Трегубов Олег

Королева антиквариата 1-6 [СИ]

В поисках Янтарной комнаты

Глава 1

День сегодня выдался тёплым, солнечным, практически без единого облачка на небе, что случается не так уж и часто в Санкт-Петербурге. Была пятница, и создавалось впечатление, что город накрыла какая-то волшебная тайна, и вот-вот должно было что-то произойти. Точно такое же чувство радости и ожидания сказки охватывает людей в канун Нового года.

Невский проспект жил своей собственной жизнью, пропуская сквозь себя тысячи человеческих судеб. Был уже конец рабочего дня, и люди спешили поскорее закончить свои дела, чтобы провести вечер в кругу своей семьи, со своими близкими или друзьями. Все отлично чувствовали приближение выходных, когда можно было уже не думать о работе, а заниматься своими делами и жить в своё удовольствие.

Наша героиня задумчиво смотрела на Невский проспект из окна своей небольшой Антикварной лавки. Это была молодая, симпатичная, светловолосая девушка с умными, тёмными глазами, в которых застыл немой вопрос. Она ещё раз взглянула на коробку, лежащую перед ней на столе. На вид это была самая обыкновенная коробка из курьерской службы, ничем особенно не отличавшаяся от других точно таких же коробок, которые ей время от времени приносили. Эту коробку несколько минут назад принёс посыльный, и она расписалась в получении. На коробку была наклеена этикетка, на которой в графе Получатель был указан адрес её Антикварной лавки, а также её имя и фамилия – Анастасия Оболенская. В графе Отправитель ничего не было написано. Это и показалось ей странным.

Настина фамилия имеет интересные корни – она принадлежит к старинному княжескому роду Оболенских, одной из ветвей Рюриковичей. Вот и Настя чувствовала, что в ней течёт кровь Рюриковичей, а в частности – князей Оболенских. Возможно, именно поэтому она с детства так любила старинные, красивые вещи, а когда выросла, решила связать свою жизнь с антиквариатом.

Всё началось с того, что подруга попросила Настю помочь ей найти редкую скрипку, пропавшую при транспортировке из музея на выставку. Подруга знала, что Настя очень любит разгадывать сложные задачи и не отступится, пока не докопается до истины. Так вышло и в этот раз. После долгих часов, проведённых в архивах и на Интернет-ресурсах, Настя сузила круг лиц, вероятно причастных к краже. И список этот оказался не таким уж и большим. В дальнейшем она искала уже с помощью полиции, и, в конце концов, скрипка была найдена в частной коллекции одного из ценителей старинных вещей, связанных с музыкой. Подруга горячо благодарила её за это, а в полиции даже выдали грамоту за оказанное содействие. Через некоторое время она приняла участие в поисках ещё одного украденного экспоната, и опять помогла полиции.

После того, как она изучила большой объём информации об антиквариате, её и саму увлекло это занятие. Сначала это было только лишь хобби – искать старинные вещи и восстанавливать их, помогая этим вещам заново родиться. Ей очень нравилось, что в процессе восстановления приходилось решать немало сложных задач и головоломок. Со временем хобби переросло в профессию, которая помогала Насте зарабатывать деньги. Она открыла свой собственный антикварный магазин на Невском проспекте, и стала торговать антиквариатом. Но она не просто искала и продавала антикварные предметы – она делала это с душой. Каждый предмет был найден ею лично, и к каждому она чувствовала свою привязанность. С некоторыми предметами, особенно полюбившимися ей, Настя так и не смогла расстаться и оставила себе. Очень немногие люди могут похвастаться тем, что занимаются в жизни любимым делом. А Настя полюбила это занятие всей душой. Это стало делом её жизни.

Но вернёмся к посылке. Анастасия ещё раз обратила внимание на то, что на этикетке в графе Отправитель было пусто. Взяв посылку в руки и разорвав обёрточную бумагу, она увидела красивую подарочную коробку. Немного повертев её в руках и подумав, кто же всё-таки мог прислать ей подарок и на какое событие, она решительно открыла её. Открыла, и не поверила своим глазам.

Глава 2

В 1716 году Пётр I возвращался из Пруссии в Петербург. Он был очень доволен поездкой, ведь в качестве дипломатического подарка от Прусского короля Фридриха Вильгельма он получил янтарный кабинет, о котором так давно мечтал. Теперь этот дар был размещён в ящиках на восемнадцати телегах, и направлялся в Петербург.

К сожалению, Петру так и не удалось увидеть янтарный кабинет в восстановленном состоянии. Довольно длительное время янтарные панели пролежали в Летнем дворце Петра, пока о них не вспомнила взошедшая на престол его дочь Елизавета. Благодаря руке мастера Варфоломея Растрелли, кабинет обрёл новую жизнь, был дополнен и размещён в обширной комнате Екатерининского Дворца в Царском Селе. Во время Великой Отечественной войны, перед приходом немцев в Царское Село, комнату намеревались вывезти, но побоялись испортить и законсервировали: обклеили бумагой, марлей, обложили ватой и закрыли деревянными щитами. Но спасти комнату так и не удалось: оккупанты разобрали и вывезли её в неизвестном направлении. С тех пор тайна исчезновения Янтарной комнаты является одной из главных тайн нашей страны. Она стоит наравне с такими загадками, как исчезновение Библиотеки Ивана Грозного или золота Колчака. Многие люди до сих пор пытаются разгадать эту тайну, но безрезультатно

Одним из самых ценных предметов Янтарной комнаты считалась янтарная фреска с изображением Петра I, инкрустированная драгоценными камнями в стиле флорентийских мастеров. И каково же было удивление Анастасии, когда она, открыв подарочную коробку, увидела там именно эту янтарную фреску.

Сбросив с себя первое оцепенение, Анастасия стала разглядывать её. Да, это действительно была она – та самая фреска, которую Настя много раз видела на довоенных фотографиях в антикварных журналах. Но как она могла тут оказаться? И кто мог прислать её? Вопросов у неё было много, ответов же пока не находилось. Но тут Настя увидела, что, помимо фрески, в коробке ещё что-то лежало. Она достала из неё длинный резной ключ с множеством зубчиков, отметив про себя, что в коробке ещё остался конверт. Внимательно рассмотрев ключ, она взяла в руки конверт. Внутри него оказалось письмо. Настя развернула лист и принялась читать:

«Дорогая Анастасия! Меня зовут Алексей, и я тоже потомок княжеского рода Оболенских. Если ты сейчас читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых. У меня совсем нет времени, так что буду писать кратко. Я хочу рассказать тебе про Янтарную комнату. Всем известно, что её демонтировали и вывезли немцы, а после войны следы, ведущие к ней, были утрачены. Так вот, на самом деле это неправда. Во время войны мой дед был солдатом и помогал грузить ящики, когда эвакуировали экспонаты из Екатерининского дворца. И это было сделано ещё до прихода немцев. Он хорошо запомнил человека, который отдавал приказы во время эвакуации Янтарной комнаты. Этот человек был одет в гражданскую одежду, но даже офицеры подчинялись его приказам.

Всем, кто участвовал в этом деле, пригрозили расстрелом в том случае, если они проболтаются. И долгое время все боялись и молчали.

После войны дед узнал, что всех обманули и внушили, что Янтарную комнату вывезли немцы. Он хотел сообщить об этом, но не знал, кому может доверять. Тогда он решил сам заняться поисками. По прошествии некоторого времени он вышел на след человека, который, как оказалось впоследствии, спрятал её. К сожалению, мой дед действовал крайне неосторожно, и его убили. Но он успел передать всё, что успел узнать за время поисков, своему сыну – моему отцу.

Повзрослев, тот продолжил поиски. Он уже почти подошёл к цели, но его постигла та же участь, что и деда. Но погиб он не напрасно, перед смертью он успел мне рассказать всё, что ему удалось выяснить, и ещё он передал мне ключ. Он сказал, что этот ключ имеет огромную ценность.

Люди, которые убили отца и деда, узнали, что я их выслеживаю, и теперь кольцо вокруг меня сжато, мне из него не вырваться. Но я успел заранее подготовиться.

Кроме тебя мне некому больше передать тайну. Однажды я услышал, что у меня есть родственница в Санкт-Петербурге. Отец перед смертью даже давал почитать мне журнал, в котором написана статья про тебя. Ты очень хорошо помогла полиции с поисками скрипки. Ты очень смелая и умная. К тому же мне кроме тебя не к кому было обратиться. Поэтому я отправляю тебе посылку. Это специальный заказ, и курьерская служба доставит посылку сразу после моего звонка, когда я почувствую, что живым мне уже не выбраться. Ты обязательно должна сохранить ключ, дед говорил моему отцу, что без ключа не получится добраться до Янтарной комнаты.

Весь план действий я не мог изложить в этом письме, так как его могли случайно или намеренно вскрыть во время доставки. Поэтому я написал другое письмо, более объёмное, и заранее спрятал его в надёжном месте.

Для того, чтобы найти его, тебе нужно попасть в казематы Трубецкого Бастиона Петропавловской крепости. В третьей камере, в правом нижнем углу, если подковырнуть ножом, можно вытащить кирпич. Там и ищи подсказки. Я очень надеюсь на тебя. Прощай».

Очень странное ощущение, когда на тебя неожиданно ложится такой груз ответственности. Нет, ответственности Анастасия не боялась. Да и страха, пожалуй, тоже не было. С самого детства она была смелой и самостоятельной девочкой. К тому же, она обладала неуёмной жаждой приключений. А от этого загадочного дела, надо признаться, за версту веяло невероятными приключениями. Можно было, конечно, отнести посылку в полицию и забыть обо всём. Но она не была уверена, что у тех людей, про которых Алексей писал в письме, не было связей в полиции. И может получиться так, что неожиданно объявившийся дальний родственник Алексей, как и его отец и дед, погибли зря. Но она не могла этого допустить, ведь она была из княжеского рода Оболенских, и гордилась этим. Этот род очень древний, он представляет одну из самых замечательных отраслей потомства Рюрика – князей Тарусских. В 15 и 16 столетиях ни один род не выставил на политическую и военную арену столько знаменитых деятелей, сколько выставил род Оболенских. Иоанн 3 Васильевич, как и его сын Василий Иоаннович, немало обязаны были трудам и подвигам князей Оболенских в окончательном объединении и устроении Московского государства.

И теперь именно Анастасии предстояло защитить честь рода и вернуть России бесценную реликвию. Настя больше ни минуты не сомневалась. Она разгадает тайну и найдёт Янтарную комнату.

Глава 3

Утром Настя проснулась рано и лежала, обдумывая дальнейший план действий. Безусловно, нужно было попасть в Петропавловскую крепость и найти этот тайник, чтобы узнать, что же Алексей написал для неё в другом письме. Но это проще было сказать, чем сделать.

Она начала вспоминать расположение камер и их внутреннее убранство, но воспоминания были расплывчатыми. Настя была в Крепости только один раз, когда ещё училась в школе. Нумерацию камер было тем более не вспомнить.

Тогда она решила, что разберётся на месте, и стала думать, что делать с ключом и янтарной фреской. Вряд ли они пригодятся ей в крепости, поэтому она решила не брать их с собой. Сначала Настя хотела припрятать их дома, но подумала, что это очень рискованно. Ведь в письме было сказано, что ключ очень важен и его обязательно нужно сохранить. Тем более нельзя было оставлять дома янтарную фреску. Нужно было их спрятать очень надёжно.

Для таких случаев у неё уже давно была арендована банковская ячейка. Банк находился неподалёку, и она время от времени пользовалась этой ячейкой, когда нельзя было оставить дома особо ценные предметы. Янтарную фреску с изображением Петра и ключ она решила тоже оставить в ячейке.

Встав с постели, Настя приняла душ и стала готовить себе завтрак. Нужно было позавтракать плотнее, так как ей нужны были силы. Неизвестно, сколько времени придётся потратить на поиски тайника. Поэтому она приготовила себе омлет с беконом, сделала тосты с джемом и сварила кофе.

После завтрака Настя проверила зарядку телефона и запасного аккумулятора и положила их в сумочку. В письме было сказано, что нужно было подковырнуть кирпич, поэтому она решила взять с собой перочинный нож. Затем она надела удобную одежду и обувь и вышла из квартиры. Закрыв за собой дверь, она направилась в сторону банка.

Банк находился не очень далеко от её дома, всего через квартал, и вскоре она уже открывала свою ячейку. Там было пусто, так как Настя вот уже несколько недель ей не пользовалась. Теперь она положила туда янтарную фреску, ключ, и заперла ячейку на замок. Затем она вышла на улицу и стала думать, как ей добраться до Петропавловской крепости. Было начало рабочего дня, и ситуация на дорогах не располагала к поездкам из-за плотного потока машин. Лучше всего было поехать на метро, тем более станция Невский проспект была совсем рядом, а станция Горьковская, ближайшая к Петропавловской крепости, была следующей станцией на этой же ветке, только на другом берегу реки. Так Настя и решила поступить, поэтому направилась в сторону станции метрополитена.

Вчера, после получения посылки, Настя волновалась, и долгое время не могла уснуть. Да и утром тоже ощущалось лёгкое волнение, но сейчас она чувствовала себя гораздо спокойнее и увереннее. Идя по проспекту, она обдумывала, как ей остаться в камере одной, без посторонних лиц, чтобы в спокойной обстановке вытащить кирпич из стены и достать письмо, оставленное Алексеем. Можно было, например, пойти вместе с экскурсионной группой и разведать месторасположение тайника, а затем как бы невзначай отстать и спокойно достать кирпич. Но лучше не загадывать заранее, а уже на месте придумать, как поступить.

С такими мыслями она зашла в здание метрополитена, спустилась вниз по эскалатору и села в вагон. Теперь она уже окончательно успокоилось. Всё происходящее казалось ей интересной игрой, приключением, которые она так любила.

Но она не была бы такой спокойной, если б знала, какую она совершила оплошность. Письмо, которое прислал ей Алексей, осталось лежать в её квартире на столе. С собой из квартиры она забрала только ключ и фреску, а вот про письмо забыла. Она допустила ошибку и не позаботилась о сохранности этого письма. Если бы Настя только знала, с какими людьми ей предстоит иметь дело, она тут же вернулась бы и взяла письмо с собой.

За тайной пропажи Янтарной комнаты стояла очень могущественная организация. Люди, убившие Алексея, узнали, куда он звонил перед смертью. Они вышли на курьерскую службу, и им не составило особого труда узнать про посылку и адрес доставки. И ей очень повезло, что она своевременно покинула квартиру, потому что преследователи были уже совсем близко.

Они разминутся с ней всего на полчаса. Совсем скоро они будут знать, кто она такая и куда направляется.

Глава 4

Время в пути до станции метро Горьковская пролетело почти незаметно. Настя, погружённая в свои мысли, даже чуть не проехала эту станцию, но вовремя опомнилась и вышла из вагона. Затем она поднялась по эскалатору и вышла на улицу. На небе ярко сияло солнце, и погода была чудесная. Сегодня была суббота, и люди беззаботно гуляли, смеялись, наслаждаясь свободой и замечательным летним выходным днём.

Немного постояв и посмотрев по сторонам, Настя улыбнулась и решительно пошла через Александровский парк по направлению к Петропавловской крепости. Этот парк был назван в честь императора Александра I. И хоть сам парк и был окончательно обустроен уже при Николае I, впервые его обустройством озаботился именно Александр.

В выходной день многие выезжают смотреть различные достопримечательности или красоты северной столицы, а Петропавловская крепость по праву считается одной из главных достопримечательностей Санкт-Петербурга, поэтому людей, помимо Насти, направлялось в сторону крепости довольно много. Но Настя знала, что туристы в основном либо просто осматривают крепость изнутри, либо выбирают один из множества выставок и музеев на территории крепости, так что в тюрьме Трубецкого бастиона не должно быть слишком много посетителей.

Настя уже почти подошла к крепости. Осталось только пройти по Иоанновскому мосту, соединяющему Заячий остров, на котором находится Петропавловская крепость, с Петроградской стороной. Она опять стала думать, как ей остаться одной в камере, ведь в тюрьме Трубецкого бастиона всегда много туристов. Но так ничего, кроме отставания от группы, не придумала. Надо всё-таки для начала попасть внутрь и оглядеться на месте.

Накануне вечером, после того, как Настя узнала о тайнике, она решила прочитать в интернете что-нибудь о Петропавловской крепости. И сейчас, заходя на мост перед крепостью, прочитанное вновь всплыло в её памяти:

«Заячий остров – перевод финского названия острова. В период Шведской колонизации он назывался Весёлым островом, а позднее – Чёртовым. Такое название он получил после наводнения, затопившего местное поселение со всеми жителями.

День, когда на Заячьем острове заложили первый камень в фундамент Петропавловской крепости, считается датой основания Санкт-Петербурга. Это произошло в День Святой Троицы 27 мая 1703 года. По первоначальному замыслу крепость возводилась для того, чтобы защитить отвоёванные у шведов земли, и речь о столице пока не шла. Были построены каменные бастионы, соединённые между собой крутинами, в которых обустроили казематы для размещения солдат и хранения оружия.

После окончательной победы над шведами Петропавловская крепость утратила свою оборонительную функцию и вскоре оказалась в центре разрастающегося вокруг неё города. Здесь появились различные постройки: Монетный двор, Артиллерийский цейхгауз (склад оружия и боеприпасов), Комендантский и Инженерный дома, Гауптвахта, Ботный дом. Вскоре бастионы стали местом заточения государственных преступников, а с 19 века – главной в России политический тюрьмой.

Трубецкой бастион – один из двух западных бастионов крепости, обращённый в сторону Васильевского острова. Своё название он получил от имени князя Трубецкого – сподвижника Петра I, который осуществлял надзор за строительством укрепления. Он был возведён в 1703 году, и первоначально был деревоземляным. На его месте в 1708 году был заложен каменный бастион. В 1872 году внутренние стены и казематы разобрали, и построили здание одиночной тюрьмы, через камеры которой к 1917 году прошли полторы тысячи политических заключённых».

Такие мысли пронеслись в голове у Насти, пока она шла по Иоанновскому мосту. Теперь же именно в одной из камер тюрьмы Трубецкого бастиона она и должна была продолжить свои поиски. Войдя на территорию крепости, Настя дошла до тюрьмы Трубецкого бастиона и купила билет на экскурсию.

Глава 5

Помимо Насти, экскурсию ожидали ещё около десяти человек. Она пока всё ещё не придумала, как ей незаметно найти тайник в третьей камере. Для этого сначала нужно было узнать, где эта камера находится. Во время экскурсии они обязательно пройдут мимо неё, и Настя на месте что-нибудь придумает.

Ждать экскурсовода долго не пришлось. Примерно минут через 5 открылась дверь, и к ним вышел молодой мужчина, немногим старше Анастасии, на вид лет двадцати семи. У него было мужественное лицо, умные, добрые глаза, открытая улыбка, и он сразу смог расположить к себе всю группу. Экскурсовод встал так, чтобы оказаться у всех на виду, и произнёс:

– Здравствуйте. Я очень рад вас всех сегодня здесь видеть. Я ваш экскурсовод, и я буду посвящать вас во все детали нашей экскурсионной программы. Позвольте представиться, меня зовут Андрей.

Некоторые люди из группы поприветствовали его в ответ, и он продолжил:

– Предлагаю пройти со мной и начать нашу экскурсию.

Он повернулся и пошёл вперёд, а вся группа медленно двинулась за ним.

С самого начала экскурсия так захватила Настю, что она даже забыла о цели своего визита. Ей очень понравилось слушать Андрея, его голос проникал в её мысли и странным образом завораживал её. Он рассказал много интересного про заключённых, которые ожидали здесь отправления их в другую тюрьму, к месту ссылки или на казнь. Среди самых известных заключенных стоит назвать князя Кропоткина, участников подготовки убийства царя Александра II Веру Фигнер и Андрея Желябова, старшего брата Ленина – Александра Ульянова, известного писателя Максима Горького. Здесь же сидел Николай Бауман, Лев Троцкий и многие другие.

Экскурсионная группа во главе с экскурсоводом уже подошла к камерам. Андрей ещё что-то рассказывал, но Настя его уже не слушала – всё её внимание привлекли двери этих камер. Произошло то, чего Настя никак не ожидала увидеть. Над дверями камер не были указаны номера.

Как же так? Ведь Алексей в своём письме писал ей, что спрятал план дальнейших действий в третьей камере. Там было написано, что тайник нужно искать в правом углу под кирпичом, который можно подковырнуть ножом.

Мысли роем проносились в голове у Насти: «Неужели таблички были убраны? Как ей теперь найти нужную камеру? Без точного представления, в какой именно камере нужно искать, тайника ей точно не найти».

Экскурсовод предложил войти внутрь и посмотреть интерьер камер, но внутри её опять ждало разочарование – стены были покрашены, и никаких кирпичей не было видно. В отчаянии Анастасия попробовала поискать в третьей камере от входа, но и там было то же самое. Когда она вышла из этой камеры, то её уже ждала вся группа.

– Попрошу не задерживаться и следовать за мной, – сказал Андрей.

Говорил он это как будто бы всей группе, а смотрел на Настю, ведь это она всех задержала. Пришлось Насте подчиниться и идти за группой, удаляясь от камер, которые так ей были нужны.

Настя уже начала думать, что её поиски закончились ничем, так толком и не успев начаться. Придётся, наверное, забрать ключ и фреску из сейфа и вместе с письмом передать полиции. Насте даже немного взгрустнулось, ведь ей так хотелось приключений, и, несомненно, хотелось также отстоять честь рода Оболенских.

Но тут они подошли к небольшому коридорчику, находящемуся в тупике и отгороженному лентой. Андрей сказал:

– Обратите внимание на реконструкцию жизни тюремного коридора. Она хорошо отражает то время, когда в камерах сидели политические заключённые.

Настя посмотрела и увидела очень реалистичные восковые фигуры охранников. Одна фигура изображала охранника, который сидел за столом, а вторая – охранника, наблюдавшего за камерой через глазок.

Насте показалось, что здесь что-то не так, но она пока не могла сообразить, что именно. Но тут она взглянула чуть повыше двери камеры, и сердце у неё радостно забилось в груди. Над дверью висела табличка, на которой была написана цифра 3.

Глава 6

Анастасия обратила внимание на то, что табличка была только над одной дверью. На других камерах нумерации не было. Это показалось ей очень странным. Почему-то табличка была именно на той камере, которая была ей нужна.

– Скажите, почему табличка с номером висит только у одной камеры? – спросила Настя экскурсовода, когда образовалась небольшая пауза в его рассказе.

Андрей как-то странно на неё посмотрел, подумал немного, и сказал, что ответ на этот вопрос не входит в экскурсионную программу. После этого он продолжил свой рассказ, но иногда она ловила на себе его задумчивые взгляды, что тоже показалось ей странным.

Она же, в свою очередь, пыталась сообразить, как ей попасть в камеру, ведь для этого нужно было как-то избавиться от группы и открыть дверь. Это невозможно будет сделать, пока группа находится здесь. Нужно было срочно что-то придумать. Времени совсем не оставалось.

Андрей уже закончил свой рассказ, и попросил группу проследовать за ним дальше, по направлению к выходу. Настя немного отстала, пытаясь придумать хоть что-то. В отчаянии она стала оглядываться по сторонам, в надежде найти какой-нибудь способ.

Внезапно на стене она увидела кнопку пожарной сигнализации, и в голове у неё моментально начал выстраиваться план действий. Настя подумала несколько секунд, затем открыла крышку и нажала на кнопку.

Пронзительно завыла сирена, и даже Настя вздрогнула от неожиданности, хоть сама же и включила её. Увидев, что вся группа находится впереди, и никто на неё не смотрит, Настя перепрыгнула ленту и побежала к камере. Она слышала, как Андрей громко говорил всем, чтобы они срочно проследовали к выходу и покинули помещение. Сначала она хотела спрятаться за стол, за которым находилась восковая фигура охранника, чтобы кто-нибудь не заметил её, если будет эвакуироваться мимо этого коридора. Но всё-таки она решила на всякий случай дёрнуть за ручку третьей камеры, чтобы удостовериться, что та закрыта. Каково же было её удивление, когда она поняла, что дверь не заперта. Настя быстро открыла её, скользнула внутрь и снова закрыла.

Внутри было темно, поэтому она достала из сумочки телефон и включила фонарик. В камере были только кровать, табурет и складной стол – вот и всё убранство. Ну, разве что ещё и рукомойник в правом ближнем углу. А в письме было сказано, что тайник именно в правом углу, нижнем. Поэтому ближний угол, где был рукомойник, она исключила и пошла в правый дальний угол. Там она принялась рассматривать стену, и делала это очень внимательно. Стена была кирпичная, как и было сказано в письме. Настя принялась шарить рукой по кирпичам в надежде за что-нибудь зацепиться, но они сидели плотно и не шатались.

Проявив немного терпения, через несколько минут сбоку от одного кирпича она всё же сумела обнаружить небольшую щель. Настя достала из сумочки перочинный нож и просунула его в эту щель. Затем немного пошарила там ножом, надеясь за что-нибудь зацепиться и подковырнуть кирпич, и вот он поддался и постепенно начал выходить из стены, а потом и вовсе выпал наружу. С замиранием сердца она засунула в образовавшееся отверстие руку, и нащупала там что-то, похожее на свёрток. Настя аккуратно вынула его и увидела, что это был пакет, в котором находились скрученные листы бумаги.

Но она настолько увлеклась этим занятием, что не услышала, как перестала звучать сирена. Наступила оглушительная тишина, и это обязательно должно было насторожить Настю. Но всё внимание у неё было направлено на содержимое тайника. Неожиданно в камере вспыхнул свет и дверь начала со скрипом открываться.

Глава 7

Самое раннее воспоминание из детства Насти – это скрип двери в её комнате, открывающейся в темноте. Ей тогда не было и трёх лет, и она посреди ночи проснулась от этого жуткого скрипа. Настя лежала на своей кровати и боялась дышать от страха. Сердце её почти не билось, а может и наоборот – колотилось с бешеной скоростью. Сейчас уже трудно вспомнить, но тогда ей было очень страшно. Она лежала и боялась пошевелиться, а дверь открывалась невыносимо долго.

А затем из дверного проёма появилась тень и стала медленно приближаться к ней. Настя смотрела на неё, не в силах закрыть глаза, как будто заворожённая. Тень уже приблизилась почти вплотную, и, когда Настя уже готова была закричать, она увидела лицо своей мамы.

– Я очень сильно испугалась, Мама!

– Ну что ты, моя хорошая девочка, не нужно ничего бояться, – голос мамы был таким родным и успокаивающим, что Настя сразу же расслабилась. – Я просто пришла тебя проведать и ничуть не хотела тебя пугать. Запомни, доченька, самый главный страх – это страх неизвестности. Именно неизвестность пугает больше всего на свете, потому что ты не видишь этого и придумываешь себе всякие ужасы. А когда поймёшь, в чём дело, то становится уже вовсе и не страшно.

И Настя запомнила это правило на всю жизнь. Оно не раз выручало её, помогало двигаться вперёд, преодолевать препятствия на своём пути.

В раннем возрасте она полюбила разгадывать различные головоломки, решать задачки, распутывать сложные клубки из загадок и тайн. Когда она пошла в школу, то стала взахлёб читать рассказы о Шерлоке Холмсе и других сыщиках. Она погружалась с головой в эти таинственные, загадочные миры. Сама проживала жизнь главных героев, и вместе ними пыталась найти ответы на вопросы. Ей так нравилось то, чем они занимаются, что она и сама хотела стать сыщицей.

Но потом Настя увлеклась историей, и книги об отважных и умных сыщиках временно заняли своё место на полке. Она начала читать исторические романы, повести, и поняла, что ей очень нравится всё это. А особенно ей нравилось разглядывать картинки со старинными вещами, предметами интерьера и быта.

Так Настя погрузилась в мир антиквариата, и разгадывание тайн отошло на второй план, хотя по-прежнему имело большое значение в её жизни. Ей очень нравилось изучать происхождение каждого антикварного предмета, оказывающегося в её руках, и по возможности попытаться разгадать тайну его сложной и извилистой судьбы.

Благодаря своей маме, которая так испугала её в детстве, но затем произнесла судьбоносные для Насти слова ободрения и напутствия, она выросла смелой, сильной, целеустремлённой девушкой, способной преодолевать казалось бы непреодолимые препятствия и выпутываться из многих безвыходных ситуаций, которые оказывались на её пути.

Но сейчас, сидя на корточках перед тайником в одиночной камере Петропавловской крепости и глядя на открывающуюся со скрипом дверь, Настя застыла в оцепенении. Она была в тупике, из которого не было выхода.

Глава 8

Чуть ранее, когда сработала пожарная сигнализация, экскурсовод сказал своей группе идти к выходу, и сам пошёл следом за ней. Перед дверями он пересчитал людей и понял, что не хватает одного человека – той самой девушки, которая спрашивала его про табличку на камере. Но запомнил он её не только поэтому. Эта девушка понравилась ему сразу, с самого начала экскурсии. Была у неё в глазах искренняя заинтересованность, ожидание разгадки какой-то тайны. Андрей ещё подумал, когда увидел её, что, по всей видимости, ей очень нравится изучать историю, узнавать что-то новое. К тому же она была очень милой, симпатичной девушкой. И вот теперь её нигде не было видно.

Андрей вспомнил, как она уже задерживалась в одной из камер, когда всей группе пришлось ждать её. Но ведь сейчас звучит сирена, не могла же она не слышать её. Он пошёл в обратную сторону и увидел, что крышка пожарной сигнализации рядом с коридором, в котором находились камеры, была открыта. Это означало, что кто-то вручную привёл в действие сигнализацию. Тогда он подошёл ближе и выключил её. Нигде не было видно ни возгораний, ни задымлений, но он решил проверить всё внимательно, поэтому пошёл по коридору вдоль камер.

Проходя мимо третьей камеры, Андрей увидел, что дверь немного приоткрыта, хотя раньше она была плотно прикрыта. Тогда он включил свет в камерах, подошёл к двери и открыл её.

Он очень удивился, когда увидел, что в дальнем углу камеры на корточках сидела та самая девушка с каким-то свёртком в руках и удивлённо смотрела на него. Андрей подумал было зайти внутрь и спросить, что она здесь делает, но тут сзади раздались громкие голоса. Он немного удивился, кто же может там говорить, но сначала решил узнать у девушки про её странное поведение. Он уже хотел сделать шаг, как услышал сзади звук выстрела. Тогда Андрей развернулся, осторожно подошёл к краю коридора и выглянул за угол.

То, что он увидел, поразило его. На полу лежал охранник в луже крови, а над ним стоял человек с пистолетом в руке. У этого человека была чёрная повязка на глазу и шрам на левой щеке. Рядом стояло ещё двое громил. И пока Андрей пытался сообразить, что же ему нужно предпринять, человек с чёрной повязкой заметил его, поднял руку с пистолетом и выстрелил. Пуля попала в стену рядом с Андреем буквально в нескольких сантиметрах от его лица. Тогда он развернулся и побежал обратно в сторону камеры. Распахнув дверь, Андрей увидел, что девушка уже стояла в центре. Вид у неё был испуганный.

Забежав внутрь, он закрыл за собой металлическую дверь и задвинул засов, непонятно зачем прикреплённый к внутренней стороне двери. Девушка спросила его, что там случилось. Он только и успел ответить ей, что какие-то люди убили охранника, как в дверь с силой заколотили. Затем раздались выстрелы, но пули не смогли пробить толстые двери.

Когда только Настя услышала самый первый выстрел, она очень испугалась. Почти сразу же экскурсовод скрылся за дверью. Тогда она встала, спрятала свёрток в сумочку и тоже пошла к выходу, но, когда она находилась в центре камеры, раздался ещё один выстрел. Она так и застыла на месте.

Вскоре в камеру вбежал Андрей и запер за собой дверь.

Когда он ответил ей на вопрос о том, что случилось, и в дверь стали громко и сильно колотить, она поняла, что эти люди охотятся за ней. Тогда она сказала об этом Андрею. По всей видимости, он воспринял её слова всерьёз, так как она не заметила в его глазах и тени недоверия.

Засов уже трещал по швам, и дверь вот-вот должна была открыться. Но то, что проделал дальше Андрей, Настя никак не ожидала увидеть. Он подошёл к стене и надавил на какой-то кирпич, потом провёл какие-то манипуляции с ножкой кровати, а затем продавил кирпич ещё глубже. В дальнем левом углу открылся люк в полу. Настя приподнялась на цыпочках и разглядела навесную лестницу, которая вела в темноту.

– Быстрее, лезь вниз по лестнице, – прикрикнул на неё Андрей. Вид у него был возбуждённый, да и у Насти нервы были на пределе. Поэтому спорить она не стала и аккуратно полезла вниз, нащупывая ногами ступеньки. Андрей полез следом за ней. Когда они оба были уже на лестнице, из камеры раздался треск ломающейся двери. Андрей захлопнул люк, и всё погрузилось во тьму.

Глава 9

Когда Пётр I осенью 1697 года находился в Амстердаме и учился кораблестроению на Ост-Индской верфи, его поразили красота города и великое множество каналов. Этот город называли Северной Венецией, и Пётр I так восхитился им, что ему тоже захотелось построить у себя на Родине второй Амстердам. С тех пор это стало его заветной мечтой, и он всё чаще думал об этом, строил планы и мысленно подбирал подходящее место.

Но была в Амстердаме одна вещь, которая восхитила его не меньше самого города. И даже вполне возможно, что и больше, раз он впоследствии придумал и воплотил в жизнь такой грандиозный проект. Во время своего пребывания в Амстердаме он познакомился с одним очень богатым и влиятельным купцом. Они стали много общаться. Петру было очень интересно в обществе этого купца, потому что он тоже был прогрессивным человеком, много знал, создавал множество интересных изобретений, как и сам Пётр.

Пётр I стал частым гостем в доме этого купца. В один из вечеров, когда он вновь пришёл к нему, хозяин дома выпил лишнего и по секрету поведал гостю свою тайну.

Оказалось, он очень опасался за свою жизнь, и небезосновательно. У него было много врагов и завистников, и многие желали его смерти. Поэтому купец втайне от всех с помощью своих верных людей прорыл подземный ход из своего дома в дом на другом берегу канала. Этот дом тоже принадлежал купцу, только был куплен на подставное лицо. Всё это было сделано для того, чтобы у него была возможность скрыться от возможных убийц в случае опасности. Даже если бы дом окружили, вряд ли кому-нибудь пришло бы в голову оставить людей на другом берегу канала, и уж тем более рядом с каждым домом. Тогда купец мог бы либо скрыться, либо пересидеть в доме напротив, если бы вход в подземный лаз не обнаружили.

Петру идея оборудовать тайный ход под каналом показалась гениальной. Такого он раньше нигде не встречал, и был уверен, что в России такого точно нет. И он не зря назывался Великим – в его голове созрел грандиозный план. Помимо строительства нового города на воде, он захотел создать подземный ход под водой. Эти две мысли целиком поглотили его. А так как он был царь, а не какой-нибудь купец, тоннель должен был пролегать не под каналом, а под самой Невой. И чем больше Пётр I думал об этом, тем чаще приходил к выводу, что этот грандиозный проект вполне осуществим.

Выход из тоннеля, по замыслам Петра, должен был быть замаскирован в Петропавловской крепости. Для этого в ней в 1708 году начали возводить Трубецкой бастион из камня вместо деревоземляного. Затем Пётр выбрал место на другом берегу для своего Летнего дворца, который начали строить в 1710 году.

Это был величайший проект своего времени, который держался в строжайшем секрете. Сейчас это может показаться невероятным, учитывая технологии того времени, но тоннель был прорыт за 4 года, к 1714 году – году окончания строительства Летнего дворца. Покои Петра находились на 1 этаже, чтобы он всегда мог воспользоваться тоннелем в случае опасности, да и просто так, если срочно нужно было оказаться на другом берегу, т.к. первый понтонный мост через Неву был построен только в 1727 году по инициативе Меньшикова.

Тоннель на другой берег под Невой был построен по кратчайшему пути на большой глубине. Затем, около берега, глубина тоннеля уменьшалась, и он шёл вдоль берега в обход крепости, потом через Кронверкский пролив в один из казематов Трубецкого бастиона.

И сейчас наши герои спускались вниз, в тот самый тоннель, придуманный и воплощённый в жизнь Петром I, подгоняемые сзади смертельной опасностью, навстречу приключениям.

Глава 10

Настя и Андрей спустились по лестнице и ступили на твёрдую землю. Вокруг была сплошная тьма, совершенно ничего не было видно. Сверху не раздавалось ни звука, ударов в люк слышно тоже не было, и Настя пришла к выводу, что люк преследователи не успели заметить, когда Андрей его закрывал.

– Сейчас попробую посветить, у меня где-то зажигалка была, – Сказал Андрей, и Настя услышала шорох. По всей видимости, он рылся в карманах в поисках зажигалки. Искал долго, но всё-таки нашёл.

– Вот она, завалилась за подкладку.

Затем послышались щелчки, и стало заметно, как высекается искра. Только вот пламя всё никак не хотело разгораться. Наконец, с пятого раза, Андрею удалось зажечь огонь, и Настя увидела, что к стене рядом с ними был прикреплен факел.

– Смотри, как будто специально для нас повесили.

Она сняла факел со стены и протянула его Андрею. Он поджёг его, и они увидели подземный ход, теряющийся где-то впереди, в темноте.

– Назад пути нет, надо идти, – сказал Андрей.

– Да, пошли. Только скорее, вдруг они найдут вход.

– Не найдут, сама же видела, как хорошо он замаскирован и какие я проводил манипуляции, чтобы открыть его.

И они пошли вперёд, освещая себе путь факелом. Несколько минут они шли молча, а затем Андрей сказал:

– Мы сейчас должны находиться прямо под Кронверкским проливом, который огибает вокруг Петропавловскую крепость.

Пройдя ещё немного, впереди себя они увидели лестницу. Когда они подошли ближе, стало ясно, что она совсем небольшая. Тогда они поднялись по ней и увидели, что подземный ход поворачивает направо. Теперь Настя смогла немного отдышаться.

– Интересно, где заканчивается этот ход? – спросила Настя. – Должно быть, где-то уже близко.

– Да не очень-то и близко, – ответил ей Андрей. – Этот тоннель приведёт нас к Летнему дворцу.

Настя удивлённо посмотрела на него и произнесла:

– Под Невой? Но это невозможно.

Андрей ничего не ответил ей, и она поняла, что он не шутит.

– Но откуда ты знаешь?

– На него совершенно случайно наткнулась моя сестра. Она работает экскурсоводом, как и я. Проводит экскурсии в Летнем дворце Петра I. Однажды, когда музей для посещений был закрыт, она рассматривала камин и случайно, надавив одновременно на два камня, открыла потайную дверь. Она удивилась, но решила проверить, получится ли открыть ещё раз. Тогда она закрыла вход и ещё раз надавила на эти же камни. Как и в первый раз, дверь с лёгкостью распахнулась.

Затем Таня решила позвать меня. Кстати, мою сестру зовут Татьяна. Мы вместе выяснили, пройдя до конца тоннеля, что ход идёт в Петропавловскую крепость. Как открыть дверь в крепость из потайного хода, мы обнаружили быстро. А вот как открыть люк из камеры, найти не могли долгое время. Это уже потом, изрядно помучавшись, я обнаружил, как открыть проход из камеры.

Это было два месяца назад. С тех пор где я только не искал информацию об этом потайном ходе. Я перерыл весь интернет, облазил все архивы – и нигде не нашёл упоминания о нём. Единственное, что я смог обнаружить – это воспоминания человека, который занимался инженерными изысканиями при строительстве синей ветки метро, а именно перехода под Невой между станциями Невский проспект и Горьковская. Он обнаружил, что ближе к поверхности находятся некие пустоты (а это был наш подземный ход), но они не мешали строительству, т.к. тоннель метро должен был проходить глубже.

Настя задумалась над словами Андрея. Теперь без него ей было не справиться, да и он всё равно начнёт спрашивать о том, что она делала в камере. И она решила довериться Андрею, т.к. она очень надеялась на его помощь, и рассказала ему всё с самого начала.

Андрей её внимательно выслушал, а затем предложил вместе посмотреть послание, оставленное ей Алексеем, которое она вытащила из тайника. Они остановились, закрепили факел на стене, достали фонарик и развернули свёрток. Внутри было несколько свёрнутых листков бумаги. Они развернули их и принялись читать с самого начала.

Глава 11

ПИСЬМО АЛЕКСЕЯ:

«За всё время, что наша семья ведёт поиски Янтарной комнаты, мы, а в большей степени мой дед и мой отец, собрали множество данных. За исчезновением Янтарной комнаты стоит тайная организация, не имеющая аналогов в мировой истории. Нам удалось выяснить некоторые подробности её становления и смысл её деятельности.

Она была основана в конце 19 века, и за время своего более чем векового существования стала очень могущественной и влиятельной, к тому же очень богатой организацией. Точными данными о её численном составе мы не располагаем, но знаем, что это как минимум несколько сотен человек. Организация эта опутала своими щупальцами практически весь земной шар и имеет своих людей в правительственных структурах многих стран.

Изначально в состав организации входило всего 9 человек. Союз девяти – так они себя называли. Они поставили перед собой грандиозную цель: похищать бесценные реликвии, имеющие особое значение для какой-нибудь страны, чтобы оказывать на неё влияние. Это могла быть и просто продажа этой реликвии государству за огромные деньги, и использование этой реликвии в качестве рычага, давления на эту страну. Этим рычагом могла воспользоваться или сама организация, чтобы получить некоторые поблажки от государства, или другие государства, которым эта реликвия могла быть продана за ещё большие деньги.

Со временем союз девяти разросся и начал вести много тайных дел одновременно, но точно известно, что их штаб остался на прежнем месте – где-то под Санкт-Петербургом. За всё время, что существует эта организация, были украдены, а затем проданы или обменяны сотни реликвий. Союз девяти мог начать и остановить войну между государствами, повлиять на их политический курс.

Реликвии приходили и уходили, но одна реликвия имела для организации особое значение на протяжении всего времени её существования. Это – Янтарная комната. Янтарь и просто сам по себе камень магический – он охраняет от злых духов, приносит удачу. А в Янтарную комнату к тому же были заложены мощнейшие колдовские чары. Теперь это было не просто украшение – Янтарная комната смогла стать величайшей реликвией современности. Пока она находится в целости и сохранности, основам власти и государственности ничего не угрожает, государство растёт и процветает. Но стоит только нарушить целостность, и государство рушится, как карточный домик.

Много лет, в течение которых Янтарная комната находилась в Екатерининском дворце Царского Села, Династия Романовых процветала. Про мистические свойства Янтарной комнаты каким-то образом узнал Союз девяти. Он поставил себе цель – завладеть этой реликвией, чтобы можно было диктовать свои условия Великой Империи.

После тщательного обдумывания плана было решено выносить янтарь частями, заменяя эти части дубликатами. В дело было вовлечено несколько человек из охраны дворца. Процесс этот был долгим. Янтарь начали выносить с начала 20 века, и авторитет власти зашатался, государство начало раскачиваться и рухнуло под своей тяжестью в 1917 году. Затем пришла другая власть, и Союз Девяти продолжил выносить части янтаря и заменять их на дубликаты.

Но в 1941 году, когда началась война, им был предоставлен уникальный шанс вывезти всё и сразу, и они сумели им воспользоваться. К тому времени организация уже была достаточно могущественной, у них были свои люди во власти, и они смогли вывезти комнату, заставив всех поверить, что это сделали немцы.

Все части Янтарной комнаты были вывезены на базу организации в Ленинградской области и спрятаны в подземном бункере. Власть без этой реликвии продержалась какое-то время, а потом, без каких-либо причин, незыблемая, нерушимая – всё-таки рухнула вместе с распадом Советского Союза.

В первые годы после того, как союз распался, новая власть была слабой. Но в конце 90-х годов Союз девяти начал возвращать некоторые предметы из Янтарной комнаты, представляя всё таким образом, чтобы все думали, что эти предметы возвращаются из Германии. Тогда Власть снова начала обретать силу. Затем правительству было отправлено донесение о мистических свойствах Янтарной комнаты, и теперь оно мечтает заполучить эту реликвию, чтобы возвысить Россию на мировой арене.

Союз девяти разработал хитроумный план. Их затея с Янтарной комнатой, которая длится уже более ста лет, должна принести соответствующие дивиденды. Они нашли страну, которая сможет удовлетворить их потребности. Этой страной стала Япония. Союз девяти уже не так нуждается в деньгах, как раньше, их уже и так много. Теперь им нужна своя территория. И Японии тоже нужна своя территория, а именно Курильские острова. Но Россия так просто их не отдаст, поэтому была придумана следующая схема: Япония обещает России построить за свой счёт мосты из Японии на Сахалин и с Сахалина на материковую часть России. Этот проект в десятки раз более затратный, чем мост через Керченский пролив. Взамен Япония попросит передать ей Курильские острова. В качестве необходимого рычага будет использована реликвия – Янтарная комната, которую Союз девяти передаст Японии. Россия будет вынуждена согласиться с этими условиями, т.к. власть знает, что без янтарной комнаты долго не продержится.

За оказанную услугу Союз девяти получит от Японии один из островов. Вполне возможно, что Союз девяти даже сможет стать отдельным государством. Нельзя допустить, чтобы так произошло. Нужно найти Янтарную комнату и передать правительству.

Дело предстоит крайне сложное и опасное. Я не знаю, где искать Союз девяти, но есть три вещи, которые помогут тебе в поисках:

1. Ключ, который я прислал, отпирает подземный бункер, в котором спрятана Янтарная комната. Только нужно действовать осторожно, там присутствуют загадки и ловушки. Без ключа бункер открыть невозможно, так что береги его.

2. Тебе нужно попасть в Валаамский монастырь, который находится на острове Валаам на Ладожском озере на севере Ленинградской области. Там живёт святой старец по имени Феодосий. Раньше, ещё в мирской жизни, он входил в верхушку Союза девяти и, возможно, сможет тебе помочь.

3. Запомни одно имя: Дмитрий Алёхин. Он является сотрудником Федеральной Службы Безопасности. Мы с ним несколько раз пересекались по этому делу, он тоже пытается найти Союз девяти, и только ему я могу верить. Если ты не будешь справляться с поисками или тебе понадобится помощь, попробуй обратиться к нему».

Анастасия и Андрей дочитали письмо до конца и молча посмотрели друг на друга. Только теперь они смогли осознать, какая ответственность взвалилась на их плечи.

Глава 12

Настя стояла и размышляла над прочитанным письмом. Ну что же, кое-какие ответы они получили, но и вопросов стало больше. Настя знала наверняка, что она не отступится и пойдёт до конца. Ей было поручено такое важное дело, люди ради этого отдали свои жизни, поэтому Настя обязательно должна была завершить то, что они начали. Сейчас же она думала о том, какой из двух путей выбрать, чтобы продолжить своё расследование – поехать на Валаам и найти святого старца Феодосия, или всё-таки найти сотрудника ФСБ Дмитрия Алёхина и всё ему рассказать. Она больше склонялась ко второму варианту. Ей казалось, что в команде будет проще работать, тем более Алексей доверял этому человеку.

Внезапно со стороны Петропавловской крепости раздался оглушительный взрыв, гулким эхом отозвавшийся по сводам тоннеля. Это было так неожиданно, что Алексей с Настей вздрогнули. Алексей взволнованно сказал:

– Скорее всего, был взорван потайной люк. Значит, когда наши преследователи открыли дверь в камеру, они наверняка видели, как захлопывается люк, и поняли, что мы сбежали через тайный ход или отсиживаемся в каком-то подвале. Они могли использовать силу направленного взрыва, чтобы открыть проход.

Нельзя было медлить ни минуты. Совсем скоро их могут настигнуть и поступить так же, как с охранником. Андрей схватил факел, и они побежали в сторону Летнего дворца. Если преступники смогли проникнуть в лаз сразу после взрыва, то у Насти с Андреем было в запасе всего несколько минут. Нужно было поторапливаться. Но в тёмном тоннеле, хоть и освещаемом факелом, бежать было не очень-то и удобно. Кое-где были лужи и грязь, что затрудняло их бег. Через некоторое время они добежали до лестницы, ведущей вниз, видимо, на углублённый уровень подземного хода под Невой. Они спустились по ней, и Настя увидела, что тоннель уходит далеко вперёд.

– Теперь перед нами прямая дорога до самого дворца, – сказал Андрей, переводя дыхание. – Если мы не успеем добежать до конца, прежде чем преступники достигнут лестницы, то они нас увидят и откроют огонь.

Но выбора у Насти и Андрея не было, стоять на месте, а тем более возвращаться назад, они не могли, и тогда они изо всех сил побежали вперёд. Спасительная лестница уже была совсем рядом, когда сзади вдруг показались лучи света от фонарей. Они подбежали к лестнице, и Настя полезла наверх. Андрей бросил факел, чтобы преступники не могли в них прицелиться, и полез следом. Раздались выстрелы, но они не достигли цели.

В самом конце лестницы был тупик. Андрей сказал Насте, чтобы она дёрнула за рычаг. Люк открылся, и они влезли в тесное помещение. Закрыв за собой люк, Андрей сказал, что они уже в Летнем дворце, на первом этаже, за камином. Чтобы открыть проход, он надавил на кирпич. Прямо перед ними, раскрыв от удивления рты, стояла экскурсионная группа.

Глава 13

Татьяна, сестра Андрея, с детства любила историю. Ей интересно было читать исторические книги или смотреть фильмы, в особенности же она любила изучать историю Санкт-Петербурга. Ещё в школьные годы она все выходные проводила в музеях, ходила, изучала, запоминала. Смотрела на экскурсоводов и слушала их рассказы. Эти рассказы завораживали её, и она сама мечтала стать экскурсоводом.

После окончания школы она решила воплотить свою мечту в жизнь, поэтому пошла в университет, чтобы выучиться на экскурсовода. Учиться Тане очень нравилось. Так всегда происходит, когда занимаешься любимым делом. После университета она сразу устроилась на работу в Летний дворец Петра I, где и проработала уже 4 года. Она очень любила свою работу, и даже ночью, если её внезапно разбудить, смогла бы всё рассказать о дворце.

Летний дворец Петра I – сохранившаяся до наших дней в первозданном виде резиденция Петра в Летнем саду Санкт-Петербурга. В настоящее время он используется как музей (филиал Русского музея). Летний дворец был построен к 1714 году. Это одно из старейших зданий города. Двухэтажный дворец достаточно скромен и состоит всего из четырнадцати комнат и двух кухонь.

Резиденция предназначалась для использования только в тёплое время года, с мая по октябрь, поэтому стены в ней достаточно тонкие, а в окнах – одинарные рамы.

Пётр въехал в частично отделанный дворец в 1712 году, и жил там каждое лето до самой смерти (1725) на нижнем этаже. Помещения второго этажа предназначались для Екатерины. После смерти Петра, дворец потерял значение царского жилища, и вплоть до середины XIX века он использовался в качестве летней резиденции для сановников и придворных. В 1903 году во дворце была открыта экспозиция, посвящённая памяти Петра Великого.

В 1934 году в помещении дворца был открыт историко-бытовой музей. Во время Великой Отечественной войны здание пострадало: были вырваны рамы, осыпалась штукатурка на потолках комнат и на фасаде, крыша была повреждена осколками снарядов. Реставрация дворца началась в 1946 году, и уже через год музей был снова открыт для посещений. Затем была проведена полномасштабная реставрация с целью восстановления изначального облика дворца, в том числе были заменены полы, изменена система отопления, восстановлена лепка, рисунок плафонов, возвращена обивка стен тканью.

Удивительно, но при реставрации потайной ход за камином так и не обнаружили. Татьяна наткнулась на него совершенно случайно, когда нечаянно задела сразу два кирпича, и оба продавились в стену, открыв потайной ход. Кроме Андрея, она пока никому об этом не рассказывала.

Сегодня у неё был рабочий день, и она как раз подошла вместе со своей экскурсионной группой к камину в комнате Петра I. Она начала рассказывать историю его создания, но внезапно задняя стенка камина распахнулась, и она увидела своего брата с какой-то девушкой.

Глава 14

Настя с Андреем вышли из потайного лаза, вход в который был спрятан за задней стенкой камина в спальне Петра I. Вся экскурсионная группа смотрела на них, открыв рты от удивления. Да и Татьяна тоже, хоть и знала о существовании этого тайного хода.

Андрей подошёл к сестре, взял её за руку и отвёл в сторону от остальной группы. Не вдаваясь в подробности, он рассказал ей, что их преследуют преступники, и нужно срочно уходить отсюда.

– Они совсем скоро будут здесь, нельзя медлить ни минуты, – завершил он свой рассказ.

Сестра у Андрея оказалась девушкой сообразительной и сразу приступила к решительным действиям. Группу она попросила срочно освободить помещение, а когда все направились к выходу, сказала охраннику, чтобы тот вызвал полицию, а сам тоже уходил или спрятался где-нибудь до их приезда. Времени на объяснения не было, но вроде бы охранник понял, и стал всех провожать к выходу.

– Ты где оставила свою машину? – спросил Андрей у сестры.

– За Фонтанкой, на набережной, – ответила ему сестра. Она выглядела взволнованной, но не испуганной.

Они вышли из Летнего дворца, затем покинули и Летний сад, пересекли мост и направились к машине. Сестра Андрея села за руль, Андрей рядом с ней, а Настя разместилась на заднем сидении.

– Куда поедем? – Спросила Татьяна Андрея. – Может, в полицию?

Андрей ей ответил, что в полицию им обращаться нельзя, нужно отъехать подальше отсюда, и тогда уже решить, что делать.

– Кстати, познакомьтесь, – добавил Андрей. – Настя, это Таня, моя сестра. Таня, это Настя.

Девушки поздоровались, Татьяна завела двигатель, и машина тронулась с места.

– Давай доедем до Литейного проспекта и где-нибудь припаркуемся, обсудим сложившуюся ситуацию, – предложил Андрей.

Некоторое время они не разговаривали, пока не выехали на проспект. Татьяна нашла свободное место, и припарковалась рядом с обочиной.

– У кого какие мысли? – спросил Андрей.

– Я считаю, что нужно всё-таки поехать в полицию, – сказала Татьяна. – Почему ты не хочешь?

– В полицию нам ехать нельзя, у преступников там могут быть свои люди, – ответила за Андрея Настя, и пересказала ей всё, что рассказывала Андрею. Затем она достала из сумки письмо, и заново перечитала его вслух.

После прочтения повисла небольшая пауза, а потом Татьяна сказала:

– Тогда нужно найти этого Дмитрия Алёхина из ФСБ, не собираетесь же вы сами втягиваться в это?

– Дело в том, что мы поневоле уже оказались втянуты, – сказала Настя. – Но тут ты права, без помощи нам не справиться. Тем более здание Федеральной Службы Безопасности совсем рядом, на Литейном проспекте. Давайте попытаемся найти Алёхина.

Татьяна проехала немного вперёд, и остановилась у большого серого здания.

– Сидите здесь, я пойду всё выясню, – сказала Настя.

Она вышла из машины, решительно направилась к входу и вошла внутрь.

Глава 15

Войдя внутрь здания Федеральной Службы Безопасности, Настя подошла к охраннику и поинтересовалась, где она может найти Дмитрия Алёхина. Охранник спросил, по какому вопросу, и Настя ответила, что это дело ведёт Дмитрий Алёхин, она подписывала бумагу о неразглашении и не может передавать информацию об этом деле третьим лицам. Тогда он ненадолго задумался, потом махнул рукой, как бы соглашаясь с ней, посмотрел в монитор, пощёлкал мышкой, и через полминуты сказал:

– Капитан Алёхин в настоящее время находится в служебной командировке и выйдет на службу только через 3 дня.

– Как через три дня? – огорчилась Настя. – Он мне срочно нужен, не могли бы Вы мне дать номер телефона, по которому я могу с ним связаться?

– Нет, такую информацию мы не даём, но вы можете обратиться к другому сотруднику и обрисовать ситуацию. Если вопрос действительно важный, то Вас тут же свяжут с капитаном Алёхиным.

Настя немного подумала и решила пока никому ничего не объяснять, а дождаться его возвращения. Поблагодарив охранника и попрощавшись с ним, Настя вышла на улицу и села в машину. Она рассказала Андрею с Таней о том, что произошло в здании, а затем спросила, какие у кого мысли по этому поводу.

– Нам с Таней возвращаться на работу нельзя, домой тоже, так как преступники могли узнать наши домашние адреса, – сказал Андрей. – Я думаю, что и тебе тоже. Кто их знает, на что они способны. Могли выйти и на тебя.

– Нужно найти безопасное место, где можно пересидеть эти три дня, – сказала Настя. – Но желательно не в городе. Есть ли у вас что-то на примете?

Они переглянулись, и Таня сказала:

– Да, есть. Как раз в сторону Валаама, недалеко от Приозерска живёт наша бабушка, можно остановиться у неё. Она в настоящее время на пенсии, живёт одна в деревне, и будет только рада, если мы приедем. Тем более мы давно не навещали её.

Андрей и Настя согласились с тем, что это хорошая идея, и Таня стала набирать номер, чтобы предупредить бабушку о приезде. Пришлось ей поговорить с бабушкой минут пять, прежде чем удалось сказать о том, что они скоро к ней приедут. Бабушка хотела больше узнать о делах Тани и Андрея, а также рассказывала, что нового произошло у неё. Наконец, Тане удалось сообщить бабушке, что они скоро приедут, чему та несказанно обрадовалась. Когда Таня закончила разговор, Настя сказала:

– Нам нужно заехать в какой-нибудь торговый центр и купить одежду и кое-какие личные вещи. Также нам необходимо купить еду.

–Да, – согласилась Таня. – Только сделаем это по пути, в Северной части города.

Она завела двигатель, вырулила на проспект, и поехала в сторону Литейного моста через Неву.

Глава 16

Некоторое время они ехали в тишине, каждый был погружён в свои мысли. Настя думала о том, что такого опасного и загадочного приключения в её жизни ещё не было. Нет, конечно, случались разные истории во время её поездок в поисках редких антикварных или винтажных предметов, или, как она их называла, в поисках клада, но до стрельбы дело не доходило.

Однажды она, как делала довольно часто, отправилась в Финляндию за сокровищами. Заранее посмотрев объявления о продаже редких вещей и договорившись с хозяевами о встрече, она составила маршрут своей поездки. Вообще, в Финляндии много старых частных домов, в которых жильцы находят по чердакам или подвалам старинные предметы, принадлежавшие ещё их предкам. Дома в Финляндии построены качественно, так что в таких домах живёт не одно поколение людей. И когда люди находят что-то, на их взгляд древнее, они хотят избавиться от этого, чтобы не скапливать хлам в доме. И очень часто они продают эти вещи даже за небольшие деньги. А Настя приезжает, осматривает их профессиональным взглядом, и если она считает, что они представляют какую-нибудь ценность, то совершает сделку.

Так было и в тот раз. Её поездка уже почти подходила к концу. Она купила множество интересных и ценных предметов. Среди них были подсвечники, несколько редких светильников «Тиффани», картины, красивые шкатулки, граммофон, чайный сервиз и пара прекрасных кресел. Осталось заехать ещё в одно место, где она договорилась по телефону с хозяйкой посмотреть итальянские бронзовые каминные часы с мраморными вставками конца 19 века. Эта женщина жила вместе с семьёй в доме, который находился в уединённом месте, в стороне от основных трасс. Так что Насте пришлось ещё и немало покрутиться по просёлочным дорогам, прежде чем она смогла найти это место.

Дом оказался двухэтажным и довольно старым. Он стоял на отшибе, хотя в отдалении Настя заметила ещё несколько домов. Когда она позвонила, дверь ей открыл мужчина. Он сказал, что его жены дома нет, но часы может показать и он. Настя согласилась и вошла в дом. Но потом его поведение стало казаться ей странным. Когда она стала спрашивать его про жену, он начал путаться в ответах, и она увидела, что он злится.

А затем из подвала донеслись крики. Это были слабые, еле различимые звуки, но Насте всё же удалось различить слово «Помогите». Это кричала женщина.

Далее вокруг Насти всё происходило, словно в фильме с замедленной съёмкой. Мужчина схватил нож и хотел наброситься на неё. Хорошо, что она вовремя успела среагировать. Каким-то чудом ей удалось выбраться на улицу и добежать до ближайшего дома.

В конце концов, всё закончилось благополучно, приехала полиция и освободила женщину и её детей из подвала, а мужчину арестовала. Как впоследствии выяснилось, он сошёл с ума и представил, что его жизненная сила заключена в этих часах, а его жена, а затем и Настя, хотели забрать её.

И вот теперь она опять оказалась вовлечена в опасную для жизни историю. Но тут её мысли прервал Андрей. Он сказал, что они уже подъезжают к торговому центру. Отыскав свободное место на стоянке, Татьяна припарковала машину.

– У нас мало времени, поэтому всё делаем быстро, – сказал Андрей. – И берём только самое необходимое. Лучше нам разделиться. Я куплю продукты, а вы кое-какую одежду и зубные щётки. Встречаемся у машины через час.

Андрей и Таня пошли вперёд, а Настя немного замешкалась. Внезапно её за руку кто-то схватил. Она повернула голову и увидела старую цыганку. Настя попыталась вырвать руку, но цыганка крепко держала её.

–Не бойся, – сказала цыганка. – Я только погадаю тебе.

Она несколько секунд рассматривала ладонь Насти, потом посмотрела пристально ей в глаза и сказала шёпотом:

– Ты должна остерегаться человека, который будет помогать тебе. Он тебя обманет.

Затем она отпустила руку, развернулась и пошла прочь, оставив Настю задумчиво стоять на месте.

И в самом деле, а что она знает про Андрея? Зачем она всё рассказала ему? Хотя в тот момент ей казалось, что она в тупике и у неё нет другого выхода. Впрочем, так оно и было. Тряхнув головой, Настя подумала, что она уделяет слишком большое значение словам какой-то цыганки. Отбросив в сторону нехорошие мысли, она поспешила вслед за своими спутниками. На первом этаже торгового центра они разошлись в разные стороны. Андрей пошёл в продуктовый магазин, который располагался здесь же, а Настя и Таня на эскалатор, чтобы подняться на второй этаж в поисках магазинов, которые им подойдут.

– Расскажи, а какой Андрей человек? – спросила Настя. – Я ведь ничего про него не знаю.

–Андрей хороший человек, – ответила Таня. – Он всегда был добрым и справедливым. Когда мы учились в школе, он постоянно защищал меня. Потом, во время службы в армии, он подружился с одним парнем. Тот парень был слабым и не мог за себя постоять, поэтому с первых же дней старослужащие начали издеваться над ним. Но Андрей вступился за него и не дал в обиду. Тогда они переключились на него, били, но не смогли сломить его волю. В конце концов, от них отстали. Они до сих пор дружат с тем пареньком, его зовут Костя, он компьютерный гений.

– То есть к нему можно будет обратиться, если нам потребуется найти какую-нибудь информацию?

– Да, конечно, – ответила Таня. – Он помнит то, что Андрей сделал для него, они друзья, и он всегда будет рад помочь нам.

– Хорошо, – сказала Настя. – Это может нам пригодиться.

Она решила, что не следовало принимать всерьёз слова цыганки. Купив всё необходимое, девушки вернулись к машине. Андрей уже ждал их с двумя пакетами продуктов. Погрузив всё в багажник, они сели сами и поехали по направлению к выезду из города. Была пятница, многие уезжали за город на выходные, но ещё был не конец рабочего дня, поэтому больших пробок пока не было.

Через какое-то время они выехали на трассу и поехали в сторону Приозерска.

Глава 17

По дороге Андрей начал вспоминать кое-что из истории:

– Приозерск – небольшой город в Ленинградской области, расположенный на берегу озера Вуокса и в устье реки Вуоксы, недалеко от её впадения в Ладожское озеро. Это порубежный город, который на протяжении своей долгой истории не раз переходил из рук в руки, оказываясь под властью разных государств: Великого Новгорода и Московской Руси, Швеции, Российской империи, Великого княжества Финляндского и Финляндии, СССР и России. Менялись и названия города: Корела, Кексгольм, Кякисалми. С 1948 года он носит имя Приозерск. Главная его достопримечательность – крепость Корела, основанная в конце 13 века. Этот период и считается временем основания города. Из Приозерска есть регулярное водное сообщение с островом Валаам на Ладожском озере. Можно добраться на теплоходе, Метеоре или договориться с частниками. На острове расположены посёлок Валаам и Валаамский Спасо-Преображенский монастырь, а также несколько скитов. Сам остров является популярным туристическим направлением и сейчас, в летний период, там много туристов.

– Скоро приедем, – сказала Татьяна. – Наша бабушка живёт в деревне, километрах в двадцати от Приозерска.

Они свернули с трассы на просёлочную дорогу, проехали через посёлок, затем какое-то время ехали по лесу и выехали к небольшой деревушке. Татьяна остановила машину перед небольшим, но добротным двухэтажным домом на окраине деревни.

Настя увидела, как на крыльцо вышла женщина лет семидесяти и, улыбаясь, пошла к машине.

– Привет, бабушка, – сказал Андрей и обнял её.

– Привет, Андрюша, как давно вы не приезжали ко мне, я очень соскучилась, – ответила она.

К ней подошла Таня и тоже обняла её.

– Вот, бабушка, познакомься, это Настя, мы втроём погостим у тебя несколько дней, – сказала Таня. – Настя, это Тамара Степановна, наша замечательная бабушка.

Настя и Тамара Степановна улыбнулись друг другу и поздоровались. Затем они взяли пакеты из машины и все вместе прошли в дом.

– Банька уже почти готова, сходите, помойтесь с дороги и будем ужинать, – сказала Тамара Степановна.

Настя и Таня собрали вещи для бани и вышли. Вернулись они через сорок минут, заметно посвежевшие. Далее в баню ушёл Андрей, а Таня с Настей начали помогать бабушке накрывать на стол. После того, как Андрей вернулся, они сели за стол и стали ужинать. Сидели они долго, около часа, бабушка их обо всём расспрашивала, так как они давно не виделись, и ей всё было интересно. Из разговора Настя узнала много подробностей из их жизни, в частности то, что их родители погибли в автокатастрофе около двух лет назад. Удовлетворив своё любопытство, и вдоволь наговорившись с внуками, а также досыта накормив всех, Тамара Степановна ушла спать, а Настя, Андрей и Таня остались пить чай и разговаривать.

–Давайте подведём итог всему, что случилось за этот день, – сказала Настя. – Мне приходит посылка с ключом и письмом от внезапно появившегося дальнего родственника Алексея. В письме он передаёт мне зацепку к разгадке тайны пропажи Янтарной комнаты. И, как следует из письма, скорее всего сам он уже мёртв. Я решаю проверить тайник в камере Петропавловской крепости, о котором сказано в письме. Тайник я нахожу, а в нём ещё одно письмо, но за этим занятием меня застаёт Андрей. И в этот момент появляются люди с оружием, каким-то образом тоже узнавшие о тайнике. Сейчас я думаю, что они узнали это из письма, которое я забыла на столе дома. Значит, они уже побывали у меня.

– Согласен, – ответил Андрей. – По-другому они вряд ли могли выяснить про тайник.

– Да, – сказала Настя. – Затем выясняется, что существует подземный ход, который ведёт из камеры в Летний дворец на другой берег Невы. Мы с Андреем убегаем и в тоннеле читаем письмо из тайника. Оказывается, люди с оружием, преследующие нас, принадлежат к тайной организации «Союз девяти», которая тоже ведёт поиски Янтарной комнаты и ни перед чем не остановится. В письме говорится, что Янтарная комната имеет очень большое значение для России, обладает магическими свойствами, а «Союз девяти» хочет передать её Японии, чтобы та могла использовать её в качестве рычага для возвращения Курильских островов. Взамен от Японии они хотят получить остров и создать там своё государство. Также в письме даются некоторые подсказки.

Ключ, который был в посылке, отпирает бункер, в котором спрятана Янтарная комната. Но при отпирании дверей нужно остерегаться ловушек. Ещё он сообщил, что на Валааме проживает святой старец Феодосий, который раньше входил в состав верхушки «Союза девяти» и может помочь нам. И, наконец, назвал имя сотрудника ФСБ – Дмитрий Алёхин. Сказано, что мы можем доверять ему. Как мы уже выяснили, он служит в звании капитана и ещё 3 дня будет в командировке. Какие будут соображения?

– Конечно, всё выглядит слишком фантастично, – сказал Андрей. – Если бы не видел всё своими глазами, никогда бы не поверил.

– Надо действовать, как и запланировали, – сказала Татьяна. – Дождаться, когда капитан Алёхин вернётся из командировки, и всё ему рассказать. Он должен нам помочь.

– А если он задержится? – возразила Настя. – Думаю, что нужно поехать завтра утром на Валаам и найти Феодосия. Может быть, он сможет пролить свет на эту историю. Разве вам самим не интересно? А ФСБ сразу всё засекретит, и мы никогда не узнаем правду. Да и нам будет проще всё объяснить капитану, если мы сами больше выясним.

Таня и Андрей ненадолго задумались, глядя на Настю, а затем Андрей сказал:

– Хорошо, завтра утром мы с тобой поедем на Валаам. Таня отвезёт нас на машине до причала в Приозерске, попробуем нанять лодку. Втроём нам на Валааме делать нечего, поедем вдвоём с Настей. Это не опасно, про Валаам эти люди не могли узнать. А вечером Таня заберёт нас на причале в Приозерске.

Немного подумав, Таня тоже согласилась.

– Вот и хорошо, – сказал Андрей. – А теперь давайте спать, завтра нам рано вставать.

Глава 18

Проснувшись утром и позавтракав, все втроём поехали на Валаам. Бабушке Андрей сказал, что хочет свозить Настю на экскурсию и вечером они вернутся. В дорогу они взяли с собой термос с чаем и бутерброды, так как день обещал быть длинным. Выехав обратно на основную трассу, они поехали в сторону Приозерска. Доехали до места они довольно быстро, машин утром было ещё немного. Они хотели приехать на Валаам пораньше на частной лодке до того, как на остров прибудет основная масса туристов на Метеоре и теплоходе. Приозерск – городок небольшой, да и Татьяна хорошо его знала, поэтому они сразу поехали в сторону причала. Когда они остановились на берегу, Андрей сказал Тане:

– Я тебе позвоню, когда мы поедем обратно, и нас нужно будет забирать. Если я позвонить не смогу или что-то будет со связью, то жди нас на этом же месте в 5 часов вечера.

– Хорошо, – ответила Таня.

Андрей с Настей вышли из машины, помахали Татьяне, и она уехала обратно в деревню.

Только сейчас Настя ощутила, что погода испортилась, и задул сильный ветер. На Ладожском озере поднялись большие волны.

– Похоже, нам сегодня не повезёт, – сказал Андрей. – При таких волнах могут отменить рейсы на Валаам. И скорее всего, так оно и будет.

Они посмотрели на берег, где рядом с теплоходом шумели люди. Особенно слышно было одну женщину, которая громко кричала о том, что у неё завтра уже поезд и ей нужно попасть на Валаам именно сегодня. Но, судя по недовольному лицу человека, ответственного за переправу, а также глядя на то, как он мотает головой и показывает на волны, нетрудно было догадаться, что ни теплоход, ни Метеор никуда в такую погоду не поплывут.

– Надо звонить Тане, чтобы вернулась за нами, – сказал Андрей и начал доставать телефон.

– Подожди минутку, – сказала Настя. Взгляд её был прикован к человеку в тельняшке, который стоял вдалеке в трубкой во рту и равнодушно наблюдал за происходящим. Рядом с ним к причалу был пришвартован катер с двумя двигателями, по виду мощными.

– Пойдём, попробуем с ним договориться, – сказала Настя Андрею и указала на моряка.

– Бесполезно, – ответил Андрей. – Он никуда в такую погоду не поплывёт, даже если мы предложим большие деньги.

– Надо попробовать, – сказала Настя.

Они пошли по направлению к моряку. Глядя, что они идут к нему, он усмехнулся.

– Знаю, что спросите, поэтому отвечаю сразу, – сказал моряк. – Погода сегодня не лётная. Приходите завтра.

Сказал и выпустил облако дыма. Настя посмотрела на его курительную трубку, и у неё созрел план.

– Я вижу, Вы увлекаетесь редкими вещами, – сказала она и указала на трубку, которая и в самом деле выглядела необычно благодаря резным узорам. – Наверное, нелегко было достать такую вещицу.

– Да, непросто, – смягчился моряк. – Начало прошлого века, раритет. А Вы, я смотрю, хорошо разбираетесь в этом?

– Это моя профессиональная обязанность, разбираться в таких вещах, – ответила ему Настя. – Я уже давно торгую антиквариатом и через мои руки прошло множество редких вещей. У меня и для Вас кое-что есть.

– Что же? – спросил моряк. Видно, что это его очень заинтересовало и ему не терпелось услышать ответ. Похоже, что он и правда очень увлекался раритетом.

– Скульптура женщины 19 века на нос судна, – ответила Настя. – Очень красивая и редкая. В древности моряки возлагали большие надежды на нее, считая, что она способна успокоить встречный шторм.

Видно, что его глаза загорелись, но он ещё сомневался. Тогда она достала телефон и показала ему фотографию. После того, как он увидел её, он больше ни в чём не сомневался, даже позабыл про опасные волны на озере.

– Прошу пожаловать на борт. Мой катер в вашем распоряжении до самого вечера.

Они зашли по трапу на палубу, он отдал швартовый и начал медленно отплывать от причала. Ему с берега что-то кричали, но из-за шума двигателей было не разобрать, что именно. Он просто махнул рукой и прибавил ход. Катер, взревев двигателями, помчал Настю и Андрея на Валаам, на поиски святого старца Феодосия.

Глава 19

Катер с трудом пробивался сквозь волны, его качало из стороны в сторону, и порой казалось, что он вот-вот перевернётся. Настя и Андрей сидели в кабине и держались за поручни, а капитан судна вглядывался вперёд, нервно кусая губы и бормоча себе под нос, что не стоило соглашаться на эту авантюру. Один раз катер так сильно качнуло, что Настя навалилась на Андрея и чуть не упала. Но Андрей схватил её за руку и крепко обнял за плечи. В этот момент её будто молния пронзила, закружив мысли в бешеном ритме, и в то же время, сделав их ватными. До этого Андрей ни разу к ней не прикасался, а сейчас, едва его рука коснулась её руки, она почувствовала невероятное желание во всём теле.

Похоже, что и Андрей что-то почувствовал, потому что он сразу напрягся и немного отодвинулся от неё. Весь оставшийся путь прошёл для неё как будто в тумане. Она не чувствовала качки, волн, она вспоминала только его прикосновение и его близость, хотя и боялась на него посмотреть. И лишь к концу пути она начала потихоньку приходить в себя. Настя подумала, что так случилось, скорее всего, из-за того, что у неё долгое время не было мужчины. Хотя она должна была признаться себе, что Андрей нравился ей всё больше и больше. Было в нём что-то такое, что притягивало её. И дело не только в том, что Таня рассказала о том, какой он хороший. Она стала чувствовать его где-то внутри себя. И с прикосновением это чувство стало особенно острым.

Неожиданно она услышала голос капитана и пришла в себя. Он сказал, что они подплывают. Она посмотрела вперёд и увидела Валаам. Даже в такую погоду он был прекрасен. Его природа очень понравилась Насте, было в ней что-то первобытное, истиннорусское.

Катер вошёл в бухту и, медленно двигаясь вдоль берега, направился в сторону причала, находившегося недалеко от Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. Когда капитан аккуратно причалил, Андрей и Настя сошли на берег, испытав невероятное ощущение от соприкосновения с твёрдой землёй. Поначалу ноги даже не хотели их слушаться. Андрей повернулся и спросил капитана:

– Где Вы нас подождёте, на катере или на берегу?

– Я буду на катере, – ответил тот. – Постарайтесь не задерживаться, к вечеру шторм может усилиться, и тогда мы не сможем вернуться в Приозерск. Мы и сейчас доплыли каким-то чудом.

Насте не понравился взгляд капитана, был он какой-то негодующий, и в то же время хитрый. Но она ещё не пришла окончательно в себя после пережитого шторма и испытанных чувств к Андрею, и не придала этому особого значения. Хотя пора было собраться с мыслями и подумать, как найти святого старца Феодосия, как с ним поговорить и как правильно задать ему вопросы, чтобы он на них ответил. Впереди их ждал насыщенный день. Они развернулись и пошли в сторону главного здания монастыря.

Глава 20

Сейчас, когда вокруг были люди, смущение Насти немного прошло, и она смогла мыслить более конструктивно.

– Нам нужно пойти в главное здание и спросить, где мы можем найти святого старца Феодосия, хотя не уверена, что здесь его тоже называют святым старцем.

– А если там спросят, зачем он нам понадобился? – усомнился Андрей.

Настя ненадолго задумалась и сказала:

– Пожалуй, ты прав. Могут возникнуть ненужные вопросы. Давай попробуем спросить вон у того монаха.

И действительно, со стороны монастыря по направлению к причалу шёл монах и нёс какую-то корзину. Когда он поравнялся с ними, Настя спросила:

– Простите, можем мы обратиться к Вам с вопросом?

– Конечно, – ответил монах. – Я с удовольствием помогу Вам.

Он поставил корзину на землю и посмотрел на них с улыбкой, ожидая вопроса.

– Где мы можем найти святого старца Феодосия?

Улыбка тут же исчезла с лица монаха, и он с подозрением посмотрел на них.

– А зачем он вам нужен и кем вы ему приходитесь?

Настя задумалась, но за неё ответил Андрей:

– Мы его дальние родственники и нам нужно сообщить ему важную информацию.

– Ну, я надеюсь, что скоро вам это сделать не удастся, – ответил монах. – К сожалению, Феодосий умер три месяца назад.

Увидев их изумлённые лица, он поспешил добавить:

– Он умер во сне, так как был уже старый. Так бывает.

Он поднял корзину и пошёл дальше.

– Подождите! – крикнула ему вслед Настя. – А где он похоронен?

– На противоположном конце острова, рядом с Авраамиевским скитом. Раньше там никого не хоронили, но такова была воля Феодосия перед смертью. Он хотел быть похоронен подальше от людей, и именно на том месте.

Монах пошёл дальше по своим делам, а Настя с Андреем пошли в сторону монастыря, чтобы посмотреть карту острова. Настя всё же решила дойти до места захоронения Феодосия.

– Зачем нам это нужно? – спросил Андрей. – Нет оснований не доверять монаху. Я считаю, что это напрасная трата времени и сил.

– Мы должны исключить все неожиданности, – ответила Настя. – Чтобы капитану Алёхину можно было с уверенностью сказать, что Феодосия нет в живых.

На схеме острова, которая висела рядом с монастырём, было указано, что расстояние до Авраамиевского скита семь километров.

– Пойдём, – улыбнулась Настя. – Ходить пешком очень полезно для здоровья. Заодно и полюбуемся красотами острова.

Глава 21

Настя не обманула Андрея – полюбоваться действительно было чем. Некоторое время они просто шли, не разговаривая, и смотрели по сторонам на первозданную красоту, чудесные деревья по обеим сторонам просёлочной дороги. Конечно, погода не располагала к пешим прогулкам, дул сильный ветер и с неба накрапывал небольшой дождь. Она ещё сильнее испортилась с того момента, как они сели в катер.

Людей вокруг было мало, особенно когда они отошли подальше от монастыря. Да и кто захочет прогуливаться в такую погоду? Наверняка туристы, которые не смогли сегодня отплыть на большую землю, сейчас сидят в гостинице или находятся в монастыре и его окрестностях.

– Мы просто найдём его могилу, запомним место, сфотографируем и вернёмся на катер, – сказала, наконец, Настя после долгого молчания. – А затем передадим эту информацию капитану Алёхину. А также расскажем ему о том, что произошло сегодня. Раз у Феодосия не удалось ничего узнать, можно попытаться установить личности людей, которые нас преследовали, по камерам видеонаблюдения. Хотя этот вариант кажется мне сомнительным.

Андрей только кивнул в ответ и дальше они опять шли в тишине, каждый был погружён в свои мысли. Настя думала о том, как она будет жить дальше. Понятно, что вернуться в свой магазин она не сможет, пока не распутается весь клубок тайн, связанных с Союзом девяти. А теперь, когда ниточка оборвалась, надеяться на это уже не приходилось.

Так они шли долго, больше часа, и, наконец, подошли к берегу. Рядом с берегом были небольшие островки с переходами на них с Валаама. И на одном из этих островков и расположился Авраамиевский скит.

Подойдя ближе, они увидели табличку, что скит в настоящее время восстанавливают. Недалеко от самого скита стоял вагончик для рабочих, но он был закрыт на замок, людей вокруг не было видно. Похоже, что из-за плохой погоды, а скорее всего по причине выходного дня, сегодня восстановительные работы не велись.

Немного походив вокруг, они всё-таки заметили вдалеке могилу. Рядом с ней был вкопан в землю небольшой деревянный крест. Подойдя поближе, они увидели табличку, на которой смогли прочитать, что здесь покоится Феодосий.

– Ну что же, значит, монах не обманул, – сказала Настя. – Можно возвращаться.

Она достала телефон, чтобы сделать фотографию могилы и таблички, но тут позади них раздался хруст веток. Они с Андреем одновременно обернулись и увидели, как со стороны скита к ним идёт мужчина. Но вид у него был не совсем обычный. Он всё время хихикал, а глаза у него были восторженно-удивлённые, но в то же время пустые – глаза сумасшедшего.

– Он ненормальный, – шепнула Настя Андрею, – Нужно вести себя по-доброму, чтобы не испугать его или не разозлить.

А он подходил всё ближе, и, наконец, протяжно произнёс, продолжая посмеиваться:

– Ищут, ходят, что хотят, чего ходят? – и громко расхохотался своей шутке.

Настя и Андрей уже намеревались пройти мимо него и отправиться обратно в сторону причала, но внезапно он изменился в лице, перестал смеяться и начал испуганно смотреть по сторонам. Затем взглянул на них, Насте даже показалось, что взгляд у него стал более осмысленным, и тихо произнёс:

– Деда Феодосия здесь нет.

Быстро схватил Настю за руку и сунул в ладонь скомканный лист бумаги. Потом он отпрянул от них, развернулся и побежал в сторону леса. Настя застыла ненадолго, но всё-таки смогла сбросить с себя оцепенение и крикнула вслед:

– Кто здесь похоронен?

– Какой-то дядя, – услышали они в ответ, и ветер донёс до них громкие рыдания.

Но вот сумасшедший скрылся из виду, а вместе с ним исчезли и звуки, которые он издавал. Настя слышала только сильный шум ветра и, пожалуй, громкий стук своего сердца.

Глава 22

– Жуть какая, – сказал Андрей после некоторой паузы. – Фотографируй, и пойдём на катер.

– А что, если он сказал правду? – задумчиво спросила Настя.

Она развернула лист бумаги, который дал ей ненормальный, и они с Андреем стали разглядывать, что там было нарисовано. А нарисована там была схема. Хоть и закорючками, но можно было разобрать, что это карта Валаама. На ней было отмечено место, где они находились, и нарисован крест. Скорее всего, он изображал могилу. Ещё на схеме был большой квадрат. Судя по тому месту, где он был нарисован, Настя догадалась, что он обозначает Спасо-Преображенский монастырь. Но на схеме была и третья пометка. Она была в виде точки и указывала на другой конец острова. Рядом с ней, еле разборчиво, было написано: «Вход. Сгоревшая сосна. 3 метра»

– Как будто ребёнок рисовал, – сказала Настя.

– Не стоит вообще придавать значение словам сумасшедшего.

– Да, ты прав. Пошли обратно.

Она сунула бумагу в карман, так как не хотела здесь мусорить. Потом достала телефон, сделала несколько фотографий могилы и креста с табличкой и они пошли в сторону причала.

Между тем, погода существенно ухудшилась, задул сильный, холодный ветер и даже пошёл небольшой дождь. Настя и Андрей решили ненадолго спрятаться под деревьями и подождать, когда он закончится, а заодно и перекусить. Время обеда давно прошло, и оба ощущали голод.

Выпив крепко заваренный чай из термоса, и съев по два бутерброда, они стали ждать.

Минут через десять Андрей сказал:

– Так можно до вечера прождать, сейчас дождь еле накрапывает, поэтому пошли, лучше побыстрее вернёмся.

Настя согласилась, и они продолжили путь, стремясь быстрее добраться до катера. Им повезло, сильный дождь так и не начался, хотя и моросил. Но было неприятно, ветер с силой швырял мелкие капельки в лицо, и казалось, что это тысячи осколков, и никуда от них было не деться.

Но вот они уже почти подошли к причалу, и у Насти неприятно засосало под ложечкой от нехорошего предчувствия. И предчувствие не обмануло её, катера рядом с причалом не было.

– Всё-таки не дождался, – воскликнул Андрей.

– Да, капитан мне показался странным, когда мы уходили, но я тогда не обратила на это внимание.

Сказала, и тут же смутилась. Она вспомнила прикосновение Андрея и из-за чего она не обратила внимания на поведение капитана, и опять ощутила желание. Тряхнув головой, она сказала:

– Пойдём, спросим.

На причале как раз человек проверял, прочно ли привязана лодка.

– Простите, вы не видели, куда делся катер, который здесь стоял? – спросила Настя, подойдя ближе.

– Уплыл, – ответил тот. – Часа три назад. Какой-то странный капитан. Ему говорили, что, сегодня плыть опасно и нужно переждать шторм, но он не послушал. Всё повторял, что его втянули в авантюру. Ну не могли же мы его удерживать насильно.

Затем он улыбнулся и сказал:

– Но вы не волнуйтесь, нам передали, что он доплыл благополучно. Как я понимаю, вы приплыли на этой яхте?

– Да, на ней, – ответила Настя. – Он должен был нас дождаться. И что же нам теперь делать?

– До завтра точно уплыть не получится. Но вы можете переночевать в гостинице, если там есть свободные номера. Она находится рядом с монастырём. Правда, сейчас там много туристов. Но вы сходите, узнайте.

Они поблагодарили его, и пошли в сторону гостиницы. Внезапно пошёл сильный дождь, заставив их ускориться. До гостиницы они добрались, уже изрядно вымокнув.

Глава 23

Войдя внутрь, Настя и Андрей подошли к стойке Администратора.

– Здравствуйте, – сказала Настя. – Мы не смогли сегодня уехать с острова и хотели бы переночевать. Дайте нам, пожалуйста, два номера.

– К сожалению, остался только один номер, двухместный. Сейчас гостиница забита туристами до отказа. Сами видите, какая погода на улице.

Настя и Андрей переглянулись.

– Выбора нет, – сказал Андрей. – Надо же нам где-то ночевать.

Настя с ним согласилась, а у самой от волнения сердце запрыгало в груди. Она вспомнила его прикосновение, и вновь ощутила, как её тянет к нему. Неужели это случится? Но Настя не знала, что думает Андрей по этому поводу, испытывает ли он к ней чувства, и не хотела выглядеть в его глазах доступной женщиной. В конце концов, она пришла к выводу, что не будет сама делать первый шаг.

Оформив посетителей в журнале, администратор выдал им ключ от номера.

– Да, и вот ещё что, – сказал он. – Из-за грозы телефоны перестали работать, поэтому у нас пока нет связи с большой землёй.

– Точно, – Андрей ударил себя ладонью по лбу. – Таня ведь будет ждать нас на пристани с пяти часов вечера, то есть уже скоро должна приехать. И что, нет никаких шансов передать сообщение?

– Нет, до завтра мы в полной изоляции от мира.

– Ну что же, надеюсь, Таня поймёт, что мы остались здесь, раз водный транспорт не ходит.

Они поднялись на второй этаж и вошли в номер. Там находились две кровати, причём довольно широкие, холодильник, телевизор. Правда, он не работал из-за грозы. Также в номере был душ с туалетом.

– Надо просушить одежду, – сказал Андрей. – Для этого нам нужно что-нибудь надеть.

В ванной комнате они нашли халаты и полотенца.

– Иди первая в душ, а я после тебя, – сказал Андрей.

Настя волновалась и ничего не смогла ответить, только кивнула. Она зашла в ванную комнату и сняла с себя верхнюю одежду. Одежда была мокрая насквозь, и Настя повесила её на верёвку сушиться. Затем она сняла бюстгальтер и трусики и стала задумчиво разглядывать себя в большое зеркало на стене.

У неё была красивая грудь с соблазнительно торчащими сосками, стройная талия, упругий животик и потрясающие бёдра. Тело её было создано для любви, от него так и веяло молодостью и свежестью.

Настя включила тёплую воду, встала под душ и ощутила невероятное блаженство от соприкосновения воды с телом. Поглаживая себя мягкой пенной губкой, она всё время думала об Андрее. Она чувствовала, что усталость уходит и её тело наполняется страстью, как будто огненной лавой, рвущейся на свободу из жерла вулкана.

Смыв с себя вместе с пеной остатки усталости, она выключила воду и стала вытираться полотенцем. Затем надела халат и вышла. Андрей посмотрел на неё, и она заметила, как взгляд его скосился на её коленку, эротично выглянувшую из-под халата.

– Можешь идти, – сказала она.

Он поднял взгляд, слегка смутился и прошёл рядом с ней в ванную комнату, закрыв за собой дверь.

Настя же вся пылала внутри, и душ не погасил пламя, а наоборот, раздул его. Напряжение витало в воздухе и Андрей тоже почувствовал это перед тем, как пойти в душ.

Его не было минут десять, и всё это время Настя места себе не находила. Память о прикосновении Андрея вместе с мягкостью нежной губки сделали своё дело – она ощутила сладкое томление между ног.

Но вот Андрей вышел, и она увидела, какой он сексуальный, свежий, с сияющим взором и стройным телом, прячущимся под халатом. Напряжение внутри неё возросло до максимума. Когда он проходил мимо неё, его рука случайно соприкоснулась с её рукой, и разряд тока прошёл через их тела. Секунду они смотрели друг на друга, а затем бросились в объятия, жадно целуя губы, пробуя друг друга на вкус и вдыхая аромат свежей кожи. Их руки жили своей жизнью, желая всё познать и изведать. Они практически одновременно потянули за пояса халатов, развязывая их. И вот они уже оказались без одежды, чувствуя жар тел друг друга. Но не только жар. Настя почувствовала, как сильно возбуждён Андрей. Да и сама она желала его не меньше. Они и не заметили, как оказались на кровати, и Настя села на Андрея сверху, так быстро это произошло. Но этот сказочный миг первого соприкосновения Андрея с её внутренним миром, наполненным потаёнными желаниями, она запомнит навсегда. Ураган закружил их, то поднимая вверх до самых высот, то стремительно опуская вниз, даря им чувство удивительного восторга во всех точках касания их тел.

Неизвестно, сколько это длилось, но, утолив первый голод, они не насытились. Им хотелось целиком и полностью познать друг друга, исследовать тела глазами, руками, языками. Они шептали друг другу нежности на ушко и чувствовали невероятную любовь и близость. И так продолжалось всю ночь. Они любили друг друга, разговаривали обо всём на свете, засыпали в объятиях и затем снова любили…

Этой ночью Настя узнала, что такое настоящее счастье!

Глава 24

Настя почувствовала дивный кофейный аромат и открыла глаза. Рядом стоял Андрей. В руках он держал поднос, на котором стояла чашка с дымящимся кофе и тарелка с омлетом.

– Доброе утро, моя хорошая, – сказал Андрей. Он поставил поднос перед ней, наклонился и поцеловал в щёку. – Тебе нужно подкрепиться, сегодня мы можем сходить на экскурсию. У нас есть время до вечера. Погода хорошая и водное сообщение наладили.

Только теперь Настя заметила, как из-за штор пробиваются солнечные лучи и улыбнулась.

– Это замечательно!

Затем посмотрела на поднос и добавила:

– И выглядит очень аппетитно, спасибо тебе.

Она принялась завтракать, а Андрей сказал:

– Правда, связи пока ещё нет, и мы не можем позвонить Тане. Но мы вернёмся вечером в Приозерск и позвоним ей оттуда, если её не будет на причале.

– Знаешь, а я всё думаю о словах того сумасшедшего, – сказала Настя. – А что, если это правда, и Феодосий жив? Столько событий произошло за 2 дня, что уже ничему нельзя удивляться.

– Не знаю, – пожал плечами Андрей. – Я бы не стал доверять сумасшедшему.

– Я ведь не выкинула его записку, можешь принести её? Она лежит у меня в кармане.

Андрей сходил и принёс схему, полученную возле могилы.

– Вот, смотри, – сказала Настя, показав на схему. – Написано, что какой-то вход находится в трёх метрах от сгоревшей сосны. Это место ближе, чем то, куда мы ходили вчера. Да и погода сегодня хорошая. Давай прогуляемся? Всё-таки нужно исключить все варианты и неожиданности.

Андрей подумал и согласился с ней.

– Тогда так и поступим, – Настя отставила поднос на тумбочку, – Только сначала поцелуй меня.

Андрей наклонился и нежно поцеловал её в губы. Она обвила руками его шею и притянула к себе…

Через час они спустились к Администратору, Настя показала на схему острова, лежащую перед ним, и спросила:

– Скажите, в той стороне есть сгоревшая сосна?

– Да, есть. Только она не сгоревшая, а обгоревшая. Удивительная история – молния попала в дерево, и его охватило огнём. Обгорел ствол, все листья и ветки сгорели, а потом вдруг пламя погасло, огонь не успел перекинуться на соседние деревья. Теперь на том месте так и стоит чёрный ствол без веток.

– А откуда вы узнали про молнию?

– Это видел один из монахов и рассказал остальным. А вы что, хотите посмотреть на дерево? Я бы вам не советовал, до него идти минут сорок, и это обычное обгоревшее дерево. Хотя места там красивые, можете и сходить, чтобы познакомиться с природой нашего острова.

Они поблагодарили его, и вышли на улицу. Светило солнце и уже почти не осталось напоминаний о вчерашнем дожде, разве что несколько луж не до конца высохли.

Лица Насти и Андрея светились от счастья, они держались за руки, и им было очень хорошо вместе. Настя поняла, что в первый раз в жизни влюбилась по-настоящему, и чувствовала, что Андрей тоже её любит. Путь от монастыря пролетел незаметно. Подойдя к предполагаемому месту, где должна была находиться сосна, они стали внимательнее смотреть по сторонам.

– Вот она! – внезапно воскликнул Андрей. Настя посмотрела в ту сторону, куда он указывал, и тоже увидела вдалеке, в просвете между деревьями, чёрный ствол сосны.

Они сошли с дороги, и пошли по траве. Подойдя ближе, они увидели, что дерево стояло в одиночестве, и рядом не было других деревьев.

– Нет никакого чуда в том, что сгорело только одно дерево, огню просто некуда было перекинуться, – сказала Настя. – А монах наверняка приукрасил.

В записке было сказано, что вход в трёх метрах от дерева. Они начали внимательно вглядываться под ноги, пытаясь найти в траве ручку или что-то, похожее на люк, но так ничего и не нашли.

– Надо подумать логически, – сказала Настя. – Если существует вход в тайник, значит те люди, которые сделали его, должны быстро находить этот вход и не тратить время на поиски. Значит, должна быть какая-нибудь деталь, позволяющая отличить это место от других мест.

Они стали просматривать ещё раз, и Настя увидела небольшой камень, размером с кулак, на который раньше не обращала внимания. Внимательно рассмотрев его, Настя воскликнула:

– Смотри, здесь есть углубления под пальцы.

Андрей подошёл, взял камень в ладонь и дёрнул. С первого раза открыть не получилось, хотя люк и поддался слегка. Видимо, его давно не открывали. Тогда он дёрнул ещё раз, и люк распахнулся. Перед ними открылся вход в темноту.

Глава 25

Достав телефон и включив фонарик, Настя увидела лестницу. Андрей полез вниз, а Настя шепнула ему:

– Осторожно, там кто-нибудь может быть.

Она отдала ему телефон. Он посветил себе под ноги и сказал:

– Не похоже, чтобы здесь кто-нибудь был.

Лестница была небольшой, состояла всего из нескольких ступенек. Когда Андрей встал на пол, Настя тоже спустилась по лестнице и встала рядом с ним. Они осветили землянку фонариком и увидели, что это было маленькое помещение, рассчитанное на одного человека. В углу стоял топчан, а на стене висели полки, на которых стояли банки с консервами.

– Похоже, что это специально оборудованное убежище. Значит, сумасшедший нас не обманул и Феодосий не похоронен в могиле. Но и здесь его нет. Даже если и был, то давно.

– Интересно, а как здесь дышать? – задумчиво спросил Андрей. – При закрытом люке надолго кислорода не хватит. Ага, нашёл!

На стене было отверстие.

– Вентиляционная трубка, значит, где-то она выходит на поверхность.

Настя задумалась, кто же мог построить такое убежище. Если монах на берегу не обманул, могила для Феодосия была выкопана три месяца назад. И кого-то в ней похоронили вместо него. Значит, Феодосий мог прятаться здесь. Казалось, Андрей прочитал её мысли и спросил:

– И где же нам теперь его искать?

– Не знаю. Может, попробовать найти сумасшедшего и всё у него разузнать? Он наверняка что-нибудь знает. Хотя вряд ли скажет. Или всё-таки поехать обратно в Питер и передать информацию Алёхину, пусть разбирается. Он должен вернуться уже послезавтра.

Внезапно раздался громкий хлопок, и Настя вздрогнула. Стало темно, и она поняла, что это люк захлопнулся.

– От ветра что ли? – спросил Андрей и полез вверх. Он надавил на люк, но тот не поддался. Тогда он навалился всем телом, но безрезультатно.

– Что за чёрт? Что-то мешает.

– Какие же мы с тобой простаки, – внезапно Настю осенила мысль. – Да ведь нас заманили в ловушку, а мы и залезли оба. Люк, похоже, чем-то подпёрли.

Сколько Андрей не пытался, открыть не получалось, и он бросил эту затею.

Они молча стояли, пытаясь оценить масштабы трагедии. Кто их здесь может найти? Да никто. Если только хватятся, и администратор вспомнит, что они спрашивали про сгоревшее дерево. Но, по всей видимости, люк герметичный и звуконепроницаемый, так что даже если и хватятся и придут сюда, шансов на то, что найдут люк или их услышат, немного.

Насте так не хотелось умирать, ведь она только нашла свою любовь. Но ещё больше ей не хотелось, чтобы умирал Андрей. Видя, что он был немного испуган, она попыталась его успокоить:

– Давай не будем паниковать раньше времени, нас должны найти, теперь мы можем только ждать. Может, немного поспим?

Она чувствовала усталость после бессонной ночи, да и Андрей выглядел тоже уставшим. Они легли на топчан, Андрей обнял Настю, и они быстро заснули.

Глава 26

Насте приснилось, что она совсем маленькая, и лежит в темноте в своей комнате. Внезапно дверь начала со скрипом открываться, прямо как тогда, в детстве. Настя испугалась, но решила, что это была её мама. Но когда дверь открылась, на пороге показалась фигура старой цыганки. Она посмотрела на Настю и сказала скрипучим голосом:

– Он тебя обманет. Не верь ему!

Сказала и захохотала, прямо как тот сумасшедший рядом с могилой Феодосия.

Настя хотела закричать от страха, но тут из тёмного угла вышел какой-то старик и спросил:

– Зачем Вы меня ищете?

Настя поняла, что это святой старец Феодосий. Но он ведь мёртвый. Или живой?

Ей было очень страшно, но кричать она не могла, ей не хватало воздуха.

И тут она поняла, что находится на катере. Капитан вцепился в руль и смотрел вперёд, а сам катер уже уходил под воду. Стёкла полопались, и вода стала затекать внутрь. Она посмотрела на Андрея, но он сидел прямо и не шевелился, глядя в пустоту. Она открыла рот, чтобы позвать его, но захлебнулась водой и стала задыхаться.

Внезапно кто-то дёрнул её за плечо:

– Проснись, Настя, скорее же!

Она открыла глаза. Вокруг было темно, но тут включился фонарик, и она увидела Андрея. Дышать было трудно, кислорода не хватало.

– Похоже, что-то случилось с вентиляцией. Наверное, трубку перекрыли.

Настя начала постепенно приходить в себя и ответила:

– Значит, это тот, кто хорошо знает устройство этой землянки. Ведь трубка наверняка замаскирована и посторонний человек не смог бы её найти и закрыть.

Некоторое время они сидели молча, потрясённые тем, что смерть приходит так. Хотя она обычно именно так и приходит, в тот момент, когда ты её меньше всего ожидаешь встретить. Было жарко, и дышать становилось всё труднее и труднее.

– Андрей, я счастлива, что встретила тебя, – прошептала Настя. – Я люблю тебя!

Она положила голову ему на плечо. Он прижался щекой к её волосам и ответил:

– Я тоже тебя люблю.

Внезапно наверху, со стороны люка, раздался какой-то шум. Люк несколько раз дёрнулся и открылся. В лицо им ударил поток свежего воздуха, а затем направился луч фонаря.

– Слава богу, я вас нашла. Я уже начала волноваться!

И Настя испытала невероятное облегчение, как будто заново родилась.

Спасительный голос принадлежал Татьяне.

Глава 27

Настя и Андрей вылезли на поверхность, жадно вдыхая воздух и наслаждаясь солнечным светом.

–Надо же, ещё день, – произнёс Андрей. – Очень быстро закончился кислород. А может трубку никто не зажимал, когда мы были там, а она уже была зажата до нашего прихода? А когда мы пришли, то пустили немного воздуха с улицы, но он быстро закончился.

– Возможно, – ответила Настя.

Затем она повернулась к Тане и спросила:

– Как ты нас нашла?

– Давайте пойдём в сторону причала, а то опоздаем на Метеор. Идти далеко, и по пути я вам всё расскажу.

Они пошли, и Татьяна начала свой рассказ.

– Вчера я ждала звонка от Андрея. Он не позвонил и я, как и договаривались, поехала к причалу. Там я узнала, что водного сообщения с островом сегодня не будет, и никто вернуться не сможет. Но я на всякий случай прождала до восьми часов вечера и поехала обратно. Всё время пыталась дозвониться, но не могла. Я понимала, что вы вернётесь на следующий день, но мне было неспокойно от дурного предчувствия. Утром я увидела, что светит солнце, и решила ехать к вам на Метеоре. Приехав на остров, я спросила, где я могу найти тех, кто не смог уплыть вчера. Мне указали на гостиницу. Администратору я показала фотографию Андрея, и он сказал, что вы ушли. Ещё он сказал, что вы интересовались чёрной сосной и хотели пойти туда. А также и то, что в той стороне особых достопримечательностей нет. И я подумала, что вы пошли туда не просто так. Взяв у администратора карту острова, на которой он отметил место, где стоит обгоревшая сосна, я направилась в путь. Сосну я нашла быстро, едва пришла на место, но вот что делать дальше, я не знала. Вас там не было. Сначала я покричала, но мне никто не ответил. Тогда я подумала, а чем же вас так заинтересовала эта сосна? И стала искать зацепки вокруг неё. С обратной стороны в траве я увидела скомканный лист бумаги. Развернув его, я увидела нарисованную карту с отметками. Прочитав про сгоревшую сосну, я поняла, что нужно искать вход в трёх метрах от дерева. Его я увидела сразу, потому что на том месте стояла тачка, полная камней. Откатив её в сторону, я увидела, что остался один камень. Посмотрев внимательнее, я разглядела углубление для пальцев и поняла, что это ручка. Тогда я стала дёргать и открыла люк. Дальше вы всё знаете.

– Наверное, ты обронила лист, когда мы искали вход, – сказал Андрей Насте. – Интересно, кто мог нас здесь закрыть?

– Отправил нас сюда тот сумасшедший, – задумчиво сказала Настя. – Какой-то он странный. Нам надо разузнать о нём в монастыре.

Затем они рассказали Тане всё, что с ними произошло с того момента, как они с ней расстались. Естественно, кроме ночных событий. Как-то не сговариваясь, они с Андреем решили пока не демонстрировать перед ней своих чувств.

Подойдя к монастырю, они остановились и стали советоваться, что им делать дальше. Решили спросить неофициально у кого-то из священнослужителей.

Мимо как раз проходил священник, и Настя обратилась к нему:

– Простите, не могли бы Вы нам помочь? Мы хотим узнать о сумасшедшем, которого мы видели возле Авраамиевского скита.

Священник улыбнулся ей в ответ и сказал:

– Это Тимофей, но мы зовём его Тимошей. То, что вы видели его возле дальнего скита, вполне естественно, ведь он там живёт. Рядом со скитом похоронен святой старец Феодосий, и Тимоша каждый день ходит к нему на могилу.

– А где он живёт?

– В землянке в лесу, недалеко от скита. Когда Феодосий умер и был похоронен, Тимоша ни на шаг не отходил от могилы. Поначалу мы отгоняли его, но потом сжалились и вырыли ему землянку, поставили туда печь. Носим продукты время от времени. Так он и прожил три месяца.

– А как он стал таким?

– Этого мы не знаем, он таким уже приплыл к нам. За неделю до смерти Феодосия.

Настя и Андрей переглянулись и Андрей спросил:

– А как долго Феодосий прожил на острове до своей смерти?

– Месяцев восемь-девять.

Священник хотел уже пойти дальше, но Настя задала ещё один вопрос:

– Простите, а Вы присутствовали на похоронах Феодосия?

– Нет, были только два монаха от монастыря, которые хоронили его. Один из них и нашёл его мёртвым. Он ведь жил отшельником.

– А можем мы поговорить с этими монахами?

– Нет, они уехали в другой монастырь, сразу после похорон.

– А как выглядел Феодосий?

– Ну, он хоть и был стариком, но волосы у него были тёмные, и, что странно, седая борода. А глаза тёмно-синие, с пронизывающим взглядом. Казалось, он видит тебя насквозь. Одним словом, святой.

Священник попрощался с ними и пошёл по своим делам, а Настя сказала:

– Я думаю, что нам надо пойти к Тимофею и поговорить с ним.

Священник повернулся и сказал:

– Боюсь, сейчас это сделать не получится. Тимоша сегодня днём был какой-то странный, прибежал на причал и сел в лодку, которая собиралась плыть в Приозерск за припасами. Он добрый, мухи не обидит, и мы решили – пусть сплавает, развеется.

За ним присмотрит Василий. Они должны вернуться часа через три.

Он ушёл, оставив их задумчиво стоять возле стен монастыря.

Глава 28

Но времени на то, чтобы всё как следует обдумать, у них не было. Таня напомнила, что они опаздывают на корабль, и они побежали в сторону пристани. Ещё бы немного, и они опоздали. Метеор отплыл через десять минут после того, как они зашли на палубу.

Когда они сели на свои места, Настя сказала:

– Ну и что мы имеем? Сумасшедший говорит нам, что Феодосий жив и отправляет нас в ловушку. Возможно, сам он её и захлопнул. А затем сбежал с острова. Вряд ли он поехал просто покататься.

– Я почему-то думал, что Феодосий дольше жил на острове, а он приехал всего лишь около года назад, – сказал Андрей. – Как то это странно.

– Более чем, – согласилась Настя, – Учитывая его прошлое. Это наводит на мысль о том, что он вполне мог просто скрываться на острове. И эта непонятная история со смертью.

– Да, я вот всё никак не пойму, – сказала Таня. – Так куда делся всё-таки Феодосий? Убил его, что ли, Тимофей?

– Наверное, – ответил Андрей. – Прибыл за неделю до смерти, всё подготовил, у него были двое помощников, которые сделали всю работу и уехали с острова. Сам же он зачем то стал ждать нас, ну или тех, кто будет искать могилу. А когда решил, что с нами покончено, сразу уехал. Скорее всего, он принадлежит к той организации, во главе которой стоял Феодосий, и так они обрубали концы.

– Нам во что бы то ни стало нужно найти Тимофея, сейчас для нас это единственная надежда, – сказала Настя.

Погода сегодня была отличная, весь день светило солнце и ветра почти не было. Озеро было гладким и ровным, и плыть по нему было одним удовольствием. Так, разговаривая и наслаждаясь поездкой, они и не заметили, как пролетел час, и они приплыли на место.

Сойдя на берег, они стали думать, что делать дальше.

– Смотрите, – сказала Настя, – Эту лодку я видела на Валааме вчера, когда мы приплыли. Похоже, на ней и сбежал Тимофей.

Это был катер с каютой. Рядом стояла машина, с неё грузили коробки. Из каюты вышел мужчина.

– Наверное, это и есть Василий, – Сказал Андрей. – Подождём немного, когда они закончат погрузку и подойдём к нему.

Ждать пришлось недолго. Передав из кузова ещё 5 коробок, водитель попрощался, сел за руль и уехал.

Они направились к лодке. Подойдя ближе, Настя спросила:

– Простите, Вы ведь Василий? С Валаама?

– Да, а что вы хотели?

– Священник в монастыре сказал нам, что с вами уплыл Тимофей, а нам очень нужно с ним поговорить. Где он сейчас находится?

Лицо Василия сделалось грустным, и он сказал:

– К сожалению, я не уследил за дурачком. Когда мы причалили к берегу, он выбежал на берег и побежал в сторону стоянки такси. Я кричал ему вслед, но он даже не обернулся. Запрыгнул в первую машину и уехал. А куда, зачем – я не знаю. Ну не гнаться же мне было за ним. Да и, по правде говоря, он для меня никто. Сам убежал – сам и виноват.

– А вы запомнили номер машины, на которой он уехал? – спросила Настя.

– Нет, номера не запомнил. Это была старая Ауди красного цвета.

– Что ж, спасибо Вам за помощь.

Они попрощались, и он стал готовиться к отплытию на остров, а Настя, Таня и Андрей направились в сторону стоянки такси. Пройдя совсем немного, Настя остановилась.

– Подождите, будет лучше, если я одна поговорю с таксистами. Если мы подойдём втроём, они нам точно ничего не расскажут.

Таня с Андреем согласились, и дальше Настя пошла одна.

Глава 29

На стоянке находилось несколько машин, и Настя пошла к ближайшей из них, на которой была надпись «Такси». Дверь автомобиля была открыта. За рулём сидел мужчина лет пятидесяти и читал книгу. Насте он показался человеком, который готов идти на контакт, поэтому она подошла к нему и спросила:

– Здравствуйте, могу я к Вам обратиться?

Он посмотрел на неё и сказал:

– Сейчас не моя очередь, подойдите к соседней машине.

– Нет, ехать мне не нужно, я по другому вопросу.

Тогда он отложил книгу и посмотрел на неё:

– А что Вы хотели узнать?

– Вам знаком водитель красной Ауди, которая здесь стояла?

– Да, он мне знаком, его Егор зовут, – он подозрительно на неё посмотрел. – А зачем он Вам?

– Понимаете, я познакомилась с молодым человеком на Валааме, но он уехал раньше, у него возникли срочные дела. А свой номер телефона не оставил. Мне на причале сказали, что он уехал на красной Ауди. Вот я и хотела спросить водителя, куда он его отвёз.

Таксист посмотрел на неё и понимающе ухмыльнулся. Наверное, подумал, что парень просто побыл с девушкой и сбежал, но вслух произнёс:

– Егор сказал, что сегодня не вернётся, видимо, далеко ехать. Но Вы сможете найти его здесь завтра утром. Он каждый день стоит на этом месте.

– Спасибо Вам большое, – поблагодарила Настя таксиста и пошла к Андрею и Татьяне.

Подойдя ближе, она сказала:

– Я узнала, что водителя зовут Егор, и он будет только завтра утром. Давайте поедем к Тамаре Степановне, переночуем, а завтра вернёмся и продолжим поиски.

– Да, поехали, – ответила Таня. – Бабушка, наверное, очень волнуется. Машина стоит за углом.

Подойдя к машине, Таня села за руль, а Настя на заднее сиденье. Андрей же, немного подумав, сел рядом с Настей. Таня посмотрела на него, но ничего не сказала. Пока они ехали по городу, все молчали. Андрей слегка поглаживал Настю по ноге, и она снова стала возбуждаться, несмотря на усталость. Пару раз Андрей ловил на себе Танин взгляд в зеркало заднего вида. Когда же они выехали из города, она спросила:

– Так что же между вами произошло на острове? Вы светитесь, как два начищенных самовара.

– Ничего от тебя не скроешь, – ответил Андрей, улыбнувшись. – Мы с Настей поняли, что любим друг друга.

– Что ж, рада за вас, – улыбнулась в ответ Таня. – Наконец-то ты, братик, влюбился. Настя очень хорошая девушка.

– Спасибо, – ответила ей Настя.

Немного помолчав, она добавила:

– Я всё думаю, зачем нужна была такая сложная схема? Ведь после убийства Тимофей ещё три месяца прикидывался сумасшедшим, жил в землянке, дожидаясь нас. А может не нас? Скорее всего, кто-то узнал про Феодосия, и они решили поймать его на живца, точнее на мертвеца, – Настя мысленно улыбнулась случайно получившемуся каламбуру.

– Тогда это доказывает, что у членов этой организации серьёзные намерения, и они убьют нас, не задумываясь, если узнают, что мы ещё живы, – сказал Андрей.

– Да, действовать нужно аккуратно. Мы просто узнаем у таксиста, куда он их отвёз, и передадим эти сведения капитану Алёхину.

Немного подумав, Настя добавила:

– А что, если мы завтра не найдём таксиста? Зачем им лишний свидетель, могли и его убить. Впрочем, не думаю. Наверное, он просто довёз их до какого-то места, где они пересели на другой транспорт.

– Вот завтра и узнаем, – сказала Таня. – Мы почти приехали.

Глава 30

Подъехав к дому, они вышли из машины и направились к входу. Там их опять встречала бабушка, но на этот раз вид у неё был взволнованный.

– Как же я переживала! Хорошо, что вы вернулись.

Она всех по очереди обняла, и они вошли в дом.

– Баньку я натопила, сейчас немного перекусите и попаритесь. Только расскажите мне, как вы провели эти два дня, что интересного видели?

Пришлось во время чаепития Андрею придумывать, что они были с экскурсией, потом из-за шторма не смогли уехать и ночевали в гостинице, а на второй день просто гуляли по острову и любовались красотами в солнечную погоду.

Когда Бабушка вышла с веранды, Таня сказала:

– Ну что ж, голубки, в баню я схожу одна, а потом уж и вы. Вижу ведь, что вам хочется побыть вдвоём.

Она подмигнула им, встала и направилась к выходу. Настя немного смутилась и промолчала. Андрей тоже ничего не ответил. Когда Таня вышла, он наклонился и нежно поцеловал Настю в губы, и она ответила ему взаимностью. Но тут послышались шаги Тамары Степановны, и они отсели друг от друга. Тани не было примерно полчаса, и Настя вместе с Андреем и Тамарой Степановной пили чай и разговаривали. Затем бабушка сказала, что устала и ляжет отдохнуть в комнате, и буквально через минуту после её ухода из бани пришла распаренная и весёлая Таня.

– Можете идти, дров я не подкидывала, и там не должно быть очень жарко. Сможете хорошенько расслабиться.

Сказала и улыбнулась, а Настя опять смутилась. Хотя теперь она всё чаще вспоминала ночь и находилась в предвкушении единения с Андреем.

Они взяли полотенца, чистую одежду и пошли в баню. Войдя в светлый и просторный предбанник, Настя увидела два кресла, диван и небольшой столик. Андрей положил полотенца и одежду на кресло, повернулся к Насте и стал нежно целовать её.

– Подожди, – прошептала Настя. – Пойдём в парилку.

И они стали снимать с себя одежду. Андрей искренне наслаждался Настиной фигурой. Да и Насте нравилось тело Андрея, было видно, что он занимается спортом и держит себя в форме.

Полностью раздевшись, они прошли в соседнее помещение. Там находилось помывочное отделение, а точнее, просто был сделан душ, огороженный шторкой. Взяв из тазика веник, они зашли в парилку.

Как и говорила Таня, слишком жарко не было. Ощущалось сильное тепло, ласкающее кожу лёгким дуновением от взмаха веника, но дискомфорта не чувствовалось.

Немного посидев на пологе, Андрей предложил Насте лечь, чтобы он мог помассировать её веником.

Настя легла на живот и почувствовала приятное тепло от полога. А потом Андрей начал поглаживать и нагонять тёплый воздух веником, и Настя улетела куда-то в облака. Она ощущала невероятное блаженство, но сама находилась в каком-то тумане. Сквозь пелену наслаждения она ощущала, как он переворачивал её на спину, снова ласкал веником, обдувая тёплым ветерком каждую впадинку, каждый потаённый уголок. Затем она каким-то чудом перенеслась в душ, где Андрей снова ласкал её, только теперь уже руками, пенной губкой и горячими губами. И вот они уже на диване, страстно любят друг друга, и она ощущает Андрея каждой клеточкой своего тела. И сквозь пелену Настя видит себя со стороны то дикой амазонкой, не признающей запретов в любви, то нежной феей, которая ласкает своего возлюбленного и принимает ласки от него. Казалось, и не было прошлой ночи, в которой они утоляли жажду любви друг другом, все чувства снова были обострены до предела, и взрывы страсти и наслаждения всё так же ярко охватывали их тела.

И вот, уставшие, насытившиеся, счастливые, они снова приняли душ, оделись и пошли в дом, держась за руки, и ощущая невероятную любовь друг к другу.

Глава 31

Проснувшись утром и позавтракав, все втроём снова отправились в Приозерск на поиски таксиста. По дороге они договорились, что Настя опять подойдёт к машине одна в случае, если красная Ауди будет на стоянке, а Таня и Андрей подождут её поодаль, и если что – подстрахуют. Подъехав к стоянке на причале, но немного не доезжая до неё, Татьяна припарковалась в тени деревьев, чтобы их машина не сильно бросалась в глаза. Красной машины не было, и они решили ждать. День обещал быть жарким. Хоть было ещё рано, но солнце уже светило вовсю.

– А если он сегодня не появится? – спросила Таня.

– Смотрите, вон вчерашний водитель, с которым я разговаривала, – ответила Настя. – Подойду к нему и спрошу, был ли сегодня водитель Ауди.

Она вышла из машины, но не успела пройти и двух метров, как увидела приближающуюся к стоянке машину. Это была та самая машина, которую они ждали – красная Ауди с надписью «Такси». Автомобиль припарковался на стоянке, но водитель выходить не стал, а лишь приветственно махнул рукой другим таксистам.

Настя подошла к нему и сказала:

– Здравствуйте. Я ищу своего знакомого, и мне сказали, что он вчера уехал с Вами, когда вернулся с Валаама. Это было днём. Я бы хотела знать, куда Вы его отвезли?

– У меня каждый день полно пассажиров с Валаама, я что, каждого должен запоминать? Да и с какой стати я Вам должен это говорить? Вы вообще кто такая?

– Я – внештатный сотрудник Федеральной службы безопасности, – на ходу стала придумывать Настя, – мы ведём расследование, и нам необходимо найти этого человека. Я хочу, чтобы Вы просто рассказали, куда его отвезли. Больше мне от Вас ничего не нужно. Если не хотите рассказывать мне, то уже сегодня Вас вызовут на допрос в Питер к капитану Алёхину, и всё равно придётся рассказать. И хотите Вы тратить своё и наше время?

Вид у Насти был грозный, и таксист дрогнул:

– А кто именно Вам нужен?

– Пассажир, который приехал днём с Валаама на катере. Это был Ваш последний клиент за вчерашний день.

– Да, хорошо, я расскажу, – ответил таксист, – Он сел в машину и попросил отвезти его в какую-то деревню, я уже и не помню название, в сорока километрах отсюда.

– А как он выглядел и как он с Вами разговаривал? Я имею в виду, не показался ли он Вам странным?

– Нет, вполне обычный человек. Разве что глаза холодные. Обещал накинуть сверху ещё деньжат, если поеду быстро. Так мы и доехали. Деревня небольшая, всего пара десятков домов. Да и то, пустующих много. Он попросил подъехать к дому возле леса и подождать, он должен был вернуться минут через сорок, чтобы поехать куда-то ещё. Заплатил за поездку, как и обещал, больше нужного, ещё и аванс дал, и ушёл в дом. Он постучал, ему кто-то открыл, и он скрылся за дверью. Отсутствовал он столько, сколько и сказал – минут сорок. Я в это время читал книгу. Знаете, мне нравится один автор, он пишет потрясающие книги.

– Мне это не интересно, продолжайте, что было дальше.

– Ну а дальше он вышел из дома вместе с каким-то стариком. Старик закрыл дверь, и они сели в машину, оба на заднее сиденье.

Старик? – удивлённо спросила Настя. – А как он выглядел? У него была седая борода?

– Нет, он был без бороды. А волосы у него были чёрные, что странно, ведь на вид ему лет восемьдесят. И глаза тёмно-синие, необычные. Посмотрел на меня своим пронизывающим взглядом, как будто в душу заглянул.

– И куда вы поехали дальше?

– Им нужно было севернее Ладожского озера, а это километров триста пятьдесят – четыреста. Там несколько лет назад открыли Горный парк, и они попросили отвезти их туда. Сразу назвали цену, и я согласился – это раза в два больше, чем я бы сам назвал. Мы выехали на трассу, я заехал на заправку и поехал в сторону парка.

– А Вы были в этом парке раньше?

– Нет, не был. Но был знакомый таксист вместе с семьёй. Им очень понравилось, рассказывал, что там потрясающая природа, туристические тропы по лесу, над каньоном и горными реками. А ещё там целая подземная сеть природных пещер. Единственный минус – далеко. А то я бы и сам давно съездил. Ну вот, мы доехали, они попросили остановить недалеко от входа в парк. Там были ещё туристы, но все в основном разъезжались по домам – дело шло уже к закрытию. Пассажиры заплатили, вышли и прошли внутрь.

– Купили билет?

– По-моему нет. Я разворачивался недолго, а когда поехал обратно – они уже прошли на территорию. Вот и всё, дальше я доехал до дома, лёг спать, а утром приехал сюда.

– Скажите, о чём они разговаривали в машине, пока ехали?

– В основном молчали. Первый пассажир сказал только, что мышеловка захлопнулась, но старик приложил палец к губам. Я это мельком заметил в зеркало заднего вида. После этого так и не разговаривали.

– Спасибо за помощь, – сказала Настя и задумчиво пошла в сторону ожидающих её Андрея и Тани.

Глава 32

В машине она пересказала свой разговор с таксистом.

– Так, значит, жив Феодосий? – удивлённо спросил Андрей.

– Да, похоже на то, – ответила Настя. – Поехали обратно к Тамаре Степановне, надо подумать, что делать дальше.

Таня завела двигатель, и они тронулись в обратный путь.

Настя задумчиво сказала:

– Очень похоже, что Феодосий инсценировал свою смерть, чтобы его перестали искать. Может, он узнал, что ФСБ вышло на его след? Мы тоже поверили. Надо же, как они хитро всё провернули. Прибыл на остров под видом святого старца и стал жить отшельником. К нему все привыкли, и через восемь-девять месяцев к нему приезжает его помощник Тимофей. Надо было ещё спросить, когда приехали на остров те два монаха, которые его хоронили. Наверняка, в то же самое время, что и сам Феодосий.

Продумали они всё до мелочей. Раз Феодосий был отшельником, к нему никто и не ходил. Только эти два монаха приносили ему еду. Они же якобы обнаружили труп. Сам же Феодосий наверняка отсиживался в тайнике. Когда похоронили пустой гроб и соорудили могилу, рядом с ней остался Тимофей, чтобы дождаться тех, кто придёт искать Феодосия. Так было проще, чем самим искать тех, кто идёт по следу. Он очень натурально прикидывался сумасшедшим и не вызвал ни у кого подозрений. Так они и прожили эти три месяца – Тимофей в землянке недалеко от могилы, а Феодосий в тайнике. А затем пришли мы, и Тимофей направил нас в ловушку. Сам же побежал предупредить Феодосия. Он знал, что в такую погоду мы не пойдём искать тайник, и тем более не сможем уплыть с острова, а останемся в гостинице. Скорее всего, рано утром Феодосий уплыл с острова и спрятался в заброшенном доме в деревне. Значит, ему должен был помогать ещё один помощник, который носил бы еду в тайник и увёз его с острова. Тимофей же спрятался где-нибудь неподалёку от гостиницы и проследил за нами, когда мы пошли искать место, обозначенное на карте. Когда мы нашли вход и залезли внутрь, он захлопнул люк и заложил его припрятанными где-то неподалёку камнями. Убедившись, что мы не можем выйти, он ушёл. Воздуховод они перекрыли ещё утром. Затем он запрыгнул в лодку, которая отправлялась за продуктами, и уплыл с острова. Сев в такси, он заехал за Феодосием, и вместе они поехали в Горный парк, открывшийся несколько лет назад.

– Интересно, зачем они туда пошли? – спросил Андрей.

– Не знаю. Они явно там не в первый раз, их просто пропустили, не спросив билеты. Либо у них там встреча, либо там есть кто-то, кто сможет их спрятать.

В это время они подъехали к дому. Когда они вышли из машины и вошли внутрь, Настя сказала:

– Необходимо посмотреть, что это за парк такой. Нам с Андреем внутрь заходить нельзя. Если там находится Тимофей, то он нас может узнать. Таню же он не видел, поэтому ей проще будет притвориться туристом.

– Но это далеко, почти четыреста километров. Может, расскажем всё капитану? Он завтра уже должен быть на работе.

– Нам надо приехать к нему с уже собранной информацией. Да и у нас впереди целый день, должны же мы чем-нибудь себя занять.

Ещё немного посовещавшись, все пришли к единому мнению, что нужно ехать. Немного отдохнув, они приготовили бутерброды и чай в термосе, взяли бинокль, сели в машину и поехали на север, в сторону Горного парка.

Глава 33

Ехали они долго, около четырёх часов. Когда до места оставалось всего несколько километров, Настя сказала Тане:

– Когда будешь внутри, обращай внимание на любую мелочь. Нам важно понять, могут ли там прятаться Феодосий с Тимофеем, или они просто ненадолго заходили. Впрочем, не мне тебя учить. А мы пока подождём тебя и понаблюдаем за парком со стороны.

Подъехав к парку, они решили не оставлять машину на стоянке, так как, если они пробудут здесь долго, то машина может вызвать подозрение. Недалеко от парка они нашли удобный съезд с дороги и спрятали машину в кустах. Дальше пошли пешком.

– Мы можем подождать на том холме, – сказал Андрей. – С него будет отлично виден вход и часть парка.

И действительно, прямо напротив входа был холм, на котором росли деревья и густой кустарник. Недалеко от них начиналась тропинка, по которой они могли подняться, оставаясь незамеченными.

– Хорошо, тогда я пошла, пожелайте мне удачи. Когда выйду, присоединюсь к вам на холме.

Таня направилась к кассе, купила билет и прошла на территорию парка. Настя и Андрей свернули на тропинку и стали подниматься на холм. Когда они дошли до верха, то сразу увидели удобное место, где можно было сидеть и оставаться незамеченными. Андрей снял рюкзак, и Настя достала оттуда покрывало. Постелив его рядом с кустами, которые в этом месте были немного реже, и сквозь них можно было рассмотреть вход, они с Андреем сели на него. Затем Настя достала из рюкзака бинокль, термос, кружки и бутерброды, и они решили немного подкрепиться. Было около четырёх часов вечера, но солнце и не думало опускаться ниже, всё также нагревая воздух своими горячими лучами. Как будто хотело наверстать упущенное за то время, когда ураган и тучи взяли над ним верх. Но Насте и Андрею жарко не было – густые ветви деревьев хорошо защищали их.

Подкрепившись, они приготовились к долгому ожиданию и стали наблюдать за парком.

Рядом с входом на территорию находились две билетные кассы и два турникета для посетителей. Охранников тоже было двое, но пару раз к ним из будки выходил третий – покурить и поговорить. Новых посетителей уже было немного, и у охранников был скучающий вид

Недалеко от турникетов для посетителей находились ворота для автотранспорта, и рядом с ними тоже дежурило двое охранников. Но за время, пока Таня отсутствовала, Настя так и не увидела ни одной машины, проезжающей через эти ворота.

Немного поскучав, Настя решила побольше узнать об этом парке. Она достала телефон, внесла название парка в поисковую строку, зашла на сайт и стала читать:

«Горный парк на севере Ленинградской области находится в живописном месте, окружённом вековыми соснами. На территории парка располагаются быстрые реки с чистейшей водой, красивейший каньон, уникальный для этих мест, и цепь подземных пещер природного происхождения. При искусственно созданном освещении стены этих пещер переливаются всеми цветами радуги, что привлекает туристов со всего мира. Также вокруг парка под землёй находится множество шахт и штолен, в которых раньше добывали редкие минералы. После того, как эта территория вошла в состав заповедника, власти выставили предписание закрыть шахты. Почти сразу же на этом месте началась расчистка территории и подготовка к строительству Горного парка.

Ежегодно парк посещает множество туристов, так как он является одним из самых красивых мест в нашей стране. Но туристам доступны только оборудованные пещеры. Шахты, в которых была добыча, в настоящее время закрыты».

– Мне кажется, Таня ничего нового не узнает, кроме того, что здесь написано, – сказал Андрей.

– Мы должны были посмотреть, что там внутри. А вдруг она заметит что-нибудь необычное? – ответила Настя, и они продолжили своё наблюдение.

Глава 34

Таню они заметили часа через два после того, как она зашла внутрь. Она проходила через турникеты вместе с остальной группой туристов. Только все они пошли в сторону стоянки машин и автобусов, а она направилась к тропинке. Через десять минут она уже сидела на покрывале, ела бутерброды и рассказывала:

– Ну что, на первый взгляд – обычный Горный парк. Нет, конечно, парк не совсем обычный, он очень красивый и интересный, но странного я вначале ничего не заметила. Я ходила по парку с экскурсионной группой по маршруту, на самом деле было очень интересно. Экскурсовод рассказал нам историю этого парка, показал удивительные красоты. Мы походили по навесным мостам через реки и посмотрели на очень красивый каньон. Странности я заметила уже тогда, когда мы спустились в пещеры. Мне показалось, что охранников там больше, чем нужно. И ещё они стоят у входа в заброшенные шахты, куда туристам проходить нельзя. Можно было бы подумать, что это для того, чтобы туристы случайно не зашли туда и не заблудились. Но тогда зачем у входа два охранника? Я даже попробовала пройти туда, но меня не пустили. А когда мы уже отошли подальше, я обернулась и увидела, как туда прошёл мужчина в белом халате, и его пропустили без вопросов. Я уверена, что там есть какие-то помещения для персонала.

– И вполне возможно, что наши друзья скрываются именно в этой шахте, – продолжила за неё Настя, – Давайте ещё понаблюдаем, что будет происходить после закрытия.

Прошло ещё примерно полчаса, и парк для посещения был закрыт, входы с турникетами перекрыли решёткой. В следующий час вообще ничего не происходило, и Настя подумала, что дольше оставаться не имеет смысла и пора уезжать, тем более что ехать ещё четыре часа обратно. Но тут она заметила, что к воротам приближается фургон. Это была первая машина, которая въезжала на территорию. До этого лишь выехало несколько легковых автомобилей, принадлежащих сотрудникам парка.

Настя решила остаться и понаблюдать ещё, и за два часа они насчитали ещё восемь грузовых автомобилей, которые въезжали на территорию парка, а затем выезжали с неё.

– Я думаю, что пора возвращаться назад. Больше мы ничего интересного здесь не увидим, – сказала Настя.

Они спустились с холма и направились к машине. Когда они уже сели и поехали, Андрей спросил Настю:

– Думаешь, этот парк используют как базу?

– А тут и думать нечего. Человек, играющий в «Союзе девяти» одну из главных ролей, инсценирует свою смерть. Затем он скрывается на территории парка, хотя, казалось бы, что ему здесь делать? В пещерах много охранников, в заброшенной шахте, скорее всего, какие-то помещения. Ну и много грузовых автомобилей после закрытия. Зачем? Ведь продукты или оборудование обычно возят в рабочее время. Нет, скорее всего, это и есть база «Союза девяти», нам надо обо всём рассказать капитану.

– Давайте заедем к бабушке и несколько часов поспим, а пораньше утром поедем, – сказала Таня.

– Поспать нужно, – согласилась Настя. – Но я считаю, что ехать мы должны вдвоём с Андреем. Втроём мы привлечём больше внимания.

– Да, согласен. Таня, останешься у бабушки, пока всё не решится. Будем держать связь по телефону.

Сначала Таня попробовала спорить, но затем решила, что так будет правильнее.

До деревни они доехали уже далеко за полночь. Вставать надо было рано, да и за день они очень устали, поэтому они сразу же легли спать и моментально заснули.

Глава 35

Проснулись они в семь часов утра и сели завтракать.

– Сегодня капитан Алёхин должен вернуться из командировки, – сказала Настя. – Сейчас позавтракаем и поедем, как раз доберёмся до места к началу рабочего дня. Нельзя терять ни минуты, иначе Феодосий с Тимофеем могут ускользнуть.

– А может, попробовать ему позвонить? – предложил Андрей.

– Я не хочу рассказывать всё по телефону, лучше это сделать при личной встрече.

Таня ещё спала, но они с ней накануне договорились, что не будут будить, раз уж ей не нужно ехать. Доев свой завтрак и собравшись, они вышли на улицу, и пошли к машине. Проводить их вышла Тамара Степановна. Ей они сказали, что едут в Питер по делам, поэтому она не выглядела взволнованной и улыбалась.

– Постараемся вернуться к вечеру, – сказал ей Андрей, садясь за руль. – Но особо нас не ждите, вдруг сегодня вообще не получится вернуться.

– Нет, мы с Танюшкой будем вас ждать.

Настя села на пассажирское сиденье рядом с Андреем, он завёл двигатель, и они поехали в Санкт-Петербург.

Им хорошо было ехать вдвоём, они улыбались друг другу и время от времени Андрей брал Настину руку в свою и поглаживал её. Настя даже на миг забыла, зачем и куда они едут. Казалось, они вдвоём едут на море и впереди их ждут счастливые дни. Но тут она вспомнила, какое у них дело, и стала думать о нём.

Если всё получится, организацию «Союз девяти» смогут разоблачить и арестуют её участников, она сможет вернуться к прежней жизни, которую она так любила. Только теперь в её жизни будет Андрей. Она мечтательно улыбнулась. Но надо подумать, как рассказать так, чтобы Алёхин быстро всё понял и помог им. Раз в письме было сказано, что мы можем доверять ему, то надо рассказать ему всё от начала и до конца. А дальше пусть сам решает, что с этим делать. В конце концов, это его профессия.

На въезде в Санкт-Петербург была огромная пробка, так как было начало рабочего дня и все спешили на работу. Так что до Литейного проспекта они доехали несколько позднее, чем рассчитывали. Припарковав машину рядом с соседним зданием, они вышли и направились к зданию Федеральной службы безопасности.

Когда они вошли внутрь, Настя подошла к охраннику и сказала, что ей нужен капитан Алёхин.

– По какому вопросу?

– Это касается расследования одного дела.

– Как Вас представить?

– Анастасия Оболенская.

– Хорошо, подождите.

Когда охранник снял трубку и стал набирать номер телефона, Настя очень обрадовалась. Значит, капитан уже вышел из отпуска.

Сказав в трубку капитану, что к нему просится Анастасия Оболенская, охранник выслушал ответ и спросил Настю:

– Капитан спрашивает, есть ли у вас родственник Алексей.

– Да, есть. Я пришла как раз по этому делу.

Он передал её ответ собеседнику, затем положил трубку и сказал:

– Капитан Алёхин сейчас подойдёт.

Настя и Андрей радостно переглянулись. Теперь они были не одни и им обязательно помогут, тем более они уже проделали огромную работу.

Через несколько минут к ним вышел мужчина лет тридцати пяти, с военной выправкой и изучающим взглядом.

– Здравствуйте, Вы Анастасия Оболенская? – спросил он.

– Да, это я.

– Давайте пройдём ко мне в кабинет и побеседуем.

– Но я не одна, – спохватилась Настя и указала на Андрея. – Он со мной, тоже по этому делу.

– Хорошо, выпишем пропуск на вас обоих.

Оформив пропуска, они вошли внутрь и проследовали за капитаном на второй этаж. Там они зашли в его кабинет, и он указал им на два стула, стоящие перед столом.

– Вот, присаживайтесь.

Сам же обошёл стол и сел в кресло.

– Вы сказали, что пришли по делу Алексея. Я его давно не видел, как у него дела?

– Я думаю, что его убили.

– Убили? – удивился капитан. – Мы с ним пересекались в одном расследовании, он тоже искал Янтарную комнату. Неужели из-за этого?

– Да, из-за этого. Но я сама точно не знаю, это он в письме написал, что его собираются убить.

И Настя начала рассказывать с самого начала. Рассказала, как получила посылку, пересказала информацию, которой поделился с ней Алексей в своём письме.

Капитан внимательно слушал её и не перебивал. Затем она рассказала про Петропавловскую крепость и про то, как Андрей вывел их через потайной ход.

– Да, действительно, три дня назад в крепости был застрелен охранник, но убийц так и не нашли. Никто их не видел, а камеры видеонаблюдения, которые могли бы их снять, оказались выключенными.

Настя и Андрей переглянулись, ведь они рассчитывали в том числе на то, что камеры помогут выйти на человека в чёрной повязке. А капитан изучающее посмотрел на Андрея и задал ему несколько вопросов. Он спросил, давно ли тот работает в крепости, где живёт, потом снова повернулся к Насте и попросил продолжать.

Она рассказала, как они добежали до Летнего Дворца по туннелю, а люди с оружием преследовали их. Как потом они заезжали сюда, на Литейный проспект, и им сказали, что капитана не будет ещё три дня. Тогда они решили пересидеть у бабушки Андрея в Приозерске, а также съездить на Валаам и самим всё разведать.

С этого места капитан стал их слушать гораздо внимательнее. Настя рассказала про их приключения на острове, про то, как их заперли, а Таня их спасла.

– Вам стоило дождаться меня, одним ехать было опасно, – сказал Капитан.

– Да, возможно. Но Вас не было и мы подумали, что так будет лучше.

Затем Настя рассказала про то, как они преследовали Тимофея, узнали, что Феодосий жив и выяснили, где находится место, где они прячутся. И что место это, скорее всего, и есть база Союза девяти.

Когда Настя закончила рассказ, капитан сказал:

– А вы молодцы, такое расследование провели. Мне нужно проверить всю информацию и выяснить всё о владельце этого парка. Давайте встретимся через три часа в кафе через несколько домов по этой же улице. К этому времени я уже смогу собрать достаточно информации.

Они встали, он их проводил до выхода и пошёл обратно в кабинет, а Настя с Андреем вышли на улицу.

Глава 36

Сначала они думали посидеть в машине, но три часа ждать на одном месте сложно, поэтому они решили прогуляться по набережной. На улице было жарко, но ветерок с Невы освежал их. Они взялись за руки и шли по берегу, любуясь прекрасными видами Санкт-Петербурга, наблюдая за катерами и кружащими над водой чайками.

Рядом по дороге с шумом проносились автомобили, но они не замечали их – они наслаждались обществом друг друга. Настя рассказала Андрею про своё детство, школьные годы, первую любовь, учёбу в Институте и про своё увлечение, ставшее в итоге делом её жизни – антиквариат. Андрей тоже рассказал ей про себя, про занятия спортом, армию, институт. Им было интересно вдвоём, они шли и мечтали о совместной жизни, строили планы на будущее. И всё это было реальностью, стоило только решить проблему в виде организации под названием Союз девяти, ставшей у них на пути. Впрочем, не будь этой организации, они могли бы так никогда и не познакомиться.

Время пролетело незаметно, и пора было уже возвращаться в кафе. Скоро должен был подойти капитан, да и на свежем воздухе у них разыгрался зверский аппетит.

Они пришли в кафе, но Алёхина ещё не было, и они решили пообедать. Когда им принесли суп, и они приступили к приёму пищи, появился капитан.

– Обедаете? Молодцы, дело хорошее. Я тоже ужасно проголодался.

Он сделал заказ официанту и начал рассказывать:

– Время дорого, поэтому буду говорить кратко. Вы проделали огромную работу, дали нам в руки ниточку, благодаря которой мы можем распутать весь этот змеиный клубок. Рисковали вы не зря, и хорошо, что проследили до парка. Теперь я не сомневаюсь, что именно там и находится их главная база. Я пробил по своим каналам и выяснил, кому принадлежит этот Горный парк. Эти же люди, только от имени другой организации, владели раньше шахтами по добыче редких минералов. Они загрязняли окружающую среду, но чиновники закрывали на это глаза. Сейчас нам предстоит выявить всю цепочку должностных лиц и других людей, связанных с этим делом. Ещё удалось узнать, что несколько раз работы в шахтах хотели остановить, но каждый раз чиновники, которые были инициаторами этого, бесследно исчезали. А те, кто приходил на замену, снова закрывали на всё глаза. Теперь механизм расследования заработает в полную силу, нужно выявить всех участников организации, а для этого потребуется некоторое время. Вам же на время расследования лучше уехать за границу. У вас есть загранпаспорта?

Андрей и Настя кивнули в ответ.

– Отлично! Передайте их мне, нужно сделать вам визы и билеты, чтобы вы могли улететь сегодня же вечером.

– Мой паспорт дома, – ответил Андрей.

– Нужно привезти.

– Мой тоже дома, – сказала Настя. – Только можно ли мне туда? Вдруг меня ищут и следят за моей квартирой?

– Поступим так. Андрей, поезжай за паспортом один и привези его в контору, я тебя встречу. С Настей поедет наш сотрудник в качестве телохранителя, да и посмотрит, нет ли за тобой слежки. Сейчас я его вызову. Потом передашь паспорт ему. Сами же с Андреем ждите от меня сообщение. Да, вот ещё что, дома соберите сумки с вещами, примерно на месяц. Только недолго, чтобы успеть визы с билетами сделать.

Капитан достал телефон, набрал номер и попросил собеседника подойти к машине.

Затем они все вместе вышли из кафе. Андрей пожелал Насте удачи, сел в машину и уехал, а Настя и капитан пошли к зданию ФСБ. Там их уже поджидал молодой человек с военной выправкой.

– Это Иван, – представил его Алёхин. – Он поедет с тобой. Ваня, отвезёшь Настю до дома, зайдёшь вместе с ней. Она соберёт вещи и возьмёт загранпаспорт, и вы вернётесь сюда. Затем возьмёшь у неё паспорт и принесёшь мне. Всё ясно?

– Так точно.

– Ну всё, до встречи.

Капитан скрылся внутри здания, а Настя с Иваном сели в машину и направились в сторону Настиного дома.

Глава 37

Иван оказался приятным молодым человеком и интересным собеседником. Насте он сразу понравился, и они оживлённо болтали всю дорогу. Она узнала, что он познакомился со своей женой, когда они оба ещё учились в школе. После того, как Иван отслужил в армии, они поженились, и недавно у них родился сын. У Ивана был такой радостный вид, что Настя тоже искренне порадовалась за него. Она тоже рассказала про себя, и они как-то сразу сдружились, им было весело в обществе друг друга.

Подъехав к дому на Невском проспекте, в котором жила Настя, Иван нашёл свободное место и припарковался. Они вышли из машины, и пошли к дому, всё так же весело разговаривая. На время Настя даже позабыла, что с ней произошло в предыдущие три дня. Иван сказал, что познакомит её со свой семьёй, приглашал их с Андреем к себе на дачу.

Когда они подошли к квартире, Настя вспомнила о том, что их могут там поджидать. Она открыла дверь, и первым вошёл Иван. Он обошёл все комнаты, заглянул на кухню, в ванную комнату, туалет. Затем позвал Настю:

– Можешь заходить, здесь никого нет.

Настя прошла внутрь и оглянулась.

– Вроде, здесь никого и не было.

И в самом деле, все вещи стояли на своих местах, присутствие посторонних здесь не ощущалось. Были, конечно, некоторые моменты, которые смутили Настю, но она не особо обратила на них внимание. Подумаешь, лампа немного не так стоит и ковёр сдвинут. Её не было три дня, может, так всё и было, а она просто забыла.

– Подожди меня в гостиной, я соберу вещи.

Иван сел на диван и включил телевизор, а Настя прошла в спальню. Достав из шкафа чемодан, она положила его на кровать и раскрыла. Хотела выбирать одежду и складывать её в чемодан, но вспомнила о загранпаспорте и открыла тумбочку, чтобы найти его.

В это время из гостиной донёсся шум и Настя вздрогнула. Для телевизора было слишком реалистично и громко.

– Иван, у тебя всё в порядке? – крикнула Настя, но он не ответил. Слышно было только звук работающего телевизора. От нехорошего предчувствия у Насти мороз пошёл по коже. Она подошла к двери, открыла её, и сердце чуть не выпрыгнуло у неё из груди от неожиданности. Прямо перед ней стоял человек со шрамом и чёрной повязкой. Тот самый, что убил охранника в Петропавловской крепости. За его спиной было ещё два человека. У неё в голове успели пронестись мысли, что, скорее всего они прятались и ждали её в квартире напротив, она как раз сдавалась накануне всех этих событий. Настя успела об этом подумать буквально за секунды, а потом увидела Ивана. Он лежал на полу в луже крови, они убили его.

Настя хотела закричать, но тут человек в повязке замахнулся и последнее, что она увидела, это его кулак. После этого она уже ничего не видела – всё погрузилось в темноту.

Глава 38

ЧЕЛОВЕК В ЧЁРНОЙ ПОВЯЗКЕ.

Миша не хотел уходить из своей старой школы. Ему нравилось ходить туда, у него там были друзья, все они жили в соседних дворах и знали друг друга с самого раннего детства. Летом гоняли мяч во дворе, а зимой, когда заливали водой хоккейную коробку, вставали на коньки и устраивали жаркие хоккейные баталии по вечерам, на которые приходили посмотреть жители окрестных домов. Но, когда Миша учился в шестом классе, в самый разгар хоккейного сезона, его отца назначили управляющим филиала компании, в которой тот работал. И всё бы ничего, но филиал этот находился в другом городе, и их семье пришлось переехать. Отец Миши был в восторге, мама тоже радовалась за него, только сам Миша был совершенно не рад.

Все его друзья остались в прежней жизни, а в этом городе он никого не знал. Новая школа оказалась для него враждебным местом. Банда хулиганов сразу ополчилась против новичка, и ему приходилось с кулаками отстаивать своё право на существование. Как оказалось, он такой был не один. Чуть раньше в эту школу перевёлся другой мальчик, так же ставший объектом внимания для шпаны. Звали этого мальчика Тимофей. Миша с Тимофеем оказались братьями по несчастью, и это сблизило их. Они вместе стали давать отпор хулиганам, и те отстали от них. После этого они стали друзьями, и всё свободное время проводили вместе. В основном просто болтались по городу, так как учиться оба не любили и перебивались в школе с тройки на четвёрку.

Излюбленным местом для прогулок у них стала строительная площадка, а особенно строящийся высотный дом. По выходным, когда стройка была закрыта, они любили там гулять, залазить на крышу и смотреть с высоты на свой город.

Тот день стал самым страшным днём в жизни Миши. И даже теперь, спустя столько лет, он время от времени видит его во сне и просыпается в холодном поту. А начинался день как обычно. В воскресенье они с Тимофеем гуляли по строящемуся дому, когда внезапно обрушилось перекрытие. Тимофей начал падать вниз, но зацепился за край. Миша бросился ему на помощь и начал тянуть за руки. Когда он помог Тимофею выбраться, случилось страшное. Теперь перекрытие провалилось под Мишей, и он рухнул вниз. Конечно, один этаж не так уж и много, и вполне можно было обойтись просто ушибами. К сожалению, Миша упал очень неудачно – головой вниз. В результате он лишился глаза и сильно разрезал щёку. Потом он долго лежал в больнице, пока раны не зажили. Но с тех пор он начал носить чёрную повязку и на щеке у него красовался огромный шрам. После выхода из больницы Миша узнал, что Тимофею с семьёй тоже пришлось переехать в другой город. К сожалению, его новый адрес и телефон Миша не знал, и связь между ними была оборвана.

После случившегося Мишу стали называть пиратом. Он настолько привык к своему прозвищу, что и сам стал ощущать себя пиратом. Со временем он стал хулиганом. Потом связался с бандитами и встал на скользкий путь криминала. Однажды ему не повезло, и его поймали на хулиганстве. Отсидев свой срок, он думал начать жизнь заново, жить и работать честно, но столкнулся с реалиями современного мира. С судимостью его никто не хотел брать на работу, и он всерьёз подумывал опять вернуться в преступный мир.

Именно в тот момент в его жизни вновь появился Тимофей. Он его нашёл сам и сказал, что давно ищет возможность отблагодарить Мишу за то, что тот сделал для него в детстве. Он сообщил, что работает в организации Союз девяти, причём не на последних ролях. Он является помощником одного из предводителей – Феодосия, и предложил Мише присоединиться. Глядя на его дорогой костюм, свежий и весёлый вид, Миша согласился. Тимофей устроил ему собеседование с Феодосием, тот успешно его прошёл, и с тех пор стал незаменимым членом этой организации.

Ему приходилось заниматься многими вопросами, от похищения предметов искусства и шантажа до убийства. Дел было много, и все они нравились Мише, а точнее Пирату. Именно так его звали в организации. Платили хорошо, так что жаловаться было нечего.

Сейчас он со своей командой, в которой помимо него было ещё два человека, занимался делом, связанным с Янтарной комнатой. Ему сообщили, что некая Анастасия Оболенская получила письмо и вышла на след организации. Он выяснил её адрес и явился к ней домой. Её дома не оказалось, но на столе он нашёл письмо, крайне его заинтересовавшее. Из письма следовало, что искать её нужно было в Петропавловской крепости. Он с группой поехал туда, но на входе к ним прицепился охранник. Пират не привык к такому обращению и застрелил охранника. Затем он увидел свидетеля и хотел убить и его, но тот спрятался в камере. И номер камеры был точно такой же, как и в письме. Тогда он подумал, что и Анастасия там. Они начали ломать дверь, а когда она поддалась и открылась, увидели, что в камере никого нет. Хорошо, что он заметил, как в полу закрывался люк. Было очень похоже на какое-то убежище или тайный ход. Тогда они взорвали его и спустились вниз. Это оказался подземный ход, причём довольно длинный. Бежать пришлось долго, потом они увидели две фигуры, но для меткого выстрела было далеко. Добежав до конца и поднявшись по лестнице, они упёрлись в стену, и опять пришлось взрывать. Миша очень удивился, оказавшись в Летнем дворце. Настю так и не удалось догнать, и он решил лишний раз не светиться. Он позвонил в организацию и передал информацию координатору, а сам снова поехал домой к Насте. Как раз напротив её квартиры сдавалась в аренду другая квартира, и он вместе с группой решил ждать там.

По истечении трёх дней она так и не появилась, и он уже хотел уходить, оставив только одного человека на посту. Но тут она пришла. Да не одна, а с молодым человеком. Когда они зашли в квартиру, Пират выждал десять минут, открыл дверь отмычкой и вошёл внутрь. Парень оказался шустрым, сразу вскочил с дивана и потянулся за пистолетом, поэтому пришлось выстрелить первым. Потом он пошёл к двери, но она распахнулась и на пороге появилась девушка. Хотела закричать, но не успела – получила удар по голове и отключилась.

Координатор сказал, что нужно привезти её на базу, поэтому Миша сказал помощнику подогнать микроавтобус к выходу, они положили её на сиденье и поехали. Осталось только доехать до базы, и его миссия будет выполнена.

Глава 39

Насте казалось, что она парит в воздухе, словно на крыльях. Потоки ветра подхватывают её и качают на своих волнах вместе с облаками. И ничего нет вокруг – ни забот, ни проблем, есть только покой и безмятежность. Настя мысленно улыбнулась, наслаждаясь своим состоянием.

Внезапно она услышала тихий гул, который становился всё громче и громче. Она ощущала его, словно живое существо. Он уже почти проник в её голову, и тут она резко провалилась вниз и очнулась. Рядом незнакомый голос произнёс:

– Аккуратнее с ямами, всю подвеску оставишь на дороге.

– Я и так аккуратно, сам же видел, как неожиданно она появилась.

– Ладно, видел. Но впредь будь внимательнее.

Настя подумала, что лежит на сидении какой-то машины. Во рту у неё был кляп, а на глазах повязка, и она ничего не видела. Тут к ней стала возвращаться память, и она вспомнила, что произошло с Иваном, а также вспомнила человека со шрамом и его кулак. Внезапно она почувствовала резкую боль в голове и застонала.

– Смотрите, кто очнулся, – сказал самый первый голос. – Ну и долго ты собралась пролежать в отключке? Мы уже почти приехали.

С неё сняли повязку, и она увидела того самого человека со шрамом и чёрной повязкой на глазу. За рулём и на пассажирском сидении рядом с водителем сидели ещё два человека, которых она видела у себя в гостиной.

– Ну и где ты пряталась от нас? – ухмыльнулся он. – От нас не спрячешься.

– Куда Вы меня везёте? – спросила Настя, но получилось лишь издать жалкое подобие голоса, скорее хрип – так сильно у неё пересохло в горле.

– На, попей.

Человек в маске протянул ей бутылку с водой, и она сделала несколько глотков.

– Куда мы едем? – спросила ещё раз Настя, на этот раз это у неё получилось. На удивление, голос у неё был спокойный.

– Приедем – увидишь. Я бы на твоём месте рассказал сейчас, куда ты спрятала ключ. Потом будет только хуже. С Феодосием шутки плохи, он тебе быстро язык развяжет.

Настя поняла, куда её везут. На секретную базу Союза девяти на территории Горного парка. Нужно было что-то предпринять, вряд ли получится сбежать оттуда. Она понимала, что живой её не выпустят, даже если она всё расскажет. Руки у неё были связаны, причём крепко, верёвка больно впивалась в запястья. Похоже, что сбежать не удастся. Нужно посмотреть, что будет дальше. Да и интересно было увидеть Феодосия, хоть и страшновато.

Она попыталась немного приподняться, и ей удалось выглянуть в окно. Она увидела знакомые места, где они оставляли свою машину недалеко от парка.

Проехав ещё немного, микроавтобус подъехал к воротам и посигналил. На стоянке машин уже не было. Должно быть, парк для посещения уже закрылся. Из будки вышел охранник, махнул рукой и ворота стали открываться. Заехав на территорию и проехав по парку, они подъехали к пещерам. У главного входа останавливаться не стали, а проехали дальше. Настя подумала, что её повезли к служебному входу, так и вышло.

Автомобиль остановился у неприметной двери без таблички, и все вышли из машины. Насте тоже помогли выйти, хоть руки и не развязали. Ноги у неё связаны не были, поэтому идти она могла сама.

Внутрь вошли только Настя и человек в повязке. Они прошли по длинному узкому коридору, и остановились у ещё одной двери. Она оказалась закрыта.

– Меры предосторожности, – пояснил её сопровождающий. – Входная дверь сейчас тоже закрылась автоматически, и мы оказались в западне.

Он нажал на кнопку рядом с дверью и махнул рукой куда-то наверх. Настя подняла голову и увидела в углу камеру видеонаблюдения. Через несколько секунд дверь открылась, и они смогли идти дальше.

Они оказались в заброшенной шахте, переоборудованной под секретную базу. Впереди был просторный коридор, по обеим сторонам которого располагались двери. Дальше он поворачивал, поэтому Настя не могла увидеть, далеко ли он тянется. Они прошли немного вперёд, и человек с повязкой открыл одну из дверей. Это оказался обыкновенный кабинет, правда, довольно изысканно и со вкусом обставленный антиквариатом, Настя знала в этом толк.

Ей развязали руки, и Настя потёрла болевшие запястья. На них явно были видны красные следы от верёвок. Потом она почувствовала, что её подталкивают к одному из кресел, стоящих около стены, и села на него.

– Жди здесь, – сказал её конвоир со шрамом на щеке. – Советую сразу всё рассказать и не усугублять своё положение. Я не думаю, что ты можешь терпеть боль долго, так что со временем ты и сама всё расскажешь. В твоих же интересах рассказать всё сразу.

Он закрыл входную дверь на замок и сел на другое кресло, но в некотором отдалении от Насти. Минут пять они так и сидели в тишине, ничего не происходило. Внезапно в стене распахнулась потайная дверь, и Настя наконец-то увидела чью-то Фигуру.

– Ну, здравствуй, Настя, ты меня искала?

Фигура зашла в комнату, и Настя поняла, что перед ней Феодосий.

Глава 40

Глаза у Феодосия были именно такие, как и рассказывали – синие и пронизывающие. Он некоторое время смотрел на неё, но, не дождавшись ответа, подошёл ближе и сел в соседнее кресло.

– Хорошо, не хочешь говорить, тогда начну я. Мы знаем, что ты получила письмо, в котором упоминается Янтарная комната. Также ты получила ключ, о нём мы поговорим позднее. Сейчас же удовлетвори моё любопытство, расскажи, что было в Петропавловской крепости? Как ты смогла найти меня?

Настя задумалась, что делать. Если всё рассказать, то её убьют. В этом можно было даже не сомневаться. Не рассказать тоже нельзя, неизвестно, что у них на уме.

Словно прочитав её мысли, Феодосий сказал:

– Мы ведь всё равно узнаем, у нас есть свои способы.

Настя промолчала. Она ещё не решила, как ей выйти из этой ситуации. Она казалась ей безвыходной.

– Хорошо, – сказал Феодосий. – Предлагаю обмен. Ты мне рассказываешь про то, что ты нашла в крепости, а также как ты вышла на меня. Я же взамен расскажу тебе свою историю. А может, даже и отпущу, если потом ещё и ключ отдашь.

Настя, конечно же, ему не поверила. Естественно, никто её отпускать не собирается. Но ей стало очень интересно услышать его историю, поэтому она сказала:

– Хорошо, я расскажу. До того, как ваши люди настигли меня в крепости, я нашла тайник, о котором говорилось в первом письме. Там было другое послание для меня от моего родственника. Его, похоже, убили ваши люди после того, как он отправил письмо. В послании он рассказал мне про организацию Союз девяти, весь путь с самого начала её создания на рубеже 19 и 20 веков. Целью её было похищение ценностей и реликвий. Она разрослась и превратилась в огромную тайную империю, протянувшую свои щупальца в разные страны по всему миру. Янтарную комнату тоже похитила она, потому что эта комната обладает магическими свойствами. Теперь Союзу девяти нужен свой остров, и он хочет отдать Янтарную комнату Японии, чтобы та, в свою очередь, обменяла её у России на некоторые острова. Один из островов должен пойти в качестве оплаты Союзу девяти.

Некоторое время Феодосий удивлённо смотрел на неё, а потом произнёс:

– Что ещё за ерунда? Причём здесь Япония и какой-то остров?

Теперь настала очередь Насти удивляться:

– А разве это не так?

– Нет, конечно. Наша организация не такая обширная. Мы работаем в России и бывших республиках Советского союза. Остров свой нам не нужен. Зачем нам выделяться и привлекать внимание? Единственная наша цель – это деньги. Даже в случае с Янтарной комнатой.

Он ненадолго задумался, а затем продолжил:

– Хорошо, раз я обещал, то расскажу. Действительно, наша организация так и называется – Союз девяти. Только основана она была гораздо позднее, сразу же

после войны. Всё началось именно с Янтарной комнаты. Мой отец, и вместе с ним ещё восемь человек, занимались вопросом эвакуации Янтарной комнаты. Среди них были как военные, так и высокопоставленные чиновники. Комнату спрятали и законсервировали, а эти девять человек подписали соглашение. В нём говорилось, что они будут хранить эту тайну, и обсудят её только после войны.

Когда война закончилась, они собрались все вместе и стали обсуждать, что же делать дальше с этой тайной. Всем им порядком надоели война, голод, разруха, и им захотелось богатой жизни. Тогда они создали организацию, которую назвали по количеству её участников – Союз девяти. Был запущен слух, что Янтарную комнату вывезли немцы во время блокады Ленинграда. Саму же комнату решили пока не светить до поры до времени. Организация начала с других ценностей и реликвий, имеющих меньший объём и стоимость. Время для этого оказалось благоприятным – после войны на оккупированных ранее территориях стали находить множество произведений искусства, и не все они вернулись на своё первоначальное место в музеях.

Что касается Янтарной комнаты, то слух о её могуществе тоже был запущен нами, чтобы подогреть интерес и быстрее найти покупателя. Теперь некоторые влиятельные люди мечтают заполучить хотя бы часть Янтарной комнаты.

Когда я вырос, отец ввёл меня в состав организации, помог изучить её изнутри. Когда я стал знать столько же, сколько и он сам, отец и остальные члены правления доверили мне заниматься управлением организации. Стоит сказать, что я неплохо справился со своей задачей. Мы всегда находились в тени, и деньги, полученные в обмен на произведения искусства, постоянно стекались в нашу казну.

Но некоторое время назад стала поступать информация, что кто-то тайно выслеживает нашу организацию. Позднее и я стал объектом поиска, как ключевая фигура организации. А когда выяснилось, что те, кто ищут меня, связаны с Федеральной службой безопасности, я решил исчезнуть.

Мой ближайший помощник Тимофей разработал хитроумный план, благодаря которому для всех я должен был умереть. Мне придумали легенду, и я поехал на Валаам в образе святого старца. Мы понимали, что нельзя инсценировать смерть сразу. Тогда могли бы возникнуть подозрения. Поэтому я решил примелькаться и некоторое время пожить на острове. Чтобы не жить вместе со всеми в монастыре, я стал отшельником. Со мной приехало три помощника, двое из них носили мне еду, а третий стал проявлять интерес к лодкам и впоследствии ему доверили управлять одной из них. Он же и нашёл тайник на другом конце острова. Мы решили использовать его в качестве убежища, когда придёт время. Но отопления там не было, поэтому надо было ждать окончания зимы.

Когда пришло время, третий помощник привёз Тимофея. Как и было обговорено заранее, он притворился сумасшедшим. Теперь можно было приступать к осуществлению плана. Два моих помощника сказали, что нашли меня мёртвым и похоронили, как я и завещал, около Авраамиевского скита. Сами же переправили меня в тайник, снабдив консервами и чистой водой. Нам важно было выяснить, кто же ищет меня помимо ФСБ. Нужно было обрубить все концы. В том, что кто-то приедет, и будет выспрашивать, я даже и не сомневался. Поэтому недалеко от могилы поселился Тимофей. Ждать пришлось три месяца, и для меня они оказались очень мучительными. Время шло очень долго, и делать было совершенно нечего.

Наконец, как-то вечером прибежал Тимофей и сказал, что на могилу пришли девушка и парень, и начали выспрашивать про Феодосия. Тимофей направил их в сторону тайника, и наутро они должны были появиться. То, что они не пойдут вечером, можно было не сомневаться. Погода была ужасная. Но на всякий случай я ушёл из своего убежища, чему несказанно был рад, оно мне уже порядком надоело. Ночь я переждал на катере, а рано утром, едва улучшилась погода и взошло солнце, помощник перевёз меня на берег. Там я доехал до деревни и стал ждать Тимофея. Он приехал уже после обеда и сказал, что вы в ловушке. Мы с ним вместе доехали до нашей базы. Уже на базе я выяснил, что девушка по описанию похожа на Анастасию Оболенскую, которую искала организация, потому что у неё оказался ключ. Возвращаться было поздно, без воздуха в тайнике нельзя было долго прожить. Мы уже начали думать, как же нам добраться до Янтарной комнаты без ключа, и тут звонит Пират и говорит, что девушка вернулась в квартиру, и он везёт её сюда. Вот и вся история.

Глава 41

После рассказа Феодосия в кабинете воцарилось молчание. Феодосий внимательно наблюдал за Настей, а Настя думала над тем, что он сказал. Из его рассказа следовало, что ему известно не всё. Некоторые козыри на руках у неё всё же были.

Он не знал, что после Валаама Настя с друзьями выследила его и узнала месторасположение их базы. И тем более он не догадывался, что она связалась с капитаном Алёхиным, который его разыскивает.

Самый же главный козырь – это ключ, который находится в банковской ячейке. Без него они не смогут проникнуть в бункер, в котором спрятана Янтарная комната. И пока они это не узнали, её не убьют. А когда узнают, у неё всё ещё будет шанс на спасение – ведь в банке обязательно её присутствие, чтобы работники банка открыли ячейку. Хотя здесь уже возможно всё, могут и кого-нибудь выдать вместо меня. Поэтому особой надежды на это нет. Нужно постараться всеми силами сохранить тайну местонахождения этого ключа.

Словно прочитав её мысли, Феодосий нарушил молчание и сказал:

– Ну что же, мы наш уговор почти выполнили – поделились друг с другом информацией. Осталось выполнить последнее условие – сказать, куда ты спрятала ключ, который получила в посылке. Тогда я тебя отпущу, как и обещал. Тебя отвезут в Питер точно так же, как и привезли – с закрытыми глазами. Ну и ты дашь мне честное слово, что никому не расскажешь о нашем разговоре.

Настя подумала, что он держит её за полную дуру. Неужели он думает, что она поверит ему? Они убьют её, можно было даже не сомневаться. Поэтому она продолжала молчать.

Феодосий немного подождал, ожидая её ответа, и заговорил опять. Правда, на этот раз тон у него был уже совсем другой:

– Неужели ты думаешь, что твоё молчание тебя спасёт? Скажи мне, разве этот ключ дороже собственной жизни? А ведь если ты сейчас не скажешь нам, где спрятан этот ключ, мы тебя убьём. Не посмотрим, что ты женщина. Умирать будет больно, можешь даже не надеяться на быструю и лёгкую смерть. А перед смертью ты нам всё равно расскажешь, куда дела ключ. У нас здесь оборудована специальная комната для пыток, а в моём штате состоит лучший мастер пыток в мире. Он в совершенстве овладел самыми изощрёнными пытками средневековья, а некоторые ещё и усовершенствовал. Ещё не было случая, чтобы ему что-то не рассказывали. Всё расскажешь, как миленькая, и жить уже сама не захочешь.

Он замолчал, его злобный взгляд был направлен на Настю, и ей было не по себе от этого взгляда. Но затем он смягчился, стал более жалостливым, и сказал Насте:

– Пойми, Настя, жалко мне тебя. Ты молодая, красивая, тебе ещё жить и жить. Ты просто представить себе не можешь, как ты будешь выглядеть после пыток. Ну что, расскажешь, где ключ?

Насте очень не хотелось, чтобы её пытали. Она плохо переносила боль. Но пока ведь ещё не начали пытать, поэтому она решила ещё подождать и не рассказывать. Нужно было выгадать немного времени. Она всё ещё надеялась на чудо, пыталась найти выход, хоть и понимала, что это бесполезно.

– Ну ладно, дам тебе последний шанс, – сказал Феодосий. – Время у нас есть, торопиться нам некуда. Да и тебе надо подумать хорошенько, взвесить свою жизнь на чаше весов. Для таких случаев у нас есть специальная комната. Останешься в ней на ночь, а мы тебя закроем. Советую усиленно подумать, решается вопрос, будешь ты жить или нет.

Феодосий встал и направился к выходу, но перед дверью остановился и сказал Пирату:

– Покорми её, голодная она будет туго соображать.

А затем уже Насте:

– Завтра увидимся. Думай.

Он вышел в дверь, через которую зашёл, И Настя опять осталась в комнате один на один с человеком в чёрной повязке.

Глава 42

Вставай, – сказал Насте Пират, и она подчинилась. – Только попробуй выкинуть какой-нибудь фокус, и я снова ударю тебя. Хочешь?

Настя отрицательно помотала головой.

– Вот и я так думаю.

Он открыл дверь, через которую они зашли в эту комнату, и Настя вышла в коридор. Пират вышел за ней.

– Пошли направо, – сказал он.

Делать было нечего, убежать она никак не могла, сопротивляться тоже, поэтому пришлось подчиниться и пойти по коридору.

– Зря ты не рассказала всё сразу, я же тебя предупреждал. Не строй из себя героиню, завтра всё расскажи до пыток. Ты даже не представляешь, что тебя ждёт.

Он сказал это так спокойно и обыденно, что у Насти всё похолодело внутри. Только сейчас до неё стало доходить, что именно её ждёт завтра.

Они дошли до поворота и повернули направо. В этом коридоре дверей почти не было, кроме трёх в самом конце. Одна была слева, другая справа, а третья прямо. Когда они подошли ближе, Настя увидела, что на правой и левой дверях были большие глазки, как будто в тюрьме. Третья же дверь была сплошная.

– Нам налево, – сказал Пират. Он подошёл к двери, достал ключ и открыл её.

– Заходи, располагайся, чувствуй себя как дома, – он ухмыльнулся. – Еду принесу позднее.

Настя зашла внутрь, Пират зашёл следом, включил свет, потом вышел и закрыл за собой дверь. Послышался звук запирающегося замка.

Настя представляла, что окажется в обыкновенной тюремной камере с нарами, поэтому то, что она увидела, немного удивило её. Это была уютная комната, с креслом, кроватью, столом и стулом. Там был даже книжный шкаф, заполненный книгами. Справа была дверь. Настя заглянула туда и увидела санузел с душевой кабиной. Условия заключения были очень даже приличные, жаловаться было нечего.

Настя устало опустилась в кресло и потёрла виски. Голова у неё всё ещё болела, хотя уже и было намного легче. Теперь она могла хоть немного соображать. Хотя она и понимала, что положение её безнадёжно. Окон не было, дверь была закрыта. Нужно будет отдохнуть и попытаться что-нибудь придумать – у неё впереди была целая ночь

В двери снова послышался звук замка, она распахнулась, и на пороге появился Пират с подносом в руках. Он молча подошёл к столу, поставил поднос, и так же молча вышел в коридор, закрыв за собой дверь.

Настя посмотрела на дымящееся пюре с сосисками, салат, бисквит и ароматный кофе, и только сейчас поняла, какая она была голодная. Она села за стол и стала с наслаждением поглощать пищу. Когда вся еда была съедена и кофе допито, Настя почувствовала, что её тянет в сон. В таком состоянии трудно было что-нибудь придумать, поэтому она решила немного вздремнуть, времени у неё было ещё достаточно. Она выключила свет, потом на ощупь дошла до кровати, так как комната погрузилась в темноту, легла и моментально уснула.

Глава 43

Насте приснился сон. Он был такой реалистичный, что ей казалось, что всё происходит на самом деле. Она была в своей квартире в платье невесты и чего-то ждала. Рядом с ней были две её ближайшие подружки, которые помогали ей наряжаться, делали причёску и макияж. Настя увидела себя в зеркало и поразилась, настолько красивой и счастливой она выглядела.

Подружки уже сделали всё, что было нужно, и куда-то ушли. Она сидела одна в белом платье, смотрела на дверь и ждала. Пока она и сама не могла объяснить, чего же она ждёт. Были только смутные представления, что должно произойти что-то грандиозное и долгожданное.

Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появился Андрей. Он был в свадебном костюме и выглядел великолепно, широкая улыбка сияла у него на лице. В руках у Андрея был изумительный букет, Настя раньше таких и не видела. Он вошёл в квартиру, встал на одно колено и сказал:

– Любимая, будь моей женой.

И протянул ей букет. Настя заплакала и кинулась в его объятия и принялась целовать, всё время повторяя:

– Да, да, да…

Затем Андрей поднял её на руки и понёс на улицу. У обоих на лицах были счастливые улыбки. На улице их ждал белоснежный лимузин, возле которого у раскрытой двери стоял Иван и улыбался. Настя подумала ещё, как всё-таки хорошо, что он жив.

Они с Андреем сели на заднее сиденье, Иван за руль, и они поехали по Невскому проспекту по направлению к Неве. Встречные машины сигналили им, а Настя и Андрей весело смеялись. Потом они свернули на другую улицу и выехали на Английскую набережную. Иван остановил лимузин у входа во Дворец Бракосочетания, вышел из машины и открыл им дверь.

Когда они входили в здание, заиграл свадебный марш. Внутри их встречала сестра Андрея, и Насте показалось, что они не виделись с ней целую вечность. Перед Таней почему-то стоял стол регистрации браков, а сама она стала произносить торжественную речь. По сторонам стояли люди. Некоторых Настя узнала. Это были туристы из экскурсионных групп Петропавловской крепости и Летнего дворца. Настя держала в руках прекрасный букет и была счастлива. Когда Таня спросила их, согласны ли они стать мужем и женой, они оба согласились, и люди вокруг стали громко аплодировать им. Потом Таня сказала, что Андрей может поцеловать Настю.

Внезапно в стене распахнулась потайная дверь, и оттуда вышли Феодосий и Тимофей. В руках у Феодосия была янтарная фреска с изображением Петра I. В голове у Насти пронеслась мысль, что эта фреска должна быть сейчас в банковской ячейке. От фрески исходило какое-то восхитительное сияние.

Она снова повернулась к Андрею. Оказалось, что он так и смотрел на неё всё это время. Но как только она посмотрела на него, он подмигнул ей и пошёл к Феодосию. Тот протянул вперёд руки с фреской, и Андрей поцеловал её.

– Вот чего я люблю больше всего на свете, – сказал Андрей, и они все втроём пошли к выходу.

Как только они вышли на улицу, Настя сбросила с себя оцепенение и бросилась следом. Внезапно в дверях возникла фигура человека со шрамом на щеке и повязкой на глазу, и Настя застыла на месте. Он погрозил ей кулаком и захлопнул дверь.

Настя проснулась в холодном поту от собственного крика, вокруг неё была темнота. Она вспомнила, где находится, и теперь пыталась успокоиться. Сон полностью отпечатался в её памяти, и она снова и снова прокручивала его, пытаясь уловить заложенный в него смысл. Она вдруг ясно осознала своё положение и ощутила невероятное чувство одиночества. Ей очень захотелось снова увидеть Андрея, чтобы больше никогда с ним не расставаться.

Глава 44

Настя не знала, который сейчас час. Казалось, что ночь, потому что вокруг было темно. Она лежала и думала. Её положение казалось ей безнадёжным. Умирать ей совсем не хотелось, и даже было немного жаль себя. Какое право имеют люди отнимать жизни у других людей? Они их рожали, растили, воспитывали? Вся эта ситуация казалась несправедливой по отношению к Насте. Разве она заслужила это унизительное положение узника, предстоящие пытки, смерть?

Как только Настя вспомнила про пытки, она вздрогнула. Однажды она случайно прочитала в интернете статью про средневековые пытки, но никогда не думала, что их будут применять к ней. Наверное, долго она выдержать не сможет, всё равно придётся рассказать, где спрятан ключ. Да и зачем ей сейчас скрывать эту тайну, раз её всё равно убьют? Её не отпустят, не нужен этим людям лишний свидетель.

Настя подумала, что за последние несколько дней она несколько раз была на волосок от гибели, и каждый раз что-то выручало её. Нельзя сдаваться, всегда нужно до последнего бороться за свою жизнь. Она уже довольно долго так лежала и думала, и сама не заметила, как опять заснула.

Теперь ей приснился хороший сон. Насте снилось, что она была маленькой, а рядом с ней была её мама. Они вместе шли по полю, недалеко от бабушкиной деревни, держались за руки, разговаривали и смеялись. Проснулась она со счастливой улыбкой на лице, выспавшаяся и отдохнувшая.

Внезапно в тишине раздался металлический скрежет. Это поворачивали ключ в замке. Дверь открылась, включился свет, и Настя зажмурила глаза от того, насколько он был яркий. Постепенно привыкнув к свету, она увидела Пирата с подносом.

– Доброе утро! А ты выспалась, как я погляжу. Я вот совсем не мог заснуть ночью. Так всегда бывает, когда мне не хочется, чтобы кого-то пытали. Лучше сразу расскажи, куда спрятала ключ.

Он поставил поднос с завтраком на стол, а вчерашний поднос забрал.

– Ешь, принимай душ и жди, я зайду за тобой через полтора часа.

Он вышел в коридор и закрыл за собой дверь. Свет остался включённым. Настя встала с кровати и подошла к столу. На подносе стоял стакан с апельсиновым соком, яичница и тосты.

Выглядело всё очень аппетитно, но сначала Настя решила сходить в душ. В любом случае, что бы с ней не произошло, она должна выглядеть свежей и быть чистой.

Если поначалу она ещё и помнила свой странный сон, приснившийся ночью, то душ смыл его остатки полностью. Она уже не думала о том, что Андрей ушёл вместе с Феодосием и Тимофеем. Ведь это же всего лишь сон.

Выйдя из душа, она с аппетитом позавтракала и стала ждать Пирата. Она решила положиться на судьбу. Случится так, как должно случиться, а она будет всеми силами помогать судьбе, если представится такая возможность. В любом случае, надо смотреть и думать уже на месте, по обстоятельствам.

Ждать Пирата пришлось довольно долго, наверное, даже больше двух часов. Но вот он пришёл, а она уже была готова.

– Пойдём, – сказал Пират. – И делай так, как я тебе говорил – не геройствуй и сразу всё расскажи.

Они вышли из её временного пристанища и направились к месту пыток.

Глава 45

Когда они вышли из камеры, Пират подошёл к той двери, которую Настя видела вчера прямо по коридору, и открыл её.

– Проходи, – сказал он. И когда она вошла, он пошёл следом за ней.

Впереди Настя увидела ещё один коридор, в котором было по две двери справа и слева, и одна прямо. Они подошли к той, что была первая слева, Пират открыл её и пропустил Настю вперёд. Войдя внутрь, она остановилась и стала осматриваться.

Кабинет показался ей смесью медицинского кабинета и обыкновенного. Диван и кресла сочетались здесь с хирургическим столом и медицинским столиком для приборов. Также в углу была раковина. Средневековых орудий пыток Настя нигде так и не увидела.

На кресле уже сидел Феодосий, а Тимофей чуть дальше, на стуле. Пират подвёл Настю к другому креслу, стоящему рядом с Феодосием, и велел сесть. Она села, сам же Пират вернулся обратно к двери.

– Доброе утро, – сказал ей Феодосий. – Я надеюсь, ты хорошо выспалась? Понравилась ли тебе еда?

– Да, всё хорошо, – ответила Настя.

– Вот видишь, как мы заботимся о тебе. Пойми, ты не заключённая, ты наша гостья. И сможешь запросто уехать домой, Пират отвезёт тебя обратно в Питер. Нужно всего лишь рассказать, куда ты спрятала ключ. Ты ведь хорошо подумала над моим предложением? У тебя было достаточно времени.

Настя попыталась блефовать, хотя и знала, что ничего не получится, всё равно ей никто не поверит. Но ведь надо же было хоть что-то сказать.

– Подумала. Но я не знаю, о каком ключе вы всё время говорите. В письме тоже было сказано про ключ, но в посылке больше ничего не было. И в тайнике крепости тоже ничего, кроме письма, не было.

Лицо Феодосия стало суровым, а глаза вспыхнули.

– Не пытайся придумывать сказки, мы всё знаем. Ты его куда-то спрятала, но не дома. Мне кажется, ты могла его спрятать в банковской ячейке где-нибудь неподалёку.

Настя удивлённо посмотрела на него.

– Да, уверен, что так оно и есть. Я хорошо умею читать человеческие лица.

Он немного помолчал и продолжил:

– Хочешь испытать на себе самые изощрённые пыточные орудия средневековья?

Настя вздрогнула и помотала головой.

– Вот и правильно, – рассмеялся Феодосий. – Мы же не садисты какие-нибудь. На дворе двадцать первый век – есть методы и эффективнее.

Не поворачивая головы, он произнёс:

– Тимофей, а сходи-ка ты за нашим мастером свиристели и приведи его сюда. Пусть захватит с собой своё изобретение.

Тимофей поднялся и вышел из кабинета, а Феодосий сказал Насте:

Конечно же, никаких орудий пыток у нас нет. Зря что ли мы создавали свою лабораторию. На меня работают гениальные учёные. Сейчас придёт один из них. Долгое время он работал над препаратом, позволяющим получить всю информацию в максимально короткий срок, и ему это удалось. Он создал весьма эффективную сыворотку правды. Так что утаить у тебя всё равно ничего не получится. Это не простая сыворотка правды. После укола некоторое время ты будешь делать то, что тебе скажут. Так что, если ты спрятала ключ в банковской ячейке, то сама же и заберёшь его оттуда. Вот такой замечательный препарат создал наш Всеволод Игнатьевич. Если бы он номинировался на Нобелевскую премию, то обязательно бы её получил. Но это только мой препарат, миру я его никогда не покажу.

– А что будет со мной, когда вы получите ключ? – спросила Настя. Она поняла, что Феодосий говорит правду.

– С тобой ничего не будет, ты просто исчезнешь, – он ненадолго задумался и продолжил. – Знаешь, тебя даже не убьют, отдам тебя в лабораторию для экспериментов.

Открылась дверь, и вошли Тимофей и мужчина лет пятидесяти, с чемоданчиком в руке. На нём был белый халат и очки, и Настя сразу поняла, что это учёный.

– Здравствуйте, Всеволод Игнатьевич, а вот и Ваша подопечная Анастасия.

Учёный мельком взглянул на неё, кивнул Феодосию, и так же молча подошёл к медицинскому столику. Он достал из чемоданчика шприц-пистолет и ампулу с препаратом, зарядил шприц, и положил его на стол, а сам же подошёл к раковине и начал мыть руки.

– Настя, сядь на стул рядом со столиком и закатай рукав, – сказал Феодосий. – Ты сама виновата, надо было сразу всё рассказать. Хотя мы бы всё равно использовали препарат, не могли же мы тебя так просто отпустить в банк, ты могла поднять шум.

Настя лихорадочно соображала, что ей предпринять, но ничего не могла придумать. Похоже, что это конец. Она теперь до конца жизни будет принадлежать этим людям. Это ещё хуже, чем смерть.

Настя медленно подошла к столику и села на стул рядом с ним. Учёный уже помыл руки и тоже подошёл в ней. Он уже хотел было взять шприц-пистолет, как произошло то, чего Настя никак не ожидала – громко зазвучала сирена и где-то вдалеке послышались выстрелы.

Глава 46

Феодосий и Тимофей моментально вскочили со своих мест.

– Нам нужно срочно уходить, это проникновение на объект, – закричал Тимофей.

Пират в это время выбежал из кабинета и подбежал к двери, из которой они с Настей пришли. Немного приоткрыв, он тут же захлопнул её. Прибежал обратно и быстро сказал:

– Там люди в масках и с автоматами.

– Действуем по запасному плану, уходим через подземный ход, – сказал Феодосий. – Пират, иди и придержи дверь в коридоре, чтобы её не взломали.

Когда Пират вышел в коридор, Феодосий сказал:

– Там, куда мы пойдём, он нам не нужен. Я понимаю, что он твой школьный друг, но у него слишком запоминающиеся приметы.

Тимофей лишь пожал плечами. Он считал, что уже помог Пирату в ответ на его помощь, они были в расчёте, остальное было уже не важно.

– Хватай девку и пошли, времени нет. Всеволод Игнатьевич, Вы идёте с нами.

Тимофей подошёл к Насте и дёрнул за руку, чтобы та встала, но она притворилась, что потеряла сознание, и упала на пол. Феодосий бросился к ней, стал тянуть её за руки и кричать:

– Хватит притворяться!

– Оставьте её! – тоже закричал Тимофей. – Она без сознания, нам с ней не уйти.

– Без неё мы не вернём ключ и не сможем добраться до Янтарной комнаты.

– Если нас посадят, то она нам будет уже не нужна. Нам же светит пожизненное заключение, как Вы не понимаете? Нужно срочно уходить, скоро они будут здесь.

В коридоре послышались удары в дверь. Пират, по всей видимости, держал её с этой стороны. Феодосий немного подумал и в отчаянии отпустил Настины руки.

– Хорошо, уходим.

Они все втроём выбежали в коридор. Настя сквозь слегка приоткрытые веки видела, как они побежали в сторону двери в конце коридора, противоположной от той, в которую сейчас ломились.

Настя ещё лежала, боясь встать. Феодосий со своими людьми уже убежал, дверь за ними захлопнулась. А во входную дверь уже не ломились. Стояла оглушительная тишина, и было слышно только, как колотится Настино сердце.

Внезапно раздался взрыв и грохот, а за ними громкие крики, приказывающие лечь на пол. Настя догадалась, что это взорвали дверной замок. Послышался топот и в кабинет вбежали два человека в масках и с автоматами в руках. Ещё несколько человек пробежали дальше. Один из этих людей в масках направил на неё автомат, но второй сказал:

– Это она, иди лучше доложи.

Тот ушёл, а первый помог Насте встать на ноги. Внезапно она увидела, как в дверь заходит капитан Алёхин. Волна облегчения прошла по её телу, она бросилась ему на шею и расплакалась, чего с ней уже давно не случалось. Но сейчас всё пережитое давало о себе знать. Капитан слегка погладил её, пытаясь успокоить, и спросил:

– Почему ты одна?

– Феодосий, Тимофей и ещё один человек в белом халате, учёный, только что выбежали через дверь в конце коридора. Они говорили что-то про подземный ход.

– Подожди здесь, – сказал ей капитан, а сам быстро вышел из кабинета. Через некоторое время раздался взрыв, и Настя поняла, что замок на той двери тоже взорвали. Ждать пришлось долго, не менее получаса. Настя села на диван и стала молча смотреть на дверь, вспоминая, что произошло с ней за последние сутки. Потихоньку она начала успокаиваться.

Тут её взгляд упал на стол, на котором находилась сыворотка. Она почему-то подумала, что нельзя её здесь оставлять. Повинуясь внезапному порыву, она встала с дивана, подошла к столу, взяла шприц и положила в карман. Затем вернулась к дивану и села на прежнее место.

Вскоре вернулся капитан, закрыл за собой дверь и сказал:

– Там действительно подземный ход, но мы не смогли пройти, он засыпан камнями. Видимо, они при отступлении привели в действие какое-то устройство. Конечно, приедут спасатели и будут расчищать завал, мы всё равно узнаем, куда ведёт этот ход. Но время потеряно, нам их уже не догнать. Ну а пока давай расскажем друг другу, что произошло за прошедшие сутки, и попробуем придумать, что нам делать дальше.

Глава 47

– Расскажи, что с тобой произошло за это время, – сказал капитан Насте.

– Когда мы с Иваном приехали на квартиру, и я стала собирать вещи, пришли те люди, которые охотились за нами в Петропавловской крепости – человек с повязкой на глазу и два его помощника. Они застрелили Ивана, а меня ударили кулаком, из-за чего я потеряла сознание.

Лицо капитана сделалось грустным, а Настя продолжила:

– Очнулась я уже в машине, когда мы подъезжали к их базе. Меня завели внутрь, и я встретилась с Феодосием. Пришлось ему рассказать про письмо из тайника в крепости, а он мне взамен рассказал про Союз девяти. На самом деле, Япония здесь ни причём, всё делается только ради денег. Ещё он рассказал мне про инсценировку своей смерти. Они придумали это, чтобы замести следы от своих преследователей из ФСБ.

Капитан удивлённо на неё посмотрел.

– Они знают?

– Да. Они сказали, что обрубают концы. Потом Феодосий начал спрашивать про ключ, но я молчала. Он пугал меня пытками, а затем отправил на ночь подумать в камеру, хоть и со всеми удобствами. Сейчас я понимаю, как мне повезло, что они сами подарили мне столько времени. Утром меня снова отвели к Феодосию. Он рассказал мне, что у них где-то есть своя лаборатория, где разрабатываются различные препараты. В частности, была изобретена сыворотка правды. Даже пришёл учёный, который её изобрёл. Они хотели испытать её на мне, и добыть из меня информацию, но тут появились ваши люди и спугнули их.

Настя и сама не знала, почему она решила не говорить про то, что стащила препарат со стола. Возможно, она представила, как это будет выглядеть, если она теперь достанет его из кармана. Ведь это был внезапный порыв, и Настя никому не хотела объяснять про это.

– Да, – произнёс капитан. – Трудно теперь их будет найти. Вряд ли что-то можно узнать у охранников. Разве что у человека в чёрной повязке, но он пока без сознания.

– А как Вы поняли, что меня надо срочно спасать?

Капитан задумчиво потёр подбородок и начал свой рассказ:

– Вчера, когда вы с Иваном не вернулись, я попытался дозвониться до него. Когда у меня это сделать не получилось, я направил по адресу группу, а сам поехал следом.

Конечно, смерть Ивана была для меня шоком. Это был такой молодой парень, он подавал большие надежды. К тому же, недавно у них с женой родился ребёнок. Тебя же нигде не было видно, вещи вокруг были раскиданы и перевёрнуты – явно что-то искали. Ну, я и подумал, что тебя могли отвезти только на базу, к Феодосию. Мы не приехали ночью только потому, что никак не удавалось получить разрешение на проникновение на территорию парка. Его удалось получить только утром. И мы сразу рванули сюда, план захвата у нас уже был сформирован. Штурм прошёл без потерь, только с их стороны есть несколько раненых. Ну а остальное ты знаешь – тебя мы спасли, а их упустили. В настоящее время здесь проводятся обыски на предмет каких-нибудь тайников и хранилищ.

Настя сидела молча, обдумывая сказанное. Конечно, было не очень хорошо, что Феодосий сбежал. Нужно было непременно его найти, чтобы он не мешал им с Андреем жить спокойно. Внезапно она вспомнила и спросила:

– Андрей приехал с вами или остался в Питере?

Того, что ответит капитан, она никак не ожидала услышать, поэтому его ответ поверг её в шок. Он сказал:

– Я понимаю, что тебе неприятно будет это услышать, но ты должна принять всё, как есть. Андрей оказался предателем, совсем не тем, за кого он себя выдавал. Он с ними заодно.

Глава 48

Некоторое время Настя молча сидела и смотрела на капитана, пытаясь вникнуть в смысл сказанных им слов. Потом спросила:

– Я Вас не понимаю, что это значит?

– После того, как Андрей вчера уехал за паспортом, я его так и не видел. Сначала я ездил к тебе на квартиру, а о нём как-то позабыл. Потом стал звонить ему на телефон, но он был выключен. Тогда я решил отследить последние звонки с его телефона. Оказалось, что свой последний звонок он сделал, как только уехал за паспортом. А звонил он как раз в квартиру напротив твоей, на мобильный телефон. Он сейчас тоже выключен. Это он навёл этих людей на тебя, из-за него убили Ивана.

Хорошо, что Настя сидела, иначе она могла бы упасть. Ей показалось, что земля уходит у неё из-под ног.

В дверь постучали и открыли, человек в маске сказал капитану:

– Можете подойти? Необходимо Ваше присутствие.

– Да, сейчас иду, – ответил ему капитан.

Он встал, пошёл к выходу, но перед дверью обернулся и сказал Насте:

– Посиди здесь, я постараюсь быстрее вернуться, и мы всё обсудим.

И он ушёл. Но Настя его почти не слушала. Она вспоминала всё с самого начала, и многие вещи вставали на свои места. Почему же всё-таки в Петропавловской крепости табличка была только на одной камере, причём именно на той, в которой находился тайник? А когда она спросила об этом Андрея, он так странно на неё посмотрел, как будто давно ждал этого вопроса. Неужели он был специально приставлен к этой камере и ждал человека, который найдёт тайник? Значит, это был ловко разыгранный для неё спектакль. А с какой лёгкостью они ушли от погони по подземному ходу. Интересно, а Таня на самом деле его сестра? И как же так оказалось, что их бабушка живёт как раз недалеко от Приозерска, откуда они ездили на Валаам? Но не могут же все быть такими хорошими актёрами, уж Тамара Степановна наверняка ничего не знала, она так естественно себя вела.

Теперь Настя поняла, что Андрей целенаправленно соблазнял её на острове, чтобы привязать к себе и получать всю информацию о расследовании из первых уст. А как ловко они с Таней изобразили для неё сценку западни в тайнике. Настя тогда уже успела попрощаться с жизнью, и вдруг их спасает Таня, выдумав историю про поиски этого тайника.

Насте вдруг сделалось так обидно. Ей казалось, что Андрей предал её, он сам, своими собственными руками, отдал её в руки убийц. Только она влюбилась по-настоящему, получила крылья и воспарила над землёй, как сразу эти крылья и обрезали. Постепенно обида начала сменяться злостью на Андрея за его подлость. Настя также злилась и на себя за то, что сразу не смогла разглядеть предателя.

Вернулся капитан. Настя автоматически глянула на часы и удивилась – она одна просидела почти час. Вид у капитана был счастливый, и Настя тоже начала улыбаться, предчувствуя хорошие новости.

– Нашли хранилище, наполненное произведениями искусства. Очень ценная для нашей страны находка. Некоторые вещи я узнал – они были украдены и числились в международном розыске. Жалко только, что Янтарную комнату не нашли. Но это тоже очень богатый улов. Теперь потянутся ниточки в расследовании, найдём и тайные счета Союза девяти, и выйдем на его участников. Но нам необходимо найти Феодосия. Без него нам не обнаружить Янтарную комнату. Я очень надеюсь на тебя. Может, ты что-нибудь ещё вспомнишь, и мы сможем зацепиться хоть за что-нибудь?

Настя посмотрела на него, снова слегка загрустив, и сказала:

– Простите, я сейчас очень плохо соображаю. Столько всего произошло, а особенно из-за того, что Вы мне рассказали про Андрея. Мне нужно придти в себя, немного отдохнуть. Я совершенно не представляю, где теперь искать Феодосия.

Капитан немного подумал и ответил:

– Ну что ж, конечно, ты права. Ты много пережила и тебе требуется восстановить силы, и моральные, и физические. Но дома тебе будет сложно успокоиться и расслабиться после того, что там произошло. Поедешь на несколько дней в наш охраняемый санаторий за городом, отдохнёшь, соберёшься с мыслями, а потом мы снова встретимся с тобой. Может, к этому времени мне и самому удастся выйти на след Феодосия, или ты что-нибудь вспомнишь или предложишь. Только домой заехать всё-таки придётся, нужно собрать вещи. Мои люди отвезут тебя до дома, а потом и в санаторий. Там тебе нечего будет бояться. Я распоряжусь по телефону, чтобы тебя поселили. А теперь пойдём, я провожу тебя до машины.

Настя встала с дивана и направилась к выходу, вслед за капитаном.

Глава 49

Настя проснулась оттого, что луч солнца начал с ней заигрывать. Он медленно крался по её руке, то исчезая за облаком, то появляясь вновь. Вот он уже начал ласкать теплом ей плечо, затем щёку, и, наконец, добрался до её закрытых глаз. Настя почувствовала это, но, когда она начала их открывать, лучик снова спрятался за облако. Она улыбнулась этой таинственной утренней игре, и посмотрела в окно. Небо было синее, хоть и виднелось несколько облаков. Под окнами стояли деревья, в зелёных ветвях которых птицы пели свои волшебные песни. Настя замечательно выспалась на свежем воздухе и чувствовала себя отдохнувшей. Вчерашний день казался ей таким далёким, как будто из прошлой жизни.

Сначала её отвезли домой собрать вещи для санатория. Один человек остался в подъезде, а второй вошёл с ней в квартиру. Насте было как-то не по себе находиться внутри после пережитого здесь, и она старалась как можно быстрее собрать вещи.

Потом они поехали на юг, в сторону выезда из города. Санаторий оказался не очень далеко от города, ехали быстро. Настя чувствовала себя защищённой в служебной машине вместе с двумя сотрудниками Федеральной службы безопасности, и время поездки для неё пролетело незаметно. Когда они уже подъезжали, Настиному взору открылся чудесный вид. Санаторий был окружён прекрасными высокими соснами, на территории ощущались тишина и спокойствие.

Ей помогли донести вещи, оформиться у администратора и проводили до номера.

– Хорошо Вам отдохнуть, – сказал один из сопровождающих, оставляя вещи в прихожей.

– Спасибо, ребят, – поблагодарила их Настя и улыбнулась.

Когда они ушли, Настя принялась разглядывать номер. Это был очень уютный двухместный люкс со спальней, гостиной, гардеробной и санузлом. «Похоже, я для ФСБ действительно представляю ценность, раз меня поселили в таких королевских апартаментах». Всю дорогу от дома до санатория она пыталась вспомнить, произносил ли Феодосий или кто-нибудь ещё слова, которые можно было бы использовать, чтобы поймать его. Но, к сожалению, так ничего и не вспомнила. Поэтому она решила просто отдыхать и ни о чём не думать.

После обеда она гуляла по лесу и наслаждалась чистым воздухом, пропитанным сосновым ароматом. Постепенно нервы стали приходить в порядок. Поужинав, она взяла в библиотеке лёгкий детектив и с головой погрузилась в события, происходящие в книге. И только дочитав до самого конца, она смогла лечь спать. О событиях своей жизни она уже почти не думала.

И вот теперь, прекрасным солнечным утром, она просто лежала и наслаждалась пением птиц и прекрасной летней погодой. Следующие три дня полностью восстановили её силы. Вкусная еда, прогулки, различные процедуры, массаж, бассейн целиком и полностью поглотили Настю. Она стала чувствовать себя так, как будто заново родилась.

На четвёртый день, после завтрака, она сидела в беседке и наслаждалась тишиной и одиночеством. Тишину нарушало только пение птиц, но оно было настолько прекрасно, что Настя пребывала в состоянии лёгкого гипноза, почти полностью отключившись от внешнего мира. Вдруг в её голове что-то щёлкнуло, и она вскочила на ноги. Мысли её закружились в бешеном ритме, возвращая её к разговору с Феодосием.

Насте срочно нужно было проверить свою догадку, и она побежала к себе в номер. Там она включила ноутбук и полезла в интернет. Через два часа в её голове сложилось ясное представление того, как нужно действовать дальше. Она набрала номер капитана и попросила его срочно приехать.

Глава 50

Капитан приехал уже через полтора часа. Для разговора они выбрали ту самую беседку. Ноутбук Настя взяла с собой.

– Я бы хотела с Вами обсудить один момент, но сначала расскажите, удалось ли Вам что-нибудь сделать по нашему делу за эти дни?

Видно было, что капитану не терпелось услышать то, ради чего его позвала Настя, но он всё же ответил на её вопрос:

–Дело только набирает оборот. Сейчас потихоньку тянем за ниточки и распутываем клубок. Многие члены организации занимают высокие посты, так просто к ним не подобраться. Поэтому идёт разработка. Тех, кого можно было арестовать, арестовали и допрашивают. Кстати, на базе взяли бухгалтера Союза девяти, и он уже начал давать показания. Предстоит проверить множество счетов. Теперь, без финансовой поддержки, им будет сложно спрятаться, и мы обязательно распутаем весь клубок.

Он немного подумал и произнёс:

– Только вот нет никаких следов Феодосия. Где его искать, непонятно. И никаких упоминаний о Янтарной комнате мы тоже не обнаружили. Так можно и начать сомневаться, точно ли она у них.

– Но ведь я в своих руках держала фреску с изображением Петра из Янтарной комнаты.

– Да, разве что это. Она ведь в банковском сейфе? Надо будет её забрать и приобщить к делу.

Он немного помолчал и произнёс:

– Ну не томи, видишь ведь, и так весь извёлся. Зачем ты меня позвала? Что-то вспомнила?

– Вспомнила, – улыбнулась Настя. – Да не просто вспомнила, а теперь точно знаю, где скрывается Феодосий.

– Где? – капитан даже немного подскочил на месте от возбуждения.

– Сейчас всё расскажу. Сегодня утром я сидела после завтрака в беседке и слушала пение птиц. Особо выделялись несколько птичьих голосов, и я стала вспоминать, каких птиц я знаю. Перебрала в памяти насколько названий, и к каждой песне определяла свою птицу. Может, конечно, это и не они пели, но мне нравилась такая игра. А вот к одной мелодии я никак не могла подобрать подходящую птицу. Эта песня напоминала заливистый свист, как будто он издавался свистулькой. И тут у меня в голове возникло слово «Свиристель». И я сразу же всё вспомнила.

Когда Феодосий сказал мне, что они не будут меня пытать и есть методы гораздо эффективнее, он приказал Тимофею привести мастера свиристели. Я тогда не обратила на это внимания, а вот сегодня задумалась над этим.

– Да, странное название, – задумчиво сказал капитан. – Сразу на ум приходит какой-то свистун.

– Это он так учёного из лаборатории назвал, и на свистуна тот нисколько не походил. А вот с тем, что он мастер, я соглашусь. Он у них какой-то гений – изобрёл препарат, о котором я говорила.

– Да, точно, сыворотку правды. Но мы её там так и не нашли.

– Этот учёный забрал её с собой, когда они убегали через подземный ход.

Настя опять не стала говорить капитану правду насчёт сыворотки. Она посчитала, что теперь ему незачем знать, что она лежит в спальне её люкса. Могут начаться лишние вопросы, а Насте не хотелось на них отвечать.

– Вот я и подумала, что Свиристель – это может быть только название лаборатории, раз учёный – её мастер. Я сразу же пошла в комнату и стала искать в интернете, где в Ленинградской области находится какая-нибудь Свиристель. И нашла совершенно случайно.

– И что это значит? – спросил капитан.

– Свиристель – неофициальное название одного колхоза, который разорился вскоре после распада Советского Союза. Несколько лет подряд его окрестности выбирали птицы-свиристели в качестве места для своей зимовки. С тех пор местные жители стали называть колхоз Свиристелью, а друг друга – Свиристельцами. Попробуйте угадать, где находится это место?

– Недалеко от Горного парка, – радостно потёр руки капитан.

– Да, – сказала Настя и улыбнулась. – Недалеко от базы Союза девяти. И наверняка там сейчас и скрываются Феодосий и Тимофей.

Потом немного подумала и тихо добавила:

– А, может, и Андрей.

Капитан вскочил и начал возбуждённо ходить взад-вперёд по беседке.

– Значит, поступим так, – сказал он Насте. – Ты остаёшься здесь, а я возвращаюсь в Питер и приступаю к проработке этого вопроса. Нужно обязательно задержать Феодосия и вытащить у него секрет Янтарной комнаты.

– А если он не скажет? – усомнилась Настя.

– Ничего, я найду способ. Всё, я уехал. Как только всё решится, я с тобой свяжусь.

Капитан вышел из беседки и направился к стоянке, на которой он оставил свой автомобиль. Настя же, немного посидев ещё, встала и направилась в свой корпус.

Предстояло несколько дней томительного ожидания, но она решила не думать об этом, а просто наслаждаться отдыхом.

Глава 51

Звонок от капитана раздался только под вечер четвёртого дня. Он сказал Насте, чтобы она собирала вещи и к восьми утра была готова – он за ней заедет. Настя попыталась разузнать у него по телефону о том, что случилось за эти дни и что ему удалось сделать, но он ей ответил, что это не телефонный разговор, и положил трубку.

Когда четыре дня назад капитан уехал в Питер, Настя продолжила наслаждаться отдыхом. Она всё так же гуляла, ходила на процедуры, стараясь не думать о том, на какой стадии сейчас находится расследование и поймал ли капитан Феодосия. Но постепенно мысли об этом стали посещать её всё чаще, и к моменту телефонного звонка она уже места себе не находила. И теперь, хоть капитан ей ничего и не объяснил, она поняла, что он успел решить много вопросов, и расследование тайны пропажи Янтарной комнаты переходит в свою заключительную стадию.

Когда Настя легла в постель, она ещё долго ворочалась и не могла уснуть. Она всё время думала о том, какие новости принесёт завтрашний день и что расскажет ей капитан. И ещё она поймала себя на мысли, что думает об Андрее. Ей было интересно, был ли он в лаборатории и поймали его или нет. Умом она понимала, что он предатель, но сердце всё ещё было заполнено чувствами, и Насте очень хотелось услышать его объяснение.

Утром Настя проснулась, приняла душ, собрала вещи и пошла на завтрак. Она знала, что ей предстоит долгий день, поэтому позавтракала основательно. Затем она вернулась в свой номер за вещами, и к восьми часам была уже на стоянке.

Ждать ей долго не пришлось, капитан подъехал уже через пять минут. Он вышел из машины и подошёл к Насте:

– Привет! Ну как, хорошо отдохнула? – он взял её вещи и начал складывать их в багажник.

– Отлично, но под конец всё чаще думала о том, как у Вас дела.

– Сейчас поедем и всё расскажу.

Он открыл ей пассажирскую дверь, а сам сел за руль. Автомобиль выехал со стоянки, проехал через проходную и направился в сторону Питера.

– Вы поймали Феодосия? – не выдержала, наконец, Настя.

– Я тебе всё расскажу, но по порядку. После того, как ты рассказала мне о Свиристели, я приступил к разработке этого места. Выяснилось, что, хоть колхоз и был закрыт много лет назад, сейчас на его месте находится какой-то охраняемый объект. Изучив все собранные материалы, я так и не нашёл, какой же деятельностью там занимаются. Поэтому я пришёл к выводу, что твои предположения верны и лаборатория располагается именно там.

В этот раз санкцию на обыск удалось получить быстро, хоть и не было прямых улик.

После того, как я обнаружил тайник с ценностями, я стал героем в глазах начальства, ведь часть славы досталась и ему тоже.

Получив санкцию, я с группой захвата поехал на штурм. В этот раз всё оказалось проще. Во-первых, всё происходило под покровом ночи и нам удалось подойти незамеченными. А во-вторых, охраны на этом объекте было значительно меньше, чем на их базе. Даже можно сказать, что почти и не было – всего несколько охранников. Остальные учёные.

Штурм прошёл успешно, даже раненых с их стороны не оказалось. Всего было задержано двадцать три человека.

– А Феодосий? – спросила Настя. – Был там Феодосий?

– Да, и Феодосий, и Тимофей, оба были там же. У них там были все условия для долгого проживания. Они очень удивились, когда увидели меня. Видимо, никак не ожидали, что их смогут найти.

– А Андрей там был? – спросила Настя, прислушиваясь к своему сердцу. Злость уже прошла, и чувства к нему снова оказались на первых ролях.

– Нет, Андрея мы не нашли. Но долго ему не гулять на свободе, он объявлен в розыск, и мы всё равно его найдём.

Он немного подумал и продолжил:

– Лаборатория оказалась крайне ценной, по словам наших специалистов, а также следуя из результатов допросов учёных, работавших там. Это окажет большую поддержку нашей науке.

– А куда мы сейчас едем?

– Надо забрать из банковской ячейки янтарную фреску и ключ. Фреску мы приобщим к делу, а после вернём к остальной экспозиции Янтарной комнаты.

– Вы всё-таки нашли её? – воскликнула Настя. – Как Вам это удалось?

– Пока не нашёл. Знаю только место. Для этого нам с тобой и нужен ключ. Мы должны поехать на место и вскрыть бункер.

– Вдвоём? – удивилась Настя. – Ведь это опасно. И зачем Вам я?

– Там полно загадок и ловушек, так просто бункер не вскрыть. А ты у нас мастер по разгадыванию различных тайн. Съездим на место вдвоём и посмотрим. Даже хотя бы просто отыскать бункер будет удачей.

– А где он находится?

– В Карелии. У меня есть только приблизительное место, поэтому будем разбираться прямо на месте.

– Так откуда Вы всё-таки узнали про это место? Неужели Феодосий сам рассказал? Может быть, он заманивает нас в ловушку специально?

– Узнал вчера, из беседы с Феодосием и Тимофеем. Не думаю, что это ловушка. Сейчас я тебе всё расскажу.

И капитан начал рассказывать Насте о том, что произошло после штурма лаборатории и задержания Феодосия с Тимофеем.

Глава 52

– После задержания Феодосия с Тимофеем, а также других людей, находившихся в лаборатории, мы повезли всех к нам в управление. Приехали мы уже утром, и развели всех по разным местам – кого-то посадили в камеры, кого-то отвели в комнаты для допросов, – начал свой рассказ капитан. – Учёных допрашивали другие люди, а допрос Феодосия с Тимофеем я взял на себя. Сначала вызвал Феодосия. Его привели, посадили передо мной, и мы с ним остались в комнате вдвоём.

ДОПРОС ФЕОДОСИЯ:

– Ну что, Феодосий, поговорим?

– Раз Вы меня позвали, говорите первым.

– Хорошо, я начну. Меня зовут капитан Алёхин. Я уже давно охочусь за тайной организацией Союз Девяти, но раньше мне не удавалось подойти к вам близко. Сейчас же клубок распутан, раскрыта ваша база, лаборатория, вас тоже поймали. В настоящее время происходят аресты многих членов организации, в том числе имеющих высокое положение в обществе. Вы разгромлены по всем фронтам.

– Какое я имею отношение ко всему этому? Какие у Вас есть доказательства?

– Ты к этому имеешь самое прямое отношение. Уже многие свидетели показали, что ты являешься руководителем организации. А человек с повязкой, которого вы называете Пиратом, сознался во многих преступлениях, в том числе и убийствах. Догадайся, кого он назвал организатором этих убийств? Правильно, тебя.

– У вас ничего нет, кроме свидетельских показаний.

– А вот и ошибаешься, ещё как есть. Но даже если бы и не было, этих показаний вполне хватит, чтобы ты получил пожизненное заключение. Даже срок в двадцать лет станет для тебя пожизненным. Сколько тебе сейчас? Восемьдесят? Я сомневаюсь, что ты сможешь дожить до ста лет.

– А с чего Вы вообще взяли, что меня посадят? В моём возрасте меня обязательно направят на судебно-психиатрическую экспертизу. И мы ещё посмотрим, что она покажет.

– Даже не надейся. Ты сможешь попасть на лечение и избежать тюрьмы только в одном случае. Мы так и не нашли Янтарную комнату, и ты расскажешь всё, что знаешь об этом. Меня интересует местонахождение бункера, а также описание ловушек, которые там есть.

– Даже если бы и знал, то ничего Вам не сказал бы. Если она не достанется мне, то и никому не достанется. А тюрьмы я не боюсь.

– Хорошо, пока свободен, я тебя вызову позднее.

Капитан мельком взглянул на Настю и продолжил свой рассказ.

– Дальше я попросил увести Феодосия, а затем привести Тимофея. Я возлагал на него большие надежды. Стало понятно, что Феодосий ничего не скажет, и нужно было обязательно расколоть Тимофея.

ДОПРОС ТИМОФЕЯ:

– Меня зовут капитан Алёхин, и нам с тобой нужно обсудить твою дальнейшую судьбу. Знаешь ли ты, Тимофей, что твои дела обстоят из рук вон плохо? Сдали тебя все с потрохами. Даже Феодосий, чьи указания ты исполнял верой и правдой, служил, как верный пёс, и тот всю вину свалил на тебя. А Миша, по прозвищу Пират, твой школьный друг, тоже хорош. Я-то знаю, что это он совершал убийства, а он сказал, что это ты убивал. По крайней мере, несколько убийств на тебя можно будет повесить. Получишь пожизненное наказание, и никогда не сможешь выйти на свободу.

Капитан замолчал, давая Тимофею переварить услышанное. Видно было, что это очень впечатлило его.

– Но я никого не убивал.

– А это никого не интересует, убивал ты или нет. Факты остаются фактами. У тебя был мотив, возможность, а также у нас есть свидетельские показания, изобличающие тебя. Ни один адвокат не сможет спасти тебя. Если бы у нас в стране была смертная казнь, ты бы наверняка получил высшую меру. А так до конца жизни просидишь в тюрьме. Даже и не знаю, что для тебя хуже.

Капитан снова ненадолго сделал паузу. Тимофей сидел, сжав плечи, и было видно, что он совершенно не знает, что ему делать. Нужно было дожимать, воля его была уже почти что сломлена.

– А хотел бы ты отомстить Феодосию? Чтобы он не гулял на свободе после больницы, а сидел в тюрьме.

Тимофей немного подумал и робко ответил:

– Да, хотел бы. А как это сделать?

Но, по всей видимости, капитан ещё не закончил.

– А хотел бы ты выйти на свободу уже через пять лет, а то и через три года?

Глаза у Тимофея загорелись.

– Конечно, я очень этого хочу! А что я должен сделать?

– Раз ты не совершал убийств, то срок ты получишь значительно меньше. А потом сможешь освободиться досрочно. Заодно и отомстишь всем, кто тебя сдал, а особенно Феодосию и Пирату. Ты ведь много секретов организации знаешь?

– Да, много. Я уже много лет помогаю Феодосию, и он доверяет мне. Я и представить не мог, что он и Пират предадут меня.

– А что ты знаешь об исчезновении Янтарной комнаты?

– Знаю только то, что рассказывал Феодосий. Я её никогда не видел, да и Феодосий тоже не видел, ему про неё отец рассказывал. Когда её вывезли из дворца в начале войны, её сразу же заперли в заранее подготовленном бункере в Карелии. После этого бункер так никогда и не открывали. Есть ключ, но только в единственном экземпляре. Я его видел, Феодосий когда-то давно показывал его. Но в то время, когда Феодосий поехал на Валаам, ключ был утерян. Он сам не знает, то ли потерял, то ли выкрали. Но факт остаётся фактом – без ключа в бункер проникнуть невозможно.

– Знаешь что-нибудь о секретах этого ключа или ловушках?

– Слышал, что Феодосий говорил о чём-то таком, но точно ничего не знаю.

Он задумался ненадолго.

– Ах, да, сейчас начинаю вспоминать. Когда Феодосий вертел в руках ключ, он несколько раз напевал песню. Слова были такие: «Шаг вперёд, два назад, поворот, переворот». Я у него тогда ещё спросил про этот танец, мне стало интересно. А он мне ничего не ответил, а только пожал плечами.

– А где находится этот бункер? – задал капитан самый главный вопрос.

– В районе деревни Лопатино. Примерно в двух километрах к северу от неё есть небольшие горы. Бункер спрятан где-то там, а больше я ничего не знаю.

Капитан посмотрел внимательно на Тимофея и подумал, что тот и правда сказал всё, что знал.

– Хорошо, пока посиди в камере, а мы проверим полученную информацию.

Заканчивая свой рассказ, капитан сказал Насте:

– Вот, собственно, и всё. Дальше я вызвал конвой, и Тимофея увели. Был уже почти вечер, поэтому я позвонил тебе и договорился, что заеду за тобой утром.

Глава 53

На въезде в Санкт-Петербург образовалась большая пробка, и у Насти с капитаном Алёхиным было достаточно времени, чтобы обсудить план дальнейших действий.

– Значит, так, – сказал капитан. – Сначала нам нужно будет заехать в банк, чтобы забрать из ячейки янтарную фреску и ключ от бункера. Где находится этот банк?

– На Невском проспекте, в квартале от моего дома.

– Сейчас доедем до банка и вместе войдём внутрь. Вещи очень ценные, поэтому я буду за ними присматривать. Хоть мы и раскрыли схему работы Союза девяти, арестовали его участников, но ведь простых воришек никто не отменял.

Он что-то прикинул в уме и продолжил:

– В банке всё нужно делать быстро. Как только забираем вещи из сейфа, сразу же выезжаем в Карелию, нам ещё ехать более четырёх часов. У нас есть ориентир – деревня Лопатино, а это значит, что туда нам и нужно попасть в первую очередь. Тимофей сказал, что горы находятся примерно в двух километрах к северу от этой деревни. Я проверил по спутнику, они там действительно есть. Только вот подъездных дорог к ней я никаких не заметил. Ладно, будем разбираться на месте.

Так постепенно они доехали до Невского проспекта и припарковались рядом с банком.

– Сейчас не должно быть много людей, ещё рано, банк недавно открылся, – сказала Настя.

Они вышли из машины, и зашли внутрь. Вся процедура не заняла у них и пятнадцати минут. Вышли они оттуда уже с ключом и янтарной фреской, завёрнутой Настей в полотенце и упакованной в пакет перед тем, как она оставила их на хранение в ячейке.

Когда они сели в машину и поехали в сторону Карелии, поглощённые оживлённым утренним движением, Настя сказала:

– Уже третий раз еду на север после того, как посылка попала ко мне. Очень надеюсь, что сегодня всё завершится благополучно.

– Да, я тоже. Мы проделали огромную работу. Вернее это ты её проделала, а мы только помогли кое-что сделать, – капитан посмотрел на неё и улыбнулся. – Я один до сих пор искал бы этот загадочный Союз девяти. Теперь-то я вижу, что не такой он и загадочный. Очень уж ловко у тебя вышло потянуть за ниточку и распутать этот клубок.

Они уже выехали из города и мчались по трассе. Капитан умело маневрировал в потоке, и Настя не нервничала, а просто смотрела в окно. Она снова и снова прокручивала в голове все события, случившиеся с ней за прошедшие две недели. Их было столько, что можно было написать детектив. Настя улыбнулась, подумав, что может когда-нибудь и напишет. Но тут её мысли прервал голос капитана.

– Настя, я понимаю, что ты много пережила, но сегодня мне вновь потребуется твоя помощь. Я очень ценю твой талант в разгадывании всевозможных загадок и ребусов, и это нам очень пригодится. Понимаешь, в бункер так просто не попадёшь. Там предусмотрены ловушки и секреты. Да и ключ от бункера, судя по всему, совсем непрост.

Он успел внимательно рассмотреть ключ, когда они вышли из банка и сели в машину.

– Мне раньше не приходилось иметь дело с такими сложными ключами, хотя нас и обучали разбираться в различных дверных механизмах. Судя по всему, этот ключ позволяет пройти четыре степени защиты. И после каждого прохождения нужно будет продавливать ключ глубже. Возможно, это будет представлять для нас гораздо более сложную задачу, чем просто отыскать бункер. Я думаю, что те люди, которые прятали Янтарную комнату в бункер, позаботились о том, чтобы так просто посторонние не смогли проникнуть на объект. Если мы не сможем разобраться и ошибёмся в открывании двери, нас могут поджидать опасности.

– Может, лучше доверить открытие этой двери специалистам? – спросила Настя. – Как бы мы всё только не испортили.

– Возможно, так мы и сделаем. Для нас сейчас самое главное – это найти бункер. Остальное будет уже делом техники, – он немного подумал и добавил. – Ну и везения, конечно же.

Подъезжая к Карелии, Настя с капитаном решили остановиться и перекусить. Время уже было обеденное, да и в дороге они сильно проголодались. Они остановились у придорожного кафе и основательно пообедали. Ещё и решили взять с собой выпечку и воду – неизвестно, сколько они будут искать этот бункер.

Сытые и довольные, они вышли из кафе, сели в машину и поехали дальше.

Глава 54

Деревня Лопатино находится на отдалении от основной трассы, поблизости почти нет населённых пунктов, хотя сама по себе она не очень и маленькая. Когда они ехали по трассе, Настя нашла немного информации об этой деревне в интернете. В частности, там было сказано, что в деревне есть несколько основных улиц, один продуктовый магазин и один хозяйственный, почта, и даже небольшая школа. Рядом с деревней находилась ферма, на которой работало большинство местных жителей.

Когда они почти доехали до деревни, связь начала прерываться, а около деревни и вовсе пропала.

– Интересно, как люди здесь живут без мобильной связи? – спросила Настя.

– А что, я бы с удовольствием, – ответил капитан. – Столько времени сразу освобождается на себя и на семью.

Они остановились на окраине деревни и стали думать, что им делать дальше.

– Если бы работал интернет, можно было бы попытаться найти дорогу.

– Так мы ведь знаем, что горы на севере, давайте сориентируемся по солнцу.

Настя посмотрела на часы, затем на солнце, ненадолго задумалась и показала рукой в сторону.

– Север вон там, нам нужно немного объехать вокруг деревни.

Они поехали по дороге, которая шла по краю деревни, но, доехав до её северной части, никаких поворотов в сторону гор так и не увидели. Они поехали дальше по дороге, но всё также безрезультатно, поэтому решили вернуться и спросить у кого-нибудь из местных.

– Давай оставим машину здесь, – сказала Настя, когда они снова приехали в северную часть деревни. – Если не найдём дорогу, тогда пойдём по той тропинке. По-моему, она как раз ведёт в сторону гор, хоть и вся заросла.

– Хорошо, – капитан остановил машину, заглушил двигатель и посмотрел по сторонам.

– Что-то никого из местных жителей не видно.

– Действительно, как-то это странно. Когда ехали, то и сзади, и впереди кого-то да видели, а здесь, на севере, тишина какая-то.

Они вышли из машины и стали оглядываться по сторонам.

– Давай пойдём по той дороге вглубь деревни. Должны же мы там кого-нибудь встретить.

Вещи и продукты решили пока не брать. Даже если придётся идти пешком, то всё равно через это же самое место. Фреску же с ключом Настя взяла с собой – опасно было оставлять их без присмотра. Капитан закрыл машину, и они пошли в деревню.

Долго идти не пришлось – почти сразу же им встретился местный житель, сидящий на скамейке возле своего дома. Это был мужчина в возрасте, даже скорее дедушка. Он наблюдал за курами, которые прогуливались перед ним на лужайке. Когда Настя с капитаном подошли к нему поближе, но не совсем близко, чтобы не распугать кур, он посмотрел на них и улыбнулся.

– Здравствуйте, – сказала ему Настя.

– Здрасьте, здрасьте, коль не шутите, – ответил дедушка, продолжая улыбаться.

– Меня зовет Настя. Мы можем с товарищем задать Вам несколько вопросов?

– Конечно. Вы приехали к кому-то в гости? Что-то я раньше вас не видел.

– Нет, мы приехали в поисках гор. Нам сказали, что они находятся примерно в двух километрах севернее деревни.

– Это очень опасное место, вам нельзя туда идти, – улыбка исчезла с его лица, и он сразу же сделался серьёзнее.

– Простите, а как Вас зовут?

– Дед Макар, так и зовите.

– Дед Макар, скажите, а на машине туда можно доехать? – спросил его капитан.

– Нет, дорога заросла давным-давно.

– А почему там опасное место? И почему нам туда нельзя? – спросила Настя.

– Нельзя, потому что там опасно, ведь я же вам сказал, – укоризненно покачал головой дед Макар. – Из местных туда больше никто не ходит – это гиблое место. Несколько человек так и не вернулись.

– А Вы там были?

– Не был. Как во время войны там поселился призрак, так никто туда больше и не ходил. Кроме нескольких смельчаков.

Настя с капитаном быстро переглянулись, и Настя спросила:

– Простите, о каком призраке Вы говорите?

– Его никто не видел. Это призрак какого-то огромного зверя. Он живёт в горе, или рядом с горой. Отсюда его плохо слышно, но если ночью подойти немного поближе, то можно отчётливо услышать его рычание. А бывало, что и днём слышали. Ужасный вой, кровь стынет в жилах даже от одного воспоминания. Я несколько раз слышал, когда пытался подойти чуть ближе.

– Но Вы сказали, что несколько смельчаков ходили к этой горе, можем мы с ними поговорить?

– Нет, к сожалению, – печально вздохнул дед. – Никто из них не вернулся обратно. На моей памяти, их было всего трое, все они ходили в разное время. Их останавливали, но они не послушались. Зверь не отпустил их обратно.

– А как давно пропал последний человек?

– Уже лет десять назад.

– И после этого никто так и не пытался пойти туда?

– Было несколько человек, которые ходили дальше по тропинке, чтобы услышать его рычание, но далеко они не заходили. Это очень страшно.

– Это та тропинка, которая начинается на окраине деревни в конце этой дороги? – спросил капитан.

– Да. Правда, она уже заросла, не ходит же почти никто.

– Спасибо за помощь. Настя, пойдём.

– До свидания, – попрощалась Настя с дедом Макаром.

– До свидания, – ответил он. – Не ходите туда, мой вам совет.

– Мы недалеко, – сказала Настя.

И они с капитаном пошли в сторону машины.

Глава 55

Подойдя к машине, капитан достал рюкзак с заднего сиденья. Когда он поставил его на землю и открыл, Настя увидела фонарь и моток бечёвки. Капитан поймал взгляд Насти и пояснил:

– Если удастся найти вход в бункер и проникнуть внутрь, эти вещи нам пригодятся. Фонарь нам точно понадобится, а вот бечёвку я взял на случай, если там окажется лабиринт, чтобы нам не заблудиться.

– Да, это хорошая мысль, – ответила ему Настя.

Затем капитан достал пакет с выпечкой и воду, и тоже положил их в рюкзак. Закрыв машину, он надел рюкзак за плечи, и они пошли в сторону тропинки. У Насти в руках был пакет с ключом и янтарной фреской.

Тропинкой это можно было назвать с большой натяжкой. Видно, что по ней ходили очень редко – она вся заросла травой, и на ней даже не было примятых следов.

– По всей видимости, раньше здесь была дорога, – сказал капитан, оборачиваясь к Насте. – Вон эта впадина явно была раньше колеёй. Но, похоже, что здесь и правда лет шестьдесят никто не ездил, вон какие высоченные деревья успели вырасти.

– Наверное, по этой дороге и везли части Янтарной комнаты, – согласилась с ним Настя.

Они медленно шли на север, всё дальше и дальше отходя от деревни, и с каждым шагом лес по бокам от бывшей дороги становился гуще. На самой же дороге деревья росли одинаково ровно, как будто были посажены искусственно. Хотя, скорее всего, Насте это просто показалось.

Внезапно Настя и капитан застыли на месте, как вкопанные. Со стороны гор донёсся настолько жуткий вой, что у них всё похолодело внутри, а ноги сделались ватными.

– Какой ужасный вой, – прошептала Настя. На шёпот она перешла, даже и сама того не осознавая.

– Да, – ответил капитан, но своим нормальным голосом. – Действительно, не обманул дед, когда про зверя говорил. Но не верю я в эти небылицы о звере-призраке. Должно же быть этому какое-то объяснение.

– В мире существует много того, во что мы не верим. И призраки есть, я уверена в этом. Но я считаю, что нам надо продолжать путь и увидеть всё своими собственными глазами. Меня мама в детстве учила, что неизвестность пугает больше всего на свете. Поэтому пойдём потихоньку, разговаривать лучше шёпотом.

Они пошли дальше по тропинке, и вдруг перед ними возник овраг, весь поросший травой.

– Ну и откуда здесь овраг, прямо поперёк дороги? – прошептала Настя. – У меня только одно объяснение этому – он был создан искусственно. Возможно, когда те, кто спрятал Янтарную комнату в бункере, уезжали обратно, они специально прорыли траншею за собой, чтобы никто больше не смог проехать по этой дороге.

Капитан спустился на дно оврага и помог слезть Насте. Овраг был довольно-таки крутой и глубокий – с человеческий рост. Капитан перешёл на другую сторону, снял рюкзак и вскарабкался наверх.

– Настя, подай рюкзак.

Она взяла рюкзак и подняла его как можно выше. Капитан схватил его за лямки и подтянул к себе.

– А теперь сама, давай мне руки.

Настя протянула ему руки, он взялся за них и стал тащить наверх, а Настя помогала ногами. Чувствовалось, что капитан очень сильный. Он с такой лёгкостью вытащил Настю из оврага, как будто она была пушинкой.

– Ну что, пошли дальше? Уже больше половины пути пройдено, – сказал капитан.

Настя встала на ноги, отряхнула коленки, и уже собралась пойти за капитаном, как вдруг снова раздался звериный рык, ещё громче и страшнее, чем в первый раз.

– Если это зверь, то он огромный, – прошептала Настя.

– Да, теперь мне тоже стало как-то не по себе, – тоже шёпотом ответил ей капитан.

Они медленно пошли дальше, но внезапно Насте пришла в голову одна мысль.

– Подождите.

Капитан остановился и обернулся к ней.

– Что случилось?

– Я подумала, что теперь нужно идти очень аккуратно и смотреть во все стороны, особенно под ноги. Вы говорили, что здесь есть ловушки, и они вполне могут начаться именно после траншеи.

– Да, я с тобой согласен, нужно быть предельно внимательными.

Они пошли дальше, и совсем скоро вышли из леса на опушку. Ужасного звериного рычания они больше не слышали и немного успокоились. Прямо перед ними начиналась гора, не такая большая, но и не маленькая. Если бы внутри был лабиринт, то вполне можно было бы там заблудиться.

– Стой! – внезапно закричала Настя, и капитан резко остановился – таким пронзительным и неожиданным был этот крик. – Отойди назад.

Он послушно сделал несколько шагов назад и спросил:

– Что случилось, почему ты закричала?

– Разве сам не видишь? Посмотри под ноги перед собой. Это же просто трава, под ней нет земли.

Он присмотрелся и всё понял. Прямо перед ними была ловушка, прикрытая густой травой. Сквозь траву, если внимательно приглядеться, можно было разглядеть черноту.

Глава 56

– Вот и начались ловушки, надо быть предельно внимательными и осторожными, – сказала Настя капитану. – Нужна длинная палка, чтобы проверять почву перед собой.

– Сейчас найду, – капитан ушёл в лес, и уже через минуту вернулся с длинным шестом. – Давай-ка заглянем в яму. Я попробую раздвинуть шестом траву, насколько получится, а ты аккуратно подойди к краю ямы и загляни внутрь. Только возьми фонарь.

Он достал из рюкзака фонарь и протянул его Насте. Она включила его и медленными шагами пошла к краю ямы. Капитан немного отодвинул траву, и образовалось небольшое тёмное отверстие, в которое можно было заглянуть.

Подойдя вплотную к яме, Настя посветила в отверстие фонарём и вздрогнула от того, что она увидела в первый момент. Ей показалось, что кто-то смотрит на неё. Присмотревшись внимательнее, она поняла, что это был скелет, глазницы которого были обращены к небу.

– Там скелет, – сказала Настя.

– Посмотри вокруг, может, ты ещё что-нибудь увидишь.

Настя стала смотреть вокруг скелета, и в углу заметила ещё один скелет. Вернее, это даже скорее были отдельные кости и череп, как будто их специально отодвинули подальше. Обшарив лучом фонаря всю яму, больше она ничего особенного не увидела.

Настя выключила фонарь и задумчиво отошла от ямы.

– Там есть ещё один скелет, более старый. Я считаю, что он первый попал в ловушку и не смог выбраться. Через несколько лет в яму провалился ещё один человек, это он отодвинул скелет в угол ногами. Он тоже не смог выбраться, слишком уж глубокая яма.

– Ты говоришь, что там всего двое? Но дед Макар говорил, что на его памяти было трое смельчаков, которые отправились к горе и не вернулись.

– Да. Значит, наверняка есть и ещё ямы. Пойдём очень внимательно. Я думаю, что яму мы найдём где-нибудь недалеко от входа. Иди вперёд.

Настя и сама не заметила, как перешла на ты – общее приключение сплотило их в одну команду, и теперь казалось нелепым называть своего спутника на Вы.

Капитан обошёл яму и пошёл вперёд, проверяя шестом почву перед собой. Настя старалась идти как можно ближе, почти след в след. Кругом было много травы, и можно было запросто провалиться в яму, не заметив её.

Они уже почти подошли к горе, как внезапно шест капитана провалился, а сам он едва устоял на ногах, чуть не потеряв равновесие.

– А вот и вторая яма. Подойди, загляни внутрь.

Капитан прощупал твёрдую почву на краю ямы, и Настя подошла ближе. Он отодвинул траву, Настя включила фонарь и посветила вниз.

– А вот и третий скелет, – Настя даже как-то обрадовалась ему, как будто своему знакомому. Он совсем старый. Интересно, как это он не провалился в первую яму. Наверное, прошёл по краю.

Настя отошла от ямы и стала осматривать гору. Теперь она была от них совсем близко, метрах в пятнадцати.

– Где-то здесь должен быть вход, давай внимательнее смотреть.

Настя стала смотреть, но внизу, рядом с землёй, ничего похожего не увидела. Там были только голые скалы. Тогда она стала смотреть выше. Единственное место, где мог быть спрятан вход, был густой кустарник на отвесной скале, в нескольких метрах над землёй.

Она указала на кусты лучом фонаря, намереваясь рассказать капитану о своих догадках, как оттуда раздался душераздирающий рёв, заставив Настю и капитана уже в третий раз похолодеть от ужаса.

Глава 57

Страшный рёв звучал недолго – уже через десять секунд снова стало тихо.

– Хоть я и много повидал в жизни, но от такого рёва становится жутко. Хорошо, что у меня есть пистолет. На такого зверя с голыми руками идти – это верх безрассудства, – сказал капитан.

– Ну, на какого зверя? – укоризненно спросила Настя, посмотрев на капитана. – Неужели ты думаешь, что зверь сидит в пещере со времён Великой Отечественной Войны? Почему же тогда этот долгожитель не выходит на улицу и не приходит в деревню? Он что, на привязи сидит?

Насте почему-то неожиданно стало весело, а все страхи куда-то улетучились.

– Может, и на привязи. В любом случае, надо быть осторожными.

– Не думаю, что стоит бояться какого-то призрака. Мне кажется, что это очередная ловушка, созданная для того, чтобы отпугнуть незваных посетителей. Точно так же, как и ямы на тропе перед горой. Но осторожными, несомненно, стоит быть. Любая ловушка здесь может быть смертельно опасной. Подойдём поближе, но продолжай прощупывать почву, вдруг там ещё есть ямы.

Настя оказалась права, почти перед самой горой они обнаружили ещё две ямы. Видимо, до них никто не дошёл, так как они были пустые.

И только теперь, стоя вплотную к горе, Настя увидела, как им можно будет забраться наверх. На скале было что-то вроде выступа, который начинался внизу, и шёл прямо к кустам, откуда они слышали ужасный рёв.

– Смотри, вот как мы можем взобраться наверх – по этому выступу. Удивительно, но его совершенно не видно на расстоянии, он странным образом сливается со скалой.

– Хорошо, Настя, давай попробуем, только аккуратно. Я пойду первым, а ты иди следом за мной.

Капитан положил шест на траву рядом с горой, а сам ступил на выступ и аккуратно пошёл вперёд. Настя хотела было пойти следом, но вдруг явно ощутила на себе чей-то взгляд. Она обернулась назад и посмотрела в лес. Ничего подозрительного Настя не заметила, но чувство, что за ней кто-то наблюдает, у неё осталось.

Капитан за это время успел сделать несколько шагов. Выступ был не очень ровный, из-под ног постоянно осыпались небольшие камушки, поэтому шёл он медленно. Настя последовала его примеру и аккуратно пошла следом. Скорее всего, если пещера находилась за кустами, и туда заносили части Янтарной комнаты, то делали это каким-то другим способом, а не по этому выступу. Он был узкий, и Настя прижималась к скале, чтобы не упасть.

Когда они с капитаном преодолели уже половину пути, на них налетел сильный порыв ветра, чуть не скинув их со скалы. Настя потеряла равновесие, но смогла удержаться на выступе и не упасть.

Вдруг из кустов опять раздался страшный рёв, но на этот раз было ещё страшнее, потому что они стояли на узком выступе в нескольких метрах над землёй, а источник звука был совсем рядом, за кустами. Это был настоящий утробный рык какого-то очень большого животного. Постепенно он стал тише и вскоре совсем затих.

Они немного постояли, прислушиваясь. Капитан обернулся и прошептал Насте:

– Пойдём дальше.

Затем он достал из кобуры пистолет и начал медленно продвигаться вперёд. Настя пошла следом. Ещё несколько шагов, и они оказались на небольшой площадке перед кустами. Там уже можно было чувствовать себя спокойнее – ширина площадки была чуть больше метра, и можно было уже не бояться упасть.

– Смотри, – прошептала Настя, показывая на стену сбоку от кустарника.

Прямо из скалы выходили трубы разного диаметра. С другой стороны от кустарника было то же самое. Сами же кусты оказались не такими уж и густыми – сквозь них можно было разглядеть черноту, уходящую куда-то вглубь.

– Пошли, только аккуратно, – тихо сказала Настя капитану. – Только посвети фонарём.

Он включил фонарь и направил дуло пистолета вперёд, а Настя раздвинула ветки и сделала шаг в пещеру. Капитан шагнул следом, и оба они оказались внутри скалы, ветки за их спиной снова сомкнулись.

Фонарь светил довольно далеко, но никакого зверя они так и не увидели, впереди лишь только виднелась развилка.

– Кажется, я знаю разгадку тайны зверя-призрака, – сказала Настя капитану. – Направь фонарь на стену.

Он сделал так, как она сказала, и они увидели, как чуть дальше из стены выходят трубы, которые они видели на улице, и заходят в противоположную стену.

– Зачем нужны эти трубы?

– Всё просто. И, как следствие, гениально. О чём-то подобном я когда-то читала. Это изобретение называлось «Поющие трубы». Насколько я помню, их изобрели в Древнем Египте, чтобы отпугивать расхитителей гробниц. Эти трубы издавали звуки, имитирующие звуки существ из царства мёртвых, и никто не решался подойти близко к таким гробницам.

– А какой у них принцип действия?

– Судя по всему, они издают звуки от ветра. Ветер попадает в эти трубы с двух сторон, и внутри труб происходит какая-то звуковая реакция. Когда мы поднимались сюда и задул сильный ветер – мы сразу же услышали звук.

– Точно, – воскликнул капитан. – Так оно и было. Но это ведь гениально. Кто-то же спроектировал эту ловушку.

– Да, очень похоже, что бункер проектировал гений. А бункер здесь, я уже не сомневаюсь в этом. Пойдём дальше, но аккуратно, там могут быть и другие ловушки.

И они двинулись дальше, осторожно ступая на пол и освещая путь перед собой. Метров через пятнадцать они дошли до развилки. Эта развилка делила коридор на три части, и все они уходили в разные стороны.

Глава 58

Настя и капитан в задумчивости остановились перед развилкой.

– Ну и куда нам теперь идти? – спросил капитан.

Но, скорее всего, он спросил сам себя, а не Настю – она ведь тоже не могла этого знать.

– Посвети фонарём, посмотрим, что там.

Капитан поочерёдно направил луч от фонаря в каждый из коридоров, но ничего особенного они не увидели. Все коридоры, насколько хватало освещения, уходили вперёд и казались совершенно одинаковыми.

– Так, – сказала Настя. – Будем рассуждать логически. Я считаю, что для Янтарной комнаты нужен довольно-таки большой бункер, а справа и слева может оказаться недостаточно места. Поэтому нам надо идти прямо.

– Ну а я всецело тебе доверяю, – улыбнулся капитан.

– Только предельно аккуратно, – напомнила ему Настя. – Ловушки могут быть где угодно. Если ход окажется не тем, который нам нужен, нас вполне может засыпать камнями. Так что смотрим и под ноги, и наверх.

– Хорошо. Подожди, достану бечёвку.

Он поставил рюкзак и достал большой моток бечёвки. Затем посветил фонарём вокруг себя и увидел большой булыжник. Привязав к нему край бечёвки, он сказал Насте:

– Всё, мы можем идти.

И они пошли вперёд. Ширина коридора позволяла им идти рядом, они шли очень медленно и внимательно смотрели на пол, на потолок, и даже на стены. Бечёвка разматывалась с катушки и змеёй опускалась на пол позади них.

Скоро перед ними возникла ещё одна развилка. Сначала они пошли налево, но почти сразу уткнулись в стену. Тогда они вернулись и пошли направо. Вскоре коридор начал расширяться, и они оказались в пещере. Пещера была совсем небольшая, луч от фонаря доставал до противоположного края.

Посветив по сторонам, капитан сказал:

– Похоже, что это тупик. Надо возвращаться обратно к развилке.

Внезапно откуда-то сверху послышался звук, похожий на шелест. Капитан направил свет на потолок, и они увидели светящиеся огоньки, которых с каждой секундой становилось всё больше и больше.

– Летучие мыши! – первой догадалась Настя, и в ту же секунду огоньки с громким шелестом пришли в движение.

– Ложись! – крикнул капитан, но Настя немного замешкалась, и почувствовала, как её обдало потоком ветра, а что-то острое царапнуло по щеке. В следующую секунду она уже лежала на полу, накрыв голову руками, а над ними с громким шелестом пролетала стая летучих мышей.

Когда всё стихло, и они поднялись на ноги – капитан сказал:

– Да у тебя кровь на щеке, нужно обработать рану.

Он достал из кармана платок, а из рюкзака перекись водорода. Затем смочил перекисью платок, и прижал к царапине.

– Подержи пока так, я пластырь поищу.

Настя прижала платок рукой, а капитан стал копаться в рюкзаке. Потом, по всей видимости, нашёл пластырь, взял у Насти платок и заклеил рану.

– Ну, всё, пошли обратно.

Путь обратно занял у них гораздо больше времени, чем сюда, так как приходилось наматывать бечёвку обратно на катушку. Когда они дошли до развилки, то решили дальше исследовать правый коридор.

Он оказался почти таким же по ширине и высоте, что и центральный, но идти пришлось дальше. Через некоторое время они дошли до поворота и повернули налево.

– Теперь мы идём вглубь горы, – сказала Настя. – И там вполне хватит места для бункера. К тому же, у меня предчувствие, что этот коридор окажется верным.

И предчувствие не обмануло её – через минуту они дошли до пещеры. Она была совсем небольшая, но на противоположной стене находилась каменная плита, которая явно закрывала какой-то вход.

Глава 59

– Ну вот, мы и нашли бункер! – радостно воскликнул капитан. – Ты и представить себе не можешь, как долго я его искал.

– Хочу напомнить тебе про ловушки, которые здесь могут быть, ещё рано радоваться.

– Да, ты права, давай подойдём поближе.

Они пересекли пещеру, внимательно изучая пол перед каждым шагом.

– Посвети на дверь, нужно её рассмотреть.

Капитан направил фонарь на каменную плиту, и они сразу же увидели отверстие для ключа. Просветив каждый метр плиты, больше ничего подозрительного они не заметили.

– Давай ещё рассмотрим стены и потолок.

Они начали изучать всё вокруг, очень внимательно вглядываясь в освещённые места. Это заняло у них не меньше двадцати минут, так как нужно было точно убедиться, что ловушек рядом с бункером нет.

– А что это там, в углу? – спросила Настя.

Капитан посветил туда, куда указывала Настя, и они увидели примерно в двух с половиной метрах над полом какую-то прямоугольную впадину. Края у неё были не совсем ровные.

– Вроде ничего необычного, – сказал капитан. – Я думаю, что это естественная выемка в скале.

– Наверное. Больше ничего подозрительного я не заметила. Нигде никаких скрытых люков или чего-то похожего нет. Видимо, ловушки здесь связаны с ключом. Надо внимательнее его рассмотреть.

Настя достала свёрток из пакета, развернула его и взяла ключ в руки. Он был длинный, и очень сложный. С четырёх сторон у него были различные впадины, какие– то резцы или приспособления.

– Настя, как я уже говорил утром, когда мы забрали его в банке – ключ этот совсем непрост. И, судя по всему, он позволяет пройти четыре уровня защиты. И после каждого уровня его нужно будет продавить внутрь. Видишь, на ключе все эти узоры с разных сторон находятся на различной высоте. Раз других ловушек здесь нет, то проблема может возникнуть при открывании дверей. Не думаю, что можно просто вставить ключ и повернуть, – капитан немного подумал и продолжил. – Хотя, почему бы и нет. Надо попробовать.

– Нет, пробовать нельзя ни в коем случае, – сказала Настя. – Мне кажется, что второй попытки у нас не будет. Для тех лет какие-то сложные ловушки кажутся утопией. Скорее всего, всё дело здесь в прочных пружинах. Когда все четыре степени защиты будут пройдены – эти пружины помогут плите отъехать в сторону. Если же мы будем поворачивать ключ неправильно, пружины могут заблокировать плиту, и тогда мы точно не попадём внутрь. Это и есть ловушка – блокировка двери. В любом случае, без знания того, как правильно поворачивать ключ, нам никогда не попасть внутрь. Нужен шифр.

– Но где его взять? – расстроился капитан. – В письмах о шифре ничего не говорилось.

– Мне кажется, что мой родственник и сам его не знал, когда отправлял мне ключ в посылке. Что будем делать? Бункер мы нашли, теперь нужны специалисты.

– Да что они смогут сделать без шифра? Настя, подумай хорошенько, вся надежда только на тебя. Давай пока перекусим.

– Хорошо. Что-то я тоже проголодалась немного.

Капитан достал из рюкзака выпечку и воду, и они с Настей основательно подкрепились. Она почувствовала прилив сил и сказала капитану:

– Буду вспоминать, что про это могли говорить на базе Союза девяти.

Она села на корточки, прислонившись к стене, и закрыла глаза. Нужно было вновь пережить то время, воспоминания о котором были так неприятны ей.

Настя начала вспоминать свою первую встречу с Феодосием, когда её только-только привезли к ним на базу. Тогда её спрашивали только о том, куда она спрятала ключ. О секретах открывания двери ничего не говорили. На следующее утро тоже спрашивали, грозили пытками, чуть было не вкололи сыворотку правды. Настя пощупала оттопыривающийся карман. Лучше бы она этот шприц положила в чемодан или сумочку, таскать с собой его было очень неудобно. «Отдам его капитану и всё расскажу, когда мы доберёмся до Янтарной комнаты». Нет, пожалуй, что при ней Феодосий ничего не говорил.

– Ничего не могу вспомнить, – сказала Настя.

– А я сейчас вспомнил допрос Тимофея. Когда я спросил его про секреты ключа, он рассказал, что Феодосий однажды спел песенку, когда вертел ключ в руках. Слова были такие: «Шаг вперёд, два назад, поворот, переворот». Тимофей ещё тогда спросил его, что это за танец, а он не ответил. Может ли нам чем-то это помочь?

– Ну конечно, как я могла забыть? – воскликнула Настя. – Ведь это же так просто. Ключ должен пройти четыре степени защиты, и все они отражены в этих строках. Шаг вперёд, два назад, поворот, переворот – это всё поворот ключа. Четыре разных действия. Давайте попробуем открыть дверь, посветите на замочную скважину.

Она взяла ключ и начала осматривать отверстие.

– Вставить его можно только в одном положении, – сказала Настя и аккуратно просунула ключ в скважину.

Когда ключ упёрся во что-то, Настя произнесла:

– Первое действие – шаг вперёд. Попробую покрутить по часовой стрелке.

Она начала медленно поворачивать, пока не услышала щелчок.

– А вот и шаг, – обрадовалась Настя и надавила на ключ. Он вошёл глубже и снова упёрся.

– Два шага назад.

Теперь Настя стала поворачивать ключ в обратном направлении. Когда он вернулся в исходное положение – раздался такой же щелчок. Но она продолжила поворачивать ключ до второго щелчка. И в этот раз снова удалось продавить ключ глубже.

– Теперь надо понять, что же значит поворот и переворот. Мне в голову ничего не приходит, кроме того, что поворот – это полный поворот ключа на 360 градусов, а переворот – на 180 градусов. Давай пробовать.

Она стала крутить ключ по часовой стрелке. Раздавались щелчки, но она продолжала крутить, пока не сделала полный круг.

– Ну, с богом, – произнесла Настя и надавила на ключ.

Ключ с лёгкостью прошёл дальше, и она облегчённо выдохнула. Затем она стала крутить дальше, и остановилась, прокрутив ключ на 180 градусов. Настя посмотрела на капитана, он кивнул, и она стала медленно проталкивать ключ вглубь отверстия.

Внезапно за плитой раздался громкий звук, а вернее четыре звука подряд. Было похоже на то, что какой-то механизм отпустил пружины. Но плита так и осталась стоять на месте.

– Почему не открывается? – спросил капитан.

– Не знаю, мы всё делали правильно. Наверное, есть ещё какой-нибудь секрет.

Она покосилась на выемку в углу, и внезапно её осенила догадка.

– Подсадите меня, кажется, я знаю, что нужно делать. Вон там, в углу.

Настя развернула янтарную фреску и взяла у капитана фонарь. Тот присел на корточки рядом со стеной, она села ему на плечи, и он выпрямился в полный рост. Настя посветила на прямоугольное отверстие и увидела внутри какие-то выемки, смутно что-то ей напоминающие. Затем посмотрела на выпуклое изображение Петра на янтарной фреске и произнесла:

– Удивительно.

Затем она перевернула фреску, чтобы выпуклое изображение Петра попало в отверстия в выемке. Фреска подошла идеально. Настя на мгновение задержала дыхание, готовясь к этому важному моменту, и надавила на фреску. Та с лёгкостью вошла внутрь стены.

В ту же секунду сработал какой-то механизм, и плита начала отъезжать в сторону.

Глава 60

Пока плита отъезжала в сторону, капитан присел на корточки, и Настя вновь встала на твёрдую поверхность. Проход открывался довольно-таки быстро и с громким звуком, а когда открылся, вновь стало тихо.

– Ну что, настал момент истины, товарищ капитан, – улыбнулась Настя. – Пойдём, посмотрим, что нас здесь ждёт.

– Как думаешь, ловушки ещё могут быть?

– Вряд ли, – сказала Настя. – Здесь уже незачем устраивать ловушки. Посвети вперёд.

Капитан направил луч от фонаря перед собой, и они медленно вошли в бункер. Рядом с входом ничего не было, кроме свободной площадки. По бокам Настя заметила несколько факелов и сказала капитану:

– Надо их зажечь. Есть зажигалка или спички?

– Да, спички есть в рюкзаке.

Капитан отдал фонарь Насте, а сам поставил рюкзак на пол и достал спички. Подойдя к ближайшему факелу, он поднёс к нему горящую спичку. Факел вспыхнул моментально. Капитан достал его из крепления в стене, и зажёг оставшиеся три факела.

– Возьми тоже один факел, а два пусть остаются здесь, с ними стало гораздо светлее.

Настя последовала совету капитана и взяла факел в руки. И только сейчас они обратили внимание на то, что было впереди.

– Там какие-то ящики, и их много! – воскликнула Настя. – Неужели мы нашли Янтарную комнату? Я не могу в это поверить. Я раньше столько читала о ней, так надеялась, что её найдут. Никогда не думала, что это буду я.

– Без твоей помощи я бы никогда не добрался до этого бункера, – так же радостно сказал капитан Насте. – Давай подойдём ближе и посмотрим, что лежит в тех ящиках.

Они пошли вперёд. От площадки, которая была у входа, вниз вели несколько ступенек. За ними была просторная пещера, полностью заставленная ящиками.

Настя закрепила свой факел на стене в специальном креплении. Капитан, последовав её примеру, сделал точно так же чуть подальше. В пещере стало светло.

Настя с капитаном стали рассматривать ящики. За то время, пока в пещере никого не было, на них успел скопиться толстый слой пыли.

– Нужно посмотреть, что там внутри, – сказала Настя капитану.

Он внимательно посмотрел на ящик и ответил:

– Так они не заколочены, у них сверху крышка открывается. Смотри, сбоку две защёлки.

Он откинул их и медленно приподнял крышку. Некоторое время они смотрели на содержимое, не в силах вымолвить ни слова.

– Это панно из янтарной комнаты, – наконец произнесла Настя с улыбкой. – Значит, вся работа, проделанная Алексеем, его отцом и дедом, была не напрасна. Разгадка тайны Янтарной комнаты – это целиком и полностью их заслуга.

– Но и ты проделала большую работу, – возразил капитан. – Если бы не ты, бункер никогда бы не нашли.

– Да, много пришлось пережить, – вздохнула Настя, вспоминая испытания прошедших двух недель. – И что теперь? Возвращаемся в Питер и сообщаем о находке, или остаёмся и ждём здесь, когда приедут специалисты?

– Поедем в Питер, здесь оставим всё так, как есть, – ответил ей капитан. – Ты останешься в городе, и так уже много натерпелась. А я вернусь сюда с группой.

– Хорошо. Пойдём тогда, уже много времени. Будем ли вынимать фреску из стены?

– Нет, пускай пока что остаётся. Боюсь, что плита может снова закрыться, и тогда мы больше не сможем попасть внутрь. Мы фреску потом заберём. Надо затушить факелы.

Но он не успел сделать и шага, как раздался голос:

– Руки вверх, всем оставаться на своих местах!

Настя вздрогнула и посмотрела вперёд. На площадке у входа стоял какой-то мужчина и направлял на них пистолет. Рядом с ним стоял Андрей.

Глава 61

«Ничего ещё не закончилось, рано мы начали радоваться» – вот первая мысль, которая посетила Настю в тот момент. Сначала она испугалась мужчину с пистолетом, а потом увидела Андрея и поняла, как сильно она по нему соскучилась. Настя не хотела верить, что он способен причинить ей вред, хотя и понимала, что живыми их отсюда никто не выпустит. Эти люди будут мстить за свою организацию. Да и лишние свидетели, видевшие Янтарную комнату, им были не нужны.

А потом человек с пистолетом произнёс фразу, в смысл которой Насте удалось вникнуть не сразу – она даже подумать о таком не могла.

– Майор Калинин, служба собственной безопасности ФСБ. Капитан Алёхин, положите пистолет на пол, вы задержаны.

Он ещё не успел закончить фразу, а капитан уже среагировал. Настя и не заметила, как он оказался сзади и схватил одной рукой её за шею. Во второй руке у него оказался пистолет, который он направил на Настю.

– Я пристрелю её, не дёргайтесь! – закричал капитан. Не дёргаться он приказал Андрею, потому что тот хотел было броситься в их сторону, но остановился.

После этого повисло молчание, которое первой прервала Настя. Она пришла в себя и спросила капитана:

– Что происходит? Отпусти, мне больно.

– Заткнись, – ответил ей капитан и ещё крепче сжал шею.

– Тебе всё равно никуда не деться. Рядом с горой, да и за этой дверью тоже, мои люди. Лучше отпусти девушку, не надо усугублять своё положение, – сказал человек, который представился майором.

– А это мы сейчас вместе придумаем, как мне отсюда уйти, – ответил ему капитан.

Настя понимала, что нужно было что-то делать. Ей становилось трудно дышать, и руки рефлекторно начали шарить по телу. Внезапно она нащупала в кармане шприц-пистолет с сывороткой правды. Недолго думая, она засунула руку в карман, вытащила шприц, приставила его к руке капитана, которой он держал её за горло, и нажала на спуск.

От неожиданности он дёрнулся и удивлённо посмотрел на место укола, а Настя разжала ладонь, и шприц упал на пол.

– Что это? – спросил капитан.

Настя ничего не ответила. Сначала она испугалась, что он может выстрелить, но затем увидела, что сыворотка начинает действовать. Сначала он немного ослабил хватку, а затем и вовсе отпустил её. Пистолет выпал у него из другой руки, и он стоял спокойно. Вид у него был слегка удивлённый, словно он не понимал, что с ним происходит. Впрочем, так оно и было на самом деле.

Майор стал приближаться, держа капитана на прицеле. Андрей шёл рядом с ним.

– Что Вы ему вкололи? – спросил майор Настю.

– Сыворотку правды.

– Откуда она у Вас?

– Взяла с собой, когда была в плену на базе организации Союз девяти. Эту сыворотку хотели мне вколоть, но не успели.

Майор протянул Андрею наручники.

– Надень на капитана, можешь спереди, никуда он не денется. Только сначала отодвинь от него пистолет.

Андрей взял наручники, подошёл ближе к капитану, и отодвинул от него ногой пистолет в сторону майора. Тот быстро наклонился и подобрал его.

Затем Андрей защёлкнул наручники на одной руке капитана, на другой, а тот спокойно стоял и не сопротивлялся. Майор усадил его на ящик, а сам стал смотреть по сторонам.

– Неужели это и есть Янтарная комната?

– Да, это она, – ответила Настя. – Мы проверили один из ящиков и обнаружили янтарные панно.

– Мне нужно заполнить кое-какие пробелы в этой истории. Я знаю только то, что рассказал мне Андрей. Расскажите мне, что с Вами произошло с того момента, как вы разъехались по своим квартирам за паспортами.

И Настя начала рассказывать всё по порядку. Она рассказала, как в её квартире появились люди, убили Ивана, а её отвезли на базу. Там ей задавали вопросы, потом она переночевала, а на следующий день ей хотели вколоть сыворотку правды, но появился капитан и спас её. Он отвёз её в санаторий ФСБ, где она неделю восстанавливала силы. В это время они вычислили, где находится лаборатория, и капитан устроил захват и обыск. Выяснилось примерное местоположение бункера, и они с капитаном поехали в деревню Лопатино. Затем они пошли искать бункер, преодолевая на своём пути ловушки. Так они здесь и очутились. Вот и весь рассказ.

– Капитан назвал тебя предателем и сообщил мне, что ты связан с Союзом девяти, и что это ты навёл людей на мою квартиру, – сказала Настя Андрею. Она испытывала невероятное облегчение от того, что это оказалось неправдой.

– Нет, я не предатель, – ответил ей Андрей. – Капитан обманул тебя.

– Где же ты был всё это время?

– Сейчас я всё расскажу. Это долгая история.

Глава 62

РАССКАЗ АНДРЕЯ:

– Когда капитан сказал нам, что потребуются загранпаспорта, я сел в машину, и с Литейного проспекта поехал к себе домой. Ехал я минут двадцать, затем припарковался у дома и поднялся на свой этаж. Зашёл в квартиру и закрыл за собой дверь. Сначала я нашёл паспорт, а потом решил быстро принять душ и переодеться. Всё это не заняло у меня и пятнадцати минут, и я уже готов был выходить из квартиры, как раздался звонок в дверь. Открыв, я увидел на пороге капитана. Я удивился, так как совсем не ожидал его здесь увидеть, но пустил в квартиру. Я его спросил, не случилось ли чего-нибудь, раз он сам приехал ко мне. Он же сказал, что просто хотел поговорить. Мне показалось это подозрительным, ведь можно было позвонить, а не ехать через полгорода за мной, как только я уехал. Ещё и адрес успел выяснить, хотя он его, наверное, ещё раньше узнал.

Но потом капитан начал говорить, и у меня в голове загорелась красная лампочка. Мы уже прошли в комнату, и он сказал мне, что зря я влез в это дело. Теперь я слишком много знаю, к тому же капитану совсем не нужно, чтобы я был рядом с Настей. И он сказал, что ему придётся попрощаться со мной. У него были такие глаза, как будто он подписывал мне смертный приговор. И когда я увидел, что он достаёт пистолет с глушителем, то среагировал моментально. Я успел выскочить в дверной проём, прежде чем раздался хлопок. Пуля попала куда-то в стену. Я захлопнул дверь в комнату, уронил этажерку, стоящую в коридоре, и побежал к выходу. Этажерка задержала капитана, и я успел выскочить из квартиры и захлопнуть за собой дверь. В несколько прыжков я преодолел лестничные проёмы, и оказался на улице. Затем запрыгнул в машину и рванул с места. Ещё и посмотрел в зеркало заднего вида, но не увидел, чтобы капитан из подъезда выходил.

Пока Андрей всё это говорил, капитан сидел и безучастно смотрел в пол. Настя же, наоборот, слушала его с большим интересом.

– Как только я отъехал от дома, я начал думать, куда же мне поехать, – продолжил свой рассказ Андрей. – Сразу же решил, что нужно срочно найти тебя, поэтому поехал к тебе домой.

– Я же не говорила тебе своего адреса, – сказала Настя.

– А помнишь, на Валааме в гостинице, когда мы разговаривали, ты сказала, что твоя Антикварная лавка располагается на Невском проспекте. Ещё ты сказала, что твоя квартира находится с ней в одном доме, а номер квартиры – твоё любимое число. Я запомнил это число – восемь. А пока ехал, нашёл в интернете адрес Антикварной лавки. Когда я подъехал и поднялся по лестнице до восьмой квартиры, то сначала позвонил в дверь. Мне никто не открыл, тогда я попробовал толкнуть её, и дверь открылась. Оказалось, что она не была заперта. На полу в комнате лежал парень в луже крови. Я пробежался по квартире, заглядывая за двери, но стараясь не оставлять отпечатков пальцев. Тебя нигде не было.

– Да, они меня в это время уже увезли в Горный парк на свою базу.

– Не найдя тебя в квартире, я вышел и протёр поверхность двери в том месте, где я толкнул её ладонью. Потом закрыл дверь, не прикасаясь к ручке пальцами, и спустился к машине. Я совершенно не знал, что мне делать дальше. В полицию или в ФСБ мне нельзя было идти, меня могли обвинить в убийстве. Но мне нужно было тебя как-то спасти. И тут я вспомнил о Косте. Это мой друг, ещё с армии. Когда мы служили, я вступился за него, и с тех пор мы дружим. Он хорошо разбирался в компьютерах, был хакером, хоть сам и не любил этого слова. Я решил, что надо ехать к нему. Сначала хотел позвонить и предупредить, но подумал, что капитан может запросто отследить этот звонок. Да и моё местонахождение он мог найти по моему телефону. Поэтому я отключил его и выкинул в мусорку.

К Косте я решил ехать без предварительного звонка. Хорошо, что он оказался дома. Я ему не стал всего рассказывать, только попросил раздобыть как можно больше информации о капитане. Он кое-что нашёл, но ничего полезного для меня там не оказалось. Тогда я предложил Косте взломать его почтовый ящик, чтобы поискать что-нибудь среди писем. Сначала Костя ни за что не хотел этого делать. Он сказал, что с ФСБ шутки плохи. Но я напомнил ему о том, как я ему помог однажды, когда он был в беде, не думая о последствиях, и он согласился.

Когда он открыл письма капитана на своём компьютере, то пустил меня почитать их. Писем было не так уж и много, по всей видимости, этот ящик использовался только в личных целях, а служебные письма он отправлял с другого адреса. Вскоре я нашёл то, что нужно. Это был текстовый файл, который капитан отправил себе со своего же адреса около трёх недель назад. Открыв его, я не поверил своим глазам – текст этого письма слово в слово повторял текст из письма Алексея, твоего родственника, которое ты получила вместе с посылкой. Но было это две недели назад. Значит, капитан заранее знал о письме, а возможно, что и сам его написал.

Но эта улика была слабым доказательством его вины, а ничего другого мы с Костей найти не смогли. Внезапно я вспомнил о камере видеонаблюдения в своей квартире. Её мне пару месяцев назад установила охранная фирма, вместе с сигнализацией, после того, как в квартиру попытались проникнуть воры, которых потом спугнули соседи. Камера висела в углу комнаты и начинала работать, когда в квартире происходило какое-нибудь движение. Видеозапись помогла бы мне разоблачить капитана, поэтому я решил забрать её. Переночевав в квартире Кости, мы поехали ко мне. Мне первому было опасно идти в квартиру, так как капитан мог оставить засаду, или сам меня дожидаться. Поэтому я дал Косте ключ, а сам стал ждать ниже на один этаж. Костя позвонил, но никто не открыл дверь, поэтому он открыл её сам ключом. Через некоторое время он позвал меня и сказал, что в квартире никого нет. Тогда я зашёл домой, забрал жёсткий диск с видеозаписью и вышел.

Мы поехали обратно к Косте и сделали копию нужного мне момента, на котором капитан пытался меня убить. Ещё я скопировал текстовый файл с письмом из посылки. С этими доказательствами я поехал в Управление Собственной Безопасности ФСБ и заявил, что у меня есть доказательства преступления одного из сотрудников ФСБ. Меня проводили к майору Калинину, и я обстоятельно рассказал ему всё с самого начала, предъявил доказательства вины капитана. Он информацию принял и взял время на проверку. Мы договорились встретиться с ним на следующий день.

Я снова поехал ночевать к Косте, а в назначенный час опять был у майора. Было видно, что он всё проверил, и проверка оказалась успешной. Он рассказал мне, что капитан вместе с группой произвёл обыск Горного парка и обнаружил множество ценностей, но Янтарной комнаты там не было. Так же он сказал, что ты сейчас находишься в санатории, а за капитаном ведётся наблюдение. Стало понятно, что капитан вот-вот выйдет на след Янтарной комнаты, и было решено задержать его только после того, как он найдёт её.

Следующую неделю я прожил у Кости. Мне выдали телефон для связи с майором, и он сообщил мне, что нашли также и лабораторию, в которой прятался Феодосий. После допроса Феодосия и Тимофея мне сказали, чтобы я был в полной готовности, а утром позвонил майор и сказал срочно приехать. Когда я приехал, он сообщил мне, что капитан заехал за тобой в санаторий, и вы направляетесь обратно в сторону города. Тогда мы с майором присоединились к наблюдению, а когда вы поехали за город, к нам присоединилась группа захвата. Так мы проследовали за вами до деревни Лопатино.

Мы видели, как вы оставили машину, поговорили с местным жителем и направились пешком на север. Тогда мы аккуратно пошли за вами. Мы с майором шли впереди, и видели, как вы находили ямы. А когда вы полезли наверх, и ты обернулась, мне показалось, что ты нас заметила. Мы в это время прятались в кустах.

– Так и знала, что за мной кто-то наблюдает! – воскликнула Настя. – Я чувствовала на себе чей-то взгляд.

– Да, это был я, – продолжил Андрей. – Когда вы вошли в пещеру, мы решили выждать около часа и идти следом за вами. Очень хорошо, что вы оставили след из бечёвки на полу. Это помогло нам сразу пойти по нужному пути, и довольно скоро мы подошли к пещере, в которой было светло от огня. Плита, которая закрывала вход, была отодвинута. Мы с майором осторожно подкрались, спрятались по сторонам от входа и наблюдали за вами. А когда вы направились к выходу, мы вышли вам навстречу. Ну а дальше ты сама знаешь.

Глава 63

Настя некоторое время молчала, а потом сказала:

– Я чувствовала, что ты не мог предать меня. И я очень рада, что капитан обманул меня.

– Я тоже рад, что всё закончилось хорошо, – ответил ей Андрей и улыбнулся.

Тут в разговор вмешался майор, до этого наблюдавший со стороны.

– Что ж, раз мы всё выяснили, то можно ехать в Питер. Здесь пока оставлю охрану, а мне ещё капитана допрашивать.

– Вы, конечно, можете допросить капитана в Питере для протокола, но, мне кажется, все интересующие вопросы мы можем и сейчас задать. Я ведь вколола в него сыворотку правды. Мне сказали, что этот препарат полностью подавляет волю человека, и тот будет делать то, что ему прикажут. Скажут ему ответить на вопросы – покорно ответит, и даже не попытается обмануть. Да вы сами посмотрите на него, и сразу всё станет понятно.

Капитан продолжал смирно сидеть, безучастно глядя перед собой.

– Мне бы очень хотелось заполнить пробелы в этой истории, – продолжила Настя. – Пока Вы его везёте к себе, действие препарата может закончиться, и он не расскажет всей правды. Будем потом гадать – что и как произошло.

Майор немного подумал и кивнул:

– Мы всё равно ничего не теряем. Давайте попробуем. Только я сначала диктофон включу, – он достал телефон и включил запись. – Вот и всё, можно начинать.

Майор подошёл ближе к капитану и спросил:

– Назовите Вашу фамилию, звание и место службы?

– Капитан Алёхин, Федеральная служба безопасности.

Он сразу как-то выпрямился, взгляд его стал яснее. Было видно, что он готов отвечать на любые вопросы.

– Подождите, – сказала Настя Майору. – Позвольте мне продолжить. Всё-таки я принимала непосредственное участие в этом деле и смогу задать правильные вопросы.

– Хорошо, попробуй. Если что, я подключусь.

Настя встала напротив капитана и посмотрела ему в глаза. Он тоже посмотрел на неё, ожидая вопросов. Похоже, что он мысленно уже настроился на допрос.

– Капитан, скажите мне, пожалуйста, как Вам стало известно о Янтарной комнате и о Союзе девяти? Расскажите всё с самого начала, нас интересует любая информация, связанная с этим делом.

РАССКАЗ КАПИТАНА:

– Я с детства мечтал стать богатым и могущественным. Читал много книг о сокровищах, и представлял себя капитаном пиратского корабля, преследующим по морям галеоны, набитые золотом. Семья у меня была небогатая, и мы могли позволить себе купить только лишь вещи первой необходимости. В школе я старался учиться хорошо, потому что знал, что только я сам смогу пробить себе дорогу в жизни. Никто за меня этого не сделает.

После школы я пошёл в военное училище и стал офицером. Помимо богатства и славы, я ещё мечтал стать разведчиком. Я очень любил книги о сыщиках и шпионах, когда учился в школе. Поэтому после военного училища я поступил в университет на юридический факультет, на заочное отделение. После получения высшего образования я сразу же устроился в Федеральную службу безопасности. Там мне понравилось с первых дней службы. Я понял, что смогу воплотить свою мечту в жизнь. Нужно было только дождаться, когда судьба предоставит мне шанс, а в том, что он будет, я нисколько не сомневался. Ждать его пришлось около десяти лет. Были, конечно, возможности заработать, но всё это казалось слишком мелким для меня. Я же хотел осуществить свою мечту, отыскав величайший клад в истории.

Капитан ненадолго замолчал, заново переживая то, что с ним произошло, а затем продолжил.

– И однажды судьба предоставила мне такой шанс, о котором я даже не мечтал. Ко мне в кабинет привели человека, который хотел поделиться с нами информацией. Когда мы остались вдвоём, он рассказал мне, что работает консьержем в одном элитном доме в центре Санкт-Петербурга. И у него есть очень важная информация о новом жильце из квартиры, которую сдавали в аренду. Эту квартиру два дня назад приходил смотреть мужчина, а сегодня он пришёл вновь вместе с дедом лет восьмидесяти, на вид вполне подтянутым и ухоженным. У него оказался такой пронизывающий взгляд, что его трудно было забыть. Вот и консьерж его сразу вспомнил, как только увидел.

Когда он мне рассказывал об этом, чувствовалась злость, долгое время копившаяся в нём. Он даже сделал паузу, потому что его голос дрожал. Но потом он успокоился и продолжил. Консьерж рассказал мне, что у него был брат. И он работал на одну большую и серьёзную организацию водителем. Про организацию он почти не рассказывал. Говорил, что у них не совсем легальный вид деятельности, вроде бы они занимались хищением каких-то ценностей. Но платили очень приличные деньги. В последние несколько месяцев он возил крупную шишку из руководства, консьерж даже видел его один раз.

Некоторое время назад брату поступило очень выгодное предложение от родственников его жены. Они жили в Австралии, и позвали его с женой приехать жить к ним. У них там был семейный бизнес, и они обещали взять его в долю. Естественно, брат не мог упустить такой шанс, и сказал нанимателю, что хочет уволиться. Но его не отпустили, объяснив свой отказ тем, что он слишком много знает. Консьерж с братом как раз решили в тот вечер посидеть в баре и выпить по паре кружек пива, и брат говорил, что не знает, что ему делать. Когда он днём ехал в машине, то сказал своему пассажиру, что всё равно уйдёт, несмотря на отказ. На что пассажир ответил ему, что тот сам решил свою судьбу. И ещё так странно посмотрел, что брату стало страшновато. Но когда мы расходились по домам, он всё-таки твёрдо решил, что больше не вернётся на работу и уедет с женой в Австралию. Это был последний раз, когда консьерж видел своего брата. Когда тот возвращался домой, его насмерть сбила машина. Номеров на ней не было, и виновника так и не нашли. Но консьерж уверял, что брата убили люди из организации. С тех пор он спал и видел, как бы отомстить за смерть брата.

Капитан замолчал ненадолго, собираясь с мыслями, и снова продолжил:

– Возможно, я бы не обратил на рассказ этого человека такого внимания, если бы в разговоре у него не промелькнула фраза о том, что эта организация каким-то образом причастна к похищению Янтарной комнаты. А эта тема меня особенно волновала. Я люблю историю нашего города, и много читал об этом. И если бы я нашёл Янтарную комнату, то это принесло бы мне такую славу, о которой я и не мечтал. Какие-то части я бы оставил себе и продал в частные коллекции, что позволило бы мне ещё и разбогатеть. Но вернусь к рассказу консьержа. Злобу он затаил в большей степени не на саму организацию, а на конкретного человека – пассажира, которого возил его брат. Звали этого пассажира Феодосием. Это его он считал виновным в смерти брата. И именно его он увидел сегодня утром в качестве нового жильца. Сначала Феодосий и Тимофей, а именно так представился второй мужчина, арендовавший квартиру, прошли к себе. Тимофей ушёл минут через пятнадцать, а жилец остался. Консьерж стал думать, как он может отомстить, но ничего не смог придумать. Тогда он решил пойти в ФСБ, и я считаю, что это было лучшее решение в его жизни. По крайней мере, для меня. Я решил тут же ехать туда и задержать квартиранта. Никого посвящать в это дело не стал. Консьержа попросил подождать пару часов в кабинете, и он согласился. Я ему сказал, что запру дверь для его же безопасности, уж больно серьёзная организация. Видно было, что это сильно напугало его. Я закрыл кабинет на ключ и поехал за человеком, который мог привести меня к моей мечте.

Глава 64

ПРОДОЛЖЕНИЕ РАССКАЗА КАПИТАНА:

– Я приехал по адресу, который мне указал консьерж. Дом выглядел элитным и современным. Припарковав свой автомобиль неподалёку, я вошёл в нужный мне подъезд. За столом сидел какой-то парень. Консьерж говорил, что оставил сменщика вместо себя на время отсутствия. Ему я показал корочки и пошёл дальше. Квартира, которая была мне нужна, находилась на первом этаже в конце коридора. В двери был глазок, и наверняка там была встроена видеокамера, поэтому я решил не звонить, а открыть дверь отмычкой. Замок показался мне не очень сложным, раньше я уже с такими сталкивался. Бесшумно поковырявшись около минуты в замочной скважине, я всё-таки сумел отпереть замок. Я достал пистолет и стал медленно открывать дверь. Затем я тихонько вошёл и начал прислушиваться. В квартире было тихо. Тогда я начал красться на цыпочках и заглядывать во все двери. К сожалению, в квартире никого не оказалось. Судя по открытому окну и придвинутому к нему стулу, на котором отпечатался след ноги, я понял, что Феодосий сбежал. Я выглянул в окно, но никого не заметил. Зато, когда я снова посмотрел на комнату, то увидел лампочку и идущие от неё провода. Я начал искать, куда они ведут, и они привели меня к входу. Оказывается, перед входной дверью лежала специальная плитка. Если на неё наступить, в комнате загоралась лампа. Я сам же и предупредил Феодосия.

Сначала я расстроился, потому что совершенно не представлял, где мне его искать, но тут мой взгляд упал на стол. На нём лежал какой-то свёрток. Я развернул его и увидел картину с изображением Петра Первого, сделанную из янтаря. В голову даже пришло название – фреска. Это меня несказанно обрадовало, потому что стало очевидно, что консьерж сказал правду. Ещё в свёртке лежал очень интересный и сложный ключ. Я подумал, что мне опять потребуется помощь консьержа, и поехал обратно в контору.

Вернувшись, я объяснил ему, что Феодосий убежал через окно, и что он наверняка теперь знает, кто его сдал. И поэтому консьерж теперь должен быть под моей защитой, ведь его жизни угрожает опасность. Но взамен он должен полностью довериться мне и всё рассказать. Для начала я попросил объяснить, что это за фреска и ключ. Он немного подумал и согласился сотрудничать. Он рассказал мне, что его брат однажды невольно подслушал беседу Феодосия с каким-то мужчиной. И потом брат пересказал её консьержу. Оказывается, Янтарную комнату похитила во время войны организация Союз девяти, и спрятала её в бункере где-то в области. Чтобы попасть внутрь, нужен был ключ. Янтарная фреска тоже имела какое-то значение. Консьерж не мог рассказать больше, потому что и сам ничего не знал. Но и этого оказалось достаточным, чтобы мои глаза загорелись. Это было именно тем, чего я так ждал всю свою жизнь. Я понял, что в живых консьержа оставлять было нельзя – он знал слишком много, и мог ещё кому-нибудь это рассказать. Поэтому я сказал ему, что отвезу его в безопасное место, а сам же отвёз его подальше в лес и убил. При этом я использовал другой пистолет, по которому нельзя было выйти на меня.

Настя всё время наблюдала за капитаном, но даже в момент рассказа об убийстве он оставался безучастным. Либо это было результатом действия препарата, либо он и правда не испытывал никаких чувств. Между тем, капитан продолжал:

– После этого я решил, что единственный шанс найти Янтарную комнату – это найти Феодосия. Задача представлялась мне трудной, но не такой уж и невыполнимой. Феодосий – имя довольно-таки редкое. А если ещё добавить в поиск приблизительный возраст, то вообще должно было остаться не так уж много вариантов. Тем более я знал его особую примету – пронизывающий насквозь взгляд. Но это было всё равно, что искать иголку в стоге сена. Я понимал, что может пройти много времени, прежде чем я его смогу обнаружить, но я не отчаивался. Я подключил своих информаторов, искал это имя в различных организациях, больницах, гостиницах, приютах, монастырях, но всё было тщетно.

Последующие десять месяцев не принесли никаких результатов. Но однажды ко мне в руки попали списки людей, прибывших в Валаамский монастырь в течение последнего года. И там я увидел имя – Феодосий. Особых примет не было, но совпадало время его появления – около десяти месяцев назад. Как раз тогда, когда я упустил его в квартире. Я решил всё проверить, не откладывая в долгий ящик, и уже на следующий день был на Валааме. Там меня ждало разочарование. Оказалось, что Феодосий умер во сне почти два месяца тому назад. И, что самое обидное, это оказался именно тот, кого я искал – старик с тёмными волосами и пронизывающим взглядом. Конечно же, я сходил на его могилу, но ничего странного не заметил. Я решил, что нить оборвана, и мне уже никогда не отыскать Янтарную комнату.

Обратно в Питер я возвращался, ничего не видя перед собой. Мне казалось, что придётся навсегда распрощаться со своей мечтой, вряд ли мне представится ещё один такой же шанс. В последующие дни я пытался найти решение, но ничего не мог придумать.

Неожиданно мне в голову пришла отличная мысль. Я подумал, что, если я не могу сообразить, как найти конец нити и распутать клубок, то надо найти того, кто сможет это сделать. И я сразу же подумал об одном известном писателе – авторе остросюжетных детективов. Уж он точно найдёт выход, в своих книгах он щёлкал такие задачки, как орешки. Но как к нему было подступиться? Я поискал в интернете и обнаружил, что у него есть личный блог. Я решил спросить его там, не вдаваясь в подробности. Я просто попросил его о помощи. Я сообщил ему, что сейчас пишу свою первую книгу, и мне нужен совет такого крупного специалиста по головоломкам, как он. Он спросил, в чём именно у меня возникло затруднение. Тогда я написал ему, что в моём рассказе главный герой ищет одну реликвию, давно утраченную. Все нити почти порваны, зацепиться совершенно не за что. Есть один ключ к загадке, но герой не знает, как его использовать. Немного подумав, писатель ответил, что нужно найти человека, который мастерски умеет распутывать различные клубки из тайн и загадок. Я ему ответил, что никого нельзя посвящать в это дело. Тогда он сказал, что этого человека нужно использовать втёмную, подкинуть ему этот ключ, чтобы он сам захотел разгадать эту загадку. Но обязательно нужно держаться поблизости от него, чтобы контролировать весь процесс расследования, и вовремя подключиться.

Мне эта мысль очень понравилась. Оставалось только найти такого человека. Я перебрал в памяти всех, кого знал, но так ни на ком и не смог остановиться. В тот же вечер я встречался со своим приятелем из полиции. Во время этой встречи я его спросил, не знает ли он какого-нибудь современного Пуаро. Он сразу же назвал мне имя девушки – Анастасия Оболенская. Она помогла полиции найти какую-то ценную скрипку, ей даже вручили грамоту за раскрытие этого преступления. Потом она ещё раз помогла в одном деле, и опять успешно. Сама же она к полиции отношения никакого не имеет, у неё своя Антикварная лавка на Невском проспекте, но уж больно ловко решает различные головоломки.

На следующий день я решил собрать о ней побольше информации. Всё внимательно изучив, я понял, что она идеально мне подходит. Тогда я стал думать, как же её заинтересовать, и решил всё-таки открыть перед ней кое-какие карты. Я написал ей письмо от имени несуществующего родственника, в котором дал небольшую зацепку к разгадке тайны Янтарной комнаты. Но я подумал, что, если рассказать ей всё в одном письме, то она может не поверить. А мне нужно было разбудить в ней азарт. Тогда я решил сделать где-нибудь тайник и спрятать там второе письмо с более подробными деталями этого дела.

Немного подумав, я вспомнил, что в Петропавловской крепости сторожем работает мой знакомый. Крепость показалась мне идеальным местом для тайника. Тем же вечером я напросился к нему в гости на разговор. Мы совсем немного выпили и поговорили, а потом ему нужно было совершить обход. Когда он ушёл, я прокрался за ним и заглянул в одну из камер, дверь в которую была приоткрыта. В дальнем углу я нащупал кирпич, который неплотно сидел в стене, и вынул его с помощью ножа. Проковыряв ещё небольшое углубление, я положил туда письмо и поставил кирпич на место. Выйдя из камеры, я запомнил номер, который был на табличке. Это была камера номер 3. Когда я вернулся, мой знакомый уже был на месте и спросил меня, куда я подевался. Я соврал ему, что немного осмотрелся вокруг, и мы продолжили беседу.

Через несколько дней я отправил курьером письмо для Насти, и приготовился ждать, когда она придёт ко мне. Но случилось непредвиденное – меня направили в служебную командировку. Отказаться я никак не мог, и пришлось ехать. Во время командировки я узнал, что в Петропавловской крепости убили охранника и взорвали пол в камере. Под полом был обнаружен тайный ход, ведущий в Летний дворец. Преступников не нашли – странным образом исчезли все видеозаписи. Но Настя нигде не фигурировала, поэтому мне оставалось только ждать, когда она сможет ко мне обратиться. Мне уже доложили, что в тот день меня спрашивала какая-то девушка, и я был уверен, что она придёт ещё раз.

И она пришла. Это случилось в первый же день после моей командировки. К сожалению, она пришла не одна. Вместе с ней пришёл мужчина, который работал экскурсоводом в Петропавловской крепости. Оказалось, что он знает слишком много, и нужно было с ним что-то делать. Настя же полностью оправдала мои ожидания. Хоть я и не подал виду, но я очень удивился и мысленно был рад тому, что Феодосий жив. К тому же, Насте удалось узнать, где находится база Союза девяти. Но мне нужно было самому всё проверить, поэтому я договорился встретиться с ними позднее в кафе. За это время я раскопал информацию о Горном парке, а заодно узнал всё, что можно, об Андрее. Мне нужно было их разделить, поэтому на встрече я сказал, что мне необходимы загранпаспорта, чтобы отправить их за границу. Я был уверен, что они не носят их с собой, и им придётся поехать домой. Так и случилось. Я поехал следом за Андреем, чтобы убить его. Но он оказался довольно прытким и смог от меня уйти. Он мог всё рассказать Насте, и я поехал к ней домой. Там я обнаружил лишь труп своего сотрудника, Насти и Андрея нигде не было. Посмотрев записи с камер видеонаблюдения, расположенных на улице, я понял, что Настю похитили. Андрей же приехал уже позднее.

Решив пока отложить поиски Андрея, я занялся освобождением Насти. У меня была уверенность, что её увезли на базу организации, но начальство долгое время не давало мне разрешения на обыск. Это случилось только на следующий день, и я сразу же начал операцию по освобождению. Настю спасти удалось, а также было обнаружено много ценностей. Ей я сказал, что это Андрей предал её. К сожалению, Феодосий опять сбежал от меня, и след его в очередной раз был потерян. Как и в прошлый раз, вся надежда была только на Настю. Я отвёз её в санаторий, чтобы она могла отдохнуть и всё хорошенько обдумать. И я в ней не ошибся – она смогла догадаться, где находится лаборатория, в которой прячется Феодосий.

Я с группой поехал туда и захватил его, а заодно и его помощника вместе с учёными. На допросе мне повезло, помощник оказался ценным свидетелем и рассказал, где можно найти бункер. Тогда я забрал Настю из санатория – она была нужна мне, чтобы забрать ключ и фреску из банковской ячейки, а также помочь обойти ловушки. Мы поехали в банк, а затем в деревню Лопатино. Там мы узнали у местного жителя, как пройти к горам. Без Насти я не смог бы найти бункер. Это она смогла обойти ловушки и открыть дверь. Так мы и нашли Янтарную комнату. Я хотел избавиться от Насти и сбросить её тело в одну из ям-ловушек, но здесь появились вы.

На этом рассказ капитана был закончен, и он продолжил так же безучастно смотреть в пол.

Глава 65

Некоторое время все молчали, погружённые в свои мысли, а затем Настя произнесла:

– Ну что же, теперь всё встало на свои места.

– Да, запутанная история, – сказал Андрей. – А ведь мы несколько раз оказывались на волосок от смерти. Капитан должен ответить за все свои злодеяния.

– И он ответит, можете не сомневаться, – сказал Майор. – По всей строгости закона.

Он вышел из пещеры, чтобы дать указания, а Настя посмотрела на Андрея и улыбнулась. Он улыбнулся ей в ответ, и счастье окутало её, словно облако. Она хотела ему что-то сказать, но в этот момент вернулся майор в сопровождении двух человек в масках. Они подошли к капитану и взяли его с двух сторон под руки. Он поднялся и покорно пошёл с ними, но перед выходом обернулся и посмотрел на Настю, как будто прощаясь, но мысленно поблагодарив её за то, что она всё-таки сумела привести его к мечте.

– Вперёд, – сказал ему один из конвоиров, и ему пришлось подчиниться.

Когда они скрылись за поворотом, майор произнёс:

– Придётся ему сесть в тюрьму, и довольно-таки надолго. В убийстве консьержа он уже сознался, а также в покушении на жизнь Андрея. Возможно, были и другие преступления. Ну, ничего, сейчас мы поедем в Питер, и я по дороге спрошу его и об этом, пока действует сыворотка правды.

Он медленно пошёл к выходу, а потом остановился, будто бы вспомнив о чём-то, и произнёс:

– Вы можете не беспокоиться – Союза девяти больше нет, и преследовать вас никто не будет. Конечно, придётся ещё давать показания в суде, но я думаю, что всё это быстро закончится, и вы сможете вернуться к нормальной жизни.

Затем он посмотрел на Настю и сказал ей:

– Настя, только благодаря тебе нашей стране вернулась такая ценная реликвия, как Янтарная комната. А также ещё много других ценностей. Это целиком и полностью твоя заслуга, и я буду добиваться, чтобы ты получила денежное вознаграждение и государственную награду.

– Спасибо Вам большое за помощь, – ответила ему Настя.

Майор повернулся и вышел из пещеры, они остались вдвоём. Дальше произошло всё само собой – силой притяжения их привлекло друг к другу, и они растворились в долгом и нежном поцелуе, пытаясь наверстать две долгие недели разлуки.

Вдруг Настя что-то вспомнила, и отодвинулась от Андрея.

– Подожди, а как же мы уедем отсюда? – спросила она. – Ведь я приехала на машине капитана. Надо догнать майора.

Она хотела побежать к выходу, но Андрей задержал её, взяв за руку.

– Подожди. Не ходи, я приехал на Таниной машине, на ней мы и уедем.

Они ещё раз осмотрели пещеру, и пошли к выходу. За ним стояли два человека, оставленные для охраны. Также два человека стояли на улице, больше никого не было.

Настя с Андреем спустились по выступу и, обходя ямы, пошли в сторону деревни.

– Интересно, как они будут вывозить части Янтарной комнаты? – спросила Настя Андрея.

– Думаю, что срубят деревья, сделают дорогу и пригонят кран, – ответил Андрей. – Это не проблема.

– А всё-таки хорошо, что люди смогут вновь насладиться этим произведением искусства.

Так они медленно шли и разговаривали. Подойдя к машине, Настя спросила:

– Ну что, куда мы сейчас поедем?

– Поедем в деревню к бабушке. Ведь Таня до сих пор ждёт нас там. Хоть я и смог сообщить им в самом начале, что с нами всё в порядке, но они всё равно очень волнуются.

Они сели в машину, Андрей улыбнулся и добавил:

– К тому же, мне опять хочется попасть в ту замечательную баньку.

Настя улыбнулась ему в ответ счастливой улыбкой, ласково погладила по щеке, и они поехали в сторону Приозерска.

Глава 66

Настя сидела на кухне у себя в квартире и пила кофе, задумчиво глядя в окно. Невский проспект постепенно просыпался, освещённый ярким воскресным августовским солнцем. На небе не было ни облака, что давало надежду людям на отличный выходной.

С того памятного дня, когда Настя нашла бункер с Янтарной комнатой, прошло уже полтора месяца. Когда они с Андреем вернулись в деревню к машине, то решили ехать к его бабушке и сестре. Таня и Тамара Степановна были очень рады видеть их, долго обнимали, потом расспрашивали. Андрей и Настя погостили там два дня, а потом вместе с Таней вернулись в Питер. Ещё находясь в гостях у бабушки Андрея, они решили слетать куда-нибудь на море вдвоём. Поэтому по приезду в Санкт-Петербург они сразу пошли в турфирму и купили путёвки. Следующие две недели были волшебными для них обоих. Они сделались ещё ближе, и стали ещё лучше понимать друг друга. Время их путешествия пролетело незаметно, и вот уже настала пора возвращаться домой. Андрей уволился из Петропавловской крепости, переехал к Насте, и они решили вместе заниматься антиквариатом. Она очень любила Андрея, и ей казалось, что он скоро должен сделать ей предложение. Настя уже внутренне ощущала себя его женой.

Улыбнувшись своим мыслям, Настя отвернулась от окна, сделала глоток и поставила чашку на стол. В это время в коридоре послышался звук открываемой двери. Это пришёл Андрей, который ходил за утренними газетами. Сегодня должна была выйти статья про то, как они с Андреем помогли найти Янтарную комнату, и Насте не терпелось её прочесть.

Андрей прошёл на кухню, улыбнулся и положил перед ней на стол газету. На обложке была напечатана фотография Насти и Андрея, а также заголовок: «ЯНТАРНАЯ КОМНАТА НАЙДЕНА». В этой статье вкратце описывались их приключения, а также говорилось, какой неоценимый вклад они внесли в сохранение культурного наследия нашей страны. Майор не обманул Настю. Вчера она узнала, что им всё-таки присудят государственную награду, что было очень приятно. Конечно, пришлось пережить немало опасных моментов, но результат того стоил.

Настя отложила газету, посмотрела на Андрея и улыбнулась:

– Спасибо, любимый. Ты – моя лучшая награда!

Он наклонился к ней и нежно поцеловал в губы. Настя подумала, что ей никогда не смогут надоесть его поцелуи. Затем он подошёл к холодильнику и сказал Насте:

– Сейчас, дорогая, я приготовлю для тебя самый вкусный завтрак на свете.

Настя ещё раз улыбнулась и подумала, как же ей всё-таки повезло. Тут её взгляд упал на край газеты, выставляющийся из-под той газеты, которую она только что читала. Заголовок крупными буквами гласил: «ПРОКЛЯТИЕ РАСПУТИНА СБЫВАЕТСЯ». Ей стало интересно, она вытащила газету и стала читать статью:

«Вчера рано утром в Юсуповском дворце был обнаружен труп сторожа! Его обнаружил экскурсовод, спустившийся в подвальную столовую, чтобы проверить экспозицию, посвящённую убийству Григория Распутина. Подробности этого дела пока скрыты в интересах следствия, но кое-какие детали всё-таки удалось узнать. Сторож был застрелен из пистолета как раз на том самом месте, на котором был застрелен Распутин – около старинного распятия. Нам удалось выяснить, что убитый сторож неоднократно говорил, что по ночам во дворце происходят странные вещи. Он часто слышал шаги, скрип полов. Это подтвердили и другие сторожа. А в последние недели из кабинета Феликса Юсупова, где в ночь убийства Распутина собрались заговорщики, доносились голоса, а из подвальной столовой однажды явственно были слышны выстрелы. Но, когда сторож заходил туда, там никого не было. И вот теперь он сам застрелен. Поговаривают, что это начало сбываться проклятие Григория Распутина, которое он послал участникам заговора перед своей смертью. Возможно, его дух бродит по дворцу и жаждет мести. В следующих выпусках мы продолжим освещать эти загадочные события».

Когда Андрей взглянул на Настю, она уже откладывала газету в сторону. В её глазах он заметил озорные искорки. Он уже видел их и раньше у неё во взгляде. Они означали, что Настя столкнулась с загадкой, которую обязательно должна была решить.

Похоже, что совсем скоро их снова будут ждать увлекательные приключения.

Проклятие Распутина

Глава 1

На календаре оставались считанные дни до того момента, когда уже можно будет оторвать августовский листок, сделать из него самолётик, и отправить в полёт по свежему осеннему ветру. Но только лето об этом даже и не догадывалось. Казалось, что оно только начало набирать свою силу, радуя прекрасный город Санкт-Петербург и его замечательных жителей жаркими солнечными днями и тёплыми летними ночами. Настало такое время, когда можно долго гулять по вечерам, не вспоминая о назойливых комарах и мухах. Казалось, что небо забыло навсегда слово Тучи. И жители, радуясь такому редкому для их города явлению, всё своё свободное время старались проводить на улице. Сейчас же, в вечерний час пик, да к тому же ещё и в пятницу, казалось, что в душных помещениях почти никого не осталось.

Именно такие мысли посещали Настю, когда она с интересом смотрела из окна, выходившего прямо на Невский проспект. Это была симпатичная девушка двадцати пяти лет со светлыми волосами и тёмными, умными глазами. День у неё выдался довольно насыщенным, а уж вечер тем более. Она являлась хозяйкой Антикварной лавки, и сегодня у неё был день отгрузок. Они с помощницей сначала упаковывали ранее проданные предметы, заполняли форму отправки товара, а вечером приехала машина из транспортной компании, и пришлось контролировать процесс погрузки и оформления посылок. И только сейчас, после того, как машина уехала, у неё появилось время ненадолго присесть, посмотреть в окно и немного поразмышлять.

Она сидела и думала о том, что ей очень не хватает Андрея, и было бы очень хорошо, если бы он в эту самую минуту сидел рядом с ней и держал её за руку. К сожалению, это было невозможно, потому что он сейчас находился в Финляндии в командировке, и должен был вернуться только к завтрашнему вечеру. Поездка эта была запланирована ими заранее. Целью её служило пополнение запасов антиквариата в магазине. Раньше такие поездки совершала Настя, а в этот раз поехал Андрей. Это был его первый опыт, и Настя переживала за него, хотя точно знала, что всё будет хорошо. Она заранее обсудила все необходимые вопросы с продавцами каждого предмета, к которым должен был приехать Андрей, и у него не должно было возникнуть никаких проблем.

С Андреем она познакомилась не так уж и давно, всего лишь два с половиной месяца назад, но зато при таких необычных обстоятельствах, которые помогли им очень сильно сблизиться друг с другом и смогли проверить на прочность все их чувства. В то время Настя оказалась втянута в одну историю, связанную с поисками Янтарной комнаты. Она получила загадочное письмо, в котором находился ключ к разгадке этой тайны, и вполне естественно, что она решила не отступать и идти до самого конца. Настя с детства просто обожала читать книги Агаты Кристи и Артура Конан Дойла. Она всегда и во всём сама пыталась найти решение, даже ещё и не дочитав книгу до конца. Так случилось и на этот раз. Едва ей только стоило получить небольшую зацепку, как её глаза сразу же загорелись, а мысли и тело устремились вперёд, на поиски истины.

В самом начале этого расследования поиски привели её в казематы Трубецкого бастиона Петропавловской крепости, потому что именно там, как было сказано в письме, и находился тайник с ещё одним ключом, без которого невозможно было решить этот сложный ребус. С Андреем она встретилась уже в крепости, так как он в то время работал там экскурсоводом, и так случилось, что дальнейший путь к Янтарной комнате они преодолевали вместе. Их поджидали на этом извилистом пути и смертельные ловушки, и высокие стены из различных загадок и тайн, и предательство, но также была и любовь. Как известно, из искры разгорается пламя, и так случилось, что спустя два с половиной месяца они уже и не представляли себе жизни друг без друга.

Настя и Андрей всё своё свободное время проводили вместе: и дома, и на работе, и на отдыхе. Андрей переехал к ней в квартиру, и теперь Настя даже не понимала, как это она раньше жила без него. И вот теперь он уехал по делам, а она осталась его ждать, думая о том, что надо было поехать вместе с ним. Это была их первая долгая разлука, и Настя с нетерпением ждала, когда они снова смогут оказаться рядом друг с другом.

С такими мыслями Настя и сидела у окна, задумчиво глядя на Невский проспект, пока её не вернул на землю голос её помощницы, раздавшийся откуда-то издалека. Она уже собралась уходить, и прощалась с Настей, желая ей приятно провести выходные. Настя улыбнулась своей помощнице, попрощалась в ответ и подумала, что и ей пора собираться домой. Впереди её ждала целая ночь, и вслед за ней ещё и целый день до той волшебной минуты, когда она уже сможет снова обнять своего любимого человека.

Квартира Насти находилась в этом же доме, что и Антикварная лавка. Это было удобно, и очень ей нравилось. Не нужно было ехать через весь город, стоять в пробках, растрачивая попусту столько драгоценного времени своей жизни. Она прошла по всему магазину и погасила свет, взяла свою сумочку и вышла на оживлённую улицу. Закрыв входную дверь и поставив магазин на сигнализацию, Настя медленно побрела в сторону подъезда, в котором находилась её квартира.

Дома Насте сделалось ужасно одиноко. То, что раньше радовало её, когда она ещё жила одна, больше не приносило ей такого удовольствия. Она приготовила себе еду и поужинала, обдумывая планы на завтрашний день. У неё будет выходной, а в магазине будет работать её помощница, и Настя думала, чем бы ей занять себя до приезда Андрея. В итоге она решила, что просто погуляет по набережной и подышит воздухом, а также пройдётся по магазинам, чтобы немного развеяться.

Затем Настя помыла посуду, приняла душ и легла в постель. Перед сном она почитала книгу, потом отложила её в сторону, выключила свет и ещё немного помечтала о завтрашней встрече с Андреем. В этих мечтах она и погрузилась в безмятежный сон со счастливой улыбкой на лице.

Глава 2

Первым, что Настя увидела утром, когда она только открыла глаза, было улыбающееся, родное лицо Андрея. Она всё ещё пыталась стряхнуть с себя остатки сна, а он уже наклонился, приблизился к ней почти вплотную, и очень нежно, ласково, как мог только он один, поцеловал её в щёку. Только тут Настя опомнилась, вскочила и радостно бросилась ему на шею.

– Как хорошо, что ты вернулся! – воскликнула Настя, крепко обнимая его. – Но почему так рано? Ты же должен был приехать домой только вечером.

Она немного отодвинулась назад и начала его разглядывать, пытаясь вдоволь наглядеться на него после нескольких дней разлуки, показавшихся Насте целой вечностью. Андрей был симпатичным мужчиной на два года старше Насти, с волевым, мужественным лицом и добрыми, улыбающимися глазами. Сейчас же в его глазах Настя помимо улыбки увидела ещё и озорные искорки.

– Почему ты так загадочно смотришь на меня? – улыбнувшись, спросила она Андрея.

– У меня для тебя есть сюрприз, – ответил Андрей и ласково погладил её по щеке. – Поэтому я и вернулся пораньше, хотел тебя порадовать.

Тут Настя почувствовала, что из кухни доносятся волшебные ароматы, и улыбнулась:

– Так ты приготовил для меня завтрак? Какой ты молодец! Это и есть твой сюрприз?

– Это всего лишь часть сюрприза, причём самая малая, – ответил Андрей. – Пойдём, я покормлю тебя, и мы с тобой будем собираться.

– Куда собираться? – удивлённо спросила его Настя. – Мы разве куда-то едем?

– Ты скоро сама всё увидишь, – улыбнулся ей Андрей.

Пока она завтракала, он собрал кое-какие Настины вещи, приготовил для неё спортивную одежду и переоделся сам.

– Так куда мы всё-таки собираемся? – спросила Настя, выходя из кухни.

– Какая ты нетерпеливая! Скажу только одно, мы едем за город. Всё остальное увидишь сама.

Настя улыбнулась, глядя на загадочный вид Андрея, и стала одеваться. Через десять минут они уже выходили на улицу. Перед тем, как выйти из дома, Андрей вызвал Такси, и машина уже ждала их у обочины. Они сели на заднее сидение и поехали в сторону Невы.

– Остановите, пожалуйста, у причала, – сказал Андрей водителю, когда они уже ехали по набережной.

Настя лишь заинтригованно улыбнулась, глядя на то, какой таинственный вид был у Андрея. Видно было, что он очень хочет, чтобы Насте этот сюрприз понравился.

Когда они вышли из машины, Андрей взял Настю за руку и повёл за собой. Они подошли к небольшому катеру, который ждал их на причале, и Андрей сказал:

– А вот ещё одна часть сюрприза. Добро пожаловать на борт.

– И когда только ты успел всё организовать? – удивлённо спросила Настя Андрея. – Ты арендовал катер и даже успел вещи принести?

Она увидела его палатку, гитару, сумки.

– Мы едем на Финский залив с ночёвкой. Только ты, я и звёзды, – раскрыл, наконец, свой сюрприз Андрей, и улыбнулся широкой, мальчишеской улыбкой.

– Это так здорово! – воскликнула Настя, – Я уже и не помню, когда в последний раз была в походе. Наверное, это было ещё тогда, когда я в школе училась.

Они с Андреем зашли на катер, и Настя поздоровалась с капитаном. Он тоже поздоровался с ней, завёл двигатель, и катер стал медленно отплывать от причала. Затем он увеличил скорость, унося Настю и Андрея в сторону Финского залива, в неизвестность, навстречу приключениям. Андрей обнял Настю за плечи, и она восторженно смотрела по сторонам, радуясь, словно ребёнок. На небе не было ни облачка, и погода обещала им прекрасный отдых вдали от города, от суеты, только лишь наедине друг с другом на лоне дикой природы.

Добираться до места им пришлось больше часа, но это время пролетело практически незаметно для Насти. Она наслаждалась скоростью, красивыми видами вокруг и чудесной погодой. Катер начал постепенно приближаться к берегу, и Настя сразу поняла, где они хотят причалить. Это было чудесное место, тихое и укромное, волшебная полянка, окружённая с трёх сторон лесом, и лишь только с одной стороны водой.

Когда они сошли на берег и Андрей вытащил все вещи, катер отправился в обратный путь. Настя обняла Андрея и сказала:

– Как здесь потрясающе красиво. Спасибо тебе, мой хороший. Это самый лучший сюрприз, какой можно было только придумать.

Вокруг и правда было очень красиво – пели птицы, ярко светило солнце, зеленела трава и шумели волны. Сначала Андрей решил разбить лагерь. Он собрал столик и стулья, чтобы Настя могла посидеть и отдохнуть, наслаждаясь природой, а сам поставил палатку и заготовил дрова. Они немного перекусили и пошли купаться. Потом они лежали на траве и загорали, рыбачили, запекали рыбу в углях, и снова купались. Настя отдыхала душой и телом, ей было очень хорошо рядом с Андреем, и ему с ней тоже было хорошо. Они и не заметила, как прошёл этот чудесный день и наступил вечер.

Глава 3

Андрей только что положил в костёр несколько еловых веток, и искры взлетели до самого неба, сделав его ещё более звёздным. Некоторое время Настя и Андрей восхищённо смотрели на эти искры, а потом Андрей стал показывать Насте созвездия. Небо было чистое, безоблачное, и россыпь звёзд сияла на нём от края до края. Насте нравилось, как говорил Андрей, его было очень интересно слушать, и она мысленно гордилась тем, как много всего он знает. Вокруг было тихо и спокойно, и слышно было только ласковый и нежный голос Андрея, волны Финского залива, бьющиеся о берег, да ещё в костре время от времени потрескивали дрова.

Через некоторое время Андрей взял гитару и начал петь. Он уже пел Насте раньше, и ей очень нравилось его слушать. Свет от костра падал на его лицо. Это было очень красиво, и даже, по мнению Насти, немного эротично. К тому же он пел такую прекрасную балладу о любви, и так проникновенно это делал, что у Насти сердце в груди то на мгновение замирало, то опять начинало биться, но уже с удвоенной силой. Баллада была длинная, про любовь принцессы и рыцаря, и Настя, слушая её, переживала за судьбу главных героев, восхищалась их чувствами. Когда Андрей допел до конца, то так посмотрел на Настю, что она сразу поняла – сейчас должно произойти что-то необыкновенное, очень важное. Лицо у него было серьёзное, сосредоточенное, и в то же время невероятно воодушевлённое. Андрей отложил гитару в сторону, придвинулся поближе к Насте, и начал говорить:

– Настя, любимая, однажды в моей жизни случилось чудо – судьба свела меня с самой прекрасной девушкой на земле. Но судьбе показалось этого мало, и она решила испытать нас, проверить наши чувства на прочность, проведя их через баррикады из смертельных опасностей и душевных испытаний. Но мы с тобой вместе, плечо к плечу, с честью прошли этот путь, доказав друг другу и окружающим свою любовь и преданность. Эти чувства только закалились, стали прочнее, и теперь их уже ничем не разрушить. Я больше не представляю свою жизнь без тебя. Ты стала для меня дороже всего на свете.

В руках у него появилась открытая бархатная коробочка, в которой поблескивало кольцо. Он встал на одно колено и спросил:

– Настя, согласна ли ты стать моей женой?

– Да! – не раздумывая, воскликнула Настя. – Конечно же, да!

И она заплакала от счастья. Это было так красиво, что тронуло её до глубины души. Андрей взял кольцо в руки и надел ей на палец. Настя подумала, что никогда в жизни не забудет это волшебное мгновение. Затем Андрей достал платок, вытер слёзы у Насти на щеках, и нежно поцеловал её в губы. По телу у Насти моментально разошлось тепло и приятное чувство блаженства.

Вдоволь насладившись сладостью её губ, Андрей стал очень нежно, едва прикасаясь губами, целовать её щёку. Насте было очень приятно ощущать его ласку и нежность. А когда он прикоснулся к мочке уха, слегка лизнув её, у Насти от возбуждения по всему телу пошли мурашки. Очень сильное желание пронзило её, ей захотелось сорвать с себя и Андрея купальник и плавки, и в ту же секунду слиться вместе в едином порыве.

Но Андрей не спешил, слегка подразнивая её. Он начал медленно целовать её в шею, поглаживая спину ласковыми пальцами. Его рука оказалась на завязках, он потянул за верёвочку купальника, и вот её и без того красивая грудь стала ещё прекраснее в отблесках пламени ночного костра. Наклонившись, Андрей прильнул к ней губами, слегка поглаживая язычком, чувствуя её набухшее возбуждение. Вот он начал опускаться ниже, скользя языком по её животу, и его нежные руки оставили Настю совсем без одежды.

Дальнейшие чувства Насти невозможно описать словами. Андрей был так нежен, так ласков с ней, что Настя не понимала, то ли это настоящие звёзды рассыпались у неё над головой, то ли она теряла сознание от блаженства. Так продолжалось до того момента, пока она уже не в силах была больше сдерживать своего влечения к Андрею, доведённого его языком и ласковыми пальчиками до крайнего чувства возбуждения.

Настя быстро стащила с него плавки и увидела, что он тоже сильно возбуждён. И вот уже через секунду их тела соединились в едином порыве, дав старт волшебной ночной гонке. Они сначала взбирались на высокую гору, с замиранием сердца балансируя на краю, затем падали вниз, не сдерживая своих криков. И так повторялось снова и снова. Это было невероятное ощущение близости друг с другом, с природой, со звёздами.

Уже под утро, полностью опустошённые и удовлетворённые, они лежали рядом с затухающими угольками костра, и смотрели, как огромное солнце медленно выныривает из блестящих вод Финского залива.

– Скажи, о чём ты сейчас думаешь? – спросил Андрей Настю.

Она немного помолчала, любуясь первыми лучами солнца, и, наконец, ответила:

– Я думаю о том, что как всё-таки хорошо, что в августе нет комаров.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Это ночь стала лучшей ночью в их жизни.

Глава 4

В понедельник утром Настя и Андрей сидели у себя дома на кухне и завтракали. Накануне они всё утро отсыпались в палатке после бурной ночи, потом немного поплавали и позагорали, пока после обеда их не забрал катер. Вечером они сходили в ресторан и чудесно провели время, наслаждаясь обществом друг друга. Это был их первый совместный ужин в качестве жениха и невесты, и Настя была несказанно рада этому. Выходные для неё выдались просто волшебными.

Сейчас же она сидела с задумчивым видом и почти ничего не ела. Андрей заметил её состояние и спросил, о чём она думает. Настя подняла на него слегка рассеянный взгляд, немного помедлила и, наконец, ответила:

– Не знаю, почему я сейчас об этом вспомнила, но у меня всё никак не выходит из головы та статья из газеты. Помнишь, мы с тобой читали две недели назад про убийство охранника в Юсуповском дворце? Эта статья ещё называлась как-то таинственно, по-моему, «Проклятие Распутина сбывается». В ней говорилось о том, что охранник был застрелен ночью из пистолета на том самом месте, где князь Феликс Юсупов в 1916 году стрелял в Распутина – в подвальной столовой дворца, около старинного распятия на стене.

– Да, конечно, помню. Сегодня утром я как раз случайно прочитал в интернете, что убийцу никак не могут найти. С каждым днём всё больше и больше людей верит, что охранника во дворце убил призрак Григория Распутина.

– Не думаю, что призрак может носить с собой пистолет, – с серьёзным видом произнесла Настя. – И это очень странно, что люди массово начинают верить в эту версию. Очень похоже, что она кому-то выгодна. Это всё так таинственно. Эх, вот бы мне ознакомиться со всеми деталями этого дела.

– У тебя в глазах опять те же самые искорки, что были две недели назад, когда ты в первый раз прочитала эту статью, – улыбнулся Андрей. – Я считаю, что тебе нужно позвонить майору Калинину и всё выяснить, а то ведь ты не успокоишься, пока сама во всём не разберёшься, знаю я тебя.

– Да, я тоже думала об этом, – ответила ему Настя. – Пожалуй, я именно так и поступлю. Он мне наверняка сможет подсказать, к кому я смогу обратиться с вопросами.

Два месяца назад Майор Калинин из Федеральной службы безопасности оказал Насте неоценимую помощь во время поисков Янтарной комнаты. Можно сказать, что он спас ей жизнь, и она была очень благодарна майору за это. Но и ему она тоже неплохо помогла. Если бы не её вклад в расследование, о местонахождении Янтарной комнаты до сих пор так бы никто ничего не знал. Он ей сказал тогда, когда всё самое страшное было уже позади, что она может обращаться к нему в любое время и по любому вопросу, и оставил ей номер своего мобильного телефона.

– Сейчас ещё рано звонить, – сказала Настя, посмотрев на часы. – Ещё только восемь часов утра, наверное, он ещё даже на работу не приехал. Позвоню чуть позже, часиков в десять, из магазина.

Они закончили завтракать, собрались и пошли на работу. За делами время летело незаметно. В Антикварной лавке было полно вопросов, скопившихся за выходные, и требующих быстрого решения. Так что о том, что нужно позвонить майору, Настя вспомнила только к одиннадцати часам. Она сразу же набрала его номер, и ей ответили уже после второго гудка.

– Настя, какой сюрприз! – воскликнул майор, когда понял, кто именно ему звонит. По его голосу было понятно, что он очень рад её звонку.

– Здравствуйте, Сергей Геннадьевич, – рассмеялась Настя. – Так приятно снова услышать Вас.

– Ты по делу или просто поболтать?

– По делу. Даже, скорее, из-за личного интереса. Вы ведь слышали про убийство во дворце Юсуповых на Мойке?

– Конечно. Про него читали или слышали многие, а мне знать о таких вещах по статусу положено. К тому же, у нас иностранная делегация не смогла попасть на экскурсию во дворец из-за этого убийства. А почему ты интересуешься этим делом?

– Вы же сами знаете, что различные загадки и тайны притягивают меня, как мотылька пламя, – весело сказала Настя.

– Что есть, то есть, – рассмеялся в ответ майор.

– Вот я и подумала, может быть, Вы сможете мне помочь? Очень уж хочется познакомиться с этим делом поближе. Вдруг я смогу пригодиться?

– Вообще-то так обычно не делается, это против правил, но для тебя постараюсь. Я узнаю, какой следователь ведёт это дело, и перезвоню тебе.

Звонок разъединился, и Настя продолжила заниматься делами магазина. Майор перезвонил ей через час.

– Я всё выяснил. Этим делом занимается следователь Гладких Ольга Петровна. Я с ней связался и обо всём договорился. Она сначала без энтузиазма отнеслась к новости о том, что у неё будет помощница, – майор рассмеялся, и Настя улыбнулась в ответ. – Но я настоял на своём, и она согласилась принять тебя и подробнее изложить суть дела. Тебе нужно будет приехать в Главное следственное управление Следственного комитета Санкт-Петербурга на набережной реки Мойки. Оно находится рядом с Юсуповским дворцом, бывают же совпадения. Следователь будет ждать тебя через полтора часа. Пропуск на твоё имя уже заказан.

– Спасибо Вам большое, – искренне поблагодарила его Настя.

– Я всегда рад помочь тебе, – ответил майор. – Обращайся, если тебе ещё понадобится моя помощь.

– Хорошо, до свидания, Сергей Геннадьевич.

– До свидания.

Поговорив с майором, Настя стала собираться на встречу в Следственный комитет.

Глава 5

Ровно через полтора часа Настя уже была на месте. Она нашла нужный кабинет, постучала в дверь, и открыла её. В кабинете за столом сидела женщина и делала какие-то пометки в блокноте. Увидев Настю, она показала на стул и сказала:

– Добрый день, проходите, присаживайтесь.

– Здравствуйте, – произнесла Настя, а потом вошла в кабинет и закрыла за собой дверь.

Пока она шла к стулу, успела мельком разглядеть хозяйку кабинета. Это была женщина лет сорока с умным лицом, тёмными волосами, довольно симпатичная, но с настороженным, изучающим взглядом.

– Вас ведь Настя зовут? – спросила её женщина, когда Настя села на стул.

– Да, – ответила Настя, присаживаясь на стул, стоящий рядом со столом.

– А меня зовут Ольга Петровна. Честно говоря, мне эта идея не очень нравится. Но за Вас просили из ФСБ, и мне пришлось пойти на уступки. Но и много времени уделить Вам я тоже не смогу, очень много работы.

Настя промолчала, решив немного подождать и узнать, куда же клонит следователь, а та продолжала:

– Мне немного рассказали о Ваших заслугах, но теперь я Вас и сама вспомнила. Я читала, что Вы принимали непосредственное участие в поисках Янтарной комнаты, и вроде бы даже сыграли в том расследовании главную роль. Но я совершенно не вижу, чем Вы можете помочь мне в этом деле. Или Вы просто пришли полюбопытствовать?

– Вы знаете, – ответила ей Настя, – я думаю, что и то, и это. Конечно, мне стало очень любопытно, как только я прочитала об этом в газете, но и помочь я тоже хочу. Притягивают меня различные тайны и загадки, сразу появляется желание докопаться до истины.

– Ну что ж, хорошо. Это убийство действительно загадочное. Я бы даже сказала, что довольно тёмное. Труп охранника обнаружила женщина-экскурсовод в пять часов утра. Как позже установила экспертиза, он был убит выстрелом из пистолета в область живота.

– А что экскурсовод делала так рано в музее? – заинтересовалась Настя.

– По её словам, она должна была утром принимать иностранную делегацию, и поэтому решила проверить экспозицию заранее. Когда я прибыла на место, то увидела на стене написанное кровью слово Месть. Позже экспертиза установила, что это была кровь убитого охранника. Само убийство произошло в подвальной столовой, в которой находится экспозиция, посвящённая убийству Григория Распутина. Установили и приблизительное время смерти. Сторож был убит около одиннадцати часов вечера.

– Удалось ли найти какие-нибудь следы на месте преступления?

– К сожалению, почти ничего нет. Никаких отпечатков пальцев, следов обуви, кусочков ткани или ещё чего-нибудь похожего. Орудия преступления тоже не было, и мы не смогли установить его происхождение.

– Но что-то всё-таки есть, раз Вы сказали, что почти ничего нет?

– Есть записи с камер видеонаблюдения, но они нам тоже почти ничего не дали. К сожалению, камеры установлены не везде, а установленные камеры не все подключены. Но некоторые камеры всё-таки смогли зафиксировать возможного преступника. Вернее, не совсем преступника, а некую чёрную тень, промелькнувшую мимо камер. Сейчас эксперты просматривают эти записи, но люди поговаривают, что это призрак Распутина таким образом мстит за свою смерть.

– Да, я что-то такое читала в газетах.

– Газетчики обычно любят подливать масло в огонь, но на этот раз они просто передали настроение людей. Говорят, что Григорий Распутин перед своей смертью оставил своим убийцам какое-то проклятие. Если бы я столько лет не проработала следователем, то, возможно, тоже бы поверила в это. Надпись кровью на стене, чёрная тень призрака, труп прямо на месте убийства Распутина, да и сам охранник застрелен похожим образом – всё это наводит на мысль о том, что проклятие начинает сбываться. Но ведь мы живём в реальном мире, – Ольга Петровна улыбнулась Насте. – Иначе я бы давно уже вызвала охотников за привидениями.

Настя улыбнулась ей в ответ и сказала:

– Я тоже не очень-то верю в призраков. У Вас есть конкретные подозреваемые? Кто в момент убийства находился в Юсуповском дворце?

– Да, есть. И их не так уж и много, всего 3 человека. Это ещё двое охранников и завхоз. Охранники работали всю ночь, а завхоз ушёл с работы около полуночи. Это подтверждают и уличные камеры видеонаблюдения. То есть теоретически все трое могли совершить убийство. Конечно, мы провели у них обыски, но пистолета или других доказательств не нашли. Сейчас прорабатываются их возможные связи с убитым, а они сами пока что проходят по делу, как свидетели. Вот, собственно говоря, и всё. Больше по этому делу мне добавить нечего.

Настя немного подумала и спросила:

– А я могу осмотреться на месте преступления и поговорить со свидетелями?

– Не вижу в этом необходимости, мы уже и так всё тщательнейшим образом осмотрели, и всех свидетелей опросили.

Настя ничего не ответила, а лишь только посмотрела в глаза следователю. Взгляд она постаралась сделать настойчивым и внимательным, но ни в коем случае не просящим. Следователь некоторое время тоже молча смотрела на Настю, и, наконец, произнесла:

– Ну, хорошо, я сейчас позвоню директору музея и договорюсь, чтобы Вас приняли.

Она сняла трубку, открыла записную книжку, и набрала номер. Когда ей ответили, она сказала, что необходимо будет принять её помощницу и ответить на некоторые вопросы. После окончания разговора следователь посмотрела на Настю и сказала:

– Я обо всём договорилась. Директора музея зовут Фёдор Игнатьевич Соколовский. Он согласился побеседовать с тобой, хоть и без особого желания в голосе. Кстати, тебе повезло, сегодня как раз та самая смена охраны, что была в ночь убийства, так что и со свидетелями тоже поговоришь, директор тебя им представит.

– Спасибо Вам большое! – сказала Настя, поднимаясь со стула.

– Возьми номер моего телефона. – Ольга Петровна протянула ей свою визитку. – Если будут вопросы, то позвони.

Они попрощались, и Настя вышла из кабинета.

Глава 6

До Юсуповского дворца Настя дошла пешком, так как он находился рядом со Следственным Комитетом. Перед тем, как она вышла из кабинета следователя, Ольга Петровна написала ей номер телефона директора музея. Когда Настя подошла к центральному входу во дворец, она позвонила директору и попросила её встретить. Довольно приятный мужской голос ответил, что сейчас же поручит кому-нибудь встретить её и проводить к нему в кабинет.

Через несколько минут она увидела охранника, который вышел из здания и направился в её сторону. Внешне этот охранник очень не понравился Насте, у него был какой-то хитрый и скользкий взгляд, довольно неприятный. Она много раз видела такой тип людей в кино, да и в жизни такие люди тоже иногда ей встречались, и чаще всего они оказывались доносчиками и предателями.

– Вы Анастасия? – спросил её охранник, оказавшись рядом с ней.

– Да, – ответила Настя.

– Меня просили Вас проводить, следуйте за мной.

И пока они шли по Юсуповскому дворцу до кабинета директора, она всё время мысленно удивлялась тому, как такой человек мог стать охранником. Хотя, вполне возможно, что она ошибалась на его счёт, и это как раз тот случай, когда судить по внешности нельзя.

Когда они поднялись вверх по лестнице и подошли к кабинету директора, охранник негромко постучал, открыл дверь и сказал:

– Фёдор Игнатьевич, мы пришли.

– Хорошо, Михаил, спасибо. Можешь идти.

Охранник повернулся к ней и сказал, что она может зайти внутрь, а сам пошёл обратно к лестнице. Настя посмотрела на его согнутую спину, нескладную фигуру, покачала головой и вошла в кабинет.

Навстречу к ней из-за стола поднялся пухленький мужчина небольшого роста в очках. Глядя на неё, он расплылся в улыбке и пошёл навстречу:

– А меня и не предупредили, что Вы – такая молодая и привлекательная девушка!

– Здравствуйте ещё раз, Фёдор Игнатьевич. Я бы хотела с Вами побеседовать.

– Конечно-конечно, всё знаю, обо всём предупредили, – он подошёл к ней, поцеловал руку, и показал на кресло, стоявшее возле стены. – Прошу Вас, присаживайтесь. Что Вы будете пить, чай или кофе?

– Чай, пожалуйста, – ответила Настя.

Пока он разливал чай по кружкам, Настя с интересом разглядывала интерьер его кабинета. Насте он показался слишком дорогим. Конечно, это всё-таки Юсуповский дворец, и кабинет директора должен соответствовать этому названию. Но то, что увидела Настя, было чересчур нарядным и наверняка обошлось музею в круглую сумму. А когда она разглядела шикарные часы, которые были на его руке, то поняла, что Фёдор Игнатьевич очень любит сам находиться в роскоши, и демонстрировать окружающим дорогие вещи. Пока она осматривала кабинет, директор налил чай, открыл коробку конфет и сел на соседнее кресло:

– Ну что, расскажите, как продвигается расследование? Появились ли какие-нибудь зацепки?

– Следствие идёт, – неопределённо ответила Настя.– Нам нужно ещё раз уточнить некоторые детали.

– Но я ведь и так уже всё довольно подробно изложил следователю, – удивился Фёдор Игнатьевич. – Мне казалось, что у Вас уже должны были быть хоть какие-то результаты, поэтому Вы и пришли сюда.

– Если понадобится в ходе расследования, то придётся, возможно, и несколько раз рассказывать, – стала блефовать Настя, чтобы директор поверил тому, что она является помощником следователя.

– Ну, хорошо. Честно говоря, мне и самому выгодно, чтобы преступника нашли как можно скорее. Уже слишком большое количество людей верит в то, что это убийство совершил призрак Распутина. К тому же ещё и газеты, как обычно, раздувают эту историю. Так и сам волей-неволей в это поверишь. Такая шумиха поднялась вокруг. А это нам совершенно ни к чему.

Настя задумалась над его словами. А точно ли ему не нужна шумиха вокруг этого дела? Ажиотаж подогреет интерес к экспозиции, а это увеличение потока туристов и, как следствие, финансового потока. Она ещё раз взглянула на его дорогие часы и решила, что пока не понятно, нужна или не нужна ему огласка. Но присмотреться к нему всё-таки стоит, вполне возможно, что какие-то махинации он проворачивает. Вслух же она произнесла:

– Скажите, Фёдор Игнатьевич, а какие есть основания предполагать, что охранника убил призрак Распутина?

– Да вроде бы серьёзных оснований нет. Тело охранника нашли на том же самом месте, где князь Феликс Юсупов застрелил Григория Распутина. На стене кровью было написано слово Месть. Охранники из разных смен докладывают мне, что по ночам во дворце происходят какие-то странные вещи, но это Вы лучше у них сами спросите. А самое главное, что это похоже на исполнение проклятия, как поговаривают.

– А что это за проклятие? Я уже не первый раз слышу об этом, – заинтересовалась Настя.

– Точных слов проклятия сейчас уже никто не скажет, слишком уж всё обросло слухами за сто лет. Но факт остаётся фактом, Распутин перед самой смертью произнёс какие-то слова проклятия.

– Скажите, а сегодня работает экскурсовод, который обнаружил тело?

– Да, работает. Её зовут Светлана Юрьевна, у неё сейчас как раз перерыв между экскурсиями. Я Вас к ней отведу.

Он поднялся и направился к выходу. Настя пошла вслед за ним.

– Насколько я знаю, в ночь, когда произошло убийство, в здании было ещё два охранника и завхоз, который ушёл только в полночь. Они сейчас на работе? Мне бы очень хотелось с ними тоже побеседовать.

– Да, Вы с ними со всеми сможете поговорить. Когда закончите разговор со Светланой Юрьевной, зайдите снова ко мне, и я представлю Вас остальным.

– Хорошо, – ответила Настя.

Директор открыл дверь, и они вышли в коридор.

Глава 7

Они спустились по лестнице и немного прошли по дворцу, пока в одном из залов директор не попросил Настю подождать его, а сам пошёл дальше. Вскоре он вернулся в сопровождении худенькой женщины интеллигентного вида в очках.

– Вот, познакомьтесь, Светлана Юрьевна, это Анастасия. Она помощник следователя, которому Вы отвечали на вопросы, и ей нужно прояснить кое-какие моменты. Поговорите с ней, а затем проводите её, пожалуйста, ко мне в кабинет.

Женщины поздоровались, и экскурсовод сказала:

– Хорошо, Фёдор Игнатьевич.

– Настя, если возникнут вопросы или нужна будет помощь, обращайтесь, и мы всё решим.

И он ушёл обратно в сторону своего кабинета.

Настя проводила его взглядом, а затем повернулась к экскурсоводу и спросила:

– Светлана Юрьевна, где мы с Вами сможем побеседовать в более спокойной обстановке? Здесь стало очень шумно и многолюдно.

Как раз в это время из соседнего зала вышла большая экскурсионная группа.

– Давайте пройдём в тот зал, откуда они пришли, – ответила она Насте.

Они перешли в соседний зал. Действительно, там было гораздо меньше людей. Они увидели свободную скамейку вдоль стены, и присели на неё.

– Расскажите, как Вы обнаружили тело убитого охранника? – спросила Настя.

– Я до сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю этот момент, – ответила Светлана Юрьевна. – Я тогда пришла рано, около пяти часов утра, чтобы лично проверить все экспонаты посвящённой убийству Распутина выставки. Когда я спустилась в подвальную столовую в апартаментах Феликса Юсупова, то увидела там нашего охранника Василия, лежавшего в луже крови. Я закричала и бросилась на пункт охраны, но не добежала, так как встретила по пути Бориса – ещё одного нашего охранника. Он грубо спросил меня о том, куда я несусь сломя голову. Он вообще грубый человек, и злой к тому же. Но я ему рассказала про Василия, который лежал в подвальной столовой. Тогда Борис спустился вниз, чтобы всё проверить самому, а когда вернулся, то сказал, что Василий мёртв, и пошёл вызывать полицию. Ну а дальше пришлось долго ждать, потом отвечать на вопросы следователя и несколько раз рассказывать всё сначала.

Она замолчала, а Настя немного подумала и спросила:

– Светлана Юрьевна, скажите, а зачем в подвале нужна столовая? Я уже много раз слышу об этом, и хотела и раньше задать этот вопрос.

– Так Вы ничего не знаете об убийстве Распутина? – удивилась она.

– Можно сказать и так, почти ничего не знаю, – развела руками Настя.

– А хотите, я проведу для Вас небольшую экскурсию и вкратце обо всём расскажу и всё покажу, чтобы Вы могли представлять всю картину? Заодно и на место убийства сходим.

– Да, конечно, – обрадовалась Настя, а потом, словно спохватившись, добавила. – Это пригодится в ходе нашего расследования.

– Тогда давайте пройдём в квартиру Феликса Юсупова, и я сначала расскажу Вам о событиях, которые произошли той роковой ночью в его личном кабинете.

Она повела Настю за собой, а по дороге начала свой рассказ:

– К 1916 году в Российской империи сложилась такая ситуация, когда один человек по фамилии Распутин – одна из самых противоречивых и загадочных личностей за всю историю дома Романовых – стал оказывать огромное влияние на царскую семью. В большей степени это произошло благодаря тому, что он мог останавливать кровь у царевича Алексея, больного гемофилией. Император Николай II и его супруга Александра Фёдоровна верили в его божественную силу, и на многое закрывали глаза. Благодаря этому он получил огромную неофициальную власть – мог назначать и снимать с крупных государственных постов, продвигать указы и законы, и даже останавливать войны. Естественно, многим не нравилось такое положение вещей, и многие хотели убить его, чаще всего только лишь на словах. Но в 1916 году желание людей начало обретать форму, что привело к образованию группы заговорщиков из высших сфер государственной власти.

Они вошли в небольшой зал, остановились, и Светлана Юрьевна продолжила:

– Так как мы находимся во дворце Юсуповых, то считаю, что нужно рассказать в первую очередь о ключевой фигуре этого заговора. В феврале 1914 года наследник богатейшего рода Юсуповых князь Феликс Феликсович Юсупов женился на княжне Ирине, урождённой Романовой, племяннице Николая II. Всё левое крыло дворца, в котором мы сейчас находимся, отвели молодым Юсуповым. Там же Феликс обустроил для себя небольшие апартаменты с отдельным входом, чтобы можно было приглашать друзей. Именно туда и решили заманить Григория Распутина под предлогом того, что князь хочет познакомить его со своей женой.

Светлана Юрьевна вошла в квартиру, и Настя последовала за ней. Они оказались в комнате, в которой находилось 4 восковые фигуры.

– Именно здесь, в кабинете Феликса Юсупова, и собрались заговорщики в ночь с 16 на 17 декабря 1916 года. Всего заговорщиков было пятеро, но князь в это время принимал Распутина внизу, в подвальной столовой, поэтому здесь только 4 фигуры. За столом сидит Великий князь Дмитрий Павлович, имевший личные счёты к Распутину. Рядом с ним сидит скандально известный депутат Пуришкевич. У окна стоит офицер Преображенского полка Сухотин и наблюдает за улицей, ведь за Распутиным была установлена слежка. И, наконец, четвёртый человек, стоящий у противоположной от окна стены – это доктор Лазоверт. Именно он принёс во дворец яд, которым предполагалось отравить Распутина. А теперь давайте спустимся вниз, где произойдёт главное действие этого судьбоносного для России события.

Они вышли из кабинета и начали спускаться вниз по винтовой лестнице. Когда они проходили мимо двери, которая была на площадке, экскурсовод сказала:

– Через этот отдельный вход со двора Григорий Распутин и пришёл сюда, а затем князь повёл его вниз, в подвальную столовую.

Они пошли дальше по лестнице, а Светлана Юрьевна продолжила:

– Раньше там был просто подвал, а столовую обустроили специально перед приходом Распутина, чтобы он ни о чём не догадался. Туда принесли мебель, накрыли стол, и даже создали вид того, что за этим столом только что пировали.

Они вошли в подвал, и Настя увидела две восковые фигуры. Одна из них – фигура Григория Ефимовича Распутина, сидящего за столом. Вторая фигура изображала князя Феликса Юсупова, стоящего около стены с другой стороны стола.

– Перед тем, как князь Юсупов привёз Распутина во дворец, доктор Лазоверт насыпал яд в пирожные и в вино. Князь проводил Распутина в подвальную столовую, пригласил сесть за стол и сказал, что у его жены сейчас гости, но она сможет принять его чуть позднее. Заговорщики в это время изображали шумную вечеринку, громко играл граммофон, и у Распутина не возникло никаких подозрений. Затем Феликс предложил Распутину отведать пирожных, и он согласился. Время шло, а Распутин продолжал спокойно сидеть за столом, яд на него не действовал. Это не на шутку встревожило князя. К тому же, Распутин начал торопить его, как будто что-то стал подозревать. Тогда князь сказал Распутину, что сейчас всё выяснит, и пошёл наверх, к остальным заговорщикам. Там он им всё рассказывает, и они понимают, что слухи о силе Распутина небезосновательны, если даже такой мощный яд на него не действует. И тогда они решают его застрелить. Феликс Юсупов берёт пистолет, спускается вниз и видит, что Распутин теперь стоит в углублении стены рядом с распятием. Когда он повернётся к нему, Юсупов выстрелит ему в живот. Тот упадёт, а князь поднимется наверх и сообщит, что застрелил Распутина. Заговорщики спустятся вниз, и доктор Лазоверт констатирует смерть. Тогда трое заговорщиков уедут, причём один из них наденет шубу Распутина, чтобы сделать вид, что это именно Распутин уезжает домой. Оставшиеся вдвоём князь Юсупов и депутат Пуришкевич поднимутся в кабинет. Через некоторое время Юсупов зачем-то спустится вниз и наклонится над Распутиным.

Светлана Юрьевна пожала плечами и продолжила:

– Конечно, это только со слов Юсупова и Пуришкевича, но на этом построена официальная версия. Внезапно Распутин открыл глаза и посмотрел на князя. Затем он вскочил, оттолкнул его и бросился к выходу, прокричав о том, что он всё расскажет императрице, и Феликса повесят. Тогда князь закричал от ужаса, и ему на помощь прибежал Пуришкевич. Распутин в это время уже выбежал во двор и почти что добежал до ворот. Медлить было нельзя, и Пуришкевич несколько раз выстрелил в него. Тот упал и перестал подавать признаки жизни.

– А после выстрелов Пуришкевича он точно умер? – спросила Настя. – А то я слышала, что его потом ещё утопили, и вроде бы даже ещё живого.

– Существует много разных слухов и версий. Некоторые считают, что смертельный выстрел сделал Великий князь Дмитрий Павлович, оставшийся во дворце. Другие говорят, что там был Британский подданный, сделавший контрольный выстрел, и убийство это имеет английский след. Но, ещё раз повторю, мы придерживаемся официальной версии.

– Спасибо, Светлана Юрьевна, за интересный рассказ. Но давайте вернёмся к нашему делу. Где Вы обнаружили тело?

– Вот прямо тут, у распятия, где князь стрелял в Распутина. И слово Месть было написано кровью на этой же стене.

– Понятно. А что насчёт проклятия?

– Теперь это уже тоже большая тайна. Проклятие он прокричал, когда выбежал на улицу. Его слышали городовые, ещё пара случайных свидетелей, а также Пуришкевич и Юсупов. Но, похоже, что слышали все по-разному, так как вариантов проклятия до нашего времени дошло много.

Настя задумалась ненадолго, а потом сказала:

– Здесь, я думаю, мы закончим. Давайте вернёмся в зал, на скамейку, и я задам вам ещё несколько вопросов.

Светлана Юрьевна кивнула в знак согласия, они вышли из подвала и стали подниматься по лестнице.

Глава 8

Когда они снова присели на скамейку, Настя спросила экскурсовода:

– Скажите, а Вы сами верите в то, что призрак Распутина существует?

Светлана Юрьевна ненадолго задумалась, и ответила:

– Трудно сказать. Скорее нет, чем да. Я сама ничего такого не видела, поэтому не могу с точностью утверждать, что он есть. Но во дворце точно происходит что-то непонятное. Василий – охранник, которого убили – часто жаловался мне на различные непонятные явления, которые случаются во время его дежурства. Он говорил, что по ночам во время обходов много раз слышал какие-то шорохи, скрип полов, но я не придавала особого значения этим рассказам. Мало ли что может померещиться человеку ночью в пустом тёмном помещении, тем более таком большом. Потом он мне рассказал, что стал время от времени слышать голос, или может даже голоса, из кабинета Феликса Юсупова. А когда он заходил туда, то там никого не было, только горел верхний свет. Я, конечно, могу допустить то, что один раз его забыли выключить. Но когда это происходит регулярно, то поневоле задумаешься о том, почему именно так происходит. Василий был человеком серьёзным, и я не могу представить, чтобы он всё это выдумал.

– И он так ни разу никого не увидел? – спросила Настя.

– Нет, говорил, что никого, – ответила Светлана Юрьевна, а потом, будто бы спохватившись, добавила. – Хотя сейчас я начинаю припоминать, что он мне однажды рассказывал про какую-то промелькнувшую по залу тень. Это было примерно месяц назад, и как раз в этом зале, рядом с апартаментами князя. Я тогда не восприняла всерьёз его слова. Но в ту ночь, когда Василия убили, камеры тоже сняли чёрную тень, скользившую по залам. Об этом рассказывали другие охранники.

Она ненадолго замолчала, задумчиво глядя перед собой.

– Кажется, я тоже потихоньку начинаю верить в то, что во дворце живёт призрак Распутина. Не бывает таких совпадений.

Настя помолчала, тоже о чём-то думая, а затем спросила:

– Скажите, Светлана Юрьевна, а у Василия здесь могли быть враги? Может быть, он перешёл кому-то дорогу, или кто-нибудь ему завидовал?

– Не думаю. Он был очень обособленным человеком, скрытным, хотя и добрым. И он почти ни с кем не общался на работе, кроме меня и Саши.

– Какого Саши? – заинтересовалась Настя.

– Это молодой паренёк, он работает здесь уборщиком. Они с Василием хорошо поладили, даже немного подружились, и часто пили чай вместе, разговаривали. У Василия было доброе сердце, и он единственный, кто жалел паренька. Ну, ещё и я жалею его немного.

– А почему его нужно жалеть, что у него не так?

– Понимаете, он такой молодой парень, ему, наверное, нет ещё и двадцати лет. Полгода назад у него в аварии погибли родители. Это произошло примерно за месяц до того, как он пришёл к нам. А когда он приступил к работе, то многие стали дразнить и издеваться над ним из-за того, что он зажат и не может за себя постоять. А Василий сразу проникся к нему. Он же первый и узнал про смерть его родителей, когда Саша доверился Василию, и ему захотелось выговориться. А сейчас Саша очень переживает из-за случившегося. Ведь он считал Василия своим другом, несмотря на разницу в возрасте почти в два раза.

– А с другими охранниками из своей смены Василий не общался? Насколько я знаю, в ночь убийства во дворце находилось ещё два охранника.

– Нет, никаких личных контактов у них не было, только по работе. Если честно, ему не очень повезло с напарниками, поэтому он старался не сближаться с ними и не вникать в их дела.

– Да? А что не так с другими охранниками? Расскажите мне о них, – попросила Настя.

– Одного из них зовут Михаил, и я его терпеть не могу, – начала говорить Светлана Юрьевна.

– Это такой с нескладной фигурой, худой, скрытный, со скользким взглядом? Он меня к директору провожал. На вид он мне тоже не понравился.

– Внутри он такой же, что и снаружи. Запросто совершит подлость, и даже не задумается. Он-то больше всех и донимает Сашу. Однажды я стала свидетелем очень неприятной сцены. Этот тип подошёл к Саше, когда тот отвернулся, и опрокинул ведро с водой, как будто бы нечаянно. Но я точно видела, что он сделал это специально. Никогда не забуду его ехидный взгляд. Он и наших экскурсоводов часто донимает.

– А почему Вы не пожалуетесь на него директору? – удивилась Настя. – Его, наверное, должны как-то наказать.

– Потому что это бесполезно, – Светлана Юрьевна вздохнула. – Михаил приходится племянником директору нашего музея, и тот постоянно его прикрывает. Жаловаться на него было бы себе дороже.

– Понятно, – кивнула Настя. – А что Вы скажете про второго охранника из смены Василия?

– Второго охранника зовут Борис. По моему мнению, это человек не самого большого ума. К тому же он ещё и злобный. Борис ходит в тренажёрный зал, и все разговоры у него только о мышцах и всяких упражнениях. Вот и худенького уборщика он тоже невзлюбил, и теперь постоянно называет его дохляком. Впрочем, как и любого, у кого не проявляется рельефная мускулатура.

– Да, знакомый тип людей. Мне уже доводилось и раньше с такими встречаться. А что Вы можете сказать о завхозе? Это третий человек, который находился в здании во время убийства, и мне хотелось бы знать, что он из себя представляет.

– Его ненавидят все экскурсоводы, – улыбнулась Светлана Юрьевна. – Он вечно суёт свой нос не в своё дело. Постоянно у него что-то не так. Представляете, он считает возможным орать на экскурсоводов из-за того, что ему кажется, что музейные экспонаты грязные. А ведь следить за чистотой – совершено не наше дело. Но ему разве объяснишь это? Он говорит, что, раз мы имеем с экспонатами дело, то нам и отвечать за них.

Экскурсовод покрутила пальцем у виска, и Настя усмехнулась.

– Он просто помешан на чистоте. Уборщикам так вообще житья не даёт, заставляет убирать всё по несколько раз, особенно Сашу. А тот и возразить не смеет. А когда унесли из подвала тело охранника, то именно Сашу он заставил очищать от крови место убийства, хоть и знал, что они с Василием были в дружеских отношениях. А так, вроде, мне больше и нечего о нём рассказать.

– Хорошо, спасибо Вам большое за познавательную экскурсию и подробные ответы, – Настя поднялась со скамейки. – Мне нужно ещё раз поговорить с директором, не могли бы Вы проводить меня к нему в кабинет? Я пока ещё не очень хорошо ориентируюсь здесь.

– Да, конечно, идите за мной, – ответила Светлана Юрьевна и направилась к выходу.

Настя пошла следом.

Глава 9

Когда они поднимались по лестнице на административный этаж, им навстречу попался худенький паренёк в комбинезоне.

– Здравствуйте, – сказал он робко и пошёл дальше.

– Добрый день, – сказала в ответ Настя.

– Здравствуй, Саша, – ответила Светлана Юрьевна.

Когда они поднялись немного выше, она пояснила Насте:

– Это и есть тот самый уборщик Саша, о котором я Вам рассказывала.

– Он такой худой, и у него такие грустные глаза, что мне и самой стало его немного жалко, – ответила Настя с улыбкой.

Они поднялись на нужный этаж, подошли к кабинету директора, и Светлана Юрьевна сказала:

– Мне уже пора идти, у меня ещё много работы, скоро начнётся экскурсия. Я надеюсь, что хоть немного, но помогла Вам.

– Да, конечно. Спасибо Вам большое за помощь. До свидания.

– До свидания, – ответила Светлана Юрьевна, и пошла обратно к лестнице.

Настя же постучала в дверь, открыла её и вошла внутрь.

Директор на этот раз стоял у окна и смотрел на улицу. Увидев её, он улыбнулся и спросил:

– Вы уже поговорили? Долго Вас что-то не было.

– Мне Светлана Юрьевна провела небольшую экскурсию, – ответила ему Настя. – Фёдор Игнатьевич, мне бы хотелось поговорить с завхозом и охранниками. Это сейчас возможно?

– Да, конечно. Завхоз ко мне совсем недавно заходил, я его попросил подождать Вас. Он сейчас у себя в кабинете. Мы его Иванычем называем, а вообще-то он Матвей Иванович.

Они вышли в коридор, прошли по нему немного, и зашли в кабинет завхоза. За столом сидел мужчина средних лет с усами и густой бородой. Увидев вошедших, он поднялся им навстречу.

– Вот, Иваныч, это и есть Настя – помощник следователя, – представил её завхозу директор. – Она тебе несколько вопросов задаст. Отведи её потом к Мише и Борису, а я Мише позвоню и предупрежу.

– Хорошо, – коротко ответил завхоз директору.

Фёдор Игнатьевич попрощался с Настей и вышел из кабинета. Завхоз снова сел на своё место, а Настя на стул, который стоял рядом со столом.

– Матвей Иванович, скажите, как близко Вы были знакомы с убитым охранником?

– Я ведь уже всё рассказал следователю, – ответил завхоз с недовольным видом. – Близко я его не знал, только по работе. Да он вообще ни с кем почти не общался, был нелюдимый какой-то, закрытый ото всех.

– Это обычная следственная практика – задавать несколько раз одни и те же вопросы, – ответила Настя. – Скажите, а зачем Вы задержались на работе до полуночи в ту ночь?

– Я часто задерживаюсь. Мне приходится контролировать уборщиков, они постоянно оставляют после себя грязь. Мне надо было всё проверить самому, а потом ещё написать отчёт. Закончил я только в полночь.

– А где именно Вы были за час до полуночи?

– Как пришёл в начале одиннадцатого к себе в кабинет, так и писал отчёт, никуда больше не выходил.

Настя немного подумала и спросила:

– А какие-нибудь странности, что-нибудь необычное Вы замечали во дворце по ночам?

– Я один раз слышал голоса из кабинета Феликса Юсупова, когда допоздна задержался. Сначала подумал, что ослышался, но потом охранники мне сказали, что они несколько раз тоже их слышали.

– Хорошо, я больше не буду отвлекать Вас. Только отведите меня, пожалуйста, к охранникам, – сказала Настя, поднимаясь.

– Хорошо, пойдёмте со мной.

Они вышли из кабинета и направились на поиски охранников. Первым они встретили Бориса. Даже из-под пиджака было видно его мускулатуру, но лицо его Насте совсем не понравилось. Казалось, что всем своим видом он выражал презрение к окружающим и смотрел на всех свысока.

– Борис, директор просил передать, чтобы ты пообщался с помощником следователя и ответил на её вопросы. Потом проводишь её к Михаилу.

Настя поблагодарила завхоза и попрощалась с ним, а он лишь кивнул в ответ и быстро удалился.

– Борис, скажите, где именно Вы находились в ту ночь, когда произошло убийство, в сам момент убийства? Это было за час до полуночи.

– На пункте охраны. У нас обход в двадцать два часа, а следующий только в полночь. Как раз в полночь завхоз ушёл, и я начал обход.

– То есть у вас обходы происходят каждые два часа? – уточнила Настя.

– Да, и длятся примерно полчаса, а затем мы возвращаемся обратно.

Настя подумала, что по времени здесь что-то не сходится, и поэтому спросила Бориса:

– А что Вы тогда делали вне пункта охраны в 5 часов утра, когда Светлана Юрьевна обнаружила тело Василия? По её словам, она наткнулась на Вас по пути, когда бежала в комнату охраны.

– Просто вышел ноги размять, – ответил Борис после небольшой паузы.

Настя подумала, что он чего-то недоговаривает, но пока решила сменить тему.

– Вы какие-нибудь странности во дворце замечали по ночам?

– Да, шум в кабинете Юсупова слышал три раза, а когда заходил, то там никого не было. Но свет горел, и это показалось мне странным. Я после первого раза не сказал никому, а после второго и третьего уже указывал это в отчёте. Больше я ничего не замечал. А вот Миша и Василий однажды слышали выстрел в подвале.

– Понятно, – сказала Настя после небольшой паузы. – Борис, Вы можете проводить меня к Михаилу?

– Пойдёмте, он сейчас должен быть в комнате охраны.

Он довёл её до комнаты охраны, и Настя увидела мужчину, сидящего за пультом. Это был тот же самый охранник, который встречал её в самом начале у входа и провожал до кабинета директора.

– Миш, поговори с помощником следователя, а я тебя подменю.

– Отлично, я тогда потом покурить схожу.

Михаил вышел из комнаты и отошёл к стене. Настя подошла к нему и спросила:

– Расскажите мне про выстрел в подвале, который Вы слышали с Василием.

Он сразу не ответил, а сначала смерил взглядом фигуру Насти и ухмыльнулся. Настя решила на это никак не реагировать, и терпеливо ждала ответа.

– Это около месяца назад было, – начал говорить Михаил. – Мы с ним находились в разных залах, но не очень далеко от апартаментов Юсупова, откуда прозвучал глухой выстрел. Встретились мы с Василием у входа, и пошли в подвал. Там было темно. Когда мы включили свет, то никого не увидели, но оба сразу почувствовали запах пороха. Стало как-то жутковато, особенно рядом с восковой фигурой Распутина, и мы поторопились уйти. Утром мы написали об этом в отчёте, но директор не поверил нам.

– Но ведь он Ваш дядя, насколько я знаю?

– Ну и что, какая разница? – злобно спросил охранник. – Это к делу не имеет никакого отношения.

– Ну, хорошо. А ещё какие-нибудь странности Вы замечали во дворце?

– Мне всё время кажется, что на меня кто-то смотрит из темноты. И ещё как будто кто-то дышит. Но я никому не говорил об этом, чтобы не засмеяли.

Настя подумала, что для первого раза достаточно, больше ничего нового она не узнает.

– Пока у меня больше нет вопросов. До свидания.

– Вас до выхода проводить? Я курить пошёл на улицу.

– Нет, мне надо к директору ещё заглянуть.

Он пожал плечами и пошёл к выходу, а Настя направилась в сторону лестницы.

Глава 10

Настя постучалась и открыла дверь.

– Фёдор Игнатьевич, я отвлеку Вас ещё на одну минутку?

Она вошла, закрыла за собой дверь и подошла к столу, за которым сидел директор.

– Конечно, для Вас у меня всегда найдётся время, – директор расплылся в улыбке.

– Я расспросила охранников, экскурсовода, завхоза, и все они твердят о странностях, которые происходят по ночам, – начала Настя, как только села на стул. – Ещё Михаил говорил, что они с Василием слышали выстрел в подвале приблизительно месяц назад.

– Сказки всё это, – нахмурился директор и махнул рукой. – Ну, кто там может стрелять, да ещё и ночью?

Вдруг Насте в голову пришла неплохая идея.

– Мне бы очень хотелось одну ночь подежурить во дворце, чтобы самой увидеть что-нибудь необычное, – сказала Настя, но, видя удивлённое лицо директора, добавила. – Это необходимо в интересах следствия.

– Ну, если в интересах следствия, то можете сегодня подойти часикам к восьми, я предупрежу охранников, которые должны прийти вечером на смену.

– А разве сегодня не Михаил и Борис дежурят? – спросила разочарованно Настя.

– У них сегодня дневная смена, а в ночное дежурство они завтра вечером заступают.

– Я бы тогда лучше завтра вечером пришла к восьми, если можно.

– Хорошо, я сегодня же им скажу об этом. Вы сможете с ними походить по дворцу во время обходов и посмотреть, только я сомневаюсь, что Вы что-нибудь необычное увидите.

Настя встала, поблагодарила его, попрощалась и вышла из кабинета.

Когда она спускалась вниз по лестнице, то увидела Светлану Юрьевну. Казалось, что та кого-то ждала. Увидев Настю, она жестами подозвала её к себе поближе и произнесла тихим голосом:

– Мне необходимо с Вами поговорить. Я Вам ещё не всё рассказала. После смерти охранника я обратила внимание на пропажу некоторых музейных ценностей. Только не сразу, а дня через два, потому что эти предметы из залов, в которых не я провожу экскурсии. Там не хватало старинных часов на камине, позолоченных подсвечников, нескольких картин и ещё некоторых экспонатов. Я поговорила с экскурсоводом, которая водит экскурсии по тем залам – это моя подруга – и она сказала, что тоже заметила пропажу.

– А почему Вы следователю ничего не сказали об этом? – спросила Настя, обдумывая услышанное.

– Мы боимся, что директор может во всём обвинить нас. Раньше уже бывали случаи, когда страдали невиновные. Однажды племянник директора разбил старинную вазу, а всю вину свалили на экскурсовода, и заставили его написать заявление на увольнение. И до этого был ещё один похожий случай. Так что сообщать о пропажах, как нам тогда показалось, было бы только себе дороже. Но и скрывать это тоже было нельзя, поэтому я решила всё Вам рассказать.

– Вы всё правильно сделали. Эта информация наверняка нам поможет, спасибо большое.

Светлана Юрьевна улыбнулась в ответ, и Настя пошла дальше по направлению к выходу.

На улице она стала свидетелем неприятной сцены. У входа во дворец стояли охранник Михаил и уборщик Саша, которого Настя видела на лестнице. Охранник как раз докурил сигарету и бросил бычок прямо под ноги уборщику, сказав при этом, чтобы тот поднял его и выкинул в урну. Затем Михаил как ни в чём не бывало пошёл обратно во дворец. Проходя мимо Насти, он ещё и наградил её торжественной улыбкой, как будто совершил какой-то героический поступок. А когда Настя направилась к своей машине, то заметила на глазах уборщика слёзы.

– Саша, ты что, плачешь? – удивлённо спросила она.

От неожиданности он вздрогнул, а потом увидел её, узнал и робко ответил:

– Нет, у меня просто глаза болят иногда. А от химии, которую при мытье полов используют, они ещё и слезятся. Поэтому я иногда выхожу на свежий воздух, мне это немного помогает.

– И давно у тебя проблемы с глазами?

– Уже несколько месяцев, – грустно ответил он.

– Так тебе срочно нужно к врачу, с глазами шутки плохи! – воскликнула Настя.

– Я знаю, только это слишком дорого для меня. Сейчас у меня временные трудности с деньгами. Их едва хватает только жильё и дорогу оплачивать, да ещё еду покупать.

Настя вспомнила, что у него родители полгода назад погибли, и ей стало его жалко. Она немного подумала и сказала:

– Я тебе помогу. У меня есть клиент, который покупает время от времени антиквариат. Он замечательный окулист, и у него своя клиника. Мы с ним стали хорошими приятелями. Я сейчас же ему позвоню, и он примет тебя.

Она достала телефон и набрала номер. Когда её собеседник взял трубку, она сказала:

– Андрей Евгеньевич, здравствуйте.

– Настя, какими судьбами? Очень рад тебя слышать. Есть что-то новенькое для меня?

– Пока нет, но скоро будет, и я непременно сообщу Вам об этом. Сейчас у меня к Вам личная просьба. Вы можете записать к себе на приём моего знакомого? У него болят и слезятся глаза.

– Да, конечно, – ответил доктор и ненадолго замолчал, видимо, просматривая записи. – В конце следующей недели, в пятницу в одиннадцать устроит? У меня как раз целый час до обеда свободен.

– Да, устроит. Только, Андрей Евгеньевич, у него временные трудности и пока нет возможности заплатить за приём.

– О чём разговор? Конечно же, я его приму, не волнуйся.

– Спасибо Вам огромное, с меня дополнительная скидка, – улыбнулась Настя. – Его Саша зовут, и он обязательно придёт. До свидания.

– Всегда рад скидкам, – весело ответил ей Андрей Евгеньевич. – До свидания, Настя. Не забывай мне чаще звонить.

Настя убрала телефон, достала блокнот и ручку, написала адрес клиники, и протянула листок уборщику.

– Вот, возьми. Здесь адрес, имя врача и время приёма. И не опаздывай, приходи обязательно, тебя будут там ждать.

– Спасибо Вам большое, – дрожащим голосом ответил тот, взяв у неё листок.

– Пока, – она улыбнулась ему, помахала рукой и пошла к машине.

– До свидания, – ответил уборщик, пытаясь тоже изобразить улыбку на лице и убирая листок в карман комбинезона.

Глава 11

Вечером Настя с Андреем решили погулять и немного развлечься. Сначала они пошли в кинотеатр, но фильм почти не смотрели. Андрей взял билеты на последний ряд, соседей у них не оказалось, и они долго целовались, слегка поглаживая друг друга и ощущая невероятную любовь и нежность. Это было волшебное ощущение. Настя снова почувствовала себя семнадцатилетней девушкой на первом свидании, и счастье переполняло её.

Потом они пошли в кафе на набережную Невы и устроили романтический ужин под шум волн, бьющихся о гранитный берег, и тихую спокойную музыку. Андрей рассказывал ей забавные истории, и они весь вечер смеялись.

После ужина они решили немного прогуляться вдоль набережной и подышать свежим воздухом. Взявшись за руки, они медленно шли вдоль Невы, разговаривали и наслаждались близостью друг с другом. Внезапно Настя спохватилась и сказала:

– Любимый, сегодня такой замечательный вечер, и я совсем забыла тебе рассказать о ходе расследования. После того, как я побывала у следователя, я сходила в Юсуповский дворец и провела там несколько часов. Следователь договорилась с директором музея, что я смогу допросить свидетелей, поэтому я старалась получить от них как можно больше информации. А завтра вечером я снова пойду туда на ночное дежурство.

– Зачем? – от удивления Андрей даже остановился.

– Понимаешь, пока мне совершенно непонятно, из-за чего убили сторожа. В здании в тот момент находилось двое охранников и завхоз, но прямых улик против них нет. Сейчас следователь проверяет их личные связи вне работы. Надо будет потом у неё узнать, что ей удастся выяснить. Ещё во время беседы с экскурсоводом я узнала, что в залах стали пропадать музейные ценности. Может быть, охраннику тоже удалось как-то это выяснить, и его из-за этого и убили? И все твердят про какие-то странные вещи, которые происходят во дворце по ночам. Поговаривают, что по залам чёрной тенью ходит призрак Распутина, в кабинете Феликса Юсупова часто слышатся голоса и включается свет, а в подвальной столовой один раз даже слышали выстрелы. Мистика какая-то. Можно было бы подумать, что всё это только лишь выдумки, но, по словам экскурсовода, убитый сторож был достаточно серьёзным человеком. А ведь он тоже говорил, что видел и слышал все эти загадочные явления. Мне обязательно нужно всё проверить самой, ты ведь знаешь, что я не люблю полагаться на чужие слова.

– Нет, – возразил ей Андрей. – Это слишком опасно, и я тебя одну никуда не отпущу. И вообще, я пойду на дежурство вместо тебя и сам всё разведаю. А утром я всё расскажу тебе, если увижу или услышу что-нибудь необычное.

Настя немного подумала и решила, что так будет правильно. Оставаться одной ночью среди незнакомых мужчин в здании, где произошло убийство, не совсем уместно, да и опасно. Похоже, что Андрей и ревнует немного, и хочет уберечь её одновременно. Она улыбнулась и нежно обняла его.

– Как же я тебя люблю, мой хороший. Завтра днём я позвоню директору музея и скажу, что вместо меня придёт красавец-мужчина, – она загадочно улыбнулась Андрею и провела рукой по его бедру. – А теперь пойдём домой, и ты покажешь, как ты сильно меня любишь.

Она прижалась губами к его губам, прикоснувшись кончиком языка к его языку, и почувствовала возрастающее возбуждение Андрея. Почти сразу, не сговариваясь, они сели в стоящий у обочины автомобиль такси и поехали в сторону дома, продолжая целоваться на заднем сиденье.

Позднее Настя и не могла вспомнить, как они оказались дома и почему одежда раскидана по всей комнате. Страсть закружила их бешеным ураганом, заплетая в клубок их обнажённые тела вместе с простынёй и одеялом. У них и раньше каждое занятие любовью отличалось от предыдущих. Они были то нежными, то страстными, но в этот раз было какое-то первобытное утоление сексуального голода. Они слились воедино в бешеном ритме, и смогли откинуть головы на подушки уже намного позднее, когда полностью насытились друг другом.

Когда они немного успокоились, и дыхание пришло в норму, Андрей сказал:

– Я завтра схожу на дежурство во дворец, а на следующий день после обеда мы с тобой пойдём в Загс и подадим заявление. А потом начнём постепенно планировать нашу свадьбу.

Настя ласково улыбнулась и поцеловала его в щёку.

– А может быть, устроим свадьбу на большом белом теплоходе? Так хочется чего-нибудь необычного, особенного.

– Мы с тобой обязательно придумаем самый лучший вариант, какой только можно придумать, – улыбнулся ей в ответ Андрей.

– А когда у нас будут дети, мы всей семьёй переедем за город, на берег Финского залива, и будем жить в большом доме. А ещё лучше, переедем на берег какого-нибудь тёплого моря, – мечтательно произнесла Настя.

Они ещё немного поговорили о своём будущем, а затем уснули со счастливыми улыбками, тесно прижавшись друг к другу обнажёнными телами.

Глава 12

На следующее утро после завтрака Андрей уехал по делам. Ему нужно было сначала заехать к реставраторам, затем в транспортную компанию и ещё в несколько мест, так что освободиться он должен был только после обеда, не раньше четырёх часов.

Настя пошла к себе в магазин. Она успела совершить несколько выгодных сделок, и решила поискать объявления о продаже антиквариата в Финляндии. В следующую поездку, которую Настя планировала совершить недели через две, она решила отправиться вместе с Андреем. Ей вполне хватило одного раза, когда он уехал, а она осталась дома одна, и не хотелось больше с ним надолго расставаться.

Внезапно она услышала звон колокольчиков на входной двери. Настя подняла глаза и увидела, что в магазин входит посетитель. Настя его сразу узнала, он уже несколько раз совершал покупки у неё в магазине. Это был солидный, серьёзный мужчина в очках, с аккуратно подстриженной бородой. Если Насте не изменяла её память, он был профессором исторических наук. Она попыталась вспомнить его имя. Точно, его звали Александр Альбертович.

– Здравствуйте Александр Альбертович! – улыбнулась она ему. – Давненько Вы к нам не заходили.

– Добрый день, Настя, – он улыбнулся ей в ответ. – Проезжал мимо, выдалось свободное время, вот и решил заглянуть. Есть для меня что-нибудь интересное?

Настя вспомнила, что он коллекционировал винтажные светильники с фигурками людей.

– Да, только пару дней назад привезли. Очень красивый светильник с фигуркой балерины. Я уверена, что он Вам понравится.

Она показала ему светильник, и увидела, что глаза у него так и вспыхнули.

– Какой красивый! Беру! – обрадовался он.

Когда он уже оплатил свою покупку, и Настя аккуратно упаковывала светильник, у неё возникла идея.

– Скажите, Александр Альбертович, а Вы хорошо знаете время правления Николая II?

– Да, неплохо, – улыбнулся он. – А почему ты спрашиваешь? Тебя что-то конкретное интересует?

– Мне интересна жизнь Григория Распутина, а если точнее, то подробности его убийства. Ещё мне хочется узнать что-нибудь о его предсмертном проклятии. Сейчас все о нём твердят, а подробностей никаких нет.

– Ну, тогда можешь считать, что тебе крупно повезло. Изучение этой темы как раз является моим хобби. Я прочитал о Распутине довольно много книг, статей и других материалов.

– Это как раз то, что мне нужно, – обрадовалась Настя. – Давайте пройдём ко мне в кабинет и побеседуем, если, конечно, у Вас найдётся время.

– Буду только рад помочь тебе, – ответил с улыбкой профессор.

Настя кивнула своей помощнице в знак того, что она ненадолго отойдёт, и они с профессором прошли в заднюю комнату, которая являлась Настиным кабинетом. Там она показала ему на кресло и сказала:

– Прошу, Александр Альбертович, устраивайтесь удобнее.

Сама же налила в кружки чай и села на соседнее кресло.

– Александр Альбертович, Вы ведь наверняка слышали про убийство охранника в Юсуповском дворце?

– Да, конечно. Все газеты писали о том, что сбывается проклятие Распутина. Ты ведь поэтому интересуешься?

– Может быть, Вы знаете, что же это всё-таки за проклятие?

– Те, кто глубоко изучили этот вопрос, сходятся во мнении, что Григорий Распутин перед своей смертью говорил что-то про месть убийцам. Но полной фразы сейчас уже никто не скажет, её текст в оригинале не сохранился.

– Вот и на стене было написано это же самое, – задумчиво сказала Настя.

– Про месть? – оживился профессор. – Значит, всё-таки это убийство точно связано с проклятием.

– Знаете, я как-то не очень верю во всё это. Мне кажется, что это только лишь выдумки, фантазии.

– Я понимаю, что о Григории Распутине существует много преувеличенной информации. Когда он стал влиять на царскую семью, очень многие люди из разных сфер захотели очернить его в глазах общественности. И половина из того, что про него писали в то время газеты – это искажённая информация. Или, как сейчас любят говорить, чёрный пиар. Но то, что он обладал огромной внутренней энергией – это достоверный факт. Многие поступки из тех, что он совершил при жизни, не поддаются никакому научному объяснению. Так что я допускаю, что он мог вложить в своё предсмертное проклятие некую силу, способную влиять на людей и после его смерти.

– Неужели такое действительно возможно? – удивилась Настя.

– Ещё как возможно. И в истории есть вполне конкретные примеры. Взять хотя бы ту же гробницу Египетского фараона Тутанхамона. Её обнаружили в конце 1922 года, и через некоторое время проникли внутрь. Она оказалась совершенно не тронутой расхитителями гробниц, и в ней находились несметные сокровища. Затем обнаружили вход в погребальную камеру. Зайдя внутрь, археологи увидели там саркофаг с мумией Тутанхамона. После этого началась череда неожиданных смертей. Первым от загадочной болезни умер лорд Карнарвон, который финансировал эти раскопки и одним из первых вошёл в гробницу. Всего же за несколько лет погибло 22 человека, так или иначе связанных с этими раскопками. Существует ещё много подобных случаев.

Некоторое время Настя обдумывала сказанное, пока голос профессора не вернул её к действительности.

– Ну что ж, Настя, мне уже пора ехать. Я очень надеюсь, что помог тебе.

– Да, конечно, очень помогли, – ответила Настя.

Она проводила его до двери.

– До свидания, Александр Альбертович. Приезжайте к нам ещё, я всегда рада Вас видеть.

– До свидания, – сказал профессор. – Вот тебе моя визитка, позвони, когда у тебя появятся новые светильники.

Он отдал ей визитку, кивнул на прощание и вышел на улицу.

Глава 13

Когда профессор ушёл, Настя решила сходить в ближайшее кафе, чтобы пообедать. Мысли её крутились вокруг того, что рассказал ей Александр Альбертович. Всё-таки проклятия могут иметь очень серьёзные последствия, это не выдумки и не чьи-то фантазии, и им с Андреем предстоит разобраться, что же на самом деле стоит за этим загадочным убийством.

После обеда Настю поглотил круговорот дел, и мысли о расследовании постепенно отступили на задний план. Она искала новые предметы для своего магазина и сразу же созванивалась с продавцами, параллельно отвечая на звонки покупателей. Её работа была настолько увлекательной, что Настя как будто воспарила над землёй и даже не заметила, как пролетел день. И вернулась она в реальный мир только лишь потому, что в магазин вошёл Андрей.

– Ого, да уже полпятого, – удивлённо произнесла Настя, посмотрев на часы. – Как прошёл твой день, любимый?

Андрей подошёл к ней, ласково поцеловал в щёку и ответил:

– Всё успел, что запланировал, но пришлось изрядно помотаться по городу. Устал немного.

– Тебе нужно поспать хотя бы пару часов, тебе ведь ещё целую ночь дежурить во дворце.

– Да, ты права. Пойду немного вздремну. Разбуди меня, когда вернёшься домой.

– Конечно, мой хороший. Иди, отдыхай.

Он ещё раз поцеловал её и вышел из магазина, а Настя продолжила работать. Около шести часов вечера она попрощалась со своей помощницей, попросив её закрыть и поставить на сигнализацию магазин, а сама отправилась домой.

Андрей спал, и Настя решила пока что его не будить. Она тихонько прошла на кухню и стала готовить ужин. Ещё Настя приготовила для Андрея бутерброды, чтобы он мог ночью перекусить, если проголодается.

Примерно без пятнадцати семь он проснулся сам и пошёл в душ. Потом, свежий и отдохнувший, он пришёл на кухню, и они вместе сели ужинать.

Через полчаса Настя провожала Андрея в прихожей. Проведя ладонью по его щеке, она нежно поцеловала его в губы и сказала:

– Удачи тебе, дорогой. Постарайся найти какую-нибудь зацепку, но будь очень осторожен.

– Хорошо, любимая. Увидимся утром. Не волнуйся, всё будет хорошо, – он улыбнулся ей беззаботной мальчишеской улыбкой, которая так нравилась Насте, и вышел из квартиры. Она посмотрела, как он спускается по лестнице, и закрыла дверь.

Вечером она попыталась немного отвлечься и решила посмотреть фильм. Досмотрев до середины, она так и не поняла, о чём он, потому что мысленно была сейчас во дворце, вместе с Андреем. Настя не стала досматривать фильм до конца, а решила лечь спать пораньше. Перед сном она ещё долго о чём-то думала, пока всё же не уснула.

Спала она тревожно, всё время ворочалась, а потом ей вообще приснился расплывчатый силуэт Распутина. Настя проснулась в холодном поту и посмотрела на часы. Было четыре часа утра. Ей показалось всё это странным, так как ей давно уже не снились плохие сны. Наверное, это всё из-за волнения. Она немного поворочалась и через некоторое время снова заснула.

В следующий раз её разбудил настойчивый телефонный звонок. Она с трудом открыла глаза. Часы показывали семь. На экране телефона высвечивался незнакомый номер.

– Я слушаю, – ответила она.

– Настя? Это следователь, Ольга Петровна. Ты вчера приходила ко мне в Следственный комитет. Я тебя не разбудила?

– Всё в порядке, я уже не спала. Что-то случилось? – спросила Настя, пытаясь стряхнуть с себя остатки сна.

– Я разговаривала с директором музея, и он сказал, что ты хотела ночью подежурить? – спросила Ольга Петровна и сделала небольшую паузу, словно собиралась с мыслями. – Скажи, зачем тебе это было нужно?

Настя почувствовала неладное. Было что-то странное в интонации следователя.

– Я хотела убедиться, что никакого призрака во дворце нет, и всё это только лишь фантазии, – ответила она. – Но только вместо меня во дворец ушёл мой жених Андрей. Он уже скоро должен вернуться.

В трубке наступила тишина, и Настя на миг решила, что связь оборвалась.

– Ольга Петровна?

– Настя, – нерешительно ответила та, – твой жених больше не вернётся.

– Что? – Насте показалось, что всё вокруг неё замерло. – Почему?

– Его убили. Мне очень жаль, Настя. Прими мои соболезнования.

Комната закружилась вокруг Насти, и она подумала, что сейчас упадёт в обморок. У неё перед глазами моментально пролетела вся её недолгая жизнь с Андреем, начиная со дня их знакомства в Петропавловской крепости, когда он ещё работал там экскурсоводом, а она искала тайник. Вспомнилось первое случайное прикосновение, когда они поехали на Валаам, первое занятие любовью. У них была такая душевная близость. Настя не могла поверить, что ничего этого больше уже не будет.

Следователь терпеливо ждала. Наконец, Настя собралась с силами и произнесла хриплым голосом:

– Как это случилось?

– Тебе лучше приехать сюда, в Юсуповский дворец. Через сколько ты сможешь собраться? Я пришлю за тобой машину.

– Через двадцать минут, – ответила Настя.

– Хорошо, я встречу тебя у центрального входа.

Связь разъединилась. Настя положила телефон и обвела взглядом комнату. Затем она посмотрела на пустующее место на кровати, на котором раньше спал Андрей, и почувствовала, как пусто стало у неё на душе.

Глава 14

Как Ольга Петровна и обещала, она ждала Настю у центрального входа во дворец. Когда Настя вышла из машины, следователь подошла к ней и сочувственно погладила её по плечу.

– Настя, прими мои искренние соболезнования. Ты должна сейчас быть сильной, ни в коем случае нельзя сдаваться. Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, потому что прошла через то же самое, и теперь точно знаю, что время лечит.

Настя кивнула, а потом собралась с силами и спросила:

– А где Андрей? – она не смогла произнести слово Тело.

– Его уже увезли. Я решила, что тебе будет тяжело прямо сейчас его видеть.

Настя подумала и кивнула в ответ, соглашаясь с ней.

– Я тебе сейчас всё расскажу, давай зайдём внутрь, – сказала Насте Ольга Петровна, открывая входную дверь.

Они вошли в здание, и присели на скамейку у дальней стены. Кроме двух полицейских, один из которых стоял на улице, а другой внутри около выхода, Настя больше никого не увидела. Дальше следователь стала рассказывать, а Настя слушала, не перебивая, опустив голову вниз.

– Убийство произошло около четырёх часов утра.

Настя вздрогнула. Она вспомнила, что как раз в это время ей приснился страшный силуэт Распутина. Следователь, казалось, не заметила реакции Насти, и продолжила:

– Картина убийства выглядит следующим образом. Почему-то Андрей оказался в дальнем подвале дворца, где его и застрелили. Одна пуля попала в живот, а вторая в голову. По всей видимости, его уже раненого добивали. Звуки выстрелов слышал охранник.

– А как зовут этого охранника? – спросила Настя.

Хоть ей было и тяжело всё это слушать, но она твёрдо решила разузнать все подробности.

– Его зовут Борис. Услышав выстрелы, он спустился в подвал и обнаружил там тело. Затем сразу же позвонил нам. В эту ночь дежурила та же самая смена, что и в ночь убийства другого охранника. И я им оставляла свой номер телефона на тот случай, если они что-нибудь вспомнят или что-нибудь произойдёт. Наша группа приехала быстро, эксперты всё обследовали и увезли тело. И уже потом я позвонила тебе.

– Вы кого-нибудь уже подозреваете? – спросила Настя.

– Конечно. В первую очередь я подозреваю именно охранников, ведь кроме них в здании в тот момент никого не было. Нами будут изучены записи с камер видеонаблюдения, отпечатки, а сейчас проходит обыск самих охранников, а также их личных вещей.

– Ольга Петровна, я Вам не успела раньше сказать одну важную деталь. Вчера меня на лестнице остановила экскурсовод и шепнула, что после предыдущего убийства она и ещё один экскурсовод заметили пропажу некоторых музейных ценностей. Сразу рассказать об этом они не решались, так как боялись директора. Говорят, что он уже один раз свалил вину на экскурсовода за порчу имущества.

Следователь немного подумала и кивнула:

– Да, это мотив. Охранника Василия вполне могли убить из-за того, что он узнал об этом. Но вот почему убили Андрея? И что он делал в подвале? Нужно подробно изучить записи с камер видеонаблюдения. Может быть, тогда удастся немного прояснить ситуацию.

Внезапно Настя услышала какой-то шум. Она посмотрела в ту сторону, откуда доносился шум, и увидела, что Бориса ведут двое полицейских, а руки у него закованы в наручники за спиной. К следователю подошёл оперативник и сказал:

– Ольга Петровна, во время обыска в вещах этого охранника были найдены два золотых подсвечника. Я пока отвезу его к нам, а Вы, когда здесь закончите, допросите его.

– А оружие не нашли? – спросила его следователь.

– Нет, больше ничего не было.

– Хорошо, уведите, – кивнула она, и Бориса вывели на улицу.

Настя подумала и сказала:

– Знаете, это вполне мог быть и Михаил – второй охранник. Он мог подставить Бориса, чтобы отвести от себя подозрение. Он – племянник директора музея. Мне ещё вчера показалось, что директор проворачивает какие-то тёмные дела. У него слишком дорогие часы на руке, надо бы это тоже проверить.

– Будем разбираться, – ответила следователь, а затем добавила. – Только вот мне не даёт покоя надпись, сделанная кровью на стене на месте убийства.

– И здесь надпись? – удивилась Настя. – А что написано? Тоже слово Месть, как и во время первого убийства?

– Нет, сейчас другая надпись, и она гораздо загадочнее. Пойдём, сама всё увидишь.

Они пошли к лестнице, и Настя мысленно приготовила себя к тому, что сейчас увидит то место, где застрелили Андрея. Они спустились вниз, и ещё шли по подвалам какое-то время, пока Настя не увидела впереди группу людей.

– Эксперты ещё работают. Будь морально готова, на полу ещё осталась лужа крови, да и надпись тоже сделана кровью.

Настя содрогнулась, но всё-таки постаралась приготовиться. Кровь на полу она заметила сразу, и долго не могла оторвать от неё взгляд. У неё слёзы подступили к глазам. Настя постаралась не смотреть в ту сторону, и перевела взгляд на стену. На стене большими буквами кровью было написано «СЫН ЗА ОТЦА».

Глава 15

РАЗГОВОР С ОТЦОМ (часть первая).

Отец! Знай, что ты всегда можешь рассчитывать на меня. Я достигну нашей общей цели, чего бы мне это ни стоило, ведь она уже так близко. Совсем скоро ты будешь свободен, и твоя душа навеки обретёт покой. Осталось потерпеть совсем немного.

Я часто вспоминаю ту ночь, когда увидел тебя в самый первый раз. Я уже теперь и не помню, кем я был до того момента, когда ты явился ко мне во сне и сказал, что я твой родной сын. Раньше я не жил, а словно бродил впотьмах по комнате, натыкаясь на углы и стены. Но ты открыл мне глаза. Как же я благодарен тебе за то, что ты подарил мне жизнь. Теперь настал мой черёд сделать для тебя доброе дело, и я обязательно помогу тебе.

Я запомнил твои слова, и они теперь постоянно стоят перед моими глазами. Ты сказал мне тогда, что твой дух заперт во дворце и никак не может найти выход. Он не успокоится до того момента, пока ты не будешь отомщён и все твои убийцы не понесут заслуженного наказания.

Отец, положись на меня, доверься мне. Кроме меня у тебя не осталось никого, кому ты мог бы довериться. Все остальные тебя предали. Я единственный, кто сможет отомстить за тебя, и я обязательно сделаю это.

В ту памятную ночь ты сказал мне, что я должен пойти во дворец и оставаться там до тех пор, пока не перестанет дышать последний из твоих убийц. Я долго думал, что же мне предпринять, и решил устроиться в Юсуповский дворец на работу. Меня взяли, и очень быстро я смог втереться к ним в доверие.

Постепенно я изучил весь дворец и многое узнал. Я вдруг представил очень ясно, как именно тебя убивали, и злость каждую ночь стала вскипать во мне. Она обжигала вулканом мою душу, требуя выхода. Я приходил в кабинет предателя Юсупова и требовал от заговорщиков ответить мне, почему они совершили такую подлость. Я угрожал им, хоть и понимал, что это восковые фигуры. Но я точно знал, что они меня слышат.

Ещё я часто разговаривал с тобой в подвале. Я слышал у себя в груди твой голос, повелевающий мне отомстить за тебя. И я видел перед собой главного твоего врага – Феликса Юсупова. Этого человека я ненавидел больше всего на свете.

Однажды я не смог совладать с собой. Мне захотелось пристрелить его сейчас же, и я поспешил исполнить своё намерение. По ночам со мной всегда мой верный пистолет, моё орудие возмездия, которое я прячу днём в своём тайнике. Я вскинул его, намереваясь выстрелить, но потом пришёл в себя и понял, что это всего лишь восковая фигура. Если бы заметили, что она испорчена, то меня могли бы уволить. Я не хотел этого, потому что тогда я не смог бы отомстить, и твой дух навсегда остался бы во дворце. И я просто выстрелил в воздух, пытаясь хоть немного остудить свою ярость.

Около двух недель назад я в очередной раз пришёл к тебе на разговор. Я задал тебе важный вопрос, и ждал от тебя ответа. Но внезапно в подвальную столовую вошёл охранник Василий. Он сказал, что теперь понял, кто является виновником всех таинственных ночных событий, и вынужден будет доложить об этом начальству. Ещё он сказал, что меня уволят, и многие только обрадуются этому.

И тут на меня снизошло озарение. Я вдруг осознал, что это никакой не охранник, а твой главный мучитель – ненавистный мне князь Юсупов. Он пришёл сюда, чтобы удостовериться в твоей смерти. Словно пелена спала с моих глаз, и я понял, что я должен делать.

Уже не помню, как именно, но я смог подманить его ближе к распятию, на то самое место, где он стрелял тебе в живот. И я сделал то же самое, он получил по заслугам. Теперь в списке мести на одного предателя стало меньше, а твой дух стал ближе к освобождению. Я даже увидел улыбку на твоей восковой фигуре, и понял, что я на верном пути.

Но враги не спят, они испугались и начали искать меня. Глупцы, им меня никогда не найти, ведь я сын самого Распутина, и их судьба уже предрешена. Сегодня я покончил со вторым твоим мучителем.

Я знаю, что ты любишь чёрное одеяние, и я тоже полюбил так одеваться. Я сделал чёрную накидку и маску, чтобы приходить к тебе по ночам. Но меня заметил и окрикнул какой-то человек. Я его не видел раньше во дворце, и поэтому побежал от него, пытаясь затеряться в темноте. Но он побежал за мной, и тогда я решил спрятаться в подвале.

Я изо всех сил старался скрыться, но слышал за спиной его дыхание. И тут до меня дошло, кто это есть на самом деле. Ведь это депутат Пуришкевич! Это он стрелял в тебя в ту ночь, когда ты убегал по двору, и теперь хотел точно так же убить и меня. Ярость захлестнула меня всего, я развернулся, и выстрелил ему в живот. А когда он упал на пол, я подошёл ближе и выстрелил ему прямо в голову, точно так же, как и он выстрелил в твою.

Я стоял и думал, как же ты обрадуешься, когда я тебе расскажу, что нет уже двоих твоих мучителей. Но внезапно в подвале послышались гулкие шаги, и я увидел луч от фонаря вдалеке. Тогда я решил спрятаться и убежал.

Отец, совсем скоро я завершу начатое, и ты будешь свободен!

Глава 16

1916 ГОД (часть первая) ГРАФИНЯ ВОРОНЦОВА.

Мария стояла перед большим настенным зеркалом, разглядывая свой живот. Он уже заметно округлился. Ещё бы, ведь шёл уже пятый месяц беременности. Но лишь только сейчас, поглаживая его, она поняла, как дорог ей этот ребёнок. А ведь ещё совсем недавно она считала его досадной неприятностью, обузой, так как он полностью перечёркивал всю её прежнюю замечательную жизнь.

Графиня Воронцова Мария Дмитриевна считалась первой красавицей Петербурга. Казалось, что весь мир лежит у её ног. От покойного отца, графа Дмитрия Алексеевича Воронцова, ей досталось довольно приличное наследство, включая и этот богатый особняк в самом центре города. От матери же, так же преждевременно ушедшей в мир иной, она унаследовала свою прекрасную внешность и внутренний магнетизм, благодаря которому мужчин так и притягивало к ней. Ей было всего двадцать два года, и она считалась самой завидной невестой в городе на Неве. Она в полной мере осознавала, что, стоит ей только щёлкнуть пальцами, и любой мужчина будет лежать у её ног.

Без Марии в Санкт-Петербурге не обходился ни один светский приём. Ей очень нравилось веселиться, быть в центре внимания. И очень многие не могли и представить себе, что их светские вечера могут проходить без её участия.

И вот теперь уже целых два месяца она была вынуждена скрываться ото всех, словно преступница. Никто не должен был видеть, что она беременна, иначе её засмеют и никуда больше не пригласят до конца жизни. По крайней мере, именно так она думала до сегодняшнего дня. Сегодня всё изменилось в один миг, ведь именно сегодня она полюбила своего ребёнка больше всего на свете. А когда она вдруг осознала, что ребёнок её слышит, то стала разговаривать с ним, и первым делом рассказала ему об отце.

История эта случилась в марте. В начале месяца на одном из приёмов она увидела того, кого раньше лично сама никогда не встречала, но о ком говорил весь Петербург – Григория Ефимовича Распутина. Она много раз слышала и читала в газетах о его буйном характере, власти над императрицей, любовных похождениях, магической силе, и вот теперь он сидел с ней за одним столом. Причём он весь вечер не сводил с неё глаз, она чувствовала это, хоть и старалась не смотреть в его сторону. Газеты внушили ей, что он злой колдун, и она немного побаивалась его.

Странное дело, но на следующем приёме она снова увидела его. На этот раз Мария смогла лично убедиться, что в его душе присутствует и доброта. Один генерал, сидевший неподалёку от него, подавился рыбной костью, и начал задыхаться. Все растерялись, не в силах сдвинуться с места, и первым, кто пришёл на помощь к этому генералу, был Григорий Распутин. Он так сильно хлопнул генерала по спине, что тот сразу же перестал задыхаться, избавившись от застрявшей в горле кости.

Все сразу же вскочили со своих мест и начали аплодировать Распутину, а он оглядел их тяжёлым взглядом исподлобья, смачно плюнул на пол, растёр плевок сапогом и с чувством сказал:

– Я плюю на вас, трусы несчастные, – а потом взглянул на Марию и добавил. – Это к Вам не относится, милейшая графиня.

Произнеся эти неприятные для светской публики слова, он медленно пошёл к выходу, провожаемый презрительными, а у кого-то полными негодования или непонимания взглядами. Странный он всё-таки был – Григорий Ефимович Распутин.

В следующий раз Мария увидела его уже на пороге своего дома. Его впустил в дом её слуга, и Распутин покорно ждал, когда она выйдет к нему. Он выглядел нарядно, и это показалось ей необычным. Она привыкла видеть его в простой мужицкой одежде на снимках в газете. После того памятного приёма, на котором он спас генерала, она испытывала к нему двоякое чувство. С одной стороны, она ощущала страх перед его могуществом и силой, а с другой – думала о том, что он всё-таки добрый и помогает людям. И ни одна из этих двух чаш пока не могла перевесить другую.

– Я пришёл побеседовать с тобой, графиня. Угостишь дорогого гостя чаем? – спросил Распутин, когда она собралась с духом и вышла встретить его.

Марии было немного жутко смотреть в его глубокие глаза, полные демонических огней, поэтому она кивнула, не произнеся ни слова, и пошла в столовую. Он проследовал за ней. Был вечер, и за окном уже начинало темнеть, а в гостиной свет горел слишком тускло. Мария хотела сделать его ярче, но Распутин запретил:

– Не надо включать, я люблю полумрак.

Слуга налил им чай и удалился, а Распутин начал свой диалог:

– Графиня, я видел много чудес на своём веку, но такого чуда, как Вы, ещё ни разу не встречал. Как только Вы появились на приёме, я больше не мог весь вечер отвести взгляда от Вас. Я почувствовал внутри Вас мощную энергию, и она притянула к себе мою.

Мария поёжилась от этих слов, было такое ощущение, что она входит в состояние транса от его голоса. А Распутин улучил момент и взял её за руку. Она хотела отдёрнуть её, но у неё не хватило сил. Причём сил духовных, потому что его рука как будто примагнитилась к её руке.

Ты очень красива, – продолжил он, как ни в чём не бывало. – Твоя красота божественна, и она должна принадлежать божьему человеку, то есть мне.

Он говорил что-то ещё, но она уже ничего не слышала. Своим голосом, своим прикосновением он загипнотизировал её. Очнулась же она от того, что он назвал её по имени. Он стоял в дверях её спальни и смотрел на неё. Увидев, что она проснулась, он повторил ещё раз:

Графиня, Мария Дмитриевна, спасибо Вам за тёплую встречу. Но мне пора, – и он вышел из комнаты.

Мария поняла, что лежит на кровати под одеялом. Она заглянула под него, и не увидела никакой одежды. Её лицо залилось краской, и она залезла под одеяло с головой.

Позднее она успокоилась и подумала, что всё как-нибудь само образуется и в скором времени забудется. В городе никто ничего не должен был узнать о случившемся. Мария продолжала ходить на приёмы, но Распутина на них она больше не встречала. Через некоторое время стало ясно, что скрыть от людей эту тайну всё-таки не получится – она забеременела. И её наполнила огромная ненависть к Распутину. Это он был виноват в том, что её жизнь теперь уже не будет прежней. Она совсем перестала выходить из дома. Ей было стыдно, и не хотелось, чтобы кто-нибудь знал о её связи с этим человеком. Единственным, кто знал правду, был её верный слуга Панкрат. Но он никогда в жизни не выдал бы её тайну, ведь он был верен ей также сильно, как когда-то был верен ещё её родителям.

Более четырёх месяцев она ненавидела Распутина, а вместе с ним и его ребёнка. И вот сегодня пришло озарение. Она ясно поняла, что это её дар, а не проклятие. У неё будет сын, она это точно знала. И первые слова, которые она произнесла своему сыну, поглаживая свой живот перед зеркалом, были слова о его отце:

– Мой горячо любимый сын. Когда ты вырастешь, то будешь обладать такой же мощной внутренней энергией, как и твой великий отец. По-другому и быть не может.

Глава 17

После разговора со следователем в Юсуповском дворце в то утро, когда убили Андрея, Настя поехала к его сестре, чтобы лично сообщить ей о смерти брата. Сестру Андрея звали Татьяна, и она работала в Летнем дворце Петра I экскурсоводом. Настя познакомилась с ней в тот же день, что и с Андреем, при довольно необычных обстоятельствах. Настя тогда занималась поисками Янтарной комнаты, и они с Андреем пытались оторваться от преследования, а Татьяна их выручила. Позднее она хорошо помогла им в их поисках, а один раз даже спасла Насте и Андрею жизнь. Таня стала для Насти очень близкой подругой, почти что сестрой, поэтому она сама должна была сообщить ей эту печальную новость.

Ещё было слишком рано, и Летний дворец пока не открылся для посетителей, но Настя знала, что Таня всегда приезжает на работу заранее, чтобы всё проверить и подготовиться к работе. Поэтому Настя решила ехать сразу туда, а не домой, потому что там было больше шансов застать её. В крайнем случае, можно было немного подождать. Звонить Настя не хотела, потому что решила лично встретиться с Таней. Она чувствовала, что им просто необходима помощь и поддержка друг друга в эту трудную минуту.

Как и предполагала Настя, Татьяна уже была на рабочем месте. В первое мгновение она обрадовалась, увидев Настю, но, посмотрев на её грустное лицо, спросила с тревогой в голосе:

– Что-то случилось?

– Андрея убили, – вымолвила Настя, и заплакала.

– Как? – только и смогла произнести Таня, поражённая этой новостью.

Затем она обняла Настю, и теперь они уже плакали вместе. Всё утро после того, как Насте позвонил следователь, она была словно в тумане. А теперь будто бы прорвало невидимую плотину, и вся горечь утраты хлынула наружу вместе со слезами. Ей просто необходимо было выплакаться.

Немного успокоившись, они с Таней сели на скамейку, и Настя рассказала ей всё с самого начала, с того самого момента, когда она впервые увидела газетную статью об убийстве охранника во дворце Юсуповых на Мойке.

Посоветовавшись, они решили провести похороны Андрея в пятницу. Сейчас была среда, а им предстояло ещё очень многое сделать. Поэтому Таня написала заявление на работе, взяв три дня в счёт отпуска, и они поехали в агентство по оказанию ритуальных услуг.

Следующие два дня у них были расписаны буквально по минутам. Нужно было решить множество вопросов, касающихся похорон, и Насте совершенно некогда было думать о деталях расследования теперь уже двух связанных между собой убийств. На эти дни Таня переехала к ней, потому что Насте тяжело было оставаться одной в квартире, в которой каждая мелочь напоминала ей об Андрее.

И вот наступила пятница – день похорон. С самого утра Насте сделалось очень грустно, и только поддержка Тани, а также друзей и знакомых, помогла ей пережить горе в этот день.

На кладбище Настя увидела следователя, но была слишком занята церемонией, чтобы думать о ней, и вообще о каких-либо деталях поиска убийцы. После того, как все попрощались с Андреем и его похоронили, Ольга Петровна подошла к Насте и отвела её в сторону.

– Настя, прими мои соболезнования. Мне бы очень хотелось поговорить с тобой, у меня есть для тебя новости о ходе расследования убийства Андрея. Когда мы можем это сделать?

Настя посмотрела на людей вокруг, на могилу, что-то прикинула в уме и сказала:

– Сегодня ещё будут поминки, да и не готова я пока воспринимать информацию. Эти три дня были для меня очень напряжёнными. Но завтра я могу с Вами встретиться, мне очень хочется узнать все подробности.

– Хорошо, тогда я тебя буду ждать завтра в 9 часов утра в Александровском саду у фонтана. Тебе будет удобно в это время?

– Да, удобно, – ответила Настя. – Я приду.

– Прими ещё раз мои соболезнования, – Ольга Петровна обняла её. – Держись. Время лечит все раны. До встречи.

– Спасибо Вам за поддержку, – сказала Настя. – До свидания.

Следователь уехала по своим делам. Все остальные тоже начали потихоньку собираться. После похорон были поминки, и дома Настя и Татьяна оказались только вечером. Они до ночи просидели на кухне, пили чай и вспоминали истории, связанные с Андреем. В основном эти истории рассказывала Таня. Она вспоминала их совместное детство, школьные годы.

Насте уже не было так грустно, как раньше, так как она знала, что Андрей сейчас смотрит на них с неба и улыбается. И он обязательно будет помогать им. Но и она должна помочь ему. Перед тем, как заснуть, Настя поклялась Андрею, что не успокоится, пока его убийца будет безнаказанно гулять на свободе.

Глава 18

Утром Настя и Татьяна позавтракали, и каждая стала собираться по своим делам. Сегодня была суббота, и Таню в музее ждало много работы, ей нужно было провести большое количество экскурсий, так как по выходным поток туристов обычно увеличивался. У Насти тоже было довольно много дел. Но для начала нужно было встретиться со следователем и узнать все детали расследования. Настя была настроена решительно, чтобы довести это дело до конца и поймать убийцу.

На улице Настя и Таня тепло попрощались, обнялись, и разошлись в разные стороны. Таня села в свою машину и поехала в сторону Летнего дворца, а Настя решила пройтись пешком и немного проветриться. До Александровского сада было не так уж и далеко, а до девяти часов, когда они с Ольгой Петровной договорились встретиться, времени было ещё достаточно.

К месту встречи, назначенному у фонтана в Александровском саду, они подошли одновременно. Ольга Петровна ласково улыбнулась Насте. Было заметно, что за те пять дней, которые прошли с момента их встречи в Следственном комитете, отношение к ней следователя заметно изменилось. Теперь она уже не выглядела настороженной, а говорила открыто, с теплотой в голосе.

– Здравствуй, Настя! Как ты сегодня себя чувствуешь?

– Доброе утро, Ольга Петровна. Спасибо, сегодня мне уже лучше. Я отлично выспалась, и теперь полна сил и решимости и готова помочь следствию, – ответила Настя.

– Это хорошо. Давай присядем на скамейку и побеседуем.

Они подошли к ближайшей свободной скамейке, удобно на ней расположились, и Ольга Петровна начала говорить:

– Когда ты уехала в среду утром из дворца, я распорядилась также задержать и Михаила, чтобы он не мог избавиться от возможных улик, если окажется преступником. Затем я отправилась в Следственный комитет, чтобы провести допросы охранников. Решила начать с Бориса, так как подсвечники обнаружили в его вещах. Я задала ему много различных вопросов, но он твердил лишь только, что ему эти подсвечники подкинули, и он не виноват.

– А что Вы думали о надписи Сын за отца? – спросила Настя. – Мне кажется, что эта надпись никак не вяжется с подсвечниками и другими пропавшими ценностями.

– Вполне возможно, что обе надписи кровью на стене были сделаны лишь для того, чтобы запутать следствие. Но всё-таки я спросила Бориса о его отце. Он рассказал, что его отец уже на пенсии и живёт в области. Мы проверили эту информацию, и она подтвердилась.

– А что насчёт отпечатков пальцев или записей камер видеонаблюдения? Что-то удалось найти?

– Отпечатков нигде не обнаружено. Камеры опять зафиксировали какую-то тень, но в этот раз ещё и преследующего эту тень Андрея. К сожалению, в подвале нет камер, поэтому сам момент убийства не виден. Но мы видели на записи, что Борис чуть позднее тоже побежал в подвал. Может быть, он и правда услышал выстрелы, а может и сам стрелял, когда спустился вниз. К сожалению, это выяснить не представляется возможным.

– А пистолет так и не нашли?

– Нет, к сожалению, не нашли. Зато мы выяснили, что охранник Василий и Андрей были оба убиты из одного и того же оружия. Это доказывает, что эти два преступления связаны друг с другом, хотя и без этого было видно, что почерк у них одинаковый.

Следователь немного помолчала, а затем продолжила:

– Закончив допрашивать Бориса, я попросила его увести и привести вместо него Михаила. Тот тоже говорил мне, что ничего не знает о подсвечниках. Он рассказал, что Андрей сначала ходил вместе с ними во время обходов, а затем решил пройтись по залам один, когда уже более или менее освоился во дворце.

– А что насчёт отца Михаила? Вы узнали о нём что-нибудь?

– Он сказал, что вообще не помнит своего отца. Тот ушёл от них, когда Михаил был ещё совсем маленьким. Мы проверили эту информацию, и она подтвердилась. Его отец уехал на север, потом ещё куда-то переехал, и его следы потерялись. Я отправила запросы, но ответа пока не получила. После допросов мы провели обыски в квартирах обоих охранников.

– Ну и как? – заинтересовалась Настя. – Удалось ли что-нибудь найти?

– К сожалению, ничего интересного не нашли. А так как кроме тех двух подсвечников и того факта, что охранники были в момент убийства во дворце, никаких улик, указывающих на их причастность к преступлению, больше не было, то мне пришлось в пятницу утром их отпустить. На всякий случай под подписку о невыезде.

– Как же так? – расстроилась Настя. – И теперь у Вас даже никого нет на подозрении?

– Как раз наоборот, – ответила Ольга Петровна. – Теперь у нас есть главный подозреваемый в совершении обоих убийств.

– И кто же это? – заинтересовалась Настя.

– Завхоз. После убийства Андрея его нигде не могут найти, как будто его и след простыл.

Глава 19

Недалеко от фонтана проходила свадебная процессия, и невеста с женихом решили сфотографироваться с ручными белыми голубями. Они выглядели очень счастливыми, и все вокруг них смеялись и радовались жизни. Только Настя, казалось, и не замечала этого. Она совсем не ожидала услышать того, что сказала ей следователь, и удивлённо спросила:

– То есть, как это не могут найти?

– В тот день, когда был убит Андрей, я хотела допросить и завхоза, так как связывала вместе два этих дела, а в момент первого убийства он находился во дворце. Я хотела выяснить, где он был ночью во время второго убийства. Но мне сказали, что его нет на рабочем месте. Тогда стали звонить завхозу на мобильный телефон, но он был недоступен. Мне это показалось странным, и я стала выяснять, когда именно он покинул дворец накануне вечером. Но его уход нигде не был зафиксирован. Мы пересмотрели записи камер видеонаблюдения, но и там не увидели, как он уходил домой.

Внезапно толпа закричала «Горько», стало очень шумно, и следователь на некоторое время прервала свой рассказ. Когда же крики постепенно стали тише, и свадебная процессия пошла дальше, Ольга Петровна продолжила:

– На самом деле то обстоятельство, что его уход из здания нигде не зафиксирован, пока что ничего не доказывает. Камеры установлены не везде, и он вполне мог уйти через запасной выход. Это лишь говорит нам о том, что в момент убийства он вполне мог находиться во дворце. Тем более его странное исчезновение подкрепляет эти доводы.

– А домой к нему Вы ездили? – спросила Настя.

– Конечно, – ответила следователь. – И даже производили обыск. Только не сразу, а через 2 дня после его исчезновения, то есть вчера. Но никаких улик мы там не обнаружили. И очень похоже, что за эти 2 дня он так ни разу и не появлялся дома. Мне кажется, что он всё-таки испугался, что его раскроют, запаниковал и сбежал. Мы объявили его в розыск. В настоящее время пытаемся найти его контакты и установить, где он может скрываться.

Она замолчала, а Настя задумалась над сказанным. Каким-то всё казалось странным и запутывалось всё сильнее и сильнее.

– Я думаю, что не стоит сбрасывать со счетов родительский след, – произнесла, наконец, Настя. – Нам необходимо что-нибудь выяснить про отца Михаила.

Следователь кивнула:

– Да, мы выясняем, но я постараюсь ускорить процесс, и отправлю ещё один запрос.

– И про отца завхоза тоже нужно узнать, – продолжила Настя.

– А причём здесь отец завхоза? – удивлённо спросила следователь.

– Несмотря на то, что подсвечники нашли у Бориса, я не думаю, что это он преступник, – стала вслух размышлять Настя. – Мне кажется, что у него не хватило бы ума так качественно замести следы. Скорее всего, эти улики ему подкинул настоящий убийца, чтобы отвести подозрение от себя. Я считаю, что главными подозреваемыми являются либо завхоз, либо охранник Михаил. А надписи Месть и Сын за отца сделаны не для отвода глаз и заставляют думать, что эти оба этих убийства совершены из чувства мести.

– Возможно, ты и права, – задумчиво сказала Ольга Петровна. – Хорошо, я отправлю запрос на отца завхоза тоже.

– А можно ещё раз провести обыски у них дома? Я тоже хотела бы поучаствовать.

– Зачем? Что ты хочешь там найти? Мы ведь довольно тщательно обыскали их квартиры.

– Я хочу найти семейные фотографии. Вполне возможно, что именно с их помощью нам удастся за что-нибудь зацепиться.

– Тогда нет смысла проводить повторный обыск у завхоза. Он живёт бедно, в небольшой съёмной квартире, и у него минимум вещей. Ни компьютера, ни даже фотографий мы у него не нашли. А вот у Михаила обыск провести можно. У него есть фотоальбомы, и, возможно, есть фотографии в компьютере. Просто мы их не разглядывали, у нас была задача найти оружие или какие-нибудь ценности из музея, но мы их так и не нашли.

– А когда можно будет провести повторный обыск?

Ольга Петровна что-то прикинула в уме и сказала:

– Поехали прямо сейчас. У Михаила сегодня выходной и он должен быть дома. Только сначала заедем к нам в управление, нужно выписать постановление на обыск. А заодно и захватим с собой следственную группу.

Они встали со скамейки, и пошли в ту сторону, где был припаркован автомобиль Ольги Петровны.

Глава 20

Было решено, что Настя подождёт Ольгу Петровну в машине, пока та выписывает постановление на обыск квартиры Михаила. Ждать пришлось недолго. Уже через 15 минут она вышла из здания Следственного комитета в сопровождении двух мужчин. Ольга Петровна села за руль, а оба мужчины на заднее сиденье.

– Настя, это Юра и Гена, – она указала рукой на мужчин, отъезжая от обочины. – Это они проводили вчера обыск у Михаила.

Настя поздоровалась с ними, и они в ответ тоже её поприветствовали.

– Значит, так, – продолжила следователь, обращаясь к Насте, – живёт он один, мать у него умерла пару лет назад. Отец же, как ты уже знаешь, где-то пропал, и мы пока не знаем, где именно он находится. Квартира у Михаила двухкомнатная, с хорошим ремонтом, в центре города. Этот момент тоже довольно подозрителен. Откуда у него деньги? Такую квартиру не купишь на зарплату охранника.

– И директор тоже явно живёт не по средствам, – согласилась Настя. – Хорошо бы проверить источники доходов самого директора и его племянника Михаила.

– По Михаилу мы сейчас собираем эту информацию, – кивнула Ольга Петровна в ответ. – Что касается директора музея, то у нас пока нет оснований на сбор таких данных. Вот если зацепим что-нибудь у племянника, тогда проверим и Фёдора Игнатьевича.

Затем она повернулась к мужчинам и сказала:

– На этот раз нас интересуют фотографии. Все фотографии, которые найдёте, передавайте Насте, а она будет их просматривать. И, конечно же, обращайте внимание также и на другие возможные улики. Это могут быть финансовые документы, чеки, документы на право собственности и тому подобные вещи.

– Хорошо, Ольга Петровна, – ответил один из мужчин.

– Ну, не мне Вас учить, – добавила она.

Видимо, они приехали по нужному адресу, так как она припарковала автомобиль у обочины. Все четверо вышли из машины и направились в сторону подъезда. Пока поднимались по лестнице на четвёртый этаж, Ольга Петровна сказала одному из мужчин:

– Гена, как только мы войдём в квартиру, пригласи тех же самых соседей, которые были понятыми в прошлый раз. Если их не будет, то тогда зови любых других.

– Хорошо, сделаю, – ответил он.

Подойдя к нужной квартире, следователь нажала на кнопку звонка. Секунд через десять из-за двери послышался робкий голос Михаила:

– Кто там?

– Следователь Гладких Ольга Петровна. Михаил, откройте дверь.

После небольшой паузы послышался звук отпираемого замка, и дверь отворилась. Настя увидела, как изменилось лицо и поведение Михаила с момента их первой встречи в Юсуповском дворце. Теперь выражение его лица было не ехидным, а скорее встревоженным, и даже немного испуганным.

– У нас есть постановление на повторный обыск Вашей квартиры, – продолжила Ольга Петровна, – Юра, проходи вперёд.

Один из мужчин шагнул в квартиру, оттеснив Михаила к стене, а второй позвонил в дверь к соседям. Женщины также вошли в квартиру, вслед за Юрой.

– Но Вы ведь уже здесь обыскивали, – без особой надежды попытался возразить Михаил.

– Возникла следственная необходимость, – веско произнесла Ольга Петровна. – Попрошу Вас пройти в комнату и не мешать.

Они зашли в большую комнату, Михаил сел на диван, остальные остались на ногах, и все стали ждать Геннадия с понятыми. Через минуту они пришли, и обыск начался.

Искали довольно тщательно, пролистывая каждую книгу, просматривая каждую бумагу. Но все старания были напрасными, и целый час обыска никакого результата не дал. Также просмотрели данные на компьютере Михаила, но и там никаких фотографий или документов не нашли. Тогда все перешли в маленькую комнату, и обыск продолжился. Только и здесь ничего, что могло бы их заинтересовать, никак не удавалось найти.

Посмотрев на Ольгу Петровну, Настя поняла, что та намеревается в скором времени закончить обыск. Настя уже пролистала все книги на последней полке. Оставался только небольшой блокнотик, и тогда придётся признать, что здесь их постигла неудача. Но случилось всё в точности до наоборот. Удача вновь перешла на её сторону.

Пролистывая блокнот, Настя увидела Вологодский адрес бабушки Михаила. Звали её Алевтина Ивановна. Краем глаза она заметила, что Михаил внимательно наблюдает за ней, и не подала виду, что обнаружила что-то важное. Она задержалась на этой странице буквально на секунду, запоминая адрес, а затем стала листать дальше. Когда Настя просмотрела весь блокнот, она вновь положила его на полку. Ей показалось, что в тот момент Михаил облегчённо выдохнул.

Остальные уже закончили обыскивать свои сектора, и все наблюдали за Настей. Она посмотрела на Ольгу Петровну, и только лишь пожала плечами. Тогда следователь повернулась к соседям и сказала:

– Понятые, спасибо Вам за помощь. Подпишите бумаги, и можете идти.

Когда понятые ушли, она повернулась к Михаилу и сказала:

– Прошу прощения за беспокойство. Я свяжусь с Вами, когда снова возникнут вопросы.

Они вышли из квартиры, и Михаил закрыл за ними дверь. На улице Ольга Петровна сказала Насте:

– Похоже, что зря мы сюда приехали.

– Нет, не зря, – улыбнулась Настя. – Я нашла в блокноте адрес бабушки Михаила. Она живёт в Вологде. Я сделала вид, что это меня не заинтересовало, чтобы Михаил не понял, что именно мы ищем. Поэтому просто запомнила адрес, и положила блокнот на место.

– И Михаил с матерью тоже жили в Вологде, – задумчиво произнесла Ольга Петровна.

– Я бы хотела завтра съездить туда, в частном порядке. Вдруг мне удастся что-нибудь выяснить. Вы ведь не будете возражать?

Следователь ненадолго задумалась, а потом ответила:

– Хорошо, поезжай. Может, и в самом деле у тебя получится обнаружить какую-нибудь зацепку. Для нас сейчас каждая мелочь важна.

– Вот и я о том же, – сказала Настя.

– Поехали, мы довезём тебя до дома.

И они все вчетвером пошли обратно к машине.

Глава 21

На следующее утро Настя отправилась в Вологду к бабушке Михаила. Она хотела выехать из города до основного потока машин, так как было воскресенье, хорошая погода, и многие жители столицы хотели выбраться на природу. Поэтому она проснулась пораньше, и в 7 часов уже ехала по Кольцевой автодороге. Из города Настя выехала без происшествий, и в скором времени уже ехала по трассе в сторону Вологды, обдумывая свои дальнейшие действия.

До места она должна была добраться приблизительно к 15 часам. Можно было сразу пойти к бабушке Михаила, а можно сначала заселиться в гостиницу, немного отдохнуть с дороги и принять душ. Настя выбрала второй вариант, так как знала, что устанет в пути, а на встречу хотелось прийти со свежей головой и ясными мыслями.

Теперь нужно было подумать, кем ей назваться. Помощником следователя лучше не представляться, так как бабушка Михаила – Алевтина Ивановна – могла попросить показать ей служебное удостоверение. В Юсуповском дворце было проще, потому что сама следователь представила её как свою помощницу. Теперь же она будет действовать инкогнито, и нужно было придумать какой-нибудь план.

К тому времени, когда Настя сделала остановку на полпути, чтобы заправить свой автомобиль и выпить чашку кофе, этот план у неё уже был. Она решила представиться близкой знакомой Михаила и сказать его бабушке, что у Миши во время обыска в раздевалке в сумке нашли золотые подсвечники. Теперь он находится под следствием, и может надолго сесть в тюрьму за кражу музейных ценностей. К тому же обнаружилась пропажа и других экспонатов, и теперь на него повесят всех собак. Ещё она скажет, что абсолютно уверена в том, что Миша ни в чём не виноват, и его просто-напросто подставили. Она очень хочет помочь ему, и поэтому собирает положительные характеристики от Мишиных друзей и родственников. Когда бабушка напишет характеристику от своего имени, Настя попробует что-нибудь разузнать и о его отце.

Эта идея показалась Насте довольно неплохой, и она решила следовать своему плану. Если что, по ходу можно будет придумать какой-нибудь экспромт. Слава богу, на фантазию Настя никогда не жаловалась. Впрочем, если подумать, то она вообще старалась ни на что не жаловаться, ведь тогда это противоречило бы её жизненным принципам.

В Вологду она приехала даже немного раньше запланированного времени, и сразу же отправилась в гостиницу. Она всегда останавливалась в этой гостинице, когда приходилось приезжать сюда по каким-нибудь делам. Приняв душ и освежившись, Настя решила сначала перекусить, а потом уже ехать к бабушке Михаила. Кафе располагалось тут же, в гостинице, причём оно было довольно неплохим и там очень вкусно кормили.

После обеда Настя почувствовала, что она полна сил и энергии. Она вбила адрес в навигатор и поехала по маршруту. Он привёл её на окраину города к дому, который выглядел очень старым. Настя поднялась на нужный этаж и позвонила в квартиру.

Дверь ей открыла довольно милая и добрая на вид старушка. Настя постаралась улыбнуться открытой добродушной улыбкой, и получила в ответ такую же.

– Алевтина Ивановна, здравствуйте, меня зовут Настя. Я близкая подруга вашего внука Миши. Мы можем с Вами поговорить?

Выражение лица у неё сразу же изменилось, стало обеспокоенным, и она спросила:

– Миши? С ним что-то случилось?

– И да, и нет. Можно мне пройти? Я Вам сейчас всё расскажу, – ответила Настя.

– Конечно, – бабушка Михаила полностью открыла дверь. – Проходите на кухню. Можете не разуваться.

– Настя прошла на кухню, а следом за ней прошла и Алевтина Ивановна. Она налила в кружки чай, положила в блюдца вишнёвое варенье, и тоже села за стол.

– Так что же случилось? – с тревогой в голосе спросила она Настю.

– Вашего внука подозревают в краже. К сожалению, в его в личных вещах во время обыска в музее нашли золотые подсвечники, и теперь хотят посадить в тюрьму. Плюсом ко всему ему хотят приписать также и кражу других музейных экспонатов, которые тоже пропали. Но я работаю вместе с Мишей, давно его знаю и точно уверена, что он ни в чём не виноват. Кто-то явно хочет подставить его, чтобы отвести подозрение от себя. И теперь мы с друзьями собираем на него положительные характеристики. Это должно перевесить чашу весов в его пользу. И Ваше участие в этом деле здорово бы выручило Мишу. Скажите, Алевтина Ивановна, Вы напишете на него характеристику?

– Конечно, напишу, – вскочила Алевтина Ивановна с взволнованным видом.

Она подошла к шкафу и достала из верхнего ящика ручку и лист бумаги. Вернувшись за стол, она спросила:

– А что нужно написать?

– Я Вам помогу, – ответила Настя, и начала диктовать заранее подготовленный текст.

Через 10 минут характеристика была полностью готова. Настя перечитала её, аккуратно свернула и положила к себе в сумочку.

– Вот и отлично. Скажите, а как мне найти его отца? Нам бы очень пригодилась характеристика и от него тоже.

– Ой, что Вы, – взмахнула рукой Алевтина Ивановна, а затем тяжело вздохнула. – Уже много лет от моего сына нет ни слуху, ни духу.

– А что с ним случилось?

– Пропал. Раньше он был хорошим, добрым мальчиком. Лёша с братом Фёдором были очень дружны.

Настя подумала, что Лёша – это отец Михаила, а брат Фёдор – это Фёдор Игнатьевич, его дядя и директор музея. Алевтина Ивановна между тем продолжала:

– А потом он женился, и его как будто подменили. Он стал каким-то дёрганным, нервным, часто огрызался на окружающих. Они ведь вместе с женой сразу же после свадьбы переехали на съёмную квартиру и стали жить отдельно. Жена постоянно устраивала дома скандалы, пилила Фёдора за любую мелочь. И она не успокоилась даже после рождения Миши. А когда ребёнку исполнился год, Лёша уехал на заработки куда-то на север. Поначалу он писал письма, присылал деньги. А в своём последнем письме он написал, что нашёл другую женщину, да так и пропал. Мне его жена потом показала эти письма. Она стала растить Мишу одна, жили они в бедности, и я им немного помогала. Алименты на ребёнка он совсем не присылал, и даже судебные приставы его не смогли найти. Мать Миши долго болела, и пару лет назад умерла. А Миша после её смерти переехал в Санкт-Петербург, к Фёдору. Это мой второй сын, он директор музея. Он устроил Мишу к себе на работу охранником, а также помог решить вопрос с жильём.

– Да, я знаю это. Я уже взяла у Фёдора Игнатьевича характеристику на племянника, – ответила Настя. – Скажите, а у Вас есть фотография вашего сына Алексея?

– Конечно, – кивнула Алевтина Ивановна.

Она ушла в комнату и принесла фотоальбом. Достав из него фотографию, она протянула её Насте.

– На этой фотографии Федя и Лёша в молодости.

– Директора музея она быстро узнала, хоть и с трудом. На фотографии он был стройным, подтянутым, а сейчас же он прилично поправился. Второго человека на фото она никогда раньше не видела.

– Можно мне взять эту фотографию с собой? – спросила Настя.

– Конечно, возьмите. У меня есть ещё одна точно такая же.

– Спасибо Вам, Алевтина Ивановна. Я постараюсь помочь Мише, – Настя встала и пошла к выходу. – Спасибо за чай и варенье. До свидания.

– До свидания, – ответила ей Алевтина Ивановна.

Настя поехала обратно к гостинице, поставила машину на стоянку, и решила немного прогуляться. Затем она поужинала в кафе, вернулась к себе в номер и стала готовиться ко сну. Рано утром она поедет обратно, так как здесь ей больше делать нечего. Всё, что можно было, Настя уже узнала. Похоже, что она зря сюда приехала.

Ночью Настя очень долго не могла уснуть, какая-то мысль засела у неё в голове и не давала покоя. Наконец, она заснула, но долго поспать ей так и не удалось. Она проснулась около 3 часов ночи, поражённая внезапной догадкой.

Настя быстро встала с постели, включила настольную лампу и села за стол. Достав из сумочки фотографию и карандаш, она стала рисовать отцу Михаила усы и бороду. Когда она дорисовала их, то так и застыла в изумлении.

С фотографии на неё смотрел исчезнувший из Юсуповского дворца завхоз.

Глава 22

Настя решила не дожидаться утра, и уже через час выехала из Вологды по направлению к Санкт-Петербургу. Сначала она хотела позвонить следователю сразу же, как только узнала на фотографии завхоза, но потом решила, что нет смысла будить Ольгу Петровну сейчас, можно будет позвонить ей и попозже. До города Питера она планировала добраться примерно часам к одиннадцати.

Сон ещё пытался перебороть Настю и взять своё, но она старалась отогнать его прочь. В её голове выстраивалась цепь событий, и ей было над чем хорошенько подумать. Директор не мог не узнать родного брата, когда принимал его на работу. Но тогда почему он называл его не Алексей, как звала его мать, а Матвей Иванович. Если завхоз скрывает своё настоящее имя, значит он и сам скрывается. А Фёдор Игнатьевич покрывает своего брата. Возможно, что его брат скрывается от судебных приставов из-за накопившегося долга по алиментам. Но нельзя исключать и того, что он может оказаться убийцей. Его странное исчезновение только подтверждает это предположение. И знает ли Михаил, что завхоз и его отец – это одно и то же лицо? Ведь тот ушёл из семьи, когда Миша был ещё маленьким ребёнком.

В 8 часов утра Настя заехала на заправку, залила полный бак и заодно позавтракала. После этого она решила позвонить следователю. Та взяла трубку довольно быстро.

– Ольга Петровна, доброе утро!

– Доброе утро, Настя! Как твоя поездка, удалось ли что-нибудь выяснить?

– Удалось, и причём очень важную деталь. Оказалось, что завхоз – это и брат директора, и одновременно пропавший отец Михаила!

– Вот это новость! – Ольга Петровна даже присвистнула. – А как тебе это удалось выяснить?

– Всё расскажу, как только приеду. Я уже возвращаюсь, и часа через 3 буду в городе. Где мы с Вами сможем встретиться? Нам нужно продумать дальнейший план действий.

– Приезжай ко мне в Следственный комитет, я тебя буду ждать. А пока постараюсь узнать, откуда у завхоза паспорт на чужое имя.

Когда разговор закончился, Настя поехала дальше. Остаток пути прошёл для неё без происшествий, только на въезде в город образовалась большая пробка. Из-за этого к Следственному комитету Настя приехала только к 12 часам. Припарковавшись у обочины, она набрала номер следователя.

– Ольга Петровна, прошу прощения, что приехала несколько позднее, чем обещала. Вы мне закажете пропуск?

– Подожди меня внизу, я сейчас спущусь к тебе. Война войной, а обед по расписанию.

Через несколько минут она вышла на улицу.

– Нормально доехала? – поинтересовалась она у Насти.

– Да, всё в порядке.

– Тогда пошли в кафе, там и поговорим.

Пока готовили их заказ, Настя рассказала следователю всё, что случилось во время её поездки в Вологду. Потом она достала фото и положила на стол перед Ольгой Петровной.

– Да, это точно он, – сказала та после небольшой паузы, а потом увидела официанта, который нёс их заказ. – Давай сначала пообедаем, а потом уже продолжим разговор.

Ели они в тишине, не отвлекаясь от своих тарелок, так как обе были голодные. Когда весь обед был съеден, а им принесли кофе и пирожные, Ольга Петровна продолжила:

– Паспорт у него настоящий. Не знаю, как он его получил, но похоже на то, что паспортист был в ними в сговоре. С этим вопросом мы ещё будем разбираться. Также мы выяснили, что квартира, в которой проживает Михаил, ему не принадлежит. Он её снимает уже целый год. До этого он жил в другой квартире, однокомнатной, далеко от центра города.

Настя ненадолго задумалась, и через минуту сказала:

– Пускай так. Но снимать такую квартиру в самом центре очень дорого. Его зарплаты на это не хватит. А ведь ещё нужно что-то кушать, покупать одежду.

– Да, ты права. Но пока ни у него, ни у директора никаких других источников дохода не выявлено. Скорее всего, доходы у них есть, но они неофициальные. И мы должны придумать, как сделать так, чтобы их доходы всплыли на поверхность. Вполне возможно, что это их семья причастна к похищению некоторых экспонатов из музея, и они же подкинули другому охраннику подсвечники. Но только вот доказательств у нас пока нет. Сейчас Михаила и Бориса на время отправили в отпуск за свой счёт, они ведь оба находятся под подпиской о невыезде.

– А завхоза так и не нашли?

– Нет. Пока никаких следов не обнаружено. Но мы ищем, ведь он является главным подозреваемым в убийствах.

– По дороге сюда я долго думала над тем, как нам вывести директора с племянником на чистую воду, – сказала Настя, – И всё-таки придумала.

– И как же? – заинтересовалась следователь.

– Сейчас мы берём с собой людей, например, Гену и Юру, которые проводили обыск у Михаила. Затем мы все вместе едем к Юсуповскому дворцу. Вы прячетесь так, чтобы были видны вход и машина директора, и ждёте. Я же иду к нему и начинаю вести с ним беседу. Намекну о том, что всё знаю про его брата. Спрошу, где они его прячут. Ну и поинтересуюсь, откуда у него деньги на дорогие часы и другие вещи, а у племянника на аренду жилья в центре города.

– Так ведь он тебе ничего не скажет, – засомневалась Ольга Петровна.

– Да, не скажет. Но я посмотрю на его выражение лица, поведение. Затем я уйду. Если он виноват, то он обязательно должен будет себя проявить. Мы будем ждать на улице, а когда он куда-нибудь поедет, то проследим за ним. Вполне возможно, что он приведёт нас к своему брату.

Ольга Петровна подумала, а потом взяла телефон и набрала номер.

– Гена, ждите меня вместе с Юрой внизу через двадцать минут, поедем к Юсуповскому дворцу.

Затем она посмотрела на Настю, и сказала:

– Ну что же, вполне возможно, что твой план может сработать. Так мы и поступим.

Они расплатились по счёту, встали и направились к выходу.

Глава 23

В скором времени к Юсуповскому дворцу подъехало два автомобиля. На одном из них приехали Юрий и Геннадий и припарковались недалеко от машины директора. Один из них остался дожидаться директора в автомобиле, а второй отправился контролировать запасной выход на случай, если тот решит сбежать.

Настя и Ольга Петровна приехали на другой машине. Они расположились так, чтобы был виден центральный вход.

– Пожелайте мне удачи, – сказала Настя. – Я пошла.

– Удачи, – сказала ей следователь. – Постарайся не лезть на рожон, и не раскрывай сразу все карты. Заставь его понервничать от непонимания того, что именно тебе известно. Пусть проявит себя как-нибудь.

– Хорошо, я постараюсь, – ответила Настя.

Она вышла из машины и направилась в сторону дворца.

У центрального входа она увидела уборщика Сашу. Настя обратила внимание на то, что у него опять красные глаза. Подойдя ближе, она сказала:

– Саша, привет!

– Здравствуйте, – робко ответил тот и смущённо улыбнулся.

– Как твои глаза? Опять болят?

– Немного слезятся, но скоро всё пройдёт, – вздохнул он. – Нужно просто немного подышать свежим воздухом.

– Не забудь, что в пятницу ты идёшь к врачу, – напомнила ему Настя о том, что записала его на приём к своему знакомому окулисту.

– Я помню, я уже взял отгул на этот день, и обязательно приду.

– Глаза очень важны. Заботься о них, – сказала Настя, подходя к двери. – Ну, пока.

– До свидания, – ответил Саша.

Настя открыла дверь и вошла внутрь.

В вестибюле она заметила экскурсовода Светлану Юрьевну. Та, увидев Настю, подошла к ней.

– Здравствуйте, Анастасия. Хорошо, что Вы пришли. Я хотела Вам сказать, что мне искренне жаль, что с Вашим женихом произошло это несчастье. Примите мои соболезнования.

– Спасибо, – ответила Настя. – Светлана Юрьевна, Вы не могли бы проводить меня к директору, мне нужно с ним поговорить. Он на месте сейчас?

– Да, на месте. Я видела, как он недавно с обеда вернулся. Конечно, я Вас провожу, идите за мной.

Они пошли в сторону лестницы, и Светлана Юрьевна стала рассказывать Насте про охранников.

– У нас сейчас нет полностью одной смены охраны. Василия убили, а Миша и Борис временно не работают. Другим сменам приходится пока что подменять их. Насколько я знаю, Мишу и Бориса задерживали на два дня. Так вот, когда в пятницу их отпустили, они оба пришли сюда. Видимо, им сказали в отделе кадров, что, пока они находятся под подпиской о невыезде, работать не будут, и поэтому должны либо уволиться, либо уйти в отпуск за свой счёт.

Экскурсовод остановилась, посмотрела на Настю и продолжила:

– И представляете, что было дальше? Когда Борис уходил из дворца, то выглядел очень злым. А когда увидел меня, то подошёл и с угрозой в голосе сказал, что я сую нос туда, куда не следует.

Она от возмущения всплеснула руками.

– А ещё он сказал, что я слишком много болтаю, и когда-нибудь мой длинный язык обязательно укоротят. Неужели это из-за того, что я Вам рассказала про исчезнувшие музейные ценности?

– Нет, Борис про Вас не мог никак узнать, только если подслушал наш разговор на лестнице, – задумчиво ответила Настя. – А что было потом?

– Ничего, просто ушёл, и всё.

– А Михаил был вместе с ним?

– Нет, он уходил чуть позднее, минут через 5 после Бориса.

– Он тоже был злой? – спросила Настя.

– Как раз наоборот, он был весёлый, и даже насвистывал какую-то мелодию, – ответила Светлана Юрьевна. – Я ещё подумала, что это как-то необычно для него, тем более в такой ситуации. Человека вроде бы отправили в неоплачиваемый отпуск, а он этому радуется. Как будто ему деньги совсем не нужны.

– Понятно. Спасибо, Светлана Юрьевна, что рассказали мне всё это. И не бойтесь Бориса, он Вам ничего плохого не сделает.

Они как раз подошли к кабинету директора.

– Ой, ну что Вы, – улыбнулась она Насте. – Я его и не боюсь. Мало ли кто что может говорить.

– Вот и правильно. И спасибо за то, что проводили меня. До свидания, Светлана Юрьевна.

– Я была очень рада поговорить с Вами, Анастасия. До свидания.

Она развернулась и пошла к лестнице, а Настя постучалась в дверь.

Глава 24

Когда Настя вошла в кабинет, Фёдор Игнатьевич сидел за столом. Увидев её, он поспешно вскочил с кресла и пошёл к ней навстречу.

– Здравствуйте, Фёдор Игнатьевич. Я опять к Вам. Можем мы поговорить?

– О чём разговор? Здравствуйте, Анастасия. Конечно, можем, – он придвинул ей стул. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Настя села, а директор обошёл стол и вернулся на своё место.

– Может быть, хотите чай или кофе? – спросил он.

– Нет, спасибо большое, – ответила Настя. – Я только что пообедала.

– Да, я тоже. Так о чём Вы хотели со мной поговорить?

– Я хотела спросить, планируете ли Вы брать на работу новых охранников на то время, пока будут отсутствовать Михаил и Борис?

– Это всё, что Вы хотели узнать? – удивился Фёдор Игнатьевич. – Нет, пока не планирую. Я очень надеюсь, что скоро Вы разгадаете эту тайну, найдёте убийцу, и тогда Миша с Борисом смогут вновь выйти на работу.

– А Вы не допускаете мысли, что кто-то из них и есть настоящий убийца? – она пристально посмотрела на него, ожидая, какая у него будет реакция на её вопрос.

– Нет, что Вы, – удивился он. – Они не могли убить человека. По крайней мере, Миша точно не мог. Он хороший человек, честный. Да и Борис не похож на убийцу.

– Хороший? Ну что же, поверю Вам на слово, – сказала ему Настя и сменила тему. – А Вы случайно не знаете, где Михаил берёт деньги на аренду квартиры? Ведь зарплаты охранника на такую квартиру точно не хватит.

Директор немного помолчал, обдумывая её вопрос, а потом ответил:

– Ну, я ему немного помогаю. Всё-таки это мой родной племянник, и я должен помочь ему, тем более, после смерти матери он остался один. Кто ему ещё поможет?

– Так ведь с того момента уже два года прошло. И Вам не кажется, что у Вашего племянника слишком большие аппетиты. Можно было и скромнее квартиру найти.

Директор ничего на это не ответил, и Настя, немного подумав, спросила:

– Значит, Вам самому денег на всё хватает, раз Вы ему помогаете?

– Хватает, потому что я особо не трачу, пытаюсь экономить, где это только возможно.

– Да, оно и видно, – улыбнулась Настя, показывая на дорогие часы у него на руке.

Он поспешно спрятал их под рубашку, и ответил:

– Да это всего-навсего китайская подделка. Такие часы можно купить на любом рынке, они почти ничего не стоят.

Настя мысленно усмехнулась. Интересно, кого он пытается обмануть? Её, специалиста по ценным вещам? Да она подделку за версту чует. Вслух же она произнесла:

– Ну, хорошо. Допустим, что охранники не могли совершить эти убийства. Тогда кто мог?

– Ну не знаю. А что, если это на самом деле призрак Распутина?

– Я не верю в призраков, – ответила Настя, и решила брать быка за рога. – А завхоз мог убить?

На этот вопрос он ответил, пожалуй, чересчур поспешно:

– Нет, не думаю. Насколько я успел его узнать, он человек вполне порядочный.

– И тут я поверю Вам на слово, – улыбнулась Настя. – Кому, как не Вам, знать характер своего родного брата?

Фёдор Игнатьевич вздрогнул, как от удара током, и испуганно посмотрел на Настю. Она же решила усилить натиск, и продолжила:

– Кстати, а Вы не знаете, куда он подевался после второго убийства? Не видели его, случайно, с того времени?

Он ещё не мог прийти в себя от неожиданности, поэтому ничего не ответил. А Настя задала следующий вопрос:

– Вы ведь знали, что у него поддельные документы? И всё-таки по этим фальшивкам приняли своего брата на работу. А может, это Вы сами сделали ему документы? Думали, что никто об этом не узнает?

Фёдор Игнатьевич тряхнул головой, вздохнул, и произнёс:

– Не знаю, как Вам удалось выяснить, что это мой брат. Но раз Вы это знаете, то я всё расскажу. Мой брат Алексей уехал на север, когда Мише только-только исполнился год. Он хотел заработать денег, да и постоянные нападки со стороны жены ему уже порядком надоели. Через некоторое время он написал, что встретил и полюбил другую женщину, и будет жить с ней. Он даже выслал немного денег домой, а потом куда-то пропал. Жена сначала пыталась сама его найти, а потом потребовала выплаты алиментов через суд. Суд удовлетворил её иск, и долг моего брата начал расти, как снежный ком. Но сейчас он скрывается не от этого.

Директор ненадолго замолчал, будто вытаскивая что-то из своей памяти. Потом кивнул чему-то, и продолжил:

– Так вот, он появился на пороге моего дома приблизительно год тому назад. Он был весь грязный, худой, в оборванной одежде. Я просто не мог не помочь ему. Брат рассказал мне, что много лет назад перешёл дорогу одному очень влиятельному человеку. Причём так перешёл, что бандиты его ищут до сих пор. Я решил воспользоваться своим высоким положением и помочь ему. Сделал паспорт на чужое имя и устроил его к себе в музей на работу на должность завхоза. Мише мы всё рассказали, он понял отца и простил. У них теперь хорошие отношения.

– Где же сейчас Ваш брат? – спросила Настя.

– Я сам ума не приложу, – развёл руками Фёдор Игнатьевич.

– Значит, Вы не думаете, что он мог пойти на убийство?

– Конечно же, нет! Мой брат не мог никого убить. А может быть, это всё-таки Борис убийца? Ведь подсвечники нашли в его вещах.

Настя мысленно усмехнулась. Только совсем недавно директор говорил ей, что Борис не мог убить, и вот теперь прикрывает своего брата и говорит обратное. Но пора было уже заканчивать этот разговор.

– Вполне возможно, – Настя начала подниматься со стула, и жестом остановила Фёдора Игнатьевича, когда увидела, что он тоже хочет подняться. – Ну что же, будем искать настоящего убийцу. И обязательно найдём, Вы можете быть уверены. Не провожайте меня.

Настя направилась к выходу. Но перед тем, как выйти за дверь, она обернулась и успела заметить, что директор как-то странно смотрит на неё.

Глава 25

РАЗГОВОР С ОТЦОМ (часть вторая).

Отец, ты был единственным спасением для России. Только ты был способен направить на путь истинный недальновидных чиновников, направив предварительно на этот путь Царя. Ты точно знал, как защитить свою страну от различных бед и напастей.

В тебе жила великая сила, способная творить чудеса. И многие люди видели это, верили тебе и следовали предначертанному тобой Пути. Громкое имя Григорий Распутин знали во всём мире. Но нашлись и те, кто не понял тебя, а может просто не захотел понять. Ты мог сделать Россию самой великой державой в мире, а вместо этого завистники, трусы и предатели застрелили тебя, а потом утопили, и, в конце концов, сожгли твоё тело, разбросав твой прах по ветру.

Они убили не только тебя, отец, они убили и всю Россию, отправив её в пучину революционного ада. Неужели они думали, что это преступление сойдёт им с рук? Да их руки по локоть в крови, так как следом за тобой они утопили в ней и всю страну вместе с её многострадальным народом. Им не уйти от наказания, пока жив твой сын.

Их было всего пятеро. Пять предателей, продавших душу дьяволу. Но ты можешь быть уверен во мне, отец. Я отомщу за тебя и освобожу твой запертый во дворце дух. Двоих заговорщиков уже нет в живых, и я чувствую, что тебе стало гораздо легче дышать. Больше нет твоих убийц – князя Юсупова и депутата Пуришкевича.

Осталось всего трое, и ты будешь свободен. Их имена навечно отпечатались в моём сознании, и даже после их смерти я буду постоянно думать о них. Доктор Лазоверт, который принёс яд во дворец. Великий князь Дмитрий Павлович Романов, без высокого покровительства которого, вполне возможно, и не случилось бы этой беды. Поручик Сухотин – пятый участник этого преступления. Я уже знаю, кто будет третьим в списке моей мести. Преступники будут наказаны, каждый по степени своей вины.

Но ты должен знать одну вещь, отец. На моём пути возникла неожиданная проблема в виде одной любопытной женщины по имени Анастасия. Эта женщина возомнила себя великим сыщиком, и суёт свой нос туда, куда не следует. Всё шло хорошо, пока она не появилась во дворце через пару недель после того, как я отомстил Юсупову. Я наблюдаю за ней со стороны и вижу, что она очень способная. Вполне вероятно, что она сможет помешать нашим с тобой планам, хоть я и делаю всё возможное, чтобы этого не произошло. Сама по себе она неплохой человек, я это чувствую. Но наша цель превыше всего. И если она продолжит наступать мне на пятки, то мне придётся от неё избавиться.

Ты был хитёр и безжалостен со своими врагами, отец мой, и я стал таким же. Возможно, я придумаю для неё лёгкую смерть, чтобы она не мучилась. А может быть, сделаю подарок, и покажу ей перед смертью такие мучения, что она навечно запомнит, как прекрасна была земная её жизнь. Ты будешь гордиться своим сыном, отец!

Глава 26

1916 ГОД (часть вторая) ЗАГОВОР.

Телефон депутата Пуришкевича сегодня не замолкал ни на минуту. Настал его звёздный час и он, по его собственному выражению, «пил славу». Каждый хотел выразить ему своё восхищение произнесённой им вчера речью. А речь действительно была необычной.

Вчерашний день, 19 ноября 1916 года, навсегда войдёт в историю как день, когда на заседаниях государственной думы впервые заговорили о таком явлении, как распутинщина. И сделал это именно он, прославившийся своими скандальными выходками депутат Пуришкевич. У него была такая дурная слава, что, если какого-нибудь человека благородного сословия сравнивали с этим депутатом, этот человек имел полное право вызвать своего обидчика на дуэль.

Но в своей последней речи Пуришкевич выразил мысли большинства присутствующих. Он открыто обвинил сановников в предательстве национальных интересов. Назвал по именам тех людей, которые в тяжёлые военные годы грели руки на военных поставках и грабили казну, обличил представителей самых высших кругов в шпионаже. Страстная речь Пуришкевича вызвала особый отклик, прежде всего потому, что он впервые за всё время с начала войны назвал имя главного вдохновителя «темных сил», как многие были уверены, – Григория Ефимовича Распутина. Выступление Пуришкевича вызвало бурю аплодисментов и отовсюду раздавались крики «браво».

И вот сегодня целый день звонил телефон. Особенно Пуришкевичу запомнился звонок молодого князя Феликса Юсупова. Он сказал, что речь о Распутине его очень заинтересовала, и он хотел бы подробнее обсудить её с депутатом, но это не телефонный разговор. Князь Юсупов попросил о личной встрече, и получил приглашение.

На следующее утро Пуришкевич увидел Юсупова на пороге своего дома. Как он в дальнейшем писал в своём дневнике, это был человек в форме, и очевидно, что человек большой воли и характера: качества, мало присущие людям, в особенности из аристократической среды. Во внешности его проглядывались изящество и порода, и, главным образом, духовная выдержка.

– Если Вы думаете, что Ваша речь произведёт какое-то нужное впечатление на людей, то Вы ошибаетесь, – сказал Пуришкевичу князь Юсупов, когда они устроились в кабинете. – Эффект будет обратным, положение Распутина упрочится. Вспомните хотя бы судьбу всех тех влиятельных людей, которые посмели что-то сказать против Распутина. Они исчезали, а Распутин оставался. И всё это благодаря его безраздельному влиянию на Александру Фёдоровну, фактически управляющую государством, пока государь занят в ставке военными операциями.

– И что же, по-вашему, нужно делать? Какие у Вас мысли на этот счёт? – спросил Пуришкевич Юсупова.

Князь загадочно улыбнулся и, пристально посмотрев на депутата, сказал:

– Устранить Распутина.

Пуришкевич ненадолго задумался. Он знал, что в глубине души он и сам думал об этом, и не раз. Это был, пожалуй, единственный выход из создавшегося положения. Нельзя было упускать такую возможность, поэтому он ответил:

– Я в деле. Вы можете рассчитывать на меня.

Князь Юсупов удовлетворённо кивнул, и в последующие два часа они живо обсуждали детали зарождающегося заговора, впоследствии перевернувшего всю мировую историю.

Перед тем, как Феликс Юсупов покинул дом депутата, он пригласил его на следующий день приехать к нему во дворец, чтобы князь мог познакомить его с остальными заговорщиками и всем вместе обсудить план дальнейших действий.

Когда Пуришкевич приехал во дворец, то, помимо Феликса Юсупова, увидел у него в кабинете ещё двух мужчин. Первого Пуришкевич узнал, это был Великий князь Дмитрий Павлович Романов – двоюродный брат императора Николая II. Другого мужчину представили как поручика Сухотина – боевого товарища Великого князя, воевавшего вместе с ним на фронте.

Но и Пуришкевич был не один. С ним приехал врач по фамилии Лазоверт, служивший на санитарном поезде, начальником которого был депутат Пуришкевич. Лазоверта посвятили в заговор и отвели в этом заговоре главную роль. Он должен был убить Распутина, а именно – отравить его. Для этой цели он должен был принести с собой яд, подмешать его в вино и насыпать в пирожные. Таким был состав группы заговорщиков, состоявшей из пяти человек.

Распутин должен был клюнуть на приманку, и этой приманкой станет жена Феликса, Ирина Юсупова – племянница Николая II. Распутин давно мечтает познакомиться с ней, и князь скажет ему, что и она желает этой встречи. Но встречу нужно будет организовать ночью. На это для Распутина тоже придумали объяснение: Вся родня Юсуповых против Распутина, поэтому встреча будет тайной.

Из кабинета Феликса Юсупова вниз вела потайная лестница. На этой лестнице была дверь, которая выходила на улицу, а если спуститься ниже, то можно было попасть в подвал. Именно в этом подвале и планировали отравить Распутина, предварительно переоборудовав его в столовую. А завести его во дворец хотели через эту самую дверь, чтобы никто не увидел, как он придёт. Всё должно было пройти тихо, без применения оружия. После совершения убийства заговорщики планировали так же тихо избавиться от тела Распутина. Но не всегда получается так, как планировалось изначально. И в этом предстояло убедиться всем пятерым участникам группы в самом ближайшем будущем.

В это же самое время в доме графини Воронцовой царила мрачная атмосфера. В прошлом самую красивую девушку Петербурга было не узнать – под глазами появились чёрные круги, лицо осунулось, да и сама она вот уже две недели практически не вставала с постели. Беременность Марии Дмитриевны, а прошло уже восемь месяцев, проходила очень тяжело. Она мало ела, так как от запаха пищи её сразу начинало тошнить, и у неё часто кружилась голова. Из-за этого она сильно похудела и ослабла.

Уже в который раз она намеревалась отправить своего слугу Панкрата к Григорию Ефимовичу Распутину, чтобы тот пригласил его сюда, объяснив, что графине совсем худо, и она ждёт от него поддержки. А если Распутин откажется идти, то слуга должен будет рассказать ему, что у Распутина через месяц будет сын, и тогда он обязательно согласится прийти. В том, что будет сын, Мария Дмитриевна не сомневалась все восемь месяцев беременности.

Вот и сегодня она попросила Панкрата сходить за Распутиным, а когда он был уже в дверях, опять передумала.

– Успеем ещё рассказать, – сказала она слуге. – Подождём немного, время ещё есть.

Глава 27

После того, как Настя встретилась с директором музея, она вернулась к следователю и пересказала ей весь разговор.

– Как думаешь, проявит себя как-нибудь Фёдор Игнатьевич или нет? – спросила Настю Ольга Петровна.

– Обязательно проявит, – ответила Настя. – То, что мы узнали правду о его брате, стало для него полной неожиданностью. И его взгляд, когда я уходила, говорил о каком-то важном мыслительном процессе. Я уверена, что он где-то скрывает своего брата, и рано или поздно должен будет всё равно к нему поехать. Но, мне кажется, что после нашего с ним разговора он поедет туда именно сегодня.

– Хорошо, тогда будем ждать, – сказала Ольга Петровна.

Ждать, однако, пришлось совсем недолго. Уже через десять минут следователю позвонил Геннадий, наблюдательный пункт которого находился недалеко от запасного выхода. Он сообщил, что директор поспешно вышел из дворца и направляется к своей машине.

– Ну, вот он и проявил себя, – хищно улыбнулась Ольга Петровна и потёрла руки.

– Нельзя, чтобы он заметил нас, – сказала ей Настя.

– Юра с Геной своё дело знают, да и мне не впервой участвовать в скрытном преследовании. Нужно следовать за его машиной по очереди: сначала мы впереди, потом Юра с Геной, и потом опять мы. Будем менять друг друга, и ехать за ним на некотором расстоянии, чтобы он не мог нас заметить, – ответила Ольга Петровна. – А вот, кстати, и он сам.

Настя посмотрела на проезжающий мимо автомобиль, на который показала следователь. Пропустив вперёд другую машину преследования, они устроились в хвосте колонны.

Долго ехать не пришлось. Через несколько минут автомобиль директора завернул на стоянку продуктового магазина и припарковался. Сам Фёдор Игнатьевич вышел из машины и зашёл в магазин. Геннадий тоже вышел и направился следом за директором музея. Юрий же остался ждать в машине. Настя со следователем встали чуть подальше, чтобы их нельзя было заметить, и стали ждать.

Через двадцать минут директор вышел из магазина с двумя большими пакетами, которые убрал в багажник, а сам сел за руль. Геннадий вышел следом и сел в свой автомобиль.

– Неплохо он отоварился, – сказала Ольга Петровна Насте, когда они выезжали со стоянки. – Если всё это одному завхозу, то недели на 2 ему точно хватит.

Больше она ничего не говорила, полностью погружённая в слежку. Несколько раз их машина менялась с другой машиной местами, чтобы не примелькаться. Настя по достоинству оценила слаженность работы их команды, которая действовала очень профессионально.

Между тем, автомобиль директора направлялся в сторону выезда из города. Когда они выехали на трассу, следить за машиной директора стало проще. Ехал он спокойно, правил не нарушал, и у Насти появилась возможность поговорить со следователем.

– Ольга Петровна, мне всё не дают покоя угрозы охранника Бориса в адрес Светланы Юрьевны, экскурсовода. Похоже, что он тоже каким-то образом причастен к этому делу. Но мне не понятно, как именно он связан с завхозом и что их объединяет.

– Да, мне тоже пока это не ясно, – ответила следователь Насте. – Но, всё равно я считаю завхоза главным подозреваемым, как бы странно не вёл себя охранник. Я надеюсь, что директор выведет нас на своего брата, и тогда всё прояснится. История, конечно, запутанная, но мы обязательно распутаем этот клубок. Такая уж у нас работа.

– Будем надеяться, – сказала Настя и хотела ещё что-то добавить, но вместо этого добавила: – Смотрите, они сворачивают с дороги.

Машина директора свернула с трассы в сторону дачного посёлка, который виднелся вдали. Геннадий и Юрий, немного отстав от неё, поехали следом. Ольга Петровна же остановилась и сказала:

– Немного подождём. Сразу две незнакомые машины в хвосте посреди поля могут привлечь его внимание.

Через несколько минут они продолжили свой путь по направлению к посёлку. На въезде их уже встречал Юрий. Он подошёл к машине со стороны водительской двери и сказал Ольге Петровне:

– Объект припарковал свой автомобиль сразу за поворотом около забора и вошёл в дом, открыв дверь ключом. Дома явно кто-то есть, потому что рядом топится баня, из трубы дым идёт. Гена остался в машине, а я пришёл Вас предупредить. Лучше поставьте машину вон в те кусты и ждите нашего звонка.

– Хорошо, – согласилась с ним Ольга Петровна. – Если завхоз и есть настоящий убийца, и он находится сейчас в доме, то идти внутрь в открытую очень опасно. Он сейчас, как загнанный зверь – может напасть и выстрелить без предупреждения. Лучше подождать, когда директор поедет обратно, и тогда уже задержать и расколоть его.

Немного подумав, она сказала своему сотруднику:

– Юра, тогда сейчас возвращайся обратно к Гене, и, как только директор выйдет из дома, сразу же звоните нам. Мы потихоньку поедем по полю, и встанем на середине дороги, изобразив поломку. Когда машина Фёдора Игнатьевича тоже остановится, подпирайте его сзади своей машиной и производите захват.

– Хорошо, я передам это Гене, – ответил Юра и ушёл.

Ольга Петровна включила заднюю передачу, посмотрела назад и загнала машину в кусты так, чтобы с дороги её было не видно.

Глава 28

– Ольга Петровна, а как Вы решили стать следователем? – спросила Настя. Они уже 2 часа сидели в машине, и это им обеим порядком наскучило.

– Помнишь, в то утро, когда убили твоего жениха, я сказала тебе, что прошла через то же самое?

– Да, что-то такое припоминаю, но смутно, – ответила Настя Ольге Петровне. – Я была тогда, как в тумане.

– Так вот, это была моя первая любовь, которая случилась со мной, когда я училась в 11 классе. Он пришёл к нам в класс из другой школы, и мы с первого взгляда полюбили друг друга. Мы даже собирались пожениться, когда нам исполнится по 18 лет, но его убили после выпускного вечере в драке. Убийцей оказался сын одного очень влиятельного бизнесмена, и приговор ему был слишком мягким. Именно тогда я решила посвятить свою жизнь этой профессии, чтобы всякие отморозки не гуляли на свободе. Я поклялась на могиле своего жениха, что никогда, ни за какие деньги я не буду способствовать тому, чтобы настоящим преступникам был смягчён приговор. И вот уже на протяжении многих лет я следую своей клятве.

После сказанного обе женщины замолчали, погружённые каждая в свои мысли. Внезапно у следователя зазвонил телефон. Она выслушала, быстро сказала собеседнику, что всё поняла, и положила трубку.

– Фёдор Игнатьевич вышел из дома и собирается уезжать. Нам пора действовать.

Ольга Петровна завела двигатель, выехала на дорогу и поехала по полю в сторону трассы. На полпути она сказала Насте, чтобы та держалась крепче, и вдруг резко ударила по тормозам, оставляя за собой следы тормозного пути. Автомобиль встал почти поперёк дороги.

– Ложись сбоку от машины, как будто я тебя сбила, – быстро сказала она Насте, открывая дверь. – Это нужно, чтобы он не смог объехать нашу машину.

Сзади уже виднелась пыль от автомобиля Фёдора Игнатьевича, поэтому Настя кивнула и легла на землю, изобразив сбитого пешехода. Ольга Петровна склонилась над ней, спрятав лицо так, чтобы директор не смог его разглядеть.

Когда он подъехал к ним, то увидел, что одна женщина склонилась над другой, пытаясь привести её в чувство. Тогда он вышел из машины и пошёл в их сторону.

– Чем я могу помочь? – спросил он. – Что с ней, она дышит?

Внезапно Ольга Петровна обернулась, и директор так и застыл от неожиданности. В это время сзади уже подъехали Геннадий и Юрий, выбежали из машины и скрутили ему руки за спиной.

– За что? – спросил Фёдор Игнатьевич сдавленным голосом.

– За соучастие в преступлении и сокрытие особо опасного преступника, – ответила ему Ольга Петровна, подойдя поближе.

– Какого ещё преступника? – он очень натурально изобразил удивление.

– Завхоза из Юсуповского дворца, а по совместительству и Вашего родного брата Алексея. Ведь именно его Вы прячете в том доме, из которого Вы сейчас едете?

– Конечно, нет, – удивился директор ещё сильнее. – Я ведь говорил Вам, что не знаю, куда подевался мой брат. А в этом посёлке живёт мой племянник Миша. Он снимает дом и всегда здесь живёт, когда у него выходные.

Видно было, что он говорит серьёзно, и Настя, к этому времени уже поднявшаяся с земли, спросила его:

– И откуда у него деньги на аренду дома?

– Давайте поедем, и вы сами всё увидите, – сказал директор. – Только отпустите, мне больно. Я никуда не сбегу.

Следователь немного подумала и кивнула.

– Хорошо, расстегните наручники. Гена, сядешь на заднее сиденье в машину к Фёдору Игнатьевичу и поедешь с ним. Возвращаемся обратно в дачный посёлок.

Они расселись по машинам, и вся колонна двинулась по направлению к посёлку. Когда они подъехали к дому, Ольга Петровна попросила Юрия остаться рядом с машиной и прикрыть их в случае чего. Остальные поднялись на крыльцо. Директор достал ключ и начал открывать дверь. Геннадий стоял рядом с ним, держа пистолет наготове, а Настя вместе со следователем стояли чуть сзади.

Когда дверь отворилась, первым в дом вошёл Геннадий, а за ним и все остальные. Он открыл первую дверь, и вскинул пистолет.

– Не стреляйте! У него нет оружия! – крикнул из-за спины Геннадия директор и поспешил войти в комнату.

Настя подошла к двери, и увидела там удивлённого Михаила. На нём был рабочий фартук, а сам он сидел на стуле, и было видно, что он что-то мастерил до их появления.

– Гена, осмотри дом, только будь осторожен, – сказала Ольга Петровна, и он ушёл исполнять поручение.

Сами же они вошли в комнату и стали оглядываться по сторонам. На полках вдоль стены стояли прекрасно исполненные шкатулки, настоящие произведения искусства.

– Вот откуда у Миши деньги на аренду квартиры и дачного дома, – начал говорить директор. – У него золотые руки, он делает потрясающие резные шкатулки и инкрустирует их различными элементами. Также он часто добавляет изображение какого-нибудь императора или императрицы, что делает эти шкатулки ещё более ценными. У меня есть друг, у которого своя сувенирная палатка в Царском селе, недалеко от Царскосельского лицея. Я отвожу ему шкатулки на реализацию, и их покупают иностранные туристы за баснословные деньги. Друг берёт свою комиссию, сколько-то забираю я, но основная прибыль достаётся Мише.

– Так почему Вы сразу нам не сказали об этом? – спросила раздосадованная Настя. Она уже поняла, что они шли по ложному пути.

– Боялся, что меня могут привлечь к ответственности за неуплату налогов, – развёл руками Фёдор Игнатьевич.

– И Вы не знаете, где находится сейчас Ваш брат? – спросила его следователь.

– Нет, не знаю, мы и сами волнуемся, – ответил он. – После того, как во дворце убили жениха Анастасии, я больше не видел брата, а Миша отца. Он нигде не появлялся. Найдите его, пожалуйста, как бы с ним ничего плохого не случилось.

В это время в комнату вошёл Геннадий и сказал, что в доме больше никого нет.

– Найдём, не волнуйтесь, – ответила Фёдору Игнатьевичу следователь.

Потом она повернулась к Насте и Геннадию, и сказала:

– Я думаю, что можно уезжать.

– Согласна, – ответила ей Настя.

Все втроём они пошли к выходу, а Фёдор Игнатьевич сказал им вслед:

– До свидания!

– До свидания! – ответила ему Настя.

Остальные только лишь кивнули на прощание, раздосадованные тем, что здесь их постигла неудача, и вышли на улицу.

Глава 29

По дороге в Санкт-Петербург Настя и Следователь обсуждали план дальнейших действий.

– Сейчас нужно все силы бросить на поиски завхоза, – сказала Ольга Петровна. – Мы должны отследить все его связи: как те, что были у него до переезда в Санкт-Петербург, так и местные. Также нам необходимо узнать, чем он интересовался, куда ходил. И сделать всё это нужно как можно быстрее.

– Да, я согласна. Ну а что же насчёт Бориса? Ведь подсвечники нашли у него, а в пятницу он угрожал экскурсоводу. Я считаю, что обязательно нужно к нему присмотреться.

– Да, ты права, – ответила следователь. – Но сейчас уже время под вечер. Приезжай ко мне завтра утром к 9 часам, и мы всё обсудим.

– Хорошо, – кивнула Настя.

Когда они доехали до Питера, Ольга Петровна высадила Настю около её машины, оставленной рядом со зданием Следственного комитета, а сама уехала дальше по делам. Настя тоже решила поехать домой и как следует отдохнуть. День у неё выдался длинным, трудным, насыщенным, и ей просто необходимо было восстановить силы.

Доехав до дома, Настя припарковала свой автомобиль и пошла в кафе, которое находилось недалеко от её дома. Ей не хотелось готовить сегодня самой, да и сил на это уже не было. Утолив голод салатиком, запеченной рыбой, а так же выпив стакан сока, Настя почувствовала себя немного лучше и пошла домой.

Дома она решила, что ей просто необходимо полежать в тёплой воде с пеной, и стала набирать ванну. Тёплая вода всегда помогала ей расслабиться и прочистить мозги. Когда ванна была наполнена, Настя насыпала туда морскую соль, скинула с себя одежду, и с наслаждением шагнула в воду.

Она лежала с закрытыми глазами и чувствовала, как из неё уходит усталость. Вместе с усталостью стали уходить также плохие мысли, и Настя начала вспоминать все их лучшие с Андреем моменты.

Вот она ясно увидела картинку, как в самый первый раз встретила его. Она тогда пришла на экскурсию в Петропавловскую крепость, а им навстречу вышел молодой мужчина-экскурсовод с мужественным лицом, умными, добрыми глазами и открытой улыбкой. Насте он сразу понравился. А когда он начал рассказывать, его голос моментально проник в её мысли, странным образом завораживая их. Тогда она впервые почувствовала подсознательное влечение к нему.

Следующим воспоминанием стало их первое занятие любовью. Волею судьбы они оказались в одном гостиничном номере на острове, отрезанном от остального мира ураганом. И пусть он бушевал всего одну ночь, им этого хватило, чтобы соединить вместе обнажённые тела и связать воедино родные души.

Всё началось ещё со случайного прикосновения на катере, при котором будто молния ударила их обоих. И вот теперь, в гостиничном номере, после того, как они поочерёдно сходили в душ, никакая сила не способна была сдержать их возбуждающей страсти. Проходя мимо Насти, Андрей случайно коснулся её руки, и моментально из искры возник огромный пожар. Как будто ураган с улицы перенёсся в их номер, заплетая их тела и их судьбы в одно целое. Они страстно любили друг друга, разговаривали, снова любили, и опять открывали друг другу душу. Эту ночь любви Настя никогда не забудет.

Потом Настя увидела себя и Андрея, запертыми в подземном тайнике на острове. Там уже нечем было дышать, и надеяться можно было только на чудо. И Настя надеялась, она хотела прожить с Андреем долгую и счастливую жизнь, хотя и ловила себя на мысли, что вместе с Андреем умирать было не так страшно. Ещё только ночью они соединили свои души, и вот теперь они вместе могли отправиться на небеса.

Но судьба уготовила им другой путь, и в тот день всё обошлось. Ещё много раз их жизни подвергались опасности, но они вместе с Андреем с честью прошли через все испытания. Все, кроме самого последнего. Настя открыла глаза и прошептала:

«Можешь не волноваться, родной мой, я найду твоего убийцу, чего бы мне это не стоило».

Глава 30

Утром Настя проснулась в прекрасном расположении духа. Тёплая вода и приятные воспоминания так её расслабили, что она, выйдя из ванны, почти сразу заснула и проспала всю ночь. Теперь же она была полна сил и уверенности в том, что у неё всё получится.

После завтрака Настя поехала в Следственный комитет, как они и условились с Ольгой Петровной, к 9 часам. Войдя в кабинет, она сразу поняла, что произошло что-то необычное. Ольга Петровна торопливо собирала какие-то бумаги, лишь слегка взмахнув рукой при виде Насти.

– Поехали, по дороге расскажу, что случилось, – сказала она, выходя из кабинета.

Настя вышла следом за ней в коридор. Ольга Петровна закрыла дверь на ключ и поспешила к выходу. Настя хотела спросить, что же именно произошло, но следователь уже ушла далеко, и Настя смогла нагнать её только у машины.

– Да что же всё-таки произошло? – спросила она следователя.

– Экскурсовод Светлана Юрьевна в больнице, – ответила ей Ольга Петровна и села на водительское сидение.

Настя быстро обошла машину и села рядом.

– Что с ней случилось? – спросила она.

– Доставлена вчера вечером в тяжёлом состоянии, упала с лестницы в Юсуповском дворце – ответила следователь, отъезжая от обочины. – У неё сотрясение мозга, перелом руки и рёбер, а также множественные ушибы. Сейчас мне позвонили и сообщили, что её состояние улучшилось, и с ней можно недолго побеседовать.

У следователя зазвонил телефон, и она ответила на звонок. Некоторое время она просто слушала, а потом сказала:

– Отлично, везите его к нам.

Когда разговор был закончен, она продолжила:

– Я с 4 часов утра на ногах, уже довольно много удалось выяснить. Надеюсь, сама экскурсовод окончательно прольёт свет на ситуацию. Пока же у меня есть две версии случившегося: либо она упала сама, либо ей помогли. Я склоняюсь ко второй версии. У меня даже есть подозреваемый.

– Борис? – сообразила Настя.

– Да, именно он. И тому есть подтверждение. Во-первых, конечно же, его угрозы в адрес экскурсовода. А во-вторых, стечение обстоятельств. Вчера она задержалась на работе допоздна, а при обходе охранник обнаружил её без сознания и вызвал скорую. Когда мне утром сообщили об этом, я первым делом поехала во дворец. Там я выяснила, что накануне вечером туда приходил Борис. У него в этой смене охраны работает приятель, и Борис зашёл ненадолго, чтобы поговорить с ним. Из показаний свидетелей, а также после просмотра записей с камер видеонаблюдения стало понятно, что он вполне мог сделать это, хоть и сам момент преступления не попал в поле зрения камер. Приятель Бориса сообщил, что тот выходил куда-то минут на пятнадцать, а когда вернулся, то быстро собрался и ушёл. Когда другой охранник совершал обход через час, то и обнаружил Светлану Юрьевну. Так что это Борис столкнул, дело ясное.

– А если он столкнул её с лестницы из-за того, что она рассказала о пропавших вещах? – спросила Настя. – Возможно, он подумал, что это она его подставила, вот и разозлился на неё. А может быть он и сам причастен к кражам, но убийства совершил всё-таки завхоз. Зачем-то ведь он скрылся.

– Пока не знаю, – пожала плечами Ольга Петровна. – Мне сейчас позвонили и сказали, что задержали Бориса дома. Когда мы вернёмся из больницы, то я допрошу его.

Они припарковались рядом с больницей и вошли внутрь. Ольга Петровна сразу пошла на лестницу, поднялась на третий этаж и подошла к нужной палате. Рядом с дверью на стуле сидел Юрий.

– Она что-нибудь сказала? – спросила его Ольга Петровна.

– Нет, я жду Вас. Она просила только стакан воды.

Следователь и Настя вошли в палату, а Юрий остался у входа. Помимо Светланы Юрьевны, в палате находились ещё два пациента. Сама же она лежала на кровати у окна. У неё были перевязаны рука, грудь и голова, но она находилась в сознании.

– Здравствуйте, Светлана Юрьевна, как Вы себя чувствуете? – спросила следователь, садясь на стул рядом с ней.

– Доброе утро. Уже лучше, только голова немного кружится, да и грудь болит, – ответила она и постаралась улыбнуться, а затем увидела Настю и добавила: – Ой, Анастасия, как я рада Вас видеть!

Настя улыбнулась ей в ответ, а следователь сказала:

– Мы не займём у Вас много времени. Только расскажите нам, что вчера произошло?

– Я задержалась вечером на работе, чтобы проверить некоторые экспонаты. Уже темнело, и я направилась к лестнице, чтобы пойти домой. Внезапно сзади раздался шорох. Я хотела было обернуться, но почувствовала сильный толчок в спину и полетела вниз. Дальше я ничего не помню, очнулась уже в больнице.

– И того, кто Вас толкнул, Вы разглядеть не успели? – спросила Ольга Петровна.

– Нет, не успела, – она печально вздохнула. – Как же я теперь вернусь на работу? Мне страшно там появляться.

– Вы главное выздоравливайте, – ответила вместо следователя Настя. – А того, кто это сделал, мы обязательно найдём.

– Найдём, – подтвердила Ольга Петровна. – Спасибо Вам за помощь, нам нужно идти.

Они с Настей поднялись со стульев, попрощались со Светланой Юрьевной, и вышли за дверь.

Глава 31

Когда они вышли из больницы на улицу, Ольга Петровна сказала Насте:

– Теперь уже не остаётся никаких сомнений в том, что экскурсовода с лестницы столкнул Борис. Наверняка он мстил ей за то, что она сообщила тебе о краже музейных экспонатов. Возможно, ему удалось как-то подслушать ваш разговор. И ведь он не просто хотел припугнуть её, а действовал наверняка, чтобы убить. Поехали к нам, будешь присутствовать на допросе. Помимо покушения на убийство Светланы Юрьевны, будем доказывать его причастность к похищению музейных ценностей, а возможно и к двум убийствам.

Они сели в машину и поехали обратно к Следственному комитету.

– Даже если Борис и окажется убийцей, как это позволит нам разгадать тайну исчезновения завхоза? – спросила Настя.

– Пока не знаю. Завхоза мы всё равно продолжим искать, он объявлен в розыск. Вполне возможно, что они с Борисом окажутся сообщниками, и завхоз просто испугался и решил скрыться.

– Но мне ещё не понятно, как связать это всё со странными надписями на местах убийств.

– Да эти надписи вообще могли быть сделаны только лишь для отвода глаз, – махнула рукой следователь. – Я за время работы в Следственном комитете чего только не навидалась. Так что не придавай этому такого большого значения.

Настя с сомнением покачала головой, но ничего на это не ответила. Через несколько минут они припарковались около Следственного комитета, вышли из машины и вошли в здание. В коридоре им навстречу попался Геннадий.

– Гена, ну как себя наш подозреваемый ведёт? – спросила его Ольга Петровна.

– Сидит тихо. При задержании тоже был спокоен, ничего не говорил.

– Приведи его ко мне на допрос, – попросила она.

– Хорошо, Ольга Петровна, сейчас приведу, – ответил Геннадий.

Следователь открыла кабинет, и они с Настей вошли внутрь. Хозяйка кабинета устроилась на своём месте, а Настя рядом на стуле. Стул для Бориса поставили прямо перед столом следователя.

Через несколько минут раздался стук в дверь, и в кабинет зашёл Борис в сопровождении Геннадия. Тот снял с него наручники, посадил на стул, приготовленный для подозреваемого, а сам отошёл обратно к двери.

– Ну, здравствуй, Борис, – сказала Ольга Петровна. – Что-то ты к нам зачастил.

– Так не по своей же воле, – развёл он руками, а затем посмотрел на Настю и улыбнулся. Настя кивнула ему в знак приветствия, а следователь продолжила:

– Догадываешься, почему тебя задержали?

– Опять из-за убийств? Или меня задержали только за кражу? Но я ведь говорил Вам, что те подсвечники мне подкинули.

– К убийствам и кражам мы ещё вернёмся, но сейчас тебя задержали совсем по другому поводу. Вчера вечером в музее столкнули с лестницы экскурсовода Светлану Юрьевну, и у нас есть подозрение, что это сделал именно ты.

– Как столкнули? – удивился Борис. – А что с ней, она жива?

– Тебе повезло, – ответила следователь, внимательно вглядываясь в его глаза. – Или, может быть, не повезло?

– Почему Вы думаете, что это я столкнул её с лестницы? – спросил Борис.

– Потому что в пятницу ты угрожал ей, и теперь она в больнице. И потому что ты вчера вечером приходил во дворец.

– Я просто заходил с ребятами поговорить, у меня друг тоже работает охранником во дворце, только мы с ним в разных сменах.

– А зачем ты отлучался на 15 минут? Нет, Борис, ты чего-то не договариваешь. Кроме тебя столкнуть её больше было некому.

Было видно, что Борис мучается и не знает, что ответить. Наконец, он произнёс:

– Да, я ей угрожал, но это было не всерьёз. Просто я обиделся на неё за то, что она рассказала, что во дворце пропадают экспонаты, и из-за этого все решили, что я к этому причастен. Мне казалось, что и про подсвечники, которые мне подкинули, именно она и рассказала Вашей помощнице.

– Борис, а откуда ты знаешь, что она рассказала мне о пропаже ценностей? – спросила его Настя.

– Я случайно подслушал, – пожал он плечами. – Вышел на лестницу и услышал ваш разговор.

– Так всё-таки, зачем ты вчера отлучился на 15 минут из комнаты охраны? – повторила свой вопрос Ольга Петровна.

– Мне казалось, что меня несправедливо обвинили в краже подсвечников. Вот я и решил наказать экскурсовода. Я прошёлся по залу и взял пару безделушек. Потом вернулся к охранникам, попрощался и пошёл домой. А утром ко мне приехали ваши сотрудники.

– Мы нашли два экспоната из музея при обыске его квартиры, – подтвердил Геннадий.

– И ты утверждаешь, что вчера Светлану Юрьевну не видел? – спросила следователь Бориса.

– Нет, не видел.

– И к убийствам ты не имеешь никакого отношения?

– Нет, конечно, – поспешно ответил Борис. – Зачем мне это?

– Возможно, Василий узнал, что ты занимаешься кражами, и ты его за это убил. А затем Андрей тоже что-то понял, тогда ты и от него избавился, – предположила Ольга Петровна.

Настя непроизвольно дёрнула плечом, когда услышала про Андрея, а Борис быстро сказал:

– Я тут не причём. Это, наверное, наш завхоз во всём виноват. Да, точно, теперь я вспомнил наш с ним разговор накануне второго убийства. Мы с ним разговорились за чашкой чая, и я его спросил, почему жизнь так несправедлива, раз Василия убили. А он ответил, что жизнь вообще несправедливая штука, и выживают только лишь самые сильные. И ещё он сказал, что говорит вовсе не про мускулы, а про людей, сильных духом. А затем добавил, что слабым людям не место на земле.

Борис ненадолго задумался, а затем что-то вспомнил, и продолжил:

– Ещё я видел его за несколько дней до нашего с ним разговора. Это было в летнем кафе. Я находился вдалеке, и он меня не заметил. Только я хотел подойти к нему, как за его столик сел какой-то мужчина. Они поговорили немного, а потом тот мужчина протянул завхозу конверт, а завхоз ему какой-то прямоугольный предмет, завёрнутый в тряпку. Точно! Это наверняка была похищенная из музея картина. Я тогда не придал этому значения, а теперь вдруг ясно это понял. Да ведь это завхоз и есть вор и убийца. Я не виноват ни в чём!

В кабинете повисло молчание, только было слышно, как взволнованно дышит Борис после своего рассказа.

– Гена, уведи подозреваемого, мы его позднее снова вызовем.

Геннадий подошёл к Борису и защёлкнул у него на запястьях за спиной наручники. Затем они вышли из кабинета, а Настя и следователь остались, задумчиво глядя на закрытую дверь.

Глава 32

– Как думаете, правду ли сказал Борис насчёт завхоза, или он пытается отвести подозрение от себя? – спросила Настя у следователя.

– Не знаю, – пожала та плечами. – Мы, конечно, будем проверять эту информацию, но лично мне кажется, что он всё это выдумал. Почему-то раньше он молчал об этом, а рассказал только сейчас, когда его прижали к стенке.

– Возможно, он просто не хотел впутываться в это дело. Многие на его месте промолчали бы, – предположила Настя.

– Может быть. Пока же всё указывает на то, что именно Борис причастен к преступлениям. Но и с завхозом история тёмная. Зачем он сбежал, если не виноват? А если не сбежал, то куда пропал? В любом случае, будем разрабатывать обе версии, – сказала Ольга Петровна.

– А также версию того, что завхоз с Борисом могут оказаться сообщниками, – добавила Настя.

– Да, этот вариант тоже не исключается.

– Ольга Петровна, – немного подумав, произнесла Настя, – я бы всё-таки хотела найти отца Бориса и поговорить с ним.

– Думаешь, это нам чем-то сможет помочь?

– Я считаю, что надписи на стене сделаны не для отвода глаз и имеют какое-то особое значение для убийцы. Не просто так он про отца написал, да ещё и кровью жертвы. Про отца Михаила мы выяснили, теперь нужно узнать больше про отца Бориса. Вдруг мне удастся за что-нибудь зацепиться? А если не удастся, то хоть узнаю из первых уст, какой Борис человек. Вы ведь не разговаривали с отцом Бориса?

– Нет, не разговаривала.

– Насколько мне помнится, Вы говорили, что он живёт где-то в области.

– Да, в Волхове, – ответила Ольга Петровна, – Ну хорошо, я думаю, что это неплохая идея. Выясни побольше информации о характере Бориса, его повадках, поступках, которые он совершал в детстве.

– Я бы тогда прямо сейчас и поехала, – обрадовалась Настя. – Вы можете позвонить ему и договориться о моём приезде?

– Попробую, – ответила она Насте, достала блокнот и начала перелистывать страницы. – Вот, нашла. Его зовут Пётр Афанасьевич. У меня есть номер его домашнего телефона.

Она положила блокнот перед собой, сняла трубку и начала набирать номер. Когда ей ответили, она сказала:

– Пётр Афанасьевич? Здравствуйте, вам звонят из Следственного комитета Санкт-Петербурга, следователь Гладких Ольга Петровна. Это по поводу Вашего сына Бориса, он задержан по подозрению в совершении преступления.

Некоторое время она слушала собеседника, а затем продолжила:

– Не хотелось бы это обсуждать по телефону. Вы сегодня сможете принять мою помощницу? Она приедет, чтобы побеседовать с Вами.

Выслушав ответ, Ольга Петровна сказала:

– Мою помощницу зовут Анастасия. Будьте дома после обеда и никуда не отлучайтесь, она прямо сейчас выезжает. До свидания.

Следователь положила трубку и сказала Насте:

– Одной ехать опасно, попрошу Гену с тобой съездить.

Настя спорить не стала, а Ольга Петровна набрала номер Геннадия и попросила его зайти к ней в кабинет.

– Гена, у тебя сейчас много дел? – спросила она у Геннадия, когда тот пришёл. – Можешь съездить с Настей в Волхов и встретиться там с отцом Бориса?

– Да, конечно, – ответил тот.

– Ну что же, желаю счастливого пути! Пообедаете где-нибудь по дороге или в Волхове. Держите меня в курсе дела.

Геннадий ненадолго зашёл в свой кабинет, чтобы собраться. Когда они вышли на улицу, Настя хотела было пойти к своему автомобилю, но Геннадий сказал, что они поедут на его машине.

– Хорошо, это даже и лучше, – улыбнулась Настя. – Будет возможность составить план.

За время пути они говорили мало, в основном Настя пыталась продумать, как построить разговор с Петром Афанасьевичем. На въезде в город они заехали в столовую и пообедали, а затем стали искать дом, в котором проживал отец Бориса. Искать долго не пришлось, уже совсем скоро навигатор привёл их к нужному месту.

– Будем надеяться, что он дома, – сказал Геннадий, выходя из машины.

– Он нас должен ждать. Ольга Петровна его предупредила, что мы после обеда приедем, – ответила Настя. – Его зовут Пётр Афанасьевич.

Она тоже вышла из машины, и они вдвоём направились в сторону подъезда.

Глава 33

Дверь им открыл интеллигентного вида мужчина. Было видно, что он ждал их и сильно волновался. Геннадий показал ему своё служебное удостоверение и сказал:

– Добрый день, Пётр Афанасьевич. Мы из Следственного комитета Санкт-Петербурга. Вам звонила следователь Ольга Петровна по поводу нашего приезда. Меня зовут Геннадий, а это – Анастасия. Мы можем поговорить с Вами?

– Да, конечно, проходите, – сказал хозяин квартиры, распахивая дверь перед ними. – Можете не разуваться, идите сразу в комнату.

Они прошли туда, куда им показал Пётр Афанасьевич, и сели на диван. Сам же он закрыл входную дверь, зашёл в комнату следом за ними и сел на кресло.

– Скажите, за что всё-таки арестовали моего сына? – спросил он тихим голосом.

– Его подозревают в причинении тяжкого вреда здоровью экскурсоводу из того же музея, в котором он работает охранником, – ответила Настя, умолчав о том, что это было покушение на убийство. – Ещё его подозревают в краже из музея нескольких ценных экспонатов.

– Я не верю, что он мог всё это совершить, – решительно сказал Пётр Афанасьевич. – Борис всегда был очень добрым и справедливым мальчиком.

– Можете нам подробнее о нём рассказать? – спросила Настя. – Какой у него характер, чем он интересуется?

– Сейчас он уже много лет живёт отдельно. Он уехал из Волхова в Санкт-Петербург сразу после окончания школы. К сожалению, детство у него выдалось довольно трудным, – Пётр Афанасьевич тяжело вздохнул. – Ему пришлось пережить много неприятных моментов. Но после того как ему исполнилось 10 лет, он начал восстанавливаться в психологическом плане, позднее увлёкся тренажёрным залом, стал чаще улыбаться.

– А что случилось в детстве такого, что могло негативным образом коснуться его психики? – с интересом спросила Настя.

– Во всём виновата его мать. Когда мы с ней поженились, то оба любили друг друга. Потом родился Борька, и мы стали ещё счастливее. И так продолжалось до тех пор, пока ему не исполнилось 5 лет, – он замолчал, видно было, что ему тяжело вспоминать это.

– А что произошло, когда ему исполнилось 5 лет?

– Знакомая моей жены заманила её в секту Хлыстов, и наша семейная жизнь скатилась под откос.

– А что это за секта? – спросил его Геннадий.

– Не знаете? – удивился Пётр Афанасьевич. – Может, сейчас она и не очень-то на слуху, но лет 100 назад о Хлыстах знали все. Можно было даже попасть в тюрьму по обвинению в причастности к секте. Я в первый раз услышал о ней, когда мы в институте изучали историю. В начале 20 века недоброжелатели обвиняли Григория Распутина в хлыстовстве, даже проводили полицейское расследование. С тех пор я и запомнил название. Только никак не ожидал, что придётся столкнуться с этим в своей собственной жизни.

Услышав фамилию Распутин, Настя и Геннадий быстро переглянулись. В этом деле начинала прослеживаться некоторая взаимосвязь, и Настя решила как можно больше узнать об этом.

– Пётр Афанасьевич, а Вы не могли бы подробнее рассказать нам об этой секте. Что это за Хлысты такие? Наверняка ведь Вы интересовались этим, когда Ваша жена к ним попала.

– Да, Вы правы. Когда моя жена стала ходить на собрания, я не сразу обратил на это внимание. А когда её мировоззрение начало меняться и она стала уходить надолго, не появляясь дома иногда по несколько дней, только тогда я забил тревогу. К сожалению, было уже слишком поздно, и мою жену было уже не вытащить оттуда. Но поначалу я боролся за неё, изучал литературу об этой секте, жаловался во все инстанции, куда только можно было, да только всё без толку.

Он замолчал, перебирая в памяти давно ушедшие моменты своей жизни, немного подумал и продолжил:

– Эта секта была одной из самых многочисленных сект в царской России. Сначала они называли себя христововерами, но позднее народ придумал для них другое название – Хлысты. Оно произошло либо от их обряда самобичевания, либо от изменённого слова Христы, так как официальные духовные лица считали неприличным в названии секты употреблять имя Иисуса Христа. После того, как я узнал, что творится иногда на их собраниях, я развёлся с женой.

Настя увидела, что у Петра Афанасьевича дрожат губы. Тогда она встала, налила в стакан воду из графина, который стоял на столе, и передала стакан ему. Сама же вернулась обратно на диван. Он сделал несколько глотков и продолжил:

– Я прочитал, что прежняя заповедь призывала отказаться от плотских грехов, а Хлысты решили, что, только испытав все плотские забавы, человеческое тело сможет добиться уверенности в том, что больше не будет предаваться пороку. Позже я выяснил, что встречи сектантов всё чаще стали походить на настоящие оргии, при помощи которых они хотели прийти к прозрению и полному искуплению грехов. Вот и жена стала участвовать в них, и даже не скрывала этого. После развода я пытался забрать сына, но она не отдала мне его. Мы разменяли квартиру и стали жить отдельно. Бывшая жена часто уходила, и в это время сын находился со мной. А когда ему было девять лет, она вместе с ним бесследно исчезла.

Пётр Афанасьевич дёрнул плечами.

– До сих пор страшно вспоминать этот период своей жизни. Я сразу же обратился в милицию, но почти год она не могла выйти на их след. Нашли их совершенно случайно, когда в лесах Архангельской области обнаружили общину, расположенную в глухой деревне. После допросов выяснилось, что это секта Хлыстов, и творили они просто ужасные вещи, иногда даже при детях. Естественно, после этого основателей общины посадили в тюрьму, а остальных её членов разогнали. Мне удалось забрать сына к себе, а его мать опять куда-то пропала.

– И Вы её больше не видели?

– Долгое время я её не встречал, но за последние полтора года видел уже 2 раза, когда приезжал по делам в Санкт-Петербург. Причём видел я её в одном и том же районе – недалеко от станции метро Кировский завод. Мне кажется, что она где-то там проживает.

– А с сыном она не встречается? – спросила Настя.

– Нет, да Борис бы и сам не стал. Ведь после того, как он вернулся из Архангельской области, он ещё долгое время был какой-то дёрганный. Потом лет в 15 он стал ходить в качалку, и повеселел, стал спокойнее. Будучи уже взрослым, он признался мне, что ненавидит свою мать за то, как она поступила с нами. А в особенности за то, как она поступила со мной. Вот и весь рассказ. А так Борис вырос хорошим человеком, к людям относится по-доброму. Я не верю, что он виноват в том, в чём его обвиняют.

– Ну, хорошо, Пётр Афанасьевич, мы тогда пойдём. Спасибо, что согласились принять нас.

Настя поднялась с дивана и пошла к выходу. Она решила, что больше ничего интересного здесь выяснить не удастся. Геннадий и отец Бориса последовали за ней.

– Если появятся ещё вопросы, мы Вам позвоним, – сказала Настя.

Пётр Афанасьевич молча кивнул. Они попрощались с ним, и вышли в подъезд.

Глава 34

На обратном пути Настя позвонила следователю:

– Ольга Петровна, мы поговорили с отцом Бориса, и теперь возвращаемся в Питер.

– Удалось ли что-нибудь выяснить? – спросила она.

– Да, удалось. Возможно, в детстве Борис получил психологическую травму, которая могла послужить причиной его действий во взрослой жизни. Его отец рассказал нам, что мать Бориса попала в секту и водила туда сына. Потом же вообще на год убежала вместе с ним и жила в их общине в Архангельской области. То, что Борис там увидел, и могло толкнуть его на убийства.

– Да, возможно, – сказала Ольга Петровна после некоторой паузы. – А что это за секта?

– Секта Хлыстов, может быть, слышали? Она раньше была довольно известной.

– Название какое-то знакомое. Точно, вспомнила! Недавно как раз читала, что Распутина тоже обвиняли в хлыстовстве.

– Да, именно. Я не думаю, что это простое совпадение. Здесь явно просматривается какая-то взаимосвязь.

– Думаешь, надписи кровью – это какой-то ритуал этой секты?

– Очень может быть. А ещё, Распутин мог стать для Бориса идеалом, духовным учителем, или духовным отцом. И это подтверждают кровавые надписи Месть и Сын за отца там, где убивали Распутина.

– А что, – задумчиво сказала Ольга Петровна, – это версия.

– И я собираюсь её проверить, с Вашего позволения. У меня есть знакомый профессор исторических наук. Его хобби – изучение всего, что связано с Распутиным. Я уже разговаривала с ним на прошлой неделе, а теперь опять хочу договориться о встрече. Надеюсь получить от него больше информации о секте Хлыстов, её обрядах и традициях.

– Хорошая идея. Попробуй зайти с другой стороны. А я продолжу вести поиски завхоза и допрашивать Бориса, исследовать их контакты. Ты мать Бориса видела?

– Нет. Его отец сказал, что они не видели её с тех пор, как Борису исполнилось 10 лет. Хотя нет, он всё-таки видел её пару раз за последние полтора года в Питере, в районе станции метро Кировский завод.

– Надо попробовать найти её. Возможно, она тоже сможет рассказать нам, что могло побудить Бориса совершать убийства. А что, если они с Борисом снова встретились, и она втянула его в свою секту? Завтра я займусь этим вопросом. Ты когда с профессором встречаешься?

– Вечером из дома позвоню и попробую с ним договориться. Завтра, конечно, среда, и у профессора наверняка занятия. Но, может быть, получится встретиться с ним в обед. Если нет, то вечером.

– Хорошо, если узнаешь что-нибудь важное, то позвони мне. Завтрашний день посвятим разработке вопроса, связанного с сектой, а в четверг приезжай часам к 9 ко мне, и мы с тобой всё обсудим.

– Хорошо, Ольга Петровна. До свидания!

– До свидания! – ответила ей Ольга Петровна и повесила трубку.

В Санкт-Петербург они вернулись в шестом часу вечера. Геннадий высадил Настю на Невском проспекте, рядом с её домом, а сам поехал дальше. Перед тем, как пойти домой, она решила заглянуть в свою Антикварную лавку, чтобы узнать, как там обстоят дела. Из-за событий, которые произошли за последнюю неделю, она там так ни разу и не появилась со дня смерти Андрея.

До закрытия оставалось ещё несколько минут, и Настя надеялась застать свою помощницу. Так и случилось. Когда Настя зашла внутрь, та как раз собиралась уходить домой.

– Привет, Света, – с улыбкой произнесла Настя. – Ну как у нас дела?

– Добрый вечер, Анастасия Павловна. Я очень рада Вас видеть! – улыбнулась ей в ответ помощница. – Не волнуйтесь, в магазине всё в порядке. Я попросила свою сестру помочь мне, и мы вдвоём справляемся со всеми делами. Заказов у нас не убавилось, но часто Вас спрашивают по телефону. Говорят мне, какие предметы хотели бы приобрести. Я все предварительные заказы записываю.

– Хорошо. Мне пока некогда этим заниматься, так что людям придётся подождать. Я должна закончить важное дело. Хорошо, что твоя сестра помогает тебе, я обязательно заплачу ей за работу. Потерпите без меня ещё немного, я скоро вернусь.

– Конечно, – улыбнулась помощница. – Мы справимся, можете не переживать и заниматься своим делом.

– Спасибо. Пойдём отдыхать, – сказала ей Настя.

Они выключили свет, закрыли магазин, поставили его на сигнализацию, попрощались и разошлись в разные стороны. Помощница пошла в сторону метро, а Настя домой.

Дома она сходила в душ, поужинала и немного отдохнула. Около 8 часов вечера она набрала номер телефона профессора. Когда он снял трубку, она сказала:

– Александр Альбертович, добрый вечер. Это Анастасия из Антикварного магазина. Я не очень поздно звоню Вам?

– Настя, здравствуй! Ты можешь звонить мне в любое удобное для тебя время, я всегда рад слышать твой голос, – ответил профессор. – Я только недавно узнал о том, какое несчастье у тебя случилось. Прими мои искренние соболезнования. Я могу чем-то помочь тебе?

– Спасибо. Можете, я именно поэтому Вам и звоню. Вы мне говорили, что увлекаетесь изучением жизни Распутина, а также всего, что с ним связано. А у меня возникло несколько вопросов, на которые Вы могли бы дать мне ответы.

– Конечно, Настя, о чём разговор. Ты хочешь встретиться или по телефону их задать?

– Лучше лично встретиться, если Вам, конечно, будет завтра удобно.

– У меня утром лекции, а к часу я освобожусь. Мы можем пообедать вместе. Подъедешь к часу на Васильевский остров, к институту?

– Хорошо, Александр Альбертович, договорились. До завтра.

– До свидания, Настя.

Поговорив с профессором, Настя стала думать, чем бы ей заняться завтра в первой половине дня. Наверное, нужно будет прийти в магазин на несколько часов и разобрать накопившиеся вопросы, или хотя бы их часть.

Приняв решение, Настя посмотрела фильм по телевизору, умылась и пошла спать.

Глава 35

Сон никак не приходил. Настя просто лежала и смотрела в потолок. Она пыталась не думать о расследовании, которое запуталось и всё никак не хотело распутываться. Но это у неё не получалось, да и тишина вместе с темнотой комнаты угнетали её. Она находилась в состоянии полудрёма, когда почти спишь, но одновременно и не спишь, перескакивая с одной мысли на другую.

Внезапно сквозь поток мыслей она явственно услышала шёпот. Он был такой реальный, что у неё по всему телу пошли мурашки. Настя приподнялась на локтях, и стала озираться по сторонам, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть сквозь темноту. Неожиданно шёпот повторился, но теперь она смогла разобрать слова:

– Настя…

У неё от страха зашевелились волосы на голове. Шёпот звучал со стороны двери, выходящей в гостиную, и она его узнала. Этот шёпот принадлежал Андрею. Преодолевая страх, она отбросила одеяло и пошла к двери. Открыв её, она остановилась, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в темноте. Вдруг из подъезда снова донёсся голос. На этот раз это был не шёпот, а скорее гулкое эхо.

– Настя…

И неожиданно Настю пронзила мысль: Андрей зовёт её во дворец, и она должна срочно последовать за ним. Тогда она включила свет и начала поспешно одеваться. Уже через несколько минут она была на улице, направляясь к своей машине. Вокруг не было ни души, и тишина стояла оглушительная.

Настя мчалась по пустому городу, нарушая все правила. Она знала, что Андрей ждёт её, и она должна как можно скорее добраться до него. Всего несколько минут быстрой езды, и вот она уже подкатила к Юсуповскому дворцу.

Подойдя к входной двери, Настя хотела постучаться, но заметила небольшую щель. Она дёрнула за ручку, и дверь начала со скрипом открываться. Внутри было темно, лишь только на стенах в отдалении друг от друга горели дежурные лампочки. Сначала Настя пошла в комнату охраны, надеясь застать в ней Андрея, но там никого не оказалось. Там не было даже охранников, и к тому же было очень темно.

Она снова вышла в коридор и застыла в нерешительности, не зная, что же ей предпринять. Внезапно откуда-то издалека, из дальних залов, снова послышался голос Андрея:

– Настя…

Она бросилась вперёд, пробегая в темноте зал за залом, и повторяя:

– Я иду, любимый! Я иду, родной мой!

Она уже прошла много залов, но неожиданно застыла, как вкопанная. Ей в голову пришла мысль, что голос этот доносился из подвальной столовой, в которой убили Распутина. Тогда она пошла в ту сторону, вспоминая путь, по которому её вела Светлана Юрьевна во время своей экскурсии.

Когда Настя спускалась вниз по винтовой лестнице, под ней скрипнула половица. Она остановилась, прислушиваясь, но так ничего и не услышала, кроме частого стука своего собственного сердца. Тогда она пошла дальше, пытаясь не споткнуться. Вокруг было так темно, что приходилось идти на ощупь.

Когда она подошла к двери, то увидела, что из щелей пробивается свет. У неё появилось нехорошее предчувствие, она немного постояла, но всё равно открыла эту дверь. То, что она увидела за ней, заставило её вскрикнуть от неожиданности.

В углу подвала, рядом со старинным распятием, стоял на коленях Григорий Распутин и молился. Услышав её крик, он обернулся, посмотрел на неё и сказал глухим голосом:

– Не бойся меня, Анастасия. Я давно тебя жду, – он поднялся с колен и выпрямился во весь рост. – Подойди ближе, я хочу посмотреть на тебя.

Она была сильно напугана, но ноги сами понесли её к старцу. За тот недолгий отрезок времени, что она шла к нему, она успела заметить некоторые детали. Около распятия стояло множество зажжённых свечей, из комнаты исчезли восковые фигуры, а под Распутиным лежала шкура белого медведя, на которой явно виднелось пятно крови.

Настя подошла к нему на расстояние вытянутой руки, и остановилась. Казалось, что взгляд его чёрных немигающих глаз проникал к ней прямо в душу. Он некоторое время смотрел на неё, а затем сказал:

– Ты ищешь своего жениха, но это бесполезно. Он теперь в моей обители, а назад оттуда пути нет. Скоро я буду отомщён, и мы вместе с ним сможем уйти.

– Но почему я слышала голос Андрея? – спросила Настя, набравшись смелости.

– Ты слышала то, что и хотела услышать.

– А кому Вы хотите отомстить?

– Моим мучителям. Тем, кто убил моё земное тело. Но мстить буду не я, за меня это сделает мой сын. Я знаю, ты давно ищешь его и хочешь с ним познакомиться. Идём со мной, я представлю тебя ему.

Распутин направился в сторону лестницы, и Настя нехотя пошла за ним. Идти было трудно, потому что страх сковывай её ноги. Не идти же было нельзя, её тянула за Распутиным какая-то невидимая сила.

Они поднялись по лестнице, вышли в большой тёмный зал, и остановились в центре.

– Жди здесь и смотри вон туда, – Распутин указал на дверной проём, за которым находился следующий зал.

Настя посмотрела в ту сторону, но ничего особенного не заметила.

– А что должно случиться? – спросила Настя, повернув голову обратно к Распутину, но его уже и след простыл.

В это время в соседнем зале послышались гулкие шаги, раздаваясь с каждым разом всё отчётливее. Кто-то явно шёл в её сторону. Настя захотела убежать, но её не слушались ноги. Она просто стояла и смотрела на дверной проём.

Внезапно в нём возникла большая чёрная тень. Она немного постояла на месте, а затем сказала скрипучим голосом:

– Ты меня искала, и я пришёл к тебе. Я пришёл за тобой.

Тень вытянула руки, и медленно заскользила по залу в её сторону. Настя закричала от ужаса, и этот крик внезапно разбудил её. Она снова оказалась в своей комнате, и снова перед ней был тёмный потолок её спальни.

«Какой странный сон» – подумала Настя и посмотрела на часы, стараясь прийти в себя. Было начало четвёртого, и до утра оставалось ещё много времени.

«Завтра буду думать, как расшифровать его, а сейчас надо постараться снова заснуть».

Она перевернулась на бок, и закрыла глаза.

Глава 36

Утром Настя проснулась, и сразу же вспомнила сон, приснившийся ей ночью. Она лежала и думала, что же он мог означать. Бывало, что ей и раньше снились странные сны, когда она оказывалась в сложных жизненных ситуациях. Настя называла такие сны вещими. Кое-что из того, что происходило в этих снах, случалось потом и наяву.

Но как можно расшифровать этот сон? Что именно хотел донести до неё Распутин? Ещё накануне Настя думала, что, раз Борис оказался причастен к секте Хлыстов, то Распутин мог стать для него духовным отцом и объектом для подражания. Но во сне Распутин ясно сказал ей, что хочет познакомить её с сыном. И вряд ли он имел в виду духовного сына. К тому же она так и не увидела его лица.

Может быть, конечно, этот сон ничего и не значит, но Настя так не считала. Возможно, есть смысл поискать потомков Распутина. Надо будет спросить об этом профессора на сегодняшней встрече.

Приняв такое решение, Настя начала собираться на работу. Она сходила в душ, позавтракала, оделась и пошла в магазин. Было ещё только 8 часов, а помощница должна была прийти около девяти. Встреча с профессором была назначена на 13 часов, поэтому полдня Настя могла спокойно работать. Этого времени ей должно было хватить, чтобы попробовать разобрать накопившиеся за неделю дела.

Сначала Настя просматривала заявки, оставленные клиентами, сортировала их по важности и срочности. Через час пришла помощница вместе со своей сестрой, и они все вместе занялись подготовкой к отправке уже купленных предметов, а также учётом остатков в магазине.

Время до обеда пролетело незаметно. Когда Настя взглянула на часы, было уже полпервого, и пора было ехать, чтобы успеть на встречу вовремя. Нельзя было заставлять профессора ждать, тем более, после обеда у него снова могли быть лекции.

Попрощавшись с девушками, Настя вышла на улицу, села в машину и поехала в сторону Васильевского острова. До института она доехала быстро, да и место на парковке нашла сразу же, поэтому у неё в запасе оставалось ещё 10 минут. Но тут она увидела профессора, который тоже пришёл раньше, и пошла к нему навстречу.

– Здравствуй, Настя, – улыбнулся он. – Я так рад тебя видеть.

– Здравствуйте, Александр Альбертович, – улыбнулась ему в ответ Настя. – Я тоже рада Вас видеть. Где будем обедать?

– Здесь рядом есть замечательное кафе, кормят там очень вкусно. Цены там, конечно, высоковаты, но зато и посетителей не так много. Мы сможем побеседовать в спокойной обстановке.

– Это как раз то, что нужно.

Профессор повёл её за собой. Пройдя несколько домов от института, они зашли в кафе, и сразу окунулись в уютную атмосферу. Больше половины столиков было свободно, и они расположились в углу за одним из них. Когда заказ был сделан, профессор сказал Насте:

– Ты хотела поговорить о Распутине. Что именно из его Биографии тебя интересует?

– Меня интересует секта Хлыстов. Вы знаете о ней какие-нибудь подробности? Знакомы ли Вам их ритуалы, обряды?

– Да, я подробно изучил этот вопрос. Ведь эта секта связана с Распутиным, его обвиняли в том, что он является членом этой секты.

– Тогда скажите, есть ли у них ритуалы, связанные с убийствами, кровавыми надписями?

– Нет, о таких ритуалах в этой секте я никогда не слышал.

– Может быть, что-то, связанное с местью?

– Нет, ничего такого у них нет, – развёл руками профессор.

– А мог ли кто-то из нашего времени, состоя в секте Хлыстов, считать Распутина своим духовным отцом?

– Нет, я так не думаю, – сказал профессор, улыбнувшись.

Им принесли заказ, и они принялись за еду. Через некоторое время Настя спросила:

– А почему Вы думаете, что он не мог стать духовным лидером для современных сектантов?

– Потому что его причастность к секте не была доказана. Все историки сходятся во мнении, что обвинение в хлыстовстве было выдвинуто лишь для того, чтобы очернить Распутина в глазах Царской семьи и уменьшить его влияние при дворе.

Настя на некоторое время задумалась. Похоже, что секта Хлыстов не имела отношения к убийствам в Юсуповском дворце. Тогда она снова вспомнила свой сон. Неужели это всё-таки был знак, и ей нужно искать убийцу среди настоящих потомков Распутина? А если точнее, то среди потомков его сына, ведь он говорил именно о сыне. Тогда она спросила профессора:

– Александр Альбертович, Вы можете рассказать мне про детей Распутина?

– Да, конечно. Местом рождения Григория Распутина было село Покровское. В 18 лет он женился на крестьянке из этого же села. Всего в этом браке родилось семеро детей, но четверо из них умерли ещё в детском возрасте. Осталось трое – сын Дмитрий и дочери Варвара и Матрёна. После сближения Распутина с Царской семьёй, он забрал к себе в Петербург дочерей, устроив их там учиться в школе. Сын же Дмитрий остался на хозяйстве в Покровском вместе с матерью.

– А как сложилась дальнейшая судьба его детей? И возможно ли такое, что у него могли быть внебрачные дети?

– Ну, так глубоко я не копал. Тут нужен человек с очень узкой специализацией. Насколько я понял, тебе нужно узнать о потомках Распутина?

– Да, желательно что-то вроде генеалогического древа.

Профессор немного подумал и сказал Насте:

– Да, есть такой человек. Я читал в газете, что он как раз собирает всю информацию по этому вопросу. По-моему, он работает школьным учителем истории в Сестрорецке. Я вечером поищу данные о нём и перезвоню тебе.

– Я была бы Вам очень признательна, – улыбнулась ему Настя.

Они ещё немного поговорили, закончили обед, и пошли обратно к институту. У входа Александр Альбертович попрощался с ней и пошёл на лекции. Настя же села в машину и поехала в свой магазин. Она решила ещё поработать. Расследование принимало интересный поворот, и теперь ей оставалось только ждать звонка от профессора.

Глава 37

РАЗГОВОР С ОТЦОМ (часть третья).

Отец! Прости меня за то, что я пока ещё не довёл дело до конца. Я знаю, что твой дух, запертый в ненавистном тебе дворце, жаждет мести. Но ты так долго ждал, перенёс столько страданий и испытаний на своём веку, так потерпи же ещё совсем немного.

Помнишь, я рассказывал тебе про ту сыщицу, которая суёт свой нос в наши дела, пытается разгадать нашу с тобой тайну? Так вот, она оказалась гораздо сообразительнее, чем я ожидал. Она проявила завидное упорство, но, к сожалению, пока я не могу помешать ей. Но очень скоро всё изменится, Отец!

Сейчас у меня связаны руки, и я ничего не могу сделать. Они обложили меня со всех сторон, и мне приходится сидеть в четырёх стенах. Теперь я тебя понимаю, каково это – оказаться взаперти и не иметь возможности выйти на свободу.

Но фантазии и ума мне не занимать, ведь я же твой сын. Много раз недоброжелатели пытались уничтожить тебя, прибить, как назойливую муху. Но ты всегда оказывался на шаг впереди, был хитрее и умнее их. И в итоге они пропадали сами.

Твои способности перешли ко мне, отец! И я придумал гениальный план, он обязательно тебе понравится, и только ты сможешь оценить его по достоинству. Тебе осталось потерпеть всего пару дней, и ты будешь свободен. Совсем скоро все твои мучители будут уничтожены. Им уготована та же самая участь, на которую они обрекли и тебя.

Как же подло они заманили тебя в ловушку. Своим ужасным обманом они уничтожили не только тебя, но и всю Россию. Мучая тебя, убивая, они ни разу не задумались, на какой кошмар они обрекают нашу страну.

Но ничего, двух мучителей уже нет. Юсупов и Пуришкевич получили по заслугам. А всего через пару дней не станет и оставшихся твоих мучителей. Все трое – доктор Лазоверт, Великий князь Дмитрий Павлович и поручик Сухотин – будут уничтожены вместе одним разом, благодаря моему гениальному плану, который я начну приводить в исполнение уже завтра.

Отец, а если та сыщица продолжит путаться у меня под ногами, то я уничтожу и её. Уничтожу безжалостно и беспощадно, как ты меня и учил.

Глава 38

1916 ГОД (часть третья) САМОНАДЕЯННОСТЬ.

Личному секретарю Григория Ефимовича Распутина, купцу 2-й гильдии Арону Самуиловичу Симановичу, о возможно готовящемся заговоре против Распутина было известно заранее. Первые слухи об этом он получил следующим образом.

В то время в Петербурге существовало много карточных клубов. Одним из таких клубов под названием «Пожарный клуб», который находился на Марсовом поле, владел и секретарь Распутина. Как-то раз управляющего его клубом пригласили перейти в «Национальный клуб», и он согласился. Он захотел забрать с собой и двух служителей из «Пожарного клуба». Арон Самуилович этому не противился, так как благодаря этому у него появлялась возможность узнавать о том, что происходит в новом клубе.

Однажды один из этих служителей явился к нему с сообщением о происходящих в «Национальном клубе» таинственных совещаниях, которые показались ему подозрительными. Сам он точно не знал подробностей этих совещаний, так как в той комнате прислуживал его коллега, но точно знал, что говорилось о Распутине.

Тогда секретарь Распутина сказал служителю, чтобы тот попросил своего коллегу выяснить всё, о чём будут говорить на этих совещаниях, посулив взамен обоим большие деньги. И информация не заставила себя долго ждать.

Уже через пару дней к нему пришёл второй служащий и рассказал, что именно ему удалось разузнать о совещаниях в клубе. На этих совещаниях присутствовали депутат Пуришкевич, молодой князь Феликс Юсупов, великий князь Дмитрий Павлович, а также ещё несколько известных и влиятельных особ. Всё время говорили о Распутине. Иногда назывались имена английского посла, царя и царицы. Затевалось что-то таинственное и говорилось, что кого-то необходимо выставить.

Из всего этого складывалось впечатление, что против царя и Распутина готовится заговор. Это сообщение заставило Арона Самуиловича задуматься. В сопровождении служащего он сразу же отправился к Распутину. Тот был крайне возмущён этим заговором. Секретарь решил продолжить сбор информации с помощью служащего и посмотреть, что будет дальше.

С каждым днём становилось всё яснее, что назревает серьёзный заговор, грозивший перерасти в государственный переворот. Секретарь пытался убедить Распутина поговорить об этом с царицей.

– Дело очень серьёзное, – говорил он. – Нужно немедленно поехать в Царское Село и рассказать царице о том, что затевается переворот. Сначала заговорщики убьют тебя, а потом и царя с царицей. Царь должен отказаться от тебя, только так мы сможем остановить надвигающуюся революцию. Ты восстановил против себя дворянство и весь народ. Уедем в Палестину, там мы сможем спокойно жить.

Распутин долго ходил по комнате, а затем пил вино прямо из бутылки, пытаясь успокоиться.

– Нет, – ответил он через некоторое время секретарю. – Я не сделаю ничего из того, о чём ты просишь. Ещё рано. Дворянство против меня, но я им покажу, кто сильнее. Я уйду только после заключения мира с Вильгельмом, когда отправлю своих мужиков домой с фронта.

Долго ещё секретарь пытался убедить Распутина, но все его старания оставались безрезультатными.

Вернувшись домой как-то вечером, секретарь узнал, что Распутин приглашён на чай к кому-то из великих князей. Это сообщение его крайне обеспокоило. Ведь если в чаепитии принимали участие великий князь Дмитрий Павлович или князь Феликс Юсупов, то становилось понятно, что опять готовится что-то серьёзное. Тогда секретарь поехал к Распутину, чтобы лично предупредить его об опасности.

– Будь осторожен! – пытался убедить он Распутина. – Ведь тебя могут там убить!

– Глупости, – отвечал Распутин. – Я покажу этим мальчишкам своё превосходство над ними.

– Мы не можем допустить, чтобы ты пошёл.

– Никто не может мне запретить, – возмутился Распутин. – Сейчас за мной заедет маленький, и мы поедем вместе.

– Кто этот «маленький»? – спросил секретарь, но ответа так и не дождался. – Григорий, ты должен быть готов к тому, что тебя могут убить в самом ближайшем будущем. Лучше нам срочно уехать.

Распутин никак не отреагировал на это, тогда секретарь посвятил в свои заботы министра внутренних дел Протопопова, который находился здесь же, в доме Распутина на Гороховой.

– Нет никакого повода для беспокойства, – ответил тот. – Царица приказала мне, чтобы Распутин никуда сегодня не выходил из дома, и я прослежу за этим.

Секретарь уехал, а Распутин сумел всех перехитрить. Он вышел к агентам охраны, сказал, что будет спать, и дал им денег на ресторан. Они поверили ему и уехали. Когда министр Протопопов заехал ещё раз удостовериться, что всё в порядке, Распутин был уже в кровати. Министр немного побыл и уехал.

В полночь Григорий Ефимович Распутин позвонил своему секретарю.

– Приехал маленький, и я поеду с ним.

– Ни в коем случае! – воскликнул испуганный секретарь. – Тебя там убьют, ты должен оставаться дома!

– Тебе не стоит беспокоиться, – возразил Распутин. – Мы там будем пить чай, и в два часа я позвоню тебе.

Ни в два, ни в три часа, и больше уже никогда Распутин так и не перезвонил.

А в доме графини Воронцовой накануне днём готовились принимать роды. С того времени, когда она собиралась в ноябре позвать Распутина, а затем передумала, ей стало значительно лучше. Больше не кружилась голова, она могла самостоятельно ходить по дому, к ней вернулся аппетит. В связи с этим, она решила рассказать Распутину о его ребёнке уже после его рождения, вполне возможно, что уже и завтра. Она почему-то была уверена, что этой ночью, с 16 на 17 декабря 1916 года, должно всё решиться.

Глава 39

Настя проснулась рано, чтобы ещё успеть собраться перед дорогой. Накануне вечером ей перезвонил профессор и сообщил данные о человеке, который собирал информацию о возможных потомках Григория Распутина.

Этим человеком оказался учитель истории из города Сестрорецка, расположенного неподалёку от Санкт-Петербурга. Настя тут же созвонилась с ним и договорилась о встрече на 9 часов утра. Когда он узнал, что вопросы будут связаны с загадочными убийствами, которые произошли в Юсуповском дворце, и о которых говорила уже вся Ленинградская область, то с радостью согласился ей помочь.

Позавтракав и собравшись в дорогу, Настя уже хотела было выйти из дома, но её остановил настойчивый телефонный звонок. Звонил домашний телефон, поэтому она прошла в комнату и сняла трубку.

– Я слушаю, – сказала Настя, но в ответ была лишь тишина. Тогда она повторила, но ей так никто и не ответил.

Пожав плечами, Настя положила трубку и пошла к выходу, но телефон зазвонил снова. И опять, как и в первый раз, на том конце провода ничего не говорили, хотя Насте показалось, что она услышала в трубке чьё-то дыхание. Решив, что кто-то просто ошибся номером, Настя махнула рукой и вышла из квартиры.

Из машины Настя решила позвонить следователю. Было 8 часов утра, а они договаривались встретиться в 9. Нужно было перенести встречу на послеобеденное время. Трубку Ольга Петровна взяла практически сразу, как будто сидела и ждала звонка.

– Настя, привет. Как раз хотела тебе звонить.

– Ольга Петровна, здравствуйте. А я хотела перенести встречу. Сейчас я собираюсь поехать в Сестрорецк, чтобы встретиться с человеком, который расскажет мне обо всех возможных потомках Распутина. Может быть, мне удастся за что-нибудь зацепиться. А с Вами встретимся уже после обеда.

Возникла небольшая пауза, а потом Ольга Петровна сказала:

– Настя, будь очень осторожна. Я тебе ещё не успела сообщить, но у нас вчера кое-что произошло. Борис сбежал.

– Как сбежал? – удивилась Настя. – Как ему это удалось?

– Утром на допросе он сообщил, что хочет дать признательные показания. Он взял на себя всю вину: и оба убийства, и покушение на экскурсовода, и кражу музейных ценностей. Он всё рассказал в подробностях, но некоторые детали должен был показать во время следственного эксперимента. Мы договорились с администрацией музея, что приедем к 16 часам, к этому времени они должны были закрыть для посетителей некоторые помещения.

Ольга Петровна вздохнула.

– К сожалению, мы отнеслись безответственно к этому делу и не приняли во внимание его физическую силу. Когда мы приехали во дворец, он неожиданно толкнул обоих конвоиров в стену, и побежал. Когда они опомнились, то сразу бросились в погоню, но за углом Бориса уже не было. Он как будто сквозь землю провалился. Мы так и не смогли определить, в какую сторону он побежал. Бориса объявили в федеральный розыск, скорее всего, он попытается сбежать, либо где-нибудь заляжет на дно. Попробуем разыскать его мать. А ты будь очень внимательна и осторожна.

– Мне сегодня утром кто-то звонил 2 раза, – сказала Настя. – Ничего не говорили, а просто молчали в трубку.

– Не думаю, что это Борис, – ответила Ольга Петровна. – Но мы на всякий случай узнаем, с какого номера звонили. У тебя во сколько встреча назначена?

– В 9 часов.

– Позвони мне, как только она закончится, и мы обсудим с тобой наши дальнейшие действия. Желаю удачи!

– Хорошо, Ольга Петровна, – ответила Настя. – Спасибо!

Она убрала телефон и задумалась. Неужели Борис и есть настоящий преступник? И если это так, то куда он мог пойти? Настя решила, что этим вопросом займётся следствие, и, раз он объявлен в розыск, то его обязательно найдут. Ей же сейчас нужно проверить свою версию о потомках Распутина.

С такими мыслями она завела двигатель, отъехала от обочины и направилась в сторону Сестрорецка.

Глава 40

Добравшись до Сестрорецка, Настя поехала по адресу, который ей по телефону сообщил учитель истории. С Евгением, а именно так звали учителя, они должны были встретиться около его подъезда ровно в 9 часов. Когда Настя доехала до места, то увидела, что Евгений уже ждёт её. По нетерпеливому взгляду из-под очков и портфелю, прижатому рукой к видавшему лучшие времена пиджаку, она сразу поняла, что это именно тот, кто ей нужен.

«Подумаешь, пиджак», – мелькнуло в голове у Насти, когда она парковала автомобиль на стоянке рядом с домом. – «Когда человек увлечён чем-то всей душой, то ему уже не до мелочей».

Выйдя из машины, она направилась к учителю. На вид он был ещё молодой, может быть, немногим старше Насти. Но больше, чем на 30 лет, он не выглядел.

– Евгений, доброе утро, – улыбнулась она ему. – Я Настя. Это Вы со мной вчера по телефону разговаривали.

– Здравствуйте, Анастасия, – ответил учитель также с улыбкой. – Мне очень приятно с Вами познакомиться.

– Ну что, где мы можем поговорить?

– Пойдёмте в сквер, там можно на скамейке посидеть.

Они пошли в сторону деревьев в том направлении, куда показал Евгений.

– Я всю ночь ждал этой встречи, – смущённо улыбнулся он. – Когда я впервые прочитал в газете о том, что случилось в Юсуповском дворце, то сразу захотел узнать все детали. Тем более, говорят, что начинает сбываться проклятие, а подробностей никаких нет. Очень надеюсь, что Вы удовлетворите моё любопытство.

– Конечно. Расскажу всё, что не относится к тайне следствия. И очень надеюсь на Вашу помощь.

Они дошли до сквера и сели на скамейку. Портфель учитель поставил рядом с собой.

– Насколько я поняла, Вы изучаете историю жизни Григория Распутина, а также интересуетесь его потомками?

– И да, и нет, – ответил Евгений. – Меня интересует не только Распутин, но и весь период правления Николая II. Просто я выбрал из этого периода несколько особо понравившихся мне личностей, и изучаю их жизнь особенно тщательно. То же самое касается и их потомков. Мне очень нравится искать информацию в архивах, рисовать генеалогическое древо. Обо всём, что я узнаю, я рассказываю на своих уроках, и детям очень интересно слушать меня.

– А почему Вы решили стать учителем истории? И почему выбрали именно период царствования Николай II?

– Это ещё из детства идёт. У нас дома хранится семейная реликвия – дневники моего прапрапрадеда. В эти дневники, помимо эпизодов из своей жизни, он также записывал важные события, происходящие в стране, наклеивал газетные вырезки, записывал сплетни. Начиная с начальной школы, я просто зачитывался ими, практически выучил их наизусть, и именно благодаря этим дневникам я всей душой полюбил историю. А почему мне нравится период царствования Николая II? Потому что именно в это время мой предок и писал свои дневники. Так что Распутина и многих других людей я знал с самого детства.

– Понятно, какой молодец у Вас прапрапрадедушка, – улыбнулась Настя. – И любовь к генеалогическим древам тоже пришла из этих дневников?

– Можно сказать и так. Когда я учился в 9 классе, мне очень захотелось составить Древо своей семьи, и я всерьёз увлёкся этим занятием. К окончанию школы оно было полностью готово, но это дело так поглотило меня, что я решил продолжить. Древо Распутиных стало вторым в моём хобби.

– Вот как раз это меня и интересует. В особенности потомство по линии сына Распутина.

– Его сын не оставил потомства, – развёл руками Евгений. – Вообще, всего у Распутина было семь детей, но четверо умерли ещё в детском возрасте. Остались две дочери Варвара и Матрёна, которые переехали к нему в Петербург, и сын Дмитрий, который остался жить с матерью в Покровском. Варвара так и не вышла замуж и в 1925 году умерла от тифа и туберкулёза. Дмитрий женился, но детей у них с женой так и не родилось, а в начале 30-х годов они оба умерли от болезней. Удачно сложилась судьба только у одной дочери – Матрёны. Она вышла замуж и родила двух детей. После смерти мужа она переехала в США, где вышла замуж повторно. Так что прямые потомки Распутина остались только по линии дочери.

Он открыл портфель и достал оттуда папку с подшитыми листами.

– Я вчера распечатал для Вас сведения о потомках Распутина, которые собирал много лет, и подшил их для удобства в одну папку. Надеюсь, что они Вам помогут.

– Да, я тоже очень на это надеюсь. Спасибо большое, – ответила Настя, когда учитель передал ей папку.

Некоторое время он смотрел на неё, ожидая чего-то, а затем спросил:

– Можете мне рассказать какие-нибудь подробности того, что же всё-таки случилось во дворце? Мне очень хочется знать, почему говорят, что сбывается проклятие Распутина.

– А что Вам известно о проклятии? – заинтересовалась Настя.

– То же самое, что и всему научному миру. В этом проклятии звучало слово Месть, но, скорее всего, это только часть проклятия.

Настя немного подумала и решила, что для пользы дела кое-что ему всё-таки можно рассказать.

– Да, именно слово Месть было написано кровью на месте убийства охранника в подвальной столовой, в которой убивали Распутина.

– Значит, кто-то мстит за его смерть, – задумчиво сказал Евгений. – Только мстит, по всей видимости, людям, к убийству Распутина никакого отношения не имеющим.

– А на месте второго убийства была надпись Сын за отца, – Настя мысленно вздрогнула, ей ещё было трудно вспоминать о том, что произошло с Андреем.

– Вы думаете, что это сын мстит за отца, за Распутина? Или мстят его потомки? Но как это возможно? Ведь у его единственного сына детей не было.

– А внебрачные дети у него могли быть? Я читала, что у него были связи с женщинами из разных слоёв общества.

– Прямых доказательств нет, только слухи и сплетни.

– Но Вы ведь собирали эти данные? – с надеждой спросила Настя.

– Собирал, но только самые перспективные. По крайней мере, данные, которые озвучиваются хотя бы в двух-трёх источниках.

Он достал из портфеля вторую папку и вытащил из неё небольшую стопку листов.

– Вот здесь у меня данные о трёх разных женщинах, которые утверждали, что родили от Распутина. На самом деле, многие женщины говорили, что забеременели от него, но слова этих трёх женщин подтверждали другие люди. Причём историю одной из них даже напечатали в газете. Правда, через некоторое время было напечатано опровержение, но я всё равно посчитал, что доля вероятности в этом варианте всё-таки есть.

– А здесь у Вас что? – показала Настя на оставшиеся листы.

– Здесь данные о возможных потомках Распутина. Когда в прессе появляется информация о том, что кто-то говорит о родстве с Распутиным, я стараюсь по возможности её проверять. Сейчас уже можно сделать тест ДНК, но пока никто из них не предоставил таких доказательств. Поэтому я записываю всех.

Настя быстро пробежала глазами по листам, но так и не нашла, за что ей можно было бы зацепиться. Но нужно было с чего-то начинать, поэтому она спросила:

– А есть ли кто-нибудь из Санкт-Петербурга, или может быть из области?

– Да, кто-то был, – учитель вытащил один лист. – Вот, есть два варианта. Первая женщина живёт в Ломоносове. Я сохранил вырезку из газеты, в которой она несколько лет назад в интервью говорила, что является потомком Распутина. Она называла фамилию одной из трёх женщин, которых я внёс в список тех, кто мог родить от Распутина, именно поэтому я и посчитал этот вариант перспективным.

– А у Вас есть адрес этой женщины?

– Да, есть адрес и телефон, я их здесь же написал. Если Вы хотите к ней поехать, то сначала позвоните. Прошло уже несколько лет, и она вполне могла переехать. Её зовут Татьяна Михайловна Еремеева.

– Хорошо, – сказала Настя. – А что со второй женщиной?

– Вторую женщину зовут Ангелина Константиновна, больше никаких данных о ней у меня нет. В интернете около двух лет назад было опубликовано её письмо, в котором женщина жаловалась на психиатрическую больницу. Она говорила, что её сына забрали на принудительное лечение только лишь за то, что он сын Распутина. По крайней мере, именно так он решил сам для себя, как писала она в письме. Она просила отпустить её сына домой, так как он не представляет опасности для людей. Ещё она писала, что они с сыном действительно являются потомками Распутина. Даже разместила на сайте в качестве доказательства своё фото рядом с фотографией Распутина. Но люди высмеяли её в комментариях, написали, что ей самой надо лечиться.

– Тогда зачем же Вы сохранили этот вариант?

– Сам не знаю, – ответил Евгений, – Мне она показалась немного похожей на Распутина.

Настя с сомнением посмотрела на фото, пожала плечами и положила листы обратно в папку.

– Спасибо Вам за помощь, – поблагодарила Настя Евгения, поднимаясь со скамейки. – Мне уже нужно возвращаться в Питер.

– И мне тоже уже пора на уроки, – ответил он.

Они попрощались и разошлись в противоположные стороны. Евгений пошёл в сторону школы, а Настя обратно к своей машине.

Глава 41

Сев в машину, Настя решила позвонить Татьяне Михайловне Еремеевой – женщине, которая утверждала, что является потомком Распутина. Через несколько гудков та ответила на звонок.

– Татьяна Михайловна? – спросила Настя.

– Да, кто это?

– Меня зовут Анастасия. Я совершенно случайно наткнулась на старую газету, в которой в интервью Вы говорили, что Григорий Распутин – Ваш предок.

– Да, помню эту статью. И что из этого?

– Дело в том, что я начинаю готовить дипломный проект о Распутине, в котором также будет рассказано о его потомках. Поэтому я собираю информацию об этом. Мы можем с Вами сегодня встретиться?

– Да мне особо и нечего рассказывать, – ответила женщина.

– Я не займу у Вас много времени, – не отступалась Настя.

Её собеседница некоторое время молчала, и, наконец, сдалась.

– Ну, хорошо, приезжайте. Только я сегодня на работе, но минут на 10 смогу выйти из офиса.

– Вы ведь в Ломоносове живёте и работаете?

– Да, – ответила Татьяна Михайловна и назвала адрес.

– Хорошо, – сказала Настя. – Я приеду часа через полтора.

Поговорив по телефону, Настя стала думать, как же ей разыскать вторую женщину. Известны были только её имя и отчество, которые могли оказаться вымышленными. Да и фотография могла быть тоже чужая. Нужно было подключить Сергея Геннадьевича – майора из ФСБ, который договаривался о встрече Насти со следователем. Если он не найдёт ничего об этой женщине, тогда можно больше и не тратить время на её поиски.

Настя набрала его номер, но аппарат абонента был выключен. Решив перезвонить позднее, она связалась со следователем.

– Ольга Петровна, я поговорила с учителем.

– Выяснила что-нибудь?

– Почти ничего. Попробую проверить два варианта, но не думаю, что там получится что-то зацепить.

– Что за варианты? – заинтересовалась следователь.

– Возможные потомки Распутина. Первая женщина живёт в Ломоносове, я с ней уже договорилась о встрече, прямо сейчас и поеду. Может быть, в разговоре удастся что-то выяснить, но особой надежды на это нет. Второй же вариант вообще какой-то туманный, скорее всего, и не вариант вовсе.

– Так может тебе тогда и не ездить в Ломоносов? Стоит ли тратить на это время?

– А у Вас есть какая-нибудь новая информация?

– К сожалению, пока нет. Бориса ищем, завхоза тоже ищем. Ещё пробую выйти на след матери Бориса. Отрабатываем их контакты, но это не так быстро.

– Тогда я встречусь с той женщиной, больше всё равно пока не за что зацепиться, – решила Настя.

– Ладно, тогда держи меня в курсе. Не забудь, что Борис где-то на свободе гуляет. Ах, да! Совсем забыла! Мы ведь отследили твои утренние звонки, они как раз были сделаны из Ломоносова. Тот, кто тебе звонил, использовал сим-карту, оформленную на какого-то пенсионера из другого региона. Будь крайне осторожна. Позвони мне сразу, как только встретишься с той женщиной.

– Хорошо. Вы мне тоже звоните, если будет какая-нибудь новая информация.

После разговора со следователем Настя задумалась. То, что она едет в Ломоносов, и то, что звонки были оттуда же – это просто совпадение или всё-таки нет? Если не совпадение, то тем более нужно встретиться с этой женщиной. Вполне возможно, что ей удастся что-нибудь узнать о местонахождении Бориса.

Настя завела двигатель и направилась в сторону выезда из города. Поехала она по КАДу через Кронштадт, и на месте была даже раньше запланированного времени. Доехав до нужного адреса, Настя увидела двухэтажное офисное здание и припарковалась на стоянке рядом с ним. Затем она позвонила Татьяне Михайловне, и уже через 5 минут из дверей вышла женщина, увидела Настю и направилась в её сторону.

– Здравствуйте, это Вы Анастасия? – спросила она, подойдя к Насте.

– Здравствуйте, Татьяна Михайловна.

– У меня мало времени, что Вы хотели узнать?

– Насколько я помню, Вы называли женщину, с которой Распутин вступил в связь, и которая родила ему ребёнка. А кто у неё родился, сын или дочь?

Женщина немного замешкалась, прежде чем ответить. После небольшой паузы она неуверенно сказала:

– Дочь.

– А почему Вы замешкались? – Насте её поведение показалось странным.

– Так столько времени уже прошло, когда я интервью для газеты давала.

– А когда Вы сами узнали, что являетесь потомком Распутина?

– Я с детства это знала, – ответила Татьяна Михайловна.

Настя подумала, что если бы это было так, то она не замешкалась бы, отвечая на первый вопрос. В её ответах были нестыковки, поэтому Настя спросила:

– А в газету Вы обратились первой, или они сами на Вас вышли?

– Я первая. Нет, знаете, там через знакомых всё было.

Женщина замолчала, видимо, не зная, как продолжить свою фразу. Настя подумала, что в её словах нет ни одного слова правды, и решила дожать её.

– Татьяна Михайловна, а сколько Вам заплатили за это интервью?

Женщина сверкнула глазами и возмущённо ответила:

– Никто мне не платил! Что Вам вообще от меня надо? Я уже и так долго с Вами говорю, а мне на работу пора возвращаться. До свидания!

Татьяна Михайловна развернулась и скрылась в офисном здании.

– До свидания, – задумчиво сказала ей вслед Настя.

Вернувшись в машину, она попробовала ещё раз набрать номер майора, но он всё также был недоступен. Тогда она позвонила следователю.

– Ольга Петровна, похоже, что Вы были правы. Я зря сюда ехала.

– Ничего не удалось выяснить? – спросила она.

– Эта женщина несколько лет назад давала интервью в газете, где говорила, что является потомком Распутина. Она даже пыталась привести какие-то доказательства. Но из разговора с ней я поняла, что это всё обман. Наверное, газета просто хотела поднять свой рейтинг, вот и заплатила ей.

– Понятно. А второй вариант будешь проверять?

– Не знаю. Скорее всего, не буду, там пока даже не за что зацепиться. Возвращаюсь в город.

– Удачи! Если будет что-то новое, то созвонимся. До связи.

– Да, до свидания, – ответила Настя и сбросила звонок.

Решив, что пообедает, когда вернётся в город, она завела двигатель и поехала обратно в Санкт-Петербург.

Глава 42

Насте казалось, что расследование зашло в тупик. Было совершенно не понятно, где искать Бориса. Возможно, следствию удастся выйти на его мать и с её помощью обнаружить его следы. Либо он сам как-то себя проявит. В любом случае, остаётся только ждать.

С такими мыслями Настя доехала до Питера. Оставив машину около своего Антикварного магазина, она пошла в кафе. Во время обеда Настя думала о том, сколько уже сменилось подозреваемых за столь короткое время, пока шло следствие. Был и охранник Миша, и директор, и завхоз, а теперь вот Борис. Да и странное исчезновение завхоза было покрыто тайной. Может, Борис и завхоз на самом деле сообщники?

Её мысли прервал телефонный звонок. Посмотрев на номер, она увидела, что звонил майор из ФСБ.

– Настя, добрый день! Прости, раньше не мог перезвонить, был на важной встрече.

– Здравствуйте, Сергей Геннадьевич. Я звонила, чтобы попросить Вас помочь мне.

– Конечно, я всегда рад тебе помочь. Это связано с расследованием того, что произошло в Юсуповском дворце?

– Да. Я сейчас занимаюсь поисками возможных потомков Распутина. Мне кажется, что здесь есть взаимосвязь с убийствами, но я столкнулась с некоторыми трудностями. Есть публикация в интернете, в которой женщина утверждает, что Распутин является её предком. В публикации указаны её имя и отчество, а также прикреплена фотография. Скажите, возможно ли по этим данным определить, существует такая женщина на самом деле или нет?

– Можно попробовать. Перешли мне эту публикацию, я постараюсь всё выяснить.

– Хорошо, Сергей Геннадьевич. Спасибо Вам большое!

– Не стоит благодарности. Как ты сама себя чувствуешь?

– Уже лучше, расследование отвлекло меня от грустных мыслей и переживаний. Но я пообещала Андрею, что найду его убийц, и я должна сдержать обещание.

– Ты молодец, держись. А я буду помогать тебе по мере своих сил. Когда у меня появится информация, я тебе позвоню. До связи.

– До свидания, Сергей Геннадьевич. Ещё раз спасибо.

Настя убрала телефон в сумочку и продолжила обед. Хорошо, что майор позвонил. Нужно было исключить этот вариант и думать, куда двигаться дальше. Хотя вряд ли эта женщина вообще существует.

Подкрепившись, Настя пошла в магазин. Там она увидела свою помощницу и её сестру. Оставшиеся полдня они провели, обсуждая накопившиеся дела. Настя просмотрела все заявки и подумала, что пора было уже собираться за пополнением ассортимента своего магазина. Торговля шла бойко, а последнюю поездку Андрей завершил больше двух недель назад.

Настя тяжело вздохнула от такого сочетания слов. Действительно, для Андрея поездка оказалась последней. Ну что же, ехать всё равно нужно, жизнь не стоит на месте. Если в расследовании к началу следующей недели ничего не изменится, то она дня на три уедет в командировку.

К шести часам вечера все дела были разобраны и Настя, попрощавшись с девушками, отправилась домой. Там она немного отдохнула, поужинала и стала думать, что ей делать дальше. На часах было уже семь, и она сомневалась, что майор позвонит сегодня, да и вряд ли он вообще найдёт какую-нибудь информацию по этой женщине. Но Насте почему-то казалось, что завтрашний день должен стать насыщенным, и он обязательно принесёт какие-нибудь новости.

Перед сном она решила немного прогуляться. Погода была замечательная, и ей не хотелось в этот вечер оставаться одной. Ей вдруг очень захотелось выйти на улицу, сходить на набережную Невы, побыть среди людей, поэтому она собралась и вышла на Невский проспект. По нему она не торопясь прогулялась до Дворцовой площади, а затем и до набережной.

Воспоминания вновь нахлынули на неё. Настя вспомнила, что ещё совсем недавно они с Андреем гуляли здесь вместе. Только теперь это были не грустные воспоминания, а скорее радостные. Она была благодарна господу за то, что он, пусть и ненадолго, но подарил ей такие счастливые мгновения, такого светлого человека и большое, искреннее чувство.

Погуляв часа два, Настя вернулась домой. Перед сном она решила принять ванну, чтобы полностью расслабиться. Водные процедуры помогли ей окончательно развеять все тревоги и суету этих дней, и она с лёгкостью заснула, едва только легла в кровать.

Только напрасно она решила, что все тревоги остались позади. Возбуждённый мозг думал совсем иначе, и ночью напомнил Насте о себе. Ей опять приснился сон, и он был тесно связан с тем сном, который Настя видела раньше. Подсознательно она даже была уверена, что это один и тот же сон.

Настя вновь стояла в центре тёмного зала Юсуповского дворца, а из дверного проёма на неё надвигалась Тень. Метрах в десяти от неё Тень остановилась, и Настя увидела, что это был кто-то в чёрном плаще. Лицо его скрывал капюшон, и оно полностью было скрыто, но Настя точно знала, что перед ней стоит сын Распутина.

Ей вдруг показалось, что позади неё должен стоять сам Григорий Распутин, ведь это он привёл её сюда, чтобы познакомить со своим сыном. Она обернулась, но сзади был только лишь пустой зал. Тогда она снова посмотрела на фигуру, которая находилась перед ней. Тишина вокруг стояла такая, что слышно было, как звенит в ушах.

Внезапно Тень в чёрном плаще начала поднимать руку. Насте стало немного жутковато, потому что фигура напомнила ей Смерть, разве что была без косы. Рука поднялась параллельно полу, и Настя смогла различить сжатый кулак. Из кулака стал разгибаться указательный палец, и она поняла, что рука показывает на дверь, из которой Настя недавно пришла вместе с Распутиным. Интуитивно она поняла, что фигура пытается показать ей на подвальную столовую.

Настя начала поворачивать голову в ту сторону, но вдруг откуда-то издалека раздался такой душераздирающий, полный боли, отчаяния и ненависти крик, что ей сделалось очень жутко. Голос показался ей знакомым, и вдруг она ясно поняла, что этот голос принадлежал Григорию Распутину.

Настя проснулась, и ещё долго не могла прийти в себя. Это был уже второй странный сон за несколько дней. «Что бы всё это значило?» – думала она, пытаясь восстановить дыхание. Была ещё ночь, и Настя попыталась снова заснуть, но это у неё не получилось. Тогда она пошла на кухню и выпила стакан тёплого молока. Вернувшись в спальню, она ещё немного поворочалась, и вскоре заснула.

Разбудил её телефон, который звонил очень настойчиво, и, по всей видимости, уже давно. Настя с трудом открыла глаза и посмотрела на часы. Было уже 8 часов утра. Она протянула руку, взяла телефон и ответила:

– Я слушаю, – спросонья её голос был ещё немного хриплым.

– Настя, я тебя разбудил? – спросил майор. – Прости, я думал, что уже не рано для звонка. Доброе утро!

– Доброе утро, Сергей Геннадьевич! Всё в порядке, я уже не сплю.

– Я всё выяснил по твоему вчерашнему вопросу. Такая женщина действительно существует. Имя, отчество и внешность – всё совпадает. Я узнал адрес. Она живёт в Санкт-Петербурге, недалеко от станции метро «Кировский завод».

У Насти сон как будто рукой сняло, и она резко вскочила с постели. Не может быть, чтобы это было простым совпадением. Ведь и отец Бориса говорил, что два раза видел свою бывшую жену именно в районе Кировского завода. Как будто пелена упала с Настиных глаз.

Глава 43

Настя решила сразу же звонить Ольге Петровне. Если та женщина окажется матерью Бориса, то нельзя медлить ни минуты. Вполне возможно, что Борис сейчас скрывается у неё, и никто не знает, сколько он ещё там пробудет. Если не поспешить, то уже сегодня он может уехать из города, и тогда его будет гораздо сложнее найти.

Гудки проходили, но трубку никто не снимал. «Как странно» – подумала Настя. Действительно, раньше такого никогда не было, обычно следователь отвечала на звонки после первых же гудков. Тогда она позвонила по её рабочему номеру, но и там трубку никто не взял. В любом случае, нужно было ждать, одной ей опасно было туда ехать.

Тогда Настя решила принять душ. Вода помогла ей немного прийти в себя, успокоиться и окончательно проснуться. После этого она начала готовить завтрак, время от времени поглядывая на часы. Минутная стрелка неумолимо двигалась вперёд, снова заставляя Настю волноваться всё сильнее. Она попыталась расслабиться, спокойно позавтракать и выпить кофе.

После завтрака Настя стала ещё раз звонить Ольге Петровне, но опять безрезультатно, и в кабинете всё также никто не брал трубку. А ведь было уже полдевятого, нужно было что-то срочно решать. «А что, если это совершенно другая женщина, а не мать Бориса? Вдруг это всего лишь совпадение?» – пришла Насте внезапная мысль.

Общего было не так уж и много. Ангелина Константиновна – женщина, разместившая письмо в интернете – жила в районе станции метро «Кировский Завод», и мать Бориса видели там же. Больше их ничего не объединяло. Разве что мать Бориса могла сойти с ума и вообразить, что она является потомком Распутина, и по этой же причине написать письмо. И пусть даже и так, не факт, что Борис прячется у неё, ведь он не видел её с десятилетнего возраста.

Настя решила, что может и сама доехать до этой женщины. Только нужно будет вести себя очень аккуратно. В 9 часов она ещё раз попыталась дозвониться до следователя, та не отвечала, и Настя пошла в комнату, чтобы собраться в дорогу. Ей очень не терпелось выяснить, кто же на самом деле эта женщина, поэтому уже через 10 минут она спускалась по лестнице, на бегу обдумывая план дальнейших действий.

Пока Настя ехала до места, она всё решала, как же ей поступить. Может быть, имеет смысл сначала расспросить соседей про Ангелину Константиновну, прежде чем идти к ней? Нужно было узнать точнее, что эта женщина из себя представляет, давно ли живёт в этой квартире, и приходят ли к ней гости. Больше всего, конечно же, Настю интересовал вопрос, видели или нет соседи кого-нибудь, похожего на Бориса.

Уже подъезжая к дому, Настя решила, что пойдёт сразу в нужную квартиру. Во-первых, соседи начнут интересоваться, почему она задаёт им вопросы, просить показать служебное удостоверение, а его у Насти не было. А во-вторых, Настя решила для себя, что она никого не боится. Она не собирается прятаться от убийцы Андрея и, если Борис окажется там, она сможет посмотреть ему в глаза. А дальше будь что будет. Возможно, другого шанса найти его больше не представится.

Машину Настя оставила в соседнем дворе, чтобы её не могли увидеть из окна, а сама пошла к дому Ангелины Константиновны пешком. Возле её дома она аккуратно прошла под окнами, нашла нужный подъезд и стала осторожно подниматься по лестнице. Квартира, которую она искала, находилась на 3 этаже. Настя остановилась, и некоторое время просто смотрела на звонок, собираясь с мыслями. «Мне нечего терять, надо действовать смелее» – сказала она сама себе мысленно, и позвонила дверь.

Внутри квартиры послышалась звонкая трель, и вновь стало тихо. Настя прислушалась, но ничего не услышала: ни шороха, ни скрипа половиц, ни дыхания. Подождав некоторое время, она позвонила опять. Как и в прошлый раз, ничего не произошло. «Либо её нет дома, либо мне не хотят открывать» – подумала Настя. Постояв ещё немного, она на всякий случай позвонила в третий раз и стала спускаться вниз.

В это время послышался щелчок, и Настя резко обернулась. Звук раздавался из квартиры, в которую она только что звонила, и это был звук отпираемого замка. Настя замерла от неожиданности, не зная, подождать ей или подняться обратно, но тут дверь приоткрылась. На пороге стояла женщина в домашнем халате, с полотенцем на голове и удивлённо смотрела на незваного гостя. На вид ей было лет 50, или около того.

– Это Вы звонили? – спросила она.

Настя немного подумала и стала подниматься по лестнице обратно к квартире.

– Да, добрый день. Вы Ангелина Константиновна? – спросила она хозяйку квартиры.

– Да, – женщина с подозрением посмотрела на Настю.

– А я уже подумала, что никого нет дома, раз так долго не открывают.

– Я была в душе, – она смотрела всё так же недоверчиво. – А кто Вы?

– Ой, прошу прощения, я не представилась, – спохватилась Настя. – Меня зовут Анастасия. Мы можем пройти в квартиру и поговорить?

– О чём поговорить? – женщина ещё не понимала, чего же именно от неё хотят.

– Понимаете, я сейчас пишу статью о психиатрических больницах, – начала на ходу придумывать Настя. – А вчера я наткнулась на Ваше письмо в интернете, в котором Вы жалуетесь на одну из них. Вот я и хотела с Вами обсудить этот вопрос.

Ах, вот почему Вы пришли, – смягчилась женщина. – Тогда проходите.

Она отошла в сторону, и Настя зашла в квартиру.

Глава 44

Оказавшись в коридоре, она попыталась определить, есть Борис в квартире или нет. Квартира была маленькая, однокомнатная, но всё-таки были места, где запросто можно было спрятаться. Настя прислушалась к своим внутренним ощущениям, и они подсказали ей, что в квартире больше никого нет.

– Проходите туда, не разувайтесь, – женщина показала рукой в сторону комнаты.

Настя зашла в комнату и села на кресло. Ангелина Константиновна зашла следом и села на соседнее кресло. Настя внимательно посмотрела на неё. Глаза у женщины были печальные, безжизненные. И было пока не понятно, то ли она грустит, то ли у неё что-то не в порядке с психикой. С этим нужно было ещё разобраться.

– Так вот, Ангелина Константиновна, как я уже говорила, я пишу статью о психиатрических больницах. А если быть точной, то о различных незаконных действиях персонала этих больниц. Я собираю истории самых разных людей, которые столкнулись с произволом и беззаконием, и которые не смогли найти поддержку со стороны государства. Вчера я совершенно случайно наткнулась на Ваше письмо, и оно меня очень заинтересовало. Но в нём изложено всё кратко, без каких-либо подробностей. Не могли бы Вы поведать мне свою историю полностью? Как я понимаю, государство в этом вопросе и Вас оставило один на один с произволом? Я уверена, что моя статья обязательно поможет Вам и другим людям, попавшим в беду, добиться справедливости.

– Было бы замечательно, если бы произошло так, как Вы говорите, – ответила Ангелина Константиновна. – Я, если честно, уже совсем отчаялась.

Настя приготовилась внимательно наблюдать за ней, чтобы не упустить ни одной детали. Важно было понять, действительно ли у неё есть сын и его забрали незаконно на принудительное лечение, или всё-таки это мать Бориса, и она сама не совсем здорова.

– Так что всё-таки произошло? – спросила Настя.

– Мы жили с сыном спокойно, никому не мешали. Правда, он был довольно замкнутым и почти ни с кем из сверстников не общался, но школу закончил с хорошими оценками. Особенно он увлекался историей, он её очень любил. Вы ведь прочитали в письме, что мы с сыном являемся потомками Распутина?

– Конечно, – ответила Настя. – Вы писали, что из-за этого его и забрали. Неужели это правда, что Вы – потомки Распутина?

– Да, это на самом деле так, – произнесла женщина с серьёзным видом. – У Распутина была связь на стороне, и родился сын. И наша семья пошла от этой линии. Мне родители об этом с детства говорили, и своему сыну я с детства рассказывала то же самое.

Ангелина Константиновна тяжело вздохнула:

– После того, как мой сын закончил школу, я стала замечать за ним некоторые странности. Он что-то бормотал себе под нос, как будто с кем-то разговаривал. Когда я спросила его, с кем именно он говорит, он сказал мне, что с отцом. А ведь я долгое время растила его без отца. Потом он сказал, что его отец – Распутин. Я пыталась его переубедить, говорила, что он только лишь наш далёкий предок, но сын и слушать не хотел, злился на меня из-за этого. Ну, я и махнула рукой, ведь ничего плохого он не делал.

У неё по щеке скатилась слеза, и она вытерла её рукавом.

– А потом кто-то узнал об этом, и вызвал санитаров. Они скрутили моего сына, увезли и заперли в психушке. Это было больше двух лет назад. Поначалу я ходила к ним, умоляла отпустить, потом требовала, но его не отпускали. Правда, видеться мне с ним иногда разрешали. Примерно раз в месяц я приходила к нему, он плакал и просил забрать его домой. А полгода тому назад свидания совсем запретили. Они сказали, что это опасно, потому что он буйный.

Она закрыла лицо руками и заплакала. Настя же обдумывала сказанное. Было похоже, что женщина вполне адекватная и говорит правду. Внезапно Настю посетила мысль спросить имя сына. Странно, что она раньше не пришла к ней в голову.

– Ангелина Константиновна, а как зовут Вашего сына?

– Ой, что Вы, – махнула рукой женщина. – Я уже и забыла его имя. Когда сын решил, что его отец Распутин, он запретил мне называть его прежним именем.

– Как же Вы к нему обращались? – спросила Настя.

– Так и обращалась, просто сын, – пожала плечами Ангелина Константиновна.

Похоже, что зря Настя поспешила с выводами. Скорее всего, это и есть мать Бориса. Наверное, она сама не совсем здорова, раз считает, что Борис жил вместе с ней, хотя на самом деле его забрали от неё в десятилетнем возрасте, когда обнаружили их в общине Хлыстов в Архангельской области. Но нужно было задать ещё один вопрос.

– А фотография сына у Вас есть?

Если бы Настя смогла увидеть фотографию, то всё сразу же встало бы на свои места.

– Нет, сын уничтожил все фотографии. Он говорил, что это не его жизнь.

Ответ Ангелины Петровны подтвердил Настины догадки. Вполне возможно, что она сама лечилась в той лечебнице. Нужно было это проверить.

– Я бы очень хотела Вам помочь, – сказала ей Настя. – Я хочу поговорить с руководством больницы по поводу Вашего сына. Попробую договориться, чтобы Вам снова разрешили свидания. А может даже получится сделать так, чтобы Вашего сына совсем отпустили. У Вас есть адрес больницы?

– Ой, как я Вам благодарна, – женщина вскочила с кресла. – Одну минутку.

Она подошла к столу, выдвинула ящик и переписала адрес из блокнота на лист бумаги. Затем передала этот лист Насте. Настя посмотрела женщине в глаза и вздрогнула. От нездорового огонька, появившегося в безжизненных глазах женщины, Насте сделалось не по себе.

– Я всё узнаю и позвоню Вам, – быстро сказала она и поспешила уйти из квартиры.

Глава 45

Садясь в машину, Настя чувствовала, что она на верном пути. Нужно было поехать в психиатрическую больницу, чтобы понять, знают там эту женщину или нет. Когда Ангелина Константиновна публиковала письмо в интернете, она прикрепила к нему свою фотографию. По этой фотографии и должен будет опознать её хоть кто-нибудь из персонала этой больницы. Только была одна небольшая загвоздка – там с Настей никто даже и разговаривать не станет. И совсем другое дело, если вопросы им будет задавать следователь из Следственного комитета.

Нужно было обо всём рассказать Ольге Петровне, и Настя снова стала набирать её номер. «Как странно» – подумала она, долго вслушиваясь в длинные гудки. По рабочему номеру следователя тоже не оказалось на месте. Настя не могла понять, куда же та исчезла. Нужно было ехать самой к Ольге Петровне на работу и попробовать на месте её поискать. Если не удастся её там найти, то можно будет взять с собой Геннадия. Так и решив, Настя завела двигатель и поехала в сторону Следственного комитета.

Ей повезло – как только она доехала до места, то увидела Ольгу Петровну. Та тоже только что припарковалась у обочины и выходила из машины.

– Ольга Петровна! – воскликнула Настя, устремившись к ней. – Я всё утро пытаюсь дозвониться до Вас. Почему Вы не берёте трубку?

Следователь обернулась, услышав Настю, и ответила:

– Настя, прости, оставила дома телефон. Такое со мной впервые. Просто рано утром срочно нужно было ехать на работу, и, пока собиралась, совсем забыла про телефон. Пойдём ко мне в кабинет, там поговорим. К тому же мне срочно нужно выпить чаю и съесть булочку, утром я не успела позавтракать.

– Хорошо, – ответила ей Настя, решив, что её дело может 10 минут и подождать.

Они вместе вошли в здание и отправились в кабинет Ольги Петровны. Там она быстро вскипятила воду в чайнике, налила чай в 2 кружки, достала круассаны, и они с Настей немного подкрепились.

– Теперь я готова разговаривать, – улыбнулась Ольга Петровна. – Зачем ты меня искала? У тебя что-то срочное?

– Да. Возможно, я нашла мать Бориса, – ответила ей Настя и рассказала про утренний звонок майора из ФСБ.

– Я пыталась связаться с Вами, – говорила Настя, – но Вы не брали трубку. Медлить было нельзя, поэтому я решила ехать одна и всё выяснить.

– Так ты ездила к ней? – удивилась Ольга Петровна.

– Да, – ответила Настя, – Я сейчас как раз от неё.

– С твоей стороны это было безрассудно. Если бы там был Борис, он мог причинить тебе вред.

– Да, я понимаю, но в тот момент меня это мало заботило, я не хотела упустить время. Я даже надеялась застать его там.

– У тебя бы ничего не вышло, – сказала Ольга Петровна. – Сегодня утром мы обнаружили и задержали Бориса.

– Где? – удивилась Настя.

– На посту ГИБДД, на выезде из города. Он пытался скрыться на попутной машине. Когда его задержали, то позвонили нам. Мы приехали, и, пока его не увезли, я смогла немного с ним поговорить. Он клянётся, что никого не убивал, а побег вышел совершенно случайно. По его словам, он просто испугался, что, раз его уже решили сделать виноватым, то обязательно посадят за решётку, причём надолго.

– И что Вы думаете по поводу его слов?

– Пока ничего, я с ним мало общалась. Сегодня допрошу его ещё раз. Так эта женщина и правда приходится Борису матерью?

– Скорее всего, но это нам ещё предстоит выяснить. Мне кажется, что она ненормальная.

Настя пересказала Ольге Петровне все детали её встречи с Ангелиной Константиновной.

– Я считаю, что мы сможем найти какую-нибудь зацепку, посетив эту больницу, – добавила она. – Разгадка близка, я чувствую это. Мне кажется, что мы на верном пути.

– И что ты думаешь там обнаружить? – спросила Настю Ольга Петровна.

– Я пока сама не знаю. Для начала я хочу показать им фотографию этой женщины и послушать, что они про неё расскажут. Только мне они вряд ли станут что-либо отвечать, просто закроют перед носом дверь, и всё. Мне очень нужно, чтобы Вы поехали со мной.

Следователь посмотрела на часы. Было уже двадцать минут одиннадцатого, но Бориса допросить она хотела только после обеда, так что время у неё было.

– Хорошо, давай съездим, – согласилась она. – Хоть выясним, действительно ли это мать Бориса, а если нет, то узнаем, что это за женщина. Какой адрес больницы?

– Это на окраине, – ответила Настя и протянула Ольге Петровне листок.

Та посмотрела на адрес и сказала:

– За полчаса доберёмся. Поехали, пока там никто на обед не ушёл.

Они быстро встали и вышли из кабинета.

Глава 46

Около 11 часов Настя и Ольга Петровна остановились на стоянке около больницы.

– Какие будут предложения? – спросила Ольга Петровна Настю. – С чего начнём?

– Думаю, что надо сразу пойти к главврачу и показать ему фото Ангелины Константиновны. Я допускаю, что он может и не узнать её, ведь у них там много пациентов, и главврач не обязан их всех знать в лицо, а тем более тех, кто лежал раньше.

– Хорошо, – сказала Ольга Петровна. – А если он скажет, что никогда не видел её, тогда попросим показать нам базу пациентов, чтобы сравнить фото, или расспросим персонал больницы. Если она там лежала, то кто-то всё равно должен её вспомнить.

Они вышли из машины и направились к больнице. Внутри Настя подошла к окошку регистратуры, за которым сидела молоденькая девушка.

– Добрый день. Подскажите, как мы можем найти кабинет главврача?

– А Вам назначено? – поинтересовалась она у них.

Ольга Петровна развернула удостоверение и показала в окно.

– Ой, – немного растерялась девушка. – Вам нужно подняться на второй этаж и направо по коридору до конца.

– Спасибо, – поблагодарила девушку Настя, и они направились к лестнице.

Поднявшись на второй этаж и дойдя до конца коридора, они увидели кабинет главврача. На табличке было написано, что его зовут Геннадий Михайлович Боровиков. Ольга Петровна постучалась, открыла дверь и вошла в кабинет. Настя зашла следом и закрыла за собой дверь. За столом сидел седовласый мужчина в очках.

– Здравствуйте, Геннадий Михайлович, – сказала Ольга Петровна и показала ему служебное удостоверение. – Мы из Следственного комитета.

Здравствуйте, – повторила Настя.

– Добрый день, – взволнованно вскочил он. – Чем я могу помочь?

– Да Вы не волнуйтесь, – успокоила его Ольга Петровна. – Мы пришли просто задать Вам пару вопросов.

– Да, конечно, присаживайтесь, – главврач показал им на стулья и снова вернулся на своё место.

Как только они сели, Настя достала фотографию Ангелины Константиновны и положила перед ним.

– Скажите, Вы раньше видели эту женщину? – спросила она.

– Нет, – покачал головой главврач, разглядывая фотографию. – В первый раз вижу.

– Может быть, она была пациенткой Вашей больницы? – спросила его Ольга Петровна.

– Нет, я бы её запомнил. У меня хорошая память на лица.

– Жаль. А картотека пациентов с фотографиями у Вас есть?

– Нет, – развёл руками Геннадий Михайлович. – До нас пока не дошли всякие новшества, у нас всё по старинке.

– Тогда извините за беспокойство, – сказала Настя, поднимаясь со стула.

Следователь тоже поднялась, они попрощались и вышли.

– Почему ты так быстро ушла? – спросила Ольга Петровна, когда они немного отошли от кабинета. – Я могла задать ему ещё несколько вопросов.

– Он бы всё равно больше ничего не сказал нам. Лучше спросим кого-нибудь ещё.

В конце коридора санитарка мыла пол, и Настя с Ольгой Петровной подошли к ней.

– Простите, Вам знакома эта женщина? – спросила её Настя, показывая фотографию.

Она лишь мельком взглянула на фото и кивнула.

– Да, конечно. Она время от времени приходила навещать кого-то во втором корпусе.

Настя задумалась над сказанным. Похоже, что Ангелина Константиновна не обманывала её и у неё действительно здесь лежит сын. Получается, она не мать Бориса. Но эти мысли прервал вопрос Ольги Петровны:

– Скажите, а главврач видел эту женщину?

– Конечно, – ответила санитарка. – В последние месяцы она что-то зачастила к нему.

Ольга Петровна поблагодарила её и поспешила обратно в кабинет главврача. Настя пошла следом. Теперь они уже вошли без стука.

– Вы обманули нас, – с порога сказала следователь, сделав грозный вид. – Ангелина Константиновна много раз была у Вас в кабинете. Кого она навещала в больнице?

Главврач весь покраснел, капли пота выступили у него на лбу, но он всё-таки ответил:

– Она приходила к сыну.

– Расскажите подробнее, какой у её сына диагноз?

– Раздвоение личности. Он решил, что он сын Григория Распутина. Сначала вёл себя смирно, а потом стал впадать в ярость. Кричал, что ненавидит докторов, что один из них – Доктор Лазоверт – хотел убить его отца. Грозился всех в этой больнице отравить крысиным ядом, и тогда пришлось изолировать его.

– Нам нужно его увидеть, – сказала Настя.

– Это невозможно, – быстро произнёс главврач. – Он буйный и может наброситься на вас, к нему нельзя никому заходить.

– Послушайте, – сказала Ольга Петровна, глядя ему в глаза. – Что-то Вы темните. Поймите же, мы всё равно попадём к нему. Но если Вы нас обманываете в чём-то, Вы можете попасть под уголовное преследование. Если же расскажете правду, то может всё и обойдётся.

На этот раз главврач надолго задумался. Он выглядел, как человек, попавший в ловушку. Наконец, собравшись с мыслями, он тихо произнёс:

– Его сейчас нет в больнице. Он сбежал полгода назад. Я не хотел огласки и просто выписал его по бумагам. А матери его я сказал то же самое, что и Вам, чтобы не ходила больше.

Настя и Ольга Петровна молча переглянулись.

– А когда Борис устроился на работу в музей? – спросила Настя у Ольги Петровны.

– Точно не скажу, надо поднять дело, – медленно произнесла она.

– У Вас должно быть его фото, и не врите нам, что его нет! – вдруг резко прикрикнула Настя на главврача.

Он вздрогнул от неожиданности и повернулся к шкафу. Через минуту он достал папку, вынул оттуда фотографию и положил на стол перед женщинами. Настя посмотрела на неё и не поверила своим глазам.

С фотографии на них смотрел Саша – уборщик из Юсуповского дворца.

Глава 47

РАЗГОВОР С ОТЦОМ (часть четвёртая).

Отец! Сегодня наш с тобой последний день в этом мире, моя миссия выполнена, и я могу закончить свою земную жизнь с чувством исполненного долга. Но перед тем как мы уйдём вместе с тобой, я хочу вспомнить всё, что случилось со мной в этот краткий миг между приходом в этот мир и уходом в другой.

Первые 18 лет жизни я был, словно слепой котёнок. Я не видел своего Пути, не понимал своего земного предназначения, а просто существовал в своём теле, ограничивая своё сознание рамками, в которые меня загнало общество. Я ходил в школу и пытался постичь какие-то знания, не понимая, что я изучаю всего лишь маленькую песчинку, которую мне позволили изучать, отделив её от необъятных песков информационной пустыни Вселенной.

Но всё изменилось в один миг, когда ты, отец, явился ко мне во сне и открыл мне глаза. Ты мне объяснил, что я твой сын, а ты мой истинный отец. Ты просил меня помочь освободить твою запертую душу. Юсуповский дворец стал для неё темницей, а князь Юсупов и его соратники – ненавистными тюремщиками, обрекшими тебя на вечные муки. И только месть могла спасти тебя и выпустить на волю. Месть твоим врагам – это и есть мой Путь, который я должен был пройти.

Однажды о том, что я твой сын, узнал завистливый сосед по подъезду, в котором располагалась моя квартира. От непонимания моего истинного предназначения, от лютой злобы и зависти, а также обиды на весь мир за свою никчемность, он пожаловался на моё состояние в психиатрическую больницу. Оттуда приехали санитары и забрали меня.

Но я не сдался, они не смогли сломить мою волю. Я сидел смирно, пытаясь придумать, как же мне разыскать твоих врагов. И ты снова явился ко мне во сне, опять подсказал мне, что я должен делать. Я должен был искать их там, где они убили тебя, а именно во дворце. И я понял, что мне нужно бежать из больницы и устроиться на работу в Юсуповский дворец. А потом ты спросил меня, почему я не пытаюсь отомстить доктору Лазоверту, который травил тебя ядом? Ведь вокруг меня столько докторов, и один из них и есть твой мучитель.

Во мне проснулась ярость, и я стал бросаться на каждого. Тогда они изолировали меня ото всех, и я решил, что пора бежать. Я притворился, что стал гораздо спокойнее, и через какое-то время мне удалось оглушить санитара, забрать у него ключи и убежать. Я не знаю, как это у меня получилось. Ты меня вёл, только так я могу объяснить столь успешный побег.

На свободе я первым делом забрал свои документы. После того, как ты в первый раз явился ко мне и сообщил, что ты мой отец, я закопал их в парке под деревом. Теперь же я откопал их, они помогли мне устроиться в Юсуповский дворец уборщиком и снять комнату.

На работе ко мне относились плохо, унижали и оскорбляли меня, но я не обращал на это никакого внимания. Только лишь охранник Василий стал со мной общаться по-доброму, и я втёрся к нему в доверие, чтобы больше узнать о дворце. Но всё равно я не понимал, как мне найти и наказать твоих мучителей. Во время работы за мной постоянно наблюдал завхоз, придирался к каждой мелочи, и днём я не мог заниматься поисками, я мог заниматься ими только по ночам. Но как это было сделать незаметно от окружающих?

И опять ты выручил меня. Я помню, как ты взял меня за руку и повёл вниз, в подвалы дворца. В самом дальнем подвале ты подвёл меня к стене и указал на кирпич. Ты хотел, чтобы я надавил на него, и я так и сделал. Только ничего не произошло. Ты устремил на меня свой грозный взгляд, и я понял, что ты очень зол. Тогда я надавил на кирпич что есть силы, и произошло невероятное – стена отошла в сторону. За стеной я обнаружил пустую потайную комнату, и понял, что это мой шанс.

Постепенно я переоборудовал комнату под себя, сделал свет, и решил, что эта комната будет моим тайным убежищем, где я смогу скрываться ото всех и выходить по ночам, чтобы искать твоих убийц. Чтобы меня не замечали охранники, я сделал себе чёрную накидку, маску, и научился передвигаться быстро и бесшумно. Я изучил расположение камер видеонаблюдения, чтобы как можно реже попадать в их поле зрения.

Я часто приходил в кабинет Юсупова и говорил твоим мучителям о том, как сильно я их ненавижу. Я понимал, что это всего лишь восковые фигуры, но мне нужно было куда-то выплеснуть свою ярость. Я зашёл в тупик в своих поисках и не знал, что мне делать дальше. Тогда я стал время от времени наведываться в подвальную столовую и советоваться с тобой, как же мне поступить. Но ответа я так и не получал.

А потом я услышал от охранников, что меня всё-таки заметили. Точнее, они заметили не меня, а странности, которые стали происходить во дворце. Я забывал выключать свет в кабинете, они слышали мой голос. И тогда я понял, что мне нужно действовать гораздо осторожнее. Только после того, как я это понял, я решился ещё на один разговор с тобой. Я спустился в подвальную столовую, и там-то меня и заметил охранник Василий.

Я отчётливо помню ту ночь, каждую деталь, каждое своё движение. Я стоял и говорил с тобой около старого распятия, а в эту минуту зашёл охранник. Он всё понял мгновенно, и начал угрожать мне. Он кричал, что обо всём расскажет, и меня больше здесь не будет. Только ведь и я тоже понял, что никакой это не охранник. Я вдруг осознал, что передо мной стоял Феликс Юсупов – твой мучитель, мой враг. И я тут же выстрелил в него из пистолета, который брал с собой из своего тайника каждую ночь, когда выходил на поиски. Затем я обмакнул перчатку в его кровь и написал на стене слово «Месть», чтобы ты увидел, что ждать осталось совсем недолго.

Я вдруг ощутил такую радость от того, что одного из пяти твоих мучителей уже нет. Я был в полной уверенности, что это именно тот Путь, по которому я и должен был пройти. Но идти по нему предстояло ещё долго, и нельзя было, чтобы меня обнаружили. Тогда я решил отвести от себя подозрение и инсценировать похищение ценностей. Я прошёлся по дворцу, взял несколько экспонатов и отнёс их в свой тайник. Затем я ещё раз проделал то же самое.

На некоторое время я решил прекратить свои поиски и подождать, пока уляжется шумиха. Я не боялся расследования, ведь я не оставлял никаких улик. Но однажды во дворце появилась молодая девушка по имени Анастасия и так рьяно взялась за дело, что я понял – она может в скором времени докопаться до самой сути. Мне стало казаться, что она помешает довести наше дело до конца, но вышло всё наоборот.

Случайно мне в глаза попало средство для мытья пола. Я промыл глаза водой и вышел на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и таким образом уменьшить покраснение. В это же время она тоже вышла из дворца, увидела меня и спросила, что случилось. Я соврал ей, что у меня больные глаза. И тогда она записала меня к врачу. И я вдруг понял, отец, что это знак! Именно там я смогу найти доктора Лазоверта и убить его. До приёма оставалось ещё полторы недели, и у меня было время, чтобы основательно подготовиться и закончить с остальными мучителями.

Но тут на моём Пути встал ненавистный мне завхоз. Он как-то смог выследить меня, когда я после работы вечером пробирался в свой подвал, настиг меня там и опять начал орать. Он и раньше часто придирался ко мне, но теперь я был на своей территории. От нахлынувшего на меня гнева я выхватил нож и зарезал его. Больше он не сможет помешать мне, но для этого нужно было спрятать его ото всех. Ещё раньше я нашёл в своей потайной комнате погреб, и вот теперь оттащил тело завхоза туда, завалил тряпками и запер сверху крышку.

Но, похоже, это была не совсем удачная для меня ночь. По крайней мере, я так думал вначале. Когда я пробирался по тёмному залу, меня окликнул незнакомый голос и кто-то посветил на меня фонарём. Я испугался и побежал в подвал, но он не отставал. Он преследовал меня почти до моего убежища. Внезапно я понял, отец, что это твой убийца Пуришкевич, который преследовал тебя и подло убил, выстрелив сзади. Тогда я повернулся и выстрелил ему в живот. Он упал на пол, а я подошёл к нему и добил выстрелом в голову. Теперь он был мёртв, а я в порыве гнева и одновременно охватившей меня эйфории написал на стене его кровью «Сын за отца».

Но внезапно вдалеке я увидел свет от фонаря и услышал шаги. Тогда я спрятался в тёмный угол, а мимо меня пробежал охранник Борис. Я его недолюбливал, он вечно измывался надо мной из-за того, что я слабее, поэтому я решил отомстить ему. Я незаметно прокрался наверх, взял два подсвечника и положил их в сумку Бориса в раздевалке. Теперь все подумают, что убийца он. В итоге, так и вышло, когда у него при обыске нашли подсвечники. Я же просто выскользнул через запасной выход и растворился в темноте улиц. Я знаю, как обходить камеры во дворце и оставаться незамеченным.

Правда, позже Бориса отпустили. Но я позаботился о том, чтобы его забрали снова, и на этот раз надолго. Так, случилось, что в тот вечер во дворце оказались и Борис, и наш экскурсовод. Я знаю, что Борис недолюбливал её и даже угрожал, и решил это использовать. Я столкнул женщину с лестницы, подозрение теперь падёт на Бориса, а я смогу беспрепятственно завершить свою миссию.

И вот сегодня наступила пятница, которая стала самым главным днём на моём жизненном Пути. Ведь сегодня никого из твоих обидчиков не осталось в живых. А ведь я думал, что пока избавлюсь только от доктора Лазоверта. Ты ведь помнишь, что та сыщица Анастасия записала меня сегодня к нему на приём на 11 часов? Так я решил, что убью его точно так же, как и он хотел убить тебя. Я достал крысиный яд, подмешал его в вино и насыпал в пирожные, и с такими гостинцами отправился в больницу.

На приёме всё сложилось крайне удачно. Глаза он мне осмотрел и прописал какие-то капли. Во время приёма я узнал, что они сегодня работают только до обеда. У его жены, которая работает вместе с ним, день рождения, и они решили отпраздновать его здесь. Так что мои гостинцы пришлись очень кстати. Он обрадовался и сказал, что они и выпьют вино, и съедят пирожные сегодня же, когда все вместе сядут за стол. А когда я проходил мимо комнаты, в которой делали приготовления к празднику, то услышал мужские голоса. Я вдруг понял, что это оставшиеся твои мучители – Великий князь Дмитрий Павлович и поручик Сухотин. Теперь уж никого из них нет в живых, все они отравлены.

И сейчас, возвратившись в своё убежище, я испытываю неимоверное чувство счастья и радости. Я знаю, что ты уже готов уйти, но ждёшь только меня. Сейчас, отец, всего несколько глотков отравленного вина, которое я оставил для себя, и мы уйдём вместе, навсегда.

Ох, какое оно сладкое. Горечи совсем не чувствую. Только тепло, которое разливается по телу. Как это прекрасно – исполнить то, что было предначертано свыше! Я чувствую слабость, как будто куда-то улетаю. Мне нечем дышать. Всё, я иду к тебе, отец…

Глава 48

1916 год (часть четвёртая) РОКОВАЯ НОЧЬ.

Ночью с 16 на 17 декабря 1916 года в доме на улице Гороховой, в котором проживал Григорий Ефимович Распутин вместе со своими дочерьми, закрылась входная дверь. От дома по направлению к припаркованному дорогому автомобилю двигались две фигуры. Это были сам Григорий Распутин и заехавший за ним молодой князь Феликс Юсупов. Князь пригласил Распутина к себе во дворец, который располагался на набережной реки Мойки, чтобы тот встретился с его женой Ириной. По крайней мере, именно такую причину своего приглашения озвучил он Распутину. Тот же согласился, не раздумывая, так как давно мечтал с ней познакомиться.

Когда они сели в машину, Юсупов приказал водителю трогать (за рулём находился один из заговорщиков – доктор Лазоверт), и они начали движение.

Распутин спросил у князя:

– Феликс, точно ли она ждёт? Уже так поздно, может, она уже спит?

– Она очень Вас ждёт. Она сказала, что у неё душа не на месте, а святой старец обязательно сможет её вылечить. К тому же, она уже так давно мечтает об этой встрече. Я Вас сведу вместе, а сам уеду по делам, так что сможете побыть наедине, никто Вам не помешает, – он улыбнулся Распутину и подмигнул ему.

Распутин тоже улыбнулся каким-то своим мыслям, и дальше они поехали в тишине.

«Ничего, недолго тебе осталось улыбаться» – подумал князь Юсупов.

Всё-таки он немного нервничал, хоть и пытался это скрыть. Его жены не было во дворце, да и в Петербурге тоже. Она сейчас находилась в Крыму, он просил её приехать, но она разгадала его намерения и отказалась участвовать в заговоре. Тогда Феликс решил, что обойдётся и без неё. Просто нужно было сделать так, чтобы Распутин подумал, что она во дворце.

План был такой: Оборудовать подвал под столовую и привести туда Распутина. В это время остальные четверо участников заговора наверху в кабинете князя будут слушать музыку и громко разговаривать, изображая вечеринку. Князь скажет Распутину, что у его жены гости, но они скоро уйдут. Сам же предложит ему отведать пирожных и выпить вина. Ещё перед тем, как Феликс Юсупов поехал за Распутиным, доктор Лазоверт подсыпал в них такую дозу яда, которая могла бы свалить с ног и слона. Вроде бы, план казался простым, и можно было особо не волноваться. Конечно, на всякий случай заговорщики приготовили и пистолеты, но стрельба была нежелательна. Нужно было всё сделать по-тихому, не оставляя никаких следов, и так же незаметно избавиться от тела. И пусть потом ищут, куда же пропал старик.

В это время в Юсуповском дворце в кабинете Феликса ещё 3 заговорщика томились в ожидании приезда Юсупова и Распутина. Это были Великий князь Дмитрий Павлович, депутат Пуришкевич и поручик Сухотин. Они точно так же, как и Феликс, пытались скрыть своё волнение, хотя нервы у всех были на пределе.

– Ну что, не видно их ещё? – спросил Великий князь Дмитрий Павлович у поручика Сухотина, который стоял у окна и выглядывал из-за занавески на улицу.

– Нет, – коротко ответил поручик, ненадолго обернувшись, и продолжил наблюдение.

– Приедут, никуда не денутся, – весело отозвался Пуришкевич. – Распутин уже обречён. Как только он отведает нашего десерта, нужно будет по-быстрому сбросить тело воду.

– Надо будет не забыть гири привязать, чтобы не всплыл. Кстати, Вы их принесли? – спросил Пуришкевича Дмитрий Павлович.

– Да, вот они, в сумке под столом, – Пуришкевич задел ногой сумку, и там что-то зазвенело.

– Едут! – внезапно воскликнул поручик Сухотин, задёргивая занавеску.

Пуришкевич и Дмитрий Павлович вскочили из-за стола, и Пуришкевич быстро сказал:

– Поручик, включайте граммофон, он должен думать, что здесь шумная вечеринка.

Тогда Сухотин подбежал к граммофону и завёл заранее подготовленную пластинку.

В это время на улице остановился автомобиль князя, и Юсупов с Распутиным вышли на улицу.

– Да у Вас гости? – спросил Распутин, показывая на освещённые окна, из которых раздавались голоса, и играла музыка.

– Да, похоже, что гости Ирины ещё не ушли. Давайте пока что спустимся вниз в столовую, они должны скоро разойтись, и тогда я Вас представлю жене.

– Хорошо, Феликс, я подожду, – согласился с ним Распутин.

Юсупов открыл дверь, они вошли внутрь и оказались на лестнице, соединяющей его личные апартаменты с подвалом, который специально для сегодняшней ночи был переоборудован в столовую.

– Спускайтесь вниз, – сказал Юсупов.

Распутин начал спускаться по лестнице, а князь быстро закрыл дверь на ключ и пошёл следом.

Войдя в столовую, Юсупов пригласил Распутина сесть за стол, а сам сел напротив. На столе были расставлены закуски и угощения, а на отдельном столике стоял растопленный самовар.

– Григорий Ефимович, прежде чем я представлю Вас Ирине, я хотел бы с Вами поговорить.

– Как скажешь, Феликс, давай поговорим, – ответил ему Распутин.

– Может быть, желаете чаю? У меня к нему есть очень вкусные угощения.

Распутин посмотрел на стол и кивнул.

– Отчего же, можно и чаю.

Тогда князь поднялся из-за стола, подошёл к самовару и налил чай в 2 кружки. Поставив одну из них перед Распутиным, он придвинул поближе к нему тарелку с пирожными и сказал:

– Попробуйте вот эти, они очень вкусные.

Сам же обошёл стол, занял своё место и стал наблюдать, как Распутин берёт с тарелки одно пирожное. Откусив почти половину, он одобрительно покивал и, не прожевав до конца, произнёс:

– Да, мне нравится.

«Ну что за деревенский мужик, никакой культуры» – презрительно подумал Юсупов, глядя на то, как Распутин говорит с набитым ртом. Вслух же он сказал:

–Вы ешьте, ешьте, раз нравятся, не стесняйтесь.

Тогда Распутин доел пирожное, и запил его чаем.

– Вы знаете, Григорий Ефимович, нам с Вами нужно наладить хорошие отношения. В последнее время у нас возникли некоторые недопонимания, и мы совсем не общались. Я очень переживал из-за этого, ведь я всегда был на Вашей стороне и придерживался тех же самых взглядов на судьбу России, что и Вы. Она мне точно также небезразлична. Я очень надеюсь, что мы сможем найти общий язык.

– Ну что ты, Феликс, мы ведь с тобой не враги, – улыбнулся ему Распутин, а дальше завёл долгий разговор о будущем России.

Феликс слушал его, кивал в знак согласия, иногда отвечал на какие-то вопросы, а сам всё смотрел на него и ждал, когда же подействует яд. Но состояние Распутина, казалось бы, почти совсем не изменилось. Лишь только лоб его покрылся испариной, и он время от времени вытирал его ладонью, приговаривая, что становится слишком жарко. Наконец, закончив свои рассуждения, продолжавшиеся более часа, он прислушался к музыке и голосам, которые раздавались наверху, и нетерпеливо произнёс:

– Когда ты уже познакомишь меня с княгиней? Уже поздно.

– Совсем скоро, – ответил Юсупов. – Сейчас уже гости должны разойтись. А нам же, в знак примирения, предлагаю выпить вина.

– От вина я не откажусь, – ответил Распутин.

Весь предыдущий час князь сидел ни жив ни мёртв. Как же так? Распутин съел отравленное пирожное и сидит себе спокойно, разговаривает. Нужно, чтобы он выпил отравленного вина. Феликс налил Распутину в бокал его любимую мадеру, в которую предварительно был подмешан яд, а себе белое вино.

– Ну, за Ваше здоровье, – произнёс Феликс и сделал глоток из своего бокала. Распутин же выпил всё до дна.

Затем Юсупов пытался говорить с ним на различные темы, с каждой минутой всё больше холодея внутри. Он уже понимал, что яд совсем не берёт Распутина, словно старец и правда был колдуном.

– Хватит, Феликс, – внезапно на полуслове оборвал его Распутин. – Я уже устал. Я не могу больше ждать и поеду домой.

– Сейчас, я всё выясню, – вскочил из-за стола Юсупов. – Подождите несколько минут.

Он побежал наверх, где его ждали остальные заговорщики.

– Всё, что про него говорят – чистая правда! – воскликнул он, забегая с горящими глазами в кабинет. – Яд не берёт его. Мне даже кажется, что он обо всём догадывается.

– Он съел пирожное? – спросил доктор Лазоверт.

– Да, и пирожное съел, и бокал вина выпил. Ему всё нипочём. Что будем делать?

– Да пусть уходит с миром, – сказал взволнованно Дмитрий Павлович.

– То есть, как это уходит? – возмутился Пуришкевич. – Распутин не должен покинуть дворец живым. Нужно застрелить его или забить кастетом.

Юсупов немного подумал и произнёс:

– Хорошо, я попробую.

Он взял пистолет, посмотрел на всех остальных, и вышел из кабинета. Когда он вернулся в подвал, Распутин уже стоял, как будто собирался уйти.

– Ну что там? – настороженно спросил он.

– Гости уже расходятся и через 5 минут Ирина готова будет принять Вас. Давайте только помолимся у этого распятия, и пойдём наверх.

Эта мысль пришла Юсупову только что. Если Распутин будет стоять у священного распятия и молиться в то время, когда князь будет стрелять, то так можно будет убить и его внутреннего демона. Но, пока он собирался с мыслями, Распутин закончил молиться и вновь повернулся к нему. Медлить было нельзя. Тогда Юсупов вытащил пистолет, который прятал за спиной, и выстрелил Распутину в живот. Тот упал на пол и перестал подавать какие-либо признаки жизни. Князь постоял некоторое время в оцепенении, а затем развернулся и, дрожа от нервного напряжения, бросился наверх.

Уже через минуту все заговорщики были внизу. Доктор склонился над Распутиным, пощупал пульс и сказал остальным:

– Он на последнем издыхании и вот-вот умрёт.

– Тогда действуем по плану, – быстро сказал Пуришкевич. – Доктор, поручик и Дмитрий Павлович, вы втроём уезжаете на машине. Пусть кто-то из вас наденет шубу Распутина, чтобы думали, что это он уходит. Отправляйтесь на вокзал и сожгите эту шубу в печи моего санитарного поезда. Когда вернётесь, избавимся от тела.

Они взяли шубу и все втроём поднялись наверх. Затем Великий князь Дмитрий Павлович, поручик Сухотин и доктор Лазоверт уехали, а Юсупов и Пуришкевич остались в кабинете вдвоём.

– Давайте-ка мы с Вами, князь, выпьем за победу России, – сказал Пуришкевич, разливая вино по бокалам. Они выпили, и Юсупов нервно произнёс:

– Пойду, удостоверюсь, что старик мёртв.

Депутат кивнул в ответ, и князь пошёл обратно в столовую. Когда он вошёл внутрь, то увидел, что Распутин лежит точно так же, как и лежал. Он подошёл поближе, немного подумал и склонился над ним.

– Больше ты никому не причинишь зла, – сказал он, протягивая руку, чтобы пощупать пульс.

Внезапно Распутин открыл глаза, увидел Юсупова, и произнёс сдавленным голосом:

– Что ты делаешь, Феликс?

Тот от неожиданности дернулся назад и сел на пол.

– Феликс! – уже громче сказал Распутин, поднимаясь на ноги. – Я всё расскажу императрице! Феликс, тебя за это повесят!

Наконец, Юсупов опомнился и закричал от страха.

Оказавшись на ногах, Распутин прошёл мимо князя и вышел на лестницу. Через некоторое время князь пришёл в себя и кинулся следом.

– Пуришкевич, сюда! – кричал он, поднимаясь по лестнице. – Он убегает!

Они встретились с Пуришкевичем как раз посередине, около двери, выходящей во двор. К ужасу Юсупова, она оказалась распахнута настежь.

– Я закрыл её на ключ, когда зашёл внутрь, – воскликнул он и выбежал на улицу. Пуришкевич бросился следом.

Оказавшись во дворе, они увидели, что Распутин шёл по снегу, оставляя за собой кровавые следы. Совсем скоро он мог достичь ворот и оказаться на набережной.

– Да стреляйте же скорее! – крикнул прямо в ухо Юсупову Пуришкевич.

Князь вскинул руку с пистолетом и выстрелил. Но рука так дрожала, что пуля прошла мимо цели. Он нажал на курок ещё раз, и опять безрезультатно.

Вдруг Распутин что-то прокричал, но у Юсупова сильно стучало в висках и он не смог разобрать ни одного слова.

– Отойдите! – оттолкнул его в сторону Пуришкевич, доставая свой пистолет. – Я сам!

Князь повиновался. Он знал, что Пуришкевич неплохо стреляет, к тому же нервничал он гораздо меньше, чем Юсупов.

Раздались выстрелы, Распутин упал на снег, и больше уже не вставал.

Глава 49

На кладбище было тихо и спокойно, и Настя ощущала какую-то внутреннюю умиротворённость. Она смотрела на Андрея, улыбающегося ей своей широкой мальчишеской улыбкой с фотографии, и чувствовала его присутствие. Она знала, что он сейчас рядом с ней и слушает её очень внимательно.

Настя навестила сегодня Андрея, чтобы рассказать ему, как продвигались поиски его убийцы, с какими препятствиями ей пришлось столкнуться на пути, и как она смогла их преодолеть. В своём рассказе она как раз дошла до того момента, когда главврач психиатрической больницы положил перед ними фотографию своего сбежавшего пациента, в котором они со следователем узнали уборщика Сашу из Юсуповского дворца.

– У меня сразу же всё встало на свои места, как будто сложились все недостающие пазлы. Вот кто настоящий убийца, а я на него даже не думала. Не зря говорят, что в тихом омуте черти водятся. А с виду и не скажешь, что такой щуплый паренёк может быть буйным. На что главврач мне ответил, что навязчивой идеей его пациента стало отравление врачей, т.к. он считал кого-то из них Лазовертом.

И вдруг меня как будто молнией ударило. Я вспомнила, что записала его к своему знакомому окулисту в частную клинику как раз на эту пятницу на 11 часов, а в тот момент стрелки уже приближались к 12 часам. Я быстро выскочила из кабинета. Следователь вышла следом за мной, и я ей обрисовала ситуацию. Затем я стала набирать номер моего знакомого врача из клиники, но он не брал трубку. У меня в тот миг сердце ушло в пятки. Неужели мы опоздали?

Тогда мы вместе с Ольгой Петровной поспешили на стоянку к её машине. Пока шли, следователь позвонила с моего телефона Гене и попросила их вместе с Юрой срочно приехать к частной клинике по адресу, который я ей сообщила. Из машины я пыталась дозвониться по номерам клиники, которые нашла в интернете, но и там никто не брал трубку. И это в пятницу, в середине рабочего дня. Там явно что-то произошло, другого объяснения у меня не было.

Когда мы подъехали, Гена и Юра как раз выходили из своей машины. Все вчетвером мы бросились к зданию, но входная дверь оказалась заперта. Тогда я стала нажимать на кнопку звонка, но никто не открывал. Я уже не знала, что и думать. И когда после третьего звонка дверь открыл мой знакомый врач, я почувствовала невероятное облегчение.

Оказалось, что у его жены был день рождения, и они отмечали его всем коллективом, поэтому в приёмной никто не брал трубку. Свой же телефон он забыл в кабинете. Я вкратце рассказала ему про уборщика. Доктор ответил, что Саша приходил к 11 часам, как его и записывали, он его осмотрел, ничего серьёзного не обнаружил и выписал капли для глаз. Пациент ему оставил в подарок бутылку вина и пирожные. Я тут же вспомнила, что доктор Лазоверт отравил именно пирожные и вино в ночь убийства Распутина, и спросила, где сейчас находится всё то, что передал ему Саша. Оказалось, что они отложили это угощение, так как у них пока было всё своё, но чуть позднее планировали отведать и его. Следователь сказала, что им крупно повезло, раз они ничего не попробовали. Ни к чему нельзя было прикасаться, так как должна была приехать группа из Следственного комитета и забрать вино с пирожными на экспертизу.

Теперь нужно было подумать, где им искать Сашу. Наверняка он решил, что дело сделано, и где-нибудь спрятался. А как ему удалось натворить столько дел во дворце и остаться незамеченным? Значит, именно во дворце и должно было находиться его убежище. Я стала развивать свою мысль дальше. Андрей, когда уборщик убегал от тебя ночью, он почему-то побежал в подвал, причём в самый дальний. А что ему было там делать, если там нет выхода? И я поняла, где нам его нужно искать.

Я рассказала о своих догадках Ольге Петровне, и мы поехали в Юсуповский дворец. Спускаясь в подвалы, мы старались вести себя как можно тише, так как там любой шорох было слышно издалека. Кое-где тускло горели лампы, но в основном был полумрак. Мы пробирались по нему, не включая фонарей, чтобы и увидеть нас тоже было нельзя.

Первой полоску света заметила Ольга Петровна, а затем и все остальные. Подойдя ближе, мы увидели, что свет идёт из щели в стене, а на полу из этой щели торчала рука. Теперь можно было уже не таиться, мы включили свет, и всё стало понятно. Щель была между стеной и каменной плитой. Мы эту плиту немного отодвинули, и нам открылся проход в довольно большую освещённую комнату.

На полу лежал уборщик Саша без дыхания. Складывалось впечатление, что он пытался открыть дверь и выбраться наружу. Мы все подумали, что он мёртв, но Гена наклонился и нащупал у него пульс. Оказалось, что он не умер, а просто спит. Представляешь? Эксперты потом определили, что у него в крови снотворное, так же, как и в пирожных, и в вине. Мы потом нашли человека, у которого он хотел купить цианистый калий, но тот под видом яда продал ему снотворное.

Позднее в его тайнике нашли много чего интересного. Например, там были похищенные из дворца музейные ценности, о которых говорила экскурсовод. Ещё мы нашли чёрную накидку и маску, которые он надевал, когда совершал свои вылазки по ночам. Была ещё и страшная находка – погреб. Вернее, не сам погреб, а то, что в нём находилось. Под грудой тряпок было найдено тело завхоза, вот он оказывается куда подевался.

Но самым интересным из того, что я увидела в этом убежище, был старый дневник. Я его читала уже наверху, потому что после того, как вскрыли погреб с телом завхоза, там уже невозможно было находиться. Едва я начала его читать, так уже и не смогла остановиться, пока не дочитала до самого конца.

В этом дневнике вёл свои записи человек по имени Панкрат. Он был слугой молодой графини Воронцовой и, как оказалось, был безгранично предан ей. Раньше он служил у её родителей, но после их смерти остался с ней. По его словам, графиня эта была первой красавицей Петербурга. Она всегда была желанной гостьей на любых приёмах. Ей было всего 22 года, и жизнь её только начиналась. У неё было много денег, которые достались ей в наследство от покойных родителей, а также большой дом. Оставалось влюбиться, выйти замуж, завести много детишек и радоваться жизни.

Но однажды судьба преподнесла ей крайне неприятный сюрприз в виде Григория Распутина, которого она встретила на одном из приёмов. Распутин её немного заинтересовал, потому что о нём ходило много загадочных слухов, но и только. Сам же он заинтересовался графиней очень сильно. Так сильно, что уже в скором времени возник на пороге её дома и напросился на чай.

Слуга писал, что и сам не понимает, как именно так произошло, что Распутин сумел её соблазнить, да ещё и в этот же день. Графиня запретила говорить на эту тему, но он подозревал, что это были какие-то гипнотические штучки. С этого момента жизнь графини круто изменилась. Она забеременела, и поэтому совсем перестала выходить из дома. Распутин же после того единственного раза так больше и не появлялся в их доме.

Всю свою беременность графиня разговаривала со своим ребёнком. Она была уверена, что у неё будет сын, и рассказывала ему о его отце, говорила, что и он будет обладать такой же силой. На восьмом месяце беременности ей сделалось худо, она не вставала с постели, у неё была слабость, кружилась голова и её часто тошнило. Несколько раз графиня хотела отправить Панкрата за Распутиным, но в последний момент передумывала. Потом как-то всё само прошло, ей стало гораздо легче, и она стала готовиться к родам.

Вечером 16 декабря у неё начались схватки, и слуга позвал врача. Сразу после полуночи врач вышел к нему и сообщил, что ситуация крайне тяжёлая. Будет чудом, если она родит живого ребёнка и сама не умрёт при родах. И ещё раз повторил, что спасти её может только чудо. Слуга посчитал, что таким чудом может стать Распутин, и отправился за ним в его дом на улице Гороховой. Дверь открыла горничная, и Панкрат её узнал. Оказалось, что она его старая знакомая. Возможно, только поэтому она сообщила ему, что он уехал вместе с Феликсом Юсуповым.

Тогда слуга поспешил к Юсуповскому дворцу. Добравшись до места, он встал в тени около стены и стал думать, как же ему вызвать Распутина. Внезапно во дворе распахнулась дверь, и оттуда выбежал мужчина. От снега было светло, и Панкрат сумел разглядеть, что это был Распутин. За ним выбежали ещё двое мужчин, и один из них дважды выстрелил, но, похоже, промахнулся. И тут до Панкрата долетели слова Распутина: «Я Вас проклинаю! У меня родился сын, и он отомстит за меня!»

Так что вот, Андрей, какое оно, оказывается, было – проклятие Распутина! Остальные не расслышали целиком этой фразы, а Панкрат был ближе всех к нему, поэтому и расслышал. Затем раздался ещё один выстрел, и Распутин упал. Только тогда страх, сковавший слугу, немного отошёл, и тот побежал прочь что есть мочи.

Когда он снова оказался в доме графини, то узнал, что она умерла при родах. Но чудо всё-таки случилось: она родила мальчика, и он был жив. С тех пор Панкрат стал сам воспитывать ребёнка, и тот всегда считал его своим настоящим отцом. Но, когда Панкрат состарился, он всё-таки передал своему взрослому приёмному сыну дневник, в котором всё подробно описал. Вот так, переходя от одного к другому, этот дневник потом и попал к Саше. Он часто перечитывал его и думал, что, если бы Распутина не убили заговорщики, то и графиня, возможно, осталась бы в живых. Постепенно у него нарушилась психика, Саша представил, что он сын Распутина и обязательно должен отомстить. Сейчас его поместили в другую больницу, из которой ему уже не удастся сбежать.

Настя замолчала, наблюдая за глазами Андрея, которые всё так же нежно улыбались ей с фотографии. Потом она посмотрела на небо, сегодня особенно синее, и произнесла с задумчивым видом:

– Я до сих пор не могу понять, откуда Распутин мог узнать, что у него родился сын. Судя по времени, которое было указано в дневнике слуги, графиня родила мальчика буквально за несколько минут до того, как Распутин произнёс своё проклятие. Наверное, была всё-таки в этом загадочном человеке какая-то таинственная сила.

Настя встала, ласково посмотрела на Андрея, и сказала:

– Прощай, мой хороший. Спи спокойно.

Затем она развернулась и медленно побрела к выходу.

Загадочный ключ Меншикова

Часть 1. Вензель из прошлого

Глава 1

Было ещё только самое начало апреля, но снег уже практически полностью растаял, предоставив земле возможность погреться в своё удовольствие под лучами тёплого весеннего солнышка. По обеим сторонам трассы то тут, то там попадались небольшие зелёные островки, и это было очень похоже на цветущие оазисы, раскиданные по дикой и безлюдной бескрайней пустыне. Закончившаяся совсем недавно зима началась рано, была долгой и очень холодной, поэтому теперь природа Карелии, почувствовав приближение лета, пыталась сбросить с себя былое оцепенение и полностью преобразиться.

Вот и Настя, глядя на незнакомую дорогу сквозь лобовое стекло своего автомобиля, думала, что в её жизни в скором времени тоже должны будут наступить какие-то значительные перемены. После целой череды захватывающих, но очень печальных в итоге событий, которые произошли с ней минувшим летом, прошло уже чуть более полугода. Всё это время она просто выполняла свою работу на автомате, и работа эта не приносила ей того удовольствия, которое она получала раньше. И вот теперь пришла пора вновь возвратиться к нормальной жизни, наполнить её интересными историями, событиями, встречами и удивительными, воодушевляющими открытиями.

Настя была хозяйкой Антикварной лавки на Невском проспекте в Санкт-Петербурге, и основная её деятельность заключалась в том, чтобы находить красивые, старинные, редкие предметы и пристраивать их в хорошие руки новых хозяев. Эту поездку она запланировала ещё около месяца назад, но ей пришлось долго ждать, когда окончательно сойдёт снег и дороги немного подсохнут. А проехаться Настя решила по отдалённым деревням Карелии. Наверняка у жителей глухих деревушек на чердаках и в сундуках завалялись какие-нибудь старинные вещи, которые можно было бы у них купить. Путешествовать одна по малонаселённым местам Настя не боялась. Она уже, наверное, ничего не боялась, после тех событий, которые произошли с ней прошлым летом.

Настя путешествовала уже несколько дней, постоянно переезжая из одной деревни в другую и останавливаясь на ночлег у местных жителей. За это время она смогла посетить более десяти деревень, отыскать там и приобрести множество красивых старинных вещей. В основном люди ей попадались приветливые, добрые, особо не избалованные общением, вниманием из внешнего мира, поэтому они довольно легко шли на контакт с Настей, делились своими историями и показывали различные семейные реликвии, хранившиеся много лет в пыли. Многие из тех, с кем встречалась Настя, были и сами рады избавиться от этих предметов и получить взамен деньги и, хоть и временного, но довольно приятного и интересного собеседника в лице Анастасии.

Сегодня Настя уже успела побывать в одной деревушке и сейчас ехала в последнюю из тех, которые она запланировала посетить. Настя нашла уже достаточное количество ценных предметов, и эта небольшая глухая деревушка должна была стать самой крайней точкой маршрута её экспедиции. Она решила не возвращаться на ночь глядя и заночевать там сегодня, а уже утром, отдохнувшая и набравшаяся сил, отправиться в обратный путь в Санкт-Петербург.

Вот уже 10 минут она ехала по извилистой просёлочной дороге вдоль густого леса, съехав на неё с основной трассы. «Может быть, я немного не там свернула или мне неправильно объяснили, как доехать до деревни?» – всё чаще стала спрашивать себя Настя. Вокруг машины уже начали сгущаться сумерки, тёмные лужи становились всё глубже, и она уже подумывала развернуться и ехать в обратном направлении, опасаясь застрять на этой безлюдной дороге, как вдруг где-то впереди блеснул еле заметный огонёк. Подъехав ближе, Настя увидела, что этот свет шёл из окна старого деревенского дома. Она огляделась по сторонам и поняла, что деревня была совсем небольшая – вокруг было видно всего десятка полтора домов, но свет горел только лишь в нескольких из них.

Остановившись рядом с крайним домом, освещённое окно которого она и увидела самым первым, Настя вышла из машины и направилась в сторону покосившегося крыльца. На улице уже почти стемнело, и она шла очень медленно, аккуратно ступая на тропинку, чтобы ничего ненароком не задеть. Вокруг было довольно тихо, если не считать того, что где-то на другом конце деревни лаяла собака.

Настя постучала в дверь и принялась ждать. Время шло, ничего не происходило, и тогда она постучала настойчивее и громче. На этот раз за дверью сначала послышались тихие шаги, а затем старческий голос спросил:

– Кто там?

– Здравствуйте, меня зовут Анастасия, я приехала из Санкт-Петербурга, – ответила Настя. – Пустите меня, пожалуйста, переночевать.

Примерно с полминуты ничего не происходило, а затем Настя услышала звук отпираемого замка, дверь открылась, и на пороге возникла бабушка со старой масляной лампой в руке. Она стала настороженно вглядываться в лицо Насти, слегка вытянув руку с лампой вперёд. По всей видимости, подозрений никаких Настя не вызвала, потому что в скором времени бабушка закончила её изучение, по-доброму улыбнулась и сказала:

– Конечно, внучка, заходи в дом. Вдвоём-то, поди, нам веселее будет.

Она отошла немного в сторону, пропуская Настю внутрь, а когда та вошла, снова закрыла дверь и задвинула засов.

– Иди, иди, внученька, вперёд, не надо стоять в сенях.

Настя вошла в просторную комнату, большую часть которой занимала самая настоящая русская печка.

– Садись на скамью за стол, я тебя покормлю, – сказала бабушка, входя в комнату следом за ней, – проголодалась ведь, наверное, с дороги.

Она поставила на стол тарелки, положила на них горячую картошку, несколько кусков хлеба и сала. Потом она принесла стаканы и кувшин с ягодным морсом, также поставила их на стол, а сама села напротив Насти.

– Ой, я ведь не представилась, – спохватилась вдруг бабушка и смущённо улыбнулась. – Меня зовут Нина Семёновна.

– А меня Настя, очень приятно, – улыбнулась она в ответ бабушке.

– Кушай, Настенька, кушай, – сказала бабушка, показывая на стол, – всё своё, вкусное, полезное, деревенское.

И Настя не заставила себя долго ждать, так как обедала она уже давно, и к этому времени уже порядочно проголодалась. Во время еды они не разговаривали, а когда Настя закончила есть, то спросила хозяйку дома:

– Нина Семёновна, скажите, а Вы здесь одна живёте?

– Ой, одна, внученька. У меня же никого не осталось из родных. Да и в нашей деревне сейчас не так уж много людей живёт, не то, что раньше, вот мы все и стараемся помогать друг другу. А ты как в наших краях оказалась?

– Да я историей интересуюсь. Вот и решила проехаться по дальним деревням, послушать местный фольклор, купить какие-то старинные вещи. Может, у Вас осталось что-нибудь ненужное, что уже давно лежит, а выкидывать жалко? Я бы могла заплатить, если мы с Вами договоримся.

– Ой, Настенька, мне уже деньги-то не особо и нужны, – развела руками бабушка. – На жизнь мне хватает, да и ладно. А старые вещи у меня в сундуке за печкой хранятся, можешь пойти посмотреть.

Настя встала и прошла за печь. Там стоял большой сундук, судя по всему, и сам довольно старинный. Защёлки никакой не было, поэтому она просто подняла крышку и откинула её в сторону.

Сундук был до половины заполнен какими-то тряпками, старой посудой, различными безделушками. На первый взгляд, ничего особенно интересного там не было. Настя стала перебирать вещи, откладывая их в сторону. Рассматривая содержимое сундука уже несколько минут, она хотела было закрыть крышку, как вдруг ей на глаза попался край какой-то коробочки. Она вытащила её, и оказалось, что это была деревянная шкатулка. Настя сразу определила, что эта шкатулка довольно старая, скорее всего, она была изготовлена ещё до революции. Выполнена она была качественно и, хоть дерево местами и потемнело, но сумело сохранить свою целостность и нигде не потрескалось.

Настя перевернула её кверху дном и очень удивилась тому, что там увидела. На обратной стороне этой шкатулки был вырезан вензель, встретить который здесь, в глухой деревушке Карелии, она никак не ожидала.

Глава 2

– Откуда у Вас эта шкатулка? – спросила Настя Нину Семёновну, с интересом разглядывая изображённый на ней вензель.

– Ой, внучка, я точно и не знаю. Она была здесь всю мою жизнь, сколько я себя помню. Эта шкатулка принадлежала ещё моей бабушке. Когда я была маленькой, она собирала всех нас вокруг себя и рассказывала, как после Революции по деревням ходили отряды и забирали всё более или менее ценное. В нашем доме они тоже побывали, но забрали не всё – кое-что всё-таки удалось спрятать. Эта шкатулка очень старая, ведь ей больше ста лет.

«Интересно, насколько бы сильно удивилась сейчас Нина Семёновна, если бы узнала, что эта шкатулка на самом деле гораздо старше, чем она думает – её возраст, вполне возможно, может составлять приблизительно триста лет?» – подумала Настя. Вензель, который был вырезан на дне шкатулки, ей уже доводилось видеть раньше. Такой же вензель был выкован на решётках парадной лестницы во дворце Меншикова на Васильевском острове. Вернее, это был не совсем вензель, а скорее просто сочетание латинских букв ПП (Пётр Первый) и АМ (Александр Меншиков) в одном вензеле. Этой своей задумкой Александр Данилович Меншиков – ближайший сподвижник Петра и первый генерал-губернатор Санкт-Петербурга – хотел выразить своё почтение Петру Великому и показать, что дворец Меншикова – это ещё и дворец Петра, а не только его собственный. Именно так и должны были думать гости, поднимающиеся наверх по парадной лестнице.

Как уже бывало с ней и раньше, Настя явно ощутила присутствие какой-то тайны, связанной с этой шкатулкой. Ей стало очень интересно узнать, кто, когда и зачем вырезал на дне шкатулки этот вензель. Но внезапно её мысли прервал голос Нины Семёновны:

– Я храню эту шкатулку, поскольку она дорога мне, как память о моей бабушке.

Настя мысленно вздохнула, подумав, что шкатулку ей с собой взять не удастся, и загадка вензеля так и останется неразгаданной. Затем Настя положила её обратно в сундук и закрыла сверху крышку.

– Красивая шкатулка, – сказала она. – Ну что, будем ложиться спать?

– И то верно, Настенька, – спохватилась бабушка. – Я всегда сплю на кровати в небольшом закутке за шторкой в углу комнаты, а ты ложись на печь. На ней тебе будет тепло и уютно, у меня там постелены очень мягкие одеяла.

Настя мысленно даже немного порадовалась, ведь она всегда мечтала поспать на настоящей русской печи, с самого детства. Поэтому она, недолго думая, залезла на печку и только там смогла в полной мере ощутить, как сильно она устала за этот день. Нина Семёновна уже была в своём закутке и тоже готовилась ко сну.

– Спокойной ночи, – сказала ей Настя. – Добрых снов.

– Спокойной ночи, внучка, – ответила Нина Семёновна из-за шторки.

Настя немного полежала с закрытыми глазами, наслаждаясь теплом от печки и мягкостью одеял. Постепенно всё случившееся с ней за день отошло на второй план, и Настя провалилась в глубокий сон. Неизвестно, сколько он длился, скорее всего не очень долго, но внезапно раздался пронзительный крик, вернувший Настю из сна обратно в реальную жизнь. Она резко открыла глаза и не сразу поняла, где находится. По потолку гуляли какие-то отблески, а нос щекотал еле уловимый запах дыма. И тут до Насти дошло, что она лежит на печи, а крик раздавался из закутка, в котором спала хозяйка дома. Она посмотрела в ту сторону и увидела, что за занавеской пляшут языки пламени.

«Пожар!» – только и успело промелькнуть у Насти в голове, в то время как она уже спрыгивала с печки на пол. Её мозг быстро сконцентрировался на проблеме и проявил в тот момент невероятную собранность и сообразительность. Она сразу же вспомнила о ведре с водой, которое стояло возле печи накануне вечером, сразу же схватила его и бросилась на борьбу с пожаром.

Раздвинув занавески, Настя увидела, что горит одеяло, а Нина Семёновна сидит рядом на кровати, не в силах даже пошевелиться. Огонь уже начал подкрадываться к её ночной рубашке, а она только лишь с ужасом взирала на происходящее и больше не кричала. Настя не растерялась и в несколько приёмов затушила пламя, выливая на него воду из ведра. Вокруг сразу же стало темно, только сильно пахло гарью, и было слышно, как тяжело дышит бабушка на кровати.

Настя включила свет и открыла окно, чтобы проветрить комнату. Потом она налила в стакан воду и дала попить Нине Семёновне. Та смогла сделать несколько небольших глотков, хоть у неё и стучали зубы о край стакана.

– Я прошу Вас, успокойтесь. Теперь уже всё позади, ничего страшного не случилось, – Настя погладила её по руке. – Расскажите мне лучше, из-за чего возник пожар?

– Я ночью увидела плохой сон и проснулась из-за этого, – начала рассказывать Насте Нина Семёновна, постепенно приходя в себя. – Тогда я решила немного помолиться и зажгла свечку. Мне надо было сразу поставить её в подсвечник, а я всё думала о своём сне, и продолжала держать её в руках. А потом мне на кожу капнул горячий воск, и я от боли и неожиданности выронила свечу. Она упала на ватное одеяло, и то сразу же вспыхнуло. А потом у меня произошёл как будто бы провал в памяти до того самого момента, пока ты не стала на меня из ведра лить воду.

– Ну, теперь всё в порядке, – успокоила бабушку Настя. – Давайте поменяем Вам постельное бельё, Вы переоденетесь, и мы снова ляжем спать.

Они так и сделали и, как только Настя положила голову на подушку, то сразу же заснула. Остаток ночи прошёл без происшествий, и она проспала до самого утра. Когда Настя проснулась утром, Нина Семёновна уже приготовила им завтрак. Во время еды Настя всё время чувствовала, что Нина Семёновна что-то хочет ей сказать, но пока не решается. Наконец, когда весь завтрак был съеден, посуда вымыта, а Настя стала собираться в дорогу, она заговорила:

– Настенька, я ночью долго не могла уснуть и всё думала о том, что ты для меня сделала. Ты спасла мне жизнь, – у неё по щеке скатилась слеза. – Я бы хотела тебя отблагодарить за это.

– Ой, ну что Вы, Нина Семёновна, не стоит благодарности, это лишнее, – ответила смущённо Настя. – Любой бы так поступил, окажись он на моём месте.

– Нет, я так решила, – настаивала бабушка. – Я ещё вчера заметила, что тебе понравилась моя шкатулка, и теперь я хочу подарить её тебе.

Она подошла к сундуку, открыла крышку и достала из него шкатулку.

– Вот, держи, – сказала Нина Семёновна, протягивая её Насте.

– А как же память о бабушке? – спросила её озадаченно Настя.

– Ничего страшного не случится, в память о бабушке у меня ещё есть вещи. А вот шкатулку эту мне кроме тебя больше некому передать, ведь ты теперь стала моей внучкой.

Настя немного подумала и решила всё-таки взять шкатулку, раз это подарок. Ей очень хотелось разгадать тайну загадочного вензеля.

– Спасибо Вам большое за всё, Нина Семёновна, – сказала Настя. – За ночлег, за еду, а особенно за такой шикарный подарок.

– Тебе спасибо, Настенька, – ответила бабушка.

Они вышли на крыльцо, обнялись на прощание, Настя села в свою машину и поехала в сторону Санкт-Петербурга.

Глава 3

Сразу же по возвращении в город Настя первым делом заехала на Невский проспект в свою Антикварную лавку. Вместе со своей помощницей они перенесли все предметы, добытые Настей в деревнях Карелии, из её автомобиля в помещение. Затем она сходила домой, чтобы принять душ и перекусить. Квартира её находилась в этом же самом здании, что и магазин. Слегка освежившись, пообедав и немного отдохнув, она вернулась обратно в магазин и до вечера занималась делами: сортировала новые предметы, оценивала их, смотрела, какие из них требуют реставрации, а какие – нет.

Когда все остальные экземпляры были уже перебраны, остался только один предмет – та самая деревянная шкатулка с загадочным вензелем, которую подарила ей утром Нина Семёновна. Настя стала искать в интернете что-нибудь об этом вензеле, но, кроме того, что такие кованые вензеля находятся на решётках парадной лестницы Меншиковского дворца, так ничего и не смогла найти.

– Анастасия Павловна, – вдруг услышала Настя голос своей помощницы, которая заглянула в её кабинет. – Нам уже пора закрывать магазин. Если Вы закончили, то давайте пойдём по домам.

– Да, конечно, – спохватилась Настя, посмотрев на часы.

Она быстро закончила свои дела, они с помощницей собрались, поставили магазин на сигнализацию и разошлись в разные стороны. Помощница пошла к своей машине, припаркованной неподалёку от магазина, а Настя в сторону подъезда, в котором располагалась её квартира. В сумочке у неё лежала шкатулка. Настя взяла её с собой, потому что очень хотела разгадать тайну вензеля. Она чувствовала, что не сможет успокоиться, пока не узнает всё о происхождении этой шкатулки и её истории. И так случалось с ней каждый раз, когда на её пути встречались какие-то загадки и тайны.

Дома она поужинала, немного отдохнула и продолжила сбор информации в интернете. Долгие поиски никакого особенного результата не дали, разве что она узнала много нового о Меншикове и его дворце, а также его роли в строительстве Санкт-Петербурга. «Нужно найти человека, который мог бы владеть информацией по этой теме», – подумала Настя. Возможно, именно с Меншиковского дворца и следовало начать поиски. Правда, сейчас время было уже позднее, поэтому Настя решила позвонить туда утром и узнать, с кем ей можно встретиться, чтобы показать шкатулку Петровской эпохи и получить консультацию.

Перед тем, как уснуть, Настя долго лежала в темноте и думала о загадочном вензеле. Благодаря этим мыслям все события прошлого лета постепенно отошли на второй план, хотя после тех испытаний, которые ей пришлось пройти, она всю осень пыталась прийти в себя, а потом ещё всю зиму думала об этом, с трудом засыпая по вечерам. И теперь она была даже рада, что в её жизни появилась тайна, которую следовало разгадать. С такими мыслями она постепенно уснула и проспала всю ночь.

Утром после завтрака Настя включила компьютер и зашла на сайт Меншиковского дворца. Там было написано, что он начинал работать с 10.30, поэтому она переписала контактный номер телефона, по которому можно будет позвонить, и стала собираться в Антикварную лавку. Шкатулку она решила взять с собой.

Придя на работу, она так погрузилась в круговорот накопившихся за время своего отсутствия дел, что совсем забыла о своём намерении позвонить во дворец. Настя вспомнила об этом только к 11 часам. Тогда она достала телефон и набрала номер, который записала утром, а когда ей ответил женский голос, сказала:

– Здравствуйте! Меня зовут Оболенская Анастасия Павловна. У меня свой антикварный магазин, и мне в руки попала шкатулка Петровских времён с совмещённым вензелем Меншикова и Петра I. Я бы хотела проконсультироваться по этому вопросу с кем-то из Ваших специалистов.

– Давайте я соединю Вас с нашим экспертом, Маргаритой Степановной. Если она на месте, то обязательно Вас проконсультирует.

– Хорошо.

В трубке послышалась музыка, и через некоторое время ей ответил уже другой женский голос:

– Слушаю Вас.

– Маргарита Степановна? – спросила Настя.

– Да, я Вас слушаю, говорите.

– Здравствуйте! Меня зовут Оболенская Анастасия Павловна, и меня к Вам перенаправили из приёмной. Ко мне в руки на днях попала шкатулка с совмещённым вензелем Петра I и Александра Меншикова. Сама шкатулка старая, скорее всего, ещё Петровских времён, и я хотела бы показать её Вам и, если возможно, проконсультироваться.

– Вы серьёзно? – с нотками иронии в голосе спросила эксперт.

– Да, конечно, – удивилась Настя. – А почему Вы спрашиваете?

– Всё просто. Такой вензель есть на решётках парадной лестницы дворца Меншикова, а вот про шкатулку с таким вензелем я что-то ни разу не слышала за всё время работы экспертом.

– Но она есть, поверьте мне. Я занимаюсь антиквариатом и могу определить, старая это вещь, или она изготовлена недавно.

– Ну, хорошо, – сказала женщина после некоторых раздумий. – Приезжайте к часу дня к центральному входу Меншиковского дворца, я Вас там встречу, и не забудьте привезти с собой шкатулку.

– Спасибо, я приеду, – ответила Настя.

У неё ещё оставалось в запасе немного времени, чтобы поработать, пообедать и доехать до Васильевского острова.

Глава 4

Когда стрелка на часах приближалась к часу дня, Настя подошла к центральному входу в Меншиковский дворец. Там уже ожидала женщина, которая, по всей видимости, и была экспертом. Подойдя ближе, Настя увидела у неё на груди бейджик с именем.

– Здравствуйте, Маргарита Степановна, – поприветствовала женщину Настя. – Меня зовут Анастасия, это я Вам звонила.

– Да, Анастасия, добрый день, – кивнула ей в ответ женщина. – Принесли шкатулку?

– Да, конечно, она у меня с собой.

– Покажите мне, только давайте отойдём в сторону, чтобы не стоять на проходе.

Они немного отошли от входа, Настя достала шкатулку из пакета и протянула её эксперту.

– Поверить не могу, – удивлённо сказала Маргарита Степановна, взяв шкатулку в руки и рассмотрев её со всех сторон. – Надо же, действительно, в точности такой вензель, как Вы и говорили.

Она долго крутила шкатулку в руках и внимательно разглядывала, а затем спросила:

– Откуда она у Вас?

– Я ведь Вам говорила, что у меня свой антикварный магазин. Ко мне постоянно попадают разные предметы, порой довольно необычные. Как думаете, эта шкатулка времён Петра I, или я ошиблась?

– Нет, Анастасия, Вы не ошиблись. Я Вам даже больше скажу, – медленно произнесла Маргарита Степановна. – Мне кажется, что эта шкатулка изготовлена на токарном станке, который стоит в нашем дворце. Хотя я вполне могу и ошибаться. В те времена в Санкт-Петербурге как раз пошла мода на токарное дело, и у Меншикова был не единственный станок в городе.

– А что насчёт вензеля? – спросила Настя. – Неужели кроме решётки на лестнице Вы нигде больше такого вензеля не видели?

Эксперт посмотрела на неё, несколько секунд о чём-то подумала, а затем сказала:

– Анастасия, пойдёмте со мной, я Вам кое-что покажу.

Они вошли в здание дворца и направились к парадной лестнице.

– Лестница в настоящее время не используется, но мы с Вами пройдём.

Маргарита Степановна отстегнула верёвку, перекрывающую путь к ступенькам, пропустила Настю вперёд, прошла сама, а затем повесила верёвку на место. Они стали подниматься наверх.

– Это те самые ступени из морёного дуба, по которым ходили сам Пётр I и Александр Данилович Меншиков. Это, возможно, единственная в Петербурге деревянная лестница, сохранившаяся в своём первоначальном виде с Петровской эпохи.

Когда они поднялись немного выше, Настя увидела решётки с двух сторон от лестницы, на которых был выкован точно такой же вензель, что и вырезан на шкатулке.

–Ну, вот, пожалуйста, – сказала Маргарита Степановна, остановившись и показав на решётки. – Это и есть тот самый вензель.

Она посмотрела на часы, затем взглянула на Настю и сказала:

– Знаете, Анастасия, если у Вас есть немного времени, я могла бы Вам кое-что рассказать об этом вензеле, Светлейшем князе Александре Даниловиче Меншикове и его роли в становлении и развитии Санкт-Петербурга, а также его дружеских отношениях с Петром Великим.

– Да, конечно, – ответила Настя. – Мне было бы очень интересно всё это послушать, время у меня есть.

– Хорошо, тогда слушайте, – начала свой рассказ Маргарита Степановна. – Лестница, на которой мы с Вами сейчас стоим, приходится матерью всем торжественным лестницам Санкт-Петербурга. Она хоть и невелика по размерам, но в своё время сыграла огромную роль. Многие важные гости города поднимались по ней, когда приезжали на приёмы. Этот дворец хоть и принадлежал Меншикову, но был своего рода дворцом для приёмов Петра. Здесь принимали иностранных гостей, послов других государств, важных и влиятельных людей. И когда они поднимались, то видели сначала этот вензель – соединение первых букв Александра Меншикова и Петра Первого. Но не ради хвастовства приказал Меншиков выковать этот вензель, не ради того, чтобы показать своё близкое знакомство с Петром. Этим он хотел выразить ему свою признательность, дружеское расположение и показать, что Пётр в любое время дня и ночи является желанным гостем во дворце, что это и его дворец тоже. Именно это и должны были увидеть те, кто поднимался по парадной лестнице Меншиковского дворца.

Она ещё раз взглянула на шкатулку, которую Настя держала в руках, немного подумала и продолжила:

– Александр Данилович Меншиков был русским военным и государственным деятелем, соратником и фаворитом Петра I, резидентом военной коллегии и первым генерал-губернатором Санкт-Петербурга. После смерти Петра при Екатерине I он 2 года фактически управлял страной, а при Петре II был генералиссимусом сухопутных и морских сил до тех пор, пока не попал в опалу. И взлёт его был поистине невероятным, учитывая тот факт, что он был сыном конюха.

В детстве он продавал пирожки, и делал это настолько бойко, что его заметил могущественный военный деятель Лефорт, ставший в скором времени ближайшим помощником и советником Петра I. Именно там, во дворце у Лефорта, Пётр и заметил молодого Алексашку Меншикова, который был совсем немногим младше самого Петра. Его определили в Преображенский, на тот момент «Потешный», полк. В возрасте 14 лет он стал самым любимым денщиком Петра I, и начал быстро подниматься по карьерной лестнице.

Меншиков был верным помощником Петра, неукоснительно исполнял все его поручения, сопровождал его в поездках по Европе, а также во время военных походов. С самого начала Северной войны со Швецией он проявил себя незаурядным и смелым полководцем, и стал получать звание за званием, титул за титулом. Вместе с карьерой росло и его материальное обеспечение.

В 1703 году Меншиков стал Генерал-губернатором Санкт-Петербурга, ещё за 6 дней до официальной даты основания города, и находился на этом посту с небольшим перерывом до самой своей опалы в 1727 году. За это время город вырос, обрёл своё богатство и величие, как, собственно говоря, и его управляющий. Не раз Меншиков обвинялся в казнокрадстве и хищении государственного имущества, но Пётр I всё прощал ему, помня о его прежних заслугах и достижениях.

После смерти Петра I Меншиков организовал дворцовый переворот и посадил на трон жену Петра Екатерину I. В последующие 2 года он фактически правил страной вместо неё. После её смерти он захотел сохранить за собой власть и привязать к себе молодого Петра II – внука Петра Великого. Но его противники – учитель Петра II Остерман и Князья Долгоруковы – оказались сильнее и уговорили молодого императора подписать указ об отправке Меншикова в ссылку, где тот впоследствии и умер.

Маргарита Степановна закончила свой рассказ и попросила Настю ещё раз дать ей в руки шкатулку. Рассматривая её, она лишь качала головой, не веря своим глазам.

– Так, значит, Вы тоже ничего не знаете о происхождении этой шкатулки? – спросила её Настя.

– Нет, не знаю. Я всегда думала, что такой вензель есть только на решётках лестницы нашего дворца, – женщина ненадолго задумалась. – Знаете, я думаю, что о шкатулке должна быть какая-нибудь информация в архиве. Мы можем прямо сейчас поехать туда вместе и поискать, мне и самой уже стало интересно найти ответ к этой загадке.

– Да, это было бы замечательно, – обрадовалась Настя. – Давайте поедем.

– Хорошо, тогда подождите меня у входа, я скоро подойду, – сказала Маргарита Степановна и пошла вверх по лестнице.

– Постойте! – воскликнула Настя. – А шкатулка-то.

– Ах, да, простите, – работница музея смущённо улыбнулась и отдала Насте шкатулку, но было видно, что ей совсем не хочется с ней расставаться. – Я подойду через 10 минут.

Но собралась Маргарита Степановна раньше, и вот уже через 5 минут они направлялись к машине Насти, чтобы поехать в архив.

Глава 5

Когда они приехали на место, оказалось, что в архиве у Маргариты Степановны работает близкая подруга. Они обнялись и несколько минут разговаривали о чём-то своём, делились друг с другом новостями. Затем она представила её Насте.

– Настя, познакомься, это Елена Александровна. С ней мы обязательно найдём то, что ищем. Она очень быстро и качественно подберёт материалы по интересующей нас теме.

– Что будем искать сегодня? – с улыбкой спросила работница архива Маргариту Степановну.

– Сегодня мы ищем информацию о Вензеле Меншикова, вензеле Петра I или сочетании этих вензелей. Как раз последнее нас и интересует в большей степени – их общий вензель, такой же, как на решётках парадной лестницы Меншиковского дворца.

– Хорошо, сейчас попробую для вас что-нибудь подобрать. Пока присядьте за стол, я скоро.

Она вернулась на рабочее место за свой компьютер и приступила к подборке материалов.

– Пойдём за стол, – сказала Насте Маргарита Степановна, но тут у неё зазвонил телефон.

– Алло, – ответила она на звонок, а затем некоторое время только слушала, всё больше хмурясь в лице. – Хорошо, я всё поняла, сейчас приеду.

Потом она убрала телефон в сумочку, развела руками и сказала Насте:

– Меня срочно вызывают на работу, привезли несколько экспонатов, нужно их прямо сейчас оценить и дать предварительное заключение. К сожалению, дело не терпит отлагательства.

– Значит, поиски переносятся на другой день? – расстроилась Настя.

– Нет, почему же на другой, ты оставайся здесь. Елена Александровна тебе поможет подобрать нужные материалы. Если ты сегодня ничего не найдёшь, то ничего страшного, завтра мы продолжим искать вместе. В любом случае, мы с тобой вечером созвонимся и всё обсудим.

Они обменялись номерами телефонов, попрощались, и Маргарита Степановна отправилась в музей, перед уходом попросив работницу архива помочь Насте в подборке материалов.

Настя села за стол и стала ждать. Она думала, что подборка может занять довольно продолжительное время, но ждать долго не пришлось, уже через 5 минут Елена Александровна принесла первую папку.

– Вот, – сказала женщина, – в этой папке вся информация по вензелям 18 века. Там должно быть то, что Вы ищете. А я пока пойду и ещё что-нибудь подберу.

Она ушла, а Настя принялась пролистывать страницу за страницей, рассматривая различные вензеля. Вскоре она наткнулась на вензель Петра Первого, а затем дошла и до вензеля Александра Меншикова. Но совмещённый вензель она так и не увидела, хоть и просмотрела всю папку от корки до корки. Тогда она отнесла её обратно и положила на стол работнице архива.

– К сожалению, я ничего не нашла, – сказала ей Настя.

– Возьмите ещё эти две, – Елена Александровна протянула Насте папки, которые были немного толще первой. – В них информация отдельно по Петру и по Меншикову, вернее информация по их имуществу, фамильным ценностям, и в том числе должна быть и по вензелям.

Настя взяла обе папки и вернулась за стол. На этот раз просмотр папок занял у неё гораздо больше времени, но результатов тоже не дал. В папке Меншикова она нашла данные о совмещённом вензеле на решётках парадной лестницы дворца, но больше об этом вензеле не было сказано ни слова. Когда Настя отнесла папки обратно, Елена Александровна сразу поняла, что она ничего не нашла, едва только на неё взглянула.

– Знаете, Анастасия, я сейчас кое-что вспомнила, – она ободряюще улыбнулась Насте. – У нас после переезда архива в новое здание ещё не все коробки с папками разобраны и, насколько мне помнится, я совсем недавно где-то видела одну неразобранную коробку с материалами по Меншикову. Давайте сходим и вместе посмотрим.

Она сказала второму сотруднику архива, что скоро вернётся, а сама повела Настю за собой. Вскоре они пришли в помещение, в котором было очень много коробок. Они стояли на стеллажах вдоль стены, да и просто на полу.

– Очень много работы, поэтому мы пока что не успеваем всё разобрать до конца, – пожала плечами женщина, посмотрев на удивлённое лицо Насти. – Где-то здесь я её и видела.

Она подошла к полке и стала читать надписи на этикетках.

– Нашла! – воскликнула она спустя несколько минут. – Помогите мне достать эту коробку, нам нужно отнести её к столу.

Они вдвоём взяли коробку и поставили её рядом со столом, который стоял в самом центре склада.

– Хоть это и не по правилам, но я оставлю Вас одну. Мне нужно возвращаться на рабочее место. Я вам доверяю и надеюсь, что всё будет хорошо. Присаживайтесь за стол, просматривайте папки, а я подойду позднее.

Она ушла, а Настя села за стол и приготовилась к работе. В коробке было 7 папок, и каждую нужно было внимательно просмотреть.

На первые 2 папки у неё ушло около полутора часов, и там она ничего по интересующей её теме так и не нашла. А вот то, что она обнаружила в третьей папке, её крайне заинтересовало. Она только начала просматривать её, как увидела внутри другую папку. Она была совсем тонкая, и на ней была надпись «Операция Ключ». А заинтересовало её то, что к папке был приклеен лист, на котором была написана фамилия Меншиков со знаком вопроса.

Тогда Настя вытащила эту папку, положила её перед собой на стол и, чувствуя какое-то возрастающее внутри себя волнение, открыла её.

Глава 6

В папке с надписью «Операция Ключ» было всего 2 листа с отпечатанным на пишущей машинке текстом. Настя взяла в руки первый лист, который лежал сверху. Это был отчёт о совещании командного состава Северо-Западной армии. Составлен он был белогвардейским офицером и адресован генералу Юденичу. По всей видимости, его приезд ожидался в скором времени, но командованию пришлось провести срочное совещание без него в связи с возникшими срочными обстоятельствами. Датой составления отчёта, впрочем, как и проведения самого совещания, было 17 июля 1919 года – самый разгар Гражданской войны.

Настя дочитала отчёт до самого конца, пытаясь вникнуть в смысл написанного. Написано было о каких-то странных вещах, поэтому ей показалось, что она не совсем точно всё поняла. Тогда Настя вернулась в самое начало текста и перечитала отчёт заново. Нет, никаких сомнений быть не могло, там было написано именно о том, о чём она и подумала.

Первое наступление белых на Петроград, начавшееся весной 1919 года, к июлю уже окончательно захлебнулось. Рабоче-крестьянская красная армия даже смогла перейти в контрнаступление. Но белые пока сдерживали её натиск и собирали основные силы для организации повторного, ещё более мощного наступления на Петроград осенью 1919 года. И красные, и белые полагали, что город крайне важен в этом противостоянии, он имеет ключевое значение, и того, кто завладеет Петроградом, и будет в итоге ждать окончательная победа в Гражданской войне.

Именно в этот момент в руках белогвардейцев и оказался красный информатор – перебежчик из Петрограда, по его словам, обладающий информацией чрезвычайной степени важности, ценности и секретности. На допросе он рассказал такое, что никто ему даже и не поверил сразу – настолько его история казалась фантастической и нереальной. Но всё-таки эти сведения были из числа тех, о которых обязательно нужно было докладывать руководству, поэтому сначала решили проверить их на месте.

Решено было подвергнуть перебежчика пыткам, чтобы он раскололся и признался, что всё-таки принёс дезинформацию. Каково же было удивление дознавателей, когда даже под самыми болезненными пытками он продолжал уверять и божиться, что говорит правду. Только тогда его слова были восприняты всерьёз.

А говорил он об одной очень интересной находке. Несколько месяцев назад умерла его бабка, и он поехал в деревню посмотреть на дом, который остался после неё. Дом был очень старый, полуразрушенный, продать его было нельзя, поэтому он решил ничего с ним не делать. А вот кучу хлама на чердаке дома он всё-таки решил разобрать – там могли оказаться какие-нибудь ценности, которые могли бы ему пригодиться. Но ничего особо ценного он там не нашёл, прихватил с собой лишь несколько приглянувшихся вещей, и уехал обратно в Петроград.

Среди этих вещей была одна довольно старая на вид книга. Племянник этого человека очень любил читать, а у них самих в доме книг почти не было, поэтому он решил подарить эту книгу своему племяннику, чтобы сделать ему приятно. Но сразу по возвращении в город отдать подарок не получилось, он закрутился в круговороте разных дел, и книга была благополучно забыта. А неделю назад эта книга случайно вновь попалась ему на глаза, он как раз собирался идти в гости к своему брату, вот и захватил её для племянника.

Спустя два дня брат пришёл к нему домой и принёс письмо. Оно было в конверте, но без указания какого-либо адресата. Брат сказал ему, что оно выпало из книги, когда его сын начал её перелистывать. Они вскрыли конверт и прочитали это письмо. Похоже, что оно было очень старым, а написал его их далёкий предок. В конце письма даже стояла дата написания – 19 сентября 1797 года.

В этом письме автор рассказывал, что в 20-х годах 18 века, ещё будучи мальчишкой, он и его отец прислуживали в доме князей Долгоруковых в Санкт-Петербурге. В 1727 году, незадолго до смерти Екатерины I, когда страной фактически правил светлейший князь Меншиков Александр Данилович, этот мальчик стал невольным свидетелем одного крайне любопытного разговора. Спустя много лет, под конец жизни, он остался, возможно, единственным хранителем тайны, поэтому он просто обязан был передать эту тайну своим потомкам.

Разговор, который так заинтересовал мальчика, происходил между хозяевами дома – князьями Долгоруковыми. Из этого разговора он понял, что в природе существует некий артефакт – Ключ от Санкт-Петербурга. Этот артефакт приносит своему обладателю безграничную власть и несметные богатства. И однажды обладателем этого Ключа стал Александр Данилович Меншиков. После этого он стремительно вознёсся по карьерной лестнице, несмотря на то, что был сыном простого конюха. Он стал одним из богатейших людей в стране, а после смерти Петра I ещё и самым влиятельным.

Мальчику стало ясно, что Долгоруковы мечтают завладеть этим магическим ключом, чтобы самим стать полновластными хозяевами Санкт-Петербурга. Дальнейшего разговора мальчик не слышал, потому что его позвал отец и ему пришлось отойти по делам. Прошло время, к власти пришёл Пётр II, а Меншиков попал в опалу и был сослан в своё имение – крепость Раненбург, а затем и в далёкий сибирский город Берёзов. В то время мальчик ещё раз оказался невольным свидетелем разговора между князьями Долгоруковыми. Оказывается, при обыске обоза Меншикова, который направлялся в Сибирь, ключ был всё-таки найден и надёжно спрятан в тайник в подвале дома Долгоруковых в Петербурге. В 30-х годах 18 века судьба оказалась неблагосклонна к Долгоруковым – кто-то был сослан, кто-то казнён. Но ключ оставался в тайнике – автор письма был точно уверен в этом.

Командование Северо-Западной армией ухватилось за такую возможность, ведь это, вполне возможно, был их шанс, хоть и выглядел он каким-то нереальным. Впереди ещё было осеннее наступление на Петроград, и его исход пока что был под большим вопросом. Обладание Ключом от города позволило бы, возможно, склонить чашу весов в сторону белогвардейцев и одержать победу. Поэтому и составлялся этот отчёт генералу Юденичу. Именно генерал должен был решить дальнейшую судьбу Загадочного ключа.

И он решил его. Настя увидела это, взяв в руки и прочитав второй лист. Это был приказ об отправке в Петроград специального агента. Его целью было обнаружение тайника в доме Долгоруковых. Он должен был добыть магический Ключ от города и привезти его в ставку белых в целостности и сохранности. От этого зависела не только судьба осеннего наступления на Петроград, но и судьба всей Гражданской войны.

Глава 7

Настя посмотрела на часы и очень удивилась тому, что прошло уже так много времени с того момента, как она пришла сюда. Совсем скоро архив должен будет закрыть свои двери для посетителей, и тогда сюда придёт Елена Александровна. Нельзя было медлить ни минуты, так как она могла увидеть эту тонкую папку. Тогда Настя достала телефон и сфотографировала отчёт и приказ, которые находились в тонкой папке.

Её уже не столько интересовал вензель со шкатулки, сколько стал интересовать этот загадочный Ключ, о котором она только что прочитала. Настя, словно губка, впитала в себя эту тайну, и ей очень захотелось тоже поучаствовать в поисках разгадки.

Сфотографировав документы, она убрала их обратно в папку, закрыла её и положила туда же, где и взяла – в одну из толстых папок. После этого Настя положила все папки по Меншикову в коробку, и как раз в этот момент в комнату вошла Елена Александровна.

– Анастасия, как у Вас успехи? – спросила она. – Простите, раньше никак не удавалось отлучиться, чтобы подойти к Вам, сегодня было очень много посетителей. Сейчас уже почти все ушли, так как архив скоро должен закрыться. Скажите, вы нашли то, что искали?

– Нет, к сожалению, не нашла, – развела руками Настя. – Давайте уберём эту коробку на место.

Они взяли коробку с папками и поставили её на стеллаж к другим коробкам.

– Значит, Вы с Маргаритой завтра придёте? – спросила Елена Александровна, когда они подошли к выходу из здания архива.

– Завтра я не смогу, у меня появились срочные дела, – ответила женщине Настя. – Я созвонюсь с Маргаритой Степановной и договорюсь с ней о новой встрече. Скорее всего, мы придём только на следующей неделе.

Они попрощались друг с другом, и Настя вышла на улицу. Сделав глоток свежего воздуха после длительного нахождения в душном помещении, она только сейчас поняла, как сильно проголодалась. Решив, что сквозь вечерние пробки до дома ехать долго, Настя прошла мимо своей машины и направилась в ближайшее кафе. В это время зазвонил телефон. На экране высветился номер, и Насте показалось, что это номер Маргариты Степановны, который она записала утром.

– Да, я слушаю, – сказала Настя в трубку.

– Настя, это Маргарита Степановна! Я только сейчас освободилась и смогла тебе позвонить. Скажи, тебе удалось ли найти какую-нибудь информацию о вензеле?

– Я тоже только что освободилась. Нет, Маргарита Степановна, ничего важного я не нашла. Видела только материалы по вензелю, который находится на решётках дворцовой лестницы, и больше ничего.

– Очень жаль, – вздохнула эксперт. – Но не стоит отчаиваться, если сразу не удалось найти нужную информацию. Мы встретимся с тобой завтра в 10 часов у входа в архив и продолжим поиски. Вдвоём будет легче найти то, что мы ищем.

– Я завтра не смогу, – ответила ей Настя. – У меня появилось срочное дело. Давайте мы с Вами созвонимся через несколько дней, когда я всё закончу, и договоримся о встрече.

– Ну, хорошо, – сказала Маргарита Степановна после небольшой паузы. – Хотя мне бы не хотелось откладывать это надолго.

– Я Вас вот ещё о чём хотела спросить, – Настя решила уточнить кое-какую информацию, чтобы потом самой не искать ответы в интернете. – Вы знаете, где в Санкт-Петербурге находится дом, в котором жили князья Долгоруковы при Петре I и Меншикове, и что сейчас находится в этом здании?

– Так ты всё-таки что-то обнаружила? – воскликнула женщина, поначалу не сумев сдержать своих эмоций, но потом она всё-таки смогла взять себя в руки. – А зачем тебе этот дом, Настя?

– Нет, ничего особенного не обнаружила, – Настя решила не посвящать её в тайну Ключа, так как ей не понравилась слишком бурная реакция женщины на вопрос о доме. – Просто мне сегодня попадались материалы о князьях Долгоруковых, вот и заинтересовалась. Я очень люблю историю, а там было написано, что у них очень красивый дом.

– Нет, дом как дом, – медленно произнесла Маргарита Степановна. – Ты точно ничего не нашла?

– Нет, не нашла, – ответила Настя, придав своему голосу больше серьёзности. – Так Вы знаете, где этот дом?

– Знаю, – ответила она и назвала Насте адрес. – Там сейчас музей, посвящённый жизни князей Долгоруковых, но он не очень популярен среди жителей и гостей нашего города.

– Спасибо большое, – сказала Настя. – Созвонимся через несколько дней. До свидания.

– Хорошо, до свидания, Настя, – ответила ей Маргарита Степановна.

Оставшийся путь до кафе Настя прошла, обдумывая недавний разговор. Странное поведение эксперта несколько смутило её. Но, вполне возможно, это естественная реакция, когда очень сильно хочешь в чём-то разобраться. Настя и за собой иногда замечала такое поведение.

Поужинав, Настя дошла до машины и поехала домой. Когда она приехала, то решила немного прогуляться по Невскому проспекту. Скоро она дошла до набережной Невы и медленно пошла вдоль реки, наслаждаясь тёплым весенним воздухом и обдумывая свои планы на завтра. Она решила с самого утра, как только откроется музей Долгоруковых, поехать туда и постараться всё выяснить на месте.

Вернувшись домой, она стала готовиться ко сну. Но тут ей на глаза попалась шкатулка, и она стала думать, что же с ней делать дальше – то ли оставить её завтра дома, то ли взять с собой. После нескольких минут размышлений она всё-таки решила взять её с собой. Шкатулка могла быть как-то связана с Ключом, который ей предстояло найти, хоть это и было маловероятно. В любом случае, завтра она возьмёт её с собой, а дальше будет видно.

Приняв душ, Настя легла в постель, но ещё долго не могла заснуть, обдумывая эту историю с Ключом. Она казалась ей какой-то нереальной, фантастической, но теперь она уже ничему не удивлялась. Было пока не совсем понятно, как можно обнаружить тайник в подвале дома Долгоруковых, раз в этом здании сейчас находился музей. Но Настя уже и раньше сталкивалась с такими загадками, поэтому и действовать решила так же, как и в прошлые разы. А именно – придумать план действия уже на месте событий. Приняв такое решение, она закрыла глаза, расслабилась и вскоре уснула.

Глава 8

Утром, пока готовился завтрак, Настя посмотрела в интернете режим работы музея Долгоруковых. Выяснилось, что он открывал свои двери для посетителей в 10 часов. Она решила приехать прямо к открытию, а так как находился он не очень далеко от её дома, время в запасе у неё ещё было. Перед отъездом в музей Настя решила ещё заглянуть в свою Антикварную лавку. Ей нужно было удостовериться, что её помощница получила вчера одну посылку, которую Настя ждала.

Дело в том, что некоторое время назад ей позвонил один очень важный и солидный клиент из Москвы. Он сообщил, что в скором времени к нему должен будет прилететь партнёр по бизнесу из Китая, и он хочет сделать ему какой-нибудь хороший подарок. Он узнал, что настоящей страстью его партнёра является коллекционирование старинных самоваров, и попросил Настю найти ему один из таких. И Настя нашла очень редкий английский самовар 19 века. Стоил он, конечно, порядочно, но клиент с ценой согласился.

И вот вчера его должны были доставить в магазин, а помощнице нужно было его принять. Настя хотела сама всё проверить, аккуратно упаковать самовар и отправить его курьером в Москву. Партнёр её клиента должен был прилететь только через неделю, поэтому время у неё ещё было. Отправкой она решила заняться сразу после посещения музея.

В магазине было всё в порядке. Помощница вчера получила посылку, проверила самовар на наличие внешних повреждений, и теперь он стоял в подсобном помещении. Чтобы как следует упаковать его и подготовить к отправке, у Насти ушло около пятнадцати минут. Оставив упакованную коробку в подсобке, Настя поехала в музей Долгоруковых, так как он уже скоро должен был открыться.

Приехав по адресу, она увидела довольно старый дом, который, по всей видимости, в настоящее время пока ещё реставрировали. Людей вокруг почти не было видно, а на двери висела небольшая табличка, извещавшая всех о том, что в этом здании находится музей Долгоруковых. Табличка была такой маленькой, что надписи можно было прочитать, только если подойти очень близко.

«Теперь понятно, почему сюда почти никто не приходит. Просто никто не знает, что это музей», – подумала Настя и вошла внутрь. Она оказалась в небольшом и практически безлюдном вестибюле. Там находилась только одна женщина, которая сидела рядом с билетной кассой. Женщина, увидев Настю, почему-то сразу же очень обрадовалась.

– Здравствуйте, я бы хотела осмотреть музей,– сказала Настя.

– Да, конечно, – ответила женщина, заходя в кабинку для продажи билетов и всё также продолжая улыбаться. – Входной билет стоит 150 рублей.

– А экскурсию у Вас можно заказать? – спросила Настя, доставая деньги.

– Это будет стоить дополнительно ещё 150 рублей с человека.

Настя оглядела помещение, в котором кроме неё больше никого не было.

– А сколько человек нужно будет ждать для экскурсии?

– Никого не нужно ждать. По утрам к нам в музей почти никто не ходит, первые посетители обычно появляются после обеда, – развела руками женщина. – Я для Вас проведу индивидуальную экскурсию.

– Так Вы экскурсовод? – удивилась Настя. – А как же билеты, кто здесь останется? Вдруг кто-то всё-таки придёт в музей?

– Так я же Вам говорю, по утрам к нам никто не ходит. После обеда придёт уже другой экскурсовод, а я вернусь на кассу. Я сейчас закрою входную дверь и всё Вам покажу.

Она пробила билет с экскурсией, затем заперла дверь на замок и пригласила Настю пройти дальше. «Очень странный подход к работе», – подумала Настя, пожала плечами и пошла за работницей музея. Пожалуй, это было ей даже на руку. Так ей было проще что-то выяснить, хоть Настя пока и не знала, как именно это сделать.

Женщина стала водить Настю по комнатам, всё показывать и рассказывать, и выяснилось, что слушать её очень даже интересно. Она рассказывала о предметах, которые находились здесь, о жизни князей Долгоруковых в этом доме, а также о событиях, которые происходили с ними в общественной жизни. Когда речь зашла о Меншикове, Настя стала слушать гораздо внимательнее. Экскурсовод рассказывала о его противостоянии с Долгоруковыми, о том, как обе стороны пытались перетянуть расположение молодого Петра II на себя. В итоге это удалось Долгоруковым.

Таким образом, косвенно подтверждалась информация о том, что Ключ от города перешёл от Меншикова к Долгоруковым. Меншиков был отправлен в ссылку в сибирский город Березов, где впоследствии и умер. Некоторое время Долгоруковы были на коне и могли манипулировать молодым и неопытным императором, а после смерти Петра II попытались ограничить полномочия новой императрицы Анны Иоанновны.

Но что-то пошло не так. Императрица вернула самодержавие, а Долгоруковы попали в опалу. А кое-кто из них даже был сослан в тот же самый сибирский городок Березов, в который чуть раньше благодаря их стараниям был сослан и Меншикова. «Вот уж, как говорится, не рой яму другому», – подумала Настя о превратностях судьбы. Но если Долгоруковы потеряли власть, могло ли это означать, что Ключа от города у них уже не было? Выходит, что в тайнике его может и не оказаться.

– Скажите, а как удалось сохранить все эти вещи с тех времён, когда здесь жили Долгоруковы? – спросила Настя, когда работница музея сделала паузу в своём рассказе.

– А их и не удалось сохранить, – ответила женщина. – После революции в 1919 году дом был полностью разграблен. Потом пришлось искать всё по частям и возвращать вещи обратно. Конечно же, вернулось далеко не всё, но кое-что всё же удалось найти и вернуть на место.

– Скажите, а есть ли в доме тайники? – спросила Настя как бы между делом.

– Странно, что Вы об этом спросили, – удивилась экскурсовод. – Действительно, в подвале дома есть тайник, но он давно вскрыт, и там совершенно пусто.

– Жаль, – расстроилась Настя. Её опасения подтверждались.

– Так Вы что-то конкретно ищете? – заинтересованно спросила женщина.

Делать было нечего, пришлось отвечать, что она вычитала про один экспонат Петровской эпохи, который мог находиться в тайнике. Экскурсовод спросила о том, что именно за экспонат, и, так и не дождавшись ответа, задала другой вопрос:

– Тогда, может быть, есть смысл поискать то, что Вы ищете, в загородном доме Долгоруковых?

– А что, есть ещё один музей за городом? – встрепенулась Настя.

– Нет, не музей. Это загородный дом, в котором они раньше жили. По-моему, он сейчас в частном владении, но я точно не уверена. Он тоже был разграблен после революции, но там мог сохраниться тайник. Если в этом доме он есть, то и там может быть.

– А Вы знаете, где именно находится этот дом? – спросила Настя.

– К востоку от города, – ответила женщина и назвала его точное месторасположение.

Это было не очень далеко, от Санкт-Петербурга примерно в часе езды. Настя подумала, что можно попробовать туда съездить, а здесь уже можно не искать. Она поблагодарила женщину за экскурсию и направилась к выходу. Та открыла дверь, и Настя вышла на улицу.

Глава 9

Едва только Настя села в машину, как у неё раздался телефонный звонок. Посмотрев на экран телефона, Настя увидела, что это звонил Денис Алексеевич – тот самый клиент из Москвы, который заказал у неё самовар для своего партнёра по бизнесу. Наверное, он хотел узнать, пришёл ли его заказ к Насте и когда он может ожидать самовар в Москве. Сейчас можно будет успокоить его, сказать, что посылка уже получена, и сегодня же Настя отправит её с курьером.

– Здравствуйте, Денис Алексеевич, – произнесла Настя.

– Добрый день, Анастасия, ну как у нас обстоят дела с моим заказом? – с надеждой в голосе спросил мужчина.

– Всё хорошо, самовар пришёл в целости и сохранности, я его упаковала и собираюсь после обеда отправить к Вам в Москву.

– Ну, слава богу, – облегчённо выдохнул он. – Значит, есть ещё шанс получить его вовремя.

– Шанс? Вы о чём, Денис Алексеевич? – удивилась Настя. – У нас ведь с Вами ещё целая неделя в запасе.

– Слава богу, что он пришёл, но Вы его пока что не отправили, – пояснил ей Денис Алексеевич. – Понимаете ли, Анастасия, обстоятельства у нас несколько изменились. Мой партнёр перенёс свой визит в Москву на более ранний срок и будет у меня уже завтра утром, а после обеда ему нужно будет лететь обратно в Китай. Прошу, выручайте меня. Буду очень признателен, если Вы привезёте самовар в Москву к завтрашнему утру. Я покрою все Ваши неудобства, заплачу за самовар в двойном размере. Для меня это очень важно.

Делать было нечего, потому что отказать Настя не могла. Клиент был солидный, деньги получались весьма хорошие, да и срочных дел, которые нельзя было бы перенести на пару дней вперёд, у Насти не было. Поэтому, немного подумав, она ответила:

– Хорошо, Денис Алексеевич, я сама доставлю заказ к Вам в офис. Переночую в гостинице и утром буду у Вас. Во сколько приезжает Ваш партнёр?

– Его должны встретить в аэропорту и привезти ко мне в офис к 9 часам, – ответил Насте собеседник с радостными нотками в голосе. – Спасибо Вам огромное, Анастасия. Только не надо приезжать ко мне в офис, я сам приеду к Вам, ведь Вы остановитесь в той же самой гостинице, что и обычно?

– Да.

– Ну, вот и договорились! Увидимся в вестибюле в 8 часов утра. До завтра, Анастасия! Ещё раз спасибо!

– Никаких проблем, Денис Алексеевич, – улыбнулась Настя. – До свидания.

Закончив разговор, Настя села в свою машину, завела двигатель и поехала в сторону дома. Следом за ней от обочины отъехала неприметная серая машина и направилась в ту же сторону, держась от Насти на некотором расстоянии. Но она была так увлечена предстоящей поездкой в Москву, что, конечно же, ничего необычного не заметила.

Сначала она решила зайти домой. Там она приготовила себе в дорогу бутерброды, заварила чай в термосе, собрала небольшую дорожную сумку с одеждой и туалетными принадлежностями. Потом сходила в душ и пообедала. Теперь она была готова к поездке Москву. Взяв собранную сумку, она отнесла её в машину и зашла в Антикварную лавку. Там она немного поговорила со своей помощницей, сказала, что два дня её в городе не будет, а затем взяла упакованный утром самовар и направилась к машине.

Около часа после полудня она уже выезжала из города. На хвосте у неё всё также висел серый автомобиль, но она об этом даже не догадывалась. Настя думала, что к вечеру она должна будет доехать до Москвы. Там она устроится в гостинице, переночует, а утром передаст посылку, получит деньги и поедет обратно.

По дороге Настя пару раз останавливалась, чтобы подкрепиться бутербродами и выпить горячий чай, а также один раз, чтобы заправить автомобиль. До гостиницы она доехала уже в темноте. Это была её любимая гостиница – не очень большая и не очень маленькая, по-домашнему уютная. Она здесь останавливалась уже много раз, и сегодня не собиралась изменять своим привычкам. Так как Настя была здесь довольно частой гостьей, персонал гостиницы уже знал её и в лицо, и по имени. Поэтому, когда она увидела в кресле вестибюля Сергея Сергеевича – мужчину с усами средних лет, бывшего военного, который работал здесь начальником охраны, то улыбнулась ему, как старому знакомому, назвала по имени и отчество у и поздоровалась. Он улыбнулся ей в ответ и сказал:

– Анастасия, очень приятно снова видеть Вас в наших краях. Вы к нам надолго в этот раз?

– Я только переночевать, Сергей Сергеевич, утром поеду по делам, а затем обратно в Питер.

Они кивнули друг другу в знак приветствия, и Настя прошла к администратору – тоже знакомой девушке. Они с ней немного поговорили, потом Настю записали в журнал, выдали ключи, и она пошла в свой номер. За ней в очереди к администратору стояли двое мужчин. Когда Настя направилась к лифту, они внимательно посмотрели на неё, а затем попросили у администратора двухместный номер. Настя в это время зашла в лифт и поехала наверх. Один из мужчин посмотрел на табло, на котором друг за другом загорались номера этажей. Когда там застыла и больше уже не менялась цифра 4, он повернулся к девушке за стойкой и сказал:

– Нам нужен номер на 4 этаже.

– Хорошо, сейчас оформлю, – ответила ему девушка.

Пока она оформляла новых постояльцев, Настя уже входила в свой номер. Она поставила сумку и вернулась за коробкой с самоваром, которую оставила в машине. Настя пристроила её рядом со своей кроватью, потом сходила в душ и легла спать. Уснула она довольно быстро, так как за время своего пути немного устала, и спала при этом хорошо, спокойно. Но внезапно ночью Настя открыла глаза. Что-то её разбудило, и она сначала не могла понять, что же именно.

Вдруг она услышала тихий скрежет, который шёл со стороны входной двери. По всей видимости, в замке кто-то ковырялся, намереваясь проникнуть в её номер. Настя стала быстро соображать, что же ей делать в сложившейся ситуации, но тут послышался скрип открывающейся двери. Полоска света, льющегося из коридора в номер, стала медленно расширяться. Настя хотела вскочить с кровати, но внезапно дверь перестала открываться.

Настя прислушалась, но вокруг было тихо, ничего больше не происходило. Тогда она осторожно встала и еле слышно пошла к приоткрытой двери. Вдруг в коридоре послышались шаги. Настя замерла, но в это время в дверную щель заглянул начальник охраны.

– Сергей Сергеевич, это Вы? – облегчённо выдохнула Настя и выглянула в коридор. – Вы случайно никого не видели в коридоре рядом с моей дверью?

– Нет, здесь никого не было, – ответил он. – Я шёл мимо и увидел, что дверь в Ваш номер слегка приоткрыта, и в это время как раз появились Вы. Анастасия, у Вас всё нормально?

– Я пока сама толком не знаю. Похоже, что кто-то вскрыл замок и пытался проникнуть в мой номер. Я проснулась, услышав скрежет в замке. А потом дверь стала открываться, я подошла к ней, и в это время появились Вы.

– Может быть, Вам это только приснилось? Наверное, Вы просто забыли закрыть дверь, когда заходили в номер, вот она от сквозняка и приоткрылась немного.

– Да нет же, Сергей Сергеевич, это был не сон! – воскликнула Настя. – Скорее всего, это Вы своим неожиданным появлением его и спугнули. Не верите мне, давайте посмотрим записи с камер видеонаблюдения. У Вас есть камера в этом коридоре?

– Да, вот она висит, – сказал мужчина, показывая рукой куда-то в сторону, но внезапно осёкся.

Настя посмотрела туда, куда он показывал, и увидела, что объектив камеры был закрыт большой чёрной тряпкой.

– Кто-то её закрыл, – сказала она. – Наверное, подкрался сзади, чтобы не попасть в поле зрения камеры.

– Вы вот что, Анастасия, заходите к себе в номер, заприте дверь и спокойно ложитесь спать. Не волнуйтесь больше ни о чём, мы сами во всём разберёмся.

Настя так и поступила, но ещё долго не могла уснуть, прислушиваясь к каждому ночному шороху. Она думала о том, кому же могло понадобиться проникать в её номер. Постепенно её глаза стали закрываться, и она провалилась в глубокий сон.

Глава 10

Утром, как только Настя проснулась и открыла глаза, она сразу же вспомнила события, которые произошли с ней минувшей ночью. К ней явно кто-то хотел проникнуть в номер, а начальник охраны помешал ему сделать это, случайно проходя мимо по коридору в это же самое время. А если бы его не было, всё могло бы закончиться по-другому. И ладно бы, если это были простые гостиничные воришки, которые хотели что-нибудь украсть. Тогда Настя просто уедет и забудет об этой истории. А если это не просто воришки? Если кто-то целенаправленно хотел добраться именно до неё? Пока что у Насти не было ответа на этот вопрос.

Она посмотрела на часы. Было уже полвосьмого, и скоро мог прийти Денис Алексеевич, так как они договаривались встретиться в 8 часов утра. Пора было уже собираться и приводить себя в порядок. Тогда Настя стряхнула с себя остатки сна, встала с постели и прошла в душ. Вода хорошо взбодрила её, и она вышла из душа уже заметно посвежевшей. Клиент пока не звонил, поэтому Настя решила позавтракать, так как почувствовала, что голодна. Она оделась, вышла из номера и спустилась на первый этаж, где располагалось кафе. Коробку с самоваром она решила взять с собой. Во-первых, самовар был довольно ценным, и теперь она уже боялась оставлять его в номере без присмотра. А во-вторых, клиент мог подъехать в любую минуту, и тогда Настя сможет отдать ему заказ, не поднимаясь снова к себе в номер.

Настя уже заканчивала завтракать, когда у неё зазвонил телефон.

– Здравствуйте, Денис Алексеевич, – ответила она. – Вы уже подъехали?

– Доброе утро, Анастасия! Да, я стою в вестибюле.

– Хорошо, я сейчас к Вам подойду.

Настя допила чай, взяла коробку с самоваром и пошла в вестибюль.

– Как я рад снова Вас видеть, Анастасия, – мужчина, ожидающий её, расплылся в широкой улыбке. – Надеюсь, я не очень Вас обременил со своей просьбой?

– Нет, что Вы, не стоит беспокоиться по этому поводу. Для меня это было совсем не сложно.

Они отошли в сторону и сели на диван. Затем Настя открыла коробку, чтобы клиент сам мог проверить, всё ли в порядке. Он оглядел самовар, остался доволен и передал Насте небольшой бумажный свёрток.

– Вот, Анастасия, здесь в двойном размере, как мы и договаривались, – сказал он.

Настя поблагодарила его, но разворачивать бумагу и пересчитывать деньги не стала. Этот человек уже давно был её клиентом и раньше никогда не обманывал её, поэтому она ему полностью доверяла. Затем они попрощались, и Настя пошла обратно к себе в номер. Проходя мимо ещё одного дивана, стоящего в углу вестибюля, она не обратила внимания на мужчину, который сидел и читал газету. Когда она прошла, он выглянул поверх газеты и посмотрел ей вслед. Этим мужчиной оказался один из тех двух человек, которые накануне вечером стояли за ней в очереди к администратору и заказали номер на том же самом этаже, что и она. Когда она отошла подальше от него, он достал телефон и тихо произнёс невидимому собеседнику.

– Она получила какой-то свёрток и поднимается к себе.

Выслушав ответ, он сказал, что всё понял, встал и пошёл следом за ней.

Настя хотела быстренько собрать вещи и уехать из Москвы, чтобы вернуться в Питер не очень поздно. Смысла задерживаться здесь не было, дело уже было сделано. Но её немного беспокоил инцидент с ночным проникновением к ней в номер, в том числе и поэтому она хотела уехать.

Поднявшись на 4 этаж, Настя направилась в сторону своего номера. Вокруг было тихо и в длинном гостиничном коридоре не было ни души. Она уже подходила к двери, погружённая в свои мысли, как внезапно дверь в номер напротив её двери отворилась, и оттуда вышел мужчина. Он странно посмотрел на неё, она почувствовала какую-то скрытую угрозу у него во взгляде и остановилась.

–Что в свёртке? – спросил её мужчина.

Настя попыталась вникнуть в смысл заданного ей вопроса. Знал ли он про деньги, или искал что-то другое, гораздо более ценное? Неужели Ключ? Вряд ли, откуда этот мужчина в Москве мог знать то, что и в Питере никто не знал.

– Зайди в номер, – вкрадчиво сказал он, а его рука потянулась к карману. Настя не стала ждать, что именно он достанет – нож или пистолет. Она быстро развернулась и хотела побежать в сторону лестницы, но увидела, что ей навстречу приближается другой мужчина. Тогда она повернулась к первому мужчине, пытаясь найти выход из этой ситуации. Ничего другого не придумав, она хотела уже было закричать и позвать кого-нибудь на помощь, как в конце коридора увидела начальника охраны гостиницы, который выходил из дальнего номера.

– Сергей Сергеевич! – крикнула она.

Мужчины быстро переглянулись и, не сговариваясь, пошли в сторону лестницы, где и скрылись из вида через несколько секунд.

– Чем я могу помочь? – спросил начальник охраны, когда подошёл к Насте.

Она ещё раз посмотрела в сторону лестницы, но там уже никого не было.

– Вы нашли того, кто повесил ночью тряпку на видеокамеру? – спросила его Настя.

– Нет, – развёл он руками. – Скорее всего, кто-то просто пошалил, ничего страшного.

– Понятно, – ответила она и решила не рассказывать ему про двух мужчин, пытавшихся только что завести её в номер. – Вы меня можете проводить до машины? Вот только я соберу быстренько свои вещи.

– Конечно, я всегда рад помочь, – ответил тот.

Настя вошла в номер, быстро собралась, и через 5 минут они с начальником охраны уже спускались вниз. В вестибюле этих мужчин тоже не было видно, да и на улице она не заметила ничего подозрительного.

– До свидания, Анастасия, приезжайте к нам ещё. – Сказал Сергей Сергеевич и ушёл обратно в гостиницу.

Настя села в машину и стала думать. Вокруг было много машин и людей, и те двое мужчин могли за ней следить. Нельзя было сразу ехать в Санкт-Петербург, сначала нужно было попытаться оторваться от возможного преследования. Тогда она немного поездила по дворам, потом нашла большую крытую парковку, имеющую несколько выездов, и заехала туда, стараясь запутать следы.

Поездив так по Москве около часа и решив, что теперь-то её уж точно никто не преследует, Настя собралась ехать в сторону Питера. Но внезапно она вспомнила, что уже давно собиралась посетить свою школьную подругу, которая жила в Москве. До этого Настя была у неё около года назад, и уже сильно по ней соскучилась. Тогда она созвонилась с подругой и договорилась с ней о встрече в кафе. Они обе так много хотели рассказать друг другу, что просидели почти 2 часа, успев и попить чай, и пообедать.

После обеда Настя спохватилась, что ей уже пора в дорогу, они обнялись, и она поехала. Поначалу она пыталась искать в зеркале заднего вида подозрительные машины, но вскоре поняла, что это бесполезное занятие, и полностью обратила своё внимание на дорогу. Когда она выезжала из города, от обочины отъехал серый автомобиль и пристроился сзади неё на некотором расстоянии. Но Настя не заметила этого манёвра, у неё была одна цель – спокойно доехать до Санкт-Петербурга.

Глава 11

В самом начале своего пути Настя ещё вспоминала о ночном проникновении в номер и дальнейшей попытке забрать у неё свёрток с деньгами, но постепенно эти мысли отошли на второй план. Теперь она думала только о загадочном Ключе, о котором говорилось в документах белогвардейцев, обнаруженных ей в архиве. Вполне возможно, что те двое мужчин из гостиницы тоже искали этот Ключ и подумали, что он находится у неё в свёртке.

Конечно же, Настя не верила в то, что Меншиков обрёл своё могущество и богатство только благодаря этому Ключу. Но, безусловно, какая-то сила в нём присутствовала. Не зря же, даже спустя 200 лет, накануне наступления на Петроград осенью 1919 года, за ним охотились с таким большим энтузиазмом. И Настя вдруг тоже очень сильно захотела отыскать его.

Но у неё почти не осталось подсказок, которые помогли бы ей в её поисках, хотя их и так было не так уж и много. Осталась всего одна тоненькая ниточка – загородный дом князей Долгоруковых под Санкт-Петербургом. Но особых надежд относительно этой информации она не питала. Во-первых, как было туда проникнуть, если этот дом находился сейчас в частном владении? А во-вторых, как в этом доме найти тайник, ещё и не вызвав ни у кого подозрений?

Чем больше Настя отдалялась от Москвы и приближалась к Петербургу, тем настойчивее посещала её мысль, что необходимо сделать небольшой крюк и заехать к этому дому. Даже хотя бы просто немного посмотреть на него издали, тогда бы она немного успокоилась и уже решала бы дальше, что делать и как действовать. Да и не очень далеко было до него ехать – всего километров 20 от основной трассы.

До Санкт-Петербурга было уже почти рукой подать, ещё каких-то час-полтора, и она будет у себя дома. Но солнце ещё только начинало садиться за горизонт, и если прямо сейчас поехать к дому Долгоруковых, то можно будет увидеть этот дом в последних лучах заходящего солнца. Да и поворот должен быть уже совсем близко.

И Настя решилась. Она свернула с трассы и направилась в сторону посёлка, в котором, по словам экскурсовода, и должна была находиться загородная усадьба Долгоруковых. Над дорогой уже сгустились сумерки, и машин на ней почти не было. Точнее, ей навстречу вообще никто не попался. Сначала она думала, что доберётся до места довольно быстро, но дорожное покрытие сильно испортилось, появились ямы, и ей пришлось сбавить скорость.

Вдруг где-то далеко позади Настиной машины показался свет фар. Сумерки уже полностью сгустились над землёй, тем более дорога как раз шла через лес, и стало довольно темно. Но Настя всё-таки решила доехать до конца и посмотреть на дом своими глазами. Свет сзади становился всё ярче, попутная машина быстро приближалась, и Настя удивилась, подумав, куда это он так торопится.

Когда машина догнала Настю, то немного сбавила скорость и некоторое время ехала в хвосте её автомобиля. Настя сразу же ощутила некоторый дискомфорт от этого, тем более фары у того автомобиля светили очень ярко, практически ослепляя её в боковых зеркалах и в зеркале заднего вида. Тогда она сбавила скорость и поехала очень медленно, давая возможность обогнать себя, хотя дорога и так была пустая, вокруг не было ни души, и обогнать её можно было в любой момент.

Внезапно едущий сзади автомобиль резко пошёл на обгон, подрезал автомобиль Насти и так же резко затормозил перед ней. У неё не оставалось другого выхода, как тоже ударить по тормозам. Из подрезавшей её машины выскочили двое мужчин, и она сразу же узнала их, как только увидела. Это были те самые мужчины из гостиницы. Они рванули к ней, причём один из них на ходу стал доставать пистолет.

На принятие решения у Насти оставались доли секунды, и она всё-таки смогла собраться и взять себя в руки. Настя быстро врубила заднюю передачу и надавила на педаль газа, пытаясь удержать ровнее взбесившийся автомобиль. Раздался выстрел, затем ещё один – и лобовое стекло разлетелось вдребезги, а в лицо Насте ударил поток прохладного апрельского воздуха. Мужчины развернулись и быстро побежали обратно к своей машине, намереваясь продолжить преследование.

Краем глаза Настя увидела, что от этой дороги в лес ведёт другая дорога. Она затормозила, переключилась на первую передачу, и повернула направо. Она старалась ехать как можно быстрее, но глубокие лужи и грязь не давали ей как следует разогнаться. А преследователи были уже очень близко, практически упирались капотом своего автомобиля в её багажник.

Очередная лужа оказалась особенно глубокой и вязкой от грязи, и Настя подумала, что её автомобиль застрянет. Но она смогла дотянуть до края и поехать дальше. А вот её преследователи не смогли. Она заметила в зеркало, что они встали на месте и больше не двигались. И она больше уже не смотрела на них, уезжая всё дальше, пока окончательно не скрылась от их взора за изгибом дороги.

И вдруг впереди она увидела ещё одну развилку, с которой в лес уходила совсем неприметная дорога. Недолго думая, она свернула туда и, что есть силы, надавила на педаль газа. Для Насти сейчас было самым главным уйти от преследования, запутать следы, и не важно, куда приведёт её эта дорога.

Но тут жизнь внесла свои коррективы, нарушив все Настины планы. На очередном ухабе у её автомобиля лопнуло колесо, руль перестал слушаться, автомобиль повело из стороны в сторону, и он на бешеной скорости полетел на обочину, навстречу огромному дереву.

Часть 2. Тень Петра

I

Глава 1

Сегодня утром 14-ти летний Алексашка Меншиков проснулся очень рано, и теперь просто лежал и размышлял о том, какие всё-таки разнообразные сюрпризы может преподнести человеку его судьба. По всему выходило, что 1687 год вполне мог стать переломным годом в его жизни, ведь теперь он стал личным денщиком самого Петра. Тот был лишь немногим старше Меншикова, но Алексашка чувствовал в Петре какую-то скрытую силу, мощную энергию, бьющую через край. И он нисколько не сомневался в том, что именно Пётр, а никак не его брат Иван, станет настоящим, единственным царём и сможет возвеличить Россию на мировой арене. А с ним тогда и сам Меншиков тоже сможет взлететь до небывалых высот. Главное сейчас– это держаться рядом с Петром, чётко выполнять все его поручения и стать ему близким и преданным другом, а не простым денщиком. И тогда он перестанет быть просто Алексашкой, мальчиком на побегушках. Он станет уважаемым всеми Александром Даниловичем, а перед фамилией Меншиков будут открываться все двери, в какие он только пожелает войти.

А ведь он когда-то был всего лишь сыном простого конюха, без каких-либо особых надежд на большое, великое будущее. Его отец из-за бедности не мог дать сыну достойного образования, и вынужден был отдать его на обучение пирожнику. И с тех пор маленький Алексашка должен был дни напролёт проводить на улице и продавать людям пирожки. Но торговцев пирожками было много, и каждый из них старался по-своему привлечь внимание людей. Благодаря своей неуёмной энергии, чувству юмора, настойчивости и сообразительности Алексашка довольно быстро смог добиться больших успехов в этом деле. Он постоянно придумывал и выкрикивал какие-то весёлые шутки, заставляя прохожих смеяться. Они останавливались посмотреть на этого бойкого шустрого паренька, а потом покупали у него пирожки. Благодаря этому его товар быстро расходился, чему пирожник был несказанно рад. За то время, что он знал этого паренька, он по достоинству сумел оценить его таланты.

Весь жизненный путь человека состоит из цепочки случайных событий, крепко связанных между собой, которые на поверку выходят вовсе даже и не случайными. И если человек оказывается в каком-то месте, значит, он именно там и должен был оказаться в тот момент времени. Так случилось и в жизни Алексашки. В один прекрасный день судьба отправила его торговать пирожками на улицу, на которой располагался дворец Франца Лефорта – в будущем ближайшего помощника и советника царя Петра I, но уже и к тому времени ставшего довольно влиятельным и могущественным человеком. Алексашка продавал пирожки в своей обычной манере, и на этого бойкого и звонкого юного торговца обратил своё внимание сам Лефорт. Мальчик ему так понравился, что он взял Алексашку к себе во дворец в услужение.

Именно там спустя год его и заметил Пётр I. Меншиков сумел ему понравиться, поэтому и был зачислен в Потешный полк. Название этого полка пошло от того, что подмосковные сёла Преображенское и Семёновское являлись местом его дислокации и назывались в народе царскими потешными сёлами. Позднее Потешный полк разделился на Преображенский и Семёновский, и они стали первыми полками на пути создания новой, сильной армии, с которой в скором времени будет считаться вся Европа. Ну а пока Потешный полк, созданный 10 лет назад только лишь для игр пятилетнего Петра, ежедневно разрастался и усовершенствовался. Но уже и сейчас всем было ясно, что он в скором времени превратится в грозную боевую силу.

Через некоторое время Пётр I повторно обратил своё внимание на Алексашку Меншикова, уже более пристально, чем в первый раз. Он оценил его качества и назначил своим денщиком. Это произошло несколько месяцев тому назад, и вот теперь Меншиков лежал и думал о том, что он движется в верном направлении. Все эти месяцы он неотрывно следовал за Петром, куда бы тот не направился. Это только сегодня Алексашка проснулся так рано, и у него была возможность немного полежать и подумать о своей жизни. А вообще-то Пётр и сам был ранней пташкой, и в большинстве случаев Меншикову приходилось очень быстро выскакивать из постели, ведь личный денщик Петра обязан всегда быть рядом с ним, находиться в поле его зрения.

Меншиков был удостоен чести стать самым первым денщиком Петра I. В последующие годы их число выросло, доходя в иной раз даже до 20 человек. Основной функцией этого на первый взгляд стихийного формирования стала личная охрана Петра. Это были хорошо развитые физически и умственно, рослые, красивые, смышленые и расторопные молодые люди, большей частью незнатного происхождения. Целесообразность привлечения в охранную службу именно таких людей, а не представителей родовитых бояр, осознал в своё время ещё Иван Грозный, и с тех пор это стало правилом при формировании царской охраны.

Помимо основного рода деятельности – личной охраны, диапазон обязанностей денщиков был довольно широк. Они выполняли различные поручения царя, участвовали в розыскной деятельности, иногда приводили приговоры в исполнение, и ещё многое, многое другое. Как лица, приближённые к царю, они пользовались его доверием и, несмотря на своё низкое социальное положение, имели особый статус при дворе.

Меншиков на тот момент этого ещё не знал, но в будущем особо отличившихся денщиков царь также по-особому и выделял. Зачастую они получали высокие чины и ведали важными государственными делами. Пока же Алексашка просто размышлял над тем, что при сближении с Петром I жизнь засияла для него в новом, радужном свете, и вскоре собирался подниматься с постели, чтобы при пробуждении Петра быть уже готовым к выполнению какого-нибудь поручения.

Глава 2

В последующие два года Меншиков постоянно был рядом с Петром, где бы тот не находился и куда бы не направлялся, за исключением тех случаев, когда Пётр отправлял его куда-нибудь с важным поручением. В это время продолжалось становление и развитие потешных полков, их усиленные тренировки, учебные переходы и штурмы построенных специально для этого крепостей. Так зарождались основы будущей гвардии. Пока же русская армия состояла большей частью из наёмников, меньшей частью – около десяти процентов – из дворянского ополчения, и около трети составляли регулярные войска – стрелецкие полки.

Пётр I был активным, энергичным, жизнь в нём била через край, и в свободное от государственных дел, а также от занятий в потешных полках время, он очень любил повеселиться. Для этого он частенько наведывался в немецкую слободу Кукуй, располагавшуюся между Москвой и селом Преображенским, где он жил вместе со своей матерью – царицей Натальей Кирилловной. И в каждом таком развлекательном походе по увеселительным местам немецкой слободы Петра сопровождал его верный денщик Алексашка Меншиков. Как известно, общая работа и общий отдых в правильных пропорциях сближают ещё больше, чем что-то из этого в отдельности. Поэтому Алексашка всего за каких-то два года смог стать любимым денщиком Петра, которому тот полностью доверял.

Ночью с 7-го на 8-е августа 1689 года Меншикова внезапно разбудили. Открыв глаза, он разглядел в полумраке ещё одного денщика Петра I, который должен был в эту ночь дежурить недалеко от него.

– Что случилось? – быстро спросил его Алексашка, поднимая голову с подушки и сбрасывая с себя остатки сна.

– Из стрелецкой слободы тайные гонцы прискакали с донесением к Петру. Похоже, что там опять разгорается стрелецкий бунт. На этот раз Софья задумала переворот и покушение на Петра, а также на его мать Наталью Кирилловну. Он велел передать, чтобы ты срочно явился к нему.

Денщик вышел, а Меншиков быстро оделся и поспешил к Петру. Тот был сильно взволнован, ходил из угла в угол с пылающими от злости и страха глазами, и отдавал распоряжения. Увидев, что пришёл Меншиков, он вскричал:

– Алексашка, ты не представляешь, какие дела творятся! Стрельцы опять взбунтовались, и теперь в любой момент могут двинуться сюда. Я уже написал письмо своему брату Ивану, что сестра наша царевна Софья Алексеевна государством нашим начала владеть своею волею, ныне злодеи помышляют об убийстве нашем, и матерей наших! Настаёт время нам с братом царство править самим, так как пришли в меру возраста своего. А третьему лицу, сестре нашей, довольно управляться делами государственными. Срамно при нашем с братом совершенном возрасте тому зазорному лицу государством владеть мимо нас.

– Но нам сейчас надо срочно что-нибудь придумать! – воскликнул Меншиков. – Здесь же точно оставаться очень опасно, надо куда-то уехать.

– Вот за что я тебя люблю, так это за то, что ты всё схватываешь на лету, и тебе ничего не надо втолковывать, – Пётр остановился рядом с ним и сильно хлопнул его по плечу. – Так мы и сделаем, как ты и говоришь. Прямо сейчас мы вместе с тобой, а также ещё парой верных мне людей, уезжаем под защиту стен Троице-Сергиевого монастыря.

Они быстро собрались, Пётр оставил ещё несколько распоряжений, и они отправились в путь. Пока ехали, Меншиков начал вспоминать первый стрелецкий бунт, случившийся 7 лет назад – в 1682 году. Незадолго до этого умер царь Фёдор Алексеевич, не оставив после себя ни наследников, ни распоряжений касательно того, кому всё-таки должен перейти трон. И сразу же после этого началась борьба за власть между двумя враждующими кланами – родственниками двух жён предыдущего царя Алексея Михайловича – Милославскими и Нарышкиными. Первые хотели посадить на трон Ивана Алексеевича – юношу слабого ума и здоровья, а вторые Петра, который был ещё только десятилетним мальчиком, зато здоровым и умным.

Но была ещё и третья сила со стороны Милославских, которая также жаждала власти – царевна Софья Алексеевна. И в итоге она пошла на решительные действия. Воспользовавшись недовольством в стрелецких полках, она смогла разжечь стрелецкий бунт, в результате которого стрельцы 3 дня устраивали в Москве бесчинства, убивали родственников Петра и близких к Нарышкиным бояр.

Ситуация немного вышла из-под контроля Софьи Алексеевны, и результатом этого бунта стало венчание на царство сразу двух братьев – Ивана и Петра. Но, в конечном счёте, случилось так, как она и хотела – по причине малолетства обоих царей именно она была назначена их регентом и должна была управлять страной вплоть до достижения ими совершеннолетия.

– Не хочет отдавать власть! – без конца твердил Пётр по дороге в монастырь. – Опять она натравливает на нас стрельцов. Но ничего, мы ещё посмотрим, чья возьмёт. Я уже отдал распоряжения и с самого раннего утра весь царский двор должен будет тоже отправиться из Преображенского прямиком под защиту стен Троице-Сергиевого монастыря. Время будет играть на нашей стороне.

В итоге случилось именно так, как и говорил Пётр. Уже к вечеру Софье доложили, что из Преображенского все ушли и там пусто. Следом за Петром ушли два Потешных полка, и ещё один Стрелецкий полк. Тогда она отправила в Троице-Сергиев монастырь послов для переговоров, но их не пустили внутрь и они вернулись обратно ни с чем. Затем туда поехал патриарх, но он остался при Петре и обратно не вернулся. Туда же стали потихоньку перебираться чиновники, бояре, и даже стрельцы. Тогда Софья решила сама ехать на переговоры к брату, но её развернули за десять вёрст до монастыря.

После этого стрельцы испугались и дрогнули. Они пошли на поклон к Петру, и судьба Софьи Алексеевны была предрешена. Она лишилась своей власти, и её отправили на вечное житие в Новодевичий монастырь.

Прошло чуть более двух месяцев с той самой ночи, когда в Преображенское прискакали гонцы из стрелецкой слободы, и вот уже Пётр I с почестями въезжал в Москву. Он встал во главе государства, а его соправителем стал его брат Иван V, да и то лишь формально. Он участвовал во всех церемониях, пока позволяло здоровье, но вскоре умер, и единовластным правителем остался Пётр. Ему предстояло возвеличить Россию на мировой арене. Александр Меншиков в этом нисколько не сомневался, и старался всегда и везде находиться возле царя.

Глава 3

– Какое сегодня небо прозрачное – все звёзды видны, как будто на ладони, – сказал Пётр I Меншикову.

Они вдвоём сидели рядом со своей походной палаткой, которая на некоторое время стала их домом, и смотрели наверх.

– Да, – медленно протянул ему в ответ Александр. – Нынче все звёзды лежат у наших ног.

Пётр перевёл взгляд с неба на Меншикова, некоторое время удивлённо смотрел на него, а затем восхищённо воскликнул:

– А ведь и правда! Весь мир лежит у наших ног! Ведь звёзды – это как страны, как я раньше об этом не подумал?

Он вскочил на ноги, словно ужаленный какой-то внезапной догадкой, и начал расхаживать из стороны в сторону.

– Некоторые звёзды угасают и навсегда исчезают из поля зрения, другие же наоборот – вспыхивают с новой силой, и их свет виден издалека. Теперь же настало время и звезде России воссиять на небосводе, да так ярко, чтобы её было видно из любой точки Европы! И Азов – это только начало наших планов.

Глядя на воодушевление Петра, его твёрдость и решимость, Меншиков ни на секунду не усомнился в том, что может быть как-то по-другому.

Шёл июнь 1696 года, и Россия предприняла второй поход на турецкую крепость Азов. В настоящее время прошло уже около месяца с того времени, как русские войска взяли эту неприступную крепость в осаду, и всё это время Меншиков находился рядом с царём, куда бы он не отправился, и даже жил с ним в одной походной палатке.

Минуло уже почти 7 лет с того времени, как Пётр I взял власть в свои крепкие руки после стрелецкого бунта и начал активно развиваться, чтобы вывести Россию вперёд. Меншиков старался ни на шаг не отставать от него, и уже к 1693 году дослужился до почётной должности – бомбардира Преображенского полка. Он сопровождал царя во всех его поездках, участвовал во всех государевых забавах, постепенно превращаясь из денщика в верного друга и соратника. И, конечно же, он не мог пропустить первое серьёзное дело молодого государя – военный поход.

На тот момент Россия вместе с Австрией и Польшей входила в антитурецкую лигу – так называемый Священный союз, и по заключённому договору была обязана воевать с Османской империей. Но если Софья Алексеевна, находясь у власти, отправляла войско только лишь против Крымских татар – вассала Османской империи, то Пётр решил сразу идти на турецкую крепость Азов. Эта крепость стояла в устье реки Дон и перекрывала России выход в Азовское море.

Первый поход был предпринят в 1695 году. Впервые русская армия двигалась не посуху, а по рекам, на специально построенных для этого речных судах. Поначалу азовский поход казался царю продолжением военных потех, но 2 попытки штурма крепости провалились. И тогда Пётр велел возвращаться. Первая реальная война началась для него с поражения.

Но он не опустил руки, так как знал, что невозможного достичь всё-таки можно – стоит только очень сильно этого захотеть. И сразу же после возвращения из первого похода домой началась ускоренная подготовка ко второму азовскому походу. Всю следующую зиму в верховьях Дона строилась новая военная флотилия. И уже весной 1696 года первый русский флот, состоящий из двух больших военных кораблей, двадцати трёх галер и полутора тысяч малых судов, отправился вниз по Дону к Азову.

Корабли отрезали крепость со стороны бухты от источников снабжения. На земле все пути к крепости были перекрыты русской армией. Так началась осада крепости Азов. За время осады турки несколько раз пытались прорвать эту блокаду, предпринимали вылазки довольно многочисленными группами, но всё безрезультатно.

После той ночи, когда Пётр и Меншиков наблюдали за звёздами, царь приказал активнее выполнять подготовительные осадные работы, и уже в июле они были закончены. Затем казаки захватили несколько бастионов, и начались длительные артиллерийские обстрелы. В скором времени весь гарнизон Азова сдался. В результате Россия получила выход к Азовскому морю, а Пётр – свою первую военную победу, которых в дальнейшем будет ещё немало.

Домой Пётр I и русская армия вернулись героями. Их встречали с почестями, как истинных победителей, которым удалось выполнить такую сложную задачу, справиться с которой раньше казалось делом немыслимым.

Меншиков тоже отличился во время штурма, и Пётр I заметил это, так как тот постоянно находился в поле его зрения. За свою смелость, отвагу и быстроту принятия решений под стенами Азова царь достойно наградил его. После этого военного похода доверие Петра, его расположение к Меншикову, стали ещё значительнее. Но это было только начало. Меншиков не собирался ни на шаг отступать от этого великого пути, по которому повёл его за собой Пётр I.

Глава 4

– Нам нужны союзники для того, чтобы мы могли продолжить борьбу с Османской империей, – сказал Пётр I Меншикову.

Они только неделю назад вернулись из второго азовского похода, в котором была взята крепость Азов и Россия получила выход к морю. Первые дни после возвращения прошли в суматохе, так как накопилось очень много государственных дел, требующих личного вмешательства Царя. Потом целых два дня Пётр вообще не выходил из своих покоев, и среди слуг поползли слухи, что он обдумывает какое-то важное дело. И вот теперь он сидел за столом вместе с Александром Меншиковым и излагал ему свою мысль.

– Да, я тоже об этом думал, – ответил ему Меншиков. – Я считаю, что нужно отправить послов в европейские христианские страны, чтобы укрепить Священный союз против Османской империи.

– Мы так и сделаем, – улыбнулся ему Пётр загадочной улыбкой. – Мы отправим в Европу посольство, но только и сами отправимся вместе с этим посольством.

Меншиков уже перестал удивляться идеям своего начальника и друга, поэтому пока ничего не ответил ему, а лишь приготовился внимательно слушать. Пётр же придвинулся ближе и начал рассказывать…

К весне 1697 года все приготовления были закончены, и посольский обоз тронулся в дальний путь. В нём было множество подвод с санями, около двухсот пятидесяти человек, среди которых были и пекари, и солдаты, священник, лекари, и даже карлики для увеселений. И из всей этой пёстрой толпы особенно выделялся высоченный урядник Преображенского полка Пётр Михайлов – вот так, тайным образом, решил поехать Пётр I в Европу. Меншиков, конечно же, был недалеко от него.

Под страхом смерти кому-либо запрещено было говорить, кто именно скрывается под именем Пётр Михайлов, хотя в Европе и так всё равно узнали, что к ним едет русский царь, скрыть это было нелегко.

В Европе у него было довольно много вопросов, на которые нужно было найти ответы. К сожалению, его цель усилить Священный союз против Османской империи другими странами так и не была достигнута в полной мере, но зато Петру удалось решить другие, не менее важные задачи.

Во-первых, он провёл переговоры, причём довольно успешные, с правителями ряда европейских государств по поводу союза против Швеции. Ни для кого уже не было секретом, что в Европе в скором времени должна была начаться война, и Пётр I заранее готовил почву для военного союза.

Во-вторых, он пригласил на русскую службу множество иностранных специалистов, а также заказал и закупил военные материалы и вооружение.

Ну, а в-третьих, он и сам освоил довольно-таки много профессий. Ему всё было интересно, и многое он хотел перенять и для своей страны. Познакомиться с западными нравами и технологиями изнутри, а также почерпнуть лучшее из них – вот что удалось Петру во время Великого посольства в Европу.

В Голландии они вместе с Меншиковым получили разрешение работать на верфях, изучили плотницкое и столярное дело, и приняли непосредственное участие в строительстве корабля от самого начала и до конца. Продолжили знакомиться с кораблестроением и изучать инженерное дело в Англии. Там же они изучили военное дело и фортификацию. Пётр изучил ещё много европейских наук, а Меньшиков старался не отставать от него.

Завершающей страной в посольской миссии была Венеция. Переговоры с императором Священной Римской империи Леопольдом I были закончены, и они намеревались уже выехать в Венецию, как в комнату, где обедал Пётр, быстро вошёл Меншиков.

– Прибыл гонец из Москвы с какой-то срочной новостью, – сказал он Петру.

– Зови его сюда, – ответил Пётр I. – И сам останься, послушаем, какие новости он нам принёс.

Меншиков впустил гонца в комнату и закрыл дверь изнутри. И он сам, и Пётр смотрели на гонца, ожидая доклада.

– Царь Пётр Алексеевич, – поклонился гонец. – Я принёс дурные вести.

– Говори, – нахмурился Пётр.

– Снова Стрелецкие полки взбунтовались.

– Что?! – Пётр вскочил на ноги. – Да как они опять посмели?

– Они требуют вернуть Софью Алексеевну из Новодевичьего монастыря прямиком на трон. Вам велено передать письмо от воеводы Ромодановского и дождаться ответа.

Пётр взял письмо у гонца, развернул его и принялся внимательно читать. Дочитав письмо до конца, он бросил его на стол и стал быстро ходить по комнате из стороны в сторону. Видно было, что царь от бешенства места себе не находит, его глаза сверкали, а кулаки то и дело сжимались и разжимались. Наконец, спустя некоторое время, он произнёс:

– Пора покончить с этим раз и навсегда. Мы заканчиваем нашу посольскую миссию и возвращаемся в Москву.

Он написал ответное письмо воеводе Ромодановскому, в котором приказал в срочном порядке подавить бунт, и отправил гонца обратно доставить это письмо.

Посольству из России пришлось прервать свою миссию. Они в спешном порядке собрались и направились в сторону Москвы, но на полпути получили известие, что стрелецкий бунт был подавлен. Когда Пётр I всё же добрался до Москвы, следствие в отношении стрельцов было уже закончено. Чуть более пятидесяти человек были повешены, какое-то количество из числа бунтовщиков было отправлено в ссылку, а около двух тысяч стрельцов были разосланы по тюрьмам и монастырям в разных городах страны.

Но царю этого показалось мало. В памяти его на всю жизнь отпечаталась картинка, как во время первого стрелецкого бунта в 1682 году прямо на его глазах – тогда ещё десятилетнего мальчика – стрельцы убили многих близких ему людей. И теперь он жаждал мести, так как эта жажда жила в нём все эти годы и теперь требовала выхода. Стрельцов начали снова свозить в Москву и жестоко пытать, а в скором времени начались и первые казни. Пётр сам лично отрубил несколько стрелецких голов. Меншиков тоже принял непосредственное участие в казнях, и отрубил даже больше голов, чем Пётр.

Всего же за всё время следственных действий и дальнейших наказаний было казнено более тысячи человек. Казни продолжались ещё несколько лет, а семьи стрельцов были высланы из Москвы. Так Пётр I покончил с одним из пережитков прошлого – стрелецкими полками. Пришла пора создавать новую, современную, гораздо более сильную армию.

Глава 5

– Разведчики доложили, что в устье Невы вошли два шведских корабля, – сообщил Меншиков Петру I. – Они пока встали на якорь, а у нас в этом районе больших кораблей нет. Надо решить, что с ними сейчас делать.

– Так, а это уже интересно, – ответил ему Пётр. – Ну что же, надо всё хорошенько обдумать.

И они принялись обсуждать возможные варианты событий.

Шёл май 1703 года, и к тому времени Россия уже почти три года вела войну со Швецией, армия которой считалась одной из сильнейших армий Европы. Вступая в войну, Пётр I не думал поначалу, что Россия окажется не готова к ней, и что война затянется надолго. Наоборот, он полагал, что недавно взошедший на престол Швеции Карл XII неопытен, поэтому он не сможет оказать достойного сопротивления русской армии. Но, к сожалению, Пётр в этом вопросе просчитался.

В первом же бою под Нарвой русские войска потерпели сокрушительное поражение. Молодой шведский король оказался непревзойдённым военным стратегом, а шведская армия – хорошо организованной и дисциплинированной. У русской армии же было слишком мало времени для переформирования на европейский лад, ведь на момент начала войны с того времени, как Стрелецкие полки взбунтовались и в дальнейшем прекратили своё существование, прошло всего каких-то два года.

Разобрав допущенные под Нарвой ошибки, Пётр бросил все силы на модернизацию армии и флота, а экономика страны стала подстраиваться под новые условия и задачи, поставленные перед ней. Воспользовавшись тем, что Карл XII вынужден был отвести часть войска на запад, Пётр активизировал свои действия в районе Ингерманландии (современная Ленинградская область) и к 1703 году русские смогли взять несколько крепостей под свой контроль. Теперь в их руках было всё течение Невы вплоть до выхода её в Финский залив.

А теперь, по всей видимости, Шведы захотели вернуть себе контроль над этими землями, и вопрос этот требовал немедленного решения со стороны русских. Немного посовещавшись, Пётр Первый и Александр Меншиков пришли к единому мнению – взять оба корабля на абордаж. Причём сделать это за неимением большего было решено с простых вёсельных лодок без какой-либо артиллерии, когда же у шведов, напротив, на обоих военных кораблях в общей сложности имелось восемнадцать пушек.

Ночью на воду было спущено 30 лодок. Часть из них под командованием Петра незаметно обошла корабли, отрезав им пути к отступлению. Вторая часть под командованием Меншикова осталась ждать условленного часа у истоков реки Фонтанки. На рассвете обе группы одновременно пошли в атаку. Шведы заметили их, подняли паруса и хотели выйти обратно в залив, но встречный ветер не давал им это сделать.

Тогда шведские корабли открыли сильный заградительный артиллерийский огонь. Несмотря на это, русские лодки храбро устремились в их сторону. Когда лодки миновали зону обстрела корабельных пушек, они достигли бортов кораблей, и начался жестокий абордажный бой. При помощи только мушкетной стрельбы и гранат русские солдаты взяли оба шведских судна на абордаж.

Меншиков, как и сам Пётр, едва ли не одним из первых вбежал на вражеские корабли и яростно сражался в самой гуще событий. В качестве трофея захваченные шведские корабли привели на следующий день к стенам одной из крепостей. Раньше бы никто и вообразить не мог, что такое вообще возможно – чтобы с лодок, не имевших на себе никакого артиллерийского вооружения, захватить в абордажном бою два больших военных корабля, оснащённых пушками. В честь этого знаменательного события царь Пётр I приказал выпустить памятную медаль с надписью «НЕБЫВАЕМОЕ БЫВАЕТ». Этот бой условно можно назвать первым русским морским сражением, и с тех пор этот день считается датой рождения Балтийского флота.

– Нам нужно построить здесь крепость для защиты от шведов, – рассуждал Пётр, стоя вместе с Меншиковым на берегу Невы. – Теперь, когда мы вернули себе выход в Балтийское море, мы больше никому его не отдадим. Это место для нас очень важное. И с этих пор быть здесь городу.

Через неделю и ещё несколько дней после захвата двух шведских кораблей на Заячьем острове была заложена крепость, которую впоследствии назовут Петропавловской. Но сначала крепость назвали Санкт-Питербурх, и от этого и пошло название будущего города – Санкт-Петербурга, генерал-губернатором которого был назначен Александр Данилович Меншиков – настолько сильно к тому времени Пётр I уже доверял своему верному соратнику. Поначалу Меншиков был не очень доволен своей новой должностью, она казалась ему ненужной обузой. Он полагал, что постройка города на болотах – не очень хорошая мысль. Это займёт много времени, и к этому делу придётся приложить огромные усилия, чтобы получилось так, как задумал царь.

Но в один прекрасный день его настрой касаемо этого города перевернулся с ног на голову. И произошло это благодаря одной встрече, которая оставила в судьбе Меншикова глубокий отпечаток и определила его дальнейший жизненный Путь на долгие годы.

Глава 6

Через несколько дней после официальной закладки крепости к Петру в комнату вошёл слуга, предварительно постучавшись в дверь. Пётр I с Меншиковым и архитектором как раз в это время обсуждали план будущего строительства города.

– Пётр Алексеевич, к Вам пришли, – сказал слуга и замолчал.

Царь поднял голову, посмотрел на слугу и увидел, как сильно тот удивлён.

– Кто пришёл? – спросил его Пётр. – И что тебя так удивило? Я тебя раньше таким не видел.

– Пришёл посланник из деревни Богомолово, – всё так же удивлённо и задумчиво ответил слуга.

– Да можешь ты уже нормально всё рассказать, чтобы мы поняли, что именно тебя так удивило? – повысил голос на слугу Меншиков.

Тот выпрямился, подтянулся, и задумчивое выражение его лица сменилось на ясность и твёрдость докладчика.

– Прошу прощения, – уже более собранно ответил слуга. – Просто я раньше уже слышал об этой деревне Богомолово от местных жителей. Никто и никогда из неё так просто не приходил, и повод должен быть действительно очень важный, ведь эта деревня особенная. Она скрыта от посторонних глаз среди лесов и болот, и случайному путнику её не найти. На окраине той деревни живёт провидец, который может предсказывать будущее и наделять людей или предметы магическими свойствами. По крайней мере, именно так и говорят знающие люди, те, кому однажды довелось там побывать.

– Это что ещё за сказки? – воскликнул Пётр I и расхохотался. Следом за ним рассмеялся и архитектор.

Меншикову же было совсем не до смеха. Он некоторое время рассматривал удивлённо-испуганное выражение лица слуги, а затем повернулся к царю и произнёс:

– Пётр Алексеевич, я думаю, что нужно всё-таки выслушать, что скажет нам тот посланник из деревни.

– Ну, хорошо, – всё так же смеясь, ответил Пётр и кивнул слуге. – Зови, пускай войдёт. Пусть хоть немного нас позабавит.

Слуга поклонился и вышел из комнаты. Следом за ним архитектор тоже ненадолго отлучился, спросив прежде дозволения царя. И сразу же после его ухода в комнату, в которой остались Пётр с Меншиковым, вошёл мужик.

– Приветствую Вас, добрые люди. Я пришёл к Вам из деревни Богомолово по просьбе святого провидца Прокопия. Предвидел он давно возвращение земель этих под крыло русское, православное, и просит поставленного богом управителя Невской округи приехать к себе для восприятия им чудодейственного пророчества.

– Ну, всё, хватит, это уже не смешно, – молвил Пётр, перестав смеяться, и даже немного рассердившись. – Нам работать надо, а мы отвлекаемся на всякую ерунду.

Он крикнул слугу, а когда тот зашёл в комнату, велел ему выпроводить деревенского мужика на улицу и больше никогда сюда не пускать. Затем вернулся архитектор, и они все втроём продолжили планировать расположение будущих зданий.

Через час Пётр I собрался идти по делам, а Меншикову сказал, что его сопровождать не нужно. Когда Царь ушёл, Александр подошёл к слуге и стал расспрашивать его, какие именно рассказы он слышал об этом провидце из Деревни Богомолово. Тот начал ему рассказывать о различных предсказаниях, которые делал Прокопий, и которые впоследствии сбывались.

– Даже о захвате двух шведских кораблей я знал за несколько дней до того, как это случилось, – говорил слуга Меншикову. – Местные рассказывали, что провидец ещё год назад предсказал, будто бы приплывут два богатыря, и оседлают двух рыбин заморских, которые будут кидаться в них огненными шарами. Только я не понял тогда, о чём была речь, пока Вы вместе с Петром Алексеевичем корабли на абордаж не взяли и не привели их к берегу.

Поговорив немного со слугой, Александр Меншиков вышел на улицу. Все его мысли сейчас были заняты тем, что рассказал ему слуга только что, и он был склонен верить в правдивость этих рассказов. И вдруг его осенило. «Отшельник звал к себе правителя Невской округи, а ведь это я назначен генерал-губернатором», – думал Меншиков. – «Ведь это же мне он должен был сообщить пророчество».

И вдруг он увидел того самого мужика, который приходил посланцем из деревни Богомолово к Петру. Сейчас он просто сидел под деревом, прислонившись к нему спиной, и спокойно спал. Меншиков подошёл ближе и осторожно похлопал мужика по плечу. Тот открыл глаза, и тогда Меншиков произнёс:

– Послушай, Вам отказал царь Пётр I, а ведь это я – Меншиков Александр Данилович – назначен главным во всей этой округе. А это значит, что именно меня и звал к себе отшельник Прокопий.

Мужик вскочил, протёр глаза и молвил:

– Выходит, что так.

– Ну, тогда веди меня к своему отшельнику. Далеко ли идти до деревни?

– Я шёл почти два дня, – ответил мужик.

– Э, так дело не пойдёт, – задумчиво протянул Меншиков.

Он велел мужику ждать его здесь, а сам отдал распоряжение отряду из 10 всадников собираться в путь. Также двух лошадей приготовили для самого Меншикова и деревенского мужика. Когда все приготовления были закончены, отряд выдвинулся в сторону деревни Богомолово. Благо день только-только начался, да и белые ночи в случае непредвиденных задержек в пути делали их путешествие более комфортным, чем если бы они передвигались в темноте.

Несколько часов отряд скакал довольно быстро, но после обеда пришлось немного сбавить скорость, так как они свернули в сторону с наезженной дороги, а там заросли были более густыми. Ближе к вечеру они вообще остановились около леса.

– Дальше нужно идти пешком, прямиком по лесу и потом через болото по специальной тропе, – сказал деревенский мужик, слезая с лошади.

Меншиков оставил на ночь вместе с лошадьми отряд из пяти человек, вторая же половина отряда отправилась вместе с ним и мужиком в затерянную деревню, и уже через минуту они совсем скрылись из виду.

Их не было всю ночь, а также часть следующего утра, и солдаты, которые были оставлены охранять лошадей, уже начали волноваться и думать, не случилось ли с чего-нибудь дурного с их товарищами. Но вдруг ветки рядом с ними зашевелились, и из леса показались знакомые лица – измученные и уставшие. Хотя нет – у Меншикова лицо освещалось загадочной улыбкой, а глаза горели яркими огнями. И это заметили все присутствующие.

На обратном пути он то и дело доставал из кармана какой-то небольшой свёрток, держал его в руках, а затем убирал обратно. И так повторялось несколько раз за всё время перехода до Санкт-Петербурга. В эти моменты у него было очень счастливое, довольное лицо. Во время привала солдаты, которые оставались ночью с лошадьми, расспрашивали своих товарищей, которые ходили в деревню о том, что же там произошло, но те и сами ничего толком не видели и не знали. Меншиков велел им всем оставаться на улице, когда заходил в дом провидца.

Но всем присутствующим было совершенно ясно одно – сегодня ночью в жизни Александра Даниловича Меншикова произошло какое-то невероятное, грандиозное событие.

Глава 7

С того самого дня удача и везение стали следовать вместе с Меншиковым по жизни рука об руку. Вверенный в его сильные, надёжные руки город стал стремительно расти и развиваться, и всего через каких-нибудь несколько месяцев в порт Санкт-Петербурга уже вошёл первый иностранный торговый корабль. На строительстве города работало множество людей, возводя одновременно огромное количество объектов. И Меншиков успевал следить за всем, быть в курсе всех дел, хоть сам и бывал в Санкт-Петербурге в самые первые годы со дня его основания не так уж и часто. Продолжалась война со Швецией, и основное время он проводил на театре военных действий, в самой гуще событий.

После памятной встречи со святым отшельником в деревне Богомолово военная слава Меншикова стремительно полетела впереди своего хозяина. Он стал одерживать победу за победой, и слухи о силе и мощи русской армии в скором времени облетели всю Европу. И сам Пётр, и правители союзных России стран, смогли оценить его успехи по достоинству. Награды и титулы стремительно следовали друг за другом, а Меншиков с каждым разом показывал всё более грандиозные успехи. В 1705 году стараниями Петра I Александр Данилович Меншиков становится князем, в 1706 году одерживает громкую победу над шведами под Калишем, и теперь даже сам шведский король Карл XII вынужден считаться с ним, оценив по достоинству его знания и умения на военном поприще.

Решающее сухопутное сражение между русскими и шведскими войсками произошло в июне 1709 года под Полтавой. За долгие годы войны русская армия смогла значительно укрепиться, одержала множество громких побед, и к Полтавскому сражению по численности даже превышала шведскую армию. Правда, последняя всё ещё считалась более организованной и дисциплинированной. В этом сражении кавалерия под командованием Меншикова храбро сражалась против наступающих шведов, да и сам он проявил завидную смелость и отвагу на поле боя.

За участие в Полтавской битве Пётр I удостоил Александра Даниловича Меншикова звания генерал-фельдмаршала. Он стал вторым человеком в русской армии после Шереметева, кто смог дослужиться до такого чина. После этой громкой победы Меншиков приложил все усилия, чтобы Россия выполнила свои обязательства перед союзниками, поэтому до 1713 года он командовал русскими войсками, освобождавшими от шведских войск Польшу, Курляндию, Померанию, Гольштейн.

Война со Швецией, названная впоследствии Северной войной, продолжалась ещё долго – вплоть до 1721 года. Но основы победы России в этой войне были заложены в её первой половине. И немалая заслуга в этом принадлежала Александру Даниловичу Меншикову. Он посчитал, что сделал всё возможное, чтобы снять опасность вторжения шведской армии в Россию, а в частности на вверенные ему земли. И с 1714 года он решил полностью посвятить себя Санкт-Петербургу – городу, генерал-губернатором которого он являлся.

Все эти годы за успехами Меншикова особо внимательно наблюдал один человек по имени Матвей Григорьев. Он был военным, и служил под командованием Меншикова, а в 1703 году именно он вместе с ещё четырьмя солдатами сопровождал Александра Даниловича в деревню Богомолово на встречу со святым провидцем Прокопием. Он тогда никак не мог понять, зачем они потащились среди ночи через болота в какую-то глухомань.

Когда Меншиков ушёл в дом, один из солдат, который уже слышал раньше об этой деревне, рассказал остальным много чего интересного. В частности, Матвей запомнил рассказы о том, как святой провидец наделял людей и предметы магическими свойствами. Эти рассказы очень сильно подействовали на него тогда, но он в тот момент списал своё состояние на чрезмерную впечатлительность из-за ночного времени суток. Другие солдаты вообще не поверили в эти байки и лишь посмеялись над ними.

Когда под утро Меншиков вышел из дома отшельника, Матвей Григорьев сразу заметил, что вышел он совершенно другим, изменившимся, счастливым человеком, у которого появилась мечта. Лицо его будто бы светилось, и сам он широко улыбался, словно предчувствуя впереди какое-то чудо. В руках у него был небольшой свёрток, который, по всей видимости, дал ему отшельник. Он его прижимал к груди, словно драгоценный дар, убирал за пазуху, а через некоторое время опять доставал. Матвею это всё показалось странным, особенно после недавних рассказов о том, что провидец способен наделять предметы магическими свойствами. Он тогда ещё подумал, что свёрток в руках у Меншикова явно непростой, ведь не может быть подарок от такого человека простым.

Из-за бессонной ночи и усталости эти мысли довольно быстро улетучились из его головы, и в итоге были забыты на некоторое время. Но череда громких побед Меншикова заставила Матвея вновь вспомнить о загадочном свёртке. Если бы он сам, своими собственными глазами, не видел в ту ночь перемену, произошедшую с военачальником, он бы всё списал на его везение, отвагу, опыт, или ещё какое-либо качество. Но он догадывался, что дело здесь всё-таки в чём-то другом. После победы под Полтавой Матвей Григорьев был практически на 100 процентов уверен, что в свёртке, который подарил Меншикову отшельник, хранился какой-то магический предмет.

После того, как Меншиков в 1714 году отошёл от военных вопросов и полностью посвятил себя мирном делам, Матвей остался на военной службе, где пробыл ещё два года. Все 15 лет, которые он провёл в качестве военного, были для него очень переменчивы и нестабильны. Он то поднимался по службе, то был разжалован за какую-нибудь провинность, и так повторялось несколько раз. В конце концов, ему это надоело, и в 1916 году он решил уйти из армии и обосноваться в новом, быстро отстраивающемся городе – Санкт-Петербурге, который стал столицей огромной страны. А в запасе у него имелась одна тайна, причём тайна довольно ценная, и он был практически на 100 процентов уверен, что Александр Данилович Меншиков не захотел бы, чтобы кто-нибудь ещё узнал об этой тайне.

Глава 8

В 1725 году Пётр I умер, так и не успев огласить своего преемника. Началась настоящая борьба за власть, но при поддержке светлейшего князя Александра Даниловича Меншикова, а также при поддержке гвардии, на Российский престол взошла жена Петра Екатерина I. Меншиков был на вершине своей славы, богатства и власти, и следующие 2 года, вплоть до начала правления Петра II, фактически управлял страной вместо Екатерины.

За прошедшие с момента основания города 22 года, Санкт-Петербург стремительными темпами начал превращаться в один из красивейших городов на планете. Он поражал всех величием своих дворцов, парков, в нём чувствовалась какая-то внутренняя мощь, энергия, какие были и у Петра I, и это чувство приводило в восторг заморских гостей. Они не могли поверить, что за такой короткий срок можно было сотворить такое чудо. Меншикову же это удалось.

Но ничто человеческое нам не чуждо, и Меншиков не был исключением. За то время, что он был генерал-губернатором Санкт-Петербурга, он стал одним из богатейших людей страны. Он использовал любую возможность для того, чтобы государственная казна с ним поделилась, и эти его преступные проделки не могли остаться незамеченными.

Не раз по поводу казнокрадства Меншикова заводились дела, проводились расследования, но все они в итоге рассыпались, как карточный домик. Каждый раз Пётр I возмущался его проделками, хотел наказать своего бывшего денщика, но потом успокаивался и всё ему прощал. Пётр помнил все его прошлые заслуги перед страной и говорил, что они перевешивают все его плохие поступки.

И Меншиков почувствовал всю свою безнаказанность в полной мере. Он уже никого не стеснялся, особенно после смерти Петра I и восхождения Екатерины I на престол, когда у Меншикова оказались огромные полномочия в управлении страной. Он даже задумал выдать свою дочь замуж за Петра II, чтобы после его восхождения на престол, потомки Меншикова вошли в царскую династию.

И это было последней каплей, переполнившей чашу терпения противников Меншикова. И самыми ярыми его противниками были князья Долгоруковы, а в частности Василий Лукич и Алексей Григорьевич. Они довольно давно наблюдали за ним, видели стремительное возвышение Меншикова и не понимали, как из простого мальчика мог вырасти один из влиятельнейших людей империи. Но за два года до смерти Петра I у них открылись глаза на всё происходящее. Тогда они впервые услышали о Ключе.

В тот вечер они закончили ужинать и просто разговаривали о делах, обсуждали какие-то новости, когда раздался стук в дверь. В комнату вошёл слуга, поклонился, и сказал, обращаясь к Алексею Григорьевичу Долгорукову:

– Прошу меня простить, Ваша светлость. Вы говорили, что, если у меня появится для Вас какая-нибудь важная информация, то я должен сразу же идти к Вам с докладом.

Да, действительно, полгода назад князь провёл беседу со своим слугой, жена которого, как стало известно Алексею Григорьевичу, только что стала прислуживать во дворце Меншикова. Он сказал тогда слуге, чтобы тот поговорил с женой и попросил её прислушиваться ко всему, что говорят её хозяева, а в большей степени что говорит сам светлейший князь Меншиков. За важную информацию он обещал выплачивать довольно-таки неплохое вознаграждение. Поначалу слуга несколько раз рассказывал Долгорукому то, что его жене удалось узнать об Александре Даниловиче Меншикове, но вся эта информация не имела совершенно никакой ценности. Князь заплатил за неё, но только чисто символическую сумму, и то лишь только для того, чтобы сохранить у своего слуги стимул к дальнейшему сбору информации. Со слугой же он провёл беседу по поводу степени важности для него той или иной информации. С тех пор от слуги больше не поступало никаких сообщений о Меншикове. И вот теперь он снова пришёл с докладом, а это означает, что у него имеется действительно важная информация.

– Говори, – сказал слуге Алексей Григорьевич, и оба князя приготовились внимательно слушать его.

– Вчера моя жена услышала, как Александр Данилович Меншиков беседовал со своей супругой. Они думали, что находятся одни в зале, а она в это время стояла недалеко от них за колонной и всё слышала. Конечно, это всё больше похоже на сказку, но жена пересказала мне весь разговор слово в слово, а я своей жене верю. Судя по тому, как серьёзен был князь, он говорил чистую правду.

Слуга замолчал, обдумывая, как бы ему продолжить свой рассказ, и Василий Лукич Долгоруков поторопил его:

– Ну, говори же быстрее, не томи.

– Так вот, Светлейший князь Александр Данилович Меншиков рассказывал своей жене об одном артефакте, оказавшемся у него много лет назад, а изготовлен он был ещё задолго до этого. Этим артефактом был магический Ключ от города Санкт-Петербурга, который должны были построить в этих краях. И, как было явлено Меншикову, обладатель этого ключа должен был возвеличить свой город, возвысить его среди всех остальных городов, а сам обрести могущество, власть и богатство. Супруга поначалу не верила ему, да это и понятно, в такое трудно поверить, но он упорно доказывал ей, что всё, что они имеют, достигнуто только благодаря этому ключу. И постепенно сомнений в её голосе становилось всё меньше и меньше.

– Что он ещё сказал? – спросил с нетерпением Алексей Григорьевич, когда слуга снова замолчал.

– А дальше он сказал супруге, что сейчас отведёт её в подвал и она увидит Ключ собственными глазами, а потом они ушли. Моя жена не смогла проследовать за ними, так как у неё уже не получилось бы оставаться незамеченной и её могли обнаружить. Ах, да, он ещё сказал, когда они уходили, что сила этого ключа покарает любого, кто вздумает украсть его у хозяина или решит строить ему козни.

Слуга закончил свой рассказ. Видно было, что он пробудил интерес в обоих князьях.

– Никому больше об этом не рассказывай, – сказал Алексей Григорьевич слуге, передавая ему деньги. – Если у тебя появится новая информация об этом Ключе, то сразу же иди ко мне.

Слуга поблагодарил князей и довольный вышел из комнаты.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, а затем Алексей Григорьевич спросил с задумчивым видом:

– Интересно, как бы нам проверить эту информацию?

– Если я не ошибаюсь, у тебя начальником охраны служит человек, который долгое время служил под командованием Меншикова.

– Точно, есть такой. Его зовут Матвей Григорьев, он почти всю войну со шведами прошёл, и Меншикова часто видел. А вдруг он и правда что-нибудь замечал за ним? Надо расспросить его.

Он велел вызвать к нему начальника охраны, и через 10 минут тот уже стоял перед князьями, ожидая их вопросов или указаний.

– Скажи, ты не видел ли за годы службы, чтобы Меншиков получал от кого-нибудь какую-нибудь странную вещь? – спросил его Алексей Григорьевич Долгоруков. – За ценную информацию я тебя щедро вознагражу.

Матвей Григорьев стоял и быстро соображал. С того момента, как он ушёл из армии, прошло уже 7 лет, но он так и не сумел распорядиться тайной, обладателем которой стал в далёком 1703 году. Пойти к Меншикову и попросить денег он так и не решился, и уже начал думать, что придётся обо всём забыть. Но сейчас удача сама шла к нему в руки, и нельзя было упускать такой шанс. И тогда он начал рассказывать, да так, что они от удивления раскрыли рты. Он рассказал и про святого отшельника, и про таинственный свёрток, полученный Меншиковым. По их лицам он понял, что именно эту информацию они от него ждали, и в итоге рассказал всё, что знал.

Когда рассказ был закончен, некоторое время все молчали. Затем Алексей Григорьевич встал и также молча вышел из комнаты. Вернулся он уже с крупной суммой денег, которую и передал Матвею Григорьеву.

– Держи язык за зубами, – сказал ему князь. – И о чём ты сегодня нам рассказал, больше никому не рассказывай.

Тот лишь молча кивнул в ответ и вышел из комнаты, не веря свалившемуся на него счастью.

Алексей Григорьевич вернулся на своё место, и князья принялись обсуждать, как они могут использовать полученную от слуги и начальника охраны информацию в своих целях.

Глава 9

8 сентября 1727 года светлейший князь Александр Данилович Меншиков был арестован. Князья Долгоруковы и перешедший на их сторону учитель Петра II Остерман разыграли партию и всё-таки добились своего. По результатам работы комиссии Верховного Тайного совета без суда, одним только лишь указом 11-летнего мальчика-императора Петра II, прежде один из самых влиятельных людей России Меншиков был отправлен в ссылку. Местом для ссылки ему определили его же собственное имение – крепость Раненбург, куда он и отправился вместе с семьёй. Ему было запрещено покидать имение до особого распоряжения.

После отъезда Меншикова из Санкт-Петербурга князьями Долгоруковыми был инициирован тщательный обыск его дворца на Васильевском острове, но он никакого результата не дал – Ключ обнаружить так и не удалось. Нужно было проводить обыски всего имущества Меншиковых, а также досматривать и его самого, но пока сделать это было нельзя. Необходимо было ужесточить наказание и сослать его как можно дальше.

На Меншикова стали собирать компромат, вытаскивая на поверхность прежние обвинения в казнокрадстве, разоблачения в попытке захвата власти, а также любые промахи, которые можно было бы использовать против него. Но этого казалось не достаточно. И тогда как нельзя кстати пришлось письмо, отправленное светлейшим князем Меншиковым Александром Даниловичем императору Петру II. Оно было перехвачено в начале весны 1728 года, и легло на стол князю Долгорукому.

В письме Меншиков просил Петра II помиловать его и позволить вернуться обратно в Петербург. Написано оно было так хорошо, что могло разжалобить молодого императора и заставить его сменить гнев на милость. Тогда было решено подменить это письмо на другое. В итоге вместо письма о прощении Пётр получил гневное письмо с голословными обвинениями в адрес нынешних приближённых императора. Сам же Пётр был выставлен человеком совершенно недалёкого ума, которого любой прохвост может обвести вокруг пальца.

Император был ознакомлен с этим письмом в нужный момент и с нужными комментариями, и сильно разозлился на Меншикова. Он подписал указ, ловко подсунутый Долгоруковыми, о ссылке всей семьи Александра Даниловича в дальний сибирский городок Берёзов, а также о конфискации всего его имущества и лишении всех титулов и наград. С обыском имения в Раненбурге решили повременить до отъезда его бывшего владельца.

В дальний путь Меншиков и его семья отправились на большом обозе, состоящем из множества саней, загружённых богатой утварью. Их сопровождал большой штат прислуги. Он привык к роскошной жизни и не хотел изменять своим привычкам. Только вот в дальнейшем всё произошло вопреки его желаниям.

Они ещё только-только отъехали, как их догнали вооружённые всадники и приказали остановиться. Начался обыск и конфискация имущества. Всех слуг отправили обратно, с Меншиковым остались лишь несколько самых верных и преданных. Уже почти всё имущество было проверено и отобрано, осталась только одежда, которая была на самом Александре Даниловиче. Тут-то они и нашли то, что искали. В кармане у Меншикова был обнаружен свёрток, в котором лежал большой позолоченный Ключ, инкрустированный драгоценными камнями.

Ключ был изъят, а Меншиков с семьёй продолжили свой путь в Сибирь всего на нескольких санях практически без вещей. Сам же Ключ отправили в Петербург в дом князей Долгоруковых, где он и был надёжно спрятан в подвале, в специально подготовленном для него тайнике.

После этого страшные события стали следовать за семьёй Меншиковых буквально по пятам. Сначала в дороге умерла его супруга. Затем они прибыли на место и поселились в небольшой избушке. Прожив там полтора года, умер и сам Меншиков, а через месяц умерла его дочь. Оставшиеся в живых сын и дочь провели в ссылке ещё 2 года, а потом указом взошедшей на престол императрицы Анны Иоанновны были возвращены в Петербург.

Начав жизнь сыном придворного конюха, Меншикову удалось взлететь до небывалых высот. Он получил множество высочайших званий, титулов и наград, одержал большое количество побед как на военном, так и на политическом поприще. На пике своей карьеры он обладал практически неограниченной властью и огромным богатством. Но насколько фантастическим был его взлёт, таким же стремительным было и его падение. Изъятый же у него Ключ спокойно лежал в доме князей Долгоруковых, а построенный под присмотром Меншикова город Санкт-Петербург продолжил свой Путь к славе, богатству и величию.

Часть 3. Белые начинают и…

Глава 1

– Как думаете, всё-таки, это правда? – с сомнением в голосе спросил штабс-капитан Юрасов полковника Лукьянова. – Мне кажется, что всё это больше смахивает на выдумку.

После проведения экстренного совещания белогвардейских офицеров Северо-Западной армии генерала Юденича в кабинете осталось только 2 человека – полковник и штабс-капитан. Штабс-капитану как раз и было поручено написать отчёт по итогам прошедшего совещания генералу Юденичу. Приезд самого генерала ожидали со дня на день.

– Ну, ты же присутствовал на совещании и сам всё слышал, о чём там говорилось, штабс-капитан, – ответил ему полковник. – Да не бойся ты, просто опиши всё, что было на совещании, не упуская из вида ничего важного и не добавляя от себя ничего лишнего, а больше от тебя ничего и не требуется.

Полковник Лукьянов ободряюще похлопал Юрасова по плечу и вышел из кабинета, оставив штабс-капитана наедине со своими мыслями. Тот положил перед собой лист бумаги и стал потихоньку выстраивать в голове план будущего отчёта. Для начала нужно было вспомнить, с чего всё началось.

На календаре было 17 июля 1919 года, и Гражданская война была в самом разгаре. Начавшееся весной наступление Белой армии на Петроград с треском провалилось, и сейчас командование Северо-Западной армии во главе с генералом Юденичем прорабатывало план осеннего наступления – гораздо более масштабного, чем предыдущее. Генерал был уверен в том, что взятие Петрограда принесёт им победу в Гражданской войне и поможет утихомирить Красную заразу, а потом и вовсе избавиться от неё. Сейчас же он уехал на переговоры с потенциальными союзниками.

Два дня назад казаками был схвачен красный лазутчик, тайным образом пробирающийся в сторону командного пункта Северо-Западной армии. На допросе он сразу же заявил, что специально пришёл из Петрограда, чтобы передать чрезвычайно важные и секретные сведения. Он ненавидел тех, кто недавно в результате революции пришёл к власти, и всё это время только и ждал удобного случая, чтобы помочь Белому движению.

Сведениям, которые он сообщил, сначала не поверили – настолько невероятными они показались на первый взгляд. Он рассказал своим дознавателям, что ему в руки попало письмо, написанное в 18 веке. Ещё будучи мальчиком, автор этого письма прислуживал в доме князей Долгоруковых. Ему удалось подслушать их разговор о загадочном артефакте – Ключе от Санкт-Петербурга, который приносит своему обладателю безграничную власть и богатство. Раньше этот ключ принадлежал светлейшему князю Меншикову Александру Даниловичу, и город всецело принадлежал ему. Потом этот ключ оказался у князей Долгоруковых, но через некоторое время судьба сыграла с ними злую шутку, и они оказались неугодны власти – кого-то из них казнили, а кого-то отправили в ссылку.

По словам автора письма, Ключ всё ещё находился в тайнике в подвале дома Долгоруковых в Санкт-Петербурге, и спокойно ждал своего нового хозяина. Красный перебежчик предлагал белогвардейцам воспользоваться этим артефактом, завладеть Петроградом и стать полновластными хозяевами России.

Белые дознаватели никак не могли взять в толк, зачем этот шпион рассказал им эту ерунду, ведь он мог придумать что-нибудь более реалистичное, когда его схватили. Раньше они просто поставили бы его к стенке, да и дело с концом. Но с недавних пор по личному указанию генерала Юденича любую информацию, которая касалась бы Петрограда, пусть даже самую мистическую и невероятную, должны были тщательно проверять. И если она хоть немного соответствовала действительности, то её в обязательном порядке должны были отразить в докладе генералу.

Поэтому эту информацию тоже стали проверять, пытаясь найти подтверждение тому, говорилось или нет что-нибудь похожее на допросах других людей, пришедших из Петрограда. Даже близко ничего не обнаружили. Параллельно с этим Красный шпион был подвергнут пыткам, причём довольно болезненным. Испытывая такие муки, любой человек сознался бы во всём, если не сразу, то уж через несколько часов точно. Этот же продержался целые сутки, продолжая упрямо стоять на своём.

Только тогда ему поверили и вынесли этот вопрос на повестку дня, проведя экстренное совещание командного состава. Большинством голосов было решено, что перебежчик говорит правду, какой бы невероятной она не казалась. Но основное решение должен был принять генерал Юденич. И тогда штабс-капитану Юрасову было поручено составить подробный отчёт проведённого совещания, чтобы генерал, который должен был приехать через день-два, смог бы ознакомиться с ним.

Глава 2

Родион Яснецкий по выработанной годами привычке проснулся, не открывая глаз. Он прислушался к окружающему миру, никого постороннего рядом не почувствовал, и только тогда посмотрел вокруг. Когда его взгляд упал на часы, он понял, что проспал около 12 часов. «Ничего, сегодня можно и поспать», – подумал Родион. Накануне он вернулся после нескольких напряжённых месяцев работы в чужом городе, и теперь мог спокойно отдыхать целую неделю.

Служил Родион Яснецкий в белогвардейской контрразведке, и до вчерашнего дня находился с секретной миссией в Москве. Работа у него была довольно-таки сложная и напряжённая, и не раз он находился на волосок от разоблачения, и даже смерти, но благодаря своему опыту и умению быстро ориентироваться в новых обстоятельствах, ему всегда удавалось выходить сухим из воды.

Родился Родион в благополучной, обеспеченной семье, и детство его прошло спокойно, без каких-либо забот и переживаний. Он хорошо учился в гимназии, и после её окончания родители хотели продолжить обустраивать его жизнь по своему усмотрению, но он решил идти по своему собственному пути. Его всегда тяготила такая жизнь, которую прививали ему его родители, и с самого раннего детства он ощущал непреодолимую тягу к приключениям. Поэтому, едва только отучившись в гимназии, он поступил во Владимирское военное училище, именуемое раньше Санкт-Петербургским пехотным юнкерским училищем.

С первых же дней учёбы он понял, что выбрал верный путь и движется в правильном направлении. Ему очень нравилось обучаться военному искусству, а также общаться со своими новыми друзьями. Однажды, на занятиях по тактике, преподаватель зашифровал под названиями различных деревьев названия военных объектов, а юнкерам дал задание выучить эти шифровки. На следующий день он вызвал Родиона к доске и спросил:

– Юнкер Яснецкий, какие деревья Вы можете нам назвать из тех шифровок, которые я задавал вам выучить?

– Ясень! – выкрикнул кто-то из класса, и все, включая преподавателя, засмеялись.

С того самого дня прозвище Ясень прочно закрепилось за Родионом Яснецким, и теперь все его только так и стали называть.

Многие из его товарищей по училищу занимались уроками нехотя, спустя рукава. Ясень же был не такой, как они. Он теперь точно знал, что его жизнь прочно связана с военным делом, и старался узнать как можно больше. Зачастую он изучал даже то, что им не преподавали в училище, из-за чего его недальновидные товарищи постоянно подшучивали над ним.

Едва только он окончил училище, причём с отличием, как произошло событие, перевернувшее жизни многих людей во всём мире. 28 июня 1914 года в Сараево был застрелен наследник австро-венгерского престола эрцгерцог Франц Фердинанд вместе с женой, и уже буквально через месяц множество стран, в том числе и Россия, оказались втянуты в пучину Мировой войны. За 4 года, что длилась эта война, она унесла миллионы человеческих жизней и покалечила ещё большее количество судеб.

Ясень прошёл всю войну от начала и до самого конца. С первых же дней войны он бесстрашно сражался, проявлял инициативу и смекалку, за что и был переведён во фронтовую разведку. Только там он, наконец, понял, каково же на самом деле его призвание. За полгода в разведке он провёл множество рейдов по территории врага, добыл много важных языков и сведений, и даже дослужился до командира своего отделения. Он бывал во многих переделках, и удача постоянно соблаговолила ему, так как за эти полгода он ни разу не был ранен, хотя таких возможностей было хоть отбавляй.

Но везение не может быть вечным, ведь всему рано или поздно приходит конец. Во время выполнения очередного крайне важного задания, целью которого была добыча секретных документов из вражеского командного пункта, его отряд был обнаружен. В ходе преследования рядом с ним взорвалась граната, зацепив его осколками по ногам. Товарищи сумели притащить его к своим, где он сразу же угодил в полевой госпиталь.

Важные органы не были задеты, и в госпитале он довольно быстро пошёл на поправку, мечтая только об одном – вернуться в свою любимую разведку. Но однажды ему пришлось поменять свои планы на будущее. К нему в палату пришёл военный и пригласил его на разговор в тихое место. Там он сообщил Ясеню, что служит в контрразведке, и хочет также и его после выздоровления взять к себе.

В начале войны контрразведка в России была недостаточно сильна, чтобы оказывать достойное сопротивление германской агентуре, давно уже опутавшей сетью нашу страну. Военный говорил Ясеню, что контрразведке нужны толковые, смелые ребята, способные в скором времени превратиться в волкодавов и дать врагу отпор. Он утверждал, что без мощной контрразведки, состоящей из таких, как Ясень, ребят, невозможно одержать победу в войне.

Выслушав все доводы военного, Ясень согласился служить под его началом, и ни разу потом не пожалел об этом. Большую часть времени приходилось выполнять задания в Петрограде или в Москве, и они были не менее опасными, чем те, в которых нужно было бы сражаться с врагом на его территории. Ясень храбро выполнял все поручения, набирался опыта и получал новые воинские звания.

А потом произошла революция, и власть, как и сама страна, полностью изменилась. Родители Ясеня погибли от рук пьяных матросов, а новая власть вместо наказания даже поблагодарила их, как борцов с пережитками Царской России. Вполне естественно, что он не смог смириться с этим, и принял сторону Белого движения.

За тот год, что он состоял в рядах белогвардейцев, руководство сумело по достоинству оценить его таланты и качества, присущие настоящему разведчику. Ему поручали такие сложные задания, с которыми, казалось бы, никому больше не под силу было справиться. Только вчера он вернулся из Москвы, выполнив важнейшую миссию. В течение нескольких месяцев он выявлял потенциальных вражеских агентов и вносил их в специальный список, предназначенный для руководства. Однажды его даже чуть не обнаружили, но он сумел выкрутиться и выйти сухим из воды.

Но вот он вернулся к своим, получил целую неделю отпуска, и теперь можно было выспаться и отдохнуть в своё удовольствие. Внезапно раздался условный стук в дверь. Так обычно стучал связной от начальства. Когда Ясень открыл дверь, то увидел знакомого унтер-офицера.

– Срочный вызов в ставку к генералу Юденичу, – отчеканил он, а затем развернулся и ушёл.

«Похоже, что отпуск закончился, так и не успев начаться», – спокойно подумал Ясень и пошёл собираться.

Глава 3

Генерал Юденич приехал ровно через 2 дня после проведения экстренного совещания. Почти сразу же он ознакомился с отчётом, который вручил ему Штабс-капитан Юрасов, и захотел лично побеседовать с арестованным, прибывшим из Петрограда. Беседовали они около часа и, по всей видимости, генерал остался доволен. Он вызвал к себе полковника Лукьянова, и уже через 10 минут они вместе обсуждали план дальнейших действий.

– Я поговорил с арестованным, и я ему верю. Полковник, Вы уже думали, какие шаги необходимо предпринять в связи с вновь полученной информацией? – спросил Юденич.

– Да, Ваше Высокопревосходительство, – ответил ему полковник Лукьянов. – Я считаю, что в Петроград нужно забросить разведгруппу для обнаружения Ключа и его дальнейшего изъятия.

– Всё верно. Только мы не будем отправлять в Петроград группу – чем больше людей, тем больше вероятность раскрыть себя. Мы отправим только одного агента, но зато самого опытного. У Вас есть на примете кто-нибудь, способный справиться с этим заданием?

Полковник задумался на минуту, а потом покачал головой.

– Нет, не думаю, уж слишком необычное задание.

Тогда генерал Юденич приказал вызвать к себе начальника контрразведки Северо-Западной армии, а когда тот явился, задал ему этот же самый вопрос.

– Так точно, – ответил тот генералу. – Он только вчера вернулся с задания, а сейчас находится в недельном отпуске. Это наш лучший агент. Зовут его Родион Яснецкий, его агентурный псевдоним – Ясень. Я его переманил из фронтовой разведки около пяти лет назад, и за всё это время ещё не было задания, с которым бы он не справился.

– Отлично, – обрадовался Юденич. – Вызывайте его из отпуска, я должен с ним побеседовать лично, у меня для него есть новое секретное задание.

– Слушаюсь, господин генерал, – начальник контрразведки козырнул и вышел из кабинета исполнять поручение.

– Ступайте и Вы, полковник, – сказал генерал Юденич Лукьянову.

Полковник Лукьянов тоже вышел из кабинета, а командующий Северо-Западной армией остался ждать агента и планировать его миссию в Петроград.

Вот так и получилось, что Ясеню удалось выспаться только лишь одну ночь, отдохнуть же всю положенную неделю было не судьба. Уже через полчаса после того, как ему передали приказ явиться к генералу Юденичу, он был на месте. Сначала адъютант сам зашёл в кабинет, чтобы доложить о его прибытии, но почти сразу же вышел и пригласил войти Ясеня. Тот зашёл и закрыл за собой дверь. Кроме генерала, в кабинете больше никого не было.

– Здравия желаю, Ваше Высокопревосходительство! – отрапортовал Родион. – Специальный агент Родион Яснецкий по Вашему приказанию прибыл.

– Мне Вас порекомендовали, как самого лучшего агента, способного выполнить любую поставленную перед ним задачу, – сходу заявил генерал и стал ждать ответной реакции.

Ясень продолжил спокойно наблюдать за генералом, ожидая продолжения. Тот усмехнулся и указал на стул. Когда Ясень сел, генерал продолжил.

– К нам поступила информация о наличии некоего артефакта, с помощью которого можно прогнать Красных из Петрограда. Это Ключ, наделённый какой-то магической силой. Раньше, двести лет назад, он принадлежал светлейшему князю Меншикову Александру Даниловичу. Затем хозяевами Ключа стали князья Долгоруковы. Они спрятали его в тайнике своего дома в Санкт-Петербурге, но забрать так и не сумели. Существует вероятность, что Ключ до сих пор находится там, ожидая своего нового хозяина.

Генерал замолчал, давая Ясеню возможность переварить полученную информацию. Но Ясень был агентом опытным, достаточно повидавшим за время своей службы в контрразведке, поэтому только лишь спросил:

– Эта информация проверенная, или она требует подтверждения?

– Она проверена лишь косвенно. Информатор под пытками клянётся, что говорит правду. Но её нужно проверить на месте. Поэтому ставлю Вам, агент Ясень, задачу: Проникнуть в город, не вызвав никаких подозрений, найти тайник с Ключом в доме Долгоруковых и привезти этот артефакт сюда. Вот адрес дома.

Юденич положил перед Ясенем лист бумаги с адресом. Тот лишь мельком взглянул, навсегда запомнив его, и снова посмотрел на генерала.

– В город попадёте по поддельным документам, – продолжил генерал. – Вам будут выданы документы на имя Никиты Артемьева, инженера Московской ткацкой фабрики, прибывшего в Петроград по служебным делам в Товарищество Невской ниточной мануфактуры. Нужно будет там поставить отметку о прибытии в командировочном листе, который мы тоже Вам выдадим, чтобы ни у кого не возникло вопросов, если вдруг Вас остановят на улице. Там же должны будут выделить комнату. По крайней мере, обычно командировочных куда-то селят. Если этого не сделают, снимете комнату у нашего же человека, вот его адрес.

Генерал положил перед Ясенем ещё один лист бумаги с адресом, и тот его тоже запомнил.

– Нашего человека зовут Володя, и мы его заранее известим о Вашем возможном приезде. Назовёте ему своё имя, и никаких проблем не возникнет. Как устроитесь, сразу же приступайте к поискам, только аккуратно, чтобы не выдать ни себя, ни нас. И, естественно, ни одна живая душа в Петрограде не должна услышать про Ключ. Вам всё понятно?

– Да, понятно.

– Сроку на всё про всё – одна неделя. На дольше оформить командировку не получится, могут возникнуть вопросы, да и к осеннему наступлению надо уже готовиться. Задача ясна?

– Так точно, – ответил Ясень и поднялся со стула.

– Документы доставят Вам сегодня же вечером, а с самого утра отправляйтесь в Петроград. Желаю удачи!

Ясень выпрямился по стойке смирно, кивнул генералу на прощание, развернулся и вышел из кабинета.

Глава 4

– Гражданин Артемьев, в командировочном листе я Вам отметку поставила, приходите завтра утром, – сказала Ясеню женщина из канцелярии Товарищества Невской ниточной мануфактуры.

Как и обещал Ясеню генерал Юденич, документы ему доставили накануне вечером. Утром за ним заехала машина и повезла в Петроград. На въезде в город случилась небольшая заминка, так как на дорогах проводилась усиленная проверка документов. Но и у водителя, и у самого Ясеня документы были выполнены качественно, и с этим проблем не возникло. Правда, в Товарищество он смог попасть только к концу рабочего дня, и поначалу ему не хотели даже ставить отметку о прибытии. Но потом всё-таки поставили, только лишь бы он не стоял над душой.

– А как же насчёт комнаты? – спросил он. – Где я буду жить?

– Ну, надо же, какой народ нынче наглый? – всплеснула руками женщина. – То являются к концу рабочего дня, то требуют чего-то.

– Не на улице же мне ночевать, – промямлил Ясень, изображая растерянного командировочного москвича.

– А я что могу сделать? Не было пока на Ваш счёт никаких распоряжений. Завтра приходите, я же Вам сказала. Сейчас уже никто не решит Ваш вопрос.

Женщина встала из-за стола и начала собирать вещи, готовясь идти домой. Ясень пожал плечами, пробормотал извинения, и медленно побрёл к выходу, опустив голову. На улице же он полностью преобразился: выпрямился, поднял голову, расправил плечи и пошёл по улице бодрой походкой. Всё шло по плану. Ему и не нужна была эта комната, чтобы особо не светиться. Главное, что поставили отметку о прибытии на место. Теперь он находится в Петрограде на вполне законных основаниях, и ему не надо бояться, если вдруг на улице его остановит патруль.

Ясень быстро сориентировался на местности и пошёл по второму адресу, который дал ему генерал. По его словам, там проживает верный человек по имени Володя, у которого можно будет безопасно снять комнату. Идти пришлось около получаса, пока он не оказался около нужного дома. Ясень посмотрел по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. Тогда он вошёл в подъезд, поднялся на 3-й этаж и тихонько постучал в дверь, так как звонка не было.

Дверь открыли не сразу, а примерно через полминуты. На пороге стоял мужчина, примерно одного с Ясенем возраста.

– Вам чего? – спросил он Ясеня.

– Я хочу комнату снять, – ответил ему Ясень. – Меня зовут Никита Артемьев.

Мужчина некоторое время его разглядывал, а затем высунулся в подъезд и посмотрел на лестницу. Не заметив ничего подозрительного, он пропустил Ясеня в квартиру.

– Меня Володя зовут, – сказал хозяин квартиры, когда входная дверь за Ясенем закрылась. – Давай сразу на ты перейдём, хорошо? Так будет проще.

– Хорошо, давай, – согласился с ним Ясень, и они пожали друг другу руки.

– Никита, проходи в ту комнату, она теперь на время будет твоей.

В комнате не наблюдалось каких-то особенных изысков, но зато была кровать. Больше Ясеню ничего и не требовалось.

– Мне сообщили, что ты приедешь, но не сказали, надолго ли, – виновато развёл руками Володя.

– На неделю примерно, – ответил ему Ясень.

– Хорошо. Готовить буду я, так что с питанием у тебя проблем никаких не возникнет. Если появятся какие-нибудь вопросы, ты сможешь найти меня во второй комнате или на кухне.

Володя пошёл к выходу из комнаты, но потом остановился и добавил тихим голосом:

– А если тебе понадобится помощь в деле, то я готов, ты только скажи.

Ясень кивнул, не втягиваясь в беседу, лишь бы тот поскорее ушёл. Когда дверь в комнату закрылась, он лёг на кровать и начал размышлять о том, что ему делать дальше. Для начала, конечно же, надо было взглянуть на этот дом Долгоруковых, в подвале которого в тайнике спрятан Ключ. Хоть Ясень и не верил в магическую силу ключа, но он не привык обсуждать приказы командиров. Если ему сказали, что нужно принести какую-то вещь из тайника, то он её принесёт.

Но мало было просто посмотреть на этот дом, нужно было ещё спланировать всё тщательнейшим образом. А одному на территории врага находиться очень непросто, в этом он за годы службы в разведке и контрразведке убеждался не один раз. И тогда Ясень вспомнил про Федьку Шмакова. Они познакомились ещё во время войны в 1916 году. Федька был тогда помощником главаря шайки, которая специализировалась на налётах. Если не вдаваться особо в подробности, Ясень однажды спас Федьке жизнь, и тот теперь ему обязан.

Он тогда выполнял задание в Петрограде, и волею случая на его пути появилась шайка, в которой состоял Федька Шмаков. Федька тогда оказался на волосок от гибели, и Ясень помог ему, хотя мог и не делать этого. Федька поклялся Ясеню, что он его вечный должник, и будет ждать возможности вернуть этот долг, желательно как можно быстрее.

Федьку ещё тогда уважали в преступном мире, теперь же он должен был подняться ещё выше, хоть Ясень и не видел его около трёх лет. И если такой человек даёт слово, то ему можно верить. Поэтому Ясень решил, что к Федьке Шмакову можно будет обратиться за помощью, если дело вдруг зайдёт в тупик. Утром же он первым делом пойдёт и посмотрит на дом Долгоруковых.

После составления плана Ясень закрыл глаза, приказал себе спать, и моментально заснул.

Глава 5

Утром Ясеня разбудил какой-то вкусный аромат, разлетавшийся по всей квартире. Похоже, что Володя готовил завтрак. Ясень прошёл в ванную, умылся, а потом зашёл на кухню.

– Доброе утро, – сказал он хозяину квартиры, который в это время раскладывал яичницу по тарелкам.

– Доброе утро! – обрадовался тот. – Хорошо, что ты проснулся, как раз вовремя, завтрак уже готов.

Он поставил на стол тарелки, налил в чашки чай, и они сели завтракать. После завтрака Ясень сразу же пошёл на улицу. До дома Долгоруковых он шёл примерно минут двадцать. В пути Ясень смотрел по сторонам и удивлялся тому, как же сильно изменился город за то время, что он здесь не был. Повсюду висели красные флаги, на зданиях красовались вывески с незнакомыми аббревиатурами, тут и там виднелись портреты Ленина, да и стиль одежды у многих людей стал каким-то другим.

Подойдя к нужному дому, Ясень увидел, что там происходило что-то необычное. Рядом с входом стояли 2 грузовые машины, из которых рабочие выгружали мебель и заносили её внутрь здания. У дверей дежурил молоденький милиционер, наблюдая за всем происходящим со скучающим видом. Увидев, что Ясень остановился неподалёку, тот оживился и окрикнул его:

– Гражданин, у Вас закурить не найдётся?

– Да, конечно, – весело отозвался Ясень и подошёл ближе. Он достал пачку с папиросами, одну папиросу взял себе, а ещё одну протянул милиционеру.

– Ай, спасибо, мил человек, – обрадовался милиционер. – Я здесь уже давно стою, вот мои все и закончились.

– Тогда берите всю пачку, – улыбнулся ему Ясень. – А у меня ещё одна есть.

– Спасибо, гражданин, огромное, – растроганно произнёс милиционер, убирая пачку к себе в карман.

– А что здесь происходит? – как бы между делом спросил он милиционера, показывая на грузовики. – Кто-то переезжает?

– Да, сюда заезжает какое-то учреждение, – пожал он плечами. – Сейчас они многие дома прежних пережитков царской России занимают, обычное дело. А что, места много, потолки высокие – удобно.

– А зачем мебель тогда привозят? – изобразил удивление Ясень. – Там же наверняка был весь интерьер обставлен.

– Так-то оно так, – усмехнулся милиционер. – Только кто ж будет для учреждений такое богатство оставлять. Нет, всё вывезли подчистую, а сюда привезли самые простые столы и стулья.

– Да, наверняка дом был богатый, – протянул Ясень, оглядывая знание. – Только, сдаётся мне, многие прежние вещи теперь могут потеряться или сломаться. Вон сколько таких зданий по всему городу, разве за всем уследишь?

– Не знаю, как у других, а у нас Сыч ни одной вещи не позволит пропасть, он у нас человек сурьёзный, – гордо возразил милиционер.

– Сыч? – переспросил его Ясень. – Кто это?

– Комиссар, который отвечал за изъятие предметов в этом доме – Сычёв Иван Евстратьевич.

Они немного помолчали, а потом Ясень, будто бы спохватившись, сказал:

– Ой, что это я, совсем счёт времени потерял, у меня же ещё дел куча.

– Ага, бывай, – кивнул ему милиционер. – Ещё раз спасибо за папиросы.

Он скрылся внутри здания, а Ясень развернулся и пошёл в ту сторону, откуда пришёл. Он выяснил всё, что хотел. Все предметы из этого здания были вывезены в неизвестном направлении. Теперь нужно было найти комиссара, который за всё это отвечал, и постараться как-то аккуратно выяснить, был ли обнаружен в доме тайник. И в этом деле Ясеню как раз и мог помочь Федька Шмаков, у которого были большие связи в преступном мире.

Ещё в тот раз, когда Ясень спас ему жизнь, Федька сообщил, как его можно будет найти в случае необходимости. На набережной Невы есть один кабачок, там работает высокий, упитанный кабатчик Миша, ему нужно сказать, что Ясень ищет Шмака. Туда Ясень и направился.

Кабак всё также стоял на своём месте, и никакие изменения, по всей видимости, его не коснулись. Ясень уже был там один раз, но очень давно. Он видел кабатчика, и тот видел его вместе с Федькой Шмаковым. Ясень очень надеялся, что у кабатчика хорошая память. Сейчас же, едва войдя внутрь полутёмного помещения, Ясень увидел кабатчика Мишу, который стоял за стойкой. По его глазам Ясень понял, что тот его тоже узнал.

– Мне нужен Шмак, – тихо произнёс Ясень, подойдя ближе.

Кабатчик немного подумал, и ответил:

– Через час в сквере.

Ясень кивнул, развернулся и вышел на улицу. Этот сквер находился тут же, недалеко от кабака, но Ясень решил прогуляться по набережной, раз время позволяло. Погода была тёплая, ярко светило солнце, отражаясь бликами на водной глади, и он просто наслаждался единением с природой, очистив на этот час свои мысли от каких-либо посторонних факторов.

Ровно через час, когда он уже сидел на скамейке в сквере, к нему подошёл Федька Шмаков. Он практически не изменился, у него была всё такая же открытая улыбка, но в то же время твёрдость во взгляде. Не особо оглядываясь по сторонам, он умудрялся заметить любую мелочь.

– Здравствуй, Федя, – приподнялся ему на встречу Ясень, протягивая руку.

– А я уже и не ждал тебя снова встретить, – с улыбкой произнёс тот, пожимая ему в ответ руку. – Тебе нужна помощь? Не люблю оставаться в долгу.

– Именно за этим я и пришёл, – ответил Ясень. – Нужно, чтобы ты помог мне в одном деле.

– Пройдёмся, – сказал Федька, и они медленно побрели по дорожке.

– Есть один комиссар по имени Иван Евстратьевич Сычёв, – продолжил Ясень. – Мне необходимо выяснить его местонахождение и как-то наладить с ним контакт.

– В каком смысле контакт? Ты имеешь в виду, что хочешь подружиться?

– Да, мне нужно, чтобы он рассказал мне кое-что, о чём постороннему бы не рассказал.

Шмаков несколько минут молчал, что-то обдумывая, и, наконец, произнёс:

– Я считаю, что найти его проблемой не будет. А что касается дружбы, то я кое-что придумал. Мы могли бы изобразить нападение, и тогда появишься ты, спасёшь его, и он будет твоим должником, как и я стал твоим в своё время.

– Слушай, а ведь это отличная мысль, – обрадовался Ясень, и они принялись более детально обсуждать предстоящую операцию.

Глава 6

Сегодня Иван Евстратьевич задержался на рабочем месте допоздна. Несколько дней подряд он руководил изъятием ценностей из вверенного ему объекта – бывшего дома князей Долгоруковых. Все ценности были размещены на специальном складе, и в дальнейшем он производил их опись. Сегодня работа по составлению полного перечня предметов была практически выполнена, оставалось только составить окончательный отчёт и подшить всё вместе с этим перечнем в одну папку. Он не хотел переносить это дело на завтра, поэтому и задержался так долго сегодня, но зато успел всё закончить.

Когда он вышел на улицу, солнце уже давно село, хотя окончательно темнота ещё не сгустилась. Медленно идя по улице, Сычёв размышлял над тем, не попросить ли ему завтра у начальства парочку выходных. Он проделал большую работу в доме Долгоруковых, часто задерживаясь допоздна, поэтому ему не должны были в этом отказать.

Дойдя до подворотни, он встал перед выбором – либо ему пойти дальше прямо по освещённой улице, либо срезать путь через тёмные дворы. Усталость взяла своё, он очень хотел оказаться дома немного пораньше, поэтому всё-таки свернул в темноту. Каждый поворот здесь он знал наизусть, и шёл, почти нисколько не сбавляя темп. Вдруг от стены отделились две тени, преградив ему путь. «Грабители», – промелькнула у него в голове мысль, и он инстинктивно повернул обратно. Но там его ждало разочарование в виде ещё двух тёмных фигур. Драться он почти не умел, ему и с двумя-то было не справиться, а уж с четырьмя и подавно.

– И куда это мы так торопимся, человек хороший? – прозвучал хриплый голос из-за его спины.

Он снова повернулся в ту сторону, в которую изначально шёл, и теперь уже смог разглядеть лица преступников. Они внушили ему ужас. Он понял, что их не удовлетворят те жалкие гроши, которые есть у него с собой, и живым ему из этой подворотни наверняка не уйти. Сейчас сплошь и рядом происходит нечто подобное, об этом постоянно говорят и пишут в газетах. Можно, конечно, позвать на помощь, но тогда его сразу порежут, ждать не станут. Так же у него был хотя бы небольшой шанс. Ещё он подумал в тот момент, что дома его ждут жена и дети, которые, возможно, больше никогда его не увидят.

– Чего встал, как столб? – пробасил второй грабитель. – Выворачивай карманы, да поживее.

– У меня с собой совсем немного денег, – промямлил Иван Евстратьевич, доставая кошелёк и протягивая его преступникам.

Тот, у которого был хриплый голос, быстро выхватил кошелёк из рук Сычёва, заглянул внутрь, а потом вновь посмотрел на свою жертву и зло прошипел:

– Ты что нам дал, морда твоя пролетарская?

Иван Евстратьевич услышал, как что-то щёлкнуло. Присмотревшись, он увидел, что в руках у грабителя сверкнула полоска стали.

– Да мы тебя сейчас на куски порежем, – прохрипел тот, приближаясь всё ближе.

Сычёв стоял ни жив, ни мёртв, не видя выхода из этой ужасной ситуации. Ноги у него сразу же сделались будто бы ватные. Внезапно со стороны улицы раздался звонкий голос:

– Это что здесь происходит?

Сычёв резко обернулся и увидел в свете фонаря молодого мужчину. Тот немного подумал, а затем шагнул в сторону этой странной ночной компании.

– Помогите, – только и успел крикнуть ему комиссар, как двое бандитов уже налетели на мужчину, пытаясь сбить его с ног.

Что произошло дальше, он не смог рассмотреть, а увидел только, как оба они ударяются о стену и падают на землю без сознания. Тот, который был с ножом, побежал на мужчину с хриплым Рыком, но тот лишь отмахнулся, и грабитель тоже полетел на землю. Оставшийся на ногах преступник, видя, как трое его товарищей валяются без сознания, развернулся и бросился наутёк.

– Уходим, – мужчина схватил Ивана Евстратьевича за рукав и потянул в сторону улицы.

Они немного попетляли по дворам, пытаясь запутать следы, а потом остановились, чтобы немного перевести дух. Только тогда Сычёв смог внимательнее рассмотреть своего спасителя. У него было довольно молодое, но мужественное лицо, а его глаза с интересом изучали своего спутника.

– Зря Вы ночью один по тёмным подворотням ходите, – произнёс, наконец, мужчина. – Если Вам очень нужно куда-то, шли бы себе спокойно по освещённой улице.

– Я Вам так благодарен, – Сычёв постепенно стряхивал с себя оцепенение после встречи с грабителями. – Вы спасли мне жизнь, теперь я Ваш должник.

– Да ладно, любой бы поступил точно так же, окажись он на моём месте, – ответил Ясень.

– Меня зовут Иван Евстратьевич Сычёв, – комиссар протянул руку.

– Никита Артемьев, – пожал ему руку Ясень. – Показывайте, где Вы живёте, провожу Вас. Не хватало ещё, чтобы Вы опять влезли в какую-нибудь историю.

Они пошли по улице, и с каждым шагом комиссар всё больше и больше наполнялся благодарностью к своему спасителю. Возле своего дома он сказал:

– Никита, Вы завтра не заняты? Хочу пригласить Вас в ресторан, отметить наше знакомство.

– Я только за, – улыбнулся Ясень.

Они договорились, где и во сколько встретятся, попрощались, и Иван Евстратьевич ушёл домой.

Ясень направился в сторону своего временного жилища, думая, что всё прошло по плану. Теперь нужно будет ещё ближе сойтись с комиссаром и выяснить, какие предметы были изъяты из дома Долгоруковых.

Глава 7

На следующее утро Ясень проснулся поздно и прекрасно выспался. Когда он пришёл на кухню, то опять увидел Володю.

– Ты вернулся поздно, поэтому я решил, что ты захочешь поспать подольше, и не стал готовить завтрак рано, – сказал ему хозяин квартиры. – Сейчас я быстренько всё приготовлю, и мы с тобой позавтракаем.

Ясень пошёл в душ, а когда вышел, завтрак уже стоял на столе. Во время завтрака Володя спросил Ясеня:

– Как дела, всё ли в порядке?

– Всё хорошо, – пожал плечами Ясень.

Он решил присмотреться к Володе внимательнее. Хоть в штабе и сказали, что человек он верный, но бережёного бог бережёт. Так Ясеню подсказал внутренний голос, а Ясень привык ему беспрекословно доверять.

К двум часам после полудня он пришёл в сквер, в котором они с Федькой Шмаковым встречались накануне. О сегодняшней встрече они условились заранее. Шмаков уже ждал его. Они поздоровались и медленно побрели по дорожке.

– Я не слишком сильно приложил твоих ребят вчера? – спросил Ясень. – Мне хотелось, чтобы всё выглядело реалистично.

– Нормально, – отмахнулся Федька. – Пара синяков им не повредит, ничего страшного. Как у Вас прошло знакомство с комиссаром?

– Всё хорошо, он был мне очень благодарен за своё спасение, и пригласил отметить это дело сегодня в ресторане. Удалось ли что-нибудь про него выяснить?

– Совсем немного. Он хороший семьянин, у него жена и трое детей, и свободное время он предпочитает проводить с ними. На войне он не был, так как воспользовался своей бронью и работал в Петрограде. В каких-либо махинациях не замечен, работает честно. Вроде бы всё.

Некоторое время они шли молча, Ясеню пришла на ум одна идея, и он её обдумывал.

– Скажи, а ты сможешь к утру для меня достать автомобиль? – наконец, спросил он Шмакова.

– Да, смогу, – ответил тот после небольшой паузы. – У меня есть один на примете, никаких проблем не возникнет.

– Хорошо, тогда встретимся завтра в 9 часов утра.

Они попрощались, и Ясень ушёл. Немного погуляв по городу, он отправился к дому комиссара. Тот хотел на сегодня и завтра взять выходные, поэтому они договорились, что Ясень зайдёт пораньше, к трём часам.

Он подождал у подъезда около 10 минут, и к нему вышел Сычёв.

– Никита, привет! – сказал он Ясеню, радостно пожимая руку. – Готов повеселиться?

– Приветствую, Иван Евстратьевич, конечно готов.

– Перестань, зови меня просто Иваном, договорились?

– Договорились, – ответил Ясень. Всё шло именно так, как он и задумал.

Комиссар повёл его в ресторан, что-то рассказывая на ходу. Идти было недалеко, и уже через 15 минут они сидели за столиком. В такое раннее время посетителей в ресторане практически не было.

Они сделали заказ, и, когда официант всё принёс, стали выпивать, закусывать и тихонько разговаривать. Постепенно атмосфера стала более тёплой, Сычёв рассказал историю своей жизни, а Ясень рассказал историю своей, придуманной. Через некоторое время он решил, что уже пора переходить ближе к делу.

– Иван, а вот мне интересно, какие вещи бывают в домах бывших князей? Что, например, было в доме Долгоруковых?

– Ну, в принципе, ничего сверхъестественного, – не заметив никакого скрытого умысла, начал рассказывать Иван Евстратьевич. – Там были мебель, подсвечники, светильники, ковры, да много разных вещей. Понятное дело, все дорогие, старинные.

– Да уж, надо полагать, – задумчиво протянул Ясень. – В таких домах, наверное, и тайники имеются. Должны же были богачи куда-то свои сокровища прятать. Не приходилось находить ничего подобного?

– А как же, было дело, – ухмыльнулся Сычёв. – Да хоть бы совсем недавно у тех же князей Долгоруковых. Мы совершенно случайно обнаружили его в подвале, когда простукивали стены. Вскрыли, а там ничего не было, кроме одной записки.

– Записки? – озадаченно спросил Ясень. – Какой записки?

Сычёв даже немного протрезвел, посмотрел по сторонам и продолжил:

– Ну, ладно, слушай. Как я понял из этой записки, речь шла о каком-то Ключе. По всей видимости, писал один князь Долгоруков другому. В записке он сообщал, что в целях безопасности необходимо было забрать Ключ, перевезти его в загородный дом и спрятать в тайное место №2. Поэтому он так и сделал, а взамен Ключа оставил в тайнике записку.

– Надо же, какая загадочная история, – восхищённо сказал Ясень. – А где этот дом, знаешь? Будешь ли искать этот тайник?

– Так в том-то и дело, – рассмеялся Сычёв. – Этот дом у меня следующий на очереди, сейчас 2 дня отдохну, и поеду туда.

– Я бы тоже очень хотел присутствовать, когда тайник обнаружат. Уж больно интересно стало, что это за Ключ такой загадочный.

– Конечно, нет никаких проблем. Поедем вместе.

– Я не могу, у меня дела за городом, – развёл руками Ясень. – Я лучше сразу на место приеду. Далеко ли этот дом от города?

– Километрах в пятидесяти.

– Нарисуешь план, как проехать? – всё складывалось для Ясеня довольно удачно, как он и задумывал.

– Конечно, – ответил комиссар и принялся рисовать план.

После этого они посидели в ресторане ещё часа 3, Сычёв перебрал лишнего, и Ясень проводил его до дома. Потом он пришёл в свою комнату и тоже завалился спать. Утром Федька Шмаков должен будет достать ему автомобиль, и Ясень поедет на место, где должен будет отыскать тайник. Теперь он знал точное местонахождение Ключа, дело шло к своему логическому завершению.

Глава 8

Хоть Ясень вчера и принимал алкоголь, но пил гораздо умереннее, чем Сычёв, поэтому смог проснуться рано и без головной боли. Он пошёл в душ, а когда проходил мимо кухни, то увидел Володю и поприветствовал его.

– Доброе утро! – ответил Володя. – Готовить завтрак?

Ясень кивнул и зашёл в ванную комнату. Пока он принимал душ, Володя успел приготовить завтрак, разложить его по тарелкам и даже налить чай.

– Ого, оперативно, – присвистнул Ясень, присаживаясь за стол и принимаясь за еду.

– Ешь, набирайся сил, – улыбнулся хозяин квартиры. – У тебя сегодня насыщенный день.

Снова в голове Ясеня раздался щелчок, но он и виду не подал, продолжая всё также спокойно завтракать.

– Ты вчера поздно пришёл, в ресторане гулял? – продолжал Володя. – Ты с кем-то познакомился в городе, или у тебя здесь были друзья?

«Что-то он стал чересчур любопытным», – подумал Ясень и вместо ответа неопределённо пожал плечами. Закончив завтракать, он встал из-за стола и сказал Володе:

– Я все дела в городе сделал и скоро уеду.

Сказав это, он сразу же вышел, не выслушав ответа. Ему хватило десяти минут, чтобы собраться.

– Бывай, – сказал он Володе, выходя в подъезд. – Рад был знакомству.

– Счастливо, – ответил тот, но вид у него был слегка встревоженный.

А дальше со стороны Володи начались странности. Дождавшись, когда Ясень выйдет из подъезда, он быстро постучал в соседнюю квартиру. Почти сразу же ему открыл мужчина:

– Он ушёл, – Сказал ему Володя, и мужчина быстро побежал вниз. За ним из квартиры выбежали ещё два человека. Выглянув из подъезда, первый мужчина осторожно пошёл за Ясенем, стараясь не попасться на глаза. Двое других сели в припаркованный автомобиль, и тоже медленно поехали следом.

Но Ясень не догадывался о том, что за ним ведётся наблюдение. Он спокойно шёл на встречу с Федькой Шмаковым и обдумывал детали предстоящей поездки в загородный дом Долгоруковых.

Они встретились на обычном месте в сквере, куда пришли почти одновременно.

– Авто стоит за углом, – сказал ему Федька. – Тебе уже приходилось раньше управлять автомобилями?

– Конечно, не волнуйся, всё будет в лучшем виде, – ответил Ясень. – Мне автомобиль нужен только до вечера, надо смотаться за город и обратно. Топливо есть?

– Да, залили полный бак.

Они завернули за угол и увидели автомобиль, стоящий на обочине.

– Что-то не больно он мощный, – вздохнул Ясень, открыл дверь и сел на водительское сидение.

– Ну, извини, уж какой был, – развёл руками Федька Шмаков. – Не волнуйся, чтобы съездить туда и обратно, мощности вполне хватит.

– Ладно, до вечера, – сказал Ясень, закрыл дверь и завёл двигатель.

Когда он отъезжал от обочины, из сквера вышел мужчина и пошёл в сторону стоящего поодаль автомобиля. Когда он в него сел, автомобиль резко рванул вперёд. Было видно, что он гораздо мощнее, чем у Ясеня.

Сам же Ясень не заметил этих манёвров. Первое время он привыкал к незнакомому автомобилю, параллельно пытаясь построить маршрут своей поездки. Автомобиль был слабый, поэтому разгонялся медленно. Из-за этого Ясень довольно долго выбирался из города. Зато когда он выехал на загородную трассу, ему удалось развить более-менее приличную скорость.

В пути Ясень пытался построить план действий. Ведь обстоятельства могли быть разными, в доме вполне мог кто-нибудь находиться. Нужно быть готовым ко всему.

Время от времени он посматривал в зеркало заднего вида. Машин на дороге было мало, и только лишь поэтому он смог заметить, что сзади за ним следует какой-то автомобиль. По виду он был довольно мощный, но следовал на одном и том же расстоянии от Ясеня, не приближаясь и не отставая. Сначала Ясень попробовал замедлить ход, но преследователи тоже замедлились. Тогда он до упора нажал на педаль и начал медленно набирать скорость.

Когда его преследователи поняли, что их раскрыли, то перестали таиться и тоже прибавили ходу, быстро приближаясь к Ясеню. Он понял, что на широкой дороге от них не уйти, и свернул на лесную дорогу. Они устремились за ним.

Плюс был в том, что дорога была узкая, и обогнать его они не могли. Минусом же служила слабая мощность его автомобиля. Хоть он разогнался и летел довольно быстро, они ехали прямо за ним.

Внезапно раздался выстрел, и заднее стекло разлетелось на мелкие осколки. «Надо чего-нибудь быстро решать», – подумал Ясень, но придумать так ничего и не успел. Раздался второй выстрел, и пуля пробила колесо. Автомобиль заболтало из стороны в сторону, он подпрыгнул на кочке, резко вильнул влево и на полном ходу влетел в дерево.

Яркая вспышка света – это всё, что успел увидеть Родион Яснецкий, прежде чем наступила полная темнота. А генерал Юденич так никогда и не узнает, куда же исчез лучший агент контрразведки Северо-Западной армии по кличке Ясень.

Часть 4. А ларчик просто открывался…

Глава 1.

Автомобиль Насти на огромной скорости летел прямо в дерево, стоящее на обочине. Она изо всех сил пыталась вывернуть руль, но он реагировал медленно и её почти не слушался. В самый последний момент ей всё-таки удалось немного увести свой автомобиль в сторону, и он задел дерево лишь по касательной. После этого он проехал сквозь кусты и остановился на небольшой полянке.

В момент соприкосновения автомобиля с деревом его очень сильно тряхнуло, из-за чего Настя больно ударилась головой и на некоторое время потеряла сознание. Двигатель заглох, фары погасли, и тьма полностью поглотила место происшествия, как будто здесь ничего и не произошло. Водительская дверь распахнулась, обдав Настю свежим вечерним воздухом.

Прошло уже минут пятнадцать с момента аварии, а Настя всё никак не приходила в сознание. Внезапно рядом с ней из темноты возникли сначала два блестящих глаза, а затем показалась собака, подошедшая почти вплотную к автомобилю. Она осторожно обнюхала Настю, вильнула хвостом и начала лизать её руку. От этого Настя пришла в себя и поначалу сильно испугалась, увидев прямо перед собой достаточно крупную фигуру животного.

Присмотревшись внимательнее, она поняла, что перед ней стоит собака, и немного успокоилась. В этот момент на небе взошла яркая луна, вокруг стало гораздо светлее, и благодаря этому Настя смогла разглядеть на собаке ошейник. «Она домашняя», – подумала Настя, успокоилась, и страх из неё сразу же улетучился. Она стала прислушиваться к своим ощущениям и почувствовала, что у неё болит голова. Тогда она дотронулась рукой до ушибленного места, но ей стало больно и она тихонько застонала. Собака, как только услышала стоны, в ответ немного поскулила, словно сочувствуя Насте, и положила голову ей на колени.

Боль постепенно притупилась, и Настя уже почти что перестала её чувствовать. Она улыбнулась собаке, ласково погладила её по голове, а затем начала вспоминать, что с ней произошло. Сначала она вспомнила, как уезжала от преследующей её машины с двумя мужчинами, они застряли в луже, а её машина подпрыгнула на кочке и полетела в кювет. Потом она вспомнила дерево прямо перед собой, а после этого был провал в памяти и больше она уже ничего не помнила. Тогда она вышла из автомобиля и стала осматривать повреждения. Левое переднее колесо было полностью спущено, также разбита левая фара и помято крыло. По всей видимости, повреждения были не очень значительные, и, если поставить запаску, то до города можно было доехать.

Настя хотела было уже попробовать сама поменять колесо, другого всё равно ничего не оставалось, но тут вспомнила о своих преследователях. Как она могла о них забыть? Ведь они наверняка уже смогли выбраться из лужи и сейчас рыскали где-нибудь по окрестным дорогам, пытаясь её найти. Нет, свет пока что включать было нельзя, а без этого колесо ей не поменять. Тогда Настя в отчаянии села на корточки, не зная, что ей предпринять в данной ситуации.

И тогда собака, стоящая всё это время неподалёку, вновь подошла к ней. Она сначала потёрлась головой о Настину ногу, а потом взяла её легонько пастью за руку и потянула за собой. Настя от неожиданности даже встала на ноги. Тогда собака отпустила её руку, отбежала на несколько метров вперёд, а затем обернулась и посмотрела на неё, будто бы приглашая куда-то пойти.

– Ты хочешь, чтобы я пошла за тобой? – удивлённо спросила Настя собаку.

Тогда собака вернулась, снова легонько потянула её за руку, отпустила и опять отбежала к стоящим невдалеке деревьям. Приглядевшись, Настя смогла в лунном свете различить тропинку, уходящую в лес. Она немного подумала и решила пойти за собакой, ведь не каждый день случается такое, что животное куда-то настойчиво приглашает человека. Взяв с пассажирского сиденья свою сумочку и закрыв машину, она направилась в сторону тропинки, на которой её ждала собака.

В самом лесу стало гораздо темнее, так как лунный свет почти не проникал на тропинку сквозь густые ветви деревьев. Но поначалу Настя опасалась включать фонарик, ведь её преследователи могли заметить свет с дороги. Поэтому шла она очень медленно. Хорошо, что собака держалась рядом с ней и не убегала далеко вперёд. Через несколько минут она решила, что теперь свет увидеть не смогут, достала из сумочки телефон и включила фонарик.

Так идти стало намного легче, но она всё равно старалась не торопиться, чтобы у неё под ногами случайно не хрустнула ветка. Она прислушивалась к каждому лесному шороху и ей всё время казалось, что за ней в темноте кто-то следует по пятам. Она оборачивалась, светила фонариком, но там никого не было.

Так они шли около десяти минут – собака перед ней, иногда останавливаясь и терпеливо ожидая свою спутницу, а Настя следом, пока впереди в лесу не показался просвет. Пройдя ещё немного, они вышли из леса на дорогу, которая вела прямо к коттеджному посёлку. Настя немного постояла, оглядываясь по сторонам, а затем пошла за собакой, которая направилась в сторону крайнего от леса дома.

У калитки собака остановилась, посмотрела на Настю, потом на дом и громко гавкнула. Настя решила тоже повнимательнее приглядеться к этому дому. Он был средних размеров, двухэтажным, из толстых брёвен. По всей видимости, построен он был не так давно. С одной стороны от дома находилась баня, с другой 2 гаража, а перед самим домом была небольшая площадка с цветочными клумбами по краям.

Сначала было тихо, ничего не происходило. Но примерно через минуту над крыльцом зажегся свет, а затем открылась входная дверь, и из дома вышел мужчина.

– Джек, – позвал он.

Собака пролезла сквозь отверстие, сделанное специально для неё в заборе, и подбежала к своему хозяину. Он погладил её, а потом снова посмотрел в сторону калитки. Скорее всего, он видел только человеческую тень, потому что к этому времени Настя уже погасила фонарик.

– Кто там? – спросил мужчина.

– Здравствуйте, – отозвалась Настя. – Я попала в небольшую аварию там, за лесом, а Ваш пёс нашёл меня и привёл сюда. Вы не могли бы мне помочь?

Мужчина тут же подошёл к забору и открыл калитку.

– Конечно, проходите в дом, – участливо сказал он.

Настя прошла мимо него, так и не сумев разглядеть его лица в темноте. Сам же хозяин дома посмотрел по сторонам, закрыл калитку и пошёл следом за ней.

Глава 2

Настя проснулась, когда за окном было уже светло. Она прекрасно выспалась на свежем воздухе и чувствовала себя расслабленной и отдохнувшей. Сладко потянувшись, она широко улыбнулась новому дню и принялась оглядывать комнату. Обстановка в комнате для гостей, куда её разместили накануне поздно вечером, была довольно уютная. Здесь даже была отдельная ванная комната, но самое главное – большая и удобная кровать, на которой Настя смогла так хорошо выспаться.

В памяти у Насти постепенно начали всплывать картинки минувшей ночи. Когда она вошла в дом, хозяин вошёл следом за ней и пригласил её пройти в гостиную. Там было светлее, и она смогла внимательно его рассмотреть. Похоже, что мужчина был старше Насти лет на семь-восемь, на вид ему можно было бы дать до тридцати пяти лет. Лицо у него было мужественное, волевое, но в то же время доброе. Он был высокий, светловолосый, с ясными серо-голубыми глазами. На первый взгляд он показался Насте довольно симпатичным и приятным мужчиной.

– Позвольте представиться, – произнёс он. – Меня зовут Алексей Беляев.

Эти имя и фамилия показались Насте смутно знакомыми, хотя лица мужчины она не помнила.

– Очень приятно, а меня – Анастасия Оболенская.

Они некоторое время смотрели друг на друга, а потом Настя посмотрела по сторонам и увидела несколько книжных шкафов, доверху наполненных книгами. Внезапно её озарила догадка.

– Скажите, а Вы случайно не тот самый Алексей Беляев, который известный писатель? – спросила его Настя.

– Да, я пишу книги, – ответил ей мужчина и смущённо улыбнулся.

Имя писателя Алексея Беляева уже давно было у всех на слуху, он был довольно популярным, хоть сама Настя и не читала ни одного из написанных им детективов. Но зато теперь она немного успокоилась. Настя знала, кто именно находится перед ней, и хорошо, что хозяин дома не оказался каким-нибудь бандитом.

– Так что всё-таки у Вас произошло? – спросил он. – На улице Вы сказали, что попали в аварию.

– Если говорить коротко, то за мной гнались преступники, потом они застряли в луже, а я свернула в лес на другую дорогу. Там я разогналась, у меня лопнуло колесо, и автомобиль улетел в кювет.

– Может, нужно вызвать полицию? – спросил он.

– Нет, полицию пока вызывать не надо, – сказала Настя и поморщилась, случайно задев рукой ушибленное место на голове.

– Что с Вами? – взволнованно спросил Алексей.

– Видимо, стукнулась головой, когда машина задела дерево.

Он подошёл к ней и посмотрел поближе.

– У Вас на голове ссадина. Сейчас я её обработаю.

Он сходил в другую комнату и принёс бутылочку с перекисью водорода, а также ватку. Потом он попросил Настю присесть и начал обрабатывать ссадину. Настя почувствовала сильное жжение и слегка дёрнула головой, но он легонько подул, и у неё сразу же всё прошло. По всему телу разошлось тепло и нежность. Насте было очень приятно ощущать на себе его горячее дыхание.

– Так почему Вы не хотите вызвать полицию? – ещё раз вернулся к теме Алексей.

– Понимаете, я должна сначала сама во всём разобраться. Это ведь не какие-то случайные бандиты, которые решили напасть на меня среди ночи на дороге. Они ещё в Москве преследовали меня, и мне необходимо понять, кто именно за всем этим стоит.

– Хорошо, – сказал он после некоторой паузы. – Сейчас уже поздно, а Вы устали. Я постелю Вам в комнате для гостей. Нужно хорошенько выспаться и отдохнуть, а решение всех вопросов отложим на утро. В свежую, отдохнувшую голову оно скорее приходит.

Так оно и произошло. Проснувшись утром, Настя почувствовала себя полностью отдохнувшей, а голова у неё почти не болела. Она немного полежала в постели, вспоминая вчерашние события, а потом встала и прошла в душ. Вода быстро взбодрила её, сделала мысли чистыми и ясными, и вышла она из душа уже совершенно другим человеком – бодрым и полным решимости действовать.

Настя оделась, заправила постель и спустилась вниз. Алексея она нашла на кухне. Там он готовил завтрак, тихонько напевая себе под нос какую-то весёлую песенку. Увидев Настю, он широко улыбнулся ей и сказал:

– Доброе утро! Ну, как Вам спалось?

– Замечательно, – ответила Настя. – У Вас здесь такой чистейший воздух, что я отлично выспалась.

Когда они сели за стол и начали завтракать, Настя сказала:

– Спасибо Вам, Алексей, за то, что позволили мне переночевать и накормили вкусным завтраком. Сейчас я доем и пойду туда, где осталась моя машина, поменяю колесо и поеду в Питер.

– Не надо никуда идти, – ответил на это Алексей. – Пока Вы спали, я на рассвете уже сам сходил, поставил запаску и отогнал машину в гараж, так что всё в порядке, можете не беспокоиться по этому поводу.

– Я Вам так благодарна, – растроганно произнесла Настя, всё больше проникаясь к нему.

Некоторое время оба молчали, а потом Алексей спросил:

– Настя, может быть, Вы мне расскажете всё, что с Вами произошло? Вдвоём будет проще решать проблемы. Я могу и хочу Вам помочь.

И она, сама не зная почему, решила довериться ему и стала рассказывать всё с самого начала. Она рассказала про шкатулку с таинственным вензелем, о том, как она пошла в Меншиковский дворец и встретилась там с экспертом, и как потом они пошли в архив. Не утаила она и о документах, в которых говорилось о загадочном Ключе от Санкт-Петербурга, дающем безграничную власть и богатство своему владельцу.

Алексей сидел и внимательно слушал Настю, ни разу её не перебив. Она рассказала, как пошла в Дом Долгоруковых, а потом поехала в Москву и повезла раритетный самовар своему клиенту. В Москве злоумышленники сначала пытались проникнуть в её номер, а затем и напасть на неё в коридоре. Ей удалось сбежать, но они настигли её перед Питером. А дальнейшие события она уже рассказывала ранее – они застряли в луже, она оторвалась от них, но у автомобиля лопнуло колесо, и она оказалась в кювете.

Настя договорила и почувствовала невероятное облегчение от того, что она теперь не одна. Глядя в его умные и добрые глаза, она почему-то поняла, что ему можно доверять, и он её не обманет.

Глава 3

Некоторое время Алексей просто смотрел на неё и ничего не говорил. Она могла бы подумать, что он ей не поверил, но его восхищённые глаза говорили об обратном. По всей видимости, её рассказ произвел на него впечатление.

– Знаете, Анастасия, это нечто, – произнёс он, наконец. – Эта история такая запутанная, и она вполне достойна нового детективного романа.

– Вашего романа? – улыбнувшись, спросила Настя.

Ответил Алексей не сразу, сначала он задал другой вопрос:

– Простите, а мы можем перейти на ты? Мне кажется, что так нам будет комфортнее.

– Да, конечно, -ответила Настя, подумав, что он прав – так действительно будет проще общаться, особенно после того, как она всё ему рассказала.

– Вот и замечательно. Да, ты мне дала хорошую идею. Я как раз искал какой-то новый сюжет для книги, но не только в этом дело. Ты не волнуйся, я обязательно тебе помогу, одну не оставлю.

Настя благодарно улыбнулась Алексею, чувствуя, что с каждой минутой доверяет ему всё больше и больше.

– Нам нужно составить план дальнейших действий, – продолжил Алексей. – Во-первых, на то время, пока мы не разберёмся с этим делом, ты должна пожить у меня. Что ты думаешь по этому поводу?

– Я думаю о том, как сильно мне повезло, что я тебя встретила, – ответила Настя. – Ты абсолютно прав. Вдвоём будет гораздо проще во всём разобраться. Да и домой сейчас мне тоже нельзя – те люди могут знать, где я живу, и ждать меня там.

– Ну, хорошо, значит, мы так и решили. Теперь нужно понять, какие у нас есть зацепки.

– Только загородный дом Долгоруковых, – развела руками Настя. – Я вчера, прежде чем всё это произошло, хотела доехать до посёлка, в котором находится загородная усадьба князей Долгоруковых, и уже на месте разобраться, что там к чему, а по возможности и обследовать дом. Если бы удалось обнаружить там тайник, тогда мы смогли бы найти ответы на многие вопросы.

– Обязательно отыщется и тайник, и ответы на вопросы, – улыбнулся Алексей. Насте всё больше и больше нравился его оптимизм, это было в её стиле.

– Есть небольшая загвоздка, – продолжила она. – Мне сказали, что этот дом находится сейчас в частном владении, и нам нужно будет сначала придумать, как проникнуть внутрь.

– Ну что же, значит, будем действовать по порядку. Для начала продолжим то, что ты начала вчера – поедем и посмотрим, что из себя представляет этот дом Долгоруковых. И тогда мы уже на месте будем решать, что и к чему.

Алексей быстро собрался, и они вышли из дома. Затем он вывел из гаража свой автомобиль и сказал Насте:

– Садись на заднее сидение, там тонированные стёкла, и тебя с улицы не будет видно. Нам лучше перестраховаться, вдруг те люди где-то неподалёку. Нельзя, чтобы тебя заметили.

Настя так и сделала. Потом Алексей сел за руль, и они поехали в сторону загородной усадьбы князей Долгоруковых. Навигатор показывал, что проехать до места им нужно было чуть больше пятнадцати километров. Они сначала выехали из посёлка, в котором жил Алексей, потом проехали по лесу, и в скором времени свернули на другую лесную дорогу.

– Не узнаёшь эту дорогу при свете дня? – спросил Алексей Настю.

– Нет, – ответила Настя, а потом догадалась. – С этой дороги я вчера выехала в кювет?

– Да, – ответил он. – Только ты с другой стороны заезжала.

Вскоре Настя увидела следы от колёс в кустах, а также краску с крыла своего автомобиля на дереве, и поняла, что именно здесь и произошла авария. Алексей остановился на обочине.

– Вот, смотри, я старался по твоим же следам и выезжать. Вроде бы ничего подозрительного вокруг нет.

Они поехали дальше и вскоре выехали на основную дорогу, ведущую к посёлку, с которой Настя вчера свернула, стараясь уйти от преследования. Похоже, что по этой дороге ездили не очень часто, потому что за те 10 минут, что они ехали, им встретился только лишь один автомобиль.

Вскоре они уже въезжали в ворота, открывающие путь в посёлок. Доехав до развилки, Алексей остановился, и они с Настей стали осматриваться по сторонам. Дачи были довольно старинными, хотя было видно, что хозяева за ними следят и ухаживают. Развилка делила основную дорогу на 3 улицы, с обеих сторон которых стояли дачи.

– Ну и как среди всех этих дач найти усадьбу Долгоруковых? – спросил Алексей Настю. – Я так понимаю, что ты не знаешь, как он выглядит.

Настя покачала головой и стала думать, как им найти этот дом. Внезапно на средней улице она увидела мужчину, который вышел из калитки одной из дач и пошёл вдоль дороги.

– Давай проедем немного вперёд, – сказала Настя, показывая на того человека. – Спросим у него. Похоже, что это местный житель, поэтому он должен знать, что здесь и где находится.

Алексей нажал на педаль газа, и вскоре они поравнялись с мужчиной. Настя открыла окно и спросила:

– Простите, пожалуйста, мы ищем одну дачу, не могли бы Вы нам помочь?

– Да, конечно, – ответил мужчина, остановившись. – Какая именно дача вам нужна?

– Это бывшая дача князей Долгоруковых.

– Знаю такую, только нет её больше, – развёл мужчина руками.

– Как нет? – спросила Настя, не совсем разобравшись, что именно имел ввиду мужчина.

– Этим летом она сгорела дотла, и теперь там только обугленный каркас основного здания, плюс ещё несколько развалившихся строений. Если хотите посмотреть, вам нужно проехать по этой улице до конца, и по правой стороне увидите пепелище.

– Спасибо, – поблагодарила Настя мужчину, он пошёл дальше.

– Жалко, – сказала Настя Алексею. – Как теперь найти тайник, если там всё сгорело?

– Давай поедем и посмотрим на месте, – ответил он, и они поехали в ту сторону, куда им указал мужчина.

Они доехали почти до самого конца дороги, но так и не смогли разглядеть обугленное здание. И только когда они остановились вдоль забора крайнего правого участка, то поняли причину. Сам по себе заборчик был невысокий, но за ним по периметру всего участка росли высокие деревья. На близком расстоянии стали видны просветы между ними, и Настя смогла разглядеть вдалеке большой обгоревший дом.

– Пошли, глянем, что там к чему, – сказала Настя Алексею, показывая на калитку, и вышла из машины.

Алексей вышел следом за Настей. Калитка оказалась не запертой, и лишь жалобно скрипнула, когда её открыли. Они переглянулись, словно бы подбадривая друг друга, а затем прошли на участок и скрылись в тени деревьев.

Глава 4

Теперь, даже если бы кто-нибудь случайно и посмотрел на участок, то не смог бы заметить на нём Настю и Алексея – так хорошо скрывали их деревья от посторонних глаз. В то же время, сами они могли свободно обыскивать участок.

В первый миг взгляд Насти упал на обгоревший дом. Было в этом доме нечто такое, что заставляло задуматься о смысле жизни, о богатстве и бедности, о процветании и быстром падении с высоты.

– Вряд ли мы здесь что-то найдём, – с сомнением в голосе произнесла Настя. – Но давай зайдём внутрь, глянем, что там вообще осталось.

Они подошли к тому месту, где раньше был парадный вход. Сейчас там был просто дверной проём, потому что дверь была деревянная и сгорела ещё при пожаре.

– Аккуратнее, – сказал Алексей Насте и включил мощный фонарик, который он предусмотрительно взял с собой. – Перекрытия после пожара могут быть слабые, поэтому нужно очень внимательно смотреть под ноги.

Они вошли в помещение, служившее некогда парадным холлом, и стали осматриваться по сторонам. Всё кругом было чёрным, повсюду валялись куски материалов, которые не горели, а лишь только потемнели от огня. Вход в подвал вообще оказался практически полностью завален.

– Нет, это бесполезно, – вздохнула Настя. – К тому же, очень опасно – разгуливать по этому дому. Пойдём на улицу.

Они вышли на свежий воздух и задумались над тем, что им делать дальше.

– А что, если тайник спрятан там? – спросила Настя Алексея, показывая на большой амбар, который стоял в стороне от главного дома. – Там всё должно быть целое, пожар до туда не дошёл.

– Нет, не думаю, – ответил Алексей. – Зачем делать тайник в амбаре? Ведь до тайника тогда надо было бы каждый раз идти, чтобы что-то взять или положить, а он должен быть в шаговой доступности. Логичнее всего предположить, что тайник в подвале дома, но путь туда для нас закрыт.

– Я бы всё-таки взглянула, – твёрдо сказала Настя и пошла к амбару.

Алексей пожал плечами и последовал за ней.

В амбаре было пусто. Они немного по нему походили и Настя подумала, что Алексей был прав – вряд ли здесь мог находиться тайник. Тогда Настя вышла на улицу, обошла амбар кругом и стала осматривать весь участок. Для верности нужно было его весь обойти. Она сказала об этом Алексею и пошла вперёд. Он не стал с ней спорить и пошёл следом.

Сначала Насте показалось, что участок пустой и на нём ничего, кроме обгоревшего дома и амбара, нет. Но когда она зашла за кусты, то увидела впереди какие-то плиты. Немного осмотрев их, она поняла, что это полуразвалившийся склеп. Подошедший Алексей подтвердил её предположения.

– Да, это очень похоже на фамильный склеп, только давным-давно разрушенный. Смотри, здесь было 2 входа, но оба они завалены.

Они немного помолчали, обдумывая сложившуюся ситуацию и, наконец, Настя произнесла:

Похоже, что здесь нам ловить нечего. Мы не сможем найти тайник с Ключом, даже если он спрятан где-то здесь.

– А что, если его здесь никогда и не было? – спросил Алексей с сомнением в голосе.

– Но ведь в документах, найденных мной в архиве, было сказано, что Ключ был спрятан в доме Долгоруковых. Но основной дом в Петербурге, по словам экскурсовода, был разграблен. Поэтому я и подумала, что он может быть здесь, когда узнала о существовании загородного дома Долгоруковых. Хотя вполне возможно, что я ошибаюсь.

– Знаешь, а я ведь об этом читал когда-то давно, – внезапно вспомнил Алексей. – Это было скорее не разграбление, а изъятие ценностей. За богатыми домами, а в особенности за домами князей, следили очень строго. Это было необходимо для того, чтобы никто не вынес ничего лишнего. Тогда это дело поставили на широкую ногу, и процесс изъятия ценностей, оставшихся с царских времён, контролировали особенно тщательно. В Петрограде начали создавать группы изъятия ценностей, во главе которых ставили специальных комиссаров, ответственных за изъятие. Комиссаров контролировали очень строго, и за кражу ценностей, да хоть бы даже и утерю, могли даже поставить к стенке. А они, соответственно, контролировали всех остальных, потому что понимали, что отвечают за всё своей собственной головой.

– Хочешь сказать, что Ключ мог быть и в первом доме? – встрепенулась Настя.

– Вполне, – кивнул Алексей. – Можно постараться найти того, кто отвечал за изъятие ценностей в доме Долгоруковых в Петрограде. Должны были сохраниться какие-то отчёты, или может быть опись всех ценных вещей из этого дома. Если бы можно было их прочесть, тогда стало бы понятно, был Ключ в доме или нет.

Настя задумалась, размышляя над услышанным. В принципе, если эти документы существуют, то можно попробовать узнать их местонахождение через своего знакомого из ФСБ, который очень хорошо помог ей прошлым летом. Он мог и теперь помочь им в этом вопросе.

– А что, если комиссар всё-таки нашёл ключ, но решил на свой страх и риск утаить его? – озвучила Настя только что пришедшую к ней мысль.

– Нет, это маловероятно, – ответил Алексей. – Если бы Ключ нашли и решили спрятать, то сейф бы снова заперли и замаскировали. Но он стоял нараспашку. Поэтому, если там что-то и было, то в любом случае эту вещь должны были отразить в отчёте.

Настя смотрела на Алексея и наслаждалась тем, что он может найти ответы на многие вопросы. Чувствовалось, что он написал большое количество детективов с различными хитросплетениями. С каждой минутой он нравился ей всё больше и больше.

– Тогда нам больше нечего здесь делать, – сказала она. – Можем поехать обратно к тебе домой, а по пути подумать, кто нам сможет помочь в этом вопросе.

Он согласно кивнул, и они медленно побрели в сторону припаркованного автомобиля.

Глава 5

Когда они подъехали к дому Алексея, у калитки их встретил пёс, радостно виляющий хвостом.

– Джек, – позвала его Настя, когда вышла из машины. Пёс подбежал к ней, и она стала его гладить.

– Ну, всё, – улыбнулся Алексей, – Джек принял тебя, теперь вы с ним друзья, а ведь он мало кого удостаивает такой чести.

– Да, для меня это большая честь, тем более я считаю его своим спасителем, – улыбнулась Настя, ещё немного погладила Джека, и они вместе с Алексеем зашли в дом.

Оказавшись внутри, они прошли на кухню и Алексей поставил чайник.

– Сейчас немного отдохнём, попьём чай и обсудим наши дальнейшие действия.

Настя только кивнула, хотя для себя уже поняла, что нужно делать дальше. Алексей взглянул на неё и начал наливать чай. Потом он расставил кружки и они сели за стол. Только тогда он произнёс:

– Судя по твоему виду, ты уже что-то придумала. Я прав?

– Да, – улыбнулась Настя, ей нравилась его проницательность. – У меня есть один хороший знакомый из Федеральной Службы Безопасности. Он мне очень помог прошлым летом, и потом ещё несколько раз помогал. Я доверяю ему, и хочу сейчас снова к нему обратиться.

– Если он из ФСБ, то наверное может помочь. Можно сказать, что это его дальние коллеги занимались изъятием ценностей в богатых домах Петрограда после революции. Так что эти отчёты вполне могут храниться где-то у них в архивах.

– Вот и я так подумала, – сказала Настя, доставая телефон.

Она нашла в телефонной книге нужный номер, нажала на кнопку соединения и после нескольких гудков ожидания в трубке раздался голос:

– Настя, вот так неожиданность! Я так рад, что ты мне позвонила! Очень давно не слышал тебя.

– И я рада, Сергей Геннадьевич! – ответила ему Настя. – Да, давненько не общались.

– Тебе нужна моя помощь? – сразу перешёл он к делу.

– Да, я очень надеюсь, что Вы сможете мне помочь.

– Конечно, обязательно помогу. Что у тебя случилось?

– Я бы не хотела говорить об этом по телефону. Мы могли бы лично встретиться?

– Конечно! Когда тебе удобно?

– Сергей Геннадьевич, я бы, наверное, подъехала часика через полтора, если у Вас будет свободное время.

– Значит, так и договоримся, – весело отозвался тот. – Встречаемся в кафешке рядом с моей работой, как обычно.

– Хорошо, до встречи.

Закончив разговор, Настя рассказала Алексею, где и когда они договорились встретиться.

– Ну и нормально, – сказал он. – Сейчас немного отдохнём и поедем. Ты хочешь, чтобы я подождал тебя в машине или пошёл с тобой на встречу?

– Пойдём вместе, – сказала Настя. – Сергей Геннадьевич не будет против, я ему объясню, что ты мой близкий знакомый.

Она смущённо улыбнулась Алексею, и он улыбнулся ей в ответ. Настя поняла, что Алексей действительно стал очень близок ей, хотя с момента их знакомства прошло всего лишь часов двенадцать, не больше.

Они ещё немного отдохнули, потом собрались и поехали на встречу. На место они приехали даже чуть раньше оговоренного времени. Припарковав машину, Алексей спросил Настю:

– Посидим немного в машине или сразу пойдём в кафе?

– Пойдём сразу, вдруг он тоже пораньше пришёл, – ответила она. – Ну или просто посидим там и подождём.

Они зашли в кафе и сели за столик, но долго им ждать не пришлось – уже через 5 минут появился и Сергей Геннадьевич. Быстро окинув взглядом Алексея, он обратился к Насте:

– Настя, ещё раз привет! Очень рад тебя видеть.

– Здравствуйте, Сергей Геннадьевич, – ответила она ему. – Простите, что я Вам не сказала, что буду не одна. Знакомьтесь, это мой хороший приятель Алексей. Он мне тоже помогает в этом вопросе, по которому я к Вам и обратилась.

Мужчины обменялись рукопожатиями, и все сели за стол. Пока готовили их заказ, Настя и Сергей Геннадьевич рассказывали друг другу, что у них произошло нового за то время, что они не виделись. Наконец, их заказ был готов, они приступили к еде, и Настя перешла к тому, ради чего они и встретились.

– Сергей Геннадьевич, я хотела с Вами обсудить 2 вопроса. Во-первых, несколько дней назад одно расследование привело меня в Дом-музей князей Долгоруковых, который находится в Санкт-Петербурге.

– А я и не слышал про такой, хотя и прожил в Питере всю жизнь, – сказал он Насте.

– Про него мало кто слышал, он не больно-то на слуху. Я и сама его еле нашла, когда приходила туда. Так вот, экскурсовод из этого музея сообщил мне, что после революции дом был разграблен, пришлось потом долго собирать экспонаты, да и то многое собрать не удалось. А вот Алексей мне сказал, что после революции создавались специальные группы во главе с комиссарами, которые занимались изъятием ценностей в таких домах. Потом эти ценности помещались на специальный склад, а комиссары составляли отчёт и перечень предметов.

Настя замолчала, и некоторое время они просидели в тишине, которую вскоре нарушил Сергей Геннадьевич.

– Я знаю, к чему ты клонишь. Тебе нужно посмотреть перечень предметов, изъятых в доме Долгоруковых, и ты думаешь, что наше ведомство и ведомство, производившее изъятия ценностей после революции, могут быть взаимосвязаны. Я прав?

– Вы, как всегда, очень проницательны, Сергей Геннадьевич, – улыбнулась Настя.

– Ну, хорошо, я тебя понял. Я постараюсь всё выяснить, и сразу же перезвоню тебе, – ответил ей Сергей Геннадьевич. – А какой у тебя ко мне второй вопрос?

– Пару дней назад мне пришлось поехать в Москву, чтобы отвезти клиенту срочный заказ. Ночью в гостинице ко мне в номер пытался кто-то проникнуть, но местный начальник охраны спугнул преступников. На следующее утро они пытались завести меня к себе в номер на разговор. Я сначала подумала, что это обычные грабители, но оказалось, что я была им нужна как раз по тому делу, которое привело меня в музей Долгоруковых. В этот раз их опять спугнули, и мне удалось скрыться. Но они вновь проявили себя, и настигли мою машину недалеко от Питера. Я смогла от них оторваться, но теперь точно знаю, что за мной ведётся охота, им что-то от меня нужно. Вы мне поможете разобраться с этим?

– Конечно же, я тебе помогу, – покачал головой Сергей Геннадьевич. – Эх, Настя, Настя, опять ты впуталась в какую-то историю. Ты их хорошо запомнила, сможешь описать, как они выглядели?

– Смогу, – ответила Настя. – Но их наверняка сняли камеры видеонаблюдения, может быть, будет лучше взять изображение оттуда?

– Да, так мы и сделаем, – согласился он с ней.

Настя написала Название гостиницы и время, когда она там находилась. Этот листок она протянула Сергею Геннадьевичу.

– Это пока все вопросы ко мне? – спросил он, убирая листок в карман.

– Да, все.

– Ну, хорошо, постараюсь всё выяснить как можно быстрее, – он поднялся из-за стола и улыбнулся ей. – У меня сейчас ещё дела, мне пора идти. Приятно было тебя видеть Настя. Алексей, рад был знакомству. До встречи.

Они кивнули ему на прощание, и он вышел на улицу. Почти сразу же Настя и Алексей тоже поднялись со своих мест и направились к выходу. Теперь оставалась ждать звонка от Сергея Геннадьевича.

Глава 6

На улице у Насти зазвонил телефон. Взглянув на экран, она увидела, что это звонила Маргарита Степановна – эксперт из Меншиковского дворца. Признаться, за эти 2 дня Настя успела даже её немного позабыть. Наверное, сейчас она начнёт спрашивать о том, когда они снова пойдут в архив на поиски информации о таинственном вензеле со шкатулки, только Насте сейчас было не до этого, её занимали совершенно другие вопросы.

– Добрый день, Маргарита Степановна, – сказала Настя, ответив на звонок.

– Настя, добрый день, – раздался в трубке радостный голос эксперта. – Ты уже 2 дня не звонишь, вот я и решила сама тебя набрать и узнать, всё ли у тебя в порядке.

– Не волнуйтесь, у меня всё хорошо.

– Ты разобралась со всеми своими вопросами, с которыми хотела разобраться?

– Да, практически разобралась, осталось совсем немного, – ответила Настя, заранее предчувствуя, о чём дальше её спросит Маргарита Степановна. Так оно и вышло.

– Настя, подскажи, а когда мы снова сможем пойти в архив? Мне уже не терпится продолжить поиски информации по вензелю со шкатулки.

– Маргарита Степановна, мне пока что не совсем удобно этим заниматься, я ещё не все свои дела закончила и не хотела бы пока переключаться на другое, да и времени сейчас пока что не так уж и много.

В это время с неба начал моросить небольшой дождь, и несколько капель упали на руку Насти.

– Простите, Маргарита Степановна, на улице дождь начался, и я боюсь, что в мой телефон попадёт вода.

– Да, Настя, прости, не буду тебя отвлекать. Тогда ты позвони сама, когда освободишься.

– Хорошо, – ответила Настя, намереваясь разъединиться.

– Что-то у нас в Питере дожди зачастили, – продолжила говорить Маргарита Степановна. – В Москве наверное лучше погода, не такая влажная?

– Да, наверное, – ответила Настя.

– Ну, ладно, до связи.

– До свидания, Маргарита Степановна.

Настя остановилась, задумчиво глядя на телефон.

– Что-то не так? – спросил её Алексей. – Почему ты остановилась?

– Я ведь тебе говорила про эксперта из Меншиковского дворца?

– Да, рассказывала немного.

– Так вот, она сейчас звонила и спрашивала, когда мы с ней снова пойдём в архив. Я сказала, что мне пока некогда этим заниматься. Но меня смутил её последний вопрос. Она спросила о том, лучше ли в Москве погода, чем в Питере? Но ведь она не могла знать, что я была в Москве, я не говорила ей об этом.

– А если это просто совпадение? – спросил Алексей.

– Не знаю, я не очень верю в такие совпадения. Это уже не первая странность, которую я замечаю за ней.

– А от кого она могла узнать, что ты в Москве, если ты ей не говорила об этом?

– Знала моя помощница в Антикварной лавке, но вряд ли Маргарита Степановна на неё выходила. Больше особо никто и не знал, – Настя ненадолго задумалась. – А ей самой я говорила только, что поеду в музей Долгоруковых в Питере. Даже о загородном доме Долгоруковых никто не знал, разве что экскурсовод из музея. Это он мне посоветовал поехать в загородный дом, после того, как сказал, что в музее сейф уже давно пустой.

Настя замолчала, подумав, что логическая цепочка повела её куда-то не в те степи.

– Хотя, может ты и прав, и это просто совпадение.

– Скорее всего, так и есть, – улыбнулся Алексей. – Что делаем дальше? Едем домой и ждём звонка от Сергея Геннадьевича?

– Да, поехали, – ответила Настя. – Пока ничего другого больше не остаётся.

Они сели в машину и поехали в сторону посёлка, в котором жил Алексей. Настя смотрела в окно и понимала, что с каждой минутой небо становится всё темнее, а на стёкла автомобиля всё чаще падают крупные капли, разбиваясь на множество брызг.

Когда они свернули с основной трассы на дорогу, ведущую к посёлку, небеса разверзлись и дождь полил, как из ведра. Пришлось сбавить скорость, и автомобиль теперь двигался еле-еле. Быстрее ехать было нельзя, так как видимость была практически нулевая.

Настя думала, что ливень быстро закончится, но не тут-то было. Когда они подъезжали к дому, дождь, казалось, только усилился. Пока Алексей открывал ворота, то промок насквозь. Когда они заехали на участок, он повернулся и спросил Настю:

– Ну что, переждём немного, или побежим в дом под дождём.

– Нет уж, давай сразу в дом, – сказала Настя, глядя на трясущегося от холода Алексея. – И так ты уже сырой насквозь, не хватало тебе ещё простудиться. Надо срочно тебя сушить.

Они немного посидели в машине, глядя на сплошную стену из дождя за окном, а потом не сговариваясь открыли двери и со всех ног бросились к дому.

Глава 7

Настя отпила из бокала вкусное красное вино и почувствовала, как оно тонкой струйкой проникает внутрь её тела и окутывает всё своим теплом. Это было потрясающее чувство расслабления, которое Настя не испытывала уже очень давно.

Она вновь перевела взгляд с бокала на камин и стала смотреть на потрескивающий в нём огонь. Он её завораживал, проникая в неизведанные ранее глубины её подсознания. Она бесконечно могла смотреть на пламя, медленно танцующее на своём берёзовом танцполе, как будто вокруг больше ничего не было – ни проблем, ни тягостных воспоминаний, никаких посторонних звуков, способных вмешаться в эту тайную игру Насти с огнём.

Хотя в одном она была точно уверена – рядом с ней сидел Алексей, ставший для Насти за этот день хорошим, близким другом, который точно также молча наблюдал за подрагивающим огнём, держа в руках бокал своего замечательного вина.

Когда час назад они с Настей вбежали в дом, выскочив из сплошной дождевой завесы, то оба были мокрые насквозь.

– Нужно скорее пойти в душ под тёплую струю воды, чтобы согреться, иначе можно простыть, – сказал Насте Алексей. – А потом обязательно растереться мягким полотенцем, чтобы разогнать тепло по всему телу.

Он проводил её до дверей ванной комнаты и дал полотенце, а также халат, в который можно будет потом укутаться.

– Всё, что нужно, ты найдёшь на полочке, – сказал ей Алексей. – Там есть и шампунь, и гель для душа, и новая губка. А я приму душ в комнате для гостей, там тоже есть ванная комната.

Он ушёл, а Настя закрыла дверь и стала снимать с себя одежду. Было очень приятно избавиться от мокрого, но в то же время стало очень холодно, поэтому она побыстрее включила тёплую воду и встала под душ. Моментально вся накопившаяся за день усталость, весь холод улетучились, как будто их и не было. Настя растирала себя гелем и чувствовала расслабленность во всём теле.

Тут она подумала о том, что совсем недалеко от неё Алексей тоже принимает душ, стоит совершенно голый под горячей струёй воды, и она стекает по его сильному, мускулистому телу. От таких мыслей Настя почувствовала, как у неё сладко заныло между ног, и непроизвольно их сжала. У неё уже более полугода не было мужчины, поэтому это было не удивительно.

Она принимала душ не торопясь, медленно поглаживая себя пенной губкой, стараясь насладиться подаренными ей моментами. Вместе с отступающей усталостью она чувствовала, как её мысли становятся ясными и светлыми, а тело наполняется силой. Но ей не хотелось сейчас думать о чём-то серьёзном, ей хотелось просто расслабиться и от всего отвлечься.

Через пятнадцать минут Настя вышла из душа – полностью расслабленная, отдохнувшая, с ощущением того, что счастье вновь постепенно наполняет её душу. Она вытерлась полотенцем, отметив про себя, что после горячего душа и ароматного геля её кожа стала мягкой, распаренной, нежной, чистой и очень свежей.

Надев на себя халат, она пошла в гостиную, так как Алексей сказал, чтобы она после душа шла именно туда. В гостиной Настя увидела, что в камине горит огонь, перед ним расстелена большая и мягкая медвежья шкура, а рядом стоит бутылка вина и два бокала. Правда, самого Алексея нигде не было видно. Поэтому Настя присела на шкуру, стала смотреть на огонь и ждать.

Алексей пришёл через несколько минут, держа в руках две тарелки с ужином, а также две вилки. На нём был точно такой же халат, как и у неё, только чуть больше размером. Он сел рядом, протянул ей одну тарелку и произнёс:

– С лёгким паром. Я решил, что ты проголодалась, поэтому приготовил ужин. Вино тоже обязательно попробуй – оно домашнее и невероятно вкусное.

Он поставил свою тарелку, открыл бутылку и разлил вино по бокалам. Один он протянул Насте, а другой оставил у себя.

– Я предлагаю нам с тобой выпить за знакомство, – сказал Алексей.

Они слегка соприкоснулись бокалами, Настя сделала глоток и поняла, что такого вкусного вина она в своей жизни ещё не пробовала. Это был по-настоящему божественный напиток, с помощью которого она почувствовала во всём теле прилив тепла и ощущение полёта. Отставив бокал в сторону, она принялась за еду, которая оказалась тоже невероятно вкусной.

Алексей наблюдал за ней и улыбнулся, угадав её настроение и внутреннее состояние.

Немного подкрепившись, они отставили тарелки в сторону и просто сидели, молча глядя на огонь в камине и медленно потягивая вино. Настя всё ближе чувствовала этого человека, и ей вдруг захотелось узнать о нём как можно больше.

– Алексей, не знаю, уместно ли сейчас об этом спрашивать, – она ненадолго замолчала, а он смотрел на неё, ожидая продолжения. – Я ведь о тебе почти ничего не знаю, а мне так хочется узнать тебя получше. Скажи, а халат, который на мне, он чей?

Последовала небольшая пауза, во время которой Алексей собирался с мыслями.

– Это халат моей жены, но ты не волнуйся, он новый, его ни разу не надевали, – наконец, произнёс он.

Настя немного расстроилась, услышав, что у него есть жена. Она почему-то думала, что он не женат. Но что-то в состоянии Алексея насторожило Настю. Ей показалось, что он погрустнел.

– Она 2 года назад погибла в аварии, – вздохнул он.

– Мне очень жаль, – вымолвила Настя и взяла его руку в свою, ощутив при этом такую нежность, которой раньше никогда не испытывала. Казалось, что он в этот момент почувствовал то же самое, она увидела это у него во взгляде.

– Я уже пережил это, – сказал он с хрипотцой в голосе. – Я ведь уже думал, что никогда не смогу больше чувствовать. Но всё изменилось, когда я встретил тебя.

Он замолчал, но все слова сейчас были излишни. Настя всё сама увидела и почувствовала, и не только во взгляде, но и в импульсе, который прошёл через их тела благодаря соприкосновению их рук. Некоторое время они смотрели друг на друга, и всё случилось так, как и должно было случиться – они наклонились друг к другу и соприкоснулись губами.

Это мгновение она не забудет никогда. Казалось, миллионы молний пронзили Настю, проходя сквозь губы прямиком в сердце. Весь мир вокруг них сузился до одной маленькой точки, но эта самая точка внезапно стала для них обоих огромной вселенной. Настя вдруг поняла, что имели ввиду настоящие мастера любовного жанра, когда описывали в своих романах первый поцелуй, и почувствовала невероятное счастье от осознания того, что она тоже познала в своей жизни это таинственное волшебство. В этот миг она поняла совершенно ясно, что в её сердце поселилась любовь.

Их первый поцелуй, начавшийся с медленного, чувственного изучения друг друга, постепенно перерос в один долгий бесконечный поцелуй. И насколько сильнее с каждой секундой волны страсти накрывали их, настолько сильным становился и туман, который целиком окутал Настины чувства и мироощущение.

Она уже не осознавала, что находится в реальности, и совершенно не ощущала времени. Их обнажённые тела уже давно слились в одно целое, освещаемые пламенным блеском на мягкой медвежьей шкуре возле камина, но Настя даже и не заметила, как это произошло. Это всё казалось ей таким естественным, но в то же время таким волшебным, что она и сама не понимала, на земле она сейчас находится, или в какой-то другой космической точке – она просто наслаждалась близостью с любимым человеком, всё глубже и глубже погружаясь в неизведанные ранее чувства.

Глава 8

Первые лучи солнца застали Настю в объятиях любимого. Она проснулась перед самым рассветом, и теперь со счастливой улыбкой на лице думала о том, как же ей повезло, что судьба преподнесла ей её родного человека, с которым ей хочется провести вместе всю оставшуюся жизнь.

Внезапно солнечный луч запрыгал по одеялу, подкрался к подушке и осветил лицо Алексея. Он немного заворочался и открыл глаза. Самым первым, что он увидел, была улыбка Насти, предназначенная ему.

– С добрым утром, любовь моя, – улыбнулся он Насте.

– С добрым утром, любимый, – ласково произнесла Настя и прижалась к Алексею. Так они лежали минут 5, наслаждаясь теплом друг друга, а потом пошли завтракать.

Во время завтрака Настя рассказала Алексею о своей жизни, а он ей о своей. Она узнала, как он решил стать писателем, где берёт идеи для своих книг. Он так интересно рассказывал, что она слушала его и наслаждалась.

Внезапно из спальни раздался звонок. Это звонил Настин телефон. Она поспешила в комнату, но звонок прекратился. Настя взяла телефон и вернулась обратно в столовую.

– Звонил Сергей Геннадьевич, – сказала Настя Алексею, садясь за стол. – Похоже, что у него есть для меня какая-то информация.

Она стала перезванивать, и он взял трубку после первого же гудка.

– Сергей Геннадьевич, доброе утро, – сказала Настя. – Простите, не успела ответить на звонок.

– Привет, Настя, ничего страшного, – ответил ей Сергей Геннадьевич. – У меня для тебя есть новости, это касается тех двух мужчин, которые преследовали тебя в московской гостинице и после, на подъезде к Питеру.

– Какие новости? – спросила Настя заинтересованно.

– Они оба задержаны вчера вечером по подозрению в убийстве работницы Дома-музея князей Долгоруковых.

– Как убийства? – только и смогла вымолвить Настя.

– Давай я лучше тебе всё по порядку расскажу, – продолжил Сергей Геннадьевич. – Вчера после нашего разговора я срочно запросил записи с камер видеонаблюдения из гостиницы, в которой ты останавливалась в Москве, за тот же период времени. Почти сразу же они были предоставлены, и мы начали их изучение. Через пару часов у меня уже были фотографии этих мужчин. Я тебе их пересылаю, посмотри, узнаёшь ли их?

– Настя включила телефон на громкую связь и открыла фотографию, которую только что получила от Сергея Геннадьевича.

– Да, это они, – ответила Настя, сразу же узнав обоих.

– Их даже не пришлось особо искать, они сами себя проявили. Вечером сработала сигнализация в музее Долгоруковых, и туда выехал наряд. Повезло, что он был совсем рядом, и прибыл на место меньше чем через минуту. Только благодаря этому они успели заметить отъезжающий от входа тёмно-серый автомобиль и начать его преследование. К погоне присоединились ещё несколько экипажей. Преступники начали стрельбу, поэтому пришлось открыть ответный огонь по колёсам. Только так удалось остановить автомобиль и задержать преступников. Правда, во время перестрелки был ранен полицейский, а также один из злоумышленников.

– Надо же, настоящий боевик, – сказала Настя, улучив паузу в рассказе Сергея Геннадьевича. – Даже представить боюсь, что могло бы случиться, если бы они меня догнали.

– Я могу тебе рассказать, что могло бы случиться, – ответил на это Сергей Геннадьевич. – Когда мы прибыли на место преступления, то обнаружили довольно удручающую картину. Работницу музея не просто убили, её ещё и жестоко пытали. Зрелище, я тебе скажу, крайне неприятное.

– Скажите, а это какая именно работница? Чем она занималась в музее?

– Она там продавала билеты, а также подрабатывала экскурсоводом.

– Ясно, – вымолвила Настя, чувствуя, что у неё пошли мурашки по коже.

– Настя, тебе нужно быть очень осторожной. Я переживаю, что ты постоянно впутываешься в какие-то непонятные истории.

– Спасибо, Сергей Геннадьевич, я обещаю быть осторожнее.

– Настя, я ведь не просто так это говорю, – продолжил он. – Когда мы посмотрели записи с камер видеонаблюдения, то увидели, что преступников было трое, а задержали мы только двоих.

– А как выглядел тот, которого не задержали?

– Не знаю, он был в плаще, а на голову был надет капюшон. Похоже, что он был у них за главного, по крайней мере так мне показалось.

– Ясно, – вздохнула Настя. – А личности мужчин не установили?

– Пока что не установили, но мы работаем над этим.

– А что по второму вопросу, удалось ли что-нибудь выяснить?

– Это ты про отчёт об изъятии ценностей в доме Долгоруковых? – уточнил Сергей Геннадьевич.

– Да.

– Мне должны дать ответ в самое ближайшее время, может даже завтра или послезавтра.

– Хорошо, как только будет что-то, сразу звоните.

– Конечно, – ответил Сергей Геннадьевич Насте. – Но ещё раз предупреждаю, будь крайне осторожна и внимательна. Похоже, что делом, которым ты занимаешься, заинтересовались очень серьёзные люди. Двое задержаны, но кто знает, сколько ещё на свободе. По крайней мере, один точно где-то гуляет. Ладно, жди звонка и особо никуда не высовывайся. Пока.

– До свидания, – ответила Настя.

Она положила телефон и молча посмотрела на Алексея. Он ждал, когда она что-нибудь скажет. Настя собралась с мыслями и пересказала ему весь разговор.

– Это та самая женщина из дома Долгоруковых, которая посоветовала поискать сейф в их загородном доме. Теперь она убита, но перед смертью её пытали, и она скорее всего рассказала преступникам всё, что знала.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, а потом Алексей спросил Настю:

– Ты думаешь, что они тоже ищут Ключ?

– Да, я уверена в этом, – ответила Настя, ощущая тревогу внутри себя.

– Получается, что сейчас нам нужно ждать, когда установят личности этих двух мужчин, или когда обнаружится отчёт комиссара по изъятию ценностей из дома Долгоруковых.

– Да, получается, что так, – вздохнула Настя.

– Не волнуйся, родная моя, я с тобой, – Алексей ласково обнял её. – И всегда буду с тобой, так и знай.

Настя улыбнулась, вновь забывая о проблемах и заботах. В объятиях своего любимого она ощущала только необъятное счастье.

Глава 9

Целый день Настя и Алексей провели вместе, наслаждаясь обществом друг друга. Это время было волшебным, и длилось оно бесконечно долго. Но в то же время этот день пролетел так быстро, что Настя и глазом не успела моргнуть. Ей почему-то казалось, что у них с Алексеем будет хотя бы несколько свободных дней, когда их никто не будет беспокоить, но Сергей Геннадьевич позвонил уже на следующее после их разговора утро.

– Настя, привет, это снова я, – сказал ей Сергей Геннадьевич.

– Здравствуйте, Сергей Геннадьевич, – поприветствовала она его в ответ. – У Вас уже есть какая-то информация? Вы говорили, что нужно будет дня два. Удалось выяснить личность тех мужчин?

– Нет, они пока что молчат, а данных на них никаких нет. Но ты не волнуйся – это вопрос времени. Я сейчас звоню по другому вопросу. Это насчёт изъятия ценностей в доме Долгоруковых в 1919 году.

– Удалось что-то выяснить? – обрадовалась Настя.

– Ещё как. Приезжай, я тебе всё расскажу и покажу.

– Хорошо, я часика через полтора буду у Вас, – сказала Настя, посмотрев на часы.

– Давай, жду, – ответил Сергей Геннадьевич и разъединился.

– Есть новости? – спросил Настю Алексей, всё это время наблюдавший за ней.

– Да, но по телефону он ничего конкретного не сказал. Только то, что это касается дома Долгоруковых и изъятия из него ценностей. Мне кажется, что у него есть какая-то информация о Ключе. По крайней мере, мне показалось из нашего разговора, что он узнал что-то важное.

– Хорошо, тогда давай собираться и выдвигаться в Питер.

Через 20 минут они уже выехали, до Санкт-Петербурга доехали без каких-либо задержек, и на месте были вовремя. Сергей Геннадьевич встретил их на входе и провёл к себе в кабинет. Когда они все расположились на своих местах, он сказал:

– Ну что же, вы были правы, в 1919 году в доме князей Долгоруковых действительно производили изъятие ценностей. Занимался этим комиссар Сычёв Иван Евстратьевич. Мне вчера вечером принесли составленный им отчёт и перечень изъятых предметов. Всё это хранилось в архиве, и большая удача, что удалось так быстро найти эти документы.

Он достал из папки отчёт и перечень ценностей, а также ещё один лист.

– Вот, смотрите сами, сможет ли это помочь вам. Я думаю, что вас особенно заинтересует третий лист.

– Спасибо огромное, Сергей Геннадьевич, – поблагодарила его Настя и взяла в руки первый документ.

Это был перечень всех предметов, находившихся в доме Долгоруковых, начиная с дорогих картин, люстр и мебели, и заканчивая обыкновенными булавками. По всей видимости, Сычёв хорошо знал своё дело.

Настя пробежала глазами по этому списку, но ничего особенно интересного там не обнаружила. Многие предметы показались ей знакомыми. Она уже видела их в музее Долгоруковых, это были те предметы, которые удалось вернуть. Но ни о каком ключе в этом перечне сказано не было.

Настя взглянула на Алексея, который тоже читал этот перечень, и пожала плечами. Потом она повернулась к Сергею Геннадьевичу и сказала, что не нашла того, чего искала. Тогда он протянул ей отчёт комиссара Сычёва о всей проделанной его группой работе по изъятию ценностей в доме князей Долгоруковых.

В самом начале отчёта не было ничего интересного. Комиссар писал о том, как они приехали на место, затем он нарисовал план дома, пронумеровал помещения, и поручил своим людям выносить вещи из всех комнат по порядку, а сам переписывал эти вещи в свой перечень, давая им названия и составляя их краткое описание.

Работа была долгой, и даже немного успела надоесть Ивану Евстратьевичу, хоть он и любил всем этим заниматься. Просто вещей в доме было порядочно, поэтому этот процесс и занял у него так много времени.

Самое интересное началось, когда они уже завершали свою работу в доме, и оставалось только проверить подвал. Одним из членов группы случайно был обнаружен тайник, спрятанный в стене. Немного повозившись, его всё-таки вскрыли, но внутри ничего не обнаружили, кроме одного единственного листа. Прочитав его, Сычёв понял, что это записка, оставленная одним из князей Долгоруковых. Так как он посчитал, что эта записка важна, то приложил её третьим документом к отчёту о проделанной работе и перечню изъятых вещей.

Настя отложила отчёт, а Сергей Геннадьевич передал ей третий лист.

– Я думаю, что здесь написано как раз о том, что ты ищешь, – сказал он Насте, улыбнувшись.

– Будем надеяться, – ответила Настя, взяла в руки бумагу и начала читать.

«Василий Лукич, нынче стали одолевать меня тревожные думы и тягостные сомнения. С одной стороны, я уверен в силе Ключа, так как он помог нам избавиться от Меншикова и стать более влиятельными при Петре II. Но в то же время я начал опасаться за нашу судьбу и за судьбу нашего имущества. Молодой Пётр умер, а новая императрица Анна Иоановна захотела взять власть в свои руки и вернуть себе самодержавие. Боюсь, что наши планы ограничить её в правах могут всплыть на поверхность, и тогда нам с тобой будет несдобровать. Поэтому я решил, не откладывая в долгий ящик, увезти отсюда Ключ, чтобы никто не смог его найти. Тебя сейчас нет в городе, поэтому я не могу посоветоваться с тобой. Если ты в данный момент читаешь моё послание, то знай, что Ключ теперь находится в нашем загородном имении в тайном месте № 2. Там его и ищи. С уважением, Алексей Григорьевич Долгоруков».

– Интересно, – задумчиво произнесла Настя, передавая Сергею Геннадьевичу лист бумаги. – Вы нам очень помогли, теперь буду думать, что делать с этим дальше.

Она поднялась со стула, и мужчины последовали её примеру.

– Настя, будь очень осторожна, – уже в который раз повторил Сергей Геннадьевич.

– Спасибо большое, я теперь не одна, у меня теперь есть Алексей, – улыбнулась Настя.

– Вы ведь Алексей Беляев, писатель? – спросил его Сергей Геннадьевич.

– Да, – смущённо улыбнулся тот в ответ.

– Читал несколько Ваших детективов, мне очень понравилось.

– Спасибо большое.

– Ну, что же, я желаю вам счастья, берегите друг друга и постарайтесь не впутываться во всякие тёмные истории, – сказал Насте и Алексею Сергей Геннадьевич. – Как только я узнаю личности тех мужчин, то сразу же позвоню. До свидания.

Настя с Алексеем поблагодарили его, попрощались и вышли на улицу.

Глава 10

Уже сидя в машине, они решили подвести итоги всему, что узнали от Сергея Геннадьевича, а также спланировать свои дальнейшие шаги.

– Мы вроде уже и так всё обыскали в загородной усадьбе Долгоруковых, – начал Алексей. – Интересно, где там может быть тайное место № 2? У тебя есть какие-нибудь идеи?

– Да, кое-что есть, – ответила Настя. – Только надо снова вернуться туда и осмотреться на месте, тогда будет более понятно.

– А если там уже и нет этого тайника? Вдруг он там был, а теперь уже разрушен? – Алексей с сомнением покачал головой. – Не уверен, что нам стоит возвращаться туда, тем более тех, кто преследовал тебя, уже задержали, и тебе можно уже не бояться.

– Вот этот вопрос меня как раз и волнует. Но не потому, что нам не надо возвращаться туда, – Настя погладила Алексея по руке. – Прости, любимый, но я уверена, что нам надо поехать, и что мы обязательно найдём этот тайник, пускай даже и пустой. Я сейчас думаю о том, что сказал Сергей Геннадьевич. Оказывается, есть ещё кто-то третий. Как бы он не вмешался в наши планы и не встретил нас в загородном доме Долгоруковых.

– Думаешь, за нами могут следить?

– Могут и следить, а могут и знать, что нас нужно искать именно там. Ведь нам туда посоветовал поехать экскурсовод из музея Долгоруковых в Петербурге. Но теперь мы знаем, что его пытали и он мог рассказать и об этом в том числе.

– Но ты всё равно хочешь поехать? Я ведь вижу, как у тебя сверкают глаза.

– Да, очень хочу, – пожала плечами Настя. – Потому что знаю, что буду потом жалеть, если не поеду.

– Ну тогда поехали, – сказал Алексей и завёл двигатель. – Приедем на место, и уже там посмотрим, что к чему.

Он поцеловал Настю в щёку, улыбнулся, и отъехал от обочины. Время уже было такое, когда машин на дорогах было очень много, поэтому им потребовалось немало времени, чтобы выбраться из города. Но в итоге они выехали на трассу, и до загородного дома Долгоруковых добрались без происшествий.

В посёлке было тихо и спокойно, Настя никакого беспокойства внутри себя не ощущала. Но всё-таки они решили сразу не останавливаться у нужного участка, а сначала проехать мимо. Подозрительных машин, припаркованных поблизости с усадьбой, они не заметили. Людей тоже не было видно. Хотя это ничего не значило – всё равно по периметру всего участка вдоль забора росли высокие, густые деревья, и с дороги людей можно было и не заметить.

Развернувшись на следующей улице, Алексей вернулся к усадьбе Долгоруковых и припарковал автомобиль на том же самом месте, что и в прошлый раз. Они вышли из автомобиля, зашли через калитку на участок и прошли мимо деревьев. Перед ними возник уже знакомый им обгоревший дом Долгоруковых. Никого из людей они не увидели.

– Нужно быть аккуратными и смотреть в оба, – тихо сказала Настя Алексею. – Вдруг третий преступник, которого так и не нашли, прячется где-то здесь и ждёт нас.

– Хорошо, – сказал Алексей. – Тогда проверим дом? Заодно и тайник поищем.

– Нет, дом мы проверять не будем, – ответила ему Настя. – Тайника в доме нет.

– Откуда ты знаешь? – удивился Алексей. – У тебя уже есть какие-то идеи на этот счёт?

– Да, есть. Пойдём за мной.

Настя пошла в сторону амбара, и Алексей поспешил следом за ней.

– Я сомневаюсь, что тайник в амбаре, – сказал он. – Ведь мы же уже осматривали его внутри, там не было ничего интересного.

Настя ничего не ответила, продолжая спокойно идти вперёд. Когда они дошли до амбара, то не стали заходить внутрь, обошли его и пошли дальше.

– Там остался только фамильный склеп, и больше ничего. Ты думаешь, что тайник там? – с сомнением спросил Алексей. – Я не думаю, что тайник стали бы делать так далеко от дома, тем более в таком месте. Мне бы не хотелось постоянно лазить в склеп, чтобы достать или положить что-нибудь в тайник. Будь я на месте князей Долгоруковых, я сделал бы тайник в подвале дома, чтобы он всегда был под рукой.

– Скорее всего, в доме тоже есть тайник. В записке же было сказано, что Ключ был перенесён в тайное место под номером 2, значит первое вполне может быть в доме.

Они дошли до склепа, и остановились рядом с ним. Вокруг не было ни души. Настя посмотрела на Алексея, и продолжила объяснять ему.

– То, что у склепа 2 входа, я заметила ещё вчера. Но ещё у меня в подсознании отложилась одна малозаметная на первый взгляд деталь. Я о ней вспомнила только тогда, когда Сергей Геннадьевич показал нам бумагу, в которой князь Долгоруков писал про тайное место № 2 в загородной усадьбе. У меня в голове как будто что-то щёлкнуло.

– Точно! – воскликнул Алексей. – Теперь я тоже вижу над склепом двойку, хотя вчера я её не приметил. А что, здесь вполне может быть тайник.

– Вот и я так подумала, только нам с тобой для начала нужно решить, как убрать от входа эту плиту, иначе внутрь нам не попасть.

– Можно было бы попробовать прицепить её на трос и сдвинуть автомобилем, там как раз есть ворота, да и подъехать к склепу вполне возможно. Только это будет нарушением закона. Вдруг кто-нибудь это увидит.

Настя немного подумала и решительно сказала:

– Иначе нам никогда не увидеть тайника и того, что в нём лежит. Если мы сообщим об этом властям, нам вряд ли разрешат здесь находиться. Нет уж, давай лучше сами попытаемся. Мы всё сделаем тихонько, чтобы никто не заметил.

Они пошли обратно в сторону автомобиля, но сначала остановились у ворот.

– Нам повезло – ворота недавно меняли, они почти новые. Если бы они были старые, у них могли бы проржаветь петли.

Он попробовал их сдвинуть с места, и ворота легко поддались.

Откроем их тогда, когда я подгоню машину поближе, чтобы раньше времени никто ничего не заметил, – сказал Алексей, возвращая ворота в прежнее положение. – Ты пока спрячься где-нибудь здесь, а я схожу за автомобилем.

Алексей ушёл, а Настя осталась его ждать.

Глава 11

На небе не осталось практически ни одного облака, и солнечные лучи уже порядочно прогрели весенний воздух. Настя нашла скамейку недалеко от ворот в тени деревьев, и теперь сидела там и ждала, когда Алексей приедет на автомобиле, чтобы открыть ему ворота на участок. Тёплый ветерок ласково обдувал её, помогая расслабиться и избавиться от ненужных мыслей.

Теперь они все были заняты Алексеем и теми чувствами, которые она испытывала к нему. Ощущая каждой клеточкой тёплый ветерок, вдыхая волшебные ароматы весны, она всё дальше и дальше уносилась в мир грёз, фантазий, и мечты об их совместной с Алексеем счастливой жизни полностью поглотили её.

Случайно брошенный взгляд на часы заставил её вернуться к действительности. Оказывается, Алексея не было уже целых 15 минут, хотя его автомобиль был припаркован неподалёку, и он давно уже должен был вернуться. Что-то явно пошло не так, и Настей завладело чувство тревоги. Просто сидеть и ждать дальше было уже нельзя, и Настя собралась сама пойти на его поиски.

Внезапно послышался звук приближающего автомобиля, и вскоре к забору подъехал и сам Алексей. Настя быстро открыла ворота, и он заехал на участок. Затем она закрыла за ним ворота, села к нему в машину, и они отъехали за деревья, чтобы они скрыли их автомобиль от посторонних глаз.

– Я уже начала волноваться, любимый, – сказала Настя. – Тебя так долго не было, и я уже хотела сама пойти на твои поиски.

– Прости, Настя, возникли непредвиденные обстоятельства в виде одного любопытного местного жителя, – развёл руками Алексей. – Когда я подходил к машине, меня по имени и фамилии окликнул мужчина. Представляешь, он меня узнал. Оказалось, он прочитал все мои книги и является моим ярым поклонником.

– Да уж, не вовремя. И что было дальше?

– Он спросил меня о том, что я здесь делаю. Пришлось как-то выкручиваться и придумывать, что я ищу сюжет для своей новой книги. Ну а он сказал мне, что усадьба князей Долгоруковых хранит в себе много тайн. Я попрощался с ним, сел в машину, а когда снова взглянул, то больше его не увидел. Он куда-то исчез, словно в воздухе растворился, как будто его и не было.

– Ладно, я думаю, что ничего страшного нет в том, что ты встретил местного жителя, – пожала плечами Настя. – Поехали дальше. Только остановись на всякий случай у главного дома, надо всё-таки удостовериться, что там никто не прячется.

– Хорошо, я тоже думаю, что нужно всё проверить.

Алексей завёл двигатель, выехал из тени деревьев, немного проехал по участку, полностью заросшему травой, и остановился около дома Долгоруковых.

– Держись позади меня, – сказал он Насте, когда они вышли из машины.

Они вошли внутрь обгоревшего здания и прислушались. Никаких посторонних звуков не было, чужого присутствия тоже не ощущалось. Аккуратно, комната за комнатой, по крайней мере, в которые они смогли попасть, Настя с Алексеем проверили весь дом и вышли обратно на улицу.

– Теперь давай зайдём в амбар, а потом уже поедем к склепу, – сказала Настя.

Они доехали до амбара, проверили всё внутри, но и там ничего подозрительного не обнаружили. Тогда они снова сели в машину и аккуратно, чтобы нигде не застрять, стали продвигаться к склепу. Алексей развернул машину и подъехал к входу № 2 задним ходом. Затем они вышли, Алексей достал трос из багажника, и они вместе с Настей стали пытаться просунуть его под плитой и обвязать вокруг.

Пускай не сразу, но всё-таки им это удалось, Алексей сел в машину и тихонько поехал вперёд.

– Отлично, так держать! – крикнула ему Настя, глядя, как плита начала сдвигаться.

Когда плита уже была отодвинута настолько, что можно было войти внутрь, Алексей вышел из машины, отвязал трос и сказал:

– Ну что, пошли.

– Удачи нам, – ответила Настя, они включили фонарики и зашли в склеп. Внутри оказалось небольшое помещение, воздух был затхлым, и кругом было очень много пыли.

– Да уж, давненько здесь никого не было, – прошептала Настя.

Они стали светить по сторонам, и стало видно, что посередине комнаты стоят 2 массивных саркофага. Больше в склепе ничего не было, только лишь голые стены.

– Тайник может быть только в одном из саркофагов, больше вроде бы и негде, – так же шёпотом произнёс Алексей. – Только вот вопрос – в каком именно.

– Делать нечего, придётся вскрывать оба, – ответила Настя.

Они поставили телефоны так, чтобы свет падал на саркофаги, подошли к одному из них и попробовали сдвинуть крышку. На удивление, она поддалась довольно легко, и получилось немного отодвинуть её в сторону. Но внутри было темно, так как свет от фонариков не проникал внутрь. Тогда Настя взяла телефон в руки, снова подошла к открытому саркофагу, посветила внутрь и от неожиданности вздрогнула. Там лежал человеческий череп и смотрел прямо на неё своими пустыми глазницами.

– Это, конечно, не очень хорошо – тревожить мёртвых, – сказала Настя.

– Да, давай лучше поставим крышку на место, – откликнулся Алексей.

Они медленно задвинули крышку первого саркофага, и теперь настала очередь второго. Они начали её сдвигать, и Настя увидела, что там что-то блеснуло.

– Смотри, здесь что-то есть, – радостно воскликнула Настя, и они ещё сильнее отодвинули крышку. Затем Алексей направил свет от фонаря внутрь саркофага, и они с Настей замерли от неожиданности. В саркофаге стоял небольшой ларец, на крышке которого виднелось несколько драгоценных камней, которые переливались на свету всеми цветами радуги. Некоторое время они просто смотрели на него, а потом Настя сказала Алексею:

– Надо вытащить его оттуда.

Алексей засунул руки внутрь саркофага, взял ларец и вытащил его наружу.

– Не очень-то он и тяжёлый, как будто пустой, – сказал он Насте, поставив ларец на пол.

– Давай откроем его и посмотрим, что там внутри.

Настя осмотрела крышку и оказалось, что она никак не запирается. Поэтому Настя просто взяла её и открыла. Некоторое время они молча смотрели на то, что оказалось внутри ларца, а затем Настя произнесла:

– А вот и Ключ, мы всё-таки нашли его.

– Он очень красивый, – сказал Насте Алексей и вытащил его из ларца. – Неужели это и есть Ключ от Санкт-Петербурга? Если честно, я поначалу сомневался, что он вообще существует.

Они стали рассматривать Ключ. Выглядел он довольно-таки массивным, был позолоченным или полностью золотым, а основание его было украшено драгоценными камнями.

– Он и сам по себе очень дорогой, – произнесла Настя. – А как реликвия так вообще бесценный. Поехали, дома разберёмся, что к чему.

Только она положила Ключ в ларец и хотела уже закрывать крышку, как сзади раздался голос:

– Никуда не поехали, придётся вам задержаться здесь.

Настя резко обернула голову и увидела, как у выхода из склепа стоит эксперт из Меншиковского дворца Маргарита Степановна. В руке у неё был пистолет, направленный прямо на Алексея и Настю.

Глава 12

На некоторое время в склепе повисло молчание. Настя и Алексей после обнаружения Ключа расслабились и уже не ожидали, что кто-то может за ними наблюдать, поэтому теперь от случившегося не могли вымолвить ни слова. Женщина с пистолетом тоже просто стояла, молча наблюдая за ними.

Первой пришла в себя Настя. Она собралась с мыслями и спросила:

– Маргарита Степановна, так это Вы были третьим человеком, который проник в музей Долгоруковых и которого так и не поймали?

– Уж больно ты любопытная и догадливая, – ответила женщина Насте. – Хорошо, если тебя успокоит мой ответ, то скажу, что это была я. А теперь поставь ларец с Ключом на пол перед собой и отойдите оба на 4 шага назад.

– Откуда Вам известно про этот Ключ? – спросила Настя, не двигаясь с места.

В этот момент она почувствовала, что Алексей незаметно пытается приблизиться к эксперту. Маргарита Степановна тоже почувствовала это, перевела пистолет с Насти на Алексея, и вскрикнула:

– Стой на месте! Назад отошёл, быстро!

Алексей замер на секунду, а затем сделал шаг назад.

– Вот там и стой, и смотри мне, без фокусов!

Она вновь перевела взгляд на Настю, немного подумала и сказала:

– Вот ты спрашиваешь, откуда я знаю про Ключ. А ведь это ты узнала о нём только лишь несколько дней назад, а я знаю об этом Ключе практически с самого детства. Вернее знала всё, кроме его местонахождения, но теперь и оно мне известно.

Она немного покачала пистолетом, а затем продолжила:

– А давай я лучше расскажу о том, что с вами будет в ближайшем будущем.

Настя и Алексей переглянулись, а Маргарита Степановна громко рассмеялась.

– Вы всё правильно поняли, голубки, лишние свидетели мне совершенно ни к чему. Поэтому я и сказала, что вам придётся остаться здесь. Тем более один гроб свободен, а он такой большой, что вы вдвоём замечательно в нём уместитесь.

Теперь она уже выглядела вполне серьёзной, и в её намерениях нисколько не приходилось сомневаться. «Похоже, что это конец», – подумала Настя. Но любопытство всё равно взяло верх над страхом, поэтому она повторила свой вопрос:

– Так всё же, Маргарита Степановна, откуда вам известно про Ключ? Насколько я поняла, Вы нас всё равно отсюда живыми не выпустите. Так расскажите, не всё ли Вам равно, мы ведь никому ничего уже не сможем рассказать.

Женщина ненадолго задумалась, а потом улыбнулась и ответила:

– Ладно, я думаю, что ты прошла через столько препятствий, чтобы найти этот Ключ, поэтому имеешь право знать. Но если уж рассказывать, то с самого начала, иначе история получится скомканной. Я думаю, что время у нас есть, поэтому слушайте.

Она ненадолго выглянула из склепа, убедилась, что вокруг никого нет, и начала свой рассказ.

– В детстве я была самым обыкновенным ребёнком, любила играть, ходила в садик, потом пошла в школу. И у меня развивалась, как и у всех обычных людей. Хотя к первому классу я уже потихоньку начала понимать, что я не совсем уж и обычная. Мне всегда хотелось, чтобы меня слушались, чтобы исполнялось любое моё желание. И моей любимой героиней сказок всегда была золотая рыбка – владычица морская. В тайне от всех я всё чаще мечтала о том, что когда-нибудь и сама стану владычицей, наделённой безграничной властью и богатством.

Но это всё могло остаться только лишь в моих детских мечтах, пока однажды, когда мне было 10 лет, со мной не поговорил мой прадед. Он был уже очень старый и, видимо, перед смертью захотел с кем-нибудь поделиться этой историей. А так как рядом кроме меня в тот момент никого не было, то он поделился этой историей со мной.

Моего прадеда звали Володя. В 1919 году, когда произошла эта история, он жил в Петрограде. Теперь я понимаю, в кого я такая – мой прадед так же, как и я, любил богатство и власть. И он всю жизнь ждал удобного случая, когда ему представится такая возможность. Но он не просто сидел и ждал, он сам пытался найти варианты, чтобы возвыситься над всеми.

У Володи был двоюродный брат, который был очень на него похож. Он тоже любил богатство и власть, и точно так же, как и Володя, мечтал о них. Когда Володя узнал об этом, то решил объединиться с братом, так как вдвоём им было бы проще достичь желаемого результата.

После революции, когда начало формироваться Белое движение, а генерал Юденич возглавил Северо-Западную армию, двоюродный брат моего деда стал его адьютантом. Тогда они и придумали одну хитрость.

У Володи в Петрограде была квартира, и они решили использовать это. Володя был представлен красноармейцам как сочувствующий Белому движению, и в его квартире время от времени стали останавливаться тайные агенты Белой армии. А Володин брат, используя своё положение адьютанта, со своей стороны сам искал наиболее перспективные варианты.

Однажды ему удалось подслушать важный разговор, который происходил в кабинете генерала Юденича. Из этого разговора он понял, что существует некий магический Ключ от города, дающий тому, кто им владеет, безграничную власть и богатство. Первым обладателем этого Ключа стал Александр Данилович Меншиков, а потом Ключ осел в тайнике в доме князей Долгоруковых.

Для того, чтобы найти Ключ, в Петроград отправлялся специальный агент Северо-Западной армии, который работал под псевдонимом Ясень. Он должен был проникнуть в город под видом командировочного из Москвы, найти Ключ и привезти его генералу Юденичу.

Тогда адъютант понял, что это и есть тот шанс, который они с Володей так долго ждали. Он способствовал тому, чтобы Ясень поселился у Володи. Тогда им оставалось бы дождаться, пока тот отыщет Ключ, и потом забрать этот могущественный артефакт себе. Для этого Володя привлёк нескольких надёжных ребят, так как Ясень был человеком опытным и опасным.

С самого начала, как только Ясень поселился в Петрограде, Володя наблюдал за ходом его расследования, старался вывести его на разговор, но тот был человеком замкнутым и скрытным, каким и положено быть агенту.

Однажды утром Володя понял, что дело близится к развязке, тем более Ясень сам заявил, что съезжает, и тогда он отправил за ним своих ребят. К сожалению, они действовали не аккуратно, и во время преследования за городом автомобиль Ясеня влетел в дерево, а сам Ясень погиб. Так и закончилась эта история, едва только успев начаться. Тайна загадочного Ключа Меншикова так и осталась неразгаданной.

Так посчитал Володя, поэтому и рассказал мне эту историю. Я же, напротив, с десятилетнего возраста загорелась этой идеей, и была абсолютно уверена, что именно я, и никто другой, могу разгадать эту тайну.

С тех пор я заинтересовалась историей, и решила связать свою жизнь с Меншиковским дворцом. Я перерыла все архивы, но так ничего и не нашла по своей теме. Но я не отчаивалась, потому что знала, что рано или поздно, но эта тема всё равно всплывёт на поверхность.

Когда ты принесла мне шкатулку, я заинтересовалась. За годы своих поисков я успела изучить многое, что касалось бы светлейшего князя Меншикова. Поэтому все неизученные ранее вопросы я старалась рассматривать очень внимательно. Но пока я не связывала этот вензель на шкатулке с Ключом. Так было только до того момента, пока ты не спросила меня о том, где находится дом Долгоруковых. В тот момент у меня в голове зажглась красная лампочка и я поняла, что ты до чего-то докопалась. Ты показалась мне очень целеустремлённой и я подумала, что ты, возможно, сможешь привести меня к тому месту, где спрятан Ключ. Поэтому я решила организовать за тобой слежку.

У меня есть 2 человека, которым я полностью доверяю. Это мой брат и муж моей дочери. Они знают о моих поисках и во всём поддерживают меня. Им я и поручила следить за тобой. Ты сходила в музей Долгоруковых, а потом рванула в Москву. Это всё показалось им странным и они поехали следом. Они почему-то решили, что ты нашла Ключ, и захотели забрать его у тебя в гостинице. Это у них не получилось, а потом они вообще потеряли тебя из виду. Но они догадались, что тебя надо ждать на выезде из Москвы, и не ошиблись. Через несколько часов ты выезжала из города, и они сели тебе на хвост.

Не доезжая до Питера ты свернула в сторону, и стало сложнее преследовать тебя, так как почти не было других машин. Ты их заметила и попыталась оторваться, но они почти вплотную преследовали тебя. А потом их автомобиль застрял в глубокой луже, и тебе удалось ускользнуть. Тогда мне пришлось пойти на крайние меры, так как у меня не было другого выхода. Я и мои напарники проникли в музей Долгоруковых в Санкт-Петербурге, когда там оставалась только женщина-экскурсовод, и начали её пытать. Она-то и рассказала мне, что ты была у неё на экскурсии, интересовалась вскрытым сейфом, а она посоветовала тебе поискать в загородной усадьбе князей Долгоруковых. Пришлось после этого избавиться от неё.

К сожалению, моих помощников задержали, но зато теперь я знала, где тебя нужно искать, и спряталась здесь неподалёку. Долго ждать не пришлось, ты сама явилась ко мне, да ещё и нашла Ключ. Я нисколько не ошиблась в твоих способностях.

Маргарита Степановна закончила свой рассказ, и на некоторое время в склепе повисла гробовая тишина. Затем она подняла пистолет, целясь прямо в Настю. Немного подумав, она перевела пистолет на Алексея и сказала Насте:

– Пожалуй, я начну с него, а ты смотри и любуйся.

В это самое время на пороге возникла тень, и раздался громкий крик:

– Бросай оружие, или пристрелю!

Раздался выстрел, в тесном склепе прозвучавший особенно громко. Краем глаза Настя успела заметить, что дуло пистолета Маргариты Степановны осветилось яркой вспышкой. Настя подумала в тот момент, что та нажала на курок от неожиданности. В следующий момент она уже почти ничего не видела – ни последовавших тут же со стороны выхода из склепа выстрелов, ни тела эксперта, падающего замертво. Она видела только своего любимого, лежащего на полу и зажимающего ладонью кровоточащую рану.

Глава 13

Одно мгновение может перечеркнуть всё то, что строилось годами. Одно лишь дуновение ветерка может разрушить так тщательно построенный на песке замок. А случайно пролитые на тетрадный лист чернила могут уничтожить очень ценные и важные для кого-то слова. И всё это означает лишь одно – ничто не вечно под луной. И всякая неожиданная встреча может точно так же неожиданно закончиться, как и началась.

За последние несколько дней Настя успела о многом подумать – и о плохом, и о хорошем. И каждый раз её размышления заканчивались тем, что она благодарила бога за то, что всё обошлось. Если бы в тот день в склепе всё закончилось иначе, то она, скорее всего, просто не смогла бы жить дальше.

Сейчас же она со счастливым видом спешила по больничному коридору, держа в руках пакет, в котором были апельсины и другие полезные продукты. Врач говорил ей, что для быстрого восстановления Алексею просто необходимы витамины, и теперь она хотела побыстрее увидеть его, передать собранный гостинец, взять своего любимого за руку и просто посидеть рядом, наблюдая за радостными искорками в его голубых глазах и за его счастливой улыбкой.

С того самого мгновения, навсегда отпечатавшегося у Насти в памяти, когда её любимый человек был ранен, прошло уже 3 дня. В самый первый миг, когда Алексей упал на пол склепа, она на секунду замерла, а потом бросилась к нему. Он был в сознании, но зажимал рукой прострелянное плечо. Настя видела, что он потерял много крови и сильно побледнел, но растерялась и не знала, как ему помочь.

В этот момент сзади кто-то тронул её за плечо, а затем мужской голос произнёс:

– Анастасия Павловна.

Она обернулась и увидела молодого мужчину. Позади него, ближе к выходу, виднелась ещё одна человеческая фигура.

– Не бойтесь нас, мы с напарником из Федеральной Службы Безопасности, – продолжил он. – Нам Сергей Геннадьевич поручил быть недалеко от Вас и в случае опасности прикрыть, так как чувствовал, что Вам может понадобиться наша помощь. Похоже, что мы успели вовремя.

– Алексей ранен, сделайте же что-нибудь, пожалуйста! – воскликнула она в отчаянии, но одновременно и с надеждой в голосе.

– Анастасия Павловна, успокойтесь, – сказал ей сотрудник ФСБ, подошёл ближе и склонился над Алексеем.

– Он потерял очень много крови! – голос Насти дрожал и никак не хотел успокаиваться.

– Дай аптечку и вызывай скорую, – быстро сказал мужчина своему напарнику.

Когда тот передал аптечку и вышел на улицу, чтобы связаться с базой, первый мужчина принялся действовать. Сначала он разрезал ножницами куртку Алексея и начал осматривать рану. Судя по всему, ничего плохого он там не увидел, так как через некоторое время удовлетворительно кивнул, повернулся к Насте и сказал:

– Всё в порядке, Анастасия Павловна, пуля прошла навылет. Похоже, что кость не задета, поэтому поправиться он должен достаточно быстро.

Затем он обработал рану, перевязал её и спросил уже Алексея:

– Ну что, сможете сами идти? Скоро приедет скорая, и нам нужно выйти на улицу.

Алексей на это ничего не ответил, а только лишь слегка кивнул головой и начал медленно подниматься на ноги. Сотрудник ФСБ встал рядом, Алексей опёрся на него и они вышли из склепа. Настя немного задержалась, чтобы взять ларец с Ключом. В этот момент её посетила мысль, что ещё одно приключение принесло с собой очередное испытание в её жизнь. Потом она посмотрела на безжизненное тело Маргариты Степановны, покачала головой и поспешила к выходу, следом за Алексеем.

Скорая приехала минут через 20 и они поехали в больницу. Оказалось, что сотрудник ФСБ был прав насчёт того, что пуля прошла навылет. Врач сказал, что Алексею нужно будет несколько дней полежать в палате, так как за ним требуется наблюдение. К тому же, он потерял много крови и ослаб, поэтому ему необходимо время, чтобы восстановить силы.

И вот теперь Настя спешила по больничному коридору, чтобы поскорее увидеть Алексея, так как со вчерашнего дня она у него ещё не была и очень соскучилась. Увидев справа от себя нужную палату, она открыла дверь и вошла внутрь. Палата была хорошая, одиночная, с телевизором и холодильником. Пришлось, конечно, хорошо заплатить, но главное для неё сейчас было, чтобы Алексей как можно быстрее поправился.

– Привет, любимый! – с порога воскликнула Настя, и поспешила к кровати, на которой лежал Алексей, чтобы поцеловать.

– Привет, родная моя, – ответил он, широко улыбнувшись.

Настя наклонилась, нежно поцеловала его и начала выкладывать продукты из сумки.

– Зачем же так много, радость моя? – рассмеялся Алексей, глядя на растущую горку фруктов на своей прикроватной тумбочке. – В этой больнице меня и так довольно-таки неплохо кормят, по крайней мере, голодным точно не оставят.

– Ничего страшного, – ответила ему Настя. – Здесь много витаминов, а врач сказал, что они тебе сейчас очень нужны. А я хочу, чтобы ты как можно быстрее поправился. И ты тоже этого хочешь, поэтому будешь их кушать. Хорошо?

– Хорошо, любимая, обещаю.

Она села на край кровати и погладила его по руке. Он тоже погладил её и улыбнулся. Глядя на то, как он радуется, когда она находится рядом с ним, что с каждым днём ему становится всё лучше и лучше, Настя была на седьмом небе от счастья.

Глава 14

– Ну как ты, родной? – спросила Настя Алексея. – Плечо сильно болит?

– Всё в порядке, терпимо, – ответил он и улыбнулся. – До свадьбы заживёт.

Она улыбнулась ему в ответ и задала ещё один вопрос:

– А как твои силы, восстанавливаются?

– Да, всё отлично. В такой палате и с такими докторами, да ещё когда каждый день подкармливают витаминами, – он ласково погладил Настю по руке, – по другому и быть не может.

– Кстати, а что говорит врач?

– Говорит, что на мне всё заживает, как на собаке.

– Это хорошо. Долго тебя ещё здесь продержат?

– Точно не знаю, – пожал Алексей тем плечом, на котором не было повязки. – Говорят, что дней 5, наверное, ещё буду в больнице.

– Ну, хорошо, самое главное, что ты идёшь на поправку, а с остальным мы разберёмся.

Некоторое время они сидели молча, а потом Настя кое-что вспомнила и сказала:

– Кстати, я совсем забыла тебе сказать. На следующий день после того, как мы были в склепе и тебя ранили, я звонила Сергею Геннадьевичу. Помнишь, я рассказывала, что он приставил к нам двух оперативников из ФСБ, чтобы они повсюду следовали за нами и смогли выручить, если бы что-то пошло не так?

– Да, конечно.

– Так вот, я позвонила Сергею Геннадьевичу и поблагодарила его за то, что он сделал. Он ответил, что очень беспокоился за меня, когда я рассказала ему о том, что меня преследовали, поэтому и приставил ко мне людей. Я тебе ещё не рассказывала, но ларец с Ключом я отдала одному из оперативников, чтобы они передали его в руки Сергею Геннадьевичу на сохранение. Он меня спросил в том числе и о том, что это за Ключ, но мне некогда было тогда всё объяснять.

– Думаю, что он должен узнать всю правду, какой бы неправдоподобной она не казалась, – сказал Алексей. – Место этого Ключа в музее, и люди должны знать всю его важность и историческую ценность.

– Да, ты прав, – согласилась с ним Настя. – Я сегодня же созвонюсь с ним, а может даже доеду, и всё расскажу.

Они посидели ещё приблизительно полчаса, разговаривая друг с другом, и Настя стала собираться. Ей нужно было сегодня ещё поработать в Антикварной лавке и решить несколько вопросов, как бы сильно ей не хотелось ещё побыть со своим любимым.

Внезапно у неё зазвонил телефон. Посмотрев на экран, она снова перевела взгляд на Алексея и улыбнулась.

– Представляешь, Сергей Геннадьевич сам звонит.

– Только недавно о нём говорили. Может сейчас с ним тогда и поговоришь насчёт Ключа?

– Да, так я и сделаю, – согласилась Настя с Алексеем и ответила на звонок.

– Сергей Геннадьевич, добрый день!

– Привет, Настя! Как у Алексея дела?

– Всё хорошо! Врачи говорят, что рана заживает быстро, и дней через 5 его уже смогут выписать.

– Ну и слава богу, – обрадовался он.

– Сергей Геннадьевич, – продолжила Настя. – Вы простите, что в наш предыдущий разговор я Вам так мало рассказала о своём расследовании и о найденном ларце с Ключом, который я передала через Ваших сотрудников. Просто в первое время после того, как Алексея привезли в больницу, мне было ещё не до разговоров.

– Настя, всё в порядке, не волнуйся. Я ведь это понимаю, – успокоил её Сергей Геннадьевич. – Я знал, что ты мне обязательно всё расскажешь, раз уж передала такую ценную и необычную вещь.

– Да, я Вам сейчас могу всё рассказать. У Вас есть время?

– Конечно, я готов тебя выслушать.

– Всё началось совсем недавно, наверное, около недели назад. Тогда мне в руки попала одна шкатулка с общим вензелем Петра I и Александра Меншикова. Я обратилась в Меншиковский дворец с вопросами, и мы с экспертом Маргаритой Степановной поехали в архив искать ответы. Ей почти сразу же пришлось уехать, так как её срочно вызвали на работу, и в архиве я осталась одна. Там я случайно обнаружила документы, в которых говорилось о существовании некоего магического Ключа. Его называли Ключом от Санкт-Петербурга, дающим своему хозяину безграничную власть и богатство.

– Ты это серьёзно? – спросил Сергей Геннадьевич.

– Совершенно серьёзно, – ответила ему Настя. – Я понимаю, что Вам это кажется невероятным, ведь я и сама не сразу поверила в это. Я сфотографировала документы из архива и перешлю Вам эти фотографии, чтобы Вы сами могли убедиться в моей правоте. Дальше Вы частично знаете – мне пришлось уехать в Москву, а там меня начали преследовать два человека. Потом они убили работницу музея Долгоруковых и их задержали, а мы с Алексеем поехали в загородную усадьбу Долгоруковых и нашли Ключ там. Внезапно появилась Маргарита Степановна из Меншиковского дворца. Она хотела забрать Ключ, а нас убить, но у неё получилось только ранить Алексея, а потом Ваш человек выстрелил в неё, и этот выстрел оказался смертельным.

– Да, я это знаю.

– Вот и вся история, – закончила Настя свой рассказ. – Я думаю, что место этого артефакта в музее.

– Я тоже так думаю. Но для начала экспертиза должна установить возраст этого Ключа, а потом уже будет принято какое-то решение.

На некоторое время они оба замолчали, а потом Сергей Геннадьевич продолжил.

– Я считаю, что Вам с Алексеем нужно пару недель отдохнуть на море. Я бы мог это организовать. Ты как, не против?

– Конечно же, не против, – улыбнулась Настя. – Мы будем очень рады.

– Тогда пришли мне фотографии ваших паспортов, я всё организую. Как Алексея выпишут, так сразу и поедете. Ладно, передавай Алексею привет от меня и скорейшего выздоровления. Я позвоню через несколько дней. Пока.

– До свидания, Сергей Геннадьевич.

Настя посмотрела на Алексея, ласково улыбнулась и спросила:

– Хочешь на море?

Он улыбнулся ей в ответ, и его улыбка говорила сама за себя. Она наклонилась к нему и нежно поцеловала его в губы, чувствуя, как счастье обволакивает их своим белоснежным облаком.

Глава 15

Ровно через 5 дней, как и обещал врач, Алексея выписали из больницы, и они вместе с Настей – счастливые и довольные – поехали домой. Рука у него была ещё в повязке. В больнице сказали, что так нужно будет походить ещё несколько дней, чтобы не особенно беспокоить её. Как раз к тому времени, когда они полетят отдыхать на море, повязку можно будет снять.

А на море Алексей и Настя должны были лететь меньше, чем через неделю. Ещё вчера в больницу доставили путёвки от Сергея Геннадьевича, так что впереди их ждал замечательный двухнедельный отдых.

Настя, конечно, сразу же перезвонила ему и долго благодарила за такой подарок. Отдых для них сейчас был как нельзя кстати. Сергей Геннадьевич сказал, что не нужно особой благодарности, а также пожелал хорошенько отдохнуть и набраться сил, а Алексею обязательно восстановить своё здоровье. Ещё он сказал, что не будет беспокоить их во время отдыха, а вот когда они вернутся, тогда он и позвонит. К тому времени уже должны быть готовы результаты экспертизы по Ключу.

Всю следующую неделю Настя и Алексей наслаждались обществом друг друга в загородном доме Алексея. Настя ухаживала за ним, готовила вкусную еду, а ещё они долго гуляли по лесу, слушая пение птиц и вдыхая тёплый весенний воздух. Это было счастливое время для них обоих.

В свою Антикварную лавку Настя не ездила, так как на время своего отсутствия поручила приглядывать за всем своей помощнице, и та отлично справлялась с поставленной задачей. Сейчас для Насти самым главным было находиться рядом со своим любимым, особенно после того, как она его чуть не потеряла, едва только обретя это счастье в своей жизни. И она пока что не собиралась отвлекаться ни на что другое, тем более совсем скоро им нужно будет лететь на море.

Всё это время они вместе мечтали, думали о море, рассказывали друг другу о том, где им довелось побывать за свою жизнь. Тем более Настя не была на море с прошлого лета, и мечтала вновь там оказаться. Алексей оказался опытным путешественником, успевшим побывать во многих странах и много чего повидать. А учитывая то, что он был писателем, у него получалось рассказывать очень увлекательные истории, которые Настя очень полюбила слушать.

За несколько дней до вылета они уже начали планировать свой отъезд, думать о том, что возьмут с собой, складывать вещи в чемоданы. Настя находилась в предвкушении от будущего отпуска, и наслаждалась одной только мыслью о том, что он должен в скором времени наступить.

И вот этот день наступил. Утром они проснулись, позавтракали, взяли чемоданы с заранее собранными вещами и поехали в аэропорт. Всего несколько часов переездов, ожидания рейса и самого перелёта, и вот они уже оказались в раю, полностью выбросив старые мысли из головы.

Это были волшебные дни и волшебные ночи. Они купались в тёплом море, загорали, занимались любовью, гуляли. Но одна ночь стала для Насти самой волшебной и навсегда отпечаталась в её памяти. Никогда она не забудет то мгновение, когда, гуляя вместе по пустынному пляжу под луной, Алексей признался ей в большой и чистой любви и сделал предложение, подарив при этом самое красивое кольцо из всех, которые Настя когда-либо видела.

После этого сказочного момента они долго занимались любовью, и это было, казалось, продолжением всего того обручального волшебства, которое окутало Настю этой ночью с ног до головы. На следующее утро они принялись живо обсуждать детали предстоящей свадьбы, но для начала нужно было решить дату её проведения. Настя не хотела долго ждать, поэтому решила сделать ход конём – позвонить своей знакомой, которая работала во дворце бракосочетания.

Та очень обрадовалась за Настю, когда услышала от неё такие новости, тем более в голосе Насти она заметила счастливые нотки. Посмотрев график свадеб, она сказала Насте, что можно организовать их свадьбу через 2 недели. Этот вариант устроил и Настю, и Алексея, и они согласились. Работница дворца бракосочетания записала их, сказала, что жениху Насти очень повезло, раз в него влюбилась такая девушка, они с Настей попрощались и закончили разговор.

Дальше настала очередь Алексея позаботиться о месте празднования свадьбы. Оказалось, что его друг владеет загородным клубом, расположенным под Санкт-Петербургом. Настя посмотрела фотографии этого места, и оно показалось ей идеальным для предстоящего события. Тогда Алексей позвонил своему другу, тот очень обрадовался за него и был очень рад помочь им провести празднование в своём клубе.

Нужно было ещё пригласить гостей, а для начала составить их списки, чем они и занимались несколько дней подряд в свободное от моря, бассейна, прогулок и других развлечений время. К тому моменту, когда настала пора улетать домой, у них уже было практически всё подготовлено к свадьбе, не считая некоторых нюансов, которые они хотели доделать в городе.

Глава 16

Когда Настя и Алексей приземлились в Пулково и уже ехали на такси домой, Настя решила позвонить Сергею Геннадьевичу.

– Добрый день! – сказала она ему, когда он взял трубку.

– Настя, привет! – обрадовался тот. – Ты уже прилетела?

– Да, только что приземлились, а сейчас едем на такси домой.

– А я сегодня хотел сам тебе звонить, но уже ближе к вечеру. Ну, как отдохнули?

– Просто великолепно! Ещё раз хочу поблагодарить Вас за такой шикарный подарок. Нам с Алексеем всё очень понравилось.

– Как он сейчас чувствует? Плечо не беспокоит?

– Всё в порядке, уже практически зажило. Сергей Геннадьевич, мы с Алексеем хотим пригласить Вас на нашу свадьбу через полторы недели.

– Ого, так быстро! Поздравляю вас, ребята. Обязательно буду.

– Приглашение с указанием места и времени отправлю дополнительно. У Вас есть какие-нибудь новости по нашему делу?

– Да, и ещё какие! Экспертизу Ключа провели и оказалось, что он был изготовлен приблизительно в конце 17 века, то есть незадолго до основания Петербурга, как, впрочем, и ларец. Все драгоценные камни подлинные. Эксперт сказал, что почувствовал внутри Ключа какую-то скрытую энергию, а при соприкосновении с ним какое-то тепло.

– Неужели это всё оказалось правдой? – радостно спросила Настя.

– Похоже на то, – ответил Сергей Геннадьевич. – Помимо экспертизы мы забрали из архива документы 1919 года, в которых говорится о Ключе. Но это ещё не всё. Совершенно случайно нам в руки попали записи князя Долгорукого, в которых он рассказывает всю правду об этом Ключе. Эти записи как раз и стали основным доказательством всей этой истории.

– А можно мне ознакомиться с этими записями? – заинтересованно спросила Настя.

– Конечно! Они ведь теперь станут достоянием общественности. Решено было и Ключ, и все документы, связанные с ним, поместить в музей в качестве отдельной экспозиции ввиду необычности этой истории. Возник вопрос, где именно следует разместить экспозицию – в главном музее Эрмитажа или в Меншиковском дворце. В итоге остановились на втором варианте, так как большая часть истории этого артефакта связана всё-таки с Александром Меншиковым.

– Здорово! – обрадовалась Настя. – Очень приятно осознавать, что тоже причастна к этому событию.

– Да, – согласился Сергей Геннадьевич, – ваш с Алексеем вклад в это дело велик, поэтому решено было пригласить вас на открытие экспозиции. Оно состоится послезавтра во дворце Меншикова в полдень. Там будут присутствовать многие важные люди нашего города и области, событие будет освещаться прессой, все будут в том числе и вам высказывать свою благодарность, поэтому ваше присутствие необходимо.

– Замечательно! Мы обязательно придём, такое событие я точно не пропущу.

Поговорив с Сергеем Геннадьевичем, Настя пересказала весь разговор Алексею.

– Интересно, – ответил он. – А ведь я поначалу не до конца верил в то, что такой артефакт может существовать на самом деле. Конечно, я слышал, что такие вещи существуют в природе, но своими глазами увидел это впервые. И только твоя вера успех этого дела воодушевляла меня.

Настя улыбнулась Алексею и ласково погладила его по руке.

Через 2 дня состоялось торжественное открытие экспозиции «Загадочный Ключ Меншикова». Слухи о том, что был найден могущественный артефакт – Ключ от Санкт-Петербурга – разнеслись по всему городу и далеко за его пределами, поэтому многие хотели поприсутствовать на этом событии. Ради такого дела даже было перекрыто движение на небольшом участке набережной возле дворца.

Открытие решили провести на улице, так как пришло довольно много людей, да и погода позволяла это сделать. Кругом было много представителей прессы, первых лиц города, и других приглашённых на мероприятие гостей. По сторонам толпились горожане – всем было интересно всё увидеть своими собственными глазами и послушать, что будут рассказывать об этом Ключе.

В микрофон говорил директор государственного музея «Эрмитаж». Он рассказал о том, как Анастасией Оболенской были случайно обнаружены документы от 1919 года, в которых упоминался этот артефакт, после чего она и начала свои поиски. Потом он подозвал к себе Анастасию и Алексея и попросил их поделиться с публикой деталями этого расследования. Настя начала рассказывать, и все заворожённо слушали её, настолько интересным был этот рассказ. Когда она закончила, публика разразилась бурными аплодисментами, которые предназначались Насте и Алексею. Это был их звёздный час.

Но для Насти популярность и слава были не главными в этой истории. Основной ценностью, вынесенной из этого расследования, было не то, что Насте удалось найти Ключ, разгадать тайну и докопаться до истины. Главным для неё было то, что она встретила человека, которого полюбила и с которым хотела навсегда связать свою жизнь. И она чувствовала сердцем, утопая в бездонном взгляде Алексея, что он думает и чувствует точно также.

Глава 17

Настя и Алексей сидели дома у камина и разговаривали, с наслаждением вспоминая детали прошедшей свадьбы. Это был их первый понедельник в своём собственном семейном кругу, начало первой недели в качестве мужа и жены, начало новой, совместной, долгой и счастливой жизни.

Обряд их бракосочетания состоялся в пятницу, и теперь Настя всегда будет помнить то волнующее мгновение, когда они с Алексеем надели друг другу на пальцы обручальные кольца. В тот момент она ясно осознала, что они поклялись друг другу в чистой, искренней любви, и никто из них не нарушит эту клятву до конца жизни.

Празднование их свадьбы длилось 3 дня. У друга Алексея, который согласился помочь им в организации праздника, был довольно большой и солидный загородный клуб. Торжества в нём проходили с размахом целых 3 дня, начиная с вечера пятницы и заканчивая воскресеньем. По сути, это было мини свадебное путешествие, только вместе с гостями. Ночевали все там же, в гостинице, в шикарных номерах. Программа развлечений была разнообразная. Там были и конные прогулки, и катание на катере, танцы по вечерам и многое-многое другое. Кажется, что недовольных совсем не было – так всё было устроено со вкусом и с размахом.

Праздничные мероприятия закончились в воскресенье после обеда, и все гости разъехались по домам – довольные и счастливые. Алексей с Настей не были исключением и в 7 часов вечера уже были дома. Эти 3 дня, в большинстве своём проведённые на свежем воздухе, сильно утомили их. Поэтому спать они решили лечь пораньше, а весь следующий день посвятить отдыху и восстановлению сил. Во вторник же Настя хотела выйти на работу, так как уже давно не занималась делами своей Антикварной лавки, и их накопилось уже достаточное количество.

Проснувшись в понедельник, они не торопясь позавтракали, наслаждаясь друг другом. Потом они гуляли, строили планы на жизнь, разговаривали, а после обеда решили посидеть возле камина с бутылочкой вина, тем более погода немного ухудшилась и природа как будто сама говорила им, что этот день нужно провести поближе к теплу.

Когда вино было допито, а все детали свадьбы перебраны в памяти, они просто сидели молча и смотрели на огонь. Внезапно Алексей спросил:

– Любимая, а что насчёт той шкатулки, с которой всё началось? Ты говорила про странный вензель с её задней стороны.

– Точно, а я уже и забыло об этом, – улыбнулась Настя. – Но это и неудивительно, ведь столько всего произошло за эти несколько недель.

– Будешь ли теперь продолжать поиски?

– Не знаю, – пожала плечами Настя. – Столько дел накопилось в магазине, что, наверное, сейчас не до неё.

– Интересно было бы посмотреть на этот вензель, – задумчиво произнёс Алексей. – Она у тебя где, в Питере?

– Ой, а она ведь здесь, – вдруг воскликнула Настя. – Точно, когда я у тебя ночевала в первый раз, то положила её в тумбочку рядом с кроватью, а утром благополучно про это забыла. А потом она у меня и вовсе из головы вылетела.

– Сейчас я её принесу, – сказал Алексей, а затем поднялся и ушёл наверх.

Его не было пару минут, а когда вернулся, в его руках была та самая шкатулка, с которой всё и началось. За эти несколько недель, что Настя не видела шкатулку, она даже успела немного по ней соскучиться. Да и столько всего произошло за это время, что ей казалось, будто эта шкатулка появилась у неё в какой-то другой, далёкой жизни.

– Да, интересная шкатулка, – сказал Алексей, вновь устроившись у камина.

Он рассмотрел вензель с обратной стороны, а потом начал крутить её в руках и рассматривать со всех сторон.

– А что внутри? – поинтересовался он.

– Она пустая, – пожала плечами Настя.

Алексей открыл крышку и заглянул внутрь шкатулки. Некоторое время он рассматривал её там, а потом снова решил поразглядывать её снаружи. Немного посмотрел, а потом опять заглянул внутрь. Насте его манипуляции показались странными. На этот раз он заглядывал в шкатулку довольно продолжительное время, и Настя не выдержала.

– Да что ты там такого интересного увидел?

– Тебе не кажется, что у неё слишком толстое дно? Смотри, снаружи стенка гораздо выше, чем внутри.

Настя взяла в руки шкатулку и тоже начала рассматривать её.

– А ведь и правда, – тихо произнесла она. – Думаешь, у неё двойное дно?

– Я точно не уверен, надо проверить.

Он включил фонарик и стал светить внутрь. Секунд через 10 он радостно закричал:

– Есть! Нашёл!

Что нашёл? – нетерпеливо спросила его Настя.

– Вот, смотри. В самом уголке есть небольшое отверстие.

Настя заглянула внутрь и тоже увидела едва заметное отверстие.

– Наверное, нужно чем-то туда надавить, – предположила она. – Можешь принести иголку?.

– Да, конечно, – ответил Алексей, сходил за иголкой и передал её Насте.

Она медленно поднесла иголку к отверстию, просунула внутрь и аккуратно надавила. Послышался щелчок, и тоненькая крышка, закрывающая дно, слегка отскочила вверх.

Глава 18

– А ларчик просто открывался! – радостно воскликнула Настя и посмотрела на Алексея. Он тоже широко улыбался, но чувствовалось, что он был сильно возбуждён от внезапной находки. Да и Настя почувствовала, что у неё слегка дрожат руки.

Она немного приподняла потайную крышку и они увидели, что внутри лежит какое-то письмо.

– Похоже, что это письмо очень старое, – прошептала Настя, не веря своим глазам.

Она аккуратно достала его из шкатулки и посмотрела на Алексея:

– А вдруг оно написано Меншиковым, или даже самим Петром I. Представляешь, сразу 2 такие значительные находки всего лишь за один месяц.

Она с замиранием сердца развернула письмо, написанное на нескольких листах, некоторое время рассматривала его, а потом задумчиво произнесла:

– Нет, этот почерк не принадлежит Петру I, его почерк я уже несколько раз видела и хорошо запомнила. Письмо написал явно кто-то другой.

Они с Алексеем начали его читать, и вскоре стало понятно, что письмо это было написано светлейшим князем Александром Даниловичем Меншиковым в то время, когда он вместе со своими детьми находился в ссылке в сибирском городе Березове, незадолго до его смерти. Именно его детям оно и было адресовано.

С каждым прочитанным предложением на лицах Насти и Алексея отражалось всё большее удивление. Они читали молча, с огромным интересом в глазах, всё глубже погружаясь в удивительные события из жизни Меншикова, описанные им в письме.

Дочитав до самого конца, они некоторое время просто сидели, глядя друг на друга, не в силах вымолвить ни слова.

– Это невероятно, – наконец, произнесла Настя.

– Вот теперь история с Ключом получила все недостающие элементы, – улыбнулся Алексей.

– Да уж, – усмехнулась Настя, вспоминая, как ещё недавно на открытии экспозиции «Загадочный Ключ Меншикова» в Меншиковском дворце она всем, в том числе и представителям прессы, рассказывала о деталях своих поисков. И вот теперь такой неожиданный поворот.

– Как думаешь, что теперь с этим делать? – спросил её Алексей, показывая на письмо.

– Единственно правильное решение – это сделать эту информацию достоянием общественности, – ответила Настя. – Люди должны знать правду. Поэтому прямо сейчас поедем в музей и отвезём туда шкатулку с письмом.

– Да, так будет правильно, – согласился с ней Алексей, и они пошли собираться.

Уже через 15 минут они сели в машину и направились в сторону Санкт-Петербурга. В руках у Насти была шкатулка с вензелем, так взволновавшим её в самом начале поисков. А в шкатулке, в потайном отделении, лежало не менее странное письмо.

Глава 19

ПИСЬМО АЛЕКСАНДРА ДАНИЛОВИЧА МЕНШИКОВА

Мои дорогие, любимые дети! Мне так много нужно рассказать вам, но, пока мы с вами находимся в ссылке, я рассказывать ничего не буду, учитывая и моё, и ваше подавленное состояние. Я не хотел бы делать это здесь, в глухом сибирском углу, удалённом от нашего прежнего дома в Петербурге на тысячи вёрст, так как я всё ещё надеюсь, что в скором времени закончится это временное недоразумение, и нам будет дозволено вернуться обратно. Если же этого не произойдёт в ближайшем будущем, то вы сможете когда-нибудь узнать всё из этого письма. Для этого я и написал его, а затем спрятал в потайное отделение моей шкатулки.

Вам всегда было интересно узнать, что же это за шкатулка такая, которую я всегда ношу с собой, а я никогда не рассказывал вам об этом. Я всегда оберегал её ото всех, так как это очень ценная для меня вещь. Но сейчас я могу вам всё рассказать. На самом деле здесь и нет никакого особенного секрета. Всё началось ещё тогда, когда ко мне во дворец привезли токарный станок. На нём очень полюбил работать Пётр Алексеевич, часто приезжал, закрывался один и что-то мастерил. Однажды он закрылся в мастерской особенно надолго, а когда вышел, глаза его так и сияли. Он сказал, что сделал мне подарок, и вручил в руки эту шкатулку.

Ещё за несколько лет до этого, в тот момент, когда я велел изготовить наш с ним объединённый вензель на решётках парадной лестницы и показал ему это, он очень растрогался. И вот теперь, в знак признательности, а может быть и дружбы, он поместил точно такой же вензель с обратной стороны шкатулки. И когда я это увидел, то даже поначалу пустил слезу – настолько сильно мне лёг на душу подарок Петра. А он смотрел на меня и радовался от осознания того, что смог сделать мне приятно в награду за все мои заслуги перед ним лично и перед нашим отечеством. Эта шкатулка с тех пор стала очень дорога мне, ведь это был подарок царя и одновременно моего друга, к тому же ещё и сделанный с душой.

Вы много раз видели, как я достаю из шкатулки небольшую иконку, целую её, а потом кладу обратно. Я помню времена, когда вы были совсем маленькие и спрашивали меня о том, что это за икона. Сейчас я расскажу вам, как она у меня оказалась. Это случилось ещё в далёком 1703 году, сразу же после основания Санкт-Петербурга. Когда я стал генерал-губернатором, ко мне пришёл посланник из далёкой деревни Богомолово и сообщил, что меня зовёт к себе святой провидец по очень срочному и важному делу. Я собрался и с небольшим отрядом выдвинулся в путь. Сначала пришлось долго ехать, а потом ещё и идти через болота, но мы всё-таки дошли до места.

Всю ночь я просидел в избе этого святого человека. Его силу я почувствовал, едва только переступил порог этого дома. Он рассказал мне много чего интересного об этих землях, которые мы вновь вернули России, отвоевав их у шведов. Ещё он сказал, что у меня великая миссия – возвеличить землю вокруг Невы, прославить её, а вместе с ней и Россию. А его святая миссия – помочь мне в этом нелёгком, но крайне важном деле. И тогда он достал небольшую иконку и подарил её мне. Он сказал, что её нужно бережно хранить, всегда держать при себе, потому что она поможет мне достичь всего, чего я только пожелаю, и будет всегда оберегать меня. Как только я взял её в руки, то сразу увидел свет внутри этой иконки, почувствовал тепло, которое она источает. И все последующие годы, вплоть до этого самого дня, она была со мной.

Мне удалось сохранить её, а может быть это и она сама не смогла оставить своего хозяина, даже тогда, когда мой обоз, отправившийся из Раненбурга в сибирскую ссылку, догнали в пути и стали обыскивать, забирая почти все вещи себе. Нашли тогда и шкатулку с иконой, но солдат был молодой и набожный, поэтому, нарушив приказ забирать все ценные вещи, он позволил мне оставить и эту икону, и шкатулку, в которой она хранилась. А вот другую ценную вещь – Ключ, инкрустированный драгоценными камнями – сохранить не удалось, хоть он и был спрятан у меня во внутреннем кармане. Когда стали обыскивать меня, то нашли и его.

Ключ – это моя тайна, которая должна была спасти меня, но так и не смогла это сделать. Тайна эта появилась на свет, как, впрочем, и сам Ключ, в 1723 году. В то время я узнал, что князья Долгоруковы хотят избавиться от меня, и для этого строят различные недобрые замыслы. Именно тогда мне и пришла в голову идея остановить их. Вернее, сделать так, чтобы их собственный страх сделал это за меня. И я придумал легенду о Ключе. Тот, кто владел этим ключом, должен был обладать безграничной властью и богатством. Я даже нашёл и приобрёл для этих целей вполне подходящий внешне Ключ с драгоценными камнями.

Теперь нужно было сделать так, чтобы об этой легенде услышали Долгоруковы. И я придумал, как это сделать. Я узнал, что в моём дворце работает жена их слуги, и что она шпионит за мной. И я решил использовать это против них. Улучив момент, когда я был уверен, что она подслушивает, я рассказал о Ключе моей жене. Потом я повёл её в подвал показать Ключ, так как знал, что служанка за мной пойти не сможет. Но перед тем, как уйти, я произнёс главную фразу, благодаря которой мог спокойно жить дальше, не опасаясь больше козней Долгоруковых. Я сказал, что этот Ключ покарает тех, кто попытается его украсть или причинит вред его хозяину. Мне казалось, что теперь мне ничего не угрожает.

Но я ошибся. Они перешагнули через свой страх, а может просто не поверили в мою легенду, и составили против меня заговор. Им удалось добиться того, чтобы молодой император Пётр II подписал указ об отправке меня в ссылку, а по дороге они смогли забрать и этот Ключ, который я выдавал за волшебный. Когда у меня его забирали, мне казалось, что забирают частичку меня самого.

Да, дети мои. За эти несколько лет я не только Долгоруковых заставил поверить в силу этого Ключа, а ещё и сам поверил в неё. Я столько раз говорил вам о ней, что и вы поверили в неё тоже. Так вот, теперь я вам могу сказать совершенно точно – никакого магического Ключа не существует в природе! Единственным Ключом от Санкт-Петербурга, благодаря которому я смог обрести власть, могущество и несметные богатства, был один человек. Только находясь подле него, я сумел достичь таких небывалых высот, а после его смерти рухнуть камнем вниз, лишившись всего, что я нажил за эти годы. И человеком этим, моим Ключом, открывшим мне пещеру Алладина, был сам Пётр I.

Дети мои! У каждого из вас когда-нибудь будет свой Ключ, а может быть вы и сами станете для кого-то Ключом. Впереди вас ждёт долгая и счастливая жизнь. Пройдите свой Путь достойно!

Любящий вас отец, Александр Данилович Меншиков.

Обрывки из дневника

Глава 1

Настя сегодня проснулась довольно рано, на часах не было ещё и пяти часов утра, но расположение духа у неё было прекрасным. Она чувствовала, что их вместе с мужем сегодня ожидает чудесный день, погода наверняка не подведёт, и они смогут насладиться обществом друг друга, а также природой, красивыми видами, да и в целом запланированной ещё накануне поездкой.

Настя сладко потянулась и посмотрела на мужа, который лежал рядом с ней на кровати и спокойно спал. Звали его Алексей, и познакомились они с Настей не так уж и давно – всего около четырёх месяцев назад. Но даже за такое короткое время они смогли искренне полюбить друг друга и понять, что теперь их жизни неразрывно связаны.

Возможно, на укрепление их чувств повлияли и те обстоятельства, благодаря которым они познакомились. Это произошло в начале апреля здесь же – в загородном доме Алексея. Они сразу понравились друг другу, а дальнейшие опасности, которые следовали за ними по пятам во время расследования Настей одного довольно загадочного и запутанного дела, смогли сплотить их ещё сильнее, чем если бы они познакомились при обычных обстоятельствах.

Нет, Настя не была следователем, и расследования не были её профессиональной обязанностью. Просто она никогда не могла пройти спокойно мимо необъяснимых, неразгаданных тайн, скорее даже эти тайны сами постоянно следовали за ней по пятам. И тогда она с головой погружалась в распутывание клубков из загадок, и не успокаивалась, пока не доходила до самой сути, хотя в это время её жизнь не раз подвергалась смертельной опасности.

Основным видом деятельности Анастасии была торговля антиквариатом. Она являлась хозяйкой Антикварной лавки на Невском проспекте и искренне любила своё дело. Это большая редкость в наше время, когда работа и хобби являются одним и тем же занятием, а у Насти всё обстояло именно так. Рядом с Антикварной лавкой, в этом же доме, только в соседнем подъезде, находилась её уютная квартирка, в которой она раньше жила. Но сейчас, после знакомства с Алексеем, большую часть свободного времени, когда она не была на работе, они проводили в его загородном доме.

Дом этот находился в тихом и уединённом месте, в небольшом, но респектабельном посёлке. А тишина и свежий воздух – это именно то, что и нужно было её мужу для плодотворной работы. Алексей Беляев был довольно известным писателем, его имя было у многих на слуху и его детективы благодаря способности красиво излагать свои мысли и придумывать интересные истории хорошо раскупались.

– Доброе утро, любимая, – раздался вдруг его голос.

Настя посмотрела в его сторону и соприкоснулась в полумраке с его взглядом. Тогда она наклонилась, поцеловала его в щёку, погладила волосы и с улыбкой сказала:

– Доброе утро, мой родной! Ты хорошо выспался?

– Прекрасно, – ответил ей Алексей и улыбнулся. – Ну что, встаём, завтракаем и отправляемся в путь?

– Встаём и в путь! – радостно воскликнула Настя.

Ещё накануне они решили поехать в Екатерининский парк, который находится в городе Пушкине, и погулять там на свежем воздухе. Причём приехать они хотели к самому открытию – к семи часам утра, чтобы полюбоваться блеском дворцового ансамбля в лучах восходящего солнца, пока ещё потоки туристов не заполонили парковые дорожки.

Позавтракав, они взяли с собой бутерброды и термос с чаем, вышли из дома и сели в машину. Хоть было ещё и рано, но уже светло и по-летнему тепло. Дороги ещё не были заполнены автомобилями, и поездка до самого Пушкина получилась лёгкой и комфортной.

Оставив машину на боковой улочке возле жилого дома, они перешли дорогу и направились в сторону Царскосельского лицея по пешеходной зоне, заставленной сувенирными палатками. По причине раннего часа они ещё были закрыты.

– В это время лицеисты девятнадцатого века уже проснулись бы, помолились, позавтракали, и торопились бы успеть на занятия, которые начинались в семь часов, – сказал Алексей и посмотрел на часы. – То есть как раз сейчас.

– Здорово, мы с тобой пришли к самому открытию парка, – улыбнулась Настя. – А ты откуда знаешь расписание занятий Царскосельского лицея?

Алексей сразу не ответил, так как они уже подошли к входу в Екатерининский парк. Билеты до девяти часов утра покупать было не нужно, вход был свободный, поэтому они просто прошли через турникет и направились в сторону Екатерининского дворца.

– Я некоторое время назад достаточно много читал о жизни Александра Сергеевича Пушкина. Мне нужно было написать серию статей в журнал. А ещё я несколько раз беседовал с одним очень авторитетным и уважаемым профессором истории, который специализируется как раз по этой теме, и он хорошо мне помог тогда. С тех пор мы с этим профессором в дружеских отношениях, хоть и не так часто видимся. Вчера же он мне позвонил и попросил встретиться с ним сегодня во время обеда. Сказал, что у него есть какие-то новости, – прежде, чем продолжить, Алексей ненадолго о чём-то задумался. – Так вот, Александр Сергеевич Пушкин был одним из тех лицеистов, которые учились здесь в самом первом потоке – с 1811 по 1817 годы. Поэтому я и знаю кое-что о распорядке их дня.

– А ты можешь мне немного рассказать о Пушкине? – спросила Настя. – Мне вдруг захотелось узнать о нём больше того, что рассказывали нам в школе. Тем более из той информации мало что осталось в памяти. А ты так интересно рассказываешь.

Алексей посмотрел на неё, улыбнулся, взял за руку и сказал:

– Хорошо, давай обойдём вокруг пруда, и я всё тебе расскажу.

Они побрели по пустынной дорожке Екатерининского парка, в котором совсем ещё юный Пушкин вместе с другими лицеистами проводил довольно много времени, и Алексей начал своё повествование.

Глава 2

Александр Сергеевич Пушкин родился в 1799 году, по новому стилю шестого июня, в семье нетитулованного дворянского рода Пушкиных. Так совпало, что в тот же день у императора Павла родилась внучка, и в честь этого знаменательного события по всей Москве звонили колокола, а в церквах шли молебны. Благодаря этому совпадению день рождения русского гения был встречен всеобщим народным ликованием.

Ему было суждено стать великим русским поэтом, хотя сам он в начале своей жизни довольно плохо знал русский язык. С самого раннего детства он воспитывался французскими гувернёрами, в доме почти всё время разговаривали на французском языке, благодаря чему он овладел им в совершенстве. Первые же зачатки любви к русской словесности были заложены в нём в селе Захарове, где жила его бабушка и где он проводил все летние месяцы, начиная с пятилетнего возраста. Помимо бабушки, на любовь Пушкина к русскому языку повлияла его няня Арина Родионовна, которой позднее он посвятил не одно своё произведение.

В 1811 году в двенадцатилетнем возрасте Пушкин был зачислен в только что построенный Царскосельский лицей. Именно здесь впервые открылся и был высоко оценён его поэтический дар. Воспоминания о годах, проведённых в лицее, о лицейском братстве навсегда остались в душе и стихах великого русского поэта.

Пушкин был выпущен из лицея в 1817 году в чине коллежского секретаря и зачислен в коллегию иностранных дел, хотя позднее государственными делами почти не занимался. Он вступил в несколько литературных кружков. Хоть Пушкин и не участвовал в собраниях первых тайных организаций, у него было там довольно много друзей. От них он заразился идеями вольномыслия, политической свободы, что отразилось в некоторых его стихотворениях.

За то, что Пушкин наводнил Россию возмутительными, по словам императора Александра I, стихами, а особенно за одно из этих стихотворений, его хотели сослать в Сибирь. Но, благодаря стараниям его друзей, его удалили подальше от Санкт-Петербурга другим способом – оформив официальный перевод на юг. Его южная ссылка длилась 4 года. За это время он успел объездить много мест и написать большое количество произведений.

В 1824 году полицией было вскрыто письмо Пушкина, в котором он писал своему другу об увлечении «атеистическими учениями». Это послужило его отставкой и ссылкой в родовое имение его матери – село Михайловское. Там он провёл следующие два года своей жизни, продолжая создавать всё новые произведения. В том числе и это спасло его от участия в восстании декабристов в 1825 году, в котором принимали участие многие его друзья. Некоторых из них повесили, остальные же были сосланы в Сибирь.

В 1826 году новый император Николай I разрешает Пушкину вернуться в Петербург, став при этом его личным цензором. В конце 1828 года на балу двадцатидевятилетний Пушкин знакомится с шестнадцатилетней красавицей Натальей Николаевной Гончаровой, только недавно вышедшей в свет, и влюбляется в неё. В 1829 году он делает предложение девушке, но, не получив определённого ответа от её матери, уезжает к своему брату на Кавказ, где в то время шла война с Турцией. Но его не пускают в действующую армию, не желая брать на себя ответственность за его возможную гибель, и он путешествует, продолжая придумывать новые произведения.

В 1830 году он в очередной раз сватается к Наталье Гончаровой, и на этот раз получает согласие. После этого он отправляется в Болдино – имение своего отца, чтобы вступить в права собственности близлежащей деревней, подаренной ему в честь предстоящей свадьбы. Из-за начавшейся в Петербурге эпидемии холеры ему пришлось задержаться в Болдино на несколько месяцев. В то время произошёл подъём его творчества, и этот период жизни поэта назовут позднее Болдинской осенью.

Свадьбу они всё-таки сыграли, и супружеская жизнь Пушкина и Гончаровой поначалу была довольно счастливой, даже невзирая на упавшее при венчании кольцо и другие дурные предзнаменования. У них родилось четверо детей, которых Александр Сергеевич очень любил.

Но, к сожалению, в их жизнь пришла беда, и звали её Дантес. Этот молодой французский барон, зачисленный в русскую гвардию, появился в Петербурге в 1834 году и был усыновлён голландским посланником Геккерном. Он быстро стал участником светской жизни, и на одном из балов в скором времени познакомился с женой Пушкина Натальей. Он влюбился и стал усиленно ухаживать за ней, даже не пытаясь это скрыть от посторонних глаз. Его поведение дало многочисленным врагам поэта повод для пересудов и сплетен.

Стараниями барона Геккерна, плетущего какие-то свои интриги, Пушкин и его друзья получили письма с возмутительным указанием на измену его жены. Пушкин вызвал Дантеса на дуэль, но тот попросил отсрочку. За это время он сделал предложение сестре Натальи Екатерине Гончаровой, и Пушкин забрал обратно свой вызов.

Но дело на этом не закончилось. Дантес продолжал ухаживать за женой Пушкина, и их дуэль всё же состоялась. Эта роковая дуэль, на которой Пушкин был смертельно ранен в живот, произошла двадцать седьмого января 1837 года на Чёрной речке. Следующие два дня Пушкин провёл на диване в кабинете своего дома на набережной реки Мойки, испытывая страшные муки. А двадцать девятого января 1837 года жизнь гениального поэта закончилась. Ему было на тот момент всего тридцать шесть лет.

Глава 3

– Всё было очень интересно! – с чувством сказала Настя Алексею, когда они уже подходили к выходу из Екатерининского парка.

Почти всю прогулку Алексей рассказывал ей об Александре Сергеевиче Пушкине, поразив её своими познаниями в этой области. После того, как он рассказал биографию великого поэта, Настя стала задавать вопросы, а Алексей отвечал на них. Выяснилось, что он знает множество различных историй из жизни Александра Сергеевича, благодаря чему их двухчасовая прогулка по парку пролетела для них практически незаметно.

– Во сколько ты должен сегодня встретиться со своим знакомым профессором истории? – спросила Настя, когда они уже сели в машину и Алексей завёл двигатель.

– Через четыре часа. Мы с ним договорились, что встретимся в кафе возле его университета, а затем пообедаем вместе, – ответил ей Алексей, отъезжая от обочины. – Он говорил, что у него есть какая-то интересная и крайне важная информация, которой он хотел бы поделиться со мной. Но до встречи мне ещё нужно решить кое-какие вопросы в городе.

– У меня тоже накопились дела, любимый. Высади меня, пожалуйста, возле Антикварной лавки, а когда освободишься, заберёшь меня.

Они доехали до места, Алексей высадил Настю и поехал дальше по своим делам, а сама она пошла в магазин. Поздоровавшись со своей помощницей, она сразу же включилась в работу и не заметила, как наступил полдень. Через час её муж должен будет обедать со своим знакомым, да и ей уже пора было подкрепиться. Настя чувствовала, что проголодалась.

Обедать она решила дома, тем более её квартира находилась в соседнем подъезде. Зачем было тратиться на кафе, если у неё ещё оставалось несколько бутербродов, не съеденных в парке, а дома можно было ещё приготовить салат из огурцов и помидоров.

Пообедав и немного отдохнув в уютной домашней обстановке, она вернулась в свой магазин. Стрелки ещё только подбирались к часу дня, и встреча Алексея с профессором должна была вот-вот начаться. Прикинув в уме, что у неё в запасе есть ещё около двух часов до того момента, как муж приедет за ней, Настя с головой погрузилась в работу.

Примерно через два часа, как Настя и предполагала, дверь с улицы открылась, и в магазин вошёл Алексей. Видно было, что он погружён в какие-то свои мысли. В магазине в это время никого из покупателей не было. Оторвав взгляд от бумаг, Настя радостно спросила мужа:

– Привет, любимый, как прошла твоя встреча с профессором?

Он неопределённо пожал плечами и сказал, что расскажет обо всём по дороге домой.

– Хорошо, я все дела закончила. Мы уже можем ехать.

Она собралась, затем они попрощались с Настиной помощницей, и вышли на улицу. Настю слегка встревожил задумчивый вид Алексея, и она торопилась поскорее сесть в машину, чтобы узнать, о чём он думает. Но сразу рассказывать он ей ничего не стал. Некоторое время они просто ехали молча, и Алексей продолжал о чём-то размышлять. Наконец, Настя не выдержала и сказала:

– Дорогой, я же вижу, что у тебя что-то произошло. Не томи, расскажи мне всё.

Он встрепенулся, вернувшись из своих мыслей, посмотрел на неё и виновато произнёс:

– Прости, дорогая, немного задумался. Сейчас я тебе всё расскажу. Да, кое-что случилось, но не со мной, можешь не волноваться. Просто профессор рассказал мне одну очень интересную вещь, и она никак не выходит у меня из головы.

Он вновь ненадолго замолчал, обдумывая, с чего бы ему начать.

– Когда я пришёл в кафе, профессор уже ждал меня. Глаза его горели, и было видно, что ему не терпится поделиться со мной какой-то важной новостью. Он сразу сказал, что позвал меня, потому что я недавно обращался к нему, чтобы узнать биографию Пушкина. А так как мы с ним друзья, то он решил мне первому кое-что показать.

Алексей сделал паузу, и Настя спросила:

– И что именно?

– Он сказал, что у него оказались записи Ланского, и дал мне их почитать.

– А кто это? Фамилия вроде знакомая.

– Это второй муж вдовы Пушкина Натальи Николаевны – генерал-лейтенант Пётр Ланской. Она вышла за него замуж спустя семь лет после смерти Александра Сергеевича. Он хорошо поладил с четырьмя детьми от её первого брака, и у них появилось трое своих. Они любили друг друга и прожили вместе двадцать лет, пока Наталья Николаевна не умерла от воспаления лёгких. Как раз после смерти жены Ланским и были сделаны эти записи.

– А как они оказались у профессора? – заинтересовалась Настя.

– Я особо не вдавался в подробности. Профессор говорил, что ему их на время передала его студентка для изучения. Недавно умер её отец, который занимался коллекционированием важных исторических документов, и она нашла у него эти бумаги.

– Понятно. Так что такого интересного и важного было в этих записях?

– На самом деле там было довольно много страниц, но в основном это просто каждодневные наблюдения Ланского, что-то вроде его дневника, который он вёл много лет. Самое же ценное для нас было на одной странице. Он написал, что однажды жена обмолвилась ему, будто бы к убийству Александра Сергеевича причастно какое-то третье лицо. И что это злодей, каких ещё свет не видывал. Тогда Ланской спросил о том, откуда она узнала об этом. Наталья Николаевна ответила, что муж сам рассказал ей всю правду перед своей смертью. Услышав это, Ланской попытался выяснить, кого именно она имеет в виду – Дантеса или какого-то другого человека. Но она, быстро спохватившись, закрыла себе рот руками, испуганно посмотрела по сторонам, и больше к этой теме уже никогда не возвращалась.

– И это всё? – спросила Настя после того, как Алексей замолчал.

– Да.

– Одна запись, а точнее даже одна случайно сказанная фраза, ещё ничего не доказывает. И вообще, это точно его записи?

– Да, профессор провёл небольшую экспертизу, и почерк, а также временной период, совпали.

– А если Ланской всё это выдумал?

– Не знаю, а какой в этом смысл?

– Вроде бы ему и нет никакого смысла придумывать, – пожала плечами Настя.

Они подъехали к дому, и разговор на эту тему прекратился сам собой. Вечер они посвятили отдыху, так как день у них начался рано и был довольно насыщенным. Спать тоже решили лечь пораньше, и Настя уснула достаточно быстро. Но перед тем как полностью от всего отключиться, в её подсознании из темноты проявился образ Александра Сергеевича Пушкина. Это случилось буквально на мгновение, а в следующее она уже не помнила об этом и спокойно спала.

Глава 4

Утром Настя проснулась и увидела, что Алексей уже не спит. Он сидел возле окна за столом, на котором стоял включенный ноутбук.

– Доброе утро, – сказала Настя и потянулась.

– Доброе утро, – ответил ей Алексей, обернувшись. – Профессор, с которым я вчера встречался, тем же вечером выложил фотографии записей Ланского в своём блоге. Я как раз закончил их перечитывать. За ночь набралось довольно много комментариев. О Пушкине давно ничего нового не писали, теперь же эта новость должна всколыхнуть литературный мир. Я уверен, что многие захотят узнать, что за фигура стояла за смертью Пушкина.

Он достал телефон и стал набирать какой-то номер.

– Ты звонишь профессору? – догадалась Настя.

– Да, хочу обсудить с ним кое-какие комментарии к публикации и узнать о его дальнейших действиях.

Алексей некоторое время ждал соединения, а потом посмотрел на экран телефона и сказал:

– Странно, абонент вне зоны действия сети. Ладно, позвоню позднее.

Они позавтракали, немного погуляли, а затем каждый стал заниматься своим делом – Алексей ушёл в кабинет работать над книгой, а Настя расположилась с ноутбуком за письменным столом в спальне и стала работать по заказам. Примерно через три часа Алексей вошёл в спальню с задумчивым видом. В руке у него был телефон.

– Странное дело. Пытался ещё раз дозвониться до профессора, но его телефон до сих пор выключен. Я не помню, чтобы раньше с ним было что-нибудь подобное.

– А он никуда не собирался уезжать? – спросила Настя.

– Нет, – пожал плечами Алексей. – Наоборот, он хотел докопаться до истины и узнать, кто же на самом деле стоял за смертью Пушкина. Попробую позвонить на домашний, вдруг застану его дома. Или спрошу у его жены, где он может быть.

Алексей нашёл номер в записной книжке и стал набирать его. Почти сразу же ответил взволнованный женский голос:

– Да, я слушаю.

– Ирина Петровна, добрый день. Это Алексей Беляев, знакомый Вашего мужа. Вы меня помните?

– Да, конечно, Алексей, я Вас помню, – ответила она.

– Я целое утро не могу дозвониться до профессора, Вы случайно не знаете, где он может быть?

– Я не знаю, – ответила женщина и заплакала.

Алексей не ожидал такой реакции, поэтому сначала ненадолго замолчал, а потом попытался успокоить женщину:

– Ирина Петровна, не надо плакать, я Вам обязательно помогу. Просто расскажите мне, что у Вас произошло.

– Моему мужу позвонили вчера вечером на мобильный телефон. Он закрылся в кабинете и несколько минут разговаривал. Потом сказал мне, что это звонили по поводу записей, которые он только что опубликовал, и что ему необходимо сейчас встретиться с человеком, чтобы кое-что выяснить и внести некоторые уточнения. Затем он ушёл, – женщина уже не плакала и говорила более спокойно. – Это было около десяти часов вечера. С тех пор от него нет ни слуху, ни духу.

– А он случайно не говорил Вам, что может задержаться?

– Нет, не говорил. Наоборот, он сказал мне, что вернётся достаточно скоро. Он раньше вообще никуда не уходил надолго, не предупредив меня заранее. Я сердцем чувствую, что с ним что-то произошло.

– Ирина Петровна, не надо думать о плохом. Скажите, а Вы сами уже пытались его где-нибудь искать?

– Да, конечно! Я уже позвонила везде, куда только можно было. Ночью совсем не спала, ждала его, и места себе не находила. А с шести утра села на телефон и начала всех обзванивать. Его никто не видел. Я даже в полицию звонила.

– И что говорят в полиции? – спросил её Алексей.

Сначала мне говорили, что прошло слишком мало времени, должно пройти не менее двух суток, чтобы они могли принять заявление о пропаже человека. Но, видимо, я их достала своими звонками, потому что они всё-таки прислали ко мне домой участкового. Приходил лейтенант, и я ему всё рассказала. Он подтвердил, что дело возбуждать ещё рано – прошло слишком мало времени, но он может попробовать выяснить, кто именно звонил мужу накануне вечером. Затем он записал его номер телефона и ушёл. Это было часа два назад, или даже чуть больше. Теперь я сижу и жду, когда же мне позвонит участковый.

– А он свой телефон случайно не оставил?

– Да, оставил, – ответила женщина и продиктовала Алексею номер.

– Не волнуйтесь, Ирина Петровна, я сам позвоню участковому и всё выясню. Как только у меня появится какая-то информация о Вашем муже, я Вам сразу же перезвоню. И Вы запишите мой номер телефона на всякий случай, – сказал Алексей и продиктовал ей свой номер.

– Спасибо Вам большое, – поблагодарила его жена профессора.

Алексей положил трубку, посмотрел на Настю и задумчиво произнёс:

– Как-то всё это странно.

Он пересказал ей весь разговор с женой профессора, а затем стал набирать номер телефона участкового.

– Я слушаю, – отозвался на другом конце трубки мужской голос.

– Добрый день. Меня зовут Алексей Беляев. Я друг семьи профессора Тихомирова и помогаю его жене разобраться в ситуации.

– Алексей Беляев? Писатель? – спросил участковый.

– Да.

– Мне нравятся Ваши книги, с нетерпением жду, когда же выйдет новая, – лейтенант ненадолго задумался. – Обычно посторонним такую информацию мы не даём, но Вам я скажу. Я узнал, кто звонил профессору вечером и с кем он пошёл на встречу. Это была его студентка Катя Ушакова. Я выяснил, что с тех пор она тоже дома не появлялась. Понимаете, что это означает?

– Что искать теперь нужно двоих, – ответил Алексей.

– Нет, – усмехнулся участковый. – Это значит, что профессор загулял с молодой студенткой, только и всего. Нагуляется и сам вернётся, не стоит из-за этого наводить панику.

– Я знаю профессора лично, он любит свою жену и не мог так поступить.

– История стара, как мир. Ладно, у меня ещё очень много работы, приятно было познакомиться, – ответил участковый и разъединился.

Алексей пересказал разговор Насте.

– Это та самая студентка, которая передала профессору записи Ланского, – задумчиво сказал он.

– Думаешь, здесь точно не может быть любовной истории?

– Я уверен в этом. Ладно, подождём немного, может, профессор сам скоро объявится. Хотя странно всё это.

И они продолжили заниматься своими делами, но мысли об этом загадочном происшествии то и дело возвращались к ним.

Глава 5

Вечером Алексей ещё несколько раз попытался дозвониться до профессора, но телефон его всё также был выключен. Тогда он снова позвонил жене профессора, но она сказала, что муж так и не появлялся. Алексей решил пока не рассказывать ей о том, что ему удалось узнать у участкового. Он только успокоил её, сказав, что поиски ведутся, и что он ей перезвонит, как только появится новая информация.

– Если утром он не объявится, нужно будет предпринять более решительные действия для его поисков, – сказал Алексей Насте.

– Я могу попросить о помощи Сергея Геннадьевича – своего знакомого из ФСБ, – ответила она Алексею. – Он уже не раз выручал меня.

– Да, это тоже вариант. Мы обязательно должны выяснить, куда делся профессор Тихомиров.

Но утром в это дело вмешались обстоятельства, которые заставили Настю и Алексея заняться им вплотную. Включив после завтрака ноутбук, Алексей тут же окликнул Настю. Она подошла ближе, и он показал ей на экран.

– Смотри, этими заголовками пестрит весь интернет.

«Ложь профессора, или вся правда о Пушкине!»

– На всех сайтах написано по-разному, но смысл один. И все ссылаются на статью в газете «Неизвестная Родина», написанную журналистом Константином Варламовым вчера, – сказал Алексей. – Лучше открыть сайт этой газеты.

Он перешёл на сайт, и эта статья сразу же бросилась им в глаза. Настя придвинула стул ближе к Алексею, и они принялись читать.

«Накануне поздно вечером весь литературный мир был взбудоражен записями Петра Ланского – второго мужа Натальи Николаевны Гончаровой, первым мужем которой был Александр Сергеевич Пушкин. Они были опубликованы профессором истории Тихомировым. В своих записях Ланской говорил, что, по словам его жены, существовало некое третье лицо, причастное к смерти поэта. Так совпало, что на следующий день как раз должна была выйти и наша статья, поэтому мы решили провести своё собственное предварительное расследование.

Выяснилось, что профессор всех обманул, выставив на всеобщее обозрение фотографии фальшивых записей якобы Ланского. Скорее всего, профессор сам всё это и придумал. Для чего он это сделал, понятно – профессор просто захотел получить свою порцию славы и знаменитости, воспользовавшись именем самого известного поэта России. Ну что же, в некотором роде это ему удалось. Теперь он прославится на всю страну, как самый настоящий лжец и обманщик. Сразу же после публикации этих записей, в тот же вечер, он ушёл из дома и уехал куда-то отдыхать вместе со своей молодой студенткой. Вот что представляет из себя профессор Тихомиров.

Недавно к нам в редакцию попал действительно важный документ. Это признание Пушкина, сделанное им прямо перед дуэлью с Дантесом и записанное на бумаге. Эксперты уже проверили его на подлинность, остались лишь некоторые завершающие штрихи. В скором времени оно будет опубликовано целиком. Пока же мы расскажем, о чём именно там говорилось.

Александр Сергеевич Пушкин должен был участвовать в восстании Декабристов на Сенатской площади в декабре 1825 года. Он даже был одним из главных идейных вдохновителей этого тайного общества, писал для него многие лозунги, и основной идеей его самого и общества в целом было свержение царя, а возможно и его убийство. Пушкин отличался особым свободомыслием, и даже состоял в одной из масонских лож.

Но так случилось, что в 1824 году он был сослан подальше от Санкт-Петербурга, в село Михайловское. Но это никак не помешало его участию в обществе. Он постоянно вносил свои идеи и коррективы посредством тайной переписки. Прожив в Михайловском около года, он стал одним из участников тайного голосования. Решался вопрос о проведении восстания и свержении царя. И он, как и абсолютное большинство участников, отдал свой голос в пользу этого события.

То, что случилось позднее, Пушкин описывает с грустью и тоскою. Накануне этого грандиозного действия, которое могло направить дальнейшую судьбу России совсем по другому руслу, он должен был ехать в Петербург, чтобы принять активное участие в восстании. Но в самый последний момент он просто-напросто испугался и остался в Михайловском. Результаты восстания всем хорошо известны – 5 человек повесили, остальных сослали в Сибирь. Пушкин придумал историю, чтобы оправдать себя в глазах товарищей. Якобы он поехал в Петербург, но в самом начале пути дорогу ему перебежал заяц. В те времена эта примета была страшнее приметы с чёрной кошкой, а Пушкин был человеком суеверным. Он развернулся и поехал обратно. Многие поверили ему, так как он раньше никогда не обманывал, и простили его.

Всю оставшуюся жизнь Пушкин корил себя. Ему было тяжело осознавать, что он подвёл своих товарищей. Возможно, находясь в гуще событий, он смог бы поднять народ, и результаты восстания могли быть совсем другими. Но случилось так, как случилось. Долгие годы он мучился, подсознательно ища смерти. Он участвовал во многих дуэлях, но покинуть этот мир всё так и не решался.

Александр Сергеевич был хорошим стрелком и мог за себя постоять. Едва ли не каждый день он тренировал стрельбу из пистолета, доводя её до совершенства. Также он начал носить с собой тяжёлую трость, чтобы развивать твёрдость руки, так необходимую для меткой стрельбы. И в своей роковой дуэли с Дантесом он вполне мог выстрелить быстрее и более метко. Но он осознанно не сделал этого.

К концу 1836 года он уже твёрдо решил уйти из жизни, несмотря на то, что у него была любимая жена и четверо детей. Но душевная мука, ощущение своего предательства, съедали его изнутри. И вот двадцать седьмого января 1837 года во время роковой дуэли с Дантесом он сам решил свою судьбу, написав перед тем признание на бумаге. Никто, кроме него самого, не виноват в случившемся! Вот таким человеком был великий русский поэт, которого непонятно зачем хотят выгородить некоторые товарищи, называющие себя профессорами».

Алексей дочитал статью до конца и не смог сдержать эмоций:

– Это ещё что за ерунда?

– Очень похоже на заказную статью, – ответила Настя. – Только вот кому и зачем понадобилось очернять профессора и писать такое про Пушкина? Да и что-то быстро они узнали о студентке.

– Я обязательно должен поговорить с этим журналистом, – решительно сказал Алексей. – Необходимо, чтобы он пролил свет на происходящее.

– Нужна личная встреча, – добавила Настя и переписала адрес газеты, а также имя и фамилию журналиста. – Мы поедем вместе и постараемся его найти.

Алексей кивнул, и они стали собираться в дорогу.

Глава 6

К офисному зданию, в котором находилась редакция газеты «Неизвестная Родина», Настя и Алексей подъехали примерно через час. Когда они вошли внутрь, Алексей спросил у охранника:

– Добрый день. Как мы можем найти журналиста Константина Варламова из «Неизвестной Родины»?

– Вызывайте по внутренней связи, номера висят на стене, – ответил тот.

На стене висел довольно внушительный список с номерами телефонов и фамилиями. Найдя нужный номер, Алексей стал набирать его.

– Да? – практически сразу ответил мужской голос.

– Добрый день. Могу я услышать Константина Варламова? – спросил Алексей.

– Да, это я. Кто говорит?

– Меня зовут Алексей Беляев. Я писатель, может быть слышали? Мне бы хотелось с Вами поговорить, если, конечно, у Вас есть сейчас время.

– Да, я читал Ваши книги, – ответил журналист. – Хорошо, сейчас я спущусь.

Алексей повесил трубку, и они стали ждать. Минут через 5 к ним подошёл мужчина.

– Здравствуйте, я Костя Варламов. Приятно с Вами познакомиться, Алексей.

Мужчины пожали друг другу руки, а затем Алексей представил журналисту Настю.

– Познакомьтесь, это моя жена Анастасия.

Они кивнули друг другу.

– Давайте присядем на диван, там и поговорим, – сказал журналист.

Когда они сели, он спросил:

– Так какое у вас ко мне дело?

– Это по поводу Вашей вчерашней статьи о Пушкине и профессоре Тихомирове.

– Почему она вас так заинтересовала? – настороженно спросил журналист, взглянув на них с подозрением. – Какое вы имеете отношение к этой статье?

– Дело в том, что профессор Тихомиров – мой очень хороший знакомый. – То, что Вы написали про него в статье, на самом деле никакого отношения к нему не имеет. Вот скажите мне, зачем выставлять на всеобщее обозрение свои домыслы и догадки? И как Вы так быстро узнали про студентку?

– Я вам не обязан всё это рассказывать, – пожал плечами Константин.

– А по поводу Пушкина, – продолжил Алексей. – У Вас точно есть часть его дневника из Михайловского? Мы можем взглянуть на неё?

– Документ ещё на экспертизе, – быстро ответил журналист, но было заметно, что глаза у него забегали. – У меня сейчас важное дело, так что мне уже пора. Приятно было познакомиться.

Он быстро встал и ушёл в сторону лестницы.

Алексей и Настя переглянулись, а затем тоже встали и направились к выходу. И только уже в машине Настя произнесла:

– Сразу видно, что он что-то недоговаривает.

– Да, скорее всего статья заказная, ты была права, – ответил Алексей. – Теперь надо подумать, как действовать дальше.

– Нужно зайти со стороны студентки, вроде бы ничего другого больше не остаётся.

– Точно! Сейчас позвоню участковому и попробую узнать её домашний адрес.

Алексей набрал номер участкового и озвучил ему свою просьбу. Не сразу, но участковый всё-таки поделился этой информацией.

– Начал говорить, чтобы я не особо усердствовал, и что когда возникнет необходимость, то полиция сама во всём разберётся, – сказал Алексей Насте после телефонного разговора. – Студентка Катя Ушакова живёт вместе со своей матерью. Участковый дал номер телефона и адрес, но я думаю, что мы не будем звонить. Их дом находится не так уж и далеко, поэтому попробуем наведаться в гости к её маме.

Он завёл двигатель и выехал со стоянки.

– Да уж, бедная женщина. Сначала муж умер, теперь вот ещё и дочь пропала, – вздохнула Настя.

– Я думаю, что как раз со стороны мужа-коллекционера и надо искать зацепку. Это ведь после публикации записей Ланского, принадлежащих именно ему, и началась вся эта история. Нужно будет выяснить ещё причину его смерти.

– Думаешь, эти происшествия могут быть связаны друг с другом?

– Вполне возможно, – кивнул Алексей, задумчиво глядя на дорогу. – Ох, не нравится мне вся эта история.

Весь свой дальнейший путь они ехали молча, пока не остановились возле нужного адреса.

– Вот мы и приехали, – сказал Алексей. – Будем надеяться, что застанем её дома.

Они вышли из машины и быстро направились к подъезду. Поднявшись на нужный этаж, Алексей позвонил в дверь. Через некоторое время настороженный женский голос из-за двери спросил:

– Кто там?

– Здравствуйте, мы по поводу Вашей дочери Кати. Откройте, пожалуйста, – сказала Настя.

Послышался звук отпираемого замка, дверь открылась, и на пороге они увидели женщину лет пятидесяти. Вид у неё был испуганный.

– Вы её нашли? Что с ней? – спросила она дрожащим от волнения голосом.

– Простите, как Вас зовут? – спросил Алексей.

– Елена Александровна, – ответила женщина.

– Очень приятно познакомиться. Я писатель Алексей Беляев, а это моя жена Анастасия.

– Писатель? – удивлённо спросила женщина, но всё-таки отошла в сторону, пропуская гостей.

Алексей с Настей зашли в квартиру и закрыли за собой дверь.

– А какое отношение вы имеете к моей дочери? Вы с ней знакомы?

– Вашу дочь лично мы не знаем, – ответил ей Алексей. – Профессор истории Тихомиров – мой хороший знакомый. Вы читали, что пишут в газетах?

– Читала. Проходите в комнату.

Они пошли туда, куда указала женщина, и сели на диван. Она села на соседнее кресло и сказала:

– Вот что я могу вам на это сказать – моя дочь не могла никуда сбежать с профессором. Да, она любила историю, и крайне уважительно относилась к профессору, но только и всего. Никаких любовных отношений между ними быть не могло. Тем более у неё есть молодой человек, они с ним уже два года встречаются, и даже собираются в скором времени начать жить вместе, а после института и пожениться. Катя очень сильно любит его.

– А он знает о том, что Катя пропала? – спросила Настя.

– Конечно! Я ему позвонила в первую очередь, потому что думала, что она может быть у него. Но он сказал мне, что они с ним в тот день даже не виделись. Ума не приложу, где она может быть. Она как вчера утром ушла в институт, так больше и не возвращалась.

– Простите, что задаю Вам вопросы. Я вижу, как Вам сейчас нелегко, но нам нужно разобраться в ситуации, – сказал ей Алексей. – Скажите, как умер Ваш муж?

– Он не сам умер, а его убили. Это произошло здесь, прямо в этой комнате, неделю назад. Нас с дочкой в тот день дома не было, потому что мы поехали на дачу к моей двоюродной сестре. Видеокамера в подъезде сняла, как какие-то люди в масках ворвались в квартиру, а через десять минут вышли с коробками. Это они вынесли все старинные документы мужа, которые он много лет собирал в свою коллекцию. Этих людей до сих пор так и не нашли.

– А если они вынесли всю коллекцию документов, то как Ваша дочь уже после смерти отца могла передать профессору один из них для ознакомления? – спросила Настя.

– Она передала профессору документ? – удивилась Елена Александровна. – Я не знала об этом. Возможно, она взяла его из специального ящика. В этом ящике муж держал документы, с которыми работал в настоящее время.

– А Вы не смотрели, остались ли там ещё документы? – заинтересовалась Настя.

– Нет, мне было тяжело туда заглядывать, – вздохнула она.

Алексей с Настей переглянулись, а потом Алексей спросил:

– А можно нам сейчас посмотреть?

– Да, можно, – ответила женщина после некоторой паузы.

Потом она встала и подошла к шкафу. Когда она открыла створку, внутри оказалось несколько ящиков.

– Вот этот, – произнесла она и открыла самый верхний.

Алексей и Настя подошли ближе. В ящике лежала всего одна папка, на которой было написано: «Записи А.С.Пушкина, Михайловское, осень-зима 1825 года».

Некоторое время они молчали, а потом Настя спросила:

– Бывают ли такие совпадения? И в газетной статье упоминались записи за этот же период.

– Мы можем ознакомиться с содержимым этой папки? – спросил Алексей вдову коллекционера.

– Да, пожалуйста, – ответила она. – А я пока пойду, чайник включу и чайку принесу.

Она ушла на кухню, а Настя открыла папку.

– Неужели это подлинные обрывки из дневника Пушкина? – произнесла она, не веря своим глазам.

Они снова устроились на диване, достали из папки листы бумаги, исписанные рукой поэта, и принялись читать.

Глава 7

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ ИЗ ДНЕВНИКА ПУШКИНА

Вот уже более года, с самого начала моего вынужденного отъезда в село Михайловское, я не делал никаких записей в своём дневнике. Но сегодня утром я проснулся в прекрасном расположении духа, вдохновившим меня на это занятие. Лёжа в постели, я почувствовал непреодолимое желание перенести свои Михайловские переживания на бумагу. Поэтому я тут же перебрался за стол и стал записывать то, что приходило ко мне в голову.

Прошлым летом, когда я только-только приехал сюда, отец встретил меня достаточно холодно. Родителей моих тоже понять можно – они, скорее всего, опасались той ситуации, которая сложилась вокруг моего конфликта с властями. Они даже и брата моего Лёву, и сестру Ольгу увезли подальше от меня, лишь бы только я не оказывал на них дурного влияния. Оградиться от сложившейся ситуации – вот благоприятное для них решение. Хотя за последний год я много думал об этом и пришёл к выводу, что они уехали, беспокоясь только лишь о моём душевном состоянии. Они не хотели, чтобы я стыдился своего положения ссыльного или чувствовал давление с их стороны. И я благодарен им за это, хоть одиночество и заполнило почти всё пространство вокруг меня.

Единственным человеком, оставшимся со мной в Михайловском, была моя горячо любимая няня Арина Родионовна. Она поистине кладезь русских сказок и различных историй, и душевной теплотой своею практически ежедневно заполняет пробелы в моей голове в области познания русской культуры. Ещё меня время от времени навещают из Санкт-Петербурга мои друзья, и я каждый раз с радостью узнаю последние светские новости, а они с удовольствием слушают мои новые произведения.

А написал я за прошедший год довольно много. Здесь, в сельской местности, одно лишь развлечение и есть – водить пером по бумаге. Особенно в зимнюю пору, когда вокруг, куда ни глянь, лежат снега, темнеет рано. А снег – мой друг, он мой тиран, он да пурга – моя охрана. Летом же интересов значительно больше, а ещё и добавляется общение с моими соседями, и это общение вносит довольно ощутимый вклад в написание сельской части Евгения Онегина. Да и теперь, когда осень расплескалась по округе золотыми полчищами лиственных этюдов, я чувствую огромное душевное озарение. И я намерен и дальше усиленно создавать литературные строки, и ссылка эта мне не будет преградой…

…Только сейчас пришли вести о кончине императора Александра I, хотя это случилось ещё первого декабря, и с того момента прошло уже десять дней. Я много думал над сложившейся ситуацией и пришёл к выводу, что мне надо собираться и ехать в Петербург. После смерти императора меня особо не хватятся, а я смогу спокойно навестить своих друзей и узнать об их дальнейших планах. Я только лишь знаю, что они состоят в тайном обществе. Много раз я просился к ним, но меня почему-то не берут. Сейчас же меня терзает жгучее любопытство, и я должен отправиться в путь, чтобы его удовлетворить. Остановиться на время своего пребывания в Петербурге я планирую у своего друга Кондратия Рылеева…

…До нас дошли тревожные известия о восстании на Сенатской площади в Санкт-Петербурге, и я потрясён до глубины души. Ещё совсем недавно я должен был ехать в Петербург, и даже уже поехал, но судьба вовремя остановила меня. В самом начале своего пути дорогу моим саням перебежал заяц. Конечно же, после такого явного знака я развернулся и поехал обратно, вняв голосу разума. И теперь понимаю, что поступил правильно. Ведь во время восстания я наверняка был бы в Петербурге и мог оказаться в самой гуще событий. Буду ждать более подробных известий для восстановления ясности картины…

…Похоже, что планируется масштабное следствие, и это обстоятельство навевает на меня глубокую печаль. Многие мои друзья поддерживали восстание, и даже были главными его вдохновителями. Особенно Кондратий Рылеев, а ведь именно у него я хотел остановиться в Петербурге. И не зря мне дорогу перебежал заяц, ведь и я тоже мог быть арестован.

Правда, пока ещё не совсем понятно, чем всё закончится. Я хоть и не знал о восстании, но был в активной переписке со многими его участниками. И наверняка у многих из них хранились мои стихи. Но я очень надеюсь, что меня оставят в покое по этому делу, а новый император до своей коронации всё-таки освободит меня из ссылки…

Глава 8

– Надо же, часть дневника самого Пушкина, – восхищённо произнёс Алексей. – Жалко, что она такая маленькая. Вот бы прочитать весь дневник Александра Сергеевича и увидеть всю его жизнь его же собственными глазами.

– Да, очень важная находка, – подтвердила Настя. – А самое главное – в ней говорится обратное тому, что написано в газетах про Пушкина. А это значит, что либо статья основана на вымышленных фактах, либо у газеты всё-таки есть доказательства, но они не достоверны.

– Скорее всего, ты права насчёт того, что статья заказная.

Вдруг с кухни до них донёсся плач. Войдя туда, они увидели Елену Александровну в слезах. Ещё там работал телевизор, по которому только что закончили передавать какой-то репортаж. Видимо, она наливала чай, включила телевизор, что-то там увидела и заплакала.

– Что случилось? – спросила у неё Настя.

– По телевизору говорили про мою дочь то же самое, что и писали в газете, – ответила она, продолжая плакать. – Даже по телевизору говорят, но мне всё равно не верится, что это правда. Не могла она убежать с профессором, тем более не предупредив меня.

– Не стоить верить всему, что показывают по телевизору, – сказала Настя, разглядывая логотип на экране. – Скажите, а часто Вы смотрите этот телеканал?

– Да, часто. Мне нравится, что здесь показывают новости о нашем городе, а также интересные фильмы и различные передачи.

– Надо проверить, связаны ли как-то этот телеканал, газета, а также несколько Интернет-ресурсов, которые опубликовали эту статью у себя, – сказала Настя Алексею.

– Проверим, – ответил он. – Сначала же первым делом нужно снова доехать до журналиста и предъявить ему доказательство. Елена Александровна, Вы позволите нам взять на время папку с бумагами? Это необходимо, чтобы газеты и телевидение сделали опровержение.

– Конечно, берите, – ответила женщина. – Пусть скажут, что моя дочь ни с кем не сбегала. И, пожалуйста, помогите мне её найти.

– Сделаем всё, что в наших силах, – ответила Настя.

Они с Алексеем попрощались с женщиной, вышли на улицу, сели в машину и направились снова в редакцию газеты «Неизвестная Родина». И вот спустя всего лишь полтора часа после своего разговора с журналистом Константином Варламовым Алексей с Настей снова стояли в вестибюле офисного здания, и Алексей набирал его телефонный номер.

– Слушаю, – ответил тот.

– Константин, это Вас опять беспокоит Алексей Беляев. Не могли бы Вы ещё раз спуститься в вестибюль на первый этаж? У меня появились очень важные документы, касающиеся Вашей статьи.

– Ну, я же Вам уже сказал, что у меня срочные дела и мне совершенно некогда с Вами разговаривать. Если уж Вам это так необходимо, оставьте документы для меня внизу, у охранника, а я потом их заберу.

– Нет, в таком случае я вынужден буду сразу пойти к Вашему руководству. Не думаю, что Вам скажут спасибо, когда увидят эти документы.

На некоторое время в трубке воцарилось молчание, а затем журналист произнёс:

– Хорошо, я сейчас спущусь.

Уже через 2 минуты он был внизу. Подойдя к Алексею и Насте, он спросил:

– Ну, что у вас? У меня на самом деле не так уж много времени.

– У Вас его будет ещё меньше, потому что теперь нужно будет писать опровержение и объясняться по поводу лживой статьи. Вот, читайте.

Алексей протянул ему копию части дневника Пушкина, взятой у Елены Александровны – жены убитого коллекционера и матери пропавшей студентки. Они сделали эту копию по пути в редакцию.

– Не знаю, что здесь написано, но это всего лишь копия. В ней всё может быть выдуманным.

– Оригинал у меня с собой, – сказал Алексей и показал его Варламову. – Это часть дневника Пушкина, в которой он как раз описывает события в период восстания Декабристов, на которые Вы ссылаетесь в своей статье.

Журналист принялся читать, и лицо его становилось всё бледнее. После того, как он прочитал всё до конца, он некоторое время молчал, о чём-то напряжённо думая, а потом произнёс:

– Я не могу напечатать опровержение. Понимаете, нашей газетой владеет крупная медиаструктура, включающая в себя несколько газет, интернет-изданий, а также телеканал. Не я писал этот текст, просто начальство поставило под ним мою фамилию, и всё.

– То есть это заказная статья? – спросила его Настя.

– Я простой журналист, моё дело маленькое, – пожал плечами Константин. – Как начальство приказало, так я и сделал. Если хотите, я передам эти бумаги руководству, пускай они разбираются.

– Хорошо, – согласился Алексей. – И мой номер тоже передайте, пусть как можно быстрее свяжутся со мной.

Он отдал журналисту свою визитку, они с Настей попрощались с ним, и вышли из здания.

Вернувшись домой, они немного отдохнули, перекусили и стали искать информацию о медиаструктуре, владеющей газетой, телеканалом, а также интернет-изданиями, которые опубликовали ложную информацию. После недолгих поисков выяснилось, что эта структура – не последняя инстанция. Она сама принадлежала крупной компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ», интересы которой охватывали такие области, как нефть, газ, драгоценные металлы, строительство.

– И зачем такой крупной компании потребовалось публиковать эту статью? – задумчиво сказала Настя, посмотрев на Алексея. – Не удивлюсь, если в итоге окажется, что оттуда всё и идёт.

– Поживём – увидим, – ответил ей Алексей.

Сегодня они уже достаточно выяснили по этому вопросу, поэтому решили отложить его изучение на завтра, а сейчас заняться своими профессиональными делами – Алексей книгами, а Настя антиквариатом.

Глава 9

Но на следующее утро их опередили. Прежде чем они приступили к сбору информации об этой компании, у Алексея раздался телефонный звонок. Звонил личный секретарь Вересова Владимира Леонидовича – президента компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ». После того, как девушка представилась, она продолжила.

– Владимир Леонидович ознакомился с документами, которые Вы передали для него через Константина Варламова, а также с Вашими комментариями к статье, но у него возникли некоторые вопросы. Удобно ли Вам будет подъехать в наш центральный офис на встречу с ним через два часа? Я закажу для Вас пропуск.

– Спасибо, я буду вместе с женой, она тоже причастна к этому вопросу. Закажите пропуска на двоих. Беляев Алексей и Беляева Анастасия.

– Хорошо, большая просьба не опаздывать, у Владимира Леонидовича время расписано буквально по минутам.

– Мы будем вовремя, – ответил Алексей и разъединился.

Затем он пересказал содержание разговора Насте.

– Это хорошо, – сказала она. – Надеюсь, что мы сможем от него хоть что-нибудь узнать.

– Сомневаюсь, что Вересов нам что-нибудь расскажет. Это птица высокого полёта, не привыкшая объясняться перед кем-либо. Скорее всего, он просто хочет понять, кто мы такие и что из себя представляем.

– Мне кажется, что он не позвал бы нас, если бы эта статья не имела важности для него. Он наверняка знает, в чём тут дело.

Алексей кивнул, и они стали собираться в путь.

За пятнадцать минут до назначенного времени они уже входили в офисное здание компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ». Подойдя к стойке администратора, они взяли заказанные для них пропуска, и пошли к лифту. Им сказали, что офис Президента компании располагается на последнем – пятнадцатом этаже. Поднявшись на нужный этаж и выйдя из лифта, они оказались в просторном вестибюле. Там они подошли к стойке, за которой сидела девушка, и Алексей сказал:

– Добрый день. Меня зовут Алексей Беляев, а это моя жена Анастасия. Мне позвонили и сообщили, что Владимир Леонидович хочет встретиться и поговорить.

– Да, это я вам звонила, – улыбнувшись, ответила девушка. – Подождите минутку, я сообщу о вашем приходе.

Она подняла трубку, сказала Вересову о посетителях, выслушала ответ и кивнула Алексею с Настей.

– Владимир Леонидович вас примет, можете пройти в кабинет.

Девушка вышла из-за стойки и открыла массивную дверь кабинета, а когда Алексей и Настя зашли внутрь, снова закрыла её.

Кабинет был обставлен богато и со вкусом, как и подобает кабинету человека такого уровня. Из-за массивного стола, изготовленного из ценных пород дерева, к ним навстречу поднялся мужчина. Как они узнали ранее из открытых источников, ему было уже больше шестидесяти лет, но на вид нельзя было дать и пятидесяти – настолько моложе своих лет он выглядел. Видно было, что он следит за собой, правильно питается и занимается спортом.

– Алексей, Анастасия, очень рад познакомиться, – сказал он с добродушной улыбкой. – Прошу, присаживайтесь.

Они сели на стулья, на которые им показал Вересов, а сам же он вернулся на своё место.

– Мне сообщили, что у вас возникли вопросы, касающиеся материалов, которые были опубликованы подконтрольной нашей компании медиаструктурой. Но сначала ответьте на мой вопрос: Давно ли у вас эта часть дневника Пушкина? Я знаю, что она хранилась у коллекционера Ушакова. Каким образом она попала к вам?

– Её совсем недавно отдала нам вдова коллекционера, – ответил Алексей. – Она попросила, чтобы мы разобрались в ситуации с её пропавшей дочерью и помогли найти её.

– Насколько мне известно, её дочь сбежала с профессором истории из своего университета, – сказал Вересов, но видя, что ему хотят возразить, махнул рукой. – Сейчас речь не об этом. Скажите, известно ли вам о других частях дневника?

Вместо Алексея ответила Настя:

– Да, нам кое-что известно. Так что насчёт опровержения статьи?

– Мне передали, что вы грозились чуть ли не в суд пойти. Так вот за этим я и пригласил вас. Наша компания довольно могущественная и влиятельная, и мы не потерпим угроз в наш адрес. Так что советую вам забыть обо всём и заниматься дальше своими делами.

Он некоторое время смотрел на них холодным взглядом, а затем вновь добродушно улыбнулся и добавил:

– Вам ведь всё понятно?

– Да, – Настя поднялась со стула. – Спасибо за встречу, Владимир Леонидович, но мы пойдём.

Алексей поднялся следом, тоже попрощался с Вересовым, и они вышли из кабинета. В лифте он спросил Настю:

– Зачем ты сказала ему, что нам известно о других частях из дневника Пушкина?

– Если он имеет отношение к этому делу, то это даст дополнительный толчок к тому, чтобы он как-нибудь себя проявил. Нам ведь пока совершенно не за что зацепиться.

– Что ж, идея хорошая, – согласился Алексей. – Но всё-таки надо быть осторожнее. Это довольно мощная и влиятельная структура.

Настя на это только лишь пожала плечами. Доехав до первого этажа, они вышли из лифта и направились к выходу.

Глава 10

– Алексей! – послышался вдруг женский голос.

Настя с Алексеем только что вышли из офисного здания и шли по направлению к своей машине. Невдалеке от себя они увидели молодую женщину, которая быстро направлялась в их сторону. Настя заметила, что эта женщина смотрит на её мужа и улыбается.

– Светлана, рад тебя видеть! – радостно ответил Алексей. – Сколько лет, сколько зим. Познакомься с моей женой Настей.

Женщины кивнули друг другу, а Алексей добавил, обращаясь к Насте:

– Настя, это моя однокурсница Светлана. Мы с ней вместе учились в институте.

– Да уж, сколько же лет прошло с нашей последней встречи, – сказала Светлана, продолжая улыбаться. – Читала твои книги, ты большой молодец. Всегда была уверена, что ты добьёшься своего и станешь известным.

– Спасибо, Света. А ты чем сейчас занимаешься, где работаешь?

– Я сейчас работаю в компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ», – она показала рукой на здание, из которого Настя и Алексей только что вышли.

Услышав, что она работает у Вересова, Алексей и Настя переглянулись. Затем он снова посмотрел на собеседницу и сказал:

– Света, может быть, посидим, попьём кофе, поболтаем? Или ты торопишься? Просто мы так давно не виделись, хотелось бы хоть немного поговорить.

– Ой, я с удовольствием! У меня есть в запасе минут сорок, мы можем пойти в кафе через дорогу.

Устроившись за столиком, они сделали заказ, а потом некоторое время Алексей со Светланой вспоминали годы учёбы в институте, рассказывали друг другу о том, что произошло в их жизни после его окончания. Вдруг Светлана спохватилась и спросила:

– Что-то я не сразу обратила внимание на то, что вы вышли из нашего здания. А что вы там делали?

– Ходили на встречу с Вересовым, – ответила Настя.

– Да вы что, – удивилась Светлана, – с самим Вересовым? У вас, должно быть, имелся серьёзный вопрос. По пустякам Владимир Леонидович никого не принимает.

Алексей подумал, что есть смысл частично рассказать ей правду. От неё они могли бы узнать что-нибудь новое, что помогло бы их расследованию.

– Это касается информации о Пушкине, которая была напечатана подконтрольными компании Вересова газетами и показана по телевидению. Есть подозрение, что она не совсем достоверна.

– Я бы даже сказала, что она полностью недостоверна, – добавила Настя.

Светлана некоторое время смотрела на них, а потом сказала:

– Да, в некотором роде вы правы.

Она быстро глянула по сторонам, ничего подозрительного не увидела, и лишь только после этого продолжила:

– В компании ходят слухи, что была найдена пятая глава Евгения Онегина, которая была потеряна ещё самим Пушкиным. А нашёл её какой-то очень хороший знакомый Вересова и теперь хочет выставить её на аукцион.

– Кажется, я понимаю, в чём дело, – задумчиво сказала Настя. – Чтобы продать рукопись дороже, этот знакомый подговорил Вересова поднять ажиотаж вокруг личности Пушкина, подогреть у публики интерес к нему. Именно для этого и была придумана вся эта история?

– Да, примерно так и говорят, – ответила Светлана. – Но это всего лишь слухи. Вполне возможно, что это всё неправда.

– А что это за история про утерянную пятую главу? – Спросила Настя Светлану.

Та пожала плечами и сказала, что и сама толком ничего не знает. Тогда вместо неё ответил Алексей:

– Я знаю эту историю, сейчас вам всё расскажу. Брат Александра Сергеевича Лев Сергеевич, или как его называл Пушкин – Лёвушка, служил на Кавказе. Братья поддерживали постоянную связь, обмениваясь письмами. Однажды Пушкин поехал в Москву и зашёл в гости к будущему тестю своего брата Лёвушки Александру Михайловичу Загряжскому, который также приходился и дальним родственником будущей жены самого Пушкина. Как известно, Пушкин был заядлым игроком в карты. Он даже в связи с этим числился в полиции как человек, который играет в карты на большие суммы. Вот и в тот раз вместе с Загряжским они сели за игру. Играли они в популярную тогда игру штосс, результат которой зависел только от везения игроков. Победителя определяло то, с какой стороны от колоды ляжет загаданная заранее карта. Вот такие простые правила. Удача быстро оставила Пушкина, и он начал проигрывать деньги. Дошло до того, что он проиграл довольно большую по тем временам сумму – полторы тысячи рублей. Денег на отыгрыш у него с собой не было, и ему пришлось поставить на кон рукопись пятой главы Евгения Онегина.

– И его соперник принял такую ставку? – удивилась Настя.

– Принял, ведь эта рукопись имела свою ценность. В те времена это был первый литературный сериал, который печатался в журнале на протяжении довольно длительного времени. Издатель платил за неё конкретную цену – 25 рублей за строчку. Соперник Пушкина по картам знал об этом и с радостью принял ставку. Пушкин вошёл в состояние азарта и не понимал, что творит, ведь эта рукопись ещё не была издана.

– И он проиграл её? – догадалась Настя.

– Да, проиграл. В отчаянии он поставил на кон коробку со своими дуэльными пистолетами, надеясь вернуть рукопись обратно. И удача на этот раз улыбнулась ему – он смог отыграть и рукопись, и деньги, ещё и сам остался в изрядном плюсе.

– Так интересно, а я и не знала об этой истории, – сказала Светлана. – Но тогда не совсем понятно, почему пятая глава считается потерянной, ведь Пушкин вернул её себе.

– Как говорится, от судьбы не уйдёшь. В скором времени Пушкин поехал из Москвы в Петербург, в дороге и произошла эта пропажа. Он искал рукопись везде, где только можно было, но так и не нашёл. Проблема в том, что черновика не сохранилось, и Пушкин не мог воссоздать эту часть Евгения Онегина. Тогда он написал о своей проблеме брату, и Лев Сергеевич помог ему. У него была феноменальная память – ему достаточно было взглянуть на текст один раз, чтобы запомнить его слово в слово. А пятую главу он уже видел раньше, да и Пушкин сам читал её брату вслух. Он смог по памяти восстановить её и прислал брату записанный мелким почерком на трёх листах текст.

Алексей улыбнулся и добавил:

– Так была решена участь Евгения Онегина. И теперь, когда вы будете читать его, знайте – пятая глава была написана по памяти Льва Сергеевича Пушкина.

Светлана посмотрела на часы.

– Ой, что-то я засиделась, – воскликнула она, вставая со стула. – Настя, приятно было познакомиться. Лёш, я очень рада была повидаться, надолго не пропадай. Вот тебе мой номер телефона, звони, если что-нибудь понадобиться. Ну, всё, я убежала на работу.

Она уже хотела было направиться к выходу, но обернулась и добавила:

– Только я вам ничего про аукцион и пятую главу Евгения Онегина не говорила. Тем более это, возможно, всего лишь слухи.

И она вышла на улицу, а Настя и Алексей остались сидеть за столиком, глядя ей вслед.

Глава 11

– Что ты думаешь по этому поводу? – спросила Настя Алексея.

– Определённо, некоторая связь прослеживается, но всё это требует размышления, – ответил тот.

– Да, я тоже так считаю. Тогда давай размышлять. Смогли бы помочь поднять цену на пятую главу записи Ланского, в которых Пушкин представлен жертвой? Возможно, но сомнительно. А вот опубликованная информация о том, что Пушкин сам искал смерти, был картёжником, и чуть было не проиграл рукопись в карты, вполне могла вызвать изрядный интерес и существенно повлиять на повышение цены во время торгов.

– Но как это объясняет исчезновение профессора Тихомирова и его студентки Кати Ушаковой? – спросил Алексей.

Настя пожала плечами и сказала:

– Для этого надо разобраться в истории с аукционом и понять, правда всё это, или всего лишь слухи. Скажи, а где ты узнал столько много о том, что случилось с Пушкиным и пятой главой из Евгения Онегина?

– Помнишь, я рассказывал тебе, что писал серию статей про Пушкина? Тогда-то я и познакомился с профессором. Мы с ним достаточно долго беседовали, и в одной из таких бесед он обмолвился о пятой главе. Он рассказал мне всё то, что я рассказывал недавно тебе и Светлане.

– А сам он откуда об этом узнал?

– По-моему, он говорил что-то о своём друге-пушкинисте, который вот уже на протяжении многих лет занимается изучением жизни Александра Сергеевича Пушкина. Вспомнить бы, как же его звали.

Алексей ненадолго задумался, пытаясь припомнить его имя.

– Точно! Его звали Эдуард Васильевич Коробейников. Надо попробовать узнать у него насчёт рукописи.

– А где нам его искать? – спросила Настя.

– Придётся ещё раз позвонить жене профессора, она может это знать.

Алексей достал телефон и стал набирать номер.

– Ирина Петровна, добрый день, – произнёс Алексей, когда ему ответили. – Есть ли новости по профессору?

– Добрый день, Алексей, – ответила женщина и грустно вздохнула. – Нет, пока тишина. Всё время сижу у телефона и жду. А у вас есть какая-нибудь информация?

– Мы пытаемся выйти на его след, но сейчас нам нужна ваша помощь.

– Какая помощь? – встрепенулась она. – Я сделаю всё, что нужно, лишь бы найти мужа.

– Как-то раз во время нашей с ним беседы ваш муж обмолвился насчёт своего знакомого, которого зовут Коробейников Эдуард Васильевич. Вам знаком этот человек?

– Да, конечно. Они с моим мужем дружат, наверное, уже лет десять, и он часто бывал в гостях у нас дома.

– А его номер телефона Вы можете подсказать?

– Звонить бесполезно, я уже несколько раз пыталась это сделать. Он, скорее всего, сейчас на даче, а там у него достаточно плохая связь.

– Нам очень нужно с ним поговорить. Вы можете подсказать, далеко ли его дача?

– Нет, совсем рядом с городом.

Женщина рассказала, как найти дачу пушкиниста Коробейникова, а также на всякий случай продиктовала и его номер телефона. Алексей поблагодарил её, пообещал сделать всё возможное, чтобы найти её мужа, попрощался и повесил трубку. Затем он пересказал весь разговор Насте, и они решили ехать к нему на дачу, тем более она была на пути к их загородному дому.

Пока они ехали, Настя пару раз набирала номер телефона, который им дала Ирина Петровна, но всё было бесполезно. Через полчаса они уже заехали в посёлок, в котором жил Эдуард Васильевич Коробейников. Приехав по адресу, указанному Ириной Петровной, они увидели небольшой, но довольно уютный и симпатичный дом. На скамейке рядом с домом сидел мужчина и читал книгу.

Настя с Алексеем остановились, вышли из автомобиля, и Алексей спросил:

– Простите, Вы Эдуард Васильевич Коробейников?

– Да, – ответил мужчина, с подозрением глядя на гостей. – С кем я имею честь говорить?

– Меня зовут Алексей Беляев, а это моя жена Анастасия. Я хороший знакомый профессора Тихомирова, а ваш адрес дала его жена. Она не могла до вас дозвониться, поэтому мы и приехали.

– Что-то случилось? – встревожился мужчина.

– Да, случилось. Можно нам зайти?

– Да, конечно, – Коробейников встал, подошёл к калитке и открыл её. – Проходите, присаживайтесь на скамейку рядом с домом.

Закрыв калитку, он пошёл следом за Настей и Алексеем, и все вместе они разместились на скамейке.

– Ну, рассказывайте, что произошло у моих друзей? – спросил Эдуард Васильевич.

Алексей вкратце рассказал о записях Ланского, опубликованных профессором, и о том, что в скором времени после их публикации тот пропал.

– Ох, беда, – произнёс мужчина с тревогой в голосе. – Куда же он мог подеваться?

– Есть подозрение, что в этом деле может фигурировать рукопись пятой главы из Евгения Онегина.

– А она тут причём? – удивился Коробейников.

– Вот мы и пытаемся разобраться. Скажите, это ведь вы рассказали профессору историю о пропаже рукописи?

– Да, я, – ответил мужчина после некоторой паузы. – Хотя он вполне мог бы узнать об этом и в другом месте. Информация находится в открытом доступе, если поискать, то можно найти.

– А известно ли Вам, что эта рукопись была обнаружена и сейчас выставлена на продажу? – спросила его Настя.

– Да, об этом я тоже знаю.

– Возможно, именно с этим и связано исчезновение профессора, – продолжил Алексей. – Есть информация, что президент крупной компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ» Вересов Владимир Леонидович хочет помочь своему знакомому, и теперь через подконтрольные ему средства массовой информации пытается очернить Пушкина, публикуя ложные сведения.

Коробейников задумчиво посмотрел на Алексея и спросил:

– А вам это откуда известно?

– У нас есть свои источники, – ответила вместо мужа Настя.

– Да, всё именно так, как вы и сказали, за исключением одного маленького нюанса, – сказал Эдуард Васильевич. – Основное действующее лицо здесь – сам Вересов. Ведь именно ему принадлежит эта рукопись, а он продаёт её через подставное лицо.

– Откуда Вы это знаете? – спросил Алексей.

– На самом деле об этом мало кому известно, только узкому кругу лиц, но у меня тоже есть свои источники. Вересов интересуется всем, что связано с Пушкиным, только он не афиширует это. Действительно, рукопись пятой главы из Евгения Онегина принадлежит ему, – Коробейников хитро улыбнулся. – Но у меня есть кое-что гораздо интереснее этого.

Видя, что Настя с Алексеем заинтригованы и с нетерпением ожидают ответа, он продолжил:

– У меня есть часть дневника Пушкина, где он как раз пишет о пропаже пятой главы. Хотите почитать? Её ещё никто не видел, она у меня не так давно.

Настя с Алексеем молча кивнули, а потом Настя добавила:

– Да, нам очень хотелось бы с ней ознакомиться.

Довольный, что этой информацией он смог произвести такой эффект на своих гостей, Эдуард Васильевич сходил в дом и вернулся с тонкой папкой в руках. Он передал её Алексею и снова сел на скамейку.

– Только очень вас прошу – аккуратнее, это очень ценный документ, – добавил он.

Алексей кивнул и открыл папку. Настя взяла в руки листы бумаги, и они принялись читать.

Глава 12

ВТОРАЯ ЧАСТЬ ИЗ ДНЕВНИКА ПУШКИНА

Вчера вечером со мной чуть было не произошла неприятность. Как будто находясь в непроглядном тумане, я совершенно не мог контролировать свои действия, но в итоге финальная часть вечера оказалась вполне удачной. Я смог даже остаться с приличной суммой, хотя лишиться мог гораздо более ценного – целой главы из Евгения Онегина, в которую было вложено столько сил и труда.

А началось всё с того, что я приехал в Москву и волею случая оказался в доме своего знакомого Загряжского Александра Михайловича. Мы с ним не виделись уже довольно давно, и нам с ним было что рассказать друг другу. Как известно, время в дружеской обстановке протекает весьма приятно, особенно когда угощают любимым шампанским Вдова Клико. Но иногда и хорошую беседу, а тем более, когда она становится чересчур продолжительной, хочется разукрасить и разнообразить.

Вот так и случилось, что мы с Александром Михайловичем сели за карточный стол и стали играть в штосс. Он так же, как и я, любит ощущение азарта, которое приносит эта простая, но крайне увлекательная игра. Поначалу ставки были небольшими, и выигрывали мы друг у друга с переменным успехом. Нам обоим было весело и интересно – азарт будоражил разум, а шампанское успокаивало душу.

Но вскоре удача повернулась ко мне настолько неприличным местом, что любой бы, окажись он в подобной ситуации, покраснел бы до кончиков ушей. Постепенно ставки начали расти, как и выигрыш у Загряжского, и я не успел моргнуть и глазом, как все мои деньги оказались на его половине стола. В обычной ситуации я никогда бы не сделал того, что сделал дальше, но тогда мной владело только чувство азарта и непреодолимое желание вернуть обратно всё проигранное. И я решил поставить на кон недавно законченную пятую главу Евгения Онегина, рукопись которой была у меня с собой. Загряжский знал о том, что издатель заплатит за неё деньги, и принял эту ставку.

Я напряжённо вглядывался в каждую карту, которая показывалась из колоды, надеясь на то, что она ляжет с нужной мне стороны. Но судьба и в этот раз была неблагосклонна ко мне. Когда я понял, что победу одержал мой соперник, то почувствовал себя так, как будто улетаю в пропасть. Я понял тогда, какую совершил глупость, доверив фортуне свою рукопись. И всё это из-за того, что я не могу вовремя остановиться.

Но у меня ещё был шанс вернуть рукопись, ведь она Александру Михайловичу была не нужна – его в большей степени интересовали деньги. А у меня ещё были ценные вещи, которые можно было поставить на кон, чтобы вернуть рукопись. У меня с собой была коробка с дуэльными пистолетами, которую я всегда ношу с собой. Вот её я и поставил. В ответ Загряжский поставил пятую главу и немного денег. И случилось чудо – моя карта легла именно с той стороны, с какой и было нужно.

Весь остаток вечера фортуна оставалась благосклонна ко мне. Пистолеты и рукопись я убрал подальше, чтобы не было больше соблазна поставить их на кон. Но у меня была небольшая сумма денег, которая начала постепенно расти, и к концу вечера превратилась в полторы тысячи. Мы с Александром Михайловичем расстались полюбовно, получив от игры истинное удовольствие. Теперь же я собираю вещи, так как в скором времени уезжаю в Петербург…

…Катастрофа! Видимо, от судьбы не уйдёшь, раз моя рукопись всё-таки покинула меня. Уже подъезжая к Санкт-Петербургу, я понял, что где-то её потерял. Но, сколько я не искал её, найти так и не смог. И даже помощь моего хорошего приятеля Михаила Ивановича Веденеева, который ехал вместе со мной, не помогла в поисках.

Михаил Иванович служит в Императорской канцелярии, и у нас с ним довольно дружеские отношения. Мы познакомились с ним несколько лет назад, и за это время он уже несколько раз выручал меня. Я думаю, что из Михайловской ссылки в Петербург тоже он помог мне вернуться, хоть он ни разу не говорил об этом. Одним словом – это очень хороший и надёжный товарищ. Жаль, что и вдвоём у нас не вышло найти пятую главу, хоть мы и искали везде, причём весьма тщательно. Какая досада, ведь черновика у меня не сохранилось. Мне осталось только лишь уповать на отличную память своего брата Лёвушки, ведь он уже читал этот текст. Напишу ему письмо и буду ждать от него ответ, надеясь на то, что он сможет восстановить всю главу с самого начала и до конца…

…Сегодня получил письмо от брата. Я спасён! Теперь не нужно будет восстанавливать главу, тем более повторить её один в один у меня бы и не получилось. А у Лёвушки получилось! Я несколько раз перечитал эти строки и понял, что это именно то, что я и писал – буква в букву. У моего брата поистине феноменальная память. Завтра же отнесу рукопись издателю и получу за неё свои деньги…

Глава 13

Дочитав всё до конца, некоторое время они молчали, а потом Настя спросила:

– Эдуард Васильевич, скажите, а как у Вас оказалась эта часть дневника?

– Она досталась мне от одного коллекционера, фамилии назвать не могу, вы уж извините, – пожал он плечами. – Знаю только, что Пушкин любил делать записи в своём дневнике, причём делал это довольно часто. Также я знаю, что частей от этого дневника до наших дней дошло достаточное количество, но все они в основном находятся в частных руках. С тех пор, как стало известно о существовании этого дневника много лет назад, за ним началась самая настоящая охота.

– А как он обнаружился? И где хранился? – заинтересованно спросил Алексей.

– Знаю только, что появился он давно, причём не целиком. Дневник был разделён на части. А как и откуда эти части появились – этого я не знаю.

– Вот Вы сказали, что частей много, – произнесла Настя, пытаясь найти, за что ещё можно зацепиться. – Известно ли Вам, где они могут храниться?

– Ну, во-первых, одна часть находится у меня, – улыбнулся Эдуард Васильевич. – Ещё я читал, что часть дневника есть у профессора Тихомирова.

– Да, это нам тоже известно, – кивнула Настя.

– И ещё знаю, где может храниться третья часть, – продолжил хозяин квартиры. – В Царскосельском лицее есть какая-то комната с важными документами, и мне говорили, что там часть дневника и находится, только это не афишируется. О том, где могут находиться оставшиеся части, я не имею ни малейшего понятия.

– Хорошо, спасибо Вам большое за информацию, – сказала Настя, поднимаясь со скамейки. – И за то, что показали нам эту часть дневника.

– Ну что вы, не стоит благодарности, – улыбнулся Коробейников.

– Приятно было познакомиться, – сказал Алексей и тоже поднялся.

Они попрощались с мужчиной, сели в машину и поехали к себе домой.

– Что ты обо всём этом думаешь? – спросил Алексей Настю.

– Пока много непонятного, – пожала она плечами. – И пропажа профессора у меня пока никак не связывается с тем, что Вересов продаёт на аукционе часть дневника Пушкина. А у тебя какие мысли по этому поводу?

– Да, я так же думаю. Я считаю, что для того, чтобы понять, куда подевался профессор, нам нужно разобраться в том, что было в записях Ланского. А говорилось там о каком-то загадочном третьем лице, причастном к смерти Пушкина.

– Пожалуй, ты прав. Нам нужно понять, что это за история, и связана ли она хоть как-то с Вересовым.

– У тебя на завтра какие были планы? – спросил её Алексей.

– У меня назначено несколько встреч с клиентами, и в Антикварной лавке были кое-какие дела. Но, если нужно, я могу всё отложить.

– Нет, – решительно сказал Алексей. – Ты продолжай заниматься своими делами, а я поеду в город Пушкин и попробую в Царскосельском лицее выяснить что-нибудь про третью часть дневника. Я уверен, что разгадка кроется именно в нём.

– Хорошо, – согласилась с ним Настя. – У нас всё равно больше нет никаких других зацепок, постарайся узнать обо всём как можно больше. А сегодня давай уже отдыхать, день был довольно длинным.

Но отдохнуть вечером им так и не удалось. Буквально через час после того, как они вернулись домой, Алексею позвонила жена профессора Тихомирова и сквозь плач сообщила, что её мужа больше нет в живых. Алексей хотел сразу же приехать к ней, чтобы морально поддержать, но она сказала, что этого делать не нужно, потому что к ней уже приехали близкие родственники.

Некоторое время они с Настей сидели молча, пытаясь осознать всю серьёзность сложившейся ситуации. Похоже, что дело принимало весьма опасный поворот.

– Нужно выяснить, при каких обстоятельствах он умер, – сказала Настя.

Алексей кивнул и стал набирать номер участкового.

– Добрый день. Это звонит Алексей Беляев, – сказал он, когда участковый ответил на звонок.

– Не знаю, насколько он добрый, – произнёс участковый. – Вы уже слышали, что случилось с профессором Тихомировым и его студенткой Катей Ушаковой?

– А что случилось с его студенткой? – удивился Алексей. – Я знаю только то, что профессор Тихомиров умер.

– Они оба мертвы. Утром из озера достали машину профессора, которая уже больше суток была под водой. По всей видимости, студентка позвонила профессору вечером со своего мобильного телефона и попросила заехать за ней. Он её забрал, и они поехали за город. К сожалению, проезжая мимо одного из озёр, профессор не справился с управлением, его автомобиль вылетел за ограждение и упал в озеро. Ни водитель, ни его пассажирка выбраться так и не смогли.

– Скажите, а нет ли подозрения, что к этой аварии может быть причастен кто-нибудь ещё? – спросил участкового Алексей.

– Нет, – ответил тот. – Вечно вам, писателям, мерещатся всякие загадочные истории. Это обычная авария, и ничего больше. Ладно, мне некогда говорить. Всего доброго.

– До свидания.

Алексей пересказал свой разговор с участковым Насте, и она задумчиво произнесла:

– Странно всё это. Не верится мне что-то в такие совпадения.

– Мне тоже не верится, поэтому нам нужно соблюдать осторожность. Действуем по нашему плану – ты завтра едешь в свой магазин и работаешь, а я еду в Царскосельский лицей и пытаюсь найти там третью часть дневника. Нам во что бы то ни стало нужно разобраться во всей этой истории.

Глава 14

На следующее утро сразу после завтрака Алексей отвёз Настю на Невский проспект к её Антикварной лавке, а сам поехал в Пушкин. До обеда Настя вместе с помощницей разгребала накопившиеся за несколько дней дела, и времени думать о чём-то другом у неё не было. Хотя иногда она всё же думала о том, как обстоят дела у Алексея. Но раз он сам не звонил, то и она не хотела его тревожить.

Ближе к обеду она почувствовала, что проголодалась, поэтому они вместе с помощницей закрыли магазин, намереваясь пойти в кафе, которое располагалось через дорогу. Они как раз стояли на обочине и ждали, когда загорится зелёный сигнал светофора. Как только он загорелся, они пошли по пешеходному переходу, обсуждая незаконченные в магазине дела, которые необходимо было решить сразу после обеда.

Внезапно Настя каким-то седьмым чувством ощутила приближение опасности, а затем и услышала её звук. Резко повернув голову, она увидела, что этот звук издавал большой чёрный внедорожник, несущийся прямо на них с бешеной скоростью. Тогда Настя резко отпрянула назад, дёрнув за собой и помощницу, и успела как раз вовремя, чтобы не попасть под колёса. Кроме них рядом на переходе больше людей не было. Автомобиль проехал мимо и скрылся за поворотом, но перед этим Настя успела заметить, что стёкла у него были тонированные, а номеров не было.

Про обед на некоторое время пришлось забыть. Сначала она успокаивала свою помощницу, так как ту била мелкая дрожь от осознания того, что их чуть было не сбили. Потом подъехала патрульная машина, и пришлось давать показания инспектору ГИБДД. Автомобиль нарушителя был объявлен в розыск, но Настя не очень-то верила в успех этого мероприятия. Инспектор пришёл к выводу, что либо за рулём был нетрезвый водитель, ничего не видящий перед собой, либо преступники торопились скрыться с какого-нибудь места преступления. Он сказал, что их обязательно найдут, а потом сел в патрульный автомобиль и уехал.

У Насти на этот счёт сложилось своё мнение. Она практически на 100 процентов была уверена, что тот, кто был за рулём этого внедорожника, хотел сбить именно её. После новости о смерти профессора и студентки она нисколько не сомневалась, что это произошло из-за того самого дела, в расследование которого они оказались втянуты. Но сейчас она в гораздо большей степени волновалась за своего мужа. Она вот уже несколько раз набирала его номер, но он был недоступен.

Искренне веря в то, что с ним обязательно должно быть всё в порядке, Настя решила всё-таки закончить свой так пока и не начавшийся обед. Они с помощницей дошли до кафе, на скорую руку перекусили, и вернулись обратно в Антикварную лавку. Постепенно их состояние нормализовалось, снова вернувшись в рабочее русло, и они активно взялись за дела. Настя ещё несколько раз пыталась дозвониться до Алексея, но телефон его всё также был выключен. Она решила не волноваться, зная, что у него всё хорошо.

Ближе к вечеру он позвонил сам:

– Привет, любимая, я всё закончил в Царскосельском лицее и еду к тебе.

– С тобой всё в порядке? – быстро спросила Настя.

– Да, всё нормально.

– Удалось ли что-нибудь узнать?

– Да, и я тебе обязательно всё расскажу, но сначала мне нужно поесть – я ужасно голоден.

Когда он приехал, они пошли ужинать в ближайшее кафе. Как оказалось, Алексей даже ещё и не обедал, поэтому Настя ждала, когда он насытится, чтобы можно было с ним спокойно поговорить. Но про то, что произошло с ней на пешеходном переходе, она решила пока не говорить. Сначала нужно было узнать, что именно ему удалось раскопать. Наконец, он насытился, довольный откинулся на стуле и начал говорить.

– Приехав в Царскосельский лицей, я решил начать с экскурсии, чтобы оглядеться и понять, как мне действовать дальше. Мне повезло практически сразу, так как выяснилось, что женщина-экскурсовод – любительница книг и в частности моя большая поклонница. Она поздоровалась со мной, сказала, что читала все мои книги, а потом, пока мы ходили по лицею, то и дело поглядывала на меня. Я решил использовать это и поговорить с ней, как только закончится экскурсия. Она была очень рада разговору с любимым писателем, и даже попросила помощницу заменить её во время следующей экскурсии.

– Я пыталась тебе позвонить, но телефон был выключен, – сказала Настя. – Там была плохая связь?

– В самом лицее связь достаточно хорошая, – ответил он. – Сейчас дойду и до этого. Сначала мы с ней поговорили на отвлечённые темы. Например, она расспрашивала меня о том, как я придумываю сюжеты для своих книг. А потом спросила, о чём будет следующая. И тогда я решил сказать ей, что следующая книга будет об Александре Сергеевиче Пушкине. Она сразу оживилась и спросила, может ли быть полезной. Я плавно подвёл её к мысли, что мне потребуется помощник – эксперт по Пушкину, и что она могла бы стать этим человеком. Она обрадовалась и сказала, что поможет с удовольствием. И тогда я спросил её о том, нет ли в здании какого-нибудь архива с документами. На что она ответила, что все материалы по Пушкину хранятся в государственном архиве Санкт-Петербурга.

– Значит, там нет части дневника?

– Настя, ты опять торопишься, – улыбнулся Алексей. – Да, архива у них нет. Но потом экскурсовод добавила, что у них есть небольшая комната для важных документов, которые должны храниться только в лицее, и нигде больше. Я сделал очень заинтересованный вид, и она согласилась отвести меня туда. Комната эта находится в подвале, и как раз там связи нет. Сама по себе комната не очень большая, но вдоль трёх стен там стоят стеллажи, на которых хранятся документы. Я сначала смутился, думая, как найти здесь то, что мне было нужно. Экскурсовод, заметив это, спросила, чем она может помочь, а потом добавила, что всё изучила в этой комнате и знает, что и где лежит. Тогда я прямо спросил, нет ли здесь дневника Пушкина. Она подошла к одной из коробок, вытащила тонкую папку и передала мне.

– Так тебе удалось прочитать эту часть дневника? – обрадовалась Настя.

– Да, удалось. И я нашёл человека, который мог бы быть тем самым третьим лицом, причастным к смерти Пушкина. Я сфотографировал эти записи.

Алексей достал телефон, открыл фотографии и начал читать.

Глава 15

ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ ИЗ ДНЕВНИКА ПУШКИНА

Захотелось написать о человеке, который ненавидит меня всей душой, хотя я ничего плохого ему не сделал. Сам же я ни в коей мере не испытываю к нему какой-либо злости или неприязни. Немного грустно на душе, но через несколько дней я обо всём этом позабуду, и всё встанет на свои места. Совсем немного времени осталось до того момента, как все мы окончим лицей и полетим на свободу, словно птицы. И я уже никогда не буду вспоминать того, что произошло вчера.

А вчера из лицея был с позором изгнан Баламут. Мы прозвали его так в честь Наполеона Бонапарта, как человека, несущего беспорядок и хаос. Когда он уходил, то во всеуслышание сказал со злостью в голосе, что во всех его бедах виноват Пушкин, и он не успокоится, пока не поквитается со мной. Причём поквитается так, как давят назойливых мух или тараканов. Меня это порядком возмутило, но учителя выпроводили его, и я смог быстро успокоиться.

Баламут и я учились вместе с самого начала основания лицея, и с самого же начала он и получил своё прозвище. Он считал себя на голову выше всех, хотя сам ростом был не особо велик. Он искренне верил в то, что он бог, а остальные люди вокруг него – букашки. И он считал всё, что делал, правильным, хотя его поступки, по мнению всех остальных, никак не вписывались в установленные нормы морали и этики.

Почему он почти сразу невзлюбил меня больше других, я уже и не могу вспомнить. То ли из-за того, что я случайно съел его яблоко однажды, то ли было что-то ещё, но любой другой на его месте не придал бы этому особого значения. Баламут же был с особым складом ума и характера, он ненавидел всех, но меня особенно. В том числе из-за моих стихов, ведь он тоже старался писать. Кто-то из приятелей пересказал мне несколько его стихотворений, и мы смеялись вместе – до того они были нескладны. Но Баламуту так не казалось.

Вчера он всем заявил, из-за чего ненавидит меня особенно сильно. Странно, а я даже этого не знал. Нет, конечно, я знал, что он будет читать стихотворение после меня, но не догадывался, что всё закончилось таким образом.

Это случилось больше года назад. В 1815 году к нам в лицей на переводной экзамен должен был приехать сам старик Державин – признанный и любимый всеми поэт. И когда мне предложили написать по этому случаю стихотворение, я с радостью согласился. За два месяца до экзамена я написал «Воспоминания в Царском Селе», и очень волновался насчёт того, понравится ли оно экзаменаторам, а в особенности Державину. Ведь для меня это был довольно серьёзный шаг, и его мнение было очень ценным.

Да, поначалу я волновался, но с каждым словом волнение моё улетучивалось, и я смог прочитать это стихотворение с таким же воодушевлением, с каким читал его ещё совсем недавно своим друзьям. Но после прочтения я уже не смог совладать с собой и убежал. Это уже потом мне рассказали, что Державин был в полном восторге, хотел взглянуть на меня, обнять и расцеловать, но меня так и не нашли.

После меня Державину должен был читать своё стихотворение Баламут. Но тот его почти не слушал, продолжая восторгаться моим произведением. И получилось так, что стихотворение было почти скомкано, и Баламут еле-еле дочитал его до конца под громкие возгласы Державина и ещё нескольких человек.

Он возлагал на это стихотворение огромные надежды, но так, как он желал, не случилось. После этого он особенно возненавидел меня, обвиняя в своей неудаче. И весь следующий год в его глазах читалась такая ненависть, такая злость, что все это замечали. Сейчас же товарищи рассказали мне, что Баламут даже говорил им несколько раз, что я должен умереть.

После экзамена он совсем перестал учиться, создавая окружающим всё больше и больше неприятных ситуаций. В итоге он был отчислен за неуспеваемость. Я нисколько не считаю себя виновным в том, что его отчислили. Человек сам хозяин своей судьбы, и Баламут выбрал себе такой путь. Что ж, можно только пожелать ему долгой и счастливой жизни, вряд ли я когда-либо снова увижу его…

Глава 16

– Интересно, – задумчиво произнесла Настя. – А удалось ли узнать фамилию этого Баламута?

– Да, его звали Фёдор Бобров, – ответил Алексей. – Но найти это было не так и просто. Я и раньше знал, когда изучал биографию Пушкина, что на самый первый курс Царскосельского лицея поступило всего тридцать человек, а окончило учёбу через шесть лет только лишь двадцать девять. Но я ещё раз проверил эту информацию в интернете и нашёл, что того лицеиста звали Гурьев Константин Васильевич, и отчислен он был в 1813 году. Все остальные однокурсники Пушкина доучились с поэтом до самого конца. Но Александр Сергеевич писал, что Баламут был отчислен через год после переводного экзамена, то есть в 1816 году. Я спросил об этом экскурсовода, но она и сама толком не знала. Ответила лишь, что часть дневника Пушкина прочитала совсем недавно и заметила эту нестыковку, но пока не было времени разбираться с этим. Тогда мы решили поискать информацию об этом там же, в комнате с документами. И спустя полтора часа поисков всё-таки нашли, как его звали.

– А было ли там что-нибудь о его дальнейшей судьбе?

– Нет. Только то, что лицеист Фёдор Бобров был отчислен за неуспеваемость в 1816 году, за год до окончания полного курса. Но экскурсовод сказала, что можно попробовать отследить его дальнейшую судьбу в архиве Санкт-Петербурга.

– Тогда давай поменяемся местами. Завтра я сама поеду в архив, а ты займёшься своими делами. Как только я что-нибудь выясню, то сразу же позвоню тебе.

– Хорошо, любимая. Ты уже закончила свои дела?

– Да, помощница закроет магазин, а мы можем ехать.

Они вышли из кафе, сели в машину и направились в сторону дома. По дороге Настя вспомнила про то, что произошло днём на пешеходном переходе, и решила рассказать об этом Алексею. Когда он услышал её рассказ, вид у него сделался крайне обеспокоенным.

– С тобой точно всё в порядке? Ты не ударилась, не стукнулась?

– Нет, мы успели отскочить в сторону. Но если бы я не среагировала, то мы оказались бы под колёсами. Вот я и думаю, случайность это или нет?

– Ты связываешь это со смертью профессора и студентки? – догадался он.

– Да, сначала так и было. Я уверена, что их автомобилю помогли упасть в озеро. И мне казалось, что от нас тоже решили избавиться. Но, когда я узнала, что у тебя всё в порядке, уверенности в том, что на мою жизнь покушались, во мне поубавилось. Мне кажется нелогичным, что расследованием занимаются оба, а покушаются на жизнь только одного. Тем более происходит это среди белого дня.

– Хорошо, – сказал Алексей, немного успокоившись. – Но всё-таки нам с тобой нужно быть предельно осторожными. Похоже, что мы играем в очень опасную игру.

– Да, – кивнула Настя. – Но должны ведь мы выяснить правду. Для этого нужно понять, что за третье лицо стояло за смертью Пушкина. Ты сегодня узнал, что ему желал смерти его однокурсник Фёдор Бобров. Поэтому нам нужно выяснить дальнейшую судьбу этого человека.

На следующее утро Настя поехала в Санкт-Петербург, чтобы продолжить поиски в архиве, а Алексей остался дома писать книгу. Она приехала к самому открытию, и народу в архиве пока было не очень много. Около часа ей понадобилось, чтобы найти первое упоминание о лицеисте Фёдоре Боброве. Потихоньку она начала тянуть за эту нить, постепенно распутывая клубок, и картина стала вырисовываться.

Фёдор Бобров был отчислен из Царскосельского лицея в 1816 году. Но ему всё-таки позволили продолжить обучение на дому, что казалось удивительным. Возможно, руководство лицея не хотело портить статистику, поэтому и пошло на такой шаг. Но что было ещё более странным, так это то, что выпущен он был не в чине коллежского секретаря, как тот же Пушкин, что было бы логичнее для такого неординарного случая. Он вышел на службу сразу на класс выше – в чине титулярного советника. Но назначение на службу ему было не в Петербург, а в Москву, поэтому он переехал. Через некоторое время он подал прошение о переводе в Петербург, но получил отказ.

«Видимо, он хотел вернуться поближе к Пушкину, раз обещал отомстить» – подумала Настя и продолжила искать информацию.

Было ещё два отказа, подписанные одним и тем же чиновником. Далее последовала ссора и дуэль с этим самым чиновником, на которой Бобров его убивает. Со службы он уходит и всё-таки перебирается в Петербург. Там он перебивается случайными заработками, но видно, что его жизнь уже катилась по наклонной. Он много пил, участвовал в пьяных драках и числился в полиции злостным нарушителем порядка. В одной из таких драк в кабаке Петербурга его пырнули ножом и он умер.

«Похоже, что эта ниточка оборвалась», – вздохнула Настя. Выходит, два дня были потрачены впустую и они с Алексеем двигались совсем не в том направлении. Нужно было думать, где искать дальше, поэтому Настя решила немного изучить интересные факты из жизни Александра Сергеевича Пушкина. Часа два она ещё полистала документы, но ничего интересного для себя не обнаружила. Тогда она позвонила Алексею:

– Привет, любимый. Как у тебя успехи?

– Всё хорошо, сегодня написал довольно большую главу книги, а теперь отдыхаю. А как у тебя?

– Причастность Фёдора Боброва к смерти Пушкина не нашла подтверждения. Он был убит в начале двадцатых годов в пьяной драке. Больше пока ничего не нашла, что могло бы помочь нам в расследовании. Что-то я немного устала и проголодалась. Ты можешь за мной приехать?

– Конечно, родная. Сейчас же собираюсь и выезжаю, буду через час с небольшим.

После разговора Настя стала ждать мужа, параллельно пролистывая документы. Ей хотелось просмотреть всё, что она взяла, пока он не приехал. Внезапно её взгляд привлёк странный список. На нём были женские имена, фамилии или инициалы – в каждой строчке по-разному. Но почерк был не очень разборчивый.

В это время в здание архива вошёл Алексей. Увидев Настю, он подошёл к ней и сел рядом.

– Смотри, – сказала она ему. – Искала информацию о Пушкине и увидела такой список женщин. Но пока не разобралась, что это такое.

– Это Донжуанский список Пушкина. Как-то раз в конце двадцатых годов девятнадцатого века он заглянул в гости к сёстрам Ушаковым – Екатерине и Елизавете. Разговор зашёл о любви, и девушки спросили о том, скольких женщин он любил. Тогда Александр Сергеевич взял альбом одной из сестёр и быстро составил список.

Алексей пригляделся и добавил:

– Похоже, что в интернете выставлен не полный список. Я вижу, что имён здесь указано немного больше.

Он указал пальцем на несколько имён и фамилий в самом конце. Внезапно и Алексей, и Настя одновременно открыли рты от удивления, расшифровав одну из записей. В списке значилась фамилия Вересова – точно такая же, что и у президента компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ» Вересова Владимира Леонидовича.

Глава 17

– Может быть, это всего-навсего совпадение, – предположил Алексей.

– Не думаю, – ответила ему Настя. – Здесь определённо что-то скрыто. Надо проверить, связаны ли Вересов из нашего времени и эта женщина из девятнадцатого века родственными узами. И ещё нам нужно обязательно выяснить, что за история произошла у неё с Пушкиным.

Внезапно раздался голос работницы архива:

– Дамы и господа, через десять минут наш архив закрывается. Если вы не успели, то сможете продолжить работу с документами завтра.

– Пожалуй, так мы и сделаем, – сказала Настя Алексею, вставая из-за стола. – Завтра я опять приеду сюда и попробую докопаться до истины. А сейчас отведи меня куда-нибудь покушать, я такая голодная.

Так как они приехали сюда на разных машинах, то, выйдя на улицу, решили остановиться и обсудить план своих дальнейших действий. Внезапно Настю посетила идея.

– Слушай, – сказала она Алексею. – А ведь наверняка у такого большого человека как Вересов есть составленное генеалогическое древо, ну или доступная общественности родословная. Я, конечно, могу и ошибаться, но мы должны попробовать это выяснить. А что, если нам обратиться к твоей знакомой, которая работает у него?

– А что, это хорошая мысль, – сказал Алексей, доставая телефон. – У неё как раз должен закончиться рабочий день, и мы могли бы пригласить её поужинать вместе с нами.

Он стал набирать номер, но ответила ему не Светлана, а какой-то мужчина.

– Здравствуйте, я бы хотел поговорить со Светланой. Я не ошибся номером?

– А Вы кем ей приходитесь? – спросил тот в ответ.

– Меня зовут Алексей Беляев, я писатель. Мы со Светланой учились вместе в институте. А я с кем говорю?

– Капитан Самсонов, – ответил мужчина. – Поговорить со Светланой Вы не сможете, потому что она мертва.

Некоторое время Алексей молчал, переваривая информацию и не веря своим ушам. Настя, увидев его состояние, напряжённо ожидала продолжения.

– Как это произошло? – наконец, вымолвил Алексей.

– Несколько часов назад её тело обнаружили в лесу за городом. Стали разбираться и выяснили благодаря камерам видеонаблюдения, что утром, когда она вышла из своего подъезда и направилась на работу, какие-то люди в масках затолкали её в большой внедорожник и увезли в неизвестном направлении. Сейчас идут следственные действия.

– А этот автомобиль пока не обнаружили? – спросил Алексей капитана Самсонова.

– Я же сказал, что пока ведутся следственные действия, и в интересах следствия эта информация не разглашается.

Капитан замолчал, что-то обдумывая, и, наконец, произнёс:

– Так как я знаю Вас, как хорошего писателя, и люблю читать ваши книги, то скажу, что автомобиль объявлен в розыск, но пока не обнаружен. Он был чёрного цвета, с тонированными стёклами и без номеров, так что найти его будет не так-то просто. Мы сейчас пытаемся установить её недавние контакты, и вызываем для дачи показаний всех, кто ей звонит, но Вас я спрошу по телефону. Скажите, когда Вы с ней виделись в последний раз?

– Пару дней назад мы с ней случайно встретились на улице, когда она шла на работу. Мы не виделись до этого много лет, поэтому решили выпить кофе и поговорить. Но времени у неё было не так много, так как она торопилась в офис, поэтому мы договорились с ней встретиться позднее и поужинать. Вот поэтому я сейчас и звонил.

– Всё ясно, – ответил капитан. – Ну ладно, будем работать дальше.

– Подождите. У меня есть информация, которая может помочь в расследовании этого дела. Вчера днём на Невском проспекте на пешеходном переходе мою жену чуть не сбил большой чёрный внедорожник с тонированными стёклами и без номеров. Мне почему-то кажется, что это был один и тот же автомобиль. Инспектор ГИБДД, который составлял протокол, уже должен был начать поиски этого автомобиля. Наверное, вам нужно связаться с ним.

– А какая здесь может быть связь?

– Ну как же, после долгих лет мы встречаемся со Светланой. Потом мою жену почти сбивает, а затем увозит в лес Светлану, скорее всего одна и та же машина.

– Да, пожалуй, – согласился капитан. – Спасибо за информацию, будем искать. До свидания.

– До свидания, – ответил ему Алексей, отключил звонок, посмотрел на Настю и пересказал ей весь разговор.

– Это уже серьёзно, – сказала задумчиво Настя. – Ясно, что это никакое не совпадение. Нужно звонить нашему знакомому из ФСБ.

Алексей молча кивнул, соглашаясь с ней. Настя достала телефон и набрала номер.

– Сергей Геннадьевич, добрый день!

– Настя, рад тебя слышать, – весело ответил собеседник. – Как у тебя дела? Как Алексей?

– Возможно, у нас неприятности, Сергей Геннадьевич, поэтому я Вам и звоню. Нужно с Вами посоветоваться.

– Так, – серьёзно ответил мужчина. – Опять ты во что-то вляпалась? Где ты сейчас находишься?

– Мы с Алексеем стоим возле архива, – ответила Настя и назвала адрес.

– Приезжайте ко мне на Литейный. Кстати, как ты насчёт того, чтобы нам перекусить?

– Я с удовольствием, ужасно проголодалась.

– Тогда позвони, как только подъедете. Я к вам выйду, и сходим в кафе, там и поговорим, – сказал Сергей Геннадьевич и разъединился.

Настя и Алексей сели каждый в свой автомобиль и сквозь вечерние пробки направились в сторону Литейного проспекта.

Глава 18

Когда они подъехали к зданию Федеральной Службы Безопасности на Литейном проспекте, Сергей Геннадьевич как раз выходил на улицу. Он как будто чувствовал, что они должны подъехать именно в это самое время, хотя, возможно, так оно и было. За долгие годы службы у него вполне могли развиться и такие качества.

Настя познакомилась с ним ещё прошлым летом, когда занималась одним из первых своих серьёзных расследований. Можно с уверенностью сказать, что тогда Сергей Геннадьевич спас ей жизнь. Хотя она в свою очередь тоже помогла ему с поисками, поэтому они получили взаимную выгоду.

С тех пор Настя несколько раз обращалась к нему за помощью, и он никогда не отказывал ей, всегда выручал, как мог. С Алексеем он тоже был знаком. Настя познакомила их почти сразу же после своего знакомства с будущим мужем. Вернее, их познакомили обстоятельства, так как Алексей тоже оказался втянутым в расследование Анастасии, а она в тот момент как раз обращалась за советом и помощью к Сергею Геннадьевичу.

После взаимных приветствий они все вместе отправились в ближайшее кафе. Когда они разместились за столиком и сделали заказ, Сергей Геннадьевич сказал:

– Так, ну рассказывайте, что там у вас произошло.

Настя кивнула, собралась с мыслями и начала свой рассказ.

– Всё началось с того, что знакомый Алексея – профессор истории Тихомиров – опубликовал записи Ланского, в которых говорилось, что к смерти Александра Сергеевича Пушкина причастно третье лицо. Эти записи ему передала его студентка – дочь покойного коллекционера старинных документов. После этого профессор бесследно исчезает, как и его студентка. Затем в подконтрольных компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ» средствах массовой информации появляется статья, в которой говорится, что Пушкин сам искал смерти, а профессор просто ушёл от жены к молодой любовнице. Мы встретились с журналистом, фамилия которого была указана под статьёй, но он не пошёл на контакт.

– И нам даже показалось, что он намеренно ушёл от ответа, – добавил Алексей. – Скорее всего, эта статья была заказная.

– После этого мы поехали к вдове коллекционера. Она нам сказала, что её дочь никак не могла сбежать с профессором, так как у неё есть жених. Оказывается, этого коллекционера совсем недавно убили и вынесли все документы. Вернее, почти все, потому что мы обнаружили у него в ящике часть дневника Пушкина, в которой затронута тема восстания Декабристов. Выяснилось, что в статье не было ни единого слова правды. Тогда мы снова поехали к журналисту, поставили его перед фактом, немного припугнули и он сослался на Вересова Владимира Леонидовича.

– Президента компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ»? – уточнил Сергей Геннадьевич.

– Да. На следующее утро нам позвонила его секретарша и пригласила к нему на встречу. Только он ничего особенного нам не сказал, только лишь то, что мы суёмся туда, куда не следует. По крайней мере, именно так это всё и прозвучало из его уст. Выйдя из здания, мы встретили знакомую Алексея Светлану, с которой он не виделся с институтских времён. Оказалось, что она работала у Вересова. Светлана рассказала, что эта статья была написана ради того, чтобы вызвать ажиотаж и знакомый Вересова смог бы продать на аукционе найденную рукопись пятой главы из Евгения Онегина дороже.

– Потом я вспомнил, что про пятую главу профессору ранее рассказывал его знакомый пушкинист, – сказал Алексей. – Мы поехали к нему, и он нам дал почитать ещё одну часть из дневника Пушкина, в которой как раз говорилось про это.

– А что там случилось с этой главой? – поинтересовался Сергей Геннадьевич.

– Сначала он проиграл её в карты, – ответил Алексей. – Потом всё-таки смог отыграться, но от судьбы не уйдёшь. На обратном пути в Санкт-Петербург в поезде он потерял эту рукопись. С ним в купе ехал его хороший знакомый Михаил Иванович Веденеев, который служил в Императорской канцелярии. Они вместе обыскали всё вокруг, но рукопись так и не нашли.

– Интересная история, – произнёс Сергей Геннадьевич. – И что дальше?

– Да, интересная, – сказала Настя. – Только она не особо помогла нам. Хоть пушкинист и рассказал нам, что Вересов сам является владельцем рукописи и продаёт её на аукционе через подставное лицо, мы решили, что эта история не связана с исчезновением профессора. И тут мы узнали, что автомобиль профессора, в котором был он сам и его студентка, достали со дна озера. Оба они были мертвы. Да, кстати, пушкинист рассказывал, что ещё одна часть дневника может храниться в Царскосельском лицее.

– Утром я отвёз Настю на работу и поехал в лицей, – продолжил рассказ Алексей. – Там мне удалось найти часть дневника и прочитать её. Выяснилось, что во времена учёбы Пушкина был в лицее один человек по прозвищу Баламут, который желал смерти Александру Сергеевичу. На следующий день Настя поехала в архив, но эта версия не подтвердилась. Зато к концу дня она обнаружила список женщин Пушкина, и там была фамилия Вересова. Теперь мы хотим найти связь этой дамы и президента компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ». Нужно понять, связывают ли их родственные узы. Мы хотели уточнить кое-какие моменты у Светланы, но оказалось, что она мертва. Её затащили в чёрный внедорожник и вывезли в лес.

– Да, мы же не сказали, – добавила Настя. – Когда Лёша был в Царскосельском лицее, меня чуть не сбила точно такая же машина. Сопоставив все факты, мы решили пойти к Вам.

В это время официант принёс их заказ, и они приступили к еде. Ели они молча, и Сергей Геннадьевич время от времени поглядывал на них. Наконец, он произнёс:

– Да уж, опасную игру вы затеяли, ребята. Ох, опасную. По-хорошему, к вам бы приставить охрану. Но доказательств пока маловато. Пока же возьмите на всякий случай это.

Он протянул им две маленькие брошки.

– Закрепите их на внутренней стороне одежды и всегда носите с собой. Там встроенные передатчики, которые будут фиксировать ваше местоположение, а если вы вдруг почувствуете опасность, то откройте крышку и нажмите на кнопку, – сказал он. – Тогда к вам на помощь приедет специальная группа. Я же постараюсь быстрее разобраться во всём и найти зацепку. Ну, всё, мне пора, берегите себя.

Он встал, оставил деньги за свой ужин на столе, кивнул им на прощание и вышел. Настя и Алексей вышли на улицу вслед за ним, сели в автомобили и поехали домой.

Глава 19

На следующее утро Настя опять приехала в архив к самому открытию. Теперь её целью было узнать, кем была эта Вересова, которая значилась в списке Пушкина, и что её связывало с поэтом. Сегодня в архиве работала та же самая женщина, что и вчера. Она узнала Настю и с радостью взялась ей помочь. Самой Насте было бы нелегко справиться с такой задачей. Да и с помощью работницы архива понадобилось целых два часа, чтобы обнаружить первое упоминание о Вересовой.

Выяснилось, что в 1828 году Пушкин познакомился с двадцатилетней Елизаветой Александровной Вересовой, и между ними сразу вспыхнула любовь. Отец у неё был человеком достаточно строгих правил и сам подыскал ей жениха – сына своего хорошего друга. Других же молодых людей он и близко не подпускал к своей дочери. Поэтому Александр Сергеевич мог встречаться с Елизаветой только тайно, что они и делали.

Это всё Настя прочитала в заметках друга Пушкина, в которых он немного описал детали этой тайной связи, о которой знали не очень многие. Он писал, что Пушкин с Елизаветой даже хотели обвенчаться втайне от её отца – настолько сильными были их чувства. Но как быстро чувства Пушкина вспыхнули, также быстро они и остыли. Он решил расстаться со своей бывшей возлюбленной, но оказалось, что она ждёт от него ребёнка. Но Пушкин уже не испытывал к ней никаких чувств, поэтому дал сколько мог денег на содержание ребёнка и прекратил с ней отношения.

Больше в записях ничего по этой теме сказано не было, и Настя стала сравнивать временные периоды. Оказалось, что он расстался с Елизаветой буквально за месяц до своего знакомства с будущей женой Натальей Николаевной Гончаровой. В дальнейшей судьбе Пушкина Вересова Елизавета Александровна нигде не фигурировала.

Тогда Настя решила зайти со стороны отца и поискать информацию о его дочери. В скором времени она нашла то, что искала. Отца Елизаветы звали Вересов Александр Иванович, он был приверженцем старых порядков и своих детей воспитывал в строгости. Выяснилось, что он был членом одной из масонских лож Санкт-Петербурга, причём занимал там довольно высокое положение. И дочь свою он должен был выдать замуж за сына своего друга, который тоже был влиятельным масоном. Их целью было объединение кланов и усиление позиций ложи, в которой они состояли, возвышение её среди всех прочих масонских лож. Подготовка к свадьбе шла полным ходом, но вдруг выяснилось, что дочь Вересова забеременела неизвестно от кого. Естественно, свадьба сорвалась, из-за чего Александр Иванович был очень зол.

Он допытывался у дочери, кто является отцом ребёнка, но она, по всей видимости, не выдала Пушкина. Делать было нечего, Вересов принял ситуацию такой, какой она была, и они стали готовиться к родам. К сожалению, роды проходили крайне тяжело, и Елизавета не выдержала этих мучений. Она умерла, но ребёнка всё же удалось спасти. Было не совсем ясно, успела она рассказать про Пушкина отцу или нет, об этом не было сказано ни слова.

Отец Елизаветы немного погоревал, но ему надо было растить и воспитывать внука, и он принял на себя эти обязанности. Если он и узнал о том, кто именно был отцом ребёнка, то, скорее всего, простил его, так как всё внимание перенёс на внука. Вересов души в нём не чаял, так как в этом ребёнке была частичка души его дочери. Уж в этом он нисколько не сомневался. Но однажды всё изменилось. Когда ребёнку было пять лет, он тяжело заболел и в скором времени умер. Горю Александра Ивановича можно только посочувствовать. Он вышел из масонской ложи и отошёл от всех дел. Со стороны казалось, что он замкнулся в себе. Больше информации о нём не было.

Настя отложила записи и стала размышлять. Конечно, сейчас для неё главным вопросом было то, рассказала или нет Елизавета перед смертью Вересову о том, что отцом ребёнка был Пушкин. Если бы он знал это, то вполне мог быть тем самым третьим лицом, причастным к смерти поэта. У Ланского было написано, что это был злодей, каких ещё свет не видывал. Ну, так Борис Иванович вполне подходил на эту роль со своей строгостью, да ещё после смерти сначала дочери, а потом и внука. Да он после этого мог обозлиться на целый свет, что уж говорить о виновнике всех его несчастий. А то, что он вышел из масонской ложи, ещё ничего не значило. Он вполне мог состоять в ней тайно. Пожалуй, с этой стороны и надо было зайти, чтобы продолжить поиски дальнейшей судьбы Вересова Александра Ивановича. И нужно было ещё узнать, как он может быть связан с президентом компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ» Вересовым Владимиром Леонидовичем.

Настя посмотрела на часы и решила, что сейчас уже поздно продолжать, тем более она опять осталась без обеда, с головой погрузившись в поиски. Внезапно у неё зазвонил телефон. Взглянув на экран, она увидела, что это звонил её муж.

– Привет, любимая, – сказал Алексей. – Я приехал без предварительного звонка, потому что решил, что ты проголодалась. Я стою у выхода, когда ты освободишься?

– Сейчас выйду, дорогой, – ответила Настя. – Я уже закончила, и я очень голодная.

Она вышла на улицу, и они направились в ближайшее кафе. Там они сначала поели, а уж потом Настя рассказала Алексею всё, что ей удалось выяснить за сегодняшний день.

– А ведь Пушкин тоже был членом масонской ложи, – задумчиво сказал он Насте.

Немного подумав над его словами, Настя ответила:

– Я уверена, что в масонском вопросе и кроются все ответы. Завтра мы продолжим поиски, а теперь поехали домой, я так устала.

Они вышли на улицу и направились в сторону припаркованных автомобилей.

Глава 20

После ужина Настя и Алексей решили погулять с собакой по лесу и подышать свежим воздухом. Пение птиц и запахи природы помогли им расслабиться, стряхнуть с себя все дневные заботы, и они вновь вернулись к обсуждению плана действий.

С одной стороны, все их дальнейшие шаги, конечно же, были сопряжены с очень большим риском. Хоть доказательств того, что все эти события связаны между собой, и не было, но всё же их связь казалась очевидной. С того момента, как профессор опубликовал в своём блоге записи Ланского, события стали развиваться с невероятной быстротой, запутываясь между собой в причудливый клубок, распутать который становилось всё сложнее и сложнее. И смерть профессора со студенткой, и убийство коллекционера и Светланы, а также покушение на Настю – всё это было звеньями одной цепи, причём крайне опасной. Настя не хотела, чтобы они с Алексеем стали ещё одним её звеном.

С другой же стороны, отказаться от дальнейшего расследования они теперь не могли. Во-первых, профессор был очень хорошим приятелем Алексея, и они должны были выяснить истинную причину его смерти. А во-вторых, Настя и сама хотела распутать этот клубок. Так случалось каждый раз, когда ей на пути встречалась какая-нибудь тайна. Так что речь теперь шла не о том, продолжать ли им расследование, а о том, какие именно шаги им следует предпринять дальше.

– Не надо бояться трудностей, – сказала Настя. – Нужно просто делать, невзирая на опасности, которые могут нас поджидать на пути. В крайнем случае, Сергей Геннадьевич поможет, если нам вдруг будет угрожать опасность.

– Да, – согласился Алексей. – Нужно как-то узнать, является ли отец Елизаветы Вересов Александр Иванович дальним родственником нашему Вересову. И знал ли он, что ребёнок у неё был от Пушкина? А если нет, то была ли связь между ним и Пушкиным по масонской линии?

– И ещё нужно понять, куда он подевался после смерти ребёнка, выяснить его дальнейшую судьбу. Одним словом, вопросов много, и нужно найти на них ответы, – подытожила Настя. – Давай начнём с того, что сначала выясним, как и когда Пушкин вступил в масонскую ложу.

– Это я знаю. Пушкин стал масоном в 1821 году во время своей южной ссылки, вступив в масонскую ложу под названием «Овидий», которая располагалась в Кишиневе. Подробностей, увы, я не знаю.

– Нужно будет это выяснить. Но для начала понять саму суть масонства.

– Я вкратце могу рассказать, но лучше пойдём домой, посмотрим более подробно в интернете.

Они развернулись и направились обратно в сторону дома. Немного передохнув и выпив по чашке чая, Настя и Алексей расположились возле компьютера и принялись изучать информацию.

Как и все, Настя раньше слышала о масонах и их обществе, но весьма поверхностно. Сейчас же, глядя на экран, она узнала для себя много нового и интересного.

Масонство – одно из самых известных движений в истории Европы, окутанное множеством тайн, легенд, слухов и преданий. Официально оно возникло в 1717 году, когда в Лондоне была открыта первая масонская ложа. Спустя всего несколько десятилетий эта тайная организация распространилась по всему континенту.

Само понятие масон, а вернее франкмасон, происходит от старого французского слова, и дословно переводится, как «вольный каменщик». Большинство исследователей сходятся во мнении, что история возникновения масонства связана со строительными гильдиями, появившимися впервые в Англии в двенадцатом веке. Уже через пару столетий это движение имело большое значение для развития городов, так как его представители избирались в органы самоуправления.

Движение каменщиков имело свой герб, а также было наделено большими правами и привилегиями. В отличие от остальных слоёв населения, которые были обязаны соблюдать законы осёдлости, каменщики могли беспрепятственно передвигаться по территории страны. Поэтому их и назвали вольными.

Их жизнь определялась уставом. Время от времени представители гильдии собирались на собрания в специальном помещении, которое называлось ложей. Впоследствии ложей стала называться и вся артель каменщиков. Они стали объединяться в братства, чтобы оказывать помощь наиболее нуждающимся его членам, а также для установления связей с подобными организациями. Каменщики использовали тайные символы, знаки и пароли, по которым могли легко узнать члена братства.

К шестнадцатому столетию деятельность ремесленных братств пришла в упадок, и только вольные каменщики продолжали хранить свои традиции и обычаи. Однако в члены братства теперь принимались не только строители, но и представители других слоёв общества. Но только по рекомендации одного из членов братства. Именно эти люди принесли новые идеи и задачи, вдохнули в масонство новую жизнь.

В ордене существовала своя иерархия, своя структура. Как и сейчас, организационной единицей масонов во всём мире являлась ложа. В её состав обычно входило примерно сорок-пятьдесят членов. Организация имела свой устав, правила, владела имуществом и казной. В каждой стране деятельность таких лож регулировала Великая ложа во главе с Великим мастером. Имена членов братства было запрещено разглашать, если они сами этого не захотят. И тот, кто однажды вступил в масоны, должен был придерживаться определённых правил до конца жизни. А когда он умирал, в гроб ему клали белую перчатку. Именно такую перчатку и положили в гроб Александра Сергеевича Пушкина.

В нашей стране первые масоны появились во времена правления Петра I. Возникновение светского движения, объединившего прогрессивно-мыслящих людей, с самого начала было окутано тайнами и легендами. Его расцвет пришёлся на эпоху правления Александра I – начало девятнадцатого века. Однако при нём же, в 1822 году, оно было запрещено, и лишь спустя десятилетия стало возрождаться вновь. Тем не менее, в 1825 году всё же произошло восстание Декабристов, многие из участников которого были масонами.

Глава 21

– Нам надо как-то узнать, в какой масонской ложе состоял Вересов Александр Иванович, и была ли эта ложа как-то связана с ложей «Овидий» в Кишинёве, в которую вступил Пушкин. Только как это сделать, ведь даже если какая-то информация об этом и сохранилась, то она наверняка засекречена.

Алексей ненадолго задумался, а затем сказал:

– У меня есть приятель. Мы с ним не больно часто общаемся, но я знаю, что он пару лет назад стал масоном. Можно попробовать ему позвонить и сказать, что я пишу книгу о масонах начала девятнадцатого века. Может быть, он сможет мне как-то помочь.

– Отличная идея, – ответила Настя. – А я пока пойду, чайник поставлю и что-нибудь к чаю приготовлю.

Настя ушла на кухню, приготовила чай с бутербродами, и минут через десять вернулась к Алексею. Он как раз закончил разговор по телефону. Они приступили к чаепитию, и Алексей начал рассказывать:

– Мы с этим приятелем уже полгода, наверное, не виделись, хотя раньше общались гораздо чаще. Я его попросил немного рассказать о масонстве, но он отделался парой фраз и ничего толком не ответил. Тогда я сказал, что пишу книгу о масонах в России, и это его заинтересовало. Он завтра утром донесёт информацию до мастера своей ложи, и после этого со мной свяжутся.

Отлично! – сказала Настя. – Давай выпьем по бокалу твоего замечательного вина! Что-то какая-то усталость сегодня, да и спина немного побаливает.

– Конечно, – Алексей достал бутылку с вином, 2 бокала и они перешли к камину.

После первых же глотков Настя почувствовала, как по телу разливается тепло и состояние невесомости. Хотелось просто сидеть и мечтать, глядя на покачивающиеся языки пламени. Некоторое время они так молча и сидели, потихоньку потягивая вино из бокалов, а потом Алексей спросил:

– Тебе лучше? Расслабилась немного?

– Да, любимый, гораздо лучше.

– А спина как?

– Чувствуется ещё небольшая усталость и немного тянет, – пожала плечами Настя.

– Нужно сделать тебе массаж, – сказал Алексей, поднимаясь с кресла и ставя бокал на стол. – Ложись на диван, я пока мазь принесу.

Он ушёл, а Настя тоже встала и поставила свой бокал. Затем она подошла к дивану и стала медленно раздеваться, пока не осталась в одних трусиках. От камина по комнате расходилось тепло, поэтому Настя чувствовала себя комфортно. Она взяла простынь, постелила её на диван и легла.

В это время в комнату вошёл Алексей и на мгновение замер. Они были знакомы уже несколько месяцев, но каждый раз вид стройного тела супруги будоражил его мысли, заставляя кровь бурлить мощным потоком, разнося возбуждение по всему телу. Он сделал глубокий вдох и направился к Насте. Сев на край дивана, он выдавил из тюбика на руки немного мази для массажа, и стал медленно поглаживать её спину.

Затем движения рук Алексея вошли в более профессиональный ритм настоящего массажиста, это действие целиком поглотило его, и Настя почувствовала, как её спина наполняется жаром, а усталость из тела уходит. Через некоторое время от боли и усталости не осталось и следа, но теперь Настя чувствовала другое – она стала ощущать во всём теле возрастающее с каждой секундой желание.

Алексей уже закончил массировать спину и начал медленно поглаживать её ноги, постепенно опускаясь к ступням. Взяв их в руки, он стал большими пальцами совершать круговые движения, и по всему телу у Насти пошли мурашки от возбуждения. Алексей повёл руками вверх и дошёл до внутренней стороны её бёдер. Их обоих накрыла такая нежность, что они, уже не в силах сдерживаться, кинулись в объятия друг друга, слившись в страстном поцелуе. Руки ласкали кожу, одежда была сброшена на пол, жар любви подхватил их и унёс куда-то в параллельный мир, где кроме этой волшебной сказки ничего больше не существовало.

Спустя довольно продолжительное время они лежали в полумраке, слегка освещаемые остатками углей в камине, ласково обнимали друг друга и разговаривали.

– Я всегда мечтала о большой семье, – говорила Настя, – с самого детства. Чтобы любить и быть любимой, жить в большом доме и наблюдать, как растут мои дети. Чтобы все мы были очень дружны, заботились друг о друге и всегда могли прийти на помощь, чего бы ни случилось.

– Наши дети, – поправил её Алексей. – Видеть, как растут наши дети. Всё так и будет, любимая моя. Так уже происходит. У нас уже есть дружная семья, и у нас будет много детей. Главное, что мы нашли друг друга. Остальное всё решаемо, мы вместе пройдём через любые испытания.

– Я так счастлива, – улыбнулась ему Настя, закрыла глаза и, согреваемая его теплом, в скором времени уснула.

Глава 22

Утром во время завтрака Алексею позвонил его приятель, которого Алексей просил рассказать о масонстве. Он сказал, что накануне вечером рассказал мастеру о том, что писатель Алексей Беляев пишет книгу о масонах начала девятнадцатого века, и мастер согласился побеседовать с ним сегодня днём. Алексей поблагодарил приятеля, убрал телефон и сказал Насте:

– Встреча с мастером масонской ложи «Астрея великая» состоится через два часа. Как раз по пути я завезу тебя в магазин, а сам уеду на встречу. А как только она закончится, я заеду за тобой.

– Хорошо, – ответила Настя. – Странное название у этой ложи, ты не находишь?

– Да, странное. Заодно и узнаю, почему она так называется.

Настя осталась в Антикварной лавке заниматься делами, а Алексей поехал по адресу, названному его приятелем. Приехав на место, он увидел, что тот уже ждёт его возле ворот. Поднялся шлагбаум, Алексей заехал на территорию и припарковал автомобиль на стоянке. Выйдя на улицу, он стал осматривать трёхэтажное здание и небольшую территорию за забором, на которой это здание располагалось. В это время к нему подошёл его приятель.

– Хорошо, что ты приехал немного раньше, мастер не любит, когда опаздывают, – тихим голосом сказал он.

Они обменялись рукопожатиями, и пошли к входу в здание.

– Кабинет мастера находится на третьем этаже. Я тебя провожу и пойду по своим делам. А там тебе уж покажут, куда идти.

– Хорошо, – ответил Алексей.

Они поднялись по лестнице, прошли по коридору и остановились возле большой двери, на которой было написано Мастер ложи «Астрея великая» Иммануил.

– Всё, дальше ты иди сам, тебя там уже ждут, а я побежал по делам, – сказал Алексею приятель, пожал руку на прощание и удалился.

Алексей постучался, немного подождал, а затем открыл дверь и вошёл внутрь. Оказалось, что это был ещё не кабинет мастера, а только лишь приёмная. За столом сидела девушка и работала на компьютере. Оторвавшись от своего занятия, она посмотрела на вошедшего и спросила:

– Вы к мастеру Иммануилу? Алексей Беляев, всё верно?

– Да, – коротко ответил ей Алексей.

– Подождите немного, я скажу, когда можно будет войти, – она указала на стул, стоящий возле стены, и продолжила работу.

Алексей сел на стул, но сидеть ему долго не пришлось. Распахнулась дверь кабинета мастера и оттуда вышел какой-то мужчина, сразу же закрыв за собой дверь. Проходя мимо стола секретарши, он галантно ей улыбнулся, попрощался, мельком взглянул на Алексея и вышел из приёмной.

– Вы можете заходить, – сказала секретарша Алексею.

Тогда он встал, подошёл к кабинету, открыл дверь и вошёл внутрь. Алексей ожидал увидеть нечто особенное, необычное, исходя из таинственности масонов и их организации, но увидел перед собой вполне себе обыкновенный кабинет. За столом сидел мужчина интеллигентного вида в костюме и смотрел на Алексея. Когда тот закрыл дверь, мужчина произнёс:

– Проходите, присаживайтесь.

– Здравствуйте, – сказал Алексей и сел на кресло, на которое указал мастер.

– Добрый день. Вы ведь писатель Алексей Беляев?

– Да, всё верно.

– К сожалению, ничего про Вас не слышал, – развёл руками Иммануил. – Я мало читаю чужие книги. Сами понимаете, у нас своя собственная литература.

– Да, понимаю. У каждого человека свои интересы, вкусы, предпочтения.

– Вот именно, – сказал мастер, смотря Алексею прямо в глаза. – Мне сказали, что Вы пишете книгу о масонах.

– Да, в своей книге я затрагиваю вопрос масонства начала девятнадцатого века, вплоть до самого его запрета в 1822 году. Ещё мне интересна связь между различными масонскими ложами того времени. Но у меня возник первый вопрос, когда я увидел название вашей ложи. Скажите, почему она так называется – «Астрея великая»?

– Наша ложа – продолжатель обычаев и традиций Великой ложи «Астрея», созданной в 1815 году. Великим мастером этой ложи стал граф Василий Валентинович Мусин-Пушкин-Брюс.

– Тройная фамилия? – удивился Алексей. – А почему в фамилии Пушкин? Он что же, родственник Александра Сергеевича Пушкина?

– У них очень дальнее родство.

– А вот ещё такой вопрос, – продолжил развивать эту тему Алексей. – Я читал, что Пушкин тоже был масоном, правда ли это?

Некоторое время мастер Иммануил задумчиво смотрел на Алексея, а потом спросил:

– Да, правда. Будет ли об этом написано в Вашей книге?

Алексей сказал, что хотел бы написать и об этом, раз Пушкин был масоном.

– Тогда Вам надо побеседовать с моим помощником Михаилом. Он Вам всё расскажет о Пушкине и масонских ложах. Только чуть позднее, он сейчас занят. Посидите пока на скамейке на улице возле входа, а он к Вам через полчаса подойдёт.

– Хорошо, – сказал Алексей, поднимаясь с кресла. – Спасибо Вам за помощь. Всего доброго.

Мастер лишь кивнул в ответ, задумчиво наблюдая, как Алексей направляется к выходу. Затем он поднял трубку и сказал секретарше:

– Михаила ко мне, срочно!

Алексей же в это время уже шёл по коридору. Затем он спустился по лестнице на первый этаж, вышел на улицу и сел на скамейку. Казалось немного странным то, как мастер насторожился, когда речь зашла о Пушкине. Но, с другой стороны, эта тема Алексея и интересовала. Что ж, придёт помощник мастера Михаил и разъяснит ситуацию. Пока же Алексею оставалось только сидеть и ждать.

Глава 23

Минут через сорок из здания вышел мужчина и сразу же направился к Алексею.

– Добрый день, Алексей, – сказал он. – Меня зовут Михаил. Мастер Иммануил просил, чтобы я помог Вам разобраться в некоторых вопросах. Вы ведь интересуетесь Пушкиным и его связью с масонами?

– Да, всё верно. Я хочу этот эпизод отобразить в своей книге.

– Тогда пойдёмте за мной.

Они обошли главное здание, и Алексей увидел за ним здание поменьше – одноэтажное. На входе была табличка «Библиотека».

– У нас здесь не только библиотека, – сказал Михаил, поймав взгляд Алексея. – В этом здании есть ещё небольшая архивная комната с ограниченным доступом. Я Вас туда проведу, где мы и побеседуем спокойно, а я смогу показать кое-какие документы.

Они зашли в здание и прошли по коридору. В самом конце Алексей увидел металлическую дверь, на которой было написано «Посторонним вход запрещён». Михаил достал ключи, открыл дверь и они зашли внутрь. Комната была не очень большая. Там было несколько шкафов, забитых книгами и коробками, а посередине стояли стол и два стула.

– Давайте присядем и побеседуем, – Михаил указал на один из стульев, и они сели друг напротив друга.

– То, что я Вам сейчас расскажу, является большой тайной. Правду знает только очень узкий круг посвящённых, но мастер дал одобрение на то, чтобы Вы всё узнали, написали об этом в своей книге и открыли людям глаза на великого русского поэта. Может быть, эта информация и не так важна для остального мира, но для нас – масонов – она имеет большое значение.

– Можно я буду записывать наш разговор? – спросил Алексей, доставая телефон.

– Нет, на диктофон не надо, только если в блокнот, – он достал из кармана небольшой блокнот, ручку и протянул их Алексею.

Некоторое время Михаил молча смотрел на Алексея, собираясь с мыслями, и, наконец, произнёс:

– Александр Сергеевич Пушкин – в будущем великий русский поэт – с 1818 по 1822 год участвовал в тайной операции по развалу масонства в России.

Алексей недоумённо посмотрел на Михаила, не совсем понимая, шутит тот или говорит всерьёз.

– Понимаю Вашу реакцию, поэтому сейчас всё Вам объясню, – улыбнулся ему Михаил. – Начнём с того, что Пушкин с самого раннего детства воспитывался на масонских идеях, читал масонские книги, ведь и отец его, и дядя были масонами. Да и вообще – начало 19 века считается временем наибольшего развития Российского масонства. Тогда даже считалось зазорным быть не масоном. Особенно после того, как наши войска прогнали Наполеона Бонапарта, и пошли в заграничный поход. Европа тогда была пропитана насквозь масонскими идеями, и этими идеями пропиталось большинство русских офицеров, многие из которых были выходцами из дворян. И вот, вернувшись на родину, они стали активно внедрять эти идеи в жизнь.

Михаил немного подождал, наблюдая, как Алексей делает в блокноте какие-то пометки, а затем продолжил:

– В 1815 году была образована Великая ложа «Астрея», продолжателем традиций которой является наша ложа. Вслед за ней начали образовываться всё новые и новые ложи по всей России, а старые стали развиваться ещё быстрее. В одну из таких лож хотел вступить и Пушкин в 1818 году, но ему отказали, видимо, приготовив для него совсем другую, гораздо более значимую, роль. К двадцатому году масонские идеи так широко охватили общество, что некоторые высокие чины испугались опасности, которую стало представлять это движение для императора. И, хоть Александр I и сам был масоном, его убедили, что от масонства в России надо избавиться. Но так просто это было не сделать, слишком многие влиятельные люди были масонами. Тогда и была спланирована эта операция, во главу которой решили поставить молодого поэта Александра Сергеевича Пушкина.

– Операция по развалу масонства, во главе которой стоял Пушкин? – недоверчиво спросил Алексей. – Что-то с трудом во всё это верится.

– Понимаю, но у нас есть некоторые доказательства, – он поднялся, взял из шкафа папку с документами, и вернулся на своё место.

– Думаете, Пушкина отправили тогда в ссылку? Как бы ни так. Почему же тогда он не поехал на север или в Сибирь, а направился на юг, где, к тому же, мог передвигаться весьма свободно? У нас есть тайный указ о направлении Пушкина в Кишинёв с целью организации там масонской ложи и ожидания дальнейших указаний.

Михаил достал лист бумаги из папки и положил перед Алексеем.

– Так это же копия, – произнёс Алексей, пытаясь разобрать почерк в указе.

– Оригинал хранится у мастера, – пожал плечами Михаил. – Ну, так вот, в 1820 году Пушкин поехал на юг. Сначала он прощупывал почву и налаживал связи с другими масонами, а весной 1821 года началась подготовка к созданию новой ложи. Пушкин назвал её «Овидий». Вам это о чём-нибудь говорит?

– Что-то знакомое, но точно не вспомню. Какой-то известный человек в древности.

– Да, Овидий был римским поэтом, который жил до нашей эры. Из-за некоторых разногласий с императором Августом он был изгнан из Рима на побережье чёрного моря. Пушкин увидел схожесть своей судьбы и судьбы Овидия, ведь и сам тоже был сослан на черноморское побережье. Поэтому масонская ложа в Кишинёве и получила такое название. Не прошло и года, как операция вошла в свою активную стадию. Пушкин и его соратники убедили местного архимандрита вступить в ряды масонов. Но для этого нужно было пройти символический обряд посвящения. Частью этого обряда был выход из дома и проход по улице с завязанными глазами в подвал.

Михаил поднял указательный палец вверх, чтобы обозначить важность того, о чём он говорит.

– А теперь представьте себе Кишинёв того времени. Десятки беженцев, убежавших от войны между турками и греками, так что и яблоку негде было упасть. А дом, в котором располагалась масонская ложа «Овидий», считался в народе домом дьявола. Так вот, народ с улицы видит, как из этого дома выводят под руки их любимого архимандрита с завязанными глазами, а затем заводят в подвал. Понятное дело, народ взволновался, ворвался в подвал и вытащил его наружу, несмотря на его слова о том, что он сам идёт, добровольно. Затем в Петербург была направлена бумага о бесчинствах масонов, которые творятся в Кишинёве. К делу подключились ярые противники масонства Аракчеев и архимандрит Фотий, и в Кишинёв для расследования этого дела была направлена комиссия, председателем которой стал один из представителей Великой ложи «Астрея». Результат проверки подтвердил данные из донесения, и первого августа 1822 года Александр I подписал указ о запрете всех тайных обществ в России.

Михаил достал следующий лист.

– А это как раз отчёт комиссии о проверке в Кишинёве.

Алексей взглянул на лист, и сразу же его внимание привлекла фамилия председателя этой комиссии. Звали его Вересов Александр Иванович. Выходит, что он состоял в Великой ложе «Астрея», и пересекался с Пушкиным. А судя по его отчёту, у него уже тогда сложилось о Пушкине дурное мнение.

Потом Михаил ещё что-то рассказывал о масонах, но ничего интересного и полезного для расследования Алексей в этих рассказах больше не увидел. После окончания беседы они вместе вышли на улицу, попрощались, Алексей сел в машину и поехал за Настей. У него было, что ей рассказать.

Глава 24

Они сидели в Антикварной лавке в кабинете Насти, и Алексей рассказывал ей о том, что ему удалось сегодня выяснить.

– Одним словом, какая-то тёмная история, – подвёл он итог. – Выглядит как-то не слишком правдоподобно. Да, они показали документы, но это были всего лишь копии. У меня к ним нет никакого доверия.

– Да, похоже, что правду они скрывают, – подтвердила Настя. – Пытаются выставить за правду вымысел. Хотя это надо ещё проверить, вдруг мы с тобой ошибаемся.

– А как же масон Вересов Александр Иванович? Ведь у него в Кишинёве был контакт с Пушкиным. А через 7 лет Пушкин тайно встречается с его дочерью. Таких совпадений не бывает. Но вот как это всё теперь проверить?

– Надо найти какую-нибудь зацепку в Кишинёве. Наверняка должна была где-то остаться связь с масонской ложей «Овидий».

– Не уверен, что даже в архивах есть такая информация. Масоны обычно охраняют свои тайны.

– Значит, у масонов и надо искать ключ. Давай для начала поищем в интернете информацию о ложе «Овидий» в Кишинёве.

Они стали искать, но в основном вся информация подтвердилось. Всё было правдой – и вступление Пушкина в эту ложу, и дата её основания, и даже то, что эта ложа явилась причиной запрета масонства в России через год после открытия. Единственное, что удалось узнать, это полное название ложи. Помимо Овидия, в названии присутствовал ещё и номер ложи – двадцать пять.

Тогда они решили искать зацепку среди современных лож. Через какое-то время они обнаружили, что в Кишинёве в настоящее время существует ложа с таким же номером, хоть и без какого-либо слова в названии. Называется она просто – масонская ложа Молдавии номер двадцать пять.

Тогда они стали искать любое совместное упоминание этой ложи и ложи «Овидий», и всё-таки раскопали, что несколько раз они пересекаются в статьях. Но явной связи между ними Настя и Алексей так и не нашли.

– Надо попробовать позвонить туда и спросить, – сказала Настя. – Посмотрим на их реакцию.

Она нашла телефон этой ложи в Кишинёве и набрала номер. Ответил ей мужчина на молдавском языке. Она поздоровалась на русском, и услышала ответное приветствие тоже на русском языке.

– Скажите, кто мне может помочь в моём вопросе? Меня интересуют некоторые исторические данные, которые касаются масонской ложи «Овидий» номер двадцать пять. Насколько я поняла, ваша ложа как-то отдалённо связана с ней.

– С чего Вы это взяли? – настороженно спросил её собеседник.

– Понимаете, я пишу книгу о масонах и собираю по крупицам информацию из разных источников. Так Вы можете подтвердить эту связь?

– Даже если бы она и была, – ответил мужчина после некоторой паузы, – всё равно по телефону мы такую информацию не дали бы. До свидания.

Он повесил трубку, а Настя сказала Алексею:

– Придётся нам лететь в Кишинёв. Он прав, по телефону такую информацию не разглашают. Нам надо будет самим всё выяснить на месте.

– А как быть с Сергеем Геннадьевичем? Нужно будет его предупредить.

– Да, надо с ним встретиться лично.

Она достала телефон и стала набирать номер.

– Настя, привет! У тебя всё хорошо? – почти сразу же ответил на звонок Сергей Геннадьевич.

– Да, всё нормально. Вы сейчас на месте? Мы хотели бы с Вами поговорить.

– С Алексеем? Подъезжайте, я закажу пропуска.

Через час они уже сидели у него в кабинете и рассказывали о своём намерении отправиться в Кишинёв.

– Об этом не может быть и речи! – слегка повысил он голос. – Вы должны оставаться здесь, там я не смогу Вам помочь в случае опасности.

– Но мы должны поехать туда и на месте найти ответы на вопросы. Мы же будем вдвоём, и я не думаю, что нам что-то может угрожать за границей больше, чем здесь.

– Не думает она, – пробормотал Сергей Геннадьевич. – Да поймите же вы, наконец, что передатчики, которые я вам дал, там работать не будут.

– Я всё понимаю, – продолжала Настя гнуть свою линию. – Но и Вы поймите, что мы должны выяснить, кто за всем этим стоит. Это в том числе и ради нашей безопасности.

Он ещё некоторое время убеждал её в том, что Россию покидать не следует, но потом махнул рукой.

– Ладно, всё равно ведь от своего не отступишь, пока не докопаешься до истины. Хорошо, я вам помогу. У меня в Кишинёве живёт старинный приятель. Он работал в спецслужбах, но сейчас на пенсии. Позвоню ему и попрошу на месте помочь вам. И ещё, давайте свои паспорта, сниму копии. Попрошу помощника, чтобы достал для вас билеты в Кишинёв на ближайшее время. Пока можете ехать домой, я позднее позвоню, когда оформят билеты, и я переговорю со своим приятелем.

Настя и Алексей встали, поблагодарили его и направились к выходу. Но перед тем, как они ушли, он ещё раз попросил их быть осторожнее.

– Будьте каждый день со мной на связи, – добавил он, когда они были уже в коридоре.

– Хорошо, – ответила Настя. – Если что, мы дома, ждём от Вас информацию.

Они поехали домой и стали планировать свою поездку. Сначала нужно было посетить масонскую ложу Молдавии номер двадцать пять, так как разгадка, скорее всего, находилась там. Если же они не смогут ничего там найти, то уже на месте будут решать, как действовать. Возможно, им сможет помочь приятель Сергея Геннадьевича.

Был уже вечер, а звонка от Сергея Геннадьевича так и не последовало. Позвонил он только лишь на следующее утро после того, как они позавтракали.

– Настя, доброе утро!

– Доброе утро, Сергей Геннадьевич!

– Я переслал билеты тебе на электронную почту. Рейс у Вас через 4 часа, так что успеете собраться и доехать вовремя до аэропорта. Со своим приятелем я тоже договорился, он вас встретит и разместит в гостинице, а также будет везде сопровождать. Он с радостью согласился помочь.

– Здорово! – ответила Настя.

– Зовут его Иван Григорьевич, он постарше меня, с сединой в волосах и с бородой, довольно интеллигентного вида. Я думаю, вы его узнаете. На всякий случай напишу номер его телефона.

– Спасибо Вам за всё! – поблагодарила его Настя.

– Удачи в поисках, – ответил Сергей Геннадьевич.

После разговора Настя и Алексей ещё раз обсудили свои действия в Кишинёве, а затем собрали вещи и взяли загранпаспорта. Оставив собаку на время своего отъезда соседям, они закрыли дом, сели в машину и поехали в аэропорт.

Глава 25

Получив свой багаж в аэропорту Кишинёва, Настя с Алексеем вышли в зал прилёта, где собралась большая толпа встречающих, и почти сразу же к ним навстречу шагнул мужчина. По описанию Сергея Геннадьевича они его сразу узнали. Это был его приятель, который согласился им помочь.

– Добрый день, – сказал он. – Вы Алексей и Анастасия, я правильно понимаю?

– Да, всё верно, – подтвердила Настя.

– А меня зовут Иван Григорьевич. Я буду помогать вам во время вашего визита в Молдавию по просьбе Сергея Геннадьевича. Сейчас я отвезу вас в гостиницу, чтобы вы могли отдохнуть, а утром уже отправитесь по делам.

Они проследовали за ним до его машины, сели и все вместе направились в сторону гостиницы.

– Иван Григорьевич, мы не устали, – сказала Настя. – Сейчас ещё только день, мы бы хотели оставить вещи в гостинице и сразу же отправиться по своему делу, не дожидаясь завтрашнего утра. Вы сможете нас отвезти по адресу?

Настя достала телефон, где у неё был записан адрес масонской ложи, и продиктовала его Ивану Григорьевичу.

– Хорошо, я отвезу вас, только потом мне надо будет уехать, – согласился тот. – А как я сделаю свои дела, так сразу же за вами вернусь.

– Отлично, – ответил Алексей.

– Вы это правильно решили, – продолжил Иван Григорьевич. – Впереди есть ещё полдня, все пока работают, и вы успеете многое сделать.

Они доехали до гостиницы, Настя и Алексей пошли внутрь, чтобы оформиться и оставить вещи в номере, а их сопровождающий остался ждать в машине. В гостинице они пробыли совсем недолго, и уже через полчаса ехали по адресу, по которому находилась масонская ложа.

– Сколько Вы здесь примерно пробудете? – спросил Иван Григорьевич.

– Мы пока ещё и сами не знаем, – ответила Настя. – Если сложится всё удачно, то можем и задержаться. Или наоборот – освободимся почти сразу же.

– Хорошо, вот вам мой номер телефона, – он протянул Насте визитку. – Я планирую всё закончить и приехать за вами часа через три, но, если освободитесь раньше, то позвоните, и мы что-нибудь решим.

Алексей и Настя вышли из машины, а Иван Григорьевич уехал по своим делам. Они немного подумали, а затем направились к двухэтажному дому, который стоял рядом с дорогой. На доме висела табличка именно с тем адресом, по которому и должна была находиться масонская ложа Молдавии номер двадцать пять, только вот вывески с названием рядом с дверью они так и не обнаружили. Да и сама дверь была не совсем новая, как и всё здание. Видно, что ремонта здесь не было очень давно.

– Ну что, заходим? – спросил Алексей Настю и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.

Войдя внутрь, они оказались в довольно просторном и светлом помещении. Похоже, что это было нечто вроде приёмной. Как и в приёмной масонской ложи «Астрея великая» в Петербурге, здесь за столом сидела девушка и что-то печатала на компьютере. Взглянув на них, она их о чём-то спросила, скорее всего, на молдавском языке. Видя их замешательство, она повторила свой вопрос на русском:

– Добрый день, чем я могу вам помочь?

– Здравствуйте, – начал Алексей. – Мы из России, недавно прилетели, буквально только что. А вчера мы звонили сюда и разговаривали с каким-то мужчиной. К сожалению, имени его мы не знаем. Возможно ли как-то узнать, с кем именно мы говорили?

Секретарша ненадолго задумалась, оглядывая посетителей, а затем сказала:

– Ну, если вы сами звонили, то только на этот телефон. Сюда у нас поступают все входящие звонки. Во время моего отсутствия трубку мог снять только помощник мастера Роман.

– А может нам лучше с самим мастером поговорить? – предположила Настя.

– Вам в любом случае к его помощнику Роману, – улыбнулась секретарша. – Сам мастер уже неделю как в командировке, и ещё столько же, наверное, будет отсутствовать. Пойдёмте за мной, я вас провожу.

Она встала и пошла по коридору. Настя и Алексей последовали за ней. Остановившись у одной из дверей, она сказала:

– Подождите минутку, я сообщу Роману, что к нему пришли посетители.

Она зашла в кабинет и закрыла за собой дверь, а Настя принялась эту дверь разглядывать. Как и на самом здании, на ней не было никакой таблички.

– Что-то здесь нет ни одной вывески, – сказала она Алексею. – Как-то это всё странно выглядит.

– Может, они работают нелегально? – предположил Алексей. – Хотя вроде официально зарегистрированы, да и в интернете об этой ложе полно информации.

– Или просто не любят посторонних глаз? – пожала плечами Настя.

В это время девушка вышла из кабинета и сказала, что они могут заходить, а сама пошла обратно на своё рабочее место.

Алексей вошёл в кабинет первым, а Настя следом, закрыв за собой дверь. За столом сидел мужчина в возрасте около тридцати лет и внимательно их разглядывал. Настя поздоровалась, Алексей тоже. Наконец, после некоторой паузы, мужчина произнёс:

– Здравствуйте, проходите, присаживайтесь.

Подождав, пока они сядут, он посмотрел на Настю и продолжил:

– А я Вас помню, узнал Ваш голос. Это ведь Вы мне звонили вчера и спрашивали про «Овидий»?

– Да, это мы звонили, – подтвердила Настя.

– Зря вы приехали, – пожал плечами помощник мастера. – Я ничего не знаю о том, о чём вы спрашивали, и не смогу ничем помочь. Подождите минутку, попрошу сделать нам чай.

Он поднялся и быстро вышел из кабинета, но уже менее чем через минуту вернулся обратно.

– У нас принято гостей встречать чаем. Попьёте и можете ехать с миром, мне нечего Вам рассказать.

И Настя, и Алексей ещё пытались его о чём-то спрашивать, но у него на все вопросы был один ответ:

– Я же говорю, что ничего не знаю об этом.

Так прошло минут пять, а может быть и десять, и дверь в кабинет открылась. Только вошла не секретарша с чаем, а двое мужчин в форме полицейских. Роман поднялся со своего места и сказал полицейским, показывая на Алексея и Настю:

– Вот эти двое русских, которые задают вопросы. Мне кажется, что они шпионы.

– Разберёмся, – сказал один из полицейских и шагнул вперёд. – Предъявите все документы.

Роман быстро достал свой паспорт и передал полицейским. Они мельком глянули на документ и вернули обратно.

– А ваши? – спросил второй полицейский, обращаясь к Насте с Алексеем.

Они передали полицейским свои документы, и те их разглядывали уже дольше, чем паспорт Романа.

– Придётся проехать с нами, – продолжил, наконец, он, убирая документы к себе в карман.

– На каком основании? – спросил Алексей.

– Подозрение в шпионаже.

Настя и Алексей переглянулись. Настя достала телефон и хотела позвонить Ивану Григорьевичу.

– Никаких звонков до выяснения, – грозно сказал первый полицейский, а второй забрал телефон и у Насти, и у Алексея.

Делать было нечего, поэтому они повиновались и шагнули к выходу.

Глава 26

Несколько часов они просидели в камере, к ним никто не приходил и ничего не спрашивал. Они уже начали было волноваться, но тут дверь отворилась, и на пороге возникла фигура полицейского.

– Беляевы Алексей и Анастасия, на выход! – громко отчеканил он.

В это время за спиной полицейского Настя увидела Ивана Григорьевича, и второй раз их уже не нужно было приглашать. Они быстро встали и шагнули к выходу.

Чуть позднее, уже сидя в машине, Иван Григорьевич им рассказывал:

– Пока я закончил все свои дела, прошло часа три, а то и больше. Потом я позвонил вам, но ни один телефон не отвечал. Тогда я поехал на место, где вас высаживал. Подождав пятнадцать минут и так и не дождавшись вас, я решил войти в дом, номер которого вы мне называли, и поискать там. Мне показалось странным, что на входе не было никакой вывески, хотя внутри сидела секретарша. Я спросил её о том, где я могу найти своих друзей, но она сначала ничего не хотела мне рассказывать. Пришлось показать ей своё удостоверение. Я ведь совсем недавно вышел на пенсию, а удостоверение сохранил. Оно время от времени меня выручает. Так вышло и в этот раз – секретарша сразу же сделалась покладистой и сказала, что вас забрали в полицию. Её туда просил позвонить её начальник Роман, когда выходил ненадолго из своего кабинета в то время, пока вы там сидели. Мне пришлось приложить некоторые усилия и сделать пару звонков, чтобы узнать, куда именно вас отвезли и к кому обратиться, чтобы вас отпустили. В итоге вы на свободе и обвинения в шпионаже с вас сняты.

– Спасибо огромное за помощь! – с чувством сказала Настя.

– Чтобы впредь не возникало таких неприятных ситуаций, расскажите мне, что это за дом, в который вы вчера ходили? Да и вообще, расскажите мне, что за дело у вас, чтобы я мог оказать помощь.

Настя и Алексей посмотрели друг на друга и по глазам поняли, что они оба согласны с его доводами. Тогда Настя ввела Ивана Григорьевича в суть дела, рассказала о ходе расследования и объяснила, зачем они ходили в этот дом.

– Так это масонская ложа? Надо было сразу всё мне рассказать, тогда не пришлось бы вытаскивать вас из полиции. Зря вы пошли к ним и стали в лоб расспрашивать, масоны никогда ничего посторонним не рассказывают.

– Но ведь в Питере нам раскрыли тайну в масонской ложе «Астрея великая», – возразил Алексей. – Правда, вышло это как-то неубедительно.

– В том то и дело. Я почти на сто процентов уверен, что вам дали ложную информацию. Не знаю, правда, зачем они это сделали. Какая-то получается тёмная история.

Они доехали до гостиницы. Настя ещё раз поблагодарила Ивана Григорьевича, а он ответил:

– Не стоит благодарности. Сегодня хорошо отдохните, день у вас выдался нелёгкий, а завтра в девять часов утра я за вами заеду, и мы снова поедем по тому адресу.

– Думаете, они расскажут, раз в тот раз ничего не сказали? – с сомнением спросила Настя.

– Мы постараемся их убедить, – ответил с улыбкой Иван Григорьевич. – Ладно, до завтра.

– До свидания, – почти одновременно сказали Настя и Алексей, а затем вышли из машины.

Они пошли в гостиницу, а Иван Григорьевич уехал по своим делам. Подходя к двери, Настя обратила внимание на мужчину со светлыми волосами, который стоял чуть поодаль и наблюдал за ней. Перехватив её взгляд, блондин отвернулся. Сзади на шее у него она заметила небольшую татуировку. Это был какой-то символ, но Настя не разглядела, что именно там было изображено. Потом они зашли внутрь, и она забыла про этот эпизод.

В номере они приняли душ, переоделись и пошли на ужин.

– Как думаешь, что планирует предпринять Иван Григорьевич для того, чтобы масоны рассказали нам правду о Пушкине? – спросила Настя.

– Он ведь бывший сотрудник спецслужб, – пожал плечами Алексей. – Возможно, воспользуется этим.

– У меня, честно говоря, больше нет никаких мыслей по поводу того, что нам делать дальше, если завтра у нас ничего не выйдет. Поэтому будем думать, что всё решится в нашу пользу, – улыбнулась Настя.

– Алексей улыбнулся ей в ответ и погладил по руке. Вскоре они закончили ужинать и направились к себе в номер. За день они так устали, что лишь недолго посмотрели телевизор и почти сразу уснули.

Утром они проснулись рано, умылись и пошли на завтрак. Когда они сидели за столом, Настя опять увидела вчерашнего блондина. Сейчас он шёл по проходу между столами, направляясь в их сторону. Скорее всего, он просто шёл за свой стол, но у Насти в этот момент в голове что-то щёлкнуло. Она чисто интуитивно дёрнула рукой, и ложка со стола полетела на пол, прямо под ноги блондину. Он наклонился, чтобы поднять её, и из-под ворота рубашки на шее у него опять показалась татуировка. У Насти была всего секунда, но она успела разглядеть изображение меча, который пронзает змею. Блондин положил ложку на стол, так и не посмотрев ей в глаза, Настя поблагодарила его, и он пошёл дальше.

После завтрака они ещё немного поискали в интернете какую-нибудь информацию, которая могла бы им помочь, а потом за ними приехал Иван Григорьевич, и они опять поехали в масонскую ложу Молдавии номер двадцать пять, только теперь уже с твёрдым намерением снять завесу тайны и докопаться до истины.

Глава 27

Когда они все втроём вошли в здание масонской ложи, на лице у секретарши отобразилось сильное волнение, словно она предчувствовала крупные неприятности. И причины для беспокойства были. Во-первых, человек, который приходил сюда вчера и размахивал грозными корочками, вряд ли опять пришёл, чтобы просто сказать спасибо. А во-вторых, мужчину и женщину, которых полицейские забрали по подозрению в шпионаже, не могли отпустить так быстро. Поэтому она напряжённо ждала, что они скажут.

– Здравствуйте, Ваш шеф у себя? – спросил её Иван Григорьевич.

Услышав дружелюбный тон, девушка немного успокоилась и кивнула.

– Да, сейчас я сообщу ему, что вы пришли.

– Не надо, мы и сами справимся, – махнул он рукой и шагнул по направлению к кабинету.

Настя и Алексей пошли следом за ним, а секретарша осталась сидеть на своём месте. Иван Григорьевич открыл дверь и все втроём они вошли в кабинет помощника мастера масонской ложи. Когда он увидел, какие посетители к нему пожаловали, вид у него сделался удивлённо-настороженным. Он не понимал, как Настя и Алексей могли здесь оказаться. Третий же мужчина вообще был ему не знаком.

– Что вы хотели? – спросил он.

– Вот скажите мне, Роман. Простите, уж не знаю, как Вас по отчеству. Чем Вам так не угодили мои друзья, что Вы попросили секретаршу вызвать полицию? – спросил Иван Григорьевич.

– А Вы кто? – спросил его в свою очередь помощник мастера.

Тогда Иван Григорьевич достал своё удостоверение и показал ему. Тот некоторое время разглядывал его, потом немного подумал и произнёс:

– Но ведь мастеру обещали, что нашу ложу никто не тронет.

– Кто обещал?

– Один из наших братьев из правительства, – тихо сказал Роман и замолчал. Было видно, что он чувствует себя не в своей тарелке, и нужно было его дожимать. Что и сделал Иван Григорьевич.

– Все прежние договорённости аннулируются, – грозно сказал он. – И всё это только благодаря именно Вашему хамскому поведению по отношению к моим друзьям. Деятельность масонской ложи Молдавии номер двадцать пять будет запрещена, и ваш мастер обязательно узнает, по чьей вине это произошло.

Роман некоторое время сидел, словно парализованный, а потом застонал и схватился за голову.

– Неужели я повторю судьбу Пушкина? Я не хочу быть изгнанным из масонов только потому, что хотел сделать лучше для ложи.

– Решение ещё не принято, и ситуацию вполне можно исправить, было бы желание, – сказал Иван Григорьевич. – Я вижу, что Вы знаете о Пушкине то, чего не знают другие. Поделитесь с нами этой тайной. Нас интересует всё, что связано с его участием в масонской ложе «Овидий». Правда ли, что он был её основателем, а создана она была для развала масонского движения в России?

– Нет, это не так. Это клевета одного негодяя, которую тот написал в отчёте.

– Что за негодяй? – спросила Настя, хотя понимала, что речь идёт об отце Елизаветы Вересове Александре Ивановиче, который был отправлен в Кишинёв в качестве проверяющего от Великой ложи «Астрея». Ещё в памяти всплыли строки из дневника Ланского, где он рассказывал, что перед смертью Пушкин упоминал какого-то злодея, каких свет ещё не видывал. Вполне возможно, что это он и есть.

– Был такой масон в Санкт-Петербурге по фамилии Вересов. Но я лучше расскажу эту историю с самого начала. Да, я слышал о том, что говорят о Пушкине в узких кругах. Но эти байки придумали в Петербурге, на самом деле он не был никаким агентом. И в ссылку он попал, как и говорится в официальной версии, за стихотворение, которое не понравилось Александру I. Конечно, его сначала хотели сослать в Сибирь, но за него вступилось какое-то влиятельное лицо, и он поехал на юг. Официально это считалось переводом по службе, но по сути это была всё-таки ссылка.

– То есть всё было так, как и написано в биографии Пушкина? – уточнил Алексей.

– Да, сначала всё так и было. Вы слушайте дальше, я всё расскажу. В 1821 году его пригласили в масонскую ложу, и он принял это приглашение. Она ещё только зарождалась, и ей как раз придумывали название. Не знаю точно, кто именно придумал назвать её в честь поэта Овидия – сам ли Пушкин, или кто-то другой, но он точно внёс свой вклад. Отношения со всеми у него складывались довольно неплохие, и так продолжалось вплоть до той истории с местным архимандритом.

– Это который сам захотел вступить в масоны, а когда его заводили в подвал во время обряда посвящения, то народ ворвался и вытащил его? – уточнил Алексей.

– Да, именно. После этого приехал Вересов с несколькими помощниками в составе комиссии из Санкт-Петербурга. Вместе с ним приехала его дочь, лет может двенадцати или тринадцати. Вересов сразу приступил к проверке, но ничего не нашёл, что вполне естественно. Какие могли быть в ложе бесчинства? Люди сами, добровольно вступали в братство, никого туда насильно не затягивали. Но у проверяющего на этот счёт были свои мысли, хоть он первое время и пускал пыль в глаза, делая вид, что всё осматривает. За те несколько дней, что шла проверка, Пушкин и дочка Вересова сдружились, шутили, смеялись. Одним словом, нашли общий язык. Пушкин вообще любил детей, ему было с ними интересно.

– А дочку звали Елизавета? – уточнила Настя.

– Я уж и не помню, – пожал плечами Роман. – Да, по-моему, Лиза. Но это не важно. Главное произошло после. Закончив проверку, Вересов повелел Пушкину передать вышестоящим братьям, что напишет в отчёте такое, что ложу «Овидий» вмиг закроют. Но готов указать в отчёте только хорошее, если ему заплатят. Сумму, стоит заметить, он назвал довольно приличную по тем временам. Пушкин, отличавшийся своим буйным нравом, вспылил, ну и наговорил Вересову разные неприятные вещи. Одним словом, сказал, что никто ничего платить не собирается. Вересов уехал злой и естественно написал в отчёте такое, что в России полностью запретили масонство, а не только закрыли ложу «Овидий».

– Вряд ли ему за это Великий мастер сказал спасибо, – усмехнулся Алексей.

– Естественно! Да Вересов и сам вряд ли этого хотел. Во всём виновата его злость на Пушкина, которая в нём тогда кипела. Да и Пушкину тоже не сказали спасибо. Решили, что не надо было отказываться. Поднатужились бы, но деньги собрали. Зато масонство бы не запретили. И Пушкин был изгнан из ложи. Мне кажется, что он сохранил обиду после этого случая на долгие годы.

– А вот скажите, неужели после запрета масонства все ложи сразу стали закрываться? – спросила Настя.

– Нет, конечно, – ответил помощник мастера. – Да и «Овидий» ещё действовал несколько месяцев. Но потом начались повальные проверки, приехали проверять и «Овидий». Но мастер заранее знал об этом, его предупредили, поэтому всё имущество ложи было спрятано. Его искали, но так и не нашли, и проверка уехала ни с чем. После этого ложа уже больше не функционировала.

– А имущество? – спросила Настя. – Оно куда делось?

– Не знаю, – пожал плечами Роман. – Мне об этом ничего не известно.

– Понятно, нам надо посоветоваться, – сказала Настя и вышла из кабинета.

Иван Григорьевич и Алексей переглянулись и направились следом, велев Роману дожидаться их возвращения.

Глава 28

Когда они уже стояли на улице, Настя спросила:

– Ну и что вы думаете по поводу того, что сказал помощник мастера?

– Сейчас я думаю о том, что сказали мне в масонской ложе в Петербурге, – ответил Алексей. – Похоже, что они прикрывали Вересова, пытаясь переложить всю вину за развал масонства на плечи Пушкина. Только зачем им это сейчас, ведь прошло уже почти двести лет с момента тех событий? Может, тот Вересов и наш Вересов всё-таки связаны?

– Всё возможно. Я же сейчас думаю о другом. Мне интересно, куда всё-таки спрятали имущество ложи, когда приезжала повторная комиссия?

– Так, наверное, мастер сам куда-то спрятал, вот и всё, – пожал плечами Иван Григорьевич.

– Нет, не так всё просто. Роман же сказал, что комиссия искала это имущество, но так и не смогла найти. Не мог его мастер спрятать, у него бы в первую очередь стали искать. Да и у кого-то из членов масонской ложи она тоже не могла храниться.

Алексей смотрел на неё, пытаясь понять, к чему она клонит, и внезапно понял.

– Зато его можно было спрятать у того, кто раньше состоял в масонской ложе, ведь бывших масонов не бывает, они всё равно остаются верны традициям своего братства. И это должен быть тот, кого стали бы подозревать в последнюю очередь. Пушкин! – воскликнул Алексей.

– Да, – улыбнулась Настя. – Его выгнали из масонской ложи, и все об этом знали. Поэтому и решили спрятать имущество у него. Нужно узнать, где Пушкин жил до повторного приезда комиссии. Я уверена, что имущество спрятано именно там.

– Надо снова навестить нашего общего друга, – сказал Иван Григорьевич и вошёл в здание. Настя и Алексей пошли следом за ним.

Помощник мастера Роман всё так же сидел на своём месте и ждал их возвращения.

– Нас интересует, где жил Пушкин после своего изгнания из масонской ложи, – с порога спросил Иван Григорьевич. – Пока что твои ответы не засчитаны, мы должны знать всё.

– Он уехал куда-то к Чёрному морю после изгнания и жил там несколько месяцев, – быстро ответил Роман.

– Куда именно? – уточнил Иван Григорьевич и строго посмотрел на него. – Есть точное место?

– Да, – ответил помощник мастера и подошёл к сейфу.

Немного покопавшись, он вытащил папку и вернулся на своё место. Открыв папку, он нашёл нужную информацию и переписал её на листок.

– Вот примерное местоположение дома, в котором гостил Пушкин. Это дом его приятеля. Тот уехал вскоре после приезда Пушкина, разрешив ему пожить в своём доме некоторое время.

– Ладно, пока работайте, – сказал Иван Григорьевич. – Если у нас появятся вопросы, то мы ещё раз приедем.

И он вышел из кабинета. Следом за ним вышел Алексей, а потом и Настя, не забыв перед уходом попрощаться. Уже сидя в машине, они стали обсуждать план действий.

– Я считаю, что нам нужно туда поехать прямо сейчас, – сказал Иван Григорьевич. – Ещё рано, мы должны успеть до темноты. Часа три туда, плюс там ещё на поиски какое-то время, и не факт ещё, что найдём, но попытаться стоит.

– Да, надо проверить все варианты, – подтвердил Алексей.

– Поехали, – подвела итог Настя и улыбнулась.

Иван Григорьевич завёл двигатель и направил автомобиль в сторону моря. Ехал он достаточно быстро, и весь путь у них занял чуть больше двух часов. Но затем начались трудности. Они долго не могли найти то место, которое указал им Роман. Сначала они просто ездили по округе, а потом начали спрашивать людей. Только никто ничего не мог им сказать, что и неудивительно, всё-таки почти двести лет прошло. Они уже было совсем отчаялись, намереваясь вернуться назад в масонскую ложу, чтобы помощник мастера объяснил им более подробно, но тут им повезло. Попался всё-таки местный житель, который знал это место, оно было совсем рядом. Он даже согласился показать, где именно оно находится.

– Только там нет дома, – сказал он уже в машине.

– Как нет? – спросила Настя. – А что же там есть?

– Да ничего, – пожал тот плечами. – Сплошной пустырь да деревья. Да многие и не знают, что там был большой дом. Просто у меня хобби такое – люблю в свободное время походить с металлоискателем, поискать что-нибудь ценное. А про это место вычитал на одном из форумов кладоискателей. Но в настоящий момент здесь уже совершенно нечего искать. Раньше находили какие-то предметы быта, а сейчас уже вряд ли получится что-то найти – всё уже сто раз исхожено.

Через пять минут их сопровождающий показал на большой заброшенный пустырь, и они остановились.

– Спасибо, что подвезли, – сказал он. – Пойду дальше по делам. Удачных вам поисков.

Его поблагодарили, и он ушёл. А Настя, Алексей и Иван Григорьевич переглянулись и пошли вперёд. Пустырь был большой, заросший травой и деревьями. Больше на нём ничего не было.

– Похоже, зря мы сюда приехали, – сказал Алексей. – Даже если Пушкин здесь и жил, то не мог он здесь ничего спрятать. Но даже если и спрятал, всё давно уже растащили копатели. Видите, как всё перекопано?

Настя тоже обратила внимание на то, что на пустыре были вырыты ямы разного размера.

– Но мы же всё равно уже приехали, – возразила она. – Давайте хотя бы пройдёмся немного и оглядимся. Только лучше разделиться, чтобы охватить большую площадь.

Они с Алексеем пошли в одну сторону, а Иван Григорьевич в другую. Они шли по краю участка и внимательно смотрели по сторонам, но ничего необычного не замечали. Здесь только лишь росли большие деревья и высокая трава.

Они уже практически прошли половину участка и почти встретились с Иваном Григорьевичем, как у Насти промелькнула внезапная догадка. Случилось это тогда, когда они проходили мимо одного большого дерева. У Насти сработала интуиция, и она остановилась.

– Как думаешь, могли эти деревья расти двести лет назад? – спросила она Алексея.

– Думаю, что да, – ответил Алексей. – Особенно это, самое большое.

– Вот и я о том же, – задумчиво сказала Настя и стала смотреть вниз, пытаясь найти что-нибудь необычное. И сделала она это не зря. Отодвинув траву от основания ствола, она неожиданно крикнула:

– Смотрите! Нашла!

Тут же к ней подбежал Алексей, а через полминуты и Иван Григорьевич. Все они стали смотреть туда, куда показывала Настя. На стволе дерева было то, что они так долго искали – символ масонов.

Глава 29

– Значит, имущество спрятано где-то здесь, – сказала Настя. – Скорее всего, этот символ на дереве вырезал сам Пушкин.

– И где он его здесь мог спрятать? – с сомнением спросил Алексей. – Может быть, он просто так вырезал символ на дереве, и это ничего не значит. Имущество масонской ложи – это ведь не что-то маленькое, возможно, и целой комнаты не хватит.

– Да если бы и закопал, то уже нашли бы, – согласился с ним Иван Григорьевич. – Здесь же столько народу прошло с металлоискателями.

– Не знаю, – пожала плечами Настя.

Затем она посмотрела наверх и увидела дупло, которое располагалось примерно на высоте двух с половиной метров над землёй.

– Надо проверить там, больше вариантов нет.

Настя попросила Алексея помочь ей. Он приподнял её, и она смогла дотянуться до дупла.

– Только осторожно, – предупредил Иван Григорьевич. – В этих краях водятся змеи.

– Погоди! – остановил её Алексей. – Попробуй сначала палкой.

Иван Григорьевич нашёл ветку и передал Насте. Она просунула её в дупло, но ничего не произошло. Тогда она стала шарить рукой и на что-то наткнулась.

– Похоже, что там лежит какая-то коробка, – сказала она остальным и взяла ей в руки. – Всё, можно опускать на землю.

Алексей поставил её на ноги, и они стали разглядывать находку. Действительно, это была коробка, причём очень старая. Смахнув листья и пыль, они увидели, что на деревянной крышке был вырезан точно такой же масонский символ, что и на дереве.

– Отлично, – сказала Настя и положила её на землю. – Давайте откроем и посмотрим, что там внутри.

Алексей попробовал открыть крышку, но у него это получилось не сразу. Пришлось приложить некоторые усилия. Когда крышка, наконец, поддалась, они увидели, что внутри лежит несколько листов бумаги, а сверху них перстень.

– Это почерк Пушкина! – обрадовалась она. – Смотрите, а на перстне символ масонов.

Рассмотрев перстень, она взяла в руки бумагу и принялась читать вслух.

ЧЕТВЁРТАЯ ЧАСТЬ ИЗ ДНЕВНИКА ПУШКИНА

Вроде бы ссылка, а вроде и не ссылка. Странное чувство тяготит меня в последнее время. Да, это перевод по службе, но служебными делами я не занимаюсь, а от меня и не требуют. Конечно, мне не следует жаловаться на судьбу, ведь сейчас я мог бы находиться где-то в Сибири, в краю затерянных человеческих душ, вдали от цивилизации, оторванный от всего остального мира. А я нахожусь здесь, в Южных краях, причём веду довольно праздную жизнь. Хоть мне она уже и начинает порядком надоедать.

Но надо сказать всё же спасибо человеку, без помощи и покровительства которого всё могло сложиться для меня более печально. Его зовут Михаил Иванович Веденеев. Он крутится в близких к императору кругах, по-моему, служит где-то в императорской канцелярии. Когда вопрос по моей сибирской ссылке был практически решён, этот человек сам вышел на меня и предложил помощь. Михаил Иванович сказал, что он знает моего отца, поэтому не может просто оставаться в стороне. Ещё он сказал, что ему нравятся мои стихи. Он оказался человеком слова и помог мне, и вот теперь я нахожусь в этом месте.

Здесь, на юге, меня пригласили в масонскую ложу. Я давно хотел увидеть всё изнутри, своими глазами, хоть с детства знал про масонов практически всё, так как вырос в таком обществе. И я с радостью согласился. Когда выбирали название для этой ложи, кто-то посмотрел на меня – ссыльного поэта, и придумал назвать её в честь поэта древности по имени Овидий. Все с этим согласились.

И всё было хорошо, пока не явился этот дьявол Вересов со своей проверкой из Петербурга. У нас было всё чинно, но он всё-таки придумал своей гнусностью напакостить нам. Он имел наглость просить денег за своё благодушие к нашей ложе, и я вспылил. Возможно, не следовало этого делать, но сейчас уже ничего не изменишь. Он уехал восвояси, всё-таки выстроил свои козни, и масонство запретили. Я был изгнан с позором за свою несдержанность, и злость обуяла меня. В первую очередь к Вересову, ведь это он во всём виноват. Хотелось ему отомстить, но как? Ведь он теперь далеко, да и нет, наверное, ничего такого, что могло бы его ранить. Разве что, он любит только свою дочку, и больше вряд ли на свете есть что-либо важнее для него. Славная девочка. Мы с ней даже немного подружились.

Я уехал поближе к морю, к своему приятелю, но вскоре приехали братья из ложи и попросили спрятать их имущество. Я простил их, ведь они ни в чём не виноваты, они просто отстаивали свои принципы. Имущество было спрятано в подвале дома, благо мой приятель находился в длительной поездке по делам. Через какое-то время приехал мастер, и имущество вывезли. Но после его отъезда я обнаружил в траве перстень. Это был перстень мастера. Я решил спрятать его в дупло дерева, которое приметил уже давно, а заодно и рассказать об этом случае. Я уже давно ничего не писал. Когда закончится моя ссылка, я отдам ему перстень, а письмо заберу. Пока же пусть лежит здесь, так будет надёжнее.

Всё-таки жизнь – штука непредсказуемая…

Глава 30

– Похоже, что у Пушкина так и не получилось вернуться к своему тайнику и забрать письмо с перстнем, – сказал Иван Григорьевич.

– Для нас это даже лучше, – ответила Настя. – Теперь мы точно знаем, что в масонской ложе Петербурга Алексею сказали неправду об участии Пушкина в развале масонства. Вина в этом лежит на Вересове Александре Ивановиче, и они его просто прикрывали.

– Следуя написанному в письме, у Пушкина был повод, чтобы отомстить своему обидчику. Ведь это из-за него Александра Сергеевича выгнали из масонской ложи «Овидий».

– Да, повод был, – подтвердила Настя. – И мне кажется, что он отомстил. Он знал, что Вересов больше всего на свете любит свою дочь, поэтому, когда она выросла, он влюбил её в себя, соблазнил, а потом бросил. А она ведь уже ждала от него ребёнка. Когда она умерла при родах, Вересов переключил всё своё внимание, заботу на внука, хотя я уверена, что он уже тогда знал, кто отец ребёнка. А после смерти внука вполне естественно, что он захотел отомстить Пушкину. И он ведь полностью подпадает под описание злодея, каких ещё свет не видел. Именно так говорил Пушкин перед смертью своей жене Наталье.

– Но мы ведь так и не нашли его следы, он как будто растворился в воздухе, – развёл руками Алексей.

– Надо возвращаться в Петербург и продолжить его поиски. Я уверена, что именно масон Вересов причастен к смерти Пушкина, – сказала Настя.

Некоторое время они молчали, обдумывая ситуацию, а потом Иван Григорьевич спросил:

– А что будем делать с содержимым этой коробки?

– Думаю, пока оставим здесь. Только надо письмо сфотографировать.

Настя достала телефон, сделала несколько снимков, а затем убрала и письмо, и перстень обратно в коробку. Они положили её в дупло, и пошли к машине.

Уже на обратном пути Иван Григорьевич сказал:

– Сегодня в Санкт-Петербург летит самолёт. Сейчас заедем в гостиницу, заберём ваши вещи и поедем в аэропорт. Как раз успеваем на рейс. А вы пока купите билеты.

Настя занялась поисками билетов. Им повезло, несколько свободных мест в самолёте ещё было, и она купила билеты себе и Алексею.

Когда они выписывались из гостиницы, Настя снова вспомнила о том блондине, который несколько раз попадался ей на глаза. Она посмотрела по сторонам, но нигде его не увидела. Вроде бы ничего необычного в нём самом не было, но у неё в памяти отчётливо отпечаталась его татуировка – меч, пронзающий змею. Пока они ехали в аэропорт, она попыталась найти об этой татуировке что-нибудь в интернете, но не нашла. Возможно, и не следовало обращать на это внимание – мало ли у кого какая татуировка может быть.

– Мне было очень приятно познакомиться с вами, – сказал Иван Григорьевич, когда они подъехали к зданию аэропорта. – Если вам понадобится помощь, звоните мне в любое время.

– Спасибо Вам за всё! – ответила ему Настя. – До свидания.

Алексей тоже попрощался с Иваном Григорьевичем, и они вышли из машины. В аэропорту они прошли регистрацию, дождались посадки и прошли в самолёт. Перелёт до Санкт-Петербурга прошёл без каких-либо происшествий. Когда они прилетели в Пулково и уже сидели в своей машине, Алексей спросил:

– Куда сейчас едем, домой?

– Да, поехали в сторону дома, только я позвоню Сергею Геннадьевичу и скажу, что мы уже в Питере.

Алексей начал выруливать с парковки, а Настя достала телефон и набрала номер.

– Настя, добрый вечер, – ответил Сергей Геннадьевич. – Второй день жду твоего звонка. У вас всё в порядке?

– Да, всё хорошо. Здравствуйте, Сергей Геннадьевич. Простите, что не звонила, мы только что приземлились и едем домой.

– Я знаю, мне Иван звонил, когда проводил вас. Домой вы ещё успеете, приезжайте ко мне, расскажете о своих приключениях. Я специально жду вас на работе.

– Хорошо, сейчас приедем, – ответила Настя и убрала телефон.

Алексей посмотрел на неё, кивнул и поехал в сторону Литейного проспекта.

Уже через час они сидели в кабинете Сергея Геннадьевича, и Настя заканчивала свой рассказ.

– Вот, собственно, и всё, – говорила она. – Получается, что в масонской ложе «Астрея великая» нам сказали неправду.

Сергей Геннадьевич прочитал письмо Пушкина на телефоне Насти и кивнул.

– Что вы собираетесь делать дальше?

– Я считаю, что нам надо найти следы масона Вересова Александра Ивановича. После смерти своего внука в 1834 году он вышел из Великой ложи «Астрея» и куда-то исчез. Мы уже пытались найти какую-нибудь информацию, но пока так ничего не обнаружили. Возможно, в масонской ложе «Астрея великая» что-то об этом знают. Да, наверняка мастеру Иммануилу или его помощнику Михаилу что-нибудь известно, только вряд ли они нам расскажут.

Сергей Геннадьевич некоторое время задумчиво смотрел на них, а потом сказал:

– Вы сейчас езжайте домой, отдохните с дороги, а я сам свяжусь с масонами. Попробую их убедить поделиться с вами информацией, – Сергей Геннадьевич хитро улыбнулся. – Уверен, что они захотят всё вам рассказать.

– Спасибо большое, – сказала Настя, поднимаясь с кресла. – Будем ждать вашего звонка.

– До свидания, – сказал Алексей, тоже поднимаясь.

– Счастливо, отдыхайте, а я позвоню.

Они пошли к выходу, а Сергей Геннадьевич добавил:

– Передатчики с вами?

– Да, – ответила Настя и показала маленькую брошку за подкладкой рукава. – А надо ли их включать сейчас?

– Нет, они действуют, когда вы находитесь в пределах ста километров от этого здания. А если почувствуете опасность, то нажмите на кнопку, спрятанную под крышкой. Ну, всё, пока. До связи.

Они вышли из кабинета, спустились вниз, сели в свой автомобиль и направились в сторону дома.

Глава 31

Сергей Геннадьевич позвонил уже утром, когда Настя и Алексей собирались завтракать.

– Доброе утро, Сергей Геннадьевич, – ответила на звонок Настя. – У Вас есть информация для нас?

– Да, Настя, доброе утро. Я связался вчера вечером с мастером масонской ложи «Астрея великая» Иммануилом и попросил его рассказать всё, что ему известно о Вересове Александре Ивановиче, который состоял в Великой ложе «Астрея» в девятнадцатом веке. Он, конечно, сначала отпирался и говорил, что ничего не знает, но в итоге я его убедил.

– Да уж, Сергей Геннадьевич, Вы мастер убеждать, – рассмеялась Настя.

– Это, конечно, так, но тебя-то я не смог убедить отказаться от поездки в Молдавию, – возразил Сергей Геннадьевич.

– Ну, Вы же знаете, если я что-то решила, то меня трудно переубедить.

– Знаю. Ладно, поезжайте к мастеру Иммануилу, он вам всё расскажет. Только ещё раз предупреждаю – будьте крайне осторожны.

– Спасибо Вам, Сергей Геннадьевич!

Они позавтракали и стали собираться в дорогу. Уже через полтора часа они подъезжали к зданию масонской ложи. Пока Алексей раздумывал, где припарковаться, перед ними открылся шлагбаум.

– Смотри-ка, нас ждут, – улыбнулся он Насте и заехал на территорию.

Они остановились на стоянке, вышли из машины, и тут к ним подошёл приятель Алексея.

– Привет, Алексей, – сказал он и кивнул Насте. – Мастер Иммануил просил тебя встретить и проводить к нему.

– Привет. Не надо провожать, мы сами дойдём, я ведь уже знаю дорогу.

Приятель Алексея пожал плечами и пошёл по своим делам, а Настя с Алексеем вошли в здание. Они поднялись на третий этаж, подошли к приёмной и зашли внутрь. Увидев их, секретарша улыбнулась и сказала:

– Добрый день. Проходите, пожалуйста, мастер Иммануил ждёт вас.

Настя обратила внимание на то, что в приёмной сидело несколько человек, также ожидая, пока их примут. Похоже, их с Алексеем действительно ждали, раз не принимали других посетителей. Они с Алексеем переглянулись и зашли в кабинет мастера.

Увидев гостей, он встал и пошёл к ним навстречу, широко улыбаясь. Пожав Алексею руку и поздоровавшись с Настей, он сказал:

– Проходите, присаживайтесь. А я вас с утра жду.

Настя с Алексеем сели, а Иммануил вернулся на своё место и продолжил:

– Вы уж простите моего помощника Михаила за то, что он ввёл вас в заблуждение. Я уже сделал ему строгий выговор. Мне звонили вчера вечером оттуда, – он показал пальцем наверх, – и просили всё рассказать о Вересове Александре Ивановиче. Сейчас всё организуем в лучшем виде.

Он поднял трубку и сказал секретарше:

– Срочно ко мне Михаила!

Не прошло и двух минут, как в кабинет вошёл помощник мастера Михаил, поздоровался и виновато улыбнулся.

– Так, Михаил, сейчас ты отведёшь наших гостей в библиотеку и всё расскажешь про Вересова, как было на самом деле. Понял?

– Да, мастер, – ответил тот и открыл дверь, приглашая Настю и Алексея пойти вместе с ним. Как и в прошлый раз, они направились в здание библиотеки, а там прошли в комнату с железной дверью, на которой было написано «Архив».

– Вы уж простите, – начал Михаил. – Я не знал, что Вам можно рассказывать про Вересова. Мастер мне говорил, что если будут спрашивать о Пушкине и Вересове, говорить то, что я вам сказал. Не хотелось портить репутацию ложи тем фактом, что виновником развала масонства в России стал член предыдущей ложи – Великой ложи «Астрея».

– Это мы уже и без Вас выяснили, – сказала Настя. – Благодаря Вам пришлось лететь в Молдавию, тратить время и деньги.

– Ещё раз прошу меня простить, – виновато развёл руками Михаил. – Я ведь не сам решаю, а только выполняю поручения.

– Тогда ответьте на наши вопросы. Куда пропал Вересов после выхода из масонской ложи? Сколько мы не искали его следы, так ничего и не нашли. Я уверена, что Вы располагаете такой информацией.

– Это довольно интересная история. У него была дочь Елизавета, он души в ней не чаял. Даже хотел, чтобы она вышла замуж за сына его друга, который был членом другой ложи. Но в один прекрасный день она забеременела, или, как тогда говорили – забрюхатила.

– А кто был отцом ребёнка? – спросила Настя, хоть и знала, что отцом был Пушкин.

– Она никому не сказала, – пожал плечами Михаил. – Это так и осталось тайной.

Настя и Алексей переглянулись. Похоже, действительно никто, кроме самого Пушкина, Елизаветы, и узкого круга лиц, а впоследствии и Вересова, не знал, что отцом ребёнка был Пушкин.

– Хорошо, что было дальше?

– Дальше Вересова стали преследовать несчастья одно за другим. Сначала при родах умерла его горячо любимая дочь. Правда, ребёнка она успела родить. Некоторое время Вересов оплакивал её, но надо было воспитывать внука, и он взял на себя эту обязанность. Всю свою любовь к дочери он перенёс на внука. Но потом произошло ещё одно несчастье – в пятилетнем возрасте его внук заболел и умер. Убитый горем Вересов в скором времени приехал к Великому мастеру ложи «Астрея» и сказал, что больше не может выполнять свои обязанности в ложе, поэтому он выходит из неё. А потом он уехал.

Михаил замолчал, а Настя спросила:

– А что было дальше?

– Дальше целый месяц о нём не было ни слуху, ни духу. Тогда масоны отправили своих представителей к нему домой, и там они обнаружили довольно удручающую картину – Вересов сошёл с ума, никого не узнавал, и даже стал бросаться на всех с ножом. Тогда вызвали санитаров и его поместили в психиатрическую клинику. Дальнейшая его судьба неизвестна.

– И никто не проведывал его в этой клинике, не интересовался, как проходит его лечение?

– Дело в том, что это большица закрытого типа, к нему, конечно же, ездили, но никого не пустили. Врач сказал, что надеяться не на что, и Вересов пробудет у них до конца жизни. Денег у него было много, и этих денег вполне хватит на пожизненное содержание. А родственников у него после смерти дочери и внука не осталось. Ну, к нему и перестали ездить. Я думаю, что он так всю жизнь и провёл в этой клинике.

Некоторое время все сидели молча. Настя размышляла над тем, что сказал Михаил. По всему выходило, что и эта нить обрывалась. Если он проходил лечение, то никак не мог быть причастен к смерти Пушкина. Только если он на самом деле был в психиатрической клинике.

– Михаил, а Вы случайно не знаете, что это за больница, где она находилась?

– Названия не знаю. Она находилась не в самом городе, а километрах в десяти за городом, на юге.

Алексей посмотрел на Настю и спросил:

– Неужели ты думаешь, что за почти двести лет эта больница продолжает работать?

– Я так не думаю, просто пытаюсь найти варианты.

– У меня есть для вас один вариант, – сказал Михаил и хитро улыбнулся. – Конечно, та клиника не сохранилась. Но я точно знаю, что на том же самом месте после революции построили новую, и она до сих пор продолжает работать.

– Так это же здорово! – обрадовалась Настя. – Вполне возможно, что остались какие-нибудь постройки тех времён. А может и какие-нибудь документы. Надо ехать.

– Вы можете написать нам адрес? – спросил Алексей Михаила.

– Да, могу, – ответил тот и написал на листке адрес лечебницы.

– Ну, всё, спасибо за помощь, – сказала Настя, и они с Алексеем вышли на улицу.

Глава 32

Уже сидя в машине, Настя и Алексей стали обсуждать план действий.

– Я думаю, что нам надо доехать до этой психиатрической клиники и уже на месте попытаться что-нибудь выяснить, – сказала Настя.

– Да, наверное. Другого нам ничего не остаётся, надо же выяснить дальнейшую судьбу Вересова и понять, мог ли он быть причастен к смерти Пушкина. Только это кажется каким-то нереальным. Ведь почти двести лет прошло, той больницы, в которой находился Вересов, уже нет, а на её месте уже давно построена другая.

– Надо оглядеться на месте, – успокоила его Настя. – Всё равно должно родиться какое-нибудь решение.

– Хорошо, поехали, – сказал Алексей, завёл двигатель и выехал за ворота.

Учитывая то, что сегодня была суббота, и машин на дорогах было не очень много, до нужного адреса они доехали достаточно быстро. Клиника представляла собой довольно большую территорию, огороженную высоким забором. Сквозь решётки закрытых ворот можно было рассмотреть несколько больничных корпусов. На стоянке перед воротами машин почти не было. По всей видимости, выходной день был не приёмным днём. Алексей припарковал автомобиль, они с Настей вышли на улицу и направились в сторону ворот, за которыми стоял охранник в форме и наблюдал за ними.

– Сегодня выходной, посетителям доступ на территорию запрещён, – сказал он. – Приезжайте в понедельник.

– Здравствуйте, – сказала Настя. – Нам нужен главврач, мы бы хотели с ним побеседовать.

– Не получится, его сегодня тоже нет. Тем более он не принимает без предварительной записи. Вам нужно позвонить в понедельник и записаться.

– И что же, нет никого из руководства, с кем можно было бы поговорить? – спросил Алексей.

– Сегодня только дежурный врач и санитары, – ответил охранник, взглянув на Алексея с подозрением. – А какой у вас вопрос к руководству?

Настя и Алексей ненадолго замолчали, обдумывая, что бы сказать охраннику, а в это время к воротам подъехал автомобиль и посигналил. Охранник бросился открывать ворота, а Настя посмотрела на водителя. Это был мужчина средних лет, который смотрел на Алексея. Внезапно он начал улыбаться. В это время ворота открылись полностью, и он заехал на территорию.

– Это кто-то из руководителей? – спросила Настя охранника.

– Нет, это дежурный врач приехал на смену. Я же вам сказал, что нужно в понедельник позвонить и записаться на приём, если у вас какое-то важное дело.

Настя посмотрела на автомобиль дежурного врача, который остановился сразу за воротами. Из него вышел мужчина и направился в их сторону, всё так же улыбаясь.

– Вы ведь писатель Алексей Беляев? – спросил он у Алексея. – Мне очень нравятся Ваши книги, я прочитал их все без исключения, да ещё по несколько раз. Меня зовут Антон.

Алексей улыбнулся в ответ и пожал мужчине руку.

– А это моя жена Анастасия.

– Очень приятно, – сказал врач, посмотрев на Настю, а затем перевёл взгляд на Алексея. – Мы можем побеседовать немного, или у вас дела? Мне бы очень хотелось обсудить с вами некоторые моменты из книг.

– Дело есть, но оно как раз к Вам, – ответил Алексей.

– Ко мне? – удивился врач.

Потом он посмотрел на охранника и сказал ему:

– Пропусти людей, мы немного побеседуем у меня в кабинете.

Охранник кивнул и открыл калитку.

Алексей с Настей зашли на территорию, а затем они все втроём сели в машину Антона и поехали в сторону главного корпуса. Оставив автомобиль на стоянке, они вошли в здание. Антон провёл их по коридору и открыл свой кабинет.

– Если вас не затруднит, подождите меня минут двадцать здесь. Мне нужно сменить другого врача.

– Да, конечно, – ответил Алексей.

Они с Настей зашли в кабинет, а дежурный врач ушёл по делам. Ждали они столько, сколько он и сказал. Через двадцать минут он вернулся и сказал:

– Всё, я сменился, санитарам указание дал, теперь мы можем поговорить.

Он налил всем чай, и они начали обсуждать вопросы по книгам, которые интересовали Антона. Удовлетворив своё любопытство, Антон вспомнил, что и у них к нему было какое-то дело.

– Наш вопрос касается психиатрической клиники, которая располагалась на этом месте в девятнадцатом веке. Осталась ли о ней хоть какая-нибудь информация?

– У вас будет новая книга об этой клинике? – заинтересовался дежурный врач.

– Можно сказать и так. Меня больше интересует даже не сама клиника, а один из её пациентов. Можете ли Вы как-то помочь нам?

Мужчина ответил не сразу, над чем-то размышляя. Наконец, приняв какое-то решение, он сказал:

– Хорошо, я помогу, хоть это и против наших правил – давать такую информацию. Один из корпусов той клиники сохранился, хоть и не в лучшем виде. Сейчас он реставрируется. Правда, сегодня выходной и рабочих нет. Так вот, в этом здании сохранилась какая-то картотека. Там есть информация и о пациентах. Но, по-моему, только о тех пациентах, кто проходил лечение в том корпусе. Если тот, кто вам нужен, проходил лечение там, то он должен быть в этой картотеке.

– А можем мы на неё взглянуть? – спросила Настя.

На лице Антона появилось сомнение. Наверное, он боялся, что об этом станет кому-нибудь известно. Но всё-таки он согласился.

– Хорошо, только быстро найдём информацию, вы посмотрите, и сразу обратно. Не хочу, чтобы нас заметили. Ключи от того корпуса и от картотеки хранятся в кабинете главврача. Сейчас я за ними схожу, от его кабинета у меня есть запасной ключ.

Он вышел, а Настя сказала Алексею:

– Будем надеяться, что Вересов находился именно в том корпусе. Пока удача на нашей стороне.

– Главное – отпустить ситуацию, не держать в голове сомнения, и тогда всё будет так, как нам надо, – кивнул Алексей.

– Какой же ты у меня умный, – улыбнулась Настя и погладила мужа по руке.

В скором времени вернулся Антон.

– Всё, ключи у меня, мы можем идти.

Настя и Алексей встали, и все втроём вышли из кабинета.

Глава 33

Они вышли из здания, обошли сначала один корпус, за ним был ещё один. Они пошли дальше.

– Большая у вас территория, – сказал Алексей.

– Да. Тот корпус, который нам нужен, находится в самом конце.

Они ещё некоторое время шли молча и, наконец, увидели старое здание. Вдоль стены возвышались строительные леса, а рядом стоял вагончик. Самих строителей, как и говорил Антон, в выходной день здесь не было. Они подошли к входу, Антон открыл дверь, пропустил Алексея и Настю вперёд, оглянулся по сторонам и зашёл в здание следом за ними.

Внутри этот старый корпус выглядел довольно удручающе. Похоже, сначала хотели восстановить здание снаружи, а уж потом приступить к внутренней отделке.

– Пойдёмте за мной, картотека находится в подвале, – сказал Антон и пошёл по коридору.

Настя и Алексей последовали за ним. Они подошли к лестнице, и Антон сказал:

– Идите аккуратно, здание старое, мало ли что может случиться. Освещения нет, поэтому я фонарик включу.

Он включил фонарик и начал спускаться. Настя с Алексеем переглянулись, достали телефоны, тоже включили фонарики и пошли следом. Спустившись в подвал, они ещё немного шли по коридору, пока не подошли к двери.

– В этой комнате находится картотека, – сказал Антон, достал ключи и открыл дверь.

Они зашли внутрь и стали оглядываться вокруг. Вдоль стен были установлены стеллажи с коробками, в которых находились папки с документами.

– Здесь ещё никто особо не разбирался, – сказал Антон Алексею и Насте. – Бумаги старые, надо с ними быть как можно аккуратнее. Кого именно вы хотели здесь найти?

– Вересов Александр Иванович, – ответила Настя. – Должен был поступить в больницу в 1834 или в 1835 году.

– Сейчас поищем.

Антон начал разглядывать коробки. На то, чтобы разобраться в классификации, у них ушло не менее получаса. Наконец, они обнаружили раздел, в котором хранились карточки за 1834 год.

– Только ещё раз говорю, не факт, что этот человек лежал именно в этом корпусе, поэтому мы можем ничего и не найти.

Он достал с полки коробку, поставил её на пол и начал перебирать папки.

– Нашёл! – внезапно воскликнул он и достал папку. – Вересов Александр Иванович, 1834 год.

– Отлично! – обрадовалась Настя.

Антон положил папку на стол и открыл её. Они все втроём склонились над ней, навели на неё лучи света и начали рассматривать.

Александр Иванович Вересов поступил в больницу после вызова. Санитары ездили к нему домой, он стал бросаться на них с ножом, произносить какие-то бессвязные речи, поэтому его скрутили и поместили сюда. На контакт со своим врачом он не шёл, практически не реагировал на его вопросы, лишь только бормотал что-то себе под нос, но слов его было не разобрать. Ему было назначено лечение, но даже спустя полгода улучшений никаких не последовало. К нему приезжали люди из масонской ложи и интересовались его здоровьем, но им было сказано, что перспектив выздоровления не наблюдается, поэтому Вересов, скорее всего, останется здесь до конца жизни. Больше они не приезжали.

Спустя полгода начали различать кое-какие слова, и оказалось, что он за что-то сильно ненавидит поэта Александра Сергеевича Пушкина, даже желает ему смерти. Но причины его ненависти выяснить так и не удалось.

В скором времени к нему пришли ещё два посетителя. Они настойчиво добивались встречи с ним, но их не пустили. Они даже пытались угрожать. Как их зовут, эти мужчины не сказали, но один из них назвал другого Гром. По всей видимости, это было его прозвище. Он имел славянскую внешность, а вот второй был цыганом. Поняв, что своего они не добьются и их не пустят, мужчины ушли. Больше они так и не приходили, и свои угрозы в действие не привели.

Однажды утром в 1835 году Вересова обнаружили мёртвым. Была констатирована смерть от остановки сердца во сне. Похоронен он был рядом с женой, дочерью и внуком.

Но за месяц до его смерти у него был ещё один посетитель. Он представился родственником Вересова, и его всё-таки пустили посмотреть на него, но только через небольшое окно в двери его палаты. Он очень переживал за состояние своего родственника, но больше всего его заинтересовали рисунки на стенах.

Ещё за два месяца до его визита Вересов вполне внятно попросил что-нибудь для рисования. Врачей это удивило, и они выдали ему цветные мелки. За эти два месяца Вересов изрисовал все стены, но рисунки его были однотипными. Вернее, было два типа рисунков, повторенных многократно. Одним из рисунков было изображение Пушкина, а вторым – изображение меча, пронзающего змею. Вот именно этот второй рисунок и заинтересовал родственника Вересова, но никто не мог ему толком ответить, так как никто не знал, что именно это означает.

Больше записей в карточке не было. Они вышли на улицу, поблагодарили дежурного врача за то, что позволил им осмотреть картотеку, попрощались с ним и направились в сторону ворот. Уже выйдя за пределы территории клиники и сев в автомобиль, они стали обсуждать то, что им удалось узнать.

– Похоже, что и эта нить оборвана, – сказал Алексей.

– Да, Вересов не мог быть причастен к смерти Пушкина, он умер раньше поэта, – подтвердила Настя. – Но всё-таки нам с тобой есть над чем поломать голову. Во-первых, что это за Гром и цыган, и зачем они так настойчиво пытались пробиться к Вересову? Во-вторых, откуда у него взялся этот странный родственник, если после смерти внука у него никого не осталось? А самое главное, у меня всё не выходит из головы рисунок меча, пронзающего змею. Я ведь уже видела такую татуировку в гостинице, когда мы были в Молдавии. Помнишь, во время завтрака я уронила ложку, а какой-то блондин поднял её? Так у него на шее была именно такая татуировка.

– Интересно, – задумчиво сказал Алексей. – И почему родственник Вересова так заинтересовался этим рисунком?

В это время у Алексея зазвонил телефон.

– Это пушкинист Коробейников Эдуард Васильевич, у которого мы читали вторую часть дневника Пушкина про пятую главу Евгения Онегина, – удивлённо произнёс Алексей. – Зачем он мне звонит?

Алексей ответил на звонок, немного поговорил, сказал, что они сейчас приедут, и положил трубку.

– Поехали к нему, – сказал он Насте, заводя двигатель. – Он сказал, что у него появилась ещё одна часть из дневника Пушкина, и мы можем на неё взглянуть.

Они выехали со стоянки и направились в сторону дома Коробейникова.

Глава 34

Как и в прошлый раз, Эдуард Васильевич сидел на скамейке возле своего дома. Алексей остановился рядом с калиткой, они с Настей прошли на участок и направились в его сторону.

– Здравствуйте, а я вас жду, – обрадовался Коробейников. – Видел во время вашего прошлого визита, как сильно вы интересуетесь дневником, и решил вам первым показать моё новое приобретение.

Они поздоровались с ним в ответ, и Настя спросила:

– А как у Вас оказалась ещё одна часть дневника?

– Ну, кто же свои источники выдаёт, у нас так не принято, – улыбнулся тот. – Может быть, хотите чаю?

– Нет, спасибо, – ответил Алексей. – Некогда, у нас ещё много дел.

– Хорошо, тогда присаживайтесь, я сейчас принесу бумаги.

Он ушёл в дом, а Настя с Алексеем сели на скамейку и стали ждать. Скоро Коробейников вернулся, держа в руках 2 листа бумаги.

– Я для вас уже копии снял. Вот, держите.

Настя поблагодарила его, взяла бумаги, и они с Алексеем приступили к чтению.

ПЯТАЯ ЧАСТЬ ИЗ ДНЕВНИКА ПУШКИНА

Я – самый счастливый человек на всей земле, ведь вчера моё предложение руки и сердца было принято. Теперь моей женой станет самая прекрасная девушка, о которой только можно мечтать. Конечно, пришлось пройти кое-какие испытания, чтобы преодолеть сопротивление её матери, и на это ушёл целый год, но теперь, слава богу, все эти испытания позади. Теперь нас ждёт только счастливое будущее.

Когда я впервые увидел Наталью в декабре 1828 года на балу, то сразу почувствовал удивительное влечение к этой милой и хрупкой девушке. Толпа кавалеров окружала её, но среди всех она отдала своё предпочтение мне, чему я был безмерно рад. Наше чувство постепенно становилось всё крепче, и весной 1829 года я сделал ей предложение.

К сожалению, её мать посчитала, что девушке в шестнадцать лет слишком рано выходить замуж, и не дала своего согласия. Но, в то же время, отказа я тоже не услышал. Я не находил себе места из-за этой неопределённости, хотелось уехать как можно дальше и никого не видеть. И тогда я поехал на Кавказ в действующую армию, чтобы оказаться в самом центре боевых действий. Хотя я не был уверен, что мне удастся в них поучаствовать. Так, собственно говоря, и произошло – близко меня не пустили. Проведя всё лето на задворках основных событий, и немного поостыв, я решил вернуться в Москву и сделать повторное предложение.

Но отношение матери Натальи ко мне ничуть не изменилось, я казался ей неблагонадёжным, а всё из-за той репутации вольнодумца, которая закрепилась за мной. И тогда меня опять принимали довольно холодно.

И ещё осенью 1829 года я узнал об одном молодом человеке, который давно был влюблён в Наталью и пытался за ней ухаживать. Мне рассказал об этом однажды её брат. Звали этого молодого человека Василий Громов, но брат Натальи называл его просто Васей. Он рассказал, что этот Вася Громов уже полтора года ходит за ней по пятам, хотя Наталья никогда не давала ему даже повода думать, что у неё к нему есть какие-то чувства.

Вскоре мне самому довелось повстречаться с этим Васей. Он вызвал меня на дуэль, объяснив причину вызова тем, что я отбил у него невесту. Конечно, это была глупость, но я не мог не принять этот вызов – тогда меня стали бы считать трусом. Дуэль должна была состояться через три дня, но накануне дуэли ко мне пришёл секундант Громова и забрал вызов обратно. Позже я выяснил, что Наталья узнала о намечающейся дуэли и поговорила с Васей. Она объяснила, что любит меня, а к нему не испытывает никаких чувств, и хочет, чтобы он больше не появлялся в нашей жизни. Она взяла с него слово, что дуэли не будет, и он сдержал его.

От признания Натальи в своих чувствах ко мне я был на седьмом небе от счастья, но её мать относилась ко мне всё также холодно. Мне пришлось уехать из Москвы в Петербург, и всю зиму мы с Натальей не виделись. И вот не так давно через знакомого я получил известия от Гончаровых, которые вселили в меня надежду. Я снова поехал в Москву и сделал ещё одно предложение. И оно было принято! Я счастлив!

От брата Натальи я узнал, что Василий Громов на горизонте больше не объявлялся, и они даже не имеют понятия, где он может находиться. Что ж, тем хуже для него. Я вызову на дуэль любого, кто позволит себе хоть какие-нибудь вольные действия или мысли в отношении моей будущей жены…

На этих словах записи обрывались. Настя и Алексей некоторое время молчали, а потом Настя спросила Коробейникова:

– А Вы, случайно, не знаете, кто такой этот Василий Громов и как сложилась его дальнейшая судьба?

– В первый раз о таком слышу, – пожал плечами тот. – Ни в каких документах он раньше не упоминался. Скорее всего, это просто незначительный эпизод из жизни Пушкина и Гончаровой, которому не стоит придавать такого уж большого значения.

– Хорошо, спасибо большое, – Настя встала со скамейки, и Алексей поднялся вслед за ней. – Мы поедем, если что, звоните нам в любое время.

Они попрощались и пошли в сторону машины. Уже находясь в машине, Алексей спросил Настю:

– Ты думаешь о том же, о чём и я?

– Да, я уверена, что Василий Громов и мужчина по прозвищу Гром, который приходил вместе с цыганом в психиатрическую лечебницу к Александру Ивановичу Вересову – одно и то же лицо.

Они некоторое время молчали, а потом Настя сказала:

– Ладно, поехали домой. Там отдохнём, поужинаем, а уж потом всё обсудим.

Алексей кивнул, завёл двигатель и направил автомобиль в сторону дома.

Глава 35

Вечером, сидя у камина после ужина, Настя и Алексей устроили мозговой штурм, обсуждая то, что им уже удалось узнать, а также свои дальнейшие планы.

– Получается, что Вересов Александр Иванович, находясь в психиатрической клинике, испытывал сильное чувство ненависти к Пушкину и не скрывал это. Об этом стало известно нескольким товарищам, и они захотели выяснить причины его ненависти. Во-первых, это двое мужчин, которые приходили первыми. Одним из них, как мы уже выяснили, был Василий Громов по прозвищу Гром. Он имел свои счёты к Пушкину за то, что Александр Сергеевич увёл у него из-под носа любимую девушку. По крайней мере, именно так он и думал. С ним был какой-то цыган. Во-вторых, нам неизвестна личность ещё одного человека, который приходил к Пушкину, представился его родственником и активно интересовался изображением змеи и меча, разящего её. И нам надо постараться их всех найти. Как думаешь, с кого лучше начать?

Алексей немного подумал и ответил:

– Я считаю, что надо начать поиски с первых двух. У нас по ним есть больше информации.

– Наверное, только по одному из них, – возразила Настя. – Можем попытаться через архивы или ещё как-нибудь выяснить судьбу Василия Громова. А вот как понять, что это был за цыган?

– Попробовать выяснить через архивы, конечно, можно. Только мне почему-то эта затея кажется не слишком удачной. У нас на это бог весть сколько времени может уйти, да и не такая это известная личность, чтобы данные о нём хранились в архиве. А вот по поводу цыгана у меня есть кое-какие соображения.

Настя с интересом посмотрела на Алексея, ожидая продолжения, и он спросил её:

– Ты читала поэму Пушкина «Цыганы»?

– Нет, – пожала плечами Настя.

– Так вот, в ней рассказывается о любви цыганки Земфиры и юноши Алеко, который оставил городскую жизнь ради степного приволья. На протяжении двух лет он кочует по степи вместе с вольными цыганами и своей любимой. Потом он узнаёт, что Земфира ему не верна. Отец девушки советует Алеко не вмешиваться в эти отношения Земфиры с цыганом. Однажды, застав Земфиру на свидании с молодым цыганом, Алеко пренебрегает советом старика и закалывает их обоих. А цыгане не могут понять его эгоистического стремления обладать любимой ценой её жизни.

Алексей замолчал, а Настя недоумённо спросила:

– Я пока не понимаю, а какая здесь связь?

Дело в том, что многие сходятся во мнении, будто цыганка Земфира присутствовала в реальной жизни Пушкина. По словам некоторых современников Пушкина, ставших свидетелями того периода его жизни, во время своей южной ссылки в Бессарабии он около месяца жил в цыганском таборе. Там у него произошёл любовный роман с девушкой по имени Земфира. Но потом ему пришлось уехать. Через некоторое время ему передали, чем закончилась вся эта история. Оказывается, у Земфиры был жених. Но в то время, когда в таборе жил Пушкин, этот цыган где-то отсутствовал. А когда он вернулся и узнал о том, что его невеста закрутила роман с Пушкиным, то зарезал её. Не знаю, как сложилась дальнейшая судьба этого цыгана, но вполне вероятно, что он мог затаить на Пушкина злобу.

– А что, – задумчиво сказала Настя, – это вполне вероятно. Только вот как теперь выяснить, что делал этот цыган, когда ссылка Пушкина закончилась.

– Есть один вариант, – ответил Алексей. – Ты ведь знаешь, что у меня много знакомых в разных кругах, в том числе и среди цыган у меня есть знакомые. И ни много ни мало, а сам цыганский барон. Попробую завтра к нему обратиться и постараюсь что-нибудь выяснить по этому вопросу.

Внезапно раздался телефонный звонок. Алексей послушал, а потом сказал Насте:

– Это звонит секретарша президента компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ» Вересова Владимира Леонидовича. Сказала, что сейчас с ним соединит.

– Интересно, что ему нужно?

– А это мы сейчас и выясним, – ответил Алексей и поставил звонок на громкую связь.

Ждать долго не пришлось, и уже через полминуты в трубке раздался голос самого Вересова:

– Алексей, добрый день.

– Здравствуйте, Владимир Леонидович. Не ожидал, что Вы позвоните.

– А в жизни вообще происходит много неожиданностей, – усмехнулся тот. – Всё-таки вы не послушали моего совета?

– О чём Вы? – уточнил у него Алексей.

– Мне казалось, что мы договорились. А вы всё равно продолжаете какую-то мышиную возню и пытаетесь вести своё расследование. Вот скажите, зачем вы с женой летали в Молдавию?

– Это, конечно, наше личное дело, но я отвечу. Мы летали в Кишинёв, чтобы проведать друзей. Да и пробыли мы там совсем недолго. Вас удовлетворил этот ответ?

– Советую заняться своими делами и не совать нос в чужие, больше предупреждений не будет, – сказал Вересов и разъединился.

Некоторое время Алексей и Настя молча смотрели друг на друга, а потом Настя спросила мужа:

– Думаешь, нам следует его опасаться? Это прозвучало, как угроза.

– Думаю, что стоит. Мне кажется, что за всеми преступлениями стоит именно он и его организация. Поэтому надо действовать аккуратно. Похоже, что за нами следят.

– Будешь звонить своему цыганскому барону?

– Сегодня уже не буду, лучше позвонить утром и сразу поехать к нему.

– А если его нет в городе?

– Он всегда в городе, – улыбнулся Алексей. – Точнее, рядом с городом. У них там целый цыганский посёлок. А сейчас пошли спать, нам нужно хорошенько отдохнуть.

Глава 36

Ночью Насте приснился сон. Она стояла по колено в снегу, не в силах пошевелиться, и смотрела на людей, находящихся неподалёку от неё. По всей видимости, намечалась дуэль, так как несколько человек стояло подальше, возле саней, а два человека стояли друг напротив друга на расстоянии нескольких десятков шагов. И тут в одном из них она узнала Пушкина. Он был сосредоточен и смотрел только лишь на своего оппонента. У Насти мелькнула мысль, что второй мужчина – это Дантес. Она поняла, что прямо перед ней сейчас произойдёт дуэль. Но как такое может быть, ведь эта дуэль произошла уже почти двести лет назад?

Внезапно оба мужчины медленно пошли навстречу друг к другу. Дантес направил свой пистолет прямо на Пушкина, крепко сжимая его в ладони вытянутой руки. Рука Пушкина же была согнута, и дуло пистолета было направлено в воздух.

– Стреляй! – что есть мочи закричала Настя Александру Сергеевичу, только порыв ветра заглушил её слова и отнёс их куда-то в сторону. – Скорее стреляй!

Но первым выстрелил Дантес. Настя услышала оглушительный грохот и внезапно проснулась. Вокруг было темно, и только за окном время от времени сверкали молнии и раздавались раскаты грома. Алексей спал, и Настя начала думать о том, что бы всё это значило. Ей часто снились сны во время расследований, и она к этому уже привыкла. Так и не придя к какой-то определённой мысли, она закрыла глаза и в скором времени заснула.

Остаток ночи прошёл спокойно, и теперь Настя проснулась только утром. Дождь уже закончился, и за окном вовсю светило солнце. Алексея рядом не было, он готовил завтрак на кухне. Настя это поняла, потому что по всему дому разносились восхитительные ароматы. Она приняла душ, оделась и спустилась на первый этаж к Алексею.

– Доброе утро, – сказала она мужу и поцеловала.

– Доброе утро, родная, – улыбнулся он. – Завтрак готов, сейчас перекусим и поедем к Барону. Он нас ждёт.

– Ты уже ему звонил?

– Да, позвонил и договорился о встрече. Нужно быть в цыганском посёлке часа через полтора, успеем.

– Хорошо. А сейчас давай поедим, я ужасно проголодалась.

После завтрака они собрались и поехали на встречу. Посёлок находился с другой стороны города, так что проехать им нужно было довольно приличное расстояние.

– А как его зовут? – спросила Настя.

– Так и зовут – Барон, – ответил Алексей. – Другого имени я ни разу так и не услышал за все два года нашего знакомства. Только так его все и называли.

– А как вы с ним познакомились?

– Однажды поздно вечером я возвращался из области, и у меня сломалась машина. Телефон разрядился, и я не мог вызвать эвакуатор. Недалеко от дороги я увидел посёлок. Как оказалось, этот посёлок был цыганским. На мою просьбу вызвать эвакуатор они ответили, что сами всё сделают, у них есть человек, который хорошо разбирается в технике. Меня же они пригласили к себе на ночлег. Я его принял, потому что отказываться с моей стороны было бы невежливо. Так я и познакомился с Бароном. Мы разговаривали с ним полночи, он оказался интересным собеседником и у нас с ним сложились довольно тёплые, приятельские отношения. Когда же я проснулся утром, то оказалось, что мою машину отремонтировали, и даже подогнали к дому. Я поблагодарил их за гостеприимство, за помощь, и уехал. С тех пор мы время от времени встречаемся с Бароном, общаемся.

– А у них там только цыгане живут?

– Да, это целиком цыганский посёлок, там примерно сорок-пятьдесят домов. Все они либо родственники, либо друзья, чужих там совсем нет.

Алексей сбавил скорость, свернул с трассы, и Настя увидела невдалеке большой посёлок. Дома в нём были добротные, большие, все как на подбор. Но, когда они въехали в сам посёлок, то Настя увидела, что один из домов гораздо больше, чем другие дома. У него-то Алексей и остановил автомобиль.

– Приехали, – сказал он Насте. – Это и есть дом Барона, в котором он живёт со всей своей большой и дружной семьёй.

Как раз в это время из дома высыпали люди – мужчины, женщины, дети. По всей видимости, они встречали дорогих гостей. Следом за ними вышел упитанный мужчина, посмотрел на машину, развёл руки в сторону и пошёл навстречу с добродушной улыбкой.

– Ну, пошли, – улыбнулся Алексей Насте, и они вышли из машины.

– Лёша, дорогой, сколько лет, сколько зим, – радостно говорил Барон, сжимая его в своих крепких объятиях.

– Рад тебя видеть, Барон, – ответил Алексей, когда Барон отпустил его. – Познакомься, это моя жена Настя.

– Рад тебя видеть, красавица, – учтиво поклонился Барон. – Проходите в дом, будьте моими гостями.

Настя и Алексей улыбнулись ему и пошли в сторону дома. Вся ватага, выбежавшая их встречать, во главе с Бароном, направилась следом за ними.

Глава 37

Настю и Алексея посадили за стол, на котором стояло множество различных угощений. Было видно, что в этом доме любят и ценят гостей. Вместе с ними за стол сел только Барон. Все остальные разошлись по другим комнатам.

Хоть они и позавтракали дома, но, чтобы не обидеть хозяина, всё-таки отведали некоторые блюда. Сначала они поговорили на отвлечённые темы, Алексей рассказал Барону, как они с Настей познакомились и полюбили друг друга, Барон рассказал о своей семье. Потом он спросил Алексея:

– Скажи, Лёша, ты со своей супругой-красавицей ведь приехал ко мне не просто так? У тебя есть какое-то дело?

– Да, Барон, – ответил Алексей. – Мы сейчас расследуем одно интересное дело, которое касается Александра Сергеевича Пушкина, и в этой истории появился один цыган. Мы подумали, что ты можешь знать, кто это такой.

– Цыган из нашего времени или из времени Пушкина? – уточнил Барон.

– Нет, не из нашего. Он жил в 19 веке.

– А какая о нём есть информация?

– Информации на самом деле не так уж и много. В 1835 году в психиатрической лечебнице под Санкт-Петербургом находился один человек по Фамилии Вересов. К нему однажды пришли два человека. Первый – мужчина славянской внешности по кличке Гром, а второй цыган. Мы выяснили, что первого мужчину звали Василий Громов. Больше, к сожалению, у нас никакой информации нет.

– А больше и не нужно, – задумчиво сказал Барон.

– Так Вы знаете, что это за цыган? – быстро спросила Настя.

– Да, я слышал эту историю, хоть и думал, что это всего лишь легенда. И цыган этот мне хорошо знаком.

Он некоторое время молчал с таким видом, словно доставал из памяти давно забытые моменты, а потом начал рассказывать.

– Человек по кличке Гром – личность довольно известная. А если ещё и дело, как вы говорите, касается Пушкина, то я знаю только одного цыгана, подходящего под это описание. Его звали Михель, он был из Бессарабии. История эта началась в 1822 или может в 1823 году, я точно не знаю. Тогда Александр Сергеевич Пушкин находился в южной ссылке и около месяца жил в таборе у бессарабских цыган. Михеля в то время там не было, так как его отправили куда-то по важному поручению. Зато там была его невеста по имени Земфира, и она закрутила роман с Пушкиным.

– Так это правда, что Пушкин написал поэму «Цыгане», опираясь на свой личный опыт? – спросила Настя.

– Да, только в поэме главный герой убивает свою возлюбленную цыганку. Здесь же всё произошло несколько иначе. Вскоре после отъезда Пушкина Михель вернулся в табор. Естественно, ему рассказали о связи его невесты и Александра Сергеевича. Тогда он вспылил и зарезал Земфиру. Также он поклялся поступить и с Пушкиным, и уже собирался ехать на его поиски, но не успел – его арестовали за убийство. За это тяжкое преступление ему назначили восемь лет каторги и ещё пять лет поселения. Сразу же после суда он был отправлен с этапом в Сибирь, где и провёл все эти долгие восемь лет, выполняя неимоверно тяжёлую работу каждый день с утра до вечера. Где-то в 1831 году, после того, как срок его каторги закончился, он остался на поселении там же, в Сибири.

– То есть до 1836 года он должен был находиться на поселении? – уточнил Алексей. – Тогда как же он мог оказаться в Санкт-Петербурге в начале 1835 года и наведаться вместе с Василием Громовым в психиатрическую клинику? Наверное, это был всё-таки другой цыган.

– Ещё как мог! Сейчас я расскажу вам об этом Василии Громове. Это был довольно опасный человек. В тридцатых годах он сколотил свою шайку, которая гремела на весь Петербург. Она так и называлась – шайка Грома. Они совершали дерзкие налёты, ограбления, не гнушались и убийствами. И вот в 1834 году он каким-то образом нашёл Михеля в Сибири, и, хоть они и не были знакомы раньше, предложил ему вступить в его шайку. Оказалось, что у него тоже есть какие-то свои счёты к Пушкину, и он предложил Михелю вместе поквитаться с поэтом. За эти годы жажда мести в Михеле нисколько не утихла, и он согласился поехать вместе с Громовым и вступить к нему в шайку. Именно так он и оказался в Санкт-Петербурге.

– А откуда Вам известно об этом так много? – спросила Настя.

– Эта история сохранилась ещё от бессарабских цыган. Он ведь навещал своих родственников через год после того, как приехал в Петербург. Это было в 1835 году, после посещения психиатрической клиники. Он в том числе рассказывал про пациента этой клиники, который тоже ненавидел Пушкина. Ещё он говорил, что горит желанием отомстить поэту. Кто-то отговаривал его, говоря, что он сам убил Земфиру. Кто-то поддержал, говоря, что если бы Пушкин не спутался с ней, то ничего и не было бы. В любом случае, он принял твёрдое решение отомстить. Но большая часть его рассказов во время посещения родственников касалась Василия Громова. Он восхищался главарём своей шайки, и до нас дошло довольно много информации о нём. Сейчас я поведаю вам всё, что знаю.

Глава 38

ГРОМ (часть первая)

Вася Громов родился в 1805 году в деревне, которая находилась неподалёку от Москвы. Его отец работал кузнецом у местного помещика, а мать там же поварихой. Он был единственным ребёнком в семье, который выжил. Двое других детей умерли в младенчестве. Но он был сильным и выносливым мальчиком, и, даже переболев опасной болезнью, всё равно смог выжить.

С самого раннего детства ему поручали присматривать за скотиной, которой у них в хозяйстве было довольно много. У них были и куры, и кролики, одна корова и несколько собак. Мать с отцом уходили на работу рано, а он, начиная уже с четырёх лет, кормил животных, работал в огороде, ходил за водой. Одним словом, делал всю работу по хозяйству, и благодаря этому рос довольно самостоятельным ребёнком, хоть и не очень общительным. Ему просто некогда было общаться со сверстниками.

В 1812 году, когда Васе было уже семь лет, французские войска во главе с Наполеоном Бонапартом перешли реку Неман и вторглись в Россию. Отца сразу же забрали в ополчение, и они с матерью остались вдвоём. Почти каждый день до них доходили слухи, что наши войска не могут сдержать французов, и они подходят всё ближе и ближе. В скором времени пришла весть, что отец Васи погиб в бою. Мать, как только узнала об этом, слегла и несколько дней не вставала. Потом она всё-таки немного оклемалась, но глаза её уже не горели, как раньше, да и сама она как будто потухла.

Французы были уже недалеко от деревни, и помещик не стал дожидаться их прихода, а решил вместе с семьёй, слугами и всеми своими пожитками уехать восточнее, к своему дальнему родственнику. Мать Василия и он сам поехали вместе со всеми. В дороге ей стало хуже, а когда приехали на место, мать и совсем слегла. Больше, к сожалению, она уже не вставала. Через два дня она умерла, и мальчик остался сиротой.

Помещик сжалился над мальчиком, не стал его сразу выгонять, тем более шла война, да и сам он находился не у себя дома. Горевать Васе было совершенно некогда, так как работы по хозяйству хватало, а делать он её умел хорошо. Он то в одном месте подсобит, то в другом поможет, и всё время был при деле. Так пролетело несколько месяцев. Вскоре французов из России прогнали, и помещик вместе с семьёй стал собираться в обратный путь. Вася опять поехал с ними.

Им повезло, их дом, как и все остальные дома в деревне, оказался нетронутым, хоть и полностью разграбленным. Но большую часть пожитков они увозили с собой и сейчас вернули, поэтому жизнь стала быстро приходить в прежнее русло. Только Васе были не очень рады в этом доме, он был там лишним. И вот, когда наступила весна, и дороги немного подсохли, помещик решил отправить мальчика в сиротский приют в Санкт-Петербурге. Васе тогда было уже восемь лет.

В приюте Вася был не одним новеньким, так как во время войны у многих родители погибли. И к этим детям поначалу относились вроде бы неплохо. Но Васе, к сожалению, не повезло. Был в приюте костяк детей, которые жили там уже довольно давно и сформировали что-то вроде своей шайки. За главного у них был один парень по имени Миша, которому было лет тринадцать или четырнадцать. Когда они выходили в город, то зачастую промышляли воровством. К тому же, они заставляли заниматься этим и других детей. Тех же, кто отказывался, жестоко били. Но били так, чтобы оставалось поменьше синяков. А если синяков не было, то воспитателям приюта не было до этого никакого дела, даже если им и жаловались. Но теперь мало кто жаловался, потому что это было бесполезным занятием, к тому же жалобщиков избивали потом ещё сильнее.

Миша сразу невзлюбил Васю, ещё до того, как тот отказался заниматься воровством. В первый же вечер, когда Вася прибыл в приют, Миша поставил перед ним свою грязную обувь и велел её почистить. Вася отказался, за что его и побили, хоть и не очень сильно на первый раз. В дальнейшем его били всё чаще и всё сильнее, потому что он упорно отказывался выполнять их поручения. Но не все относились к нему плохо, в основном в избиении принимали участие сам Миша и его помощник Костя, который был на пару лет младше Миши.

Вася понял, что для того, чтобы избавиться от дальнейших мучений, нужно было как-то избавиться от этих двоих. Но оба они были старше Васи, и физически дать отпор он им не мог. Он долго думал, и, наконец, понял, как нужно поступить. Однажды ночью он прокрался на кухню и стащил оттуда нож. Потом он вернулся в комнату, некоторое время постоял, прислушиваясь, все ли спят, а затем подошёл к кровати, на которой спал Миша.

Восьмилетний Вася стоял и смотрел на своего спящего врага, никак не решаясь сделать то, что задумал. Но потом он вспомнил всё то плохое, что сделали ему Миша и Костя, и в нём закипела злоба. Он натянул одеяло Миши ему на лицо, закрыв ему через одеяло ладонью рот, а сам начал ножом наносить удары в живот, тоже через одеято. Миша несколько раз дёрнулся, проснувшись и попытавшись выбраться, но вскоре затих. Вася нанёс шесть или семь ударов ножом, и этого хватило, чтобы Миша умер. За эти полминуты почти не было никакого лишнего шума, и никто из детей не проснулся.

Тогда Вася приступил к реализации второй части своего плана. У него остался ещё один обидчик, с которым нужно было поквитаться. Это был Костя. Но его Вася решил не убивать, так как ему нужно было свалить на кого-то вину за убийство Миши. Он подошёл к его кровати и положил окровавленный нож под край одеяла. Затем он сходил к умывальнику и тщательно вымыл руки. Потом вернулся в общую спальню и спокойно лёг спать.

Утром, когда обнаружили, что Мишу убили, всех заперли в большом зале, а в спальне устроили тщательный обыск. Обыскали всё – и тумбочки, и кровати. Естественно, у Кости под одеялом нашли окровавленный нож. Ему связали руки и куда-то увели, больше его Вася никогда в жизни не видел. С той ночи к Васе больше никто не приставал. Наоборот, к нему даже стали относиться более почтительно. Скорее всего, дети понимали, кто на самом деле всё это устроил. Жить в стенах приюта Васе стало гораздо легче.

Глава 39

ГРОМ (часть вторая)

В 1821 году Вася Громов ушёл из приюта. К тому времени ему было уже шестнадцать лет, в приюте он провёл половину своей жизни, и он ему уже порядком надоел. Ему хотелось выйти в люди, увидеть мир, стать более свободным и самостоятельным. Но он понимал, что без денег и жилья в этом мире ему придётся нелегко, поэтому приступил к поиску и того, и другого.

Васе повезло почти сразу же. Проходя мимо какой-то продуктовой лавки, он увидел, что хозяин клеит на стену объявление о том, что в лавку требуется помощник. Он тут же обратился к лавочнику, тот посмотрел на него, немного подумал и стал снимать наполовину наклеенное объявление. Он согласился взять Васю на испытательный срок, несмотря на то, что юноше на тот момент было только лишь шестнадцать лет. Когда же Вася узнал, что лавочник предоставит своему помощнику комнату, которая находится тут же, в задней части лавки, он был на седьмом небе от счастья. Ему удалось одним выстрелом убить двух зайцев – и устроиться на работу, и найти крышу над головой.

Он сразу же приступил к работе, и настолько быстро вник в суть дела, с таким усердием выполнял свои обязанности, что лавочник скоро перевёл его с испытательного срока на постоянную работу. Он проникся к Васе и очень тепло отзывался о нём, когда разговаривал со своими знакомыми. Своих детей у лавочника не было, и Вася стал для него почти что сыном.

Так Вася Громов проработал в лавке два года, вплоть до своего совершеннолетия. А потом случилась беда. В лавку повадился ходить с проверками какой-то новый чиновник. И каждый раз он указывал лавочнику на какое-нибудь придуманное самим же чиновником нарушение. Дошло до того, что он начал требовать у лавочника деньги и даже угрожал навсегда закрыть лавку. Однажды Вася не стерпел такого отношения и вытолкал зарвавшегося чиновника из лавки, заодно и ударив его пару раз по лицу. К тому времени он был уже довольно крепким молодым человеком для того, чтобы справиться со взрослым чиновником.

Эта Васина несдержанность вышла ему боком – чиновник пожаловался и Васю арестовали за причинение вреда здоровью проверяющему при исполнении своих обязанностей. Его посадили в камеру, где он стал дожидаться суда. Ему грозило довольно серьёзное наказание за это преступление, вплоть до нескольких лет каторги в Сибири.

Но и в этот раз Васе повезло, хотя это с какой стороны посмотреть. Чиновник и сам попался на преступлении, его арестовали и предъявили обвинение в вымогательстве и получении взятки. Началось следствие, и в деле стали появляться всё новые и новые случаи нарушения закона чиновником. Но, пока его вина доказана не была, Васю тоже не могли отпустить. Так он и просидел целый год в своей камере, пока чиновника не осудили. Только лишь тогда Вася вышел на свободу.

Оказалось, что за то время, пока Вася находился в заключении, лавочник умер. Но перед этим он успел написать завещание, в котором говорилось, что в случае его смерти лавка переходит к Василию Громову. Так Вася сам стал лавочником. Это стало для него подарком судьбы, ведь так решался вопрос и с жильём, и с заработком. И Вася решил развиваться в этом направлении. Он решил, что богатым семьям будет удобнее, если продукты им будут приносить прямо домой. Тогда он нанял себе помощников, обошёл все окрестные дома, договорился о сотрудничестве и с энтузиазмом принялся за дело.

Больше проблем с проверяющими у Васи не было, ему никто не мешал работать. Стоит признать, что деловая хватка у него была, и дело его стало быстро развиваться. Клиентам нравился такой сервис, а также то, что продукты из лавки всегда доставлялись свежие. В течение нескольких лет, вплоть до начала 1828 года, жалоб на плохое качество услуг его продуктовой лавки или плохое качество продуктов не было. Он почти всё время посвящал работе, ему нравилось то, чем он занимался.

Но в начале 1828 года произошёл один случай, который мог бросить серьёзную тень на его репутацию. Однажды один из его помощников вернулся в лавку с заказом, который не принял клиент. Это была семья Гончаровых, которая жила неподалёку. Помощник рассказал, что хозяйка очень бранилась, говорила, что из-за продуктов, которые им доставили в прошлый раз, чуть было не отравилась вся её семья. Также она требовала к себе управляющего лавки для объяснений и угрожала, что будет жаловаться в полицию. Делать было нечего, нужно было идти на встречу. Вася собрался и отправился к Гончаровым.

Глава 40

ГРОМ (часть третья)

По пути к Гончаровым Вася всё думал о том, как могло произойти такое, что от продуктов из его лавки могла отравиться вся семья. Продукты у него всегда были свежие, качественные, и жалоб никогда раньше не поступало. Наоборот, от людей всегда звучали лишь слова благодарности. В любом случае, сейчас он придёт и на месте всё выяснит.

Но, как оказалось, Вася переживал совершенно зря. Как только он вошёл в дом к Гончаровым, его встретила хозяйка, и принялась извиняться за своё поведение. Она объяснила, что недавно вся её семья после того, как пообедала, долго мучилась с животами. А на обед у них был суп, приготовленный только из продуктов, полученных из лавки Громова. Вот она и решила, что именно эти продукты и виноваты в отравлении.

Позже выяснилось, что вся вина лежит на кухарке. Она потом призналась, что несколько дней принимала слабительное, так как у неё были с этим проблемы. В тот день, когда она варила суп, она тоже выпила ложку лекарства, а бутылочку поставила на полку. Только она забыла закрыть крышку, и бутылка упала прямо в кастрюлю. Бутылку она вытащила, но вот только всё её содержимое осталось в супе. Кухарка побоялась, что с неё могут взыскать стоимость продуктов, поэтому решила промолчать, надеясь, что всё обойдётся.

Вася принял извинения и сказал хозяйке, что всё в порядке и не стоит так переживать. Они немного поговорили с ней и затем, чтобы окончательно загладить свою вину, Гончарова пригласила Васю выпить вместе с ними чаю. Вася согласился, прошёл в столовую, сел за стол, и в этот момент в его жизни произошло чудо.

Когда в столовую вошла младшая дочь хозяйки Наталья Гончарова, Вася так и замер на месте. Пятнадцатилетняя девушка была очень красива, в ней чувствовалась грация, изысканные манеры, доброта и естественность. Одним словом, Вася Громов первый раз в жизни влюбился, и всё то время, что они пили чай, у него перед глазами была только Наталья. Других он как будто и не замечал, они были для него, словно в тумане.

Когда он уходил от Гончаровых, то твёрдо решил, что должен увидеть её ещё раз, причём в самом ближайшем будущем. С тех пор в этот дом он стал доставлять продукты сам, хоть и никогда раньше этого не делал. Время теперь у него стало делиться на светлое, когда он приходил к Гончаровым, и тёмное, когда он занимался всеми остальными делами.

Однажды он набрался смелости и спросил хозяйку дома, может ли его дочь с ним погулять. Но она лишь смерила его своим холодным взглядом и ответила, что дочь ещё слишком молода. Больше он не решался спрашивать об этом. Несколько раз они с Натальей оставались одни в комнате, но совсем ненадолго. Он пытался с ней поговорить, но она лишь коротко отвечала ему и скромно опускала глаза. Один раз он даже признался Наталье в любви, но в этот момент пришла её мать, и он успел лишь заметить удивлённый взгляд девушки.

Осенью, когда Наталье было уже шестнадцать лет, её начали выводить в свет на различные приёмы и балы. Вася присутствовал на каждом таком мероприятии, хоть и не просто было узнавать, когда именно они должны были проходить. Для этого даже пришлось подкупить ту же кухарку, и только благодаря этому он мог везде бывать. Несколько раз ему даже удалось потанцевать с Натальей, и в эти моменты он был на седьмом небе от счастья.

А в декабре на одном из балов, на котором была Наталья, появился поэт Александр Сергеевич Пушкин. Как только он увидел Наталью, то больше уже не мог отвести от неё глаз. Вася сразу это заметил и понял, что у него появился опасный конкурент. Он уже достаточно хорошо изучил Наталью, чтобы понять, что и у неё зародилась к поэту некая симпатия.

Тот вечер стал поворотным в жизни Васи Громова. Если раньше он ещё лелеял какие-то надежды на то, что когда-нибудь Наталья полюбит его, и они смогут быть вместе, то теперь всё изменилось. Теперь же он понял, что она стала отдаляться от него. Пушкин стал частым гостем у Гончаровых, они даже оставались наедине и беседовали и, по всей видимости, Наталью тоже тянуло к нему. По крайней мере, так говорила Васе кухарка.

Весной 1829 года Васе показалось, что удача опять на его стороне. Пушкин сделал Наталье предложение, но её мать своего согласия не дала. После этого Пушкин уехал на Кавказ, и Вася надеялся, что он больше уже не вернётся. Вася снова стал ходить на все балы, на которых была Наталья, пытался сблизиться с ней, поговорить наедине, но всё безуспешно.

Осенью Пушкин вернулся, опять стал ходить к Наталье, и стало понятно, что ей он тоже нравится. Этого Вася громов стерпеть уже не смог. Несколько дней он думал, как ему убрать соперника со своего пути, и решил вызвать поэта на дуэль. Из них двоих в живых должен был остаться только один. Пушкин не был трусом, да и не хотел бы, чтобы его считали таким в случае отказа, поэтому принял вызов. Вася уже мысленно настраивал себя на смертельный поединок, но всё пошло не по плану.

Неизвестно каким образом, но о намечающейся дуэли узнала Наталья. Тогда она сама пришла к Васе на разговор. Они впервые говорили так долго и так близко, поэтому Наталье удалось сломить его сопротивление. Вернее, он даже не сопротивлялся, а безропотно подчинился. Она сказала ему, что любит Александра Сергеевича и попросила отменить дуэль. Также она взяла с Васи честное слово, что он уйдёт из их жизни, и не будет мешать их счастью. Он согласился, так как не ожидал такого поворота событий.

В дальнейшем с Натальей он видеться перестал, продукты из лавки к ним домой теперь снова доставлял его помощник. Через некоторое время состоялась свадьба Александра Сергеевича Пушкина и Натальи Николаевны Гончаровой. Это было для Васи последней каплей. Он продал свою лавку, так как не мог уже больше этим заниматься. Жизнь для него приобрела совсем другой смысл. Вася решил стать самым главным разбойником Петербурга, чтобы его все боялись, и чтобы никто не смел больше перечить ему.

Глава 41

ГРОМ (часть четвёртая)

Едва только шайка Грома появилась в 1830 году, как сразу же прогремела на всю страну. Первым её делом был дерзкий налёт на ювелирную лавку, где они взяли довольно большой куш, при этом убив всех свидетелей преступления – двоих служащих, одного охранника и ещё двоих посетителей. Естественно, это ограбление, при котором было 5 жертв, не могло остаться незамеченным, и на поиски этой шайки бросились лучшие сыщики. Но к тому времени Гром с подельниками уже направлялись в Москву, где решили на какое-то время залечь на дно.

Помимо самого Грома, в шайке было ещё пять человек. Все как на подбор отчаянные, готовые за звонкую монету убить любого, не моргнув и глазом. Двое из них росли вместе с Громом в приюте, остальные были его приятелями. В Москве они сдали украденные драгоценности скупщику краденого и несколько месяцев жили припеваючи, ни в чём себе не отказывая. Второй налёт на ювелирную лавку они совершили здесь же, в Москве, и опять сразу же укатили, теперь уже обратно в Санкт-Петербург.

Они умудрялись действовать так, что никаких следов после их преступлений не оставалось, как и свидетелей – они всех убивали. Совершив третье ограбление в Петербурге, они уехали в Одессу. Так они и колесили по городам, совершая налёты раз в несколько месяцев и не задерживаясь ни на минуту после совершения преступления. Теперь уже о жестокости и неуловимости этой шайки говорила вся Россия.

Но, сколько бы драгоценностей они не забирали во время своих налётов, они удивительным образом умудрялись всё довольно быстро тратить, не оставляя никаких запасов. Но они не переживали по этому поводу, так как знали, что в любой момент могут украсть ещё. Они просто жили в своё удовольствие, не заботясь о будущем.

К 1834 году шайка уже гремела на всю страну. Они считались одними из самых опасных преступников России девятнадцатого века, что не могло не льстить самолюбию главаря. Ведь это было именно тем, чего он и хотел – чтобы все его боялись. И так оно и было на самом деле – одно только слово Гром теперь наводило ужас на обывателей.

Но он ни на минуту не забывал о Наталье, ведь он всё так же сильно её любил. Помнил он и о Пушкине – своём сопернике, которого ненавидел больше всего на свете. И он давно убил бы его своими собственными руками, если бы не слово, данное однажды Наталье. Он обещал ей, что не будет мешать их счастью, а он привык держать своё слово. И это обстоятельство мучило его все эти годы.

Но однажды он услышал историю, которая навела его на одну интересную мысль. Как то вечером в одном из кабаков Петербурга он общался со знакомым цыганом, который и поведал ему эту историю. Он рассказал Грому о цыгане по имени Михель из Бессарабии, который зарезал свою невесту Земфиру за то, что она крутила роман с Пушкиным. Он хотел зарезать и поэта, но не успел, так как его арестовали и отправили на каторгу. В настоящее время 8 лет каторги прошли, и он находился на поселении в Сибири. Но злоба и ненависть к Пушкину в нём кипели до сих пор.

«Вот он, мой шанс, – подумал тогда Вася. – Я сам не могу убить Пушкина, так как обещал Наталье его не трогать, но это вполне может сделать цыган». Тогда он решил поехать в Сибирь и пригласить Михеля в свою шайку, чтобы впоследствии натравить его на Пушкина. Узнав, где именно в Сибири тот проживает, и взяв с собой двоих ребят из шайки, он отправился в путь.

На то, чтобы разыскать цыгана, потребовалось довольно много времени. На уговоры же времени ушло гораздо меньше. Как только цыган услышал, что у него будет возможность отомстить Пушкину, то сразу же согласился. К тому же, хоть до конца срока поселения оставался всего лишь год, он совершенно не знал, чем ему заниматься по жизни дальше. Здесь же предлагали конкретное дело, причём довольно прибыльное, а опасностей он не боялся. Поэтому они почти сразу по приезду двинулись в обратный путь.

Гром сказал Михелю, что с местью придётся немного подождать. Сначала нужно привыкнуть к новому месту, составить план. Тот согласился, и в 1834 году в составе шайки Грома совершил несколько преступлений, убив при этом лично трёх человек.

В начале 1835 года Вася Громов узнал об одном мужчине по фамилии Вересов, который содержался в психиатрической клинике и за что-то тоже сильно ненавидел Пушкина. Ему стало интересно узнать, за что же Вересов так ненавидит поэта, и они вместе с Михелем решили сами всё выяснить. Они приехали в клинику, но их, к сожалению, к самому Вересову так и не пустили. Они ушли ни с чем, и Гром так и не смог удовлетворить своего любопытства.

Потом Михель отпросился и уехал навестить своих родственников в Бессарабии. Гром ждал его возвращения, потому что у него уже были построены большие планы. Он тщательно спланировал налёт на крупный банк в Санкт-Петербурге, где они должны будут взять очень большой куш. Потом цыган убьёт Пушкина, и все дела в России можно будет завершить. Денег, украденных в банке, им хватит до конца жизни. Можно будет уехать в Европу и организовать какое-нибудь дело.

Глава 42

– Вот что рассказал Михель о Васе Громове по кличке Гром, когда приезжал в Бессарабию к своим родственникам, – продолжал свой рассказ Барон, глядя на Алексея и Настю. – Он говорил им, что, возможно, они опять не смогут долго увидеться. Он мечтал отомстить Пушкину и тоже уехать в Европу, изменить свою жизнь.

– А что же с ними произошло дальше? – спросила Настя. – Я так понимаю, цыган не смог отомстить Пушкину, ведь поэт умер только спустя два года, после дуэли с Дантесом. Смогли они уехать в Европу?

– Нет, их планам не суждено было сбыться, – ответил Барон. – Шайка Грома оставалась неуловимой на протяжении нескольких лет. Им казалось, что так будет всегда. Но ограбление ювелирной лавки и ограбление банка – совершенно разные вещи. И не зря же Гром хотел закончить всё и уехать из России, возможно, у него было какое-то предчувствие беды.

– То есть налёт на банк закончился неудачей? – уточнил Алексей у Барона.

– Да. В тот раз их план дал сбой, а может, у них просто не было опыта ограбления банка и они не всё предусмотрели. У них произошла стычка с полицией, была перестрелка. Они убили нескольких полицейских, но в итоге их самих уничтожили, всех до одного. В том числе Михеля и Грома. Так с шайкой Грома, наводившей на всех ужас на протяжении нескольких лет, было покончено.

Барон закончил свой рассказ, и за столом воцарилось молчание. Настя и Алексей обдумывали всё то, что он им сказал. Посмотрев друг на друга, они поняли, что этот вопрос лучше обсудить в машине, а встречу пора заканчивать. Словно прочитав их мысли, Барон сказал:

– Вот, собственно говоря, и всё. Я удовлетворил ваше любопытство?

– Да, Барон, – ответил Алексей, поднимаясь из-за стола. – Спасибо большое за рассказ.

Настя тоже встала и добавила:

– И большое спасибо за гостеприимство. Очень рада была с Вами познакомиться.

– И я тоже очень рад, – улыбнулся в ответ Барон.

Они втроём вышли из дома, Барон проводил Настю и Алексея до машины, они попрощались и уехали. Почти сразу же у Насти зазвонил телефон. Это звонила Настина помощница из Антикварной лавки и просила приехать, так как пришёл один важный клиент, и нужно было с ним решить кое-какие вопросы.

– Поехали на Невский проспект, – сказала Настя Алексею. – У меня там небольшое дело в Антикварной лавке, а потом мы сможем в офисе обсудить наши дальнейшие действия.

Через час они уже были на месте. Насте понадобилось приблизительно полчаса, чтобы решить все вопросы с клиентом, а Алексей пока ждал её в офисе, который находился в задней комнате. Когда Настя закончила, она пришла к нему, налила чай в 2 кружки, села рядом с мужем, и они принялись обсуждать сложившуюся ситуацию.

– Значит, так, – начала Настя. – Что мы имеем? Версия с Громом и цыганом тоже оказалась ошибочной. Но зато мы всё выяснили, и теперь об этом можно уже не думать. Что у нас остаётся?

– У нас остаётся ещё один человек, который посещал масона Вересова в психиатрической лечебнице, – ответил Алексей и пожал плечами. – Тот, который интересовался изображением меча, пронзающего змею. Только по нему нет совсем никаких зацепок. Похоже, что это последняя версия, и этот человек и был тем самым злодеем, причастным к смерти Пушкина.

– Знаешь, – задумчиво сказала Настя, – мне кажется, что зря мы перебрали столько версий. Столько времени и сил потратили на это. Может, с самого начала надо было искать этого злодея именно в то время, когда умер Пушкин, ну может быть за год или два до его смерти. И искать где-то недалеко от Дантеса. Ведь фактическим убийцей Пушкина был всё же он. Но меня смутило, что сам же Пушкин говорил Наталье, а впоследствии она обмолвилась об этом своему второму мужу Ланскому, что в смерти виновато какое-то третье лицо.

– Что-то я сразу об этом не подумал, – хлопнул себя по лбу Алексей. – Ведь получается, что под это описание вполне подходит голландский посланник Геккерн, который усыновил Дантеса в 1836 году. До этого они были знакомы всего 2 года.

– Нужно узнать об этом подробнее, – согласилась Настя. – Давай посмотрим, что написано в интернете о Дантесе и голландском посланнике Геккерне.

Они придвинулись к компьютеру, нашли нужную информацию и стали внимательно изучать её.

Дантес прибыл на службу в Россию в 1834 году, как и Геккерн. Их знакомство произошло ещё где-то в дороге. Потом они стали жить вместе и Геккерн его усыновил. В России Дантес начал выходить в свет, посещать балы, где многим понравился. На одном из таких балов он встретил жену Пушкина Наталью и влюбился в неё, начал за ней ухаживать. В скором времени по Петербургу поползли различные слухи и сплетни. Люди говорили о связи Натальи и Дантеса, что не могло не расстраивать чету Пушкина, ведь они любили друг друга, у них были дети и в их семье царил мир и покой. Но Дантес всё не унимался. Позднее к процессу разлучения Натальи Николаевны и Александра Сергеевича подключился и Геккерн. Он разослал анонимные письма знакомым Пушкина, в которых называл поэта членом общества Рогоносцев, намекая на то, что жена ему неверна. Пушкин вызвал Дантеса на дуэль, но тот попросил отсрочки, а позже выяснилось, что Дантес сделал предложение сестре Натальи. Пушкин забрал свой вызов, но Дантес не прекратил домогаться до Натальи, и во второй раз дуэль всё-таки состоялась. Результат её всем хорошо известен – Александр Сергеевич Пушкин был серьёзно ранен и через два дня умер.

– Я не думаю, что Геккерн и есть это третье лицо, причастное к смерти Пушкина, – сказала Наталья после того, как они ознакомились с информацией. – Это было бы слишком просто. Да и не был Геккерн таким уж злодеем, а Пушкин прямо заявил жене, что третьим лицом, причастным к его смерти, был злодей, каких свет не видывал.

– Думаешь, нам всё-таки надо искать того человека, который последним навещал Вересова в психиатрической лечебнице.

– Думаю, что да, – пожала плечами Настя. – Давай будем об этом завтра думать, уже поздно и я устала. Поедем домой?

– А может быть, переночуем сегодня здесь, в твоей квартире? – спросил Алексей. – Чтобы не ехать за город. Надо признаться, я тоже немного подустал. А перекусить можем в кафе.

– Хорошо, дорогой, как скажешь, – улыбнулась ему Настя.

Они поужинали в ближайшем кафе, а затем поднялись в квартиру. О собаке можно было не беспокоиться, она часто ночевала в будке на улице, а если Алексей долго не приезжал, то приходила к соседям и они её кормили. Вечером они немного посмотрели телевизор и примерно в десять часов вечера легли спать.

Сначала Настя долго не могла уснуть, ощущая какую-то тревогу, непонятно откуда взявшуюся. Ей захотелось обсудить это с мужем, но он уже спал. Так она около часа ворочалась с одного бока на другой, и усталость всё-таки взяла своё – её сморило, и она уснула. Но сон у Насти был беспокойный, и даже во сне она продолжала испытывать тревогу. Ей даже стало казаться, что на неё кто-то смотрит.

Когда это чувство стало особенно острым, она открыла глаза. В комнате было темно, но на стене отчётливо проявлялась человеческая тень. Настя похолодела от ужаса, сразу же вспомнив свои детские страхи. Внезапно включился свет, и она увидела перед собой мужчину. Это был тот самый блондин, которого она уже видела в Молдавии и на шее которого была татуировка – изображение меча, пронзающего змею. В руках у него был пистолет, направленный прямо на неё.

Глава 43

Настя даже вскрикнула от неожиданности, разбудив при этом своего мужа. Алексей резко сел в кровати, увидев незваных гостей, но блондин перевёл пистолет на него и быстро сказал:

– Не дёргаться!

В это время в комнату вошёл второй мужчина, у которого в руках тоже был пистолет.

– Закрой шторы, чтобы с улицы нас не было видно, – приказал ему блондин, и тот поспешил исполнить приказ. По всей видимости, среди двоих мужчин главным был блондин.

– Кто вы такие и что вам здесь нужно? – спросил Алексей на удивление спокойным голосом, и Настя тоже сразу же успокоилась.

– Во-первых, здравствуйте, – блондин растянулся в широкой улыбке, но глаза его продолжали смотреть всё так же холодно. – Во-вторых, доброе утро, хоть ещё и ночь.

Настя посмотрела на часы, висевшие на стене. Они показывали половину четвёртого.

– В-третьих, никаких вопросов. А в-четвёртых, одевайтесь – вы поедете с нами.

Второй мужчина взял их одежду и кинул на кровать. Настя и Алексей начали одеваться, а блондин добавил, покачивая пистолетом:

– Только смотрите мне, без фокусов.

Пока Настя одевалась, она всё время думала о том, что с обратной стороны рукава прикреплена маленькая брошка, которую дал Сергей Геннадьевич на случай опасности. Но для того, чтобы вызвать помощь, нужно было открыть крышку и нажать на кнопку, а незаметно это сделать сейчас не представлялось возможным. Настя мельком глянула на Алексея и решила, что ему на ум пришла сейчас та же самая мысль.

«Ладно, – подумала Настя. – Раз нас куда-то повезут, то у нас будет возможность нажать на кнопку в машине, когда за нами не будут так пристально наблюдать».

К сожалению, она ошиблась. Едва только Настя подумала об этом, как к ним подошёл второй мужчина и крепко связал руки сначала Алексею, а затем и самой Насте. Теперь у них не было никакой возможности залезть в рукав, открыть крышку и нажать на кнопку. Такого оборота событий Настя никак не ожидала.

– Если пикнете, сразу пристрелим, – предупредил их блондин. – Спускаемся к машине.

Они вышли из квартиры, спустились по лестнице и вышли на улицу. Рядом с подъездом стоял микроавтобус, за рулём которого сидел третий мужчина. Настю и Алексея посадили в машину на некотором отдалении друг от друга, а затем сели сами, продолжая держать пленников на мушке.

– Завяжи им глаза, – сказал блондин своему сообщнику, и тот быстро исполнил приказание.

Теперь Настя и Алексей ничего не видели. Машина тронулась с места, и они поехали в неизвестность.

«Зато скоро хоть что-то прояснится», – пыталась успокоить себя Настя. Хотя она с каждой минутой всё больше переживала за их с Алексеем жизни. Похоже, что это очень опасные люди, и вряд ли они будут оставлять в живых ненужных свидетелей. Но Настя однажды уже была в похожей ситуации и понимала, что теперь вся надежда только на их удачу и смекалку.

Ехали они довольно долго, наверное, не меньше часа. В самом конце поездки, судя по звуку, машина заехала в гараж. Только тогда с них сняли повязки, и Настя увидела, что они действительно находятся в гараже.

– Выходите, – сказал блондин, и они подчинились.

Гараж был просторный, на несколько машин. По всей видимости, это был гараж какого-то загородного дома. Рядом с микроавтобусом, на котором их привезли, стоял большой чёрный внедорожник с тонированными стёклами и без номеров. Настя посмотрела на Алексея, и он ей кивнул в знак того, что тоже заметил его. Это был тот самый внедорожник, который чуть не сбил Настю. На этом же внедорожнике увезли в лес Светлану, где и убили. Похоже, что влипли они серьёзно, никто их отсюда живыми отпускать не собирается.

Блондин подошёл к одной из дверей и открыл её. Настя увидела лестницу, ведущую вниз.

– Спускайтесь в подвал, – сказал блондин и опять направил на них пистолет.

Первым по лестнице начал спускаться его напарник, Настя и Алексей пошли следом за ним, а замыкал всю эту процессию блондин. Третий мужчина, который был за рулём микроавтобуса, остался в гараже. Спустившись по лестнице, они прошли по небольшому коридору и оказались у железной двери. Напарник блондина открыл её ключом, и все вчетвером вошли в помещение. Оно было просторным, хорошо освещённым. Вдоль стены стояло 2 кровати, а также кресла. У другой стены был стол и стулья. Там была ещё одна дверь, на которой красной краской было написано «Туалет». Больше ничего в подвале не было.

«Похоже, это специальная комната, где они содержат пленников, – подумала Настя. – Стол, наверное, служит не только для приёма пищи, но и для допросов. Скорее всего, это нас и ожидает. Вряд ли нас привезли сюда, чтобы сразу убить».

– Садитесь на стулья и ждите, – приказал блондин.

Настя и Алексей подчинились и сели, блондин же и его напарник удобно устроились в креслах, продолжая наблюдать за своими пленниками.

– Кого или чего мы ждём? – спросила Настя минут через десять.

– Я же сказал, никаких вопросов, – прикрикнул на неё блондин. – Сказано ждать, значит ждите. Только молча.

Ожидание затянулось на несколько часов, возможно, что часа на три, не меньше. Настя прикинула в уме, что, если привезли их сюда в полпятого или в пять, то сейчас должно быть уже примерно восемь часов утра. Похоже, что они ждали какую-то важную шишку, которая по ночам любит поспать. Вскоре её догадки подтвердились.

Неожиданно тишину подвала нарушил звук открывающейся двери. Настя посмотрела в ту сторону и увидела на пороге президента компании «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ» Вересова Владимира Леонидовича.

Глава 44

Когда их сюда везли, а также когда Настя увидела чёрный внедорожник, она уже догадывалась, кого именно может здесь встретить. Поэтому визит Вересова не стал для неё такой уж большой неожиданностью, как и для Алексея. Было понятно с самого начала, кто имеет отношение ко всем убийствам, непонятным оставалось только то, зачем именно ему всё это нужно, почему он хочет скрыть те моменты в прошлом, которые пытались разгадать Настя и Алексей.

– Доброе утро, – улыбнулся Вересов, но не приветливо, а как-то холодно. – А я ведь вас предупреждал, но вы всё равно не послушали меня, продолжили действовать по своему собственному усмотрению. Вот скажите мне, стоило это того или нет?

Настя и Алексей оставили его вопрос без ответа, ожидая, что последует дальше. Вересов некоторое время наблюдал за ними, а затем прошёл в комнату. Блондин уступил ему место в кресле, тот устроился удобнее и продолжил:

– Ладно, что сделано, то сделано, обратного пути уже нет. Теперь вам придётся ответить на мои вопросы. Хотя, может у вас тоже есть какие-нибудь вопросы? Задавайте, не стесняйтесь, если посчитаю нужным, то отвечу на них.

Настя некоторое время думала, а потом любопытство всё-таки взяло верх, и она спросила:

– Скажите, что означает татуировка с изображением меча, пронзающего змею?

– А это Вы откуда раскопали? – удивился Вересов.

– Я видела в Кишинёве Вашего человека, – она кивнула головой в сторону блондина. – И случайно заметила у него на шее эту татуировку, когда он наклонился.

– Понятно, – Вересов посмотрел на блондина и неудовлетворительно покачал головой, а тот в ответ лишь пожал плечами. – Я вам больше скажу, у меня тоже есть такая татуировка. Это знак нашей семьи, но что он означает, объяснять не стану, это вам ни к чему.

Настя и Алексей с недоумением посмотрели на Вересова, а затем перевели взгляд на блондина.

– Да-да, мы родственники, – усмехнулся Вересов. – Этот молодой человек со светлыми волосами – мой родной племянник.

– Этот рисунок Вересов Александр Иванович рисовал на стене своей палаты в психиатрической лечебнице в 1834-1835 годах, – задумчиво произнесла Настя. – Только вот как Вы с ним можете оказаться родственниками, если у него не осталось в живых ни детей, ни внуков.

– Вам и это известно? – уже без особого удивления спросил Вересов. – Да, глубоко же вы копнули. Вовремя мы вас сюда привезли, а не то, чего доброго, вы бы ещё докопались до истины. Теперь-то вы уже никогда не узнаете правду, потому что живыми отсюда не выйдете.

Настя и Алексей переглянулись, а Вересов кивнул:

– Да, привыкайте к этой мысли. И только от вас теперь зависит, быстро вы умрёте или мучительно. Если ответите на мои вопросы, то не будете мучиться. Так что думайте.

И Настя задумалась. Похоже, что выхода не было. Надо было нажимать на кнопку, чтобы хотя бы Сергей Геннадьевич знал, кто их похитил. Конечно, их сразу же могут убить. Хотя, возможно, они и не успеют добраться до брошки, открыть крышку и нажать на кнопку – их остановят. Поэтому Настя решила пока с этим повременить, и только лишь спросила:

– На какие вопросы?

– Вот это уже деловой разговор, – улыбнулся Вересов. – Я, пожалуй, не буду вас спрашивать о том, что именно вам удалось раскопать. Вижу, что узнали вы много, но только кроме самого главного. Я задам другой вопрос. Кто ещё знал о ходе расследования и кого вы успели посвятить в детали?

Настя задумалась над этим вопросом. Они рассказывали довольно много Сергею Геннадьевичу, в том числе и про Вересова. Но озвучить это своим похитителям она, естественно, не могла. Птица такого высокого полёта, как Вересов, вполне может организовать покушение и на сотрудника ФСБ. Поэтому она промолчала, как и Алексей.

– Похоже, что кому-то они всё-таки рассказали, – сказал блондин Вересову.

– Вижу, – ответил тот, пристально глядя на пленников. – Но говорить, похоже, не хотят. Ничего, сейчас заговорят. Возьми нож и порежь ей лицо, а муженёк пусть понаблюдает.

Настя в ужасе замерла, Алексей тоже побледнел. Но блондин походил-походил по комнате и, по всей видимости, ножа так и не нашёл.

– Никак не могу найти нож, – сказал он Вересову и развёл руками.

– По-моему, он наверху, – ответил Вересов. – Сходи и принеси.

Блондин ушёл, а Вересов смотрел на них и улыбался.

– Ничего, – произнёс он. – Скоро вы мне всё расскажете.

Через несколько минут вернулся блондин и сказал Вересову, что его срочно к телефону.

– Ну что же, голубки, повезло вам. Посидите пока, обсудите, стоит ли всё рассказать или хочется помучиться. А мы пока тоже кое-что обсудим, когда я поговорю по телефону.

Он позвал блондина с напарником с собой, они втроём вышли и закрыли за собой дверь в подвал. Теперь Настя и Алексей остались одни. Выждав примерно полминуты, Настя вскочила со стула и подбежала к Алексею.

– Это наш шанс! Скорее, нажимай на кнопку.

Было неудобно со связанными руками, но он всё-таки смог просунуть кисть под рукав Насти, нащупать брошку, открыть крышку и нажать на кнопку. После этого Настя проделала то же самое мужу. Затем она быстро вернулась на своё место, и они стали ждать. Теперь всё зависело от Сергея Геннадьевича и его группы быстрого реагирования. Нужно было как-то тянуть время до их приезда.

Пока время было на их стороне, так как Вересова с помощниками не было почти час. Всё это время мысли одна за одной проносились в головах пленников – успеют или не успеют, сработала кнопка или нет. Внезапно послышался звук отпираемого замка, дверь открылась и на пороге возникла эта же троица – Вересов с помощниками. Вересов сел на кресло, а блондин, помахивая большим ножом и улыбаясь, начал медленно приближаться к Насте.

Глава 45

– Посмотри, чтобы её муж не дёрнулся, пока её будут щекотать ножом по лицу, – сказал Вересов напарнику блондина. – Если дёрнется, то пристрели.

Тот направил пистолет на Алексея. А блондин был уже рядом с Настей, и медленно подносил нож к её лицу. Чувствуя, что сейчас Алексей может вскочить и броситься на блондина, Настя быстро сказала, обращаясь и к нему, и к Вересову одновременно:

– Не надо, я расскажу!

Блондин остановился и посмотрел на Вересова. Тот махнул рукой, и блондин отошёл в сторону.

– Ну, давай, рассказывай, – сказал Вересов. – Только смотри мне, без шуток.

Когда блондин подносил нож к её лицу, у Насти родился план, как можно потянуть время. И она начала рассказывать про друга Сергея Геннадьевича из Кишинёва. Правда, она взяла для него вымышленное имя, но всё-таки постаралась, чтобы рассказ затянулся как можно дольше. Когда она закончила, Вересов посмотрел на блондина и тот кивнул:

– Да, был с ними в Кишинёве какой-то мужик.

Вересов удовлетворённо кивнул и спросил Настю:

– Ещё кому-нибудь говорили?

Настя отрицательно помотала головой, не зная, что ещё можно придумать в данной ситуации. Вересов же посмотрел на своего помощника с пистолетом и сказал:

– Эти двое мне больше не нужны, заканчивай с ними. Потом уберитесь здесь и избавьтесь от тел.

– Хорошо, босс, – кивнул тот и приготовился стрелять.

Внезапно Настя поняла, что это конец. Она раньше никогда не думала о смерти. Тем более она не думала, что всё будет именно так. Настя посмотрела на мужа, мысленно прощаясь с ним, и в это время прозвучал выстрел. Только на пол почему-то упал тот, кто должен был стрелять. Дальше для неё всё происходило, как в замедленном кино. Она видела, как в подвал вбежали люди в масках и положили на пол Вересова и блондина. Третий мужчина был уже мёртв.

Настя видела, что на спинах людей в масках было написано ФСБ. Кто-то из них подошёл к Насте и разрезал верёвки на руках. То же самое он сделал и Алексею. И тут в подвал вошёл Сергей Геннадьевич. Настя вскочила, подбежала к нему и бросилась на шею, не сдерживая эмоций. По сути, он спас её и Алексея жизни.

– Мы вас еле нашли, – сказал он. – Видимо, из-за того, что вы в подвале, и был плохой сигнал. Но, слава богу, что всё обошлось.

Затем он посмотрел на Вересова, покачал головой и сказал:

– Этих двоих уведите.

Вересова и блондина подняли и увели наверх, а Сергей Геннадьевич сказал уже Насте с Алексеем:

– Давайте и мы поднимемся наверх, поговорим.

Они поднялись вместе с Сергеем Геннадьевичем по лестнице, вышли из гаража в другую дверь, прошли по коридору и оказались в просторной гостинице.

– Двоих ваших похитителей увезли к нам на допрос, – сказал он, когда они сели на диван. – В доме сейчас будет производиться обыск, и в офисе Вересова тоже. А вы пока расскажите, как вас похитили.

И Настя начала говорить. Она рассказала о том, как они остались ночевать в квартире на Невском проспекте, а ночью, даже уже почти что под утро, к ним проникли двое мужчин, связали руки, завязали глаза и привезли сюда. Возможности самостоятельно нажать на кнопку у них не было. Она появилась только тогда, когда похитители ненадолго вышли из подвала.

– Да уж, – сказал Сергей Геннадьевич. – Ещё бы немного, и всё закончилось бы плачевно. Вовремя мы успели. А ведь я вас предупреждал, чтобы вы были осторожнее.

– Мы так благодарны Вам, Сергей Геннадьевич, – с чувством сказала Настя. – Вы уже не в первый раз нас выручаете.

– Ладно, теперь уже всё позади, – улыбнулся он.

– Но загадка так и осталась неразгаданной, – вздохнула Настя.

– Да, – кивнул Алексей. – Мы так и не узнали, что это за человек такой загадочный, причастный к смерти Пушкина. Я уверен, что у Вересова есть ответы на все вопросы, только вряд ли он сознается.

– Главное, что вы остались живы. А насчёт Вересова не беспокойтесь, мы будем с ним разговаривать.

В это время со второго этажа по лестнице спустился один из сотрудников Сергея Геннадьевича и сказал:

– Сергей Геннадьевич, мы нашли сейф, вскрыли его при понятых и обнаружили одну интересную вещь. Вам лучше самому на это взглянуть.

– Пойдём, посмотрим, что там нашли такое интересное, – сказал он Насте и Алексею, поднимаясь с дивана.

Они тоже встали и все вместе направились наверх. Сотрудник привёл их в кабинет Вересова, в котором находился сейф. Обыск в кабинете уже закончился, и там кроме них больше никого не было. Всё содержимое сейфа лежало на столе. Там были пачки денег и какие-то бумаги.

– Так, и на что нам здесь стоит взглянуть? – спросил Сергей Геннадьевич своего сотрудника.

Тот подошёл к столу и взял в руки несколько листов бумаги.

– Вот на это, – ответил он, и протянул бумаги Сергею Геннадьевичу. – Это старинные записи. Я уверен, что они вас заинтересуют.

Затем он вышел из кабинета, оставив их одних.

– Ну что же, давайте посмотрим, что это такое.

– Почерк явно женский, – произнесла Настя, посмотрев на записи, и тут же ахнула. – Да ведь это записи Натальи Гончаровой, вернее Пушкиной.

– Может, здесь мы найдём ответы на вопросы? – с надеждой в голосе спросил Алексей.

– Давайте присядем и прочитаем, – предложил Сергей Геннадьевич.

Они расположились на креслах, он передал записи Насте, и та стала читать вслух.

Глава 46

ПОСЛЕДНЯЯ ЧАСТЬ ИЗ ДНЕВНИКА ПУШКИНА

В связи с постигшим нашу семью несчастьем, записи в дневнике Александра Сергеевича Пушкина продолжаю я, его жена Наталья Николаевна Пушкина утром 28 января 1837 года. Вчера вечером, когда раненого мужа привели в дом, со мной случилась истерика, да и сейчас слёзы продолжают лить из моих глаз, хоть я и пытаюсь их сдерживать.

Всю ночь он страшно мучился, и я не находила себе места, не знала, где искать нам спасения. Врач сказал, что бессилен что-либо сделать с этим ранением, и нужно уповать только на бога. И я не перестаю ежесекундно просить всевышнего в своих мыслях, чтобы он помог нашей семье избежать страшного горя.

Сегодня утром муж велел мне принести его дневник, и я выполнила его просьбу. Он сказал, что я должна сделать очень важные записи с его слов, но для этого нам нужно остаться наедине, чтобы больше никто не смог услышать то, что он расскажет. Тогда я попросила всех выйти ненадолго, а сама приготовилась записывать. Писала я на черновике, а в дневник эти записи внесла только спустя неделю, когда моё состояние позволило мне это сделать.

Муж говорил медленно, часто прерываясь, и я видела, как боль мучает его. Но говорил он вполне осмысленно. Я с самого начала знала, что у них с Дантесом состоялась дуэль из-за меня, и Дантес выстрелил первым. Но Александр сказал мне, что истинным виновником его смерти является совсем другой человек. По его словам, это злодей, каких ещё свет не видывал.

Муж рассказывал, что накануне дуэли к нему приходил Дантес, и они долго разговаривали. Дантес сказал, что однажды, вернувшись домой, ещё в начале осени, оказался невольным свидетелем одного крайне любопытного, но неприятного для него разговора. Этот разговор происходил за закрытой дверью кабинета его приёмного отца – голландского дипломата Геккерна. И, похоже, что Дантесу посчастливилось оказаться дома практически в самом начале разговора.

Собеседников было двое. Голос одного из них принадлежал Геккерну, второй же голос Дантесу был не знаком. Он говорил властным тоном, как будто это он был хозяином в доме, а не Геккерн. Как оказалось, у этого человека на Геккерна был какой-то серьёзный компромат, и он угрожал обнародовать его, чтобы о «подвигах» Геккерна узнали не только в Петербурге, но и на его родине.

Геккерн умолял собеседника не делать этого и клялся, что готов сделать всё, что тот скажет. И тогда речь зашла об Александре Сергеевиче Пушкине. Дантес стал слушать ещё внимательнее, ведь ему нравилась жена Пушкина – Наталья Николаевна. Выяснилось, что тот человек за что-то очень сильно ненавидел Пушкина и желал отомстить ему. Если Геккерн окажет содействие, поможет избавиться от ненавистного поэта, тогда он отдаст ему компромат и обо всём забудет.

Геккерн некоторое время обдумывал всё сказанное, а Дантес напряжённо прислушивался, боясь пропустить хоть слово. Через минуту Геккерн спросил, что именно от него требуется. Собеседник ответил, что им на руку то, что Дантесу нравится Наталья. Это очень хорошо, что по Петербургу вовсю ходят слухи о том, что она отвечает ему взаимностью, а может и уже ответила более близко. И нужно использовать это в своих целях. А Дантес слушал за дверью и не мог поверить своим ушам.

Далее мужчина предложил Геккерну составить анонимный пасквиль на французском языке, в котором Пушкину будет присваиваться патент на звание рогоносца и с этих пор он состоит в Ордене Рогоносцев. Эти письма следует разослать самому Пушкину и некоторым его друзьям. Пушкин этого не стерпит и вызовет Дантеса на Дуэль, где тот и убьёт поэта. У того останутся жена и четверо детей одни, с огромными долгами, и такая месть устроила бы неизвестного собеседника. На вопрос о том, в чём же так провинился Пушкин перед ним, мужчина не ответил.

Разговор был закончен, и Дантес поспешил уйти в комнату, чтобы его не заметили. К сожалению, ему так и не удалось узнать, как выглядел тот мужчина. На следующий день Геккерн выполнил его поручение и разослал анонимные письма с насмешкой. В скором времени Дантесу пришёл вызов на дуэль, и ему пришлось его принять, ведь Геккерн столько сделал для него. Но он всё время думал, как её отменить без каких либо потерь. И придумал. Он уже давно заметил, что сестра Натальи Екатерина влюблена в него, да она и сама нравилась ему, поэтому он сделал ей предложение. Пушкин был вынужден сам отменить свой вызов.

Дантес думал, что на этом для него и Геккерна всё закончилось, но не тут-то было. Похоже, что неизвестный продолжал давить на Геккерна, вынуждая того действовать более решительно. И Геккерн продолжил распускать слухи и плести какие-то интриги. В конце концов, Пушкин этого больше стерпеть не мог и написал Геккерну письмо. Поэт использовал настолько оскорбительные тон и слова, что точно знал – Геккерн просто обязан будет вызвать его на дуэль. Что он, собственно говоря, и сделал. Но, так как он представлял иностранное государство, то не мог сам участвовать в этой дуэли. Он возложил эту роль на своего приёмного сына Дантеса.

Естественно, Пушкин принял этот вызов, и дуэль в скором времени должна была состояться. Дантес не знал, что ему предпринять. У него оставалась одна надежда – всё рассказать самому Пушкину, что он и сделал. Накануне дуэли он пришёл к нему на разговор и рассказал всё, что я написала выше. Но муж не поверил ему, назвал трусом и прогнал. Дуэль была неизбежна. Ах, как я жалею, что Саша не рассказал мне об этом разговоре. Ведь если бы я хоть что-нибудь знала, то непременно смогла бы всё это остановить.

На следующее утро 29 января муж стал чувствовать себя ещё хуже, и никто не знал, как прекратить его мучения. Он подозвал меня и сказал, что ночью сочинил стихотворение. Он хотел, чтобы я записала его в дневнике. Это стало его последним стихотворением.

ПОСЛЕДНЯЯ ДУЭЛЬ

Как пахнет утром тишина?

Когда не слышно даже ветра.

Мне ночью было не до сна,

Я ждал рождения рассвета.

В холодном сердце спал вулкан,

Я находился в его власти.

К финалу подходил роман

Всей моей жизни, моей страсти!

И вот теперь в холодной мгле

Растаявшей рассветной дымки

Вулкан вдруг забурлил во мне,

Давая повод для ошибки.

Но лишь соперник предо мной,

Я силуэт тот взглядом смерю.

Чей будет кончен путь земной?

Шагнули мы к судьбы барьеру!

Застыло время, сердца стук

Отсчёт обратный начинает.

Лишь пистолет дуэльный – друг,

Только и он судьбы не знает!

Нажал соперник на курок…

Предсмертного затишья пламя!

Последний воздуха глоток,

И закружила меня память.

Увидел вереницу дней

С рождения и до мгновенья,

Когда упал на снег. Теплей

Мне стало в пропасти забвенья.

Муж уже чувствовал, что это конец. Он позвал детей и дал им своё напутствие. Затем он попрощался со мной. Я старалась не плакать, хотя душа моя обливалась слезами. В два часа сорок пять минут после полудня мой муж ушёл из жизни. Покойся с миром.

Любящая тебя жена, Наталья Николаевна Пушкина.

Глава 47

Некоторое время они сидели, обдумывая то, что только что узнали.

– Уникальные записи, – первым начал Сергей Геннадьевич. – Наверняка они произведут фурор в литературном мире. Многие захотят узнать, кто же виновен в смерти Пушкина.

– Я и сейчас хочу это узнать, – ответила Настя. – Ведь тот человек так и остался загадкой. Но раскрыть эту тайну будет непросто, разве что сам Вересов во всём сознается. Но, судя по тому, как они эту тайну оберегали, скорее всего, он будет молчать.

– Ничего, попробуем его разговорить, – махнул рукой Сергей Геннадьевич. – В любом случае, эта война для вас окончена. Поезжайте домой и хорошенько отдохните. А ещё лучше, махните куда-нибудь в отпуск на недельку-другую, поплавайте в море, погрейтесь на солнышке. И хватит уже влипать в разные истории, живите спокойно.

Настя и Алексей переглянулись.

– А что, может, и правда поедем куда-нибудь на море? – спросила Настя мужа.

– Я не против, – улыбнулся тот в ответ.

– А насчёт историй Вы правы, – сказала она уже Сергею Геннадьевичу. – Что-то за последний год их было слишком много.

– Ну, вот и договорились, – Сергей Геннадьевич поднялся с кресла. – Я распоряжусь, чтобы вас отвезли домой.

Они спустились вниз, он отдал соответствующее распоряжение, и Настя с Алексеем сели в одну из машин. За руль сел водитель.

– Я позвоню, когда появится какая-нибудь информация, – сказал на прощание Сергей Геннадьевич.

Машина тронулась, и они поехали, но всё не переставали смотреть на этот дом, в котором могли оборваться их жизни, пока он не скрылся за поворотом.

– Куда едем? – спросил водитель.

– Давайте на Невский проспект, у нас там машина.

Через час они были на месте, поблагодарили водителя и вышли из служебного автомобиля. Прежде чем ехать в загородный дом, они решили подняться в квартиру и посмотреть, закрыта ли дверь. Выяснилось, что похитители просто прикрыли дверь, уходя из квартиры, и дверь оказалась незапертой. Они мельком глянули, всё ли в порядке в квартире, немного убрали беспорядок, заправили постель, а затем заперли дверь на ключ, спустились к своему автомобилю и поехали за город.

Первым делом они накормили собаку, которая встретила их, радостно виляя хвостом. Затем они перекусили сами, так как время близилось к обеду, а они ещё даже и не завтракали. Затем приняли душ и стали отдыхать. Но Насте не сиделось на месте, и она предложила выбрать, куда им поехать в отпуск.

Это занятие так увлекло их, что следующие два часа они рассматривали различные предложения от турфирм, пока не выбрали и не оплатили наиболее понравившееся. Тур был на 14 дней, и улетать нужно было через неделю, что их вполне устраивало, так как оставалось время на то, чтобы разгрести кое-какие дела, которых накопилось немало за то время, пока они занимались расследованием.

Затем они погуляли по лесу, а когда вернулись домой, то выбрали фильм для просмотра. Все дела они решили отложить на завтра, а сегодняшний день посвятить исключительно отдыху. После просмотра фильма они поужинали, ещё раз вышли на прогулку, а потом отправились спать. Они решили выспаться, так как в прошлую ночь им не довелось долго поспать.

На свежем воздухе, да ещё когда груз расследования был снят с плеч, спится гораздо лучше. Проснулись Настя и Алексей в прекрасном расположении духа, приготовили завтрак, перекусили и стали собираться в город по делам. В это время раздался телефонный звонок. Это звонил Сергей Геннадьевич.

– Доброе утро! – ответила Настя.

– Доброе утро! Как выспались?

– Отлично! Кстати, мы вчера купили путёвки и через неделю улетаем на море.

– Очень рад за вас! А у меня для вас есть новости.

– Хорошие или плохие? – уточнила Настя.

– Тебе понравится, – весело ответил Сергей Геннадьевич. – Приезжайте ко мне на Литейный, и сами всё узнаете.

– Может, всё-таки намекнёте? – так же весело, в тон Сергею Геннадьевичу, спросила Настя. – Честно говоря, я немного устала от загадок.

– Тогда будет не так интересно. Приезжайте, я жду.

– Хорошо, мы будем через час.

Настя положила трубку, и они продолжили собираться.

У Сергея Геннадьевича они были даже немного раньше, чем обещала Настя. Он их встретил внизу и провёл в свой кабинет. Когда они расселись по местам вокруг стола, он произнёс:

– Что ж, никакой тайны больше нет. Загадка, на которую вы искали ответ, разгадана.

– Вересов всё рассказал? – обрадовалась Настя.

– Нет, сначала раскололся блондин – его племянник. А когда Вересов об этом узнал, то ему больше не было смысла скрывать, и он рассказал всё более детально. Теперь у нас есть полная картина происходящего.

– Так кто же этот загадочный человек, виновный в смерти Пушкина? – спросила Настя. – Не томите.

Сергей Геннадьевич ещё некоторое время смотрел на них, выдерживая паузу, а потом сказал:

– Веденеев Михаил Иванович.

– А кто это? – спросил Алексей.

– Знакомое имя, – задумчиво произнесла Настя. – Так это же друг отца Пушкина, да и самого Пушкина тоже, который служил в Императорской канцелярии. Но он же помогал Александру Сергеевичу, и когда его хотели отправить в ссылку, и в поезде они вместе искали пятую главу Евгения Онегина, и ещё, по-моему, когда-то помог. Какой ему был смысл желать смерти Пушкину? Я не понимаю.

– Сейчас всё объясню, – ответил Сергей Геннадьевич и начал свой рассказ.

Глава 48

Михаил Иванович Веденеев на самом деле не дружил с отцом Пушкина, как сказал он однажды поэту, но всё-таки был с ним знаком. И точно неизвестно, служил ли он в Императорской канцелярии, о чём он тоже не раз говорил, но определённо он крутился среди влиятельных людей и, похоже, и сам имел некоторое влияние на императора, либо кого-то из его приближённых.

У Михаила Ивановича было три сына. Самого старшего звали Фёдор, и отец в нём души не чаял. Два других сына были на пять и на шесть лет младше первого, и он тоже их любил, но всё-таки особая привязанность у него была к Фёдору. Может быть потому, что жена никак не могла забеременеть на протяжении нескольких лет. И вот когда ей это удалось и она родила Фёдора, Михаил Иванович был на седьмом небе от счастья.

Жену он тоже любил, но, к сожалению, она умерла после того, как родила третьего сына. Убитый горем, он остался один с тремя детьми, и стал их воспитывать. Он возлагал на них большие надежды, был уверен, что они станут ему надёжной опорой и поддержкой, когда вырастут. Но Фёдор, становясь старше, стал как-то отдаляться от отца. Он всё чаще встречался с друзьями, и даже стал участвовать в дружеских попойках, которые нередко заканчивались драками. Веденеев старший уже и не знал, что ему предпринять, как повлиять на сына.

Но однажды, в 1819 году, Фёдор вдруг резко изменился. Он стал реже встречаться с друзьями, почти перестал общаться с родными и был ниже травы и тише воды. Поначалу отец обрадовался этим изменениям в сыне, он думал, что сын его остепенился и наконец-то взялся за ум. К тому времени Фёдору было уже девятнадцать лет, и он жил отдельно, отец помог ему снять небольшую квартиру недалеко от университета, в котором тот учился. Но когда он понял, что у сына начинается депрессия, то стал чаще наведываться к нему, старался поддержать, поговорить, но сын не хотел идти на контакт и рассказывать, в чём кроется причина его печали.

Тот день навсегда отпечатается в памяти Михаила Ивановича. Он пришёл проведать сына, но тот дверь не открывал, хотя явно был дома. Это можно было определить по углу наклона дверной ручки – когда кто-то был дома, и дверь была закрыта изнутри, то угол был несколько другим. Веденеев не менее получаса пытался достучаться до сына, а потом решился взломать дверь. То, что он увидел, проникнув в квартиру, заставило его похолодеть от ужаса. Его сын лежал на полу в луже крови, а в руке у него был пистолет. Он застрелился.

Конечно же, Михаил Иванович постарался, чтобы расследование этого дела было проведено тщательнейшим образом. Но оно подтвердило, что Фёдор покончил жизнь самоубийством. В ходе расследования выяснилось, что около месяца назад у него состоялась дуэль с Александром Сергеевичем Пушкиным. Когда они сходились к барьеру, Фёдор выстрелил первым, но промахнулся. Тогда Пушкин уже спокойнее подошёл к барьеру и прицелился. Затем он улыбнулся и сказал: «Я дарю тебя жизни». И потом выстрелил в воздух.

Возможно, если бы он сказал, что дарит ему жизнь, а не дарит его жизни, то ничего бы и не произошло. Но из-за этой фразы Пушкина в обществе пошли пересуды. Все гадали, случайно или намеренно поэт так сказал. Через неделю об этом говорили уже все друзья и приятели Фёдора, а его самого называли подарком жизни, а вскоре и просто подарком. И каждый раз Фёдору казалось, что над ним насмехаются. Он начал думать, что Пушкин посмеялся над ним и унизил. В итоге он просто не выдержал и застрелился.

Сначала Веденеев хотел пойти к Пушкину и застрелить его в ответ. Но, немного остыв, он понял, что этот обмен будет неравноценным. Во-первых, тогда его самого арестуют. А во-вторых, у Пушкина пока нет жены и детей, которые бы страдали по нему так же, как Веденеев страдает по своему сыну. И тогда он решил подождать, пока такой момент наступит, пусть даже ждать нужно будет несколько лет. А для начала нужно было приблизить Пушкина к себе, втереться к нему в доверие.

И такой случай вскоре представился. За одно из стихотворений, в котором поэт позволил себе слишком много вольностей в адрес императора, ему грозила ссылка в Сибирь. И тогда Веденеев пришёл к Пушкину в первый раз, хоть ему и нелегко было пересилить себя. Он представился другом его отца, сказал, что ему нравятся стихотворения Александра Сергеевича и обещал помочь. И он действительно помог, смог повлиять на то, чтобы Пушкина вместо Сибири отправили переводом по службе на юг.

В дальнейшем он ещё не раз оказывал ему помощь. После восстания Декабристов он умудрился всё организовать таким образом, что Пушкина не особо трогали, хоть и было найдено довольно много его писем у некоторых участников восстания. Пушкин тогда находился в бессрочной ссылке в имении своей семьи в Михайловском. А через некоторое время Веденеев даже смог устроить так, что Пушкину разрешили вернуться в Петербург.

Правда, попутчиком Пушкина по дороге из Москвы в Петербург, когда тот умудрился потерять пятую главу Евгения Онегина, Веденеев оказался совершенно случайно. Так совпало. Он помогал ему искать рукопись, и даже нашёл, но решил не говорить об этом. Он и сам не знает, почему он так поступил. Возможно, он подумал, что за эти годы и так сделал для Пушкина очень много хорошего, пытаясь приблизить его к себе. Он всё ждал, когда же, наконец, Пушкин остепенится и женится, у него появятся дети, чтобы можно было ему отомстить. Но Пушкин всё не женился.

Но в конце 1828 года ситуация поменялась и Александр Сергеевич Пушкин познакомился со своей будущей женой – Натальей Николаевной Гончаровой. Прошло почти два года, прежде чем состоялась их свадьба, а Веденеев всё выжидал. Он был частым гостем в доме семьи Пушкиных, потом у них стали рождаться дети, и он постепенно начал думать, что в скором времени пора составлять план мести.

Однажды он услышал историю о бывшем масоне Вересове Александре Ивановиче, который потерял дочь, а через некоторое время и внука, и попал в психиатрическую клинику. До него дошли слухи, что Вересов за что-то сильно ненавидит Пушкина. Тогда он начал выяснять, за что именно, и вскоре узнал истинную причину его ненависти. Оказывается, Пушкин тайно встречался с его дочерью, а затем бросил её, когда она уже ждала от него ребёнка. При родах она умерла, но ребёнок выжил, и Вересов Александр Иванович стал воспитывать внука сам. В пятилетнем возрасте мальчик тяжело заболел и умер. После этого Вересов и сошёл с ума.

Веденеев пошёл навестить Вересова в больнице, но сначала его не пускали. Тогда он заплатил врачу, и ему разрешили посмотреть на пациента через окошко в двери палаты. Там он увидел нарисованные на стенах изображения Пушкина. Но больше его заинтересовал второй рисунок, так же многократно повторяющийся. На рисунке были изображены змея и меч, который её пронзает. И тут, глядя на эти два изображения, к нему пришло озарение. Он тоже считал Пушкина змеёй, которую нужно уничтожить, и этот рисунок чётко отображал его собственные мысли.

Он начал думать над планом мести. И вскоре он узнал про Дантеса. Этот молодой человек недавно прибыл в Россию, стал ходить на балы и познакомился там с женой Пушкина. Пошли слухи, что у них тайная связь. А когда в 1836 году Дантеса усыновил Геккерн, у Веденеева созрел план. Он стал собирать на Геккерна компромат, и к осени у него было уже достаточно, чтобы тот стал его марионеткой и выполнил всё, что он скажет.

План его состоял в том, чтобы Геккерн начал распространять слухи, разослал анонимные письма и спровоцировал Пушкина вызвать Дантеса на дуэль. В первый раз дуэль сорвалась, но он продолжал давить на Геккерна, и в итоге дуэль всё же состоялась. На ней Дантес ранил Пушкина, и тот, промучившись два дня, скончался. Справедливость, как считал Веденеев, восторжествовала. У Пушкина остались жена и четверо детей, а так же огромные долги.

Но Веденеев к тому времени уже не был Веденеевым. Ещё в 1835 году, после посещения психиатрической клиники, у него возник ещё один план. Он подумал о том, что после того, как он отомстит Пушкину, нужно будет искать какие-то цели в жизни. И он решил уйти с государственной службы и начать строить финансовую империю. Но для этого нужны были деньги. Тогда он решил стать Вересовым.

У пациента психиатрической клиники денег было много, родственников у него не осталось, и он стал идеальным вариантом. Собрав все оставшиеся сбережения, Веденеев закрутил хитрую операцию, куда привлёк нескольких человек из персонала клиники, а также пару чиновников.

В 1835 году Вересов Александр Иванович умер. К этому приложил руку один из врачей. Вересова тайно похоронили, а по бумагам же выписали из больницы. В это же время подкупленный чиновник изготовил Веденееву поддельные документы, и тот получил доступ к деньгам Вересова. Именно так Веденеев Михаил Иванович стал Вересовым Александром Ивановичем. Он уехал в Москву вместе с сыновьями, чтобы его случайно не узнал никто из прежних знакомых, и стал строить своё дело.

На семейном совете они поклялись хранить эту тайну, и даже сделали себе татуировки в память об этой клятве – изображение змеи и меча, пронзающего её. И следующие поколения также должны были оберегать эту тайну, чтобы никто не узнал, что они завладели деньгами незаконно, а также что именно Веденеев, ставший Вересовым, виновен в смерти великого русского поэта.

Финансовая империя Вересовых быстро разрасталась. Частично их дело стало выстраиваться за границей, и это их и спасло. После революции 1917 года их активы на родине новая власть национализировала, а сами они уехали во Францию. Там они продолжили развивать и укреплять своё семейное дело. После распада Советского союза, в середине девяностых годов, видя большие перспективы для бизнеса в новой стране, в Россию приехал Вересов Владимир Леонидович и создал компанию «ВЕРЕСОВ И СЫНОВЬЯ». К настоящему времени она выросла в серьёзную структуру, имеющую большое влияние. Но он всегда помнил о клятве, данной его предками, и по мере возможности старался оберегать семейную тайну.

Но, к несчастью для него, у профессора Тихомирова оказались записи Ланского, в которых в первый раз прозвучало, что к смерти Пушкина причастно третье лицо. В расследовании приняли участие Настя и Алексей, и всё тайное стало явным. Благодаря этому будет проведена тщательная проверка, которая решит дальнейшую судьбу клана фальшивых Вересовых.

Глава 49

Настя и Алексей сидели на открытой веранде дома на берегу моря и любовались прекрасным закатом. Они уже неделю были на море, и постепенно всё пережитое, начиная с того дня, когда Алексей встретился с профессором истории Тихомировым, и заканчивая арестом Вересова, постепенно начало стираться из памяти, а впереди снова стали вырисовываться радужные перспективы счастливой семейной жизни. Да и невозможно было думать о каких-то проблемах и заботах из прошлого, находясь в таком райском месте.

Они успели вдоволь наплаваться, позагорать, покататься на яхте и посетить несколько экскурсий, узнав при этом для себя много нового и интересного. Настя каждый день наслаждалась отдыхом, хотя ей уже и не терпелось вернуться в свою Антикварную лавку и заняться любимым делом. Алексею отдых тоже пошёл на пользу – за эту неделю у него в голове сложился сюжет финальной части книги, чему он был несказанно рад.

– Скажи, родная, – произнёс он, наблюдая, как тёплый ветер слегка колышет волосы жены. – Может быть, хватит приключений на нашу голову?

– Я ведь не виновата, что они сами меня находят, – улыбнулась Настя. – Но, пожалуй, ты прав, хватит подвергать наши жизни опасности. Хотя ты должен признать, что распутывать разные тайны и загадки – очень интересное занятие.

– Признаю. Но я вполне могу их распутать и в своих книгах, а реальная жизнь должна быть более спокойной.

– Хорошо, любимый, – Настя улыбнулась и погладила мужа по руке. – Я буду осторожнее.

Впереди у них была ещё неделя отдыха, но она пролетела, словно один день. И вот они, отдохнувшие и загорелые, вернулись домой, в Санкт-Петербург. Они решили ещё побыть дома несколько дней, чтобы подольше насладиться обществом друг друга. Они гуляли по лесу, любовались природой, парились в бане, жарили шашлыки, и даже один раз вместе сходили порыбачить на реку рано утром.

На третий день после завтрака Настя сказала мужу:

– Дорогой, мне нужно съездить в Антикварную лавку, решить несколько вопросов.

Глядя на её задумчивый вид, Алексей спросил:

– У тебя всё хорошо? Давай, я тебя отвезу.

– Нет, не надо, я сама, – ответила Настя. – Не волнуйся, всё хорошо.

Она быстро собралась и уехала, а Алексей приступил к составлению плана финальной части своей книги, сюжет для которой он придумал, находясь на море. Но время от времени он думал о том, что вид у его жены был какой-то странный, как будто какая-то мысль не давала ей покоя. Но потом он сам же себя успокаивал. Скорее всего, она просто думала о работе.

Насти не было довольно долго, и Алексей начал волноваться. Он уже хотел было ей позвонить, но тут услышал звук подъезжающего к дому автомобиля. Он пошёл встречать Настю на крыльцо и увидел, что теперь она выглядит совсем по-другому. Теперь вид у Насти был очень счастливый. Захлопнув дверь автомобиля, она пошла к дому. В руках у неё был какой-то пакет.

– Привет, любимая, – радостно сказал он. – У тебя хорошие новости?

– У меня самые лучшие новости в мире! – радостно воскликнула она, крепко обнимая мужа. – У нас с тобой будет ребёнок!

Внезапно Алексей ощутил себя на седьмом небе от счастья. Он обнимал Настю, целовал, и никак не мог поверить, что всё это происходит наяву. Позднее, когда первые радостные эмоции прошли, они вместе ужинали и обсуждали свои планы на будущее.

– Помнишь, ты говорила, что мечтаешь о большом доме и о том, что у нас будет много детей? – спросил Алексей Настю.

– Конечно, – улыбнулась она в ответ.

– Так вот, мечты становятся реальностью. Вот увидишь, пройдёт несколько лет, и по лужайке у нас будут бегать несколько ребятишек и радовать нас с тобой своим звонким смехом.

Настя на секунду представила себе эту картину. Это было именно то, о чём она всегда мечтала.

– А что у тебя было в пакете? – прервал её мысли Алексей, внезапно вспомнив, что из машины она вышла не с пустыми руками.

– Я купила очень интересную книгу, увидела её в витрине магазина и поняла, что эта книга моя.

Настя принесла пакет, достала оттуда довольно толстую книгу и положила её на стол. На обложке был изображён какой-то святой старец. Алексей прочитал название: «ПРЕДСКАЗАНИЯ МОНАХА. СОБРАНИЕ ПРОРОЧЕСТВ АВЕЛЯ»

– Знакомое имя, я читал о нём. Это ведь с ним Павел I долго беседовал и записывал его предсказания, а потом оставил послание потомкам. Письмо это должен был вскрыть его праправнук, и эта миссия досталась через сто лет Николаю II. Они вместе с женой ехали на это событие, как на праздник, но на обратном пути у них было уже совсем другое настроение. Похоже, из предсказаний они узнали о том, какая участь ожидает династию Романовых.

– Да, очень интересная должно быть книга. Я успела немного почитать об Авеле. Каждый из Романовых, кто при жизни Авеля читал его предсказания, сажал его в темницу. Это Екатерина II, которой он предсказал скорую смерть, Павел I, Александр I и Николай I. Вот такая судьба была у Авеля. Очень хочу прочитать его предсказания.

– Смотри, осторожней, – сказал ей Алексей, – А то найдёшь опять загадку, которую захочешь разгадать, и опять мы с тобой впутаемся в какую-нибудь историю.

Настя взяла книгу со стола, посмотрела с улыбкой на мужа, и он увидел, как в её глазах проблеснуло какое-то предвкушение тайны.

В оформлении обложки использована фотография автора

Barandash

Karandashich

«

Portrait

of

the

great

Russian

writer

Alexander

Pushkin

.

Black and white illustration»

с

https

://

www

.

shutterstock

.

com

.

Предсказания монаха

Часть первая

Глава 1

Настю разбудил детский плач. Она медленно открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Но тут зажёгся свет настольной лампы со стороны мужа Насти, и темнота в комнате рассеялась, как и остатки сна. Мужа звали Алексей и он, как оказалось, тоже проснулся.

– Я подойду к дочке, отдыхай, родная, – сказал он Насте, поцеловал её в щёку, встал с кровати и пошёл к детской кроватке.

Когда малышка оказалась на руках отца, то почти сразу успокоилась и перестала плакать. Он медленно ходил по комнате, слегка покачивая ребёнка, а Настя смотрела на самых близких ей людей и счастливая улыбка озаряла её лицо. Вскоре Лиза – а именно так звали их дочку – уснула, Алексей аккуратно положил её обратно в кроватку, накрыл одеялом и вернулся к Насте.

– Можно ещё поспать несколько часов, – прошептал он, закрыл глаза, и буквально через минуту Настя услышала его ровное дыхание – он спал.

Но Настя уснула не сразу – некоторое время она просто лежала и размышляла. Они с Алексеем поженились почти полтора года назад, и в самые первые месяцы их совместной жизни им пришлось пройти вместе немало испытаний, когда они расследовали одно очень интересное, запутанное дело. На пути у них было большое количество препятствий, но вдвоём они сумели их преодолеть. Потом Настя сказала мужу, что у них будет ребёнок, и он был на седьмом небе от счастья. Она навсегда запомнила это мгновение.

У Насти была своя Антикварная лавка на Невском проспекте, и это было делом её жизни, которое она очень любила. Алексей был писателем, причём довольно известным. Он писал детективы, и каждая его новая книга пользовалась огромным успехом. Жили они в своём собственном доме в частном посёлке, который находился не очень далеко от Санкт-Петербурга. Также у Насти была квартира в одном доме с Антикварной лавкой, но там они бывали довольно редко, предпочитая больше времени проводить на свежем воздухе за городом.

В положенный срок у них родилась девочка, которую они решили назвать Лизой. Девочка была весёлой, жизнерадостной, и родители в ней души не чаяли. Сейчас ей было уже четыре месяца, и с самого рождения дочки Настя никуда из дома не уезжала. Она всё своё время проводила с Лизой, много гуляла с ней, играла, разговаривала. Так прошло лето, а теперь за окном стоял сентябрь, но пока ещё было тепло и солнечно.

Настя всё чаще думала о том, что пора уже хотя бы два-три раза в неделю выезжать в город и заниматься делами Антикварной лавки. Хоть там и было две помощницы, да и Настя часто поддерживала с ними связь по телефону и работала дома на компьютере, но всё-таки на месте тоже необходимо было её присутствие. Как и ребёнок, дело без хозяина не может активно развиваться, оно постоянно требует его внимания и заботы. Постепенно глаза Насти стали закрываться, и вскоре она тоже уснула.

Утром после завтрака Настя решила немного пройтись с Лизой по осеннему лесу, послушать пение птиц – это очень нравилось дочке. Когда она слышала, как они щебечут, то приходила в восторг. Алексей остался дома, чтобы сделать кое-какие домашние дела. Когда они вернулись с прогулки, Алексей встретил их с улыбкой на лице и с телефоном в руках.

– Мама завтра прилетает, – сообщил он Насте. – Очень хочет увидеть внучку.

Мама Алексея жила в Новосибирске. Звали её Елена Николаевна. За то время, что Настя была знакома с Алексеем, она только один раз видела её, когда та прилетала на их свадьбу, и она произвела на Настю очень хорошее впечатление. Это была милая, добрая женщина, которая сразу же прониклась к Насте, полюбила её, как свою родную дочку. Они иногда общались по телефону, Насте их общение доставляло удовольствие, поэтому она очень обрадовалась этой новости.

– Здорово! – ответила она мужу. – Во сколько она прилетает?

– В семь часов утра. Поеду её встречать, и сразу обратно.

– Отлично, а пока ты ездишь, я приготовлю завтрак.

И тут Настя вспомнила свои ночные мысли.

– Знаешь, – произнесла она. – Я бы хотела завтра съездить в Антикварную лавку, я ведь не была там почти полгода. Да и вообще, пора мне начать работать там хотя бы дня три в неделю. Приезд твоей мамы пришёлся очень кстати, вместе с ней посидите с Лизой, пока я делами занимаюсь. Кстати, Елена Николаевна надолго к нам?

– На пару недель, может и больше, – пожал плечами Алексей.

– Отлично, – улыбнулась Настя, и унесла Лизу переодеваться после прогулки.

На следующее утро Алексей проснулся в пять часов, быстренько выпил кофе, съел бутерброд, собрался и уехал в аэропорт. Настю он будить не стал, и она спала до семи часов – именно на это время у неё был заведён будильник, да и дочка тоже привыкла просыпаться в это время.

Поднявшись с постели и накормив Лизу, Настя занялась приготовлением завтрака, и к приезду Алексея и его мамы всё было готово. Настя и Елена Николаевна долго обнимались, радуясь тому, что они наконец-то смогли увидеться. Потом мама Алексея познакомились с внучкой. Она сразу взяла её на руки и больше не хотела отпускать. Лизе тоже очень понравилось быть на руках у бабушки.

Во время завтрака Настя спросила:

– Елена Николаевна, Вы не будете против, если я сегодня поеду в Санкт-Петербург в Антикварную лавку и поработаю? Я уже довольно давно там не была. Сможете посидеть с Лизой?

– Конечно, – обрадовалась та. – Поезжай и ни о чём не беспокойся, мы с внучкой нашли общий язык и отлично поладим.

– Я очень этому рада, – улыбнулась Настя.

После завтрака она собралась, предупредила одну из помощниц, что сегодня приедет, пожелала всем отличного дня и поцеловала дочку. Затем она вышла из дома, села в машину и направилась в сторону Санкт-Петербурга.

Глава 2

Обе помощницы Насти были очень рады её видеть. Она даже обняла их, хотя обычно так не делала. К её приезду был уже куплен торт, и они втроём сели пить чай. Настя рассказала им про свою дочку, показала фотографии, а после они принялись обсуждать дела. На самом деле, такого большого количества отложенных дел, как если бы Настя уезжала куда-нибудь в отпуск, не было. Находясь дома, она удалённо помогала решать все возникающие вопросы, находилась в постоянной связи со своими помощницами из Антикварной лавки.

В это время над входной дверью зазвенел колокольчик. Настя посмотрела в сторону входа и увидела, как с улицы вошёл мужчина в деловом костюме. Настя решила, что ему должно быть около шестидесяти лет, или, возможно, чуть меньше. Наверное, это из-за его седой бороды, а может и трости, на которую он опирался. Но сам он был подтянут, держался прямо и выглядел, как человек, знающий себе цену.

Он не сразу заметил женщин, которые пили чай за столиком около дальней стены, и начал оглядываться по сторонам. В это время одна из помощниц шепнула Насте:

– Он уже приходил сюда на прошлой неделе, сначала интересовался старинными книгами, а потом Вас спрашивал.

– Хорошо, я сама к нему подойду, – шепнула Настя в ответ, встала из-за столика и пошла навстречу к посетителю.

Только сейчас он заметил женщин, а при виде Насти даже улыбнулся.

– Чем я могу Вам помочь? – спросила она мужчину, подойдя ближе.

– Добрый день, – сказал он, всё так же улыбаясь. – Анастасия Павловна?

– Да. Можно просто Анастасия.

– Я очень рад, что Вы оказались сегодня здесь. Я уже приходил, а мне сказали, что Вы сидите с ребёнком и Вас долго не будет. Меня зовут Глеб Борисович Рудовских. Могу я с Вами посоветоваться?

– Да, конечно. Что именно Вас интересует?

– Я видел у Вас в магазине несколько старинных книг. А вообще-то у Вас часто появляются новые книги?

Настя некоторое время смотрела на собеседника, а потом спросила:

– Вас ведь какие-то конкретно книги интересуют? Скажите прямо, не ходите вокруг да около.

Мужчина взглянул на помощниц Насти, которые продолжали сидеть за столиком и пить чай, и сказал, понизив голос:

– Меня интересуют любые книги восемнадцатого или девятнадцатого века, в которых упоминается монах Авель.

Услышав это имя, в Насте разгорелся интерес, и она предложила пройти в её кабинет и там побеседовать. Когда они оказались в кабинете, Настя закрыла дверь, предложила мужчине сесть на кресло, а на другое кресло села сама.

– Глеб Борисович, – сказала она. – Таких книг у меня нет. Если честно, я книгами почти и не занимаюсь, так, стоят несколько уже довольно давно. А вот про Авеля знаю, меня эта тема давно интересует. Ещё в начале беременности я купила книгу предсказаний монаха Авеля в книжном магазине и прочла её от корки до корки. Прошу, просветите меня, чем у Вас вызван к нему такой интерес? Я ведь вижу, что у Вас даже глаза горят каким-то огнём.

– Что, это так заметно? – усмехнулся он. – Хорошо, давайте сначала я расскажу, чем я занимаюсь. Я историк, исследую временной период правления династии Романовых. А года три назад увлёкся предсказаниями Авеля. Вы ведь уже немного знакомы с этой темой, раз читали о нём и его предсказаниях? Он предсказывал смерть нескольких императоров, буквально с точностью до дня, а также гибель самой династии в 1918 году. А к Вам я пришёл, потому что Вы были на Валааме пару лет назад.

– Так, стоп, – перебила его Настя. – А это здесь причём?

– Простите, я немного перескочил. Вы знаете, что Авель написал четыре книги с предсказаниями, которые до наших дней не дошли, исчезли?

– Да, я читала об этом, – ответила Настя, до сих пор не понимая, причём здесь Валаам.

– Когда я изучал историю жизни Авеля, в одном из архивов я наткнулся на один очень интересный документ. Это были записи графини Потёмкиной. Из этих записей я узнал, что в переписке графини и монаха, в одном из писем Авель сообщил, что у него есть копии книг предсказаний, которые надёжно спрятаны. Она несколько лет была его покровительницей и у них были довольно хорошие дружеские отношения, поэтому я точно знаю, что всё, указанное в её записях – чистая правда. Я уверен, что копии книг существуют и где-то спрятаны. И я даже догадываюсь, где именно.

– Где же? – с интересом спросила Настя. Она очень любила, когда перед ней появлялась какая-нибудь новая тайна.

– В первом монастыре, где Авель принял постриг – на острове Валаам. Я даже ездил туда и встречался с настоятелем, спрашивал его о каком-нибудь сохранившемся упоминании монаха Авеля. Но он мне ничего утвердительного не ответил, хотя и то, что у них ничего такого нет, он мне тоже не сказал. Просто сказал, что эти вопросы надо решать через Москву, но я почувствовал, что он что-то знает. Пришлось мне уехать ни с чем.

– И Вы хотите, чтобы на Валаам поехала я? – спросила Настя.

Глеб Борисович восхищённо взглянул на Настю и сказал:

– Я Вас такой себе и представлял – целеустремлённой, бесстрашной, схватывающей всё на лету. Да, Вы правы. Я читал, что около двух лет назад Вы уже были на острове и разобрались с делом святого старца Феодосия. И я решил, что если Вы придёте к настоятелю, то в качестве благодарности он может что-нибудь рассказать Вам. Именно поэтому я здесь.

Некоторое время Настя молча смотрела на собеседника, а затем произнесла:

– Мне надо подумать. У меня ведь маленькая дочка. Оставьте свой номер телефона, и я Вам позвоню, когда приду к какому-то решению.

– Конечно, я всё понимаю и не тороплю Вас, – быстро ответил Глеб Борисович, достал визитку и протянул ей.

Затем он встал с кресла и сказал:

– До свидания, Анастасия, я буду ждать Вашего звонка.

Сказал, и вышел. А Настя осталась сидеть в кресле, задумчиво рассматривая полученную визитку.

Глава 3

После ухода Глеба Борисовича Настя ещё несколько часов работала, но иногда мыслями возвращалась к тому, что он ей сказал. Стоит признать, что тема эта её очень заинтересовала. Она ещё год назад, когда читала книгу об известном предсказателе, купленную в книжном магазине, впитывала в себя всё, словно губка – уж больно загадочным человеком, хоть и с весьма незавидной судьбой, предстал перед ней монах Авель. Теперь же, когда на горизонте появилась неразгаданная тайна, в ней опять вспыхнул огонь. В такие моменты в ней всегда просыпалась тяга к приключениям.

Когда все основные дела в Антикварной лавке были сделаны, она попрощалась со своими помощницами и поехала домой. По пути она стала вспоминать всё, что читала раньше о жизни загадочного монаха Авеля и о его предсказаниях.

Его настоящее имя было Василий Васильев. Он родился в 1757 году в деревне Акулово Тульской провинции Московской губернии. В юности он работал плотником. Однажды, находясь в Херсоне, он тяжело заболел. Болезнь эта была заразной, многие люди вокруг него умирали, и он думал, что и его наверняка постигнет такая же участь. Тогда он дал Богу обещание, что если Бог исцелит его, то он будет всю свою оставшуюся жизнь служить ему верой и правдой. И случилось так, что он быстро пошёл на поправку, а вскоре и полностью излечился.

Вернувшись домой, он стал просить своих родителей отпустить его в монастырь, так как он дал Богу обещание, и обязан его выполнить. Они его никуда не отпустили и женили против его собственной воли. В течение следующих десяти лет он жил вместе с женой, у них родилось трое детей, но он не переставал думать о слове, данном им однажды Господу. В 1785 году, бросив свой дом, жену и детей, он тайно уходит из своей деревни. Получив у своего барина откупную, он отправился на остров Валаам в Валаамский монастырь, где и принял постриг в монахи с именем Адам.

Он прожил в монастыре целый год, вникая и присматривая всю монастырскую жизнь, а потом взял благословение от игумена и ушёл в пустыню, которая находилась здесь же на острове, недалеко от монастыря. Там он жил в одиночестве, в борьбе с искушениями, в молитве и лишениях. И именно там случилось у него несколько видений. С того самого момента у него и появился дар предвидения. И именно тогда он стал называть себя Авелем.

Он вернулся в монастырь, но прожил там совсем недолго. В 1787 году он ещё раз получил благословение от настоятеля монастыря и отправился странствовать. За девять лет своих странствий он побывал во многих местах, скитался по разным монастырям и пустыням, сказывал и проповедовал людям волю Божию.

В 1796 году он добрался до реки Волги и поселился в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии. Вот там, в крохотной монастырской келье, и написал он первую пророческую книгу, в которой предсказал, что царствующая императрица Екатерина II скончается через восемь месяцев. Авеля посадили в острог, а затем отправили в Санкт-Петербург. Информация о своей собственной смерти дошла и до Екатерины. За это пророчество монаху грозила смертная казнь, но Екатерина вместо этого отправила его в Шлиссельбургскую крепость.

Пророчество сбылось день в день, как и предсказывал Авель. После смерти императрицы на престол взошёл её сын Павел I. Новый генерал-прокурор, разбирая документы своего предшественника, наткнулся на книгу предсказаний. Он велел освободить вещего монаха и лично привёл его к императору.

Авель беседовал с Павлом довольно продолжительное время. Он рассказал ему о судьбе всех последующих российских императоров. После этого разговора Павел оставил письмо для своих потомков, которое поместили в ларец и спрятали его в Гатчинском дворце. Вскрыть его полагалось праправнуку Павла через сто лет после его смерти. Забегая вперёд, нужно отметить, что в 1901 году император Николай II ездил на это знаменательное событие в Гатчину. Причём ехал он туда, как на праздник, а обратно возвращался уже задумчивый и печальный. После этого он начал говорить, что до 1918 года ему ничего не страшно, как будто он уже знал о своей гибели и гибели всей династии Романовых.

После беседы с Павлом с Авеля снимают все обвинения и разрешают снова постричься в монахи. Он возвращается на Валаам, где пишет вторую пророческую книгу, в которой указывает точную дату смерти императора. Книга попадает на стол Павлу, и он велит посадить Авеля в каземат Петропавловской крепости.

Пророчество Авеля опять в точности исполнилось. После гибели императора Павла I в 1801 году монаха выпустили и отправили на Соловки без права покидать монастырь. Находясь в Соловецком монастыре, Авель снова не удержался и написал очередное предсказание о том, что спустя десять лет, в 1812 году, Москва будет взята французскими войсками. История повторилась: на этот раз император Александр I личным указом отправил неугомонного пророка в островную тюрьму Соловков, где тот и прожил все десять лет.

Когда предсказание исполнилось, о монахе-предсказателе вспомнили и освободили его. Несколько лет Авель странствовал по миру, побывал на Афоне, в Константинополе и в Иерусалиме. После странствий он поселился в Троице-Сергиевой Лавре. Ему было указано больше не заниматься пророчествами, и он старался выполнять это предписание, помня о тех страшных десяти годах, проведённых в Соловецкой тюрьме.

Молчание монаха было нарушено вскоре после переселения в Серпуховской Высоцкий монастырь в 1823 году. Он предсказал смерть Александра I, восхождение на престол Николая I, и даже восстание в декабре 1825 года. Как ни странно, на этот раз никаких санкций в отношении предсказателя не последовало. От рисковых предсказаний он воздерживается вплоть до 1826 года, но всё-таки предсказывает нехорошее будущее новому императору Николаю I.

Ещё до коронации, словно предчувствуя беду, он уезжает в свою родную деревню. По повелению Николая Авель был схвачен и отправлен в Суздальский Спасо-Евфимиев монастырь, в арестантское отделение. Там, в тесной камере, предсказатель Авель и провёл оставшиеся годы жизни. Похоронен он был там же, за алтарём арестантской церкви.

Вот, собственно говоря, и всё, что знала Настя о жизни монаха Авеля. Вспоминая его жизнь, она и не заметила, что практически доехала до места. Всё с тем же задумчивым видом она вышла из машины и направилась к дому.

Глава 4

– Как у тебя день прошёл? – спросил Настю Алексей, когда она переоделась и пришла к столу. – Голодная, наверное? Садись, сейчас мы тебя накормим, всё уже готово.

– Всё хорошо, – ответила Настя. – Девочки были рады меня видеть, встретили с тортом и чаем. Потом мы работали, все основные дела я сделала.

– Вот и славно, – улыбнулся Алексей. – Мы здесь тоже не скучали. Мама с Лизой теперь стали не разлей вода, и я смог спокойно поработать над книгой в кабинете.

Настя посмотрела на маму Алексея и Лизу, которую та держала на руках, и тоже улыбнулась. Елена Николаевна поймала её взгляд и сказала:

– Настенька, вы когда с Лёшей поужинаете, можете пойти отдыхать и ни о чём не беспокойтесь. Мы с Лизой поиграем, я ей песенки спою. Или можете вообще погулять, погода замечательная.

Так они и решили поступить. После ужина они с Алексеем переоделись и вышли на прогулку, чтобы перед сном немного подышать свежим лесным воздухом. Сначала они шли молча, а потом Алексей сказал:

– Настя, я же вижу, что у тебя что-то случилось. Ты из Питера приехала какая-то задумчивая. Расскажи мне, что произошло.

И тогда Настя рассказала ему всё, начиная с того момента, как к ней в лавку пришёл человек, интересующийся Авелем, и до самого его ухода. Алексей посмотрел на неё и спросил:

– Но ты ведь не собираешься и вправду ехать на Валаам? Подумаешь, пришёл к тебе какой-то чудак и сказал, что ему что-то померещилось. Я думаю, что эта история яйца выеденного не стоит.

– Но ты ведь знаешь, как меня интересовали предсказания Авеля. Да и сейчас мне это тема интересна. Я думаю, что все эти события взаимосвязаны, и они не случайны. И мой сегодняшний посетитель, и приезд твоей мамы, которая теперь может посидеть с Лизой. Почему бы нам просто не съездить завтра на денёк на Валаам и самим всё не проверить?

Алексей попытался с ней поспорить, но понял, что, раз уже в ней зажёгся интерес, то спорить бесполезно. И пришлось ему с ней согласиться.

– Хорошо, – сказал он. – Сейчас вернёмся и скажем маме, что завтра нам надо сгонять по делам. До Валаама путь неблизкий, поэтому поедем часов в шесть утра, а к вечеру уже должны будем вернуться.

– Ты у меня самый лучший, – сказала с улыбкой Настя и поцеловала мужа, а затем они развернулись и направились в сторону дома.

Елена Николаевна даже обрадовалась, что они с Лизой будут вдвоём целый день. К тому же, она была рада, что может оказать помощь Насте и Алексею. Затем Настя взяла Лизу и отнесла её в кроватку. Та уже практически спала, когда Настя её укладывала. Вскоре пришёл и Алексей:

– Мама ушла спать, ей ведь тоже завтра надо встать пораньше, чтобы нас проводить и присмотреть за Лизой. Да и нам с тобой пора уже ложиться, завтра предстоит неблизкий путь.

Они умылись перед сном, легли в кровать и довольно быстро уснули. Настя так и проспала всю ночь, и проснулась уже тогда, когда под ухом тихонько заиграл будильник. Она быстро выключила его, чтобы дочка не проснулась, затем разбудила Алексея, они собрались, позавтракали, приготовили себе в дорогу чай в термосе и бутерброды, и отправились в путь. Ехать им предстояло до Приозерска – города на берегу Ладожского озера, где находилась переправа на остров Валаам.

– Слушай, мы же не посмотрели, во сколько метеор отчаливает, – сказал Алексей. – Глянь в интернете, пока едем.

– Это не нужно, – ответила Настя. – Я вчера вечером созвонилась с человеком, он будет ждать нас на берегу и отвезёт на Валаам, а потом и доставит обратно.

– Что за человек? – уточнил Алексей.

– У него свой небольшой катер, – ответила Настя. – Два года назад, когда на озере были большие волны, а переправа была закрыта, он нас выручил. Правда, не сразу, сначала он отказывался нас везти. Но я увидела, что он курит довольно раритетную трубку, и предложила ему одну интересную вещь. У меня как раз в тот момент в Антикварной лавке была скульптура женщины, которая крепится на нос судна и приносит удачу. Он очень обрадовался и согласился нас отвезти.

На Настю внезапно нахлынули воспоминания о той поездке, и она замолчала. Она вспомнила, что любила тогда одного человека, и что с ним произошло. Ей казалось, что это случилось по её вине, ведь это из-за неё он оказался втянут в то расследование. Словно прочитав её мысли, Алексей погладил её по руке и сказал:

– Не вини себя, всё уже случилось и ничего уже не вернуть.

– Да, ты прав, – ответила Настя. – Уже прошло достаточно времени, и у меня теперь другая жизнь.

Весь оставшийся путь они ехали в тишине, погружённые каждый в свои мысли. Но, когда они доехали до Приозерска, их настроение улучшилось. Алексей припарковался рядом с причалом, и они с Настей вышли из машины.

– Пойдём, вон его катер пришвартован, – сказала Настя и показала рукой в сторону от основного причала.

Алексей посмотрел в ту сторону и сразу увидел этот катер. Он узнал его по женской фигуре на носу судна. На берегу рядом с катером стоял капитан и курил трубку. Увидев Настю, он улыбнулся и помахал рукой. Когда они подошли к нему, он сказал:

– Очень рад Вас видеть! Ну, как вам моя приятельница? – и он указал на нос судна.

– Отлично смотрится! – ответила Настя. – А это мой муж Алексей.

Мужчины поздоровались, и капитан сказал:

– Ну что, прошу всех на борт!

Они прошли на судно, капитал убрал мостик, а затем отвязал канат. Через несколько минут они уже удалялись от берега, направляясь в сторону Валаама. Приключения для них только начинались.

Глава 5

Эта поездка на остров отличалась от той, что Настя совершала два года назад. Тогда были высокие волны, а теперь озеро было гладким, спокойным, и в скором времени они уже сходили на берег.

– Дождитесь нас, пожалуйста, – сказала Настя капитану. – Мы не очень долго.

– Обязательно, – улыбнулся тот в ответ. – Буду ждать столько, сколько нужно.

Настя кивнула, и они с Алексеем пошли с причала в сторону Валаамского монастыря. Необходимо было придумать, как попасть к настоятелю, ведь у них не было ни записи, ни предварительной договорённости.

– Попробуем зайти внутрь, на месте посмотрим, как действовать дальше, – сказала Настя, так и не найдя какого-то определённого решения.

Но, когда они оказались внутри монастыря, их ждало разочарование. Как оказалось, настоятеля на острове не было – он уехал в Москву по каким-то важным делам. Но зато был его помощник, и Насте на ходу пришлось сочинять историю, чтобы попасть к нему. Спустя два часа их всё-таки приняли, и они сидели в кабинете настоятеля напротив его помощника.

– Я вас слушаю, – начал он после взаимных приветствий. – Насколько я понял, у Вас какой-то важный вопрос. Так чем я могу вам помочь?

– Меня зовут Анастасия Беляева. Не знаю, вспомните ли Вы меня, я уже была здесь два года назад, когда занималась поисками святого старца Феодосия. Только тогда у меня была другая фамилия – Оболенская.

– Да-Да! Конечно, Анастасия Оболенская! Я помню, я читал о Вас в газетах. Вы ещё тогда занимались делом, связанным с Янтарной комнатой. И с Феодосием Вы уж больно ловко вопрос решили, докопались до истины. Без Вас мы бы до сих пор ни о чём не догадывались. Жаль, что настоятеля сейчас нет на Валааме, он ещё тогда хотел с Вами лично познакомиться.

Настя подумала, что тот факт, что они её знают – весьма кстати, и может сыграть им на руку. Нужно было это использовать.

– Я как раз и хотела сегодня встретиться с настоятелем. Но, может, и Вы сможете решить мой вопрос.

– В чём он заключается? Сделаю всё, что в моих силах, – улыбнулся помощник настоятеля.

– Вопрос касается известного предсказателя монаха Авеля. Он принял постриг и некоторое время жил на Валааме. Но Вы, наверное, и без меня это знаете.

– Да, конечно знаю, – ответил он, задумчиво глядя на Настю. – У нас каждый монах знает об этом.

Он замолчал, и Настя с Алексеем ждали, что он скажет дальше. Наконец, спустя минуту, он продолжил:

– Скажите, Ваш интерес связан с каким-то новым расследованием?

– Я и сама пока толком не знаю, – пожала плечами Настя. – Пытаюсь разобраться.

– А ведь месяца три или четыре назад к настоятелю уже приходил один человек, который тоже интересовался Авелем. Мужчина с седой бородой, не знаете такого?

Настя ещё раз пожала плечами, а сама подумала, что это, скорее всего, Глеб Борисович.

– Он тогда интересовался книгами предсказаний. Он думал, что они могут находиться у нас.

– А могут? – спросила Настя.

– В тот раз он уехал ни с чем, – ответил ей помощник настоятеля. – Но, может быть, это и к лучшему, что вы к нам приехали.

Он опять ненадолго задумался, разглядывая Настю и Алексея.

– Мне нужно позвонить настоятелю и посоветоваться с ним, я скоро вернусь.

Он встал и вышел из кабинета. Настя и Алексей переглянулись и стали ждать, когда он вернётся. Вернулся он минут через десять, и на лице у него играла улыбка.

– Ну что же, настоятель сказал то же самое, о чём я и думал. Вы приехали в подходящее время. Давно пора было разгадать этот ребус, и вы нам в этом поможете. Никто не справится с этим лучше, чем вы. Пойдёмте со мной.

Настя и Алексей встали со своих мест и направились следом за помощником настоятеля. Сначала они шли по коридору, потом спустились по лестнице в подвал и подошли к одной из дверей. Она была заперта, но помощник настоятеля достал ключ и открыл её. Когда он включил свет, Настя увидела, что они находятся в совсем небольшой комнате. В ней ничего не было, кроме высокого столика, стоящего в самом центре. Он был накрыт большим покрывалом.

Помощник настоятеля снял покрывало, и Настя поняла, что это никакой не столик, а витрина. Под стеклом находилась деревянная табличка с какими-то символами.

– Что это? – спросил Алексей.

– Сейчас расскажу. В 1785 году в Валаамский монастырь пришёл Василий Васильев. Он принял постриг в монахи с именем Адам. Прожив год в монастыре, он отпросился у игумена и ушёл в пустыню недалеко от монастыря, и некоторое время жил там один. Когда он вернулся, то рассказал, что у него были видения, и теперь его зовут Авель. Прожив ещё некоторое время в монастыре, он попросил благословения у игумена и отправился странствовать. Но, перед тем как уйти, он оставил деревянную табличку с символами. Он сказал, что вырезал их, когда жил в пустыне, и просил сохранить эту табличку для потомков. Никто так и не догадался, что означает эта вырезанная надпись.

Настя внимательно посмотрела на табличку. Там было написано следующее: «Н-Б М ВЕРХ ИСЧЕЗ, НИЗ ОСТАЛСЯ, УГОЛ Г».

– Может быть, вы сможете понять, что это означает? – с надеждой в голосе спросил помощник настоятеля.

– Нужно время, чтобы разгадать этот ребус, – задумчиво произнесла Настя. – Я могу сфотографировать табличку?

– Нет, к сожалению, не можете. Нельзя, чтобы кто-то её увидел. И я очень надеюсь, что вы никому об этом не расскажете. Но вы можете переписать надпись.

Настя кивнула, достала блокнот и записала всё точь-в-точь, как было указано на табличке.

– Ещё запишите мой номер телефона, – сказал помощник настоятеля и продиктовал ей номер. – Когда разгадаете, что это означает, обязательно мне сообщите.

Настя кивнула и спросила:

– Может быть, у Вас есть ещё какая-нибудь информация?

– Нет, это всё.

– Хорошо, тогда мы поедем. Спасибо Вам большое!

Они вышли на улицу, попрощались с помощником настоятеля и направились в сторону катера, ожидающего их на пристани.

Глава 6

Весь обратный путь Настя думала, что же может означать эта надпись. Буквы «Н-Б М» она пока не могла расшифровать, как и «УГОЛ Г». Единственная более-менее внятная надпись – это «ВЕРХ ИСЧЕЗ, НИЗ ОСТАЛСЯ», но и она пока не могла помочь Насте хоть за что-то зацепиться.

– Я чувствую, что за этим кроется какая-то очень большая тайна, – сказала она мужу уже в машине. – Причём тайна очень интересная, я уверена в этом.

– Да уж, – ответил ей Алексей. – Если честно, я и не ожидал, что мы вообще что-нибудь найдём. А мы взяли и нашли ключ Авеля. Тут есть над чем подумать.

– Да, тут надо подумать, – согласилась Настя. – Так сразу ничего в голову не приходит. Приедем, поужинаем, с Лизой погуляем и приступим к разгадке этого ребуса.

Хоть они и перекусили немного, когда плыли на катере с острова – попили чай и съели бутерброды, но по мере приближения к дому у них опять разыгрался аппетит. Видимо, сказывалось их пребывание на свежем воздухе.

И Елена Николаевна, и Лиза очень обрадовались их возвращению. Сначала мама Алексея накормила их вкусным ужином, а потом они, как и планировали, отправились вместе с дочкой гулять по лесу. Погода была замечательная, было ещё тепло, но уже немного пахло осенью и кое-где уже виднелись жёлтые листья. Во время прогулки они почти не разговаривали о ключе, так как целый день не виделись с дочкой и сейчас уделяли всё внимание лишь ей одной. И только когда они вернулись с прогулки и передали дочку Елене Николаевне, они ушли в кабинет, чтобы подумать над этой непростой задачкой.

– Нужно пройтись по биографии Авеля, – сказала Настя. – Так просто мы ни до чего не додумаемся, а в биографии может быть подсказка.

Алексей кивнул, и они стали искать в интернете, что им может помочь. Спустя минут десять Настя воскликнула:

– Поняла! Смотри, здесь сказано, что после того, как Авель ушёл из Валаама, он девять лет скитался, а потом пришёл в Николо-Бабаевский монастырь. Буквы «Н-Б М» наверняка это и означают.

– Точно! – обрадовался Алексей. – Ещё здесь сказано, что именно в этом монастыре Авель написал первую книгу предсказаний, в которой предсказал точную дату смерти Екатерины II. Значит, где-то там и надо искать копию книги.

Они начали смотреть информацию по этому монастырю, и благодаря этому разгадали ещё одну часть головоломки.

– Смотри, – сказала Настя. – Здесь написано, что монастырь был взорван в 1940 году, а в 1998 году его восстановили. «ВЕРХ ИСЧЕЗ, НИЗ ОСТАЛСЯ» – именно про это. Сам монастырь исчез, но фундамент остался. Значит, книга спрятана где-то под полом.

– Осталось разгадать, что означает «УГОЛ Г», – сказал Алексей. – Может быть, Г – это какой-то изогнутый коридор, или тупик, и там, в углу, и спрятана книга.

– Вполне возможно, – улыбнулась Настя. – Ну, что, летим?

– Куда? – спросил Алексей, не сразу поняв её вопроса.

– Как куда? В Ярославль. Ведь Николо-Бабаевский монастырь расположен недалеко от Ярославля.

– А дочку мы как оставим? Ведь быстро вернуться не получится.

– Даже если нас не будет пару дней, Елена Николаевна отлично со всем справится. Я твоей маме полностью доверяю. Давай посмотрим расписание авиарейсов.

Выяснилось, что можно улететь в Ярославль завтра в полвосьмого утра, самолёт обратно из Ярославля в Санкт-Петербург был через день.

– Думаю, что дня нам вполне хватит. Мы либо найдём книгу, либо нет. Больше времени задерживаться там смысла не вижу. Ночь переночуем в Ярославле, и утром улетим обратно. Нас всего-то не будет полтора дня. Пойдём, поговорим с твоей мамой, а потом закажем билеты на самолёт и гостиницу.

Елена Николаевна сразу же согласилась. Она уже поняла, что у них какое-то важное дело, и что она приехала к ним погостить очень даже вовремя. Потом они купили билеты на самолёт, забронировали номер в гостинице на одну ночь и стали собирать вещи. В девять часов они уже спали, так как им необходимо было выспаться – будильник был заведён на четыре часа утра.

Проснувшись утром, они быстро собрались, позавтракали и поехали в аэропорт. И регистрация на рейс, и полёт прошли удачно, и вот они уже сходили с трапа самолёта в аэропорту города Ярославля. Взяв такси, они поехали в Николо-Бабаевский монастырь.

– Как мы будем действовать на этот раз? – спросил Алексей Настю. – Нужно, чтобы нас провели по всем помещениям. Скажем правду или что-нибудь придумаем?

– Я считаю, что нужно настоятелю рассказать всю правду, или хотя бы часть правды насчёт одной книги. Тогда он сможет нам помочь.

– Хорошо, – согласился Алексей. – Главное, чтобы он был сегодня в монастыре.

Настя кивнула, обдумывая, как начать разговор. Через полчаса они уже подъезжали к монастырю.

Глава 7

Настоятель оказался на месте, да и принял он их сразу же, как только они пришли, так что можно считать, что им повезло. Настя сказала ему, что они ищут копию книги предсказаний монаха Авеля, показала ему ключ и объяснила, как он расшифровывается. Некоторое время он недоверчиво смотрел на них, а потом спросил:

– Откуда у вас этот ключ?

– Он был вырезан на деревянной табличке самим Авелем, – ответила Настя. – К сожалению, мы не можем сказать, где мы видели эту табличку. Мы дали слово, что никому не расскажем.

– И вы хотите найти эти записи? – спросил настоятель. – А как?

– Просто проведите нас по всем помещениям, а мы попробуем определить нужное место.

– По-моему, это бессмысленная трата времени. Да и зачем мне это?

– Как зачем? – удивилась Настя. – Нам эти записи не нужны, мы хотим только прочесть их. Скорее всего, мы их просто сфотографируем, когда найдём. Они останутся у Вас, и именно Вы будете тем человеком, кто официально их нашёл. О Вашем монастыре все заговорят, напишут в газетах, покажут по телевизору, сюда потянутся паломники, монастырь получит дополнительное финансирование и сможет решить многие проблемы, которые до сих пор не могли решиться из-за отсутствия денег.

В глазах у настоятеля загорелся интерес. Похоже, что Настя попала в точку. Немного подумав, он сказал:

– Хорошо, пойдёмте, я вам всё покажу.

Они ходили два часа, обошли все помещения, но так и не нашли такое место, которое подходило бы под описание. Внезапно Настю осенила мысль.

– Скажите, а у Вас случайно нет плана зданий, которые были здесь до того, как их разрушили? – спросила она Настоятеля.

– Кстати, есть, – ответил он. – Я несколько лет назад видел их в архиве монастыря.

Он подозвал своего помощника и попросил найти в архиве планы старых зданий. Уже через час они были найдены, и Настя с Алексеем сидели в кабинете настоятеля, разглядывая их. И вдруг на плане одного из помещений Настя увидела именно то, что искала.

– Смотрите, – сказала она остальным, показывая на что-то пальцем.

На плане явно вырисовывалась буква Г.

– Что это? – спросила она настоятеля.

– Не знаю. Какой-то изогнутый коридор, похоже на тупик. Но сейчас на этом месте его точно нет, там теперь ровная стена.

– Значит, когда восстанавливали здание, это ответвление решили не делать, – начала выстраивать логическую цепочку Настя. – На табличке было написано «УГОЛ Г». Значит, записи должны быть спрятаны где-то под полом в углу этого тупика. Но, раз тупика сейчас нет, то искать нужно за стеной на улице, в том месте, где он был раньше.

Она посмотрела на остальных с торжествующим видом и подвела итог всему только что сказанному:

– Нам нужны лопаты.

Уже через десять минут Алексей и ещё два монаха, которых настоятель позвал на помощь, копали яму рядом со стеной в том месте, где раньше примерно мог находиться этот тупик. Внезапно лопата Алексея стукнулась о какую-то твёрдую поверхность.

– Что-то есть! – радостно воскликнул он, и они принялись убирать землю в этом месте. Вскоре их взорам открылась небольшая деревянная дверца в подпол. Алексей взялся за железное кольцо и, применив силу, всё-таки открыл её. Они увидели, что это был совсем маленький тайник, в котором лежала небольшая деревянная коробка. Алексей достал её и поставил на землю.

– А вот теперь пора вызывать экспертов, – сказал настоятель.

– А вдруг там пусто? – спросила его Настя. – Думаю, что нам надо сперва открыть коробку и посмотреть, что там внутри.

– Тогда пойдёмте ко мне в кабинет.

Они вернулись в кабинет к настоятелю, поставили коробку на стол и открыли её. Там была стопка сшитых между собой листов бумаги. Очень старых листов.

– Нельзя их трогать, они слишком старые, могут и рассыпаться, – сказался настоятель. – Вызову лучше экспертов, пусть сами смотрят.

– Но мы ведь с Вами договаривались, что сможем всё сфотографировать, а эксперты нам этого сделать не дадут, – возразила ему Настя.

Настоятель немного подумал и произнёс:

– Хорошо, но только аккуратно.

Настя осторожно взяла эту стопку, вынула её из коробки и положила рядом на стол. Вся первая страница была исписана мелкими ровными старинными буквами.

– Да уж, так просто и не прочитаешь, придётся ещё разбираться, – сказала Настя. – Хотя, в принципе, всё понятно.

Она начала перелистывать страницы, а Алексей фотографировал. Каждую страницу для верности он фотографировал по несколько раз. Пока они это делали, настоятель нетерпеливо поглядывал на часы и приговаривал:

– Осторожнее, осторожнее…

Похоже, ему не терпелось вызвать экспертов и показать им находку. Закончив съёмку, Настя и Алексей не стали больше его задерживать, поблагодарили за содействие, попрощались и ушли. Увидев недалеко от монастыря свободное такси, они сели в автомобиль и поехали в сторону Ярославля.

По правде говоря, им и самим не терпелось скорее узнать, о чём говорилось в записях монаха Авеля. Насте до сих пор не верилось, что у них получилось отыскать их. Приехав на место, они зарегистрировались в гостинице, быстренько поужинали и пошли к себе в номер. Там Алексей перекинул все фотографии на ноутбук, чтобы им было удобнее читать. Они расположились за столом, поставили ноутбук перед собой и открыли первую фотографию…

Часть вторая

АВЕЛЬ ПРИ ЕКАТЕРИНЕ

II

Глава 8

Два монаха рыбачили с лодки недалеко от берега. Одному из них было около пятидесяти лет, его звали Серафим. Он уже более десяти лет жил в Валаамском монастыре, и всё это время в его обязанности входило добывать рыбу для трапезного стола. Второй был ещё совсем молодым, недели не прошло, как он принял постриг в монахи с именем Иаков, и его сразу определили в помощники к более опытному и знающему Серафиму. И тот, как мог, обучал его, как нужно правильно жить в монастыре.

Сейчас же он сидел и думал о том, что не надо было сегодня слушать своего молодого напарника. Ведь знал же, что в этом месте, совсем недалеко от главного причала, тем более после обеда, рыба практически не клюёт. Но Иаков почти полчаса убеждал его, что своими собственными глазами видел вчера вечером, как именно в этом месте плескалось много рыбы. Поддался на его уговоры, и вот итог – за два с половиной часа они не поймали ни одной.

– Ну, всё, здесь только время терять, – сказал Серафим Иакову. – Садись за вёсла, поплывём туда, где вчера рыбачили. Нам нужно ещё успеть до ужина хоть что-нибудь поймать.

Молодой монах кивнул, сел за вёсла и собрался грести. Вдруг он сказал, указывая на что-то:

– Смотри, дядя Серафим.

– Сколько тебе можно повторять, Иаков, чтобы ты называл меня отцом Серафимом? Какой я тебе дядя? – покачал тот головой, но всё-таки посмотрел туда, куда указывал Иаков.

В сторону причала плыла лодка с парусом. На ней двое монахов обычно возили на Валаам продукты с большой земли. Только на этот раз на носу лодки стоял кто-то третий. Проплывая мимо, он мельком взглянул на рыбаков, а затем продолжил с интересом осматривать окрестности. Это был мужчина с бородой и длинными волосами, но по глазам Серафим определил, что тому лет тридцать или около того.

– Видать, новенький, – сказал Серафим Иакову. – Поплыли уже, чего замер?

– Иаков пожал плечами и взялся за вёсла, продолжая время от времени поглядывать на лодку, приставшую к берегу. Мужчина бодро спрыгнул на причал и, не оглядываясь назад, зашагал в сторону монастыря.

Шёл 1785 год. Вот уже более двадцати лет на престоле находилась императрица Екатерина II. Но для жителей Валаама всё это было где-то там, в другой жизни. Их жизнь на острове текла медленно, плавно и размеренно, с чередованием работы и молитвы, день за днём, неделя за неделей. А если и прилетали какие-то новости с большой земли, то обычно дальше настоятеля монастыря или его помощника они не уходили.

Настоятелем монастыря в ту пору был отец Назарий. Он стоял на улице и разговаривал со своим помощником, как вдруг увидел незнакомого мужчину, который направлялся в сторону монастыря.

– Ты его видел раньше? – спросил он помощника, но тот лишь покачал головой в ответ.

Когда мужчина поравнялся с ними, отец Назарий поздоровался с ним и спросил:

– Вы к нам с большой земли?

– Доброго здоровья, – ответил тот. – Да, я приплыл на лодке, на которой привозят продукты. Меня зовут Василий Васильев.

– А меня можете называть отцом Назарием. Я – настоятель этого монастыря. С каким делом Вы к нам пожаловали?

И тогда мужчина рассказал им о том, что работал в юности плотником, а однажды он тяжело заболел и дал клятву Богу, что вечно будет служить ему, если тот излечит его. Произошло чудо, он встал на ноги, и теперь хотел бы посвятить свою жизнь служению Господу.

Настоятель с помощником переглянулись, а затем отец Назарий сказал мужчине:

– Ну что же, люди приходят к нам по разным причинам, но цель у всех одна. И если Вы хотите посвятить этому свою жизнь, двери Валаамской обители открыты для Вас.

Так Василий Васильев поселился на Валааме. Он принял постриг в монахи с именем Адам, и стал привыкать к монастырской жизни. Это место не казалось ему чужим, он чувствовал, что наконец-то, на двадцать девятом году жизни, он находится именно там, где и должен быть.

Адам провёл в монастыре целый год, но стал постепенно чувствовать, что он недостаточно близко к Господу. Как он может служить ему, находясь среди других монахов? И он решил уйти из монастыря, но не с острова. Адам пришёл к отцу Назарию и попросил у него благословения отпустить его в пустыню, находящуюся не очень далеко от монастыря, где он сможет молиться и быть один на один с Богом.

Настоятель немного подумал и дал согласие. Адам может жить один столько, сколько необходимо. Ему будут приносить пищу и какие-то вещи. Адам смиренно поклонился и отправился в путь, а настоятель Валаамского монастыря и его помощник наблюдали, как тень странника растворяется в последних лучах заходящего солнца.

Глава 9

Как-то вечером отец Назарий и его помощник пили чай, смотрели в окно и тихонько беседовали.

– Сколько уже Адам живёт один? – спросил настоятель.

– Он ушёл в конце весны, а сейчас уже лето заканчивается, – ответил ему помощник, немного подумав. – Получается, что уже три месяца.

– Это хорошо, что сейчас тепло. А вот настанет зима, он уже не сможет жить в шалаше. Пусть завтра кто-нибудь сходит к нему и узнает, не собирается ли он вернуться в монастырь. Если нет, то надо будет помочь ему построить более тёплое пристанище.

– Хорошо, – кивнул помощник, задумчиво глядя в окно. – Что-то странное сегодня с погодой творится, очень быстро темнеет.

– Да, я тоже заметил, – сказал настоятель. – Хоть и вечер уже, но стемнело и вправду довольно быстро. Похоже, это всё из-за туч. Гроза будет.

Окно, в которое они смотрели, как раз выходило в ту сторону, куда три месяца назад ушёл Адам. Внезапно где-то вдалеке сверкнула молния. Потом ещё раз, и ещё. Поднялся очень сильный ветер, гром гремел так сильно, что закладывало в ушах. А оба мужчины думали о том, что сейчас Адаму, скорее всего, приходится очень нелегко. Спустя два часа гроза стихла так же быстро, как и началась.

– Странно, что дождя не было, – сказал отец Назарий. – Никогда раньше не видел такой сильной грозы без дождя.

– Может, он и был, да только вдалеке, до нас не дошёл, – ответил помощник.

– Не похоже. Надо с самого утра сходить к Адаму и проверить, как он там.

– Хорошо, я сам схожу, только возьму с собой ещё кого-нибудь.

Они ещё немного посидели, а затем разошлись каждый к себе, и после вечерней молитвы легли спать. На рассвете помощник настоятеля взял с собой одного из монахов, и они отправились в путь. Идти от монастыря предстояло чуть менее часа, и чем ближе они подходили к тому месту, где стоял шалаш Адама, тем всё более удручающая картина открывалась их взору.

Похоже, что в этом месте бушевал настоящий ураган. Кое-где были повалены деревья, трава была примята к земле – таким сильным был ветер. Выйдя на поляну, на которой жил Адам, помощник настоятеля увидел, что шалаш полностью сгорел. Похоже, что в него попала молния, и он моментально вспыхнул. Самого Адама нигде не было видно. Если он находился во время удара молнии в шалаше, то у него просто не было шансов на спасение.

Так они стояли несколько минут, неотрывно глядя на место, где раньше стоял шалаш, в котором сгорел Адам. Каждый из них думал о чём-то своём. Внезапно сзади раздался голос:

– Вы пришли за мной?

Вздрогнув от неожиданности, и помощник настоятеля, и монах резко обернулись и не поверили своим глазам. Перед ними стоял Адам – живой и невредимый. Но видно было, что он очень сильно изменился за эти три месяца. Взгляд у него стал какой-то отрешённый, как будто он находился не здесь, а где-то совсем в другом месте.

– Я знал, что вы придёте, и ждал вас, – продолжил он всё с таким же спокойствием и безразличием. – Мы можем пойти обратно в монастырь.

Помощник настоятеля опомнился и подошёл ближе к Адаму. Выглядел тот целым и невредимым, на нём не было ни царапины. Всё это было довольно странным, особенно учитывая тот хаос, что творился вокруг. Помощник настоятеля и монах стояли и не знали, что сказать, так как мысли их сбились в кучу. Адам ещё немного постоял, а затем развернулся и направился в сторону монастыря. Мужчины переглянулись и пошли следом за ним.

Через час Адам сидел перед отцом Назарием и рассказывал ему, что произошло ночью:

– Бог меня наконец-то услышал, – начал он. – Я три месяца пытался поговорить с ним, и сейчас он мне ответил.

– Что ответил? – спросил настоятель.

Отец Назарий пока не понимал, как реагировать на изменения, произошедшие в Адаме. С одной стороны, он слышал истории о том, как к монахам являлись святые и разговаривали с ними. Но, в то же время, ему попадались и сумасшедшие. Поэтому он предпочитал не делать преждевременных выводов и сначала разобраться во всём самому.

– Что ответил? – повторил он свой вопрос Адаму.

– Господь смилостивился ко мне и показал мировые и будущие тайны, – тихо молвил тот.

– Предсказания? – уточнил настоятель. – А какие именно?

– Придёт время, и Вы всё сами узнаете. Пока же могу дать Вам табличку, очень важно сохранить её в целости.

Он протянул настоятелю деревянную табличку, на которой была вырезана надпись: «Н-Б М ВЕРХ ИСЧЕЗ, НИЗ ОСТАЛСЯ, УГОЛ Г».

– Что это означает? – спросил настоятель странного монаха, разглядывая не менее странную табличку.

– Придёт время, и всё встанет на свои места, – повторил тот.

Некоторое время отец Назарий смотрел на Адама, а потом сказал:

– Хорошо, Вам нужно немного отдохнуть. Я скажу, чтобы Вас проводили.

Он позвал своего помощника, а когда тот пришёл, сказал ему, чтобы тот проводил Адама в келью.

– Я больше не Адам, – раздался внезапно голос. – Бог сказал мне, что я Авель, сын Адама и голос Господа.

Настоятель и его помощник удивлённо посмотрели на него, а потом отец Назарий сказал:

– Хорошо, проводи его в келью. Ему нужно отдохнуть.

Они ушли, а настоятель стал думать о том, что сказал ему монах. Скорее всего, тот просто был не в себе после трёх месяцев жизни в одиночестве, а тем более после такой сильной грозы. Но табличку всё же решил сохранить. «Ничего, поживёт в монастыре, отдохнёт и всё наладится», – думал он.

Некоторое время он наблюдал за этим монахом, и ему показалось, что тот постепенно восстанавливается. О предсказаниях он больше не говорил. Осталась единственная странность – когда его называли Адамом, он поправлял собеседника и говорил, что его зовут Авель. И как-то получилось, что постепенно его так и стали называть.

Авель прожил в монастыре всю зиму, а весной, как только растаял снег и стало теплее, он пришёл к настоятелю и сказал, что ему нужно пройти по святым местам. Он хотел получить благословение отца Назария, и тот позволил ему уйти. Уже на следующее утро, взяв с собой свои скромные пожитки и покинув стены Валаамского монастыря, монах Авель сел в лодку, которая отправлялась за продуктами на большую землю, и отправился в путь. Странствие его растянулось на целых девять лет. Сейчас уже нельзя сказать точно, где именно он провёл все эти годы, где побывал и что повидал. Но, по свидетельствам очевидцев, видели его во многих местах.

Через девять лет после того, как Авель покинул остров Валаам и отправился странствовать, весной 1796 года, он остановился в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии.

Глава 10

– А эту келью кто-то занял? – спросил молодой монах Митрофан у отца Аркадия.

– Да, вчера вечером туда вселился новенький, – ответил тот.

– А кто такой?

Митрофан уже два года жил в Николо-Бабаевском монастыре и успел всех хорошо узнать, поэтому, когда появлялись новые люди, ему было интересно узнать о том, кем они были и чем занимались до прихода в монастырь. Отец Аркадий, как человек более опытный и проживший в монастыре уже достаточно долго, сразу не ответил. И только когда они отошли на некоторое расстояние от кельи, чтобы их нельзя было услышать, тихо произнёс:

– Он назвался Авелем. Говорит, что раньше жил на Валааме, но девять лет назад покинул стены монастыря и всё это время ходил по святым местам, а теперь же пришёл к нам. Мне он показался каким-то странным, хотя, может, я и ошибаюсь, и человек просто устал с дороги. В любом случае, поручаю тебе приглядывать за ним. Возможно, ему может понадобиться помощь. Ты ведь тоже, когда только попал сюда, обо всём спрашивал.

– Да, я помню, – кивнул Митрофан. – Хорошо, я присмотрю за ним и помогу, если он о чём-нибудь меня попросит.

Они разошлись по своим делам, но уже через два часа, когда Митрофан вновь проходил мимо этой кельи, он решил зайти к новенькому и познакомиться с ним поближе. Он постучал, и ему тут же ответили:

– Входи!

Он отворил дверь и вошёл в келью. На стуле сидел монах с бородой и длинными волосами и смотрел на вошедшего внимательным взглядом.

– Отец Авель, – произнёс Митрофан. – Я зашёл к Вам, чтобы познакомиться. Меня зовут Митрофан, и меня просили помогать Вам в первое время, пока Вы здесь не освоитесь.

– Да, я знаю, кто ты, – ответил Авель. – Я тебя ждал.

Митрофан некоторое время удивлённо смотрел на Авеля, а затем спросил:

– Может быть, Вам что-нибудь нужно? Надо ли что-то подсказать или что-нибудь принести?

– Да, мне нужны чернила и перо, и ещё бумага. Много бумаги.

– Хорошо, сегодня вечером принесу, – удивился Митрофан такой просьбе. – Собираетесь письма писать?

– Нет. Девять лет назад на Валааме Господь раскрыл мне глаза и показал будущее. Я не могу больше держать это в себе.

– Собираетесь записывать предсказания? – улыбнулся Митрофан, решив, что это была шутка.

– Я не шучу, – ответил Авель, словно прочитав его мысли. – Принеси то, что я прошу, Митрофан – третий сын своего отца.

Митрофан от удивления раскрыл рот. О том, кем он был до монастыря, и какая у него была семья, не было известно никому.

– И не рассказывай никому о том, что я тебе говорю, – продолжил Авель.

Митрофан кивнул и вышел из кельи. Вечером, как и договаривались, он принёс Авелю всё, что тот просил. На следующий день отец Аркадий спросил Митрофана о новеньком:

– Заметил ли ты что-нибудь странное в его поведении?

– Нет, ничего необычного, – пожал плечами Митрофан.

В течение следующих двух недель он практически не видел Авеля, только иногда во время трапезы. И вот однажды вечером, на третью неделю пребывания Авеля в монастыре, когда Митрофан шёл по коридору мимо его кельи, Авель открыл дверь и позвал Митрофана к себе. Когда тот зашёл, Авель сказал:

– Присядь, мне нужно с тобой поговорить.

Митрофан сел, Авель же достал стопку сшитых между собой бумажных листов.

– Здесь я записал очень важные факты из будущей жизни. Я девять лет думал о том, стоит их записывать или нет, но решил, что их обязательно должен увидеть тот, кого они касаются. Для начала я покажу их отцу Аркадию, и я уверен, что они дойдут до того, кому предназначены.

– Кому же они предназначены? – с интересом спросил Митрофан. – И что именно там написано?

Авель ничего на это не ответил, а продолжил говорить дальше.

– У меня есть копия этих записей, там всё то же самое, только в конце я оставил знак. Тебя же я попрошу спрятать их в надёжное место.

– Куда спрятать?

– Мне было видение, когда я ещё был на Валааме. Я увидел в этом монастыре маленькую дверцу в полу, в каком-то странном закутке, в самом углу.

Митрофан ненадолго задумался, пытаясь сообразить, про какое место говорит Авель.

– Про дверцу ничего не знаю, а вот странный закуток есть. Это вроде тупика в форме буквы Г. Он никуда не ведёт, и я всегда удивлялся, зачем он здесь нужен.

– Да, это он, – кивнул Авель.

Затем он достал из-под кровати деревянную коробку, протянул её Митрофану и сказал:

– В коробке лежит копия книги с моими предсказаниями. Пойдёшь в этот закуток, в углу найдёшь потайную дверцу в полу и спрячешь коробку там. Только не вздумай читать, иначе это очень плохо отразится на твоей дальнейшей судьбе. Ты ведь не хочешь попасть в крепость вместе со мной?

– Какую крепость? – удивился Митрофан.

– Если не будешь читать, то всё будет хорошо, и ты никогда не узнаешь об этой крепости, – и он протянул ему коробку. – Как только ты её спрячешь, сразу же возвращайся сюда, мне нужно сказать тебе одну очень важную вещь.

Митрофан взял коробку и вышел из кельи. Уже почти стемнело, и он шёл в потёмках, стараясь никому не попадаться на глаза. Вскоре он дошёл до нужного места, поставил коробку на пол и стал искать дверцу в углу. Вместо пола в этом закутке была земля. Он начал разгребать её и вскоре нащупал железное кольцо. Он потянул за него, и дверца открылась. Внутри был совсем небольшой тайник. Уже ничему не удивляясь, он поставил туда коробку, закрыл дверцу, присыпал её землёй и пошёл обратно.

– Вот что я хотел сказать тебе, – говорил Авель, когда Митрофан снова сидел у него в келье. – Мы встретимся с тобой через три с половиной года.

– Как встретимся? – перебив Авеля, спросил Митрофан. – Мы ведь живём в одном монастыре.

– Не перебивай, – нахмурился Авель. – Через три с половиной года меня здесь уже не будет, как и тебя. Ты будешь плыть по большому озеру на закате, обязательно вспомни меня и найди. Не забудешь?

Митрофан медленно покачал головой.

– А теперь иди. Мы с тобой ещё увидимся, через три с половиной года.

Митрофан вышел из кельи. Авель ещё немного посидел, потом перекрестился, вздохнул, взял стопку бумаг с предсказаниями и отправился к отцу Аркадию.

Глава 11

Настоятель Николо-Бабаевского монастыря дочитал записи до конца и посмотрел на отца Аркадия, который сидел напротив. Всё это время тот терпеливо ждал.

– И всё это написал монах Авель? Он же всего две недели назад прибыл к нам в монастырь.

– Да, это всё он. Митрофан говорил, что тот попросил у него бумагу, перо и чернила в первый же день. Но Митрофан подумал, что Авель будет вести дневник, поэтому всё ему принёс.

– А сам ты читал, что здесь написано? – спросил настоятель, строго посмотрев на отца Аркадия.

– Я начал читать, – кивнул головой тот. – Я ведь не знал, что именно там написано. Тем более эти записи мне дал сам Авель и сказал, что они очень важные. Но, как только я увидел, что там говорится про нашу императрицу Екатерину, сразу же поспешил к Вам.

– В том-то и дело, – задумчиво произнёс настоятель. – Надо показать эти записи епископу. А не то, чего доброго, этот Авель накликает беду на наш монастырь.

Епископ Костромской и Галицкий Павел, прочитав на следующее утро записи Авеля, велел срочно привести этого новоявленного пророка к себе. За богохульные дела, а именно за то, что Авель объявил себя ясновидцем, его расстригли из монахов. Затем, не зная, что с ним делать дальше, епископ отправил Авеля к местному губернатору. Как только губернатор прочитал, что Авель написал про императрицу, сразу же велел посадить его в острог, а сам отправил срочный запрос в Санкт-Петербург.

В Петербурге нашлись люди, служившие в Тайной Экспедиции, которые искренне заинтересовались предсказаниями монаха Авеля. Его в срочном порядке отправили в столицу, и началась череда допросов. Если бы дело не касалось Екатерины II, то его просто запороли бы насмерть, или сгноили в глухих монастырях. Суть дела доложили графу Самойлову, генерал-прокурору, настолько важным было всё, что касалось коронованных особ. Он приехал и долго разговаривал с монахом, даже ударил его несколько раз, но монах всё твердил, что это Бог его всему научил и всё ему рассказал.

А шуму подняться было из-за чего. Ведь Авель в своих записях предсказал точную дату смерти императрицы Екатерины II в ноябре 1796 года. И произойти это должно было совсем скоро – через восемь месяцев. Поэтому повод для переживаний был очень большой. После долгих сомнений решили всё-таки доложить обо всём императрице.

Как только Екатерина узнала о своей скорой кончине, ей стало дурно, что и не удивительно. Поначалу за эту дерзость она хотела велеть казнить монаха, как это и предусматривалось законом. Но потом она решила проявить великодушие и посадить монаха в Шлиссельбургскую крепость, а все написанные им бумаги надлежало запечатать печатью генерал-прокурора и хранить в Тайной Экспедиции.

Сразу же после подписания указа Екатериной семнадцатого марта 1796 года Авель был отправлен отбывать своё наказание. В сырых казематах Шлиссельбургской крепости ему предстояло провести все оставшиеся дни своей жизни. Думал ли Авель о том, стоило или не стоило писать эту книгу предсказаний? Конечно, думал, и не раз. Но он просто не мог поступить иначе.

Ему пришло видение о её смерти, когда он ещё находился на Валааме, и все девять лет, которые он провёл в скитаниях, уйдя из монастыря, он думал об этом. У него было достаточно времени, чтобы решить для себя, что он просто обязан рассказать императрице о дате её смерти. Только как это было сделать? Ведь его не пустили бы к ней, а если бы он начал говорить об этом, то его просто забили бы до смерти. И тогда он решил написать книгу предсказаний, чтобы было документальное подтверждение его слов, и чтобы эта информация дошла до Екатерины II. Так в итоге и случилось.

Но Шлиссельбургская крепость не стала последним пристанищем вещего монаха. Ему не пришлось провести остаток дней в этой насквозь пропитанной сыростью темнице. Находясь в каземате, он узнал потрясшую всю Россию новость, о которой ему было ведомо уже давно, с самого Валаама. Шестого ноября 1796 года скоропостижно скончалась императрица Екатерина II. И произошло это точно день в день согласно предсказаниям Авеля.

Часть третья

Глава 12

Когда Настя и Алексей закончили читать записи Авеля, был уже поздний вечер. Но сон у них как будто рукой сняло. В самом конце был какой-то новый ключ, который им предстояло разгадать.

– Похоже, что этот ключ приведёт нас к новой книге предсказаний, – сказал Алексей.

Настя кивнула, задумчиво глядя на этот шифр, и уже пыталась понять, что он означает. А было там вот что: На последнем листе в самом низу была нарисована какая-то круглая печать, никаких надписей на этой печати не было, только по центру располагался какой-то непонятный рисунок. После печати следовали буквы П-П-I, А.

– Ничего не приходит на ум, – сказала Настя после пятиминутных раздумий. – Давай оставим разгадывание ребуса на потом, нам завтра надо рано вставать и ехать в аэропорт.

Алексей согласился, и они стали готовиться ко сну. Видимо, усталость сегодняшнего дня всё-таки дала о себе знать, и уже через десять минут после того, как Настя и Алексей легли в постель и погасили свет, они уже спали.

Утром они проснулись, собрали вещи, позавтракали и поехали на такси в аэропорт. Уже в полдень они были дома. Хоть Настя и Алексей отсутствовали всего полтора дня, но и за это время Настя очень сильно соскучилась по дочке. Она сразу взяла её на руки и долго обнимала и целовала, а Лиза в ответ весело улыбалась. Елена Николаевна тоже была рада их видеть.

– Как вы съездили, успешно? – спросила она.

– Всё по плану, – ответил ей Алексей и улыбнулся.

Сначала и он, и Настя приняли душ, переоделись, затем они все вместе пообедали, а после Настя уложила Лизу в кроватку – у неё был послеобеденный сон. Сами же они разместились в гостиной и начали рассказывать Елене Николаевне всё с самого начала. Нужно было, чтобы она была в курсе происходящего, ведь расследование, по всей видимости, только набирало обороты.

Они рассказали ей и про историка, который пришёл к Насте в Антикварную лавку, и про их поездку на Валаам. Мама Алексея только сидела и удивлённо покачивала головой, когда они рассказывали ей, что нашли там табличку, оставленную Авелем.

– А я раньше вообще не знала, что был такой предсказатель – монах Авель, – произнесла она. – А он, оказывается, столько всего предсказал Романовым.

– Он не только о Романовых предсказывал, у него были и другие предсказания. Например, о первой и второй мировых войнах. Но сейчас нас интересует династия Романовых и книги предсказаний Авеля, – ответила ей Настя и продолжила свой рассказ.

Она рассказала, как они приехали в Николо-Бабаевский монастырь и всё-таки смогли обнаружить спрятанные там записи. Алексей принёс ноутбук и быстро пролистал фотографии, коротко рассказывая, что именно записал Авель. Когда они дошли до последней фотографии, на которой был изображён шифр, Елена Николаевна спросила:

– А это что?

– Ключ к следующей книге, – ответила Настя. – Нам нужно его разгадать.

– Ничего не понятно, – пожала плечами Елена Николаевна. – Пойду, проверю, как там Лиза.

Она ушла наверх. Некоторое время Настя и Алексей сидели молча, разглядывая печать и буквы «П-П-I, А». Потом Настя сказала:

– Давай рассуждать логически. После смерти Екатерины, о чём предсказывал Авель в своей первой книге, его выпустили из Шлиссельбургской крепости, потом он долго беседовал с новым императором Павлом I. Он рассказал ему обо всех последующих Романовых, но о судьбе самого Павла умолчал. Павел после этого разговора оставил письмо потомкам в специальном ларце, который он разместил в Гатчинском дворце. Это письмо через сто лет со дня смерти Павла читал Николай II.

– Да, всё верно, – кивнул Алексей.

– Далее, – продолжила Настя. – Павел велел освободить Авеля, и тот снова уехал на Валаам. Там он написал вторую книгу предсказаний, в которой предсказал скорую смерть императора. Павел за это велел посадить монаха в каземат Петропавловской крепости. Какие из всего этого можно сделать выводы?

– Если в шифре говорится о том, где найти вторую книгу, – предположил Алексей, – то там должно быть что-то, связанное с Павлом.

– Точно, – улыбнулась Настя. – Я думаю, что П-I – это Павел I. Другая буква П не знаю, что означает.

– Буква А – это, скорее всего, сам Авель! – воскликнул Алексей.

– Ну и печать, наверное, имеет отношение к Павлу I. Надо посмотреть, была ли у него такая печать.

Они стали смотреть в интернете. Искали они минут десять, но ничего похожего не нашли. В это время пришла Елена Николаевна с Лизой на руках.

– Наша девочка проснулась, – улыбнулась она. – На улице прекрасная погода. Мне сходить с ней погулять или вы сами хотите?

– Мы сами, – ответила Настя. Ей очень хотелось побыть с дочкой.

Они собрались и вышли на улицу. Во время прогулки они вновь вернулись к теме шифра.

– Получается, мы выяснили, что там упоминается Павел I и Авель. Нет пока информации по второй букве П, ну и печать пока непонятно чья – то ли Павла, то ли нет.

– Что думаешь делать? – спросил её Алексей. – Есть какие-нибудь мысли?

– Думаю, что нужно встретиться с Глебом Борисовичем – историком, который изучает династию Романовых, жизнь Авеля, и занимается поисками этих книг. Надо будет с ним созвониться, когда вернёмся. Скажу, что мы обнаружили первую книгу и договорюсь о встрече. Тем более, он очень просил держать его в курсе всех дел.

Так они и сделали. Настя позвонила ему сразу же, как только они вернулись домой. Услышав о том, как далеко они продвинулись в поисках, Глеб Борисович очень обрадовался. Они договорились с Настей встретиться завтра в Антикварной лавке в десять часов утра. Больше в этот день Настя и Алексей не вспоминали о расследовании, наслаждаясь возможностью провести вечер в семейном кругу.

Глава 13

На следующее утро Настя приехала даже немного раньше десяти часов, но Глеб Борисович уже ждал её на улице возле входа в Антикварную лавку. Похоже, ему не терпелось узнать подробности. Настя поздоровалась с ним, и они вошли внутрь. Помощницы Насти уже были на месте. Обсудив с ними пару вопросов, Настя пригласила своего гостя пройти в её кабинет. Там они расположились на креслах, и она начала рассказывать ему всё с самого начала.

Он сидел и жадно ловил каждое её слово. Когда она дошла до того момента, как они обнаружили деревянную табличку в Валаамском монастыре, он воскликнул:

– Я так и знал, что настоятель что-то скрывает! По глазам видел, что он всё знает, но не говорит!

Потом он извинился за то, что перебил Настю, и попросил её продолжать. Настя рассказала ему всё до самого конца.

– Так оригинал остался в Николо-Бабаевском монастыре? – огорчился он. – Вам надо было раньше сказать мне, тогда я смог бы поехать с вами и увидеть всё своими собственными глазами.

– Я не могла сказать, так как не была точно уверена, – пожала плечами Настя. – Зато у нас есть копии, мы сфотографировали каждый лист. Для Вас я специально распечатала всё на бумаге, чтобы Вам было удобнее читать. Прошу, знакомьтесь.

Настя протянула Глебу Борисовичу копию книги предсказаний Авеля, а если быть точным, то копию копии книги. Ведь в монастыре Авель спрятал второй экземпляр книги предсказаний. Глеб Борисович взял листы в руки и с интересом углубился в чтение. Понимая, что он не успокоится, пока не дочитает всё до самого конца, а это может затянуться надолго, Настя оставила его одного, а сама вернулась к помощницам и занялась делами Антикварной лавки.

Спустя какое-то время она увидела, как дверь её кабинета открылась, и появился историк. Глаза его ярко горели. Настя вернулась в кабинет, и они продолжили разговор.

– Это потрясающе, – восхищался Глеб Борисович. – Наконец-то я смог прочитать подлинные записи самого Авеля! Я мечтал об этом всю жизнь!

– Вы ведь видели шифр в конце записей? – спросила Настя.

Тот кивнул, улыбнувшись.

– Я считаю, что это ключ к следующей книге, – продолжила Настя. – Вы сможете разгадать его?

– А Вы сами пробовали? – спросил её в свою очередь тот. – Что-то разгадать получилось?

– Я думаю, что П-I – это Павел I, – ответила Настя.

– Да, так и есть. А ещё что?

– Возможно, что буква А – это Авель.

– Да, вполне возможно, – кивнул он. – А ещё?

– Больше я пока не разгадала, – пожала плечами Настя. – Вы знаете ответы? Например, что это за печать? Я не нашла никакой информации о ней в интернете.

– Это и неудивительно, – кивнул историк. – Это секретная печать Павла I, я и то в своё время с большим трудом нашёл информацию о ней в архивах. Он ставил её только в особо важных случаях. Не знаю, сколько именно раз он ей воспользовался, но один был точно. Когда он положил для потомков письмо с предсказаниями Авеля в ларец, то поставил эту печать.

– А ларец поместили в Гатчине, – продолжила Настя. – Стало быть, искать надо в Гатчинском дворце Павла I?

– Да, именно там. И этому есть ещё одно подтверждение. Вы не разгадали, что означает первая буква П в шифре. П-П-I значит «Призрак Павла I».

– Призрак? – удивлённо спросила Настя. – Причём здесь призрак?

– Под Гатчинским дворцом есть подземный ход, который идёт в сторону Серебряного озера. Туда даже водят экскурсионные группы. Так вот, существует легенда, что в том туннеле живёт призрак императора Павла. Значит, всё сходится, и искать надо именно там.

– Так если туда водят экскурсии, то там наверняка давно уже всё разведано. Где там искать? – спросила Настя.

– Я уже думал об этом. Протяжённость этого подземного хода более ста метров. Заканчивается он лестницей, но туда туристам уже вход закрыт. Значит, нам там и надо поискать. А может и весь туннель обшарить, других вариантов нет. Ключ в записях Авеля ведёт именно туда.

– То есть, как обшарить? Там же постоянно экскурсии, – спросила Настя, и внезапно вспомнила, что уже оказывалась в подобной ситуации больше двух лет назад. Тогда в Петропавловской крепости, где она искала тайник, тоже было много посетителей.

– Нам очень повезло, что искать надо именно в Гатчинском дворце. У меня там племянник работает охранником. Я попробую с ним договориться, чтобы он пустил нас, когда у него будет ночная смена. Как Вы сами на это смотрите? Готовы ли Вы спуститься ночью в подземный ход?

– Мне надо посоветоваться с мужем, – ответила Настя, хотя мысленно была готова ко всему. Ей очень хотелось дойти до конца и разгадать эту тайну.

– Да, мне тоже надо с племянником поговорить, убедить его, – сказал Глеб Борисович, поднимаясь с кресла. – Тогда я пойду, как будет ясность, я Вам позвоню.

Настя кивнула, и он вышел из кабинета. Раз уж она приехала сюда, то решила пару часов поработать, только сначала надо было пообедать. Она сходила в кафе, перекусила, а затем вернулась и принялась за работу. Закончив через два часа несколько дел, она собралась и поехала домой. Ей хотелось побыстрее увидеть мужа и рассказать ему, что означает шифр в записях Авеля.

Глава 14

После того, как Настя пересказала свой разговор с Глебом Борисовичем Алексею, тот покачал головой и произнёс:

– Ох, Настя, чем дальше заходит это расследование, тем серьёзнее всё становится. Получается, чтобы найти вторую книгу предсказаний, нужно проникнуть ночью в закрытый Гатчинский дворец, пусть даже с согласия охранника. А что потом, куда нас приведёт это расследование? Помнишь ведь, что чуть было не произошло во время наших предыдущих поисков.

– Да, любимый, я всё помню. Может, его племянник ещё и не согласится нас пустить, надо дождаться звонка Глеба Борисовича и послушать, что он скажет.

Алексей внимательно посмотрел на жену. Видно было, что она очень хочет довести это расследование до конца и найти все книги с предсказаниями монаха Авеля. Немного подумав, он сказал:

– Хорошо, если его племянник откажется нас пустить, то мы забудем про это дело, сами тайком проникать во дворец не будем. Если же он согласится, то поедем и попробуем отыскать что-нибудь в подземном ходе.

Настя улыбнулась, обняла мужа и прошептала:

– Ты у меня – самый лучший.

Звонка от Глеба Борисовича долго ждать не пришлось, он позвонил около шести часов вечера.

– Анастасия, я созвонился со своим племянником. У него дежурство как раз сегодня ночью и он согласился пустить нас в подземелье. Он даже сможет открыть нам решётку в конце подземного хода, у него есть ключи. Так что всё складывается удачно.

– Отлично! – ответила ему Настя. – Я тоже поговорила с мужем, он согласился. Во сколько нам подъезжать?

– Давайте ближе к полуночи. Даже, наверное, встретимся немного пораньше, часов в одиннадцать.

– А там точно нет призрака? – в шутку спросила Настя. – По правде говоря, подземелье с призраком и полночь – это не самое приятное сочетание.

– Не знаю, – ответил историк, и Настя даже немного удивилась серьёзности его тона, ведь она-то задала этот вопрос в шутку. – Ни в чём нельзя быть уверенным на сто процентов. Но племянник говорит, что по ночам никто из охранников туда не ходит.

– Ну, хорошо, – сказала Настя. – Вот заодно и проверим.

Они договорились встретиться недалеко от ворот за час до полуночи, на этом разговор был окончен.

– Ты веришь в привидений? – спросила Настя Алексея и пересказала ему разговор с историком.

– Как сказать, – пожал тот плечами. – Существует много свидетельств существования чего-то подобного, особенно, если человек умер насильственной смертью. Но с Павлом I ситуация другая. Да, его убили заговорщики, но это произошло в Петербурге в Михайловском замке. По идее, если бы призрак существовал, то именно там. С другой стороны, Павел очень любил свою резиденцию в Гатчине и мечтал сделать её главной резиденцией Романовых. Так что всё может быть, в мире очень много неизученного.

– Так веришь или нет? – улыбнулась Настя, так и не услышав от него ответа.

– В привидения вообще верю. А в то, что в подземелье Гатчинского дворца живёт призрак Павла I – не верю.

– Вот и я не верю. Так что можем спокойно лезть в подземный ход и ничего не бояться, – подвела итог Настя.

За ужином они сказали Елене Николаевне, что вечером им нужно будет съездить в Гатчинский дворец на поиски следующей книги предсказаний. Сначала она говорила, что это может быть опасно, но потом всё-таки согласилась, что это необходимо, раз уж они начали эти поиски. Нельзя останавливаться на полпути.

В девять часов вечера Настя уложила дочку в кроватку и дождалась, пока она заснёт. Затем они с Алексеем стали собираться в дорогу. Оделись в спортивную одежду, чтобы в подземелье было удобнее, взяли с собой фонарики, а также чай и бутерброды на случай, если вдруг проголодаются. Когда все приготовления были завершены, они пожелали Елене Николаевне доброй ночи, сели в машину и отправились в путь.

На место встречи они приехали даже немного раньше назначенного времени, но Глеб Борисович их уже ждал. Они припарковались рядом с его автомобилем, и вышли на улицу. Было уже темно. Небо было затянуто облаками, звёзд видно не было, лишь вдали горели несколько фонарей.

– Сейчас племянник откроет нам калитку, – сказал Глеб Борисович Насте с Алексеем, когда они подошли к нему.

– Это мой муж Алексей, – представила она ему Алексея.

Мужчины пожали друг другу руки, и все втроём направились в сторону калитки. Она оказалась закрыта.

– Мы пришли чуть раньше назначенного времени, – шепнул историк. – Надо немного подождать.

Но долго ждать не пришлось. Через минуту за решёткой мелькнула тень, затем калитка скрипнула и отворилась. Они прошли на территорию парка, и мужчина, запустивший их, вновь закрыл калитку.

– Ваня, привет, – сказал ему Глеб Борисович.

– Привет, дядя Глеб, – ответил ему охранник. – Ты меня, конечно, удивил своей просьбой.

– Не так же часто я у тебя что-то прошу. Познакомьтесь, это мой племянник Иван – очень хороший человек. А это Анастасия и её муж Алексей.

После взаимных приветствий охранник сказал:

– Идите за мной.

Затем он пошёл по дорожке по направлению к дворцу. Остальные двинулись следом. Дворец был совсем рядом, и вскоре они уже заходили внутрь. Сначала они зашли в комнату охраны, чтобы обсудить план дальнейших действий.

– Дядя, ты уже достаточно давно ищешь книги Авеля, – начал Иван. – Почему же ты думаешь, что именно сейчас их найдёшь?

– Я же тебе говорил по телефону, – ответил историк. – Мы нашли первую книгу, и там был ключ. Мы его расшифровали, и он привёл нас сюда.

– Да, я помню, только я не совсем понял, что это за ключ.

Глеб Борисович объяснил ему и про печать Павла I, и про призрак Павла.

– Я думал, Вы шутите. Честно говоря, никто не спускается в подземелье ночью, тем более по одному. Но раз нас четверо, то можно попробовать.

– А почему туда никто не ходит по ночам? – спросила Настя.

– Из-за звуков, – пояснил тот. – Иногда по ночам оттуда раздаётся жуткое завывание, которого не бывает днём. Когда мне сказали об этом, я не поверил. Но когда в первый раз услышал его своими собственными ушами ночью, у меня волосы на голове встали дыбом. Я даже поначалу хотел уволиться. Но потом вроде привык, тем более это происходит не так часто, не каждую ночь.

Настя с Алексеем переглянулись, а Иван продолжил:

– Хоть у нас и есть ключи от двери в конце подземного хода, но открывать её я бы не рискнул. Мне почему-то кажется, что эти звуки доносятся оттуда. Не зря же эта дверь всё время закрыта.

– Нам, скорее всего, именно туда и надо попасть, – сказал Глеб Борисович. – Я считаю, что там и спрятана вторая книга предсказаний. Не думай о чём-то плохом, сам же сказал, что нас четверо и бояться нам совершенно нечего.

– Да я и не боюсь, – охранник вздохнул. – Ну, хорошо, идём.

Он взял ключи, они вышли из комнаты охраны, и пошли по тёмным коридорам Гатчинского дворца в сторону подземного хода.

Глава 15

Перед тем, как войти, охранник зажёг свет. Хоть он и был довольно тусклым, но всё было достаточно хорошо видно. Спустившись по лестнице, они остановились в начале подземного хода, размышляя, с чего им начать поиски.

– А здесь довольно сухо, – произнесла Настя.

– Конечно, вдоль стен кое-где есть батареи, – ответил ей племянник историка.

– Значит, вряд ли тайник находится здесь. Скорее всего, он за той закрытой дверью в конце туннеля, – продолжила Настя развивать свою мысль. – Не будем тратить время и сразу пойдём туда.

Они осторожно двинулись по коридору, прислушиваясь к тому, что происходит впереди. Но там было тихо. Настя посмотрела на охранника и увидела, что он очень напряжён.

– Откуда пошла легенда о призраке Павла I? – спросила она.

– Его видели, – тихо ответил ей Иван. – Причём это происходило на протяжении двухсот лет. Об этом говорили не менее десятка человек из разных эпох. И все они говорили о какой-то белой, чуть прозрачной фигуре, надвигавшейся из темноты.

– Но это же просто слова, – возразила Настя. – Просто люди могли повторять слова друг друга, поэтому и кажется, что они видели одно и то же.

– Если бы просто слова. Несколько человек бесследно исчезли, войдя в это подземелье. Я хорошо изучил эту тему, когда сам начал слышать звуки по ночам. Последний случай исчезновения человека произошёл в шестидесятых годах девятнадцатого века.

– Так уже прошло много времени, может, призрак уже исчез? – спросила Настя, улыбнувшись.

– Зря смеётесь, – ответил охранник, мельком взглянув на неё. – Разве вы сами не чувствуете? Чем ближе мы подходим к той закрытой двери в конце туннеля, тем больше ощущается какое-то присутствие чего-то непонятного.

Настя задумалась над сказанным. Они прошли уже половину пути, и она тоже начала ощущать, что на неё как будто кто-то смотрит из темноты.

– А зачем сюда водят экскурсии? – спросила она, чтобы хоть немного разрядить обстановку. – Что здесь показывают? Да и вообще, для чего был построен этот подземный ход?

– Этот подземный ход предназначался для увеселения гостей императора, – начал рассказывать Иван. – Они спускались сюда, чтобы послушать «голос нимфы». Так они называли эхо. Они её спрашивали, а нимфа им отвечала.

Хоть они и говорили довольно тихо, но Настя заметила, что эхо здесь действительно хорошее.

– И что она им отвечала? – спросила Настя.

– Смотря что у неё спрашивали. Если кричали «Кто здесь правил?», то эхо было «Павел, Павел, Павел…». Или, например, на вопрос: «Кто сорвал плод с древа?», ответом было «Ева, Ева, Ева…». Такое вот у них было развлечение. Теперь это место в конце туннеля так и называется – Грот «Эхо». Павел часто пользовался потайной лестницей, ведущей в подземный ход. Он любил устраивать своим гостям неожиданные сюрпризы, таинственным образом исчезая из дворца и так же неожиданно появляясь. На берегу Серебряного озера на небольшой деревянной пристани у грота «Эхо» его всегда ждал челнок и верный слуга. Выйдя из подземного хода, он мог продолжать дальше свой путь и по воде. Только теперь много лет выход закрыт решётчатой дверью. Туда никто не ходит, особенно ночью, хоть от этой двери и ключи есть. Мне кажется, что странные звуки доносятся именно оттуда, а в подземелье они только усиливаются.

– Всё будет хорошо, – улыбнувшись, попыталась успокоить его Настя, и они продолжили свой путь.

В конце подземного хода, там, где была закрытая дверь, освещения не было, поэтому пришлось включить фонари. Не доходя буквально несколько метров до двери, они как по команде остановились. Оттуда веяло каким-то непонятным холодом, хотя вроде бы было тепло. Настя взглянула на мужа. Похоже, что каждый из присутствующих ощутил озноб. Хотя нет, Глеб Борисович сохранял спокойствие, а может быть просто его видимость.

– Нет здесь никакого призрака, всё это байки из склепа, – сказал он и шагнул к двери. Остальные последовали за ним.

На двери висел большой замок. Видно было, что его давно не открывали. Глеб Борисович взял у племянника ключ, вставил в замок и повернул. Пришлось повозиться, чтобы замок поддался, но всё-таки получилось его открыть. Историк передал замок Ивану и тот положил его на пол. Сам же он потянул за решётку, и дверь отворилась, издав при этом очень неприятный скрип. Этот звук был усилен эхом и разнёсся по всему туннелю.

– Очень похоже на те звуки, которые иногда бывают по ночам, – прошептал Иван. – Мистика какая-то.

Настя посветила фонарём. Почти сразу же за дверью начиналась лестница.

– Теперь надо быть очень внимательными, чтобы ничего не упустить из виду.

– А что нужно искать? – спросил Иван.

За неё ответил Глеб Борисович:

– В шифре ещё присутствовала буква А. Вот мы и подумали, что это сокращение от имени Авель. Нужно искать что-то, связанное с этим.

Они медленно пошли вперёд, внимательно осматривая стены. Шли они очень медленно, и не менее часа понадобилось для того, чтобы подняться наверх. А там они упёрлись в закрытую дверь.

– Эта дверь ведёт к Серебряному озеру, – сказал Иван. – Похоже, что здесь ничего нет.

– Должно быть, – сказала Настя. – Нужно искать тщательнее. Давайте пойдём обратно, внимательно всё осматривая.

Они стали спускаться вниз, просматривая каждый кирпич. Это даже были не совсем кирпичи, а квадратные каменные блоки. На этот раз Настя смотрела у самого пола. Внезапно в её голове что-то промелькнуло. Она снова навела фонарь на блок, который только что прошла, и стала внимательно его рассматривать. Затем провела рукой и воскликнула:

– Есть! Нашла!

Все подошли к ней и тоже стали смотреть на этот каменный блок. На нём явно была вырезана маленькая буква А.

– Вот и последняя часть шифра, – произнёс историк. – Надо как-то вытащить этот блок. По-моему, он сидит неплотно.

Алексей провёл вокруг него рукой и сказал:

– Какая-то выемка внизу, попробую подцепить ножом.

Он достал нож, вставил его в отверстие и попробовал выдвинуть камень. И камень поддался! Тогда каждый из присутствующих взялся руками с разных сторон, и им удалось вытащить блок из стены. Алексей просунул руку и сказал:

– Здесь что-то есть, но это точно не книга!

Он вытащил руку, и остальные увидели, что в его ладони зажата деревянная табличка. Она очень напоминала ту табличку, которую они нашли на Валааме.

– Да, это не книга, – сказала Настя. – Похоже, что это очередной ключ!

Глава 16

Внезапно раздался жуткий вой. Все вздрогнули и посмотрели вниз – в ту сторону, откуда он доносился. По длинному коридору до сих пор слышались его отголоски, хотя ничего необычного они не заметили.

– Наверное, дверь немного прикрылась и скрипнула, – предположила Настя.

Иван спустился по ступенькам проверить, и вскоре вернулся обратно.

– Да, так и есть, – сказал он остальным. – Только мне до сих пор не понятно, почему этот звук раздаётся иногда по ночам, когда здесь никого нет, а дверь закрыта на замок и скрипеть никак не может.

В воздухе повисла небольшая пауза. Каждый из присутствующих пытался придумать этому какое-нибудь логическое объяснение, но никто так ничего и не придумал.

– Ладно, – сказала Настя, прервав ход мыслей остальных. – Давайте посмотрим, что написано на этой табличке.

Она посветила фонарём на табличку, которую Алексей держал в руках, и они начали разглядывать вырезанные на ней надписи. А было на ней вот что: «Святой Кудесник на каменистой Ладоге».

Некоторое время они просто смотрели на эту непонятную надпись, пытаясь вникнуть в её смысл. Первым молчание нарушил Иван.

– Ну, и что это значит? – спросил он.

– Значит, что это никакая не книга, а очередной ключ, – ответил Глеб Борисович. – И сколько всего будет этих ключей на нашем пути, пока мы не дойдём до книги?

Было видно, что находке он не обрадовался, а наоборот – расстроился.

– Я не понимаю, почему Вас это так расстроило? – спросила его Настя. – Хорошо, что мы вообще хоть что-нибудь нашли. Ведь это означает, что мы идём к своей цели. А по поводу этой надписи надо думать.

– Раз написано про Ладогу, значит нужно искать где-то на берегу Ладожского озера, – предположил Алексей.

– Верно, – кивнула Настя. – Осталось понять, что означает остальное – «Святой Кудесник» и «каменистая». Лучше отложить все размышления на утро, уже час ночи и голова что-то плохо соображает. Надо отдохнуть.

Все согласились с ней, и направились в сторону выхода из подземного хода, не забыв поставить каменный блок на место и снова закрыть дверь на замок. При этом странная дверь опять скрипнула, заставив их вздрогнуть, а по всему туннелю прокатилось гулкое эхо. Когда они вернулись во дворец, Глеб Борисович сказал:

– Анастасия, оставьте пока табличку у себя, вдруг у вас с Алексеем получится разгадать эти надписи. В любом случае, завтра мы созвонимся, где-нибудь встретимся и будем думать, что нам делать дальше и где искать вторую книгу предсказаний Авеля.

Настя кивнула, и они вышли из дворца. Иван проводил их до ворот, они попрощались с ним, а также с его дядей, затем сели в автомобили – Настя с Алексеем в свой, а Глеб Борисович в свой, и поехали по домам.

Приехали они уже полтретьего, в доме все спали. Стараясь всё делать тихо, они умылись и прошли в комнату. Лизы в кроватке не было, так как на время их отсутствия Елена Николаевна брала её к себе в комнату. Настя и Алексей очень устали за сегодняшнюю ночь. Настя положила табличку Авеля на прикроватную тумбочку, затем они легли и моментально уснули.

В восемь утра их разбудил звонок. Настя открыла глаза, пытаясь понять, где она находится. Под утро ей снился сон, в котором они с мужем бесконечно долго бродили по нескончаемым, запутанным подземным лабиринтам, пытаясь найти выход. Немного придя в себя, она поняла, что это звонил её телефон. На экране высвечивался номер Глеба Борисовича.

– Я слушаю, – ответила она всё ещё сонным голосом.

– Анастасия, доброе утро, – сказал историк. – Прошу прощения, я, наверное, вас разбудил?

– Всё в порядке. Что-нибудь случилось?

– Да, к сожалению. По семейным обстоятельствам мне нужно срочно лететь во Владивосток, поэтому несколько дней меня в Питере не будет. Вы можете продолжить расследование без меня? Это очень важно.

– Я ещё не думала над расшифровкой, но сегодня этим займусь, – ответила Настя. – Хорошо, мы сделаем всё, что в наших силах, можете не беспокоиться.

– Спасибо Вам огромное! Держите меня в курсе, звоните в любое время, если появятся какие-то вопросы. И если найдёте вторую книгу, тоже обязательно позвоните.

– Хорошо, удачного Вам полёта, – сказала Настя и положила трубку.

В течение следующих двух часов она не думала о том, как расшифровать надпись на табличке. Сначала они всей семьёй позавтракали. Во время завтрака Алексей рассказал Елене Николаевне о вчерашней поездке в Гатчинский дворец.

– Чем дальше, тем всё интереснее, – улыбнулась она. – Вот как чувствовала, что мне нужно к вам приехать.

– Да, это очень вовремя, – согласилась Настя. – Нам теперь нужно будет вплотную заняться этим расследованием. Я чувствую, что мы на верном пути.

После завтрака Елена Николаевна с Лизой пошли гулять, а Настя и Алексей устроили мозговой штурм, чтобы расшифровать надпись «Святой Кудесник на каменистой Ладоге».

– Значит, искать нужно где-то на Ладожском озере, – задумчиво произнесла она. – Не совсем понятно, что значит каменистая. Может, какое-нибудь место, где много камней. Но самое главное, что нужно понять – это что означает «Святой Кудесник».

Алексей включил ноутбук, и они принялись искать информацию в интернете. Там были и мази с таким названием, и аккаунты в социальных сетях, но ничего, связанного с Ладожским озером, не было.

– Может, это какое-то святое место, куда совершались паломничества? – спросила Настя. – Хотя мы вроде уже всё просмотрели.

Уже прошло два часа с того момента, как они начали разгадывать этот ребус. Елена Николаевна с Лизой уже давно вернулись с прогулки, а хоть какой-нибудь зацепки так и не было видно. Внезапно Настю осенила догадка:

– Слушай, а ведь не зря слово «Кудесник» написано с заглавной буквы. Может, это какой-нибудь населённый пункт? Давай по карте посмотрим.

Они стали рассматривать карту местности, ища населённые пункты с похожим названием по берегам Ладожского озера, но ничего так и не обнаружили.

– Вполне возможно, что этого населённого пункта и не сохранилось, – предположила Настя. – Ведь уже более двухсот лет прошло.

Внезапно Алексею на ум пришла идея.

– У меня ведь есть знакомый картограф, – сказал он Насте. – Я с ним пару раз советовался, когда книгу писал. У него и старые карты есть. Дай-ка я ему позвоню.

Алексей набрал номер, его знакомый оказался дома, и они договорились встретиться с ним.

– Я поеду в Питер, – сказал Алексей после разговора. – Постараюсь что-нибудь выяснить.

Он тут же собрался и поехал к своему знакомому картографу. Перед тем, как он вышел из дома, Настя пожелала ему удачи, а затем пошла к дочке.

Глава 17

Алексей вернулся домой только вечером.

– Я нашёл всё, что нужно, – с порога заявил он. – Но ни о чём не могу говорить, пока мы не поужинаем – я ужасно голодный.

Настя знала, что он по возвращению захочет есть, ведь он уехал из дома, даже не пообедав, поэтому ужин был уже готов. Они поужинали, и только когда Настя налила всем чай, Алексей начал рассказывать, что ему удалось узнать.

– Я сразу сказал ему, что нужно найти населённый пункт, который находился недалеко от Ладожского озера в конце восемнадцатого века, и название этого населённого пункта было бы как-то связано со словом «Кудесник». Когда я посмотрел, сколько у него карт на полках, то подумал, что этот процесс может затянуться. Но у него оказалась какая-то своя классификация, и он довольно быстро нашёл карту нужной нам местности и нужного временного периода.

– И что там было, на этой карте? – быстро спросила Настя.

Алексей улыбнулся и сказал:

– Почти сразу на карте мы увидели село Кудесниково, располагалось она недалеко от Приозерска, где находится переправа на Валаам. Вот тебе и разгадка слова «Кудесник» на Ладоге. Это село Кудесниково, которое было во времена Авеля. Значит, там и надо искать вторую книгу предсказаний.

– Да, но на табличке надпись «Святой Кудесник на каменистой Ладоге». А у нас разгадана только половина. Неужели это село было местом поломничества?

– Нет, не было, – ответил Алексей. – Я тебе сейчас всё расскажу. Вообще, я сегодня провёл целое расследование!

– Я очень горжусь тобой, – улыбнулась ему Настя.

– Ты думаешь, почему меня так долго не было? Мы ведь быстро нашли это село на карте. Но мне нужно было больше информации о нём, а картограф не мог мне в этом помочь. Тогда я поехал в архив. Там я просидел несколько часов, просматривая разные записи, и выяснил всё, что нужно. В селе Кудесниково была церковь. Вот что означает «Святой Кудесник».

– Значит, книга была спрятана в ней, и искать надо где-то там! – обрадовалась Настя.

– Не всё так просто. К концу девятнадцатого века это село практически опустело, а в двадцатом веке о нём вообще нет никаких упоминаний. Боюсь, что сейчас на месте бывшего села ничего, кроме полей да лесов, больше нет. Где мы там будем искать – пока что не понятно.

– Но у нас же есть ещё одно неразгаданное слово с таблички из надписи «Святой Кудесник на каменистой Ладоге». «Святой Кудесник на Ладоге» – это церковь в селе Кудесниково на Ладожском озере. Осталось узнать, что значит «каменистая». Кстати, далеко ли от озера располагалось это село?

– Километрах в десяти. У меня есть точные координаты этого места. Сейчас там совсем ничего нет.

– Нам нужно поехать туда, причём уже завтра. Мы должны на месте найти какую-нибудь зацепку.

– Вот только недавно ездили в Приозерск, и опять ехать в ту же сторону, – улыбнулся Алексей. – Ну, что делать, надо – значит надо. Только маму предупредим.

Они рассказали Елене Николаевне о результатах своих поисков и о том, что завтра пораньше утром им надо будет опять уехать, чтобы найти вторую книгу. Она была очень рада, что у них всё складывается удачно. Вечер они провели с дочкой, а затем решили пораньше лечь спать. Нужно было набраться сил, так как путь до места был неблизким.

Они проснулись в шесть часов утра, а в семь уже выехали из дома. Вся дорога до Приозерска заняла у них почти три часа. Приехав в город, они остановились, чтобы продумать и проложить свой дальнейший маршрут.

– До нужного места нам ехать ещё примерно десять километров, – сказал Алексей, выставив координаты на навигаторе. – Похоже, что дороги там совсем нет, и нам придётся искать какие-нибудь полевые дорожки, чтобы подобраться как можно ближе к тому месту, где раньше находилось село.

Сначала они ехали по какой-то просёлочной дороге, потом свернули в лес, а в конце и вовсе пришлось двигаться по полю, так как дорога закончилась.

– Вроде это здесь, – сказал Алексей, остановившись.

Они вышли из машины и стали оглядываться по сторонам. Кругом, насколько хватало глаз, было чистое поле, на котором росла высокая трава, а кое-где виднелись деревья. Больше там ничего не было, тем более хотя бы какого-нибудь напоминания о находившемся здесь когда-то давным-давно селе Кудесниково.

– А это место точно здесь? – спросила Настя Алексея.

– Судя по координатам, оно должно быть именно здесь, – ответил он.

– Тогда пошли, разведаем местность.

Они пошли вперёд, но с каждой минутой становилось всё понятнее, что найти здесь хоть какое-то упоминание церкви – совершенно бесполезное занятие. Они ходили почти полчаса по высокой траве, а потом Алексей сказал Насте:

– Думаю, что на этом наше расследование закончилось. Поехали обратно.

– Да, ты прав. Жаль, конечно, но придётся нам это признать, – сказала Настя, но внезапно вдалеке что-то увидела. – А что это там такое? Похоже на холм.

– Да, какой-то холмик небольшой. Хочешь дойти до него?

– Да, давай проверим, а потом поедем домой.

Они пошли в том направлении, но, дойдя до места, они поняли, что это никакой не холм.

– Это же большой валун, поросший мхом и травой, – произнёс Алексей.

– Или, проще говоря, большой камень, – подтвердила Настя, и мысли у неё молниеносно полетели вперёд, обгоняя друг друга. – Теперь всё встало на свои места. «Святой Кудесник на каменистой Ладоге» – это большой камень рядом с церковью в селе Кудесниково недалеко от Ладожского озера. Неужели книга спрятана под этим камнем?

– Ты так считаешь? – с сомнением спросил её Алексей. – Закопана она под ним, что ли?

– Больше, как здесь, ей быть негде, – пожала плечами Настя. – Да, скорее всего, она закопана под камнем, вряд ли камень просто сверху на неё поставили. Только вот понять бы, с какой стороны надо копать. Нам нужно придумать, как убрать камень.

Думать здесь особо было нечего – нужен был экскаватор. Они поехали искать технику по ближайшим населённым пунктам, и в скором времени им повезло. В первой же деревне было именно то, что нужно. Они объяснили экскаваторщику, чего они от него хотят, договорились с ним по сумме за проделанную работу, и поехали обратно.

Приехав на место, они попросили его убрать камень в сторону, причём очень аккуратно. Нужно отдать ему должное – работу свою он проделал весьма ювелирно. Он умудрился подцепить и отодвинуть камень, почти не зачерпнув земли. Когда камень был убран со своего места, Настя и Алексей стали советоваться друг с другом, как им быть дальше.

– Может, капнуть немного? – предложил Алексей. – Взять один ковш земли и посмотреть, что там будет.

– Нельзя, – возразила ему Настя. – Ковшом можно случайно повредить находку.

Тут в их разговор вмешался экскаваторщик:

– Хотите, я вам лопаты продам? У меня как раз есть две штуки. А я бы поехал, у меня ещё есть дела сегодня.

Настя и Алексей переглянулись и согласились. В итоге экскаваторщик уехал, а у них осталось две лопаты.

– Что ж, приступим, – усмехнулся Алексей и начал копать.

Настя последовала его примеру. После почти полуторачасовой работы никаких результатов не было, хотя устали они изрядно. Насте даже стало казаться, что всё это было зря. Но вдруг её лопата ударилась о что-то твёрдое. Радости её не было предела. Они начали осторожно раскапывать в этом месте, и вскоре достали содержимое на поверхность. Это оказалась деревянная коробка, завёрнутая в непромокаемый плащ. Она была почти такая же, как и та, которую они нашли в Николо-Бабаевском монастыре.

Алексей открыл её, и Настя облегчённо выдохнула:

– Есть!

В коробке была вторая книга предсказаний Авеля, вернее, это были сшитые между собой листы бумаги. Почерк был тот же самый, как и в первой книге. Хоть время и дало о себе знать, но всё-таки можно было различить то, что там было написано.

– Поехали домой, – устало произнесла Настя. – Примем душ, поедим, отдохнём и тогда уже почитаем.

Алексей согласился с ней, и они отправились домой. Вечером после ужина, уже отдохнувшие, они устроились в кабинете и принялись за чтение.

Часть четвёртая

АВЕЛЬ ПРИ ПАВЛЕ

I

Глава 18

В ноябре 1796 года, после смерти императрицы Екатерины II, многое в России изменилось. На престол поднялся новый император Павел I – сын Екатерины. Отношения с матерью у него всегда были довольно прохладными, взгляды их на политическую жизнь России во многом отличались. Поэтому те люди, которые при Екатерине II находились в опале, получили шанс вновь вернуться на политическую арену. Таков был приказ нового императора – амнистировать тех, кто пострадал за свои взгляды во время правления императрицы.

И одним из первых в Петербург смог вернуться князь Александр Борисович Куракин. В сенате его выдвинули на должность генерал-губернатора вместо графа Самойлова. Приказ от Павла I князю Куракину был поставлен довольно чёткий – разобраться в делах своего предшественника и выявить среди всех этих дел тех людей, которых можно было бы амнистировать. И в первую очередь он начал разбирать секретные дела Тайной экспедиции за последний год.

Работать приходилось с самого раннего утра и до позднего вечера, так как дел этих накопилось довольно много. Но работа не пугала Александра Борисовича. Наоборот, после долгой опалы и жизни в деревне, он был рад вновь вернуться в столицу и выполнять дела государственной важности.

Сегодня, как и вчера, и позавчера, он выполнял всё ту же однообразную, рутинную работу – просматривал дела и раскладывал их по разным стопкам. Всего их было три. В первую стопку попадали те, кого следовало сразу же амнистировать. Во вторую те, чьи проступки были серьёзными, и их дела трогать не стоило. Ну а в третьей стопке находились те дела, по которым князь сразу не мог принять решение и оставил рассмотрение этих дел на потом.

Закончив просматривать очередное дело, но так и не решив, амнистировать этого человека или нет, он положил папку в третью стопку и приступил к рассмотрению следующей папки. Это было дело монаха Авеля. Имя это князь Куракин раньше не слышал. Он начал читать, и не смог остановиться, пока не прочитал всё до самого конца. К делу была подшита книга предсказаний. Князь был поражён тем, насколько точно Авель предсказал смерть императрицы Екатерины II, вплоть до дня.

Он посчитал, что это дело, пожалуй, самое важное из всех дел, которые он уже успел просмотреть, и необходимо срочно показать книгу предсказаний императору. На приём к Павлу он смог попасть только через два дня, и тот, прочитав её, был поражён не менее самого князя.

– Срочно доставьте этого предсказателя ко мне, – сказал император генерал-губернатору. – Только обращайтесь с ним бережно.

– Будет сделано, Ваше Величество, – ответил князь и поспешил поскорее исполнить волю императора.

Было написано письмо коменданту Шлиссельбургской крепости с указанием в срочном порядке доставить арестанта Васильева в Санкт-Петербург.

Авель находился в сырой темнице уже более восьми месяцев. Кормили здесь мало и плохо, отношение к узникам со стороны охраны тоже было не очень хорошим, а порой даже и жестоким. Но он стойко переносил все тяготы заключения. До него уже дошли слухи о смерти Екатерины, и он был уверен, что рано или поздно его отсюда выпустят. Так и произошло.

Дверь в камеру открылась, вошёл охранник и громко сказал:

– Арестант Васильев, к коменданту крепости!

Авель поднялся, оглядел свою камеру, будучи абсолютно уверенным, что сюда он уже больше не вернётся, вздохнул и шагнул к выходу. У коменданта Шлиссельбургской крепости он пробыл недолго. Тот сказал ему только, что его приказано доставить в Гатчинский дворец. Но в этот же день Авелю не удалось туда попасть. Сначала его привезли в Санкт-Петербург к князю Куракину.

Некоторое время князь молчал, с интересом рассматривая того, кто смог точно предсказать смерть Екатерины, а потом спросил, обращаясь к Авелю на Вы:

– Скажите, как с Вами обращались в Шлиссельбургской крепости? Есть ли какие-нибудь жалобы?

– На всё милость Божья, – ответил Авель. – А человек принимает то, что ему предначертано свыше, и не может на это жаловаться.

Некоторое время князь смотрел на предсказателя, а затем спросил:

– Скажите, когда на допросе весной Вы сказали, что узнали о смерти императрицы ещё девять лет назад, в то время, когда Вы находились на Валааме, Вы правду говорили? Правда ли, что Вы разговаривали с Богом, и он показал Вам какие-то тайные книги обо всём, что было, есть и будет?

Авель молча кивнул.

– Я почему спрашиваю, – продолжил князь. – Вам предстоит встреча с императором Павлом, где нужно будет рассказать ему всё, о чём он попросит. Вам это понятно?

Авель ещё раз смиренно кивнул.

– Хорошо, – удовлетворённо сказал генерал-губернатор. – Ваша встреча в Гатчинском дворце с императором назначена на завтра, а сегодня переночуете здесь. Будете спать на кровати, но комнату мы всё-таки закроем. Решение о Вашем освобождении будет принимать император после встречи, пока же Вы находитесь под арестом.

Князь зазвенел колокольчиком, и в кабинет вошёл человек в форме.

– Отведите его в комнату, будете дежурить у дверей, потом Вас сменят. И обязательно накормите.

Охранник кивнул и увёл Авеля, а князь Куракин остался сидеть за столом с задумчивым видом, вспоминая необычный взгляд Авеля. Определённо, этот странный человек вполне мог обладать необычными способностями, чтобы предсказывать будущее.

Глава 19

На следующий день Авеля повезли в Гатчину только во второй половине дня, и когда они доехали до места, уже почти начинался закат. Его провели по дворцовым коридорам и подвели к большой двери. По всей видимости, император находился именно за ней, так как рядом с входом стояли два охранника. Сопровождающий Авеля предъявил одному из них бумаги, тот взял их, пробежался глазами, а затем скрылся за дверью. Через минуту он вышел и сказал:

– Император примет только его одного, сопровождающие останутся здесь.

Второй охранник обыскал Авеля, а потом открыл дверь и произнёс:

– Можно входить.

Авель вошёл, дверь за ним закрылась, и он начал осматриваться по сторонам. Помещение, в котором он оказался, было довольно большим залом, который был наполнен мягким светом. Из окон виднелись лучи догоревшего заката. Вокруг царили тишина и торжественность.

Павел стоял возле дальнего окна и с интересом наблюдал за вошедшим. Авель ещё немного постоял, постепенно привыкая к обстановке дворца, а затем медленно пошёл вперёд. Не дойдя до императора нескольких метров, он остановился.

Пристальный взгляд Павла Петровича встретился с кроткими глазами стоявшего перед ним монаха Авеля, в которых отражались мир, любовь и отрада, словно в зеркале. Этот загадочный инок сразу полюбился императору. Он был весь словно овеян постом, молитвой и смирением. Павел ласково улыбнулся и произнёс:

– О твоей прозорливости уже давно ходит широкая молва. Ведомо мне, что ты точно предрёк день кончины моей августейшей Родительницы, что, признаюсь честно, немало удивило меня. Да я теперь и сам вижу, что на тебе лежит благодать Божия. Давай присядем и побеседуем.

Авель молча сел на стул, император в кресло напротив. Затем Павел продолжил:

– Расскажи мне, давно ли ты принял постриг, и в каких монастырях спасался?

– Постриг принял я девять лет назад на Валааме, но своё предназначение ощущал с самого детства, – ответил императору Авель. – А монастырей посетил я немало, за годы странствий много где побывал и много чего повидал.

– А как тебе пришло озарение о судьбе моей матушки? Так ли всё было, как сказывал ты на допросе весной?

– Всё так. На Валааме и узрел я милость Божию.

Некоторое время Павел сидел молча, с интересом разглядывая своего гостя, а затем спросил:

– Честный отец, что ты скажешь о моём царствовании и о моей судьбе?

– Эх, Батюшка-Царь, – покачал головой Авель. – Почто себе печаль предречь меня понуждаешь?

– Говори, ничего не утаивай, – успокоил его император. – Я не боюсь, и ты ничего не бойся.

– О судьбе твоей мне пока ничего неизвестно, – тихо вымолвил тот.

Павел немного подумал и спросил:

– Правду ли ты мне говоришь, или хочешь что-то скрыть?

– Всё, что касается тебя, государь, я расскажу тебе, но позднее, пока не было мне такого видения.

– Хорошо, а что ты скажешь о преемниках моих на престоле Российском? Предреки их судьбу. Расскажи о царствовании сына моего – цесаревича Александра.

– Француз при нём Москву спалит, а он после у него Париж заберёт и наречётся Благословенным. Но скорбь тайная ему станет невмоготу. Тяжким ему покажется венец царский, и подвиг царского служения захочет заменить он подвигом поста и молитвы. Праведным будет он в очах Божиих, смилостивится над ним Господь, и призовёт в Царствие своё.

– А кто унаследует трон царский после Александра?

– Сын твой – Николай Павлович.

– Как? – удивился Павел. – У Александра не будет сына? Но тогда по старшинству на престол должен будет зайти цесаревич Константин? Или умрёт он раньше времени?

– Нет, – покачал головой Авель. – Константин умрёт позднее, от болезни лютой. А от престола он отречётся, не захочет брать на себя такую ношу. Начало правления твоего сына Николая начнётся большой дракой, бунтом великим. Но справится он с этим, и сможет взойти на престол.

– А после сына моего Николая кто будет царствовать?

– Внук твой – Александр II. Царём-освободителем будет наречён он народом русским за благие деяния свои. Твой замысел будет исполнен. Даст он крепостным долгожданную свободу, а после турок побьёт и славян освободит от ига неверного. Не простят ему бунтари великих деяний, начнут на него «охоту», убьют в столице верноподданной среди ясного дня. И на месте том храм на крови воздвигнется.

– А вслед за ним кто на троне будет?

– Вслед за царём освободителем на престол взойдёт его сын, а твой правнук, Александр III. Истинным миротворцем будет он, и славным будет царствование его. Осадит он крамолу окаянную, наведёт мир и порядок. Да только не таким долгим будет царствование его. Но не от рук заговорщиков он умрёт, а от последствий болезни своей.

– А кому передаст он Царское наследие?

– Николаю II, Царю святому, Иову Многострадальному подобному. Будет иметь он разум Христов, долготерпение и чистоту голубиную. На венец терновый сменит он корону царскую, предан будет народом своим, как некогда Сын Божий. Искупитель будет, искупит собой народ свой. Война будет великая, мировая. Люди по воздуху будут летать, как птицы, под водой плавать, как рыбы, серою зловонною друг друга истреблять начнут. А накануне победы рухнет трон Царский.

– Как рухнет? – удивился Павел.

– Измена будет расти и умножаться. Мужик с топором в безумии своём власть возьмёт, да только и сам потом плакать будет. Кровь и слёзы напоят сырую землю. Брат на брата родного восстанет. Придёт власть безбожная, грабить святыни будет, закрывать церкви Божии, казнить лучших людей русских. И праправнук твой, и многие потомки твои падут от рук предателей земли русской, православной.

Император сидел и слушал провидца, словно заворожённый.

– Вторая война будет, ещё горше первой, – продолжал Авель. – Новый Батый на западе руку поднимет. Народ между огнём и пламенем окажется, но не истребится с лица земли, так как поможет ему молитва царя умученного.

Долго ещё говорил Авель, а Павел внимательно слушал. Наконец, прорицатель закончил своё повествование и замолчал.

– Неужели это всё произойдёт? – удивлённо покачал головой император. – Ты так много знаешь о будущем, так почему же ты ничего не знаешь о моей судьбе?

– Я очень скоро узнаю это, Царь-Батюшка, но прежде ты должен исполнить одну мою просьбу.

– Какую же?

Авель достал лист бумаги и протянул его Павлу. На нём было написано «Святой Кудесник на каменистой Ладоге».

– Что это значит? – спросил Павел.

– Это послание для будущих поколений. Нашему разумению оно пока не доступно. А просьба у меня такая – нужно эту надпись вырезать на деревянной табличке. Под дворцом есть тайный подземный ход. Нужно в самом конце туннеля вытащить камень из стены, спрятать табличку, а затем поставить этот камень на место. На камне необходимо вырезать букву А. Тогда только явится мне видение о твоей судьбе.

– Хорошо, я всё сделаю, – кивнул Павел.

Он всё ещё находился под впечатлением от всего того, что рассказал ему святой провидец. Не в силах больше произнести ничего другого, он сказал:

– Иди, Авель, и молись неустанно в кельи своей обо мне, роде моём и о счастье нашей державы. С этого момента ты свободен. Я издам указ, и тебя восстановят в монашеском звании. Благодарю тебя за беседу. Ступай с Богом.

Авель встал, перекрестил императора и медленно побрёл к выходу.

Глава 20

Этим же вечером Павел решил написать письмо своим потомкам. Вернее, предназначалось оно его праправнуку Николаю II. Павел указал в письме всё то, что рассказал ему нынче предсказатель Авель. Если всё то, о чём он говорил, правда, то необходимо было предупредить будущего императора о крахе династии Романовых. Если все предсказания Авеля, или хотя бы какая-то часть из них, сбудутся, то Николай поверит в предначертанное будущее и, возможно, даже сумеет его изменить.

Написание письма заняло у императора довольно много времени – закончил он уже далеко за полночь. Утром он приказал подготовить ларец и место в Гатчинском дворце, куда будет произведена закладка этого ларца. Внутрь он намеревался вложить послание потомкам. Он не стал скрывать это, а наоборот, сделал эту закладку торжественным событием. Необходимо было, чтобы ларец вскрыли, когда придёт время, а не забыли о нём.

Положив письмо в конверт, император собственноручно написал на нём: «Вскрыть потомку нашему в столетний день моей кончины». Затем он поставил на конверт свою печать и положил его в ларец, который спрятали в специально приготовленное место.

Не забыл Павел и о просьбе Авеля по поводу деревянной таблички. Он пригласил мастера и велел ему вырезать надпись, которая была на оставленной предсказателем бумажке. На следующий день табличка была готова. Император взял с собой верного человека и спустился в подземный ход под Гатчинским дворцом.

– Нужно найти неприметное место, чтобы можно было вытащить каменный блок, положить туда деревянную табличку, а затем поставить этот блок обратно, – сказал Павел слуге.

Вскоре такое место было найдено. Оно находилось с другой стороны подземного хода, недалеко от выхода к Серебряному озеру.

– Можно попробовать вытащить этот блок и сделать там выемку, – сказал слуга и указал на один из блоков, расположенных возле пола.

– Хорошо, – сказал император. – После того, как положишь табличку и поставишь блок на место, нужно будет вырезать на камне букву «А». Только запомни – на табличке лежит проклятие. Если её не спрятать, или потом вытащить раньше времени, то можно умереть в страшных муках.

– Я всё исполню, – ответил слуга, но было видно, как сильно он напуган словами императора.

Павел отдал ему табличку и пошёл обратно во дворец. Эту историю насчёт проклятия он придумал специально на случай, если слуга поленится доставать камень и решит просто выкинуть табличку. Теперь можно быть уверенным, что он сделает всё в точности, как приказано. Просьба предсказателя была выполнена. Теперь Павлу оставалось только ждать, когда у Авеля будут видения насчёт его судьбы. Вообще, ему казалось довольно странным, что о других императорах Авель знал всё, а о Павле же ничего.

Следует отметить, что Авель знал всё уже давно. Он специально не сказал об этом императору, так как ему было нужно, чтобы тот спрятал табличку в тайник. Павел I находился на российском престоле ровно четыре года, четыре месяца и четыре дня, пока не был убит заговорщиками в марте 1801 года.

Тут же вспомнили про его ларец с посланием потомкам, который необходимо было вскрыть ровно через сто лет после его смерти. И отсчёт пошёл. Сначала это событие вызвало большой интерес, но через несколько лет многие позабыли об этом. Лишь раз в пять, а может быть и десять лет, в какой-нибудь газете проскакивало упоминание об этом.

Но чем ближе была заветная дата вскрытия, тем всё чаще это стало упоминаться и в газетах, и в разговорах между людьми. В последний год так вообще поднялся огромный ажиотаж, все с нетерпением ждали этого грандиозного события.

И вот наступила весна 1901 года. С момента смерти прапрадеда Николая II прошло ровно сто лет, и пора было вскрывать ларец. В то утро Государь и Государыня были очень оживлены и веселы, собираясь из Царского Села ехать в Гатчинский дворец вскрывать вековую тайну. Об этом ларце Николай знал с детства, и был очень рад, что именно ему выпала эта великая честь.

К этой поездке они готовились, как к праздничной весёлой прогулке, обещавшей им доставить незаурядное развлечение. Поехали они с весёлым настроением, но возвратились обратно уже задумчивые и печальные, и о том, что они прочитали в письме, которое находилось в том ларце, никому ничего не сказали.

С того самого дня Николай II стал всё чаще вспоминать о 1918 годе, как о роковом годе для него лично и династии Романовых в целом. В 1905 году во время празднования Крещения Господня одно из орудий случайно выстрелило картечью в сторону Дворца, возле которого находился Государь со свитой. Она пролетела над самой головой Николая, но он остался абсолютно спокойным, и даже бровью не повёл. Когда же его спросили о том, как подействовало на него это происшествие, он ответил: «До 1918 года я ничего не боюсь».

После вскрытия ларца в Гатчинском дворце и прочтения письма Николай II увидел, что все предсказания Авеля, которые Павел II изложил в этом письме, сбылись. А это означало, что и его участь тоже была уже предрешена.

Глава 21

14 декабря 1796 года император Павел I подписал высочайший рескрипт, повелевавший митрополиту Гавриилу восстановить Василия Васильева в монашеском звании. Сразу же после этого в Александро-Невской Лавре он снова принимает постриг в монахи, только теперь не с именем Адам. С этого момента его официально будут называть Авель.

Там же он прожил весь следующий год, потихоньку восстанавливая здоровье после заточения в Шлиссельбургской крепости. Поначалу за ним следили, так распорядился Павел. Он хотел выяснить, будут ли у Авеля какие-нибудь видения насчёт него, или будет ли он рассказывать кому-либо о своих прошлых предсказаниях. Император не хотел, чтобы кто-нибудь ещё узнал о том, что рассказал ему провидец в Гатчинском дворце. Но ни в новых предсказаниях, ни в разговорах о старых, Авель уличён не был. Он жил простой жизнью монаха, как и другие обитатели Александро-Невской Лавры.

Так прошёл год. Авель чувствовал, что ему здесь не место. Его тянуло на остров Валаам, туда, где впервые Господь явился к нему и показал тайные книги обо всём, что было, есть и будет. Прожив в Александро-Невской Лавре ещё пару месяцев, он получил разрешение и отправился в путь.

Настоятель Валаамского монастыря отец Назарий очень удивился, когда перед ним предстал Авель собственной персоной. Он не видел его уже десять лет, с того самого момента, как тот попросил благословения и отправился странствовать. Отец Назарий был наслышан о его жизни за всё это время, Авель уже успел стать знаменитостью. Знал настоятель и о предсказании, в котором Авель указал точную дату смерти Екатерины II, и о том, что за это Авелю пришлось долгое время просидеть в Шлиссельбургской крепости.

Но отец Назарий никак не ожидал, что Авель вновь появится здесь, ведь он весь последний год жил в Александро-Невской Лавре, и было бы логично, что власть не будет отпускать его далеко от Петербурга, а наоборот, захочет, чтобы он был под присмотром. Буквально за секунды настоятелю пришла мысль, что роль надзирателя теперь будет поручена именно ему. «Только этого мне ещё не хватало», – подумал он.

– Приветствую тебя в нашей обители, – сказал он Авелю. – Ты к нам надолго ли? По какому-то делу, или жить останешься?

– Я пришёл сюда, чтобы молиться Господу в своей старой келье, – произнёс Авель.

Настоятель удивился. Келья, в которой жил Авель десять лет назад, как раз недавно освободилась. Только вот откуда он мог об этом узнать? Неужели правду говорят о его даре предсказывать будущее?

– Оставайся, конечно. Только ответь мне прежде на один вопрос. Перед тем, как уйти, ты оставил мне деревянную табличку и просил её сохранить. Расскажи, что означают надписи, которые вырезаны на ней.

– Эту табличку необходимо хранить в монастыре для будущих поколений, – ответил ему Авель. – Нам значение этих надписей пока неведомо.

– Хорошо, – согласился отец Назарий, – Обязательно сохраним. А теперь иди с Богом, келья твоя свободна. Ты уже был здесь, поэтому тебе не нужно ничего показывать и рассказывать.

Авель кивнул и молча удалился. Настоятель решил, что не будет вмешиваться в его жизнь, а уж тем более следить за ним. Да и следить, как оказалось, не было никакой необходимости. Больше года Авель жил мирно, предсказаниями не занимался, речей запретных не вёл. Одним словом, жил обычной монашеской жизнью. И настоятель окончательно успокоился на его счёт. Как оказалось, зря.

Летом 1799 года Авель раздобыл где-то бумагу, перо, чернила, и начал писать свою вторую книгу предсказаний. Обещал же он Павлу рассказать о его судьбе, и обещание своё должен был сдержать. К тому же, он чувствовал, что Бог может покарать его, если он не поведает миру о том, что Бог показал ему самому. К осени было готово два экземпляра книги. Одну он отдаст настоятелю, когда придёт время, сейчас это делать пока ещё было рано. Вторую же он отдаст в надёжные руки. Тем более, уже прошло три с половиной года, а именно через этот срок предрекал Авель встречу одному человеку, который однажды ему уже помог.

Звали этого человека Митрофан. Это был тот самый молодой монах из Николо-Бабаевского монастыря, который помог Авелю спрятать копию первой книги предсказаний. Как и говорил ему Авель в своё время, что через три с половиной года Митрофан больше не будет жить в Николо-Бабаевском монастыре, так и случилось. Спустя два года после их разговора Митрофана отправили помощником к священнику в одну небольшую церковь в селе Кудесниково, которое находилась недалеко от Ладожского озера. О словах Авеля он, конечно, уже успел позабыть.

Глава 22

В один из осенних дней 1799 года священник отправил Митрофана с поручением к настоятелю Валаамского монастыря. Он должен был передать ему письмо из Петербурга лично в руки. И вот теперь он плыл в лодке по озеру, наблюдая, как солнце начинает садиться за горизонт. Он поздно поплыл, и теперь придётся заночевать на острове. Такие ситуации уже случались. Лодочнику приходилось ночевать в своей лодке, а Митрофану выделяли келью в монастыре. «Похоже, письмо отцу Назарию удастся передать только утром», – думал Митрофан, наблюдая, как на горизонте показался остров. – «Сейчас к нему уже поздно идти».

И вдруг, как гром среди ясного неба, прозвучали у него в голове слова монаха Авеля, сказанные им однажды в Николо-Бабаевском монастыре. «Через три с половиной года меня здесь уже не будет, как и тебя. Ты будешь плыть по большому озеру на закате, обязательно вспомни меня и найди» – говорил он. Вот Митрофан и вспомнил. Это всё, конечно, было очень странным, но если Авель на Валааме, нужно будет с ним поговорить.

Причалив к берегу, Митрофан сказал лодочнику, что обратно они поплывут завтра утром, после того, как он поговорит с настоятелем. Лодочник кивнул, а Митрофан отправился в сторону монастыря. Там он сказал, что ему нужно передать письмо настоятелю лично в руки. Но был уже вечер, поэтому его разместили на ночлег в одной из келий. Выждав в келье некоторое время, он отправился на поиски. Как только он вышел, ему навстречу попался монах. Митрофан спросил у него, есть ли в монастыре монах по имени Авель. Оказалось, что такой монах есть, и даже келья его находится по соседству с кельей Митрофана, что его немало удивило. Дождавшись, пока монах скроется из виду, Митрофан подошёл к келье Авеля, постучал и вошёл внутрь.

– Присаживайся, – сказал Авель, глядя на вошедшего. – Я ждал тебя.

Митрофан сел рядом с ним, не в силах вымолвить ни слова, настолько всё казалось ему необычным и удивительным.

– У меня к тебе будет ещё одна просьба, последняя, – продолжил Авель. – Исполнишь её?

Митрофан молча кивнул. Тогда Авель достал стопку бумаги, и протянул молодому монаху. Листы были сшиты, как и в прошлый раз.

– Возьми, но не читай, если не хочешь испытать на себе кару небесную. И никому другому не показывай. Завтра утром ты поплывёшь обратно. Недалеко от твоей церкви есть большой камень. Нужно положить то, что я тебе дал, в деревянную коробку, завернуть её в непромокаемый плащ и закопать под этот камень. Но, ещё раз повторяю, чтобы этого никто не видел. Понял?

– Понял, – тихо вымолвил тот. – Всё сделаю.

– Теперь ступай. Это наша последняя встреча.

Митрофан встал, спрятал бумагу, посмотрел на Авеля и вышел из кельи. Он ушёл к себе и лёг спать, но ещё долго не мог заснуть, так как чувствовал близкое присутствие этого странного человека.

Наутро, встретившись с настоятелем монастыря и передав ему письмо, Митрофан отправился на причал, где его ждал лодочник. Они отправились в обратный путь. Днём они уже были на месте, а ещё через час Митрофан уже был в церкви. Сказав священнику, что его поручение выполнено, он спрятал бумаги Авеля в своих вещах, и пока занялся делами, дожидаясь наступления ночи.

Он сразу понял, про какой камень говорит Авель, как только тот сказал об этом вчера. Рядом с церковью был большой валун. Но днём под него нельзя было незаметно что-то закопать, так как камень этот было видно из церкви, и священник мог заметить необычные действия своего помощника. Поэтому нужно было ждать темноты, когда священник будет спать. За оставшееся время Митрофан успел подготовиться. Он нашёл деревянную коробку, в которую можно было положить бумаги, а также непромокаемый плащ и лопату.

Когда священник уснул, Митрофан решил довести дело до конца. Он положил бумаги в коробку, завернул её в плащ, взял лопату и пошёл к камню. Небо было целиком затянуто облаками и было очень темно, но это Митрофану было только на руку. Он выбрал место за камнем, с противоположной от церкви стороны, и начал копать.

Копать пришлось довольно долго, так как нужно было сделать подкоп под камень. Нельзя было закапывать с самого края. На то, чтобы выкопать яму необходимого размера, у него ушло больше часа. Прислонив лопату к камню, Митрофан взял завёрнутую в плащ коробку и поместил её в яму под камень. Пришло время закапывать её обратно. Он закопал яму только лишь наполовину, как внезапно прямо рядом с ним послышался голос:

– Ты что здесь делаешь?

У Митрофана душа в пятки ушла от страха. Он понял, что это говорил священник. Возможно, он проснулся от шума, который издавала лопата. Нужно было срочно что-то придумывать. Собравшись с мыслями, Митрофан ответил:

– Я утром хочу сходить на рыбалку, поэтому решил накопать червей.

– Так утром бы и накопал, только меня разбудил, – недовольно произнёс священник. – Всё, пошли спать.

– Да, и то верно, можно было и утром накопать. Хорошо, сейчас иду.

Священник ушёл. Митрофан же быстро закопал яму, притоптал землю, чтобы было не очень заметно, и пошёл следом. Просьба Авеля была выполнена, теперь можно было спать спокойно.

Глава 23

Через несколько дней Авель сам пришёл к настоятелю Валаамского монастыря и показал вторую ему книгу с предсказаниями. «А ведь вроде всё хорошо было, но, видать, рано я успокоился», – думал отец Назарий, читая предсказания Авеля. Когда он дошёл до того момента, где говорилось о скорой кончине императора Павла I, он пришёл в ужас.

– Зачем ты всё это написал? – спросил он Авеля.

– Господь велел мне это сделать, – отвечал тот.

Отец Назарий лишь покачал головой. Он понимал, что теперь ожидает Авеля. В прошлый раз смертную казнь ему заменили пожизненным заключением в Шлиссербургскую крепость. Если бы Екатерина II не умерла именно в тот день, в который предсказывал Авель, то он бы до сих пор там сидел. Теперь же неизвестно, заменят ли ему смертную казнь тюремным заключением, второй раз ему уже может не повезти, ведь по закону за такие слова об императоре именно такое наказание положено Авелю. Но он сам знал, на что идёт.

А говорилось про императора Павла I в книге вот что: «Коротко будет царствование твое. На Софрония Иерусалимского в опочивальне своей будешь задушен злодеями, коих греешь ты на царственной груди своей. Сказано в Евангелии, что враги человеку домашние его". Из этого следовало, что Авель предрекал Павлу I смерть в марте месяце, и что в этом заговоре примет участие кто-то из родственников императора. Отец Назарий даже подумал, что это может быть сын императора Александр, но тут же отогнал от себя эту мысль. До указанной даты оставалось ещё четыре месяца. По крайней мере, можно было так подумать, ведь точный год не был указан.

Настоятель не стал покрывать Авеля и отправил книгу с его предсказаниями в Петербург. Но попала она не к императору, а к военному губернатору Санкт-Петербурга Палену Петру Алексеевичу. Забегая вперёд, следует отметить, что именно он будет стоять во главе заговора против Павла Петровича. Именно он добьётся от наследника-цесаревича Александра согласия на устранение императора-отца с российского престола.

Боясь, что это предсказание Авеля насторожит Павла, Пален велел доставить прорицателя к нему и на какое-то время запер того в камере. Императору он доложил об этом только в апреле, когда указанная в книге дата смерти уже прошла. Так же он показал ему и книгу предсказаний. Павла очень разозлило то, что было написано о нём в книге, и в начале мая он подписал указ о заключении Авеля в Алексеевский равелин Петропавловской крепости, где тот и просидел почти целый год.

И вот наступил роковой для императора день – одиннадцатое марта 1801 года. Именно на этот день Авель предсказал гибель Павла, и он помнил об этом. К тому же, ему стали приходить кое-какие знаки. Например, несколько месяцев назад, во сне к нему явился Пётр I. Он стоял, смотрел на него и говорил: «Бедный, бедный Павел». Император проснулся тогда от охватившего его ужаса.

Сегодня же Павел подошёл к зеркалу и стал удивлённо рассматривать своё отражение.

– Что это с зеркалом? – спросил он слугу. – Такое ощущение, что у меня искривлён рот и голова как-то набок.

Слуга посмотрел на зеркало и сказал, что с ним всё в порядке.

– Возможно, показалось, – задумчиво сказал император.

В этот же день Павел долго беседовал с Кутузовым. Позднее тот скажет, что император долго рассуждал о смерти, а потом сказал, что чему быть, того не миновать. Вечером он проверил караулы, помолился перед иконой и лёг спать.

Ровно в полночь во дворец ворвалась толпа заговорщиков. Многие из них были пьяны. Дворцовая стража два раза поднимала тревогу, но, так как среди заговорщиков были и высокопоставленные офицеры, то тревогу оба раза удалось отменить.

В покои императора заговорщики проникли хитростью. Один из них сказал камердинеру, что уже шесть утра, и императору пора на смотр полка, хотя было только двенадцать ночи. Камердинер открыл дверь, и заговорщики бросились на поиски императора.

Павел смог услышать шум чуть раньше и встал с постели. К сожалению, ему не удалось сбежать – либо он сразу не сообразил, либо не было времени, поэтому он просто спрятался. Это ему не помогло, и его довольно быстро нашли. Дальше от него требовали подписать бумаги и отречься от престола, но он отказался.

Официально Павел I скончался от «апоплексического удаpa». На самом же деле он был убит ударом золотой табакеркой в висок. Как и в случае с императрицей Екатериной II, предсказание Авеля касаемо убийства Павла I сбылось день в день. Эту новость Авель встретил, находясь под стражей в каземате Петропавловской крепости.

Часть пятая

Глава 24

«СГ 294 половина налево 100 шагов»

– Похоже, что это новый ключ, – сказала Настя Алексею, прочитав надпись в самом конце книги. – Указание какого-то места, от которого нужно отсчитать сто шагов.

Был уже поздний вечер, когда они дочитали вторую книгу предсказаний Авеля до конца. Дочка и Елена Николаевна уже спали, да и Настю с Алексеем тоже тянуло в сон, так как день выдался для них довольно утомительным. Встали они рано, проделали дальний путь до Ладожского озера, там искали нужное место, искали экскаватор, убирали камень, копали, а потом ещё возвращались обратно. Но, невзирая на усталость, им было интересно, и они хотели как можно быстрее найти ответы.

– Напомни, о скольких книгах с предсказаниями говорил тебе историк? – спросил Андрей.

– Глеб Борисович говорил, что Авель написал четыре книги предсказаний, и у каждой была своя копия. Две мы нашли, осталось найти ещё две.

Они несколько минут смотрели на шифр, пытаясь его разгадать, но потом Алексей произнёс:

– Нет, ничего в голову не приходит. Давай-ка уже спать, утром, на свежую голову, лучше будет думаться.

– Да, ты прав, – сказала Настя, поднимаясь из-за стола.

– А что, если позвонить этому Глебу Борисовичу? – спросил вдруг Алексей. – Может, нам и голову ломать не придётся, и он сам разгадает эту загадку.

– Обязательно позвоним, – ответила Настя. – Но у него сейчас раннее утро, он же во Владивосток по каким-то своим семейным делам улетел. Проснёмся и сразу же ему позвоним.

Она зевнула и пошла умываться. Алексей выключил ноутбук и последовал её примеру. Затем они легли в постель, и Алексей почти сразу заснул. Настя же ещё попыталась немного подумать над шифром, но вскоре сон сморил и её.

Утром после завтрака Настя набрала номер Глеба Борисовича, но он был не доступен.

– Позвоню ему позже, – сказала она Алексею. – И над разгадкой шифра, наверное, уже вечером будем думать. Сегодня днём у меня много дел в Антикварной лавке.

Она собралась, поцеловала дочку, пожелала всем хорошего дня, а затем села в машину и поехала в Санкт-Петербург. У неё и вправду было достаточно много дел. Через пару часов должен был приехать оптовый поставщик антиквариата, и нужно выбрать для своей лавки те предметы, которые ей подойдут.

Раньше Настя сама ездила на поиски интересных экземпляров, но после того, как забеременела, пришлось ей искать какие-то варианты. Конечно, когда ищешь антиквариат сама, больше шансов найти что-то действительно стоящее. Но и поставщик, которого она нашла, тоже частенько радовал её довольно интересными предметами.

Поставщиком Насти была женщина лет сорока по имени Жанна. За тот год, что они сотрудничали, они успели найти друг с другом общий язык и даже подружиться. Хотя, наверное, про дружбу было громко сказано, скорее, у них были тёплые партнёрские отношения.

Не прошло и получаса с момента приезда Насти в Антикварную лавку, как Жанна уже входила в двери. После рождения Лизы они ещё ни разу не виделись, и сейчас были очень рады друг другу.

– Ну, что, попьём чайку и поговорим, или сначала дела? – улыбнувшись, спросила Настя Жанну после взаимных приветствий.

– Давай сначала дела решим, а потом уже пообедаем и поболтаем, – предложила Жанна.

Настя согласилась, и вот уже через несколько минут помощники Жанны стали заносить в лавку различные предметы антиквариата. Следующие несколько часов Настя внимательно изучала их, уточняла различные детали и договаривалась с Жанной по цене. Жанна ещё ни разу не подводила Настю, и этот раз тоже не стал исключением. Большинство из этих предметов вполне подходили, некоторые даже были довольно редкими, и Настя смогла в этот день прилично пополнить ассортимент своего магазина.

Обедать они пошли только лишь в три часа, когда все дела были уже сделаны. Так как они долго не виделись, и у них было о чём поговорить, то на обед, а в большей степени на разговоры, у них ушло около часа. Когда они с Жанной распрощались, и Настя вернулась в Антикварную лавку, было уже начало пятого. До пяти Настя завершала дела, и только в шестом часу, наконец, смогла сесть в любимое кресло в своём кабинете и подумать над расшифровкой ключа Авеля, который он оставил во второй книге предсказаний.

– СГ 294 половина налево 100 шагов, – проговорила Настя тихонько то, что было записано на бумажке. – Что бы это могло значить?

И Настя начала искать в интернете информацию об Авеле и думать. После того, как предсказание сбылось, и Павел I был убит в марте 1801 года, Авель был отослан к митрополиту Амвросию, который направил его в Соловецкий монастырь в числе прочих монашествующих. Там он написал третью книгу, где предсказал, что в 1812 году Москва будет взята французами и сожжена. Эта книга дошла до императора Александра I. Обеспокоенный не столько самим предсказанием, казавшимся в то время диким и нелепым, сколько тем, что слухи об этом предсказании будут разноситься молвой, Государь повелел посадить монаха-предсказателя в островную тюрьму Соловков и «Быть ему там дотоле, пока не сбудутся его пророчества».

Авель просидел там более десяти лет, в ужасных условиях, пока его предсказание не исполнилось. В октябре 1812 года, после сожжения Москвы, Александр I вспомнил о нём и велел доставить монаха в Петербург. Но Соловецкий игумен, опасаясь, что Авель начнёт рассказывать о том, как с ним обращались, захотел заморить его голодом. У него ничего не вышло. Этой же зимой на Соловках случился страшный мор, игумен скончался, как и многие его сподручные, чинившие зло Авелю. В итоге к лету 1813 года Авель всё-таки прибыл в Петербург.

«А это уже интересно», – подумала Настя. После того, как Авель написал третью книгу, он никуда с Соловецких островов не отлучался. Потом его вообще посадили в тюрьму там же, на острове. Это значит, что, если копия книги существует, то она может быть только там.

Некоторое время Настя обдумывала эту мысль, а потом взглянула на часы. Было уже довольно много времени, к тому же надо было ещё ехать домой через вечерние пробки. Поэтому Настя решила развить свою мысль до конца уже дома, вместе с мужем. Она собралась, вместе с помощницами они вышли из Антикварной лавки, Настя с ними попрощалась и поехала домой.

Глава 25

Дома за ужином Настя рассказала Алексею о том, как прошёл её день, а также о том, к какому выводу она пришла насчёт третьей книги предсказаний Авеля.

– Соловецкие острова – это тебе уже не Валаам, – сказал задумчиво Алексей. – До них не так просто добраться, и эта поездка займёт у нас много времени. Да и площадь островов очень большая, нелегко будет там что-то вообще найти.

– Я понимаю, – согласилась с ним Настя. – Я уже думала об этом. Мне и самой не нравится, что из-за этого расследования я стала меньше бывать с Лизой. Но нам с тобой сейчас хотя бы шифр разгадать, а там уж будем решать, что делать дальше. Может быть, просто всё расскажем Глебу Борисовичу, и он сам поедет на поиски следующей книги.

– Кстати, ты смогла до него дозвониться? – спросил Алексей.

– Нет, больше не звонила. Если честно, я совсем замоталась и забыла об этом. Но сейчас уже поздно звонить, у него ночь. Попробуем сначала сами разгадать эту загадку.

После ужина они прошли в кабинет.

– Значит, ты полагаешь, что ключ указывает на Соловецкие острова? – спросил Алексей, включая ноутбук.

– Да, вряд ли он мог спрятать книгу ещё где-нибудь. Ведь он после написания книги никуда с острова не уезжал, а потом вообще попал в тюрьму и просидел там десять лет. Давай посмотрим информацию об этих островах. Нам нужно понять, что обозначают буквы СГ.

Соловецкие острова – это архипелаг в белом море площадью 347 квадратных километров, состоящий из шести крупных островов и более ста мелких. Сам монастырь и тюрьма, где находился Авель, как и большинство объектов, располагаются на самом крупном острове – Большом Соловецком острове. Нужно было попробовать из всех разбросанных по острову скитов и других мест выбрать подходящее название.

Как ни странно, расшифровать это сокращение получилось достаточно быстро. Проглядывая названия, Настя вдруг указала пальцем на план и сказала:

– Это Секирная гора!

Некоторое время Алексей молча смотрел на план, а затем взглянул на Настю.

– А что, вполне вероятно, – произнёс он. – Давай посмотрим.

Он вбил в поиск название этой горы, и они стали изучать информацию. Секирная гора была единственным высоким местом на острове. Её высота составляет более семидесяти метров. Наверху расположен Свято-Вознесенский скит Соловецкого монастыря. Он также является одновременно и маяком, который видно ночью на очень большое расстояние.

В двадцатые и тридцатые годы прошлого века там располагался штрафной изолятор Соловецкого лагеря особого назначения. Сейчас вокруг Секирной горы находят братские могилы, в которых похоронены те, кто умер в то время. С одной стороны склон более пологий, и по его тропинкам поднимаются экскурсионные группы. С другой же стороны склон гораздо круче, и с него уже спускаются по лестнице длиной в 294 ступени.

– Есть! Нашли! – не смогла сдержать эмоций Настя и обняла мужа. – Теперь всё понятно.

Она взглянула на бумажку, на которой был записан шифр «СГ 294 половина налево 100 шагов» из книги Авеля, и продолжила:

– СГ – это Секирная гора. 294 – это лестница с горы, в которой 294 ступени. Половина – это нужно остановиться на середине лестницы. Налево 100 шагов – это значит, что нужно отсчитать 100 шагов от лестницы и искать там.

– Только вопрос: налево, когда спускаешься, или налево, когда поднимаешься? – произнёс Алексей.

Настя ненадолго задумалась, но через полминуты ответила:

– По ней все только спускаются, поэтому надо искать по левую сторону от лестницы, когда спускаешься вниз. По крайней мере, мне кажется это наиболее верным. Даже если ошибёмся, варианта всего два – с той или другой стороны лестницы. Там крутые склоны, мне кажется, что должна быть какая-то потайная пещерка.

– Мы уже практически всю основную работу сделали, – улыбнулся Алексей. – Так что позвони утром своему историку, пусть дальше сам занимается.

– Думаешь, он сможет найти этот тайник с книгой? – спросила Настя. В глубине души ей хотелось самой довести это дело до конца и найти все четыре книги предсказаний Авеля.

– Так, Настя, – улыбка на лице у Алексея исчезла, и он стал серьёзен. – Мы же договорились. Путь дальний и долгий, мы же не можем надолго оставить дочку.

– Да, конечно, договорились, – согласилась с ним Настя. – Хорошо, утром попробую ещё раз дозвониться до Глеба Борисовича.

Они посмотрели друг на друга и улыбнулись. Оба были очень довольны тем, что им удалось разгадать этот шифр. Утром они передадут эту информацию историку и будут дальше заниматься своими делами.

Так они думали ещё вечером. На следующее же утро планы пришлось изменить. Настя больше часа пыталась дозвониться до Глеба Борисовича, но так и не смогла.

– Надо подождать и перезвонить позднее, – сказал Алексей.

– Не знаю, чего ждать, – развела руками Настя. – Он вчера был вне зоны доступа, и сейчас тоже. Давай хотя бы посмотрим, сколько времени займёт эта поездка, если нам самим нужно будет ехать.

Пришлось Алексею согласиться. Они снова открыли ноутбук и стали прикидывать маршрут. Самый оптимальный маршрут проходил по морю из города Беломорска. Расстояние от Санкт-Петербурга до Беломорска составляет около восьмисот километров по трассе, часов за десять можно было добраться. Теплоход из Беломорска отходит в восемь часов утра, прибывает в полдень. Обратно же он отправляется в семь часов вечера.

– За полдня мы не успеем найти то, что нам нужно, – сказала Настя. – Нужно же ещё добраться до самой горы, а это больше десяти километров. Да и днём искать нельзя, могут заметить и спросить, что мы там делаем. Поисками на горе надо заниматься в сумерках, или даже вечером, когда уже стемнеет.

– На горе, похоже, довольно крутой склон. В темноте опасно там лазить, – усомнился Алексей.

– Ничего страшного, – махнула рукой Настя. – Можно взять с собой фонарики, и даже нужно.

– Получается, что надо будет ночевать в гостинице, – сказал Алексей. – А обратно уезжать уже следующим вечером.

– Да, получается, что так. Если выехать вечером на машине, утром будем в Беломорске, на Соловецких островах пробудем день, ночь, и ещё день, и потом обратно. Потом ночь возвращаемся на машине, и мы дома. Нас всего-то не будет три ночи и два дня. Не долго же? – Настя посмотрела на мужа, ожидая его реакции.

– Ну, в принципе, не очень, – задумчиво сказал он. – Ты так сильно хочешь поехать?

– Очень хочу. Не успокоюсь, пока не доведу дело до конца.

– Хорошо, я согласен, – сдался Алексей. – Когда едем?

– Сегодня вечером, – улыбнулась Настя. – Только надо заранее решить вопрос с билетами на теплоход и с гостиницей. Хорошо, что навигация до двадцать третьего сентября, я вчера смотрела. Если бы осенью её не было, то у нас могли бы возникнуть сложности.

Они поговорили с Еленой Николаевной о своей предстоящей поездке. Затем они заказали билеты на теплоход, забронировали номер в гостинице на острове и собрали вещи, не забыв положить и фонарики. Настя в течение дня ещё несколько раз пыталась дозвониться до Глеба Борисовича, но он был всё также недоступен. В семь часов вечера они уже были в пути, направляясь в сторону Беломорска.

Глава 26

Первые четыре часа автомобилем управляла Настя. Одному Алексею за рулём весь ночной путь было бы нелегко преодолеть, поэтому она решила дать ему возможность отдохнуть. Он немного поспал, и за час до полуночи они поменялись местами. Настя сразу же уснула, и проспала часа три. Проснувшись, она весь остаток пути подбадривала мужа разговорами. Один раз они остановились на заправке, чтобы выпить кофе, перекусить и заправить автомобиль.

До Беломорска они добрались к шести часам утра. Теплоход отправлялся в восемь, и у них в запасе было ещё достаточно времени. Найдя охраняемую стоянку, они оставили там свой автомобиль и направились в сторону причала. На берегу они выпили кофе, который взяли с собой в термосе, съели по бутерброду, и стали ждать. Полвосьмого объявили посадку, а уже в восемь их корабль отправился в плавание.

Вопреки ожиданиям, четыре часа, проведённые в море, пролетели достаточно быстро. Они практически сразу уснули, и проспали большую часть времени. Зато в полдень, когда теплоход прибыл в пункт назначения на Большой Соловецкий остров, они сошли на причал свежими и отдохнувшими.

– Ну, что, сразу на гору отправимся или сначала в гостиницу? – спросил Алексей.

Настя немного подумала, и ответила:

– Нет, на гору сейчас пока рано, пойдём туда ближе к темноте. Да и в гостиницу мы ещё успеем, давай сначала на монастырь посмотрим, да и на тюрьму заодно, в которой Авель просидел столько много времени.

И они направились в сторону Спасо-Преображенского Соловецкого монастыря. Монастырь находился от причала немного в стороне, и идти до него нужно было около пятнадцати минут. Дойдя до места, они увидели высокие и прочные стены. На протяжении достаточно длительного промежутка времени Соловецкий монастырь представлял собой важную приграничную крепость с гарнизоном и артиллерией, и выдерживал не одно нападение неприятеля.

Следующие два, а может быть даже и три часа, Настя с Алексеем посвятили исследованию этого монастыря. Удалось им посмотреть и на тюрьму, где держали заключённых, в том числе и Авеля. Небольшие камеры находились в башнях и стенах монастыря. После осмотра Настя сказала:

– Пойдём где-нибудь перекусим, потом устроимся в гостинице и отправимся к Секирной горе. Я читала, что на острове можно взять велосипеды напрокат.

Они нашли место, где можно было пообедать, а после, утолив голод, отправились в гостиницу. Когда Настя бронировала номер в гостинице через интернет, она видела только фотографии внутри номеров, и эти номера показались ей довольно уютными. На деле же гостиница оказалась совсем небольшим зданием, больше напоминающим снаружи гостиницу советского образца. Но делать было нечего, тем более им предстояло провести здесь всего одну ночь.

Внутри гостиницы почти никого не было, только за стойкой администратора стоял мужчина лет сорока. Он встретил их с приветливой улыбкой, оформил довольно быстро, дал ключи, и они пошли к себе в номер. Было уже много времени, и им нужно было успеть добраться до места до темноты, поэтому они взяли только то, что им потребуется в их поисках, и вернулись к администратору.

– Скажите, где можно взять велосипеды напрокат? – спросила его Настя.

– Здесь рядом, – ответил он и объяснил, как можно найти велопрокат.

Потом он немного подумал и добавил:

– Только через пару часов уже начнутся сумерки. Может, лучше вам на велосипедах утром покататься? Вы уже выбрали маршрут, по которому поедете?

– Да, мы хотели доехать до Секирной горы, – сказала Настя. – Не подскажите, как до неё добраться?

– До Секирной горы? – удивлённо посмотрел он на них. – Это на ночь глядя? До туда ведь больше десяти километров.

– Ничего страшного, у нас с собой есть фонарики, – ответил Алексей. – Вы нам просто дорогу покажите.

– Фонарики? – спросил он с таким же удивлённым видом. – Так дело же вовсе не в фонариках. Нельзя туда ночью, в темноте.

– Почему нельзя? – удивилась в свою очередь Настя.

– Поверьте мне, там очень гиблое место. Никто и ни при каких обстоятельствах не ходит к Секирной горе с наступлением темноты.

– А почему? Расскажите нам.

Он немного помолчал, потом кивнул в знак согласия, и начал свой рассказ.

– Это всё из-за кладбища узников СЛОН.

– Что такое СЛОН? – спросила Настя.

– Это Соловецкий лагерь особого назначения – крупнейший исправительно-трудовой лагерь, действовавший в двадцатых и тридцатых годах прошлого века. На Секирной горе сейчас находится Свято-Вознесенский скит, а в то время там устроили штрафной изолятор для заключённых лагеря. Они находились в ужасных условиях. Например, на втором этаже изолятора не было отопления, а народу было очень много. Приходилось даже спать в четыре ряда, человек на человеке. Многие, спавшие в самом низу, утром не просыпались. Да и вообще, жизнь человека в этом изоляторе ничего не стоила. На крутом склоне горы есть лестница. Называется она «Лестница мучеников».

Настя и Алексей переглянулись. Это была та самая лестница, которая упоминалась в шифровке Авеля.

– Любого штрафника могли привязать к бревну и скинуть вниз, – продолжал администратор. – Это была такая забава у охраны – брать тех, кто не приглянулся, и скидывать вниз. Поэтому лестница так и называется. Люди испытывали ужасные муки, пока падали. До подножья горы долетали только лишь их мёртвые тела. Их скидывали в большие братские могилы и закапывали. Вообще, вокруг Секирной горы закопано огромное количество покойников. Несколько лет назад там начали раскопки и стали находить всё больше и больше могил.

Администратор вздохнул и тихо добавил:

– Лучше бы их никогда не раскапывали.

– Почему? – спросила Настя. Ей этот разговор всё больше казался каким-то странным.

– Потому что потревожили мёртвых. Говорят, они теперь бродят по ночам вокруг горы и звенят кандалами. Их видели несколько человек, и после этого сошли с ума, теперь они находятся в психбольнице в Архангельске. После этого находились и смельчаки, которые отправлялись ночью к горе. Некоторые возвращались и говорили, что ничего не увидели, но несколько человек бесследно исчезло. Поэтому вам никак нельзя туда на ночь глядя.

– Хорошо, – кивнула Настя. – Поедем утром. Вы просто объясните, как добраться.

– Дорога одна – на север чуть больше десяти километров, и будет Секирная гора.

– Спасибо.

Потом она взглянула на Алексея:

– Ну, что, пойдём, прогуляемся по окрестностям где-нибудь неподалёку.

Они вышли из гостиницы, но направились не на прогулку, а прямиком в сторону велопроката.

– Как думаешь, это он серьёзно говорил насчёт покойников? – спросил Алексей.

– Вряд ли, – ответила Настя. – Давай действовать, как решили. Не будем отступать от намеченного плана.

Они дошли до велопроката, арендовали два велосипеда, и поехали на север, в сторону Секирной горы.

Глава 27

Последний раз Настя каталась на велосипеде очень давно, ещё в детстве, поэтому поначалу ей было нелегко передвигаться на двухколёсном транспорте. Но, проехав буквально несколько сотен метров, она освоилась и стала чувствовать себя увереннее. По дороге они почти никого не встретили, навстречу только лишь проехал один автобус, пара машин и несколько велосипедистов. В попутном направлении вообще никого не было. Ещё они встретили двух монахов, которые шли от Секирной горы в сторону монастыря. Когда Настя и Алексей поравнялись с ними, Настя заметила странный взгляд у одного из них. Отъехав подальше, Настя обернулась и увидела, что оба монаха смотрят им вслед и что-то обсуждают.

– Заметил, как они на нас посмотрели? – спросила Настя мужа.

– Всё в порядке, не волнуйся, – ответил он. – Мало ли кто как смотрит, может они на всех приезжих так смотрят.

– Не думаю, – сказала Настя, и дальше они поехали молча.

Она вновь вспомнила рассказы администратора гостиницы о том, что творится у подножья горы по ночам. Конечно же, она не верила в это и считала, что так просто пугают туристов. Но всё же неприятный осадок у неё остался. А может, это было всего лишь волнение перед предстоящими поисками. Но всё равно, наличие кладбища рядом с горой не очень её обрадовало. Не нравилось ей такое соседство, да ещё и ночью.

До горы они добрались ещё засветло. Никого из людей почти не было видно, только небольшая группа из четырёх человек садилась в автомобиль. Когда они уехали, и вокруг совсем никого не осталось, Настя сказала:

– Скоро уже стемнеет. Давай пока спрячем велосипеды в кустах и обойдём гору вокруг, посмотрим, что там есть.

Они так и сделали. Поставив велосипеды так, чтобы их не могли заметить случайные прохожие, они отправились исследовать местность. Вскоре им бросились в глаза высокие кресты, торчащие из братских могил. Некоторое время они смотрели на них издалека, не решаясь подойти ближе. Вокруг было очень тихо, к тому же, у Насти появилось какое-то нехорошее предчувствие и неприятно засосало под ложечкой.

– Давай-ка лучше обойдём их, – тихо сказала она.

– Давай, – согласился Алексей, видимо, испытывая те же ощущения.

Они сделали крюк вокруг захоронений, и вскоре подошли к обратной стороне Секирной горы. Здесь она была более пологой, и наверх можно было подняться не по лестнице, как с крутой стороны, а по тропинкам. Вокруг Насти и Алексея уже начинали сгущаться сумерки.

– Можно подняться наверх здесь, а потом спуститься до середины лестницы и начать поиски, как раз к тому времени уже стемнеет, – предложила Настя.

– Не думаю, что это хорошая идея, – ответил Алексей. – Там, наверху, располагается Свято-Вознесенский скит. Кто-то из монахов может нас заметить, а нам сейчас не нужны лишние расспросы. Лучше обойти гору с другой стороны или вернуться к лестнице так же, как и пришли.

И только он это сказал, как они увидели монаха. Тот очень торопился по тропинке, которая вела к скиту. Увидев их, он шарахнулся в сторону. Потом, немного присмотревшись, он замахал руками и заговорил:

– Вы что? Вы что? Почему вы ещё здесь? Сейчас стемнеет, вам нельзя здесь находиться.

Всё это он проговорил дрожащим от волнения голосом. Потом, видимо, немного придя в себя, он продолжил уже более спокойно:

– На чём вы сюда добрались?

– На велосипедах, – ответила Настя и махнула рукой в сторону горы. – Они там, с другой стороны.

– Вам надо спешить, сейчас стемнеет. Срочно бегите к своим велосипедам и как можно быстрее уезжайте отсюда. Да и мне уже пора, скоро скит закроют на ночь.

И монах поспешил дальше своей дорогой. Немного подумав, Настя крикнула ему вдогонку:

– Скажите, а почему здесь нельзя находиться ночью?

– А вы не знаете? – спросил монах, остановившись и посмотрев на них. – Здесь люди пропадают, вам разве никто об этом не сказал?

Затем он продолжил движение, и вскоре совсем скрылся из виду.

Настя почувствовала, что у неё на голове зашевелились волосы.

– Да ну, ерунда, – махнула она рукой, но голос её звучал не очень убедительно. – Этого не может быть, не верю я в то, чтобы покойники расхаживали по ночам.

– Уже второй человек говорит нам об этом, – тихо ответил Алексей. – Пойдём обратно к лестнице, только осторожно, смотри по сторонам.

Они развернулись и пошли в обратную сторону. Уже практически стемнело, и они включили фонарики. Вскоре впереди показались высокие кладбищенские кресты, в сгущающихся сумерках выглядевшие довольно жутко.

– Лучше обойдём кладбище, – шепнул Алексей и взял Настю за руку.

Она почувствовала, что ладонь у него влажная. У неё ладонь была такая же, и Настя вынуждена была признаться сама себе, что боится. Она тряхнула головой, прогоняя наваждение, и сказала уже более твёрдым голосом:

– Так, хватит нам бояться, мы ведь взрослые люди, и не верим в сказки.

– И правда, – ответил Алексей.

После этих слов им обоим стало немного легче, и они пошли дальше. Но всё равно они оставались очень внимательными и прислушивались к каждому шороху. Скоро они дошли до кустов, где были спрятаны их велосипеды.

– Лестница должна быть недалеко отсюда, – шепнул Алексей.

– Да, я видела её, когда было ещё светло.

Они пошли в том направлении, где должна была находиться лестница, и вскоре вышли на тропинку, которая вывела их на место, к подножью горы. Настя направила луч фонаря вверх, но лестница терялась где-то в темноте, и конца её не было видно.

– Лестница в никуда, – шепнула Настя. – Как будто пасть какого-то чудовища с огромными зубами.

– Тебе надо поменьше смотреть фильмы ужасов, – шепнул Алексей.

– Я их и не смотрю, – улыбнулась Настя, – Мне приключений и в жизни хватает.

Они немного помолчали, а потом Алексей сказал:

– Иди вперёд, а я сразу за тобой.

Настя кивнула, и сделала первый шаг.

Глава 28

Они медленно поднимались по лестнице, осторожно ступая на каждую ступеньку и прислушиваясь к каждому звуку. Лестница была довольно крутая и хорошо, что были перила, за которые можно было держаться. Настя считала про себя каждую пройденную ступень, помня о цифре 147 – это ровно половина от общего количества ступеней этой лестницы. С этого места им нужно будет свернуть в сторону. Правда, Настя пока не очень представляла, как они полезут по склону горы. Направляя иногда луч фонаря на этот склон, она видела, насколько он крутой.

– Лучше светить себе под ноги, – прошептал сзади Алексей. – Вверх фонарь не направляй, чтобы монахи случайно не заметили.

– Об этом можно не беспокоиться, – ответила так же тихо Настя. – Сам же слышал, что монахи боятся и на ночь запирают скит. Думаю, что в округе на улице вообще никого из людей нет – все боятся чего-то и не выходят на улицу.

Внезапно раздался громкий скрип, и оба замерли на месте.

– Что это было? – спросил Алексей.

– Не знаю, по-моему, лестница скрипнула.

– Под тобой?

– Нет, – ответила Настя дрожащим голосом. – Где-то впереди.

Она осветила лестницу, но в пределах видимости никого не заметила.

– Пойдём дальше, всего пятьдесят ступенек осталось, – произнесла она и сделала следующий шаг.

А лестница становилась всё круче, и Настя почувствовала, что начинает уставать. Возможно, здесь у неё сказывалось ещё и волнение. Она продолжала время от времени светить вперёд, не переставая думать о странном скрипе, но впереди было пусто. Вскоре они вышли на небольшую площадку и остановились.

– Ровно 147 ступеней, – сказала Настя.

– Если спускаться, то налево, – ответил Алексей. – Значит нам, раз мы сейчас поднимаемся, нужно идти направо. Теперь я пойду вперёд, а ты держись рядом. Только будь осторожна, чтобы не поскользнуться на траве – склон уж больно крутой.

Он аккуратно пролез через перила и встал на траву, держась за дерево, растущее рядом. Затем он помог Насте.

– Теперь нужно отсчитывать сто шагов. Только вот каких шагов? Ведь у каждого человека они разные.

– Давай будем брать в расчет средний шаг, с каким люди обычно ходят. Когда дойдём примерно до нужного места, будем внимательно исследовать местность. Кстати, видишь, стало гораздо светлее.

Только сейчас Настя увидела, что на небе ярко светит луна, освещая всё вокруг своим тусклым светом.

– Сегодня полнолуние, – прошептала она и посмотрела на лестницу.

Даже без фонаря теперь были заметны неясные очертания ступеней при лунном свете. «Пожалуй, так ещё страшнее, чем в полной темноте», – подумала Настя. Теперь повсюду были видны тени от деревьев, напоминающие человеческие фигуры.

Алексей медленно пошёл вперёд, а Настя осторожно двинулась следом за ним. Ступали они аккуратно, боясь упасть вниз, но, в то же время, не забывая отсчитывать шаги. Идти приходилось очень медленно. Когда же, по подсчётам Насти, они преодолели уже около девяноста шагов, она сказала:

– Сейчас надо внимательно смотреть. Если книга закопана, то всё равно это место должно быть как-то отмечено. Хотя я думаю, что Авель не полез бы сюда с лопатой, да и неудобно здесь копать.

– Да и мы лопату с собой не взяли, – ответил Алексей.

– Думаю, что надо искать какую-то пещерку. Закопать он мог в любом другом месте, к чему такие сложности? Скорее всего, он просто спрятал книгу в уже готовый тайник. И наверняка эта пещерка чем-нибудь закрыта.

Они продолжили движение, но уже гораздо более медленно. Приходилось освещать каждый сантиметр земли под ногами, и прощупывать каждую кочку. Вот они прошли уже сто шагов, и надолго задержались в этом месте, всё тщательно исследуя. Затем было пройдено и сто десять шагов, но ничего, похожего на тайник, они не увидели.

– Неужели у Авеля шаги были больше, чем у нас? – усомнился Алексей.

Настя не знала, что на это ответить. Ей очень не хотелось, чтобы их постигла неудача, после того, как они преодолели такой дальний и трудный путь.

– Если не найдём ночью, придётся поискать ещё и днём, – сказала Настя, и внезапно замерла.

В свете фонаря прямо перед собой она увидела небольшой холмик. Только он был какой-то странный, весь покрытый неровностями. Она наклонилась и потрогала его.

– Это не земля, – сказала она мужу, который теперь тоже смотрел на этот холм. – Это камни, покрытые мхом. Помоги их убрать, дай мне свой фонарик.

Алексей передал ей фонарь и стал убирать камни. Сделать это было не так-то и легко, так как за долгие годы они практически приросли друг к другу. Но, хоть и с большими усилиями, у Алексея всё-таки получилось оторвать первый камень. Затем был убран второй, третий, и дело пошло. Камни он далеко не выкидывал, складывая рядом.

Когда все камни были убраны, они увидели каменную плиту.

– Нужно её поднять, – сказала Настя. – Она, скорее всего, закрывает вход в тайник.

Алексей попробовал это сделать, но она оказалась довольно тяжёлой, и было неудобно её подцепить пальцами. Тогда Настя положила фонарики рядом, закрепив их между камнями, чтобы они не упали, и стала цеплять плиту с другой стороны. Постепенно вдвоём у них получилось немного отодвинуть её в сторону, и они увидели отверстие.

– Я так и знала, что под ней тайник, – обрадовалась Настя.

Алексей взял фонарик и посветил внутрь, а затем отдал его Насте.

– Держи, там что-то есть, – сказал он. – Я попробую вытащить.

Он засунул руку в яму и вытащил свёрток, завёрнутый в какой-то прочный материал наподобие брезента. Раскрыв его, они увидели деревянную коробку. Она была более грубая и отличалась от тех коробок, в которых лежали прошлые книги предсказаний.

– Похоже, что нашли, – тихо проговорил он, открывая крышку.

Настя на это только радостно улыбнулась. Выходит, что все их старания не прошли даром.

Когда крышка была открыта, они увидели там сшитые листы бумаги. Настя пролистала несколько страниц и прошептала:

– Это она, почерк тот же самый. Положи её в рюкзак, и поедем в гостиницу, мне всё время кажется, что на меня кто-то смотрит.

Алексей так и сделал. Затем они завернули коробку в тряпку, положили её на место и задвинули тайник плитой. Камнями засыпать не стали.

– Всё, пошли обратно, – сказал Алексей. – Мы с тобой большие молодцы.

Но, не успев сделать и шага, они замерли, словно вкопанные. Со стороны лестницы явно донёсся звук, очень напоминающий звон цепей.

Глава 29

– Ты тоже это слышал? – тихо спросила Настя Алексея. – Что это?

– Не знаю, – растерянно ответил он. – Как будто цепи, которые на кандалах у заключённых бывают, ударялись о лестницу.

Полминуты они вслушивались, но вокруг было тихо.

– Если честно, я боюсь идти к лестнице, – прошептала Настя. – Все эти рассказы о покойниках, и этот звук. У меня душа ушла в пятки.

– Лучше по лестнице, здесь очень крутой склон, – ответил ей Алексей.

И вдруг они опять услышали звон цепей. Звук доносился с лестничной площадки, куда они собирались вернуться. Казалось, что там как будто кто-то медленно ходит. Настя присмотрелась и похолодела от ужаса – сквозь деревья на лестнице она увидела какую-то тень, которая медленно двигалась. Похоже, Алексей увидел то же самое, потому что он тихо сказал ей не своим голосом:

– Быстрее, уходим. В другую сторону.

И они так быстро, насколько могли, стали пробираться по склону, удаляясь от лестницы. Пройдя так некоторое время, они всё-таки решили спускаться вниз, хоть это и было очень опасно. Но сейчас им казалось, что здесь, на горе, их подстерегает ещё большая опасность, поэтому они, не задумываясь, направились вниз по склону.

Два раза Настя поскользнулась и упала, но Алексей поймал её, не дав скатиться вниз. Позднее они будут удивляться, как им удалось спуститься с горы, ничего себе не сломав. Сейчас же все их мысли занимали рассказы администратора гостиницы о том, что заключённых привязывали к бревну и сбрасывали с лестницы Мучеников, а теперь они выползают из братских могил по ночам и бродят по окрестностям. Конечно, это не могло быть правдой, но у страха глаза велики, и в такие моменты всё принимается за чистую монету.

Когда они спустились к подножью горы, то ненадолго замерли, прислушиваясь к окружающим звукам. Вокруг было тихо, и они быстро побежали к тому месту, где были спрятаны их велосипеды, освещая себе путь фонарями. Эти кусты им удалось найти не с первого раза. Сначала, подбежав к кустам и не обнаружив там велосипедов, они подумали, что кто-то их взял. Но потом им удалось определить, что это не те кусты, и они побежали дальше.

Их велосипеды оказались именно там, где они их и оставили. «Не надо было прятать их рядом с кладбищем», – вертелась в голове у Насти мысль в то время, когда они забрали велосипеды и катили их по направлению к дороге. Высокие тёмные кресты в лунном свете выглядели довольно жутко. Но вскоре они добрались до дороги, сели на свой двухколёсный транспорт и поехали к гостинице. Было не очень удобно держать руль одной рукой, а в другой пытаться удержать фонарик. Но всё-таки ехать – это не стоять на месте, поэтому приходилось с этим мириться.

Так они ехали несколько километров, а потом решили остановиться и перевести дух. Позади них было открытое место, и дорога просматривалась далеко при луне. За ними никто не гнался, никто не преследовал их, и Настя уже стала думать, что всего того, что с ними происходило ещё совсем недавно, на самом деле не было.

– Можно ведь постараться найти этому логическое объяснение, – сказала она, пытаясь отдышаться. – Какая-нибудь железка, например, упала с горы. Да мало ли может быть вариантов.

– Нет, по площадке явно кто-то ходил, – возразил Алексей.

– Может, какой-то монах всё-таки вышел из скита и спускался вниз по лестнице, но услышал нас?

– Не знаю, странно всё это. Ладно, главное, что книга у нас. Теперь надо добраться до гостиницы и не грохнуться в темноте с велосипедов.

Они поехали дальше. Вскоре они доехали до монастыря, и направились в сторону своей гостиницы. На улицах никого не было и вокруг было тихо. Но, по мере приближения к гостинице, они стали слышать всё нарастающий шум. Свернув за угол, они увидели, что у входа стоит около десяти человек и что-то бурно обсуждают.

– Вот они, – крикнул один их них, и Настя узнала голос администратора гостиницы.

Все сразу же замолчали и посмотрели в их сторону. Настя и Алексей остановились рядом и слезли с велосипедов.

– Вы что, ездили на гору? – спросил администратор.

– Нет, просто катались, – ответил Алексей. – А потом немного заплутали, и не сразу смогли найти дорогу обратно.

– Слава Богу, – сказал один из собравшихся. – Мы уже думали было вас искать, а так не хотелось ехать ночью к Секирной горе. Ну, раз все нашлись, можно расходиться.

И все собравшиеся быстро разошлись в разные стороны по домам.

– Можете идти в свой номер и отдыхать, – сказал администратор. – Я ваши велосипеды закачу внутрь, а завтра утром вы сдадите их в велопрокат.

– Спасибо большое, – сказала Настя, они прислонили велосипеды к крыльцу и вошли в гостиницу.

Они слишком устали за прошедшие сутки, поэтому решили отложить чтение третьей книги предсказаний Авеля на следующий день. Приняв душ и перекусив оставшимися бутербродами, они легли спать и проспали до самого утра. Утром Алексей ушёл сдавать велосипеды в прокат, а вернулся с завтраком.

– Что-то мне сегодня не очень хочется куда-то выходить, – сказала Настя. – Думаю, что мы прочитаем книгу, дождёмся вечернего теплохода и поедем домой.

– Да, так мы и поступим, – согласился с ней Алексей.

После завтрака они расположились на кровати и приступили к чтению.

Часть шестая

АВЕЛЬ ПРИ АЛЕКСАНДРЕ

I

Глава 30

Времена в России менялись. Совсем недавно скончался Павел I. По официальной версии он умер от апоплексического удара, но митрополит Амвросий в это не очень верил. Он слышал, о чём разговаривали люди вокруг, да и сам понимал, что это был самый настоящий дворцовый переворот, причём уже не первый за последние годы.

«Да, опасно быть в наше время императором», – думал Амвросий, но, естественно, своих мыслей на этот счёт вслух не высказывал.

Сегодня к нему должны были привезти на разговор монаха Авеля. Амвросию намекнули, что хорошо бы сослать его куда-нибудь подальше, в дальний монастырь, чтобы у него не было контакта с людьми. Митрополит понимал, что это связано с пророчествами этого монаха. Он слышал о том, что Авель предсказал судьбу Екатерины и Павла задолго до их смерти, и что ему приходилось сидеть в тюрьмах за свои пророчества. Теперь же предстояло выбрать для него монастырь. С одной стороны, он теперь человек свободный и сам волен выбирать, куда идти. С другой же стороны, нужно было всячески ограничить его общение с кем-либо.

«Соловецкий монастырь», – подумал митрополит. Это было отличное место, лучше и не придумаешь. С Соловецких островов уплыть не так просто, как с Валаама, поэтому Авель будет свободным, но в то же время свобода его будет ограничена.

После смерти императора Павла I и вступления на престол его сына – Александра Павловича, была учреждена комиссия для пересмотра прежних уголовных дел. Вскоре была найдена подробная переписка, касающаяся Авеля. Оказалось, что он содержался в Петропавловской крепости за предсказание смерти Павла I. А так как это предсказание сбылось, то его следовало отпустить. Было принято решение отослать его к митрополиту Амвросию, который и должен будет принять решение по поводу дальнейшего размещения Авеля.

– Скажи мне, есть ли у тебя какие-то предсказания для нашего императора Александра? – спросил митрополит Авеля, когда того уже доставили и он сидел напротив.

Авель, уставший от заточения, лишь неопределённо пожал плечами. Ему не хотелось снова возвращаться в крепость. Амвросий же понял этот жест по-своему, и предположил, что монах не ведает, что может случиться в будущем.

– Что ж, – вздохнул он. – Поедешь в числе прочих монашествующих в Соловецкий монастырь. Двое уже ожидают отправки. Поедете вы завтра рано утром, а сегодня переночуешь здесь. Ну, всё, ступай с Богом, тебя проводят.

Авель так же молча вышел, а вместо него зашёл человек, который привёз его к митрополиту. Амвросий был предупреждён, что этому человеку приказано сопроводить монаха Авеля до того монастыря, в который тот будет определён, и Амвросий рассказал ему, что местом назначения стал Соловецкий монастырь. Затем он попросил присесть и недолго подождать, а сам сел писать письмо. Когда он закончил и упаковал письмо в конверт, то передал его сопровождающему со словами:

– Отдайте это письмо игумену Соловецкого монастыря. В нём я даю разъяснения по поводу монаха Авеля, если он вдруг ещё не слышал о нём.

– Всё понял, сделаю, – ответил тот, убирая конверт с письмом в карман.

– Завтра к шести часам утра будет готов экипаж, на котором вы отправитесь в путь. Дорога предстоит долгая, в пути придётся ночевать и менять лошадей. С вами помимо кучера поедут ещё два монаха. Авелю я сказал, что эти двое тоже приписаны к Соловецкому монастырю, но на самом деле я их отправил присматривать за ним, чтобы не сбежал в дороге. Когда передадите Авеля игумену, все вместе вернётесь обратно. Переправляться по морю будете на большой лодке, она уже будет ждать вас. Сейчас Вам покажут, где Вы сегодня будете ночевать, а завтра с утра отправитесь в путь. С Богом, счастливой дороги!

Мужчина поклонился митрополиту и удалился.

На следующий день они отправились в путь. А дорога и в самом деле предстояла не близкая. Восемьсот вёрст – это не шутки. Да ещё в конце марта, когда дороги не просохли, и проехать по ним не так-то и легко.

Первую половину пути они преодолели без каких-то особых происшествий. Вечерами они останавливались на ночлег, отдыхали сами и давали лошадям отдохнуть. Да и дорога поначалу была вполне проезжей.

Приключения же начались, начиная со второй половины пути. Несколько раз они застревали в грязи, и приходилось повозиться, чтобы выбраться. Один раз у них треснула рессора на карете, и это задержало их почти на неделю, пока удалось найти специалиста, который заменил её.

Главная же неприятность, причём довольно опасная, приключилась с ними, когда до переправы оставалось проехать сто вёрст. Под вечер в лесу на них напали разбойники. Хорошо, что и у сопровождающего, и у кучера было оружие, и они начали отстреливаться. Но разбойников было больше, и они легко смогли бы одержать верх, если бы не счастливая случайность. Со стороны Соловецких островов в то же самое время ехал экипаж в сопровождении нескольких конных гвардейцев. Увидев их, разбойники испугались и убежали.

Остаток пути прошёл без происшествий. Они добрались до переправы, пересели в поджидающую их лодку, и отправились на Соловки. Сопровождающему необходимо было передать Авеля в руки настоятеля монастыря, а вместе с монахом и разъясняющее письмо, а затем вернуться обратно вместе с двумя другими монахами. Кучер остался дожидаться их возвращения.

Глава 31

Настоятель Соловецкого монастыря читал письмо от митрополита Амвросия, изредка поглядывая на мужчину, который его принёс. В письме говорилось о том, что митрополит отправляет на Соловки известного предсказателя монаха Авеля для постоянного проживания. Настоятелю монастыря поручался строгий надзор за этим монахом, тот ни в коем случае не должен был покинуть остров. Дочитав письмо до конца, настоятель произнёс:

– Пусть живёт у нас, мы за ним присмотрим. А с острова он никуда не денется, можно передать митрополиту, чтобы на этот счёт он не беспокоился. Куда у нас деваться? Вокруг море, а здесь всё на виду.

Выполнив поручение, мужчина, который сопровождал Авеля, а так же двое других монахов, сели на лодку и поплыли обратно. Сам же Авель, наконец, смог вздохнуть спокойно. Он, конечно, чувствовал, что здесь за ним тоже наблюдают, но это уже было не такое усиленное внимание к его персоне, как раньше. Спустя полгода так вообще все настолько привыкли к нему, что позабыли обо всех его прошлых делах, а так же о том, что за ним нужно присматривать. Он стал одним из них – полноправным обитателем Соловецкого монастыря.

Однажды ночью Авель услышал Голос. Это был не голос во сне, и это был не голос наяву. Это был Голос. Не тот, который воспринимается телом, а тот, который проникает прямо в душу, отправленную в телесную оболочку. И вот душой Авель и услышал этот Голос.

Он сказал ему, что нужно перенести на бумагу то, что было сказано ещё ранее – двадцать пять лет назад на Валааме, про сожжение Москвы французами в 1812 году и другие подробности правления Александра. Ещё Авель увидел место, где следует оставить второй экземпляр книги.

На следующий день Авель точно знал, что нужно делать. Теперь за ним никто не наблюдал, а это значит, что можно было спокойно, как в Николо-Бабаевском и Валаамском монастыре, сесть и написать два экземпляра книги предсказаний. В следующие две недели он этим и занимался. Ему необходимо было успеть до того момента, как выпадет снег, чтобы спрятать копию. Когда книги были написаны, он отправился в путь.

Сначала он пошёл на восток, но, убедившись, что за ним никто не идёт, он вышел на северную дорогу и направился в сторону Секирной горы. Хоть снег ещё и не выпал, но было довольно-таки холодно. К тому же, дул очень сильный холодный ветер, и прежде чем дойти до места, Авель успел продрогнуть до костей. Но это его не останавливало, он уверенно шёл вперёд. У него была чёткая цель, и как будто невидимая сила вела его.

Он не знал точного места, где должен был оставить книгу, но ноги сами вели его туда, куда нужно. Подойдя к горе, он стал карабкаться наверх. Он просто знал, что это необходимо сделать именно в этом месте. Знал он также и то, где ему остановиться.

Место, где нужно было спрятать книгу, он узнал сразу. В своих видениях он уже видел его. Сейчас же, оказавшись рядом с небольшим отверстием в горе, он как будто на автомате стал совершать действия. Ещё в монастыре он приготовил деревянную коробку для книги, которую завернул в прочный непромокаемый материал. Этот свёрток он принёс с собой в мешке. Сейчас он поставил мешок на землю и вытащил его.

Затем он полностью отодвинул каменную плиту, прикрывавшую отверстие наполовину. Причём это вышло с такой лёгкостью, как будто это была не каменная плита, а пушинка. Положив коробку с копией книги в яму, он полностью закрыл её плитой, а для верности положил сверху несколько камней, которые нашёл неподалёку, чтобы тайник был не слишком заметен.

Вернувшись незаметно в монастырь, он продолжил жить обычной жизнью монаха. Первый экземпляр книги был надёжно спрятан в его келье. Конечно, следовало показать эту книгу настоятелю, чтобы тот отправил её в Петербург. Авель хотел предупредить императора Александра о французах, но не решался это сделать. Он прекрасно понимал, что его может ожидать тюремное заключение. Так уже случалось в предыдущие два раза, а ему так не хотелось снова оказаться в сырой камере.

Он знал, что рано или поздно придётся это сделать, но почти полгода не решался показать книгу настоятелю. И вот, наконец, весной, он собрался с духом, взял книгу и пошёл.

Увидев в руках у Авеля сшитые листы бумаги, игумен сразу понял, в чём дело. Он в последнее время редко видел этого монаха и уже успел позабыть, что за тем следовало присматривать. Выходит, что это его оплошность, раз тот снова взялся за старое. Сами записи он не читал. Он лишь только пролистал их и понял, что там написано про Александра I. Делать было нечего, нужно было отправить их в Петербург. Через неделю третья книга предсказаний Авеля уже лежала на столе перед императором.

Глава 32

– Здесь написано, что в 1812 году Москва будет сожжена французами, – говорил Александр I своим советникам. – Что вы думаете по этому поводу?

Он только что прочитал книгу предсказаний, которую доставили ему накануне, и теперь собрал совет, чтобы решить, что делать с этим дальше.

– Мне кажется, что не стоит верить всему, что написано, – осторожно произнёс один из них.

– Да, но предыдущие предсказания этого монаха сбывались, – ответил император.

Минуту он сидел, рассматривая с задумчивым видом записи Авеля, а потом, видимо приняв какое-то решение, сказал твёрдым голосом:

– Конечно, само предсказание меня не беспокоит. Мне кажется нелепым и неправдоподобным то, что кто-то может спокойно спалить Москву, учитывая, что у нас достаточно сильная армия. Меня больше беспокоит другое обстоятельство. Слухи о предсказании разнесутся очень быстро, и все вокруг начнут обсуждать это, а нам такие разговоры совершенно ни к чему.

Он строго посмотрел на своих советников.

– Никто не должен знать об этом, всем всё понятно?

– Да, ваше Величество, – ответил один из них. – А что прикажете делать с этим монахом Авелем?

– Повелеваю посадить монаха-предсказателя в островную тюрьму Соловков и быть ему там дотоле, пока не сбудутся его пророчества.

Вскоре приказ был доставлен на Соловки, и монах Авель был помещён в тюрьму. Шёл 1802 год, и даже если бы его предсказание насчёт сожжения Москвы в 1812 году сбылось, то всё равно в тесной, холодной, насквозь пропитанной сыростью камере, ему предстояло просидеть долгие десять лет.

Думал ли он о том, стоило или не стоило показывать книгу настоятелю? Конечно, думал, как и в прошлые разы, когда только-только был арестован. Но он понимал, что у него не было другого выхода. Раз Господь избрал его, то он должен был обязательно донести до людей всё то, что Бог говорил ему.

Иногда у Авеля закрадывались сомнения по поводу того, исполнится ли на самом деле это предсказание. Но он пытался отогнать их от себя, он не должен был сомневаться в словах Господа. Ведь иначе ему предстояло бы провести за решёткой всю свою жизнь. Но и десять лет, без книг, без общения с людьми, без какого-либо контакта с окружающим миром, не считая тюремщиков, казались Авелю очень большим сроком.

А тюремщики невзлюбили Авеля с самого начала, и ему приходилось очень непросто. Вернее, невзлюбил его игумен за то, что предсказатель бросил тень на Соловецкий монастырь, и на самого игумена. Ведь ему было поручено следить за монахом, и он плохо с этим справился. Вот он и сказал тюремщикам, что они могут вести себя с этим заключённым так, как посчитают нужным, ведь он больше никогда не выйдет на свободу.

И начались у Авеля-предсказателя долгие годы тяжких испытаний. Каждый из тюремщиков издевался над бедным монахом на свой лад. Один мог по несколько дней морить его голодом, другой держал его летом в душной камере, в которой практически нечем было дышать, а зимой в холодной, пока Авель не начинал кашлять и чихать не переставая. Но эти испытания так и не сломили его дух.

Но больше всего несчастий принёс Авелю новый тюремщик, который появился на Соловках спустя пять лет с момента ареста монаха. Этот тюремщик, с молчаливого согласия настоятеля монастыря, а иной раз даже и не с молчаливого, проявил к Авелю наибольшую жестокость. Ему некого было стесняться, ведь игумен был не против, а проверяющих на острове не было испокон веков. Частенько он даже применял силу к этому заключённому. Авель же стойко принимал на себя все удары судьбы, понимая, что это его Путь, который Господь избрал для него, и он должен выдержать его и пройти до самого конца. А конец, он точно знал, был не сейчас, не в этой камере, и не на этом острове.

– Ну, что, когда уже сбудется твоё предсказание? – каждый раз спрашивал настоятель во время своих нечастых посещений Авеля.

Он прекрасно знал, что Авель говорил про 1812 год, но не верил в то, что французы могут сжечь Москву. Да и никто на острове не верил. После поражения под Аустерлицем в 1805 году у игумена промелькнула было мысль: «А вдруг монах прав?», но он быстро прогнал её. Тем более сейчас, когда между русскими и французами был заключен мир, это казалось абсурдным. «Просто слова сумасшедшего», – думал настоятель, прекрасно понимая, что предсказание Авеля не сбудется никогда, и этот заключённый проведёт в камере весь остаток своей жизни.

Авель же, наоборот, был уверен, что это предсказание исполнится. Ведь это были не его слова, а слова самого Бога. Но у него не было календаря, и он находился в неведении касаемо того, какой именно сейчас год, и когда должно будет исполниться предсказание. Десять лет – срок немалый, особенно когда человек сидит в одиночной камере. Сначала смешиваются между собой дни, ночи, и перестаёшь вести им счёт. Затем бесконечные времена года сливаются друг с другом, и уже полностью теряется ощущение времени и становится не понятно – просидел в заточении год, пять лет, а может быть и все десять. Время становится одним бесконечным днём и одной бесконечной ночью.

И как бы Авель не хотел, чтобы его отечество всегда находилось под защитой Господа, всегда существовало в мире и спокойствии, а Москва росла и процветала, он часто думал о том, что скорее бы пришли французы и сожгли её. Но потом он снова и снова гнал от себя эту мысль и молился, молился, молился…

Глава 33

В июне 1812 года многотысячная французская армия под командованием Наполеона перешла реку Неман и вторглась в Россию. На следующий день после появления первых французских солдат об этом было доложено императору Александру I, который находился на балу в Вильне. Переправа всей армии заняла четыре дня.

В скором времени российская сторона предприняла попытку мирного урегулирования и отправила к Наполеону дипломатическую миссию с письмом от императора. Наполеону было предложено вывести войска из России и заключить мирный договор, но он остался непреклонен в своих намерениях. Он изначально надеялся одержать победу в генеральном сражении недалеко от границы. Он был уверен, что после своего поражения в этом сражении Россия капитулирует.

Но он ошибся. Видя превосходство французской армии, русские отступили. На этот случай у них давно уже готов был план отступления. Александр I покинул армию, оставив руководство на Барклая-де-Толли. Он не хотел, чтобы отступление русской армии ассоциировали лично с ним. Это было не совсем то, чего ожидал Наполеон, и он замешкался. И лишь спустя какое-то время он отдал приказ идти вглубь России, на Смоленск, вслед за русской армией.

Русские войска с боями отступали всё дальше и дальше, вглубь России. Бесконечные отступления вызвали недовольство в сторону Барклая-де-Толли, и новым верховным главнокомандующим был назначен Михаил Илларионович Кутузов. Приняв командование, Кутузов принимает решение дать вражеским войскам генеральное сражение в районе деревни Бородино. Дальше отступать было нельзя, так как это означало бы сдачу Москвы Наполеону.

Чтобы выиграть время для подготовки укреплений на Бородинском поле, Кутузов отдаёт приказ генералу Горчакову задержать противника у деревни Шевардино, где был воздвигнут пятиугольный редут. Ожесточённые бои за Шевардинский редут шли целый день, и только к полуночи французы смогли ворваться на его валы.

Через день произошло крупнейшее сражение Отечественной войны 1812 года между русской и французской армиями, которое впоследствии назовут Бородинской битвой. Численность обеих армий была около двухсот пятидесяти тысяч человек. Сражение шло двенадцать часов, и за это время обе стороны потеряли около восьмидесяти тысяч человек убитыми и ранеными.

На следующий день Кутузов приказал отступать с твёрдым намерением сохранить армию. Остановившись перед самой Москвой, командование русскими войсками устроило Совет в Филях, на котором было принято решение отступить ещё дальше и оставить Москву неприятелю. Наполеон смог взять Москву без боя. Для него это было скорее политической, чем стратегической победой, и он ждал, что русские капитулируют.

Но не дождался, вскоре Москва вспыхнула с разных сторон. Французы были вынуждены покинуть город, который впоследствии на две третьих был уничтожен пожаром. Наполеон думал вести свои войска в Петербург, но в данных реалиях, когда стремительно приближалась зима, а сзади преследовал Кутузов со своей армией, это было бы губительным решением для всей французской армии.

На юг он тоже не мог пойти, так как именно там и стояла русская армия, перекрывая доступ французской армии к пополнению ресурсов. Оставался один выход – вернуться на старую смоленскую дорогу, которая была уже полностью разграблена. Попытка Наполеона заключить мир, или хотя бы временное перемирие, не увенчалась успехом, и его войска вынуждены были отступать к границе, подгоняемые русскими частями и партизанскими отрядами. Огромный урон плохо одетой французской армии нанесли наступившие холода, а также падёж лошадей, которые остались без корма.

Армия Наполеона всё-таки добралась до реки Неман и покинула Россию, только теперь это сложно было назвать армией. Ещё полгода назад общая численность французского войска вместе с союзниками и подкреплением составляла около шестисот тысяч человек. Спустя полгода их осталось чуть более тридцати тысяч. Более полумиллиона человек, вторгшихся в нашу страну, остались здесь навсегда.

Ещё в сентябре месяце, когда французы только-только покинули Москву, а сам город был во всю охвачен пожаром, об этом доложили императору. И Александр, обладающий прекрасной памятью, тут же вспомнил пророчество монаха Авеля об этом событии, казавшемся тогда нереальным. Выходит, что этот монах был прав, и его зря отправили в Соловецкую тюрьму.

Тотчас же Александр I диктует своему помощнику князю Голицыну: «Монаха Авеля выключить из числа колодников и включить в число монахов на всю полную свободу. Ежели жив, здоров, то езжал бы к нам в Петербург; мы желаем его видеть и нечто с ним поговорить».

На протяжении всех этих десяти лет император не знал о судьбе Авеля, и, если тот был ещё жив, Александру хотелось как-то загладить перед ним свою вину. Письмо было запечатано и отправлено на Соловки.

Глава 34

Перед Соловецким игуменом Иларионом был поставлен очень непростой вопрос. Для его решения он позвал своего помощника, а когда тот пришёл, сказал:

– Пришло письмо из Петербурга, от самого императора. Спрашивают, жив ли Авель, который был заключён в нашу тюрьму десять лет назад. И если жив, требуют его в Петербург.

– Это из-за того, что французы в Москву вошли? – испуганно спросил тот.

– Да, ты верно испугался. Сбылось всё-таки его предсказание, и теперь император хочет, похоже, поговорить с ним с глазу на глаз.

– Но нам же тогда конец! – воскликнул помощник.

– В том-то и дело, – задумчиво произнёс настоятель. – Все эти десять лет мы закрывали глаза на то, в каких условиях содержится Авель в тюрьме, знали, что тюремщики над ним издеваются, а не остановили их. Если император узнает об этом, то даже не представляю, что нас ждёт. Нет, отпускать его ни в коем случае нельзя.

– Тогда может отписаться, что заключённый Авель скончался.

– Нет, нельзя. Могут начаться вопросы, почему не сообщили об этом раньше.

Некоторое время они сидели молча, размышляя, что им предпринять. Наконец, Иларион сказал:

– Вот как мы поступим. Напишем, что Авель нездоров и пока не может никуда ехать, а вот весной, если он встанет на ноги, то сразу сможет уехать. А за это время многое может произойти.

Такой ответ и ушёл в Петербург. Но император Александр I был не так прост. Он распознал уловку настоятеля Соловецкого монастыря и понял, что дело тут нечисто. Тогда было написано ещё одно письмо, через Священный Синод и в более требовательной форме. Было велено непременно монаха Авеля выпустить из Соловецкого монастыря и дать ему паспорт во все российские города и монастыри. Иларион должен был снабдить Авеля одеждой и деньгами на прогон до Петербурга.

Когда настоятель со своим помощником прочитали это грозное письмо, то поняли, что их задумка не удалась и в Петербурге что-то заподозрили.

– Нельзя его отпускать, – повторил помощник. – Тогда ещё и наш обман насчёт болезни вскроется.

– Сам знаю, – раздражённо ответил Иларион. – Придётся нам пойти на крайние меры.

– Какие?

– Сам же сказал, что его нельзя отпускать. Хоть это и грех, но придётся лишить его пищи. Он слаб и долго не протянет. Как раз начинается великий пост, если что, мы скажем, что отказаться от пищи было его собственным решением.

Так они и сделали. Тюремщикам было приказано запереть Авеля в самую холодную камеру и не давать ему пищи. Через неделю настоятель решил сам проверить, как состояние у заключённого. Он пришёл в камеру и увидел, что тот молится в углу на коленях. Когда Авель увидел Илариона, то встал на ноги и сказал:

– Вы не ведаете, что творите! Одумайтесь, пока не поздно! Иначе Господь покарает вас всех за злодеяния ваши, вас ждёт смерть страшная, лютая!

Игумен молча вышел из камеры. Его почему-то била мелкая дрожь. Всю следующую неделю он ходил задумчивый. Страх проник глубоко внутрь, и никак не хотел покидать его. Настоятель Соловецкого монастыря уже знал, что абсолютно все предсказания Авеля сбывались. Ему казалось, что если они сейчас заморят его голодом, то сбудется и это, последнее его предсказание, в котором монах предрекал своим мучителям неминуемую погибель.

Наконец, спустя ещё неделю, не выдержав внутренней борьбы с самим собой, Иларион приказал выпустить Авеля. Теперь уже поздно было уезжать на большую землю, началась зима и навигация по Белому морю была закрыта. Пришлось ему дожидаться весны, только теперь он находился не в сырой и холодной камере, а в тёплой келье.

Иларион думал, что всё обойдётся, и Авель не расскажет императору о том, как с ним обращались в тюрьме. О недавних словах вещего монаха о неминуемой скорой гибели самого настоятеля он и думать забыл. Как оказалось, зря.

Этой же зимой на Соловках случился странный мор. На острове свирепствовала непонятная болезнь, и многие люди погибли. Не прошла она и мимо настоятеля и его подручных, которые долгое время издевались над беззащитным монахом. Почти все они, а в особенности сам Иларион, скончались в страшных мучениях. Вскоре после смерти настоятеля болезнь эта прошла как-то сама собой, как будто её и не было. Для всех это было большой загадкой. Для всех, кроме Авеля.

Как только началась весна, и стало возможным переплыть на большую землю, Авеля снабдили деньгами и всем необходимым в дорогу, попрощались и посадили в лодку. Ему нужно было попасть в Петербург, так как его там ждали уже давно. Но, оказавшись на берегу, он не стал искать транспорт, а отправился в Петербург пешком. Дорога заняла у него несколько месяцев. По пути он посещал церкви, останавливался в деревнях, знакомился с новыми людьми и много рассуждал о Боге и о людях – верующих и неверующих.

До Петербурга Авель добрался только летом 1813 года. Он хотел попасть на приём к императору, так как это именно он звал его к себе, но Александра I в то время в городе не было. Не было его и в России. Император находился вместе со своей армией в заграничном походе против Наполеона. Авеля принял у себя помощник императора князь Голицын.

Глава 35

Беседа князя Голицына и монаха Авеля была довольно продолжительной. Князь стал вторым человеком после убитого императора Павла I, кому предсказатель поведал всё, что знал сам – от начала веков и до конца. Он рассказал ему и о судьбах всех Государей, и многое другое, вплоть до прихода Антихриста. Князь Голицын ужаснулся тому, что услышал, и не рискнул представить монаха-прорицателя императору по его возвращению из Европы. Он снабдил Авеля средствами и отправил в паломничество по святым местам.

Несмотря на то, что Авель перенёс очень много лишений и невзгод за те десять лет, что он просидел в Соловецкой тюрьме, он был крепок телом и могуч духом. Было ему тогда пятьдесят шесть лет. За время своего паломничества он побывал и на Афоне, и в Константинополе, в Иерусалиме, и ещё во многих святых местах. Он путешествовал по миру семь лет, но с каждым годом ему становилось всё тяжелее и тяжелее странствовать, поэтому он решил вернуться в Россию.

Долгое время его поддерживала деньгами графиня Потёмкина, с которой князь Голицын познакомил Авеля, когда тот ещё был в Петербурге. С тех пор она стала покровительницей монаха и его почитательницей.

После возвращения в Россию Авель поселился в Троице-Сергиевой Лавре. Он старался жить тихо, так как не особо любил разговаривать. Но к тому времени слава о его предсказаниях уже давно успела разойтись по бескрайней России, и к нему стали ездить люди за пророчествами, желая узнать хоть что-то о своей судьбе. Спрашивали и о женихах для своих дочерей, и о судьбе пропавших родственников, и даже спросили однажды о спрятанном где-то в доме кошельке с монетами.

Снова и снова Авель упрямо отвечал просителям, что он не предсказатель, и не может сам предсказать будущее, тем более по чьему-то заказу. Он только лишь проводник слов Господа, и это Бог вещает через него. На все же просьбы хоть немного приоткрыть завесу тайны и поведать какие-нибудь из пророчеств Авель отвечал отказом.

Однажды и графиня Потёмкина – покровительница Авеля – попросила его в письме: «Святой отец! Ты знаешь, с каким почтением, с каким почитанием я отношусь к тебе, испытывая неописуемый восторг от того, что смогла в своей жизни соприкоснуться с Божественным чудом. И я прошу тебя, расскажи мне хотя бы немного о будущем! Прошу, позволь мне утолить своё любопытство и желание знать больше, чем знают другие».

На что монах отвечал ей: «Прасковья Андреевна, я искренне благодарен Вам за ту помощь и поддержку, которые Вы оказывали мне все эти годы и до сих пор продолжаете оказывать, и я точно знаю, что Вы как никто другой поймёте меня, поймёте мой Вам отказ. Запрещено мне, запрещено пророчествовать именным указом! Так и сказано, что ежели монах Авель вздумает опять пророчествовать вслух людям или станет писать, то следует немедленно брать этих людей под секрет, как и самого монаха Авеля, и держать их в острогах или тюрьмах под крепкою стражей. Вот видите, Прасковья Андреевна, до чего могут привести пророчества и прозорливость. Я согласился ничего не знать больше, но быть на воле, чем знать и быть в тюрьме. И даже если я и буду что-то знать, то буду молчать об этом, ради блага и Вашего, и своего. Вот Вам моё слово».

Правда, в одном из писем он сообщил ей, что написал несколько книг, и обещал когда-нибудь рассказать ей о них. Сообщал он также, что оных книг с ним сейчас нет. Хранятся они в сокровенном месте. Книги эти удивительные и преудивительные, и достойны те книги удивления и ужаса. А читать их только тем можно, кто уповает на Господа Бога. Скорее всего, это и стало той ниточкой, за которую спустя почти двести лет потянет историк Глеб Борисович, передав затем эстафету Насте. Естественно, ни о каких книгах графине Потёмкиной Авель так больше ничего не рассказывал.

Покинув Троице-Сергиеву Лавру, он переходил из монастыря в монастырь и скитался по разным местам России, пока не остановился в Высоцком монастыре под Серпуховым. Именно там, после долгих лет тюремного заключения, странствий и скитаний, он и нарушит своё молчание.

Часть седьмая

Глава 36

Настя и Алексей подъезжали к Санкт-Петербургу. До дома оставалось не так далеко, и сейчас им обоим хотелось только одного – добраться до постели и хорошенько выспаться. Было уже утро, а они ехали всю ночь и очень устали. Накануне вечером они вернулись на теплоходе с Соловецких островов в Беломорск, пересели в свою машину и сразу отправились в путь. Ночью они почти не разговаривали, перебирая в уме различные варианты ответов на новую загадку, которую они увидели в самом конце книги предсказаний после её прочтения. А написал Авель следующее:

«Родная земля, эхо по стенам, и нет уж воды для родителей старых».

На Соловецких островах интернет работал не очень хорошо, поэтому они решили более детальное изучение отложить до своего приезда домой. Тем более поездка выдалась непростой, две ночи они были в пути, да ещё на Секирной горе натерпелись страху, так что сейчас им нужен был только отдых, мозг отказывался в таких условиях работать на полную мощь.

Лиза и Елена Николаевна очень обрадовались их приезду. Они все вместе сели завтракать и Настя с Алексеем рассказали вкратце о своих приключениях. Конечно, они опустили подробности вечерней вылазки на Секирную гору, чтобы не испугать маму Алексея, и уж тем более дочку Лизу, хоть она и была ещё маленькой и вряд ли понимала, о чём они говорили. Рассказывала в основном Настя, и она постаралась представить их приключение маленькой увеселительной прогулкой.

Про новый ключ она пока не говорила, так как и сама уже не могла думать об этом. Глядя на них, Елена Николаевна сказала:

– Ладно, успеем ещё наговориться. Идите отдыхать, вы ведь всю ночь ехали и вам необходимо выспаться.

Так они и сделали. Сразу после завтрака они поднялись к себе, растянулись на кровати и моментально заснули. За следующие три часа они отлично выспались, и уже к обеду были свежие и полные сил, как будто и не было этой долгой поездки. Весь оставшийся день Настя и Алексей решили посвятить дочке и отдыху, а о расследовании пока не думать. Первые два часа так всё и было, они наслаждались тем, что могли побыть все вместе. А потом у Насти зазвонил телефон. Она взглянула на дисплей и сказала мужу:

– Это звонит Глеб Борисович, историк.

– Неужели нашёлся? Ответь, может быть, он поможет нам расшифровать ключ.

Настя кивнула и приняла звонок.

– Да, я слушаю.

– Анастасия, добрый день! Правда, во Владивостоке уже вечер. Ну, как у вас успехи?

– Здравствуйте, Глеб Борисович. Куда же Вы пропали? Я Вам звоню-звоню, а Вы всё недоступны.

– Мы здесь с родственниками ездили в деревню, это довольно далеко, так там вообще никакой связи нет. Вот, только-только вернулись, и я сразу стал вам звонить. Удалось ли расшифровать ключ и найти вторую книгу?

Настя подумала, стоит ли говорить об этом по телефону, но потом решила, что ничего страшного не будет, если она ему вкратце всё расскажет.

– Нашли и вторую, и третью, теперь приступаем к поискам четвёртой.

– Нашли две книги? – воскликнул историк. – Здорово! А где вы их нашли?

– Вторая была закопана примерно в десяти километрах от Ладожского озера, а за третьей пришлось плыть на Соловецкие острова.

– Ого! Далековато.

– Ну, в принципе, не так уж далеко. Мы за два дня всё сделали и вернулись. Книга была в тайнике на склоне горы. Теперь вот пытаемся разгадать следующий ключ, который должен привести нас к четвёртой книге, я так понимаю, что заключительной. Но пока не разгадали. Может, у Вас получится?

– А что за ключ?

– Надпись: «Родная земля, эхо по стенам, и нет уж воды для родителей старых». Честно говоря, мы пока сами не особо думали, утром только вернулись и отсыпались.

– Да, здесь надо подумать. Интересно, что он имел в виду под выражением «Родная земля»? Может – это Россия? Он же много странствовал за границей.

– Нет, не думаю, – ответила Настя. – Россия очень большая, а он обычно указывал на точное место. Мне сейчас одна мысль пришла. Предыдущие три книги он прятал там же, где и писал. Точнее две, ещё одну он написал на Валааме, а спрятал на другом берегу озера. Но всё-таки указание на место было чётким.

– Точно, Анастасия, Вы правильно рассуждаете, – перебил её Глеб Борисович. – Значит, четвёртая книга должна быть спрятана там же, где и написана. А написана она была в Высоцком монастыре под Серпуховым, он предсказал в ней смерть императора Александра I, восстание декабристов и восхождение на престол Николая I. Но всё равно не сходится, причём здесь родная земля и Высоцкий монастырь, в котором он пробыл меньше трёх лет.

На пару минут оба замолчали, думая над расшифровкой. Наконец, Настя услышала радостный голос в трубке:

– Кажется, я понял! Летом 1826 года, незадолго до коронации Николая I, Авель покинул стены монастыря и отправился в деревню Акулово, в которой он родился. Именно там его нашли и отправили в тюрьму.

– Значит, думаете, что родная земля – это его родная деревня?

– Уверен! Он вполне мог спрятать копию книги там.

– А эта деревня сейчас существует? – уточнила Настя.

– Нет, деревни сейчас нет, я уже интересовался в своё время этим вопросом. Я знаю только примерное место, где она раньше находилась, но, в принципе, если захотеть и если нам повезёт, то мы сможем узнать и более точное. Нужно только разгадать другую часть ключа – «Эхо по стенам, и нет уж воды для родителей старых».

– Мне кажется, что к тому времени его родителей уже не было в живых, – сказала Настя.

– Да уж, здесь надо хорошенько подумать. Может, возьмём паузу, а завтра созвонимся, и поделимся своими предположениями?

– Согласна, – ответила Настя. – Давайте так и поступим.

– Ладно, Анастасия, до завтра. Вы, как проснётесь утром, звоните мне сами. У меня уже будет день.

– Хорошо, Глеб Борисович, до свидания.

Настя отложила телефон, посмотрела на мужа и пересказала ему свой разговор с историком от начала и до конца.

Глава 37

Деревья скрывали их от жарких лучей солнца, дул лёгкий ветерок, и по лесной дороге идти было достаточно комфортно, даже приятно. Вокруг пели птицы, стрекотали кузнечики, и вся эта обстановка дарила состояние душевной радости, покоя и умиротворения.

Лиза недавно уснула, и, пока у девочки был тихий час, Елена Николаевна отправила Алексея и Настю прогуляться, подышать свежим воздухом и спокойно подумать над разгадкой ключа. Они уже успели зачитать ей шифр, но для неё это казалось сложной задачей.

– А вы молодые, – говорила она, – прогуляетесь, развеетесь и найдёте решение.

И вот теперь они шли по лесной дороге, наслаждались свежестью хвойного леса и разговаривали.

– Только мне не совсем понятно, как он найдёт местоположение деревни, которой уже давным-давно нет на карте? – спросил Алексей.

– Где-то информация всё равно должна была сохраниться. Тем более он сказал, что узнать можно, хоть и не так просто. Нам надо разгадать вторую часть шифра – «Эхо по стенам, и нет уж воды для родителей старых».

– Интересно, зачем он написал про родителей, если их уже не было в живых?

– Думаю, что это не главное, – ответила Настя мужу.

Он остановился, внимательно на неё посмотрел и улыбнулся.

– Ты знаешь ответ?

– Да, мне кажется, что знаю, – улыбнулась она в ответ. – Ну, подумай сам, где раньше брали воду в деревне, когда ещё не было водопровода. Да и сейчас во многих деревнях только там можно найти воду.

– В колодце? Точно, это же колодец! – воскликнул Алексей и обнял Настю. – Эхо по стенам – это эхо в колодце. Умница!

– Колодец, что же ещё, – Настя тоже радовалась, видя, как радуется её муж. – Только колодец без воды, пересохший. Скорее всего, книга спрятана где-то в заброшенном колодце, найти который будет довольно непростой задачей. Но, если у нас это получится, мы будем у цели. Найдём четвёртую книгу, и расследование будет закончено.

– Это всё равно, что искать иголку в стоге сена, – усомнился Алексей.

– Найдём точное местоположение деревни – найдём и колодец, – уверенно сказала Настя. – Теперь задача Глеба Борисовича – точно определить это место. Завтра утром созвонимся с ним и всё обсудим.

На следующее утро сразу же после завтрака Настя позвонила во Владивосток Глебу Борисовичу. Он как будто ждал её звонка и ответил после первого же гудка.

– Анастасия, доброе утро!

– Здравствуйте, – сказала Настя. – Я думаю, что мы разгадали шифр.

– Я тоже всю ночь думал, что же это такое, и пришёл к выводу, что это может быть только заброшенный колодец.

– Точно! Мы пришли к такому же выводу. Только вот где этот колодец искать? Скажите, Глеб Борисович, Вы знаете, как найти точное место, где раньше была деревня Акулово?

– Кажется, знаю. Сначала я наткнулся на информацию, что недалеко от того места, где раньше располагалась деревня Акулово, находится посёлок Миротинский. Затем я случайно вышел в интернете на одного человека из этого посёлка. Зовут его Эдуард Константинович, он увлекается историей родного края. В разговоре я выяснил, что он знает приблизительное место. Так что можно приступать к поискам.

Настя подумала, что на несколько дней они с Алексеем смогут вырваться. Остался финальный рывок в расследовании, и его нужно было сделать.

– А Вы сможете вернуться из Владивостока? – спросила она историка.

– Конечно, смогу, – ответил тот. – Я такое событие ни за что не пропущу. А вы на чём собираетесь ехать?

– Думаю, что на машине. Придётся искать деревню, и без машины никак. Можем сделать так – Вы покупаете билет до Москвы на самолёт, а мы из Питера добираемся на машине. В аэропорту мы Вас заберём, и поедем к Вашему новому знакомому краеведу. Как Вам план?

– Отличный! – обрадовался Настин собеседник. – Тогда я куплю билет и перезвоню.

– Да, только дайте нам хотя бы день на сборы, не покупайте билет на ближайшее время.

– Хорошо, я перезвоню, – сказал Глеб Борисович и повесил трубку.

Не прошло и часа, как у Насти зазвонил телефон. Похоже, что он уже купил билеты.

– Слушаю, – ответила Настя.

– Анастасия, билеты я взял, прилетаю послезавтра в девять утра в аэропорт Домодедово. Вы сможете меня встретить?

– Конечно! Обязательно встретим.

Настя положила трубку и рассказала Алексею, во сколько прилетает историк.

– Значит, можно выехать завтра утром, к вечеру будем в Москве, – прикинул он. – Там переночуем в гостинице, где-нибудь поближе к Домодедово, а утром встретим его с самолёта и поедем дальше.

– Отлично! – улыбнулась Настя. – Пойду, скажу об этом Елене Николаевне, а ты пока поищи для нас подходящую гостиницу.

Елена Николаевна восприняла эту поездку точно так же, как и предыдущие их поездки.

– Надо – значит надо, – сказала она Насте. – Мы справимся. Вы надолго поедете?

– День на дорогу, – стала загибать пальцы Настя. – Потом день на поиски, ну или два, и день на дорогу обратно. Думаю, что за три-четыре дня уложимся.

– Поезжайте спокойно, о нас не беспокойтесь.

Настя улыбнулась, и сказала:

– Скорее всего, на этом наши поиски и завершатся. Найдём четвёртую книгу, передадим всё в музей, и снова будем заниматься своими делами.

– Ох, Настя, – покачала головой Елена Николаевна. – Мне кажется, что это и есть твои дела. Ты когда что-то расследуешь, у тебя глаза так и светятся.

Она обняла Настю, и они так и стояли, обнявшись, около минуты. Потом мама Алексея отстранилась и добавила:

– Когда Вы вернётесь, я ещё несколько дней погощу у вас, а затем полечу обратно в Новосибирск. На Новый год жду вас к себе. Лизонька уже подрастёт немножко, так что прилетайте на недельку-другую.

– Обязательно, – сказала Настя. – Ну, пойду я вещи собирать в дорогу.

Сборы много времени не заняли, Алексей забронировал номер в гостинице, и у них в запасе был ещё целый день, который они с удовольствием провели в кругу семьи. Спать они легли пораньше, чтобы как следует отдохнуть перед дальней дорогой. Впереди их ждало очень интересное приключение.

Глава 38

Весь следующий день они провели в дороге, останавливаясь лишь для того, чтобы заправить автомобиль или перекусить. Пейзаж за окном с каждым днём всё больше и больше напоминал осень, деревья постепенно переодевались в позолоченные наряды, но пока было ещё по-летнему тепло и сухо. Настя очень любила эту пору, когда ещё не начались дожди, но небольшой ветерок уже доносил ароматы осенней свежести.

Раньше она довольно часто ездила в Москву на машине, и этот маршрут был ей знаком. Но вдвоём с мужем она ехала по этой дороге в первый раз и теперь сидела и размышляла о том, как она могла раньше ездить одна. После знакомства с Алексеем ей казалось таким естественным, что они теперь всегда и везде вместе.

Гостиница, в которой они забронировали номер, находилась на юге Москвы, чтобы утром можно было быстрее добраться до аэропорта Домодедово. Приехав вечером в столицу, им ещё пришлось постоять в пробках, несмотря на то, что они и так провели в машине целый день и немного устали. Но всё же к девяти часам они добрались до гостиницы, зарегистрировались и прошли к себе в номер. Там они приняли душ, чтобы смыть с себя всю дорожную усталость, переоделись и пошли на ужин. Здесь же, при гостинице, находилось небольшое, уютное кафе, что было очень удобно. И кормили там, кстати, довольно вкусно.

Утром, позавтракав, они поехали в аэропорт, чтобы встретить Глеба Борисовича. Поставив автомобиль на стоянку, они прошли в зал, куда выходили все вновь прибывшие. Им пришлось ждать не менее часа, так как самолёт задержался, а потом ещё была выдача багажа. Наконец, вышел Глеб Борисович с чемоданом и направился прямиком к ним.

– Здравствуйте, Настя, Алексей, – улыбнулся им Глеб Борисович.

После взаимных приветствий они все втроём прошли на стоянку, положили чемодан в багажник и сели в автомобиль – Алексей за руль, Настя рядом, а историк на заднее сидение.

– Как долетели? – спросила Настя.

– Вполне, – ответил ей Глеб Борисович. – Удалось поспать в самолёте, так что к дальнейшим поискам готов.

– Тогда едем к Вашему краеведу в посёлок Миротинский?

– Да, поехали, он нас ждёт.

Алексей выехал со стоянки, потом на трассу и поехал на юг. До места им предстояло проехать чуть больше ста километров. Во время пути историк попросил Настю рассказать обо всём, что у них произошло с того момента, как он улетел во Владивосток, и она подробно всё ему рассказала.

В последний раз они виделись, когда нашли в подземелье Гатчинского дворца деревянную табличку. Дальше они расшифровали надпись на табличке и поехали к Ладожскому озеру. Там под камнем они нашли вторую книгу. В конце книги был ещё один ключ, который привёл их к Секирной горе на Большом Соловецком острове. Когда Настя рассказала об историях про мертвецов, которые встают из могил, а также дошла в рассказе до того момента, когда ночью на горе они услышали звон цепей и увидели двигающиеся тени, Глеб Борисович сказал:

– Кажется, я понимаю, в чём дело. Я где-то уже читал, что у Авеля был не только дар предвидения, но он ещё и мог накладывать проклятия, или, если быть точным, создавать какие-то образы, которые должны отпугивать от тайников случайных прохожих. Скорее всего, то, что Вы видели и слышали на горе – его рук дело.

Настя и Алексей переглянулись.

– Так всё-таки проклятие или просто защита? – спросил Алексей.

– Думаю, просто такая защита, не волнуйтесь, – поспешил успокоить их историк. – А что дальше было?

– Собственно говоря, это всё, – продолжила Настя. – Затем мы вернулись с Соловецких островов, прочитали книгу, увидели очередной шифр, и я позвонила Вам. Дальше Вы всё знаете.

– Понятно, – ответил он. – Скоро будет поворот на посёлок. Я покажу, как проехать к дому Эдуарда Константиновича. Но он сказал, что дорога до посёлка очень плохая.

И действительно, скоро они свернули на просёлочную дорогу, и пришлось ехать очень медленно, так как на дороге было много ям и ухабов. Но всё-таки они благополучно добрались до посёлка, а ещё через несколько минут подъезжали к дому, на который указал Глеб Борисович. Дом был небольшой, деревенский. А на крыльце стоял мужчина, явно поджидая их.

– Это он, – сказал Глеб Борисович.

На вид этот бородатый мужчина лет сорока пяти больше напоминал геолога в тайге, но Настя знала, что внешность очень часто бывает довольно обманчивой, поэтому предпочитала сначала поговорить с человеком, прежде чем выстраивать о нём какое-то мнение.

Они вышли из машины, и после взаимных приветствий Эдуард Константинович пригласил их пройти в дом. Несмотря на внешность угрюмого молчуна, он оказался довольно приятным собеседником. Он рассказал им, что увлекается историей родного края и много часов просидел в архивах, поэтому знает досконально всю округу, знает даже расположение тех деревень, которых ныне уже не существует.

– А почему вас интересует именно деревня Акулово? – спросил он с добродушной улыбкой. – По сути, она знаменита только тем, что в ней родился и жил известный предсказатель Авель. Вы её поэтому и ищете?

– Можно сказать и так, – ответил Глеб Борисович. – Нарисуете нам, как проехать?

– С одним условием – если вы расскажете мне, что хотите найти там. Я был на том месте и, насколько помню, там ничего нет.

Глеб Борисович посмотрел на Настю и Алексея, Настя пожала плечами и сказала:

– Хорошо, договорились. Там должен быть старый заброшенный колодец, в котором Авель оставил одну вещь.

– А откуда вам это известно? – заинтересованно спросил хозяин дома.

– Нашли его записи, и там был шифр. Мы его расшифровали, и поэтому теперь мы здесь.

– Колодец, говорите? Что ж, вполне возможно. Я всю территорию не обходил, знаю только примерное место, где раньше располагалась деревня, на берегу речки Беспуты.

Он ненадолго задумался, а затем продолжил:

– Вот моё предложение – мы сейчас едем вместе, и я вам показываю, где раньше была деревня Акулово. Мне ведь тоже интересно поучаствовать в поисках колодца, тем более вы мне уже всё рассказали.

Другого выбора у них всё равно не было, тем более он был прав насчёт того, что они рассказали ему о колодце, и они согласились.

– Я подумала, что нам может понадобиться верёвка, когда мы найдём колодец, – сказала Настя.

– У меня есть, – сказал Эдуард Константинович, радостный от того, что тоже поедет на поиски, и в скором времени принёс большой моток отличной, прочной верёвки.

– Я готов, поехали? – спросил он.

– Поехали, – ответил Глеб Борисович.

Они встали, вышли из дома и направились к машине.

– Кстати, далеко ехать? – спросила Настя.

– Нет, не очень, – ответил Эдуард Константинович, глядя на машину и одобрительно кивая головой. – Хорошо, что у вас внедорожник – там не всякая машина сможет проехать.

Алексей сел вперёд, а Эдуард Константинович сел рядом с ним, чтобы показывать дорогу. Остальные устроились сзади. Алексей завёл двигатель, и они поехали на поиски заброшенного колодца.

Глава 39

Хоть расстояние от посёлка было и небольшое, но добирались до места они не меньше часа, так как дорога была очень плохая. Они ехали по лесу, и чуть не застряли в огромной луже, и так повторилось несколько раз. Когда они выехали на поле, стало немного проще. Спустя некоторое время Эдуард Константинович сказал:

– Всё, стойте.

Алексей остановил машину, и они вышли на улицу. Впереди протекала небольшая река, а скорее даже ручей. По берегам были заросли кустарника, травы, кое-где попадались скопления деревьев. Одним словом, колодцу здесь было где спрятаться.

– Вот, собственно говоря, это место и есть. Я его долго искал, и нашёл только благодаря тому, что увидел в архиве план деревни двухсотлетней давности. На плане изгиб реки был точно такой же, как и вживую. А так как других подходящих изгибов здесь нет, а деревня точно должна быть в этом районе, я пришёл к выводу, что именно здесь она раньше и находилась.

– Что ж, логично, – сказала Настя. – Давайте попробуем найти колодец.

Они решили разбить местность на квадраты, и исследовать их один за другим, чтобы не повторяться. Когда план действий был готов, они приступили к его исполнению. Вокруг, помимо высокой травы, было много лопухов, под которыми можно было спрятать что угодно, пройти мимо и не заметить. Поэтому они старались идти медленно и искать как можно более тщательно. Но, несмотря на осторожность, без травм всё же обойтись не удалось.

Вдруг раздался крик Эдуарда Константиновича, и он упал на землю. Все бросились к нему и увидели, что он держится за ногу.

– Что случилось? – спросила Настя.

– Ударился обо что-то, – ответил он. – Но не думаю, что перелом. Просто ушиб. От неожиданности скорее вскрикнул.

Он поднялся, потирая на ноге ушибленное место. Настя же раздвинула лопухи и увидела небольшой холм, из которого торчали доски.

– Там что-то есть, нужна лопата.

Алексей дошёл до машины и принёс лопату. Он же вырубил лопухи, закрывающие холм, и они стали рассматривать это место.

– Похоже, нашли, – улыбнулась Настя. – Дерево очень старое, а сверху земля лежит давно, это видно невооружённым глазом.

– Если это колодец, то почему такой низкий? – усомнился Глеб Борисович.

– Возможно, он изначально не был высоким. А если он ещё при Авеле был заброшенным, то представляете, сколько лет его засыпало землёй. К тому же, за эти годы и сверху земли навалило порядочно. Хорошо, что крышка закрыта. Надеюсь, что в сам колодец земля не попала.

– Надо как-то аккуратно снять верхний слой земли, не повредив саму крышку, – сказал Эдуард Константинович. – Наверняка доски полностью прогнили за это время, и держатся только за счёт земли.

Алексей кивнул, и начал аккуратно, слой за слоем, освобождать крышку колодца. Работа эта была довольно кропотливая, и заняла не меньше часа. Наконец, когда сверху остался совсем тонкий слой земли, Алексей сказал:

– Можно попробовать подцепить крышку.

Он просунул под доски лопату, другие стали помогать руками, и на счёт три они стали поднимать. Внезапно раздался треск, и всё, что было сверху, провалилось вниз. Теперь стало понятно, что это точно колодец. Они убрали по бокам остатки досок, и образовалось большое круглое отверстие, уходящее вниз. Настя крикнула, и её голос отозвался гулким эхом по стенам колодца.

– Нужен фонарь из багажника, – сказала она, и сама же сходила к машине. Заодно она взяла и верёвку.

Когда Настя вернулась, то передала фонарь мужу. Он включил его, направил луч света в колодец, и они стали смотреть вниз. Колодец оказался не очень глубоким, метров десять глубиной, а на дне лежали разломанные доски и осыпавшаяся земля, больше ничего не было, в том числе и воды.

– И где искать? – спросил Эдуард Константинович.

– Вряд ли на дне, – ответила Настя. – Скорее всего, тайник где-то в стене. Ну, кто полезет вниз?

Она посмотрела на Эдуарда Константиновича, перевела взгляд на его ушибленную ногу, покачала головой и стала смотреть на мужа и Глеба Борисовича.

– Думаю, что я, – улыбнулся Алексей, взял верёвку и направился к ближайшему дереву.

Крепко обвязав верёвку вокруг ствола, он вернулся к колодцу и бросил оставшийся моток верёвки вниз. Настя передала ему другой фонарик, который крепится на голову, и он надел его. Затем взял верёвку и начал осторожно спускаться вниз.

– Аккуратно, – сказала ему Настя. – И смотри во все стороны.

Алексей кивнул, и целиком скрылся в колодце. Только сейчас он понял, что нужно было взять с собой какие-нибудь приспособления для скалолазов, так как висеть на руках было неудобно. Он решил спуститься до самого низа, по пути быстро всё осмотрев. Скорее всего, тайник не должен быть слишком хорошо замаскирован.

– Я не думаю, что тайник глубоко, – сказала Настя, словно прочитав его мысли. – Авель был уже в возрасте, когда прятал в нём что-то.

Она чуть было не сказала, что он прятал книгу, и быстро посмотрела на Эдуарда Константиновича.

– Ну и что же он прятал? – улыбнувшись, спросил тот.

– Найдём и узнаем, – пожала плечами Настя.

Алексей начал смотреть внимательнее, и буквально в трёх метрах от поверхности увидел то, что они искали.

– Здесь какая-то щель в стене! – крикнул он. – И там что-то есть.

Он крепко схватился одной рукой за верёвку, а вторую засунул в щель, и достал деревянную табличку. Больше там ничего не было.

– Тащите меня наверх, – сказал он. – Мне неудобно одной рукой.

Они втроём потянули за верёвку, и вскоре Алексей уже стоял на твёрдой земле рядом с остальными. В руках у него была деревянная табличка, похожая на те, которые они находили на Валааме и в Гатчинском дворце.

Глава 40

Все четверо стояли и смотрели на надпись, которая была вырезана на табличке. А было там следующее: «Кирпичный погреб и стена, гостит там граф один, рядом с купеческой вершиной». Первым нарушил молчание Эдуард Константинович.

– Что это значит? – спросил он. – И что это вообще за табличка, откуда она здесь?

– Мы пока сами не знаем, будем выяснять, – ответила Настя. – Думаю, что можно возвращаться, впереди ещё долгая дорога.

Алексей и Глеб Борисович поняли, что Настя не хочет что-то обсуждать при постороннем, и согласились с ней. Понял это и Эдуард Константинович, но промолчал. Они вернулись к машине, сели и поехали обратно. По дороге они почти не разговаривали, так как всё их внимание было приковано к тому, чтобы не застрять. Эдуард Константинович пытался ещё пару раз выяснить что-нибудь насчёт таблички, но остальные каждый раз уходили от ответа.

Когда они приехали в посёлок Миротинский и остановились у дома краеведа, Глеб Борисович сказал:

– Эдуард Константинович, мы очень благодарны Вам за помощь.

– Да, спасибо большое, – сказала Настя. – Без Вас мы никогда не нашли бы тот колодец.

– Не стоит благодарности, – ответил он, видимо, смирившись с той мыслью, что в дальнейшем расследовании он участвовать не будет. – Мне и самому было интересно.

Он попрощался со всеми, вышел из машины и пошёл домой, а остальные поехали дальше. Когда они ехали по просёлочной дороге, только отъехав от посёлка, Алексей спросил:

– Какие у кого мысли по поводу этой надписи?

– Давай где-нибудь, не доезжая до трассы, остановимся и подумаем, – ответила Настя. – Не хотела что-то обсуждать при Эдуарде Константиновиче, он свою миссию выполнил.

– Да, я тоже так подумал, – сказал историк.

Вскоре Алексей остановил автомобиль, и они снова стали рассматривать табличку. «Кирпичный погреб и стена, гостит там граф один, рядом с купеческой вершиной», – гласила надпись на ней.

Первой затянувшееся молчание нарушила Настя:

– Давайте рассуждать. Авель пришёл в Серпуховской Высоцкий монастырь в 1823 году. Там он написал четвёртую книгу предсказаний, где указал в том числе скорую смерть Александра I. Кстати, а почему его в тот раз не посадили в тюрьму?

– Я читал об этом, – ответил историк. – Примерно в то же самое время император ездил к Серафиму Саровскому, и есть предположение, что тот предсказал то же самое. Именно поэтому Авеля тогда и не тронули.

– Понятно. Так вот, в монастыре Авель пробыл до 1826 года. Дальше что было?

– Весной 1826 года прошёл слух, будто бы Авель сказал, что коронации не будет. На самом деле, он имел ввиду совсем другое. Когда графиня Каменская спросила его, будет ли коронация и как скоро, он ответил, что ей не придётся радоваться этому событию. После этого и пошёл слух о новом пророчестве Авеля. А он лишь хотел сказать, что Государь за что-то разгневается на неё и запретит присутствовать на коронации. Но слухи поползли, и их уже нельзя было остановить. Опасаясь за свою свободу, в июне Авель уходит из монастыря в неизвестном направлении. В августе его находят в его родной деревне Акулово и отправляют в тюрьму Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря, где он и проведёт остаток своей жизни.

– То есть, копию книги он мог спрятать только лишь в Высоцком монастыре или своей деревне? Но в деревне он спрятал табличку, значит, скорее всего, в монастыре.

– А если он не сам прятал? – спросил Алексей. – Отдал кому-то, кто вынес книгу за пределы монастыря.

– Тоже верно, – согласилась Настя. – «Кирпичный погреб и стена» – это уже указание на тайник, «рядом с купеческой вершиной» – пока не понятно, а вот «гостит там граф один» – это уже кое-что. У него в монастыре мог гостить какой-то граф, которому Авель и отдал книгу.

– В монастыре он гостить не мог, – возразил ей Глеб Борисович. – Скорее уж, у кого-то в Серпухове.

– Допустим. А что это за граф мог быть?

– Насколько я знаю, из титулованных особ Авель общался только с графиней Потёмкиной, которая была его покровительницей. Надо посмотреть о ней в интернете.

Через некоторое время они нашли, что графиня умерла в 1816 году, но у неё остался сын – последний из рода. Так вот этот граф Потёмкин вполне мог оказаться тем человеком, кому Авель доверил спрятать книгу.

– Теперь надо понять, у кого в городе гостил граф. Что означает «рядом с купеческой вершиной»? Может, он у купца какого-нибудь гостил? Давайте искать.

Они продолжили копаться в интернете, и в скором времени им повезло. Оказывается, в городе Серпухове был такой купец по фамилии Вершинин. Более того, он состоял в дальнем родстве с графом Потёмкиным. Когда они стали смотреть, где этот купец жил, выяснилось, что у него в городе был большой дом с флигелем для гостей. К настоящему времени дом не сохранился, а вот флигель остался, хоть и в очень плачевном состоянии. Решался вопрос о восстановлении, либо о сносе этого флигеля.

– Теперь понятно, где спрятана книга, – улыбнулась Настя. – В Серпухов приехал граф Потёмкин, остановился в гостевом флигеле у купца Вершинина, и пошёл на разговор с Авелем. Тот попросил его спрятать копию книги в подвале флигеля и граф, скорее всего, исполнил эту просьбу.

– Значит, поедем в этот заброшенный флигель? – спросил Глеб Борисович.

– Да, только не сейчас, – ответила Настя. – Думаю, что поисками мы займёмся ближе к ночи, а сейчас нам надо где-то перекусить – я ужасно голодная.

Она посмотрела на мужа и улыбнулась. Алексей тоже улыбнулся, кивнул и выехал на трассу.

Глава 41

Они проехали немного вперёд по тёмной улице и остановились метрах в пятидесяти от заброшенного дома, чтобы не привлекать внимание случайных прохожих. Хотя до полуночи оставалось всего полчаса, и на улице и так никого не было. Закрыв машину, они быстро дошли до флигеля. Его от улицы отделял высокий деревянный забор, но Настя сразу же увидела в нём дыру, через которую они все втроём и пролезли.

От былого величественного здания, пожалуй, остались разве что воспоминания в виде полуразрушенных стен. Даже двери не было. Они вошли внутрь и включили фонарики. На полу валялись горы хлама, битых бутылок, и даже были пустые шприцы. Похоже, что это место часто использовалось в качестве притона, но сейчас здесь никого не было.

– Что ищем, погреб? – спросил Алексей.

– Думаю, что да, – сказала Настя. – «Кирпичный погреб и стена» – так было написано на табличке.

Они пошли вперёд, и вдруг в дальнем углу Настя увидела горку поломанных кирпичей.

– Погреб под этими кирпичами, – уверенно сказала она.

– Придётся их убрать, – произнёс Алексей, подошёл к этой груде и взял первый кирпич.

– Только не кидайте, чтобы с улицы не услышали, – сказала Настя.

Они все втроём приступили к работе, стараясь не шуметь. Им понадобился целый час, чтобы убрать все кирпичи в сторону, зато в итоге их ждала награда – в полу они увидели люк. Ручки не было, но они смогли подцепить доску и открыть его. Алексей посветил вниз и сказал:

– Я первый полезу.

Настя тоже посмотрела в отверстие и увидела там лестницу. Выглядела эта лестница не очень убедительно, но не похоже, чтобы ей было двести лет. Скорее всего, её поставили уже в двадцатом веке.

– Осторожнее, – сказала Настя мужу.

Он начал спускаться, и они полезли следом за ним. Оказавшись внизу, они стали светить по сторонам и увидели, что это небольшое квадратное помещение, совсем пустое.

– Что ж, из шифра, оставленного Авелем, осталось неразгаданным только слово «Стена», – сказала Настя. – Да здесь больше и негде искать. Давайте внимательно всё проверим.

Они пошли вдоль стен, осматривая всё сверху донизу. Настя шла медленно, прощупывая стену руками и легонько постукивая по ней. Вдруг она почувствовала, что один из кирпичей отреагировал на её постукивание небольшим покачиванием.

– Кирпич сидит неплотно, – сказала она остальным.

Алексей и Глеб Борисович подошли к ней и стали рассматривать это место. Затем Алексей постарался подцепить кирпич ножом. Сначала он не двигался, но когда Глеб Борисович подцепил кирпич с другой стороны, тот поддался и они смогли его вытащить. Оказалось, что и соседние кирпичи легко поддаются, и вскоре перед ними был полноценный тайник, в котором в свете фонаря они увидели то, что так хотели найти – коробку, в которой должна была находиться четвёртая книга предсказаний.

– Мы сделали это, – радостно сказала Настя, доставая коробку. Внутри, как они и предполагали, были сшитые листы бумаги с почерком Авеля. Настя закрыла крышку, передала коробку мужу и сказала:

– Пойдёмте отсюда, пока нас не заметили. Нужно найти гостиницу, хорошенько выспаться, а читать будем уже утром.

Все с ней согласились и стали выбираться из подвала. Но на улице их ждал огромный сюрприз. Они вышли из здания и направились в сторону машины, которая была припаркована в пятидесяти метрах от флигеля вдоль дороги в тени деревьев. Когда они подошли ближе, то увидели за своей машиной ещё одну. Группа из четырёх человек активно возилась возле их машины, пытаясь снять колёса.

– Вы что делаете? – спросил Алексей. – В полицию захотели?

Все четверо тут же выпрямились, в первый миг испугавшись. Потом разглядели, что перед ними два мужика и женщина, по всей видимости, хозяева машины, и один из них спросил Алексея, подходя ближе к нему:

– Ты чё, дядя, в какую полицию?

Остальные стали заходить с разных сторон, так же приближаясь к Алексею. Стало понятно, что это ещё молодёжь, лет семнадцати или восемнадцати. Внезапно тот, который спросил, сделал резкий выпад, намереваясь нанести Алексею удар по лицу. Алексей увернулся и ответил встречным ударом, попав точно в цель и свалив противника на землю. Коробка с книгой предсказаний выпала из рук Алексея. Тут же ему самому прилетел удар в ухо откуда-то сбоку. На него сразу же налетели двое. Налетел бы и третий, но ему помешал Глеб Борисович. Он схватил парня за плечи и закричал: «Вы что делаете?». Было видно, что драться Глеб Борисович не умеет. Понял это и хулиган. Он повернулся и быстро полез в карман.

Дальнейшую картинку Настя запомнит надолго. Из кармана парень вытащил нож, и Настя даже не успела вскрикнуть, как он воткнул этот нож по самую рукоятку в живот историка. Потом ещё раз, и ещё раз. Глеб Борисович упал на дорогу. Внезапно драка сразу же прекратилась. Все стояли и смотрели на то, что произошло.

– Ты что наделал? – сиплым голосом спросил один из нападавших парня с ножом.

– Я случайно, – ответил тот, и нож выпал у него из руки.

– Валим отсюда, – закричал ещё один, и вскоре все вчетвером они запрыгнули в свой автомобиль, проехали по улице вперёд и скрылись за поворотом. Но перед тем, как убежать, один из парней наклонился и подобрал коробку, выпавшую из рук Алексея в самом начале драки.

Когда они уехали, Алексей бросился к лежащему на асфальте в луже крови Глебу Борисовичу.

– Не пойму, есть пульс или нет, – проговорил он быстро, прикасаясь к его шее.

Настя в это время уже набирала номер службы спасения, чтобы вызвать скорую помощь и полицию. Слёзы текли по её лицу.

Глава 42

Настя сидела за столом в небольшом кабинете напротив капитана полиции, куда её только что привели. До этого ей пришлось просидеть три часа в камере предварительного заключения, Алексея в это время допрашивали. Когда его привели в камеру, они не успели перекинуться даже парой слов, так как теперь пришла её очередь для допроса.

Ранее, когда приехала скорая, врач сразу же констатировал смерть Глеба Борисовича. Вскоре подъехали и полицейские. Настя и Алексей рассказали им всё, как было, естественно, умолчав о том, что они нашли в подвале флигеля. Просто лишь сказали, что возвращались в Москву и остановились, чтобы посмотреть на старые здания. Лица преступников запомнить не удалось, так как на этой улице почти нет освещения.

– Но зато я запомнил номер их автомобиля, когда они уезжали, так как он подсвечивался, – сказал Алексей полицейским.

Когда он назвал им номер, они быстро переглянулись, а затем один из них сказал:

– Поедете с нами, продолжим разговор в отделении, а сюда должны эксперты подъехать.

Когда их посадили в машину, Настя заметила, как один из полицейских положил нож в пакет и взял его с собой. «Странно, а разве не эксперты должны это делать?» – подумала она тогда, но особо вникать не стала, так как находилась ещё в шоковом состоянии после случившегося.

И вот теперь Настя сидела перед полицейским, пытаясь понять, о чём он её спрашивает.

– Скажите, за что ваш муж убил гражданина Рудовских Глеба Борисовича? – повторил он свой вопрос.

– А причём здесь мой муж? – удивлённо спросила Настя, поняв, наконец, куда тот клонит. – Мы же всё на месте рассказали. У нашей машины пытались снять колёса четверо молодых людей, а когда мы подошли, началась драка, и один из них ударил Глеба Борисовича ножом в живот. Так вы же забрали нож на экспертизу, проверьте, там должны быть отпечатки одного из них.

– Я знаю, что вы говорили в самом начале, – резко ответил полицейский. – На ноже обнаружены отпечатки только Вашего мужа, других отпечатков там нет.

Настя сидела и обдумывала то, что сейчас услышала. Постепенно до неё доходило, что их хотят подставить.

– А как же автомобиль, который был на месте преступления? Мы же вам сказали номер. Вы нашли, кому он принадлежит?

– Конечно. Этот автомобиль принадлежит одному очень уважаемому в нашем городе человеку Петру Ольховскому. На нём в ту ночь ездил его сын Иван Ольховский с друзьями, на которых вы напали. Они уже написали на вас заявление. Вашему мужу придётся посидеть в тюрьме, причём очень долго, как минимум лет пятнадцать. Он, кстати, во всём признался.

– Как признался? – удивилась Настя. – Этого не может быть.

– Ещё как может, – улыбнулся полицейский, и улыбка его очень не понравилась Насте. – Вам я советую сделать то же самое. Тогда Вы и мужу поможете немного скостить срок, и сами не пойдёте, как соучастница. Решайтесь.

– А этот Ольховский, он кто? – спросила Настя.

– Это неважно, просто уважаемый человек, и всё. Пиши давай признание, время идёт, – быстро сказал полицейский и Настя заметила, что он перешёл на Ты.

– Сколько же вам заплатил этот уважаемый человек, чтобы отмазать сынка и подставить нас? Наверное, очень много?

– Вот ты как заговорила, – злобно прошипел полицейский. – Ну, ничего, посидишь в камере с уголовницами, они тебе быстро мозги вправят на место.

Настя не успела и глазом моргнуть, как оказалась в камере, а за ней захлопнулась железная дверь, и лязгнул засов. Было раннее утро, и до прихода Насти обитатели камеры спали. Теперь же они сели и настороженно смотрели на новенькую. У всех трёх женщин вид соответствовал тому описанию, которое дал им полицейский – уголовницы. У каждой из них виднелось по несколько наколок, но среди всех троих особенно выделялась одна. Настя решила, что она тут за главную. Голова у неё была обрита наголо, и на самой макушке тоже была наколка. Настя ждала первого вопроса, и он не заставил себя ждать:

– Ну, и за что ты сюда попала? – спросила лысая.

Настя решила ничего не придумывать и сказать так, как есть:

– Меня подставил Пётр Ольховский, который выгораживает своего сынка Ивана. Он и его дружки напали на нас и убили нашего товарища, а теперь убийство хотят повесить на моего мужа.

Взгляд у лысой смягчился, и она жестом пригласила Настю присесть рядом с ней.

– Знаю я этих Ольховских. Эта семейка в нашем городе многим жизни испортила. Отец же раньше был главным бандитом в городе, а теперь вот в мэры метит. А сынок так вообще тот ещё беспредельщик – что ни вечер, то история. А отец закрывает глаза на все его шалости и постоянно отмазывает, ведь он его единственный сын. Да уж, плохи ваши дела.

Эта информация сильно расстроила Настю, и она задумалась о том, что же ей делать дальше. Когда она пришла в себя, то поняла, что лысая её о чём-то спрашивает.

– Что? – переспросила Настя.

– У тебя на воле есть тот, кто может тебе помочь?

И тут Настя вспомнила о Сергее Геннадьевиче, который работал в ФСБ. Она знала его уже больше двух лет, и за это время он не раз выручал её.

– Есть человек из ФСБ, – сказала Настя. – Только мне вряд ли дадут ему позвонить. И вообще, мне сказали, что муж уже признался в убийстве.

– Да это они просто тебя хотели расколоть. А насчёт звонка не беспокойся, устроим тебе звонок, мы здесь сами себе хозяева.

Лысая сняла ботинок, сковырнула подошву, и Настя увидела небольшой плоский телефон, который лежал в специальной выемке.

– На, звони, – сказала лысая и протянула ей телефон. – Только постарайся недолго.

Настя кивнула, взяла телефон, и набрала номер Сергея Геннадьевича, надеясь, что он возьмёт трубку, несмотря на столь ранний час. Её ожидания оправдались, и после пятого гудка он всё-таки ответил.

– Я слушаю, – сказал он.

– Сергей Геннадьевич, я так рада, что дозвонилась, это Настя! Мне срочно нужна Ваша помощь, нас с мужем полиция задержала в Серпухове за убийство!

И Настя начала быстро рассказывать, что с ними произошло.

Глава 43

Остаток ночи и половину дня Настя провела в камере, и лишь только около двух часов дверь открылась, и прозвучал голос:

– Беляева, на выход!

На пороге стоял полицейский, которого Настя раньше не видела. Она встала, кивнула на прощание сокамерницам и вышла. Полицейский закрыл дверь камеры, и они пошли по коридору.

– Куда меня теперь? – спросила она.

Он ей ничего не ответил. Они прошли по коридору, зашли за следующую дверь, и остановились возле мужчины в костюме.

– До свидания, – сказал полицейский скорее ему, чем Насте, и ушёл.

Мужчина же немного подождал, затем улыбнулся Насте и произнёс:

– Анастасия, добрый день. Меня зовут Виктор, я здесь по просьбе Сергея Геннадьевича, пойдёмте со мной.

– А где мой муж?

– Он уже в моей машине, сейчас вы с ним увидитесь.

Они покинули отделение и направились в сторону стоянки. Возле незнакомого автомобиля стоял Алексей. Похоже, что всё разрешалось благополучно, чему Настя была очень рада. Она обняла мужа, а потом посмотрела на своего спасителя, и спросила:

– Виктор, а Сергей Геннадьевич не смог приехать? Как Вам удалось нас вытащить отсюда так быстро?

– У Сергея Геннадьевича сегодня важные дела в Питере, и он попросил меня помочь. Мы с ним старые друзья, я тоже из ФСБ, только из Москвы. Ну, я с самого раннего утра сюда и рванул. Алексею я уже вкратце всё рассказал, теперь Вам расскажу. Особо вдаваться в подробности не буду, но в итоге по отношению к обоим полицейским, которые вас задержали, будет проведена служебная проверка, а пока они уволены. Естественно, на том ноже не было отпечатков Вашего мужа, да и кто будет проводить экспертизу ночью? Зато её сделали утром по моему запросу, и к обеду уже было известно имя убийцы. Это друг Ивана Ольховского – сына Петра Ольховского. Все четверо, кто на вас напал, уже задержаны. А вы свободны.

– А как быть с телом Глеба Борисовича, – спросила Настя.

– Не волнуйтесь об этом. С его родственниками уже связались, и они всё устроят. Давайте, я отвезу вас к вашей машине. Она стоит всё там же, где вы её оставили.

Они сели в машину к Виктору – мужчины вперёд, а Настя на заднее сидение. Там она увидела деревянную коробку, похожую на ту, что они нашли ночью в подвале старого флигеля.

– Знакомая коробка, – сказала она, улыбнувшись.

– Это ваша коробка, – ответил Виктор. – Её отдал один из нападавших.

Он завёл двигатель, и машина тронулась. Пока они ехали, Настя думала о превратностях судьбы. Казалось бы, человек мечтал много лет найти книги предсказаний Авеля, и вот, когда его мечта сбылась, и они нашли последнюю книгу – его убили. Ей было грустно от случившегося этой ночью несчастья. Но она поймала себя на мысли, что эту грусть разбавляла и радость от того, что четвёртая книга всё-таки нашлась.

Вскоре они доехали до того места, где произошло убийство, рядом с их машиной. Сейчас здесь не было ни крови, ни каких-либо других следов совершённого здесь преступления. Виктор сказал, чтобы они передавали от него привет Сергею Геннадьевичу. Настя и Алексей ещё раз поблагодарили его за помощь, и вышли из машины. В руках у Насти была коробка.

Проводив взглядом машину Виктора, они проверили колёса на своей машине, а затем сели в неё и посмотрели друг на друга:

– Мне сказали, что ты признался в убийстве, но я не поверила, – сказала Настя.

– Ну и правильно, я ни в чём не сознавался, – ответил Алексей. – Поехали отсюда?

Настя кивнула, и устало откинулась на спинку сидения. Они решили нигде не останавливаться и ехать сразу в Питер. Алексей позвонил Елене Николаевне, сказал о том, что у них всё хорошо, и они возвращаются назад. Она очень обрадовалась его звонку, так как всё утро пыталась сама дозвониться и не могла. Дорога заняла у них довольно много времени. Они ехали весь остаток дня, затем ночь, и домой приехали только лишь под утро. Они ощущали такую сильную усталость, что главным для них было сейчас добраться до кровати и лечь спать.

Дома было тихо. Стараясь не шуметь, они приняли душ, смывая с себя все пережитые неприятности, и легли спать. Уснули они почти сразу же, как только закрыли глаза. Только у Насти промелькнула мысль, что неплохо бы почитать четвёртую книгу Авеля. «Но потом, всё потом…», – было её последней мыслью перед тем, как она провалилась в глубокий сон.

Часть восьмая

АВЕЛЬ ПРИ АЛЕКСАНДРЕ

I

И НИКОЛАЕ

I

Глава 44

Уже почти год жил Авель в Серпуховском Высоцком монастыре. Жил он тихо, ничем особенно не выделялся среди остальных монахов, хотя все знали о его великом пророческом даре. Но настоятель на его счёт не особенно волновался. Он был уверен, что никаких пророчеств он больше делать не будет, так как иначе ему грозила бы тюрьма. После всем известного пророчества, сделанного монахом в 1802 году, о том, что французы в 1812 году войдут в Москву и город сгорит, Авель просидел в тюрьме целых десять лет. Когда его выпустили, был издан указ, запрещающий ему пророчествовать под страхом ареста, и Авель вот уже двенадцать лет исполнял этот указ.

Он и сам не хотел попадать в тюрьму, понимая, что возраст у него уже не тот, и на свободу он может уже и не выйти. Но однажды ночью Авель снова услышал Голос. Он напомнил монаху о том, что он был избран Господом и должен донести до людей то, что случится однажды в будущем из-за того, что случилось в прошлом. Авель и сам понимал, что это его священный долг, поэтому, спустя двадцать два года молчания, он снова сел писать книгу с предсказаниями – уже четвёртую по счёту. Делал он это тайком, и никто даже не догадывался, что монах взялся за старое. Как и в прошлые разы, Авель создал два экземпляра книги.

Вскоре к нему на разговор пришёл граф Потёмкин. Он сказал, что он сын графини Прасковьи Андреевны Потёмкиной, которая умерла в 1816 году. Почти четыре года она была покровительницей Авеля, помогала ему деньгами, чтобы он мог свободно странствовать по Святым местам. Они довольно часто общались посредством переписки, и он тоже часто помогал ей мудрым словом или советом. Пожалуй, графиня была одной из немногих, кому Авель мог полностью доверять. Поэтому он решил принять её сына, тем более он уже давно знал, что тот должен был к нему рано или поздно прийти.

Жизнь у графа Потёмкина складывалась не совсем удачно. Большую часть своего состояния к тому времени он проиграл в карты, и по всему было видно, что он катился по наклонной. Тогда-то он и вспомнил своё обещание, данное матери перед её смертью. Он обещал ей, что однажды найдёт монаха Авеля и поговорит с ним. Поэтому он и приехал в Серпухов.

Граф остановился во флигеле дома своего дальнего родственника купца Вершинина, и вот уже несколько дней ходил в Высоцкий монастырь и разговаривал с Авелем. В этих беседах он увидел, что его жизнь имеет смысл и она не бесцельна, и что есть на небе Высшая сила, история Авеля является тому свидетельством. На третий день, заканчивая разговор, Авель сказал:

– Это была наша последняя беседа, дальше всё зависит от того, насколько сильно ты захочешь изменить свою жизнь.

Монах немного помолчал, глядя графу Потёмкину прямо в глаза, и через минуту продолжил:

– Мне тоже нужно, чтобы ты мне помог.

– Конечно, – оживился граф. – Я сделаю всё, что скажете.

Авель достал деревянную коробку и передал её графу.

– В этой коробке моя книга с предсказаниями, но нельзя открывать её раньше времени под страхом смерти. Сегодня же вечером спустишься в подвал флигеля и спрячешь её в стене за кирпичи. Потом поставишь кирпичи на место, чтобы не было заметно. Всё понял?

– Да, – тихо вымолвил граф, удивлённый такой странной просьбой.

– И не вздумай заглядывать в коробку. Всё, ступай с Богом.

Граф Потёмкин ушёл, и больше они с Авелем не виделись. Он выполнил его просьбу, сделал в подвале тайник и спрятал туда коробку. Сам же Авель выждал ещё две недели после того, как граф уехал из Серпухова, и отнёс книгу с предсказаниями настоятелю монастыря. Всё повторилось в точности, как и в прошлые разы. Когда настоятель увидел, что в книге Авель предсказывает скорую гибель императора, то сразу же все засуетились, и книга срочно была отправлена в Петербург. Вскоре она уже была у Александра I.

Прочитав всю книгу от корки до корки и увидев, что совсем скоро, по словам Авеля, ему предстоит умереть, император лишь грустно улыбнулся. На этот раз Авелю крупно повезло, и его не посадили в тюрьму. И всё это благодаря тому, что совсем недавно Александр I тайно ездил в Саровскую пустыню и долго беседовал с преподобным Серафимом. В этой беседе монах также сообщил императору о его скорой гибели, и теперь эти слова нашли подтверждение в предсказаниях Авеля.

Александр долго сидел и смотрел в окно. Он наблюдал, как по голубому небу плывут облака, и думал о том, как всё-таки быстротечна жизнь. Не успеешь родиться, а она уже и заканчивается.

«Что ж, чему быть, того не миновать», – подумал он и закрыл книгу.

Глава 45

Первого декабря 1825 года в Таганроге скоропостижно скончался император Александр I, как и предсказывал Авель. Он также предсказывал, что будет большая драка, прежде чем Николай I взойдёт на престол и, судя по всему, к тому всё и шло.

Наследником был другой сын Павла I – Константин Павлович, но он ещё два года назад отрёкся от престола, опасаясь быть задушенным точно так же, как и его отец. Это отречение было тайно оформлено в виде манифеста Александра I, который следовало огласить после его кончины. Согласно этому решению наследником престола становился следующий брат Александра – великий князь Николай Павлович.

Но многие были не согласны с этим и присягнули Константину I. Сам же Константин находился в то время в Варшаве, и прислал оттуда подтверждение того, что он отрекается от престола. Напряжение в Петербурге нарастало, и вскоре люди, желающие видеть на престоле Константина, вывели на Сенатскую площадь войска. Восстание, названное позднее восстанием Декабристов, было подавлено. Многие были сосланы в Сибирь, а пять человек повешены. Так на престоле утвердился Николай I, коронация которого была намечена на конец лета.

Весной 1826 года Авель приехал на несколько дней в Москву по делам монастыря, и чтобы встретиться с несколькими людьми. В то время подготовка к коронации Николая I шла полным ходом, но пока точная дата её была неизвестна.

Как-то днём графиня Каменская беседовала на улице со своей знакомой, когда та показала куда-то рукой и сказала:

– Смотрите, это монах Авель. Говорят, что нынче он в Москве.

– Тот самый таинственный Авель? – удивилась графиня.

– Да. Поговаривают, что все до единого его предсказания сбылись.

– Мне надо с ним поговорить, – быстро произнесла графиня, попрощалась со своей знакомой и направилась в сторону монаха. Она подошла к нему, представилась, и, хоть Авель и торопился, но всё-таки согласился её выслушать. Её не интересовало что-то конкретное, ей просто хотелось услышать хоть что-нибудь из уст известного предсказателя, чтобы потом хвастаться этим перед знакомыми. Поэтому Графиня Каменская спросила первое, что пришло ей в голову:

– Скажите, будет ли коронация и как скоро?

Авель некоторое время пристально смотрел ей в глаза, затем покачал головой и тихо произнёс:

– Не придётся Вам радоваться коронации.

Сказав это, он пошёл дальше, оставив графиню стоять на улице с открытым от удивления ртом.

– Значит, коронации не будет? – тихо прошептала она сама себе.

Этим же вечером по Москве пошёл слух. Все говорили о графине Каменской, которой Авель предсказал, что коронации не бывать, и Николай I никогда не станет императором. Из уст в уста передавалась эта секретная информация, обрастая всё новыми подробностями, и в скором времени люди стали говорить, что коронации не будет именно по вине монаха Авеля.

На самом же деле Авель имел в виду совсем другое, а графиня переиначила его слова на свой лад. В скором времени в имениях графини взбунтовались крестьяне. Государь разгневался за это на графиню, и ей было запрещено присутствовать на коронации. Именно это имел в виду Авель, когда говорил, что ей не придётся радоваться этому событию, а не то, что коронации не будет вовсе.

Закончив дела в Москве, Авель вернулся в монастырь. Москва же с каждым днём всё больше и больше обсуждала его предсказание. Это дошло до настоятеля Высоцкого монастыря, и он подумал о том, что в этот раз вещий монах может не выйти сухим из воды. Эти же мысли пришли в голову и самому Авелю, поэтому в начале июня месяца, никому ничего не сказав, он тайно ушёл из монастыря.

Слухи о предсказании Авеля о том, что коронации вовсе не будет, дошли и до Николая I. Сначала он хотел закрыть на всё глаза и не трогать старого монаха, но потом подумал, да и советники подсказали, что нельзя оставлять это дело без внимания. Если даже до коронации кто угодно может говорить что угодно про него, то что же будет после? И было принято решение взять Авеля под стражу. Когда приехали в Высоцкий монастырь, чтобы арестовать монаха, то узнали, что он скрылся в неизвестном направлении.

Глава 46

Авель знал, что у него в запасе не так уж много времени, прежде чем его обнаружат, но он точно знал, что ему надо сделать. Спустя два дня после приезда в деревню Акулово он начал мастерить табличку. Он вырезал надпись, которая не раз приходила к нему в его видениях, хоть он и не понимал, что именно она означает. Когда табличка была готова, её необходимо было поместить в заброшенный колодец, причём так, чтобы никто этого не видел.

Авель стал думать, как всё устроить. Остаться одному без посторонних глаз рядом с колодцем проблемы не составляло. Этот колодец находился на краю деревни, среди кустов и деревьев, к тому же был уже довольно давно заброшен и сюда никто не ходил. Проблема заключалась в том, как залезть в колодец самому, без посторонней помощи, спрятать там табличку, а потом ещё и вылезти.

И вот, пока он однажды ночью лежал и размышлял над тем, как лучше всё устроить, он услышал Голос.

– Не бойся, – сказал он.

Причём сказано это было не в комнате, в которой стояла кровать Авеля, не на улице, и вообще нигде в пространстве. Голос этот прозвучал где-то внутри самого Авеля, как уже бывало и раньше. И Авель перестал бояться и думать о том, как это сделать. Он понял, что нужно было просто делать. После этого осознания он сразу же уснул.

Следующим же вечером он взял табличку, верёвку и пошёл на край деревни. Дойдя до колодца, Авель привязал верёвку к дереву, а другой её конец бросил в колодец. Затем он засунул табличку за пояс, взялся за верёвку, и стал медленно спускаться вниз.

Это у него получилось на удивление легко и просто, несмотря на то, что ему уже было на тот момент шестьдесят девять лет. Он явно ощущал какую-то силу, посланную ему свыше, которая помогала ему спускаться по верёвке без каких-либо особых проблем. Спустившись на несколько метров, он увидел то, что было нужно. В стене колодца была щель, куда спокойно могла поместиться табличка. Он крепче взялся за верёвку одной рукой, другой достал деревянную табличку из-за пояса, и засунул её в щель. Затем он полез наверх, и вскоре уже был на поверхности. Отвязав верёвку от дерева, он отправился домой.

Теперь оставалось только ждать, когда за ним придут. Хотя у Авеля ещё был вариант уйти туда, где его никогда не найдут. Россия большая, а мир и того больше. Но он знал, что его миссия уже выполнена, ключи расставлены по своим местам, и однажды появится человек, который дойдёт до самого конца и разгадает, что случилось однажды в далёком прошлом, и что должно произойти из-за этого в не менее далёком будущем.

Но всё же Авеля ещё терзали сомнения по поводу того, точно ли за ним придут. Возможно, опасность ему не грозит, и он может спокойно жить в своей родной деревне. Ему так не хотелось провести остаток своих дней в странствиях где-то на чужбине. И даже не дней, а лет. Он точно знал, сколько проживёт. Давным-давно было Авелю видение, что отмеряно ему восемьдесят четыре года. А значит жить оставалось ещё пятнадцать лет. И ему не хотелось все эти годы где-то скитаться. Поэтому он надеялся, что за ним не придут.

Но за ним пришли. Это произошло спустя два месяца после того, как он ушёл из Высоцкого монастыря. Эти люди с ним особо не церемонились. Указ императора Николая I был прост и понятен: «Монаха Авеля, порочащего своими речами династию Романовых и распускающего слухи о невозможности коронации, отыскать, схватить и заточить в тюрьму Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря». Туда он и был отправлен.

А коронация Николая I прошла без каких-либо особых происшествий, примерно в то же самое время, когда Авель был помещён в тюрьму. Какое-то время после этого события ещё говорили о том, что знаменитый предсказатель ошибся, но вскоре про Авеля все забыли. В том числе и император. В следующие пять лет он и не думал о том, что где-то в тюрьме сидит монах, однажды сказавший, что коронации не будет. Но как-то ночью он вскочил в постели в холодном поту после увиденного сна. Николай пытался вспомнить, что же он видел, но никак не мог. И вдруг вспомнил. Во сне он видел монаха Авеля.

Уже на следующий день император отправил человека в Спасо-Евфимиев монастырь справиться о судьбе монаха, и, возможно, освободить его. Авель просидел уже пять лет, сам он был довольно стар, поэтому Николай подумал, что его следует выпустить. Наверное, следовало сделать это ещё пять лет назад, сразу же после коронации.

Но выйти на свободу Авелю, увы, было не суждено. Отправленный в монастырь человек вернулся с плохими известиями. Он сообщил императору, что Авель недавно умер, и теперь он похоронен на монастырском кладбище. Николай пару минут поразмышлял над незавидной судьбой этого знаменитого монаха. Но у него были более важные, государственные дела, поэтому он выкинул эти мысли из головы и больше об этом монахе так за всю жизнь ни разу и не вспомнил.

Император никогда не узнает, что Авель умрёт намного позже, спустя десять лет. Настоятель Спасо-Евфимиева монастыря и сам не понял, что это было. Никогда прежде с ним не случалось такого, и никогда не случится в будущем. Но в ночь накануне приезда человека от императора он услышал Голос, который велел ему сказать завтра, что Авель умер. А для достоверности сделать свежую могилу.

Настоятель проснулся с ощущением полного непонимания того, что произошло ночью, но исполнил всё в точности. Человек, справляющийся о судьбе Авеля, уехал ни с чем. Вернее он уехал с уверенностью, что Авель мёртв.

Сам же Авель прожил ещё десять лет. Он не хотел, чтобы его дёргали, а хотел, чтобы его просто оставили в покое. За всю свою жизнь он просидел в тюрьмах в общей сложности около тридцати лет, при одной императрице и трёх императорах. Естественно, это сказалось на его здоровье не самым лучшим образом, и в последние годы жизни он тяжело болел. Умер Авель в 1841 году, на восемьдесят четвёртом году жизни, как и предсказывал сам себе когда-то очень давно.

Часть девятая

Глава 47

Некоторое время Настя и Алексей сидели молча, находясь под впечатлением от увиденного. Они ехали домой в полной уверенности, что теперь, когда они нашли последнюю книгу предсказаний Авеля, их расследование подошло к концу. Им казалось, что иначе и быть не могло, ведь после того, как Авель спрятал четвёртую книгу, он попал в тюрьму, из которой больше уже так и не вышел. Так что написать что-то ещё он больше не мог.

Но, как оказалось, расследование было ещё не закончено. Они были крайне удивлены, когда, дочитав книгу до самого конца, увидели там новый ключ. Надпись в конце книги была такая: «Склеп на погосте старом, чёрное дерево на Валааме». Первой из них двоих пришла в себя Настя.

– Интересно, к чему приведёт этот ключ, если все книги мы уже нашли? – спросила она.

– По всей видимости, что-то очень интересное и крайне важное спрятано на Валааме, – предположил Алексей.

– Да, похоже на то. Скорее всего, это было спрятано ещё во время его первого пребывания на этом острове. Неужели Авель всю жизнь оставлял в книгах ключи, чтобы они привели нас к тому, что он спрятал в самом начале, ещё до написания первой книги?

– А зачем такие сложности? – спросил Алексей. – Если это так важно, то отправил бы нас сразу по следу именно туда, зачем было такой длинный путь городить?

– Я думаю, что это уже не книга, – предположила Настя. – Возможно, что если бы кто-то нашёл эту вещь сразу же, то ничего бы не понял. А чтобы понять, нужно было прочитать все четыре книги.

Алексей вздохнул и спросил:

– Ну, что, снова поедем на Валаам? Мама уже через три дня улетает.

– Обязательно поедем, – кивнула Настя. – Ты же видишь, что мы подошли к самому главному, теперь уже нельзя останавливаться.

– А если там будет очередной ключ, а потом ещё один, и ещё?

– Нет, я уверена, что разгадка уже близка. Я всегда знала, что ответы должны быть на Валааме – именно там, где его посетили первые видения. Похоже, что я была права и так оно и есть. Так что завтра же поедем туда и постараемся всё выяснить.

Алексей ещё раз взглянул на надпись.

– Я так понимаю, что на Валааме нужно будет найти какой-то склеп на старом кладбище. Думаешь, мы успеем найти этот склеп за один день?

– Должны успеть. Тем более есть же ещё подсказка про чёрное дерево. И я, кажется, знаю, о каком дереве здесь говорится.

– О каком? – с интересом спросил её Алексей.

Настя посмотрела на мужа и сказала:

– Ты же помнишь, что два года назад я уже была на Валааме, когда занималась расследованием, связанным с пропажей Янтарной комнаты. Так вот, тогда я уже сталкивалась в своём расследовании с этим чёрным деревом. Это сгоревшая сосна, в которую несколько лет назад попала молния. Теперь там просто чёрный ствол. До того места от монастыря идти минут сорок.

– Слишком много вопросов возникает, – усомнился Алексей. – Думаешь, на острове всего лишь одно сгоревшее дерево? Остров ведь довольно большой. И если в это дерево молния попала всего лишь несколько лет назад, откуда Авель мог об этом знать? В его времена этой сосны наверняка даже ещё и не было.

– А откуда он мог знать про количество ступеней на Секирной горе? Ведь лестница появилась гораздо позднее, уже после его смерти. Вот и про чёрное дерево он вполне мог знать.

Настя пожала плечами, немного подумала и продолжила:

– Мне кажется, там только одно такое дерево. Два года назад, когда я спросила на острове про чёрное дерево, мне сразу же на него указали. Только вот кладбище меня немного смущает. Не было там возле дерева никакого кладбища, я же помню.

– Может, спросить у помощника настоятеля Валаамского монастыря? Он же нам свой телефон оставлял, когда самую первую табличку показывал.

– Точно, – кивнула Настя, доставая телефон. – Только по телефону его об этом я не буду спрашивать, лучше договорюсь о встрече на завтрашнее утро.

Она позвонила ему, но трубку он не взял. Тогда Настя позвонила своему знакомому – хозяину катера, который уже возил их не так давно на остров. Он завтра был свободен и с радостью согласился ещё раз их отвезти.

Как только она с ним поговорила, раздался звонок. Это перезванивал помощник Настоятеля. Он очень удивился и обрадовался, когда узнал, что им с Алексеем удалось найти все четыре книги с предсказаниями Авеля. Настя сказала, что расскажет ему всё при личной встрече завтра утром. Он ответил, что будет их ждать. Самого настоятеля пока ещё не было на острове, он должен был вернуться лишь послезавтра.

– Осталось только рассказать об этом твоей маме, – сказала Настя мужу.

Во время обеда они всё рассказали Елене Николаевне.

– А я думала, что, раз вы нашли последнюю книгу, то расследование уже закончено, – грустно улыбнулась она.

– Мы тоже так считали, – сказал Алексей, – пока не обнаружили новый ключ. Но мы уверены, что этот ключ последний, и он приведёт нас к чему-то очень важному.

– Просто я уже скоро уезжаю домой. У меня осталось всего два с половиной дня, чтобы с вами побыть. И выходит, что вас ещё целый день не будет, – вздохнула она.

– Елена Николаевна, – Настя ободряюще улыбнулась ей и погладила её по руке. – Нас не будет всего лишь один день. Считайте, что мы просто поехали на работу. Мы ещё сегодня полдня вместе будем, и послезавтра целый день. А на Новый год, как и обещали, прилетим всей семьёй к Вам в гости в Новосибирск.

– Ой, Настя, я ведь не к тому, чтобы вы остались завтра дома, – улыбнулась ей Елена Николаевна. – Конечно, поезжайте, и ни о чём не беспокойтесь. Я ведь знаю, насколько это для вас важно и желаю найти завтра то, что вы ищете.

– Обязательно найдём, – почти хором ответили Настя и Алексей, и они все втроём рассмеялись.

Глядя на весёлое настроение своих родных, Лиза тоже радостно заулыбалась, протягивая к ним свои маленькие ручки.

Вторую половину дня они провели все вместе, гуляя по лесу, разговаривая. Потом пели детские песни – это очень нравилось их дочке. Вечером решили лечь спать пораньше, так как завтра нужно было рано выезжать в Приозерск.

Глава 48

За последние две недели Настя уже в третий раз ехала этой дорогой и настолько привыкла к ней, что практически не замечала окружающего пейзажа. Она закрыла глаза и вспомнила то время, когда была на Валааме 2 года назад. Это было счастливое время, но и грустное одновременно. Постепенно её сморило, и она и сама не заметила, как провалилась в сон.

Ей снилось что-то странное, но она не понимала, что именно. Но что-то неприятное, Настя это точно знала. Внезапно откуда-то издалека Настя услышала голос своего мужа. Но перед тем, как проснуться, у неё перед глазами явно прорисовался образ чёрного дерева на фоне ночного неба. Она открыла глаза и услышала голос Алексея.

– Просыпайся, – говорил он ей. – Мы уже почти приехали.

– Я проснулась, – ответила она и посмотрела по сторонам.

Они уже ехали по Приозерску и должны были скоро доехать до причала на берегу Ладожского озера.

– Как ты? – спросила Настя мужа. – Что-то меня немножко сморило, но теперь я окончательно выспалась.

– Всё нормально, я ночью хорошо выспался, – ответил он.

Они оставили свой автомобиль на стоянке и отправились на поиски катера, который должен был ждать их на причале. Катер находился на том же самом месте, как и в прошлый раз.

– Что-то вы зачастили на Валаам, – сказал им капитан после того, как они поприветствовали друг друга и поднялись на палубу.

– Надо закончить дело, – сказала ему Настя. – Постараемся за несколько часов всё решить.

– Конечно, конечно, – произнёс капитан. – Моё дело маленькое – только отвезти вас на остров и привезти обратно.

Он запустил двигатель, и катер отчалил от берега. Сегодня дул слабый ветерок и по озеру гуляли небольшие волны, поэтому им пришлось немного попрыгать по этим волнам, пока они плыли к острову. Через час они причалили к берегу, и Настя с Алексеем направились в сторону монастыря. В этот раз не пришлось что-то выдумывать и долго ждать, так как у них была назначена встреча. Им разрешили войти к помощнику настоятеля монастыря сразу же, как только они подошли к его кабинету.

– Чувствую, что вы очень активно провели время с момента нашей последней встречи, – сказал он, когда они сидели перед ним. – Мне уже не терпится услышать, где вы нашли книги предсказаний, и как вам это удалось.

И Настя начала рассказывать. Конечно, она не рассказывала всё детально, стараясь говорить только основные вещи, но всё равно повествование получилось достаточно продолжительным. Когда Настя рассказывала помощнику настоятеля про четвёртую книгу предсказаний, она умолчала о самом последнем шифре, а только лишь произнесла:

– Вот, собственно, и всё. Осталось только уточнить совсем маленькую деталь, поэтому мы к Вам и приехали.

– Какое же невероятное расследование вы провели, – восхищённо сказал он, всё ещё находясь под впечатлением от услышанного. – По этой истории вполне можно книгу написать. Надо было ещё раньше вам показать ту деревянную табличку, глядишь, давно бы уже всё расследовали.

Он некоторое время смотрел на них, покачивая головой и улыбаясь, а потом вдруг спохватился, вспомнив, что сказала Настя, и спросил:

– Простите, немного отвлёкся. Так какую деталь вы хотели у меня уточнить?

– Насколько я помню, два года назад на острове была обгоревшая сосна, минутах в сорока отсюда. Скажите, это дерево ещё сохранилось?

– О, да! Можно сказать, что чёрное дерево – наша местная достопримечательность. Даже туристы о нём спрашивают иногда и ходят посмотреть на него, хотя ничего необычного там нет – просто обгоревшее дерево.

– Я видела это дерево, оно немного странное. В него попала молния, сгорели листья, ветки, а ствол только почернел, но полностью не сгорел. Тогда у меня ещё вопрос: на острове есть ещё где-нибудь обгоревшие деревья?

Помощник настоятеля ненадолго задумался и покачал головой.

– Нет, насколько я знаю, такое дерево только одно.

– А есть ли в районе чёрного дерева старое, заброшенное кладбище? – спросила Настя. – Я знаю, что рядом нет, но может быть на некотором отдалении?

– Нет, точно нет, – сразу же ответил помощник настоятеля. – Если бы там было кладбище, то я бы об этом знал. Да и откуда ему там взяться, там же пустынные места.

Настя задумалась. Если Авель прятал что-то в склепе на старом кладбище, то с того момента уже прошло более двухсот лет. Возможно, что кладбище не сохранилось или разрушилось со временем. В любом случае, надо было понять, не ошиблись ли они с местом, и было ли там раньше кладбище.

– А есть ли в Валаамском монастыре планы расположения объектов на острове в конце восемнадцатого века? – спросила Настя.

– У нас есть архив с документами, – кивнул помощник настоятеля. – Там есть также разные карты и планы местности. Надо смотреть. Если хотите, можем вместе пройти туда прямо сейчас.

– Было бы неплохо, – ответила Настя.

Они встали и все втроём отправились в архив.

– Придётся здесь повозиться, – сказал помощник настоятеля, когда они оказались в небольшой комнате, заваленной документами. – Если честно, я не очень понимаю, как здесь всё классифицировано, а человека, который во всём этом разбирается, сейчас нет на острове.

– Ничего, я думаю, что и сами справимся, – махнула рукой Настя. – Главное – начать искать, а там уже вникнем во всё и быстро найдём то, что ищем.

Они подошли к разным стеллажам и стали быстро просматривать документы. Бумаги с текстом Настю не интересовали, и она быстро их перебирала. Насте нужны были чертежи, но они всё никак не попадались ей на глаза. Наконец, спустя час поисков, она нашла то, что нужно. На стеллаже Настя наткнулась на целую стопку различных планов и чертежей.

– Кажется, что-то нашла, – сказала она остальным, и они подошли к ней.

Сверху лежали планы зданий, попадались и схемы острова, но все они были современные. Но Настя заметила, что года уменьшаются по мере уменьшения стопки. Тогда она быстро пролистала её и, наконец, нашла то, что искала. Это был план острова с нанесёнными на нём объектами, конца восемнадцатого века.

Они развернули план и начали его рассматривать. Первым необходимый им объект обнаружил помощник настоятеля.

– Смотрите, на этом плане указан «Степанов скит», а в наши дни этого скита нет. И это не очень далеко от чёрного дерева, может быть метрах в пятистах или около того.

– А рядом со скитом вполне могло находиться кладбище? – спросила Настя.

– Конечно. Только сейчас его, скорее всего, нет, ведь столько времени уже прошло.

Настя долго рассматривала план, но потом вспомнила, что у неё есть телефон, и сфотографировала его.

– Ладно, мы пойдём, спасибо большое, – сказала Настя помощнику настоятеля.

– Мне кажется, что вы только зря потратите время – нет там ничего, – пожал тот плечами.

– Посмотрим, – ответила Настя, и они с Алексеем вышли на улицу.

Глава 49

Уже полчаса они шли по дороге в сторону чёрного дерева, но за это время так никого и не встретили, хотя обычно на Валааме было достаточно многолюдно. Возможно, это всё из-за того, что в той стороне, куда они направлялись, не было никаких достопримечательностей, которые обычно посещают туристы, либо каких-то мест посещения паломников. А возможно ещё и благодаря тому, что уже была середина сентября, и людей на Валаам стало ездить гораздо меньше, чем летом. В любом случае, Насте и Алексею это было на руку, так как лишние глаза и уши им были совершенно ни к чему.

В самом начале их расследования погода ещё стояла по-летнему тёплая, и большая часть листьев ещё была зелёной. Но с того времени прошло уже почти две недели, и на улице заметно похолодало, так что теперь им приходилось идти в куртках. Жёлто-красная картина вокруг всё больше напоминала осенний пейзаж.

– Такое ощущение, что мы просто прогуливаемся где-нибудь за городом по парку, – сказала Настя мужу. – Красота!

– Да, ты права, – улыбнулся он. – Если ещё и не думать о том, какое дело у нас впереди.

– Любимый, в любом деле нужно видеть красоту, – ответила на это Настя.

Чёрное дерево они увидели не сразу, потому что оно стояло немного в стороне от дороги. Но Настя уже знала, где его искать, поэтому нашли они его достаточно быстро. Они пошли по направлению к этому дереву, и вскоре уже стояли рядом с ним. Действительно, это был просто слегка обгоревший снаружи, но вполне себе прочный ствол. Несколько лет назад в него попала молния и дерево вспыхнуло. Рядом не было других деревьев и кустарников, что не позволило пожару разрастись, но вот почему само дерево не сгорело полностью, оставалось загадкой.

Они определили по компасу направление, в котором должно было находиться кладбище, и отправились в ту сторону. Получалось, что они ещё дальше удалялись от дороги. Места здесь были безлюдные, и Настя всё же надеялась, что им удастся обнаружить хоть какие-то следы кладбища, а может быть и сам склеп.

Они шли вперёд, а трава становилась всё выше, да и кустов с деревьями всё больше.

– Хорошо, если мы придём на точное место, – сказала Настя, пробираясь сквозь кусты. – Теперь я понимаю, почему никто не знает об этом кладбище. Даже если оно и сохранилось до наших дней, в таких зарослях его довольно проблематично найти.

Они прошли уже пятьсот метров и решили, что уже пришли на нужное место и пора начинать искать тщательнее. Сначала они выискивали надгробия сквозь высокую траву, но через десять минут безуспешных поисков Настя сказала мужу:

– Склеп найти проще, чем надгробия. Давай сразу сосредоточимся на его поисках.

Так они и поступили. Теперь они не рассматривали, что находится в траве, а проверяли все кусты, которые видели вокруг себя. Но ничего не находили. Они уже час так бродили, и уже впору было отчаиваться, но тут Настя сказала:

– Мне кажется, что мы ищем не совсем там, где нужно. Давай пройдём ещё метров сто, вон к тем кустам.

В том направлении, куда указала Настя, действительно было довольно большое скопление кустов. Алексей согласился с ней, и они направились в ту сторону. И только когда они дошли до цели, Настя поняла, почему никто не знал о существовании этого старого кладбища. Во-первых, людей здесь никогда и не бывало. Чтобы сюда дойти, сквозь высокую траву и густой кустарник, нужно хорошо постараться. Во-вторых, кладбище было совсем маленьким, всего несколько каменных надгробий и один небольшой склеп. А в-третьих, даже находясь вплотную к этому кладбищу, Настя не сразу его увидела. Так что ничего удивительного в его таинственности не было.

Кусты были такие густые, что, только раздвинув ветки, Настя увидела угол каменного склепа. То есть совершенно случайно.

– Лёш! – позвала она мужа, который находился в двадцати шагах от неё. – Я нашла, иди сюда. Только осторожно, не споткнись о надгробия.

Он пошёл к ней.

– Точно, вот одно надгробие, – сказал он, пробираясь через заросли травы. – А вот ещё одно.

Он подошёл к Насте, и они стали раздвигать ветки, пытаясь обнаружить вход в склеп.

– Только бы не было никаких замков, – сказала Настя. – А то нам их будет никак не открыть.

Только она это сказала, и сразу же за раздвинутыми ветвями обнаружила вход в склеп. Им повезло – никаких замков на двери не было, как, собственно говоря, и самой двери. Это было просто большое тёмное отверстие в склепе. Свет в него практически не проникал, так как этому мешал густой кустарник.

– Надо освободить вход, – сказала Настя и стала убирать мешающие им ветки.

Алексей присоединился к ней, и вдвоём они вскоре справились с поставленной задачей – вход был полностью открыт. Теперь солнечный свет немного проникал внутрь склепа, и Настя с Алексеем смогли разглядеть в полутьме стоящий в самом центре склепа большой каменный саркофаг.

Глава 50

Они достали из рюкзака фонарики, включили их и зашли внутрь. Посветив по сторонам, им стало понятно, что в этом склепе совершенно пусто. Не было абсолютно ничего, только голые стены и каменный саркофаг в середине. Ну, ещё и паутина, очень много паутины. Видимо, за двести лет здесь никого не было, и пауки чувствовали себя здесь вполне свободно. Паутина и встретила их первой, чуть не познакомившись с ними поближе.

Сначала в склеп входил Алексей, и почти зацепился за паутину, закрывающую вход, но вовремя её заметил. Тогда они взяли по длинной ветке, и через некоторое время почти вся паутина была уже на полу, и можно было безбоязненно передвигаться по склепу. Хотя передвигаться там особо было негде – он был очень маленький. В проходе между стеной и саркофагом едва могли разминуться два человека.

– Как думаешь, кто лежит в этом саркофаге? – шёпотом спросила Настя мужа.

– Не знаю, – ответил Алексей, осветив его фонарём. – Вроде бы никаких надписей нет. Даже не знаю, куда здесь можно что-нибудь спрятать, если не в этот саркофаг. Будем пытаться сдвинуть плиту?

– Ни в коем случае! – быстро ответила Настя. – Авель не мог ничего положить в этот саркофаг. Монах никогда не потревожил бы покойника.

Некоторое время она задумчиво разглядывала толстую каменную плиту, закрывающую саркофаг сверху. Даже если бы они и захотели посмотреть, что лежит там внутри, – то вряд ли это бы у них получилось – плита выглядела довольно массивной и тяжёлой.

– И даже если предположить, что именно там Авель спрятал какую-то вещь, мы в любом случае проверять не будем. Неизвестно, какое проклятие может быть наложено на этот саркофаг. Да я лучше навсегда забуду об этом расследовании, чем буду подвергать опасности здоровье и жизни близких мне людей.

– Да, ты права, – согласился с ней Алексей. – Да Авель и не смог бы в одиночку отодвинуть крышку и что-нибудь сюда положить. Не думаю, что у него были помощники.

– Тогда давай не будем тратить на этот саркофаг время, – сказала Настя и стала светить не на него, а на стены. – Давай всё просмотрим, ты иди справа, а я слева.

Они направились вдоль стен, но они были ровные, без каких-либо щелей и выемок, чтобы можно было в них что-то спрятать. Настя дошла до противоположной стороны саркофага и перевела луч фонаря на потолок. Проверив его, она стала осматривать пространство вокруг выхода, и внезапно увидела, что между ним и потолком что-то было.

– Смотри, – сказала Настя мужу. – Над потолком какая-то щель.

Они вернулись к выходу из склепа и попробовали дотянуться до этой щели, но это у них не получилось, так как было слишком высоко.

– Подсади меня, я попробую проверить, нет ли там чего-нибудь.

Алексей наклонился, обхватил её за ноги и приподнял. Теперь Настя могла дотянуться до щели. Она просунула пальцы и наткнулась на какой-то предмет.

– Там что-то есть, – сказала она, зажала этот предмет между пальцами и вытащила его из щели. – Всё, можешь опускать.

Алексей поставил её на землю, и они посмотрели на то, что было у неё в руках. Это было очень похоже на картину, размером примерно двадцать на тридцать сантиметров. Но рассмотреть её как следует они не успели – внезапно с улицы раздался какой-то шорох. Было похоже на то, что кто-то пробирается через высокую траву в их сторону.

– Спрячь, скорее спрячь, – быстро прошептала Настя и передала найденную вещь Алексею. – Под куртку, только аккуратно.

Алексей быстро расстегнул молнию и убрал находку за пазуху. И сделал он это очень вовремя. Как только он застегнул молнию на куртке, в проёме показались три мужские фигуры. Это был помощник настоятеля Валаамского монастыря, а вместе с ним ещё два монаха.

– Надо же, вы были правы, – улыбнулся он. – А я, надо признаться, не верил до последнего.

Они шагнули внутрь, и пришлось Насте и Алексею отступить. Выход теперь был для них отрезан.

– Вы следили за нами? – спросила Настя. – Но зачем?

– Я сначала и не думал идти за вами, – ответил помощник настоятеля. – Мне казалось, что вы вернётесь ни с чем, причём довольно скоро. А потом я подумал о том, что обнаружить все четыре книги с предсказаниями вам удалось, а вдруг и склеп удастся найти. Ну, я взял с собой ещё двух человек и отправился за вами.

– Вы хорошо маскировались, – произнёс Алексей. – Я оборачивался, когда мы шли по дороге, но никого не заметил.

– Мы тогда за вами и не шли, мы догнали вас только сейчас. Сначала дошли до чёрного дерева, а потом увидели примятую траву и пошли по вашим следам. Так мы здесь и оказались.

– Понятно, – сказала Настя, не зная пока, как реагировать на их появление.

– А зачем вам понадобился этот склеп? – между тем спросил помощник настоятеля. – Вы хотели здесь что-то найти?

Решив, что они не видели, как Настя и Алексей сбивали паутину, Настя ответила:

– Может быть, и нашли бы что-нибудь, но, похоже, до нас здесь кто-то уже побывал. Возможно, месяц или два назад. Ветки, закрывающие вход, были вырублены, да и паутина вся собрана со стен. Но мы нашли заброшенное кладбище, и это тоже хорошо.

– Да, тоже верно, – приободрился помощник настоятеля, расстроившийся было, когда услышал, что здесь уже кто-то был. – Мы здесь всё приберём и расчистим.

Помолчав немного, Настя сказала:

– Ну, мы, наверное, пойдём. Нас лодка на берегу ждёт.

– Да, конечно, идите, – Сказал помощник настоятеля и отошёл вместе с монахами в сторону, давая им возможность пройти.

– До свидания, – сказал Алексей, выходя из склепа.

– Спасибо Вам за помощь, – добавила Настя, выходя следом за ним.

– Ступайте с Богом, – услышали они вслед.

Оказавшись на улице, они выбрались на дорогу и направились быстрым шагом в сторону монастыря.

Глава 51

– Честно говоря, я начала волноваться, когда увидела их, – сказала Настя Алексею через несколько минут быстрой ходьбы, когда они уже отошли на достаточное расстояние от чёрного дерева и убедились, что их никто не преследует. – Мне показалось, что они тоже охотятся за той вещью, которую мы нашли. Она очень похожа на картину, только я не успела рассмотреть, что именно там было изображено. А ты увидел?

– Я тоже не успел, – ответил Алексей. – Может, сейчас посмотрим?

И он потянулся было к молнии на своей куртке, намереваясь её расстегнуть, но Настя остановила его.

– Подожди, пока не надо, – она ещё раз обернулась назад, но никого не увидела. – А вдруг это была уловка? Что, если они нам специально дали спокойно уйти, а теперь следят незаметно за нами? Нет, давай отложим изучение до того момента, пока не окажемся на катере.

– Хорошо, – ответил Алексей, и они прибавили ходу.

Вскоре они уже были на причале. Увидев их, капитан обрадовался.

– Я думал, что вас до вечера не будет, – сказал он. – Вы все дела закончили? Мы можем плыть обратно?

– Да, можем отчаливать, – сказала Настя.

Они устроились на своих местах, и катер направился обратно, в сторону Приозерска. Посмотрев, не наблюдает ли за ними капитан, и, убедившись, что он занят только лишь управлением катером, Алексей расстегнул куртку и вытащил из-за пазухи Валаамскую находку. Несколько минут они с Настей с интересом разглядывали её.

– Это очень красиво, – прошептала Настя. – Как ему это удалось, не понимаю?

– Я тоже, – ответил Алексей. – Без инструментов и какого-то художественного образования, невероятно.

И было чему удивляться. Вещь эта, найденная Настей и Алексеем в склепе заброшенного Валаамского кладбища, очень напоминала икону. То есть и яркие краски, и сама структура дерева были очень похожи. Правда, изображение более чем за двести лет слегка потускнело, но всё равно не потеряло своей привлекательности.

И всё же это была не икона. На иконе обычно изображались лики Святых, здесь же была нарисована корона в каком-то круге, вернее даже в кольце.

– Это же корона Российской империи, как в фильме «Неуловимые мстители», – сказала Настя.

– Да, это она и есть, – ответил Алексей. – Давай пока спрячем её обратно, чтобы капитан не увидел.

Он снова убрал картину Авеля за пазуху, застегнул молнию и продолжил:

– Если быть точным, то это большая императорская корона Российской империи. Причём это изображение весьма искусно выполнено. Я не понимаю, как Авелю удалось её нарисовать так красиво, в таких условиях. Я не думаю, что он видел её вблизи, но он смог как-то с точностью до малейших деталей изобразить её.

– А вдруг он всё-таки видел её когда-нибудь? – спросила Настя. – Почему ты думаешь, что он не мог видеть её? Ведь он встречался с императорами.

– Нет, никак не мог. Эта корона – главная династическая регалия и символ власти российских монархов. Её создали специально для коронации Екатерины II в 1762 году, и с тех пор этой короной венчались на царство все российские монархи. Авель не мог присутствовать на коронации. В другое же время корона находилась под охраной, и доступа к ней не было.

– И зачем ему понадобилось рисовать эту корону? – спросила Настя. – Что он хотел этим сказать?

– Не знаю, – Алексей пожал плечами. – У меня пока нет ответа на этот вопрос.

Весь остаток пути они сидели молча, каждый был погружен в свои мысли.

Когда катер причалил в Приозерске, Настя заплатила капитану за поездку, они попрощались с ним и направились к своему автомобилю. Когда Алексей сел за руль, он достал картину, чтобы она не мешала ему управлять автомобилем, и положил её на заднее сидение.

– Может, лучше спрятать в рюкзак? – спросила Настя. – Вдруг кто-нибудь увидит.

– Да никто не увидит, – махнул он рукой и улыбнулся. – Она уже достаточно долго пролежала в своей темнице, пусть немного погреется на солнышке.

Алексей завёл двигатель, и они поехали обратно в сторону Санкт-Петербурга. Перед самым городом они всё же решили спрятать картину в рюкзак, чтобы не привлекать внимания. Приехав домой, они рассказали о своих приключениях Елене Николаевне и дали ей тоже полюбоваться изображением короны. Потом Настя отнесла картину в комнату, положила на стол, и до вечера они благополучно о ней забыли.

Пообедав, они отправились гулять все вчетвером, и пробыли на улице довольно долго. Затем они вернулись домой и оставшееся до вечера время занимались с Лизой. Потом они ужинали и разговаривали. Через день Елена Николаевна должна была улететь в Новосибирск, а после её отъезда Настя и Алексей решили отдать все свои находки экспертам. Они свою работу выполнили, теперь настала очередь экспертов – пусть изучают.

– Можно ещё раз на корону взглянуть? – спросила Елена Николаевна. – Уж больно она красивая.

– Сейчас принесу, – сказал Алексей, встал из-за стола и направился наверх, в сторону комнаты, в которой они оставили на столе картину.

Не прошло и минуты, как сверху раздался его громкий голос:

– Идите сюда, быстрее!

Настя взяла Лизу на руки и вместе с Еленой Николаевной они поспешили наверх. Алексей стоял рядом с открытой дверью спальни. Внутри было темно. Вид у Алексея был очень удивлённый. Он указал рукой куда-то в комнату и произнёс:

– Смотрите.

Настя осторожно заглянула в комнату и увидела, что там что-то светится. Присмотревшись, она поняла, что этот свечение исходило от лежащей на столе картины.

– Елена Николаевна, подержите Лизу, – сказала она, а когда женщина взяла ребёнка, зашла в комнату.

Не включая свет, Настя аккуратно подошла к столу, стараясь в темноте ничего не зацепить. Зрелище перед ней предстало довольно интригующее. Оказалось, что светилось только кольцо, которое было вокруг короны. Причём свет был не совсем обычным, каким-то огненным.

Настя взяла картину, вернулась к выходу и показала остальным.

– Корона в огненном кольце, – произнёс Алексей.

– Да уж, загадка, – ответила Настя. – Интересно, что бы это значило? Что Авель хотел этим сказать?

– Может быть, это означает гибель династии Романовых? Ну, знаешь, что кольцо вокруг короны сжимается, или что-то вроде этого.

Настя ненадолго задумалась.

– Нет, вряд ли, – наконец, ответила она. – К чему тогда все эти сложности с ключами? Да и в книгах предсказаний и так было сказано про гибель династии. Да и чёрное дерево на Валааме, про которое он писал, появилось не так давно. Похоже, что через сто лет после свержения Романовых и должны были найти это изображение короны. Нет, через эту картину Авель хотел донести до нас что-то другое, крайне важное.

– Что же это, как думаешь? – спросил её Алексей.

– Не знаю. Думаю, что это нам ещё предстоит разгадать.

Настя улыбнулась и снова посмотрела на изображение короны, которую сжимало со всех сторон яркое огненное кольцо.

В оформлении обложки использована фотография автора

tomertu

«изображение открытой антикварной книги над деревянным столом» с

https

://

www

.

shutterstock

.

com

.

Дубликат империи

Часть 1. Неслучайный звонок

Глава 1

За окном барабанил дождь, наигрывая свою сонную симфонию, словно невидимый музыкант, и Настя никак не могла заставить себя открыть глаза. Впрочем, особой необходимости в этом сейчас и не было, так как по причине выходного воскресного дня можно было поваляться в постели немного дольше обычного. Тем более погода сегодня позволяла это сделать, да и дочка пока ещё не проснулась. Один только муж Насти уже был на ногах и находился сейчас на первом этаже, пытаясь наколдовать что-нибудь вкусненькое на завтрак. Снизу уже доносились волшебные ароматы, и аппетит у Насти просыпался гораздо быстрее, чем она сама.

Но пока можно было ещё немного полежать, и на лице у Насти заиграла счастливая улыбка. Да и было от чего улыбаться, ведь всё у неё в жизни складывалось самым наилучшим образом. У неё был любимый муж, самая прекрасная на всём белом свете дочка, а также очень интересная, захватывающая работа, которая являлась одновременно ещё и её хобби и приносила Насте огромное удовольствие. Ведь это уже счастье, когда ты занимаешься своим любимым делом. А когда у тебя есть такая замечательная семья, то это счастье вдвойне.

Её мужа звали Алексей Беляев, и он был довольно известным писателем. Они были женаты уже более трёх лет, и всё это время Настя благодарила тот день, который волею случая свёл её с Алексеем в его загородном доме. Теперь у них росла замечательная дочка по имени Лиза, в которой они оба души не чаяли. Лиза была уже совсем большой девочкой, ведь ей исполнилось целых два года и четыре месяца.

А любимое дело Насти было связано с антиквариатом. Она занималась поисками интересных экземпляров, а затем продавала их в Антикварной лавке на Невском проспекте, хозяйкой которой она и являлась. Но не только этим нравилось заниматься ей в своей жизни. Ещё она очень любила разгадывать различные тайны, головоломки и загадки, которые ей даже искать не приходилось. После того, как она открыла свою Антикварную лавку, приключения сами стали находить её. И она каждый раз с интересом погружалась в расследования, во время которых несколько раз даже оказывалась на волосок от смерти. Но ей всегда удавалось выпутаться из сложных ситуаций и довести дело до логического конца.

Правда, с последнего её дела, связанного с поиском книг с предсказаниями знаменитого монаха Авеля, прошло уже целых два года. Дочке тогда было всего лишь четыре месяца, и приходилось как-то выкручиваться, чтобы совмещать это захватывающее расследование с воспитанием Лизы и своими семейными делами. Их с мужем тогда хорошо выручила мама Алексея, которая очень вовремя прилетела из Новосибирска, чтобы немного у них погостить, и фактически взяла на себя функции няни на эти пару недель, в течение которых Насте и Алексею приходилось часто уезжать из дома.

Муж Насти был очень доволен тем, что вот уже два года она посвящает всё своё время только семье и Антикварной лавке, не ввязываясь в какие-то новые расследования и не подвергая больше опасности себя и свою семью. Да Насте и самой нравилась такая спокойная, размеренная жизнь, когда не надо было срываться посреди ночи и ехать куда-то за тридевять земель в поисках очередной зацепки во время своего очередного расследования. Но только вот последние несколько месяцев она стала замечать за собой, что начинает тосковать по той наполненной приключениями жизни, хоть порой и таящей в себе множество опасностей. Конечно, она всё с таким же интересом занималась поисками различных антикварных предметов, но на подсознательном уровне ей хотелось чего-то большего.

– Просыпайтесь, любимые мои девочки, – послышался вдруг голос Алексея.

Настя открыла глаза и увидела перед собой улыбающегося мужа. Она так была погружена в свои мысли, что и не услышала, как он вошёл в комнату. Увидев, что она проснулась, Алексей наклонился, поцеловал её в щёку и ласково произнёс:

– Доброе утро, соня.

– Доброе утро, – ответила с улыбкой Настя и сладко потянулась.

Затем Алексей подошёл к кроватке, в которой спала их дочка, и некоторое время наблюдал за ней. Словно почувствовав на себе папин взгляд, Лиза проснулась и радостно потянула к нему свои маленькие ручки.

– С добрым утром, моё сокровище, – с любовью произнёс Алексей и взял дочку к себе на руки.

Немного походив с ней в обнимку и спев её любимую песню, Алексей всё также с Лизой на руках направился к выходу из комнаты.

– Мы пошли умываться, – сказал он Насте, обернувшись на пороге комнаты. – Завтрак уже готов и может остыть, так что ты тоже поторопись.

Они вышли, а Настя ещё некоторое время смотрела им вслед, радуясь тому, какие у неё всё-таки замечательные муж и дочка. Потом она ещё раз потянулась, а затем встала с постели и стала собираться к завтраку.

Через десять минут они уже сидели все вместе за столом, завтракая и с интересом наблюдая за тем, что творилось за окном. А за окном шёл довольно сильный дождь, и каждый из них мысленно радовался тому, что они сейчас находятся у себя дома и все вместе проведут сегодня очень интересный день. Можно будет даже разжечь камин и поиграть в какую-нибудь увлекательную настольную игру – одну из тех игр, в которые они так любили играть всей семьёй.

Но внезапно у Насти зазвонил телефон, который она взяла на завтрак и положила рядом с собой на стол.

– Номер незнакомый, – сказала она мужу, взглянув на экран телефона.

– Ответишь, или позже перезвонишь? – спросил Алексей.

Настя уже закончила завтракать, поэтому решила всё-таки поднять трубку. Никто из них тогда ещё и не мог представить, что принесёт им этот телефонный звонок.

Глава 2

– Я слушаю, – сказала Настя в трубку.

– Анастасия? Это Вы? – спросил её невидимый собеседник, голос которого показался Насте смутно знакомым.

– Да, это я, – ответила она. – Простите, а я с кем разговариваю?

– Ой, как хорошо, что я до Вас дозвонился. С трудом нашёл Ваш номер телефона и очень боялся, что за два года Вы могли его поменять. Это Вас беспокоит Кирилл Андреевич из музея истории. Вы меня помните?

Конечно же, Настя помнила Кирилла Андреевича. Их знакомство было связано как раз с тем последним расследованием, в котором она принимала участие. Во время этого расследования Настей и Алексеем были найдены четыре книги с предсказаниями знаменитого монаха Авеля. Но это ещё не всё. В самом конце своего расследования на острове Валаам, что расположен севернее Санкт-Петербурга на Ладожском озере, они нашли интересный рисунок, который создал всё тот же Авель. На нём была изображена корона, а если точнее, то Большая императорская корона Российской империи. И изображена она была внутри какого-то кольца.

После того, как это расследование было успешно завершено, и книги, и рисунок были переданы в государственный музей истории Санкт-Петербурга. Тогда это событие активно освещалось средствами массовой информации, и Настя даже стала местной знаменитостью. А Кирилл Андреевич как раз был экспертом в этом музее, и это именно он подтвердил подлинность и историческую ценность всех найденных Настей и Алексеем предметов.

– Да, Кирилл Андреевич, я Вас помню, – ответила Настя. – Рада снова слышать Вас. Правда, для меня это несколько неожиданно. У Вас что-то произошло?

– Да, Анастасия, ещё как произошло, – слегка понизив голос, восторженно ответил тот. – Оно всё-таки светится! Всё происходит в точности так, как Вы и говорили мне тогда, два года тому назад.

– Простите, я не совсем Вас поняла, что светится? – спросила Настя, за два года успевшая уже немного позабыть детали того расследования.

– Кольцо на рисунке светится! – воскликнул Кирилл Андреевич. – Кольцо вокруг короны Российской империи!

И тут она всё вспомнила. Ведь это расследование Настя так и не смогла довести до самого конца. Вернее, она не смогла разгадать самую последнюю загадку. Когда они с мужем вернулись домой после своей поездки на остров Валаам, Настя оставила рисунок Авеля на столе в их спальне. А когда они снова вошли в эту комнату после ужина, то увидели, что кольцо вокруг короны светится. Причём свечение было таким ярким и реалистичным, что Алексей сказал тогда что-то про корону в огненном кольце. И действительно, всё это было очень похоже на то, что корона была окружена каким-то загадочным пламенем.

К сожалению, на следующий день, как и во все последующие дни, кольцо вокруг короны больше уже не светилось. И кому бы Настя ни рассказывала об этом удивительном явлении, почти никто ей не верил. Единственным человеком, который поверил её словам, был как раз эксперт Кирилл Андреевич из музея истории, в который и были определены эти уникальные предметы. Но, к сожалению, он так и не смог выяснить, почему светилось это кольцо, хотя провёл не одну экспертизу с рисунком монаха Авеля.

Первое время Настя ещё надеялась разгадать тайну этого светящегося вокруг короны кольца, но постепенно всё это отошло на задний план, и она целиком и полностью посвятила себя семье. А потом Настя так вообще почти забыла об этом расследовании. И вот теперь, спустя два года, азарт, который она всегда испытывала во время своих расследований, проснулся в ней с новой силой.

– Кирилл Андреевич, а давно оно светится? – спросила она.

Причём спросила она это так эмоционально, что и Алексей, и Лиза удивлённо посмотрели на неё. Алексей уже давно не видел свою жену в таком состоянии, и вынужден был констатировать тот факт, что время расследований опять возвращается в их семью.

– Я пришёл в музей рано утром, – начал рассказывать Кирилл Андреевич. – И пришёл я даже раньше, чем экскурсоводы и другие работники музея. Двери для посетителей должны были открыться только через несколько часов, и я решил быстренько обойти все залы и проверить, всё ли в порядке, хотя обычно я так не делаю, этим занимаются экскурсоводы. Но именно сегодня словно какая-то невидимая сила заставила меня это сделать.

Когда я увидел, что рисунок светится, то моментально потерял дар речи и несколько минут просто стоял и смотрел на него, не в силах пошевелиться. Но потом я спохватился и решил спрятать его от посторонних глаз, так как вскоре должны были прийти экскурсоводы. Мне не хотелось, чтобы ещё кто-нибудь кроме меня видел это, так как я сам должен был разобраться в этом удивительном явлении. А когда пришли остальные работники музея, я им сказал, что рисунок нуждается в дополнительной экспертизе, поэтому я снял его с экспозиции и забрал к себе.

– Скажите, а сейчас рисунок светится? – спросила Настя и быстро встала со стула.

– Светится, – ответил Кирилл Андреевич, и Настя даже через телефон почувствовала его радостную улыбку.

– Ждите меня, я уже выезжаю и буду у Вас через час, – сказала Настя, и направилась было уже к лестнице, но эксперт её остановил.

– Нет, Анастасия, в ближайшее время Вам не стоит сюда приезжать, – быстро проговорил он. – Скоро музей откроется для посетителей, к тому же сегодня должны приехать коллеги-эксперты из Москвы по другим вопросам, так что я буду занят целый день. Подъезжайте лучше вечером, часикам к семи. Тогда в музее уже точно никого не будет, и мы с Вами сможем всё спокойно обсудить. А рисунок я пока во что-нибудь заверну и спрячу подальше от посторонних глаз.

– Хорошо, – вынуждена была согласиться Настя, хоть ей и не терпелось поехать в музей прямо сейчас. – Тогда до вечера, Кирилл Андреевич.

Положив трубку, она пересказала весь свой разговор с экспертом Алексею.

– Думаешь, тебе точно следует ехать туда вечером одной? – усомнился он. – Это может быть очень опасно.

– Ничего опасного в этой поездке я не вижу, – успокоила она мужа. – Я поеду просто посмотреть, и ничего больше.

– Сколько я тебя знаю, именно с этих слов и начиналось каждое из твоих расследований, – улыбнулся Алексей.

– Ну, вспомни, как я переживала, что мне никто не верил, когда рисунок перестал светиться, – продолжала убеждать его Настя. – И вот теперь у меня появился шанс доказать всем свою правоту.

Некоторое время Алексей ещё сомневался, но потом всё-таки согласился. Сначала он хотел поехать вместе с женой, но им не с кем было оставить дочку, поэтому решили, что поедет она одна. Настя была очень рада, что, возможно, уже скоро сможет разгадать тайну, которую так и не смогла разгадать два года тому назад.

– А знаете, до вечера ведь ещё целый день, – улыбнулась она. – И этот день только наш, проведём его так, как мы и хотели – в нашем семейном кругу.

Глава 3

Вечером Настя решила выехать из дома за два часа до назначенного времени, а не за час, как всегда это делала. Воскресным вечером люди обычно возвращались домой со своих дач перед новой рабочей неделей, так что на въезде в город вполне могла образоваться большая пробка. Но так как Настя предусмотрела это и выехала пораньше, то до Петропавловской крепости, на территории которой и был расположен музей истории Санкт-Петербурга, она доехала вовремя.

Припарковав свой автомобиль чуть в стороне от крепости, и пройдя ещё немного пешком, Настя вскоре перешла через Кронверкский пролив по Иоанновскому мосту, соединяющему Заячий и Петроградский острова, и оказалась возле закрытых ворот. На часах уже как раз было почти семь часов вечера. Все выставки к этому времени были уже закрыты, как и ворота в Петропавловскую крепость. Никого из туристов здесь уже не было. Здесь вообще не было никого из людей, кроме единственного охранника, одиноко стоящего перед воротами. Складывалось такое впечатление, что стоит он здесь не просто так, а кого-то ждёт. Настя хотела уже достать телефон из сумочки и позвонить Кириллу Андреевичу, чтобы тот встретил её, но тут охранник обратился к ней, и стало понятно, что ждал он именно её.

– Добрый вечер, – сказал охранник. – Вас ведь Анастасия зовут?

– Да, Анастасия, – ответила она, сразу же передумав доставать телефон.

– Кирилл Андреевич просил меня встретить Вас и проводить к нему. Прошу, заходите.

Он приоткрыл ворота, пропуская Настю вперёд, затем зашёл сам вслед за ней и снова закрыл их. Оказавшись на территории крепости, они направились в сторону музея истории Петербурга. Настя привыкла, что на территории крепости всегда находится много туристов, и сейчас было довольно-таки необычно видеть вокруг себя такую пустоту. К тому же, кругом стояла такая необычная, звенящая тишина, что ей даже на миг показалось, что она попала в какой-нибудь параллельный мир. Но голос охранника заставил её снова вернуться в реальность и прийти в себя.

– А я ведь помню Вас, – произнёс он, когда они уже подходили к главному входу в музей. – Пару лет назад именно благодаря Вам экспозиция музея пополнилась книгами предсказаний монаха Авеля.

Не зная, что на это ответить, Настя лишь смущённо улыбнулась. Они подошли к дверям и остановились.

– Там Вас уже ждут, – добавил охранник.

– Ждут? – удивлённо спросила его Настя. – А разве Кирилл Андреевич не один? Он ведь говорил мне, что хочет поговорить со мной с глазу на глаз.

– Нет, у него ещё один человек, – ответил охранник. – Он пришёл минут двадцать назад, но только его я не провожал, так как Кирилл Андреевич сам встретил его у ворот.

Затем охранник открыл дверь в здание музея, повернулся к Насте и спросил:

– Анастасия, может, Вы помните, где находится кабинет Кирилла Андреевича, и сами сможете дойти до места? Или лучше мне всё-таки Вас проводить?

По его нетерпеливому виду Настя поняла, что он сильно куда-то торопится, и посмотрела на него внимательнее. Она увидела, что у охранника из кармана немного выставляется телефон с проводом от наушников, и тут же вспомнила, что прямо сейчас должен был играть Зенит. Где-то она недавно слышала или читала, что сегодня должен пройти какой-то важный матч для питерской команды, и, по всей видимости, охраннику не терпелось продолжить просмотр этого матча на экране своего телефона.

– Да, конечно, – ответила она. – Я дойду сама, можете за меня не беспокоиться. И спасибо Вам большое за то, что проводили меня досюда.

– Да не за что, – улыбнулся охранник и тут же поспешил обратно по направлению к воротам.

Проводив его взглядом, Настя задумчиво постояла несколько секунд перед дверью, а затем вошла внутрь здания музея истории. Там было очень тихо и почти темно, так как помещение освещали всего лишь несколько тусклых лампочек. Хоть она уже и была в этом музее два года тому назад, и даже была в кабинете Кирилла Андреевича, но за это время успела позабыть, где он находится. Но постепенно картинки из прошлого стали возвращаться к ней. Она вспомнила, как пройти к кабинету эксперта, и направилась в том направлении.

Когда Настя подошла к кабинету, она увидела, что входная дверь немного приоткрыта и из кабинета в коридор пробивается полоска света. Также она услышала доносящиеся из-за двери голоса. Один голос она узнала, он принадлежал самому Кириллу Андреевичу. Второй же голос был Насте незнаком. Она постучалась, чтобы её появление не стало для этих людей какой-то неожиданностью, а затем открыла дверь и вошла внутрь.

Перед её взором предстал просторный кабинет Кирилла Андреевича. Это был типичный кабинет эксперта-историка, в котором повсюду лежали какие-то интересные исторические экспонаты, а также различные приспособления для их детального исследования. Прямо в центре кабинета перед небольшим столиком стояли два человека – сам Кирилл Андреевич и мужчина примерно сорока лет.

– Анастасия! – радостно воскликнул эксперт и с улыбкой на лице поспешил к ней навстречу. – Я так рад, что Вы смогли сегодня приехать сюда. Ведь за эти два года, которые прошли с момента появления у нас книг с предсказаниями и рисунка Авеля, мы с Вами так больше ни разу и не увиделись.

– Здравствуйте, – поприветствовала она эксперта и посмотрела на незнакомца.

Судя по всему, он тоже не ожидал, что здесь, помимо него самого и хозяина кабинета, может появиться кто-то ещё, и выглядел несколько смущённым и удивлённым.

– Давайте я представлю вас друг другу, – продолжил говорить Кирилл Андреевич, подводя Настю ближе к своему собеседнику. – Это Константин. По профессии он историк, и корона Российской империи как раз является одним из предметов его изучения. А это Анастасия, которая нашла книги с предсказаниями и рисунок монаха Авеля и передала их в наш музей.

– Очень рад познакомиться с Вами лично, Анастасия, – произнёс с улыбкой Константин.

Настя в ответ кивнула ему, а сама подумала о том, давно ли он знаком с Кириллом Андреевичем. Но эксперт тут же сам ответил на этот вопрос, как будто прочитал её мысли:

– Константин сам на меня вышел два года тому назад, сразу же после того, как рисунок с изображением короны Российской империи стал экспонатом нашего музея. Мы тогда очень хорошо с ним побеседовали. И он, кстати, тоже поверил в свечение кольца вокруг короны. Перед уходом он попросил меня сразу же дать ему знать, как только свечение вновь повторится. Поэтому я и позвал его сегодня, как и обещал.

– К сожалению, я пришёл слишком поздно, – развёл руками Константин.

– Почему поздно? – взволнованно спросила Настя.

Не дожидаясь ответа, она тут же перевела взгляд на стол, перед которым они все стояли, и только сейчас заметила, что на нём лежит рисунок Авеля. Но её ждало разочарование, так как кольцо вокруг короны не светилось.

Глава 4

– Да, к огромному сожалению, свечение прошло уже вскоре после того, как я Вам позвонил, – сказал Кирилл Андреевич, перехватив растерянный взгляд Насти. – Я тут же провёл ряд экспериментов, пока позволяло время, но никаких структурных изменений в этом рисунке не обнаружил. Но нашу встречу я всё-таки решил не отменять.

– Правильно сделали, – кивнула Настя. – Пора уже, наконец, разобраться со всем этим. Я оставила эту загадку нерешённой два года тому назад, и мне не хотелось бы снова уйти отсюда ни с чем.

– И что Вы думаете по этому поводу? Как Вы сами считаете, почему кольцо вокруг короны вдруг снова начало светиться? – спросил Константин Настю, и она заметила, что он стал смотреть на неё уже более уважительно и проявлять всё больше интереса к её персоне. – Почему оно вообще светится?

– Я уже думала об этом, ещё тогда, два года тому назад. И я пришла к выводу, что, скорее всего, корона подаёт нам какой-то определённый знак. Именно это и хотел показать Авель своим рисунком. Не просто так это кольцо светится. Мне кажется, это может означать, что вокруг короны сжимается какое-то огненное кольцо, то есть она может быть в опасности.

«Интересно, посмотрят ли они на меня, как на ненормальную?» – подумала Настя. Но ничего такого не произошло. Наоборот, оба мужчины смотрели на неё с живым, неподдельным интересом. Некоторое время они молчали, обдумывая всё то, что сказала Настя. Первым заговорил Константин.

– А Вы знаете, Анастасия, я ведь думаю точно так же, как и Вы, – сказал он. – Я уверен, что корона за свою историю была, или ещё только будет в опасности. Это и хотел донести до людей Авель.

– Спасибо, что не считаете меня сумасшедшей, – пошутила она, и мужчины в ответ улыбнулись.

– А ещё у меня возникла одна интересная мысль, – добавил Константин. – В тот раз, когда Вы нашли этот рисунок, свечение происходило в сентябре. И теперь, спустя два года, рисунок тоже в сентябре засветился.

– А ведь действительно, – задумчиво произнесла Настя. – Практически день в день. Этот рисунок как будто сигнализирует нам о какой-то серьёзной опасности, которая может подстерегать корону. Но ведь она, насколько я знаю, находится в Алмазном фонде России. Что с ней может там случиться?

– Ничего не может, она там хорошо защищена, – уверенно произнёс Константин, и Кирилл Андреевич тоже кивнул, словно подтверждая его слова.

– Константин, Вы ведь хорошо знаете историю Большой императорской короны Российской империи, раз она является одним из объектов Вашего изучения?

– Да, достаточно неплохо, – кивнул тот.

– А можете рассказать мне что-нибудь об этой короне? – спросила Настя. – По правде говоря, я её историю знаю лишь поверхностно.

Константин несколько секунд смотрел на неё, а затем перевёл взгляд на Кирилла Андреевича.

– Я бы тоже с удовольствием послушал, – сказал тот, улыбнувшись.

– Тогда я с таким же удовольствием расскажу. До Екатерины II на трон новых монархов короновали разными головными уборами. Долгое время это была шапка Мономаха, которой короновали многих правителей вплоть до Петра Великого. Начиная с его жены Екатерины I, для каждой коронации стали изготавливать индивидуальную корону. Но всё изменилось в 1762 году, когда на престол взошла Екатерина II. Тогда-то и была создана Большая императорская корона Российской империи. Эта корона является творением большого количества мастеров, но главными её создателями выступили два человека – Позье и Экарт.

– А интересно, как долго они её создавали? – спросила Настя, когда Константин сделал небольшую паузу в своём рассказе.

– Хороший вопрос, – улыбнулся тот. – Дело в том, что они были поставлены Екатериной в довольно жёсткие рамки. Во-первых, на изготовление короны им дали всего лишь два с половиной месяца. А во-вторых, будущая императрица не хотела страдать во время продолжительной церемонии коронации и пожелала, чтобы корона весила не более двух килограммов. Стоит отметить, что оба требования были выполнены и мастера отлично справились с поставленной перед ними задачей.

– Да, корона получилась действительно впечатляющей, – восхищённо произнесла Настя, разглядывая рисунок Авеля. – Это ведь бриллианты на ней? Сколько их всего?

– Да, бриллианты, – кивнул Константин. – Их в короне насчитывается почти пять тысяч штук. А ещё более семидесяти индийских жемчужин и большая благородная шпинель.

– Шпинель? – спросила Настя. – Это что, название драгоценного камня? Я думала, что это рубин на короне.

– Шпинель несколько отличается от рубина, но раньше этот камень долгое время считали рубином. Он украшает корону сверху. Вес его составляет почти четыреста карат. У этого драгоценного камня своя собственная довольно интересная история. Его приобрели у китайского императора и привезли в Россию в семнадцатом веке. А до Китая он преодолел какой-то долгий и дальний путь, чуть ли не из самой Индии.

– Да уж, представляю, сколько сейчас может стоить эта корона, – покачала головой Настя. – Вернее, даже представить себе не могу, сколько она может стоить.

– И не надо представлять. Корона признана бесценной, то есть стоимость её не поддаётся оценке. Так вот, после смерти Екатерины II коронация всех последующих императоров проходила только с этой короной. Иногда её надевали на особо торжественные случаи. Последний раз это произошло в 1906 году, когда на открытии Государственной Думы Николай II присутствовал именно в этой короне. После революции корону ожидали нелёгкие испытания. Большевики хотели распродать бриллианты за границу, но это дело получило широкую огласку, случился скандал, и корону оставили в покое. Она была помещена в Гохран, а позднее отреставрирована и передана в Алмазный фонд, где и находится по сей день.

Константин закончил свой рассказ, и на некоторое время в кабинете повисла пауза. Потом они принялись обсуждать, за что же можно уцепиться и что можно связать со свечением кольца вокруг короны, но так ни до чего и не додумались. Они совсем забыли о времени, пока Настя случайно не посмотрела на часы.

– Что-то мы долго это всё обсуждаем, уже девять часов, а мы пока что ни к чему так и не пришли, – сказала она. – У меня дочка маленькая, мне надо возвращаться домой. Раз мы сейчас не смогли найти решение, то, мне кажется, сегодня его уже и не найдём. Предлагаю подумать об этом завтра, на свежую голову.

Оба мужчины вынуждены были согласиться, она попрощалась с ними и вышла из кабинета.

– Анастасия – очень умная женщина, – произнёс Кирилл Андреевич с улыбкой. – Она обязательно что-нибудь придумает.

– Не сомневаюсь, – задумчиво ответил Константин, всё ещё продолжая смотреть на дверь, в которую она только что вышла. – Вы меня извините, мне нужно позвонить. Я отлучусь буквально на пару минут.

Константин вышел в коридор, но уже через две минуты, как и обещал, вернулся обратно.

– Ну, что, выпьем по чашке чая и тоже по домам поедем? – спросил он эксперта, потирая руки.

– С удовольствием, – ответил ему Кирилл Андреевич.

А Настя вышла из здания музея и направилась к воротам. Там стоял тот же самый охранник, который встречал её два часа назад.

– Вы уже закончили? – спросил охранник с улыбкой на лице, открывая ворота. – Приходите к нам ещё, Анастасия. Очень рад был познакомиться с Вами лично, до свидания.

– До свидания, – ответила ему Настя и покинула крепость.

Она была немного расстроена, так как ей казалось, что съездила она сюда сегодня зря. Как два года назад она не смогла разгадать эту загадку, так и сейчас у неё это вряд ли получится.

Вскоре Настя дошла до автомобиля, села в него и поехала в сторону дома. Но она была так погружена в свои мысли, что совершенно не обратила внимания на другой автомобиль, который тоже отъехал от обочины и поехал следом за ней.

Глава 5

До своего дома Настя добралась только лишь в начале одиннадцатого. К этому времени Лиза уже давно спала, и её встречал один Алексей.

– Привет, родная, как твои успехи? – спросил он.

– Думаю, что я зря съездила, – ответила Настя. – Только устала, а результатов никаких. Лучше бы вместе с вами дома осталась.

– Ну, пойдём, я тебя пирожками накормлю, напою чаем, отдохнёшь немного с дороги, и ляжем спать, – заботливо произнёс Алексей.

– Да, сейчас иду.

Настя умылась с дороги, быстренько переоделась в домашнюю одежду и присоединилась к своему мужу.

– Представляешь, я два часа добиралась до Питера через огромные пробки, пришла в музей, а кольцо вокруг короны уже не светилось, – говорила она мужу, когда они уже сидели за столом и пили чай. – Там был Кирилл Андреевич – эксперт из музея истории Петербурга, и ещё какой-то историк по имени Константин, который тоже интересуется историей короны Российской империи. Мы вместе с ними устроили небольшой мозговой штурм, но так ни до чего и не додумались. Решили отложить всё до завтра, так как было уже поздно.

– Мы с тобой ещё в тот раз какие только варианты не перебрали, но так и не смогли найти разгадку этой тайны, – покачал головой Алексей. – А ведь кольцо тогда светилось. Думаю, что и сейчас тайна останется неразгаданной.

– Мне почему-то тоже так кажется, – ответила Настя. – Устала, не хочу об этом больше думать. Какие у нас планы на завтра?

– А тебе нужно будет ехать в город? – спросил Алексей.

– Да, накопились разные вопросы в Антикварной лавке, которые мне нужно решить. Хотя бы на полдня, но завтра обязательно нужно туда попасть.

– Мне тоже нужно поработать завтра над книгой, пока идея для новой главы ещё свежая.

Настя ласково улыбнулась, погладила мужа по руке и сказала:

– Хорошо, писатель мой любимый, мы разделимся. Утром я побуду с Лизой, а ты поработаешь над книгой в своём кабинете до обеда. А как только мы пообедаем, ты останешься с Лизой дома, а я поеду по делам до вечера. Как тебе моё предложение?

– Отличное предложение, как и всегда, – Алексей наклонился и поцеловал Настю. – Пойдём спать. Хочу завтра встать пораньше, чтобы больше сделать до обеда.

– Да, я тоже. Запустим в понедельник энергию для всей рабочей недели, – сказала Настя, поднимаясь со стула. – Пошли спать.

На следующее утро Алексей проснулся в пять часов. Он сделал зарядку, выпил кофе и ушёл в свой кабинет, где на протяжении следующих трёх часов работал над книгой. Потом он решил немного передохнуть и приготовить завтрак, а когда завтрак был готов, отправился на второй этаж будить жену и дочку.

– Просыпайтесь, мои любимые девочки, – по сложившейся уже традиции произнёс он, а затем поцеловал жену и взял дочку на руки.

– Лёш, ты уже позавтракал? – спросила Настя, поднимаясь с постели.

– Нет ещё, вас жду.

– Мы постараемся побыстрее спуститься, чтобы тебя не задерживать, – сказала ему Настя и взяла у него Лизу. – Мы сейчас придём.

Алексей кивнул и вышел из комнаты, а уже через десять минут Настя и Лиза тоже пришли к столу. Они сели на свои места, и некоторое время наблюдали за тем, как их папа и муж стоит у окна и задумчиво смотрит куда-то вдаль. Так иногда случалось, когда он работал над книгой и усиленно обдумывал какую-то новую идею. В такие моменты он, бывало, никого и ничего вокруг себя не замечал. А Настя с дочкой старались сидеть тихо, пытаясь сдержать смех, и только лишь перемигивались друг с другом. Это было их семейной игрой – они быстрее засмеются или Алексей первым заметит их присутствие. В этот раз опять невольным победителем оказался Алексей, так как Лиза не выдержала и расхохоталась первой. Тут же следом за ней рассмеялась и Настя.

– Ой, опять задумался и не заметил, как вы пришли, – смущённо улыбнулся Алексей и тоже сел за стол.

Иногда он специально так делал. Ему очень нравилось слышать искренний смех дочки и жены, это делало его счастливее и поднимало ему настроение на целый день. Вот и сегодня он притворился, что не заметил их. И ему стоило больших усилий, чтобы самому не рассмеяться, пока он стоял и смотрел в окно.

После завтрака Алексей вернулся в свой кабинет и продолжил работать над книгой, а Настя с Лизой стали собираться на прогулку. Сегодня дождя уже не было, а, наоборот, светило солнце и стояла замечательная осенняя погода. Их дом располагался в небольшом посёлке в окружении леса, по которому они так любили гулять. Они могли бродить по тропинкам этого леса и час, и два, а то и все три часа. И им никогда не бывало скучно вместе, они всегда находили для себя занятие.

Тем более Лиза находилась сейчас в таком возрасте, когда дети внимательно изучают окружающий мир, буквально впитывают всё в себя, словно губки, поэтому для неё всё было интересно. Они могли долго стоять и наблюдать, как трудятся муравьи рядом со своим муравейником, или слушать прекрасное пение птиц. А если им надоедало стоять на одном месте, они начинали бегать, прыгать и подкидывать вверх охапки осенних листьев. А ещё они очень любили громко петь, так громко, чтобы эхо разносилось по всему лесу. Вернее, в основном пела одна Настя, а Лиза только лишь пыталась ей подпевать. Да и чистый лесной воздух, несомненно, шёл им обеим на пользу. По мнению Насти, ежедневные прогулки по лесу были одним из главных составляющих крепкого детского здоровья.

Отсутствовали они довольно долго, а когда вернулись, Алексей всё ещё работал у себя в кабинете. Тогда Настя уложила Лизу ненадолго поспать, а сама занялась приготовлением обеда. Не прошло и часа, как вся семья собралась за обеденным столом. И у Алексея, и у Лизы лица были очень довольные. Алексей радовался тому, что закончил интересную главу в своей книге, а Лиза тому, что папа и мама просто были рядом с ней. Вся атмосфера их дома была буквально пропитана тихим семейным счастьем.

После обеда пришло время и Насте поработать. У неё в запасе оставалось только лишь полдня, а дел в Антикварной лавке накопилось довольно много. Поэтому она быстро собралась и вышла из дома. Провожать на крыльцо её вышла вся семья.

– Пока, мои любимые, – улыбнулась Настя и поцеловала сначала дочку, а затем и мужа.

Потом она села в машину, помахала им рукой и уехала.

Глава 6

Антикварная лавка Насти располагалась на Невском проспекте. Раньше в этом же доме была и её квартира, в которой она жила ещё до знакомства с Алексеем, но теперь они жили за городом, поэтому квартиру продали за ненадобностью.

Войдя в лавку, Настя поздоровалась со своей помощницей. Вообще, у неё было две помощницы, но сейчас одна из них находилась в отпуске. Быстренько обсудив план действий, они взялись за его реализацию. Помощница уже успела подготовить довольно большую подборку предметов антиквариата, которые были выставлены на продажу в интернете, поэтому Настя взяла этот список, прошла в свой кабинет и начала звонить.

Процесс этот был утомительным, но в то же время довольно увлекательным. Она знакомилась с новыми людьми, обсуждала с ними все характеристики их товаров, цены и ещё много других нюансов. Настя так погрузилась в это дело, что и не заметила, как пролетело два часа. Ей стало казаться, что на свете существуют только лишь она, телефон и её невидимые собеседники, образы которых она мысленно рисовала у себя в голове. Больше во время этого дела её никто и ничто не волновало. Но внезапно стук в дверь вернул её мысли обратно на землю. Настя как раз только что закончила разговор с очередным потенциальным продавцом, поэтому громко сказала:

– Войдите!

Дверь в кабинет тут же отворилась, и на пороге она увидела Константина – того самого историка, с которым она виделась вчера вечером в музее. Он стоял и смущённо улыбался, глядя на неё, как будто испытывал неловкость от того, что приходится отвлекать её от работы.

– Константин? – удивилась она. – Вот уж никак не ожидала Вас здесь увидеть. А почему Вы не позвонили? Есть же телефон, Кирилл Андреевич знает мой номер.

– Добрый день, Анастасия. Понимаете, просто дело в том, что мне хотелось лично с Вами встретиться и поговорить, поэтому я и пришёл.

– Здравствуйте, – спохватившись, поздоровалась Настя в ответ. – Да, конечно, давайте поговорим. Проходите, присаживайтесь.

Он вошёл в кабинет, закрыл за собой дверь и сел в кресло напротив Насти.

– Может быть, хотите чай или кофе? – спросила она своего неожиданного гостя.

– Нет, Анастасия, благодарю Вас, я только недавно пообедал, – ответил тот.

– Так какое у Вас ко мне дело? – спросила его Настя, хотя могла и не спрашивать, так как уже и сама догадывалась, зачем он к ней пришёл.

– Я пришёл к Вам по поводу нашего вчерашнего разговора, – ответил Константин. – Скажите, Анастасия, Вы уже думали по поводу этого светящегося вокруг короны кольца? Есть ли у Вас какие-нибудь идеи на этот счёт?

– Вряд ли здесь что-то можно придумать, – пожала плечами Настя. – Одного светящегося кольца на рисунке недостаточно, чтобы решить эту непростую задачу. Нужны ещё какие-то другие зацепки, но я не думаю, что они существуют.

– То есть, Вы хотите сказать, что если бы у Вас было за что зацепиться в этом деле, Вы могли бы продолжить поиски? – спросил Константин, как-то странно посмотрев на неё.

Насте не очень хотелось продолжать этот разговор, так как у неё было ещё очень много дел, которые нужно было успеть закончить до вечера. Поэтому она отрицательно покачала головой и ответила:

– Я не уверена, что эти поиски вообще хоть к чему-нибудь нас приведут. К тому же у меня семья, сами должны понимать. Это раньше, ещё до рождения дочки, я, может быть, и могла куда-то ездить, что-то искать, но теперь всё изменилось. В настоящее время у меня на первом месте стоят дочка и муж, а не какие-то там расследования.

– Да, в жизни самое главное – это семья, – согласился с ней Константин. – Я уверен, что Ваша семья замечательная.

Настя не хотела касаться темы своей семьи в разговоре с посторонним человеком, поэтому, чтобы закончить эту беседу, она показала Константину на лежащие перед ней бумаги и сказала:

– У меня сегодня ещё очень много работы, прошу меня извинить. Есть ли у Вас ко мне ещё какое-нибудь срочное дело?

–Нет-нет, это всё, – быстро ответил Константин, поднимаясь с кресла. – Я, пожалуй, пойду. Мне очень приятно было поговорить с Вами, Анастасия.

– Да, мне тоже. Думаю, ещё когда-нибудь увидимся.

– Я уверен в этом, – ответил Константин, кивнул ей на прощание и вышел из кабинета.

После его ухода Настя почувствовала какую-то лёгкость. И это не из-за того, что ей было тяжело с ним говорить, а из-за того, что она всё-таки смогла отказаться от дальнейшего расследования. Просто сегодня она окончательно поняла, что самое главное для неё теперь – это семья, а всё остальное не так уж и важно. И от осознания этого у неё на душе стало вдруг так легко и радостно, что Насте захотелось вскочить со своего места, захлопать в ладоши и громко закричать. Но она решила этого не делать, так как помощница или возможные покупатели могли её неправильно понять. Поэтому она просто улыбнулась и продолжила работу.

Закончила она уже ближе к семи часам вечера. Как раз до этого времени работала и Антикварная лавка, поэтому они с помощницей вышли на улицу вместе. Там они попрощались друг с другом и Настя села в свой автомобиль. Сначала она хотела позвонить мужу и сказать ему, что собирается ехать домой, но потом всё-таки решила не делать этого. Было ещё не так поздно, и она не хотела отвлекать Алексея от каких-то занятий с дочкой.

Дорога до дома заняла у неё около часа. Она больше уже не думала ни о каких расследованиях, и ей было приятно осознавать, что теперь это место смогут занять совершенно другие мысли. Теперь она всю себя посвятит своей семье.

Подъехав к дому, Настя заметила, что нигде в окнах не горел свет. «Странно», – подумала она и посмотрела на часы. Было ещё только восемь часов, для сна несколько рановато. Хотя, вполне возможно, они за день могли так набегаться и наиграться, что устали и решили немного отдохнуть, дожидаясь её приезда.

Настя вошла в дом, сняла обувь и сразу же отправилась наверх. Но, когда она оказалась в спальне и включила свет, её сердце забилось гораздо быстрее. В спальне было пусто, и это ей совсем не понравилось.

– Алексей! – крикнула Настя, выйдя из комнаты, и её голос эхом прокатился по дому.

«Неужели гулять ушли? Так темно же», – думала она, набирая номер телефона мужа. Но её ждало новое разочарование, так как его телефон был выключен. И тут Настя подумала, что они просто решили поиграть с ней в прятки.

– Хватит прятаться, выходите! – крикнула она и принялась обходить все комнаты одну за другой.

На втором этаже их нигде не было, тогда она спустилась вниз. Войдя в гостиную, Настя включила свет, да так и застыла на месте от неожиданности. В гостиной на диване сидел Константин и смотрел прямо на неё.

Глава 7

Некоторое время они оба молчали. Константин просто смотрел на неё, а у Насти в голове происходил настоящий круговорот из мыслей. Она не могла понять, что происходит, почему он находится здесь и где её семья, но чувствовала, что происходит что-то ужасное.

– Анастасия, предлагаю Вам сесть в кресло, чтобы мы могли спокойно обо всём поговорить, – произнёс, наконец, Константин.

Это был уже совсем другой человек, не тот, которого Настя видела вчера вечером в музее истории и сегодня днём в своей Антикварной лавке. Тот Константин был мягкий, спокойный, доброжелательный. Этот тоже был спокойный, но только теперь и в голосе, и в глазах у него был металл.

– Где моя семья? – наконец, чуть ли не крича, спросила Настя. – Говорите, где они? И как Вы сюда попали?

– Сядьте, я сказал! – тоже повысил голос Константин. – Или Вы не хотите, чтобы они остались живыми и невредимыми? Не хотите снова увидеть их?

Настя почувствовала, что сейчас упадёт в обморок, и на ватных ногах кое-как добралась до кресла.

Константин встал с дивана, налил из графина в стакан воды и дал его Насте.

– Анастасия, успокойтесь, – сказал он. – Попейте водички.

Настя сделала несколько глотков и отдала стакан Константину. Он поставил его на стол, а сам вернулся к дивану и снова занял своё место.

– Что с ними? – спросила Настя, немного придя в себя.

– С ними всё хорошо, не переживайте, – успокоил её Константин. – Они в надёжном месте, со всеми удобствами, у них есть и еда, и вода, и им ничего не угрожает. Если, конечно, Вы сделаете всё, что мы Вам скажем. Но, я думаю, что Вы будете сотрудничать с нами, если хотите, чтобы они всё-таки вернулись домой.

– И что Вы хотите, чтобы я сделала? Когда я смогу увидеть свою семью?

– Это теперь будет зависеть только от Вас. Я отпущу Вашу семью, как только получу корону Российской империи.

– Вы хотите, чтобы я украла её для Вас из Алмазного фонда? – удивилась Настя. – И как Вы это себе представляете? Сами же говорили, что она находится под надёжной защитой.

– Нет, конечно, – рассмеялся Константин. – Зачем мне дубликат? Хотя он тоже, наверное, стоит больших денег.

– Какой дубликат? – спросила Настя, не понимая, что он имеет в виду.

– Дубликат короны Российской империи, – ответил Константин уже серьёзным тоном. – В Алмазном фонде хранится, и всегда хранилась, поддельная корона. Настоящая корона находится совсем в другом месте.

– В каком месте? – заинтересованно спросила Настя. – И откуда Вы всё это знаете?

– Сразу видно, что у Вас деловая хватка, – кивнул тот. – Сейчас я Вам всё расскажу.

Он зачем-то посмотрел на часы, а затем устроился удобнее на диване и начал свой рассказ.

– Некоторое время назад у меня на руках оказались кое-какие документы времён Великой Отечественной войны из архива НКВД. Все они были из блокадного Ленинграда 1942 года. И я считаю, что мне очень крупно повезло, ведь именно благодаря этим документам я стал обладателем уникальной информации. Я даже уверен, что больше никому, кроме меня, об этом ничего не известно. И Вы будете вторым человеком, который узнает эту тайну.

– Именно поэтому Вы похитили мою семью? – спросила Настя. – Чтобы я никому не проболталась?

– В том числе и поэтому. Я днём приходил к Вам для того, чтобы прощупать почву, и Вы сами сказали мне, что теперь семья для Вас дороже всего на свете. Отказавшись от дальнейшего расследования, Вы не оставили мне иного выбора, кроме как похитить Вашу семью.

– Это я уже поняла, – кивнула Настя. – Так что же это всё-таки за тайна? Насколько я понимаю, Вам стало известно местонахождение подлинной короны Российской империи?

– Не совсем так, – покачал головой Константин. – Мне нужно, чтобы именно Вы нашли это место.

– Так что Вы всё-таки обнаружили такого ценного в этих документах НКВД? – спросила Настя, подводя его ближе к делу.

– В начале сентября 1942 года сотрудниками НКВД в Ленинграде были задержаны мужчина и женщина. На допросах они молчали, даже после применения к ним физической силы. Но один из сотрудников заметил, что мужчина испытывает чувства к женщине, и между ними есть какая-то связь. Тогда решили на этом и сыграть. Мужчине пригрозили, что, если он продолжит молчать, то женщина будет убита. И тогда он всё рассказал.

– Надо же, какие психологи, – скептически усмехнулась Настя.

– Мужчина признался, что они агенты Германии, – как ни в чём не бывало, продолжал Константин. – Его агентурный псевдоним Суворов, а её – Гертруда.

– Суворов? – удивилась Настя. – Странный псевдоним для немца, Вы не находите?

– Да, Вы правы, он русский, а она немка, – кивнул Константин. – Но об этом чуть позже. Этот мужчина сказал, что они прибыли в Ленинград по заданию Генриха Гиммлера для того, чтобы найти подлинную корону Российской империи и доставить её в Германию.

– Так с чего они вообще взяли, что корона в Москве не настоящая, а настоящая находится в Ленинграде? – спросила Настя.

– Суворов на допросе рассказал и об этом. В 1905 году, когда ему было всего 10 лет, он состоял в одной известной на весь Петербург шайке. И их последним делом как раз и была кража короны. К сожалению, в документах не были указаны детали этого дерзкого ограбления, мне бы и самому хотелось узнать, как у них это получилось. После успешного завершения операции главарь шайки спрятал корону в Клондайк.

– В какой ещё Клондайк? – уточнила Настя.

– Об этом ничего не сказано, так что нам ещё предстоит это выяснить, – развёл руками Константин.

– Но почему об этом ограблении нет никакой информации? И откуда взялась ещё одна корона, которая хранится сейчас в Алмазном фонде?

– Я уже думал об этом. Дело в том, что император Николай II надевал корону спустя какое-то время после ограбления на открытие Государственной Думы в 1906 году. Это был последний раз, когда император появлялся в короне на людях. Возможно, не хотели давать повода для пересудов противникам монархии, поэтому изготовили копию. Иначе могли начаться разговоры о том, что монархия слаба, и дни её сочтены. А что касается шайки, то она была практически вся уничтожена. В живых остался один только десятилетний мальчик, которого отправили в какой-то далёкий лагерь для трудных детей, или что-то вроде этого. А корону так и не нашли.

– Получается, что нужно найти место, которое эта шайка называла Клондайком? – спросила Настя.

– Получается, что так, – кивнул Константин.

– А как сложилась дальнейшая судьба этого мальчика? Как он через 37 лет вдруг стал агентом Германии с агентурным псевдонимом Суворов?

– По его же словам, он мечтал о возвращении в Петербург для того, чтобы можно было найти корону, но на протяжении восьми с лишним лет у него никак не получалось вернуться. И получилось у него это только лишь в 1914 году. К тому времени уже произошло убийство в Сараево наследника австро-венгерского престола эрцгерцога Франца Фердинанда, а также его жены, и мир был на пороге войны. И когда будущий немецкий шпион вернулся в Петербург, война всё-таки началась, и его забрали на фронт. Там он какое-то время повоевал, а потом попал в плен, из которого больше уже не вернулся. Каким-то образом он смог остаться в Германии и постепенно втереться в доверие к немцам. Потом он встал на сторону нацистов, и в итоге стал одним из лучших шпионов Германии. Он влюбился в женщину по имени Гертруда, которая тоже стала немецким шпионом, и они работали в паре. Ну, а потом их отправили в Ленинград по приказу Гиммлера, и это стало их последним заданием. Сотрудники НКВД не поверили во всё это, решив, что те выдумывают небылицы про корону, чтобы скрыть истинную причину своего появления в городе, и расстреляли обоих.

Воспользовавшись возникшей в разговоре паузой, Настя спросила:

– И это всё? А что, если он действительно это придумал?

– Нет, не всё, – покачал головой Константин. – Есть ещё письмо Александра II Екатерине Михайловне Долгоруковой, которая долгое время была его фавориткой, а позднее они и обвенчались, после того, как умерла его первая жена. В этом письме он пишет довольно странные вещи. Император поделился с ней секретом о том, что корона обладает очень мощной энергетикой. После того, как он надевает её на голову, он ещё неделю, а то и две, ощущает огромный прилив физических и умственных сил, готов работать без отдыха и создавать просто невероятные вещи. По его словам, корона эта обладала какой-то необъяснимой силой, и Александр II мечтал, чтобы и Екатерина Михайловна почувствовала её. Только не спрашивайте, откуда у меня это письмо. Этого я Вам не расскажу.

– Я не понимаю, как всё это связано друг с другом? – спросила Настя. – Причём здесь вообще письмо Александра II, написанное, наверное, лет за 70 до блокады Ленинграда?

– Всё очень просто, – ответил Константин. – Это письмо доказывает слова немецкого агента Суворова.

– Каким же образом? – спросила Настя, всё ещё не понимая, к чему он клонит.

– Александр II явно указывает на какую-то непонятную силу, исходящую от короны. А во время блокады Ленинграда агентов на поиски короны в этот город отправляет именно Генрих Гиммлер – человек, помешанный на оккультизме. Его отряды СС по всему миру искали различные артефакты, такие, как Святой Грааль или Копьё Судьбы. Сопоставив два этих факта, я пришёл к выводу, что другая корона всё-таки существует.

Настя вынуждена была согласиться с его доводами. Это была очень интересная история, и в любое другое время она с удовольствием взялась бы за расследование. Сейчас же мысли её путались, так как думала она только о своей похищенной семье. Но она понимала, что ей всё же придётся разгадать тайну и отыскать подлинную корону Российской империи, чтобы Алексей и Лиза могли вернуться к ней живыми и невредимыми.

Некоторое время Константин молча наблюдал за ней, а затем поднялся на ноги и направился к выходу. Но на полпути он остановился, повернулся и сказал Насте:

– И запомните, Анастасия, если Вы скажете кому-нибудь хоть слово обо всём этом, или попытаетесь вести двойную игру, свою семью Вы больше никогда не увидите. Ваша задача – отыскать этот загадочный Клондайк, а в нём найти подлинную корону. Жизнь Вашей семьи теперь только в Ваших руках.

Он кивнул ей на прощание и вышел из гостиной, а вскоре Настя услышала, как захлопнулась входная дверь. Гнетущая тишина пустого дома вновь обрушилась на неё, да так, что Насте вдруг захотелось завыть от горя. Но она понимала, что сейчас не время для этого. Сейчас она должна была собрать всю волю в кулак и заставить мысли закрутиться в нужном направлении, чтобы найти выход из сложившейся ситуации.

Часть 2. Таинственный камень

Глава 8

В Индии издавна существует поверье, что все предметы, которые находятся рядом с нами, способны впитывать в себя наше настроение, а также настроение всего, что их окружает. Например, если этот предмет долгое время находится в богатом доме среди роскоши, величия и красоты, то он и сам начинает излучать роскошь, величие и красоту. И день за днём, год за годом он впитывает в себя настроение окружающего его мира. Если же его вырвать из привычной для него среды и поместить в нищету и уныние, то он ещё какое-то время будет источать из себя всё то, к чему он так привык. Но постепенно этот свет будет ослабевать, пока совсем не угаснет, и тогда этот предмет начнёт впитывать в себя нищету и уныние, окружающие его теперь. От его былого величия, красоты и роскоши не останется и следа. И если этот предмет неожиданно поместить обратно в ту богатую обстановку, в которой он жил прежде, то он будет похож на нищего, который случайно оказался во дворце. И вроде бы внешне это будет тот же самый предмет, но его внутренний мир, его энергетика станут совсем другими. И понадобится время, чтобы он смог снова впитать в себя настроение и вибрации той обстановки, в которой он оказался.

И это касается не только богатства и нищеты. Предметы впитывают в себя все эмоции и чувства, которые видят или ощущают вокруг себя. Это может быть как страх, гнев или отвращение, так и сила, власть, спокойствие и любовь. К сожалению, большинство предметов, как и большинство людей, зависят от окружающего их мира и меняются вместе со сменой обстановки вокруг них.

Но не все предметы забывают прошлое. Индийские монахи знают, что кристаллы, впитав в себя один раз какие-то эмоции или чувства, сохраняют их уже навсегда. Например, взяв в руки изумруд, который долгое время находился у доброго раджи, его так и хочется положить под подушку перед сном, потому что от него исходит тёплая энергия спокойствия и доброты. И, наоборот, если изумруд был у злого раджи, который держал в страхе всё своё окружение, то его хочется забросить куда-нибудь подальше и никогда больше не вспоминать об этом камне.

Но Винченцо ничего этого не знал, и даже не догадывался. Он просто ехал на своём коне по пыльной индийской дороге и думал о том, что у него осталось совсем немного времени на решение своей проблемы. Если говорить точнее, то в запасе у него оставалось всего лишь три месяца. А учитывая то обстоятельство, что за предыдущие девять месяцев решение так и не было найдено, эти оставшиеся три месяца казались Винченцо довольно-таки ничтожным сроком. Ведь нельзя было забывать и то, что ему ещё предстояло вернуться из Индии обратно в Италию, а путь это был неблизкий. В семнадцатом веке преодоление больших расстояний занимало достаточно много времени.

Его имя очень гармонично сочеталось с его итальянской внешностью. Это был высокий красивый мужчина около тридцати лет от роду с тёмными волосами, смуглой кожей и чисто итальянским характером. Он легко мог найти общий язык со многими людьми и стать душой любой компании, но в то же время он был очень эмоциональным и вспыльчивым человеком, и мог зажечься всего лишь от одной небольшой искры. А ещё он уже долгое время был карточным шулером. Именно это занятие и поставило его в ту непростую ситуацию, в которой он теперь находился.

Ещё какой-то год назад его жизнь казалась ему сказкой и переливалась всеми цветами радуги. День за днём удача не покидала его, и карточный бог приносил ему достаточно денег, чтобы жить на широкую ногу. Винченцо ни в чём себе не отказывал, жил так, как хотел, и радовался жизни. А радоваться действительно было чему, ведь, помимо того, что у него всегда были деньги, в него ещё и влюбилась самая красивая во всей Италии девушка по имени Синтия. Он очень гордился этим, многие завидовали ему, и это льстило его самолюбию.

Но вся эта сказочная жизнь в одно мгновение закончилась девять месяцев тому назад. С тех пор он уже миллион раз пожалел о том, что сел в тот вечер за один стол с теми людьми. Он просто хотел обчистить их, поиграв пару часов в карты, как проделывал это уже и раньше не один десяток раз с другими людьми. Но в итоге игра затянулась на всю ночь и вылилась в огромную, просто невообразимую сумму, которую он задолжал им. Винченцо и сам не заметил, как наступило утро, и один из этих людей спросил, как он собирается расплачиваться с ними. Если бы он раньше знал, что это за люди, то никогда в жизни не сел бы с ними играть. Оказалось, что у них были связи по всей Италии, и им ничего не стоило убить его. Но они не стали этого делать, даже когда выяснилось, что он не может расплатиться с ними. Им нужно было получить деньги, а такие люди привыкли добиваться своего любыми способами.

– Мы понимаем, что это для тебя огромная сумма, поэтому даём тебе ровно год на то, чтобы ты смог расплатиться с нами, – говорил один из них. – Но за это время ты должен будешь собрать деньги в двойном размере. Ты всё понял?

Винченцо растерянно кивнул, всё ещё находясь в шоковом состоянии от того, что произошло этой ночью. Он уже понимал, что в Италии ему больше нельзя будет жить, и теперь думал, куда бы им с Синтией лучше уехать, чтобы эти страшные люди никогда не нашли их. Но его собеседник будто бы прочитал его мысли.

– Что ж, это хорошо, что ты всё понял, – кивнул он. – А пока ты будешь искать наши деньги, твоя женщина побудет у нас. Это необходимо для того, чтобы ты не придумал чего-нибудь лишнего, например, сбежать. Насколько я знаю, она у тебя первая красавица. Так вот, если не хочешь увидеть её личико обезображенным, я советую тебе поторопиться. Только от тебя теперь зависит, жить ей дальше такой же красавицей, или умереть некрасивой, и это ещё мягко сказано. У тебя есть ровно год. Так что вперёд, время пошло.

Они встали и вышли из задней комнаты таверны, в которой и шла игра этой ночью. Винченцо ещё некоторое время сидел, глядя куда-то в пустоту, а затем, немного придя в себя, вскочил на ноги и выбежал из таверны. Он отправился домой, надеясь застать там Синтию, но надежды его не оправдались. В их доме всё было перевёрнуто вверх дном, а его возлюбленной нигде не было видно. Стало понятно, что эти люди уже забрали её. У Винченцо не было другого выхода, кроме как найти эти деньги и вернуть долг.

Но сумма была огромная. Первое время он пытался скопить деньги, играя в карты, но вскоре понял, что ему не хватит на это и десяти лет. И тогда ему пришлось покинуть Италию. Он путешествовал из города в город, из страны в страну, ища способы добыть нужную сумму, которая казалась ему целым состоянием. За девять месяцев он всё-таки смог собрать сколько-то золота, но, к сожалению, это было лишь пятой частью от того, что ему было нужно.

И вот теперь он добрался до Индии. Винченцо прекрасно понимал, что должен найти решение именно в этой стране, так как времени на другую страну у него уже практически не оставалось. Ещё каких-то пару месяцев, и ему уже нужно будет поворачивать обратно, чтобы успеть добраться до Италии вовремя.

«Где-то бы переночевать», – подумал Винченцо. Вчера ему повезло, так как его пустили в свою хижину какие-то крестьяне. Сейчас же Винченцо ехал на своём коне по пустынной местности, и он уже начал думать, что спать ему этой ночью, скорее всего, придётся на голой земле. Но надежда на лучшее всё же не покидала его, и через некоторое время он что-то увидел на горизонте. «Да это же монастырь», – подумал он, когда проехал ещё немного и смог рассмотреть это строение более внимательно. Выбора у него не было, поэтому он направился в ту сторону, и вскоре уже достиг стен монастыря.

Глава 9

Винченцо хотел только лишь переночевать в монастыре, а на следующий день продолжить свой путь, но одно обстоятельство заставило его задержаться на некоторое время. Он кое-что увидел здесь и понял, что этот монастырь вполне может стать конечной точкой его маршрута и разом решить все его проблемы. И вот уже неделю Винченцо жил в стенах этого монастыря, присматриваясь ко всему, что происходило вокруг него, и постепенно составляя план действий.

В тот день, когда он впервые увидел монастырь и постучался в его двери, он надеялся, что монахи поймут его и пустят переночевать. Помимо итальянского языка, Винченцо вполне неплохо изъяснялся на английском, поэтому думал, что кто-нибудь здесь будет говорить на одном из этих двух языков.

Но он ошибся. Монах, открывший двери монастыря, лишь только смотрел на него глазами, в которых читались мудрость и спокойствие, и ничего не отвечал на просьбы Винченцо о ночлеге. Тогда он попробовал изъясняться жестами, и это сработало. Монах понял его и впустил в монастырь. И сразу же Винченцо почувствовал такую лёгкость и свободу, какую ещё не ощущал никогда прежде. Откуда-то издалека раздавались протяжные мелодичные звуки, похожие на молитву. Винченцо понял, что это мантры, так как раньше немного слышал об этом.

Монах отвёл его в отдельную келью, а потом жестами спросил гостя, голоден ли тот. Винченцо не хотел есть, ему вдруг захотелось попасть туда, где читали мантры. Какое-то неведомое ранее чувство манило и звало его. И он, как мог, постарался объяснить монаху жестами своё желание. И тот опять понял его и повёл за собой.

Вскоре они пришли в очень просторное помещение, в котором на полу сидели монахи. Их было много – не менее сорока человек, и у всех у них были закрыты глаза. Впереди перед небольшой статуей Будды спиной к остальным монахам сидел другой монах, который и распевал мантры. И так у него это хорошо получалось, что Винченцо ненадолго застыл на месте, ощущая эти мантры внутри себя. Но монах, который привёл его сюда, показал, что здесь стоять нельзя и нужно сесть позади всех, если он хочет остаться. Винченцо послушался его и сел на пол в том месте, куда показывал монах.

Буквально на несколько секунд он отвлёкся, пока садился на пол, а когда снова решил посмотреть на сопровождавшего его монаха, того уже и след простыл. Тогда Винченцо стал слушать мантры, одновременно разглядывая того монаха, который их пел. Одежда его отличалась от одежды других монахов, так как была более нарядная, а на голове у него была большая чалма. Винченцо решил, что это, по всей видимости, настоятель этого монастыря.

Но постепенно все лишние мысли начали исчезать из его головы и Винченцо, сам того не замечая, погрузился в состояние медитации. Он сидел с закрытыми глазами, ощущая, как его буквально окутывают мантры, проникают к нему прямо в сердце, и вскоре ему стало казаться, что у него выросли крылья, и он парит над землёй.

Неизвестно, сколько времени это продолжалось, но, когда Винченцо снова пришёл в себя и открыл глаза, он понял, что всё уже закончилось. Монахи начали подниматься со своих мест и постепенно потянулись к выходу, не обращая на незнакомца совершенно никакого внимания. Мантры уже не звучали, и тот, кто их пел, тоже встал на ноги. Винченцо не хотелось так быстро возвращаться, у него было желание всё также парить над землёй, выкинув из головы все ненужные мысли. Но в один миг всё вдруг изменилось, стоило лишь только монаху в чалме повернуться к нему лицом. Мысли сразу же вернулись к нему, закружившись в голове с новой силой.

Но не лицо этого монаха заставило усиленнее работать мысли Винченцо, а его чалма, прямо в центре которой сиял огромный красный рубин. Никогда ещё Винченцо не видел ничего подобного, и даже не догадывался, что есть на свете такие огромные кристаллы. Издалека ему показалось, что этот рубин был размером с куриное яйцо, никак не меньше. Но, возможно, это расстояние и блеск этого драгоценного камня несколько преувеличили его действительные размеры.

В тот самый миг Винченцо и решил задержаться в этом монастыре. Он вдруг понял, что это его шанс вернуть долг и спасти Синтию, и другого такого шанса ему больше могло и не представиться. Поэтому он решил немного пожить здесь и подумать, как можно незаметно выкрасть эту чалму. Монахи не гнали его, а, наоборот, с удовольствием делили с ним кров и пищу.

Винченцо старался постоянно держать в поле зрения настоятеля в чалме, поэтому ежедневно посещал то помещение, где собирались и распевали мантры монахи. Конечно же, он старался не упускать его из виду и в остальное время. За эту неделю, которую Винченцо прожил в монастыре, он понял, что днём у него не будет возможности украсть чалму с рубином, поскольку настоятель постоянно носил её на голове. Скорее всего, он снимал её только ночью, да и то, Винченцо уже не был в этом так уверен. Поэтому необходимо было непременно это выяснить.

Где находится келья этого человека, он выяснил в первый же вечер. Он ещё больше уверился в мысли, что тот является настоятелем монастыря, поскольку его келья со стороны казалась немного больше, чем другие кельи, и располагалась как-то обособленно от остальных. Еще хорошей новостью было то, что дверей там не было, и при желании можно было зайти внутрь. Винченцо даже прошёл мимо кельи, но внутри было темно, и он ничего не смог разглядеть.

Целую неделю он собирался с духом, чтобы зайти ночью в эту тёмную келью. Но его всё время останавливала мысль, что чалма даже ночью может находиться на голове настоятеля. «Да не может же он в ней спать», – тут же пытался возразить сам себе Винченцо. И через неделю он всё-таки решился, так как понял, что дольше тянуть уже нельзя.

Посреди ночи он поднялся с постели, оделся, вышел в коридор и направился в сторону кельи настоятеля. Когда он дошёл до неё, то некоторое время просто стоял и прислушивался к звукам, доносившимся из этой кельи. Но кроме тихого сопения оттуда больше ничего не доносилось. «Была не была», – подумал Винченцо и сделал шаг вперёд.

Осторожно дойдя до центра кельи, он замер. У него бешено колотилось сердце, и он боялся, что это может разбудить настоятеля, но тот всё так же размеренно дышал и, похоже, просыпаться не собирался. Не меньше минуты стоял неподвижно Винченцо, пытаясь привыкнуть к темноте, и вскоре уже мог разобрать тёмные очертания внутреннего убранства кельи. И вдруг он увидел, как в темноте блеснул рубин. Радости его не было предела, когда он понял, что чалма находится не на голове спящего настоятеля, а лежит рядом с его постелью.

Винченцо на цыпочках подошёл к ней, аккуратно взял её в руки, и так же на цыпочках тихонько вышел из кельи. Полдела было сделано, теперь оставалось только незаметно покинуть стены монастыря. Винченцо помнил, что у дверей всегда дежурит монах, но другого выхода из монастыря, насколько он знал, не было. Поэтому он решил рискнуть и направился в ту сторону, предварительно спрятав чалму за пазуху.

И опять ему повезло, так как у дверей никого не оказалось. Скорее всего, дежуривший там монах куда-то ненадолго отошёл. Выходя из монастыря, Винченцо ещё не до конца осознавал, что у него так легко всё получилось. Оставалось только вывести своего коня с конюшни, и поминай как звали. Но только вот там его и ждал сюрприз. Когда он уже нацепил на коня седло, хоть и с большим трудом в темноте, и хотел вывести с конюшни, с улицы показался тусклый свет, а затем в воротах появилась фигура монаха со свечой в руке.

Винченцо даже замер от неожиданности. Но, когда монах о чём-то спросил его на своём языке, быстро пришёл в себя. Он вскочил на коня и попытался выехать с конюшни, не обращая на монаха никакого внимания. Тот выронил свечу, у которой тут же погасло пламя, а сам попытался обеими руками вцепиться в коня. Но хуже всего было то, что монах что-то закричал, причём настолько громко, что эхо от его голоса разнеслось по всей округе.

Винченцо пнул его ногой, и тот отлетел в сторону. Сам же он вывел своего коня на улицу и пустил его вскачь. Проскакав совсем немного, он снова услышал у себя за спиной крик. Видимо, монах поднялся на ноги и выбежал на улицу вслед за ним. Но только теперь его было уже не остановить. Он быстро удалялся от монастыря, и вскоре крик совсем исчез. Дело было сделано. За пазухой у Винченцо лежала чалма с огромным рубином, и у него оставалось ещё достаточно времени на то, чтобы вернуться в Италию и спасти Синтию.

Глава 10

С того момента, как Винченцо покинул стены монастыря, прошло уже несколько часов. Он всё скакал и скакал вперёд, боясь, что за ним могут броситься в погоню, пока на горизонте не забрезжил рассвет. И только тогда он решил остановиться и немного перевести дух, а заодно и дать отдых своему коню.

Внезапно Винченцо вспомнил о чалме, которая лежала у него за пазухой. Он вытащил её и начал внимательно рассматривать рубин. Это был удивительный камень. Он отражал лучи восходящего солнца, и от этого казался ещё больше и ещё прекраснее. Винченцо с удовольствием рассматривал бы его хоть целый день, но надо было ехать дальше. Только сначала он решил вытащить этот рубин, а от самой чалмы избавиться, так как она могла его выдать. Если у него найдут чалму с таким большим драгоценным камнем, то сразу поймут, что он украл её. Отдельный же рубин всегда можно спрятать подальше, а если найдут, то выдать его за случайную находку.

Хоть и не с первого раза, но у Винченцо всё-таки получилось вытащить камень из чалмы. Сам головной убор он спрятал в кустах, да ещё к тому же для верности присыпал его землёй. Камень же он зажал пока в кулаке, думая, куда бы его лучше спрятать. И тут Винченцо испытал довольно странные ощущения. Он почувствовал, что от рубина исходит какое-то непонятное тепло, которое согрело его руку, а потом и растеклось по всему его телу. В теле сразу же появилась лёгкость, а мысли заработали так, как никогда раньше до этого не работали.

«А зачем мне сейчас ехать в Италию?» – подумал вдруг Винченцо, и удивился тому, почему он ещё раньше не задал себе такой простой вопрос. Ведь если он отдаст рубин в счёт долга, то у него у самого останется не так много денег, как хотелось бы. Придётся снова становиться карточным шулером, и неизвестно, к каким неприятностям это может его ещё привести. Не лучше ли этот рубин продать, ведь он наверняка стоит целое состояние. Какой-то частью Винченцо покроет долг, а всё остальное заберёт себе. А главное, время ещё позволяло найти покупателя. До крайнего срока у него оставалось ещё чуть меньше трёх месяцев.

От этой идеи он пришёл в восторг. Он спрятал рубин в небольшой мешочек, который привязал к ноге, закрыв его сверху штаниной. Теперь его точно никто не сможет найти. Винченцо вскочил на коня и подумал, в какую бы сторону ему отправиться. В Индии искать покупателя он не хотел, так как такой большой рубин в этой стране могли хорошо знать. Можно было бы, конечно, поискать покупателя в тех странах, через которые он будет проезжать, следуя в Италию. Но потом он остановил свой выбор на соседствующем с Индией Китае. Хоть тот и находился в противоположной от Италии стороне, но время ещё позволяло, и Винченцо направился именно в ту сторону.

То ли недельный отдых так отразился на нём, то ли ещё что-то, но Винченцо вдруг осознал, что совсем перестал уставать. Он проехал целый день, но будто бы и не заметил того расстояния, которое преодолел за это время. Он вообще не понимал, что с ним творилось – во всём теле чувствовался невероятный прилив сил, да и мыслить он стал совершенно по-другому.

Когда Винченцо уже покинул Индию и ехал по Китаю, ему в голову пришла ещё одна идея. И чем больше он думал об этом, тем шире у него открывались глаза на всё происходящее. Он пришёл к выводу, что, по большому счёту, никогда и не любил Синтию. Ему было просто приятно осознавать, что в него влюбилась самая красивая девушка Италии, и ничего больше. И теперь, когда он думал о ней, он не испытывал совершенно никаких чувств и эмоций.

«Так ведь она для меня совершенно чужой человек», – внезапно осознал Винченцо, и у него словно камень упал с плеч. Он понял, что ему нет никакого смысла возвращаться в Италию, и нет никакого дела до того, как поступят с Синтией те люди. У него столько возможностей, и весь мир открыт перед ним. Так стоит ли думать о каких-то пустяках? Он продаст рубин, и тогда у него начнётся настоящая жизнь, полная приключений и удовольствий.

Вскоре удача вновь улыбнулась ему, и Винченцо повстречал одного богатого китайца, который, к тому же, немного говорил по-английски. Он был довольно крупным торговцем, и имел некоторое влияние и связи при императорском дворе. Ему так понравился индийский рубин, что он загорелся идеей подарить этот драгоценный камень императору, чтобы сделать своё положение при дворе ещё более прочным.

Они торговались несколько часов, но в итоге всё-таки смогли договориться о цене. Оба остались довольны результатами этой сделки. Винченцо уехал из дома торговца на коне, седельные сумки которого были под завязку набиты золотом. К тому же, он получил ещё одного коня, на которого навьючили различные ценные товары. Сам же торговец через неделю отправился к императору и вручил ему этот прекрасный рубин в триста девяносто восемь карат, который произвёл на императора очень большое впечатление. Следует заметить, что этот дар позволил торговцу очень быстро взлететь до небывалых высот, и он на какое-то время стал чуть ли не вторым по значимости и богатству человеком в Китае.

Ну, а самого Винченцо ждала довольно-таки незавидная судьба. В тот же вечер в лесу на него напали китайские разбойники, которые забрали у него всё, что было, а его самого убили. А таинственный камень, впитавший в себя за долгие годы нахождения в монастыре всю мудрость и силу индийских монахов, начал свой длинный путь по миру навстречу власти и славе. И всё это благодаря одному итальянскому карточному шулеру по имени Винченцо, который и направил его по этому пути.

Глава 11

В 1675 году русское посольство, которое возглавил опытный дипломат Николай Гаврилович Спафарий, отправилось в Пекин. К тому времени границы Московского царства вплотную подошли к Китаю. И русские, и китайцы претендовали на одни и те же территории Южной Сибири и Дальнего Востока, но никто из них не хотел полномасштабной войны. Все территориальные споры следовало урегулировать посредством дипломатии. Именно поэтому царём Алексеем Михайловичем и было принято решение отправить в Пекин русское посольство.

Это посольство проделало долгий путь по обширным территориям Сибири, Забайкалья и Китая, и внесло огромный вклад в географию, сделав множество наблюдений и открытий. Николай Спафарий был одним из первых, кто всерьёз занялся изучением Китая и добыл множество интересных и полезных сведений об этой загадочной стране.

К сожалению, основной цели, ради которой и было отправлено посольство, добиться так и не удалось, или удалось только лишь частично. С самого начала у китайцев не было доверия к русскому посольству, и его долгое время продержали на границе возле Великой Китайской стены. Потом посольство всё-таки разместили на большом постоялом дворе, но провели строжайший личный досмотр и запретили выходить за ворота.

И только лишь спустя месяц было разрешено передать грамоту от московского царя, причём не лично императору, а его высшему чиновнику. Также были переданы и царские дары – меха, лошади и многое другое. У китайцев возникли подозрения, что посольство является просто замаскированной разведывательной экспедицией северных варваров, поэтому к ним и было такое отношение.

Но китайский император всё-таки принял посольство. Правда, основную роль в Китае в те годы играл дядя императора, а он рассматривал северян только лишь как более слабых соседей, приносящих приятную дань, поэтому никаких договорённостей достигнуто не было. Однажды, без объяснения каких-либо причин, на постоялый двор к посольству явились представители императора и велели всем уезжать. Казалось бы, кроме географических открытий, никаких особенных успехов посольство не добилось. Но было всё-таки кое-что ещё. Когда посольство возвращалось обратно, Николай Гаврилович Спафарий ощущал приятное тепло от большого рубина, добытого в Китае. Он тогда ещё не знал, что этот камень внесёт огромный вклад в развитие России в целом и династии Романовых в частности.

В тот год, когда русское посольство во главе со Спафарием прибыло в Китай, императором там был молодой двадцатидвухлетний Канси. Он стал императором, когда ему было всего семь лет, и с самого начала правление находилось в руках четырёх регентов во главе с князем Обоем. Но в 1669 году молодой Канси и его дядя князь Сонготу свергли Обоя и разогнали всех его сподвижников. С этого момента ведение всех государственных дел взял в свои руки Сонготу и стал фактическим правителем империи.

Канси думал, что через несколько лет, когда он достигнет необходимого возраста, дядя передаст ему власть. Но не тут-то было. Канси исполнилось уже двадцать два, а дядя, как правил страной, так и продолжал править. И Канси даже знал причину этого. Однажды дядя показал ему огромный рубин, которым тот каким-то образом сумел завладеть. Сонготу говорил, что камень этот ему подарил отец Канси, но Канси подозревал, что тот просто выкрал рубин у прежнего императора. Всего один раз дядя сказал ему, что чувствует огромную силу, которая исходит от этого камня. Больше камень в их разговорах ни разу не упоминался, но время от времени Канси видел рубин в руках у своего дяди.

Много раз Канси говорил князю Сонготу, что уже достиг необходимого возраста и готов взять всю власть в свои руки. В конце концов, это он был императором, и править должен был именно он. Но дядя лишь улыбался, говорил, что Канси молод и у него недостаточно опыта, и что для империи будет лучше, если всеми этими делами будет пока заниматься именно он – князь Сонготу. Конечно, Канси уже начал искать варианты, как ему вернуть власть, но он понимал, что первым делом ему необходимо было избавиться от рубина.

И тут в Китай прибыло посольство от русского царя. Князь Сонготу отнёсся к ним с подозрением и долгое время не допускал их до императора. А Канси понял, что это может стать именно тем вариантом, который он так долго искал. Когда встреча уже произошла, и князь Сонготу начал выпроваживать русское посольство, план у Канси уже был готов. Он стащил рубин у дяди, а перед самым отъездом русских отправил к ним верного человека, который говорил на их языке. Этот человек встретился с Николаем Гавриловичем Спафарием и передал рубин в дар русскому царю от китайского императора.

– Зачем ты это сделал? – кричал на следующий день князь Сонготу на своего племянника, хоть тот и был императором.

Он был очень зол и хотел сначала отправить воинов в погоню за русским посольством, чтобы забрать у них свой рубин, но Канси отговорил его.

– Мы ведь не хотим войны с русскими, – говорил Канси. – Они привезли нам очень много даров, а мы им ничего не подарили взамен. Вот я и подумал, что этот прекрасный камень станет очень хорошим подарком. А сейчас, если мы догоним их и заберём камень назад, то мы нанесём им обиду, а это может иметь нехорошие последствия в будущем.

Как ни печально Сонготу было осознавать это, но он вынужден был признать, что Канси прав. Рубин уехал в Россию, и его уже было не вернуть. Некоторое время он ещё шумел, но вскоре успокоился и продолжил править Китаем. Правда, его правление продолжалось всего несколько лет, а потом сила и власть князя Сонготу стали ослабевать. Канси отстранил его от управления государством и взял всю власть в свои руки.

А Николай Гаврилович Спафарий благополучно достиг Москвы и торжественно вручил царю подарок от китайского императора. Теперь царём был уже не Алексей Михайлович, а его сын Фёдор. Он был болен от рождения и не мог самостоятельно передвигаться, поэтому он не смог по достоинству оценить не только силу этого рубина, но даже и его красоту. На долгие годы таинственный камень был заперт в сундуке вместе с другими драгоценными камнями династии Романовых.

Глава 12

После смерти Петра I, которого короновали ещё в шапке Мономаха, для коронации стали изготавливать короны, причём индивидуально для каждого следующего императора или императрицы. И вот когда на престол собралась восходить дочь Петра I Елизавета Петровна, камень, наконец-то, снова увидел свет. При изготовлении короны выбор пал на большой рубин, привезённый ещё в прошлом веке русским дипломатом из Китая, и вскоре он уже красовался на короне новой императрицы.

Но первый выход рубина в люди оказался непродолжительным. Хоть Елизавета Петровна и восседала на троне целых двадцать лет, свою корону она надевала лишь только один раз – во время коронации. Затем корона была убрана, и по назначению больше уже ни разу не использовалась.

После смерти Елизаветы Петровны на престол взошёл Пётр III. Но за те полгода, что он находился у власти, Пётр III так и не успел пройти обряд венчания на царство. Он всё время откладывал его на потом, пока не произошёл дворцовый переворот, во время которого он был свергнут с престола своей собственной женой Екатериной Алексеевной. А вскоре он умер при загадочных обстоятельствах. И лишь только спустя тридцать четыре года Пётр III был коронован посмертно своим сыном Павлом Петровичем.

Вместе с началом эпохи правления Екатерины II, или Екатерины Великой, как позже её стали величать за заслуги перед отечеством, произошло и возрождение великого камня. Всё началось с того, что нужно было определиться с короной для коронации. Для этого Екатерина вызвала к себе двух дворцовых ювелиров – Позье и Экарта.

– Для коронации я закажу вам новую корону, – говорила она им. – Но сначала я хотела бы взглянуть на корону Елизаветы Петровны.

Екатерина никогда прежде не видела эту корону вживую, только лишь на картинах, и ей очень хотелось бы посмотреть на неё, потрогать и примерить на себя. Она должна была понять, какие короны бывают, и какая нужна именно ей. Вскоре корона была доставлена, но она совсем не понравилась Екатерине, не такую корону она хотела бы надеть на голову во время своей коронации. Единственным, что приглянулось ей в этой короне, был большой рубин, украшавший самую её верхушку.

– Какой красивый камень, – улыбнулась она.

– Этот рубин – подарок китайского императора Канси русскому царю, – поклонившись, ответил Позье. – Его в семнадцатом веке привёз в Россию один из русских дипломатов. А до Китая этот рубин находился в Индии, так что у него очень богатая история. Он послужит прекрасным украшением для Вашей короны.

Некоторое время она ещё разглядывала рубин, что-то обдумывая, а затем сказала:

– Решено. Значит, этому рубину на моей короне быть. Остальное на ваше усмотрение, так что можете начинать готовить эскизы.

Ювелиры поклонились и уже собрались уходить, но Екатерина добавила:

– Только я не хочу мучиться во время церемонии коронации, ведь, насколько я понимаю, она будет довольно продолжительной. Так что корона должна быть не слишком тяжёлой – весом не более пяти фунтов, чтобы я могла долгое время спокойно удерживать её на своей голове. На изготовление короны у вас есть два с половиной месяца, так что приступайте.

Ювелиры удалились, находясь в некотором шоке от требований, которые были им выставлены. Но они были настоящими мастерами своего дела, поэтому сразу приступили к работе. Эскиз Екатерине понравился, и после его согласования к процессу изготовления короны были привлечены в качестве помощников ещё несколько мастеров. Работа продолжалась днём и ночью, и ровно через два с половиной месяца корона была готова. Она вышла очень красивой, гораздо красивее, чем все предыдущие короны Романовых, и Екатерина осталась довольна работой придворных ювелиров.

Во время коронации Екатерине пришлось четыре часа носить корону на голове, но это не было ей в тягость. Наоборот, она почувствовала даже какой-то прилив сил – и физических, и умственных. Но поначалу она списала всё это на радость, которую ей довелось испытать при коронации, хоть и почувствовала тепло, исходившее от короны.

Сразу после церемонии корону убрали в надёжное место, так как не было необходимости использовать её каждый день. Конечно, Екатерина рассчитывала ещё когда-нибудь надеть её, возможно, на какое-нибудь значительное событие, ведь ей так понравились те ощущения, которые она испытала во время коронации.

Но спустя год она не выдержала и попросила принести корону в её покои. Ей очень хотелось ещё раз взглянуть на неё, прикоснуться к ней, полюбоваться блеском украшающих её бриллиантов, жемчугов, и в особенности большого рубина. Когда корона была доставлена в её покои и Екатерина осталась одна, она тут же надела корону на голову и целый час любовалась своим отражением в зеркале. Она опять ощутила тепло во всём теле, и опять списала это на радость от новой встречи с короной. Но часа ей вполне хватило, и она попросила отнести корону обратно.

В этот же день Екатерина почувствовала какие-то странности. Во-первых, во всём теле она ощутила какой-то невероятный прилив жизненных сил, и ей стало казаться, что она как будто помолодела сразу же на несколько лет. А во-вторых, у неё вдруг ясно и чётко стали работать мысли. Императрица села за стол и стала с удивительной лёгкостью создавать указы, проекты, какие-то другие государственные документы. Она раньше и не догадывалась, что способна на такие умные мысли.

На следующий день всё повторилось, и на следующий тоже. Екатерина стала прочитывать от корки до корки книги различных мудрецов и философов. Ну, и, конечно же, она стала вести гораздо более активный образ жизни. И так продолжалось несколько недель, пока она не почувствовала, что начинает немного уставать от всего этого.

Конечно, она пока ещё не связывала свою работоспособность с действием короны, но всё-таки какие-то догадки на этот счёт у неё начали появляться. Она попросила ещё раз принести корону, и вновь почувствовала исходящее от неё тепло. Теперь она уже внимательнее прислушивалась к своим ощущениям, и поняла, что корона Российской империи таит в себе какую-то неведомую силу. И Екатерина окончательно убедилась в этом, когда работоспособность ума и тела у неё снова выросли. С тех пор корону в покои императрицы стали приносить гораздо чаще, хотя бы один раз в месяц.

За тридцать четыре года правления Екатерины II территории, завоёванные ей для России, превысили все завоевания Петра I. Население Российской империи увеличилось за это время почти в два раза, были значительно усилены армия и флот, появилось много новых городов и губерний. Внешняя торговля России, как и вся экономика страны в целом, возросла многократно. Екатерина II вывела корабль Российской империи, который был построен ещё Петром I, в большое плавание, и её по праву стали называть Екатериной Великой.

Глава 13

После смерти Екатерины на престол взошёл её сын Павел. Долгие годы он ждал этого момента, находясь в тени своей матери, и вот, наконец, дождался. И, несмотря на то, что он впоследствии пытался искоренить всё, что воплотила в жизнь государства Екатерина II, была одна вещь, которая осталась неизменной. Это корона, в которой короновалась его мать, и в которой собирался короноваться и он сам.

И причина была не только в том, что корона эта получилась очень красивой и поражала всех своим великолепием. Раньше для каждого императора и императрицы на коронацию изготавливали свою корону, а для коронации Павла I могли сделать корону, возможно, даже красивее, чем у Екатерины. И причина была не в том, что новая корона обошлась бы казне в баснословную сумму. Павел был достаточно самолюбив, и его не остановило бы ничего, даже пустая казна. Дело тут было совсем в другом.

Ещё в детстве он приметил, что его мать довольно часто надевает на себя корону и просто ходит в ней, когда рядом никого нет. Он даже, набравшись однажды смелости, спросил у неё, для чего она это делает. Хотя он, конечно, догадывался, что ей просто очень нравится эта корона, и она любуется её красотой. Но Екатерина ответила, что корона делает её сильнее и могущественнее.

Становясь старше, Павел время от времени возвращался в своих мыслях к этому разговору, и со временем пришёл к выводу, что мать говорила не в буквальном смысле. Конечно же, она имела в виду, что корона только позволяет человеку чувствовать себя сильнее, а не делает его сильнее на самом деле. И так он думал до того момента, пока его мать не умерла.

Сразу же после смерти Екатерины Великой Павел затребовал корону к себе, а когда его требование выполнили и принесли корону, примерил её на голову и стал прислушиваться к своим ощущениям. Вскоре он почувствовал приятное тепло, которое исходило от короны и разливалось по всему его телу. «А ведь мать была права, что-то такое в этой короне точно есть», – подумал Павел, никогда до этого не веривший в мистику. Но ему пришлось поверить, как только у него стало появляться огромное количество идей и планов по развитию государства. И тогда он решил, что корона Российской империи отныне станет неотъемлемой частью императорской фамилии и одним из главных символов всей династии Романовых.

С тех пор он стал часто просить принести ему корону, не раз в месяц, как его мать, а даже чаще, и чувствовал после этого огромный прилив жизненной энергии и силы. Но, к сожалению, это не спасло его от заговорщиков, и спустя четыре года и несколько месяцев после восхождения на престол он был убит в своей собственной спальне.

Его сын Александр знал о необычной способности короны, которая позволяла увеличить физическую и умственную силу того, кто её надевал. Он даже смог сам однажды убедиться в этом, когда отец дал ему её примерить. С тех пор традиция надевать корону просто так, время от времени, а также по каким-то особым торжественным случаям, когда требовалась концентрация ума и тела, прочно вошла в повседневную жизнь дома Романовых. Вслед за Александром I эту традицию продолжил и Николай I, а затем и Александр II. Он даже один раз упомянул об этом в письме своей возлюбленной Екатерине Михайловне Долгоруковой, когда она вынуждена была на какое-то время уехать за границу, подальше от императора. Именно это письмо, а может и отрывок из него, спустя сто пятьдесят лет и окажется в руках одного человека по имени Константин, который ради достижения своей цели пойдёт даже на похищение мужа и дочери Анастасии.

«…должен был сообщить уже давно, но сообщаю только сейчас, так как мои чувства открыты Вам, и между нами не должно быть никаких секретов. Корона Российской империи, которая была создана для коронации Екатерины Великой, и в которой короновались все последующие Романовы, в том числе и я – это не совсем обычная корона. Конечно, слова мои могут показаться Вам странными и лишёнными какого-то смысла, но Вы, вне всякого сомнения, должны принять их на веру и в своё сердце, так как я каждое мгновение своей жизни правдив перед Вами. Корона обладает какой-то необъяснимой силой. После того, как я надеваю её на голову, я ещё неделю, а то и две, ощущаю мощный прилив физических и умственных сил, готов работать без отдыха и создавать просто невероятные вещи. Душа моя, я мечтаю, чтобы и Вы когда-нибудь смогли почувствовать силу этой короны на себе…»

Одна старая гадалка нагадала однажды Александру II семь покушений на его жизнь, и оказалась права. Седьмое покушение стало для него роковым, и на трон взошёл его сын Александр III. Конечно же, он тоже знал о силе короны, и позднее передал эту тайну своему сыну Николаю II, ставшему последним российским императором.

Осенью 1905 года произошло то, что в принципе не могло произойти, так как это нельзя было даже представить и в мыслях. Большая императорская корона Российской империи бесследно исчезла из дворца. Это было настолько невероятным событием, что поначалу те немногие, кто знал об этом происшествии, просто не могли в это поверить. Было срочно организовано совещание узкого круга посвящённых лиц, в том числе и самого императора.

– Нельзя допустить, чтобы об этом стало известно, – говорил Николай II. – Трон и так находится под ударом, а это может стать для наших врагов дополнительным козырем. Поэтому на поиски тех, кто совершил это дерзкое преступление, нужно направить самых лучших во всей империи сыщиков.

Он ненадолго задумался, а затем нахмурился и добавил:

– Эх, а я ведь должен буду появиться в короне на открытии первой Государственной Думы в следующем году. Нужно будет обязательно что-нибудь придумать, если корону найти всё же не удастся.

Тогда было принято решение тайно изготовить точную копию короны Российской империи, и ювелиры отлично справились со своей задачей. Об этой подмене даже через сто с лишним лет почти никто не будет знать. А на поиски короны была отправлена небольшая группа во главе с одним из лучших сыщиков Петербурга. Сам же город был взят в плотное кольцо.

Часть 3. Корона в огненном кольце

Глава 14

– Неужели ты не хочешь совершенно никакой славы? – спросила в очередной раз Анна, посмотрев на Фёдора. – Молва о нашей шайке уже по всему Петербургу ходит, но говорят о нас, только лишь как о призраках, как будто нас и вовсе не существует.

– Мы с тобой уже сто раз говорили на эту тему, – ответил тот, недобро посмотрев на Анну. – И я тебе сто первый раз отвечаю, лишняя известность нам ни к чему. И советую немного убавить свои амбиции.

Анна вздохнула, но ничего не ответила на это. Фёдор был главарём шайки, и его необходимо было слушаться. Их шайка называлась шайкой Слонов. Главным у них был Фёдор – сильный и умный тридцатилетний мужчина. Хоть Анна и признавала, что планирование операций у него всегда было на высоте, но всё-таки ей казалось, что иногда он даже чересчур осторожен. Нельзя же, чтобы о них совсем не знали, приписывая их дела кому-то другому. Анне хотелось, чтобы о шайке Слонов в Петербурге говорили со страхом и уважением.

У Анны был роман с Фёдором. Сама же она считала себя его верной боевой подругой. Ей было только двадцать лет, но она уже успела отлично зарекомендовать себя и стать полноправным членом шайки. За последние полгода они совершили целых три громких преступления, в которых присутствовали, в том числе, и убийства, но на их след так и не смогли выйти, так как следов они не оставляли. Первым было ограбление ювелирного магазина. Затем они напали на карету государственного казначейства. А спустя ещё какое-то время проникли в дом одного из богатых фабрикантов и ограбили его. Хоть преступления, на первый взгляд, были разными, но всё-таки они были чем-то похожи друг на друга, и вскоре по Петербургу поползли слухи о какой-то новой неуловимой шайке, которая держит в страхе весь город. Анне же хотелось, чтобы все знали, что эти отлично спланированные операции совершили именно они – шайка Слонов.

Помимо Анны и Фёдора в шайке было ещё четыре человека – отважные молодые люди, жаждущие лёгкой наживы и беспрекословно выполняющие все приказания своего главаря. Также с ними был и десятилетний брат Анны по имени Егорка. Год назад, когда умерла их мать, Анна взяла его к себе и сама стала ему вместо матери. Егорка начал выполнять какие-то мелкие поручения членов шайки, помогать им по мере своих сил. Где-то он мог постоять на стрёме, где-то разведать обстановку. Он никому не мешал, и вскоре стал одним из них.

Жили они в одном из Николаевских домов для малоимущих жителей Петербурга. Такие дома распорядился по всему городу открыть Николай II, когда взошёл на престол одиннадцать лет назад – в 1894 году, так как с самого начала хотел показать своё лояльное отношение ко всем слоям населения. В этих домах было много комнат, но люди там, в отличие от некоторых ночлежек, жили в чистоте, без пьянства и мордобоя. Поэтому контроль полиции за Николаевскими домами, а также за их обитателями, был минимальным.

Именно по этой причине Фёдор и выбрал для своей шайки один из таких домов. Он располагался почти в самом центре города – на Суворовском проспекте, получившем своё название в 1900 году, к столетию со дня кончины любимого всеми полководца Александра Васильевича Суворова. Фёдор смог познакомиться со старшим по дому и договориться с ним, чтобы тот выделил ему и его людям три комнаты в самом конце подвального этажа. Фёдора это вполне устраивало, так как в эту часть здания почти никто никогда не заходил.

В дальней угловой комнате жил сам Фёдор вместе с Анной. Рядом с этой комнатой находился просторный чулан, который переделали под небольшую комнатку. Туда поселили маленького Егорку. Остальные четверо членов шайки жили по двое в оставшихся двух комнатах. Всё награбленное добро, а также оружие для проведения операций, Фёдор прятал в тайнике, который назвал Клондайком в честь недавно открытого на Аляске богатого месторождения золота. Он где-то прочитал об этом, и ему так понравилось это слово, что он решил назвать им свой тайник.

Конечно, можно было бы делить награбленное между всеми членами шайки сразу же, как это делали другие, но здесь опять свою роль сыграла осторожность Фёдора. Если дать людям почувствовать богатство, то они обязательно потеряют бдительность и выдадут всю шайку. Он же хотел награбить столько, чтобы можно было разом всё это разделить и разбежаться. Фёдор так и сказал об этом остальным, и они, хоть и не сразу, но согласились с ним.

Правда, после каждого нового дела Фёдор видел, что его людям всё труднее даётся такая воздержанность. Глядя на огонь в их глазах, когда они держали в руках ювелирные украшения или деньги, похищенные из кареты государственного казначейства, он чувствовал, что долго сдерживать себя они не смогут и рано или поздно захотят ощутить вкус богатой жизни. Он прекрасно понимал, что нужно такое дело, которое сможет поставить жирную точку и стать поворотным моментом в их судьбах. До недавнего времени он искал, какое дело могло бы стать последним для шайки Слонов, но никак не находил. Но вчера всё изменилось.

Именно поэтому он и собрал всех сегодня в своей комнате. «Вовремя я это сделал», – подумал Фёдор, глядя на потухшие глаза членов шайки. Они сидели перед ним, в том числе и Анна с Егоркой, и ждали, что же он им скажет.

– Настал момент, о котором я так часто Вам говорил, – начал Фёдор. – Нас ждёт впереди одно грандиозное дело, а затем мы разделим всю добычу и начнём новую, богатую жизнь. Каждый будет волен делать то, что ему вздумается и поехать туда, куда сам пожелает, так как денег теперь хватит на всё.

Реакция на эти слова была именно такой, какую и ожидал от них Фёдор. Все радостно зашумели, и у них в глазах опять вспыхнул прежний огонь.

– И что это за грандиозное дело? – спросила его Анна, когда радостные крики постепенно начали затихать.

Фёдор выдержал небольшую паузу, во время которой посмотрел поочерёдно на каждого члена своей шайки, и, наконец, с улыбкой произнёс:

– Мы украдём корону Российской империи.

Глава 15

Буквально только что до этих слов Фёдора в комнате все радостно шумели, и вдруг стало очень тихо. Все члены шайки Слонов замерли, в том числе и маленький Егорка, и с удивлением посмотрели на своего главаря.

– Прости, я не совсем поняла, какую корону мы украдём? – спросила его Анна спустя некоторое время. – Императорскую?

– Да, – всё так же с улыбкой ответил Фёдор. – Корону Романовых, которая находится в Зимнем дворце. Ту самую, изготовленную ещё для коронации Екатерины II, которая передаётся от одного императора к другому.

Анна посмотрела на остальных членов шайки и заметила, что у них у всех на лицах отражалось недоумение. Тогда она снова перевела взгляд на Фёдора и спросила:

– Ты с ума сошёл?

– Нет, – рассмеялся тот. – Слушайте, откуда у меня возникла эта идея. Вчера вечером я, как обычно, прогуливался по городу в надежде высмотреть или подслушать что-нибудь интересное, и забрёл в какой-то кабак на Васильевском острове. За соседним со мной столиком сидели два человека, и мне удалось подслушать, о чём они говорили. Насколько я понял, один из них доктор. А вот второй, что гораздо для нас интереснее, служит в дворцовой охране, и ни где-нибудь, а в Зимнем дворце. Доктор называл его Семёном. Попробую дословно передать вам их разговор.

– Иван Афанасьевич, – сказал Семён. – Отец мой совсем болен, и ему всё труднее ходить. Ему требуется постоянный уход, а Вы сами знаете, какая у меня служба. Из Зимнего дворца каждый день домой мне ну никак не вырваться.

– Да, понимаю, в дворцовой охране служба непростая, – кивнул доктор.

– Вот я и хотел попросить Вас о помощи, тем более Вы доктор и старый друг моего отца. Может быть, у Вас будет возможность заходить к нему время от времени и смотреть, что с ним и как он себя чувствует? Очень уж я волнуюсь, когда приходится его надолго одного оставлять, когда я в караул заступаю.

– О чём разговор, Семён, конечно, я могу проведывать твоего отца, – с улыбкой произнёс доктор. – Вы ведь всё по тому же адресу проживаете?

– Да, мы живём здесь же, на Васильевском острове, – радостно ответил тот. – Я так Вам благодарен. Если нужно, то ведь я могу и заплатить немного.

– Перестань, Семён, не надо мне никаких денег, – отмахнулся доктор. – Только я смогу через неделю, раньше у меня не получится. Мне надо завтра поехать в Москву по делам. А отцу своему передай, чтобы держался, мы ещё повоюем. Ведь он сам частенько мне говорил раньше, что Поликарповы не сдаются.

Все члены шайки внимательно и с интересом слушали своего главаря.

– Вот так я и узнал, что есть в Санкт-Петербурге человек по имени Семён Поликарпов, который служит в дворцовой охране Зимнего дворца, и у него есть больной отец, которого тот, судя по всему, очень любит.

– И как это связано с короной? – спросила Анна.

– Сейчас расскажу. Когда они разошлись, я решил проследить за этим Семёном. Вскоре он пришёл в какой-то дом, я поднялся вслед за ним по лестнице и успел заметить, в какую дверь он вошёл. Похоже, там и живёт его больной отец, а, возможно, и он сам. И пока я возвращался обратно, у меня созрел план.

– Какой план? – спросила Анна. – План, как вылечить его отца?

Все засмеялись, в том числе и Фёдор. Но вскоре он опять стал серьёзным и продолжил:

– Чем больше я думаю об этом плане, тем всё более и более реальным он мне кажется. Если мы сможем добыть корону, то наша жизнь полностью изменится. Мы сами станем жить по-королевски. Вы согласны со мной?

Он оглядел всех членов шайки, и они закивали в знак согласия.

– Один мой знакомый, у которого есть дом недалеко от города, сказал, где спрятан ключ от входа, и разрешил мне останавливаться там при необходимости. Сам-то он уехал куда-то может на месяц, а может и больше. Этот дом прекрасно подойдёт для нашего дела. С одной стороны, найти его не так-то и просто, слишком уж там всё запутано. Даже я, хоть я и был там несколько раз, с трудом его нахожу. С другой же стороны, он находится рядом с городом, и добраться до него можно достаточно быстро. Так вот, мы заберём старика из квартиры на Васильевском острове и отвезём его на несколько дней в этот дом.

Он сделал паузу, но никто не произнёс ни слова. Все ждали, что он скажет дальше.

– Эту задачу возьмут на себя двое из вас, – продолжил Фёдор. – Нужно будет постараться незаметно вывезти его, а потом тихо сидеть там вместе с ним до моего сигнала. Ещё до того, как старик покинет квартиру, мы заставим его написать своему сыну записку. Что-то вроде того, что ему стало хуже и нужно, чтобы Семён срочно приехал. Эту записку должен будет доставить во дворец Егорка.

Он внимательно посмотрел на мальчика и спросил:

– Ну, как, Егорка, справишься с этой ответственной задачей? Тебе нужно будет просто найти начальника охраны, начальника караула или ещё кого-нибудь, и попросить передать записку для Семёна Поликарпова. Только обязательно скажи, что его отец очень плохо себя чувствует, чтобы записку точно передали. Справишься?

– Справлюсь, – уверенно ответил Егорка, хоть ему раньше и не давали таких серьёзных заданий.

Фёдор ещё некоторое время смотрел на него, а затем удовлетворённо кивнул и продолжил:

– Конечно же, ради такого дела Семён найдёт способ, как ему отпроситься и приехать на Васильевский остров в квартиру своего отца. Ну, а там мы с Анной его уже будем ждать. Остальные двое останутся на улице на подхвате. Мы скажем ему, что его отец у нас, и ему придётся выполнить наши требования, если он захочет снова увидеть его живым и невредимым.

– Думаешь, он сможет вынести корону из дворца? – усомнилась Анна. – Как ты себе это представляешь?

– Есть кое-какие задумки, – загадочно улыбнулся Фёдор. – Только сначала мне нужно выяснить у него некоторые детали.

Глава 16

За квартирой отца Семёна Поликарпова устроили тайное наблюдение, ожидая, когда там появится сам Семён. Это означало бы, что на следующий день он будет на службе и можно начинать операцию. Ждать его пришлось долго, целых два дня он не появлялся в квартире своего отца. Но Фёдор знал, что рано или поздно он обязательно придёт, поэтому они продолжали терпеливо ждать, время от времени сменяя друг друга. И вот на третий день, когда они сидели в комнате, обсуждая кое-какие детали операции, явился один из членов шайки и сообщил, что Семён приходил к своему отцу.

Все роли были уже заранее распределены, и механизм завертелся. Для начала была нанята крытая повозка с двумя лошадьми, но без кучера. Она нужна была для того, чтобы отвезти старика в загородный дом. Также взяли напрокат лошадь для Фёдора. Чтобы не было лишних свидетелей, решили осуществить задуманное, когда стемнеет, этим же вечером. Вместе с двумя членами шайки, в чью задачу и входило это похищение, поехал сам главарь. Во-первых, его присутствие было необходимо для того, чтобы заставить старика написать записку своему сыну. А во-вторых, чтобы показать дорогу к дому за городом, ведь кроме него её никто из членов шайки не знал.

Всё прошло именно так, как и было задумано. Старик так испугался нежданных гостей, что тут же согласился написать своему сыну короткую записку, чтобы тот срочно приходил. Затем ему засунули в рот кляп, связали, завернули в тёмное покрывало и отнесли в повозку, которая ждала их на улице. Этих действий никто не заметил, и они спокойно поехали за город. Конечно, Фёдор немного сомневался в том, выдержит ли старик несколько дней за городом из-за своей болезни, но потом подумал, что это не так уж и важно. Главным было вывезти его куда-нибудь, только чтобы он предварительно черканул несколько слов своему сыну, и это было сделано.

Нужное место нашли не сразу, так как было темно, но всё-таки нашли. Старика отнесли в дом, развязали и положили на кровать. Лошадей с повозкой загнали в большой сарай, специально для этого и предназначенный. Убедившись, что всё нормально, и что у них есть еда и вода, Фёдор снова сел на свою лошадь и поскакал обратно в сторону Санкт-Петербурга. Вернувшись в город, он оставил лошадь на конюшне, где её и брали, а сам отправился на Суворовский проспект к остальным членам шайки.

Утром операция продолжилась, и теперь её судьба была в руках Егорки. От десятилетнего мальчика теперь зависело, смогут ли они действовать дальше по плану, или всё, что они уже сделали до этого, было сделано зря. Конечно, Егорка сильно волновался, и Фёдор попытался взбодрить его, сказав, что успешное завершение операции зависит теперь только от него. Что от Егорки требовалось, так это подойти к Зимнему дворцу и найти того, кто передаст записку Семёну Поликарпову. Мальчик собрался с духом, ещё раз на всех посмотрел и вышел из комнаты.

Остальные сразу же после ухода мальчика отправились на Васильевский остров. Фёдор и Анна поднялись в пустую квартиру, в которой жил старик, а двое других членов шайки остались ждать на улице, чтобы в случае чего прийти на помощь.

– Только бы у Егорки всё получилось, – тихо сказала Анна, когда они сидели в комнате на диване.

Фёдор ничего не ответил на это, понимая, что теперь от них ничего не зависит и им не остаётся ничего другого, как ждать. Но ждать долго не пришлось. Видимо, записка очень быстро оказалась в руках Семёна Поликарпова, потому что уже через час в коридоре послышался звук поворачиваемого в замке ключа. Фёдор сунул руку за пазуху, вытащил пистолет и направил его на дверь, ведущую из коридора в комнату.

Они услышали, как входная дверь открылась, и сразу же мужской голос громко спросил:

– Отец, что случилось?

Затем дверь захлопнулась, раздались шаги, и вскоре в дверях появился мужчина в форме. Он только и успел переступить порог комнаты, как наткнулся взглядом на дуло пистолета и замер на месте.

– Сядь, – с угрозой в голосе сказал ему Фёдор и показал на стул, стоящий у противоположной стены.

– Где мой отец? – спросил Семён Поликарпов. – И кто вы такие?

– Сядь, – повторил Фёдор, слегка повысив голос.

Постояв ещё несколько секунд, Семён всё-таки выполнил то, что от него требовали, и занял место на стуле.

– А теперь слушай меня внимательно и не перебивай, – сказал Фёдор спокойным голосом. – Твой отец спрятан в надёжном месте, и ты сам никогда его не найдёшь. Если ты сделаешь то, о чём мы попросим, то сможешь вскоре снова увидеть его. Если же откажешься, либо у тебя не получится, то мы его убьём.

Фёдор замолчал и стал наблюдать за Семёном. Кажется, до того постепенно начало доходить, в какой ситуации он оказался. Но, надо отдать ему должное, он не кричал, не пытался наброситься на них, а стал вести деловой разговор.

– Что именно вам нужно? – спросил он.

– Насколько мы понимаем, ты служишь в охране Зимнего дворца. Верно?

– Верно, – кивнул Семён.

– А есть ли у тебя доступ к короне Российской империи? Запомни, от того, как ты сейчас ответишь на этот вопрос, зависит жизнь твоего отца.

Минуту Семён сидел молча. Кажется, он понял, чего именно от него хотели.

– Она заперта в специальной комнате, – наконец, произнёс он. – Но я могу достать ключ. Что вы хотите от короны?

– Мы хотим украсть её, – пожал плечами Фёдор, – точнее, хотим, чтобы ты это сделал.

– Но мне не дадут вынести её из дворца, – покачал головой Семён. – Это невозможно.

– От тебя это и не потребуется. Ты должен будешь вынести корону из комнаты и передать её Анне.

Фёдор решил не придумывать Анне для операции другое имя, чтобы случайно не возникло путаницы.

– Посторонние во дворце? – удивился Семён. – Да если даже она и пройдёт во дворец, на выходе её тем более будут обыскивать.

– Это уже наша задача организовать так, чтобы не обыскивали. Ты лучше скажи, сможешь ли ты вынести корону из комнаты и когда ты сможешь это сделать?

– Смогу, – кивнул Семён. – Завтра смогу, я в карауле буду.

– Вот и отлично, тогда завтра же твой отец будет уже дома.

Фёдор собрался с мыслями и начал рассказывать свой план.

– Анна привяжет к животу под свободное летнее платье корзинку, чтобы было похоже на то, что она беременна. Хорошо, что сейчас тепло, хоть и начало сентября, и ей можно пойти просто в платье. Ты должен будешь провести её во дворец. Скажешь, что она твоя сестра и может потерять ребёнка, и доктора ей сказали, что в этой ситуации, возможно, ей сможет помочь дворцовый лекарь. Как думаешь, у тебя получится провести её?

– Думаю, получится, – ответил Семён после небольшой паузы.

– Естественно, ни к какому лекарю вы не пойдёте. Ты вынесешь корону из комнаты, чтобы никто этого не видел, передашь её Анне, и она положит её в корзинку. На этом твоя миссия будет почти закончена, останется только вывести Анну из здания дворца. Как тщательно её будут обыскивать на выходе?

– Не будут, только посмотрят со стороны, – покачал головой Семён и улыбнулся. – Надо же, а ведь это вполне осуществимо.

– Конечно, если всё сделаете правильно. Главное, чтобы никто не увидел у вас корону.

Минут десять они ещё обсуждали кое-какие нюансы, а затем назначили место встречи рядом с дворцом.

– Встретишь её завтра в десять часов утра, – сказал Фёдор.

Он убрал пистолет, они с Анной встали с дивана, и вышли из квартиры, оставив там Семёна наедине со своими мыслями.

Глава 17

На следующее утро Анна вышла из дома на Суворовском проспекте даже немного раньше, чем это было необходимо. Фёдору она сказала, что не хочет опаздывать на встречу с Семёном Поликарповым, хотя у неё были совсем другие мысли на этот счёт. На самом деле Анна вышла пораньше, чтобы заглянуть по пути в сувенирную лавку и купить там фигурку слона. Она уже давно приметила этого слона в витрине, и ей казалось, что он идеально подойдёт на роль символа шайки Слонов.

«Это же неправильно, что произойдёт ограбление века, или даже тысячелетия, и никто не узнает, что эта заслуга принадлежит именно нашей шайке», – думала Анна. Она уже устала спорить по этому поводу с Фёдором и решила всё сделать самостоятельно. Ей показалась замечательной идея оставить на месте преступления фигурку слона. Это животное должно вызывать у людей уважение и страх, так же, как и их шайка.

К месту встречи они с Семёном подошли практически одновременно. Перед дворцом было оцепление, и они договорились встретиться сразу же за этим оцеплением, а затем войти во дворец через дверь, предназначенную для прислуги. Только Анна увидела, что Семён был не один, вместе с ним разговаривал какой-то офицер, и это её насторожило. Она даже подумала, что ей следует немного постоять в стороне и подождать, пока тот не уйдёт, но тут Семён заметил её и помахал рукой, приглашая подойти ближе. Офицер тоже посмотрел на неё, и Анне ничего не оставалось, кроме как направиться в их сторону.

– Здравствуй, любимая сестрица, – ласково произнёс Семён и поцеловал её в щёку. – Познакомься, это начальник нашего караула капитан Сомов. А это моя младшая сестра Аннушка, о которой я Вам говорил.

– Здравия желаю, – по-военному произнёс Сомов и слегка склонил голову. – Ваш брат рассказал мне о Вашей проблеме. Я очень надеюсь, что наш дворцовый лекарь поможет Вам, и ребёночек будет спасён. У меня у самого четверо ребятишек.

– Обязательно поможет, спасибо Вам большое за содействие, – сказал своему командиру Семён.

Затем он взял Анну за руку и повёл её в сторону дворца.

– Вроде бы пока всё складывается вполне удачно, – тихонько проговорил он, пока они шли по дорожке. – И капитан Сомов разрешил пройти, и мне удалось стащить запасной ключ. Ну, а дальше посмотрим, как всё будет складываться.

– Что значит, посмотрим? – так же тихо, чтобы их никто не услышал, спросила Анна. – Всё должно складываться отлично, если хочешь увидеть своего отца живым.

Семён ничего на это не ответил, и к дворцу они подходили уже молча. После того, как они вошли в дверь, предназначенную для прислуги, Семён повёл Анну через какие-то запутанные коридоры, лестницы и сквозные комнаты. Пару раз их останавливали стражники и спрашивали, с кем это он идёт. Но он говорил им, что это его сестра, которую должен осмотреть дворцовый лекарь, и что капитан Сомов в курсе дела, и их не задерживали. Видимо, раньше такое уже случалось во дворце, и подозрений это ни у кого не вызывало.

Они шли довольно долго. Анна даже подивилась тому, насколько большим был дворец.

– Почему так далеко? – не выдержав, спросила она.

– Мы могли зайти только через тот вход, а корона находится в противоположной стороне дворца, – тихо ответил Семён. – Да мы уже почти пришли.

И действительно, уже меньше чем через минуту они спустились в подвал и остановились у какой-то неприметной двери. Семён посмотрел по сторонам, и, никого не увидев, достал ключ, быстро повернул его в замочной скважине и открыл дверь.

– Посиди там, в уголке, – сказал он Анне. – Если тебя кто-нибудь о чём-нибудь спросит, скажешь, что ждёшь своего брата Семёна Поликарпова. Всё, я пошёл, скоро вернусь.

– Подожди, – остановила его Анна и протянула ему фигурку слона, которую заранее вытащила из корзинки, пока Семён открывал дверь. – Положишь вместо короны.

– Зачем это? – удивился тот.

– Не надо задавать лишних вопросов, – ответила Анна. – Так сказал главный, так что просто выполняй указание.

Семён пожал плечами, взял у неё из рук фигурку и начал спускаться вниз. Когда Анна осталась одна, она испугалась, что сейчас в этом подвальном помещении может кто-нибудь неожиданно появиться, и тогда у них ничего не выйдет. Но всё прошло как по маслу. Уже через минуту Семён вернулся из комнаты в коридор и передал ей корону. Пока он закрывал за собой дверь, Анна положила её в корзинку, и только тогда смогла немного успокоиться. Всё складывалось удачно, и можно было рассчитывать на успешное завершение операции. Оставалось только выбраться из дворца, и тогда дело будет сделано.

Но и здесь никаких проблем не возникло. Они покинули здание, а затем и оцепление, и Анна даже помахала на прощание капитану Сомову, который стоял чуть дальше и смотрел на них. Он улыбнулся и помахал ей в ответ.

– Я всё сделал, как вы и просили, – сказал Семён. – Когда вы отпустите моего отца?

– Сегодня к вечеру ты его увидишь, не волнуйся. Главное, не рассказывай никому о том, что здесь было.

Она развернулась и пошла, а Семён Поликарпов стоял и смотрел, пока она не скрылась из виду. «Отлично, зря я только нервничала», – думала Анна. Она шла, и счастливая улыбка играла у неё на лице. Теперь наконец-то закончится эта опасная жизнь, и начнётся совсем другая, наполненная богатством и роскошью. Вдруг она почувствовала какое-то тепло, исходящее от корзинки, в которой лежала корона. Вслед за теплом она ощутила лёгкость во всём теле, а в голове стало так ясно и светло, как никогда раньше не было.

«А что, если за мной следят?» – подумала вдруг она, и сама удивилась, почему не подумала об этом раньше. Ведь Семён вполне мог кого-нибудь за ней отправить. Но Анна не стала паниковать. Мысли её теперь стали выстраиваться в чёткую линию, и всё ей казалось очень простым. Перед собой она увидела магазин, в котором работала её знакомая. Она тут же зашла туда и попросила знакомую вывести её через запасной выход, что та и сделала. Там Анне опять повезло, так как на улице стоял свободный извозчик. Она залезла в коляску, проехала пару кварталов и велела остановиться. Теперь о слежке можно было не беспокоиться, и она спокойно пошла в сторону Суворовского проспекта.

Но почти у самого дома её посетила ещё одна мысль, которая даже заставила её ненадолго застыть на месте. Анна поняла, что совершила большую ошибку, оставив во дворце фигурку слона вместо короны. Похоже, Фёдор был прав, стараясь действовать осторожно, а она заблуждалась. И только теперь она поняла, что была неправа.

Когда она пришла в комнату к Фёдору, там её уже все с нетерпением ждали.

– Ну, как? – с порога спросил Фёдор.

– Всё нормально, – ответила Анна, отвернулась и вытащила из корзинки под платьем корону.

Она передала её Фёдору, и некоторое время все, словно заворожённые, смотрели на эту корону. Затем Фёдор перевёл взгляд на Анну и почувствовал, что всё-таки во дворце что-то произошло.

– Что случилось? – быстро спросил он, и все остальные тоже посмотрели на Анну.

И пришлось ей рассказать про фигурку слона, которая осталась во дворце.

– Я раньше думала, что это хорошая идея. Сто раз тебе говорила, что нужно, чтобы о шайке Слонов все знали, и только теперь я поняла, что ошибалась.

– Что же ты наделала? – покачал головой Фёдор. – Ты же им оставила зацепку. Теперь они могут выйти на нас.

– Они ни о чём не смогут догадаться, – попробовала возразить Анна.

– Ты в этом уверена? – спросил Фёдор, а затем посмотрел на остальных. – Мы отсюда уедем на время и отсидимся в доме за городом, пока всё не уляжется. Нам ещё корону в Клондайк надо спрятать. У нас каждая минута на счету, поэтому нужно торопиться.

Остальные закивали в знак согласия, и тут же бросились собирать вещи.

Глава 18

Чуть позже вся шайка неслась за город по направлению к дому, в котором держали отца Семёна Поликарпова. Фёдор попросил своего знакомого извозчика отвезти их, и был уверен, что тот в случае чего их не выдаст. Корона уже лежала в надёжном месте и ждала своего часа, как и всё остальное награбленное ранее добро. Он ещё раз взглянул на Анну и покачал головой, совершенно не понимая того, как она могла так подставиться сама, да ещё и подставить под удар всех остальных. Не пришлось бы теперь лететь сломя голову и отсиживаться в доме за городом. Хотя, возможно, она была и права насчёт того, что их не смогут вычислить по этой фигурке. Но всё-таки лучше было подстраховаться и отсидеться несколько недель за городом, пока всё не утихнет.

Они не поехали до самого дома, а попросили извозчика остановиться немного раньше. Лучше всё же, чтобы он не знал точного места, где они будут скрываться. Оставшееся до дома расстояние они преодолели пешком. Там их встретили те двое, которые охраняли старика.

– Как старик, в порядке? – спросил Фёдор.

– Да вроде ничего, живой, – ответил один из них.

– У нас тоже всё нормально, дело сделано. Только всё равно придётся немного отсидеться здесь на всякий случай. Так что вечером завяжите старику глаза, отвезите его в Петербург и высадите недалеко от дома. И возьмите с собой мешок, купите каких-нибудь продуктов на пару недель. Как только всё сделаете, сразу же возвращайтесь обратно.

Как только стемнело, Фёдор дал им денег на еду, они завязали старику глаза, вывели его на улицу, посадили в повозку и уехали в Петербург. Остальные стали ждать их возвращения, приготовив на всякий случай оружие, если вдруг они вернутся не одни. Но оружие не потребовалось. Поздно вечером оба члена шайки благополучно вернулись в хижину и принесли с собой мешок с продуктами. Фёдор расспросил их о том, как всё прошло, а затем все легли спать. Правда, на всякий случай всё-таки решили организовать дежурство у окна, сменяя друг друга каждые два часа.

Следующий день тянулся для них бесконечно долго, так как совершенно нечем было заняться. Фёдор, глядя на остальных членов шайки, даже уже начал сомневаться в том, что они смогут прожить здесь целый месяц. Но вот день прошёл, и на улице стало темнеть. Фёдор подошёл к окну и начал обдумывать сложившуюся ситуацию и строить планы на будущее. Внезапно за забором промелькнула какая-то тень. Фёдор среагировал моментально.

– Погасите лампу и сидите тихо, – сказал он остальным.

Сам же он взял пистолет и направился к выходу. Анна пошла следом за ним. Когда они вышли на крыльцо, Фёдор некоторое время вглядывался в сумерки. Не заметив ничего подозрительного, он громко спросил:

– Кто здесь?!

Ответа не последовало. Постояв ещё немного, Фёдор хотел было уже повторить свой вопрос, но тут калитка отворилась и в проёме появилась человеческая фигура. Лица в темноте было не разобрать.

– Это я – Семён Поликарпов, – ответил незнакомец, и Фёдор узнал голос человека из дворцовой охраны.

– Что случилось? – удивился Фёдор. – Зачем ты пришёл сюда?

– Вы обещали отпустить моего отца ещё вчера вечером, но его до сих пор нет дома, – ответил тот. – Я пришёл узнать, когда вы его всё-таки отпустите, как мы с вами и договаривались. Ведь я выполнил всё, что от меня требовалось.

– Как это не вернулся? – спросил Фёдор, но тут же замолчал.

Что-то здесь было явно не так. Ведь его отца отвезли вчера прямо к дому. К тому же, откуда Семён мог знать, где их искать? В голове у Фёдора прозвучал сигнал тревоги, и рука с пистолетом начала сама подниматься. Вдруг краем глаза он заметил какое-то движение, и тут же открыл огонь. Первые две пули достались Семёну Поликарпову, и тот перед смертью не успел даже ничего понять. Дальше Фёдор перевёл пистолет в ту сторону, где уловил движение, и продолжил стрельбу. Оттуда послышался приглушённый стон.

Тут же со всех сторон раздались выстрелы, которые буквально изрешетили Фёдора и Анну. Из хижины выскочили ещё два человека, поэтому досталось и им. Всего за несколько секунд численный состав шайки Слонов сократился более чем наполовину. Из окна второго этажа кто-то начал отстреливаться, но был уничтожен ответным огнём. Таким образом, в хижине, помимо маленького Егорки, оставался всего лишь один человек.

Всё кругом вдруг пришло в движение, и сразу с десяток фигур вбежали в калитку и направились к дому. При этом стоял страшный шум, так как все они кричали каждый на свой лад.

– Их нужно взять живыми! – пытался кто-то докричаться до остальных, но его голос затерялся среди других голосов.

В доме произошла перестрелка ещё с одним членом шайки, но скоро всё было кончено. Егорка в это время сидел за печкой, от ужаса почти теряя сознание. Его сердце громко колотилось, и ему казалось, что из-за этого его могут услышать. Но всё равно он старался не дышать. Ему очень не хотелось, чтобы те люди нашли его.

– А это кто тут у нас? – раздался вдруг сбоку от Егорки чей-то хриплый голос.

Тут же чья-то сильная рука схватила его за шиворот и вытащила из-за печки. Уже снова горела лампа, и в комнате было светло. Прямо перед Егоркой стояло несколько незнакомцев, а у двери он увидел двух лежащих на полу людей, по всей видимости, мёртвых. Первый был членом их шайки, а второй Егорке был незнаком.

– Где моя сестра?! – закричал Егорка и рванул к двери, но его удержали.

Он пытался изо всех сил вырваться, но, когда в дверь вошёл какой-то солидный господин, замер.

– Можете оставить нас ненадолго? – спросил этот господин, глядя на остальных.

Егорку тут же отпустили, и все вышли из комнаты.

– Как тебя зовут? – спросил незнакомец.

– Егорка, – ответил мальчик дрожащим голосом.

– Где корона, Егорка?

– Я ничего не знаю, – замотал тот головой.

– Где корона? – повторил свой вопрос незнакомец.

Этот повторный вопрос был задан таким вкрадчивым и угрожающим тоном, что Егорке стало ещё страшнее. Он не смог ничего ответить, и только лишь помотал головой.

– Что ж, понимаю, у тебя шок, – солидный господин подошёл и крепко взял Егорку за руку. – Тогда придётся тебе поехать к нам, там ты расскажешь всё, что знаешь.

Когда они выходили из дома, Егорка увидел свою мёртвую сестру и потерял сознание. Очнулся он уже в повозке, которая быстро куда-то ехала. Вокруг было темно, но он чувствовал, что рядом с ним кто-то сидит. Правда, теперь его уже не держали, так как, скорее всего, были уверены, что он ещё не скоро придёт в себя. Недолго думая, Егорка вскочил и выпрыгнул из повозки в темноту. Его полёт закончился в каких-то кустах, которые больно царапнули его по лицу. Но эти же кусты и смягчили его падение, поэтому он поднялся и бросился в лес. Сзади кто-то кричал, но это было уже не важно. Егорка понимал, что свобода у него теперь только впереди.

Глава 19

Похоже, за его поиски взялись серьёзно и основательно, так как долго ещё он слышал позади себя множество голосов, эхом разлетающихся по лесу. Щека у Егорки была расцарапана и сильно саднила, но он словно не чувствовал этого. Он шёл и шёл упрямо вперёд, практически ничего не видя перед собой из-за слёз и темноты. И только лишь благодаря огромному желанию оторваться от преследования ему это всё-таки удалось. Через час голоса уже слышались где-то далеко позади, а через два Егорке вообще стало казаться, что в этом лесу, как и в этом мире, кроме него больше никого нет.

Всю ночь он бродил по лесу, и рассвет он встретил тоже в лесу. Он всё ещё шёл вперёд, но уже с большим трудом. Ему очень сильно хотелось спать, и от усталости у него подкашивались ноги и закрывались сами собой глаза. Ему даже стало казаться, что он уже спит. Тогда он присел на поваленное дерево немного передохнуть, но и сам не заметил, как провалился в глубокий сон.

Когда Егорка открыл глаза, уже давно начался день, и солнце стояло в зените. Первым, что он почувствовал, как только проснулся, были жажда и голод. К сожалению, ни еды, ни воды у него с собой не было. Он тоскливо посмотрел по сторонам, но потом вспомнил, что его всё ещё могут догнать. Тогда он взглянул на свои следы на примятой траве, прикинул, в каком направлении он вчера шёл, и продолжил свой путь.

Он шёл уже долго, а лес всё не кончался, и Егорка осознал, что может остаться в этом лесу навсегда. Причём скорее он умрёт от жажды, так как ему нестерпимо хотелось пить. «Господи, помоги», – подумал маленький Егорка, хотя никогда прежде у него таких мыслей не возникало. И как только он мысленно произнёс эти слова, так почти сразу же услышал впереди журчание. Он поспешил на этот звук, вернее, ноги сами его туда понесли, и вскоре прямо перед ним возник родник с чистейшей прозрачной водой. В следующее мгновение он уже лежал на животе, чуть ли не наполовину окунув голову в воду, и жадно пил.

Утолив жажду, он пошёл дальше, и вскоре вышел из леса к железной дороге. Егорка решил идти по краю леса вдоль этой дороги, надеясь, что она его куда-нибудь выведет. Правда, он пока ещё и сам не знал, что ему делать дальше. Вперёд его толкало чувство страха быть пойманным и чувство голода. Голод сейчас, пожалуй, был даже сильнее страха. Он немного постоял, думая, в какую сторону ему пойти, а потом выбрал направление наугад и пошёл.

Через час Егорка вышел к какой-то железнодорожной станции, которая находилась то ли в маленьком городке, то ли в посёлке. И тут у него в голове возникла идея незаметно сесть на поезд и уехать куда-нибудь как можно дальше отсюда. Только живот у него сейчас урчал громче, чем паровоз, так что для начала необходимо было найти хоть какую-то еду.

Прямо за станцией располагались торговые ряды, и когда Егорка подошёл к ним, ему в нос ударил божественный аромат горячего свежеиспечённого хлеба. С этого момента он уже ни о чём другом больше не мог думать, только лишь об этом чудесном хлебе. Пройдя пару раз мимо лотка, на котором были разложены ещё дымящиеся булки, на третий раз он не выдержал, схватил одну из них и побежал. Но только далеко ему убежать не удалось, так как почти сразу он оказался в чьих-то сильных руках.

– Попался, мелкий воришка, – пробасил мужской голос, и тут Егорка с ужасом понял, что оказался в руках городового.

– Дяденька, пустите! – закричал Егорка и, что было силы, пнул его по колену.

Видимо, он попал в какую-то болевую точку, поскольку городовой взвыл, правда, хватка его при этом нисколько не ослабла.

– Ах ты, звереныш! – злобно прошипел тот и выкрутил мальчику руку за спиной. – Ты за это ответишь.

И тут Егорка понял, что теперь его жизнь будет совсем другой, нисколько не похожей на прежнюю. Возможно, за кражу булки ему бы ничего и не сделали. Если до них ещё не дошла информация о сбежавшем мальчике, то с ним просто могли провести воспитательную беседу и отпустить. Но после того как он ударил городового, тот затаил на него злобу, и с этого момента у Егорки началась «весёлая» жизнь.

Для детей в Российской империи начало двадцатого века было довольно непростым временем. На улицах было много беспризорников и сирот, и всех их нужно было контролировать, так как из них в дальнейшем могла вырасти огромная армия преступников. Для этого по всей империи были созданы десятки воспитательно-исправительных заведений для несовершеннолетних. Порядки в них были почти такие же жёсткие, как в тюрьмах для взрослых, и детям, которые были слабы духом и телом, приходилось там очень непросто.

В одно из таких заведений и попал десятилетний мальчик по имени Егорка. Причём стараниями всё того же обозлившегося на него городового, который сделал всё от него зависящее, чтобы мальчика выслали как можно дальше от Петербурга, Егорку отправили в Тамбовскую губернию. Добираться до туда пришлось поездом несколько дней в битком набитых вагонах, и Егорке казалось, что этот ад никогда не кончится. Но он тогда и не догадывался, что для него всё ещё только начинается.

Первое время Егорке приходилось буквально выживать, бороться за существование в стенах Тамбовского воспитательно-исправительного заведения для несовершеннолетних. Случалось и драться с другими воспитанниками, а также получать телесные наказания от воспитателей, которых все дети тихонько между собой называли надзирателями. Но все эти трудности не только не сломили, а, наоборот, закалили Егорку. И за те восемь лет, что он провёл в этом заведении до самого своего совершеннолетия, он превратился в настоящего крепкого и мужественного мужчину, и теперь никто и не подумал бы назвать его Егоркой.

Пока он там находился, он постоянно мечтал о том, как вернётся в Санкт-Петербург, проникнет в Клондайк и станет единственным обладателем короны и других богатств. Тогда-то у него и начнётся настоящая жизнь. Но только сразу после своего выхода из заведения осенью 1913 года Егору не удалось уехать из Тамбова, так как на это требовались деньги. Тогда он устроился работать на местную фабрику, где и проработал до лета 1914 года. К этому времени он уже накопил достаточно денег, чтобы уехать отсюда, к тому же произошло одно очень важное событие, которое заставило его поторопиться.

28 июня 1914 года в Сараево произошло убийство наследника австро-венгерского престола эрцгерцога Франца Фердинанда и его жены. Поначалу Егор не придал этому особого значения, хоть об этом и трубили на каждом углу. Но, когда к середине июля стали уже в открытую говорить о приближении войны, он понял, что нужно действовать как можно быстрее. Если война начнётся, то ему будет сложнее осуществить задуманное. Тогда он ушёл с фабрики, собрался и поехал в Петербург.

Но война всё же началась, и она поломала все его планы. Эта новость застала его ещё в поезде, а когда Егор сошёл на конечной станции в Петербурге, к нему почти сразу же подошёл патруль для проверки документов. Как раз началась активная компания по набору молодых людей для подготовки и отправки на фронт, и Егор тоже не смог избежать этой участи. Так, пройдя одно суровое испытание, которое длилось целых восемь лет, Егора ждало следующее, гораздо страшнее предыдущего – Первая мировая война.

Глава 20

Всего лишь только один месяц усиленной подготовки в лагере для новобранцев, и в сентябре Егора вместе с остальными уже перебросили на фронт для участия в наступательной операции против Австро-Венгрии, которую назвали Галицийской битвой. Её целью было вывести из войны Австро-Венгрию до прихода более сильной Германии. В той битве Егор в первый раз убил своего противника. Для него самого всё окончилось благополучно, и он остался жив.

Можно сказать, что Егор обладал некоторой долей везения, так как за всё то время, пока он воевал, он ни разу не был ранен. После Галицийской битвы он принимал участие во многих боях, получая с каждым разом всё больше уверенности и опыта. Он сражался отчаянно, мужественно, не бросал своих товарищей на поле боя, всегда одним из первых шёл в атаку, и, естественно, командование вскоре заметило его. Он начал получать различные награды, а вскоре его отправили за линию фронта. В разведгруппу тогда срочно потребовался один человек, и его решили испытать, так сказать, боем.

Испытание он тогда прошёл успешно, их группа привела пленного офицера с ценными документами. Он хорошо зарекомендовал себя на том задании, и было принято решение оставить его среди разведчиков. Новое занятие очень нравилось Егору, и он чувствовал, что оно пригодится ему в будущем. И вот не прошло и двух месяцев, как он уже стал командиром этой разведгруппы.

Шёл 1916 год, и прошло уже целых два года с начала военных действий, но внезапно война для Егора закончилась. На одном из заданий всю его группу перебили, а его самого оглушили и взяли в плен. Он был отправлен в Германию, где и просидел следующие пять лет в лагере для военнопленных. Может, для других условия пребывания в лагере и казались тяжёлыми, но Егору было не привыкать, ведь он с десятилетнего возраста сталкивался с чем-то подобным. Причём эти пять лет, проведённых в немецком лагере, не прошли для него даром, ведь за это время он сумел выучить два языка – немецкий и английский.

Все пленные были уверены, что вскоре их должны отпустить, и тогда они смогут вернуться домой. Также думал и Егор, но для него всё вышло иначе. В 1921 году в лагерь пришёл немецкий офицер, выбрал несколько десятков человек, в том числе и самого Егора, и увёл с собой. Как оказалось, этот офицер был начальником только что открывшейся разведшколы. Туда набирали пленных разведчиков, говорящих на разных языках, так как уже тогда руководство Германии задумалось о возрождении своей страны и понимало, что в будущем Германии потребуется мощная служба разведки.

Конечно, не все поддались вербовке. Более половины из всех отобранных оказались патриотами своей страны, и тут же были расстреляны. У Егора была другая цель, и он не хотел лишаться своей давней мечты – короны Российской империи – из-за патриотизма. Собственно говоря, Российская империя и не сделала для Егора ничего хорошего, а только лишь испытывала его всю жизнь на прочность. А в этой школе он увидел для себя возможность когда-нибудь вернуться в Петроград и найти корону, о которой он думал на протяжении вот уже шестнадцати лет. Поэтому он согласился и в возрасте двадцати шести лет стал учеником немецкой разведшколы.

Учеба продолжалась целый год, и за это время он многому смог научиться. У школы была своя довольно большая территория, только вот покидать её категорически запрещалось. Да этого и не требовалось, так как здесь было всё, что нужно. Сам начальник школы жил за её пределами, но совсем рядом. Каждое утро он приходил сюда, как на работу, а вечером уходил домой. Иногда он задерживался допоздна, или вообще оставался на ночные занятия, и тогда ужин ему приносила его двенадцатилетняя дочь по имени Гертруда. Эта девочка понравилась Егору, так как показалась ему активной и смышленой, но он тогда ещё и не догадывался, как много она будет значить для него в будущем.

Во время обучения в разведшколе Егор получил свой агентурный псевдоним, который стал его псевдонимом до конца жизни. Теперь его звали Суворов. Ученики вправе были сами выбрать себе новое имя, если оно устроит руководство школы, и он выбрал именно это, так как оно напоминало ему о Суворовском проспекте, где он жил вместе со своей сестрой и другими участниками шайки Слонов, а также о короне Российской империи.

После обучения Егор начал свою службу в Германии. Сначала ему давали какие-то небольшие задания, а затем, когда он проявил себя достаточно хорошо, стали давать задания уже посложнее. Пока вернуться на родину у него не было возможности, поэтому он рос в профессиональном плане и развивал свои навыки разведчика в Германии, надеясь однажды эту возможность получить. В конце двадцатых годов он вступил в ряды Национал-социалистической немецкой рабочей партии, так как считал, что она имеет все шансы на то, чтобы стать самой сильной партией Германии, и именно благодаря ей он сможет вернуться в город своей мечты, который тогда уже назывался Ленинградом.

К этому времени Егор работал уже не один, а в паре. Вместе с ним сначала работала одна девушка, затем другая, и вскоре его руководство увидело большие перспективы в развитии таких агентурных семей. За последующие несколько лет он работал с несколькими девушками, но особенно долго с одной из них. К сожалению, в 1934 году во время очередной операции их разоблачили, и его партнёрша была убита. Самого Егора ранили, но ему удалось выбраться. Сначала его лечили где-то в подполье, а затем он каким-то образом сумел добраться до Германии и продолжить лечение там. Именно тогда перед ним и поставили задачу самостоятельно подыскать себе новую напарницу.

Глава 21

После выписки из госпиталя Егор шёл по улице, думая о том, кого можно позвать к себе в напарницы, как вдруг увидел, что навстречу ему идёт молодая красивая девушка. Скользнув взглядом по её стройному телу и довольно симпатичному лицу, он хотел пройти мимо, но тут случайно заглянул в её глаза, и замер. Во взгляде этой девушки он увидел что-то знакомое, но давно забытое, как будто из прошлой жизни. Она тоже остановилась, глядя на Егора, а затем улыбнулась и сказала:

– Привет.

И тут он её узнал. Ведь это была та самая двенадцатилетняя дочка начальника разведшколы. Насколько Егор помнил, её звали Гертруда. Сейчас она превратилась в прекрасную девушку. Ей, наверное, было уже лет двадцать пять, или около того.

– Гертруда? – удивлённо произнёс он. – Какой ты выросла красивой девушкой.

Она кивнула и смущённо опустила глаза.

«Надо же, мы с ней всего лишь пару раз поговорили в разведшколе, а она меня запомнила», – подумал Егор, и вдруг почувствовал, что с его сердцем происходит что-то необычное. Конечно, ему и раньше нравились девушки, но такого он не испытывал никогда. Вскоре ему стало понятно, что это любовь, и она взаимна.

С этого дня Егор и Гертруда больше практически не расставались. После того, как они немного посидели в кафе и поговорили, выяснилось, что дочь пошла по стопам своего отца и тоже стала разведчицей. Для Егора это было знаком свыше, поэтому он тут же предложил ей стать его напарницей, и она с радостью приняла его предложение. С этого момента они начали работать вместе, и вскоре стали одними из лучших разведчиков Германии. Такой рост не мог остаться незамеченным, и спустя какое-то время у Егора произошла ещё одна судьбоносная встреча.

В 1937 году агенты Суворов и Гертруда были представлены Генриху Гиммлеру. Он был на тот момент чуть ли не вторым человеком после самого Адольфа Гитлера по своему могуществу и влиянию во всей Германии. А ещё он был одержим древнегерманской мифологией и оккультизмом. Одним из самых его заветных желаний было заполучить Святой Грааль. Эта реликвия по его задумке должна была храниться в специально предназначенном для этого замке, который должен был стать центром третьего рейха на тысячу лет.

Но не только о Святом Граале мечтал Генрих Гиммлер. Он буквально по крупицам собирал информацию о различных реликвиях и артефактах, когда-либо существовавших на земле, и мечтал однажды собрать их все под крылом великой Германии. Он как раз искал верных людей, которые могли бы возглавлять его экспедиции, и агенты Суворов и Гертруда отлично подошли на эту роль. С этого момента их жизнь, и до того насыщенная и наполненная различными приключениями, стала ещё более насыщенной и наполненной.

За последующие четыре года они где только не побывали и чего только не видели. Егору и Гертруде очень нравилось ездить по миру. Во-первых, они всё время были вместе, а с годами их любовь становилась только сильнее. А во-вторых, все эти поиски, поездки, знакомства с новыми странами, людьми и историями различных артефактов были им обоим по душе.

Но Егор никогда не забывал о своей главной цели – короне Российской империи, и знал, что когда-нибудь сможет её достичь. Правда, пока он к ней ближе не становился. Но, когда Германия напала на Советский Союз в июне 1941 года, Егор понял, что это именно тот шанс, которого он и ждал всё это время. Теперь нужно было придумать, как попасть в Ленинград.

И какого же было его удивление, когда Гиммлер вызвал его и сам заговорил о короне Российской империи. Правда, он начал говорить о некой таинственной силе, которая была заложена в эту корону, но как раз этому-то Егор и не удивился, зная пристрастие Гиммлера к оккультизму. Его больше удивило то, как всё удачно совпало – он много лет мечтал попасть в Советский Союз и найти корону, и вот его отправляют туда именно на её поиски.

В ходе разговора выяснилось, что Гиммлер совершенно ничего не знает о том, что настоящая корона находится не в Москве, а в Ленинграде. Он был уверен, что подлинную корону следует искать в Москве, и даже не подозревал, что там хранится всего лишь дубликат.

– Сейчас как раз идёт наступление на Москву, – говорил он Егору. – Твоя задача – проникнуть в город, как только туда войдут наши войска, найти корону и доставить её сюда в целости и сохранности.

Сначала Егор решил не рассказывать своему начальнику, как всё обстоит на самом деле. Главным было оказаться в Советском Союзе, а уж дальше он сумеет найти какой-нибудь способ добраться до Ленинграда. Но потом он вспомнил, что Ленинград совсем недавно был взят в плотное кольцо, но немецкие войска пока не могли прорвать оборону города. Самому Егору без поддержки Гиммлера в таких условиях будет проблематично попасть в город. Поэтому он решил рассказать ему правду, тем более в Германию возвращаться он больше и не планировал.

Гиммлер слушал рассказ Егора, и только лишь удивлённо покачивал головой. Егор рассказал ему всё – и о шайке Слонов, и об ограблении Зимнего дворца, и о том, что почти вся шайка была уничтожена, и лишь только он остался в живых, поэтому эту тайну до сегодняшнего дня знал только он один. Странно, но Гиммлер поверил ему.

– Тогда мы пока отложим твоё задание. Как только наши войска прорвут кольцо вокруг Ленинграда, так сразу же и отправишься.

Они ждали почти год, но кольцо вокруг Ленинграда так и не было прорвано. Тогда Гиммлер решил больше не ждать и отправить Егора на территорию врага.

– На русском трофейном самолёте тебя перебросят через линию фронта. Самолёт сядет в поле, оставит тебя, а затем улетит обратно, а ты пойдёшь в город. На тебе будет военная форма русских, у тебя будут документы, к тому же, ты говоришь по-русски, так что подозрений ни у кого не должно возникнуть. Когда найдёшь корону, возвращайся на то же самое поле. Да, забыл сказать, что ты возьмёшь с собой рацию и спрячешь её, как только прилетишь. А когда ты снова вернёшься на поле уже с короной, ты по этой рации вызовешь самолёт и улетишь обратно в Германию.

– А Гертруда? – спросил Егор. – Мы же с ней вместе работаем.

– Нет, она останется, – покачал головой Гиммлер. – Она ведь не знает русского языка, поэтому провалит нам всю операцию. На этот раз ты полетишь один.

«Нет, так дело не пойдёт», – подумал Егор. Он и не собирался потом возвращаться в Германию, поэтому нельзя было оставлять здесь свою возлюбленную.

– Я должен лететь вместе с ней, – возразил он Гиммлеру. – Мне её помощь может понадобиться. Если что, она может прикинуться немой, а я скажу, что приехал на несколько дней с фронта, чтобы ухаживать за ней и, например, больной матерью или ещё кем-то. Иначе как я объясню то, что я нахожусь в городе вместо того, чтобы быть на рубеже обороны?

Гиммлер немного подумал, а затем кивнул и произнёс:

– Что ж, так действительно будет лучше.

И вот давняя мечта Егора, наконец-то, сбылась. В начале сентября 1942 года он вместе с Гертрудой отправился в Ленинград на поиски короны Российской империи.

Глава 22

ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА КАПИТАНА НКВД А.И.СКВОРЦОВА ПО ДЕЛУ О ДВУХ НЕМЕЦКИХ ДИВЕРСАНТАХ № 365/1109-42

11 сентября 1942 года патрулём во главе со старшим лейтенантом Игнатовым были замечены мужчина и женщина. Мужчина был одет в форму капитана красной армии, женщина в простую одежду. Они стояли и смотрели на одно из зданий, которое находилось по маршруту нашего патрулирования, вернее на то, что от него осталось после недавней бомбёжки.

Согласно показаниям старшего лейтенанта Игнатова, которые тот успел дать до наступления своей смерти, в этом мужчине он узнал своего бывшего однополчанина, с которым они некоторое время воевали вместе в первую мировую войну. В 1916 году тот вместе со своей разведгруппой ушёл за линию фронта на задание и пропал без вести. У него возникли подозрения, что тот мог перейти на сторону врага, и старший лейтенант Игнатов решил подойти ближе для проверки документов. Но, похоже, переодетый капитан тоже узнал его и открыл огонь по патрулю из своего пистолета. Игнатов был смертельно ранен в живот, и позже скончался. А ещё двое из патруля погибли на месте. И только проходившие мимо солдаты помогли задержать диверсантов. Мужчина некоторое время отстреливался, пока у него не кончились патроны, а затем и он, и женщина сдались.

На допросе женщина молчала, пытаясь знаками показать, что она немая. Но, когда к ней были применены некоторые методы воздействия, закричала, чем себя и выдала. Только она всё равно в ходе дальнейшего допроса не произнесла ни слова.

В это время я допрашивал мужчину в другой комнате. Изначально он рассказал мне, что является капитаном красной армии и принимает участие в обороне Ленинграда, но в настоящее время отпросился у своего командира для того, чтобы проведать в городе своих родных – больную мать и сестру, которая не может говорить. Но к этому времени старший лейтенант Игнатов уже успел дать свои предсмертные показания, о чём я и сказал задержанному. Я велел ему признаться в том, что они диверсанты, так как отпираться было бессмысленно. Он же просто замолчал, и больше ничего не говорил.

Но когда из другой комнаты для допросов до нас донёсся крик женщины, по его виду я понял, что она не просто его напарница. Стало ясно и без слов, что между ними существует какая-то чувственная связь, и я решил использовать это. Я вытащил пистолет, прошёл в другую комнату, в которой допрашивали женщину, выстрелил в потолок и вернулся обратно. Немецкому диверсанту я сказал, что пуля пролетела в двух сантиметрах от её головы, и если он не начнёт говорить, то через пять минут следующая пуля обязательно достигнет своей цели. И тогда мужчина решил рассказать всё, что знает.

Он подтвердил, что они являются агентами Германии. Его агентурный псевдоним Суворов, а её Гертруда. Якобы они прибыли сюда по заданию Генриха Гиммлера, чтобы найти корону Российской империи. Я ему сказал, что корона, насколько мне известно, находится в Москве, на что он возразил, что подлинная корона на самом деле находится в этом городе. По его словам, в 1905 году, когда ему было всего 10 лет, он состоял в одной известной на весь Петербург шайке, и их последним делом как раз и была кража короны из дворца. После ограбления главарь шайки спрятал корону в Клондайк, где она и находится по сей день. Шайка была уничтожена, а мальчик был отправлен в какой-то воспитательный лагерь. В 1914 году он ушёл на фронт, потом попал в немецкий плен, где и был завербован немецкой разведкой. Он познакомился с девушкой по имени Гертруда, затем какое-то время они работали с ней в паре, и теперь их отправили на задание в Ленинград. Диверсант умолял не убивать её, и тогда он расскажет, как найти настоящую корону.

Устав слушать весь этот бред, который немецкий шпион нёс только ради того, чтобы сбить меня с толку, я потребовал рассказать мне всю правду. Но он стоял на своём. Тогда я пошёл в соседнюю комнату, чтобы исполнить свою угрозу и застрелить женщину. Каким-то образом диверсанту удалось прорваться через конвойного и прибежать следом за мной. Он хотел броситься на меня, и я его убил выстрелом из пистолета в голову. Тут же на меня бросилась его напарница, что-то выкрикнув на немецком языке, тогда я убил и её. Позднее на поле рядом с городом была найдена припрятанная немецкая рация, а также следы от самолёта. В связи со смертью обоих диверсантов дело было закрыто и подготовлено для передачи в архив.

Часть 4. В поисках Клондайка

Глава 23

После ухода Константина Настю постепенно начала охватывать паника. Она боялась, что с её семьёй могут сделать что-нибудь ужасное, но гнетущая тишина и пустота дома давили на её мысли, не давая ей как следует сосредоточиться и придумать выход из сложившейся ситуации. Минут десять она сидела и думала о том, как ей поступить, и тут вспомнила о своём очень хорошем знакомом Сергее Геннадьевиче.

Сергей Геннадьевич был сотрудником Федеральной Службы Безопасности. Настя познакомилась с ним ещё несколько лет назад, когда она занималась расследованием, связанным с поисками пропавшей во время Великой Отечественной войны Янтарной комнаты. В тот раз он очень хорошо помог ей, и в дальнейшем ещё не раз приходил к ней на помощь в трудную минуту.

Настя вскочила с кресла и поспешила в спальню на втором этаже. Она оставила там свою сумочку, в которой лежал телефон. «Надо было сразу звонить, как только этот фальшивый историк ушёл», – корила себя Настя, поднимаясь по лестнице. Она была уверена, что Сергей Геннадьевич обязательно найдёт выход из сложившейся ситуации и сумеет спасти её семью, как только она всё ему расскажет. Главное, чтобы он был сейчас в городе и ответил на телефонный звонок.

Но, как только Настя зашла в спальню, включила свет и подошла к сумочке, собираясь достать телефон и набрать номер Сергея Геннадьевича, её телефон зазвонил первым. Сначала она подумала, что это сам Сергей Геннадьевич ей звонит, но тут же отбросила эти мысли. Ему совершенно незачем было ей звонить, тем более поздно вечером. К тому же, они уже очень давно не общались. Она быстро открыла сумочку и вытащила телефон, но номер был ей незнаком.

– Я слушаю, – сказала Настя.

– Забыл предупредить, – раздался в трубке вкрадчивый голос Константина. – Ваш телефон на прослушке, так что не вздумайте никуда звонить, если этот звонок не будет связан с поисками интересующего нас предмета. То же самое касается Вашего компьютера и остальных устройств. Мы контролируем все Ваши действия. На улице за Вами будут постоянно следовать мои люди, так что Вы у нас теперь под колпаком. Но не бойтесь, Анастасия, как только Вы найдёте то, о чём я говорил Вам, мы снимем наблюдение и отпустим Вашу семью.

Как раз того, что они не собираются отпускать её семью, даже если она сумеет найти настоящую корону Российской империи, Настя и боялась.

– Если Вам понадобится какая-нибудь помощь в Ваших поисках, то звоните по этому номеру, я всё организую, – добавил Константин и разъединился.

Настя немного постояла, растерянно оглядывая пустую спальню, а затем вернулась обратно в гостиную. Похоже, помощи извне ждать не приходилось, поэтому ей нужно было включить на полную мощность все свои мыслительные процессы и самой разобраться в сложившейся ситуации. Она взяла ручку и блокнот и стала вспоминать, за что же можно зацепиться из той информации, которую она получила от Константина.

Во-первых, для того, чтобы найти подлинную корону Российской империи, нужно было найти некий таинственный Клондайк, где эта корона была спрятана. Конечно же, Настя и не думала, что это тот самый Клондайк, который находится на Аляске. Скорее всего, это какой-то тайник, который похитители короны почему-то назвали Клондайком. Вполне вероятно, главарь шайки читал об этом месте и представлял его в виде какой-то золотой пещеры, поэтому и назвал так свой тайник. И ещё, тайник этот находится в Петербурге, так как немецкие шпионы прибыли на поиски короны именно в блокадный Ленинград.

Далее, известны их агентурные псевдонимы – Суворов и Гертруда. Женщина вряд ли представляет какую-то ценность в этом деле, так как она немка и к короне не имела никакого отношения. А вот личность шпиона с псевдонимом Суворов следовало изучить подробнее. Константин говорил, что раньше этот шпион был русским, но во время Первой мировой войны попал в плен и остался в Германии. По словам самого агента Суворова, в 1905 году, когда ему было всего десять лет, он состоял в одной известной на весь Санкт-Петербург шайке, которая и украла корону Российской империи, а затем спрятала её в Клондайк. Позднее все члены шайки, кроме мальчика, были уничтожены. Собственно говоря, больше особо ничего и не было известно.

Правда, существовала ещё большая вероятность того, что немецкий шпион выдумал всю эту историю, чтобы запутать следствие, и подлинная корона находится всё-таки в Москве в Алмазном фонде России. Но Настя эту вероятность не рассматривала. Во-первых, немецкий шпион такого высокого уровня не стал бы придумывать такие неправдоподобные вещи, оттого-то эта история и казалась правдивой. А во-вторых, если он всё-таки выдумал эту историю, то Насте всё равно придётся заниматься поисками и параллельно искать варианты, как спасти свою семью.

Что касается места, где спрятана корона, то на этот счёт у Насти пока не было идей. Поэтому следовало заняться агентом Суворовым – человеком, имевшим отношение к шайке, укравшей корону. Но всё-таки ещё одна довольно весомая зацепка у Насти была – 1905 год, когда произошло это преступление. Конечно, в то время об этой краже короны вряд ли писали в газетах. Скорее всего, все детали кражи держали в секрете, а взамен короны изготовили дубликат, в котором Николай II и появился на открытии первого заседания Государственной Думы в 1906 году.

Но ведь Константин говорил, что, по словам агента Суворова, это была шайка, известная на весь Петербург. Значит, наверняка, на её счету было не одно громкое преступление. А так как шайка была уничтожена, это ну никак не могло остаться незамеченным. Уж об этом-то точно должны были писать все газеты в то время.

Настя улыбнулась, довольная тем, что смогла найти, за что можно было зацепиться. Но уже через мгновение улыбка вновь исчезла с её лица, когда она вспомнила, что случилось с её дочкой и мужем. «Я вас обязательно спасу, мои любимые», – мысленно пообещала она.

Насте был известен один архив в Санкт-Петербурге, где хранились подшивки старых газет. Пару раз она уже пользовалась услугами этого архива, и собиралась воспользоваться ещё раз. Приняв такое решение, Настя встала с кресла, потянулась, и отправилась в спальню. Сегодня у неё выдался довольно тяжёлый день, но завтрашний мог быть ещё тяжелее, поэтому ей необходимо было как следует выспаться. Как говорится, утро вечера мудренее.

Глава 24

– Мама! – раздался вдруг откуда-то издалека жалобный крик её дочери.

«Лиза», – промелькнула у Насти в голове мысль, и тут же спящий ещё несколько секунд назад мозг заработал на полную катушку. Она открыла глаза и быстро села на кровати, вглядываясь в темноту комнаты. Но в доме было очень тихо, и Настя чувствовала, что кроме неё здесь больше никого нет. Скорее всего, ей это всё показалось. Настя уже собиралась снова лечь спать, но неожиданно для себя опять услышала голос своей дочки. Он был такой тихий, приглушённый, и Настя поняла, что Лиза находится где-то на улице.

Недолго думая, она быстро вскочила с постели, накинула на себя халат и бросилась вниз по лестнице. Выйдя на крыльцо, Настя остановилась и прислушалась к окружающим звукам.

– Мама, помоги мне! – снова закричала Лиза, и Настя побежала на этот крик.

Похоже, Лиза была в лесу, который находился рядом с посёлком через несколько домов от их дома. По крайней мере, Насте показалось именно так, поскольку голос доносился с той стороны. Пока она бежала к лесу, она думала о том, услышал ли кто-то ещё крик её дочери, но во всём посёлке не было ни одного светящегося окна. Значит, все спали, и никто ничего не слышал.

– Лиза! – крикнула Настя на бегу.

– Мама, я здесь! – голос дочки звучал уже более отчётливо, и доносился он явно из леса.

– Я уже бегу к тебе!

Насте казалось немного странным, что и её крик никого в посёлке не разбудил, но вскоре она уже перестала об этом думать, так как добежала до леса. Лиза больше не кричала, но Настя уже знала, где именно та находится. Впереди была их любимая полянка, разделённая прямо посередине широким ручьём. Они очень любили играть там с дочкой, и Настя была уверена, что именно там и найдёт Лизу.

Она бежала по лесной тропинке, и даже пару раз ветки, которые она не заметила в темноте, больно ударили её по лицу. Но вскоре деревья расступились, Настя выбежала на залитую лунным светом поляну, и тут же застыла на месте. На другом берегу ручья стоял её муж.

– Лёша? – удивлённо спросила она, не веря своим глазам. – Как ты здесь оказался? А где Лиза?

– Не волнуйся, – ответил он спокойным голосом. – Ты делай то, что должна делать, а я о ней позабочусь.

– Где она? – сорвалась вдруг на крик Настя, и быстро подошла к ручью. – Алексей, где Лиза?

– Мама, я здесь, – услышала она голос дочки, и тут же увидела, как та вышла из-за спины Алексея.

Недолго думая, Настя бросилась в воду, собираясь перейти ручей вброд, но тут же попала в яму и провалилась по шею. Она и не подозревала раньше, что здесь так глубоко. Ей всегда казалось, что этот ручей можно запросто перейти вброд по колено, ну или максимум по пояс. Изо всех сил она начала грести, а муж и дочка стояли и спокойно наблюдали за её действиями, даже не думая двинуться с места. И чем дольше продолжалась эта борьба с водной стихией, тем почему-то дальше становился противоположный берег ручья. Она видела, как удалялась от неё её семья, но ничего не могла изменить.

Вскоре плыть стало уже тяжелее, в рот попала вода и Настя начала задыхаться. Внезапно она почувствовала, что больше не может пошевелить ни руками, ни ногами, и пошла ко дну. Она задыхалась, и последней её мыслью была мысль о том, что её семья теперь пропадёт без неё. Настя закричала и проснулась, теперь уже по-настоящему.

В первое мгновение Настя даже легонько ущипнула себя, чтобы убедиться, что точно не спит. Сон был таким реальным, что она до сих пор помнила каждую его деталь. Она иногда видела такие «живые» сны, особенно когда испытывала сильный стресс или всё время о чём-нибудь думала. В комнате было ещё темно, поэтому Настя снова легла и закрыла глаза. У неё впереди был насыщенный день и необходимо было как следует выспаться.

Проснувшись в следующий раз уже утром, Настя стала собираться в архив, который открывался в десять часов утра. По крайней мере, именно так было написано в интернете. Но не успела она ещё закончить свой завтрак, как у неё зазвонил телефон. Взглянув на экран, Настя поняла, что это звонил Константин, так как номер на экране высветился тот же самый, что и вчера.

– Я слушаю, – ответила она.

– Анастасия, доброе утро, – произнёс собеседник. – Как ночь прошла?

– Всё в порядке, – ответила Настя сухим тоном. – У Вас какое-то дело?

– Перестаньте на меня дуться, – ответил Константин. – Сделаете всё, что от Вас требуется, и Ваша жизнь снова вернётся в прежнее русло. Собираетесь в архив печатных изданий? Что Вы планируете там найти?

Настя поначалу удивилась и подумала, откуда ему это известно, а потом вспомнила, что он говорил и про наблюдение за компьютером в том числе. Значит, они каким-то образом видели, какую именно информацию она искала в интернете. Ответить она постаралась без удивления в голосе.

– Да, собираюсь. Мне показалось, что о разгроме известной на весь Санкт-Петербург шайки всё равно должны были писать газеты того времени, так же, как и о делах этой шайки. И пусть не о краже короны, так о каких-нибудь других громких преступлениях. Хочу посмотреть подшивки газет за 1905 год, а может ещё и за соседние года, чтобы понять, какая именно шайка могла украсть корону из дворца.

– Хорошая идея, – похвалил её Константин. – Странно, что я сам не подумал об этом. Теперь я вижу, что у Вас есть все шансы довести дело до конца. Только вместе с Вами в архив пойдёт наш человек, так что особо не пугайтесь. И не надо пытаться сбежать от него. Он поедет за Вами от посёлка и будет сегодня повсюду сопровождать Вас. Всё, до связи.

Настя задумчиво посмотрела на телефон. Нужно было обязательно найти выход из сложившейся ситуации, но они настолько плотно обложили её со всех сторон, что это казалось невозможным. Поэтому она решила продолжать делать то, что запланировала, так как других вариантов у неё пока не было. Закончив завтракать, Настя собралась, вышла из дома, села в машину и направилась в сторону Санкт-Петербурга.

Глава 25

Настя заметила, что с самого выезда из посёлка за ней пристроилась какая-то машина. Скорее всего, это и был её сегодняшний сопровождающий, про которого говорил Константин, поэтому Настя сосредоточилась на дороге, не обращая на преследователя совершенно никакого внимания.

Дорога до города по времени заняла у неё около часа, а ещё через двадцать минут Настя уже подъезжала к зданию, с торца которого и располагался архив. Она припарковалась вдоль дороги и заметила, что её преследователь тоже припарковался неподалёку. Затем он вышел из автомобиля и стал ждать её на тротуаре. Он даже не скрывал того, что следует за ней. Хотя скрытность им была и не нужна, они следили за тем, чтобы Настя никому ничего не рассказала.

«Хоть бы уж близко ко мне не подходил, а не то, чего доброго, ещё начнёт ходить со мной везде за руку», – подумала Настя, вздохнула и тоже вышла из автомобиля. Она направилась в сторону архива, а когда проходила мимо этого мужчины, у которого была довольно-таки угрожающая внешность, сделала вид, что совсем его не замечает. Он немного подождал, а затем пошёл следом за ней.

– Добрый день, – сказала Настя с улыбкой работнице архива, когда вошла внутрь. – Подскажите, у вас в архиве сохранились подшивки газет за 1905 год?

– Здравствуйте, могу я сначала взглянуть на Ваши документы? – спросила женщина, и Настя протянула ей паспорт.

В этом не было ничего страшного. Первый встречный с улицы не мог ничего взять в этом архиве, так как газеты были старые, и с ними нужно было обращаться бережно и аккуратно. Газеты можно было читать только ограниченному числу лиц, у которых было заранее оформлено соответствующее разрешение. Поэтому Настя сейчас совершенно не волновалась на этот счёт и спокойно протянула работнице архива паспорт, так как несколько лет назад во время одного из своих расследований ей помогли оформить такое разрешение.

Найдя Настины фамилию, имя и отчество в списках, женщина вернула ей паспорт и сказала:

– У нас есть подшивки за каждый год, начиная с 1880 года, но количество везде разное. За какой-то год сохранилось много газет, а за какой-то почти ничего не сохранилось, поэтому надо смотреть. Вас интересует какая-то конкретная газета, или все газеты за этот год?

Настя ненадолго задумалась. Конечно, если газет за 1905 год сохранилось очень много, то у неё может уйти уйма времени на то, чтобы их все просмотреть. Видя её сомнения, работница архива спросила:

– Может, какая-то конкретная тема интересует?

– Да, я бы хотела просмотреть криминальные статьи за 1905 год, – кивнула Настя.

– Тогда это проще, – улыбнулась женщина. – Все криминальные новости печатались в газете «Империя против криминала», которая существовала в Российской империи вплоть до революции 1917 года. У нас в архиве сохранились почти все еженедельные выпуски этой газеты, причём неплохо сохранились. Сейчас я принесу то, что Вы просите. А Вы можете пока присесть за стол, я скоро вернусь.

Женщина указала Насте на читальный зал, а сама направилась к двери, ведущей в помещение, где, видимо, и хранились все газеты. Но на полпути она остановилась, посмотрела на мужчину, который пришёл в архив следом за Настей, и спросила:

– А Вам что подсказать? Или вы вместе?

– Вместе, вместе, не беспокойтесь, – ответил мужчина.

Работница архива кивнула и скрылась за дверью, а мужчина покосился на Настю, которая направлялась к столу. Дождавшись, когда она займёт своё место, он тоже прошёл в читальный зал и сел за стол неподалёку от Насти.

Буквально через несколько минут женщина вернулась с коробкой в руках. Она поставила её на стол, а затем сделала какие-то пометки у себя в журнале и пригласила Настю подойти и поставить подпись. Расписавшись в получении подшивки газет «Империя против криминала» за 1905 год, Настя взяла коробку и направилась к своему столу. У неё промелькнула было мысль как-то незаметно попросить работницу архива связаться с её знакомым из ФСБ, но она решила, что сделать это не получится, так как мужчина постоянно смотрел на неё, контролируя буквально каждое её движение.

Настя вернулась на своё место и поставила коробку перед собой на стол. Сама по себе коробка была не очень тяжёлая. Настя прикинула в уме, что, раз газета была еженедельной, то ей предстояло просмотреть за 1905 год около пятидесяти выпусков. И желательно было всё успеть сделать за сегодняшний день, так как Насте хотелось как можно скорее покончить с этим делом. Ведь только от её скорости, смелости, ума и фантазии зависело теперь, как быстро смогут вернуться домой Алексей и Лиза.

Настя открыла коробку и заглянула внутрь. Там она увидела стопку газет, причём каждая была аккуратно завёрнута в прозрачный пакет. Тогда она взяла в руки самую верхнюю газету, вытащила её из пакета и стала разглядывать. Это был самый первый выпуск за 1905 год. «Что ж, это хорошо, что они разложены по порядку», – подумала Настя. Заметив краем глаза, что мужчина всё так же внимательно смотрит на неё, она перелистнула первую страницу и приступила к изучению материала.

Глава 26

Следующие полтора часа совершенно ничего ей не дали. За это время она успела просмотреть десять выпусков – за январь, февраль и начало марта. Приходилось каждый выпуск аккуратно вытаскивать из пакета и так же аккуратно, но при этом очень внимательно, просматривать. Пока Насте не попадалось ничего интересного, никаких крупных ограблений или упоминаний о заслуживающих внимания шайках. Если так пойдёт дальше и в этой папке ничего не удастся обнаружить, придётся просматривать ещё 1904 и 1906 год, а на это уйдёт уйма времени. Но всё-таки она надеялась найти необходимую информацию именно здесь.

И вскоре её надежды оправдались. Уже в следующем выпуске она наткнулась на большую статью об ограблении ювелирного магазина. Это преступление было совершено средь бела дня группой из нескольких человек с закрытыми платками лицами. Причём ими был выбран самый крупный магазин в городе, и при этом убит один охранник. В статье говорилось, что грабителям удалось скрыться в неизвестном направлении и, несмотря на то, что на их поиски были брошены лучшие силы полиции, выйти на их след пока не удалось.

«Что ж, это вполне может быть та шайка, которая позднее украдёт корону из дворца», – подумала Настя. Но торопиться с выводами не стоило, нужно было сначала изучить все материалы. Вряд ли это было последним преступлением шайки. Ведь немецкий шпион говорил, что его шайка была известна на весь Петербург, а грабителей в статье называли неизвестными.

Отложив этот выпуск газеты в сторону, и взяв в руки следующий, Настя мельком взглянула на сидящего за соседним столом мужчину. Теперь у него был уже более скучающий вид, и он не смотрел на неё постоянно, но всё равно краем глаза держал её в поле зрения.

Следующее громкое ограбление произошло только в конце мая. На этот раз преступники напали на карету государственного казначейства и украли огромную по тем временам сумму денег – четыреста тысяч рублей. Несмотря на то, что действовали они дерзко и жестоко, задержать их опять не смогли. Заранее изучив обычный маршрут кареты и, невзирая на то, что её постоянно сопровождали вооружённые жандармы, несколько человек, лица которых были закрыты платками, среди бела дня приблизились к карете и закидали бомбами и саму карету, и её сопровождающих, а затем открыли по ним прицельный огонь. По словам случайных свидетелей, два мешка с деньгами положили в повозку, в которой сидела молодая девушка с извозчиком. Они попытались скрыться, но извозчик был убит одним из жандармов. Откуда ни возьмись из подворотни выбежал мальчик, вскочил на повозку вместо извозчика, и вскоре повозка с деньгами скрылась из виду. В результате этого налёта все жандармы были убиты. У преступников же, кроме убитого извозчика, потерь не было. Извозчика так и не удалось опознать. Деньги тоже словно испарились. Уже тогда пошли слухи, что в Петербурге появилась какая-то новая неуловимая шайка налётчиков.

Следующее ограбление произошло уже через месяц, но на этот раз обошлось без жертв. Преступники проникли ночью в дом богатого фабриканта Никитина, связали всех, кто был в доме, и вынесли все ценные вещи, в том числе шубы, деньги и драгоценности. Оказалось, что фабрикант хранил дома много всего ценного. Скорее всего, преступники действовали по наводке. И в этот раз никаких следов не нашли, а так как лица преступников скрывались под платками, свидетели опять не смогли описать их внешность. Теперь уже весь Петербург заговорил о неуловимой шайке налётчиков, так как три таких громких преступления, совершённых в течение всего лишь каких-то четырёх месяцев, связали воедино.

Полиция бросила все силы на поиски этой шайки. И тут Настя наткнулась на довольно интересную информацию. Оказывается, ещё с дела о нападении на карету государственного казначейства к расследованию был привлечён какой-то частный сыщик по имени Матвей Ковригин. Только все поиски пока что были тщетны, и на след шайки выйти никак не удавалось.

Отложив газету со статьёй про ограбление фабриканта, Настя почувствовала, что проголодалась, и решила сходить перекусить. Спросив у работницы архива, где находится ближайшее кафе, Настя оставила ей коробку с газетами и направилась к выходу. Естественно, мужчина пошёл следом за ней. Она уже даже привыкла, что он постоянно маячил перед глазами. В кафе он сел за соседний столик и тоже заказал себе обед. Быстренько перекусив, они вернулись в архив, и Настя продолжила изучение материалов.

До обеда она успела просмотреть половину коробки, и теперь просматривала статьи за июль. Но только ни в июле, ни в августе ничего интересного не происходило. Пару раз упоминалось, что таинственную шайку так и не могут найти, но никаких новых преступлений больше не совершалось.

И вот, наконец, в одной из сентябрьских статей Настя нашла именно то, что и искала. Благодаря стараниям частного сыщика Матвея Ковригина, оказавшего неоценимую помощь полиции, неуловимая прежде шайка была разгромлена. Каким-то образом удалось вычислить загородный дом, в котором они отсиживались. Когда преступники поняли, что дом окружён, они начали отстреливаться, и даже убили двух полицейских и ещё одного человека, но и сами были убиты ответным огнём. Всего в доме находилось пять мужчин и одна женщина. Правда, ходили слухи, что был ещё и мальчик, который остался жив, но эти слухи были опровергнуты полицией.

Дочитав эту статью, Настя решила быстренько просмотреть все оставшиеся до конца года выпуски, но больше ничего интересного не обнаружила. «Странно, о краже короны ни слова», – подумала Настя. Ей даже снова стало казаться, что немецкий шпион всё выдумал насчёт короны, но, немного подумав, она отбросила эти мысли. Скорее всего, информация о краже короны из дворца просто была засекречена. Тем более, не зря же к расследованию подключили частного сыщика. Настя пришла к выводу, что корона была украдена в сентябре, и именно после этой кражи сыщик смог выйти на след шайки, ведь раньше выйти на их след никак не удавалось.

– Архив закрывается через пять минут, – сказала вдруг громко работница архива.

Настя взглянула на часы и удивилась, что было уже почти шесть часов вечера. Не считая небольшого перерыва на обед, она просидела за изучением материалов целый день. Но всё-таки день прошёл удачно, и Настя нашла интересующую её информацию о шайке. Собрав все газеты в коробку в том же порядке, в каком они изначально лежали, она взяла её, подошла к работнице архива и поставила коробку перед ней.

Некоторое время женщина внимательно рассматривала эту коробку, а затем удивлённо посмотрела на посетительницу.

– Спасибо Вам большое за помощь, – быстро произнесла Настя. – До свидания.

Не дожидаясь ответа, она развернулась и вышла из архива. Мужчина последовал за ней.

Глава 27

Автомобиль, следовавший за ней по пятам, остался за воротами. Так как это был достаточно солидный посёлок, на въезде дежурили охранники и посторонних, если на них не был оформлен пропуск, на территорию не пускали. Настя ехала по широкой улице между большими двух, трёх, а где-то и четырёхэтажными домами, и вдруг у неё появилась мысль обратиться за помощью к кому-нибудь из соседей. «И как я раньше не догадалась?» – удивилась Настя. Ведь можно было бы позвонить с телефона соседей Сергею Геннадьевичу в ФСБ, вряд ли их телефоны прослушивают похитители.

Некоторое время Настя решала, к кому из соседей ей зайти. Сделав выбор, она уже хотела остановиться у одного из домов, но всё-таки проехала мимо. Она подумала, что преступники, возможно, могут не только прослушивать звонки с её телефона, но и слушать, что происходит вокруг, то есть использовать её телефон в качестве диктофона. Тогда они узнают о её звонке в ФСБ, и она никогда больше не увидит свою семью. От одной только этой мысли Настя содрогнулась. И даже если оставить свой телефон в машине, они же, возможно, как-то могут отследить её перемещение. Тогда у них возникнут вопросы, зачем она ходила к соседям. «Нет, я не могу так рисковать», – подумала Настя и направилась к своему дому.

Поставив автомобиль в гараж, и зайдя в дом, Настя опять ощутила непривычную пустоту вокруг. Ей так не хватало мужа и дочки, что хотелось плакать. Приняв душ, который смыл с неё всю усталость напряжённого дня, и перекусив на скорую руку, Настя погасила свет и ненадолго прилегла на диван. Ей нужно было расслабиться, освободить мысли и подумать, как действовать дальше.

Сегодня в архиве ей удалось узнать, что в 1905 году в Санкт-Петербурге существовала некая таинственная шайка, совершившая несколько громких преступлений. Она держала в страхе весь город, пока не была полностью уничтожена полицией. Правда, в газетах не было сказано ни слова о краже короны Российской империи из дворца, но всё-таки две зацепки по итогу дня у Насти появилось.

Во-первых, основную роль в поисках шайки сыграл частный сыщик Матвей Ковригин, благодаря которому полиция и смогла выйти на эту шайку. А во-вторых, газеты писали, что, возможно, одному мальчику удалось спастись, хотя полиция и отрицала эту информацию. Но Настя догадалась, что этим мальчиком был будущий немецкий шпион Суворов. А скрыла информацию о мальчике полиция затем, чтобы скрыть и историю с похищенной короной. Раз настоящая корона не нашлась, а вместо неё изготовили дубликат, полиции было выгодно, чтобы не осталось никаких следов.

А так как информацию о похищении короны скрыли, то, значит, оно всё-таки было. И занимался расследованием этого дела не кто иной, как частный сыщик Матвей Ковригин. И других вариантов, кроме как попробовать найти как можно больше информации об этом человеке, у Насти не было. Придя к такому выводу, Настя встала с дивана и отправилась в кабинет мужа. Там она включила компьютер и стала искать информацию о Матвее Ковригине.

Оказалось, что он был не просто сыщиком-одиночкой. У него было своё частное сыскное агентство, которое имело странное название – «Бюро информации Матвея Ковригина». Для того чтобы понять суть этого названия, Настя стала изучать вопрос частного сыска в Российской империи на рубеже 19 и 20 века, и узнала, что официально частного сыска в царской России в то время не существовало. Скорее всего, именно поэтому он и дал такое название своему сыскному агентству, чтобы не показывать, чем в действительности оно занималось.

К сожалению, почти никакой информации ни об этом агентстве, ни о самом Ковригине, в интернете Настя не нашла. Так, было несколько упоминаний вскользь, но ничего особо интересного. Тогда она начала искать информацию о тех преступлениях, о которых вычитала сегодня в газетах 1905 года. Только и там ничего о Ковригине не говорилось. Настя уже целый час пыталась что-нибудь найти, но у неё уже так устали глаза, что даже буквы начали скакать по экрану вверх и вниз. Она уже особо ни во что и не вчитывалась, а просто просматривала заголовки статей.

Внезапно её внимание привлекло объявление в самом низу экрана. В этом объявлении было указано, что в Санкт-Петербург неделю назад приехала выставка «Преступления в царской России», которая пробудет в городе ещё несколько дней. Настя подумала, что такое совпадение неслучайно, и нужно постараться использовать это. Просто очень уж тематика выставки совпадала с тем, чем сейчас занималась сама Настя. Возможно, кто-нибудь из работников выставки смог бы ей помочь и ответить на несколько вопросов.

Настя легонько помассировала глаза и выключила компьютер. Было уже поздно куда-то звонить, и все вопросы она решила отложить на завтра. Тем более она так устала за сегодняшний день, что уже ни о чём не могла думать. Кое-как добравшись до спальни, Настя легла на кровать и моментально уснула.

Глава 28

На следующее утро Настя проснулась довольно рано, позавтракала и набрала номер телефона выставки «Преступления в царской России». Слушая длинные гудки, она взглянула на часы. Было ещё только восемь часов утра, так что вполне естественно, что трубку никто не поднял – они ещё не открылись. Настя ещё раз зашла на сайт выставки и увидела, что они начинали работать с десяти часов. Тогда она встала и принялась нетерпеливо ходить по комнате, думая, как поступить – попробовать всё же дозвониться или ехать прямо к открытию выставки без предварительного звонка. Конечно, надо было сначала позвонить, иначе она могла проездить зря и потерять при этом кучу времени.

Промучившись целый час от невозможности что-то изменить, Настя предприняла ещё одну попытку. На этот раз удача улыбнулась ей, и после четвёртого гудка трубку поднял какой-то мужчина.

– Я Вас внимательно слушаю, – произнёс он.

– Здравствуйте! Меня зовут Анастасия Беляева, я хотела бы переговорить с управляющим выставки.

– Я управляющий, – ответил мужчина. – Что Вы хотели?

– Простите, а как Вас зовут? – спросила Настя.

– Альберт Карлович, – сказал управляющий, и Настя уловила у него в голосе нетерпеливые нотки. – Только у меня очень мало времени, надо ещё успеть подготовиться к открытию выставки.

– Я не отниму у Вас много времени, – успокоила его Настя. – Мне только нужно выяснить один момент как раз по тематике вашей выставки. Подскажите, известен ли Вам частный сыщик по имени Матвей Ковригин, который жил и работал в Петербурге в начале двадцатого века, а также его сыскное агентство «Бюро информации Матвея Ковригина»?

– Допустим, – всё так же холодно ответил тот. – А Вы, простите, кто?

– Я занимаюсь антиквариатом, а в настоящее время веду одно расследование, и там как раз возникла фигура Матвея Ковригина. Может, у Вас есть по нему какие-нибудь материалы?

– Может, и есть. Да только они не представлены на выставке, и посторонним мы их не показываем. А теперь прошу меня извинить, мне некогда.

Управляющий разъединился, а Настя осталась задумчиво стоять с телефоном в руке. Несмотря на то, что говорил мужчина холодно и не захотел идти навстречу, она всё-таки осталась довольна результатом этого разговора. Он ясно дал понять, что материалы по частному сыщику у него есть, а это не могло не радовать. Оставалось только как-то эти материалы получить, и Настя подумала, что с этим вопросом ей придётся всё-таки обратиться к Константину. Ещё раз взвесив все за и против, она нашла номер, с которого он ей звонил, и нажала на кнопку вызова.

– Да, Анастасия, слушаю Вас, – ответил он после первого же гудка.

Насте не очень приятно было разговаривать с ним, но это всё же было необходимо для дела, поэтому она сказала:

– Мне нужна небольшая помощь.

– С управляющим выставки? – спросил он. – Не удивляйтесь, я слушал ваш разговор. Что конкретно нужно, что бы он сделал?

– У него есть какие-то материалы по частному сыщику Матвею Ковригину. Именно этот сыщик расследовал наше дело. Мне бы хотелось ознакомиться с этими материалами.

– Всё понял, – ответил Константин и разъединился.

«Опять ждать», – грустно подумала Настя. Она переживала, как там её родные, ведь с момента похищения прошло уже много времени. Нужно будет обязательно сказать Константину, чтобы дал ей поговорить с мужем. Внезапно из раздумий Настю вывел телефонный звонок. Взглянув на часы, она прикинула, что с момента её разговора с Константином прошло всего десять минут. А когда она посмотрела на экран телефона, то очень удивилась, увидев там знакомый номер выставки, по которому она сама только недавно звонила.

– Да, – сказала Настя.

– Анастасия, прошу меня извинить, я совсем не так Вас понял, – сказал Альберт Карлович, причём не так, как прежде, а каким-то заискивающим тоном. – Конечно же, Вы можете прямо сейчас подъезжать, я покажу Вам любые материалы, которые Вас заинтересуют.

– Отлично, я сейчас подъеду. У вас на сайте указан верный адрес? – спросила она и назвала ему адрес.

– Да, всё верно, мы находимся по этому адресу, – ответил управляющий выставки. – Приезжайте, я Вас жду.

После разговора Настя стала торопливо собираться и думать о том, кем же всё-таки являются похитители её семьи. И с управляющим они ловко решили вопрос, и к различным документам у них доступ имеется, в том числе и к переписке Александра II со своей фавориткой. Такие люди вряд ли отпустят кого-нибудь даже в случае успешного завершения дела, зачем им лишние свидетели?

С такими мыслями Настя вскочила в свой автомобиль и помчалась в сторону Санкт-Петербурга. Но она так торопилась и была настолько поглощена невесёлыми мыслями, что и не заметила, как превысила скорость. Зато это заметил инспектор, который её остановил. После короткого разговора он предложил ей сесть в служебный автомобиль для составления протокола. И у Насти возникла идея обо всём ему там рассказать и попросить позвонить своему знакомому из ФСБ. Она выложила из сумочки телефон, чтобы её не могли подслушать, вышла из автомобиля и пошла за инспектором.

Но только она так ничего ему и не рассказала. Только она собиралась это сделать, как тут же какая-то невидимая сила остановила её, и она не смогла произнести ни слова. Позднее, когда она уже сидела в своём автомобиле и думала, что же это всё-таки было, у неё зазвонил телефон. Она увидела номер Константина, и сердце её невольно забилось быстрее.

– Анастасия, Вы правильно сделали, что ничего ему не рассказали, – сказал он. – Только впредь будьте внимательнее и постарайтесь не нарушать правила дорожного движения.

Настя не успела даже ничего ответить, как связь оборвалась. Получается, что не только в её мобильном телефоне был жучок, но и где-то ещё, возможно, в сумочке. Поблагодарив мысленно ту силу, которая помешала ей сделать глупость и наломать дров, она завела двигатель и продолжила свой путь.

Глава 29

Выставка «Преступления в царской России» арендовала несколько помещений в доме культуры одного из районов города. На улице у входа стоял какой-то мужчина в костюме и, похоже, это и был управляющий Альберт Карлович. Вид у него был несколько испуганный, и он явно ждал Настю. Когда она подошла к нему и представилась, он тут же расплылся в улыбке и начал осыпать её комплиментами.

– Альберт Карлович, – остановила она его. – Вы говорили, что у Вас мало времени. Так вот, у меня его тоже не так много, поэтому предлагаю сразу перейти к делу.

– Да-да, конечно, – быстро произнёс он и открыл перед ней входную дверь дома культуры. – Давайте пройдём в кабинет, я уже всё для Вас подготовил.

Настя обернулась и увидела, что сегодня её сопровождающий не пошёл за ней, а остался в машине. Они с управляющим вошли в здание, поднялись на второй этаж и в скором времени оказались в небольшом кабинете. На столе лежала толстая папка для документов, на лицевой стороне которой крупными буквами было написано «Бюро информации Матвея Ковригина. 1895-1914 г.г.»

– Меня интересуют дела 1905 года, – сказала Настя.

– Всё здесь, в этой папке, – успокоил её управляющий. – Начиная с самого основания сыскного агентства в 1895 году и вплоть до 1914 года.

– Оно перестало работать в 1914 году? – просила Настя.

– Нет, – Альберт Карлович покачал головой. – Просто началась Первая мировая война, которая не обошла стороной и Ковригина. Его агентство перепрофилировалось и стало помогать контрразведке в борьбе с вражескими шпионами, поэтому о дальнейшей его деятельности никакой информации не сохранилось. Нам ещё повезло, что мы столько всего нашли в одной из частных коллекций. В этой папке собрано большинство дел. Правда, о каждом из них написано лишь вкратце, но всё же.

Одна мысль не давала Насте покоя, и она решила кое-что уточнить.

– Мне только одно не совсем понятно, вы всё-таки выставляете или не выставляете эти материалы на своей выставке? – спросила она у управляющего. – Просто, если не выставляете, то зачем возите их с собой?

– Выставляем, но экспонатов много, поэтому приходится их менять, чтобы показать всё, – смутившись, ответил тот. – Простите, что я говорил Вам иначе, у меня действительно было не так много времени.

– Хорошо, давайте посмотрим, что здесь есть интересного.

Альберт Карлович подошёл к столу и достал из папки небольшую стопку бумаг.

– Вот, я раскопал всё за 1905 год, – сказал он. – Мне помочь Вам разобраться со всем этим, или Вы сами справитесь?

– Сама, – ответила Настя, так как «всего этого» было не так уж и много.

– Хорошо, я тогда пока пойду в зал, – кивнул управляющий, передал ей бумаги и вышел из кабинета.

Настя обошла стол, села на кресло, положила бумаги перед собой и приступила к их изучению. Вскоре она поняла, что это были небольшие заключения по каждому делу, написанные самим частным сыщиком Матвеем Ковригиным. Некоторые дела она отложила в сторону, так как они не представляли для неё интереса. Настю интересовали те три ограбления, которые совершила шайка в первой половине 1905 года, но в большей степени их четвёртое ограбление, когда в сентябре того же года из Зимнего дворца была похищена Большая императорская корона Российской империи.

Вскоре Настя дошла и до того, что искала. Матвей Ковригин писал, что некоторые влиятельные люди (никаких фамилий, званий или должностей он не указывал) обратились к нему с просьбой найти одну шайку, которая совершила дерзкое нападение на карету государственного казначейства, убив при этом немало людей. Были подозрения, что эта же самая шайка причастна и к налёту на ювелирный магазин, который произошёл за два месяца до этого. Матвей Ковригин приступил к расследованию и вскоре выяснил, что это было действительно так.

Во-первых, в обоих случаях преступники закрывали свои лица платками, что было тогда не особо в ходу. Конечно, во втором случае могла быть и другая шайка, но, судя по показаниям свидетелей, платки были похожи, и повязаны они были одинаково. А во-вторых, предположения сыщика в том, что это была одна и та же шайка, подтвердило присутствие одного мальчика. Свидетели рассказывали, что во время ограбления ювелирного магазина на улице крутился мальчик примерно десяти лет от роду. Был он светловолосый, голубоглазый и немного курносый. Это описание его внешности полностью совпадало с тем, что рассказывали свидетели после нападения на карету государственного казначейства. Когда один из жандармов убил извозчика, с которым хотела уехать женщина с похищенными деньгами, очень похожий по приметам мальчик выскочил из подворотни и занял место убитого кучера. Несмотря на свой небольшой возраст, он справился с этим делом, и они сумели скрыться.

Матвей Ковригин пытался выйти на их след, но безрезультатно. А вскоре произошло ещё одно преступление, совершённое этой же шайкой. На этот раз они ворвались в дом богатого фабриканта Никитина, всех связали и стали собирать и выносить ценности, которых в доме было довольно много. В это время за связанными следил, чтобы они не развязались, всё тот же мальчик. К тому же, лица преступников опять были закрыты платками. Только и после этого преступления сыщик пока не выяснил, что же это за таинственная шайка орудует в Петербурге.

А вскоре ему пришлось оставить это дело и переключиться на другое дело, гораздо более важное. Матвея вызвали куда-то и сообщили о похищении какого-то крайне ценного предмета. Какого именно предмета, сказано не было, но Настя поняла, что речь шла о короне Российской империи. Просто, видимо, сыщику запретили распространяться на эту тему, вот он и решил слегка завуалировать детали этого дела.

На месте преступления взамен похищенного предмета преступники оставили одну важную улику – фигурку слона. Сделав подробное описание этого слона, сыщик отправил своих помощников по всем окрестным сувенирным лавкам в надежде на то, что кто-то из продавцов сумеет опознать эту фигурку.

Выяснилось ещё одно важное обстоятельство. Оказывается, чуть раньше один из охранников привёл в здание постороннюю – беременную женщину, которую он представил своей сестрой. Он хотел показать её лекарю, который находился в этом же доме. А тут как раз вернулись помощники Матвея Ковригина и сообщили, что похожую фигурку слона купила недавно в сувенирной лавке неподалёку беременная женщина. Стало понятно, что к краже причастен охранник. Во время допроса он признался, что фигурку слона передала ему эта женщина и велела поставить её вместо предмета, который они хотели похитить. Этот предмет она потом вынесла в корзинке, привязанной к животу под платьем.

Он также сообщил, что его вынудили пойти на это преступление. Ему принесли записку от отца, чтобы он срочно приехал к нему. А когда он приехал, то вместо своего отца увидел посторонних людей. Они сказали, что отец его похищен, и если он хочет снова увидеть его живым, то сделает всё, что они ему прикажут, а именно – украдёт один ценный предмет. И охраннику пришлось согласиться. Он сделал так, как они велели, и в тот же вечер его отца отпустили. Всё это произошло за день до того, как за дело взялся Матвей Ковригин.

Сыщик стал спрашивать охранника, кто принёс ему записку, и тот рассказал о мальчике. Матвей Ковригин понял, что имеет дело с одной и той же шайкой, причём довольно опасной, и тогда к этому делу были привлечены дополнительные силы полиции. А после разговора с отцом охранника стало ясно, что дело это может быть уже в скором времени завершено. Его отец рассказал, что его держали в каком-то доме недалеко от Санкт-Петербурга. Так совпало, что именно в тех местах он провёл всё детство и знал их, как свои пять пальцев. Когда его везли туда, то в темноте решили не завязывать глаза, и он смог запомнить местонахождение того дома, в который его привезли.

Старик нарисовал подробную карту, и его решили с собой не брать, но взяли охранника. Дом этот обнаружили, и во время его захвата был убит охранник и ещё двое полицейских. Преступники были уничтожены все, но вскоре в доме нашли прятавшегося за печкой мальчика. Это был тот самый мальчик, который фигурировал и в предыдущих делах. К сожалению, когда его везли в Петербург на допрос, он выпрыгнул на ходу и скрылся в тёмном лесу. Найти его так и не удалось.

Но в руках у Матвея Ковригина всё-таки оставались остальные члены шайки, пускай и мёртвые, и он решил пойти нестандартным путём. Были изготовлены фотокарточки каждого из них, и с этими фотокарточками помощники сыщика прошлись по всем ночлежкам, доходным домам, гостиницам и другим заведениям, где они могли обитать. Выяснилось, что они проживали в трёх дальних подвальных комнатах одного из Николаевских домов. Приехав на место, Матвей Ковригин ничего там не обнаружил. Также один из осведомителей из преступного мира сообщил, что все убитые очень похожи на членов шайки Слонов. С недавних пор эта шайка обрела известность, правда, только в узких кругах. После доклада о проделанной работе по желанию клиента расследование этого дела было прекращено.

Все бумаги были просмотрены, и Настя откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и только собралась приступить к размышлениям, как в кабинет кто-то вошёл. Она открыла глаза и увидела перед собой Альберта Карловича.

– Я только кое-что возьму и уйду, – тихо произнёс он.

– Я уже закончила, – сказала Настя, поднимаясь с кресла. – Спасибо Вам за помощь.

Она поняла, что нужно найти другое место, где она сможет подумать в более спокойной обстановке. И самым лучшим местом для этого был её дом. Поэтому Настя вышла из здания, села в автомобиль и направилась в сторону своего посёлка. Дома она пообедала, легла на диван, закрыла глаза и стала размышлять. Насте хотелось понять, как бы она сама действовала, окажись она на месте частного сыщика Матвея Ковригина.

Часть 5. Охота на слона

Глава 30

Шёл январь 1895 года. Совсем недавно после гибели своего отца Александра III на престол взошёл новый император Николай II, и многие предрекали Российской империи большие перемены. Вот и Матвей Ковригин чувствовал, что должно что-то произойти, но он и предположить не мог, что эти перемены ожидают лично его.

Это был высокий темноволосый тридцатилетний мужчина с приятной внешностью и не менее приятным голосом. Люди тянулись к нему, так как он был честным и открытым человеком, и окружающие это чувствовали. До недавнего времени его жизнь складывалась вполне неплохо. У него была любимая и любящая жена, а через несколько месяцев они к тому же ждали прибавления в своей семье. У них с женой было почти полное взаимопонимание. Единственным камнем преткновения между ними, из-за чего они время от времени спорили, была его служба.

Вот уже пять лет Матвей Ковригин был городовым. С одной стороны, эта служба не была такой опасной, как, например, служба в сыскной полиции. С другой же стороны, его постоянно тянуло на какие-то подвиги и приключения, он мечтал расследовать какие-нибудь серьёзные преступления, и эти преступления словно чувствовали это и сами липли к нему. Он постоянно оказывался в самой гуще событий, а его жене это совсем не нравилось, так как она любила его и боялась, как бы с ним чего не произошло.

И вот однажды то, чего она так боялась, всё же случилось. Вмешавшись, как обычно, в одно дело, Матвей Ковригин оказался в перестрелке, которая завязалась между преступниками и полицией, и был серьёзно ранен. Несколько месяцев ему пришлось восстанавливать своё здоровье, и всё это время жена умоляла его уйти со службы. Глядя на мольбу в её глазах и ощущая рукой, как пинается у неё в животе их ребёнок, он всё-таки пошёл ей навстречу. И вот теперь он сидел и думал, чем же заниматься дальше, ведь ему требовались деньги, чтобы содержать свою семью.

В это время в Петербург из Москвы прибыл его дальний родственник – то ли двоюродный, то ли троюродный дядя по линии отца. Отец Матвея умер уже довольно давно, и с тех пор этот родственник время от времени навещал племянника и интересовался, как у него обстоят дела. С последней их встречи прошло уже больше года, и он очень удивился, узнав, что Матвей был ранен и ушёл со службы.

– Значит, ты сейчас не ходишь на службу, – задумчиво произнёс он. – А как твоё здоровье после ранения?

– Всё нормально, уже практически восстановился и снова полон сил и желания действовать, – ответил Матвей. – Только вот пока не знаю, чем буду дальше заниматься.

– А я ведь пришёл к тебе за помощью, – сказал родственник. – Я знаю, как ты любишь всякие расследования. Твой отец говорил, что ты с самого детства постоянно разгадывал всякие загадки и решал задачки. Тем более свободного времени у тебя сейчас много. Ну, что скажешь? Поможешь?

– Конечно, помогу, – ответил Матвей, мысленно даже обрадовавшись тому, что ему подвернулось какое-то занятие. – Что от меня требуется?

– На протяжении долгих лет в шкатулке в моём московском доме вместе с другими драгоценностями хранился фамильный перстень, доставшийся мне ещё от бабушки. И вот недавно я обнаружил, что он пропал, причём все другие драгоценности были на месте. У меня накануне как раз были гости, и я подозреваю, что кольцо украл один из них. Этого человека привёл ко мне в дом мой хороший приятель и представил чиновником из Петербурга, который прибыл в Москву на пару дней по делам.

– Вы точно уверены, что перстень украл именно он? – спросил Матвей. – У Вас есть какие-нибудь доказательства этого?

– Да если бы у меня были доказательства, разве я пришёл бы к тебе? – развёл тот руками. – Но я уверен, что это сделал именно этот чиновник. Остальные гости никуда особо не отлучались и были весь вечер на виду. Он же попросил у меня разрешения осмотреть дом, и я ему, естественно, разрешил.

– А если кольцо пропало ещё до этого?

– Нет, жена перед приёмом просила подать её серьги из шкатулки, и кольцо в тот момент было на месте, а на следующее утро его уже не было.

– А как давно всё это произошло? – спросил Матвей, чувствуя, как в нём разгорается интерес.

– Приём был третьего дня, – ответил дядя. – После обнаружения пропажи я не смог встретиться с тем чиновником, так как он уже отбыл в Петербург. В полицию я пойти тоже не мог, так как мне нечего было представить в качестве доказательства, кроме своих предположений. Тогда я вспомнил о тебе, и вот я здесь.

Дядя достал из кармана визитку и положил её перед Матвеем.

– А это его визитная карточка, – сказал он.

– Хорошо, я попробую что-нибудь сделать, – произнёс Матвей, рассматривая карточку, на которой были написаны фамилия, имя, отчество чиновника, а также адрес его присутственного места в Петербурге. – Как выглядит кольцо?

– Оно с большим изумрудом в центре, а вокруг него несколько маленьких.

Расследование заняло у Матвея всего лишь три дня, и в итоге перстень оказался у него. На следующий день он торжественно вручил его своему родственнику.

– Дело было не таким уж и сложным, – рассказывал Матвей. – Я следил за чиновником и выяснил, что у него помимо жены есть ещё и любовница. В один из вечеров он ужинал с ней в ресторане на другом конце города, и на пальце у женщины было то самое кольцо. Ну, а дальше я сказал ему, что, если он не вернёт кольцо, то весь город узнает о том, что он украл кольцо для своей любовницы. Он испугался и тут же снял кольцо с пальца не менее испуганной женщины, и ещё умолял потом, чтобы я ничего не рассказывал его жене.

– Здорово! – восхищённо произнёс родственник.

Он несколько секунд рассматривал кольцо, а затем убрал его в карман и вытащил деньги.

– Что Вы, не нужно, – попробовал было отказаться Матвей.

– А ты в курсе, что в Америке за такие дела платят в разы больше, чем я даю тебе? – спросил родственник. – На частном сыске люди зарабатывают деньги, причём немалые. Так что бери, не сомневайся.

И тогда Матвей решил взять эти деньги.

– Да я на службе за три месяца столько не получал, – удивился он. – Неужели только в Америке так зарабатывают? А у нас что же?

– А у нас нельзя, – развёл руками дядя. – Закон запрещает заниматься частным сыском.

– Жаль, – вздохнул Матвей. – Мне кажется, это именно то, чем бы я и хотел заниматься.

Некоторое время родственник смотрел на него, а затем произнёс:

– А знаешь, я думаю, что у тебя получится. Я помогу тебе всё правильно организовать.

Глава 31

И родственник действительно помог. Уже через месяц контора открыла свои двери, приглашая клиентов воспользоваться её услугами. Для этих целей было арендовано небольшое помещение, состоящее из одной большой комнаты и ещё одной поменьше, но зато там был отдельный вход с улицы. И над этим входом красовалась новенькая вывеска с названием конторы «Бюро информации Матвея Ковригина».

Над названием сыскного агентства пришлось поломать голову. С одной стороны, нельзя было так просто взять и написать, что контора занимается частным сыском, ведь эта деятельность была запрещена законом. С другой же стороны, люди, посмотрев на вывеску, должны были понять, что здесь они смогут воспользоваться услугами частного сыщика. Так и родилось это название. Предполагалось, что частный сыск будет скрываться за вполне законной деятельностью информационной конторы. В таких конторах обычно узнают расположение улиц города, адреса учреждений, расписание театральных премьер и многое другое. Родственник одобрил это название, и вскоре работа закипела.

Именно дядя привёл к Матвею Ковригину первых клиентов. Матвей нанял себе в помощники двух толковых ребят, и они все втроём с головой погрузились в это увлекательное и прибыльное занятие. Поначалу дела были мелкие, так как люди ещё только присматривались к ним, и пока боялись приходить с чем-то серьёзным. Матвей с помощниками выявляли супружеские измены, искали пропавших животных, украденные вещи и делали ещё много чего в том же духе. Но Матвей понимал, что для более серьёзных дел необходимо наработать репутацию, и особо не переживал по этому поводу. Но уже через две недели он столкнулся с некоторыми трудностями.

Когда оба помощника Матвея были каждый на своём задании, а в конторе находился только он один, дверь распахнулась, и с улицы зашёл какой-то человек в форме. Он имел знаки различия участкового пристава, и был довольно крупных размеров. По выступающему брюшку и лоснящимся пухлым щекам Матвей сразу понял, что этот человек любит хорошо покушать.

– Добрый день, – улыбнулся ему Матвей. – Чем я могу Вам помочь?

Некоторое время участковый пристав сверлил его довольно неприятным взглядом, а затем сказал:

– Я ищу Матвея Ковригина.

Матвею не понравился его тон, и он понял, что от его прихода ничего хорошего ждать не стоило, но ответил всё же с улыбкой:

– Это я.

– До меня дошла информация, что ты на моей земле занимаешься частным сыском. А ты вообще-то в курсе, что это запрещено? И почему меня не поставил в известность? Если уж решил открыть такую контору, мог бы и узнать для начала, кто здесь главный.

– Мы открылись в порядке, предусмотренном законом, и никаким частным сыском мы не занимаемся, – спокойно ответил Матвей.

– Что?! – пристав даже немного покраснел от возмущения. – Ты меня хочешь дураком выставить? Меня – участкового пристава Коровина? Да я знаю всё, что творится на моей земле!

Матвей ждал продолжения, понимая, что тот пришёл вымогать у него деньги. Так и случилось.

– Если бы ты не наговорил лишнего, сумма была бы в два раза меньше, – сказал, наконец, Коровин. – А так я вернусь завтра в это же время, и ты заплатишь мне пятьсот рублей. И каждый месяц будешь давать по столько же. Всё ясно?

Матвей кивнул, понимая, что возражать сейчас было бесполезно.

– Вот и договорились, – самодовольно улыбнулся пристав и вышел на улицу.

Матвей стал думать, что же ему предпринять. Хорошо бы, конечно, посоветоваться со своим родственником, он бы точно ему помог в этом вопросе. Но, к сожалению, тот сейчас находился в Москве, и на его помощь рассчитывать не приходилось. Правда, он ему сообщил координаты своего знакомого по имени Родион Иванович Столешников, и сказал, что знакомый этот – человек в Петербурге довольно влиятельный, и Матвей сможет обратиться к нему, если возникнет крайняя необходимость. По мнению Матвея, такая необходимость настала, и он, дождавшись возвращения одного из своих помощников, отправился по указанному адресу.

Когда Столешников узнал, что Матвей пришёл от его хорошего знакомого, да ещё к тому же является его родственником, то очень обрадовался. Он встретил его, как дорогого гостя, угостил вкусным ужином, они немного поговорили, и уже после этого Матвей и поведал Столешникову о своей проблеме.

– Вот ведь прохвост, – нахмурившись, покачал тот головой. – До меня уже и раньше доходили слухи об этом Коровине. Пожалуй, пора поставить его на место.

Затем он хитро прищурился и спросил:

– А ты и вправду занимаешься частным сыском?

Смысла отпираться не было, поэтому Матвей кивнул.

– Что ж, быть может, я тоже воспользуюсь однажды твоими услугами, – улыбнулся Столешников. – А насчёт Коровина не переживай, я знаю полицмейстера, которому тот подчиняется, и у меня есть кое-какой план.

На следующий день Коровин пришёл в назначенное время и сразу перешёл к делу. Матвей специально отправил своих помощников по делам, чтобы разобраться с приставом без лишних свидетелей.

– Давай быстрее деньги, – сказал Коровин. – Мне ещё кое-куда надо успеть.

– Простите, а мы знакомы? – сделав удивлённый вид, спросил Матвей. – О каких деньгах Вы говорите?

– Шутить со мной вздумал? – со злостью прошипел пристав. – Гони пятьсот рублей, и работай спокойно до следующего месяца. Иначе я сегодня же закрою твою контору, да ещё и прикажу околоточному надзирателю взять тебя под арест.

Пристав хотел сказать что-то ещё, но внезапно выражение его лица сделалось испуганным. Матвей обернулся и увидел, что дверь в заднюю комнату отворилась, а на пороге стоял полицмейстер. Это и был их план.

– Что ж, теперь я всё слышал собственными ушами, – сказал полицмейстер и сделал знак рукой.

Из-за его спины вышли двое городовых, взяли вмиг погрустневшего Коровина под руки и вывели на улицу.

– А Вы можете не переживать, никто Вас больше не тронет, – сказал полицмейстер Матвею. – И спасибо за разоблачение Коровина. Ведь мне и раньше говорили про его проделки, а я не верил.

Полицмейстер направился к выходу, но у самой двери остановился, обернулся и произнёс:

– Думаю, что вскоре обращусь к Вам по одному деликатному делу.

Он улыбнулся, хитро подмигнул Матвею и вышел на улицу.

Глава 32

Это стало переломным моментом в дальнейшей судьбе «Бюро информации Матвея Ковригина». Сначала он взял заказ у Столешникова, затем к нему, как и обещал, обратился полицмейстер. Вскоре сработало сарафанное радио, и к Матвею Ковригину потекла целая река влиятельных людей Петербурга, которым требовались услуги частного сыщика, а вместе с ними и бурный финансовый поток. Не прошло и двух месяцев с того дня, как разоблачили Коровина, а сыскное агентство уже переехало в более просторное помещение и Матвей нанял ещё несколько помощников и секретаршу. Название конторы, естественно, осталось прежним. Теперь «Бюро информации Матвея Ковригина» знали как то место, где работают настоящие профессионалы, для которых нет неразрешимых задач.

С каждым новым делом профессионализм Матвея Ковригина рос, и большинство дел, за которые он брался, он доводил до конца. В семейной жизни тоже всё складывалось удачно. За те два года, что прошли с момента открытия сыскного агентства, у них с женой родился первый ребёнок, а затем и второй. Они переехали в большой дом, и жена Матвея занималась домом и детьми, создавая для мужа уютное семейное гнёздышко, пока он занимался частным сыском. Она уже не волновалась за него так, как во время его пребывания на прежней службе. Да он и сам предпочитал теперь не доводить дело до стрельбы, так как понимал, что дома его ждёт семья.

В 1897 году его представили градоначальнику Петербурга, и тот попросил Матвея расследовать таинственное исчезновение своего друга, который бесследно исчез уже больше года назад. Полицейские оказались бессильны и только разводили руками, говоря, что продолжать поиски бесполезно. Но жена пропавшего мужчины не верила, что тот мёртв, так же, как не верил в это градоначальник. Именно поэтому он и обратился к частному сыщику.

Это была одна из самых долгих сыскных операций, в которых Матвей Ковригин когда-либо участвовал. Поиски длились почти четыре месяца. За это время пришлось объехать несколько городов, и даже побывать за границей. В конце концов, мужчина нашёлся в племени оленеводов на севере Российской империи. Оказалось, что он потерял память, долго путешествовал, пытаясь понять, кто он такой, пока однажды не высадился на северный берег с рыбацкого судна. Он потерял всякую надежду вспомнить своё прошлое и уже более полугода жил у местных жителей, но тут появился Матвей и рассказал ему, кем он является на самом деле. С этого момента память начала постепенно возвращаться к нему, и, когда они спустя какое-то время прибыли в Санкт-Петербург и предстали перед удивлённым градоначальником, мужчина вспомнил всё.

После этого дела о Матвее Ковригине узнал почти весь высший свет Петербурга. Он и до этого пользовался поддержкой многих влиятельных людей, но после того, как он оказал такую неоценимую услугу самому градоначальнику, для Матвея были открыты абсолютно все двери. Также он получил доступ к информации, которая была открыта только лишь узкому кругу людей.

Вполне естественно, что такая слава не могла пройти мимо императорского дворца, и к концу 19 века Матвей Ковригин был представлен лично самому императору. В дальнейшем он несколько раз выполнял просьбы, поступающие от членов императорской фамилии. Вот так, за несколько лет произошёл невероятный взлёт Матвея Ковригина от простого городового, к тому же уволившегося после ранения, до одного из самых опытных и востребованных сыщиков Российской империи.

К 1905 году «Бюро информации Матвея Ковригина» находилось в самом зените своей славы. Правда, сам он теперь только изредка участвовал в расследованиях. Основную работу выполняли его помощники, которых в агентстве было уже более двадцати человек, а он только лишь координировал их действия. Конечно, существовали особые случаи, когда некоторые влиятельные люди просили взяться за расследование лично его, и тогда он шёл навстречу. И если раньше он проводил больше времени на работе, чем дома, то теперь было всё наоборот. У них с женой было уже четверо детей, и Матвей получал истинное удовольствие от общения со своей семьёй.

– Смотри-ка, ювелирный магазин ограбили, – сказал он как-то раз после завтрака своей жене, читая утреннюю газету. – Не похоже, что это кто-то из местных, у меня глаз на это дело намётанный. Думаю, что это либо новая шайка, либо какая-то залётная.

– А что, много вынесли? – спросила жена.

– Да, тем более это крупнейший ювелирный магазин в городе. Так что преступники поживились хорошо и, скорее всего, залягут на дно. Сомневаюсь, что их найдут.

– А ты сможешь найти? – спросила жена и улыбнулась.

– Не думаю, что ко мне будут обращаться по этому делу, – пожал плечами Матвей. – Хозяин ювелирного магазина понимает, что преступников уже не найти, и не захочет платить ещё и за расследование круглую сумму.

Он немного подумал и добавил:

– Хотя, если подобное преступление повторится и шайка проявит себя ещё раз, то, может, и обратятся.

И ведь как в воду глядел. Спустя два месяца было совершено нападение на карету государственного казначейства.

Глава 33

Из коридора донёсся звон колокольчика, и Матвей пошёл открывать дверь. На пороге стоял молодой человек, которого Матвей уже видел раньше у градоначальника. Вроде бы, он выполнял его поручения. Вот и сейчас он явился, чтобы сообщить, что градоначальник просит Матвея Ковригина срочно к нему приехать. Он догадался, почему его вызывают, и не стал ничего спрашивать у молодого человека, а быстро собрался и вышел вслед за ним.

Через полчаса он уже был в кабинете у градоначальника. Матвей обратил внимание на его несколько встревоженный вид.

– Слышал о недавнем нападении на карету государственного казначейства? – спросил тот Матвея.

– Да, читал в газетах, – кивнул Матвей. – Насколько я понимаю, ни преступников, ни деньги так и не нашли.

– Как сквозь землю провалились, – развёл руками градоначальник. – А сколько людей убили. Подумать страшно, каких бед они могут натворить в следующий раз.

– Думаете, это та же самая шайка, которая ограбила ювелирный магазин?

– Догадался? – спросил хозяин кабинета. – Да, ходят такие слухи по городу. Я тебя потому и позвал, чтобы ты разобрался с этим делом и нашёл преступников. Хорошо бы, конечно, ещё и украденное вернуть. До ювелирных украшений мне нет никакого дела, не думаю, что хозяин магазина обеднеет от этого. А вот четыреста тысяч рублей из государственного казначейства – это большая потеря для города. Особенно сейчас, когда все средства идут на войну с Японией. Так что найти и преступников, и деньги одновременно, было бы сейчас идеальным вариантом.

Матвей немного подумал, и спросил:

– А есть ли какие-нибудь детали ограбления ювелирного магазина и нападения на карету государственного казначейства, о которых бы не говорилось в газетах?

– Пожалуй, нет, – покачал головой градоначальник. – Никаких следов и зацепок нет, так что и скрывать-то особо и нечего. В ограблении ювелирного магазина принимали участие четыре человека – трое мужчин и одна женщина, и при этом убили одного охранника. У всех лица были закрыты чёрными платками. Извозчик, на котором они скрылись, скорее всего, тоже с ними заодно. Но, хоть он был и без платка, его лица никто не запомнил, так как лицо его почти полностью закрывала густая борода. Думаю, что борода была искусственная. Вот, собственно, и всё, зацепиться не за что.

– Ладно, поспрашиваю на месте, может, всё-таки что-то удастся обнаружить, – задумчиво произнёс сыщик.

– Да спрашивали уже, – махнул рукой градоначальник. – Всех опросили, кто хоть что-то видел, да только всё без толку.

– Я всё же попробую, – сказал Матвей. – А что насчёт нападения на карету?

– Здесь опять всё произошло средь бела дня. Правда, хоть свидетелей и много, но показания у них разнятся. Кто-то говорит, что нападавших было четверо, а кто-то, что пятеро. Все нападавшие были мужчины, с чёрными платками на лицах, как и при ограблении ювелирного. Сначала они бросили несколько бомб под карету государственного казначейства и в сторону сопровождавших её жандармов, а затем сразу же начали по ним стрелять с разных сторон, никого не оставив в живых. Видимо, у них было заранее оговорено, кто по кому будет стрелять, так что жандармы даже не успели ничего сообразить, как были убиты.

Градоначальник нахмурился, и тут же поправил сам себя:

– Хотя, нет. Один жандарм всё же выстрелил, но уже позже. Преступники думали, что все убиты, вытащили из кареты два мешка с деньгами и положили в подъехавшую повозку, в которой сидели извозчик и женщина. Лицо извозчика, в отличие от остальных, не было спрятано под платком, а вот лицо женщины было скрыто под вуалью. Вот тогда-то, когда повозка уже тронулась, один из жандармов очнулся и выстрелил в извозчика, но был тут же убит преступниками. Тело убитого им извозчика осталось лежать на мостовой, но, к сожалению, установить его личность так и не удалось. А место извозчика в повозке занял какой-то мальчишка, выскочивший из подворотни. Они с женщиной скрылись, и деньги исчезли вместе с ними. Вот, собственно говоря, и всё, что нам известно.

– А на лице у мальчика тоже был чёрный платок? – спросил Матвей.

Градоначальник на мгновение замер, а затем хлопнул себя ладонью по лбу.

– Эх, а об этом-то, похоже, никого из свидетелей не спросили, – произнёс он слегка сконфуженно.

– Как же так? – спросил Матвей. – Ведь это такая важная деталь.

Но градоначальник на это только лишь развёл руками, мол, что сделано – то сделано.

– Ну, хорошо, а данные свидетелей есть, которые видели этого мальчика?

– Есть, в канцелярии, – ответил градоначальник.

Матвей прошёл в канцелярию, посмотрел адреса свидетелей, и поехал к одному из них, который жил ближе всех. Тот оказался дома и рассказал Матвею, что мальчик был без платка. А что самое главное, он хорошо запомнил его внешность и смог её описать. Возраст мальчика был около десяти лет, а сам он был светловолосый, голубоглазый и слегка курносый.

Получив описание внешности мальчика, Матвей поехал к ювелирному магазину, который был ограблен в марте. И там ему повезло, так как он смог отыскать свидетеля, которого раньше не допрашивали. Работник мясной лавки через дорогу видел сквозь витрину, как незадолго до ограбления около ювелирного магазина крутился какой-то светловолосый, курносый паренёк лет десяти, а когда оттуда выбежали преступники, он скрылся вместе с ними. Больше Матвею Ковригину ничего нового выяснить не удалось, но и это уже было кое-что. Стало понятно, что это была одна и та же шайка, и чтобы её поймать, нужно было найти этого мальчика. Он дал его описание своим людям, и они стали потихоньку спрашивать о нём у своих осведомителей, но пока безрезультатно.

Через месяц эта шайка опять засветилась, совершив очередное преступление, правда, на этот раз обошлось без жертв. Они проникли ночью в дом фабриканта Никитина, всех связали, а затем вынесли из дома ценные вещи. Пока грабители ходили по дому в поисках ценностей, за связанными следил мальчик. На этот раз у него на лице был платок, но свидетели показали, что волосы у него были светлые, а возраст его был примерно лет десять.

Матвей понимал, что пока единственным ключом к этой шайке является мальчик, поэтому не оставлял попыток найти его. Но в начале сентября ему всё-таки пришлось на время отложить расследование этого дела, так как его срочно вызвали в Зимний дворец на совещание у самого императора Николая II. Матвей Ковригин понял, что во дворце произошло что-то из ряда вон выходящее.

Глава 34

– То, что Вы сейчас узнаете, является государственной тайной, и того, кто её разгласит, ожидает строгое наказание, – сказал Матвею начальник охраны Зимнего дворца. – Но Вы известны своим профессионализмом в частном сыске, поэтому мы Вас и вызвали.

Помимо начальника дворцовой охраны на совещании присутствовал сам император и несколько его приближённых.

– Вчера был похищен главнейший символ монархии – Большая императорская корона Российской империи, – продолжал начальник охраны. – Пропажу обнаружили сегодня утром, но решили сами особо не усердствовать с поисками, чтобы не поползли ненужные слухи. Поручаем расследование этого дела Вам, как специалисту. Как полагаете, с чего нужно начать?

Пока Матвей размышлял над услышанным, возникла небольшая пауза, которую прервал император.

– Пока мы решили запустить в действие запасной вариант, – сказал Николай II. – Нельзя, чтобы хоть кто-то узнал о том, что произошло, поэтому было принято решение изготовить дубликат короны, в котором я появлюсь на открытии Государственной Думы в следующем году. Но я бы всё-таки хотел быть в настоящей короне, поэтому её обязательно нужно найти.

– Сделаю всё от меня зависящее, Ваше величество, – кивнул императору Матвей.

Затем он вновь посмотрел на начальника дворцовой охраны и сказал:

– Во-первых, нужно составить список лиц, прибывших вчера во дворец.

– Мы как раз занимаемся этим, скоро список будет готов.

– Где обычно хранилась корона? – уточнил Матвей.

– В специальной подвальной комнате, – ответил ему начальник охраны. – Она запирается на ключ. Во дворце есть несколько запасных ключей, но мы проверили, они все на своих местах. Вместо короны в этой комнате мы обнаружили фигурку слона.

Он показал на фигурку, стоящую на столе, на которую Матвей ещё раньше обратил внимание. Получается, нужно было решить два вопроса – зачем её поставили вместо короны и откуда она взялась.

– Красивая фигурка, и выполнена довольно искусно, – кивнул Матвей. – Думаю, что этот сувенир преступники приобрели в одной из сувенирных лавок города, и слон этот явно должен был нам что-то сказать. Во-первых, нужно найти, где именно купили этого слона. Для этого нужно сделать несколько рисунков и отправить кого-нибудь ко мне в контору с этими рисунками слона и поручением к моим помощникам, чтобы они обошли все окрестные сувенирные лавки и добыли необходимую информацию.

Начальник охраны вскочил, схватил сувенир и вышел из кабинета. Его не было минут пять, и за это время никто не проронил ни слова. Наконец, он вернулся и доложил:

– Указания дал, уже рисуют.

– Далее, – продолжил Матвей. – Нужно узнать насчёт вчерашних посетителей. Список ещё не готов?

– Готов, только что передали, – ответил начальник охраны и вытащил из кармана свёрнутый лист бумаги. – Я его просмотрел, и думаю, что вряд ли кто-то из этого списка мог украсть корону. Но я узнал одну интересную вещь. Начальник одного из караулов капитан Сомов, который стоял вчера в оцеплении, сообщил, что один из охранников по имени Семён Поликарпов приводил свою беременную сестру и просил пропустить её. Вроде бы у неё была опасность потерять ребёнка, и кто-то ей сказал, что только дворцовый лекарь сможет ей помочь сохранить его. Сомов пошёл навстречу и пропустил их. Они были во дворце минут тридцать, а затем покинули его, и сестра Семёна Поликарпова ушла.

– Лекаря допрашивали? – быстро спросил Матвей.

– Я отправил за ним, – ответил начальник охраны.

– Давайте встретим его в коридоре, – сказал Матвей, и они вдвоём вышли из комнаты.

В это время как раз подошёл лекарь. Начальник охраны спросил, была ли у него вчера сестра одного из охранников, но лекарь поклялся, что никого постороннего не осматривал. Он говорил вполне убедительно, и Матвей понял, что лекарь не врёт.

– Где сейчас Поликарпов? – спросил Матвей у начальника охраны.

– Скорее всего, он сейчас у своего отца на Васильевском острове, так как тот болен. Думаю, до вечера он там и будет находиться. А вечером он в караул заступает.

– Нужно срочно доставить его сюда и допросить.

Начальник караула отдал указания, и они принялись ждать. Но ещё до того, как привезли Семёна Поликарпова, приехал один из помощников Матвея Ковригина и сообщил, что похожую фигурку слона вчера утром приобрела молодая беременная девушка в сувенирной лавке неподалёку. Всё сходилось в одну точку. Теперь было очень важно, чтобы Семён Поликарпов начал говорить.

Его привезли через час и поместили в небольшую комнату. Вместе с ним туда зашли Матвей Ковригин и начальник дворцовой охраны. Когда он узнал, что правда открылась, его глаза сделались испуганными, но он всё-таки попытался сделать вид, что не понимает, почему его в чём-то обвиняют. Но уже очень скоро до него дошло, что отпираться бесполезно, и он рассказал всё, что было.

– Два дня назад, когда я находился в карауле, мне передали записку от моего отца, в которой он просил меня срочно приехать к нему, – говорил он.

– Кто передал?

– Кто-то из оцепления, по-моему, Иван Кузнецов, – ответил Семён. – Он сказал, что дело срочное. По крайней мере, именно так говорил мальчик.

– Какой мальчик? – насторожился Матвей.

– Мальчик, который записку принёс. По словам Ивана, какой-то светловолосый сорванец. Он был очень настырный, а как вручил записку, так сразу же дал дёру.

Глаза сыщика так и загорелись. Похоже, это был тот самый мальчик, которого он так долго искал. Значит, похищение короны было делом рук той самой шайки.

– Что было дальше? – спросил он.

– А дальше я поехал домой, но вместо отца меня встретили мужчина и женщина, которых я раньше не видел. В руках у мужчины был пистолет. Они сказали мне, что мой отец похищен, и если я хочу снова увидеть его, я должен провести женщину во дворец и передать ей корону. Мне пришлось согласиться.

– В квартире твоего отца была та же самая беременная женщина, которую ты потом провёл во дворец? – спросил Матвей.

– Женщина та же, да только она никакая не беременная. Просто привязала под платье корзинку, в которой притащила какого-то слона, а потом в ней же вынесла корону. Я проводил её через оцепление, и она ушла. Сегодня утром, как только сменился караул, я помчался домой и застал там своего отца. Он сказал, что его продержали ночь в доме за городом, а вчера вечером освободили и довезли до дома. Он был так слаб, что я больше не стал ничего у него спрашивать, а просто уложил спать. А через несколько часов приехали люди из дворца и привезли меня к вам. Вот и вся история.

– Понятно, – сказал Матвей начальнику охраны, поднимаясь со стула. – Надо срочно ехать на Васильевский остров и поговорить с его отцом.

Начальник охраны и Семён Поликарпов тоже поднялись со своих мест и направились к выходу.

– Только нужно подключить полицию, так как мы имеем дело с очень опасной шайкой, – добавил Матвей, прежде чем они вышли из комнаты.

Глава 35

К тому времени, когда они приехали, отец Семёна Поликарпова уже проснулся.

– Отец, как ты себя чувствуешь? – спросил Семён.

– Уже лучше, только вот есть сильно хочется.

– Сейчас Ваш сын принесёт Вам что-нибудь из еды, – сказал Матвей.

Он кивнул Семёну, и тот ушёл на кухню.

– Вы меня не бойтесь, я из полиции и помогу Вам, – продолжил Матвей. – Можете подробно рассказать, как Вас похитили?

– Было уже темно, когда они ворвались в квартиру, – начал говорить старик. – Так что их лиц я не разглядел. Меня повалили на пол, связали по рукам и ногам, обмотали покрывалом и вынесли на улицу. Там меня положили в повозку, сели сами, и мы поехали за город.

– А как Вы поняли, что повозка поехала за город? – перебил его Матвей.

– Так они меня не до конца покрывалом замотали, и я мог немного видеть. Хоть было и темно, но иногда мы проезжали через светлые места, так я и узнал, что мы едем за город, и куда именно.

– Вы узнали, куда Вас везут? – одновременно и удивился, и обрадовался Матвей.

– Конечно, узнал. В деревню Фонзино. Неужели я не узнаю места, в которых всё детство провёл?

– Может, Вы и дом запомнили? – с надеждой в голосе спросил Матвей.

– Да, запомнил, – кивнул старик.

– Тогда поедете с нами, покажете это место.

В это время в комнату вошёл Семён с тарелкой еды в руках и остановился у дверей. Старик посмотрел на него и произнёс жалобным голосом:

– Ребята, я очень плохо себя чувствую. Может, с вами мой сын поедет, а? Он тоже знает, где эта деревня находится. А в каком доме меня держали, я и нарисовать могу.

Матвей посмотрел на старика и пожалел его. Тот и так уже достаточно пережил, чтобы опять везти его на ночь глядя куда-то к чёрту на кулички. Старик нарисовал карту, а также ещё и объяснил, как лучше подойти и окружить дом. Ещё он рассказал, сколько человек находилось в доме, когда его увозили обратно. Старика оставили дома, а Матвей вместе с Семёном Поликарповым, начальником дворцовой охраны с тремя помощниками, а также отрядом полиции, на четырёх повозках отправились на поиски дома.

К деревне они подъехали уже в сумерках, а дальше решили следовать пешком, чтобы не привлекать внимания. Матвей предупредил остальных, что желательно взять хоть кого-нибудь из шайки живым, и лучше всего главаря. Но он не был уверен, что это удастся, судя по решительному настрою полицейских.

Нужный дом благодаря рисунку они нашли довольно быстро и стали его окружать. Хорошо, что вокруг участка был высокий забор, за которым можно было спрятаться, если пригнуться. Но, похоже, их всё-таки заметили, и Матвей услышал, как распахнулась входная дверь. Сквозь небольшую щель в заборе он разглядел мужчину и женщину, правда, их лица были скрыты в тени. Некоторое время мужчина прислушивался, а затем спросил:

– Кто здесь?!

Нужно было что-то срочно предпринять, и Матвей подтолкнул к калитке Семёна Поликарпова.

– Иди, скажи ему что-нибудь.

Семён нехотя отворил калитку и зашёл на участок.

– Это я – Семён Поликарпов, – сказал он.

– Что случилось? – удивлённо спросил его мужчина с крыльца. – Зачем ты пришёл?

– Вы обещали отпустить моего отца, но его до сих пор нет, – ответил Семён. – Я пришёл узнать, когда вы его всё-таки отпустите, как мы и договаривались. Ведь я выполнил всё, что от меня требовалось.

– Как это не вернулся? – спросил мужчина уже более настороженно.

«Что же делать?» – думал в это время Матвей Ковригин. Нужно было как-то постараться взять их живыми.

Внезапно мужчина с крыльца открыл огонь, и Семён Поликарпов упал замертво. Затем мужчина выстрелил куда-то в сторону, и оттуда раздался приглушённый стон одного из полицейских. Другие полицейские тут же открыли ответный огонь, и через несколько секунд мужчина и женщина были уже мертвы. Из дома выбежали ещё два человека, но и они были убиты. Со второго этажа кто-то открыл стрельбу, но тоже был уничтожен ответным огнём.

Полицейские побежали к дому, подняв при этом страшный шум. Матвей пытался докричаться до них, что преступников необходимо было взять живыми, но его никто не слышал. В доме произошла перестрелка, но вскоре всё стихло. Тогда Матвей быстро пересёк участок и вошёл в дом. На пороге комнаты он увидел два мёртвых тела. Одно принадлежало преступнику, а другое полицейскому. Матвей подумал уже, что никого из преступников в живых не осталось, но тут из комнаты послышался голос мальчика.

– Где моя сестра?! – кричал тот.

Матвей поспешил войти в комнату, и вдруг испытал невероятное облегчение, увидев там светловолосого, голубоглазого и курносого паренька лет десяти, которого он искал.

– Можете оставить нас ненадолго? – спросил он, глядя на остальных.

Мальчика тут же отпустили, и все вышли из комнаты.

– Как тебя зовут? – спросил Матвей.

– Егорка, – ответил мальчик дрожащим голосом.

– Где корона, Егорка?

– Я ничего не знаю, – произнёс тот.

– Где корона? – повторил свой вопрос Матвей с угрозой в голосе, но мальчик только лишь замотал головой.

– Что ж, понимаю, у тебя шок, – Матвей подошёл и крепко взял мальчика за руку. – Тогда придётся поехать к нам, там ты всё расскажешь.

Когда они выходили из дома, мальчик потерял сознание. Матвей вспомнил, что тот кричал что-то про свою сестру, и подумал, что убитая женщина – это она и есть. Матвей попросил отнести его в повозку, сам сел рядом с ним, и они в сопровождении ещё одной повозки поехали в Петербург. Остальные остались на месте перестрелки.

Матвей ехал и думал о том, знает ли мальчик, где спрятана корона. Ведь теперь только от этого зависело, сможет ли Матвей её отыскать. Но он был так погружён в свои мысли, что не заметил, как мальчик пришёл в себя. Тот вдруг резко вскочил со своего места, выпрыгнул на ходу из повозки и растворился в темноте.

Глава 36

Была предпринята широкомасштабная поисковая операция, привлечены дополнительные силы полиции, но по итогам ночи мальчика в лесу так и не обнаружили. Тогда было принято решение разослать его ориентировки по всем окрестным городам, посёлкам и станциям. Но к тому времени, когда ориентировка пришла на станцию, на которой Егорка украл хлеб, его уже отправили в воспитательно-исправительное заведение для несовершеннолетних. К тому же, в те годы в Российской империи было столько беспризорников, что Матвей и сам сомневался, что эта ориентировка даст желаемый результат.

– Ну, и что нам теперь делать? – спросил у Матвея начальник дворцовой охраны. – Получается, из всех людей, которые могли знать о местонахождении короны, в живых остался только этот мальчик. А если мы его не найдём, что мне говорить императору?

Они оба были уставшие и голодные после ночи блуждания по лесу, но поехать отдыхать не могли, так как дело было ещё не закончено.

– Есть одна мысль, – задумчиво произнёс Матвей. – Конечно, можно ждать, когда мальчика найдут, но только ведь этого может и не произойти. Лучше начать действовать сейчас. Нам нужно узнать, что это за шайка и где жили члены шайки раньше. Не думаю, что это их дом. Скорее всего, они остановились здесь на время, а дом принадлежит кому-то другому.

– Ну, это мы сегодня узнаем, полиция уже выясняет, кто хозяин дома. Так какая у тебя мысль?

– Да, мальчика у нас нет, – пожал плечами Матвей. – Но у нас есть другие члены шайки. И пускай они мёртвые. Нужно пригласить фотографа, сделать фотокарточки каждого из них, причём не по одной штуке, а сразу побольше, и раздать эти карточки полицейским и моим помощникам. Пусть обойдут все ночлежки, притоны, гостиницы, и поспрашивают о них. Кто-нибудь наверняка видел их и сможет опознать.

– Хорошая идея! – обрадовался начальник охраны. – Так мы сможем узнать, где они проживали. А вдруг корона спрятана именно там?

Он поспешил отдать распоряжение, чтобы привезли фотографа, и через три часа фотограф уже занимался своим делом, фотографируя мёртвых преступников. Когда он закончил, сказал, что карточки будут готовы к завтрашнему утру, и уехал обратно в город. Матвей и начальник охраны решили, что им не помешает отдохнуть, тем более всё равно нужно было ждать до утра, и уехали в Петербург.

Утром они встретились уже отдохнувшие и заметно посвежевшие, и отправились к фотографу. Фотокарточки были уже готовы. Половину карточек взял Матвей, половину начальник охраны, и они разошлись, чтобы раздать их своим людям.

Уже к обеду появилась первая информация. Один из осведомителей из преступного мира сообщил, что убитые люди на фотокарточках очень похожи на членов шайки Слонов. Начиная с марта этого года, после ограбления ювелирного магазина, эта шайка стала известна в узких кругах. Только вот место их обитания ни осведомитель, ни другие опрошенные не знали.

Поиски между тем продолжались, а Матвей и начальник охраны дворца сидели и ждали хотя бы каких-нибудь известий. Уже приходили от императора и спрашивали, как продвигается расследование, и начальнику охраны пришлось сказать, что уже скоро императору будет обо всём доложено. Поэтому им была жизненно необходима информация о месте, где жили члены шайки. И вскоре она появилась. Один из помощников Матвея, немного запыхавшийся, вошёл в комнату, где находились Матвей Ковригин и начальник охраны, и с порога быстро произнёс:

– Нашли мы их жилище в одном из Николаевских домов неподалёку отсюда. Они снимали три дальние подвальные комнаты.

– Поехали, – вставая, сказал Матвей.

Они вышли из комнаты и, взяв с собой ещё несколько человек, отправились к Николаевскому дому, в котором жили преступники. В комнатах, как и следовало ожидать, никого не было, ведь все члены шайки, не считая мальчишки, были уже мертвы. Обыск тоже ничего не дал, вещей в комнатах почти не было, как и мебели. Перерыли абсолютно всё, но так ничего и не нашли. Разозлившись, начальник охраны даже схватил старшего по дому за грудки и закричал на него:

– Ты зачем сдал им эти комнаты? Ты их подельник или тебе заплатили? Говори, гад, или сгною в казематах.

Управляющий стоял ни жив ни мёртв, не произнося ни слова в ответ, и начальник охраны отпустил его. И он, и Матвей понимали, что это ничего не даст, и остаётся только ехать и рассказывать всё как есть императору.

Уже через час начальник охраны заканчивал свой доклад. Глядя, как хмурится император, Матвей подумал, что ни к чему хорошему это не приведёт, но ошибся. Выслушав всё до самого конца, Николай II произнёс:

– Что ж, хотя бы эта шайка Слонов уничтожена, что уже хорошо.

Он ненадолго о чём-то задумался, затем вздохнул и продолжил:

– Конечно, очень жаль, что настоящую корону уже не вернуть, но жизнь продолжается. Мы сделаем такой дубликат, что никто ничего не узнает. И Вы тоже постарайтесь сохранить эту информацию втайне. Будем надеяться, что мальчишка нигде не появится. Хорошая работа, благодарю.

Император сделал знак, и один из его людей положил перед Матвеем Ковригиным пачку денег.

– Можете идти, – добавил император.

Матвей встал, убрал деньги в карман, поклонился императору и вышел из комнаты. Это было не последнее его дело. Впереди его ждало ещё много увлекательных расследований.

Часть 6. Сыр в мышеловке

Глава 37

Теперь Настя знала, что шайка, укравшая корону, называлась шайкой Слонов. И ещё она знала, что они проживали в каком-то Николаевском доме, где снимали три дальние подвальные комнаты. Матвей Ковригин проводил там обыск, и не нашёл даже никакого упоминания о короне. Правда, по опыту предыдущих расследований она уже знала, что во всём полагаться нужно только на себя. Но пока у неё всё-таки было недостаточно информации, и для продолжения расследования требовалось больше.

Настя прошла в кабинет и включила компьютер. Для начала она решила поискать что-нибудь о шайке Слонов. Только все её поиски хоть какой-то информации по этой теме не привели к желаемым результатам. Об этой шайке в интернете почти ничего не было сказано. Так, упоминалось несколько раз вскользь, что была такая шайка и что существовала она совсем недолго, но только и всего.

Тогда Настя решила заняться вопросом изучения названия дома, в котором проживала шайка, чтобы точно определить это место. Необходимо было понять, почему этот дом назывался Николаевским. И тут её ждала удача. По этому вопросу в интернете было гораздо больше информации, чем по самой шайке. Настя выяснила, что после восхождения на престол Николай II распорядился открыть по всему городу дома для малоимущих жителей Петербурга. Комнаты в этих домах стоили недорого, но в то же время эти дома не были притонами, там было чисто и более-менее спокойно. Настя даже нашла информацию, что таких домов по городу было открыто не менее двадцати, правда, без указания точных мест их расположения.

Насте обязательно нужно было определить, где находился дом, в котором проживала шайка Слонов, так как других зацепок у неё больше не было. От этого теперь зависела судьба её семьи. Поэтому она стала копать глубже, и вскоре ей крупно повезло. Совершенно случайно она наткнулась на научную работу одного историка, в которой несколько абзацев как раз были посвящены Николаевским домам. Самым ценным оказалось то, что там были указаны улицы, на которых располагались эти дома, правда, без указания номера дома. И когда Настя увидела, что один из домов находился на Суворовском проспекте, она поняла, что нашла то, что искала.

«Может, поэтому немецкий шпион и взял себе агентурный псевдоним Суворов?» – подумала Настя. Раньше ей это казалось странным, а теперь всё встало на свои места. Он взял такое имя в память не о великом полководце, а о том времени, когда он жил вместе с шайкой Слонов на этом проспекте. Только вот как понять, где именно находился Николаевский дом. Для этого она стала читать о Суворовском проспекте, и вскоре нашла информацию, которая подтверждала, что это именно тот дом, который ей и нужен.

Оказывается, Суворовским проспект стал называться только с 1900 года, на столетие со дня смерти Александра Васильевича Суворова, а раньше эта улица называлась Слоновой. Это название возникло ещё с того времени, когда там жили слоны, которых поселила туда Екатерина II, ещё когда в тех местах располагался парк. По этой улице слонов водили к реке. Потом они все то ли умерли, то ли их переселили в другое место, но название улицы так и осталось. Теперь Настя поняла, почему эта шайка носила такое странное название. На самом деле ничего странного в этом не было. Просто они взяли название в честь улицы, на которой они жили и которую все по привычке даже после переименования в Суворовский проспект ещё несколько лет называли Слоновой.

К сожалению, долгие поиски в интернете номера этого дома ничего не дали. Нужно было придумать какой-то другой способ найти его. Настя откинулась на спинку кресла и посмотрела на часы. Был уже четвёртый час и единственное, что она могла сейчас сделать – это поехать на Суворовский проспект, пройтись по нему от начала и до конца и посмотреть на дома. Возможно, ей повезёт, и на одном из них будет висеть табличка о том, что это бывший Николаевский дом. Конечно, гарантий этого у Насти не было, но и других вариантов пока что тоже не было. Поэтому она быстро собралась, села в машину и поехала в Санкт-Петербург.

Уже через час с небольшим она припарковалась в начале Суворовского проспекта, вышла из автомобиля и медленно пошла вдоль этого проспекта, внимательно рассматривая дома и таблички на них. Таблички на домах с другой стороны дороги она решила оставить на обратный путь, полностью сосредоточив своё внимание на этой стороне. Сначала она внимательно разглядывала каждую вывеску, но вскоре поняла, что это займёт слишком много времени, и уже не стала в них вчитываться, лишь только мельком просматривая. Также она помечала в блокноте номера домов, которые выглядели старыми и могли более ста лет назад использоваться для проживания малоимущих граждан.

Путь до конца проспекта занял у неё около часа, но таблички, которая бы указывала на то, что этот дом раньше был Николаевским, Настя так и не увидела. Тогда она перешла через дорогу и пошла по другой стороне в обратном направлении, всё так же рассматривая таблички. Но вот прошёл ещё один час, она вернулась в начало проспекта, туда, где стоял её автомобиль, но никаких успехов так и не добилась.

Не зная, что ей предпринять, Настя перешла дорогу и опять пошла по другой стороне, разглядывая дома. Она совершенно не представляла, что ей теперь делать. Можно было, конечно, попробовать покопаться в каких-нибудь архивах или поспрашивать в каком-нибудь градостроительном комитете, но Настя понимала, что это может занять много времени. И всё это время её мужу и дочке придётся находиться в руках похитителей. Она почувствовала, что её глаза наполняются слезами, и ей захотелось скрыться ото всех. В растерянности она остановилась и посмотрела по сторонам. Между зданием библиотеки и жилым домом Настя увидела небольшой сквер. Она свернула туда, села на скамейку, закрыла лицо руками и заплакала.

Глава 38

– Что случилось, внучка? – участливо спросил незнакомый голос.

Она открыла глаза и увидела перед собой старушку.

– Что-то произошло? – повторила она. – Почему ты плачешь?

– Настя вытерла слёзы, постаралась придать себе более спокойный вид и ответила:

– У меня всё хорошо, ничего не случилось.

– Всё хорошо, – пробурчала себе под нос старушка.

Затем она прошла мимо Насти, села на соседнюю скамейку, достала пакетик с хлебными крошками и стала кормить голубей. «Зря я дала волю чувствам при посторонних», – подумала Настя. Она уже давно дала себе зарок не плакать на людях, но здесь почему-то не сдержалась. Да и сквер был пуст, когда она сюда пришла, а старушка уже позднее появилась. Собравшись с мыслями, Настя стала думать, что же ей предпринять дальше.

– Не понимаю я вас, молодых, – прервала вдруг её размышления старушка.

Настя удивлённо посмотрела на неё, и та, заметив, что её слушают, продолжила:

– Вам ли плакать? Вы ведь все плачете из-за какой-нибудь ерунды. Вот мы войну пережили, блокаду, не дай Вам Бог испытать нечто подобное. Эх, молодёжь, молодёжь.

Старушка покачала головой, отвернулась и продолжила кормить голубей. А к Насте, когда она услышала, что бабушка была блокадницей, в голову вдруг пришла одна интересная мысль.

– Простите, а можно к Вам обратиться? – спросила Настя.

– Да, конечно, – с готовностью отозвалась старушка.

В её глазах промелькнули радостные искорки, и Настя поняла, что ей очень не хватает простого человеческого общения.

– Дело в том, что я ищу один дом, – сказала Настя. – Вот я и подумала, раз Вы блокадница, то значит давно здесь живёте и, возможно, сможете мне помочь.

– Я родилась в Ленинграде, – гордо ответила старушка. – Как родилась в тридцать четвёртом году, так никуда отсюда больше и не выезжала. Какой дом тебе нужен?

– Где-то на Суворовском проспекте в начале двадцатого века был Николаевский дом для малоимущих жителей города. К сожалению, нигде не могу найти информацию, где именно он находился.

– Так ты из-за этого плакала? – спросила старушка. – Нашла, из-за чего слёзы лить. Знала я в детстве этот дом. Только его все называли бывшим Николаевским домом. После революции там устроили общежитие.

– И где же этот дом? – спросила Настя, мысленно радуясь тому, что сейчас всё узнает.

– Да вот же, – ответила старушка и показала рукой на здание библиотеки.

Настя недоверчиво покачала головой. Что-то не похоже было, чтобы это здание построили ещё в девятнадцатом веке. Заметив её сомнения, старушка поспешила добавить:

– Нет, конечно же, не именно этот дом, но стоял он на этом самом месте.

«Неужели он разрушен?» – расстроившись, подумала Настя, и старушка подтвердила её опасения.

– Наша семья жила неподалёку отсюда, – сказала она. – И тут же недалеко находилось бомбоубежище. Однажды во время очередного авиа налёта мы все спустились туда, а когда снова поднялись на поверхность, то бывшего Николаевского дома уже не было. Как оказалось, на него упало сразу несколько бомб, при этом полностью уничтожив его. Тогда в Ленинграде было полным-полно таких домов, от которых осталось только одно название, да огромная груда кирпичей.

Настя сидела и думала о том, отпустят ли её семью, когда станет известно, что корона навсегда исчезла. Скорее всего исчезла, раз её не нашли при разборе завалов. А если тайника в этом доме не было, то корону уже тем более не отыскать. По крайней мере, Настя даже не представляла, как это сделать. Вскоре она пришла к выводу, что её семью в любом случае не отпустят. Её будут до последнего заставлять заниматься поисками, пока не поймут, что это бесполезное занятие. А потом вполне могут избавиться от лишних свидетелей. Необходимо было обязательно что-нибудь придумать.

– А Вы не помните, когда начали разбирать завалы?

– Конечно, помню, – улыбнулась старушка. – На память пока не жалуюсь. Сразу после войны и начали. Наш сосед как раз вернулся с войны и принимал участие в разборе завалов, а потом и в строительстве.

– Он строил библиотеку? – заинтересованно спросила Настя. – Вот бы мне с ним поговорить.

Она слегка покраснела, поняв, что сказала лишнее. Столько времени прошло, так что вряд ли он ещё жив. Но старушка её удивила.

– Можешь и поговорить, – ответила она.

– А он до сих пор ваш сосед? – спросила Настя.

– Нет, уже года три как Семён Афанасьевич живёт в другом месте. Он уже старенький, на десять лет старше меня, к тому же не ходит. Он уже давно передвигается в инвалидной коляске, у него что-то с ногами. Ему одному трудно, вот его дети и решили переселить его в дом престарелых во Всеволожске. Там условия хорошие, за ним ухаживают, по крайней мере, так его сын говорил. Сама-то я там не была, да и Семёна Афанасьевича уже три года не видела.

– А как же я с ним поговорю, если он так плохо себя чувствует? – усомнилась Настя.

– Не волнуйся, внучка, сознание у него ясное, – улыбнулась старушка.

Затем она ненадолго задумалась и добавила:

– Хотя три года уже прошло, всякое может быть.

«Что ж, надо съездить во Всеволожск, попробовать с ним поговорить, вдруг удастся что-нибудь интересное узнать», – подумала Настя. Затем она встала со скамейки и спросила старушку:

– А его фамилию Вы знаете?

– А как же, – ответила та. – Столбов.

– Спасибо Вам большое за помощь, – улыбнулась Настя.

– Тебе спасибо за разговор, – улыбнулась в ответ старушка. – Я теперь так мало разговариваю. Если ты всё-таки увидишь Семёна Афанасьевича, передай ему большой привет от Анны Михайловны.

Настя кивнула и направилась к своему автомобилю. Там она посмотрела на часы и стала думать, как ей поступить. Ехать во Всеволожск было уже поздно. Скорее всего, придётся отложить эту поездку до утра, как бы быстро ей не хотелось спасти свою семью. Приняв такое решение, она завела двигатель и поехала домой.

Глава 39

На следующее утро сразу же после завтрака Настя быстро собралась, вышла из дома, села в автомобиль и поехала во Всеволожск. Накануне она долго не могла уснуть, думая о своей семье. Уже несколько дней Алексей и Лиза находились в руках похитителей, и она даже не знала, что с ними. Нужно было решать всё быстро. Но в то же время Настя помнила наставление Константина не превышать скорость, и старалась его соблюдать. Внезапно из сумочки раздался телефонный звонок. Она достала телефон, посмотрела на экран и увидела номер Константина. «Лёгок на помине», – подумала Настя.

– Анастасия, доброе утро, – сказал он весёлым голосом.

– Доброе, – ответила Настя. – Мне нужно поговорить со своим мужем. Я должна знать, как они с дочкой себя чувствуют.

– Всему своё время, – произнёс он, но уже более жёстким тоном. – Сначала скажи, зачем тебе нужен тот старик? Я слышал твой вчерашний разговор со старухой в сквере. Что ты хочешь у него узнать?

– Я пока ещё и сама ни в чём не уверена, – ответила Настя, отметив про себя, что её собеседник перешёл на «ты». – Просто рассматриваю разные варианты.

На некоторое время в разговоре повисла пауза, но вскоре Константин сказал:

– Темнишь ты чего-то. Ну, да ладно, занимайся сама, расследуй. Только знай, что мы тебя контролируем, так что не пытайся придумать что-то такое, что навредило бы твоей семье.

– Я найду корону, не волнуйтесь, – сказала она. – Но только если пообещаете, что с головы моего мужа и дочери не упадёт ни один волос.

– Обещаю, – ответил он, на взгляд Насти, уж больно поспешно.

– Отлично, я за рулём, не могу говорить, – сказала Настя и разъединилась.

«Как же, обещает он. Так я и поверила», – думала Настя, убирая телефон в сумочку.

Приехав во Всеволожск, она некоторое время петляла по городу, пока не доехала до нужного адреса. Ей очень понравилось это место, окружённое большим количеством деревьев. Сам же дом престарелых состоял из нескольких ярких, но в то же время довольно уютных на вид корпусов. Оставив свой автомобиль на стоянке для гостей, Настя прошла по дорожке через зелёную ровную лужайку, и вскоре дошла до главного корпуса. Войдя внутрь, она оказалась в просторном холле, где находилось не менее десяти пожилых людей. Кто-то сидел на диване и общался со своими родными, кто-то просто читал газету или рассматривал рыбок в аквариуме. Быстро сориентировавшись и заметив по правую сторону от себя стойку администратора, она подошла к ней и спросила сидящую там девушку:

– Добрый день. Подскажите, где я могу найти Семёна Афанасьевича Столбова?

– А кем Вы ему приходитесь? – спросила её в свою очередь девушка.

– Я внучка его соседки – Анны Михайловны, – улыбнувшись, ответила Настя. – До того, как три года назад Семён Афанасьевич переехал сюда, они вместе жили на Суворовском проспекте. К сожалению, бабушке не позволяет здоровье самой приехать сюда, чтобы проведать Семёна Афанасьевича, поэтому она просила меня это сделать. Я буквально на полчасика.

– Ну, хорошо, – сказала девушка. – Давайте документ, я Вас запишу.

Настя передала ей паспорт, администратор внесла данные в журнал, а затем вернула паспорт Насте.

– Иван Артёмович, Вы Семёна Афанасьевича не видели? – спросила она сидящего неподалёку в кресле дедушку.

– Как обычно в это время, за шахматами сидит, – ответил тот и махнул рукой в сторону.

– Вам нужно пройти направо по коридору, там, в игровой комнате, Вы его и увидите, – сказала девушка.

– Спасибо большое, – поблагодарила её Настя и пошла по коридору.

Дойдя до какой-то комнаты с открытой дверью, она прочитала на табличке, что это и есть игровая комната, и вошла внутрь. Настя оказалась в просторном помещении, в котором за несколькими столами находилось десять-двенадцать пожилых людей. Кто-то играл в шашки, кто-то в домино, а за двумя столами у дальней стены играли в шахматы. Настя заметила, что за ближним столом один из соперников сидит в инвалидном кресле и поняла, что это и есть Семён Афанасьевич Столбов, про которого ей рассказывала старушка в сквере. Немного постояв и подумав, с чего бы начать разговор, Настя направилась в его сторону.

Подойдя к столу, она спросила:

– Простите, Вы – Семён Афанасьевич?

– Я, – даже не взглянув на неё, ответил тот, глядя на доску и обдумывая свой ход.

– Очень приятно познакомиться, я от Вашей соседки Анны Михайловны.

– Подождите, – подняв руку, перебил он её.

Настя замолчала и стала ждать, пока он сделает ход, а также украдкой рассматривать и самого Семёна Афанасьевича и его соперника. Как и говорила старушка, несмотря на инвалидное кресло и почти вековой возраст, выглядел он довольно активным. Глядя на то, как он водит задумчивым взглядом по доске, Настя поняла, что память у него хорошая, и он обязательно вспомнит о том, как строил библиотеку. Настя заметила, что его соперник смотрит на неё с надеждой и поняла, что ему не терпится закончить игру и сбежать отсюда. Ей тоже хотелось поговорить с Семёном Афанасьевичем с глазу на глаз. Наконец, он сделал ход и сказал:

– Твой ход, Николай.

– Может, потом доиграем, а вы поговорите? – жалобно спросил тот. – Да и устал я.

– Нет, так дело не пойдёт, – сказал Семён Афанасьевич и посмотрел на Настю. – Играть почти не умеет, да другие даже фигуры расставить не могут, так что приходится пока с ним играть. Может, подскажете ему?

– Лошадью ходи, – ответила Настя, вспомнив известную фразу из фильма, и улыбнулась.

В школьные годы она любила играть в шахматы и сейчас заметила, что в данной ситуации лучше всего было сходить конём.

– А Вы не хотите со мной доиграть эту партию? – спросил Семён Афанасьевич.

– С удовольствием, – ответила она.

Его соперник обрадовался, вскочил и поспешил удалиться из комнаты. Настя же села на стул и продолжила игру, которая в итоге получилась довольно напряжённой, несмотря на то, что положение Насти на шахматной доске было значительно хуже. Один раз она поставила шах, и могла даже выиграть, но всё же дала это сделать Семёну Афанасьевичу.

– Наконец-то я встретил достойного соперника, – уважительно произнёс тот, когда партия была закончена. – Ах, да, Вы же говорили, что от Анны Михайловны. Это Вы о моей соседке? И как она поживает?

– Всё хорошо, – ответила Настя. – Я случайно встретилась с ней в сквере и в ходе разговора узнала, что Вы принимали участие в строительстве библиотеки на Суворовском проспекте. Можно мне задать Вам по этому поводу пару вопросов?

– Да, я строил библиотеку, – удивлённо произнёс тот. – Конечно, задавайте.

– Насколько я понимаю, завалы Вы тоже помогали разгребать? Скажите, а когда разбирали подвалы, там случайно ничего не нашли?

– А чего мы там должны были найти? Не было там ничего. Да и не разбирали мы подвалы.

– Как не разбирали? – на этот раз удивилась Настя.

– А зачем? Подвалы были целые, хорошие. На этом месте было решено построить библиотеку, а подвалы использовать в качестве книгохранилища.

– Значит, подвалы остались целы! – радостно воскликнула Настя.

– Я же говорю, с учётом этих подвалов подготовили план новой библиотеки и сделали там книгохранилище, – повторил Семён Афанасьевич.

«Значит, ещё не всё потеряно», – весело подумала Настя.

– Я бы с удовольствием с Вами ещё поиграла, но мне уже пора, – сказала она, поднимаясь со стула.

– Ой, я тоже с удовольствием, – улыбнулся тот. – Вы заезжайте, не забывайте старика.

Настя кивнула, они попрощались, и она вышла из игровой комнаты. Затем она прошла по коридору, попрощалась с девушкой-администратором, вышла из здания и направилась к своему автомобилю. Нужно было спешить, поэтому план действий она решила придумать на ходу.

Глава 40

Когда Настя садилась в свой автомобиль, она обратила внимание на автомобиль, припаркованный неподалёку, за рулём которого сидел уже знакомый ей мужчина, сопровождавший её ранее. Не показывая вида, что она заметила его, Настя завела двигатель, выехала со стоянки и поехала в Санкт-Петербург. Другой автомобиль последовал за ней.

У неё было немного времени, чтобы придумать план действий, пока она едет до места, поэтому Настя приступила к размышлениям. Направлялась она сейчас к библиотеке на Суворовском проспекте. В записях Матвея Ковригина говорилось, что шайка Слонов занимала три дальние подвальные комнаты, и Насте обязательно нужно было туда попасть. Конечно, сыщик там уже проводил обыск после разгрома шайки, но ей самой нужно было на месте во всём убедиться. Она не сомневалась, что Ковригин имел большой опыт в таких делах, но ведь и она смогла отыскать немало тайников во время своих предыдущих расследований, так что попытаться всё же стоило. Тем более ничего другого ей не оставалось.

Настя взглянула в зеркало заднего вида на сопровождающий её автомобиль и решила, что от слежки нужно обязательно избавиться. Необходимо иметь козыри на руках, которые можно будет предъявить в обмен на свою семью. И, если она сумеет отыскать Клондайк, в котором спрятана корона Российской империи, то эта корона и станет тем самым козырем. Настя была уверена, что тайник находится где-то рядом с угловой подвальной комнатой, так как там за стеной ничего другого не было. Идеальное место для тайника, а где же ещё устраивать его в центре города? Только вот попадать в подвалы нужно было без посторонних глаз.

«Как же мне от него избавиться?» – думала Настя. Она уже приехала в город и решила припарковаться, немного не доезжая до библиотеки и Суворовского проспекта, так как пока ещё не знала, как избавиться от хвоста. Преследовавший её автомобиль встал прямо за ней. Настя стала смотреть по сторонам, и тут её взгляд остановился на большом торговом центре, а вернее на въезде в подземный паркинг. Справа от шлагбаума висело большое табло, которое сообщало посетителям торгового центра о наличии свободных парковочных мест, и сейчас там высвечивалась единица. Недолго думая, Настя отъехала от обочины и направилась в ту сторону, надеясь, что никто её не опередит. Ей повезло, она смогла подъехать к шлагбауму первой, получила талончик, и проехала вперёд. Остальные автомобили, в том числе и преследовавший её, остались дожидаться, пока на стоянке не появятся свободные места.

Поставив автомобиль, Настя достала из сумочки паспорт и деньги. Также она взяла заранее приготовленный старый телефон, в котором не было сим карты, но зато в нём был фонарик, который мог ей пригодиться. Всё остальное она решила с собой не брать, так как уже смогла убедиться, что жучки спрятаны не только в телефоне, но и в сумочке. Насчёт одежды она не переживала, так как надела ту одежду, в которой была в тот день, когда её семью похитили, и у похитителей просто не было возможности навесить на неё жучок. К тому же, накануне она её постирала. То же самое касалось и обуви.

Выйдя из автомобиля, Настя поднялась на лифте на первый этаж, где располагались магазины, прошла через весь торговый центр и вышла через дальний выход. Теперь можно было не волноваться, что её в скором времени хватятся. Когда они обнаружат автомобиль, то наверняка подумают, что Настя пошла в торговый центр, и сначала начнут искать её там. Конечно, потом они сообразят, что она могла отправиться в библиотеку, ведь они прослушивали её разговоры со старушкой и её бывшим соседом Семёном Афанасьевичем. Именно поэтому ей нужно было поторапливаться, ведь времени в запасе у неё было не так много.

Проделав большую часть пути через дворы, уже через десять минут Настя подходила к библиотеке. Библиотека эта была большая и занимала если не весь первый этаж, то половину уж точно. Ну, и, конечно же, подвал, в который Насте и требовалось проникнуть. Войдя внутрь, она огляделась, увидела дверь, табличка на которой сообщала, что там находится читальный зал, и решила пойти туда.

Внутри было тихо, как бывает во всех библиотеках. Никто не шумел, не разговаривал, лишь только время от времени с разных сторон доносился шелест переворачиваемых страниц. В читальном зале было всего человек пятнадцать, а может быть и двадцать, и это, учитывая его размеры, было не очень много. Настя направилась в сторону библиотекаря – женщины средних лет, которая сидела за столом и делала какие-то пометки в журнале. На ходу Настя придумывала, какую бы книгу у неё попросить. Для начала необходимо было здесь оглядеться, и для того, чтобы не привлекать внимания, требовалась книга. Когда она подошла к столу, женщина оторвалась от своего журнала, посмотрела на Настю и спросила:

– Добрый день, чем могу помочь?

– Здравствуйте. Меня интересует «История государства Российского», том первый.

Конечно, эту книгу можно было бы почитать и в интернете, но вряд ли работнице библиотеки могло показаться странным, почему Настя так не сделала. Ведь в библиотеку затем и приходят, чтобы полностью погрузиться в процесс изучения книги, не отвлекаясь на коллег по работе, своих домашних или ещё на кого-нибудь или чего-нибудь. Да и вообще, давно уже доказано, что в читальном зале думается намного лучше, чем на работе или дома.

– А Вы у нас уже записаны? – спросила женщина.

– Нет ещё, но хотела бы записаться, – ответила Настя и положила перед ней свой паспорт.

Этот процесс занял у женщины несколько минут. Затем она попросила Настю присесть за один из столов, а сама ушла за книгой. Вернулась она через пару минут, передала книгу Насте и поспешила снова занять своё место, чтобы записать время в журнал. А Настя открыла книгу и сделала вид, что начала читать, а сама стала думать, как ей узнать, где находится вход в подвал, чтобы потом проникнуть туда.

Глава 41

Настя уже двадцать минут думала, как ей поступить. Время неумолимо двигалось вперёд, и ей срочно нужно было что-то предпринять, но никакого решения у неё пока не было. Она уже успела осмотреть весь читальный зал и заметила, что здесь было несколько дверей, причём некоторые из них имели магнитные замки, но вот какая именно дверь вела в книгохранилище, было непонятно.

Тут она обратила внимание на мужчину, который только что подошёл к столу библиотекаря. Он произнёс какое-то странное название книги, немного необычное. А женщина посмотрела в компьютере и сказала ему:

– Книга довольно редкая, у нас не часто её просят. Такие книги у нас находятся в книгохранилище. Подождите несколько минут, сейчас я принесу её.

Затем она встала из-за стола, подошла к одной из дверей, открыла её и вошла внутрь. Теперь Настя знала, где именно находится книгохранилище, и оставалось придумать, как туда попасть. Сделать это было не так-то и просто, ведь на двери был замок, и когда женщина скрылась за этой дверью, она захлопнулась.

Библиотекаря не было всего несколько минут, как она и говорила. Затем она вышла с книгой в руках и вернулась за свой стол. Там она передала книгу мужчине, тот расписался в получении и занял своё место в зале. Но всё это Настя отметила лишь краем глаза. Внимание её было приковано к двери, которая после того, как библиотекарь вышла из книгохранилища, не закрылась до конца. Сердце у Насти забилось быстрее, ведь это был её шанс, и нельзя было упускать его. Только вот дверь эта была на виду у библиотекаря, а Настя не хотела, чтобы кто-нибудь заметил, как она проникнет в книгохранилище.

И тут обстоятельства опять сложились в её пользу. К библиотекарю подошла молодая загорелая девушка, они радостно обнялись и стали о чём-то оживлённо беседовать. Хоть они и старались говорить тихо, но Настя всё-таки уловила из их разговора, что эта девушка тоже работала в библиотеке и сегодня вышла на работу первый день после отпуска. Вскоре она достала телефон и стала показывать фотографии женщине. Та восхищалась ими и радостно покачивала головой.

Поняв, что библиотекарю кроме этих фотографий пока больше ни до чего нет дела, Настя встала и направилась прямиком к входу в книгохранилище. Обернувшись около двери и убедившись, что на неё никто не смотрит, Настя быстренько зашла внутрь и закрыла за собой дверь.

Всё вокруг погрузилось во тьму, но перед тем, как закрыть дверь, Настя приметила на стене выключатель, и сейчас нажала на него. Стало светло, и она увидела, что находится в небольшом коридорчике прямо перед лестницей, ведущей вниз. Настя спустилась по этой лестнице и оказалась в длинном и широком подвальном коридоре. Посмотрев направо, она увидела несколько дверей, а затем тупик. Налево же коридор уходил далеко и терялся где-то в темноте. Настя помнила из записей сыщика, что шайка Слонов снимала три комнаты в дальнем конце подвала, поэтому в ту сторону она и направилась.

Поначалу она заглядывала в открытые двери и видела стеллажи с книгами. Ещё она заметила, что в подвале делали ремонт уже после того, как построили библиотеку, и подумала, что так тайник обнаружить будет значительно сложнее. Но вскоре Настя изменила своё мнение. Пройдя немного вперёд, она обратила внимание на пустые комнаты, а вскоре увидела и отсутствие ремонта. Вполне возможно, что отремонтировали только те помещения, которые использовали для нужд библиотеки, а остальную часть подвала решили пока не трогать. Что ж, Насте это было только на руку.

Подойдя к тёмному участку подвала, где не было лампочек, Настя включила фонарик и продолжила движение. Вскоре она заметила стену, которой заканчивался этот коридор. Не доходя до неё, Настя остановилась у чуть приоткрытой двери. Это была самая дальняя комната – одна из тех, в которых жили члены шайки Слонов. Настя была уверена, что если тайник и был спрятан в подвале, то только в этой комнате.

Она толкнула дверь, но та не поддалась. Видимо, за столько лет петли полностью проржавели. Но в такую узкую щель нельзя было пролезть, поэтому Настя приложила все усилия, чтобы открыть эту дверь. Она навалилась на неё всем телом, и к её огромной радости дверь начала открываться. Полностью распахнуть дверь у Насти не получилось, но и такого проёма было достаточно, чтобы войти внутрь. Что Настя и сделала.

Она оказалась в большой комнате, в которой не было ничего, кроме пыли. И в этой пустой комнате ей и предстояло найти тайник. На первый взгляд задача выглядела невыполнимой, но по опыту своих предыдущих расследований она понимала, что тайник может открыть какой-нибудь специальный кирпич или ещё что-нибудь в этом роде, нужно было просто искать. Тогда она подошла к стене, за которой уже не было других комнат, и пошла вдоль неё, прощупывая каждый кирпич.

Стена была большая, и на поиски тайника могло уйти довольно много времени, если он вообще был здесь. Но Настя не сдавалась, и уже через полчаса ей повезло. Внезапно она почувствовала, что один из кирпичей сидит не так плотно, как другие. Тогда она со всей силой надавила на него, и он провалился на несколько сантиметров в стену. В первые секунды она испытала большую радость, но только ничего так и не произошло. «Неужели это просто старый кирпич провалился в полость в стене?» – подумала Настя. Но только вскоре она решила, что это не так. Однажды она уже сталкивалась с подобным тайником, вход в который открывался не с первого раза. Скорее всего, какой-то другой запор держит его, поэтому нужно найти ещё один кирпич, который провалится в стену.

И такой кирпич Настя нашла в нижнем углу на краю стены. Она уже и не рассчитывала обнаружить его, так как это был последний кирпич. Но вот она надавила на него, он вошёл внутрь, и тут же сбоку от Насти послышался треск. Она перевела луч фонаря в ту сторону и увидела, что часть стены открывается внутрь. «Я нашла Клондайк!» – радостно подумала Настя и поспешила к образовавшемуся проёму.

Глава 42

Тайник был совсем небольшой. Настя посветила фонарём вокруг и увидела, что вдоль стен там были свалены какие-то вещи. Она заметила старые шубы, коробочки, в которых, по всей видимости, были драгоценности из ювелирного магазина. Также она увидела два больших мешка. Это, наверное, были мешки с деньгами, украденные шайкой Слонов из кареты государственного казначейства.

Но главный приз ожидал её прямо в центре тайной комнаты. Там стоял небольшой столик, а на нём находился какой-то прямоугольный короб, покрытый толстым слоем пыли. Этот беглый осмотр занял у неё не более десяти секунд, и она сделала шаг вперёд, не в силах больше сдерживать своё любопытство. Подойдя к столику, она некоторое время рассматривала короб, а затем смахнула с него пыль рукой, да так и замерла.

Это оказался никакой не короб. Вернее, короб, но только стеклянный. Скорее всего, это даже был перевёрнутый аквариум. И сквозь его стеклянную стенку в лучах света заблестели сотни бриллиантов, украшающих корону Российской империи, а также большая ярко-красная благородная шпинель, взгромоздившаяся на самый верх этого символа российской монархии. Главарь шайки, наверное, специально накрыл корону, чтобы уберечь её от пыли, и оказался прав. Выглядела она так, словно ещё вчера красовалась на голове Николая II.

У Насти возникло непреодолимое желание подержать корону в руках, и она уже потянула было руки, намереваясь приподнять аквариум, как вдруг где-то вдалеке раздался какой-то шум. Он был так похож на человеческие голоса, что Настя на мгновение даже застыла на месте, не в силах пошевелиться. Но она смогла быстро взять себя в руки, выключила фонарь, вышла из потайной комнаты, тихонько подкралась к двери и осторожно выглянула в коридор.

В другом конце коридора, там, где было светло, Настя увидела двух женщин. Это были те самые работницы библиотеки, которые наверху рассматривали фотографии с отпуска одной из них. Настя даже смогла расслышать, о чём они говорили.

– Вы забыли выключить свет? – спросила девушка.

– Да вроде бы выключала, – задумчиво ответила ей женщина, которая выдала Насте книгу.

Внезапно сзади раздался какой-то шум, заставивший Настю вздрогнуть. Она обернулась и попыталась разглядеть, что же произошло, но было слишком темно. Хотя Настя уже и так поняла, что это захлопнулась дверь в тайник. Она прикинула, что прошло, наверное, не более двух минут с того момента, как дверь в стене открылась. Скорее всего, там стояли пружины, которые автоматически закрывали её.

– Что это было? – раздался вдруг напряжённый голос библиотекаря.

– Не знаю, – ответила ей коллега с дрожью в голосе. – Я тоже что-то слышала.

– Пойдём, посмотрим.

– Я боюсь, – ответила девушка. – Мне всегда казалось, что в том тёмном углу водятся призраки.

– Не говори ерунды, призраков не существует, – произнесла женщина, хотя, кажется, она и сама не верила в свои слова.

Настя осторожно выглянула и увидела, что они медленно движутся в её сторону, напряжённо всматриваясь в темноту. Боясь, что её могут увидеть, она быстро убрала голову. Нужно было срочно что-то придумать, но Настя понимала, что в этой пустой комнате прятаться абсолютно некуда. Даже за дверью не спрятаться, так как она открыта не полностью.

Так Настя и стояла в темноте, замерев и стараясь не дышать, и слышала только лишь приближающиеся шаги, да стук своего сердца. Но внезапно, не доходя до конца коридора, шаги замерли.

– Наверное, нам всё-таки показалась, – прозвучал напряжённый голос библиотекаря.

– Да, скорее всего, – ответила девушка. – Берите скорее свою книгу, и пойдём отсюда.

Шаги возобновились, но только теперь они удалялись от Насти. А она стояла, пытаясь унять дрожь и прийти в себя. Затем она подошла тихонько к двери и выглянула в коридор. Женщины как раз вышли из какой-то комнаты и направились к лестнице. У библиотекаря в руках была книга. Через несколько секунд они скрылись из виду, а вскоре Настя услышала звук захлопнувшейся двери.

Постояв немного, она хотела было тоже направиться в сторону выхода, но передумала. Да, у неё теперь было на что обменять свою семью. Теперь этот козырь можно было использовать в игре с Константином, ведь самому ему ни за что не отыскать корону. Но, когда она подумала об этом, то вспомнила о пыли. Именно это её и остановило. Нельзя было просто так уйти отсюда, оставив такие улики. Ведь по следам можно было определить, где искать тайник. Поэтому от следов необходимо было избавиться.

Понимая, что пыль из комнаты ей не убрать, Настя решила просто добавить ещё следов. Так она сможет запутать настоящие следы. Несколько минут она ходила по комнате и трогала кирпичи на других стенах, а затем, решив, что этого хватит, вышла из комнаты, отряхнулась и пошла по коридору в сторону лестницы. Поднявшись наверх, она слегка приоткрыла дверь и сквозь щель выглянула в читальный зал. Улучив момент, когда библиотекарь посмотрела в другую сторону, Настя вышла и закрыла за собой дверь. Затем она взяла книгу со своего стола и отнесла её библиотекарю.

– Я всё, до свидания, – сказала Настя и пошла к выходу.

Но на улице её ждал большой сюрприз. Как только Настя вышла из библиотеки, она увидела прямо перед собой Константина и его напарника.

Глава 43

– Я так и думал, что ты здесь, – сказал Константин. – Ну, и зачем ты бегаешь от нас? Садись в машину, поговорим.

Настя от неожиданности не в силах была даже и слово вымолвить, не говоря уж о каком-то сопротивлении. Они взяли её под руки, отвели к припаркованному вдоль обочины автомобилю и посадили на заднее сидение. Константин сел рядом с ней, а второй мужчина вперёд.

– Ты нам ничего не хочешь сказать? – спросил Константин.

Настя ничего не ответила на это, и он продолжил:

– Это ты хитро придумала с парковкой в торговом центре. Мы все магазины обошли в поисках тебя, пока я не понял, что ты пошла в библиотеку. Не зря же ты столько уточняла про неё, и даже ездила во Всеволожск. Так зачем тебе понадобилось убегать? Ведь твоя семья всё равно у нас.

– Я нашла Клондайк, – тихо ответила Настя.

– А корона там? – спросил Константин, обрадованный заявлением Насти.

Она молча кивнула.

– Ну, слава Богу, – потёр он руки. – И где этот Клондайк находится?

– Я Вам всё расскажу и покажу, – ответила Настя. – Только у меня есть одно условие.

– Какое ещё условие? – сверкнул глазами Константин. – Здесь мы выставляем условия, а не ты.

– Самим вам никогда в жизни не найти, где спрятана корона, – спокойно произнесла Настя.

Некоторое время Константин задумчиво на неё смотрел, а затем спросил:

– Хорошо, что ты хочешь?

– Я хочу, чтобы вы отпустили мою семью. Когда муж позвонит мне и скажет, что они на свободе, тогда я и отведу вас в Клондайк.

Понимая, что выбора у него нет, Константин набрал номер и отдал соответствующее распоряжение.

– Ну, всё, через час они будут уже свободны. Подождём.

– Мне бы ещё сумочку принести из автомобиля. Ведь он же мне на телефон будет звонить, а телефон у меня там.

– Логично, – сказал Константин и кивнул своему напарнику.

Тот взял у Насти ключи и ушёл. Вернулся он через двадцать минут, да не пешком, а на автомобиле. Вскоре он присоединился к остальным и передал Насте сумочку и ключи. Ждать звонка пришлось ещё около часа, и вот, наконец, у Насти зазвонил телефон. На экране высвечивался номер Алексея.

– Да? – быстро ответила она.

– Родная, мы дома, – сказал он. – Нас везли на автомобиле с повязками на глазах, а затем высадили. Когда я снял повязку, то увидел, что мы в километре от нашего посёлка. Мы дошли до дома, и я сразу тебе позвонил, как мне и велели. Что с тобой? Где ты?

– Со мной всё в порядке, – с облегчением ответила Настя. – Сидите дома, я закончу это дело и перезвоню. Всё будет хорошо, не волнуйся за меня.

Она разъединилась, убрала телефон в сумочку, а затем посмотрела на Константина и сказала:

– Мы можем идти. Клондайк находится в подвале, в книгохранилище.

Они вышли из машины, а затем зашли в здание, в котором находилась библиотека.

– А как мы проникнем в подвал? – спросила Настя перед входом в читальный зал. – Я пробиралась туда тайком.

– Это наша забота, – ответил Константин и открыл дверь.

Когда они все втроём подошли к столу библиотекаря, женщина взглянула на них, а затем узнала Настю и удивлённо спросила:

– Вы что-то забыли?

– Нам нужно пройти в книгохранилище, у нас следственный эксперимент, – ответил вместо Насти Константин и показал какое-то удостоверение.

– Ой, наверное, надо директора дождаться, – испуганно проговорила женщина. – Он будет через час.

– Некогда ждать, – грозно сказал Константин. – Отведите нас.

Женщина сидела с растерянным видом и не знала, что ей предпринять. Ей страшно было впускать их, и не впускать тоже было страшно.

– У нас очень мало времени, – поторопил её Константин.

Это подействовало. Она встала, подошла к двери, ведущей в книгохранилище, и открыла её.

Первой зашла Настя, вторым напарник Константина, а затем и сам Константин.

– За нами не ходите, и сюда никого не впускайте, – сказал он библиотекарю и закрыл за собой дверь.

Они проделали тот же самый путь, что и Настя совсем недавно. Сначала они спустились вниз, затем прошли по длинному коридору до тёмного места. Там Настя включила фонарик, напарник Константина сделал то же самое, и они зашли в комнату. Оглядывая пустое пространство вокруг, Константин удивлённо спросил:

– Тайник в этой комнате?

– Да, – кивнула Настя. – Скорее всего, главарь шайки Слонов совершенно случайно обнаружил его, не сам же он его соорудил. Для него это было очень удобным местом. Вроде бы в самом центре города, да ещё и там, где они живут, а никто ничего не найдёт.

Она подошла к стене и надавила на кирпич:

– Здесь система двойного нажатия, если можно так выразиться. Если кто-то случайно нажмёт на один кирпич, то ничего не произойдёт. Но стоит только надавить на второй кирпич, и дверь в пещеру Алладина, или в Клондайк, как назвал этот тайник главарь шайки, откроется.

Настя дошла до угла, наклонилась и нажала на кирпич. Внезапно раздался треск и в стене открылся проём. Константин с напарником выглядели удивлёнными, а вот мысли Насти сейчас были заняты совсем другим. Она думала о том, что хорошо было бы заманить их в ловушку, используя корону в тайнике, будто сыр в мышеловке. Примерно через две минуты дверь снова закроется, и они окажутся в западне. Отсчитывая мысленно каждую секунду, она подошла к проёму, показала рукой на тайник, словно приглашая их войти, и сказала восторженным голосом:

– А вот и корона Российской империи! Прошу!

Но Константин нарушил все Настины планы, подтолкнув её вперёд и сказав:

– Иди первой.

Делать было нечего, и Настя сделала шаг вперёд, продолжая отсчитывать в голове секунды. Ещё какая-то минута, и они все окажутся в ловушке. И тогда этот Клондайк станет их общей могилой. «Что же делать?» – подумала Настя, когда мужчины вошли следом за ней. И тут она решила посветить фонарём на корону в том месте, где она очистила стекло от пыли. Помня, какой эффект на неё произвёл блеск драгоценных камней, она была уверена, что их тоже поразит это зрелище. Так и произошло. Словно забыв про неё, они подошли к столику, на котором находилась корона, накрытая аквариумом, и зачарованно стали смотреть на неё.

– Девяносто один, девяносто два, – считала Настя, помня, что у неё в запасе есть только сто двадцать секунд.

– Неужели я её всё-таки нашёл? – восхищённо говорил в это время Константин, поглаживая стекло.

– Сто четыре, сто пять, – продолжала отсчёт Настя, медленно подбираясь к выходу.

Она помнила, какой был резкий звук, когда захлопнулась дверь, и понимала, что нужно уловить момент. Если выйти рано, они могут броситься за ней. А если промедлить, то дверь захлопнется, и тогда всё будет кончено.

Шаг за шагом она подкрадывалась к двери, отсчитывая в голове секунды. Но внезапно Константин резко обернулся и спросил:

– Ты куда? Стой и не двигайся!

Но медлить было уже нельзя, так как счёт дошёл до ста двадцати. Настя рванула назад в проём. Она слышала треск, и даже почувствовала, как её обдало ветром от закрывающейся двери. Но она всё-таки успела выскочить! А Константин и его напарник остались в захлопнутой мышеловке.

Глава 44

Некоторое время Настя стояла и смотрела на стену, из-за которой не доносилось ни звука. И вдруг у неё промелькнула мысль, что с другой стороны стены тоже могут быть кирпичи, открывающие вход, и если они обнаружат их, то получается, что всё было напрасно. Тогда она поспешила выйти из комнаты и побежала в сторону лестницы. Нужно было срочно связаться с Сергеем Геннадьевичем, только не со своего телефона, так как их разговор могли прослушать и снова схватить её семью.

Вдруг из проёма, ведущего из коридора на лестницу, стали выбегать люди в чёрных масках и с автоматами в руках. Настя от испуга и неожиданности даже прижалась к стене, но они, не обращая на неё никакого внимания, пробежали дальше по коридору. И тут Настя облегчённо выдохнула, увидев, что из этой же двери вышел Сергей Геннадьевич – её знакомый из ФСБ. Посмотрев на Настю, он что-то быстро произнёс в рацию.

– Сергей Геннадьевич? Как? Откуда? – стала она засыпать его вопросами.

– Потом, всё потом, – остановил он её. – Ты в порядке?

Не дожидаясь ответа, он добавил:

– Где преступники?

– Там, – ответила Настя, показывая в сторону тайника.

В это время вернулся человек в маске и сказал Сергею Геннадьевичу:

– Пусто, в подвале никого нет.

– Бандиты заперты в тайнике, сейчас я покажу, – сказала Настя.

Они прошли в комнату, Настя нажала на один из кирпичей, но прежде чем нажать на второй, сказала:

– Сейчас откроется проём в стене, там будет небольшая комнатка. В ней находятся двое мужчин, возможно, вооружённых.

Несколько человек нацелили на стену автоматы, а Сергей Геннадьевич встал рядом с Настей и произнёс:

– Можешь открывать.

Настя нажала на кирпич, и не успела открыться дверь в стене, как комнату наполнил страшный шум. Сотрудники ФСБ в масках кричали, чтобы преступники подняли руки, бросили оружие, оставались на местах и ещё что-то в этом роде. Это психологическое давление сработало, и Константин с напарником сопротивления не оказали.

Когда их вывели из тайника полусогнутыми и со скрученными за спинами руками, Константин повернул голову, увидел Настю и злобно прошипел:

– Зря ты так. Больше ты их не увидишь.

Затем их увели, а Настя сказала взволнованно Сергею Геннадьевичу:

– Они могут ещё раз схватить мою семью!

– Не волнуйся, твоя семья под надёжной защитой. А дом, в котором их держали, уже штурмуют. Я отдал распоряжение на это, как только убедился, что с тобой всё в порядке. Лучше расскажи мне, что произошло, с самого начала.

И Настя рассказала ему всё, начиная со звонка эксперта из музея истории. Сергей Геннадьевич стоял и внимательно слушал и про похищение её семьи, и про дальнейшие поиски, вплоть до настоящего момента.

– Я так рада, что женщина из архива передала Вам мою записку.

– Да уж. Ведь только благодаря этой записке мы тебя и нашли.

Настя вспомнила тот день, когда она находилась в архиве и смотрела подшивки старых газет. Ей удалось улучить момент, когда её сопровождающий, который сидел за соседним столом, отвлёкся. Тогда она написала на бумаге записку с просьбой позвонить в ФСБ, на которой написала также номер телефона Сергея Геннадьевича и вкратце обрисовала ситуацию. Перед тем, как сдать коробку, она укрепила эту записку на ней.

Настя очень испугалась, что работница архива спросит об этом, когда поставила перед ней коробку, а женщина удивлённо посмотрела на неё. Поэтому она поспешила уйти из архива, и сопровождающий её мужчина ничего не заметил. Оставалось только надеяться на то, что информация дойдёт до своего адресата, хоть эта надежда и была очень слабой. Но всё закончилось благополучно, Сергей Геннадьевич узнал обо всём и помог ей.

– С того времени мы постоянно следили за тобой, а вскоре нашли дом где держали твою семью, – сказал Сергей Геннадьевич. – До сегодняшнего дня мы только наблюдали, но уже возникла мысль идти на штурм, чтобы освободить твою семью. Хорошо, что этого не потребовалось. Алексея и Лизу отпустили, и мы поспешили к тебе на помощь. Но ты и без нас справилась.

Настя улыбнулась ему. Хоть она и устала от всего этого, но была счастлива, что всё уже закончилось. И тут она обратила внимание на то, что дверь в тайник закрыта. Видимо, она так погрузилась в разговор, что и не заметила этого.

– Там стоят какие-то пружины, которые через две минуты закрывают дверь, – сказала она и нажала на кирпичи.

Когда проход снова был открыт, и они вошли в Клондайк (Настя мысленно называла этот тайник теперь только так), Сергей Геннадьевич предложил вынести корону, пока дверь не закрылась. Он поднял аквариум, Настя взяла её в руки, и они вернулись в комнату.

– Как же красиво, – произнёс Сергей Геннадьевич, направляя на корону луч фонаря. – От неё так и веет историей.

Дверь снова закрылась, но Настя уже не обращала на неё никакого внимания. Она держала в руках корону Российской империи и ощущала тепло, исходившее от неё. Чувствуя, как вместо усталости к ней приходит неизвестно откуда взявшаяся жизненная энергия, Настя подняла глаза на Сергея Геннадьевича и тихонько произнесла:

– Теперь я верю, что это необычная корона. Есть в ней какая-то скрытая сила.

Глава 45

По лесу эхом прокатился заливистый смех Лизы, и Алексей с Настей улыбнулись друг другу. Сегодня был удивительный день. Ночью выпал первый снег, и теперь вокруг было белым-бело. Сразу же после завтрака они вышли в лес на прогулку, и сейчас наслаждались этим ясным декабрьским утром. Солнечные лучи пронизывали еловые ветки, проходя сквозь них, словно нити через иголки, и рассыпались на только что застеленном природой белом покрывале тысячами бриллиантовых крошек.

Лиза искренне радовалась только что слепленному снеговику. А в особенности тому, что лепили они его все втроём – мама, папа и она. Вместо носа на снеговике красовалась морковка, которую Настя предусмотрительно взяла с собой. Вместо глаз у него были голубые пуговицы. И вообще, он получился настолько живым и натуральным, как будто был ещё одним членом их семьи.

С того дня, когда Настя нашла настоящую корону Российской империи, прошло уже три месяца. За это время преступников уже успели осудить, и каждый из них получил по заслугам. А корона по праву заняла своё место в Алмазном фонде России. Это событие широко освещалось в мировой прессе, и Настя с Алексеем были приглашены на это торжественное событие в качестве почётных гостей, или даже, скорее, виновников торжества. Ведь это благодаря им настоящая корона смогла наконец-то, после стольких лет заточения, увидеть свет. А дубликат короны переехал на новое место жительства – в запасник Алмазного фонда, ожидая в скором времени отправки в гастрольное турне по лучшим музеям мира.

Слепив снеговика, а затем вдоволь наигравшись в снежки, Настя, Алексей и Лиза спокойно брели про лесной дорожке.

– Может, тебе всё-таки подумать насчёт продажи Антикварной лавки? – спросил Алексей. – Как показала практика, занятие это довольно рискованное.

– Ты ведь знаешь, как я люблю это дело, – улыбнулась Настя. – Обещаю впредь обходить все опасности стороной.

Алексей вздохнул, покачал головой и сказал:

– Да, я это знаю. Хорошо, но постарайся больше не ввязываться ни в какие расследования. Наша семья уже достаточно пережила, и мне бы хотелось, чтобы теперь для нас троих настали более спокойные времена.

Настя бросила на него загадочный взгляд, улыбнулась и сказала:

– Для нас четверых.

Алексей недоумённо посмотрел на неё, не сразу сообразив, что она имеет в виду. А Настя перевела взгляд на дочку и спросила:

– Ну, что, Лиза, хочешь братика или сестричку?

– Братика! – радостно закричала она. – Братика хочу, сильно-пресильно!

– Скоро будет! Желания должны исполняться.

Тут Алексей всё понял, и его лицо озарила счастливая улыбка. Он взял жену и дочку за руки, и они закружились, весело смеясь. Каждый из них ясно понимал в тот момент, что семья – это самое главное в жизни, и счастье наполняло их сердца.

Content

Трегубов Олег Королева антиквариата 1-6 [СИ]

В поисках Янтарной комнаты

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Проклятие Распутина

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Загадочный ключ Меншикова

Часть 1. Вензель из прошлого

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Часть 2. Тень Петра

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Часть 3. Белые начинают и…

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Часть 4. А ларчик просто открывался…

Глава 1.

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Обрывки из дневника

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Предсказания монаха

Часть первая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Часть вторая

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Часть третья

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Часть четвёртая

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Часть пятая

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Часть шестая

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Часть седьмая

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Часть восьмая

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Часть девятая

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Дубликат империи

Часть 1. Неслучайный звонок

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Часть 2. Таинственный камень

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Часть 3. Корона в огненном кольце

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Часть 4. В поисках Клондайка

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Часть 5. Охота на слона

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Часть 6. Сыр в мышеловке

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45