Элли Блейк

Придуманный жених

Hired by the Mysterious Millionaire

© 2019 by Ally Blake

«Придуманный жених»

© «Центрполиграф», 2020

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2020

Глава 1

Голос Зои звучал возбужденно:

– Это он. Точно он.

Не обращая внимания на настойчивый шепот подруги, Эви Крофт позволила телу расслабиться в такт покачиванию утренней электрички, громыхающей по линии Франкстон, и продолжала просматривать сайт объявлений о сдаче квартиры. Она старалась не поддаваться панике при мысли о заоблачных ценах на аренду и причудах незнакомых людей, с которыми придется делить жилье.

– Эви! – окликнула Зои громким шепотом, так что сидящие напротив школьники оторвали взгляд от телефонов и подняли на нее затуманенные глаза. – Ты знаешь, о ком я говорю. Он весь погружен в книгу, величиной с кирпич, и ничего не замечает вокруг. Посмотри на него. Не упусти момент!

Конечно же, Зои говорила о бойфренде – попутчике, на которого и смотреть не стоило. Тем более что она уже случайно переглянулась с красавцем-в-крутом-прикиде сегодня, как и много раз до этого с тех пор, как он стал садиться в этот поезд.

Что же удивительного? Длинные волосы и темная щетина на скулах придавали незнакомцу мрачную и загадочную ауру.

– Перестань пялиться в эти объявления, – настаивала Зои. – Ты не переедешь из моей квартиры только потому, что приезжает Ланс, и весь разговор.

Приобняв рукой старинную подругу, Эви вздохнула:

– Люблю тебя за то, что ты действительно веришь в то, что говоришь. Вы с Лансом ждали этой минуты с тех пор, как вам исполнилось шестнадцать. Он возвращается из армии на следующей неделе – и конец разлуке.

Зои откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза.

– Не могу поверить, честное слово.

Тем не менее Эви на время оставила попытку найти новое жилье. Оставалось меньше часа до самого главного собеседования в ее жизни: ей назначена встреча ни много ни мало в компании «Гейм План» – что-то вроде святого Грааля для каждого программиста. Эви попыталась в сотый раз отрепетировать ответы на возможные вопросы. Однако Зои не унималась.

– Вернись-ка назад, к прежнему объявлению. Нет, не к этому, пролистай назад, – настаивала она, стараясь дотянуться до телефона.

– Как бы не так! – Эви подняла руку и быстрым движением спрятала аппарат за воротник под свитер.

– Думаешь, меня это остановит? – состроила гримасу Зои.

Впрочем, Эви не сомневалась, что подруга добьется своего. Кинув осторожный взгляд в сторону красавца-в-крутом-прикиде и убедившись, что он не смотрит, она сунула руку за пазуху винтажного теплого жакета, выуживая телефон. Эви вздрогнула от прикосновения холодных пальцев и случайно толкнула сидящего рядом старичка. Ее извиняющаяся улыбка вызвала еле заметное подергивание щеки – красноречивое свидетельство терпеливого страдания.

В электричке собиралась самая разношерстная публика – скучающие школьники, озабоченные мамаши с малышами и младенцами в колясках, ярко накрашенные женщины, висящие на мужчинах с татуировкой, креативные менеджеры с гладкой прической и маникюром – удивительный микрокосм большого города.

Эви выросла на молочной ферме в маленьком городке. Любимыми ее воспоминаниями были мамины рассказы о коротком отрезке времени, что она прожила в Мельбурне, городе эклектичного искусства, эклектичной моды и необыкновенных удовольствий. Эви нравилось трогать тонкую вязь татуировки «приключения» на узком мамином запястье.

После смерти матери Эви дала себе слово, что рано или поздно уедет в Мельбурн и проживет жизнь, о которой та мечтала. Правда, в прошедшие две недели город заставил ее жестоко платить за исполнение желания.

– Что ты делаешь? Перестань! – воскликнула Эви, когда Зои выхватила из ее рук телефон.

– Давай-ка посмотрим, что красавчик тебе пишет.

Зои не имела в виду конкретную переписку, потому что незнакомец ни словом не перекинулся с Эви, если, впрочем, не считать первого дня. В тот день она первая рванулась к дверям, когда электричка со скрежетом остановилась у платформы. Кто-то сильно толкнул ее в спину, и, споткнувшись, она угодила локтем прямо в живот красавчику. Полная раскаяния, Эви бросилась поднимать выпавшую из его рук книгу – автобиографию Джонатана Монтроуза, основателя компании «Гейм План», ковбоя инноваций, апостола информационных технологий, героя ее мечты. Как ни странно, она забыла этот эпизод, хотя, возможно, он натолкнул ее на идею устроиться на работу к своему кумиру.

Протягивая книгу красавчику, Эви старалась скрыть смущение и сбивчиво рассыпалась в извинениях до тех пор, пока он не встряхнул ее за плечи сильными руками. Вблизи он казался еще крупнее. От него исходил восхитительный мужской аромат. Синие, цвета штормового моря, глаза незнакомца встретились с ее глазами, и у Эви перехватило дыхание. Он отпустил ее и скрылся в бурлящей утренней толпе. Она тихо вздохнула, провожая глазами высокую фигуру. На ходу он провел пятерней по густым волосам. Непринужденная грация, сексуальная щетина на скулах, взгляд умных глаз сильно отличали его от обычных пассажиров утреннего поезда.

Обычные пассажиры входили и выходили, пересаживались с поезда на поезд, занимали разные кресла, но красавчик всегда садился на одно и то же место: через проход на три ряда дальше от нее. Эви всегда любила четкий порядок и систему. Приятно было сознавать, что она не единственный педант в маленьком мирке электрички.

– Как можно открывать одновременно столько приложений? – проворчала Зои, мигом закрывая все страницы. – У тебя мозги не закипают?

– Это называется умением быстро переключать внимание.

Зои фыркнула и открыла Рамблер для города – приложение, разработанное, конечно же, компанией «Биг Гейм». Их компьютерные продукты считались лучшими. Эви не терпелось подписаться на новый хит – революционный мобильный коммуникатор «Гейм Он», который с нетерпением ожидали на рынке информационных технологий.

Зои выбрала колонку «Открытая переписка» и встряхнула смартфон, дожидаясь четкого текста, затем прочла вслух:

– «Линия Франкстон». Это мы. «Вагон 3». Определенно адресовано нам. – Очаровательной брюнетке в вязаной шапочке.

Зои выдержала драматическую паузу, прежде чем поднять глаза на вязаную шапочку Эви – одну из тысяч, связанных подругой вручную. Как известно, Эви была помешана на четком порядке и системе. Сегодня на ней красовался серебристый колпачок с разноцветным помпоном. Не то чтобы колпачок подходил к винтажному жакету и одолженному у модницы Зои для собеседования наряду – черному топу и черным брюкам с декоративными молниями и карманами. Даже такому компьютерному фанату, как Эви, не пришло бы в голову явиться на собеседование в футболке со слоганом «Я знаю», в мешковатых джинсах и грубых ботинках фирмы «Конверс».

Зои сказала:

– Держись крепче, потому что сейчас у тебя сорвет крышу. Вот что здесь написано:

«Впервые увидев вас, я был сражен кудрями цвета воронова крыла

И звездным блеском глаз.

Какое счастье созерцать вас дважды в день:

Маяк в океане незнакомых лиц.

Хочу сравнить вашу улыбку с восходом солнца по утрам,

А вечерний вздох – с пожеланием доброй ночи.

Если наберусь смелости, то решусь заговорить с вами,

А пока наслаждаюсь счастьем любоваться в одиночестве.

Ваш тайный обожатель».

– Вау, – прошептала Эви.

– Это про тебя! – воскликнула Зои. – Ты – очаровательная брюнетка!

Оторвавшись от телефонов, школьники снова уставились на Эви, удостоив ее более осмысленным взглядом.

– Вы согласны со мной? – Зои демонстративно указала на подругу, словно на приз в лотерее. – Если стихотворение не про тебя, готова съесть твою шапку.

Эви стянула колпачок и быстро спрятала за спину. Длинные темные пряди волос рассыпались по плечам, слегка потрескивая от статического электричества. У нее была слабость к вязаным вещам. Во-первых, она все время мерзла, как ее мать, – та куталась в одеяло даже летом. Она дразнила Эви лягушонком за вечно холодные ноги. Однако вязанию Эви научил дед. Впрочем, он научил ее также завязывать шнурки на ботинках, чинить трактор и готовить отменный бифштекс. Он поощрял любопытство внучки, в чем бы оно ни проявлялось.

Тем временем Зои продолжала рассуждать:

– У Ланса много хороших качеств, но он не романтик. Самое большее, на что он способен, – это сказать, что в некоторых платьях моя задница выглядит особенно аппетитно. Ну, да бог с ним. Хотя стоит заметить, он даст фору многим нынешним парням. Оглянись и скажи, кто в этом поезде способен писать стихи?

Они повертели головой. Беззаботные школьники тыкали друг друга грязными пальцами, группа парней в татуировках зависла возле дверей, озабоченные отцы семейств в перекосившихся галстуках прикрывали усталые глаза. Не сговариваясь, обе посмотрели на неотразимого, байроновского мужчину в безупречном костюме, погруженного в книгу.

Эви бессознательным жестом провела рукой по волосам и снова натянула шапочку.

– Какая разница, кто написал стихи. Не имеет значения!

– Почему?

Достав из рюкзака кошелек, Эви выудила скомканный клочок бумаги и протянула Зои.

– Предсказание из именинного пирога, – догадалась подруга, – с твоего дня рождения на прошлой неделе?

Эви кивнула.

– При чем тут красавчик и его нежные чувства к тебе?

– Прочти.

– «Три неудачи ждут впереди, как ни старайся, как ни крути», – прочитала Зои и расхохоталась. – Что за чепуха? Не могу поверить…

Эви выхватила бумажку из рук Зои и спрятала назад в кошелек.

– С тех пор как я прочитала это глупое предсказание, начали происходить странные вещи.

– Например? – Зои перестала смеяться.

– Подумай.

– Твоя работа!

– Я потеряла ее на следующий же день.

– После дня рождения? Ты неделю от меня скрывала!

– Потому что, когда в офисе полицейские забирали компьютеры, ты позвонила сказать, что Ланс возвращается домой. Я не хотела портить настроение.

Как ни странно, но Эви испытала облегчение, поделившись с подругой – словно сняла тяжесть с души, угнетавшую ее с самого дня рождения.

– «Три неудачи ждут впереди…» – Зои потерла подбородок. – Потеря работы – первая.

– Выселение из твоей квартиры – вторая.

– Я же сказала, что ты не должна…

Выразительным жестом Эви велела ей заткнуться. Зои замолчала ровно на секунду, потом заявила:

– Ты знакома с правилами предсказаний? Кажется, надо доесть весь пирог, но при этом нельзя порвать бумагу с текстом. Однако, если ты поделилась с кем-то, предсказание уже не сбудется!

– Зои, все это чепуха – предсказание напечатано компьютерной программой и заложено в сухой пирог методом случайной выборки. – Эви покачала головой. – Тем не менее у меня такое чувство, что надо проявить осторожность. Вдруг кирпич упадет на голову?

Зои согласно кивнула.

Рассуждения Эви касались вполне конкретного случая – предстоящего собеседования в компании «Гейм План». Она никогда не осмелилась бы отправить туда заявку, если бы отчаянно не нуждалась в работе. Эви была слишком молода, почти без опыта, а единственная компания, где она успела поработать, оказалась под следствием за хищения и мошенничество.

Чтобы быть точным, Эрик – сын управляющего директора и ее бывший бойфренд – выманил у нее все деньги до последнего доллара и попытался сбежать из страны.

Зои закашлялась, а потом снова расхохоталась. Школьники неодобрительно хмурились и вжимались в кресла, явно смущенные соседством столь громкой особы двадцати с чем-то лет. Один из них выглянул в окно и увидел, что поезд прибывает на их станцию. Вся группа с шумом и суетой подхватила огромные грязные растрепанные портфели и бросилась к открывающимся дверям.

Одни пассажиры выходили, другие заполняли вагон. Шевелилась людская масса, мелькали локти, стучали по полу мокрые ботинки, люди толкались, меняясь местами, – микрокосм дарвиновской теории выживания сильнейшего в действии. Эви осторожно покосилась на красавчика. Он оглядывал толпу, как делал обычно, когда вагон заполнялся народом, и уступал место нуждавшимся. Одним словом – красавец, интеллектуал и джентльмен.

Неужели возможно, хоть и маловероятно, что именно он выложил в Сеть адресованное ей стихотворное послание? Время совпадало – утро и вечер. Линия электрички тоже. Там были и другие намеки, которые она не могла игнорировать.

«Впервые увидев вас» – они садились в один поезд уже недели две.

«Я был сражен» – намек на эпизод, когда она толкнула его локтем?

«Звездным блеском» – у нее большой выбор футболок со звездным логотипом: «Звездные войны», «Звездный путь» и даже «Человек – Звезда».

Как правило, Эви встречалась с симпатичными улыбчивыми парнями из среднего звена менеджеров. У них не было шанса сбить ее с правильного пути, как это случилось с ее мамой. Эви только-только начала осваиваться в городе, удовлетворяя свое любопытство. Дед поощрял ее в этом. Красавчик стал предметом мечтаний потому, что казался недосягаемым. Однако даже мысли о нем вызывали странную реакцию, бросали в жар и дрожь.

– Постой-ка, – встрепенулась Зои. – Какое отношение это имеет к красавчику и стихам? Кажется, понимаю. После провала на работе и проблем с жильем ты ждешь, что на голову упадет кирпич. Другими словами, логика подсказывает, что неудача подстерегает тебя в личной жизни. Так это же прекрасно!

– В каком смысле?

– Самое худшее уже случилось, и ты можешь забыть об этом. Эрик оказался подонком. Он обманул тебя, использовал, подставил…

– Правильно, только все теперь в прошлом, – покачала головой Эви, – и уже не имеет значения. Не засчитывается. Мы с ним давно расстались. «Три неудачи ждут впереди…» относится к событиям после того, как я разрезала пирог.

– Ты пользуешься глупым предсказанием, чтобы заранее найти оправдание, почему у тебя ничего не получится с этим сексуальным потомком Байрона.

Эви непроизвольно взглянула на «сексуального потомка Байрона». В этот момент, как назло, поезд вошел в поворот, и луч солнца, словно в старом кинофильме, осветил предмет ее вожделений.

– Он неотразим, Эви, – заметила Зои. – И он посвятил тебе поэму одинокого сердца.

В этот момент Эви поняла, что смотрит прямо в синие, цвета штормового моря глаза незнакомца. У нее остановилось дыхание, щеки вспыхнули жарким румянцем.

«Отведи глаза, немедленно, – шептал внутренний голос. – Посмотри в сторону!»

Однако привычка пересилила инстинкт, и Эви улыбнулась. Она выросла в маленьком городке и с раннего детства улыбалась незнакомым людям. Там было принято приветливо кивать человеку в толпе, с которым случайно встретился взглядом, и взмахом руки благодарить притормозившего водителя при переходе улицы. Просто этого требовали хорошие манеры.

Но, сидя в переполненном поезде, на всех парах несущемся к большому городу, она почувствовала себя идиоткой. Улыбка застыла на губах, однако взгляд синих глаз незнакомца не отпускал ее. Потом случилось маленькое чудо: мужчина моргнул, словно приходя в себя, уголки губ дрогнули в подобии улыбки, и он кивнул. Кивнул! Приветствие было адресовано ей! Все звуки умерли, люди и предметы за пределами их взглядов исчезли. Его глаза скользнули выше к ее макушке. Вязаная шапочка будто обожгла голову, а помпон дрогнул, как участившийся пульс. Незнакомец снова моргнул и отвел взгляд.

– Господи, спаси и помилуй! – ахнула Зои. – Ты видела? Он смотрел как зачарованный. Точно, это твой тайный обожатель!

С колотящимся сердцем Эви представила себе дальнейшее развитие сюжета, если красавчик-в-крутом-прикиде действительно неравнодушен к ней. Судя по внешности, он ужинал в дорогих ресторанах, читал и разбирался в серьезной литературе и знал толк в хороших винах. Из ощущений, вынесенных из столкновения, когда она попала локтем ему в живот, он боролся с крокодилами, колол топором дрова для разминки и спасал новорожденных щенков из охваченного пламенем склада. Что же до Эви, то она питалась холодной пиццей, проводила выходные за компьютером, сражаясь в онлайн-игры с незнакомцами, и временно спала на старом комковатом футоне в гостиной у лучшей подруги. Не надо никакого предсказания, чтобы знать: все закончится слезами.

Эви взглянула на телефон, нервно зажатый в холодных пальцах.

Дед утверждал, что способностью разгадывать коды она обязана творческой натуре матери, но Эви усвоила также его практичность. Работа на «Гейм План» могла стать осуществлением мечты. Даже приглашение на собеседование было равноценно встрече с единорогом на поле возле дома, особенно в ситуации, когда никто не отвечал даже на ее звонки. Хотя у полиции нет к ней претензий, но связь со скандальной фирмой сделала ее неприкасаемой. Нельзя допустить, чтобы во время интервью ее сознание туманили эротические образы красавчика.

Взглянув на электронное табло, Эви увидела, что до выхода оставалось еще две остановки. Стоит верить предсказанию или нет, но у нее немного времени, чтобы решить проблему раз и навсегда.

– Знаешь, о чем я думаю? – спросила Эви.

– Как правило, нет.

– Если есть хоть малейший шанс, что предсказание правдиво и меня ждет третья неудача, касающаяся личной жизни, то надо выяснить это прямо сейчас.

– Есть только один способ, – усмехнулась Зои.

Не задумываясь ни секунды, не придумав план, Эви поднялась и с извинениями протолкнулась между пассажирами под одобрительное восклицание Зои:

– Вот молодца!

Арманд глубоко вздохнул.

Все утро он старался вникнуть в сложные формулы австралийского патентного права, пытаясь найти зацепку или хоть намек на суть проблемы, для решения которой его наняли. Татуированный подросток слева в очередной раз толкнул его. Наплевать на проколотые уши и символы, начертанные на черепе юноши, только бы он сидел спокойно. Арманд приказал себе сосредоточиться. Собственно, только одна причина заставила его выйти из ступора и сняться с места. Вызов! Тайна, требовавшая разгадки и способная вывести его из плена черных мыслей, из транса, в который он все глубже погружался, рискуя никогда не всплыть на поверхность. Когда буквы текста поплыли перед глазами, он сдался. Протер глаза. Взглянул вверх.

«Я наблюдаю за людьми», – объяснил он Джонатану, когда старинный друг с удивлением поинтересовался, почему Арманд настаивает на общественном транспорте, а не арендует машину с шофером, хотя легко может себе позволить такое удобство. Увлекательное детское хобби оказало неоценимую услугу в зрелом возрасте.

Поезд плавно покачивался на ходу. Арманд оглядел попутчиков.

Рядом сидела шмыгающая-носом-школьница, за ней мужчина-незнакомый-с-дезодорантом, дальше женщины-неутомимые-сплетницы и мужчина-неразлучный-с-зонтом-даже-в-солнечный-день. Теперь вот добавился беспокойный парень. Поезд приближался к городу. Расстроенный отсутствием прогресса, Арманд снова открыл книгу, но в этот момент на страницу упала тень.

Подняв глаза, он оглядел черные джинсы, заправленные в высокие черные сапоги до колен. Пальцы с черным маникюром сжимали лямку рюкзака. Длинные черные локоны падали на ворот куртки. Розовые от ветра щеки. Вязаная серебристая шапка с большим пестрым помпоном, качавшимся в такт поезда.

С легким взмахом руки, она сказала:

– Привет.

– Бонжур.

– Вы француз? – Она скосила глаза в сторону и уголком рта прошептала: – Конечно, он француз.

Заглянув ей за спину, Арманд никого не увидел. Она разговаривала сама с собой.

Незнакомка сдвинула шапку на затылок, и он узнал в ней «девушку-которая-безмолвно-напевает».

Она была постоянной попутчицей, но сидела дальше по ходу поезда рядом с шумной светловолосой подругой. В те дни, когда ехала одна, надевала большие белые наушники и ее губы шевелились, повторяя слова песни. Иногда она двигала плечом и взмахивала руками. Ее лицо с широко расставленными темными глазами и приподнятыми уголками губ всегда сохраняло улыбку, даже в минуты задумчивости. Удивительно, как у нее до сих пор не стащили рюкзак, пользуясь ее легкомыслием. Он считал своим долгом присматривать за ней: к сожалению, несчастья часто случаются с теми, кто этого меньше всего заслуживает.

Он взглянул в ее лицо. Попутчица по-прежнему наблюдала за ним.

– Вы любите читать? – спросила Эви.

Арманд моргнул. Он ездил на этом поезде почти две недели, но впервые кто-то решил заговорить с ним. Его больше устраивало одиночество.

– Да.

Ее темные глаза опустились ниже, на переплет книги. Арманд закрыл книгу и повернул так, чтобы скрыть корешок с названием. Недаром когда-то он был директором фирмы, отвечающей за международную безопасность. Взглянув на табло, он с облегчением заметил, что поезд приближается к его станции. Девушка проследила за его взглядом.

– А писать? – заторопилась она. – Вы любите писать?

Не дождавшись немедленного ответа, она прикусила нижнюю губу.

– Писать можно по-разному. Короткое сообщение сильно отличается от толстого романа. Или список неотложных дел от… – Перечень вариантов письма продолжался, пока поезд не начал торможение. Под визг тормозов она прошептала последние слова: – Или, например, поэзия.

– Поэзия?

Она перевела дыхание, кивнула, выжидательно посмотрела широко раскрытыми глазами.

Что он должен ответить? Впрочем, вряд ли это вопрос. Казалось, он случайно оказался вовлечен в середину чужого разговора. Вдруг ее пение, улыбка, размышления вслух, рюкзак за спиной, его желание присматривать за ней – все обрело смысл. Девушка показалась ему драгоценным камнем без оправы. Арманд немного расслабился.

– Хотите знать, люблю ли я стихи?

Она кивнула.

– Великие стихи заставляют смеяться, плакать, мечтать, испытывать боль. Все зависит от поэта. А вы?

– Никогда не думала об этом. Меня восхищает умение находить рифму, создавать ритм и рисунок.

– Смотрите глубже. Вы поймете, что это не просто «сидит кошка на окошке», – заметил он, поднимаясь.

Она крепче вцепилась в лямку рюкзака и посмотрела прямо ему в глаза. Темные зрачки расширились.

– А что это? – спросила она.

– Магия, – сказал он, немного склонив к ней голову.

– Магия? – переспросила она. – Возможно. Только дело в том, что я переживаю кризис: в моей жизни намечаются перемены. Сейчас не до магии.

– Тогда советую вам держаться подальше от поэзии.

Поезд с толчком остановился, положив конец странному разговору. Арманд сунул книгу в портфель. Девушка не двинулась с места. Он кивнул в сторону двери:

– Моя остановка.

– Я знаю. То есть, конечно, – пробормотала она.

Пассажиры толпой ринулись к выходу. Девушка нахмурилась, покачнулась, сохраняя равновесие, но не удержалась и наступила каблуком ему на ногу. Арманд скривился от острой боли. Схватив его за локоть, она вскрикнула:

– Ой, нет! Извините меня. Простите, простите, простите!

Тут он вспомнил.

Однажды они уже разговаривали. В тот день, когда он впервые сел в этот поезд, она ударила его локтем прямо в солнечное сплетение. Если бы он верил в приметы, воспринял бы это как знак, что совершил роковую ошибку, пересекая пол земного шара в надежде изменить судьбу.

– Девушка-бьющая-без-промаха, – прошептал Арманд.

– О чем вы?

Двери распахнулись. Перрон встретил их шумом, суетой, свежим после дождя воздухом. Арманд сжал локоть недавней собеседницы, обходя ее и вливаясь в поток людей, спешащих к выходу.

«Странная девушка», – подумал он, признавшись, что ее непосредственность заинтересовала его больше, чем книга или разгадка служебной проблемы. Он помнил взгляд ее темных глаз еще долго после того, как покинул здание вокзала и вышел на улицу под серое небо зимнего Мельбурна.

Глава 2

Дважды Эви теряла дорогу, пока искала вход в офис компании «Гейм План». Прежде всего, она проехала на поезде до следующей станции, чтобы не попасть на глаза красавчику-в-крутом-прикиде. Если бы он увидел ее, то непременно вызвал бы полицию после того, что она наговорила ему в поезде. Глупее разговора представить невозможно.

Следуя выложенной на сайте карте, она дважды прошла по переулку туда и обратно в поисках входа в «Гейм План». Неудивительно, что она плохо соображала. Виной всему синие, цвета штормового моря, глаза и акцент. А еще аромат – загадочный, мужской, притягательный. Его окружала опасная аура, говорившая «не будите спящего пса». Интересно, десятидневная щетина на скулах скорее жесткая или мягкая на ощупь? Когда он сжал ее локоть, она окончательно потеряла способность думать. Попытка заговорить с ним стоила того, хотя ни к чему не привела.

Имея врожденный талант видеть логическую последовательность и закономерность в цифрах, строках текста, в архитектуре и природе, Эви совершенно не разбиралась в людях – это подтверждалось ее выбором бойфрендов в прошлом. Красавчик наверняка считал, что у нее не все дома. Теперь уже не узнать, не он ли написал стихотворение…

Глупое предсказание в пироге. Она сама не своя после того, как прочитала его. Чем скорее забыть о нем, тем лучше. Остановившись в переулке, она взглянула на небо и попробовала сосредоточиться. Опустив глаза, в ту же секунду увидела перед собой дверь в стене дома. Ту, что искала.

«Ты справишься, – сказала она себе. – Ты хочешь этого, тебе нужно это».

Она только-только начала завоевывать репутацию, с увлечением работая над государственными контрактами. Ей удалось найти незамеченные никем дыры в системе безопасности национального резерва, и это стало предметом ее гордости. К сожалению, все пошло насмарку, когда компания – ее последнее место работы – оказалась замешана в крупном скандале. Имя Эви было скомпрометировано – с ней не хотели разговаривать даже по телефону. Необходимо уговорить «Гейм План» дать ей шанс.

Глубоко вздохнув, она протянула руку к звонку, но дверь сама открылась. Конечно, здесь установлена система наблюдения и охранник наверняка наблюдал, как она разговаривала сама с собой. Отличное начало!

Сердце отчаянно колотилось, когда Эви вошла в приемную и оглядела белые стены, флуоресцентные лампы, цветы в горшках. Через минуту вместо безликого менеджера по персоналу, перед ней возник Джонатан Монтроуз – мистер «Гейм План» собственной персоной.

Он выглядел точно так, как на обложке его автобиографии – высокий, суровый, представительный. Не такой высокий, как красавчик… Эви оборвала опасный ход мысли и сосредоточилась. Стянув шапку, она шагнула вперед и протянула руку:

– Мистер Монтроуз, я – Эви Крофт. Большая честь познакомиться лично. Ваш учебник «Код Этики» – моя библия.

– А я слышал, что ты взламываешь коды, как демон.

Сердце Эви дрогнуло. От кого он мог это слышать? От бывшего начальника? Бойфренда? Полиции? Плохое начало. Тем не менее она сказала:

– Это правда.

– Пройдем? – Монтроуз провел ее в следующее помещение. – Добро пожаловать в «загон для быков».

Как ни старалась Эви сохранять хладнокровие, однако остановилась как вкопанная перед открывшимся зрелищем. Помещение казалось огромным. По периметру на уровне двух этажей его окружали стеклянные стены офисов, а пол нижнего уровня пестрел яркими красками надувных лежаков, столиков, кресел, гимнастических мячей, компьютеров, телеэкранов, а между ними сновали десятки молодых людей в джинсах, футболках и бейсбольных кепках. Они смеялись, спорили, творили. Придя в себя, Эви двинулась вслед за Монтроузом по галерее мимо небольших анклавов игровых комнат с различными электронными гаджетами, досками для дартса, другими забавами. В одной из комнат она увидела двухъярусные полки-кровати, как в студенческом общежитии.

Эви старалась рассмотреть все подробности, в случае если больше никогда больше этого не увидит. Наконец Монтроуз привел ее в просторный офис на втором этаже, затемненные окна которого выходили в «загон для быков». Он закрыл дверь, и наступила полная тишина. Эви вздохнула с облегчением, когда в офис заглянула женщина:

– Иду за кофе. Принести вам?

– Спасибо, не надо, – поторопилась отказаться Эви.

– Мне тоже не надо, Имоджен. Спасибо, – сказал Монтроуз.

Женщина оставила их одних. Монтроуз кивнул Эви на кожаное кресло, а сам уселся на край стола в доминирующей позе и скрестил на груди руки.

– Скажи, Эви, почему ты уволилась с последнего места работы?

Эви приготовилась дать разумный, обтекаемый ответ, который они отрепетировали с Зои. Он должен был звучать примерно так:

«После нескольких лет добросовестной работы, я достигла определенного уровня и поняла, что должна двигаться дальше».

Эви всегда вела себя разумно: рассчитывала силы, делала один осторожный шаг за другим, экономила деньги, ночуя у Зои на старом футоне. Однако это не спасало от неудач, что, кстати, подтверждалось предсказанием.

Стоп! Неудача с работой – уже пройденный этап. Впереди все чисто. Если она хочет произвести впечатление на такую персону, как Джонатан Монтроуз, надо идти на риск и, не раздумывая, прыгнуть вниз со скалы. Глядя в глаза своему идолу, она сделала роковой шаг.

– Вы уже знаете, мистер Монтроуз.

Дрогнувшие губы могли быть хорошим знаком.

– Просвети меня.

– Я работала на «Бинари Лоджистикс» до тех пор, пока Эрик, сын моего босса, мой бывший бойфренд, не был уличен в мошенничестве. В настоящее время в компании ведут расследование все существующие федеральные агентства. Учитывая мою должность, уровень доступа, связь с обвиняемым, я могла быть соучастником. К счастью, Эрика арестовали в аэропорту, и он во всем признался. Я прошла проверку и была оправдана. Однако грязь прилипла. Вы единственный, кто ответили на мой звонок и, более того, пригласили на собеседование, – заключила Эви и, не удержавшись, нервно облизнула губы.

– Почему же я это сделал?

– Вы любите рисковать, мистер Монтроуз. Вам нравится, что я загнана в угол, иначе вы бы не обратили на меня внимания. Вас устраивает, что я в отчаянном положении, а значит, буду стараться проявить себя. Эти качества вам знакомы.

Мускул на его лице дернулся.

– Возможно. А может, я оценил твою наглость явиться ко мне на собеседование, зная, что я знаю.

Эви неуверенно засмеялась:

– Потребовалась вся наглость, на которую я способна.

После этого интервью вошло в привычную колею. Монтроуз расспрашивал о семье – ее деде, который переехал в резиденцию для престарелых, оставив в прошлом фермерские будни и хобби – компьютерные игры, вязание и веселую компанию Зои.

Вдруг все закончилось. Монтроуз поднялся, и Эви тоже встала. Монтроуз заговорил:

– Ты, безусловно, очень талантливая молодая женщина, Эви. Я следил в Сети за твоими достижениями и слышал много похвальных отзывов от профессионалов.

Эви замерла.

– К сожалению, однако, на сегодняшний день у меня нет вакансий. Советую тебе взять паузу в работе. Читай, путешествуй… Я найду тебя, если что-то появится в будущем.

Что? Эви открыла рот, чтобы заставить его передумать, умолять дать ей шанс, встать на колени, если понадобится. Рискнув на отчаянный шаг, она готова была пойти дальше. Но Джонатан уже потерял к ней интерес. Эви не посмела настаивать. Она схватила рюкзак и натянула свою шапку с ярким помпоном, и…

Дверь приоткрылась.

– Есть минутка? Хочу, чтобы ты взглянул… – произнес голос и вдруг осекся, но было поздно. Акцент, низкий тембр, движение крупного тела – Эви знала, кого увидит, когда резко повернулась на каблуках.

Она слабо ахнула, уставившись прямо в лицо красавчика-в-крутом-прикиде. Его высокая широкоплечая фигура заполнила проем двери. Однако ни следа не осталось от завораживающей улыбки, с которой он слушал в вагоне ее лепет о поэзии и магии. Он смотрел с негодованием, словно застал ее в своей кухне.

– Ты? – возмущенно прогремел красавчик.

Под его враждебным взглядом Эви чувствовала себя букашкой под микроскопом, но нелепость ситуации вызвала у нее неожиданную реакцию:

– О господи! Вы следили за мной?

– Я хотел бы задать тот же вопрос.

– С какой стати я бы стала это делать? – заявила она, слегка смутившись, но тут же перешла в нападение. – Извините меня, разве я не ясно дала понять, что не интересуюсь вашей… – Она обвела рукой взъерошенные волосы, красивое лицо, дорогой костюм и выпалила: – Поэзией.

Мужчина смотрел на нее с недоумением.

Краем глаза Эви уловила движение, напомнившее о том, что они не одни. Повернув голову, она увидела Джонатана, с большим интересом наблюдавшего за происходящим.

– Так вы знакомы? – спросил Монтроуз.

Красавчик нахмурился и поджал губы, вынуждая Эви ответить.

– Вообще-то нет. Мы ездим на одном поезде каждый день, утром и вечером. Сидим на расстоянии трех рядов друг от друга, – вздохнув, сказала она и уловила вдруг аромат моря и солнца – настоящий мужской запах. Эви поняла, что красавчик подошел, встал рядом. Вероятно, хотел смутить ее, черт побери. Прикрыв один глаз, чтобы не видеть его боковым зрением, она продолжила: – Хотя однажды я попала ему локтем в живот, а еще наступила на ногу. Вот, пожалуй, все.

– Это правда? – сверкнул глазами Джонатан.

Красавчик собрался было что-то сказать, но Эви опередила его.

– Сделайте одолжение, мистер Монтроуз, и подтвердите, что считаете меня очень талантливой. Ваш друг, похоже, так не считает.

Монтроуз повернулся к мужчине.

– Неужели? – спросил он, сдерживая смех. – У тебя другое мнение об этой женщине?

Красавчик заскрежетал зубами. Тогда Эви решила, что он заслужил передышку, чтобы прийти в себя от шока. Протянув ему руку, она представилась:

– Между прочим, меня зовут Эви Крофт.

Красавчик растерянно моргнул, на мгновение их взгляды встретились. Что-то темное промелькнуло в штормовых глазах за секунду до того, как он взял ее руку в свою – теплую и крепкую. В момент соприкосновения словно искра пробежала по ее коже и сердце дрогнуло.

– Арманд Дебюсси, – произнес он с французским акцентом.

Убрав руку, он обратился к Монтроузу:

– Что она здесь делает?

Эви фыркнула и дерзко вскинула голову.

– Она проходит собеседование о приеме на работу, о которой мечтает каждый программист, – слукавила она, хотя интервью уже закончилось.

– Что же это за работа? – поинтересовался красавчик.

Эви поняла, что не имеет об этом представления, и умоляюще улыбнулась Монтроузу. Тот медленно встал и переместился за свой стол, чтобы показать, кто здесь главный, и авторитетно объявил:

– Специалист по обнаружению шпионских кодов.

У Эви вдруг затеплилась надежда…

– Ты шутишь? – не поверил Арманд. – Она не может разбираться в этом, потому что слишком… – Он осекся и грозно посмотрел на Эви.

В отличие от своей импульсивной матери Эви всегда отличалась благоразумием и осторожностью. Однако в этот момент, вместо того чтобы отступить, она резко повернулась к Арманду и посмотрела ему прямо в глаза:

– Слишком что?

Он не дрогнул, сохраняя ледяное спокойствие статуи. Статуя сказала:

– Вы олицетворение наивности, мисс Крофт. Здесь вас съедят с потрохами. – Он протянул руку к ее шапочке и щелкнул по яркому помпону, заставив его бешено качаться.

Эви пришла в ярость.

– Что же, мистер Дебюсси. Вижу, вы настроены враждебно. Не понимаю, какое отношение наивность имеет к моей способности взламывать коды, находить секретные ловушки, подводные камни, улавливать опасные вирусы и вырезать их из тела программы, не нарушив ее целостность?

Арманд смотрел с нескрываемым удивлением. Эви продолжала:

– Вы сделали такие выводы потому, что я приехала в город из провинции, не ношу стильной одежды, не причесываюсь в модном салоне? Поверьте, это не мешает мне быть настоящим киллером в своем деле. Запомните, мой друг, никто лучше меня не обезвреживает шпионские программы. Нравится вам это или нет!

Она остановилась, чтобы перевести дыхание. Ее слова эхом отдавались в комнате. Эви дорого дала бы за то, чтобы оказаться подальше отсюда. Кусая губы, она повернулась к Монтроузу, собираясь извиниться, но заметила странный, настораживающий блеск в его глазах.

– Отлично, – сказал Монтроуз. – Теперь, когда вы оба выговорились и спустили пар, думаю, вам будет легче работать вместе.

– Не понял? – прорычал Арманд.

– Работать вместе? – ахнула Эви.

– Я заключаю с тобой контракт на один проект. Считай, что это испытательный срок. Поздравляю. Ты принята на работу.

Эви бросилась к столу, пожала Монтроузу руку.

– Спасибо. Я не подведу.

– Верю. Отправляйся к Имоджен в соседний офис. Она поможет оформить бумаги, страховку, зарплатную карточку. Приходи завтра в восемь.

– Да, сэр. Спасибо, сэр. – Развернувшись на месте, Эви подхватила рюкзак и ринулась в коридор, оставив за дверью двоих яростно спорящих мужчин.

От волнения она не задала важных вопросов о зарплате, условиях, графике. Она получила работу! Не просто работу, а должность, о которой и мечтать не могла. Удача снова улыбнулась ей. Пускай придется работать в одном здании с Армандом Дебюсси. Она будет держаться от него подальше и со временем научится не замечать его. Сегодняшний день станет одним из самых счастливых в ее жизни.

Едва сдерживая ярость, Арманд шагнул к мини-бару за спиной Джонатана и, не спрашивая разрешения, достал бутылку виски. Он плеснул в стакан немного янтарного напитка, чтобы только обжечь горло и снять спазм, возникший неожиданно после слов маленькой ведьмы. На экране компьютера он увидел сообщение, только что отправленное Имоджен по поводу Эви Крофт: контракт на один проект и сумма оплаты. Переведя австралийские доллары в евро, Арманд удивился, почему люди вообще соглашаются работать на Монтроуза.

– Еще нет десяти, – пожурил Джонатан.

Арманд сморщился, сделав глоток.

– В Париже сейчас полночь.

– Делай как знаешь. Но, отвечая на твой вопрос, скажу. Она не преследовала тебя. Просто подала заявку на работу несколько дней назад. Хорошая девочка, с интеллектом нового поколения. Я не собирался нанимать ее.

– Так что, черт возьми, изменилось?

– Это ты сам мне скажешь.

Это была провокация. Арманд не собирался отвечать, ожидая продолжения. Он мог ждать вечно. Его безразличное терпение не знало границ.

– Не веришь, что я поверил в ее профессиональные качества? Потому что она женщина?

– Нет, мой бог, – обиделся на обвинение Арманд.

– Из-за ее молодости?

– Сколько ей?

– Я не спросил. В наше время такой вопрос недопустим, – усмехнулся Джонатан. – Но думаю, двадцать с небольшим. Возраст благодатного невежества и творческих прорывов – большое преимущество в ее работе. Ты всего лет на пять ее старше, но на твоих мускулистых плечах лежит тяжкий груз опыта.

Пожав плечами, Арманд опрокинул в горло остатки виски.

– Скажи, как, встречаясь в поезде каждый день утром и вечером, сидя на три ряда от нее через проход, ты решил, что она глупа?

Арманд поднял глаза в потолок.

– Ладно, потом узнаю, но пока хочу тебя уверить, что Эви Крофт – особенная.

Арманд молчал, думая о гигантском объеме работы в виде отчетов, юридических документов, внутренней переписки компании, новостных статей, которыми завалил его Монтроуз. До сих пор анализ не дал результата. Джонатан, однако, продолжал:

– Пару лет назад один из моих ребят наткнулся на ее переписку онлайн. Речь шла о взломе одной из наших самых сложных компьютерных игр. Она реально это сделала! Ее последнее место работы – хромой динозавр, готовый рухнуть карточный домик, но ее достижения поразительны. Признаюсь, она невероятно талантлива. – В глазах Джонатана горел огонь, говоривший о том, что он уже не шутит. – Я взял ее не потому, что она женщина и молода, а потому, что справится с задачей. Ты видишь здесь проблему?

Проще всего было сказать: нет проблем, закрыть тему, закончить порученную Джонатаном работу и вернуться домой, но что-то останавливало Арманда.

– Признайся, это ее честные глаза и наивность?

Арманд спрятал лицо в ладонях и глухо засмеялся.

– Не напоминай мне!

– Вот именно поэтому мисс Крофт небезразлична тебе. Столкнувшись с ней, ты понял, что она может зажечь искру жизни. Ты не умер, мой друг, даже если тебе так кажется иногда…

Арманд тряхнул головой, но другу было достаточно, чтобы понять, что он дошел до границ допустимого.

– Что будем делать? – спросил Джонатан. – Я не запущу свою очень дорогую и важную программу, пока ты не убедишь меня, что это безопасно. Если тебе для этого не нужны мисс Крофт и ее особые знания, я велю Имоджен немедленно отправить ее домой. Решение за тобой.

Используя связи в верхах, обладая огромным практическим опытом, Арманд умел находить любую информацию, получать сведения о частных переговорах, финансовых операциях, тайных сделках на конспиративных квартирах и за дверями компаний. Он раскрывал каналы поставки наркотиков и оружия, сговоры мошенников и многое другое. Арманд говорил на пяти языках и понимал намного больше, однако почти не разбирался в компьютерных кодах. Тем не менее он отчаянно искал выход, как избежать сотрудничества с Эви Крофт. Ее большие темные глаза не скрывали чувств. Она прикусывала полную нижнюю губу улыбчивого рта чаще, чем требовали обстоятельства. Вокруг нее с треском рассыпались искры бьющей через край энергии. А нелепые вязаные шапочки? Она словно притягивала неприятности.

Арманд глубоко вздохнул и почуял нежный аромат женских духов или шампуня, напоминавший, как ни странно, вишню.

Женщины вокруг него предпочитали дизайнерские ароматы. Они не пахли вишней и не носили детские шапки с помпонами, как и рюкзаки с принтами героев мультиков. Арманд вспомнил, как Эви Крофт повернулась к нему с упертыми в бока руками. Ее глаза метали молнии, когда она высмеивала его костюм и прическу прямо в середине делового собеседования. Она могла быть наивной или немного тронувшейся, но в смелости ей не откажешь. Неожиданно ее образ сменился на другой: маленькое черное платье, бриллианты и жемчуг, убранные в пучок светлые волосы, надменный взгляд светло-голубых глаз женщины, поворачивающейся к двери.

Арманд провел ладонью по лицу. В одном Джонатан ошибся: Эви Крофт была полной противоположностью дамам, которые его привлекали.

– Дай ей шанс, – согласился Арманд с невольной хрипотой, – но только на испытательный срок.

– Не беспокойся. Это записано в контракте. А теперь иди и выясни, почему моя идеальная программа глючит. Пора уже запускать ее. Твои отношения с мисс Крофт меня не волнуют до тех пор, пока я получаю результат.

Когда Арманд возмущенно вскинул голову, Джонатан быстро сменил тему:

– Ты хотел о чем-то спросить, когда ворвался в кабинет?

Арманд полез в карман за листком бумаги, но обнаружил его на полу под ногами. Развернув, он поглядел на строку компьютерного кода, о котором собирался расспросить друга, и быстро убрал листок с глаз.

– Похоже, новой сотруднице будет чем заняться завтра, – засмеялся Джонатан.

– Возможно, вы правы, сэр. Спасибо, сэр! – съязвил Арманд.

– Чувствую себя динозавром, – усмехнулся Монтроуз.

Выйдя за дверь в коридор, Арманд взглянул через стекло вниз, в так называемый «загон для быков», и сразу отступил, увидев удаляющийся разноцветный помпон. Он привык работать в окружении серьезных мужчин, которые в другую эпоху были бы воинами, пиратами, партизанами или викингами со шрамами на теле и в душе. Среди подростков в кроссовках и бейсболках ему было некомфортно. А тут еще эта девушка-которая-безмолвно-поет.

Он не считал ее красивой – красота не привлекала его. Однако Арманд почему-то следил, чтобы никто не украл ее вещи, пока, закрыв глаза, она слушала музыку. Признаться, увидев ее впервые, он не мог отвести глаз. Когда она улыбалась или смеялась, словно огонь загорался внутри. От этого в поезде, громыхающем из промозглого Мельбурна, ему становилось теплее, а ведь он не верил, что способен чувствовать тепло, и не стремился к этому. Когда долго живешь со льдом в венах, пульсирующая горячая кровь причиняет мучительную боль. Но теперь она будет рядом каждый день, пока задание не будет выполнено. Арманду не хотелось даже думать о предстоящем испытании.

Глава 3

Обычно ежедневные поездки на поезде доставляли Эви удовольствие: легкое покачивание вагона, перестук колес, мелькающий за окном сельский пейзаж. Время летело быстро за болтовней, музыкой в наушниках, в мечтах и размышлениях, возможных только в минуты безделья.

Сегодня она ехала одна: Зои вылетела в Сидней в головной офис на встречу с дизайнерами. Эви превратилась в комок нервов в ожидании станции, на которой должен войти Арманд Дебюсси. Вместо того чтобы пялиться на дверь, она взялась вязать очередную шапочку. Мать Эви умерла, когда девочке было шесть лет. Ее воспитывал дед. Старомодный джентльмен отличался острым умом и эпизодической склонностью к феминизму. Он научил внучку готовить, чинить технику и вязать. Желтую шапочку с ушками дед заказал для пожилой соседки по имени Коринна. Она недавно переехала в общину для престарелых на окраине их городка.

Эви никак не могла сосредоточиться и три раза распускала и перевязывала последний ряд петель. Сдавшись, она просмотрела в Интернете предложения по сдаче жилья и взялась обзванивать те немногие, казавшиеся приемлемыми. Первый был уже сдан. Второй номер не отвечал. Третий звонок пришелся на остановку Арманда. На секунду Эви показалось, что он не появится: сел в другой поезд, в другой вагон…

– Алло, алло?! – кричала женщина ей в ухо.

– Алло, здравствуйте! Меня зовут Эви. Звоню по поводу аренды комнаты.

– Супер. Оплата каждую неделю. Свежая покраска. Комната на двоих. Постельное белье не включено. Окна выходят в парк.

Эви воодушевилась, слушая описание вполне привлекательного жилья, однако в какой-то момент ее сознание отключилось. В проеме двери возникла знакомая фигура: сексуально взлохмаченные волосы, облик хищника. Лампы дневного света подчеркнули угловатые черты невероятно красивого лица.

Краем уха Эви слушала скороговорку об условиях оплаты вай-фая, электричества и воды, о близости станции, баров и ресторанов. Арманд нашел ее взглядом. Глаза цвета штормового моря выражали невозмутимое спокойствие. Голос в телефоне превратился в невнятное бормотание. Эви приготовилась коротко кивнуть, прежде чем он сядет на обычное место. Потом она будет игнорировать его до самой их остановки, выйдет вслед за ним, но ни в коем случае не вместе…

Постойте-ка. Не может быть. Он направляется прямо к ней.

Вязанье скользнуло на колени, петли распустились. Одной рукой Эви быстро запихнула желтый шерстяной комок в рюкзак.

– Ты сегодня без подруги?

«И тебе доброе утро», – подумала Эви, поднимая глаза. Арманд равнодушно созерцал макушку ее зеленой шапки, однако упомянул ее подругу. Значит, он наблюдал за ней. Заметил.

«Впервые увидев вас, я был сражен кудрями цвета воронова крыла и звездным блеском глаз. Какое счастье…» – эти строки звучали в голове с явно французским акцентом, и Эви тряхнула головой, чтобы прогнать наваждение.

Приняв это за ответ, Арманд указал на сиденье напротив:

– Не возражаешь?

– Располагайся, – поперхнулась Эви.

– Извините? – удивился голос в трубке.

– Извините, – повторила Эви, – связь пропала на минуту. Я в поезде.

Скрестив ноги, Эви натянула на колени юбку, вдруг показавшуюся короткой. Высокие сапоги не спасали положения, и колени длинных ног оказались между его коленями. Арманда это не смутило. Он достал книгу и углубился в чтение. Красота и ум – что может быть прекраснее.

Поезд тронулся. Голые колени Эви терлись о грубую шерсть брюк Арманда. Сколько она выдержит испытание?

– Крысы на антиглютеновой диете, – трещал голос в трубке. – Не переносят лактозы, а запах фруктов вызывает аллергию. Это придется учитывать.

– Вы сказали «крысы»?

Арманд удивленно поднял глаза от книги, приняв вопрос на свой счет. Эви указала на телефон. Он снова погрузился в чтение.

После паузы голос сказал:

– Да.

– Вы держите крыс?

– Они имеют право жить своей жизнью, – сообщил голос.

– Сколько их?

– Трудно сказать. То больше, то меньше. Хотя Ровена снова беременна. Скоро будет прибавление.

Эви содрогнулась.

– Хорошо, спасибо, я перезвоню.

Арманд наблюдал за ней и уже не казался таким мрачным.

Эви кивнула на телефон:

– Ищу жилье.

– С крысами?

– Не обязательно.

– Новая работа и новое жилье, – прокомментировал Арманд.

– Можно сказать, у меня переходный период.

– Вчера ты упомянула об этом. В поезде.

– Разве? Давай забудем тот разговор.

– Уже забыл.

– Хорошо, – улыбнулась Эви и прикусила нижнюю губу.

Взгляд Арманда опустился на ее губы. Мужчина нахмурился, глаза потемнели, словно солнце зашло за облака. Он отвернулся к окну. Разговор окончен. Эви перевела дыхание. Однако в этот момент поезд качнуло на крутом повороте и ее колено скользнуло между ног Арманда. Вцепившись в сиденье, Эви вжалась в спинку. Арманд сохранял невозмутимое спокойствие. Неужели его это не беспокоит, как ее? А может, вопреки всему, она ему немного нравится? Что, если это он написал стихотворение и посвятил ей?

Есть только один способ узнать – спросить прямо:

«Эй, Арманд, это твое стихотворение я нашла на открытом сайте личной переписки в Рамблере?»

Она бы решилась, но если ответ «нет», то она потом не сможет смотреть ему в глаза. Мешать личную жизнь с работой – прямой путь к катастрофе. Этот урок дался ей нелегко. А что, если ответ «да»? У нее защекотало в животе, колени напряглись: тем более не стоит допытываться.

Чтобы нарушить молчание, Эви сказала первое, что пришло в голову:

– Сегодня я не вижу у тебя справочника по австралийскому патентному праву.

После паузы Арманд показал ей обложку своей книги с именем автора.

– Интересная?

К ее удивлению, Арманд спросил:

– Не читала?

– Может, смотрела фильм.

В ответ Арманд страдальчески вздохнул.

– Не отчаивайся, я читаю книги. Записана в библиотеку пансионата для престарелых, где живет мой дедушка. Сейчас читаем захватывающий детективный триллер о пришельцах.

Арманд пожал плечами:

– А когда ты не читаешь?

– Играю в компьютерные игры.

На сей раз его реакция была настолько недоуменной, что даже Эви не могла ошибиться.

– Не осуждай, пока не попробовал. Хорошие игры, по-настоящему великие игры интересны не зрительными эффектами или потрясающим трехмерным изображением, а интригой. Они проникают в душу, заставляют думать, смеяться, плакать, сопереживать.

Слишком поздно она заметила, что повторяет его слова, сказанные о великой поэзии. Может быть, настало время выяснить все до конца? Любопытство одолевало ее с такой силой, что грозило взорвать мозг.

Наклонившись вперед, она вцепилась пальцами в колени.

– Арманд. Можно звать тебя Арманд? Конечно, можно, ведь это твое имя.

Он пристально смотрел на нее потемневшими, как ночное море, глазами.

– По поводу вчерашнего. В поезде я спросила, любишь ли ты поэзию…

Арманд выпрямился. Эви почувствовала его удивительный, чистый, мужской, почти съедобный аромат.

– Мы же договорились забыть об этом.

– Хм.

В окно ударило солнце, осветив красивое, мужественное лицо. Арманд был похож на принца, давным-давно покинувшего свой замок. Он отправился в опасный поход, чтобы убить дракона и освободить принцессу или спасти королевство, однако сбился с пути. Ранение в голову? Колдовское заклинание? Теперь он пытается понять, как оказался в поезде, мчащемся в центр Мельбурна.

– Мисс Крофт, – произнес он. – Джонатан не берет на работу случайных людей, кроме как сгоряча, но всегда в надежде на чудо. Тебе выпал шанс стать частью важного проекта. Прими это к сведению.

Он встал и двинулся к выходу. Эви поняла, что поезд прибыл на их остановку. Схватив рюкзак, она ринулась вслед. Арманд резко остановился, и она чуть не налетела на него.

– Мне нужно зайти кое-куда.

– Ладно. Хорошо. Встретимся на работе, – отступила Эви и недоуменно подняла руки. Она плохо понимала даже обычных людей, а этот загадочный мужчина тем более сбивал ее с толку. Она поправила на спине рюкзак и отправилась к месту службы.

Открыв дверь кодовым ключом, она вошла в здание компании «Гейм План» и направилась прямо в «загон для быков». Пестрые краски, шум, яркий свет подействовали на нее как живительный эликсир. Пожалуй, Арманд прав: ей дан второй шанс, и его нельзя упустить. Третьего шанса не будет.

Поборов застенчивость, она здоровалась с каждым, кто поднимал голову от работы.

– Ты Эви Крофт, не так ли? – спросил парень примерно ее возраста.

– Ну да.

– Тебя представили в утренних новостях компании. Женщин почти нет. Обрати внимание, тут работают мужчины с высоким уровнем тестостерона.

Эви так не показалось, но она улыбнулась и кивнула:

– Я привыкла.

– Меня зовут Джейми.

Она пожала ладонь с твердыми подушечками пальцев, типичными для геймеров. В глазах парня читался интерес, но Эви по опыту знала, что флирт на работе неуместен.

– Пойду работать. Приятно познакомиться.

Следуя инструкциям Имоджен, Эви двинулась по темному коридору в дальний угол к глухой двери. Попытка открыть ее не получилась. Код? Отпечатки пальцев? Эви стояла в растерянности. Неожиданно дверь приоткрылась, и она отпрянула, увидев перед собой мужской силуэт.

– Господи, вы испугали меня!

– Извини, – произнес знакомый голос.

– Арманд? Я не преследовала тебя, правда.

Он шире распахнул дверь, приглашая ее войти.

Эви увидела мебель из темного дерева, книжные полки, низкие кресла перед кофейным столиком, красивую лампу – словно интерьер из готического романа, идеально подходивший Арманду.

– Заходи, или тебе надо особое приглашение? – спросил он.

– Сюда? – Она обвела рукой комнату. – Я буду работать здесь? С тобой?

– На меня, – поправил Арманд. – Конечно, если ты передумала, я сообщу Джонатану…

– Шутишь? Я в восторге. Потрясающе!

Она демонстративно улыбнулась во весь рот. Вскинула рюкзак на плечо и прошла мимо него в комнату, на секунду уловив аромат цитруса, кедра, чистого мужского тела.

Эви стянула шапку. Каскад темных волос рассыпался по плечам. Она вздохнула.

– Мог бы предупредить меня утром.

Уголок его рта дрогнул, но выражение лица оставалось невозмутимым.

– Учитывая характер нашей работы, мы не будем обсуждать ее на публике.

Памятуя прежний опыт, Эви поверила ему.

– Послушай, ты был прав. Сегодня для меня начинается новая жизнь. Предлагаю познакомиться заново. – Она протянула ему руку. – Эви Крофт. Рада знакомству.

Эви легко могла пропустить живую искру, мелькнувшую в глазах Арманда, когда он ответил на рукопожатие. Как и в первый раз, она почувствовала укол, словно электрический разряд проскочил между их ладонями.

– Арманд Дебюсси, – пророкотал он. – Взаимно. Начнем работать.

Прежде чем успела отвести взгляд, Эви заметила, что он потер ладонь большим пальцем. Может, он тоже что-то почувствовал? Не может быть. Просто нервы или статическое электричество от ковра. Внутренний голос шептал, что нельзя смешивать личную жизнь и работу, а ее глупое увлечение и стихотворное послание в поезде – все в прошлом. Отныне они просто коллеги. Точка.

Простая настольная лампа освещала один из рабочих столов с аккуратно разложенными карандашами, блокнотом, бумажным календарем. Без сомнения, это рабочее место Арманда. В другом углу стоял большой черный стол с регулировкой высоты. Рядом – эргономичное кресло. Три огромных монитора. А это что? Конечно же, стационарный жесткий диск, о котором она столько слышала.

– Скажи, что это все для меня.

– Ну не для меня же.

Отбросив рюкзак, она рванулась вперед к чудесам прогресса. Каково бы ни было задание, в ее распоряжении самая совершенная техника. Накануне они с Имоджен уже зарегистрировали имя пользователя, пароль, отпечатки пальцев, идентификацию по сетчатке глаза. Одно движение пальцев, и компьютер ожил.

– Ущипни меня, – пробормотала она.

– Что? – спросил Арманд, наблюдая за ее реакцией.

Эви взяла себя в руки.

– С чего начать, босс?

Он кивнул на монитор, и Эви кликнула по единственной иконке на экране, содержавшей инструкции. После волнений последних дней Эви не терпелось заняться настоящим делом. А что до красавчика-в-крутом-прикиде, то она научится работать с ним, не распуская слюни и не срываясь, чего бы это ни стоило.

Вместо того чтобы вернуться к своим занятиям, Арманд продолжал наблюдать, как Эви достала из рюкзака гибкую пластину, размотала тонкий провод и подключила к компьютеру. Это сразу насторожило Арманда.

– Что это ты задумала?

– Классно, правда? Это не обычная клавиатура. Только я знаю расположение клавиш.

– Зачем? – спросил Арманд, который печатал двумя пальцами, и то по необходимости.

– Безопасность.

– Не думаю, что Джонатан…

– Он знает. Вчера отправила ему спецификации по имейлу.

– Объясни, зачем?

Лаская пальцами гладкую поверхность панели, Эви ответила:

– Законный вопрос, поскольку я теперь работаю с… на тебя. На прежнем месте кто-то использовал мой код доступа в целях мошенничества.

Волосы зашевелились на голове Арманда, и он нервно оглянулся в сторону кабинета друга.

– Все в порядке, Джонатан знает.

– Как это случилось?

– Мошенником оказался сын хозяина компании и мой бывший бойфренд. Он установил камеры в моем кабинете и фиксировал нажатие клавиш. – Глядя на Арманда широко раскрытыми карими глазами, она продолжала: – Я была олицетворением наивности и не мучаюсь по ночам угрызениями совести только потому, что полиции удалось вернуть похищенные деньги.

Дело не в наивности, а в чудовищной неосторожности, подумал Арманд, но ему тоже были знакомы угрызения совести.

– Если бы он умел взламывать коды и притронулся к моему компьютеру, я бы знала и остановила его. По злой иронии, невежество сыграло ему на руку.

Арманд вздохнул. У него были научные степени по юрисдикции, экономике, истории искусств. Он возглавлял международно-признанную частную компанию по безопасности, мог обезвредить бомбу голыми руками, но если зависал компьютер, то вызывал техническую службу. Правда, Арманд давно не имел дела со взрывчаткой. Теперь он занимался тем, что отличал поддельного Пикассо от настоящего для фамильной коллекции картин. Его мать не могла нарадоваться, что сын, с его интеллектом, вернулся в высокий мир искусства и перестал «играть в героя», сводя ее с ума от беспокойства.

– Тем не менее, – продолжала Эви, – скандал научил меня осторожности. Хочешь покажу, как это работает…

Арманд поднял вверх руки. Однако любопытство взяло вверх.

– Где ты взяла эту штуку?

– Это прототип. Мое изобретение.

– Ты?

Эви кивнула.

– Обидно, но если бы тогда я не работала сверхурочно, то успела бы закончить эту игрушку, и Эрик не сделал бы того, что сделал. Теперь я пользуюсь своей клавиатурой.

– Делай как знаешь, – отмахнулся Арманд, с беспокойством думая о своем друге.

Джонатан всегда был игроком. Он делал рискованные ставки на идеи, инвестиции, научные открытия. Однако сейчас он играл с судьбами людей. Для одной это была работа, о которой она мечтала всем сердцем. У другого вообще не было сердца. Это означало только одно: чем скорее задание будет выполнено, тем скорее Арманд выйдет из игры, вернется домой, в Париж, к привычной и комфортной жизни. Он никогда больше не подвергнет опасности своих близких.

Два часа спустя Эви устала болтать ногой. Иконка на мониторе открыла доступ к серии учебных видео с подробной инструкцией, начиная с того, как включать компьютер до того, какой язык использовать. Каждый раздел заканчивался тестом из двадцати пяти вопросов. Отупляющая процедура. Бессмысленная трата времени.

Эви посмотрела на Арманда, сосредоточенно погруженного в бумаги. Вероятно, он мог работать так часами. Поерзав на стуле, несколькими простыми действиями она добралась до конца программы и еще через полчаса успешно завершила весь учебный процесс.

– Готово!

Арманд удивленно взглянул на часы.

– Уже закончила?

– Да. Что дальше? Меня посадили в эту комнату в качестве научного эксперимента, чтобы проверить, сколько я выдержу? Или ты?

Откинувшись на спинку стула, Арманд спросил:

– Мне обязательно участвовать в этой болтовне?

– Конечно. Мой дед поощрял любопытство и всегда отвечал на вопросы, если меня интересовал двигатель трактора или созвездия, осиные гнезда или кости запястья. Мне все надо было знать.

Ах, дед. Интересно, чем он сейчас занят? Ему нравилась жизнь в местном пансионате для престарелых, расположенном в живописном местечке на окраине города. Эви по-прежнему тратила все заработанные деньги на оплату его проживания. Лучше так, чем продать их старую ферму – дело его жизни, ее дом.

Вернувшись к реальности, она увидела, что Арманд снова погрузился в бумаги. В его сосредоточенности было что-то вампирическое. Эви всегда интересовали вампиры.

– Ладно, – снова защебетала она. – Если я болтушка, то почему ты такой молчаливый?

– Не вижу смысла в разговорах, если нечего сказать.

– Это выпад в мой адрес?

Уголок рта дрогнул, обещая улыбку, но Арманд сохранил привычную серьезную мину.

– Есть тема для беседы, – сказала Эви. – Расскажи о проекте, над которым мы работаем.

– Мы поговорим об этом, а пока сделай перерыв.

Эви закатила глаза, схватила рюкзак и направилась к двери, но задержалась возле его стола:

– Тебе придется мне все рассказать. Открыть все карты, предоставить доступ ко всем драйверам и микрочипам. – Она сделала паузу, думая, как эффектнее завершить тираду. – Нетрудно догадаться, в чем моя задача. Я хакер и нужна Джонатану в этом качестве: найти ошибки и почистить программу. Я права?

Она ждала реакции. Удивление? Восхищение ее способностями? Ничего похожего. Ноль.

– Вот еще что, – добавила Эви. – Пока мне только предстоит найти систему, программу, игру, бренд софта, который я не смогу взломать, но для этого я должна видеть код.

Арманд поднялся, направился к полкам, достал толстую книгу и опять вернулся за стол. Эви была посрамлена этой демонстрацией невозмутимой силы и властности. Арманд взял в руки хорошо заточенный карандаш и углубился в чтение.

В этот момент ее осенило.

– Где твой компьютер, Арманд? Сотовый телефон? Только бумага и карандаши. Ты технофоб! – Она захлопала в ладоши. Та-дам!

Однако реакции не последовало.

– Ухожу на перерыв. Хочешь чего-нибудь? Кофе? Чай? – Она вовремя удержалась, чтобы не продолжить: «Меня?» Отныне даже в шутку такие намеки недопустимы с Армандом. – Нет? Тогда я вернусь через полчаса.

Эви ринулась вниз по лестнице, грызя яблоко, которое достала из рюкзака. Она направилась к выходу – ей был необходим глоток свежего воздуха, но, завороженная шумом и суетой «загона для быков», изменила решение. В одном из небольших альковов двое парней сражались на компьютере в пинбол, в другом – обсуждали теорию цепочек, одновременно играя в винтажный «Атари» и…

– Эви!

Она развернулась на каблуках.

– Джейми, привет!

– Ищешь кого-то?

– У меня перерыв. – Она кивнула на яблоко.

Парень удивленно склонил голову.

– Вижу, ты еще не добралась до «Вкусняшек», – сказал Джейми и пригласил следовать за ним.

«Вкусняшки» оказались собственным рестораном «Гейм Плана». Они сели за маленький стол в углу зала. Когда принесли их заказ, Эви не поверила глазам: блюда словно прибыли из каталога деликатесов. Покончив с едой, она спросила:

– Сколько стоит это удовольствие?

– Ни цента, – усмехнулся Джейми.

– Нет, нет, нет, – запротестовала Эви, – ты не можешь…

– Успокойся. Все включено в контракт.

– Шутишь? Ущипни меня. – Эви протянула руку Джейми.

В этот момент на стол упала тень. Над ними склонился Арманд: мрачное лицо, руки в карманах. Эви взглянула на часы и густо покраснела – она отсутствовала на рабочем месте уже тридцать пять минут.

– Уже бегу, – вскочила она со стула.

– Сиди, – приказал Арманд. – Я не надсмотрщик, мисс Крофт. Ты не отвечала на телефон, поэтому мне пришлось разыскивать тебя, чтобы сказать, что меня не будет в офисе, когда ты вернешься.

– Понятно. Что мне делать в твое отсутствие? – Эви покосилась на Джейми, внимательно следившего за разговором.

– Я оставил записку.

– Отлично! – с воодушевлением воскликнула Эви. – Прямо сейчас займусь… мистер Дебюсси, – добавила она, когда Арманд отошел подальше.

– Вау! – не удержался Джейми. – Постой-ка, ты работаешь с ним?

– Да.

– Ну и ну! Он мелькает здесь уже недели две. Все больше в офисе Джонатана. Таинственная личность. Мы тут делаем ставки, стараясь угадать, кто он. Аудитор? Психоаналитик? Детектив? Я поставил пятьдесят баксов на телохранителя.

– Первый день на работе. Пока не могу ответить.

Джейми упорствовал:

– Действительно важная птица?

– Я же сказала – первый день.

– Ясно.

Эви поглядела вслед уходящему Арманду, окутанному аурой секретности. Что скрывается за элегантным фасадом? Например, не ему ли принадлежит стихотворное признание?

– Джейми, ты когда-нибудь писал стихи?

– Нет, господи упаси. Разве что ты попросишь…

– Да нет, я просто так спросила, – сказала Эви, поднимаясь. – Пора на рабочее место. Увидимся. – Она повернулась на каблуках и рванула к двери.

Глава 4

Постучав в дверь офиса Джонатана, Арманд вошел, не дожидаясь ответа. Имоджен сразу оставила свои занятия и, не говоря ни слова, тихо вышла из комнаты. Почему Эви не может быть такой же: тихой, вежливой, неназойливой?

Джонатан взглянул на часы:

– Трех часов не прошло, как ты врываешься ко мне. Думал, ты придешь раньше. Как дела?

– С переменным успехом.

– Не может быть!

– Она ни секунды не сидит спокойно – ерзает, качается взад-вперед.

В первом отряде Арманда был такой непоседливый солдат. Умный, сообразительный, интеллигентный, но витающий в облаках. Арманд всеми силами старался уберечь его от гибели, но не сумел. Все осталось в прошлом. Больше этого не повторится.

– Ты наказываешь меня за что-то? Я провинился?

– Когда ты поймешь, что Эви Крофт не обуза, а дар божий? Учись у нее, направляй, найди общие интересы и пути сотрудничества. Будешь меня благодарить потом.

Арманд уселся на стул напротив Джонатана.

– Она пристает ко мне.

– Влюбилась?

– Да нет же! – возмутился Арманд, разгадав провокацию. – Дразнит. Посмеялась, что у меня нет компьютера.

– Старик, ты остался в прошлом веке. Одни часы чего стоят.

– Это антиквариат.

– А телефон?

– Он нужен для деловых переговоров, а остальные функции для забавы. Если захочу делать селфи, куплю новый. Она, кстати, сделала что-то с твоим компьютером.

– А именно? – Лицо Джонатана засияло.

– Закатила глаза, пощелкала и закрыла тему. Рассчитанные на двадцать четыре часа учебные видео закончила за одно утро.

Джонатан захохотал.

– Говорил же, что умею находить лучших.

– Что ты смеешься? Она жульничала.

– Не теряет времени даром.

– Удивляюсь тебе. Таких нанимают, чтобы сразу засветиться, а не сохранить секретность, – настаивал Арманд.

– Она плевала в потолок, когда закончила?

– Нет.

– Притворялась, что работает, а сама незаметно смотрела в телефон?

Ничего подобного Арманд не заметил. Эви была спокойна и невозмутима, а главное, очень довольна собой.

– Потребовала настоящего задания.

Джонатан выразительно поднял палец, но не успел ответить – отвлекся на телефонный звонок, предоставив Арманда самому себе. Тот достал из кармана вполне современный телефон, хотя, впрочем, он часто игнорировал отчаянные послания из Парижа от родных, уверенных, что он на опасном задании. Арманд хорошо разбирался в технике: собрал радиоприемник в университете, починил передатчик во время смертельной атаки. Его мозги работали лучше, когда он писал карандашом на бумаге или когда требовалось сделать что-то руками. Вероятно, сказывались годы, проведенные в семье арт-дилеров, владельцев галереи из нескольких поколений аукционеров Дебюсси, смысл жизни которых состоял в поисках прекрасного, а не в разоблачении грязных преступников.

– Ты в порядке?

– Что дальше? – поднялся со стула Арманд.

– Касательно?..

– Мисс Крофт.

– Я уже сказал, поступай как знаешь. Главное – найди причину сбоя моей новой блестящей компьютерной программы. Собственно, для этого я тебя и вызвал.

– Разве? Насколько помню, ты пригласил меня… Дай-ка напомню твои слова: потому что «я напрасно тратил жизнь, запершись в старом фамильном замке, как трагический герой готического романа».

– Эви поможет тебе, Арманд. Не веришь мне, тогда выстави ее за дверь, – закончил разговор Джонатан.

Арманд отправился в свой кабинет в конце коридора. Дверь была закрыта, но он слышал доносившиеся изнутри ритмичные звуки, напоминавшие стук сердца. Арманд нажал на секретную кнопку и открыл замок.

За короткое время после обеденного перерыва Эви успела обустроиться: зажгла все лампы на полную мощность и подключила наушники к динамикам, включив музыку. Собранные на макушке пушистые волосы раскачивались в такт движений, когда она пританцовывала, одновременно сосредоточенно печатая на клавиатуре. В комнате пахло вишней.

– Мисс Крофт. Эви.

Она не слышала, как он вошел, и подпрыгнула от неожиданности. Короткая юбка высоко взметнулась, обнажая длинные ноги. Щеки залила краска. Эви выключила музыку и повернулась к Арманду:

– Видела тебя в офисе Джонатана. Я уволена?

– Что заставило тебя так думать?

Она помахала стикером с его инструкцией «Закончи тренировочные видео».

– Думаю, Джонатан был бы разочарован, если бы ты не нашла способ упразднить их.

Эви с облегчением засмеялась.

– Ты тоже смотрел эти видео?

Арманд легко вздохнул:

– Конечно.

– Лжец!

Он не отвел взгляда, не сделал неловкого движения, ничем не выдал себя: сказались годы специальных тренировок в легионе. Тем не менее она раскусила его. Арманда это не смутило, хотя он предпочел сменить тему.

– Твой приятель, с которым ты обедала, неравнодушен к тебе.

– Джейми? Нет. Почему ты так решил?

– Это очевидно.

– Разве? Нет, не хочу знать. Это не имеет значения.

– Почему?

– Работа и отношения несовместимы. Строчки плывут, понятия искажаются, доверие нарушается. А когда все заканчивается… – Она разжала кулак, изображая взрыв.

Ее рот скривился. Такой красивый, нежный рот, всегда готовый к улыбке.

– Вы, австралийцы, слишком чопорные, – поддразнил Арманд. – Во Франции это никого не волнует. Любовника можно найти везде – в баре, на вечеринке, на работе. Место всего лишь декорация.

– Ладно, – сказала Эви, глядя на него большими темными глазами так серьезно, что Арманд не смог отвести взгляд. – Постараюсь запомнить.

Он вернулся к реальности.

– Хочешь знать, зачем тебе доверили всю эту технику?

Мгновенно переключив внимание, Эви обхватила ладонями монитор.

– Эта техника, позволь заметить, тебе и во сне не снилась. Да, я хочу знать, что буду делать с ней!

– Подписала договор о неразглашении?

– Конечно, – нетерпеливо откликнулась Эви.

В ней кипела энергия. Неужели он когда-то был таким и стремился творить добро, спросил себя Арманд.

– Джонатан недавно купил новое приложение – инновационный продукт. Он хочет, чтобы мы тщательно проверили его, прежде чем запускать в серию.

Эви подняла руки над головой и сделала изящный пируэт, не сводя глаз с Армана.

– Уже купил?

Арманд кивнул.

– Хочет, чтобы мы проверили?

– Да.

– Все равно что купить дом, а потом смотреть, ест ли его жучок.

– Я говорил, что Джонатан очень импульсивен в состоянии возбуждения.

– Любой из сотрудников внизу может проверить коды и протестировать программу. Зачем ему нужна я? Монтроуз знает, что программа заражена?

– Вероятно, да.

Эви призадумалась.

– Обычная история. Совершенных программ не бывает. Однако… Возможно, сбой возник на системном уровне или ошибка заложена умышленно. Вот почему он запер нас здесь? Подозревает, что его подставили?

Арманд потер ладонью щетину на подбородке, подумав о причинах своей неприязни к Эви. Пора забыть о ее молодости, наивности в сравнении с его опытом и искушенностью. Не надо приуменьшать ее профессиональную хватку и талант.

– Господи, кому это понадобилось? – зашагала по комнате Эви.

– Те, чьи компании он разорил. Конкуренты. Анонимные…

– Поняла. Таких довольно много. Скажи, если я буду искать жучков, то какова твоя роль?

– Мне предстоит узнать, кто они, их цели.

– Как?

– Моя специальность – история, финансы, юриспруденция. Я встречаюсь с людьми, отслеживаю телефонные разговоры, банковские транзакции. – Арманд не уточнил, что такие действия не всегда законны, но в этом особенность его профессии. – Рано или поздно они выдадут себя переводом денег, сплетней в баре, строчкой контракта. Так всегда бывает.

Эви поглядела на стопки папок на столе за его спиной, юридические справочники на полке.

– Умно. Немного пугающе, но впечатляет. Ты занимался этим в одиночку?

Он кивнул.

– Что же, теперь ты не один. Указывай путь, партнер.

Что-то дрогнуло в груди Арманда: не радость, не надежда, но живое чувство. Эхо, воспоминание, азарт охоты.

– Тебе что-нибудь нужно?

Ее губы сложились в улыбку Чеширского кота.

– Ничего, кроме того, что уже здесь. Программисты всегда оставляют метки, как хлебные крошки, следы улитки, личный знак. Я найду их. Ух ты! Ты, наверное, не привык к таким вызовам на твоем поприще?

Прежде чем он опомнился, слова сорвались с губ:

– Видишь ли, я не всегда был книжным червем. Не так давно я занимался розыском и спасением.

Эви резко остановилась и уселась на подлокотник кресла, не сводя с него глаз.

– Ты? Как это?

– Пропала маленькая дочь моих друзей.

– Не темни, говори, если начал. Что случилось? Как ты оказался в этом замешан?

Поняв, что попался, Арманд видел только один выход: сказать правду.

– У меня был… некоторый опыт розыска плохих парней. Друзья отца умоляли о помощи. Я собрал бывших коллег с прежней работы, имеющих необходимые навыки, эмоциональную устойчивость, надежность. Отец девочки занимал высокий пост в правительстве. Хороший человек левых взглядов. У нас было мало шансов найти ее живой.

– Что дальше? – не выдержала нервного напряжения Эви. – Скажи, что все кончилось хорошо.

– Мы, как ты сказала, обнаружили хлебные крошки, пошли по следу и в течение суток разыскали девочку. Она была жива и здорова. Счастливый конец.

Несмотря на секретность операции, слух о нем достиг высших эшелонов власти. Возникли проблемы? Арманд мог решить их. Неожиданно под его началом собрались люди, похожие на него: опытные, видевшие в жизни много зла и желающие послужить добру. Это было хорошее время – прекрасное сочетание практического опыта и знаний.

Как ни пытался Арманд остановить поток воспоминаний, они закономерно вернули его к ней, к Люсии – тете маленькой девочки. Сдержанная светская красавица из аристократической, как и он, семьи, она должна была вернуть его к реальной жизни. Он ошибся.

– Ну и ну, Арманд, – охрипшим голосом прошептала Эви, прервав размышления. – Ты настоящий герой. Ты и звездная-команда-спасателей.

Он покачал головой.

– Как и любой человек, использующий знания во благо.

– Да ладно! Ты должен гордиться тем, что спас девочку! – восхитилась Эви, заражая его своим энтузиазмом.

Непроизвольно Арманд улыбнулся, поймав себя на том, что давно не растягивал губы в улыбке. В этот момент он уловил аромат вишни. Потерев руками лицо, он встал и решительно направился к рабочему столу. В голове крутились слова «хлебные крошки», «следы улитки».

Можно сказать, что составленные людьми компьютерные программы отражали жизненные пути: ровные прямые дороги, скрытные тропинки, неожиданные препятствия и варианты обхода. В этом случае Эви, хорошо знакомая с «местностью», следуя карте, найдет преграду на маршруте Джонатана, предоставив Арманду узнать, кто ее воздвиг.

Он планировал выдавать ей информацию частями, в целях сохранения секретности проекта, однако неожиданно произнес:

– Голубая иконка.

Эви сделала пометку и бросилась к компьютеру:

– Нашла!

Арманд продиктовал пароль. Она нетерпеливо постукивала пальцами, ожидая загрузки. Надо было видеть ее лицо, когда она прочитала название программы: «Гейм Он» – новый сенсационный старт-ап Джонатана в сфере телекоммуникаций, который ожидала вся страна. Округлив в изумлении глаза, Эви уточнила:

– Это не шутка?

Арманд покачал головой. Эви глубоко вздохнула, уперлась ногами в пол, уняла дрожь пальцев, сосредоточилась. Арманду были хорошо знакомы эти маневры: Эви готовилась к борьбе.

– Я могу сделать это, Арманд.

– Не сомневаюсь, – сказал он с уверенностью.

Некоторое время они работали в молчании.

Пальцы Эви летали над клавиатурой.

– Как идут дела? – поинтересовался Арманд.

Когда Эви повернулась к нему, в ее глазах сверкнули золотые искорки.

– Пока жучков не видно, если ты об этом.

Через несколько минут она спросила:

– Если я Терминатор, то как ты назовешь себя?

– Просто Арманд.

– Перестань. Титул указывает на цель. Даже Наполеон хотел быть императором. Кто ты?

Эви не представляла, сколько раз в течение жизни он задавал себе этот вопрос. Кто он? Один из рода Дебюсси. Ученый. Эксперт в искусстве. Но одновременно солдат, блюститель порядка, командир, спасатель, тень, кинжал. Однако наступил день, когда он понял: самый упорный, опытный, убежденный борец за справедливость может быть поставлен на колени стечением роковых обстоятельств.

Сейчас Арманд просто помогал другу. Для этого ему нужен партнер, и эта роль выпала Эви. Поле сражения она знала лучше, чем он. Он думал, что, представив ему Эви, Джонатан сделал ход в своей очередной игре, но девушка оказалась сложнее, чем просто шахматная фигура. Наивная и амбициозная, она пробудила забытые чувства.

– Можешь называть меня Могильщиком.

Эви тихо засмеялась, искоса взглянув на него.

Что-то снова шевельнулось у Арманда в душе, где раньше жили только боль, разочарование, пепел.

– Я убью проблему, а ты похоронишь ее?

– Вроде того.

– Договорились, – сказала Эви, возвращаясь к работе. Она, как по волшебству, вобрала в себя всю плескавшуюся вокруг энергию. Надев наушники, она ритмично раскачивалась из стороны в сторону.

Арманд прислушался. Мелодия была незнакома ему – одна из тех, которые популярны у беспечной австралийской молодежи. Он одернул себя. Сейчас не время для досужих размышлений. До сих пор он примерялся к проблеме, но сегодня настал час решительных действий. Он в игре.

Повернув ключ в замке, Эви плечом открыла дверь квартиры Зои, бросила на футон рюкзак, шарф и шапку и со вздохом рухнула сверху.

– Понравилась работа? – возникла на пороге спальни Зои.

– Это было поразительно, – призналась Эви.

Код, который ей предстояло исследовать, казался настолько четким, ясным, совершенным, что любая погрешность выглядела бы уродливым пятном. Но что стало кульминацией дня? Без сомнения, то, что ей удалось заглянуть внутрь панциря Арманда и увидеть живого человека.

– Расскажи мне все, – потребовала Зои.

– Не могу говорить о работе.

– Я к этому привыкла, – закатила глаза подруга.

– Инфраструктура суперсовременная, четкая, динамичная, а техника, с которой мы работаем… Я, наверное, влюбилась. Точно, влюбилась.

– А люди?

В ушах Эви звучал низкий голос Арманда, когда он рассказывал о спасенной девочке… Она слегка запнулась.

– Мужчины. В основном.

– Повезло тебе.

– Думаешь?

– Не сомневайся. В модельном бизнесе все наоборот – если приходит мужчина, гей или нормальный, за ним идет охота, – заметила Зои из кухни. – Познакомилась с кем-нибудь?

Эви постаралась представить Джейми, но вспомнила только светлые волосы и обрывки разговора, а перед глазами возникло угловатое лицо, глаза цвета штормового моря и невероятно сексуальный акцент при словах: «Любовника можно найти в любом месте…»

– Нет. Пока еще нет.

Зои стукнула ладонью по лбу.

– Совсем забыла. А что же мистер Одинокое сердце?

Эви ничего не оставалось, как признаться.

– Оказывается, он тоже работает в «Гейм Плане».

– Не может быть! – вытаращила глаза Зои. – Это… судьба.

– Да, то есть нет. – Эви коротко пересказала эпизод с книгой. – Не он, я уверена. Так даже лучше. У нас будут нормальные деловые отношения. – Она поднялась с футона, ушла в ванную и включила горячую воду.

Через минуту за дверью раздался голос Зои:

– Если не он, то кто же?

Эви притворилась, что не услышала реплику за шумом воды.

Глава 5

Следующим утром Зои и Эви сидели на своих обычных местах в поезде. Выдался погожий зимний день с голубым небом и морозным воздухом.

Эви не могла побороть напряжение. Она снимала и надевала красный жакет, теребила черную шапочку с двумя помпонами, похожими на медвежьи уши, и старалась не глядеть на табло в ожидании станции, на которой должен сесть Арманд.

К счастью, Зои была увлечена перепиской с Лансом, прибывшим в Австралию после заморской военной службы. У Эви оставалось несколько дней, чтобы подыскать себе жилье.

Поезд остановился, и в дверях возник знакомый силуэт. Эви приказала себе быть сдержанной, деловой, профессиональной, но, когда скользящий взгляд Арманда встретился с ее взглядом, она не смогла унять дрожь. Краем глаза Эви заметила адресованный Арманду приглашающий жест Зои.

– Ты что? – прошипела она. – Оставь его в покое.

– Шутишь?

Арманд уже пробирался к ним через многолюдный вагон.

– Доброе утро, Эви.

– Привет, Арманд. Знакомься, это моя подруга Зои.

Зои крепко пожала протянутую руку.

– Садись. Слышала, вы работаете вместе.

Эви перехватила взгляд Арманда и поторопилась объяснить:

– Но я не сказала, над чем мы работаем.

– Я бы все равно не поняла, – поморщилась Зои.

– Точно. Арманд тоже не понял, – не удержалась от колкости Эви и заметила его потемневший взгляд.

– Она считает меня луддитом, – обернулся Арманд к Зои.

– А я думала, ты француз, разве не так?

– Он действительно француз, – усмехнулась Эви в ответ на насмешливую ухмылку Арманда, но поспешила просветить подругу относительно истории луддитов и их борьбы против новых технологий.

Разговор перешел на погоду, ожидаемое похолодание и удобство теплых полов в пентхаусе Арманда в престижном районе Мельбурна.

– Круто, – одобрила Зои. – У тебя есть гостевая комната?

Поняв, к чему клонит подруга, Эви пихнула ее локтем в бок.

– Ох, – выпрямилась Зои. – А что такого? Несмотря на видимое спокойствие, наша девочка в панике от нелепой мысли, что ей надо съехать от меня на этой неделе.

– Эви упомянула о переезде, – заметил Арманд.

– Возвращается мой бойфренд, и она ищет жилье.

– Там одна спальня, и я сплю на футоне в гостиной. Когда Ланс приедет, будет немного… тесно, – пояснила Эви.

– Интимно, – одновременно с ней произнес Арманд.

Их глаза встретились. Эви смутилась. А что насчет «спокойной, сдержанной, профессиональной»?

Обеспокоенная воцарившимся молчанием, Зои сказала:

– Уверена, это не будет отвлекать ее от работы.

Арманд тряхнул лохматой головой, и длинные пряди упали на лоб.

– Видел, как она работает. Ее может отвлечь только пожарная сирена.

– А вы знакомы всего день. Хотела бы иметь такого босса. Я работаю полтора года, а начальница все еще зовет меня Зельдой. – Она кивнула на дверь. – Ваша остановка.

Арманд пошел к выходу, а Эви умышленно задержалась, собирая вещи.

– Не опаздывай, – сказал он и скрылся.

– Он мне нравится, – вздохнула Зои, когда Эви перешагивала через ее ноги.

– Тогда бери его.

Эви не собиралась догонять Арманда, поэтому шла медленно и опоздала. В «загон для быков» она вбежала, отдуваясь, и сразу налетела на Джонатана.

– Мистер Монтроуз!

– Эви, как дела? Обживаешься? Заводишь друзей? Вникаешь в дела?

– Прекрасно! – ответила Эви с энтузиазмом. – Все замечательно!

– Арманд напугал тебя до смерти, не так ли?

– Он довольно резкий, – засмеялась Эви и мысленно продолжила: – Надменный, нетерпеливый, замкнутый, загадочный, сексуальный, восхитительный.

– Типично для гениев в отношении простых смертных.

– Почему же вы такой милый?

Джонатан моргнул, а потом посмотрел на нее, словно впервые увидел по-настоящему с момента их знакомства.

«Заметь меня, пожалуйста. И не увольняй».

К счастью, он рассмеялся.

– Ты мне подходишь, – сказал он и повернулся, чтобы уйти, но снова оглянулся. – Держи меня в курсе, Эви.

– Конечно.

– Не только по работе, но касательно Арманда тоже.

– Не совсем понимаю, – растерялась Эви.

– Обычные вещи: любезен ли он, дает ли тебе возможность делать свое дело, что у него на уме.

– На уме?

Взглянув через плечо, Джонатан хитро улыбнулся:

– Он говорил, чем занимался раньше?

Кроме рассказа о девочке, Эви ничего не вспомнила.

– Мы в основном обсуждаем работу.

– Привыкает к новому месту? Заводит друзей?

«Господи, помилуй». Единственный раз у нее на глазах он, молча, грозно взглянул на Джейми.

– Мне трудно сказать.

– Уже защищаешь его, – ухмыльнулся Джонатан. – Это хорошо.

Защищала или просто ничего не знала о нем? Эви почувствовала спазм в желудке, вспомнив похожий разговор с ее боссом с прошлой работы, спросившим об Эрике. Только позже до нее дошло, что его беспокоило странное поведение сына.

Не то чтобы Арманд был похож на Эрика. Скорее, полной его противоположностью. Эрик отличался дружелюбием, как щенок сенбернара. Казался безобидным, хотя таким не был. Что касается Арманда, то он походил на добермана-пинчера: можно любоваться великолепным экстерьером, но инстинкт самосохранения не позволял подходить близко. Тем не менее он читал книги, уступал в поезде место старушкам и по-своему заботился об Эви.

Джонатан не стал дожидаться ответа, кивнул и отпустил ее на рабочее место. Возле двери Эви собралась прижать палец к панели идентификации, но панель отсутствовала. Цветные провода торчали во все стороны, а Арманд возился с кодовым замком. Заинтригованная, Эви остановилась у него за спиной. Дед давно научил ее чинить электропроводку, поняв, что проще удовлетворить любопытство, чем пытаться отвлечь ее чем-то. Эви не успела посоветовать Арманду взять другой инструмент, как он сам достал из ящика нужную микроотвертку. Пусть он не разбирался в гигабайтах, но явно имел много других полезных навыков, что делало Арманда еще более загадочным.

Арманд кивнул ей, когда Эви прошла к своему месту. Тут она резко остановилась. В ее рабочем углу произошли изменения – появились деревянный резной, возможно антикварный, шкафчик для рюкзака, полочка для мелких вещей, а над головой на стене два солидных крючка для шарфа и шапочки. Эви повернулась к Арманду узнать, кто позаботился о ней, но Арманд был увлечен телефонным разговором. Закинув ногу на ногу, он сопровождал пояснения взмахами руки, которые собеседник не мог видеть. Глаза Арманда лучились и сияли, как отражение синего неба в спокойной воде. Но еще больше Эви поразила широкая, немного кривая улыбка, от которой что-то сжалось у нее внутри.

Поймав ее взгляд, Арманд снова нахмурился, отвернулся к стене и понизил голос. Эви села за компьютер, но прошло несколько минут, прежде чем она уняла сердцебиение и смогла сосредоточиться.

Через полчаса ее заставил вздрогнуть голос Арманда:

– Перерыв на совещание.

Он ждал ее на нейтральной территории в центре кабинета. Эви покорно присела рядом на диван и сложила руки на коленях.

– Начинай, – велел Арманд.

– С кем ты разговаривал по телефону?

– С коллегой, – удивился вопросу Арманд.

– С коллегой?

– Кое-что проверяет для меня.

Эви рассчитывала на большее, чтобы понять, кто может заставить его так улыбаться, но продолжения не последовало.

– Обнаружил что-то интересное?

Арманд поднял брови.

– Или я не имею права спрашивать? – уточнила Эви.

Судя по выражению лица, он собирался сказать «нет», но передумал. Вместо этого пустился в объяснения по поводу того, что успел сделать: нашел неточности в финансовом отчете, проверил и исключил подозрительные каналы и заинтересованные компании. При таком объеме работы удивительно, как он находил время для сна и общения.

– Я случайно встретила Джонатана сегодня утром, – заявила Эви, когда он закончил.

– И что?

– Велел мне присматривать за тобой.

Арманд замер, насторожился, напрягся, но голос не дрогнул:

– Это его работа.

– Речь шла не о работе.

Вскочив, Арманд заметался по кабинету, бормоча что-то по-французски. Слова «доверие» и «лояльность» изящно перемежались с ругательствами. Эви не подозревала, что он способен на такой всплеск эмоций – злости, разочарования, сожаления.

Эви вытерла вспотевшие вдруг ладони о жакет.

– Я упомянула об этом, Арманд, потому что не собираюсь выполнять это указание.

– О чем ты? – остановил движение Арманд.

– Мы – команда. Если начнем следить друг за другом, то ничего не добьемся. Я проходила через это и больше не хочу. Но если я ошибаюсь и у Джонатана есть свои причины, то мне лучше знать… – Ее остановил помрачневший взгляд Арманда.

– Сама сказала, что мы команда, но не друзья. Тебе ничего не надо знать сверх моего доклада.

Краска залила лицо Эви. Щеки пылали. Она подняла ладони, сдаваясь.

– Забудь, что я сказала.

Окинув ее напоследок долгим взглядом, Арманд вернулся на свое место и продолжал наблюдать за ней в полумраке.

– Надо понимать, что совещание закончилось? – уточнила Эви и ушла в свой угол.

Арманд видел ее напряженную спину.

– Если эта работа так важна для тебя, почему ты просто не подчинилась Джонатану? Зачем рассказала мне о его просьбе? – поинтересовался он.

Она повернула голову, не снимая пальцы с клавиатуры.

– Решила, что так будет справедливо.

После драматических событий на прежней работе Эви усвоила главный урок: что бы ни случилось, ее совесть должна быть чиста.

Арманд поскреб пальцами щетину на скулах и поднял на нее грустные глаза.

– В нашем мире хорошие люди попадают в опасные ситуации. Мне часто приходилось сталкиваться с этим. Если ты не станешь жестче, то пропадешь. Я боюсь за тебя, Эви.

– Если ты будешь по-прежнему сидеть один в темном углу, замкнувшись в себе, и хранить в душе секреты, на которые намекал Джонатан, то тебя хватит удар. Я боюсь за тебя, Арманд.

Они мрачно смотрели друг на друга. Эви не выдержала, закатила глаза и отвернулась. Она стремительно забарабанила пальцами по клавиатуре, пока не опомнилась и не сбавила темп. Мысли разбегались в разные стороны, но она заставила себя сосредоточиться. Тем не менее одна крошечная идея затаилась в глубине сознания. Эви не разбиралась в людях, часто не понимала их поступков, но отношения в семье, в кругу друзей и соседей были ей знакомы. На предыдущей работе ее ценили за профессиональные качества. Ей поручали секретные задания и доверяли настолько, что предоставили отдельный офис, куда разрешали доступ только руководству и Эрику. Однако вместо гордости она испытывала одиночество и чувствовала себя скорее инструментом, чем человеком.

Арманд сказал, что боится за нее, а значит, для него она не винтик в общем механизме, а что-то большее. Эви улыбнулась: их партнерство – не самая худшая вещь на свете.

В животе у Эви заурчало.

После их стычки в офисе воцарилась мертвая тишина, и, вероятно, Арманд слышал. Однако, когда Эви повернулась посмотреть на него, он сидел, как обычно, погруженный в свои бумаги.

«Он беспокоится обо мне, – думала она. – Ему небезразлично, что со мной будет».

Арманд поднял глаза, и Эви вздрогнула, застигнутая врасплох.

– Ты принес с собой ланч? – выпалила она.

– Ланч? – удивился Арманд, как будто в его представлении, кроме работы, в мире ничего не существовало. – Нет.

– Иду вниз в ресторан. Хочется чего-нибудь вкусного и необычного. – Она сделала глубокий вздох. – Пойдешь со мной?

Под взглядом темных глаз ее бросило в жар, и мурашки пробежали по спине. К ее изумлению, он закрыл блокнот и сказал:

– Да, пожалуй. Мерси.

– Правда? Вот здорово. Пойдем.

С плохо скрытым нетерпением Арманд подождал, пока она пройдет мимо него в коридор, вышел вслед и запер дверь, не доверяя секретному коду. Он не верил никому, но это его право.

Внизу, в «загоне для быков», кипела жизнь: хаотичное движение, шум, смех создавали резкий контраст с тишиной верхнего этажа. Оглянувшись на Арманда, Эви поразилась тому, насколько он напряжен и насторожен. Она легко представила его во главе команды, спасавшей маленькую девочку. Эви улыбнулась, потом засмеялась и толкнула его локтем. Судя по лицу, Арманд решил, что у нее не все дома, но немного расслабил мышцы.

Когда он повернул в сторону «Вкусняшек», Эви схватила его за руку. Арманд словно оцепенел от чужого прикосновения. В мгновение ока приняв решение, Эви сплела его пальцы со своими и потянула в игровой зал. Она остановилась перед автоматом, где Джейми и несколько его коллег пытались выйти на следующий уровень в суперсложной игре «Инсургент: „Джунгли-3“».

– Привет, ребята, – окликнула Эви.

Несколько человек повернули голову, подняли в приветствии банки с энергетическим напитком, удивленно глядя на Арманда. Эви быстро отпустила его руку.

– Вы тоже в игре? – спросил кто-то.

– По уши, – ответил Арманд, делая шаг вперед.

Эви фыркнула, чувствуя тепло его близости.

Сидя с джойстиком перед монитором, Джейми вытер со лба пот.

– Знакомьтесь, это Эви. Молодец, что пришла. Арманд, добро пожаловать в ад.

– Хорошее определение, – согласился Арманд, глядя на большой экран, где вооруженные до зубов солдаты в камуфляже пытались вырваться из засады.

– Давно вы здесь? – спросила Эви.

– Ты про этот эпизод? Два часа и шестнадцать минут.

Другой парень добавил:

– Не считая пары дней до этого.

– Джонатан вам платит за игру?

– Мы готовим к запуску «Джунгли-4». Надо проверить, нет ли дублированных сцен.

– У вас есть военные консультанты?

Один из парней поднял голову.

– Мой дядя был лейтенантом во Вьетнаме. Его сослуживцы помогли нам.

Арманд коротко кивнул. Эви оглядела зал, оценила позиции каждого участника.

– Нужна помощь?

– Бесполезно. Сдаюсь, – ответил один из игроков, поднимаясь со стула.

Эви заняла его место. Взяв джойстик, спросила Арманда:

– Хочешь показать им, как надо?

Понимающий обмен взглядами – его глаза ярко блеснули, как молния в тучах. Арманд покачал головой:

– Доверяю тебе.

Эви потребовалась секунда, чтобы стряхнуть наваждение. Ее охватил азарт.

– Ладно. – Она привычно пробежала пальцами по клавишам, склонила голову вправо, влево.

– Следи за мной, – приказала она Джейми и закончила игру через полторы минуты.

Зал разразился аплодисментами, оценив блестящую победу. Смеясь, Эви поклонилась присутствующим, Джейми, потом Арманду. Тот стоял, прислонившись к двери, спокойный и невозмутимый. Кивнул ей, и вдруг его лицо осветила широкая улыбка.

Мрачный – он был загадкой.

Улыбающийся – он был неотразим.

Краем глаза Эви заметила, как Джейми встал, снял бейсболку, провел рукой по влажным волосам.

– Как? – спросил он.

Она пожала плечами:

– Просто я – профи.

– Ребята, – обратился Джейми к залу, – знакомьтесь. Эви Крофт. Она – профи.

К ней подходили и представлялись. Эви безуспешно старалась запомнить имена. Она смеялась – ей было легко и весело. Ее приняли.

Эви оглянулась на дверь, где стоял Арманд. Он уже не улыбался и поглядывал назад, явно готовясь сбежать. С извинениями Эви бросилась к нему через толпу, бормоча под нос: «Нет-нет, даже не думай». Схватив Арманда за локоть, она почти втащила его в зал. Пожимая руки коллегам, она повторяла:

– Это Арманд Дебюсси.

В итоге Арманд смирился – вежливо улыбался, очаровывал, умело поддерживал разговор. Наконец волнение улеглось. Народ начал расходиться в разные стороны, обсуждая опто-волоконные кабели и антивирусную защиту.

– Ну ведь совсем не трудно, – обратилась Эви к Арманду. – Даже я поверила, что ты нормальный человек.

Он улыбнулся, и у Эви сбилось дыхание, закружилась голова под взглядом темно-синих глаз. Эви облизнула пересохшие вдруг губы. Взгляд Арманда опустился на ее рот и остался там. В следующий момент наваждение прошло. Он отступил на шаг.

– Ланч? – вспомнила Эви.

– Не получится, – сказал он с непроницаемым видом. – Нужно кое-что сделать.

– Ох, – произнесла Эви с откровенным разочарованием. – Встретимся позже в офисе.

С легким поклоном Арманд вышел из комнаты.

Тут же рядом с ней оказался Джейми.

– Ищешь компаньона на ланч?

Эви с трудом отвела взгляд от двери и вяло улыбнулась ему. Джейми ответил радостной улыбкой. Если Арманд был образцом скрытности и таинственности, то Джейми читался как открытая книга. Возможно, Эви все поняла превратно, но Джейми определенно оказывал ей знаки внимания. Тут ее осенило: в предсказании из праздничного пирога говорилось о романтических отношениях, которые погибнут в зародыше. Что, если речь шла о Джейми?

Эви охватило радостное волнение. Если это так, то она ничего не имеет против! Джейми хорош собой, умен, образован, но она не испытывала к нему ничего, кроме дружбы. Ничего похожего на трепет от одного взгляда Арманда.

– Спасибо, Джейми, но не думаю, что это хорошая мысль.

Он не скрывал огорчения, как маленький мальчик, но Эви знала, что приняла правильное решение.

– Послушай, мы оба новички и для того здесь, чтобы делать свою работу. Относись ко мне как к одному из парней.

– Ты точно играешь как парень, – встрепенулся Джейми.

Эви с трудом удержалась, чтобы не обвинить его в сексизме. У нее еще будет шанс доказать, как они ошибаются. Джейми почесал затылок:

– Вы с мистером Загадка, случайно, не…

– Да ты что! Ни в коем случае. Нет-нет, – заторопилась Эви, хотя одного «нет» было бы достаточно. – Мы работаем в команде, вот и все.

Неуверенно пожав плечами, Джейми отступил:

– Как насчет реванша?

– Договорились.

Он ушел, а Эви призадумалась. Ведь она хотела именно этого, не так ли? Тихо, без шума делать свое дело? Об овациях, известности, признании актерского таланта мечтала ее мать. Ее амбиции были огромны, но тем больнее стало падение. Эви никогда не мечтала о взлете, ей достаточно сидеть за компьютером. Казалось бы, она добилась своего, но чего-то ей не хватало.

Глава 6

Сидя за столом под теплым светом лампы, Арманд старался вернуть душевное равновесие. Нервы покалывало от пережитого возбуждения, заставляя вспомнить, как давно и почему он предпочел одиночество, замкнулся в себе, погрузился в прошлое. Откуда пришло состояние апатии?

Жизнь открывала перед ним широкие перспективы. Он провел золотое детство в Сен-Жермен-де-Пре, летом загорал на пляжах Лазурного Берега. Он был активным подростком – регби в школе, легкая атлетика в университете. После выпускного вечера с друзьями, включая юного Джонатана Монтроуза, взяв рюкзаки, они отправились в путешествие по Турции. Этот поход изменил всю его жизнь.

Арманд отчетливо помнил день, когда судьба сделала резкий поворот: поздняя весна, яркое солнечное небо. Группа богатых юнцов шумно высыпала из старого автобуса, волоча багаж фирменных брендов. Для банды голодных повстанцев в отрепьях, затаившихся между камней, Арманд и его друзья казались легкой добычей.

Арманд сидел на своем рюкзаке, слушая болтовню Джонатана с водителем автобуса, когда Катрину, американскую студентку из их группы, вдруг схватили. Лениво нежась на солнце, он заметил это, услышав отчаянный крик. Обернувшись, Арманд увидел окровавленное от удара прикладом винтовки лицо, закрытые глаза, обмякшее тело, когда ее волочили прочь.

Он вскочил, подняв руки в знак примирения, последовал за ними, умоляя отпустить ее. Он бросил на землю бумажник, паспорт. Они лишь кричали что-то в ответ на непонятном языке, угрожая оружием. Арманд помнил, как на лбу выступила испарина, желудок свело, ноги не слушались. Но лучше всего он помнил ощущение полной беспомощности. Что делать? Любое действие грозило смертью ему и товарищам.

Наследник галереи Дебюсси и акционерного дома, Арманд жил в роскоши, ничего не зная о нищете, голоде, боли и страхе. Как он мог вести переговоры с этими людьми? Он был беззащитен перед ними.

Когда увезли Катрину – бросили в грузовик и скрылись в пыли грунтовой дороги в неизвестном направлении, – Арманд остался стоять со своим дорогим багажом, не представляя, как вернуть девушку.

Спустя три дня, после полицейской облавы, вмешательства американского посольства и, вероятно, денежного выкупа семьей Катрины, ее вернули – избитую, со сломанными ребрами и глухой на одно ухо.

Теперь Катрина работала юристом в иммиграционной службе в Вашингтоне. Она боролась за еду, кров и надежду для тех, кто в этом особенно нуждался.

Джонатан вскоре покинул Европу, пропадал неизвестно где в течение нескольких лет, а потом приехал в Австралию с кучей денег неясного происхождения, вложился в старт-ап и завоевал имя самого успешного предпринимателя в области высоких технологий.

Арманд пошел другим путем. Члены его семьи не могли понять его решение вступить во французский Иностранный легион. Они сопротивлялись всеми силами – угрожали лишением наследства, использовали все соблазны, чтобы он остался дома. Ничего не помогло. В поисках ответов Арманд готов был идти до конца. Направлявшая его дикая ярость задействовала все ресурсы мозга и тела, доводя их до предела возможностей и за предел. Он отказался от прошлого и стал другим человеком – только так смог преодолеть перенесенные в Турции унижения. Отслужив положенные по контракту пять лет, Арманд готов был продолжить службу, если бы не похищение маленькой девочки. Это случилось давно. С тех пор многое произошло.

Нахлынувшие воспоминания грозили задушить его, и Арманд заставил себя вернуться в настоящее. Он взял листок бумаги, но буквы плыли перед глазами. Он посмотрел на полку с фигурками над столом Эви, на ее вязаную шапочку на крючке. После всего, что он видел в жизни, беспечность этой женщины приводила его в отчаяние. Ее желание дружить с каждым встречным, летящая, словно во сне, походка… не хватало только мишени на спине.

Арманд не понимал, почему так переживает за нее. Она вне зоны его ответственности. Он едва знал ее. Она слишком молода, неопытна, неосторожна. Не слушает советов, категорична в суждениях. Удивительно, что она вышла сухой из воды, когда разразился скандал на прежнем месте работы.

Ей нужен наставник, но не такой, как он. Не его профиль. Скорее телохранитель или нянька. Бойфренд подойдет, но опять же не он и не из тех, что он видел внизу. Они не пара легкой, светлой Эви Крофт.

Легка на помине, Эви влетела в дверь в потоке света, шума, энергии.

– Привет. – Она окинула его взглядом карих глаз.

Дырявые джинсы плотно облегали длинные ноги. Обувь – грубые башмаки. Темные волосы волной лежали на воротнике красного жакета. Еви выглядела теплой, женственной и безыскусно сексуальной. Сделав шаг, она споткнулась на ровном месте, как фавн, шумно пробирающийся в чаще леса, где каждый охотник знает о его приближении.

До боли сцепив зубы, Арманд спросил:

– Ты в порядке?

– Супер, – ответила она, поправляя волосы. – Как поездка? Вижу, что отлично.

Против воли, его губы дрогнули в улыбке. С самого начала ему казалось, что Эви опасна, и он не изменил мнения, однако не предполагал, что она так скоро заинтересует его.

– Успел сделать важное дело, о котором вдруг вспомнил?

– Не совсем. А ты? Как провела время с друзьями в ресторане?

– Ты про «Вкусняшку»?

– Даже не хочу произносить это слово.

– Ханжа. – Эви сузила глаза. – Они могли бы стать твоими друзьями, приложи ты хоть чуточку усилий. Но ты неисправим.

Она понимала его и принимала таким, как есть, не старалась изменить. Это дорогого стоило, черт возьми!

– Ладно, я знаю, что ты ничего не ел весь день, поэтому принесла кое-что.

Теперь она будет кормить его.

Эви заполнила паузу.

– Не надо благодарности. Я заботилась о себе. У нас маленькая комната, а, голодный, ты становишься еще мрачнее. Садись. Ешь. Потом вернешься к грустным мыслям.

Расстелив на низком столике льняные салфетки, похищенные из ресторана, Эви разложила на них свежую, аппетитную выпечку и фрукты. Взяв с дивана подушки, она бросила их на пол и удобно уселась. Свет лампы падал на ее полные нежные губы. На спокойном лице ни малейшего следа волнений и переживаний.

Как летящий на свет мотылек, Арманд встал из-за рабочего стола и пересел на подушки, скрестив ноги. Аромат сдобы пробудил голод.

– Спасибо, – сказал он, поднося ко рту булочку.

Откусывая шоколадный круассан, Эви улыбнулась ему.

– Я не мрачный. Просто размышляю.

– Смеешься надо мной? Весь день ты хмуришься над бумагами. Ставлю на кон свою ферму, ты так и сидел неделями до моего прихода сюда, – заметила Эви, склоняясь над столиком, чтобы взять еще один круассан. Их пальцы случайно встретились. Прежде чем Арманд отдернул руку, Эви удержала ее и вложила сдобу в его ладонь. Ее прикосновение, хоть и быстрое, обожгло его как огонь.

Арманд вырос в семье, где любовь выражалась сдержанно, без объятий. Годы службы в армии тем более не предполагали нежностей. Однако для Эви физический контакт был необходим. Это не было флиртом. Вернее, не всегда, и не со всеми. Однако между ними двумя что-то происходило: взаимный интерес, интрига. Арманд замечал это, но не собирался поощрять. Слишком многие обожглись, подойдя слишком близко.

Прямо перед собой он видел лицо Эви: заметил золотую искорку в левом зрачке, веснушку под правым глазом, хлебную крошку, прилипшую к верхней губе. Неожиданно для себя Арманд протянул руку, взял в ладонь ее подбородок и большим пальцем провел вдоль рта, стряхивая крошку. Он не убрал ладонь. Ее кожа казалась мягкой как бархат и очень теплой. Именно такой он и представлял ее.

Черт возьми, он действительно представлял себе ее вкус, нежность губ, улыбку в постели. Не сводя глаз с ее рта, он снова погладил пальцем губы, дрогнувшие под его прикосновением. Его вдруг бросило в жар. Он поднял голову, их взгляды встретились. В широко открытых карих глазах Эви полыхал огонь. Арманд опустил руку. В тишине он услышал ее вздох. Эви открыла рот, собираясь что-то сказать, но Арманд жестом остановил ее.

– Ешь, – сказал он.

Поколебавшись, Эви кивнула. Они принялись за еду. Арманд пододвинул ей чашку с клубникой. Эви выбрала ягоду и целиком положила в рот. Потом улыбнулась. Он никогда не видел такой заразительной улыбки. Глядя на Эви, никто бы не подумал, что она потеряла работу и еще неделю назад была под подозрением в мошенничестве. Через несколько дней она останется без крыши над головой. Арманд знал о ее непростых проблемах, но Эви не подавала виду. Она оставляла их за дверью офиса и шла вперед.

А что же он? Старше ее, опытнее, вышедший невредимым из опасных переделок, он впал в тоску, замкнулся в себе, решил, что над ним висит проклятие. Пора с этим покончить! Ему еще многое по плечу.

Арманд встал, стряхнул крошки.

– Уже закончил? – спросила Эви.

– Мы так же далеки от решения проблемы, как в день моего приезда. Надо продолжать поиск.

– Арманд, – сказала Эви, не вставая с места, – несмотря на кажущееся легкомыслие, у меня очень серьезное отношение к делу. Если проблема существует, я найду ее. Надеюсь, ты в меня поверишь и порекомендуешь Джонатану оставить меня в компании.

Она выглядела наивной и неискушенной, но говорила серьезные вещи – устанавливала границы. Эви подразумевала, что чувствует их взаимное притяжение, но работа для нее на первом месте. Арманд испытал некоторое облегчение.

Вернувшись за рабочий стол, он углубился в бумаги, однако по-прежнему ощущал присутствие женщины в противоположном углу комнаты. Ему даже показалось, что запутанная юридическая казуистика стала понятнее. Что бы там ни тревожило Джонатана, Арманд выявит причину. Это его профессия, и для этого он здесь.

На поле боя или в переговорной – Арманд сумеет защитить своих.

Несколько часов спустя Арманд устало потер глаза. Даже теперь, с новой энергией, он не мог найти причины беспокойства Джонатана, кроме нескольких пунктов договора, которые могли вызвать вопросы у налоговых органов, но Арманд на них не работал.

Он взглянул в сторону Эви. Она вышагивала вдоль стены, вставая на цыпочки и разминая плечи, как боксер перед боем. Большие наушники были плотно прижаты, и она беззвучно бормотала слова какой-то песни. Заметив его взгляд, остановилась, сдвинула наушники на затылок и, покраснев, спросила:

– Ты что-то сказал?

Арманд покачал головой.

– Могу помочь?

– Что ты знаешь о финансовых законах?

– Немного, но я быстро учусь. А ты хорошо разбираешься? Когда ты успел всему научиться?

– В университете прошел курс экономики и юриспруденции, попутно изучал историю искусств.

– Ничего себе разброс.

– Когда твоя семья владеет несколькими аукционными домами…

– Ты из тех Дебюсси? Я далека от искусства так же, как ты от антивирусной защиты, но слышала о них. Почему ты не с ними в Париже?

Собственно, этим он занимался последний год и чуть не умер от тоски.

– Долгая история.

– Догадываюсь. – Взяв лэптоп, она уселась на диван, скрестив ноги.

Арманд поднялся и с хрустом потянулся. Он явно ощущал прилив сил. Быстро навел порядок на столе и собрался уходить.

– Эви?

– Хм. – Она не отрывала взгляда от монитора на коленях.

– Рабочий день закончен. Пора домой.

– Не могу, – отмахнулась она торопливо.

– Что-то нашла?

– Еще не знаю. Вроде есть зацепка. Не успокоюсь и не уйду, пока не разберусь. Это разрешено?

– Поощряется. Но ты работаешь без перерыва.

– Это нормально. – Эви кинула на него быстрый взгляд. – Ты не должен сидеть со мной, если у тебя дела.

– У меня нет дел.

– Уверен? Никто не ждет дома – мужчина или женщина? – небрежно кинула она, но замерла в ожидании ответа.

– Никто не ждет, – откликнулся Арманд и неожиданно для себя спросил: – Ты должна позвонить кому-то?

– Нет-нет!

– Зои будет волноваться?

– Не будет. Она висит на телефоне, болтая с Лансом. Это ее парень. Он возвращается к ней из армии. В квартире Зои очень тонкие стены.

– Так ты решила еще поработать или не хочешь им мешать?

– И то и другое.

Арманд ничего не сказал. Не его дело вмешиваться в чужую жизнь. Тем не менее он набрал номер ресторана внизу. Шеф-повар оказался французом. Арманд поймал изумленный взгляд Эви, слушающей их переговоры на французском.

– Обед доставят через пятнадцать минут. Извини, что не спросил, что ты предпочитаешь.

– Я ем все из того, что ты перечислил.

– Говоришь по-французски?

– Нет, но я сразу улавливаю алгоритм.

– Алгоритм?

– В основе всего лежит некая схема – в звуках, текстуре, числах, кодах. Не могу этого объяснить. Из-за этого я обожаю вязать на спицах. – Она кивнула на шапочку, висящую на крючке. – Так устроены мои мозги. А ты?

– Спрашиваешь, вижу ли я схему, или как работает мой мозг?

– Сам реши. У нас в запасе пятнадцать минут.

– Что ты хочешь узнать?

Эви не отводила взгляда от его лица.

– Мне казалось, ты такой сильный молчаливый тип. Неужели так легко готов ответить? – удивилась она. – Ладно, вот вопрос. Почему Джонатан позвал тебя на помощь, если ты обладаешь знаниями во многих областях, но ничего не смыслишь в технологиях, которыми он занимается?

Не в бровь, а в глаз! Ответить будет нелегко: слишком много темных пятен и лабиринтов судьбы, понять которые может только старый друг.

– Мы знакомы очень давно.

– С университета.

– Откуда ты?..

– Из его автобиографии. Прочитала вчера, что он изучал экономику во Франции. Нетрудно догадаться.

– Читала этот трэш? – поморщился Арманд.

– Как и ты. В поезде. Пару недель назад. Это, кстати, навело на мысль попробовать устроиться к нему на фирму, когда я потеряла работу.

Значит, она наблюдала за ним в поезде, как и он за ней. Интересный поворот судьбы.

– Значит, я заманил тебя?

– Именно ты, – весело подтвердила Эви. – Тем не менее Джонатан обратился за помощью к тебе. Почему он тебе доверяет?

– Ты всегда такая настырная?

– Ты всегда такой скрытный?

Ну что за женщина! Арманд вздохнул и опустился на диван.

– Моя семья…

– Дебюсси, знаю, – взмахнула рукой Эви.

«Она бы понравилась матери», – неожиданно подумал Арманд, испугавшись этой мысли.

– Они самые. Несмотря на то что из поколения в поколение мы были связаны с искусством: галереи, аукционы, коллекционирование, патронаж, – я не пошел в семейный бизнес, а вступил в Иностранный легион.

– Ты был во французском Иностранном легионе? Вот уж действительно, в тихом омуте… – Она окинула взглядом дорогой костюм, ботинки ручной работы. – С какой-то целью?

На сей раз он не сдержал улыбки. Взгляд синих глаз смягчился.

– Сейчас объясню.

– Постой, я могу ошибаться, но, мне казалось, туда идут воры и убийцы, скрывающиеся от закона. Их бросают в горячие точки, когда требуется срочное вмешательство. Они носят береты.

– Ты недалека от истины. Любой мужчина может записаться, даже если он не в ладах с законом. Не берут тех, на ком кровь или наркотики.

– Извини, ошибалась. – Эви подняла вверх ладони. – Славные ребята. Ты сказал, любой мужчина…

– Женщин там нет.

– Почему-то я не удивлена, – закатила глаза Эви.

Арманд начал объяснять:

– Для этого есть много причин: традиция, физиология, выносливость. Мужчины должны сосредоточиться на миссии, а не беспокоиться о женщинах…

– Избавь меня, – остановила его Эви. – Посмотри вокруг, когда выйдешь из этой комнаты. Скажи, сколько женщин среди сотрудников компании и как это связано с физиологической выносливостью и опасностью. – И продолжала после многозначительной паузы: – А теперь объясни мне, Арманд Дебюсси из династии искусствоведов, как ты попал в компанию плохих парней.

До сих пор разговор тек легко и непринужденно. Сумерки располагали к откровенности, голоса звучали тихо. В такое время солдаты особенно бдительны: тень может оказаться человеком, а человек – тенью.

– Оставим скучную тему.

Эви повернула голову, и в свете лампы блеснули темные локоны, тень от ресниц упала на высокие скулы.

– Мне интересно, – хрипло откликнулась она.

Арманд чувствовал, как воспоминания холодной дрожью поползли по коже. Люсия – его бывшая жена – испытывала то же самое: она видела в нем героя. Она не понимала, что, возвращаясь домой, он не испытывал желания вновь переживать острые моменты, ворошить грязные подробности. Для Арманда дом был местом комфорта, чистоты, покоя. Когда наконец Люсия осознала это, она почувствовала себя обманутой. Отчасти ее можно понять: в те годы его карьера стремительно шла вверх. В Европе его компания считалась лучшей в области частного сыска и борьбы с корпоративным шпионажем. Арманд имел дело с самыми низкими проявлениями человеческой души.

– Если «скучная тема» означает, что ты не хочешь говорить об этом, я пойму. Мой прадед сражался в Корее, но очень редко рассказывал о войне. – Карие глаза Эви сияли тихой улыбкой.

Она вдруг предстала перед Армандом в новом свете: добрая, трудолюбивая, естественная и совершенно не похожая на Люсию. Никаких скрытых мотивов и оценок.

Неожиданно для себя Арманд начал говорить:

– Мужчины приходят в легион по разным причинам: любовь к путешествиям, жестокость, желание творить добро, получить второй шанс – исследователи, преступники, романтики. Только один из четырех проходит интервью, экзамен, тест на выносливость, физическое и психическое здоровье. Те, кого берут, должны забыть свое имя и национальность.

Эви слушала, затаив дыхание.

– Тренировки продолжаются много месяцев: оружие, работа в команде, выживание в экстремальных условиях, безусловное подчинение. Многие не выдерживают и уходят. Те, кто остается, рождаются заново.

– М-м-м… – пробормотала Эви, – пожалуй, все это я бы нашла на их веб-сайте. Скажи, они сразу поняли, что ты особенный?

– Мое имя не имело значения.

– Я не об этом.

– С тех пор имели значение только мои поступки, – хрипло произнес Арманд.

Настойчивость Эви всколыхнула воспоминания.

В легионе ценность человека определялась его поведением. Арманд учился быстрее других, прилагал больше усилий и, несмотря на уравниловку военной казармы, заслужил повышение. Сыграли роль образование и способность к языкам. Довольно скоро он стал командиром элитного подразделения, выполняющего особые задания.

– Друзья, что помогли спасти девочку, – они из команды звездных спасателей? Ты там с ними познакомился? Лучший способ узнать цену человека – пожить с ним в военном лагере.

– Если вообще можно кому-то доверять.

Нетерпеливо поерзав на диване, Эви распустила волосы и поскребла пальцами голову, застонав от удовольствия. В комнате без окон царил полумрак – непонятно, сейчас день или ночь. Этот трюк используется в супермаркетах и пыточных камерах. Арманда охватили умиротворение и легкая аура интимности.

– А ты никогда не хотела стать тайным агентом? – спросил он. – С твоим талантом могла бы стать ценным сотрудником.

– Нет. Всегда была хорошей девочкой. Предпочитаю создавать, а не разрушать.

– Идеалист, как и Джонатан. Неудивительно, что это работа твоей мечты.

– Не совсем. – Эви оглянулась на дверь. – Это не единственная мечта.

– Но ты сказала Джонатану…

– О чем я только не мечтала с детства. Многое меняется с возрастом.

– А твоя мать?

Подвижное лицо Эви словно застыло, ясные глаза затуманились.

– Мало кто одержим единственной мечтой. Моя мама была такой. – Эви нервно теребила прядь волос.

– Чего она хотела? – спросил Арманд, чувствуя, как ему передается ее напряжение.

– Она была единственной в своем роде. Ее дух жаждал свободы. Она хотела быть художником с того момента, как взяла в руки карандаш. Переехала в Мельбурн, но не нашла себя. Когда я должна была появиться на свет, она вернулась на ферму. Мама умерла, когда мне исполнилось шесть лет. Мгновенно. От аневризмы аорты. – Эви быстро взглянула на Арманда и улыбнулась, давая понять, что с ней все в порядке: давние переживания. – У моего деда была молочная ферма. Не то чтобы он мечтал стать фермером, но это давало ему возможность предаваться увлечениям: получить летную лицензию, написать книгу о колониальной Австралии. Когда зимой я родилась, он выучился вязать на спицах – на детских фото я все время в разных шапочках.

Эви задумчиво вздохнула, уселась поудобнее.

– Я родом из провинции, где местные девушки выходят замуж за местных парней, рожают детей и никогда не покидают местную общину. Местные парни привлекали меня лишь тем, что я легко побеждала их в любой игре. Однажды дед прочитал, что будущее принадлежит цифровым технологиям. Он расчистил место в мансарде для компьютерного стола, подписался на вай-фай и оплатил для меня онлайновый курс программирования. С тех пор моя жизнь связана с компьютером.

– Следуй своим увлечениям, – повторил Арманд с удивлением.

Ему никогда не приходил в голову такой простой принцип. Его манили успех, преодоление и победа. Любую неудачу он воспринимал как личное поражение. Но ведь можно остановиться, прислушаться к себе, осмыслить перемену обстоятельств, интересов, желаний и следовать новой дорогой.

– А теперь? – спросил он. – Получив шанс, чем бы ты занялась?

На ее лице отразилась гамма чувств: сомнение, настороженность, усмешка. Арманда терзало любопытство, которое он слишком долго пытался подавить. Наконец он сдался – интерес к загадочной девушке пересилил осторожность.

– Мы ведь говорим о работе, правда? – уточнила она, стараясь понять, насколько искренен его интерес.

– Конечно, – улыбнулся он.

– Я бы хотела работать в команде профессионалов-единомышленников – преданных, увлеченных, творческих. Мы бы разрабатывали компьютерные игры и приложения, идеи которых я заношу в свой ежедневник. Они касаются всего: развлечений, здоровья, обучения. Другими словами, хочу делать то, что делает Джонатан. Тебе когда-нибудь приходилось заниматься делом, когда чувствуешь, что приносишь настоящую пользу?

– Да, – ответил Арманд на прямо поставленный вопрос. – После спасения девочки к нам начали обращаться за помощью, хотя мы совсем не рассчитывали на это. Мне ничего не оставалось, как заниматься организационными вопросами, создавать структуру, модель бизнеса, нанимать персонал. Какое-то безумие – работал день и ночь, но это приносило удовлетворение. Однако чувство долга перед близкими и ответственность за них оказались сильнее. Арманду казалось, что он обязан в первую очередь заботиться о счастье и безопасности семьи и Люсии. Собственные интересы и увлечения отошли на задний план. Его охватила депрессия.

– Разве люди из команды звездных не могли бы помочь тебе сейчас?

Нахмурив брови, Арманд вспомнил «крутых парней», которые не умели включить компьютер, не то чтобы понять, как он работает. К тому же много месяцев назад он передал управление компанией своему заместителю, который потревожит его только в случае, если цивилизация окажется на грани уничтожения.

– С этим заданием справится один мужчина.

Эви высоко подняла брови:

– Один мужчина и одна женщина.

Раздался стук в дверь. Эви и Арманд переглянулись. Она подавила улыбку, он засмеялся.

– Готова к неожиданностям? – спросил Арманд.

– Никогда не боялась темноты, – ответила Эви.

– Напрасно. – Арманд поднялся, чтобы открыть дверь.

Он забрал у посыльного пиццу и вино, поставил на журнальный столик. Эви медленно опустилась на пол, подобрав под себя длинные ноги.

– Вино?

– Конечно, я же француз.

– Да здравствует Франция! – подняла бокал Эви.

Они ужинали в непринужденном молчании. В комнате было тепло и уютно. Оба испытывали взаимный интерес и симпатию. Убрав со стола, они разошлись по своим углам и вернулись к работе. Эви не отрывала глаз от монитора, Арманд погрузился в чтение романа.

– Арманд?

– Да, Эви?

– Когда ты пришел в легион, то был скорее исследователем, беглецом или романтиком?

– Ты сказала, что нашла зацепку, требующую проверки.

– Вот именно. Но тебе не надо сидеть со мной. Я большая девочка и позабочусь о себе.

– Останусь, пока ты не закончишь.

– Не доверяешь? Боишься, что сбегу, забрав дорогущее оборудование?

– Нет. Мы делаем общее дело: не просто одинокие мужчина и женщина, а команда.

Ее глаза немного расширились, а голос дрогнул.

– Как скажешь. – Она устроилась на стуле, подобрав ноги и положив подбородок на колено – такая нескладная, умная, трепетная.

Кажется, Арманд уже не доверял самому себе.

Глава 7

Ошибку в коде Эви все-таки нашла: не вирус, не бомба замедленного действия, не признак саботажа – просто небрежность в программе. Она была разочарована, рассчитывая на разоблачение злоумышленников. Однако ей удалось обнаружить погрешность в очень сложной схеме, впрочем, Джонатана не интересовали простые решения.

Исправив ошибку, Эви сделала пометку, чтобы показать боссу. Потянувшись, она повертела затекшей шеей и расслабилась. В памяти всплыли последние слова Арманда: «Мы делаем общее дело: не просто одинокие мужчина и женщина, а команда». Она была счастлива, что смогла сосредоточиться на работе после этого замечания. Ее мать умерла, когда Эви исполнилось шесть лет. Отца Еви не знала. Дед практически заставил ее покинуть ферму, когда доктор убедил его не рисковать больным сердцем, а переехать в заведение для пенсионеров, где ему были обеспечены медицинский уход и комфорт. Эви нисколько не возражала оплачивать дополнительную арендную плату. Теперь вот в жизни Зои намечался новый поворот. Эви радовалась за нее и Ланса, хотя это сулило перемены в ее собственной жизни. Впрочем, Эви хорошо знакомо чувство одиночества.

Тем не менее Арманд не оставил ее одну лишь потому, что считал это правильным. Для нее очевидно, что, когда задание будет выполнено, он вернется к своей гораздо более интересной жизни. Но разве это достаточное основание, чтобы не влюбиться в него?

Эви зевнула. Силы покинули ее. Часы показывали полночь – час ведьмы, когда просыпаются таинственные шорохи, тени и запретные мысли, но Эви лишь мечтала рухнуть на свой комковатый футон в гостиной.

Спотыкаясь, она доковыляла до стола Арманда.

– Закончила?

– Да, на сегодня, – пробурчала она. – Глаза не видят, пальцы распухли. Отлыниваешь?

– Как это?

– Вместо работы читаешь… – Она чуть не упала, когда увидела заголовок.

Арманд заметил, как замечал все, недаром он прошел через французский Иностранный легион. Если она не разбиралась в людях, то создавала проблемы лишь себе, но если Арманд упускал что-то важное, гибли люди. Он закрыл томик в кожаном переплете с золотым тиснением. На обложке прочел: «Поэзия Элизабет Браунинг».

– Не любишь ее стихи?

– Хм, – замешкалась Эви. – Не уверена, что знакома с ее творчеством, – призналась она, думая, как сменить тему и поинтересоваться футболом, или бейсболом, или…

– Ошибаешься.

Она с ужасом наблюдала, как Арманд переворачивает страницы. Низким, глуховатым голосом он начал читать:

Я так люблю тебя, так сильно! Невозможно

Любить еще сильней и глубже, выше, шире,

Моей душе доступны чувства, мне тревожно,

Когда тебя не вижу в этом бренном мире.

Как Божью благодать, всей сутью существа

При солнца яркого лучах без лишних слов

Стремлюсь, лечу к тебе всей силой естества

Из ярких, трепетных, блаженных, милых снов.

Люблю тебя свободно я…[1]

– Ох, – только и смогла выдохнуть Эви, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. – Это же Элизабет Баррет Браунинг. Она потрясающая.

«Он всего лишь прочел стихотворение. Это ничего не значит. Во Франции школьники изучают литературу в школе. Попрощайся! – приказала она себе. – И уходи».

– Значит, любишь поэзию? – спросила она тем не менее, ступая на зыбкую почву.

– Избирательно. Я говорю на нескольких языках, но почти не читаю. Решил воспользоваться шансом подтянуть английский. Годится все: поэзия, газетные статьи, книги, сайты.

– Круто, – по привычке отреагировала Эви и сама ужаснулась примитивному словечку. – А ты сам писал стихи?

– Помнится, ты уже спрашивала однажды.

– Не припомню. Так все-таки писал?

– Конечно.

Потрясающий, умный, начитанный. Какая она глупая по сравнению с ним!

– Уходим? – спросил Арманд.

– Да! – спохватилась Эви. – На сегодня работа закончена.

Проходя мимо Арманда к двери, она задержала дыхание, избегая вдыхать его аромат – теплый, изысканный, манящий.

Они шагали бок о бок по аллее. Шаги гулко отдавались в тишине. Если поторопиться, они успеют на последнюю электричку, а если не спешить…

– Я вызвал машину, – сказал Арманд.

У обочины остановилась черная длинная машина с тонированными стеклами.

– Поезжай. Я живу недалеко от станции.

– Нет уж. – Арманд распахнул для нее заднюю дверь, но Эви застыла на месте, не в силах сделать шаг.

Ей казалось, она должна сделать больше, чем просто поблагодарить Арманда за машину. Сегодня произошел прорыв: они стали друзьями. Он наблюдал за ней, словно давая ей время осмыслить произошедшее. Что, если это он написал ей стихотворение? Она не могла спросить напрямую – слишком много зависело от ответа. Эви чувствовала, как легкое увлечение перерастает в нечто более глубокое – уважение, интерес, желание. Что, если предсказание относилось к нему и ей нужно отказаться от Арманда, чтобы снять наваждение? Он был реально сильным: воин, герой, солдат. Она останется для него лишь эпизодом. Справится ли она? Вот главный вопрос.

Порыв ветра разметал волосы. Она заткнула прядь за ухо и, повинуясь невидимой силе, шагнула ему навстречу. Арманд заметил, как замечал все. Возможно, он знал все об увлечении, интересе, уважении и влечении.

– Садись в машину, Эви, – велел он.

– Сейчас. – Она сделала еще шаг.

Арманд стоял неподвижно, как скала. Наверное, ей нужна такая опора, чтобы твердо стоять на земле. Эви снова двинулась вперед.

– Хочу сказать «спасибо» за то, что остался со мной и поддержал. Я чувствовала себя частью команды.

Мускул дрогнул на его лице. Взгляд опустился на ее губы и остался там. Сердце Эви стучало о стенки грудной клетки, словно хотело вырваться наружу. В глубине сознания странное предсказание служило последним предостережением – внимание, опасность! Однако Эви уже не могла остановиться. Сделав последний шажок, она поднялась на цыпочки и прижала губы к губам Арманда. Это было нежное, легкое касание. Не прошло и секунды, как Эви осознала, что перешла черту. Она замерла, не в силах прервать поцелуй: прохладные влажные губы едва касаются теплых и сухих. Никогда Эви не испытывала более изысканного ощущения.

«Поцелуй меня, – думала она, – или оттолкни. Останови меня». Все, что угодно, кроме завораживающей агонии неопределенности.

Арманд медленно закрыл глаза, обнял ее за талию и привлек к сильному горячему телу. Вожделение вспыхнуло в ней с бешеной силой. Веки тяжело опустились, и она ухватилась руками за край его рубашки, крепче прижимаясь к его рту. Жар тела резко контрастировал с холодным ветром, дующим в спину. Ладонь Арманда запуталась в ее кудрях, большой палец ласкал щеку. Он настойчиво раздвинул ее губы, отчего Эви вспыхнула, как в огне. Голова кружилась, колени подгибались – она готова была рухнуть к его ногам.

Сигнал проезжающей мимо машины вернул ее на землю и позволил заглянуть Арманду в глаза. То, что она увидела, мгновенно отрезвило ее. Арманд испытывал нестерпимую боль. Ошибки быть не могло: об этом говорили опущенные плечи, сдвинутые брови, потухший взгляд. Пока она изнемогала от вожделения, он выглядел так, словно кто-то грубо разбередил глубокую душевную рану. Что она наделала?

Ни слова не говоря, она распахнула дверь машины, нырнула внутрь и назвала водителю адрес Зои. Автомобиль тронулся. Закрыв лицо руками, Эви безмолвно завизжала. Она поцеловала его, а он явно не хотел этого. Как теперь смотреть ему в глаза? Работать вместе? Жить дальше? Она совершила то, что клятвенно обещала себе не делать.

Когда на следующее утро поезд подъезжал к станции Арманда, Эви не могла сдержать дрожь в коленях.

– Сколько чашек кофе ты выпила? – спросила Зои.

– Одну, две, не помню, – рассеянно ответила Эви. – Я плохо спала.

– Кошмары? – толкнула ее в плечо подруга. – Понимаю. Даже знаю, кто виноват. А вот и он, погляди-ка.

Эви знала, о ком говорит Зои, но упрямо смотрела в окно. Хорошо бы он сел на свое место и они бы сделали вид, что вчерашнего вечера не было. Понимая, что мечта несбыточна, она подняла глаза и увидела Арманда, который пробирался к ней вдоль вагона. Он выглядел так по-французски в темном пиджаке, темной рубашке, темном галстуке и с темной щетиной на подбородке. Она вспомнила вкус его поцелуя: покалывание щеки и горячие губы. У нее перехватило дыхание.

– Жаль, он не совсем в моем вкусе. Я люблю плохих парней, а мой дорогой Ланс – самый плохой из них.

Эви решила не рассказывать Зои о прошлой жизни Арманда, чтобы избежать комментариев.

– Писал он тебе те стихи или нет – не имеет значения. Будешь дурочкой, если не попробуешь охмурить его. Я готова помочь.

– Не стоит.

– Доброе утро! – поздоровался Арманд, глядя прямо в глаза Эви.

– Доброе утро! – пропела Зои, прежде чем к Эви вернулась способность говорить.

– Надеюсь, вы безмятежно спали?

– Эви приснился плохой сон, – прощебетала Зои. – Или хороший?

В штормовых глазах Арманда, казалось, мелькнула усмешка, но Эви помнила его вчерашний затравленный взгляд и решила, что ошиблась.

– Думаю, это твое. – Арманд протянул Эви шапочку, упавшую с головы, когда он целовал ее.

Зачем гадать, кто посвятил ей стихи, или вспоминать пророчество? Все, чего она хочет, – это поцеловать его. И ей наплевать на последствия.

– Спасибо. – Она сунула шапочку в рюкзак и поймала понимающий взгляд подруги.

– Расскажи о себе, Арманд. Женат? Холост? Встречаешься с кем-то?

Эви метнула разъяренный взгляд на Зои, но та пристально смотрела на Арманда, тщетно пытаясь найти ответ в его лице. Эви пришлось вмешаться в разговор.

– Не обращай внимания, – повернулась она к Арманду. – Твоя личная жизнь никого, кроме Зои, не интересует.

Зои приготовилась что-то сказать, но Эви опередила ее:

– А ты оставь его в покое. Он и так считает, что австралийцам чужда романтика.

– Вот как!

– Арманд – француз. У него другие взгляды.

– Возможно, он прав, – согласилась Зои. – Эви не видит перспектив для отношений на работе. Ты согласен?

– Зои! – Эви готова была провалиться сквозь землю, но реакция Арманда была неожиданной.

– А как же молодой друг в «загоне для быков»? Тот, что всегда в бейсболке?

Эви замерла. На что он намекает? Забыл, что обнимал ее накануне вечером и целовал так, что у нее подкосились ноги.

– Ты говоришь о Джейми? – подсказала она. – Я не хочу его. – И неожиданно добавила: – Даже если б хотела, не стала бы смешивать работу и личные отношения. Это моя твердая позиция.

– Как скажешь.

Поезд начал притормаживать, скрипя тормозами. Эви перекинула рюкзак через плечо, перешагнула через школьные ранцы у ног и через колени Зои. Она оказалась за спиной Арманда, вдохнула запах его лосьона – чистый, притягательный мужской запах – и зажмурилась, а когда открыла глаза, Арманд был уже у дверей.

– Беги, – поторопила ее Зои. – Не терпится узнать, как будут развиваться события.

Потеряв Арманда из виду, Эви рванулась к дверям, едва успев выскочить на платформу. Она было бросилась бежать к офису, когда услышала окрик Арманда:

– Эви, пожалуйста, подожди!

Она остановилась и резко повернулась. Не ожидавший этого Арманд почти сбил ее с ног. Он схватил ее за плечи и, прижав к себе, с трудом восстановил равновесие.

– Посмотри на меня, – велел он.

– Не хочу.

– Почему? Боишься снова поцеловать?

Эви ответила смехом с легкой ноткой истерики:

– Без паники. Я поняла намек и не повторю ошибки.

– Эви. – Низкий голос Арманда ласкал слух.

Их глаза встретились.

– Извини, – сказала она.

– Тебе не за что извиняться.

Близость Арманда мешала сосредоточиться. Ее голос звучал хрипло.

– Я видела твой взгляд вчера вечером, Арманд. Не стоит навязывать мне Джейми, чтобы отвлечь внимание.

– Он действительно хороший парень.

– Откуда ты знаешь? Вы не перекинулись и парой слов.

– Ты права. Большинство людей похожи друг на друга. Ты – одно из немногих исключений и не перестаешь удивлять меня.

От его слов и пристального взгляда Эви словно обдало жаром. Арманд все еще удерживал ее. Она не могла остановить дрожь. Эви понимала, что вчера она переступила черту. Возврата нет, во всяком случае, для нее.

– Ты поцеловал меня вчера, хотя, признаю, что сделала это первая, но ведь ты ответил. Это был хороший поцелуй. Ладно, великолепный, – поправилась Эви, увидев его скептически поднятые брови. – Но больше такого не повторится, – твердо заявила она, хотя не могла бы ответить на вопрос: «А почему, собственно?» Эви снова вспомнила убитый взгляд Арманда.

Она ожидала, что он вскинет руки к небу и вспомнит всех французских богов, но реакция Арманда поразила ее. Он запрокинул голову и расхохотался глубоким, свободным и чертовски сексуальным смехом.

– Забудь. Не все в жизни имеет глубокий смысл.

– Тебе кажется это шуткой, но у меня другое мнение. Я не целуюсь с каждым встречным. – Она поджала губы, притворяясь, будто не сохла по нему несколько недель, и продолжала: – Готова биться о заклад, что ты ищешь повод снова затаиться в своей воображаемой пещере. Я не такая: не убегаю от своих ошибок, а признаю их.

Смех Арманда постепенно затих и сменился тихой грустью.

– Считаешь, что это была ошибка? – спросил он проникновенным голосом, перевернувшим ее душу.

– Разве ты сам только что не признался в этом?

Арманд посмотрел на нее потемневшим, штормовым, завораживающим взглядом. У Эви закружилась голова…

В этот момент кто-то толкнул их, потом еще. У перрона стоял поезд, из которого высыпали толпы пассажиров и торопливо бежали мимо них. Арманд разжал пальцы, отпустив ее руку. Эви вернулась в реальность. Она повернулась и поспешила в офис. На сей раз Арманд не пытался остановить ее.

Глава 8

Пробираясь через «загон для быков», Эви низко опустила голову. Ей не хотелось отвлекаться на разговоры с коллегами, потому что для нее они были мальчишками, жившими на пицце и гамбургерах, снимавшими дешевое, неуютное жилье. Она росла в окружении друзей деда – мужчин, которые умели построить дом, приготовить вкусный ужин и рассуждали на широкий круг тем – от древнерусского эпоса до политики современной России. Она не осознавала, как ей не хватало общения, до тех пор, пока не встретила Арманда, с его опытом, эрудицией, интеллектом. Он был самым умным из всех, кого она знала. Неудивительно, что увлечение переросло в «более сложное чувство». Общество ровесников ее не привлекало.

На лестнице она резко остановилась. У нее остался единственный путь – просить, чтобы ее перевели на другой проект, но остаться на фирме любой ценой. Работать на Джонатана Монтроуза было наградой, но быть уволенной – равнялось смертной казни. После этого ей не будет места в профессии и придется уехать домой на ферму, которую она не продала, но сдавала во временную аренду, чтобы дед мог вернуться туда, если бы захотел.

В этот момент она поняла, как ей хочется остаться здесь. Она стала городским жителем, всей душой полюбила Мельбурн, ставший ее настоящим домом. Здесь она нашла себя.

Эви подошла к двери Джонатана, собралась постучать, но вовремя остановилась. Он захочет знать причину. Что ему ответить? Правду? Она закрыла глаза и тихо застонала.

– Эви?

Рядом с ней стоял Джонатан с чашкой кофе в руке. За его спиной маячила Имоджен.

– Доброе утро, мистер Монтроуз.

– Хотела поговорить со мной? Все в порядке?

«Нет, все ужасно. Человек, с которым вы соединили меня, напоминает спящий вулкан. Меня влечет к нему с опасной, непреодолимой силой. Что это – вожделение или воздушные замки после травмы от прошлого служебного романа? Я в смятении».

– Все прекрасно!

– Рад слышать. Как идет работа над проектом? Близка к завершению?

Эви вспомнила о небольшом сбое в программе, обнаруженном накануне вечером, из-за которого она задержалась допоздна. Потом были романтический пикник с Армандом и, как следствие, временное помутнение рассудка.

– Чутье подсказывает, что я близка к результату.

– Ты?

– Ну, то есть мы вместе.

«Настолько вместе, что он поцеловал меня, и я оказалась на седьмом небе».

– Хотела сказать, что вместе приближаемся к решению проблемы.

Глаза босса лукаво прищурились.

– Отлично! Как насчет моей просьбы?

Эви совсем не хотелось откровенничать с начальником об Арманде.

– Думаю, справлюсь, – увильнула она от ответа и ринулась прочь.

Влетев в кабинет, она сделала несколько глубоких вздохов и села за компьютер. Чем скорее она найдет решение, тем скорее подойдет к концу ее вынужденное затворничество с Армандом. Если Джонатан останется доволен ее работой, то оставит в компании, а Арманд вернется к своей международной секретной деятельности.

Арманд явился как по волшебству: его темный силуэт возник в проеме двери. Эви сделала громче музыку в наушниках, но всем существом ощущала его присутствие за спиной. Бросив портфель возле стола, Арманд по-французски заговорил с кем-то по телефону. Эви даже не пыталась понять, о чем речь. Она заставила себя углубиться в работу. Однако через минуту из динамиков раздался громкий голос Джонатана:

– Эви, Арманд.

– Господи! – ахнула Эви. – Что это было?

Арманд прервал телефонный разговор и поднял голову:

– С нами говорит всемогущий волшебник из страны Оз?

Через секунду из динамика снова прозвучал начальственный голос:

– Как будто сам не догадался, шутник! Завтра вечером вы оба мне нужны. Отмените все встречи и свидания.

Эви не удержалась и взглянула на Арманда. Тот демонстративно отвел глаза.

– Для меня очевидно, что вы до сих пор не нашли общий язык. Пора научиться работать вместе, не доводя друг друга до слез.

О чем это он? Эви не удержалась от возражений.

– Мы прекрасно ладим. Во всяком случае, я еще не плакала из-за Арманда. – Она снова повернулась в его сторону и прошептала: – Может, ты плакал из-за меня?

Наконец их взгляды встретились. В глазах Арманда было столько юмора и печали, тепла и сочувствия, что Эви захотелось обнять и поцеловать его.

Джонатан продолжал:

– Я организовал для вас совместное испытание для укрепления командного духа.

Сердце Эви сжалось, когда она вспомнила тесты для взрослых на совместимость – необходимость отвечать на неловкие вопросы или на глазах у всех падать в руки партнера в надежде, что он подхватит тебя…

– Сотрите гримасы с ваших лиц, – произнес голос в динамике.

Эви завертела головой в поисках скрытых камер – она уже проходила через это.

– Джонатан… – начал было Арманд, но босс прервал его:

– Имоджен передаст вам инструкции.

– Мы ведь можем отказаться, если не хотим этого? – спросила Эви.

– Я пришел к выводу, что в жизни можно вообще не делать ничего, если нет желания или необходимости, – невозмутимо ответил Арманд.

– Возможно, Джонатан прав, – вздохнула Эви. – Если мы лучше узнаем друг друга, сможем эффективнее использовать время.

Она открыла в телефоне почту и нашла сообщение от Имоджен.

– Только адрес и совет надеть удобную обувь и не стесняющую движений одежду.

Что бы Арманд ни говорил, у нее нет выбора.

– Если ты готов, то я тоже, – сказала Эви, понимая, что фраза прозвучала двусмысленно.

– Значит, так тому и быть, – заключил Арманд.

В шесть вечера на следующий день Арманд стоял перед рифленой железной дверью с надписью граффити: «Найди выход из лабиринта».

– Неужели это то, о чем я думаю? – спросил он, не скрывая разочарования.

Растерянный взгляд Эви скользил по списку правил, вывешенному возле двери: «Запрещен вход людям с больным сердцем… беременным женщинам… детям до шестнадцати…»

Эта светлая, жизнерадостная девушка поцеловала его.

А он поцеловал ее. Вкус ее поцелуя все еще оставался на губах Арманда. Он помнил, как ее мягкое податливое тело доверчиво прижималось к нему. Надо было сразу остановиться. Он знал, что их отношения не будут иметь продолжения. Арманд видел в жизни слишком много горя. Он ожесточился, стал грубым. Но Эви была милой, нежной, трепетной.

Арманд приехал в Мельбурн, чтобы залечить душевные раны. Они уже начали рубцеваться во многом благодаря ей. Однако самые глубокие шрамы всегда будут кровоточить. Он искренне посоветовал ей найти мужчину, способного по-настоящему оценить ее. Но это будет не он. Даже примирившись с прошлым, он не простит себе, если с ней что-то случится.

– Какого черта Джонатан это придумал? – спросила Эви.

– Мне бы тоже хотелось знать.

– Ты понял, что он загнал нас из одной темной комнаты в другую, – развела руки Эви, растянув на груди майку с надписью: «Все мои друзья мертвы» поверх картинки с динозавром. – Только теперь нас запрут там.

Она взглянула на Арманда. Вероятно, выражение его лица было таким же потрясенным. Эви моргнула и вдруг расхохоталась. Для Арманда смех прозвучал как весенний щебет птиц. Воспоминания о ее поцелуе нахлынули с новой силой: прохладные мягкие губы на его губах. Все было не случайно – неизбежно, как восход солнца, неостановимо, как дыхание. В прошедший год Арманд прилагал все усилия, чтобы убить в себе чувства. Произошедшее оказалось для него полной неожиданностью – он не был готов к тому, что инстинкты взбунтуются против разума и разгуляются в полную силу.

Над железной дверью замигала зеленая лампочка, и в коридор вышел Джейми с тремя товарищами. Непроизвольно Арманд шагнул вперед и, сжав кулаки, занял боевую стойку, словно перед ним враг. Однако тотчас приказал себе расслабиться, заметив, что парень вытирает пот со лба и щурится от яркого света.

– Джейми? – удивилась Эви.

Увидев Арманда и Эви, тот мгновенно преобразился, расправил плечи и широко улыбнулся.

– Привет, старик. Здравствуй, подруга, – бодро приветствовал он, похлопав Арманда по спине с силой, способной свалить с ног человека.

Однако перед ним стоял не обычный человек. В последнюю секунду Арманд напряг мышцы, и Джейми поморщился, потирая ладонь.

Наклонившись, Джейми поцеловал Эви в щеку. Арманд мог бы легко свалить его: один резкий удар в горло ребром ладони или классический хук кулаком в челюсть сделали бы дело. Впрочем, для верности не помешал бы пинок коленом по гениталиям.

– Как все прошло? – спросила Эви.

– Блестяще, – ответил Джейми, заглушив скептический отклик друзей.

– Первый раз?

– Я писал компьютерную версию, но вживую испытал на себе впервые.

Арманд фыркнул:

– Видеоигра. Какое геройство!

Парни нахмурились. Эви подошла ближе, готовая в случае потасовки встать на защиту Арманда. Да он мог бы раскидать их в секунду, если бы захотел. Арманд испытал странное ощущение. Он никогда не давал в обиду своих, но не помнил случая, чтобы кто-то вступился за него.

– Посмотрим, что вы скажете, когда войдете туда. Умом понимаешь, что это игра, но ощущаешь все, как настоящее. Начинаешь понимать свою реакцию в условиях кризиса, – сказал Джейми, тыча пальцем в грудь Арманда.

Усилием воли тот удержался, чтобы не вывихнуть наглецу палец.

– Джейми, – остановила его Эви, взяв Арманда под руку. – Он лучше подготовлен к критической ситуации, чем ты думаешь. – Она вопросительно взглянула, словно спрашивая разрешения, и, дождавшись кивка Арманда, продолжала: – Он служил во французском Иностранном легионе.

– Ух ты, – выдохнул один из парней. – Правда?

– Правда, – подтвердил Арманд.

– Участвовал в наземных операциях?

Арманд кивнул.

Парни заахали и заохали:

– Круто!

Только Джейми остался невозмутим.

– Наверное, бумажки перебирал за столом целый день, вояка.

– Солдат есть солдат, – смерил его спокойным взглядом Арманд.

Эви сжала его руку. Глядя на ее невозмутимое лицо, Арманд почувствовал, как его захлестывает горячая волна желания. Прежде чем он разобрался в ощущениях, над дверью замигала желтая лампочка – сигнал к началу игры.

– Начнем, партнер, – потянула его за собой Эви. – Я – гений, ты – это ты. Покажем класс этим мартышкам.

Неожиданно для себя Арманд привлек ее к себе, с улыбкой глядя в приподнятое к нему лицо. Кивнув Джейми и его приятелям, он распахнул дверь в лабиринт, и они с Эви вошли.

В помещении царила кромешная тьма. При бесполезном зрении обострились другие органы чувств. Для Арманда это было привычно – сказались годы тренировок и участия в боевых операциях. Навыки Эви предполагали другую сферу применения, поэтому она неловко повернулась и наткнулась прямо на Арманда. Он схватил ее за плечи, удерживая от падения, ощутил вишневый аромат – нежный и чистый, как она сама. Темнота обостряла чувство близости.

– Прости, – вздохнула Эви, явно испытывая такие же чувства. – Не ожидала, что будет так темно.

– В этом весь фокус.

Раздался щелчок ожившего телевизора. Арманд отпустил Эви, оба повернулись к экрану и стали смотреть «срочные новости», дававшие установку на задание, которое им предстояло выполнить. Оно называлось «Корпоративный хаос». Мошенник разорил Международный валютный фонд, оставив мир без денег и на грани третьей мировой войны. Кадры хроники показали панику на бирже Уолл стрит, рыдающих людей и, наконец, мужчин и женщин в боевом снаряжении, карабкающихся по дымящимся руинам разрушенного города.

Арманд был готов убить Джонатана собственными руками – медленно и с наслаждением.

– У тебя, случайно, нет посттравматического стрессового синдрома? – спросила Эви.

В легионе у Арманда не возникало психологических проблем – все было ясно. Последовательность действий соблюдалась четко: составить план, действовать по плану, остаться в живых. Он выполнял свой долг, сражался за свободу, испытывал боль и разочарование, горевал, теряя однополчан.

– Нет, – ответил Арманд. – А у тебя?

– Не смеши меня.

Ответ заставил его улыбнуться. В тусклом свете экрана он заметил, как Эви остановила взгляд на его губах. Комната показалась Арманду меньше и теплее. Он почувствовал себя подростком в темном чулане наедине с девочкой. Однако теперь в комнате заперты двое взрослых людей, и у них есть полчаса, чтобы решить сложную задачу.

– Что думаешь делать, солдат? Чем займемся?

На секунду ему показалось, что Эви прочитала его мысли. Однако она внимательно оглядывалась по сторонам и вокруг.

– С чего начнем? Ищем ключ? Подсказку? Код?

– Свет, – сказал Арманд, лаская глазами соблазнительные очертания ее тела. – Нам нужен свет.

– Это было поразительно!

Эви развела руки, наслаждаясь прохладной струей кондиционера, обдувающей горячую кожу после жаркой духоты лабиринта. Они выполнили задание за двенадцать минут и восемнадцать секунд.

Как ни странно, требовавшая внимания и сосредоточенности игра захватила их. При быстром перемещении в тесном пространстве их тела неизбежно соприкасались, усиливая волнение Эви. Они быстро поймали общий ритм, после чего их движения скорее напоминали танец. Арманд поразительно быстро улавливал малейшие намеки и скрытые подсказки и реагировал с молниеносной быстротой. Для Эви не составляло труда обеспечивать компьютерное сопровождение.

Стерев пот и откинув со лба влажную прядь, она взглянула на Арманда. Никаких следов усталости – спокойный и элегантный, он словно сошел со страниц модного журнала. Эви шагнула к нему навстречу:

– Ладно, Арманд, признайся, что было классно. Ты получил удовольствие потому, что мы с тобой отличная команда. Думаю, это имеет прямое отношение к нашему лозунгу.

Арманд приподнял темную бровь:

– У нас есть лозунг?

– Конечно. – Эви сделала еще шаг, приблизившись к нему почти вплотную, и взмахнула рукой: – Один за всех, и все за одного!

– Эй. – Джейми с друзьями спешили к ним по коридору, а за ними еле поспевала девушка в футболке с логотипом лабиринта.

– Вы побили все рекорды, – заявила девушка в футболке. – Вам полагается награда – сертификат на командный лазерный поединок.

– Неужели? Вот здорово! Спасибо. – Эви взглянула на Арманда. Обращенная к ней улыбка была не такой широкой, как в темноте лабиринта, но все равно откликнулась трепетом бабочек в животе. – А можно мы используем сертификат прямо сейчас?

– Пожалуйста. Сеанс начнется через полчаса.

– Арманд, Джейми, ребята, вы готовы? – Эви собрала волосы в конский хвост на затылке. – Перекусим, передохнем и постреляем друг в друга из лазеров.

– Мы готовы! – запрыгал, как щенок от предвкушения, Джейми, а остальные дружно закивали.

– Арманд? Вспомни наш лозунг.

Эви знала, что Арманд инстинктивно избегает тусовок, и была готова услышать вежливый отказ. Однако все смотрели на него с надеждой и ожиданием. Вероятно, так было всегда: он нес бремя лидерства. Неожиданно для себя она сплела его пальцы со своими и потянула к группе, показывая, что он не одинок. Взгляд Арманда смягчился. После нескольких долгих мгновений он склонил голову:

– Давайте.

– Ура!

Глава 9

Когда игра закончилась, на улице уже стемнело и начал накрапывать дождь. Арманд вызвал такси и настоял на том, чтобы сопроводить Эви до дома. Атмосфера в машине была наэлектризована: сказывалось недавнее возбуждение от игры, случайные прикосновения, обмен многозначительными взглядами. Эви казалось, что кровь в венах шипит, как газировка. Когда машина остановилась возле дома Зои, она повернулась к Арманду:

– Спасибо за сегодняшний вечер и за игру – это было прекрасно. Спокойной ночи.

– Спасибо, что уговорила меня участвовать. Мне понравилось. Спокойной ночи и тебе.

Они обменялись выразительными взглядами. Арманд подождал, пока Эви войдет в подъезд, а она задержалась, чтобы проводить глазами машину, увозившую Арманда по неизвестному ей адресу. Он жил в престижном пригороде Мельбурна – там он садился на электричку. Принимая во внимание его детство в богатой семье среди бесценных предметов искусства, а потом годы, проведенные в жестких условиях боевых действий в самых опасных уголках планеты, она не могла представить, какой тип жилья он считает своим домом.

Стряхнув капли дождя с пуховика и шапочки, Эви взлетела на третий этаж, открыла ключом дверь квартиры Зои, и перед глазами возник голый торс Ланса, занимающегося любовью с ее подругой прямо на футоне – ее футоне!

– О господи! Прошу прощения! – Она шарахнулась назад, захлопнула за собой дверь и остановилась на лестничной площадке, с трудом переводя дух.

– Эви! – раздался голос Зои за стеной. – Я не знала, что Ланс вернулся. Это был сюрприз! Я не успела послать тебе эсэмэску или приколоть записку на дверь – все случилось так быстро.

– Все отлично! – махнула рукой Эви в направлении голоса подруги. – Не беспокойся. Я не потревожу вас до утра.

– Не глупи. Возвращайся.

– Не подумаю.

– Где ты будешь ночевать?

В Мельбурне Эви не обзавелась друзьями. Даже те немногие с прошлой работы как-то отсеялись, но ее это не беспокоило: Эви привыкла к одиночеству. Она подумала о том, как многое меняется в ее жизни.

Стараясь говорить уверенно, она успокоила Зои:

– Сниму на ночь номер в гостинице. Без проблем! Побалую себя. Отпраздную поступление на новую работу.

– Уверена? – приоткрыла дверь Зои, завернутая в вязаное одеяло.

– Конечно. Я же поселилась у тебя временно.

Зои шмыгнула носом. Голубые глаза затуманились.

– Думала, ты останешься у меня навсегда, как незамужняя тетя или домашняя кошка.

Эви засмеялась сквозь слезы.

– Мне было хорошо у тебя. Скажи Лансу, чтобы обращался с тобой как с принцессой.

– Он мой принц.

Быстро поцеловав Зои в щеку, Эви отступила.

– Позвоню завтра. Пока, Ланс!

– Пока, Эви, – ответил он.

Закинув рюкзак на плечо, Эви вышла на улицу. Часы показывали десять. Ей ничего не оставалось, как идти пешком на станцию. Мелкий противный дождь проникал под одежду, и к моменту, когда Эви вышла на пустынную платформу, она промокла насквозь. В ботинках хлюпала вода. Засунув ледяные руки глубже в карманы, она остановилась у желтой линии безопасности. По щеке скатилась слеза. Что дальше? Куда идти? Возможно, она успокоила Зои, но, по правде, у нее не было денег даже на самый дешевый отель, потому что все средства уходили на оплату пансионата деда.

Теперь, когда Ланс вернулся, надо искать жилье, а для этого залезть в резервный фонд – в те скромные, предназначенные для критической ситуации сбережения. И вот критическая ситуация наступила. А как иначе? Она же дочь своей матери.

Предсказание в праздничном пироге оказалось верным. Подсознательно Эви ждала катастрофы и готовилась к ней: делала скучную работу, спала на футоне в квартире Зои, потеряла голову из-за мужчины, зная, что никогда его не получит.

Ее мать была полной противоположностью. Она ушла из дома в семнадцать, отказалась от надежной работы, поскольку мечтала стать художницей: рисовала портреты на улице, увлекалась граффити, спала где придется. Потом она влюбилась, забеременела и вернулась к деду, растеряв весь потенциал, потому что слишком торопилась жить. А Эви? Авантюризму матери она предпочла надежность, но все равно жизнь не пощадила ее.

Однако, может быть, все иначе? Она никогда не рискнула бы пройти собеседование в «Гейм План», если бы не скандальный финал прежней работы, жила бы на футоне Зои, если бы не Ланс… Предсказание обернулось не проклятием, а откровением. Теперь все зависит от нее самой. Продолжить двигаться мелкими, осторожными шажками или же отдаться на волю случая и понять, как высоко она может взлететь?

Эви вскочила в двери подошедшей электрички, швырнула рюкзак на сиденье рядом и достала телефон. Повертев его в руках, она глубоко вздохнула и набрала номер. Через три гудка она услышала голос с легким французским акцентом:

– Эви? Что случилось? Ты в порядке?

– Да, прости, что звоню так поздно, но…

– Что?

– Ланс вернулся. Я застала их с Зои… вместе. – Она закрыла глаза, представляя картину. – В общем, я оставила их до утра. Возвращаюсь в город, и… – Она замолчала, не зная, что делать дальше и, вообще, зачем звонит Арманду.

«Приключение», – прошептал внутренний голос. Однако она совсем не уверена, что ее правильно поймет Арманд – одинокий волк, отмеченный шрамами былых сражений далеко за пределами ее скромного жизненного опыта. Пытаясь сохранить гордость, Эви открыла рот, собираясь просить, чтобы он забыл о звонке, но голос в трубке загремел:

– Оставайся на месте. Я разворачиваю машину.

– Я уже в поезде.

– Шла на станцию пешком? Льет дождь!

– Разве? А я думаю, почему я вся мокрая.

Арманд пробормотал что-то по-французски.

– Повтори, – усмехнулась Эви.

– У меня есть свободная комната. Приедешь ко мне.

– Спасибо. Всего на одну ночь. Обещаю. Я знаю, куда ехать, на какой станции ты садишься.

– Эви?

Возможно, мягкое покачивание поезда, ритмичный перестук колес, мокрый шелест дождя за окном усыпили ее бдительность, но Эви продолжала:

– Я запомнила с того первого раза, когда ты сел в мой поезд.

– Правда?

– Помню, во что ты был одет.

– Я сам не помню, так что не смогу подтвердить или опровергнуть.

– В серый костюм, – не сдавалась Эви, заметившая в тот раз, как солнце подсвечивало дорогую ворсистую ткань. – Рубашку в мелкую клетку и зеленый галстук и в тон ему…

– Платок в нагрудном кармане, – дополнил Арманд.

– Я никогда не видела настоящего живого человека с платком в кармане и решила, что это шикарно.

– Шикарно? – усмехнулся Арманд.

– С солидной дозой экстравагантности, порока и опасности.

Тихий, низкого тембра смех в трубке теплой волной прокатился по ее телу.

Поезд притормозил у платформы следующей станции. Эви улыбнулась кучке вошедших пассажиров, занявших места неподалеку от нее.

– Арманд?

– М-м-м.

– Спасибо тебе. Я очень благодарна. Ты даже не заметишь моего присутствия.

– Увидимся, – сказал Арманд после некоторой паузы и дал отбой.

Эви глубоко вздохнула. Это был важный разговор. Эмоциональный. Ей стало понятно, как телефон позволил Зои и Лансу пережить годы разлуки. Сжимая трубку в ладонях, Эви посмотрела в темное окно, но увидела лишь свое отражение: темные волосы, темные глаза, зеленая вязаная шапочка с эмблемой атома. Ей вдруг померещилось лицо матери. Эви помнила его только по фотографиям, но знала, что унаследовала ее овал лица, золотые крапинки на зрачке и улыбку.

В тот вечер, когда Эви открыла спрятанное в пироге предсказание, ей исполнилось двадцать шесть лет. Столько же было ее матери, когда она умерла. В этом было что-то мистическое. Возможно, вселенная направила ей послание, предлагая сделать выбор – бороться или вернуться домой.

Переступив порог, Арманд остановился, наблюдая за Эви, обходившей комнаты. Она провела рукой по гладкой коже дивана, открыла шкафчик в теплой современной кухне, развернулась под люстрой, стянула шапочку с уныло повисшими мокрыми помпонами.

– Тебя Джонатан здесь поселил?

– Не совсем.

Арманд отказался от платы за работу даже в форме оплаты аренды. Вместо этого впервые за год он сделал инвестиции в проект от имени собственной компании, сочтя это хорошим знаком. Арманд знал цену своим услугам и не имел привычки работать задаром, но больше всего он ценил независимость, уверенность, что может уйти в любой момент, если поймет, что сломлен.

– Здесь уютно, Арманд. Совсем иначе, чем я представляла.

– А именно?

– Или четыре голые стены и армейская койка, или маленький Версаль, – улыбнулась Эви своей неотразимой улыбкой.

В этот момент Арманд заметил, как она дрожит. Бросившись к Эви, он потер ладонями ее плечи.

– Ты насквозь промокла.

– Это случается, когда идет дождь.

– Где твой багаж?

– Я отступала в спешке, – напомнила Эви, стуча зубами от холода. – Без вещей, только вот рюкзак при мне.

Арманд повернул ее за плечи в сторону гостевой комнаты с ванной.

– Твоя кровать, – сказал он и почти втолкнул ее в ванную комнату.

– Ух ты! Да она больше, чем вся квартира Зои.

Стащив с Эви рюкзак и куртку, Арманд понял, что сейчас начнет раздевать ее, и отступил. В этот момент Эви повернулась к нему. Мокрые пряди обрамляли лицо. Темные глаза казались еще больше из-за расплывшейся туши. Уголки припухших губ приподнялись над мелко стучащими зубами. Эви глубоко, с хрипотцой, вздохнула. В ее глазах появилось что-то новое – выражение маниакального голода. И тут до Арманда дошло: полагая, что полностью контролирует влечение к Эви, он тешил себя иллюзией. На самом деле это она давала ему время привыкнуть, дать волю воображению и сексуальному желанию, выйти за привычные рамки. А теперь она отпустила тормоза.

Арманд мог поселить ее в гостинице или отправить в офис, где, как он знал, оставались на ночь многие молодые сотрудники. Однако он пригласил ее к себе, потому что не мог оставить в беде, он хотел быть рядом, оберегать и заботиться о ней. Арманд позволил себе чувствовать!

Потрясенный, он нашел силы отступить.

– Я положу одежду на кровать, – пробормотал он и захлопнул за собой дверь.

Удивленная, Эви пожала плечами. Неужели Арманд думал, что она набросится на него? Да он мог бы свалить ее одним пальцем. Она даже вздрогнула от этой мысли.

Оглядевшись, Эви обнаружила электронагреватель и включила его на полную мощность. В тепле она сразу почувствовала себя лучше. Сняв мокрую одежду и ботинки, надолго залезла в горячий душ, вернувший ее к жизни. Потом, завернувшись в махровый халат, Эви вышла в спальню. Она была одна. Не удержавшись, прыгнула в огромную постель и зарылась в подушки. После жесткого футона, на котором она спала несколько лет, мягкий матрас и шелковистые простыни показались ей раем. Она немного понежилась, но, спохватившись, достала из рюкзака телефон, отправила Зои сообщение, что у нее есть крыша над головой.

Эви поглядела на часы и набрала номер. На ферме ее дед был ранней пташкой, но в пансионате стал скорее совой. Он сразу ответил на звонок.

– Неужели это моя маленькая Эви?

– Привет, дед. Слышу шум. Ты где?

– Играю в покер. Всем привет от Эви.

Раздался хор голосов, в основном женских.

– У тебя все в порядке, милая?

– Прости, что не позвонила на этой неделе. Заработалась.

– Хорошо, что много работы. Значит, ты устроена и при деле – это главное.

Эви подумала, что все совсем не так, но не стала огорчать деда. Она расспросила про его друзей и готова была закончить разговор.

– Если я нужна, звони на мобильный.

– Проблемы с городским номером?

– Вроде того, – запнулась Эви.

– Что-то еще хотела сказать, милая? – Голос деда стал мягче. Шум в трубке пропал – он нашел тихое место.

– М-м-м… Вспоминала маму сегодня. Скучаю без нее.

– Я тоже. Это нормально.

– Много думаю последнее время о том, чтобы не повторить ее ошибок. Это тоже нормально?

– О каких ошибках ты говоришь?

– Полюбить не того парня, забеременеть, сбежать домой.

– Знаешь, милая, она никогда не называла это ошибкой. Твоя мать никогда не делала ничего против своего желания, включая твоего отца, твоего рождения и даже возвращения на скучную ферму.

– Я не хотела…

– Знаю. Дома со мной и с тобой она провела лучшие дни своей жизни и подтвердила бы мои слова, если бы ты спросила ее.

Эви стряхнула слезу с ресниц.

– Почему, думаешь, я уговариваю тебя продать ферму? Беспокоишься обо мне? Поверь, мне хорошо в пансионате, и я счастлив, что ты счастлива в городе.

Он все понимал, мудрый старик. Она просто боялась сжечь мосты, чтобы было куда сбежать при первой опасности. Однако теперь все изменилось.

– Спасибо, дед. Возвращайся к игре. Покажи своим дамам, как это делается.

Закончив разговор, Эви почувствовала легкость и тяжесть одновременно. Без сомнения, она переживала поворотный момент в своей жизни.

Услышав легкий стук в дверь, она поправила халат, провела рукой по влажным волосам.

– Входи.

Арманд появился на пороге с аккуратно сложенной фланелевой пижамой.

– Ты не в костюме? – нарочито удивилась Эви.

Уголки его губ дрогнули в ответ.

– Говорила по телефону с Зои?

– Нет, с дедом. Звоню ему раз в неделю, хотя с его общительностью он не очень-то нуждается во мне.

– Сообщила ему, что ты здесь? – перешагнул порог Арманд.

– Не сказала даже, что сменила работу. Он сильный, но далеко не молод. Не хочу, чтобы он волновался.

– Он хорошо тебя знает и не сомневается, что ты не пропадешь.

– Только сейчас начинаю понимать, что, похоже, я одна не верила в себя.

– Что значит – не верила? – поднял бровь Арманд. – Разве ты не упорная и уверенная в себе? В своем таланте? Верная и стойкая, иначе не ушла бы ночью под дождем из дома, чтобы Зои могла побыть с Лансом. Кроме того, ты общительная, красивая и добрая…

У Эви свело горло от переполнявших чувств. Она подошла к Арманду, взяла пижаму из его рук и бросила на кровать.

– Думаешь, я красивая?

Глаза Арманда потемнели, дыхание стало прерывистым. Сердце Эви зачастило.

– Это все, что ты вынесла из моей речи?

– Не только, – пожала плечами Эви. – Мне кажется, дело в том, что я не хотела верить в себя. Была очень осторожна с работой, с людьми. Избегала любого риска.

Размышляя над словами, Арманд пристально смотрел на нее. Он стоял так близко, что Эви разглядела голубые и серые крапинки в темно-синих глазах.

– Рядом с тобой я меняюсь, становлюсь смелее, увереннее, настойчивее. Не знаю почему, – продолжала она, откровенно любуясь высоким темным невозмутимым мужчиной.

– Не догадываешься? – тихо спросил он. – Потому что можешь опереться на меня, и я не сломаюсь.

– Каждый может сломаться.

– Я столько раз был близок к этому, но должен был держаться – слишком много людей зависят от меня, – пробормотал еле слышно Арманд. – Тогда я ушел в себя, занял глухую оборону. Жизнь остановилась до того дня, когда в чужом городе, в поезде, увидел девушку, сотканную из света.

Эви с трудом могла дышать.

– Ты говоришь это, чтобы утешить меня…

– На тебе была розовая шапочка, – продолжал Арманд, протянув к ней руку, чтобы заправить за ухо влажный локон. – Такой цвет бывает только у леденцов.

Эви вспомнила, что надевала такую шапку несколько недель назад.

– Ты засмеялась, когда поезд вошел в поворот, и теплые лучи солнца окутали тебя с головы до ног. Твой смех звучал во мне весь день – первый день на новом месте. Он, как маяк, указывал мне путь. У меня был выбор – замкнуться в сером, холодном мире или идти к свету.

– Арманд, – начала было Эви, но запнулась, не зная, что сказать, кроме правды: – Я никогда не встречала таких, как ты.

– Могу сказать то же самое о тебе, но вот мы вместе, – проговорил Арманд и медленно склонился к ее губам. – Ты этого хочешь, дорогая?

Забыв благие намерения не заводить романов с сослуживцами, Эви поднялась на цыпочки и легко провела губами по его рту. Один раз, потом еще. Дальше Арманд принял инициативу на себя. Взяв в ладони ее лицо, он начал целовать ее сначала долго, нежно, потом все более страстно, до тех пор, пока у Эви не подкосились ноги. Прижимая Эви к себе, Арманд легко подтолкнул ее к кровати. Без размышлений и сожалений, она позволила себе откинуться назад и упасть на мягкое ложе, увлекая его за собой.

Глава 10

Проснувшись утром, Эви сладко потянулась и открыла глаза. Солнечные лучи пробивались сквозь опущенные жалюзи, играя светлыми зайчиками на высоком с лепниной потолке. Она повернула голову к соседней подушке, но не обнаружила Арманда. Аромат свежего кофе указывал на то, что он где-то рядом. Прижав к себе подушку, Эви зажмурила глаза, и события прошлой ночи развернулись в памяти, как лента кино: влажная кожа Арманда под ее руками, горячий рот на ее теле, защитное кольцо его рук, когда она засыпала. Готовая снова впасть в сладкое забытье, Эви заставила себя слезть с кровати и переместиться в горячий душ.

Только когда настал момент одеваться, она вспомнила, что у нее нет ничего, кроме вчерашней футболки, – серьезный повод сгореть со стыда на работе. Она быстро набрала номер Зои, чтобы та прихватила в поезд смену одежды, однако та опередила ее. Сообщение от подруги гласило:

«Извини за вчерашнее. Спасибо тебе. Я взяла отгул – не могу встать с кровати».

Надо найти другой выход. Вывернув футболку наизнанку и надев задом наперед, Эви понадеялась, что никто не обратит внимания.

Арманд был уже одет, только пиджак висел на стуле. Облокотившись на кухонную стойку, он читал настоящую бумажную газету. У Эви перехватило дыхание. Чем она заслужила такого мужчину?

Впрочем, разве он принадлежал ей? Ни в коем случае! Они провели вместе ночь – самую прекрасную, нежную, удивительную ночь ее жизни. Что бы ни произошло дальше, ей надо помнить: он уедет во Францию, когда закончится работа. Другими словами, часы тикают, время ограничено. Надо быть сильной, пока Арманд с ней, а потом спокойно посмотреть ему вслед, когда он будет уходить, – это будет последний этап ее трансформации. Она начнет свою собственную, настоящую жизнь.

Вероятно, она вздохнула, потому что Арманд услышал ее и поднял голову. Глаза блеснули.

– Доброе утро, Эви, – улыбнулся он, и она, как идиотка, улыбнулась в ответ.

Арманд поднес ей тарелку с круассанами. Эви взяла один, нет, два и надкусила. Он поцеловал ее в голову.

– Кофе? – потянулся он к кофемашине.

– Позволь мне, – попросила она, замечая, с каким усилием он уступает лидерство, разрешая заботиться о себе.

– Давай.

Легко разобравшись со сложной машиной, Эви приготовила эспрессо и протянула Арманду его чашку.

– Мерси.

– К твоим услугам, в любое время, – ответила она.

Взглянув через плечо, Арманд тихо выругался по-французски и кивнул на часы. Эви проглотила кофе одним обжигающим глотком и заметалась в поисках куртки, шапки, обуви.

– Арманд, ты не видел моих… Ох, вот они, – сказала Эви, обнаружив тепленькие вычищенные ботинки перед камином. – Люблю тебя за это.

В наступившей мертвой тишине она подняла голову. Арманд как-то странно смотрел на нее.

– Я не имела в виду…

– Знаю.

– Как-то само вырвалось, – словно оправдывалась Эви. – Мы едва знакомы. Может, у тебя жена и дети в Париже. Откуда я знаю? Наверное, об этом надо спрашивать до того, как ложишься в кровать с кем попало.

Арманд ждал, когда она договорит.

– Не с кем попало, конечно, – поправилась Эви. Впрочем, если бы ей предложили всех мужчин земного шара, она бы выбрала только его. Конечно, ему не надо знать об этом.

– Не женат. Вернее, разведен. Детей нет.

– Правда? – подняла брови Эви. – Разведен? Что случилось?

Судя по его взгляду, Арманд не собирался развивать тему, но почему-то передумал.

– Я разочаровал ее. У меня есть такой недостаток – разочаровывать всех, кто меня любит.

У Эви перехватило дыхание.

– Неправда.

– Поверь мне. Люсия приходилась тетей той маленькой девочке, которую мы спасли. Она решила, что моя жизнь полна опасности и героизма. Ей казалось это очень романтичным. После пяти лет военной жизни мне захотелось возвращаться в дом, где меня ждут. Она не простила меня за то, что я не хотел играть роль героя. Так же как раньше моя семья не простила за то, что я отказался быть примерным сыном и не продолжил дело Акционерного дома Дебюсси.

Эви замерла с курткой в руках.

– Не могу понять. Почему они так ошибались? Ты не создан, чтобы играть роль, во всех смыслах. Герой – избитое понятие, не буду даже обсуждать это. Но те, кто знает тебя, как могут быть разочарованы? Хотела бы я послушать этих людей.

Пристальный взгляд Арманда проникал в душу. Эви потребовалось неимоверное усилие, чтобы задать следующий вопрос:

– Где сейчас твоя жена, Арманд?

– Ее убили около года назад.

Чтобы сдержать стон, Эви прижала ладонь к губам.

– Господи, Арманд, какое горе.

Поправив часы на руке, Арманд заговорил:

– Мы расстались за несколько лет до этого. Однажды она упаковала чемодан и ушла, а я даже не подумал остановить ее. В прошлом году на семейном ужине мы оба посетовали, что не расстались сразу. Спустя неделю ее ограбили на улице. Ударили ножом, когда она стала сопротивляться. Она умерла от потери крови до того, как приехала «скорая».

Неудивительно, что Арманд был в депрессии – винил себя в гибели жены. Эви шагнула к нему.

– Смелая женщина. Она вела себя героически. Возможно, она бы вернулась к тебе…

– Нет, – покачал головой Арманд. – Наш союз возник в редкую минуту слабости.

Сердце Эви сжалось от боли. Что происходит с ними? Неужели, оглянувшись назад, он скажет то же самое про нее? Чтобы разрядить обстановку, она сменила тему.

– Так вот как Джонатан завлек тебя. Воспользовался редкой минутой слабости?

– Возможно, – усмехнулся Арманд.

– Все к лучшему. То есть я не имею в виду события, что предшествовали… Мне очень жаль, что твоя семья не понимает тебя. Ладно, молчу. – Однако через секунду Эви призналась: – Я тоже одна, если тебе интересно.

Она приказала себе замолчать, но не удержалась от замечания:

– Хочу, чтобы ты знал, что вчера приехала к тебе не за тем… что случилось ночью.

– А я предложил тебе комнату не ради того… что случилось ночью.

Многозначительные паузы заставили Эви вспомнить о мятых простынях, жарких объятиях, страстных вздохах.

– Если хочешь, пожмем друг другу руки, вернемся в наш маленький офис и забудем о том, что было.

– Но это было, – сказал Арманд.

– Без сомнения.

– Сама сказала, что я не создан для игры. Не умею притворяться. Лучше не начинать.

– Договорились, – не сдержала улыбку Эви.

– Мы опаздываем, дорогая. Бери свои вещи.

Эви оглянулась проверить, не забыла ли чего.

У нее не было уверенности, что она вернется в это место. Сердце сжалось от грустной мысли. Но скучать она будет не по уюту квартиры.

Арманд ждал ее возле двери, резко потянул и прижал к себе. Эви успела заметить, что он закрыл глаза, завладев ее губами в страстном поцелуе. Она потеряла ощущение реальности и едва удержалась на ногах, когда Арманд отпустил ее.

– Останешься на эту ночь, – почти приказал он.

– Не беспокойся. Поговорю с Зои. Может, поживу у нее, пока не найду жилье.

– Как долго Ланс отсутствовал? – Взгляд Арманда был красноречив.

– Тогда найду дешевый отель на окраине.

– Нет необходимости.

– Я не могу остаться у тебя, Арманд. Посмотрю на доске объявлений в офисе, может, кто-то сдает комнату. Вот, Джейми, например… – Она пискнула, когда Арманд сжал ее руку.

– Даже не думай. Останешься у меня. Решено?

– Решено, – согласилась Эви, чувствуя себя на седьмом небе.

Когда Арманд направился в сторону станции, Эви спросила:

– Сегодня не будет лимузина с шофером?

– Мне нравится поезд.

– Честно? Что-то вроде испытания или изучение местных нравов? – уточнила Эви, подумав, что поезду предпочла бы автомобиль.

– На поезде дорога кажется короче, – заметил Арманд. – Тишина в машине угнетает.

– Не любишь оставаться наедине со своими мыслями?

Взглянув на нее с удивлением, он признался:

– Да, предпочитаю белый шум.

Не задумываясь, Эви взяла его под руку. Арманд тесно прижал к себе ее локоть. Ей показалось, что в этом было что-то французское – никакого позерства, но абсолютная уверенность в себе.

– Мне нравится видеть одних и тех же людей каждый день. Словно мыльная опера – ты становишься свидетелем их жизни.

Согласно кивнув, Арманд провел ее через турникет к подошедшему поезду. В вагоне оба их места были свободны, но они предпочли занять места в другом ряду.

– Утомленная мамаша, – кивнул Арманд.

Эви посмотрела на женщину через проход.

– Даешь им определения? Я тоже это делаю!

Признаться, определение «утомленная» было гуманнее, чем «измученная», придуманное Эви.

– А что скажешь об этих парнях? – Она указала на уткнувшихся в телефоны школьников.

– Я называю их угроза-нашему-будущему.

– Ты был таким же в четырнадцать лет, – засмеялась Эви.

– Никогда таким не был.

Пожалуй, она готова поверить. Иначе откуда у Арманда такая самоуглубленность? Неужели мрачные жизненные перипетии наложили отпечаток и сформировали суровый, твердый, непреклонный характер? Не это ли привлекло ее? Такой мужчина никогда не разобьет сердце женщины, просто потому, что не захочет владеть им.

Поймав ее взгляд, Арманд поднял бровь. Он словно видел ее насквозь и без труда читал мысли.

– Думаешь, они тоже придумывают нам клички? – спросила Эви.

– Вполне возможно.

– Что бы это могло быть? Вероятно, меня называют девушка-в-вязаной-шапочке или… постой-ка, как ты меня назвал?

– Девушка-бьющая-в-цель.

– Точно! Наступила тебе на ногу, – напомнила Эви.

– Ударила в солнечное сплетение.

– Думала, ты забыл.

– Никогда.

Наступила уютная тишина, которую нарушил Арманд.

– А как ты называла меня?

На сей раз Эви попалась в собственную ловушку. Никогда она бы не призналась, что звала его красавчик-в-крутом-прикиде или, спаси господи, – бойфренд-попутчик. Она судорожно придумывала что-нибудь правдоподобное.

– Человек-с-книгой. Ты был человек-с-книгой.

– М-м-м, – пробурчал Арманд. – Неплохо.

Зимнее солнце освещало граффити на ограде аллеи, ведущей к офису Монтроуза. Арманд никогда не замечал рисунки, да и аллею тоже. Раньше все сливалось в один скучный серый фон, бесформенные силуэты, но сегодня…

– Чувствуешь аромат кофе и свежих тостов?

Эви кивнула в сторону кафе, возникшего в стене рядом.

– Оно всегда здесь было?

– Да, насколько я помню.

Арманд машинально кивнул, потому что целиком погрузился в мир ощущений и звуков: птичий щебет, шорох шин по мокрому асфальту, солнечные блики на куртке Эви… Он поднял руку к горлу и понял, что забыл дома галстук.

– Постой, – дернула его за рукав Эви. – Еще пару слов по поводу этого.

– Этого? – не сразу понял Арманд.

– Между нами, – махнула рукой Эви. – Там, в квартире, все было понятно, но здесь… – Она взглянула на здание. – Когда зайдем, давай сделаем вид, что все нормально.

– Нормально?

– Я тебе мешаю, ты меня ругаешь.

– Так и есть.

Она расхохоталась, удивляя его мгновенным переходом из одного состояния в другое.

– Ну, правда. Я так старалась убедить парней, что такая же, как они. Если узнают, что мы с тобой…

Арманд потянул за ворот ее футболки, надетой задом наперед.

– Боишься, что это повредит твоему имиджу?

– Ты серьезно? Как раз наоборот. – Эви закрыла лицо руками, тряхнула головой так, что волосы рассыпались по плечам. – А как же Джонатан? Я потеряю его уважение.

Уверения Джонатана в том, что личная жизнь сотрудников ему безразлична, неожиданно всплыли в памяти Арманда.

– Эви, не собираешься ли ты ограбить компанию? Нет? Я так и думал, – усмехнулся он. – Или, быть может, станешь хуже работать из-за этой ночи?

Она на миллиметр раздвинула большой и указательный пальцы. Арманд засмеялся. Когда он смеялся в последний раз? Да он не помнил, когда улыбался.

– Не смеши меня. Это никого не касается, включая Джонатана. Но если ты настаиваешь, чтобы мы сомкнули губы…

Эви энергично закивала, но при этом взглянула на его губы. Ее открытое лицо сказало все, о чем он хотел знать.

– Я согласен, – сказал Арманд. – Вы, австралийцы, такие чопорные.

Прищурив глаза, Эви быстро оглядела аллею, приподнялась на цыпочки, крепко поцеловала его в губы и нырнула в дверь офиса.

Досчитав до тридцати, Арманд поискал глазами видеокамеру, записавшую, без сомнения, весь их разговор, приветственно помахал рукой, открыл дверь и пошел работать.

– Дружище, – остановил Арманда Джонатан, выходя из своего офиса.

– Доброе утро.

– Эви только что пронеслась мимо, словно за ней гонится дракон. Все в порядке?

– Да, насколько я знаю.

Секунду Джонатан внимательно смотрел на Арманда.

– Отлично. Как вчера все прошло?

Ошарашенный, Арманд не сразу понял, что друга интересует испытание в лабиринте.

– Корпоративная шпионская игра? Так себе.

– Слышал, ты расколол ее как орех. Джейми всем растрезвонил сегодня утром. Думаю, кто-то влюбился.

Арманд вздрогнул:

– Только заметил? Он не сводил с нее глаз с первого дня.

– Это я про тебя, – усмехнулся Джонатан. – Мальчишка хочет стать таким, как ты, когда вырастет.

Глубоко вздохнув, Арманд сосчитал до трех:

– Ладно. Пойду работать.

– Не спеши. Всему свое время. О чем мы говорили? – подмигнул Джонатан.

– О том, что ты никогда не повзрослеешь.

– Точно.

Не сговариваясь, они поглядели вниз в «загон для быков», вспоминая дни в университете, когда были юными и легкомысленными. Оба избегали мыслей о каникулах в Турции: тогда они стали взрослыми за одну ночь.

Снова Арманд слушал вполуха, но по иной причине. Нервы напряглись и дрожали, как струны: что-то в словах Джонатана насторожило его. Он сказал «не спеши, всему свое время». Разве этот человек не умолял Арманда скорее приехать и помочь срочно найти ошибку в готовой к запуску программе? А теперь «всему свое время»? Боковым зрением Арманд видел суетливые движения рук, переступание с ноги на ногу, отведенный взгляд.

Черт побери! Джонатан что-то скрывал. Зная Джонатана, можно предположить что угодно: новую женщину, новый проект, но тут было другое.

– Все в порядке?

– Конечно. Почему ты спрашиваешь? – улыбнулся Джонатан.

Арманд решил не углубляться в тему, пока не соберет достаточно улик.

– Да так. Пойду, пожалуй.

– Иди и разберись с ними, ковбой.

Стоя в ожидании поезда на платформе рядом с Армандом, Эви наблюдала, как тот отправляет сообщения со своего древнего кнопочного телефона. Зрелище было мучительным, и она оставила его в покое. Арманд все больше хмурился. Наконец Эви не выдержала:

– Не хочешь сказать, какая муха тебя укусила?

Он дернул плечом и отошел дальше по платформе. Эви закатила глаза и последовала за ним, не позволяя замкнуться в недрах темной ментальной пещеры. Однажды ей удалось вызволить его оттуда, почему не попробовать еще раз?

– Арманд, что случилось?

– Ничего особенного.

– Не верю.

– Мне нечего добавить.

– Теперь всегда будет так? – вскинула руки Эви. – Я не собираюсь прятаться от тебя в твоей же комнате. С таким же успехом могу делать это у Зои.

Оторвавшись от телефона, Арманд привлек ее к себе, но в этот момент раздался звонок. Взглянув на Эви с выражением, близким к отчаянию, он ответил на вызов.

– Джонатан, я пытался дозвониться до тебя весь чертов день. – С этими словами он отвернулся от нее и снова шагнул в сторону.

Эви ничего не оставалось, как наблюдать за ожидающими поезда пассажирами. Внимание привлекли двое малышей, гонявшихся друг за другом по платформе возле замученной мамы. Третий ее младенец спал в коляске среди пакетов с продуктами. Арманд по-прежнему говорил по телефону, не сводя с бегающих мальчишек настороженных глаз, словно готовый к прыжку тигр.

Один из карапузов приближался к желтой ограничительной линии у края платформы, а другой… Эви шагнула вперед – в ней боролись два инстинкта: провинциалка готова была вмешаться, а горожанка привыкла не реагировать на чужие проблемы. Асфальт под ногами задрожал от приближающегося поезда. С этой секунды все происходило как в тумане. Первый малыш остановился у черты, а второй обогнал его и с разгону кувыркнулся вниз на рельсы. Раздался крик – возможно, кричала Эви. В паническом ужасе она рванулась, чтобы подхватить другого ребенка. Но Арманд опередил ее: он уже летел к краю платформы. Полы его пальто развевались за спиной, как крылья.

Дальнейшие события поплыли кадрами замедленной съемки. Подхватив малыша, Арманд передал его в руки оказавшегося рядом мужчины. Оглянувшись на тоннель, откуда уже выполз грохочущий поезд, он спрыгнул с платформы. У Эви подкосились ноги, но, даже упав на колени, она ползла вперед, собираясь последовать за Армандом. В этот момент краем глаза она заметила обезумевшую мать с открытым в безмолвном крике ртом. Вскочив на ноги, нечеловеческим усилием Эви остановила рыдающую женщину, готовую броситься за сыном под колеса электровоза.

Раздался вой сирены и оглушительный скрежет тормозов: заметив прыгнувшего на рельсы Арманда, машинист безуспешно пытался остановить тяжелый состав. Эви крепко зажмурилась, прежде чем ее накрыла волна спрессованного воздуха от движущихся мимо вагонов. Прошла вечность, прежде чем поезд наконец остановился. Открыв глаза, Эви увидела, что двери не открылись, но люди в вагоне взволнованно указывают пальцами на виновника суматохи и воя сирены. Через прозрачные окна поезда Эви увидела на дальней платформе Арманда. Наклонившись вперед и уперев руки в колени, он тяжело дышал.

– Они спасены, – задыхаясь, пробормотала Эви, схватив женщину за руку. – Оба. Все в порядке.

– Правда?

– Смотрите, – указала Эви на противоположную сторону, где дежурная по станции в синей униформе держала на руках плачущего двухлетнего малыша.

Женщина зарыдала от счастья и облегчения.

Мужчина, которому Арманд сунул первого малыша, подошел, чтобы передать его матери. Та, в шоковом состоянии, схватила ребенка, забыв слова благодарности. Обменявшись с незнакомцем понимающими взглядами, Эви пожала плечами и пробормотала:

– Вы даже не представляете.

Прошла еще вечность, прежде чем двери поезда открылись и пассажиры высыпали на перрон, хотя сирена продолжала выть. Эви с трудом разглядела через окна поезда служащих вокзала в темной униформе, направлявших людей к выходу. Арманд отдавал распоряжения, как генерал на поле боя. Когда пассажиры покинули платформу, сотрудники охраны по очереди подходили к нему, жали руки, хлопали по плечу.

Сквозь мутные окна поезда Арманд увидел Эви. Штормовая синева его глаз… прояснилась. Он расправил плечи, дыхание выровнялось. Арманд словно очнулся после наркоза. Эви знала, что Арманд отказывался считать себя героем – он просто выполнял свой долг. Она не будет настаивать, но для нее он настоящий герой.

Вместе с незнакомцем Эви помогла матери с детьми и коляской дойти до лифта, чтобы перейти на другую платформу, куда уже прибыла полиция для расследования происшествия и составления протокола. Эви сразу увидела в толпе Арманда – высокого, темного и невозмутимого. Ей хотелось броситься ему на шею, но грозный вид блюстителей закона с оружием остановил ее. Впрочем, Арманд сам направился к ней.

– О чем ты думала?

– Не поняла?

Взяв ее за локоть, он отвел Эви за поворот лестницы.

– Ты собиралась сама прыгнуть за ребенком.

– И что?

– Ты бы погибла.

– Но ты сделал это.

– Я прошел специальную тренировку.

– Правда? В Иностранном легионе вас учили вытаскивать детей из-под колес поезда?

– Не смешно.

– Это не шутка. Мне бы стоило закатить истерику, но я не стану, потому что ты великолепен, – сказала Эви и замолчала, вовремя вспомнив о бывшей жене Арманда, зацикленной на его геройстве. Она просто счастлива, что он остался жив.

Ни слова не говоря, они спустились вниз и вышли на улицу, где их уже ждала машина.

Они не обменялись ни словом, пока ехали в машине. Напряжение ощущалось почти физически, окутывая их, как мираж. В квартире наступила разрядка: прижав Эви спиной к стене, Арманд впился в ее губы. Они целовались как последний раз в жизни, пока хватило дыхания. Запрокинув голову, Арманд взглянул в глаза Эви: такой бури чувств он не видел в жизни – страсть и вожделение, тревога и страх.

Арманд ждал продолжения начатой на вокзале дискуссии – так подсказывал опыт. Однако голос Эви был тихим, чувственным, хрипловатым, когда она сказала:

– Отнеси меня в кровать.

Тут Арманд не выдержал:

– Ты напугала меня до смерти, Эви.

– Знаю.

– Мне самому было страшно.

– Как это?

– Мне давно не приходилось работать в полевых условиях и не было уверенности, смогу ли снова… Но с тех пор, как… в общем, из-за тебя что-то вернулось. Только благодаря тебе я понял, что могу приносить пользу.

– При чем тут я? Ты спас мальчика. Он жив.

– А я жив благодаря тебе.

Эви сумела пробудить в нем человеческие чувства: любовь, сострадание, надежду, которые он пытался похоронить в себе. Она заставила его глядеть в будущее, а не оглядываться назад, сожалея о прошлых ошибках.

– Арманд, – прошептала она.

Губами он стер слезу с ее щеки, поднял на руки и отнес в свою постель. Никогда раньше любовный акт не доставлял ему большего блаженства. Арманд сделал все, чтобы Эви испытала такие же чувства.

Глава 11

Проведя все выходные в постели, к понедельнику Эви сумела взять себя в руки. Она попыталась сосредоточиться на работе, хотя это было нелегко: за соседним столом сидел Арманд. Настольная лампа освещала мрачное лицо – он был не в настроении. Эви не возражала. Она могла с уверенностью сказать, что два прошедших дня она чувствовала себя самой желанной и счастливой: никогда в жизни никто не проявлял к ней столько нежности, внимания, заботы и понимания, как Арманд.

– У тебя все в порядке? – спросила она, но не дождалась ответа – Арманд снова замкнулся в себе. Пару недель назад она бы смирилась с чем угодно, но не теперь. Разве не он показал ей, что это не единственный путь.

Эви поняла, что готова пойти на риск. Она может закрыть глаза и прыгнуть в неизвестность. Пусть она упадет, но падение – тоже форма жизни, часто ведущая к успеху.

– Арманд, если ты немедленно не объяснишь причину мрачности, то я сама придумаю ее.

Его глаза на секунду вспыхнули, но сразу погасли.

– Как ты это представляешь?

– Начну кричать, топать ногами, позову Джонатана…

Наступила гнетущая тишина, отчего холодок пробежал по спине Эви. Она заметила бумагу, зажатую в руке Арманда.

– Что ты нашел?

– Ничего.

Прошло несколько секунд, прежде чем Эви поняла смысл слова. Смутные догадки и подозрения выстроились в четкую картину.

– В программе нет ошибки, правильно?

Арманд медленно кивнул.

Эви стукнула ладонями по столу.

– Ха, я знала это. Странно было, что я ничего не нашла, кроме мелких погрешностей в коде. Думала, что программа слишком заумная или я отвлекаюсь из-за тебя. Знаешь, ты умеешь создавать помехи, – засмеялась она. – Теперь могу успокоиться на этот счет. Что будем делать?

– Ничего.

– Надо сказать Джонатану. Он будет доволен.

Арманд ничего не ответил, только крепче сжал листок бумаги, так, что побелели костяшки пальцев. Наконец до Эви дошло.

– Он знает. И всегда знал. – Она всплеснула руками. – Зачем он это сделал? Проверить, как скоро мы поймем?

Чувствуя, что закружилась голова, Эви плюхнулась на диван.

– Вау! Это значит?.. – запнулась она. – Все кончено? Контракт. Проект. Наша команда. «Один за всех, и все за одного».

Арманд смотрел на нее. Взгляд не грустный, не злой – пустой.

Эви похолодела.

– Ты знал, не так ли?

– Начал догадываться.

– Когда?

– Пару дней назад.

– Пару дней?

– Мы ничего не нашли. Все чисто. Стерильно. Как виртуальные игры – похоже на правду, но неправда.

– Почему ты мне не сказал? Вчера? Сегодня в поезде?

Не мог понять смысла? Нет, только не Арманд. Что он ответит?

– Потому что это моя вина.

– Господи, только не это, Арманд. Не сейчас.

Она поднялась с дивана, подошла к столу Арманда и присела на угол.

– Все может случиться. Женщина может забеременеть, полюбить неподходящего мужчину, умереть от аневризмы, не дожив до тридцати. Не важно, что ты умный, тренированный, сильный, но ты не можешь защитить всех от всего. Если кто виноват, то это Джонатан.

Протянув руку, она нажала на телефоне Арманда красную кнопку и крикнула:

– Джонатан!

– Чем могу быть полезен, мисс Крофт? – промурлыкал его голос.

– Приходите сюда, и я скажу, чем именно.

– Буду через минуту.

– Вот видишь, – посмотрела она на Арманда, – через минуту все станет понятно.

– Эви, – сказал Арманд со странным выражением лица. Он поднялся из-за стола, подошел к ней.

Дверь распахнулась, вошел Джонатан с чашкой кофе в руке. Стоя рядом с Эви, Арманд встретил его загадочной улыбкой.

– Чем могу помочь?

Не дожидаясь возможной реакции Арманда, Эви спросила напрямик:

– Мы хотим знать, почему вы заставили нас искать ошибку в программе, если ее там нет.

– О чем вы?

– Джонатан, – обрел голос Арманд. – Пора положить этому конец.

После неловкой паузы Джонатан, глядя на Эви, начал хлопать в ладоши:

– Отлично сработано!

Она отказалась принимать комплимент от теперь уже бывшего кумира на свой счет.

– Это Арманд. Он давно понял ваш трюк.

– Не сомневаюсь. Умнейший человек. Давно, говоришь? Почему же он до сих пор не сказал мне?

В одну секунду Арманд встал между Джонатаном и Эви.

– Ты знаешь почему.

– Тогда скажи мне. Нет, лучше скажи ей.

Эви чувствовала подтекст в обмене репликами.

– Сказать мне что?

Глубоко вздохнув, Арманд повернулся к ней, загородив от Джонатана.

– Не сказал, поскольку это означало, что все кончено.

Эви проглотила комок в горле. Как ни тяжело, но она была готова к неизбежной разлуке и ожидала ее, чтобы начать с чистого листа.

– Мило с твоей стороны, Арманд, но я знала: когда мы закончим проект, ты вернешься домой.

– Ты не поняла. Все кончено для тебя. Джонатан взял тебя не потому, что увидел твои возможности. Он дал тебе работу из-за меня.

– Не понимаю.

– Он знал, что я в плохом состоянии, что замкнулся в себе. Он пригласил меня сюда, чтобы вернуть к жизни, но ничего не получалось до того дня, когда ты вошла в его офис. Помнишь? Увидев нас вместе, он немедленно нанял тебя.

– Ты знал об этом и все равно согласился?

– Думал, он немного увлекся. Убедил себя, что ему лишь привиделась искра, которую он заметил между нами. Я ошибся.

С силой оттолкнув Арманда, Эви шагнула к Джонатану Монтроузу, ее боссу, ее бывшему герою. Ей хотелось ударить его изо всех сил.

– Это правда? Наняли меня как приманку?

Джонатан сделал глоток кофе, прежде чем ответить:

– Мне показалось, что вы готовы к плодотворному сотрудничеству. Теперь нам всем следует признать, что мой план сработал как нельзя лучше.

Дикая ярость охватила Эви. Перед глазами поплыли красные круги. Не отдавая отчета, она прыгнула вперед, размахивая кулаками. Арманд успел подхватить ее, оторвав от пола.

– Пусти меня, – вопила она. – Ты готов иногда задушить его голыми руками. Теперь это сделаю я. Пусти меня.

– Нет, – успокаивал ее Арманд. – Убить его мало. Пусть помучается.

Уголки его губ дрогнули. Он улыбнулся ей обезоруживающей улыбкой, словно видел в Эви необъяснимое чудо природы. Когда она обмякла в его руках, он тесно прижал ее к себе. Тело Эви мгновенно отреагировало, кожа стала теплой, сердце дрогнуло.

– Пошел он к черту, – тихо пробормотала она. – Не уходи.

Да, она не хотела, но произнесла эти слова. Как бы Эви ни уговаривала себя, что готова отпустить Арманда, она была слишком слаба для этого.

– Останься, – повторяла она, – останься.

Потом Эви сделала ошибку, взглянув в глаза Арманда. Она увидела лишь вожделение и сожаление. Она отстранилась. Ей хотелось зарыдать. Он не любил ее. У него и в мыслях не было остаться с ней. Разочарование сдавило, как стены обрушившегося дома.

– Мне не нужны твоя жалость, Арманд, и твоя защита. Я тверже, чем выгляжу. – Эви вдруг почувствовала, как силы возвращаются к ней. – Я сирота, деревенщина, у меня хорошее образование и способности. Не важно, что меня ждет. Если упаду, то снова встану на ноги, потому что хочу этого.

– Знаю, – произнес он глухо, с неподражаемым французским акцентом, почти лишившим ее решимости. – Ты самая сильная, нежная, бесстрашная женщина, которую я знаю.

«Тогда останься, – мысленно молила Эви, – борись за меня, люби меня».

– Но каждый раз, когда подпускаю кого-то близко, я причиняю боль. Разве ты сама не убедилась? Во всем, что случилось, только моя вина. Прошу простить меня.

Он любил ее и только что признался в этом. В глубине души она знала это, потому что читала его улыбки, взгляды, мысли и чувства так, как никогда никого другого. Однако его слова лишили ее надежды.

– Я тоже люблю тебя, но для меня любить – это значит быть вместе. Когда тебе кто-то предлагает нежность, заботу, любовь, ты отталкиваешь их, говоря себе, что боишься отравить жизнь этим людям. На самом деле ты просто боишься.

Сглатывая слезы, Эви обошла Арманда и протянула руку Джонатану:

– Спасибо, мистер Монтроуз! Вы подтолкнули меня, заставили пойти на риск и преподали урок. Арманд, спасибо за новый опыт.

Она схватила рюкзак, шапочку, клавиатуру и бросилась к двери.

– Можешь быть свободна до конца дня, Крофт, – сказал Джонатан. – Ты заслужила.

– Спасибо. Мне понадобится время, чтобы найти новое жилье и работу.

За спиной она услышала растерянный голос Джонатана:

– Что произошло? Не понял.

– Она уволилась, дурак. Тебе повезло встретить лучшую женщину на свете, а ты даже не догадался.

Джонатан повысил голос, словно крича ей в спину:

– Может, тебе стоит посмотреть в зеркало и повторить это самому себе?

Сбегая вниз по лестнице, Эви слышала за собой шаги. Арманд без труда догнал ее, схватил за локоть и повернул к себе лицом.

– Эви, не делай этого.

– Чего именно?

– Не бросай, не подумав.

– Тебя? Меня? О чем ты? – Она прекрасно понимала, что имеет в виду Арманд, но хотела услышать его ответ. Неужели он готов так легко отказаться от всего, что связало их за пять прошедших дней? Эви не хотела верить.

– Не отказывайся от этой возможности. Я предупреждал, что тебя съедят здесь живьем, но ошибся. Тебя ждет успех. Джонатан, коварный манипулятор, но он лучший в своем деле. Используй его. Он даст тебе все, что захочешь.

Эви толкнула Арманда в грудь.

– Мне не нужен Монтроуз, чтобы получить то, что я хочу. Если ты не понял…

Она рискнула, прыгнула дальше, чем могла представить, и… упала. Падение было жестоким. Болезненные ушибы ощущались везде: пострадали самолюбие, голова, сердце и многие другие органы. Она надеялась на прорыв в будущее, но сделала ставку на мираж.

Эви вышла на улицу под сияющее голубое небо Мельбурна, но поняла, что покончила с этим городом. Ей не удалось покорить его, как она ни старалась. Оставалось единственное место, которое поможет залечить раны.

Пора возвращаться домой.

Глава 12

Загородный пансионат для престарелых, где жил дед Эви, сверкал огнями. Здесь не гулял ветер, продувая старые стены, как на их ферме. Центральное отопление было надежнее, чем дровяной очаг. А главное – здесь собрались люди его возраста.

Судя по разноцветным воздушным шарикам под потолком, праздновали чей-то день рождения. Эви увидела деда в толпе в тот момент, когда он увидел ее.

– Здравствуй, Эви, милая! – закричал он и поднес тарелку с пирожными. – Садись с нами.

Падая в объятия деда, Эви чуть не разрыдалась. Вокруг нее немедленно собрались женщины. Она знала, почему они так взволнованы – пора раздавать им связанные для них шапочки. Женщины ахали и охали, разглядывая помпоны, кошачьи ушки и восхищаясь яркими цветами.

– Надеюсь, ты не потратила все свободное время на вязание шапочек для этой толпы? – забеспокоился дед.

– Замолчи, – тепло улыбнулась ему одна из женщин и потрепала по руке.

Эви решила расспросить о ней позже.

– Нет, конечно. Много работала, общалась с друзьями. Все, как ты хотел.

– Как Зои?

– Ланс вернулся насовсем и переехал к ней. Оба счастливы.

– А ты нашла того, с кем будешь счастлива?

Эви нашла силы улыбнуться:

– Давай поговорим о тебе.

За столом сразу зашумели, делясь новостями. Боль отступила. Эви убедилась, что в окружении друзей дед чувствует себя лучше, чем она предполагала. Возможно, настанет день, когда у нее тоже наступит мир в душе. Но не сегодня.

Осматривать ферму Эви отправилась на старом дедовом грузовичке. Она помахала Стиву, арендующему их землю. Он много раз предлагал выкупить ферму, но Эви отказывалась, не желая лишать деда возможности вернуться сюда. Это, впрочем, было маловероятно. Однако, подъехав к старому дому, она поняла, что сохранила землю для себя как последний рубеж обороны.

– Эви, – кивнул Стив. – Останешься? Твоя бывшая комната свободна.

Подумав, Эви решилась, хотя первоначально планировала только сбежать из города.

– Спасибо за приглашение. Останусь на ночь.

Эви спала как убитая и проснулась в девять часов, когда дом был уже пуст. Стив чинил забор, дети ушли в школу, Стейси, жена Стива, на работу в ближайший супермаркет. В оставленной на столе в кухне записке радушные хозяева предлагали ей приготовить себе завтрак из фермерских продуктов в холодильнике.

Намазав масло и джем на горячий тост, она наслаждалась забытым вкусом и размышляла о том, чем могла бы заняться, если бы решила остаться. Можно учить стариков пользоваться Интернетом, чинить компьютеры, обслуживать онлайновые программы местных магазинов.

Их городок был чудесным – тихим, спокойным, живописным, но Эви уже не чувствовала его родным. Арманд не оправдал доверия, но изменил ее. Он показал ей, что такое чувство долга, дух соперничества и стремление к победе, что такое мужество и воля стоять за правое дело. После этого Эви не могла отступить: она готова преодолеть все препятствия, совершать ошибки, набивать синяки, но принять вызов, потому что это и есть настоящая жизнь. Она больше не будет ждать ни дня, чтобы начать жить.

Зажав тост зубами, Эви взяла со стола записку, перевернула и написала:

«Стив, если ты готов купить ферму, она твоя».

Она мгновенно почувствовала облегчение, словно сбросила последние оковы прошлого. Теперь стоило задуматься о первостепенных планах. Чего она хочет и как это получить?

Первой строкой в этом списке стоял красавчик-в-крутом-прикиде. Арманд принадлежал ей, а она принадлежала ему. Ему нужно больше времени, чтобы осознать это, потому что он упрям, недоверчив и потому что он мужчина. Эви знала: он чувствует то же, что она. Он признался в этом, только в своей манере.

Хотя Арманд не называл себя героем, но считал своим долгом в одиночку спасать всех от всего. Если что-то не получалось, он всегда брал вину на себя. По этой причине он отпустил ее. Не потому, что не любил, – как раз наоборот.

Ее задача – показать, что теперь он не один. Она будет рядом, чтобы поддерживать его, залечивать душевные травмы, держать за руку, выслушивать… любить его. Она боялась искать цель жизни, но теперь цель есть, и она пойдет прямо к ней.

Эви обошла дом, прощаясь с ним. Что дальше?

«Остановись, – сказала она себе. – Думай. Закончи завтрак, оденься, отгони машину назад деду и отправляйся в город».

Завернувшись в плед, она вышла на крыльцо, чтобы крикнуть Стиву, что уезжает, когда…

Она чуть не задохнулась.

– Арманд?

Он остановился, услышав свое имя, и поглядел, словно не верил глазам. Возможно, не узнал ее с растрепанными волосами, завернутую в коричневый плед, в старых валенках.

– Как ты нашел меня?

Одетый, как всегда, элегантно, Арманд выглядел спокойным и невозмутимым, только штормовая синева глаз выдавала волнение.

– Спросил Зои, но, несмотря на изощренные пытки, она не выдала тебя.

– Чего же стоит твоя военная подготовка! – усмехнулась Эви и добавила с мгновенным озарением: – Джонатан?

– Он передо мной в долгу. В отделе кадров узнал адрес фермы твоего деда – место прописки единственного родственника.

– Твой друг разгласил личную информацию.

– За что я благодарен ему.

Эви шагнула вперед и, словно попав в магнетическое поле мужчины, сделала еще шаг. Арманд поднялся по ступеням крыльца ей навстречу. Эви скинула с плеч плед.

– Зачем ты приехал?

– Ты знаешь зачем, – пробормотал он хрипло, отчего мурашки побежали у нее по спине.

Она знала, потому что была умна, а такие, как Арманд, не способны на бессмысленные поступки. В этот момент он обнял ее, прижал к себе и поцеловал. Эви обвила его шею руками и ответила на поцелуй. «Вот она, – подумала Эви, – настоящая жизнь». Потом все мысли ушли.

– Эви, – сказал Арманд, когда она заглянула ему в глаза. – Я должен был признаться тебе, как только разгадал план Джонатана.

– Конечно. Ты думал, что защищаешь меня, но в следующий раз прошу не скрывать ничего.

– В следующий раз?

– Да, пожалуйста.

Поцеловав Эви еще раз, словно утверждая свое право, Арманд продолжил:

– Я готов был убить Джонатана за коварный план, но в то же время благодарен ему за то, что он свел нас вместе. У меня к тебе важный вопрос.

– Давай, – кивнула Эви, слегка дрожа от возбуждения и холодного воздуха. Подняв плед, она накинула его на себя и Арманда.

– Ты вернулась сюда, чтобы работать на молочной ферме?

– Ни в коем случае, – засмеялась Эви.

– Отлично. Как ты смотришь на то, чтобы работать на Джонатана? Мне известно, что он готовит очень щедрый контракт, чтобы заманить тебя обратно.

– Нет. Я уже прошла через это.

– Рад слышать, потому что со своей стороны готов сделать тебе другое предложение. Хочешь ли ты работать на меня?

– На тебя или с тобой?

Улыбка Арманда была светлой и открытой.

– Я собираюсь учредить австралийский филиал своей компании.

– Команду звездных спасателей? Хочешь снова собрать всех вместе?

– Не совсем. На сей раз хочу оставаться за кадром.

– Рассказывай.

– Идея пришла мне в голову в поезде по дороге сюда, о деталях подумаю позже. Как смотришь на то, чтобы помочь мне создать компьютерное приложение для тех, кто путешествует ночью? Для новичков? Для путешественников? Мастер-класс по самообороне? Нет предела фантазии. У тебя будет собственная команда из тех, кого сама выберешь. Наш проект поможет сделать мир безопаснее и лучше, – с азартным блеском в глазах сказал Арманд и, склонив голову, продолжал: – Я проделал этот путь не только для того, чтобы предложить тебе работу, я предлагаю тебе свою жизнь и все, что с этим связано. Если сможешь простить мою вспыльчивость, упрямство, заносчивость.

– Кроме того, ты щедрый, прямой, снисходительный, преданный, надежный и невероятно красивый.

Обняв Эви, Арманд прошептал:

– Значит, ты готова взять меня таким, как есть?

– Готова получить тебя любой ценой.

– Не представляешь, как я счастлив слышать это, – сказал Арманд, глядя в лицо Эви, словно не мог наглядеться. – Когда ты ушла… нет, когда я оттолкнул тебя, мне показалось, что жизнь закончилась. Без тебя она потеряла смысл. Я испытал настоящий ужас при мысли, что больше никогда не увижу тебя. Это была моя собственная вина.

Эви едва дышала. Сердце колотилось с невероятной силой. Она хотела что-то сказать, но слова замерли на губах, когда Арманд прижался лбом к ее лбу и снова заговорил:

– Я люблю тебя, Эви, и готов принять весь риск и радость, которую приносишь мне. Могу я надеяться, что ты дашь мне второй шанс?

Эви улыбнулась, потом от души рассмеялась:

– Арманд, я влюбилась в тебя сразу, когда впервые увидела в поезде. Тогда ты был для меня просто красавчиком-в-крутом-прикиде. С тех пор как я узнала тебя по-настоящему – кровь и плоть, сердце и душу, – я полюбила тебя всем существом.

– Ты моя звезда, ведущая из мрака, девушка-бьющая-без-промаха, поразившая прямо в сердце. Я хочу быть рядом с тобой до конца дней.

Не раздумывая, Эви закричала:

– Да! Да! Да!

– Это означает «да»?

– Да.

Крепче прижав к себе Эви, Арманд сказал:

– Давай уйдем отсюда.

– Нам пора домой.

Эпилог

Подчиняясь плавному покачиванию поезда, Эви вспоминала прошедшие дни. Три месяца назад Арманд практически похитил ее с фермы. С тех пор произошло много важных событий.

Она забрала у Зои свои вещи. Подруги долго вспоминали дни, проведенные вместе, когда обе были одинокими. Эви переехала к Арманду, и вместе они посетили Джонатана. Тот выглядел смущенным и сокрушался, что морочил им голову, но лукавый взгляд говорил о том, что сожаления Джонатана не были совсем искренними.

Пользуясь случаем, Арманд выторговал у Джонатана право занять часть его офиса под свою фирму «Австралийская звездная команда спасателей», показав себя опытным переговорщиком. А Эви без труда набрала суперталантливых сотрудников из числа женщин-программистов.

– Тебе удобно? – спросил Арманд, и Эви плотнее прижалась к нему.

Она оглядела знакомые лица постоянных спутников, которых привыкла видеть в этом вагоне поезда.

– Посмотри, – прошептал Арманд, указывая на юную пару, сидящую неподалеку.

Светловолосый юноша в очках Гарри Поттера с потрепанной книжкой в руках читал стихи девушке с выбившимися из-под синего берета кудрявыми короткими волосами. Та слушала с благоговением. Эви обратила внимание на рисунок вязки… но вдруг встрепенулась. Схватив телефон, она быстро листала страницы и вот наконец нашла и сунула под нос Арманду. Она вполуха слушала, как он читал.

«Впервые увидев вас, я был сражен кудрями цвета воронова крыла

И звездным блеском глаз.

Какое счастье созерцать вас дважды в день:

Маяк в океане незнакомых лиц.

Хочу сравнить вашу улыбку с восходом солнца по утрам,

А вечерний вздох – с пожеланием доброй ночи.

Если наберусь смелости, то решусь заговорить с вами,

А пока наслаждаюсь счастьем любоваться в одиночестве.

Ваш тайный обожатель».

– Кто это написал?

– Не знаю, – пожала плечами Эви.

– Можно подумать, что про тебя.

Она решила, что со временем расскажет Арманду, но не сейчас: маленькие секреты делают жизнь интереснее. Любопытно, как случайные, казалось бы, факторы, соединили ее с Армандом – бумажка с предсказанием, чье-то стихотворение, «добрая фея» в лице Джонатана Монтроуза. Но факт остается фактом: они впервые увидели друг друга в вагоне поезда, и это была любовь с первого взгляда.

– Арманд Дебюсси, да ты романтик!

– Это все равно что сказать – ты француз, – усмехнулся тот не без иронии.

Эви поняла, что только начала разгадывать глубокий внутренний код этого мужчины, и, хотя она вряд ли до конца его разгадает, у нее для этого впереди целая жизнь.

Сноски

1

Перевод Валерия Чижика.

Content

Элли Блейк
Придуманный жених

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Эпилог

Сноски