Джосс Вуд

Всегда быть рядом

Пролог

Сентябрь

Десятилетиями в Клубе техасских землевладельцев проводилось много свадебных вечеринок и наверняка устраивалось немало скандалов. Алексис Слэйд помнила разговоры о том, как одного жениха застукали с главной подружкой невесты, а отец жениха уснул под роскошно украшенным свадебным столом после того, как весь вечер танцевал в одних только кружевных розовых стрингах. Были и плаксивые невесты, и пьяные невесты, и печальные невесты, и невесты‑истерички, но Шелби Артур оказалась первой невестой, которая не дошла до алтаря.

О свадьбе пары Гудман — Артур, вернее, о том, что она не состоялась, несомненно, будут говорить неделями. Алекс посмотрела на переполненный зал и увидела Реджинальда Гудмана — отца жениха, с бокалом виски в руке, бледного, но сдержанного. Слева была мать невесты с платочком в кулаке. Алекс фыркнула, глядя на ее дрожащую нижнюю губу и крокодиловы слезы. Дафна Гудман, настоящая барракуда в дизайнерском платье, не скрывала, что презирает невесту своего сына и выступает против их брака. Будучи объектом страсти Джареда в старших классах школы, Алекс считала, что Шелби вовремя образумилась.

Помимо бесхребетного мужа она получила бы в нагрузку его ужасных родственников. Единственным нормальным человеком в этой семье была Брук Гудман — добродушная сестра Джареда.

Алекс повернулась, когда дверь справа от нее открылась и в зал вошла Роуз Клейтон. Холодные, серые оценивающие глаза встретились с глазами Алекс, и она напомнила себе, что ей больше не восемнадцать, поэтому неофициальная королева Клуба техасских землевладельцев больше не должна ее запугивать. Но Алекс струсила.

В то долгое лето десять лет назад Роуз старалась разлучить ее и Дэниела — своего любимого внука и наследника. Дедушка Алекс, Гус, сделал то же самое. Все в Техасе знали, что многолетняя вражда между Гусом Слэйдом и Роуз Клейтон оказалась сильнее первой любви их внуков. В то время Дэниел и Алекс были как Ромео и Джульетта.

Расставание с Дэниелом было для Алекс невыносимым. Она помнила, как плакала и отчаивалась, когда Дэниел отказался уехать с ней из Ройяла, чтобы она могла учиться за пределами штата.

Дэниел заявил, что он принадлежит к «Серебряному клубу», но она не согласилась, заявив, что они должны быть вместе. Они орали друг на друга, она плакала. Упрямство и непримиримость Дэниела, его нежелание предпочесть Алекс окончательно разорвали их отношения.

Да, они были молоды, но он бросил ее. В отличие от ее умерших родителей, подруги детства Джеммы и любимой бабушки Сары Дэниел не оставил Алекс выбора, а это было обиднее.

Роуз подошла к Алекс, и той захотелось съежиться. Рассердившись на себя, Алекс выпрямилась и резко кивнула.

— Мисс Роуз.

— Алексис Слэйд.

Алекс закатила глаза, когда Роуз повернулась к ней спиной и зашагала прочь, высокая и надменная. Если бы не их отвратительная история, Алекс восхитилась бы ее самоуверенностью и умением занимать свою законную нишу в мире, полном альфа‑самцов.

Но Роуз — Клейтон, а значит, заклятый враг Слэйдов. Алекс и ее брат знали, с чего началась вражда Слэйдов и Клейтонов. Полвека назад ее дедушка, Гус, покинул Ройял, чтобы разбогатеть на родео, считая, что Роуз Клейтон дождется его возвращения. Он собрал достаточно денег, чтобы купить небольшой участок земли рядом с ранчо Клейтонов, и отправился делать предложение Роуз. Он жаждал начать новую жизнь с женщиной, которую страстно любил. Но годом ранее Роуз вышла замуж за Эда.

Таким образом, войну развязала сама Роуз.

Гус женился на лучшей подруге Роуз, Саре, и конфликт обострился. Потом дедушка Алекс начал скупать по частям некогда могущественное ранчо Клейтонов. Семьи продолжали воевать и держали нейтралитет только в Клубе техасских землевладельцев.

Слэйды и Клейтоны, как старые, так и молодые, были членами этого клуба и должны были вести себя прилично в его стенах. При возможности они максимально игнорировали друг друга. Как Гус игнорировал Роуз, а Алексис игнорировала Дэниела, что, к сожалению, было чертовски трудно сделать.

В конце концов, Алекс — обычная женщина. Уступив искушению, она посмотрела на бар и поразительно красивого мужчину, которого однажды считала любовью всей своей жизни. Черные кудри, которые он ненавидел, а она любила; загадочные темно‑карие глаза, унаследованные якобы от отца, потому что у его матери была светлая кожа и голубые глаза. Дэниел называл свои глаза скучными и мрачными, но Алекс с ним категорически не соглашалась. Они могли быть темными, как дорогой кофе, и чарующими, как ночь. Но еще они могли быть такими же суровыми, как береговые скалы, разрушающие корабли.

Многое изменилось за эти годы. Алекс задумчиво вздохнула. Ее когда‑то дружелюбный парень стал выше ростом и мускулистее. Густая щетина красовалась на его подбородке; он отлично выглядел как в смокинге, так и в потертых джинсах.

Обнаженный Дэниел Клейтон, как узнала Алекс в юности, был самым соблазнительным мужчиной в мире.

За прошедшее десятилетие ее бывший парень преуспел. Он получил диплом специалиста в области сельского хозяйства и бизнеса, и все старания, вложенные им в «Серебряный клуб», судя по его смокингу и немецкому спортивному автомобилю, окупились. Он был умным, богатым и красивым, что делало его одним из самых желанных холостяков в регионе. Даже в стране. Хотя он не привел на эту свадьбу свою подружку, у него всегда не было отбоя от женщин.

Почувствовав, как кто‑то коснулся рукой ее предплечья, Алекс подняла глаза и улыбнулась Рэйчел Кинкейд — своей ближайшей подруге. Алекс редко заводила друзей, но Рэйчел удалось быстро расположить ее к себе.

— Почему ты стоишь здесь одна? — спросила подруга, протягивая ей бокал шампанского.

— Пытаюсь избежать еще одного разговора о Шелби или о том, что я думаю о новом президенте Клуба техасских землевладельцев, — призналась Алекс, улыбнулась и взяла бокал.

— Джеймс Харрис отличный парень.

Алекс кивнула:

— Мне он тоже нравится. — Она взглянула на рослого афроамериканца, стоящего рядом с ними справа и разговаривающего с Роуз Клейтон. — Он такой сексуальный.

На самом деле в этом зале было полно сексуальных людей, большинство из которых входили в Клуб техасских землевладельцев.

— Ты смотришь на Дэниела Клейтона, — заметила Рэйчел. — Но я не виню тебя. Клянусь, он родился от ангела.

Алекс подумала, что это был неудачный выбор слов, поскольку мать Дэниела ангелом никогда не была. Дэниел ни разу не рассказывал о Стефани, но в Ройяле ходило много сплетен о бурной и распутной жизни его матери. Судя по всему, Роуз была единственным ответственным человеком в их семье.

Роман Дэниела и Алекс был обречен с самого начала. Как оказалось, Алекс не сможет конкурировать с Роуз и верностью Дэниела своему ранчо «Серебряный клуб».

— Мэтт Галлоуэй тоже хорошо выглядит, — прокомментировала Алекс, чтобы отвлечь Рэйчел от мыслей о ее связи с Дэниелом. Мэтт Галлоуэй напоминал молодого актера Джорджа Клуни.

Рэйчел обняла Алекс за талию.

— Я поблагодарила тебя за то, что ты разрешила мне пожить с тобой на ранчо «Одинокий волк»?

— Мы любим, когда ты приезжаешь к нам с малышкой Элли, — ответила Алекс.

— Но я надеюсь, ты не из‑за нас так часто сбегаешь в домик на дереве?

— Я сбегаю от нотаций Гуса о том, что я должна выйти замуж и родить ему правнука. А мне надо подумать о возвращении в Хьюстон. Я приехала на ранчо, чтобы побыть с бабушкой Сарой ее последние дни, но я по‑прежнему здесь через год после ее смерти. Я не планировала задерживаться в Ройяле. Мне здесь не место.

— Похоже, ты не права, — заметила Рэйчел. — Как стратег в области цифровых медиа, ты можешь работать в любой точке мира. Тебе нравится ранчо и общение с Гусом.

Конечно. Но, живя с Гусом и работая неполный рабочий день в качестве управляющего «Одиноким волком», Алекс безумно скучала по своей бабушке. Она снова и снова вспоминала прошлое и то, как она была счастлива с Дэниелом.

Алекс затаила дыхание, когда он посмотрел ей в глаза, и, как всегда, подумала, что ей подмигивают звезды. Ее тело стало покалывать, соски напряглись, а внизу живота появилось приятное тепло. Она твердила себе, что это обычное плотское вожделение и ничего больше.

В юности они были постоянно пьяны от своей любви и страсти и думали, что справятся с любым испытанием. Не справились. Но Алекс по‑прежнему считала Дэниела очень соблазнительным. И, судя по нескрываемому желанию, вспыхнувшему в его глазах, он все еще хочет ее.

Рэйчел пошла танцевать со старым повесой Гусом, и Алекс, решив подышать свежим воздухом, выскользнула в боковую дверь. Она вдохнула прохладный, ароматный ночной воздух и обняла себя руками за талию, идя по саду, окружающему Клуб техасских землевладельцев. Днем была очевидна красота клумб и извилистых тропинок. Но ночью сады становились загадочными и гостеприимными, как давние друзья. Она играла здесь в прятки со своим братом и подружками, пробиралась к маленькому пруду, чтобы тайком поцеловаться с Дэниелом Клейтоном, пока их не видят бабушка и дедушка.

Это были веселые времена. Думая о них, Алекс приуныла.

Она услышала хруст ботинок на гравийной дорожке, а затем пиджак закрыл ее обнаженные плечи. Она вдохнула знакомый запах сандала, кожи, дерева и свободы. Большие сильные руки легли ей на плечи, и она машинально откинулась назад, положив голову на ключицу Дэниела и чувствуя его теплое дыхание у своего уха.

Внезапно ей снова стало восемнадцать.

— Лекси, — произнес он низким голосом.

Алекс знала, что должна сбежать. Но она так устала бороться с фантазиями и мечтами увидеть голого Дэниела в своей постели. В юности Дэниел был осторожным, а взрослый Дэниел будет владеть ею уверенно и решительно.

Алекс вздохнула, когда его рука нахально коснулась ее плеча и груди. Большим пальцем он обхватил ее сосок, а потом прикусил зубами мочку ее уха.

— Ты все такая же чувственная, Лекси. Мне нравится, как ты одеваешься.

Она не могла вспомнить, что надела, поэтому посмотрела вниз. На ней был свободный черный топ с открытыми плечами и бледно‑розовая юбка с цветочным рисунком.

Алекс понимала, что обязана оттолкнуть Дэниела, но вместо того, чтобы быть разумной, она завела руку за спину и коснулась пальцами его члена. Дэниел гортанно простонал.

Она подняла голову и повернула в сторону. Разомкнув губы, разочарованно простонала, когда Дэниел улыбнулся у ее рта, молчаливо говоря, что ему нравится дразнить ее. Он всегда был терпеливее Алекс.

Целомудренные поцелуи Дэниела были полной противоположностью тому, что делали его руки. Он поднял ее юбку и стал поигрывать пальцами с ее тонкими трусиками.

— Какое у тебя дерзкое белье, Слэйд, — прорычал Дэниел.

— Заткнись и приласкай меня, Клейтон, — потребовала Алекс, поворачиваясь и ударяя руками по его сильной груди. Схватив за рубашку, она вытащила ее из его брюк, страстно желая дотронуться до его чувственной кожи оливкового оттенка.

— Я хочу тебя, Лекс, — простонал Дэниел, впиваясь пальцами в ее ягодицы и крепче прижимая ее к себе. Алекс обхватила ногой его бедро и подняла голову, встречая его поцелуй.

На этот раз он не сдержался и запустил язык между ее приоткрытых губ, стирая у нее все сомнения в том, что она поступает правильно. Наслаждаясь в объятиях Дэниела, она думала только о том, как сильно скучала по его прикосновениям.

Он отстранился от нее, и в лунном свете его глаза, обычно такие спокойные, стали глубокими и темными, как ночь в пустыне.

— Поехали ко мне домой, Лекс.

Ей следовало думать головой. Но она не могла здраво рассуждать и размеренно дышать. Алекс опустила руку между их телами и попыталась шагнуть назад, но Дэниел продолжал крепко держать ее за бедра.

— Дэн, не проси меня об этом.

— Почему? Ты боишься ответить мне «да»?

Это был типичный и прямой вопрос Дэниела.

Он никогда не ходил вокруг да около и умел заставить себя слушать.

— Я наблюдал за тобой весь вечер, и ты тоже следила за мной, — тихо сказал он и провел рукой по ее подбородку. — Нам обоим интересно, каково нам будет вместе. Особенно сейчас, когда мы повзрослели и знаем, как удовлетворить друг друга в постели.

Разве Алекс стала такой самоуверенной? О нет. Сейчас она старше и мудрее, но осталась обычной девочкой‑соседкой, а не роковой женщиной.

— Поехали со мной, Лекс. Разреши мне снять с тебя это игривое платье и ласкать тебя. Тебе будет приятно, я обещаю.

— Дэниел, это безумие.

— Давай потеряем голову только на одну ночь. Утром мы снова будем Клейтоном и Слэйд — противостоящими силами в долгой бесполезной войне, которую мы не начинали.

Алекс закрыла глаза и покачала головой. Она хотела Дэниела, но предпочла бы не ворошить прошлое. Хотя, может, ей надо снова переспать с ним, чтобы обо всем забыть? В конце концов, реальность всегда хуже фантазий.

— Ты согласна или нет?

Алекс показалось, что в его глазах промелькнуло опасение быть отвергнутым.

— Да, я поеду с тобой.

— К тебе или ко мне?

Алекс подумала о вариантах. О ранчо «Одинокий волк» не может быть и речи. Она слышала, что Дэниел переоборудовал старый сарай в «Серебряном клубе». Хотя его дом был лучше особняка Гуса, где Дэниел мог встретиться с дробовиком ее дедушки, велика вероятность, что их все равно застукают с поличным. Оставалось только одно место…

— Пойдем в домик Сары на дереве, — сказала она.

Дэниел сжал рукой ее бедро, и она поняла, что он помнит, как они бывали там прежде.

Давным‑давно домик на дереве служил крепостью для мальчиков и секретным клубом для девочек. Там устраивались ночевки и походы. Намного позже в этом домике Дэниел лишил Алекс девственности, а потом они проводили там дни и счастливые звездные ночи.

— Ты помнишь, где он?

Дэниел потер рукой подбородок.

— Конечно, я смогу найти это. Я просто не был там с тех пор…

«…Как ты меня бросил», — подумала Алекс. Домик на дереве находился на территории Слэйдов, которая когда‑то принадлежала Клейтонам, и Дэниел не имел никакого права там появляться.

Прибрежная земля стала одним из первых участков, которые Гус купил у Роуз, когда наступили трудные времена, и Алекс знала, что Дэниел переживал из‑за потери своего имущества. Ранчо «Серебряный клуб» когда‑то занимало четыре графства, а теперь по площади равнялось ранчо «Одинокий волк».

— Встретимся в домике на дереве, — прерывисто дыша, сказал Дэниел и посмотрел на свои дорогие часы. — Через полчаса? — Он потер рукой подбородок и покачал головой. — Мне не верится, что я рискую получить дробь в задницу, чтобы снова с тобой увидеться. Никто, кроме тебя, Алекс Слэйд, не соблазнит меня на такой шаг.

Он говорил серьезно, но Алекс улыбнулась. Она открыла рот, чтобы объяснить, что домик на дереве не так уж плох.

— Ты придешь? — спросил Дэниел.

— Да.

— Я пойду домой, заберу свой мотоцикл и сразу приеду.

У нее будет время подумать о том, что она делает, и отговорить себя от очередного безумия.

Дэниел прищурился.

— Не подставляй меня, Алексис.

Хотя ее расстраивало то, что он легко читает ее мысли, она не сдержала дрожь от волнения и предвкушения. Дэниел великолепен и решителен, и он хочет ее.

— Я приду, — ответила она.

Дэниел кивнул и жадно и быстро поцеловал ее в губы.

— До встречи.

Глава 1

Середина ноября

Дэниел Клейтон тихо выругался на будильник и уткнулся головой в мягкую подушку. К сожалению, именно сегодня дел на ранчо было очень много, но он большую часть ночи занимался любовью и почти не спал. «Серебряный клуб» требовал его ежедневного участия. Он знал, что должен вытащить свою задницу из постели и отправляться на работу. Он перевернулся и прижался грудью к спине Лекси, а потом обхватил рукой ее грудь идеальной формы. Дэниел нежно провел большим пальцем по ее соску и уткнулся носом в ее ароматные волосы. Будильник на его телефоне снова противно запищал.

— Черт побери, Клейтон, — пробормотала Лекс, протягивая руку, чтобы схватить его телефон. К счастью, резкий сигнал будильника прекратился, и несмотря на то, что Дэниел снова захотел Лекси, он уснул. Потом почувствовал, как острый локоть Алекс врезается ему в бок, и нахмурился.

— Что случилось?

— Рассвет через сорок пять минут, нам пора расходиться, — сказала Алекс, сбрасывая одеяло и подставляя свое обнаженное тело холодному утреннему воздуху.

Домик на дереве отапливался дровяной печью, которую они не удосужились растопить, чтобы никто не увидел дыма из трубы. Не надо провоцировать лишние вопросы. Дэниел уже выдержал несколько нотаций от Роуз, которая хотела знать, с кем он встречается. Он, как обычно, отшутился, но потом бабушка заявила ему, будто надеется, что он познакомится с прекрасной девушкой на предстоящем аукционе холостяков. Она бы очень расстроилась, узнав, что он опять связался с «девицей Слэйд».

Эта самая девица Слэйд сейчас стояла голышом у окна, а длинные светлые волосы падали на ее очень красивую спину. И Дэниелу было наплевать, что думает его бабушка или кто‑то еще. Они с Алекс спали друг с другом уже шесть недель, и он наслаждался каждой секундой. Но между ними только страстный секс, поэтому его бабушке не о чем беспокоиться.

Дэниел любил свою бабушку, но просто хотел, чтобы она не вмешивалась в его дела. Десять лет он пытался восстановить запятнанную репутацию клана Клейтонов. Если Роуз пользовалась уважением жителей Ройяла и округов Маверик и Колониал, его покойный дедушка Эд и мать Стефани этого уважения не имели. Один был мерзавцем, а другая — безответственной и необузданной психопаткой. Несмотря на сомнительное происхождение, Дэниел усердно трудился, чтобы завоевать уважение горожан, как и его бабушка.

Хотя ранчо «Серебряный клуб» было не таким обширным, как прежде, теперь его считали одним из самых популярных в стране; на нем разводили и выращивали призовых быков. Многие хотели купить у Дэниела лошадей, и он управлял ранчо с максимальным профессионализмом и честностью. И благодаря этому недавно стал членом Клуба техасских землевладельцев.

Дэниел сел, положил локти на бедра и провел руками по волосам, а затем по покрытому щетиной подбородку. Он наблюдал, как Алекс берет толстовку, и нахмурился, как только просторная кофта закрыла ее тело до середины бедра. Потом она собрала волосы в свободный пучок на макушке, и он подумал, что никогда не видел никого столь красивого, непринужденного и сексуального.

— Я сделаю кофе. Выпьешь чашечку?

Дэниел взглянул на часы и кивнул.

— Да. Спасибо.

Он смотрел, как Алекс выходит из комнаты, соблазнительно покачивая бедрами. Она была прелестна в юности и стала восхитительной взрослой женщиной. Голубые глаза цвета летнего неба, высокие скулы и сочные, зовущие к поцелуям губы. И море ароматных и волнистых волос. А какое у нее тело!..

В восемнадцать лет он думал, будто любит ее, но теперь, десять лет спустя, понимал, что был ослеплен похотью и перепутал любовь с желанием. Он не верил в романтическую любовь.

Дэниел был нежеланным сыном дочери Роуз, которая также росла в не слишком благополучной семье. Роуз не любила своего мужа, а их дочь, Стефани, любила только себя. Дэниел стал последствием ее неудачной связи с мужчиной.

Он понятия не имел, кто его отец, а Стефани обожала дразнить мальчика, задавая ему вопрос: «Кто твой папочка?» И тут же называла кучу мужских имен, развлекаясь.

Из‑за своего неблагополучного детства Дэниел с цинизмом относился к любви. Но он верил в семейные узы, верность и уважение. Роуз демонстрировала ему ценность этих качеств как словом, так и делом. Она никогда не лгала ему, даже в те худшие времена, когда Стефани совсем сходила с круга.

Поэтому, когда бабушка высказала свое мнение о его юношеском романе с Алекс, спокойно указывая, что тогда ему придется бросить ранчо и следовать за девушкой, которую он якобы любит, Дэниел ее послушал. А почему бы и нет? Роуз была единственным нормальным взрослым в его жизни, который о нем заботился.

И да, после эмоциональных издевательств своей матери он поклялся, что больше не позволит никому его шантажировать.

Отмахнувшись от тревожных мыслей, Дэниел встал и пошел в маленькую ванную комнату. Он вернулся в спальню и улыбнулся, вспомнив, как удивился, когда впервые увидел отремонтированный домик на дереве.

От шатких конструкций не осталось и следа. Теперь прочный, красиво оформленный дом стоял на массивных кипарисах с видом на реку, которая проходила как по ранчо «Серебряный клуб», так и по ранчо «Одинокий волк». Вместо одной комнаты в домике на дереве была спальня, мансарда, маленькая ванная комната и небольшая кухня. Обилие окон и раздвижная стеклянная стена позволяли любоваться удивительными видами на реку и земли «Одинокого волка».

Услышав, как Алекс идет вверх по лестнице в спальню, Дэниел надел джинсы, рубашку и кожаную куртку на флисовой подкладке. Усевшись на краю кровати, он потянулся за носками и ботинками и поднял голову, когда Алекс появилась в дверях. Он взял чашку черного кофе и сделал несколько глотков.

Она села на кровать рядом с ним, откинулась назад и скрестила ноги.

— Дэн…

Она как‑то странно произнесла его имя, поэтому он повернул голову и прищурился, увидев, что она хмурится.

— Что случилось, Лекс? — Он взял чашку из ее дрожащих пальцев и поставил ее на тумбочку.

— Роуз спрашивала обо мне?

Он не хотел говорить об этом сейчас, но выбора у него не было.

— Да. Она спросила меня, встречаемся ли мы с тобой, и сказала, что расстроится, если мы встречаемся.

Алекс вздохнула.

— Я выслушала похожий упрек от Гуса. Он заявил, что его сердце будет разбито, если выяснится, что мы с тобой вместе. Гус хочет свести меня с кем‑нибудь из парней на аукционе холостяков.

— Проклятый аукцион, — прорычал Дэниел. При мысли о том, что его будут продавать, как быка, у него повысилось кровяное давление. Кто‑то из женщин заплатит за время, которое проведет с ним.

— Этот проклятый аукцион соберет огромную сумму для Фонда по лечению рака поджелудочной железы.

Дэниел увидел, как сверкнули глаза Алекс, и напомнил себе, что благотворительный аукцион — ее любимый проект. Бабушка Алекс умерла от этой болезни, и Лекс поклялась собирать средства на разработку лекарства.

— Я буду рада, когда все закончится, — сказала Алекс. — В конце концов Гус перестанет толкать меня в объятия мужчин.

Дэниел стиснул зубы при мысли о том, что Алексис окажется в объятиях другого мужчины. Потом он напомнил себе, что не имеет права ревновать, но зубами все‑таки заскрежетал. Она наклонилась, чтобы взять свою чашку, и ее волосы коснулись его лица. Он вдохнул аромат лаванды и полевых цветов. И сразу возбудился.

— Если я не уйду в ближайшее время, Лекс, я опоздаю. О чем ты думаешь?

Алекс сглотнула, вздохнула и снова сглотнула.

— Я, хм, думаю, нам надо остановиться, хотя бы на некоторое время.

— Ты так хочешь?

Алекс кивнула.

— У меня так много дел, а наши ночи отнимают у меня много времени и энергии.

Дэниел приуныл, но быстро совладал с собой. Конечно, он не ожидал, что их отношения продлятся вечно, но ему было так хорошо с Лекс. Дэниел признавал, что пройдет немало времени, прежде чем он сможет даже подумать о том, чтобы переспать с другой женщиной.

Потому что Алексис уникальная.

Она смотрела на него так, словно ждала ответа, поэтому он пожал плечами и произнес:

— Ладно.

В ее глазах вспыхнуло разочарование. Что ей не понравилось: его краткий ответ или то, что он так быстро согласился?

— Я также хочу, чтобы наши бабушка и дедушка не вмешивались в нашу личную жизнь, — решительно сказала она.

— Ты хочешь собрать их вместе и заявить об этом? — с сомнением спросил Дэниел. — По‑твоему, Ройял переживет бурю?

— Я думаю, это необходимо сделать, — упрямо ответила Алекс.

— Они избегают друг друга пять десятилетий, Лекс. Они ведут изнурительную войну. Ты в самом деле этого хочешь?

Алекс пожала плечами и многострадально вздохнула.

— Я устала от нотаций и неодобрительных взглядов Гуса. Я устала прятаться. Мне надо больше спать и принять пару важных решений. Ты… все усложняешь.

— Между нами просто секс, Алекс.

В роскошных голубых глазах Лекси мелькнуло раздражение.

— Конечно, но он отнимает у меня время и энергию, и его надо прекратить. — Она отвела взгляд, пожала плечами, а затем снова посмотрела на него. — Может быть, после окончания аукциона, после праздников, если я приеду, мы могли бы снова сойтись.

Дэниел надел ботинок.

— Ты собираешься уехать?

— Мне предложили работу, и я должна вернуться в Хьюстон, — сказала Алекс. — Я пробыла в Ройяле дольше, чем планировала. Я всегда хотела вернуться в Хьюстон.

— Что за работа? — Дэниел встал и заправил рубашку в джинсы.

— Должность управляющего в фирме по разработке социальных сетей. Это хорошее предложение. Я всегда хотела быть себе боссом.

Он выгнул бровь.

— Разве это не то, что ты делаешь здесь, на ранчо?

— Гус хозяин ранчо, Дэн, — напомнила она ему. — И хотя я могу управлять финансами, я им не владею. В Ройяле все связано с воспоминаниями. О родителях и Саре…

— Прости, Лекс. Я сочувствую тебе и Гусу.

Алекс ухмыльнулась.

— Спасибо, я тронута. — Поднявшись на ноги, она положила руку ему на грудь, и сердце Дэниела забилось чаще, а дыхание участилось. Алекс просто надо было дотронуться до него, и он терял голову. Он едва сдержался, когда Алекс встала на цыпочки и поцеловала его в губы. — Спасибо за все, Дэн. Мне было весело. И может быть, я избавилась от части призраков прошлого.

* * *

Алекс прощалась с Дэниелом, как в юности, но смотрела ему вслед, как взрослая женщина. Сейчас ей намного сложнее, чем она себе представляла. Прежде она была безумно влюблена в него, а теперь не влюблена. Так отчего же она так расстроилась?

Она не могла отвести от него глаз, пока он шел к своему мотоциклу. Вздохнув, наблюдала, как он садится на него и берется руками за руль, а его темные кудри сияют в лучах раннего солнца. Ох, он был по‑настоящему великолепен: идеальное сочетание красоты от англичан и латиноамериканцев. Оливковая кожа, черные волосы, горящие карие глаза и стройное, мощное тело.

Алекс оперлась локтями о перила веранды и смотрела, как ее возлюбленный — нет, бывший возлюбленный — уезжает, не зная, что ее сердце бьется как сумасшедшее. Не надо отрицать, что этот мужчина умеет сводить ее с ума. Она начинала понимать, что постепенно влюбляется в него.

Потрясенная своими мыслями, она быстро одернула себя. Дэниел ей не пара. Если она начала думать о нем как о потенциальном муже, а не просто как о забавном сексуальном партнере, то пора с ним расстаться.

Что она и сделала.

Рычание мотоцикла Дэниела стихло. Алекс вернулась в спальню и села на краю кровати, уставившись на дорогой персидский ковер под ногами. «Только техасец положит изысканный персидский ковер на пол в домике на дереве», — подумала Алекс. Ох, как же ей не хватает бабушки Сары!

Умом Алекс понимала, что смерть — часть существования человека. Люди умирают, а сердца разбиваются. Трудные времена помогают стать сильнее и все такое.

Но безвременная потеря родителей и любимой бабушки казалась ей несправедливой.

Дэниел тоже ее покинул, но его дезертирство, как ни странно, обидело Алекс сильнее всего. Он бросил ее, но даже спустя много лет было ясно, что она хочет Дэниела так же сильно, как он хочет ее.

Алекс плюхнулась на кровать и закрыла рукой глаза. Она отпустила его сегодня потому, что не желала, чтобы ее сердце снова разбилось.

Она принялась мысленно составлять список всего, что ей нужно сегодня сделать. Прежде всего, надо встретиться с Рэйчел и заняться преображением Тессы. Она будет единственной незамужней женщиной на аукционе, поэтому должна выглядеть сногсшибательно. Хотя Тесса сама по себе была потрясающе красивой и доброй.

Как ведущая аукциона, Алекс должна спланировать свою речь и подобрать забавные шутки, чтобы развлечь публику. Ей также придется «продать» Дэниела, единственного мужчину, которого она видела обнаженным, какой‑нибудь богачке. Это будет очень весело.

Алекс затошнило. Странно, что она так разволновалась. Да, ей неприятно, что придется отправить своего бывшего парня на свидание с другой женщиной, но между ней и Дэниелом был только секс. Она не держала его и именно поэтому разорвала с ним отношения! Нельзя позволять эмоциям одерживать верх над благоразумием — такое поведение недостойно Слэйдов.

Тошнота не прошла. Чертыхаясь, Алекс побежала в ванную комнату, где ее вырвало.

Глава 2

Конец ноября

Алекс уставилась на длинный список и задалась вопросом, переживет ли этот сумасшедший день. И о чем она думала, соглашаясь стать ведущей на аукционе холостяков?

То, что она запланировала как небольшую местную вечеринку по сбору средств, превратилось в крупное мероприятие, привлекшее внимание прессы из Остина и Далласа. Билеты на аукцион были распроданы за пару дней, а громкие требования от состоятельных одиноких женщин из двух крупных городов и соседнего городка Джоплин заставили Алекс и Рэйчел поставить дополнительные пять столов в уже переполненном банкетном зале Клуба техасских землевладельцев.

Кто бы мог подумать, что аукцион в маленьком городке вызовет такой переполох? Алекс пролистала программу, глядя на фотографии холостяков и одной холостячки. Кого она хочет провести? Это прекрасная возможность для состоятельных людей купить себе симпатичного партнера.

Алекс посмотрела на часы: шел пятый час вечера. Столы накрыты, а цветочные композиции превосходны. Музыкальная группа настраивает инструменты; из бального зала, где будут находиться холостяки, ожидая своей очереди, слышатся навязчивые звуки саксофона. Алекс подошла к холодильнику, рывком открыла дверцу и с облегчением увидела пиво, которое поможет успокоиться участникам аукциона. Она улыбнулась. Ее холостяки были успешными бизнесменами и красивыми мужчинами, но, когда им говорили, что надо будет стоять у всех на виду, как призы, они пугались.

Услышав, как открылась дверь в оранжерею, Алекс захлопнула дверцу холодильника, повернулась и увидела, что в комнату входят официанты с тарелками с едой.

— Сюда, ребята. — Алекс указала на стол, на который следовало поставить тарелки. — Потрясающие блюда. И что же именно прислала нам Аманда?

— Знаменитые копченые ребрышки от «Ройял динер», запеканки, пончики и шоколадное печенье на десерт.

— Пожалуйста, еще раз поблагодарите Аманду за щедрость. Парни и Тесса будут в восторге. — Она отдала официантам чаевые и снова просмотрела свой список.

Цветы — готовы.

Музыкальная группа — готова.

Еда — готова.

Макияж Тессы…

Алекс снова посмотрела на часы. У нее и Рэйчел будет сорок пять минут, чтобы сделать Тессе макияж. Ну, если честно, они станут держать Тессу за руку, пока профессионалы будут делать ей прическу и макияж.

Тесса напоминала Алекс Джемму — та была такой же скромной и милой и не подозревала о том, как хороша собой. Алекс прижала к груди кулак, вспомнив свою зеленоглазую, рыжеволосую подружку с веснушчатым носом. После смерти Джеммы прошло шестнадцать лет, но иногда, например сегодня, Алекс сильно по ней тосковала.

Ей казалось, что ее лучшая подруга умерла всего несколько недель назад. Как выяснилось, время не притупляет боль потери. Алекс потеряла родителей, когда ей было десять лет, лучшую подругу — в двенадцать, а Сару — всего год назад. Она никогда не забывала своих родителей, Сару и Джемму.

Говорят, что воспоминания исчезают или становятся нечеткими. Но у нее все иначе. Она делала что‑нибудь обыденное и слышала смех Джеммы, голос Сары или запах своей матери, и тогда горе обрушивалось на нее с прежней силой.

Когда боль немного утихала, Алекс чувствовала себя покинутой и очень одинокой. Разве можно обвинить ее в том, что она нарочно отталкивает от себя людей? Она любила всей душой, отдавая все, что у нее было. Однажды ей придется потерять дедушку Гуса. Оставалось надеяться, что его потеря будет легче потери родителей, Джеммы и Сары. Все они умерли намного раньше своего времени, так пусть ее здоровый дедушка живет как можно дольше.

Алекс перевернула программку и провела кончиком пальца по лицу Дэниела на фотографии. Хотя она правильно сделала, оттолкнув его, она по‑прежнему его хочет. Ей стало жарко при воспоминании о том, как он целовал ее и умело поглаживал ее тело, а она касалась его щетины и упругих мускулов.

Она скучает по нему…

Нет, это ее тело скучает по нему…

Но она поступила мудро, расставшись с Дэниелом. В противном случае она снова мучилась бы.

Алекс сунула программку под бумаги и выпрямилась. Подойдя к столу, взяла пончик и простонала, когда угощение коснулось ее языка. Она вдохнула идеальное сочетание масла и сахара. Она уже потянулась к другому пончику и почти донесла его до рта, когда услышала испуганный вздох, раздавшийся из двери.

— Какого черта ты вытворяешь, Слэйд? — спросила Рэйчел, положив руки на стройные бедра и прищурившись.

Алекс прожевала пончик и подняла брови, глядя на Рэйчел.

— Ем пончик от Аманды.

— На самом деле их сделала Джиллиан из кондитерской. — Рэйчел вошла в комнату и закрыла за собой дверь. — Почему ты их ешь?

Это вопрос с подвохом?

— Потому что они вкусные.

Рэйчел в растерянности почесала лоб.

— Алекс, ты уже четыре года не ешь сладкое!

Алекс озадаченно посмотрела на пончик в руке. Рэйчел права: она очень редко ела углеводы. Так с какой стати она ест их сейчас?

— Алекс, ты в порядке?

— Это просто пончик, Рэйч. Ну, два маленьких пончика, — ответила Алекс, взяла бумажную салфетку и стерла с пальцев сахарную пудру. — У меня, вероятно, упал сахар в крови. Мне надо было его повысить.

— Я бы тебе поверила, если бы не видела, как ты отказалась утром от кофе, наморщив нос. А вчера вечером ты пила ромашковый чай.

— У меня болел живот.

— Ты ненавидишь ромашковый чай, — заметила Рэйчел.

— Слушай, у тебя явно что‑то на уме, Рэйчел. Говори, что хочешь сказать.

Рэйчел шагнула вперед и взялась руками за предплечья Алекс.

— Дорогуша, по‑моему, ты беременна.

Алекс сначала обдало жаром, а потом холодом.

— Не смешно.

— Я не шучу, — серьезно ответила Рэйчел. — Алекс, я сама была беременной и могу сразу определить женщину в положении. Ты беременна, подружка.

— Перестань говорить об этом! — прошипела Алекс, и от испуга у нее сдавило горло. — Этого не может быть! Последние месячные у меня были…

Рэйчел подняла брови, терпеливо ожидая ответа.

— Дай мне секунду! Я должна подумать! — Алекс вытащила телефон из заднего кармана джинсов и открыла календарь. Она всегда следила за своим циклом. Оказалось, у нее задержка.

— Помимо того что тебя тянет на нездоровую еду, еще что‑нибудь изменилось? Тебя тошнит? Ты быстро устаешь?

— Меня вырвало пару недель назад, один раз тошнило на прошлой неделе. И я устала, готовясь к этому чертову аукциону. Я не могу быть беременной.

Рэйчел крепче сжала ее предплечья.

— Успокойся, милая. Давай рассуждать логически. Дэниел пользовался презервативами? Ты принимаешь противозачаточные средства?

— Ты в курсе, что я была с Дэниелом? — спросила Алекс. — Кто еще знает? Гус? О черт!

— Это было предположение, которое ты подтвердила, — тихо и спокойно ответила Рэйчел. — Итак, презервативы?

— Да, черт побери. Мы ответственные взрослые люди, которые не допускают подростковых ошибок. — Алекс наклонилась вперед, закрыла лицо руками и села на корточки. — Но один раз он забыл надеть презерватив… Нет! Я не могу быть беременной, Рэйч. Я не могу!

— Я думаю, ты все‑таки беременна. — Рэйчел нежно погладила Алекс по голове. — Дыши глубже. Умница.

Все еще сидя на корточках, она уперлась рукой в пол. Через пару часов ей придется выйти на сцену, обаятельно играть и продавать на аукционе отца своего ребенка…

Рэйчел помогла Алекс встать и с сочувствием вгляделась ей в лицо.

— Алекс, уже ничего не изменишь. Утром мы купим тебе тест на беременность, и я буду держать тебя за руку, пока ты его делаешь. А пока попробуй отвлечься. Тебе надо вести аукцион.

Алекс выругалась.

— Я не смогу сосредоточиться, пока не узнаю наверняка, Рэйч.

— Ты не сможешь сосредоточиться, когда узнаешь наверняка.

— Нет, лучше сразу обо всем узнать. — Алекс прикусила нижнюю губу и едва не расплакалась. — Я должна знать, Рэйч.

Рэйчел наморщила нос.

— Ты нужна нам здесь, Алекс.

Алекс расправила плечи и сморгнула слезы.

— И я буду здесь, Рэйчел. Я обещаю, что не подведу тебя. Я схожу в супермаркет за городом и куплю тест. Я вернусь через полчаса, максимум через сорок минут.

Рэйчел пожала плечами.

— Ладно.

Алекс быстро обняла ее и почти побежала к двери. Рывком открыв ее, она врезалась в твердую стену.

Сильные мужские руки схватили ее за предплечья.

Дэниел.

Она посмотрела вверх, в его задумчивые карие глаза.

Потом она всхлипнула, и по ее щекам потекли слезы. Дэниел крепче сжал ее руки.

— Лекс, что случилось?

На мгновение ей захотелось переложить на него свои страхи, позволить ему обнять ее, довериться ему. Но это было бы глупо. Она никому не могла доверять. Она могла полагаться только на саму себя.

— Я… Тебе не о чем беспокоиться.

Он нежно погладил ее по голове.

— Лекс, мне надо знать, почему ты расстроилась.

Он говорил так, словно любит ее. Но это ложь.

Он любит ее тело; ему нравится заниматься с ней любовью. Но, по сути, ему на нее наплевать. Она совершила ошибку, поверив ему в юности, и знала, что больше этого не сделает.

Алекс отодвинулась от Дэниела, вытерла пальцами слезы и улыбнулась ему.

— Мне надо идти.

— Подожди! Что с тобой? — спросил Дэниел. — Почему ты плачешь? Черт побери, Алексис, поговори со мной!

Она одарила его неуверенной улыбкой.

— Мы не договаривались быть откровенными друг с другом, когда стали любовниками, Дэниел. Если я сочту нужным, то сообщу тебе. — Она отошла от Дэниела.

— Ты плачешь, Лекс! Разве я могу позволить тебе просто уйти?

Алекс обернулась, попятилась и развела руки в стороны.

— История повторяется, Дэниел. Десять лет назад я ушла от тебя в слезах, а ты меня отпустил.

* * *

Дэниел смотрел, как Алекс уходит от него, и сжал кулаки, борясь с желанием идти за ней следом и выяснить все ее секреты. Но она права. Они больше не любовники. Но даже когда они были любовниками, они мало разговаривали друг с другом.

Они хотели секса: страстного, быстрого и бурного. Они хотели глубоких поцелуев и изысканных ласк. Обнимая друг друга, они забывали о семейной вражде и становились просто Дэном и Алекс.

— Ты так и будешь торчать здесь и пялиться в пустоту?

Дэниел обернулся и увидел Рэйчел. Она стояла у стола с закусками, прищурившись и скрестив руки на груди.

— Ты можешь сказать мне, что с ней? — спросил он. Рэйчел была лучшей подругой Алекс. — Ты что‑нибудь знаешь? — Он засунул руки в передние карманы потрепанных джинсов. Через час или два он переоденется в смокинг.

— Нет. — Рэйчел покачала головой и взяла планшет. — У меня много работы.

— И именно поэтому я очень удивлен, что Алекс выбежала отсюда как ошпаренная.

— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, Дэниел.

«Скажи мне, что происходит! Скажи мне, почему Алекс плакала. Скажи мне что‑нибудь, чтобы я понял, что происходит». Дэниел потер руками лицо, повернулся и подошел к двери. Ему надо выпить виски, возможно, двойную порцию. Что‑нибудь, чтобы заглушить беспокойство об Алекс и злость на свое согласие участвовать в этом идиотском аукционе. Не говоря уже о смутном опасении, что никто не захочет купить его — сыночка самой необузданной жительницы Ройяла.

Ох, он ведет себя как неудачник, который жалеет себя. Он спас «Серебряный клуб» от разорения и считается одним из самых талантливых молодых землевладельцев в штате. Он богатый и уважаемый. Кого, черт побери, волнует, что его мать была сумасшедшей эгоисткой?

— Дэниел?

Он собирался шагнуть за дверь, когда услышал, как Рэйчел зовет его. Медленно обернувшись, он увидел беспокойство в ее глазах.

— Что?

Рэйчел помедлила и надула щеки.

— Ничего. Не обращай на меня внимания.

Дэниел зарычал от разочарования и всплеснул руками.

— Что происходит, Рэйчел?

— Сегодня вечером, когда встретишься с Алекс, будь с ней помягче, ладно?

Глава 3

Дэниел любил свою бабушку, но сейчас она его просто бесила. По ее вине он надел дурацкий смокинг и галстук, который казался ему удавкой. Она не отставала от него, пока он не согласился участвовать в этом аукционе. Именно из‑за нее ему придется стоять на сцене, пока его бывшая девушка и недавняя любовница выставляет его на аукцион, как кусок мяса.

Бабуля приготовила ему еще один маленький сюрприз. Как один из самых завидных холостяков в регионе он даст интервью журналисту, который напишет статью об этом мероприятии. Оставалось только надеяться, что Дэниел выдержит аукцион и не взорвется.

— Привет, Дэниел!

Он поднял голову и увидел Тессу Ноубл, стоящую у стола с закусками; она держала в руке пирожное с заварным кремом. Судя по комментариям, которые недавно отпускала его бабушка, она надеется, что он сойдется с Тессой. Но, к сожалению, эта надоедливая голубоглазая блондинка ему только нравится. Сегодня она выглядит сногсшибательно.

— Тесса? Ты классно выглядишь. — Дэниел сунул руку в карман брюк. — Что ты здесь делаешь? Подожди, ты участвуешь в аукционе?

— Ага. — Тесса покраснела.

— Сегодня ты всех удивишь, — сказал он. — Хотя ты всегда отлично выглядишь.

— Все в порядке, Дэниел. Я поняла, — пробормотала она с набитым ртом. — Я сама не ожидала, что меня так преобразят.

Дэниел уперся плечом в стену и мельком взглянул на дверь, надеясь увидеть Алекс. Он отправил ей пару сообщений, спрашивая, как у нее дела, но она не ответила. Ему надо было знать, перестала ли она, по крайней мере, плакать.

Если нет, то она не только выйдет на сцену с красными глазами. Дэниелу придется выяснить, кому он должен надрать задницу.

Он снова посмотрел на Тессу.

— Ты, наверное, устала от того, что все говорят тебе, как ты преобразилась. Как отреагировали Трипп и Райан?

Между Тессой и Райаном было нечто большее, чем просто дружба. Об этом догадался бы даже идиот. Именно поэтому Дэниел никогда не приглашал Тессу на свидание.

— Никто из них еще не видел меня. Я побаиваюсь их реакции.

— Не бойся. Ты не можешь не нравиться.

Тесса рассмеялась, и Дэниел улыбнулся ей, чувствуя себя спокойно в ее обществе.

Тесса подошла и положила руку ему на плечо.

— А как ты? Ты какой‑то нервный сегодня.

Ему следовало постараться выглядеть так, будто он наслаждается сегодняшним вечером и с нетерпением ждет встречи с той, которая его купит. Но Дэниел не радовался. Однако хотел, чтобы у Алекс сегодня был оглушительный успех. Он просто не желал стоять на сцене, где одна женщина будет продавать его с аукциона другой женщине.

Черт бы тебя побрал, бабуля!

Он тяжело вздохнул и нахмурился.

— Во‑первых, я не хочу участвовать в аукционе. Я делаю это по настоянию бабушки.

— По‑моему, она разумная женщина.

Угу. Если его бабушка чего‑то хочет, то ведет себя как танк.

— И она очень тебя любит. Я почти уверена: если ты откажешься от аукциона, она быстро тебя простит.

Тесса действительно не знает Роуз Клейтон. Его бабушка не станет скрывать свое неудовольствие. Он пожал плечами, чувствуя необходимость объясниться. С Тессой Ноубл легко разговаривать. Странно, что ему не хочется срывать с нее одежду, как с Алекс.

— Я многим обязан своей бабушке. Я не знаю, кем стал бы, если бы не она. Мне трудно ей отказать.

Несмотря ни на что, Дэниел приложит все силы, чтобы его бабушка была счастливой. Она воспитала брошенного мальчика‑метиса и сделала из него успешного мужчину.

Дэниел решил, что разговор окончен, но Тесса снова заговорила:

— А есть еще какая‑то причина, из‑за которой ты не хочешь участвовать в аукционе?

О черт. Меньше всего он хочет так с ней откровенничать. Есть темы, которые он не обсуждает ни с кем и никогда.

— Холостяки и холостячка!

Дэниел услышал голос Алекс и заставил себя обернуться. Он заметил, что вместе с ней в комнату вошли остальные холостяки. Но он смотрел только на Алекс. Выражение ее лица было спокойным, она контролировала эмоции. Дэниел выдохнул, оглядывая ее с головы до ног. Ее волосы были собраны в красивый пучок, она сделала изысканный макияж. Округлив глаза, он уставился на ее облегающее серебристое платье с глубоким декольте. Было очевидно, что Алекс без бюстгальтера; Дэниелу стало любопытно, надела ли она трусики.

Он облизнулся.

Она выглядела великолепно, сексуально и восхитительно. Ему захотелось вести себя как пещерный человек: перебросить Алекс через плечо и отнести прямо в постель.

Проклятье. Он видел много красавиц и спал с некоторыми из них. Но Алекс была не просто красавица.

Он хотел ее. Мысль о том, что он никогда ее не забудет, напугала его.

— Аукцион начнется примерно через десять минут. Вы все отлично выглядите. — Алекс широко улыбнулась. — Итак, окончательно приведите себя в порядок и ждите, когда вас позовут на сцену.

Отдав еще несколько распоряжений, Алекс снова улыбнулась, и Дэниел вдруг понял, что она притворяется. Остальные мужчины не обратили на это внимания, потому что пялились на ее роскошное тело и на красотку Тессу Ноубл. Но Дэниел заметил, как напряжены плечи Алекс; она улыбалась, но улыбка не касалась ее глаз.

Дэниел пошел в ее сторону, но тут она взглянула на него, словно прося к ней не приближаться. Он вопросительно поднял бровь, и Алекс покачала головой. Он постучал ладонью по карману своего смокинга, где лежал его мобильный телефон, намекая Алекс на то, что он посылал ей сообщения.

Она едва заметно кивнула, но Дэниел не поверил, что в ближайшее время она пришлет ему сообщение.

* * *

— Шесть тысяч долларов, дамы, за Ллойда Ричардсона! Кто больше?

«Я беременна».

Алекс приняла ставку от Гейл — подруги Тессы, но эту ставку быстро побила Стину Гудман. Алекс не понимала, что эти женщины увидели в Ллойде. Угрюмая Гейл, решительно настроенная на свидание с Ллойдом, снова подняла ставку. Ну, ей придется уступить, потому что Стина решила не жалеть денежки своего богатого покойного мужа.

«Я беременна от Дэниела».

Казалось, полушария мозга Алекс работают независимо друг от друга. Одно из них играло роль веселого и упертого аукциониста, а другое тряслось от страха и старалось перевести дыхание.

«В жилах первого правнука Гуса будет течь кровь Клейтонов».

— Восемь тысяч долларов, Гейл? Очень щедро.

«Надо сказать Дэниелу и Гусу. Дэниелу придется рассказать Роуз. О боже, что будет…»

— Пятьдесят тысяч долларов!

Алекс моргнула, услышав предложение Стины. И посмотрела на Рэйчел, которая стояла справа от нее и тоже была шокирована. Стина Гудман только что предложила пятьдесят тысяч долларов за свидание с Ллойдом.

Алекс схватила молоток, решив продать Ллойда женщине до того, как та образумилась. Она улыбнулась Рэйчел и подняла молоток.

— Сто тысяч долларов!

Алекс округлила глаза на нелепое предложение Гейл, ожидая, что та откажется от ставки или скажет, будто пошутила. Но Гейл просто смотрела на Ллойда, упершись рукой в бедро. Гости аукциона загудели.

Алекс посмотрела на Джеймса Харриса — нового президента Клуба техасских землевладельцев, который только развел руками.

Она ударила молотком, скрывая волнение.

— Ллойд Ричардсон продан Гейл Уокер.

Гейл захлопала в ладоши, как маленькая девочка, получающая награду, выскочила на сцену и обвила руками шею Ллойда. В ответ он страстно поцеловал ее. У Алекс слегка кружилась голова, пока Ллойд и Гейл покидали сцену. Остались еще два холостяка, и все закончится.

Тесса не будет проблемой, но Дэниел… Как она будет продавать отца своего ребенка другой женщине?

* * *

Алекс тридцать мучительных минут принимала поздравления по поводу успешного аукциона, а потом вышла в сад и направилась в здание клуба. Ей надо побыть одной и успокоиться.

Обхватив себя за талию, она вошла в клуб и прошагала в небольшой офис, который Джеймс выделил для подготовки аукциона. Закрыв за собой дверь, она включила настольную лампу и наполовину села, наполовину прислонилась к широкому деревянному столу.

Продажа свидания с Тессой прошла бурно — Алекс едва успевала за потоком ставок. Тесса была явно удивлена повышенным вниманием, а потом вздохнула с облегчением, когда Райан предложил самую высокую ставку. Алекс поймала умоляющий взгляд Тессы и быстро закрыла торги, приняв чрезмерно щедрое предложение Райана. На аукционе был человек, который мог бы превзойти ставку Райана, но Тесса хотела свидания именно с ним.

Продавать свидание с Дэниелом было непросто. Стиснув зубы и лучезарно улыбаясь, Алекс пятнадцать минут принимала ставки и в конце концов продала Дэниела дочери нефтяного барона из Хьюстона — рослой красивой брюнетке с хищным взглядом.

Алекс опустила голову и снова подумала о том, что забеременела от Дэниела.

Она уставилась на экзотический деревянный пол. Как такое случилось? Почему жизнь так наказывает ее? Она не готова стать матерью и нести ответственность за другую жизнь. Более того, она ничего не знает о детях, кроме того, как они делаются, но этого недостаточно! Как она будет воспитывать ребенка, приняв удивительное предложение от Майка стать его партнером в новом проекте?

Этот малыш навсегда свяжет ее с Дэниелом. Ну, по крайней мере до тех пор, пока их ребенок не повзрослеет, а этого момента придется долго ждать. Она не хотела, чтобы Дэниел постоянно присутствовал в ее жизни; она не могла совладать с эмоциями, которые он в ней провоцировал, с воспоминаниями и глупыми надеждами.

Алекс услышала, как открылась дверь в офис, и почувствовала объятия Дэниела.

— Лекс, милая, что с тобой происходит? — спросил он, поднимая ее и прижимая к себе.

Сказать ему сейчас или позже? Какой смысл откладывать?

— Лекс, ты меня пугаешь, — взволнованно произнес Дэниел. — Ты белая как снег, и ты дрожишь. Я не нахожу себе места.

Неужели? И это он еще не слышал новость!

Алекс обняла его за талию и уперлась лбом ему в грудь. Как только она скажет ему обо всем, ей придется отгородиться от Дэниела еще одной стеной. Хотя можно просто позволить ему решить ее проблемы. Она так устала и подавлена, что вот‑вот поддастся слабости. Но рано или поздно она начнет бунтовать и спорить с ним. Или хуже того, ей понравится перекладывать на него ответственность.

Алекс собралась с духом и вышла из объятий Дэниела. Отведя волосы от лица, она посмотрела в его темно‑карие взволнованные глаза.

— Дэн, мне надо кое‑что тебе сказать. Тебе это не понравится.

Он поднял бровь.

— Что может быть хуже свидания с одержимой Айоной Дакворт?

— У меня для тебя «свидание», которое продлится до конца твоей жизни.

На его лице промелькнуло удивление и шок. Затем паника. Он поднял руки и шагнул назад.

— Лекс, у нас был просто роман. Мы были вместе не так долго, чтобы делать подобные заявления. Я уже другой человек.

Если бы ее сердце не было готово выскочить из груди, Алекс рассмеялась бы над его ошибочным предположением.

— Я не говорю о нас с тобой, Дэниел!

Его облегчение сменилось паникой, и Алекс почувствовала разочарование. Когда‑то он проводил с ней время, планируя их будущее, а теперь мысль об этом его пугала. Да, они выросли, оба стали взрослыми людьми.

Она не должна на него обижаться, но…

Вот почему ей следовало держать свои эмоции под контролем. Вот почему не надо было проводить с ним столько времени.

— Я беременна, Дэниел.

Он резко хохотнул.

— Не смешно, Алекс.

— Я знаю. Не смешно. Но я беременна. — Алекс обошла стол, вытащила сумку из нижнего ящика и засунула руку внутрь. Из сумки она вынула три теста на беременность и бросила их на стол. Дэниел взял их и увидел, что все они положительные. Алекс наблюдала, как на его подбородке дрожит жилка.

Он поджал губы и побледнел.

— Он от меня?

Да как он посмел сомневаться в этом? Она театрально хлопнула себя рукой по лбу.

— О, подожди, нет! Как я могла забыть? Я спала еще с несколькими парнями в перерывах между тайными встречами с тобой!

Дэниел провел пальцами сквозь волосы и отвел прядь ото лба.

— А ты все язвишь. — Он уныло посмотрел на нее.

— Это мой обычный ответ на дурацкие вопросы, — сказала Алекс, села на угол стола и скрестила ноги. — Я забеременела несколько недель назад.

Дэниел несколько раз резко выдохнул и принялся ругаться. Закончив, он встал напротив Алекс и обхватил ее предплечья большими руками.

— Что ты хочешь делать, Алекс?

Она подняла плечо.

— А что я могу сделать? Ничего не поделаешь.

— Ты не думаешь избавиться от него? — обеспокоенно спросил Дэниел.

— Ты этого хочешь?

Он покачал головой, и в его мрачных глазах промелькнуло отчаяние.

— Ни за что. Мы это не планировали, но это — последствие решения, которое мы приняли. Нам надо разобраться.

«Нам». Не «тебе». Услышав об этом, Алекс немного расслабилась.

Дэниел прижался лбом к ее лбу, выругался и вздохнул.

— Прости, Алекс. Ох, этого не должно было случиться.

Алекс услышала телефон и посмотрела на стол. И нахмурилась, увидев сообщение на экране. Джеймс Харрис срочно просил ее о помощи. Аукцион состоялся, и некоторые гости уже ушли. Что же могло произойти?

Она также заметила два пропущенных звонка от Джеймса и четыре от Рэйчел.

— Мне надо идти.

— Нет‑нет. Нам нужно это обсудить, Алекс!

— Что‑то случилось…

— Конечно, случилось. Ты беременна от меня. Я хочу все обсудить.

Алекс вырвалась из его сильных рук.

— Ребенок никуда не денется, Дэниел. У нас есть время. — Она видела, что ее ответ раздражает его, но ей было на это наплевать. Дэниелу нравилось добиваться своего. Он лишь однажды доверился Алекс и сказал, что его жизнь с матерью напоминала плавание в шторм. Поэтому он любит все заранее просчитывать и планировать.

Она его понимала, но сейчас на аукционе холостяков возникли проблемы, и Алекс должна помочь их решить.

Дэниел всплеснул руками.

— Мне не верится, что ты уходишь от меня. Ты только что сказала, что у нас будет ребенок, Алекс!

Она ткнула указательным пальцем ему в грудь.

— Ребенок будет у меня, а не у нас, Клейтон. Не воображай, что можешь ворваться в мою жизнь и управлять ею. Этого не произойдет. — Она вздохнула. — Когда я буду готова во всем разобраться, я позвоню тебе.

Дэниел широко раскрыл глаза. Отлично. Чем раньше он поймет, что не сможет ею руководить, тем лучше для них обоих.

Она взяла свой мобильный телефон и вышла в коридор. Отмахнувшись от мыслей о великолепном и растерянном мужчине в офисе, она пошла в кабинет Джеймса.

Глава 4

Дэниел был на стоянке Клуба техасских землевладельцев. Он посмотрел на часы и скривился. Второй час ночи. Он очень устал.

У него будет ребенок. Кто бы мог подумать! У него никогда не было хорошего и правильного образца для подражания, и в результате он не знает, каково быть хорошим отцом.

Пережив беспорядочное и тревожное детство, он стал планировать свою жизнь на пять, десять, пятнадцать, двадцать лет вперед. Но, честно говоря, все эти планы были связаны с ранчо и бизнесом; он не планировал свою личную жизнь.

Прислонившись спиной к спортивной машине Алекс, он сцепил руки на затылке и уставился на бескрайнее техасское небо. Он отдавал всю свою энергию на то, чтобы ранчо «Серебряный клуб» стало лучшим из лучших. Он знал и любил каждый дюйм своей земли и чувствовал, что он и ранчо неразрывно связаны навсегда. Люди приходили и уходили, но его бабушка и «Серебряный клуб» помогали Дэниелу выжить.

Алекс вынашивает наследника Клейтонов. И что это означает для Роуз и будущего «Серебряного клуба»? И для Дэниела?

Он не задумывался о детях, но понимал, что однажды у него появится ребенок, который унаследует ранчо. Честно говоря, прямо сейчас он не хотел быть отцом и удовлетворялся довольно короткими романами. Но Алекс… Она совсем другая. Она заставила его поверить в чудо, потому что он подсознательно хотел вернуть то волшебство и радость, которые были между ними прежде.

То были самые счастливые три месяца в его жизни. Неудивительно, что ему захотелось пережить это снова. Но Алекс имела полное право разорвать их отношения. Чего он не ожидал, так это того, что от их связи останется память на всю жизнь.

Они зачали ребенка. Дэниел категорично настроен стать лучшим родителем и полной противоположностью своей матери. Его ребенок будет знать, что он любим; у него будет стабильная жизнь. Это даже не обсуждается. Его ребенок вырастет в любви.

Дэниел хотел встречаться со своим ребенком как можно чаще, но тогда он должен все время быть с его матерью. С Алекс он чувствовал себя живым, необузданным и импульсивным. И еще она пугала его. Но ему просто надо придумать, как держать ее на расстоянии вытянутой руки, потому что он собирался воспитывать своего малыша. Он хотел менять ему подгузники, кормить его в полночь, убаюкивать. Он сделает все, что необходимо. Но для этого ему надо жениться. Или, по крайней мере, жить вместе с Алекс.

И где они будут жить? Алекс живет в главном доме на ранчо «Одинокий волк», поэтому разумнее всего им поселиться у Дэниела. Или построить новый дом, подходящий им обоим. И еще надо обо всем рассказать Роуз и Гусу…

Нужно все делать по порядку. Сначала поговорить с Алекс, предложить ей выйти за него замуж и обеспечить будущее своего ребенка. Что касается его чувств к Алекс, он их преодолеет. Он не позволит себе терять из‑за нее голову. Они поженятся и останутся друзьями, даже любовниками, но Дэниел в нее не влюбится. Так безопаснее всего.

Дэниел услышал шаги, поднял голову и увидел Алекс, идущую к машине. Она выглядела потрясающе. Заметив его, она глубоко вздохнула. Он понял, как она устала, и ему захотелось ее пожалеть и утешить.

Алекс подошла к нему, и он провел пальцами по ее бледной щеке.

— Ты вымоталась, милая, — хрипло сказал он.

— Это был адский вечер, — ответила Алекс и прислонилась спиной к машине. Она надела куртку поверх сексуального платья, но ее стройное бедро виднелось из‑под высокого разреза юбки. Дэниелу захотелось узнать, надела ли она трусики.

Одернув себя, он встал напротив нее, решив поговорить о будущем.

Алекс подняла руку, и он увидел, что у нее красные глаза, а под ними — темные круги.

— Не сегодня, Дэниел. Я без сил.

Он наклонил голову набок.

— Что за чрезвычайная ситуация на аукционе холостяков?

— Ах, это. Ставка в сто тысяч долларов, которую сделала Гейл, чтобы заполучить Ллойда, оказалась фиктивной. У нее нет таких денег. Чтобы отвлечь репортера от этой неудачи, мы предложили ему освещать суперромантическое свидание Райана и Тессы. А чтобы отвлечь его еще больше, — Алекс прищурилась, глядя на луну, — ты, как и планировала Роуз, дашь интервью тому же репортеру о том, каково быть лотом аукциона и самым желанным холостяком Техаса.

Дэниел ждал, что Алекс рассмеется и скажет, будто она пошутила. Но она серьезно на него уставилась.

Он закрыл глаза и сжал пальцами переносицу.

— Моя чертова бабушка.

— Сегодня я рада, что она вмешалась. Эти две истории отвлекут внимание от фальшивой ставки.

— Клянусь, моя бабушка слышит только то, что хочет! Я ее прикончу! Клянусь!

— А она вернется в виде привидения и будет преследовать тебя. — Алекс зевнула. — Слушай, мистер Лучший холостяк, я ужасно устала, потому что у меня был крайне тяжелый день. Я еду домой.

Но они не поговорили о ребенке и не приняли конкретных решений. Дэниел начал спорить, но потом увидел слезы в ее глазах и заметил, как дрожат ее руки. «Перестань упрямиться и подумай о ней хоть на секунду, Клейтон!» Она провела на ногах четырнадцать часов и недавно узнала, что беременна.

Сняв сумку с плеча Алекс, он сунул в нее руку, желая отыскать ключи от машины. Не обращая внимания на протесты, он обнял Алекс за талию и подвел к переднему пассажирскому сиденью.

— Что ты делаешь? — спросил она, когда он усадил ее в машину.

— Везу тебя домой.

— Я умею водить, — запротестовала Алекс.

Дэниел присел на корточки между дверцей машины и самой машиной и положил руку на стройное бедро Алекс.

— Лекс, позволь мне помочь тебе. Ты устала, и я не хочу, чтобы ты в таком состоянии возвращалась в «Одинокий волк».

Алекс вздохнула.

— Я собиралась переночевать в домике на дереве. Мне надо побыть одной.

— Я отвезу тебя, куда ты захочешь, милая. Мне просто надо удостовериться, что ты в безопасности, — спокойно ответил Дэниел.

— А твоя машина?

Дэниел пожал плечами.

— Я оставлю ее здесь. — Он погладил большим пальцем ее обнаженную ногу. — Разреши мне отвезти тебя домой, Лекс.

Опустив голову на подголовник, она быстро кивнула. Дэниел захлопнул дверцу. Через пять минут, когда он выехал за ворота Клуба техасских землевладельцев, Алекс уже крепко спала.

* * *

— Нет, я не выйду за тебя и не перееду к тебе.

Алекс уставилась на Дэниела и покачала головой, подчеркивая свою точку зрения. Тем не менее Дэниел в выцветших облегающих джинсах и зеленовато‑черной фланелевой рубашке, надетой на черную футболку, не собирался отступать. Но ее воспитал Гус, поэтому она с детства научилась стоять на своем.

Когда он снова заговорил, она воскликнула:

— Дэниел, мы не в девятнадцатом веке! Ни моей, ни твоей чести ничто не угрожает. Конечно, Роуз и мой дедушка будут рвать и метать, но потом смирятся. Я не собираюсь выходить за тебя замуж и жить с тобой в одном доме только потому, что я беременна. Это самая неподходящая причина, чтобы быть вместе!

— Я хочу видеться со своим ребенком, Алекс, — процедил Дэниел сквозь зубы.

— Он или она родится только через семь месяцев. Зачем нам жениться или съезжаться прямо сейчас?

Дэниел открыл рот, но не произнес ни слова. Ему было нечего ей возразить.

Она опустила ноги на пол и положила локти на бедра.

— Я не буду запрещать тебе видеться с нашим ребенком, но ты не станешь жить с ним постоянно. — Алекс заметила обиду в его взгляде, но не унималась. Лучше все выяснить заранее.

Ей уже не восемнадцать, и она не мечтает об этом мужчине, пухлых детях, лошадях и жизни на ранчо, наполненном смехом и любовью. Мечтам она давно предпочитает холодную реальность.

— Мы не станем парой и не будем жить вместе. Я получила предложение по работе и хочу его принять. Это выгодный проект и для меня, и для ребенка. Я буду получать в четыре раза больше.

Глаза Дэниела стали холодными. Ну, теперь она явно оскорбила его.

— Я могу содержать и тебя, и ребенка, — сказал он.

Конечно, этот парень — миллионер. Но дело не в этом.

— А я независимая и успешная женщина, которая может зарабатывать деньги и содержать своего ребенка, — холодно сказала Алекс и встала, чтобы Дэниел не нависал над ней. Она уперлась руками в бока и злобно усмехнулась. Он и бровью не повел.

— Мне не нужен ни ты, ни какой‑либо другой мужчина, чтобы меня содержать.

— До чего же ты упертая!

— Кто бы говорил, — ответила она.

Дэниел всплеснул руками и отвернулся, словно собираясь уйти. Но не успела она и глазом моргнуть, как он повернулся к ней лицом, запустил пальцы в ее волосы и поцеловал в губы. Алекс понимала, что должна остановить его, но вместо того, чтобы оттолкнуть Дэниела, она встала на цыпочки и отдалась поцелую.

Этот мужчина сводил ее с ума. Никто не бесил ее так, как Дэниел.

Он продолжал ее целовать, обхватил рукой за ягодицы и крепче прижал Алекс к себе. Язык Дэниела скользнул ей в рот, и она простонала. Она должна остановить это безумие. Не надо усложнять и без того непростую ситуацию. Но вместо того, чтобы оттолкнуть Дэниела, она засунула руку под его футболку, желая прикоснуться к его разгоряченному телу. Дэниел положил руку на ее обнаженную поясницу.

Прервав поцелуй, он произнес:

— Скажи, вчера под платьем на тебе были трусики?

Алекс потребовалось время, чтобы понять его слова. Она надевала вчера тоненькие стринги, но не собиралась в этом признаваться.

— Нет, — ответила она.

Алекс почувствовала его возбуждение, увидела огонь в его глазах и поняла, что пути назад нет. Дэниел стянул с нее футболку с длинными рукавами через голову и уставился на ее кружевной бюстгальтер. Указательным пальцем он мягко обвел ее сосок, и она вздохнула, глядя на его смуглую руку на своей светлой коже. Даже зимой он выглядел загорелым благодаря отцу‑испанцу. Стянув с нее бюстгальтер, он стал целовать ее грудь. Алекс запустила руки в его кудрявые волосы, которые он так ненавидел.

— Я хочу тебя, Лекс. Я знаю, что не должен, но… — Дэниел отстранился и с вожделением посмотрел на нее снизу вверх.

— Дэн…

Он уткнулся носом в ложбинку между ее грудями, крепко держа руками за бедра, и она почувствовала кожей его прерывистое дыхание. Она понимала: Дэниел ждет, что она попросит его уйти, но не смогла этого сделать. Она не знала, каково быть матерью, постоянно жить с Дэниелом и ориентироваться в неожиданно усложнившемся будущем, но она знала, каково заниматься любовью с этим сексуальным и страстным мужчиной.

— Люби меня, Дэн, пока я не забудусь от твоих поцелуев, — прошептала она, проводя пальцами по его губам и подбородку.

Дэниел одарил ее чувственной улыбкой, способной растопить лед, подхватил Алекс на руки и понес в домик на дереве. Продолжая целовать, он нес ее в спальню в задней части домика. Долгими и страстными касаниями языка и ловких рук он молчаливо требовал от Алекс ответной пылкости. Она вздохнула, когда он опустил ее на кровать и устроился у нее между ног.

Стянув с него рубашку, она бросила ее на пол и подняла голову, чтобы поцеловать его сосок.

— Пожалуйста, Дэн, поторопись. Я ждала так долго.

Дэниел, услышав ее мольбы, снял с нее ботинки и стянул джинсы. Опустив глаза, он уставился на ее грудь, а потом на пока плоский живот и довольно скромные трусики.

Округлив глаза, он хихикнул. У него была замечательная улыбка. От смеха в уголках его глаз появлялись морщинки, обнажались ровные белые зубы и появлялась маленькая ямочка на щеке. Но хотя ей нравилось, когда он улыбается, она не понимала, что его рассмешило.

Алекс приподнялась и оперлась на локти.

Дэниел выгнул бровь.

— Что это?

Алекс простонала. На ней не было сексуального нижнего белья.

— Это подарок от Рэйчел, — объяснила она, краснея. — Я не успела постирать другие трусики.

— А мне все равно, что ты носишь, потому что я быстренько это сниму.

Дэниел стянул с нее трусики, продолжая улыбаться. Потом встал, чтобы раздеться. Разувшись, он снял джинсы и трусы. Алекс не сводила с него глаз. Широкие плечи, мускулистые руки, широкая грудь и красивый живот, который она обожала, длинные ноги и удивительно изящные ступни.

В нем было любопытное сочетание мужской грации, грубоватой внешности и порядочности. Женившись на ней, он хотел сделать то, что лучше для ребенка. Алекс уважала его мнение, но не могла выйти за него замуж или переехать к нему.

Опираясь руками о кровать по обе стороны от лица Алекс, он стал целовать ее в губы. Они занимались сексом медленно, по‑быстрому, у стены, но сегодня его поцелуи были другими — по‑особенному нежными. Алекс запустила язык ему в рот, стараясь ответить на его поцелуй со всей страстью.

Она приподняла бедра, желая поскорее забыться от удовольствия. Дэниел не понял намека, поэтому она провела большим пальцем по его члену. Дэниел вздрогнул и простонал.

Разведя ей ноги, он вошел в нее. Алекс обхватила его ногами за торс, крепче прижимаясь к нему. Как только Дэниел начал двигаться, из ее головы вылетели все мысли. Она гладила его руками по спине и ягодицам, постанывала, когда он целовал ее в шею и покусывал мочку ее уха.

На пике удовольствия Дэниел рухнул на нее, но Алекс не возражала, наслаждаясь весом его тела. Уткнувшись носом ему в шею, она поцеловала его и провела рукой по спине.

Дэниел приподнялся и внимательно посмотрел на нее сверху вниз. Опираясь на одну руку, другой рукой он отвел прядь волос от ее рта и заправил ей за ухо. Алекс увидела его замешательство и смутилась. Затем его растерянность сменилась решимостью, и она поняла, что он подбирает слова, чтобы убедить ее принять его предложение.

— Я не выйду за тебя и не перееду к тебе, Клейтон. Даже потому, что ты классный любовник.

— Проклятье. — Дэниел встал и пошел в маленькую ванную комнату. — Ты невыносимый человек!

Пусть так. Зато она поступает правильно.

Глава 5

Конец января

Услышав, как открывается дверь его кабинета, Гус поднял глаза и увидел прекрасную Роуз. Его измученное сердце забилось чаще. Он пятьдесят с лишним лет ждал возможности увидеть ее мягкую улыбку. Она вошла в комнату и обняла его.

Роуз положила руки ему на грудь и поцеловала в губы.

— Доброе утро, муженек.

Он стал ее мужем. Здорово, правда? Улыбнувшись, он коснулся рукой ее ягодиц.

— Доброе утро, женушка.

Роуз вздохнула.

— Ты придумал, что делать с нашими внуками?

Прошлым вечером во время свадебного банкета Роуз сообщила, что Алекс беременна, а Дэниел — отец ребенка. Странно, но Гус не рассердился, а обрадовался. Словно так и должно было случиться.

Но ему не нравилось, что Алекс и Дэниел будут воспитывать его правнука порознь, не поженившись. И считал это неприемлемым. Им следовало сойтись десять лет назад, но им помешала глупая вражда между их бабушкой и дедушкой. Но сейчас они должны быть вместе.

— Вернемся к нашим несносным внукам, — произнес Гус.

Он не хотел позволять им повторить глупость, совершенную им и Роуз, и зря потратить время. Алекс и Дэниел должны пожениться.

— У меня есть план, но нам придется кое‑чем пожертвовать.

— Хорошо. Как велика жертва?

— Наш медовый месяц. Прости, дорогая. Я хочу побыть с тобой наедине, и я знаю, ты тоже этого хочешь…

Роуз отошла от него, отодвинула стул от обеденного стола, села и скрестила ноги. Она не выглядела рассерженной.

— Гус Слэйд, я ждала пятьдесят два года, чтобы стать твоей женой, и мне все равно, где мы проведем медовый месяц. — Яркая улыбка осветила ее прекрасное лицо. Сейчас Роуз была красивее, чем полвека назад. — Мне все равно, где мы с тобой будем: в Ройяле, Галлоуэй‑Коув или на чертовой Луне.

— Как некультурно, дорогая. — Гус зацокал языком.

Роуз закатила глаза.

— Я не хрупкий цветок, Гус. Мне уже не шестнадцать. И я буду ругаться, если захочу.

Гус закрыл улыбку рукой.

— Расскажи мне, что ты придумал, и я с удовольствием пожертвую неделю отдыха на острове Мэтта, чтобы эти двое образумились.

Гус обрисовывал ей свой план и наблюдал, как Роуз пялится в окно на восточный загон, где его старый жеребец, Иезавель, общается с кобылой по кличке Дейзи.

— По‑твоему, это сработает? — В глазах Роуз читалось беспокойство. Она больше не была такой отчужденной, как прежде, и явно хотела, чтобы Дэниел и Алекс были счастливы. Роуз не была болтушкой, но это не означало, что она не умела сопереживать.

Гус вздохнул. Они потратили столько времени на войну друг с другом, но он не жалел о том, что женился на Саре. Они потеряли сына, но внуки подарили ему и Саре вторую жизнь.

Жизнь Роуз была не такой легкой. Ее отец был черствым человеком, а муж Эд превратил ее жизнь в ад. Они совершили так много ошибок, но Гус сделает все, чтобы Алекс и Дэниел не повторили их судьбу. Пусть они спорят, как сумасшедшие, но они без ума друг от друга и должны пожениться ради себя и своего ребенка.

— Гус? Твой план сработает?

Он пожал плечами и коснулся рукой ее затылка.

— Надеюсь, дорогая.

Роуз кивнула и прислонилась головой к его плечу.

— Если этого не произойдет, мы запрем их в сарае и будем держать там, пока они не образумятся.

Гус рассмеялся, думая, что она шутит. Когда она не ответила, он посмотрел на нее сверху вниз.

— Ты ведь шутишь?

Роуз встала и обняла его за талию.

— Мы даем им возможность прийти в себя по‑хорошему. В конце концов, это самое малое, что мы можем сделать для них. Но если твой план не сработает, мы заставим их сойтись по‑плохому.

Он увидел упрямое выражение ее лица и улыбнулся. Его жена — крепкий орешек, и ему это нравится.

Первая неделя февраля

Алекс села на кожаное сиденье частного самолета, который Гус арендовал, чтобы отвезти свою жену в Галлоуэй‑Коув на время медового месяца. Ей хотелось попросить пилота закрыть двери и отвезти ее на потрясающий частный карибский остров Мэтта. Она жаждала лежать на белом песке под голубым небом, читать книгу или бездельничать.

Но нет, перед уходом ее дедушка хочет прочесть ей последнюю нотацию и именно поэтому попросил Алекс встретиться с ним и Роуз в самолете. Он собирался говорить ей о том, что она должна воспитывать ребенка с отцом, а не быть матерью‑одиночкой.

Она лишила Дэниела возможности постоянно быть с ребенком, отказала Гусу и Роуз в возможности общаться с малышом в любое время, чем сильно усложнила себе жизнь без поддержки Дэниела, а также семьи и друзей.

И так далее, и так далее…

Алекс все отлично понимала. Жить одной в Хьюстоне, пытаясь работать и в одиночку воспитывать ребенка, будет очень сложно. Но Гус не понимает: это намного легче, чем оставаться в Ройяле, будучи влюбленной в отца своего ребенка. Она сможет не думать о Дэниеле Клейтоне только тогда, когда вернется в Хьюстон. Там у нее гораздо больше шансов забыть его, чем в Ройяле.

— Дедушка, у нас с Дэниелом уже был шанс.

— Это не значит, что у вас не может быть второго шанса, — ответил Гус.

Алекс казалось, что она разговаривает с кирпичной стеной.

— Одна из причин, по которой мы упустили наш шанс, заключалась в том, что ты и твоя новая жена были категорически против наших отношений.

Гус ответил не сразу:

— Возможно, мы с ней ошибались. Но вы были слишком молоды.

— Дэниел, — напомнила ему Алекс, — предпочел мне «Серебряный клуб». Его преданность Роуз и ранчо была сильнее чувств ко мне.

Она не могла признаться Гусу в том, что не верит, будто Дэниел останется с ней и ее ребенком, когда жизнь станет тяжелой.

— По‑моему, ты ошибаешься, Алексис, — тихо сказал ей Гус.

— Но, дедушка, это моя жизнь и моя ошибка, — настаивала Алекс.

— Но у тебя ребенок, о котором нужно думать, — ответил Гус.

Почему он не понимает, как много она потеряла? Если она и Дэниел будут жить вместе и воспитывать своего ребенка, она обязательно влюбится в него, в этом нет сомнений. Разве не по этой причине она недавно рассталась с ним? Однажды Алекс потеряла любовь Дэниела и оплакивала ее годами. Разрыв их отношений в чем‑то напоминал ей смерть.

Она не переживет еще одну потерю. Ее разбитое сердце рассыплется на такие мелкие части, что его будет невозможно собрать. И хотя она не станет мешать Дэниелу общаться с ребенком, ей надо привыкать к одиночеству и к жизни, в которой Дэниела не будет. Он — отец ее ребенка, а не ее любовник и определенно не ее друг.

Так лучше и безопаснее. Пусть Гус нашел свою любовь спустя полвека, но это не означает, что Алекс также повезет.

Услышав шаги, Алекс повернулась и посмотрела на проход, ожидая увидеть счастливую пару. Дэниел. Может быть, на этот раз обойдется без нотаций? Вероятно, Гус и Роуз просто хотели выпить шампанского с любимыми внуками перед поездкой в свадебное путешествие?

Дэниел сел напротив Алекс и взглянул на откупоренную бутылку шампанского в ведерке со льдом.

— Мы здесь в воспитательных целях? — спросил он. — На этот раз они собираются отчитывать нас вместе?

Алекс хотелось думать иначе, но она кивнула.

— Наверное.

Дэниел скрестил ноги в лодыжках, и Алекс заметила, что на его левом колене порвались джинсы. Она глубоко вдохнула опьяняющую смесь запахов мыла, солнца и тела Дэниела. Она так по нему соскучилась! Держаться с ним сдержанно — пытка, но так необходимо.

— Спасибо, что ответила на мои пятьдесят миллионов звонков, — выдохнул он.

— Не преувеличивай, — ответила Алекс.

— Хватит уклоняться от темы. Ты избегаешь меня несколько недель, и мне это не нравится.

Она уезжала из Ройяла в Хьюстон на пару недель. Ей надо было встретиться с Майком, обсудить их партнерство и дальнейшую работу.

— Мы с тобой виделись на свадьбе, — заметила Алекс.

— Но там ты отказалась обсуждать что‑либо связанное с нашим будущим и ребенком. Нам надо решить, как жить дальше, Алекс!

— Неужели все начинается сначала? — Алекс подняла руки и наклонилась вперед. — Я возвращаюсь в Хьюстон. И начинаю там работать, а ты остаешься здесь. Через пять месяцев я рожу.

— А как насчет прав на посещение ребенка? На его содержание?

— Мы разберемся с этим позже, когда… — Алекс умолкла, заметив приближающуюся к ним стюардессу. Молодая женщина остановилась в проходе рядом с ними и улыбнулась.

— Извините, что прерываю, но нам только что сообщили, что мистер и миссис Слэйд немного опаздывают. Нам надо перегнать самолет, чтобы следующий самолет выехал на взлетно‑посадочную полосу.

Алекс посмотрела на Дэниела, и они оба пожали плечами.

— Ладно.

Стюардесса по имени Мишель озорно улыбнулась.

— По правилам безопасности мы не можем рулить, если вы не пристегнетесь.

— О господи, — пробормотал Дэниел и пристегнул ремень безопасности. — Вы в курсе, когда они придут? Мне нужно вернуться на ранчо. У меня встреча через час. — Он нахмурился, глядя на Мишель, словно она была во всем виновата.

Мишель понаблюдала за тем, как пристегивается Алекс, а потом повернулась к Дэниелу.

— Они будут здесь в ближайшее время, мистер Клейтон.

Алекс почувствовала движение самолета. Стюардесса ушла, и Алекс потянулась за бутылкой шампанского и хрустальным бокалом.

— Не смей.

Она сердито уставилась на Дэниела.

— С каких пор ты мне приказываешь?

— Прекрати, Алекс. Беременным противопоказан алкоголь.

Алекс хотелось наброситься на него и сказать, чтобы он не лез не в свои дела. Но в данном случае Дэниел прав. Рискнув взглянуть на него, она увидела его самодовольную улыбку. И, пнув его ботинком в голень, усмехнулась.

— Что ты делаешь? — взвыл Дэниел, наклонился и потер ушибленное место.

— Не будь ребенком, Клейтон. — Алекс посмотрела в иллюминатор, увидела, что самолет мчится мимо деревьев, растущих на границе аэропорта, и нахмурилась. — Почему мы так быстро едем?

— Перестань пинаться, — проворчал Дэниел и взглянул в иллюминатор. И тихо выругался. — Мы не едем.

Алекс сжала руками подлокотники своего кресла.

— Дэниел, что происходит?

— Если я не ошибаюсь, мы взлетаем. — Он нажал кнопку вызова стюардессы.

— Мишель слушает. Что вам угодно, мистер Клейтон? Мисс Слэйд? — послышался мелодичный голос Мишель.

Дэниел не тратил время на объяснения.

— Немедленно остановите самолет, иначе вас всех арестуют за похищение. — Алекс вздрогнула, услышав в его голосе угрожающие нотки.

— Извините, сэр, но мы не можем этого сделать. Кроме того, мистер и миссис Слэйд пообещали оплатить все наши судебные издержки, если вы решите подать на нас в суд. Плюс здоровенная компенсация.

— О чем вы, черт побери, говорите? — Дэниел округлил глаза.

Алекс поняла, что самолет взлетел.

— В боковом кармане вашего сиденья лежит iPad, — продолжала стюардесса. Дэниел не сводил глаз с Алекс, опуская руку. — Включите его, там для вас видеозапись. Из нее вы получите ответы на все свои вопросы.

Дэниел включил видеозапись и вместе с Алекс увидел самодовольные лица Роуз и Гуса.

— Да, мы похитили вас. Да, мы плохие люди, — сказал Гус, совершенно не раскаиваясь.

Роуз ткнула его локтем в бок и посмотрела в камеру.

— Алексис и Дэниел, мы сожалеем о том, что были против ваших отношений десять лет назад. Мы не должны были втягивать вас в нашу войну и просим за это прощения.

Гус посмотрел на них серьезными голубыми глазами.

— Вы оба самые несговорчивые создания, каких только можно себе представить, и не желаете замечать то, что творится у вас под носом. Чтобы помочь вам поумнеть, мы отправляем вас в Галлоуэй‑Коув. Дом Мэтта — единственный на острове, и в нем есть все, что вам понадобится. Для каждого из вас мы собрали чемодан, и вы получите его от Мишель, когда приземлитесь.

Дэниел нажал кнопку паузы, посмотрел на Алекс и покачал головой:

— К своим обвинениям я прибавлю взлом чужого имущества.

Алекс закатила глаза и нажала кнопку воспроизведения видео. Гус продолжал:

— Самолет вернется за вами через неделю, и к тому времени мы рассчитываем получить от вас правильный, продуманный и разумный ответ о том, как вы собираетесь воспитывать своего ребенка вместе. То есть в одном доме. Желательно в одной спальне.

— Мы хотим, чтобы вы поженились, — прибавила Роуз.

— Когда рак на горе свистнет, — пробормотала Алекс. Но Роуз улыбнулась, не обращая внимания на их гнев. Именно поэтому они записали это видео. Трусы. Алекс фыркнула.

— И не пытайтесь подкупить пилота и его команду. Мы пообещали заплатить им в два раза больше. — Довольная и красивая Роуз послала им воздушный поцелуй. — Однажды вы поблагодарите нас за это!

— Черта с два, — пробормотал Дэниел.

Видео закончилось, и Дэниел бросил iPad на соседнее сиденье. Он простонал и закрыл глаза рукой. Алекс открыла рот, но не произнесла ни слова. И только покачала головой.

— Как они посмели? — прошептала она.

— Посмели, как видишь, — ответил Дэниел, вытаскивая телефон из заднего кармана. Он набрал телефонный номер, но его звонок переключился на голосовую почту. — Бабушка, я в ярости! Кто дал вам право вмешиваться в нашу жизнь? Мы взрослые люди, а ваши действия предосудительны и недопустимы. Вы свихнулись?

Зная, что Гус редко носит с собой телефон, Алекс позвонила своему младшему брату Джейсону и услышала его хохот.

— Не смешно, Джейсон! Я в самолете, потому что дедушка организовал наше похищение. Скажи ему, чтобы он приказал пилотам лететь обратно. А еще лучше просто дай мне поговорить с ним.

— Его здесь нет, сестренка. Он в свадебном путешествии.

— Мне все равно. Найди его и скажи, чтобы он развернул этот проклятый самолет!

Снова хохот. Алекс решила, что придушит Джейсона, как только увидится с ним.

— Дедушка просил передать тебе, чтобы ты вела себя как подобает взрослой девочке.

— Найди его. Мы хотим вернуться домой!

— Ты злишься? Вас отправили в роскошный дом на частном острове в Карибском море. В Техасе сейчас ветрено, сыро и холодно, вот наш дедушка и решил вас порадовать.

— Найди дедушку, — угрожающе произнесла она. — Передай ему все, что я тебе сказала. — Алекс отключила телефон и потерла лоб кончиками пальцев. — Похоже, мы летим на остров Мэтта.

— Похоже? — резко спросил Дэниел. Выражение его лица было пустым, а тело напряженным.

Алекс задумчиво посмотрела на бутылку шампанского.

— По‑моему, мне надо выпить.

— Нет, ты беременна. Только безалкогольные напитки.

Вызвав стюардессу, Дэниел заказал себе виски и самодовольно улыбнулся.

В ответ Алекс снова пнула его ногой в голень.

* * *

Включив голосовое сообщение от Дэниела Гусу, Роуз подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

— Он недоволен, — заметил Гус.

— Я видела его в ярости, это жуткое зрелище, — призналась Роуз, положила телефон в сторону и отпила кофе.

Гус молчал полминуты.

— Он не навредит Алекс?

— Алекс? — в ужасе спросила Роуз. — Нет, конечно. — Увидев, что Гус продолжает сомневаться, она положила руку ему на предплечье. — Нет, дорогой, он никогда не сделает ей больно. Он видел, как избивали его мать, поэтому не причинит вреда женщине или ребенку.

В глазах Гуса читалось сочувствие.

— Тяжелое детство сильно повлияло на него.

Роуз кивнула, не скрывая грусть.

— Стефани… Ох, она была такой дикой. Я боялась ей слово сказать. Как только ей исполнилось тринадцать, она стала уничтожать себя.

— Я не знаю, жива ли она. Потеряв опеку над Дэниелом, она отказалась с нами общаться. А что случилось, когда ему было двенадцать?

Роуз прерывисто выдохнула.

— Он провел лето того года со мной, а когда Стефани приехала за ним, он сказал, что останется у меня. Он также не позволил мне заплатить ей, чтобы она оставила его со мной. — Ее подбородок дрожал. — Он сказал ей, что будет ходить в школу в Ройяле. А если она навредит мне или ему, он пойдет в полицию и расскажет о каждой ее покупке наркотиков, которую он видел, и сдаст каждого ее дилера. И Стефани решила оставить его со мной.

— И после этого он с ней больше не общался?

Роуз покачала головой.

— Ее никто не видел с тех пор. — Она обвела пальцем край чашки. — Я не могу не думать, что, если бы поступала иначе, больше любила ее и следила за ней, она стала бы лучше. Но она пошла в своего отца, Эда. Подлая, агрессивная, злая. — Она быстро покачала головой, увидев беспокойство на лице Гуса. — Дэниел не такой. Он хороший человек, Гус. Рано или поздно ты это поймешь.

Он обдумал ее слова.

— Члены Клуба техасских землевладельцев считают его порядочным. Младшие члены доверяют ему безоговорочно и говорят, что он честен. — Гус улыбнулся ей. — Я с нетерпением жду знакомства с ним, дорогая. Пора забыть о прошлом. Кроме того, Дэниел не сделал мне ничего плохого.

— Если не считать, что он сделал беременной твою внучку, — ответила Роуз.

Гус пожал плечами.

— Их всегда тянуло друг к другу. Я просто рад, что она не забеременела в юности.

— Он — лучший человек в моей жизни, помимо тебя, Гус. Я не могу его потерять.

Гус взял ее за руки и посмотрел ей в глаза.

— Ты не потеряешь его, Рози. Я обещаю.

— Он так сердится…

Гус пожал плечами.

— Пусть сердится. Менее чем через час он будет на необитаемом острове с красивой девушкой, от которой без ума. Поверь мне, он скоро поблагодарит тебя.

— Сомневаюсь, — ответила Роуз. — Они запросто могут прикончить друг друга. Или сделают это после того, как прикончат нас. — Она нахмурилась. — Почему ты радуешься? Разве ты не получил неприятное сообщение на голосовую почту?

Гус дерзко улыбнулся, как молодой мужчина, которого она знала так давно.

— Наверное, получил. Не приноси мой телефон. Не сомневаюсь, Алекс отправила Джейсону злобное сообщение, чтобы он передал его мне.

Роуз раздраженно покачала головой.

— Ты должен носить телефон с собой, Гус. А если мне понадобится с тобой связаться?

Гус поцеловал кончики ее пальцев.

— Я не отойду от тебя даже на пару футов в ближайшее время. — Он улыбнулся, когда она прикоснулась рукой к его щеке. — Но я планирую купить еще один телефон, номер которого будешь знать только ты.

— Так мне будет спокойнее, — сказала ему Роуз. — Я не хочу постоянно следить за своим мужчиной, но если мне понадобится позвонить тебе в случае крайней необходимости…

Гус лукаво улыбнулся.

— Никакой крайней необходимости. Я просто надеюсь, что ты позвонишь мне и, как говорит молодежь, пригласишь меня на свиданку.

Роуз расхохоталась.

— Августос Слэйд!

Гус посмотрел на нее с любовью, поиграл бровями, и она рассмеялась.

— Я навсегда твой парень.

Он действительно ее парень. Роуз выглянула в окно. Было десять часов, стояло февральское холодное влажное зимнее утро. У нее медовый месяц, и она намерена им наслаждаться. Роуз взяла Гуса за руку, и он улыбнулся.

— Пошли наверх, красавчик. Покажи, как ты меня любишь.

Гус вскочил на ноги с энергией двадцатилетнего юноши.

Глава 6

Самолет приземлился в Галлоуэй‑Коув. Мишель опустила трап частного самолета и положила чемоданы Дэниела и Алекс в гольф‑кар, припаркованный сбоку от взлетно‑посадочной полосы. И весело им улыбнулась.

— Развлекайтесь! — С этими словами она побежала вверх по трапу в самолет. Через несколько минут самолет поднялся в воздух и полетел обратно в Хьюстон.

Алекс забралась в гольф‑кар и села рядом с Дэниелом, их ноги соприкасались. Наклонившись вперед, он снял фланелевую рубашку и бросил ее на заднее сиденье кара, а потом взялся за руль и завел небольшой двигатель.

Устав от молчания, Алекс посмотрела на него.

— Ты в курсе, где мы?

— Западная часть Багамских островов.

Алекс наморщила нос.

— Ты можешь сказать мне, куда мы едем и чего нам ждать?

— Мэтт — один из богатейших парней Техаса. Я знаю только, что дом уединенный, с пляжем и рифом. Это будет потрясающе. — Он стиснул зубы. — Помимо этого я знаю, что мне надо убираться с этого острова. Я должен заниматься ранчо. Я не могу просто так улететь в никуда в понедельник утром без предупреждения!

— Ты уже тысячу раз говорил об этом, — проворчала Алекс. — Слушай, лучше смириться с тем, что мы застряли здесь, пока самолет не вернется. — Она указала на потрясающее море бирюзового цвета. У скалы, частично покрытая естественной растительностью, виднелась черепичная крыша пляжного дома Мэтта. — Солнце сияет. Море потрясающее. Так что, с другой стороны…

— Нет никакой другой стороны, — пробормотал Дэниел, и Алекс схватилась руками за раму кара, когда тот быстрее поехал вперед.

— А я с удовольствием полежу на пляже целую неделю. Я устала, и у меня будет время подумать. Нам даже не нужно разговаривать друг с другом. На самом деле нам лучше молчать.

Стиснув зубы, Дэниел направил кар по дорожке, и Алекс услышала крик чайки и шум ручья. Дэниел снова и снова посматривал на Алекс, и она наконец повернулась к нему лицом.

— Почему ты так смотришь на меня? — сердито спросила она.

— А как насчет секса?

— Откуда взялся этот вопрос? — Алекс смущенно всплеснула руками.

Он сухо взглянул на нее.

— Мы вместе. Одни. На острове. Мы можем злиться друг на друга, но все равно через какое‑то время уляжемся в постель.

Она хотела опровергнуть его слова, но понимала, что солжет, если отмахнется от его комментария. Алекс приподняла бедро, и ее колено уперлось в твердую ногу Дэниела.

— Дэниел, мы давно знакомы, но мы не знаем друг друга.

— Что ты имеешь в виду?

В последнее время она много размышляла об этом. Она и Дэниел были любовниками, но не знали, что творится у них на уме. Они оба старательно отгораживались от людей и были довольно скрытными. Дэниел — отец ее ребенка, поэтому она должна лучше узнать его как человека.

— Давай говорить начистоту: нас всегда сексуально влекло друг к другу, и даже в юности мы предпочитали секс, а не разговоры. Поэтому я плохо знаю тебя, а ты не знаешь меня.

Дэниел одарил ее сердитым взглядом.

— Я тебя знаю.

Алекс фыркнула.

— Чушь! Давай проверим?

Дэниел разочарованно вздохнул.

— Если ты задашь мне глупый вопрос о том, какой у тебя любимый цвет, я не отвечу.

Алекс немного подумала.

— Нет, я начну с простого. Когда я предпочитаю принимать душ: утром или вечером?

Дэниел колебался, прежде чем ответить.

— Вечером.

Угадал.

— Какую пиццу я люблю?

Он молчал.

— Ты не знаешь. Ты даже не в курсе, что у меня аллергия на некоторые продукты. А я не знаю, ходишь ли ты на выборы.

— Я хожу на выборы! — ответил Дэниел.

Алекс проигнорировала его.

— Ты веришь в Бога? Что ты сейчас читаешь? Какое у тебя любимое время года? Ты зарегистрирован в социальных сетях? Какое твое любимое блюдо? Кто твой самый близкий друг?

— Да, вроде. Роман Корбена. Осень. Нет, меня нет в социальных сетях. Тушеная говядина. Да, у меня есть друзья: Мэтт. Райан. Я довольно часто общаюсь с Джеймсом Харрисом.

Он говорил просто о друзьях, а не самых близких друзьях, но все равно за тридцать секунд Алекс узнала о нем больше, чем за десять лет. Сколько еще она узнает о нем, если они будут не целоваться, а разговаривать?

— Мы станем вместе растить ребенка, — сказала она. — Я предлагаю использовать время на острове, чтобы лучше узнать друг друга.

Дэниел повернул гольф‑кар за угол, и Алекс сразу же уставилась на великолепный дом. Он словно обнимал склон скалы, а вокруг него были деревья. Дэниел остановил кар напротив массивной деревянной двери. Выйдя из кара, Алекс повернулась, чтобы взять свой чемодан, но заметила, что Дэниел уже подхватил его вместе со своим чемоданом.

Она улыбнулась в знак благодарности и стала смотреть, как он идет к входной двери. Алекс оценила его длинные ноги, мощные бицепсы и широкие плечи. Вздохнув, она увидела, как он распахивает дверь и отходит в сторону, пропуская Алекс вперед.

Она встала в дверях, не желая заходить внутрь, пока не получит ответ от Дэниела.

— Итак, мы будем узнавать друг друга?

— Можно попробовать, — ответил Дэниел, пожал плечами и посмотрел на нее неотразимыми глазами. — Но я гарантирую, что, глядя на песок, море и тебя в крошечном бикини, я затащу тебя в постель.

«Высокомерный придурок», — подумала Алекс, входя в пляжный дом. Как он посмел думать, что ему достаточно щелкнуть пальцами, чтобы она ему уступила? Конечно, их влечение взрывоопасно, но она не так слаба, чтобы просто завалиться с ним в постель.

Алекс остановилась и оглядела роскошный интерьер. Высокие сводчатые потолки с замысловатыми балками, массивные окна от пола до потолка, огромный бассейн. Алекс не сразу поняла, где заканчивается бассейн и начинается море. Шагнув вперед, она посмотрела на красивую кухню с деревянным обеденным столом и стульями синего цвета. Рядом с удобными диванами лежал дорогой ковер.

— Вот это да!

Алекс повернулась и взглянула на Дэниела, который был одинаково очарован домом и видом из окон. Поставив чемоданы на пол, он подошел к окнам, открыл их, и в комнату ворвался теплый ароматный воздух. Алекс вышла на крытую террасу и посмотрела по сторонам.

— Терраса проходит по всему дому. На нее есть выход изо всех спален. Мы можем спать с открытыми дверями и слушать шум моря.

Дэниел посмотрел на спокойное море и поднял бровь.

— Море спокойное, как озеро. Мы вряд ли услышим грохот волн.

— Не будь занудой. — Алекс округлила глаза, когда Дэниел разулся, потом стянул с себя футболку и расстегнул пряжку ремня. — Что ты затеял? — спросила она.

Он лукаво улыбнулся ей и указал на бассейн.

— Иду купаться. — Он снял джинсы и трусы.

— Ты будешь плавать голышом? — пискнула Алекс.

Дэниел пожал плечами, когда одежда упала к его ногам.

— Мы одни, а ты уже все видела.

— Если ты будешь расхаживать здесь в чем мать родила, мы не выдержим обещания не спать вместе, Клейтон.

Дэниел шире улыбнулся.

— Это твои проблемы, Слэйд, а не мои. Я собираюсь лучше узнать тебя и переспать с тобой. Я также планирую убедить тебя не ездить в Хьюстон. Если ты не выйдешь за меня и не переедешь ко мне, я хочу, чтобы ты жила как можно ближе ко мне.

Рассердившись на его дерзкую улыбку и самоуверенность, Алекс всплеснула руками. Но продолжала смотреть, как великолепный Дэниел ныряет в бассейн.

* * *

Поплавав, Дэниел надел влажную одежду и босиком ворвался в дом. Не найдя Алекс в гостиной, он взял чемодан и пошел по коридору, открывая двери комнат. Кабинет, библиотека, тренажерный зал, сауна. Он вошел в первую спальню, бросил чемодан на широкую двуспальную кровать и огляделся. А потом открыл окна во всю стену.

Вытащив телефон, он понял, что связь не работает. Ругаясь, он швырнул телефон на кровать, вышел из комнаты и зашагал в кабинет. Если он останется на этом богом забытом острове, ему надо отправить несколько электронных писем своему бригадиру, его помощнику и менеджеру. И бабушке, чтобы напомнить ей о ее несносном характере.

Дэниел сел за стол Мэтта, открыл верхний ящик и увидел внутри современный ноутбук. Он откинулся на спинку стула, ожидая загрузки ноутбука, думая, что сможет вызвать на остров самолет. Но хочет ли он этого?

Он уставился на спокойный океан. Он и Алекс здесь, вдали от Ройяла. Они свободны от махинаций бабушки и дедушки и сплетен. За предстоящую неделю они могут поговорить по душам и составить план на будущее.

Он все еще хотел жениться на Алекс. Вражда Клейтонов и Слэйдов закончилась после свадьбы Гуса и Роуз. Он хотел воспитать своего ребенка в обычной семье, чтобы у него были и отец, и мать. Первые двенадцать лет своей жизни он прожил с взбалмошной матерью и не знал отца, к которому мог бы обратиться за защитой и утешением. Ему хотелось научить сына ездить на велосипеде, стрелять, ловить рыбу. Если у него родятся дочери, он научит их тому же. Он желал, чтобы они управляли ранчо. А если его дети родятся от Алекс, то они будут резвиться и на ранчо Слэйдов. Там они смогут гулять, кататься на лошадях и велосипедах, купаться в реке или в пруду. Он хотел, чтобы у его детей были оба любящих родителя.

Ради своих детей ему и Алекс придется постараться и построить благополучную семью. Они отлично совместимы друг с другом в сексуальном отношении, и теперь у них есть шанс лучше узнать друг друга и подружиться.

Брак — рациональное, разумное решение. Просто надо убедить Алекс, что это — лучший вариант, приемлемый для них обоих. Даже если она не согласится стать его женой, она может к нему переехать. Гус и Роуз не одобрят их совместное проживание без брака, но это все равно лучше, чем ничего.

Итак, у него есть план. Дэниелу нравилось все планировать и контролировать.

* * *

Алекс прижалась спиной к нагретой солнцем скале и стала смотреть, как меняется небо. Голубой цвет сменился темно‑пурпурным, а затем невидимая кисть окрасила небо розовыми и оранжевыми полосами. Карибский закат был одним из самых красивых, которые она видела.

Она почувствовала тепло сильных пальцев, коснувшихся ее плеча, и повернулась, чтобы посмотреть на Дэна, который протянул ей бутылку воды. Она улыбнулась ему и немного подвинулась в сторону, чтобы он сел рядом с ней. У него в руках была бутылка пива. Он надел плавательные шорты и светло‑желтую футболку. На Алекс было бикини и майка; ее волосы были спутанными и влажными.

Дэниел коснулся ее руки голым плечом. Отпив воды, она задумчиво показала на закат.

— Посмотри, какой закат.

— Он потрясающий, — тихо сказал Дэниел.

Они не виделись после обеда, и ей стало любопытно, что затевает Дэниел.

— Чем ты занимался?

— Ходил по дому, отдыхал. Пытался выяснить, есть ли здесь сотовая связь.

— Сигнал есть?

— Не‑а.

Алекс надо было поговорить с Майком и попросить у него еще немного времени, чтобы подумать о его предложении и организовать свой переезд в Хьюстон.

— Я хочу отправить дедушке гневное электронное письмо, чтобы он знал, как меня бесят его вмешательство и махинации. Он не носит с собой телефон, но читает электронные письма.

Дэниел вдохнул.

— Письмо ты отправить сможешь. Я нашел компьютер в кабинете Мэтта. И еще спутниковый телефон для экстренных случаев.

Алекс вскочила на ноги.

— Почему ты не сказал мне раньше? Почему мы здесь? Почему не на аэродроме и не ждем самолет?

Она может улететь домой, встретиться с Гусом, поговорить со своими клиентами и Майком.

Она могла бы отгородиться от Дэниела и жить без него. При этой мысли ее сердце замерло, а потом сжалось. Ей придется сделать выбор: у нее нет будущего с Дэниелом.

Она не выйдет за него замуж и не будет с ним жить. Оба варианта невозможны.

Дэниел подтянул колени к груди и положил на них локти. Прищурившись, он посмотрел на Алекс.

— Ты пропускаешь такой красивый закат, Лекс.

— Мы можем улететь домой, Дэниел! Нам надо домой.

Он нежно взял ее за запястье и потянул вниз, чтобы она села спиной к закату. Розово‑желтый свет танцевал на его лице. Большим пальцем Дэниел погладил чувствительную кожу на внутренней стороне ее запястья.

— Давай не будем, Лекс.

— Не будем что?

— Возвращаться домой, — сказал Дэниел, и она шокированно на него посмотрела. Он был в ярости из‑за того, что его похитили, а теперь хочет остаться на острове?

— Я не понимаю. — Алекс высвободила руку.

— Как бы мне ни хотелось проучить наших бабушку и дедушку, по‑моему, они правы. Нам надо все обдумать, и мы можем сделать это здесь, — предложил Дэниел. — Ты устала. Организация аукциона — непростое дело, а я почти год не был в отпуске. Мы можем отдохнуть. И пока мы отдыхаем, нам, вероятно, удастся составить план действий на будущее.

— Опять ты со своим планом, Дэниел, — пробормотала Алекс. — Ты не можешь запланировать все на свете. Некоторым ситуациям надо развиваться самим по себе.

— Самим по себе? — Дэниел резко хохотнул. — Что за глупости ты говоришь? Такого не бывает, Алексис!

Ой, какая бурная реакция на ее невинный комментарий. Алекс наклонила голову набок и стала ждать, когда он снова заговорит.

Дэниел взял в руку горсть песка и принялся наблюдать, как он скользит между его пальцев. Она никогда не видела его таким грустным, злым и растерянным.

— Ты знаешь, каково жить от кризиса к кризису? — спросил он. — Понимаешь ли, как тревожно не знать, где ты будешь завтра и в какой кровати уснешь? Будет ли твоя мать рядом с тобой, когда ты проснешься? Это ужасно, Алекс!

Она уставилась на него, потрясенная его гневом. Но сильнее всего ее удивило то, что он так много рассказал ей о своем детстве. В юности она очень старалась узнать у него, как он жил с печально известной Стефани, но он никогда не упоминал о своей матери и о том, как ему с ней жилось.

— Прости.

Дэниел немедленно ответил:

— Не надо. Не обращай внимания на то, что я сказал. Мне нравится планировать, и я всегда буду это делать.

Потому что это помогает ему чувствовать себя в безопасности. Теперь Алекс его понимала. Она взяла горсть мелкого песка и позволила ему пройти сквозь ее пальцы. И подумала, не остаться ли ей на острове. Хотя можно вызвать самолет, и через несколько часов они отправятся обратно в Ройял, и между ними останется все как есть.

Но с другой стороны… Отправив пару электронных писем, она освободит свое расписание, и у нее появится время, в котором они оба отчаянно нуждались.

Алекс заставила себя встретиться с ним взглядом и неохотно кивнула.

— Ладно, мы остаемся. — Его глаза затуманились, и Алекс сразу же подняла руку. — Успокойся. Надо установить основные правила.

Дэниел тихо выругался, нахмурился и сдвинул черные брови. Клейтону опять не нравится, что не он один контролирует ситуацию. Но ему придется с этим смириться.

— Я сделаю это только в том случае, если мы сможем начать все сначала.

— В каком смысле? — сердито спросил Дэниел.

— Я не прыгну с тобой в постель. — Алекс нарисовала сердце на песке и быстро стерла его, надеясь, что Дэниел его не заметил. — Я уже просила о том, чтобы мы действовали иначе. И стали другими.

— Лекс… — пробормотал Дэниел.

— Дэн, у нас родится ребенок! Мы не поженимся и не станем жить вместе, но если мы собираемся видеться каждые выходные, то между нами должно быть что‑то большее, чем страстный секс.

— Я плохой собеседник, Лекс.

Она тоже. Но они должны постараться.

— Я знаю, Дэн, и я тоже. Мы не умеем откровенничать. Но следующие восемнадцать лет будут проклятьем, если мы с тобой не начнем общаться.

Дэниел уставился поверх ее плеча. Алекс заметила, как он напрягся, стиснул зубы и поджал губы. Ей придется выяснить, что задевает этого удивительного мужчину, и сделать это не только ради их ребенка. Они могут быть не только любовниками, но и друзьями. Она чувствовала, что под суровой внешностью Дэниела скрывается одинокий парень, которому нужен друг. И, честно говоря, друг нужен и ей тоже.

Раздув щеки, Дэниел выдохнул. Повернувшись, он печально посмотрел на Алекс.

— Я не могу ничего тебе обещать, но я могу попробовать, Лекс. Только попробовать. Но я все еще хочу с тобой переспать, — искренне прибавил он.

— Я знаю. — Алекс подняла с песка бутылку с водой и отряхнула ее. — Но у нас может быть и то и другое, но не одновременно.

— Я выбираю секс.

Она закатила глаза.

— Я не ожидала ничего другого. Но нет. Я думаю, сначала нам надо подружиться.

— Как скучно, — проворчал Дэниел.

Алекс улыбнулась, глядя на его угрюмое лицо.

— Улыбнись, Клейтон.

Хотя выражение его лица оставалось серьезным, она заметила веселье в его глазах. Наклонившись, он поцеловал ее в губы.

Алекс нахмурилась, когда его губы дрогнули, а потом растянулись в чувственной улыбке.

— Тебя легко отвлечь, Лекс. Мне это нравится.

Она пригвоздила его свирепым взглядом.

Дэниел посерьезнел.

— Ты изменилась.

— Да, я выросла. — Алекс села к нему боком, завела руки за спину и вытянула ноги. Она посмотрела на закат: свет медленно угасал, а цвета становились ярче. Она повернула голову, взглянула на дом и увидела, что он полностью освещен.

Дэниел проследил за ее взглядом и присвистнул.

— Мэтт Галлоуэй — счастливчик. У него такой дом. — Он повернул голову и посмотрел на нее. — Ты выбрала себе комнату?

— Да, мне нравится хозяйская спальня. Когда двери открыты, кажется, что ты спишь на улице. И там удивительная душевая кабина с тремя стеклянными стенами.

Губы Дэниела дрогнули от удовольствия.

— С пляжа видно все, что происходит в кабине.

— Нет. — Алекс улыбнулась. — Стены сделаны из специального стекла, поэтому с пляжа ничего не видно.

Встав, Дэниел протянул руку Алекс и помог ей подняться на ноги.

— Я умираю от голода, — сказал он. — Пойдем и посмотрим, что в холодильнике. По‑моему, я видел в нем безалкогольное пиво.

— Я бы предпочла вино. — Алекс зашагала по дорожке, и Дэниел пошел следом за ней.

— Ну а я предпочел бы спать с тобой в одной кровати. Но не всегда можно получить все, что хочешь.

Глава 7

Следующим днем Дэниел поднял голову и увидел стоящую в дверях кабинета Алекс. Он откинулся на спинку стула и оглядел ее с ног до головы. Красно‑белая пышная блузка была завязана на ее все еще тонкой талии и удачно сочеталась с самыми сексуальными джинсами, которые он когда‑либо видел. Она была босой, а ее волосы были уложены в свободный пучок на макушке. Еще ни разу она не выглядела такой чувственной, и ему страстно захотелось отнести ее в постель.

Друзья. Они стараются быть друзьями.

Худшая идея из всех возможных.

Дэниел взглянул на часы и улыбнулся. Шел десятый час, а это означало, что она хорошо выспалась ночью. Темные круги под ее глазами исчезли.

— Привет, соня. Я не буду спрашивать, хорошо ли ты спала, потому что вижу, что хорошо.

Алекс вошла в кабинет, села на край стола и повернулась к Дэниелу лицом.

— Я выспалась. И, к твоему сведению, я проснулась ночью и услышала шум моря. Должно быть, это был прилив.

Алекс нравилось быть правой, и он не мог ее винить, потому что ему это тоже нравилось. Он услышал аромат мяты в ее дыхании и запретил себе наклоняться вперед и целовать ее в губы. Ох, ему будет нелегко на этой неделе, если он не сможет прикоснуться к ней или поцеловать.

Дэниел откинулся назад и скрестил руки на животе. Надо держать пальцы сцепленными, чтобы не поддаться желанию подхватить Алекс на руки, вытащить на улицу и опустить в шезлонг на крыльце. Он возбудился при мысли о том, как раздевает ее и прикасается к ее мягкой и ароматной коже.

Он резко одернул себя.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он и покосился на узкую полоску кожи над поясом ее джинсов. Никто не заподозрит, что она беременна.

— Хорошо. Меня не тошнит, не тянет поесть что‑нибудь необычное. — Она улыбнулась, ударив пяткой о ножку стола. — И еще я по‑прежнему влезаю во всю свою одежду.

Алекс взяла со стола стеклянное пресс‑папье, перевернула его и подняла брови. Осторожно положив пресс‑папье, она снова посмотрела на Дэниела, и ее глаза сверкнули от удивления.

— Это хрусталь баккара, он очень дорогой.

Дэниелу было все равно, даже если это был бы золотой самородок. Он хотел поговорить о ней и о ребенке.

— Ты была у врача?

Алекс кивнула.

— Я ходила в клинику и сделала анализ крови, чтобы подтвердить беременность. Мне прописали витамины, дали брошюры и порекомендовали пару книг. Мне надо сходить к гинекологу и сделать УЗИ. И врач точнее узнает дату родов.

Дэниел наклонился вперед, открыл свой онлайн‑календарь и бросил на нее выжидательный взгляд.

— Когда ты пойдешь к врачу?

— Ты хочешь пойти со мной? — удивленно спросила она.

— Когда ты поймешь, что не одинока, Лекс? Мы вместе.

Алекс назвала дату и время, а Дэниел включил визит к врачу в свой календарь. Он решил стать полной противоположностью своего отца и матери. Алекс посмотрела на него с благодарностью.

— Спасибо. Если ты пойдешь со мной, мне будет не так одиноко. Я очень скучаю по своей маме последние недели, и я не смею даже думать о Саре. Иначе я расплачусь.

Дэниел коснулся рукой ее колена и начал поглаживать его, напоминая себе, что утешает, а не соблазняет Алекс.

— Твои родители умерли, когда ты была маленькой. Ты их помнишь?

Алекс наморщила нос.

— Чуть‑чуть. Но я не уверена, что эти воспоминания принадлежат мне. Просто я часто слышала о своих родителях от других людей. Я не знаю, что именно помню.

— Важнее всего, что это хорошие воспоминания. — У него не было подобных воспоминаний о матери и юности. Он так старался выжить и вытерпеть очередной день, пока не переехал в «Серебряный клуб» к своей бабушке. На ранчо, под этим большим голубым небом Техаса, катаясь верхом и гуляя, он немного успокоился.

Алекс дотронулась до своего живота кончиками пальцев.

— Жаль, что она не рядом со мной.

Дэниел сжал ее колено, выражая свое сочувствие. Потом он убрал руку, чтобы не искушаться.

— Ты поела? В холодильнике стоит фруктовый салат. Я могу испечь блины. Или поджарить бекон.

Алекс недоверчиво округлила глаза.

— Ты умеешь готовить?

— Ага, я умею готовить. На самом деле я собираюсь поймать рыбу и приготовить ее на обед.

Алекс указала на океан.

— Я в восторге. А вдруг тебе не удастся никого поймать? Я не видела здесь удочек.

— Они в сарае вместе с аквалангом, защитными очками и гидроциклом. Там же лежит ловушка для лобстеров.

— Чудесно. — Алекс скептически отнеслась к его способностям добывать еду и ухмыльнулась. — Если ты вернешься с пустыми руками, мы поедим бутерброды с арахисовым маслом и желе.

— Ты совсем в меня не веришь. — Дэниел услышал звяканье — пришло новое электронное письмо — и наклонился вперед. Прочитав письмо, он сердито простонал.

— Проблема? Можно посмотреть? — спросила она. Он кивнул, и ее голые ноги коснулись его ног, когда она наклонилась и взглянула на экран.

— Тебе нужны очки, Лекс?

Она нахмурилась.

— Давай встретимся. Мы родственные души. По‑моему, я влюблена в тебя. У меня большие… — Смеющиеся глаза Алекс встретились с его глазами. — Ты зарегистрировался на сайте знакомств? Или отправил объявление о свидании?

Дэниел впился в нее взглядом.

— Нет. Это последствия того интервью, которое бабушка заставила меня дать ради рекламы аукциона холостяков.

Алекс хихикнула.

— А откуда стал известен адрес твоей электронной почты?

— Они пишут на почту через веб‑сайт ранчо. — Он указал на монитор и поморщился. — Пришло уже несколько писем.

Алекс снова посмотрела на монитор.

— А это письмо от парня. Он пишет, что у вас с ним общие знакомые.

— Наплевать. — Дэниел быстро удалил все письма. Была только одна женщина, которую он хотел, и она сидела рядом с ним, сводя его с ума.

Он закрыл ноутбук и встал. Положив руки на бедра Алекс, он осторожно поднял ее со стола. От нее пахло дорогим мылом и солнцезащитным кремом, а ее губы были мягкими и привлекательными.

Дэниел погладил пальцами ее мягкие волосы и нежно поцеловал в губы. Было так легко уступить желанию и страсти, но он не хотел напугать Алекс. От запаха ее тела у него кружилась голова. Дэниел провел рукой по ее груди, коснулся костяшками пальцев ее талии и положил ладонь на живот. Потом посмотрел вниз, и от эмоций у него сдавило горло.

— В тебе растет мой ребенок, — выдавил он.

Алекс широко улыбнулась. Подняв руку, она отвела с его лба надоедливую прядь.

— Надеюсь, у нашего ребенка будут твои красивые глаза.

— Надеюсь, он унаследует твои глаза, — прошептал Дэниел. — Ты такая милая, Лекс.

— Ты и сам неплох, — пробормотала Алекс, целуя его в губы. Дэниел вдохнул, когда ее груди уперлись в его грудь. Затем Алекс отстранилась, и Дэниел почувствовал, как она обвивает руками его шею и утыкается носом ему в горло. Он едва слышал ее слова. — Я боюсь рожать, Дэн.

— Я знаю, дорогая. Но я буду рядом с тобой.

Алекс отстранилась, и он увидел слезы в ее глазах. И обхватил руками ее лицо.

— Почему ты плачешь, Лекс?

— Если ты хочешь бросить меня, Дэн, сделай это сейчас. До того, как мне будет слишком больно.

— Я никуда не уйду, Лекс. Я обещаю.

Алекс заставила себя рассмеяться, а потом шагнула назад и вытерла слезы основаниями ладоней. И одарила Дэниела улыбкой, в которой отражалось смущение и страх.

— Не обращай на меня внимания, — сказала она. — У меня просто разыгрались нервы.

Он кивнул, чтобы сильнее не смущать ее, хотя знал, что перемена настроения никак не связана с ее беременностью. Она просто боялась, что Дэниел снова ее подведет.

* * *

Дэниел был либо очень опытным рыбаком, либо самка лобстера с удовольствием попалась в его ловушку. Алекс была убеждена, что последнее вернее всего. Она даже представила себе, как самка лобстера говорит: «Да, Дэниел, конечно, я пожертвую собой ради твоего обеда. Бери меня. Я готова умереть ради тебя».

— Почему ты улыбаешься? — спросил Дэниел.

— Я представляю последние слова самки лобстера, — призналась Алекс, садясь на стул, который он принес ей. Она была современной и независимой женщиной, но обожала джентльменские манеры Дэниела.

— Чудная ты какая‑то, — произнес Дэниел и сел справа от нее. Он потянулся к бутылке белого вина и повернул ее, чтобы показать Алекс этикетку. — Я нашел его в подвале. Оно безалкогольное. Хочешь немного?

— Безалкогольное вино — как кофе без кофеина, — проворчала Алекс.

В ответ Дэниел лишь поднял бровь. Алекс протянула ему свой хрустальный бокал.

— Ладно, наливай!

Улыбаясь, он налил ей вино. Если точнее, виноградный сок. Алекс показала на блюда.

— Спасибо, что снова приготовил еду. Ты меня балуешь. Будет трудно вернуться в Хьюстон и самой о себе заботиться. Я жила в роскоши в «Одиноком волке», теперь здесь, с тобой. Реальная жизнь будет шоком.

Дэниел протянул ей бокал вина и поднял бутылку пива в молчаливом тосте. Алекс потягивала вино и смотрела на Дэниела при слабом освещении от единственной свечи и костровых чаш вокруг бассейна. Она вздохнула. Разве можно не смотреть на него? Они одни на частном острове в Карибском море. Дэниел красивый, загадочный и сексуальный. С роскошным телом и точеными чертами лица. Она жаждала слушать его смех и чувствовать его губы на своем теле. Она хотела, чтобы он был с ней вечно.

И именно поэтому она упомянула о Хьюстоне, в который поедет после Галлоуэй‑Коув. Потому что Дэниел не может быть с ней постоянно. В глубине души она это понимала и не могла позволить себе соблазниться этим пылким мужчиной.

Она не настолько слаба.

К счастью, Дэниел сменил тему.

— Расскажи, какую работу тебе предложили.

О работе говорить можно — это хорошая, нейтральная тема.

— Мы с Майком стали работать в компании, в которой я все еще работаю, вскоре после окончания университета. Через полгода он уволился и открыл собственный бизнес. И теперь просит меня присоединиться к нему.

— Связи с общественностью?

Алекс наморщила нос.

— Не в традиционном смысле. Я планирую стратегии в социальных сетях для лучшего продвижения на цифровом рынке бренда или компании.

Дэниел поморщился.

— Ужас какой‑то.

Она сверкнула улыбкой.

— Это мнение того, кто не пользуется социальными сетями.

Дэниел улыбнулся ей так, что у нее засосало под ложечкой.

— Ты упрекаешь меня, Слэйд?

Она ни за что в этом не признается.

— Тебя не смущает, что твоя бабушка активно пользуется социальными сетями? — спросила она.

— Не смущает. — Дэниел потянулся к салату из лобстеров и положил порцию на тарелку Алекс, а потом на свою тарелку.

— А этот парень, Майк, хочет, чтобы ты стала его партнером? — спросил он. — Зачем это ему?

Алекс попробовала лобстера и простонала, чувствуя на языке его сливочный вкус. Жуя, она вдруг схватила Дэниела за руку.

— Что случилось?

— Я не знаю, можно ли мне морепродукты. — Она скривилась. — Я вроде бы читала, что они не полезны беременным.

— Я посмотрел в Интернете и узнал, что лобстера можно есть во время беременности, если он свежий и правильно приготовленный. Я поймал его и приготовил, поэтому все в порядке. — Дэниел указал вилкой на ее тарелку. — Ешь.

Алекс была тронута тем, что он проверил информацию в Интернете. Давным‑давно она не чувствовала себя защищенной, поэтому разволновалась. Приятное, но опасное ощущение. Нельзя привыкать быть центром внимания мужчины.

— Ты рассказывала мне о Хьюстоне, — напомнил Дэниел, откидываясь назад и беря бутылку пива.

— Майк обожает возиться с клиентами, он прирожденный продавец, но ему не нравится управлять персоналом и заниматься делопроизводством. И финансами. Он предложил мне равноправное партнерство, если я возьму на себя эту часть бизнеса.

Дэниел посмотрел в темноту. Алекс проследила за его взглядом и разглядела валуны на пляже; пенистые волны набегали на берег.

— И тебе придется жить в Хьюстоне? — спросил он.

Первоначально Майк предположил, что она может большую часть времени жить в Ройяле и приезжать в Хьюстон на несколько дней в месяц. Бизнес, основанный на веб‑технологиях, можно контролировать по электронной почте и с помощью видеозвонков. Переехать в Хьюстон стремилась сама Алекс, желая сбежать из Ройяла и от сексуального Дэниела.

— По‑моему, мне надо жить в Хьюстоне, — тихо сказала она.

Дэниел поел еще немного, потом отодвинул от себя блюдо. Большим пальцем обвел бамбуковую подложку под тарелку.

— Что, черт побери, с нами случилось, Лекс?

— Мы занимались сексом, и я забеременела.

Дэниел проигнорировал ее язвительную реплику.

— Я имею в виду тогда.

Он предпочел ей «Серебряный клуб» и Роуз. Что тут обсуждать?

Их взгляды встретились, и она чуть не захныкала от обиды, которую увидела в его глазах.

— Я предложил тебе продолжать отношения, но на расстоянии. Ты уехала в университет. И сказала мне: либо все, либо ничего. Почему? Почему ты настаивала на том, что мое согласие — единственный способ доказать свою любовь к тебе?

— Потому что ты был мне нужен. Я хотела быть для тебя важнее всего.

Дэниел сцепил руки за головой.

— Мне надо было остаться в «Серебряном клубе». Я не мог все бросить, Лекс.

— Ты послушался Роуз. Ты не боролся за меня, Дэниел.

Алекс отодвинула свой стул и встала, взяла бокал с безалкогольным вином и подошла к краю бассейна. Сев, она опустила босые ноги в нагретую солнцем воду и уставилась на море. Восходящая луна была серебристой. Наступила идеальная ночь для страсти и любви на сладком, ароматном воздухе. Не стоило бередить старые раны под светом приветливой луны.

Дэниел откупорил еще одну бутылку пива и присел рядом с Алекс.

— Прости, что обидел тебя, Лекс, — хрипло произнес он.

— Я просто хотела, чтобы ты поступил в университет вместе со мной, Дэн. Мы были бы вдали от наших бабушки и дедушки, их неодобрения и глупой вражды. Я хотела выяснить, кем мы станем без всего этого.

— Я не мог уехать, Алекс. И не потому, что я этого не хотел.

Алекс поставила ногу на каменный край бассейна и отвела волосы со лба. Потом на ощупь взяла Дэниела за руку.

— Объясни мне, почему ты так поступил, Дэн. Я до сих пор этого не понимаю.

Дэниел высвободил руку и откинулся назад, опираясь на руки. Подняв голову, посмотрел на звезды. Алекс знала, что он подбирает слова. Но вместо того, чтобы ответить на ее вопрос, он повернул голову и коснулся губами ее рта, а потом скользнул в него языком. Алекс мгновенно возбудилась и обняла его руками за шею.

Понимая, что Дэниел ловко уклоняется от разговора, она неохотно отстранилась от него.

— Не отвлекай меня, Клейтон. Поговори со мной.

— Знаешь, я всегда завидовал тебе, — тихо сказал Дэниел. — Да, ты потеряла родителей в детстве, но у тебя была классная семья.

— Откуда ты это знаешь? Благодаря вражде мы с тобой редко виделись в детстве.

— До того как я начал постоянно жить с бабушкой, я видел тебя, когда приезжал в Ройял. В церкви, на городском параде, в столовой. — Он едва заметно улыбнулся. — Наверное, я видел тебя чаще, чем следовало…

— В каком смысле? — спросила Алекс.

Дэниел повел мощным плечом.

— Я пробирался на ранчо Слэйдов, подкрадывался к домику на дереве и наблюдал за тобой и твоим братом. — Он поморщился. — Извини, это звучит жутко, но я был молод и одинок. После того как я переехал в «Серебряный клуб», я начал учиться в школе, у меня стало мало свободного времени, и я перестал пробираться на ранчо Слэйдов.

— А потом ты наткнулся на меня на лугу. Ты все‑таки нарушил границы ранчо.

Губы Дэниела дрогнули.

— Я был на земле Клейтонов.

— Нет, — безжалостно ответила Алекс. Воспоминания нахлынули на нее как летний зной. Тогда они принялись спорить о том, кто вторгся на чью территорию. И вдруг Дэниел схватил ее за бедра, а она его за предплечья. И они стали целоваться.

— А потом ты поцеловала меня.

— Это ты меня поцеловал. — Они рассмеялись, и она уперлась лбом в мускулистое плечо Дэниела. — Мы очень любили друг друга, Дэн, но это прошло. Я не понимаю, как это случилось.

Дэниел повернулся и поцеловал ее в голову.

— Ты попросила меня сделать невозможное. Ты предложила мне уехать с тобой и сказала, что только так я докажу тебе свою любовь.

Алекс нахмурилась.

— Разве я так говорила?

— Поверь мне, я не лгу. А потом ты заставила меня выбрать, Алекс.

— Ты выбрал «Серебряный клуб», — сказала она.

— Да.

Его быстрое согласие ранило, но впервые с восемнадцати лет Алекс решила отмахнуться от обиды и постараться понять Дэниела.

— Я не знаю, кто мой отец, — продолжал он. — Он ушел до моего рождения — так говорила мне мать. Она также говорила, что он ушел после моего рождения. Непонятно, когда она была искренней. Я рос в квартирах, в трейлерах, в съемных комнатах и даже целый месяц жил в женском приюте.

Дэн провел рукой по своим густым волосам, а затем по лицу. Ему было нелегко, и Алекс уважала его откровенность.

— Жизнь с матерью запомнилась мне постоянными долгами и проблемами, которые она сама провоцировала.

Алекс не сводила глаз с его лица, боясь пошевелиться. Она не хотела, чтобы он передумал и перестал говорить.

— Когда Стефани уставала от меня, она отправляла меня к бабушке на ранчо. Оказалось, что каждый мой приезд в «Серебряный клуб» оплачивает бабушка. Однажды я узнал, что она платит моей матери более пятидесяти тысяч долларов.

Алекс тихо присвистнула.

— Да, моя мать была ходячей проблемой, — спокойно и размеренно произнес Дэниел. Но Алекс видела боль в его глазах и слабое дрожание нижней губы. Отсутствие у Стефани материнского инстинкта и равнодушие отца по‑прежнему обижали Дэниела.

— Наблюдая за тобой, я видел тебя с твоей семьей, с Сарой, и завидовал тому, как сильно тебя любят. Ты чувствовала себя в безопасности. — Дэниел положил руку ей на бедро и провел кончиками пальцев по ее колену. — Тем летом ты часто спорила с Гусом и Сарой.

Конечно, она сердилась на них, а также на Дэниела. Она любила его, он любил ее, они хотели быть вместе, а их разлучали из‑за глупой вражды. В восемнадцать лет она думала только о себе.

Алекс стало совестно. Она нежно коснулась рукой подбородка Дэниела.

— Почему ты отпустил меня, Дэн?

— Тебе надо было уезжать, а мне — остаться. — Дэниел потер шею. — Бабушка хотела, чтобы я остался и больше узнал о «Серебряном клубе». Однажды это ранчо должно было стать моим. И я решил, что, уехав, я лишусь ранчо, работы и наследства.

Алекс отшатнулась от него.

— Она тебе угрожала?

— Нет, ты не слушаешь. Я сказал, это было мое предположение. По правде говоря, я не хотел уезжать из Ройяла. Там я чувствовал себя в безопасности.

— А я попросила тебя рискнуть и все бросить.

— Оглядываясь назад, я знаю: я использовал свое предположение о лишении наследства в качестве оправдания, но я не мог сказать тебе, что я…

— Что ты любишь ранчо больше меня.

Дэниел покачал головой.

— Я не знаю, Лекс. Может быть. Я просто не хотел никуда уезжать. Но я не хотел тебя отпускать. Я так растерялся, что не мог признаться тебе в своих чувствах.

— А я желала, чтобы ты сделал широкий жест и доказал, что любишь меня, — хрипло призналась Алекс.

— Стефани постоянно мной манипулировала. Она говорила, что я должен сделать то‑то и то‑то, если я ее люблю. В детстве я постоянно доказывал, как сильно ее люблю, и пытался угодить ей. После того как я переехал жить к бабушке, я поклялся, что больше никто и никогда не будет использовать любовь как оружие против меня.

Алекс закрыла глаза, сдерживая слезы.

— Мы были так молоды, Дэн. И не знали, как справиться со своими чувствами.

— Мы были слишком категоричны.

Алекс дотронулась рукой до живота и криво усмехнулась.

— И мы категоричны сейчас.

Дэниел подсунул руку под ее ладонь и прижал ее к животу. Потом поцеловал Алекс в висок.

— Я знаю только одно: нас влечет друг к другу. Мы можем быть друзьями и любовниками, Лекс. Поверь мне.

Он говорил так уверенно, но Алекс все еще сомневалась, что такая токсичная комбинация «дружба‑любовь» не разорвет их на части. Вдруг она совершила ошибку, посмотрев в его глаза цвета темного шоколада, и поняла, что тонет в них. Она чувствовала, что уступает и забывает о здравомыслии.

Они нужны друг другу. Здесь и сейчас Дэниел молчаливо говорит ей, что выбирает ее.

Алекс наклонилась вперед и провела подушечкой большого пальца по его нижней губе.

— Отнеси меня в постель, Дэн.

Он облегченно вздохнул, но потом напрягся.

— Ты уверена? Ты же сказала, что это не очень хорошая идея.

Она подняла и опустила плечи.

— Да. Но мы не приняли долгосрочного решения. Мы его примем, но не сегодня. Не сейчас.

Дэниел встал и нежно обхватил руками ее бедра.

— Чем ты хочешь заняться сегодня ночью, Лекс?

— Я хочу, чтобы ты любил меня, Дэн. Так, как ты умеешь.

Глава 8

Дэниел не вошел в дом, а повел Алекс по террасе в хозяйскую спальню, в которую прошагал через открытые раздвижные двери.

У изножья кровати он остановился, обхватил лицо Алекс ладонями и стал нежно поглаживать пальцами ее скулы. В этой темной комнате, полной теней и тайн, Дэниел почувствовал, что именно сейчас начинается их настоящий роман.

Никто и никогда не увлекал его так, как Алексис Слэйд. Лежала ли она на лугу, заплетала ли волосы в косы, или стояла на сцене, собирая деньги на благотворительные цели, или лежала на его кровати, она постоянно очаровывала его.

— Боже, какая ты красивая, Алексис.

Она улыбнулась, когда он назвал ее полным именем. Так он обращался к ней только тогда, когда его переполняли сильные эмоции.

Не в силах сдержаться, Дэн опустил голову и мягко коснулся губами уголка ее рта.

Алекс глубоко вздохнула.

— Дэниел, рядом с тобой я…

Он стал ласкать пальцами ее шею и вздохнул, когда она провела языком по его губам. Как только он слегка открыл рот, она скользнула в него языком. Дэниел потерял голову. Громко простонав, он положил руки ей на бедра и приподнял над полом, обрадовавшись тому, что она обвила ногами его торс. Оторвавшись от ее губ, он вздохнул и приказал себе успокоиться. У них впереди несколько дней и ночей, поэтому не надо торопиться.

— Откинься назад, Лекс, — прорычал Дэниел и попытался стянуть с нее блузку.

— Я помогу тебе. — Алекс сняла блузку и бюстгальтер, а Дэниел обхватил губами ее розовый сосок. Она простонала и рукой подтолкнула его голову к другому своему соску. Дэниел опять приказал себе не торопиться.

Опустив Алекс на кровать, он наклонился над ней и снял с нее джинсы. Проведя рукой по ее длинному бедру и стройной голени, он уткнулся носом в край ее кружевных бирюзовых трусиков и вдохнул запах ее тела. Ловко стянув с Алекс трусики, он уставился на нее.

— Ты красивая. Ты идеальная. И ты моя, Лекси. Сегодня ты только моя.

Он услышал ее вздох и увидел удовольствие в ее глазах.

Поднявшись, Дэниел резко снял с себя рубашку и шорты и взглянул на свою любовницу и мать своего ребенка. Перед ним была женщина, которой он увлекся в юности и которую не сумел забыть.

Дэниел посмотрел на ее лицо, ожидая, что ее внимание будет приковано к нему, и нахмурился, когда заметил: Алекс глядела мимо него. Если она передумала, он пробьет дыру в этом дорогом деревянном экране, отделяющем спальню от ванной комнаты.

Он прижался лбом к ее лбу.

— Лекс? Ты хочешь, чтобы я остановился?

Вместо ответа, Лекси прижала руку к груди в области сердца и села. Когда она наконец посмотрела на него, Дэниел увидел луну в ее глазах.

Он медленно повернулся и открыл рот от удивления. Луна занимала все небо, и ему казалось, что он может дотронуться до нее рукой.

— Дэниел, как красиво…

Он оглянулся на Лекси и медленно покачал головой. Луна не могла сравниться с Алекс. Его женщина была очаровательнее любого светила за окном их спальни.

Он погладил ее плечо.

— Я хочу тебя, Лекс.

Она улыбнулась, и его сердце екнуло, словно от испуга.

— А я хочу тебя и луну. — Она посмотрела на небо.

Он потер пальцами ее сосок, и тот напрягся, а ее глаза затуманились от желания. Лекси коснулась рукой его члена, и Дэниел забыл обо всем на свете.

Голос Лекси был мягким, но уверенным.

— Я хочу тебя и луну, Дэн, — повторила она.

Не понимая, о чем она говорит, Дэниел растерянно покачал головой. Лекси опустилась на колени и улыбнулась ему.

— Возьми меня сзади, Дэниел. Я хочу видеть луну, пока мы занимаемся любовью. Я запомню это на всю жизнь.

Дэниел встал на колени у нее за спиной, обхватил руками за бедра и медленно вошел в нее. Он двигался размеренно и чувственно, неторопливо приближая Алекс к развязке под серебристым светом луны. Его чувства обострились: он услышал, как ветер треплет деревья, а волны набегают на песок. Тихое хныканье Лекси и ее радостные вздохи казались ему оглушающими. Его окутал ее запах. Она повернула голову и встретила его поцелуй.

* * *

В закусочной Ройяла Гус поднял глаза от печенья и соуса и посмотрел на прекрасное лицо Аманды Баттл. Владелица закусочной была его подругой, поэтому он встал и поцеловал ее в щеку.

— Доброе утро, красавица!

Аманда рассмеялась.

— Разве можно флиртовать со мной сейчас, когда ты женился, Гус Слэйд?

— Я просто констатирую факт, мэм. — Гус снова сел и подмигнул улыбающейся Роуз. Как замечательно видеть свою жену расслабленной, довольной и счастливой. Рядом с ним она буквально светилась.

Аманда повернулась к Роуз и коснулась щекой ее щеки.

— Так приятно видеть вас, мисс Роуз. Поздравляю со свадьбой! Я так рада за вас.

Роуз поблагодарила Аманду за добрые слова и за то, что та снова наполнила кофе ее чашку. Аманда передала кофейник официантке и наклонила голову набок.

— Поговаривают, что вы отправили своих внуков в медовый месяц вместо себя? Вы сумасшедшие? Вы знаете, до чего прекрасен Галлоуэй‑Коув?

Роуз добавила сливки себе в кофе.

— Эти двое похожи на мулов, сражающихся за репу.

Аманда рассмеялась.

— От них есть новости?

— Им удалось найти компьютер и выйти на связь. — Гус доел завтрак и вытер губы салфеткой. — Они прислали нам вежливые и нежные благодарственные письма…

Аманда ударила его по плечу.

— Нет!

— Нет, — признался Гус. — Но прошло три дня, а они не позвонили нам и не потребовали, чтобы их забрали оттуда. И насколько нам известно, они не поубивали друг друга.

— Они прикончат нас с тобой, когда вернутся. — Роуз наморщила нос.

— Они успокоятся, — заверила ее Аманда. — Позлятся на вас немного и простят вас. Вы их семья, и они любят вас.

Аманда обернулась, когда над дверью звякнул колокольчик, и Гус проследил за ее взглядом. Аманда нахмурилась, глядя на высокого, хорошо сложенного мужчину в строгом деловом костюме. Отвернувшись от него, Аманда посмотрела на Роуз.

— Мисс Роуз, вы его знаете?

Роуз взглянула на латиноамериканца, и Гус увидел вспышку удовольствия в ее глазах.

— Рози… — предупредил он.

Роуз одарила его нахальной усмешкой и снова посмотрела на Аманду.

— Он кажется мне знакомым, но я его не знаю. А что?

— Он был здесь на днях, искал вас. По‑моему, кто‑то дал ему адрес «Серебряного клуба».

— После свадьбы я живу с Гусом в «Одиноком волке», — краснея, сказала Роуз.

Гус подумал, что им придется решить, где они будут жить постоянно. Как ни странно, Роуз освоилась в его доме лучше, чем в своем. Он был в безвыходном положении, ожидая, пока Роуз предложит ему переехать в дом Эда, и все еще не знал, как ответить. Им обоим требовался дом, где их не будут преследовать призраки прошлого.

— Мне пора в «Серебряный клуб». Надо проверить, как там дела.

— Бригадир Дэниела — хороший человек, и, без сомнения, Дэниел отдает ему приказы из Галлоуэй‑Коув. — Гус погладил внутреннюю сторону ее запястья, чтобы успокоить. Он едва заметно кивнул на незнакомца. — Ты хочешь узнать, что ему надо?

Роуз пожала плечами и кивнула.

— Я здесь. Он здесь. — Она посмотрела на Аманду и улыбнулась. — Проводите его к нам, дорогая.

Аманда кивнула и, как всегда, грациозно ушла. Гус повернулся на своем месте, и на него уставились темные сверкающие глаза незнакомца. Гус мгновенно обо всем догадался. Странно, что Роуз не узнала этого человека.

Мужчина остановился у их столика, и Гус мгновенно напрягся.

— Мисс Клейтон?

— Она миссис Слэйд, сынок, — проворчал Гус.

— Простите. — Мужчина протянул руку Роуз и поцеловал костяшки ее пальцев. Гус пришел в ярость. — Меня зовут Гектор Лэмб, и я считаю, что я…

— …Отец Дэниела. — Роуз высвободила руку и откинулась на спинку стула, буравя мужчину взглядом. — Где, черт побери, вы были и почему появились только сейчас?

* * *

На вершине тропы Дэниел остановился, повернулся и удивленно посмотрел на Алекс, которая шла за ним следом.

— Ты уверена, что беременна? — Он положил руки на бедра.

— Почему ты сомневаешься? — Алекс сняла бейсболку и вытерла ею лоб. Они были в джунглях, покрывающих большую часть острова; в лесу было очень влажно. Она не могла дождаться, когда они придут к бухте и искупаются.

— Тебя не тошнит по утрам, у тебя нет странных пристрастий, ты не капризничаешь, — ответил Дэниел. — И ты по‑прежнему стройная.

— Шорты стали мне тесноваты в талии, и грудь у меня теперь больше.

Дэниел пристально посмотрел на нее, и она заметила лукавство в его глазах. Он поднял руки и положил их на закрытые бикини груди.

— Я тебе не верю. Мне надо проверить.

Он потер большими пальцами ее соски, и Алекс, подняв голову, встретила его поцелуй. О, ей нравился расслабленный, веселый и задумчивый Дэниел. Впервые после ее возвращения в Ройял они стали близки не только физически, но и душевно.

Всякий раз, когда они не занимались любовью, они разговаривали и смеялись. У каждого из них были свои различия, но их система ценностей и приоритеты совпадали. Для обоих семья была важнее всего.

Но, переехав в Хьюстон, Алекс сознательно отстранится не только от Дэниела, но и от его бабушки, своего дедушки и друзей. Защищаясь от своих чувств, она усложняла себе жизнь.

Дэниел прервал поцелуй, взял ее за руку, и они пошли рядом друг с другом. Потом тропинка сузилась, и Алекс пришлось идти позади него. Прикусив губу, она уставилась на затылок Дэниела, его широкие плечи и мускулистые руки.

Посмотрев в сторону, она снова подумала о переезде в Хьюстон. Дело в том, что у нее имеются варианты. Она может переехать к Дэниелу. Они станут парой и будут воспитывать ребенка вместе. Алекс затаила дыхание и положила руку себе на грудь, думая, что почувствует неловкость. Когда этого не произошло, она удивленно наклонила голову набок. Переезд к Дэниелу напугал ее не так сильно, как неделю назад.

Ее сердце замерло. Им не нужно жениться, но они могут жить вместе. У них фантастический секс, они наслаждаются обществом друг друга, у них одинаковые приоритеты.

Конечно, она рискует. Вернувшись в Ройял, они столкнутся с реальной жизнью, в которой полно скуки, рутины и усталости. И в любой момент Дэниел может решить, что ему все надоело, и уйдет.

Переживет ли она его уход? Сможет ли спокойно наблюдать, как он ее бросает, а ее мир рушится? Стоит ли ей рискнуть и согласиться на жизнь, которую он ей предлагает?

Сердце Алекс забилось чаще, на ее лбу выступила испарина. Она была готова разговаривать с Дэниелом, но не могла подобрать нужные слова.

— Мы пришли, — сказал он.

Алекс отвлеклась от размышлений и огляделась. И открыла рот, увидев огромный водопад и озеро. Плоские валуны усеивали естественную лагуну, создавая идеально ровную поверхность для отдыха и загорания после купания в прохладной воде.

— Потрясающе. — Дэниел спустился по тропинке к валуну, бросил рюкзак на камень и снял кроссовки. Стянув с себя рубашку, он бросил ее себе под ноги, а затем снял шорты. Он опять собирался плавать голышом. Алекс не возражала.

Дэниел хитро ей улыбнулся.

— Мы одни. Здесь больше никого нет. Меня никто не увидит, кроме тебя.

— Я уже все видела, — ответила Алекс.

— Раздевайся и присоединяйся ко мне, — предложил Дэниел, поигрывая бровями. Он смотрел на нее так, будто всю жизнь ждал возможности заняться с ней любовью у водопада.

Алекс чувствовала себя красивой, желанной и распутной. Дэниел стоял напротив нее, и солнце ласкало его загорелую кожу. Ветер трепал его черные кудри, а глаза страстно оглядывали Алекс с головы до ног.

Под взглядом такого мужественного и решительного человека Алекс чувствовала себя женственной и сильной. Она — жизнь, она вынашивает новую жизнь, и она восхитительна.

Алекс быстро разделась и встала перед своим мужчиной, вздыхая, пока теплые лучи солнца ласкали ее обнаженную спину и ягодицы. Она прижала сь к нему грудью и провела сосками по его коже. Дэниел простонал.

— Люби меня, Дэн. Здесь, на солнце, на этой скале. На нашем уединенном острове.

Дэниел кивнул, а потом его глаза вспыхнули, а губы дрогнули в улыбке. Он обхватил ее сильными руками и прыгнул вместе с ней в прохладную воду.

Алекс вынырнула и увидела лукавую улыбку Дэниела.

— Ты как ребенок. — Она плеснула водой ему в лицо.

Дэниел пригнулся, обнял ее, а она инстинктивно обвила его торс ногами.

Глава 9

После занятий любовью они немного поплавали, а потом поняли, что проголодались. Алекс надела бикини цвета фуксии, а Дэн шорты. Они поели яблок и сэндвичей, приготовленных ею заранее.

Расслабившись, Дэниел закрыл крышкой бутылку с водой, лег на спину и положил свернутое полотенце под голову. Наслаждаясь солнцем, он открыл глаза и посмотрел на Алекс.

— Полежи со мной.

Она прижалась к его боку. Из‑за легкого ветерка прядь ее волос упала Дэниелу на губы. Он завел эту прядь ей за ухо.

— Это лучший принудительный отпуск в истории, — пробормотала Алекс, лениво поглаживая пальцами грудь Дэниела.

— Лучший отпуск в истории, — уточнил он. — Мне нравится проводить время с тобой, дорогая. И всегда нравилось.

Алекс открыла рот, чтобы что‑то сказать, но потом сомкнула губы. Дэниел понимал, что она размышляет. Смеет ли он надеяться, что она передумала и решила выйти за него замуж?

— О чем ты думаешь, Лекс?

Она ответила не сразу:

— О работе, которую мне предложили. Я могу работать и жить в Ройяле.

Дэниел заставил себя оставаться на месте, но в душе ликовал.

— По‑твоему, ты справишься? — осторожно спросил он.

— Может быть. Я позволила тебе поверить, что мне надо переехать в Хьюстон, чтобы работать. Но я могу остаться в Ройяле и работать удаленно, а в командировки ездить пару раз в месяц.

Ему захотелось сесть и взвыть от восторга, но он знал, что должен осторожничать, потому что Алекс напоминает ему пугливого жеребенка. Пока он отчасти получил то, что хотел.

— Я боюсь начинать что‑то новое, потому что в ужасе от перспективы это потерять, — сказала она.

Дэниел попытался разобраться в ее неожиданном заявлении. Он посмотрел на нее, но ее глаза были закрытыми. Он провел рукой по ее спине, успокаивая.

— Чего именно ты боишься, Лекс?

Алекс села, скрестив ноги. Дэниел тоже сел и подтянул колени к груди.

— Мне не нравится, когда меня бросают, Дэниел. Это случалось слишком часто, и, по‑моему, я не переживу очередной потери.

Он понимал ее, но все равно попросил объясниться.

— Как мы уже говорили, потеря родителей стала для меня сильным ударом, но я выжила благодаря Гусу и Саре. А когда мне было двенадцать, я потеряла свою лучшую подругу Джемму. Я не знаю, помнишь ли ты ее: она была рыженькой?

Он смутно помнил двух девочек вместе, но отлично помнил, как горевал весь город после смерти Джеммы.

— Я была опустошена. Я думала, мой мир рухнул. — Алекс перебросила волосы через плечо. — У меня были друзья в школе, но ни с кем из них я не сближалась. Я не хотела, чтобы мой новый друг умер. Поэтому я хранила свои мысли и чувства при себе, а Сара стала моей лучшей подругой. Потом, на лугу, я встретила тебя. Мы поцеловались, и я почувствовала, как мое сердце открылось. В то лето ты стал для меня всем. — Алекс коснулась кончиком языка своей верхней губы и посмотрела на Дэниела. В ее глазах стояли слезы. — Я знаю, что драматизирую, но потеря тебя приравнивалась к потере Джеммы. Но оказалось, что все еще хуже. Ты был не только моим лучшим другом, но и моим любовником. Я всего лишь хотела, чтобы ты выбрал меня и остался со мной.

До него вдруг дошло.

— Ты злилась на то, что твои родители и Джемма, а потом и Сара оставили тебя. Ты чувствовала себя брошенной.

— Но мне нельзя сердиться на них, потому что у них не было выбора: остаться или уйти.

— Но у меня был выбор, и я выбрал не тебя, — сказал он.

Алекс кивнула и почесала голову над ухом.

— Повзрослев, я решила, что справлюсь с влечением к тебе. Я думала, что я буду спать с тобой, не увлекаясь. Я скучала по тебе, но знала, что выживу без тебя. Я думаю, мне помогло то, что мы не привязывались друг к другу эмоционально. Между нами был только секс.

Они не привязывались друг к другу, потому что оба очень боялись любви. И сейчас ее боятся.

— В любом случае в нашем нынешнем положении… Для нас разумнее всего жить вместе и вместе воспитывать нашего ребенка, — тихо сказала Алекс.

Дэниел ликовал.

— Но в этом есть свои минусы, — произнесла она.

Он приуныл. Посмотрел на нее и стал ждать, что она скажет дальше.

— Говори, что у тебя на уме, Лекс.

— Я боюсь переехать к тебе, влюбиться в тебя, а потом мириться с твоим уходом. Ты можешь либо умереть, либо бросить меня ради другой женщины.

Она волнуется, что он предпочтет ей другую женщину? Этого не случится. Не сейчас, никогда.

Алекс прикусила нижнюю губу.

— Я боюсь, Дэн. Мне страшно, потому что у нас может ничего не получиться. Я боюсь, что ты снова станешь центром моего мира, а в один прекрасный день сделаешь выбор и выберешь не меня.

Она была намного сильнее, чем думала. Они оба сильные личности и справились с многими трудностями.

Желая дотронуться до нее, Дэниел погладил кончиком указательного пальца внутреннюю сторону ее запястья.

— Я знаю, ты напугана, дорогая. Но есть нечто более пугающее, чем страх, и это удручает.

Алекс тяжело вздохнула и устало пожала плечами. Он понимал, что она чувствует себя разбитой. Как и он. Но детство научило его не принимать решения под властью эмоций, а выжидать время и трезво оценивать ситуацию.

Как бы ему ни хотелось перевезти Алекс к себе домой после возвращения в Ройял, ему не следовало торопить ее. Ему будет нелегко контролировать свои желания, но это необходимо сделать, если он хочет создать семью.

— Ты считаешь, что сможешь и дальше жить в Ройяле?

Алекс уставилась на бассейн, и Дэн приложил все силы, чтобы промолчать.

Наконец она кивнула.

— Да, я думаю, мне лучше жить в Ройяле.

Дэниел запретил себе открыто ликовать.

— Ну, ладно. — Он положил руки ей на колени и дождался, когда она взволнованно посмотрит ему в глаза. — Лекс, тебе не надо принимать сегодня больше решений. Постарайся все обдумать.

Алекс прикусила нижнюю губу.

— А если бы я решила переехать в Хьюстон?

Он пригладил рукой волосы и встретился с ней взглядом.

— Я не знаю, Алекс. Так было бы сложнее и финансово, и морально. Но я предпочитаю думать, что у нас с тобой все получится.

Дэниел молился о том, чтобы Алекс перестала его расспрашивать. Он не хотел, чтобы она спрашивала, переехал бы он в Хьюстон и покинул бы «Серебряный клуб». Возможно, переехал бы. Но признаваться в этом не следует. Он и так был с ней достаточно откровенен. Алекс нужно время, и ему тоже.

— Роуз и дедушка будут требовать, чтобы мы поженились. — Алекс посмотрела на озеро, отказываясь встретиться с Дэниелом взглядом.

В прошлый раз, когда он сделал ей предложение, она ответила крайне резко.

— Ты хочешь выйти замуж? — спросил он.

Алекс покачала головой.

— Я еще не смирилась со своим решением остаться в Ройяле. Пока я не могу думать ни о чем другом. Но пойдут сплетни!

— Ты говоришь так, будто о Клейтонах и Слэйдах никогда не сплетничали. — Дэниел усмехнулся. — Пусть болтают, Алекс. То, что происходит между нами, касается только нас с тобой.

Алекс подняла брови.

— Разве ты не знаешь свою бабушку и моего дедушку?

Он улыбнулся, но покачал головой.

— Не надо спешить с выводами. Давай все делать постепенно. Сегодня ты решила остаться в Ройяле, и пока этого достаточно.

Алекс посмотрела на свои руки, а потом в глаза Дэниелу.

— Ладно. Но у меня просьба.

— Говори, дорогая.

— Я не очень хорошо себя чувствую, когда ни с кем не общаюсь. Мне надо иметь возможность говорить с тобой. Мне лучше, когда мы общаемся и что‑нибудь обсуждаем. И я не чувствую себя такой одинокой.

Растроганный, Дэниел обнял рукой ее шею, наклонился вперед и поцеловал Алекс в лоб. Он смотрел на нее как на ребенка, целовал словно девочку, но воспринимал ее как феноменальную женщину.

* * *

— Вы в курсе, сколько мальчиков с именем Дэниел родилось в Далласе в девяносто первом году?

Роуз перевела взгляд с кухонного стола в «Серебряном клубе» на обеденный стол в открытой столовой зоне и поймала взгляд Гуса. Он казался ей таким красивым. Как ей повезло, что они поженились!

— Сколько? — спросил Гус у Гектора Лэмба, пододвигая к нему бутылку красного вина из подвала Эда. Тот коллекционировал дорогие вина, потому что считал это престижным, но никогда не пил их. Он запрещал трогать его коллекцию. За годы, прошедшие после его смерти, Роуз продала кучу коллекционных бутылок и много бутылок просто подарила.

Роуз вытащила чизкейк из холодильника и оглядела свою кухню. Она была просторной и слишком большой для нее и Гуса. На холодильнике висел магнитик, который Эд привез из Нью‑Йорка, внутри ящика стола лежали ножи для стейка. Роуз хранила муку и сахар в контейнерах своей матери. Окна были слишком маленькими, а кладовка неудобной.

Роуз рывком открыла второй ящик и выругалась, когда его заело. Ей надоели плохо открывающиеся ящики, старая мебель и убогие комнаты. Она ненавидела этот дом и была готова в этом признаться.

— Пять тысяч шестьсот шестьдесят два мальчика родились в сентябре и октябре того года, — ответил Гектор. — Я помню даты, когда мы со Стефани спали вместе. Мы были вместе несколько недель.

— Подождите‑ка, я хочу знать, как вы выследили Дэниела, — сказала Роуз, ловко нарезая чизкейк. Она нахмурилась, глядя на разрезанный наполовину десерт. С каких пор она стала такой педантичной и скучной перфекционисткой?

Роуз разрезала торт на куски разного размера и наморщила нос. Однако лучше ей не стало. Поставив чизкейк и тарелки на стол, она мельком взглянула на Гектора и поцеловала Гуса в губы.

Гус удивленно уставился на нее. Роуз всегда была противницей демонстрации любви на людях.

— Ты в порядке, дорогая? — беспокоясь за нее, протянул Гус.

Роуз кивнула.

— Я ненавижу этот дом.

Гус откинулся на спинку стула, положил руки на свой плоский живот и выгнул густые седые брови.

— Ты уверена?

— Я больше не хочу здесь жить.

Гектор откашлялся и отодвинул стул.

— Простите, пожалуйста. Мне надо в уборную.

Роуз улыбнулась, радуясь возможности поговорить с Гусом наедине.

— Возвращайтесь быстрее, Гектор. Наш разговор будет недолгим.

Гектор кивнул и ушел, а Роуз села рядом с Гусом и оперлась подбородком о ладонь.

Гус медленно и лукаво улыбнулся.

— И где ты хочешь жить, Рози? Со мной?

— Я хочу переехать в дом Сары. Там я чувствую себя как дома. У меня ощущение, что она обрадовалась бы, если бы я там жила.

Гус коснулся ладонями ее рук.

— Она так по тебе скучала, Роуз.

— Я знаю. Я тоже по ней скучала. — Жена Гуса, Сара, была ее лучшей подругой, и Роуз не знала, простит ли себя за то, что ушла от Гуса и лучшей подруги — двух людей, которые знали и любили ее больше всех. Каких только глупостей не делает молодежь! И именно поэтому Роуз смело вмешивалась в жизнь Дэниела и Алекс. Если они не видят лес за отдельно стоящими деревьями, она даст им очки и бензопилу.

— Я хотела бы, чтобы Алекс и ее брат взяли себе мебель Сары, которая им нравится. Я не против того, чтобы ты оставил то, что тебе дорого, но…

— Но? — мягко спросил Гус.

— Но я хочу обустроить собственный дом. Я унаследовала большую часть всего, что находится в этом доме, от своих родителей, прабабушек и дедушек. Эд считал, что не надо покупать новое, когда старое еще можно использовать. — Пусть она говорит, возможно, глупости, но Гус ее поймет. — Я хочу купить свои собственные вещи. Новые вещи. Наши с тобой вещи.

Гус снова кивнул.

— Так и сделаем, дорогая. И может быть, Дэниел и Алекс переедут сюда. Алекс захочет все отремонтировать.

Роуз улыбнулась. Услышав шаги Гектора, она посмотрела на него и улыбнулась снова.

— Итак, расскажите, как вы выследили Дэниела. И почему так долго не приезжали?

* * *

Алекс выглянула в иллюминатор частного самолета и увидела знакомый ландшафт Техаса. Через полчаса они с Дэниелом приземлятся и вернутся в реальную жизнь.

Ох.

Реальная жизнь подразумевает визит к врачу, беседы с Гусом и Роуз, встречи с Майком. В реальной жизни не будет ленивых утренних пробуждений в объятиях Дэниела, мягкого плеска волн и нежного, ароматного ветра, ласка ющего кожу. В ней не будет свежей рыбы, пойманной в океане, плавания в бухте или бассейне, занятий любовью в душе под открытым небом.

В реальной жизни все будет по‑взрослому, и Алекс не была к этому готова. На острове было намного проще представлять себе жизнь в Ройяле, поездки в Хьюстон на работу, совместное проживание с Дэниелом. Теперь, когда до приземления осталось полчаса, Алекс снова задается вопросом, правильно ли она сделала, решив остаться в Ройяле. Не слишком ли она рискует, надеясь, что у нее и Дэниела будет хорошая семья?

Алекс барабанила пальцами по обтянутому кожей подлокотнику сиденья и грызла нижнюю губу, желая, чтобы Дэниел поднял глаза, увидел ее нервозность и как‑нибудь ее успокоил. Но через десять минут после взлета он подключил свой мобильный телефон к Wi‑Fi и с тех пор не прекращал работать.

— Добро пожаловать в ад, — пробормотал Дэниел.

— Проблемы?

Дэниел поднял голову и поморщился.

— Ажиотаж вокруг моего интервью: теперь меня считают самым завидным холостяком штата. У меня тысяча писем с просьбой о свидании.

— Тысяча, правда? — скептически спросила Алекс. Дэниел красивый и сексуальный парень, но сейчас он явно преувеличивает.

Дэниел повернул к ней экран телефона, и она увидела кучу сообщений.

— А почему ты не прочел письма, пока был на острове?

Дэниел снова посмотрел на экран. Он ответил не сразу, просматривая переписку.

— Удалив первую партию писем, я проверял на острове только свою личную электронную почту. — Он быстро улыбнулся. — Из нескольких писем я узнал, что некоторые женщины внесли деньги в твой благотворительный проект, чтобы купить свидание со мной.

Алекс наклонила голову набок и посмотрела на Дэниела в белой рубашке на пуговицах, брюках цвета хаки и с дизайнерскими солнцезащитными очками в кармане рубашки. Если ему надоест управлять ранчо, он легко сделает другую карьеру. Например, как модель. Она легко представляла, как он ныряет со скалы в синее море, подплывает к яхте и подкрадывается к сексуальной худой модели…

— Хм, а почему бы не сделать календарь на следующий год с фотографиями Дэниела и всех красавчиков — членов Клуба техасских землевладельцев?

Дэниел прищурился, глядя на нее.

— Нет. Что бы ты ни придумала, я отказываюсь.

Алекс только улыбнулась и не стала спорить. Когда придет время, она заставит его позировать обнаженным. Может быть, на фоне трактора или красивой лошади.

— Забудь об этом, Слэйд, — нервно пробормотал Дэниел.

Алекс одарила его застенчивой улыбкой и посмотрела на часы.

— А какие у тебя планы на сегодня?

Дэниел постучал указательным пальцем по своему бедру.

— Мне надо встретиться с бригадиром, попросить помощника перенести пропущенные встречи, кое‑кому перезвонить. А у тебя?

— Почти то же самое. Кроме того, я планирую прикончить своего дедулю.

Дэниел рассмеялся.

— Дорогая, я думал, мы их почти простили. В конце концов, мы снова вместе.

Что это значит? Кто она ему теперь: партнер, любовница? Алекс выглянула в иллюминатор, когда самолет начал снижаться. Они в общих чертах обсудили ее пребывание в Ройяле. Хочет ли Дэниел, как и прежде, чтобы она переехала к нему? Надо ли ей искать дом в аренду в Ройяле? Что они скажут Гусу и Роуз?

Алекс нахмурилась.

— Какое сегодня число? — Дэниел назвал ей дату, и она хлопнула себя рукой по лбу. — Я чуть не забыла. Сегодня после обеда мне надо к акушеру.

— Сегодня днем? — спросил Дэниел. — Разве я не записал это мероприятие в свой календарь? — Он взглянул в свой мобильный телефон и кивнул. — Да, вот оно. Половина шестого.

Алекс кивнула.

— Похоже, я буду последней пациенткой на сегодня.

Он вздохнул, провел рукой по лицу и посмотрел в свой телефон. И тихо выругался.

— Ты можешь записаться к врачу на другой день? У меня сумасшедшее расписание.

— Я не думаю, что надо это делать. Если я не пойду сегодня, то не смогу записаться на прием еще две недели. — Она подняла руки и солгала: — Я пойду одна. Это не так уж важно.

— Это очень важно, и я говорил тебе, что хочу пойти с тобой, — ответил Дэниел. — Просто сегодня неподходящий день.

— Ничего не поделаешь, — проворчала Алекс. — Когда я записывалась к врачу, я не знала, что нас похитят.

Дэниел провел рукой по лицу.

— Ладно, давай успокоимся. Итак, прием у врача в пять тридцать? Адрес клиники?

Алекс назвала ему адрес доктора и прибавила:

— Я пойму, если ты не сможешь пойти со мной, Дэниел. — Ну, она постарается понять.

Дэниел наклонился вперед и накрыл ладонью ее руку.

— Я сказал, что ты и ребенок будете для меня важнее всего на свете, Лекс, и я не шутил. Давай встретимся в клинике?

Алекс сжала его пальцы, почувствовала тепло и мгновенно расслабилась.

— Хорошо, договорились.

Дэниел наклонился вперед, поцеловал ее в губы и улыбнулся.

— Ты готова ехать домой?

Алекс улыбнулась у его губ.

— Нет.

— И я нет. И пожалуйста, не убивай Гуса. Тебе не пойдет тюремная роба.

Глава 10

Намного позже в тот же день Дэниел сжал пальцами переносицу и закрыл глаза. От боли у него пульсировало в затылке.

Ему казалось, будто он вернулся в Ройял восемь месяцев назад, а не восемь часов, и не знал, сможет ли решить еще одну проблему. У него пропала часть скота; ему пришлось вызывать ветеринара к заболевшей кобыле; а один из его лучших работников внезапно решил уйти на пенсию.

Вдобавок ко всему, помощник принес ему кучу писем, на которые следовало ответить, и стопку чеков на подпись. И еще бухгалтер срочно требовал с ним встречи. Ох, надо ему снова уехать в отпуск. Но сильнее всего ему хочется быть с Алекс, видеть ее улыбку и слышать ее голос.

Дэниел посмотрел на часы: двадцать минут пятого. Ему нужно покинуть ранчо к пяти часам, чтобы успеть на прием к врачу с Алекс. В его голове промелькнул образ Лекс — полной и красивой, несущей его ребенка. Он улыбнулся. Его женщина осталась в Ройяле, и через несколько месяцев он увидит своего первенца, за которым, как он надеялся, будут и другие дети.

Дэниел услышал стук в дверь своего кабинета, очнулся от размышлений, поднял голову и увидел бабушку. Он заставил себя казаться равнодушным, отказываясь признаваться, что ее план сработал.

— Можно войти?

Дэниел сложил руки на груди, когда Роуз вошла в комнату. Она отлично выглядела, чему он обрадовался. Ему нравилось видеть ее счастливой, но он не станет ей улыбаться.

— Я на тебя злюсь.

Роуз и глазом не моргнула.

— Мне все равно. Я сделала то, что мне надо было сделать.

Дэниел развел руки в стороны.

— Я похож на малыша, которому требуется твоя помощь?

— Ты походил на человека, который собирался упустить лучшее из своей жизни. — Роуз подошла к его столу и положила руки на спинку стула для посетителей. — Я не собираюсь терять Алекс и вашего ребенка.

Он не сдержал улыбку.

— Признайся, ты просто хочешь нянчиться с ребенком.

Улыбаясь, Роуз помолодела на пятнадцать лет.

— Ага. — Она прикусила губу и посмотрела на него, ее глаза сияли. — Значит, все хорошо?

Дэниел улыбнулся.

— Ты точно так же смотришь на Гуса? Он наверняка падает к твоим ногам и соглашается на все, о чем ты просишь.

— Конечно да, — ответила Роуз.

Дэниел рассмеялся, а Роуз удивила его, когда обошла стол и обняла его за талию. Он знал, что Роуз любит его, но обычно ей не нравились спонтанные проявления чувств. Закрыв глаза, Дэниел прижал к себе бабушку и коснулся подбородком ее головы. Эта женщина была его опорой и символом безопасности, моральным компасом и истинным другом. Пусть у него не было отца или матери, но Роуз заполнила эти пробелы своей предсказуемостью и честностью. И любовью. Она редко обнимала Дэниела, но он всегда знал, что его любят.

Дэниел поцеловал Роуз в голову и отошел в сторону. И нахмурился, когда его бабушка постаралась удержать его на месте.

— Бабуля, что случилось?

Роуз отпустила его, и он с изумлением увидел слезы в ее глазах.

Он нежно сжал ее предплечье.

— Ты в порядке? Что‑то с Гусом? С Алекс?

— У Алекс все хорошо. — Роуз улыбнулась и помахала руками перед своим лицом. — У тебя найдется платок?

Дэниел взял со стола относительно чистую бандану и осторожно вытер ею слезы Роуз.

— Что происходит, бабушка?

Роуз взяла его за руку и подвела к кожаному дивану у дальней стены. Дэниел подождал, пока она сядет, а потом присел рядом с ней. Роуз опять взяла его за руку.

Дэниел не на шутку встревожился. Что, черт побери, происходит?

— Ты начинаешь меня пугать, — сказал он.

Роуз уставилась на свои руки и вздохнула.

— Ты проверял свои электронные письма в последнее время?

Странный вопрос.

— Я постоянно заглядываю в свой почтовый ящик. Я посмотрел электронные письма в общем аккаунте и теперь знаю, что в Техасе полно одиноких женщин. Только они могут писать электронные письма с просьбой о свидании с идеальным незнакомцем, прочитав о нем статью в журнале.

— Одинокие девушки хотят выйти замуж за красивого богатого парня. Ты их фантазия.

Дэниел фыркнул, не соглашаясь с ней. Единственным человеком, которому он хотел нравиться, была Алекс. Подумав о ней, он понял, что должен начать разговор, иначе опоздает.

— Что у тебя на уме, бабушка?

— Ты должен был получить несколько сообщений от Гектора Лэмба.

Гектор Лэмб? Дэниел узнал это имя.

— Он присылал мне письма насчет ранчо и говорил, что хочет встретиться и познакомиться со мной. Он что‑то знает о Стефани?

Роуз кивнула.

Дэниел потер рукой затылок.

— Чего же он хочет? Он в курсе того, что мы давно с ней не общаемся?

Уже не первый раз один из дружков Стефани появляется на пороге их дома, требуя денег. Когда Дэниел был моложе, Роуз нередко передавала им деньги, чтобы спасти Стефани от тюрьмы.

— Он ничего не требует, — ответила Роуз. — Он хочет с тобой встретиться.

— Со мной? Зачем?

Глаза Роуз снова наполнились слезами.

— Гектор был в Остине по делам. Он встретил твою мать. У них был недельный роман. Он уехал, а когда вернулся через пять месяцев, она была беременна. Твоя мать сказала ему, что ждет от него мальчика и назовет его Дэниелом.

Дэниелу показалось, что комната покачнулась; все поплыло у него перед глазами. Он заставил себя сосредоточиться на словах Роуз, чтобы понять, что она говорит.

— Стефани все еще была замужем за тем неудачником и носила его фамилию. Гектор предложил присмотреть за ней и ребенком и вернулся в Хьюстон, чтобы снять ей квартиру, купить мебель и машину. Она должна была приехать в Хьюстон через две недели, но…

— …Она не приехала.

— Ты же ее знаешь. Стефани постоянно усложняла себе жизнь. Она снова взяла себе фамилию Клейтон, и Гектор не смог ее найти. А самое главное, он не мог найти тебя.

Дэниел процедил сквозь зубы:

— Он искал меня?

— Постоянно. — Роуз нежно улыбнулась. — Он увидел твою фотографию в журнальной статье и сразу тебя узнал. Он понял, что ты его сын.

— Как? — прохрипел Дэниел.

— Вы с ним похожи как две капли воды, дорогой. Ты его сын. — Роуз положила руку ему на плечо. — Милый, ты дрожишь. Я знаю, ты шокирован, но он хочет встретиться с тобой и узнать тебя.

Дэниел провел руками по лицу, сердце едва не выскакивало у него из груди. Он сделал несколько глубоких вдохов, а потом вспомнил, что родительское внимание и любовь всегда дорого стоят. Зачем приехал его отец? Чего он хочет? А главное, сколько Дэниел готов заплатить, чтобы отец был в его жизни?

Роуз погладила его рукой по спине.

— Ты хочешь с ним встретиться?

Дэниел должен с ним повидаться, чтобы узнать, что у него на уме.

— Да, наверное.

Роуз просияла.

— Отлично! — Она вскочила на ноги и хлопнула в ладоши. — Он ждет в главном доме с Гусом. Он тоже хочет с тобой увидеться.

Сегодня? Сейчас?

Дэниел опешил.

* * *

Алекс вышла из кабинета врача, держа в руке черно‑белую фотографию своего ребенка, который больше походил на арахис. У нее и ребенка все в порядке. Ей надо показаться врачу через два месяца. Возможно, в следующий раз Дэниел будет ее сопровождать.

Хотя вряд ли. Потому что она уедет в Хьюстон, где начнет новую жизнь.

Алекс посмотрела на улицу и на часы. Дэниел опоздал почти на два часа. Очевидно, она и ребенок не являются его приоритетом, как он обещал.

Что ж, лучше узнать его сейчас, чем потом. Алекс села за руль машины.

Он не любит ее, она никогда не будет для него важнее всех. Они приземлились в Ройяле десять часов назад, и Дэниел уже забыл о ней. Он смотрел ей в глаза и говорил, что она и ребенок — его главный приоритет. Но потребовалось всего десять часов, чтобы забыть это обещание и предпочесть работу и «Серебряный клуб».

Алекс смотрела на фотографию их ребенка, и по ее лицу катились слезы. Ее сердце сжалось, и она почувствовала знакомую волну неуверенности. После расставания с Дэниелом десять лет назад и смерти Сары она избегала эмоциональных встрясок. Потому что не могла справиться с разочарованием, страхом и неуверенностью. Отношения с Дэниелом сделали ее уязвимой и слабой. Она столько лет избегала этих эмоций, но, переспав с Дэниелом, опять открылась им. Только идиот поверит, что они сумеют воспитать ребенка вместе и она однажды научится доверять Дэниелу и строить с ним будущее.

Он не удосужился даже сходить с ней к врачу. Разве можно доверять ему свое сердце и чувства? Лучше она вернется в Хьюстон и через несколько месяцев позвонит Дэниелу и сообщит о рождении ребенка. Остается надеться, что к тому времени она станет сильнее и умнее.

Пассажирская дверца открылась, и в салон вместе с холодным влажным ветром ворвался Дэниел. Он захлопнул дверцу, отрегулировал сиденье, вытянул перед собой длинные ноги, повернулся к Алекс лицом и устало посмотрел на нее.

— Привет! Извини, я опоздал.

Дэниел провел руками по лицу, будто просыпаясь, и снова взглянул на нее.

— Как прошел осмотр? Ты в порядке? С ребенком все в порядке?

Он задавал правильные вопросы, но казался рассеянным, словно у него были более насущные проблемы.

— Как похолодало!

Вот это да. Он говорит о погоде. Неужели он не видит, что Алекс расстроена? Неужели не замечает, что она плакала?

Дэниел взял у нее из рук сонографию.

— Это ребенок? Мальчик? Девочка? Пол ребенка определили?

Она услышала чуть больше интереса в его голосе. Он заботится о своем ребенке — это очевидно, но ему наплевать на нее.

Дэниел посмотрел на нее и нахмурился.

— Ты в порядке?

— А я хорошо выгляжу? — едва сдерживаясь, спросила Алекс.

Дэниел попытался коснуться рукой ее щеки, и выражение его лица ожесточилось, когда она отстранилась от него.

— Слушай, прости за опоздание.

— Ты не опоздал, Дэниел. Ты вообще не пришел.

— Я знаю, но…

Алекс ударила руками по рулю.

— Никаких «но», Клейтон! Я просила тебя пойти со мной к врачу, и ты обещал пойти.

— У меня возникли проблемы, Лекс. Дай мне объясниться.

Она сомневалась, что он скажет что‑нибудь имеющее значение. Дело в том, что его драгоценное ранчо для него важнее ее.

— Поступки говорят громче слов, Дэниел. Ты сказал мне сегодня утром, что я — твой главный приоритет и ты приедешь в клинику. Твои действия опровергают это.

Ледяной тон Алекс резко контрастировал с громкой руганью Дэниела.

— Алекс, ради бога, дай мне объясниться!

Она не могла рисковать и позволять ему переубедить ее, потому что это будет происходить снова и снова. Их время на острове было романтичным праздником, который невозможно повторить в реальной жизни. Настоящая жизнь не наполнена солнцем, хорошим сексом и газировкой. Сейчас в Техасе холодный, пасмурный день, а они — два человека, которые не могут ничего дать друг другу. Надо покончить с этим. Немедленно.

— Я возвращаюсь в Хьюстон, — сказала она. — Я хотела этого с самого начала, и, по‑моему, это правильно.

— Ты покидаешь Ройял? Снова? Какого черта?

Алекс уставилась на все еще оживленную улицу, в ее глазах не было слез. Ей слишком обидно, поэтому она не может плакать и бороться. Сейчас она перешла в режим выживания и просто делает все возможное, чтобы не развалиться на части.

— Ты уезжаешь потому, что я пропустил чертов визит к врачу? — Громкие слова Дэниела эхом отразились от стен салона машины. — Ты окончательно свихнулась?

— Нет, я уезжаю потому, что ты не умеешь держать слово! Я уезжаю потому, что я не твой приоритет. И мне не верится, что ты всегда будешь рядом со мной!

Дэниел провел рукой по лицу. Подняв глаза, он нахмурился, глядя на нее. Его карие глаза были такими же холодными, как выветренные валуны на арктическом пляже.

— Господи, Слэйд!

Алекс стиснула зубы, наклонилась и открыла его дверцу.

— Убирайся!

Дэниел закрыл дверцу, прислонился к ней и бесстрастно посмотрел на Алекс. Она ненавидела этот пустой взгляд. Ей хотелось извиваться под его проницательными глазами, но она заставила себя оставаться неподвижной и пристально смотреть на него. Дэниел нарушил тяжелое, гневное молчание.

— Ты просто искала причину, чтобы сбежать, да?

Так нечестно. Именно он подвел ее. Именно он не сдержал обещания. Алекс постучала пальцем по фотографии ребенка.

— Тебя не было рядом, когда я слушала сердцебиение нашего ребенка. Я не слышала, как ты задавал вопросы врачу.

— По‑моему, ты все равно бы сбежала. И мое опоздание ни при чем, — прорычал Дэниел.

— Это нечестно.

— Ага. Когда тебе страшно, ты бежишь изо всех сил. — Его слова были резкими и причиняли боль, как наконечник ядовитого дротика.

— Я не боюсь, — возразила Алекс.

— Десять лет назад тобой руководил страх, поэтому ты сбежала вместо того, чтобы учиться и видеться со мной. Мы стали спать вместе в прошлом году, и, как только мы начали смеяться и разговаривать, ты решила разорвать наши отношения.

— Наши бабушка и дедушка…

Дэниел наклонился вперед, выражение его лица стало суровым.

— Не надо! Не смей винить их в этом! Это касается только нас с тобой. Всякий раз, когда ты попадаешь в эмоциональный водоворот, ты сбегаешь!

Это потому, что она не хотела тонуть. Она знала, каково оставаться без воздуха и чувствовать, что ты умираешь без людей, которых любила.

Дэниел запустил руки в свои волосы и в отчаянии дернул их.

— У нас могла быть такая удивительная жизнь, Лекс, но для тебя важнее защищать свое сердце, а не любить меня. — Он опустил руки, и Алекс увидела опустошение в его глазах. — Я не могу и дальше доказывать тебе свою ценность, Алексис. Я делал это постоянно в юности, но я отказываюсь делать это сейчас. Ты либо выберешь меня, либо нет. Я не буду все время выслуживаться перед тобой. — Дэниел взял фотографию ребенка и долго смотрел на нее. — Я устал в одиночку бороться за нас, Лекс. Я хочу тебя. Я хочу семью, но надо, чтобы ты тоже этого хотела. И я не собираюсь сидеть здесь и просить тебя об этом. Возвращайся в Хьюстон и живи в своей безопасной пещере.

Она услышала его слова и подумала, что именно их хотела услышать. Так почему же у нее такое ощущение, что он разрывает ее душу надвое? Дэниел открыл дверцу, опустил длинные ноги на землю и посмотрел на Алекс через плечо.

— Я свяжусь с тобой через несколько недель, чтобы узнать, как дела у ребенка, — сказал он.

Дэниел вышел из машины. Он осведомится о состоянии ребенка, а не о ее состоянии. Алекс надавила на него и получила то, что хотела. Жизнь без Дэниела. Алекс провела кончиками пальцев по лбу в полном замешательстве. Ей показалось, будто она нашла последний кусок гигантской головоломки, но обнаружила, что основной фрагмент отсутствует. Что она забыла?

Не раздумывая, она выскочила из машины и увидела, как Дэниел, ссутулившись, уходит.

— Дэниел!

Он остановился, через несколько секунд повернулся к ней лицом и выгнул темную бровь.

— Что?

«Обними меня. Успокой меня. Скажи мне, что никогда не подведешь меня. Никогда не покидай меня. Люби меня, пожалуйста».

— Почему ты опоздал? — спросила она.

Легкая улыбка коснулась его губ, но не достигла глаз. Помедлив, он произнес:

— За полчаса до того, как я должен был встретиться с тобой, в мою жизнь вернулся мой отец.

Глава 11

Следующим утром Дэниел опирался локтями о побеленный забор и наблюдал, как его конюх выводит призового жеребца Руфуса из конюшни, чтобы отвести его в загон за домом.

Руфус был всеобщим любимчиком. Его ласкали, баловали и относились к нему как к королю. Он резвился и спаривался со множеством кобыл.

Жизнь Дэниела имела определенные параллели с жизнью его любимого жеребца. Он думал, что может прожить жизнь, управляя ранчо, общаясь с друзьями и падая в постель любой доступной ему женщины. Он думал, будто такова нормальная жизнь, но оказалось, что это не так.

Правда в том, что он хотел того, чего не мог иметь. Он желал, чтобы Алекс и его ребенок жили вместе с ним. Ему не терпелось входить в свой дом и видеть там Алекс; наблюдать, как она полнеет, и целовать ее. Он хотел ужинать с ней, слушать, как она читает сказки их детям, и обнимать ее по ночам.

Дэниел почесал лоб, переполняясь грустью и разочарованием. Он подвел Алекс, и она теперь считает его ненадежным и невнимательным. Вздохнув, Дэниел уставился на пустой загон. Может быть, она права и им лучше жить обособленно. Отдыхая в Галлоуэй‑Коув, они поверили в невозможное под влиянием свежего тропического бриза и знойного очарования острова.

— Доброе утро!

Дэниел обернулся и увидел приближающегося к нему Гектора, одетого в итальянский костюм. Он посмотрел на свои джинсы и потертую джинсовую куртку поверх фланелевой рубашки и подумал, что, хотя похож на отца внешне, не умеет так красиво одеваться, как он.

— Привет!

У Дэниела не было возможности поговорить с Гектором наедине, отвести его в сторону и выяснить, чего он действительно хочет. Встреча у Роуз и Гуса продолжалась довольно долго, а его бабушка не обрадовалась, когда Дэниел настоял на том, что ему нужно уходить, потому что он дал обещание. Надеясь успеть в клинику к Алекс, он все‑таки опоздал.

И поскольку он опоздал, его мир рухнул.

— У нас не было времени, чтобы поболтать вчера вечером. — Гектор встал рядом с Дэниелом. — Твои дедушка и бабушка очень гостеприимные и очень любят тебя.

— Роуз — моя бабушка, а Гус — новый член нашей семьи. — Он посмотрел Гектору в глаза. — Чего ты хочешь?

Шок пронесся по лицу Гектора.

— В каком смысле?

— Деньги? Связи? Новый спортивный автомобиль? Кредит?

Гектор наклонил голову набок и посмотрел на Дэниела с сочувствием.

— Ничего.

— Почему? — неуверенно спросил Дэниел.

— Денег у меня предостаточно, а твои связи мне не нужны. У меня шесть спортивных автомобилей и куча всего остального. — Гектор улыбнулся. — Но спасибо за предложение.

Дэниел пригласил рукой волосы.

— Зачем же ты приехал?

Гектор положил руку ему на плечо и сжал его.

— Я здесь, потому что ты мой сын. У меня три дочери от прекрасной женщины, которая живет со мной более двадцати пяти лет, но ты мой первенец. Я приехал, потому что мне нужно знать, что ты здоров и счастлив. И еще я хочу, чтобы ты знал, что я никогда не переставал думать о тебе и постоянно искал тебя. Встреча с тобой для меня дороже любых денег, Дэниел.

Дэниел вытаращился на него.

— Что ты сказал?

Гектор мягко улыбнулся ему.

— Я решил найти тебя не только потому, что ты мой сын. Я хотел, чтобы твоя жизнь не стала серией сделок, когда ты получаешь то, за что платишь.

Ну да, именно такой была жизнь Дэниела со Стефани.

Дэниел чувствовал, что ему надо что‑нибудь ответить.

— Я всегда думал, что любовь продается и покупается. Моя бабушка вышла замуж за Эда ради своей матери… Стефани разрешала бабушке забрать меня, только если та заплатит за эту привилегию. — На его подбородке дрогнула жилка. — А потом была Алекс. Она бросила меня десять лет назад, когда я отказался оставить «Серебряный клуб» и поехать с ней.

— Она была юной, а в юности мы все глупы, — тихо произнес Гектор. — Я уверен, ты тоже причинил ей боль.

Да. Отказавшись бросить «Серебряный клуб», он заставил ее чувствовать себя покинутой. Алекс, которую покидало так много людей, острее остальных чувствовала любую потерю.

Ранее вместо того, чтобы объясняться с ней, он принялся обвинять ее в том, что она хочет сбежать. Дэниелу стало совестно. Он не захотел посмотреть на вещи с ее точки зрения, а рассердился и начал ее упрекать. Он был смущен и расстроен из‑за того, что Гектор вернулся в его жизнь, опасаясь, что этот человек, которого он инстинктивно любит, разочарует его, установив цену за отцовство.

Вернувшись в Ройял, он вспомнил, что его жизнь была намного проще в прошлом году: у него случались короткие романы с женщинами, его бабушка все еще ненавидела своего старого врага, а Алексис Слэйд встречалась ему изредка.

Его жизнь была безопасной. И ужасно скучной.

И Дэниелу она не нравилась. Он хотел, чтобы его бабушка суетилась вокруг своего нового мужа; хотел лучше узнать Гектора, который искал его тридцать лет. Он хотел быть с Алекс и ребенком, которые стали для него важнее всего на свете.

Потому что, пока он любит эту землю и «Серебряный клуб», любовь всей его жизни, вероятно, собирает вещи и отправляется в Хьюстон.

Дэниел посмотрел на Гектора и пожал плечами.

— Мне надо снова уйти, но не потому, что я не хочу с тобой общаться. А потому… — Гектор улыбнулся, — что твоя девушка уезжает, а ты хочешь ее остановить.

Поняв, что Роуз обо всем разболтала Гектору, губы Дэниела расплылись в улыбке.

— Я намерен сделать эту девушку твоей невесткой.

Гектор улыбнулся.

— Я согласен. — Он вытащил визитку из верхнего кармана пиджака и протянул ее Дэниелу. — Приезжай один или вместе с ней в Хьюстон в любое время.

Дэниел взял визитку и кивнул, а потом откашлялся.

— Спасибо, что искал меня.

Гектор снова сжал его плечо.

— Это обязанность отцов. Иди за своей девушкой, сынок.

Сынок. Дэниел закрыл глаза. Наконец‑то он стал чьим‑то сыном. Как же хорошо и замечательно! Но еще лучше быть мужем Алекс и отцом их малыша.

* * *

Алекс услышала звук старого квадроцикла Гуса и задалась вопросом, когда же он наконец его выкинет. Эта штуковина тарахтела, изрыгала дым и бывала в ремонте чаще, чем на дороге. У Гуса было три совершенно новых квадроцикла, но он по‑прежнему ездил на старом и ободранном.

Ее дедушка был таким преданным. Он любил Сару — в этом Алекс не сомневалась — и относился к ней как к королеве. Но с Роуз он просто светился. Ее жесткий и упертый дедуля во всем потакал мисс Роуз. Он любил ее всей душой, несмотря на годы. Алекс с удивлением обнаружила, что Роуз тоже любит его.

Алекс не могла не завидовать этой паре. Пожав плечами, она подумала, что такая любовь, вероятно, доступна только людям определенного возраста. Она и Дэниел — современные люди, живущие в нынешнем мире, и они оба — одержимые эгоисты. Разве может настоящая любовь процветать в таком материалистическом, самолюбивом и самовлюбленном обществе? Алекс — классический тому пример. Она так упивалась собственной обидой на Дэниела, когда он не приехал в клинику, что отмахнулась от его объяснений. Ее интересовали только собственные переживания.

К Дэниелу приехал отец, поэтому у него появился серьезный повод, чтобы опоздать. И если бы Алекс не отреагировала так эгоистично, то, возможно, не сидела бы в кресле в домике на дереве, пока ее машина готовилась к поездке в Хьюстон.

Ей было очень совестно. И теперь больше всего она хотела знать, как прошла встреча Дэниела с отцом. Что Дэниел думает о своем отце?

Алекс вздохнула, услышав шаги Гуса по деревянной лестнице, ведущей к домику на дереве. Подняв голову, она посмотрела на дедушку и поздоровалась с ним. Он присел на стул рядом с ней.

Гус откашлялся, и Алекс повернула голову, чтобы посмотреть на его профиль.

— Ты помнишь, что было, когда умерла Джемма? — спросил он.

Алекс запрокинула голову, удивленная его вопросом. Она меньше всего ожидала услышать об этом.

— Конечно. Я помню, как узнала новость. И решила, что мой мир рухнул.

— Ты помнишь похороны?

Алекс покачала головой.

— Не очень хорошо. Я помню гроб, цветы, Сара держала меня за руку.

Гус уставился на бесплодный зимний пейзаж за рекой.

— В день похорон мы проснулись рано утром. Сара заглянула в твою комнату, но тебя там не было, и мы не смогли тебя найти. Мы смотрели везде. В тот день ты не взяла свою собаку с собой, и меня это напугало, потому что вы с ней никогда не разлучались.

Олли умерла на руках Алекс всего через несколько месяцев после того, как ее пнула копытом лошадь. Это была очередная потеря.

— В конце концов я оседлал лошадь и приказал твоей собаке искать тебя. Мы проехали много миль, и я наконец нашел тебя в дальнем загоне, который граничит с землей Клейтонов.

Именно там она впервые поцеловала Дэниела.

— Я этого не помню, — сказала она.

Гус потер рукой затылок.

— Ты говорила мне, что убежала и не можешь вернуться, потому что боишься реальности.

Гус положил голову на спинку стула и закрыл глаза. Алекс ждала продолжения, но он просто сидел, греясь на зимнем солнце. Она толкнула ногой его ногу, и он открыл глаз.

— Что?

— Разве ты не скажешь, что я и сейчас убегаю от реальности? Как я поступила десять лет назад, когда оставила Дэниела.

— Справедливости ради, я рекомендовал тебе так поступить. — Гус сидел с закрытыми глазами.

— Так почему же ты не говоришь, что я убегаю от проблем? Что я отталкиваю людей, когда думаю, что они могут причинить мне боль? Почему ты мне этого не говоришь?

— Похоже, ты сама все сказала. Сдается мне, я не должен ничего говорить.

Алекс свирепо посмотрела на него, а потом уставилась на свои руки, которые опустила между ног.

— Я так боюсь, дедушка, — прошептала она.

— И что? — Алекс посмотрела на него, и он пожал плечами. — Бойся. Будь самой собой, но не стой на одном месте и не отказывайся от возможности попробовать что‑то новое. — Гус встал и пригвоздил ее к месту взглядом. — Я любил твою бабушку, Алекс. Я действительно ее любил. Но отчасти я всегда сожалел о том, что отказался от Роуз пятьдесят лет назад. Сожаление — хладнокровный компаньон, и я не хочу, чтобы ты с ним жила. Дэниел — хороший мальчик…

Алекс прижала руку к груди в области сердца, притворяясь, что шокирована его похвалой Клейтона.

Гус покраснел и отмахнулся от ее насмешек.

— Да‑да. Он хороший человек. Он верный и трудолюбивый. А когда вы с ним рядом, от вас летят искры.

Алекс поморщилась. Она не хотела, чтобы Гус заметил их страсть. Он наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Не убегай на этот раз, Лекси. Останься и посмотри, что произойдет. А мне пора проверить телят в загоне.

У Гуса были помощники, но он хотел все делать самостоятельно. Алекс смотрела, как лучший мужчина, которого она знала, уходит; его спина была по‑прежнему сильной, а походка решительной. Ее дедушка был упрямым и откровенным, но обладал огромным талантом любить. Он любил свою семью, ранчо и Роуз. Он жил, любил и плакал на этой земле. И ухаживал за ней, а земля приносила ему хороший доход. Его любимая жена, дети и домашние животные были похоронены на семейном кладбище, и каждый дюйм этой земли хранил память о них. Земля стала неотъемлемой частью его жизни, точно так же, как земля Клейтонов была частью Дэниела.

И Дэниел, и Алекс должны жить на этой земле. Вместе.

Вставая, она подумала о том, что пора покончить с глупой враждой Клейтонов и Слэйдов.

* * *

Машина Алекс была заполнена до краев. Она знала, что если кто‑нибудь увидит ее, то сразу решит, что она покидает Ройял, и сплетни разлетятся по всему городу. Они с Дэниелом спровоцировали достаточно сплетен в последнее время, поэтому она решила быстро выложить вещи и найти Дэниела.

Она не станет относить вещи обратно к себе в комнату, так как это займет слишком много времени, а оставит их в просторном фойе у Гуса. Она припарковала машину как можно ближе к входной двери дома своего детства, вышла и взяла тяжелую коробку с книгами. А потом услышала тихий шум мощного грузовика. Повернувшись, она прищурилась от солнца и увидела пыльный белый грузовик с логотипом «Серебряного клуба» на боковой панели.

Алекс держала коробку, от волнения у нее пересохло во рту. Наблюдая за тем, как рядом с ней останавливается грузовик, Алекс вытаращила глаза, когда Дэниел вылетел из машины, выглядя решительно и непримиримо. Через две секунды он был рядом с Алекс и взял у нее из рук тяжелую коробку, которую легко бросил в кузов своего грузовика. Угол коробки зацепился за край кузова, и она раскололась, а книги высыпались на дно кузова.

Прежде чем Алекс успела возразить, Дэниел схватил ее руками за предплечья и жадно поцеловал в губы. Как только она начала ему уступать, он отстранился о нее. Держа за руки, он легко отодвинул ее от двери дома, схватил ее чемодан и сумку с туалетными принадлежностями и бросил их в кузов грузовика.

Поскольку Алекс хотела, чтобы ее вещи были именно там, она просто смотрела, прижавшись плечом к борту своей машины, как Дэниел разгружает ее автомобиль за считаные минуты. Она боялась, что он повредит ее горшечные растения, но потом поняла, что все будет в порядке.

Когда машина Алекс опустела, Дэниел бросил ее сумочку и мобильный телефон на пассажирское сиденье грузовика, подошел к ней и уперся руками в бока. Он тяжело дышал.

— Ты не едешь в Хьюстон, — хрипло заявил он.

Она тоже так решила. Хотя ей хотелось броситься ему в объятия, она приложила все силы, чтобы надменно выгнуть бровь.

— Ты крадешь мои вещи, Клейтон?

— На твои вещи мне наплевать, — пробормотал Дэниел и кивнул на грузовик. — Залезай.

Алекс нравилось видеть своего мужчину слегка растрепанным. Ей было любопытно посмотреть, что он сделает, если она не согласится.

— А если я откажусь? — спросила она.

Алекс уже приготовилась к тому, что Дэниел перебросит ее через плечо и усадит в свою машину. Но вместо того, чтобы использовать физическую силу, он поднял руку и нежно коснулся ее лица.

— Ты мне нужна, Лекс, — сказал он. — Прямо сейчас я хочу, чтобы ты села в мой грузовик, потому что мне надо кое‑что тебе сказать.

— Например?

Дэниел прижался лбом к ее лбу.

— Я хочу сказать, что ты мне нужна, и точка. В моей постели, в моем доме, в моей проклятой жизни. Без тебя все кажется мне бессмысленным.

Алекс повернула голову, прижимаясь щекой к его руке, но не отвела взгляд. Перед ней был откровенный и уязвимый Дэниел, которого она никогда раньше не видела.

— Мы должны быть вместе, Алексис. Нам следовало сойтись еще десять лет назад, но мы были так молоды и глупы, чтобы это понимать. Мы сошлись снова три месяца назад, но испугались своих чувств. Ты и я — мы две взаимосвязанные головоломки. Ты…

По лицу Алекс потекли слезы. Дэниел посмотрел на нее с сочувствием.

— Что я, Дэн?

Он обнимал ее лицо руками, и ее сердце замирало.

— Ты для меня дороже всего, Лекс. Ты мое будущее и мое прошлое, мать моего ребенка и смысл моей жизни. Пожалуйста, не уезжай в Хьюстон. Останься тут, со мной.

— Ладно.

Дэниел запрокинул голову и широко улыбнулся.

— Ты серьезно?

Алекс кивнула.

— До того, как ты ворвался сюда как сумасшедший, я на самом деле распаковывала вещи, а не собирала их. Я хотела поехать к тебе.

Дэниел провел большим пальцем по ее щеке.

— Зачем?

Алекс схватила пальцами его рубашку.

— Я хочу остаться. Я хочу быть здесь с тобой. И воспитывать наших детей вместе.

Шокированный, Дэниел посмотрел на ее живот и резко поднял голову.

— У нас близнецы?

Алекс рассмеялась.

— Не в этот раз. Я говорю о будущем, которое ждет меня только с тобой.

— А близнецы — это классно! — Он отвел волосы с ее лба. Выражение его лица стало нежным. — Каким ты видишь наше будущее, Лекс?

— Почти таким, каким ты его описывал. Я знаю: у меня есть некоторые проблемы, Дэн, но я не хочу жить, боясь того, что может не случиться. Я предпочитаю быть с тобой, а не отказываться от этого шанса. Я не утверждаю, что не стану глупить и беспокоиться. Я, вероятно, буду это делать, но постараюсь не оплошать.

— И вместо того, чтобы расстраиваться, я просто обниму тебя и скажу, что никогда тебя не отпущу, — ответил он.

Дэниел был сильным, властным и совершенным. Она запрокинула голову.

— Я люблю тебя, Дэниел, — сказала она. — Я безумно тебя люблю.

Он нежно улыбнулся.

— Я тоже тебя люблю, дорогая.

Алекс подняла голову, встретила его поцелуй и почувствовала любовь в его объятиях, облегчение от его прикосновений и настоящее счастье. Ей было удивительно хорошо. Их поцелуй стал откровеннее и жарче, и Дэниел крепко прижал ее к себе. Их языки переплетались в страстном танце. Начиналась новая глава их жизни, где будет много любви.

Рука Дэниела коснулась ее груди, и Алекс потребовалась вся сила воли, чтобы оторваться от его прикосновения. Покраснев, она указала на конюшни слева, откуда за ними наблюдали Гус и Джейсон.

— Нахалы, — пробормотала она.

— Они помогли мне не потерять голову. — Дэниел хохотнул.

— На самом деле мой дедушка очень любит тебя, — сказала ему Алекс. — Он полюбит тебя еще больше, если ты женишься на мне.

Дэниел отпрянул от нее, нахмурился, а потом усмехнулся.

— Я не знаю, что сказать. — Он потер рукой подбородок. — Как ты к этому относишься?

— К свадьбе? — Алекс наклонила голову набок, притворяясь задумчивой. — По‑моему, это классная идея. — Она усмехнулась, увидев шок в глазах Дэниела, и отвела руку в сторону, чтобы он снова ее не схватил. — Помедленнее, парень. Я не хочу, чтобы у меня потекла тушь, а мои родственники‑мужчины наблюдали за нами, как яст ребы. Ты можешь сделать мне предложение на дальнем лугу, желательно с красивым кольцом и бутылкой шампанского.

Дэниел сделал вид, что обдумывает ее заявление.

— Хм, кольцо я достану. Но шампанское будет безалкогольным. — Он улыбнулся, и сердце Алекс екнуло. — А на чьей земле мне сделать предложение?

— На нашей, — выдавила Алекс. — Эта земля — наша.

Дэниел кивнул, не скрывая желания и страсти. Алекс смотрела в его глаза, когда он наклонился и поцеловал ее.

— Эй, вы двое!

Алекс вздрогнула, повернулась и увидела, что Гус стоит в нескольких футах от них и размахивает своим телефоном. Она не понимала, с каких пор он таскает с собой телефон.

— Роуз хочет знать, как у вас дела.

Дэниел осторожно уперся лбом в ключицу Алекс.

— О боже.

— Все решилось. — Алекс резко махнула рукой Гусу.

— Рози, устраивай праздник! Сообщи всем. Нам надо покрасить дом и крыльцо. — Гус закрыл телефон, настолько старый, что удивительно, как он все еще работал, поймал взгляд Дэниела и указал на грузовик. — Ну так поторопитесь. Это барахло не умеет ходить. Отнесите его в дом, и мы поговорим о том, что будет дальше.

Меньше всего Алекс хотела говорить с Гусом или с кем‑то еще. Она жаждала сорвать с Дэниела одежду и заняться с ним любовью.

Дэниел перевел взгляд с нее на грузовик, поправил свою бейсболку и покачал головой.

— Хотя я ценю это предложение, сэр, я буду придерживаться своего первоначального плана.

— А какой у тебя план? — спросила Алекс, когда он обнял ее.

— Похитить тебя и твои вещи. — Он улыбнулся Гусу, когда подхватил Алекс на руки, и быстро отнес ее к своему грузовику. Усадив ее на пассажирское сиденье, он салютовал Гусу. — Я стараюсь учиться у старших, сэр.

Эпилог

Алекс была на седьмом месяце беременности, поэтому выбрала для свадьбы широкое платье. Увидев свое отражение в сверкающей стеклянной двери конференц‑зала Клуба техасских землевладельцев, она поняла, что все равно выглядит восхитительно. Лиф платья заканчивался под грудью, а шифоновая юбка, усеянная вышитыми розами, ниспадала до пола. Все говорили Алекс, что она светится. И она знала, что это связано и с беременностью, и с тем, что пару часов назад она вышла замуж.

Она стала женой. Алекс посмотрела на кольцо с бриллиантом, которое Дэн надел на ее безымянный палец рядом с помолвочным кольцом с сапфиром и бриллиантом. Ее работа с Майком была успешной. Она жила в доме Дэна, и они вместе решали, как отреставрировать старый дом Роуз. Роуз стала для Алекс наставником, другом и союзником. Общаясь со старинной подругой Сары, она почувствовала, что бабушка отчасти к ней вернулась.

Она просыпалась и засыпала в объятиях Дэниела, ощущая себя в безопасности.

— Я говорил тебе, как потрясающе ты выглядишь?

Алекс повернулась на голос мужа и улыбнулась. В смокинге он был так же красив, как и в потертых джинсах и футболке. Но голышом он еще лучше.

Дэниел подошел к ней, обхватил одной рукой ее затылок, а пальцем другой руки приподнял ее подбородок и поцеловал в губы.

— У нас не было ни минутки наедине с тех пор, как мы вошли в церковь, — сказал он.

Их друзья и семья, в том числе отец Дэниела с женой и три его сводных сестры, а также их супруги и дети — все хотели пообщаться с молодоженами. Хотя Алекс ценила их добрые пожелания, ее щеки ныли от улыбки, а ноги болели. Ей просто хотелось, чтобы Дэниел ее обнял.

— У тебя все хорошо? — спросил он и положил руку на ее живот.

— Немного устала. — Алекс обняла его за шею и прижалась щекой к его груди. — Я так рада, что мы проведем медовый месяц в Галлоуэй‑Коув, Дэн. Я хочу тебя, солнце и море.

— А я только тебя. Голышом, — пробормотал Дэниел и коснулся руками ее ягодиц.

— Я скучала по тебе прошлой ночью, — сказала ему Алекс и поцеловала в губы. Дэниел немедленно ответил на ее поцелуй и скользнул языком ей в рот.

Алекс, как обычно, обмякла и задалась вопросом, заметят ли гости их отсутствие.

— Моя красивая, сексуальная жена. Как я люблю…

Дверь у них за спиной распахнулась, и Дэниел ругнулся. Сдержав стон, Алекс повернулась и увидела в коридоре Рэйчел и Мэтта Галлоуэя. Прижимаясь к Дэниелу, Алекс погрозила кулаком главной подружке невесты.

Рэйчел спросила:

— У тебя все в порядке, Алекс? Ты раскраснелась.

— Я отдыхаю, — сказала ей Алекс, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Мэтта. — Я только что говорила Дэну, как я рада, что мы поедем в Галлоуэй‑Коув.

Мэтт кивнул.

— Я удивился, когда Дэн спросил у меня разрешения. Я подумал: если вас похитили и высадили из самолета на мой остров, вам не захочется проводить там медовый месяц.

Алекс покачала головой.

— Нет, мне понравилось! — Она обожала заниматься любовью с Дэниелом у бассейна и на скамейке, в душе под открытым небом…

Рэйчел подняла брови, глядя на нее. Алекс тоже подняла брови, и они с Рэйчел рассмеялись. Да, она была почти уверена, что Рэйчел тоже понравился остров. И не только потому, что там красивая природа.

Дверь снова открылась. Вошли Тесса и Райан.

— Алекс и Рэйчел, вот вы где! Я искала вас обеих.

Алекс уперлась спиной в грудь Дэниела и положила ладонь на его руку, которую он прижимал к ее животу. Подружка невесты сияла и явно хотела что‑то рассказать. Алекс подняла руку, когда к их группе присоединились Калеб и Шелби, а затем Джеймс и Лидия. Через секунду пришли Брук и Остин. Остин нес рамку, обтянутую коричневой бумагой.

— Вся банда в сборе, — заметил Райан.

— Алекс, я хочу… — заговорил Джеймс, но его прервала Тесса:

— Подожди‑подожди, мне нужно…

— Остин, дорогая, а где Роуз и Гус? — через секунду спросила Брук.

Алекс рассмеялась, подняла голову и посмотрела на Дэниела. Он улыбнулся ей, поднес пальцы ко рту и резко свистнул. Их друзья сразу успокоились.

— Нам нужно вернуться к гостям, поэтому давайте поторопимся. — Дэниел указал на Тессу. — Говори, Тесса.

— Алекс и Рэйчел, вы будете моими подружками невесты?

Алекс запрыгала на месте, а Рэйчел взвизгнула от волнения. Алекс хотелось обнять Тессу, но она не могла вырваться из объятий Дэниела.

— Фантастика, — сказал он. — Не хочу показаться грубым, но нам надо поторопиться. Я хочу разрезать торт, потанцевать с моей женой и приступить к брачной ночи.

Дэниел показал пальцем на Калеба.

— Выкладывай!

Шелби прижалась виском к плечу Калеба.

— У нас будут близнецы.

Алекс вскрикнула, высвободилась из рук Дэниела и обняла Шелби. Пока все остальные поздравляли счастливую пару, Алекс обняла Тессу и Рэйчел.

Дэниел осторожно потянул Алекс к себе за подол платья.

— Нам пора возвращаться к гостям, — сказал он.

Алекс кивнула.

— Я знаю. Роуз придет в ярость, если обнаружит, что мы болтаем с друзьями в коридоре.

Дэниел ухмыльнулся и покачал головой, глядя на Джеймса.

— Что происходит?

— Ничего, что не может подождать. Я просто подумал, что Алекс должна организовать еще одно мероприятие по сбору средств в следующем году.

Алекс с энтузиазмом кивнула и озорно улыбнулась.

— Я согласна. Я хочу сделать календарь, для которого придумала предварительное название «Разбойники Ройяла». Мне нужно, чтобы вы все позировали голышом перед камерой.

Пятеро мужчин одновременно побледнели. Алекс посмотрела на своего мужа, который хохотал.

— А я готов раздеться, — тихо сказал он, глядя на остальных мужчин. — Но обсудим это позже. Брук, что у тебя, дорогая?

Дверь снова открылась, и Алекс вздрогнула, увидев лицо Роуз.

— Дамы и господа, вечеринка в доме, а не здесь. — На этот раз двенадцать взрослых мужчин и женщин повернулись, чтобы вернуться в дом.

Алекс открыла рот, чтобы извиниться, но вдруг ее дедушка проскользнул мимо Роуз, глядя на пакет в руке Брук.

— Рози! Это здесь!

Роуз восторженно сжала руки и встала с Гусом рядом с Брук. Алекс отошла от Дэниела, не понимая, что происходит.

— В чем дело? — спросила она.

Роуз поманила ее к себе. Все встали позади молодоженов, и Дэниел присел на корточки, положив руку на раму. Алекс обернулась и увидела Гектора, который не сводил глаз с Дэниела.

Гус кивнул, и Дэниел сорвал обертку с рамы. Алекс понадобилось время, чтобы понять значение картины Брук. Волк сидел в одном из трех кругов. Каждый круг предназначался Алекс, Дэниелу и Джейсону. А под кругами было написано: «Ранчо «Серебряный волк».

Дэниел обернулся, посмотрел на Алекс с любовью и обожанием в глазах. Встав, он взял ее за руку и поднес костяшки ее пальцев к губам.

— Мы равноправные партнеры, Слэйд?

— Равноправные партнеры, Клейтон, — тихо сказала она.

Держа за руку, Дэниел повел ее на свадебный банкет.

— Один танец, разрезание торта, а потом я вытащу тебя отсюда, Лекс.

Алекс улыбнулась ему.

— Я всегда готова к похищению, мой дорогой.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Джосс Вуд
Всегда быть рядом

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Эпилог