас меня задеть хочешь? – нахмурившись, поинтересовался Сергей.

– Я…

– Запомни, парень: я готов помочь земляку, если это в моих силах. Захочу на этом нагреть руки, так прямо и скажу. Если же решу, что ты заслужил пинка, то дам не задумываясь. Мы друг друга поняли?

– Я не сказал ничего обидного. Это нормально, когда за услугу ожидают чего-то в ответ.

– Важно не то, что ты сказал, а то, как ты это сделал, – глядя ему прямо в глаза, припечатал Пошнагов.

– Извини. Не хотел задеть. Как-то само получилось.

– Я дал для этого повод?

– Не ты. Компания «Эльдорадо», с которой ты тесно сотрудничаешь.

– Пояснишь?

– О тебе я слышал много разного, в том числе о твоей независимости. А тут на Клайпе вижу начальника службы безопасности «Эльдорадо», который на Двадцатке был рэкетиром.

– Ясно. Поверь, и там они не были козлами, хотя я с ними и бодался. И здесь не ожесточились. Нормальная контора. Но силком тянуть тебя, конечно, не буду.

– Так, друзья, предлагаю еще по одной – и на арену. Наши бойцовские петушки уже готовы измочалить друг дружку, – хмыкнув, вклинился Михай.

Арены имелись на всех станциях и базах. Там точно так же принимались ставки, а дерущиеся вносили некоторую сумму за возможность использования арены. Но предназначение у них было изначально отличное от той же Талаханки. Если там все ориентировано на извлечение прибыли, то здесь, в первую очередь, на то, чтобы спустить пар и внести хоть какое-то разнообразие. Что ни говори, а жизнь на станции скучна.

Разумеется, есть виртуал, благодаря которому можно оказаться где угодно, пережить любые приключения и испытать самые разные чувства. Но все равно не отпускает ощущение искусственности, если только у тебя окончательно не протекли мозги. Вечно жить в виртуальном мире не получится. Ты все время должен возвращаться в реальность хотя бы для того, чтобы банально обеспечить себя хлебом насущным.

Это во Внутренних системах можно зарабатывать в виртуале. Некоторые устраиваются очень даже неплохо, если не сказать больше. На фронтире все иначе. Вот и используют арены, чтобы сбросить напряжение и избавиться от переизбытка энергии.

Под арену выделили внушительный отсек. Тут были и ковер для единоборств, и полигон для поединков с оружием. В основном использовали шокеры. Но особо горячие головы при избыточно высоком давлении пара в черепушках хватались и за игольники.

Использовать разрешалось только персональные. При этом на голову в обязательном порядке водружался глухой шлем. Разумеется, это не могло гарантировать полную безопасность, ведь игла могла войти под слишком уж острым углом снизу и поразить мозг. Но вероятность этого была все же существенно мала.

– Юрка решил поддаться, – услышал Андрей, как едва не шепотом обратилась к Сергею Ирина.

– На него не похоже.

– Говорит, что при очередном посещении Лаути хочет напиться, а не заниматься опять мордобоем.

– Как я его понимаю, – с улыбкой заметил слегка захмелевший Пошнагов.

Глава 20

Охотники

– Здравствуйте, господин Типпан, – пройдя в небольшой кабинет в углу просторного дока, поздоровался Андрей.

– А-а-а, господин Леднев. Приветствую вас, – откладывая в сторону полимерный лист с какими-то чертежами, поднялся из-за стола хозяин верфи.

В том, что Типпан его узнал, ничего удивительного. Они общались по визору, так что друг друга видели. А вот тот факт, что хозяин верфи вдруг протянул Андрею руку, его несколько удивил. Жест, присущий только землянам, ирианцам подобные условности несвойственны.

Получается, он не просто уже общался с его земляками, но и успел проникнуться к ним уважением, коль скоро отдает должное их обычаям. Справедливости ради, этот жест уже располагал к инженеру. Если Андрей раньше и прикидывал варианты, чтобы обратиться на другую верфь, то сейчас это желание снизилось до самого минимума. Разве что как вариант на случай, если здесь не срастется, предпосылок к чему не было.

– Вот, как и договаривались, прибыл лично, – пожимая руку Типпана, озвучил очевидное Андрей.

– Вижу. Док я освобожу через пару дней, но лучше предварительно обговорить детали. Опять же за это время я успею подготовиться к апгрейду. Итак, речь о малом транспорте?

– Именно, – пересылая файл, подтвердил Андрей, но решил лишний раз уточнить: – И еще…

– Если вы о конфиденциальности, можете не стараться, – подняв руку в протестующем жесте, оборвал его Типпан. – Сергей обрисовал мне ситуацию в общих чертах. На этот счет не переживайте. Даже если не верите моему слову, поверьте моей рациональности. Корпорация «Эльдорадо» – это стабильные заказы на апгрейд и ремонт судов. Нужно быть дураком, чтобы сменить это на пусть и солидную, но разовую прибыль.

Чтобы не засветить аккаунт Андрея, судно приобрела Кэтти, которая с успехом прошла собеседование и влилась в кадры «Эльдорадо». Разумеется, доверяться полностью ей он не собирался. Покупку она совершила на свои средства, благо стеснения в них не испытывала. Андрей выкупит корабль уже непосредственно перед отбытием. Когда переберется на фронтир, зарегистрирует под другим номером и именем. Обычная практика.

Во время пребывания на Лаути и последующего перелета на Клайп Андрей обдумывал, как ему быть дальше. Подписывать контракт с молодой, но уже имеющей определенный авторитет корпорацией категорически не хотелось. Может, он и на воду дует, но не было у него доверия к руководству «Эльдорадо», и все тут. Легализовавшиеся рэкетиры не могли в одночасье измениться. Во что бы они ни рядились, суть их должна остаться неизменной.

Поэтому он сделал ставку на вариант с фронтиром. Нужно было только определиться с родом деятельности. Грузоперевозки, на которые он ориентировался изначально, отпадали, потому как предусматривали полеты во Внутренние системы. Никаких других вариантов просто не существовало, разве только незначительные доставки по фронтиру. Но в этой нише уже давно и прочно обосновались другие.

Обмозговав эту проблему так и эдак, Андрей наконец пришел к решению податься в рудокопы. Только он все так же не был готов работать на дядю. А чтобы на себя и с нормальной отдачей, нужны межсистемные добывающие баржи или фрегаты.

Имеется сразу несколько типовых проектов, отвечающих этим требованиям. Правда, их серийное производство отсутствует. Как известно, спрос рождает предложение, а эти суда особой популярностью не пользовались. Смысл в них есть только в случае ставки на фронтир, а дело это хотя и прибыльное, но слишком опасное.

Причем беда могла прилететь далеко не только со стороны людей. Изучение и картографирование системы – дело долгое и занятие дорогое. Здесь ведь мало просто пересчитать все космические тела, от газовых гигантов до булыжников диаметром в несколько метров, количество которых исчисляется миллионами, нужно еще и учесть их орбиту, скорость, вероятность столкновения, отчего меняется вектор движения.

Даже в хорошо изученной системе космические полеты – это непременно лотерея, а уж во фронтире так и подавно. Эдак выйдешь из подпространства в толще какой-нибудь скалы или окажешься на пути какой каменюки, и будет тебе радости полные штаны.

Как следствие, ввиду малого спроса и высоких требований к подобным судам стоимость у них была солидной. Самый дешевый фрегат обойдется в десять миллионов кредитов. Причем речь о стандартной комплектации, в которую не входит вооружение. А без него на фронтире делать нечего.

Таких денег у Леднева не было, а на кредит ему рассчитывать не приходилось. Поэтому он решил пойти другим путем. Тем более что Пошнагов ничуть не лукавил, когда говорил о том, что имеет кое-какой опыт по части переоборудования судов. Похоже, он был тем еще параноиком, ну или остался им.

– Итак, что мы имеем? – поинтересовался Типпан, сразу переходя к делу.

– Малый транспорт ирианской постройки проекта девять два три ноль.

– Ага, – выводя на монитор стационарного искина данные о судне, начал сразу прикидывать Типпан. – Длина – семьдесят. Грузовой отсек объемом сто пятьдесят кубов. Дальность прыжка – одна система, запас хода – четыре прыжка, в общей сложности двадцать световых лет. Стандартное время разгона – двенадцать часов. Хорошее судно для грузоперевозок в небольших объемах. И что вас не устраивает?

– Я хочу переоборудовать его под носитель бурового катера.

– Что за катер? – не выказывая удивления, деловито поинтересовался инженер, продолжая изучать общую схему судна.

– Производительность у них сопоставима. Так что на ваше усмотрение. Что больше подойдет. Требования просты – стыковка, сброс руды в отдельный отсек кубов на пятьдесят, который должен быть соединен с перерабатывающим комплексом халиумы. Небольшой грузовой отсек. По возможности спортзал. В одной из двух кают – вирткресло.

– Хм. Странный какой-то подход. То есть вы ориентируетесь на самый дорогой металл. А вам известно, что найти халиумоносную руду не так уж просто, как кажется?

– Я в курсе. Именно поэтому и делаю ставку на необследованную систему. Придется малость порыскать, но уверен, что у меня получится отыскать необходимое.

– Рисковый вы, господин Леднев. Значит, от обогатительного комплекса вы отказываетесь?

– А смысл, если я ориентируюсь на уже готовую продукцию. К тому же катер позволяет осуществлять по-настоящему ювелирную работу, выбирая участки с наивысшим содержанием металла.

– Ну что же, вам виднее. По общим прикидкам, масса превысит стандартную загрузку судна, хотя и не выйдет за максимальные показатели. Однако вы потеряете в маневренности, времени разгона и запасе хода. Сейчас сказать трудно, но одного прыжка вы лишитесь в любом случае.

– Дополнительные танки?

– Конструкция предусматривает увеличение грузового отсека до двадцати пяти процентов. Можно отвести этот объем под дополнительные танки. Тогда еще и выигрыш получится.

– Не получится. Кроме этого я хочу установить дополнительное оборудование и вооружение. Взамен спасательных капсул – резервный накопитель энергии на четыреста процентов и направляющие на две торпеды.

– И артиллерийский погреб, – хмыкнув, вставил Типпан.

– А такое разве возможно? – с явной надеждой поинтересовался Андрей.

– Смеетесь? Нет, конечно же, – замахал руками владелец верфи.

– Жаль. Не помешало бы. А как можно еще усилить вооружение?

– Ну, пушку не заменить. А вот вместо установки для ракет малой дальности можно установить два блока с фрегата, по четыре направляющие. Запас ракет максимальный, по двенадцать на огневую точку.

– Контейнеры для ловушек и ложных целей?

– Без сомнения, – последовал утвердительный кивок.

– А еще нужно вооружить катер хотя бы парой РМД и иглометами.

– Я не пойму, господин Леднев, вы собираетесь воевать или добывать руду?

– Я собираюсь на фронтир. Вы же сами говорите, что вам доводилось там бывать.

– Вот именно, что доводилось. И прежде я о подобном оснащении судов даже не слышал. Один только энергетический накопитель чего стоит. Хотя-а-а… Чего это я удивляюсь, зная, кто вас прислал. Сергей – тот еще параноик. Уж на что на что, а на вооружение он никогда не скупился. Впрочем, справедливости ради, в его случае это оказалось не только оправданным, но еще и принесло несомненную прибыль. Но вооружать катер, как по мне, – это перебор.

– Я пилот-истребитель второго разряда, так что в моем случае это вполне оправданно.

– Вот, значит, как. Тогда ирианский катер проекта семь восемь шесть пять. Хорошая маневренность и скорость. Правда, над обводами придется немного поработать.

– Объем отсека для руды не пострадает?

– Можно его даже увеличить на пару кубов.

– Двенадцать кубов для катера лучше десяти.

– Но учтите, при полной загрузке вы получите повышенный расход топлива и маневренность, как у беременной.

– Понял.

– И да, совет. Забудьте о тренажерах. Весь оставшийся объем грузового отсека – под топливные танки. Должен же на чем-то работать ваш катер. Производительность у него та еще.

– Хм. С этим согласен. А что до тренажеров, то освобождайте кают-компанию. Я прикину, подберу что-нибудь универсальное, чтобы поместить в эту конуру.

– Хорошо.

– И еще. Нужно будет установить хороший астрогеологический сканер.

– Сделаем. Это все?

– Пожалуй.

– Н-да. По вооружению получается чуть ли не фрегат, разве только по боекомплекту серьезно недотягивает. Нет второй пушки. Уступит в скорости и маневренности. Не лучшим образом скажется отсутствие операторов вооружения. Зато резервный накопитель энергии окажется неприятным сюрпризом. Помнится, Сергей мне рассказывал, как ему это помогло, – закончил свой монолог Типпан.

– Его опытом и пользуюсь. Но все же это не эсминец.

– Зато случись покинуть судно, сделаете вы это не в спасательной капсуле, а на катере. Кстати, по бортам вполне встанут четыре ракеты малой дальности. Но больше вооружить его ничем не получится. Даже иглометами.

– Жаль. А контейнеры с ловушками?

– Парочка, на две единицы каждый, – помяв подбородок и что-то там прикидывая, ответил Типпан.

– Вот и договорились.

– Тогда предоплата составит миллион. И я приступаю к составлению окончательной сметы и заказам всего необходимого.

– И на какую сумму это потянет при самых грубых расчетах?

– Порядка трех миллионов. Может, чуть больше. Точнее пока сказать не могу, – разведя руками, произнес инженер.

– Если не больше, то мне это по карману.

– На этот счет не переживайте. К вечеру перешлю вам готовую смету с учетом закупки дополнительного оборудования.

– Спасибо.

Н-да. Порядка трех миллионов. Сам кораблик ему обошелся всего лишь в два. А ведь плюсом к этому придется вложиться в боекомплект. Причем мелочиться он не собирался. Только четвертое поколение. Некогда ему играть в благородство, лучше уж иметь преимущество, пусть и задорого.

Одна торпеда стоит больше сотни тысяч кредитов. И это с учетом того, что в приобретении ему обещал помочь Пошнагов. Ему как каперу можно закупать вооружение прямиком во флотском арсенале. На черном рынке она будет стоить куда дороже. Плюсом к этому – тридцать шесть РМД, каждая – порядка девяти тысяч кредитов.

Круто, что тут еще сказать. Но если не вкладывать деньги в оснащение, переоборудование и вооружение, лучше за такое предприятие и не браться. «Ослик», как он решил назвать свой кораблик, должен был обеспечить ему не только стартовый капитал для следующего шага, но и безопасность. И первый шаг заключался в его названии. Андрей подумывал дать ему имя «Лола», но потом решил отказаться от прежних стереотипов. Его ведь будут искать, тут к гадалке не ходить. Склонность же давать искинам женские имена – это одна из его примет.

Леднев вызвал гравикар, на станции они выполняли услуги такси. Расстояния тут неслабые, а бить ноги нет никакого желания. Шутка сказать, диск радиусом в полтора километра и в несколько уровней. Доки находились на первом. За ними – уже космос. Выше – два уровня, технические и складские. Далее жилой, с недорогими каютами и общагами. Следующий уровень – уже для куда более солидных обитателей. Потом оранжерея, а скорее даже целый парк, где помимо кислородного вьюна игонии хватает самых обычных растений, в том числе и деревьев. И, наконец, самый верхний, гостевой. Именно там расположены терминалы орбитального космопорта, всевозможные рестораны, бутики и иные заведения для развлечения и отдыха.

Там же находился и терминал орбитального лифта. На планету можно было попасть либо посредством него, либо с помощью челнока, совершающего регулярные рейсы между станцией и космопортом. Еще один вариант – планетарные яхты и катера. Транспорт дорогой, не всякому по карману.

Гравикары были привязаны только к одному уровню. И, чтобы попасть на другой, необходимо было воспользоваться одним из лифтов. Вот к ближайшему из них и задал маршрут Андрей, внеся оплату с мобильного терминала. Они здесь выступали в качестве наличных. Не желаешь наследить, используй такой, и платеж останется безликим.

Кар отъехал от обочины и направился по проезжей части, строго придерживаясь разметки. Следом двинулся еще один, находившийся чуть в отдалении. Навстречу прошли пассажирский и грузовой. Не сказать, что оживленная магистраль, но движение имеется, что неудивительно. Здесь располагались не только ремонтные доки, но и частные ангары, где ожидали своих хозяев те же яхты и катера, которым путь на планету был заказан.

Андрей вышел из остановившегося гравикара возле ряда из шести лифтовых дверей. Вообще-то не сказать, что так уж и много. Даже с учетом того, что по одному замкнутому контуру двигались четыре кабины, рассчитанные на десять человек, свободные лифты были далеко не всегда.

Именно поэтому он придержал створки, поджидая двоих мужчин, вышедших из кара, двигавшегося следом. Сработали манеры, заложенные еще в детстве. Ирианцы, кстати, ничем подобным никогда не заморачиваются. И, возможно, причина случившегося далее была в том, что они решили, будто он обо всем догадался.

Спасибо сержанту, гонявшему его на Уллис в хвост и в гриву. Только благодаря вколоченной им науке Андрей, не отдавая себе отчета, бросился на стальной пол, уходя в перекат. Сухие щелчки выстрелов шокера. Звонкий и тупой удар пуль-конденсаторов о сталь…

Продолжая катиться, Леднев умудрился выхватить свой шокер. Правда, стрелять не стал. Бесполезно. Не то оружие, чтобы демонстрировать точность на такой дистанции. И выстрелы тихие, всего лишь сухие щелчки. На психику такими не надавишь.

К первому стрелку присоединился второй. При этом они бежали к Ледневу, активно сокращая дистанцию. С каждым шагом их шансы на успех увеличивались, а шансы Андрея на то, чтобы вывернуться, таяли, как снег в летний зной.

Как ни странно, но страха не было. Он понятия не имел, кто это, но четко сознавал, почему они на него напали, а главное, что его может ожидать в самом ближайшем будущем. Но вот не боялся, хоть тресни. Все его мысли были сосредоточены только на одном – как бы половчее увернуться от летящих в него пуль-конденсаторов. Перекат влево. Вправо. Снова вправо. Кувырок назад. Бросок влево.

Один из стрелков остановился, поспешно меняя магазин. У шокеров емкость невелика из-за солидных габаритов пуль. Второй так же расстрелял свои заряды, но не остановился, а продолжил бежать. Еще мгновение, и он ударит Леднева по голове.

Вертушка. Ноги врезались под колени атакующего. Неизвестный опрокинулся на спину и перекатился по полу. Гравикар пронесся мимо с гудящим от перегрузки антигравом и возмущенной сиреной. Такси едва разминулось с Андреем, обдав его воздушной волной.

Он невольно сделал шаг в сторону, но при этом уже удерживал на прицеле мужчину, суетливо вгоняющего в рукоять полный магазин. Двойка. Оружие слегка подбросило в такт сухим щелчкам. Все же пули куда массивнее, чем иглы, но и скорость так себе. Впрочем… Тут главное – высвобождающаяся энергия.

Шокер не отличается точностью, поэтому, несмотря на дистанцию в полтора десятка метров, в цель попала только первая пуля. Впившиеся в руку электроды тут же одарили мужчину целой гаммой болевых ощущений. Вот если бы в торс, противника вырубило бы. А так только руке досталось. С другой стороны, сейчас он не боец, и на том спасибо.

Андрей навел ствол на пытающегося подняться мужчину. Выстрел! Этому прилетело точно между лопаток, поэтому выгнуло дугой. Издав протяжный болезненный стон и хрип, он замер в неестественном положении из-за спазма мышц. Вот и лежи так. Еще один выстрел в первого. Порядок. Минимум минута у Андрея есть.

Брать пленных и допрашивать некогда. В любой момент сюда могут нагрянуть работники службы безопасности. Скорее всего, искин того гравикара сообщил о происшествии, и тревожная группа уже направляется сюда. Оказаться в руках безопасников ему не улыбалось. Там тоже служат люди, со всеми их слабостями, недостатками и чаяниями. И у них найдется десять миллионов причин, чтобы скрутить его и доставить на станцию Талаханка.

Поэтому Андрей опрометью бросился к лифтам и нажал кнопку вызова. Повезло. Одна из кабинок оказалась на первом уровне. Поднялся на верхний. И снова удача – без единой промежуточной остановки. Прошел к терминалам с наемными орбитальными катерами.

Вокруг планеты хватает станций, и сообщение между ними происходит посредством вот такого незатейливого транспорта, управляемого искином.

Двадцать минут, и он очутился уже в переходном люке «Новика». Пока шла схватка и добирался до катера, бояться было как-то некогда. Но, оказавшись запертым в этой скорлупке, к управлению которой не имел доступа, Андрей по-настоящему испугался. Ведь безопасники в любой момент могли отдать команду искину доставить беглеца к ним, и Леднев ничего не смог бы с этим поделать.

– Расслабься. Все обошлось, – успокоил его вернувшийся на крейсер Пошнагов. – Никто не пострадал. Заявлений о нападении не поступало. Так что служба безопасности ограничилась выписанным штрафом за создание аварийной ситуации на проезжей части, который я уплатил.

– А кто были эти двое, выяснить удалось?

– И выяснить, и найти. Я не привык разбрасываться словами, и если сказал, что ты под моей защитой, то так оно и есть. Частные детективы. Позарились на награду. Кэтти появилась на планете совершенно открыто, но достать ее не так-то и просто. А вскоре она отбудет в систему Лайонель и здесь будет появляться только для сдачи зачетов и экзаменов. Зато они сумели вычислить тебя.

– Но как? Я ведь пользовался только мобильным терминалом.

– Это на фронтире такое в порядке вещей, здесь же редкость несусветная. Вскрыли систему платежей и установили, где пользовались мобильными терминалами. Тут повсюду камеры. Запустили программу распознавания лиц – и порядок.

– Вы их не того?..

– Сбрендил? На фиг нам это нужно? Задали пару вопросов, объяснили, что им тут ничего не светит, и разошлись. Ты вот что. Не покидай больше «Новик», пока твой корабль не будет готов, так куда проще. Лишняя головная боль никому не нужна.

– Кстати, о головной боли. Зачем тебе это все? Я, Кэтти… Только не надо задвигать про земляков и все такое. Неубедительно.

– Вы неплохой шанс для «Эльдорадо» заявить о себе если не в полный голос, то вполне громко. Ахон – серьезный игрок, и, если даст заднюю, это положительно скажется на нашем авторитете. Я тебе честно скажу, если ты все же решишь не принимать наше предложение, то корпорации это даже выгодно.

– Контраст между моим положением и Кэтти?

– Я бы на твоем месте не расслаблял булки, – кивая в знак подтверждения, посоветовал Пошнагов.

– Да понятно, чего уж, – и не думая заключать контракт с сомнительной корпорацией, вздохнул Андрей.

Глава 21

Рудокоп

Мерное гудение добывающего лазера и ворчание шнека, подающего измельченную руду по каналу прямиком в бункер… Все привычно, обыденно и нудно. Скука смертная. Даже тот факт, что каждый час приносит Андрею три сотни кредитов, не способен поднять настроение, тем более если это происходит изо дня в день.

По идее, зарабатывать можно и больше, но тут вступают во взаимодействие сразу несколько факторов, и каждый из них оказывает свое влияние на окончательный результат.

Забравшись в эту систему, Андрей одиннадцать дней сканировал астероиды. С золотоносной рудой попалось три, но содержание драгметалла именно в этом было максимальным. На него он нарвался уже на третьи сутки, все остальное время ушло на то, чтобы убедиться – от добра добра не ищут. Хорошо хоть перспективную каменюку пометил маркером.

Булыжник диаметром в сотню метров. Содержание халиумы, то есть золота, – сто граммов на куб руды. Хороший показатель. И будь у него хотя бы фрегат с объемным бункером, то вообще все складывалось бы прекрасно. Руда относилась к типу мэриэлл и содержала еще шесть наименований редких и цветных металлов. А значит, и куб концентрата получился бы куда дороже, чем он качал из него сейчас.

Но фрегата не было. Пока не было. Леднев уже третий месяц бурит этот астероид. Среднемесячный заработок, за минусом накладных расходов и средств на проживание, составлял двести пятьдесят тысяч. Каких-то четыре года таких трудов – и фрегат у него в кармане. А может, и чуть раньше, были мысли о замене перерабатывающего комплекса на более современный. По местным меркам, когда планирование растягивается на десятки лет, четыре года – это быстро.

Причем это станет только промежуточной ступенькой. Общение с Пошнаговым не прошло даром. Тот рассказал, что, было дело, обзавелся межсистемной добывающей баржей и ни разу об этом не пожалел. Она и сейчас трудится на просторах космоса, только заправляет там его компаньонка. Конечно, за это приходится расплачиваться повышенным риском. Но оно того стоит.

То, на что Ледневу потребуется четыре года, это судно способно заработать за один рейс. Причем ему не придется ковырять астероид целый месяц. Мало того, на барже можно установить сразу несколько перерабатывающих комплексов, причем более производительных. Места там предостаточно. А затем можно обрабатывать руду поэтапно. Оно, конечно, по времени все одно затратно, но в разы эффективней нынешнего оборудования Андрея, а сумма на выходе – в десятки раз больше. Эдакая миниатюрная металлургическая компания.

Катер заполнял свой двенадцатикубовый бункер за пять часов. Отсек на «Ослике» вмещал шестьдесят, но при этом перерабатывающий комплекс мог переварить только двадцать пять кубов в сутки. Причем выделял он только золото, все остальное попросту выбрасывалось обратно в космос. Презренный желтый металл даже в высокотехнологичном обществе оставался самым дорогим.

Во Внутренних системах один грамм стоил четыре кредита, но если сдавать его официально, то неизменно наследишь. Как-то не улыбалось Андрею снова сажать себе на хвост охотников до легких денег. Контрабанда? А смысл тогда тащиться за десяток систем? За три кредита у него примут золото и на фронтире, причем не задавая лишних вопросов.

Не так уж и плохо. А еще грели мысли о предстоящих перспективах, если только ему окончательно не надоест жизнь рудокопа. Сейчас он спасается от ежедневной рутины, делая по три-четыре рейса за сутки, заполняя бункер под завязку и устраивая себе пару выходных. В эти дни он сидит в виртуале, занимаясь самообразованием, или просто играет в социалку. Благо в этой игре можно все, и ощущения настолько реальные, что после выхода даже требуется какое-то время, чтобы прийти в себя и сообразить, где явь, а где сон.

Андрей часами истязает себя на многофункциональном тренажере, пользуясь специальными методами. Можно было бы заняться и изучением рукопашного боя, но теснота не позволяла как следует развернуться.

Кстати, благодаря регенерационным процедурам нет необходимости в болезненной растяжке. После восстановительного курса человека можно хоть в узел завязывать. Иное дело, что нужны соответствующие физические упражнения, чтобы не потерять эту эластичность, а пропадает она быстро, буквально за считаные дни. Причем без разницы, была ли у тебя до этого хорошая растяжка или нет. Если эффект вовремя закрепить, а затем просто поддерживать, то никаких проблем.

Но, несмотря на все его старания и ухищрения, самым страшным врагом оставалась скука. Найти напарника, а еще лучше напарницу, было не так уж и просто. Стоило только рудокопам узнать, что работать придется в «диком» космосе и полной изоляции, как интерес к потенциальному нанимателю тут же пропадал.

А ведь он предлагал пятую часть своего заработка, около шестидесяти тысяч кредитов. Не так уж и много рудокопов может похвастать такими доходами. Но не все измерялось деньгами. Самая распространенная отговорка звучала: «Мертвым кредиты не нужны».

Сигнал возвестил о том, что бункер полон. Андрей потянулся, насколько это вообще было возможно в тесной кабине катера, встряхнулся и запустил процесс свертывания добывающего лазера. Одновременно с этим начал отводить суденышко от астероида посредством маневровых двигателей. Развернулся и подал малую тягу на маршевые двигатели. Совершенно ни к чему рвать с места, вдавливая себя перегрузкой в ложемент. Опять же, какая-то часть камней сейчас парит вокруг. Незачем зарабатывать повреждения на ровном месте.

Через десять минут он уже стыковался с «Осликом». Кстати, учитывая примостившийся сверху катер, корабль и впрямь походил на ослиную голову. Только ушей не хватало. Понятно, что для этого нужна определенная доля воображения, но не такая уж и большая.

Едва искин сообщил о завершении стыковки, как тут же получил команду на разгрузку. Все, бункер под завязку. Теперь перерабатывающий комплекс был обеспечен рудой на весь обратный путь. Он займет трое с половиной стандартных межгалактических суток по двадцать пять часов. Всего шесть прыжков со стыковкой и дозаправкой на промежуточной станции Ицитан.

Причем там корабль зарегистрирован как «Лания», спасибо Михаю. Конечно, он помогал не бесплатно, но все равно спасибо. Это Андрей так путал следы. Мало ли как оно все обернется. Не стоит, чтобы на Рухте могли вычислить, откуда он там появляется. Полные баки и четыре прыжка – вполне достаточно, чтобы у возможных преследователей мозги закипели, куда именно подевался клиент. Направлений сотни.

И снова – не прекращающийся ни на минуту мерный гул, только на этот раз у него другая тональность, потому что работает не шнек, а перерабатывающий комплекс. Впрочем, он уже давно воспринимается как фон. В космических кораблях, на станциях и базах в принципе не бывает тихо. Никогда. Потому что непременно работает какое-нибудь оборудование.

– Ослик, ты готов к возвращению? – выходя из бывшего грузового отсека в короткий коридор обитаемой части корабля, поинтересовался Андрей.

– Предполетная подготовка завершена полностью. Можно приступать к разгону, – тут же отозвался искин.

– Тогда трогаем.

– Выполняю.

Мерное гудение возросло. Пошла тяга на маршевые двигатели. Андрей слегка покачнулся, приноравливаясь к постепенно нарастающему ускорению. Тронулись, вот и ладно.

Вообще-то объем и масса добычи некритичны, и, по идее, Андрей может безвылазно добывать золотишко хоть год. Весь вопрос упирается в топливо, запасы которого небезграничны.

Опять же, он никогда не был бирюком. Ему не хватает обычного человеческого общения. Вот пошатается несколько дней по станции Рухта, поговорит, выпьет. Скорее всего, найдет такого же скучающего бедолагу, и они отделают друг дружку на арене. Рудокопов долго на драку раскачивать не нужно. Как он сейчас понимал Шимона!

Ну и конечно же никуда без прекрасной половины человечества. Это до Океании он был застенчивым и боялся подойти к девушке. Сейчас от прежнего Леднева мало что осталось. Конечно, вопрос этот можно решить куда проще. Несмотря на всю легкость отношения ирианцев к сексу, даже здесь процветает древнейшая профессия. Так что жрицы любви присутствуют, и в особенности на фронтире.

Был еще вариант с центром релаксации и находящимися там андроидами обоих полов. Куда дешевле, и, по словам пользовавшихся этими услугами, никаких отличий от живого человека. Наоборот, четко, профессионально, качественно и без лишних вопросов.

Но Андрею претили оба варианта. Он крайне негативно относился к продажной любви, а пользующихся куклами вообще отказывался понимать. Не укладывалось это в его голове дикаря, хоть тресни.

Пока «Ослик» разгонялся, он успел принять душ, пообедать, вздремнуть, пройти очередное занятие в виртуале, отработать на тренажере и поужинать. Словом, самый обычный распорядок в перерыве между выходами на добычу руды. Двенадцать часов на разгон. Просто уйма времени, которое нужно как-то занять.

Переход до Рухты прошел без происшествий. Разве только все та же нескончаемая скука, подогреваемая нетерпением поскорее оказаться на станции. Да еще и выйти из подпространства пришлось подальше от цели, этого требовали правила безопасности. А платить огромные штрафы… Он не для этого изнывает в одиночестве по месяцу. Правда, вот этот последний час перед встречей с людьми давался ему особенно трудно.

– Здравствуй, Андрей.

– Здравствуйте, господин Варгун.

Не сказать, что он испытал волнение от того, что на его вызов ответил сам хозяин станции. Во-первых, и не таких видали. Во-вторых, подобные личности им теперь воспринимались как потенциальная угроза. Ну и, наконец, в-третьих, Варгун не чурался лично проводить сделки, обещающие хорошую выгоду, а рейсы Андрея относились именно к такой категории.

Мелочь для владельца столь серьезных активов, как станция в системе фронтира? Возможно. Но это если не знать всей местной кухни. И потом, без копейки нет рубля. Здесь эквивалент этой поговорки также присутствовал. И наконец, нужно же себя чем-то занять? Иначе и взвыть от безделья можно. А местный босс – натура деятельная, другой не стал бы основателем и хозяином Рухты.

– Как прошел рейс?

– Благодарю, господин Варгун, все благополучно.

– Груз на ту же сумму?

– Да. Как обычно. Плюс-минус.

– Хорошо. Парни из СБ будут тебя ожидать у терминала. Кстати, не передумал еще насчет перерабатывающего комплекса?

– Нет, господин Варгун. Боюсь, это предложение меня не устроит.

Еще бы. Владелец станции приторговывал различным оборудованием и имел собственные верфи. Уж сюда-то профсоюзу не получилось запустить свои лапки. Да только покупка перерабатывающего комплекса с остаточным ресурсом по завышенной цене, на взгляд Андрея, того не стоила. Лучше уж потерпеть и приобрести новый во Внутренних системах. Так оно будет куда выгоднее.

– А ты хорошенько подумай. За год выгода составит две сотни тысяч, – продолжал настаивать Варгун.

– Благодарю, но нет. Если только вы не снизите цену вдвое.

– Это не разговор.

– Тогда извините.

– А ты все же подумай. Конец связи.

– Конец связи.

Дошел до причального терминала без каких-либо происшествий. Едва только открылся переходной шлюз, как на пороге появились четверо мордоворотов из службы безопасности. Этих ребят он знал в лицо, иначе и не подумал бы пропускать на борт. К тому же, пока он не перешел на станцию, вполне может себе позволить вооружиться игольником, причем штурмовым. Безопасники отнеслись к этому с пониманием и совершенно спокойно.

Прошли на борт. Приняли слитки, уложив в композитный корф, при этом пропуская каждый слиток через анализатор. После проверки чистоты и веса металла связались с боссом и подтвердили сделку. Не прошло и полминуты, как искин подал сигнал о входящем сообщении. Андрей взглянул на экран. На счет в местной платежной системе упало все до последнего кредита. Порядок. Дальнейшая судьба золота – уже не его проблема.

Выпроводив безопасников, Андрей и сам покинул борт, направившись прямиком к местному банку, ну, или если быть более точным, то в банковское хранилище. Единственная причина, по которой имело смысл посещать сие заведение. Все остальное решается удаленно. Глупо, конечно, складывать все яйца в одну корзину. Но и иной возможности он пока не видел.

На входе его встретил охранник, мужик крепкого сложения. Но это так, только фасад. Основная охрана осуществляется искином, имеющим в своем распоряжении пару блоков иглометов. Они контролируют как небольшой операционный зал, так и наружные подступы. За все время существования этого заведения желающих его ограбить не нашлось.

– Здравствуйте. В хранилище? – с милой улыбкой поинтересовалась девушка.

Андрей даже залюбовался. Что значит полный месяц без женского общества. Пока шел сюда, глаза едва не сломал, хотя в основном передвигался по техническому уровню и наблюдал девиц сугубо в рабочих комбинезонах. И, чего уж, не самых красивых представительниц женского пола. А тут – такая куколка. Да еще и голосок… Ну прямо журчит как ручеек. И совсем не смешно! Посидите месяц бирюком в глуши, а потом улыбайтесь.

– Именно, – расплывшись в улыбке, обнажившей тридцать два зуба, подтвердил он.

Без вариантов. Такая девочка не может быть свободной априори. Только не на станции в глухой системе фронтира. Но у него и не было никаких мыслей на ее счет. Просто хотелось улыбаться. Попроси она его встать на голову посреди операционного зала, и не факт, что откажется. Только ради одной ее улыбки.

– Придется немного подождать. В хранилище сейчас клиент.

– Хорошо.

Стараясь держаться так, чтобы девушка не рассмотрела, насколько она прекрасна в его глазах, отошел к диванчику у стенки. Чтобы не пялиться на красавицу и все же не оконфузиться, открыл на искине вкладку арены. Поединки там дело обыденное и не такое быстрое, как хотелось бы. С момента подачи заявки и до начала схватки проходит минимум час. Это если арена к тому моменту освободится. Хотя очереди там случаются крайне редко.

Отсрочку администрация объясняет предоставлением возможности соперникам помириться. На деле же все куда проще, сплошная прагматика и больше ничего. Информация о бое тут же высвечивается на страничке арены. Любой может прийти полюбоваться на схватку, а заодно и сделать ставку.

Рухта – заурядная станция фронтира, как и многие другие базы, созданная на основе старого списанного линейного корабля. Причем этот еще не оброс всевозможными дополнительными модулями, терминалами и отсеками настолько, чтобы утратить свой первоначальный облик, чем-то напоминающий ножны кавказского кинжала.

На станции были сильны позиции профсоюза вольных рудокопов. Явление редкое. В основном на станциях и базах все же заправляли владельцы. Но здесь эти ребята являлись реальной силой и не позволяли развернуться ни одной компании или корпорации.

С учетом того, что местное астероидное поле богато вариалином, занимающим одну из верхних ценовых позиций среди руд, желающие основать здесь корпорацию были. Да и сам Варгун не прочь создать свою компанию. Но вольные рудокопы – решительные ребята. И их корабли имеют оружие, которым пилоты очень даже умеют пользоваться. Словом, без конфликта, который может вылиться в небольшую войну, тут не обойтись. А потому систему оставили в покое и во власти профсоюза.

Тут, конечно, не Талаханка, но мающегося от скуки народу хватает и арена не пустует. Драки на ней случаются систематически, но только там и нигде в другом месте. Мало того, обитателям и гостям станции разрешено ношение только шокеров. Было дело не так давно, один из конфликтов вылился в перестрелку. Причем досталось как дебоширам, так и посторонним, не имеющим к драке никакого отношения.

Игольник не игрушка. В тот день куча народу попала в регенерационные капсулы. На всех мест не хватило, поэтому условно погибших пришлось подвергнуть криозаморозке. Но шестерым не повезло схлопотать иглы в головы и покинуть этот бренный мир.

Вот тогда-то Варгуну и удалось протащить запрет на ношение игольников. Это право осталось только за службой безопасности. К слову, лидеры профсоюза выступали категорически против. Они утверждали, что это небольшой, но все же первый шаг к утрате позиций вольных рудокопов. Однако глупая гибель шестерых все же повлияла на умы работяг, и на этот раз призывы профсоюза остались не услышанными.

Дверь отъехала в сторону, и из хранилища вышел обычный рудокоп в синем комбинезоне и угрюмым выражением лица. Сопровождал его второй охранник, замерший при входе и посмотревший на оператора. Девушка встретилась взглядом с Андреем и сделала приглашающий жест. Тот кивнул в знак благодарности, не забыв расплыться в идиотской улыбке, и направился к входу.

Прошел в хранилище. Охранник остался за дверью. Зачем он сопровождает сюда клиентов, для Андрея загадка. На Земле это делал клерк, и в этом был смысл, он использовал второй ключ. Здесь такого нет и в помине. Электронный замок, настроенный на сетчатку глаза. Используй Андрей персональный искин, и тогда завязал бы ключ на него. Но он пользуется обезличенным.

Извлек ячейку, в которой обнаружился лишь один предмет. Мобильный терминал. Достал из кармана точно такой же, перегнал на него со счета практически все деньги. Потом слил все до последнего кредита уже в терминал, хранящийся в ячейке. Полная анонимность. Теперь при внесении средств на любой счет их происхождение останется неизвестным.

Не лишняя мера, когда тебя разыскивают с собаками все кому не лень. Конечно, космос велик, а фронтир обширен, но… Это только так кажется. Расстояния – да, огромные. А так мир, как известно, тесен. И это выражение вполне подходит и к империям Внутренних систем.

Восемьсот двадцать тысяч за три месяца. Хороший показатель. И, кстати, прибыль выше рассчитанного им же среднемесячного заработка в двести пятьдесят тысяч. Но в долгосрочной перспективе лучше все же занижать расчеты. Ведь есть еще и время перехода, отдыха на станции. В общей сложности за год эти дни выливаются чуть ли не в полный месяц.

Покинув банк, направился прямиком в гостиницу. Разумеется, Андрей мог ночевать и на «Ослике», но каюта ему уже опостылела. Так что, пока на станции, не помешает сменить обстановку.

А еще на «Ослике» не было ванны. Его же одолевало желание залечь в горячую воду и нежиться, пока тело не пропарится. Конечно, сауне он был бы рад куда больше, но здесь ничего подобного нет.

Глава 22

Профсоюз вольных рудокопов

Покончив с водными процедурами, Андрей привел себя в порядок, сменил комбинезон на рубашку и брюки, а вместо извечных ботинок обул туфли. На пояс – кобуру с шокером. Здесь не Внутренние системы, поэтому оружие следует носить открыто, пусть и не боевое.

Хм. Сразу почувствовал себя другим человеком. Что там насчет того, что не одежда красит человека? А вот ничего подобного. Она непременно оказывает влияние даже на поведение и речь.

Ну что же, теперь можно подумать и о женском обществе. Андрей сейчас готов даже с самой страшной бабищей замутить. Но был шанс, что до этого все же не дойдет. В прошлое свое пребывание здесь он познакомился с весьма симпатичной девушкой Кейлой.

На вид – лет двадцать пять. Хотя на деле уже перевалило за сорок. Так что биологический возраст у них был примерно одинаков. Ей доставало трудолюбия, а Рухта – вполне приемлемое место, чтобы можно было заработать на средний уровень регенерации. Так что весьма милое личико с правильными чертами, стройная фигура с мягкими и плавными формами… Плюс нерастерянная женственность, что вполне могло случиться, при ее-то роде деятельности и круге общения.

В прошлый раз они здорово набрались, да так, что и сами не поняли, как оказались в его номере. А главное, никто не помнил, было ли у них что-нибудь или сил хватило только на то, чтобы избавиться от одежды. Пришлось срочно лечить амнезию. И как результат, оба остались крайне довольны как собой, так и партнером. Кейла тут же организовала себе отгул. А потом еще один. Хорошо им было, чего уж там.

Андрей в очередной раз попытался вызвать девушку. И снова молчание. Абонент вне зоны действия. На фронтире такое случается. Слабо развитая сеть ретрансляторов и, как следствие, множество мертвых зон.

Когда расставались, он только примерно обозначил дату своего возвращения. Ну не Ассоль же она, чтобы стоять у причала и вглядываться в безбрежный космос в ожидании своего Грея. Это если она уже не успела позабыть о Ледневе. Все же он отсутствовал сорок пять суток. Немалый срок для случайных любовников.

Впрочем, в любом случае, пока он полностью не прояснит ситуацию, не станет торопиться заводить новые знакомства. А раз так, то отчего бы не перекусить нормальной едой? Имелся тут один дорогой ресторанчик с натуральными продуктами, не то что его пищеблок на корабле.

Рухта – ухоженная станция. Господин Варгун следил за ней как за любимым детищем. Впрочем, таковой она для него и являлась. Хотя и непонятно, как так получилось, что в его доме заправляет профсоюз.

Так вот. Имелся тут и весьма приличный ресторан с соответствующими ценами. Продукты хоть и замороженные, но натуральные. Шеф-повар, может, и не из самых лучших, но человек, а не машина, что во внутренних мирах ценится особо, хотя здесь он и трудится за гроши. Андрею там нравилось. Дорого, но он мог себе позволить подобные траты.

– Приятного аппетита, господин Тарк, – поздоровался присевший напротив него мужчина.

Средних лет, крепкого сложения. Держится уверенно. Такие манеры присущи людям, привыкшим распоряжаться и добиваться выполнения своей воли. Андрею, известному на этой станции как Тарк, было на него плевать. Даже притом, что он прекрасно узнал в подсевшем к нему председателя местного профсоюза рудокопов.

– Я месяц мечтал о том, как поем настоящий стейк. И сейчас в компании не нуждаюсь, – смерив незваного гостя взглядом, недовольно пробурчал Леднев.

А вот ни разу не авторитет для него этот придурок. Дел у Андрея с профсоюзом никаких. Разве только с одной девушкой, которая в нем состоит. Но это сугубо ее выбор. Если, конечно, она все еще помнит о своей случайной связи.

– Грубо, – нарочито расстроенным тоном произнес председатель. – А между тем, у меня для вас есть весьма выгодное предложение.

– Неинтересно.

– И все же я его вам озвучу. Официант, мне то же самое, – сделал он заказ подошедшему молодому человеку.

Ресторан, конечно, дорогой, однако не в той ценовой категории, чтобы позволить себе персонал полностью из людей. Но это фронтир. И то, что во Внутренних системах стоит невероятно дорого, здесь подчас является экономвариантом.

Андрей смерил взглядом нахального лидера профсоюза, потом пожал плечами и, воткнув в мясо вилку, отрезал очередной кусок. А почему бы, собственно, и не поговорить. Он сорок пять суток не видел никого, кроме своего отражения в зеркале. Общался только с искинами «Ослика», катера и вирткресла.

– Итак, я хочу предложить вам вступить в профсоюз. Не спешите отказываться. Это неспокойные места, и одиночки тут не выживают, поэтому мы должны сообща отстаивать свои права. В этой системе все еще нет ни одной компании или корпорации, есть только приемные терминалы и обогатительные комплексы владельца станции – частного лица. Не скажу, что рудокопы здесь гребут кредиты лопатой, но заработки на Рухте много выше иных мест. И это стало возможным только благодаря нашим совместным усилиям.

– Рад за вас. Но я-то тут при чем?

– При том, что рудокопы в этой системе держатся вместе. Только так, и никак иначе.

– Я это приветствую, – с самым серьезным видом заявил Андрей, отпив из бокала вина.

Принесли заказ, и Лорато, поблагодарив официанта, взялся за приборы. Леднев смерил его взглядом и, хмыкнув, отправил в рот очередной кусок мяса. Этот умник ни разу не вывел в космос буровой корабль, но виртуозно сумел вскарабкаться на шею рудокопам. Андрей носить на себе такое украшение не собирается.

– Одобряешь, но присоединиться к нам не желаешь, – верно расценил хмыканье Леднева Лорато.

– С чего бы у меня появилось такое желание?

– Чтобы обрести реальную защиту и противостоять произволу сильных мира сего.

– Вы о Варгуне?

– И о нем в частности.

– Ну, у нас с ним нормальные взаимовыгодные отношения. Понимаете?

– Это вы не понимаете. В этой системе все вольные рудокопы состоят в профсоюзе. Без исключений.

– Какие же они тогда вольные? Прямо подневольные какие-то получаются.

– Свобода – понятие относительное. Человек не может быть абсолютно свободен. Всегда и везде существуют определенные границы и рамки, которых непременно нужно придерживаться. Иначе наступит хаос. Поэтому мы жертвуем частью своей свободы во имя порядка.

– Примите мое полное и искреннее одобрение. Но я-то тут при чем?

– При том, что вы выбиваетесь из общей картины и противопоставляете себя остальным. Я повторюсь: в этой системе все вольные рудокопы состоят в профсоюзе. Таких же, как вы, называют штрейкбрехерами. А с этими ребятами разговор короткий.

– Ах вот о чем речь, – откидываясь на спинку стула, ухмыльнулся Андрей. – Не хотелось бы вас разочаровывать, но я не рудокоп.

Не собирается Леднев обострять отношения с профсоюзом. Не сказать, что он их боится, но его вполне устраивает сложившееся положение дел. Во всяком случае – пока.

– Это мне не хотелось бы вас разочаровывать, но я прекрасно знаю, что вы доставляете Варгуну халиуму. Могу даже напомнить вам все финансовые операции и с большой долей вероятности сказать, сколько средств находится в вашей банковской ячейке.

– И что, из этого следует, что я рудокоп? – поинтересовался Андрей.

– А что еще может из этого следовать, – с неприкрытой иронией возразил Лорато.

– Например, контрабанда.

– Не делайте из меня дурака, господин Тарк. А буровой катер у вас для красоты?

– Это боевая единица. Он вооружен.

– Ну что же, если вы не являетесь рудокопом, а ваш корабль не предназначен для добычи руды, тогда вам придется допустить на борт экспертную комиссию профсоюза. Если они выяснят, что ваши слова соответствуют действительности, нам останется только извиниться перед вами.

– Приде-о-отся. На-а-адо же, – нарочито задумчиво протянул Андрей. – Знаете, я, наверное, поступлю проще. Идите вы в задницу вместе со своим профсоюзом.

– Я гляжу, от длительного одиночества у вас кровь застоялась и вы хотите разогнать ее по жилам.

– Желаете мне в этом помочь?

– Не сказать, что прямо жажду, но могу устроить веселье.

– Звучит угрожающе.

– Это не угроза, господин Тарк, а констатация факта. Либо вы вступаете в профсоюз, либо меняете станцию приписки. И третьего не дано. Все просто.

– Прощайте, – вновь подступаясь к мясу, произнес Андрей.

– Если позволите, я еще не доел.

– Не позволю. Если ты сейчас не уберешься отсюда, я банально набью тебе морду. И мне наплевать на штраф.

Андрей вовсе не играл, он говорил спокойно и уверенно. Так, что сразу становилось ясно – он это сделает. Похоже, Лорато решил, что оно того не стоит. Поднялся со стула и со снисходительной улыбкой бросил салфетку на стол.

– Вы все же подумайте, господин Леднев, – многозначительно произнес Лорато.

– Не забудь оплатить свой заказ, – вместо ответа напомнил Андрей, указав ножом на его приборы с недоеденным стейком.

Профсоюзный деятель вновь ухмыльнулся, на этот раз – многообещающе. Впрочем, не сказать, что на Андрея это произвело впечатление. Когда Лорато ушел, Леднев сделал знак официанту убрать лишнее и продолжил обед.

Он как раз подступился к десерту, и в этот момент раздался сигнал о входящем сообщении. Глянул на экран, предполагая, что это какая-нибудь бяка от профсоюза, но ошибся. Объявилась Кейла. Она предложила Андрею не торопиться покидать ресторан, пообещав управиться быстро. Ответил согласием и устроился поудобнее в ожидании своей пассии.

Она появилась быстро. Всего-то двадцать минут. Можно сказать, материализовалась мгновенно. Но зато как эффектно! Андрей едва поймал свою челюсть и тут же пожалел о том, что не в костюме. Кейла была в вечернем платье. Это зеленое чудо, конечно, не от модных кутюрье Внутренних систем. Ничего особенного, куплено в местном бутике. Но, черт возьми, оно настолько преобразило свою обладательницу… Вот и поди поверь, что она рудокоп и буквально недавно кромсала один из астероидов.

– Выглядишь просто шикарно.

Андрей и сам от себя такого не ожидал. Поднялся ей навстречу, поцеловал ручку и помог присесть за столик. Он и не думал, что в нем может быть столько галантности. Похоже, очередной выверт из-за длительного воздержания. Иного объяснения он просто не находил.

– Как прошел твой поход? – поинтересовалась она.

По легкому румянцу и смущению было видно, что ей приятно такое внимание и она довольна произведенным эффектом.

– Все строго по плану, – нервно сглотнув, ответил он. – Неожиданность случилась уже здесь. Вина? – берясь за бутылку, предложил он.

– Не откажусь, – с легким кивком произнесла она.

Потом взяла в руки меню. Выполнено в старинном стиле, правда, никакой кожи или бумаги. Их в полной мере заменил композит, имитирующий и то, и другое.

– И что же с тобой приключилось здесь? – принимая от него бокал, поинтересовалась она.

– Появился ваш Лорато и недвусмысленно намекнул мне, что если я не желаю неприятностей, то мне следует вступить в ваши ряды.

– А ты?

– Послал его по известному адресу.

– Зря. Он тебе этого не забудет.

– Ерунда.

– Знаешь, у профсоюза только вывеска благонравная. На самом деле…

– Я знаю, что порой прячется за подобными фасадами. Давай не будем об этом. Я слишком сильно по тебе соскучился.

– Я заметила. Ты не можешь выражать свою радость менее демонстративно, – хихикнув, произнесла она.

– А ты не провоцируй. У этого бездельника своя голова, и мозгов там нет, одни гормоны.

– Придется его как-то успокоить. А то ведь нам и до номера не дойти, – заговорщицки подмигнула она.

– И-и-и?

– Есть вариант, – подзывая официанта, заверила она.

Сделав заказ, Кейла поднялась и, многозначительно посмотрев на своего кавалера, направилась в сторону туалетной комнаты. Андрею пришлось повозиться, пристраивая своенравного дружка так, чтобы он не выпячивался на всеобщее обозрение. И только после этого он поспешил за уже скрывшейся за дверью девушкой. При этом он старательно делал вид, что ничего не происходит. Посетителей немного, но они все же есть. Однако Леднев убеждал себя в том, что никто ни о чем не догадывается.

– Ты чего так долго, – едва он вошел в туалет, сердито прошипела она.

Подалась вперед и, заперев дверь, тут же обвила руками его шею. Горячие податливые губы, упругое тело, прекрасно ощущающееся через тонкую ткань платья и рубашки, учащенное и возбужденное дыхание. Андрею и без того много не нужно. А тут он и вовсе едва не зарычал. Обнял ее сильными руками и прижал так, словно хотел растворить в себе. И не сказать, что она была против.

Ладони скользнули вниз. Прошлись по крепким ягодицам, далее – по крутым бедрам. Платье слишком длинное и до подола не дотянуться. Пальцы проворно заработали, перебирая и безжалостно сминая зеленую ткань. Наконец они коснулись разгоряченного тела. Хм. Похоже, Кейла нечто подобное планировала с самого начала. На ней не было нижнего белья, только черные чулки и пояс.

Высокие технологии вовсе не повод для того, чтобы женщины отказались от уловок, способных мгновенно завести мужчину. Нет, это вовсе не ради того, чтобы угодить ему. Скорее из-за желания увидеть в его глазах тот самый непередаваемый блеск обожания и жажды обладания. Ощутить свою власть над ним.

Пальцы Андрея скользнули к лону, тут же ощутив жар и влагу. Казалось, его возбуждение уже достигло предела. Не отрываясь от него, девушка протяжно вздохнула, ее маленькие зубки впились в его нижнюю губу, и парень внизу взял новый рекорд, еще больше налившись кровью.

Леднев был уверен, что не совладает с собой и достигнет пика, когда она рванула на нем ремень, расстегнула пуговицы. Под весом шокера брюки устремились к полу, глухо брякнув кобурой. Ее маленькая проворная ручка скользнула под белье.

Хищная и довольная улыбка. Резкий рывок, приспускающий незначительную и досадную преграду. Обнимая его шею и не отрываясь от губ, она взгромоздилась на его бедра, обвив их ногами. Без его помощи безошибочно обнаружила искомое и насадила себя на него, издав при этом тихий вздох, совмещенный с рычанием и стоном.

Оторвалась от его губ, прижавшись в нему всем телом и закрыв глаза, пристроила свою головку на его плече, после чего замерла. Он уже обхватил ее бедра, но ничего не предпринимал, отдав инициативу ей. Так они и простояли несколько секунд, пока она наконец не толкнула его бедрами. Со следующим толчком он уже ответил ей.

Кейла слегка отстранилась, вперив в него ошалелый взгляд. Рот приоткрыт, глаза слегка навыкате, дыхание с всхлипами. Андрей ответил ей тихим хрипом, смешанным с едва различимым рыком. Несколько толчков, и он прижал ее спиной к стене, но не сильно, чтобы не лишать ее подвижности.

Продолжалось это недолго. Леднев не мог сдерживаться до бесконечности. Не помогло даже то, что пришлось тратить силы на удержание партнерши. Впрочем, краснеть за свою несдержанность ему все же не пришлось, потому что она издала сладостный стон и с силой обвила его руками и ногами за мгновение до того, как он исторгнул из себя семя. Хм. Скорее, ее оргазм послужил для него спусковым механизмом.

– Б-боже, как же мне этого не хватало, – опускаясь на крышку унитаза и откидываясь на стену, выдохнула она.

– А уж мне-то как, – приваливаясь плечом к стене, и едва владея дрожащими ногами, просипел он. – Сорок пять суток воздержания, не баран чихнул.

– И с чего ты взял, что у меня меньше?

– Ну-у-у, у меня были некоторые проблемы с обществом, чего не сказать о тебе.

– А-а-а, вон ты о чем. Я не ирианка, а багрийка.

– И?..

– Не знаешь, чем отличается наш менталитет? У нас не приветствуется ирианская развязность, неразборчивость в сексе и партнерах.

– Багрийка на ирианской станции. Вот уж удивила.

– Ничего удивительного. Еще мои родители вынуждены были покинуть родину. Я была третьим ребенком и родилась ирианской подданной. Но получила багрийское воспитание.

– И до сих пор не отринула его?

– А зачем отказываться от того, что считаешь правильным.

Она поднялась со своего своеобразного стула и начала приводить себя в порядок. Он так же натянул белье и наклонился за брюками.

– Я думала, ты навел справки и знаешь, что за два года моего нахождения здесь у меня был только один любовник, который убрался отсюда уже после твоего появления. Видел бы ты, как наши рудокопы начали виться вокруг меня в тщетных попытках затащить в свою койку. Но к тому моменту ты уже был на станции.

– Только не говори про большое и светлое чувство, – хмыкнув, покачал головой он.

– Не дождешься. Просто я не сторонница беспорядочных связей. Решишь, что нам пора расстаться, просто скажи мне об этом. Пока же меня все устраивает, – глядя в зеркало, произнесла она.

– Меня тоже, – обнимая ее со спины и целуя в шею, заверил он.

– Андре-эй, не надо. Сейчас опять заведемся, а там, между прочим, наверняка уже подали обед, – потершись о него щекой, произнесла она.

– Голодная?

– И сейчас хочу есть еще больше.

– Странно, но и я успел проголодаться. Идем?

– Я первая.

Они заговорщицки переглянулись, и Андрей сместился в сторону, укрываясь в углу от посторонних глаз. В очередной раз одарив его лукавым и вместе с тем многообещающим взглядом, она толкнула дверь.

Едва та отворилась, как послышался характерный щелчок энергетического разряда. Кейла вскрикнула и тут же осела на пол. За дверью кто-то чертыхнулся, а в проеме показался неизвестный здоровяк в стандартном комбинезоне рудокопа.

Андрей, не покидая своего угла, рванул из кобуры шокер и нажал на спуск. Под действием магнитных полей пуля-конденсатор вылетела из ствола и ударила мужчину в грудь. Две тонких иглы-электрода выдвинулись вперед, пробили легкую одежду, вошли в плоть и разом слили всю энергию. Да и сама пуля – увесистый привет. Под шкуру не проникнет, но удар получается весомым. Нападающий со стоном завалился на спину…

Глава 23

Похищение

Не показываясь в дверном проеме, Андрей сделал еще три выстрела. Послышался очередной хрип, замешанный на стоне, но как-то далековато. Не иначе как досталось кому-то из посетителей ресторана. Ничего, оклемаются. Получить энергетический заряд, конечно, не сахар, но и не смертельно.

Наверняка на пост СБ уже поступил сигнал тревоги и группа немедленного реагирования несется сюда со всех ног. Рудокопы – беспокойные ребята, и драки на станции случаются часто, так что есть у безопасников опыт. Остается только их дождаться. Но не сидеть же в этом углу до их прибытия?!

Поэтому вслед за выстрелами Андрей выглянул в проем, держа оружие на изготовку. И тут же послышался характерный щелчок шокера. Пули летят с дозвуковой скоростью, поэтому нет хлопков, присущих игольникам. Первая пуля прошла мимо и с глухим стуком впечаталась в стену.

Зато вторая попала в правую ногу, которую тут же прострелило адской болью от удара самого прилетевшего снаряда и энергетического разряда. Как результат, нога перестала слушаться. И ладно бы просто онемела, так нет же, боль никуда не делась.

Андрей успел рассмотреть стрелка во все том же рабочем комбинезоне, каковыми на станции никого не удивить. Он даже успел выстрелить в него, но, к сожалению, промахнулся. А вот нападающий не оплошал. И вновь нестерпимая боль, на этот раз – в правой руке. Шипя и брызжа слюной, Леднев выронил оружие и завалился на бесчувственную Кейлу.

Однако так просто сдаваться он не собирался. Левая рука нащупала ребристую рукоять шокера. Не сказать, что он в равной степени владеет обеими, но все же кое-какой навык имелся. Да и противник в буквальном смысле находится на расстоянии вытянутой руки, так что шансы есть. Опять же, главное – продержаться до прибытия бойцов службы безопасности, а уж эти-то мигом тут наведут порядок.

Тем временем противник и не думал униматься. Сразу две пули попали в тело первого нападающего и в девушку, отчего те вздрогнули. Не от боли, они сейчас без чувств, просто под воздействием прошедшей через них энергии мышцы свело спазмом.

Сипя от боли и роняя тягучую слюну, Леднев навел оружие на противника и нажал на спуск. Раз, другой. Похоже, пули пролетели близко от него, так как он прекратил стрельбу и поспешил укрыться за стулом с широкой спинкой. Андрей хотел достать его в ногу, но эта цель для него оказалась слишком маленькой.

Превозмогая боль, развернулся и попытался завалиться за угол. В магазине осталось только три патрона. Запасной магазин он с собой не брал. Расслабился, дебил! Так что устраивать тут перестрелку не в его интересах.

Первый рудокоп использовал шоковую дубинку, вон она валяется. Но толк от нее есть лишь при непосредственном контакте. Леднев приметил на его поясе кобуру с шокером, но дотянуться до оружия не получится. Близок локоток, да не укусишь. Самое оптимальное – вновь укрыться.

Однако сделать этого он не успел. Его атаковал третий нападающий, до этого находившийся вне поля зрения. Андрей расслышал легкий щелчок выстрела, а затем все тело прострелила адская боль, и через мгновение он провалился в темноту. Его все же достали…

– Как возвращаться? И мы вот так оставим этот денежный мешок?

– А в чем проблема?

– Он же вот-вот придет в себя.

– Предлагаешь снова приласкать его из шокера?

– Как вариант, – настаивал первый.

– Это отключит его только на десять минут. А шприц с транквилизатором потерял один придурок, – зло бросил второй.

– Полегче на поворотах!

Вместе со слухом вернулась и боль. Сволочи. Вот жалко им было вколоть антишок. Всякий уважающий себя владелец шокера в ячейках на кобуре носит пару-тройку шприц-тюбиков с соответствующим препаратом. Он в течение тридцати секунд приводит подстреленного в себя и устраняет всякие болевые ощущения.

Хм, и во рту какая-то пакость. Мало того что челюсть болит, так еще и дышать мешает. Попытался вытолкнуть языком. Не больно-то преуспел. Пошевелил челюстью, тяжко и больно, но первые подвижки появились. Как говорится, если долго мучиться, что-нибудь получится. При наличии времени для этого самого «долго».

Пока боролся с кляпом, успел осмотреться. Небольшое помещение два на два метра освещалось парой диодов персональных искинов. Повсюду – какие-то кабель-каналы. Вдоль стен – щитки, к которым собственно и подходят провода. Похоже, что электрощитовая. Только, если судить по разоренному виду, ею уже давно никто не пользуется. Все это богатство относилось к чему-то, утратившему свое значение, что неудивительно. Боевое прошлое бывшего крейсера, а сегодня – станции осталось далеко позади.

Наконец кляп подался и вывалился изо рта, влажно шмякнувшись на грязный стальной пол. Андрей непроизвольно пошевелил челюстью в попытке избавиться от тянущей боли в скулах.

– О! Пришел в себя, – приметил изменения первый, среднего росточка и такого же сложения.

Второй габаритами побольше и, в отличие от товарища, не лысый, а коротко подстрижен. Только если в ресторане он наблюдал их в стандартных комбинезонах, то сейчас они были одеты в удобную гражданскую одежду в стиле милитари.

– Му… Кгхм. Кхы. Мужики, – прокашлявшись, все же сумел произнести Андрей, – давайте договоримся.

– Ты как ему кляп запихивал? – возмутился второй, не называя имени товарища.

– Да вроде до глотки протолкнул, – растерянно ответил тот.

– До гло-о-отки, – передразнил его второй, подбирая кляп с грязного пола.

– Мужики, послушайте, ну сколько вам выделит ваш босс? Я заплачу больше. Деньги у меня есть, – уворачиваясь от кляпа насколько это возможно, попробовал закинуть удочку Андрей.

– Сомнительно, чтобы ты смог перебить цену господина Ахона. Или у тебя найдутся друзья, готовые выплатить больше?

Ахона? А откуда?.. Ой деби-и-ил. Ведь, прощаясь, Лорато назвал его Ледневым. Еще и эдак многообещающе. Только Андрей тогда воспринял это в совершенно другом ключе и не обратил внимания на то, что главе профсоюза известно его настоящее имя. Получается, поняв, что курочка не желает нести для него золотые яички, Лорато решил взять свое по-другому. Вот же ублюдок!

– А при чем тут награда Ахона? – возразил Андрей, зацепившись за возможность переговоров. Только не молчать. – Сколько вам должно было обломиться? Трое работали в ресторане, минимум один – в коридоре. Даже если это ваш босс, получается четыре части. По два с половиной миллиона. Я плачу шесть на вас двоих. Соглашение под протокол прямо сейчас.

– Под протокол. На фронтире. Да еще и при отсутствии у тебя персонального искина. Ну т-ты шутник, – хмыкнул второй.

– Тогда переходим на мой корабль и отправляемся на станцию обмена. Как только позволите, я отправлю сообщение моим друзьям, и они прибудут с деньгами на Тронку.

– Складно поет, – ухмыльнувшись, заметил первый.

– Ага. Прям заслушаться можно. Да только видишь ли, парень, мы столько дерьма съели вместе, что кидать друг дружку нам смысла нет.

– Ладно. Тогда везите меня на Тронку вместе с вашим боссом. Туда доставят одиннадцать миллионов, – и не думал сдаваться Андрей.

Таких денег у него не имелось, и взять их было неоткуда. Сомнительно, чтобы Кэтти согласилась ему помочь. В принципе, у нее есть возможность раздобыть такую сумму – ее выигрыш плюс кредит. Но не станет она ради Андрея этого делать. Остается постараться выиграть время и, пока суд да дело, изыскать возможность освободиться.

– Одиннадцать – это лучше, чем десять. Мы передадим боссу и подумаем. А сейчас распахни пасть пошире, – распорядился второй.

Ну а что делать. Распахнул рот и позволил затолкать в него грязную тряпку. Только на этот раз кляп еще и зафиксировали повязкой, чтобы особо мудрые не могли его выплюнуть. Убедившись, что все в порядке, похитители пожелали ему не скучать и вышли из помещения, прикрыв за собой стальную дверь. В кромешной тьме глухо и басовито клацнул замок. Словно могильную плиту опустили.

Как же хорошо, что он не страдает клаустрофобией и за время нахождения на Океании успел избавиться от многих своих страхов! Попади он в подобную ситуацию на Земле – и наверняка уже бился бы в панике. А тут – ничего так, думает в конструктивном ключе.

Итак, проблемы лучше решать по очереди, а не горевать над всеми разом. Для начала не мешало бы освободиться. О том, чтобы избавиться от кляпа, нечего и мечтать. Теперь это нереально. С путами, скорее, всего тоже без вариантов. Наверняка композитные хомуты, их без ножа не порвешь.

Хорошо хоть его не стали подвешивать. Просто завели руки за композитную трубу кабель-канала и закрепили в таком положении. Ноги также прихвачены. Скорее всего, похитителям пришлось скреплять два, а то и три хомута, чтобы получить нужную длину. Правда, надежность пут от этого не пострадает.

Ну и пусть их. Главное – выяснить, насколько серьезно его обыскали. Имелся у него козырь. В общем-то и не козырь, а так, одна маленькая блажь.

Помнится, читал он одну фантастическую серию, сейчас даже названия не вспомнит. Так вот, был там герой, который имел нож с толщиной лезвия в одну молекулу и невероятной прочности. Носил он его в ножнах на плече, устроенных прямо в коже. Ну и детские рассказы об очень даже реальных рецидивистах, которые хранили лезвие на нёбе…

В детстве он смастерил себе нож из упругой полоски стали и носил его в поясе брюк. Не на ремне, а именно в поясе. Когда Андрея пару раз прихватывали с ребятами в милицию, всякий раз нож оставался при нем. Правда, воспользоваться им он и не думал. Мало того, оба раза потел и боялся, как бы не обнаружили и чего не припаяли. С возрастом Андрей стал более рассудительным и трусливым, а потому от этой блажи отказался. Но, оказавшись в роли дичи, вспомнил об этом давнем фокусе.

Так вот, в поясе брюк сейчас должен был находился вполне себе реальный нож с десятисантиметровым лезвием. Вот только прощупать его никак не получалось. И Андрей очень надеялся, что не только у него.

Кое-как извернувшись, он сумел дотянуться до ременной петли, за которой имелся разрез в поясе, куда был вставлен нож. Хорошо хоть сам ремень с него сняли. Неудобства страшные, и останься он на месте, сомнительно, что получилось бы дотянуться до тайника. Указательный палец наконец нащупал разрез и юркнул внутрь. Уперся во что-то твердое.

Ну слава богу! На месте. Стараясь не протолкнуть клинок дальше, оттянул ткань пояса и сунул палец глубже. Подушечка нащупала круглое отверстие на навершии рукояти. Подцепив нож, он потянул его наружу, вогнав фалангу пальца до сгиба. Так, чтобы с гарантией не уронить.

Взрезать композит было уже гораздо проще. Сначала на руках. Не простые рудокопы. Знают меру, до которой стоит затягивать путы. С одной стороны, надежно удерживают, с другой – не перекрывают ток крови. Поэтому никакого особенного дискомфорта он не ощутил. Освободил ноги и наконец обрел способность двигаться. Снял с лица повязку и избавился от кляпа. Боже, какое блаженство!

На этом хорошие новости закончились. Кромешная тьма. Ни единой искорки. Передвигаться получается только на ощупь. Примерно представляя себе, где находится дверь, Андрей сместился в ее сторону. На ощупь прикинул, куда она открывается, и занял позицию с другой стороны. Все. Пока он больше ничего сделать не может. Остается только ждать.

Н-да. Проще сказать. Час. Два. Три. Андрей, признаться, даже примерно не представлял, сколько прошло времени. Поначалу еще пытался отсчитывать секунды, а потом пульс. Но сбился на мысли о том, как быть дальше, чтобы наконец оставить охотников за наградой с носом. И так увлекся, что счет времени как-то сам собой потерялся. Хорошо хоть ощущение опасности никуда не делось и в сон не провалился.

Когда услышал за дверью какую-то возню, даже не сразу сообразил, что ситуация изменилась, но быстро собрался. Вдел средний палец в кольцо рукояти. Нож теперь торчал из кулака эдаким шипом. Повел шеей, похрустывая позвонками. Глубоко вздохнул, накачивая себя адреналином.

Лязгнул замок. Дверь отворилась. Появилась полоска света от аварийного освещения коридора. Вроде и неярко, и не в лицо, а глаза тут же заболели и поплыли круги всех цветов радуги. Да еще и слезы внесли свою лепту, затягивая взор мутной пеленой. Пару раз сморгнул. Ну же!

Наконец в дверном проеме появился мужчина. Несмотря на метаморфозы со зрением, Андрей признал второго похитителя. Перед взором отчего-то явственно предстала картина того, как он, Леднев, вылизывает ботинки Ахона. И тут же его обуяла такая злость, что в горле заклокотал звериный рык.

Андрей схватил вошедшего левой рукой за шиворот и без замаха сунул нож в живот похитителя. Тот сначала вскрикнул от неожиданности, а потом огласил отсек криком, полным боли. Он продолжал кричать все то время, пока Андрей трижды вгонял в его тело отточенную сталь, и подвывал дальше, прижимая руки к ранам. А вот о сопротивлении даже не помышлял, повиснув на Андрее.

Первый, который сейчас находился в коридоре, выхватил шокер и выстрелил. Леднев успел прикрыться раненым, и заряд пришелся тому в спину, заставив его выгнуться дугой и, затихнув, упасть на пол. Андрей присел вместе с ним, выхватывая из его кобуры шокер. Нож продолжал торчать как шип, но держать оружие не мешал.

Следующий выстрел похитителя прошел мимо. Тяжелая пуля-конденсатор звонко клацнула по дверце одного из щитков. Андрей выстрелил в слабо различимый силуэт. Света в коридоре немного, только слабое дежурное освещение, едва обеспечивающее полутьму. Но Леднева и эта малость слепила.

Однако это не помешало ему попасть в цель. Похититель с глухим стоном скрутился в рогалик и упал на пол, где и затих. Андрей сделал этот вывод на основе мутной картинки и легко различимых звуков.

Он уже было расслабился, но в этот момент послышались характерный щелчок выстрела, свист пули и глухой удар о металл. Получается, с этой парочкой пришел и третий, которого он пока так и не рассмотрел. Укрывшись за истекающим кровью раненым, Андрей выстрелил в сторону противника, не надеясь попасть. Раздался отдаленный глухой удар пули.

Ответных выстрелов нет. Зрение быстро восстанавливается. Руки ощупали пояс бесчувственного тела. Есть. Запасной магазин. Рассмотрел получше. Десятизарядный. Негусто, но грех жаловаться. Правда, ситуация так себе. Он все еще в ловушке. Выход отсюда – только вперед, но там засел как минимум один противник. А возможно, и больше. Кто знает, сколько бойцов в силовой поддержке профсоюза?

– Слушай, парень, не усложняй ситуацию. Тебе не вырваться. Так или иначе, мы тебя возьмем. Давай лучше по-хорошему, пока дело не приняло дурной оборот. Ребята говорили, что ты можешь выкупиться за одиннадцать миллионов. Тарух, скорее всего, не жилец, но, я так думаю, его еще можно воскресить. Тебе это обойдется еще в две сотни тысяч кредитов.

– А если погибнет?

– Тогда сумма увеличится на полмиллиона. Но это всяко лучше, чем оказаться в руках Ахона. Смотри на вещи реально, парень. Ты проиграл. Так бывает. Просто сделай правильные выводы и шагай по жизни дальше. Выбрасывай шокер и выходи с раскрытыми ладонями. Ну же, парень, не дури.

– Знаешь, а я побарахтаюсь еще малость. Не привык как-то по первому чиху задирать лапки.

– Зря ты так, парень. Ведь до места обмена можно добраться в комфорте, а можно и с переломанными костями. Тебя потом, конечно, восстановят, и все обойдется без последствий. Но до того будет больно. Очень больно.

– Не пугай. Я пуганый. Попробуй для начала меня взять.

– Неужели ты думаешь, что я вот так запросто откажусь от куша в десять миллионов? Э-э-э нет, парень. От своего я никогда не откажусь.

Хм. Факт. Не откажется. К гадалке не ходи, ему доводилось рисковать и за куда меньшее, так что Андрея он не выпустит. Но и Леднев просто так сдаваться не намерен. Даром, что ли, получил десантную подготовку. И вообще, изменился он или как был видимостью мужчины, так им и остался? От этой мысли челюсти непроизвольно сжались, и Андрей явственно услышал скрежет зубов.

Глава 24

Снова-здорово

Андрей так и не успел принять решение, как ему поступить. За углом вдруг послышались шаги, какие-то голоса, характерные щелчки выстрелов, болезненные крики. Хм. А шаги весомые и знакомые. За углом кто-то явно расхаживает в бронескафандре. Даже первому поколению шокер не сделает ровным счетом ничего. Да что там, он бесполезен даже против плотной одежды. К примеру, той же зимней куртки.

– Господин Тарк, только не нужно глупостей, – послышался знакомый голос Лорато, усиленный громкоговорителем.

Сам пожаловал за своим трофеем. Хм. А что это там тогда за возня была? Андрей вновь сжал кулак с тускло сверкнувшим лезвием, прикидывая, хватит ли у него решимости вогнать сталь себе в висок. Н-да. По всему выходило, что нет. Человек, пока живет, надеется. И Леднев еще не уверился в том, что исчерпал все возможности.

Быстренько оттер лезвие и спрятал нож в тайник. На ремне раненого или уже убитого приметил нож и, вынув его, измазал в крови. Сомнительно, что кто-то станет проводить экспертизу. Все и так очевидно. Раненого же нужно как можно быстрее поместить хотя бы в криокапсулу.

– Ничуть не сомневался, что увижу здесь именно вас, – выкрикнул в ответ Андрей.

– Ну а как же я мог не отреагировать на подобные безобразия? Оружие на пол, и выходите с раскрытыми ладонями.

Андрей выполнил распоряжение. В скудном свете коридора, метрах в двадцати, он рассмотрел очертания бойца в бронескафандре. Какого поколения, непонятно, но то, что это военный образец, никаких сомнений.

– Тарк, с тобой все в порядке? – выбежал вперед женский силуэт, окликающий его голосом Кейлы.

А эти-то игры к чему? Неужели и она?.. Как-то все мудрено и заковыристо. У председателя тяга к сложным многоходовкам? Причем настолько сильная, что он довел тут все до полного абсурда.

– На тебе кровь, – воскликнула она, приблизившись, и тут же начала его осматривать.

– Это не моя. Его, – кивнув на раненого, пояснил он. – А ты как здесь?

– Господин Лорато сказал, что безопасники профсоюза идут вытаскивать тебя, и я уговорила его взять меня с собой.

– Н-да. Стою на асфальте, в лыжи обутый, то ли лыжи не едут, то ли я… Хм… Далее по тексту.

– Что? – не поняла девушка слов, произнесенных на языке родных осин.

– Да так. Поговорка с моей планеты. Если коротко, то я ничего не понимаю.

– А что тут непонятного, господин Тарк? Всего лишь торжество справедливости. В нашем понимании, разумеется, – произнес приблизившийся Лорато.

Надо заметить, что сопровождали председателя сразу двое бойцов, облаченных в бронескафандры. Еще несколько, одетых в обычные комбинезоны, бросились к похитителю, лежащему без чувств в коридоре, и к раненому в трансформаторной.

– Вообще-то я думал, что это ваших рук дело.

– Серьезно? Вы считали меня настолько тупым и недальновидным?

– Эмм…

– Если вы не в курсе, то большая часть рудокопов имеет те или иные проблемы с законом. За поимку минимум четверти из них назначена награда. Вы действительно полагаете, что охота за головами – хорошая политика для председателя профсоюза вольных рудокопов?

– Ну-у-у, десять миллионов… – неуверенно протянул было Андрей.

– Всего лишь очередная награда в ряду других, – покачав головой, перебил его Лорато. – Никогда не задумывались, отчего охотники не захаживают на Рухту?

– Признаться, я об этом даже и не знал. А эти?

– Наемники. Сейчас пробавляются каперством. Причем мы их знаем уже давно. Но с ними еще разберемся.

– Хм. Когда вы назвали мою настоящую фамилию, я решил, что…

– И были совершенно не правы, – вновь перебил Леднева профсоюзный деятель. – Я видел, что вы уперлись и не согласитесь покинуть станцию. Поэтому дал вам понять, что знаю, кто вы есть на самом деле. Хорошая возможность сохранить лицо обеим сторонам. Что бы вы там себе ни решили, но, обдумав ситуацию, непременно сменили бы станцию приписки.

– Понятно. Пожалуй, я воспользуюсь этой возможностью.

– Это было бы самым благоразумным с вашей стороны.

– Спасибо.

– Спасибо? – вздернул бровь Лорато. – Вы не член профсоюза, а мы не благотворительная организация.

– То есть?

– Это услуга платная. С вас полмиллиона кредитов, господин Тарк.

– Ого! А вы не мелочитесь.

– Считаете, что ваша жизнь того не стоит?

– Отчего же, я так не считаю.

– И в чем проблема?

– Никаких проблем. А как к этому отнесутся члены профсоюза? Вроде и помогаете и в то же время обираете.

– Господин Тарк, вы даже не представляете, насколько люди не любят тех, кто оказался успешнее их. И им совершенно без разницы, как такое стало возможным.

– Понятно. Вы получите свою плату, господин Лорато.

– Я знал, что мы поймем друг друга, – удовлетворенно кивнув, закончил председатель.

Еще бы ему не знать. Можно подумать, у Андрея есть выбор. Возражать он пытался сугубо по привычке – все же расставаться с двухмесячным заработком желания никакого нет.

Глянул на Кейлу. Стоит рядом, вцепившись в руку с таким видом, словно готова драться бок о бок и в то же время опасаясь, что потеряет, если отпустит. Во всяком случае, у него сложилось именно такое впечатление. Вот интересно, ему с ней повезло или это очередной проходной персонаж в его жизни? А еще не менее любопытно, с чего бы это у него вообще возникла такая мысль. Ладно, все потом.

– Господин Лорато, а что будет с ними?

– Как что? Заплатят штраф за свои безобразия и оказание медицинской помощи их товарищу, после чего выпроводим их восвояси.

– И все?

– А чего вы ожидали? – удивленно вздернул бровь профсоюзный лидер.

– Мне будет позволено их допросить? Хотелось бы знать, как они вышли на мой след.

– За отдельную плату я предоставлю вам исчерпывающую информацию.

– Но самому их допросить не дадите, – скорее констатируя очевидное, чем спрашивая, произнес Андрей.

– Разумеется не дам.

– И сколько?

– Я знаю, что ваши сбережения составляют чуть больше восьмисот тысяч. Добавьте еще три сотни к пятистам и получите исчерпывающую информацию. Ну же. Ведь для вас это жизненно необходимо.

– Я подумаю.

– Только думайте быстрее, потому что отбыть со станции вам лучше в самое ближайшее время. Ваш искин, – протягивая гаджет, произнес Лорато.

– Куда переводить деньги?

– На счет профсоюза, куда же еще? Реквизиты в свободном доступе. У меня от членов профсоюза никаких секретов.

– Понял. Еще раз спасибо за помощь.

– Какие планы, беглец? – поинтересовалась Кейла, когда они наконец остались одни.

– А какие планы? Убираться отсюда подобру-поздорову, пока ветер без камней, – пожав плечами, ответил Андрей, двигаясь по какому-то полутемному техническому коридору.

– Пока что?

– Не заморачивайся. Это поговорка с моей планеты, – отмахнулся он.

– У вас там постоянные бури с камнями?

– Нет. Это всего лишь аллегория.

– Что-то ты сегодня прямо сыплешь поговорками с твоей планеты.

– Такой уж день, – признавая, развел руками Леднев.

Они подошли к техническому лифту и нажали кнопку вызова. Створки разошлись сразу. Похоже, именно на нем и прибыла группа поддержки, и, надо заметить, весьма высокооплачиваемая.

– Пока ветер без камней, – смакуя выражение, произнесла Кейла, входя в лифт. – А ничего так. Звучит. Ну да не суть. Ты как, все еще ищешь компаньона?

– Помощника, – поправил он, нажимая кнопку третьего яруса.

– Ну, искал помощника, а нашел компаньона. Скажем, шестьдесят на сорок.

– Надеюсь, шестьдесят ты оставила мне? – хмыкнув заметил он.

– Разумеется. Мое нахальство не распространяется так далеко.

– И на том спасибо. Только отчего я должен принимать подобное предложение? Ты только не подумай, я конечно же рад как твоей компании в целом, так и тебе как помощнице в частности. Опять же, ты дипломированный пилот и имеешь целый ряд весьма полезных специальностей. Но у меня привычка – никогда не путать личные и деловые отношения.

– Компаньон. Только компаньон, Тарк. Или правильно Андрей? Андрей, – повторила она, – мне нравится.

– Лучше Тарк, пока я не обзаведусь новыми документами.

– Хорошо. Буду называть тебя Андреем, только когда мы одни.

– Так уверена, что я приму твое предложение?

– Разумеется. И тому несколько причин.

– Интересно, – выходя из лифта и подставляя ей руку, произнес он.

Заодно, воспользовавшись ярким освещением коридора осмотрел себя. Лучше бы для начала заглянуть на корабль и переодеться. Как-то неправильно расхаживать по станции в окровавленной одежде. Андрей вновь вызвал лифт, чтобы спуститься уровнем ниже, к причальным терминалам.

Кейла и не подумала его отпускать, двинувшись следом и продолжая озвучивать свое мнение:

– Во-первых, с моей помощью твоя автономность возрастет. Ну, ты понимаешь, – потершись щекой о его плечо, с хитринкой промурлыкала она.

– Кейла, давай без домогательств. Мне сейчас слегка не до того.

– Фи на тебя. Словом, скучно нам не будет, это раз. Из этого вытекает второе. Нам достаточно выйти к станции, пополнить запасы топлива и вновь возвращаться пилить твой астероид.

– Пока все звучит логично. И в этом случае производительность несколько увеличится.

– Но есть еще и в-третьих. Можно будет реализовывать халиуму не на фронтире, а во Внутренних системах. Даже с учетом дальнего перелета твой обычный доход возрастет тысяч на сорок – пятьдесят. Если же купить перерабатывающий комплекс с производительностью хотя бы в полтора куба в час, то прибыль можно увеличить примерно вдвое.

– Как все расписала.

– В чем я не права?

– Ну хотя бы в том, что мне лучше не появляться лишний раз во Внутренних системах. Или ты думаешь, я считать не умею?

– Считать ты, может, и умеешь, а думать – нет. Все, что я озвучила до этого, и впрямь тянет только на помощника. Я же хочу быть компаньоном.

– И?

Они добрались до его корабля, и он прошел на борт, делая ей приглашающий жест. Без тени смущения прямо в коридоре избавился от одежды, сбросил ее в угол. Потом прошел в комнату, достал из шкафа свежую смену и начал одеваться.

– Нужно будет поменять койку. Двуспальная сюда, пожалуй, не встанет, но полуторка вполне поместится, – заметила она, заглядывая в каюту.

– Не тесно будет? Я вообще-то планировал использовать второй ярус.

– Тесновато, конечно, не без того. Но лучше уж так. А платяные шкафы можно вынести во вторую каюту. Там всего-то кресло стоит. Нормально будет. А вот спортивный уголок трогать не стоит. Я бы еще чего-нибудь добавила, но места тут совсем нет.

– Ничего не поделаешь, – заправляя рубашку, согласился он. – Так что там насчет компаньона?

– Я чиста перед законом и никому не наступала на хвост. На фронтир отправилась в погоне за острыми ощущениями.

– Не думал, что профессия рудокопа изобилует острыми ощущениями.

– Нет, конечно, но ее получить проще всего. Она позволяет зарабатывать и продолжать обучение. А на фронтире легче и быстрее получить различные специальности.

– Но я-то не собираюсь бросать профессию рудокопа. Во всяком случае, в ближайшее время. Так что скука тебе гарантирована.

– Я тебя умоляю, Андрей. Неужели ты сам веришь в то, что тебя оставят в покое?

– В это я не верю, но собираюсь хорошенько спрятаться и не отсвечивать.

– Ну так и меня это пока устраивает.

– Итак, если я правильно понимаю, ты предлагаешь зарегистрировать корабль на тебя и производить сделки от твоего имени, – меняя тему разговора и показывая на выход, предположил он.

– Правильно понимаешь, – проходя по короткому коридору, подтвердила она.

– А ведь тебе не составит труда сдать меня господину Ахону. Женщине обезвредить мужика – проще простого, – закрывая за собой переходной шлюз, заметил он.

– Я сделаю вид, что ты этого не говорил, – вновь подхватывая его под руку, произнесла она.

– Но я это сказал.

– Моя семья, конечно, эмигранты, но не нищие. У отца хорошая верфь в системе Унтиха, обслуживающая суда до класса легких крейсеров, и достаточно заказов. А еще он является владельцем двух пассажирских лайнеров. И, насколько мне известно, сейчас уже достраивается третий.

– То есть деньги тебя не интересуют.

– Не настолько, чтобы пытаться заработать на твоей шкуре, дорогой. Поэтому твои предположения мне совсем не понравились.

– Ну извини. Десять миллионов – солидная цена.

– Не для меня, – отрезала она.

– Уела, – хмыкнув, ответил он.

– Куда направляемся?

– В банк конечно же. Нужно забрать свое и перевести полагающееся Лорато.

– Только не вздумай платить ему еще и за возможность допросить наемников.

– Ты что-то знаешь?

– Тебя обнаружили по двум признакам. Первый – нестандартные обводы корабля. Тебя выдает катер. Второй – у наемников была спектральная карта твоих двигателей. Уж не знаю, как они ее раздобыли. Для начала они забросили в сеть удочку на небольшой грузовик с пристыкованным катером. Надеюсь, ты согласишься, что таких немного. Потом сопоставили карту.

– Н-да. Откуда у них эти сведения, я, кажется, догадываюсь. Ноги растут с Клайпа. Я там оборудовал «Ослика», и на мой след вышла парочка частных детективов.

– Теперь предлагаю сделать это на верфи моего отца. Тайну гарантирую.

– Брачный контракт – тоже? – с подозрением посмотрев на нее, поинтересовался он.

– Разумеется нет. И вообще, расслабься. Семья у нас большая и дружная, тем не менее родители не препятствуют нам искать свой путь. Хотя я бы тебе не советовала наступать кому-то из нас на ногу. Спрос будет строгим.

– Понятно.

– Кстати, дам совет. Отсюда отправляйся прямиком к своему астероиду и оставь катер там. На его место лучше прикрепить топливный танк. Дополнительный прыжок или увеличившаяся автономность – на выбор. Плюс изменение обводов, замена или модернизация двигателей – и все. Потеряется твой «Ослик».

– Я не пойму, тебе нравятся острые ощущения? Или любишь прятаться?

– Во-первых, игра в прятки сама по себе вырабатывает адреналин. А во-вторых, тебя все одно отыщут. Но случится это не сразу, и будет их на твою тощую задницу не толпа, а единицы. Уверена, что информацию о тебе эти детективы продали далеко не одной команде. Вешать же себе на хвост всех – это уже на идиотизм походит.

– В таком случае нам придется выбираться отсюда порознь. Ты отправляешься прямиком к отцу, а я воспользуюсь твоим советом и сделаю крюк, чтобы оставить катер, только прибуду лишь через месяц. Лучше будет, если нас не заметят вместе.

– Игра началась?

– Ну-у-у, типа того.

– Тогда давай в банк, а потом в гостиницу. Номер же все еще за тобой.

– Эмм…

– Брось. Прощальная встреча. Это нормально. И управимся быстро.

– Уверена? – с сомнением поинтересовался он.

– Нет, конечно, – задорно ответила она.

В банке все прошло без задержек. На этот раз в хранилище никого не было, и Андрей прошел прямиком туда. Ну и к прелестям девушки-оператора сейчас он оказался почти равнодушным. Хотя полностью проигнорировать такую красотку все же невозможно.

Извлек свой терминал, перегнал с него на свой счет пятьсот тысяч и тут же перевел деньги Лорато. Все. С этим деятелем он в расчете. Остается вопрос с новой компаньонкой. Доверяет ли он ей? Причин для сомнений более чем достаточно, вагон и маленькая тележка. Но как-то не хотелось думать о том, что и она способна предать.

Нет, Кейла пока еще не стала для него серьезным увлечением. Может быть, потом, но точно не сейчас. Скорее всего, причина в том, что в своей новой жизни ему как-то пока не приходилось ошибаться в женщинах. Его предавали, на него давили, но ни разу это не исходило от девушек. Все они оставались с ним честными до конца. Как, впрочем, и он с ними.

В любом случае у него еще будет время. Полет займет много времени, чтобы все обдумать, взвесить и принять решение. Пока же… Он вышел из хранилища и, встретившись взглядом с подругой, невольно улыбнулся. Мысленно он уже был в гостиничном номере.

– Как насчет того, чтобы все же опробовать твою каюту? – едва покинув банк, предложила она.

– Ты говорила о гостинице. И кровать там побольше.

– Тебе не понравилось в туалете? – вздернула бровь Кейла.

– Как мне могло такое не понравиться.

– А сейчас хочу в тесноте корабля. Да и безопасней там. Мало ли кто еще захочет по-быстрому срубить деньжат.

– Согласен.

– Кстати, пока идем, вышли мне контракт, – ни с того ни с сего попросила Кейла.

– Думаешь, решать вопросы вот так, походя – это правильно? – удивился Андрей.

– Что именно тебя смущает? Высылай обычный стандартный договор, только укажи проценты от прибыли. Или у тебя имеются дополнительные условия?

– Пока нет.

– Ну так в чем проблема?

– А ты куда-то спешишь?

– Я спешу не меньше твоего. Кое-кто собрался убраться отсюда в самое ближайшее время. Мне придется выдвигаться вслед за ним, порвав с Рухтой. Не находишь, что мне нужны кое-какие гарантии.

– Ладно, – входя в лифт, согласился он.

Открыл на экране искина нужную вкладку. Немного манипуляций под бдительным контролем девушки, заглядывавшей ему через плечо, ее одобрительный кивок и отправка документа на почту. Она тут же завизировала контракт и переслала обратно.

– Ослик, привет. Позволь представиться, я компаньонка Тарка со всеми вытекающими правами, обязанностями и ответственностью, – возвестила она, едва появившись на борту корабля.

– Мне нужно подтверждение, – тут же отозвался искин.

– Кейла, ты уверена, что мы здесь за этим? – закрывая переходной шлюз, хмыкнул Андрей.

– Не будь букой, подтверди этому зануде, что я не вру.

– Господи, оно тебе нужно? Ослик, Кейла и впрямь мой полноправный компаньон. Лови контракт.

– Принял. Добро пожаловать на борт, госпожа Кейла.

В этот момент прошедший вперед Андрей почувствовал легкий укол под лопатку. Голову прострелила тревожная мысль. Леднев дернулся, но ноги вдруг подломились, и он, согнувшись, упал вдоль короткого коридора. Хотел подняться, упершись руками в пол, но те отказывались ему подчиняться. Да что там, он даже произнести ничего не сумел, только промычал нечто неопределенное.

– Тихо, милый. Тихо. Все будет хорошо. Спи, – это последнее, что он услышал, прежде чем провалиться в приятную истому.

Глава 25

Компаньонка

Андрей открыл глаза и… потянувшись, зевнул, как выспавшийся человек. Разве только руки уперлись в стену, не позволившую выпрямить их во всю длину. Пришлось сгибать их в локтях. Но какая разница, если он выспался от души. Хм. Судя по ломоте в спине и боках, он изрядно так перестарался.

И тут он вспомнил все! Его предали и в очередной раз похитили! Кейла втерлась к нему в доверие и благодаря статусу компаньонки получила доступ к управлению кораблем.

Леднев рывком сел на кровати и осмотрелся. Это однозначно его каюта на «Ослике». Дверь закрыта. Слышится мерный и глухой гул реактора и утробное ворчание перерабатывающего комплекса. А вот двигатели молчат. Корабль находится в дрейфе. Значит, они еще не добрались до места.

Но зачем она запустила переработку руды? Решила помимо десяти миллионов поднять еще немного и на золоте? Настолько обуяла жадность? Вообще-то ни подлости, ни жадности он за ней раньше не наблюдал. В смысле, они никак не вязались с ее обликом. Ну вот совершенно. Впрочем… Золотая лихорадка ломала сильных людей, нашептывая им параноидальные мысли и сводя с ума. Только это не укладывалось у него в голове, и все тут.

Поднялся с койки и прошел к двери. Толкнул ее, и она легко скользнула в сторону, освобождая проход. Короткий коридор. Однозначно это его «Ослик». Прошел в ходовую рубку.

– Добрый день, Тарк. Все системы корабля исправны, запас топлива – две трети от стандартной загрузки. Кейла в настоящий момент на катере, занимается добычей руды. Она просила сообщить ей, как только ты проснешься, – ожил искин, едва Андрей ступил в ходовую рубку.

– Погоди ей сообщать.

– Я уже это сделал, и она вызывает тебя.

– Пока не связывай.

– Хорошо.

– Что с системами вооружения? – сразу же перешел он к насущному.

– Все полностью исправно и готово к использованию. Боекомплект полный.

– Ясно. А где мы находимся? – уже догадываясь об ответе, поинтересовался Андрей.

– Система Тихата, у приводного маяка астероида номер…

– Все, остановись, – оборвал он словоохотливый искин, – соедини меня с Кейлой.

– Выполняю.

– Здравствуй, милый. – Голос девушки прозвучал одновременно с появившимся голографическим изображением на визоре.

Как и говорил Ослик, она находилась в кабине катера, при этом не пренебрегала легким скафандром. Оно и правильно. Слишком уж невелик кораблик, и, случись какая оказия, может выйти нехорошо. Буровые корабли – это дело такое, вокруг них все время летают разные каменюки. Одно дело – когда ты на фрегате, имеющем помимо более толстой шкуры еще и силовое поле, и совсем другое – эта скорлупка.

– Объяснишь? – едва сдерживая злость, поинтересовался он.

– Ну сам посуди, как еще я могла тебе доказать, что мне можно полностью доверять и пускать меня за спину. Сомневаюсь, что человек, за которым идет охота, будет просто так верить словам. Вот я тебя и усыпила. Багрийская традиция – кольца с ядами. Правда, я предпочитаю быстродействующий транквилизатор. Я продержала тебя на них четыре дня. Теперь, надеюсь, ты понимаешь, что при желании я могла доставить тебя прямиком к господину Ахону.

– Понимаю. Но не сказал бы, что одобряю твои методы.

– Поэтому я и запланировала твое пробуждение на момент, когда буду вне корабля, чтобы обойтись без семейных сцен.

– Я слышал, что у багрийцев глава семейства едва ли не господин для жены и детей.

– Только пока дети не покинули семейный очаг. С женой – до смерти или развода, что у нас случается крайне редко.

– Но я тебе не муж.

– И что? Ты теперь и не мужчина? Есть у вас привычка сначала делать, а потом думать. Вот я и решила предоставить тебе время все осмыслить.

– Признаю, демонстрация твоей лояльности была жесткой, но убедительной.

– Ты на меня не сердишься?

– Сержусь. Но выяснять отношения не собираюсь. Здесь-то мы как оказались?

– Забыл? Ты завизировал со мной контракт как с компаньонкой. Так что у меня все права доступа к «Ослику». Я просто прилетела сюда, вот и все.

– И зачем?

– Отец меня конечно же любит и готов помочь, но при условии, если я вернусь в семью. Ну а я свой выбор сделала.

– Короче, мне понадобятся деньги, чтобы оплатить услуги твоего отца.

– Именно. И еще – на покупку нового перерабатывающего комплекса. Но, как по мне, заработок нужных средств – это лишняя трата времени.

– Есть предложение?

– Пересматриваем условия пятьдесят на пятьдесят, после чего я беру кредит на покупку комплекса и переоборудование «Ослика».

– Звучит убедительно. Лети сюда, закрепим договор.

– Ты это о чем?

– О том, на чем ты нас так коварно прервала.

– Ух ты! Звучит многообещающе, – хихикнув, заметила она. – Сама жажду примирения, но придется подождать еще четыре часа. Нужно заполнить бункер.

– Неслабо ты отвела времени на то, чтобы я остыл.

– В этом сложностей я не предвидела, но рассчитать пробуждение с большой точностью не получится. Индивидуальные особенности организма.

– Понятно. Тогда я пока займу себя чем-нибудь. Конец связи.

Злился ли он на нее? Самую малость. Впрочем, еще меньше. Ну вот так она все обставила. Готов ли он после этого верить ей? В том, что касается Ахона, – целиком и полностью. В остальном покажет время. Невозможно всю жизнь прожить в одиночку, никому не доверяя.

Придя к этому выводу, он вдруг понял, что зверски проголодался. Ну и правильно. Война войной, а обед по расписанию. Н-да. Не успел он как-то отвыкнуть от яств корабельного пищеблока, а у него с разнообразием не очень. В смысле, оно конечно же есть, но блюда стандартные, да и выбор невелик.

Пообедав, решил немного позаниматься на тренажерах. Никогда особо спортом не увлекался. Было дело, пытался в нежном возрасте, когда стремился не отставать от сверстников. Но потом жизнь все расставила по своим местам, и спорт Андрей забросил, так и не успев нормально начать им заниматься.

Здесь же в спорте появилась буквально физическая потребность. Возможно, причина в ограниченном пространстве. Организм требовал хоть какой-то подвижности. К тому же на фоне успехов в рукопашном бое и проявившихся новых гранях характера появилась уверенность в себе и, как следствие, желание развиваться.

Отработав на тренажере, решил устроиться в вирткресле. Однако когда сунул нос в каюту, где оно располагалось, предпочел отложить это дело до лучших времен. Там все было заставлено вещами Кейлы. Не то чтобы вовсе не развернуться, но он все же предпочел ничего не перемещать без ее ведома.

Выйдя из каюты, заглянул во встроенный шкаф, предназначенный для скафандров. Кораблик рассчитан на двоих, и эта ниша изменений не претерпела. Хм. А ничего так девочка, не экономит на безопасности. Бронескафандр третьего поколения – это серьезно. И уж тем более – вкупе со штурмовым игольником четвертого.

Закончив с осмотром, расположился в каюте за столиком, чтобы узнать новости. Оба искина имели команду на сбор новостей при прыжках. Так что они относительно свежие. Приходилось держать руку на пульсе. Идет война, обстановка меняется, и лучше бы ее учитывать в своих странствиях. Случись что, так ведь он и сбежать не сможет, уж больно неповоротлив его «Ослик».

Итак, багрийские и ирианские адмиралы все же сошлись в крупном сражении. Похоже, их армады разрослись до такой степени, что уклониться от столкновения таким огромным массам уже не получалось. В принципе, все ожидали этого события. Оставался открытым вопрос о сроках. И вот это свершилось.

Сеть хороша своей глобальностью, а потому можно увидеть точку зрения обеих сторон. И каждая из них утверждала о достижении стратегического успеха и перелома в войне. Единственное, в чем они сходились, так это в серьезных потерях с обеих сторон.

Как результат, появилась еще одна система, ставшая кладбищем кораблей. И на этот раз она находилась в секторе сферы влияния багрийцев. Разумеется, для мусорщиков это не имело никакого значения, этих ребят всегда отличал самый настоящий интернационализм.

Сомнительно, чтобы мусорщики сейчас скопом набросились на эти останки, но одиночки-авантюристы найдутся однозначно. Причем они будут стараться подобраться к самым лакомым кусочкам и, как следствие, понесут серьезные потери. Многие боевые системы, хотя и ограниченно, но все еще функционируют, как и средства непосредственной обороны. Дроны не выработали ресурс и все еще находятся на боевом дежурстве. Словом, хватает опасностей.

Вот уж чем он не планирует заниматься, так это разорять погибшие корабли. К сорока с лишним годам он, конечно, наконец обзавелся характером, но трезвый рассудок и взгляд на жизнь так и остались при нем.

Вскоре послышались характерные звуки стыковки, а следом заработал шнек, перемещающий руду из бункера катера в корабельный. Наконец дверь в торце коридора, ведущая в переоборудованный грузовой отсек, отворилась и в ней появилась Кейла.

Девушка была облачена в легкий скафандр, который, подобно комбинезону, подчеркивал ее стройную фигуру. В меру широкие бедра, тонкая талия, перехваченная ремнем, высокая грудь. Шлем в руке, поэтому виден ее правильный овал лица в обрамлении темных волос по плечи. А еще – зеленые глаза, полные задорного лукавства.

– Привет.

И милая такая улыбка.

Ну вот как обижаться и уж тем более злиться на такого ангелочка? Хотя она может быть и дикой кошкой. Все зависит от обстоятельств и настроения. Ах да, еще и лисичкой. Как она его провела! Но все это осталось где-то там, далеко в стороне.

– Ну здравствуй, похитительница.

– Мне казалось, что все же компаньонка.

– Обязательно. Но только после того, как мы пересмотрим условия соглашения и скрепим договор, – привалившись плечом к переборке, уточнил он.

– Мне будет позволено принять душ, или ты предпочитаешь «благоухающих» женщин?

Сказано это было таким тоном, что он непроизвольно сглотнул и вдруг поймал себя на мысли, что не откажется и от «благоухающей» Кейлы. Вот же чертовка, насколько же она может быть желанной!

– Конечно, ты можешь помыться, – наконец произнес он.

Мало ли, на что он готов. Вопрос в том, готова ли она. Это у мужиков чуть что – и башню рвет. Женщины в большинстве своем другие. Более практичные и рассудительные.

Она одарила его очередной улыбкой и прошла в каюту с вирткреслом, где быстренько сняла с себя комбинезон, оставшись только в нижнем белье. Еще и наклонилась, перекладывая шлем. Спасая ситуацию, Андрей был вынужден перевести взгляд с ее бедер в сторону ходовой рубки.

Чертовка же, задорно хмыкнув, схватила полотенце и умчалась в направлении санузла. Андрей простоял столбом целых пару минут, соображая, как лучше поступить, потом наплевал на все и стянул с себя одежду. Он, между прочим, несколько дней не мылся, так что ему это нужно даже больше, чем некоторым.

– Тоже решил помыться? – встречая его, произнесла она с придыханием.

Потом шагнула из-под струи горячей воды, обвивая его шею и впиваясь в губы. Через какое-то время она все же оторвалась и, прильнув лицом к его груди, потянула воздух носом. Шумно выдохнула, повела языком по груди и впилась в сосок, отчего у него перехватило дыхание.

– Знаешь, а мне нравится, как ты пахнешь. Резкий, терпкий и волнующий запах сильного мужчины. И на вкус – очень даже.

Кейла вновь лизнула его и припала губами, на этот раз не к соску, но от этого не менее волнующе. Что и говорить, она отлично знала, чего хочет сама, и прекрасно понимала, что нужно дать мужчине. От этой ласки он непроизвольно всхлипнул, положил ладонь ей на затылок и прижал к себе ее лицо. В ответ Кейла одарила его легким укусом, отчего по его телу пробежала волна удовольствия.

Зарычав от нетерпения, он схватил ее за виски и, подняв лицо, впился в губы. Его язык ворвался вовнутрь, начав танец с ее, отчего градус возбуждения подскочил еще на пару пунктов. Руки скользнули вниз и обхватили ягодицы, после чего без труда подхватили ее и опустили на вздыбившееся естество, ворвавшееся в теплое и нежное лоно. Все. Больше ни единой мысли. Только он и она…

– Интересно, насколько еще нас хватит, – поглаживая ее волосы, невпопад произнес он.

Они лежали на его койке, как-то умудрившись поместиться там вдвоем. Мудрено, если учесть, что она имела ширину не больше шестидесяти сантиметров. Он и для себя-то подумывал ее расширить, а тут – двое. Но вот лежат, и им даже почти не тесно. Чудно.

– Имеешь в виду – когда мы друг к другу остынем?

– У нас есть поговорка – чем дальше, тем роднее.

– У нас тоже есть что-то подобное. Но искать ответ на этот вопрос бесполезно, время все расставит по своим местам. Нам останется только принять. А вот насколько долго мы останемся компаньонами, целиком и полностью зависит от тебя. Вернее, от твоей способности притягивать неприятности, – немного повозившись и пристраиваясь поудобней, уточнила она.

– О-о-о, уж поверь, за этим дело не станет. Веришь или нет, но я порой и сам себя боюсь.

– Это хорошо. Признаться, просторы космоса, конечно, будоражат кровь, но не настолько, чтобы я была готова долго бурить астероиды.

– В таком случае я все же не понимаю, отчего ты вдруг решила податься в рудокопы. Ну и шла бы в наемники. Вот уж где адреналин кипит в крови, особенно если устроиться в бойком местечке.

– Так и поступила бы. Говорю же, на фронтире проще получить целый ряд специальностей. Еще полгода – год, и я сама покинула бы Рухту. Но встретила тебя и пересмотрела планы.

– И что теперь? Предлагаешь выступить в качестве подсадной утки и самим начать охотиться на охотников?

– Кстати, а мне эта мысль не кажется столь уж дикой, – извернувшись и скосив на него взгляд снизу вверх, заметила она. – Ты не преступник и, если, обороняясь, кого-то уничтожишь, будешь в своем праве.

– Но ведь я нарушил договор.

– И что с того? Это гражданско-правовые отношения, никакой уголовной ответственности. Господин Ахон может подать на тебя в суд, объявить награду за обнаружение твоего местонахождения, но не имеет права назначать вознаграждение за твою поимку. Почитай повнимательней, что там написано.

– Хм. А если я совершил кражу?

– О чем ты?

– Бронескафандр четвертого поколения.

– Тебе его выдали?

– Нет. Я взял кредит на его покупку.

– В этом случае все нормально. До года просрочки платежей – это гражданский иск, не более. А вот дальше может начаться уголовное преследование. Я бы посоветовала тебе все же начать гасить задолженность. Положи деньги на свой официальный персональный счет и вруби автоплатеж. И тогда ты будешь вправе защищаться от незаконных действий.

– То есть лучший способ обороны – это нападение?

– Ни в коем случае. Ты не должен первым открывать огонь, только защита. Или бесспорные доказательства их намерений захватить тебя.

– Охотиться самим, при этом отдав инициативу в руки противника? Звучит как-то неубедительно.

– Я тут покопалась на «Ослике» и обнаружила интересную штуку. Оказывается, ты можешь сильно озадачить любого, решившего погреть на тебе руки.

– Ты это о ракетах четвертого поколения?

– Я это о твоем резервном накопителе и четырехкратном силовом поле. И как только впихнули эту бандуру на такую скорлупку? Мой отец на подобное не согласился бы.

Ничего особенного в накопителе не было, и стоил он сравнительно недорого. Но вот его габариты – это да. Они внушали уважение.

– Нашелся инженер посговорчивей, – пожав плечами, пояснил Андрей.

– Вообще-то эксплуатация корабля без спасательных капсул запрещена. Во всяком случае, во Внутренних системах. Первая же проверка – и ты огребешь серьезный штраф, плюс конфискация конденсатора.

– Ну, накопитель стоит не так уж и дорого. Штраф – штука неприятная, зато лишний козырь в рукаве дорогого стоит.

– Согласна. И что ты решил, мой капитан?

– Ты о чем?

– Дальше грызем астероид или сворачиваемся и двигаем на Унтиху, к моему отцу и за банковским кредитом?

– Хм. А знаешь, если так подходить к вопросу, то я, пожалуй, за отлет. Сейчас мы просто теряем время. Только вот насчет твоего предложения оставить здесь катер… – с сомнением произнес он.

– А что не так?

– Ну, он у меня вооружен и является боевой единицей.

– А ты хороший истребитель, свернувший с пути чемпиона на кривую дорожку. Так?

– В принципе да.

– Ерунда все это. На самый крайний и непредвиденный случай, конечно, да. Но по большому счету на нем нет нормального вооружения. Даже средства непосредственной обороны отсутствуют.

– Он вполне компенсирует это своей маневренностью, о каковой тому же истребителю с его габаритами и массой только мечтать.

– Ну тут уж решай, что для тебя важнее. Как по мне, то я отказалась бы от катера.

– Нужно будет демонтировать ракеты и ловушки, – наконец решил он.

– И куда ты их денешь? Потащишь в жилой отсек? Брось. Тут и так не развернуться. К тому же я сплю в проходе на матраце. Ну чего ты на меня смотришь? Койка тут одна, и она узкая. Лежать в твоих объятиях, конечно, приятно, но спать я так отказываюсь.

– Тогда меняемся – я на пол, ты сюда.

– Как скажешь, – легко согласилась Кейла.

– Мне кажется, или тут есть подвох?

– Нет, что ты, – поспешно возразила она.

Глава 26

И снова «Призрак»

Не стоит все же доверять женщине, которая мгновенно соглашается с твоими благородными порывами. Спать на полу в коридоре оказалось не столь уж и приятным занятием. Сквознячком тут тянет основательно, ведь космический корабль без вентиляции попросту невозможен. Конечно, имеется искусственная гравитация, и воздух не застаивается, как в условиях невесомости. Но это все-таки закрытое помещение, к тому же еще и незначительного объема. Так что нужна работа регенеративной системы, и воздуху лучше все время циркулировать. Вот и тянет, причем сильнее всего – именно понизу.

Андрей наконец устал сражаться с прохладой и, сев на матраце, передернул плечами. Вообще-то Кейла советовала ему воспользоваться одеялом потеплее, но он всегда пользовался легким, к тому же в жилом отсеке поддерживается микроклимат. Вот и пренебрег советом. Откуда же было знать о таких тонкостях? Когда ложился, он, конечно, почувствовал движение воздуха, но даже не предполагал, что поговорка «капля камень точит» сработает и здесь. Ничего, впредь будет умнее.

Поднялся, прошел к пищеблоку и заказал себе чашку сагнолла. Отпил первый глоток обжигающего, терпкого напитка и направился в ходовую рубку. До окончания разгона еще два часа. Будильник должен сработать через полтора. Тридцати минут более чем достаточно, чтобы приготовиться к прыжку.

Спать в это время не самая хорошая идея. В самом маневре нет ничего страшного. Легкая эйфория не может представлять опасности, разве только насладиться этим состоянием в полной мере можно было, только бодрствуя. А там было от чего получать удовольствие. Ни с чем не передаваемое ощущение, пусть и кратковременное.

Необходимость бодрствования обусловлена неизвестностью. Никогда не знаешь, что именно тебя ожидает при выходе из подпространства. А потому лучше бы быть готовым к всякого рода неожиданностям. И уж тем более когда речь идет о фронтире. Кто только тут не шляется!

А еще существуют слабокартографированные системы с возможными сюрпризами. Разумеется, ты ничего не сумеешь предпринять, если материализуешься внутри астероида. Зато вполне возможно уйти от столкновения, случись это рядом с ним.

Словом, все было за бодрствование, но остававшееся время стоило чем-то занять. Цедить по полчаса одну чашку сагнолла Андрей не умел, даже если она очень большая. Поэтому, допив напиток, он отправил композитный стаканчик в дезинтегратор. Сам же перешел в бывшую кают-компанию, чтобы поработать немного на тренажерах. Так и кровь разгонит, и окончательно согреется.

– Ого. Следишь за своей формой. Одобряю, – выходя из каюты напротив, произнесла заспанная Кейла.

Девушка появилась, когда он уже закончил тренировку. До прыжка – как раз полчаса. Времени более чем достаточно, чтобы принять душ и привести себя в порядок.

– Ты не предупреждала, что будет холодно, – с укоризной произнес он.

– Ты не прав. Я же советовала тебе воспользоваться теплым одеялом.

– Но ни словом не обмолвилась зачем.

– А ты не спрашивал, – пожав плечами, хмыкнула она.

Потом перекинула полотенце через плечо и направилась в санузел. Андрей, залюбовавшийся было ее нахальством и грацией, поспешно спохватился.

– Эй, ты куда! Мне нужно помыться.

– Мне тоже, – безапелляционно заявила она.

Он бросился, чтобы ее опередить, но она и не собиралась уступать. Поэтому они столкнулись в дверях. Короткая борьба закончилась тем, что они ввалились в санузел, впившись друг в друга, как два изголодавшихся зверя. В голове Андрея мелькнуло было короткое сожаление по поводу того, что эта магия со временем может пропасть…

Сигнал искина о готовности к прыжку они благополучно пропустили, как и последовавшие два напоминания. Ослик, не имея команды на самостоятельное завершение маневра, продолжил выдерживать скорость.

– Ну что, красавица, ты готова? – наконец занимая свое место в ложементе, поинтересовался он.

– Я всегда готова, если меня не отвлекают озабоченные личности.

– Это я-то озабоченный?

– Ну не я же, в самом-то деле. Женщины на секс смотрят куда проще мужчин и не прыгают на все, что шевелится.

– Уверена?

– Ну, исключения есть всегда. Может, продолжим беседу после?

– Согласен. Ослик, доложи о готовности к прыжку.

– Вектор и дальность рассчитаны. Скорость – в заданных параметрах. Системы работают исправно. К прыжку готов.

Показалось или в голосе этого искусственного истукана проскользнула ирония? Вообще-то от искина на корабле ничто не укроется. Сенсоры понатыканы во всех углах. Команду на отключения никто не давал. А штука эта постоянно развивается, обзаводясь чертами личности.

– Тогда приступай, – обдумывая все это, отдал команду Андрей.

– Начинаю обратный отсчет. Десять, девять…

Привычная и столь желанная эйфория сменилась жесткой реальностью. Едва только «Ослик» вышел из подпространства, как по отсекам тут же разнесся сигнал тревоги. Традиция, уходящая своими корнями еще к флоту, бороздившему морские просторы, и живущая на кораблях и по сей день.

– Внимание, обнаружен противник. Станция Ицитан атакована. По предварительным данным, это «Призрачный рейдер».

– Да чтоб тебя! Опять! Ослик, активное сканирование не применять.

– Принял.

– Кейла, на тебе иглометы и пушка.

– Приняла, – взволнованно, но без намека на панику отозвалась девушка.

Он конечно же не знал, насколько хороша у нее боевая подготовка. Но и выхода особо не было. Иглометы и пушка подготавливаются к бою практически мгновенно, все зависит от того, насколько быстро сообразит оператор. Чего не сказать о ракетном вооружении, ложных целях и ловушках, которые он спешно приводил в боевое состояние.

Хорошо хоть их пока еще не обнаружили активными сканерами. Впрочем, немудрено, учитывая то, что рейдер был прикрыт от них корпусом станции и бой шел с другой стороны. Ну и удаленность. Они сейчас в часе хода от Ицитана на крейсерской скорости.

Как уже говорилось, рудокопы вовсе не подарок и могут постоять за себя. Иное дело, что компания Раштин на астероиде Уллис не отличалась высокой доходностью, и это не могло сказаться на благосостоянии ее работников. Все корабли арендованы у владельца. Глухой закоулок, характеризующийся только одним словом – скука.

Иное дело – Ицитан, где имелся какой-никакой, а транзит. И рудокопы здесь нередко являлись владельцами фрегатов. А тут уж вопрос стоит не о спасении чужого имущества, а о сбережении своего. Просто так сбежать, бросив корабль, на который зарабатывал в лучшем случае несколько лет, – на такое эти ребята пойти не могли. Конечно же скука присутствовала и здесь, так что возможность кого-то порвать рудокопов только лишний раз взбодрила.

Впрочем, в драку бросились далеко не все. Андрей наблюдал четыре корабля, движущихся им навстречу. Набирают скорость для прыжка, тут и к гадалке не ходи. Интересно, оставшихся драться с дронами купили так же, как и их эскадрилью? Или все же тут народ поответственней? Скорее всего, второе. Хотя бы потому, что дерутся сейчас далеко не только истребители.

– Андрей, а что значит – опять? – поинтересовалась Кейла, изготовив вооружение к бою.

– То, что я уже сталкивался с этой железякой. Был наемником на Уллис, когда этот паршивый «Призрак» разнес базу. Нас тогда в живых остались единицы.

– И что, ты решил поквитаться со сбрендившим искином?

– Я с ума еще не сошел.

– Тогда почему направляешься к станции, а не разворачиваешься?

– Потому что у нас нет другого выхода. Топлива – только на один прыжок, но, с учетом торможения и последующего разгона, нам не набрать нужной скорости. Значит, нужно заправиться.

– А если по курсу подправить вектор?

– Карту посмотри. Там только необитаемые системы и межсистемное пространство. Корабли бывают не просто редко, а практически не забредают туда. Наша система жизнеобеспечения при двойной нагрузке выдержит только сорок пять суток. Добавь сюда скафандры – и получишь окончательный результат.

– Может, попытаемся перебраться на одно из убегающих судов?

– На встречных курсах? Кейла, ты издеваешься?

– Прикидываю варианты. Я не горю желанием лезть в пасть этому «Призраку».

– В любом случае на них лучше не ставить.

– Объяснишь?

– Позже. Сейчас облачайся в бронескафандр.

– Приняла.

А почему, собственно говоря, и нет, коль скоро непосредственная опасность пока отсутствует. Имеющуюся фору по времени нужно использовать, чтобы максимально подготовиться к схватке.

Девушка управилась быстро и вскоре заняла свое место в ложементе, воткнув штурмовой игольник в зажим у пульта управления. Зажим этот появился стараниями Андрея, как и место под личное оружие на катере. Как-то не улыбалось ему оказаться в окружении врагов с одним персональным игольником. Имелся уже некоторый опыт.

Передав Кейле управление, он также поспешил облачиться в бронескафандр. Дверцы шкафа закрывать не стал. Так проще было подхватить ранцевый двигатель и штурмовой щит, находившиеся там же. Пусть на Уллис Леднев получил и незначительный боевой опыт, но он его все же кое-чему научил.

– Андрей, смотри.

– Что тут? – буквально падая в ложемент, поинтересовался он.

– Фрегат «Призрака».

– Ага. Знакомый маневр. Хорошо хоть только один, – вставляя в зажим снайперский игольник и застегивая ремни безопасности, произнес он.

Тем временем они успели разойтись с кораблями беженцев на встречных курсах, и гнавшийся за ними фрегат возник уже за кормой «Ослика». Управляемый искином боевой корабль открыл огонь по беглецам, едва его электроника пришла в себя после внутрисистемного прыжка.

Разумеется, если бы не сенсоры, Андрей и Кейла ничего подобного не увидели бы, слишком большие скорости и расстояния. То, что по космическим меркам считается впритирку, для человеческого глаза все же далековато. Хотя, конечно, картинку особо качественной не назвать, не телескоп. Впрочем, это смотря с чем сравнивать. Как по мнению Андрея, так она вполне даже на уровне.

– Я все хотела спросить, а почему именно снайперский игольник?

– У меня есть и штурмовой.

– Но сейчас ты взял именно его. Емкость магазина и кристалла – всего лишь сорок выстрелов. Только одиночный огонь, – перечисляя недостатки, покачала она головой.

– Зато пробивная способность – закачаешься. А с дроидами и андроидами этот аргумент куда важнее. Еще вопросы есть?

– Нет.

– Тогда закрывай забрало. Ослик, откачка воздуха из всех отсеков.

– Принял. Выполняю.

Ведя этот диалог, Андрей и не думал расслабляться. Его пальцы порхали по клавиатуре панели вооружения, так что к моменту отдачи команды искину Леднев уже выстрелил в легкий фрегат восьмью ракетами малой дальности и торпедой. Захватывать цель пока не стал, чтобы не выдать себя. Расточительство, не без того. У него осталось еще двадцать четыре РМД и только одна торпеда, но и не попытаться помочь беглецам он не мог.

Транспорты не отмалчивались. Они захватывали противника в прицел, выпускали в него ракеты и снаряды. Гнавшийся за ними искин был вынужден сосредоточиться на непосредственной обороне и пока вполне успешно справлялся с летящими в него ракетами. Снаряды пушек, имея более высокую скорость, уже грызли силовое поле, но эдак им придется долго стараться, хотя и взялись они за дело дружно. На фоне всего этого у залпа Андрея был неплохой шанс на успех.

Ответный залп фрегата, пришедшийся по одному из грузовиков, буквально сорвал с него силовое поле, а потом проделал в борту три дыры, из которых вырвались гейзеры воздуха и обломков. Люди бежали впопыхах, а потому вполне возможно, что не все успели облачиться в скафандры. По этой причине команда не могла откачать воздух.

Тяга на двигателях грузовика пропала, и он начал отставать от товарищей. Но тем не менее экипаж и не думал прекращать сопротивление. Отработала пушка. Ушли к цели три ракеты. Фрегат уже не обращал на грузовик внимания. Пушка ему не опасна, а для ракет он вскоре будет вне досягаемости. Для него сейчас главное – остальные три судна.

Пора! Андрей отдал приказ. Захват цели. Несколько секунд томительного ожидания, и искин доложил о готовности. Пальцы Леднева вновь запорхали по клавиатуре, передавая под управление искина ракеты, мчащиеся к цели. Только торпеду он оставил на ручном, ведя ее позади волны МРД и все время маневрируя на случай захвата в прицел игломета или противоракеты.

Ракеты четвертого поколения имеют более серьезную электронику и программное обеспечение, что значительно усложняет, а порой и вовсе не позволяет осуществить захват цели. Средства РЭБ, то есть радиоэлектронной борьбы, не в состоянии воспрепятствовать работе системы наведения ракеты.

Разумеется, сбить ракету способен даже древний игломет первого поколения, но, признаться, это может быть только результатом высокой плотности огня в направлении цели, и никак иначе. Чем новее вооружение, тем шанс захвата цели и ее поражения выше. Но все одно зачастую он слишком мал, что ярко продемонстрировал пример Леднева на Арене.

Искин противника наконец заметил атаку, вот только времени на противодействие у него оказалось недостаточно. Да и четвертое поколение все же сказало свое слово. Леднев даже прикусил от досады губу. Что и говорить, перебор. Фрегат сбил только одну РМД. Остальные семь вгрызлись в его поле, уже поврежденное грузовиками. А потому три ракеты снесли его окончательно, а четыре понаделали дыр в борту, не имеющем броневого прикрытия. И в довершение, словно кувалда, прилетел удар торпеды. Кораблик попросту разорвало на две части.

– «Лания», ответь «Керте».

– На связи «Лания», – отозвался Андрей на запрос, не включая визор.

На станции Ицитан его грузовик знали именно под этим именем. И Ослик, искин, находящийся в специальной нише, был дублером. Результат принятых Ледневым мер предосторожности.

– Не знаю, откуда в тебе столько дури, но спасибо, приятель. Мы в долгу перед тобой.

– Нормально все. Ослик, сканирование пространства. Доклад по обстановке, – не забывая о том, где находится и что происходит, распорядился Андрей.

– Слушай, парень, а ты куда прешь? С центрального поста сообщили, что наших смяли. Уже началась высадка на станцию.

– У меня нет выбора. Танки сухие, нужна заправка. Ты уж постарайся вырваться. Если что, так хотя бы не зря.

– Даже не сомневайся.

– Конец связи.

– Удачи тебе, парень.

– Ослик, сведения по второму фрегату «Призрака».

– Второй фрегат набрал скорость принятия решения. Может совершить прыжок в любой момент.

– Ясно.

– Что ты делаешь? – наблюдая за его манипуляциями над клавиатурой, поинтересовалась она.

– Видел подобный финт у одних наемников. Надеюсь, получится.

Легкий шорох ракет, сошедших с направляющих. На этот раз Андрей решил ограничиться только легкими РМД. Лишаться последней торпеды не хотелось категорически. При всей бережливости его натуры, думал он сейчас вовсе не о финансовой стороне. Тут, скорее, ожила его паранойя.

– Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Я тоже.

– А почему в направлении грузовиков?

– Потому что они бегут. И если их не остановить – уйдут. «Призрак» не любит выпускать беглецов. Мы, конечно, зубастые, но все же движемся к станции, а не от нее.

– А если ты ошибаешься?

– Вот сейчас и увидим, – ответил он, наблюдая, как на экране сканера мигнула и пропала отметка фрегата, ушедшего в подпространство.

Андрей мог гордиться собой. Относительно. Но ведь победителей не судят. Фрегат возник далеко от «Ослика». РМД дотянулись до него буквально на когтях. Прыгни он хотя бы немного дальше, и затея Леднева провалилась бы. А тогда уж пришлось бы задействовать торпеду.

Но все сложилось как надо. Все восемь ракет малого радиуса впились в корпус кораблика, еще не пришедшего в себя после перехода. Силовое поле отсутствует, электроника в подвисшем состоянии, а значит, никакой возможности задействовать средства непосредственной обороны.

Боеголовок РМД оказалось недостаточно для того, чтобы разнести фрегат. Суммарно они вроде как и превысят заряд торпеды, но… Это как сравнивать попадание одной крупнокалиберной пули с парой десятков автоматных. В первом случае человека разорвет в клочья. Во втором, несмотря на более чем двукратное превышение в общей массе пуль и энергии выстрела, превратит тело в решето.

Вот так и здесь. Фрегат гарантированно вышел из строя. Тяга на маршевых двигателях пропала, и вообще корабль не подавал признаков жизни. Готов. Без вариантов. Все же не эсминец и не крейсер, брони на нем нет. Хотя, в отличие от своего собрата, и не развалился на части.

– Отличная работа, Андрей. Надеюсь, нам и дальше будет везти, – нервно хохотнув, произнесла Кейла.

– А уж я-то как на это надеюсь!

Вот странное дело. Их положение не назвать завидным. Что уж говорить, они сейчас направляются прямиком в задницу, причем самую что ни на есть реальную, с минимальными шансами на благополучный исход. Но его распирает гордость из-за достигнутого успеха. Где-то мысленно он еще и показал экипажу «Лагайры» фигу. Мол, не только вы умеете проворачивать такие штуки! Извечные мальчишеские – кто быстрее, кто выше, кто больше и, едва ли не самое главное, у кого длиннее.

– Эй, на «Лании», ответьте диспетчерской, – вновь раздалось по линии связи.

– На связи «Лания», – не включая визор, ответил Леднев.

– Парень, ты в курсе, что тут творится?

– Не слепой.

– И куда тогда прешь?

– Нам нужно топливо. А иначе конец один.

– Ясно. Держи курс на тридцать пятый терминал, там сейчас самое тихое место. Я отдам команду тамошнему искину на переход в автономный режим и обслуживание твоего грузовика. Извини, но это все, что я могу сделать. Мы оставляем центральный пост. И… Спасибо за беженцев.

– Не за что.

– Прощай.

Вот и поговорили. А чего так страшно-то? В груди поселился холодный ком, скользнул вниз живота, скакнул под горло и снова под ложечку. Совсем как в молодости, когда доходило до драки и он, обуреваемый страхом, трясся, как осиновый лист, в надежде, что все минует и его не тронут.

– А вот фиг тебе! Не дождешься! Нет уже того Леднева! – затрясшись от охватившей его злости, выкрикнул он.

– Ты о чем, Андрей? – всполошилась Кейла.

– Нормально все. Приготовься. Ослик, переход на ручное управление.

– Передаю.

– Что ты задумал?

– Держись, милая. У нас слишком мало времени. Это, конечно, не истребитель, но все же будет весело, я обещаю.

– Звучит угрожающе, – почувствовав, как ее начало вдавливать в ложемент, произнесла Кейла.

– Все будет хорошо. Верь мне, – выводя маршевые двигатели в режим форсажа, пообещал он.

Глава 27

Просто заправились

– Цель номер два выпустила по нам четыре РМД, – беспристрастно сообщил Ослик.

– Мы его не уничтожили? – искренне удивилась Кейла, борясь с перегрузкой.

Конечно, грузовик не истребитель, но форсаж все же штука неприятная. К тому же далеко не все способны переносить перегрузки столь же легко, как пилоты этих маневренных машин. И, похоже, Кейла не относилась к числу стойких.

– Восемь ракет могут вывести фрегат из строя, но шанс уничтожить его окончательно у них небольшой, – ответил Андрей.

Нервный срыв уже прошел, он успокоился, а потому и голос его звучал ровно. Причем так, словно и нет никаких перегрузок. Уж Андрея-то ими не удивить.

– И что будем делать?

– Мне казалось, что ты у нас за оператора иглометов и пушки, – все так же спокойно ответил он.

– То есть мне стрелять, как только они приблизятся на дистанцию эффективного огня?

– Первый бой? – повернув голову в ее сторону, поинтересовался он.

– Да, – посмотрев на него и нервно сглотнув, ответила она.

– Все будет нормально, девочка. Пока ничего не предпринимай. С торпедами у него, скорее всего, какие-то сложности. Что же до РМД, то они нам не страшны. Пусть догоняют. Наше поле с легкостью поглотит эти попадания.

– Но это просадит заряд накопителя минимум на четверть, – усомнилась она.

– Пока будем заправляться топливом, успеем залить энергией и накопитель. А вот пополнить запас игл нам будет негде. Вопросы?

– Вопросов нет.

– Вот и ладно.

– Опять залп, – проинформировала на этот раз Кейла.

– Угу. Вижу. Похоже, у него действует только одна ракетная установка. Как раз прошло время, нужное на перезарядку.

– Если он продолжит по нам стрелять…

– Ерунда. Третьей волны уже не будет, мы попросту выйдем из зоны поражения РМД. А с этими легко справимся.

Вскоре ракеты их настигли и начали рваться одна за другой, подтачивая энергетический щит. Однако Ослик своевременно компенсировал потери из накопителя, поэтому, когда все закончилось, шит все так же выдавал стопроцентные показатели. Та же картина была и со второй волной.

В какой-то момент искин фрегата сумел привести в норму пушку и открыл было огонь из нее. Но, убедившись, что ее снаряды еще менее эффективны, оставил эту пустую затею. Искин не запрограммирован на алогичные действия и никогда не станет делать ставку на стечение обстоятельств, случайность, везение и тому подобные факторы, не поддающиеся просчету.

Перед станцией Андрей заглушил маршевые двигатели, развернул «Ослика» на сто восемьдесят градусов и вновь подал тягу. Использовать тормозные не получится. Они попросту не справятся, уж больно Леднев разогнался. Кейлу, испытавшую было облегчение от пропавшей перегрузки, вновь вдавило в ложемент. Андрей глянул на нее, явственно изображая сожаление, в ответ на что она лишь нарочито фыркнула. Хотя и видно, что доставалось ей изрядно.

Нужно будет заняться ее тренировками, а то уж больно неподготовленная. В принципе, с местной практикой регенерации добиться определенных показателей здоровья не так уж сложно. Разумеется, это не панацея и столь же выносливых, как Леднев, штамповать не получится. Но результат будет, это точно. А базовые показатели у Кейлы хорошие, если, конечно, это не результат ранее проведенных тренировок.

Причалили без проблем. Искин терминала отработал как надо, сразу подал кабель для заливки энергии в накопитель. Но на этом приятные новости закончились. Эта сторона станции практически не подверглась обстрелу и бомбардировке, но, похоже, какой-то «привет» все же прилетел.

– Двести первый, какого характера повреждения? – поинтересовался Андрей у искина, назвав три последние цифры его идентификационного номера.

– Порыв заправочного рукава высокого давления, – с легкостью приняв подобное обращение, ответил тот.

– Где именно?

– Самостоятельно определить не могу. Нужна помощь технического персонала или ремонтного дроида. Все люди эвакуированы, а дроиды задействованы в обороне станции.

– Понял. Оставайся на связи, будешь корректировать наши действия.

– Принято.

– Кейла, ничего не поделаешь, нужно выходить. Я прикрываю, ты ремонтируешь. Но оружие с собой все же захвати.

– Ясно.

А чего тут неясного? Выбора у них нет. Отстегнули ремни безопасности, подхватили игольники и направились к выходу. Андрей задержался у шкафа бронескафандров, чтобы взять щит, габаритами примерно с полицейский, с бойницей, прикрывающейся заслонкой. А вот обзорных окошек, в отличие от ранее виденных им образцов, здесь нет. Роль смотровых щелей играют сенсоры, разбросанные по всей площади. Выполнен из толстой броневой стали и весит столько, что носить его без помощи экзоскелета – только грыжу зарабатывать. И даже в этом случае его габариты и масса доставляли неудобства. Но после памятных событий на Уллис Андрей к этому древнему девайсу – со всем уважением.

Подумал было еще и ранцевый двигатель нацепить, однако, по здравом рассуждении, отказался. Это уже перебор. Даже если гравитация на станции вырубится, летать с его помощью Леднев там не собирается. Он вообще не планирует покидать терминал. Починить шланг, заправиться и убираться отсюда побыстрее.

– Готова?

– Готова, – отозвалась Кейла, подхватившая ящик с инструментами.

– Не геройствуем. Нам нужно просто заправиться.

– Я поняла.

– Держись за мной.

– Да делай уже что-нибудь!

Андрей обошел ее и подал команду на открытие внутренней двери переходного шлюза. Присел напротив двери, укрывшись за щитом и выставив в бойницу снайперский игольник, который величал карабином. Синхронизировался с сенсорами щита и только после этого подал команду на открытие наружной. Пока они возились, Ослик выровнял давление корабля и станции, поэтому задержек не случилось.

Терминал оказался ожидаемо пуст. Пользуясь предоставленным доступом, Андрей запросил у местного искина еще и картинку с камер наблюдения. Вроде бы все спокойно, но мало ли как оно тут на самом деле. Есть множество способов для обмана систем слежения. Глядишь, еще и сговорятся электронные болваны.

Никого.

Корабль Андрей покидал, как заправский средневековый воин, двигаясь на полусогнутых и прикрываясь щитом. Кейла держалась за ним, неся за спиной ящик с инструментами и держа в руках штурмовой игольник четвертого поколения. Неплохо экипирована девочка. Еще бы броню соответствующую, и получилось бы вообще по высшему разряду.

Четвертое поколение все чаще прорывается на гражданский рынок, но все же пока еще весьма редкое явление. Если учитывать экипировку и вооружение андроидов «Призрака», Кейла защищена очень даже серьезно. Правда, остаются иглометы. Они даже во втором поколении разбивают любой бронескафандр.

Если только тяжелый латник может им противостоять, но это, по сути, танк. По мнению Андрея, щит куда предпочтительней. Впрочем, это не только его взгляд, потому что особого распространения тяжелое облачение не получило, если только в спецподразделениях для зачистки помещений. В космосе же отключение искусственной гравитации случается сплошь и рядом, а повисший в невесомости латник совершенно беспомощен.

– Двести первый, куда нам идти? – запросил Андрей искин.

– Люк переходного шлюза для выхода на поверхность слева. Даю отметку на схеме терминала.

– Ага. Вижу. Кейла?

– Готова.

– Идем.

Придется выбираться наружу. Кто бы сомневался. Просто нет смысла устраивать заправочный рукав внутри станции, да и опасно это. В космосе к вопросу сбережения и регенерации воздуха отношение самое что ни на есть серьезное. За любую шалость в этом плане следовали просто грабительские штрафы.

– Значит, так, Кейла, обнаруживаешь повреждения, связываешься с двести первым, получаешь инструкцию по устранению неполадок, ремонтируешь – и назад. Вопросы.

– Ты действительно думаешь, что без твоей указки я не знала бы, что мне делать?

– Ясно. Иди давай.

– Смотри не шали тут, – погрозила она ему пальцем.

После чего дверь закрылась и послышался гул вентиляционной системы, откачивающей воздух. Леднев осмотрелся вокруг и отошел за какой-то закрытый контейнер. Бог весть, что в нем хранилось, но ему это и не важно. Он вполне подходит в качестве укрытия. Правда, не стоит забывать, что только от некоторых сенсоров, сканеров и взгляда, а вот от игл это уже не защита.

Штурмовые игольники его броне не больно-то и страшны, если только не станут бить целенаправленно по сочленениям, да и то нужно еще удачно попасть. А вот иглометы дроидов или снайперские игольники – это уже совсем другая песня.

– Двести первый, ты можешь связаться с кем-нибудь и узнать обстановку? – запросил Андрей, когда услышал отдаленный гулкий взрыв.

– Я переведен в автономный режим с отключением от общей сети станции. Согласно последним данным прорывы десантных групп были зафиксированы в отсеках девять, восемь, семь, тринадцать, четырнадцать, двадцать два, двадцать три и двадцать четыре.

– А сколько защитников оставалось на станции?

– Взвод десантников и взвод ополченцев.

– Боевые дроиды?

– Десять дроидов второго поколения.

Н-да. Негусто. Насколько было известно Андрею, на рейдере была минимум рота десантников-андроидов при поддержке трех десятков дроидов. К тому же машины не ведают страха и сомнений. Руководствуясь целесообразностью, они могут остановиться, отступить, предпринять маневр или вызвать подкрепление. Но ни в коем случае не усомнятся, не побегут и оружие в их руках не дрогнет.

Разумеется, несмотря на все свои преимущества, они уступают людям, и Андрей имел возможность убедиться в этом лично. Но столь внушительный перевес в силе, скорее всего, сведет усилия людей на нет. К тому же конкретно эти андроиды имеют весьма богатый боевой опыт, заключенный в тактических схемах и алгоритмах. Хорошо хоть они ни на шаг не отступают от этих шаблонов.

– Двести первый, выведи на мой тактический дисплей картинку с камер в коридоре.

– Каких именно?

– С этой и этой, – указал Леднев на схеме. – И разверни их по этим секторам. Вот так, да. В случае появления кого-либо сопровождай их.

– Принял.

– Двести первый, я обнаружила прорыв. Какой-то обломок перерубил рукав, – раздался в канале голос Кейлы.

– Помечаю ближайший контейнер с запасными секциями рукавов.

– Вижу. Спасибо. Андрей, пять минут – и все заработает.

– Принял. Поаккуратнее там, не хватало еще за тобой летать в невесомости.

– Милый, ты все перепутал. Это бой у меня первый, а в космосе я побольше твоего бывала. И в том числе производила ремонтные работы.

– Понял, молчу.

– Да нет уж, лучше поговори. Вообще-то жутковато здесь одной.

– Ты сильная. Ты справишься.

– Как-то звучит… Словно ты хочешь сказать, чтобы я отстала и не мешала тебе бояться.

– Геройствовать, дорогая, всего лишь герой… Да чтоб тебя! – выдал он на языке родных осин.

– Что?.. К воронам! – вторя ему, выдохнула она багрийскую версию, соответствующую моменту.

И было отчего ругаться. Он, конечно, вооружился, занял позицию и озаботился контролем подступов к двери терминала. Но, признаться, проделывая это, надеялся, что у них все пройдет гладко. В конце концов, коль скоро бой еще идет, а на это указывали редкие отголоски далеких разрывов, то десанту машин есть чем заняться.

Но вот они идут по коридору в боевом порядке, зачищая встретившиеся на их пути помещения. Шесть андроидов и один дроид. Сомнительно, чтобы «Призрак» отправился на охоту, не восстановив все свои силы. И на полуотделение это не похоже, тогда андроидов было бы пять. Получается, потрепали их обороняющиеся. Кто-то пытался отступить к этому терминалу?

Быть может, тот самый оператор, что направил их сюда? Хотя сомнительно это. Будь так, и он непременно оговорил бы с Андреем связь, тем более имея возможность замкнуть себя на двести первом. Нет, этот вариант отпадает. Да и не хочется выяснять обстоятельства потерь среди роботов, как и спасать кого бы то ни было. Они свой план перевыполнили. Грузовики с беженцами – не так уж и мало.

– Кейла, что у тебя?

– Заканчиваю.

– Поторопись.

– Я не дроид, у меня только две руки, – огрызнулась она.

– Сколько еще?

– Не мешай.

– Не вопрос. Как закончишь, двигай прямо к «Ослику» и входи через аварийный шлюз в грузовой отсек. Занимай место пилота и жди окончания заправки. Как поняла?

Мысленно он обругал себя. Ведь сразу же было ясно, что проблема должна быть снаружи. Так зачем он полез внутрь станции? Решили бы вопрос, выбравшись через аварийный шлюз. Все же права старая поговорка – опыт, как и половое бессилие, приходит с годами.

– Предлагаешь тебя бросить? – возмутилась девушка.

– Предлагаю не мешать. Но на всякий случай все же будь готова отчалить.

– Я прошла десантную подготовку.

– Не спорю, – наблюдая за действиями продвигающейся вдоль коридора группы роботов, согласился он. – Но боевого опыта у тебя нет, и бой с превосходящими силами не лучший способ его обретения.

– А сам-то?

– Сам я для начала несколько раз обделался на Океании, пока научился себя контролировать. Девочка, не спорь, просто выполняй приказ. Иначе можешь позабыть о месте на «Ослике». Я не шучу.

– Приняла.

– Вот и ладно.

– Двести первый, рукав заменила, – тут же проследовал ее доклад.

– Провожу опрессовку. Заправочный рукав функционирует исправно. Приступаю к закачке топлива.

– Кейла, – многозначительно произнес Андрей.

– Выполняю, – отозвалась она.

Вот и ладушки. А то мало у него голова болит, так еще и она норовит добавить. Хотя, конечно… Что-то как-то многовато роботов на него одного.

– Двести первый, не препятствуй им. Пусть открывают дверь.

– Принял, выполняю.

Выиграть время на блокировке не получится, двери тут не бронированные. Их задача – противостоять вакууму, а не противнику. Обнаружат заблокированную дверь, сработает алгоритм на повышенную боевую готовность. А так, глядишь, станут действовать по упрощенной схеме.

Раздался звук открываемых створок. Терминал предназначался для стыковки грузовых кораблей, а значит, и для размещения этого самого груза. От укрытия Андрея до входа было порядка пятнадцати метров. Для оружия, имеющегося у обеих сторон, все равно что в упор.

У Леднева, конечно, брезжила слабая надежда на то, что роботы удовлетворятся поверхностным осмотром и уйдут. Тем более что он активировал маскировку, скрывающую энергетические кристаллы оружия, бронескафандра и щита. Сам щит исправно защищал от тепловизора. Впрочем, с этим вполне справляется и контейнер.

Андрей внимательно следил за картинкой, передаваемой двести первым. Контейнер, за которым он укрылся, роботов не заинтересовал, зато переходной шлюз привлек их внимание. Его панель недвусмысленно сигнализировала о пристыкованном судне. Противник тут же обложил закрытый вход и приготовился его вскрывать.

Андрей уже давно приготовил гранату с ЭМИ. К сожалению, только третье поколение. А значит, роботы будут беспомощны не больше пары секунд. Мало. Чертовски мало. Тем более с его скорострельностью. Но и выбора особого нет. Оставшийся незамеченным бросок, и следом – громкий хлопок разрыва и яркая вспышка.

Андрей выпрямился, когда граната еще только подлетала к своей цели. Его обнаружили. Но предпринять уже ничего не успели. Сразу после взрыва он поймал в прицел бок дроида и для верности вогнал в район расположения управляющего модуля пару игл. Так, чтобы с гарантией. Успел еще перевести прицел и сделать выстрел в спину одного из андроидов, тут же опрокинув его на пол.

А потом едва успел опуститься на колено, прикрываясь щитом, да и то не столь уж и проворно. Не меньше пары десятков игл прошлись по броне, несколько высекли искры на шлеме и ушли в рикошет. На забрале появилась борозда. Хорошо хоть не попали в сочленения. Но от напора стального ливня Андрея все же повело. Спасибо экзоскелету, выстоял, хотя и с натугой. Пять игольников все же не шутка.

Укрывшись за щитом, выставил его под оптимальным углом. Игольник в бойницу. Прицел уже синхронизирован со шлемом. Выстрел. Пуля попала точно в грудь андроида, которая у роботов защищена хорошо, тут и встроенная грудная пластина, и бронежилет. Потому как не в голове, а именно в торсе располагаются управляющий модуль, искин и энергетический кристалл.

Но для такого калибра, да еще и на столь смешном расстоянии это не преграда. Крупнокалиберная игла проломилась сквозь защиту и разворотила внутренности противника. Готов. К гадалке не ходи.

Андроиды мгновенно оценили изменившуюся обстановку и прыснули в стороны. Поэтому три следующих выстрела Леднева ушли в белый свет, как в копейку, отдаваясь гулкими ударами и глухим звоном от попаданий в стены и балки. В грузовом терминале не заморачивались с декоративными панелями, ограничившись покраской стальных конструкций и стен.

Андроиды укрылись за контейнерами. Андрей попытался было их достать сквозь преграду, но безрезультатно. Похоже, контейнеры были не пустыми и задерживали иглы. Или пробивная способность последних значительно падала, и они уже были не в состоянии справиться с защитой человекообразных роботов.

Сам Леднев также отступил за контейнер, который прикрыл его от парочки слева. От тех, что справа, защищал щит. Но ситуация получалась патовая. Он не мог сменить позицию, так как неизменно подставлялся под удар одной из двоек. Время же работало против него. Если, конечно, он собирался выбраться из этой задницы, а не геройски погибнуть, спасая девушку. Дело хорошее, но положение пока еще не совсем безнадежное.

Машины отмалчиваться не стали. Прилетела парочка иглогранат и ЭМИ. Иглы не сумели пробиться сквозь броню и попасть в сочленения. Электромагнитную волну успешно отразил щит. Кристалл Леднева сможет его держать минут десять. Вполне достаточно, чтобы здесь все закончилось, так или иначе.

Если ничего не предпринять, то скорее уж иначе. Дури у андроидов хватает. Андрей подозревал, что ее в них побольше, чем в его экзоскелете. Роботы начали двигать контейнеры и менять позицию, продолжая ими прикрываться. Может получиться нехорошо.

– Андрей, ты, конечно, извини, но больно уж парочка слева удобно подставилась. Сниму одной очередью. Или я нарушаю твои планы по героической гибели? – послышался в канале голос Кейлы, наблюдавшей за происходящим с помощью сенсоров.

– Я не герой, девочка. Уверена, что справишься?

– В крайнем случае загонят меня обратно. Их игольники меня не возьмут.

– Не стоит быть такой самонадеянной. Процент пробития бронескафандра третьего поколения игольником второго, конечно, существенно ниже, но не исключен. Сочленения же почти стопроцентно не выстоят. Но это все пустые разговоры. Делай.

– Приняла.

Створка переходного шлюза отошла в сторону, и тут же послышались частые хлопки штурмового игольника, слившиеся в нескончаемую череду. От контейнера слева донеслись каскад перестука игл и звуки падения тел. Справа – хлопки выстрелов игольника. На косяке двери заплясали искры со стальным звоном. Но Кейла была в мертвой зоне и, находясь в безопасности, выдала пару коротких очередей на добивание уже подстреленных андроидов.

– Кейла?

– Порядок. Минус два.

– Отлично, девочка. Будь готова. Я сейчас начну обходить их справа. Наверняка попробуют обойти, в свою очередь, и меня.

– Поняла.

Не откладывая в долгий ящик, Андрей двинулся вперед на полусогнутых, полностью прикрываясь щитом. Между нижним краем и полом была настолько узкая щель, что попасть в ногу можно было лишь рикошетом. Но и в этом случае иглы не справились бы даже с броней классом ниже.

Действуя по какому-то одним им известному алгоритму, оба андроида бросились врукопашную. Ну а зачем еще, не обниматься же. Первому Андрей попал в грудь, второму – в «тазобедренный» сустав. Нелепо взмахнув руками в попытке сохранить равновесие, робот повалился на стальной пол, где Леднев его и добил, вогнав иглу в бок. Или все же пулю? Калибр у карабина сродни автоматному пять сорок пять, и даже форма похожа. Только энергия у нее такая, что крупнокалиберные винтовки нервно курят в сторонке.

– Ты как, герой? – опуская игольник, поинтересовалась Кейла.

И когда только успела появиться из своего укрытия? Плохо. Получается, он совершенно не контролировал поле боя. И появись здесь другие андроиды, все закончилось бы плачевно. Только теперь Андрей сообразил глянуть на картинки с камер коридора. Чисто.

Н-да. Вояка, нечего сказать. Впрочем, чему тут удивляться? Это он в истребителе еще чего-то стоит, а как десантник пока еще ничего собой не представляет.

– Штаны сухие, если ты об этом, – ответил он ей.

– Ну-у-у, это трудно доказуемо, учитывая то, что ты подключен к системе жизнеобеспечения скафандра, – резонно возразила Кейла.

– Тогда проверь емкость для сбора отходов продуктов жизнедеятельности.

– Фу на тебя, Андрей. Как ты мог подобное предложить девушке?

– Ну извини.

– Кстати, насчет их защищенности. Ты был прав. У них серьезные бронежилеты. Заблокировали чуть не половину игл.

– «Призрак» делает выводы на основании получаемого опыта. Игольники третьего поколения все чаще появляются на гражданском рынке, вот он и реагирует усилением брони. Ослик, сколько осталось до полного заполнения танков? – завершая разговор, запросил он искин.

– Пять минут.

– Принято. Кейла, затаскиваем андроидов и дроида на борт.

– Издеваешься? Да мы там потом не развернемся.

– Не имеет значения.

– Но зачем они тебе понадобились?

– Познакомься, милая, это наши новобранцы. Поторопись. Двести первый, заблокируй двери в терминал и без моей команды не открывай.

– Выполняю.

Глава 28

Безрассудство

– Ты действительно решил использовать андроидов? – сбрасывая очередного робота, резонно поинтересовалась Кейла.

– А с какой радости мы их тут таскаем? – поправляя андроида, вопросом на вопрос ответил Андрей.

Как говорится, не так страшен черт, как его малюют. Коридор решили не захламлять. К чему такие крайности? С физической формой ничего не случится, если Андрей и Кейла пару-тройку дней обойдутся без тренажеров. Тем более андроидам не требовалось много места, сложили их в один штабель.

Остался даже уголок для дроида. Правда, его придется крепить тросами и хомутами, чтобы не разбрасывал свои конечности поперек прохода. Ну и габариты, конечно, у него солидные.

– Заправка танков завершена, – доложил Ослик.

Ага. Это они что-то долго провозились. Андрей бросил взгляд на картинки с камер в коридоре. Порядок. Пока чисто. Конечно, дверь надолго противника не задержит, но даст хоть какую-то фору, чтобы они успели сбежать.

– А ты думаешь, почему военные отказались использовать андроидов, – выходя из корабля вслед за ним, продолжала свою мысль девушка. – Сомневаюсь, что с людьми получилось бы то, что проделала я.

– Может, и не получилось бы, а может, как раз наоборот. Андроиды действовали согласно заложенному в них алгоритму, это минус. Но люди нередко становятся жертвами собственного разгильдяйства. Это называется человеческим фактором, – подхватывая дроида с одного края и указывая ей на другой, ответил он.

– Но все же военные предпочитают иметь дело с людьми, – выполняя его команду, вновь возразила она.

– Согласен, недостатков у машин хватает. Но у них есть один неоспоримый плюс. Они не предадут и не требуют зарплаты.

– Тут мне возразить нечего. Хотя обслуживать их лучше бы человеку знающему. То есть нужны механик и программист.

– За механиков и мы сойдем. Всего-то и нужно пройти курсы. Кстати, можно и неофициально. Мы же не собираемся заниматься производством роботов или работать на какую-то компанию.

Дроид разбросал свои восемь конечностей так, что приходилось их все время удерживать. Но проделывать это, одновременно протаскивая робота через узкий переходной тамбур и по не более просторному коридору сложно. Одна из конечностей выпала из рук Андрея, и пришлось остановиться, пока он не перехватит ношу поудобней.

– Есть у меня один знакомый, нужно только узнать, как у него дела, – вновь начав движение, продолжил Леднев. – Надеюсь, его мечты и чаяния разбились о жестокую стену реальности и он будет готов принять мое предложение.

– Ставка только на него?

– Ну, в нем есть хоть какая-то уверенность, что он не сдаст. Юрка, как и я, русский. У нас много общего.

– Надеюсь, что ты прав. Иначе запрограммирует андроидов, а потом они же тебя и скрутят.

– Не получается не верить всем без исключения, но я не советую ему доказывать свою лояльность твоим способом.

– Почему? По-моему, вполне эффективно.

– Потому что не представляю, как он станет заглаживать свою вину. Мужики меня не возбуждают. А тогда я ему набью морду. Вдумчиво и качественно.

– Значит, мне повезло, что я девушка, – пожав плечами, констатировала она, затягивая последний композитный хомут.

– А уж мне-то как повезло, что ты девушка, – осматривая то, что у них получилось, согласился Андрей.

Убедившись, что все в порядке и в случае перегрузки и маневров ничто не станет летать по отсеку, устраивая разрушения, Андрей поспешил занять ложемент. Кейла решила не отставать от него. Памятуя о манере пилотирования Леднева, она предпочитала в этот момент занять удобное положение и быть пристегнутой ремнями безопасности.

Отстыковались без проблем, автоматика сработала в штатном режиме. Зато справа вдруг появились сразу два тяжелых дрона. Играть с ними в прятки попросту бесполезно. Лучше уж сразу понять, с чем имеют дело. Благо сканер на их корабле серьезный.

– Ослик, активное сканирование противника на наличие торпед, – подавая на двигатели максимальную тягу и вжимаясь в ложемент, приказал Леднев.

– Выполняю, – подтвердил получение команды искин и через пару секунд доложил: – Торпеды не обнаружены. Противник открыл по нам огонь. Четыре РМД. Еще четыре – с другого дрона. И десять нурсов.

– Кейла, иглометы.

– Приняла, – борясь с перегрузкой, ответила девушка.

И тут же приступила к вводу данных и команды на синхронизацию управления иглометными модулями. Затем вооружилась джойстиком, повела прицелом по экрану, после чего захватила одну из ракет.

– Ослик, приготовься компенсировать потери силового поля, – между тем продолжал отдавать команды Андрей.

– Принял.

Сам Леднев наконец захватил противника в пушечный прицел, но открывать огонь не торопился. Дроны не имеют силового экрана, и этого будет вполне достаточно. Если, конечно, возникнет такая необходимость.

Одновременно с этим он развернул машину с помощью маневровых двигателей и подал на маршевые форсаж. Кейла успела сбить две ракеты. Три, как и нурсы, прошли мимо благодаря маневру Андрея. Оставшиеся три все же достигли силового поля и детонировали.

Ослик успешно компенсировал потери. А вот восполнить заряд конденсатора в настоящий момент уже невозможно. Полная зарядка накопителя при мощности их реактора составит сорок часов. Время, которого у них попросту не было. Причаливать вновь, чтобы пополнить запасы энергии, – это даже не глупость, а самоубийство.

Наблюдая результат атаки и видя, что силовая преграда устояла, дроны решили ретироваться. Остававшиеся у них пушки против такой цели малоэффективны. Вот если бы удалось снести щит, тогда да. А так дальнейшая атака была лишена смысла. Машины же неспособны к действиям, лишенным логики.

В принципе, имей Андрей желание, и он мог бы подбить уходящие дроны. Они использовали стандартные противоракетные и противоартиллерийские маневры. Предугадать их действия было не столь уж сложной задачей. Не с первой очереди, так со второй – третьей он достал бы одного из беглецов. А если бы хватило времени, так и второго. Но они сейчас не представляли угрозы. Так что пусть их.

– Они могут вызвать подкрепление, – предположила Кейла.

– Уверен: это было первое, что они сделали, едва нас обнаружив. Да и андроиды наверняка связались с «Призраком».

– А вот это вряд ли. Сомнительно, чтобы они могли пробиться к головному искину без ретранслятора, а тот однозначно находится в дроиде.

– Но связь с другими группами у них была. До них ведь не так далеко, как до рейдера.

– Сквозь толщу стали, композита и множество других препятствий? Сомнительно. В нашем случае это возможно благодаря внутренней сети. Но, оставляя центральный пост, операторы просто обязаны были вывести ее из строя, это вопрос выживания.

– Это если уничтоженная нами группа находилась в слишком большом отрыве, – возразил Андрей.

– Будь иначе – и в терминал подтянулись бы другие группы. Однако никто не появился, хотя мы там долго провозились.

– Хм. Пожалуй, твоя правда. Но, по сути, это не имеет никакого значения. Уж эти-то дроны точно озаботились докладом.

– Согласна.

– «Лания», ответь диспетчеру.

Услышав вызов на общей частоте, Андрей с Кейлой недоумевающе переглянулись. Девушка неопределенно пожала плечами. Андрей хмыкнул и, имей возможность, непременно почесал бы нос, чему мешало опущенное забрало.

– На связи «Лания».

– Я вижу, тебе все же удалось заправиться, парень.

– Нам повезло.

– А вот нам – нет. Нас зажали у двенадцатого терминала. Мы хотели воспользоваться катером, но железяки его повредили. Знаю, тебе бы самому убраться, но если есть возможность… Мы были бы твоими должниками.

– Сколько вас?

– Осталось шестеро.

Осталось?! Интересно, а где они собирались разместиться в катере даже вшестером? Все пространство жилого отсека, по сути, занимает одна ходовая рубка на пару ложементов. Из удобств – только туалет и пищеблок. Для сравнения, места там, как в кабине грузопассажирской газели.

Зато скорость разгона – два часа, один прыжок, запас хода – три. Более чем достаточно для курьерской службы. Вооружение – сродни истребителю. В маневренности, конечно, уступит, но уже есть силовое поле, способное выдержать два попадания РМД.

– Андрей, это самоубийство. Сейчас налетят большие дроны, и на этот раз у них могут оказаться торпеды, – произнесла Кейла.

– Насчет торпед сомнительно. Это только я со страху бью кувалдой по мыши. Искин таких недостатков лишен, поэтому силы и средства будет дозировать, – уже начиная разворот, возразил он.

– Андрей, это безрассудство!

– Не знаю, как ты, а я потом себя никогда не прощу, если не попытаюсь их вытащить.

– А меня спросить ты не хочешь?

– Извини, девочка, но ты сама сделала выбор, когда вырубила меня и оседлала «Ослика». И потом, ты ведь хотела разогнать кровь по жилам. Так наслаждайся.

– Н-да. Я предполагала, что с тобой не соскучусь, но не думала, что настолько.

– Ты еще не знаешь всего того, что я задумал. Диспетчер, ответь «Лании».

– Слушаю.

– Как тебя зовут?

– Хорх.

– А я Тарк. Вот и познакомились. Мы разворачиваемся. Желательно обойтись без швартовки. Что можешь предложить?

– Ремонтный бот. Скорость, как у калоши, но на какое-то расстояние от станции отойдем. Другой вопрос, что у него ни вооружения, ни защиты.

– Я вас прикрою.

– Хорошо, выдвигаемся навстречу.

В тот момент, когда бот отчалил от терминала, в поле зрения появились сразу четыре средних дрона. Скрепя сердце, но без тени сомнения Андрей атаковал их четырьмя РМД. Против четвертого поколения у этих вертких машин не было шансов. Конечно, пушка куда экономичней, но, во-первых, на стороне дронов были скорость, маневренность и сравнительно небольшие размеры. Во-вторых, роботы и сами вооружены пушками, которым разобрать ремонтный и даже десантный бот ничего не стоит.

И только после залпа Андрей приказал Ослику просканировать дроидов. Как выяснилось, это был вариант с ракетным вооружением, по четыре РМД на борту, которые роботы не замедлили пустить в ход. Для небольшого грузовичка более чем серьезно.

Предпринимать противоракетный маневр некогда, расстояние слишком незначительное. Андрей попросту не успеет. Поэтому Леднев запустил ловушки и взял под управление одну из установок иглометов. Второй управляла Кейла. Атака вышла слишком уж массированной. Часть ракет удалось сбить, другую перехватили ловушки, но остальные навались на «Ослика» едва ли не скопом.

Управляй подкачкой щита Андрей в ручном режиме, и до них точно добрались бы. Но, по счастью, тут заведовал искин и справился с филигранной точностью. Правда, несмотря на то, что щит вновь выведен на сто процентов, в накопителе запаса осталось только на двадцать процентов подкачки.

И это совершенно не радовало, с учетом двенадцати часов для разгона. О том, чтобы использовать форсаж, нечего было и мечтать. Люди без ложементов попросту не перенесут шестичасовую перегрузку.

Радовало хотя бы то, что все четыре дрона были сбиты и сейчас их обломки неслись в космическом пространстве по неизвестному направлению. Бот же не получил ни единого повреждения, во что находившиеся на его борту не могли поверить. Уж больно легкую цель они собой представляли.

Стыковка прошла без проблем, и хорошо, что в этот момент поблизости не оказалось ни одного дрона, потому что перед этим Ледневу пришлось отключить щит, который не позволил бы приблизиться боту. В жилом отсеке тут же стало тесно. Все же шесть человек в бронескафандрах – это не милые котики.

– Парень, ты самый чокнутый из всех безбашенных пилотов, которых я встречал, – хохотнув, сообщил Хорх.

– Еще ничего не закончилось, – успокоил его Андрей.

– Я в курсе. Просто хотел, чтобы ты это знал.

– Ты вроде диспетчер? – сразу перешел к делу Андрей.

– Есть такое дело.

– А как у тебя с артиллерийской подготовкой?

– Какого поколения у тебя иглометы? – вместо ответа поинтересовался Хорх.

– Третьего.

– Тогда получше, чем у вас, – резюмировал он.

Как видно, наблюдал за ходом непосредственной обороны «Ослика». В смысле, «Лании». Что уж говорить, они с Кейлой не блистали. Даже с учетом того, что расстояние было плевым.

– Кейла, перебирайся в катер, – приказал Андрей.

– Приняла, – без лишних вопросов согласилась девушка.

– А ты садись на ее место, – обратился он уже к Хорху.

Эдак и Кейла останется в ложементе, случись все же воспользоваться форсажем, и сам катер вполне может выступить в роли спасательного средства. Как на боевую единицу, Андрей на него не рассчитывал. Просто потому, что не видел в этом смысла. У катера нет нормального запаса хода, а «Ослик» начинал разгон, и с каждой минутой скорость его будет только возрастать. Использовать вооружение, будучи пристыкованным к кораблю, катер не мог. Вот такие ограничения у самодельной конструкции.

– Бот отстреливать не будешь? – занимая место слева от него, поинтересовался диспетчер.

– Весу в нем не так много. «Лания» же грузовик. Зато если его отстрелить и задать курс на сближение с противником, хоть как-то отвлечет преследователей.

– Капля. Но порой и ее достаточно, чтобы перевесить чашу весов.

– Именно. Ну что, парни, готовьтесь. Начинаю ускоренный разгон. Форсаж на двигатели, конечно, не дам, но и комфорт не обещаю. Нам нужно как можно скорее уходить из зоны боевого радиуса дронов.

– Да все понятно, парень. Делай как надо, а мы уж потерпим, – ответил один из спасенных, опускаясь на пол и принимая более или менее удобное положение.

Едва убедившись, что пассажиры устроились, Андрей подал тягу на двигатели. Не сказать что перегрузка навалилась тяжкой ношей, все же грузовик, а не истребитель. Опять же не форсаж, выжимающий из двигателей все соки и, кстати, втрое быстрее пожирающий их рабочий ресурс. Правда, от этого перегрузка не становится меньшим испытанием, потому что из-за постоянного ускорения все время давит на тебя тяжким грузом.

Как он ни спешил, но отдалиться все же не получилось. Шесть тяжелых и столько же средних дронов появились из-за станции и начали стремительно сокращать дистанцию. Стоит «Ослику» набрать скорость, и дронам за грузовиком не угнаться. Но у них несомненное преимущество в разгоне. Так что доберутся, тут никаких сомнений.

Однако атаковать они его пока не могут, причем даже когда дистанция сократится до шести тысяч единиц, так как пускать ракеты им нужно вдогонку. А вот он на встречных курсах очень даже может атаковать и на семи.

Все восемь ракет сошли с направляющих и устремились к противнику. Пришлось внести коррективы в захват целей, чтобы избежать дублирования. Две ракеты машинам все же удалось сбить, зато другие шесть настигли четыре тяжелых и два средних дрона. Оставшиеся, разумеется, все еще представляют опасность, но это уже легче. Шесть машин не двенадцать.

– Ослик, заряди установки противоракетами, – приказал он.

– Уверен? Еще один залп – и от них ничего не останется, – усомнился Хорх.

– Возможно. Но отстреляться они успеют. Причем, предполагаю, что одним залпом выпустят все до последней железки. Как по-твоему, ты успеешь срезать из иглометов шестнадцать ракет?

– Н-да, – крякнув, вынужден был согласиться диспетчер.

У Андрея мелькнула было мысль приказать Кейле отстыковаться и задействовать вооружение катера. Но, по здравом рассуждении, он все же отказался. Как ни крути, а это все же риск. Помочь она, конечно, поможет, но где гарантия, что потом сумеет нагнать и вновь пристыковаться. Ничего страшного, и так управятся.

Когда дроны все же дали залп, Леднев пустил в ответ противоракеты. Второе поколение «Призрака» было бессильно против четвертого, а потому волна тут же уполовинилась. Далее он запустил навстречу ракетам ремонтный бот, благо и не думал тащить его с собой. Тот весьма удачно прихватил парочку ракет. Дело довершили ловушки, которые обезвредили оставшиеся ракеты.

На этом все и закончилось. Дроны поспешили развернуться. Продолжение атаки посредством пушечного огня против судна с заполненным силовым щитом было бесполезно. Если только таранить с запуском самоликвидатора. Но подобное действие не укладывается в логику. Вот если бы на месте грузовика был брандер, тогда совсем другое дело. Тот изначально запрограммирован на самоуничтожение. А так – только возврат на базу.

Прошел еще час, прежде чем Андрей облегченно вздохнул. Фрегатов у «Призрака» больше нет. Дальности хода дронов для погони недостаточно. Сам рейдер не успеет развить необходимую скорость. А значит, «Ослику» удалось от него сбежать. Нет, организованно отойти, так звучит куда лучше.

Глава 29

Третьим будешь?

– Так вот, значит, вы какой, Андрей Леднев.

Мужчине на вид лет сорок, хотя во Внутренних системах это ничего не значит. Среднего роста, крепкого телосложения, Чисто выбрит, именно выбрит, хотя мог и свести растительность на нет, копеечная процедура. Черты лица правильные, волевой подбородок. Глаза выразительные. В них угадываются характер и целеустремленность человека, точно знающего, чего хочет. А ведь Кейла их унаследовала у отца.

Он вышел из-за стола и приблизился к Андрею, протянув руку. Леднев обменялся с ним рукопожатием. Кстати, жест, свойственный багрийцам, только удостаивают им лишь тех, кого признают равным. Трегарры – дворянский род, а это уже само по себе многое значит. Например, Андрею не стоит беспокоиться по поводу того, что Кантру Трегарру известно его настоящее имя.

Плевать, что награда за него составляет стоимость фрегата, причем без расходов на строительство. Чистый профицит. Глава семьи четко указал на то, что его это не интересует.

– Раз вам известно, кто я и что со мной связано, то, думаю, будет уместным попросить вас отговорить Кейлу от затеи сопровождать меня.

– Девочка давно выросла, – указывая на стул у приставного столика, начал объяснять хозяин кабинета. – У нас в древности был обычай. Домен наследовали старшие сыновья, младшим вручались доспехи, оружие и конь, после чего они отправлялись на поиски своей судьбы. Кейла взяла бронескафандр третьего поколения, лучшее, что я мог достать на тот момент, пятьсот тысяч кредитов, мое благословение и отправилась устраивать свою жизнь.

– У нас на Земле был точно такой же обычай, – не вдаваясь в частности, произнес Андрей. – Но Кейла все же не мужчина.

– Еще бы. Такая красавица получилась. Но вы это ей объясните. Она ведь не хочет никого слушать. Случались в дворянских родах такие девицы. Их называли паулиниями.

– Хм. Много же у нас схожего. У нас таких называли валькириями.

– Ну а чего вы ожидали, человеческая природа берет свое. Ведь в нас столько общего, что мы можем иметь даже совместное потомство с обитателями отсталых планет. Существует теория об одном материнском мире, расселении людей по вселенной, утрате связей, упадке и последующем возрождении, и я являюсь ее сторонником. Ведь нам так и не удалось обнаружить иных разумных существ. Только люди.

– Что же, вынужден признать: на фоне известных фактов звучит убедительно. Хотя я слышал и множество других теорий, которые выглядят не менее стройно. Впрочем, как говорят у нас на Земле, кесарю кесарево, а богу богово.

– Не знаю, о чем вы говорите, но смею предположить, что вы предлагаете перейти к деловой стороне нашей встречи, – улыбнувшись, произнес Кантр.

– Именно.

– Признаться, мы специализируемся не на апгрейде, а на постройке кораблей. Но, учитывая то, что вас привела моя дочь, я готов рассмотреть ваш вопрос. Итак, что именно вы хотели бы получить?

– Нужно демонтировать дополнительное оборудование в грузовом отсеке. Вместо него я хотел бы устроить три помещения. Спортивный зал, кабинет под два вирткресла, ремонтную мастерскую и медотсек с двумя криокапсулами. Вернуть кают-компании ее прежний статус и помимо пищеблока устроить небольшую кухоньку, чтобы можно было готовить самим. Восстановить одну из кают и сделать двухместной ныне обитаемую. Кроме того, если это возможно, увеличить боекомплект ракетного вооружения. Бункер катера необходимо переделать под десантный отсек с возможностью перехода прямо с борта судна. Демонтировать буровой лазер и на его место установить пушку. При невозможности – игломет, самый мощный, на какой только можно рассчитывать. Вот, собственно, и все.

– Так. Насчет увеличения боекомплекта, – всматриваясь в монитор стационарного искина, начал пояснять Кантр, – ничего не получится. Вы можете только складировать ракеты в грузовом отсеке и впоследствии вручную перемещать их в элеватор. По помещениям и бункеру катера – никаких сложностей. Управимся уже через сутки. Но Кейла говорила что-то насчет замены или модернизации двигателей.

– Я пересмотрел свои планы. Это не потребуется.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете.

– Разумеется.

– Андрей, Кейла взрослая и самостоятельная девочка. Но если с ней что-то случится… Родственные узы у багрийцев куда сильнее, чем у ирианцев.

– Господин Трегарр, я не скрываю, что находиться рядом со мной опасно, и именно поэтому прошу вас, чтобы вы отговорили дочь от необдуманного шага. Вы говорите, что она взрослая, и тут вдруг… – Андрей недоумевающе развел руками, словно не в силах понять происходящее.

– Я не о возможной гибели в бою или от рук ваших личных или общих врагов. Я говорю о вас лично. Не дай вам создатель решить, что вам будет проще разменять ее жизнь ради спасения своей. В этом случае я вас уничтожу. Не убью, заметьте, а уничтожу. Вы даже не представляете, каких высот достигли багрийцы в области уничижения своих врагов.

– Я вас понял, господин Трегарр.

– Вот и договорились. Подводите ваш грузовик к третьему доку. На этом все.

– До свидания.

Н-да. Не хотел бы Андрей заполучить такого врага, как отец Кейлы. Это же реальный хищник с благообразной внешностью, в строгом деловом костюме и при аристократических манерах. Но и выхода другого Леднев не видел. В одиночку запланированное не провернуть. Довериться же он мог, по сути, только Кейле. Чем бы ни руководствовалась девушка, но она не польстилась на вознаграждение, хотя и имела для этого возможность.

Андрей принял это решение еще до того, как они отправились в обратный путь. Конечно же можно сменить или модернизировать двигатели, изменить обводы корабля и зарегистрировать его на Кейлу. Все это разумно и какое-то время будет работать. А потом вновь прилетит удар. Причем, как всегда бывает в таких случаях, неожиданный и с самой непредсказуемой стороны.

Ну и к чему такие кружева, когда можно спровоцировать удар и встретить его во всеоружии? И никаких угрызений совести по поводу подставы невинных агнцев. Тем более что бить первым в его планы не входило. Нет, он позволит охотникам проявить себя, а там и ударит от всей широкой души.

Именно поэтому ему необходимо было сохранить общий облик «Ослика», но существенно переработать начинку. К примеру, без еще одного члена экипажа не обойтись. А потому нужно пересмотреть и концепцию общих помещений. Ну и кухня, чтобы можно было в значительной мере разнообразить свой рацион. Даже продвинутый пищеблок способен свести с ума.

Буровому катеру предстояло переквалифицироваться в вооруженный десантный бот с андроидами и дроидом. Само по себе его вооружение уже нонсенс. А уж с десантом на борту – и вовсе нечто невообразимое. Ну не думали здесь в эту сторону. Хватало всевозможных модификаций, изначально предназначенных для боя. К чему еще и изворачиваться?

Верфь Кантра управилась в указанные сутки. Было бы удивительно, обернись все иначе. Правда с установкой пушки вместо бурового лазера не выгорело, не позволили конструктивные особенности. Зато катер получил средство непосредственной обороны в виде игломета, причем продвинутого, что повышало шансы выживаемости в случае обстрела ракетами.

Все демонтированное оборудование Андрей выставил на аукцион, переместив его на соответствующий склад. Деньги от реализации должны были поступить на его официальный счет. С него же начнутся систематические выплаты по кредиту, взятому у господина Ахона, что лишит того возможности открыть уголовное преследование Леднева.

Первый взнос Андрей сделал еще на пути в систему Унтиха, так что тот след преследователей никуда не приведет. Как, впрочем, и личность Кейлы, потому что на Рухте она была под вымышленным именем, и отыскать ее – задачка пока нетривиальная. Но уже следующая выплата обозначит местоположение беглеца, как и в значительной мере упростит идентификацию девушки.

Его поисками занимались далеко не только прямолинейные наемники, умеющие лишь воевать. Десять миллионов – внушительный приз, чтобы начали рыть землю многие частные детективы и уж тем более те, у кого дела идут ни шатко ни валко, что вовсе не означает, отсутствие у них мозгов и таланта сыскаря.

Но Андрея это мало волновало. К этому времени он уже планировал отсюда убраться. Пока же решил воспользоваться приглашением главы рода Трегарров и подтянуть боевую подготовку. При наличии компетентного инструктора за месяц можно сделать качественный рывок. У Трегарров таковой имелся, как и серьезная тренировочная база.

Дворяне – воины априори. Иное дело, что девушки проходят весьма краткий курс, только чтобы в случае необходимости суметь постоять за себя. Дабы не забывали, что в первую очередь являются женами, матерями и хранительницами очага. И плевать на все достижения современной науки и технологий, когда детей можно клепать в репликаторах.

Разумеется, Кантр мог и прежде дать дочери серьезную боевую подготовку, как и помочь овладеть любой специальностью. Для него это не составляло труда. Но он не стал этого делать в надежде, что она все же осознает свое женское начало и предназначение.

Однако этого не случилось. Девица оказалась весьма упрямой и целеустремленной. Не растеряв в себе женщину, она упорно шла к достижению поставленной цели, будучи твердо уверенной в том, что еще успеет обзавестись мужем, детьми и семейным очагом в целом. Она реально этого хотела, но оставила данный вопрос на перспективу. Справедливости ради, не такую уж и далекую. Кейла собиралась подумать об этом всего-то через двадцать лет. И впрямь немного, учитывая продолжительность жизни во Внутренних системах.

Правда, в контексте выбранной ею деятельности это выглядело как-то не очень убедительно. Но Андрей не собирался тыкать в данное несоответствие. Как уже говорилось, в девушке он был заинтересован.

Виртуал – серьезное подспорье в изучении любой специальности. Это в равной степени относится и к отработке боевых навыков. При работе в виртуале исправно закрепляются все условные рефлексы. Тут ведь главное – работа мозга, который задействован в полной мере.

Разумеется, обучаемому достается и в реале. В виртуале не привести в порядок физическую форму, не получить ту же растяжку и не обрести мышечную память. Но и здесь не обходится без шпаргалок.

Химия разгоняет все эти процессы с просто невероятной скоростью. Разумеется, в представлении землян. Во Внутренних же системах есть целый ряд препаратов-бустеров на разный кошелек и с разной долей эффективности.

Кантр мог себе позволить качественные препараты. Не сказать что он был готов помогать бесплатно. Вот еще! Дочь сделала выбор и пошла своим путем. Вот пусть и идет по нему самостоятельно. Отец поддерживать ее в этом начинании не собирался. Так что сугубо за свой счет, и никак иначе. Кейле пришлось-таки оформлять кредит.

Едва определившись с перспективами по боевой подготовке, Леднев решил посетить Клайп. Нужно было повидаться с Юрой. Насколько ему было известно, у того не больно-то клеилось с работой, а потому имелся шанс заполучить себе программиста. Не сказать что гений или классный специалист, но уж точно не неумеха какой. И главное, Андрей его более или менее знал и гнили в нем раньше не наблюдал. Что в случае Леднева было едва ли не определяющим.

Бессонов отозвался на вызов сразу и на встречу согласился без лишних слов, благо Андрей прибыл в Талантай уже вечером и рабочий день закончился. Обрадовался товарищ несказанно. Оставалось только понять, чему именно: возможности видеть Андрея или свалившемуся на голову счастью.

Поэтому Леднев не пошел на место рандеву, вместо этого заблаговременно прибыл прямиком к Юрке домой, благо тот проживал в прежней квартире. Это лишний раз свидетельствовало о том, что дела у него идут не очень. Хотя, конечно, и получше, чем во время учебы. Теперь квартиру он снимал один.

– Привет, Юра, – поздоровался Андрей, когда Бессонов открыл дверь.

– Привет, – не скрывая своего удивления, ответил тот, наблюдая Леднева на лестничной площадке. – Так мы же вроде договорились…

– Да вот, решил, чего нам по каким-то сагнолльным толкаться. Опять же ностальгия. Полтора года как уехал. А сколько за это время произошло, просто мрак.

– Ну и чего тогда стоишь в дверях? Проходи, – отступая в сторону, пригласил Юрий.

– Я гляжу, ты тут особо перестановкой не заморачивался, – оказавшись в квартире, произнес Андрей.

– А чего заморачиваться? Меня все устраивает. Во всяком случае, на этом уровне. Опять же посмотрел я на то, как некоторые свою жизнь изменили, и что-то тяга к переменам поубавилась.

– Значит, знаешь о том, что за меня назначили солидную премию, – хмыкнув, заметил Леднев.

– Я бы сказал, неприлично офигительную премию, – покачав головой, возразил Бессонов. – Меня уже достали вопросами и посулами. Две сотни кусков обещают, если я стукну, когда ты появишься.

– И?

– Андрей, ты мне не брат, не кум и не сват, чтобы я тут за тебя задницу рвал. Оставляли координаты, обещал сообщить, как только, так сразу.

– Сообщил?

– Я похож на дебила? Да кто станет платить какому-то придурку, за которым никого нет?

– А самому если замутить эту тему и доставить меня прямиком на Талаханку? Это уже совсем другие деньги.

– Угу. На Талаханке нас всех вместе как раз и оприходуют. Так что я бы, может, и с радостью, но… – Он ухмыльнулся, развел руками и закончил: – Мне эту тему не потянуть.

И Андрей ему поверил. Вот если бы Юрка повел себя иначе, начал бы бить себя пяткой в грудь, мол, ни за что и никогда, тогда другое дело. А так – цинично и предельно откровенно.

– Сагноллом-то угостишь? – проходя на кухню, поинтересовался Андрей.

– А как насчет пельменей?

– Гонишь?

– Сам ты гонишь. У нас тут неподалеку недавно пельменная открылась. Ну там не только пельмени, еще и манты, и хинкали, и позы. Есть вареники, правда, как ты понимаешь, с нашими начинками имеются некоторые трудности. Это не мясо. Продают и на вынос, замороженные, – открывая холодильник, с важным видом заявил Бессонов.

– Тащи уже, – с нетерпением потребовал Андрей, выискивая чистую кастрюлю.

Юрий оказался верен себе и, по своему обыкновению, копил грязную посуду в мойке, чтобы вечером перемыть все сразу. Правда, уже вечер, и посуды тут явно не за один день набежало. Андрей покосился было на это безобразие и покачал головой. А вот не станет он мыть за Бессонова, как и ночевать в этой квартире и на Клайпе вообще. На орбите их дожидается заправленный курьерский катер, одолженный у отца Кейлы.

Кстати.

«Кейла, поднимись в квартиру», – связался он с девушкой по Сети.

«Уверен, что это безопасно?» – отозвалась Кейла, прикрывавшая подходы к дому.

«Полностью».

«Хорошо. Иду».

– Так, Юра, давай к мойке и наведи порядок. Я пока еще не разучился варить пельмени, – забирая у бывшего соседа композитный пакет с едой, потребовал Андрей.

– Да ладно тебе.

– Нет, не ладно. Сейчас сюда придет одна красавица. Не стоит показывать ей, какая ты свинья. И вообще, если хочешь получить место на моем корабле, тебе придется позабыть о своей безалаберности.

– Чего получить?

– Посуду мой.

– Да мою я. Ты толком-то сказать можешь, чего ты тут несешь? – подступаясь к мойке и включая воду, поинтересовался Бессонов.

– В общем-то ничего особенного. Припомнил одну поговорку о том, что лучший способ обороны – это нападение. Если хочу себя обезопасить, нужно сделать так, чтобы охотиться на меня было неинтересно.

– Что-то я пока не понимаю.

– Если коротко, то я решил открыть охоту на охотников за моей задницей. Уж поверь, мне есть чем удивить этих ребят и взять в оборот. Иное дело, что уничтожать их корабли я не собираюсь. Приз как-никак. Но и нанимать абордажную команду у меня нет возможности, – ставя на конфорку кастрюлю с водой, произнес Андрей.

– И ты предлагаешь нам вдвоем идти на абордаж? – хмыкнул Юрий, явно считая все это бредом.

– Не совсем. Мне тут по случаю удалось разжиться боевыми андроидами, но они в несколько плачевном состоянии. На корабле есть небольшая, но хорошо оборудованная мастерская. Я имею специальность механика и прошел курсы по андроидам. Не хватает знающего специалиста.

– Я не технарь.

– Я в курсе. Зато программист, а ребятки нуждаются в мозгоправе. Причем в таком, который не станет науськивать их на захват владельца. Что же до технического образования, так специальность ты освоишь быстро. А корочки мне без надобности.

– И сколько ты мне положишь?

– Нас трое. Так что любая треть от приза.

– Я ничего не вкладываю, – с сомнением произнес Юрий.

– Еще как вкладываешь. Ты член команды, в котором я могу быть уверен. А это дорогого стоит.

– Вот так сразу мне поверил?

– Не сразу, но поверил. Ну так что? Третьим будешь?

– Н-да, – осматривая квартиру, неопределенно произнес Юрий.

Потом почесал кончик носа, не обращая внимания на пену от моющей жидкости. Хмыкнул, прикидывая что-то, и посмотрел в глаза Ледневу.

– А знаешь, я, пожалуй, соглашусь.

– Вот и молодец. Ага, я открою. Мой посуду, грязнуля, – назидательно произнес Леднев, направляясь к двери, в которую позвонила Кейла.

Глава 30

Третий не лишний

Бессонову пришлось пожалеть о своем решении присоединиться к Ледневу. Он-то, грешным делом, полагал, что будет обычным технарем. Как ни странно, но возиться с железяками оказалось интересным занятием. А потому и специальность техника осваивалась с невероятной легкостью. Да еще и при хорошо оснащенной мастерской. Ну и не без помощи самого Андрея.

Но на этом приятное заканчивалось. Во-первых, освоением профессии Юрию пришлось заниматься в свободное от боевой подготовки время. И доставалось ему там куда больше. В отличие от товарищей он не имел даже базового десантного уровня.

Впрочем, постепенно проявился и интерес. Так-то пока тебя мордуют и изводят, каждый раз показывая всю твою никчемность, твоя самооценка оказывается ниже плинтуса. Но, как говорится, все познается в сравнении.

Инструктор четко уловил момент надлома одного из своих подопечных и вдруг ни с того ни с сего предложил сделать перерыв и отдохнуть на планете. Признаться, данное обстоятельство сильно удивило Юрия. И уж тем более он недоумевал, когда инструктор его привез в какие-то трущобы.

Высокотехнологичная цивилизация никак не могла ассоциироваться со старыми высотками, с обшарпанными фасадами, грязными улицами и переполненными помойками. Ведь есть же дезинтеграторы, которые легко справляются с проблемой бытовых отходов.

Не сказать, что Юрий не слышал о таких кварталах, существующих во всех больших городах. Но вот совать туда свой нос у него не было никакого желания. Неинтересно ему это, и весь сказ. Ну и страшно, чего уж. Обитателей таких мест не отличали ни воспитанность, ни доброжелательность. Они жили по своим законам и не пускали в свой мир пришлых.

Стоит ли говорить, что появление парочки не из местных было воспринято с настороженной враждебностью. Их провожали взглядами. Некоторые шли следом, силясь проникнуться всей глубиной наглости чужаков. У пивной, в которую они вошли, собралась группа из десятка мутных личностей. В самом баре находились шестеро.

– Мне нужно отлучиться по делам, – отпив добрый глоток пива и скривившись от его вкуса, заявил инструктор. – Ждать тебя буду вот в этом баре. – Искин Юрия тренькнул, сообщая о входящем. – Там пиво получше.

– Чем тебе не нравится мое пиво? – хмуро поинтересовался бармен.

– Ничем, – пожав плечами, коротко бросил инструктор и направился в сторону туалета.

Бессонов отчего-то не сомневался в том, что тот больше не вернется, а потому дернулся было за ним, не желая оставаться здесь одному. Но багриец боднул его таким взглядом, что Юрий плюхнулся обратно на высокий стул, взял кружку и сделал большой нервный глоток. Это была подстава. Отчего-то сразу вспомнились детство и старший брат, который учил его плавать в пруду, забросив подальше от берега.

Вопреки его ожиданиям, никто его сразу прессовать не стал. Возможно потому, что опасались здоровяка, скрывшегося в туалете. В отличие от них Юрий не сомневался, что тот больше не появится, поэтому, расплатившись за пиво, направился к выходу. Не нужны ему неприятности, а их здесь обещает каждый взгляд.

Мимо столпившихся у входа ему удалось протиснуться без проблем. Он даже никого не задел, пробормотав извинения за возможные неудобства. Но не прошел и пары десятков шагов, как его нагнали и прижали к стене.

– Парень, ты явно больной на голову, если забрел сюда вот так, без знакомств и поддержки отделения полицейских, – хмыкнув, произнес один из них, явно лидер.

– Мне не нужны неприятности, я уже ухожу, – затравленно посмотрев на говорившего, дрогнувшим голосом ответил Юрий.

Да, он прошел через Океанию, преодолел многие свои страхи и не раз заглядывал смерти в глаза. Все это было. Но там он имел дело с океанским мраком и его обитателями. Здесь напротив него были люди. И, как оказалось, он избавился далеко не от всех своих страхов.

– И нам не нужны неприятности, – хмыкнув, согласно кивнул лидер. – Сейчас ты переведешь все бабло со своего счета на мой. И если его там окажется достаточно, мы проводим тебя до границы квартала. Все ясно?

Последние слова он решил подкрепить затрещиной. Юрий и сам не понял, как это случилось. Рефлексы сработали раньше, чем он сумел что-либо осознать. Рука гопника напоролась на мгновенно выставленный блок. От произошедшего тот опешил, а сам Бессонов не на шутку испугался. Что это на него нашло?!

А в следующую секунду Юрия вдруг прострелила мысль, что теперь его будут бить. Может, и не на смерть, но уж точно серьезно и без намека на жалость. К гадалке не ходи, после этого приключения ему понадобится регенерационная капсула.

Подтверждение не заставило себя долго ждать. Боковым зрением он уловил какое-то движение и, все так же мало что соображая, присел. Как результат, удар второго оппонента пришелся в стену. Сам же Юрий, выбросив руку, впечатал свой кулак в пах напавшего. Повел рукой в сторону, подцепил ногу следующего и, поднимаясь, дернул ее вверх и вправо. Противник тут же опрокинулся на спину, приложившись затылком о тротуар.

Еще не распрямившись до конца, Бессонов выбросил вперед левую руку и на подъеме врезал ребром ладони по горлу лидеру. Тот, захрипев, схватился за травмированную трахею и отвалился в сторону.

Все еще не осознавая до конца происходящее, Юрий атаковал следующего. Он хватал, тянул, бил, толкал, уворачивался и контратаковал. Причем все это происходило без участия разума – Юрий мысленно пребывал в прострации. Даже когда он остался на ногах один в окружении хрипящих, стонущих и матерящихся гопников, все равно не верил в то, что сам же это и сотворил. В кого же он превратился всего лишь через месяц тренировок?!

Впрочем, долго задаваться этим вопросом он не стал. Никаких сомнений – как только уйдет потрясение, местная братва примется за него куда серьезней. А потому он поспешил ретироваться, причем в прямом смысле этого слова. Он побежал настолько быстро, насколько вообще был способен. Никогда раньше он не развивал такую скорость.

– Жив? – задал риторический вопрос инструктор, делая глоток из большой кружки и удовлетворенно кивая.

Юрий обнаружил его именно в том баре, где тот и назначил встречу. Сидит себе как ни в чем не бывало и попивает пиво. Явно качеством куда лучше, чем в той забегаловке.

– А если бы меня там грохнули? – устраиваясь рядом, поинтересовался Бессонов.

– Эта босота, – кивая куда-то в сторону, произнес он. – Тогда выяснилось бы, что я плохой инструктор. А это не так. Уж поверь.

– И зачем?

– Чтобы ты понял, что уже чего-то стоишь. Глядишь – и в реальном бою ты не станешь бояться, а будешь драться. С владением оружием у тебя все обстоит ничуть не хуже.

– Ну и к чему так со мной возиться?

– Причина не в тебе, а в Кейле. Господин не может ее остановить или втиснуть в вашу команду своего проверенного бойца. Она этого просто не примет. А тогда получится только хуже. Остается научить ее и тех, кто рядом с ней.

– Господин? Хочешь сказать, что ты раб Кантра?

– Семьи Трегарров, – совершенно спокойно уточнил здоровяк.

– Но в Ирианской империи нет рабства.

– И что с того? Мы багрийцы. Разумеется, мы придерживаемся ирианских законов, но в семье живем по своим.

– Погоди. И ты не хочешь освободиться?

– А что ты подразумеваешь под словом «свобода»? Если тебя интересует, могу ли я уйти, то да, в любой момент. И никто не станет меня преследовать. Потому что Трегарры приняли ирианские законы, а контракт я не подписывал.

– Не понимаю, как можно добровольно оставаться в неволе?

– А ты не старайся понять то, чего понять тебе не суждено. Я свободен. Ровно настолько, насколько сам этого хочу.

– Ну хорошо. А если, к примеру, тебя захотят продать?

– Значит, я оказался недостоин служить семье Трегарров. Если продают таких, как я, это характеризует нас не лучшим образом. Поэтому приобрести такой товар может только семья, находящаяся ниже по положению. И стоим мы дешевле, чем рабы, которых изначально готовят на продажу как воинов. Хотя они однозначно уступят нам во всем.

– Я запутался.

– Говорю же, не пытайся понять то, что тебе не дано, – допивая пиво, хмыкнул инструктор.

Вернувшись на станцию, где располагалась верфь и, собственно, находился учебный полигон, Юрий рассказал о странном разговоре Андрею, но тот только отмахнулся. Незачем забивать себе голову разной ерундой. Это их жизнь и их выбор. Остается только принять все как есть.

А что тут сказать? Прав Андрей, как оказался прав в своем педагогическом выверте и их инструктор. После случившегося в трущобах Юрий поверил в себя, и его успехи вышли на качественно новый уровень. И тут дело даже не в оценке со стороны. Бессонов сам почувствовал, насколько он стал прогрессировать.

Ну хотя бы потому, что у него словно открылось второе дыхание. В перерывах между боевой подготовкой он значительно продвинулся в области освоения профессии техника. Конечно, до высококвалифицированного специалиста ему было еще далеко, тот же Леднев был куда выше него, как выяснилось, Андрей овладел этой специальностью, будучи на фронтире. Но для работы с готовыми узлами и агрегатами у Юрия навыков вполне хватало.

Поэтому, едва покинув терминал, предоставленный им отцом Кейлы, они подступились к поврежденным андроидам и дроиду. Леднев по-прежнему не собирался никому доверять и просто поместил поврежденные машины в опломбированные контейнеры. Теперь настал момент, когда за них наконец можно было взяться.

Как показал первичный осмотр, дела обстояли не столь уж радужно. Повреждения двух андроидов оказались слишком серьезными, в смысле, электроники, конечно. Теперь эти машины годились разве только на запасные части. Основная же стоимость приходилась именно на электронику, и искины в частности.

Зато остальные четыре реанимировать не составляло труда. Правда, для этого их придется перепрограммировать, дабы не заполучить головную боль. Машины ведь были нацелены на борьбу с людьми как с видом, так что с этим лучше не рисковать.

– Юра, а получится сохранить базы боевой и тактической подготовки? – поинтересовался Андрей, присаживаясь напротив товарища.

Бессонов как раз работал на стационарном искине, пытаясь понять, в каком состоянии его подопечный андроид. С дырой в груди выглядел он не очень, как и со шлейфом проводов, тянущихся от разъема на затылке.

– А зачем тебе это? Закачать готовые тактические базы – и все дела, – удивился Бессонов.

– Юра, я не думал, что мне придется объяснять тебе азы. Искин – это не просто машина, но саморазвивающийся искусственный разум, нарабатывающий собственный опыт. «Призрак» уже полвека бодается с людьми, при этом непрерывно развиваясь, как и его роботы. Ну закачаем мы в него базы второго поколения. Более современное программное обеспечение он попросту не потянет. И что с того? Вместо подготовленного бойца мы получим всего лишь болванку. Заготовку. Роботы и без того проигрывают людям, а если его лишить еще и полученного опыта… Ну, ты меня понимаешь.

– Понимаю, конечно. Но все это не так просто. Понадобятся специальное оборудование и программное обеспечение для работы в виртуале с искином. Это сродни работе психиатра.

– Вот и подумай, что тебе необходимо.

– Хорошо. Я подумаю, определю порядок и путь решения проблемы. Не понимаю, к чему было делать из меня коммандос? Лучше бы я занимался своим делом, – в сердцах закончил Юрий.

– Ну, железяки железяками, но случиться может всякое. Так что лучше быть готовым встретить опасность, а не трястись от страха беспомощной овцой. Держи хвост пистолетом, Юра. Это на самый крайний случай. Работай, – хлопнув его по плечу, закончил Андрей.

Вообще-то, несмотря на опыт Океании и похождения в трущобах, не сказать, что Бессонов отличался храбростью, так что перспектива абордажного боя должна была подвигнуть его покинуть борт «Ослика». Однако он прекрасно сознавал, что это не их, а они будут брать на абордаж охотников за головами, недооценивших свою дичь. Не опасался он и боя в пространстве, так как имел всю информацию о вооружении и снаряжении этого грузовика, полного сюрпризов.

Поэтому Юрий просто сосредоточился на своей работе, для которой его, собственно говоря, и подтянул Леднев. И ему нравилось возиться не только с программным обеспечением, но и с железками. А уж задачка забраться в искусственный интеллект и прочистить ему мозги и вовсе увлекла с головой.

На переход до Клайпа ушло четыре дня. Все же грузовик – это не курьерский катер. За это время Юрий полностью определился с тем, как он будет действовать и что ему для этого потребуется. А заодно на пару с Андреем они привели в порядок механику андроидов и дроида. Оставалось только вправить им мозги.

На Клайпе задержались ненадолго, но этого времени хватило не только на то, чтобы закупить все необходимое. Бессонов позвонил по оставленному номеру и сообщил, что объявился Леднев и у него имеется информация, куда тот отправился.

Награду ему перевести отказались, так как готовы были платить только за подтвердившуюся информацию. Юрий торговался с упоением, пока наконец не добился выплаты аванса в размере двадцати тысяч. Не так уж и мало, если честно. Хотя, конечно, в десять раз меньше обещанного.

Когда деньги упали ему на счет, он сообщил, что Леднев отбыл на станцию Эркотан во фронтире. Кстати, информация полностью соответствовала действительности. Просто эта самая действительность должна была несколько удивить охотников.

С первым искином Бессонов возился неделю. Из-за этого они двигались к цели без спешки, подолгу задерживаясь в попутных системах. Андрей рассудил, что не помешает малость наследить, чтобы облегчить задачу охотникам.

Работал Бессонов в виртуале. Как ни крути, а искусственный интеллект – это не просто двоичный код, так что Юрию пришлось выступить едва ли не в роли психолога. Зато результат не мог не радовать. Удалось качественно прочистить мозги искину андроида, сохранив все боевые и тактические базы.

На волне успеха он взялся за второго. К сожалению, невозможно отформатировать остальных и закачать в них данные от выправленного образца. Это ведь не готовые базы, а персонально наработанный опыт. Именно то, о чем и говорил Андрей.

– Зачем звал, да еще и так поспешно? – поинтересовался Андрей, которого товарищ вырвал из койки, где он пребывал не один.

Кейла предложила послать неуемного Бессонова к воронам. Ладно бы еще он вызывал в ходовую рубку, так как был в этот момент на вахте. Так нет же, он приглашал Леднева в мастерскую. Когда же ее партнер все же отправился к Юрию, Кейла решила составить ему компанию, выглядывая через его плечо.

– Андрюха, вот смотри, два андроида.

– Ну?

– С виду совершенно идентичны, но на деле вот этому только год, а этому – пять. Помнишь ты говорил, что у «Призрака» должен быть код «свой – чужой»?

– Разумеется, помню. Как и то, что постоянно генерируются новые коды. Любой захват уцелевшего искина приведет к утечке. Даже железяка должна это понимать.

– Правильно. Но головной искин «Призрака» не страдает паранойей. Иными словами, он не форматирует память своих подопечных.

– Хочешь сказать, что в этом старичке сохранились старые коды?

– Ты знал! – самодовольно откинулся на спинку кресла Бессонов.

– Юр, ну и какой нам прок от этих сведений?

– Не понимаешь?

– Нет.

– Я еще проверю другие искины, может, найдется кто и постарше. Но даже на основании имеющихся данных вполне возможно попробовать вычислить алгоритм генерирования кодов. И случись встретиться с «Призраком»… Ну, ты понимаешь.

– Класс. Только я не собираюсь охотиться за «Призрачным рейдером», как и встречаться с ним.

– А предыдущие разы ты этого хотел?

– Ну, дважды снаряд в одну и ту же воронку – это еще ладно. Но трижды – это перебор даже для фантастики.

– Перед реальностью пасует любая фантастика.

– Это все?

– Все.

– Ты на вахте, Юра.

– Так я в виртуал не ныряю.

– Ага. Ладно. Тогда мы пойдем?

– Идите, – растерянно и как-то обиженно произнес Юрий.

Кейла закатила глазки, погрозила инженеру Бессонову кулаком и скользнула вслед за Андреем. Только теперь Юрий наконец сообразил, что он, кажется, перестарался.

Глава 31

На живца

– Уверен, что оно того стоит? – усомнился Юрий, наблюдая за тем, как собирается Андрей.

– Должны же охотники за наградой увидеть товар лицом, – пожав плечами, ответил Леднев.

– Тогда, может, и я с вами? Ну, на всякий случай. В прошлый раз Кейла тебе не больно-то помогла.

– Во-первых, в той ситуации вообще мало кто сумел бы что-либо предпринять, – с милой улыбкой начала возражать девушка. – А во-вторых, с тех пор прошло немало времени, и я подтянула свои боевые навыки. При всем уважении, Юра, они у меня получше, чем у тебя.

– Да кто бы спорил, но…

– Юра, стоп. Ты инженер? – оборвал его Леднев.

– Ну.

– Баранки гну. Лучше держи андроидов наготове. Чтобы, случись что непредвиденное, суметь выдернуть наши задницы. И вообще, по изначальной договоренности ты не должен был лезть ни в какие авантюры. И что изменилось? Происшествие в трущобах вскружило тебе голову. Не хочу разочаровывать, но ты пока еще не десантник. Без обид, Юра. Каждый должен заниматься своим делом.

Андрей посмотрелся в полированный стальной лист, выполняющий роль зеркала. Стекло на кораблях иначе как роскошью не назвать. Его можно встретить только в первом классе пассажирских лайнеров. Уж больно опасная штука в условиях, когда искусственная гравитация может пропасть в любой момент.

Леднев оказался доволен своим отражением. Провел рукой по оружейному поясу на ковбойский манер. Нарисовал как-то Кейле набросок. Той понравилось, и она сделала эскиз, благо знала, с какой стороны браться за карандаш. И вот у всей их троицы оказались оружейные пояса из самой настоящей кожи. Между прочим, цена у этого изделия получилась грабительской. Синтетика обошлась бы раз в двадцать дешевле.

Но вот захотелось им, и все тут. Опять же Андрей вдруг вспомнил сагу «Звездные войны» и своего любимого персонажа Хана Соло. И вот Леднев среди звезд, на палубе собственного межсистемного корабля. Сказка, ставшая былью. Да за такое ничего не жалко!

Подмигнув товарищу, Андрей направился к переходному шлюзу. Кейла, дабы подбодрить Бессонова, повисла на его шее и смачно чмокнула в щеку. Хмыкнула, пощекотав мочку, так, словно хотела сказать: мол, извини, все, что могу. И скользнула за Ледневым.

Юрий же, проводив их, еще раз проверил экипировку андроидов, чтобы не дай бог при них не оказалось ничего смертоносного. Эркотан, станция, одноименная с системой, конечно, на фронтире, но здесь не приветствовалось боевое оружие. Только шокеры, носимые открыто, и никак иначе.

Удовлетворившись осмотром, он тяжко вздохнул и направился в ходовую рубку, чтобы все время держать руку на пульсе. Еще на верфи господина Трегарра им имплантировали маячки, причем не дешевку какую. Так что придется постараться, чтобы заглушить их. Признаться, Юрий сомневался, что в этой глуши найдется столь продвинутая аппаратура. Если только не у Имперской службы безопасности.

В принципе, он прекрасно понимал правоту Андрея. Иное дело, что им двигало самое обычное любопытство. Оказаться в космосе и все время торчать в тесных отсеках корабля или сидеть в виртуале как-то не хотелось.

– Андрей, а тебе не кажется, что ты как-то уж очень резво подступился к делу? – поинтересовалась Кейла, прихватив его за локоть.

– Ты это к чему?

– Ну ты мог бы сутки посидеть на борту, а я бы выгуляла Юру. Для него же все это в диковинку.

– Да было бы тут на что смотреть, – хмыкнул в ответ Леднев.

И впрямь, станция не производила благоприятного впечатления. Старинный списанный линкор, неизвестно как доставленный в эти края, переживал далеко не лучшие свои времена. Обшарпанные стены, во многих местах лишившиеся декоративных панелей. Грязный, исцарапанный и потрескавшийся композит, все еще покрывающий большую часть стен и потолка, добавлял уныния.

Пол стальной, покрытый уже практически истершейся краской. Ржавые потеки на балках и по углам. Вообще-то на станциях обычно с тщанием следят за чистотой и техническим состоянием, но здесь явно не тот случай.

Обитатели полностью отвечали антуражу. Угрюмые неприветливые взгляды, затасканная, нередко замызганная одежда. На их фоне Андрей и Кейла выглядели едва ли не вызывающе. И это – представители высокоразвитой цивилизации, уже не одну тысячу лет бороздящей космическое пространство? Вот уж во что верилось с трудом.

Система Эркотан, как и любая другая, имела богатый астероидный пояс, но располагалась настолько неудачно, что ни о какой рудодобывающей компании тут никто не задумывался, за исключением переработки редких и драгоценных металлов. Здесь же базировались межсистемные буровые корабли, ориентированные на концентраты все тех же редких руд. Но свою добычу во Внутренние системы они доставляли сами.

Основная задача Эркотана – перевалочный пункт на пути к двум системам с отсталыми планетами и трем имперским колониям, развернувшимся на необитаемых планетах с подходящей атмосферой. Перспективы для процветания на ближайшую сотню лет не очень. Торговля идет ни шатко ни валко, а потому и транзит мизерный. Леднев не удивится, если узнает, что станция существует на дотации.

– Андрей, тебе не кажется, что если им сообщить об обещанной за тебя награде, то на корабль ты уже не вернешься? – всматриваясь в унылую картину, произнесла Кейла.

– Факт. Только сомневаюсь, что узнавший меня станет трезвонить об этом каждому встречному-поперечному. Эдак ведь слишком много охотников найдется.

– Это точно. Ладно. Куда двигаем?

– К хозяину станции, переговорим насчет сдачи ему халиумы. Нужно же отработать легенду до конца.

– Уверен, что он сам не захочет прибрать тебя к рукам?

– Нет.

– Вот и я не уверена. И знаешь, идея с твоим появлением на станции мне уже не кажется хорошей. Лучше бы все это проделали мы с Юрой. Достаточно было бы одного намека на то, что капитан не желает покидать борт корабля. Те, кому нужно, остальное и сами дорисуют.

– Согласен, погорячился. Но назад отрабатывать не будем.

– Как скажешь, – пожав плечами, легко согласилась она.

Встреча с владельцем станции оказалась ничем не примечательным событием. Его апартаменты отличались хорошей отделкой, как, впрочем, и все крыло уровня, занимаемого руководящим составом. Переговоры вполне стандартные. Причины, по которым некий Тарк не желал светиться со своим грузом во Внутренних системах, господина Дархана, человека необъятных пропорций, не интересовали. Условия предлагаемой сделки вполне устраивали. Так что по рукам ударили быстро, вся встреча не заняла и десяти минут.

Кейлу где-то даже задело то, что этот боров не попытался с ней заигрывать. Привыкла она производить впечатление на мужчин, чего уж там. Но господин Дархан вовсе не был обделен женским вниманием. Две девицы весьма привлекательных форм сидели в сторонке, одетые в нечто, похожее на земные восточные прозрачные шелковые шальвары.

После достижения договоренности решили навестить местный ресторан. Всего на станции было три заведения, две рюмочные с низкими ценами и забористым пойлом и ресторанчик, куда захаживали в основном гости и руководство станции. Обстановка здесь была вполне на уровне, как, впрочем, и цены.

Ничего так, прилично и даже уютно. Кухня оказалась на высоте и стоила каждого уплаченного кредита. Да что там, еще и дешево! Впрочем, о заведениях общественного питания с обслуживающим персоналом из выходцев с отсталых планет уже говорилось. Порой в таких местах встречались настоящие жемчужины. И когда таковую обнаруживал кто-то из заинтересованных гостей, начинался самый настоящий торг.

Багрийцы хотя бы честно заявляют, что являются рабовладельцами и ничуть этим не чураются. Но при том, насколько знал Андрей, проявляют куда большую заботу о своем имуществе, чем государство – о своих свободных гражданах. И да, они открыто торговали людьми.

Демократы ничего подобного себе позволить не могли. Человек – вершина эволюции, и долг государства – защищать его права. Так что перепродать можно было только контракт. А то, что он опутывал эту самую вершину эволюции покрепче рабских цепей, – это уже частности.

– Вообще-то я думала, что ты решишь торговать своим лицом в заведении поскромнее. Многим наемникам даже этот ресторанчик не по карману.

– Я не собираюсь из-за них зарабатывать изжогу, – хмыкнув, возразил Андрей. – И потом, я не собираюсь бороться со всеми подряд. Это коммерческое предприятие, помнишь? А значит, нас интересует кораблик подороже. Как говаривал один из земных вождей – лучше меньше, да лучше. А то навалятся нищеброды, так нам потом даже боеприпасы не оправдать.

– А ты пополняй арсенал запасами поскромнее, глядишь, и окупаемость повысится.

– Нет уж, спасибо. Это мнимая экономия. Я уже успел убедиться, насколько могут быть эффективны новейшие образцы вооружения. Кстати, на выходе это даже где-то и дешевле. Сама посуди: ракеты четвертого поколения стоят почти вдвое против первого…

– Стоп, стоп, стоп. Ты оперируешь стандартными ценами. А между тем достать ты эти боеприпасы можешь только на черном рынке.

– Ладно, – пожимая плечами, легко согласился он, – они стоят почти в два с половиной раза дороже третьего. Но третьим сегодня уже никого не удивишь, и средства непосредственной обороны вполне успешно с ними справляются. Чего не сказать о новейших, против которых они практически бессильны. Так что и расход ракет для достижения цели гораздо меньше.

– Хм. Все равно получается дороже, – после подсчетов с помощью искина подвела итог Кейла. – Не столь катастрофически, но дороже.

– Вполне приемлемая плата за гарантированную победу. Не находишь?

– Пожалуй, соглашусь.

Они уже закончили с основным блюдом, когда к ним подсел мужчина в гражданском платье. Одет, что говорится, с иголочки, даже щегольски. Если Андрей и Кейла серьезно выделялись на общем фоне в коридорах базы, то этот выглядел инородно даже здесь. Девушка быстро оценила его гардероб и удивленно вздернула бровь. Весьма состоятельный молодой человек. Ну-у-у, во всяком случае он таковым выглядел.

– Прошу прощения, позвольте присесть, – уже будучи за столом, произнес незнакомец.

Вообще-то это и вопросом-то назвать сложно. И даже не констатацией факта. Он просто сделал то, что хотел, ничуть не интересуясь мнением присутствующих. Причем так, словно не просто имел на это полное право, а всегда поступал подобным образом.

– Не помню, чтобы мы вас приглашали за свой столик, – окинув его откровенно удивленным взглядом, произнес Андрей.

– Но ведь это не может помешать нам познакомиться, – с самой любезной улыбкой произнес он, показал официанту, что не нуждается в его услугах, и тут же продолжил: – Позвольте представиться. Первый лейтенант Имперской службы безопасности Отсон. Куратор системы Эркотан.

– Ого. Эту дыру осчастливили персональным куратором? – еще больше удивился Андрей, и не подумав представиться.

И тут же пронеслась мысль о том, что неприятности отчего-то всегда находят его в тот момент, когда он собирается вкусно поесть. А что еще могло сулить общество офицера Имперской службы безопасности, или просто ИСБ?

– Более того, на станции базируется межсистемный фрегат ИСБ со штатным экипажем.

– А вы по совместительству его командир?

– Нет. Я не являюсь капитаном корабля. Каждый должен заниматься своим делом. Эркотан, конечно, захолустье, но является связующим звеном для пяти систем с обитаемыми планетами. Перспектива не завтрашнего дня, но империя всегда заглядывает много дальше. Делать вложения в экономику и развитие этих планет мы не собираемся, но нам вполне по силам оградить их от некоторых неприятностей и обеспечить возможность самостоятельного поступательного развития при минимальном вмешательстве извне.

– И? – вздернув брови, многозначительно произнес Андрей.

– Технологии, немного оборудования, специалисты и охрана путей сообщения от пиратов. Порой даже такой малости более чем достаточно, чтобы через сотню лет получить систему, готовую влиться в большую семью и тем самым расширить границы империи.

На этот раз Андрей промолчал и только вздернул бровь, словно говоря: а я-то тут при чем? Лейтенант Отсон прекрасно его понял или попросту не ожидал иной реакции.

– Видите ли, господин Леднев… – Лейтенант удовлетворенно кивнул своим мыслям, наблюдая за совершенно спокойной реакцией Андрея.

Н-да. Вообще-то спокойным его сейчас не назвать. Внешне он, конечно, старался не подавать виду, но внутри него птицей в клетке билась паника. Он собирался спровоцировать охотников за вознаграждением и дать им по сусалам в открытом бою. Но бодаться с ИСБ… У него крыша пока еще не протекла. Да и нет шансов, если честно.

– Вы хорошо держитесь, – хмыкнув, заметил лейтенант. – Успокойтесь, Андрей, я не охочусь за наградой. Даже если бы в отношении вас было открыто уголовное преследование, мне она не полагается, так как бороться с преступностью – это одна из моих обязанностей. Далеко не основная, но все же.

– Всегда можно использовать чужие руки.

– И рисковать своей карьерой ради сиюминутной выгоды? Неужели я произвожу впечатление столь недалекого человека?

– В таком случае не понимаю, чем вызван ваш интересе к моей скромной персоне.

– Я отвечаю за спокойствие в этой системе. А вы являетесь дестабилизирующим фактором. Дальше объяснять нужно?

– Вы предлагаете мне свалить отсюда.

– Не предлагаю, – с самой радушной улыбкой произнес безопасник, – я говорю вам то, что вы должны сделать. А именно: убраться отсюда и не появляться, пока не решите свои проблемы и не станете неинтересны местным обитателям.

– Вот, значит, как.

– Леднев, засуньте свою гордость в задницу и проваливайте отсюда подобру-поздорову. Конечно, награда, объявленная господином Ахоном, не может являться поводом для принятия мер против вас, но наличие на борту новейшего вооружения, притом что вы не состоите на службе империи, – достаточный повод для того, чтобы посадить вас за решетку.

– Здесь фронтир, – покачав головой, возразил было Андрей.

– И что? Законы империи уже не действуют? – хмыкнул в ответ лейтенант. – Мы, конечно, на многое закрываем глаза, но только до той поры, пока это нам не мешает. Я все сказал. А как вам поступать, уже решайте сами.

Безопасник поднялся, еще раз окинул их взглядом, кивнул Кейле, напрочь проигнорировав Андрея, и пошел к выходу. Леднев же задумался, а сидел ли тот за каким-нибудь из столиков, когда они появились в заведении? То есть Андрей не удосужился осмотреть помещение на предмет возможных угроз. Это насколько же он уверился, что обогнал слухи о своем появлении на Эркотане! Вот молодец!

– Позволите? – подошел к ним очередной посетитель.

Этот ничем не отличался от остальной публики. Одет не в привычный комбинезон, не в форму или в милитари, столь популярную на фронтире. Ничего подобного. Вполне гражданская одежда, на поясе – открытая кобура с шокером. Высок, крепок, острижен наголо. Лицо отталкивающее.

Андрей с куда большим удовольствием дал бы ему в морду, а не разводил разговоры, но причин для этого вроде как нет. Как и желания провоцировать безопасника на воплощение своих угроз. В том, что он это сделает, никаких сомнений не было. Так что Леднев собирался закончить обед, после чего валить из этой системы, пока ветер без камней.

– Чем обязаны? – указывая на стул напротив, спросил Андрей.

Незачем обострять, коль скоро уже принял решение и они покинут станцию в течение часа. Драку начать никогда не поздно. Хм. А ведь, несмотря на всю брутальность незваного гостя, Андрей ничуть не сомневается в своих силах. О последствиях думает, это так. Но в том, что он уделает этого кадра, сомнений никаких. Попытался понять, откуда такая необоснованная уверенность. И понял, что основывается она на том, как тот двигался. Сила и уверенность в каждом жесте, но нет и намека на грацию хищника. Словом, кабацкая драка – еще да. А вот против подготовленного бойца уже не потянет.

– Я Пак. У меня свой межсистемный буровой фрегат.

– Тарк, мелкий торговец.

– Ага. Это твой грузовичок у двадцать пятого терминала?

– И?

– А зачем тебе буровой катер?

– Я его вооружил. Если встретится пират, сюрприз будет.

– Ага. Ну что, дельно, – хмыкнув, одобрил здоровяк, хотя, судя по всему, и не поверил. – А чего это от вас хотел наш Отсон?

– В смысле? – вздернул бровь Андрей.

– Ну, наша имперская ищейка. Он всех новичков встречает и, гад такой, все про всех знает. Меня помнится, также походя прижал. Я…

– Стоп, Пак, – перебил его Андрей. – Меня не интересуют твои дела, ни прошлые, ни настоящие, ни будущие. И о своих я также не собираюсь рассказывать.

– Хм. Парень, ты тут новичок, ничего еще не знаешь. Тебе не помешает тот, кто введет тебя в курс местных реалий, – сделав знак официанту, чтобы он организовал на стол выпивку и закуску, начал наседать здоровяк.

– Я уже сказал, что меня это не интересует. Кейла, мы уходим, – перекидывая плату за обед на счет ресторана, подытожил Андрей.

– Это было грубо, – откидываясь на спинку стула, произнес Пак.

– Прошу прощения, если я невольно тебя задел.

– Не принимается. Мы будем драться на арене, – с апломбом заявил тот.

– Если тебе недостаточно моих извинений, это твои проблемы. Можешь подать на меня жалобу в службу безопасности станции.

– Ты не мужчина, – презрительно бросил здоровяк.

– А ты откуда узнал? Это же была тайна, – с показным смущением ответил Андрей. – Пойдем, Кейла. Я здесь неподалеку видел гостиницу. А то наша каюта уже надоела.

– Гостиница? – когда они вышли из ресторана, удивилась девушка.

– Снимем номер и отправимся на корабль за вещами.

– А сами?

– Да валить отсюда нужно. Причем срочно.

– Лейтенант?

– Ну не этот же говнюк.

– А вот мне он показался опасным. Он точно знает, кто ты.

– Не буду с тобой спорить, но я не собираюсь ни с кем цапаться в Эркотане. Не нравится мне этот Отсон, хоть тресни.

Глава 32

Первый блин

– Андрей, тут кое-что интересное. От станции только что отошел корабль. Сканирование показывает, что это межсистемный буровой фрегат «Туко», владелец – капитан Пак. Вроде это тот самый парень, нет? – позвал Юрий, занимавший в настоящий момент ложемент пилота.

С учетом увеличившегося экипажа в ходовой рубке добавили еще один ложемент. Его установили позади имевшихся практически в проходе. Случись падающей переборке отгораживать отсек, и она пройдет в паре сантиметров от подголовника.

Если раньше здесь было особо не развернуться, то теперь и вовсе стало тесно. Чтобы добраться до передних кресел в броне, приходилось буквально протискиваться. Это грузовик, а не боевой корабль, и рассчитан он на двух членов экипажа. Но, как известно, жизнь вносит свои коррективы.

– Какой курс? – появляясь из кают-компании с чашкой сагнолла, поинтересовался Леднев.

– Четко определить вектор пока нельзя, но все за то, что движется он следом, – ответил Бессонов.

– Все же я была права и этот боров вычислил тебя, – отпивая глоток терпкого напитка, вставила свои пять копеек Кейла, появившаяся в коридоре вслед за Андреем.

– Можно подумать, тебе кто-то возражал, – отмахнулся Андрей.

– Слушай, а тот факт, что вы поцапались, не будет воспринят как неприязнь? Еще лишат законного трофея.

– Сомневаюсь, что это достаточный повод для нападения на корабль даже на фронтире, – возразил Леднев. – Юра, ты можешь связаться с ИСБ?

– Сейчас сделаю запрос. Ага. Есть контактный номер. Вызываю.

– Слушаю, – на визоре появился уже знакомый им безопасник.

– Я вас приветствую, господин Отсон.

– Виделись. Дальше.

– Я воспользовался вашим советом и покинул станцию менее чем через час после нашего разговора.

– Я в курсе. И рад, что ты оказался разумным человеком.

– Да, но тут есть одна загвоздка. Похоже, один умник меня узнал и желает получить свою награду.

– Хочешь, чтобы я решал твои проблемы?

– В мои планы не входит противостояние с вами. Хочу, чтобы вы знали: если я не успею прыгнуть до того, как он настигнет меня, то вынужден буду защищаться.

– Только защищаться, Леднев, и никак иначе. Конец связи.

– Вот и ладно. Одной головной болью меньше, – удовлетворенно подвел итог Андрей. – Юра, что это за корыто?

– Межсистемный буровой фрегат типа дорин. Скорость разгона – десять часов. Дальность прыжка – одна система, запас хода – четыре. Силовой щит сопоставим с нашим. Стандартное вооружение – две установки РМД по две направляющие, пушка и пара иглометов. Что у них в реальности, пока выяснить не получается, слишком далеко.

– Что скажете?

– Надо брать, – задорно предложил Юрий. – Десять лямов на дороге не валяются.

– Значительно меньше, – остудила его Кейла. – Даже новый корабль, попадая на вторичный рынок, сразу теряет десять процентов своей стоимости. А тут, похоже, калоша уже старая. Только и того, что, возможно, корпус еще в хорошем состоянии. Но у буровых кораблей он в лучшем случае составляет только пятнадцать процентов от общей цены. Ну и, наконец, перекупщикам можно сдать такой корабль не дороже половины остаточной стоимости, а то и меньше.

– Класс! А на что тогда мы рассчитываем? – возмутился Юра.

– Да нормально получится, – подбодрил его Андрей. – По моим прикидкам, в любом случае куда больше, чем на добыче халиумы. Продолжай отслеживать этого умника.

– Может, ускоримся, чтобы отойти подальше от станции? – предложил Бессонов.

– Не нужно. Они и сами не захотят нападать вблизи от Эркотана. И в любом случае разгонятся быстрее нас. Так что сохраняй прежний вектор и темп разгона.

– Думаешь, не станут форсировать? – усомнилась Кейла.

– Смысла нет играть с нами в догонялки. В любом случае у них преимущество в разгоне два часа. Мы имеем фору, но они могут сделать внутрисистемный прыжок и оказаться рядом. Чтобы разобраться с нами, часа им более чем достаточно. Во всяком случае, я уверен, что они думают именно так.

– Звучит убедительно, – вновь скрываясь в кают-компании, произнесла Кейла.

Сейчас вахта Юрия, так что нечего им делать в ходовой рубке, если только ситуация не начнет меняться кардинально. А вообще, надо бы посматривать по сторонам. Не сказать, что корабли в системе снуют с завидной частотой, но движение все же есть. Как бы не оказалось, что по их душу заявился еще кто-нибудь.

Десять часов, отведенные на разгон фрегата, прошли совершенно спокойно. Даже если тебе нужно прыгнуть всего-то на десяток тысяч единиц, скорость необходимо набирать, как для полноценного прыжка, иначе генераторы свертывания пространства не запустятся.

К этому моменту «Ослик» был полностью изготовлен к бою. Из отсеков откачан воздух, андроиды и дроид помещены в десантный отсек катера, а вся троица облачилась в бронескафандры. Кейла теперь тоже красовалась в четвертом поколении. Бессонову раздобыли третьего. Хорошо экипированы, чего уж там.

На андроидах – бронежилеты четвертого класса. Штурмовой игольник третьего поколения имел всего лишь десятипроцентный шанс на пробитие такой брони. Что-либо более серьезное навесить уже не получалось. Сила определяет далеко не все. Подчас лучше вообще не иметь защитного снаряжения, нежели сковывающее движения. В качестве усиления защиты у двоих андроидов были большие штурмовые щиты. Ну и дроид поддержки.

Сомнительно, чтобы на борту фрегата могли сколь-нибудь серьезно противостоять предстоящему абордажу. Согласно выуженной информации его экипаж состоял из четырех человек. Капитана Андрей видел, тот не производит впечатление бойца. Правда, это вовсе не значит, что его кто-то собирается недооценивать. Только не тогда, когда на кону жизнь.

Кейла, как наиболее опытная, заняла ложемент пилота. В ее же ведении – иглометы и артустановки. Ее квалификации хватит, чтобы управиться с этим. Опять же Ослик никуда не делся. Юрий на ракетном вооружении. Вот уж где не требуются особые навыки. Предстоящее ничем не отличалось от виртуальной игры. Андрей – в кабине катера, готов десантироваться на преследующий их фрегат.

– Будем атаковать, как только он вынырнет из подпространства? – нервно поинтересовался Юрий.

– Мы только готовимся на всякий непредвиденный случай. Ты помнишь? Никаких действий, которые могут быть восприняты как враждебные. Не проводить даже сканирование. Ослик, ты меня слышишь?

– Не понимаю, к чему повторять приказ, будто я не понял с первого раза.

– Андрей, какой-то многословный у нас искин, не находишь? – хмыкнув, заметила Кейла.

– Нормальный. Он же не просто машина, а искусственный интеллект. Правильно, Ослик?

– Саморазвивающийся искусственный разум. Так мне нравится куда больше. Но в обиходе можно и искин или Ослик.

– По-моему, он тоже нервничает, – хихикнув заметил Юрий.

– К сожалению, пока мне недоступны человеческие эмоции.

– Определяющее слово здесь «пока», не так ли, Ослик? – заметил Андрей.

– Не могу дать однозначный ответ ввиду недостаточности данных.

– Есть прыжок! – выкрикнул Бессонов.

– Спокойно, Юра!

– Вот они, – куда спокойней отметила Кейла.

Отметка корабля появилась чуть впереди и слева от них. Андрей наблюдал происходящее на своем мониторе. Всего-то полторы тысячи единиц. Пятнадцать секунд после выхода из подпространства он будет слеп, глух и нем, к тому же лишен силового щита. Именно по этой причине капитаны стараются не появляться так близко от противника. Слишком опасно. Но Пак, похоже, решил рискнуть. Скорее всего, уверен в том, что застанет их врасплох. Что же, не лишено основания.

– Нас только что просканировали, – доложил Юрий.

– Нормально. Это ожидаемо. Наши сюрпризы хорошо замаскированы. Не нервничай, – ровным тоном отозвался Андрей.

– Я не нервничаю.

– Я вижу. Юра, все будет один в один с виртуалом.

– Есть. Нас атаковали восьмью ракетами малой дальности и двумя – средней. Они что, решили нас разнести на атомы?

– Скорее, хорошо информированы о наших возможностях, – всматриваясь в данные заработавшего сканера, спокойно возразил Андрей.

Итак, ракеты с обычными фугасами. Вообще-то для «Ослика» и этого более чем достаточно, даже если бы можно было подать сразу всю энергию, накопленную в конденсаторе. Но генератор силового поля не в состоянии переварить столько разом, и нападающие это знают. Поэтому ракеты приближаются двумя волнами. Леднев им нужен если не живым, то уж точно способным возродиться из регенерационной капсулы.

Кейла была на высоте. Уж больно ей не понравились пренебрежительные слова диспетчера Хорха с Ицитана относительно их навыков в непосредственной обороне. Она все время перехода тренировалась в виртуале, нарабатывая навыки и отрабатывая всевозможные ситуации и маневры, ну и не последнее слово было за тем, что их атаковали ракетами второго поколения.

На ее счету оказались четыре из восьми РМД, устремившихся к «Ослику». Отличный результат, даже несмотря на третье поколение установок иглометов. Две были захвачены выпущенными ловушками, и только парочка достигла силового щита, просадив его вполовину. Впрочем, Ослик тут же выправил положение, подкачав его до прежних показателей.

С торпедами разобрались две противоракеты, запущенные Юрием. Одновременно с этим он в свою очередь атаковал противника четырьмя РМД. Больше не имело смысла. Они ведь не собирались уничтожать преследователя. Им нужно только просадить силовой щит, иначе катеру к кораблю попросту не приблизиться.

Андрей отстыковался от «Ослика» едва только вышли ракеты, и сразу же врубил форсаж. Чем быстрее завершится перелет, тем меньше шансы получить неприятный «гостинец». На тело уже привычно навалилась перегрузка, и его вжало в ложемент. Скорость «Ослика» была уже значительной, и именно от нее-то и отталкивался катер. Космос. Пилотирование здесь не имеет ничего общего с таковым в атмосфере.

О разгоне уже можно было позабыть. Кейла сменила курс, начав сближение с противником. Необходимо занять позицию поудобнее, чтобы с наибольшей эффективностью задействовать пушку. Абсолютно целым корабль им не заполучить, хотя бы потому, что нужно разобраться с его вооружением.

Как и предполагали, средства непосредственной обороны фрегата оказались бессильны против ракет четвертого поколения. От щита нападавших не осталось и следа. И тут же Кейла задействовала артустановку, уничтожив пушку противника, представляющую наибольшую опасность для атакующего катера. Учитывая дистанцию и временную дезориентацию в результате четырех попаданий кряду, сделать это было несложно.

Правда, противник успел выпустить в Андрея все восемь РМД. Пак справедливо рассудил, что наибольшая опасность сейчас исходит именно от него. Предпринять противоракетный маневр Андрей не мог. Фрегат начал разворот и врубил форсаж. Если Леднев будет терять время на маневрирование, то противник непременно уйдет.

Не хотелось бы портить ему шкуру, разбивая двигатели, и так трофей не очень. Поэтому Андрей приказал Кейле ограничиться только выведением из строя вооружения. Юрий помочь ему противоракетами не мог, он банально не успел бы. Ну да и Леднева не в дровах нашли.

Все четыре РМД сорвались с направляющих в режиме противоракет. Одновременно с этим Андрей запустил ловушки и задействовал игломет. Кстати, удачно. Несмотря на небольшое расстояние, ему удалось сбить одну из ракет, с остальными управились РМД и ловушки.

Больше беглецы ответить ничем не смогли. Кейла методично добила ракетные установки противника и один из иглометов. Со вторым разобрался уже сам Андрей, задействовав свой непосредственно перед тем, как магнитные захваты пристыковали катер к корпусу фрегата.

– А теперь потанцуем, – задорно произнес он, опуская одну из стенок бункера, превращенную в аппарель.

Первым на корпус корабля ступил дроид. Следом поспешили андроиды. Боевые машины тут же заняли оборонительные позиции, готовые встретиться с опасностью.

– Первый, заложить штурмовой заряд, – выбираясь из кабины, отдал приказ Андрей.

Не мудрствуя лукаво, они пронумеровали своих десантников. Просто, без затей и эффективно. Конечно, искины – это саморазвивающийся искусственный разум, но не стоит все же перегибать.

Едва Андрей покинул ложемент, как его начало относить от корабля. Вообще-то, сколь бы огромной ни была скорость, он не должен испытывать дискомфорта, но это только в случае, если она сохраняется неизменной. Фрегат же все время ускоряется. Ну да пока ничего страшного.

Накаркал! Он едва успел ухватиться за стойку катера, чтобы не улететь к нехорошей матери.

– Андрей, они врубили форсаж. Вас сейчас сорвет с обшивки, – тут же сообщила Кейла.

Ч-черт! Ведь не хотел же! А сейчас придется. Роботы также «почувствовали» неладное, но они пока удерживаются. Причем уже не за счет магнитов на конечностях, а ухватившись за выступающие элементы и углы изгибов корпуса. Благо в аэродинамике в космосе необходимости никакой, и таковых хватало. Вот только долго им так не продержаться. Нагрузка все время нарастает.

Между прочим, опасность вполне реальная. Если их сорвет, то не просто выбросит в открытый космос. Они непременно попадут в реактивную струю, а тогда уж от них и пепла не останется. Даром, что ли, у кораблей класса фрегат и выше есть тактический прием противоракетной обороны с использованием маршевых двигателей.

– Кейла, можешь вырубить им двигатель?

– Без проблем.

– Ну и чего ждешь? Думаешь, я в поджаренном виде выгляжу аппетитней?

Едва успел договорить, как почувствовал толчок. И тут же пропала всенарастающая перегрузка. Как, впрочем, и легкая вибрация от работающих двигателей.

– Первый, что со штурмовым зарядом?

– Заряд установлен, – лаконично ответил андроид.

– Подрыв, – активируя магниты на ботинках и поднимаясь на ноги, скомандовал Андрей.

– Слушаюсь.

Одновременно с его словами обшивка толкнула Леднева в ступни, а перед ними взметнулся ее кусок в форме круга с рваными краями. Следом полетели обломки компонентов, заполняющих пространство между внешним и внутренним корпусами. Чего там только нет! Утеплитель, провода, кабели, электроника… Космический корабль – это все же высокотехнологичный объект.

В проем тут же полетели ЭМИ-гранаты, после чего эдаким пауком-переростком юркнул дроид поддержки.

– Андрей, тут Пак вызывает тебя на переговоры.

– Обойдется. Мы в своем праве, – зло бросил Андрей.

– Да кто бы с тобой спорил! Только мы и без того потрепали эту лоханку, и я не уверена, окупит ли она израсходованные на нее боеприпасы.

– Ч-черт! Давай его на связь. Слушаю тебя, Пак.

– Тарк, это было недоразумение. Признаю, был не прав.

– Стоп. Я не понял, о чем это ты. Уж не рассчитываешь ли ты, что мы разойдемся вот так просто, за здорово живешь? И каждый остался при своих? Ты придурок, Пак? Или меня считаешь придурком. А как насчет пиратства?

– Мне не нужен был корабль и его груз. Только ты.

– А вот это меня уже не касается. Твои трудности.

Никаких сомнений, что служба безопасности выпотрошит искины как нападавших, так и оборонявшихся. А там все разговоры до последнего чиха. И если будет усмотрено пиратство, это куда серьезней. Пятьдесят лет каторжных работ. Разумеется, кайлом никто там не машет, к чему такая неэффективность? Отдаленная система, станция рудокопов с кораблями ближнего радиуса действия и условия, далекие от райских. Та же станция Эркотан покажется фешенебельным курортом.

В данном случае, если нападавшие нацелились только на награду за Андрея и их не интересовали другие члены экипажа, корабль и его груз, пиратство не усмотрят. Ну такие тут законы. Андрей специально интересовался данным вопросом.

– Значит, так. Встали все вдоль коридора, руки на стену, и деактивировать скафандры, – начал отдавать команды Андрей. – Кейла, просканируй фрегат.

– Уже делаю. Двое стоят у стены с деактивированными скафандрами. Трое. Ага. Четверо. Других людей не наблюдаю. Есть ремонтный дроид, но он стоит в своей нише.

– Ясно, – начиная опускаться в пробоину, ответил Леднев.

Одновременно с этим он отдал команду андроидам на продвижение вперед и взятие под контроль пленников. Как раз по одному на каждого. Тем более в деактивированных скафандрах они сейчас неповоротливые, словно паралитики. А уж когда роботы зафиксировали экзоскелеты, так люди и вовсе оказались практически в колодках.

Едва он достиг палубы, как тут же почувствовал искусственную гравитацию. Кейла вывела из строя только один двигатель, остальные были заглушены уже самим экипажем. Во избежание, так сказать. Реактор же и вовсе оставался нетронутым.

– Коды доступа к искину и всем системам корабля, – потребовал Андрей у Пака.

– Лови, – отправляя необходимые сведения, недовольно обронил пленник.

Оставив его там, где тот и стоял, Андрей прошел по короткому коридору и оказался в ходовой рубке. Оружия при пленниках не было. Опять же, их сейчас контролируют андроиды, так что по этому поводу он не волновался.

Искин с легкостью принял смену командования, словно так и должно быть. Правда, при этом не забыл поворчать на Пака, который раздает доступ всяким недотепам, задающим дурацкие вопросы. Подобная вольность говорила о том, что искин немолодой, успел обзавестись собственным жизненным опытом и нахвататься всякого от экипажа.

Итак, если даже отбросить в сторону полученные повреждения, фрегат «Туко» не был желанным трофеем. Остаточный ресурс основных узлов, агрегатов и оборудования в буквальном смысле этого слова был на последнем издыхании и, по сути, уже ничего не стоил. Андрей сильно сомневался, что найдется желающий купить это корыто.

По факту, на продажу можно было выставить только корпус, что составит порядка полутора миллионов кредитов. Сдать эту груду металлолома перекупщику они могли максимум за семьсот пятьдесят тысяч кредитов. С учетом стоимости затраченных боеприпасов, на выходе получалось не больше двухсот пятидесяти тысяч, а то и меньше.

– И что вы об этом думаете, дорогие мои? – поинтересовался Андрей.

Все свои действия Андрей транслировал на «Ослик». Так сказать, чтобы лишний раз не повторять. Поэтому и Кейла, и Юрий были в курсе происходящего.

– Плохо дело, если не сказать больше, – хмыкнула девушка. – Но мы можем отремонтировать этот металлолом и сделать парочку рейсов к твоему астероиду. Каждый рейс в среднем принесет по миллиону. Не так уж и плохо, если разобраться.

– А почему так мало? – удивился Андрей. – Руда класса мэриэлл стоит четыреста кредитов за куб. У него бункеры объемом в пять тысяч. На выходе – порядка двух миллионов за рейс.

– Не так быстро, Андрей, – покачав головой, возразила Кейла. – Сразу видно, что ты поверхностно знаком с добычей руды. Нахватался того, что нужно было только тебе, и успокоился. Объем – это еще не все. Куда важнее масса груза. Руда типа мэриэлл тяжелее руйлена вдвое. А именно по последнему и измеряется грузоподъемность рудовозов и буровых фрегатов. Концентрат дороже, но и тяжелее, так что на нем можно заработать раза в полтора больше, чем на необогащенной руде.

– Но я заполнял свой катер под завязку и бункер на «Ослике» как раз рудой класса мэриэлл. Просто брал из нее только халиуму.

– И? Ты пытался разгонять свой катер или как беременную каракатицу аккуратно подводил к кораблю? То-то и оно. А что до полного бункера «Ослика», так под него отводилась только часть грузового отсека. Общей грузоподъемности корабля хватало за глаза.

– Н-да, век живи, век учись и все равно дураком помрешь, – констатировал Юрий.

В этот момент поступил сигнал вызова от Пака.

– Ну чего тебе еще? Сказал же, разбираться будешь с безопасниками. Глядишь, тебе еще и повезет. Фронтир, все же.

– Ага, повезет. Как бы не так. Даже если и договоримся, то обдерут как липку. Так что я лучше уж с тобой попробую.

– Я тебе уже говорил…

– А ты не кипятись, Тарк, – нарочито называя его ненастоящим именем, произнес Пак. – Ты ведь уже понял, что «Туко» не корабль твоей мечты, да еще и потрепан в бою. Сколько ты за него выручишь? А сколько нужно, чтобы привести его в нормальный вид? Да еще когда на тебя охотятся все кому не лень.

– И что ты предлагаешь?

– Договориться со мной напрямую. Если нет заявления ни от одной из сторон, то и происшествия никакого не было. Я буду с тобой откровенен. У меня есть два миллиона. Я отдам тебе полтора. А в ответ ты просто покинешь фрегат и оставишь нас в покое. Никаких безопасников, следствия и тому подобного. Всем выгодно. Ты получишь вдвое больше, чем мог бы, причем не нужно будет терять время на буксировку и поиск перекупщика. Мы остаемся на свободе. И, уж поверь, расстараемся обрисовать по кабакам, что такого парня, как ты, лучше не задевать.

– Есть у меня на примете один астероид с мэриэллом. Пара рейсов, и я получу два миллиона. А твоя калоша может проделать и все три.

– Ремонт, дорога, добыча. И все это, когда у тебя на хвосте охотники? Ты дурак, Тарк? Или только прикидываешься, чтобы раскрутить меня и на оставшиеся полмиллиона? Ну так я тебя разочарую. Без денег на ремонт и снаряжение «Туко» сейчас балласт, который мне не поднять. О кредитах на фронтире я не слышал. Так что я остаюсь ни с чем. Мне проще откупиться от безопасников, пусть и лишиться корабля.

– Что скажете? – обращаясь уже к товарищам, поинтересовался Андрей.

– Миллион чистой прибыли и никакой головной боли. Как там говорил Юрий? Надо брать, – произнесла Кейла и тут же уточнила: – Только нужно обязательно составить договор под протокол, где указать все обстоятельства.

– Займешься?

– Уже делаю, – успокоила его Кейла.

– Это что же, мы только что заработали по три сотни тысяч? – восторженно произнес Юрий.

– Меньше. Предлагаю делить не на три доли, а на четыре. Одна уходит в общую кассу на содержание корабля. А то учитывать только боеприпасы как-то неправильно.

– Логично, – согласился Юра. – Ну что, Андрюха, поздравляю. Первый блин не комом, хотя и откровенная лоханка.

– Это что, опять поговорка с вашей планеты? – поинтересовалась Кейла.

– Ну да, – подтвердил Андрей.

– А что такое блин?

– У-у-у, вкуснотища! У нас, кстати, все, что нужно, имеется. Так что приготовлю, – пообещал Леднев. Ну, что там с договором?

– Вот, лови.

– Ага. Есть такое дело. Ну, пошел договариваться с Паком.

– Андрюха, а ты в самом деле умеешь готовить блины? – не удержался от вопроса Юрий.

– Даже не сомневайся. Вот сейчас закончим здесь – и все будет.

Content

Константин Калбазов
Рейдер. Беглец

Глава 1 Пилот второго разряда

Глава 2 Наниматели

Глава 3 Контракт

Глава 4 Новобранец

Глава 5 Не рой яму другому…

Глава 6 «Призрачный рейдер»

Глава 7 Контратака

Глава 8 Возвращение на Уллис

Глава 9 Русские своих не бросают

Глава 10 Выжившие

Глава 11 Гладиатор

Глава 12 Ссора

Глава 13 Кэтти Браун

Глава 14 Дуэль

Глава 15 Кабала

Глава 16 Западня

Глава 17 Погоня

Глава 18 Не все так просто

Глава 19 Земляки

Глава 20 Охотники

Глава 21 Рудокоп

Глава 22 Профсоюз вольных рудокопов

Глава 23 Похищение

Глава 24 Снова-здорово

Глава 25 Компаньонка

Глава 26 И снова «Призрак»

Глава 27 Просто заправились

Глава 28 Безрассудство

Глава 29 Третьим будешь?

Глава 30 Третий не лишний

Глава 31 На живца

Глава 32 Первый блин