Михаил Тихонов

В объятиях холодных звезд

Пролог

Большая ли Галактика? Кто-то скажет, что по сравнению с Вселенной, так и вовсе – микроскопическая. А кто-то, всю жизнь проживший на одной планете, будет твердить, что она необъятна. И оба окажутся правы. Нет истины, есть точка зрения.

Питер Грай, еще чуть больше года назад могущественный глава одной из крупнейших корпораций, а ныне всего лишь один из немногих выживших людей. Потерявший все свое влияние и власть, после того, как по планете прокатилась страшная эпидемия вируса, устало отложил в сторону древний АК, двенадцатый вроде, и вновь уставился в бинокль, пытаясь разглядеть, что там впереди, на склоне соседней горы.

– Ну что там, шеф? – тихий голос в наушнике, возвещает о том, что Грета, а это был именно она, уже успела спуститься на позицию, которую занимает Питер.

Шеф… Грай, устало усмехнулся… Какой он к чертям шеф! Все… Абсолютно все, что они с братом строили и собирали из руин рухнувшей страны, перестало существовать за считанные месяцы… Шеф…

– Вроде пусто, – оторвавшись от бинокля, отвечает он девушке, единственной, кто решился пойти с ним в это безнадежный рейд на старую, затопленную Ником, базу. – Держи вот, сама еще глянь. У тебя глаза помоложе. – С легкой улыбкой, Питер протягивает ей прибор.

Пока Грета, устраиваясь поудобнее, осматривает окрестности, прежде чем продолжить путь, Питер решает немного перекусить. Подвинув автомат, на случай если он вдруг понадобится, мужчина вытягивает из кармана разгрузки пачку галет и, вскрыв, начинает аккуратно грызть вытянутую пресную пластинку.

Да… С момента, как на планету обрушилась эпидемия, прошло уже больше года… Поначалу, когда только появились первые зараженные, Питер почему-то решил, что это вырвался тот самый вирус, что превратил Южный Урал в мертвые земли.

Ох… Как он ругал на чем свет брата, решившего расконсервировать проект «Небо». В космос ему захотелось! Молодость вспомнил! Целых полгода Питер так и думал, хотя никаких особых оснований не было.

Эвакуация персонала с подземной базы была проведена штатно. Сам Ники с Максимом ни с кем из них не контактировали, почти сразу же покинув планету на недостроенном шаттле. Уж состояние корабля, Питер знает, как никто другой. Сам проектировал, когда-то.

Какого же было его удивление, когда брат ответил на вызов с полгода назад. Грай даже не надеялся на успех, пытаясь докричаться до него с помощью старого оборудования, которое только и нашлось в республиканцев…

– Шеф, кажется все и правда чисто. – В наушнике, хотя можно, было разговаривать и без рации, раздается голос Греты. – Можем идти.

– Хорошо. Выдвигаемся. – Питер быстро дожевав галету, закидывает остатки начатой упаковки обратно в карман и, подхватывая автомат, поднимается на ноги. – Порядок движения тот же. Я первый, ты прикрываешь.

– Принято. – Грета привычно вскинув винтовку к плечу, тоже древнюю, но тут уж ничего не поделаешь, у республиканцев все вооружение со старых складов, замерла, дожидаясь пока Питер начнет спуск.

Но… Вирус, хоть и был похожим, на тот, который около двух сотен лет назад лютовал в Мертвых землях, но все же это был не он. У Уральской республики, хоть и не очень хорошо было с наукой, но вот лаборатории имелись, да…

Эпидемия, уже почти полностью опустошившая планету и превратившая большую часть населения в мутантов, была рукотворной. Кому понадобилось выпускать ее на волю? У Питера, конечно, были предположения, если бы не одно НО…

Корпорация «Фармекс», почти полностью контролировавшая производство медикаментов, не смогла ничего противопоставить вспышке пандемии. С ее территорией прекратилось любое сообщение в первые месяцы эпидемии. Не работали базовые станции связи, не вещали голоканалы, не прилетали транспорты.

– Шеф, справа двести, какое-то шевеление. – Грета, прикрывающая сверху, выходит на связь. – Не разобрать, мешает скала.

– Понял, проверю. – короткий ответ.

Скрадывая шаг, стараясь не споткнуться, на склоне горы это чревато быстрым спуском, кувырком, Питер движется к небольшому скальному выступу, который расположился справа по ходу движения.

Ничего… Только черное дерево, слегка покачивается на ветру.

– Пусто. Спускайся. – Питер занимает позицию у этой скалы, и отдает команду Грете.

Вот уже месяц, как они с Гретой месят пыль и грязь Мертвых земель, упорно продираясь сквозь отравленную территорию к затопленному бункеру. Питер не понимал, зачем личная помощница Ника, можно сказать правая рука, увязалась за ним в его безумном походе за надеждой…

Именно так – поход за надеждой. Потому что в других местах она уже умерла. Ну или умирает.

Люди… Людей практически не осталось. Всего какой-то год… А Земля уже принадлежит мутантам. Они быстрее, хитрее, сильнее обычного человека. Намного… И они не имеют разума…

Обычные люди для них просто пища. Не более того.

Уральскую республику спасло то, что она расположилась довольно далеко от густонаселенных мест планеты, да и отгорожена была полосой отчуждения, с долговременными огневыми точками. Первую волну удалось отбить, практически без потерь.

Но… Потом последовало медленное вымирание… Мутанты редко забредали в горы, но вирус откуда-то проник на территории республиканцев. Время от времени происходили вспышки, и целые селения в буквальном смысле выжигались напалмом. Чтобы остановить распространение эпидемии.

Медики упорно изучали вирус, но пока никаких лекарств не существует. Даже механизм распространения не удается выяснить. Добровольцев, которые бы согласились пройти весь путь преобразования организма после заражения, не находилось.

– Долго еще? – Грета рухнула на камни рядом с Питером, сразу же выставив перед собой ствол снайперской винтовки.

– Через гору перевалим и на месте. – Питер протянутой рукой показывает на хребет, покрытый черным лесом, к подножию которого, они уже почти дошли.

– Это хорошо… – устало откликается девушка.

Нет… Как ни пытался, но Питер, так и не понимает, зачем она вообще навязалась с ним. Хотя, надо отдать должное, пару раз она таки спасла его шкуру. Мертвые земли, оказались не такими уж и мертвыми.

По крайней мере, хищники тут точно водились. Не то чтобы их было много, но пару нападений, им с Гретой чудом удалось пережить. Питер поежился, вспоминая мощные челюсти и острые клыки зверя, похожего на собаку, только раза в три крупнее.

Никакая броня бы не помогла, если бы за ногу или за руку схватила.

Вот и идут они мелкими перебежками, постоянно готовые вступить в бой, будто по вражеской территории. Хотя в общем-то, так оно и было. Мертвые земли уже двести лет самая, что ни на есть вражеская территория, на которую человеку лучше не заходить.

– Готова? – Питер оборачивается в сторону девушки. – Вперед. – в этот раз, его очередь прикрывать.

В общем, медленно, но верно люди вымирали. Тут и появилась у Питера идея добраться до затопленного подземелья. Да, корабля там уже не было.

Но там было кое-что другое – медкапсула. С корвета, на котором они с Ником вернулись на Землю. Одна была на шаттле, который неизвестно где, да и не факт, что вообще еще сохранился. А вторая в изолированном отсеке, на самом нижнем уровне.

Это был шанс… Да что уж там – шансище. Как ни крути, но технологии Содружества на голову превосходили все, что имеется на Земле. Нет, всех спасти вряд ли удастся, но хоть какую-то часть…

О том, как попасть внутрь затопленного комплекса, Питер даже не думал. Сам когда-то проектировал систему экстренного затопления. И возможность быстро осушить помещения, естественно предусмотрел.

Так что… Единственной проблемой было – добраться до аварийного входа, но… Кажется, везение еще не оставило бывшего солдата Содружества. Месячный марш по Мертвым землям практически завершен…

Была и еще одна причина, которую он никому не говорил, даже Грете. Установка связи, достаточной мощности, чтобы дотянуться до корабля, на борту которого находятся Ники и Максим.

Хоть и прошло уже больше года, но Питер все еще надеялся, что им удалось. Брат никогда не сдается, уж кому как не ему об этом знать… А то, что они еще не вернулись на Землю, так никто и не говорит, что авантюра Ника, должна быть быстрой.

Что самое интересное, за сына Питер нисколько не переживал. Просто был уверен, пока Ники рядом с ним, то с Максимом все будет в порядке.

– Пришли. – подъем в гору, вымотал Грая сильнее, чем он рассчитывал.

Пытаясь отдышаться, Питер просто сел на камень, рядом с небольшой скалой, точащей из склона.

– И где? – Грета недоуменно вертит головой по сторонам, пытаясь найти вход.

– Вот же! – Питер, улыбаясь, указывает на открывшийся прямо в камне метровой ширины проход, ведущий внутрь горы.

Камень, на котором он та удобно примостил свою пятую точку, был выбран им не случайно. Да и не камень это был, а замаскирован модуль управления с панелью доступа и встроенным аккамулятором.

Пока Грета осматривалась, Питер откинул небольшую крышку, и пальцем зажал открывающий сенсор. Помимо того, что сенсор активировал открытие ворот, он заодно и считывает отпечаток пальца. Чтобы чужие не могли воспользоваться черным входом.

– Но… Как? – в изумлении девушка смотрит на своего напарника, с которым она месяц провела в адских условиях Мертвых земель.

– Волшебство. – Одарив доброй и благодарной улыбкой свою спутницу, Питер, перехватив автомат за цевье левой рукой, бодрым шагом двинулся в темноту подземелья.

Грета, немного постояв, все же закинула винтовку за спину и поспешила догонять шефа, уже исчезнувшего в открытом проеме.

* * *

Кира Райт пристально смотрит на сине-зеленые волны, накатывающие на песчаный берег. Красноватое солнце системы Альфарим, медленно пряталось в океане, знаменуя этим окончание долгого дня.

Женщина, устало потерев уставшее от бессонных ночей лицо, со впалыми глазами на красивом овальном лице в обрамлении золотистых волос, спадающих на плечи, отворачивается от воды и медленно бредет в сторону небольшого домика, теряющегося на фоне серых скал, оградивших небольшую бухту от всего мира.

Как же ей не хотелось возвращаться в пустые стены. Вновь и вновь, пытаться докричаться по гиперсвязи до единственного сына, сгинувшего в пучине космоса. Точно так же, как и много лет назад, еще до Исхода архов, его отец…

Шаг… Шаг… Еще шаг…

Если смотреть со стороны, то так и не скажешь, что девушка босыми ногами топчущая мелкий песок пляжа разменяла третью сотню лет. Точенная фигура, одетая в легкий сарафан, развевающийся от легких порывов вечернего бриза.

Чудеса медицины… Совсем недавно, еще и десяти лет не прошло женщина прошла полный курс омоложения у аграфов, восстановив организм до состояния двадцатилетней девушки. Могла себе позволить, хоть и стоит он, как три домика на Альфариме – три, курортной планете, бегущей вокруг одноименной звезды, затерявшейся почти в самом центре Федерации Арам.

После омоложения у нее есть возможность прожить еще лет сто, вот только зачем?

Горькая улыбка прорезала лицо Киры, выдавая ее истинный возраст. Долгие годы она жила ради одной цели, чтобы поставить на ноги сына. Поставила… Эван, пошел по стопам отца, которого он никогда не видел.

Один из лучших пилотов Военно-космических сил Федерации Арам. Один из немногих, уцелевших в бойне устроенной архами во время Исхода. Он всю свою сознательную жизнь искал следы отца. Наверное, поэтому и выбрал после академии службу в дальней разведке.

Год назад Эван, дослужившийся до полковничьего звания, вышел в отставку и… Нет, не осел на планете, как в тайне надеялась мать. Он выкупил, с помощью многочисленных друзей, появившихся у него за годы службы, дальний разведывательный рейдер и улетел.

На поиски отца, как он выразился. В тот сектор космоса, где когда-то безраздельно властвовали архи. Что там происходит сейчас, никто не знал. Ну или просто не говорили.

Кира пыталась отговорить сына от этой затеи, но куда там… Единственное, поддался на уговоры матери и взял в свой экипаж двоюродную сестру, как раз решившую сменить службу в армии, на частную жизнь.

Кира надеялась, что Рита, так звали племянницу, заставит сына быть осторожнее. Но…

Нет, первые месяца три, Эван, как и договаривались, регулярно связывался с матерью, сообщая о результатах рейда. А две недели назад, он пропустил дежурный сеанс связи и Кира начала беспокоиться.

Дни сменялись днями, а гиперпередатчик все молчит…

Нет, если что, одна женщина не останется в этом жестоком мире, где все вокруг кричат о ценности жизни разумного и…. Списывают тысячи пропавших без вести солдат, на безвозвратные потери, даже не пытаясь их искать.

Обернувшись, Кира кидает взгляд на почти утонувшее в водах океана солнце. Недолго постояв, пока алый диск совсем не скроется в воде, она продолжает свой медленный путь к дому, где только стены и все время работающий на автовызов абонента гиперпередатчик.

Сказать, что её так уж страшило одиночество, было нельзя…

Слава богу, внуки есть, даже правнуки. Опять же сестра и племянники… Родителей Кира не помнила, она выросла в приюте. Медицинское училище и распределение в госпиталь в системе Ригон…

Там-то она и познакомилась с бравым пилотом, тогда еще истребителя-перехватчика, сгоревшего вместе со своим аппаратом в каком-то рейде. Ну не совсем сгорел, но пару месяцев в госпитале провалялся.

Воспоминания об очень далекой молодости заставили сердце прожившей жизнь женщины забиться сильнее… да уж… Ее «дикарь» был… Она не сразу подобрала слово, чтобы описать человека, который навсегда остался в ее сердце…

Кира даже остановилась, пытаясь подобрать определение, которое бы наиболее точно описывало сущность того, кто был отцом ее сыну…

Улыбка пробила себе путь, сквозь хмурое лицо женщины, на миг вернув ту смешливую девченку-врача. Она нашла слово – то единственное, которое точно характеризовало Николаса. Настоящий! Он был настоящий.

Дикий, необузданный сорвиголова, слова которого никогда не расходились с делом.

Да… Сколько они наслаждались той безудержной страстью, что завертела их своим вихрем безумия? Год, ну может чуть больше… А помнит она его всю жизнь…

Как она ждала его из последнего вылета! Ка мечтала, что сообщит ему радостную весть – она беременна!

Ник так хотел ребенка, что Кира поставила на кон свою карьеру военного медика, и решилась забеременеть. Она представляла, как скажет ему. Как потом он будет таскать её на руках по всей базе, пугая персонал своим безудержным весельем…

Она так ждала и верила в будущее счастье, с любимым мужчиной… А он…

Скупая слеза, выбежав из уголка глаза, медленно скатилась по щеке, вновь заставляя переживать все то, что осталось в далеком-предалеком прошлом. Нет, у нее потом были мужчины, она же не давала обета безбрачия.

Но вот таких, как Ник, настоящих, диких, бурлящих безудержной энергией… Не попадалось. То ли ей не везло, то ли не рождались в прагматичном обществе Содружества такие люди…

Так и не сошлась она ни с кем, посвятив себя единственному сыну, так похожему на бесшабашного, импульсивного отца…

А Ники… Ники так и не вернулся, как и вся из разведгруппа. Как же она проклинала тот день и час, в который они познакомились. Как плакала ночами в подушку, закрывшись в своем кубрике от всех и вся…

Командование, когда она пыталась добиться отправки поисковой экспедиции, просто отпинывалось от нее дежурными фразами, что риск несопоставим. Группу дальнего поиска, почти три тысячи человек, просто списали, поставив в личных делах отметку – «пропали без вести».

Именно тогда Кира приняла решение уволиться из армии. Да и сын, которого она родила еще на базе в системе Ригона, требовал больше свободного времени.

Так и оказалась женщина с ребенком на руках на этой планете, где жила ее родная сестра. Она помогла устроиться в местную клинику, в которой сейчас Кира уже должность заместителя главного врача. Ну да… лет то прошло сколь.

Кира усмехнулась собственным мыслям, встряхнувшись, продолжила путь к домику. Даже не заметила, что застыла на месте, погрузившись в воспоминания.

Тихо пшикнула пневмоприводом входная дверь, среагировав на приближение хозяйки жилища. Искин, управлявший домом, просканировав женщину и удостоверившись, что это именно Кира, убрал скрытые в потолке турели с установленными на них плазмометами на место, прикрыв ниши фальш-панелями, и зажег в доме освещение.

Кира, поднявшись по лестнице, плавным шагом проходит в дом, сразу за порогом скинув с себя сарафан, который еще только падал на пол, а дроиды уборщики уже неслись забрать его и отправить на чистку. Что-что, а комфорт женщина любила… Дом был оборудован по самому последнему слову техники. А искин, так и вовсе стоял с боевого крейсера.

Эван заботился о матери, поэтому помимо бытовых мелочей навроде уборщиков, оборудовал дом системой обороны, пробить которую, получится если только с помощью орбитальной бомбардировки. Да и то, совсем не факт…

Искин крейсерского класса, тяжелые дроиды-штурмовики, плазменные орудия и, конечно же, силовой щит, предназначавшийся для линкора, но вполне себе подошедший и для небольшого родительского домика. Кира не раз говорила, что все это чрезмерно, но сын, заставший бои за Ригон, все равно установил всю эту машинерию.

«…– Мам, ну пусть будет, мало ли что. – глядя на Киру, сказал тогда сын. – Ну и что, что на Альфарими даже преступность практически на нуле? Но есть же. Я должен быть уверен, что ты будешь в безопасности, чтобы не случилось…»

Тугие струи воды мягко ударились в нежную, слегка загорелую идеально ровную кожу, и тонкими ручейками покатились вниз по телу, смывая усталость и песок, оставшийся в память о пляже… За эти две недели, Кира спала максимум по паре часов в сутки, да и то, лишь потому что нейросеть ее просто выключала.

Странный получился у нее вечер… Ни с того, ни с сего накатили воспоминания… Теплая вода смывала следы тяжелого дня, баюкала и утешала, даря чуточку покоя. Пусть короткого, и не полного, но измотанным постоянным напряжениям нервам и такое послабление было в радость.

Кира вспоминала все долгие годы жизни, а по щекам текли слезы, которые тут же уносила вода, одновременно пряча минутную слабость этой сильной женщины. Если кто спросит, когда она до этого момента плакала в последний раз, женщина бы и не сразу нашлась с ответом.

Наверное, в тот момент, когда в душе приняла тот факт, что Ники не вернется уже никогда. Всю свою жизнь она была сильной. А вот сейчас уже больше не могла держать в себе все то напряжение, что рвало ее буквально на части. Кира плакала, а душа понемногу успокаивалась. Нет, не до конца… Но все же, ей стало легче…

Стоя под теплым дождиком душа, ласкающего и утешающего, она не сразу поняла, что за значок мигает на периферии зрения, пытаясь вырвать ее из странного состояния отрешенности. А когда она все же обратила на него свое внимание, то выскочила из душевой кабинки, будто за ней гнались демоны, желающие утащить ее в ад. Кто-то настойчиво пытался достучаться до нее, насилуя аппаратуру гиперсвязи, стоящую в небольшой комнатке в дальнем углу дома.

Кира рванула к терминалу, как была, мокрая и обнаженная. Фурией промчавшись через дом, она ворвалась в комнату и тут же запустила терминал, чтобы поскорее выяснить, кому она срочно понадобилась…

Высветившийся адрес абонента её, прямо скажем, не обрадовал… Женщина-то решила, что это наконец-то объявился сын, но нет. Кто-то неизвестный вызывал ее из далекой системы Арда.

Немного подумав, Кира отклонила вызов… Никаких знакомых в той системе не было. Разочаровано пнув стойку с терминалом, девушка развернувшись, покинула комнату связи.

Повторный вызов с того же адреса пришел, когда она уже сидела в кресле, закутавшись в халат и бездумно глядя на действие какого-то сериала, что во множестве крутят по местным голоканалам.

Раздражено выругавшись, она покидает свое место и, одев на ноги теплые тапочки, медленно бредет в комнату, с установленным терминалом связи. Ей просто захотелось выяснить, кому она могла понадобиться на другом конце сектора Федерации Арам.

Подойдя к терминалу, Кира приложила руку к считывателя идентификатора и, дождавшись разрешения на доступ, дала команду на подключение вызывающего абонента. Ну да, система гиперсвязи у нее стояла военного образца, с модулем шифрования и генетической идентификации.

Эван все это достал с неплохим дисконтом к цене, в сравнении с гражданскими версиями.

Голографическое изображение тут же развернулось, подсветив пространство вокруг призрачным синим цветом.

Сердце женщины на какой-то миг остановилось, пропуская удар, а затем застучало, разгоняя кровь по венам. Губы задрожали, а по телу пробежали мурашки. В полном непонимании, Кира смотрит на голограмму, показывающую изображение мужчины.

«Нет, этого не может быть… Это чья-то злая шутка… Он погиб… Как? Зачем? Но… Так не бывает….» – мысли в голове женщины метались, пытаясь смириться с тем, что видели глаза.

– Здравствуй, Кира. – грустно улыбнувшись, знакомым до боли голосом, произнес тот, кого она уже не раз оплакала и похоронила.

Из далекой системы Арда, с голограммы терминала гиперсвязи, на Киру смотрел он… Слегка постаревший и исхудавший, но судя по всему живой и здоровый призрак из далекого прошлого. Тот, о ком она вспоминала буквально час назад.

– Здравствуй, Ники… – осипшим голосом, проглотив комок в горле, и пытаясь удержать слезы, отвечает Кира. – Тебя… очень долго не было… А я ждала…

Кира смотрит на изображение, по щекам текут слезы, а в душе поднимается ужас, что все это не правда. Что просто кто-то хочет так пошутить…

– Прости… – мужчина на голограмме, кусая губы, медленно выталкивает из себя единственное слово и замолкает, просто глядя на ту, которую уже даже не мечтал снова встретить.

Глава 1

– Ну чего, пойдем сдаваться, что-ль? – дядя встает со своего кресла, и, потянувшись всем телом, разминая затекшие мышцы, направляется в сторону выхода из рубки. По голосу чувствую, что он, хоть и слегка напряжен, но все же доволен. Ну да, мы с ним столько времени провели запертые, можно сказать, в клетке, что друг друга с полутона можем понять, чего уж…

Все то время, каких-то три часа, с момента как нас зацепил неизвестный корабль, мы так и провели в рубке. Наблюдая через панорамное окно, как навстречу нам устремились звезды. И это при том, что свои двигатели мы отрубили, как только нас подцепили гравизахватами.

Ну да, зачем нам сжигать ресурс собственной техники, которая и так уже почти того, отъехала, если нас домчат с ветерком до точки назначения? Где бы она ни была. Вот! Мы с дядей тоже считаем, что незачем.

– Думаешь, стоит? – кряхтя, и едва сдерживая стоны, все же травмы у меня так и не зажили до конца, тоже покидаю нагретое место и догоняю дядю.

– А у нас чего, выбор есть? – беззаботно вопросом на вопрос отвечает Ники. – Это в открытом космосе они не решились на штурм, а тут разберут наш кораблик на запчасти и все… – мне, кажется, или слово кораблик, он произносит с какой-то печальной нежностью?

Если честно, я тоже испытываю схожие чувства… Как ни крути, а наш, пусть примитивный, маленький, тесный и беззащитный кораблик, верой и правдой служил нам больше года домом… Как бы его не ругали, но он стал нам родным. Эх… Жаль все же расставаться. Но…

Хрен вы меня заставите еще раз на нем отправиться в открытый космос!

Да и, что-то сомневаюсь я в том, что он у нас останется… Ах да, совсем забыл упомянуть, что наш полет удачно завершен. Все…That’s all.

В данный момент, наше хлипкое транспортное средство стоит в огромном доке на станции, куда нас отбуксировали местные военные. Или пираты… Мы пока еще не знаем, где именно находимся.

Нет, дядя утверждает, что в Федерации Арам. Но, вспоминая, как мы промчались мимо Содружества, а потом долго-долго возвращались обратно, поневоле будешь сомневаться…

Кинув прощальный взгляд на рубку, с погасшими экранами, и приглушенным освещением, такую сиротливо печальную, подавив не нужные эмоции, бодрым шагом топаю в сторону шлюзов, чтобы покинуть наш корабли, скорее всего уже навсегда.

Все системы отключены, реактор заглушен. Все что получилось законсервировать изнутри и в ограниченный срок – законсервировано. Что ж… Это были не самые плохие месяцы в моей жизни…

– Что-то не очень-то тут приветливые люди. – Ехидно замечаю полушепотом, чуть довернув голову в его сторону. – Я знаешь ли надеялся немного на другое, если уж на то пошло…

– Ага, что тебя будут встречать с салютами и шампанским. – Полным сарказма голосом отвечает Ники. – Скажи спасибо, что в космосе не сожгли. И вообще, радуйся, что мы попали куда надо, а то…

– То есть это нормально, что при встрече тебе в лицо тыкают большой пушкой? – перебиваю я дядю, который не успевает рассказать мне о возможных альтернативах.

– Ну… В некоторых местах сначала стреляют… – тут же радует он меня очередной гранью проживания в Содружестве. – Или без разговоров рабский ошейник одевают…

Вот умеет мой любимый дядюшка поднять настроение, как есть умеет… Талант… Это да… И друзей новых заводить тоже умеет, ага… Сарказм если что…

– Молчать. – толчок в спину стволом штурмового игольника, оповещает меня о том, что болтать не стоит.

С-с-сука… Вроде не сильно толкнул конвоир, а толком незажившие ребра прострелило такой болью, что впору упасть на пол и кататься.

В общем, первый контакт с местной цивилизацией у нас не задался с того самого момента, как мы покинули наш любимый кораблик. Как же на нем было хорошо. А главное никто не тыкал в лицо оружием… Мда…

Нас встречали. Едва мы выбрались через шлюз наружу, то сразу оказались на прицеле почти десятка стволов. Я напрягся, а вот дядя, похоже, наоборот, расслабился, как только увидел знаки различия.

В общем-то, чего ему было напрягаться. Даже я понял, что мы прилетели удачно. По той простой причине, что на солдатах были знаки различия Федерации Арам. Спасибо урезанным базам, хоть это в них было.

Короче, я не торопился навстречу с неизбежным, а Ники наоборот. Нагло подошел к бойцу, вроде как сержанту, ну если на наши звания переводить. Черт, надо серьезно задуматься о повышении уровня образования… Не слышал, о чем они там говорили, но в какой-то момент, Ники оказался на полу, придавленный коленом.

Я, было, дернулся ему на помощь, да какой там… Мне ли в драку бросаться с человеками закованными в броню. Ага, на танк с голой задницей. Короче…

Я только и успел, что сделать пару шагов в направлении Ники, как мне по ногам прилетело чем-то весьма и весьма твердым. А потом сверху, выворачивая руки за спину, навалилась туша бойца, разом пробуждая боль моих множественных повреждений.

Сейчас нас ведут, закованных в наручники, куда-то по длинному коридору, такого размера, что мы бы по нему и на своем корабле без проблем могли пролететь. Это даже скорее не коридор, а туннель. Нет… Ну дядя, как вот так он умудрился то… Блин, надеюсь нас хоть не грохнут где-нибудь по тихому.

По большому счету, мы никто и звать нас с дядей – никак для местных военных. То, что это именно военные, я уверен. Как говорил, хоть в чем-то базы данных помогают.

– Слушай, вот что ты такого сказал человеку, что нас сейчас ведут, будто арестантов каких? – снова шепчу в затылок идущего впереди Ники.

Предупреждение, что нужно молчать, предупреждением. Но… Надо же знать, из-за чего сыр-бор весь разгорелся.

– Хм… – дядя не сразу отвечает. – В принципе, ничего и не успел сказать-то. Представился только. Ну, как гражданин Федерации Амар, командор ВКФ Николас Джоносон. – он ненадолго замолчал, после того, как солдат идущий впереди и показывающий дорогу всей группе обернулся. – А этот, почти сразу начал крутить руки, ур-р-род…

– Э… Дядя, а ты уверен, что ты до сих пор числишься в армии федерации? – про свою жизнь в Содружестве, Ники рассказывал довольно подробно. – Все же две сотни лет прошло как-никак… – скептически добавляю.

– Да хоть четыреста. – Незамедлительно следует ответ. – Если ничего не поменялось в законах, то максимум меня, как и всех членов нашей группы, могли объявить пропавшими без вести. – снова берет паузу. – Тут видишь, в чем суть, в Содружестве военного нельзя признать погибшим, до тех пор, пока не будет предоставлено исчерпывающего подтверждения. Тела, либо другой фиксации на основе генетического анализа. Во всех остальных случаях, объявляют пропавшим без вести.

– Почему? – интересная система, однако. Жаль, очень жаль, что я так и не смог изучить базу Содружество… Эх… Теперь почти ка слепой котенок, с неясными перспективами.

– Да если честно, хрен его знает. Думаю из-за страховых выплат за гибель наследникам. – в этот раз пауза была дольше.

Все это время мы брели вдоль стены туннеля, а мимо нас проезжали и пролетали платформы на антигравах. Блин, и почему бы нас не довезти до нужного места на такой вот платформе. Сколько еще идти-то…

– А что, если просто без вести пропал, то не выплатят? – делать не фиг, почему бы не поговорить, пока наш «почетный караул» не возражает. Чтобы переставлять ноги, особого ума не требуется. По сторонам глазеть – тоже ничего интересного пока не замечаю. Туннель и туннель.

– Нет. Только если погиб. – дядя поворачивает голову в мою сторону, чуть не споткнувшись при этом, об внезапно остановившегося сержанта.

Неужели дошли? Я уж думал, придется через всю станцию переться. Но нет. Боец, который и вел нашу небольшую колонну, нажимает на сенсор рядом с дверью, которую я не сразу заметил.

– Заходите. – чуть отстранившись, сержант пропускает нас с дядей вперед.

Лифт… Я-то думал, что все – дошли до нужного места, но нет… В кабинку, помимо меня и Ники, заходит только сержант. Остальные конвоиры остаются снаружи. Хм, а зачем нас было сопровождать тогда по туннелю такой толпой?

– Дядя, а вот за тебя, кто-то мог бы получить страховку? Ну если бы ты погиб? – возвращаюсь к прерванному разговору. Не знаю к чему я вообще про это спросил… Может, просто не хотелось тишины?

– Да. – коротко бросает он в ответ, спустя пару минут. А лицо стало каким-то отстраненным, и на лбу прорезалась морщинка. Сразу стало видно, что Ники уже далеко не молод, хотя, конечно, выглядит он не двести пятьдесят, как должен, но лет пятьдесят ему бы дал… Да… А раньше ведь не обращал внимания…

– И кто же? – продолжаю допытываться.

Ответа не последовало. Да и мне расхотелось спрашивать дальше, потому что глаза дяди полыхнули, обжигая меня какой-то непередаваемой смесью злости и тоски… Да что с ним? Вроде ничего такого и не спрашиваю. Ладно, узнаю в следующий раз.

Хм… Похоже не сильно нас тут и опасаются… Мягкий толчок, едва заметный, и лифт набирая скорость везет нас куда-то вверх. Хорошо, что не длинная лестница, усмехаюсь про себя. А то, знаете ли, не самые приятные воспоминания остались после последнего визита на такую вот станцию.

Ага, воспоминания и сломанные ребра в придачу. Ну его к чертям такие путешествия, если честно. Подъем прошел в полной тишине. Дядя ушел в себя и, судя по сосредоточенному выражению лица, о чем-то усердно думал.

Сержант, так вообще, застыл неподвижно, не обращая ни на что вокруг внимания, словно и не человек, а робот какой. Из-за зеркального забрала шлема не видно его лица, но такое ощущение, что он самым наглым образом дрыхнет. Непорядок… А если мы сбежать надумаем?

Лифт плавно затормозил и за открывшимися створками нас встречает очередной коридор. Уже нормальный, для того чтобы просто люди ходили, ну и, судя по застывшему неподалеку дроиду, боевые машины. Теперь понятно, почему так спокоен сержант. Ну да, если с одним штурмовиком, мы вдвоем, может быть, и справимся, но дальше то что?

Деваться нам с этой станции некуда, да и незачем. Снова в космос на нашей развалюхе? Нет, спасибо… Да и, мы даже взлететь не успеем, как нас просто расстреляют. Ладно, будем посмотреть, что там дальше…

– Заходите. – равнодушным голосом командует сопровождающий, останавливаясь около двери в самом конце коридора и дождавшись, пока она откроется.

Так, что тут у нас? Ага… Кабинет… Просторный, примерно, как две наших кают-кампании размером. Но обстановка бедновата. Небольшой диванчик у правой стены, рядом журнальный столик. То ли стеклянный, то ли из прозрачного пластика, не понять.

Зеленовато-синие стены, с одной картиной, сиротливо висящей напротив диванчика. У дальней стены большой рабочий стол с массивным креслом и экран. Вот экран впечатляет. Во всю стену, диагональ, наверное, метра три этак навскидку.

У экрана, транслирующего изображение какого-то водопада, переливающегося в лучах закатного солнца всеми цветами радуги, заложив за спину руки, стоит мужчина. Он даже не дернулся при нашем появлении, как стоял, отвернувшись от входа, любуясь изображением, так и стоит.

– Руки. – я так увлекся разглядыванием хозяина кабинета, что не сразу понимаю, что это ко мне обращается наш сопровождающий.

– Чего? – переспрашиваю у конвоира.

– Руки вытяни, наручники сниму. – надо же, а тон то уже не такой механический и равнодушный, а как бы даже сочувствующий.

– Макс, ты чего тупишь? Перестань свою жопу поддерживать, человек тебя от кандалов хочет избавить. – Это уже Ники проснулся, стоит, потирает руки, уже без оков.

Ну ладно, засмотрелся по сторонам, бывает. Быстро оттягиваю руки за спиной, насколько позволяет мне моя гибкость, которая прямо скажем в данный момент не ахти…

Ух, как хорошо чувствовать себя свободным… Ну относительно, конечно. Тем не менее, с радостью потираю затекшие запястья.

– Спасибо, Ингвар, можешь быть свободен. Если понадобишься, вызову. – Пока наш сопровождающий снимал наручники, мужчина в форме… ага… адмирала флота… надо же, какая честь для простых космических бродяг… медленным шагом приблизился к нам.

– Может мне лучше остаться? На всякий случай… – в голосе сержанта послышались нотки сомнения.

– Не стоит, Ингвар. Думаю, наши гости не настолько безрассудны, чтобы нападать на цельного адмирала. – С легкой усмешкой отметает мужчина возражения солдата. – Не так ли? – это он уже на нас с Ники смотрит. – Ступай. – адмирал пристально смотрит на нас и добавляет. – А ведь и вправду похож… Только стврй какой-то и немощный. – в его голосе звучит откровенная насмешка.

– На себя посмотри, сам-то не лучше выглядишь. Что, Лютик, гадаешь, я это или не я? – Ники, потирая запястья, расплывается в лучезарной улыбке.

Лютик? Вот этот солидный офицер – Лютик? Офигеть.

– Да нет, теперь то точно вижу, что ты. – Лицо адмирала тоже кривится в улыбке. Вроде как в искренней. – Больше никто, кроме тебя, меня Лютиком не обзывал. Дать бы в ухо разок… – Как-то задумчиво произносит он.

– А ты попробуй. – подмигивает ему Ники. – Глядишь, и получится, у тебя же были двести лет, чтоб подготовиться.

– Да… Двести лет… – протягивает адмирал, после чего делает шаг вперед. – Здорово, командир! – протягивает руку Нику.

– Здорово, Грас! – Дядя крепко сжимает протянутую для приветствия руку. – Рад тебя видеть.

* * *

– Значит, ты все же угробил «Ласточку»… – тяжело вздыхая, резюмирует адмирал рассказ дяди о том, что произошло с ним, после того, как разведывательная группа Первого флота ушла в свой последний рейд.

– Ну извини… – в голосе Ники, звучит почти натуральное раскаяние, хотя я то чувствую фальшь. – Так получилось…

– Да я понимаю, но все равно жаль. – легкая грусть у адмирала.

Мы дружной компанией сидим в самом настоящем баре, заняв столик в дальнем углу, чтобы никто не мешал разговаривать двум, как оказалось давним товарищам. Мне не особо интересны их воспоминания, поэтому я в основном глазею по сторонам, наблюдая за девушками, которых в баре довольно много.

Не, ну а что? Я же нормальный человек, тем более представительницы прекрасного пола попавшие в поле моего зрения и в самом деле прекрасны. Хотя возможно это просто длительное воздержание так на меня действует, или выпитый слабоалкогольный напиток местного разлива, чем-то похожий на смесь пива с шампанским. На мой взгляд – гадость гадостью, но дяде вон нравится. Уже три бокала осушил.

Ах да, забыл рассказать.

Короче, не знаю, каким богам молился Ники, и как он высчитывал маршрут, но… Мы сейчас там, куда и летели. В Федерации Арам, где дядя, вместе с моим отцом, жил целых пять лет. Если быть точным, то в системе Арда, на противоположной от Земли стороне пространства этой самой федерации.

Человек, за чей счет мы сейчас, собственно говоря, и гуляем в этом баре – адмирал Грас Новак. Когда-то он служил вторым пилотом на дядином корвете. А перед последним вылетом загремел в госпиталь. Кстати, Лютиком его называл только Ники, для всех остальных его позывной – Лютый.

Откуда я это знаю? Да дядя рассказал, когда представлял меня своему старому другу, который – вот так удача! – являлся командиром базы пограничного флота. Я и говорю, надо выпытать у дяди, как он так умудрился удачно прилететь. Учитывая возможности нашего кораблика по ориентированию среди звезд, мы вполне могли выйти из прыжка где-нибудь внутри звезды, хотя вроде как это и невозможно.

Короче, нам повезло. Похоже, судьба, покидавшая нас из одного конца галактики в другой, решила смилостивиться. А нормально так живут местные военные, однако. Бар, который находится на военной базе, постепенно заполняется людьми.

Сам бар, если не знать, что он находится на громадном расстоянии от нашей родной планеты, ничем особым, от привычных мне не отличается. Барная стойка, танцпол и столики. Ну может только, вместо людей, здесь заказы развозят небольшие автоматические платформы.

– Нет, как ты был безрассудным, так и остался. – Грас делает глоток из бокала, – как вы вообще выбрались на этой… Этом корабле в космос-то? – он немного замялся, прежде чем обозвать наше транспортное средство. – Да еще и добрались досюда…

– Как-как, каком. – отвечает Ники, слегка окосевшим взглядом окидывая зал. – Выхода другого не нашлось, вот и…

– Понятно… – Грас задумчиво разглядывает бокал, переливающийся в лучах софитов. – Ну и что ты будешь делать дальше?

– Поначалу планировал купить корабль, устаревших медкапсул с расходниками и рвануть обратно. – тон дяди был каким-то погасшим, что ли… – Но раз ты говоришь, что всех кто числился пропавшими без вести в том секторе признали погибшими, то даже не представляю… Я еще удивился, что мне оповещение пришло, о том, что мой аккаунт в Глобосети аннулирован. А тут, вон оно что… Черт, кто ж знал-то…

Оп-па… Что-то я прослушал походу, увлекшись рассматриванием знойной брюнетки, вертящей задницей на танцполе. Это что они там обсуждают такое интересное? С трудом оторвавшись от женских прелестей, переключаю внимание на разговор, идущий за нашим столом.

– Да, кстати, на твоем месте, я бы поменял нейросеть. – голос Граса звучит серьезно. – Да и племяннику твоему тоже.

– Почему? – недоуменно поднимает брови дядя.

– Тут ведь смотри, как получается. Двести лет назад корабельная группа уходит в разведывательный рейд. Так? – дождавшись кивка от Ники, адмирал продолжает. – Из которого уже и не возвращается. Напомню, рейд был по территориям архов, а даже о них нет никаких известий больше полутора сотен лет, со времен Исхода. И тут ты появляешься на примитивном кораблике, живой и невредимый, да еще и сказку рассказываешь, о том, что якобы, провел все эти годы на родной планете. Как думаешь, контрразведка через сколько придет за тобой? – под конец резюмирует он свою речь вопросом.

– Мда… Дела… Но ты же мне веришь? – задает вопрос дядя, пристально глядя на Граса.

– Я… Я верю, хотя и тяжело в такое поверить, но вот чувствую, что правду говоришь… – адмирал отводит взгляд, вертя в руках недопитый бокал. – Только защитить тебя от СБешников не смогу, если вдруг они прознают о твоем появлении.

Хм… похоже мы в очередной жопе. Блин, прослушал разговор, а все из-за этой горячей красотки. Эх… Вот бы я с ней… Так, стоп, а то опять упущу что-нибудь важное.

– А если через Центр Беженцев по новой зарегистрироваться? – прерывает затянувшуюся паузу Ники.

– Хм… Тебя вряд ли получится протащить. Там же генетическую карту сравнивают с имеющимися в архивах. Дальше объяснять? – в голове адмирала явно идет тяжелый мыслительный процесс.

– Ну да… По мою душу придут, как только я лягу в капсулу… – тон Ники говорит сам за себя.

– А если я зарегистрируюсь? – встреваю в разговор, а то чего-то старички совсем пали духом. – Я же раньше никогда в этом вашем Содружестве не был.

А чего они на меня уставились, как на дурака? Будто я какую-то ерунду ляпнул.

– У тебя стоит «аварийка». – пожав плечами, коротко отвечает Ники.

– И? – то что он про мою аварийную нейросеть, я понимаю, но связи не вижу.

– Макс, каждая аварийная нейросеть зарегистрирована в специальном реестре. Каждый случай установки проверяется СБ на правомерность. Стоит тебе только попытаться пройти тестирование или регистрацию, как доблестные сотрудники контрразведки тут же нарисуются. Быстрее даже, чем за твоим дядей, реши он пойти по этому пути. – Отвечает мне, как ни странно адмирал. – Да и поменять ее можно только на высокоуровневом оборудовании последних поколений. В этой системе, если уж честно, такого просто нет. Захолустье… Да…

– Зашибись… – подвожу итог разговору.

– Полностью согласен, положение на букву х… И это совсем не «хорошо». – подтверждает мою правоту Ники. – Черт, надо было лезть… – резко обрывает дядя фразу.

Мда, завез меня дядя, так завез… Удружил. Куда не кинь, всюду клин получается.

– Ну а что, прям все места, где можно поменять «аварийку» контролируются СБ? Дядя, ты вроде говорил, что здесь всем заправляют корпорации? – пытаюсь выдать хоть одну идею. Черт, как же мне не хватает понимания ситуации. – Неужели нельзя найти тех, кто может сделать операцию нелегально?

– Хм… Найти можно, только платить нам нечем. – барабаня по столу пальцами отвечает Ники. – Это будет очень дорого. Черт, черт, черт…

– Ээээ… Ты же говорил, что деньги у тебя есть? – интересуюсь я.

– Угу… Были бы, если бы государство нас не списало… – угрюмо произнес дядя, залпом глотая остатки своего пойла. – Планетарки бы щас… – в никуда произносит он.

– Ну… ты же сам говорил, что вроде в таком случае должны выплатить страховку наследникам? Не? – действие алкоголя на меня уже закончилось, и я стремительно трезвея, пытаюсь просчитать варианты, при недостатке информации.

Блин…

– Наследникам… Где ж я ее сейчас искать-то буду… Да и… А… – отмахнувшись, дядя жмет на выскочившем голографическом меня кнопку заказа.

– Господин Грас, а вы не могли бы помочь нам разыскать дядину НАСЛЕДНИЦУ… – вопросов задавать пока не буду, но запомню…

– Хм… Слышь, Ники, а возможно это вариант… – Грас, до этого отрешенно молча гипнотизировавший стол, резко вскидывается.

– Ты думаешь? Мы с ней немного повздорили перед рейдом… А ты же сам знаешь ее характер… – Ники пристально смотрит на своего старого товарища. А я мотаю на ус, все новые и новые эпизоды дядиного прошлого. Судя по всему, у него тут была жена. Но торопиться с выводами не стоит. – Да и сам говоришь, Ригон разнесли архи. Не факт, что Кира жива. – и такая непередаваемая тоска в его голосе, что мне как-то не по себе стало.

– Ну почему же, лет десять назад очень даже жива была. – с легкой улыбкой произносит Грас. – Ты про нее не спрашивал, а я сразу и не сообразил. Она же перевелась с флота, или даже уволилась, точно не скажу, где-то через полгода после исчезновения вашей группы. Осела где-то в центральных мирах, точно не скажу. – он на секунду задумался. – Я и встретил то ее случайно, когда был в столице, все такая же егоза. Кстати, она же медик… – многозначительно смотрит на Ника.

– Ну и? Думаешь, она меня вспомнит? Столько лет прошло. – Ники буравит взглядом адмирала. – Да и с чего бы ей мне помогать?

– Вот что ты как всегда, недослушав, начинаешь искать подвох. – Грас поморщился и на некоторое время замолчал, забирая с подноса привезенный роботом заказ. – Я тут немного подумал. Короче, денег на нейросети я дам без проблем. Даже не спорь. – Взмахом руки останавливает, начавшего было возражать дядю. – Меня смущал только вопрос, кто сможет вам их установить. А решение-то на поверхности.

– И какое? – опережаю я дядю, пока он не ляпнул чего. Вообще не пойму, что с ним случилось? Всегда спокойный и хладнокровный, с момента, как мы оказались на этой базе, будто сам не свой.

– Кира, она сейчас заведует клиникой. Думаю, если ты попросишь, она не откажет провести несложную операцию. Тем более за хорошие деньги. – заканчивает он свою речь, победно окидывая нас взглядом.

– А она нас сама контрразведке не сдаст? – уточняю я самый сложный момент плана.

Нет, никаких возражений я не имею. Тем более у меня вообще никаких знакомых в Содружестве нет. Так что буду надеяться на авось. А что еще остается? Ну… Хотя можно сходить, напоследок позажигать с девочками и потом сдаться СБ. Надо будет уточнить, почему Грас и Ники, так не желают с ними связываться. Но потом, все потом…

– Не знаю… – честно отвечает адмирал, – но… Это хоть какой-то вариант вас легализовать.

Ой, что-то темнит господин адмирал. Ни за что не поверю, что у офицера на такой должности нет нужных связей, чтобы все это провернуть. Ой, темнит. Ладно, я вроде дурачком прикидывался, вот и дальше так буду… Да и дядя, какой-то странный. И вообще, слишком много нестыковок.

Зачем адмирал все усложняет, непонятно. Ну да ладно, там посмотрим.

Грас на некоторое время замирает с остановившимся взглядом.

– Так, Ники, меня тут срочно вызывают. Опять какое-то происшествие, с которым без меня никак не справиться. Вы тут отдыхайте пока, все запишут на мой счет, так что не переживайте, а чуть позже подойду. – с этими словами адмирал, поднявшись с кресла, оставил нас вдвоем с дядей.

Какое-то время, мы просто сидим, пялясь на девушек, разжигающих танцпол.

– Готов? – Ники, встряхнувшись, абсолютно спокойным и трезвым голосом, прерывает паузу.

– Само собой. – Пожав плечами, отвечаю.

– Это хорошо… – Бормоча себе под нос, дядя вытаскивает из рукава тот самый планшет диверсанта-альва. – Смотри, чтобы он не вернулся не вовремя.

Как он умудрился его спрятать? Да все просто. Планшет имел функцию маскировки, при активации которого превращался в тонкую пластинку, около двух сантиметров шириной и три в длину. Спрятать его не составляло никаких трудностей, он просто сливался с материалом комбинезона.

Мы еще в полете подготовили пару вариантов действий на случай контакта, так сказать. И про Киру я знаю, а весь разговор был лишь для отвлечения внимания. То, что нас здесь встретит старый дядин знакомый, мы знали, еще тогда, когда наш челнок тащили на станцию.

Спасибо тебе, незнакомый альв. Кем бы ты ни был, пусть земля тебе будет пухом. За планшет спасибо. Именно с его помощью Ники смог подключиться к системам фрегата и выяснить обстановку.

А адмиралу доверия нет… Как он разыграл удивление при встрече… Талант. Хотя сто процентов знал, кто именно находится на нашем корабле еще при стыковке.

– Ну же, Кира, ответь… – Дядя напряженно смотрит в экран планшета, что-то бормоча себе под нос.

Окинув взглядом бар и удостоверившись, что на нас никто не обращает внимания, пересаживаюсь со своего места на стул, который занимал адмирал и поворачиваюсь так, чтобы прикрыть дядю спиной. Весь план, проще некуда.

С помощью планшета взломать местный искин, а то что это возможно, сомневаться не приходится, подтверждение возможностей попавшей к нам в руки вещицы до сих пор висит в космосе, с бегающими мутантами на борту. Угнать наш кораблик и… Лететь в систему Ригон. Ту самую, что уничтожили архи.

Зачем нам Кира? Именно затем, про что говорил адмирал – поменять, или хотя бы просто изъять нейросети. Чтобы затеряться в Содружестве, достаточно просто быть без нее и ты становишься невидимкой. Правда и благами цивилизации пользоваться становится проблематично. Но для нас сейчас главное уйти из поля зрения Службы Безопасности.

Адмирал все правильно сказал – никто не поверит в то, что человек, пропавший две сотни лет назад, смог вернуться, а значит, будут долго и упорно выяснять все обстоятельства. Нас просто не выпустят из этого бара, если что. Интересно, зачем вообще сюда-то притащили? Не проще ли было кинуть в камеру и все.

Нет, у нас и на такой случай были наметки, но логика адмирала, который помимо того, что командовал пограничниками в этом секторе, заодно являлся и куратором от СБФ, была не до конца понятна. Ладно, разберемся…

– Здравствуй, Кира. – слышу тихий голос Ники.

Глава 2

– Так, Макс. Значит, что нам нужно сделать… – после разговора с Кирой, дядя полчаса сидел, как пришибленный, уставившись в одну точку, и вот, наконец ожил.

Все то время, пока Ники о чем-то усилено размышлял, лично я наслаждался атмосферой вокруг. Красивые девушки, легкая музыка. Когда еще придется побывать в таком месте? Даже потанцевать немного умудрился.

Ну как потанцевать, подергаться под музыку. Так, чуток, чтоб время убить. Ну и размяться. Та жгучая красоточка уж очень зазывала, бросая на меня многообещающие взгляды. Не удержался. Жаль, мы тут надолго не задержимся, а то… Эх… Не будем о грустном…

– Ну… – поторапливаю дядю, снова о чем-то задумавшегося.

– Да погоди ты, я думаю… – раздражено отмахивается дядя, что-то рассматривая на тонкой пластине планшета. – Черт, ничего не выходит…

– Может, поделишься, глядишь, чего умного подскажу. – Девчонки с танцпола убежали, а смотреть, как бравые военные напиваются, желания нет. Впрочем, самому нажираться, тоже не хочется. Никогда не любил пить много.

– Да блин, не могу маршрут подобрать, чтобы пройти незаметно к ангару. – Ники поднимает голову и пододвигает планшет в мою сторону. – Вот смотри, самый простой – это по техническим коммуникациям. Но… Вот в этом и этом месте, придется выбираться в транспортные коридоры, само собой кто-нибудь да заметит. – Легкими касаниями показывает две точки на красной линии, идущей по схеме, судя по всему, базы. – А шуметь нежелательно.

Так-с… Ну и что тут у нас интересного. Чуть поудобнее устраиваю планшет, чтобы и смотреть было нормально и со стороны незаметно. Вряд ли адмирал оставит нас без присмотра, пусть и неявно, но за нами, скорее всего, следят.

Угу… Значит мы тут, в зоне релаксации. А где ангары с кораблями? Мда… Все печально… Практически через всю станцию нужно переться. Что очень и очень плохо. Я, конечно, не особо в диверсионной деятельности, но мозги то есть.

Пешком, на своих двоих мы даже по техническим коридорам, избегая ненужных встреч, далеко не уйдем. Значит, нужен какой-никакой транспорт. Даже самая маленькая платформа может свободно передвигаться только по транспортным артериям, пронизывающим станцию насквозь.

Нет… Нахрапом не прорваться. Чувак, это я об адмирале, явно знал, куда нас нужно отвести, чтобы даже не пытались сбежать, при видимой свободе.

Хм… А тут у нас что? Приближаю схему отсека, расположившегося прямо над сектором релаксации, в которой находится наш бар. Интересно-интересно. Разобрать бы еще, что там написано этими практически непонятными кракозябрами, что по какой-то случайности зовутся алфавитом.

Дяде проще, он все манипуляции делает через нейросеть. У меня, к большому сожалению, функционал сильно ограничен. Я даже язык понимаю с пятого на десятое. Ну, вот такие опции у аварийной нейросети. Зато к интеллекту плюс и расчетный модуль отличный.

– А нам обязательно нужен именно наш корабль? – наконец разобравшись с пояснялкой, задумчиво поднимаю глаза на дядю, выбивающего барабанную дробь пальцами по пластику стола.

– Да. Тут без вариантов. Иначе уйти мы не сможем. Засекут и собьют. – Без задержек получаю ответ. – А ты что, собираешься угнать корабль на базе? – Насмешливый взгляд в мою сторону. – Даже не мечтай. Без оружия мы не сможем попасть ни в один из ангаров, где отстаиваются сменные патрульные фрегаты.

– Слушай, а на хрена мы вообще сюда сунулись. Летели бы себе дальше и все. – Эх… такая идея была.

– Куда? Куда бы мы летели? – поморщившись, парирует Ники. – Мне нужно было сориентироваться. Привязаться к местоположению. Вот и полезли.

– А может адмирал поверил в ту лапшу, что мы ему навешали? – с сомнением делаю предположение.

– Угу. Это было бы замечательно, конечно, но из области фантастики. – дядя отвечает на автомате, вновь погрузившись в размышления. – Человек, сумевший дослужиться до адмиральского звания, по определению не верит никому на слово. А, значит, будет проверять. Боюсь по результатам такой проверки, мы просто тихо исчезнем, как будто нас и не было…

– Почему? – задаю вопрос, хотя уже в принципе, сам предполагаю ответ.

– Станция аграфов… Это такой куш, что никто не устоит. Пока Грас про нее не в курсе, но стоит хоть одному из нас попасть под ментосканер… Все, считай нас и не было. – голос дяди слегка скрипит, видно в горле пересохло. – Ты даже не понимаешь, сколько будет стоить только информация о ее координатах. Жизнь какого-то там командора, к тому же признанного погибшим, мелочь через которую переступит любой, лишь бы заполучить технологии старших рас в свои руки. У нас один шанс – исчезнуть. Для всех.

– Ладно, допустим… Мы смогли угнать наш кораблик и вырваться из системы… – улыбаясь дядиным метаниям, появившемся на его лице. Он явно не знал, что делать. – Куда дальше? Твою Киру проверят первым делом. Нет?

– Проверить то ее проверят, даже, думаю, под наблюдение возьмут. – Ники задумчиво потеребил кончик носа. – Но нам главное сейчас исчезнуть, желательно так, чтобы все подумали, будто мы погибли. А там уже разберемся.

– Главное ввязаться в бой, а там посмотрим. – хмыкнув, я снова погружаюсь в изучение схем.

– Ну, есть кое-какие наметки… Но пока не могу сказать ничего конкретного, Макс. – взгляд Ники становится каким-то невзрачным и равнодушным. – Чего не знаешь, того не сможешь выдать.

Вот оно что! Дядя, похоже решил вести меня, как слепого кутенка. А если вдруг понадобится и пожертвовать. На хрена он тогда на той станции меня вытаскивал? Один бы разобрался со всеми проблемами.

Ну да ладно. Не хочет говорить, ну и не надо. В чем-то он прав, но неприятно… Мда… Неприятно. Да и вообще, какое-то странное у нас получается путешествие… Через все Содружество, а потом обратно. Да еще и вывел то нашу лохань как аккуратно на мертвую станцию аграфов… Ага…

А потом в эту систему прилетели… Точно в руки к пограничникам. Но самое обидное, что он меня похоже за полного идиота держит.

Только вот… Я конечно был некоторое время не в себе, ну да ладно, сейчас все в порядке. Угу… Главное, чтоб он и дальше так думал.

Не было в планшете, который мы нашли у альва никаких координат. Дядя изначально знал, куда нужно лететь. Зачем ему все это – непонятно пока. Ну да я никуда не тороплюсь… С тех самых пор, как оказался в одиночной камере.

Откуда я знаю, что в них не было координат? Допустим, язык Содружества я знаю еще с того момента, как оказался у республиканцев. «Якобы» в плену. Три раза ха… Почему Ники решил, что они с отцом единственные из землян, кто смог вернуться обратно? Вот то-то и оно.

Из землян, то может и единственные… Да…

Как же мне надоело притворяться… Мило улыбаться человеку, убившему мою мать. Хладнокровно и цинично. Интересно, а отец вообще в курсе того, что творит вот этот человек, по недоразумению являющийся одним из моих ближайших родственников.

Спасибо, Ники, что привез меня сюда. Все так, как и говорил тот дряхлый старик – особист с крейсера, потерпевшего крушение на Земле лет сто назад. Поискового крейсера Федерации Амар. Он вообще многое знал о тебе, дядя… Ну дык, их послали найти того, кто сдал ту разведгруппу. Интересно, если СБ Амара знали все про крота, сидящего у них, почему вообще выпустили его с базы?

А Грик, вот же имена у них тут, чуть ли не полное досье имел на тебя Ники… И как ты оказался завербован работорговцами. И как подставил всю флотскую группу разведки, врубив маяки во время прохождения той системы. И как корпоранты утюжили место падения крейсера из тяжелого вооружения.

Да-да… Все так, дядя. Я видел видеозаписи этих моментов. Не знаю, зачем ты это делал. Наверное, затем же, зачем совершил тот терракт, превративший огромные территории в мертвые земли.

Сколько же на твоей совести душ? Даже по тем архивам, которые сохранились у республиканцев – очень и очень много. Если честно, мне на это плевать. Ты хорошо меня воспитал, дядя. Равнодушным и расчетливым, а еще… Я все же верю в сказки.

– Слушай, дядя. А как умерла моя мама? – все, край. Мне надоело играть чужую роль.

– Э… – сказать, что дядя ошарашен внезапной сменой темы, значит не сказать ничего. Он даже не нашелся, что сказать в ответ. Только глаза выпучил в недоумении.

– Ну да. Как умерла моя мама? – повторяю вопрос, убирая планшет альва в свой карман.

– А ты чего так вспомнил об этом? – недоумение в голосе меня не обманет. Ники все понял, даже готов наверное, но все еще надеется, что ошибся.

Что-что, а в умении анализировать ему не откажешь. Думаю он давно уже просчитал меня, но почему-то не ликвидировал. Угу…

– Да так… Мне сон недавно приснился… – Внимательно смотрю в холодные глаза человека, вырастившего и воспитавшего меня, по своему образу и подобию. – И знаешь, я видел в нем маму… Живую… За мгновение до того, как твоя рука перерезала ей горло на глазах трехлетнего мальчишки.

– И давно ты знаешь? – он даже не моргает, пристально глядя на меня. Только взгляд стал совсем холодным.

– Давно… – тяжело вздохнув, я отодвигаюсь от стола и медленно поднимаюсь на ноги. – В детстве не понимал, а потом… Потом я ждал…

– Ты же понимаешь, что если ты меня сейчас убьешь, то тебя распотрашат местные. – Ники абсолютно спокоен. Не отрицает, не выпрашивает пощады. Надеется, что удастся выскочить.

– Возможно. Но не факт. Как думаешь, если я сдам агента рабовладельцев мне поменяют нейросеть и дадут гражданство? – с усмешкой интересуюсь у него.

– Ну а это ты откуда знаешь? – тон Ники уставший.

– От человека. – коротко отвечаю. Не хочу я с ним объясняться и все тут.

– Значит, были выжившие… – глядя вглубь себя констатирует он. – Больше никто не мог тебе рассказать. Где ж ты с ними пересекся…

– У повстанцев. – да чего он будет гадать. Карты вскрыты. – Слушай, Ники, а зачем ты вообще вернулся в Содружество? – стою оперевшись на спинку кресла. – У тебя же и на Земле все отлично складывалось.

– Технологии, Макс. Технологии. – дядя не блещет красноречием.

– Ну, а я то тебе зачем? – последний вопрос и пойду пожалуй. Изначально план у меня, точнее у Грика был немного другим, но… Теперь у меня планшет, который откроет мне множество путей. Правда и проблем может немало доставить, но тут уж ка повезет.

– А сам не догадываешься? – легкая улыбка.

– Ну да, если бы ты появился один, то корабль просто расстреляли. Грас же сейчас стягивает сюда спецгруппы для твоего задержания? – любопытно мне стало, вот решил уточнить.

– Думаю, бар уже давно блокирован. Так что тебе тоже не выбраться, племяш. – безразлично пожимает он плечами. – ты за мать меня прости, но… политика.

– Прощаю, дядя. Прощаю. – металлический стул, на который я опираюсь, как будто по волшебству взмывает в воздух и на огромной скорости впивается одной ножкой точно в глаз. – И ты меня прости…

Дядя уже ничего не ответит. Сложно ответить, когда ты мертвый. Мы оба с ним знали, чем все закончится. Я просто оказался быстрее. Интересно, а в какой момент он бы от меня избавился?

Секунду постоял, отдавая дань памяти Нику. Не мне судить его. Не мне рассуждать, прав он был или не прав. Если по ту сторону смерти есть кто, тот пусть и судит. А мне пора… Вон уже и оборачиваются посетители. Да и спецгруппы уже, думаю на позициях.

Секундная тишина. Мир замер в ожидании чего-то… И, раскололся грохотом падающего тела дяди.

А теперь ходу…

Схему станции я успел изучить достаточно, чтобы сейчас не лезть за планшетом. Профессиональный пилот, как-никак. Память хорошая, так что…

Толкнуть стол ближе к стене, забраться на него и тогда я смогу дотянуться до вентиляционной решетки. Так и есть. Прыжок, рывок и вот я внутри металлического воздуховода. По поводу дядиной внезапной кончины, порефлексирую позже, а сейчас ходу.

Ползком, толкаясь локтями и коленями, потому как места не так уж и много. Даже на четвереньки не встанешь, только протирая пыль форменной курткой. У меня есть максимум минута, чтобы добраться до отсека со спасательными ботами.

Ага, тот самый отсек на схеме, прямо над развлекательным сектором. Если не успею… Ну что ж… Дядя правильно сказал – ментосканер вытащит любые тайны. И мне его уже точно не избежать. Объяснить наш с дядей вояж по космосу еще варианты были, а вот мои последние действия наврядли. Ну как объяснить- зачем я убил своего родного дядю? Да еще и именно сейчас? Правильно – никак.

Так что уходим в отрыв…

Сейчас не до отвлеченных размышлений. Нужно работать руками и ногами. Думаю, бойцы спецгрупп уже в баре, и весьма скоро они окажутся в этом ж воздуховоде. Оглядываться времени нет. В принципе, предъявить особо мне нечего, но… лучше исчезнуть, это дядя все правильно говорил.

Только вот к Кире я не сунусь. По двум причинам – ее определенно будут пасти после моего вояжа по этой станции, это первая. Ну а вторая – я с ней незнаком. Нет, навестить возможно и придется, но не сейчас…

Сейчас мне нужно доползти до вертикального ответвления, иначе мою задницу поджарят. Хотя, не… думаю захотят взять живым. Да где ж эта шахта гребанная! По схеме до нее метров десять всего было.

Только я успел об этом подумать, как тут же ухнул вниз головой в ту самую шахту. Короткий полет и я с грохотом приземляюсь на пол в каком-то помещении, выбив по дороге решетку, перекрывающую выход из вентиляции.

Ай, бл…! Мать…перемать и все присные! Мои ребра! Больно то как…

С трудом поднявшись на ноги, морщась от боли раздирающей потревоженные травмированные органы быстро оглядываюсь вокруг.

Если мне не изменяет память, это какая-то подсобка. Отсюда я могу попасть в систему технических коммуникаций. Черт, боль не дает осмотреться. Но некогда жалеть себя, скоро тут появятся бойцы службы безопасности станции. Шансов спрятаться у меня нет, только двигаться. Как можно быстрее.

Иначе, несмотря на то, что все сигналы нейросети глушатся планшетом – спецрежим я включил еще в баре, меня найдут. Пустят дроидов, подтянут еще людей и я окажусь в ловушке.

Верчу головой по сторонам. Так… Мне направо. Хорошо, что комнатушка совсем маленькая, пары шагов хватает чтобы оказаться у двери, ведущий в технический коридор.

Толкаю ее, морщась от боли. Уф… Мне везет, определенно, потому что дверь легко проворачивается на петлях, открывая мне проход вперед. Заглядываю, оценивая ситуацию. Мало ли, вдруг какой техник заблудился? Но нет – пусто и пыльно.

Шагнув в коридор, прикрываю за собой дверь и поворачиваю механический запор, блокируя ее наглухо. Надолго, конечно она никого не задержит, но хоть пару минут времени выиграю. Так, теперь планшет.

Быстро вывести схему. Угу, если я пойду по этому коридору, то вполне смогу добраться до ангара, где стоит наш кораблик.

В одном дядя был прав – улетать отсюда придется на том же на чем мы и прилетели. Хотя бы одной причине – максимальная длина прыжка. В гипере меня достать не смогут, да и ждать будут явно не там, где я смогу вернуться в обычное пространство. Козырь, как ни крути.

Не знаю кто проектировал кораблик на Земле, но он явно был гением, раз уж умудрился перекрыть достижения ученых и конструкторов Содружества. Прямо гордость берет.

Тяжело… Ноги не держат, хотя и не так уж много пришлось двигаться… Черт, как не вовремя накатила слабость… Чуть планшет не уронил…

Прислониться спиной к стене, прикрыть глаза и немного отдышаться… Уф… Вроде отпускает… Но что это за внезапный приступ слабости? Непонятно. Никаких оповещений от нейросети нет. Ладно, не до того. Время теряю…

Планшет, где планшет? Вот он, ага… Блин, мысли путаются. Сейчас бы стимулятора… Не вовремя, ой как не вовремя…

Трясу головой, изображение на экране плывет. Жаль не могу подключится через нейросеть. Собрать все силы. Так сейчас, сейчас. Уже все равно, что за мной гонятся. Найти эту гребанную программку…

Вот! Есть она! Щелкаю пальцем по значку, запуская программу по взлому. Есть канал! Так… Аккуратно… Где тут найти нужную мне функцию. Настраивал же, еще в баре, пока дядин маршрут изучал, для вида…

Все! Есть! Теперь у моих преследователей появится новая головная боль. Ага… Что я сделал? Да просто, пользуясь тем, что искин был взломан еще когда дядя подключался к гиперпередатчику, запустил все имеющиеся на станции спасательные капсулы.

Теперь пусть гадают, в какой из них мог быть я. Ну а для помощи в нелегком деле сканирования огромного количества объектов еще и кластер искинов повисит пусть.

Я уже говорил спасибо тому мертвому альву? Ну еще раз скажу, пусть ему хорошо лежится, точнее сидится. Он же сидел.

Вдох-выдох. Собраться с силами, сжать зубы посильнее и вперед. К ангару. Надеюсь местные решат, что я скрылся на одной из спасательных капсул.

Мне явно фартит. Да что там! Я думаю сама богиня удачи сидит на моем плече и указывает путь. Иначе объяснить, каким образом я умудрился добраться до нужного ангара и не попасть никому на глаза, даже не представляю.

Слава богу, слабость, охватившая меня в момент, когда я оказался в техническом коридоре, прошла без следа. Что это вообще было совершенно непонятно.

В данный момент я снова лежу в вентиляционной трубе и наблюдаю за обстановкой в ангаре. Немного напрягает тот факт, что никого нет. Именно так – ангар пуст. Только наш кораблик, сиротливо возвышается посередине.

Похоже на западню… Вот загривком чувствую, что меня тут ждут. Хотя… Кидаю взгляд на планшет, с помощью которого получил доступ к системам охраны. Пусто… Никого… даже турели с плазмометами в дежурном режиме.

Как же не хочется лезть – то… Как же меня выкручивает. Но придется…

На станции кстати небольшая паника, устроенная лично мной. Могу гордится, блин… А вот доступ к управляющему кластеру искинов я постепенно теряю. Местные программисты работают. Чухнули про вмешательство.

Ладно, смотри не смотри, а долго лежать смысла нет совсем. Суета на станции, вызванная запуском капсул понемногу утихает. Еще немного и все выходы будут перекрыты. У меня всего один шанс… Зажмурить глаза… Отсчет… Один… Два… Три… Рывок…

Глава 3

Меня ждали… Чуйка не подвела. Только вот тот, кто просчитывал варианты моего задержания, немного ошибся. Самую малость, но именно она спасла мне жизни.

Рассредоточенные по ангару, где стоит мой, теперь уже только мой, кораблик, бойцы ожидали мое появление из технических коридоров. Я же, немного подумав, пошел другим путем.

Угу… По вентиляции. Кстати, неужели не догадались перекрыть? Странно это все. Ну да бог с ними.

Не до мыслей о высоком. Из простреленной навылет ноги хлещет кровь, а жгута под рукой нет. Нужно срочно придумать что-то, иначе так и помру, от потери крови в тамбуре.

Мне вновь улыбнулась удача – шахта, по которой я добрался до места, находилась всего метрах в десяти над крышей корабля. Прыжок, точнее будет сказать падение, тоже прошло удачно. Ничего не сломал.

Только старые травмы заныли еще сильнее. Но это уже привычное дело. А вот когда я попытался скатиться на пол, чтобы нырнуть в шлюз, вокруг замелькали выстрелы из плазмометов и застучали пули импульсников о корпус.

Не знаю, какому теперь богу молиться, но мое тело не превратилось в дуршлаг. Если не считать простреленной артерии на бедре. А может, лучше было бы, чтобы меня на месте нашпиговали?

Какая разница, умереть от сотни попаданий или от одного, но шибко удачного. По мне так никакой, но я еще задержусь на этом свете. Не для того я год колесил в консервной банке по простором галактики. Угу…

Пока тягучие мысли бьются о пустую черепушку, руки привычно делают свое дело по спасению моей бренной тушки. Снять куртку, порвать ее на лоскуты, скрутить из двух полос ткани жгут.

Перетянуть ногу выше раны и крепко завязать. Конечно, долго так не прохожу, нужно будет зашивать. Да и если жгут через час не снять, то ногу можно будет выбрасывать. Гангрена, однако, шутить не любят…

Вся надежда на то, что встроенный в нейросеть медицинский блок, поможет мне продержаться до того момента, пока я не свалю со станции. Если, конечно, меня выпустят… слишком много если.

Но так сложились обстоятельства, поэтому – стреляю от бедра. Или как говаривал кто-то из древних: «Главное ввязаться в бой, а там посмотрим.»

Вот смотрю вокруг… И ни разу мне не нравится картина. Ладно, будем надеяться, что корабль никто штурмовать не будет. По крайней мере, после того, как я буквально ввалился в шлюз, стрельба сразу прекратилась. Ну дык, я лично и чихать бы боялся рядом с этой таратайкой. А уж стрелять из плазмометов по кораблю, большую часть объема которого занимает тридцать тонн дейтерия – так вообще за гранью добра и зла.

Видимо амарцы тоже сообразили, что если случайный заряд плазмы пробьет обшивку моего кораблика, то в ад мы отправимся дружной компанией. Возможно, и чутка населения планеты зацепим, чтоб не скучно было. Ага…

Ладно, повеселился и хватит. Смех смехом, а ситуация для меня, прямо скажем, аховая. И это я еще оптимистично ее оцениваю.

Вдох-выдох. Боль вроде не мешает особо, спасибо нейросети. Теперь медленно, опираясь на стенку, подняться вертикально и ползти в рубку. Надеюсь, со мной захотят пообщаться. Ну или хотя бы выкинут наружу вместе с кораблем.

Меня устроят оба варианта, если честно. Системы то мы заглушили, когда покидали кораблик, да не все. Реактор, прямоточно-плазменного типа, в условиях гравитации отключать полностью не стоит. Как минимум магнитная ловушка должна функционировать. Иначе… Ну вы в курсе. Ага… В ад, или в рай. Кому как больше нравится.

Тело слушается с трудом. Каждый шаг нужно контролировать, иначе ноги просто забывают двигаться. Оставляя за собой кровавый след, опираясь на стену руками, с огромным трудом я все же смог дойти до рубки и с облегчением упасть в пилотское кресло.

Короткий путь по узким коридорам, вымотал меня так, что руки не хотят шевелиться. Хоть домкратом поднимай. Прикрываю глаза, хотя и без этого в рубке темно. Чуть тлеют красной дежурной подсветкой дисплеи выключенных компьютеров, да мигает зеленая лампа системы контроля реактора.

На кучу оповещалок нейросети о критическом состоянии организма давно уже перестал обращать внимание, свернув их в трей. Толку-то… Мне нужна медкапсула, это и так понятно. Вот только к ней не осталось ни одного картриджа, так что толку не будет никакого.

Мелькнула мысль, что возможно я поторопился, пытаясь покинуть станцию? Здесь все же есть не только медицинское оборудование, но и высококвалифицированные врачи. Глядишь поживу еще.

Что гонит меня в неизвестность? Куда я полечу? Никакого плана у меня нет. Просто нервы слегка подкачали. И случай представился. Ну, чтоб с дядей рассчитаться…

Ладно, чуть передохнул, теперь пора и делом заняться. В общем-то, не все так плохо. Грик мне кое-какие координаты подкинул, по дружбе. Еще до того, как меня дядины волкодавы спеленали. В принципе, я знаю, куда мне нужно.

Привязка к карте теперь имеется. Сама карта… Черт! Планшет!

Пересиливая слабость быстро нахожу самую мою ценную вещь в кармане брюк и облегченно выдыхаю. Уф… Я уж думал все, можно сдаваться. Потому как без этой пластинки покинуть ангар шансов ноль. Угу.

Спасибо тебе альв, не помню твоего имени, хотя вроде где-то находил на планшете. В стотысячный раз благодарю покойника, оставшегося на другом конце галактики практически. А у меня есть все шансы остаться на этой станции навечно. Если не начну действовать.

Хотя, нет. Если я сейчас помру, то думаю, мое тело просто выбросят в космос, предварительно вскрыв корабль и выпотрошив бортовые компьютеры.

Много говорю, а силы тем временем стремительно утекают. Срочно нужно валить отсюда и уходить в гиперпрыжок. Там меня не достанут, надеюсь. И наконец-то появится возможность хоть аптечку использовать, чтобы обработать раны.

С трудом, превозмогая слабость, кладу правую руку на панель управления и начинаю щелкать по сенсорам пальцами, одну за другой запуская спящие системы корабля. Вот зажегся сигнал реактора выходящего на штатную мощность.

Минута – набор мощности. Щелчок, запустить гравитационные двигатели. На станции есть притяжение, да и масса у нее достаточно большая, чтобы была возможность использовать их.

Медленно оживают экраны, побежали строки показаний датчиков, разбросанных по всему кораблю. Огоньки складываются в странный рисунок, будто в калейдоскопе. Черт, голова начинает кружиться, утягивая меня в туманную даль. Уже и нейросеть не справляется.

Плохо, очень плохо. Стоп! Вспоминаю, что в кресло пилота встроена небольшая аптечка. Не то чтобы она прям поможет. Но, если мне не изменяет память, там должно быть противошоковое, кровеостанавливающее и стимулятор. В моей ситуации, то что доктор прописал.

Левой рукой нащупываю небольшую кнопку на подлокотнике и без раздумий вжимаю ее до упора. Три легких укола в районе поясницы, практически не почувствовал. А вот эффект меня порадовал.

По венам будто огненная волна прошла, которая заставила сердце забиться со скоростью пулемета, грозя выскочить из груди. Боль отступила на задний план, хоть и не ушла совсем. Ну да и бог с ней, главное не мешает. На мозг уколы тоже подействовали благотворно.

Головокружение прекратилось, а мысли прояснились. Уф… Как же хорошо-то. Понятно, что это ненадолго, но надеюсь на то, чтобы свалить наконец отсюда, относительно хорошего самочувствия хватит.

Так! Первое – планшет. Положив его перед собой, быстро нахожу карту, которую скачал с искина, пока пробирался в ангар. Развернуть, быстро вбить координаты, вызубренные буквально наизусть по настоянию Грика.

По его словам, в системе по указанным координатам, должен быть автоматический разведывательно-аварийный пункт. Не знаю, сохранился ли он, но выбора у меня особо нет. Потому как это ближайшая точка, где я смогу отсидеться. На моем драндулете, до нее всего два прыжка в сторону территорий архов.

Теперь синхронизировать его с бортовым компьютером. Слава богу, это не так и сложно. Главное в частотах совпасть. Ну да, проблемы никакой нет. Программу еще дядя Ники написал с таким функционалом. От меня требуется лишь щелкнуть по иконке, для того чтобы запустить.

Побежала полоса загрузки – готово. Теперь я, хотя бы, не заблужусь. Все системы моего кораблика готовы. Осталось всего ничего – как-то покинуть станцию, а потом уйти в гипер под прицелом множества орудийных платформ, разбросанных по системе. И это я еще про патрульные фрегаты не вспоминаю.

Короче, раз плюнуть! Да я! Да мне! Угу… Чувствую себя то ли гением, то ли идиотом. Ладно, выбирать особо не приходится. Глядишь прорвусь. Тем более, сканеры Содружества меня практически не видят. Если только масс-детекторы.

Откуда знаю? Ну, тут все логично – если бы наш, то есть мой, корабль могли засечь сканеры, то нам не пришлось бы целых две недели ждать, пока нас найдут. Как-то так.

Тэк… С этим разобрались, пока что. Теперь пункт номер два. Хотя, он, скорее, номер ноль. Ибо что толку в готовом к полету корабле, если он заперт в ангаре? Правильно, никакого.

Черт! Доступ к местному искину потерян. Хорошие здесь спецы по информационной безопасности. Сумели таки полностью отрубить меня от своих систем. Это плохо… Я надеялся, что получится открыть ворота самому, но видно не судьба.

Время утекает сквозь пальцы. Нужно думать быстрее, а лучше действовать. Так… открывать ворота мне нечем. Ну нет на моем кораблике ни одной пушки! Эх, дядя, дядя… Не мог что ли туннельник какой воткнуть. Чувствую себя голым.

В арсенале тоже шаром покати. Хотя, вроде есть заряды гексана еще. Толку от них, правда, в данный момент никакого. Сомневаюсь, что мне позволят беспрепятственно заминировать и подорвать ворота. Прям свечку подержат, наверное. Или голову продырявят, что гораздо реальнее.

Ладно… надо посмотреть, что вокруг творится. С этого и нужно было начинать, но спишем все на мое плохое самочувствие.

Легкое шевеление пальцами и передо мной разворачивается изображение, транслируемое камерами, установленными на внешней обшивке. Открывать бронестворку обзорного окна… Ну, даже для меня это чересчур большой тупостью будет.

Вот снайпера то обрадуются… Один выстрел, и все. Проблема решена. Не… Ищите других дураков.

Ну-с… И что тут у нас интересного?

Не понял… А где все? Ангар, можно сказать пуст. Нет ни штурмовиков, ни боевых дроидов. Вообще никого, в радиусе обзора камер. Ну, если не считать одинокую фигуру человека, стоящего прямо перед носом корабля.

Кто там у нас? Увеличиваю картинку. Надо же, Грас. Собственной персоной. Интересно, чего ему надо? Спросить что ли? Надеюсь внешние динамики работают. Спрашивается, на кой ляд, на космическом корабле внешняя система аудиотрансляции?

Непонятно… Но она имеется. Хотел бы я познакомиться с конструктором этой калоши… Просто интересно, для чего здесь понапичкано ненужной в космосе аппаратуры. Лучше б радар нормальный поставили.

– Раз, раз. Как слышите? – а горло то пересохло и першит, поэтому голос слегка сиплый. Но судя по тому, как дернулся местный командир, динамики работают.

То что он меня слышит, это, конечно, хорошо. А я то как узнаю, что он мне хочет предложить? Хм, тут и микрофоны имеются. Даже боюсь предположить, как планировали использовать этот корабль. Разговаривать с астероидами, что ли? Так в вакууме, вроде, звук не распространяется.

– Макс, ты меня можешь слышать? – Грас на удивление быстро пришел в себя и тут же пытается вступить в разговор.

– Могу, чего надо? – отвечаю.

– Слушай, не знаю, что ты не поделил с Ником, но думаю тебе лучше сдаться. – адмирал кота за хвост тянуть не стал, а сразу переходит к делу.

– Не… не хочу. – отвечаю, одновременно пытаясь с помощью камер выяснить, где же спрятались бойцы. Весьма сомнительно, что они покинули ангар.

– Ты же понимаешь, что долго не просидишь в своем корабле? Не знаю, каким образом тебе удалось взломать искин, но мои специалисты уже устранили проблемы и ты не сможешь выбраться со станции. – с козырей заходит. Ну-ну… – Вскрыть твою коробку, для техников дело пяти минут, поэтому давай сэкономим им время и не будем отвлекать их от важной работы. Просто сдайся. Обещаю, я тебя отпущу, после того, как ты ответишь на пару вопросов.

Угу. Так я ему и поверил, отпустит, как же. Особенно после того, как я тут с искином, между прочим военным, а значит с защитой по высшему разряду, порезвился. В открытый космос если только без скафандра отпустит.

– Нет. Давайте поступим по другому. Вы просто дадите мне улететь, и все. – вношу я свое предложение. – Как-никак, я устранил агента конфедерации. Вашу работу считай, выполнил.

– Ты же понимаешь, что я не могу тебя так просто отпустить? – Грас стоит расслабленно.

– Понимаю, а вы понимаете, что я не могу так просто сдаться. Тем более, когда уже добрался до своего корабля. – парирую.

– И что? Как ты планируешь покинуть станцию? – адмирал не оставляет попыток уговорить меня. – Тебе это не удастся. Даю тебе последний шанс, после чего мои бойцы возьмут твой корабль штурмом. В таком случае, тебе будет обеспечено место на рудниках. Гарантирую! – переходит угрозам. Типа пряник и кнут. Правда, где что, не совсем понятно.

Странно, почему они сразу не стали штурмовать корабль, когда я только в него попал. Да и просто ведь могли мне отстрелить конечности и взять тепленьким. Но нет, я отделался всего одним попаданием, да и то, похоже, случайным. Сейчас, когда мозг более-менее нормально работает, я это понимаю.

Такое ощущение, что адмирал чего-то сильно опасается. Да и выглядит он слегка удивленным, будто ожидал от меня других слов. Думай голова, думай. Фуражку куплю… Чего может опасаться самый главный человек на станции?

Да хрен его знает, увольнения если только. Но это явно не то. Даже если он меня упустит, то вряд ли его снимут с должности. Не такая я важная персона. Его опасения как-то связано с тем, что меня не пристрелили во время прорыва к кораблю. Ну не верю я, что бойцы в пограничных силах сплошь мазилы.

А учитывая, что я и двигался не так быстро, как мне казалось из-за помутнений разума, вызванных чрезмерной травматичностью, то… Нет, что-то не сходится.

– Ну, твое решение? – нетерпеливо задает вопрос адмирал, нарушая мой мыслительный процесс.

Вот я дурак! Да он же боится, что я взорву корабль!

– Знаете, господин адмирал. – обращаюсь к нему по званию. – Я тут подумал, и у меня для вас есть два варианта… – делаю многозначительную паузу.

– Какие? – поморщившись, интересуется он.

– Первый: вы открываете мне ворота и я спокойно улетаю. – еще одну паузу, но недолгую. – Второй: вы отдаете приказ на штурм моего корабля и мы все дружно отправляемся на перерождение.

Теперь паузу взял уже адмирал. По сосредоточенному лицу, благодаря хорошим камерам, я вижу каждую морщину на нем, понимаю, что сейчас Грас пытается понять, серьезно я или блефую.

Чисто теоретически, взорвать корабль я могу. Отключить контур безопасности в реакторе и все. Реакция, удерживаемая гравитационно-магнитной ловушкой выйдет из-под контроля и привет. Вместо станции – облако плазмы. Но делать я этого, естественно не стану.

Даже если адмирал решится на штурм, лучше тогда уж сдамся. Помирать раньше времени желанием не горю, каким бы психом со стороны я не казался. Да к тому же, даже если меня смогут взять в плен, пока я жив всегда будут шансы сбежать.

– Ладно. Я согласен. – наконец принял решение Грас.

Похоже, ответственность за жизни людей вверенных под его командование перевесило возможность взять живьем, как он считает, вражеского шпиона. Ну и славно.

– Открывайте. – голос снова начинает дрожать.

Действие стимулятора начинает прекращать свое действие. Главное чтобы хватило до момента, когда я смогу покинуть станцию, а то фиаско случится, однако.

Больше не говоря ни слова командующий базы, развернувшись на месте, четким шагом направляется в сторону выхода из ангара. Судя по напряженной спине, он все еще сильно сомневается в своем решении. Но риски не соразмерны.

Меня фигура адмирала волнует сейчас меньше всего. Я слежу, с помощью камер, как створки, отделяющие меня от открытого космоса, медленно поползли в стороны, и за ними появились белые огоньки звезд в непроглядной тишине.

Вот зазор достиг ширины метров в двадцать… Тут же кидаю дополнительную энергию на антигравы и буквально с места, поставив свой корабль на ребро, чтобы точно проскочить в открывшийся проем, пока адмирал не передумал, прыгаю всей многотонной тушей корабля в объятья космоса.

Из ангара я вылетаю, как пробка из бутыли шампанского, буквально за секунду отдалившись от тела станции на пару десятков километров. Но радоваться рано. Нисколько не сомневаюсь, что меня ждут снаружи патрульные фрегаты, способные разобрать мою калошу на запчасти за пару выстрелов.

На пределе возможного, молясь чтобы не вышли из строя гравикомпенсаторы, бросаю корабль вниз, закладывая вираж обратно в сторону станции и врубая маршевые движки без разогрева сразу в режим форсажа. Главное, чтобы они сейчас не рванули… А ведь могут…

Громада станции, едва удалившись, снова начинает расти на экранах. Движение штурвала от себя и резкий нырок. Уф… Пальцы, сжимающие штурвал побелели от напряжения. Датчики заполошно мигают, показывая, что двигатели работают на пределе возможного, грозя пойти в разнос в любой момент.

Ну же… Не подведи родимый!

Кидаю корабль в сторону, чтобы избежать столкновения со станцией и вижу перед собой открытый космос. Несмотря на то, что гравикомпенсаторы работают на полную мощность, перегрузки буквально раздавливают мое тело.

На радар глядеть нет времени, я и так знаю, что позади меня находится крупный объект. Станция.

Меня больше волнуют три ярких факела на экранах видеонаблюдения. Определенно – это корабли. Ну я же говорил.

Исполняю противозенитный маневр. И акселератор в пол… Далекие звезды слились в белые линии, как бы говоря, что я уже подхожу к скорости света.

Да ни хрена себе… Я тут похоже рекорд по набору скорости за единицу времени побил. Кидаю взгляд на показания скорости. Ух ты… Как я и говорил, почти три сотни тысяч километров в секунду. Главное чтоб ничего на пути не попалось.

Контур гипердвигателя заряжен только на четверть, но мне и этого хватит для начала. Все равно сейчас прыгаю не в ту сторону, куда мне нужно. А значит… Хлопаю по кнопке активации и….

Картинка на экранах меняется, превращаясь в мутно-молочное марево. Все… Я в гипере. Облегченно выдыхаю и, прикрыв глаза, расслабленно растекаюсь по креслу… Впереди меня ждет четыре дня в гиперпространстве, а значит можно немного отдохнуть…

Глава 4

Что это за зумер свербит, прогрызаясь сквозь сон, продирая до костей? Я сплю, не мешайте. Сегодня выходной и на занятия вставать не нужно…

Стоп! Какие занятия? Я ж давным-давно выпустился из Академии… А чего тогда это за звук, если не будильник? Память возвращается как-то сразу. Бац! И я вспоминаю все. И как дядю приговорил, и как со станции пограничников выбрался с трудом, и как в прыжок уходил.

Вот черт! Я же в гипере сейчас, что тут может издавать такой, во всех отношениях неприятный звук? Правильно… Что-то на корабле, судя по всему, идет в разнос.

Открываю глаза и кручу головой, разминая затекшую шею. Ощущения, какие-то непривычные. Не могу понять, что со мной. Как будто чего-то не хватает…

Ладно, потом разберусь… Так, сейчас нужно понять, что потревожило мой сладкий сон. Не особо к спеху, раз уж я проснулся и корабль целый, но и откладывать в долгий ящик не стоит. Есть все шансы выйти из прыжка по частям, чего очень бы хотелось избежать.

После того, как мне удалось уйти со станции, сил не оставалось, поэтому я не смог добраться до каюты. Выключился, сидя в пилотском ложементе. Как-то одномоментно, раз! И будто рубильник щелкнул. Похоже, организм достиг своего предела.

Точно! Я понял, что не так с моими ощущениями… Боль. Она исчезла. Будто и ребра у меня не сломаны, да и нога прострелена… Черт, жгут-то я так и не снял. Походу, ее можно списывать со счетов… Вряд ли удастся избежать гангрены, если прошло больше пары часов. Интересно, как долго я спал?

Что-то я туплю… У меня ж интерфейс нейросети есть, а там и часики имеются. Даже глаза не надо открывать. Э… Ни хрена ж себе… Да ну, похоже барахлит сеточка-то, прям лагает по страшному…

Иначе, чем объяснить то факт, что я проспал, если верить нейросети, почти семь суток… Да я сдохнуть должен был через сутки, от кровопотери или от сепсиса в простреленной ноге. Ерунда какая-то…

Да чего я парюсь, у меня же бортовые управляющие системы независимые. Если допустить, что нейросеть глюкнула, то центральный компьютер корабля должен быть в норме. Иначе бы я просто не проснулся. Это факт.

Потому как именно им контролируется энергетическая установка. Случись что с центральным управляющим модулем, реактор рванет так, что мало не покажется. Вообще, есть и дополнительный специализированный компьютер для реактора, но он та же зависит от центрального.

Сделано это для того, чтобы в случае захвата корабля и гибели всего экипажа, виновники такой неприятности не остались без возмездия. Ну да, а что вы еще хотите от человека, привыкшего только свои интересы ставить на первое место? Это я про покойного дядю если что.

Именно он настоял на такой системе безопасности. Сам мне рассказывал. Угу… ладно хоть датчик какой не вшил себе в тело. А то бы сейчас я уже представлял из себя набор свободных атомов парящих в безбрежной пустоте первозданного космоса. Этот мог, да… Беспринципная с…

Ладно, о мертвых либо хорошо, либо ничего. Чтоб он сто раз в гробу перевернулся, или в чем там хоронят в Содружестве?

Открываю глаза, решив, что разбираться с поехавшей нейросетью буду потом. Конечно, не сильно приятно осознавать тот факт, что в моей голове находится потенциально сломанный девайс, напрямую взаимодействующий с мозгом. Вот только ничего с этим поделать я просто не в состоянии.

У меня нет ни знаний, как провернуть операцию по нейросети, ни, что намного важнее в данном случае, необходимого оборудования. Только медапсула, к которой нет расходников.

В общем, проблемы буду решать по мере поступления. Раз с нейросетью ничего поделать не могу, надо определиться с реальным положением дел и выяснить, что же это такое безостановочно свербит в ушах, вызывая приступы плохо контролируемого желания кого-нибудь прибить.

В рубке, за то время пока я был в отключке, ничего не изменилось. Да и странно было бы, если б изменения произошли. Учитывая, что я тут абсолютно один. Или не один?

Странное ощущение, которого никогда раньше не испытывал, накатило неожиданно. Будто у меня в голове включился радар, пробежавшийся сканирующим лучом вокруг и, ничего не обнаружив, снова вырубился. Надеюсь это не сумасшествие…

Какая-то непонятная херня со мной творится, иначе и не выразишься. Ну да ладно, сейчас это не так уж и важно. Быстрые щелчки по сенсорам управления пальцами и… Я выпадаю в осадок.

Даже глаза протер. Ну, так, на всякий случай. Потому что компьютер бодро рапортовал, что вокруг меня не открытый космос, или гиперпространство, а помещение, к тому же заполненное атмосферой пригодной для дыхания.

Сказать, что я был ошеломлен, значит, ничего не сказать. Ошеломлен, обескуражен, введен в состояние сомнения в собственной реальности. Да просто офигел, если честно. Радует только одна хорошая новость – нейросеть в порядке. Компьютер тоже утверждает, что я проспал семь суток.

Ладно, лезем в логи. Я понимаю, что ни хрена не понимаю. Где я вообще? Так… Прыжок – норма. Повреждений корабль не получил, хотя учитывая, на каких перегрузках я его гнал, даже странно.

Полет в гиперпространстве – тоже без происшествий. Выход в обычный космос – штатно. Вспоминаю про планшет, который у меня служит навигационным маяком, картой и самим навигатором в одном флаконе.

Хм… Точка выхода расчетная. В системе, далеко за пределами пространства Федерации Амар. Она даже имени своего не имела, только цифро-буквенное обозначение.

Само вываливание из гипера, так же без проблем. Системы работают штатно. Повреждений нет. Уже радует.

Хм… Что дальше? Если возьмем за аксиому, что я действительно проспал целую неделю, а сомневаться уже не приходиться. Хотя, судя по общему самочувствию, я уже сомневаюсь в собственной адекватности, не то, что в показаниях бездушной аппаратуры. В общем, не дождавшись никакой реакции со стороны пилота, то бишь меня, компьютер выполнил процедуру частичной консервации.

Все системы, кроме систем жизнеобеспечения, были переведены в режим пассивного функционирования, для снижения энергозатрат. Маршевые двигатели, само собой никто не запускал. Гравитационники в режиме щита. Активные системы сканирования отключены за ненадобностью.

Интересно, кто писал программы для этой железяки? Это ж получается, что через сутки после выхода из гипера, корабль с моей тушкой на борту представлял из себя просто кусок железа, летящий по неизвестной орбите, без возможности ее коррекции. А если б планета какая-то поблизости оказалась?

Грохнулся бы так, что только воспоминания бы остались. Мда… Я чрезмерно фартовый человек… Прямо фантастически везучий. Главное, чтоб эта удача не кончилась внезапно. А то пойду в туалет, споткнусь, треснусь головой обо что-то и все. Того, на встречу с моим «любимым» дядюшкой.

Кстати, о туалете. Точнее о физиологии. Если я спал неделю, то почему я не испытываю ни голода, ни жажды, ни, так сказать, обратного процесса. Что же со мной творится то?

Ладно, на этот вопрос я точно не в состоянии ответить. Так… Что у нас сейчас вокруг имеется? Вроде я сейчас не совсем в космосе. А совсем даже внутри какого-то объекта. Который, может оказаться чем угодно. Вплоть до того, что меня отследили амарцы и притащили обратно на станцию.

Да не… Они бы просто не успели этого сделать. Все же мой кораблик, каким бы примитивным он не был по сравнению с местными, имел одно неоспоримое преимущество. А именно дальность прыжка. В пять раз превышающую таковую у самых быстрых кораблей Содружества.

Как это было достигнуто практически на серийном двигателе амарцев, отнюдь не являвшихся лидерами в кораблестроении миров Содружества – загадка та еще. Ответ на которую, я так и не узнал у дяди. А теперь, наверное и не узнаю уже.

Немного подумав, включаю трансляцию с внешних камер видеонаблюдения и медленно выпадаю в осадок, пытаясь сообразить за что хвататься и куда бежать…

Нет, на кое-какие вопросы я получаю ответ. Например, что это за зумер такой, который меня привел в чувство. Угу… Картина маслом, как говорится.

Огромный ангар, заваленный разным хламом. Куски обшивки, покореженные балки, некомплектные дроиды наваленные вповалку. Первое впечатление – свалка. Самая натуральная свалка. И это я еще толком не осмотрелся.

Мой кораблик на фоне груд металла по сторонам совершенно терялся. Это что ж за корабль такой должен быть? Хотя, вполне возможно это какая-то станция. Но вот в данный момент, мне было безразлично где же я оказался…

Потому как единственное, что мне было интересным, это оказаться как можно дальше отсюда. Желательно, как минимум в соседней системе. Ну хотя бы в паре миллиардов километров от моего корабля.

Я, наверное, поседел, едва увидел, что творит какой-то древний робот с моим ласточкой. Камеры равнодушно транслируют картинку, как листы обшивки размеренно режутся на куски плазменной горелкой и тут же улетают вниз. Если я не ошибаюсь, то до топливных резервуаров, больше чем наполовину заполненных дейтерием этому недоремонтнику – демонтажнику осталось снять буквально с пяток квадратных метров обшивки.

Представили да? Тридцать тонн дейтерия, в которых разгорается цепная реакция? Вот и я тоже моментально представил такую картину. Мысли дружно уходят в разбег, в попытке придумать, что в данной ситуации можно предпринять.

Так, оружия у меня… Вроде только гексан оставался, но взрывать его рядом с раскуроченной обшивкой идея не очень. Распылит на атоме еще вернее, чем возможная детонация из-за работы неизвестного дроида.

Черт, вот что мне стоило какое-нибудь оружие раздобыть, пока я по базе амарцев разгуливал? Правильно… Ничего, не стоило. Тем более, какой-никакой возможностью вскрывать двери я обладал.

Точно! Планшет альва! Можно попытаться перехватить управление дроидом и остановить его. Да и не только дроида… Судя по тому, что я тут вижу на камерах, продвинутых систем противодействия попыткам взлома можно не ждать.

Хватаю девайс, быстрый поиск нужной проги и… Разочарование… Потому как никаких признаков беспроводной сети планшет не находит. Хм… Странно, но мои разученные базы утверждают, что сеть на корабле должна быть в любом случае. Таковы технические требования к производителям космической техники.

Так… А если просто попробовать поискать хоть какой-то принимающий сигнал контур, хотя бы неактивный. У дроида же должен быть модуль связи, иначе как ему задачу ставить? Мне подойдет даже голосовой. Через преобразователь цифро-аналоговый преобразователь получится тогда подключиться. А дальше дело техники…

Порадовался своей гениальности? Хватит… Планшет, даже задействовав мощности синхронизированного с ним бортового компьютера ничем мне помочь не смог. Угу… Тишина в эфире, мертвая прямо-таки. Даже фона нет.

Идея остановить разрушение корабля удаленно потерпела сокрушительнейший крах. Впору брать монтировку и идти бить эту древнюю, если мои базы не врут, то чуть ли не первого поколения, железку по тому месту, где у нее должен находится искин. Ну или просто управляющий центр. Сомневаюсь, что в такой рухляди будет установлен искин. Очень сильно.

Вообще дроид чем-то походил на паука. Только вместо восьми, шесть манипуляторов, двумя из которых он управлял плазменным резаком, еще двумя откидывал в сторону срезанные плиты обшивки. Ну а третья пара служила опорой. Корпус угловатый, прямоугольной формы, без намеков на эргономику. Просто кирпич на ножках.

Но, каким бы он примитивным не казался, свою работу выполняет вполне успешно, раздевая мой кораблик ударными темпами. Идея с монтировкой с каждой прошедшей секундой становиться все более привлекательной… Угу. Особенно если вспомнить, что в моем распоряжение имеется ровно ноль скафандров, в которых я мог бы выйти из корабля.

Но и сидеть, ничего не делая, было не выносимо. Так что, компьютер вроде утверждал, что за бором есть атмосфера. Вот и проверим, насколько она пригодна для дыхания.

Я уже собрался претворять свой, прямо скажем – идиотский, план в действие, когда краем глаза замечаю какое-то движение среди завалов всевозможного промышленного хлама. На какой-то миг, в поле зрения одной из камер попадает силуэт, сильно смахивающий на человеческий. Может и не человеческий, но гуманоидный.

Быстро увеличиваю картинку, чтобы получше рассмотреть нужный сектор. Некоторое время ничего не происходит. Какие-то балки, погнутые манипуляторы, куски обшивки, еще какой-то хлам, не поддающийся идентификации…

Некоторое время на изображении ничего не происходит. Я уже начинаю подумывать, что у меня галлюцинации. Ну… В свете последних необъяснимых событий, нисколько не удивлюсь, что все происходящее вокруг – горячечный бред. А сам я вообще нахожусь где-нибудь на земле, в палате для буйно-помешанных пациентов элитной корпоративной клиники.

И как раз в момент, когда я уже собираюсь вернуться к первоначальному плану действий. Идиотский который… Из-за кучи хлама выныривает гибкая фигура затянутая в легкий пилотский скафандр. Навскидку, невысокого роста, хотя точно не скажу. Возможно искажение, так как сравнивать то не с чем. На мой взгляд, так где-то в районе метр шестьдесят.

Плавность движений, общая моторика говорит в пользу того, что скорее всего среди груд хлама ступает походкой от бедра представительница прекрасного пола. Хм… А это уже интересно… Жаль, скафандр скрадывает фигуру, да и навешанные дополнительные бронепластины, так же не способствуют более точному обзору.

Девушка, пусть это будет девушка, потому что я так хочу, в своем скафандре предпоследнего поколения смотрелась тут чужеродно. Хотя, базы то у меня довольно старые, может данная модель уже лет сто, как считается барахлом. Но все равно, контраст был даже для моего неопытного взгляда.

Так-с… Живые значит, тут имеются. Это уже хорошо. Хотя, что хорошего то? Связи то все равно нет. Ну, точно нет – еще разок запускаю поиск на планшете. Авось чего найдет. Но нет… Глухо.

И как мне спрашивается объяснить этой… девушке. Не знаю, где-то в глубине своей души, я прямо физически чувствую, что на экране, ковыряясь в куче обломков, я вижу девушку. Кажется, что я знаю о чем она думает.

Она устала, и очень хочет спать. А еще – на этом корабле она совершенно одна, если не считать одного-единственного рабочего дроида. Того самого, который ковыряет обшивку моего корабля.

Б-р-р… Бред какой-то. Все… Это я уже от долгого воздержания начинаю себе всякую ерунду придумывать. Надо бы настройки в нейросети подкрутить, пусть снизит гормональный фон, а то мерещится уже всякое.

Кстати, а как там дела у дроида? Твою ж дивизию, конно-бронетанковую! Очень в тему вспомнилось любимое ругательство отца. Мне всегда было интересно, где он такую странную дивизию видел. Да и не было в корпоративных армиях подразделений с такой численностью. В основном батальонные группы, да бригады.

Ну, или эскадрильи, как у нас в военно-воздушных силах.

Что-то я отвлекся, а тем временем этот недоделанный робот-паук уже почти вплотную подобрался к топливному хранилищу. Быстро он, однако… С-сука…

Думай голова, шлем подарю… Пилотский, с поляризованным бронестеклом. Чтобы солнце не слепило, когда идешь над облаками к горизонту.

Вот я дурак!

Хлопаю себя по лбу, и в срочном порядке запускаю внешнюю аудиосистему. Помнится с Грасом, очень даже неплохо получилось пообщаться с ее помощью. Раз-раз… Надеюсь работает, и этот древний демонтажник не успел разнести микрофоны и динамики.

Да нет, тест прошел нормально. Компьютер утверждает, что все в порядке. А вот датчики, отвечающие за корпус, уже сияют красной гирляндой, заставляя меня поторопиться.

Так, а хозяйка местной «сокровищницы» у нас где? Быстрый взгляд на экран. Судя по увиденному, мадмуазель нашла что-то интересное на склоне, иначе и не назовешь, одного из мусорных холмов. Вот и славно, вот и хорошо.

Выкручиваю громкость динамиков на максимум, в надежде, что их мощности хватит докричаться сквозь шлем скафандра. Молюсь, чтобы в ангаре реально имелась атмосфера, а не глюк датчиков. Как там еще отец любит приговаривать – бог не выдаст, свинья не съест, кажется… Он вообще любитель всяких таких странных фразочек.

– Кхх-кх- кха… – делаю первую попытку привлечь внимание. Ничего умнее придумать не смог. Хрен его знает, даже, вдруг она общего языка не знает?

Взгляд на экран. Ух ты как она подпрыгнула то, и сразу же свечой ныряет куда-то в сторону, уходя из зоны, которую я мог видеть с помощью камеры. Вот это реакция… Или я с громкостью переборщил. Но менять не буду. Так я точно знаю, что меня услышат.

Снова это наваждение – страх, растерянность, какая-то неуверенность… будто чужие эмоции в моей голове… Блин, я, похоже, точно схожу, если еще не сошел, с ума. Усилием воли выметаю ненужные сейчас размышления. Обратный отсчет, до того момента, когда дроид доберется куда не надо, уже запущен. Так что следует поторопиться.

Кстати, неужели местные обитатели не понимают, чем грозит такая работа с резервуарами наполненными дейтерием? Или сканеров не имеют? Или просто идиоты? Надеюсь хотя бы не самоубийцы.

– Уважаемые хозяева, не сочтите за дерзость мою просьбу. – Начинаю вежливое обращение. Я, конечно, видел только одного, точнее одну местную «хозяйку», но совсем не факт, что тут других не имеется. Проявим, так сказать уважение. – Но не могли бы вы, отдать своему дроиду команду, чтобы он прекратил разбирать мой корабль. – А девушки-то, так и не видно на камерах. – Я все понимаю, с одной стороны. Но с другой… Проводить демонтажные работы, не переместив топливо в более безопасное место, желательно как можно дальше от плазменного резака, на мой неискушенный взгляд, есть весьма большая глупость.

Делаю небольшую паузу, в ожидании реакции. Дроид продолжает резать обшивку. Я переключаю камеры, в попытках обнаружить девушку, уверенность в ее половой принадлежности у меня абсолютная. Не знаю почему. Но какой там… В этом ангаре можно полк конвертопланов спрятать, что уж говорить об одном человеке…

– Нет, если вы горите желанием покинуть сей бренный мир, таким экзотичным образом, как сгореть при взрыве тридцати тонн дейтерия, я не имею ничего против. – Еще разок пытаюсь наладить диалог. – Но я лично, хочу жить. Так что буду весьма вам благодарен, если вы позволите мне убраться отсюда, перед тем как все здесь разлетится на атомы.

Снова жду реакции. Какое-то время ничего не происходит. Меня снова накрывают чужие эмоции. Растерянность, сомнения… Ничего нового… Хотя нет, внезапно все это меняется на уверенность.

А потом из-за кучи хлама, кстати, совсем с другой стороны от той, где она исчезла, выныривает легкая фигура и несется к моему кораблю. Я даже залюбовался этой картиной. Настолько быстро и непринужденно девушка взлетает на крышу, цепляясь за торчащие выступы на обшивке к дроиду. И со всего размаху хлопает ладонью по верхней грани паукообразного чудовища…

Немного подумав, дроид все же реагирует на действия девушки и, погасив резак, замирает без движения. До опасной зоны остается буквально один недорезанный кусок обшивки…

Я только сейчас понимаю, что все это время нахожусь в дичайшем напряжении, граничащем с истерикой. Расслабленно откидываюсь в пилотском кресле, из которого так и не поднялся и выдыхаю. Надо же, все то время, пока девушка бежала к моему многострадальному кораблику, я не дышал…

Уф… Кажется, будем жить…

Глава 5

Смерть, в очередной раз ехидно улыбнувшись, и подмигнув пустой глазницей черепа, машет на прощанье ручкой. Интересно, надолго отстанет? Или стоит мне выйти из корабля, как она тут же вернется обратно?

А выходить придется. Тут без вариантов. Сомневаюсь, что местные обитатели меня просто возьмут и выпустят. Да и куда выпустят? Я же даже не знаю, где нахожусь. Снова… Какой-то ежик в тумане прямо. Заблудился в космосе и хрен его знает куда идти.

Ну что за несправедливость такая… Вроде только все наладилось. Какой-никакой план на дальнейшие действия нарисовался. А тут… Никогда такого не было и вот опять.

Хреновый из меня какой-то космонавт получается.

Помимо того, что меня вряд ли выпустят из ангара, есть еще одна причина, по которой я не могу в экстренном порядке покинуть это место. Пожалуй, она даже важнее первой.

Говорят, летать с разобранной обшивкой, плохая примета. Ага, грозит непредсказуемой возможностью самоликвидации путем разваливания на составляющие детали. Или шальным мелким камешком в обнаженные внутренности корабля, что приведет к аналогичным последствиям.

Вот кому спрашивается, мешал мой кораблик? Зачем его было корежить? Нет бы, отремонтировать, подкинуть запасов и проводить в дальний путь. Щас вот пойду и, как все выскажу прямо в бесстыжие глаза этому, или этой? Да плевать, кому-нибудь выскажу.

Кстати, а что у нас творится снаружи?

Пока я немного приходил в себя, после неожиданной встряски из-за долбанного дроида, как-то перестал следить за обстановкой снаружи. Ну, ничего, сейчас исправимся.

Так… Почесав нос, внезапно зазудевший, вновь обращаю внимание на изображение с камер. В принципе, обстановка нисколько не поменялась. Только девушка, сейчас я прямо всеми фибрами души чувствую, что это именно девушка, склонилась над своим древним дроидом и ковыряется в его внутренностях. Хоть бы с кораблика спустились, что ли… Топчутся тут у меня над головой.

Ладно, это все замечательно. Вопрос в другом – как мне выбраться из корабля и не словить при этом заряд плазмы к примеру? Что-то я в гостеприимстве обитателей космоса честно сказать сомневаюсь. Хотя, вполне возможно, что я ошибаюсь. Но лучше перебздеть, чем недобздеть.

С другой стороны, а что я теряю… Ничего. Сидеть заперевшись в корабле, вообще не вариант. Улететь никуда не смогу, запас продовольствия строго ограничен. С водой и кислородом попроще, конечно. Они идут бонусом, как отходы от реакции распада дейтерия. Вот только радиоактивность повышенная, а реагентов для обеззараживания тоже не бесконечное количество.

Эх… Мне бы хоть какой-нибудь скафандр… Пусть самый простенький и дохленький. Страшно выходить в одной форме, несмотря на то, что анализаторы показывают пригодную для дыхания атмосферу за бортом, но местная обитательница-то в скафандре…

– Раз-раз… Проверка микрофонов. Меня слышно? – сидеть и рефлексировать можно до скончания веков, поэтому отбросив сомнения, приступаю к делу. – Извините, что навязываюсь, но возможно вы позволите мне покинуть мой корабль, чтобы решить все возникшие недоразумения? – вообще-то, мне никто не запрещает выбраться из корабля. Но на всякий лучше уточнить. Мне отстреливаться, если вдруг-что, нечем.

На этот раз реакция девушки была гораздо спокойнее. Я бы даже сказал – равнодушной. Как занималась своим разваливающимся роботом, так и занимается. Даже ухом не повела. Не слышит, что ли?

– Ау!!! Так можно мне выйти? – проверив предварительно, чтобы громкость была максимальной, пытаюсь еще раз достучаться.

Ага, щаз… Разбежался называется… Хоть бы дернулась что ли? Нет же… Стоит, ковыряет свою несчастную рухлядь…Ну и ладно, будем считать молчание знаком согласия. Надеюсь, голову мне не прострелит…

Сидеть дальше – смысла нет. Я же не курица на яйцах. Ничего не вылупится. Поэтому поднимаюсь на ноги и топаю к шлюзу. Благо, чувствую себя на двести процентов. Даже удивительно, если честно… Учитывая, что буквально неделю назад, если верить нейросети, у меня имелись серьезные проблемы со здоровьем…

Ну как серьезные – пережить я их без вмешательства, да еще и со стороны не мог. Как минимум ногу пришлось бы отрезать, просто потому что началась бы гангрена из-за жгута, который я наложил, чтобы остановить кровь. Но обошлось, слава богу… Не знаю как и почему, не иначе чудом каким-то. А жгут? Да снял, сразу как поднялся с кресла. Чего ему на ноге болтаться.

Недолгий путь по коридорам и вот я уже в шлюзовой. Первую-то дверь я открываю без проблем, и закрываю за собой тоже… А вот внешнюю… Как-то… Страшно, чего уж самому себе врать. Чувствую себя голым.

Да я и есть голый. Одна футболка, да окровавленные штаны с дыркой в районе бедра. Окидываю тамбур взглядом. Мда… Настроение ни разу не улучшилось, однако.

Остатки куртки на полу. Лужа крови посреди тамбура. Отпечатки рук на стенах. Опирался, пока ковылял в рубку. Коридоры, кстати, тоже имеют такие отметины… Жутковато.

Может, сначала прибраться? А то даму стыдно в гости пригласить… Грязь, антисанитария. Да и угостить нечем. Ну не бурдой же из сухпая. Впрочем, я в каюте дяди-то не смотрел. У него могло и чего получше заваляться.

Ладно, все потом. Надо собраться и все же сделать этот шаг. Быстро, пока не передумал, открываю последнюю преграду перед неизвестностью и, в прямом смысле, выпрыгиваю наружу.

Да! Блин! Твою ж…

Похоже, мое везение закончилось… прыжок получился на загляденье. Я в секунду покидаю корабль, окунаясь в атмосферу неизведанного. Угу… А вот приземление неудачное.

Правой ногой точно на торчащий железный штырь. Вот что мне стоило выйти спокойно? Ничего…Но нет, надо повыпендриваться…

Это ж еще умудриться нужно – напороться на единственный в поле зрения, торчащий вертикально, кусок арматуры. Я смог, похлопайте. Стопа насквозь пробита… Мда…

Странно, боли не чувствую совсем. Да и крови вроде не видно… Я чего это? В зомби что ли превратился. Да не… Ерунда какая-то…

Рывком освобождаю ногу. А вот теперь боль появилась… Схватившись за поврежденную конечность, падаю, где стоял. Как еще головой на этот же штырь не насаживаюсь. Удивительно.

Сквозь боль, буквально сжигающую ногу огнем, пытаюсь забраться в настройки нейросети. Ага, есть у нее такая функция в медблоке – блокировать боль. Уф… Как же хорошо… Наконец-то активировав нужный пункт в меню, с облегчением вытягиваюсь на спине. Жить можно.

О! Кстати, а кровь-то она может остановить? Может… Вообще замечательно. Так, лежа на спине в незнакомом помещении заваленном разным хламом, быстро пробегаюсь по настройкам своей нейросети. Заодно и логи просматриваю.

Хм… Вот и ответ, почему я не помер от гангрены. Был задействован спецпротокол, благодаря которому, нейросеть получила право активировать колонию специальных наноботов для экстренной госпитализации реципиента.

Нет, ну а нельзя было его активировать в тот момент, когда меня химера на аграфской станции чуть на куски не разорвала?

Лежу, балдею… Тихий лязг где-то над головой… Дышится легко. Ну, хоть с атмосферой повезло. Спасибо и на этом. Только прохладно чего-то, а я в одной футболке. Надо бы подняться, а то еще пневмонии мне не хватает для полного счастья.

Кряхтя, как старый дед, больше для театральности, чем на самом деле, поднимаюсь на ноги. Весь такой побитый и замученный, в порванной одежде.

Оглядываюсь вокруг – для кого спрашивается стараюсь, изображая из себя немощного? Местная королева свалки, похоже не заметила моего эпичного появления на белый свет. Эх… Если гора не идет к Магомеду, придется мне самому лезть на крышу собственного корабля.

Что-то не очень гостеприимно встречают, однако, космических бродяг. Прямо скажем, игнорируют… Ладно, пойду, познакомлюсь сам. Я не сильно гордый.

Ковыляю вдоль корпуса корабля до того места, где собственно и был произведен демонтаж обшивки. По сторонам не смотрю. Через камеры успел насмотреться. Свалка и свалка. Ничего интересного я не разгляжу. Хотя, если покопаться, вполне возможно чего-нибудь найти можно.

Мда… Что они сотворили с моим бедным корабликом… Нет, ну варвары же… Кто же так разбирает сложную технику?

У меня чуть слезы не покатились, когда я увидел, как именно выглядит место, откуда были зверски вырезаны куски обшивки. Угу… Нет, чтобы аккуратно, по швам… Какой-там! Покрытие было просто срезано, вместе с балками. Острые концы балок, торчали как из ежика иголки, а под ними виднелся изолирующий слой с подпалинами от плазменного резака и потеками углепласта, не выдержавшего такого варварского обращения.

Оказывается привязался я к моему неказистому кораблику. Сколько парсек на движки намотали вместе… Эх… А теперь…

Да, он не самый лучший корабль в Галактике. Не боевой. Не вместительный. Да много еще чего НЕ… Но тем не менее больше года он для меня домой является.

Где я его ремонтировать буду? По каким технологическим картам… Никакой документации проектной у меня нет… Аж комок в горле встает из-за обиды. Сейчас вот, как разозлюсь и постучу кому-нибудь по голове, для профилактики. Чтоб не лезли, куда не просят своими кривыми ручками.

Тяжело вздохнув и обескураженно покачав головой, начинаю подъем на крышу корабля, цепляясь за торчащие обрезки силового каркаса. Хоть я давно и не тренировался толком, но особого труда мне это не составляет. Правда риск сорваться довольно велик. Все же не лестница.

Вот только выбора у меня нет. Ни местная хозяйка свалки, ни ее доисторический робот так и не соизволили обратить на меня внимания.

Ни ковровой дорожки тебе, ни почетного караула… Хотя, с другой стороны, оружием в лицо никто не тыкает и руки не выкручивает. И на том спасибо, как говорится.

Минут пять мне потребовалось, чтобы забраться на крышу корабля. Пару раз чуть не сорвался, но все же благополучно преодолел все тяготы и невзгоды пути. Эк, я высокопарно задвигаю. Еще бы кто оценить мог.

Утвердившись на ногах, окидываю взглядом окружающую обстановку. Да уж… Через камеры масштабы свалки кажутся меньше. Да и ангар тоже. Противоположный конец помещения я не вижу, мешают кучи металлолома. Но определенно больше километра в длину, да и ширина не сильно меньше.

Это куда ж меня занесло то?

Освещение какое-то слабое и непонятно откуда вообще падает. Этакий интимный полумрак, только свечей не хватает для антуражу. Хмыкаю себе под нос от появившихся мыслей. Как бы не контролировала нейросеть физиологические процессы, а все равно полностью подавить не может.

Уже посреди свалки готов романтический ужин устроить. Было бы с кем…

Кстати, по поводу компании. Отрываюсь от разглядывания ангара и поворачиваюсь в сторону той, ради кого собственно и лез на крышу корабля.

Нет… Ну это вообще… Я все конечно понимаю… Можно было бы хоть оторваться от своего занятия, после того, как я наверх поднялся. Какой там…

Девушка, а теперь, находясь буквально в пяти метрах, мог это уверено утверждать. Даже балахонистый скафандр с дополнительными бронепластинами, не мог скрыть щуплой фигуры с явно женскими пропорциями.

Не высокая, около метр шестьдесят. Вряд ли выше, хотя… может из-за позы, так кажется… Я прямо глаз не могу отвести от филейной части, обтянутой слегка великоватыми штанами скафа, принадлежащей местной королеве ржавых запчастей и раздолбанного хлама… Ух… Огонь…

– Чего уставился? – я видимо слишком громко думаю, потому как мадмуазель, до этого копавшаяся во внутренностях своего проржавевшего, теперь я это хорошо вижу, резко выпрямляется и поворачивается ко мне. – Нравлюсь что ли? – голос слегка искажен из-за бронестекла, но точно женский. Высокие нотки, слегка хрипит, ка будто начинает простывать. А вот тон раздраженный. Впрочем, ни удивления, ни страха в нем не чувствуется.

– Э… М-м-м… – как-то иначе я представлял контакт с местными обитателями. Даже слов не нахожу сразу.

– Чего мычишь-то? Чего хотел? – перебивает она меня, не давая сформулировать мысль.

Вот даже, как-то и не могу сообразить, чего я хотел. Нет, я был готов к тому, что в меня начнут стрелять, но вот так… Растерян я чего-то…

– Слушай, если ты не знаешь что сказать, то постой пока в сторонке, подожди. – я прямо чувствую, как она морщится под зеркальным забралом шлема. – Я тут немного занята. Ты подумай, а я делом займусь. – с этими словами, девушка отворачивается от меня и снова наклоняется над своим роботом.

А я стою, обтекаю. Пытаюсь понять, что это сейчас вообще такое было. Нет. Я, говорю же, всякого ожидал, но… Чтоб на меня отреагировали, как на помеху… Ни тебе здрасти, ни удивления, ни даже вопросов, кто я такой… Стою как дурак, в одной футболке и штанах. Мерзну.

– Кхм-кх… – пытаюсь привлечь внимание девушки, увлеченно ковыряющейся в механическом раритете.

– Ну чего тебе опять? – Девушка даже не соизволила повернуться, бросив вопрос через плечо. – Не видишь, я занята. Если ты хочешь постоять и похлопать глазами, то стой. Главное – не отвлекай от дела. Опять эта чертова железяка зависла… – выпрямившись она в сердцах пнула замершего дроида.

– Эм… простите, за бестактность. – если не знаешь с чего начать, начни с вежливого извинения. Даже если вы не знаете за что извиняетесь. – Не могли бы вы объяснить, что тут вообще происходит? – потерянно спрашиваю первое, что приходит в голову. Надо заметить, приходит мне не многое. Точнее вообще ничего.

– Что происходит, что происходит. – Пнув, напоследок, дроида, девушка разворачивается ко мне. – А что должно происходить? Видишь, ремонтник у меня последний навернулся. Вот что происходит! – импульсивно выговаривает она.

– Э… Я не про это, а вообще… – мямлю, что-то себе под нос. Казалось бы, девушка едва мне до подбородка росточком, и даже в скафандре явно мельче меня, а что-то я теряюсь под ее напором.

– Ну так, уточняй свои вопросы, хуман. – раздражение буквально распирает ее, выплескиваясь за пределы скафандра. – Стоит, мямлит чего-то. Вон, последний дроид из-за него сломался, а он еще тут вопросы разные задает. И что за идиот, летает на корабле, под завязку набитым дейтерием… – резюмирует она под конец.

А вот сейчас обидно. Я, конечно, немного подрастерялся в данной ситуации, но идиотом себя не считаю. Ишь… топливо ей мое не нравится…

– Вообще-то, это топливо для реактора и двигателей. – Обиженным тоном, делаю уточнение. – К сожалению, другого не имелось.

– Вот я и говорю, идиот. – вставляет она реплику, пытаясь расковырять обшивку носком ботинка. – Совсем дикий, да? – кажется, я ловлю нотки сочувствия в ее голосе. – Первый раз в космосе?

Стоп! Как не так наш разговор начался. Или я снова в бреду? Как тогда, со странной комнатой в Мертвых землях. Ни черта не понимаю. Попробую сначала.

– Извините, давайте попробуем сначала. – перестав мямлить, начинаю говорить.

– Ну, попробуй. – тут же встревает местная обитательница, с ехидцей в голосе.

– Э… Меня Макс зовут. И я немного растерян. – Пытаюсь игнорировать, проявляя вежливость и представляясь.

– А меня Рина. – слегка поумерив язвительность, отвечает девушка. Видимо мое спокойствие, немного сбивает накал эмоций.

– Очень приятно познакомиться, Рина. – продолжаю строить из себя джентельмена. – Скажите, Рина, а где мы, собственно говоря, находимся? – задаю самый волнующий меня вопрос. Надоедает вечно блуждать, если честно.

– Мы, Макс, находимся на моем корабле. – вполне спокойным уже тоном, отвечает она.

Значит, на корабле… Это что ж за корабль-то такой… Я, честно, думал, что на какой-то станции, или даже планете. Очень уж впечатляющие размеры помещения. Ладно, корабль, так корабль…

– А как я тут оказался? – пока диалог вроде наладился, сразу пытаюсь уточнить некоторые моменты.

– Обычно, я тебя, тьфу ты. То есть этот корабль подобрала в открытом космосе. – Пожав плечами, отвечает мне Рина. – Лечу, смотрю, висит себе посреди системы безжизненный кусок техногенного мусора. Ну и подобрала. А что, вдруг пригодится? – девушка, видимо устав стоять, уселась на обшивку, скрестив ноги под собой.

Мда… В принципе, а какой я ответ ожидал? Непонятно только, что это за корабль такой, и как он оказался так далеко за пределами обитаемого пространство. Вообще, вопросов хватает. Но не все сразу, главное, не разрушить налаживающийся контакт.

– А зачем было корабль разбирать? – усаживаюсь напротив девушки.

– Вообще-то, я просто внутрь хотела попасть. Не знала, что тут дейтерий имеется. – Она вновь пожимает плечами, рисуя воображаемую линию на обшивке. – Да и про то, что на борту есть живые, тоже не знала. – какая-то странная интонация в голосе, не могу разобрать. Да еще и шлем искажает.

Повисает паузу. В моей голове мысли начинают хаотичный забег. Странно все это. Похоже на абсурд. Сижу на крыше собственного искореженного корабля, беседую с непонятной девушкой, как будто на Земле в кафешке.

Громадный корабль, дроид первого поколения. Как это она не определила, что на борту моего аппарата не только дейтерий имеется, но еще и моя, вполне живая тушка. Неужели сканеров нет?

Странно все… Девушка эта… понимаю, что ничего не понимаю. Откуда-то доносится гудение, а через какое-то время меня обдает легким ветерком, заставляя поежиться от холода. Выбитый из колеи, забываю, что вокруг не так уж и тепло, а я даже не одет…

– Извините, Рина. – Прерываю я затянувшуюся паузу. – Может мы переместимся в другой место, где будет немного потеплее? Например в кают-компанию корабля. – стучу я голой рукой по ледяной обшивке. – Я немного замерз. – Честно называю причину такого предложения.

Девушка поднимает голову, оторвавшись от своего занятия. Некоторое время молчит, но все же отвечает.

– Ладно, хуман. Пойдем. – Легким движением она снова оказывается на ногах. – Только, извини, но в твой корабль я не полезу. Взорвется еще к чертям.

Она снова называет меня хуманом. Делаю вывод, что она не человек. Точнее не хуман. Интересно… Неужели аграфка, или дварф… Ладно, посмотрим.

Пока я размышляю о посторонних вещах, девушка в несколько шагов преодолевает расстояние к краю и начинает ловко спускаться вниз. Мне не остается ничего, кроме как последовать за ней, ежась от легкого сквозняка, дующего непонятно откуда.

Где-то час мы блуждаем по лабиринту между завалами техногенного мусора. Я периодически спотыкаюсь и падаю, но упрямо поднимаюсь, стараясь не упустить из виду Рину, уверенно ведущую меня вперед. По сторонам особо не смотрю, хотя, думаю интересного тут можно много чего найти.

Мне кажется, что я видел целую кормовую часть какого-то корабля, заваленную обломками. Останавливаться не стал, чтобы не потерять хозяйку из виду. Но вот в том, что там точно были сопла двигателей, уверен на сто процентов.

Наконец наш путь подходит к концу. Спотыкаясь чуть ли не через шаг и потирая на ходу многочисленные ушибы, появившиеся за время блуждания, я подхожу к Рине, стоящей у двери в стене, верх которой теряется в темноте.

– Заходи, хуман. – Девушка жмет на сенсор сбоку от входа и передо мной открывается дверь, из которой льется неяркий желтый свет.

«Почему она меня хуманом обзывает, если я представился?» – мелькает мысль, перед тем, как я делаю шаг внутрь открытого прохода.

Глава 6

– Подвинься, чего встал на дороги? – толчок затянутой в бронированную перчатку руки, заставляет меня попытаться сдвинуться в сторону.

Надо сказать, сделать это в малюсеньком помещении, буквально полметра на полметра, если не меньше, довольно проблематично. Пытаюсь вжаться в стену, буквально расплющившись по ней. Сдирая с меня футболку острыми краями дополнительных бронепластин, Рина пытается протиснуться мимо к двери, ведущей в следующие помещение.

– Может, ты хоть скаф снимешь? – раздраженно интересуюсь у местной хозяйки, чувствуя, как по ребрам стекают мелкие капли крови, а расцарапанную кожу начинает саднить и жечь.

– А может, ты обратно в космос выползешь? – таким же тоном отвечает девушка, изо всех сил пытаясь протиснуть свое тщедушное тельце мимо меня.

Я с этой мадам еще даже толком не знаком, но у меня уже жутко чешутся руки, чтобы свернуть ей шею. Мало того, что она мой корабль разломала, так еще и хамит. Вот, как сейчас прижму к стеночке, и буду методично отделять различные части скафандра, вместе с телом…

Б-р-р… Чего-то не туда меня несет. Совсем одичал в космосе. Уже готов бросаться на первого встречного. Девчушка же не виновата, что я прохлопал момент выхода из гиперпрыжка. Да и не только это…

– Не… Спасибо, я лучше тут. – помотав головой, отгоняя злые мысли, стараюсь еще сильнее расплющиться по стене. – Давай скорее только, а то не очень удобно. – Как можно более примиряющим тоном поторапливаю ее.

Мда… Все же я рассчитывал, исходя из титанических размеров ангара, что тут везде просторно. Ага, три раза… Сразу за дверью, находится вот эта каморка, типа тамбур, который мы на пару уже минут десять пытаемся преодолеть.

Ладно я, но Рина-то должна была понимать, что мы тут вдвоем не развернемся. Чего она меня вперед пропустила? Теперь вот приходится корячиться. Женщина… Одно слово. Логика мне непонятна.

Ай, блин… Сжимаю зубы крепче, чтоб не отмахнуться от это мухи, в очередной раз врезавшей мне по ребрам углом бронепластины.

Выдохнув, насколько вообще реально, чтобы уменьшить объем грудной клетки, делаю резкий рывок, и одновременно толкаю девушку вдоль стены в сторону нужной двери. Уф… В районе ребер, будто огнем обожгло. Точно рассадил кожу до крови, вместе с футболкой. Красота… Но результата достиг.

Рина оказалась в нужном месте, что не могло не радовать. Не зря я тут чудеса эквилибристики показываю. Ага…

– Жди тут. Я первая зайду, потом ты. – Рина, нажимая сенсор, открывающий дверь, поворачивает ко мне лицо за забралом. – А то снова будешь ныть, что я тебе бо-бо дела. – Язвительно заканчивает она и тут же ныряет в открывшийся проем.

– Не очень-то и хочется. – бурчу себе под нос вслед уже исчезнувшей за бронированной дверью девушке и, морщась от боли в саднящих царапинах, мысленно подготавливаю себя к долгому ожиданию.

Даже по сторонам не поглазеешь. Серые металлические стены и все. Кстати, почему она сенсором открывала дверь? Нейросетью быстрее бы получилось. На моем кораблике это оправдано. На Земле просто нет технологий таких.

Но тут-то, сужу по тому – что удалось разглядеть, вроде как из Содружества родом. Во всяком случае, большая часть того, что мне попалось на глаза, из более-менее целого, вполне определялось даже с помощью моих сильно урезанных баз. Странно все это. Ладно… Поживем – увидим. Выживем – узнаем.

Тяжело вздохнув, с жалостью разглядываю снятую футболку, которая теперь годится только на тряпки. Печально… Придется каюту дяди перерывать. А то ходить раздетым не очень-то и хочется. Мда… А хозяюшка, что-то не торопится меня впускать.

Может, она решила меня запереть в этой коробочке? Или сейчас газ пустит какой, и все – окончится мой бренный путь. Несколько минут я на полном серьезе прислушиваюсь, пытаясь уловить звуки насосов, закачивающих газ. Но нет, тишина… Да и ерунда это все.

Смысл? Правильно, нет его. Поэтому откидываю подальше ненужные мысли и усаживаюсь прямо на пол, скрестив под собой ноги, в позу лотоса. Подождем… Что-что, а это я умею делать лучше всего.

Чтобы сильно не напрягаться, спиной опираюсь о стену и прикрываю глаза. Пытаюсь очистить разум от любых мыслей. Где-то слышал, или читал, что такой прием помогает не потерять критическое мышление в сложных ситуациях.

Конечно, не такая уж и критическая ситуация, но все же стоит немного навести порядок в сером веществе с вкраплениями наноботов.

Пробовали когда-нибудь ни о чем не думать? Вот вообще… Оставить в разуме лишь пустоту, блокировать все рецепторы и сигналы… Адское занятие, скажу я вам.

То палец зачешется, то в носу засвербит, то моргнуть захочешь… Но! Мне удалось достигнуть такого состояния. Звенящая пустота в голове, твое тело будто за стеклом, не пропускающим ни света, ни звука – ничего…

Я сижу с закрытыми глазами, но все равно вижу в голове последний кадр. Я не вызываю его специально, он просто висит и все. Не думаю ни о чем. Абсолютно…

В какой-то момент, не знаю точно через сколько времени, потому как оно в этом состоянии не фиксируется, ощущаю будто легкий ветерок. Но это не порыв воздуха, это будто рябь, прошедшая по самой структуре мироздания…

Снова, как тогда в рубке, будто радар включился. Правда, расстояние он не мог обозначить, лишь направление.

Это было странное чувство, как будто накрыло волной чувств и эмоций. Но это точно не мое. Чужое, постороннее…

Усталость, апатия, равнодушие. Немного раздражения и искорки любопытства. Что-то еще, но что именно, понять не могу.

– Хуман, ты чего там делаешь? Спишь что ли? – Скрипучий голос из динамика на стене, выбивает меня из непонятного состояния обратно в реальный мир. – Давай заходи, а то замерзнешь еще… Хи-хи. – смех, искаженный хриплым динамиком напоминает карканье ворон. Не самый приятный звук.

Тихо пшикнули пневмоприводы двери, открывая проход вперед. Ну, наконец-то, а то уже в печёнках сидят все эти тесные замкнутые пространства.

Пытаюсь подняться на ноги одним слитным движением – разбежался… Тело занемело, пока я тут из себя изображал экстрасенса и откликается на мой порыв ноющей болью. Эт сколько же я так просидел-то?

По нейросети не уточнишь, не засекал время. Печально… Ну да и ладно. Ковыляя, как парализованный бегемот, делаю шаг вперед и…

Правильно! Оказываюсь в очередной маленькой комнате… Надо отдать должное, ее предназначение я сходу могу определить… Угу.

Распрыскиватели под потолком однозначно указывают, что я в дезинфекторной. Это-то еще зачем? Я же вроде не из открытого космоса вползаю в корабль. Интересно, кто такой шлюз додумался установить между помещениями одного корабля?

– Раздевайся, – очередная команда из динамика. Тут он тоже присутствует. – Вещи положи в нишу справа от тебя. – Голос девушки, прям, сочится этакой издевкой. Хм… Интересно, а в чем тут подвох?

Раздеться, так раздеться. Никаких терзаний и проблем психологического плана не имеется. Тем более, я прекрасно знаю, как проходить процедуры дезинфекции. Быстро стягиваю футболку, от которой остались одни лохмотья, и выпрыгиваю из брюк, тоже не могущих похвастаться целостностью.

Скомкав снятую одежду, поворачиваюсь к стене в поисках ниши, куда нужно ее бросить. Э… Ровная, серая, слегка влажная стена, без каких либо признаков необходимого мне места для одежды.

Я даже специально трогаю, чтобы убедиться. Нет… Нету. Только капельки воды медленно ползут вниз, оставляя за собой узкие дорожки.

– И куда? – повернувшись к следующей двери лицом, интересуюсь у местной хозяйки. – Нет же ничего.

– Ну ты тупой… Не слева, а справа! – вот сейчас уже и раздражение чувствуется, и снисходительность, типа как к слабоумному.

Я даже, на всякий случай смотрю на собственные руки, чтобы убедиться, что я не путаю лево и право. Да нет, все правильно… Снова поворачиваюсь к стене – никаких изменений. И тут у меня мелькает в голове гениальная мысль!

Возможно мы с Риной, расположены лицом друг к другу. В таком случае, ее право это мое лево. Не откладывая в долгий ящик делаю разворот на сто восемьдесят градусов – точно! Вот она, небольшая утопленная в стену ниша. Мысленно перечисляя все возможные спецификации интеллекта «гостеприимной» хозяйки, кидаю вещи в положенное им место, и становлюсь посреди камеры.

Кстати, еще один штришок в обстановку, в которой я оказался. Почему дезинфекция производиться влажным способом? Даже моих скудных знаний достаточно для того, чтобы иметь представление о методах обеззараживания на кораблях Содружества. Начиная с холодноплазменных установок, не понимаю по какому принципу они работают, но есть понимание как, и заканчивая облучателями.

А тут… Архаичненько, я бы сказал.

Блин, чего она не врубает свой душ Шарко. Конечно, в помещении чуть теплее, чем в ангаре, но я бы не сказал, что намного. Бодрит, однако. Тем более голышом. Или это Рина любуется голым мужчиной? Поторопить что ли…

Я уже принимаю решение открыть рот, для передачи своего недовольства задержкой, когда с потолка начинают бить тугие струи воды, отчетливо отдающие запахом хлора. Многочисленные ранки на теле, тут же начинают давать о себе знать, отозвавшись на такой варварский способ обработки жжением, которое сразу блокирует нейросеть. Насилу успеваю захлопнуть рот и прикрыть глаза, чтобы не обжечь. Не факт, что сетка сумеет восстановить мне поврежденные слизистые.

В голове суматошно бьются о черепушку мысли. Хлорка? Серьезно? Это ж что за раритетные технологии-то? Ее уже на Земле-то перестали использовать почти. Я смог определить хлор в воде, лишь потому, что республиканцы пользовались данным раствором для обработки помещений. Да и то… В основном в ангарах, где техника стоит. А тут на живом человеке, да еще и без одежды…

Мда… Судя по всему, на моих мечтах договориться с местными о ремонте корабля, а затем свалить, можно смело ставить крест…

Поток воды бьет по телу минуты две, после чего вырубается, а в полу открывается слив. Хотя, не так уж и много ее натекло. Мне даже до щиколоток не доходит. С тихим журчанием, вода устремляется в слив, и тут же, с двух сторон начинает дуть довольно мощный поток теплого воздуха, высушивая влагу на моем теле.

Э? Может лучше полотенцем? Я не очень то и силен в химии, но вроде, хлорные соединения не испаряются вместе с водой. Как бы, желания покрываться сухим дезинфицирующим веществом, не наблюдается совсем.

Ну да, вон и нейросеть сигналит, что кожные покровы подвергаются эрозивному химическому воздействию. Эк мудрено то как… Короче, сухой остаток от испарившегося раствора разъедает кожу, вызывая жуткую часотку.

Интересно, Рина такой же душ приняла, или это эксклюзивно для меня? Что-то мне совсем перестает нравится здешнее гостеприимство. Напрягает, прямо скажу довольно сильно.

Пока я мысленно возмущаюсь, дверь, ведущая во внутренние помещения открывается, но приглашения зайти не слыхаь. Ну и ладно, я не гордый… Почесывая места, где кожа и так была покоцаная, а теперь еще и хлоркой приятных ощущений добавило, быстро ныряю в открывшийся проем.

Ага… А то еще передумают и буду куковать в этой газовой камере. Ну его на фиг, так сказать. Лучше уж обратно в ангар. Там обломков разных много, глядишь, где и одежду раздобыть можно будет. Судя по тому, что я видел двигатели, то и жилые секции найдутся…

За дверью…

Да ничего особенного, обычная комната. Так же, как и все вокруг с металлическими стенами. Тусклый свет ламп, светящих со стен, почему-то, а не с потолка. Пара шкафов. Самого обычного вида, как в раздевалках. И судя по всем, аналогичную функцию выполняющих.

Больше никакой мебели в пределах видимости не было. Хотя… Интересно, сильно Рина обидится, если я ее мебелью назову? Ну да, ладно. Она же мысли читать не умеет, стоит оперевшись плечом о косяк одной из двух дверей, ну, помимо той, что ведет обратно, в дезинфекторную.

– Нравлюсь, что ли? – Довольно грубым тоном интересуюсь у местной хозяйки. – Чего у вас тут так холодно то? – делаю замечание по поводу не слишком комфортной температуры в помещении. Ага, босые ноги того и гляди прилипнут к полу и покроются льдом.

– На отоплении экономлю. Дрова заканчиваются. – С иронией в голосе отвечает Рина, беззастенчиво пялясь на мое обнаженное тело.

Если она ждет, что я начну прикрываться и всячески смущаться, не угадала. Меня обычным взглядом не смутить, да и необычным тоже. В общем-то, параллельно. Нет, конечно, форму я немного растерял, за время проведенное в замкнутом пространстве корабля, но в оплывшую жиром свинью не превратился. Так, что – пусть смотрит.

– А одежды, какой-нибудь нет? – задаю самый животрепещущий вопрос для меня. Ну серьезно, уже зуб на зуб не попадает. В ангаре, где мой кораблик остался и то потеплее было. Даже жжение от хлорки не так беспокоит, как усиливающийся холод.

– И откуда ты на мою голову взялся… – сокрушенно качает головой девушка.

Надо сказать, в отличие от меня она успела переодеться. В данный момент на ней красовался простенький технический комбинезон, явно не по размеру, скрывающий фигуру девушки. Вообще, такие модели имеют автоподгонку, если верить изученным мною базам, но Рина, по какой-то причине пренебрегла данной опцией.

Но даже в балахоне, мое воображение легко представляет точеную фигурку, скрытую мешковатой одеждой. На груди слегка оттопыривают ткань два бугорка грудей, вряд ли больше второго размера, но есть что потрогать. Мда… Очертания лица чересчур правильные для живого человека, скорее искусно сделанная кукла: большие глаза, губы с легкой пухловатостью, слегка обкусанные, что выдает, аккуратный носик, совсем чуть-чуть вздернутый кверху… И завершает образ густые пряди волос, ровными локонами спадающими до плеч…

Эх… Мда… Что-то явно не о том я думаю. Да и еще и разетдетый… Хоть в помещении и холодно, но все же…

– Все-то ему не так и не то. – Тем временем продолжает ворковать Рина. Ее голос кажется мне песней сирен, ведущих моряков прямиком на прибрежные скалы. Помнится, когда-то давно что-то подобное читал в книге. – То холодно, то жарко, то, видите ли, одежду подавай. Не нравится, валил бы в свой космос обратно… – я почти не улавливаю смысл фраз, любуясь немного раскрасневшимся злым личиком Рины. – В шкафчике возьми, там вроде есть еще один комбинезон. – Последнюю реплику расслышать удается, а вот понять…

Мотаю головой, пытаюсь отогнать наваждение. Чего это со мной? Долгое отсутствие общения с женским полом, что ли сказывается? Так… Ладно. Надо собраться. Чего она там говорила…

Поворачиваюсь и иду в сторону шкафчиков. Один из них открыт и девственно пуст. Значит, мне нужно поискать во втором. Логично же…

Итак… Мда… Не густо. Во втором шкафу висит однотипный с тем, который на Рине, комбинезон и … Все. Блин, куда я попал. Даже одежды нет. Сюрреализм какой-то. Такое ощущение, что я не в космосе, а где-то на заброшенной и разграбленной до невозможности базе по хранению промышленных отходов. Даже обуви нет!!!

– А ботинков не предусмотрено? – язвительно интересуюсь у мадмуазель, так и прилипнувшей к дверному косяку. – Хоть бы полы с подогревом сделали тогда, а то сопли потекут такими темпами. – Быстро впрыгиваю в безразмерный комбинезон, и тут же пытаюсь подключиться к интерфейсу с помощью нейросети.

– Слышь, хуман. Тебе не кажется, что ты слегка наглеешь? – Оторвавшись от двери, Рина резко поворачивается и исчезает из помещения, бурча себе под нос. – Его, понимаешь, подобрали, одежду предоставили, а он еще и нос вороти. У меня что – магазин тут что ли? – мне показалось, что в конце тирады прозвучали нотки обиды.

Хм… Странно все это. Общается, как будто мы с ней минимум лет сто знакомы. Ни тебе вежливости, ни нормальных объяснений. Да и не просил я подбирать мой кораблик… Летел себе по своим делам, нет куда-то не туда похоже залетел.

Озадачено почесав затылок, окидываю взглядом помещение еще раз. Только сейчас замечаю, что вокруг все какое-то ветхое и со следами довольно свежих латок на обшивке стен. Ремонт делают что ли… да и камера это шлюзовая с дезинфекционным отсеком – ну совсем нее похоже на уровень высокотехнологичной цивилизации Содружества. Да даже до земных технологий не дотягивает, чего уж там говорить.

Внезапно снова включается это непонятный «радар». Меня с головой накрывают чужие чувства и эмоции. Растерянность, раздражение, немного обиды. Серьезно? Но все это лишь оттеняло всепоглощающее чувство безысходности и одиночества…

Да что это за наваждение-то такое? У кого бы спросить…

В этот раз состояние «радара» длиться чуть дольше, чем обычно. Совсем немного, на пару секунд, но дольше. По крайней мере, я смог засечь направление откуда идут эмоции – именно с той стороны, где располагается дверь, в которой исчезла Рина. Это я чего…? Ее эмоции чувствую получается? Да не… Ерунда какая-то…

Или все же не ерунда? Я типа экстрасенс или колдун что ли?

Ха-ха… Вот же придумал тоже. Еще раз почесав затылок, не мешало бы постричься, а то волосы чуть ли не до лопаток отросли уже, отмахиваюсь от идиотских мыслей и топаю в ту же дверь, в которую ушла Рина. Выбора у меня нет, обратно в ангар возвращаться, желания нет вообще.

Так-с… Что тут у нас? А тут у нас комната. Серьезно, обычная такая жилая комната. Правда с обстановкой тоже не очень. Все по-спартански. Стандартная флотская кровать, явно демонтированная откуда-то с другого места. Об этом факте говорят ножки, сделанные из обрезков какой-то металлической трубы и грубо приваренные к основанию.

Стол, тоже самодельный. Только тут еще кусок обшивки с какого-то корабля. Массивненький такой, прямо скажем… Интересно, кто все это делал? Явно человек был не очень в ладах с плазменой горелкой. Все какое-то… Кустарное что ли? Все страньше и страньше… Да у меня в камере на Земле уютнее раз в – цать было.

Вопросы нарастают буквально снежным комом. Того и гляди разорвут. Нет, я не самый любопытный человек в мире, но это явно перебор… Если мое любопытство не будет удовлетворено, то меня буквально разорвет в клочки от того количества версий, что крутятся в моей голове…

Кстати, я же знаю, кто может прояснить ситуацию. Чего парюсь-то?

Кручу головой по сторонам – а вот и наш так скажем «гид». Э… А чего это с ней?

Рина сидит в кресле, когда-то стоявшем в рубке какого-то корабля. Вполне возможно, что одного из тех, чьи останки лежат в том же ангаре и что и мой кораблик. Ух! Как вспомню, что с ним сделали, злость накатывает.

Нет, ну надо же было такую вещь испорили… Как я теперь до нужной мне базы доберусь? Вот! Понятия не имею.

Но предъявлять претензии… Не знаю… Рина сидела, уставившись в одну точку перед собой и сцепив руки в замок на коленях. Плечи поникли, голова опущена так, что лица не видно. Вся ее поза будто кричит, что она вот-вот расплачется…

И чего делать, а? Я как-то уже настроился на ее этакий раздражено-строптивую манеру общения, а тут… А… Мысленно забив на все условности, медленно приближаюсь к сидящей девушке, не обращая внимания на то, что босые ноги уже почти не чувствуются, того и гляди отвалятся.

Блин… Вот и что делать? В нерешительности замираю напротив Рины, весь вид которой кричит о вселенской скорби. Ноль реакции… Эх…

Присаживаюсь на корточки, чтобы наши лица были примерно на одном уровне. Это нам на уроках психологии рассказывали, что для того чтобы наладить контакт, желательно сделать так, чтобы собеседник не чувствовал дискомфорта.

Ну да, при моем росте, а я выше девушки минимум на голову, а то и более, если я буду над ней нависать, то вряд ли ей будет комфортно.

– Ты, это… – неловко начинаю завязывать общение. – Извини, я просто не понимаю, что вообще происходит, вот и того, этого… – да я прямо мастер риторики.

Девушка нехотя поднимает голову и тут я понимаю, что все… Пропал в этом безбрежном серо-голубом омуте, слегка блестящем от набежавших слез…

Глава 7

– Значит, это получается чего… – Я сижу на самодельной железной табуретке за таким же грубо сваренным столом и в задумчивости барабаню пальцами по твердой поверхности. – Ты сама не знаешь, что это за место, так? – Поднимаю свою обросшую голову на Рину, сидящую в своем пилотском кресле, установленном в этой комнате.

Она уже не выглядит такой потерянной и расстроенной. В общем-то, моей заслуги в этом нет. После того, как я извинился, она просто кивнула и попросила, именно попросила, пересесть на вот этот табурет. Типа я ее немного напрягаю, находясь слишком близко.

В ходе, так сказать, знакомства, мне удалось выяснить, что девушка здесь вовсе и не хозяйка. А такой же, как и я, случайный гость. Только вот кукует она на этой «свалке», уже полтора года. Выживая за счет тех запасов, которые ей удается найти в ангаре.

Ее грубая реакция на мое появление, и некоторое равнодушие, вызвано тем, что Рина, просто отвыкла общаться с другими разумными. Мда… Дела…

– Не знаю… У меня и доступ имеется только в ангар. – Хлопнув длинными ресницами, несколько замялась при ответе. – Ну, вот этот, в котором мы тебя нашли. И эта комната… – Голос под конец садится, и последние слова я едва могу разобрать.

– Подожди, но ты же сказала, что вы меня в космосе подобрали? – я, конечно, бываю тупым, но не всегда. – А сейчас говоришь, что нашли. Как-то противоречие, не? – Любуюсь опустившей голову девушкой.

Оп-па!

Пряди волос съехали вниз и из-под них теперь видны заостренная верхняя часть уха. Аграфка? Ладно, пока спрашивать не буду, но на заметку возьму.

– Ну… Я это… – снова бурчит себе под нос Рина. – Немного обманула…

Ха! Обманула она. А то, я не догадался… Угу, как же. Но все это сейчас не так уж и важно. Думай, голова… думай. Надо для начала выяснить обстановку. И не так, междометиями и полунамеками. Кое-чего удалось узнать, но это даже ситуацию не прояснило.

С чего начать… Чешу затылок, пытаясь простимулировать мыслительную активность. Девушка замкнута, поэтому отвечает в основном сквозь зубы. Да, про полтора года я узнал. И то, что доступа у нее больше никуда нет – тоже. В принципе, это все. Ладно…

И она… Сидит вся такая бедная-несчастная, уставшая и одинокая. Прямо хочется подойти, обнять, ну и …. Так! Стопэ!!! Чего-то меня не в ту сторону понесло…

Рина, будто почувствовав мои эмоции, подняла голову и уставилась на меня своими огромными печально-серыми глазами. Это она зря… желание перейти к более близкому… Кхм… Контакту, становится трудно контролируемым. Ну и что, что у нее под комбезом ничего не видно? У меня, может, воображение хорошее…

Чтобы отвлечься от неуместной в данный момент темы, встаю с табурета и начинаю расхаживать по комнате, стараясь не поворачиваться лицом к сидящей девушке. Угу… А то прям сразу будет видно, какие именно вопросы меня в данный момент волнуют.

– Слушай, давай попробуем сначала. – Немного сбив настроение и вернув поток крови к голове, возвращаюсь к разговору. – Расскажи для начала, как ты оказалась в этом месте? – Твердым спокойным тоном, задаю вопрос.

– М… Ну… В общем, я не знаю… – сцепив руки в замок, с сомнением в голосе отвечает Рина. – Я была на корабле… Мы выполняли… Не важно, в общем. – Тут же обрывает она свои откровения, меняя тему. – Если коротко, то – на корабль напали, мне удалось добраться до спасательной капсулы и покинуть его. – Она снова делает паузу. – Системы наших спассредств рассчитаны так, что если превышается определенный срок, за который ее должны обнаружить в космосе, то пассажир вводится в состояние анабиоза. – Голос Рины понемногу набирает силу. Да и взгляд из потерянного, превращается в спокойный и уверенный. Я молча стою, ожидая продолжения. – Короче, через несколько дней ожидания, меня автоматически усыпило, а очнулась я уже в том самом ангаре. – тоскливые нотки, сдерживаемые едва заметным усилием воли, все же рвутся наружу.

Ситуация…

– Ну, а мой корабль, зачем начала разбирать? – продолжаю мини-допрос.

Я смотрю на нее, она смотрит на меня. Я знаю, чувствую ответ, который должен прозвучать и в то же время, прекрасно понимаю, что это будет совсем не то, что сейчас отражается в глазах аграфки. Боль, страх, растерянность…

Полтора года одиночества в полном сознании. Только старый дроид, дышащий на ладан, и кучи хлама. Я видел в ее глазах отражение себя… Для чего жить? Зачем?

Рина полтора года копалась на свалке, не имея возможности ни с кем общаться. Замкнутая сама в себе. Там, в этом ангаре, куча кораблей… Точнее остатков кораблей. И что-то я сильно сомневаюсь в том, что все они пустые…

Нет, я не буду спрашивать, как она жила это время. Могу представить. Или хотя бы попытаться это сделать.

Кучи металла, останки людей. Разбитые медкапсулы и ни одной живой души. Молчание, длиной в полтора года… И тут я со своими вопросами. Что она может мне сказать? Есть не маленький шанс, что я всего лишь галлюцинация в ее воспаленном мозгу.

Ух, ни хрена себе, на меня накатило… Блин, да что со мной творится-то? Я ведь буквально на себе ощутил всю гамму непередаваемых эмоций человека, считающего, что он просто сошел с ума…

– Я подумала, что смогу на нем улететь… – прерывает повисшую паузу девушка. – Но не смогла попасть внутрь, а эта железяка… – едва заметно морщится. – В общем, я не смогла ее запрограммировать, что бы прорезать аккуратный проход, вот и того… – опускает голову, пряча мелькнувшие слезы.

Хм… Как интересно… И чего она снова мокроту разводит-то? Жаль, та штуковина, ну с помощью которой я могу чужие эмоции читать, сейчас не срабатывает…

Немного побродив туда-сюда по комнате, бухаюсь обратно на табурет. Можно долго выяснять подробности, выясняя предысторию. Но надо ли это? Какую она там миссию выполняла, где… Почему не выбралась отсюда… да и вообще, неужели на такой большой свалке не нашлось ни одного нормально рабочего дроида?

Вопросов не просто много, а чрезмерно я бы сказал… Только вот, от этих ответов мне ни холодно, ни жарко. Единственное, из важного, я уже знаю. Девушка сама не в курсе, где мы находимся, и как отсюда выбраться. А еще, у меня жутко замерзли ноги. Ну, без обуви походите по холодному металлическому полу, мигом сопли потекут. Ага…

Да и желудок уже начинает активно сигнализировать, что неплохо бы было его чем-нибудь закидать, для самоуспокоения, так сказать…

Короче, история Рины, конечно, требует к себе внимания. Ага, с учетом того, что она аграфка, так я бы даже сказал весьма пристального. Уж очень, как бы выразиться, неоднозначная репутация у данной расы. Вот только, конкретно сейчас, это не самое важное, что меня волнует.

А точнее, меня немного напрягает психологическое состояние дамы, как бы не спровоцировать чего… Нехорошего… Ну, и да, желание подружиться, гхм, если так можно обозвать мое желание, довольно сильно… Я бы сказал, визуально заметно.

Что там нам рассказывали на занятиях по психологии? Вспомнить бы еще, пока все что можно не отморозил, вместе с мозгом… Кажется, если человек закрыт, то и не нужно долбиться с вопросами, а постараться переключить внимание на обыденные, бытовые вещи, войти в доверие, расположить к себе, а уже потом… Ага, если доживете до этого потом, что в моем случае совсем не гарантировано.

Пытаясь растереть руками заледеневшие стопы, теряю равновесие и падаю с табурета, забыв про все свои умные мысли. Уй-йу-йу… Как больно-то!

Идиот… На фига я обе ноги сразу попытался поднять, чтобы дотянуться? На табурете спинки нет, вот… Еще и локтем о пол приложился…

Со стороны кресла доносится сперва неуверенное хмыканье, потом хихиканье, плавно переходящее в звонкий хохот…

– Что смешного? – бурчу под нос, кидая раздраженный взгляд на залившуюся смехом девушку.

Потирая отбитый локоть, поднимаюсь на ноги и пристально смотрю на Рину, закатившуюся в приступе истерического веселья. Она сидит, сложившись пополам, изредка вытирая выступившие на глазах слезы рукавом комбинезона. Волосы растрепаны, свисают вниз всклокоченными лохмами, из-под которых мило розовеют острые кончики ушей.

Ну, пусть смеется… Пусть. Я больше ничего не стал спрашивать, просто возвращаюсь обратно на свое место и наблюдаю со стороны. Говорят, смех, как и слезы, помогают сбросить напряжение… Посмотрим…

– Успокоилась? – дождавшись, пока девушка перестанет вздрагивать от приступов смеха, пытаясь вернуться к разговору.

– Ага… – шмыгая носом, и размазывая по чумазому лицу остатки слез, задорным голосом отвечает Рина.

Хм… Смотри-ка, не врут мозгоправы. И правда помогает смех. Напряженное личико девушки разгладилось, а в глазах исчезла безысходность, заменившись на веселые огоньки. Вот… Уже гораздо лучше.

– Поболтаем? – изображая на лице самую искреннюю улыбку, на которую только способен, интересуюсь у нее.

– Эх… Давай. – махнув, рукой отвечает девушка. – Спрашивай. – устраивается на своем кресле поудобнее, откинувшись на спинку всем телом.

– Ну… С чего начать-то… – пытаюсь собраться с мыслями. – Вот! Почему ты пользовалась этим допотопным роботом? Неужели ничего лучше не нашлось среди такого количества… – Описываю рукой круг, пытаясь подобрать правильное слова. – Склада… – наконец термин подходящий вспоминаю. – Да и, я мельком, конечно, глядел, кораблей там много. Не проще было какой-нибудь жилой модуль отремонтировать. Запчастей я думаю найти можно без проблем.

Рина, задумавшись, теребит локон волос, спадающий вниз с головы. Я невольно залюбовался картиной, гоня от себя мысли о полной сюрреалистичности обстановки. Вот, честно, мне нравится то, как складывается наше общение на данный момент. Хотя, кто другой, наверное, уже весь бы извелся, пытаясь понять, что вокруг происходит. А я чего…

Сидим, думаем, общаемся. И плевать, что неизвестно где, непонятно как, и еще куча неизвестных величин. Ну, и вишенка на торте, похоже, местная жительница немного поехавшая головой.

Плевать, не бросается с кулаками, не стреляет и не кусается – вот и славно, вот и хорошо. Мне сейчас немного адаптироваться, а уж там разберемся. Тем более, кое-какие мысли уже имеются…

– Ну… Основная причина в том, что у меня нет технических баз. Я и этого-то робота смогла запустить лишь потому, что у него имеется ручное управление. – С сомнением в голосе отвечает девушка.

– Хм, а какие у тебя базы имеются? – тут же цепляюсь за фразу.

Я, конечно, не сильно большой спец по технологиям Содружества, но отлично знаю, из выученных баз, что, если у тебя есть нейросеть, то любым дроидом ты сможешь управлять в рамках тех программ, которые у него имеются. Нужно всего лишь суметь подключиться к интерфейсу. Хотя, возможно, это относится только к военной технике. Но… Странно все это…

– Это… Так я, биолог. – заминка во время ответа. – Вообще, в этих железках не разбираюсь… – понуро опускает голову.

Переигрывает девочка, переигрывает. Беззвучно хмыкаю, чтобы она не заметила мою реакцию. Допускаю, что она может быть спецом по биологии, да даже по археологии. Но вот про железки, что не разбирается…

Или это она меня за дикаря держит? Типа поведусь на то, что раз она биолог, то далека от всякой техники, а тут вообще случайно оказалась. Угу, я тут немного покопался в своих базах по тому дроиду, который разбирал мой кораблик…

Вначале просто мельком проглядывал, первое поколение, старье мол. Как бы ни так. Универсальный дроид поддержки планетарных подразделений. Активный щит, плазменная пушка, которую вполне можно было использовать и в качестве резака, что я, собственно говоря, и наблюдал.

Так вот, все это ерунда… Вещь дорогая, и весьма сложная. Гораздо сложнее более поздних поколений. А еще, основная специализация, вместо поддержки пехотных подразделений, как изначально планировалось, какая? Правильно – тоже поддержка, только вот диверсионных подразделений.

Я успел рассмотреть маркировку, когда поднимался на крышу своего корабля. А то, что я вначале принял его за ремонтника, ну так действительно похож внешне. Очень похож… Хорошие у меня все же базы, как не крути. Да и сеть, тоже не плохая, хоть и без возможности залить новые базы. Даже менять не хочется, если честно… Но придется…

О чем это я? Ах, да! Вот такими дроидами управлять биологи даже в ручном режиме не смогут. Если, конечно, не имеют разученных в высоких рангах баз по кибернетике и роботехнике. Но тогда, ее слова, о том, что она не разбирается в технике, откровенная ложь. Вот и получается, что передо мной сейчас разыгрывается театр одного актера.

Интересно, зачем это нужно девушке? Ну весь этот трагизм, панибратское отношение, как будто мы с ней знакомы тысячу лет? Если уж она смогла управлять таким, прямо скажем непростым роботом, то уж какую-нибудь летающую фиговину, например, как та, на которой прибыл я, вполне была в силах. Непонятно…

А я ведь ей почти поверил. И в то, что она здесь полтора года просидела, вся такая несчастная, запертая в металлических стенах. Ладно, на всякий случай, доверюсь своей паранойе и возьму за аксиому, что Рина, хотя ее и звать могут иначе, хорошо подготовленная… Шпионка… да пожалуй, мне так нравится.

Явно убивать она меня не планирует. Видел, как движется. Проблемой, для нее, нейтрализовать меня, не является. В то, что просто скучно, ну тоже верится с трудом. А так ли это важно?

Вообще, я не планировал здесь оказываться, поэтому, кем бы ни была девушка, сидящая напротив, мне это не так уж и важно. Хочется ей поиграть, ну флаг в руки. У меня есть задача важнее, а именно, выбраться из этого места, где бы оно ни находилось, и вернуться к выполнению первоначального плана. А значит…

– Биолог? – улыбнувшись, переспрашиваю. Чего-чего, а лицемерить я умею не хуже нее. Спасибо дяде за науку. – Слушай, а у тебя есть чего перекусить? – Меняю в очередной раз тему.

Ну, а что? Я может неделю уже ничего не ел.

– Только сублимированные пайки. – С искренним сожалением в голосе, вставая с кресла, отвечает девушка. – Будешь?

– Давай, я такой голодный, что готов железо грызть. – легко соглашаюсь на предложение.

Рина, легкой походкой, от бедра, пересекает комнату и открывает небольшую дверку в стене, за которой оказывается небольшой шкаф, с уложенными на полках одинаковыми прямоугольными упаковками пищевых суточных рационов. Опять эту шнягу жрать…

Может, я все себе сейчас придумал? А Рина, действительно, обычный биолог, попавшая сюда совершенно случайно. Я так долго притворялся сам, и искал подвох в окружающих, что автоматически начинаю подозревать всех подряд.

– Держи! – Рина, взяв две упаковки сухпая из шкафа, уже вернулась и протягивает мне одну из них, а сама садится обратно в кресло и привычным движением начинает вскрывать свою.

– Спасибо. – поблагодарив за еду, поворачиваюсь к столу и приступаю к подготовке трапезы.

Ну, как к подготовке… дернуть за кольцо, с помощью которого вскрывается панелька для запуска разогрева, нажать на кнопку. Подождать. Все, можно есть. Удобно, быстро, сытно. Но не вкусно…

Какое-то время, мы просто едим в полной тишине. Каждый думает о чем-то своем. Не знаю, о чем думает Рина, а я вот прикидываю, как и что, можно тут сделать, чтобы свалить… Чисто теоретически, я могу пилотировать любой корабль Содружества, классом до линкора включительно. Осталось всего-ничего, найти этот корабль…

Точнее, корабли-то тут есть, но вот в то, что они смогут оторваться от поверхности, верится слабо… Мда… И отремонтировать какое-нибудь корыто, тоже без вариантов. Хотя, вполне возможно, что тут можно найти какие-нибудь базы данных ремонтной направленности, вот только как их учить…

Нет, ну надо же было разломать мой корабль этой… этой… Даже эпитет не могу подобрать цензурный…

– Рина, а ты бы хотела отсюда выбраться? – продолжая жевать, неожиданно задаю вопрос девушке, вяло ковыряющей свою порцию.

– Ха! Спрашиваешь… – унылым голосом отвечает она.

– А почему ты за полтора года не поискала нужные базы данных, и не занялась ремонтом какой-нибудь посудины? Давно бы выбралась… – Задаю провокационный вопрос. Но вот не укладывается у меня в голове, что ей самой такая идея не могла прийти в голову. – Нейросеть же у тебя имеется?

– Тут… Понимаешь, такое дело… – отодвинув в сторону свой обед, Рина сцепила руки в замок и оперлась на них узким подбородком. – У меня узкоспециализированная сетка… И технические базы на ней, учить… Ну… Скажу прямо, чтобы выучить какую-нибудь инженерную базу, понадобится очень много времени…

– А ты куда-то торопишься? – отодвигаю недоеденный паек и поворачиваю корпус так, чтобы видеть Рину.

– Там не только со скоростью сложности. – Рина, какое-то время обдумывает ответ. – Но и со способом кодировки данных. Стандартные базы невозможно установить. – тон, будто она мне открывает какую-то тайну. – Только специализированные.

Мда… Вот это класс. Интересно, что же за девайс у нее в голове такой? Если стандартные базы не поддерживает. Понимаю, что я ничего и не знаю-то толком о нейросетях, да и вообще я об всех этих технологиях мало знаю. Определенно, нужно срочно учиться…

– Ну а поменять нейросеть на что-нибудь другое? – а вот этот вопрос меня волнует даже больше, чем причины, по которым она сама не выучила необходимые базы. – Неужели нет нейросетей в этих кучах хлама? – да и беседу желательно не прерывать.

Вообще, я в каком-то странном состоянии. Будто сплю и вижу сон. Настолько все вокруг бредово… Хотя… В жизни бывает так, что нарочно не придумаешь…

– Ты шутишь? Ты знаешь, сколько стоит моя сеть? – Внезапно вскидывается Рина. – Да меня… – резко обрывает она фразу на полуслове.

– Да ладно, ладно. Успокойся. – примиряюще поднимаю руки, а то что-то она уж очень сильно разволновалась.

Нет, я ее уже не боюсь. Даже не опасаюсь. Мне надоело участвовать в этом фарсе. Глухое раздражение поднимается откуда-то из глубины подсознания. Еще немного и я просто сверну ей шею, а сам уже в одиночку буду думать, как отсюда выбираться.

Похоже, мне необходима помощь психиатра… Какое-то странное состояние мозга. Еще и глаза…Глаза Рины, в глубине которых плещется золото, утягивают куда-то вдаль, выбивая разум и наводя помутнение. Пытаюсь сопротивляться, но она давит, давит, давит…

В одно движение срываюсь с места и смазанной тенью лечу на тщедушную девушку. Не знаю, что спровоцировало меня на такой поступок, но я в одно мгновение хватаю ее за шею и одной рукой отрываю от пола, пытаясь вырваться из плена ее глаз. Блять! Что со мной происходит? Сам не понимаю, что творю.

Рука сжимается все сильнее, передавливая дыхательные пути девушки. Но я не останавливаюсь. Еще немного и она умрет. Уже и глаза закатила, а губы синеют, пытаясь что-то сказать. Рина пытается разжать своими, неожиданно сильными, руками мои пальцы. Вот только…

Сквозь странную пелену, накрывшую мой разум, пробивается мысль, что убивать ее рано. Она может пригодиться. С огромным трудом мне удается восстановить контроль над телом.

Разжимаю руку, и тело девушки со стуком падает на пол. А я просто смотрю, пытаясь понять, что же не так со мной…

Как же меня задолбали все эти странности… Кто бы рассказал, что происходит…

Откуда-то из-под ног доносится всхлип, переходящий в хрип, а потом девушка заходится в приступе кашля, когда воздух наконец снова начинает поступать в ее легкие. Вот и славно… Значит, жить будет. Надеюсь, теперь мы сможем обсудить сложившуюся ситуацию спокойно, без всяких актерских реприз.

Я как будто со стороны наблюдаю за происходящим. Разум абсолютно холоден. Ни эмоций, ни чувств. Даже мое желание овладеть девушкой, в сексуальном плане, воспринимается лишь как-то не по-настоящему. И вообще, все вокруг будто картонное.

Мне явно надо лечиться… В психбольнице…

Рина, с трудом, цепляясь руками, забирается в свое кресло и с каким-то первобытным ужасом в глазах смотрит на меня.

– Кто ты? – Хрипя, выдавливает она, пытаясь вжаться в спинку кресла, как будто это сможет ее защитить от меня. – Зачем ты здесь, аграфское отродье?! – с ненавистью в голосе сипит Рина.

– Эх, ну что вот за пафос… – Устало приседаю на свой любимый табурет. – Я уже говорил, меня Макс зовут. Может, поговорим? – как же меня уже достал этот космос, в котором столько сумасшедших.

Или это я сумасшедший?

Глава 8

– Мощность увеличь, не берет ни хера! – не поворачивая головы, пытаясь перекричать гудение плазменного резака, с трудом вгрызающегося в корабельную броню, громко командую Рине, стоящей за пультом управления установки. – Мы так месяц эту дверь будем резать… – Уже себе под нос, вполголоса бормочу, стараясь не уронить довольно тяжелый наконечник резака, плазменный факел из которого резко увеличился, но большого эффекта не произвел, все также по миллиметру вгрызаясь в упрямый металл.

С того памятного дня, когда мы с Риной «познакомились», прошло уже больше недели… Как я ее не пришиб тогда, фиг его знает… Беседа выдалась на диво тяжелой. Ну как тяжелой, пару раз пыталась на меня наброситься, но потом успокоилась все же… Короче, договорились мы…

– Да ну его, на фиг! – опускаю тяжелый наконечник нагнетателя, и поворачиваюсь к Рине. – Вырубай, к чертям… Не получится. – Безнадежно машу рукой.

– И что теперь? Поищем другой корабль, может? – Девушка, отключив установку, подходит поближе, чтобы не кричать.

– Не знаю… – в раздражении бью ногой по твердой обшивке, – Но резак не берет… Пойдем перекусим, может какая идея в голове появится. – Поморщившись, отряхиваю ладони.

– Резак обратно потащим? – прямо чувствую в ее голосе надежду на отрицательный ответ.

– Не… Пусть стоит тут. – отмахиваюсь и начинаю спускаться с утрамбованной кучи металлического хлама, в которую собственно и зарыт эсминец, внутрь которого мы хотим забраться.

Мда… Неделя… Что сказать, с Риной у нас, что-то вроде нейтралитета. Ага… Вооруженного. Немного попсиховав, мы с ней пришли к очень простому соглашению – никаких вопросов о прошлом. Вот вообще.

Сейчас, так получилось, мы оказались вдвоем в одной лодке, а значит единственное, что важно – это каким-то образом выбраться отсюда. Правда, пока никаких подвижек в данном направлении не имеется.

Что я знаю об этой милой, да-да, весьма милой, на мой взгляд, девушке? Украдкой оглядываюсь на Рину, идущую в своем легком скафандре, только уже без дополнительных бронепластин, позади меня, аккуратно обходя или перешагивая через хлам, в огромном, просто неисчислимом количестве, разбросанном по ангару.

Да ничего. Имя, и специализацию. Ну, еще, пожалуй, тот факт, что, несмотря на отличительную черту в виде острых ушей, она не является представительницей расы аграфов. Рина, биолог. Нейросеть специализированная, заточена на исследовательскую и проектную деятельность. Из баз, только профильные. Ага, по биологии, генетики и еще чего-то подобное.

А вот с техническими, похоже, на самом деле проблемы. Тем дроидом, который разбирал мой любимый кораблик, она может управлять и правда только в ручном режиме. Точнее могла…

Потому как дроид приказал долго жить и окончательно отъехал в свой кибернетический рай. Короче, ситуация у нас на букву Ха! И не подумайте, что хорошо…

Знаний, которые мы могли бы тут применить нет. Техники нет. Возможности сменить нейросеть – тоже нет. Вот и копаемся мы в кучах хлама, пытаясь разыскать хоть что-то, что может помочь нам в выживании.

Чего-чего, а мусора тут… Много… Очень много… Катастрофически много…

Вот только откуда все это «добро», непонятно. Рина, хоть и торчит тут давно, но ответа тоже не знает. Живых, кроме нас, по крайней мере, в тех помещениях, что нам доступны, больше нет…

А вот трупов… Разной степени сохранности и целостности, мы за неделю сожгли не меньше полутора сотен. Причем, относительно свежих мертвяков попадается мало.

Ну как свежих… Тех, кто еще не разложился до состояния скелета и не мумифицировался. Рина, пока тут одна была, почему-то не занималась утилизацией останков. Хотя, дроид на тот момент вполне еще функционировал. А плазменное орудие, вполне в состоянии выполнять функцию по кремации.

Ну, да и бог с ними. Я лично считаю, что это неправильно, когда человек просто валяется, кормя червей всяких. Или бактерий, или что там еще может. Поэтому, находя очередное тело, просто относим в закуток, образованный завалами металлолома и сжигаем. Тем самым плазменным резаком, который сейчас остался возле корпуса эсминца.

Хотя в ангаре и было до черта всякого разного хлама, но вот ценного практически не находилось. Да что там говорить, если я себе нормальную экипировку подобрать не смог. В одном из разбитых челноков, смог найти только сильно устаревший летный комбинезон, да и то, слегка того – дырявый.

Хорошо хоть, в нем имелась функция самовосстановления. Только батареи были разряжены в хлам. Судя по сгоревшим встроенным эммитерам силового поля, и слишком аккуратному отверстию в районе сердца, предыдущий владелец помер не совсем естественной смертью. Скорее всего от попадания из импульсника или бластера.

Здесь вообще, нормальные такие детективы можно придумать. Если покопаться в останках. Большая часть обломков несла на себе следы боев. Где-то были взорваны двигатели, где-то от корпусов кораблей остались только элементы набора, а внутренности будто выжжены до состояния пепла. Порой у меня никаких мыслей не приходит, какое оружие могло быть применено. Мда… Свалка, одним словом.

А останки предыдущего хозяина я сжег, предварительно вытряхнув из комбеза. А вы, как думали? Это у Рины скафандр родной, в котором она сюда прилетела. У меня из одежды на корабле имеется только дядин комплект формы безопасника. Ага, с Земли еще.

Конечно, ходить в одежде снятой с покойника, немного смущает… Но, лучше уж так, чем сажать легкие в сильно загрязненном воздухе свалки. У комбеза хотя бы шлем имеется, правда он ни от чего защитить не сможет, обычный тонкий пластик убирающийся в воротник. Главное не это, а то, что система дыхания замкнутая. Хотя с остальным проблематично. Ну, то есть в туалет прямо в комбинезон не сходишь, да…

Ничего лучше в завалах найти не удалось, а я не брезгливый.

Вот, кстати. С энергоячейками, батареями и тому подобной мелочевкой, проблем не имеется. Можно магазин открывать и торговать. Миллионером можно стать, только расходники продавая. Ага… было бы еще кому, только.

Конечно, большая часть запчастей и элементов питания устарела на пару-тройку поколений, но разъемы уже стандартизированы, поэтому вполне могут быть использованы и на современной технике.

Даже пару дроидов откопали, вполне себе работоспособных. Ну, по крайней мере, видимых повреждений не имеется, и тест, единственное, что мне, да и Рине тоже, доступно из функционала дроидов, показывает полную исправность.

Но… Как говорилось выше – у Рины нестандартная нейросеть, а на мою новые базы не закачаешь. Нет, кое какие технические имеются, но, судя по всему, их не хватает. Да что там, судя по всему – я даже модель не смог опознать у найденышей. Хотя с дроидом девушки проблем таких не было.

Короче затык по всем фронтам…

– Может ну его этот эсминец? – Рина, обычно не очень общительная, догоняет меня и своим вопросом вырывает из размышлений. – Поищем другой… Наверняка тут имеются более доступные секции кораблей… – фраза завершается тяжелым вздохом.

Насчет того, что тут, если поискать, вполне возможно найти даже целый корабль, она в принципе права. Я, кажется, говорил, что размер ангара порядка километра? Ну, так вот, он гораздо больше. Вот только почти под завязку забит остатками техногенного мусора.

Та часть, где находимся мы, еще более-менее свободна. А вот в дальнем противоположном конце помещения, чуть ли не спрессовано в однородную массу. Я попытался было пролезть, но не рискнул. Переломать ноги, как раз плюнуть.

– Ты сколько времени здесь? – задаю риторический вопрос. Девушка молчит. – Вот то-то и оно. А нашла только этот корпус, в относительно целом состоянии. Сколько пройдет времени, прежде чем мы сможем найти что-то другое, фиг его знает. Будем пытаться попасть… У меня нет желания сидеть тут несколько лет.

– Ну, я особо и не исследовала же… – Как-то смущено отвечает. – И вообще, зачем нам нужен этот корабль. Он же все равно не взлетит. Да, даже если и каким-то чудом мы что-то починим из летающего, как из ангара-то выбираться будем? Может, лучше выход поищем? – что-то она прямо разговорчивая сегодня. Странно. – Должен же он тут быть.

– Ну, как минимум один выход точно есть. – Поворачиваю голову в сторону идущей рядом девушки, – Тот, через который мы сюда попали. – Жутко зачесался нос, но открывать шлем не хочется, чтобы не надышаться всякой гадостью. Нет, умереть – не умру, но приятного мало. – Если что, улететь нам есть на чем. Ага…Осталось только обшивку восстановить. Вот после этого уже можно будет подумать и том, как выбираться.

– Ну откуда я могла знать, что это полностью исправный корабль! – В сердцах реагирует Рина на толстый намек, по поводу виновника того, почему мы собственного копаемся в мусоре, вместо поиска способа свалить отсюда в открытый космос. – Ты мне теперь будешь вечно напоминать об этом, да? – оп-па, что-то новенькое в эмоциях проскальзывает. Этакая легкая обида. Неужели ледяная принцесса Свалки, с самого момента нашей встречи державшаяся отстраненно-равнодушной, решила оттаять?

– Да ладно, я же так… – Умиротворяющим тоном, сворачиваю тему.

– Вот все время ты так… Неделю с тобой тут нахожусь, а ты даже мнения моего не спрашиваешь. Только говоришь, что нужно делать и все… – печальный вздох, после которого девушка замолкает.

В принципе, она права. С той достопамятной встречи, едва не кончившейся печально, Рина все время ведет себя этак отстраненно-холодно. Ну а я чего… периодически пытаюсь расшевелить в ней хоть какие-нибудь эмоции и наладить общение. Докапываюсь по пустякам, высмеиваю, командую напропалую и, само собой, не забываю напоминать о том, что это именно она доломала мой корабль.

Сейчас первый раз, когда она среагировала на мой намек. До этого просто отмалчивалась, а говорила только по делу. Вообще, в самом начале, она мне показалась более живой что ли… А тут, будто из нее стержень вытащили, все больше на дроида похожа, чем на человека. Ну, или кто она там…

Весь оставшийся путь до моего многострадального кораблика проделываем в тишине. Не знаю, о чем думает Рина, но у меня не прекращаются потуги разума по поиску вариантов, как проникнуть в этот гребанный эсминец…

– Я первая в душ. – Стянув с себя скафандр и оставшись одной футболке и тонких брюках, Рина быстренько ныряет в коридор.

Ну ладно, мне то что. Потерплю.

Да, проживаем мы на моем корабле. Хоть и имеются, конечно, кое-какие проблемы с системой жизнеобеспечения, но все равно гораздо удобнее, чем в том холодильнике, где до этого обитала Рина. А проблемы с фильтрами, ну… Не так уж это пока и критично.

Кстати, на свалке, ковыряемся на которой мы почти каждый день нашлось довольно много всяких припасов. Ага, даже продукты нормальные.

Точнее, как нормальные – глубокой заморозки. Видимо какой-то транспорт, перевозящий продовольствие закончил свой путь в этом ангаре. Или его часть скорее. Но, все же…

Разгребая одну из куч, совершенно случайно наткнулись на типовой транспортный контейнер. Кубов на пять объема. Не знаю, каким чудом, но встроенный источник энергии у него оказался рабочим, да и сам контейнер не имел повреждений.

В общем, похоже, нам достался груз для какой-то станции. Небольшой, судя по объему поставки. В самом контейнере нашлись и фрукты, и мясо, и еще какая-то хрень, которую я не смог идентифицировать. Но самое главное! Все это оказалось в полной сохранности.

Ух! Прямо не передать не словами, с каким удовольствием я вгрызался в стейк, приготовленный из размороженного мяса какого-то рутана. Ага, на упаковке была информация. А вот Рина от мяса отказалась, едва прочитав название. Побрезговала.

Из ее объяснений, я понял, что рутан, это такой мелкий зверек, наподобие наших крыс. Считается деликатесом у некоторых народов Содружества. А вот Рина не смогла себя пересилить, поэтому ограничилась сухпаем.

На мой взгляд, совершенно напрасно. Мне лично этот суточный рацион питания уже в горло не лезет… Я бы и земных крыс, думаю, с удовольствием поел.

Да, с сухими пайками проблем тоже не имеется. Помня, о том, как мы добирались с дядей до Арама, забил все свободное место ими. Благо, с этим ресурсом проблем на нашей свалке не наблюдается.

Скинув комбинезон и задраив шлюз, топаю в кают-кампанию. Война войной, а обед по расписанию.

Первым делом врубить кофемашину. Ага, я ведь дядину комнату вверх дном перевернул, прежде чем в нее Рина заселилась. Нашлась у него заначка. Интересно, на кой ляд он хранил упаковку кофе в своей каюте? На этот вопрос, ответ я само собой уже никогда не узнаю. Да и ладно. Главное, что кофеек имеется.

Правда экономить приходится, все же невосполнимый запас. Но сейчас, как никогда мне требуется простимулировать мозг. Что-то идеи совсем иссякли. Эх… Коньячку бы еще. Того, который у дяди в кабинете пил, после освобождения из камеры.

Запускаю приготовление кофе и лезу в небольшой холодильник, куда перекочевала часть продуктов из того контейнера. Сам контейнер в корабль затащить не получится. Во-первых – мы его даже вдвоем с Риной с места не сдвинем, а во-вторых – проход, чтобы грузить такие объемные вещи в конструкции просто не предусмотрен. Если только сверху прямо к корпусу приварить. Или вместо заплатки… Ага, там где мне обшивку раскурочили.

Представив картину, как я причаливаю к какой-нибудь станции с таим горбом сбоку, невольно улыбаюсь. Тот еще уродец получается.

Достаю из холодильника кусок того самого рутана и какие-то овощи. Название вылетело из головы, слишком уж сложное. Но по вкусу, примерно как земной картофель, правда, слегка горьковатый. Но в качестве гарнира, очень даже ничего.

Включить варочную поверхность, кинуть на нее сковороду и быстро нашинковать овощи с мясом. Залить водой, немного специй и ждать. Рецепт прост до невозможности, но вкус от этого хуже не становится. Остается только подождать.

Нет, все же хорошо, что на корабле имеется практически полноценная кухня. Как ни крути, а свежеприготовленная пища намного лучше пайка. Хотя, вполне допускаю, что и не так сбалансирована по всяким там необходимым веществам.

В данный момент, сбалансированность рациона меня волнует меньше всего. Ситуация даже хуже, чем когда я был в камере. Там хоть знал, что на Земле нахожусь. А сейчас, вообще непонятно, что и где.

– Что готовишь? – я немного увлекся, поэтому не заметил, как Рина подошла почти вплотную.

Резко дернувшись от неожиданности, оборачиваюсь к девушке. Ух! Аж мороз по коже прошел. Вроде неделю уже бок о бок живем, а контролировать свои гормоны пока не в состояние.

После душа, с мокрыми волосами, мягкой кожей и пахнущая чем-то приятным она была неотразима. Жаль, что под халатом, раньше принадлежавшим Нику, в который можно было завернуть двух таких дивчин, как Рина, ничего не рассмотришь. Но мне и этого хватает. Воздержание, оно, знаете ли, вещь такая…

– Рутана, с этими овощами… – щелкаю пальцами, в попытках вспомнить все же название. – Не могу запомнить, как называются. – Признаюсь в своей дырявой памяти.

– Крамок, что ли? – приходит на помощь моей дырявой памяти Рина. Точно! Вот как эти овощи называются – крамок. – А можно мне попробовать? – легкая улыбка едва пробегает по ее лицу.

Ничего себе, принцесса, похоже, решила меня сегодня изрядно удивить. Не только сама первая заговорила, но еще и просит угостит ее тем блюдом, от которого все время воротит нос. Интересно, что это на нее нашло? Решила все же наладить отношения, или стоит ждать какой-нибудь гадости?

Если прямо спросить, сомневаюсь, что услышу честный ответ. Ладно, поверим в ее искренность, но на всякий случай буду держать ухо востро. Береженого бог бережет, а не береженного конвой стережет. Очередная поговорка от почившего дяди Ника. Но вот ее достоверность и актуальность могу подтвердить на собственном опыте, мда…

– Да без проблем. Уже готово. – пожав плечами, отвечаю на вопрос. – Накроешь на стол? Я пока тоже ополоснусь.

– Конечно. – легко соглашается девушка.

Нет, ну точно с ней что-то сегодня не так. Ладно, желудок уже активно возмущается тем, что я его морю голодом. Оставляю «биолога» хозяйничать у плиты, а сам быстро устремляюсь мыться.

Тугие струи контрастного душа быстро смывают с меня небольшую усталость, а заодно позволяет справится с захлестнувшими мозг гормонами. Нет, основная заслуга в этом лежит на нейросети, но и вода помогает.

Усилием воли выкинув все мысли о Рине, и ее непонятном поведении, пытаюсь сконцентрироваться на способе, который поможет мне, точнее нам, конечно же, пробраться внутрь эсминца. Кроме как попытаться взорвать, в голову ничего не шло. Но остатков гексана, вряд ли хватит, чтобы взломать толстую броню боевого корабля.

Мда… Проблема… Идею попытаться откопать корпус полностью, в слабой надежде отыскать в нем дыру, через которую получится проникнуть внутрь, откидываю, как несостоятельную… Мы с плазменной установкой намучились, пока дотащили. В моем комбинезоне не было мышечных усилителей, а мощности скафандра Рины, не хватит. Там я видел балки корабельного каркаса, их только краном сдвигать.

Черт! Как же мне сейчас не хватает возможности загрузить себе базы данных… Кристаллы то есть, Рина собрала неплохую коллекцию, которая вместе с ней перекочевала на мой корабль. Вот только… А, да что тут говорить.

Так и не придумав ничего, выключаю воду и, слегка обтерев тело полотенцем, топаю в кают-кампанию. Голод начинает уже требовать утоления, заставляя бунтовать мой желудок. А это не совсем то, чего бы мне в данный момент хотелось.

К моему возвращению, Рина уже накрыла на стол и сидела, забравшись с ногами в кресло. Выглядела она так по домашнему, уютно, что я не смог сдержать улыбку. Даже если она что-то замышляет, пусть… Иногда стоит немного отпускать ситуацию и расслабиться, чтобы окончательно не сойти с ума.

– Слушай, а вот зачем ты так упрямо хочешь попасть внутрь этого корабля? – Рина, с видимым удовольствием уплетавшая горячую еду, внезапно задает вопрос.

– Не понимаешь? – быстро прожевав пищу, отвечаю вопросом на вопрос.

– Не совсем, если честно. – Пожимает она плечами.

– Смотри, у нас есть корабль. Почти целый, так? – дождавшись кивка, продолжаю. – Проблема в том, что он требует ремонта. Да не морщись ты, тут и помимо разобранной обшивки есть что отремонтировать. – При упоминании о ремонте, девушка слегка поморщилась, поэтому сразу же пресекаю возможный упадок ее настроения. Терять наметки контакта не хочется. – Но! Для это нужны технические базы данных, а еще лучше инженерные.

– Так они же есть? – удивленно смотрит она меня.

– Не перебивай, а? – осуждающе смотрю на нее. – Базы есть, только вот учить я их не могу.

– В смысле? Почему? – опять влезает с вопросами.

– Не только у тебя специфическая нейросеть. – подпускаю шпильку в ее адрес.

– Хм… И ты думаешь найти нейросеть на том эсминце, установить себе, выучить необходимые базы и, отремонтировав корабль, улететь отсюда? – ну, что сказать. В уме барышне не откажешь.

– Ага. – Подтверждаю я ее вывод.

– Ты же в курсе, что для того чтобы переставить нейросеть, требуется рабочая медкапсула? – Смотрит на меня как на идиота.

– Ага. – Вновь подтверждаю, делая вид что не замечаю ее ироничного тона.

– Ну и где ты ее возьмешь? – Ехидно интересуется она. – Даже если на том обломке она имеется, запустить мы ее не сможем, из-за отсутствия необходимых навыков. – Немного подумав, приводит она очередной довод.

– Вообще-то, медкапсула имеется. – как бы между прочим информирую Рину о том, что ее выводы не совсем корректны.

Ага, все правильно. О том, что на моем корабле имеется медицинский отсек, она не в курсе. Во-первых, я его наглухо блокировал, а во-вторых, не счел нужным говорить.

Почему так? Даже без расходников, капсула вполне могла лечить некоторые мелкие болячки. Ну или, на крайний случай, обеспечить возможность поддерживать жизнедеятельность, пока организм сам не восстановится. Стратегическая вещь получается.

Рина, услышав про медкапсулу, на какое-то время погружается в размышления, не забывая при этом активно жевать мясо, от которого совсем недавно ворочала нос. О причинах, почему я ей не говорил про наличие капсулы, даже не спрашивает. Я ж говорю, умная, а не только красивая.

– А какая у тебя нейросеть стоит? – внезапно прерывает она молчание.

– Пилотская, аварийная. – Ну а что скрывать-то.

– Аграфская или хуманская? – очередной вопрос в мой адрес.

– Человеческая. – Прищурив глаза, пристально смотрю на Рину, усиленно о чем-то размышляющую. – С чего ты вообще взяла, что у меня может стоять аграфская? – Вспоминаю про то, что она не первый раз обзывает меня аграфом.

– Ну, если человеческая, то… – мой вопрос напрочь игнорирует. – Я бы могла попробовать ее перенастроить… Ну, чтобы базы данных можно было загружать. – Как-то сбивается под моим тяжелым взглядом.

– Хм… Ты медик? – недоверчиво интересуюсь у остроухой девушки.

– Я же говорила – биолог. – Спокойно выдерживает мой взгляд. – Работала в институте по разработке нейросетей какое-то время. Так что о них, я знаю гораздо больше любого медика. – Самоуверенно заканчивает она. – Если у тебя капсула хотя бы! Третьего поколения, то шанс на успех весьма высок.

Теперь приходит мое время думать. С одной стороны, верить ей, у меня причин нет. А с другой… Если она на самом деле может сделать то, о чем говорит, то это очень сильно ускорит процесс покидания данного, не самого курортного, прямо скажу, места.

То, что я могу не вылезти из медкапсулы вовсе, в расчет не беру. Незачем думать о плохом. Да и не выгодно ей меня убивать. Даже если она скрывает свои знания в технике, и прочие умения, единственный корабль, который может оторваться от земли в принципе, это мой. А у него, знаете ли, довольно специфическое управление. Не стандарт, так сказать.

Ага, а еще управляющие системы привязаны на мою биометрию. Без меня она точно не улетит. Точнее, не только не улетит, но и из корабля вряд ли выйдет. Вот такой я параноик. Доработал систему самоликвидации, привязав ее на постоянный контроль моего состояния.

Ну а что, не сложно. Земные средства связи весьма хороши. Гарнитура рации всегда со мной, в нейросети напоминалка. Каждые сутки нужно отсылать подтверждение, отправив вызов на центральный компьютер. Если со мной что-то случится, то реактор дестабилизируется. Ну а дальше – тридцать тонн дейтерия, это тридцать тонн дейтерия.

Так что, думаю…

– Хорошо, давай попробуем. Но сначала доедим. – приняв решение, озвучиваю положительный ответ.

Глава 9

– Хм… – Рина, допущенная до святая святых моего неказистого летательного аппарата, то бишь в медицинский центр, мою древнюю устаревшую на две сотни лет капсулу, разве что не облизывает. – А тут даже такое можно…

Хмыкает, бормочет чего-то себе под нос, поглаживает слегка потертый корпус. Такое ощущение, что она первый раз видит данную модель. Хотя, если она утверждает, что спец по нейросетям, то мое убожище должно было произвести на нее прямо противоположный эффект.

Ну, не знаю… Обвинение, что такая рухлядь только на свалках должна находиться, а не как ни на космическом корабле, предназначенном для дальних перелетов по неизвестному космосу. Или еще чего… Но никак не восхищенные восклицания и междометия, которые я изредка могу разобрать.

Что-то мне уже не очень нравится идея лезть в капсулу, под ее надзором. Реально фигня какая-то. Даже по меркам человеческих миров Содружества мое оборудование сильно устарело, а уж по аграфским… Вообще отстой должен быть полнейшей. Особенно, учитывая, что девушка работала в институте. Так думаю, там оборудование должно быть лучше на пару порядков.

Не срастается опять ее легенда… Может, все же стоит избавиться, пока не поздно? С сомнением окидываю аппетитную фигурку, все в том же халате, в котором она из душа выбралась. Не… Ладно, пусть пока живет. Авось пригодится…

– Ну что, справишься с этой машинкой? – Любоваться красивой девушкой можно бесконечно, но дела не ждут. – Или слишком примитивно для твоих задач? – Прикинусь, что не понимаю ее восхищения.

– Да ты что! Тут же… Тут же все есть! – звенящим от восторга голосом и с горящими глазами фанатика дорвавшегося до святыни, опровергает она мое заявление. – Откуда она у тебя? Нам такие начали поступать только в последний год… Ну, то есть за год до того как я отправилась в экспедицию… – Как-то растеряно смотрит…

Хм… За год до экспедиции… Что-то тут не сходится… Если верить моим базам данных, то такие капсулы начали выпускать лет четыреста назад. А конкретно такая модель и вовсе, уже снималась с вооружения в то время, когда Ники и отец оказались на Земле. Точнее, когда вернулись на родную планету…

– Где взял, там больше нету. – С легкой улыбкой на лице, остужаю ее пыл и перевожу в конструктивное русло. – Ты мне нейросеть сможешь настроить с ее помощью, или как? – Интересуюсь тем, ради чего мы собственно мы тут и находимся.

Поднимать тему, почему устаревшую капсулу она считает супе-пупер навороченным эксклюзивом пока не стоит. Есть кое-какие мыслишки на этот счет, конечно… Как не быть. Но вот озвучивать сейчас, думаю, не стоит.

Хрен ее знает, как отреагирует мадмуазель на тот факт, что она провела в анабиозе не несколько лет, а несколько столетий. Еще с ума сойдет от таких новостей… Ну его, если честно, такой поворот.

Хотя, вполне допускаю, что она просто из какого-то мира, находящегося далеко от Содружества. Поэтому и капсулы данного типа им только сейчас стали продавать. Но что-то мне самому в такое не верится. Да и комбез у нее… Что-то не сходится… Надо думать… Это пока мы тут, особых проблем не вижу в странной спутнице. У всех свои заморочки.

Если нам удастся выбраться… Точнее не если, а когда! Так вот, не хотелось бы получить какой-нибудь нежданчик с ее стороны. Ладно, не стоит загадывать. А то, вон…

Запланировал, все просчитал, а в итоге оказался на этой свалке. Не хочу гадать на кофейной гуще. Первоочередная задача, это отремонтировать мой кораблик. С идеей найти что-нибудь подходящее для полетов в космосе на этой свалке, я уже попрощался.

Нет, если бы совсем прижало, то вполне реально было бы собрать какой-нибудь челнок. Я, конечно, не инженер, но кое-какие технические базы имеются. Да и земной опыт, опять же… Кажется рассказывал, как нас гоняли насчет техники в Академии. Думается, собрать что-то похожее на суборбитальный челнок смогу. Правда, не быстро. Полгодика, не меньше, провозиться придется. Ну или пока дроида не найду, к управлению которым доступ смогу получить.

И-д-и-о-т… Это я про себя, если что… У меня же имеется «отмычка»… Совсем из головы вылетело, однако. Как рубку заблокировал, так и не вспоминал про планшет того диверсанта… А ведь с его помощью не то что дроида, искины взламываются без особых проблем. Ну, что тут сказать…

Хотя… Что-то мне пока не хочется светить все свои возможности. Оставим это, как запасной вариант. Все же проблему с нейросетью придется решать в любом случае. Вообще, лучше бы, конечно, поменять ее. Идентификатор то засвечен.

Но, к моему огромному сожалению, нет у меня установочных комплектов. Я согласен даже на самую примитивную, первого поколения. Только вот, чего нет, того нет. Если, Рине, каким-то образом удастся сделать так, чтобы моя нынешняя сетка заимела возможность подгружать базы данных, можно считать, что я чертовски везучий сукин сын. Ага…

– Знаешь… Это, ну… – как-то совсем неуверенно начинает мяться девушка. Вот мне ее тон сейчас совсем не нравится. И глазки этак смущенно потупила в пол.

– Не сможешь, да? – делаю предположение.

Судя по затянувшемуся молчанию и поникшим плечам, я своим вопросом попадаю в точку.

– Нет… – все же выталкивает она из себя короткий ответ.

Мда… А я уже и губу раскатал, и планов громадье настроил. Да нет, шучу, конечно. Какие планы, еще даже не решил, стоит ли вообще ей доверять такую тонкую операцию. А то, мало ли… Лягу в медкапсулу, а потом не встану…

Конечно, девушку это уже не спасет, но она-то не в курсе, чем чревата моя гибель. Просвятить что ли? Да ну. Годы притворства сделали свое. Привык всегда иметь козыри в рукавах и играть краплеными картами. Не знаю, может когда-нибудь, еще в этой жизни, я научусь открытости и честности. Но пока что… Извини, Рина, но лучше тебе даже не пытаться. Но трогать, ПОКА, не буду. Нет смысла.

– Хм… Ты ж вроде пяткой в грудь себя била, типа ученый, все дела. – С легкой, но ни разу не доброй усмешкой, решаю уточнить причины такого неутешительного вердикта. – Нейросеть у тебя эксклюзивная. Ву-умная, как вутка… А сейчас? Что за подстава, подруга? – тоном, способным заморозить не хуже морозильной камеры, задаю конкретный вопрос. Или все же грохнуть ее, от греха подальше…

– Э… Тут это… – Рина, будто что-то такое уловив в моих глазах, как-то сразу сжавшись, в своем несуразно большом халате, и пытается вжаться в медкапсулу, будто она ее убережет. И так миниатюрная, а сейчас и вовсе… Напуганная, но храбрится, не убегает.

Нет, не буду я ее убивать… Рука не поднимется. Все же, есть еще в душе что-то человеческое, есть… Махнув рукой, разворачиваюсь и выхожу из отсека. Надо думать, как же отсюда выбираться. Лично мне, совсем не хочется торчать тут годами. Хватит уже чувствовать себя заключенным под номером два-пять-ноль…

Быстро пройдя по коридором, вваливаюсь в свою каюту и падаю на жесткое ложе, безучастно уставившись в потолок. Откуда-то накатывает апатия. Чего я хочу, зачем я живу, ради чего?

Мысли медленно текут в черепушке… Вся жизнь – тоска и одиночество. Отцу практически не было до меня дела. Матери нет. Дядя… Он, пожалуй, единственный, кто был мне дорог… Как-то это странно, если честно.

Всю свою сознательную жизнь, единственным, к кому я мог прийти с любой проблемой и получить поддержку, был Ники… Не знаю, почему он так меня опекал. Может чувствовал вину за смерть матери? Не знаю… Ничего не знаю.

Как не сойти с ума? Закрыться в себе, закапсулироваться, гнать неправильные, неразумные мысли. Просто жить… Но почему же так хреново на душе? Дядя… Может, не стоило его убивать? Я ведь даже не спросил, почему он так поступил… Вряд ли бы это что-то изменило, но все же… Странно, только сейчас начинаю осознавать то, что было скрыто пеленой ненависти и жажды мести. Я, собственными руками убил того, кто всегда, в любой ситуации поддерживал меня.

Да, какое-то время мне думалось, что он меня просто использует в каких-то своих целях. Ага, самооценка у меня завышенная.

Почему-то вспомнилось высокомерие и чувство собственного превосходства в голосе Рины, когда она про свою нейросеть рассказывала. Вот, наверное, таким же крутым и я себя все время чувствовал, хотя…

Ну, кто я такой? Да, сын главы корпорации. Боевой пилот и иже с ними… Но кто я сам по себе? Экзальтированный мальчишка, верящий в то, что только его точка зрения правильная. И ничья больше. Мир не может быть черным или белым. У него всегда куча оттенков… Да, сейчас, когда Ники нет рядом, я наконец смог осознать, как же много во мне от его характера… Я ведь такой же, абсолютно… Ну может с мелкими нюансами. Циничный, расчетливый и беспринципный лицемер.

За эту неделю я много о чем успел передумать. Ну да, работа типа бери больше – кидай дальше, никак иначе наше ковыряние на этой свалке не назовешь, ресурс мозга не сильно использует, поэтому подумать возможность имелась.

И теперь… Не понимаю я ничего. Или просто не хочу понять. Взять хоть Ники? Если он хотел просто дорваться до технологий, то ведь мог вполне в одиночку смотаться. На кой черт он меня с собой потянул… Из-за вируса? Да ну, ерунда это все… Капсула на Земле имелась, да и расходников бы хватило… Нейросеть, аналогично. Нет… Не понимаю.

Допустим, легализоваться с моей помощью… Ага, три раза. Даже моих, совсем небольших знаний о Содружестве, хватает, чтобы придумать пару вариантов. Например, в Конфедерацию слетать, а не в Армар. Учитывая, что Ники гражданин Армара, конечно, мог и проблем огрести, но это вряд ли. Как ни крути, а два государства сосуществуют себе рядышком не одно столетие. Думаю и торговлю, какую-никакую, ведут. Так что, ничего ему там не грозило…

Не знал точных координат? Да не смешите меня. Сомневаюсь что у дядюшки, на секунду – военного пилота, не хватило бы знаний просчитать необходимые точки привязки. За те две сотни лет, что он провел на планете-то… Даже это смогу сделать, имея сильно урезанный комплект баз, а уж он, да еще и не в одиночку… Нет, не понимаю я… Как не пытаюсь понять. Не складывается паззл, и все тут… Эх, поторопился я… Поторопился…

Ну да, прошлое назад не открутишь. Теперь уже нет смысла предполагать. А что я сам? Чего я хочу, и куда я стремлюсь?

Помнится в камере, частенько размышлял на тему побега. Не самое сложное предприятие, если подойти с умом. Вот только не видел в том смысла… Человек я такой, что просто не делаю того, в чем не вижу смысла. Я ведь, если честно, пытаюсь и в поступках дяди найти смысл, но не нахожу. Раз за разом, прокручивая возможные варианты, отбрасываю в сторону. Не вижу я особого смысла в его действиях. Не вижу и все тут…

Поспать что ли? А то таким макаром додумаюсь до того, что все мои трепыхания и поиск вариантов выбраться с этого непонятного склада хлама, покажутся мне абсолютно бессмысленным. А если еще и аргументы будут убедительными… Знаю, что могу найти их, это да… То проще сразу застрелиться, наверное…

Устав изучать серый однообразный потолок и вгонять самого себя в депрессивное состояние, закрываю глаза. Утро вечера мудренее, надо попытаться уснуть. Пока не сорвался и не сотворил чего нехорошего. Психиатров тут нема.

Улыбнувшись собственной шутке, начинаю считать, чтобы поскорее провалиться в черные небытие сна. Один… Два… Три…

Тихий стук в дверь клещами вырывает меня из лап сна, медленно захватывающего мой разум в свои объятья. Еще не до конца придя в себя, прыжком оказываюсь на ногах пытаясь понять, где я. Пару секунд понадобилось на то, чтобы начать адекватно оценивать обстановку. Помотав головой, отгоняя дремоту, подхожу к двери и щелкаю по сенсору открытия.

Кому же тут еще взяться-то… Угу. Рина… Уже не в халате, как была при нашем расставании, а в форменных брюках и футболке. Ага, из запасов Ники. Все это на ней висит мешком – ну так, надо понимать…Ники, хоть и был ниже меня росточком, но по сравнению с девушкой так гигант просто.

Мнется, вся такая несуразная и потерянная, а в глазах плещется тоска… Зря я, наверное, с ней так. Все же, полтора года в одиночестве, на свалке… Я тут неделю, а уже раскис. Совесть мучает, рефлексии всякие… Мда…

– Заходи. – Коротко киваю, отходя в сторону и пропуская ее внутрь.

В каюте и так не шибко просторно, а вдвоем тем более. Поэтому, чтоб не толкаться, забираюсь с ногами на кровать и усаживаюсь в позу лотоса. Раздражение, от того, что мне не дали поспать ушло куда-то на второй план. Да и вообще, настроение немного улучшилось. Интересно, неужели из-за того, что эта остроухая в гости заглянула?

– Присаживайся, в ногах правды нет. – Уже искренне улыбаясь, хлопаю по кровати рядом с собой, и отодвигаюсь к изголовью, чтобы места хватило.

Немного помявшись, и смущенно склонив голову, Рина все же забирается на мою кровать, но садится боком ко мне, подтянув ноги и обхватив колени руками. На меня накатывает неосознанная волна нежности. Хочется сграбастать в охапку эту, по большому счету очень несчастную девушка, прижать к себе и не отпускать… Само собой претворять в жизнь свое желание я не стал, неизвестно как она отреагирует.

Нет, можно ведь и силой все это сделать, но конкретно сейчас, почему-то данный вариант мне не очень нравится. Не знаю почему, но просто понимаю – это будет неправильно. Лично для меня неправильно и нечестно. На мнение самой девушки, как бы это, помягче выразиться, мне плевать.

Неужели еще человечность не растерял в пути?

Не засекал сколько времени, мы просто сидели в тишине. Рина, мелко подрагивая плечами сверлила глазами стену с выходом, а я… Я просто любовался ею. И, знаете, для меня такое было непривычно. Просто любовался, без всяких задних мыслей. В душе, где-то там, на глубине тысячи километров, тихонько горел маленький костерок тепла, с трудом пробивающий дорогу в сером мраке циничного разума, всегда бежавшего от разных там любовей.

Да нет, конечно… Никакой любовью тут и не пахло, но… Но что-то теплое к девушке я явно испытывать начинаю… И это начинает меня немного напрягать, но в то же время, для меня важен сам факт, что там, где долгое время жила лишь ненависть, может появиться что-то другое… Хорошее…

– Я сильно тебя подвела? – Рина первая нарушает молчание, повернув ко мне свое идеальное лицо и выжидающе глядя в глаза.

Почему-то, в момент ее прихода, я не заметил, или просто не обратил внимание на красные глаза и слегка набухшие веки… Знаете, как будто человек долго плакал. И этот вопрос, и покрасневшие глаза буквально ввели меня в ступор.

Холодный разум требует, чтобы я сказал правду. Да, так и есть, подвела. Я тут рассчитывал, значит, что проблема решится быстро, а она вот говорит, что не сможет, хотя уж так хвасталась, так хвасталась.

– Да нет, просто немного задержимся на этой свалке. – Ну да, поддался на ее вид. Чувствам. Почему-то, на уровне ощущений, мне показалось, то если я сейчас начну ее обвинять, то она просто сломается. Не знаю, не самый большой эксперт в психологии, но… Не знаю…

– Макс, прости… – а голос дрожит, будто снова заплакать хочет.

– Да ладно. Не бери в голову. – Отмахиваюсь от ее извинений. – Ну не получится и не получится. Не очень-то я надеялся на это. Но попробовать стоило.

– И что, мы теперь навсегда останемся тут?

Уууу… А девушка-то похоже того… Потекла конкретно. Слишком уж тон становится безжизненным.

– Нет, Рина. Не останемся. – Хотя, я и сам до конца уверен. – Я нас отсюда вытащу. – Глядя прямо в ее огромные глаза, уверенным тоном заявляю.

Ага… Еще бы самому в это поверить. Но вот сейчас, совсем не время для самокопаний. Почему-то мне показалось очень важным поддержать эту девушку. Наверное, натура такая у всех мужчин, стараться показать, что ситуация под контролем, хотя она давно уже несет тебя по своей прихоти непонятно куда.

В каюте вновь повисает пауза. Рина возвращается к своему занятию – ага, сверлит взглядом металлическую стену, а я просто сижу. Выкинув вообще все мысли из головы.

– Слушай, а тебе очень дорог твой дроид? – в голову внезапно приходит идея.

– Э… В смысле? – Рина непонимающе уставилась на меня, распахнув итак большие глаза.

– Да идейка одна появилась… – я еще до конца не продумал, поэтому делится не тороплюсь. А то дураком себя выставлю еще. – Ну, так что, нужен он тебе?

На какое-то время девушка задумалась. Нет, с одной стороны, дроида уже не починить, и раз я интересуюсь дорог ли он ей, значит, хочу сделать с ним что-то, после чего точно никакой ремонт не поможет.

А я, пока она размышляет, пытаюсь еще разок прокрутить в голове идею, пришедшую мне в голову. Ага, я с самого момента возвращения на корабль, ломал мозг как же пробраться внутрь того куска эсминца… И кажется придумал.

То что Рина не в состоянии управится с медкапсулой, меня расстроило, конечно, но особо с изначального плана не сбило. Нет, само собой хотелось бы попроще решение, но что уж теперь… Кстати, поинтересоваться что ли, почему она с капсулой не справится?

Задумчиво смотрю на погрузившуюся в себя девушку и откидываю эту мысль, как ненужную. Я и сам могу рассказать. Ага… Все дело в доступе. Если моя версия верна, ну, что девушка в анабиозе проспала несколько сотен лет, то она просто не сможет получить доступ. И нейросеть сильно устаревшая, и базы данных явно древние. Учитывая, что медкапсула с военного корабля, то допуск к работе на ней получить не так уж просто. Угу… Встроенный управляющий искин просто не даст подключиться, если медик не будет иметь достаточной квалификации.

Нет, само собой, имеется и спецрежим для экстренного восстановления. Там вообще никакого допуска не надо – сунуть тело внутрь саркофага и нажать кнопочку. Ну да, все просто – так военные же. Кнопочка запустит процесс полного реанимирования и все. Дальше человек не нужен. А вот для всего остального – очень даже требуется квалифицированный специалист. Кстати, у дяди похоже неплохо были изучены медицинские базы. Иначе, как он мне нейросеть установил? Ну да ладно.

А с Риной вот не прокатило… Не хватило ей знаний для получения допуска. Интересно, она уже поняла, что проспала в анабиозе так долго или нет? Скорее всего – нет. Иначе реакция бы была другая. Ага… Не знаю, истерика бы случилась, что ли… Ну а вы сами представьте, уснули, все нормально… А проснулись через пару сотен лет, к примеру… Все, кого помнил, скорее всего уже померли, мир вокруг изменился, и ты никому не нужен… Ага… Да еще и заперт непонятно где в одиночестве на пару лет. Кукуха тронется сразу…

Так что, ее расстройство в данный момент вызвано в данный момент неудачей в осуществлении плана, а не осознанием глубины задницы в которой она находится. Это точно. Даже у меня меньше. Потому как я осознанно не желаю возвращаться на Землю, по крайней мере в ближайшее время, а ей, возможно, и возвращаться некуда. Угу…

Ну а по поводу дроида? Я же упоминал, что можно взрывчаткой проделать проход внутрь того куска эсминца, только вот запас гексана у меня совсем мизерный. А больше ничего подходящего под рукой не имеется, и сколько времени уйдет прежде чем получится найти что-то на свалке, непонятно.

Нет, если уж совсем с ума сходить, можно дейтерий использовать… Ага… Есть варианты, вот только с непрогнозируемым эффектом. Ну его, к черту, такие эксперименты… Ну не физик-ядерщик я! Да и силовых ловушек поблизости нет. Хотя, может, и есть… Но это же еще найти надо. А дроид вот он – под рукой.

Основной его плюс в том, что он первого поколения. И, если, конечно, не производилась модернизация в конкретном экземпляре, то проблема чем пробить вход в броне у меня решится на раз два. Достаточно будет демонтировать элементы питания. Они у него на основе изотопов лития, а это, при правильном подходе, бахнет так, что мало не покажется…

Главное не переборщить, и все рассчитать. Само собой, батарея просто так не взорвется. Все же не дураки делали, надо понимать, о безопасности думали. Но вот если, допустим, сунуть эту батарею в пламя плазменной горелки, то бахнет так, что мало не покажется. Черт… Надо бы просчитать все последствия подрыва батареи… А то можно и переборщить, однако.

Хм… Я попробовал запустить математический модулятор встроенный в нейросеть, но он мне выдал такое время на решение задачи, что проще зубилом броню расковырять, чем ждать ответа. Да чего я парюсь? У меня ж компьютер имеется. Учитывая, что он приспособлен к расчетам путешествий в межзвездном пространстве, где необходимо обрабатывать очень много данных одновременно и быстро, думаю с этой задачкой на раз-два справится.

Настроение стремительно поползло вверх, а то совсем уж какое-то похоронное было. Нет, правильно говорят, никогда не нужно отчаиваться, из любой ситуации есть минимум два выхода. А уж из нашей, так вообще десятки вариантов. Разница лишь в затраченных усилиях и времени.

Осталось только дождаться решения хозяйки агрегата, который пожертвует своей целостностью ради нашей счастливой жизни. Ага, пафосно. Ну так, все как есть. Фишка у этой модели дроидов такая, что элементы питания можно вынуть лишь в заводских условиях, или вырезать горелкой…

Что-то мадмуазель как-то долго думает. Могу и без спросу, разумеется раскурочить, но… Вроде как отношения немного улучшились, зачем портить? Да и понять ее можно. Все же последнее время, до моего появления тут, дроид был ее единственным соседом по прозябанию посреди этого металлического хлама.

– Эх… Понимаю, что ты его раскурочишь… Но… – тяжело вздыхая, видимо дорог ей этот железный монстрик, Рина прерывает затянувшуюся паузу. – Забирай. – Твердо заканчивает она фразу, будто в воду ныряет.

Глава 10

Яркая вспышка на краткий миг озаряет вечный полумрак громадного ангара, превращая мир вокруг в призрачные тени, нарисованные сумасшедшим художником в порыве приступа прогрессирующего психоза. Выставленные на максимум фильтры и раскрашенное вручную забрало из тонкого пластика не справляются со светом, выжигающим синопсисы глаз, заставляя еще крепче зажмурить веки, чтобы облегчить боль, врезающуюся прямо в череп, разрывая нейронные связи и выдавливая крупные капли слез, лишь слегка облегчая страдания…

В себя прихожу в собственной медкапсуле, той самой, в которой нет ни одного картриджа с расходниками. На удивление, чувствую себя вполне прилично. Даже глаза, с которыми я уже распрощался не болят, и вполне себе сносно видят. Или это нейросеть перестроила свою структуру, прокинув дополнительные нановолокна для компенсации живых органов зрения, пострадавших при плазменном взрыве?

– Ты как? – на лице Рины, склонившейся над открытой капсулой, явно прорисовывается обеспокоенность и… Страх? Хм… Чего это она боится? В данный момент я не способен не то что причинить вред кому-то, а с трудом могу шевелиться.

– Нормально, вроде… – Хватаюсь за края своего ложа руками и, превозмогая боль в не до конца заживших ладонях, принимаю сидячее положение. – Долго я тут провалялся? – Задаю вопрос, чтобы хоть о чем-то поговорить.

Если я сейчас в своем корабле, значит Рина, несмотря на натянутые отношения между нами, притащила меня и загрузила в капсулу.

– Два дня. – Поняв, что я вроде в порядке, девушка, пожав плечами, отодвигается в сторону, давая мне возможность выползти из аппарата. – Сам же понимаешь, без расходников капсула толком не поможет…

Это да… Но спасибо и на этом… Судя по тому, что я голый, а по всему телу вьются шрамы от ожогов, медкапсула сделала все что могла. Учитывая что работала без медикаментов – настоящее чудо.

– Ты что совсем не спала? – только сейчас замечаю, что лицо Рины сильно осунувшееся, а под впавшими глазами, огромные синие круги. Надо сказать, при установленной нейросети, получить такой эффект, довольно сложная задача… Мда…

– Нет… – отрицательно машет глазами.

– Понятно. – ну, а что еще сказать…

Слегка покачиваясь, пытаюсь сделать шаг и чуть не падаю, потеряв ориентацию в пространстве. Мда… Час от часу не легче. Опираюсь на вовремя подставленное плечо девушки, заставляя ее слегка согнуться под моим совсем даже не маленьким весом. Мы так и потащились из медотсека. Рина, качаясь от веса в два раза больше ее, и я, опирающийся на хрупкую девушку, от которой еще буквально пару дней назад подумывал избавиться. Да… Дела…

Пока, ковыляя по коридору, мы движемся в сторону моей каюты, есть время немного поразмышлять, о том, что вообще произошло.

А что произошло? Да ничего особенного, я просто умер. Ну, почти умер. Хотя, если бы не вот эта мелкая девчонка, то скорее всего история моей жизни уже была бы финализирована. Как-то так, если вкратце…

А если развернуто… Никогда, слышите, никогда! Не пытайтесь инициировать взрыв энергоячеек первого поколения техники с помощью промышленного плазменного резака, находясь ближе, чем в сотне метров и вне какого-нибудь бункера. Ага…

Нет, сама идея то стоящей оказалась. У нас все получилось. Наверное… Пока что на результат подрыва батарей, от разобранного дроида Рины, я могу посмотреть только в зеркало. Но надеюсь, что броню эсминца все же удалось прожечь, иначе все мои мучения зазря.

– Что с эсминцем? – Едва шевеля языком, интересуюсь у девушки.

– Не знаю… – с трудом выдавливая слова и задыхаясь, бормочет она в ответ. – Я не смотрела. Сразу после взрыва рванула к тому месту где ты находился, а там… – ее аж передергивает. Походу от воспоминаний. Интересно, что же я из себя такое представлял после того, как попал под вспышку неуправляемого термоядерного взрыва? Сомневаюсь, что был хотя бы отдалено похож на человека…

Нет, все правильно рассчитали. И то, что пламя плазменной горелки инициирует подрыв, и примерный радиус поражения. Не учли одного… Что сама установка сдетонирует. Угу. Слишком близко корпус с запасами рабочего тела для плазмы оказалась.

Но расположить дальше, не получилось. И выносной пульт управления для запуска тоже, соорудить не хватило ни мозгов, ни знаний. Как-то так… Пришлось вручную запускать горелку, и нестись до укрытия, расположенного в ста метрах, от места подрыва. Добежать удалось, и даже спрятаться за остатками корпуса штурмового бота. Ага…

Но я же мудак… После того, как прошла ударная волна от подрыва батареи, высунулся, посмотреть на результаты. Дальше объяснять? Пра-а-авильно! Меня накрыло взрывом установки, который произошел с небольшой задержкой. Бр-р-р… Гореть заживо, не самое приятное в жизни, скажу я вам. Уж поверьте… Второй раз в жизни если что… Правда, в первый раз меня СБшные спецы довольно быстро потушили. Ага… Когда на базе республиканцев брали. А вот сейчас прочувствовал, так сказать, всеми фибрами души.

Не знаю, каким чудом я вообще выжил. То ли благодарить свою нейросеть, то ли Рину, которая не стала меня добивать, когда я уже не мог оказать никакого сопротивления, по причине того, что практически не мог пошевелиться из-за болевого шока, полностью подчинившего себе мой разум и ощущения. Нет, нейросеть благодарить не стану – это именно она не давала мне потерять сознание, пока моя кожа обугливалась под воздействием высокой температуры. Определенно, не буду…

Хорошо еще, что Рина была укрыта в более надежном месте. Ну и подальше от эпицентра, конечно… Будь иначе – сомневаюсь в собственном выживании… Сильно сомневаюсь…

– Спасибо. – Эффект, после нахождения в медкапсуле, пусть и без расходников, понемногу отпускает. Идти, да и просто находится в вертикальном положении, становится все труднее. Но… Пока, единственное, чем я могу отблагодарить эту мелкую аграфку, всего лишь искренняя благодарность от всей души.

– За что? – качаясь в унисон со мной, Рина поднимает лицо, по которому уже начинает стекать капельки пота. И чего она скафандр то свой сняла… Там хоть усилители есть.

– За то, что не бросила умирать. – Морщась от боли, начавшей жечь шрамы на лице и теле, пытаюсь выдавить из себя улыбку. С трудом, но мне это все же удается.

– Пустяк. – Девушка тут же отвернулась, но я видел, как в ее глазах мелькнули непонятные искорки. Эх… Мне бы сейчас прочитать, о чем она там думает. Жаль, после того раза, когда я очнулся на этой свалке, то странное состояние, когда я будто бы чувствовал чужие эмоции больше не проявлялось. И, как я не пытался его вызвать искусственно, ничего не получалось.

– Ух, ну ты и тяжелый… – с облегчением сгружая меня на кровать в каюте, пропыхтела Рина, явно радуясь тому, что корабль у нас – да-да, у нас, куда ж я теперь без нее-то, – совсем крохотный, и идти пришлось недолго. – Ну, как? Живой? – С участием интересуется у моей, в край обессилевшей тушки.

– Кха-кха, кху… – В горле страшно пересохло, поэтому ответить, сразу не получается. – Вроде… – скрипя, как несмазанные ржавые петли, оповещаю, что заказывать панихиду рановато.

Хотя… нарастающая боль скручивает все сильнее, и совсем не факт, что мертвому мне будет хуже. Скорее наоборот, полегчает. Только проверять на собственной шкуре желание отсутствует в принципе. Ну его на фиг, как-нибудь потерплю уже…

– Попить бы… – С трудом, сквозь зубы, выдавливаю просьбу, в надежде, что девушка разберет мое невнятное бормотание. Чертова нейросеть! Почему не блокирует болевые ощущения? Может зря из медкапсулы вылез?

Да не… Чем она мне поможет-то, без расходников. Пытаюсь войти в меня нейросети, чтобы блокировать едва не сводящие с ума болевые ощущения, но сконцентрироваться на данной задаче не получается. Просто не получается и все тут…

Боль все нарастает. Я уже практически перестаю понимать где нахожусь.

Перед глазами мелькают, будто кадры кинохроник, сцены из прошлого. Горящий конвертоплан. Штурм базы республиканцев. Смерть матери. Улыбка Ники. Грани реальности расплываются… Я, кажется, температурю. Бросает в холод и в жар. В горле пересохло и хочется хоть каплю воды.

Курорты Испанского директората. Красивая девушка, лет двадцати. Смеясь брызгает в меня теплой, чуть солоноватой морской водой. Инга… Вроде так ее звали. Не помню, не знаю.

Кажется, кто-то меня ворочает и пытается напоить. Или это снова только бред? Не знаю…

«… Жили они долго и счастливо. И умерли в один день… Все, Максик, засыпай. Завтра полетаем на конвертоплане…»

«Обещаешь?» – маленький мальчик с надеждой смотрит на средних лет мужчину, в уголках глаз которого едва различимы тонкие нити морщин.

«Обещаю…»

Отец. Он так и не сдержал своего обещания. Потому что на следующий день, мать этого мальчика была убита прямо на его глазах.

«Ты пойми, Макс. Так было нужно» – Дядя пытается объяснить мне мотивы своих поступков. Но что он может сказать? Кому нужно? Мне нужно обнять маму, а ее рядом нет…

«Курсант Грай! Выйти из строя!» – зычный голос командующего Академией, усиленный громкоговорителями разносится над плацем.

Четкий строевой шаг. Вручение погон и диплома. Первый вылет. Пески Африки… Калейдоскоп из лиц людей, так и не ставших друзьями.

Герда. Огонь в постели. Сильная, умная и в то же время невероятно женственная. Как все это в ней сочетается, непонятно…

«Прости…» – как будто издалека, сквозь тугую вату тьмы доносится смутно знакомый, искаженный расстоянием голос. Пытаюсь понять, кто и за что просит прощения, но не могу…

Как-то рывком, выныриваю из круговерти бреда в реальность. На этот раз чувствую я себя получше, хотя и не идеально. Но боль уже не так рвет на части. Да и жар, вроде бы спал. Пытаюсь открыть глаза, но что-то мешает. Поднимаю руку и стряхиваю с лица какую-то тряпку, да еще и мокрую. Хм… На кой черт она тут? Температуру сбить что ли? Вот же архаизм.

Кручу головой по сторонам, ожидая очередного приступа боли или головокружения. Но, слава богу, обходится. Так… Я у себя в каюте. Живой. Что уже не может не радовать само по себе. Никаких изменений не вижу. Все как и всегда. Интересно, а где Рина?

Как говорится, помяни черта за его рога… Не успеваю подумать, как дверь открывается и в каюту бочком просачивается девушка. Мда… Она и так не отличалась крупным телосложением, а тут вообще стала походить на тень от самой себя… В прошлый раз, когда из медкапсулы выполз, выглядела она гораздо лучше. А сейчас… Даже сомнения берут – а стоит ли у нее нейросеть вообще? Или просто в ней медблока нет? По идеи, если какой-то эксклюзив, то обязан быть. Это же первостепенная задача – поддержка жизнедеятельности носителя.

Не дожидаясь, пока она дойдет до моей кровати, осторожно, боясь возвращения приступов боли, сажусь, опустив ноги на пол.

– Привет. – Натягиваю на лицо улыбку. Наверное, это страшно очень, лицо в ожогах. А иначе чего она так вздрагивает, да еще и банку, кстати, из-под кофе, роняет на пол. Да и смотрит, будто покойника увидела. Судя по быстро набирающейся на полу луже, в банке вода была… Черт, вот же гадство. Пить я хочу…

– П-привет… – слегка заикаясь, выдает она наконец. Но я замечаю, как по ее осунувшемуся лицу пробегает волна облегчения. – Ты чего встал?

– Да, это… лежать надоело. – Ну а что я могу сказать-то еще? – Жрать хочу. Покормишь? – желудок и в самом деле активно сигналит о том, что не плохо было бы в него чего-нибудь закидать.

– Да, конечно! Сейчас принесу! – тут же зачем-то начинает суетиться.

– Не надо. Я дойду до кухни. – едва успеваю ее остановить, прежде чем она выскочила из каюты.

Рина какое-то время с сомнением смотрит на меня. Видимо не очень верит в то, что я в состоянии самостоятельно передвигаться. Это она зря. Во время нашего недолго диалога, успеваю подергать всеми конечностями. Вроде слушаются. Пробую встать.

Нет, слабость все же присутствует, но все же на ногах устоять я смог.

– Давай помогу. – Тут же подставляет плечо девушка.

Хм… Не… Так дело не пойдет. Не женское это занятие, таскать мою тушку на себе. Ее саму хоть на руках носи, такой вид, будто сейчас в обморок грохнется.

– Я сам… По стеночке. – Ободряюще улыбаюсь, но ее почему-то передергивает. Красавчик я еще тот похоже. Ну, если вспомнить, как я выглядел с ожогом половины лица… Мда… – Лучше накрой на стол, пока я ковыляю. Пожалуйста.

Девушка пару секунд рассматривает меня, после чего исчезает в коридоре. Уф… Сквозь зубы вырывается стон. При ней держался, но сейчас даю волю чувствам. Боль, хоть и не такая сильная, как ранее, но все равно терплю с трудом.

Черт! Только сейчас до меня доходит, что я: во-первых – голый, вот прям совсем, а во-вторых – ноги почти приморозил к полу. Надо бы одеться… кстати, а чего так холодно-то? По спине пробегает легкий холодок – неужели система жизнеобеспечения начинает сбоить? Это не есть хорошо… Точнее, очень даже плохо.

Так! Отставить панику – все равно в открытый космос не скоро. А тут, даже если система жизнеобеспечения полностью откажет, ничего катастрофичного не случится. На крайний случай переселимся в ту комнатенку, где Рина полтора года обитала. И будем чинить… Ага, методом тыка.

Ладно, потом все эти сложности. Где-то у меня вроде запасной комплект формы был. По случаю подобрал в одном из разбитых ботов. Хрен знает, откуда она там взялась, но вот подобрал и, вроде, сунул в шкафчик в своей каюте. Ага! Так и есть! Скрипя суставами и двигаясь, будто нахожусь глубоко под водой, медленно и печально одеваюсь. Мда… А Рина ведь даже не отреагировала на то, что я голый. Прямо самооценка вниз пошла… Не то, чтобы я рассчитываю на что-то, но… Как-то даже не знаю…

Подгоняю форму, если не ошибаюсь орионскую, под свою фигуру. Благо, такая функция у нее имеется. Ну все вроде… Пора в кают-кампанию выдвигаться. Заждалась небось меня красавица. Да и жрать уже хочется, аж невтерпеж… Ботинки забыл… Быстро исправляю оплошность и наконец, временами опираясь о стены, чтобы не грохнуться, плетусь на запах чего-то съедобного, который вентиляция разнесла по всему кораблю.

– Долго я провалялся? – быстро уплетая сухпаек, интересуюсь у Рины, сидящй напротив меня и тоже жующей опостылевший рацион питания.

Ну да, готовить она не стала. Да и, как мне кажется, не умеет. Обычно готовлю я. Но был немного занят, ага валялся сначала в медкапсуле, а потом в бреду, поэтому питаемся тем, что есть. Надо сказать, на голодный желудок, очень даже ничего.

– Часов десять, я не засекала… – не переставая жевать, с набитым ртом отвечает она.

– Итого трое суток псу под хвост… – подвожу я итог, своему идиотизму и прямо-таки навязчивому желанию поскорее сдохнуть. – Не проверяла, чего мы там раскурочили? – Делаю глоток порошкового, разведенного водой, сока, глядя на девушку.

Та, лишь отрицательно машет головой, с жадностью поглощая еду. Эк ее накрыло. Она, что, все эти трое суток не ела? Тогда не удивительно, что выглядит, будто призрак. Мда… Дела… Неужели так за меня беспокоилась. Спросить что-ли…

– Плохо… Ну да ладно. – допив приторно сладкую жидкость, осторожно откидываюсь на спинку стула, чтобы не получить очередной приступ боли. – Давай, сейчас покушаешь и ложись-ка отдыхай… Выглядишь неважно. – говорю, а сам обдумываю план дальнейших действий.

– А ты? – Рина прерывает прием пищи и поднимает на меня обеспокоенный взгляд.

– А я… Я тоже, пожалуй, посплю. – Ну не бежать же в таком состоянии смотреть на результат подрыва. Надо немного сил поднабраться. Я в таком состоянии, до туда буду сутки добираться. – А потом пойдем глядеть, чего же там от брони осталось. Но сначала спать. – улыбаюсь ей. – Хорошо?

– Хорошо. – Девушка наконец доела свою порцию и отодвинулась от стола. На лице какое-то странное выражение, будто хочет спросить, но не решается.

– Пойдем? – поднимаюсь со стула и начинаю ковылять обратно в сторону каюты.

Рина, пока я добираюсь до выхода, успевает убрать со стола, скидав использованную упаковку в утилизатор и догнать меня.

– Макс… – пристроившись рядом, и так же не спеша шевствуя по коридору, подстраиваясь под мое ковыляние обращается она.

– Что? – концентрируюсь на движении.

– А кто такие Инга и Герда. – это что, нотки ревности в голосе? Или мне послышалось… – Ты, пока в бреду был, звал их. – Не дает мне ответить, сразу же объясняет, где она слышала эти имена.

– Инга… Это моя первая любовь. – ненадолго задумавшись, все же честно отвечаю. – А Герда… Даже не знаю, как ее назвать… Перед самым отлетом с моей планеты, мы вроде были парой. – С сомнением в голосе, потому что и сам не уверен в этом, продолжаю разъяснения. – Не заморачивайся…

Не знаю, почему я вообще отвечаю на такие вопросы. Да и кому? Человеку, точнее аграфке, которую толком не знаю. Ну, спишем это на травму головы. А может просто я стал относиться к ней по другому. Сам еще не понял. Некогда было.

– Надо же, а я думала, что ты девушек только убиваешь. – С сарказмом в голосе подначивает меня, припоминая обстоятельства нашего знакомства.

Кидаю быстрый взгляд на лицо спутницы. Хм… задумчивый вид довольно сильно контрастирует с тоном заявления. Интересно, о чем она размышляет? На подначку отвечать не стал. Ну ее… Провоцирует, а у меня сил нет.

– Ладно, давай, иди отсыпайся. – остановившись у двери в свою каюту, поворачиваюсь в сторону девушки, которая в нерешительности топчется на месте и не спешит выдвигаться к себе.

– Это… – она опускает взгляд в пол. – Макс… А можно я у тебя… – мнется чего-то.

– Что у меня? – переспрашиваю, не понимаю, что она от меня хочет.

– Ну… Побуду… – тяжело вздохнув, все же оформляет мысль в слова.

Хм… Чего это она? Кровать у меня одна. На полу что ли спать собирается. Хотя, в принципе, ложе можно выдвинуть, заняв почти всю площадь комнаты. Удивленно вскидываю брови и ловлю взгляд Рины. И столько в нем просьбы, что я не могу отказать.

– Хорошо. Только матрас из своей каюты принеси. – соглашаюсь и захожу в комнату.

Но все равно успеваю услышать тихое.

– Спасибо…

* * *

Пробуждение было… Хм… Неоднозначным. С одной стороны, я вроде как выспался… А вот с другой… Я привык спать один, поэтому наличие рядом со мной на одной кровати девушки, вызывает вполне предсказуемую реакцию организма. И это несмотря на то, что выглядит она не очень. Хотя, надо заметить, сон явно пошел Рине на пользу.

Черты лица разгладились. Синяки под глазами немного исчезли, но все же не до конца. Волосы сбились и сейчас веером раскиданы вокруг головы, напоминая нимб. Небольшая, но упругая грудь, с острыми сосочками, которые хорошо заметны сквозь закрутившуюся вокруг тела, а потому затянувшуюся, футболку, мерно поднимается и опускается.

Мда… Хорошо, что спали мы одетые… А то я за себя не отвечаю. Усилием воли отвожу взгляд от расслабленно лежащей рядом девушки и, пытаюсь подняться с кровати, стараясь при этом не разбудить ее. Нет, все же зря я на свою нейросеть ругался. Чувствую себя уже вполне на уровне. Конечно, не на все сто процентов, но уже и не качает из стороны в сторону.

Ловлю себя на мысли, что в данный момент, мне вовсе не хочется вставать. А совсем даже наоборот… желание сгрести в свои объятья соседку по кровати, становится прямо нестерпимым. Нет, срочно нужно валить. Пока гормоны окончательно не победили разум. И так отношения с мое… Ну, пусть будет, напарницей, в прямом смысле спасшей мне жизнь, до последнего складывались не очень. Неизвестно, какой будет реакция на мои поползновения в сторону близости… Хотя… Нет, не стоит рисковать вроде как наметившимся потеплением.

Уже в дверях, кидаю взгляд на так и не проснувшуюся Рину, с сожалением прикрываю дверь и топаю на кухне. Определенно, чувствую себя лучше. Марафон, само собой, не пробегу, но вот до душа вполне себе дойти без посторонней помощи в состоянии. Да и нормальный завтрак приготовить тоже.

– Доброе утро. – улыбкой встречаю, наконец-то проснувшуюся и пришедшую в кают-кампанию девушкой.

Я за это время успел принять душ и приготовить супчик. Говорят выздоравливающим больным лучше питаться жидкой пище. Не знаю, насколько это правда, мне просто лень было долго возиться с мясом. Просто нашинковал мяса, овощей и какую-то крупу и все это скидал в одну миску, залив водой. Все равно лучше сухого пайки. По крайней мере, вкуснее и не так надоедает.

– Завтракать будешь? – Рина, похоже, еще не до конца проснулась, поэтому на мое приветствие лишь мотнула головой и прошествовала к столу.

Я невольно усмехнулся, глядя на растрепанные волосы, торчащие в разные стороны, мятую! Что еще нужно умудриться сделать, футболку, висящую на ее миниатюрной фигуре как балахон, и лицо, с прилипшим щеке локоном. Мда… В таком виде она мне на глаза ни разу не появлялась. Похоже, в отличие от меня, в душ девушка не заглядывала.

– Сейчас, я кофе поставлю вариться и будем завтракать. – Переставив миску с супом на середину стола, возвращаюсь к плите и заправляю кофемашину.

Рина усиленно трет руками лицо, видимо для того, чтобы поскорее прийти в себя. Ну, судя по тому, что она все же поднимается со стула и, взяв тарелки из шкафа, начинает разливать мое варево, способ довольно действенный. Надо будет запомнить…

– Эх, хорошо… – сыто рыгнув, отодвигаюсь от стола.

Не, ну а че… Практически ничего не болит. Желудок полный. Напротив сидит красивая, правда слегка растрепанная девушка… Красота! Сейчас бы на пляж еще, и можно сказать, жизнь удалась. Жаль, о пляжах пока только мечтать остается… Ну да, ничего… Раз уж не сдох по собственной глупости при взрыве, то остальное все мелочи.

– Фу, Макс… Ну что за манеры… – Рина, тоже успевшая поесть, выглядела вполне довольной жизнью.

По сравнению с тем, какой я ее увидел, выбираясь из капсулы, так и вовсе небо и земля. Лихорадочный блеск из глаз исчез, нервный тик тоже. Да и улыбается, хотя и сдержанно… А значит, жизнь продолжается. А если вспомнить, как соблазнительно торчали ее сосочки во время сна… Х-Кхм… Что-то меня снова не туда уносит. Только из могилы выкарабкался, а думаю совсем не о том. Да и факт, что мы застряли неизвестно где на свалке металлолома, никто не отменял…

– А я разве не говорил, что я родом с дикой планеты? – Ухмыльнувшись, поднимаю свою задницу и, по пути собрав грязную посуду, тащусь в сторону мойки. – Меня манерам не учили. – Обернувшись показываю ей язык.

Не, ну а что мне теперь, все время надутым сычом ходить? Я только что чудом выжил. Надоело быть серьезным! Как есть надоело. Скоро от моей серьезности бронеплиты будут морщится. И в обморок падать. Ага…

– Что делать будем? – попивая кофе интересуется Рина, уже вполне проснувшаяся.

– Пойдем смотреть, чего мы там наворотили. – Пожимаю плечами.

Ну, а что? Надо же посмотреть, не зря я хоть страдал-то…

– А ты… Это… – Мотнув подбородком в мою сторону, девушка пытается сформулировать вопрос.

– Я в норме. Ну, дойти точно смогу. – прекрасно понимаю, что она так пытается поинтересоваться моим самочувствием. – Мда… Жаль скафандров запасных нет… Дышать этой гадостью снова… – морщусь, вспоминая не очень приятные ощущения от местного воздуха, если дышать им без фильтров.

– Это да… – многозначительно заканчивает диалог Рина.

Черт… Ведь попадались же респираторы в каком-то из ботов. Еще, помнится мелькала мысль забрать, но… Посчитал, что мне в комбинезоне они не пригодятся. Ай, ладно… И правда уже пора выдвигаться. Сиди не сиди, ничего не высидишь.

– Когда выходим? – Будто прочитав мои мысли интересуется Рина.

– Да хоть прям сейчас. – Меланхолично отвечаю, обдумывая, как решить проблему с грязным воздухом ангара.

– Хорошо, тогда я быстренько приведу себя в порядок и можно выдвигаться. – Не дожидаясь моих комментариев, девушка подорвалась с места и практически бегом удалилась из кают-кампании.

Да, определенно, с Риной произошли какие-то изменения. Это прямо чувствуется. Она… Она стала будто более расслабленной. Такое ощущение, что напряжение, сквозившее во всем ее виде, исчезла, оставив едва заметные следы. И… Надо сказать, мне такие перемены нравятся… Так, глядишь, подружимся… Ага, телами…

Хмыкнув своим мыслям, одним глотком допиваю кофе и тоже покидаю кают-кампанию, насвистывая себе под нос старый мотивчик, который слышал однаждыв кафе на набережной. А вот городок, где эта набережная, даже название не вспомню… Вот так, как-то…

Глава 11

– Ох… Ох, как мы тут раскорячили-то все… – на самом деле, мысленно я произношу совсем другие слова. Ага… По большей части матерные, и вообще в обществе дам так выражаться точно не стоит. Вот срочно и придумал, какой-никакой синоним, описывающий то, что случилось с останками эсминца после взрыва.

Рина, стоявшая рядом, делает вид, что не заметила небольшого заикания в начале фразу. Но глазки-то сверкнули, ага… Не, не осуждающе, а этак с усмешкой. Как бы говоря – поняла, оценила, запомню. Ну да, я же именно из-за нее выражаюсь прилично. Был бы один, эта свалка кроме мата вообще бы ничего не слышала. Ну, а рядом с девушкой ругаться воспитание не позволяет.

Мда… Результат сдвоенного подрыва, прямо скажем, впечатляет… А еще, заставляет задуматься, как мне вообще удалось выжить-то…Определенно, в рубашке родился, не иначе…

– Как думаешь, внутри хоть что-нибудь уцелело? – Рина задумчиво склонив голову набок, так же как и я разглядывает трехметрового диаметра дыру в бронированном корпусе эсминца.

– Не знаю… – пожимаю плечами и скребу затылок рукой в перчатке.

Да, к сожалению, у меня нет скафандра с замкнутым циклом жизнеобеспечения. В том барахле, что мы как хомяки стаскивали в корабль, являющийся нашим домом с большим трудом отыскался лишь респиратор и перчатки от пехотной брони. Но и на том спасибо. Иначе уже бы кашлял из-за большого количества примесей в воздухе ангара. Слава богу, респиратор пока справляется с очисткой, но глаза уже режет, да и кожу начинает пощипывать.

Причина нашего…Кхм… Изумления заключена в следующем. Эсминцы, как класс кораблей, редко используются в одиночных рейдах. Тут и автономность никакая, да и с вооружением не то, чтобы очень. Нет, про вооружение как раз вру. Оно весьма и весьма солидно. Только в большинстве своем: во-первых, представлено одним типом, а во-вторых… Ну не предназначены эсминцы для действий в отрыве от эскадры, или как минимум группы кораблей. А вот броня навешивается обычно солидная. Все же глупо беззащитный корабль бросать в эскадренные бои ля поддержки тех же самых линкоров, или тяжелых крейсеров.

По сути, эсминец это такая большая дубина, одноразового действия. При незначительном тоннаже, мощное оружие и броня, но практически нет запасов топлива. Если при действии в системах, либо в составе эскадр, где имеются корабли снабжений, такой дисбаланс не особо играет роль, то вот одиночный полет может оказаться последним.

Ах да, я же про броню… В общем, броню эсминца довольно сложно пробить с одного попадания даже крупнокалиберными туннельниками. Или, как их еще называют – рельсотронами. Да и чаще всего, эсминцы выбивают самонаводящимися ракетами. В основном, тупо снося движки и лишая корабль маневра. Или продавливают щиты, сносят все, что выходит за пределы основного бронекорпуса, а потом штурмуют. Да, плазмой, тоже можно… Но… Долго, муторно и ненадежно.

Я батарею то использовал не столько для того, чтобы пробить дыру в броне, а испарить хотя бы три-четыре сантиметра толщины, чтобы потом дорезать плазменной горелкой. А тут… Мда…

– Пойдем смотреть что ли? – с сомнением в голосе предлагает Рина. – Может чего уцелело…

– А? Да, идем. – не сразу услышал, чего она там сказала, но по направлению ее взгляда догадался. Возражать нечего, поэтому в два шага обгоняю уже тронувшуюся с места девушку и первым начинаю спускаться в воронку, образовавшуюся в хламе на месте взрыва.

– Подожди тут, пока. – Останавливаю Рину рукой, упершейся во что-то полукруглое и мягкое.

Ага, я так и планировал за грудь потрогать. Ха-ха. Да не, случайно получилось. Все равно сквозь армированную ткань комбеза, пусть и без дополнительных бронепластин, ничего не почувствуешь. Особенно в перчатках. Эх, надо было с утра немного задержаться в каюте.

Мда… Что такое не везет и как с этим бороться. Наглядная картина, того, как не стоит проникать внутрь корабля, если планируешь найти в нем что-то ценное… Снаружи последствия взрыва не казались настолько страшными, как внутри. Ну дыра в броне, да и все…

Переборки были просто снесены сдвоенной ударной волной и переломаны, будто их кто-то целенаправленно долбил кувалдой и разбрасывал в полнейшем беспорядке, таким образом, чтобы любой, кто сунется сюда, непременно переломал ноги. Но даже это было не так обидно, как то, что помещение, в которое вела пробоина в корпусе, являлось медицинским сектором. Угу…

Я рвался-то попасть внутрь по большей части ради медотсека… Угу… Нет чтобы на пяток метров в сторону заложить заряд… Капсулы тут есть, целых три даже. Перевернутые и помятые торчат из-под завалов, образованных остатками переборок, мебели и медицинской аппаратуры. Возможно, что сами капсулы и не пострадали, все же военные модификации делают с изрядным запасом прочности, но вот воспользоваться ими не получится… Силенок не хватит правильно установить, а дроидов нет…

Нет, нужно срочно заняться взломом тех, которые нами были найдены ранее. С этой идеей, во что бы то ни стало попасть внутрь эсминца, как-то руки не дошли… Зря, очень даже зря… В задумчивости и расстроенных чувствах присаживаюсь на вырванную из корпуса балку силового набора, слегка оплавленную высокой температурой. Что теперь делать, хрен его знает… Я очень рассчитывал на оборудование из этого медотсека, и сам же его разнес… Нет бы, просто саму установку грохнуть, хватило бы за глаза думаю, решил батареи использовать… Угу, а просчитать возможный подрыв «детонатора», мозгов не хватило…

– Ну, чего тут у нас? – Перепрыгивая через обломки и стараясь не споткнуться, ко мне, не дождавшись возвращения, присоединяется Рина. – Фь-ю-ить… Да… Круто получилось… – Присвистнув, она заинтересовано обводит взглядом разрушенное помещение.

– А… Все зря… – Настроение в ноль, поэтому разговаривать желания нет.

– А зачем тебе вообще медкапсулы? – Рина, несмотря на мой тон, снова пытается лезть с расспросами. – У нас же есть? – Она похоже искренне не понимает причин моего расстройства.

– А толку-то без расходников… – Невежливо игнорировать ту, которая пару дней назад спасла твою жизнь. Поэтому, сдерживая раздражение, все же отвечаю.

– Мда? – Хмыкнув, она больше ничего не говорит. Просто, оставив меня сидеть дальше, осторожно переступая через разбросанные обломки, рискуя споткнуться и переломать себе ноги, идет к раскуроченным капсулам.

И что теперь делать? Расчет у меня строился на том, что мне получится заполучить еще одну «аварийку» и установить ее поверх имеющейся. Такая возможность имелась. И, при правильных настройках, можно было разблокировать функцию дозагрузки баз данных, ну… если повезет и установка пройдет штатно. Ответ на вопрос, какого черта нужно так извращаться у меня в базах данных отсутствует.

Вообще, кое-какие базы по медицине имеются, конечно. Тут нечего сказать, в аварийную нейросеть довольно много чего необходимого напихано. Как говорится, на всякий пожарный. Но, если не считать баз по пилотированию и боевой подготовке бойца-пехотинца, все остальное представлено в урезанном виде.

Грубо говоря, я смогу настроить медкапсулу на реанимационные действия, или смену нейросети, но вот в самих процессах протекающих в организме, или там возможных негативных последствиях данного процесса, разобраться не в состоянии. Да и про установку второй аварийной нейросети поверх изначальной, сказано, что может применяться лишь в тех случаях, если имеется повреждение мозга… Для стабилизации состояния в пределах нормы при распаде личности в следствие травматического повреждения мозга. Короче, я до конца так и не понял, какие там ограничения, но сама такая возможность имелась. И даже алгоритм знаю. Осталось только найти двойной комплект расходников для медкапсулы и, собственно, саму аварийную нейросеть. Точнее установочный комплект.

– Макс! Подойди сюда! – От самокопания меня отвлек призыв Рины, которая забралась куда-то вглубь разрушенного отсека, и сейчас, судя по всему, не может выбраться обратно.

Тяжело вздохнув, поднимаюсь на ноги и начинаю свой путь, стараясь ничего себе не переломать в устроенном мною же хаосе. Жаль, что мои надежды не оправдались… Придется распрощаться с желанием поскорее свалить с этой свалки, и упорно ковыряться металлоломе, надеясь найти необходимое. На сколько это может затянуться, даже думать не хочется.

– Ну, чего тут у тебя? – девушка обнаружилась в противоположном конце отсека, у полузасыпанной двери ведущей в другие отсеки из медицинского блока.

Для того, чтобы попасть к ней, мне пришлось забраться на перекошенный стеллаж, и сейчас сижу как попугай на насесте, рискуя свалиться с метровой высоты. Ну, падение не страшно, что такое метр высоты… Если бы не куча всякой херни на полу, так и вообще плевать было бы.

– Дверь, не видишь что ли? – смотрит на меня, как на идиота. И чего она поляризацию на шлеме отключила.

– Ну, дверь? Дальше что? Пальцем ковырять будем? – я и без нее в курсе, что тут имеются двери.

Только вот, резак, которым внутренние перегородки эсминца вполне можно было разрезать, в отличие от обшивки, того… Немного разрушился… До состояния свободных атомов примерно… Так, что, попасть в другие отсеки сейчас не менее проблематично, чем до этого было пробить обшивку.

– Зачем? – И снова смотрит на меня этак снисходительно.

Задолбала! В глубине души начинает ворочаться злобный зверь, которому очень не нравится, что его постоянно выставляют дураком. Надоело, до ужаса! Желание придушить эту… эту… Даже эпитет подобрать не получатся кого. В общем, желание прибить девушку, становится прямо непреодолимым. Я, уже слабо себя контролируя, делаю шаг вперед со стеллажа, напрочь игнорируя тот факт, что мне до пола расстояние в метр высоты. Глухая злость перекрывает сознание так, что остатки разума сдаются без боя…

Острая боль в колене правой ноги в один миг смывает всю агрессию и злость. Хотя, за последнее время я привык к боли, но все же игнорировать металлическую пластину, на полсантиметра вошедшую в ногу чуть ниже коленной чашечки не в состояние. Сквозь сжатые зубы рвется наружу крик…

На самом деле, кричу я лишь в своем воображении, потому что голосовые связки сковывает спазмом, а все тело охватывает странная вялость. Я не могу пошевелить ни руками, ни ногами. Даже избавиться от постороннего предмета в теле, причиняющего боль, не могу… Просто сил нет…

– Макс, что с тобой? – маленькие руки, неожиданно сильные, осторожно схватив меня переворачивают на спину. – Ты в порядке?

Отрываю глаза. Ну да, а кто же еще-то… обеспокоенность и непонимание на лице Рины, кажутся искренними, а не притворными. В глазах застыл немой вопрос. Мне хочется спрятаться, отвернуться, лишь бы не видеть искренней заботы в этих омутах, засасывающих не хуже настоящего болота и не дающих выплыть… Черт… Ведь секунду назад, я хотел ее задушить… Да, Макс, признайся хоть самому себе – твоя психика конкретно течет. Посмотри в эти глаза, на это лицо… Вспомни, ведь именно она спасла тебе жизнь… А ты? Сорвался из-за какой-то ерунды и, чуть было не натворил дел, о которых бы потом сильно жалел…

– Все в порядке, споткнулся, и, кажется, повредил ногу. Немного… – Отвожу взгляд в сторону. Чувство вины… Хотя я и не успел ничего сделать, спасибо стеллажу, с которого навернулся, но все равно… Мне стыдно смотреть в ее глаза.

А еще, мне становится немного не по себе… Это приступ неконтролируемой злости. Он будто навязан мне извне. Ведь никаких особых предпосылок не было. Ну не брать же в расчет неудачу с медотсеком. Где-то в глубине души, я изначально был готов к такому. Нет… Тут что-то другое. Да и не в первый раз же. Даже тогда, с дядей… Я ведь изначально не планировал его убивать… Хотел просто сдать СБшникам Федерации… Но вот такой же приступ злости и имеем то, что имеем… Мда…

– Сейчас посмотрю. – Нависавшее надо мной лицо Рины исчезло из поля зрения. – Потерпи. – Приподнимаю голову и вижу, как она зацепила одной рукой изогнутую дугой металлическую пластину, торчащую из моей ноги.

– Ай, бля… – сдержать ругательство от резкой боли, когда девушка выдернула из ноги предмет, по нелепой случайности спасший ей жизнь, хоть она об этом даже не подозревает, предмет.

– Потерпи, сейчас полегчает. – Рина быстрым движением отцепляет от своего пояса небольшой прямоугольный предмет и прикладывает к моей ноге.

Легкий укол иглами инъектора я почти не замечаю, но вот действие лекарства практически мгновенно. Боль отступает. Что уже хорошо… Предмет, оказавшийся встроенной в комбез девушки аптечкой, возвращается на место, а она сама начинает озираться по сторонам, как будто ищет чего.

– Расстегивай куртку. – Видимо не найдя то, что искала, девушка обращается ко мне.

– Зачем? – Я уже не лежу, как труп, а сижу недоуменно глядя на нее.

– Затем, что надо перевязать рану. Макс, что с тобой? – Личико девушки нахмурилось.

– Все в порядке… – Уверенности в голосе мне явно не хватает.

Блин, да я сам не понимаю, что со мной происходит. То злюсь, то туплю по страшному, то впадаю в излишнюю эмоциональность… Какое-то пограничное состояние мозга. Как бы не натворить чего… Нехорошего… Мне явно не помешает хороший психолог, а лучше психиатр… Да, признаю. У меня имеются серьезные проблемы с психикой, ну, где тут ближайшая психиатрическая клиника? Номер люкс, пожалуйста, с мягкими стенами, чтобы головой удобно биться было…

– Снимай футболку. – Вновь командует девушка, увидев, что я стянул куртку и протягиваю ей. – Куртка то мне зачем? Она же толстая… С тобой точно все в порядке? – Беспокойство в голосе нарастает.

Конечно, нет. Но ей я об этом не скажу… Зачем беспокоить по пустякам. Отвечать ничего не стал, просто отдаю футболку, и надеваю куртку обратно. Прохладно…

Рина, порвав футболку на ровные полосы, быстро принялась заматывать мое поврежденное колено. Судя по тому, с какой скоростью, практически на автомате это делает, опыт у нее имеется. Интересно, откуда может взяться довольно специфический навык у ученого? Угу… К тому же биолога. Может, стоит попробовать разузнать побольше? Или не стоит? Отношения у нас вроде понемногу налаживаются, вдруг расскажет…

Усмехаюсь своим мыслям. А нужно ли мне знать это? С одной стороны, неплохо было бы… Чтоб знать, чего ожидать. А с другой… Девушке ведь тоже захочется узнать обо мне побольше. И что? Расскажу? Особенно о довольно частых приступах агрессии, патологическом притворстве и убийстве родного дяди, вырастившем тебя с малых лет. Мда… Все же не дает мне покоя подспудное чувство вины. Не дает… Ведь я просто отомстил, но почему же не чувствую облегчения и собственной правоты. Гложет где-то в мозгу червячок сомнений, гложет…

– Давай руку. – Вот опять, погрузившись в свои мысли, будто выпадаю из реальности. Поэтому момент, когда девушка закончила перевязку и протянула руку, чтобы помочь подняться, пропускаю мимо сознания.

Это плохо… Очень плохо. И опасно. Смертельно. Как ни крути, а я не на курорте, где можно просто отдыхать. И такая рассеянность может сыграть плохую службу… Да, пока что, кроме Рины, в этом ангаре никого нет, но… Вдруг объявятся местные хозяева? Никаких гарантий в их дружелюбии у нас нет.

Схватившись за девушку, поднимаюсь. На правую ногу стараюсь не наступать, чтобы не получить приступ боли, но рана даже не чувствуется. Спасибо аптечке… И девушке, конечно.

– Ну, как? – Рина смотрит на меня выжидающе.

– Норм. – Коротко отвечаю, а сам понемногу увеличиваю нагрузку на ногу, чтобы проверить пределы, за которыми вернется боль.

– Идти сможешь?

– Да… – пробую пошагать на месте.

Получается без особых проблем. Нет, если полностью перенести вес тела, то нога начинает подкашиваться, хотя боли и не чувствуется. Судя по всему, повреждена связка… Эх… Были бы расходники, полчаса в медкапсуле и как новенький. Но, что уж теперь…

– Назад будем возвращаться? Или попробуем внутрь попасть? – видя, что я стою на ногах довольно уверено, интересуется Рина.

Да она издевается… Как она собралась внутрь? Злость, было исчезнувшая, начала возвращаться. Голыми руками, что ли будет дверь выламывать?

Глава 12

– Ну и как же ты внутрь собралась? – подавив приступ злости, уже спокойно спрашиваю у девушки.

Нет, что-то со мной не так. Явно… Как будто мозги набекрень. Веду себя хуже, чем подросток… Черт, может рассказать Рине про мои проблемы? Она все же биолог, ученый, все дела. Глядишь, подскажет чего дельного. Ну, или убьет, пока я спать буду. Тоже вариант. Хотя, до крайности доводить, тоже не стоит. Надо сконцентрироваться на работе, чтобы в голову разная ерунда не лезла…

– Смотри, – девушка, не обращая внимания на мой скептически-злой тон, повернулась к двери и призывно махнула рукой.

Пожав плечами, подхожу к ней и нехотя смотрю на то место, куда показывает пальцем Рина. Ну… Сенсор. Стандартный. И что дальше? Она что, в самом деле думает, что он сработает? Ага… Наверно реактор не заглушенный внутри имеется… Энергию то где взять? Пока я так размышляю, девушка жмет на сенсор и… Нет, дверь само собой не открылась, оно и понятно… А вот небольшой экран чуть выше сенсора засветился зеленым цветом и на нем появилось изображение руки. Точнее контура, куда следует прикладывать руку, чтобы получить доступ.

– Вот, видишь! – Торжествующе смотрит напарница на меня, пока я мысленно обзываю себя самыми нехорошими словами, какие только могу придумать.

Ну, конечно же! На боевых, да и не только, кораблях любые двери, ведущие в жизненно важные отсеки и сектора имеют встроенные источники питаний. На случай проблем с основным реактором. Дверь то получается, вполне реально открыть без экстравагантных извращений навроде подрыва дроидов и всякого такого. Единственная проблема, где найти ту руку, которую можно приложить к замку, чтобы он открылся и пустил нас внутрь?

– Вижу. Только, если ты не заметила, есть одна маленькая проблема… – Растягивая на лице улыбку, поворачиваю голову к воодушевленной девушке.

– Какая? – тут же спрашивает она.

– У нас нет допуска на этот корабль. – Пожимаю плечами и обвожу рукой разрушенный медотсек. – И того, кто мог бы открыть этот замок я тоже тут не наблюдаю.

– Хм… – забыв, что она вообще-то в шлеме, Рина попыталась поскрести затылок, для стимуляции мыслительной деятельности. Но натолкнувшись на преграду, обреченно опускает руки. – Что-то я не подумала об этом…

На самом деле, лично для меня никакой проблемы вскрыть электронный замок не существует. Ага… У меня универсальная отмычка имеется, если что. Просто, я пока не настолько доверяю аграфке, чтобы вскрывать все свои козыри… А незаметно от нее провернуть что-то, весьма проблематично. Ну не по голове же ей стукнуть…

Да, соблазн немедленно бежать за планшетом диверсанта с той странной станции, велик. Если прикинуть, по состоянию корпуса эсминца, там во внутренних отсеках, много чего вкусного может найтись. Но, мне то в первую очередь требуется с картриджами для медкапсул разобраться. Здоровье подтянуть, а то ка калека себя ощущаю. А в медицинский отсек мы уже попали… Мда…

– Ладно, придумаем что-нибудь. – я ободряюще хлопаю Рину по плечу. – А пока, давай-ка попробуем медкапсулы от хлама освободить. Ну не возвращаться же пустыми. – видя непонимание в ее глазах, отвечаю на незаданный вопрос.

На то, чтобы добраться до медкапсул заваленных обламками, понадобилось почти полтора часа. Да и то… Если бы не мышечные усилители в скафе Рины, то так бы и не получилось растащить перекореженные балки силового набора рухнувшие в результате взрыва.

– Ай, черт… – пытаясь подлезть к капсуле так, чтобы получилось открыть отсек для картриджей, неудачно дернув, ударяюсь локтем о балку, которую так и не удалось убрать совсем, только сдвинуть в сторону.

– Чего? – тут же откликается Рина, занимающаяся изъятием картриджей во второй капсуле.

– А, ударился… Ерунда. – кое-как мне все же удается сдвинуть крышку и подцепить прямоугольный картридж. – Ты там все что ли? – осторожно, чтобы не уронить на себя какую-нибудь тяжесть, выбираюсь из завалов и, присаживаюсь, ожидая пока Рина справится со своей задачей и присоединится ко мне.

– Все? – девушка, наконец, тоже выбралась из узкого прохода, который удалось пробить ко второй медкапсуле, держа в руках еще один картридж.

– Да. Кое-как выцарапала. – Она устало присаживается рядом и вытягивает ноги.

Ну да, усилители это, конечно, хорошо. Но все же, для довольно хрупкой девушки перекидать пару тонн металлического хлама, задачка не из легких. Я помогал, насколько было возможно, само собой. Вот только особого толка от моей помощи не было. Как ни крути, без скафандра с экзоскелетом человек, даже тренированный, большой вес не одолеет поднимать. Что уж говорить про меня. Физическая форма так себе. Да еще и травмированный. Эх, и достался же Рине горе-напарник. Даже жалко девушку стало.

– Как думаешь, они хотя бы наполовину заполнены. – Рина потрясла картридж, который держала в руках.

– Да кто знает… – пожимаю плечами. – Без приборов не определишь. Если пустые, придется основательно заняться расчисткой отсека. По инструкции, здесь должны храниться запасные, но разве сейчас найдешь… – сокрушенно мотаю головой. – Ладно, пойдем на корабль. Проверим, может, не зря тут корячились. – Поднимаюсь на ноги и, не дожидаясь Рину, начинаю выбираться из эсминца обратно в ангар.

Весь путь до моего искалеченного кораблика был пройден в молчании. Рина почему-то всю дорогу кидала на меня хмурые взгляды, порываясь что-то спросить, но та и не решилась. А я… Я думал о том, где мне взять аварийную нейросеть. Почему-то в моих базах упоминаний о том, где и как ее хранят, не имеется. Только способы установки и возможные варианты сопряжения на экстренный случай. По логике вещей, храниться такая вещь должна в медотсеке.

Хотя… Не факт. Ибо установить конкретно данный тип нейросетей можно и без медкапсулы. Так что, шанс на то, что «аварийка» ждет меня где-то во внутренних, уцелевших после взрыва, помещениях эсминца, довольно высок. Или все же сначала попробовать медотсек от мусора освободить и поискать? В любом случае, для этого нужен либо дроид, желательно технический, либо нормальный скафандр с экзоскелетом. Рина в одиночку расчищать устроенные нами разрушения будет месяца три, а то и больше… Мда… Печально… Все же придется сначала проникнуть за ту дверь.

Но для этого мне придется использовать планшет того диверсанта с аграфской станции. Светить его перед девушкой в мои планы пока не входит, а значит, нужно придумать, как на некоторое время ее нейтрализовать, чтобы спокойно решить проблему.

Об этом я и размышлял всю дорогу. Да и потом, пока проходил через тамбур и приводил себя в порядок. Ничего умного в голову так и не пришло. Нет, был, конечно, самый эффективный вариант… Вот только убивать девушку, мне не хочется от слова совсем. Кажется, она действительно начинает мне нравиться, а не только провоцировать гормональные всплески.

– Как дела? Проверил? – Рина появилась в медотсеке, когда я только-только запустил капсулу и готовился вставить первый из двух принесенных картриджей.

– Нет еще, как раз устанавливаю. – С силой надавливаю на картридж, и тот с легким щелчком встает на предназначенное для него место.

Так, теперь запустить тестирование… Угу… В который раз убеждаюсь, что нейросеть это ВЕЩЬ! Во-первых, хоть я совершаю установку в первый раз в своей жизни, никаких проблем не возникает. Вся правильная последовательность действий уже вбита в мозг. Мое дело только ручками немножко поработать. А во-вторых: весь процесс тестирования я могу контролировать в режиме онлайн. Данные от медкапсулы транслируются прямо в мозг. Само собой, окно с логами тестирования я пока закрываю, посмотрю после того, как полностью прогонит.

– Есть идеи, как будем вскрывать дверь? – увидев, что я повернулся в ее сторону Рина тут же задает вопрос.

– Пока не знаю… – глядя на нее честным взглядом, отвечаю.

Что-то мне ее вид не нравится. Снова выглядит, как в тот момент, когда доставала меня из капсулы. Синяки под глазами набухли, да и вообще… Какая-то она вся понурая и уставшая. Да и стоит, опираясь спиной о дверной косяк. Такое ощущение, что сейчас упадет… Да и в глазах какой-то лихорадочный блеск. Не приболела ли случаем?

– С тобой все в порядке? Что-то ты выглядишь не очень. – Озабоченным тоном интересуюсь у нее.

– Д-да… – не особо уверенно и слегка запнувшись, кивает головой.

Эх, не нравится мне ее вид и все тут… Сам я чувствую себя вполне нормально. Нейросеть блокирует боль, конечно, но даже по тому, как подчиняется тело, вполне понятно, что в ближайшее время моей жизни ничего не угрожает.

– Точно? – переспрашиваю. – Может, пойдешь отдыхать?

– Нет, лучше здесь побуду. – Девушка немного затягивает с ответом.

– Ну как хочешь. – поворачиваюсь к медкапсуле и разворачиваю перед глазами окно с результатами прогона, который уже завершен. Рина стоит, молча наблюдая за моими действиями. Чувствую спиной ее пристальный взгляд. Ну, хочет стоять, пусть стоит. Мне не жалко.

Такс-с… Что тут у нас по расходникам? Быстро пробегаю строчки с данными, ища данные по расходникам. Мда… Не густо… Картридж использован на две трети. На полное восстановление организма не хватит. Так, шрамы залечить если только, но никак не на установку второй нейросети. Угу, эта одну «аварийку» можно без медкапсулы поставить, а вот поверх нее если ставить вторую, то лучше все же под руководством искина, в идеале высокорангового опытного врача…

Ишь, размечтался… А медсестру в коротком халатике не желаю? Усмехнувшись своим мыслям, отдаю команду на изъятие картриджа. Надо посмотреть второй. Может, повезет больше…

От возни с медкапсулой меня отвлекает негромкий стук, раздавшийся со спины. Будто, что-то мягкое упало на пол. Резко оборачиваюсь. Черт! Рина, все это время тихонько стоявшая у двери лежит, безвольно раскинув руки на холодном металлическом полу… Бросаю так и не вынутый из капсулы картридж и в два шага оказываюсь возле нее.

Что за фигня?

Нагнувшись, аккуратно прикасаюсь к шее девушки, пытаясь прощупать пульс. Кожа, ставшая мертвенно-бледной с синюшным оттенком, на ощупь ледяная… Но, слава богу, хоть и слабые, но толчки крови по артерии чувствуются.

Так! Разбираться, что с ней некогда, как бы не преставилась тут у меня на полу, рядом с рабочей медкапсулой. Позора не оберешься. Да и, если честно, не хотелось бы лишаться ее общество. Привык что ли?

Не церемонясь, одним движением стягивую футболку, в которую одета девушка, через ее голову. Любоваться открывшимися прелестями некогда, но взглядом все же пробегаюсь. Мда… Фантазия рисовала несколько иную картину. Такое ощущение, что у нее истощение. Ребра сильно выпирают, обтянутые синюшного цвета кожей, на которой отчетливо прорисовываются мурашки.

Задержавшись взглядом на груди, быстро стягиваю со стройных ножек брюки и хватаю легкое тельце бессознательной девушки в охапку. Команда на открытие крышки, и вот я уже осторожно укладываю Рину в капсулу. С тихим шипением, капсула закрывается, отрезая девушку от внешнего мира.

Так, тестировать второй картридж пока что некогда, поэтому возвращаю на место тот, который не успел изъять и закрываю приемный отсек. Черт, что с ней такое приключилось-то внезапно? И главное, почему молчала и не говорила, что ей плохо? Может отравление? Да ну, ерунда… У нее скафандр с замкнутой системой жизнеобеспечения. Скорее уж я бы отравился, гуляя практически без защиты, чем она. Да и нейросеть обязана была предупредить носителя, что организм находится в плачевном состоянии. Мда… Дела.

Так, это я отвлекся… Запустить диагностику и… Хм, а от чего ее лечить-то? А, все равно я не особо разбираюсь. Поэтому доверимся машинному разуму. Отдаю команду искину на то, чтобы лечение проводилось в автоматическом режиме по результатам диагностики и замираю возле капсулы, пытаясь разглядеть сквозь потемневшую крышку, лежащую внутри девушку. В автоматическом режиме, контроля со стороны человека не требовалось, но я все равно не спешу покидать отсек. Не знаю почему, даже не спрашивайте…

В медотсеке я проторчал все время, пока шла диагностика. Результаты обследования девушки, меня напрягли, если не сказать, ошарашили. Угу… умная аппаратура обнаружила у нее заражение вирусом… Тем самым, из-за которого я провалялся в капсуле несколько месяцев… Но как? У меня-то не было нейросети, а нее есть. Хотя… У Ники тоже была нейросеть, но заразу он подхватил. Правда, при мне, по крайней мере, то что вирус как-то влияет на его здоровье, заметно не было.

Черт… Но я то чувствую себя довольно хорошо… Но оказывается, болезнь никуда не делась. Она по-прежнему висит надо мной дамокловым мечом, рискуя активироваться в любой момент. Но даже не это самое неприятное, а то, что я являюсь нулевым пациентом и разносчиком заразы… Кстати, дядя вроде что-то такое говорил про этот гребанный вирус, но я пропустил все мимо ушей…

Честно, результаты диагностики выбили меня из колеи. Не знаю, что и думать… Дождавшись, пока медкапсула запустить процесс лечения, я в расстроенных чувствах покидаю медицинский отсек.

Мда… Дела… Снова непредвиденные осложнения. В задумчивости захожу в кают-кампанию и окидываю ее невидящим взглядом, полностью погруженным в свои мысли. Дело ведь не в болезни, а в том, что у меня нет ресурсов, чтобы хотя бы купировать ее течение у Рины… А терять девушку…

Даже сейчас, сидя в кресле, я невольно жду, когда она зайдет в дверь и своей легкой походкой пройдет по помещению и бухнется в свое кресло. Все же привязался я к ней. Но что же делать? Расходников к медкапсуле мне точно не хватит для того, чтобы поднять ее на ноги. Вопросы, вопросы. Одни вопросы только и проблемы, накатывающие снежным комом, кто бы подсказал ответы и нашел решение за меня. К сожалению, некому. Придется самому решать.

Получается, первоочередная задача у меня раздобыть расходники к медкапсуле. Отсюда и танцуем. По идее, на эсминце вполне могли сохраниться склады. Неизвестно даже какая именно часть корабля уцелела, потому что он почти полностью засыпан хламом. Наружу торчит лишь часть. Вполне возможно, что корабль полностью цел. Ну, точнее он уже не цел…Но это сейчас к делу не относится. Значит, мне нужно попасть внутрь.

Вот с этой точки зрения, то что Рина оказалась в капсуле на неопределенный срок, очень даже в тему. Хотя, конечно, такого я ей не желал. Но, бойтесь своих желаний – они имеют свойство сбываться. Ладно, рассиживать некогда. Надо действовать. Иначе можно в депрессию свалиться и забить на все.

Откинув сомнения прочь, поднимаюсь с кресла и быстрым шагом иду к двери ведущей в рубку. Мне срочно нужен планшет. Хотя, вроде спешить некуда, но и сидеть в одиночестве, гадая на кофейной гуще о том, найду я что-нибудь или не найду, желания нет совсем.

Рубка встречает меня темнотой, в которой едва светятся дисплеи управляющих систем, работающих в дежурном режим. Только лишь для того, чтобы нормально функционировала система жизнеобеспечения. Большего мне пока что не требуется.

Так, вспомнить, куда я сунул злосчастный планшет… Ага! Точно! Даже не включая свет, быстро подхожу к пилотскому креслу и, откинув подлокотник, под которым имеется небольшой свободный отсек, хватаю орудие для взлома все, что только можно и нельзя.

Я уже собираюсь идти обратно, когда замечаю странный мигающий сигнал в самом углу развернутого экрана, на который транслируются графики контроля систем. Хм… Интересно… надо глянуть.

Падаю в кресло и жму на сообщение. Оп-па! Сообщение оказывается от системы связи. Кто-то упорно пытается до меня достучаться. Задумчиво чешу затылок, размышляя, стоит ли принимать вызов, или нет…

Только в одном месте в Галактике имеются кванто-фотонные передатчики, с которых может идти сигнал… Угу… На Земле… Честно, не знаю, хочу ли я общаться с кем-то, кто остался там. А ладно, чего бы и не поговорить. Щелкаю по сенсору, открывая канал связи. Вопрос о том, как вообще на таком расстоянии получилось до меня достучаться в голову почему-то не пришел.

Какое-то время, ничего не происходит. А потом, до моего слуха доносится до ужаса знакомый голос, так похожий на голос человека, которого я ненавижу всей душой. Даже несмотря на то, что он уже мертв. В тишине рубки раздается голос моего родного отца:

– Небо, ответьте Земле. Небо, ответьте Земле… Ники, черт бы тебя побрал, ответь уже…

Отступление Земля. Подземная база.

Кап… Кап… Кап-кап-кап… Эхо капающей воды набирая разбег, все глубже и глубже спускается по темным, с мокрыми разводами на стенах, а местами с целыми лужами на полу, коридорам. Затопление не прошло бесследно для огромного подземного города, раскинувшегося в горном хребте. Обвалившиеся туннели, взорвавшиеся элетротрансформаторы, не выдержавшие каскада замыканий на линиях. Вода, в которой были растворены дезинфицирующие реагенты, сделала свое черное дело. Без капитального ремонта, а местами и реконструкции, вернуть подземелье к жизни вариантов не было.

Тишина, нарушаемая эхом… Тишина и темнота, поселились в закоулках мертвого комплекса. Люди ушли… Улетел корабль, покорять звездные дали… Осталась только тишина и темнота, да плеск воды, застоявшейся в помещениях не оборудованных водосбросом.

Только в самом низу, под сырыми туннелями и переходами, едва теплилась жизнь. Небольшая, изолированная от внешнего мира пещера, разделенная на несколько отсеков, избежала участи раскинувшегося на километры подземного города. Вода не смогла проникнуть сюда. Специальные бронированные створки, перекрывшие все щели в эту пещеру наглухо, были закрыты гораздо раньше, чем люди затопили подземелье, стараясь спастись от проникнувшей внутрь заразы…

В этой пещере, переделанной под свои нужды людьми, тоже было темно, но не так как наверху. В небольшом коридоре, который протянулся от входа, оборудованного шлюзовой камерой, всегда горит оранжевый, неяркий дежурный свет. Где-то в дальнем конце, за тяжелой дверью, гудит трансформатор, пропуская через себя электрический ток, поступающий от небольшого автономного термоядерного реактора. Точно такой же, когда-то давно установили на первый и единственный космический корабль, построенный в рамках проекта «Небо». Не самый мощный, но на потребности бункера, разделенного условно на две неравные части: производственную и жилую, вполне хватает. Даже лишнего… Ну, не на что тут тратить прорву энергии…

В маленькой каморке, в девичестве бывшей боковым штреком, среди стеллаж заваленных разными деталями, электронными платами и, даже, матрицами от плазменных мониторов, за массивным железным столом, с потеками жидкости и припорошенным местами ржавчиной, разглядывая что-то, сидел человек. Без защитного костюма, короткий ежик седых волос на голове. Светлое пятно от настольной лампы не могло полностью осветить каморку, но предмет, похожий на какой-то то ли недоделанный, то ли разломанный электронный прибор видно было очень хорошо. Вот только угадать его предназначение вряд ли кто смог бы, кроме человека, который его собственно и собирал.

Дверь, обычная на металлических, хорошо смазанных петлях, открылась практически без звука. В плохо освещенную комнату четким, почти строевым, шагом, который с головой выдавал принадлежность к военным зашла девушка. Блондинистые волосы, собраны в хвост и стянуты резинкой сзади. На поясе кобура, в которой привычно ощущается тяжесть пистолета. Здесь, в этих катакомбах, кроме их двоих, больше никого не было, но Герда все равно не расставалась с оружием ни на секунду.

Здесь, в этих подземельях она чувствовала себя не уютно. Ей постоянно казалось, что там, в темноте, кто-то пристально смотрит на них, ожидая момент для атаки. Конечно, в темноте никого не было. Это всего лишь игры разума, заточённого под толщей горных пород в компании всего лишь одного единственного человека. Герда, правая рука главы СБ корпорации, никогда и никому не говорила, что она боится темноты. Но вот сейчас, бороться со своими подавленными страхами было все сложнее. Как никогда, девушке хотелось очутиться на поверхности под открытым небом. Увидеть солнце, деревья, траву…

– Шеф, ужин готов. – Тихий голос девушки, заставил Питера, сидевшего за столом оторваться от разглядывания прибора и обернуться.

– А? Уже? Что-то я заработался… – мужчина положил прибор на стол и, встав на ноги, потянулся, разминая затекшие из-за долго сидения мышцы.

Питер задумчиво ковырял вилкой кусок мяса, лежащий перед ним на тарелке. Да, с продуктами в этом бункере проблем не было. Когда-то давно, почти полжизни назад, консервируя этот бункер, Питер даже не предполагал, что придется тут вновь очутиться, но все же кладовки продовольствием забили до отказа.

Да… Знать бы где упадешь – перину постелить… Но чего уж там… Уже больше трех месяцев они с Гердой тут, в этом чертовом подземелье. С одной стороны они находятся в гораздо лучших условиях, чем большинство выживших на поверхности. А с другой – рискуют остаться единственными выжившими на планете, почти полностью захваченной мутантами, некогда бывшими людьми, но необратимо измененными вирусом… С каждым днем, там, наверху, людей оставалось все меньше. Станции связи переставали транслировать сигнал одна за другой.

Здесь, в бункере, оборудование было очень мощным, поэтому Питер без проблем мог фиксировать все сигналы, которые транслировались на планете. Пока, относительно, под ударом эпидемии и мутантов, более-менее держались районы планеты, которые до этого контролировались повстанцами. Как бы это странно не звучало, но… Корпорации не смогли ничего поделать с надвигающейся заразой. С чем это связано, непонятно…

Нет, можно было предположить, что это всякие там сепаратисты-террористы распылили вирус. Вот только… Питер, как никто другой, прекрасно знал, что связи между той же Уральской республикой и каким-нибудь арабским халифатом в Северной Африке, нет, от слова совсем… Но почему-то именно районы в Северной Африке и на Урале, пока еще оставались достаточно чистыми, для того чтобы люди могли выжить.

Хотя… Оторвавшись от созерцания еды, Питер поднимает взгляд на девушку, сидящую напротив него и так же вяло ковыряющуюся в своей тарелке. За последнее время, Герда очень сильно сдала. Лицо приобрело синюшный оттенок, а под глазами висят синие, с черным отливом мешки. Да и в самих глазах проскакивает лихорадочный блеск. Пока что, она еще в состоянии помочь по мелочи, ну там приготовить еду или убраться в спальных отсеках, но… Девушка умирала…

Питер так сильно сжал челюсти, что зубы тут же отозвались ноющей болью. Он ничего не мог поделать, просто ничего. Вирус… Гребанный вирус… Они оба больны. Только вот у Питера было одно преимущество – установленная в Содружестве нейросеть. С трудом, но она пока справлялась с заразой, убирая негативные последствия деятельности враждебного микроорганизма и подстегивая регенерацию клеток. Да еще, раз в неделю, Питер ложился в медкапсулу для общей очистки организма, иначе никакая нейросеть бы не помогла.

Да, Герду он тоже постоянно укладывал в капсулу. Проводил курс реабилитации, восстановления и все по новой… Каждые три дня – девушка ложилась в капсула. Наверное, только этим можно объяснить, почему она до сих пор не переродилась в мутанта. Но капсула не могла вылечить полностью. Искин просто не определял вирус, как вредоносный. И соответственно не мог подобрать способы по его нейтрализации. Будь Питер медиком, он возможно еще смог бы придумать что-нибудь… Но… Нет…

Когда они с Гердой пробирались по Мертвым землям к этому бункеру, он верил, что с помощью медкапсулы сможет разобраться в болезни, и подобрать нужное лекарство. У военных моделей медицинского оборудования была такая опция, как синтез необходимых препаратов. Главное, чтоб были расходники. С этим пока проблем не наблюдалось. Двоим, картриджей хватит лет на десять такого вот существования. Но что потом? Эх… Зря реанимационный комплекс установили на корабль, очень зря… Там искин поумнее, да и возможностей чуть больше, чем у этой – лечебно-восстанавливающей. Но… Кто бы знал…

Вся надежда была на экспедицию Ники и Максима. Но, после того сеанса связи, еще когда Питер был на территории Республики, попытки достучаться до них были безрезультатными. С каждой новой попыткой, шанс на то, что у них все получится, становился все более призрачным…

– Кх-кху… Кха-кхе… – кашель, надсадный, с легкой хрипотцой и свистом, заставляет Питера вернуться из своих размышление.

Герда, пытаясь прикрыть лицо руками, надсадно кашляет, так, что на глазах выступают слезы и медленно стекают по посеревшей коже лица.

– Вот, черт! – Питер тут же подрывается и быстрым шагом подходит девушке, уже согнувшейся в три погибели из-за спазмов, скручивающих ее тело. – Давай, скорее в капсулу… – он подхватывает Герду под мышки и поднимает, но ноги ее уже не держат и девушка бессильно повисает на руках Питера.

Больше не пытаясь поддерживать девушку, мужчина с необычайной легкостью подхватывает ее на руки и быстро покидает небольшую кухню. До комнаты, где установлена медкасула идти недалеко, поэтому меньше чем через минуту, стянув форму корпорации с сильно исхудавшего за последнее время, но все еще привлекательного тела, не обращая никакого внимания на такие мелочи, Питер аккуратно укладывает Герду на твердую поверхность устройства и тут же активирует диагностику.

С тихим пшыканьем, прозрачная крышка закрывается, отрезая пытающуюся улыбаться девушку от внешнего мира. Питер видел, как ей больно, как тяжело вздымается грудь, с хрипом втягивая воздух, но больше ничем помочь не мог. Но вот, капсула, наконец заработала, искин запустил процессы и девушка затихла под воздействием газа, поступившего внутрь саркофага. Дожидаться конца исследования Питер не стал. Когда закончится, искин медкапсулы скинет отчет на нейросеть.

Питер не был медиком, но и так понимал, что дела хреновые, иначе и не назовешь… Приступы у Герды участились, если так пойдет и дальше, из капсулы ее уже не выпустишь. Расходников хватит надолго, вот только сколько выдержит сам Питер без еженедельной очистки организма неизвестно.

Эх… Жаль, когда-то выбрал не ту специальность. Инженерная сетка была быстрее и давала больший прирост производительности, а вот медицинский функционал у нее был гораздо хуже, чем у пилотской или пехотной. Все же инженеру сложно представить ситуацию, в которой понадобится срочно подстегивать регенерацию или держать носителя в мире живых, до тех пор, пока не подоспеют медики. Определенно жаль…

Оказавшись в коридоре, мужчина ненадолго остановился, в раздумьях глядя на открытую дверь кухни. Есть не хотелось, поэтому он решительно направился обратно в мастерскую. Там, на верстаке, его ждал недоделанный управляющий контур для усилителя сигнала. Питер все еще надеялся, что брат и сын живы. Нужно было всего лишь связаться с ними и попросить поторопиться.

Некому было видеть усмешку на лице человека средних лет с глазами дряхлого старика. Надежды… Он жил достаточно долго, чтобы понимать простую истину – если что-то может пойти не так, оно пойдет не так. Но Питер упорно гнал от себя упаднические мысли, в противном случае ему оставалось только застрелиться.

* * *

Пот заливает глаза, стекая со лба. Но вытереть возможности нет, потому что для этого придется снять маску, прикрывшую лицо и отсекающую пыль, поднятую ветром на пустых улицах мертвого города, глядящего пустыми глазницами окон домов на одинокого путника, медленно бредущего по улицам.

Питер уже никуда не спешил. То и дело, поправляя сползающий с плеча ремень автомата, он медленно гулял, именно гулял, по улицам родного города. Его не пугала пустота, проржавевшие остовы машин, навечно застывшие на проезжей части. Никогда и в мыслях у него не было, что однажды, через долги сотни лет, ему вновь доведется пройти по этим улочкам, взглянуть на выбитые стекла квартиры, в которой они когда-то жили всей семьей. Нет, заходить внутрь он не стал, просто постоял во дворе, и пошел дальше. Наверное, в своем костюме биологической защиты, с натянутой на лицо маской, выглядит он не очень, но не кому оценить его внешность. Город пуст… С тех пор, как, именно здесь, был взорван спецбоеприпас распыливший вирус, унесший жизни миллионов, и погрузивший мир в анархию.

«Видимо старею…» – мысленно усмехнувшись тому, что в его голове, город был по-прежнему жив и утопал в зелени аллей. Он шел мимо рассыпающихся стен домов, а сам вспоминал, как приезжал сюда в отпуск, во время учебы… Первая любовь… Светик… Он помнил ее имя, но образ уже практически стерся из памяти, да и сама она, давным-давно уже превратилась в прах. Это только он чересчур зажился на свете… Слишком долго…

Ему некуда было торопиться… Он уже опоздал… Герда… Она уже не дождется помощи с таких далеких, обжигающе ярких, но таких холодных звезд, сжавших в своих объятьях безмолвия, умирающую планету…

Чего стоит вся продвинутая техника Содружества, если, даже имея ее в наличии, Питеру не удалось спасти девушку. К сожалению, вирус оказался сильнее нанитов и сложносоставных регенирирующих смесей медкапсулы. Она так и умерла, усыпленная искином, до последнего пытавшегося бороться с заразой и сдавшегося лишь когда мозг девушки, перестал подавать любые сигналы…

Питер, все это время торопился доделать усилитель. Спешил, надеялся, но не успел… А позавчера… Вместе с отчетом медкапсулы, что пациент скончался, погасли последние станции Урала. Нет, еще работали передатчики в Австралийской Директории и Северной Африке, но… С каждым днем их оставалось все меньше, а значит, люди умирали… Это была агония… Помощь уже не придет, просто не успеет…Но Питер, все же собрал усилитель и сейчас упрямо нес его в цеха заброшенного сотни лет назад завода, раскинувшегося вдоль берега пруда.

Питер прекрасно понимал, что за годы, все оборудование завода, до Смуты выпускавшего баллистические ракеты, могло превратиться в труху, но… Ему нужен был хотя бы один носитель, чтобы запустить гребанный усилитель в космос и наконец-то докричаться до этих подлючих мертвенно-холодных звезд. Пусть помощь опоздает, пусть никто и никогда не услышит его призыв и предупреждение, но он обязан отправить последний крик умирающей планеты… Обязан. Небольшой шар, лежащий в рюкзаке за спиной, упакованный в капсулу со встроенными, пока еще свернутыми антеннами из ультратонкого нанометаллического полотна.

Он был не только усилителем, но еще и сам должен был транслировать запись. Предупреждение, на случай если вдруг однажды какой-нибудь шальной корабль залетит в систему на самом краю Галактике… Питеру удалось все же собрать перекодирощик, для того чтобы можно было организовать гиперсвязь в стандартах Содружества, а не только на тех принципах, которые использовались на Земле. Так что, кто бы не поймал сигнал, он сможет его понять.

Еще немного… Еще чуть-чуть… Усталость брала свое. Питер медленно брел по плотине ГЭС, обеспечивавшей когда-то электричеством весь город и ближайшие сельские поселения. Вирус, это все он… Нейросеть боролась, но мужчина знал, что она не успевает за очень быстро изменяющимся вирусом, поедающим не только носителя, но и самого себя, лишь для того, чтобы стать еще опаснее… сколько продержится времени, Питер не знал. Но это было уже не важно, на сутки запаса прочности у организма хватит, а больше и не нужно…

* * *

Ему повезло еще раз. С планом завода он был знаком плохо, но найти испытательную площадку проблемы не составило. Она было вынесено чуть в сторону от цехов завода, буквально на пару-тройку километров. Запуски отсюда осуществлялись довольно редко, но все же осуществлялись. Главное, чтобы в ангаре, стоящем на самом краю бетонного поля, площадь в пару квадратных километров, нашлась хоть одна ракета, способная взлететь…

С трудом, надавив всем телом на проржавевшую, но все еще достаточно прочную створку ворот ведущих внутрь ангара, Питеру удалось ее сдвинуть достаточно для того, чтобы попасть внутрь. Да уж… время не пощадило ничего… Крыша, которую можно было открыть, обрушилась вниз и сейчас ангар представляет из себя лишь бетонную коробку, заваленную проржавевшим металлом конструктивных элементов. Но! Посреди хаоса разрушений, стоял… Подвижный ракетный комплекс, предназначенный для запуска межконтинентальных баллистических ракет… Модель, вот так на взгляд, Питер определить бы не смог, да ему это было ни к чему, главное чтобы транспортно-пусковой контейнер, застенчиво выглядывающий из под нанесенного за столетия мусора, не оказался пуст. Борясь с подкатывающей усталостью, опираясь на автомат, Питер медленно побрел в сторону машины…

* * *

«Ну вот и все…» – Питер развалился на крыше одного из уцелевших под натиском времени цехов завода и смотрел в след стремительно устремлявшейся в небо яркой звездочке работающих двигателей ракеты. Осталось всего ничего. Дождаться когда запущенный прибор выйдет на орбиту и отправить сигнал на развертывание. Пульт и портативный передатчик уже стоят, полностью подготовленные рядом. Благо, мощности должно хватить на сигнал километров до пятисот. Большего не требовалось.

Почти неделю, а если быть точнее шесть дней, Питер Грай, некогда глава могущественной корпорации, в одиночку разгребал завалы. Искал по заброшенным цехам детали, для того чтобы привести в порядок как сам комплекс, так и ракету. Плюс монтаж систем… если бы не инженерные базы, то идея бы так и оказалась невыполненной. Но, слава богу, у него получилось. Ракета, выжигая позади себя воздух и оставляя инверсионный след, стремительно уносилась в небо затянутое тучами, из которых вот-вот прольются слезы, оплакивающей планету и ее не сильно разумных жителей, природы… Хотя… Только людей… Планета, как плыла в космосе миллиарды лет, так и будет продолжать плыть дальше, для нее ничего не изменилось…

Питер просто лежал и смотрел в небо. В углу глаза, таймер отсчитывал время, до того момента, когда нужно будет дать команду на развертывание. А Питер лежал… Сдернув маску, он полной грудью вдыхал воздух. Бояться вируса? Ему уже нет смысла. Слабость последние пару дней накатывает все сильнее, сминая волю паровым катком. Вчера начался кашель, который никак не желал прекращаться. Даже без медкапсулы, Питер прекрасно понимал, что жить ему осталось совсем немного, может быть пару часов, а может быть пару дней…

Пиликнул и мигнул красным цветом сигнал таймера. Даже не поднимаясь, Питер просто хлопнул ладонью по кнопке, отправляя сигнал продублированный в двухформатном режиме. Квантово-фотонном и используемом в Содружестве. На всякий случай… Проверить, дошел ли сигнал и развернулся ли самодельный сателлит, у Грая не было ни желания, ни возможности.

Он просто закинул руки за голову и прикрыл глаза. Ему снился город… Такой, каким он был когда-то давно. Лодочная станция, лето. Они со Светиком, только что начали встречаться. Арендованная лодка. Зеркальная гладь воды. Легкое покачивание на волнах и первый поцелуй. Такой сладкий и незабываемый…

«Сержант! Мы нашли передатчик»… «Здесь человек» … «Медика срочно»… «Грузите в бот, нужно срочно на корабль. Керк, передай на корабль, пусть готовят регенерационную капсулу.»

Сильные руки, в бронированных перчатках со всей возможной аккуратностью подхватили тело человека и переложили его на носилки. Чуть покачиваясь, из-за порывов ветра, носилки плыли на встроенных антигравах в сторону зависшего у края крыше черного десантно-штурмового бота, отправленного проверить источник сигнала, зафиксированный аппаратурой слежения, в тот момент, когда рейдер уже готовился уйти в прыжок… На шевронах бронескафов виднелся рисунок корабля, на фоне спиральной галактики. Дальняя Разведка Федерации Арам…

А Питер, все плыл на лодке, по волнам… Обняв девушку, которую когда-то любил и смотрел в ее глаза. Лазурно-голубого цвета. Он вспомнил…

Глава 13

«…Вот опять, в ответ тишина… Не знаю, может вы давно уже сгинули в пучинах космоса, а я все тешу себя надеждой, что смогу докричаться. Ники, думаю, когда, точнее если, ты услышишь это сообщение, меня уже не будет в живых… Вирус… Чертов вирус… Он слишком быстро мутирует. Сейчас я нахожусь в бункере. В том самом, где мы укрыли остатки нашего корвета. Надежда… Чертова надежда… Ее больше нет…»

«…Несколько месяцев я пытался с вами связаться, но все тщетно… Остается один выход – попытаться закинуть на орбиту усилитель сигнала. Ты же сам понимаешь… Для этого придется переться в город… Да, наверное, это важно – медкапсула не в состоянии купировать воздействие вируса. Возможно, будь у меня под рукой реаниматор, что-нибудь бы получилось…»

«… Через пару часов, я упакую собранный усилитель и пойду на завод. Надеюсь, смогу там найти достаточно уцелевшего оборудования, чтобы запустить спутник…Ха… Помнишь, мы с тобой когда-то давно, переживали, что на Землю придут орионцы и превратят всех в рабов? Смешно… Мы закрыли все разработки в области гиперсвязи, чтобы сигнал не могли засечь в Содружестве или те же архи. Сейчас, я готов даже сам привести работорговцев на планету. Шансы выжить в рабстве гораздо выше, чем уберечься от этого чертова вируса…»

«… Не знаю, зачем я все это записываю… Наверное, просто чтобы отогнать страх неизбежной кончины в полном одиночестве… Три месяца под землей… Герда, твоя лучшая ученица, которую ты все мечтал выдать замуж за Макса, чтобы мы смогли уже наконец передать дела корпорации им и уйти на покой… Она умерла несколько часов назад… Я даже не стал ее хоронить… Так и лежит в капсуле… Пусть лежит. Реактора хватит на века, поэтому… Если однажды вы вернетесь… Похороните ее по-человечески…»

«… Ники, позаботься о моем сыне… Знаю, ты и так всю его жизнь только этим и занимался… да уж… Помню, как ты был против того, чтобы я завязывал отношения с Мелиндой… Но скажи, парень то вырос отличный? Надеюсь, ты никогда не расскажешь ему, про то как эта сука пыталась засунуть живого трехлетнего пацана в утилизатор… Да уж… Эх… Знаешь, умирать страшно, признаюсь честно. Особенно вот так, когда ждешь… Лучше в бою…»

«… Ну вот и все, последняя запись… Мне пора. Если вы живы, на что я все же надеюсь, не возвращайтесь на Землю. Я все же собрал гиперпередатчик, и вместе с этим сообщением спутник будет транслировать предупреждение об эпидемии на частотах Содружества. Как ни крути, а лучше если однажды вдруг кто-то появится в Солнечной системе, он знал об опасности, подстерегающей его на нашей прекрасной планете. Прощайте, и не поминайте лихом…»

Запись закончилась… И снова пошла по кругу… Усталый голос отца, докричавшегося сквозь тысячи световых лет пространства. Зачем это послание? Для чего? Не знаю, какого это знать, что умираешь не только ты, но и все кого ты знал, любил или ненавидел…

Тихий голос льется из динамиков, рассказывая историю последних дней жизни планеты и… моего отца. В голове пустота. Меня не очень трогает то, что на Земле не останется выживших. Может, не осознаю пока что… Герда… Ее жаркие губы, упругое тело… Искры в глазах… Она мертва.

В горле встал ком… Дышать тяжело. Отец, дядя… Герда… Они все мертвы… Но не только это давит на мой разум, заставляя опускать руки. Мелинда… Так звали мою мать. Мелинда Фокс… Именно за нее я отомстил дяде…

* * *

Сработал триггер и в памяти развернулась картинка:

мне больно… Очень больно… Сквозь слезы, лившиеся из глаз вижу безумные глаза матери, превращающие ее красивое лицо в гротексную картину чудовища… Всклокоченные волосы… Мне страшно. Я пытаюсь кричать: – Мама, мамочка…

Хлесткий удар по щеке, я падаю… Мама хватает меня за ногу и тащит по полу, не обращая внимания на мои крики и слезы…

Я цепляюсь за острые края окна подачи утилизатора, установленного в дальнем конце коридора проходящего через этаж, на котором располагались наши апартаменты. По рукам, из изрезанных пальцев стекают капли крови. Я изгибаюсь всем телом, пытаясь выбраться из короба, но ничего не получается… Она сильнее, а безумие удесятеряет ее натиск… Не понимаю, чем я так разозлил свою любимую мамочку, что она делает мне больно. Нет, я еще слишком мал, чтобы понимать, что она меня убивает… Мне страшно… А сил держаться уже нет.

Мелькает лезвие остро отточенного ножа и меня обдает фонтаном крови из располосованного до позвоночника горла матери, враз превратившейся в зверя, убивающего собственного ребенка… Пальцы разжимаются и падаю…

Вижу лицо дяди, подхватившего меня в последний момент за ногу и вытаскивающий из мусоросброса… Я прижимаюсь к нему, обхватывая шею, и трясусь всем телом. Слез уже практически нет… Они все выплаканы. Пахнет свежей кровью… Ники несет меня по коридору, а я смотрю на распластанное на полу тело матери в одной ночнушке…

Мы заходим в кабинет к отцу, сидящему за столом и потягивающему что-то из стакана через трубочку. Ничего не говоря, Ники просто опускает меня на пол, с трудом оторвав мои окровавленные руки от себя, и молча подходит к вскочившему отцу. Я молча смотрю, как, не сказав ни слова, дядя бьет отца кулаком в челюсть. Тот оседает на пол. Дядя разворачивается и, подхватив меня на руки, так же молча уходит из кабинета, где на полу, среди разбросанных бумаг лежит нокаутированный отец…

* * *

Не знаю, сколько времени я просидел в полумраке рубки. Запись так и крутилась по кругу, но я ее уже не слушал. По щекам медленно стекают капли редких слез. Ошибка… Вся моя жизнь сплошная ошибка. Неверные предпосылки – неверные выводы. Память ребенка… Ненависть, на которую я не имел права… В одиночной камере мне было легче – там хотя бы приходили призраки, с которыми я мог поговорить.

Что делать? Я ошибся… И вся жизнь, как мутная мелодрама. Жаль, у меня нет пистолета… Легкое нажатие на курок и в ад. Именно там мне место. В котлах с кипящей смолой, на кострах инквизитора. Я воспитывался дядей, мне казалось, что я такой же, как он. Лицемерный, жестокий и расчетливый… А он… Он до конца меня воспитывал, даже перед смертью… Понимая, что я срываюсь, он не стал оправдываться и переубеждать меня. Ни в чем… Какой же я идиот… Я бежал к нему если мне разбивали нос в драке, но так и не решился поговорить о том, что действительно меня глодало…

И даже поговорить не с кем… Земля, дом, семья… Все это перестало существовать…

Не знаю, сколько бы я еще сидел так, все дальше погружаясь в пучины безумия, если бы не поймал себя на том, что уже набрал код самоуничтожения на консоли управления реактором. Остается только нажать ввод и все закончится… Раз, и в дамки, растворится в объятьях звезд, смешаться с космической пылью. Небытие… Лишь бы не чувствовать тягучего чувства вины и собственного бессилия открутить время назад. Я готов, встретится с семьей там, за гранью. Вот только есть один нюанс – Рина, она не виновата в том, что я лелея детские страхи и обиды, так и не смог повзрослеть. Грехов у меня хватает и так, зачем брать еще один на душу.

Усилием воли сбросив код и закрыв консоль, подхватываю планшет, за которым собственно и пришел в рубку, покидаю рубку, чуть не ставшую для меня последним пристанищем. Дел я наворотил много, если зациклюсь, уже не выберусь. Сойду с ума окончательно…

Как в бреду, не глядя по сторонам, прохожу сквозь кают-кампанию. Коридор, шлюзовая и вот за мной закрывается бронированная створка выхода. Я даже не одел респиратора. Как был, в футболке, так и покидаю корабль. Только крепко сжимаю планшет в руках, чуть не ломая его. В душе, теперь уже навечно, поселился холод…

Маршрут до эсминца могу пройти с закрытыми глазами. Сейчас главное, что-нибудь делать. Хоть что, главное не дать разуму впасть в депрессию и самоуничижение. Иначе все… Конец. Я… Я неправильно оценил обстановку, и самый близкий человек мертв. Но, думаю, он бы не одобрил если бы я опустил руки. Поэтому, я выберусь отсюда, чего бы мне это не стоило. Выберусь сам и вытащу Рину. А еще… Мне нужно вернуться в ту систему, из которой совсем недавно сбежал. Отдать последний долг дяде – узнать, где он похоронен и просто постоять. Молча…

Да и Герду похоронить, как просил отец. Я знаю, дядя бы этого хотел… Я его хорошо знаю… Или все же нет? Видимо недостаточно… Главное, пока я не отдам долги, умирать нельзя. Ни в коем случае. Что там было еще в сообщении от отца? Что на территории Уральской республики еще есть выжившие? Значит, я должен сделать все возможное, но попытаться помочь.

Вирус? Ха! Вирус мне не страшен, я уже заражен. Главное, выбраться отсюда, из этого непонятного ангара, потом добраться до базы, куда я первоначально и планировал. Ну а потом… Потом и разберусь.

Кстати, у отца же тоже нейросеть есть? Почему тогда он говорит, что ничего не помогает бороться с вирусом… Мда…Не хватает информации, чтобы разобраться толком. Да и не медик я ни разу. Стоп!

Я даже остановился, чуть не навернувшись с балки, на которую запрыгнул, направляясь к эсминцу. Вирусы… Это же не столько медицина, сколько биология, точнее вирусология. Но не суть. Главное – у меня сейчас, вот прямо в данный момент, в медкапсуле лежит, по ее словам, ученый-биолог. Да к тому же аграфка, а даже мне известно, что они как никто другой разбираются во всей этой херне. Ну там, вирусы, бактерии, и тому подобное… Угу, даже мутантов выводят. Бр-р-р… Вспомнился монстр со станции, где я чуть кони не двинул, если бы не дядя… И вот, снова вернулся к тому, с чего начал. Воспоминание о дяде, снова начинает давить на мозг, распаляя чувство вины и безысходности… Прочь, прочь не нужные в данный момент мысли. У меня есть шанс, а значит я им воспользуюсь.

Главное сейчас, раздобыть побольше картриджей для медкапсулы. Сколько я в ней торчал, прежде чем удалось взять заразу в организме под контроль? Месяца четыре, кажется… Значит, мне необходимо найти в этих кучах хлама, рассходников на несколько месяцев непрерывной работы медкапсулы. Ну, ничего сложного не вижу. Думаю, если хорошенько порыться, тот тут и линкор можно отыскать. Новенький. Ага, прям только что сошедший со стапелей. Но его мне не надо пока что. Для начала обыщу остатки эсминца, ну а потом… Будет потом.

Подняв себе немного настроение, уже уверенней, перепрыгивая через препятствия, продолжаю свой путь к эсминцу. Теперь у меня есть аргумент против закрытых дверей, главное чтоб имелась энергия в системах.

Так, подбадривая сам себя, и отгоняя грузящие мозг мысли, добираюсь до эсминца. С момента последнего посещения, ничего не изменилось. Все та же дыра в корпусе и полуразрушенный медицинский отсек. Черт! Совсем вылетело из головы, что я собирался припахать тех дроидов, что мы раньше нашли. Пусть бы потихоньку откапывали медотсек. Думаю, в нем еще можно ценного нарыть. Да хоть ту же третью медкапсулу освободить и картридж вытащить. Мне он сейчас, как воздух пригодится…

А… Ладно, немного посомневавшись, возвращаться все же не стал. Успею еще. Тем более, вполне возможно, что получится вскрыть дверь во внутренние отсеки и там найти тех самых дроидов. Ну вот, лень мне идти обратно, и все тут.

Аккуратно, чтобы снова не грохнуться и ничего себе не сломать, пробираюсь через завалы к двери. Так-с… Все на месте. Дверь – одна штука. Панель управления – одна штука. Планшет для взлома – одна штука. Все готово. Озираюсь по сторонам. Ага! Вот здесь и усядусь, для удобства. Хрен его знает, сколько времени понадобится, чтобы вскрыть систему управления двери. А в ногах правды нет, как говорится.

Включаю планшет. Быстрая загрузка. Угу… Теперь подключится с помощью нейросети, так удобнее, и развернуть интерфейс управления. Все это делается практически на автомате. Почему-то, вначале я все делал вручную, жамкая пальцами по сенсорному экрану, хотя с помощью нейросети гораздо удобнее. Но, ничего, понемногу привыкаю, что не обязательно все делать руками, когда можно силой мысли. Мда…

Увлекшись работой, отвлекся, наконец, от депрессивных мыслей. Что сделано – уже не исправишь. Машины времени у меня нет. Угу…

Ладно… Синхронизация с модулем планшета и теперь развернуть перед глазами объемное изображение. Понятно, что оно только у меня в голове, но визуализировать можно так, что картинка будет висеть в воздухе и получится управлять руками. Так-с… Взломщик из меня, конечно, еще тот. Особенно, учитывая тот факт, что здесь нет сети, как на станции и для начала нужно сообразить, как подключиться к электронному замку.

Скроллинг по списку функционала. Угу-м-с… Сканирование доступных сетей. Попробуем… Взмах рукой, и перед взглядом появляется шкала прогресса. У-у-у… А заполняется то она, не так уж и быстро. На один процент всего лишь за десять минут… Мда… Это получается, мне тут почти сутки сидеть придется… Нет, так не пойдет. Отменяю сканирование и лезу в настройки поиска.

Надо попробовать сузить диапазон. Так… Что я знаю об эсминцах? Базы данных, залитые мне в мозг, услужливо раскрывают свои тайны. Ага… А вот и про стандарты сетей, используемых военным флотом федерации. Хм… Не густо. Только основные диапазоны. А, стоп… Это не то – это про гиперсвязь. Мне то нужны внутрикорабельные. До сих пор плохо понимаю, как работают базы данных. Иногда, знания всплывают в виде воспоминаний, а иногда, вот как сейчас, в виде каких-то каталогов. Но, слава богу, разобраться получилось…

Так, теперь настраиваем программку и запускаем снова, надеясь, что модуль беспроводной связи в замке функционирует. По идее, он встроен в любой запирающий механизм, чтобы можно было воспользоваться нейросетью при открывание, но кто знает… Неизвестно, какие повреждения у эсминца, и как он вообще тут оказался. Вполне мог попасть под ЭМИ удар. Да нет, тогда бы индикатор тоже сдох. А раз работает, значится точно не та причина. Ждем.

Есть контакт! В этот раз сканирование закончилось буквально за пару минут. Планшету удалось быстро подобрать нужные частоты и установить устойчивое соединение. Теперь дело за малым – подобрать коды. Но это уже не такая сложная проблема. Искины целой станции ломал, а тут какой-то электронный замок. Ха! Да раз плюнуть… Слава богу, пока еще никто не додумался ставить искины на каждую дверь. Быстро нахожу нужную программу и запускаю подбор кодов… осталось пару минут подождать.

Ожидание и вправду не затянулось. Пиликнуло оповещение и тут же раздается гудение сервоприводов, с натугой начавших поднимать тяжелую бронированную створку, отделяющую меня от уцелевших отсеков эсминца. С шумом осыпается мусор, как только теряет поднявшуюся вверх дверь, на которую он опирался. Ну, вот все. Путь свободен.

Поднимаюсь на ноги, и, убрав планшет в специальный карман на бедре, активирую ночное видение в настройках нейросети. То, что сработал замок, совсем не означает наличия освещения внутри корабля. Тыкаться в потемках, тоже желания нет.

Так, осторожно, глядя под ноги, подхожу к открытому проему. Лезть сломя голову я не собираюсь. Конечно, еще совсем недавно, у меня было такое желание – сдохнуть. Но уже отпустило. К тому же, у меня еще не все долги розданы. Поэтому, я не вхожу, а сначала осторожно просовываю голову, чтоб осмотреться.

За дверью коридор. Абсолютно пустой и, как и предполагал, без каких либо признаков освещения. Ладно, чего мяться-то. Выдыхаю, и, будто ныряя в воду, делаю шаг вперед. С тихим шипением, бронированная створка за спиной опускается, перекрывая мне пути отступления. Что за херня? Быстро разворачиваю интерфейс программы для взлома и любуюсь надписью: «Доступ запрещен».

Пытаюсь перезапустить подбор кодов, но раз за разом получаю один и тот же ответ: «Доступ запрещен»…

Какого хрена! Что за дела? Получалось взламывать станционные кластеры, а тут какой-то вшивый электронный замок! В раздражении, поворачиваюсь и со все силы бью ногой, обутой в тяжелый ботинок по закрытой створке. Само собой, эффект от такого поступка нулевой. Бронированная дверь даже не шелохнулась. Я оказался заперт в ловушке, в которую сам же и залез, и помощи ждать неоткуда…

Глава 14

Мда… Проблемка, однако. Выбраться обратно в медотсек, с наскока не получается. Я часа полтора пытался взломать эту чертову дверь… Нулевой эффект. Пару раз вроде код подбирался, но тут же сбрасывался, а бронированная дверь даже не дергалась. Ну нет, так нет… Поищем другой выход. По моим прикидкам, того картриджа, который сейчас в медкапсуле установлен, должно хватить на пару суток. А за это время я уж как-нибудь выберусь.

Воздух имеется, так что смерть от удушья мне не грозит. Ну, по крайней мере, в ближайшие часы. Кстати, а откуда здесь воздух? Да к тому же – я с усилием втягиваю воздух, чтобы принюхаться, – даже не затхлый и застоявшийся, как должно быть, если система вентиляции дает дуба. Неужели до сих пор работает система жизнеобеспечения? Нет, чисто теоретически, она может функционировать, даже при отключенном реакторе и без центрального искина. За счет аварийных источников энергии, но опять же… Пару месяцев, вряд ли больше, и они окажутся разряженными. А судя по количеству и состоянию хлама, которым завален корпус, кораблик тут отдыхает минимум пару десятков лет, если не больше… Есть с чего затылок почесать, да уж…

Мда… Мысли-мысли… Я тут сейчас столько гипотез понастрою, неделю рассказывать буду, а дело с мертвой точки не сдвинется. В раздражении пнув не поддающуюся дверь, парой мысленных команд позакрывал все программы для взлома. Толку от них никакого. Тут вариантов всего два, либо искин живой и гораздо мощнее, чем мой планшет. Либо замок просто замкнул и стандартным способом его уже не вскроешь. Будем посмотреть… Вообще, я же не ради того чтоб перед дверью торчать сюда притопал, а по своим делам. Вот и займусь основной целью своего прихода. А выбраться… Да, найду какой-нибудь способ. На крайний случай, буду взрывать. То, что у меня нет ни оружия, ни взрывчатки, ничего не значит. В конце концов, это же боевой корабль, здесь всегда можно найти что-то смертоубийственное и разрушительное.

Так, ладно… Я в коридоре, куда дальше. То что это эсминец, я знаю. Но эсминец эсминцу рознь. Есть разные модификации. Ракетные, артиллерийские, энергетической поддержки. Даже санитарные, но это уж совсем извращение, конечно. Гораздо удобнее использовать транспортное судно, оборудованное под госпиталь и эвакуационные боты. Но, тем не менее, имеются… Вот так сходу, по одному коридору и не определишь. Хотя, основные отсеки имеют стандартное расположение.

Условно любой корабль делится на три части. Плюс-минус. В носовой обычно оружейные модули и оборудование для силовых щитов. В средней располагается рубка, обычно в самом центре, так как наиболее важная часть, как ни крути, а все управление зациклено именно на искины, расположенные в бронированной капсуле рубки. Здесь же жилые модули и вспомогательные системы. Ну и в кормовой силовой и двигательные модули. Тут тоже все понятно с логикой размещения. Это что касается основного, а так, не угадаешь где чего, без конкретного плана корабля.

Ну, мне в принципе по барабану в какой именно конфигурации собран этот эсминец. Я ж летать на нем не собираюсь, да и сомневаюсь, что это вообще возможно, да… Так что, мне требуется попасть в рубку. Думаю, даже если искины сдохли, то накопители памяти уцелели, и удастся вытащить из них всю информацию по кораблю.

Ну, с целью мы определились. Осталось выяснить, где тут нос, а где з… в смысле корма. Кручу головой по сторонам. Плохо, что ни одной лампы не горит, а нейросеть, хоть и позволяет видеть в темноте, все же не на очень большое расстояние. Буквально десяток метров прямо перед собой и все. Пожимаю плечами и поворачиваю направо. Разницы никакой, а так мне больше нравится.

Прогулка по пустынному коридору надолго не затягивается. Метров через тридцать упираюсь в аварийную переборку, опущенную прямо по ходу движения. Ну-с… Значит, дальше не пройти. Аварийные переборки можно поднять двумя способами – командой с центрального искина, и… Правильно! Взорвав. Чего-то меня в последнее время тянет все взрывать. Думаю, это из-за нервного перенапряжения. Да…

Мудак… развернувшись в обратную сторону, мне приходит гениальная мысль, что можно воспользоваться теми схемами, которые есть в изученных базах данных. Как минимум одна точка привязки, медотсек, через который я сюда и попал, у меня имеется. Нет, конечно, модификации бывают разные, но принцип то один и тот же. Все же переделать эсминец в крейсер довольно проблематично. Следовательно, и коммуникации, вроде вентиляционных шахт и межуровневых переходов должны быть стандартными.

Так-с… По запросу к базам у меня появилось сразу несколько принципиальных схем. Угу, по разным модификациям и поколениям кораблей. Ну-с… Приступим. Разбираться в схемах стоя не хочется, поэтому я сажусь прямо на пол, оперевшись о боковую стену.

Хм… Санитарная модификация отбрасывается сразу. Там сразу за рубкой начинается госпиталь, лишь ближе к корме имеются жилые комнаты. Интересно, почему не наоборот? Не знаю… Ну да ладно. Эсминец энергетической поддержки тоже отпадает. Там, вместо госпиталя, стоят дополнительные реакторы и оборудование для дистанционной накачки щитов союзных кораблей. Почему не в носовой части, опять же непонятно.

Остается артиллерийский и ракетный варианты. В принципе, они не особо отличаются по компоновке. В обоих случаях, средняя часть корабля занята под склады боеприпасов и механизмы подачи их в орудия, либо на пусковые платформы. Так… Медотсек. Ага. Как раз на три капсулы. Плюс дополнительно две капсулы непосредственно в рубке… Так как эсминцы данных типов используются в непосредственном боестолкновении на коротких, по космическим меркам, дистанциях, то установка в рубке вместо обычных капсул виртуального погружения для управления кораблем, медицинских с дополнительным модулем обеспечивающим сопряжение с центральным искином вполне обосновано. А в самом медотсеке капсулы стоят капсулы для технического персонала. Ага…

Экипаж от двух до семи человек. Так-с… Медотсек, коридор… Угу… Рядом с медотсеком каюты. Точно! Я же видел двери по бокам коридора. Но вскрывать не пытался, потому что замки явно обесточены были. Странно, что в медотсеке питание есть на запорах. Ага, вот оно что… Всплывшая справка тут же разъясняет данный нюанс. В двери, ведущие в жизненно-важные отсеки, имеется автономное энергоснабжение. Хм… А что у нас жизненно-важным является на боевом корабле? Ага, как и думал. Рубка, арсенал, медицина и, само собой, реакторный отсеки. А все остальное на центральном энергоснабжении висит.

Что мне дает данная информация? То, что нужно искать двери, на которых горят индикаторы. Возможно, получится вскрыть. Одну дверь же получилось, правда непонятно почему она закрылась… Ну, да ладно. Главное появились варианты помимо того, который предполагал просто сидеть в коридоре и ждать чуда. Свернув схемы, но, не закрывая их, поднимаюсь на ноги и подхожу к ближайшему дверному проему.

Мда… Как и предполагалось, попытка открыть дверь вручную успехом не увенчалась. В общем-то, я и не надеялся, потому что индикатор был погашен. Но попробовать стоило. На всякий случай. Ну нет, так нет. Отойдя от двери, судя по всему в жилую каюту, не торопясь потопал по коридору, вглядываясь в картинку, которую мне подсвечивает нейросеть. Не очень четкая, поэтому как бы не пропустить источник света, если вдруг такой появится. Мелькнула мысль выключить ночное видение, но тут же исчезла. Лучше несколько раз туда сюда пройдусь, чем не замечу какое-нибудь препятствие на полу и навернусь. И так постоянно травмируюсь, на ровном месте причем.

Пройдя метров десять по коридору, в голову постучалась мысль. Ага… А на кой я буду высматривать огоньки индикаторов, если можно сделать проще? Разворачиваю программу сканирования каналов связи и запускаю поиск. Примерный диапазон мне известен, так что настройки выставляю такие же, как при взломе двери медотсека. О, кстати, добавить именно этот сигнал в исключения, и все можно дальше идти.

Как оказалось, данное решение было правильным на все сто процентов. Первый сигнал планшет засек почти сразу, а следом за ним и еще несколько. Недолго думаю, запускаю программу взлома. Даже не успеваю дойти до места, где обозначен первый сигнал активного электронного замка, как приходит оповещение, что дверь открыта. В этот раз программы работают быстрее. Да оно и понятно, алгоритмы настроены и просчитаны, остальное дело техники.

Открытый проход обнаруживается неподалеку. Зияет своим черным чревом, в темноте которого ни фига не видно даже с включенным ночным видением. С сомнением оглядываюсь по сторонам, в тщетной надежде отыскать что-нибудь габаритное, что можно подставить, на случай если эта дверь тоже решит посвоевольничать и закрыться. Оказаться запертым в замкнутом пространстве желанием не горю, вот совсем нисколечко. Ага, а сейчас я будто не в замкнутом пространстве. Коридор же, прям, открыт со всех сторон. Усмехнувшись своим мыслям и задавив внезапно проснувшуюся клаустрофобию, решительным шагом захожу внутрь гостеприимно распахнутого входа. Само собой ничего для подстраховки я не нашел, да и не мог найти в принципе, так чего время тянуть.

В кромешной темноте помещения не видно вообще ничего, поэтому я на несколько секунд замираю, дожидаясь пока нейросеть сможет выстроить картинку.

Ой! Блин! Уф… Когда изображение наконец появилось перед глазами, я чуть не поседел на месте. И было отчего… Прямо перед моим лицом, буквально на расстоянии вытянутой руки, хищно смотрит, свисая с потолочной турели ствол плазменной пушки противоабордажной обороны. Не знаю, сколько я простоял, боясь пошевелиться, пока до меня не дошло, что она обесточена, да и вообще выглядит неработоспособной, цепляясь за турель не до конца вырванным болтом, с помощью которого собственно и крепилась.

Ух… Расслабился… Совсем из головы вылетело, что на таких кораблях всегда есть орудия внутрикорабельной обороны. И чаще всего у них имеется автономный источник энергоснабжения. Правильно, где раздолбай, там несчастье, проверено на собственном опыте. Это сейчас мне повезло, что пушка оказалась нефункционирующей, а ведь могла попасться и рабочая… Мда… А я в одной футболке, из которой защита от плазмы, как… Даже сравнения не подобрать, но суть сводится к тому, что будь плазмомет исправен, от меня бы только кеды остались, в данном случае военные боты, но это не принципиально.

Что-то в последнее время с моим критическим мышлением непорядок. Перепады эмоциональные, приступы агрессии, неустойчивость общая… Психологу бы показаться, но где ж я его тут отыщу? Неоткуда взяться. Ладно, хватит о всякой ерунде думать. Что тут у нас?

Хм… Кажется это склад… Нейросеть, конечно, картинку строит только в радиусе десяти метров, но этого достаточно чтобы увидеть угловатые транспортные контейнеры. Похоже один из складов боеприпасов для пушек, или ракет. Предположение о конфигурации эсминца оказывается верным. Ну, хоть что-то угадал.

Подхожу к ближайшему контейнеру и пытаюсь найти маркировку на внешней стороне. Хм… Странно. Никаких надписей или табличек нет, хотя по регламенту обязаны быть. Вообще, каждый контейнер имеет электронный маркер, чтобы дроиды, осуществляющие погрузку, могли найти нужный в данный момент боекомплект. Но! Это точно контейнер военного типа. Только армейцы используют шестигранные контейнеры. У гражданских обычно стандартные прямоугольники, точнее параллелепиды, почему так, не знаю. Этого у меня в базах нет. Да и не важно.

Суть в том, что военные все и всегда пытаются продублировать. Поэтому, помимо электронных маркеров наносят обычные надписи. Чтобы люди могли заменить дроидов в случае чего, даже при поражении ЭМИ-оружием. Но почему-то я не вижу эту маркировку… Может нейросеть не в состоянии обработать изображение в такой темноте? Черт… Долбанная спешка и нервозное состояние. Мог бы и нормально подготовиться. Респиратор там, куртку. И фонарик, ага… Ладно хоть планшет умудрился не забыть, а то бы лазил с голыми руками по развалинам. Хотя, с другой стороны, я бы внутрь эсминца и не попал вовсе.

Странно, а почему я не мерзну? По идеи тут должно быть довольно прохладно, а я себя вполне комфортно чувствую. Так-с… Глянем, что у нас вокруг с температурой? Ну, что сказать, только сейчас дошло, что я не провел ни одного теста на атмосферу, температуру и прочие показатели внутри корабля. Как само собой разумеющееся воспринял тот факт, что могу дышать и все. Списал все на автономную работу системы жизнеобеспечения… Угу, простейшие электронные замки глючить начинает, хотя там ломаться нечему, а системы жизнеобеспечения живые, при отключенном черт знает когда реакторе. Что я сам себя успокаиваю? Не протянет столько ни один источник энергии автономный, даже если в холостую будет работать, на таких небольших кораблях. Это же не специализированный рейдер, специально рассчитанный на непредвиденные ситуации, в условиях отрыва от баз.

Лучше поздно, чем никогда. Прекратив бессмысленное разглядывание контейнера, отхожу к стене. Присесть не на что, ну да ладно. Пол тоже сойдет… Не долго думая, приземляюсь на свою пятую точку и лезу в меню нейросети. Есть у нее функция по анализу атмосферы и внешних условий, даже вроде радиацию можно измерить. Не особо разбираюсь, как это реализовано, но можно.

Еще одна странность – я абсолютно спокоен. Меня не волнует, что я заперт внутри мертвого корабля, без каких либо средств защиты и со смутными шансами вообще выбраться отсюда. Хм… А ведь вначале меня приступы клаустрофобии скручивали, да и вообще мысли метались из одной крайности в другую. Что со мной происходит? Будто я, это не совсем я. Или точнее, тоже я, но другой… Похоже, именно так и начинается сумасшествие. С резких перепадов состояния, неконтролируемых поступков и абсолютного рационализма в краткие моменты просветлений. Нет… лучше не думать об этом. Надо действовать, не позволять мозгу загонять себя в ловушку иллюзий. Соберись, Макс. С тобой явно что-то не так, но без оборудования все равно разобраться невозможно. Значит, нужно найти это гребанное оборудование, и разобраться со всей фигней, что творится вокруг.

Пока я занимаюсь самокопанием, нейросеть дисциплинировано проводит тестирование на предмет соответствия окружающего пространства минимальным условиям нахождения тут живого организма. Ну, чего она там натестировала? Кликаю по окну сканирования и разворачиваю его перед своим взглядом.

Я, наверное, побледнел. Потом позеленел, или посинел. Не знаю. Но под конец выпал в осадок и попытался ущипнуть себя за руку, думаю, что все вокруг меня снится. Но не успел осуществить задумку, так как меня скрутил такой приступ удушья, что я, хоть и сидел, рухнул и начал кататься по полу, разрывая руками футболку и пытаясь вдохнуть воздух, насытить кровь кислородом, которого здесь просто не было… Меня крутило и корежило неизвестно сколько времени. Я просто выпал из реальности. Горели легкие, желудок стремительно избавлялся от недавнего перекуса, а потом и вовсе просто желчью. Кажется, огнем горела каждая клетка моего тела…

Себя я осознаю лежащим на холодном металлическом полу в кромешной темноте. Перед глазами все то же окно с результатами сканирования. Нет, они нисколько не изменились. Тут, внутри этого корабля я не могу жить, но я живу. Такой вот парадокс. Атмосфера есть, но кислорода в ней какие-то следовые доли процента. Все остальное ядовитая смесь из испарений охлаждающих реагентов для реактора и чистого азота… Да и температура в районе нуля градусов по Цельсию… Но холода я тоже не ощущаю… Я не мог здесь дышать, но я дышу. Я должен был сдохнуть, едва вошел в коридор, но я живой. Или я умираю, отравившись ядовитой атмосферой, а все вокруг мне просто мерещится в предсмертном бреду? Да уж… А говорят, что перед смертью проживаешь свою жизнь заново. Врут, однозначно врут…

В голове никак не укладывались в одну стройную картину данные нейросети и мои собственные ощущения. Я… чувствую себя отлично. Даже совсем недавно травмированная нога не беспокоит. Но нейросеть утверждает, что я должен быть мертвее мертвого. Как такое возможно, я не понимаю… Хоть головой об стену бейся, хоть криком кричи – ответов не будет.

И тут… Воспоминание… Мертвая станция. Кучи останков на полу. Длинная лестница. И тот странный непонятный зверь, который преследовал нас с того самого момента, как мы с Ники оказались в том ангаре. Боль… Адская боль. Грохот стрельбы и вязкая жидкость, заменявшая чудовищу кровь, заливающая мое лицо и тело. Я выжил… В разорванном комбинезоне, со смертельными ранами и без сознания сумел пережить путешествие по открытому космосу, когда меня дядя тащил к кораблю. Эх… Дядя-дядя…

Вывод, напрашивающийся сам собой, мне очень сильно не нравился, но другого объяснения я не нахожу. Кровь того… существа? Пусть будет существо. Так вот, она оказалась сильнейшим мутагеном, и, судя по всему, я стремительно изменяюсь, превращаясь в такое же неизвестное существо. Практически неуязвимое, способное существовать в абсолютно любых условиях, и… такое же агрессивное… Да, я мутант… Все сходится…

Даже ситуация с Ники… я ведь изначально не планировал его убивать, просто хотел сдать Амарцам, а самому легализоваться и жить спокойно. И лишь какое-то странное помутнение рассудка заставило меня поступиться тщательно разработанным планом и уничтожить того, кого я посчитал врагом. Хотя, теперь то я это знаю, он им не являлся… Враг я сам. Страшный, непредсказуемый и, что самое страшное – разумный. Я сам начинаю замечать, что все меньше во мне добродушия, все больше злости и агрессии. Моральные рамки тоже весьма и весьма условны. Я ведь на полном серьезе раздумывал над тем, чтобы убить Рину… Да, кстати, она же меня при встрече обозвала аграфским выродком… надо будет выяснить, что она под этим поразумевала… Очень интересно…

Ну а пока, раз ответов на вопросы мне никто не спешит озвучивать, нужно заняться текучкой… Я непременно найду все ответы. Даже если мне придется их вырывать зубами из чужого горла. Только вначале, нужно выбраться отсюда и найти того, кто знает эти ответы.

Я вспоминаю то, человекообразное существо, в глазах которого не оставалось ни капли разума. Нет, я не хочу превращаться в такое… лучше сразу пулю в лоб. Или корабль на звезду. Чтоб гарантировано. Я не хочу превращаться в животное. Просто не хочу!

Рывком поднимаюсь на ноги. Нечего лежать тут и предаваться абстрактным размышлениям. Я не знаю, сколько осталось времени до окончательной трансформации, но думаю, знаю, где смогу найти нужные мне ответы. На той самой станции. И если для этого мне потребуется перекопать всю эту гребанную свалку, разнести на металлом ангар и добираться через бездну космоса вплавь, на полуразрушенном корабле, что ж… Я готов. Я все выясню, а потом оторву головы тем, кто творит такое с разумными существами.

Откуда-то из глубины мозга всплыло воспоминание: маленький мальчик, он был смертельно болен. Эту болезнь не умели лечить даже лучшие медики Содружества – аграфы. Но они обещали, что помогут. Станция, прозрачная крышка капсулы, склонившийся над ней ученый в белом комбинезоне с активированным силовым полем и небытие… А потом… Отражение в зеркале. Странное существо: серая кожа, большие глаза и клыкастая пасть. А еще… вместо рук непонятно что, больше всего похожее на клинки мечей… И боль… Страшная боль во всем теле. Такая, что лучше смерть, чем чувствовать эту боль… Но смерть не приходит…

Меня передернуло, когда я понял, что это было ЧУЖОЕ воспоминание… Не мое… А того существа, со станции. Маленького мальчика, над которым проводили опыты безжалостные ученые аграфов. Они обещали жизнь и здоровье. Но забыли упомянуть, что за это придется заплатить за это своей сущностью…

Что ж… Счет начинает стремительно увеличиваться… А заодно и подтверждается мое предположение о причинах изменений, происходящих с организмом и разумом. И, очень похоже, процесс начинает ускоряться. Поэтому, вытащив планшет и используя его вместо фонарика, я не торопясь углубляюсь в помещение, заставленное контейнерами. Возможно, с помощью импровизированного фонарика, мне удастся рассмотреть маркировку и наконец выяснить, что же в этих чертовых контейнерах…

* * *

Рина резко открыла глаза, приходя в сознание. Первое, что бросается в глаза – прозрачная крышка медицинской капсулы. На какой-то миг его разум оказывается накрыт волной паники и страха. Она снова в лаборатории аграфов, похитивших младшую дочь главы Великого Княжества Альвовю.

Грязные полукровки, возомнившие себя равными великим предкам, заселившим эту часть галактики в незапамятные времена. Они посмели не только похитить ЕЁ! Принцессу! Но и проводить над ней свои мерзкие опыты по выведению универсальных воинов. Это было возмутительно и … унизительно. Но аграфам было плевать на чувства молоденькой княгини. Им понадобился эталонный генотип Древних, и они его получили…

Страх медленно отступает, а на его место приходят воспоминания. Вот она в лаборатории, в специальной камере с прозрачными стенами, чтобы наблюдать за изменениями, которые происходят с ней. Она вынуждена мыться, есть, справлять естественные надобности под пристальными взглядами холодных глаз ученых аграфов. Это был страшнее пыток и боли, когда тело буквально горело огнем, перестраиваемое неизвестным вирусом, специально созданным аграфскими учеными…

Она видела, во что превращается разумный после полного формирования. Это было ужасно… Усилием воли отогнав воспоминания о серых, злобных до безумия существах, бросающихся на стены в бесплодных попытках вырваться из тюрьмы и разбивающих головы о преграду, Рина продолжала вспоминать.

На ней тестировали другой тип вируса. Более продвинутый. Позволяющий сохранить внешний вид. Но все остальное… да уж… В первую очередь менялась структура клеточного строения, но и разум уже не было возможности оставить в сохранности. Она находилась в самом начале переформирования разумной деятельности, как говорил тот ученый, который измывался над девушкой, когда появился он…

Её старший брат, наследник. Крис… Почему именно он, а не какой-нибудь отряд специальных сил, Рина так и не узнала. Все происходило как в страшном сне. Сначала сработал сигнал тревоги. Потом погас свет, и вместо него включилось неяркое аварийное освещение. Ну а после… открылись клетки, в которых содержались подопытные… дальнейшее Рина помнит урывками… Кровь… растерзанные тела аграфов. Где-то что-то взрывалось. Слышались выстрелы. А она так и сидела в своей камере, боясь выбраться наружу. По неизвестной причине, мутанты ее не тронули. Видимо, приняли за свою… ну да, она и была такой же. Только внешне еще выглядит как человек…

Потом пришел Крис. Он ничего не объяснял, просто тащил ее по длинным коридорам и переходам, среди безумной кровавой вакханалии. Рина помнит, как он буквально силой запихнул ее спасательную капсул. Не стандартную, а изготовленную по спецпроекту для Князя. Откуда она взялась на аграфской станции, совершенно непонятно… Крис чмокнул ее на прощание в щеку и активировал запуск…

Что происходило дальше, Рина не знает. Очнулась она уже на этой свалке. Как оказалась тоже неясно. Капсула приказала долго жить, разбившись при посадке. Рина выжила буквально чудом. Следующие полтора года, хотя может и больше, она провела тут, ковыряясь на свалке в поисках чего-нибудь, что помогло бы ей выбраться отсюда…

Потом появился это странный хуман. Вначале она приняла его за одного из мутантов выращенных в лаборатории аграфов. Но нет, он не был похож на них. Спокойный, уравновешенный, Макс казался ей обычным человеком. Легенду, которую она ему рассказала, была выдуманной от начала и до конца. Не было никакой экспедиции. Никакой она не ученый. Да у нее даже нейросети нет. Возраст слишком мал был, когда ее похитили… А аграфы не удосужились поставить. В их планы это не входило.

Странно, но парень поверил и больше не лез с расспросами. Кажется, ему вообще не было дела до нее. Хотя… Порой она ловила на себе странные взгляды. А в последнее время, после того злосчастного подрыва, когда Макс чуть не погиб, между ними стали завязываться более теплые отношения.

Но как она оказалась в капсуле? Память услужливо подсказывает ответ. Кашель, надсадный, заставляющий выплевывать легкие. Головокружение и слабость. Сильные руки, несущие ее в медицинский отсек… Она заболела. Но как такое возможно? Она же… Она же мутант… На глаза наворачиваются слезы. Ей уже никогда не вернуться домой. Совет Княжества не допустит того, чтобы среди альвов жили такие, как она – мутанты. Что уж… Надо признать очевидное. Альвы, помешанные на чистоте генотипа, мало чем отличаются от тех аграфов, что проводят страшные эксперименты. Теперь Рина это понимает… Она и сам с презрением всегда относилась ко всем, кто не являлся альвом…

Кстати, почему-то Макса, девушка не могла воспринимать, как разумного не альва. Не получалось презирать, и все тут.

С тихим пшиканьем крышка открылась. Вдохнув полной грудью, Рина села. Макс был тут же. В пристальном взгляде серых глаз светилась уверенность, и легкая улыбка.

– Привет, красавица. Нам с тобой нужно поговорить. – В отличие от глаз, лицо парня было серьезным. Он сделал пару шагов вперед и протянул руку, помогая девушке выбраться из капсулы.

Глава 15

Помню, в далеком-предалеком детстве, мне тогда лет семь было, только-только научился читать, роясь на полках с книгами, случайно обнаружил сборник сказок. Честно, сейчас даже не вспомню, какие именно там были сказки и как назывались.

Короче, там одна такая имелась – человек нашел пещеру, сказал пароль и стал богатым. Не просто богатым, а прямо вот чересчур. А говорил он что-то вроде: «Сим-сим откройся». Не помню, вот хоть убей. Всего один разок и читал, а после книгу куда-то задевал. Но суть не в этом…

Я, почему про сказку вспомнил? А потому что ситуация у меня прямо как там. Только вместо волшебного слова – планшет с возможностью взлома. Угу… И, наверное, невероятная удача. Хотя, после того, как меня настигло понимание, что я медленно, но верно превращаюсь в злобного мутанта, об удаче можно говорить лишь с едким сарказмом. Мда…

Но… Обо всем по порядку…

* * *

Я обхожу обнаруженный склад вдоль стены, в надежде обнаружить что-нибудь… Честно, сам не знаю, чего ищу. Просто пытаюсь переварить открывшиеся факты, а в движении это сделать проще. Не каждый день же узнаешь, что ты не только конкретно накосячил в собственной жизни, но еще и не совсем человек. Угу… Даже не знаю, что меня сильнее беспокоит. Вот и пытаюсь хоть как-то отвлечься. Хотя, можно попробовать вскрыть контейнеры. Электронный замок для моего планшета не такая уж и серьезная проблема.

Есть нюанс. Я же говорил, что военные те еще перестраховщики? Ну вот… Контейнеры запираются не только электроникой, но и механическим способом. Угу… А вот для взлома таких замков, у меня нет ничего. Не голыми же руками пытаться разорвать толстый металл…

Кстати, маркировку рассмотреть так и не получилось. Планшет ничем не помог. Даже в качестве фонарика. Ну вот не было никаких обозначений и все тут. Странно, конечно. Конечно, в любой армии, даже напичканной электроникой по самое не балуй, никто не застрахован от раздолбайства. Но, ладно бы один контейнер был не промаркирован, еще можно понять…Нет, я выборочно парочку осмотрел еще. Тоже никаких маркеров и надписей.

Надоело… Вот реально… До чертиков… Загадки, тайны, мутанты, Содружество, космос… На планету хочу. Увидеть небо, подставить лицо ветру, улыбнуться солнцу… А не вот это вот все…

Примерно в таких расстроенных чувствах и обхожу помещение, стараясь держаться у стены, чтобы не заблудиться среди контейнеров. Хотя… ну, сколько тут их может быть? Вроде стандартный отсек для боеприпасов вмещает около двадцатки, но это при условии, что контейнеры стоят вплотную, друг на друге. Так что, вряд ли больше десяток найдется. Негде блуждать, по большому счету, но все равно… Мне надо отвлечься от всяких мыслей, и прогулка, пусть и такая, не самый плохой способ. Лучше только кувыркание в кровати с девушкой… Желательно красивой. Правда в моем случае, больше года воздержания, подойдет любая…

Хотя, вот взять ту же Рину… Вроде и тянет меня к ней, во всех смыслах, и проблем взять силой не вижу, но все равно, останавливает что-то. Не могу я так, мда…Воспоминание о моей, ну пусть будет – напарнице, заставило мозг заработать в нужную сторону.

То, что со мной и у меня проблемы, сущая ерунда. Во всяком случае, в данный момент, я вполне хорошо себя чувствую, и помирать не собираюсь, несмотря на отсутствие нормального воздуха для дыхания и прохладу. А вот у девушки дела явно хуже, потому что она лежит в медкапсуле, расходников для которой вряд ли хватит для того, чтобы избавить ее от болезни… Точнее, их не хватит даже для того, чтобы снять симптомы. На своем опыте сужу, мда. Беспокойство о Рине выгоняет напрочь все мысли о том, какой я несчастный и что меня нужно пожалеть. Ей определенно хуже… даже если в данный момент иначе, то как только капсула израсходует картридж и автоматически выведет пациентку из сна, точно станет не очень хорошо.

Значит, задерживаться внутри эсминца не самый лучший выход. Надо выбираться наружу – чем быстрее, тем лучше. Здесь меня настигла неудача, но думаю, что есть еще уцелевшие отсеки, в которых получится найти что-нибудь, наподобие взрывчатки, чтобы открыть эту гребанную сломавшуюся дверь. Я уже разворачиваюсь в обратную сторону, когда в углу картинки, транслируемой нейросети, цепляюсь за угловатый предмет, стоящий чуть дальше того места, где я остановился.

Ладно, пара минут задержки ничего не решит. Все равно пока никаких идей нет, как отсюда выбираться. Точнее, идеи есть – возможностей нет. Эх… Найти бы какого-нибудь дроида… Желательного технической направленности, но подойдет и абордажный. Пушки у них мощные, так что вполне получится дверь проковырять. Не с одного залпа, само собой, но все же…

Вот даже не знаю… Правду говорят, бойтесь мечтать! Мечты сбываются… Ага… Дроид… На вид, вроде без фатальных поврждений, так пару опалин на корпусе обнаруживаю, да и то, после того, как планшетом подсветил. Даже больше скажу, такой тип есть в моих базах. Ага… Я и управлять им могу, если получится взломать встроенный искин. Я же говорил, что на аварийной нейросети почему-то довольно много баз для бойца пехотинца-планетарных войск? Ну… Вот в этих базах дроид и нашелся… Ага, мобильный роботизированный комплекс поддержки разведывательных подразделений.

У меня всего один вопрос – на хрена такая штука на эсминце? Нет, я, конечно многого не знаю, но все же на мой взгляд использовать корабль такого типа для десантирования на планеты пехоты, или тем более для заброски разведывательно-диверсионных групп, которые собственно и используют таких дроидов, это такое себе извращение. Ни дальности, ни скрытности, ни огневой мощи для поддержки в атмосфере планет. Но, он вот стоит… Да плевать, кому-то вздумалось затащить комплекс на эсминец, пусть будет.

Для меня, самое важное сейчас то, что этот комплекс имеет возможность не только стрелять и всех убивать, но и вскрывать преграды, наподобие бронедверей корабля. А если поизваращаться, то можно его заставить и отремонтировать. Правда функционал технической направленности в относительно небольшие габариты, удалось впихнуть лишь порезав огневую мощь, причем довольно солидно. Но, с другой стороны, если разведчикам приходится вести пехотные бои высокой интенсивности, да еще и на планете, то… Земля им пухом. Хоть танк придай, не поможет.

На Земле, конечно, давно не было масштабных боевых действий, но нам преподавали немного разведывательную и диверсионную деятельность. На всякий случай. Точнее на случай, если собьют над неконтролируемой вооруженными формированиями корпораций территорией. Так вот, главный принцип – незаметность. Да и в Содружестве думаю, не сильно отличаются способы применения подобных подразделений.

Ладно, все это к делу не относится. Так… Дроид с виду целый, только обесточенный. И вот здесь вырисовывается проблема… Нет, запустить его сложностей никаких, сдвинуть бронекрышку и нажать кнопку. Ну, если упрощено. Проблема в том, что этот комплекс имеет очень умный для своего класса искин. Угу… А меня в списке дружественных целей не имеется. Получается, если я сейчас включу его, то он меня может того… На запчасти разобрать. Планшет тут не поможет, потому что подключиться к обесточенному искину, по беспроводному модулю не получится, а кабеля в комплектации не имеется. Вот и получается… Нужно дроида активировать, чтобы попытаться взломать, но как только он оживет, проблема взлома отпадет у меня сама собой, по причине безвременной кончины… Огневая мощь-то урезана, но мне и пары импульсных пушек и плазменного орудия малого калибра за глаза хватит…

Интересно, а скорость у меня тоже увеличилась из-за мутации? Вот, правильно говорят, человек существо такое, к любой фигне адаптируется. И никакие вирусы его не выведут. Вот и я пытаюсь найти плюсы в том, что во мне мутаген, вирус и, возможно еще какая-то фигня. Да и вообще, я уже не совсем человек, если придираться…

Ну, где тут мой планшетик? Мда… Чувствую, придется мне на ту гребанную станцию слетать… Похоронить диверсанта, чьим наследством я пользуюсь… Как ни крути, а он это заслужил. Не знаю, чем он мотивирован был, уничтожая лабораторный комплекс и выпуская на волю порождения двинутых ученых, но… Лично для меня, сейчас в этой ситуации, тот альв, настоящий благодетель. О том, что не будь у меня этого устройства с кучей софта для взлома, я сейчас с большой долей вероятности находился бы на нормальной жилой станции Федерации Амар, лучше умолчать… Ага… Скорее всего, после того, как обнаружилось бы заражние, быть мне отправленным на опыты… Никакой веры в альтруизм обитателей Содружества у меня нет. И дядя, и Грик, рассказывали достаточно, чтобы я представлял себе реальное положение дел и качество человеческого материала, так сказать…

Лирика… Вечно меня заносит куда-то не в ту степь. Хлебом не корми, дай поразмышлять на отвлеченный темы, особенно когда надо делом заниматься. Вот как сейчас, например…

Забыл рассказать, как выглядит МРКП… Длиной около двух метров, при ширине в полтора и высотой сантиметров восемьдесят. Этакий приплюснутый агрегат. Сверху на нем установлен орудийный модуль, способный вращаться вокруг своей оси и с возможностью вести огонь практически вертикально. Башенка модуля сдвинута в кормовую часть. Спереди, под броней, располагается энергетическая установка и манипуляторы, которые на время боя или передвижения убираются в специальные отсеки, чтобы не мешались. По всему корпусу раскиданы эмиттеры активного энергетического щита. Не сказать, чтобы прямо мощного, но выстрел из крупнокалиберного плазменного орудия выдержит. Правда, только один… Но все же.

Инструменты спрятаны в специальных отсеках, прикрытых бронепластинами. В общем, небольшая, маневренная машинка, способная в одиночку разобрать вот этот эсминец на запчасти. Если изнутри будет этим заниматься, само собой. А передвигается это чудо техники на гусеничном ходу. Что еще? Автономность высокая, проходимость тоже… Для планет самое то, а вот на корабле на хрен не нужна, как раз из-за габаритов. В большинстве коридоров, дроид просто не развернется. Можно, конечно, использовать в качестве долговременной огневой точки, но смысла особого нет…

Ах да, по вооружению… То что, для планетарных войск считается малокалиберным плазменным орудием, если перенести на стандарты используемые в космосе, окажется не таким уж и маломощным. Мощнее, чем турели внутренней обороны линкора, раза этак в два. Вообще, в Содружестве не очень любят воевать на планетах… Ну как не любят… Не воюют. Все споры решаются максимум на орбите. Поэтому и разнобой такой в классификации оружия.

Нет, имеются, конечно, спецподразделения, для действий на диких планетах. Но их очень мало. Как раз для таких вот соединений и созданы были эти комплексы. Ну а разные стандарты мощности, из-за специфики разности применения оружия на космических кораблях и на планетах, особо роли не играют. Все же, если на планете необходимо учитывать воздействие атмосферы, ветров там всяких, рельефов местности и тому подобного, то рукотворные космические объекты таких нюансов лишены. Как бы разница между скальным массивом и бронированной переборкой, которую можно без проблем разрезать промышленным плазменным резаком, колоссальна. Отсюда и мощность планетарных орудий выше. В полтора-два раза, если сравнивать экземпляры одного класса.

Кстати, с точки зрения Содружества, я в каком-то смысле, довольно уникальный специалист. С опытом ведения боевых действий в атмосфере и на поверхности. Ну не развивают местные эти направления… Для стандартного жителя Содружества – планеты, это курорты и сельское хозяйство. И уж точно, уничтожать довольно редкие планеты А-класса, на которых не требуется проводить терраформирование, чтобы человек мог спокойно жить, никому даже в голову не придет. И так ведь ясно, если имеешь преимущество на орбите, то планета сопротивления не окажет. Особенно если высадить космодесант, угу, при поддержке с воздуха и с кучей дроидов. Просто некому оказывать сопротивление, потому что на планетах имеются из вооруженных формирований только полицейские подразделения, для поддержания порядка. Вот такая специфика, понимаешь…

А немногочисленные подразделения обычной планетарной пехоты используются только если обнаруживается очередная планета, населенная «дикими». Такая, как Земля например. Но, это тоже не такое уж массовое явление.

Размышления о специфике миров Соружества, не мешает мне проводить манипуляции с планшетом. Запускаю программу по сканированию сети, предварительно снеся предыдущие настройки. Диапазон то я не знаю… Теперь программку по подбору кодов… Синхронизировать все на нейросеть. Сделано. Нет, надо подстраховаться…

Лезу в панель управления планшета и нахожу еще одну программку. Для организации активной атаки и выведения из строя искина. На случай, если подобрать коды доступа не получится. То просто сожгу искин к херам и буду напрямую управлять через нейросеть. У этого комплекса такая возможность имеется. Конечно, не хотелось бы к таким мерам прибегать, но… Если вдруг, после включения окажется, что у дроида активен режим огневой подвижной точки, то мне даже сбежать не получится, несмотря на все мои возросшие из-за мутации возможности… А среди контейнеров долго прятаться тоже не получится. Для активных сканеров они не являются преградой. От слова совсем. Да и, хоть я уже и свыкаюсь с мыслью, что я почти не человек, но биологическим объектом быть не перестал. Так что… Без вариантов…

Ну… Вроде все готово… Аккуратно кладу планшет на ровную поверхность дроида, отжимаю крышку, укрывающую панель запуска… Что-то мне ссыкотно… Еще раз проверяю, все ли настройки сделал и все ли необходимые программы запустил. Вроде все в ажуре…

А нет, вот еще… Специальная программка, создающая помехи сканерам. Не то чтобы планшет такой мощный, что может использоваться, как полноценное средство радио-электронной борьбы, но… Глядишь на один шанс у меня появится больше. С чего это я стал таким осторожным? Хм… Ответ на поверхности. Раньше я рисковал только собственной шкурой, а теперь… Лежит она там такая, а я тут думай, надолго ли хватит на две трети использованного картриджа? Или бедняжка так и откинется, в медкапсуле, не увидев неба?

Хех… Так, вроде всё подготовил, все программы запустил. Прислушиваюсь к своему организму – в порядке. Как минимум на один короткий забег хватить должно. Ну-с… С богом!

Жму на кнопку запуска и пару секунду жду реакции. Не, ну а вдруг аккумуляторы сели, а я как дурак буду прятаться… Хотя, на комплексе в качестве энергоустановки мини-реактор установлен, так что не должно бы… Угу… Небольшая панель с индикаторами мигнув, начала отображать график, если не ошибаюсь запуск реактора. Мне пора…

Стоять некогда, надо срочно удалиться отсюда, пока управление не будет перехвачено. Активация этой модели происходит за считанные секунды. Поэтому, больше не теряя времени, припускаю в темпе вальса, стремясь пересечь помещение напрямую между контейнеров. Много времени на это не потребовалось. Тут всей ширины то метров пятьдесят. Кстати, какого хера на эсминце такой склад? Обдумать мысль мне не дает заряд плазмы, с тихим шипением пролетевший над головой…

Черт! Черт! Черт! Комплекс уже активировался… А я не успел подобрать укрытие. Надо было в коридор нестись. Правда, если здесь у меня еще есть шансы поиграть в кошки-мышки, то в коридоре дроид меня поджарить через пару секунд. Резко обострившаяся интуиция, заставляет меня щучкой нырнуть за ближайший контейнер и под аккомпанемент свиста выстрелов скорострельных импульсников, уйти в перекат, пытаясь сделать так, чтобы на линии огня оказалось как можно больше контейнеров. Вот же сука… как же он быстро приступил к выполнению своей функции… по моим подсчетам, раньше чем через минуту плазменной пушкой он не мог бы воспользоваться. Это импульсникам достаточно активного реактора, а плазмомету требуется время на накопление и формирование заряда.

Черт! Очередной заряд плазмы прилетает по диагонали, со стороны выхода, опалив по пути ресницы, буквально на десяток сантиметров разминувшись с моей головой, пробивает бронированный бок контейнера насквозь. Эх… А я даже не успел проверить, что там может быть ценного. Ладно, некогда рассиживать на месте. Рывком меняя местоположения своего бренного тела, стараясь как можно меньше находиться на одном месте. Это еще хорошо, что между наставленных контейнеров МРКП проехать не может. Только по периметру перемещается, иначе давно бы приблизился и накрыл шквальным огнем. Эх, зря я его врубил, наверное…

А если попробовать так? Под свист очередей из импульсников, вложив все силы, одним прыжком оказываюсь наверху бронированного шестигранника. Расчет на то, что несмотря на возможность комплекс шмалять из своей пушки в любой плоскости, все же для вертикальной стрельбы, ему нужно быть практически под целью. А так, есть надежда попасть в мертвую зону.

Если кто думает, что я забрался на первый попавшийся контейнер, то он в корне не прав. Я же характеристики знаю, вот и просчитал в каком месте будет безопаснее всего… Было… Безопаснее всего.

Я даже не знаю, что там стоит за искин, но явно не серийник. Уж очень быстро принимает решения и использует нестандартные решения. Например такие, как расстрелять контейнер на котором я лежу из плазменной пушки. По мне попасть не может, а по контейнеру, чуть сместившись, вполне себе прилетает. Угу… И толщина стенок тут нисколько не помеха. Раз уж я не хочу лезть на линию огня, комплекс решил помочь мне с этим и доставить на лифте… Не… Я так не играю.

Чертов планшет, чего он так медленно-то… Не кластер же вычислительный взламывает, а какой-то паршивый искин мобильного роботизированного комплекса… Так ведь и поджариться недолго.

Прыжок, еще прыжок, перекат… Растянуться на полу и теперь ползком. Вот сейчас даже не знаю, проклинать того мутанта, поделившегося со мной своими генами или благословить? Если бы мое тело не прошло перестройку, хрен бы я смог двигаться с такой скоростью. Даже если бы у меня был полный комплект имплантов на раскачку физических показателей организма. Но что ж это за искин-то такой… Твою мать! Эта сволочь теперь бьет еще и на упреждение, будто угадывая мои, куда я рвану в следующий момент. А красиво, однако… Тут ничего не попишешь… Вспышки плазмы, сиреневые росчерки импульсов, горящий контейнер… Красота, блядь… Слов не хватает!

Слов действительно не хватает… Эта тварь уверенно зажимает меня в ограниченное пространство, поджигая контейнеры по бокам. Интересно, что в них такое? Боюсь, об этом я уже никогда не узнаю…

Заряд импульсника цепляет меня в прыжке… По касательной, но мне и этого хватает, чтобы не суметь зацепиться за крышу очередного контейнера и кубарем покатиться по полу, в то время, как по телу прокатывается волна одуряющей боли, заставляющей мои мышцы сокращаться в хаотично порядке. Твою мать… Корежит так, будто меня электрическим током бьет, высокого напряжения. Вообще-то, я всегда думал, что импульс обжигает наподобие огня, а не парализует… Хм…

Но сейчас думать о физических принципах, на которых работает оружие не хочется совсем… Похоже, всё… Отбегался, Максик. Не помогли тебе ни нейросеть, ни тренировки, ни, даже, мутации разогнавшие показатели организма сверх предельных возможностей…

Корчась в спазмах, я выкатился в проход между контейнерами и стеной и теперь лежу, не в силах даже пошевелиться… Про то, чтобы продолжать свои акробатические этюды, речи и вовсе не идет… Но где дроид? Почему еще не добил? Я уже не смогу увернуться от плазмы. Интересно, а как лучше умирать? С открытыми или закрытыми глазами? Не… Лучше с закрытыми. Не хочу я смотреть на разрушения, прежде чем встретиться с создателем, или что там ждет после смерти?

Прикрываю глаза… Что ж он медлит-то… Стреляй уже, с-сука… Кажется, я произношу это вслух, но мне уже все равно. Перед глазами образ Рины, такой, какой я видел ее, уже уложив в капсулу. Жаль… Мне действительно жаль…

Эй! Кто бы ты там ни был. Бог, или дьявол. Я никогда не был особо верующим, так… Иногда дядя рассказывал о всей этой религии, вере, надежде и любви. В общем, если ты там где-то сейчас смотришь на меня, сделай так, чтобы девчонка выжила. Спасибо!

Тихое гудение метрах в трех от меня. Обострившийся слух помогает распознать, как генераторы начинают набирать заряд для плазменной пушки. За сколько там заряд набирается? Секунд пять, кажется… Ну, вот и всё…

Всплывшее сообщение нейросети: «Доступ получен» не сразу получается осмыслить… И только, замолчавшие генераторы помогают мне понять, что мне повезло… Планшет все-таки сумел сделать свое черное дело – взломал этот чертов искин!

* * *

Что чувствует приговоренный к расстрелу, когда казнь вдруг отменяют и ему говорят, что он свободен? Не знаю, кто так, а я никаких особых эмоций не испытываю поэтому поводу. В душе нарастает беспокойство о Рине. Как она там? Вдруг медкапсула уже израсходовала картридж и девушка умерла? Никаких особых эмоций по поводу обретения и полного контроля такого чуда, как очень мощный дроид, у меня нет.

Быстро пробегаю по доступным функциям. Как я и говорил, есть небольшие возможности по техническому направлению. Пушки, с которыми я познакомился, так скажем, самым непосредственным образом. Да и все, вроде…

Хотя нет. Есть еще какая-то база данных на искине. Недолго думая, жму на загрузку и… Вот это неожиданно, конечно. База данных без проблем скачивается, а нейросеть предлагает начать обучение. Хм… Но у аварийной нейросети же нет возможности подгружать дополнительные базы? Но вот же! База загрузилась, распаковалась и готова к тому, что я брошусь в омут обучения. Эх… Что не день, то все новые вопросы… Ладно, это сейчас подождет. Как и разборки по поводу того, с какого бодуна, МРКП так быстро пришел в боеготовность. Угу… Да и с искином, тоже не мешает повозиться… Мда… Но все это после.

Сейчас же… Надоело мне в потемках тут бродить по мертвому кораблю, пора бы и честь знать. Перевожу управление комплексом на нейросеть и отдаю команду двигаться к выходу. Машина, еще минуту назад страстно мечтавшая превратить меня в хорошо прожаренный стейк, беспрекословно выполняет команду. Потерев зудящий нос, ага, последствия попадания еще не до конца прошли, направляюсь за дроидом.

Кстати, спазмы, скрутившие меня после импульса, прошли довольно быстро, хотя и доставили кучу не очень приятных ощущений. На мой взгляд, если так будет корежить обычного человека, то он точно сдохнет, от болевого шока. А я чего? Ничего, зуд вот только в разных местах, и все.

Кстати, а планшет-то мой, расчудесный где? Подхожу к остановившемуся у, явно узкого для такого монстра выхода, дроиду. Во дела! Даже не упал, лежит родимый там же, где я его оставил. Даже на пару сантиметров не сдвинулся, и это при том, что платформа активно маневрировала, пытаясь выйти на позицию. Забираю такую бесценную вещь и убираю в карман брюк. Не дай бог потеряю.

Окидываю разгромленный склад взглядом. Мда… Хорошо повоевали… Все же орудия для использования на планетах, лучше внутри кораблей не применять… Больше половины контейнеров весело потрескивают раскаленными боками, а парочка так еще и горит… Эх, ладно… Потом наведаюсь, глядишь что уцелело. А сейчас – мысленный посыл и плазменная пушка дроида начинает методично обстреливать переборку, расширяя проход. Можно было использовать резак, но так быстрее…

* * *

Злосчастная дверь, с заклинившим наглухо электронным замком, повторила участь переборок отсека с контейнерами. Была просто расстреляна из плазменной пушки. С запасом, чтоб уж точно больше не перекрывала нормальным людям возможность вовремя свалить. Вот, сама виновата.

Какое-то непонятное предчувствие гнало меня вперед. К моему, ставшему домом, кораблику. Я лишь ненадолго задержался, ставя задачу искину дроиду. Тащить с собой смысла нет, поэтому пусть пока заваленный медотсек расчистит и капсулы вытащит из корабля. Посмотрим, может пригодятся. Да и заодно, глядишь запасные картриджы найдутся.

До корабля добираюсь без проблем и довольно быстро. Дорога уже вызубрена так, что могу с закрытыми глазами пробежать и даже ни разу не споткнуться. Шлюз, коридор. Даже приводить себя в порядок не стал. Сразу рванул в медотсек.

Уф… Предчувствие оказывается ложным. Все в порядке. Рина лежит себе спокойно и в ус не дует. Подключаюсь к искину и запрашиваю данные. Так… Диагностику потом гляну, а вот по расходникам прямо сейчас. Хм… да нет, все в порядке. Еще с четверть картриджа. Ну да, в принципе, отсутствовал я недолго. Что-то порядка четырех часов… Точно не скажу, не засекал. Не найдя поводов для беспокойства, ухмыляюсь своей паранойе и покидаю отсек. Надо привести себя в порядок, а потом… Потом, будет потом…

Глава 16

С тихим шелестом, крышка медкапсулы отъезжает, давая мне возможность выбраться наружу. За последние несколько месяцев, это стало для меня настолько привычной, что уже даже не воспринимается мозгом. Тело на автомате поднимается, руки сами начинают натягивать комбез, а мозг в это время пытается прийти в себя, после очередной изученной базы данных. Так себе ощущения, если честно… Ниже среднего.

Да уж… Время. Как быстро летит, не успеваешь заметить. Вроде, вот только обухом по голове стукнуло понимание, что я становлюсь мутантом… Ага… А еще чуть не сдох в тот же день. Хорошо повеселился, одним словом. Гляди ж, ты, уже почти полгода мимо просвистело…

Потянувшись, скорее по привычке, чем из необходимости, подхожу к зеркалу. Все же, седьмой ранг медицинских баз, это уровень. Тут и работа с медкапсулой иначе проходит, да и возможностей побольше… Я теперь могу без проблем не только настроить восстановление, но и провести, если вдруг возникнет необходимость, коррекцию генотипа… Мда… Вот только с вирусом и мутагеном, несмотря на все свои знания, справиться так и не получилось…

Из зеркала на меня смотри привычное отражения, парня лет двадцати, с серыми глазами и коротким ежиком волос. Все шрамы давно убраны, болячки подлечены, раны затянулись. Ага… Где-то сами собой, где-то медкапсула постаралась. Полгода… Это много или мало? Кому как… Не задумываюсь.

Каждый раз, заканчивая обучение под медикаментозным разгоном, подхожу к этому зеркалу, чтобы обнаружить внешние следы изменений вызванных мутацией. Слава богу, пока нет. Хотя структура ДНК у меня уже процентов на тридцать отличается от человеческой. Мда…

Кстати, по поводу загрузки баз. Я почему-то думал, что на аварийную нейросеть нельзя закачивать дополнительные базы, точнее, это имелось в тех данных, которые я изучил после установки. С одной стороны, все так. Аварийная нейросеть не имеет внешних нейроинтерфейсов, для подключения считывателей, поэтому стандартным способом подгрузить данные невозможно. Все правильно…

Но, помните ту небольшую базу, которую я смог скачать, когда получил доступ к МРКП? Ага… Она встала без проблем. А все почему? Потому что там загрузка осуществлялась через специальные служебные протоколы, используемые для программирования нанитов из которых строится нейросеть. Ага, через задний проход так сказать… Вопрос, какого хрена, собственно говоря, на, пусть и не самом распространенном, но все же серийном дроиде оказалась база, с такой кодировкой, думаю никогда не будет раскрыт.

Вообще, этот эсминец… Как бы помягче сказать… Вызывает вопросов столько, что если вдруг кто-то решит искать истину, боюсь ему понадобиться немалый такой запас терпения. Лично я, даже не хочу знать ответы на многие вопросы. Вот честно… Мне хватает того, что я смог вытащить алгоритм перекодировки баз, воспользовавшись планшетом и наконец, начать изучать кучу баз, скопившихся в загашнике как у Рины, так и найденных лично мной.

Хотя, для меня корабль оказался настоящей пещерой с сокровищами, мда… После эпичного побоища на складе, когда я изображал из себя человека-попрыгунчика, а Хома, это я так обозвал дроида, пытался меня поджарить, ничего особо интересного не происходило. Эсминец я облазил сверху до низу. Вот только никаких следов экипажа не нашел. Куда делись, совершенно непонятно.

По каютам куча мелочей и личных вещей, говорящих о том, что там точно имелись жильцы. Но куда подевались неизвестно. Будто выскочили на секунду и растворились. Вначале думал, что покинули корабль на спасботах, но… Все транспортные средства, положенные по штату, на месте. Не в одних же скафандрах выбросились в открытый космос?

Искин, который мне удалось демонтировать, а потом установить в свой маленький кораблик, оказался обнулен. Даже матрица личности была сброшена. Никакой информации не сохранилось. Вот от слова совсем… Сплошные непонятки… Да, собственно говоря, какая мне разница…

Кстати, сам корабль был практически в идеальном состоянии, если не обращать внимания на те повреждения, которые ему организовал я. Ага… Можно было запускать реакторы и лететь. Ну, это пока я не занялся мародерством. Не, ну не сразу, конечно, а после того, как взвесил все ЗА и Против. В итоге, мой неказистый кораблик, собранный буквально на коленке, победил за счет своей малозаметности и автономности, уступая во всем остальном.

Мда… Полгода… В первую очередь, едва я понял, что у меня появилась возможность изучать базы, тут же бросился, как остервенелый загружать себе все подряд, что смог найти медицинской направленности. Угу… Где-то через пару недель, и третьего уровня изученного, сообразил, что я мудак… Аккурат, когда дошел до возможности обучения под медикаментозным разгоном в медицинской медкапсуле…

Пришлось останавливаться и подбирать технические базы. К тому моменту в моем подчинении было уже три дроида. Это помимо Хомы. Ремонтный комплекс с эсминца. Но, пока я не добрался до пакета баз по инженерингу, использовался он, мягко скажем, неэффективно…

Даже не знаю… Что еще интересного? Ничего… Эсминец я почти полностью разобрал. Остался один корпус, да и то, местами бронепластины сняты. Я немножко увеличил объем своего надежного пустотного извозчика, ага… Простого ремонта мне показалось мало. Ну, там, движки в норму привести, систему жизнеобеспечения прочистить и так по мелочи. Памятуя, как мы с дядей оказались практически безоружными, в этот раз я мало того, что забил под завязку наш арсенал из оружейного хранилища эсминца, так еще и соорудил дополнительный отсек, куда перекочевал груз из тех самых контейнеров.

Вот тоже, вопрос очередной… Контейнеры оказались забиты снаряжением предназначенным для планетарных подразделений. Бронекомбинезоны, средства противовоздушной обороны, передатчики, мобильные станции доразведки целей… Да много чего, все и не перечислишь. Я так прикинул, можно целую бригаду снарядить. Ну, если брать по штатному расписанию корпоративных армейских стандартов. Около двух тысяч человек примерно. Кому понадобилось такое количество снаряжения? Не знаю… Как я уже говорил, на планетах в Содружестве, практически не воевали… Можно было подумать, что какое-то государство решило провести перевооружение, но… Никаких сопроводительных документов к грузу не было. Как и маркировки. Даже электронные метки на контейнерах отсутствовали. Больше всего было похоже на контрабанду. Ну, да и ладно…

Конечно, весь груз с эсминца, на мой кораблик не поместиться, даже если я еще пару отсеков приделаю. Помните ту комнату, в которой Рина жила, до моего появления на этой свалке? Ну вот, теперь там склад. Стены на всякий случай укреплены дополнительным слоем брони, которой тут в избытке. Сварганил стеллажи, и все аккуратно растолкал по полочкам. Не сам, конечно, дроиды. Но идея-то моя…

Эх… По меркам Содружества, за довольно короткий промежуток времени, я стал специалистом экстракласса в нескольких профессиях. Инженер, медик, пилот… Мда… И это то, что у меня разучено выше седьмого уровня баз… Угу… Про мелочь, вроде кибернетики в шестом, оператора орудийных систем, абордажника и еще нескольких смежных специальностей военной направленности умолчу. Такого спеца любая организация оторвет с руками и ногами. А потом оторвет руки и ноги, чтобы не сбежал. Заодно и поместят в какую-нибудь жуткую лабораторию закрытого типа, навроде той, что уничтожил альв-диверсант. Вот последний вариант, про лабораторию, наиболее вероятен. Особенно, если кто-то вдруг узнает, что у меня не индивидуальная нейросеть, выращенная на заказ за огромные деньги аграфами, а самая банальная «аварийка».

Ну, не совсем банальная… Вирус изменил не только мой геном, но и структуру нейросети. Теперь ее невозможно удалить, поменять, или еще как-то провести манипуляции не задев моего мозга. Вот такой подарочек…

Хех… Последнее время, мне все меньше хочется избавится от мутации. Уж очень много плюшек… Начиная от повышения интеллекта и модификации нейросети. А вы что, думаете я сам такой умный? Да с моими природными данными, я бы третий уровень по одной специальности изучил бы в лучшем случае за пару лет…

Полный пакет, а не кастрированные версии, как предустановленные на «аварийке», весьма и весьма объемные… Раз в пять больше, примерно… Я знаю, я теперь специалист…

Так вот, интеллект у меня сейчас далеко за пороговый для гуманоидов предел в пять сотен пунктов. Методика, используемая для определения, не может точно просчитать, насколько превосходит, но по косвенным признакам, раза в три-четыре…

Чувствую ли я себя умным? Скорее нет, чем да. Никаких изменений в собственном мировозрении я не замечаю. Да, усвоение и осмысление информации идет гораздо быстрее. Просчет ситуаций ускоренный. Ну и анализ самом собой. А так… Как был Максом, так и остался… Эх… Можно долго рассказывать о мелочах, сопутствующих любой рутине. Но вот именно, что рутина… Раздербанивание эсминца, ковыряние в завалах техники, мелкие переделки моего корабля… Все это мелочи…

Свалка, она и есть свалка… Хоть я и привык уже, даже можно сказать, втянулся, но провести остаток жизни тут – увольте. Тем более, для отлета все готово. Корабль приведен в порядок, то что можно утащить, загружено на борт, остальное уложено в отдельном помещении. Ремонтный комплекс заканчивает разборку стены ангара, чтобы мы могли улететь.

Искать возможность попасть в другие помещения, огромного корабля, немного подумав, я не стал… Да-да. Это был именно корабль… Как только дроиды расковыряли достаточно большую дыру в стене, первым делом запустил пару зондов, чтобы определиться уже, что это за ангар и где он находится…

Огромное вытянутое веретено, диаметром в самой широкой части в три километра и длиной больше сотни… Вот, что увидел я, просматривая кадры с зондов. Даже предположить не могу, кто, когда и зачем построил такую махину… Хоть и зудит любопытство, но… В одиночку исследовать такую громадину, это нужно быть бессмертным… Времени у меня столько нет. Проводить жизнь, исследуя изделие неизвестной цивилизации, желания нет. Возможно, потом, когда станет тоскливо, я сюда вернусь…

Маяк то я собрал… Притом с использованием земных технологий связи. Как оказалось на практике, фотонно-квантовые передатчики имели большую дальность и не зависели от кучи ретрансляторов, используемых в Содружестве для организации гиперсвязи. Вот такой выверт…

Да и вообще, сравнивая некоторые технологии, да те же разгонные двигатели, прихожу к однозначному выводу, что на моем корабле, родные гораздо эффективнее, чем аналоги Содружества. Да и с энергообеспечением та же фигня. Не понятно только, почему местные не используют дейтеривые реакторы… Хотя и сам принцип, и установки имеются… Но вот, такой выверт – Содружество использует в качестве рабочего тела для реакторов дефицитный изотоп лерния. Что это за вещество, понятие не имею. Не смог соотнести с земной классификацией. Возможно, на Земле просто нет его.

Да… Загадки… Этот гигантский корабль, непонятная лаборатория… Мутаген, запустивший спонтанную эволюцию в моем организме… Ага… Это не просто мутация, а именно переход на другую эволюционную ступень. Ну, выучив медицину в высоких уровнях, а вместе с ней и кучу сопутствующих баз. Типа биохимии, нейрофизиологии и тому подобного, могу предположить именно такую версию. Для самоуспокоения. Все же чувствовать себя новой ступенью эволюции, лучше чем каким-то там искусственным мутантом… Мда… Определенно, даже не знаю… Стоит ли искать возможность повернуть процесс вспять? Уж очень хорошие бонусы предлагаются…

Ухмыльнувшись собственному отражению, открываю дверцу шкафа, на которой висит зеркало. Не раз и не два я все это обдумывал. И все никак не мог решить, как же мне поступить. Я вообще не знаю, как дальше выстраивать свою жизнь…

Вернуться на Землю? А толку? Если там уже все мертвы. В Содружество? Угу… Можно сразу готовить себя к участи лабораторного кролика. Это не учитывая еще убийства дяди. Не… Пока не разберусь, как поменять идентификатор нейросети, даже не сунусь. Алгоритмы подключения через служебные протоколы имеются, а вот понимания, как ее перепрограммировать нет. Почему-то в куче накопителей с базами данных, не нашлось ни одного, с информацией по производству нейросетей. Только обслуживание и установка. Странно…

Так… Чего бы одеть? В задумчивости чешу затылок. Последнее время я в основном ношу комбинезон офицера-планетарника. Ну а что? Броня, усилители, замкнутый цикл жизнеобеспечения и силовой щит. Красота. Ничем не уступит космическому скафандру. Если только отсутствием защиты от космической радиации. Ну дак, в нынешнем состоянии моего организма, она мне не особо и нужна. Да и сам комбинезон не очень нужен… Боевых действий не предвидится, а в агрессивной среде, я и без него вполне себе нормально какое-то время пробуду. Проверено уже… Сначала, когда оказался заперт в эсминце, а потом уже сам выбирался в открытый космос.

Не, я не самоубийца… Даже скаф с собой брал, на всякий случай… Но ничего, полчаса проторчал снаружи, прежде чем жизненные показатели начали стремительно падать… Эх…

Ладно, одену футболку и брюки. Из корабля мне сегодня выходить не требуется. Всего-то, пройти несколько метров по коридору, до медотсека, где в капсуле все это время лежит Рина…

Да… Рина…

Все то время, что я готовился покинуть это гостеприимное местечко, она провела в медкапсуле… Вирус медленно, но верно убивал её. А я… Несмотря на кучу изученных баз, мог только менять картриджы, да менять режимы поддержания жизнедеятельности… На большее возможностей медкапсулы просто не хватало…

Проблема осложнялась тем, что при детальном анализе, у нее обнаружился не только вирус, подцепленный от меня, но и еще какая-то разновидность того же плана. Очень похожее по строению на мутаген в моем организме, но все же отличающийся по структуре. Да. Мутаген я выявить смог, и вирус с Земли тоже. Но только выявить. На большее моих возможностей не хватает. Нужна лаборатория и куча специфического оборудования. К сожалению, ничего подобного тут мне найти не удалось…

Рина… За это время, пусть она и провела его в бессознательном состоянии, девушка стала для меня чем-то большим, чем просто напарница по заключению. Даже не знаю… Не могу описать чувства. Скажу одно. Ее состояние, волнует меня гораздо больше, чем мое…

Каждый день, я прихожу в медотсек и какое-то время просто стою, глядя на медкапсулу. Нет, не на девушку, лежащую в ней, а просто на аппарат. Иногда разговариваю… задаю вопросы, на которые хотел бы получить ответы. Например, почему она соврала, что у нее стоит навороченная нейросеть? Нет у нее вообще никакой нейросети. Возможно еще и поэтому, болезнь не удается взять под контроль…

По-хорошему, я бы не стал вытаскивать ее из медкапсулы, пока нет лекарства. Но… Я не могу, да и не хочу, увозить ее отсюда, даже не спросив. Вдруг она захочет остаться? Смешно… Да…

Да и просто, хочется увидеть ее улыбку, услышать голос…

Эх, ладно… Чего я тут стою терзаюсь?

* * *

Запах кофе. Он заполняет собой все пространство кают-кампании, в которой мы сейчас сидим. Просто сидим. Я смотрю на Рину. Мда… От бойкой девушки осталась тень… Впалые глаза, заострившиеся скулы, поникшие острые ушки… нужно что-то срочно делать. Это она из медкапсулы только вылезла, а что будет, если ее обратно не поместить? Тут и к бабке не ходи… ладно, не хочется даже думать об этом.

Пока девушка уплетает жирный стейк, я думаю, с чего начать разговор, ради которого я прервал ее нахождение в медкапсуле. Пока мы шли от медотсека, до кают-кампании, успели перекинуться буквально парой слов. Да и то, я ей сообщил только о том, сколько времени она пролежала в медкапсуле и уточнил ее собственные ощущения. Едва оказавшись тут, девушка тут же заявила, что ужасно хочет есть. Пришлось срочно сооружать ей завтрак. Заодно и кофе сварил… Эх… запасы все-таки подходят к концу…

– Рина, тут такое дело… – дождавшись, пока девушка дожует остатки стейка, начинаю разговор.

– Какое? – в меня упирается довольный взгляд. В глубине глаз даже легкий блеск можно различить… Ну да… Стейк и мертвому настроение поднимет.

– Сегодня я планирую покинуть это место… Знаешь ли, немного надоело торчать среди кучи мусора. – делаю паузу.

– Ты хочешь меня бросить здесь? – Только что улыбавшаяся девушка, тут же меняется в лицо, а губы начинают слегка подрагивать…

– Нет. Как тебе в голову такое пришло. – тут же отметаю ее предположение. – Но я обязан спросить у тебя, готова ли ты полететь со мной. Собственно, поэтому я и вытащил тебя из медкапсулы. – Сразу решаю донести до нее мысль, пока она себя не накрутила. Судя по всему, перспектива остаться тут одной, ее не устраивает… на глазах проступают слезы… Вот только этого мне не хватает. Блин, как-то не так я начинаю беседу.

– Конечно, готова! – тон девушки тут же наполняется радостью. – Только… – она задумывается на какое-то время. – Как мы это сделаем?

Точно, она же не в курсе того, что я тут делал все это время…

– Долго рассказывать… – Тяжело вздохнув, отвечаю я. – Давай расскажу как-нибудь в другой раз.

– Мы торопимся? – Ее голос неуловимо меняется. В нем проскакивает легкая озабоченность. Ну да, она девочка умная…

– Тебе нужно будет снова лечь в медкапсулу. – Говорю, а сам понимаю, что не хочу снова заключать ее в прозрачном саркофаге. Мне хочется вести с ней беседы, обсуждать планы. Да просто сидеть и пить кофе. Гребанная болезнь!

– Я же и так полгода по твоим словам провалялась? – Недоумение, вперемешку с обидой. – Зачем снова ложиться?

– Ты умираешь… Без постоянной поддержки, ты не протянешь и пары дней. – Как-то неправильно я все говорю. Жаль, базы по риторике не нашлось.

– Почему? – и столько в ее голосе было безысходности и тоски.

Тяжело вздохнув, будто перед прыжком в воду, начинаю говорить. Рассказываю все. И про вирус, которым она заразилась от меня. Про неизвестный мутаген в ее крови. Про то, что сообщи она сразу про отсутствие нейросети, то шанс купировать хотя бы вирус, был бы выше. Все выкладки и расклады по ее состоянию. Про отсутствие оборудования, в конце концов. Говорю, опустив голову в пол. Боясь встретиться взглядом с девушкой, которой только что огласил приговор. Да… Именно так. Как бы я не пытался убедить самого себя, даже капсула уже не в состоянии убрать последствия поражения организма…

Я говорю… Но не только про ее состояние. Не знаю, что на меня нашло, но выкладываю всё. И про свое состояние, в том числе. Даже свои сомнения и страхи… Просто… Кому, как не ей все это рассказывать. Нас ведь всего двое таких – людей, практически не имеющих шансов на выживание. Несмотря на всю мою браваду, увеличенный интеллект и супер-пупер способности, я все же обычный человек…

Можно сколько угодно утверждать, что человек в двадцать пять взрослый. Фигня всё это… У меня нет опыта, стойкости и мотивации. Точнее, мотивация есть. Вот она, сидит напротив и слушает, не перебивая… Только, её смертный приговор я огласил…

При всей моей браваде, я не хочу умирать. Не хочу становиться сверхчеловеком. Не хочу становиться тем монстром с разрушенной станции… Много еще чего не хочу… И не могу.

Я бы все отдал сейчас за шанс, хотя бы призрачный, исцелить вот эту хрупкую девушку, которая, чего уж тут кривить душой, держит удар гораздо лучше меня. Просто молча слушает, а я все говорю, говорю, говорю…

Способность быстро думать, или просчитать сингулярность схлопывания черной дыры, не избавит вас от инстинктов. Проверено мной… Мне страшно. Очень страшно. Одиноко. И это тоже… Поток слов не прекращается, я просто задолбался молчать, перегорая внутри себя…

– Макс… Я знаю, где есть лекарство. – Фраза, прозвучавшая во время небольшой паузы, производит эффект разорвавшейся бомбы.

– Что? – Непонимающе смотрю на абсолютно спокойную Рину. Даже странно, что она не бьется в истерике. После того, что я тут наговорил, рисуя мрачные перспективы.

– Я, знаю, где, есть, лекарство. – Твердо, разделяя слова, повторяет она.

* * *

Я лежу в пилотском ложементе. Просто смотрю через открытое обзорное окно на медленно удаляющийся корабль Предтеч. Ну, так мне объяснила Рина… Она вообще, многое объяснила. После моей непроизвольной исповеди и ее заявления, насчет лекарства, мы долго проговорили…

Мда… Я думал у меня биография насыщена резкими поворотами. Какой там… То, через что прошла девушка, на мой взгляд чересчур жестко. Похищение, опыты, полтора года копошения на свалке…

Последний раз кинув взгляд на длинное веретено корабля, даю команду на поворот и выход на траекторию разгона. Хвала богам, в этой системе имеется гипермаяк и, используя искин с эсминца в качестве навигационного, мне удалось привязаться к карте без особых проблем…

После того, что рассказала Рина о Предтечах, улетать мне уже отсюда и не хочется. Да… оставляю за спиной такую ценность, за которую можно выторговать пару систем. Или сгинуть бесследно. Как повезет.

Оказывается, все технологии Содружества основываются не на собственных разработках, а на наследии этих самых Предтеч. Да и вообще, они считаются предками всех гуманоидных рас этой галактике. Еще одна интересная тема… Жаль, некогда пока что заняться более плотно. Тут такие перспективы, закачаешься. Но, время… Все решает время. Мертвому не нужны ни власть, ни деньги.

Так что, сначала решим вопросы с вирусом и мутагеном, а потом займемся всем остальным. Рина, конечно, не знала точных координат лаборатории в которой над ней проводили опыты, но… Их знал я… По крайней мере, вероятность, что та полуразрушенная станция, где я подцепил свой мутаген, это она и есть…

Сама девушка сейчас в медкапсуле. Устанавливает нейросеть. В ангаре много чего имеется. Даже если не трогать сам корабль Предтеч, а только заняться переработкой завалов в ангаре, можно неплохо обогатиться. Думаю, там много чего можно отыскать. Нейросети например. Небольшой запасец у нас имеется, поэтому проблем с наличием установочных комплектов нет.

А еще… Я не сказал Рине одну вещь… Она рассказала мне про свою семью. Про брата, который пришел ее вытаскивать и которого она хочет увидеть очень сильно. Этот рассказ и укрепил меня в мысли, что нужная нам лаборатория, как раз на той самой станции. Тот альв-диверсант… Судя по всему, он и есть брат Рины… Четыре сотни лет… Я не знаю, как ей сказать… Для девушки прошло всего полтора года. Даже полгода в медкапсуле не считается. Она их просто не заметила. Не знаю… Но что-нибудь обязательно придумаю.

Мой, ставший родным, кораблик, мелюзга, на фоне того, который остается за кормой, стремительно набирает скорость, заряжая контур гиперпривода. Что нас ждет там – на искореженной временем станции, где властвуют порождения безумных ученых, переживших своих создателей на сотни лет. Пока не знаю, но непременно выясню. Мне надоели вопросы – я иду искать ответы.

Легкое касание сенсора и нас заключают в свои холодные объятья, далекие звезды, которые не могут согреть приговоренных на гонку со смертью…

Эпилог

«– А нам все равно, а нам все равно… Пусть боимся мы волка и сову… В самый трудный час, дело есть у нас… Мы волшебную, косим трын-траву…»

Жутко фальшивя, Ники напевает пару строк древней песни, которая вышла из моды, наверное, еще при жизни деда. Но вот привязалась и все тут. Ничего не поделаешь…

Да и делать-то нечего. Лежи на жесткой шконке и плюй в потолок. Эх… А ведь все начиналось вроде неплохо. Ну, как неплохо… В ситуации, когда пришлось срочно нестись через всю галактику, чтобы добраться до Содружества, и так «удачно» попасть на станцию, где верховодит Грас… Мда…

Чертова эпидемия… По началу план совсем другой – подготовить племянника. Дать четкие инструкции и отправить покорять высокоразвиты миры Содружества… Ники, как никто другой представлял истинное положение на планете. Корпорации, вроде поделившие во время Смуты пирог, все чаще стали конфликтовать. Не напрямую, а через разные повстанческие группировки. Но все же…

Мда… Доконфликтовались. Планета терпела, терпела и все же не выдержала самоуправство человека. Чертова эпидемия! Столько планов похерено… Да и еще и Макс с катушек сдвинул…

Но в этом Ники винил, только себя. Ведь замечал же, что парень слегка неадекватен. Дерганный какой-то стал, раздраженный и все чаще замыкался в себе… С ним же явно творилось что-то непонятное. А Ники все гнал вперед. Торопился вернуться на Землю, с так необходимой там медицинской техникой. Вот и получил, то что имеет…

Но кто бы мог подумать, что парень все эти годы считает, что именно Ник зверски убил его мать. После того, как Мелинда слетела с катушек на фоне депрессии и обострения параноидального типа шизофрении, в следствии чего чуть не отправила маленького ребенка в утилизатор, эта тем никогда не поднималась в семье. Просто наложили табу, посчитав, что Макс никогда не вспомнит это происшествие по причине малого возраста…

Ну вот и дождался… Получил ножкой стула в глаз… Чуть выше, и никакие реаниматоры бы не вытащили. Но повезло… В который раз повезло… Не будь он у него полного комплекта модификаций, по стандартам Дальней разведки, никакого везения само собой бы не было.

Хотя, сложно назвать удачей проведенные в реаниматоре полгода и заточение в камере до прибытия особой следственной группы Центрального управления Службы собственной Безопасности Флота Федерации…

Если бы не звонок Рины, то само собой сейчас положение Ника было бы гораздо хуже, чем арест и обвинение в государственной измене. Грас просто тихо удавил бы человека, на которого перевел стрелки, когда СБ начало рыть землю носом, в поисках того, кто работал на Конфедерацию…

А тут все так удачно сложилось… И сам Грас отмазался от рейда, и группа нарвалась на архов… Угу… Ники с Питером не раз и не два анализировали анализ столкновения, пока блуждали по дикому космосу. И выходило, что насекомые пришли на маяк. Непонятно только одно – за каким чертом эта тварь, дослужившаяся до адмиральского звания, поставил всю группу? Да, не все ли равно теперь… Сейчас Грас упорно будет делать все, чтобы следователи не смогли добраться до Ники.

Он уже разок пытался засунуть его под ментосканер. Та еще процедурка, после которой выживает от силы каждый третий, а то и меньше.

На лице Ники растягивается улыбка, а осточертевшие до невозможности строчки на какое-то время затихают. Вирус. Кто бы мог подумать… Именно вирус, спонтанно мутировав изменил нейросеть и защитил мозг от разрушения. И что самое интересное, он перестал обнаруживаться при сканировании в медкапсуле, хотя нейросеть Ника, по-прежнему фиксирует инородный организм внутри тела…

Мда… Интересно, что с племянником? Жив, нет… Судя по всему от Граса он свалил. Ну да, кто бы сомневался… Что ни говори, а у Макса голова варит отменно. Еще бы импульсивность свою мог контролировать, вообще бы цены ему не было… Мысли Ника хаотично прыгают с одной темы на другую. То про вирус, то про Граса, то вот про племянника…

Про племянника Ники думал чаще всего. Все же именно он воспитывал его после смерти матери… Ух, как тогда Питер выгреб… До сих пор удивление берет, что не пришиб. Но челюсть и несколько ребер Ники ему сломал. Для науки, чтоб головой думал, а не членом… И вместо того чтобы по бабам от жены бегать, лучше бы следил за состоянием своей благоверной. Не пришлось бы тогда Нику так категорично решать вопрос. Эх, Макс, Макс… Сердце мужчины тоскливо зещемило… Не уследил, не поговорил… Даже обиды нет, что тот его по сути убил… Сам виноват, и никто иной.

Тихо щелкнул электронный запор и толстая бронированная дверь каземата медленно сдвигается в сторону. Удивленно посмотрев на то, как открывается камера, Ники даже не делает попытки изменить положение тела. Кто бы не решил посетить его, плевать. По большому счету, никаких доказательств его вины у контрразведки не имеется. Только умозаключения Граса и тот факт, что Ники объявился в Содружестве через пару сотен лет.

А вот у самого Джонсона на Граса материальчик имелся… Вредная привычка, протоколировать всё подряд. Даже запись разыгранного на базе фарса имеется, когда они сюда только прибыли. Эх, надо было сдать сразу… Нет же, пытался вразумить. Как ни крути, не один год вместе отлетали… Ну вот, теперь расхлебывать придется собственную доброту.

– Лежишь? – о, помяни черта за его рога. Сам адмирал нарисовался.

– Лежу. – лаконично отвечает Ники. Никакого желания общаться с Грасом у него нет.

Седой адмирал проходит к столу, вмурованному в стену, и тяжело опускается на стул. Ники поворачивает голову, чтобы видеть собеседника. Мда… А сдал, Грас, за полгода… Надо было все же устраивать поломку реаниматора, пока Ники в нем валялся. Побоялся, что центральный искин тут же скинет информацию на сервера Штаба Флота. Теперь Грас не знал, как расхлебывать ситуацию… Пока внезапно воскресший шеф-пилот валялся в реаниматоре, получалось оттягивать прибытие спецгруппы. Но… Этот ушлый «дикарь», все никак не может сдохнуть… да еще и его спутник умудрился улизнуть…

– Чего пришел? – Ники садится на кровати и втыкает взгляд в понурившегося адмирала. В принципе, он его понимает, но… Но принять такой способ решения проблемы не может. Хоть и прошло двести годиков, но кто сказал что предательство имеет срок давности?

– Да не знаю… Вот думаю, может пристрелить тебя и все решение? – Грас, прищурив глаза, пристально смотрит на Ника.

– Ну… Вполне себе нормальное решение. – Ники пожимает плечами. – Только ведь и самому стреляться придется потом, а Лютик?

– Это да… – Лицо адмирала разгладилось. – Вот его тебе не жилось спокойно на этой твоей Земле? Вы же с Питом, считай, удачу за хвост поймали? На кой черт ты вернулся, а? – и столько было в его голосе тоски, что Ники даже жалко стало на мгновение, этого вояку, когда давно принявшего неверное решение.

– Я же тебе говорил, Грас. – Ники вновь пожимает плечами. – Эпидемия.

– Ты думаешь, я поверю в тот бред, что ты нес про непонятный вирус, с которым не справляются медкапсулы? – Усмехается адмирал.

– Твое дело, верить или не верить. – Ники демонстративно ложится обратно.

На какое-то время в камере устанавливается тишина… Каждый думает о своем. Не первый раз адмирал приходит навестить заключенного. И каждый раз разговора не получается. Посидит немного, и снова уйдет. Ники никак не мог взять в толк, зачем Грас вообще приходит.

* * *

Свербящий, проникающий в самую подкорку звук сирены, вырывает Ники из кошмара. Уже какой день подряд ему снится один и тот же сон… разрушенная станция аграфов, где он плутает по коридорам, таща на себе истекающего кровь Макса в дырявом скафандре, а по пятам за ними гонятся те монстры, парочку из которых он тогда отправил в лучший мир. Обычно, сон заканчивался тем, что сначала Макс, а потом и он сам превращались в таких монстров…

Но сегодня кошмар прерывается на середине. На том самом месте, где чудовищное порождение больной фантазии прыгает на племянника… Открыв глаза, Ники не сразу понимает, где находится. В камере кромешная темнота, хотя обычно свет выключают не полностью, а лишь приглушают, чтобы арестованный мог уснуть…

Черт! А сирена-то не приснилась. Визгливые звуки по прежнему долбят мозг, заставляя его окончательно проснуться. Похоже что-то странное происходит… Нападение? Да ну, ерунда какая-то… Кому нужна эта захолустная система? Правильно, никому… да и нападать на хорошо укрепленный форпост, идея не лучшая… тут необходим минимум ударный флот. Только не было в системе Арда ничего такого, из-за чего кому-то бы вздумалось гнать сюда кучу боевых кораблей и атаковать базу одного из сильнейших государств человечества.

Нет… Тут явно, что-то другое… несколько минут, Ники, мучаясь сомнением, ждет, что сирену наконец выключат. К сожалению, его желания исполнятся не спешат. Ну что ж… Тяжело вздохнув, землянин мысленной командой разворачивает интерфейс своей нейросети.

А вот и нужный раздел… Очередная команда и перед глазами появляется полоса загрузки одной интересной программки… Ага… Ники не просто так постоянно возился с планшетом, найденном на той станции, что снится ему теперь в кошмарах. Кое-чего оттуда он скачал себе на нейросеть, просто на всякий случай. Предугадать, что однажды ему понадобятся программы по взлому, он не мог.

Те секунды, которые потребовались программе чтобы запуститься, кажутся Нику бесконечными. То ли из-за кромешной темноты вокруг, то ли из-за надрывающейся сирены, которая уже чуть ли не в прямом смысле, превращает мозг в кашу… Но вот наконец перед глазами появляется окно управления. Ники тут же активирует функцию подключения к внутренней сети станции. Нет, программы, которые они залил себе, взломать кластер искинов не способны. Но вот обеспечить доступ к некоторым функциям, вполне…

Какого черта? Сканирование показывает отсутствие внешнего сигнала. Это же практически невозможно… Ситуация вокруг с каждым мигом нравится Нику все меньше и меньше. Что же такое должно было приключиться, чтобы внутренняя сеть целой станции рухнула полностью… Искины взбунтовались? Или реакторы встали?

Ага, все одновременно и заодно все аварийные источники питания вырубились… Теоретически такое возможно, но тогда бы и гравитации не было, да и воздуха тоже… Нет, что-то странное творится вокруг…

Свернув окно программы для несанкционированного подключения к сети, Ники активирует режим ночного видения и, поднявшись с кровати, подходит к двери. Закрыто… Черт, беспокойство нарастает с каждой минутой… Неужели Грас все же решился на его устранение? Но… Способ, какой-то не очень…

Блин, что же делать… В раздумьях, Ники начинает измерять шагами свою камеру. Есть у него один вариантик… Припас, так сказать, на самый крайний случай… Но вот пользоваться ли им сейчас? Если все это провокация адмирала, то Ники однозначно подпишет себе приговор. Никакие записи с нейросети не помогут отвертеться. Их просто признают фальсифицированными…

Наконец, устав думать, Ники просто махнул рукой и решительно подошел к столу. Хрен с ними, с обвинениями. На станции явно происходит какая-то нездоровая херня. Вполне возможно, что чрезвычайно опасная для жизни. До суда и приговора, нужно сначала дожить…

Отбросив последние сомнения, Ники забирается на стол, и начинает прощупывать стену в поисках фальш-панели, прикрывающей технический люк. Угу… Схемы коммуникаций станции у него имеются, поэтому заблудиться не должен… И хоть они предназначены в основном для дроидов, но, не без труда, конечно, человек вполне сможет по ним проползти.

Наконец люк был найден. Быстро отжав ручку, Ник не раздумывая начинает свой путь по узким трубам технических коммуникаций. Мда… Скажи ему кто, пару лет назад, что он, начальник СБ одной из сильнейших корпораций Земли будет лично ползать по пыльной вентиляции, рассмеялся бы в лицо. А потом еще и морду бы набил. Это да…

С трудом проталкивая тело в очередную трубу, Ники мысленно благодарил того, кто проектировал системы жизнеобеспечения станции. Ага… В особенности за выход в камеру одного из каналов. Нет, само собой, если не знать о нем, то ни в жизнь не найдешь. А получить информацию, геморрой еще тот… Это Ники, привыкший просчитывать все возможные варианты, скачал все доступные схемы, пока у него был под рукой планшет, а кто другой даже и не подумает о такой возможности…

Кстати, по какой-то причине, Грас ни разу не заикнулся о хакерской атаке на кластер искинов… Неужели не смогли отследить сам факт сбоя? Да не, ерунда это… Что-что, а спецы во флоте всегда были одними из лучших. Штатные программисты по-любому должны были отследить вмешательство… Но почему-то адмирал, ни разу не поднял данную тему. Да и вообще, разговора у них никогда не получалось. Ники его просо игнорировал.

Остановившись на очередной развилке, Ники быстренько сверился с картой. Нет, раз уж он воспользовался возможностью сбежать, то никаких мыслей проверить, что же случилось на станции, у него не возникло. Единственным вариантом для него теперь становилось довести побег до логического конца – добраться до одного из многочисленных ангаров и свалить подальше в космос, надеясь что его не собьют пока он будет маневрировать возле станции и сможет оторваться от патрульных кораблей… Угу… Допущений в плане было, прямо скажем, чересчур много… Ну не рассматривался такой вариант в качестве основного… Так, имелась мыслишка, на всякий пожарный…

Кто ж знал… Да и вообще… Сейчас, лежа в узком коллекторе, Ники пытался понять, какого черта он творит? И сам не мог объяснить свой поступок. Будто наваждение какое-то… Но, сказав «А», надо говорить «Б».

Поэтому, немного передохнув, Ники продолжил свой марафонский подвиг по преодолению ползком многокилометровой дистанции. До ближайшей летной палубы от его нынешнего местоположения по расчетам, предстоит преодолеть минимум пару километров пыльных коммуникаций.

– А! Черт… – Ники, ругаясь, с грохотом вываливается из люка вентиляционной шахты, расположившейся в трех метрах от пола в одном из ангаров, где обычно отстаиваются корабли патрульной эскадры.

Приземлившись на пол, некоторое время Ники даже не пытается шевелиться. Путь дался ему тяжело. Пот буквально пропитал изорванную робу, которую ему выдали в момент перевода из медблока в камеру. Не самая лучшая одежда для путешествий по узким туннелям коммуникаций. Не раз и не два, пока полз, он проклинал свое необдуманное решение. Но тем не менее, менять в очередной раз план не собирался…

Тишина… Тишина и темнота. Сирена больше не вопила, как будто одержимая бесами. Это было первым, что смог осознать Ник, после того, как немного отдышался и пришел в себя. Все же, даже если ты модификант, отсутствие регулярных тренировок, довольно быстро сказывается. Да и возраст уже… Пора бы и на омоложение…

Кряхтя и матерясь, Ник с трудом поднимается на ноги. Мда… На станции определенно случилось что-то совсем уж необъяснимое… Ангар был мертв… Не горело освещение, не суетились многочисленные технические дроиды, не было персонала… Ничего…

Лишь ровным рядом стояли фрегаты, полностью сливаясь с мглой, царившей в помещении. Ники и рассмотреть то их смог, лишь, когда чуть не ткнулся носом в стабилизатор одного из кораблей. Отвлекся на секунду, а нейросеть могла обеспечить весьма и весьма плохую картинку, даже в режиме ночного видения. Вот, чуть и не расшибся.

Плохо соображая из-за усталости, Ники побрел в сторону шлюзовой камеры, через которую можно было попасть внутрь корабля. Нет, все же такие нагрузки для него были чрезмерны. Ноги будто ватные, а голова тяжелая. Но все же он смог активировать программу для подключения к сети фрегата.

На взлом кластера искинов мощностей нейросети не хватит даже при благоприятном раскладе, а вот одиночный искин фрегата ей вполне по силам.

Самочувствие ухудшалось с каждым сделанным шагом, но сил анализировать состояние уже не было. Главное, добраться до рубки…

Не знаю, кто хранил Ника в этот день, но искин фрегата, у шлюзовой которого, упираясь лбом в дверь, он стоял, был активен. Программа, пользуясь привычным алгоритмом, задействовав все ресурсы нейрости, смогла взломать его за несколько минут. Но человек уже плохо соображал, его сил хватило лишь на то, чтобы перекинуть свое тело через порог и отдать команду на закрытие двери. В какой-то момент ему показалось, что сверху, с крыши фрегата в его сторону метнулась непонятная тень, но Ники решил, что это просто игра уставшего разума.

Очнулся Ники там, где и упал, полностью обессилев. На полу шлюзовой. С трудом поднявшись, держась руками за стены, он медленно побрел в рубку. Голова раскалывалась, не давая сосредоточиться, а тело болело так, будто его пропустили пару раз через мясорубку. Но Ники, собрав всю волю в кулак, брел. Не задумываясь о том, что происходит вокруг. Его целью было добраться до места пилота и вывести фрегат в открытый космос.

Рухнув в ложемент, чуть снова не потеряв сознание, Ники с трудом смог подключиться к интерфейсу управления кораблем. Нейросеть бодро рапортовала о полном контроле искина, но он лишь смахнул в сторону оповещалки, полностью сконцентрировавшись на оной единственной задаче – нужно покинуть станцию.

Вибрация, все усиливаясь, пробежалась по корпусу. Из дюз вырвались горячие языки плазмы, толкая маленький кораблик вперед и вверх. Борясь со слабостью, Ники упорно вел корабль за пределы ангара.

Его никто не обстрелял… Бронированные створки были открыты, поэтому фрегат без какого либо напряга вывалился в открытый космос. Станция молчала… остались на своих местах дежурные перехватчики, не ревели баззеры тревоги, не гудели накопители крупнокалиберных плазменных орудий, готовясь сжечь наглого угонщика…

Ники, борясь с головокружением, упорно выстраивал и вносил в искин маршрут. Не так много было мест, где бы он мог укрыться от погони, если таковую все же отправят. Нет, он понимал, что по всем мыслимым и немыслимым сценариям, его фрегат уже должны были брать на абордаж. Но сканеры были пусты…

Наконец загрузив данные по маршруту, Ники с трудом выбрался из ложемента и, все так же опираясь на стены, направился в медотсек. С ним явно творится, что-то непонятное. Да и не только с ним, но обдумать ситуацию сил уже не было…

* * *

Медленно набирая скорость, фрегат, ведомый искином, в котором был забит маршрут встал на траекторию разгона для ухода в прыжок. Ему предстоял долгий путь…

Человек, все же сумевший добраться до медкапсулы, смог подобрать лишь одну точку назначения, где его не найдут. Система, которую когда-то уничтожили архи. Система, в которой покрыл себя неувядаемой славой Военно-космический флот Федерации Амар, удерживавший позиции под натиском полчищ врага, бегущего куда-то от неизвестной опасности. Система, где остались навечно висеть в ледяной пустоте тысячи погибших разумных.

Ники смог найти только одну систему, до которой мог добраться на фрегате, минуя контролируемое Содружеством пространство. Его путь лежал напрямую через бывшие территории архов. В систему Ригон…

Конец второй книги.

Продолжение следует…

Content

Михаил Тихонов
В объятиях холодных звезд

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Отступление Земля. Подземная база.

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Эпилог