Лаймон Ричард Карл

Дом Зверя

Ричард Лаймон

Дом Зверя

Хроники Дома Зверя. Книга 2

ПРОЛОГ

31 марта 1979

Мистеру Горману Харди, писателю

Издательство «Бэйлор и Джоунс»

1226, Авеню Америки

Нью-Йорк, 10020

Уважаемый мистер Харди,

Пишу Вам, поскольку только что дочитала Вашу книгу, «Ужас в Блэк-Ривер Фоллс», которая стала бестселлером и принесла Вам известность. Поскольку книга написана на реальной истории, я задалась вопросом: может, вы захотите рассказать и мою историю. Эта история также основывается на реальных событиях. Она даже ужасней чем та, которая описывается в Вашей книге. По правде говоря, от одной мысли об этом у меня волосы дыбом встают, хоть я не из пугливых.

Речь идет о проклятом доме в городке, где я живу. Это - не дом с привидениями, или что-то типа того. Этот дом стал обителью некой твари, которая за последние сто лет убила пятнадцать, а то и больше человек. Не просто убила, а покромсала на фарш.

Думаю, на этом материале можно написать реально жуткую книгу.

Если это показалось Вам интересным, дайте мне знать как можно скорее, пока я не обратилась к кому-нибудь другому. Но я считаю, что это именно по Вашей части. Вы можете назвать книгу «Ужас в Малкаса-Пойнт». Малкаса-Пойнт - это место, где я живу, а еще здесь находится дом, в котором живет чудовище, и дом называют Домом Зверя. Возможно, Вы о нем слышали.

Вот как я к этому пришла. Прошлым летом в мои руки попала древняя рукопись - дневник Лили Торн, написанный в тысяча девятьсот третьем году. Я работаю в мотеле моих родителей, и нашла этот дневник при странных обстоятельствах в одном из номеров, когда там прибиралась. Никто не знает, что он у меня. (Но теперь знаете Вы. Обещайте мне держать это в секрете, потому что у меня будут крупные неприятности, если это дойдет до некоторых людей. Серьезно. Речь идет о моей жизни.)

В общем, этот дневник - та еще штука. Лили Торн, женщина, которая его писала, была первой, кто жил в Доме Зверя, и она в мелочах описывает, откуда пришло чудовище, как оно выглядит, и все остальное. Да-да, все-все! Если Вы можете поверить, она совокуплялась с чудовищем, причем не один раз и не два, а постоянно, как одержимая. И рассказывает об этом весьма чувственно, как Вы можете видеть на ксерокопии одной из страниц, которую я прикрепляю к письму. Также в дневнике говорится о первых убийствах, и, знаете ли, все происходило совсем не так, как рассказывают на экскурсии!

Так что, если Вас интересует новый бестселлер, дайте мне знать, а добычей как-нибудь поделимся.

Искренне Ваша,

Дженис Кроган

Гостиница «Милости просим!»

Малкаса-Пойнт, Калифорния 95405

P.S. По сравнению с этим Ваш призрак в Блэк-Ривер Фоллс просто маменькин сыночек.

Из найденного мной дневника:

«Затем он встал позади меня. Его когти вонзились в мою спину, заставив меня упасть на колени. Я ощутила скользкое тепло его плоти, прижимающейся ко мне снизу, и уже ни капли не сомневалась в его намерениях. Мысль эта посеяла в моем сердце стыд, но его прикосновения приводили меня в полнейший, неописуемый экстаз.

Он пристроился позади меня, причем не так, как это принято у людей, а так, как это делают низшие животные. Первое касание его органа наполнило мое сердце страхом - не за мою бренную плоть, но за мою бессмертную душу. И все же я позволила ему продолжать. Никакая сила в тот момент не могла остановить его. И я никак не пыталась противиться. Напротив, я приветствовала его действия. Я жаждала его так, будто не существовало на свете никого более чудесного…

Господи, как он ворвался в меня! Как рвали его когти мое тело! Как впивались в меня его зубы! Как его орган входил в мою нежную плоть… Каким дерзким он был в своей похоти, и каким нежным в сердце…

Я понимала, лежа рядом с ним на земляном полу подвала,…»

P.S. теперь понимаете, о чем я?

ГОРМАН ХАРДИ

а/я 253, Кембридж, Массачусетс, 03138

3 июня 1979

Мисс Дженис Кроган

Гостиница «Милости просим!»

Малкаса-Пойнт, Калифорния 95405

Дорогая Дженис,

Я вынужден начать с извинения за столь поздний ответ. К сожалению, мой издатель довольно долго задерживал Ваше письмо от 31 марта.

Начиная с публикации «Ужаса на Блэк-Ривер Фоллс» меня бомбардируют фанатскими письмами, в немалой части которых предлагаются всевозможные идеи для новых бестселлеров. Большинство этих идей - полнейшая чепуха, но Ваше письмо задело мое любопытство.

К сожалению, мое предварительное исследование темы почти ничего не дало. Все, что мне удалось узнать - во многих туристических путеводителях по Калифорнии действительно указано, что в местечке Малкаса-Пойнт есть дом, в котором, якобы, было совершено несколько убийств, и теперь проводятся экскурсии. Пусть эта информация совсем пустяковая, но она подтверждает некоторые факты из Вашего письма.

Больше всего меня заинтриговала фотокопия, приложенная к письму. Если дневник на самом деле окажется настоящим, и в нем будет достаточно материала в духе того, что вы прислали, он может стать отличной стартовой площадкой для изучения Дома Зверя.

Естественно, прежде чем на что-либо соглашаться, я должен прочитать дневник целиком. К письму прилагаю чек на сумму в двадцать долларов, чтобы покрыть Ваши затраты на копирование и пересылку.

Преданный Вам,

Горман Харди

11 июня 1979

Горману Харди

а/я 253, Кембридж, Массачусетс, 03138

Уважаемый мистер Харди

Возвращаю Ваш чек на двадцать долларов. Я очень рада, что Вы заинтересовались, и я уверена, что Вы не собираетесь увести материал у меня из-под носа, но я ни за что не отправлю Вам весь дневник, потому что - что тогда мне останется? Может, я параноик, но мне необходимо ваше соглашение, что я буду в доле, и только тогда Вы сможете увидеть дневник. Думаю, разделить гонорар пятьдесят на пятьдесят - это справедливо, ведь идея принадлежит мне, а Вы без дневника ничего не напишете.

С уважением,

Дженис Кроган

ГОРМАН ХАРДИ

а/я 253, Кембридж, Массачусетс, 03138

16 июня 1979

Мисс Дженис Кроган

Гостиница «Милости просим!»

Малкаса-Пойнт, Калифорния 95405

Буду честен, я расстроен Вашим ответом касательно дневника. Но в то же время я понимаю Ваше нежелание довериться абсолютно незнакомому человеку. Будучи профессиональным писателем около двадцати лет, я не раз, как говорится, получал нож в спину, причем не только от незнакомцев, но и от тех, кого считал друзьями. Осторожность никогда не бывает излишней.

Пусть я не считаю, что эта ситуация, на данный момент, требует каких-либо соглашений, но я хочу вас заверить, что этот проект мне все еще интересен.

В последний уик-энд августа я буду выступать на съезде Национальной библиотечной ассоциации в Сан-Франциско. Если Вы согласны встретиться, после съезда я загляну в Малкаса-Пойнт, чтобы обсудить с Вами условия, прочитать дневник и приступить к изысканиям, необходимым для проекта.

Преданный Вам,

Горман Харди

ГЛАВА ПЕРВАЯ

- Чего тебе нужно, - сказала Нора, - так это хорошенько потрахаться.

- Ну конечно.

- Просто посмотри вокруг и выбери любого. Ты здесь самая клевая девчонка.

Тайлер смотреть не стала. Вместо этого глотнула еще ирландского ликера.

- Я серьезно, - сказала Нора.

- Слушай, ты нализалась!

- Нализалась, но соображаю, дорогуша. Тебе нужен добрый перепихон. Как мы приехали в Сан-Франциско, ты только и делаешь, что хнычешь да жалуешься. Черт, если не хотела ехать на эту конвенцию - сидела бы дома.

- Я не думала, что все будет настолько хреново, - сказала Тайлер.

- А что ты ожидала здесь увидеть? Цирк братьев Ринглинг[1]? Эти конвенции всегда такие. Чего ты хотела от сборища библиотекарей?

- Дело не в них.

- А в чем?

- В городе.

- И что не так с городом? Прекрасный город.

- Я знаю.

- Досадуешь, что канатные трамваи не работают[2]?

- Конечно, - сказала Тайлер.

Она попыталась улыбнуться, но не смогла.

- Да ладно, что с тобой? Расслабься.

- Я просто паршиво себя чувствую, вот и все.

- Паршиво отчего?

- От одиночества, - Тайлер отвела взгляд от затененного лица Норы и уставилась на стоящую перед ней свечу. Огонек казался немного размытым из-за навернувшихся на глаза слез. Она смахнула их и глотнула еще немного ликера. - Всё город проклятый, - сказала она. - Снова оказаться здесь… Я думала, все будет в порядке, но… куда бы я ни пошла, куда бы ни посмотрела, я вспоминаю, как бывала в этих местах с ним.

- С парнем.

Тайлер кивнула:

- Однажды он приводил меня даже в этот крутящийся бар. Мы пили «Маргариту». Потом спустились к Северному Пляжу и пошли в Город Света, а по дороге заскочили в тот букинистический, что я тебе вчера показывала.

- Когда все это было?

- Лет пять назад. Я тогда жила в Сан-Франциско. Дэн. Так его звали. Дэн Дженсон. Он жил в Милл-Вэлли, неподалеку от Марин. Мы познакомились на Тропе Дипси.

- Тропа Дипси? - Нора скривилась.

- Это за Милл-Вэлли, на вершине гор, окружающих Маунт-Там. Тянется до самого Стинсон-Бич. Короче, там мы впервые встретились. Я гуляла там со своей соседкой по комнате, а он тренировался, готовился к ежегодному забегу…

- И это оказалась любовь с первого взгляда?

- Он тогда врезался в меня, и я упала, - сказала Тайлер, улыбнувшись своим воспоминаниям. - Я ему за это устроила славную взбучку. Точно не любовь с первого взгляда. Любовь пришла минут пять-шесть спустя.

- Односторонняя?

- Думаю, он меня тоже любил.

- Так что же тогда… О, нет, - Нора помрачнела. - Он умер?

- Не совсем. Я поступила в аспирантуру Калифорнийского Университета, а он должен был работать в Милл-Вэлли. Я не могла отказаться от аспирантуры, а он - от своей работы. Такие дела.

- Боже, я поверить не могу. Вы вот так просто друг друга бросили?

- Нам обоим хотелось делать карьеру. Я говорила ему, что полицейским можно быть где угодно, но… он был жутко упрямый. Я тоже.

- И как у вас все закончилось?

- Я написала ему письмо. Он никогда… В общем, я сама была во всем виновата. Надо было просто бросить все и выйти за него замуж.

- О, Боже, он тебе и предложение делал?

- Да, делал.

- Ну и ну.

- И знаешь, что еще?

- Что?

- Мне двадцать шесть, есть работа, ради которой половина людей на этой конвенции друг друга поубивает, но главной ошибкой своей жизни я считаю то, что не бросила все это и не осталась с Дэном.

- Ты поняла это только что?

- Я поняла это давным-давно. Я, понимаешь, надеялась, что повстречаю кого-нибудь еще.

- И не повстречала.

- Никого, кого могла бы полюбить.

- И что ты собираешься с этим делать?

- А что я могу сделать? Я свой выбор сделала пять лет назад. Теперь просто надо с этим жить.

- Но ведь можно найти какой-то выход.

- Да. Помнишь тот мост, Золотые Ворота? Подходящее местечко, высоко и ехать недалеко.

- Не смей даже шутить так, - сказала Нора.

- Я действительно… вот черт, - пробормотала она, и снова заплакала. - Я действительно иногда… хочу… покончить с жизнью.

- Эй, эй, - Нора перегнулась через столик и взяла ее за руку. - Ведь это не конец света. Я собираюсь кое-что предложить тебе - задумайся всерьез, почему бы не дать ему еще один шанс? Мы далеко от Милл-Вэлли? Не очень, верно?

Тайлер пожала плечами и шмыгнула носом:

- Не знаю, примерно в получасе езды.

- Так давай завтра поедем туда и отыщем его.

- Я не могу.

- Почему нет?

- Прошло целых пять лет! Он, скорее всего, уже женат… А может - уже и не живет там.

- Если эта работа была ему настолько важна, что он отпустил тебя ради нее, значит он до сих пор там.

- Я не могу, Нора.

- Отчего не попробовать? Что ты теряешь?

- Нет.

От одной мысли об этом ей делалось не по себе.

- Если тебе необходима моральная поддержка, то я буду с тобой.

- Завтра нам отсюда уезжать, - сказала Тайлер.

- Зачем? У нас впереди еще целых две недели летних каникул до начала этих чертовых крысиных бегов. Неужели дома тебя ждет что-то такое уж важное? Или боишься, что цветочки повянут? Давай завтра, прямо с утречка, съездим в Марин и отыщем этого твоего Дэна. Что мы потеряем, если не найдем его? Час или около того? В любом случае, в Лос-Анджелес успеем вернуться до темноты.

- Я не знаю. Мне нужно подумать.

- Что тут думать? Поехали - и все.

- Я не знаю, - Тайлер допила свой ликер и потерла лицо. - Я чувствую себя так… я совсем запуталась. Пойду, пожалуй, к себе в номер. Ты еще останешься здесь?

Нора кивнула:

- Ночь только начинается. Я оставлю свою дверь незапертой. Разбуди меня с первыми лучами солнца, ладно?

- С первыми лучами? Как скажешь.

Тайлер вошла в свой номер на шестом этаже и плюхнулась на кровать. Потолок, казалось, медленно вращается, как бар, который она только что покинула.

Кажется, она перепила.

Сколько? Давайте посмотрим. Три порции водки с тоником до банкета. Бог знает сколько вина за ужином. Наверное, бокала три или четыре. И в довершение всего - два бокала ирландского ликера «Бейлис» в баре с Норой. Неудивительно, что потолок теперь не хочет быть на месте.

Неудивительно, что она проболталась.

Будь она трезвой - держала бы историю про Дэна при себе. Но ничто не развязывает язык лучше, чем несколько добрых порций спиртного.

Пускай Нора порезвится еще, глядишь - и забудет об этом разговоре, и никуда они не поедут.

Надейся-надейся.

Я всегда могу сказать ей «нет». Надо разуться.

Ее ноги свешивались с края кровати. Туфли отчаянно жали. Сделав над собой усилие, она согнула одну ногу в колене и сняла туфлю. Уселась, чтобы снять вторую, и замерла, дожидаясь, когда пройдет приступ головокружения.

Ладно хоть не тошнит. Ну да, чуток наклюкалась.

Забавное слово, - подумала она и откинулась на кровать, вновь вытянув ноги, и подложив согнутую в локте руку под голову.

Что же делать?

Нужно пошевелить костями, принять аспирин и запить его несколькими стаканами воды, иначе утром будет сущий ад.

Утром. Боже, утром. Что же делать?

Просто сказать Норе «нет». Нет, нет, Нора, не хочу я туда ехать.

Почему нет?

Потому что, черт возьми, слишком больно будет увидеть его снова. Даже попытаться увидеть. У него наверняка есть жена, а ведь ею могла быть я. Ты не знаешь, женат он или нет. Может быть, он холост и одинок. Может быть, он по-прежнему хочет тебя.

Ну конечно.

Почему я рассказала о нем Норе? Потому что слишком много выпила. И если я сейчас вот так засну, потом буду очень сожалеть.

Приподнявшись на спине, она стянула юбку, а затем, подняв ногу, принялась отстегивать от подвязки чулок.

Дэн ненавидел колготки. И ради него она перестала их носить. И никогда больше не будет.

А еще она никогда больше не будет курить травку.

И она до сих пор коротко стриглась, как он любил. «Так ты похожа на Питера Пена», - сказал он однажды. «Питер Пен - мальчик», - напомнила она ему, и добавила, что, раз ему это так нравится, не иначе в нем таится скрытый гомосексуалист. «Да? - сказал он. - Иди-ка сюда, посмотрим, какой из меня гомик».

Большой полицейский-мачо.

Боже, как ей его не хватало.

Она сняла пояс для чулок. Потом стянула трусики, отшвырнула ногой в сторону и сладко потянулась, наслаждаясь приятными ощущением прохладной простыни на коже ног и ягодиц. Она поняла, что легко может задремать прямо так, поэтому глубоко вздохнула и села. Безуспешно провозившись с молнией на спине, стянула платье через голову и сняла лифчик. Потом поднялась с кровати и начала собирать с пола одежду.

Она сохранила прическу, сохранила манеру одеваться, но кое-что с момента их разлуки все-таки изменилось. Тогда она была пухленькой. На первом же курсе аспирантуры она сбросила пятнадцать фунтов. Как будто вместе с Дэном потеряла и аппетит. Аппетит потом вернулся, а вот о лишнем весе она и думать забыла.

Она достала из чемодана ночную рубашку, но надевать не стала. Подошла к зеркалу. Взгляд был какой-то дикий. Это от выпивки. Она провела указательным пальцем по скуле. Тогда, когда она была с Дэном, у нее не было скул. И талии. И таких бедер.

Она улыбнулась своему отражению. Той Тайлер Моран, какую он никогда не видел.

Кривляюсь тут, как обезьяна, - подумала она.

Ее сердце глухо застучало; она вдруг поняла, что завтра все-таки отправится в эту поездку. Неважно, какую душевную боль придется пережить, неважно, каков будет результат. Если она этого не сделает - потом, думая о Дэне, всю жизнь будет сожалеть о упущенном втором шансе.

Сердце стучало так, что разболелась голова.

Она надела ночную рубашку и прошла в ванную, где проглотила три таблетки аспирина и запила тремя стаканами холодной воды.

После чего легла спать.

Лежа в темноте, она вспоминала Дэна Дженсона. Его лицо, его голос. Интересно, сильно ли он изменился за это время? Сможет ли она отыскать его завтра в Милл-Вэлли? Она очень надеялась, что сможет.

На следующее утро, глядя сквозь лобовое стекло автомобиля на автобусное депо Милл-Вэлли, Тайлер уже улыбалась.

- Раньше здесь была лучшая книжная лавочка во всем городе, - сказала она. - Каждый раз, проходя мимо, я жалела, что у меня нет лишнего доллара.

- Как настроение? - спросила Нора, улыбаясь ей с пассажирского сиденья.

- Вроде держусь. Но с большим трудом.

Она вытерла запотевшие ладони о штанины вельветовых брюк. На самом деле, она очень нервничала. Сердце колотилось быстрее обычного, во рту пересохло, блузка подмышками взмокла.

- Маленький чудной городок, - сказала Нора.

- Раньше он был еще чуднее, - oна медленно вела автомобиль по Трокмортону, мимо ярко окрашенных магазинчиков. Дорога сделала поворот. По левую сторону показались леса. - Раньше здесь стояла старая мельница. А вон там начинается Тропа Дипси.

- Прославленная Тропа Дипси.

Она свернула направо и остановилась на обочине.

- Здесь?

- Да, - сказала Тайлер. – Здесь, - oна сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. - Вон тот жилой дом на противоположной стороне улицы.

Чуть пригнувшись, Нора выглянула в окно:

- Такой простенький домик, - сказала она.

- Вполне обычный для такого городишки.

- Итак, ты пойдешь туда?

- Ну не просто же так мы проделали такой путь, - сказала Тайлер, с трудом изобразив улыбку.

- Хочешь, чтобы я подождала здесь?

- Ты шутишь?

Они вышли из автомобиля. Тайлер подождала, пока Нора снимет кофточку и бросит на сиденье.

- Обойдусь без нее, - сказала она и обошла машину сзади.

На ней были короткая юбка-шорты и теннисные туфли. Теперь, когда она оказалась без кофты, стало хорошо заметно, что бюстгальтера на ней нет. Бирюзовая футболка обтягивала грудь. Тайлер хотелось, чтобы Нора все-таки не снимала кофточку, а лучше - вообще осталась в машине.

Что, если Дэн…? Нет, глупости какие.

Он, скорее всего, даже и не живет здесь.

Они перешли дорогу и поднялись по тропинке к обшарпанному жилому дому, обшитому деревом. Груди Норы при каждом шаге слегка покачивались.

Дэн и внимания не обратит. Да ну, конечно, обратит.

Даже в скромном наряде Нора притягивала мужские взгляды - как магнит металлическую стружку. Еще бы, с пятым-то размером. А внешностью она могла затмить многих женщин, и Тайлер в том числе. Она была стройна и развязна. Пусть лицо ее было слегка вытянутым, а зубы немного выдавались вперед, прекрасные голубые глаза полностью затмевали эти недостатки. И что-то невозможно эротичное было в очертаниях ее широкого рта, в нежной припухлости губ.

Нора излучала сексуальность. И это замечали не только мужчины. Женщины - тоже, и многие ей завидовали.

Так что Тайлер не слишком радовалась ее компании, когда они вместе вошли в темный подъезд.

Не волнуйся, - сказала она себе. - Дэн был влюблен в меня, а не в нее. Да и Нора свиньи не подложит. Она моя лучшая подруга. Она понимает мои чувства.

Ага. Надейся.

Забудь об этом.

Тайлер подошла к ряду почтовых ящиков.

- У него был четвертый, - сказала она.

Красная пластиковая табличка под четвертым ящиком извещала, что принадлежит он Б. Лоуренсу. Они проверили остальные таблички.

- Никакого Дженсона нету, - сказала Нора. - Ты уверена, что это именно тот дом?

- Абсолютно, - oна почувствовала прилив разочарования пополам с облегчением. - Я знала, что это будет пустая трата времени, - сказала она слегка дрожащим голосом.

Нора приобняла ее за плечи. Вид у нее был решительный:

- Это еще не конец, милочка. С тобой Нора Брэнсон, матерый библиотекарь. Я готова немного потрудиться, чтобы разузнать все возможное. Сначала проверим этого Б. Лоуренса, потом поговорим с управляющим. Не смогут помочь - обратимся к телефонному справочнику. Если и это ничего не даст - заглянем в местный полицейский участок, а если выяснится, что Дэн там больше не работает, постараемся узнать его дальнейшую судьбу. Наверняка, какие-нибудь приятели в отделе у него остались, не говоря уже о личном деле в архивах.

- А может, лучше просто забить?

- Ни за что. Это касается твоей личной жизни. Ты же до сих пор любишь этого парня. Так или иначе, мы его отыщем. Где находится четвертая квартира?

- Наверху, - вздохнула Тайлер.

Она прошла вслед за Норой по деревянной лестнице на балкон, протянувшийся по всему фасаду. Они остановились у первой двери справа. Пять лет назад дверь была выкрашена под мореное дерево. С тех пор кто-то перекрасил ее в ярко-лимонный цвет с оранжевой отделкой. Подвешенные прямо над дверью глиняные колокольчики мягко позвякивали на ветру.

Хотя Тайлер знала, что Дэн в этой квартире больше не живет, сердце ее бешено заколотилось, когда Нора нажала на кнопку звонка. Она сделала глубокий вздох, пытаясь успокоиться.

Дверь открылась. На пороге стояла пухлая, небольшого роста женщина с бигудями на голове и улыбалась им.

- Приветствую! - сказала она. - Чем могу помочь?

Прежде, чем Тайлер успела что-то сказать, ответила Нора:

- Мы ищем Дэна Дженсона. Вроде он жил в этой квартире раньше.

- Точно. Железный Дэн-полисмен. Мой старый приятель. А вы его друзья?

Нора указала пальцем на Тайлер:

- Она его старая подруга.

- Ага! - кивнув, она внимательно осмотрела Тайлер одним, слегка прищуренным глазом, а затем покачала перед ней указательным пальцем: - Знаю-знаю, где-то я ваше лицо видела. Да-да, я видела его буквально минуту назад. Вы и есть та девушка с фотографии. С карточки восемь на пять, что так до сих пор и висит над камином. Конечно. Это вы, верно?

Тайлер пожала плечами. Она не знала, о какой конкретно карточке идет речь, Дэн часто ее фотографировал. Он любил делать снимки неожиданно, ради «естественности», как он это называл. Однажды он даже умудрился сделать снимок, когда она выходила из душа. Она покраснела, надеясь, что над камином висит не именно та фотография.

- Девушка, которую он называл Типпи, верно?

Тайлер кивнула.

- Типпи? - спросила Нора.

- Сокращение от Типпеканоэ, - пояснила она. - Типпеканоэ - это то же, что и Тайлер.

- Уж этот Дэн. Каждому прозвище подберет. Я у него всегда была Куколкой Барби. Когда он тут еще квартировал, я жила внизу, в первой квартире. Он частенько приглашал меня к себе на пиццу. Ой, до чего он вкусную пиццу готовил!

- По моему рецепту, - пробормотала Тайлер. Она почувствовала странную боль, схожую с тоской по дому. - Это я его научила.

- Ой, у меня слюнки текут, как о ней подумаю. До чего мне не хватает этой пиццы…

- Если хотите, могу прислать вам рецепт.

- Правда? - oна схватила Тайлер за руку и сжала. - Вы так милы. Не удивительно, что Дэн на вас зациклился. Он жизнь бы отдал, чтобы увидеть вас снова. А вы?..

- Так вы знаете, где он сейчас? - перебила ее Нора.

- Ну конечно.

Сердце Тайлер заколотилось еще сильней.

- Он съехал отсюда… ой, больше двух лет назад. А я заняла его место. Моя прежняя квартирка была теснющая - все равно что в шкафу живешь. А здесь целых две спальни, понимаете? Есть где развернуться. Да и девочке нужна собственная комната…

- Дэн все еще живет в Милл-Вэлли? - спросила Нора.

- Ой, нет. Он устроился в полицию в Малкаса-Пойнт. Сказал, что хочет покинуть этот городок, ума не приложу, зачем. Слышали когда-нибудь про эту Малкасу? Нет? Я вам скажу - дыра дырой. Я понять не могу - как там вообще можно жить? Но многие почему-то туда едут, так? А там даже приличного ресторана нет, не говоря уж о кинотеатре. А еще я не думаю, что даже в пределах пятидесяти миль там есть хоть завалящий торговый центр. Дыра - она дыра и есть. Но вот потянуло его туда что-то.

- Малкаса-Пойнт? - переспросила Нора.

- Погодите секундочку, я адресок найду, - подойдя к настольной лампе, она продолжала говорить через плечо: - Честно говоря, я от него не получала никаких известий год, а то и больше. На прошлое Рождество получила открытку, хотя нет, не на прошлое, а два Рождества назад, вскоре после того, как он переехал. Кажется, он там прекрасно прижился, - oна достала из выдвижного ящика адресную книгу и вернулась к ним. - В декабре прошлого года я отправляла ему открытку из Неаполя. Ездила туда в отпуск. Ой, какой все-таки чудесный город этот Неаполь…- oна принялась листать страницы: - А, вот мы где. Дженсон, Дэн. Малкаса-Пойнт, Морской переулок, дом десять.

Трясущимися руками Тайлер нацарапала адрес в своем блокноте.

- Скажите, а как ваше имя? Лоуренс?

- Так точно. Барбара Лоуренс. Только в моем имени три буквы «а», не как у той, что Стрейзанд[3]. Как вам это имечко - Барбра? Похоже на «бра», верно?

- Когда Дэн писал вам, - спросила Нора, - он ничего не упоминал о женитьбе?

- Ни словечка. Насколько я знаю, до сих пор холост, - oна подмигнула Тайлер. - Так вы рецептик пришлете, да?

- Конечно.

- А как далеко эта Малкаса-Пойнт? - спросила Нора.

- Ой, вы сможете оказаться там, чтобы не соврать, часа уже через три. Вот ежели не будете заниматься ерундой и отправитесь в путь прямо сейчас. Поезжайте прямо до Берегового шоссе, а с него сворачивайте в сторону Бодеги. У вас есть карта?

- В машине.

- Ну, значит, вы точно его не проедете. Как отыщете Дэна, не забудьте передать привет от Куколки Барби.

- Обязательно передадим, - заверила ее Тайлер.

- И ради Бога, когда окажетесь там, не пропустите экскурсию в Дом Зверя. Страшно - аж жуть! Вам понравится.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Спустя пять минут езды по узкому и извилистому Береговому шоссе, проходившему вдоль обрыва над бушующим океаном, Тайлер застегнула ремень безопасности.

- По-моему, без него гораздо лучше, - сказала ей Нора.

- Ты права, - oна расстегнула пряжку. - Он только мешает.

- Хорошо хоть, мы по внутренней полосе едем, а не по краю обрыва.

- Ничего, обратно как раз по нему ехать.

- Давай посмотрим, может, какой другой маршрут есть, - Нора взяла карту и в течение двух-трех минут внимательно ее изучала. - Можно будет попробовать поехать в объезд, но это гораздо дольше.

- Посмотрим, - сказала Тайлер. - Как ехать обратно мы решим, когда придет время.

- Я думаю, на ночевку нам лучше остаться в Малкасе. Мы доберемся до нее только к середине дня.

- Давай действовать по ситуации.

- Интересно, есть ли там хоть какой-никакой мотель, - oткрыв бардачок, она достала автомобильный путеводитель по Калифорнии и Неваде. - Так, давай-ка посмотрим. О том, что там «даже приличного ресторана нет, не говоря уж о кинотеатре», мы знаем, - oна листала страницы. - Так-так… Лос-Гатос, Мадера, Озеро Моммот… Оп-ля, никакой Малкасы. Вполне возможно, что переночевать там будет попросту негде.

- В каждом городе должен быть мотель. Хоть самый захудалый.

- Надеюсь. Бог с ним, с комфортом, но какое-нибудь место для спанья мы отыскать должны. Давай посмотрим, есть ли в этом захолустье достопримечательности какие, - oна открыла справочник на первых страницах. - Малкаса, Малкаса, - бормотала она, разыскивая город. - Ха-ха! Вот тут она значится, можешь в это поверить? Малкаса-Пойнт, тридцать четыре фута над уровнем океана. Высотища! Надеюсь, у меня не пойдет носом кровь. Только одна достопримечательность. Дом Зверя. Главное - не путать с зоопарком.

Усмехнувшись своей шутке, она зачитала статью из путеводителя вслух:

- “…Дом Зверя, дом 10 по Фронт-Стрит. Эта реликвия, содержащая воспроизведенные сцены ужасных убийств, была построена в 1902 году вдовой известного преступника Лайла Торна. Выставленные в экспозиции восковые фигуры изображают жертв нескольких жестоких убийств. Экскурсии проводятся ежедневно, кроме выходных и праздников, с десяти до четырех часов. Стоимость билета для взрослого - четыре доллара, детям до двенадцати лет - два доллара…” Может, мы и вправду сможем туда заглянуть, пока будем находиться в этом городке.

- Куколка Барби очень его нахваливала, - сказала Тайлер.

- Точно. «Страшно - аж жуть…»

В зеркало заднего вида Тайлер увидела стремительно приближающийся «Порше». Она затаила дыхание, когда он настиг их и с ревом пристроился рядом. Он резко вырвался вперед, потом вернулся на свою полосу, едва не задев их передний бампер и буквально за секунду успев избежать столкновения с едущим навстречу «Универсалом».

- Педрила, - буркнула Нора. - «Порше», «Фольксвагены», да “пикапы” всякие. С ними нужно держать ухо востро. Вечно у них за рулем маньяки.

- Не говоря уж о трейлерах, - сказала Тайлер. - Хорошо, хоть этих поблизости не видать. Кому понравится, когда увязывается громадина в восемнадцать футов?

- Все они убийцы. Кто-нибудь должен построить музей дальнобойщиков и заполнить его восковыми фигурами их жертв.

- Точно, и назвать его «Дом Водилы».

Они остановились пообедать в ресторанчике с видом на берег Бодеги-Бей. Нора заказала бокал мексиканского пива и тарелку жареных мидий к нему. Тайлер, которой нужно было вести автомобиль по извилистой горной дороге дальше, ограничилась стаканом пепси и чизбургером.

- Знакомый видок? - спросила она, кивая на блики воды за окном.

- Нет, а что там знакомого? - спросила Нора.

- «Птиц»[4] помнишь?

- Фильм?

Она кивнула и откусила чизбургер. По подбородку побежала струйка сока. Она вытерла ее салфеткой.

- Да, - сказала она. - Видишь, вон там? Этот тот самый полуостров, на котором жил Род Тейлор.

- Серьезно?

- Помнишь? Типпи Хедрен поехала к нему на моторной лодке, и ее сбросила в воду та птица?

- Конечно, помню. Так вот, где это произошло… Будь я проклята. Я этот фильм три или четыре раза смотрела.

- Где-то здесь, наверное, и та школа находиться.

- А что насчет мотеля Бейтса?

- Это из другого фильма.

- Он, наверное, находится как раз в Малкаса-Пойнт. И как раз один номер там окажется свободен.

- На самом деле этот отель находится на студии «Юниверсал».

- Да знаю я, глупенькая. Шуток не понимаешь.

Выезжая из Бодеги, они миновали небольшое деревянное здание школы.

- Бьюсь об заклад, тут они и снимали, - сказала Тайлер.

- А где же тогда спортивная площадка?

Тайлер пожала плечами:

- Наверное, снесли после того, как птицы ее всю загадили.

Вскоре Бодега осталась позади. Некоторое время спустя Нора уснула. Забравшись с ногами на сиденье и упершись коленями в приборную панель, она склонила голову набок и тихонько посапывала с открытым ртом. Тайлер, тоже ощущавшая легкую усталость, опустила окно, наслаждаясь свежим океанским бризом.

Мысли о Дэне никак не шли из головы. Ей не верилось, что уже через пару часов она может увидеть его вновь.

Он держал ее фотографию у себя над камином. Он не стал бы этого делать, если бы охладел к ней. А еще он разговаривал о ней с Куколкой Барби.

Куколка Барби. Какое ужасное прозвище.

Он частенько приглашал ее к себе на пиццу. Что если они…?

Тайлер почувствовала, как внутри все сжалось.

Только не Куколка Барби. А почему нет? Потому что она толстая и старше Дэна лет на десять? Когда мы встречались, я тоже на худышку не тянула, и это ему не мешало. По крайней мере, никогда не жаловался.

Итак, что если у Дэна с Барби действительно что-то было? Почему нет?

Черт, они, скорее всего, были просто друзьями.

Пять лет. Да у него наверняка за это время была уже целая куча женщин. И наверняка с одной из них он завязал серьезные отношения.

Она вытерла запотевшую ладонь о штанину.

Какой смысл сейчас об этом думать?

Но она не могла остановиться. С чувством отчаяния она размышляла о том, сколько женщин за это время побывало в его постели. Кем они были? Вспоминал ли он о ней, когда был с ними? Скучал ли? Возможно, он вообще больше никогда о ней не думал, стерев ее образ из своих воспоминаний и затмив его новой любовью.

Хватит!

По крайней мере, он не женат. Ну, или не был женат два Рождества назад. А может быть, и был, просто не написал об этом Барби в своей открытке. Все может быть. Он мог даже еще раз переехать куда-нибудь. Может, его уже давно нет в Малкасе. Не будет ли это…

Эта шокирующая мысль пришла ей в голову как раз в тот момент, когда она завернула за очередной изгиб шоссе и увидела прямо перед собой зеленый грузовик-“пикап”. Он мчался навстречу на всех парах. Она ударила по клаксону, и вдавила ногой педаль тормоза.

Нора подскочила и проснулась:

- Срань господня!

Тайлер вывернула руль, чтобы освободить путь фургону. Правая шина ее автомобиля взметнула с обочины тучу пыли и гравия.

Водитель пикапа ухмыльнулся и, отсалютовав рукой о край ковбойской шляпы, умчался за поворот.

Нора показала ему вслед средний палец.

- Пидарас!!! - проорала она.

Тайлер начала выводить машину обратно на дорогу.

- Боже, - задыхаясь, пробормотала Нора. Она приложила руку к груди, словно пытаясь удержать сердце внутри. - Быдло гребаное, говнюк!

Тайлер сделала глубокий вдох. Ее сердце бешено колотилось. Ноги стали ватными и слабыми.

- Этот козлина нас чуть не угробил, - сказала Нора. - Что я тебе говорила? “Пикап”! Посади козла в “пикап”, сразу возомнит себя царем-говнa.

Мгновением позже зеленый “пикап” возник в зеркале заднего вида.

- Он возвращается, - застонала Тайлер.

- Ты шутишь, - Нора обернулась через плечо. - Чёрт!

- Может, это не он.

- Это он. Вот блин. Может, не стоило ему «фак» показывать.

Грузовик несся прямо на них. Их уже разделяло не больше метра. Клаксон ревел. Нора повернулась вперед и уселась на свое место, посмотрев на Тайлер и выдавив подобие улыбки:

- Как думаешь, он бухой или тупой?

- И знать не желаю, - сказала Тайлер.

Она окинула взглядом пространство впереди. Насколько она могла видеть, двухполосная дорога вилась между отвесным склоном и высокими холмами. Ни заправки, где им могли бы помочь. Ни магазинчиков, ни придорожных кафе. Абсолютно ничего.

- И где только носит дорожный патруль, когда он так нужен? - пробормотала Нора.

- И где только носит цивилизацию, когда она так нужна?

Тайлер вдавила педаль газа. Когда стрелка спидометра подскочила от пятидесяти пяти к шестидесяти, а потом и шестидесяти пяти[5], “пикап” начал отставать. Вскоре они разогнались до семидесяти[6]. Несясь на бешеной скорости, Тайлер увидела, что примерно через милю поджидает предательский крутой поворот. “Пикап” позади стремительно набирал скорость.

- Нетушки, - пробормотала она и убрала ногу с педали газа.

Скорость быстро упала. Глядя в зеркало заднего вида на мчащийся к ним грузовик, она пыталась унять панику. Казалось, он вовсе не собирается тормозить. Она приготовилась к удару. В самый последний момент “пикап» свернул на встречную полосу и, снизив скорость, поехал рядом. Сигнал клаксона ворвался в уши Тайлер яростным криком. Преследователь все так же держался бок о бок с их автомобилем. Дорога впереди была пустой, по крайней мере, на данный момент. Тайлер ожидала, что сейчас “пикап” протаранит их боком, прижимая к склону возле обочины. Ее нога опустилась на педаль тормоза. Вырвавшись вперед, “пикап” подрезал им дорогу и замедлил ход. Она вдавила тормоз сильнее. Взглянув в зеркало заднего вида, она увидела быстро приближающийся ”Мустанг”. Она сбросила скорость до двадцати, пятнадцати… “Пикап” преградил им путь.

- О, Боже! - вскричала она, вдавила рычаг тормоза в пол и остановилась.

“Пикап” развернулся, пропуская ”Мустанг”, который, не медля ни секунды, пронесся мимо. “Пикап” начал двигаться вперед, пока почти не коснулся переднего бампера их ”Омни”.

Дрожащими руками Тайлер закрыла окно и нажала кнопку блокировки. Через окно кабины “пикапа” она увидела, как водитель снял ковбойскую шляпу.

- Часом пушку не захватила? - поинтересовалась Нора.

- Все свое ношу с собой.

- Я иного и не ожидала.

Мужчина стремительно перебрался через пассажирское сиденье, открыл пассажирскую дверь и спрыгнул вниз. На них он не смотрел. Приближаясь, он пялился в землю.

Это был здоровенный детина, лет эдак тридцати с виду, с глазками, кажущимися слишком маленькими для широченной хари, и толстыми выпяченными губищами. Челюсть его казалась намного шире лба.

- Неандерталец вшивый, - пробормотала Нора.

Он поднял голову. Взгляд его крошечных глазок метнулся от Норы к Тайлер. Губы скривились в ухмылке. Он поднял средний палец и покрутил рукой, недвусмысленно изображая совокупление. Тайлер сжала колени.

- Свинья, - сказала Нора.

Выставленным вперед средним пальцем он поманил их, как бы призывая выйти.

Нора наклонилась к лобовому стеклу.

- Черта с два, мудила! - крикнула она.

- Ради Бога! - выдохнула Тайлер.

Усмехнувшись, мужик подошел к капоту и выдрал из «Омни» радиоантенну. Он замахнулся ею, словно хлыстом. Тайлер вздрогнула, когда антенна хлестнула по ветровому стеклу.

- В жопу себе ее сунь! - заорала Нора.

Тайлер схватила ее за плечо:

- Хватит уже! И так жопа полная! Ради Бога, не провоцируй его!

Он снова ударил по лобовому стеклу. Тайлер дернула рычаг коробки передач, и, переключившись на задний ход, помчалась назад. Машина подпрыгивала на неровной поверхности обочины. Она попыталась выехать на дорогу, но с тыла показался несущийся в их сторону огромный жилой фургон. Вновь отъехав на обочину, чтобы избежать столкновения, она почувствовала, как автомобиль накренился. Она ударила по тормозам. Фургон промчался мимо, достаточно близко для того, чтобы «Омни» завибрировал от поднятой волны ветра. Мгновение спустя, она переключилась на первую передачу, вдавила педаль газа и отпустила сцепление. Задние шины прошуршали по гравию. Но машина с места не тронулась.

Мужик бросился к ним, остановившись только чтобы подобрать камень размером с мяч для софтбола[7].

Нора открыла дверь, выглянула из автомобиля, осмотрелась и вновь захлопнула, зафиксировав замок.

- Висим над канавой, - сообщила она.

- О, прелестно!

- С этим камнем он может к нам проломиться.

- Я знаю, знаю!

Мужик приближался. В одной руке камень, в другой - антенна.

Тайлер еще раз попробовала сдвинуть автомобиль с места.

- Смотри, - сказала Нора, - он просто вышибет стекло и всяко до нас доберется.

Она открыла дверь.

- Нет!

Она вышла и направилась к передней части машины.

- Нора!

Она прислонилась задом к капоту и, откинувшись назад, скрестила на груди руки. Мужик остановился. Ухмыльнувшись уголком рта, отшвырнул камень в сторону, переложил антенну в правую руку и медленно направился к Норе, рассекая антенной воздух.

Со стоном Тайлер выключила двигатель, поставила аварийный тормоз и вышла из машины. Ноги едва слушались ее, пока она шла к капоту. Подойдя к нему, она встала плечом к плечу с Норой.

Примерно в четырех футах от них мужик остановился. Его взгляд медленно скользнул по телу Норы, а затем переключился на Тайлер. Она почувствовала холод и тошноту где-то глубоко внутри. Но постаралась не дрожать.

- Что, нравится видок, губешки-лепешки?

Зарычав, он замахнулся антенной и со свистом рассек воздух перед собой.

- Я вся дрожу от страха, - сказала Нора.

Он указал антенной на растущие за канавой кусты.

- Пошли, - сказал он.

- Гляди, оно разговаривает, - сказала Нора.

- Пошевеливайтесь!

- Что ты задумал?

- Насадить ваши попочки.

- Ничего себе. На что же?

Он стеганул ее по плечу. Она дернулась и стиснула зубы.

- Ща я тебя гасить буду, дружочек, - пробормотала она и кинулась на мужика.

Он ударил ее коленом в живот, потом еще раз - и отшвырнул в сторону. Когда она упала в канаву, Тайлер впечатала ему в рожу кулак. Она почувствовала, как его нос расплющился под костяшками ее пальцев. Он моргнул и потряс головой. Из ноздрей хлынула кровь. Рыча, он вцепился Тайлер в горло, заваливая ее на спину. Ее ноги уперлись в бампер автомобиля. В следующее мгновение он повалил ее на капот и свободной рукой разорвал блузку. Кровь из его носа капала ей в лицо. Она стукнула его кулаком в висок. Попыталась ударить его коленом, но он уже протиснулся у нее между ног и навалился сверху, придавив своим весом к капоту. Смаргивая с глаз его кровь, она увидела занесенный над головой кулачище размером с кувалду. Тут он глянул через плечо, оторвался от нее и повернулся. Подняв голову, Тайлер увидела, что его “пикап” едет в их сторону.

- Эй! - заорал мужик.

Тайлер села и, скользнув вперед, коснулась ногами земли. Грузовик резко остановился. Она посмотрела в сторону. Из канавы, со спутанными, свисающими на глаза волосами, выбиралась Нора.

Дверь грузовика с пассажирской стороны распахнулась, и оттуда выскочил худощавый мужчина в белых брюках и рубашке. Он кивнул кому-то внутри, и грузовик поехал дальше, свернув вправо. Распахнулась другая дверь, и выскочил еще один мужчина, закачавшись при попытке удержать равновесие.

- Нет! - взревел громила, увидев, как его “пикап” скатился вниз по склону канавы.

Он резко под грохот сминаемого металла и звон бьющихся фар. Мужик зажал руками уши. И упал на колени, когда Нора накинулась на него сзади и хорошенько вытянула по спине антенной.

Теперь, когда грузовик не закрывал обзор, Тайлер смогла увидеть припаркованный вверх по дороге, чуть подальше от них, синий «Мустанг».

Нора отшвырнула антенну и кивнула паре незнакомцев, вставших перед скрючившимся на коленях мужчиной.

- С вами все в порядке, леди? - спросил один из них, одетый в рубашку “поло”.

Он переводил взгляд с Норы на Тайлер.

Тайлер вытянула подол своей блузки из-за пояса и кивнула.

- А грузовичок-то - тю-тю, - сообщил тот, что его и разбил.

Он покачал головой и посмотрел на мужика, всем своим видом изображая искреннее сочувствие. Был он немного ниже своего приятеля, острижен под “ежик”, лицо пухлее и совсем еще мальчишеское. У него была толстая шея, футболка облегала тело, обрисовывая широкие плечи и объемные мышцы груди. На латунной пряжке ремня было написано «Кольт». Ноги обтягивали голубые джинсы «с иголочки». Штанины были закатаны примерно на три дюйма. Обут он был в потертые ковбойские сапоги с острыми носами. Тайлер показалось, что он похож на гея. Как, впрочем, и его приятель.

Тот как раз присел на корточки, приблизившись лицом к стоящему на коленях мужику.

- Дальнейший план таков, - сказал он спокойно. - Ты поднимаешься на ноги и извиняешься перед этими леди. Платишь им за антенну. А затем возвращаешься в свой “пикап” и остаешься там.

- А коли нет? - буркнул он.

Мужчина похлопал его по плечу. И вежливо сказал:

- А коли так - мы с Джеком тебе рыло начистим.

Они встали. Громила повернулся к Норе и Тайлер. Не поднимая головы, утер рукавом кровь со рта, а затем, тяжело дыша, полез в задний карман за бумажником. Вытащив десятидолларовую банкноту, он дрожащей, измазанной в крови рукой протянул ее Тайлер. Джек подошел поближе и, наклонившись, взглянул на банкноту:

- Маловато будет, ублюдок, - сказал он, вырвав у него кошелек.

Вытащив оттуда двадцатку, забрал у мужика первую купюру и передал обе Тайлер, после чего вернул бумажник.

- Извинись перед ними, - сказал тощий.

- Простите, - буркнул мужик, не поднимая глаз.

- Да ничего страшного, - сказала Нора.

Вытянув руки по швам, шагнула к нему и вмазала кулаком в пах. У мужика перехватило дух. Сжимая промежность, он начал оседать на корточки. Нора пнула его коленом в кровоточащий нос, опрокинув назад. Тощий мужчина подошел поближе. Тот, которого звали Джек, подмигнул Норе и зааплодировал.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

- Нора Брэнсон.

Она протянула мускулистому мужчине руку.

- Джек Уайт, - сказал он, пожимая ее.

- Тайлер Моран, - сказала Тайлер, обмениваясь рукопожатием с худощавым.

- Эйб Клэнтон.

- Имена, как у пары стрелков, - сказала Нора, глядя на Эйба, пока Тайлер пожимала руку Джека.

- Да, - сказал Джек. - Мы настоящие hombres[8].

Взглянув за спину Эйба, Тайлер увидела, как громила, шатаясь, спускается вниз по склону канавы и забирается в кабину “пикапа”.

- Кажется, сегодня наш счастливый день, - сказала Нора.

- Мы проезжали мимо, - сказал Эйб, - и увидели, что он преградил вам дорогу.

- Отлично. Вы, ребята, молодцы, что остановились. Многие просто проехали бы мимо.

- Да, - сказала Тайлер. - Мы очень вам за это признательны.

Эйб едва заметно кивнул, уставившись на нее пристальным взглядом. От этого взгляда ей стало не по себе. Ей захотелось отвести глаза, но сделать этого она не могла.

- Он тебе сделал больно?

Тайлер покачала головой:

- Немножко.

- Надеюсь, это его кровь.

- Думаю, да.

- Подождите-ка, - сказала Нора. - Ребята, вам же тоже на север? Почему бы нам не остановиться где-нибудь, чтобы мы угостили вас выпивкой?

От этого предложения у Тайлер участился пульс. Она посмотрела на свою разорванную, испачканную в крови блузку:

- В таком виде я не могу никуда пойти.

- Так переоденься, - сказала Нора.

- Пожалуй, так и сделаю.

- Так что скажете, ребята?

- Я не против, - сказал Эйб.

- Отлично, - потер руки Джек.

- Тогда почему бы вам не поехать за нами? - спросила Нора. - Остановимся в первом же местечке, какое встретим на пути.

- Договорились.

- Упс, - сказала Нора. - Секундочку. Мы же тут застряли.

Она кивнула в сторону задней части автомобиля.

- Это не проблема, - сказал Джек.

Эйб наклонился над водительским сиденьем и поднял рычаг ручного тормоза. Затем, распахнув дверь пошире, схватился руками за руль и начал толкать автомобиль. Джек обошел машину сзади и тоже принялся толкать. Потихоньку, «Омни» выбрался из канавы. Эйб вновь поставил его на тормоз.

- Порядок, - сказал он. - Мы поедем первыми, а вы догоняйте.

- Скоро увидимся, - сказала Нора.

Когда мужчины направились к своей машине, Тайлер присела на пассажирское сиденье и достала из бардачка упаковку влажных салфеток, после чего вышла. Достав одну из салфеток, протерла лицо. Салфетка стала красно-коричневой.

- Теперь нормально?

- Почти.

- Боже.

Она передала упаковку Норе.

Они подошли к задней части машины. Пока она открывала багажник и расстегивала чемодан, Нора приводила себя в порядок. Ее руки были измазаны грязью и травой и, вдобавок, исцарапаны после падения в канаву. Колено, которым она ударила того типа по лицу, было испачкано кровью.

Дождавшись, когда автомобиль уедет, Тайлер стянула с себя блузку и сунула поглубже в чемодан.

- Проклятье, - пробормотала она, увидев пятна крови на своем белом лифчике. Она понимала, что не сможет переодеться в чистый прямо здесь, около дороги. Кожу тоже покрывали бурые пятна. Взяв у Норы салфетку, она протерла плечи, большую часть груди и живот, а затем повернулась к Норе: - Все?

- Еще под подбородком.

- Боже.

Она потерла и там.

- Теперь вроде все. Дерьмо, из него кровь лилась, как из вспоротого поросенка.

- Точнее, хряка, - сказала Тайлер.

Убедившись, что ее руки чистые, она достала из чемодана желтую блузку и надела.

- Kак я? - спросила, обернувшись, Нора.

Тайлер отряхнула заднюю часть ее футболки от грязи и травы:

- Отлично, - сказала она.

Она застегнула чемодан и закрыла багажник. Они вернулись к передней части автомобиля и сели в салон. Мимо промчался «Вэн». Дорога вновь опустела. Выезжая, она обернулась и взглянула на “пикап”. Кабина находилась в самом низу канавы; ее практически не было видно. Она была рада, что не видит человека внутри.

- Этому засранцу теперь понадобится эвакуатор, - сказала Нора. - Не говоря уже о серьезном ремонте.

Когда они поравнялись с «Мустангом», она помахала ему рукой.

Эйб кивнул. Он сидел за рулем. Немного сбавив скорость, он пропустил их вперед и поехал следом.

- Неплохо, а? - спросила Нора. - Настоящий эскорт.

Тайлер прибавила скорость. Синий «Мустанг» сделал то же самое, держась на расстоянии в несколько машин от них.

Нора потерла плечо.

- Болит?

- Не так сильно, как кишки, по которым этот ублюдок вмазал коленом.

- Ты ему тоже неплохо врезала.

- Мы обе хорошенько ему наподдали. Но мне даже страшно подумать о том, что было бы, не приди нам на помощь Джек и Эйб. Он бы нам задницы разворотил до размеров тарелки.

- Да, наверное.

- А этот Джек - здоровяк, да?

- Наверное, качается, - сказала Тайлер.

- Думаешь, они геи?

- В любом случае, они хорошие парни.

- Это да. Но, хорошие хорошим - рознь.

- Все-таки я не думаю, что они геи. Сперва, конечно, мне так и показалось…

- Ага. Вспомни, как этот Эйб смотрел на тебя.

Тайлер почувствовала прилив жара.

- Все же это немного странно: двое парней, путешествуют вместе…

- Мы тоже путешествуем вместе.

- Точно! - oна хихикнула. - Они сейчас, наверное, обсуждают, лесбиянки мы или нет. Ха-ха, - oна погладила себя по животу. - Что скажешь насчет этого Эйба? Я, например, не отказалась бы очутиться с ним в постели. Слышала, как он разговаривал с этим ублюдком? «Дальнейший план таков: ты поднимаешься на ноги и извиняешься перед этими леди…» Прямо как Грязный Гарри[9], да? В этом парне есть нечто большее, чем на первый взгляд. Поверь, я знаю, чего говорю.

- Что ты имеешь ввиду?

- Он не занимается всякой ерундой типа хождения в балетные школы. А этот его суровый взгляд. Заметила, что у них у обоих очень суровый взгляд? За исключением, конечно, того момента, когда Эйб любовался тобой. Тогда он как раз наоборот, будто размяк, - oна усмехнулась. - Хотя, возможно, кое-что у него тогда отнюдь не размякло, а наоборот, надеюсь, ты понимаешь, о чем я.

- Нора.

- Ты права. Не думаю, что они геи. Боже, я на это надеюсь.

- А мне без разницы, - сказала Тайлер. - Мы же не собираемся встречаться с этими парнями. Мы просто угостим их выпивкой, верно? И, скорее всего, никогда больше не увидим.

- Никогда не говори «никогда», милочка. Ты просто не знаешь, как пойдет дальше.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

- Чудесно! Потрясающе! Брайан, сверни к нему, сделаем несколько снимков. Слишком здорово, чтобы быть правдой, верно? Дом Зверя. Как он тебе?

- Неплохо, - сказал Брайан.

- Неплохо? Выглядит шикарно, и в то же время - зловеще.

«Мерседес» медленно двигался мимо небольшого строения, напоминающего билетную будку. К стене была приколочена грязно-серая деревянная табличка, на которой красными, имитирующими стекающую кровь буквами, было написано: «Дом Зверя». Посмотрев через плечо, Горман Харди увидел в открытом окне кассы белокурую девочку лет четырнадцати-пятнадцати. На прилавке перед ней лежала книга в мягкой обложке.

Горман, который отметил свой пятьдесят шестой день рождения тем, что метнул опорожненную бутылку из-под скотча в зеркало, дабы уничтожить упитанного седого хмыря, взиравшего на него оттуда, все еще обладал достаточно острым зрением, чтобы за сто шагов узнавать обложки собственных книг. Девочка читала «Ужас в Блэк-Ривер Фоллс».

Вдоль дороги перед участком дома было припарковано несколько машин. Брайан занял место между «Датсоном» и грязным «Универсалом», задняя стенка которого была обклеена наклейками на манер семейного альбома. Среди них были стикеры с изображением Замка Херста, Секвойского Национального Парка, Мьюирских Лесов и Дома Винчестеров. Так же там было и изображение Сан-Франциско, заключенное в сердечко и надпись, сообщающая миру, что одна ядерная бомба способна испортить весь день. Он подумал, что если бы сердечко кровоточило - получилось бы еще лучше. Выпускай владельцы Дома Зверя стикеры, они вполне могли бы оформлять их в виде кровоточащих сердец.

- Будешь выходить? - спросил Брайан.

- Я подожду здесь. Постарайся выглядеть законопослушно.

- Обыкновенный турист с «Никоном», - ответил Брайан и вышел из машины.

Когда дверь захлопнулась, Горман открыл бардачок и достал миниатюрный диктофон фирмы «Панасоник». Положив его возле колен, так, чтобы никто не видел, нажал кнопку записи и начал:

- Первые наработки о Доме Зверя, август 1979 года, - говоря, он повернулся и уставился в открытое окно автомобиля. - Дом находится примерно в пятидесяти милях от главной улицы Малкаса-Пойнт; окружен семифутовым забором из кованных железных прутьев, каждый из которых увенчан острым наконечником, способным пронзить человека насквозь; ограда предназначена для того, чтобы удерживать злоумышленников снаружи, а зверя внутри, - oн улыбнулся. Отлично. Нужно будет обязательно это использовать. Зловещим тоном он повторил: - Удерживать зверя внутри…

- Единственный вход располагается за билетной будкой, в которой сидит девочка-подросток, читающая, между прочим, мою предыдущую книгу - «Ужас в Блэк-Ривер Фоллс».

А почему бы и нет? - подумал он.

- Резко контрастируя с пышной зеленью лесистых холмов, возвышающихся за оградой, земля вокруг Дома Зверя представляет собою унылое зрелище. За оградой не растет ни деревца, ни цветочка - одни лишь газоны, усеянные коричневыми пятнами, словно сама земля вокруг дома отравлена сокрытым в нем злом.

Хорошо загнул, - подумал он. - Валяй, валяй дальше!

- Денек выдался яркий и безоблачный, но невыразимым холодом сковало мое сердце при одном взгляде на это здание, - oн кивнул. Неплохо. Эдак даже «эдгарпошно». - Выстроенный в викторианском стиле монумент кажется неким памятником давно почившим. Окна, словно злобные глаза, вглядываются в вечерний сумрак, выискивая жертву.

Вот это, конечно, полная чушь. Окна как окна. Оглядев дом повнимательнее, Горман подивился тому, как хорошо сохранилось здание. Очевидно, хозяева очень кропотливо следят за его состоянием. Газон, конечно, могли бы поливать и почаще, да и деревянная обшивка стен уже давно нуждается в хорошем слое свежей краски. Но такие улучшения развеют мрачную атмосферу, которую, они, очевидно, стремятся поддерживать.

- Особенно тревожно выглядят, - продолжал он, - небольшие мансардные окна, слегка выступающие вдоль трех фронтонов, расположившихся вдоль покатой крыши, и утопающие в тенях карниза, словно полуприкрытые веки. Вглядываясь в них и задаваясь вопросом, что же может скрываться внутри, я чувствую, как по спине пробегает легкий холодок. Я уверен, что если в ближайшее время не отведу взгляд, в одном из окон появится бледное жуткое лицо…

Горазд же я всякий вздор молоть, - подумал он, и вдруг обнаружил, что уже давно смотрит в самое дальнее чердачное окно. По спине и в самом деле пробежал холодок. Кожа на шее покрылась мурашками. - Если в ближайшее время не отведу взгляд…

Он опустил глаза к серому металлическому диктофону. Несколько секунд просто слушал его тихое равномерное гудение, а потом снова посмотрел в сторону дома, стараясь избегать взглядом высоких окон.

- На дальнем конце крыши, - сообщил он, - расположена башня с конусообразным куполом. Вдовья пика… нет, ведьмин колпак, кажется, так это называется. Под ней имеются окна…

Он выключил диктофон.

Подавшись вперед, высунул из окна машины голову и огляделся. Брайана нигде не было. Убрав голову из окна, он обернулся и увидел его через заднее стекло. Глядя в объектив фотоаппарата, Брайан стоял на противоположной стороне дороги, напротив билетной будки. Горман повернулся к рулю и, нажав на клаксон, коротко просигналил. Брайан опустил фотоаппарат, кивнул и направился к машине. Вместо того, чтобы открыть дверь, он просунул голову в окно и посмотрел на Гормана.

- Ну как, закончил?

- Практически. Сделал несколько великолепных снимков. И выяснил, что следующая экскурсия начнется через сорок пять минут.

Новость вовсе не обрадовала Гормана: напротив, все его нутро сковало холодом.

- Не сегодня, - сказал он. - Я хочу подождать и пообщаться сперва с девчонкой.

- Хозяин - барин, - сказал Брайан, забираясь в машину. - Мотель находится в нескольких милях отсюда, - aвтомобиль слегка дернулся, объезжая «Универсал». - Та девочка сказала, что он будет по правую сторону дороги, и мы никак не сможем его пропустить.

- Девочка в билетной кассе?

- Она самая. Звать - Сэнди. Очень общительная.

- А тебе необщительные девочки ее возраста попадались?

- Очень редко, - ответил Брайан.

От улыбки на его щеках появились ямочки, и он окинул Гормана искренним внимательным взглядом, который и обеспечивал ему успех у дам.

- Следи за дорогой, когда находишься за рулем, - сказал Горман, не в силах скрыть горечи в голосе.

После четырех лет, проведенных практически бок о бок с Брайаном, он частенько ловил себя на том, что буквально кипит от зависти. Густые светлые волосы, ясные голубые глаза, безупречная кожа и стройное молодое тело - все это казалось Горману издевательством, заставляло чувствовать себя старым разжиревшим бульдогом. Какая жестокая несправедливость!

- И что только все находят в этом городишке, - сказал Брайан.

- Наша подруга Дженис все тебе расскажет.

- Надеюсь, на мордаху она не крокодил.

- Крокодил - не крокодил… а действовать будешь по плану.

- Конечно, конечно.

Миновав несколько кварталов с сувенирными магазинчиками, кафе, магазинами спортивных товаров, барами и заправочными станциями, они оказались на окраине города. Дорога сворачивала в сторону и уходила в лес. Горман обернулся, опасаясь, что они могли каким-то образом упустить «Милости просим!» из виду.

- Не волнуйся, - сказал Брайан. - Мы его не проехали.

- Да, Сэнди говорила тебе, что его невозможно не заметить.

- Он должен быть где-то впереди.

Так и оказалось.

По правую сторону от дороги, в тени высоких сосен стоял гаражный комплекс «Милости просим!» и причудливого вида ресторанчик с ярко-белыми стенами и зеленой отделкой - газон перед ним украшали античные вазы. В сторону от газона уходила дорожка, ведущая к десятку расположенных в ряд коттеджей и автомобильной стоянке. Не считая двух автомобилей, стоянка была пуста.

- Кажется, свободные места есть, - заметил Брайан.

- Ты весьма проницателен, - сказал Горман.

Сразу за главными воротами дорога сворачивала на парковку перед зданием главного офиса. Брайан замедлил ход и свернул прямо к крыльцу.

- Подождешь в машине? - спросил он.

- Не думаю, что в этом есть необходимость.

- Я думал, ты захочешь пока сделать заметки.

Пока Горман убирал диктофон в бардачок, Брайан повернул к себе зеркало заднего вида и пригладил растрепавшиеся на ветру волосы. Затем оба вышли из автомобиля и поднялись по деревянным ступенькам на крыльцо. Горман распахнул сетчатую дверь и вошел первым.

В льющемся из дверей и окон свете офис выглядел ярким и солнечным. Внутри они никого не увидели, но из приоткрытой двери за стойкой регистрации слышались голоса и музыка из телевизора. Горман подошел к столу и постучал по звонку. Обернулся. Брайан стоял возле стойки с туристическими брошюрами.

- Если там есть что-нибудь о Доме Зверя, возьми несколько.

Брайан кивнул, не оборачиваясь.

Горман смотрел на бязевые занавески, стены, обитые сосновыми панелями, блестящее желто-зеленое чучело какой-то рыбы над входом и пристроившийся под одним из окон диван, обитый зеленой твидовой тканью. Возле дивана располагался столик, на котором были аккуратно разложены несколько журналов.

На дальней стене висела огромная карта Малкаса-Пойнт и ее окрестностей - мультяшные герои демонстрировали туристам местные развлечения: человечек с доской для серфинга, семейство, купающееся в океане и загорающее на пляже, лодка с рыбаками и аквалангист. Ко рту аквалангиста подрисовали воздушные пузырьки. Также на карте были изображены отдыхающие в лесах и на горах туристы, человечек, ловящий рыбу в бурной реке. В самом центре карты располагался логотип «Милости просим!» и была в подробностях изображена вся его территория, казавшаяся на карте гораздо крупнее самой Малкаса-Пойнт. Горман последовал взглядом вниз по главной дороге - к изображению Дома Зверя. Над его крышей парило огромное привидение, в два раза больше самого дома. Несмотря на когти и клыки, больше всего это создание смахивало на Каспера. Поперек живота крупными буквами было нацарапано «БУ-У-У!».

- Извините, что заставила вас ждать.

Обернувшись, Горман увидел улыбающуюся девушку.

- Все в порядке, - сказал он.

Она закрыла дверь в подсобное помещение, защелкнув замок, посмотрела в сторону Брайана, а затем перевела взгляд на Гормана.

- Мистер Харди? - сказала она.

- Дженис?

Она коротко кивнула.

В полном соответствии с надеждами Брайана, она оказалась отнюдь не крокодилом. Не выглядела и несовершеннолетней - такая возможность больше всего тревожила уже Гормана. По манере ее писем он предположил, что она может быть подростком, но уточнить так и не осмелился. Сейчас он решил, что ей где-то восемнадцать или около того.

Она была стройна и хороша собой, с длинными светлыми волосами до плеч и золотистой челкой. Сквозь тонкую маечку из белого хлопка с надписью: «Милости просим в «Милости просим!» просвечивал белый лифчик.

Брайан, - подумал Горман, - небось рад-радёшенек.

Девушка оглянулась через плечо, будто пытаясь удостовериться, что дверь плотно закрыта, а затем снова посмотрела на Брайана. Тот смотрел на нее. В руках он держал несколько брошюр.

- Он со мной, - объяснил Горман.

Брайан шагнул вперед.

- Дженис, я хочу познакомить тебя со своим помощником, фотографом и шофером - Брайаном Блейком.

Брайан протянул руку. Дженис, с недоуменным и настороженным лицом, пожала ее. Должно быть, из писем она предполагала, что Горман приедет один. Неужели она боится, что этот человек оттяпает часть ее доли?

- Рад познакомиться с вами, Дженис, - сказал Брайан любезным и искренним тоном, держа в руках ее ладонь. - Очень рад.

Щеки ее покрыл легкий румянец. Рот слегка приоткрылся, будто она хотела что-то сказать, но не находила слов. Вдруг ее глаза расширились:

- Бра… Брайан Блейк?! - выпалила она. Изумление на ее лице вызвало у Гормана улыбку. Она смотрела на него, словно на кинозвезду, благоговейно и слегка испуганно. - Боже мой, - пробормотала она.

- Не надо так пугаться, - сказал Брайан. - Я оставил привидение в Висконсине.

- Боже, поверить не могу.

Брайан отпустил ее руку. Она буквально упала на стойку. Девушка не отрывала от него глаз.

- Итак, - сказал Горман, - насколько ты помнишь, мы с мистером Блейком оказались тесно связаны друг с другом после той ужасной истории. И он не только рассказал мне все о случившейся трагедии и позволил записать историю на диктофон, но и сделал фотоснимки, что были использованы в книге[10]. С тех пор я держу его в качестве своего главного помощника. И в этой роли он поистине бесценен.

Дженис кивнула. Она все еще выглядела немного ошеломленной.

- Должно быть, вам реально жутко было, - сказала она, не сводя глаз с Брайана.

- Как сказал Ницше…

- Что?

- То, что не убивает, делает нас сильнее.

- Да. Да, я тоже так думаю.

- Тем более, это было давно. Не думаю, что смогу когда-нибудь полностью это забыть, но… я справляюсь.

- Ну…

- Ладно, - прервал ее Горман. - Мне кажется, тут не самое лучшее место для разговоров, - oн кивнул в сторону закрытой двери, за которой, как он полагал, находились ее родители, занятые своими делами. - Почему бы тебе не заселить нас в наши номера? А потом договоримся о новой встрече, которую организуем сразу после того, как мы немного передохнем с дороги.

- Хорошая идея, - сказала она и, неловко улыбнувшись, облизнула губы. - Хотите расположиться вместе, или…

- Нам нужны отдельные номера, - сказал ей Брайан.

- Хорошо, - oна положила на прилавок две гостевые регистрационные карточки. - Вот, заполните, пожалуйста, - сказала она поставлено-официозным голосом.

Очевидно, стыдясь недавней потери самообладания, она теперь пыталась казаться деловой. И это Горману понравилось. Судя по манере ее писем, он готовил себя к встрече с жесткой и циничной стервочкой. Теперь стало ясно, что серьезной помехой она не станет. Вся ее суровость была не более чем тонкой оболочкой, способной дать трещину в любой момент.

Он закончил заполнять свою карту.

- Ваши номера, - сказала Дженис, - оснащены двуспальными кроватями, цветными телевизорами и бесплатным кофе.

- «Волшебные пальчики»[11] есть? - спросил Брайан.

Девушка слегка нахмурилась и приподняла брови. Глядя на него, она сосредоточилась, словно пытаясь что-нибудь придумать, но вскоре сдалась.

- Боюсь, что нет, - сказала она, покачав головой.

- Вот это препаскудно.

Она усмехнулась:

- Вы тоже так считаете, Горман? - посмеиваясь, сказала она.

- Я уснуть не могу без «волшебных пальчиков», - сказал Брайан, одарив ее жалостным взглядом.

- Ой, бедненький, - oна подняла руку, будто пытаясь погладить его по голове, но вовремя опомнилась и спрятала руку под стойку. - Как же вы настрадаетесь…- сказала она, а затем, улыбнувшись, повернулась к Горману: - Он всегда такой?

- Только рядом с красивыми женщинами.

Ее лицо налилось краской и стало выглядеть так, словно каким-то чудесным образом внезапно загорело.

- Итак, - она сделала глубокий вдох. - Как надолго вы хотите остаться у нас?

- Думаю, пары ночей будет вполне достаточно, верно?

- Смотря для чего. Какие у вас планы?

- Почему бы нам не обсудить это попозже, в одном из номеров?

- Да, вы правы, - oна бросила взгляд на Брайана и быстро отвернулась. Затем взяла их регистрационные карты. - Будете платить наличными или кредиткой?

- «Визу» принимаете?

- Да.

Горман оплатил оба номера со своей карты. После того, как он расписался, Дженис перевернула его регистрационную карту, чтобы сравнить подписи.

- Я не жулик, юная леди.

- А? Ой. Просто привычка. Я знаю, что вы Горман Харди.

- В издании в мягкой обложке не было моего фото.

- Я видела вас в «Дневном Шоу».

- Оx. Ну и как я смотрелся на экране?

- О, весьма внушительно.

- Что ж, спасибо. Ты очень любезна, Дженис.

Она пожала плечами, пробормотала какие-то слова благодарности и сунула руку под прилавок, достав оттуда пару ключей с бирками из зеленого пластика на каждом.

- Ваши номера пятый и шестой. Они связаны между собой смежной дверью, - oна сложила руки за спиной. - Езжайте прямо, это третий слева коттедж. Если понадобится, возле входа в офис стоят автоматы со льдом и безалкогольными напитками.

Горман кивнул и, опершись о стойку, тихо спросил:

- Когда ты сможешь к нам присоединиться?

- В общем-то, я могу уйти когда угодно. Мама большую часть времени трудится в ресторане, а отец практически всегда свободен. Я просто могу сказать ему, что хочу выйти, и он возьмет всю работу в офисе на себя.

- Замечательно. Насколько я понимаю, они ничего не знают о цели нашего приезда?

- Верно. Об этом не знает никто, кроме меня.

- Это хорошо. Никому ничего не говори. По крайней мере, в ближайшее время.

- Естественно, не скажу, - ответила Дженис. - Вы шутите? Это в моих же интересах.

Брайан внимательно посмотрел на нее. Заметив его взгляд, она снова покраснела и повернулась к Горману.

- Какой-нибудь из наших номеров подойдет для встречи? - спросил он.

- Конечно. Любой. Я сделаю вид, что несу вам чистые полотенца, и ни у кого не возникнет ни малейшего подозрения.

- Чудесно. Как насчет шестого номера в час?

- Хорошо, я к этому времени буду там.

- И не забудь захватить с собой дневник.

ГЛАВА ПЯТАЯ

- Вуаля! - выпалила Нора, напугав Тайлер, и ткнула пальцем в лобовое стекло.

Впереди слева располагалось выкрашенное белой краской здание ресторанчика с крышей из красной черепицы. Судя по висящей на миниатюрном маяке табличке, ресторанчик принадлежал отелю «Маяк».

Тайлер посмотрела назад. «Мустанг» ехал в сотне ярдов от них. Она просигналила поворотными огнями. Мгновение спустя мустанг подмигнул ей фарами. Она резко свернула и въехала на придорожную парковку.

Нора чуть нагнулась, повернула к себе зеркало заднего вида, посмотрела на свое отражение и принялась расчесывать волосы. Тайлер проехала еще немного вперед и остановила машину. Дождавшись, пока Нора приведет себя в порядок, она повернула зеркало к себе. Не считая того, что ее светлые волосы были слегка растрепаны, в целом она сочла, что выглядит неплохо. Осмотрев лицо в поисках крови, она ничего не увидела.

«Мустанг» притормозил рядом. Тайлер подняла с заднего сиденья сумочку и вышла. Океанский бриз окатил ее свежестью и прохладой. Она тряхнула волосами, выпустила подол блузки из-за пояса, обошла машину и встала так, чтобы Эйб мог видеть ее загорелый живот. Поняв, что он смотрит именно туда, она застегнула нижнюю пуговицу, и Эйб перевел взгляд на ее лицо.

И вовсе не суровый взгляд, - подумала она. - Но очень пристальный, что даже немного удивляло.

- Держу пари, вы удивлены, что нам таки удалось отыскать местечко, - сказала Нора.

- Я и впрямь удивлен.

- Городок Мухосрань, США.

Опередив их, Джек подошел к двери из темного дерева и распахнул ее. Придерживая дверь, он дождался, пока все пройдут в полутемный холл. Тут же подошла блондинка в обтягивающей кофточке и клетчатой юбке, прижимая к груди меню. После того, как Эйб сообщил ей, что они просто зашли выпить несколько коктейлей, она провела их через почти пустой зал к столику у окна. Эйб выдвинул стул, приглашая Тайлер присесть. Джек сделал то же самое для Норы.

- Сейчас подойдет официантка и примет ваш заказ, - сказала девушка, и оставила их.

- Недурственное местечко, - сказал Джек.

- Специально выбирали, - ответила ему Нора.

- Частенько здесь бываете? - обратился Эйб к Тайлер, слегка приподняв бровь.

- Каждый раз, когда оказываемся в этих краях.

- Мы из Лос-Анджелеса, - сказала Нора. - А вы?

- А мы бываем то тут, то там, - сказал Джек.

- Это слишком уклончивый ответ, ребят, - сказала Нора. - Вы что, банки грабите?

Джек улыбнулся:

- Так о нас еще никто не думал, да, Эйб?

- Думаю, вы можете считать нас кем-то вроде странников.

- Странники, да? Слышали что-нибудь о Сезаре Чавесе[12]?

Джек рассмеялся. Смех скорее напоминал хихиканье - пронзительный звук, довольно странный для такого крепыша, - но Тайлер подумала, что он вполне соответствует его детскому лицу.

Подошла официантка. Нора заказала водку с мартини, Тайлер - «Маргариту». Эйб попросил «Дос Экьюс», на что официантка ответила, что мексиканского пива в баре не держат, и тогда он выбрал «Мишлоб». Джек заказал то же самое.

- Итак, - сказала Нора, - вы не в бегах?

Слегка улыбнувшись, Эйб покачал головой:

- На самом деле, мы только недавно уволились из морской пехоты.

- Ага! Морячки, - oна с улыбкой посмотрела на Тайлер. - Что я тебе говорила? Они крутые парни.

- Вы уволились только что? - спросила Тайлер.

- В понедельник стали гражданскими.

- С шестьдесят седьмого года, - добавил Джек.

- Святое дерьмо! Двенадцать лет отмотали?

- И нам понравилось, - сказал Джек.

- Но не настолько, чтобы туда возвращаться, - добавил Эйб.

Джек поморщился и покачал головой:

- Вернемся, когда соскучимся, или когда настоящая война начнется.

- Вы шутите? - спросила Нора.

- Не то, чтобы нам так уж по нраву война…- сказал Эйб.

- Говори за себя, - перебил его Джек.

- Но в мирное время в войсках одна рутина, и нам пока совершенно не хочется возвращаться. Кой смысл быть солдатом без войны? Вот мы и решили выйти в мир, людей посмотреть и себя показать.

- И чем вы собираетесь заниматься? - спросила Тайлер.

- Пока ничем, - улыбнулся Джек.

- Сейчас мы просто путешествуем. Покинули в понедельник военный лагерь Пендлтон, направились в замок Херста в Сан-Симеоне, пересекли Монтерей и Биг-Сар, на пару дней тормознули в Сан-Франциско. Просто так, полюбоваться всяким.

- Просто так болтаемся, - сказал Джек.

Официантка принесла напитки.

- За знакомство, - подняла Нора тост.

- За знакомство, - сказал Джек.

- И спасибо за помощь, - сказала Тайлер.

- Это было нам только в радость, - улыбнулся Эйб.

Они выпили.

После нескольких глотков Джек блаженно вздохнул:

- Эх, то, что доктор прописал!

- Вы, леди из Лос-Анджелеса, - сказал Эйб. - А здесь какими судьбами?

- Да вот…- начала было Тайлер, но Нора перебила ее:

- Да вот мы с Тайлер разыскиваем ее давнюю страсть.

Зачем она это сказала? Тайлер почувствовала, что начинает краснеть.

- Ну, просто мы были поблизости от этих мест, - сказала она. - Приехали в Сан-Франциско на конференцию. Вот и подумали, почему бы не навестить его и не посмотреть, как он поживает.

Эйб посмотрел на нее. Неужели в его глазах она увидела разочарование? Или просто интерес, любопытство?

Тайлер пожала плечами:

- Мы были… очень хорошими друзьями. Я не видела его лет пять.

- Надеешься возродить былое?

Она опустила взгляд на свою «Маргариту»:

- Думаю, что-то вроде того.

- Он должен жить в Малкаса-Пойнт, - сказала Нора. - Дотуда ехать еще чуть больше часа, вверх по дороге. Там же мы собираемся и заночевать.

- Вот это совпадение, - сказал Джек. - Мы тоже.

Эйб посмотрел на своего приятеля, выгнув бровь.

- Помнишь, в машине? Примерно полчаса назад. Я говорю: «Как насчет заночевать сегодня в Малкаса-Пойнт?» А ты такой: «Звучит заманчиво».

- А, точно, - сказал Эйб.

- А потом ты еще сказал, что может быть, мы снова столкнемся там с этими девушками.

На этот раз настала очередь Эйба опустить взгляд. Глядя на свою бутылку, он тихонько отодвинул ее в сторону.

- Как знать? - с широкой улыбкой на лице продолжил Джек. - Мир тесен…

- А городок, куда мы едем, и того теснее, - добавила Нора.

- Если так и вправду выйдет, девушки, с нас ужин.

- Так давайте сразу заселимся в одном отеле, - сказал Эйб.

Тайлер замялась:

- Я не знаю, - пробормотала она. - Я… у меня были немного другие планы. Я имею в виду, если найду Дэна.

- Если она найдет Дэна, - сказала Нора, - я останусь в чужом городе одна-одинешенька, и мне нечем будет заняться.

- Мы сможем составить тебе компанию, - сказал ей Джек.

Нора стиснула его мускулистое запястье:

- Отличный вариант. Слушайте, почему бы вам не продолжить ехать за нами дальше? Во-первых, чтобы не заблудиться, а во-вторых, с настоящими морпехами на хвосте нам никакие козлы не страшны.

- Уж будь уверена, - сказал Джек.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Сидя на краю кровати, Брайан увидел, что мимо взятого в аренду «Мерседеса» шагает Дженис. Заметив, что он наблюдает за ней из окна, девушка улыбнулась. Она уже успела переодеться, и теперь была в желтом приталенном сарафанчике без рукавов. Легкий ветерок прижимал подол юбки к бедрам. В руках она несла стопку белых полотенец. На сгибе локтя висел пакет.

- Идет, - сказал Брайан, сделав глоток мартини.

Горман поспешил открыть дверь.

- Прошу, - сказал он, поклонившись.

Дженис вошла в номер и, стараясь удержать равновесие на одной ноге, другой, обутой в белый кроссовок, захлопнула дверь. Горман взял у нее полотенца и положил на столик, после чего вновь повернулся к девушке и улыбнулся, словно радушный хозяин:

- Присаживайся на кровать, моя дорогая.

- Спасибо, - сказала она тоненьким голоском.

Судя по тону, она очень нервничала. Одарив Брайана застенчивой улыбкой, она присела на краешек противоположной кровати, коленями к нему. Положив пакет на пол, выпрямилась и пригладила юбку на бедрах. Затем облизнула губы.

- Ну… номера вас устраивают? - спросила она, переводя взгляд с Брайана на Гормана.

- Чудесные, - сказал Горман. - Как насчет коктейля?

Она кивнула, отчего ее челка словно подпрыгнула:

- Не откажусь, спасибо.

- Не должны ли мы сначала проверить у нее документы? - спросил Брайан.

Она издала тихий, напряженный смешок:

- Признаюсь честно, мне всего восемнадцать.

- Это нормально, - сказал Брайан. - Только не говори никому, что это мы тебя угостили.

На этот раз ее смех звучал уже естественнее. Она обернулась, чтобы посмотреть, как Горман плеснул в один из принадлежащих мотелю бокалов на два пальца мартини. Затем он поставил бокал и, нанизав на зубочистку оливку, бросил ее в напиток. Он передал бокал Дженис, подлил коктейля себе и Брайану, отодвинул немного вперед стул и сел напротив нее, подняв бокал к глазам.

- Позвольте мне предложить тост, - сказал он. - Я хочу выпить за Дом Зверя, наше партнерство и непременный успех.

Они чокнулись бокалами и выпили. Дженис сделала крохотный глоток, поморщилась и улыбнулась. Затем глотнула еще и кивнула, будто на этот раз вкус оказался гораздо лучше.

- Слишком много вермута? - спросил Горман.

- Нет, все в порядке. Очень вкусно.

- Что ж, думаю теперь, когда обстановка немного разрядилась, мы можем поговорить?

- Конечно.

- Я долго раздумывал над твоим предложением, взвешивая все «за» и «против», и понял, что без твоей помощи книга просто не сможет выйти достаточно хорошей. Да что там говорить, без тебя никакой книги вообще не получится. В конце концов, это именно твоя идея. И у тебя находится тот самый дневник. В итоге, я решил принять твое предложение.

Она так вздернула брови, что они практически исчезли под челкой:

- Это значит, вы согласны?

- Это значит, я согласен.

- Здорово!

- Брайан?

Брайан отставил свой бокал в сторону и, щелкнув замками, раскрыл лежащий на кровати дипломат. Вытащив из него папку, достал из нее два листа бумаги и передал Дженис.

- Я взял на себя смелость, - пояснил Горман, - написать соглашение. Там написано, что владельцем авторских прав буду являться я, а ты, будучи свободна от любых обязательств, будешь получать пятьдесят процентов дохода от любого типа продаж. Также там предусмотрено условие, по которому твое участие в проекте должно храниться в секрете. Я добавил этот пункт, поскольку, судя по твоим же словам, если об этом станет известно, ты сможешь оказаться в некоторой опасности.

Кивнув, она прочитала первый лист, после чего принялась за изучение второго.

- Они одинаковые, - сказал Горман.

Она посмотрела на него:

- Меня все устраивает.

Подавшись вперед, Горман протянул ей позолоченную ручку:

- В таком случае подпишись и поставь дату на обеих копиях.

Положив листы на бедро, она нацарапала свою подпись и дату под каждым контрактом. На обоих уже стояла подпись Гормана Харди, сделанная две недели назад.

- Один экземпляр для тебя, другой для нас, - сказал Брайан.

Она передала ему один из листов, после чего вернула Горману ручку. Сложив контракт дважды, убрала его в пакет, а затем достала из него же сложенный свитер, из которого извлекла тонкую, обтянутую кожей книгу. На передней обложке была установлена блокировочная пластина, но замочная защелка была открыта и свисала на заднем ремешке.

- Дневник? - спросил Горман.

- Это вам, - она передала ему книгу и сделала большой глоток мартини.

Горман открыл книгу на первой странице.

- «Мой дневник, - прочел он вслух, - Правдивое Описание Моей Жизни и Большинства Личных Переживаний. Элизабет Мейсон Торн». Потрясающе, - пробормотал он и пролистал несколько страниц.

- Там до самого апреля одна тоска зеленая, - сказала Дженис. - Дальше она будет крутить шуры-муры с семейным врачом. И так - до восемнадцатого мая, когда она закрутила уже со зверем. Она его назвала Ксанаду.

- Ксанаду? Как в «Кубла-хане»[13]?

«В стране Ксанад благословенной

Дворец построил Кубла Хан,

Где Альф бежит, поток священный,

Сквозь мглу пещер гигантских, пенный,

Впадает в сонный океан.»[14]

- Возможно, - сказала Дженис. - Так или иначе, она дала ему такое имя. Ксанаду. Дальше там вообще полный беспредел, и я даже думала, что все это, понимаете, подделка, но там даже объясняется, что вызвало те первые убийства в Доме Зверя. А убийства-то были, тут без вопросов.

- М-м-м-м-м…- Горман открыл дневник наугад, и начал читать. – “…Оно несло запах земли и аромат диких, заповедных лесов. Он возложил руки на мои плечи. Когти впились в меня. Я стояла перед чудовищем, не в силах пошевелиться от страха и удивления, в то время, как он раздирал мою ночную рубашку…”

Брайан слегка присвистнул.

Дженис посмотрела на него и, выдавив смущенную улыбку, глотнула еще мартини.

- “…Когда я оказалась совершенно нагой, - продолжал Горман, - он прижался ко мне мордой, словно собака. Он лизал мою грудь. Он придвинул морду к моему телу, обнюхивая самые интимные места…”

Дженис сдвинула коленки.

- Ладно, - сказал Горман, закрыв книгу, - Отложим эти мемуары на потом, а пока расскажи нам еще кое-что. Как именно этот дневник оказался в твоем распоряжении?

- Как я уже писала в своем письме, я обнаружила его здесь, в одном из номеров.

- Не могла бы ты рассказать об этом более подробно?

Она допила мартини, и кивнула.

- Налить еще? - спросил Горман.

- Да, спасибо, - oна распахнула глаза, словно проверяя, не окосела ли. Взяв ее бокал, Горман наполнил его прозрачным напитком и протянул ей. Она сделала маленький глоток. - Итак…

- Не возражаешь, если я буду записывать?

Ее лицо сделалось озадаченным:

- Разве упоминания обо мне не должны отсутствовать в книге?

- Да, это так. Ничего из того, что ты скажешь, не попадет в текст, но все же, для подстраховки, мы должны иметь историю о происхождении этой рукописи. Ты, конечно, не можешь этого знать, но с прошлой книгой у нас возникали небольшие проблемы со стороны читателей, которые сомневались в ее правдивости.

- Какой книги?

- «Ужас в Блэк-Ривер Фоллс», - сказал ей Брайан. - Некоторые обвиняли нас в том, что мы всю эту чертовщину выдумали.

Дженис нахмурилась:

- Но вы ведь этого не делали, верно?

- Конечно, нет, - сказал Брайан. - Но у нас практически не было доказательств, чтобы это обосновать. Вот почему мы хотим записать твой рассказ на пленку. И тогда, если кто-то засомневается в правдивости истории, у нас будет неоспоримое доказательство.

- А, - кивнула она. - Поняла. Договорились.

Горман подошел к шкафу и достал сверху миниатюрный диктофон. Включил:

- Сейчас прозвучит заявление Дженис Кроган из Малкаса-Пойнт, Калифорния, в котором она объяснит, как в ее руки попал дневник Элизабет Торн.

Наклонившись вперед, он положил устройство на покрывало возле ее бедра.

- Хорошо, - сказала она, - меня зовут Дженис Кроган. Мои родители являются владельцами мотеля «Милости просим!», расположенного здесь, в Малкасе, а я им помогаю по хозяйству. Этот дневник я в один прекрасный день нашла в девятом номере - летом прошлого года. В июне. В конце июня. Мы не держим горничных. Папа считает, что это может сильно ударить по бюджету. Я и мама - мама и я - вот кто всю уборку делает. Так я и нашла дневник. Он лежал под одной из кроватей. В девятом номере. Я уже говорила это? Так или иначе, он лежал в коттедже под номером девять. Видимо, один из клиентов забыл его там.

- У тебя нет версий о том, кто это мог быть? - спросил Горман.

Она покачала головой. Ее левая щека выгнулась, от того что она надавила на нее языком. Нахмурившись, она подняла бокал и сделала еще один глоток.

- Возможно, кто-то и заселялся туда в тот день или раньше. Я не знаю. Но за пару дней до этого, там, в девятом номере, жила женщина с ребенком. Это было как раз тогда, когда… у… этот парень…

Внезапно лицо Дженис сморщилось. Она зажмурила глаза и скривила рот в неком подобии улыбки, но по ее щекам потекли слезы. Зарыдав, она прикрыла глаза ладонью. Свободной рукой она поднесла к губам бокал, но рука так дрожала, что сделать глоток никак не получалось.

Брайан взял у нее бокал. Она согнулась пополам, уткнувшись лицом в ладони. Он присел рядом с ней и обнял за плечи.

- Все в порядке, - сказал он успокаивающим голосом. - Все в порядке, Дженис.

Он обнял ее чуть крепче.

- Прошу прощения, - пробормотала она, продолжая всхлипывать. - Вы…

- Тс-с-с…

Он нежно прошелся ладонью по ее волосам. Погладил по спине. Она содрогалась под его рукой, но он поймал себя на мысли, что ему нравится ощущать сквозь ткань тепло ее кожи.

Через некоторое время она сумела взять себя в руки и немного успокоиться.

Горман дал ей салфетку. Она вытерла влажные щеки и глаза, затем высморкалась и, выпрямившись, глубоко вздохнула.

- Полегчало? - спросил Брайан.

- Полегчало, - oна шмыгнула носом и покачала головой, будто стыдясь своего поведения. - Прошу прощения. Я… я думала, что смогла это перебороть. Видимо, нет, а? - oна выдавила слабую улыбку. - Видите ли… этот парень… Боже…

Рука Брайана медленно поглаживала ее спину.

- Все в порядке, - сказал он.

- Я застукала его, когда он пытался влезть в один из коттеджей, - сказала она скороговоркой, будто пытаясь поскорее закончить с этим. - С ним еще была та девочка. Джони. Он убил ее родителей, а ее похитил, и, Боже, - каких только мерзостей он с ней не вытворял! Мы узнали об этом позже. В общем, парень этот, звали его Рой, он схватил и меня, привязал нас обеих к кроватям в одном из номеров, и… начал развлекаться с нами. Насиловать нас.

- Какой ужас, - сказал Горман.

- Да. Он… он был… ужасен, - oна стиснула зубы и со свистом втянула носом воздух. - Короче, это случилось за два дня до того, как я нашла дневник. Не знаю, связано ли это… Джони отвязалась и дала деру, и тот парень бросился за ней. Больше я его не видела. Он просто исчез, так же, как и четверо гостей мотеля. Все впятером…- oна пожала плечами. - Они просто будто бы исчезли с лица Земли.

Она подняла с пола бокал и сделала глоток.

- И вот что еще странно: эти люди - из девятого и двенадцатого коттеджей - оставили там все свои вещи. Автомобили тоже. Они находились там всю ночь. Но когда наступило утро, все исчезло. Кроме дневника, который я нашла на следующий день. И у меня нет ни малейшего понятия, они его там оставили или нет. Он мог находиться под кроватью несколько дней, недель, или даже больше. Вот и все, что я могу вам рассказать о том, как этот дневник попал ко мне.

- И ты никому не говорила об этой находке? - спросил Горман.

- Нет. Я была в номере одна. Пылесосила. Раскрыв книгу, сразу догадалась, что она как-то связана с Домом Зверя. Узнала имя женщины - Торн. Именно она и выстроила этот дом, а ее дети и сестра стали первыми жертвами. Сама она вроде как загремела в дурку. Обо всем этом я слышала на экскурсии. Я на них частенько бывала. Не потому, что мне там так уж нравится, а просто Дом Зверя - главная достопримечательность нашего городка, и как к нам кто приедет - друзья там, или родственники из других городов - мы их всегда туда водим. Так что историю я знаю назубок, и у меня глаза на лоб полезли, когда я начала это читать. Я решила спрятать его в своей комнате и прочитать попозже. Он на меня здорово нагнал жути.

- Что так? - спросил Горман.

- А вы почитайте сами. Я хочу сказать, я знала конечно, что кто-то же всех этих людей убил, но думать, что это и впрямь сделал монстр - Боже упаси! Я считала все эти истории полной чепухой, пока не прочла дневник. И тогда мне стало страшно, что эта книга находится у меня. Если кое-кто об этом прознает…

- Кто, например?

- Да хоть Мэгги Катч. Старая карга, которой принадлежит это место. Дом Зверя. Вы увидите ее, когда пойдете на экскурсию. И этот слизняк Вик Хапсон. Ее сожитель. Он билеты продает.

- Сегодня днем, когда мы остановились возле билетной будки, там сидела какая-то юная леди.

Дженис пожала плечами:

- Я не знаю, кто это. Я это место стараюсь обходить за версту. Так что имейте в виду, я, конечно, могу проводить вас дотуда, но на экскурсию меня после этого дневника калачом не заманишь. Так что я понятия не имею, кто там работает сейчас у них в кассе. Может, наняли какого-нибудь ребенка. Я не знаю.

- Что ты сделала после того, как прочла дневник?

- Ничего. Я спрятала его. И частенько подумывала выбросить. Мне с него одна нервотрепка. А потом думаю - а чего бы не извлечь из него выгоду? В марте прошлого года прочла вашу книгу и поняла, что вы с помощью этого дневника можете сделать еще одну захватывающую вещь. Вот тогда я и решила написать вам письмо.

Наклонившись вперед, Горман поднял диктофон:

- Может, хочешь добавить еще что-нибудь?

- Думаю, я сказала все.

Он выключил его.

Дженис допила остатки мартини и поставила пустой бокал на покрывало.

- Что теперь? - спросила она.

- Теперь, - сказал Горман, - я займусь чтением дневника. А завтра мы отправимся на экскурсию. Не хочешь сопроводить нас?

- Не думаю… Не знаю… Возможно… Я подумаю.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Вскоре после того, как они покинули «Маяк», шоссе Пацифик-Кост свернуло со скалистого обрыва и теперь тянулось между лесных холмов. Свежий, солоноватый запах океана уступил место сладкому сосновому аромату. Синий «Мустанг» пропал из виду, когда они миновали очередной поворот, и Тайлер пришлось снизить скорость, пока он вновь не появился в зеркале заднего вида.

- Смотри, - сказала Нора.

Дорожный знак перед ответвляющейся влево дорогой извещал, что до Малкаса-Пойнт осталось три мили. Тайлер замедлила ход и, подав сигнал поворота, свернула на дорогу.

- Дождемся их, - сказала Нора.

Она замедлила ход до скорости улитки, и лишь после того, как «Мустанг» тоже повернул, вновь вдавила педаль газа. Дорога, изгибаясь, тянулась вдоль затененного холма, плавно уходя вниз. На середину дороги выскочила белка, задрав вопросительным знаком хвост. Тайлер ударила по тормозам. Белка неторопливо пересекла проезжую часть и скрылась за обочиной.

Миновав находящийся по левую сторону холм, она сквозь стену густых деревьев разглядела океан. В окно вновь подул прохладный, пахнущий солью ветерок.

- Почти добрались, - сказала Нора.

В животе у Тайлер что-то дрогнуло. Почти добрались. Ладони на руле стали влажными. Она по очереди вытерла их о вельветовые штанины.

- Давай, прежде, чем отправляться на поиски Дэна, подыщем местечко, где сможем остановиться, - сказала она.

Нора согласилась.

У подножия очередного холма дорога уходила вправо. Знак, стоящий почти за самым поворотом, гласил:

«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МАЛКАСА-ПОЙНТ, НАСЕЛЕНИЕ 400 ЧЕЛОВЕК. ПРОСЬБА СОБЛЮДАТЬ ОСТОРОЖНОСТЬ НА ДОРОГАХ».

Тайлер сделала глубокий вдох. Казалось, даже легкие дрожат.

Она смотрела вперед. Дорога шла прямо и вела к самому центру города. Сверху городок казался совсем крохотным, не более нескольких кварталов, с магазинчиками и кафе по обе стороны улицы, вплоть до поворота, за которым дорога исчезала в лесу.

- Дыра, так и знала, - сказала Нора. - Надеюсь, мотель здесь есть. И надеюсь, что это не он, - добавила она, глянув направо.

Тайлер взглянула туда же. Сквозь решетку стоящей вдоль дороги кованой металлической ограды она увидела двухэтажный дом в викторианском стиле, с узкими окнами, эркерами и остроконечной башней.

- Вот видишь, - сказала Нора, - а мы с тобой думали, что мотель Бейтса находится на студии «Юниверсал».

- Видать, сюда перенесли.

- Точно. Может, остановимся на экскурсию?

- Ага, только об чем и мечтаю, - сказала Тайлер.

«Мустанг» уже догнал их и ехал на небольшом расстоянии позади.

Наклонившись к лобовому стеклу, Нора внимательно рассматривала располагающиеся вдоль дороги здания.

- Где «Холидей-Инн»? - спросила она. - Где «Ховард Джонсон», «Хайатт»?

- Какой-нибудь мотель здесь должен быть.

- Я пока не вижу ни одного. Может, стоит заехать на эту автозаправку и спросить?

- Давай, под капотом все равно не мешало бы проверить, - сказала Тайлер.

Подав «Мустангу» сигнал о повороте, она въехала на территорию заправочной станции и остановилась напротив пункта общего обслуживания. Выключив двигатель, обернулась через плечо. «Мустанг» остановился у заправочной колонки. Из автомобиля вылез Эйб и, приветственно кивнув, отвернулся, чтобы открыть бензобак.

Не успела Тайлер разблокировать капот, как к машине подошел тощий мужичонка с кислой физиономией. Обойдя автомобиль, он остановился возле водительского окна. На груди висел заляпанный бэйджик с именем - Бикс. Он заглянул внутрь, окинул обеих взглядом, и уголок его рта оттянулся.

- Леди, - сказал он.

- Привет. Посмотрите, пожалуйста, уровень масла.

Он отошел от окна и отправился назад.

- Посещу-ка я тубзик, - сказала Нора.

Она вышла из машины и, обойдя ряд колонок, направилась к станции.

Тайлер тоже вышла и потянулась. Приятно было размять мышцы после долгого сидения за рулем. Ветерок с океана пах свежестью. К аромату хвои примешивался слабый, но довольно едкий бензиновый дух. Бриз ласкал ее спину через прилипшую от жары блузку. Немного повернувшись, Тайлер отлепила ткань.

Эйб стоял у колонки, заполняя бензобак.

Когда подошел Бикс, она повернулась к нему.

- Хотите, чтобы я проверил под капотом? - спросил он.

- Пожалуйста.

Он кивнул. Его взгляд скользнул по груди Тайлер и на мгновение там задержался. Затем он отвернулся, прошел мимо и склонился над капотом.

Тайлер посмотрела вниз, чтобы убедиться, застегнута ли блузка. Застегнута.

- Здесь есть местечко, где можно остановиться? - спросила она.

- Типа мотель?

- Да.

Он облизнул нижнюю губу и посмотрел на ее грудь, будто на ней мог быть написан ответ.

- Только один, - сказал он наконец. - «Милости просим!», примерно в полумиле вверх по дороге. Он будет по правую сторону.

- Спасибо, - сказала она.

Он поднял крышку капота. Тайлер почувствовала себя легче, когда он перестал на нее глазеть. Она сперва хотела спросить у него, как добраться до Сиасайд-Лейн, но теперь решила свести общение с ним к необходимому минимуму. Дэна можно отыскать и без помощи этого охальника.

Эйб все еще продолжал заполнять бак «Мустанга» бензином. Она подошла к нему. Он посмотрел на нее и улыбнулся.

- В чем дело? - спросил он.

- Тот парень сказал, что примерно в полумиле вверх по дороге есть мотель.

- Хорошо, а то я уже начал бояться, что мы не найдем.

- Этот отель здесь единственный. «Милости просим!».

- Логично.

- Он сказал, что отель будет по правую сторону.

- Хорошо. Мы, как и раньше, поедем вслед за вами.

Наконец, бак заполнился. Он вытащил кран из отверстия, отошел назад, стараясь держать его подальше от себя, чтобы бензин не капал на кроссовки, и вернул его в держатель на колонке. Понюхал пальцы. Увидев усмешку на лице Тайлер, с улыбкой сказал:

- Воняют.

Она рассмеялась:

- У нас в машине есть влажные салфетки.

- Благодарю, - сказал он. - Я уже большой мальчик. Как-нибудь переживу, - oн закрыл бензобак.

- У вас был низкий уровень масла, - сказал подошедший сзади Бикс.

- Спасибо, - сказала она.

- Увидимся позже, - бросила она Эйбу и вернулась к машине.

Сидя в салоне и глядя из окна, она увидела, как он расплатился наличными и убрал бумажник в задний карман, от чего на нем появилась небольшая выпуклость. Другой карман, очевидно пустой, плавно облегал его правую ягодицу.

Пассажирская дверь распахнулась.

- Хей-хо, - сказала Нора, забираясь в салон.

- У тебя все в порядке? - спросила Тайлер.

- Окропила их туалет своим дождиком. Ты спросила у Клайда про мотель?

- У Бикса. Да. Он прямо по пути.

- Потрясающе.

Когда Бикс подошел, Тайлер достала свою кредитную карту.

- Одиннадцать пятьдесят, - сказал он.

Она дала ему карту, и он ушел с ней.

- Во, индюк, - сказала она.

- В смысле?

- В смысле вот, - она искоса посмотрела на груди Норы, шевеля бровями и водя по губам языком.

- Так пригласи его на свидание. Почему нет?

- Непременно.

Мгновение спустя он подошел к передней части автомобиля, записал номерной знак и вернулся к окну Тайлер. Она взяла у него пластиковую миникассу и ввела пин-код.

- Вы с этими ребятами? - спросил он.

Тайлер не ответила.

- Это наша Секретная Служба Эскорта, - сказала Нора.

- Серьезно? Кого вы пытаетесь надурить?

Тайлер вытащила из слота свою карту:

- Вы что, в упор не узнаете Эми Картер[15]? - oна сорвала верхнюю копию квитанции.

- Ну, в общем-то, да, - подхватила Нора. - Как ее узнаешь, когда она инкогнито.

Тайлер протянула ему миникассу. Бикс выхватил ее, присел и вперил в Нору пристальный взгляд:

- А ты записная острячка.

Тайлер завела двигатель и, сняв ручной тормоз, включила первую передачу.

- Дел…

Она выжала сцепление. Автомобиль рванул вперед.

- Я не расслышала, что он сказал! - прокричала Нора, развернувшись в своем кресле.

- Я слышала, - сказала Тайлер.

- И кем же он назвал меня?

- Деловой мандой, - сказала Тайлер, и выехала на дорогу.

- Серьезно?

- Пожалуйста. Не дразни гусей. Он знает, где мы собираемся остановиться.

- Ох. Ну ладно, все в порядке, бояка.

- Какая есть.

- Сиасайд? - переспросил приятный, лысый мужчина за стойкой регистрации. - Вы приехали сюда через город?

- Да, - сказала Тайлер.

- Но там ничего подобного не видели, - добавила Нора.

Мужчина усмехнулся. То же самое сделал и стоящий позади них вместе с Эйбом Джек Уайт.

- Чтобы попасть туда, - сказал мужчина, - вам придется вновь пересечь весь город, практически до самого въезда. На самой окраине, за Дворцом Монстра, увидите уходящую вправо грунтовую дорогу.

- За Домом Зверя? - спросила Тайлер.

- Да. Я его прозвал Дворцом Монстра. Дорога называется Бич-Лейн. Выведет вас на пляж и парковку. Но вам так далеко не надо, сверните направо и попадете в Сиасайд. Только запомните, сворачивать нужно будет направо. Не налево.

- Спасибо, - сказала Тайлер.

- А где вы посоветуете нам отобедать? - спросила Нора.

- Совсем рядом, прямо по соседству с нами, есть неплохое заведение. «Карьяж-Хаус». И я советую его вам вовсе не потому, что я там управляющий. Просто я знаю, что лучшего и в самом деле не найти. Первокласснейшие стейки и морепродукты, уютная атмосфера - и все по вполне умеренным ценам, - oн посмотрел на часы. В отличие от головы, рука его густо поросла волосами. - Тем более, если вам хочется выпить, там как раз только что начался «счастливый час», стало быть, вы сможете взять два напитка по цене одного и попробовать бесплатные закуски. Он продлится до шести.

- Отлично! - сказала Нора и обернулась. - Может быть, там и увидимся? В час или около того?

- Я буду там, - заверил ее Джек.

Эйб кивнул. Он встретился глазами с Тайлер:

- Ты хочешь отправиться на поиски своего приятеля прямо сейчас?

- Думаю, да.

- Доброй охоты, - сказал он.

- Спасибо.

Он опустил взгляд на свои ботинки, а потом вновь посмотрел ей в глаза:

- Предложение об ужине остается открытым. Если отыщешь его, приходите вместе.

- Обязательно, - сказала она. - И супружницу его тоже прихвачу.

- Неизлечимая пессимистка, - сказала Нора.

- В любом случае, удачи.

- Она мне очень понадобится.

Эйб с Джеком остались в офисе, чтобы зарегистрироваться. Нора проследовала за Тайлер на улицу.

- Ты все еще уверена, что хочешь найти Дэна? - спросила она.

- Что это значит?

- Сдается мне, что наш новый приятель Эйб более чем сильно тобой увлекся.

Тайлер спустилась по лестнице с крыльца и села в машину. Нора забралась на пассажирское сиденье.

- Он великолепен, - прибавила она.

- Я даже совсем его не знаю.

- Ой, но только скажи честно, ведь он заставляет трепетать твое маленькое сердчишко, да?

- Все ты выдумываешь, - сказала Тайлер и, заведя двигатель, направила автомобиль к дорожке между коттеджами. - Можешь и не ехать со мной. Оставайся здесь и…

- Мне кажется, или я чую запашок? - Нора понюхала ее подмышку.

- Я не хочу, чтобы ты пропускала «счастливый час».

- Не парься, - сказала Нора. - Эй. Мы там лучшими клиентами будем.

- Да уж, - Тайлер медленно проехала мимо серого «Мерседеса» и остановилась возле следующего номера. - Я серьезно, - сказала она, - ты вовсе не обязана меня сопровождать.

- Ты действительно считаешь, что я не хочу с тобой ехать?

- Нет. Просто я подумала, что тебе, наверное, хочется остаться, вот и все. После того, как ты попыталась отговорить меня от поисков.

- Я просто хотела сказать, что ты не обязана отправляться на поиски Дэна прямо сейчас. Я вижу, как ты нервничаешь по этому поводу, а еще я вижу, каким взглядом смотрит на тебя Эйб.

- Что-то я не замечала, чтобы он смотрел на меня как-то особенно, - запротестовала она.

- Угу. Конечно.

- Ладно, давай лучше перетащим наши вещи в номер.

Через несколько минут, бросив свой чемодан на одну из кроватей, умывшись, накрасив губы и расчесав волосы, Тайлер подошла к двери.

- Я готова, - сказала она.

- Встретимся в машине, - ответила Нора.

Она вышла из комнаты. «Мустанг» Эйба был припаркован возле коттеджа через дорогу.

Не успела она обойти свою «Омни», как в дверях появилась Нора. Тайлер смотрела, как подпрыгивают ее груди под футболкой, когда Нора спускалась по ступенькам. На какое-то мгновение она почувствовала укол тревоги.

Вместе с Норой в авто проник слабый аромат парфюма.

- Шнурки погладила?

- Мои шнурки и так хороши, - сказала Тайлер.

- Все в порядке?

- Да, просто немного нервничаю

- Ну, тогда поехали, Торопыжка.

Выехав из-за поворота, они оставили лесистые холмы позади. Впереди возникла автозаправочная станция

- Подъедь поближе, - сказала Нора. - Хочу поделиться с Клайдом своим мнением о его персоне.

- С Биксом.

Тайлер взглянула налево и, увидев согнувшегося возле колеса «Хонды» мужчину, сильнее вдавила педаль газа.

- Интересно, не родственник ли он тому засранцу, что мы встретили на дороге. Видела бы ты его глаза, когда он замахивался на меня антенной.

- Представляю, как ему сейчас обидно.

- Теперь он дважды подумает, прежде чем высираться.

Через несколько минут Нора сказала:

- Сбавь скорость, мы приближаемся к Дворцу Монстра.

Тайлер посмотрела вперед и увидела старинный дом. Окна, отражающие солнечный свет, казались покрытыми позолотой.

- Где-то здесь скоро будет поворот.

Она убрала ногу с педали газа. Когда автомобиль сбросил скорость, она окинула взглядом правую обочину. В пятидесяти метрах впереди росли деревья, а дорога обрывалась. Она щелкнула рычажком поворотника.

- Вот и она, - подтвердила Нора. - Бич-Лейн.

Слегка надавив на тормоз, Тайлер вывела автомобиль на узкую, ухабистую дорожку.

- Далековато твой Дэн забрался.

- Да уж.

По правую сторону дороги располагалась утопающая в тени сосен площадка, поросшая кустарником. Не считая сорняков, земля казалась абсолютно голой. На ней одиноко возвышался двухэтажный дом из красного кирпича и прилегающий к нему гараж.

- Странно, - сказала Нора.

- Что?

- Частенько тебе в Калифорнии встречаются старые кирпичные дома типа этого?

- Может быть, он был построен еще в…

- Будь я проклята. Ты только посмотри на него. Ни единого окна.

Тайлер посмотрела на дом еще раз. Единственная повернутая в их сторону стена была полностью выложена кирпичом.

- Может окна есть с другой стороны…

- Думаю, им просто не нравится местный пейзаж.

Тайлер рассмеялась.

Нора покачала головой и посмотрела сквозь ветровое стекло:

- Ну а вот и долгожданный Сиасайд.

Тайлер притормозила, глядя на ряд почтовых ящиков, прикрепленных к специальной стойке у обочины дороги. Всего их было четыре, и на каждом имелся номер: два, четыре, восемь и десять. Она проехала мимо них и посмотрела на ответвляющуюся влево узкую дорожку.

- Может нам лучше пойти пешком, - сказала она. - Это не должно быть слишком далеко.

- Ты же не хочешь устроить здесь пробку, - сказала Нора, улыбнувшись.

- Боже упаси.

Проехав мимо съезда к Сиасайд, Тайлер провела автомобиль еще немного вперед, где дорога расширялась. Там она и остановилась. Озаренный солнечными лучами океан клином прорезывал холмы. Узкая дорожка, извиваясь, уходила в сторону одного из склонов

- Вот мы дурехи, - сказала Нора. - Надо было купальники прихватить.

Они вышли из автомобиля. Бриз растрепал Тайлер волосы, надул блузку. Когда она отвернулась от океана, ветер с силой толкнул ее в спину, словно призывая поторопиться.

Нора встретила ее позади машины. Она пыталась продеть руки в трепыхающиеся на ветру рукава своей красной кофточки. Пряди волос облепили лицо. Когда они двинулись вперед, она на ходу застегивала пуговицы.

Спасибо тебе, ветерок, - подумала Тайлер.

Они свернули на дорожку, ведущую к Сиасайд. Высокие деревья защищали их от ветра, но при этом практически не пропускали солнечного света. В молчании они шли через глубокую тень.

Отчасти от холода, отчасти от сознания, что в скором времени она может оказаться лицом к лицу с Дэном Дженсоном, Тайлер почувствовала, что начинает дрожать. Каковы шансы - после пяти-то лет разлуки, - что он обрадуется этой встрече, и они смогут все начать сначала? Мизерные, - подумала она. - Ничтожные. Но она уже ступила на эту дорожку. И пути назад не было. Оставалось лишь стиснуть зубы, чтобы унять дрожь.

В коттедже слева залаяла собака. За сетчатой дверью появился сухопарый мужчина. Нора махнула ему рукой. Мужчина стоял, не двигаясь - неясный силуэт, уставившийся на них.

- Прекрасно, - пробормотала Нора. - Давай устроим дуэль на банджо[16].

Они прошли мимо обитой вагонкой лачуги с заколоченными окнами и уперлись в установленный на шлакоблоках старый автобус, весь испещренный граффити. Остановились полюбоваться рисунком на стене: корабль-призрак с изорванными в лохмотья парусами, одиноко дрейфующий в открытом океане. Человеческий скелет вцепился в руль. Перед кораблем парил гигантский альбатрос со стрелой в сердце. Над дверью автобуса висела вырезанная из дерева табличка: «Капитан Фрэнк».

- Интересненькие у твоего Дэна соседи, - сказала Нора.

Они продолжали путь вниз по дорожке, пока не достигли большого коттеджа, выкрашенного зеленой краской, с крыльцом, защищенным сетчатой ширмой.

- Скорее всего, это то, что мы ищем, - сказала Нора.

Сердце Тайлер заколотилось:

- Странно, автомобиля нигде нет.

- Может, он еще домой не вернулся.

Они подошли ближе. Тайлер поднялась вслед за Норой на крыльцо. Нора постучала в дверь и, не дождавшись ответа, открыла ее. Не считая подвешенных к потолку качелей, терраса оказалась пуста. Это показалось Тайлер очень странным. Частенько отдыхая с родителями в подобных коттеджах в детстве, она помнила, что обычно их террасы всегда завалены всякой всячиной: удочками, различными рыболовными снастями, ведрами, старыми фонарями, пляжными полотенцами и подобным хламом. Не говоря уж о холодильниках, под завязку набитых содовой и пивом. Здесь же ничего подобного не было.

- Даже звонка нет, - прошептала Нора. - Попробуй постучаться.

Она отошла от двери и села на качели. Их цепи заскрежетали, когда она принялась качаться.

Тайлер тихонько постучалась в дверь. Немного подождала, потом стукнула сильнее.

- Думаю, дома его нет.

- Сейчас ведь только половина пятого, - сказала Нора, слезая с качелей.

Тайлер сложила ладони и, прижав к стеклу, заглянула внутрь. Она смогла разглядеть только кухню.

- Может быть, эта Куколка Барби дала нам неправильный адрес? - сказала она.

- Сомневаюсь. Она чудачка, но никак не дура.

- Ну, значит, никого нет дома.

- Будем дожидаться, или попробуем повторить попытку как-нибудь в другой раз?

Тайлер пожала плечами. Вместе с разочарованием она одновременно почувствовала и облегчение. Желание встретиться с Дэном было сопряжено с такой тревогой, что она почти радовалась неудаче.

- Не исключено, что ждать придется изрядно, - сказала она. - У полицейских рабочий день ненормированный. Он мог только заступить на смену, или что-то еще.

- Стало быть, ты хочешь уехать?

- Не хочу, чтобы ты пропустила «счастливый час».

- Если дело только в этом, то я готова и подождать.

- Нет, пойдем отсюда.

Они вышли на крыльцо и спустились к грунтовой дороге.

- Может, на всякий случай стоит проверить телефонный справочник, - предложила Нора. - Просто, чтобы убедиться в том, что у нас верный адрес. Может, стоит позвонить ему, а не нагрянуть, как снег на голову.

- Да, это идея.

Телефонный звонок, - подумала она, - лучшее решение. Так она, по крайней мере, сможет узнать о его семейном положении. И независимо от этого, они бы могли договориться о встрече. Даже если он окажется женат или по какой-то другой причине не захочет продлевать отношения, ей все равно ужасно хотелось увидеть его еще раз.

- Эй, там! - окликнул их кто-то.

На крыше разукрашенного автобуса в шезлонге расположился седобородый мужичок. В знак приветствия он поднял банку пива. На нем была старая соломенная шляпа, гавайская рубашка и бермуды.

- Капитан Фрэнк? - спросила Нора.

- К вашим услугам, други мои.

- Мы разыскиваем Дэна Дженсона, - обратилась к нему Тайлер. - Он живет в том доме в конце дороги?

- Больше не живет, - Капитан Фрэнк хохотнул. - Ни в коем разе.

- Он переехал?

- Можно и так сказать.

- Вы не знаете, где мы можем его найти?

- Сегодня уж никак. Коли надумали - ищите завтра.

- Где?

Он поднес пивную банку ко рту, потом смял и бросил вниз. Она приземлилась на густой слой хвои возле автобуса.

- О, Дэн не за горами, не за долами… Ни в коем разе. Вниз, да по тропочке. Не пропустите. Местечко, что прозвали Домом Зверя.

- Он там живет? - спросила Тайлер.

- Я бы так не сказал, не то, чтобы живет. Идите с утра. Скажите Дэнни-бою, что вы - от Капитана Фрэнка, и привет передавайте, - oн махнул им рукой на прощание.

- Спасибо, - сказала Тайлер.

Они продолжили путь.

- Думаю, он устроился туда охранником, - сказала Нора.

- Да. Наверное. Но ведь жить-то он где-то должен.

Нора пожала плечами.

- Завтра сможешь сама его об этом спросить.

- Выходит, завтра нам все-таки придется идти на эту экскурсию…

«Вам понравится. Страшно - аж жуть…»

- У меня больше нет сил ждать, - пробормотала она.

- Давай вернемся в мотель и постараемся расслабиться.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Тайлер остановила автомобиль напротив своего коттеджа в «Милости просим!».

- Мне нужно время - привести себя в порядок, переодеться…- сказала она. - Если хочешь, можешь идти в ресторан прямо сейчас.

- Ладно, - сказала Нора. - Увидимся там.

Они вышли из машины.

Оставшись в номере одна, Тайлер выдвинула верхний ящик из стоящей между кроватями тумбочки. Там лежала Библия и телефонная книга. Она открыла ее на букве «Д» и отыскала Дженсона, Дэниэла. Возле его имени значилось, что он проживает в десятом доме по Сиасайд-Лейн.

Если верить словам Капитана Френка, он там уже не жил. Причем давно.

Она пролистала справочник до последней страницы. Выпуск был датирован февралем 1978 года, стало быть, книга на полтора года устарела.

Она решила посмотреть дату составления.

Может быть, потом. Сейчас не было ни сил, ни желания. Она просто неподвижно сидела на краю кровати - телефонная книга покоилась на бедре - и смотрела в никуда. Она очень устала. Мысли путались. В животе засел ком страха.

Ей хотелось оказаться дома, в собственной квартире, чтобы никогда не было в ее жизни Куколки Барби, ужасного мужчины на горном шоссе, кривляки-Бикса, человека, наблюдавшего за ними, словно призрак, из коттеджа в Сиасайд и Капитана Фрэнка, восседавшего на крыше причудливо расписанного автобуса.

«Передавайте Дэнни привет».

А затем ей в голову пришла мысль: почему утром просто не взять - и уехать? Делов-то. Как говорила Нора, она вовсе не обязана разыскивать Дэна.

Просто сесть завтра в машину и убраться отсюда. Внезапно Тайлер почувствовала себя гораздо лучше, осознав, что может легко избавиться от этого гнетущего состояния. Комок страха внизу живота рассосался. Она может уехать. Никто не заставляет ее разыскивать Дэна. Никто не заставляет ее идти на экскурсию в Дом Зверя.

Если я не хочу, - подумала она, - то и не буду.

Она убрала телефонный справочник, запахнула шторы на окнах и разделась. Разглядывая в полумраке свой лифчик, подумала, что вряд ли сможет полностью отстирать кровавые пятна. А если и сумеет, то все равно никогда не забудет, что он был на ней, когда на них напал этот тип. Он всегда будет об этом напоминать. Она отнесла его в ванную и бросила в корзину для мусора.

Тогда, на дороге, она оттерла с себя большую часть крови. Но лифчик снимать не стала. Немного крови просочилось сквозь него, оставив на груди слабые ржавые пятна.

Войдя в душ, она намылилась тоненьким кусочком казенного мыла, и мочалкой оттерла лицо, шею, плечи, руки, грудь - каждый сантиметр кожи, которого касался этот человек или куда попала его кровь. Наконец, почувствовав себя чистой, подставила душевым струям спину и посмотрела вниз. На грудях, сверху покрытых бронзовым загаром, а снизу кремово-белых, не осталось ни следа крови. Тем не менее, прежде чем покинуть ванну, она намылила мочалку и вымылась еще раз.

Полотенце оказалось в два раза меньше тех, какими она привыкла пользоваться дома. Вытершись, она обернула его вокруг талии и вышла из полной пара ванной. Включила лампу и села перед туалетным столиком. Полотенце на поясе развязалось. Она положила его на колени и откинула волосы. Хорошо с короткими волосами - никакой мороки с укладкой.

Опершись о край стола, она принялась изучать свое отражение в зеркале. С глазами нужно что-то делать. Определенно. В них застыли усталость и растерянность. Достав из косметички тональный крем, она прошлась им под каждым глазом, подвела тушью ресницы и наложила светло-голубые тени. Так-то лучше.

Накрасив губы помадой, она задалась вопросом, почему не сделала этого прежде, чем отправиться на поиски Дэна. Ну, наверное, просто очень торопилась. И нервничала. А возможно - и по другой причине. Возможно, она рассчитывала, что он не обратит внимания на ее изможденный вид. Или же, где-то в глубине души, знала, что не найдет его.

Она встала из-за стола. Его ребро оставило длинную красную отметину чуть ниже груди, и она растерла ее полотенцем, прежде, чем отнести его в ванную.

Она уже выбрала, что наденет. Хоть из-за прохлады на улице больше подошли бы брюки, она все же остановила выбор на юбке. Порывшись в чемодане, достала все необходимое. Надев чистые трусики, застегнула вокруг бедер подвязки и села на кровать, чтобы натянуть чулки. Надела синюю твидовую юбку. Для такой погоды лучше и не придумаешь. Тем более, для вечера - самое оно. Надела тоненький бюстгальтер; его шелковая ткань заставила соски затвердеть. Натянула через голову белую кашемировую кофточку. Ткань ее была слишком тонкой, чтобы полностью скрыть выпирающие соски, но единственный подходящий лифчик валялся в мусорном ведре в ванной. Если надеть черный, он будет просвечивать через кофту.

- Да и хрен с ними, - пробормотала она.

Кто обратит на это внимание, если они будут сидеть за одним столом с Норой?

Эйб - вот кто.

Она почувствовала приятную нервную дрожь во всем теле; дрожь не отпустила ее, даже когда она обулась и, положив в сумочку несколько необходимых мелочей и ключ от номера, подошла к двери.

- Нора? - позвала она. - Ты что, вернулась?

- Пять минут назад, - раздался в ответ лукавый голос. - Хочешь зайти? У меня открыто.

Тайлер открыла ее дверь. Норин номер был зеркальным отражением ее собственного. Нора сидела за туалетным столиком, примеряя серьги.

- Решила вот приодеться, - сказала она.

Сейчас на ней было то же зеленое платье, что она надевала на банкет вчера вечером. С глубоким декольте, на бретельках.

- Собралась на выпускной? - осведомилась Тайлер.

Нора окинула ее взглядом и усмехнулась:

- Ой, на себя посмотри, выпускница. Собралась на студенческие танцульки?

- Зови меня Шоколадкой.

- Просто подумала, что тоже могла бы дать ребятам поглазеть.

- Надеешься покорить Джека своим корсажем?

- Своими буферами, милочка, - вставив в уши серьги, она подняла с кровати белую газовую шаль и, накинув на плечи, прихватила сумочку в тон платью. - Ну что, выходим?

На улице дул умеренный ветерок. Солнце припекало куда сильнее, чем ожидала Тайлер. Алым, пылающим диском оно зависло над далекими верхушками деревьев и било в глаза. Она опустила голову и стала смотреть под ноги.

- Который час? - спросила она.

- Около половины шестого. «Счастливый час» на исходе.

- Надеюсь, Эйб с Джеком еще не ушли.

- Ничего, мы стоим ожидания.

- Верно, - она заколебалась. - А я вот все размышляю…

- О чем?

- Я не уверена, что поступаю правильно… Разыскиваю Дэна, ворошу прошлое. Может, лучше забить?

- Боишься?

- Мы же уже несколько раз пытались. Но ты же видишь, что толку - чуть? Такое впечатление, будто мне просто предначертано не найти его.

- Ты серьезно так думаешь? Брось, это же отговорки.

- А если я все же его найду, и если даже выяснится, что он не женат и у него никого нет, кто сказал, что мы все еще… я не знаю… люди меняются со временем. Он, наверное, тоже изменился.

- Попытка - не пытка.

- Думаешь? А я уже не уверена.

Нора озабоченно нахмурилась:

- Почему?

- Просто… вчера вечером это казалось неплохой идеей. Но после сегодняшнего…- oна покачала головой. - У меня какое-то дурное предчувствие.

- Это просто нервы.

- Нет, это не просто нервы. Меня не покидает ощущение, что если я найду Дэна, мне придется об этом сильно пожалеть. А мне этого не хочется.

Они вышли на тенистую аллею, ведущую к ресторану.

- Денек сегодня выдался адский, - согласилась Нора. - Понимаю, ты пала духом. Но с утра наверняка увидишь все в ином свете.

- Возможно, - сказала Тайлер.

Нора толкнула одну из двойных дверей, и они вошли в ресторан. Место за стойкой администратора пустовало; настольная лампа освещала список зарезервированных столиков. Не было никого и в расположенном справа обеденном зале, но некоторые столы были накрыты. Над одним склонилась женщина в длинном платье - она зажигала свечу. Слева доносился приглушенный гул голосов и звон бокалов.

Они миновали стойку администратора и вошли в бар. Там расположилось несколько человек: одинокий парень, травивший бармену какие-то байки, рыжеволосый гей средних лет, положивший руку на бедро своего спутника, и грузный седовласый мужчина, сидящий за столом с белокурым молодым человеком. Тайлер обернулась и в дальнем углу бара увидела Эйба с Джеком. Заметив их, Джек помахал рукой.

- Они…

- Смотри, Горман Харди, - сказала Нора, вглядываясь в глубину бара.

- Тот, что сидит с тем парнем?

- «Тот парень» - Брайан Блейк.

Седовласый сидел к Тайлер спиной, но его светловолосый собеседник повернул голову так, что она могла хорошо разглядеть его профиль.

- Возможно, ты права, - сказала она.

- Конечно права. Давай подойдем, поздороваемся.

- Думаешь, стоит?

- Не такой уж он и засранец.

- Я и не говорила, что он засранец.

- Изнеженный, высокомерный и скользкий тип - невелика разница. Давай, не бросай меня.

- Какого черта.

Нора помахала Джеку и Эйбу, а потом подняла указательный палец, мол, подождите минутку. Тайлер, улыбаясь, Эйбу, пожала плечами и покачала головой, мол, я с нею. После чего последовала за Норой.

Когда они приблизились к столику, молодой человек взглянул на них через плечо. Это и в самом деле был Брайан Блейк, чьи ужасные приключения легли в основу бестселлера Харди. Поначалу он вроде бы не узнал ни Тайлер, ни Нору, но, присмотревшись внимательнее, наконец, улыбнулся.

Харди повернулся к ним.

- Леди?

- Мистер Харди, - сказала Нора. - Мы виделись с вами на литературной конференции.

В какой-то миг на его лице промелькнула нервозность. Он постарался скрыть ее, улыбнувшись.

- Ах, да. Конечно, - eго взгляд переместился с Норы на Тайлер. - Мы виделись на фуршете, я помню.

- Я не имел удовольствия…- сказал Блейк.

- Я - Нора Брэнсон. А это - Тайлер Морган.

- Рад знакомству, - сказал он, пожимая обеим руки. - К сожалению, на фуршете меня не было, но я надеюсь, вы слышали мое выступление.

- Оно было великолепным, - сказала Нора. - И страшным.

- Спасибо.

- Вы даже почти заставили меня поверить.

Он выглядел удивленным:

- Почти?

- Не думаю, что смогу поверить в призраков, пока не столкнусь хотя бы с одним вживую.

- Туше![17] - воскликнул Харди. Он засмеялся и взял свой мартини. - Полагаю, вы и к книге отнеслись с тем же скепсисом. Вы читали ее?

- Не знаю никого, кто бы ее не читал.

- Я тоже, дорогая моя, я тоже.

- Можем ли мы угостить вас выпивкой, леди? - спросил Блейк.

- Нет, спасибо, - сказала Тайлер. - Мы здесь со своей компанией, и не хотим заставлять их ждать.

Нора щелкнула пальцами:

- Бьюсь об заклад, вы приехали на «Мерседесе». Выходит, мы соседи.

- Раз такое дело, может, еще свидимся.

- А вы здесь только проездом, или…- внезапно ее глаза расширились. - Вы приехали сюда из-за Дома Зверя! Хотите написать о нем книгу. Это и есть тот самый «секретный проект», о котором вы упоминали на фуршете.

- О, нет, - сказал Харди. - Вовсе нет. Мы просто направляемся в Портленд, там у нас еще одно публичное выступление.

- Тем не менее, взглянуть на это место мы все же планируем, - добавил Блейк.

- Конечно. Как же так, оказаться в этом городке - и не посетить Дом Зверя.

- И когда вы хотите туда отправиться - завтра?

- Прямо с утра, - сказал Блейк.

Нора усмехнулась:

- Тогда, возможно, там и увидимся.

У Тайлер свело желудок.

- Наверное, нам уже пора, - сказала она.

- Да, мы, пожалуй, пойдем.

- Печалька, - сказал Блейк, и подмигнул Норе.

Подмигнул.

- Чао, - бросил Харди.

Тайлер поморщилась.

- До свидания, - сказала она.

- Увидимся, - сказала Нора.

Наконец, они направились в угол бара.

- Ну разве не потрясно! - тихо сказала Нора.

- Брайан Блейк?

- Он тоже. Нет, я сейчас не о нем, а о том, что они собираются писать книгу о Доме Зверя.

- Но ведь они сказали, что не собираются.

- Мало ли кто что сказал. Черт, они просто не хотят пока раскрывать своих карт, чтобы кто-то идею не стырил.

- Возможно.

- Возможно? Зуб даю. И мы можем оказаться с ними на одной экскурсии. Возможно, даже частично войдем в историю. Мы были в Доме Зверя, когда в него впервые вошел Горман Харди.

- Не мы, а ты.

- Эй, ты разве…

- Простите, что заставили вас ждать, - прервала ее Тайлер.

- Никаких проблем, - сказал Эйб, поднимаясь на ноги.

Сейчас на нем были серые брюки и синий пиджак. Галстук отсутствовал. Верхние пуговицы желтой рубашки были расстегнуты.

- Встретили каких-то приятелей? - спросил он.

- Не то, чтобы приятелей, - сказала Тайлер, скользнув за столик и сев рядом с ним.

Нора села на противоположную сторону, похлопав Джека по рукаву клетчатой спортивной куртки.

- Те двое в баре, - пояснила она, - никто иные, как Горман Харди и Брайан Блейк.

- Брайан Блейк? - переспросил Джек и посмотрел на Нору с ребячьим восторгом в глазах. - Ну конечно. Прямиком из Питтсбурга.

- Нет, - сказал Эйб. - Ты путаешь с Байроном Блейком

- Ну а это кто?

Эйб жестом подозвал официантку. Пока та не подошла, Нора спросила:

- Знаешь такую книжку, «Ужас в Блэк-Ривер Фоллс»?

- Видел по телеку, - сказал Джек и посмотрел на Эйба. - Показывали в прошлом месяце. Там вроде был дом с привидениями, где кровь шла из кранов, а потом девчонка себе вены вскрыла.

- Да, я тоже его смотрел, - сказал Эйб.

Судя по тону, впечатлен он не был.

Подошла официантка, приняла заказы, убрала со стола пустую посуду и ушла.

Слегка подавшись вперед, Джек посмотрел на Нору:

- Блейк - это вон тот красавчик? Что-то я не припоминаю его в фильме. Кого он там играл?

- Он не снимался в фильме, - сказала Нора. Голос ее звучал легко и задорно, без намека на снисходительность. - Этот фильм о нем самом. Он жил в этом доме на самом деле, и это его жена покончила с собой.

- Чепуха, - сказал Джек.

- Почему чепуха?

- Такого не бывает. Кого они пытаются надурить? Ладно, допустим, жена этого парня и вправду вскрылась, но призраки? Бьющая из кранов кровь? Похабщина, проступающая на стенах? Летящий в парня топор? И все - взаправду? Ни за что не поверю.

- Спроси у него сам, - предложила Нора.

- Вы сами-то в это верите?

- Не знаю. Я слушала его выступление, он, конечно, говорил достаточно убедительно.

- Никто не звучит убедительнее профессионального жулика.

- А тот, другой? - спросил Эйб. - Это Горман Харди, автор книги?

- Он самый, - сказала Тайлер.

- Читал у него кое-что. И историю о призраках в том числе.

- И ты в нее поверил?

- Ну, не то, чтобы совсем не поверил…

Джек скривился:

- Эйб, ну ради Бога…

- Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам…[18]

- Но призраки?

- Помнишь Дэнни Стивенса?

- Вот только не надо о Дэнни Стивенсе. У тебя был просто глюк.

- У всего взвода был глюк?

- Массовая истерия.

Эйб посмотрел на Джека, вскинув бровь, затем перевел взгляд с Норы на Тайлер. Потом сложил руки на столе и начал свой рассказ:

- Стивенс стоял в карауле. Дело было в далеком шестьдесят седьмом, в джунглях у реки Ву-Джиа. Он наступил на противопехотную мину. Оторвало правую ногу, и когда мы добрались до него, он был уже мертв. От потери крови. Бедренная артерия…- oн покачал головой. - Пару часов спустя мы вернулись в поселок. По данным нашей разведки, территория поблизости была зачищена. Стало быть, безопасно, так? Мы, конечно, держались начеку, - мало ли, - но неприятностей не ждали. Мы уже были в пятидесяти ярдах от самой первой хижины, когда из-за нее появился Денни Стивенс. Он двигался прямо к нам, словно у него по-прежнему были обе ноги.

- У него и были обе ноги, - добавил Джек.

- Он нес свою правую ногу. Держал за сапог, а бедро покоилось на плече.

- Боже Всевышний, - пробормотала Нора.

- Мы все… слегка опешили. И просто стояли, глядя на Стивенса. Правой рукой он подал нам знак уходить, а потом словно бы растекся и исчез. И тогда мы бросились в укрытие, потому что каждый понял: он пришел нас предостеречь. А потом начался сущий ад. Та еще была мясорубка, но кабы не Стивенс - вообще никому б не выжить.

- Вы уж простите Эйба, - сказал Джек. - Обычно он с головою дружит.

- Каждый, кому повезло пережить ту перестрелку, расскажет тебе ту же историю.

- Расскажи ее Харди, - сказал Джек. - Может, книгу напишет.

Подошла официантка с напитками на подносе - по две порции на каждого. Она расставила их на столе, и Эйб оплатил счет.

- Сейчас принесу закуски, - сообщила официантка, забирая поднос.

Эйб скрутил пробку с горлышка «Дос Экьюс» и поднял бутылку.

- Поэтому, - сказал он, - я все же отчасти верю книге Харди. Но поверить сложно, согласен.

- Нора считает, что он приехал в этот городок, чтобы написать книгу о Доме Зверя.

- Хотя сам он это, естественно, отрицает, - сказала Нора. - Но меня не проведешь. Я обязательно буду там завтра, когда он пойдет на экскурсию. Даже если придется идти в одиночку.

- Нуждаешься в компании? - спросил Джек.

- Еще бы.

Эйб посмотрел на Тайлер:

- Ну как, удалось тебе отыскать своего старого приятеля?

- Нет. Мы нашли его дом, но он в нем уже не живет.

- Зато мы узнали, что он работает в Доме Зверя, - сказала Нора. - Эй, я почти уверена, что если мы туда пойдем, карты лягут в нашу сторону.

- Я не знаю, - сказала Тайлер.

- Нервничает, - пояснила Нора.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Сидя один в своей комнате, Брайан Блейк снял телефонную трубку и набрал номер главного офиса. Ответил мужчина, но Брайан был к этому готов:

- Извините за беспокойство, но у меня в номере, кажется, нет ведерка со льдом.

- Сейчас пришлю сотрудника.

- Благодарю, - сказал он и повесил трубку.

Он подошел к смежной двери и открыл ее. Горман, перечитывавший дневник, оторвался от чтения и посмотрел на него.

- Она идет, - сказал Брайан. - Надеюсь.

- Замечательно. Развлекайся, только будь осторожен. Не хотелось бы все испортить.

- Положись на меня.

- А у меня есть выбор?

Рассмеявшись, Брайан закрыл дверь, достал из чемодана рубаху и продел руки в рукава. Не успел он застегнуть пуговицы, как услышал тихий стук в дверь.

- Обслуживание номеров? - спросил он.

- Ваше ведерко со льдом.

Голос Дженис. Брайан улыбнулся.

Он открыл дверь.

- Специально положила для вас побольше, - сказала она.

- Спасибо, - oн взял у нее пластиковый контейнер. - Зайди на минутку.

Она вошла и оглядела комнату, словно ища Гормана. Сейчас на ней были синие джинсы и бирюзовая кофта.

- Как ты себя чувствуешь? - спросил Брайан, закрыв дверь.

- Вы имеете в виду после мартини? Уже в порядке, а поначалу чуть кони не двинула. Едва ужин не пропустила.

Он накинул пиджак.

- Как насчет небольшого приключения?

Она посмотрела на него с интересом:

- Что вы имеете в виду?

- Горман попросил меня кое-что проверить. Если хочешь, могу взять с собой.

- Куда?

- А вот не скажу.

- Пехом, или на машине?

- Сперва на машине, потом - пехом.

- И много времени займет?

- Час или около того. По ситуации.

- Какой еще ситуации?

- Повезет или нет.

- Звучит очень таинственно.

- Ну так что, ты в игре?

Она пожала одним плечом:

- Все равно я тут без дела болтаюсь. Скажу папе, что пойду прогуляться.

- А он поверит?

- Конечно. Я часто гуляю. Съезжайте с дороги и ждите меня.

Брайан проводил ее, потом взял фотокамеру и сел в «Мерседес». Медленно проехав через двор, он развернул автомобиль в сторону города и остановился на обочине. Дорога была абсолютно пуста. Он потушил фары и, обернувшись, увидел Дженис, торопливо спускающуюся по ступенькам крыльца. Казалось, она вот-вот перейдет на бег. Когда она перешла дорогу, Брайан разблокировал пассажирскую дверь.

- Порядочек, - сказала она, забираясь в машину.

Как только она захлопнула дверцу, Брайан почувствовал легкий, приятный аромат.

Он улыбнулся. В номере он этого запаха не ощущал. Неужели она специально уделила немного времени на то, чтобы надушиться перед их «приключением»?

- Теперь-то вы скажете, куда мы едем? - спросила она.

Он зажег фары и выехал на дорогу.

- В Дом Зверя, - сказал он и увидел, как у нее отвисла челюсть.

- Только не со мной. Ночью? С дуба рухнули?!

Он улыбнулся.

- Вы ведь шутите, да?

- Да. Наполовину шучу.

- Только наполовину?

- Мы не будем заходить за ограду. Все, что я хочу, так это обойти территорию и хорошенько там все осмотреть.

- Зачем?

- В поисках норы.

- Норы зверя? Бога ради, зачем?

- Чтобы убедиться, что она там есть.

- Не, приятель, на такое я не подписывалась.

- Хочешь, чтобы я отвез тебя обратно?

Она вздохнула:

- Ты не шутил, когда говорил о «приключении», да?

- Может, будет очень весело, а?

- Боже.

- Скорее всего, мы все одно ее не найдем. Если она и существует, то наверняка очень хорошо замаскирована. Ее и вовсе могли давно заделать. Но, допустим, мы ее отыщем - знаешь, что это будет означать?

- Наверное, что дневник - не подделка.

Миновав поворот, они оставили темный участок дороги позади. Главную улицу освещали фонари на столбах.

- А еще это может означать и то, - сказал Брайан, - что мы получим доступ к дому.

- Теперь я точно убедилась, что ты ненормальный.

Он скользнул взглядом по ее худенькому телу:

- С твоими габаритами ты могла бы даже пролезть туда…

- Фигушки!

Брайан рассмеялся:

- На самом деле, я просто хочу отыскать нору и сделать несколько ее снимков. Все равно ведь туннель к дому наверняка перекрыт. Если, конечно, зверь еще им пользуется.

- Так бы сразу и сказал. Зачем было так пугать? Повеселился, небось, от души за мой счет.

- Еще как.

Глядя в лобовое стекло, она тихонько рассмеялась. Потом посмотрела на него:

- Я думаю, ты уже прочел дневник, верно? Какие соображения?

- Или эта дамочка Торн обладала чересчур буйной фантазией, или же она и в самом деле столкнулась в своем подвале с чем-то немного странным.

- Немного странным?

- Более чем немного.

- Вот и я о чем.

- Жаль, описания не слишком подробные.

- Как по мне - слишком, - заявила Дженис и сжала колени. - Гляди, дом Катчев, - oна кивнула вправо.

Брайан посмотрел на кирпичный дом позади дороги.

- Не находишь в нем ничего забавного?

- Нет.

- У него нет ни единого окна. Именно в нем и живет Мэгги. Владелица Дома Зверя. Говорят, она его специально без окон построила, чтобы зверь не вломился.

- Мне кажется, это уже чересчур, - сказал Брайан. Повернув голову, он посмотрел на Дом Зверя и снизил скорость. Лунный свет бликовал в окнах особняка. Серые стены казались размытыми в темноте. - Весело там по ночам, должно быть.

- Там и днем-то стремно… Ты уверен, что выбрал подходящее время для поисков норы?

- Мы не должны привлекать ее поисками лишнее внимание.

- Но ты же знаешь, это ночные твари.

- Волнуешься?

- Мне просто кажется, что при свете дня у нас было бы гораздо больше шансов отыскать нору.

- Ничего, попытка - не пытка.

- А почему мистер Харди с нами не поехал?

- Да он, как цыпленок, струсил.

- Умный дядечка.

- Я защищу тебя, - сказал Брайан, похлопав ее по колену.

- Спасибочки!

Он свернул, и далекие огни главной улицы исчезли из зеркала заднего вида. Дорога теперь вилась вверх через лесистые холмы. Он проехал гораздо дальше, чем планировал, выискивая достаточно широкую площадку, чтобы разместить «Мерседес». Наконец, отыскав подходящее место, остановился и погасил фары.

- От, блин, - пробормотала Дженис.

- Что?

- Темнотища.

- Оно и к лучшему, тем проще будет красться, моя дорогая.

Он накинул ремешок фотоаппарата на шею и вылез. Пока Дженис перебиралась через сиденье, он распахнул заднюю дверь и поднял с пола одеяло и фонарик.

- А одеяло на что? - прошептала Дженис.

- На случай, если маскировка потребуется.

Она посмотрела на него. И ничего не ответила.

Они вышли на дорогу; Дженис старалась держаться к нему вплотную.

- На самом деле, - сказал он, - я взял одеяло на случай, если нам все-таки удастся отыскать нору. Я хочу сделать несколько снимков, а им мы скроем вспышку.

- Логично.

- Разочарована?

- Ну еще бы.

Они шли по обочине дороги, направляясь вниз по склону к городу. Ковбойские сапожки Дженис звонко цокали по тротуару. Из-за ветра, шелестящего в кронах деревьев, Брайану постоянно мерещился шум приближающегося автомобиля, и он то и дело оглядывался через плечо.

- Нервничаешь? - спросила Дженис.

- Не хочется попасть под машину.

- Да ну, это вряд ли.

- Ты бы тоже держалась настороже, - сказал он, - если бы сама пережила такое.

- Ты?..- внезапно она повернулась к нему лицом. - Боже мой, точно. А я и забыла. Страшно, наверное, было?

- Когда видишь, как на тебя несется твой собственный автомобиль, а за рулем - никого, это, я бы сказал, напрягает.

- Кошмар, - сказала она. - Боже, тебе через многое пришлось пройти. Даже не знаю, как ты смог после всего этого…

Он медленно покачал головой:

- Я был очень близок к тому… чтобы последовать за Мартой. Когда я обнаружил ее в ванной, и вся эта кровь…

Дженис похлопала его по предплечью и нежно сжала.

- Ладно, - промолвил он, - это было давно.

- Но ты наверняка до сих пор по ней скучаешь?

- Не проходит и дня, когда бы я не… Эй, давай-ка не будем больше распускать нюни и портить удовольствие от «приключения».

- Удовольствие?

- Я в полном порядке. Честно.

Она отпустила его руку и кивнула. Ее лицо казалось размытым пятном в темноте. Брайан коснулся указательным пальцем ее подбородка.

- Давай уже искать нору, - прошептал он.

В конце дороги, откуда просматривался угол ограды Дома Зверя, они пересекли мелкую канаву и пошли вдоль склона. Брайан прокладывал путь через подлесок, пригибаясь под низко растущими ветвями, перешагивая кустарники, обходя деревья, но всегда стараясь держаться параллельно ограде. Когда они добрались до груды камней, Брайан забрался наверх и обнаружил достаточно удобное местечко. Он присел отдохнуть. Дженис пристроилась рядышком. Он положил руку ей на спину.

- Ну, как ты?

- Порядочек.

Теперь, без закрывающих обзор деревьев, Брайану открылся задний угол изгороди. Бледный свет луны заливал лужайку перед Домом Зверя. Позади дома стояла небольшая решетчатая постройка.

- Знаменитая беседка, - сказал он, - где Элизабет и доктор Росс утонули в волнах страсти.

- Наверняка она самая, - сказала Дженис. - Неужели ты и впрямь думаешь, что мы сможем отыскать нору?

- Должна быть там, - ответил он, указывая на склон холма прямо за домом. - Сразу за оградой.

- Она может быть где угодно.

- Элизабет писала, что туннель выходит прямо возле участка.

- Но я не помню, чтобы она упоминала, в каком направлении. Он мог быть и позади дома, а мог, например, с этой стороны. Мы его могли уже пройти.

Брайан ухмыльнулся:

- Или же он находится… СЗАДИ!!!

- Гад ползучий, - буркнула она и пихнула его локтем.

На это он слегка пощекотал ей ребра. Она дернулась и взвизгнула.

- Тс-с-с… Зверь услышит.

Она опустила руку и защемила ладонь Брайана между нею и боком.

- Попался, - сказала она. - И чтоб больше не щекотался, договорились?

- Обещаю, - oн высвободил руку. - Почему бы тебе не подождать меня здесь буквально минутку? Заодно и передохнешь. Я мигом.

- Фигушки. Куда ты, туда и я.

- Хорошо, пошли вместе. Выбирай деревцо.

- А. Вон оно что. Тогда просто не уходи далеко, ладно?

Он спустился с насыпи, прошел несколько шагов, обернулся. Затылок Дженис казался в темноте лохматым.

- Не подглядывай, - предупредил он.

- Не буду.

Он расстегнул штаны и помочился, после чего вернулся к Дженис.

- Готова? - спросил он.

- Всегда готова.

Он взял фонарик, засунул сложенное одеяло под мышку и пошел по камням вниз. Склон вел вниз, в небольшой овраг, после чего изгибался, практически точно следуя линии ограды. Деревьев здесь было всего ничего, но Брайан полагал, что дорога находится достаточно далеко, и их никто не заметит. Разве что кто-то, находящийся в Доме Зверя мог выглянуть и увидеть, как они пробираются вдоль склона.

Окна были темными.

Он подождал, пока Дженис догонит его.

- Кто-нибудь здесь ночует?

- Сомневаюсь.

- Только зверь, да?

- Очень смешно, - в голосе ее не слышалось никакого веселья. - Вообще-то, они говорят, что по ночам он действительно там бродит.

- Элизабет ищет?

- Жертв ищет!

- Тогда будем надеяться, что он не додумается выглянуть в окошко.

На какое-то мгновение Дженис отстала, заглядевшись на дом, а потом вновь догнала Брайана.

- Может, будем лучше отсюда выбираться? - прошептала она.

- Но ведь мы еще даже не начали искать нору.

- Да ладно, каковы вообще шансы ее найти? Ты же сам сказал, что вряд ли мы ее отыщем.

- О чем ты так беспокоишься?

- Я не беспокоюсь, я боюсь до усрачки.

- Чего?

Она махнула рукой в сторону дома:

- Он может видеть нас.

Он повернулся к Дженис и покачал головой. Потом бросил одеяло с фонариком на землю и положил руки ей на плечи. Он чувствовал, как она дрожит.

- Бояться нечего, - сказал он.

- Прости. Серьезно. Но…

- Та история с Элизабет произошла более семидесяти лет назад, - сказал он спокойным, умиротворяющим голосом. - Даже если писанина в дневнике - правда (в чем я сильно сомневаюсь), сейчас это существо должно быть очень старым. Дряхлым. Может, вообще издохло. Во всяком случае, с момента последнего убийства прошло почти тридцать лет.

- Да ты что? Только прошлым летом он завалил троих.

Брайан нахмурился:

- А в рекламной брошюре об этом ни слова.

- А она просроченная, - oна посмотрела на дом. - Их убили там, в коридоре, на втором этаже.

- Место преступления должна была осмотреть полиция.

- Ну осмотрели, а толку-то? Они не думают, что это работа зверя - ну, так они говорят. Они говорят, это сделал какой-то шизик.

- И наверняка правы.

- Это они так говорят. Они просто не могут признать, что в доме засел какой-то чертов монстр.

- Нет там никаких монстров, Дженис. Я совершенно уверен, что все эти истории о звере - чушь собачья.

- Никакая это не чушь. Ты же читал дневник.

- Торн была сумасшедшей.

Дженис уставилась на него. Потом слегка улыбнулась:

- Если она была сумасшедшей - какого черта мы ошиваемся здесь в поисках этой проклятой норы?

Брайан хохотнул.

- Туше!

- Пойдем отсюда.

- Эту нору меня попросил отыскать Горман. Он доверчивей меня.

- Тогда пусть идет и ищет ее сам.

- И что мне ему сказать?

- Просто скажи, что мы ее не нашли.

- Но ведь это будет ложью.

Она посмотрела по сторонам:

- Я не вижу никакой норы. Ты видишь нору?

Брайан рассмеялся:

- Ты действительно та еще штучка, Дженис.

- Я? - oна положила руки на его бока и посмотрела в глаза. - И что же я за штучка? Отвечай.

- Позже. Сначала мы должны выбраться отсюда, помнишь?

- Нет. Раз уж начал, то продолжай.

- Ты забавная, - сказал он. - И хитрая. И милашка.

- Милашка? «Милашка» бывает хомячок.

- Хорошо, как насчет «красотка»?

Она наклонила голову:

- Вот это - другое дело. Теперь мы можем уйти.

Но рук с боков Брайана так и не убрала.

Он притянул ее к себе, и она тесно прижалась к нему, обхватила руками за спину, раскрыла рот и засосала его язык. Она изогнулась и застонала в его объятиях.

Брайан запустил руки ей под свитер. Лаская ее, он представлял, с каким злорадством расскажет все Горману. Ничего особенного. Я просто изобразил нужные эмоции, поиграл с ее страхами, пока ей не потребовалась поддержка и утешение, погладил ее легонечко здесь и там, так, чтоб напряжение чуточку снять. Бил на жалость слезливыми беседами о своей бедной покойной Марте. Парочка двусмысленностей (шутка с одеялом), даже поссал рядом, так что она не могла не задуматься о моем члене. Я стоял так близко, что она могла слышать брызги моей мочи.

Мастерски сработано, - скажет Горман.

Он расстегнул лифчик Дженис. Она ничуть не возражала. Даже наоборот, шагнула немного назад, чтобы Брайан смог сдвинуть чашечки и ласкать ей грудь. Ее соски напряглись, сделались как резиновые. Она выгнула спину, когда он начал слегка пощипывать их.

- Разве мы не собирались уходить? - спросил он.

Она разинула рот, но не смогла вымолвить ни словечка, лишь яростно замотала головой.

Он задрал ее свитер, обнажив грудь, присел и заработал языком. Она запустила дрожащие пальцы ему в волосы, прижимая его рот плотнее к груди.

На самом деле, Горман, это вышло само собой. Она оказалась слишком горяча, вот я и не сдержался.

Нет, этого он знать не должен. Пускай Горман думает, что я супержеребец.

Каковым я на самом деле и являюсь.

Целуя и вылизывая сначала один сосок, затем другой, руками он ласкал через ткань джинсов ее ягодицы.

Я взял ее медленно, - скажет он. - Не хотел пугать.

Он переместил руку вперед. Промежность ее джинсов была теплой и влажной. Он слегка надавил там, чувствуя выпуклость лобка через плотную ткань. От трения его пальцев она начала извиваться, словно ей не терпелось ощутить их внутри.

Выпрямившись, он снял через голову ее свитер. Вместе с ним соскользнул и лифчик. Он ласкал ее обнаженную шею и плечи, в то время как она лихорадочно расстегивала его пиджак и рубашку. Наконец, справившись с пуговицами, она что было сил прижала его к себе. Ее грудь, покрытая его слюной, сперва была прохладной, но быстро налилась жаром. Ее руки легли ему на плечи и стянули рубашку и пиджак вниз по его рукам. Холодный ночной воздух заставил его вздрогнуть, но ее пальцы, скользнувшие в брюки и обхватившие его стояк, моментально заставили забыть о холоде.

- Давай подложим одеяло, - прошептала она; ее пальцы скользили вверх-вниз. - Ведь ты за этим его и принес.

- За чем «этим»?

Усмехнувшись, она нежно сдавила его мошонку. Затем убрала руку. Они расстелили одеяло. Из-за придавленных им сорняков оно казалось немного бугристым. Она встала на одеяло; ее грудь покачивалась в лунном свете, когда она утаптывала его.

Улегшись на спину, она поочередно задрала каждую ногу, чтобы снять носки и сапожки. Расстегнула джинсы и приподняла зад над одеялом, чтобы стянуть их с себя, после чего задрала кверху ноги.

- Можешь мне помочь?

Брайан ухватился за отвороты штанин и сорвал с нее джинсы. Трусики повисли на бедрах, белоснежные на фоне темного треугольника лобковых волос. Присев возле нее, Брайан стянул трусики до лодыжек и сдернул с ног.

Избавляясь от остатков собственной одежды, он наблюдал, как Дженис медленно извивается на одеяле, лаская себя. Она согнула колени и уперлась в землю пятками, чтобы не сползать - холм здесь шел под уклоном.

Как только он опустился перед нею на колени, она широко развела ноги. Он целовал внутреннюю поверхность ее бедер, покусывал и лизал, продвигаясь все дальше, пока, наконец, не коснулся ртом ее мокрой промежности. Она дернулась, когда он вошел в нее языком.

- Боже, Брайан, - пробормотала она.

Он запустил язык глубже в ее обволакивающее тепло. Она выгнула спину и застонала.

Затем он поднялся выше, переключившись на тело. Работая языком над пупком, руками он ласкал прохладную кожу ее грудей. Он сжимал и массировал их. Потом поднялся еще выше и, поцеловав поочередно каждую грудь, наконец, достиг ее рта.

Как только их губы соединились, и ее язык проник в его рот, он вошел в нее.

Миссия выполнена, - подумал он.

Наполовину выполнена, но и дальше все будет тип-топ. Остается только пригласить ее завтра вечером к себе в номер на второй раунд и занять делом. Запереться вместе с ней в душе, чтобы дать Горману возможность стащить ее ключ. На Гормане лежит самая трудная задача: пробраться в ее комнату, отыскать там контракт и подменить другим, согласно которому вместо доходов от книги она получает шиш с маслом. То ли дело задача Брайана - сплошное удовольствие.

Уж точно будет приятнее, чем сейчас.

Несмотря на одеяло, земля под коленями была ужасно жесткой. Но он продолжал, продолжал долбить Дженис. Она словно ополоумела, извиваясь и подмахивая ему в такт, сжимая его ягодицы, заставляя входить глубже и глубже.

Она, кажется, готова к целой ночи траха.

Почему бы тебе не выбраться из дома снова после того, как предки заснут?

Аж течет вся, причем с обоих концов.

Она задыхалась под ним, глаза зажмурены, голова мотается из стороны в сторону. Еще несколько резких толчков…

Что-то холодное и скользкое обрушилось ему на спину. Его колени разъехались. Он рухнул на Дженис. Ее дыхание ударило ему в лицо.

Брайан успел еще подумать: Что за чертовщина?

А потом в его шею вонзились зубы.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Выйдя из «Карьяж Хауса», Тайлер взяла Эйба за руку:

- Ужин был чудесен. Спасибо.

- Не за что.

- Итак, - сказал Джек, - поедем, глянем то место?

- «Последний шанс», судя по названию - для алконавтов, - сказала Нора.

- Можем подыскать что-нибудь другое, - предложил Эйб.

- Вроде бы официантка отзывалась о нем хорошо, - сказала Тайлер.

- Черт, а я вовсе не против алконавтики.

- Нора в этих делах эксперт.

- Бери больше - профессионал.

Джек пихнул ее локтем. Хихикая, она отскочила в сторону, ударившись боком об ограждение. Джек притянул ее к себе, и она обняла его за спину.

- В любом случае, - сказала она, - для алконавтики у меня неподобающий скафандр, так что мне придется удалиться в свой будуар, дабы сменить туалет.

- Она хочет снять с себя это платье для выпускного, - пояснила Тайлер.

- Помочь тебе с этим? - спросил Джек.

Нора шлепнула его по ягодице.

- А я хочу надеть куртку, - сказала Тайлер.

Они договорились встретиться через пять минут возле машины Эйба и разошлись по номерам. Тайлер вошла в комнату вслед за Норой. Нора избавилась от платья даже раньше, чем закрыла дверь.

- Разве они не чудесны? - спросила она, перешагнув через платье, пошатнулась и рухнула на кровать, так что ее груди подскочили.

- Ты в порядке? - спросила Тайлер.

- В полнейшем, - она откинулась на спину и улыбнулась, глядя в потолок.

Ее лобковые волосы спутались под тонкой тканью колготок.

- Ты же не собираешься сейчас вырубиться и оставить нашу компанию, да?

Нора закатила глаза:

- Вряд ли. Я в порядке. А ты?

- И я в порядке.

- Вот и я тоже, - вздохнув, она села и начала стягивать обувь.

Тайлер прошла через смежную дверь в свою комнату и там накинула ветровку. Потом расчесала волосы и наложила на губы свежий слой помады. Вернувшись в комнату Норы, она застала подругу лежащей спиной на матрасе с задранными ногами - она отчаянно пыталась натянуть узкие белые джинсы. Колготки валялись на полу.

- Ну и что ты думаешь?

- О чем? - спросила Тайлер.

- Не морочь мою задницу. Эйб. Славный Эйб.

- Он мне нравится.

Нора приподняла обнаженный зад и натянула джинсы.

- И насколько сильно?

- Очень даже.

Нора села и стала надевать носки и туфли.

- Значит, все-таки намерена с ним трахнуться?

- Прошу тебя…

- Отвлечешься от мыслей о Дэне.

- Конечно. Может, еще и на четверых сообразим?

- А что, я на все готова.

- У тебя один секс на уме.

- И я горжусь этим, - cмеясь, Нора встала, накинула клетчатую рубашку, застегнула ее лишь наполовину и заправила в джинсы. - Будь я на твоем месте, - сказала она, - я бы это сделала.

- Ни капли не сомневаюсь.

Нора со смехом застегнула ширинку.

- Ну ладно, пойдем уже, Торопыга.

- А куртка?

- И скрыть под ней свои выдающиеся прелести? Прикуси язычок, девонька.

Они вышли на улицу. Эйб с Джеком поджидали их в «Мустанге». Эйб перегнулся через сиденье и открыл дверь. Нора села на заднее сиденье рядом с Джеком.

- А ты здорово выглядишь в этом костюмчике для алконавтики, - сказал ей Джек.

- Без него я выгляжу еще лучше.

- Бьюсь об заклад.

Тайлер села на переднее сиденье и захлопнула дверь.

- Боюсь, там будет немного скучновато - сказал Эйб, заводя машину.

- Поверь, с нами не будет, - хихикнув, сказала Нора.

- Вы уверены, что вы - библиотекарши? - спросил он.

- Нора - библиотекарь. А я - специалист по СМИ. Это типа более пафосное название школьного библиотекаря.

- Я - школьный библиотекарь, - запротестовала Нора.

- А с виду не скажешь, - заявил Джек.

- Она работает в колледже, - сказала Тайлер. - Я - в средней школе. Там хоть нет этой возни с проекторами и…

- Просто я озабоченная, - сказала Нора.

Хотя никаких других автомобилей в поле зрения не было, перед выездом на шоссе Эйб включил правый поворотник. Фары прорезали в простиравшемся впереди мраке бледный туннель.

- Если нам там не понравится, - сказал Эйб, - у нас всегда будет возможность подыскать какое-нибудь другое местечко.

- Пошляк! - гаркнула Нора.

Они с Джеком принялись хлопать в ладоши и свистеть.

- Как тебе нравятся эти двое? - с улыбкой спросил Эйб у Тайлер.

- Боюсь, мы в дурной компании.

- Он пытается пустить пыль в глаза Тайлер, - громко прошептал Джек. - А ведь по правде Эйб сам изрядная скотина. Рассказать, как он обоссал полковника Локриджа? Это ж умереть не встать!

- Джек!

- Ты… пописал на полковника? - спросила Тайлер.

- Только на ноги. Он сам нарвался.

- В офицерском, блядь, клубе!

- В туалете?

- Прямо, блядь, в офицерском клубе, - повторил Джек громче. - После этого его прозвали «Эйбан-Ссыкач».

Эйб тихонько засмеялся и покачал головой:

- Это было давным-давно. С тех пор мои манеры улучшились.

- Два года назад.

- Прямо в точку, Джек.

- А что же этот Локридж сделал? - спросила Тайлер.

- Сменил брюки, - ответил Джек.

- Нет, я имею в виду…

- Он оскорбил моего друга, - пояснил Эйб.

- Пожалуй, надо запомнить, что ни в коем случае нельзя оскорблять твоих друзей.

- Тебе бояться нечего.

- Эйбан-Ссыкач ведет себя с дамами, как истинный джентльмен, - сказал Джек. - Обычно. Хотя, помнится, было времечко…

- Ну, вот мы и приехали, - прервал его Эйб. - Бар «Последний шанс».

Знак впереди светился красными неоновыми буквами. В верхнем углу красовался контур бокала с соломинкой.

- Спорим, - сказала Нора, - что с обратной стороны этой вывески написано «Бар «Первый шанс»?

Словно специально, чтобы удовлетворить ее любопытство, Эйб проехал немного вперед и развернул автомобиль перед оборотной стороной знака, прошуршав колесами по гравию.

- Так и знала! Так и знала! - заверещала Нора.

Сзади кто-то кому-то отвесил шлепка.

Шины шуршали по гравию, когда Эйб объезжал припаркованные автомобили. Передние окна похожего на приземистый короб здания мерцали неоновой рекламой пива. Изнутри до ушей Тайлер доносились приглушенные звуки музыки: «Люкенбах, Техас» в исполнении Вэйлона Дженингса[19]. Эйб припарковался на свободном месте возле “пикапа”, и они вышли из машины.

Он взял Тайлер за руку. Как только они вошли в бар, музыка прекратилась. Сквозь гул голосов и смех пробивался звон автоматов для игры в пинбол и стук бильярдных шаров. В теплом запрелом воздухе вились клочья табачного дыма. Когда они подошли к свободному столику, Тайлер заметила, как в их сторону повернулось сразу несколько человек. Одного она сразу узнала по румяной и седобородой физиономии - то был Капитан Фрэнк. Он уставился на нее, сощурив один глаз. Она приветственно кивнула. Выгнув уголок рта, он вновь повернулся к бару.

- Вы знакомы? - спросил Эйб.

- Мы наткнулись на него, когда разыскивали Дэна.

Эйб выдвинул перед ней стул. Сев за стол спиной к стене, она увидела, что Капитан Фрэнк слегка косится на нее через плечо. Тут напротив села Нора, скрыв его от Тайлер.

Подошла официантка. Когда она убрала со стола пару пустых пивных кружек и вытерла влажные пятна, Нора осмотрела ее костюм: ковбойские сапоги, короткие синие джинсовые шорты и блузка, сшитая из нескольких красных бандан. Спереди блузка была завязана в узелок, оставляя нижнюю часть живота открытой.

- Что будем заказывать, ребята?

- Мне нравится ваш прикид, - сказала Нора.

- Вот как? Собственного пошива. Когда я работаю в нем, ребятам есть, на что поглазеть, - oна подмигнула Эйбу. - Хотя Чарли и называет его срамотой, - oна улыбнулась. - Говорит, я в нем как последняя шлюха выгляжу. Кричит все время чего-то… Но вот что я вам скажу: когда мы на одни мои чаевые прикупили новый двадцатидевятидюймовый «Сони», что-то я его воплей не слышала, понимаете?

- Их не поймешь, мужиков этих, - поддержала Нора.

- С ними жить тошно, и без них пропадешь. А вы, ребята, сюда типа как в отпуск?

Нора кивнула.

- Что ж, это замечательно. Надеюсь, вам у нас понравится. Итак, что будете заказывать?

Они немного посоветовались, после чего Эйб заказал два кувшина пива.

- Сейчас принесу, и еще миску попкорна в придачу.

Когда она ушла, Нора сказала:

- Интересно, они здесь хоть иногда проветривают?

- Ты просто хочешь побольше открыть свои прелести, - сказала ей Тайлер.

- Она уже, - заявил Джек, бесстыдно глядя в Норино декольте.

- В яблочко! - гаркнул человек за бильярдным столом. - Так держать!

Из музыкального автомата, стоящего в дальнем конце помещения раздались первые аккорды песни Тома Т. Холла «Люблю я пивко»[20].

- Напомнило мне выступления Ле Ду в Сайгоне, - сказал Джек, глядя на Эйба.

- Да, что-то есть, - сказал Эйб. - Ле Ду был большим любителем старого Запада, - пояснил он. - Нашел себе для группы еще пару парней, и они выступали по барам, плюя на бомбежки да перестрелки с высокой колокольни. У него еще была ковбойская шляпа, в несколько раз больше его головы.

- То есть, сам он был, как говорится, от горшка два вершка? - спросила Тайлер.

Эйб рассмеялся:

- Верно, да и много чего еще в нем было забавного.

- Тем не менее, сходства со своими кумирами он добивался, - сказал Джек, таинственно улыбаясь.

- О, нет, - сморщила нос Нора. - Он что, был чьим-то подражателем?

- Да, - сказал Эйб. - Ему очень нравились Хоппи, Жене и Рой.

- Не забывай еще о Рэндольфе Скотте[21]. Он был у него в фаворитах.

- Чуть позже мы слышали, что он начал давать сольные выступления в одном из салунов Вако в Техасе.

- Надеюсь, там он хотя бы изменил свою манеру одеваться, - добавил Джек, и тут вернулась официантка с подносом.

Она поставила на стол кувшины, кружки со льдом и большую тарелку с попкорном. Когда Эйб полез было в карман за бумажником, он остановила его:

- Не стоит, за вас уже заплатили. Благодарности - Капитану Фрэнку.

Эйб растерялся:

- Кому?

- Вон тот товарищ, - она кивнула в сторону бара. Капитан Фрэнк повернулся на стуле лицом к ним. - Он сказал, что девушки - его давние знакомые.

- Серьезно? - спросила Нора. - Это очень мило. Почему бы не пригласить его в наш кружок?

Тайлер вновь почувствовала, как в животе начинает сплетаться тугой комок страха.

- Ребята, вы не против? Ему, наверное, просто одиноко.

Официантка покачала головой и ушла.

- Я не против, - сказал Эйб.

- Погоди, вот он подойдет, - сказал Джек. - Как-то все это подозрительно.

- Пойду и позову его, - сказала Нора, встав и направившись к бару.

- Кто это вообще такой? - спросил Эйб, заметив тревогу на лице Тайлер.

- Капитан Фрэнк, - сказала она. - Просто старичок, возомнивший себя моряком.

- А что с ним не так? - спросил Эйб, нахмурившись.

- Думаю, ничего. Просто он, сдается мне… чудаковат. Видели бы вы его автобус.

- Если он тебя пугает…

- В любом случае, уже поздно.

Нора уже вела старика к столу, придерживая его под руку. На ходу он прихлебывал из наполовину опустевшей кружки. На нем была все та же гавайская рубашка и шорты, что и днем. Худосочные ноги под массивной тушей казались чужими. Его мотало, словно лист на ветру.

Когда они подошли к столу, Нора вытащила для старика свободный стул и поставила его рядом с Эйбом.

- Благодарствую, други мои, - сказал он ей и сел.

Нора представила его мужчинам.

Пока Эйб наполнял кружку старика пивом из кувшина, все благодарили его за угощение.

- Мне в удовольствие, - сказал он тихим, глухим голосом. - Мое покаяние, - oн поднял кружку, подмигнул и выпил, вытерев рот тыльной стороной покрытой старческими пятнами ладони. - За грехи отцов наших, - пробормотал он.

- Вы моряк? - спросил Эйб.

- Истинно так. Я, капитан Фрэнк, - старый морской волк. Я моряк, и батюшка мой был моряк, - oн наклонился вперед и оловянными глазами вперился в Тайлер. - Прости ему Господи за то, что он привез сюда.

Стараясь избежать его взгляда, Тайлер перевела глаза на свою кружку с пивом.

- А что он сюда привез? - спросила Нора.

- Зверя.

- Зверя из Дома Зверя? - спросил Джек.

- Его, богомерзкое исчадье Ада.

- Вы хотите сказать, что это ваш отец привез его в Малкаса-Пойнт?

- Он самый, и, скажу я вам, проклятие сие - тяжкое бремя. Ох, тяжкое, - oн сделал еще глоток.

Нора с Джеком переглянулись, словно придя к общему выводу: перед ними сумасшедший. Эйб нахмурился.

- Вина, - Капитан Фрэнк поднял свои большие, мозолистые руки. - Видите на них кровь человечью? Я вижу. Я вижу кровь его жертв, коим счет знает один лишь Господь. О них не скажут на экскурсиях. Никогда. Где мой отец, отлитый в воске? Где Лорин, моя сестренка, злодейски убитая за семь лет до того, как с плачем явился я в сей скорбный мир? Нет, вы не увидите их там. Вы не услышите их имен. И сколько же еще? Десять? Пятьдесят? Сто пятьдесят? Одному лишь Богу ведомо. Богу и зверю. Люди исчезли. Видите их кровь? - спросил он, медленно поворачивая руки.

- Вы думаете, что вашего отца и сестру убил зверь? - спросила Нора.

- О, да. Да, истинно так. Сперва малышку Лорин. Она была дитя трех лет отроду, когда батюшка мой привез его домой с какого-то Богом забытого острова у австралийского побережья. Он тогда был первым помощником на судне «Мэри Джейн», что держало курс из Сосалито. То было лето тыща девятьсот первого. Они попали в мертвый штиль, и ждали ветра, день за днем, чтобы поднять вновь паруса. Запасы еды подходили к концу. Бочки с пресной водой опустели. Они готовились уже к смерти, бесславной смерти, как вдруг, на тринадцатый день, на горизонте появилась земля. Это был вулканический остров - сплошь холмы да джунгли…

-…Часть команды сошла на берег. Они пополнили запасы пресной воды из родника. Фрукты и ягоды росли в изобилии, но люди желали мяса, а мяса было не сыскать. Что же за джунгли - да без зверья? Такого ни один человек с «Мэри Джейн» еще не видел. Это напрягало, и многие стремились вернуться на корабль до наступления темноты. Даже батюшка мой, храбрейший из молодцев, что выходили когда-либо в море, признался, что встречал закат с каким-то первобытным ужасом. Но он не хотел покидать остров, покуда не убедится, что там не обитает ничего живого.

Капитан Фрэнк допил пиво. Он навалился локтями на стол, подался вперед и уставился Тайлер прямо в глаза, словно они находились наедине. Шум в баре - разговоры, смех, звон бокалов, стук бильярдных шаров, клацанье автоматов для игры в пинбол, раздающийся из музыкального автомата голос Вилли Нельсона[22] - все это доносилось до ушей Тайлер из неведомого далека.

- Как стемнело, - продолжал он, - окружили они родник. Кто в кустах попрятался, кто на деревья влез. Каждый до последнего маменькиного сынка был вооружен до зубов и готов убить любого зверя, который придет к роднику…

-…И ведь сработало. Ближе к полуночи явились твари. Двенадцать или пятнадцать - вышли из джунглей и подошли к роднику, чтобы напиться. Батюшка сказывал, что поначалу принял их за людей, - эдакое примитивное племя, - но потом узрел в лунном свете их лица. Их морды. И понял он, что не люди то, а чудища невиданные, неслыханные. Он приказал своим людям стрелять, и твари попадали наземь, все до единой. Никто не ушел. Я до сих пор вспоминаю, каким бледным было батюшкино лицо, когда он рассказывал мне об этой мясорубке, о том, что было потом… Как кое-кто из мужиков блудил с павшими самками…

- Фрэнк, - сказал Эйб.

Старик вздрогнул, словно пробудившись от какого-то темного сновиденья.

- Я не думаю, что мы хотим все это слышать.

- Я хочу, - запротестовала Нора. - Это интересно.

- Я тоже не против, - сказала Тайлер.

Ее всю трясло. История вызвала у нее омерзение, но она должна была услышать остальное, и даже разозлилась на Эйба, прервавшего рассказ. Она сделала большой глоток пива. Эйб усмехнулся и снова наполнил ее кружку из кувшина.

- Продолжайте, - сказала Нора.

Капитан Фрэнк посмотрел на Эйба, словно спрашивая разрешения.

- Не обращай на меня внимания, - сказал тот.

- Тогда я продолжу… Бойня… Когда со всем покончили, батюшка мой нашел одного уцелевшего, младенца, под тушей одной из самок - без сомнения, его матери. Она укрыла младенца от пуль своим телом. И решил он взять детеныша под свою опеку. Все остальные тела были…- oн робко взглянул на Эйба. - Их хватило, чтобы прокормить экипаж аж до самого Перта.

- Они их ели? - спросила Нора.

- Батюшка мой - он говорил, что на вкус они - как баранина.

- Прелестно!

- Нарек он эту свою тварюгу «Бобо», и, хотя и не увлекался никогда всякими диковинами, весь путь домой держал его в клетке у себя под боком. На матушку, Царствие ей Небесное, при виде Бобо лютый страх напал. Она умоляла батюшку избавиться от него, но зато он так люб стал малютке Лорин, что она беседовала с ним через прутья клетки часы напролет, словно с товарищем по играм. Наконец, матушке все ж удалось уговорить батюшку с ним расстаться. Он согласился переправить его в Сан-Франциско, а там надеялся выгодно продать в цирк или зоопарк. Увы, малютка Лорин, видать, разговор этот подслушала, потому как на следующее утро она отворила клетку, и Бобо на нее накинулся. Мои родители услышали ее ужасные вопли, но, когда прибежали на помощь, было уже поздно. Зверь, тогда еще совсем малый, разорвал ее на клочья, да вдобавок и…- Капитан Фрэнк взглянул на Эйба и покачал головой.

-…Батюшка мой здорово отделал его лопатой. Он был уверен, что убил его. Свалил, что осталось, в мешок из-под муки и унес на холмы позади Торнова дома. Его тогда только достраивали. Там-то он тварь и похоронил.

- Но он не умер? - спросила Нора.

- Едва минул год, как в доме Торнов обнаруживают три трупа: двух мальчуганов Лили и ее сестрицы. Лили-то ноги унесла, да помешалась, и пришлось ее в сумасшедший дом упрятать. А всех собак повесили на бедолагу Гаса Гаучера, разнорабочего, который останавливался у Торнов накануне, чтобы дров наколоть. Но, батюшка мой тела видел. Он-то смекнул, что к чему, и давай вступаться за Гаучера - мол, в дом, наверное, какой-то дикий зверь ворвался. А про Бобо ни словечком не обмолвился - опасался на себя народный гнев навлечь. Толпа ж, ясное дело, и слушать ничего не желала. Так и линчевали горемыку Гаучера - аккурат над крылечком подвесили…

-…Я-то родился на шесть годков позже, в тыща девятьсот девятом. Уверен, нежеланное я был дитя, ибо после трагедии с Лорин мои родители детей больше не хотели. Нет, со мной они всегда были добры, но в глазах их я видел одну пустоту. Дом Торнов, все время, что я рос, стоял на отшибе, пустой и заброшенный. Никто туда и носу не казал. Поговаривали, будто в доме нечисто. То и дело в округе пропадали люди (сейчас - то же самое). И вот, в тридцать первом переехало туда семейство Катчей…

-…Были они из Сиэтла, над предостережениями потешались, а только не прошло и пары недель, как отца семейства с детишками порешили. Мэгги тоже здорово досталось… впрочем, она поведает обо всем сама, ежели на экскурсию соберетесь. Чего она не расскажет (небось, сама не знает), так это про моего батюшку, который, как ее родных схоронили, взял свой «Винчестер» и пошел в дом - на зверя…

-…А годков ему тогда было - шестьдесят два. Жил он с грехом на душе уже более тридцати лет, и тем утром сказал мне, что невмоготу стало. Тогда я и услышал всю эту историю в первый раз, и понял, что за всеми убийствами стоит Бобо, живой-здоровый. Я умолял его взять меня с собой, только он и слышать ничего не захотел. Строго-настрого наказал мне оставаться дома и заботиться о матушке. Будто заранее знал, что не воротиться ему живым. Так оно и вышло. А стрелок он был первосортный. Не иначе, подкрался к нему сзади Бобо, да со спины и напал.

Капитан Фрэнк взмахнул руками, скрючив пальцы, как когти, и опрокинул кружку. Тайлер вздрогнула, когда та звякнула о стол. Пиво расплескалось, обрызгав Эйба. По столу растеклась большая лужа.

- Ой, я…- забормотал старик, качая головой, и бестолково размазывая лужу ладонью. - Ой. Я… не стоило мне… проклятье.

Тут же подоспела официантка с полотенцем:

- Я вижу, у вас тут небольшая авария? - спросила она, вытирая стол.

- Ничего страшного, - сказал Эйб.

- Если Фрэнк вам досаждает…

- Нет-нет, все в порядке.

- Я вас предупредила, - сказала она, бросив на Капитана Фрэнка раздраженный взгляд. - Держу пари, oн рассказывает вам эту свою историю про Бобо. Будет вешать на уши лапшу, пока не отрубится. Некоторые посетители просто вставали и уходили из-за стола. Верно я говорю, Kапитан?

Он уставился на свою рубашку.

- Историю надо поведать, - буркнул он.

- Ты создаешь нам дурную славу.

- Вообще-то история довольно интересная, - сказала Нора.

- Не верьте ни единому словечку, - сказала официантка. - Ну же, Фрэнк. Почему бы тебе не вернуться к бару и не оставить этих милых людей в покое? - oна взяла его под руку и помогла встать на ноги.

- Секундочку, - сказал Эйб.

Он поднял кувшин и наполнил кружку старика до краев.

- Благодарствую, дружище. Позвольте мне напоследок еще кой-чего сказать, - oн обвел всех сидящих за столом взглядом. - Часы зверя сочтены. Однажды ночью Капитан Фрэнк проберется в его берлогу, и положит конец злодейству. Души умерших взывают к отмщению и жаждут его крови. Я воздам за всех. Попомните мое слово.

- Будем болеть за вас, - крикнул ему вслед Джек.

- Боже мой, - сказала Нора, и закатила глаза.

Джек улыбнулся и покачал головой:

- Старому пердуну надо бы поторопиться, иначе вскоре придется гоняться за зверем на инвалидной коляске.

- Он никогда этого не сделает, - сказал Эйб. - Собака лает, ветер носит.

- Неужто ты поверил во всю эту историю про зверя? - спросила Тайлер.

- Ни во что он не поверил, - вступился за него Джек

- Послушайте, - сказала Нора. - Нужно рассказать об этом типе Горману Харди. Глядишь - и упомянет нас во вступительном слове своей новой книги. Напишет что-нибудь вроде: «Выражаю благодарность Норе Брэнсон, Тайлер Моран, Джеку Уайту и Эйбу Клэнтону, с чьей неоценимой помощью я узнал реальную историю Бобо - зверя». Разве не офигенно будет?

- Это, - сказала Тайлер, - будет вообще апофигей.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Резкий стук в дверь напугал Гормана Харди и вырвал его из сна. Он сел на кровати и оглядел темную комнату, не понимая, где находится. Спустя мгновение все встало на свои места.

Это должно быть Брайан, подумал он. Но зачем же так бешено стучать?

Ключ, наверное, посеял.

- Иду, - отозвался Горман.

Стук не прекращался.

Он спустил ноги на пол, включил стоящую на тумбочке лампу, сощурился от яркого света.

- Иду, - повторил он.

Стук не прекращался.

Случилась какая-то беда, - подумал он. - Посерьезнее потери ключа. Что-то очень плохое, и Брайан запаниковал.

Вставая, он уже и сам чувствовал себя на грани паники.

Ради Бога, да что стряслось?

Он накинул на голое тело халат, подпоясался ремешком и открыл дверь.

Брайана там не было.

На темном крыльце его поджидали мужчина и женщина. Мужчина был лыс, лет на вид около сорока. На нем была синяя ветровка. Он стоял, уперев кулаки в бока. Горман видел его первый раз в жизни. Женщина, привлекательная блондинка, показалась ему знакомой. На ней были джинсы, клетчатая блузка и расстегнутая кожаная куртка. Она походила на повзрослевшую копию Дженис. Горман вспомнил, где ее видел: она всем заправляла в «Карьяж Хаусе».

Эти люди - родители Дженис.

Ему резко поплохело.

- Мистер Харди? - сурово спросил мужчина.

- Да.

- Я терпел, сколько мог, но сейчас уже два часа ночи, а нашей дочери нет дома. Она у вас?

- Нет, конечно нет. Пройдите и убедитесь сами.

Он отступил в сторонку, пропуская их. Женщина закрыла дверь и встала к ней спиной, словно предупреждая попытку сбежать.

Бросив взгляд на кровать, мужчина прошел в ванную и включил там свет. Через мгновение вышел и проверил в шкафу. Затем посмотрел на дверь, потом на Гормана.

- А что насчет мистера Блейка?

- Понятия не имею, где он - я за него не в ответе.

- Вы приехали вместе. Вы за оба номера платили.

- Он мой помощник, да. Но я понятия не имею, с чего вы решили, будто кто-то из нас скрывает вашу дочь, - c этими словами он подошел к смежной двери между номерами и постучал в нее кулаком. - Брайан? - спросил он. Дернул за ручку. Та, к счастью, не поддалась. Если девушка сейчас у него в номере, она успеет сбежать. - Брайан? - позвал он еще раз.

- Дайте посмотреть, - сказал мужчина, шагнув вперед.

- Небось, увез ее куда-нибудь, - подала наконец голос женщина.

- Я в любом случае посмотрю.

Горман уступил дорогу отцу Дженис и наблюдал, как тот вставляет ключ в замок и отпирает дверь. Настольная лампа горела. Горман с облегчением увидел, что обе постели застелены. Он дождался, пока мужчина пройдет в комнату, после чего повернулся к женщине:

- Нашего автомобиля на стоянке нет?

Она кивнула. Ее лицо было мрачнее тучи, губы сжаты в тонкую линию. Она буквально прожигала его взглядом

- Честно, я не знаю, что вам сказать, - сказал он. - Вы думаете, что они с Брайаном поехали куда-то вместе?

- А вы и не в курсах, да? - ехидно спросила она.

- К сожалению, нет.

Мужчина вернулся в комнату:

- Ладно, козел, говори, куда они отправились?

- Понятия не имею. Я даже не знаю вашей дочери. Это та девушка, которая нас регистрировала?

- Она самая.

- С тех пор я ее больше не видел.

- Нечего нам лапшу вешать! - взорвалась женщина, подскочив к мужу. - Покажи ему, Марти. Покажи ему!

Тот вытащил из заднего кармана сложенный лист бумаги. Когда разворачивал, его руки дрожали.

- Это мы нашли в комнате Дженис, - сказал он, протягивая лист Горману.

Горман взял лист и уставился на него. Сука, - подумал он. - Ох, и сука! Она должна была его спрятать! Все Брайан виноват. Да где же он? С какого бодуна ему вздумалось шляться с нею где-то допоздна?! И нате вам. План рухнул. По всем пунктам!

- Что вы на это скажете, мистер Харди? - спросила женщина, только что не рыча.

Он с трудом выдавил улыбку, возвращая контракт:

- Дженис хотела сделать вам сюрприз, - сказал он. - Если эта книга будет столь же успешной, как моя предыдущая, то по этому соглашению ей причитается около миллиона долларов.

Эта новость попала в цель. Родители Дженис посмотрели друг на дружку, а потом на контракт. Их гнев утихал прямо на глазах.

- И этот контракт настоящий? - спросил Марти.

Голос его звучал подозрительно, но глаза возбужденно горели.

- Безусловно. И согласно ему, Дженис будет получать пятьдесят процентов с любых доходов от книги. А это и предварительная продажа, и все гонорары. Я имею в виду издания в твердом переплете, коллекционные издания, издания в мягкой обложке, продажи прав за рубежом, и даже, может, продажу прав на съемки фильма. До сего дня моя предыдущая книга принесла мне уже более трех миллионов долларов, и что-то мне подсказывает, что после такого успеха, история о звере будет продаваться так же, если не в разы лучше. Дженис же получит ровно половину всей прибыли.

И ведь получит, - подумал он. - Боже правый, еще как получит! Хрен ее теперь нагреешь. Ему стало дурно.

Женщина подняла глаза от контракта. Она выглядела настороженной.

- И за что ей, интересно, такое счастье?

- Идея книги принадлежала ей. Она сама вышла со мной на связь. И предоставила ресурс, без которого никакой книги не могло бы и быть.

- Что за ресурс? - спросил Марти.

- Хотя Дженис и просила не разглашать этого (кстати, то же самое упоминается и в контракте), я думаю, что вы, как ее родители, имеете право знать, что она нашла дневник, собственноручно написанный Элизабет Торн, той самой леди, которая…

- Где Дженис сейчас? - спросила мать. - Я понимаю, все это меняет дело, но где она? Это как-то связано с вашим договором? - oна кивнула на контракт.

- Честно говоря, я не знаю. Когда вы последний раз ее видели?

- Около девяти, - ответил Марти. - Она сказала, что собирается прогуляться. Было это сразу после того, как она вернулась из номера мистера Блейка, куда относила ведерко со льдом, в котором, кстати, он вовсе не нуждался. Я там у него видел их два.

- Я могу только предположить, - сказал Горман, - что Брайан пригласил ее составить ему компанию. Возможно, она вам солгала, опасаясь, что вы не разрешите ей ехать куда-то на ночь глядя вместе с постояльцем.

Марти с женой переглянулись.

- Насколько я понимаю, раньше с ней такого не случалось.

- Куда бы они ни поехали, - сказал Марти, - уже давно пора бы вернуться.

- Да уж, - согласилась женщина. - И объяснений этому я не вижу.

- Я совершенно с вами согласен, - сказал ей Горман.

- Куда он ее повез? - спросил Марти.

- У нас нет доказательств, что она поехала с Брайаном, но я знаю, что он собирался отправиться к Дому Зверя, разведать местность. Он там надеялся отыскать и сфотографировать нору за оградой.

- Нору?!

- Она упоминается в дневнике Торн. Что-то вроде подземного туннеля, ведущего с холма в подвал дома. Если Брайану удастся его отыскать, это послужит определенным доказательством того, что…

- Дженис ни за какие коврижки не отправилась бы к этому дому, - сказала мать.

- Может, она туда и не поехала. Я вам говорю, куда отправился Брайан. Куда он собирался отправиться.

- Наверное, она все-таки поехала с ним, Клэр.

Клэр покачала головой. Она выглядела усталой и подавленной.

- Боюсь, что это так, - призналась она. - Видела я этого Брайана в ресторане. Очень привлекательный мужчина.

Марти положил руку ей на спину и нежно сказал:

- Я поеду туда и привезу ее домой.

- Думаю, она сама вот-вот вернется, - сказал Горман.

- Мы ждем ее домой уже давно, мистер Харди. Вы хоть понимаете, каково родителям, когда ночью ребенок не приходит домой, и неизвестно, где она и что с ней могло случиться? Убеждаете себя, что она придет с минуты на минуту, а сами только и думаете, что она могла попасть в лапы какого-нибудь психа, и вы больше никогда ее не увидите.

- Могу вас заверить, Брайан - точно никакой не псих.

- Почему она еще не дома? - спросил Марти.

Казалось, еще вот-вот - и он взорвется.

Клэр вздохнула:

- Возможно, она слишком увлеклась и забыла про время.

- Я напомню ей о времени, - вспыхнул Марти, - пусть только попадется, - нахмурившись, он посмотрел на Гормана: - Он точно поехал на поиски этой норы?

- Если можно, я поеду туда с вами. Я начинаю опасаться, что там и правда что-то стряслось.

- Поедем все вместе, - сказала Клэр.

- Только дайте мне минутку, чтобы одеться, - сказал Горман.

Они обнаружили «Мерседес» чуть выше по ведущей в город с юга извилистой дороге. Марти подошел к нему, достал фонарик и посветил через боковое окно. Покачав головой, он вернулся к Клэр и Горману.

- В машине никого, - сказал он.

- Барышне многое придется объяснить, - пробормотала Клер.

- Брайану тоже, - сказал Горман.

А сам подумал: Миллион долларов - коту под хвост!

Они прошли по дороге до подножия холма, пересекли овражек и приблизились к углу ограды Дома Зверя. Марти шел впереди, пробираясь сквозь тянущийся вдоль ограды подлесок и освещая лучом фонарика находящийся по правую сторону лесистый склон.

- Дженис? - крикнул он.

Клэр положила руку ему на плечо.

- Не надо, - сказала она.

- Дженис!

- Выходи, мы ничего тебе не сделаем!

- Здесь тебя никто не слышит. Только те, в доме…

Горман увидел, что женщина смотрит на дом сквозь прутья ограды.

- Думаю, как раз об этом беспокоиться не стоит.

В следующее мгновение Горман обнаружил, что сам вглядывается в темное крыльцо дома. Он перевел взгляд на его окна. Сколько же тут окон! И эркер прямо напротив, и несколько створчатых окон вдоль стены чуть поодаль, и три пары окон на втором этаже, и одно высокое чердачное окно под самым пиком крыши, и еще одно, под куполом башни. Все черные и безжизненные. Налитые злобой глаза, - подумал он, вспоминая слова, что наговаривал на диктофон во второй половине дня. Он нередко ловил себя на том, что слишком сильно ударяясь в красноречие, порой начинает выдавать полную чепуху. Но сейчас было три часа ночи, и он внезапно пожалел, что не остался в своей уютной постели в номере отеля; ему и впрямь начало казаться, будто кто-то наблюдает за ними из этих окон.

Он заставил себя отвести взгляд. Он смотрел на сорняки под ногами, на спину Клэр, на луч фонарика Марти, обшаривающий кусты и деревья на склоне. И чувствовал себя так, словно идет по темной улице, слыша крадущиеся шаги за спиной и боясь того, что увидит, если осмелится обернуться. Но он обернулся. И снова посмотрел на окна. И хотя они зияли чернотой, он почувствовал, как по спине бегут мурашки.

Завтра, если они решат отправиться на экскурсию, ему придется туда войти. От этой мысли его пробрал озноб. Может, забыть обо всем и просто отказаться от проекта? В конце концов, сегодняшняя катастрофа урезала их куш вдвое.

Половина, - сказал он себе, - куда лучше, чем ничего. Книга станет хитом, он ни капельки в этом не сомневался. После «Ужаса» уже одно его имя на обложке гарантирует высокие продажи. А у этой истории о Доме Зверя еще и громаднейший потенциал. Она в два счета обойдет «Ужас». Он будет дураком, если откажется от этой затеи. Нужно просто собраться с духом и отправиться на экскурсию.

При свете дня этот дом не такой уж и жуткий. Кроме того, он пойдет туда вместе с Брайаном. Скорее всего, с ними будут еще несколько экскурсантов. И, естественно, во время экскурсии ничего не случится.

- Марти! - ахнула Клэр.

Внезапно мужчина припустил со всех ног. Он направлялся к углу ограды. Клэр неслась следом.

- Марти! - кричала она. - Что там?

Он не ответил.

Горман поспешил за ними. До угла оставалось всего несколько шагов.

Рехнулись они, что ли? - недоумевал он.

Ему совершенно не хотелось оставаться позади. Одному.

Он пытался догнать их, как вдруг нахлынуло давно забытое, но такое знакомое чувство отчаяния и унижения. Отголосок игр детства, в которых он слишком часто выступал в роли жертвы. Эй, бежим от него! Убегаем от Гори! Давайте бросим его тут! Казалось, его приятелям только и надо, что бросить его, оставить далеко позади, одинокого и потерянного.

Горман, конечно, понимал, что никто его не бросает - просто Марти что-то увидел. Но ужасное чувство отчаянья никуда не делось, и слезы застили ему глаза, когда он изо всех сил пытался нагнать бегущих.

- Подождите! - выдохнул он.

Они не стали ждать.

Но, внезапно, оба остановились.

Чтобы остановиться самому, Горману пришлось ухватиться за один из прутьев ограды. Задыхаясь, он вытер слезы с глаз.

- Господи Иисусе, - пробормотал Марти.

Клэр отшатнулась в сторону, согнулась пополам и ее начало рвать.

Марти направил луч фонарика вверх. Горман проследил за лучом.

Ноги Брайана свисали по обе стороны ограды. Он был обнажен. Он лежал на спине. Тело выглядело так, словно его с силой швырнули на заостренные пики ограды. Горман увидел, куда вошла одна из пик, и почувствовал, как сжалось очко. Остальные насквозь пробили тело по всей длине. Последняя вошла в затылок. Левая рука свисала под неестественным углом. Горман понял, что она перебита в локте.

Луч фонарика Марти скользнул по всей длине ограды. Горман проследил за ним. Других тел на пиках не оказалось. Мужчина повернулся к склону.

- Дженис? - закричал он.

Луч фонарика заметался среди сорняков и кустарников, пока не остановился на чем-то в тридцати футах от них.

Смятое одеяло. Разбросанная одежда.

Истерически выкрикивая имя дочери, Клэр бросилась к склону. Она карабкалась наверх, падая на колени, ползя вперед и снова поднимаясь. Марти ринулся за ней.

Горман остался стоять. С мгновение он наблюдал за ними, потом перевел взгляд на труп. Все тело болело, как будто эти пики вонзились в него самого. Больше всего на свете ему хотелось убежать, но одна мысль о беге в полном одиночестве, в кромешной тьме, наполняла его ужасом. Его всего трясло. Он ухватился за один из прутьев ограды, чтобы не упасть. Холодный металл был влажным и липким. Он отдернул руку и посмотрел на него. В бледном лунном свете мазки на решетке казались черными. Он поднял глаза на тело Брайана.

Внезапно, ужас отступил.

Чистой правой рукой он полез в карман и достал диктофон. Затем включил его.

- Я говорю это, стоя под телом Брайана Блейка - своего друга, своего коллеги, человека, пережившего кошмар в Блэк-Ривер Фоллс лишь для того, чтобы принять ужасную смерть от рук Малкасского Зверя. Судьба настигла его глухой ночью, в то время…

- Харди! Будь ты проклят, а ну живо сюда!

Он кивнул и отошел от ограды. Прежде чем начать подниматься по склону, он положил диктофон в карман. Но выключать не стал. Если бы только у него хватило духу начать записывать с того момента, как Марти и Клэр вошли в его комнату! Конечно, тогда он понятия не имел, что эта ночная встреча приведет к такой замечательной трагедии.

Брайан убит зверем. Еще и так варварски. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Книга станет просто бомбой!

Мало того: с Брайаном не придется теперь делиться.

Невероятно!

А если где-то поблизости еще и обнаружится хорошенечко так разделанный трупик Дженис… Родители наверняка постараются отжать ее часть выручки, но не факт, что суд эти требования удовлетворит.

- На это посмотри, ублюдок! - закричал Марти, светя лучом фонарика на землю.

Горман узнал куртку Брайана. Одежда была раскидана повсюду: свитер, лифчик, ковбойские сапожки, джинсы, трусики. Скомканное одеяло потемнело от крови.

- Судя по всему, - сказал Горман, - они…

- Заткнись!

Клэр всхлипывала где-то в отдалении, пробираясь через кусты.

- Я сожалею, - сказал Горман. - Клянусь, я понятия не имел, что они…

- Это ты втянул ее во всю эту чертовщину, мать твою! Я убью тебя, если она…

- Может быть, с ней все в порядке. Может, она убежала.

- Молись, чтобы так и было, - oтвернувшись, Марти заорал: - Дженис! Дже-е-е-е-е-е-е-е-э-э-энис!!!

Горман присел и поднял с земли фотокамеру Брайана. Вспышка была на месте. Он снял с объектива крышку и поднес камеру к глазу. Глядя в видоискатель, взял в кадр одеяло, джинсы и трусики девушки. Щелкнул. В быстрой яркой вспышке он успел разглядеть, что розовые трусики и синие джинсы забрызганы кровью не меньше, чем выцветшее голубое одеяло. Аппарат загудел, подготавливая следующий кадр.

Фотографии в «Ужасе» были черно-белыми. Горман решил, что для этой книги обязательно настоит на цветных снимках. Уж для издания в твердой обложке - точно.

Он навел камеру на сапожки Дженис. Они лежали, соприкасаясь каблуками.

Потрясающе.

Она умерла без сапог.

Пока он нащупывал кончиком пальца кнопку спуска, в объективе возник Марти и врезал Горману кулаком в живот. Удар вышиб из того дух и поверг на спину. Камера вылетела из рук. Спиною Горман больно ударился о склон. Ноги взлетели в воздух, он перекувыркнулся и заскользил вниз на животе. Ему удалось ухватиться за сорняки и остановиться. Сквозь хриплую одышку он услышал, как Клэр кричит, чтобы Марти прекращал.

Мужчина неумолимо спускался.

- Нет! - вскрикнул Горман.

Марти с разбегу пнул его в голову. Горман зарылся лицом в сорняки и почувствовал, как ботинок просвистел над затылком. Подняв глаза, он увидел, что от удара мужчина потерял равновесие. Взмахнув руками, Марти рухнул наземь. Он приземлился на задницу и съехал вниз, краем ботинка ободрав Горману ухо.

Горман вцепился в ботинок и резко вывернул. Послышался хруст разрывающегося хряща. Марти содрогнулся от боли и что есть мочи заорал.

- Марти! - воскликнула Клэр. И начала спускаться.

Через несколько секунд она ввяжется в драку. Двое против одного. Нечестно же!

Он подтянул Марти за ногу к себе и кулаком ударил в пах.

- Оставь его в покое! - закричала Клэр. - Не тронь его, сволочь!

Она была уже в нескольких ярдах.

Горман нащупал увесистый булыжник - размером с хороший кокос - и обрушил его на лоб Марти. И почувствовал, как промялся череп.

Клэр захныкала. Она попятилась обратно наверх, мотая головой и балансируя руками.

Горман встал на колени.

- Все хорошо, - сказал он ей. - Не бойтесь. Мы отвезем его к врачу.

Клэр резко развернулась и припустила вверх по склону.

Горман кинулся за ней.

- Не убегай! - кричал он. - Если ты убежишь, я один не смогу помочь Марти! Постой!

Она продолжала бежать.

- Да стой же, черт возьми! Ничего я тебе не сделаю!

Ее нога приземлилась на сапожок Дженис. Она пошатнулась, но на ногах устояла.

Горман швырнул камень. Тот угодил ей между лопаток и отскочил. Клэр упала, кубарем скатилась вниз по склону и растянулась у ограды, но тут же попыталась подняться. Горман прыгнул ей на спину, припечатав к земле своим весом. Схватившись за волосы, он повернул ее голову лицом к себе и принялся бить правым кулаком. Положение было неудобное. Он не мог вложить в удары должной силы. Но он бил - снова и снова, удар следовал за ударом. Она рыдала и извивалась, пытаясь спрятать лицо. Когда ей, наконец, удалось схватить его за запястье, он резко высвободил его и вонзил ей локоть в плечо. От этого все ее тело пробила дрожь, и он принялся избивать ее локтем, заставляя корчиться и кричать. В конце концов, он отбил локоть. Рука онемела.

Не выпуская волос Клэр, он привстал с ее спины и пересел на ягодицы. Ее слабые корчи его не беспокоили. Он знал, что вышиб из нее дурь. Но понятия не имел, чем ее добить. Встряхивая рукой, чтобы прошло онемение, он окинул взглядом залитую лунным светом землю и не обнаружил поблизости ни одного камня.

Она извивалась под ним.

- Угомонись! - рявкнул он, рванув ее за волосы. - И кончай гундеть.

Спустя мгновение рука отошла. Он запустил пальцы в сорняки возле тела Клэр и нащупал садовый колышек. Не намного толще карандаша и не особенно острый. Ладно, авось сгодится.

Схватив его, словно нож, Горман с размаху ударил женщину в шею, прямо под правым ухом. Колышек соскользнул вперед, прорыв борозду в ее коже. Клер заорала и исступленно задергалась. Горман ударил снова. На сей раз колышек вошел на пару дюймов, оставив приличную рану. С третьим ударом - вошел глубоко. Крики женщины перешли в настоящий вой. Она бешено корчилась и извивалась, когда он пропихивал колышек вглубь. Он вытащил его и ударил еще раз. Он продолжал вгонять его, все глубже и глубже, даже когда крики оборвались и тело под ним замерло.

Наконец, он слез с нее. Рукав пиджака был забрызган кровью. Он вытер руку о задний карман ее джинсов.

Похлопав себя по карманам, он убедился, что не выронил во время борьбы бумажник или диктофон.

Диктофон. Он вытащил его. Боже правый, все это время он был включен. Теперь придется уничтожить ленту.

Придется избавиться и от одежды - уничтожить всю до последней нитки. Но это может подождать.

Он поднял брюки Брайана. Оттуда выпорхнули трусы. Он порылся рукой в его кармане и нащупал ключи от машины. Побродив по склону, отыскал камеру. Наконец, склонился над телом Марти. Контракт лежал в кармане рубашки. Он достал его. Сам не понимая зачем, он взял у Марти и ключи.

Потом он поспешил к ограде. Последний раз взглянул на распяленное тело Брайана и бросился бежать.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Утренний воздух слегка освежал лицо Тайлер, но телу под одеялом было тепло и уютно. Перевернувшись, она зарылась лицом в мягкую теплую подушку.

Чириканье и переливистые трели птиц за окном пробуждали воспоминания о далеких летних деньках, когда она точно так же лежала в мягкой уютной постели по утрам, разрываясь между желанием понежиться подольше и поскорее оказаться на улице. Ее манили приключения: выставка комиксов (она тогда здорово пополнила свою коллекцию!), бег наперегонки с Салли, Хуссом и Лореттой, пикник на берегу озера, исследования…

Исследовать было лучше всего: отправиться куда-нибудь по извилистой лесной тропинке, на велике или пешком, пересечь железнодорожные пути и двигаться дальше, куда глаза глядят.

Позднее, каждое утро стало приносить почти болезненные переживания, когда она не могла дождаться, чтобы сесть на автобус и поехать в общественный бассейн, где практиковался в плавании на спине Скип Робинсон - быть может, на этот раз он ее заметит! И он, наконец, заметил. И каким же он оказался застенчивым! А еще от него всегда пахло «Коппертоном».

А от Эйба пахнет «Брутом». Она выгнулась на кровати, вспоминая, прикосновение его тела, когда он обнял ее прошлой ночью. Они обнимались на крылечке, точно влюбленные школьники, в то время как Нора решительно увлекла Джека в свой номер. Если бы она тоже пригласила Эйба к себе, сейчас он был бы с ней. Вместо этого они просто разошлись по номерам. Тайлер пожалела об этом уже тогда, испытав ноющее чувство потери.

Я же его почти и не знаю, - подумала она.

Но из головы никак не хотел выходить Дэн. Она приехала отыскать Дэна, и отдаться Эйбу было бы предательством.

И все равно она жалела.

Она ничем не обязана Дэну. Они сделали свой выбор пять лет назад, а если сегодня ей удастся его найти (в Доме Зверя?), что ж, тем лучше. Мысли о Дэне не должны ее останавливать.

Но не только это остановило ее вчера. Еще и осознание, что сегодня им с Эйбом придется проститься навсегда и никогда не встретиться вновь. Он с Джеком поедет на север, она с Норой - на юг. Если бы этой ночью они занялись любовью, расставание сделалось бы в разы тяжелее.

Думая об этом, она ощутила опустошенность и чувство потери, будто он уже уехал.

У нас есть еще целый день, - сказала она себе.

Вчера ночью они договорились встретиться перед завтраком. А что потом? Экскурсия в Дом Зверя? Кажется, Нора рвется туда сходить, и если Эйб с Джеком к ним присоединятся… По крайней мере, они смогут подольше побыть вместе.

Эйб, я хочу познакомить тебя со своим старым другом, Дэном Дженсоном. Дэн, это Эйб Клэнтон.

Тайлер? Поверить не могу, это действительно ты. Боже мой, дай-ка мне получше на тебя посмотреть. Красавица! Еще и сбросила несколько фунтов, да?

Горящими от ревности глазами Эйб смотрит, как Дэн заключает ее в объятия, и медленно начинает уходить. Нет, постой!

Слишком расстроенная, чтобы дальше нежиться в постели, Тайлер встала. Распахнула занавески и выглянула в окно. Сердце екнуло. На крыльце своего коттеджа, расположенного через дорогу от ее, упершись локтями в колени и опустив глаза, сидел Эйб. Утренний ветерок трепал его волосы. Он хмурился, погруженный в свои мысли. Неужели обо мне? - подумала она.

Ну да, конечно. Не льсти себе.

Но все-таки!

Господи, какой у него грустный и измученный вид.

Поражаясь своей смелости, Тайлер отошла от окна и, накинув халат прямо на ночную рубашку, подошла к входной двери. Как только она открыла ее, Эйб поднял глаза. Его мрачное лицо тут же расплылось в улыбке.

- Доброе утро, - сказала Тайлер.

- Доброе.

- Не спится?

- Ага.

- Как насчет чашечки кофе?

- Как я могу отказаться?

Он встал и отряхнул джинсы. Они были старыми, изрядно потертыми на коленях, края штанин обтрепались. Зато сапоги были как новенькие. Белая футболка в обтяжку подчеркивала объем и рельефность мышц.

Тайлер подумала, что под своим халатом и ночной рубашкой она абсолютно голая.

Да ладно тебе, - подумала она.

Тем не менее, она кожей ощущала прохладный ветерок, обдувающий ноги. Соски выпирали под ночной рубашкой. Слегка задыхаясь от волнения, она отошла от двери, чтобы пропустить Эйба.

- Ну, - сказала она, стараясь сохранять спокойный тон, - как спалось? Надеюсь, Бобо не снился?

Он посмотрел ей в лицо:

- Я спал отлично. А ты?

- Как бревно.

Она вспыхнула под его взглядом и отвернулась. Коленки дрожали, когда она вошла в комнату, сняла с плиты кофейник и вместе с ним направилась в ванную. Она наполнила его водой и принесла обратно. Вставляя шнур в розетку, она почувствовала, как сзади к ней подошел Эйб, и повернулась к нему лицом.

- Это займет всего несколь…- начала было она, но тут же замолчала и посмотрела ему в глаза.

Он погладил ее по щеке ладонью:

- Я скучал по тебе.

Тайлер попыталась что-то сказать, но горло словно стянуло. Вместо этого она скользнула в его объятья и поцеловала его.

Эйб обнял ее - гораздо крепче, чем прошлой ночью, словно они встретились после долгой разлуки, и ему необходимо ощущать ее тело, чтобы убедиться, что она снова с ним. Через мгновение он ослабил объятия. Его руки заскользили вверх-вниз по ее спине.

Тайлер захотелось скинуть с себя халат и ночную рубашку, чтобы почувствовать его руки на обнаженной коже. Но он легонько похлопал ее по заду и отстранился.

Тайлер развязала узелок на поясе халата и распахнула его, взяла Эйба за запястья и положила его руки себе на грудь. Теперь она ощущала тепло его рук сквозь тонкую ткань ночной рубашки. Ее дыхание участилось, когда он ласкал и нежно сжимал их. Затем он запахнул халат и, притянув Тайлер к себе за лацканы, поцеловал в губы. И улыбнулся:

- Пытаешься меня соблазнить?

- Такая идея приходила мне в голову.

- Бесстыдница, - сказал он.

- Да, я такая.

- А что насчет твоего друга, Дэна?

Ее желудок сжался.

- А что насчет него?

- Ведь вы же проделали весь этот путь ради того, чтобы его найти.

- Да, но…

- Если мне придется потерять тебя, когда вы встретитесь с этим парнем, то я не хотел бы… заходить дальше. Поверь, я очень хочу тебя. Не заставляй меня страдать.

- О, Эйб, - прошептала она.

Его лицо стало размытым из-за навернувшихся на глаза слез. Она подошла к нему и крепко обняла.

- Ну вот, здорово, - сказал он, поглаживая ее волосы. - Давай-ка лучше оденься, а я пока приготовлю кофе. Ты же пригласила меня на кофе, помнишь?

Тайлер кивнула. И вытерла глаза.

- Только не раздевайся при мне, ладно?

Она улыбнулась:

- Черт, сорвал мой план.

- Мне бы экстрасенсом работать.

- Неужели не хочешь взглянуть, от чего отказываешься?

- Нет, иначе не сдержусь.

- Ну, ты и впрямь экстрасенс.

Эйб тихо рассмеялся и покачал головой.

Тайлер прошла мимо него. Он смотрел, как она склонилась над кроватью и вытащила из-под нее чемодан.

- Я думала, ты собирался приготовить кофе.

- Какой ты предпочитаешь?

- Просто черный.

Но он так и не отвернулся. Тайлер достала вельветовые брюки, желтую блузку, тоненький бюстгальтер, который носила вчера вечером и свежую пару трусиков. Все это она показала Эйбу:

- Не против, если сегодня я оденусь в это?

- Отнюдь.

Она одарила его застенчивой улыбкой:

- Дэну никогда не нравились эти штуковины, - сказала она, бросив бюстгальтер на кровать.

- А в тебе есть чуток жестокости, - сказал Эйб.

- Думаешь? - взяв остальную одежду, она направилась в ванную. - Та-да! - пропела она и закрыла дверь.

Запершись, прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. Она все еще чувствовала его объятия, его губы, нежные прикосновения к груди. “Поверь, я очень хочу тебя”. Боже, неужели он действительно это сказал? Да, именно это он исказал! Она обнаружила, что одновременно плачет и улыбается. “Если мне придется потерять тебя, когда вы встретитесь сэтим парнем…”

Не беспокойтесь об этом, мистер Абрахам Клэнтон.

- Тайлер Клэнтон.

Она прошептала эти два слова.

Ради Бога, вот только не надо сходить с ума.

Но она чувствовала себя именно что сумасшедшей: счастливой, виноватой и растерянной - в одном флаконе. Он хочет меня, но насколько это серьезно? Что будет дальше?

Дальше будет завтрак. Завтрак, и сразу же после него - экскурсия в Дом Зверя, и встреча с Дэном (Боже, что я ему скажу?) А что потом? Может быть, обед? Что будет, когда придет время расставания? Не думай об этом. Не сейчас. Не пили сук, на котором сидишь. Может, мы все решим остаться еще на одну ночь. Или на две. Или…

- Кофе готов, - послышался из-за двери голос Эйба.

- Уже выхожу, - сказала она.

Быстро скинув с себя халат и ночную рубашку, она воспользовалась туалетом, умылась, почистила зубы, спрыснула подмышки дезодорантом и оделась. Полупрозрачная блузка (без лифчика) заставила ее почувствовать себя смелой и сексуальной. К счастью, над каждой из грудей у блузки имелся карман. Она подошла к зеркалу и, осмотрев себя, прошептала:

- Хорошо выглядишь.

Она расстегнула еще одну пуговицу, чтобы открыть декольте.

Нора наверняка расстегнула бы еще одну.

Она задумалась на мгновение, потом покачала головой.

Эйб улыбнулся, когда она вышла из ванной.

- Очаровательна, - сказал он.

Она посмотрела на блузку:

- Дэну всегда нравилось, когда я в желтом.

Эйб окинул ее странным взглядом. Видимо, что-то заподозрил. Но разве он не виноват в этом сам, первым начав дразнить ее? Что ж, теперь ее черед. По крайней мере, на некоторое время.

Он вручил ей пластиковый стаканчик с кофе, от которого все еще шел пар.

- Пока ты одевалась, заглядывала Нора. Они уже собрались.

Тайлер глотнула кофе и сморщила нос.

- Я сказал ей, что мы тоже скоро выйдем.

- Вот и хорошо, - oна поставила свой кофе на туалетный столик, присела за него, сделала глоток и занялась прической. Эйб стоял сзади и смотрел на нее. - Джек с ней? - спросила она и увидела в зеркале, как он кивнул.

- Счастливчик Джек, - сказал он.

- Счастливица Нора.

Эйб поставил свой стаканчик и положил руки ей на плечи, нежно поглаживая. Она слегка застонала.

Раздался тихий стук. Он отпустил ее плечи, пересек комнату и открыл дверь.

- Ну что, готовы? - спросила Нора, входя в комнату. Вслед за ней вошел Джек. - Мы подумали, что неплохо будет позавтракать где-нибудь в городе. Как вам такая идея?

- С радостью, - сказала Тайлер, вставая.

На Норе был топик, открывающий верхнюю часть груди. На плече, в том месте, куда ее вчера ударил антенной тот тип, краснела уже едва заметная полоса. Кожа розовела, а волосы были влажными. Видимо, недавно из душа, - подумала Тайлер. Кожа Джека тоже была слегка розоватой. Неужели они принимали душ вместе? Занимались любовью под горячей струей?

Мы с Эйбом могли бы…

- Взяла ключ от номера? - спросил ее Эйб.

Она кивнула, указывая на свою сумочку.

Они вышли на улицу, в тенистую утреннюю прохладу. Тайлер приобняла Эйба за спину.

- Сейчас бы укутаться, - сказала Нора. - Чтобы как сосиска в тесте.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Они преследовали Гормана во сне. Он мчался вниз по залитому солнцем склону, хохоча и потрясая над головой контрактом.

- Не догонишь, не поймаешь! - распевал он.

Он знал, что и не догонят, и не поймают. Он несся на всех парах, а Марти и Клэр ковыляли, словно лунатики. Нет, словно зомби. Тут до Гормана дошло, что они и впрямь зомби. Это слегка подпортило ему настроение: ну как все-таки сцапают? Никогда не знаешь, на что способны зомби.

Он понял, что они висят у него на хвосте, но тут у них обнаружились дела поважнее. Марти самозабвенно раздирал зубами пару розовых трусиков, а Клэр выковыривала себе глаз затупленным колышком.

Вот тут я ни при чем, - подумал он. - Ты, голубушка, сама себя изувечила.

Посмотрев вперед, он увидел Брайана, машущего ему рукой с вершины ограды. Джейнис тоже была там - насадившись причинным местом на пику, она сладострастно извивалась, отсасывая Брайану член. Она увидела Гормана и села.

- Эй! - завопила она. - Это же мой контракт!

- Что имеем - не храним, потерявши - плачем! - прокричал он в ответ, помахав перед ней бумагой.

- Ну его, - сказал ей Брайан. - Соси дальше.

Пожав плечами, она наклонилась и снова взяла в рот.

Горман отвернулся и помчался вдоль ограды. Оглянувшись, увидел Марти и Клэр. Они уже наступали ему на пятки, но что с того? Он бежит, а они тащатся. У Марти изо рта свисали изгрызенные трусики. У Клэр один глаз болтался на щеке, и теперь она усердно выковыривала колышком второй. Пускай ковыряет, - подумал Горман, - хрен потом меня найдет.

Тут он споткнулся о край ванны. И упал в воду. Вода была красной. Обнаженная женщина в ванне протянула руки, чтобы схватить его. Ее запястья были вскрыты крест-накрест. Марта! Он упал на нее, затем упал еще раз, и еще раз, и еще…

- Оставь меня в покое! - заверещал он и проснулся.

Комнату заливал яркий солнечный свет. Тяжело дыша, он уставился в потолок. Потом взял подушку и вытер пот с лица.

Боже мой, - думал он. - Приснится же такое.

Он взглянул на часы. Девять двадцать. Он пробыл в постели не более трех часов. Правда, он немного поспал до того, как к нему постучались Марти и Клэр.

Боже, если бы только ВСЕ оказалось сном.

Он подполз к краю кровати и сел. Синяк на животе, куда ударил Марти - он первый начал! - походил на грязное пятно. На тыльной стороне руки осталось несколько царапин, но он даже костяшки не содрал. Он придвинулся к зеркалу над туалетным столиком и осмотрел свое лицо. Не считая налитых кровью глаз, выглядел он вполне прилично.

Он пошел в ванную. Нагнувшись над ванной, внимательно изучил эмалированное покрытие, в поисках следов крови. Особенно тщательно осмотрел место вокруг слива. Ванна выглядела чистой. Но все-таки, следовало еще разок ополоснуться в океане, прежде чем возвращаться в номер и принимать душ.

Он включил душ, отладил температуру и шагнул под горячую струю. Стоя под бодрящим потоком воды, он обдумывал каждую деталь. Не упустил ли чего?

Контракты? Он сжег оба, а пепел спустил в сортир.

Пленка? Он вскрыл кассету, достал из нее пленку, поджег и держал над унитазом, пока она горела, испуская жирный черный дым.

Диктофон? Поскольку он касался его корпуса окровавленными руками, диктофон должен был исчезнуть. И он исчез. В океане.

Фотоаппарат? Та же проблема. То же решение.

Одежда? Сорвав ее с себя, он завязал в каждую вещь по камню и закинул в бушующий прибой. Для обуви и камней не потребовалось.

Автомобили? Решением этой проблемы Горман гордился, считая его блестящим и дерзким. Беря у Марти ключи, он даже не представлял, на что они ему. Но где-то, видимо, в глубине подсознания, у него уже складывался четкий план. И на поверхность он всплыл не раньше, чем Горман добрался до автомобилей.

Поскольку он не мог рисковать, оставляя в «Мерседесе» следы крови Клэр, он оставил его на месте, и доехал до пляжа на машине Марти. Ему очень повезло - он сразу же нашел пляж; туда вело западное ответвление дороги. Проехал по залитой лунным светом дорожке вдоль склона и вуаля: вот тебе и океан.

Прощай, диктофон, прощай, камера, прощай, одежда! Паршивее всего было отмываться в океане. Хотя нет, всего паршивее было возвращаться потом к автомобилю Марти - мокрым, голым, озябшим, опасаясь попасться кому-нибудь на глаза. Пляж, однако, был пустынен, а единственное здание, откуда его могли заметить, не имело окон.

Под передним сиденьем автомобиля он отыскал тряпку и вытер ею сиденье и рулевое колесо на случай, если там остались следы крови. Позже, припарковав машину прямо за «Мерседесом», он этой же тряпкой оттер салон от отпечатков пальцев. Покончив с этим, он протер ручки машины снаружи и забросил ключи далеко в лесную чащу. После чего сел в «Мерседес» и поехал обратно в мотель. Голышом. Через центр города. Слава Богу, по пути не встретилось ни души, а ни в одном из бунгало «Милости просим!» не горел свет.

Вспоминая все это сейчас, он сам поражался, как блестяще все провернул, не позволив вполне естественной в такой ситуации панике себя погубить. Ему бы крышка, не прими он перед бегством мер предосторожности.

Теперь Горман был совершенно уверен: даже если на него и падут какие-то подозрения, он не оставил ни единой улики, могущей их подтвердить. Мало того: следствие обязательно припишет убийства Брайана, Марти и Клэр одному убийце. Всем ясно, что Горману не под силу насадить тело Брайана на пики семифутовой ограды.

Только одно беспокоило его теперь - что его могли видеть. Дженис ведь они так и не нашли. Что, если она выжила и, находясь где-то на склоне холма, стала свидетелем убийств? Возможно, но едва ли, поскольку во время ее поисков она так и не появилась и даже не отозвалась. Вероятнее всего, она давно мертва. Беда в том, что убийства Горман совершил совсем рядом с Домом Зверя. Что, если кто-то видел все из окна? Впрочем, будь оно так - полиция перехватила бы его возле машин. Поскольку никакой полиции не появилось, он мог предположить, что либо его никто не видел, либо свидетель смолчал, дабы скрыть собственные преступления - убийство Брайана и Дженис.

Мысль, что убийцы могли за ним наблюдать, заставила Гормана поежиться. Он почувствовал, что его трясет. Мошонка заныла, а пенис резко скукожился.

Это кто же мог проделать такое с Брайаном? Тут нужна силища немеренная!

Возможно, - подумал он, - это все-таки был зверь.

Горячий душ стал вдруг не в радость. Горман смыл мыло и вышел из ванны. Вытираясь и одеваясь, он, чтобы взять себя в руки, старался думать о хорошем, например, о свалившейся на него удаче.

Убийца, будь то человек или зверь, оказал ему невероятную услугу. Если даже Горман и не сможет описать этот инцидент в своей книге - это уж как пойдет расследование - вся прибыль теперь достанется ему одному. Вся, до последнего цента. Если даже произойдет чудо, и Дженис объявится, все контракты уже уничтожены. Переписка вроде тоже не предполагала никаких обязательств (возможно, все-таки лучше найти письма и уничтожить… ужасно рискованно… зачем он выбросил ключи Марти?), но Дженис, в любом случае, ничего не сможет добиться без самого контракта.

Кроме того, она мертва.

Пожалуйста, пусть она будет мертва.

Закончив возиться с пуговицами рубашки, он услышал стук в дверь - тихий, вежливый, но у Гормана все равно скрутило живот. Стучались к Брайану. Горман сделал глубокий вдох, постарался взять себя в руки и прошел через смежную дверь. Обе кровати в комнате Брайана были застелены. Он подкрался к ближайшей, сорвал и скомкал одеяло, взбил подушку. После чего открыл дверь.

- Доброе утро, мистер Харди! - радостно сказала стоявшая на пороге женщина.

Она была молода и хороша собой - рослая, хорошо сложенная и очень сексуальная в своих желтых шортиках и зеленом топике, обнажающем плечи и обтягивающем грудь. Горман вспомнил, что раньше уже где-то ее видел. И тотчас же вспомнил, где. В коктейль-баре. Вчера вечером. Одна из тех двух библиотекарш.

- О, - сказал он, улыбаясь. - Нина, верно?

- Нора.

- Как вам это прекрасное утро, Нора?

- Просто потрясающее. А вам?

- Лучше и быть не может, - oн сделал глубокий вдох. Теплый воздух был напоен ароматом сосновой хвои. - В такие чудесные деньки особенно ценишь жизнь.

- Ну, жизнь, положим, ценится всегда, - сказала Нора. - Ладно, на самом деле я зашла потому, что вы вчера упомянули, будто намерены сегодня сходить на экскурсию. В Дом Зверя, да?

- Да, я туда собирался.

- Дело в том, что и мы с друзьями хотим туда наведаться. Первая экскурсия начинается в половине одиннадцатого. Вот мы и подумали, не желаете ли вы с мистером Блейком составить нам компанию?

Горман взглянул на часы. Без восьми десять. Вообще, подумал он, было бы неплохо пойти на экскурсию хоть с кем-то знакомым. Гораздо лучше, чем бродить по этому жуткому дому в сопровождении незнакомцев.

- С удовольствием, - ответил он. - А вот насчет Брайана не уверен. Он куда-то запропастился, и я не имею ни малейшего понятия, когда ему придет в голову вернуться.

Нора посмотрела на «Мерседес»:

- Думаете, он пошел прогуляться?

- Наверняка, - Горман пожал плечами. - Тем хуже для него. Я с радостью…- oн цокнул языком. - О, есть идея. Что, если мы все встретимся возле билетной будки?

- Отлично. Здорово.

- В десять тридцать, верно? Мне лучше тогда начать собираться.

Нора улыбнулась и кивнула:

- Хорошо, увидимся там.

Она развернулась и пошла прочь. С мгновение Горман мог наслаждаться видом ее упругих ягодиц под обтягивающими шортами.

Вернувшись в номер, он откупорил бутылку джина и сделал глоток. Затем отыскал в ящике прикроватной тумбочки телефонный справочник. Не выпуская из руки бутылку, пролистал справочник в поисках «желтых страниц».

Под заголовком «Фотоматериалы и оборудование» нашлось несколько адресов и телефонов. Большинство магазинов в списке располагалось достаточно далеко: справочник охватывал весь округ. В самой Малкаса-Пойнт нашелся лишь один магазин, «Аудио, видео- и фотооборудование у Боба» Фронт-Стрит, 300.

- Ну здорово, - буркнул Горман.

Сделал последний глоток джина и поспешил к машине.

Пять минут спустя он уже проехал мимо магазина. Запомнив местоположение, он продолжил путь по Фронт-Стрит, миновал грунтовую дорогу, по которой вернулся с пляжа всего несколько часов назад, и повернул голову, чтобы посмотреть на территорию Дома Зверя. Его взгляд скользил вдоль ограды, пока не уперся в дом. Проехав еще вперед, он принялся рассматривать ограду с другой стороны. Так он и ехал, глядя через плечо, пока забор не скрылся из виду за холмом. Он был уверен, что осмотрел всю ограду. Тело Брайана исчезло. Двух других он тоже не заметил, но увидеть их с такого расстояния все равно невозможно.

Он ожидал увидеть толпу полицейских, но территория выглядела совершенно безлюдной.

Возможно, они уже осмотрели место преступления и уехали. Хотя вряд ли. Наверное, они сейчас прочесывают всю округу в поисках свидетелей.

Он продолжал движение вверх по дороге. Старый «Плимут» Марти так и стоял в тенечке - точно там, где Горман его и оставил. И никаких полицейских машин. Даже фургончика коронера нет.

Он проехал за поворот и развернулся. Возвращаясь вниз по дороге, он продолжал всматриваться в лесистый склон. Когда в поле зрения возникла ограда, он перевел взгляд на нее. Отсюда она была как на ладони, вплоть до дальнего угла.

Сомнений не оставалось.

Тела убрали.

Но кто, полиция? Он так не думал.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Дженис повернулась во сне и упала. Проснулась, но боль, терзавшая тело, словно осколки стекла, никуда не делась. Она неподвижно лежала на боку, зажмурившись и тяжело дыша.

О, Боже, - подумала она, - до чего больно.

Она захныкала от нового прилива жгучей боли где-то внутри и свернулась калачиком, уткнувшись коленями во что-то мягкое.

Что со мной?!! - вопило все ее существо.

Схватившись за живот, она обнаружила на нем какую-то ленту. Дрожащими пальцами ощупала ее. Повязка? Она заканчивалась чуть ниже ребер. Переместив ладонь выше, она нащупала точно такую же ленту на нижней стороне левой груди. Повязка пролегала чуть выше соска, покрывала верхнюю часть груди и плечо. Под ней чувствовалось сильное жжение. Другое плечо тоже было перевязано. Правая грудь была обнажена, но вся в синяках. Еще одна повязка проходила по боку до самого бедра. Там она обнаружила эластичный пояс. Она коснулась пальцами паха и нащупала там толстую гигиеническую прокладку.

Что со мной произошло?

Изнасиловали. Должно быть, ее изнасиловали. Ужасно болит внутри. Господи, чем это он ее, поленом, что ли?!

Она начала всхлипывать, отчего все тело пронзила дикая боль.

Кто это со мной сделал? Боже, ну почему?

Брайан? Это сделал Брайан? Она помнила, что была с ним, и чем они занимались, но… он что, охренел?

Где я? В больнице?

Здесь не пахло больницей, здесь смердело зоопарком. И она понимала, что лежит не на кровати. Она лежала на полу, ощущая голой кожей мягкий ворс ковра.

Она открыла глаза. В голубом свете увидела рядом груду подушек. Очевидно, с них и сверзилась.

Голубой свет. Подушки.

Где я?

Очень осторожно, стискивая зубы, когда накатывала боль, Дженис поднялась на четвереньки и заставила себя встать. Ее шатало, и она вскинула руки, чтобы удержать равновесие. Затем медленно повернулась.

Ни души. Я здесь одна.

Комната была чуть меньше ее спальни. Подняв глаза, она увидела, что потолок покрыт зеркалами. Не считая ковра и подушек, комната была пустой. Ни мебели, ни окон…

Нет окон!

Дом Катчей?!!

- О, Господи, - прошептала она.

Вздрагивая при каждом шаге, она с трудом подковыляла к двери. Протянула руку, упершись ладонью в косяк, и попыталась собраться с силами. Рука подогнулась. Она повалилась на дверь, но успела ухватиться за ручку, и крепко сжимала, пока боль не отпустила. Потом попыталась ручку повернуть. Та не поддавалась.

Меня заперли.

Надо же, какой сюрприз!

Но она все равно принялась дергать ручку так, что дверь затряслась.

Наконец, она сдалась.

Она запыхалась, от боли ее всю трясло. Она присела на корточки. Повязка на груди оторвалась, из-под нее тонкой струйкой сочилась кровь. Она попыталась прилепить ее обратно, но безуспешно: кожа была слишком скользкой. Тогда она сдвинула ее совсем. Под повязкой был толстый синий лоскут. Она утерла с глаз пот и слезы и посмотрела на раны.

Плечо было истерзано так, словно его глодала собака. Чуть пониже плоть рассекали четыре длинные царапины. Аккуратно вернув повязку на место, она посмотрела на другую грудь. Кожа на ней не была разорвана, но ее украшал полумесяц кровоподтеков и полдюжины точек. Она приподняла грудь и обнаружила точно такие же отметины под соском.

Следы зубов?

Но это точно не зубы человека.

Какое-то дикое животное? Может быть, койот?

Кому ты голову морочишь? - подумала она.

Это сделал зверь.

Зверь Элизабет Торн.

Она не могла ничего вспомнить, но понимала, что так оно и есть.

О, Боже, это существо ее изнасиловало.

Вся дрожа, она обхватила руками живот и наклонилась вперед, прижавшись лбом к двери.

Онo изнасиловалo ее. Но не убилo. Кто-то перевязал раны. И теперь она пленница в комнате без окон, в доме Мэгги Катч.

Онo вернется, - подумала она.

Онo захочет меня вновь.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Не доезжая до тротуара, Харди остановил автомобиль, подошел к ограде и сфотографировал Дом Зверя. Опустив камеру, увидел машущую ему рукой Нору, кивнул в ответ и направился к ним. Дул легкий прохладный бриз, но Тайлер подумала, что Горман, в своем спортивном пиджаке, наверное, совсем упарился. Самой ей было ужасно жарко; она досадовала, что не надела вместо вельветовых брюк шорты или юбку.

- Вы, должно быть, помните Тайлер, - сказала Нора.

- Конечно. Как можно забыть столь прелестное создание?

Она нехотя пожала протянутую руку.

- Это - Эйб Клэнтон, - сказала она.

- Рад познакомиться с вами, мистер Харди. Я читал ваши книги.

Пожимая руку Эйба, Харди взглянул на него с удивлением:

- Я не ослышался, вы сказали книги?

- Ну да. Ведь, если я не ошибаюсь, до «Ужаса в Блэк-Ривер Фоллс» вы написали их еще около тридцати?

- Сорок восемь, если быть точнее. Просто несколько были выпущены под псевдонимами. Я счастлив встретить человека, знающего о моем существовании до «Ужаса». Я в восхищении.

- Мне особенно понравилась ваша серия «Неподвластные Смерти». Всю службу отслеживал каждый выпуск.

- А, так вы военный. Я должен был догадаться. По фигуре, широким плечам… Без сомнения, морпех.

Эйб выглядел удивленным:

- Совершенно верно.

- Но автором «Неподвластных Смерти» значится Мэтт Скотт. Позвольте спросить, как вы узнали, что это мой псевдоним?

- На страничке с копирайтом значилось ваше настоящее имя.

- Да вы, я вижу, не лыком шиты, - сказал он и повернулся к Джеку. - Я так понимаю, вы тоже пехотинец?

- Был им раньше. Джек Уайт, - oни пожали друг другу руки. - Я видел ваш фильм.

- Ого.

- Я прошит лыком насквозь.

Нора рассмеялась:

- Знаете, вчера ночью мы познакомились с одним парнем, у которого вам обязательно нужно взять интервью. Его зовут Капитан Фрэнк. Он живет вон там, в автобусе, - oна указала рукой в сторону леса, за дальний край Бич-Роад.

- Интервью? - переспросил Харди.

- Он утверждает, что это его отец привез сюда зверя с какого-то острова.

- Зверя?

Она кивнула в сторону старого дома.

- Этого зверя? - спросил Харди.

- Да. Может рассказать всю историю его появления с кучей отвратных подробностей.

- А зачем мне это?

- Для вашей книги.

Он смотрел на нее:

- Я, кажется, еще вчера вечером дал понять, что книгу о Доме Зверя писать не намерен.

- Ой, и правда! - Нора щелкнула пальцами, делая вид, будто ужасно переживает из-за своей забывчивости. - Вы говорили. Я помню, - вдруг она улыбнулась и ткнула в него пальцем: - Тем не менее, очень советую вам взять интервью у Капитана Фрэнка. Для книги, которую не собираетесь писать.

Харди хохотнул.

- Насчет нас можете не беспокоиться. Мы не скажем ни одной живой душе ни слова о том, что вы не пишете книгу о Доме Зверя. Никому ни слова - все слышали? Будьте покойны, ваша тайна в надежных руках.

Тайлер посмотрела вокруг и увидела, что очередь продвигается к кассе. У нее прихватило живот. Спокойствие, - сказала она себе. - Не стоит сходить с ума. Возможно, Дэна там и не окажется.

Но если он все-таки там?

Она может не идти, просто подождать всех на улице.

Нет, это не вариант.

Она открыла сумочку в поисках кошелька.

- Я плачу, - сказал Эйб.

- Нет, ты уже…

Но он, не слушая ее, направился к кассе и приобрел два билета, улыбнувшись белокурой девочке-кассиру. Они отошли в сторонку, чтобы подождать остальных.

- Спасибо, - сказала она.

- Ты в порядке?

- Не совсем.

- Уверен, Дэн будет очень рад встрече.

- Будет гораздо легче, если нет.

Взгляд Эйба был мрачен. Он легонько погладил ее по плечу, но тут же убрал руку, когда подошли Нора с Джеком.

Взглянув на Тайлер, Нора нахмурилась.

- Ты уверена, что хочешь туда идти? - спросила она.

- Нет. Но все равно пойду.

- Какие-то проблемы? - спросил Харди.

- Старый дружок Тайлер. Он должен…

- Никаких проблем, - сказала Тайлер, раздражаясь на Нору, извещавшую о проблемах в ее личной жизни каждого встречного и поперечного.

Она отвернулась и прошла через турникет.

Эйб проследовал за ней и взял за руку. Тайлер посмотрела на него.

- Иногда она просто не может держать рот на замке.

- Я так понимаю, Горман тебе не по душе?

- По-моему, он подлец.

- В этом я с тобой соглашусь.

- Я думала, ты его большой поклонник.

- Мне здорово понравились некоторые его книги. Но это не значит, что мне должен нравиться написавший их человек.

Они остановились позади небольшой группы, собравшейся возле крыльца. Вскоре подошли и Нора с Джеком.

- И что надо делать, просто зайти? - спросила Нора.

- Сейчас, наверное, гид подойдет, - сказал Эйб.

Гид. Дэн? У Тайлер екнуло сердце. Крепче сжав руку Эйба, она уставилась на затененную дверь. И вздрогнула, когда та распахнулась.

Человек на пороге вовсе не был Дэном. Она глубоко вдохнула, глядя, как мужчина неуклюже спускается к ним. На вид ему можно было дать все шестьдесят, и шел он деревянной походкой, словно каждое движение причиняло ему боль. Спускаясь, он цепко держался за перила.

- Ваши билеты, - сказал он голосом, удивительно сильным для такого хлипкого мужичонки.

Кучка подростков у крыльца расступилась, пропуская его.

Тайлер услышала тихий щелчок. Она покосилась на Харди и, к своему удивлению, не увидела у него фотоаппарата. Одна его рука была в кармане пиджака. Улыбнувшись, он вытащил руку.

У него там диктофон, - поняла она. - Он хочет записать экскурсию.

Не спросив разрешения? Конечно, иначе зачем бы он его прятал. В гробу Горман Харди видел чьи-то там правила.

Что лишь подтверждало ее мнение об этом человеке.

Скользкий гад, - подумала она.

Проверив все билеты, костлявый мужчина вновь поднялся по лестнице на крыльцо. Он повернулся и утер рот тыльной стороной ладони.

- Дамы и господа, - провозгласил он. - Мне выпала огромная честь представить вам владелицу Дома Зверя, отважную женщину, прошедшую сквозь горнило ужасной трагедии и вышедшую из него еще более сильной - Мэгги Катч, ваш персональный гид на сегодня.

Словно старый лакей, он распахнул двери и поспешно попятился, словно стремясь поскорее исчезнуть с глаз.

Из дома, опираясь на трость черного дерева, вразвалочку вышла старуха. С виду она годилась костлявому мужчине в матери, но при этом, казалось, буквально излучает силу. Она была крупной женщиной, с широкими бедрами и массивной грудью, которая покачивалась под выцветшей тканью платья, когда старуха ковыляла к краю крыльца. Тайлер подумалось, что она здорово похожа на чью-нибудь строгую бабулю. На ногах были длинные носки и тяжелые черные башмаки со шнурками. На шее, словно для того, чтобы разбавить унылую внешность, повязан ярко-красный шелковый шарф. На лице застыла кислая мина; потом она улыбнулась. Невеселая вышла улыбка. Скорее, злая усмешка.

- Добро пожаловать в Дом Зверя, - сказала она, окинув взглядом группу. Когда взгляд женщины коснулся ее, Тайлер почувствовала нервную дрожь. - Зовут меня Мэгги Катч, как уже успел сообщить вам Вик, и это мой дом, - oна сделала паузу, словно ожидая возражений.

Но никто не проронил ни звука. Несколько человек рассматривали фасад, а кто-то просто уставился себе под ноги, не желая на нее смотреть.

- Я открыла этот дом для туристов в далеком тридцать первом году, вскоре после того, как зверь унес жизни моего мужа и троих детей. Да, зверь. А не вооруженный огромным ножом маньяк, в чем многие будут пытаться вас убедить. Не верите – глядите, - oна сорвала шарф. Как только он соскользнул с шеи, кто-то застонал. Пальцы Мэгги скользнули по бугристым рубцам на горле. - Ни один человек не смог бы сотворить такого. Это был зверь. С клыками и когтями, - eе глаза сверкали, словно она гордилась своими шрамами. - Тот самый зверь, что убил в этом доме десять человек, включая моего мужа и детей. Вам захочется спросить, как может женщина водить людей по дому, принесшему ей столько горя? Ответ прост: ДЕ-НЬ-ГИ.

Тайлер услышала тихий смешок Гормана.

Старуха подняла трость и указала ею на козырек крыльца:

- Вот здесь они линчевали Гаса Гаучера. Ему и восемнадцати не было. Он шел через наш город в далеком августе 1903 года, по пути в Сан-Франциско, где хотел устроиться работать в «Купальни Сатро», остановился здесь и предложил поработать за еду. Тогда в этом доме проживала Лили Торн с двумя детьми. Она была вдовой Лайла Торна - знаменитого грабителя банков, и я всегда говорю, что этот дом был выстроен на кровавых деньгах. А кровь, как известно, рождает другую кровь. Итак, Гас подошел к ее дому, и она попросила его наколоть дров. Он выполнил работу, пообедал и пошел своей дорогой…

-…Той же ночью пришел зверь. Он расправился с сестрой Лили, гостившей у нее, и обоими детьми. Спастись удалось только самой Лили; ее увидели, когда она мчалась вниз по дороге, выкрикивая какую-то тарабарщину, будто помешанная…

-…Весь дом, от чердака до подвала, тут же обыскали. Но ни одного живого существа внутри не обнаружили, только изорванные в клочья останки жертв. Собрали отряд и прочесали окрестности. Вон там, на холмах, они набрели на спящего Гаса Гаучера. Он был чужак, и судьба его была предрешена…

-…Его судили; выяснилось, что некоторые горожане в день убийства видели его возле дома Торнов. Хотя никаких доказательств его причастности к убийствам не было, а единственная свидетельница - Лили Торн, находилась в бреду, его моментально признали виновным. В ночь после приговора разъяренная толпа вытащила его из тюрьмы и приволокла в это самое место. Они перебросили веревку через балясину балкона и вздернули бедолагу…

-…Не имея сноровки, они не смогли все сделать как следует. Даже не додумались связать, просто подтянули вверх. Говорят, он долго корчился, размахивая руками и ногами, пока, наконец, не задохнулся.

- Прелестно, - прошептала Нора.

- Бедняга Гаучер никого не убивал. Это сделал зверь, - oна дважды стукнула тростью об пол. - Прошу за мной.

Когда она отвернулась, Тайлер взглянула на Эйба. Он покачал головой, словно находя эту мрачную историю забавной.

- Куколка Барби была права, - прошептала Нора. - Страшно - аж жуть…

Поднимаясь по ступеням крыльца, Тайлер на мгновение выпустила руку Эйба чтобы вытереть запотевшую ладонь о штанину вельветовых брюк. Живот, казалось, налит свинцом.

Группа остановилась в фойе. После залитой солнечным светом улицы, помещение казалось темным и прохладным. Тайлер огляделась по сторонам, ожидая увидеть стоящего на страже Дэна в форме охранника.

- Фи! - сказала девушка в первом ряду.

Улыбаясь, Мэгги ткнула тростью в чучело обезьяны. Оно стояло у стены, разинув рот и скаля огромные зубы.

- Подставка для зонтов, - сказала Мэгги, опустив трость между сложенных кольцом мохнатых лап. - Лили была неравнодушна к обезьянам, - oна вытащила трость и постучала чучело по голове, подняв облачко пыли.

- Первое нападение, - сказала она, - произошло в гостиной. Пройдемте.

Горман толкнул Тайлер.

- Пардон, миледи, - сказал он, и начал пробираться вперед, расталкивая стоящих перед ним.

В итоге он опередил всех и пролез в гостиную вслед за Мэгги.

- Пробивной тип, - пробормотал Эйб.

- Мерзавец, - сказала Тайлер.

Они вошли в гостиную. Группа рассредоточилась вдоль мягкого каната. Сразу за ним с потолка свисали красные шторы, скрывающие большую часть комнаты. Мэгги ждала их по другую сторону заграждения, поглаживая занавеску.

- Это наше нововведение, - сказала она. - Мы повесили их совсем недавно. Немного усиливают впечатление, не так ли? - oна схватилась за шнур.

- Сестра Лили, Этель Хьюз, находилась в этой комнате в ночь на второе августа 1903 года. Она приехала на свадьбу Лили, которая состоялась бы на следующей неделе, если бы не эта ужасная трагедия. Зверь появился оттуда, - oна кивнула в сторону двери за спиной Тайлер. - И застал Этель врасплох.

Она дернула шнур. Шторы распахнулись. Тайлер услышала, как кто-то ахнул. Стоящая перед нею девица шарахнулась назад, наступив ей на ногу. Миниатюрная рыжая женщина отвернулась. Мальчик в ковбойском костюме склонился над ограждением, чтобы разглядеть получше. Горман поднял камеру. Мэгги стукнула тростью об пол:

- Никаких снимков, - предупредила она. - Кто хочет фотографии на память, может приобрести один из наших путеводителей в магазине сувениров по окончании экскурсии - всего за шесть девяносто пять.

Горман опустил камеру и презрительно покачал головой.

- Вот это да, - прошептал мужчина слева от Тайлер.

Тайлер неохотно перевела взгляд на фигуру Этель Хьюз. Восковое тело распростерлось на полу, одна нога была задрана на диван. Широко открытые глаза были устремлены в потолок. Лицо искажено от боли и ужаса. Изодранная в клочья ночная рубашка пожелтела от времени, как старая бумага, и все было покрыто рыже-бордовыми пятнами. Лохмотья едва прикрывали грудь и лобок. От шеи до бедер обнаженная плоть была исполосована огромными, свежими ранами.

- Зверь перепрыгнул через спинку дивана, застав Этель Хьюз, читающую «Субботние вечерние ведомости», врасплох, - Мэгги обошла тело и указала тростью на лежащий возле вытянутой руки фигуры раскрытый журнал. - Это тот самый журнал, который был у нее в руках, когда зверь схватил ее, - oна обвела тростью вокруг: - Все, что вы видите перед собой, сохранено с той ночи. За исключением тела, конечно, - oна улыбнулась. - Надеюсь, вы понимаете, что настоящее тело нам бы никак не удалось сохранить? Но, мы нашли отличный выход. Эта фигура была по моему заказу создана в Ницце мсье Клодом Дюбуа еще в 1936 году. Каждая деталь, вплоть до мельчайших царапин, воссоздана с абсолютной точностью. Мне удалось добыть фотографии из морга…

-…Как я уже сказала, все здесь является подлинным. Эта ночная рубашка была на Этель в ночь убийства. Эти коричневые пятна - ее настоящая кровь.

- Вульгарщина, - пробормотала девица, что отдавила Тайлер ногу.

Мэгги проигнорировала ее.

- Расправившись с Этель, зверь устроил в гостиной настоящий погром. Видите бюст Цезаря на каминной полке? - oна указала на него тростью. - Видите, нос отбит? Это зверь постарался. Он швырнул его об пол. Он кинул в камин полдюжины фарфоровых статуэток. Разломал вот этот стул. Этот прекрасный столик розового дерева, - она постучала по нему тростью, - был выброшен в окно. От грохота, разумеется, все проснулись. Комната Лили находилась вон там, - Мэгги указала тростью на потолок. - По всей видимости, зверь услышал шум наверху. Он направился к лестнице.

Мэгги задернула шторы. Проковыляв вдоль ограждения, она повела группу из гостиной. Горман пристроился рядом и громко спросил:

- Позвольте поинтересоваться, откуда вы уверены в именно таком порядке событий? Вы недавно упоминали сами, что никаких свидетелей не было.

- Полицейские отчеты и фотографии, - пояснила она, поднимаясь по лестнице. - Вырезки из газет. Опираясь на все это, несложно было воссоздать истинную картину произошедшего. Копы шли по кровавым следам.

- Зверя ранили?

Она посмотрела на него с недоумением:

- Кровь была Этель, - сказала она. - Она капала со зверя всю дорогу до комнаты Лили, - oна добралась до лестничной площадки и свернула налево.

Поднявшись наверх, Тайлер посмотрела направо. Красная штора огораживала пространство от середины коридора почти до самого конца, оставляя лишь узкий проход с обеих сторон. Очередной экспонат. Сколько же их здесь? - недоумевала она. - И сколько еще выдержит ее желудок?

Эйб успокаивающе сжал ее руку, и они вошли в спальню Лили Торн. Группа вновь рассредоточилась вдоль каната, за которым висели красные шторы. Мэгги зашла в дальний конец комнаты и дернула за шнурок. Шторы распахнулись. Восковая фигура женщины в розовой ночной рубашке сидела на постели, поднеся руки к разинутому рту и устремив полный ужаса взгляд на латунные завитки задней спинки кровати.

- Сейчас мы находимся прямо над гостиной, - сказала Мэгги. - Проснувшись от страшного переполоха, Лили забаррикадировала дверь вот этим туалетным столиком и выбралась из окна. Она вскочила на крышу находящегося ниже эркера, и уже с него спрыгнула на землю.

Горман презрительно фыркнул.

Мэгги посмотрела на него:

- У вас насморк?

- Нет, нет, - oн покачал головой. - Просто я попытался представить себе…- eго голос сник. - Пожалуйста, продолжайте.

- Что удивляет меня до сих пор, - сказала она, - так это то, что она даже не попыталась спасти своих детей.

- Запаниковала, - предположил мужчина рядом с рыжеволосой.

- Возможно, - Мэгги задвинула занавески. Группа последовала за ней в коридор. - Когда зверь понял, что не сможет попасть в ее комнату, он двинулся дальше по коридору.

Он, - подумала вдруг Тайлер. - Почему Мэгги так уверена, что это создание - мужского пола?

Они миновали площадку и приблизились к огороженной занавесом экспозиции в конце коридора. Группа разделилась, обходя ее с обеих сторон. Тайлер отпустила руку Эйба. Он жестом пригласил ее вперед, и она протиснулась между стеной и занавесом. Она задела одну из складок шторы рукой и передернулась, чувствуя, как по коже побежали мурашки. Оставшийся отрезок коридора заливал солнечный свет из окна.

- Зверь, - сообщила Мэгги, - обнаружил открытую дверь, - oна вошла в комнату слева. Группа последовала за ней, причем Тайлер, памятуя об отдавленной ноге, предусмотрительно держалась от впечатлительной девицы подальше. - В этой комнате спали дети - хотя я не думаю, что они спали в тот момент, когда ворвался зверь; возможно, они оцепенели от страха под своими одеяльцами. Эрлу было десять лет, а его брату Сэму - всего восемь.

Шторы раздвинулись.

Между кроватями, лицами вниз лежали две восковые фигуры. Окровавленные ночные сорочки были изорваны в клочья, и точно так же была истерзана кожа. Тайлер отвернулась. Возле умывальника стояла выцветшая лошадь-качалка. В углу валялся индейский там-там. Позади него, прислоненная к стене, стояла бейсбольная бита. Вдруг она представила себе этих мальчуганов живыми и невредимыми - как они смеются и играют в догонялки. Она закусила нижнюю губу и отвернулась к окну. Она слышала Мэгги, но не слушала. На лужайке под окном она увидела решетчатую беседку. Позади нее возвышалась ограда. А за нею простирались холмы, золотисто-бурые в лучах утреннего солнца, с ярко-зелеными участками травы, кучками камней там и сям, редкими деревцами. Каким же мирным все это казалось! Она видела, как несколько чаек, пристроившись между высокими пиками, что-то мирно поклевывают, и ей вдруг ужасно захотелось на волю - прочь из этого мавзолея. Наверное, и Горман испытывал то же самое - она видела, что он тоже уставился в окно.

Мэгги закончила рассказ, и они последовали за ней в коридор. На этот раз, проходя мимо занавешенной экспозиции, Тайлер жалась к стене и держала руки по швам. Когда они подошли к площадке, Мэгги сказала:

- Шестнадцать ночей мы прожили здесь, прежде чем пришел зверь. Мой муж, Джозеф, не мог спать ни в одной из комнат, где произошли убийства, поэтому мы с ним обустроились в комнате для гостей. Наши дочери, Синтия и Диана, не были столь суеверны и заняли комнату мальчиков, из которой мы только что вышли.

Она провела их через дверь справа, расположенную прямо напротив входа в комнату Лили. Там также было растянуто ограждение, но, в отличие от остальных комнат, эта занавешена не была. За исключением одного угла. Он был прикрыт небольшим красным занавесом.

Мэгги указала тростью на кровать с балдахином:

- Седьмого мая 1931 года, мы с Джозефом спали здесь. С той поры минуло около пятидесяти лет, но я помню все так, словно это было вчера. Весь день лило как из ведра, и лишь когда мы отправились на боковую, дождь начал помаленьку стихать. Окна у нас были открыты, и я лежала, прислушиваясь к шуму дождя. Девочки крепко спали в конце коридора, а малыш Теодор - у себя в детской. Я заснула, чувствуя себя в полной безопасности…

-…Но около полуночи проснулась от грохота разбившегося стекла. Звук раздавался снизу. Джозеф, тоже услышавший звон, поднялся с кровати и на цыпочках подошел вот сюда, - oна подковыляла к бюро, выдвинула верхний ящик и достала армейский автоматический «Кольт» 45-го калибра.

- Круто, - сказал мальчик в ковбойском костюме.

- Джозеф взвел курок. Этот ужасный звук до сих пор стоит у меня в ушах.

Зажав трость подмышкой, она взялась за затвор пистолета и резким движением передернула его - клик-клак!

- Надеюсь, он не заряжен, - сказал отец какой-то девочки.

- Не бойтесь, его уже не зарядить, - ответила ему Мэгги. - В прошлом году мы залили ствол свинцом.

Опустив дуло к полу, она нажала на курок. Раздался щелчок, и она вернула пистолет в ящик.

- Джозеф взял его с собой, - сказала она, - и вышел, оставив меня в комнате одну. Я ждала, пока не услышала его шаги на лестнице, потом поднялась с постели и тихонько вышла в коридор. Я направлялась к детям, вон туда.

Оставив занавес нетронутым, она обошла заграждение и вышла в коридор. Группа последовала за ней. Она остановилась на вершине лестницы.

- Когда раздались выстрелы, я находилась здесь. Через мгновение послышался страшный вопль Джозефа. Я слышала звуки борьбы, мне хотелось бежать, но я… я просто стояла, словно скованная льдом, и вглядывалась во тьму.

Она смотрела на лестницу, словно завороженная воспоминаниями.

- По лестнице поднимался зверь, - сказала она, понизив голос. - Я не могла разглядеть его как следует, но кожа его была белой, словно рыбье брюхо, такой белой, что, казалось, светится в темноте. Он шел прямо, как человек, только немного согнувшись. Я понимала, что должна броситься спасать детей, но была не в силах пошевелить ни одним мускулом. Я могла только стоять и смотреть. Он издал хриплый смешок, повалил меня на пол и вцепился когтями и зубами. Я отчаянно пыталась скинуть его с себя, но он был сильнее десяти мужчин. И я приготовилась уже к встрече с Создателем, когда в конце коридора громко заплакал Теодор. Зверь, стало быть, услышал, поднялся с меня и помчался по коридору…

-…Я была жестоко изранена, но собралась с силами и бросилась следом. Я не могла позволить ему схватить моего малыша.

Она заковыляла по коридору. Тайлер снова прижалась к стене, чтобы не задеть занавес. Наверняка там еще чьи-то тела, - подумала она. - Изуродованные трупы из воска.

Мэгги остановилась напротив комнаты мальчиков и тростью постучала в закрытую дверь по правой стороне.

- Она была открыта, - сказала она. - Я заглянула. Там, в темноте…

- Разве мы не будем туда входить? - спросила рыжеволосая.

Мэгги свирепо взглянула на нее:

- Детскую я никому не показываю, - oна устремила взгляд на дверь, словно могла видеть сквозь нее. - Там, в темноте, я увидела, как белый зверь поднял младенца из колыбели и разорвал на части. Я стояла и смотрела, оцепенев от ужаса, как вдруг кто-то дернул меня за ночную рубашку. Обернувшись, я увидела Синтию и Диану. Схватила я их, стало быть, за руки и помчалась по коридору. Во-он туда.

Мэгги вновь провела всех через узкий проход между стеной и шторой и остановилась возле закрытой двери на чердачную лестницу. Слушатели окружили ее полукольцом.

- Мы прибежали сюда, - сказала она, - и успели втиснуться в этот проход прежде, чем зверь нас настиг, - oна распахнула дверь. Приглядевшись, Тайлер увидела лестницу. Лестница вела наверх, исчезая в темноте. - Мы укрылись там, и я заперла дверь. Было темно, как в могиле. Мы вошли на чердак, я заперла дверь; так мы и сидели, прячась в затхлой темноте…

-…Мы знали, что зверь идет к нам. Мы слышали скрип ступенек и тихое посвистывание, когда он смеялся. Вот он начал обнюхивать дверь. Мы ждали. Девочки плакали. Я до сих пор помню, как они дрожали в моих объятиях. Внезапно дверь с грохотом вылетела, и зверь набросился на нас.

Мэгги закрыла дверь, привалилась к ней плечом и глубоко вздохнула.

- Крики, - сказала она. - Мне никогда не забыть этих криков и дикого рычания зверя, и этого влажного треска, когда он терзал моих малюток. Я пыталась оттащить его, а потом крики прекратились, и зверь швырнул меня на пол. Я не знаю, почему он не убил меня, и не раз жалела, что он этого не сделал; но он просто пригвоздил меня к полу. Я была слишком слаба, чтобы продолжать борьбу, и лишь молила его поскорее со мною покончить. Минуту спустя он скатился вниз по лестнице, оставив меня на чердаке одну с разорванными телами моих дочерей. С той ночи я никогда больше его не видела. Но видели другие.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Дженис неподвижно лежала, уставившись в зеркальный потолок. Распростертая на подушках, она казалась бледно-синей, словно труп, брошенный в кучу мусора. Она думала о самоубийстве.

На данный момент она уже нашла несколько способов. До светильника в центре потолка было фута три. Забравшись на кучу подушек, она могла бы до него дотянуться. Выкрутить голубую лампочку. И вставить на ее место палец. Пропустить через себя волну тока. Наверняка сработает. Был вариант и попроще: просто снять все бинты и повязки и погибнуть от кровопотери. Однако, изучив свои раны, она поняла, что большинство из них - поверхностные, укусы да царапины. От таких кровью не истечешь. Она могла бы расковырять их, или же разбить лампочку и вскрыть осколком горло или запястья. Она могла сделать это.

Но тут была одна загвоздка.

Она не хотела умирать.

Она понимала, что отпускать ее они не намерены, но раз перевязали раны, значит, она нужна им живой. Зачем? Был лишь один ответ, и от него ей становилось дурно: они оставили ее в живых на потеху зверю.

Когда он занимался ею в последний раз, она, вероятно, была без сознания. Но если он придет сейчас, она увидит его, почувствует, как он терзает ее зубами и когтями, ощутит в себе его член.

Нет, не надо об этом думать. Может, этого не будет.

Будет, куда ты денешься.

Она зажала ладонью промежность.

Я этого не допущу, - решила она.

Нужно бежать.

Конечно. Какие проблемы? Вышиби дверь и тикай!

Малышка Джони прошлым летом достаточно легко сбежала от того маньяка, державшего их пленницами в одном из коттеджей. А ведь Джони была привязана к кровати. По крайней мере, я не связана, - подумала Дженис. Но тогда дверь коттеджа не была заперта снаружи.

Ничего, откроют когда-нибудь, - подумала она. - Никуда им не деться. Рано или поздно кто-нибудь придет, чтобы проверить меня, или покормить, или (от этой мысли ее прошиб озноб) чтобы впустить зверя.

И когда эта дверь откроется, она получит свой шанс.

Но нужно быть наготове.

Она скатилась с подушек, застонав от боли, когда задела повязки. Ползая на коленях, она перетащила несколько больших подушек в центр комнаты и сложила их там грудой. Забравшись наверх, она обнаружила, что лампочка слишком горячая. Она похромала назад и взяла еще одну подушку. На ощупь та казалась атласной. Она запрокинула голову, рывком разодрала один из швов, вытащила поролоновую набивку и, обернув правую руку тканью, опять полезла к лампочке.

Она поставила ногу на самую верхнюю подушку. Нога тонула в ней. Она раскинула руки, чтобы сохранить равновесие, слегка наклонилась, поставила на подушки вторую ногу и выпрямилась.

Она протянула обернутую в ткань руку вверх и схватилась за лампочку. Сквозь слой атласа она ощущала ее тепло. Покрутила. Лампочка поддалась и через мгновение погасла.

Комната погрузилась в кромешный мрак. Дженис продолжала выкручивать лампочку, но теперь она была совершенно дезориентирована. Она пыталась стоять неподвижно, но подушки, казалось, начали медленно смещаться под ее ногами. Она покачнулась. Теперь только хрупкая лампочка удерживала ее от падения.

И тут она выскользнула из патрона.

Дженис поспешно спрыгнула. Ей казалось, что она падает ужасно долго, словно погружается в бездну. Наконец, ноги ударились об пол. Сама она по инерции завалилась на спину, треснувшись задом об ковер. Плечами и затылком попали на мягкие подушки. Она скорчилась от очередного приступа дикой боли.

Ай, молодца! - подумала она. - Вот теперь все раны точно открылись.

Но все равно она была горда собой. Боль сменялась возбуждением. Она сделала это! Она прижала лампочку к груди и тут же отдернула. Та все еще была ужасно горячая.

Ну вообще умница!

А чего же не умница? Зато при оружии.

Она дождалась, пока боль чуточку утихнет, потом на карачках поползла сквозь темноту. Спустя некоторое время, она уперлась в стену. Дверь должна быть поблизости, подумала она. Где-то слева.

Она не хотела бить лампочку там, где будет выжидать. Поэтому решила сделать это сейчас. Она осторожно развернула ее. Та все еще была теплой, но уже не горячей. Схватившись за ее узкий конец, она ударила стеклом об стену. Ничего не произошло. Она ударила сильнее. Лампочка взорвалась с хлопком, прозвучавшим в тишине комнаты невероятно громко. Проведя по оставшейся части пальцем, Дженис нащупала острые зазубренные края.

Она перевернулась, и, придерживаясь рукой за стену, начала медленно продвигаться в темноте, пока не добралась до двери. Там она, прислонилась спиной к стене, подтянула колени к груди и стала ждать.

Где-то неподалеку раздался звук, похожий на плач ребенка. Может, кошка, - подумала Дженис. - Или так плачет зверь? Нет, это явно плачет младенец. Через несколько мгновений он умолк. Дом снова погрузился в тишину.

Дженис нахмурилась. Ребенок? Мэгги Катч слишком стара, чтобы быть его матерью. Может быть, она не единственная узница этого дома?

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

- Прошло целых двадцать лет, - сказала Мэгги, - прежде чем зверь нанес еще один удар.

Они вернулись в спальню Мэгги и ее мужа. Она стояла рядом с красным занавесом в углу комнаты, держа руку на шнуре.

- Это произошло в 1951 году. Том Бэгли и Ларри Мэйвуд, пара двенадцатилетних оболтусов, вломились в дом после наступления темноты. Эти двое знали о Доме Зверя больше, чем кто-либо другой, поскольку бывали на моих экскурсиях очень часто, и не раз слышали мои предупреждения, что по ночам зверь бродит по дому. Но любопытство взяло над ними верх. Как говорится, «котик много знать хотел, отчего и околел».

- «Но когда он все узнал - встал и дальше побежал», - пробормотала девица, наступившая Тайлер на ногу.

На это Мэгги фыркнула.

- Том Бэгли не встал и не побежал, - сказала она.

Шторы разъехались.

Девица ахнула и отпрянула назад. Стоящий позади нее Джек успел уберечь свои ноги, деликатно остановив ее рукой.

- Уй-ё, - сказал ковбойчик.

Восковое тело на полу было жестоко изуродовано, одежда изодрана, обрывки трусов едва прикрывали ягодицы. Кожу на спине исполосовали. Шея оканчивалась кровавым обрубком. Голова лежала рядом, глаза распахнуты, рот перекошен в агонии.

Другой мальчик поднимал оконное стекло, оглядываясь через плечо на обезображенное тело друга. Его растрескавшееся лицо почему-то огорчило Тайлер даже больше, чем обезображенное тело на полу.

- Эти двое, - сказала Мэгги, - провели в доме немало времени, повсюду суя свои носы. Они пытались взломать дверь в детскую. Они поднялись на чердак. Но когда они шарились в этой комнате, их нашел зверь. Он набросился на Тома, а Ларри побежал к окну. Пока зверь терзал его друга, Ларри выскочил в окно. За исключением меня, Ларри являлся единственным человеком, которому удалось увидеть зверя и остаться в живых.

Мэгги странно улыбнулась:

- Теперь осталась одна я. Говорят, в прошлом году Ларри погиб в аварии.

- А что с его лицом? - спросила Нора.

- Фигура немного пострадала, - сказала Мэгги. - Мы исправили ее, насколько смогли. Не слишком хорошо получилось, да? Мы заказали новую голову, но она еще не готова.

Она закрыла занавески и вышла из комнаты, увлекая группу за собой. Проковыляв мимо лестницы, остановилась перед шторой, блокирующей коридор.

- А вот и наш последний экспонат, - сказала она. - Мы получили фигуры как раз этой весной. Место, конечно, не очень-то удобное, но что поделаешь? Убийства произошли прямо здесь, и переносить экспозицию было бы неправильно…

-…Это случилось в прошлом году, весной семьдесят восьмого. Нашу экскурсию посетило семейство Зиглеров: муж, жена и мальчуган лет десяти. Ну, мальчик здорово напугался. Он разревелся, и родителям пришлось увести его задолго до конца экскурсии. Позже со слов матери выяснилось, что отец был ужасно раздражен поведением сына. Мол, вел себя не по-мужски, и прочая, и прочая. Он не желал, чтобы сын вырос нюней и потащил его сюда после наступления темноты, - уголок рта Мэгги выгнулся. - Хотел доказать, что бояться здесь абсолютно нечего. Только вот он оказался неправ, прав был мальчик. Они взломали заднюю дверь и находились как раз здесь, когда зверь их настиг.

Она дернула за веревку. Занавес раздвинулся.

Мальчик лежал лицом вниз - рубашка разорвана на спине, шея изжевана.

Мужчина растянулся неподалеку - живот его был вспорот, оторванная рука лежала поперек бедра.

А между ними распростерлась еще одна фигура - в изодранной форме офицера полиции. Горло выдрано с мясом. Тайлер уставилась на искаженное ужасом лицо. Моргнула, когда в коридоре вдруг резко потемнело. Вокруг тела вспыхнул синий ореол. Сквозь звон в ушах она услышала голос Мэгги:

- Патрульный Дэн Дженсон нес службу поблизости, когда…

- Тайлер? Тайлер? - голос Эйба.

Она открыла глаза. Она сидела на полу, опустив голову между колен. Кто-то придерживал ее сзади. Она чувствовала головокружение и тошноту. Люди перешептывались. Подняв голову, она увидела, как рядом с ней присела Нора и сжала ее руку. Та казалась онемевшей, словно после укола новокаина.

- Ну вот, ты уже в порядке, - послышался сзади голос Эйба. Это он придерживал ее за плечи. - Давай, - сказал он, - пойдем отсюда.

Его руки скользнули ей подмышки, поднимая ее. На мгновение она вновь увидела тело Дэна, прежде чем Эйб повел ее прочь. Нет, не тело. Восковую фигуру. Но Дэна.

Крепкие руки Эйба направляли ее к лестнице.

- Я в порядке, - пробормотала она, качая головой. Он отпустил ее, но продолжал держаться сзади, готовый в любую минуту вновь подхватить. - Я в порядке, - повторила она. Он взял ее под руку.

- Мне очень жаль, - сказал он.

В его глазах она увидела печаль и тревогу.

- Я…- oна оглянулась.

Нора и Джек шли за Эйбом. Взгляды всех туристов были прикованы к ней.

- Не нужно было сюда идти, - сказала Нора. На ее лице застыла гримаса отчаянья. - Тайлер, мне очень жаль. Я не должна была заставлять тебя… Боже, кто бы мог подумать? - eе подбородок задрожал, и глаза наполнились слезами.

Тайлер сжала ее руку. Потерла лоб. Кожа была прохладной и влажной.

- Я хочу отсюда выбраться, - пробормотала она.

Она подумала: …сейчас сблюю.

Она начала спускаться по лестнице, Эйб придерживал ее под руку.

- Скорее, - сказала она.

За четыре ступеньки до первого этажа, она вырвалась от него и помчалась вниз. Стремглав проскочила мимо ухмыляющегося чучела обезьяны и распахнула дверь. В глаза ударил ослепляющий солнечный свет. Крыльцо пахло гнилой древесиной. Она подскочила к перилам, перевесилась через них, и ее вырвало прямо на бурую траву.

- Кое-кто не выдерживает, - сказала Мэгги. - Попадаются такие время от времени. Большинство просто уходит, но на моей памяти человек двадцать валилось в обморок. И не всегда девушки. Здоровенные парни, бывало, скопычивались, - oна усмехнулась. - Думать надо, за что денежки платишь.

Она задернула шторы:

- На этом, товарищи дорогие, мы и закончим нашу сегодняшнюю экскурсию.

Горман отошел в сторону, пропуская ее, и двинулся следом. Она бросила через плечо:

- Не забудьте также посетить расположенный внизу сувенирный магазин, где вы сможете приобрести красочный буклет с историей Дома Зверя и выбрать любой понравившийся сувенир из нашего ассортимента.

Уже у подножия лестницы она махнула тростью влево:

- Он там, прямо за холлом.

Взглянув в указанном направлении, Горман увидел неподалеку деревянный указатель с надписью «Сувениры». Стрелка указывала на открытую дверь. Горман заколебался. Тем временем Мэгги с несколькими посетителями вышла на улицу. Ему нужно было посетить сувенирный магазин, но он не хотел упускать Тайлер и остальных.

Взять у Тайлер интервью было бы просто чудесно. Дом Зверя - не для слабонервных. Вот эта юная леди действительно потеряла сознание…

Он шагнул к порогу. Тайлер и ее друзья были уже возле билетной будки и направлялись к выходу. Возможно, он пообщается с ней в мотеле.

Он зашел в сувенирный магазин, обрадовавшись при виде других посетителей. За прилавком стоял нескладный мрачный мужчина, тот, что проверял билеты и представлял Мэгги экскурсантам. Как только мужчина пробил чек, Горман сунул руку в карман и выключил диктофон.

Он надеялся, что весь рассказ Мэгги записался. А почему бы и нет? Хороший диктофон, ничем не хуже того, выброшенного.

Но все-таки запись следует проверить как можно скорее. Если она, по какой-то причине, окажется непригодной, ему придется сходить на экскурсию еще раз. Он очень надеялся этого избежать.

Кому-то эти экспонаты кажутся гротескным кровавым аттракционом, обманом, созданным лишь для привлечения туристов. У Гормана, однако, имелось свое мнение на этот счет. Изуродованные манекены казались ему столь же реальными, как и насаженное на пики ограды тело Брайана.

Брайан.

Горман отвел взгляд от сувенирных пепельниц и посмотрел на кассира.

Старикашке такое, разумеется, не сотворить. И Мэгги тоже. Это мог сделать лишь кто-то, обладающий недюжинной силой. Тем не менее, эти двое вполне могут оказаться его сообщниками. Вон, в дневнике говорилось, что Элизабет Торн какое-то время сожительствовала со зверем, прежде чем отдать ему на расправу свою семью. Не исключено, что ныне его любовницей стала Мэгги. Есть о чем задуматься.

Блуждая среди полок и прилавков, Горман разглядывал сувениры: цветные снимки фасада дома, несколько фотографий со сценами убийств, с полдюжины цветных открыток, глянцевый буклет размером 8 x 10 с текстом и фотографиями, кружки с изображением дома и картой, украшенные надписью «Дом Зверя, Малкаса-Пойнт» на оборотной стороне, спиночесы в виде когтистой звериной лапы, два вида наклеек на бампер - «ОСТЕРЕГАЙСЯ ЗВЕРЯ» с окровавленными лапами с каждой стороны, и «Я ЛЮБЛЮ ДОМ ЗВЕРЯ» с изображением самого дома. Ухмыльнувшись, Горман взял одну.

Он еще немного побродил по магазинчику, но больше не обнаружил среди товаров ничего, связанного непосредственно с Домом Зверя, и направился к кассе. Без единого слова, даже не улыбнувшись, мужчина принялся отбивать покупку. Он выглядел тщедушным и при этом поразительно аккуратным - серая рубаха была застегнута на все пуговицы, до самого горла; правда, при этом он явно забыл побриться - на остром подбородке торчала седая щетина. Горман откашлялся, заглушая щелчок диктофона.

- Давно вы здесь работаете? - спросил он.

- Да уж изрядно.

- А вы когда-нибудь видели зверя?

- Нет.

- Но в само его существование вы хотя бы верите?

- На экскурсии был? - спросил мужчина, не поднимая глаз.

- Да.

- Весь этот люд не от коклюша перемёр.

Он едва не брякнул: «А как вам свежатинка, что я вчера ночью подкинул?» Интересно, что бы старый хрен на это ответил?

- С вас двадцать девять долларов шестьдесят восемь центов.

Горман расплатился наличными. Когда мужчина укладывал покупку в пакет, диктофон все еще был включен.

- Могу я получить чек?

- Бери, не жалко, - ответил мужчина, оторвал чек от аппарата и шлепнул на прилавок.

Горман вышел на улицу. Щурясь от яркого солнца, он высматривал Тайлер и ее друзей. Но они как сквозь землю провалились.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

- Отвезти тебя обратно в мотель? - спросил Эйб.

Тайлер, сидевшая на пассажирском сидении упершись коленями в приборную панель, покачала головой и принялась медленно разворачивать упаковку «Даблминта», которую дала ей Нора.

- Думаю, не стоит, - пробормотала она. - Оставаться одной мне сейчас совсем не хочется.

Глядя на нее, Эйб чувствовал себя совершенно беспомощным. Ему хотелось что-нибудь для нее сделать, чтобы она перестала терзаться. Ему хотелось нежно обнять ее и сказать, что все будет хорошо, но он знал, что горе и потрясение сможет смягчить только время.

- Эй, - сказала Нора, - почему бы нам не поехать на пляж? Когда мне паршиво, на пляже всегда становится легче.

Тайлер развернула жевательную резинку и положила одну пластинку в рот:

- Я тоже туда хочу.

- Мои плавки остались в мотеле, - сказал Джек.

- Мы просто поваляемся на песке.

- А я бы поплавала, - сказала Тайлер.

Эта фраза приятно удивила Эйба. Многим на ее месте сейчас хотелось бы замкнуться в себе и остаться наедине со своей потерей. Ее же реакция оказалась гораздо более здравой.

- Значит, поплаваем, - сказал он.

- Но ведь у нас даже нет купальников, - напомнила ей Нора. - У меня, по крайней мере, точно нет, а у тебя?

- Я хочу купить себе новый.

- Ладно. Договорились. Тогда я тоже.

Эйб завел машину и медленно поехал вверх по дороге.

- Почему бы нам не высадить вас около магазина, чтобы вы спокойно купили купальники, а мы с Джеком съездим пока в мотель и заберем вас через пятнадцать минут?

- Нет, пятнадцати минут нам не хватит, - с улыбкой сказала Нора.

В следующем квартале Эйб увидел магазинчик с вывеской «Спортивные товары Уилла». Белая надпись на витрине извещала, что здесь можно прикупить охотничье оружие, рыболовные снасти, все для плаванья и походное снаряжение.

- Как вам этот? - спросил он.

- Заглянем, - сказала Нора.

Он подъехал к обочине. Тайлер посмотрела ему в глаза.

- Возвращайтесь поскорее, - сказала она.

- Непременно. Встретимся на этом же месте.

Она открыла дверь и вышла. Нора толкнула спинку сиденья вперед и посмотрела на Эйба, будто что-то хотела сказать, но передумала. Затем она присоединилась к Тайлер. Эйб дождался, когда они обойдут автомобиль и выехал на дорогу.

- Боже, - сказал Джек. - Бедная девочка.

- Она здорово держится.

- Сильная.

- Да.

- Нора сказала, что она чуть не вышла за этого парня замуж. Потом поняла, как ошиблась, отказавшись, вот и вернулась сюда - дать ему еще один шанс.

Эйб кивнул. Он изучал фасады домов.

- А еще Нора сказала, что она передумала. И причиной тому стал ты.

Эйб ничего не ответил, но почувствовал, как чаще забилось сердце.

- Она считает, что Тайлер по-настоящему в тебя влюбилась. Ну и вкусы у нее!

Эйб усмехнулся. Вырулив направо, он заметил на одном из домов пару флагов и пригляделся повнимательнее. Серое каменное строение, больше всего напоминавшее здание почты, на деле оказалось городской управой. Он притормозил.

- Что ты задумал?

- Съезди пока в мотель. Возьми плавки и полотенца и возвращайся сюда. Я хочу кое-что проверить.

- Насчет Дженсона?

- Угадал.

Не выключая двигателя, он передал Джеку ключ от номера. Затем вышел из машины, пересек дорогу и направился к дверям административных офисов. Он выбрал дверь, над которой красовалась пятиконечная синяя звезда. «Полицейский Департамент Малкаса-Пойнт» гласила табличка сбоку. Он открыл дверь, вошел в комнату ожидания и подошел к одному из трех окошек в перегородке из матового стекла.

-…Придется конфисковать, - говорил сидевший в помещении мужчина.

Он сидел на столе, спиной к окну.

Девушка-полицейский кивнула ему в ответ. Униформа слишком туго обтягивала широкие бедра и грудь. На положенный двадцать один год она никак не тянула. Со своей короткой прической, в профиль она очень напоминала Тайлер. Поскольку взгляд ее был устремлен на другого полицейского, Эйба она не заметила.

- Пусть это сделает Бикс, а ты проконтролируй.

- О, да. Чудесно. Обожаю Бикса.

- Жизнь сурова, Люси. Он козел, и я хочу, чтобы ты его проконтролировала. А то дай ему хоть полшанса - он нарочно все завалит, чтобы нам досадить. Как только появится - известишь меня. Я хочу убедиться, что все в порядке.

- Хорошо.

- Будет лапать - разрешаю хорошенько врезать.

Она мило улыбнулась:

- Я его арестую за провокацию рвотного рефлекса у офицера полиции.

Она уже отворачивалась, как вдруг увидела Эйба и кивком известила полицейского о посетителе.

Мужчина посмотрел через плечо, улыбнулся и спрыгнул со стола, в то время как Люси направилась к боковой двери. Он был повыше Эйба, с худым и изрядно помятым лицом. Седые волосы на висках были длинными, словно компенсируя лысину. Серые глаза того же цвета, что и волосы. Глаза снайпера, - подумал Эйб. - Но в то же время и глаза полицейского - слишком осторожные и немного смущенные.

- Добрый день, сэр, - сказал он. - Я - Гарри Парселл. Чем могу вам помочь?

- Я только что с экскурсии из Дома Зверя.

На его лице появилась улыбка:

- Да?

- У них имеется экспонат, изображающий Дэна Дженсона.

Улыбки как не бывало:

- Я в курсе.

- Я был с молодой леди, которая его знала. Можете мне сказать, что с ним случилось?

Подбородок Парселла дернулся вверх, словно он наступил на гвоздь.

- О-о, - сказал он, - хотите сказать, она не знала о том, что он мертв?

- Именно. Она поняла это только тогда, когда увидела его восковое лицо.

- О-о! Вот это удар, вот это шок. И как она, держится?

- Она молодцом.

- Проклятый сраный дом. Иной раз так руки и чешутся его поджечь.

- Как на самом деле был убит Дэн Дженсон?

- Вошел туда без прикрытия. Он спокойно себе патрулировал, вдруг заметил в одном из окон свет… А всем известно, что никто не суется туда по ночам. Даже Катч и Хапсон. Если верить их словам. Так что Дженсон решил, что в дом пробрались вандалы. Он попытался вызвать по рации подкрепление, но у нас как назло не имелось свободного персонала. В патруле тогда были двое полицейских и командующий в дежурке. Причем Суини, второй патрульный, как раз отъехал перекусить. Дженсон сказал, что дождется его, но все-таки отправился в одиночку. И не вернулся. Когда Суини туда добрался, он только и обнаружил, что оставленную в машине рацию. Сам он туда не пошел - не могу сказать, что я его виню. Мы собрали все резервы - даже пожарную бригаду подключили - и ворвались в дом. И обнаружили его тело. В коридоре наверху. И еще двоих. Зиглера с пацаном. Обыскали все сверху донизу. В итоге - пшик.

- А что стало с его телом?

- Его забрала сестра. Кажется, куда-то на юг. Вроде, в Сакраменто. Ужасно жаль. Славный был парень.

- А коронер осматривал?

- Конечно. По всем трем телам был вынесен вердикт: «Смерть от руки неизвестного». Да вот беда - никакого «неизвестного» мы не обнаружили. Мы провели полное расследование, да что толку? Улик было мало. Нельзя было даже с уверенностью сказать, что это сделал человек. Могло быть и дикое животное, только мы не могли понять, какое. У нас в горах изредка встречаются койоты, но они для такого слишком мелкие. Мы не исключали, что это может быть собака, мастиф там, или датский дог. Поговаривали, что это была рысь или медведь, хотя я ума не приложу, откуда они могли там взяться. Но это исключено. У животных имеется шерсть, а все найденные волосы были человеческими.

- А человек смог бы нанести такие раны? - спросил Эйб.

Полицейский пожал плечами:

- Только если бы обладал необыкновенной силой и огромными ногтями.

- А отметины на фигуре похожи на следы когтей?

- Была у нас теория, что убийца мог использовать какое-то приспособление, типа садовых грабель или перчаток с шипами. На первый взгляд, конечно, кажется притянутым за уши, но в этом деле вообще все абсурдно.

- Думаете, это сделал зверь?

- Я уверен лишь в том, что Мэгги хочет всех в этом убедить. У нее после убийств прибыль подскочила до заоблачных высот. А это, на мой взгляд, уже какой-никакой мотив. Если бы меня спросили (доказательств никаких нету), кого я считаю виновным, я бы в первую очередь указал на нее. Думаю, ее сынку, Акселю, вполне по силам оторвать человеку руку. Вик или Мэгги могли ему помогать. Расправились с Зиглером и его ребенком, убили Дэна, как свидетеля, а затем использовали какое-то приспособление с когтями, чтобы было похоже на зверя, прежде чем мы успели окружить дом и войти в него. Это мои догадки, но я уже говорил, для суда их недостаточно.

- А что вы думаете о других убийствах?

Он подался вперед, навалившись локтями на стол.

- Я вам скажу, что я думаю, да и не я один. Я скажу, что Мэгги Катч, может быть, с помощью Вика Хапсона, еще в далеком тридцать первом убила собственного мужа и детей, изуродовала их тела и выдумала всю эту историю с таинственным существом, чтобы привязать все к старому убийству Торнов, и отмести подозрения от себя. Я тогда еще мальчишкой был, но хорошо помню, что такие слухи ходили. Вик тогда учился в средней школе и подрабатывал у Катчей во дворе. Об их с Мэгги связи поговаривали еще до убийства. Тогда их подозревали практически все, но со временем слухи утихли. А в пятидесятые заговорили снова, после того, как там прикончили парнишку Бэгли, но экскурсии шли уже давно, и полгорода искренне верило в существование зверя. Да еще и выживший пацан, Мэйвуд, твердил, что его друга и впрямь разорвал какой-то монстр. Разумеется, он был в истерике. Опять же, и темнота. Наверняка, он ожидал увидеть какую-нибудь адскую тварь, вот воображение и сыграло с ним злую шутку. Опять же, Хапсон мог вырядиться в какой-нибудь костюм. Кто знает?

- А историю Капитана Фрэнка о звере вы когда-нибудь слышали?

- Да этот старый козел забодал уже всех своей историей. Как он там его звал, Пого?

- Бобо.

- Скажи мне этот хмырь, что у меня на роже имеется нос, я бы посмотрелся в зеркало, прежде чем поверить.

Эйб усмехнулся:

- Он не слишком надежный человек?

- Он любит быть в центре внимания и понимает, что многие - особенно туристы - будут, послушав его байки о звере, визжать от счастья, как свиньи в говнище. Он дает им то, что они хотят, и имеет с этого свои полчаса славы.

- Он рассказывал, что это существо убило его сестру.

- Я проверял. Мы подняли документы вплоть до 1853 года, когда город только основали. Согласно газетам, его сестру растерзал койот. Отец его действительно ходил на торговом судне в Австралию, но нет ни единого намека на то, что он привез оттуда какую-то неведому зверушку. Теоретически, конечно, мог, но я думаю, что Фрэнк уцепился за путешествия своего папаши, чтоб рассказ лучше звучал. Если бы его старик работал шахтером, он говорил бы, что зверя поймали в забое.

- Я понял, что вы имеете в виду, - сказал Эйб. - Я, пожалуй, пойду, меня ждут друзья, - oн протянул руку, и полицейский ее пожал. - И спасибо, что нашли время рассказать мне все это.

- Очень жаль, что так вышло с вашей подругой. Можете ей передать, что Дэн пал смертью храбрых, выполняя свой долг, и мы по нему скучаем.

- Обязательно передам. Еще раз спасибо, - сказал Эйб, и собрался было уходить.

- Постойте. Прежде чем уйти, ответьте, пожалуйста, на один вопрос. Вчера ночью вы были в «Последнем шансе», верно? Где еще вы могли услышать историю про Бобо…

- Совершенно верно.

- Остановились в «Милости просим»?

- Насколько я знаю, это единственный мотель в городе.

- Ничего странного там не замечали?

- Странного? В каком смысле?

- Кажется, Кроганы - семья владельцев - нигде сегодня не появлялись. Нам сообщил об этом повар, около шести. Их офис заперт. Мы отправили туда человека, и он выяснил, что сегодня там никто не ночевал. Их автомобиль стоит за чертой города вниз по дороге. А самих нигде нет.

- Странно, - покачал головой Эйб. - Нет, ничего необычного я не замечал.

- Мы и сами не придали этому значения, пока не обнаружили машину. Это произошло около часа назад. Кажется, они попали в беду.

- Я спрошу у своих друзей, может, они что-то видели.

- Буду вам очень признателен. Мы отправляли туда человека, чтобы он опросил гостей отеля, но он никого не смог застать в номерах. В основном их снимают туристы, и вряд ли кто-то из них будет сидеть с утра в номере. Люди приезжают сюда в отпуск и не хотят терять времени зря.

- Ладно, я постараюсь узнать все, что смогу.

- Если выяснится, что ваши друзья видели или слышали что-то подозрительное, попросите их зайти сюда.

- Конечно. С этой семьей и впрямь могло что-нибудь случиться. Если нам удастся что-либо выяснить, мы обязательно с вами свяжемся.

- Вот и правильно. Хотя я все же надеюсь, что они объявятся.

- Я тоже, - oн поднес палец к брови, словно отдавая честь. - Всего хорошего.

Выйдя на улицу, Эйб взглядом поискал автомобиль. «Мустанга» нигде не было, поэтому он прошел до угла и посмотрел вниз по Фронт-стрит, в надежде увидеть Тайлер и Нору. Они, похоже, все еще отоваривались. Он перешел дорогу и встал у обочины, поджидая Джека.

Со станции техобслуживания на дорогу выехал сине-белый патрульный автомобиль. Должно быть, Люси, подумал он, а за нею - Бикс на эвакуаторе. Поравнявшись с Эйбом, Люси улыбнулась ему и помахала рукой. Он помахал в ответ. Бикс вел эвакуатор, глубоко запихнув в рот палец. Патрульная машина вместе с эвакуатором медленно спустилась вниз по дороге, постояла на светофоре, двинулась дальше. Они миновали билетную будку Дома Зверя и вскоре исчезли из виду, там, где дорога сворачивала в лесистые холмы.

Эйб перевел взгляд на тротуар. Внизу по улице какая-то женщина заходила в магазин, толкая перед собой детскую коляску. Когда она скрылась, Эйбу открылся вид на магазинчик спортивных товаров. И никаких следов Норы и Тайлер.

Вскоре рядом с ним остановился «Мустанг». На пассажирском сидении лежала груда пляжных полотенец, увенчанная голубыми плавками. Он открыл дверь, поднял все это и сел.

- Извини, чуток задержался, - сказал Джек, - пришлось пообщаться с копом.

- Пропавшая семья?

- А, ты уже в курсе. Расскажу тогда, о чем ты не знаешь, - oн взглянул в боковое зеркало и свернул в безлюдный переулок. - Они не единственные пропавшие. Я беседовал с копом, когда подошел этот Харди и сообщил, что Блейк, его друг, не вернулся утром. Харди говорит, что не видел его с прошлой ночи.

- Интрига нарастает, - сказал Эйб.

- Да уж, коп был до того заинтригован, что потерял ко мне всякий интерес. Иначе торчать бы мне с ним и посейчас.

- Ничего, все равно дамы, я думаю, еще не закончили с покупками.

Джек припарковался напротив «Спортивных товаров Уилла».

- Боюсь, что ждать придется долго, - сказал он. - Когда девчонки подбирают купальники, это может растянуться на весь день. Итак, что тебе удалось узнать о Дженсоне?

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

- Поверни здесь, - сказала Нора.

Сидящая на заднем сиденье Тайлер смотрела в пол, когда Джек свернул на Бич-Лейн. Ей ни за что не хотелось смотреть на дорогу, по которой они ехали вчера, но перед глазами так и стоял образ: кирпичный дом без окон слева, лес справа, ряд почтовых ящиков, один из которых принадлежал Дэну. Она видела себя и Нору, бредущих тенистой аллеей среди деревьев, незнакомца, уставившегося на них сквозь сетчатую ширму. Она вспомнила заброшенное жилище Дэна с пустой террасой, и как ей хотелось поскорее уйти. Еще ни о чем не ведая, она почему-то была совершенно уверена, что поиски Дэна добром не кончатся. Мертв уже больше года. Боже, в это трудно было поверить. Он живет в Доме Зверя? «Я бы не совсем так выразился». Этот полоумный старик, Капитан Фрэнк, знал обо всем. Он играл с ней. Даже вчера вечером он обо всем смолчал. Быть может, ему просто не хватило мужества. Возможно, он не нашел в себе сил сообщить ей такую новость. Наверное, он испытывал чувство вины за то, что сделали его отец и Бобо.

Ей хотелось, чтобы он рассказал еще тогда. Ни за что на свете не пошла бы она в это чудовищное место, если бы знала, что ее там ждет. Тело Дэна - нет, не тело, всего лишь восковая кукла…

И она упала в обморок. Боже, она упала в обморок! На глазах у всех. От мыслей об этом ее всякий раз бросало в жар, даже в магазине, когда она выбирала купальник.

Упала в обморок. Блевала.

Все это было ужасно само по себе, но вдобавок ее мучил стыд: она переживает из-за своего позора, а должна бы страдать из-за смерти Дэна. Ей следовало оплакивать его, а не думать о своем унижении.

Но где-то глубоко внутри, там где, казалось бы, должна поселиться боль, ощущалась лишь пустота, совсем не похожая на истинное горе.

Машина остановилась.

- Все выходим, - сказала Нора.

- Идите без меня, - сказал Эйб. - Я хочу переодеться здесь.

Тайлер вышла вслед за Норой.

- Жаль, - сказала Нора. - Я думала, мы все вместе сделаем это на пляже.

Поблизости были припаркованы еще два автомобиля и фургон, однако отдыхающих Тайлер не видела. Вероятно, они уже спустились к океану.

- Я подожду Эйба, - сказала она.

- Мы же никуда не спешим, - сказала Нора. - Можем подождать его все вме…

Джек хлопнул ее по ягодице.

- Пойдем, - сказал он.

Взявшись за руки, они двинулись вниз по холму. На ходу Джек что-то говорил Норе, а та кивала в ответ.

Тайлер подошла к передней части «Мустанга» и облокотилась на капот, глядя на пыльную дорогу и растущие на обочине сорняки, и прекрасно понимая, что Эйб, вероятно, смотрит на нее, надевая плавки. Она задалась вопросом, почему он не надел их в мотеле, как наверняка сделал Джек. До нее донеслось тихое побрякивание пряжки его ремня. Автомобиль слегка покачнулся под ее ягодицами. Вероятно, после того, как Эйб привстал, чтобы спустить брюки, и снова сел. Подумав об этом, она внезапно испытала прилив возбуждения, отчего чувство вины еще усилилось.

Я не предаю Дэна, - сказала она себе. - Все было решено прежде, чем я узнала. Я не могу обуздать свои чувства. Не могу. Мне очень жаль.

Ее руки быстро скользнули вниз, расстегивая пуговицы блузки. Она высвободила руки из рукавов и стряхнула ее на капот. Солнечное тепло и легкий ветерок нежно ласкали кожу, и она почти ощущала на себе взгляд Эйба. Интересно, надел ли он уже плавки. Возбуждает ли его сейчас вид ее обнаженной (не считая завязок лифчика) спины? Они с Норой оплатили бикини и сразу же переоделись в них в примерочной кабинке. И сейчас она почти жалела, что не положила тогда свое в сумочку. Она могла бы раздеться догола прямо здесь, под ласковым солнцем и океанским бризом, на глазах у изумленного Эйба. Это казалось странным, но в данный момент она чувствовала, что вполне способна на такую выходку. Легкомысленную, возможно, немного отчаянную. Она могла бы потянуться рукою за спину, прямо сейчас, и разорвать завязки, и пусть лифчик ко всем чертям упадет, и она повернется к Эйбу лицом…

Он решит, что она сошла с ума.

Может статься, и впрямь сошла.

Борясь с желанием сорвать лифчик, она отошла от капота и расстегнула брючки. Они соскользнули по ногам, она вышла из них и аккуратно разложила на капоте, даже не обернувшись, чтобы разглядеть лицо Эйба за стеклом. А потом снова облокотилась задом на капот.

Долгонько он что-то.

Наверное, наслаждается зрелищем.

Я тебе и не такое еще покажу.

Господи, да что со мной творится?

Глядя на себя, она пыталась понять, что на нее нашло в магазине. Дома у нее было точно такое же бикини - она никогда не показывалась в нем на людях, носила его только у себя на закрытой террасе. Почему же она купила сегодня точно такое же? И почему, несмотря на то, что она почти без ничего, ей так хочется сорвать с себя все, предстать перед Эйбом совершенно голой?..

Я наверняка спятила, - подумала она.

Дело было в том, что она узнала правду о Дэне. В страхе и одиночестве. И еще больше, наверное - в ласках солнца и морского воздуха, гладкой материи, покрывающей ее соски и туго натянувшейся в паху, и осознании, что сама она жива и полна сил, всем смертям назло.

Звук открывающейся двери прервал ее мысли. Она обернулась и увидела, как Эйб вышел из машины. Он выглядел загорелым и подтянутым, одетый лишь в бледно-голубые плавки-боксеры. Под мышкой он нес свернутое полотенце.

- Недурной прикид, - сказал он.

- Спасибо. Твой тоже.

Он рассмеялся.

- Хочешь, оставим твою одежду здесь? - oн протянул руку.

Она передала ему блузку и брюки. Он положил их в машину и запер двери, после чего подошел к ней, глядя в глаза. Внезапно его улыбка сменилась хмурым, серьезным выражением.

- В чем дело? - спросила Тайлер.

Он подхватил полотенце, взял ее за руку и повел к спуску.

- Я не возвращался в мотель, - сказал он. - Вместо этого я заходил в отделение полиции.

- Полиции?

- Я хотел узнать побольше о Дэне. Я подумал, что… мы должны знать правду.

Тайлер почувствовала, как внутри вновь стало нарастать ужасное чувство вины и боли.

- И? - пробормотала она.

- Не особо много узнал. Да, он был убит. В том доме. Они не знают, кто это сделал. Его сестра увезла тело в Сакраменто.

- Роберта. Бухгалтер. Как-то раз обедала с нами в ресторанчике Бена Джонсона. Чудесный человек.

Эйб отпустил ее руку, приобнял за талию и притянул к себе.

- Мне очень жаль, что все случилось именно так.

- По крайней мере… его родителей уже нет в живых. Для них это было бы чудовищным потрясением. Он не был женат?

- Об этом я не спрашивал. Думаю, не был, потому что сестра…

- Наверное, ты прав. Боже, это же просто смешно. Самое большее, о чем я тревожилась вчера - что он женат. Сегодня - наоборот, что холост. А он все это время лежал в этом доме, мертвый и выставленный на всеобщее обозрение.

- Это не он, Тайлер.

- Да, я знаю. И постоянно продолжаю твердить это себе. Боже, кто им только позволил выставлять такое в виде экспонатов…

- У мадам Тюссо это делают уже пару сотен лет.

- Но ведь это неправильно.

- Да, - сказал Эйб, - я тоже так считаю.

- Интересно, можно получить какое-нибудь специальное постановление суда, чтобы его оттуда убрали?

Выйдя на извилистый спуск по склону, Тайлер увидела у кромки океана Нору и Джека. Волны накатывали на берег. Неподалеку от них, по щиколотки в воде, стояла женщина, держа за руку малыша. Вдоль береговой линии бежал мужчина, перед ним скакал черный ретривер. У подножия склона на одеяле тискалась молодая парочка. Тайлер почувствовала, как рука Эйба поглаживает ее бок, и глубоко втянула свежий, пахнущий океаном воздух.

- Когда вы собираетесь уезжать? - спросила она.

- Нам некуда торопиться.

- Сегодня? Вы уезжаете сегодня?

- Это кое от чего зависит.

- И от чего же?

- От тебя.

Она остановилась и повернулась к Эйбу. Полотенце выпало из его руки. Он посмотрел ей в глаза и, подняв руки, обнял за плечи.

- Я останусь еще на одну ночь, - сказала она, - если останешься ты.

Он улыбнулся:

- Думаешь, Нора не будет возражать?

- Шутишь?

Он прижал Тайлер к себе. Очень осторожно. Приобнимая ее одной рукой за спину, другой он нежно погладил ее по волосам. Она крепко обняла его. Его тело было гладким и теплым, и Тайлер вспомнила, как они обнимались утром и его руки у себя на груди. Казалось, все это было давным-давно, и Дэн незримо присутствовал в комнате с ними. Если мне придется потерять тебя, когда вы встретитесь с этим парнем, - сказал тогда Эйб, - то я не хотел бы… заходить дальше. Поверь, я очень хочу тебя. Это воспоминание заставило сердце Тайлер заколотиться чаще. Вина нахлынула с новой силой, и она посильнее прижалась к Эйбу, чтобы отогнать ее. И хотя он гладил ее по волосам и спине деликатно, словно лишь утешая, Тайлер почувствовала его эрекцию.

Эйб отступил назад, выдавив смущенную улыбку:

- Думаю, что смогу остаться здесь еще на одну ночь.

Тайлер кивнула. Она слегка задыхалась.

- Я очень бы этого хотела.

Он посмотрел на море, а Тайлер перевела взгляд на его плавки. Под ними заметно выпирало, поднимаясь под наклоном вверх, и даже немного оттягивая резинку от талии.

- Есть одна закавыка, - сказал он и нагнулся поднять полотенце.

- Закавыка?

Они продолжили спуск к океану.

- Кажется, владельцы мотеля пропали без вести. Сегодня утром нашли их машину. Пустую. Никто не знает, что с ними произошло.

- Думаешь, мотель могут закрыть?

- Даже не знаю, может, их есть кому подменить.

- Ну здорово. Он вроде единственный в городе, так?

- Насколько я знаю, да. И Брайан Блейк, предположительно, тоже пропал.

- Что за чертовщина здесь происходит?

- Я не знаю.

- О, Боже. Ну и городок. Я сразу, как приехали, знала, что местечко стремное. Еще прошлым вечером убраться хотела. И убралась бы, когда б не ты.

- Когда б не я?

- Я осталась здесь только из-за тебя, - сказала Тайлер и стиснула его руку.

- Прости.

- Не извиняйся. Да и Нора не согласилась бы уехать вчера.

Спустившись на пляж, Тайлер скинула сандалии. Взяв их в руку, другой рукой обняла Эйба. Песок был горячий, почти обжигающий. Поодаль Нора с Джеком шлепали по мелководью; их одежда была свалена в кучу. Тайлер кинула рядом свои босоножки. Эйб положил полотенце.

- Ну что, пошли? - спросила Тайлер.

- Нам обоим надобно остыть.

Смеясь, она припустила от него по песку. Эйб легко догнал ее и побежал рядом. Холодная вода захлестнула ноги. Она проскочила волну высотой до колен, бултыхнулась в следующую, обдавшую холодом ее бедра, и нырнула. На мгновение тело сковало холодом, потом стало лучше. Она вынырнула, и теперь поднималась-опускалась на волнах. Что-то ухватило ее за ногу, и она подумала - акула! Но тут же поняла, что это Эйб.

Она освободила ногу, вынырнула и развернулась. Мгновение спустя голова Эйба выскочила на поверхность - спутанные волосы свисали вниз, на лице блестели капли воды. Она плеснула на него водой. Он снова нырнул. Она видела, как он устремился к ней, протягивая руки, почувствовала их у себя на бедрах. Он притянул ее к себе. Его тело скользило по ее телу, словно смазанное маслом. Он уткнулся носом в ее шею, поцеловал в губы. Они кружились под водой, обнимаясь. Одно из его бедер протиснулось между ее раздвинутыми ногами, и она, задрожав, сжала их, удерживая его там. Затем опустила руку вниз и, просунув под резинку плавок, крепко сжала его ягодицу. Но ее легкие уже начали болеть. Она оттолкнулась от Эйба и, всплыв на поверхность, принялась жадно хватать воздух ртом. Эйб вынырнул прямо перед ней. Барахтаясь в воде, они пытались восстановить дыхание.

- Утопить меня хочешь? - спросила, наконец, Тайлер.

- А не ты меня?

- Какой ты молодец, - сказала она.

И вдруг вспомнила Дэна, лежащего посреди коридора с выдранной глоткой.

- Что? - спросил Эйб.

- Ничего.

- Ничего?

- Я все пытаюсь… забыть о Дэне. И все равно вспоминаю.

- Ага.

- Не возражаешь, если мы выйдем из воды?

- Нет, конечно, если тебе так будет лучше.

- Лучше б нам выйти, - сказала она, выдавив улыбку, - пока мы не потеряли наши купальники.

- Уважительная причина.

Бок о бок они подплыли к берегу и начали выходить; волны подталкивали их сзади, словно поторапливая.

- Давай немного прогуляемся по берегу, - предложила Тайлер.

- Полотенце?

- Высохнем на солнце.

Она взяла Эйба за руку, и они пошли вдоль береговой линии. Волны то и дело захлестывали их ноги. Солнце припекало. В вышине с визгом кружились чайки. А прямо к ним неспешно шли Джек с Норой.

- Я хочу, чтобы ты кое-что знал, - сказала Тайлер.

- Ой-ё…

- Нет, не могу… Просто я… просто я не хочу, чтобы ты думал… Боже, как же мне это объяснить? Я начала испытывать к тебе чувства еще до того, как узнала, что произошло с Дэном. Помнишь, что было сегодня утром в моей комнате?

- Как такое забудешь?

- Ведь все это происходило… до экскурсии. И я уже тогда решила… не связываться больше с ним.

Эйб кивнул, словно знал это заранее.

- Просто я не хочу, чтобы ты думал, будто я… Я имею в виду, что я не какая-то ветренная. Это никак не связано с ним. Черт, я хотела тебя еще вчера вечером. Но тогда он все еще был причиной… Боже, что я несу? «Был причиной» - а теперь его нет.

- Думаю, я понимаю тебя, Тайлер.

- Гляньте-ка, ребятки накупались! - воскликнула подошедшая к ним вместе с Джеком Нора. - Неужели и булочки не отморозили?

- Было совсем неплохо, - сказала Тайлер, - попробуйте.

- Нетушки. Я собираюсь разложить на песке вон то полотенце и понежиться на солнышке. Мы же здесь еще побудем, верно?

- Конечно, - сказал Эйб. - Но есть одна загвоздка… Никто не против остаться в этом городке еще на одну ночь?

- Да все в ажуре! - воскликнула Нора, глядя на Джека и многозначительно шевеля бровями. - Что скажешь, Тигр? Уже в полной боевой?

- А вот с мотелем могут быть проблемы, - сказал Джек Эйбу.

- Странно, да? - спросила Нора. - Как думаете, что могло случиться с этими людьми?

- Я пообещал полицейским разузнать все, что смогу, - сказал Эйб. - Никто из вас не замечал вчера ночью чего-нибудь необычного?

- Ничегошеньки, - сказала Нора.

Джек покачал головой.

- Если мотель закроют, - сказала Тайлер, - лучше бы нам узнать об этом сразу. - Ее сердце снова заколотилось. - Почему бы нам с Эйбом не съездить туда прямо сейчас и не разузнать новости? Если все будет о'кей, мы сможем продлить регистрацию и вернуться к вам.

- Чудесно.

- Что скажешь, Эйб? - спросила Тайлер.

- Поехали.

Оставив Нору и Джека раскладывать на песке полотенца, они начали взбираться вверх по склону. Тайлер нервничала. До парковки, как назло, было очень далеко. Наконец они подошли к машине. Эйб открыл пассажирскую дверь, опустил окно и бросил полотенце на заднее сиденье.

- Ой, - сказала Тайлер. - Мне бы надеть что-нибудь.

- Ты и так хороша, - сказал он.

Пожав плечами, она забралась в салон, подскочила на раскалившемся сиденье и увидела, что Эйб тоже вздрогнул, усевшись за руль.

- Горячо? - спросила она.

- Бывало и хуже.

- Все-таки надо было одеться.

- Ты мне нравишься такая.

Наклонившись, он положил руку ей на ногу, легонько похлопал по бедру, с мгновение смотрел ей в глаза, а потом завел машину.

Тайлер вжалась в кресло, когда они проезжали центр города. Эйб изредка поглядывал на нее с озабоченным видом. Всю дорогу он хранил молчание.

Нервничает? - удивлялась она.

- Зайдем в офис регистрации чуть позже, - сказал он наконец.

Не считая «Мерседеса» Гормана Харди, стоянка мотеля пустовала.

- Надеюсь, с нашими номерами все в порядке, - прошептала Тайлер.

Он припарковался перед ее коттеджем. Тайлер открыла дверь и вышла. Легкий бриз слегка охладил взопревшую кожу. Склонившись над задним сиденьем, она подняла сумочку и одежду.

Руки ее дрожали. На крыльце она выронила ключ от номера. Эйб поднял его и отпер дверь.

В комнате стоял полумрак, занавески трепетали возле открытого окна. Кровать, на которой Тайлер провела прошлую ночь, была не заправлена. Она подошла к туалетному столику и оперлась о него руками.

В зеркале она увидела подошедшего сзади Эйба. Он раздвинул ей волосы и поцеловал в затылок. Он поглаживал ее бока и живот. Она смотрела, как его руки скользят вверх, и тихонько застонала, когда они сжались на прикрытых тоненькой полоской бикини грудях.

- Тайлер, - прошептал он.

- А?

- Красивое имя.

- Дурацкое имя.

- А мне оно нравится. Мне все в тебе нравится.

- Льстец.

- Да.

- Тебе нравится мой пот?

- Мне нравится, что он делает тебя такой скользкой, - сказал он, опуская ладони к ее животу.

- То же самое делает и мыло.

- М-м-м…

- Пойдем в душ.

Он потеребил завязки ее трусиков на бедрах. Она отстранила его руку.

- Терпение. Сперва надо смыть соленую воду с купальников.

Он тихонько засмеялся и последовал за ней в ванную. Тайлер склонилась над ванной, включила горячий кран и подставила руку. Холодная поначалу, вода быстро нагревалась. Эйб коснулся ее ягодицы, и она вздрогнула от неожиданности. Его ладонь была большой и теплой. Она медленно скользнула вниз. Она задохнулась, чувствуя, как слабеют ноги, когда он просунул между ними руку. Она вцепилась в край ванны, чтобы устоять на ногах. Пар от горячей струи поднимался к ее лицу. Она обернулась. Эйб одарил ее невинной улыбкой и убрал руку.

Тайлер включила холодную воду, подрегулировала напор и коснулась воды. Все еще слишком горячая. Тогда она вновь потянулась к ручке крана и почувствовала пальцы Эйба на бедре. Обернувшись, она увидела, что он развязывает один из шнурков на ее трусиках-бикини. Через мгновение белый треугольник свободно болтался. Она повернула кран. Эйб развязал узелок с другой стороны. Она еще немного повернула кран и почувствовала, как Эйб снял с нее трусики. Он перебросил их через ее голову, и они упали в ванну.

- Какой ты услужливый, - сказала Тайлер.

- Стараюсь.

Она потрогала воду. В самый раз.

- А что насчет твоих плавок? - спросила она, поворачивая переключатель душа.

- Это твоя работа.

Из душа полилась струя. Выпрямившись, Тайлер задернула занавеску и потянулась через зазор потрогать воду. Эйб, стоя рядом с ней, скользил рукой по ее ягодицам и спине.

- Душ готов, - сказала она.

- Леди - вперед.

Тайлер забралась в ванну, прошла сквозь струю и отступила к кафельной стенке. Затем в ванну забрался Эйб. Задернув занавеску, он повернулся к ней, сощурив от капель один глаз, отчего улыбка на его лице получилась несколько глуповатой.

Тайлер опустилась в его объятия. Вода струилась по их лицам, когда они целовались. Его скользкое тело прижалось к ее. Его руки гуляли по ее спине, ласкали ягодицы. Затем его руки скользнули вверх. Он возился с завязками лифчика на ее спине и шее. Развязав, отпустил, позволив лифчику упасть. Он смотрел, как брызги воды стекают по ее груди. Он исследовал ее руками, сжимая, пощипывая соски, заставляя Тайлер тяжело дышать и извиваться.

Пригнувшись, он потерся о нее лицом. Она чувствовала его нос, ресницы, царапанье легкой щетины, поцелуи, мягкие прикосновения кончика языка, давление губ и края зубов. Тайлер сжала в ладонях его волосы, когда он начал посасывать ее грудь. Его рот казался огромным и мощным, он всасывал грудь почти до боли, потом отпускал и переходил на другую. Когда он отстранился, она потянула его за волосы, заставляя встать. Она вновь прижалась своим ртом к его и извивалась в его объятиях.

Повернувшись к струе душа спиной, она смахнула воду с лица и потерла плечи и грудь. Затем ее взгляд скользнул к его плавкам. Между резинкой и талией вновь образовалась узкая щель, совсем как на пляже. На сей раз она скользнула туда пальцами и обхватила член. Упершись лбом Эйбу в грудь, она смотрела на него сверху вниз. Его руки неподвижно замерли на ее плечах. Она плотнее обхватила член ладонью, исследуя его по всей длине. А затем присела и спустила плавки по ногам вниз. Он вышел из них. Руки Тайлер сомкнулись на его бедрах. Она нежно сжала его мошонку, обвила пальцы вокруг члена, плавно водя ими вверх и вниз, наклонилась и поцеловала головку. Потом принялась ласкать языком. Придерживая Эйба за ягодицы, она целовала ниже, ощущая тепло его члена на своей щеке. Потом раскрыла губы, и погрузила его в рот, поглаживая языком. Она ввела его в рот как можно глубже. Он извивался, вцепившись в ее волосы, ягодицы напряглись под ее руками, когда она сосала.

- Лучше притормози, - предупредил он задыхающимся голосом.

Ее рот скользнул назад, она поцеловала головку и снова обхватила губами.

- Тайлер.

Он осторожно отпустил ее волосы. Какое-то время она еще продолжала ласкать его ртом, а затем встала и обняла, ощущая упругую плоть своим животом.

- Я хочу тебя. Прямо сейчас, - выдохнула она ему в рот.

- Здесь?

- Да.

Она легла в ванну, раздвинув колени и прижав их к стенкам. Эйб опустился на нее. Горячая струя душа била ей прямо в лицо. Затем голова Эйба закрыла его от брызг. Эйб встал над ней на четвереньки. Когда он поцеловал ее, она почувствовала прикосновение между ног. Он двигался медленно, головка члена поглаживала ее щель. Она вздрогнула, когда он коснулся ее клитора, и застонала, извиваясь, когда он так и остался там, продолжая плавные движения. Затем он немного сместился, скользнув в нее глубже. Она хотела, чтобы он вошел в нее полностью, но Эйб пока не делал этого, сдерживая себя и словно дразня ее. Он вышел полностью, и она, издав стон, впилась пальцами в его поясницу. Он снова вошел в нее, быстро и глубоко, и входил все глубже, так глубоко, как она не могла и предположить.

Они лежали, соединившись, член Эйба находился глубоко в ее теле, словно часть ее самой. Оба не двигались. Тайлер - и Эйб, наверное, тоже - хорошо понимала, насколько они близки к оргазму. И не хотела, чтобы он наступил, это означало бы конец, по крайней мере, сейчас. А ей хотелось продлить этот момент, полностью прочувствовать его.

Вода все лила и лила. С лица Эйба она стекала на лицо Тайлер, в то время, как он целовал ее в губы, в нос, в глаза.

- О, Эйб, - прошептала она.

За стойкой регистрации стоял дородный, краснолицый мужчина в белой рубашке и галстуке-бабочке. Пряди волос пересекали его голову, словно набросанные пером чернильные штрихи. Он криво улыбнулся:

- Чем могу помочь, друзья?

- Мы въехали сюда вчера вечером, - сказал Эйб. - Хотели бы продлить регистрацию, если мотель все еще работает.

- Имена?

- Мы вписывались под фамилией Бренсон, - сказала Тайлер.

- Бренсон и Клэнтон, - добавил Эйб.

Мужчина принялся перебирать карточки в металлической коробке.

- Временно работать буду я, - сказал он, не прекращая поисков.

- Полиции удалось что-нибудь узнать о Кроганах? - спросил Эйб.

- Похоже, дело дрянь. В машине Марти обнаружили кровь. Я, понимаете ли, его деверь. Доля в деле принадлежит и нам, так что теперь я тут за главного. Надеюсь, моя жена пока не профукает к чертям аптеку, - oн вытащил две карточки. - А вот и мы. На сколько ночей вы хотите продлить регистрацию?

- Еще на одну, - сказал Эйб.

Он хотел было заплатить за все номера, но Тайлер настояла, что за себя и Нору она заплатит сама.

- А ресторан будет работать? - спросила она.

Мужчина кивнул.

- Мы будем все держать на плаву.

- Надеюсь, все сложится хорошо, - сказал Эйб.

- Я тоже, но не очень-то в этом уверен. В этом городке и раньше пропадали люди. И никто из них никогда не возвращался.

- Ну что ж, в любом случае, удачи и берегите себя, - сказал ему Эйб.

- Я прослежу за тем, чтобы в скором времени в ваших номерах навели порядок. Сделаю это сам, если не смогу отыскать Лоис. Ведь знала же, что мне очень нужна ее помощь. Не иначе как потому и смылась. Небось, нежится сейчас на пляже с этим Хейвудом.

- А нам как раз на пляж, - сказала Тайлер.

Он вскинул брови:

- Если встретите там Лоис, не передадите ли ей, что отец очень ждет ее здесь? За это я буду вам весьма признателен. Ей шестнадцать, длинные каштановые волосы, и носит бикини в горошек, за которое, по-хорошему, должно быть стыдно.

- Если увидим ее, - сказала Тайлер, - обязательно передадим.

Он поблагодарил их, и они ушли.

- Кажется, никого похожего мы там не видели, - сказал Эйб, когда они спускались по лестнице с крыльца.

- Нет, но сейчас она вполне может быть там. Прошло уже несколько часов.

- А я даже и не заметил.

Она усмехнулась, и Эйб похлопал ее по заду. Затем открыл пассажирскую дверь, пропуская ее в салон.

- Надеюсь, Нора с Джеком еще не подгорели там, как хрустящий картофель, - сказала она.

- Если и так, у нас была уважительная причина.

Эйб закрыл дверь и прошел к своей стороне автомобиля. Когда он сел за руль, Тайлер наклонилась и поцеловала его.

Она ехала, высунув локоть в окно, ветерок трепал ее волосы и расстегнутый на две пуговицы ворот блузки.

- За дорогой следи, охальник.

- Это не так-то просто.

Она улыбнулась и запрокинула голову. Эйб залюбовался ее горлом, гладкой, загорелой кожей в вырезе блузки и белым холмиком груди, открывавшимся, когда ветер трепал его.

Он отвернулся и посмотрел на дорогу. Он испытывал сейчас какую-то странную, приятную усталость, чувствовал себя счастливее, чем когда-либо в жизни, но примешивалось к этому какое-то странное беспокойство.

Лучше и быть не могло, - сказал он себе.

Может быть, проблема именно в этом.

Да, именно в этом.

Все произошло слишком хорошо, слишком быстро. Все началось меньше двадцати четырех часов назад, когда он увидел ее лицо, заляпанное кровью того психа с дороги. Едва заглянув в ее глаза, он почувствовал себя так, будто знал ее раньше. Нет, как будто должен был знать ее раньше. Как будто эта встреча должна была состояться еще давным-давно, и он просто не знал, где. Это было как найти давно утерянную часть самого себя.

С самого того момента она постоянно присутствовала в его мыслях. Он мог думать лишь о ней, переживал, надеялся. Вчера днем было совсем плохо, особенно когда она отправилась на поиски Дэна. Затем, во время ужина, угроза Дэна слегка померкла, но не полностью, и он провел ночь в беспокойной полудреме, мечтая о том, чтобы поскорее настало утро, и они отправились на эту экскурсию, хоть и очень сильно боялся этого, опасаясь ее потерять.

Он кивнул, осознав источник своего беспокойства: он все еще боялся ее потерять.

Тревога казалась беспричинной. Было очевидно, что она сделала выбор в его пользу, еще до того, как узнала о смерти Дэна. Она хотела его, возможно, не меньше, чем он хотел ее. Но их занятия любовью привели к такой близости и единению, что после этого он стал бояться потерять ее еще больше.

Это было потрясающе.

Но и пугающе.

- Ты выглядишь мрачнее тучи, - сказала она.

- Постсексуальная депрессия.

Она улыбнулась:

- И сколько, ты думаешь, она продлится?

- Наверное, до тех пор, пока мы снова не займемся любовью.

- До окончания обеда дотерпишь?

- Если это так необходимо, то да, - сказал он и свернул на Бич-Лейн.

В конце грунтовой дороги, припаркованный позади пикапа, стоял длинный, серый «Мерседес».

- Похоже на машину Харди, - сказала Тайлер. - Интересно, что этот мистер Совершенство делает на пляже?

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

- Батюшка мой - он с чувством вины больше тридцати годков прожил, и однажды сказал мне, что не может больше этого вынести, - Капитан Фрэнк поднес ко рту банку «Буда» и отхлебнул, щурясь на солнышке.

Горман достал еще одну - из упаковки, которую принес с собой, дабы развязать деду язык, - и откупорил ее. Капитан Фрэнк смял пустую банку и швырнул в сторону. Горман проследил за ее полетом.

- А было это в тот день, когда он впервые поведал мне историю о Бобо и сказал, что тот до сих пор жив и душегубствует.

- Вот, возьмите еще, - сказал Горман.

Капитан Фрэнк принял у него банку.

- Благодарствую, - oн откинулся на спинку шезлонга и сделал долгий глоток. - Уж молил я батюшку взять меня с собой, только он и слышать ничего не захотел. Велел мне остаться дома и заботиться о матушке. Как знал, что не назад не воротится, так оно и вышло. А был он мужик здоровый, да еще и «Винчестер» с собой захватил. Сдается мне, подкрался к нему сзади Бобо, да и напал со спины, - cвободной рукой старик свирепо цапнул воздух. - Вот эдак вот.

- Тело вашего отца нашли? - спросил Горман.

- Нет, сэр. Сдается мне, зарыли его там, всего скорей, в подвале.

- В подвале Дома Зверя?

- Сдается мне, что так.

- Но если вы в самом деле считаете, что вашего отца убил зверь, почему тогда старуха Катч не выставила его фигуру в доме?

- Могла бы, но не стала. Я вам скажу, старая крыса держит ухо востро. Вы посмотрите, кто там. Взять малыша Бэгли. Дружок его, Мэйвуд, как выбрался из дома живым - сразу к копам. Как тут отбрешешься? Она и не стала. Пустила в оборот, новую куклу сделала. И с тремя прошлогодними то ж. Вот Дэнни Дженсон - тот вообще коп. Как тут прикинуться, что ничего не было? Но я вам чего скажу, - oн посмотрел на Гормана прищуренным глазом. - Тут уйма народу вот просто берет - и исчезает. И я уверен, большинство Бобо сцапал. Но старуха Мэгги - она их не выставляет, когда можно скрыть. А то б она забила ими дом под завязку, куда ж это годится? - oн сделал добрый глоток пива.

- Вчера ночью пропали четыре человека, - сказал Горман. - Кроганы, управляющие «Милости просим!»…

- О, Господь милосердный.

-…и мой друг.

Капитан Фрэнк, нахмурившись, уставился в свою банку.

- Машину Кроганов обнаружили сегодня утром, стоящую на лесной дороге.

- Ну, они точно угодили в его лапы. На вашем месте я бы дружка не ждал. И Кроганов тоже. А девчоночка их тоже пропала?

- Да.

Он тяжело вздохнул.

- Прелестное было создание. Частенько встречал ее на пляже. Всегда-то доброе словечко для старика найдет. Черт подери, ведь должны бы знать. Всего делов-то - не шляйтесь у этого дома затемно, ежели смерти, конечно, не ищете. Должны бы знать.

- Значит, зверь все-таки выходит из дома?

- Ясен пень, выходит. Ведь не хватают же всех этих пропавших людей Вик с Мэгги. Один взгляд на эту парочку, и станет ясно - им такое не сдюжить. Бобо, должно быть, шныряет по округе. В холмах, за домом. И внизу, на пляже. Лет двенадцать назад даже из соседнего домика девица исчезла, - oн кивнул вправо. - Ри, муженек ее, припозднился в «Последнем шансе», а как вернулся - ее и след простыл. Все говорили, что она сама от него сбежала, потому как поколачивал он ее. Но я-то знаю правду, и однажды ему сказал. А он за то обозвал меня ебнутым старым пердуном, и велел в его дела не суваться.

Он посмотрел на Гормана, выгнув густую белую бровь:

- Вы меня тож за ебнутого старого пердуна держите?

- Вовсе нет, - заверил его Горман.

- А большинство держит. Вот предъявлю труп Бобо - запоют по-иному.

- Вы собираетесь его убить?

- Или я Бобо доконаю, или он меня доконает.

- Вы когда-нибудь уже пытались?

- Конечно. Я уж сколько раз его подкарауливал - эх! аж со счета сбился. Но он так ни разу и не показался.

- То есть, вы никогда его не видели?

- Ни разу.

- А в сам дом когда-нибудь ночью заходили?

- Нет, то ж будет взлом.

Горман еле сдержал улыбку. Ясное дело, дедок отчаянно трусит.

- Мне кажется, - сказал он, - что дом - лучшее место для охоты.

Капитан Фрэнк допил пиво и метнул банку с крыши автобуса. Она ударилась о ветки дерева и упала на землю.

- Скажите, молодой человек, а не хотели б вы на мою книгу глянуть?

- Что за книга?

- Я вел хроники. Да, да. Надеюсь, эти записи поразят вас.

- Я был бы счастлив их увидеть.

Старик подмигнул ему:

- Вам - можно. Вы любопытнее прочих, - oн поднялся из шезлонга и, пошатываясь, поплелся к передней части автобуса. - И пивцо прихватите, - добавил он.

Горман встал на колени, наблюдая, как Капитан Фрэнк спускается вниз по приставной деревянной лестнице. Когда старик скрылся из виду, он вытащил из кармана диктофон. Тот по-прежнему работал, но кассета уже подходила к концу. Старый сумасброд говорил около часа - и какую историю он рассказал! Восторгу Гормана не было предела. Все шло как по маслу. Все! Пальцы тряслись от волнения, когда он вытаскивал из диктофона миниатюрную кассету и, перевернув, вставлял обратно. Он вернул диктофон в карман пиджака и взял упаковку с пивом. Из шести банок в ней остались только две, они слегка побрякивали, когда он осторожно шел к лестнице.

Чем ближе он к ней подходил, тем страшнее ему становилось. Подниматься было паршиво, но он подозревал, что спуск окажется еще хуже. Лестница была просто прислонена к стенке автобуса, и ее верхняя ступенька находилась у Гормана на уровне талии. Что если она опрокинется при попытке на нее встать?

«Горман Харди, автор бестселлера „Ужас в Блэк-Ривер Фоллс“, разбился насмерть, упав с…»

Капитан Фрэнк стоял внизу, глядя на него.

- Вы не придержите для меня лестницу?

Старик покачал головой, словно жалея Гормана, подошел к лестнице и ухватился за нее.

Если ты такой смельчак, - подумал Горман, - чего же не пойдешь на зверя? Как есть ебнутый старый пердун. И трус в придачу. Но эта его история оказалась настоящим кладом, и при мысли о книге страх Гормана поутих. Он осторожно ступил на лестницу. Та слегка пошатнулась. Ступеньки заскрипели под его весом. Ноги тряслись и подгибались, но, в конце концов, он почувствовал под ними твердую землю.

- А вы целехоньки, - сказал Капитан Фрэнк.

Горман выдавил улыбку и через россыпи пустых пивных банок последовал за стариком ко входу в расписанный автобус.

- Вы сами так его разукрасили?

- Да, моя работа.

- Никогда не видел ничего подобного. Не возражаете, если я сфотографирую?

- Валяйте. А я покуда схожу вовнутрь и…

- Не уходите. Я хочу, чтобы вы тоже присутствовали на фотографии. Художник на фоне собственного творения.

Капитан Фрэнк кивнул. Он двинулся к открытой двери автобуса, а Горман тем временем поставил пиво и отступил немного назад. В видоискателе старикан смахивал на полоумного туриста: соломенная шляпа а-ля Гекльберри Финн, красная гавайка полощется на ветру, клетчатые шорты-бермуды и тонкие ноги в приспущенных зеленых носках и драных синих кедах. Он вытянул руку, указывая пальцем на фреску.

Горман взял еще немного назад, чтобы в кадр попал весь автобус, и щелкнул затвором.

- Чудесно! А теперь, подойдите, пожалуйста, вон туда, - oн махнул рукой влево. - Туда. Да-да, вот сюда. К Старому Мореходу и альбатросу.

- Вы знаете этот стих?

- Конечно. Один из моих любимых, - oн выбрал нужный ракурс и сделал снимок. - Замечательно. Спасибо.

- Надеюсь, снимки удались на славу.

- Ну так что, покажете мне книгу, о которой упоминали?

- Прошу сюда.

Как только старик отвернулся и направился ко входу в автобус, Горман включил диктофон. Затем поднял пиво и вошел следом. Капитана Фрэнка он обнаружил сидящим в водительском кресле.

- Гляньте-ко сюды, дружище, - xитро подмигнув, он похлопал по солнцезащитному козырьку и перевернул его, демонстрируя прикрепленный под ним клейкой лентой нож в ножнах. Постучал ногтем по вырезанной из оленьего рога ручке. - Я готов, видите? Пускай только старина Бобо ко мне сунется, - oн вернул козырек на место и, изогнувшись настолько, что задел подбородком рулевое колесо, достал что-то из-под сиденья. Это оказался старинный револьвер. - Моя пушка, - заявил он. Взведя курок, он посмотрел на револьвер так, словно это была прекрасная женщина. - «Магнум» 44 калибра. Разнесет Бобо жопу вдребезги.

- Он заряжен? - спросил Горман.

- Много мне проку с незаряженного.

Горман затаил дыхание, когда Капитан Фрэнк возвращал курок в прежнее положение. Водворив револьвер на место, старик поднялся и, раздвинув выцветшую занавеску, шагнул вглубь автобуса. Горман последовал за ним.

Все окна автобуса были закрашены снаружи, и в салон пробивался тусклый свет с оттенками красного, синего, зеленого и желтого. По счастью, некоторые были открыты, пропуская дневной свет и свежий воздух. Автобусные сиденья были убраны, чтобы освободить место престранному ассортименту мебели: старой раскладушке с измятым одеялом, плетеному креслу с прямой спинкой, лампе и нескольким сундукам различных размеров, причем стояли они как попало, лишний раз подчеркивая хаос, царивший в уединенной жизни Капитана Фрэнка. На ближайшем к раскладушке сундуке Горман увидел экземпляр «Книги Семи Океанов» Петера Фрёйхена[23], керосиновую лампу, смятую пивную банку и револьвер. Когда старик опустился на койку, писатель заметил еще оружие: обрезанную двустволку, лежащую на раскладушке вместе с помятой проволочной вешалкой, саблю, прислоненную ручкой к стене возле одной из боковых дверей, и торчащую из водолазного шлема на сундуке рукоять пистолета.

- А у вас здесь недурной арсенал, - сказал он.

- Да, сэр. Пускай Бобо только сунется. И не важно, где я на тот момент буду. Здесь? - oн схватил с сундука револьвер и обеими руками выставил вперед, словно целясь в невидимого врага. - На камбузе? - oн направил ствол в заднюю часть автобуса, где второе одеяло закрывало проход. - У меня «Смит-энд-Вессон» 38-го на кухне. У меня «Люгер» в кабине. Мне без разницы, где я нахожусь - я начеку. Пускай Бобо только сунется.

Он положил револьвер на пол между ног.

- Присаживайтесь, дружище, - сказал он, похлопав по раскладушке.

Горман вытащил из упаковки оставшееся пиво, передал одну банку Капитану Фрэнку и сел рядом с ним. Открыл свою банку. Пиво успело порядочно нагреться. Сделав несколько глотков, он очень пожалел, что не прихватил для себя бутылочку джина.

Старик открыл сундук и извлек из него потрепанный томик в кожаном переплете, больше напоминающий семейный альбом. Закрыв сундук, он положил книгу на его крышку между собой и Горманом, после чего подался вперед и раскрыл обложку.

- Потрясающе, - сказал Горман, когда Фрэнк раскрыл книгу.

- Батюшка мой - он рисовал. Хоть и не художник, как я, а сделал все, что мог.

Карандашный рисунок, измятый и нечеткий, словно много лет пролежал сложенным в чьем-то кармане, изображал уродливую башку с рычащей пастью.

- Это Бобо, - сказал Капитан Фрэнк. - Батюшка мой - он его рисовал, когда «Мэри Джейн» домой направлялась.

Горман уставился на голову. Изображенная в анфас, она была почти овальной, с раскосыми глазами, полукругом, обозначавшим рыло, и раскрытым ртом, обнажающим ряды остроконечных зубов.

- Ни единого волоска, - сообщил Kапитан. - Даже бровей с ресницами нету. И кожа вся белая, аки рыбье брюхо. Вроде альбиноса. Весь бесцветный, окромя глаз. Батюшка мой - он мне сказывал, что были они голубые, как небо.

Он перевернул страницу. Следующий эскиз изображал приплюснутую морду существа в профиль. Не считая морды, голова вполне походила на человеческую. На месте уха находился темный кружок размером с десятицентовик.

- Где его ухо? - спросил Горман.

- Оно и есть. Одна лишь дырка, да сверху кожи лоскут. Чтоб никакая дрянь туда не влетела. Батюшка мой - он мне сказывал, что Бобо мог приподнять этот лоскут как веко и все слышать не хуже собаки.

- Невероятно.

Рисунок на следующей странице изображал зверя в полный рост. От талии до колен его фигура была исчеркана карандашом, будто кто-то пытался зачеркнуть рисунок в порыве гнева. В некоторых местах бумага даже была слегка надорвана грифелем. Но впоследствии кто-то старательно ее разгладил.

- Что произошло с этим?

Капитан Фрэнк покачал головой. Вздохнул.

- Матушкина работа. Страшная была ханжа, Царствие ей Небесное. Мне так и не довелось увидеть этот рисунок прежде, чем она его испортила.

- Какая досада, - сказал Горман, изучая остальную часть существа. Не считая когтей на пальцах рук и ног, оно удивительно походило на человека. Плечи и грудь были широкие, конечности толстые, очевидно, из-за мускулатуры. Одна рука была длиннее другой, но Горман решил, что тут виноват художник. - Вы знаете, какого он был роста?

Капитан Фрэнк сделал глоток пива и вытер рот.

- Около трех футов[24] в высоту. Но это когда батюшка от него избавился. А ведь с момента, как он его привез, едва годок минул. Он говорил, что некоторые убитые там поболе шести футов[25] будут.

Горман кивнул, и Kапитан Фрэнк перевернул страницу. Он ожидал увидеть еще один рисунок, возможно, вид существа сзади, но вместо этого обнаружил вырезку из газеты. Рукописные каракули в верхней части страницы сообщали: «Кларион, 21 июля 1902 года, Лорин». Далее следовал напечатанный жирным шрифтом заголовок статьи.

РЕБЕНОК ИЗ МАЛКАСЫ-ПОЙНТ УБИТ КОЙОТОМ

Лорин Ньютон, трехлетняя дочь Фрэнка и Мэри, была жестоко убита во дворе собственного дома на Фронт-Стрит. Встревоженные криками ребенка…

Горман покачал головой, изображая сострадание, и, не дочитав статьи, перешел к следующей странице, в центре которой был приклеен вырезанный из газеты некролог на ребенка. Его он читать тоже не стал. На следующей странице находилась сложенная в несколько частей газетная передовица, датированная 3 августа 1903 года. Он развернул ее и прочел заголовок статьи:

ТРОЙНОЕ УБИЙСТВО В ДОМЕ ТОРНОВ!

- Потрясающе, - сказал Горман.

- Батюшка мой - он это все собирал. Как он сгинул - я продолжил.

Взглянув на четыре колонки мелким шрифтом, Горман перевернул страницу. Следующие статьи сообщали о захвате, судилище и казни Гаса Гаучера. Далее Горман обнаружил сложенную передовицу газеты «Кларион», выпущенной тридцать лет спустя и посвященной убийству мужа и детей Мэгги Катч. После еще нескольких статей на эту тему Горман наткнулся на вырезку об исчезновении отца Капитана Фрэнка.

- С этого момента хронику повел я, - сказал старик.

Горман пробежался глазами по статье об открытии Дома Зверя для экскурсий. Он листал страницу за страницей, повествующие об исчезновениях людей, гостей и жителей города, по двое-трое за год.

- И впрямь много пропавших без вести, - сказал он.

- И это только те, про кого в газетах писали. Уверен, многих просто никто не хватился.

- И вы считаете, что ко всем этим исчезновениям причастен зверь?

- Возможно, не ко всем, - признал Капитан Фрэнк. - Кто-то мог и сам из города деру дать, или в горах заплутать, или потонуть вовсе. Никто не знает, сколько, но Бобо свою лепту точно внес.

- Почему же никто ничего не предпринял? За всего двадцать лет пропало человек пятьдесят-шестьдесят!

- Так ведь полиция, сэр, в том ничего странного не видела. Бог свидетель, сколько раз я им талдычил, что это проделки зверя. Да разве ж они слушали? Нет. По им, так пропажа двух человек в год - это нормально.

- Допустимые потери, - пробормотал Горман.

- В конце концов, они просто-напросто сочли меня полоумным. Теперь я даже не могу заставить их меня выслушать.

- А это вы им показывали? - спросил Горман, указав на альбом.

- Конечно. Говорю ж, они меня за психа держат.

Горман наткнулся на еще одну передовицу. Эта была посвящена нападению в 1951 году на Тома Бэгли и Ларри Мэйвуда. Далее следовало все больше и больше вырезок о пропаже людей. Наконец, уже в самом конце, он обнаружил несколько статей о прошлогоднем убийстве отца и сына Зиглеров и патрульного Дэна Дженсона.

Следующая страница оказалась пустой.

Капитан Фрэнк глотнул пива.

- Вот и все. Ждем теперь завтрашнего «Клариона». Я буду отслеживать все новости по тому делу, о котором вы говорили - о Кроганах и вашем друге. Они как пить дать будут.

- Вы совершенно уверены, что они тоже попали в лапы Бобо?

- Пари держу, дружище.

Горман кивнул. Осторожно закрыл книгу и посмотрел на нее.

- Это очень впечатляющий документ, Фрэнк.

- Я всегда чувствовал, что вести учет - мой долг.

- А как вы относитесь к тому, чтобы предъявить все это общественности?

- Общественности? - cтарик вскинул густые белые брови.

- Я хотел бы опубликовать эту историю. «Пипл» знаете[26]?

- Угу.

- Я пишу для «Пипла» статьи. Возможно, вы видели мою статью о Джерри Брауне[27]?

Вроде бы совсем недавно там действительно что-то писали о Брауне, - подумал он.

- Нет, я…

- Ничего страшного. Понимаете, все, что вы мне сегодня рассказали, настолько меня шокировало и поразило… И все эти вырезки из газет, и сам факт существования чудовища в Доме Зверя, и семьдесят пять лет безразличия властей к исчезновениям людей и ужасным убийствам. Сотрудничая с вами, я мог бы создать очерк, проливающий свет на ситуацию. Когда все это станет известно общественности, власти будут вынуждены принять меры. Статья будет, разумеется, сосредоточена на вас.

Капитан Фрэнк нахмурился, словно обдумывая его предложение.

- Что скажете?

Он вздохнул.

- Я всегда хотел разобраться с Бобо сам.

- Тем лучше. Если вы успеете сделать это прежде, чем выйдет статья, мы включим в нее историю вашего подвига и ваше фото на фоне туши.

- Я не знаю, мистер…

- Уилкокс. Гарольд Уилкокс.

- Я не знаю, мистер Уилкокс. Ваше предложение просто замечательное. Чудесное. Что требуется от меня?

- Да по правде - ничего. Вы уже предоставили достаточно информации. Единственное, мне придется взять у вас на некоторое время этот альбом, чтобы сделать качественные копии. Если опасаетесь за сохранность, я могу оставить расписку. Где-то в городе должен быть копировальный аппарат…

- Да, в «Канцелярском магазине Линкольна».

- Отлично. Я постараюсь управиться с этим во второй половине дня и сразу же верну вам альбом…- он на мгновение прервался. - А если я занесу его завтра утром?

- По правде говоря, не хотелось бы мне, чтоб его кто-то брал.

- Давайте тогда вместе поедем, раз вы мне не доверяете.

- О нет, мистер Уилкокс, я доверяю вам.

- Я, наверное, мог бы вернуть его вам сегодня же вечером.

Капитан Фрэнк пожевал губу.

- Вот что я скажу: предположим, я оставлю вам за него какой-нибудь залог? Ну, например, сотню долларов. И эти деньги будут храниться у вас до тех пор, пока я не верну вам книгу.

- Что ж, звучит довольно честно.

Горман вытащил из бумажника пару пятидесятидолларовых купюр.

- У вас найдется чистый лист бумаги, чтобы я мог оставить расписку?

- Не думаю, что это надобно, - сказал Капитан Фрэнк и взял деньги. - Вы позаботьтесь о моей книге, а уж я позабочусь о ваших денежках.

Они пожали друг другу руки.

Горман покинул автобус с альбомом под мышкой.

По дороге к мотелю он увидел «Канцелярский магазин Линкольна». Он усмехнулся и поехал дальше.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Сидя на краю кровати, Тайлер стягивала с ноги чулок. Закончив с ним возиться, она принялась расстегивать подвязку, как вдруг услышала стук в дверь.

- Кто там? - спросила она.

- Я, - раздался голос Эйба.

- Минуточку, - сказала она, стараясь поскорее стянуть чулок с другой ноги. - Ты один?

- Абсолютно.

- Бедняга.

- Так уж вышло.

Стянув, наконец, второй чулок, она поспешила к двери и открыла. Эйб вошел в номер.

- Что-то ты очень быстро, - сказала она, закрывая дверь.

За десять минут отсутствия он переоделся в брюки и рубашку-поло темно-синего цвета. Тайлер же успела лишь высушить волосы и только начала снимать одежду.

- Извини, просто никак не мог найти себе места без тебя, - сказал он.

Она шагнула в его объятия и поцеловала. Его руки сперва скользили по ее спине, потом ухватились за обнаженные ягодицы и притянули поближе.

- Красивый наряд, - сказал он через некоторое время и потрогал ее подвязку.

- Рада, что тебе нравится, - сказала Тайлер, обняла его так сильно, как только могла, и тут в памяти снова возник Дэн.

Дэн, впервые подаривший ей подвязки, аккуратно уложенные в подарочную упаковку, когда они сидели в ресторанчике «Белый Кит» на Рыбацкой Пристани и наслаждались коктейлями. Они были красные, с кружевными оборочками. Вместе с ними он положил в коробку и пару чулок. Она тотчас же отпросилась в туалет и надела их, хотя он и не просил. А теперь Дэн мертв, и его истерзанное тело выставлено на всеобщее обозрение (не тело, напомнила она себе, всего лишь восковой манекен).

- Что с тобой? - прошептал Эйб.

Она пожала плечами:

- Не знаю.

Он обнял ее за плечи и посмотрел в глаза.

- Зато я знаю, что со мной, - сказал он. - И что меня беспокоит.

- Что?

- Завтра.

Она застонала.

- Я не хочу с тобой расставаться.

- Мы могли бы остаться здесь еще на сутки.

- Я бы рад, но это все равно будет лишь отсрочкой.

- Давай отсрочим, - сказала Тайлер сквозь вставший в горле ком.

Глаза жгло от набежавших слез. Она опустила голову, и слезы поползли по щекам.

- Когда тебе нужно возвращаться на работу?

Она пожала плечами.

- А тебе вообще обязательно возвращаться туда?

Она посмотрела на него:

- Хочешь, чтобы я осталась без гроша?

- Нет. Я хочу, чтобы ты уехала со мной.

- Ты серьезно?

- Конечно. Я… я думаю, что мы… Я люблю тебя.

- О, Эйб, - oна с плачем бросилась ему на шею. - И я тебя люблю.

Долгое время они так и стояли обнявшись. Вскоре Тайлер перестала плакать, утерла слезы о плечо рубашки Эйба и поцеловала его.

- Вот и ладушки, - сказал он.

- Так что будем делать?

- Присоединимся к Джеку с Норой на «Счастливом часе».

- Я про завтра.

- Что бы мы ни решили, мы решим это вместе.

- Я должна вернуться в Лос-Анджелес. Хотя бы на некоторое время.

- Ты можешь отложить возвращение на несколько дней?

- Конечно.

- Тогда почему бы тебе не посоветоваться с Норой? Если она окажется не против, мы могли бы съездить ко мне.

- К тебе? Что ты имеешь в виду?

- В «Сосновую шишку». Это такой отель в Шасте.

- Ты его владелец? - спросила Тайлер, не сумев скрыть изумления.

- Мы с отцом. Он меня дожидается, чтобы передать управление и заняться другими делами. Хотя прямо сейчас мне не к спеху. Черт, он и так долго ждал. Так что мы еще можем вволю нарезвиться. Там очень здорово. Вот увидишь, там тебе очень понравится, самое то, чтобы обосноваться, завести несколько ребятишек…

- Ребятишек?

- Ну, знаешь, маленькие такие личинки человека.

- Боже мой, Эйб.

- Ну, конечно, если ты не очень любишь свежий воздух, или слишком привязана к своей работе, то один старый приятель из департамента шерифа в Лос-Анджелесе уже давно приглашает меня туда на работу. Он здорово огорчился, когда я в свое время ответил отказом. Уверен, он будет просто счастлив, если я…

- Нет уж, - сказала Тайлер. - Я никогда не имела ничего против свежего воздуха, а насчет работы…- oна покачала головой. - Проживу и без нее. Кроме того, - она взглянула ему в глаза, - Лос-Анджелес не то место, где хотелось бы воспитывать детей.

- Ну?! - сказал он улыбнувшись.

- Ну, - эхом повторила Тайлер и снова поцеловала его. - Лучше бы мне приодеться.

- Лишь бы не за мой счет!

Эйб наблюдал, как она надела плиссированную юбку и натянула через голову серую кашемировую кофточку. Присев за туалетный столик, она застегнула на шее тонкую золотую цепочку. Эйб стоял у нее за спиной и любовался ее отражением, пока она причесывалась и подкрашивала губы. Повернув голову, она увидела на шее розовое пятно и задумалась, стоит ли замазать его тональным кремом.

- Откуда у тебя это? - спросил Эйб.

- Тебе лучше знать.

Его лицо приняло немного озадаченное выражение:

- Неужто это я натворил?

- Своим собственным ртом, дражайший. Я бы показала тебе еще пять или шесть, но так как я уже одета…

- Думаю, это подождет до после ужина. Будет чего ждать.

Она решила оставить покраснение в покое. В конце концов, никто и не заметит, разве только Джек с Норой, а им и без того наверняка известно, что они с Эйбом весь день занимались любовью. Сами, небось, провели его точно так же.

Поднявшись из-за столика, она надела сандалии и подняла сумочку.

- Ключ взяла? - спросил Эйб.

Она кивнула. Он открыл ей дверь, взял за руку и вывел на улицу. Несмотря на легкий бриз, вечернее солнце припекало Тайлер спину. В воздухе стоял сладкий сосновый аромат, слегка разбавленный солоноватым бризом с океана.

- А эта твоя «Сосновая шишка» похожа на этот мотель? - спросила она.

- Побольше будет. Сама завтра увидишь. Как думаешь, Нора возражать не станет?

- Сомневаюсь. Она вечно ищет приключения. Особенно с молодыми людьми. Пока с нами Джек, она, я думаю, жаловаться не будет.

- Думаю, нам стоит немного поменяться местами в автомобилях.

- Хочешь, чтобы они ехали вместе?

Эйб сильнее сжал ее руку:

- Да и я не против нового пассажира. Ты краше Джека.

- Льстец.

Они прошли мимо «Мерседеса» Гормана Харди, напомнившего ей о исчезновении Брайана Блейка. Блейк, владельцы мотеля, их дочка… Какие-то размышления о четверке пропавших посещали Тайлер во время обеда, но всю вторую половину дня она их отгоняла. Она вдруг почувствовала себя немного виноватой, словно нежелание думать о них было эгоизмом, словно беспокойство было долгом, которым она пренебрегла.

Что бы с ними не стряслось, - сказала она себе, - мое беспокойство им ничем не поможет.

Кроме того, девочку она совсем не знала, с ее отцом перекинулась едва парой слов во время регистрации, мать видела несколько мгновений в ресторане, а Брайан Блейк ей и вовсе не нравился.

Не имеет значения, - подумала она. - Если с ними произошло что-то плохое, ты должна переживать.

Ладно, я переживаю. Прямо сейчас я думаю о них, а не о себе с Эйбом. Это уже переживания. Надеюсь, что с ними все в порядке. Вот.

Да что же с ними могло случиться?

Внезапно в мозгу нарисовалась картинка: Мэгги Катч, ухмыляясь, распахивает красный занавес, демонстрируя зрителям Блейка и остальных, их тела распростерты на окровавленном полу, голова Блейка оторвана, распахнутые глаза устремлены прямо на нее.

- Боже, - пробормотала она.

Эйб посмотрел на нее.

- Просто подумала о Блейке и остальных, - пояснила она. - А я ведь никого из них почти и не знала.

- «Любая человеческая смерть умаляет меня, поскольку я - часть человеческого целого»[28], - процитировал Эйб.

- Думаешь, они мертвы?

- Честно - не знаю. Но думаю, это всего вероятнее.

- Думаешь, зверь?..

- Задай ты тот же вопрос Капитану Фрэнку - уверен, он, сказал бы, что они попали в лапы Бобо. Я не знаю, что с ними случилось. Но по факту - в этом городе многовато гибнет людей.

- Все же я не могу поверить в существование какого-то монстра.

- Я на опыте убедился, что самый страшный монстр - это человек.

Он распахнул одну из стеклянных дверей «Карьяж Хауса» и вошел туда вслед за Тайлер.

Они миновали пустующую стойку администратора. Настольная лампа даже не горела.

- Вы поужинать? - из столовой выскочила девушка-подросток с собранными в хвост каштановыми волосами. На ней была черная юбка и белая блузка, застегнутая на все пуговицы. - Я - Лоис, - представилась она прежде, чем Эйб успел ответить. - Сегодня я буду вас обслуживать.

- Та самая пропавшая Лоис, - сказал Эйб.

- Не, я не пропадала. Пропала моя кузина Джанис, и…

- Я не об этом, просто тебя разыскивал отец, - сказал ей Эйб. - И, насколько я вижу, нашел.

Она закатила глаза:

- Ах, вот о чем вы. Да, он нашел меня. С парнем. И теперь я понимаю чувства негров-рабов. Жаль, что Линкольну уже не под силу меня освободить. Ладно, вам нужен столик на двоих?

- Мы вернемся к вам, Лоис, чуть попозже. Сначала хотим выпить пару коктейлей.

- А-а, так вы пришли на «Счастливый час»…

- И на ужин тоже.

- В таком случае, я могу забронировать для вас хороший столик возле окна.

Тайлер улыбнулась. Порабощенная или нет, Лоис явно старалась трудиться на совесть.

- Отлично, - сказал Эйб. - Можно тогда два столика на двоих? С нами еще будут друзья.

- В таком случае я могу усадить вас всех вместе.

- Лучше все-таки за разные столики, - сказала Тайлер.

Эйб назвал девушке свое имя, и она записала его в книге бронирования. Оно оказалось единственным на странице.

- Хорошо, мистер Клэнтон. Вы придете на ужин примерно через час?

- Да, - сказал он. - Вы тут здорово управляетесь. Но вроде ваш отец хотел, чтобы вы занялись уборкой номеров?

- Уже заставил днем прибраться в нескольких. Вот же запрягалово. Тут намного лучше. Даже забавно, кажется.

- Вот и хорошо. Ну, увидимся позже.

Они прошли за перегородку и оказались в коктейль-баре. Тайлер посмотрела на столик в углу, за которым они сидели вчера. Там были Нора с Джеком.

А еще - Горман Харди.

- Черт, - пробормотала она.

- А ты без трусиков.

Тайлер рассмеялась. Она почувствовала, как начинает краснеть, хотя ей было приятно, что Эйб об этом осведомлен.

- Он об этом никогда не узнает, - сказала она. - К тому же не думаю, что его это вообще интересует.

Эйб похлопал ее по заду:

- Ну, это любого мужика интересует.

Нора заметила их и помахала рукой. Харди, бросив взгляд через плечо, отодвинул свою пару напитков к краю стола и встал. Когда они подошли, он продолжал стоять.

- Добрый вечер, Тайлер, Эйб, - сказал он.

Тайлер кивнула, даже не попытавшись улыбнуться. Эйб пожал его протянутую руку.

Тайлер села и придвинулась к столу. Обивка из искусственной кожи показалась ей сперва немного холодной по краям, зато в центре оказалось местечко, насиженное Харди. Она поерзала еще немного, предпочтя все-таки ощущать прохладу. Когда Эйб устроился возле нее, Харди взял стул от соседнего столика и сел напротив.

- А мы тут как раз про вас говорили, - сказала Нора.

Чудесно, - подумала Тайлер.

- Да, - сказал Харди, - наверное, для вас было страшным потрясением обнаружить вот так своего бывшего молодого человека.

Она сощурилась на Нору и повернулась, чтобы встретить нетерпеливый взгляд Харди:

- Это был не лучший момент в моей жизни, - сказала она.

- Прошу принять от меня искренние соболезнования.

- Спасибо.

С чувством облегчения она увидела, что к ним направляется официантка.

- Что будешь пить? - спросил Эйб.

- Думаю, «Маргариту».

Эйб заказал «Маргариту» себе и ей.

- Будьте добры, - добавил Харди, - повторить заказ для моих друзей. И для меня, разумеется.

Что-то он рановато, - подумала Тайлер.

Нора только успела выпить половину первого коктейля «Май-Тай», второй, предлагающийся по акции бесплатно, пока стоял нетронутый. Джек приступил ко второй кружке пива. Харди поднял бокал, допил первую порцию мартини, проигнорировав оливку, и потянулся за вторым бокалом. Его взгляд остановился на Тайлер.

- Я, как вы уже догадались, пишу книгу о Доме Зверя. Я понимаю, что вам, наверное, тяжело сейчас об этом говорить, но если вы все же готовы обсудить ваши отношения с мистером Дженсоном, и что вы почувствовали, увидев его фигуру…

- Я бы не стала, - сказала Тайлер.

- Если бы встретиться позже…

Его назойливость вывела ее из себя:

- У вас со слухом все нормально, мистер Харди?

Нора резко обернулась к Тайлер и уставилась на нее, как громом пораженная. Джек смотрел в кружку с пивом - казалось, он борется со смехом. Эйб изучал собственные руки.

- Я готов, - сказал Харди, - заплатить за неудобства.

Эйб, не сводя глаз с рук, промолвил:

- Леди сказала «нет».

- А за пятьсот долларов леди переменит свое мнение?

- Пятьсот долларов не помогут, - сказала Тайлер. Она повернулась и, опершись локтем на стол, посмотрела ему в глаза. - Как по мне, любая книжка о Доме Зверя будет такой же грязной эксплуатацией, как дом Мэгги Катч с ее куклами. Я в этом не участвую. И запомните, я не общественный деятель, мое право на неприкосновенность личной жизни охраняется законом, и если мое имя появится в вашей убогой книжонке, я вас в суде до трусов раздену.

Харди улыбнулся:

- Ладно, Тайлер. У вас здорово получается торговаться. Я готов повысить ставку до восьми сотен.

- Нет, спасибо.

- Тысяча.

Тяжело вздохнув, Нора сказала:

- Это твоя арендная плата за три месяца.

- Мне не нужны грязные деньги.

- Мне бы кто столько предложил, - сказал Джек.

- Я как раз к этому вел, - ответил Харди.

- А, ну ладно.

Харди покачал головой и улыбнулся Тайлер, словно она была упрямым ребенком, которого скорее хочется пожалеть, чем наказать.

- Вы уверены, что я не смогу вас переубедить?

- Абсолютно, - сказала она.

Подошла официантка с напитками. Харди достал бумажник, чтобы расплатиться.

- Я оплачу наш заказ сам, - сказал ему Эйб.

- Но…- начал было Харди.

- Я оплачу наш заказ сам, - повторил Эйб тем же ледяным тоном.

Все расплатились. Официантка забрала пустые бокалы и ушла.

У Тайлер дрожала рука, когда она брала свою «Маргариту». Эйб повернулся к ней. Лицо его было сумрачно, но он подмигнул и чокнулся с ней бокалами. Несколько крупиц соли с краешка бокала попали ей на пальцы.

- Как я и говорил, - прервал ее мысли голос Харди, - есть у меня для вас одно предложение.

- Валяйте.

Глядя в глаза Эйбу, Тайлер сделала глоток.

- Как вы все уже знаете, мой коллега Брайан Блейк пропал.

Нахмурившись, Эйб отвернулся:

- Вместе с еще тремя людьми, - сказал он.

- Верно. И полиция, кажется, не имеет ни малейшего представления, где они находятся. На самом деле, я совсем недавно разговаривал с офицером. Они прочесывают лес вокруг места, где была обнаружена машина, но до сих пор так ничего и не нашли. Они считают, что произошло нечто плохое, хотя я предпочитаю думать, что Брайан просто сбежал вместе с той девушкой, а ее родители бросились в погоню.

- Ваша версия шита белыми нитками, - сказал Эйб. - Вы написали достаточно триллеров, чтобы самому понимать, сколько в ней дыр.

Харди пожал плечами и улыбнулся:

- Вы правы. Тем не менее, если бы эта ситуация лежала в сюжете одной из моих книг, я постарался бы разложить все по полочкам и выяснить все явные несоответствия, заклеив тем самым все, как вы выразились, «дыры». Прежде чем делать скоропалительные выводы, позвольте мне сказать еще кое-что: я уже несколько лет очень близко знаком с Брайаном Блейком. Сказать, что он бабник, это все равно, что ничего не сказать. Я понятия не имею, где могут быть родители Дженис, но сама она сейчас наверняка сношается с Брайаном в постели какого-нибудь придорожного мотеля.

- Сношается? - пробормотал Джек.

- Давайте надеяться, что это действительно так, - сказал Эйб.

- Думаю, в конце концов, они все же вернутся, но как-то раз Брайан точно так же загулял аж на целых три недели, после того, как познакомился с одной юной леди на конференции в Лас-Вегасе. Само собой, я рассказал об этом полиции. Сейчас они проверяют все мотели вдоль побережья. К сожалению, я не имею возможности ждать. У меня есть обязательства, которые требуют, чтобы я покинул это место уже завтра утром.

Он кивнул Джеку.

- Вот я и хотел попросить вас кое о чем. Или вас, Эйб. Любой из вас, я уверен, мог бы справиться с этим небольшим заданием. Брайану, видите ли, было поручено сделать снимки Дома Зверя, и он собирался заняться этим сегодня ночью, но так как его здесь нет…

- Вы хотите, чтобы это сделал один из нас, - закончил за него Джек.

- За это я готов заплатить тысячу долларов.

- Наличными? - спросил Джек.

- Две сотни наличными, остальное чеком.

- Так как вы предлагаете такие деньги, - сказал Эйб, - подозреваю, что разрешения от владельцев у вас нет.

- Катчиха не позволяет снимать в доме.

- Выходит, речь идет о незаконном вторжении, - сказал Джек.

- Не думаю, что это может оказаться проблемой для парней вроде вас.

- Как два пальца об асфальт.

Эйб посмотрел на Харди:

- Это была работа Блейка. Он вчера ночью пытался туда вломиться.

- Нет, нет. Даже его фотоаппарат остался в номере. Я уверен, что его исчезновение не имеет ничего общего с нашим проектом.

- Если вам так нужны эти фотографии, - вмешалась Тайлер, - почему бы не пойти туда и не сделать их самому?

- Естественно, я обдумывал этот вариант. Признаюсь честно, я просто не хочу этого делать. Не секрет, что во всей этой затее имеется большущая доля риска. А я уже не так молод и проворен, как они. Для меня это не «два пальца об асфальт». Именно поэтому я готов заплатить такую большую сумму.

Иначе говоря, - подумала Тайлер, - ты обыкновенный трус.

Он сделал глоток мартини. Затем с самодовольной улыбкой сунул руку в карман, достал бумажник и извлек из него пару купюр. Тайлер увидела, что это были сотни.

- Итак, есть ли добровольцы? - спросил он.

Джек с Эйбом переглянулись.

Пока они колебались, Нора выпалила:

- Черт, я это сделаю.

Харди хохотнул:

- Вы думаете, я с вами шутки шучу? Я…

- Я это сделаю, - сказал Джек спокойным тоном. - Не парься, - oн протянул руку, и Харди вложил в нее двести долларов.

- Ты уверен, что правда этого хочешь? - спросил его Эйб.

- Эй, тыща баксов - это тыща баксов, - oн усмехнулся Харди. - Фотокамера, пленка, вспышка?

- Все лежит у меня в номере. Когда придете их забирать, я выпишу вам и чек.

- А что конкретно вам нужно? Просто фото экспонатов?

- В основном, да. Качественные, яркие фотографии каждого экспоната. Пожалуй, по одному общему снимку с полным обзором и по два-три с более близкого расстояния, чтобы были видны детали. Я бы хотел еще по возможности получить кадры с лестницей, чердаком и мансардой. Если получится открыть дверь, то снимите еще и детскую. И подвал. Фотография подвала очень важна. Насколько я знаю, там должно находиться отверстие в полу. Довольно большое отверстие, возможно, двух или трех футов в диаметре. Если оно и в самом деле существует, то я хотел бы получить его изображение издалека и крупным планом.

- Лады, - сказал Джек. - Будут вам фотографии.

- Я пойду с тобой, - сказала Нора.

- Черта с два, детка.

- Ой, да брось ты. Тебе же надо еще будет отыскать это отверстие, верно?

- Я сам все найду, - заверил он ее.

- Ну пожалуйста. Я не буду тебе мешать. Просто ужасно хочется увидеть это место ночью. Пари держу, там в это время жутко, как в аду.

- Нет, ты останешься с Эйбом и Тайлер.

- Не важно, опасно это или нет, - сказал ей Эйб. - Главное, что это незаконно. Так что лучше тебе держаться подальше от этого.

Она нахмурилась, переводя взгляд то на свой «Май-Тай», то на Джека.

- Не думаю, что мне очень нравится идея отправлять тебя туда одного.

- Он пойдет не один, - сказал Эйб.

Тайлер почувствовала, как по ее коже побежал холодок, и посмотрела на Эйба. Он положил руку ей на бедро.

- Не волнуйся, - сказал он. - Мы вернемся, прежде чем ты даже успеешь понять, что мы ушли.

- Я могу справиться и сам, - сказал Джек.

- Конечно, можешь. Но ты же не дашь корефану пропустить все веселье, верно?

Тайлер отрезала кусок своей отбивной из баранины, поднесла ко рту и уставилась на него. В горле пересохло. Внезапно она поняла, что ей не хочется ни баранины, ни чего-либо еще.

- Извини, - сказал Эйб.

- Все в порядке. Ты тоже меня извини. Все этот ублюдок.

- Джек?

- Нет, конечно, нет. Он не виноват. Этот проклятый Горман Харди.

- Я не могу позволить Джеку идти туда в одиночку.

- Я понимаю. И не запрещаю тебе этого делать. Просто думаю, может, мы все-таки сможем его отговорить?

- Тысяча долларов - лакомый кусочек. Кроме того, я знаю Джека уже очень много лет. Он всегда любил риск. Ему это в кайф. На самом деле, - хорошо, что Харди этого не знает, - он мог бы пойти туда и просто за упаковку «Дос Экьюс».

- А что, если я заплачу ему тысячу долларов за то, чтобы он этого не делал? Просто дам Харди это чертово интервью и передам деньги Джеку.

- Ты готова пойти на это только ради того, чтобы мы не забирались в дом? - спросил Эйб.

- Да.

Он уставился в свою тарелку.

- Я попробую его отговорить. Деньги для него абсолютно не важны, так что даже не думай ни о каких интервью.

- Думаешь, он послушает тебя?

- Я мог бы удержать его и силой, если бы пришлось. Но он мой друг. И я знаю, как ему хочется это сделать. Наверняка сейчас он настраивается на то, что зверь и в самом деле существует, чтоб, значит, больше экстрима.

Сквозь полумрак обеденного зала Тайлер посмотрела в сторону столика, за которым сидели Нора с Джеком. Джек, сейчас как никогда походивший на великовозрастного мальчишку, улыбался и с жадностью поглощал свой стейк.

- Ты считаешь, что он хочет это сделать только для того, чтобы пощекотать нервы?

- Убежден.

- А ты?

Эйб вскинул брови:

- Что ты имеешь в виду?

- Ты тоже настраиваешься на то, что зверь есть, чтобы было интереснее?

Он посмотрел ей в глаза:

- В этом доме произошло множество убийств. И тот, или те, кто за ними стоит, убили и Дэна Дженсона. Вот на что я себя настраиваю.

- Но ведь ты же даже не знал Дэна.

- Когда-то ты любила его. Так что если его убийца окажется в это время в доме… Конечно, я очень сомневаюсь, что такое произойдет, но если все же - я буду чертовски рад.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Ожидание в наполненной тьмой комнате казалось Дженис бесконечным. Она уже начала жалеть о том, что разбила лампочку. Хорошо, конечно, иметь оружие, но находиться в полнейшей темноте было ужасно. Ее немного утешало ощущение коврового ворса под поясницей и ногами, твердости стены, к которой она привалилась спиной. Она рада была даже боли в ранах и голодному урчанию в животе, ибо лишь это подтверждало сейчас само существование ее тела - не видя его, она уже начала сомневаться в собственном существовании.

Она скользила пальцами одной невидимой руки по обнаженной коже другой. Иногда растягивалась во всю длину на ковре, чтобы всем телом ощущать твердость пола. В такой позе иррациональные, пугающие ощущения сходили на нет.

Мысли беспокойно блуждали.

Что, если никто не придет? Что, если ее оставили здесь умирать от голода? Впрочем, жажда убьет ее раньше. Боже, как пересохло во рту. Зубы словно превратились в гранитные глыбы.

С момента вчерашнего ужина она ничего не ела. Свиные отбивные в панировке, белый рис, приправленный соусом терияки, чай со льдом. Сейчас бы пару литров чая со льдом… Она будет пить его прямо из кувшина, специально проливая, чтобы струи бежали вниз по шее и груди.

Они придут, - сказала она себе. - Рано или поздно. Они не стали бы тащить меня сюда и перевязывать раны только для того, чтобы я испустила тут дух. Они будут держать меня живой - для зверя.

Боже, зверь.

Но я их одурачу. Они откроют дверь, а я как выскочу, как выпрыгну, и, если придется, буду их резать, они меня не получат, они не возьмут меня живьем.

Или, быть может, дверь откроется, и там будет папа. Или копы. Наверняка меня уже разыскивают. Хотя они понятия не имеют, где нужно искать.

Если бы только прошлой ночью она просто осталась дома. Вот она - расплата. Она возжелала Брайана и теперь за это расплачивается. Что же случилось с Брайаном? Скорее всего, он уже мертв. А может быть и нет. Может, он где-то в доме. Такой же узник.

И кто-то еще. Кто-то с младенцем.

Может, дом битком набит пленниками.

Вот почему Катч выстроила его без единого окна. Не для того, чтобы не впускать зверя, как она всем твердит на своих экскурсиях, а для того, чтобы не выпускать пленников.

Дженис лежала на полу, вытянув ноги и уткнувшись лицом в ковер, мысль сменялась мыслью, как вдруг послышались шаги. Сердце екнуло. Она приподнялась и поползла влево, шаря рукой в темноте в поисках стены. Похлопала ладонью по ковру, пытаясь нащупать лампочку. Она оставила ее возле двери, патроном вверх, чтобы не порезать пальцы, когда схватит ее.

Она услышала металлический скрежет и лязг ключа, пропихиваемого в замок

Откуда звук?

Тут ее рука задела лампочку. Она стиснула ее и уже начала подниматься на ноги, как вдруг дверь распахнулась внутрь. В голубом свете из коридора обрисовался силуэт девочки. Подбородком она прижимала к груди мешок, в одной руке держала банку, в другой - ключ. Она ахнула и шагнула назад, когда Дженис накинулась на нее. Мешок плюхнулся к ее ногам.

Дженис, пораженная тем, что незнакомка оказалась совсем девочкой, не смогла заставить себя ее резать. Вместо этого она сграбастала ее за ворот футболки и рванула вперед, после чего развернула, обхватила руками сзади и впечатала в дверной косяк. Девочка крякнула, но ее левая рука взметнулась, заехав Дженис по лицу банкой. Удар ошеломил ту. Она отшатнулась, повиснув на извивающемся теле противницы, и обе рухнули на пол.

Дженис оказалась внизу. Перекатилась. Поймала отбивающую девочку за руки и прижала их к полу. Несмотря на то, что девочка отчаянно извивалась, она уселась ей на грудь и придавила ее руки коленями.

- Слазь с меня, - потребовала девочка. - Слазь! - oна взмахнула ногами, задев Дженис коленом по спине. - Сука!

Дженис подняла кулак. В тусклом, льющемся из коридора голубом свете лицо девочки казалось перекошенным от ярости. Но очень юным. Скорее всего, ей было не больше тринадцати-четырнадцати. Тем не менее, она соучастница. С ней нужно разобраться. Дженис с силой опустила кулак. Тело под нею дернулось. Свет погас. Буквально через мгновение после того, как ее кулак врезался в искаженное презрительной усмешкой девичье лицо, дверь с грохотом захлопнулась.

Она снова оказалась в кромешной темноте.

Она яростно била вслепую, сбивая костяшки пальцев, каждый удар болью отдавался от запястья до локтя. Девочка рыдала.

- Нет. Хватит. Пожалуйста!

- Заткнись. Не двигайся, или убью. Клянусь, я тебя убью.

И в доказательство она вцепилась девочке в глотку.

- Обещаю, не буду.

- Хорошо, - oна ослабила хватку, но продолжала держать пальцы на ее горле. - Как мне выбраться отсюда?

- Не получится.

- Просто покажи мне.

- Не получится, - всхлипнула девочка. - Дверь заперта.

- Ты ее открыла.

- Так то, чтоб… войти. Я ее ногой задела, она и захлопнулась. Сама попробуй… если не веришь.

- Где ключ?

- В коридоре. Я его в коридоре выронила.

- Хочешь сказать, мы тут вдвоем заперты?

- Ага, и лучше больше меня не бить, не то пожалеешь.

Дженис залепила ей пощечину:

- Кто еще находится в доме?

- Сама узнаешь.

Она отвесила еще одну:

- Плохой ответ, говнюшка мелкая. Кто в доме?

Девочка шмыгнула носом:

- Мэгги, - пробормотала она. - И Вик. И Агнес. И еще мои мама и брат.

- Я слышала плач ребенка.

- Это мой брат, Джад. Ему шесть месяцев.

- А зверь?

Девочка колебалась.

- Его тоже здесь держат?

- Никто его здесь не держит. Это его дом.

- И он шастает по всей округе?

- Конечно.

- Ну здорово.

- Они пойдут меня искать. Когда я не вернусь…

- Вот и хорошо. Я буду наготове.

- Тебе отсюда не выбраться. Это невозможно. Думаешь, мама не сбежала бы, если б могла? Она пыталась, раз за разом, и мы всякий раз ее ловили.

- Мы?! Хочешь сказать, что помогаешь им держать в плену собственную мать?

- Мы не можем отпустить ее. Она все порушит.

- Да что ты за дочь такая?

Она промолчала.

- Тебя как звать-то?

- Сэнди. Сэнди Хайс.

- Ну, Сэнди Хайс, я собираюсь отсюда вырваться и «все порушить», и все тут у вас полетит к ебеням, уж будь покойна.

- Угу, разбежалась.

Дженис вновь сдавила ей горло.

- Во, так и лежи. Даже не думай рыпаться.

С этими словами она слезла с Сэнди. Стоя рядом с нею на коленях, она провела рукой по ее футболке до ремня. Нащупав пряжку, вытянула его, повесила на шею, чтобы не потерять в темноте, и похлопала Сэнди по карманам. Те оказались пусты. Она расстегнула пуговицу на талии, потом молнию, и потянула штаны вниз по ногам. Помешали ботинки. Дженис сняла их, поставила рядом и сдернула с Сэнди штаны.

Она попыталась надеть их. Оказались слишком малы. Повоевав с ними некоторое время, она сдалась.

Она скользнула руками по ногам Сэнди и ухватилась за резинку трусиков.

- Эй!

- Заткнись.

Она стянула трусики и примерила. Тонкая ткань оказалась достаточно эластичной, чтобы налезть на нее в обтяжку. Она вцепилась Сэнди в бедро:

- Отлично. Теперь садись и снимай футболку.

Подождала немного.

- На.

Дженис протянула руку и взяла одежду. Едва попытавшись ее надеть, она поняла, что футболка тоже слишком мала. Тесно прилегающая ткань раздражала бы раны. Она схватила футболку за горловину и резко дернула, разорвав сверху донизу, после чего накинула задом наперед.

При помощи ремня она связала Сэнди ноги.

Но руки-то у нее свободны. Впрочем, чтобы их связать, вполне подойдет и бюстгальтер. Она провела рукой вдоль живота девочки и остановилась, нащупав бинт.

- Ты перевязана?

- Я поранилась.

Она исследовала кожу Сэнди и нащупала еще две повязки: сбоку и на груди. Лифчика девочка не носила.

- Как ты поранилась? - спросила Дженис.

- Так же, как и ты.

- Что?

- Сама знаешь.

- Зверь?

- Да, зверь. Иногда, когда мы занимаемся любовью, он бывает очень груб.

- Ты ему сама даешь?!

Дженис вдруг почувствовала, как ее запястье сжали в темноте.

- Ты ему тоже дашь. Погоди, вот сама увидишь. Потом мечтать будешь только о том, чтобы он к тебе еще пришел.

Дженис вырвала ладонь из хватки девочки:

- Ты спятила, - сказала она.

- Вот увидишь. Его даже мама любит. Не хочет признаваться, но любит.

- То-то она все время сбежать пытается.

- Это ради ребенка. Она боится, что они могут убить его, но они этого не сделают. Они боятся, что она покончит с собой, если с Джадом что-то случится. А она нужна им живой.

- Для чего?

- Для того же, для чего и ты. Ты им нужна. Ты ему нужна. Чтоб деток делать.

Дженис почувствовала, как по внутренности сковало холодом.

- Деток? - пробормотала она. - От кого деток? От Вика?

- Не прикидывайся дурочкой. Вику не позволено и пальцем нас тронуть. Раз он пытался мне присунуть, так Мэгги из него все дерьмо вышибла. Никто не имеет права нас трогать, кроме Сифа или Ясона[29].

- Кто это такие?

- Сыновья Мэгги и Ксанаду.

- Ксанаду? - холодок пробежал по спине Дженис, когда она узнала имя из дневника Лили Торн.

- В прошлом году его убили. Мамин дружок убил его, и Царта, и Ахиллеса. Но он за это ответил. Мэгги его прикончила.

- Боже мой, - пробормотала Дженис. - И все они были… звери?

- Царта родила Мэгги, Ахиллеса - Агнес. Отцом обоих был Ксанаду. Ракер убил всех троих, но Мэгги пришила его прежде, чем он добрался до Сифа или Ясона.

- Так… в доме, значит, два зверя? Раньше ты говорила, что всего один.

- Это ты говорила, что один.

- А ты меня не поправила.

- А с чего я должна?

- Ну ты и дерьмо.

- Слушай, почему бы тебе не отпустить меня? Мы можем стать друзьями. Тебе придется жить здесь очень долго, и будет гораздо легче, если мы с тобой поладим. Я могу приносить тебе что-нибудь вкусненькое.

- Как мне отсюда выбраться?

- Я же сказала, это невозможно.

- Почему?

- Они тебя схватят.

- Мы наверху?

- Да, но…

- Как добраться до лестницы?

- Я-то знаю, а ты - нет!

Дженис вновь взгромоздилась на девочку и прижала ее руки к полу.

- Ты сказала, что они скоро сюда придут. Не ответишь - найдут тебя мертвой. Итак, как добраться до лестницы?

- Это не важно. Все равно тебе не выбраться.

- Отвечай, черт возьми!

- Все равно дверь заперта снаружи. Даже если ты…

- Где ключ?

- Не скажу.

Дженис со всей силы ударила ее. Девочка вскрикнула от боли и заелозила под ней.

- Бей, - рыдала Сэнди. - Делай, что хочешь. Я ничего не скажу.

Дженис задумалась, где она могла оставить разбитую лампочку. Наверное, где-то рядом. Но она сомневалась, что сможет резать девочку. Она подумала, не сорвать ли с Сэнди бинты, чтобы хорошенько поковыряться в ранах. От этой мысли ей стало дурно.

- Ключ, с которым ты вошла сюда, - сказала она. - Им можно открыть входную дверь?

- Нет, - буркнула Сэнди.

- Он точно должен быть у Мэгги.

Девочка только фыркнула в ответ. Дженис поняла, что скорее всего угадала. В поисках Мэгги, точнее ее ключа, придется обыскать весь дом. Это казалось невыполнимым.

- Звери, - спросила она. - Они в доме?

- Возможно.

- А если не в доме, то где?

- Иногда…- она всхлипнула, - иногда они бродят по Дому Зверя.

- Как они попадают в него отсюда?

Сэнди не ответила.

- Как они туда пробираются? Не могут же они шастать по улице?

- Еще как могут, - торопливо сказала Сэнди.

И Дженис вдруг поняла.

Это казалось безумием, но являло собой единственно возможный вариант. Согласно дневнику Лили Торн, прародитель зверей, Ксанаду, прорыл нору в ее подвал с холмов. Почему бы не быть и второму туннелю, соединяющему оба дома? Да, он должен быть около пары сотен метров в длину, но почему бы нет? Туннель, ведущий из одного подвала в другой. Как бы еще звери могли свободно перемещаться между двумя домами? Не могут же они беззаботно разгуливать по Фронт-Стрит - рано или поздно кто-то бы заметил. Значит, должен быть туннель.

И она его найдет.

Она не хотела, чтобы Сэнди догадалась о ее плане.

- Думаю, придется забрать у Мэгги ключ, - сказала она.

- У тебя нет шансов.

- Посмотрим.

Она слезла с Сэнди, перевернула ее на живот и уселась ей на задницу. Сняв футболку, нащупала бинт, которым к ее груди и плечу был привязан марлевый тампон. Концы на груди отклеивались. Схватившись за них, она сорвала повязку с разодранной плоти. Потом повернулась и сдернула еще одну со спины. Теперь у нее в руках были три ленты, каждая почти в фут длиной. Она подергала их, проверяя на прочность. Вроде достаточно крепкие.

Она свела запястья Сэнди вместе и стянула всеми тремя полосками. Проверила надежность узлов. Потом перекатила Сэнди на спину.

- Открой рот.

Та, наоборот, плотнее сжала губы. Пришлось Дженис зажать девочке нос. Сэнди извивалась и стонала, но, в конце концов, сдалась и разинула рот. Дженис запихнула туда марлевый тампон. Потом сорвала с живота еще одну клейкую повязку, захлестнула ею рот Сэнди и крепко пришлепнула концы к ее щекам.

- И чтоб без шума, - предупредила она. - Хоть звук услышу - вернусь и дух вышибу.

Стоны прекратились. Теперь Сэнди лишь громко сопела.

Дженис снова надела футболку и, накинув на плечо брюки, медленно поползла в сторону, ощупывая рукой ковер в поисках лампочки. Она нашла ее. Зазубренное стекло впилось в ладонь. Она осторожно подняла лампочку. Та валялась возле двери, примерно там, где они с Сэнди упали.

Она осторожно подошла к двери и подергала ручку. Та не шелохнулась. Сэнди не соврала, замок был заблокирован снаружи. Хотя Дженис была совершенно уверена, что ключ остался в коридоре, она все-таки потратила немало времени на поиски.

Наконец, она сдалась. Уселась возле двери, привалившись спиной к стене. Расправила брюки на коленях и положила на них лампочку. Потом нащупала банку, с которой Сэнди вошла в комнату. Банка была прохладной и довольно увесистой. Внутри что-то плескалось.

Похоже на содовую.

Она открыла рот и коснулась ее кончиком языка.

Сэнди здорово врезала ей этой банкой. Дженис, кстати, намеревалась сделать с первым же, кто войдет, то же самое.

Главное - не пить содержимое.

Она облизнула губы и принялась ждать.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

- А что, если поехать всем вместе, - сказала Нора, - и мы просто подождем вас в машине?

- Как по мне - нормалек, - сказал Джек.

Он задрал толстовку и засунул свой полуавтоматический «Кольт» 45 калибра под ремень джинсов.

- Думаю, будет лучше, - возразил Эйб, - если вы с Тайлер останетесь. Я пока не знаю, где мы поставим машину, но если мимо будут проходить копы и заметят, что вы кого-то ждете, они насторожатся.

- Да, - согласилась Тайлер. - Резонно.

- Почему бы вам не подождать нас в «Карьяж Хаусе»? - предложил Джек. - Закажете себе несколько коктейлей. А мы вернемся - моргнуть не успеете.

Эйб закончил складывать толстое синее одеяло со своей постели.

Джек накинул на плечо ремешок фотоаппарата Харди.

- Выходи, - сказал ему Эйб. - Я скоро догоню.

Как только они оказались одни, Тайлер шагнула в его объятия. Он осторожно положил руки ей на плечи.

- Просто постарайся как можно меньше об этом думать, - сказал он.

- О, конечно.

- Идите и выпейте пока с Норой по паре коктейлей. Заодно расскажешь ей о наших планах на завтра. Не успеете прикончить вторую порцию, как мы уже будем на пути назад.

- Хорошо бы.

- Будь уверена, - oн поцеловал Тайлер, и она неистово прижалась к нему. Его руки нежно скользнули ей под свитер, лаская ее теплую мягкую спину. - Как же я тебя люблю, - шепнул он.

- И я люблю тебя, Эйб.

Она посмотрела на него. Ее глаза блестели от слез.

- Не позволяй какому-нибудь парню себя отбить, пока меня не будет.

Она почти смогла улыбнуться.

Одарив ее последним коротким поцелуем, он разжал объятия, взял одеяло и открыл дверь. Джек стоял возле «Мустанга», положив руки на бедра Норы.

- Поехали, - сказал Эйб, открыл водительскую дверь, бросил одеяло на заднее сиденье и повернулся к Тайлер.

- Скоро увидимся, - сказал он.

Она кивнула и вытерла нос тыльной стороной ладони. Нора подошла к ней, и так они и стояли бок о бок: два темных силуэта, резко очерченных на фоне освещенного крыльца.

- Если через час не вернетесь, - сказала Нора, - мы вызовем морскую пехоту.

- Говно вопрос, - сказал Джек. - Мы и есть морская мехота.

Она показала ему большой палец, а Тайлер помахала рукой. Эйб завел двигатель и машина тронулась. Он открыл окно, помахал на прощание и включил фары, прежде чем вырулить на дорогу.

- Все будет хорошо, - сказал Джек.

- Жаль только, что мы не смогли сделать этого без ведома девчонок.

- Скажи спасибо нашему Гормачмошнику - это он поднял тему при них.

- Какой же он, все-таки, мудак.

- И очкун в придачу. Блин, да если б я вознамерился накатать об этом доме книгу, то хотел бы лично пробраться туда ночью и сам на все посмотреть. Прочувствовать атмосферу, понимаешь?

- Потом еще, наверное, захочет взять у нас интервью об этом, - сказал Эйб, выруливая налево.

- Захочет - еще накинем. Он сорит деньгами, будто конфетти, - Джек опустил окно и высунул локоть. - Еще проверить бы, не фальшивый ли чек.

- Не, тебя бы он надуть не посмел.

- Если завтра я не смогу обналичить его в банке, я этого Гормана из-под земли достану.

- А я насчет этого совершенно не переживаю.

- Лучше бы переживал. Половина же твоя.

- Я с тобой только за компанию.

- Хрена ли! Пятьдесят на пятьдесят.

- Просто купишь мне выпивку, когда вернемся в мотель, и считай, что мы квиты.

- За что я тебя люблю, так это за неприхотливость.

Как только они въехали в деловую часть города, Эйб слегка сбавил скорость. Кафе, в котором они обедали, все еще было открыто. Через дорогу от него располагался винный магазин, а в соседнем квартале - бар. Остальные заведения в городе закрылись на ночь. Не считая нескольких автомобилей и пикапов, припаркованных вдоль тротуара, дорога была пустынна.

- Кстати, - сказал Эйб, - как ты относишься к тому, чтобы взять завтра с собой девушек?

- Ты имеешь в виду, в Лоджию?

- Я имею в виду, в Лоджию.

- Ну так и лады!

- Возражений нет?

- Шутишь?

- Сегодня Тайлер пообещала поговорить об этом с Норой.

- Нора точно согласится. Она сохнет по моему телу. Да и можно ли ее винить?

- Я заметил.

Он рассмеялся:

- Серьезно? Как умудрился? Ну а ты с самого начала глаз не сводишь с Тайлер. И это у вас взаимно. Чувак, я видел, как вы друг на друга смотрите. Когда свадьба?

- Мы так далеко еще не зашли.

- Правда что ли? Вот так сюрприз.

- Я хочу провести с ней еще несколько дней, прежде чем…

- Понял, понял. Чтоб дать ей остыть. Только не выжидай слишком долго, иначе она сама тебе предложение сделает.

- Я буду только рад. А что насчет вас с Норой?

- Девчонка-то она охренительная, но об узах брака мне думать неохота. Черт, я и так уже с морской пехотой двенадцать лет женихался. Мне бы сейчас расслабиться, понимаешь? Но я, конечно, не против позависать с ней еще чуток. Сказать по-честному, мне ни с кем и никогда еще не было так здорово.

Эйб снизил скорость и посмотрел налево, когда они проезжали мимо Дома Зверя. Билетная будка была закрыта, за забором темнел газон.

- Выглядит пустым, - сказал он.

- Надеюсь, Бобо там.

- Я бы не надеялся.

Дорога, петляя, вела к лесистым холмам. Эйб убрал ногу с педали газа и, отыскав на обочине подходящее место, припарковался. Он погасил фары и выключил двигатель. В наступившей тишине Джек спросил:

- Думаешь, такая тварь и впрямь может существовать?

- Как Бобо?

- Да.

- Не очень-то верится. Но никогда не знаешь наверняка.

Он протянул руку, открыл бардачок и достал «Ruger Black Hawk» 44-го калибра. Оттуда же прихватил коробку патронов и кинул в карман нейлоновой ветровки. На полу под сиденьем он нащупал фонарик.

Они вышли из машины.

Эйб достал с заднего сиденья одеяло и сунул подмышку, потом затолкал револьвер под ремень джинсов сзади. Фонарик он держал в руке, но не включал.

Они пересекли дорогу, вышли в подлесок, перескочили через канаву и шли вверх по склону, пока дорога не скрылась из виду за деревьями. Тогда они двинулись вниз. Палая листва и хвоя громко хрустели под их ботинками.

Джек сказал полушепотом:

- Ты меня знаешь, я не суеверен.

- Если не считать кроличьей лапки, с которой ты не расставался во Вьетнаме.

- Не, это другое. Я хочу сказать, я, наверное, последний человек, который может поверить во всяких призраков, монстров и прочую хрень, верно?

- Как скажешь.

- Но понимаешь, этого Бобо якобы привезли с острова возле Австралии. Вот смотри, Австралия: там же целая куча животных, напоминающих шутку природы: кенгуру, валлаби, вомбаты, утконосы. Так кто сказал, что Фрэнков батяня не мог привезти оттуда какую-то невиданную тварь?

- Вполне мог.

- И у нас есть возможность это проверить.

- Мне бы хотелось.

- Надо попробовать поймать этого засранца.

- Надо попробовать войти, по-быстрому сделать фотки и вернуться к девчонкам. Не скажу за Нору, но Тайлер была на грани срыва.

- Гормачмошник платит тыщу баксов за пару фоток, прикинь, сколько отвалит за тушу? - Джек тихонько засмеялся. - Захочет, небось, набить из проклятой твари чучело… ну и хер с ним.

- А почему бы нам самим не сделать из зверя чучело и не поставить в вестибюле Лоджии? - предложил Эйб.

- Точно! Скажем, что это снежный человек.

- С другой стороны, Тайлер не одобрит.

- Видишь? Пожениться еще не успели, а ты уже подкаблучник.

Эйб пихнул его локтем. И тут, сквозь просвет между стоящими впереди деревьями, он увидел ограду Дома Зверя. Он указал направо, и они двинулись вдоль нее вверх по склону.

- Толканем труп Гормачмошнику, - прошептал Джек. - Деньги нам пригодятся. Как приедем в Лоджию - купим классную яхту.

- Заметано, - согласился Эйб. - Если, конечно, этот зверь существует, и если он нам покажется.

- Навряд ли - с нашим-то везением!

Дальше шли молча. Эйб по дороге внимательно изучал сам дом и его ограду. Двор выглядел пустынным. Темнели окна. Он был уверен, что находись внутри уборщик или сторож, хоть в одном бы, да горел свет.

- Если там окажется охранник, - сказал он, - все отменяем.

- Правильно, - согласился Джек.

- Но судя по прошлому лету, там ни сигнализации, ни охраны…

- Только зверь.

- Ну раз они до сих пор не заморачивались с охраной, влезем без проблем.

Наконец, склон пошел вниз, к оврагу. Спустившись, Эйб пригнулся, шмыгнул к заднему углу ограды и пошел вдоль него, наблюдая за дорогой, пока она окончательно не скрылась за домом. Глянув на Джека через плечо, он сказал:

- В случае, если нагрянут копы, пушки припрячем. Если не успеем смыться, пускай шьют взлом и незаконное вторжение. Это ерунда в сравнении с сопротивлением полиции и незаконными стволами.

- А потом заберем, - сказал Джек.

Эйб остановился неподалеку от центра забора и перекинул через пики одеяло. Оно беззвучно плюхнулось на траву с другой стороны.

- Будь осторожен с этими штуками, - сказал Джек. - Если напорешься - запоешь сопрано.

Они одновременно вскарабкались на ограду, ухватились за пики руками, аккуратно перекинули через них ноги и спрыгнули вниз. Подхватив с земли одеяло, Эйб бросился через двор, мимо беседки, призрачно белеющей в тени залитого лунным светом дома. Вместе со следующим по пятам Джеком он поднялся по ступеням крыльца.

Дощатый пол заскрипел под его весом, когда он осторожно направился к задней двери. Он заглянул в одну из ее стеклянных панелей. Не считая падавшего через окна лунного света, помещение было погружено во мрак. Он отошел в сторону.

- Это твоя игра, - прошептал он. - Хочешь сделать это сам?

Джек ударил в нижнюю правую панель локтем. Тишина взорвалась звоном разбитого стекла. Осколки с треском посыпались внутрь.

- До чего изящно, - сказал Эйб.

- Зато сработано по высшему разряду, - ответил Джек и сунулся было рукой в дыру.

- Погодь. Давай выждем пару минут, убедимся, что никто не слышал.

Эйб вглядывался в дверное окно, прислушиваясь. Свет в доме не зажегся, а слышал он лишь шелест ветра, стрекот сверчков, да пение какой-то ночной птицы. А еще - стук собственного сердца. Громкий и учащенный. Он облизнул губы. Желудок словно свернуло узлом, а мышцы ног слегка дрожали. Больше всего на свете он не любил ждать.

- Добро, - сказал он наконец.

Джек протянул руку через разбитую панель. Несколько секунд он шарил по двери, потом Эйб услышал сухой щелчок затвора. Джек убрал руку, повернул ручку и открыл дверь. Нижний край проскрежетал по битому стеклу. Джек протер ручку, удаляя отпечатки пальцев.

Эйб последовал за ним в комнату. Включив фонарик, провел лучом по шкафам, стойке с раковиной и старой дровяной печи.

- А кухню фоткать? - прошептал Джек.

- Давай начнем сверху, а затем спустимся вниз. Сфоткаешь перед уходом, если захочешь.

Эйб выключил фонарик и двинулся по коридору между лестницей и стеной. Остановившись в фойе, он взглянул на кабинет, прихожую и коридорчик, ведущий в сувенирную лавку. Всюду было темно и тихо.

Борясь с желанием взяться за перила, он начал подниматься по лестнице. Как ни старался он ступать мягко, каждая ступенька под его ногами скрипела и стонала. Если никто не слышал, как разбилось окно, убеждал он себя, то скрипа не услышат и подавно. И тут ему пришло в голову, что звон стекла очень даже могли услышать. Только вместо того, чтобы пойти и разобраться, оно решило устроить засаду.

Оно.

Здесь кроме нас - никого.

Добравшись до площадки, он посмотрел налево. Лунный свет падал в окно, заливая холл бледным сиянием. Ничто не двигалось. Правая часть коридора была полностью погружена во тьму. Он вспомнил, что окна в конце закрывает занавес вокруг экспозиции с Дженсоном.

- Давай начнем с детской, - сказал он. - Идем вперед.

Кивнув, Джек быстро пошел по коридору. Эйб шел за ним и видел, как друг отодвинул занавес, чтобы пройти. Занавес качнулся, и у Эйба возникло жуткое ощущение, что за ним кто-то есть. По коже побежали мурашки, и Эйб поспешно проскочил в зазор.

Обернулся через плечо. Штора все еще покачивалась, словно от ветра. Он переложил фонарик в левую руку, а правую сунул за спину и вытащил револьвер. Ореховая ручка тут же стала скользкой от пота, но вес оружия придавал уверенности. С пистолетом в руке он вошел в спальню.

Он толкнул дверь локтем. Та закрылась не до конца, поэтому он уперся в нее задом, и замок щелкнул, встав на место.

Джек нащупал шнур и потянул. Шторы раздвинулись.

- Постарайся все сделать по-быстрому, - прошептал Эйб.

Он убрал фонарик в карман ветровки и сунул револьвер в передний карман джинсов.

В комнате было два окна: первое выходило на городскую улицу, второе - на задний двор и холмы. Перешагнув через восковые фигуры убитых сыновей Лили Торн, Эйб поспешил к дальнему и посмотрел на крыши домов по Фронт-Стрит. Одинокий автомобиль ехал на север. Он развернул одеяло и прикрыл окно.

- Отлично, - сказал он и закрыл глаза.

Даже сквозь веки он почувствовал яркую вспышку и услышал гул автоматической смены кадра.

- Улыбочку, мальчики, - прошептал Джек и сделал еще один снимок. Затем еще один. - Готово, - сказал он.

Эйб закинул одеяло на плечо, вытащил свой револьвер и подошел к двери, в то время, как Джек закрывал шторы. Поняв, что сейчас ему придется открывать дверь, он пожалел о том, что закрыл ее. Ладонь, которой он держался за ручку, задрожала.

Успокойся, - сказал он себе.

Затем крепче сжал револьвер и дернул ручку.

Когда из коридора на него никто не кинулся, он с дрожью выдохнул. Поднял взведенный револьвер и вышел в коридор.

- Отпечатки пальцев! - послышался сзади жизнерадостный голос Джека - как показалось Эйбу, чересчур громкий. - Пойду сотру.

Эйб услышал, как загремела ручка. Затем Джек прошел мимо него, пересек холл и подошел к запертой двери в детскую. Подергал ручку.

- Как у тебя со взломом замков? - спросил он.

- Забудь об этом, - ответил ему Эйб.

- Я мог бы ее выбить.

- Да сфоткай закрытую дверь. А Харди какую-нибудь таинственную подпись придумает. Погоди, окно прикрою, - он вновь убрал револьвер в карман и направился в конец коридора.

Прижав к окну одеяло, он зажмурился и подождал, пока Джек сделает снимок. Затем снова накинул одеяло на плечо и обернулся.

Джека не было.

Занавес вокруг экспозиции с Дженсоном слегка покачивался.

У Эйба свело желудок.

- Джек? - позвал он.

Ответа не последовало.

Он вслушивался, пытаясь уловить звуки борьбы, но слышал лишь стук собственного сердца.

Он быстрыми шагами подошел к занавесу. Стараясь не выдавать голосом тревоги, спросил:

- Джек, ты где?

Взметнулся нижний край шторы. Эйб судорожно взвел курок. Высокая темная фигура поднялась из-за занавеса.

- Что случилось? - спросил Джек.

- Ты что, специально решил меня напугать?

Джек рассмеялся:

- Вот не думал, что ты такой пугливый.

Он поднял занавес, пропуская внутрь Эйба.

- Давай просто будем держаться вместе. Я не смогу прикрыть твою задницу, если не буду ее видеть.

Джек отпустил занавес.

Эйб достал фонарик и включил его. Со всех сторон их окружала красная ткань. Воздух казался тяжелым и теплым, и в этой отгороженной части коридора Эйб почему-то чувствовал себя особенно уязвимым.

Джек шагнул назад, задев спиной занавес, и поднес фотоаппарат к глазам.

- Секундочку.

- Что?

Эйб направил луч на восковую фигуру Дэна Дженсона. Тело лежало на спине возле фигур Зиглера с сыном, горло разворочено, глаза блестят на свету.

- Он не должен попасть в кадр, - сказал Эйб.

Джек кивнул:

- Да. Я должен был об этом подумать.

Нагнувшись, Эйб схватил фигуру за лодыжку и выволок сквозь щель между занавесками. Выключил фонарик, выпрямился, посмотрел в темную глубину коридора. Глубоко вздохнул. Прохладный воздух показался ему невероятно свежим.

У него за спиной сверкнула вспышка. Щелчок. Он услышал гул камеры. Затем шаги Джека, выбирающего новый ракурс, и еще один щелчок.

Он вспомнил, как ахнула Тайлер, как все краски схлынули с ее лица, как закатились ее глаза и подломились колени. Он вновь ощутил ее вес, когда подхватил ее. Он вспомнил ее отсутствующий взгляд потом, как спустившись по лестнице, она бросилась на улицу, и ее вырвало.

Он занес ногу. Он с силой обрушил ее на лицо манекена, чувствуя, как проминается и крошится под ногой воск.

Тут подоспел Джек:

- Боже правый! Ты что?

- Что нужно, - сказал Эйб, и еще раз припечатал голову ногой. - Пускай проклятые туристы глазеют на кого-нибудь другого.

Закончив, он посветил вниз. От головы практически ничего не осталось, кроме каши из воска, искусственных волос и двух разбитых стеклянных глаз.

Он выключил фонарик.

- Давай поскорее закончим со всем этим, - сказал он. - Девочки уже заждались.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Воля Дженис оказалась бессильна против банки газировки. Она залпом проглотила половину. Оставшуюся часть пила медленными глотками, смакуя прохладную сладость. Пила, чувствуя себя виноватой. Полная банка могла бы послужить неплохим оружием. Но она нашла себе оправдание: жажда сводила с ума, а питье придало сил, необходимых для побега, да и рук у нее всего две. Одну она использует для ударов лампочкой, а другой - пихнет в лицо вошедшему штаны Сэнди.

Кем бы этот вошедший не оказался.

Конечно, она могла бы использовать вместо штанов и банку. Ею можно было бы здорово треснуть вошедшего по башке. Но штаны казались надежнее. С их помощью она сможет выиграть какое-то время, ослепив и ошарашив противника.

Когда в рот упала последняя капля, она задумалась, правильный ли сделала выбор. Впрочем, беспокоиться об этом уже поздно.

Она крепко сжала в руке банку, и та с треском смялась, оцарапав ладонь. Она ощупала ее поверхность кончиками пальцев и обнаружила, что в одном из уголков алюминий сломался, образовав острые края. Схватив банку обеими руками за верхний и нижний концы, она принялась сгибать ее взад-вперед, пока та не переломилась пополам. Она прижала края каждой половинки к обнаженным бедрам. Острющие!

Едва она задумалась, как использовать это новое оружие, в коридоре послышался тихий скрип. Сердце бешено заколотилось. Ей захотелось проверить Сэнди, убедиться, что девочка по-прежнему лежит связанная с кляпом во рту, но времени уже не было.

Она зажала патрон лампочки между губ. На вкус тот оказался горьковатым. Присев на колени, она закинула штаны на спину так, чтобы штанины лежали на правом плече, после чего сжала в каждой руке по половине банки, острыми краями наружу.

Из коридора доносились медленные шаги. Стук обуви по деревянному полу. Обуви.

Значит, идет человек. Слава тебе, Господи.

Она прижалась к стене. Сердце неистово колотилось. Она отступила от двери на пару шагов.

Шаги остановились. Она услышала тихое «Хм?», а следом - шорох сминаемой бумаги.

Пакет с едой, который выронила Сэнди.

С тихим скрежетом ключ вошел в замок. Загремела ручка. Дверь приоткрылась. В льющемся из коридора голубом свете Дженис увидела на ручке руку. Предплечье. Через мгновение грузная тетка протиснулась в проем и принялась вглядываться в темноту.

- Сэнди? - спросила она.

Это прозвучало скорее, как «Зэнди». Голос был хриплый, незнакомый. Кем бы ни была вошедшая - это точно не Мэгги Катч. Сэнди упоминала еще одну женщину, Агнес.

- Зэнди, а чего такая темень?

Дверь еще чуть-чуть приоткрылась. Агнес шагнула в комнату и слегка наклонилась, пытаясь хоть что-то разглядеть.

- Че-его тут тва-арится-то? - спросила она.

Голос ее звучал скорее смущенно, чем встревожено. Она наклонилась ниже и уперлась рукою в колено. В другой руке болтался бумажный пакет.

Сэнди закряхтела.

Агнес резко распрямилась.

Дженис молча накинулась на нее и ударила половинками металлической банки по щекам. Рев боли разорвал тишину. Агнес схватилась за лицо и обернулась. Дженис выдернула одну половину банки из ее щеки и полоснула по тыльной стороне ладони. Завывая, Агнес потянулась вперед и, выбив у Дженис одну из половинок, облапила ее обеими руками. От нее несло гнилью и кислятиной. Тело ее было горячим, а одежда влажной.

У нее перехватило дух, когда Дженис врезала ей коленом в живот. Хватка ослабла. Дженис снова вбила колено в мягкое пузо. Агнес согнулась пополам, угодив лицом в лампочку, которую Дженис сжимала в зубах. Заверещав, женщина рухнула на колени.

Дженис отскочила от нее.

Дверь все еще была открыта.

Она бросилась к двери и выглянула в коридор - никого. Выскочив в коридор, захлопнула дверь и тут же выдернула из замка ключ. Сэнди сказала, что входную дверь этим ключом не открыть, но какое может быть доверие к Сэнди?

Сразу за дверью ее темницы коридор заканчивался тупиком. Вдоль стен было еще несколько дверей. В основном - закрытых. В дальнем конце коридора виднелись перила лестницы, ведущей вниз. Дженис достала лампочку изо рта и затрусила к лестнице. Она была совершенно уверена, что на этом этаже больше нет ни души. Иначе бы кто-нибудь наверняка отреагировал на этот переполох.

Ни души, если не считать Сэндиной матери и ее ребенка, запертых, вероятно, в одной из комнат. Минуя закрытые двери, она подумала, не попробовать ли их освободить. Нет, чересчур рискованно. Бог знает, с чем она может столкнуться за любой из этих дверей. Когда она отсюда выберется, об остальном позаботятся копы.

Она добралась до первой открытой двери и, прошмыгнув мимо нее, бросила внутрь быстрый взгляд. В комнате было темно и тихо.

Одна пройдена, осталось еще две.

Она благополучно миновала обе. Добравшись до перил, она вздрогнула от внезапно раздавшегося позади стука. Она ожидала этого, но все равно перепугалась.

- Па-а-а-ама-а-а-ги-и-ите-е-е! - вопила Агнес. Голос ее звучал приглушенно. - Па-а-ама-а-ги-и-ите! Выпустите меня!

Затаив дыхание, Дженис начала спускаться по лестнице. Пространство внизу утопало в бледно-голубом свете. Она присела, чтобы увидеть, что находится под потолком. Прямо за подножием лестницы начиналось фойе. А прямо за ним - входная дверь!

Открытая площадка по левую сторону была погружена во тьму. Справа располагался арочный проход в комнату. В ней тоже горел голубой свет. Стены были задрапированы темными шторами. Она увидела несколько раскиданных на полу подушек, покрытых блестящей тканью наподобие атласа, но никакой мебели не было. Не отрывая глаз от входной двери, она поспешила вниз.

До двери было едва ли десять футов. Но, устремившись к ней, Дженис может попасться на глаза тому, кто находится в комнате.

А Сэнди утверждала, что ключ не подойдет.

Дженис решила не рисковать. Не сводя глаз с «голубой комнаты», она обошла перила и на цыпочках двинулась к темному проходу между лестницей и стеной. Он привел ее в заднюю часть дома, где она оказалась в комнате с голым полом. Она догадалась, что это, должно быть, кухня. Она закрыла дверь и принялась шарить по стене в поисках выключателя. Нашла. Голубой свет залил комнату.

Она прошла мимо печки. Вдоль дальней стены располагалась раковина, длинная столешница, шкафы… и никакой двери. Возле раковины стояла подставка с ножами. Она положила лампочку, ключ и оставшуюся половину банки из-под содовой, и взяла нож для чистки овощей, и еще один - длинный, с зазубренным лезвием. Нож для овощей она сунула в трусики. Лезвие слегка холодило бедро. Длинный плотно сжала в правой руке и шагнула к закрытой двери возле холодильника.

Та оказалась не заперта, и Дженис открыла ее. Темная лестница вела в освещенный голубым светом подвал. Дженис вошла и рывком закрыла дверь. Воздух был холодным. Дрожа, она смотрела на синий ковер на полу подвала. На нем она смогла разглядеть несколько подушек.

Пожалуйста, - подумала она, - пусть подвал будет пустым.

И пусть в нем будет туннель.

Она сделала глубокий вдох и пошла вниз.

Подвал не был пустым.

Ахнув, Дженис резко остановилась. Сжимая перила, она пыталась разглядеть три фигуры в тусклом голубом свете.

Они застыли возле стены. Двое мужчин и женщина. Обнаженные и неподвижные. Головы неестественно свисают. Дженис сделала еще один шаг вниз по лестнице, прежде чем заметила, что их ноги не касаются пола.

- Боже, - пробормотала она.

Она преодолела остаток лестницы и медленно подошла к телам.

Трупы, - подумала она. - Это трупы.

На одном из бедер женщины не хватало изрядного куска плоти, словно выдранного зубами.

Из груди каждого тела торчал острый штырь.

Они подвешены на крюках.

Дженис почувствовала приступ дурноты. Она подошла ближе. Ноги дрожали.

Все три тела были страшно изуродованы, все покрыты засохшей кровью, которая в голубом свете казалась лиловой.

Она взглянула одному в лицо и прихлопнула рот ладонью, чтобы удержать рвущийся из горла крик.

Один глаз был закрыт. Второй уставился на нее сверху вниз. Язык вывалился изо рта. Но несмотря на искаженные черты, она узнала это лицо. Лицо Брайана Блейка.

Она посмотрела на лицо мужчины, висящего рядом с Брайаном.

НЕТ!

Затем на женщину.

ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! НЕТ!!!

Пятясь, мотая головой, она смотрела в лица своих родителей. Она упала на колени. Она закрыла лицо руками.

У нее за спиной металлически лязгнула дверная защелка. Она обернулась и посмотрела на вершину лестницы. Дверь в кухню распахнулась.

Стоя в дверном проеме, Джек сделал снимок лестницы, ведущей в подвал Дома Зверя.

- Отлично, - прошептал он.

Эйб включил фонарик, обошел Джека и начал спускаться вниз. На полпути он остановился, перегнулся через перила и осветил лучом пространство под лестницей. Пусто. Посветил в другую сторону. Только вертикальный сундук у стены - и больше ничего. Медленно повернувшись, он направил луч в дальний угол и прошелся им по всему помещению подвала. Вдоль стен он увидел целый склад старых садовых инструментов: лопат, граблей и мотыг. Полки - по большому счету пустые, но на некоторых пылились консервные банки. На земляном полу высилось несколько груд старых корзин.

- Вроде ничего, - сказал Джек.

Эйб кивнул и продолжал спускаться. По пути он обернулся и направил луч фонарика на сундук. Защелки на нем были закрыты.

- Делай свои фотографии, - сказал он, - и валим отсюда.

У подножия лестницы Джек сделал три снимка. Эйб вновь закрыл глаза, чтобы уберечь от вспышки.

- Погнали.

- Не кипеши. Я хочу осмотреться.

Эйб передал ему фонарик. Пока Джек делал обход, он смотрел дверь. Ему вдруг представился щелчок запираемого замка. Если кто-то наверху ее запрет…

- Поди сюда, - сказал Джек.

- Что там?

- Нора, о которой говорил Гормачмошник.

Эйб прошел по земляному полу к Джеку и остановился возле нагромождения старых корзин. Отверстие у его ног было идеально круглым, а шириною - в ярд[30]. Тоннель за ним шел не прямо вниз, а под крутым углом.

Эйб прикрыл глаза. Джек сделал снимок.

- Ну, теперь все, - сказал Эйб. - Уходим.

- Возьми ее на минутку, - Джек вручил ему камеру.

- Что мне с ней делать?

- Подержи просто.

Пригнувшись, Джек направил луч в дыру. Заглянул внутрь.

- Девочки ждут, - сказал Эйб.

- Я в курсе.

- Мы и так задержались.

- Пара минут роли не сыграет.

Улегшись на живот, Джек сунул голову в дыру.

- Скажи, что ты шутишь, - пробормотал Эйб.

- Далеко лезть не буду.

Голос Джека звучал приглушенно.

- Забавно, - сказал Эйб. - А обратно как?

Спустя мгновение свет фонарика полностью исчез в отверстии. Эйб опустился на колени и ухватил Джека за отвороты джинсов. Теперь он находился в кромешной темноте. Оглядываясь через плечо, он различал тусклое пятно света на вершине лестницы.

Сейчас они могли бы быть там. Могли уже направляться к выходу из этого дома.

Он дернул Джека за штанины:

- Давай же.

Джек не шелохнулся.

- Ты в порядке?

- Да, - eго голос звучал приглушенно, словно через подушку. - Все тянется и тянется.

- Вылезай.

- О, черт.

- Что?

- Кто-то впереди. На меня глядит.

Эйб почувствовал, как встают дыбом волосы на затылке.

- Кто это?

- Дай поближе подползу.

- Что там? Приближается?

- Не, не приближается. Хе-хе. Это… башка совиная. Не вся сова, заметь, только башка. Чувак, здесь костей да говнища…

- Ну и чудненько. Пора сваливать.

Он схватил Джека за лодыжки и потащил наружу.

Через несколько мгновений в отверстии появился свет - он исходил из-за Джекова плеча. Затем показалась и голова. Эйб продолжал тянуть. Джек помогал ему, работая локтями.

Наконец он выбрался.

- Ахтыжебаныйтынахуй! - сказал он. - Я рассмотрел не больше двадцати футов, но ты бы видел этот срач. Там все усыпано костями.

- Человеческие?

- Не, поменьше. Может, кошек, собак, енотов, белок. Много совсем мелких, скорее всего, мышиных и крысиных. Почему бы тебе самому не глянуть?

- Спасибо, что-то не тянет.

- Интересно, смогу ли я всю эту дрянь сфоткать? Стоит попробовать, а?

Быстрые, мягкие шаги послышались на лестнице; казалось, идет животное, а не человек.

Дженис вжалась спиной во влажную глинистую стену туннеля и уставилась в голубой свет. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот проломит ребра. Дыхание перешло в судорожные всхлипы. Обеими руками вцепившись в рукоятку ножа, она выставила лезвие в сторону подвала и затаила дыхание.

Она лишь мельком увидела зверя, когда тот прошел мимо входа в туннель. Колени подогнулись. Она привалилась к стене, чтобы не упасть. Живот скрутило. Она с трудом сглотнула.

Это он (или другой такой же) изнасиловал ее. Это его когти терзали ее плоть, это его пасть сосала и кусала ее грудь, это его член глубоко врывался в нее… она до сих пор страдала от боли.

Это он (или его собрат) убил ее родителей и…

Она услышала влажный звук чего-то рвущегося.

Оттолкнувшись от стены, она шагнула к противоположной стороне туннеля и, прижавшись плечом к прохладной земле, осторожно высунула голову из-за угла.

Слегка сгорбившись, зверь стоял спиной к Дженис и острыми когтями обдирал мясо с бедра ее матери. Слишком потрясенная, чтобы бежать, Дженис смотрела, как он запихивает в пасть куски кровоточащей плоти.

Внутренний голос в дальнем уголке ее сознания нашептывал, что сейчас самое время бежать, что она сможет уйти далеко, прежде чем существо покончит с едой.

Нет, - подумала она. - Не могу.

От этого жуткого чавканья к ее горлу подкатила рвота. Прикрыв рот рукой, она юркнула обратно в туннель, но оно было слышно и там.

Боже! Это же мама. Он пожирает мою маму…

И тогда она побежала.

Молчать больше не было сил. Она знала, что должна молчать, но не могла, она помчалась по ковру, и дикий звериный вопль вырвался из ее горла, и существо услышало, и завертело головой, а лохмотья мяса свисали из его пасти, и уставилось на нее белесыми пустыми глазами, будто ему и дела нет, и развернулось, продолжая жевать, как ни в чем не бывало, и замахнулось когтистой лапой, метя Дженис в лицо. Она успела пригнуться и всадила клинок ему в брюхо.

Он взревел, извергая съеденное на ее волосы и спину. Отшатнувшись, она врезалась в маму. От удара ноги трупа раскинулись. Руки подскочили. Мотнулась голова. Острие крюка исчезло, словно засосавшись в дыру в груди, и ее мать рухнула на зверя, повалив его на колени.

Дженис отступила назад, глядя на изувеченные тела, почти уверившись, что каким-то образом ее мать на мгновение ожила. А потом зверь, скорчившийся у стены с ножом в брюхе, схватил тело за горло и пах и отшвырнул прочь. Труп полетел прямо в Дженис, не долетев, ударился о ковер у ее ног и покатился, нелепо взмахивая руками и ногами.

Дженис отскочила, развернулась и помчалась обратно в туннель.

Будь он проклят, добивать надо было!

Она вскрикнула от боли, ударившись плечом о стену туннеля. Она отскочила в сторону, налетела на другую стену и упала на колени, всхлипывая. Быстро поднялась на ноги. Заковыляла вперед, вытянув перед собой руку, и поняла, что туннель петляет. Правое бедро горело. Она ощутила, как теплая струйка бежит по ноге. Засунутый в трусики нож, должно быть, порезал ее при падении. Она выхватила его.

Кроме собственных рыданий, и тяжелого дыхания, и шлепанья босых ног по земляному полу туннеля, она не слышала ничего. Если зверь и преследовал ее, он, должно быть, серьезно отстал.

Может, был слишком тяжело ранен, чтобы устраивать погоню.

Он прекрасно видит в темноте, это она знала из дневника.

Она жалела, что просто не сожгла этот злоебучий дневник.

Тогда ничего бы не случилось. Лежала бы сейчас в безопасности в своей кровати в мотеле, а мама с папой были бы живы. Как он вообще до них добрался? Они, наверное, ее искали. Боже, как жалела она сейчас, что не осталась дома! Это все - ее вина. Лучше б ей вообще не знать этих Брайана Блейка и Гормана Харди. Они втянули ее в эту историю.

Я сама себя втянула.

Из-за меня погибли мама и папа.

Но сама я еще могу спастись. И спасти ту женщину - мать Сэнди и ее ребенка - если удастся отсюда выбраться. Привести подмогу.

Добраться до Дома Зверя и выскочить на улицу. А оттуда - в полицию.

Внезапно ее пальцы перестали касаться стены. Она вслепую зашарила обеими руками, обнаружила, что туннель свернул влево, и поспешила дальше - сквозь кромешный мрак.

Что, если дверь на том конце окажется заперта?

Не будет. Не может такого быть.

Что, если впереди поджидает другой зверь?

Нет.

Что, если Вик, или Мэгги, или Агнес, или Сэнди, или все они вместе, добрались до Дома Зверя первыми и поджидают меня там?

У меня есть еще один нож, сказала она себе. Буду их резать.

Все мысли вылетели у нее из головы, когда за спиной послышалось задыхающееся рычание. Подгоняемая ужасом, она очертя голову бросилась вперед, совершенно забыв о поворотах. Она бежала, а звук нарастал. Она неслась со всех ног, отчаянно молотя руками. Легкие болели. Раны будто жгли раскаленным железом. Она вздрогнула, ободрав правую руку о стену. Не сбавляя скорости, отклонилась влево.

Зверь уже был совсем рядом. Судя по громовому реву - максимум в паре ярдов позади.

Ее левый бок врезался в стену. От удара она развернулась. И тут же ударилась обо что-то мягкое и влажное, отлетела и рухнула на спину.

Она отчаянно вглядывалась в темноту, но зверя не увидела. Зато услышала сухое шипение, очень похожее на смех.

Что-то мокрое и скользкое раздвинуло ее ноги. Футболку сорвали, на мгновение оторвав Дженис от земли. Рукава соскользнули с ее ослабевших рук. Она почувствовала, как острые когти скользнули в низ живота. Содрали трусики. Что-то теплое забрызгало живот, потом грудь. Его кровь.

Она чувствовала его горячее дыхание на лице.

- Скотина! - завизжала она и ударила ножом вверх.

Он воткнулся в плоть твари. Она выдернула его и ударила снова, пока зверь выл от боли. Потом он перехватил ее руку. Нож выскочил из онемевших пальцев.

Где-то впереди послышался странный звук, будто по земле волочили бревно.

Зверь схватил ее за плечи, его когти зарылись в ее плоть; извиваясь от боли, она все же исхитрилась ударить его коленом. Не ослабляя хватки, он отпихнул ее ногу в сторону. Его пенис прижался к ее бедру.

Его морда, нависшая над ее лицом, была мертвенно-белой и блестела, как тело слизня. Из широкой пасти полилась слюна. Не успела она подумать, почему видит его морду в кромешной тьме, как морда эта резко дернулась вверх.

В ушах рявкнуло так, будто взорвался мир.

Вместо одного из блестящих глаз существа возникла дыра.

Половина морды разлетелась вдребезги.

Челюсть отвисла.

Она успела отвернуться, прежде чем то, что осталось от головы зверя упало на ее лицо.

Она не слышала ничего, кроме звона в ушах.

А потом мужской голос произнес:

- Срань господня.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

- Как дела, леди? - спросила официантка.

- Мне хотелось бы заказать…- начала было Нора.

- Думаю, нам уже пора идти, - прервала ее Тайлер.

- Мы же договорились, что будем ждать их здесь.

- Плевать.

Она встала из-за стола.

Нора взглянула на официантку и пожала плечами.

- Наверное, это все, - сказала она, поднялась и поспешила за Тайлер вдоль тускло освещенного бара. - К чему такая спешка?

- Я не могу больше ждать. Они обещали вернуться через час.

- Ну, минут на двадцать опоздали. Наверное, им просто потребовалось больше времени, чем они планировали.

Несмотря на обнадеживающие слова, Тайлер уловила в голосе подруги напряжение.

Она толкнула одну из тяжелых деревянных дверей и придержала ее, пропуская Нору вперед. Вдохнув прохладный ночной воздух, спустилась с крыльца и посмотрела на дорогу. Та была пустынна.

Нора обхватила себя руками, очевидно, ей было холодно в тоненькой оранжевой блузке.

- Почему бы нам не вернуться и не выпить еще? Они скоро приедут. Я уверена, что с ними все в порядке.

- Уверена?

- Конечно. Ладно тебе, это лучше, чем стоять здесь, отмораживая седалища.

- Если я еще немного там посижу - сойду с ума.

- И что же ты хочешь делать?

- Не знаю. Почему они еще не вернулись?

- Наверное, уже в пути.

Тайлер затаила дыхание, когда дорогу залил свет фар. Она всмотрелась в просвет между деревьями и печально вздохнула, когда автомобиль промчался мимо. Какой-то пикап.

- Давай пойдем в нашу машину, - сказала она.

- Ладно. Там хоть тепло.

Они пошли по дорожке в сторону стоянки.

- Ключи хоть у тебя? - спросила Нора.

- Да.

- Хочешь для начала подождать?

- Нет.

Она уже едва поспевала за Тайлер.

- Зачем так спешить? Наверняка ведь встретим их по дороге, и придется разворачиваться.

- По крайней мере, скорее убедимся, что с ними все в порядке.

- Только учти, мы рискуем с ними разминуться. Если они припарковались на проселочной дороге…

- Если не обнаружим там их автомобиля - разворачиваемся и едем сюда.

Она открыла «Омни», села за руль и потянулась разблокировать пассажирскую дверь для Норы. Едва Нора влезла в салон, Тайлер повернула ключ зажигания и задним ходом вывела машину со стоянки прежде, чем подруга успела захлопнуть дверцу.

- Ради Бога, успокойся уже.

- Я не могу.

Она вырулила в сторону дороги.

- Нет причин паниковать.

- Им давно уже пора вернуться.

- Знаю, знаю.

- Проклятье.

- Все хорошо.

- Ничего хорошего.

Она убрала ногу с педали газа, осмотрелась по сторонам и свернула на дорогу так резко, что шины взвизгнули по асфальту.

Нора защелкнула ремень безопасности:

- Пристегнись, или хочешь, чтобы нас тормознули копы?

Покачав головой, Тайлер вдавила педаль газа. За поворотом показались огни города. Они проехали мимо закрытой станции технического обслуживания. В следующем квартале им пришлось остановиться, пропуская чей-то «Фольксваген», вывернувший со стоянки перед забегаловкой. Затем их остановил мигающий красный сигнал светофора. Однако улица была свободна, и Тайлер устремилась вперед.

- Ищем «Мустанг», - сказала Нора. - Я буду смотреть направо, ты налево.

Вдоль улицы было припарковано несколько автомобилей. Но тротуар перед длинной оградой Дома Зверя пустовал. Проезжая Бич-Лейн, Тайлер краем глаза уловила яркий луч фары.

- Притормози, - сказала Нора.

Тайлер нажала на тормоз и, когда машина остановилась, посмотрела на приближающийся свет.

- Это не могут быть они.

- Может, у них фара разбилась.

Она стала ждать. Руль под руками стал скользким от пота. Она вытерла руки о юбку, шерстяная ткань зашуршала по чулкам. Послышался трескучий рокот двигателя. Развернувшись, она выглянула в заднее окно.

Мотоцикл с ревом вылетел в переулок, поднимая за собой шлейф пыли и выхлопных газов, клубившийся в свете задней фары. Над рулем с непокрытой головой сгорбился Капитан Фрэнк - седые волосы и бороду трепал ветер. Огибая «Омни», мотоцикл вскинулся «на дыбы», после чего унесся на север.

- Ты погляди на этого дуралея, - буркнула Нора.

Тайлер нажала на газ. Медленно двигаясь мимо Дома Зверя, она глядела на его массивную кованую ограду, темную веранду за ней и черные окна. Дом казался угрюмым и заброшенным. Она не могла понять, как вообще можно сунуться туда ночью.

А ведь Эйб с Джеком, наверное, сейчас как раз там, - подумала она. - Тихонечко пробираются через темнющие комнаты, зная, что очень сильно опаздывают, и потому спешат…

Или лежат на полу. Мертвые и разорванные, парочка новых жертв…

Нет!

У них все в порядке. У них все хорошо. У них все отлично. У них есть оружие. Они профессиональные солдаты. Морпехи. Дубленые шеи!

Дом Зверя остался позади, а извилистая дорога вывела их к лесистым холмам, но видения не покидали Тайлер. Вот она раздвигает красные шторы и не может понять, какое из искалеченных тел сделано из воска, а какое принадлежит Эйбу.

- Вон он! - выпалила Нора.

Тайлер увидела «Мустанг». Он был припаркован впереди. Фары потушены. Она чуть наклонилась, силясь разглядеть что-нибудь через заднее окно. Вроде никого.

- Блин, - сказала Нора. Она протянула руку и потрепала Тайлер по ноге. - Сядь поудобнее и постарайся расслабиться. Они будут с минуты на минуту.

Тайлер погасила фары и выключила двигатель.

- У меня идея, - сказала Нора. Она открыла бардачок и достала «Путеводитель Клуба автомобилистов». - Это поможет нам скоротать время. Включи верхний свет.

Тайлер повернула ручку, и под потолком зажглась лампочка. Нора перелистнула несколько страниц.

- Давай-ка посмотрим… Сейчас… Шаста. Точно, Озеро Шаста. Нашла! «Лоджия Соосновой шишки». Боже мой, пять звездочек! Местечко, видать, что надо, а? Дорогущее, правда. От пятидесяти пяти до шестидесяти баксов за ночь с человека. Номер на двоих с одной кроватью - шестьдесят пять баксов. Сорок пять номеров. Двенадцать миль к северу от Реддинга, по Пятому Межгосударственному Шоссе. На полторы мили южнее моста Бэй-Роад. С видом на озеро Шаста. Открыт круглый год. Просторные, хорошо отделанные номера с душем или ванной, каминами и кабельным телевидением. Бассейн с подогревом, джакузи, бесплатный прокат лодок и катеров. Рыбалка, катание на водных лыжах. Это тебе не клоповник какой-нибудь.

Тайлер покачала головой.

- Собираешься остаться там?

- Если он меня попросит, - пробормотала она. - Черт возьми, где же он?

- Думаю, минут десять или пятнадцать у них ушло только на то, чтобы добраться отсюда до дома.

- Давай тоже пойдем туда.

- К дому? Да ты рехнулась?

- Если хочешь, можешь подождать здесь.

- Боже, девочка!

Тайлер выключила свет и открыла дверцу. Не успела она ее закрыть, как увидела, что Нора тоже выбирается из машины. Она подождала ее, и они вдвоем перешли дорогу.

- В наших шмотках только по лесам таскаться.

- Мне без разницы.

- Чулки испортишь.

Тайлер зашагала вниз по склону канавы, босоножки скользили в росистой траве, побеги растений цеплялись за лодыжки.

Нора поскользнулась и плюхнулась на мягкое место, но тут же встала.

- Дерьмо. Ты всерьез туда собралась, что ли?

Не говоря ни слова, Тайлер начала взбираться по противоположному склону.

- Если тебе пришло в голову влезть в Дом Зверя - и думать забудь. Для начала нам не перелезть через ограду.

Оказавшись наверху, Тайлер протянула руку Норе, помогла ей подняться, после чего шагнула в темноту между деревьями.

- И пушек у нас нету. А у них - есть. Я бы туда и с пушкой не сунулась, но…- голос Норы дрогнул.

Слева от них, далеко впереди, послышался топот бегущих ног. У Тайлер екнуло сердце. Она смотрела сквозь сосны на посеребренную луной дорогу.

- Это они, - прошептала Нора.

Как Тайлер ни прислушивалась, она не слышала шагов второго. Борясь с желанием закричать, она бросилась обратно к краю канавы. Привстав на цыпочки, увидела бегущего к ним мужчину. И застонала, распознав в этой мускулистой фигуре Джека.

- О, Боже, - пробормотала Нора.

Тайлер кинулась вниз по склону, споткнулась на самом дне, потом поспешно вскарабкалась по другому склону и выскочила на дорогу.

- Джек?

Не останавливаясь, он махнул ей рукой.

- Садитесь в свою машину! - крикнул он.

- Где Эйб?

- В доме. С ним все в порядке. Мы должны встретиться у главного входа.

- Что случилось? - спросила Тайлер.

- Потом.

Он склонился над дверью «Мустанга», сунул ключ в замок, отпер его и забрался в салон.

- Он сказал, что с Эйбом все в порядке, - выдохнула подошедшая сзади Нора. - А я что говорила… Нечего было огород городить.

- Что-то произошло, - сказала Тайлер.

Она заметила, что ее близкое к панике состояние немного улеглось.

Они стояли на обочине, пока Джек разворачивал «Мустанг». Как только его машина рванула вниз по склону, Тайлер бросилась к своей.

- Едем следом, - скомандовала она, распахивая дверь и поднимая кнопку блокировки для Норы.

Как только подруга оказалась внутри, она завела автомобиль и вцепилась в руль. «Омни» крутанулся на дороге, рассекая фарами лесную тьму.

- Погаси фары, - сказала Нора.

Она погасила, вспомнив, что у Джека они тоже не горели.

- Ух ты, как круто!

- Что-то уже пошло не так.

- Кончай переживать. С Эйбом все в порядке.

- Перестану, когда увижу его.

- Никак и впрямь в него втюрилась.

- Так и есть, — ответила Тайлер.

Вылетев из-за поворота у подножия холма, она увидела темный силуэт «Мустанга», скользнувший к обочине. Он остановился перед билетной будкой. Бросив взгляд на ограду, она никого не увидела.

Где Эйб?! - возопила она про себя.

Джек выскочил из машины, оставив дверцу открытой, обежал ее спереди и распахнул заднюю пассажирскую дверь.

Тайлер подъехала к «Мустангу» и ударила по тормозам. «Омни» занесло, и он буквально на пару дюймов разминулся с его бампером. Она выскочила из машины, и успела сделать лишь два быстрых шага, как вдруг увидела Эйба, который, пошатываясь, вышел из-за билетной будки с чьим-то телом, перекинутым через плечо.

Не желая обегать оба авто, Тайлер вскочила на капот, спрыгнула на землю и бросилась к Эйбу.

Девушка, которую он нес, была завернута в одеяло, белокурые волосы свешивались ей на лицо. Эйб нагнулся и осторожно опустил ее ногами на тротуар. Хотя она, казалось, находится в сознании, ее ноги тут же подломились. Джек успел подхватить девушку подмышки, и вдвоем они усадили ее на пассажирское сидение. Как только Джек закрыл дверь, Эйб повернулся к Тайлер.

- Ты в порядке? - спросила она

Он кивнул.

- Что произошло? Кто это такая?

Он лишь покачал головой:

- Я поеду обратно на вашей машине, - сказал он. - Давайте быстрее отсюда свалим.

Когда забарабанили в дверь, Горман аж подскочил, мгновенно вспомнив, как прошлой ночью его точно так же разбудили Марти и Клэр. Впрочем, он тут же успокоился, решив, что это, должно быть, Эйб с Джеком. Он посмотрел на часы. Десять минут двенадцатого. Их не было час и сорок минут, так что в Доме Зверя они должны были провести не менее часа.

- Иду, - отозвался он, закрыл альбом Капитана Фрэнка и сунул в тумбочку у кровати.

Прежде чем подойти к двери, он включил диктофон и положил в карман.

Но на крылечке его уже поджидали, и отнюдь не Джек с Эйбом.

- Капитан Фрэнк! - воскликнул Горман и выдавил улыбку. - Рад вас видеть. Я так понимаю, вы за книгой?

Старик выглядел разъяренным.

- Заходите-заходите. Прошу прощения, что не смог занести вам ее днем, но копировальная машина в магазине вышла из строя. Сказали, к утру починят, так что…

- Где она?

- Цела и невредима, - сказал Горман.

Настороженно глядя на него, Капитан Фрэнк последовал за ним к кровати и остановился, наблюдая, как Горман открывает ящик.

- Я заберу ее, мистер Уилкокс, - сказал он.

- Если вам угодно.

- Малый, что тут за главного, мне сказал, что ваше имя Харди.

- Это правда. Именно под таким именем я зарегистрировался.

- А по правде вас как звать-то?

- Харди. Уилкокс - это мой псевдоним, nom de plume. Я подписываю им свои статьи для «Пипла».

- Да ну? - голос его звучал скептически. - А мне вот сдается, что решили вы мой альбомчик прикарманить.

- Чепуха. Я в самом деле собирался его вернуть.

- Угу. Может так, а может - нет.

Капитан Фрэнк вытащил из заднего кармана бермудов потрепанный кожаный бумажник, достал из него пару пятидесятидолларовых купюр и протянул Горману.

Горман неподвижно стоял, сжимая в обеих руках альбом.

- Если я правильно понимаю, вы не хотите, чтобы я писал статью.

- Разве я говорил такое?

- Я не смогу написать статью без этого альбома, - oн потряс книгой. - Я прекрасно понимаю, что это настоящее сокровище и для вас оно бесценно. Клянусь, у меня и в мыслях не было его присвоить. Знал бы я, что вы обвините меня в такой подлости - вернул бы еще вчера. Разве я виноват, что копировальная машина сломалась?

- И то верно, погорячился я, - признал Капитан Фрэнк. Вид у него был пристыженный. - А все ж таки я хочу ваши денежки вернуть и книгу забрать. Я себе места не нахожу, покуда она в чужих руках. Вот оно что - возьму-тка я ее домой, а вы, коли не раздумали статью писать, подгоните ко мне завтра утречком, и вместе поедем копировать.

Горман опять выдавил улыбку.

- Звучит вполне разумно, - сказал он и отдал книгу Капитану Фрэнку. Взял деньги, сунул в карман рубашки. - И прошу прощения за доставленные неудобства. Если бы я знал…

- Не, не. Все путем.

- Не желаете ли выпить? Боюсь, пива у меня нет, но как насчет мартини?

У старика загорелись глаза:

- А то! Благодарствую.

- Тогда присаживайтесь, - сказал Горман.

Как только Капитан Фрэнк опустился на одну из кроватей, Горман повернулся к туалетному столику. Откупорил новую бутылку джина и принялся наполнять стакан, любуясь тонкой прозрачной струйкой. Рука его дрожала.

У деда в автобусе целый арсенал, - думал он. - Влезу туда - схлопочу пулю. А вот после хорошей порции мартини старый козел уснет как убитый…

Горман добавил в стакан порцию вермута и принялся медленно перемешивать коктейль.

Как убитый.

Он знает мое имя. Если я отниму у него этот бесценный альбом, он поднимет бучу. Это если не оклемается раньше времени и не пристрелит меня.

Подушку на лицо, когда он отключится…

Это казалось слишком рискованным.

Горману позарез был нужен этот альбом. Хотя на худой конец сгодятся и ксерокопии.

Но если он пойдет со мной в магазин, то может узнать, что про сломанную машину я наврал. Возмутится и откажется сотрудничать.

Он старик. Полиция решит, что сам преставился. Приду перед рассветом, подушку на лицо, и…

А еще он может покончить с собой.

Горман увидел себя в темном автобусе. Вот он достает из-под водительского сиденья револьвер, прижимает его дуло к виску спящего старика и стреляет.

Нет, нет и нет. Выстрел могут услышать соседи.

Но как вариант… Если удастся уйти незамеченным…

Он наполнил оба стакана практически до краев и повернулся к Капитану Фрэнку.

- Извольте, - сказал он.

- Спасибо, дружище.

Горман сел на край противоположной кровати и принялся потягивать мартини. Старик сделал здоровенный глоток и вздохнул:

- Эх! Понеслась душа в рай.

- Пейте-пейте. У меня этого добра - хоть залейся.

- А рассказывал ли я вам, как на экскурсию ходил?

- На экскурсию в Дом Зверя? Нет. Когда это было?

- Да в самый тот день, когда Мэгги Катч его для народа открыла. А я ж тогда был еще пацан. Больше двух недель драил обувь у парикмахерской Хаба, каждый грош берег, и все ждал, когда Мэгги начнет экскурсии. В городе только и разговоров было, что про это дело, как прознали, что там будут все эти куклы. Матушка же моя, она заявила, что это оскорбление Господа, - oн сделал еще один долгий глоток. - Я знал, что она взбеленится, ежели прознает, что я туда намылился, поэтому ничего ей не сказал и отправился втихаря с самой первой экскурсией. Вы такого столпотворения, небось, в жизни не видывали. Полгорода в очередь за билетами выстроилось. Тут я чуть все не бросил, а только выбора у меня не было. Дело-то вот в чем: я был практически уверен, что увижу там батюшку.

- А разве он не был тогда уже мертв? - спросил Горман.

- А то. Но я знал, что разделался с ним Бобо, вот и думал, что Мэгги наверняка его фигуру выставит. Я должен был лично убедиться, понимаете ли, - oн глотнул еще мартини. - Ну, батюшки не было. Мне бы обрадоваться, а не тут-то было. Проклятье, он же причастен был! Он заслужил фигуры. Бобо ж был его подопечный. Он нашел его и привез в Малкасу, и Бобо его прикончил. Если уж кого и выставлять, так моего батюшку. Как экскурсия закончилась, собрался я с духом, подошел к Мэгги Катч, и говорю: «Где мой отец?» А она меня одаривает улыбочкой, за которую мне захотелось ей рожу расквасить, и говорит: «Ну как же, сынок, я слышала, что он удрал из города с какой-то крошкой из «Ванды».

- Из «Ванды»?

- Это был такой здесь домик, с нехорошей репутацией. Ну, тут все на экскурсии как покатятся со смеху! Я убежал. Это все, что я тогда мог сделать для своего батюшки. Убежать, чтобы не разреветься у всех на глазах.

- Наверное, это было очень тяжело.

- А то, - на дне стакана осталось всего ничего; он взглянул на него и допил остатки. - Но мало того - я ко всему еще изрядную взбучку получил. Преподобный Томпсон - он подглядел, как я вхожу в дом с остальными. И когда только матушке успел донести? А уж матушка - та задала мне такую трепку, что я две недели сидеть не мог.

Сочувственно кивая, Горман поднялся с кровати:

- Позвольте мне вновь наполнить ваш стакан, Капитан, - oн подошел к столу, и налил Фрэнку новую порцию. Потом снова сел и сказал: - Расскажите мне о своих морских путешествиях. Наверняка вы обошли чуть ли не всю водяную часть мира.

- Не так уж и много я плавал. На старой рыбацкой лодке из дока в Брэндер-Бей. Это милях в десяти отсюда вдоль по побережью, - oн сделал глоток. - Да, я всегда мечтал о настоящем плавании. На самом деле, я хотел отыскать тот самый остров, на котором батюшка наткнулся на Бобо. Думал посмотреть, остались ли там еще эти твари. Только и мечтал, чтобы стереть их с лица Земли. Да так и не собрался. Сказать по правде, просто не смог себя заставить. Я будто обязан был оставаться в Малкасе и следить за Домом Зверя. Видать, так на роду мне написано: всю жизнь преследовать Бобо и, в конце концов, прикончить его.

- Вы полагаете, что какие-то существа на том острове смогли выжить?..- вдруг Горман услышал звук автомобильного двигателя. - Простите, минуточку, - сказал он, встал и подошел к окну.

Отодвинув занавеску, он прижался лицом к стеклу и сложил вокруг глаз ладони.

Две машины, «Мустанг» и белый «Омни», пересекли двор. Свернули к домику Эйба и Джека. Остановились.

- Не знаю, выжил там кто или нет, - пробормотал Капитан Фрэнк. - Но думаю, могли.

Горман наблюдал, как двери автомобилей открылись. Из «Омни» вышли Тайлер, Нора и Эйб.

- Любопытная вещь, - продолжал Капитан Фрэнк. - Живности на острове нету, а твари эти - плотоядные. Я над этим долго ломал голову.

Эйб открыл пассажирскую дверь «Мустанга». Они с Джеком помогали кому-то вылезти.

- Сдается мне, они-то всю живность там и извели.

В свете, падавшем с крыльца, он разглядел, что пассажир - девушка. Волосы ее были растрепаны. Ее вели к коттеджу, и Горман мог видеть ее только со спины. С плеч до ног девушка была завернута в одеяло.

- Вот я и смекнул, что коль скоро они хищники, а другого мяса нет, значит, друг дружку они и жрали.

Хотя Горман не мог разглядеть лица девушки, он догадывался, что это Дженис Кроган. Он почувствовал приступ дурноты.

- Знаете же, как оно в отсталых культурах. У людей. Нужны им белки, понимаешь. Вот и воюют промеж собой, а кого убили - съедают.

Горман отвернулся от окна и плюхнулся на край кровати.

Дженис Кроган.

Он послал этих двух ублюдков за фотографиями, а они вернулись с Дженис Кроган.

Он поднял с пола свой стакан и сделал большой глоток.

- Вот я и думаю, - сказал Капитан Фрэнк, - что батюшка мой и весь экипаж «Мэри Джейн» истребили только одно из племен этих тварей.

Может, это не Дженис, - подумал Горман.

А кто еще это может быть?

Похожа, конечно, но лица-то он не видел.

- Так вот, ежели я не ошибаюсь, должно там быть еще одно племя. А то и два-три. Да как знать, может, и остров-то…

- Я должен бежать, - сказал Горман и встал. - Было приятно побеседовать, но дело в том, что только что подъехали мои друзья…

- Ну что ж, тогда я просто хотел бы сказать вам спасибо за…

- Вот, - Горман сунул ему бутылку джина. - Почему бы вам не прихватить ее с собой?

- О, я не могу принять у вас эту бутылку.

- Я настаиваю, - oн впихнул ее в руку старика. - Выпейте перед сном, когда доберетесь до своего автобуса. Я зайду с утра, и мы пойдем делать ксерокопию вашего альбома.

- Договорились, дружище. Еще раз благодарствую.

Горман взял ключ от номера и открыл дверь перед Капитаном Фрэнком. Он вышел вслед за ним и остановился на крыльце, глядя через двор на домик Эйба. Сердце бешено колотилось. Несмотря на холодный ночной воздух, с лица ручьями лил пот.

Капитан Фрэнк положил бутылку джина в пристегнутую к мотоциклу сумку и взобрался на сиденье. Включил стартер. Двигатель заревел. Подняв небольшие клубы пыли, он развернул мотоцикл, объехал «Мерседес» Гормана сзади и умчался в сторону дороги.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Как только Эйб поднес к уху телефонную трубку и услышал тихие гудки, в дверь постучали.

- Кто там? - спросил Джек.

- Горман Харди, - раздался голос снаружи.

Эйб кивнул. Джек открыл дверь, Горман вошел и быстрым, нервным взглядом осмотрел комнату.

- Что у вас случилось? - спросил он.

Джек приложил к губам палец.

- А где все остальные?

- Там.

Горман направился было к ванной комнате, но Джек остановил его, схватив за руку.

- Подождите, - сказал он.

- Полицейский Департамент Малкаса-Пойнт, - раздался голос в трубке. - Говорит офицер Мэтьюз. Чем могу вам помочь?

- Сегодня утром я общался с одним из ваших людей.

- Вы сделали снимки? - спросил Горман Джека.

- Конечно.

- С офицером Парселлом, - продолжал Эйб. - Я понимаю, что сейчас он, наверное, не на дежурстве, но мне хотелось бы поговорить именно с ним. Это неотложное дело.

Горман уставился на Эйба.

- Я постараюсь позвонить ему домой, - сказал Мэтьюз. - Оставьте мне ваше имя и номер телефона, я попрошу его сразу же вам перезвонить.

- Отлично.

Эйб назвал свое имя, и вслух зачитал номер телефона «Милости просим!» с прикрепленной к телефону бирки.

- Хорошо, мистер Клэнтон.

- Скажите ему, что это чрезвычайно важно. Если вам не удастся выйти с ним на связь, перезвоните мне сами.

- Договорились.

Эйб повесил трубку.

- Что происходит? - спросил Горман.

- Мы столкнулись с вашим зверем.

- Не повезло скотине, - добавил Джек.

У Гормана отвисла челюсть:

- Вы его убили?!

- Разнесли еблище нафиг, - с ухмылкой похвастался Джек.

- А кто та девушка? Я видел, что вы привели сюда еще кого-то.

- Дженис Кроган, - сказал Эйб. - Судя по всему, прошлой ночью она была возле Дома Зверя вместе с вашим приятелем Блейком. Толком ничего не объяснила, но так или иначе, очнулась она пленницей в доме Катчей. Блейк мертв. Так же, как и родители девушки.

- Брайан? Брайан мертв? Нет! - oн покачал головой. - Не может этого быть! Он… он же мой лучший друг.

- Дженис сказала, что обнаружила их тела в подвале дома Катчей, когда пыталась сбежать оттуда.

- А один из зверей за ней погнался, - добавил Джек.

- Один из зверей? - спросил Горман.

- Она говорит, там вроде имеется и второй.

- Невероятно, - сказал Горман.

- Ей здорово досталось, - сообщил Эйб. - По большому счету - царапины да укусы. Тайлер с Норой сейчас ей раны промывают и осматривают.

- Но в целом она в порядке, верно?

- Учитывая, что ей довелось пережить, она в очень даже хорошей форме.

Девушка сидела на стульчаке унитаза, привалившись спиной к бачку, руки безвольно свисают, глаза уставились в одну точку, словно она была в трансе.

Тайлер присела перед ней и ласково положила руки ей на колени:

- Все хорошо, Дженис. Теперь все хорошо…

Дженис покачала головой.

Нора включила душ.

- Мы сейчас тебе поможем привести себя в порядок, - сказала Тайлер.

Распахнула на девушке одеяло и застонала при виде ее истерзанного тела - грязного и окровавленного.

- Боже, - пробормотала Нора.

- Ты можешь встать? - спросила Тайлер.

Дженис наклонилась вперед, и Нора с Тайлер помогли ей подняться. Нора придерживала девушку, в то время, как Тайлер зашла ей за спину. В спутанных и слипшихся волосах кое-где застряли клочья кровавого мяса. Вся спина была исполосована глубокими рваными царапинами. Тайлер поперхнулась, ее глаза наполнились слезами. Она глубоко вдохнула и вытерла их рукой. Оба плеча Дженис были в порезах и следах от укусов. Ягодицы были ободраны после падения.

- Под душем будет больно, - сказала Тайлер.

- Сделаем струю чуть теплой, - Нора взглянула на спину Дженис и поежилась. - Боже Всемогущий.

- Одной из нас лучше войти под душ вместе с ней.

- Верно.

Нора быстро раздевалась, пока Тайлер осторожно придерживала Дженис под руку. Раздевшись догола, Нора отодвинула занавеску и вошла в ванну. Вдвоем они помогли забраться туда и девушке. Рот Дженис распахнулся, и она закричала, когда теплые струи воды полились ей на спину. В слив побежала розовая вода, унося с собою клочки плоти. Тайлер отвернулась, и ее взгляд упал на заляпанное кровью сиденье унитаза. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула, борясь с тошнотой. Сквозь шум душа она услышала тихий телефонный звонок.

- Эйб Клэнтон.

- Да. Это Уоллас Парселл из полиции.

- Спасибо, что перезвонили. Я говорил с вами сегодня утром о Доме Зверя. Мой друг был…

- Да-да, я помню. Так что у вас произошло?

- Ночью мы ездили на пляж, - солгал Эйб. - А на обратном пути увидели юную леди, которая выглядела так, будто побывала в переделке. Она находилась прямо у ограды Дома Зверя напротив фасада. Голая и вся израненная. Мы остановились и посадили ее в машину. Это оказалась Дженис Кроган.

- Вы нашли ее?

Голос Парселла звучал изумленно.

- Она только что сбежала из дома Катчей. Они схватили ее прошлой ночью. Брайан Блейк и ее родители мертвы. Их тела находятся у Катчей в подвале.

Парселл молчал.

- Сейчас девушка с нами. Мы находимся в «Милости просим!».

- Могу я с ней поговорить?

- Она сейчас в ванной.

- Она не описывала нападавшего?

- Это был зверь.

- Зверь?!

- Он и в самом деле существует. Похоже, живет в доме Катчей. Мэгги с домочадцами держат его заместо домашней зверушки.

- То есть, Дженис утверждает, что на нее напал зверь, и он же убил ее родителей и Блейка?

- Так точно. И вот еще что: по словам Дженис, она была не единственной пленницей в доме Катчей. Там сейчас насильно удерживают женщину с маленьким ребенком.

Эйб услышал вздох на другом конце провода.

- Хорошо, мистер Клэнтон. Спасибо за информацию. Мы позаботимся об этой ситуации и чуть позже еще раз свяжемся с вами.

- Вы собираетесь поехать туда?

- Естественно.

- Хорошо. Очень хорошо. Только будьте осторожны.

- Обязательно. Свяжемся позже.

Он повесил трубку.

- Ну, что он сказал? - спросил Джек.

- Кавалерия едет.

- Без нас? - спросил Джек.

- Нас не пригласили.

- Так пригласим себя сами!

- Именно это я и хочу сделать.

Эйб пронесся мимо Гормана и постучал в дверь ванной.

Тайлер открыла. Лицо ее было белым, как мел.

- Как девочка?

- Капец. Но кровотечений вроде нет, - oна взглянула на Гормана, перевела взгляд на Эйба и вышла из ванной, закрыв за собой дверь. - А что у вас?

- Я только что общался с полицией. Они выехали в дом Катчей. Мы с Джеком собираемся встретиться там с ними.

Ее рот скривился:

- Не ездите туда.

- Надо посмотреть, вдруг мы им понадобимся?

- Господи, Эйб.

- Я хочу, чтобы вы с Норой остались здесь и присмотрели за девочкой. Только проводи нас до машины. У меня там аптечка. Обработайте ей раны, как следует. А когда мы вернемся, то решим - показать ее врачу или отправить в больницу, - oн взял Тайлер за руку и направился к двери.

Джек с Горманом двинулись следом.

- Вы с нами? - спросил у Гормана Джек.

- Конечно. Это может оказаться кульминацией моей истории, - oн накинул на шею ремешок фотоаппарата.

Эйб распахнул пассажирскую дверь. Забравшись с коленями на сиденье, открыл бардачок, достал пластиковую коробку и передал ее Тайлер.

- Будьте осторожны, - сказала она.

- Не волнуйся.

Стоявший рядом с ней Джек заряжал пистолет 45-го калибра.

- А для меня у вас не найдется оружия? - спросил Горман.

- Звиняй.

Тайлер обняла Эйба и крепко прижала к себе.

- Не заехать ли к автобусу Капитана Фрэнка? - предложил Горман. - Это практически по пути. У него там целый арсенал, и я уверен, что он не будет против одолжить мне один из пистолетов.

- Нет времени, - сказал Джек.

Эйб поцеловал Тайлер в губы:

- Мы вернемся, глазом моргнуть не успеешь.

- Ты и в прошлый раз так говорил, - eе голос дрожал, словно она вот-вот заплачет.

- И ведь вернулся.

- Не забывай о своем обещании.

- Я мигом, - oн похлопал ее по заду сквозь тоненькие складки юбки. - А пока иди и позаботься о Дженис.

- Есть, сэр, - eе подбородок дрожал.

Она повернулась и поспешила прочь.

- Давайте уже пошевеливаться, - сказал Эйб.

Тайлер закрыла дверь и привалилась к ней спиной. По лицу катились слезы. Сквозь собственные судорожные всхлипы она услышала шум отъезжающего автомобиля.

Черт побери, как мог он снова уехать и оставить ее?

Потому что он мужчина.

Потому что у него - гордость.

Потому что это в его природе - бросаться на помощь, презирая опасность.

Не будь он таким, он не был бы Эйбом, и она не влюбилась бы в него так отчаянно.

Проклятье.

Она вытерла лицо рукавом свитера, оттолкнулась от двери и прошла в опустевшую комнату.

Из ванной доносился шум воды. Она открыла дверь и вошла. За пластиковой занавеской Нора и Дженис казались размытыми призрачными силуэтами.

Оторвав кусок туалетной бумаги, она протерла стульчак и бросила напитавшийся кровью комок в унитаз.

- Ну, как дела? - спросила она, отодвинув занавеску.

Нора покачала головой, закусив губу. Она чуть не плакала, нежно намыливая спину Дженис.

Дженис стояла прямо под струей, опираясь ладонями о стену и уткнувшись лбом в кафельную плитку. Она уже смыла кровь и грязь, и на коже стали видны следы загара: бледная полоска поперек спины и светлый треугольник на ягодицах. От этого она почему-то казалась более реальной, более живой - нормальная девочка-подросток, которая любила поваляться на солнышке и понятия не имела о предстоявших ей ужасных испытаниях.

Синяки и царапины сойдут - со временем. Тайлер очень надеялась, что следы когтей и зубов не оставят шрамов. Ведь она так красива! Впрочем, они казались неглубокими - очевидно, зверь хотел лишь удержать ее, но не убить. Если ей повезет, от них не останется и следа.

Нора осторожно намылила Дженис ноги.

- Я принесла аптечку первой помощи, - сказала Тайлер. - Эйб считает, что мы могли бы отвезти тебя в больницу, когда он вернется.

Нора посмотрела на нее:

- А что, он опять куда-то уехал?

- Обратно в дом Катчей.

Дженис резко повернула голову и посмотрела через плечо на Тайлер.

- Джек и Харди поехали вместе с ним. Они планируют встретиться там с полицией.

- Вот черт, - сказала Нора.

Дженис нахмурилась:

- С полицией? Они будут заходить внутрь?

- Думаю, да.

Девушка оттолкнулась от стены, прищурилась, когда брызги попали ей в лицо, повернулась. Нора подняла мыло и выпрямилась.

- Что?..

- Я пошла, - oна нагнулась и стерла с ног пену.

- Думаю, сейчас тебе лучше оставаться с нами, - сказала ей Нора. - Ты не в той форме, чтобы…

- Я должна быть там.

Тайлер схватилась за мокрую руку Дженис, когда та попыталась выбраться из ванны.

- Я в порядке.

Казалось, девушка и впрямь твердо стоит на ногах. Тайлер отпустила ее руку, достала с полки полотенце и передала ей. Дженис принялась яростно вытирать волосы.

- Обо всем позаботится полиция, - сказала Нора. - А тебе сейчас лучше просто лечь в постель и ждать.

Она покачала головой:

- Там мои родители. Это касается и меня. Понимаете? Я должна быть там.

Нора выключила воду:

- У тебя и одежды-то нет.

Дженис вытерла лицо. Она вздрогнула и скривилась от боли, вытирая изодранное плечо:

- Одежда есть. В моей комнате.

- И автомобиля нет, - сказала Нора, выбираясь из ванной. - Копы конфисковали машину твоих родителей.

- Я отвезу ее, - сказала Тайлер.

- Вот черт, - сказала Нора.

- Вытирайтесь пока. Я принесу Дженис какой-нибудь одежды.

Она выбежала из ванной, схватила с кровати Эйба свою сумочку и выбежала за дверь. Прохладный ветерок приятно обвевал ее, когда она неслась через двор.

На этот раз ждать не придется, подумала она. Через десять минут они уже будут вместе. Если он пойдет в дом, она отправится следом. Она будет с ним - неотлучно.

Она сунула ключ в замок, повернула, открыла дверь и, пошарив рукой по стене, нащупала выключатель. Вспыхнула лампа между кроватями.

Постель осталась не заправленной после дневного рандеву с Эйбом, покрывало валялось на полу, простыни были измяты. На другой кровати лежал ее раскрытый чемодан. Она наклонилась и достала из него аккуратно сложенную пару джинсов, желтую блузку, пару розовых трусиков и кеды. А лифчик? Дженис будет больно его надеть.

Она подумала, не переодеться ли самой. Времени нет. Прижав одежду к груди, она выбежала из комнаты, сильно хлопнув дверью, и сбежала с крыльца, перепрыгивая через ступеньку.

Не считая «Мерседеса» Харди и ее «Омни», парковка пустовала. Людей поблизости она не видела. Окна остальных коттеджей были темными.

Она подошла к своей машине и распахнула водительскую дверь. Потянулась через салон, чтобы снять блокировку с остальных дверей, и уронила кед. Открыла заднюю дверь, швырнула одежду на сиденье, следом кинула туфлю.

Затем поспешила обратно в коттедж Эйба. Крутанула ручку.

Заперто. Ну еще бы.

Она забарабанила в дверь.

Открыла Нора. Волосы ее казались темными и спутанными, словно она не успела их полностью просушить, но она уже почти оделась: оставалось только блузку застегнуть.

- Я думала, ты принесешь Дженис какую-нибудь…

- Все лежит в машине. Она сможет одеться в пути. Поехали.

Придерживая на груди блузку, Нора высунулась за дверь и огляделась по сторонам.

- Все в порядке. Можно идти.

Нора развернулась:

- Выходи! - крикнула она в комнату.

Дженис не стала задавать вопросов. Нора отошла в сторону, пропуская ее.

- Эта машина? - спросила она, кивнув в сторону «Омни».

Потрогала царапины на боку, но даже не попыталась прикрыться, словно не замечая своей наготы.

- Я положила одежду для тебя на заднее сиденье.

Кивнув, Дженис двинулась к машине. По лестнице она спускалась с трудом, морщась от боли и слегка прихрамывая. Нора опередила ее и распахнула заднюю дверь.

Тайлер подошла к водительской двери и забралась в салон. Машина слегка качнулась, когда Нора уселась рядом. Тайлер повернула ключ зажигания.

- Газуй помягче, - сказала Нора. - У нас в салоне раненая девушка.

- Скорее! - поторопила Дженис с заднего сиденья.

Тайлер переключилась на задний ход и вдавила педаль газа.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Эйбу пришлось сбавить скорость, когда из переулка перед ними вылетел “пикап” и помчался по Фронт-Стрит. Он не остановился даже на мигающем красном сигнале светофора. Не остановился и Эйб, севший “пикапу” на хвост.

- Бьюсь об заклад, что это шериф, - сказал Джек.

На перекрестке с Бич-Лейн “пикап” резко свернул к обочине, подняв шинами клубы пыли. Эйб последовал за ним.

- Ты проиграл, - сказал Эйб, когда из автомобиля выпрыгнула коренастая женщина.

Линда? Нет, Люси, - вспомнил он. Одета она была не по форме - в джинсы и фланелевую рубашку, полы которой болтались, прикрывая кобуру на талии. Она посмотрела на автомобиль Эйба, потом развернулась и направилась к передней части “пикапа”.

Эйб, Джек и Горман вышли из машины. Горман семенил позади. Эйб поднял руку, понимая, что их приезд привлек внимание остальных.

Их было четверо. Люси, Парселл и двое офицеров в форме. Они стояли у открытой двери полицейской машины. Еще один патрульный автомобиль был припаркован прямо за ними. Мигалки не горели.

- Я - Эйб Клэнтон, - представился Эйб. - Это Джек Уайт и Горман Харди.

Парселл кивнул:

- Лучше бы вам, конечно, оставаться в мотеле, но раз уж приехали, я хочу, чтобы вы держались в стороне. Пока мы вам не скажем, не сходите с дороги. Не хотим втягивать гражданских.

- Есть, сэр, - сказал Эйб. - Это ваша игра. Если понадобится помощь - только кликните.

- Мы и сами разберемся, - сказал Парселл.

Один из патрульных сунулся в автомобиль и вылез с дробовиком в руке. Эйб признал в нем полуавтоматический «Ithica» 12-го калибра.

- Заднего входа нету, - сказал Парселл.

- И окон тоже, - добавила Люси.

Яркая вспышка заставила Люси вздрогнуть. Парселл и остальные с хмурыми лицами повернулись к Горману.

Горман сделал еще один снимок.

- Благодарю, - сказал он и опустил камеру.

Парселл покачал головой:

- Начинаем.

Он зашагал по грязной дорожке к дому, Люси шла рядом, патрульные - позади.

- Неужели мы просто будем стоять здесь? - спросил Горман.

- Мы будем делать то, что он сказал.

Горман попытался сделать шаг вперед, но Джек опустил ладонь ему на шею:

- Стоять, - велел он. А затем посмотрел на Эйба: - Думаешь, они дома?

- Вроде пикап возле гаража стоит.

- Они должны быть в курсе, что девушка сбежала. А в подвале у них три трупа, плюс пленная женщина с ребенком, и зверь. Как они собираются все это скрыть?

- Думаю, им не удастся, - сказал Эйб.

- Надеюсь, копы знают, что делают.

- Они попросили нас держаться подальше. Значит, будем держаться подальше.

Парселл остановился возле темного крыльца и сделал знак рукой. Двое патрульных в форме расположились справа и слева. Парселл и Люси поднялись по лестнице. Люси вытащила револьвер и прислонилась спиной к стене. Парселл встал перед дверью.

- Я ничего отсюда не вижу, - плаксивым голосом пожаловался Горман.

- Заткнись, - пробормотал Эйб.

Он уставился на далекую дверь. Он видел фигуру Парселла, поднимающего руку, чтобы постучать, но на таком расстоянии не смог услышать стука.

До него вдруг дошло, что он стоит не дыша. Он резко выдохнул.

А потом дверь распахнулась, озарив Парселла тускло-голубым светом, и в дверном проеме кто-то возник. Эйб стоял, слыша стук собственного сердца. Шли секунды. Парселл, должно быть, что-то говорил человеку. Кто это, Мэгги Катч? Наверняка все отрицает…

- Нет! - раздался мужской возглас.

Парселл вдруг резко ссутулился. Грохот выстрела ворвался Эйбу в уши. Парселл согнулся пополам и попятился назад. Как только он покатился вниз со ступеней, откуда-то сбоку грянул второй выстрел - пуля угодила в копа с дробовиком. Его товарищ развернулся и прицелился в “пикап” Катчей. Прежде, чем он успел открыть огонь, еще один выстрел пробил ему голову.

Люси вжалась в стену, словно распятая.

Эйб, пригнувшись, двинулся вперед между припаркованными автомобилями. Вытащив из-за пояса револьвер, он присел на корточки и выскочил на проезжую часть.

- Hа пол! - заорал он на Люси.

Входная дверь захлопнулась, отрезав голубой свет.

Люси присела. Спустя мгновение послышались хлопки - палили из винтовки. Люси припала на одно колено, направила револьвер в сторону “пикапа” и четыре раза выстрелила. Человек закричал, вывалился из “пикапа”, упал на одно колено и направил винтовку на Люси. В следующий миг пули Люси, Эйба и Джека прошили его тело, он содрогнулся и рухнул наземь.

Эйб выпрямился. Он не слышал ничего, кроме звона в ушах.

Распростертый на земле мужчина не шевелился.

Люси по-прежнему стояла, припав на одно колено. Сквозь звон в ушах Эйб услышал стук гильз о деревянный пол крыльца. Он понял, что она перезаряжает оружие.

Они с Джеком бросились вперед. Эйб присел на корточки рядом с Парселлом. Тот лежал на спине и корчился, схватившись за живот.

- Держитесь, - сказал ему Эйб. - Мы вызовем вам помощь.

Он услышал быстрые шаги за спиной. Не успел он подняться на ноги, как яркая вспышка озарила искаженное лицо шерифа и его окровавленную рубашку.

- Ради всего святого, Харди!

Горман чуть отступил и снова сфотографировал Парселла, после чего устремился к упавшему слева от крыльца офицеру.

Джек, стоявший на коленях над тем, что лежал справа, крикнул:

- Этот мертвый!

Люси сделала шаг вниз по лестнице, не сводя дула револьвера с закрытой двери.

Снова яркая вспышка. Горман сделал два снимка лежащего у его ног полицейского. Эйб грубо отпихнул его и присел на корточки возле неподвижного тела. В груди зияла рана. Он попытался отыскать пульс на шее.

- Мертв, - констатировал он и выпрямился. - Люси, возвращайся в машину и вызови по рации «скорую».

Она кивнула и побежала к дороге.

Джек стоял над мужчиной, застрелившим из засады двух офицеров. Эйб подошел к нему.

- Это тот старый говнюк, что билеты наши проверял, - сказал Джек.

- Кажись, отпроверялся, - сказал Эйб.

К ним подбежал запыхавшийся Горман. Вспышка выхватила из темноты тело тощего седовласого старика. В этот короткий миг Эйб успел разглядеть полдюжины пулевых отверстий в его промокшей от крови рубашке и брюках: маленькие, от револьвера Люси, и раны покрупнее, зияющие в спине. Горман отошел в сторону и сделал еще один снимок.

- Будем заходить внутрь? - спросил Джек полушепотом.

- Да.

- Она наверняка наготове.

- Она ожидает, что мы войдем через парадную дверь. А мы с черного хода.

- Тут же нет черного хода, - напомнил Горман.

- Зато есть туннель.

- В котором вы застрелили зверя?

- Хочешь посмотреть на него? — спросил Джек.

- Я обязан на него посмотреть.

- Тогда лучше прихвати оружие, - посоветовал Эйб.

Кивнув, Горман бросился к полицейскому с простреленной головой. Эйб с Джеком перезарядили свои пистолеты, а он сделал два снимка убитого, опустился возле него на колени и поднял с травы револьвер.

- Знаешь, как им пользоваться? - спросил Джек.

- У меня был небольшой опыт.

- Главное, никогда не направляй на того, в кого стрелять не хочешь.

- Я не дурак, - сказал Горман.

Эйб подошел к Парселлу. Шериф продолжал держаться за живот, но уже не корчился.

- Мы собираемся довести дело до конца, - сказал ему Эйб. - Потерпите. «Скорая» уже в пути.

Как только они вышли на дорожку, Эйб увидел бегущую к ним Люси. Под мышкой у нее была аптечка. Эйб бросился ей навстречу:

- Мы собираемся забраться в туннель под домом.

- Может, лучше я…

- Позаботьтесь о Парселле. И следите за входной дверью. Только не пытайтесь входить.

Она кивнула.

- Кто подстрелил Парселла?

- Катчиха. Мэгги. Вроде спокойно говорили, и вдруг…

- Еще раз выйдет - стреляй на поражение.

- Вы чертовски правы. Именно это я и сделаю.

Эйб хлопнул ее по спине и побежал к дороге. Джек с Горманом не отставали. Эйб притормозил возле одной из полицейских машин и отыскал внутри длинный фонарик. Перебегая Фронт-Стрит, он увидел свет фар. Где-то вдалеке завыла сирена. Он пробежал мимо билетной будки Дома Зверя, перескочил турникет и помчался вверх по дорожке.

- Подождите! - крикнул Горман.

Эйб поднялся на крыльцо, перескакивая через две ступеньки за раз, остановился перед дверью и ударил по ней каблуком ботинка чуть ниже ручки. Раздался треск и дверь распахнулась.

Он включил фонарик.

Сзади подошел Джек.

- Подождите! - снова крикнул Харди.

Спустя мгновение, он, запыхавшись, поднялся на крыльцо.

Втроем они вошли в дом.

Луч фонарика Эйба осветил оскаленную звериную морду. Он вскинул револьвер, но стрелять не стал, вовремя сообразив, что перед ним всего-навсего старое чучело обезьяны. Он испустил глубокий вздох.

- Стараемся вести себя как можно осторожнее, - прошептал он. - Здесь находится еще один зверь и как минимум три женщины.

- Думаете, они здесь? - спросил Горман.

- Все возможно, - ответил Джек.

- Наш путь лежит через туннель, - сказал Эйб, - но это также их путь к отступлению.

- Думаешь, у них было время, чтобы сюда добраться?

- Да, - сказал Эйб.

Он двинулся вперед, и мощный луч его фонарика разрезал темноту.

Тайлер свернула с дороги прямо за «Мустангом» Эйба. Мимо пронеслась машина скорой помощи. Возле крыльца дома Катчей стояла какая-то женщина и размахивала руками. Вокруг нее лежали на земле несколько неподвижных тел. У Тайлер перехватило горло.

- Боже мой, - пробормотала Нора.

Машину «скорой» занесло; завывала сирена, переливались мигалки. Она устремилась к женщине.

- Езжай за ней, - велела с заднего сиденья Дженис.

Тайлер вдавила газ, обогнула «Мустанг» Эйба и въехала на подъездную дорожку. «Скорая» остановилась. Тайлер притормозила за ней. Из машины выскочили двое санитаров и побежали к задним дверям. Пока они их открывали, Тайлер поставила автомобиль на ручной тормоз.

- Парень на земле - полицейский, - сказала Нора.

Тайлер выскочила из автомобиля и промчалась мимо «скорой». В ярко-красном свете мигалки она увидела лежащее слева от крыльца тело. На нем была полицейская униформа. Женщина с револьвером в одной руке стояла на коленях возле еще одного мужчины. Она помахала санитарам рукой и те поспешили к ней с носилками в руках. И еще кто-то растянулся на земле возле “пикапа”.

- Это тип из Дома Зверя, - сказала стоявшая ближе к нему Нора.

- Эй! - крикнула женщина. - Вы кто такие? Убирайтесь отсюда!

- Здесь были трое мужчин? - спросила Тайлер.

- Да.

- Где они?

Она указала пальцем в сторону дома:

- Сказали, что пойдут через туннель.

- Они в порядке?

- Да. Убирайтесь отсюда!

Тайлер с Норой дружно бросились к «Омни». Возле задней дверцы стояла Дженис.

- Садись в машину, - велела Тайлер.

Три дверцы с грохотом захлопнулись.

- Чего делать будем? - спросила Нора.

- Едем за ними.

Тайлер завела двигатель, переключилась на задний ход и направилась в сторону дороги.

- И что дальше? - спросила Нора. - Мы им там только мешаться будем.

- Верно. Нам нужно оружие, - сказала Дженис.

Тайлер вдавила тормоз. Машина дернулась вперед, слегка покачнулась и остановилась возле «скорой». Тайлер с Норой выскочили наружу.

- Отвалите! - рявкнула на них женщина-полицейский.

- Нам нужны их пушки! - крикнула в ответ Тайлер. - Мы хотим помочь.

- Чешите отсюда - вот вам и помощь!

Санитары водрузили лежащего на земле полицейского на носилки.

- Пожалуйста! - взмолилась Тайлер. - Мы их вернем.

Женщина направила на нее дуло револьвера:

- Брысь!

- Ради Бога, леди! - взорвалась Нора.

Та перевела револьвер на нее.

- Сука тупая! - заплакала Тайлер.

Круто развернувшись, она забралась обратно в машину.

Нора последовала за ней и захлопнула дверь.

- Без оружия от нас там не будет никакого проку, - сказала Дженис.

Тайлер развернула машину и снова нажала на тормоз. Она смотрела мимо “пикапа”, на голое поле, на Бич-Лейн, за которой простирался лес.

- Капитан Фрэнк, - сказала она.

- Что Капитан Фрэнк?

- Харди сказал, что у него в автобусе целый арсенал.

- Поехали! - воскликнула Дженис.

«Омни» ринулся через поле, подпрыгивая на кочках и с хрустом давя сорняки и кустарники. Нора вцепилась в приборную панель. Тайлер отчаянно пыталась удержать руль. Вскоре фары осветили ряд почтовых ящиков. Она нашла просвет между деревьями, автомобиль подскочил последний раз и выехал на грунтовую дорогу.

- Черт! - вопила Нора.

Тайлер дернула руль, чуть не влетев в дерево. Полностью разминуться не удалось - машину тряхануло, правая фара разлетелась вдребезги. Автомобиль помчался дальше - по узкой дороге вдоль океанского побережья.

- Вон он, - сказала Нора.

Тайлер вдавила в пол педаль тормоза и покатила к автобусу. Машина снова съехала с дороги, под шинами захрустели пивные банки. Тайлер нажала на клаксон.

Нора и Дженис выскочили прежде, чем она успела поставить автомобиль на ручной тормоз. Когда она подошла к ним, те уже колотили в дверь автобуса.

- Шо такое?

Тайлер обернулась. Седобородая физиономия Капитана Фрэнка торчала из окна в задней части автобуса.

- Это всего лишь мы, - сказала она. - Тайлер и Нора. Мы общались с вами прошлой ночью в баре, помните? Нам нужна ваша помощь.

- Чёт я слышал пальбу? - спросил он заплетающимся языком.

- Они… Они охотятся за зверем. За вашим Бобо. Мы хотим помочь. У вас есть оружие?

- Ох`тятся на Бобо?

- Да! Можете поехать с нами, если хотите.

- Уф-ф-ф-ф.

Его лицо исчезло в окне. В автобусе зажегся свет. Через несколько секунд дверь со скрипом отворилась.

- Боже мой, ты ли это, Дженис Кроган?!

- Это я, - ответила та.

- Сдается мне, ты у Бобо побывала в лапах.

- Именно.

- Мы должны спешить, - сказала Тайлер, подойдя вплотную к двери.

Капитан Фрэнк стоял в одних боксерских трусах. Все его тело поросло свалявшимся седым волосом.

- Накиньте на себя что-нибудь, - сказала Тайлер, - и покажите нам, где хранится оружие.

- Да-да. Прошу на борт, други мои!

Сжимая потной рукой рукоять полицейского револьвера, Горман спускался вслед за Джеком и Эйбом в подвал. Свободной рукой он держался за перила. За исключением бледного луча фонарика, все вокруг окутывала тьма.

Деревянные ступеньки скрипели под ногами.

Грязный пол подвала казался серым в бледном луче света. Затем луч переместился из угла в угол. Тени дрожали и отступали перед ним.

- Вон она, твоя нора, - прошептал Эйб и направил свет на груду плетеных корзин у дальней стены.

Горман попытался что-то сказать, но смог издать лишь какой-то сдавленный звук. Он откашлялся и спросил:

- Вы сделали фотографии?

- Конечно, - сказал Джек. - А потом услышали Дженис.

В полной тишине Горман последовал за ними. Они остановились у подножия лестницы. Эйб направил луч фонарика на стену и осветил здоровенный сундук.

- А вон их дверь, - сказал он.

Горман заметил прибитый к передней стенке небольшой моток веревки - очевидно, импровизированную ручку.

Луч фонарика скользнул в сторону. Осветил вход в туннель.

И зверя.

- Здрасьте, рады вас видеть, - прошептал Джек.

Они подошли поближе.

Существо лежало в туннеле мордой вниз - у самого входа; его блестящая белесая плоть, казалось, светится. Вся спина была забрызгана кровью. Горман взглянул на то, что осталось от головы, и поспешно отвел глаза.

- Его мы не фотографировали, - сказал Джек.

Горман сделал глубокий вдох:

- Не могли бы вы его вытащить?

- У нас есть сейчас дела поважнее, - сказал Эйб. - Если хочешь, можешь подождать здесь.

Он перешагнул через одну из вытянутых лап и углубился в туннель.

- Постойте. Вы не можете оставить меня здесь.

- Тогда давай с нами, - сказал Джек и шагнул вслед за Эйбом.

Тусклый свет померк, когда Эйб исчез за поворотом туннеля. Еще немного и Горман окажется в полной темноте. Стиснув зубы, он принялся перебираться через валяющуюся на полу тварь. Он не сводил с нее глаз, в любой момент ожидая, что когтистая лапа взметнется и цапнет его за лодыжку. Свет исчез. Теперь он вообще не мог видеть зверя. Что-то коснулось его ботинка, и он с визгом шарахнулся в сторону.

Он кинулся вперед, влетел во влажную земляную стену и пробирался вдоль нее, пока не увидел впереди прерывистый свет и фигуры спешащих Эйба и Джека.

- Подождите меня! - крикнул он.

Джек обернулся:

- Тише, черт тебя дери!

Вскоре Горман догнал их и остановился рядом с Джеком. Из головы не шел зверь, распластавшийся у входа в туннель. Эта тварь должна быть мертва. Но неужели он пошевелился в темноте, неужели это его нога зацепила Горманов ботинок? Нет, он сам, должно быть, случайно задел ее ногой. Зверь должен быть мертв.

Но что, если нет?

Что, если он идет за ними?

Смешно же.

И тем не менее, он буквально чувствовал, как чудовище подкрадывается все ближе и ближе.

Он наступил на задник ботинка Джека.

- Черт возьми, смотри, куда идешь.

- Не возражаете, если я пойду между вами?

- Блин. Как хочешь. Иди за Эйбом.

- Мужики, может хорош уже? - прошипел Эйб.

Джек прижался к стене туннеля, пропуская вперед Гормана. Теперь, слыша позади шаги Джека, тот сразу почувствовал себя лучше. Тем не менее, сердце продолжало бешено колотиться. Во рту пересохло, а в горле словно застрял тугой ком. Ноги дрожали.

Он жалел, что отправился сюда с этими двумя. Жалел, что не остался в мотеле, от греха подальше.

Мысль о мотеле напомнила ему о Дженис.

Итак, эта девица умудрилась выжить. Это был удар. По-крайней мере, она вроде не подозревает, что это он убил ее родителей. Спасибо Господу и на этом.

И все-таки, она может создать ему кучу проблем, несмотря на то, что контракт уничтожен. Если она подаст в суд… Конечно, он может решить ситуацию миром, отстегнув полагавшуюся ей сумму.

Половину всей выручки.

Если уж стал хитом «Ужас в Блэк-Ривер Фоллс» - нагромождение сверхъестественной чепухи с одним-единственным убийством (ах, прости, Марта, САМОубийством), - и принес ему невероятные успех и славу, эта книга окажется в разы прибыльнее.

Сколько уже там у нас смертей? Четыре сегодня ночью. Три вчера. Похищение Дженис (придется еще взять у нее интервью об этом), двое пленников в доме Катчей (Бог знает, как давно они там). И в довершение всего - труп зверя.

СМИ раструбят об этом на всю страну.

А я, Горман Харди, окажусь в самом центре событий.

Перспективы открывались сногсшибательные.

Но половину придется отстегнуть Дженис. безобразие! Лучше бы зверь ее убил.

Несомненно, он ее изнасиловал.

И родители ее погибли.

Никто не заподозрит неладного, если после такого девушка решит свести счеты с жизнью.

Однако он здорово рискует, если подделает самоубийства Дженис и Капитана Фрэнка.

Положим, от Капитана можно отделаться как-нибудь иначе.

А вот для Дженис самоубийство будет идеальным вариантом. Но каким способом? Девушки, как правило, не вышибают себе мозги. О вскрытии запястий не может быть и речи: возникнет куча подозрений, если героиня новой книги умрет так же, как жена Брайана. Передозировка лекарств? Возможно. Это будет трудновато устроить, но…

Свернув вслед за Эйбом за поворот, он увидел впереди голубое свечение. Эйб выключил фонарик. Свечение, догадался Горман, должно исходить из подвала в доме Катчей. Ледяной страх сковал живот. Сердце заколотилось еще сильнее. Дрожащие ноги, казалось, налились свинцом, пытаясь не пустить хозяина дальше.

Джек подтолкнул его сзади:

- Не тормози.

Он даже не заметил, что остановился. И заставил себя сделать шаг, потом еще один.

Находящийся в паре метров впереди Эйб замер в устье туннеля. Осторожно высунул голову из дыры и огляделся по сторонам. Потом встал и вошел в подвал.

Будь там какая-то опасность, - сказал себе Горман, - Эйб бы туда не полез.

До боли в руке сжав револьвер, он последовал за ним. Ноги бесшумно ступали по синему ковру. Когда Эйб направился к лестнице, Горман взглянул направо. На дальней стене висели тела двух обнаженных мужчин: Марти Крогана и Брайана. В жутковатом голубом свете их кожа казалась синей, а кровь - фиолетовой, почти черной. Тело Клэр растянулось на ковре, возле одной из раскиданных по полу атласных подушек. Он уставился на ужасную зияющую рану в ее бедре. Паника душила его. Он застыл на месте, борясь за каждый вдох.

Джек встал перед ним и потряс его за плечо:

- Эй, - прошептал он. - Идем.

Горман скинул его руку, попятился назад, круто развернулся и припустил обратно к туннелю. У самого входа он оглянулся. Эйб с Джеком стояли у подножия лестницы и молча смотрели на него. Он метнулся в темноту. Он бросился наутек.

Пускай думают, что хотят.

Пускай считают меня трусом.

Выбросив левую руку в сторону, он нащупал влажную земляную стену туннеля и устремился вдоль нее - прочь от отвратительного голубого свечения.

Уж лучше темнота. Что угодно лучше, чем подняться по лестнице и войти в этот дом. Тем не менее, он страшился конца туннеля. Там лежал зверь. Но он мертв (должен быть мертв), а живой зверь ждет - не дождется тех двоих в доме Катчей. Еще есть Мэгги с пистолетом, а может и еще кто-нибудь, но главное - зверь: он пожирает людей! Вот и пускай отобедает этими двумя болванами.

А до меня ему не добраться!

Он мчался вперед, пока не упал. Поднявшись на четвереньки, втянул сырой, пропахший землей воздух. Он ничего не слышал, кроме собственной одышки и сердцебиения. Он ничего не видел, кроме черноты.

Как далеко он забежал? Половину туннеля преодолел наверняка. Ему ужасно хотелось передохнуть, но он знал, что будет в безопасности только за стенами Дома Зверя. Больше всего на свете ему сейчас хотелось вдохнуть свежий ночной воздух и увидеть яркий лунный свет. Он уже видел, как мчится через лужайку к Фронт-Стрит и запирается в автомобиле Эйба… оказаться бы там прямо сейчас…

Поднявшись на ноги, он нащупал рукой стену. Затем посмотрел через плечо. И продолжил свой путь вперед. После нескольких шаркающих шагов он перешел на легкую трусцу.

Все путем, - сказал он себе. - Ты почти добрался до выхода. Еще немного, и выберешься отсюда.

Главное, не наступить на зверя.

Я споткнусь, упаду, а он…

Если бы только у него был фонарик! Или хотя бы спички!

Если бы он только знал, на каком расстоянии от него находится зверь!

Он мертв. Если ты свалишься на него, то весь перемажешься в крови, но он мертв, и не сможет причинить тебе никакого вреда, а ты зато поймешь, что сделал это, что добрался до Дома Зверя, и уже чрез минуту окажешься на улице.

А кто сказал, что живой зверь находится в доме Катчей?

Кто сказал, что он сейчас не в Доме Зверя?

Эта мысль поразила Гормана ужасом, но он продолжал бежать. За очередным поворотом он увидел впереди тусклый свет.

Там не должно быть света.

Не мог же он каким-то образом развернуться и прибежать обратно? Но свет в подвале Катчей был голубым, а не белым, как этот.

Пошатываясь, он свернул в очередной виток туннеля и остановился. Он затаил дыхание.

Он прищурился от яркого света.

Керосиновый фонарь. В тишине он издавал характерное потрескивание.

Бородатый мужчина - Капитан Фрэнк - склонился над распростертой звериной тушей. Он перекатил ее на спину. Позади Фрэнка стояла девушка в желтой блузке. Дженис! И Тайлер с Норой тоже были здесь. Все при оружии. И все смотрели на зверя.

Подняв револьвер, Горман хорошенько прицелился в Дженис и выстрелил.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Взрыв прогремел в ушах Тайлер. Дженис развернулась и врезалась в нее. Пистолет девушки выпал и ударился о ногу Тайлер. Завалившись спиной на стену, она успела подхватить Дженис, и обе рухнули на пол у входа в туннель.

- Не стреляйте! Это я! - послышался голос Харди.

- Тупердяй! - заорала Нора.

- О, Боже, я не хотел… Я думал… Боже мой, она в порядке?

Тайлер вытащила из-под Дженис руку, а Нора опустилась рядом с ними на колени. Подбежал Капитан Фрэнк с керосиновым фонарем.

- Боже мой, - пробормотал Харди, глядя на девушку. - Мне очень жаль. Мне очень жаль. Я был так напуган, я не понимал…

- Заткнись! - отрезала Нора.

Глаза у Дженис были открыты. Лицо исказилось мукой. Красное пятно быстро расползалось по переду блузки. Нора разорвала блузку. Одна пуговица отлетела, стукнув Тайлер по щеке. Кровь вытекала из отверстия чуть выше левой груди. Нора провела вокруг раны пальцем, а затем плотно зажала ее ладонью. Дженис страдальчески вскрикнула и дернулась.

Встав на колени, Капитан Фрэнк отпорол ножом рукав ее блузки, оторвал его. Воткнул нож в земляной пол.

- Надобно ее перевернуть, - пробормотал он. - Чтоб осмотреть спину.

- Да, - сказал Харди. - Там может быть выходное отверстие.

- У, - выдавила Дженис, - пониже…- oна подняла из грязи правую руку, но тут же уронила ее на грудь.

Пальцем указала на левую подмышку.

Капитан Фрэнк отвел ее левую руку от бока.

- Здесь, - сказал он. - Аккурат здесь вышла. И руку тоже маненько задело, - oн вытащил из кармана бермуд красную бандану, положил на рану и прижал рукой Дженис. - Это кровь приостановит.

- Мы должны отвезти ее в больницу, - сказала Нора и посмотрела на Тайлер. - Та полисменша. У нее в машине есть рация. Пускай вызовет «скорую».

- Но, Эйб…

- Он сможет сам о себе позаботиться, черт возьми.

- Я иду дальше, други мои, - пробормотал Капитан Фрэнк. - Можете оставить себе мой фонарь. - Он выдернул нож из земли и встал.

- Давайте я посижу с Дженис, - предложил Харди. - Я постараюсь перевязать ее раны, а ты, Нора, может быть, сбегаешь и вызовешь скорую помощь?

Та кивнула:

- Договорились.

Харди опустился на колени рядом с Дженис. Нора взяла его ладонь и приложила к ране.

- Держи, немного надавливая, - сказала она ему. Чистой рукой она погладила девушку по лбу. - Все будет в порядке, малышка. Я вернусь через несколько минут, и мы вытащим тебя отсюда.

Она побежала к лестнице, а Тайлер вошла в туннель. Обошла освещенное тусклым светом фонаря тело зверя и последовала за Капитаном Фрэнком в темноту.

Встав к входной двери вполоборота, Джек взялся за ручку и попытался ее повернуть.

- Закрыто, - прошептал он.

Эйб кивнул. Значит, Люси впустить не удастся. Жаль, стрелок она что надо. Могла бы здорово подсобить. Он мог бы прострелить замок, но это сразу же их выдаст.

На данный момент они уже успели проверить кухню, коридор и столовую. Освещение везде было голубым - совсем как в подвале. Хотя они были постоянно готовы к атаке, никто так и не показался. Дом казался покинутым.

Может, сбежали? Впрочем, Эйб сомневался, что Катч и вся ее компашка успели пробраться через туннель в Дом Зверя. Конечно, в доме мог быть еще какой-нибудь ход, туннель, ведущий, скажем, на побережье. Вполне вероятно, но никаких других ям в подвале Эйб не заметил.

Скорее всего, они все еще в доме.

Он посмотрел на вершину лестницы.

И вдруг откуда-то слева донесся тихий звук, похожий на девичий плач.

Пригнувшись, Джек бочком двинулся к арочному проходу. Эйб тихо крался следом, прикрывая его.

Стены комнаты были от пола до потолка задрапированы синими занавесками. Холодок пополз по спине Эйба. Он скользнул взглядом по нижнему краю ткани - не выглядывают ли оттуда чьи-нибудь ноги? Ничто не выдавало присутствия затаившегося противника, но Эйб, следуя за Джеком, не сводил с занавесок глаз.

Никакой мебели в комнате не было. Ковер был завален подушками и пуфиками из синей атласной ткани - одни лежали отдельно, другие были свалены в кучу.

Он снова услышал плач.

Казалось, он доносится из-за высокой груды подушек, наваленной в самом конце комнаты. Эйб направил револьвер в центр груды и двинулся к ней напрямик, а Джек обошел ее с другой стороны.

- Сюда, - прошептал Джек, нагнулся и скрылся из виду.

Эйб обошел подушки и увидел девочку, лежащую на полу лицом вниз. Она была голой. Одной рукой она обхватила голову, другая скрыта под телом.

Джек опустился на одно колено возле ее головы, направив на нее дуло револьвера.

- Не двигайся, - прошептал он.

Девушка шмыгнула носом.

Эйб принялся пинками расшвыривать подушки, пока не показался пол.

Девочка приподняла от ковра лицо.

- Помогите, - сдавленным голосом сказала она. - Пожалуйста. Мне больно.

- Вытащи вторую руку, чтобы я мог ее видеть, - сказал Джек. - И лучше, если она окажется пустой.

- Не могу. Я… рука сломана.

Эйб еще раз окинул взглядом комнату, после чего придавил спину девочки коленом. Ее спина выгнулась. Голова дернулась назад. Он приставил к ее плечу дуло револьвера и отскочил в сторону, когда она вскрикнула и высвободила левую руку с мелкокалиберным полуавтоматическим пистолетом. Эйб врезал ей дулом револьвера по пальцам, и пистолет упал.

Теперь девочка рыдала по-настоящему.

- Сволочи! - выдохнула она. - Скоты вонючие!

- Следи за входом, - сказал Эйб.

Джек выпрямился.

Эйб сунул револьвер в карман и заломил девочке руку за спину.

- Пусти! Засранец! Ты сдохнешь!

Он выдернул из брюк ремень, заломил ей вторую руку и связал их вместе.

- Где остальные? - спросил он.

- Скоро узнаешь!

- Наверху?

- Пошел ты!

Он вытащил из кармана револьвер и подобрал девочкин пистолет.

- Надолго ремня не хватит, - сказал Джек.

- Если попробует еще чего-нибудь выкинуть - убьем, - Эйб встал. Он поставил ей на спину ногу и слегка поднажал. - Поняла, тигренок?

- Пошел ты!

- Идем, - сказал Эйб.

- Наверх? - спросил Джек.

- Как скажешь.

Дженис почувствовала, как рука отстранилась от ее груди. Она прижала к ране правую ладонь и открыла глаза. Перед ней на коленях стоял Горман Харди.

- Что…

- Мы должны выбраться отсюда, Дженис. Здесь мы в опасности.

- Что?

- Зверь. Я видел, как он шевелится.

Она повернула голову и посмотрела на вход в туннель. Все, что она могла видеть - когтистые ноги твари. Вроде бы, неподвижные.

Она вскрикнула, когда Горман резко рванул ее за руки, поднимая с земли. Чтобы голова не болталась, пришлось здорово напрячь шею. Раны горели, словно кто-то ковырялся в них раскаленной добела кочергой. Пропитавшаяся кровью тряпка выпала из-под руки. Теплая кровь побежала по груди и боку.

Она завалилась вперед, уткнувшись головою в колени. Горман отпустил ее и обошел сзади.

- Попробуй встать, - сказал он.

Она чувствовала, как он коснулся ее спины. Его руки ухватили ее за бока, и она дернулась, когда одна из них надавила на рану от когтей. Он опустил ладонь ниже.

- Так лучше? - спросил он.

Она кивнула.

Поджав колени, она резко вытянула ноги и уткнулась кроссовками в землю, когда он поднял ее.

Как только она выпрямилась, ее слегка повело назад, и они с Горманом чуть не упали. Тот ахнул. Одна из его рук взметнулась вверх и схватила ее за грудь

- Извини, - сказал он и опустил руку ниже.

И развернул ее к лестнице.

В ногах ощущалась вялость, но они почти не подгибались, когда Горман вел ее вперед. Она посмотрела на вершину крутой лестницы.

- Не смогу, - пробормотала она.

- Все в порядке. Я буду тебя поддерживать. Поднимемся наверх и мигом уберемся отсюда.

Мигом. Его голос звучал почти радостно.

Она схватилась правой рукой за перила. Поставила ногу на первую ступеньку. Горман обхватил ее за бедра и приподнял. Она одолела первую ступеньку, потом вторую. А потом накатило головокружение. Ноги подкосились. Она свалилась к подножию лестницы и обхватила руками балясину.

- Проклятье, - пробормотал Горман.

- Я не могу, - выдохнула она. - Я не могу. Позвольте мне дождаться… Нору.

- Хочешь, чтобы я оставил тебя здесь одну, со зверем? Слышала, что я сказал? Он не мертв!

- Не бросайте меня.

Она попыталась подтянуться вверх. Горман дернул ее за плечи, и она вскрикнула. Он подтолкнул ее на лестницу. Медленно, держась правой рукой за перила, она начала подниматься.

- Вот хорошо, - сказал Горман. - Так-то лучше, - oн обошел Дженис и быстро поднялся наверх. - Уже почти, - сказал он.

За три ступени до площадки головокружение нахлынуло с новой силой. Желудок свело. Она подалась вперед, просунула голову между ступеньками и ее вырвало. Закончив, осталась лежать, задыхаясь и всхлипывая.

- Скорее! - возопил Горман. - Боже мой, он уже садится!

Она приподняла голову и посмотрела на вход в туннель. Отсюда зверя было вообще не видать.

А уж Горману - и подавно.

Она подняла на него слезящиеся глаза:

- Вы не можете…

- Черт тебя дери! - взревел он. - Пшла!

Она подняла руку. Он ухватил ее обеими руками за запястье и потянул на себя. Она больно ударилась скулой о край площадки. Он продолжал тянуть. Ее тело билось об оставшиеся ступени. С последним рывком он втащил ее наверх.

- Ладно, - сказал он. - Подъем.

Она не могла заставить себя пошевелиться.

Горман встал над ней и ухватил за бока. Его палец зарылся в дырку от пули подмышкой, отчего Дженис пронзила вспышка боли. Он поднял ее - сперва на колени, потом на ноги. Она попыталась удержаться, а он вдруг развернул ее спиной к себе и с силой толкнул.

Она летела головой вперед. Казалось, она падает уже целую вечность, крик нарастал в груди, когда лестница неслась навстречу. Она выставила руку, защищая лицо. Рука онемела. От удара ступенька разлетелась в щепки. Макушкой она стукнулась о следующую ступеньку, ноги взмыли высоко вверх, и она перекувыркнулась. Ягодицы, ноги, спина с силой ударились о деревянные доски, и она поехала вниз, стукаясь и царапаясь о края ступеней. Наконец, она приземлилась задом на пол и осталась сидеть, привалившись к ступеням.

- Матушки мои! - донеслось сверху. - Навернулась!

Она приподняла голову, чувствуя смутное облегчение от того, что может двигаться. Вытянутые на полу ноги казались чужими. Кеды слетели во время падения. Она пошевелила босыми пальцами.

- И все равно живехонька, - oна услышала шаги на лестнице. - Не иначе ты наполовину кошка. Колись, Дженис, ты наполовину кошка? Тебя прикончить труднее, чем твою мамашу. Экий Распутин!

В конце подвала, за нагромождением корзин, из-под земли потянулась рука.

Из дыры в полу подвала.

Мертвенно-бледная рука, заляпанная грязью, но блестящая в свете фонаря. Рука с длинными, крючковатыми когтями.

Дженис повалилась вперед, когда что-то (нога Гормана?) толкнуло ее в спину. Кряхтя, она растянулась лицом вниз.

Горман перевернул ее.

Он оседлал ее, сел прямо на живот. И ухмыльнулся:

- К сожалению, - сказал он, - при падении ты расшибла голову, - oн сжал руками ее виски. - Не уверен, что силенок хватит, но давай попробуем? Попытка - не пытка.

Она собралась с силами и ударила его кулаком в бок. Он крякнул и поморщился.

- О, да ты у нас крутая.

Он заулыбался вновь, потом поднял глаза - и рот его распахнулся. На Дженис упала тень. Прямо над нею стоял зверь и тянулся к Горману. Тот судорожно втянул воздух и выбросил вперед правую руку, пытаясь оттолкнуть тварь. Левая рука метнулась к бедру. Приподняв голову, Дженис увидела, как он пытается вытащить из кармана револьвер. Но едва он выхватил его, как лапы зверя сомкнулись на его голове. С силой, какой сама от себя не ожидала, Дженис перехватила дуло и вырвала револьвер из руки Гормана.

Зверь поднял писателя за голову. Его ноги пронеслись мимо лица Дженис. От его воплей звенело в ушах.

Она перекатилась на спину. Приподнявшись на локтях, крутанула барабан револьвера и взвела курок.

Зверь все еще держал Гормана за голову. Тот болтал в воздухе руками и ногами, и отчаянно кричал, когда чудовище трясло его. Затем зверь отшвырнул его на полки с консервами. Полки с треском обвалились. Он рухнул на пол, прямо под лавину сыплющихся сверху банок.

- Пристрели его! - выкрикнул он.

Шатаясь, он поднялся на ноги и попятился от надвигающегося зверя.

Дженис выстрелила.

Пуля пробила ногу Гормана.

Он грохнулся на спину. Зверь набросился. Горман испустил душераздирающий вопль, когда морда чудовища вгрызлась в его пах, кусая и разрывая. Вопль быстро перешел в жалобное поскуливанье. Зверь поднял морду и некоторое время просто смотрел на него. Потом подался вперед, разинул пасть и впился в его лицо.

Дженис наблюдала.

Она наблюдала, пока Горман не перестал стонать и скулить, пока последние конвульсии не покинули его тело, и он не остался лежать неподвижно.

Зверь поднялся. Вся его туша была забрызгана кровью Гормана. Он повернулся к Дженис и уставился на нее.

Пенис его набух и поднялся.

Она выстрелила.

Пуля с визгом срикошетила о камни у него над головой. Сгорбившись, зверь замер в нерешительности. Дженис прицелилась ему в грудь. Когда она нажала спусковой крючок, тварь метнулась в сторону. Она бросилась прочь через подвал, к туннелю, где лежал мертвым ее сородич. Дженис вскинула пистолет и стреляла - снова и снова. Потом боек издал глухой щелчок. Зверь исчез в туннеле.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Тайлер резко остановилась, услышав звук - два громких выстрела, донесшихся со стороны входа в туннель.

- Стреляли? - прошептала она.

- А то, - сказал Капитан Фрэнк.

Она замерла в темноте, держа старика за руку и задаваясь вопросом, что бы это значило. У Норы был пистолет, но она покинула дом и едва ли успела вернуться. Значит, это Горман. В кого - или во что - он стрелял?

- Беда там, - сказал Капитан Фрэнк.

- Да.

- Давай не будем мешкать.

Кивнув, хотя и понимая, что в темноте он этого не увидит, Тайлер крепче сжала его руку и зашагала вперед. Плечо наткнулось на стену. Она свернула направо и продолжала идти.

Еще один выстрел эхом прокатился по туннелю, а затем - еще четыре или пять подряд.

Да что же там происходит?

- Господи, - пробормотал Капитан Фрэнк.

Тайлер остановилась. Она ожидала еще выстрелов, но слышала лишь стук собственного сердца и учащенное дыхание старика.

- Странное дело, - сказала она.

Его ладонь в ее руке была горячей и скользкой. Не выпуская ее, она двинулась дальше. Водя из стороны в сторону пистолетом, она периодически натыкалась рукой на земляные стены. Костяшки пальцев перемазались в глине. Она взяла немного в сторону.

Как жаль, что они оставили фонарь.

Со светом они бы давно уже выбрались из этого туннеля, а не шарились вслепую по изгибам да поворотам.

Им давно пора было добраться до конца.

Но туннель казался бесконечным.

Эйб шагал впереди, Джек замыкал. Они шли по коридору второго этажа. Все двери там были закрыты. Возле каждой Эйб останавливался и, прижавшись спиной к стене, дергал за ручку. Все оказались заперты

В конце коридора он шепнул Джеку:

- Вышибаем, начиная с лестницы.

Они были уже на полпути обратно, как вдруг в двадцати футах впереди распахнулась дверь. Они присели и прицелились.

- Мы выходим, - Эйб узнал хриплый голос Мэгги Катч. - Не стреляйте в нас.

- Выходите медленно, - сказал Эйб. - Держите руки на виду, и лучше, если они будут пустыми.

Из-за двери вышла молодая женщина. Позади шла Мэгги, обхватив женщину одной рукой за шею, а другой - приставив к ее голове револьвер. На руках женщина несла младенца - тот сосредоточенно теребил бретельку ее ночнушки.

- Бросайте пушки, - велела Мэгги.

- Сама бросай, - ответил Эйб. - И руки за голову.

- Я ей мозги вышибу.

У Эйба засосало под ложечкой. Без оружия они окажутся в полной власти Катчихи. Он не сомневался, что как только они бросят револьверы, она откроет огонь.

- Ты умрешь, - сказал Джек, - прежде чем она упадет на пол.

- Давайте обойдемся без стрельбы, - сказал Эйб. - Просто отпусти женщину с ребенком, и можешь идти. Мы не попытаемся тебя остановить.

- За дурочку меня держите? - спросила Катч. - Бросайте пушки, пока я не досчитала до трех, не то худо будет. Раз.

- Не делай этого, - предупредил Эйб.

- Не надо, пожалуйста, - взмолилась женщина и прижала ребенка к груди.

- Два, - сказала Катч.

Ее голос звучал ровно, спокойно, словно она не сомневалась, что ради женщины они бросят оружие.

Тайлер шагнула в льющийся из подвала бледно-голубой свет. Она неподвижно стояла, взирая на два подвешенных на стене тела - на какой-то ужасный миг ей показалось, что это Эйб с Джеком.

Сбоку в нее врезался Капитан Фрэнк.

- Господи, - прошептал он.

Ее взгляд опустился на изувеченный труп женщины, распростершийся на полу. Вырвав ладонь из руки Капитана Фрэнка, она прикрыла рот, отвернулась к лестнице, и вздрогнула, когда где-то наверху загремели выстрелы. Она бросилась к лестнице. Схватилась за перила. Помчалась наверх, перескакивая по две ступеньки за раз.

Обернувшись через плечо, она увидела Капитана Фрэнка, который, пьяно пошатываясь, пытался ее догнать. Дожидаться его она не могла. Но только она хотела отвернуться, как из кромешного мрака туннеля вырвалась белесая фигура.

- Сзади! - закричала она.

Старик был или слишком пьян, или слишком неповоротлив. Он еще только начал оборачиваться, когда когтистые лапы зверя обрушились ему на плечи. Капитан закричал. Его ноги подломились. Зверь стиснул лапами его голову, свирепо зарычал, обнажая зубы. Его морда устремилась к шее жертвы.

Тайлер выстрелила. Грохот едва не разорвал ее барабанные перепонки. Револьвер подскочил.

Она метила чуть выше, боясь задеть Капитана Фрэнка. Пуля выдрала клок из висящего на стене ковра.

Зверь уставился на нее немигающим взглядом раскосых глаз. Вся морда была перемазана красным, но это не была кровь Капитана Фрэнка. Тайлер вспомнила о выстрелах, которые слышала в туннеле. Значит, стреляли в эту тварь. Чья же кровь?..

Зверь отскочил от Капитана Фрэнка и бросился вперед, сгорбившись и касаясь костяшками пальцев ковра - совсем как горилла. Он уже почти достиг подножия лестницы, когда Тайлер выстрелила еще раз. Пуля попала в перила, полетели щепки. Тварь мотнула башкой, когда щепки угодили ей прямо в морду. Из правого глаза выплеснулась жижа. Зверь запоздало хлопнул лапой по морде и с визгом отпрянул.

Тайлер прицелилась ему в голову, и выстрелила, и промахнулась. Она прицелилась в грудь. Пуля прочертила красную полосу на его плече.

Тайлер пыталась вспомнить: сколько пуль она израсходовала?

Зверь стоял на задних лапах, откинув голову назад, и ревел от боли и ярости. По идее, он был отличной мишенью, но сейчас Тайлер находилась в неудобной позиции.

Пытаясь его застрелить, она может израсходовать все патроны. И чем тогда помочь Эйбу?

Пистолет Капитана Фрэнка!

Он лежал на ковре возле его тела.

Полностью заряженный.

Если бы только она могла до него добраться…

Сжав револьвер обеими руками, она прицелилась в грудь зверя и нажала на спусковой крючок.

Пистолет дернулся. Тварь схватилась за бок, чуть выше бедра и, развернувшись, упала на одно колено.

Выстрел все еще гремел у нее в ушах, когда она бросилась вниз по лестнице. И накинулась на зверя. Она вогнала дуло револьвера прямо в отверстие на его голове, служившее ему ухом. Его локоть врезался ей в бедро, выбив ногу назад. Мушка распорола ему кожу на виске, когда Тайлер начала падать. Она нажала спусковой крючок и тут же пожалела о растраченных патронах: когда грохот выстрела ворвался ей в уши, она уже знала, что промахнулась.

Когда Катч сказала «два», оглушительный грохот сотряс коридор.

Эйб с Джеком выстрелили одновременно.

Эйб метил чуть вправо от уха молодой женщины. Именно там находился пистолет Мэгги. И половина ее лица, выглядывающая из-за головы заложницы.

Туда же, очевидно, метил и Джек.

Пистолет Мэгги вылетел из руки и стукнул ее прямо в лоб. Щека разлетелась кровавыми брызгами. Старуха рухнула на спину. Женщина с ребенком шарахнулась в сторону, ударилась плечом о стену и упала на колени. Ребенок отчаянно заревел.

Мэгги лежала на спине. И не двигалась.

Бок о бок, Эйб с Джеком бросились вперед. Эйб остановился возле молодой женщины. Джек пробежал дальше, чтобы проверить Мэгги.

- Вы в порядке? - спросил Эйб.

Женщина кивнула. Она погладила ребенка по голове и посмотрела на Эйба.

- Не дайте…- oна сунула в рот плачущему ребенку палец. Плач прекратился. Ребенок всхлипнул и принялся сосать ее пальцы. - Не дайте им схватить вас, - сказала она. - Они…- ее слова прервал приглушенный грохот.

Стреляли где-то в доме.

- Джек, выведи этих двоих на улицу.

- Мэгги жива.

- Оставь ее. Выведи…

Внезапно голова Джека дернулась в сторону. Он взмахнул пистолетом. Эйб повернулся, но не успел поднять револьвер, как зверь набросился на него. Этот был вдвое меньше твари, убитой в туннеле, но весил достаточно, чтобы сбить Эйба с ног. Эйб рухнул на женщину с ребенком, скатился на пол и бросил пистолет, чтобы перехватить зверя за шею, когда тот потянулся к его глотке зубами.

- Брось нож! - заорал Джек.

Эйб снова услышал отдаленные выстрелы.

Затем он увидел в дверях толстую бабу с мясницким ножом. Ее лицо было обмотано бинтами. Эйб закричал от боли, когда в его спину вонзились когти, и подмял зверя под себя, взобравшись на него сверху. Тот извивался и ворчал, когда пальцы Эйба все сильнее впивались ему в глотку. Когти раздирали руки, бока… Высвободив одну руку, Эйб врезал твари кулаком в висок. Потом еще раз. И тут на его кулаке сомкнулись зубы. Руку пронзила острая боль. Левая рука сразу же выпустила горло твари. Он ухватился левой рукой за верхнюю челюсть монстра, правой за нижнюю - и рванул изо всех сил. Раздался треск. Зверь резко дернулся, и Эйб высвободил окровавленную руку. Челюсть существа безвольно болталась, из угла пасти свисал язык.

Он пригнулся, когда зверь замахнулся лапой. Когти впились ему в скальп, и потянули его лицом к белесой груди. Он вогнал кулаки в бока зверя. Когти разжались. Он подался назад, и пенис твари мазнул его по щеке. Он поспешно отпрянул и схватил зверя за лодыжки.

Тот сел и попытался ударить его когтями, но промахнулся. Стоя на коленях, Эйб потащил его по ковру. Зверь отчаянно дергал ногами.

- Не двигайся! - кричал Джек. - Я убью его.

- Он мой, - хмыкнул Эйб.

Он потянул извивающегося зверя. Тот отчаянно махал лапами. Его голова скользнула по ковру, и он повис вверх ногами. Эйб поднял тварь за ноги, хорошенько раскрутил и шарахнул о стену коридора. Голова зверя звучно стукнулась о дерево. Эйб выпустил его лодыжки, и существо упало на пол.

Когда оно попыталось встать, Эйб обрушил ногу ему на голову. Поскользнулся и отлетел к противоположной стене, но на ногах устоял. Толстуха в дверях смотрела на зверя, качая головой и что-то бормоча. Джек держал ее на мушке. Мясницкий нож валялся на полу у ее ног.

Задыхаясь, Эйб поспешил к ней. Подобрал нож. Встал на колени рядом с бьющимся в конвульсиях зверем, перевернул его на спину и полоснул по горлу. Горячие брызги крови ослепили его, попадая в лицо, глаза и открытый рот.

Тайлер приземлилась на спину прямо напротив стоящего на коленях зверя. Начала поднимать пистолет. Зверь выбил оружие у нее из руки. Она вскинула другую руку, чтобы защитить лицо, но опоздала. Затрещина ошеломила ее. Рука упала на пол. Она хотела продолжать борьбу, но чувствовала себя совершенно обессилевшей. Ей казалось, что она находится не в своем теле, а наблюдает за происходящим откуда-то со стороны.

Зверь оседлал ее.

Когти подцепили перед ее свитера и разорвали его.

Его лапы у нее на груди казались осклизлыми. Интересно, от них остаются такие же следы, как от улиток? Когти царапали ее - совсем легонько, почти щекоча. Он склонил голову вниз и провел языком над одним из ее сосков. Жижа из его выколотого глаза капала ей на грудь. Нос его был холодным, как у собаки. Потом она почувствовала зубы на одной из грудей - сверху и снизу - и поняла, что он вобрал ее в пасть. Его язык заскользил вокруг соска.

Затем пасть отпустила ее грудь. От холодного подвального воздуха влажная кожа покрылась мурашками. Существо засосало вторую. На сей раз он действовал уже не столь нежно. Он сжал зубы. Она старалась лежать неподвижно, но все ее мышцы напряглись. Челюсти сжались еще сильнее. От боли разум прояснился. Она больше не была сторонним наблюдателем. Но и бороться не могла. Не сейчас. Не с грудью, зажатой у него в зубах. Существо изогнулось, потянув грудь на себя. А затем отпустило.

Когти царапнули живот. Зарылись под пояс юбки и дернули с такой силой, что ее зад оторвался от пола. Подняв голову, она увидела, что зверь стоит на коленях у нее между ног, пытаясь сорвать юбку. Он сделал последний рывок и отбросил одежду в сторону.

Она увидела его огромный, восставший пенис.

Нет!!!

Она согнула ноги в коленях и откатилась в сторону. Ее пятки скользнули по коже твари. Как только ноги оказались свободны, она перекатилась дальше. Не оглядываясь.

Оказавшись в положении лицом вниз, она оттолкнулась от ковра, поднялась на ноги и, пошатываясь, устремилась вперед. Лестница находилась слева. Она бросилась к ней и услышала за спиной раскатистый рык.

В плечи вонзились когти. Тяжелая туша врезалась в спину, сбивая с ног. Она упала. Ладони и колени больно ударились об пол, и она поползла на четвереньках к лестнице - со зверем на спине.

Он сунул лапу вниз и обхватил ее за грудь. Рванул. Ее руки оторвались от ковра. Прижав Тайлер к осклизлой груди, зверь поднял ее с колен. Зубы сомкнулись на шее, словно для того, чтобы удержать. Она почувствовала у себя между ног его пенис - тот проталкивался все выше и выше, пока зверь нес ее к лестнице.

Брыкаясь и извиваясь, Тайлер схватила его за лапы, пытаясь оторвать их от своей груди. Но они лишь усилили хватку. Когти вонзились в кожу.

Зверь швырнул ее животом на лестницу. Края ступенек врезались в тело. Она почувствовала, как его лапы отпустили грудь. Когти заскользили вниз по ребрам и бокам. Вонзились в бедра. Член скользнул назад.

Тайлер изо всех сил сжала ноги. Это не только не помогло - зверь еще и лизнул ее в шею, после чего вновь подался вперед, будто ему понравилось ощущать членом ее сжатые бедра. Извернувшись, она просунула руку между телом зверя и лестницей и, едва сдерживая тошноту, вцепилась в осклизлую плоть. Сжимая его изо всех сил, она резко дернула рукой в сторону. Член не сломался и даже не выгнулся. Он лишь заскользил взад-вперед в ее руке, а зверь, тяжело дыша, облизывал ее шею.

Она дернула на себя. Рука соскользнула и больно ударилась о ступеньку.

Зверь схватил ее за бедра и приподнял. Колени Тайлер оторвались от лестницы. Ударяясь плечами о перила, она дергалась и извивалась.

- Нет! - кричала она.

Ее правая рука отпустила ступеньку.

Она зажала ею промежность.

Зверь толкнулся вперед. А потом так врезал ей кулаком по руке, что она стукнулась лбом о край верхней ступеньки.

Пенис напирал. Он потерся о костяшки ее пальцев, прошелся по самим пальцам, и попытался протиснуться между ними. Тайлер переместила руку ниже.

Зверь издал низкий, булькающий рык, и она почувствовала на шее его горячее дыхание.

А потом эта штука ее укусила.

Тайлер захныкала, когда зубы впились в тыльную часть ладони, раздирая кожу и вгрызаясь все глубже. Руку словно погрузили в огонь, но она продолжала зажимать промежность.

Она подумала, что сходит с ума.

ТАМ неможет быть зубов! Неможет!!!

Но они были.

Они впивались в ее руку, разрывая плоть, словно резцы обезумевшей крысы, прогрызающей себе путь.

Боже мой!

О, Боже мой!!!

Рычание зверя, когда он терзал ее руку, звучало почти как смех.

Он наслаждается этим.

Если бы он хотел, то мог бы просто оттолкнуть мою руку в сторону. Так нет же!

Тайлер слышала, как по ступенькам барабанит кровь.

Она хотела, чтобы рука поскорее онемела. А она, как назло, все сильнее болела. Терзающие плоть зубы казались раскаленными добела иглами. Рука горела и тряслась от боли.

Внезапно зубы исчезли.

Рычание зверя больше не звучало весело. Внезапно он взревел. Когти впились в бедра, и дернули ее назад. Он навалился. Рука взорвалась болью. Она закричала, когда два ее пальца сломались.

Оглушительный выстрел едва не разорвал ей уши.

Когти рванулись вверх, раздирая бедра, и отпустили.

Она свалилась на лестницу.

Еще один выстрел. Она приподнялась и уставилась на свою правую руку. Вся тыльная сторона ладони превратилась в кровавое месиво. Два сломанных пальца уже начали распухать. Рыдая, она обернулась и увидела Капитана Фрэнка, стоящего над зверем.

Тот лежал на спине, содрогаясь в конвульсиях. Одно отверстие зияло в его голове, другое - в груди. Тайлер опустила взгляд на огромный пенис. Он весь был покрыт кровью. Ее кровью. Клочья кожи облепили головку. Зубы щелкнули.

Капитан Фрэнк палил ему в голову, пока не кончились патроны.

Он одарил Тайлер кривой, слегка пьяной улыбкой.

- А я что говорил? - спросил он и подмигнул, после чего передернул затвор «Люгера». Магазин выпал на ковер, он достал из кармана шорт новый и вогнал на место. - Говорил я, что его урою? - спросил он и снова начал стрелять.

Тайлер смотрела, как тело зверя содрогается от впивающихся в него пуль. Потом закрыла глаза.

Она почувствовала, как лестница задрожала.

- Эй, там! - крикнул Капитан Фрэнк.

Стрельба прекратилась.

Тайлер открыла глаза. Перевернутое лицо Эйба нависло над ней.

- Боже мой, - сказал он.

Он спустился на несколько ступенек и присел возле Тайлер. Она повернулась и протянула ему руки.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Тайлер обняла его изо всех сил. Он погладил ее по голове.

- Все хорошо, все кончилось, - прошептал он. - Тебе очень больно?

- Только… рука…

Эйб посмотрел на нее и глаза его исполнились сострадания.

- Иисусе, - пробормотал он и начал снимать рубашку.

- Я разнес его в пух и прах, - самодовольно заявил Капитан Фрэнк.

- Джек в порядке? - спросила Тайлер, когда Эйб начал обматывать ее искалеченную руку рубашкой.

- С Джеком все хорошо. Мы обо всем позаботились. Где Нора? - спросил он.

- Не знаю. Думаю, снаружи.

- Этот малый, Харди, он шмальнул по Дженис, - сказал Капитан Фрэнк. - Мы их там оставили, а Нора за подмогой побёгла.

- Харди? Он стрелял в нее?

- Попутал со зверем.

- Неужели убил?

- Была вроде жива, но мы потом слышали пальбу. Эта тварь, видать, сперва на них напала, а потом уж и по наши души явилась. Задала мне изрядную трепку, но сейчас я в порядке. Как раз вовремя очухался, чтоб его укокошить.

Эйб закончил перевязывать руку Тайлер.

- Давайте уже уберемся отсюда. Тебе срочно нужно в больницу.

Он осторожно прикрыл ее грудь лохмотьями кофты.

Она выпрямилась и застонала от боли.

Капитан Фрэнк поднял с пола то, что осталось от юбки. Он смотрел в сторону, протягивая ее Эйбу.

Эйб помог ей встать и обернул юбку вокруг талии. Капитан Фрэнк отдал свой ремень, чтобы закрепить ее, а сам отошел в сторону в поисках сандалий. Одну он нашел под лестницей, другую - возле головы зверя. Эйб придерживал Тайлер, пока она просовывала в них ноги.

Старик взял револьвер Тайлер и вместе со своим «Люгером» сунул в карман бермудов.

- Думаю, мы готовы, - сказал он.

Он начал подниматься по лестнице. Эйб обнял Тайлер за спину, и вместе они вышли из подвала.

Они вышли на кухню. Прошли по узкому коридору, освещенному голубым светом. В прихожей их ожидала группа людей. Джек держал на прицеле толстую тетку с забинтованным лицом, очень похожую на Мэгги Катч. Худая бледная женщина в ночной рубашке стояла спиной к двери. Она прижимала к груди ребенка.

Джек нахмурился.

- Святое дерьмо, - сказал он. - Вы-то как тут? Тайлер? Что случилось?

- Они столкнулись с еще одним зверем, - сказал Эйб.

- Срань господня.

- Я прикончил его, - сказал Капитан Фрэнк. - Отправил на тот свет, други мои.

- Где Нора?

- С ней все в порядке, - сказала Тайлер. - Я так думаю.

- А где та девчонка? - спросил Эйб. - Которая пыталась нас застрелить?

- Это моя дочь, Сэнди, - сказала женщина с ребенком.

- Мы искали ее, - Джек пожал плечами. - Понятия не имеем, куда она ушла.

- Ладно, давайте выбираться отсюда.

- Дверь по-прежнему заперта, - сказал Джек.

- Давай вышибем.

- Я знаю, где ключ, - сказала женщина с ребенком. - Я смогу открыть замок. Это займет всего секунду.

- Отлично, - сказал Эйб.

Она протянула ребенка Джеку:

- Можете его подержать? Я сейчас вернусь.

- Конечно.

- Это Джад. Джаджмент Ракер Хайс.

Когда она произносила это имя, голос ее немного дрожал.

Джек взял малыша и улыбнулся ему.

Женщина направилась вверх по лестнице.

- Ключ там? - нервно спросил Эйб.

- Не боись, - сказал Джек. - Мэгги отрубилась капитально. Ей повезет, если вообще оклемается.

- Ладно. Но все равно - держитесь от нее подальше.

Женщина поднялась по лестнице, повернула налево и скрылась в коридоре.

- Уже через минуту мы выберемся отсюда, - сказал Эйб и нежно погладил Тайлер по спине.

Ребенок на руках у Джека пускал ртом пузыри.

- Симпатичный паренек, не так ли? - спросил Джек. Улыбаясь, малыш протянул ручонку и схватил его за щеку. - А ты крепкий орешек, - сказал Джек, и пощекотал Джаду животик.

Его мать появилась на лестничной площадке.

- Достали ключ? - спросил Эйб.

Она кивнула. И начала спускаться.

Перед ее ночной рубашки потемнел и лип к груди. Все лицо было забрызгано кровью.

- Боже мой, - пробормотал Эйб и бросился вверх по лестнице.

Она протянула ему руку. С пальцев свисала тонкая цепочка.

- Ключ, - сказала она.

- Что произошло? Вы ранены?

- Нет. Со мной все отлично. Лучше некуда. Она… Мэгги… Она убила Джада. Джада. Моего… Отца моего ребенка.

Эйб встал на ступеньку рядом с ней и положил руку ей на спину.

- Я воспользовалась ножом.

Он повел ее вниз.

- Мэгги убила ножом Джада, а я убила ножом ее.

- Все в порядке, - сказал Эйб.

- Все в порядке.

- Мэгги пришла в себя и напала на вас, когда вы подошли, чтобы взять ключ.

- Нет. Нет, она…

- Просто придерживайтесь этой версии.

- О…

Эйб отпер замок входной двери и медленно открыл ее.

- Мы выходим! - крикнул он женщине-полицейскому на газоне. - Все кончено.

Женщина убрала оружие.

Тайлер вышла вслед за Эйбом на крыльцо и глубоко вдохнула ночной воздух. Он благоухал океаном. И сияла луна высоко в небесах.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Скорчившись в темноте под лестницей, Сэнди выжидала.

Она сидела, обхватив прижатые к груди коленки. Она слышала выстрелы. Ей хотелось выйти на помощь. Но она уже пыталась помочь: те два мужлана с пушками оказались слишком хитры, слишком проворны. Поэтому она продолжала прятаться.

Потом были еще выстрелы.

Кто-то протопал вниз по лестнице, причем так сильно, что ей на плечи посыпалась какая-то труха.

Потом по лестнице еще ходили, ступени стонали и скрипели у нее над головой. Потом она услышала голос матери:

- Сэнди, где ты? - кричала та. - Пожалуйста, отзовись. Ты здесь? Я тебя все равно люблю, сладенькая. Теперь все будет хорошо.

Она не шелохнулась. Страшно было даже дышать. Кто-то вплотную подошел к панели, за которой она пряталась, но открывать не стал - видать, не знал, что она открывается.

Вскоре она услышала другие голоса. Слов разобрать не удавалось. Кто-то пошел наверх. Кто-то спустился вниз.

А потом все исчезли.

Тем не менее, Сэнди продолжала выжидать. Она задавалась вопросом, что же все-таки произошло: кто погиб, а кому удалось выжить? От этих мыслей ей становилось плохо.

Вик, скорее всего, мертв. А, все равно он был та еще сволочь. Мэгги и Агнес - тоже не великая потеря. Но если погибли Сиф или Ясон… Или малыш Ран… Она тихонько всхлипнула в темноте, и слезы потекли по щекам.

Потом в дом пришло еще больше людей. Сэнди растянулась на спине, прислушиваясь и выжидая. Люди не уходили. Ей уже начало казаться, что они не уйдут никогда. Она ужасно устала, но мысли путались, тревожные мысли, не дающие расслабиться и уснуть.

Что, если они найдут ее? Нет, не смогут.

Что случилось с Сифом, Ясоном и Раном?

Что будет с ней самой? Ей же всего четырнадцать. Вик наверняка мертв. Мэгги застрелила того копа, а год назад прикончила Джада, и мама обязательно об этом расскажет, так что если ее и взяли живой, домой она уже не вернется.

Вот Агнес может вернуться. Если, конечно, они ее не застрелили. Или не отправили в психушку. Агнес слегка тормознутая, но не сумасшедшая, так что ее вполне могут и отпустить. И тогда она унаследует этот дом - и Дом Зверя.

Да.

Если Агнес вернется, все будет не так уж и плохо. Сэнди сможет вести все дела самостоятельно. Она даже сможет возобновить экскурсии.

А главное - Агнес знает толк в младенцах и родах. Она и маме помогала рожать.

Значит, поможет и мне.

Сэнди погладила руками живот. Суматоха в ее голове слегка утихла.

Голоса звучали тише. По лестнице ходили - вверх-вниз.

Она задумалась на мгновение: какое имя дать ребенку? Сиф? Ясон? Она не знала, кто из них был его отцом. Да и старомодные они какие-то, имена эти. Отстойные. Может, Рич, или Клинт, или…

Тут она погрузилась в сон.

ЭПИЛОГ

Тайлер высвободила палец из цепких детских пальчиков и постучала в дверь коттеджа.

- Кто там?

- Я, - сказала она.

- Секундочку, милая. Я не одета.

- Когда это тебя останавливало?

Через мгновение Нора открыла дверь. Она была в желтом бикини, кое выглядело новехоньким и скрывало очень и очень немногое.

- Я смотрю, ты времени зря не теряешь, - сказала Тайлер.

- Я увидела Джека на причале. Он меня не заметил. Хочу его удивить. Дай мне подержать малыша.

Смеясь, Тайлер протянула Норе ребенка. Тот раскинул руки и ноги, словно боясь упасть, и ухватился за лямку ее бикини. Она обняла его и прижала к себе.

- Люблю я тебя держать, Скотти.

- Заведите уже своего. Уверена, Джек будет только рад.

- Конечно будет, - oна присела на край большой двуспальной кровати. - Ну, как жизнь захолустная?

- Лучше не бывает. А как жизнь мегаполисная?

- Достала уже. Целый год мечтала об этом месте. Душой к нему прикипела. И Джек, наверное, тоже.

- Наверняка. Ты еще не распаковалась?

- Я не планирую здесь оставаться.

- Но…

- Хочу уломать Джека, чтобы поселиться в его комнате. Неплохая идея, верно? А этот коттедж вы можете сдать какому-нибудь клиенту. Я видела табличку, что свободных мест не осталось.

- Но у него комната…

- Знаю-знаю. Меня вполне устраивает, - oна плюхнулась спиной на кровать и подняла Скотти над собой. Тот разинул рот и заревел. Она поскорее опустила его вниз. - Вот черт, что я наделала, - oна села и передала его обратно Тайлер.

Он обнял ее за шею и крепко прижался.

- Неужели злая и страшная Нора тебя напугала?

- Ну вот, уже настраиваешь против меня ребенка. А ведь без меня его бы сейчас и на свете не было. Не покажи я «фак» тому козлу на шоссе…

- Это верно. Скажи тете спасибо, Скотти.

Скотти всхлипнул.

- Ой, совсем забыла, - сказала Нора. - Догадайся, где я ночевала вчера? В «Милости просим!». Они были переполнены, совсем как вы, но Дженис позволила мне остановиться в комнате ее родителей.

- Как она?

- А сама не знаешь?

- Ну, я видела ее несколько раз по телевизору, и знаю, что ее книга последние шесть недель держится в топе бестселлеров.

- Она получила - дай Бог памяти - больше миллиона только за издание в мягкой обложке. А примерно через пару недель стартуют съемки фильма. Будут снимать на натуре.

- А сама она как?

Лицо Норы помрачнело:

- Она разбудила меня криком среди ночи. Кошмар. Мы засиделись до утра, все говорили. У нее частенько бывают кошмары, раньше они снились ей каждую ночь, сейчас - реже. Она говорит, ей здорово помогло написание книги - она как бы излила худшее на бумагу. А еще ей помогло то, что она сошлась с этим парнем - Стивом Сандерсом. Его прислал к ней агент Харди, чтобы помог с книгой. Он писал с ней в соавторстве, а потом еще и переработал книгу в сценарий. Они с ним были не разлей вода, но перед началом съемок ему пришлось вернуться в Лос-Анджелес. Я уговорила ее позвонить ему в семь утра, и это здорово ее ободрило. Думаю, дела у нее идут хорошо, - oна снова заулыбалась. - Эй, а после ужина мы ходили в «Последний шанс». Старый добрый Капитан Фрэнк по-прежнему в отличной форме. Он теперь местная знаменитость.

- Бьюсь об заклад, ему это по душе.

- Да, он просто купается в лучах славы. Послушала б ты его! «Да, други мои, я поверг зверя во прах!» И все наперебой угощают его выпивкой. Кстати, он просил передать тебе привет, и заявил, что ты можешь оставить его ремень себе навсегда.

- А я-то думала отправить его обратно…

- Ну вот, теперь сэкономишь на почтовых расходах, - oна поднялась с кровати. - Эх, детка, так бы лежала тут весь день и болтала, да дела не позволяют. Ну, ты понимаешь.

- Да-да.

Нора прошла мимо нее и открыла дверь.

- Постой, - сказала Тайлер. - Вы ходили на экскурсию?

- Ты издеваешься? Во-первых, там теперь очереди в полкилометра. А во-вторых, они задрали цену до двенадцати баксов с полтиною.

- Кто?

Нора пожала плечами:

- Сейчас этим местом владеет дочь Катч. А кто проводит экскурсии, я не знаю. Но мельком видела, какая-то малышка, лет не то четырнадцати, не то пятнадцати.

- Его должны были закрыть.

- Черт, не закрыть, а спалить дотла. Но там сейчас хотя бы нет фигуры Дэна. Я узнавала у тех, кто выходил, и мне сказали, что экспозиция Зиглеров теперь стоит без него. Думаю, они попросту решили ее не восстанавливать.

- Я рада.

- Эй, я чуть не забыла о твоей книге! - oна подошла к открытому чемодану и вытащила из-под стопки платьев книгу в знакомой суперобложке: «Ужас в Малкаса-Пойнт» Дженис Кроган. На обложке красовался неуклюжий, будто нарисованный детской рукой, карандашный набросок зверя, заштрихованный от бедер до колен. - У тебя уже есть экземпляр?

Тайлер кивнула.

- Уверена, что твой без автографа. Подожди, надо убедиться, что этот не для Джека, - oна открыла книгу. - Да, эта для тебя.

Тайлер присела на кровать, положила Скотти на колени и взяла книгу.

- Увидимся позже, - сказала Нора.

- В шесть часов в коктейль-баре, - напомнила ей Тайлер.

- Да. Мы будем там.

Нора вышла.

Тайлер раскрыла титульную страницу. Синими чернилами, чуть ниже имени автора было написано:

Моим добрым друзьям Тайлер и Эйбу, которые спасли мне жизнь - с благодарностью и наилучшими пожеланиями. Существа, бродившие в ночи, мертвы. Да, здравствуем мы! С любовью, Дженис Кроган. 3 августа 1980 года.

перевод: Николай Гусев

Бесплатные переводы в нашей библиотеке

BAR "EXTREME HORROR" 18+

https://vk.com/club149945915

Content

Лаймон Ричард Карл Дом Зверя

Ричард Лаймон Дом Зверя Хроники Дома Зверя. Книга 2

ПРОЛОГ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ЭПИЛОГ