Алексей Птица

Вороны революции

Глава 1 Свой отряд

Прошли ровно сутки после боя на центральной базе красно-черных. Графит смертельно уставший, от морального и физического напряжения, собрал всех кого смог из выживших младших командиров на своей базе на элеваторе для проведения совещания.

Выжило, скажем так немного, добробатовцы красно-черных прошли, что называется огнем и мечом по всему поселку, уничтожая все мелкие отряды анархистов, как лесной пожар - не успевших сбежать зверей..

Да и воевать было по-сути некем, все боеспособные, ушли на штурм базы ревоншистов, оставались лишь те кто был на охране, да больные и раненые, которым сильно не повезло, - в живых из них не оставили никого.

В сухом итоге, остался почти в полном составе отряд Графита, половина женской роты Багиры, пять человек из отряда Удава и человек двадцать случайно выживших анархистов из других отрядов, в том числе и из отряда Крота, который так и не вернулся.

Приказав Счетоводу – еще до совещания, - достать карту Фруктового и Сарькова с прилегающей областью. Олег теперь внимательно рассматривал обе карты, развешенные на стенах.

Вдоволь насмотревшись на них и убедившись, что все собрались, он начал свой доклад обстановки, разъясняя ее своим подчиненным, которые не понимали, что делать и как дальше жить.

- Итак, на сегодняшний день мы имеем:

1. Разгромленную базу анархистов в поселке Фруктовом с уничтоженным штабом и почти разрушенными зданиями на ее территории.

2. База отряда «Черных ворон», а после того, что мы сотворили с базой добробатовцев, - Я считаю - мы не имеем права… называться отрядом Святого Бонифация, – практически не разрушена и может использоваться дальше по своему назначению.

3. База отряда Крота на железнодорожном вокзале, также почти не разрушена из-за слабого сопротивления и кроме этого, является стратегическим объектом и имеет железнодорожные пути с Сарьковым и в других направлениях.

4. База реваншистов возможно уничтожена, возможно даже захвачена или нашими, или добрабатовцами красно-черных, либо они понесли очень тяжелые потери, что временно, снимает угрозу нападения с их стороны.

5. Наша центральная база по последним данным еще держалась, и возможно, там еще оставались остатки отрядов, которые … возможно были пополнены отступившими отрядами от базы реваншистов.

6. Центральная база красно-черных уничтожена, по-крайней мере на 80 % - химическим оружием.

7. Связи нет ни с кем!

Вывод: В связи со сложившейся обстановкой, отсутствием управления и связи, принимаю решение возглавить весь личный состав анархистской организации, - выживший в поселке Фруктовый.

В случае появлении информации об уничтожении руководящего и командного состава анархистов, оставляю за собой решение на переименование организации на другое название, что будет оформлено всеобщим голосованием.

Весь личный состав переходит под мое непосредственное руководство, отказавшиеся будут разоружены, оказавшие вооруженное сопротивление – расстреляны лично мною.

Сказав данную фразу, Олег сделал паузу и обвел всех мрачным взглядом.

– Есть желающие высказаться, я никому не собираюсь затыкать рот, сейчас решается наша судьба и не только наша, а судьба наших родных и близких. Мы все умрем, но данный факт не отменяет, как, когда и зачем.

Олег, стоял молча и смотрел на людей. Да люди боялись, но никто не отвел глаз, возможно он был жестким, но он спас их и взял на себя ответственность за их судьбы.

Сколько погибло людей и исчезло стран, когда люди облеченные властью отказывались брать на себя ответственность и принимать судьбоносные решения, либо непопулярные меры необходимые для выживания общества.

Каждый может открыть учебник истории и прочитать непридуманные примеры – особенно учебник новейшей истории.

Никто не пожелал высказаться и никто не ушел. Кивнув, что он понял их позицию, - Олег продолжил: - Исходя из всего вышесказанного и беря на себя ответственность за отданные мною приказы.

Я… и дальше, Олег стал ставить цели перед каждым отрядом, и раздавать задачи. Счетоводу, он поручил провести всеобщую мобилизацию в поселке и прилегающей к нему территории, а также проводить агитацию в ближайших районах Сарькова, - для пополнения их рядов.

Желающие женщины и подростки принимались тоже и ставились на довольствие, получали оружие, кто хотел и умел с ним обращаться.

В ближайшие дни они должны были расширить территорию элеватора и создать вокруг нее продуманную оборону с огневыми точками, частично восстановить свою центральную базу в поселке и восстановить железнодорожный вокзал и пути.

На карте поселка Фруктовый, Олег нанес треугольник, (обозначив его тремя жирными точками и соединив их прерывистой линией), который должен был держать оборону всего поселка – ШТАБ-БАЗА-ВОКЗАЛ, - который должен был держать оборону всего поселка

Кроме этого, он поручил найти машинистов, железнодорожные платформы, старую, либо негодную бронетехнику, и из всего этого - сделать бронепоезд.

Но, как и всякой другой революции, в том числе и этой - нужны были деньги. Лучше всего, - золото, или валюта - так что, поразмышляв, Олег объявил сбор средств, и подумать всем над идеями, где их достать, причем пара мыслей пришла в голову и ему.

Следующей целью, он поставил себе задачу наведаться , где-то через три дня и на базу реваншистов, не сомневаясь, что их там почти не осталось, а жить с кучей трупов и хороня их, да восстанавливать оборону, не самая приятная работа и моральный дух, такая точно не подымает.

На завтра он всем объявил, он отправляется на центральную базу красно-черных и с собой берет кроме своего отряда, еще человек тридцать, всю бронетехнику и грузовики.

Данная идея, нашла самое горячее понимание со стороны подчиненных, которых даже не смущало, что придется ходить в противогазах и ОЗК. В случае успеха, они могли вооружить, огромное количество людей, да и трупы надо было похоронить.

Разобравшись со всеми делами, он пошел в медпункт к Багире. Девушка пришла в сознание и теперь настороженно смотрела на него.

- Привет, - сказал Олег. – Здравствуй, - нейтрально ответила та.

Олег, сначала хотел сдержать свой армейский юмор, но не смог и продолжил: - Как твоя задница?

Багира, несмотря на слабость, разозлилась, - из-за ранения, лежала она в основном на левом боку или на животе. Развернувшись на живот, она демонстративно откинула одеяло левой рукой и выставив забинтованную попу, сказала: - Как видишь, все также хороша!

Олег подошел к ней вплотную и подавшись порыву, положил свою огрубевшую большую ладонь с содранными костяшками и въевшимися в кожу грязью и пороховой копотью, - ей на голову.

Багира вздрогнула и замерла, а Олег ласково и нежно гладил ее по длинным и грязным волосам - вороньим гнездом - собранным на голове. Он гладил и гладил, осторожно выбирая из ее волос, - комочки грязи, листьев, щепок, -распутывая непослушные прядки и собирая их вместе, - и ничего не говорил, только смотрел на нее, а его душа пела, только одному ему слышным голосом.

И девушка не выдержала такого издевательства над своей психикой, сначала она уткнулась в подушку лицом, потом мелко затряслась, стараясь не опираться на раненную руку, а потом стала громко рыдать в подушку.

Убрав руку с ее волос, Олег стал гладить ее по-плечу, укрыв обратно ее одеялом. Выплакавшись, Багира развернулась к нему лицом и смотря на него блестящими от слез карими глазами сказала:

- Ты, ты хочешь, что-то от меня, - Да?

– Конечно, - усмехнулся Олег, - но не того, о чем ты подумала, и встав он вытер своей рукой слезы с лица девушки, а потом осторожно убрав голову с ее подушки, снял заплаканную ею наволочку и поменял ее на сухую с соседней кровати.

- Выздоравливай… Багира, я завтра вернусь к вечеру, нам еще предстоит много обсудить… как жить дальше. Мне нужна твоя помощь, и кивнув ей головой на прощанье, он вышел от нее.

Утром выстроив отряд и узнав текущее положение дел, он взял с собой 55 человек и загрузившись в две «мотолыги» и «Водник», «прицепом» взял с собой еще пять грузовиков под имущество и для всякого форс-мажора, посадив туда водителями подростков, которые услышав о мобилизации, набежали отовсюду и стали записываться в их ряды.

Взял естественно только тех, кто умел ездить, а таких среди 15-17 летних оказалось немало, вооружив их пистолетами и приставив к каждому в кабину по охраннику, они тронулись в путь.

Город затих, словно предчувствуя перемены, для кого-то оказавшиеся трагичными, а кому-то предлагавшие заманчивые перспективы, но Олег был равнодушен к власти и не стремился ни к роскоши, ни к славе.

Хотя уважение его бы устроило, но окружающая обстановка этому, отнюдь не благоприятствовала, так, что расслабляться было не только рано, но даже преступно рано, что и подтверждалось короткими стычками в которые вступал его отряд на подходе к базе добрабатовцев.

Все же их выжило довольно много и когда разбитые отряды красно-черных стали возвращаться на свою центральную базу, их ожидала не радостная картина. Сдуру, не разобравшись многие из них посчитав густой дым, всего лишь дымом от пожарищ, полезли на базу.

За что жестоко поплатились, оставив трупы задохнувшихся там же,  либо усеивая ими близлежащие кварталы и умирая долгой и мучительной смертью. Многие проклинали тех, кто это сделал, но немногие признавались себе, что поступили бы точно также, будь у них какой-то выбор.

Эти немногие уцелевшие и попытались дать бой, - отряду Графита, пытаясь защитить базу и надеясь, что они испугаются, но все их попытки привели лишь к потерям и то в основном с их же стороны и добавили трофеев Графиту, которому позарез нужно было оружие в больших количествах.

Перевязав своих раненых и собрав трофеи с трупов, а также сами трупы, они подъехали вплотную к базе. Олег залез на БТР и с его высоты начал осматривать окрестности базы.

Газ еще кое-где клубился, но на открытой территории его видно не было. Открыв и так почти открытые ворота движимые электромотором до конца с пульта находящегося в КПП и вытащив оттуда несколько трупов тут же отнесенных в воронку от термитной мины, которая особенно удачно проплавила тонкий асфальт и прожгла землю довольно глубоко.

Анархисты приступили к осмотру территории под его руководством, натянув на себя противогазы и ОЗК и оставив сзади себя ощерившиеся стволами пулеметов бронетехнику на случай возможного нападения.

Олег, надев противогаз, бодро шагал в своем бронежилете, шлем он вынужден был снять, из-за противогаза, но взамен, зато надел обычную каску. Вокруг виднелись трупы скорчившихся в муках людей.

Ему было горько и противно убивать себе подобных, но вопросы морали, шли в разрез выживаемости и несколько отодвигали его совесть, на задний план. Он никогда бы так не поступил, если бы его не вынудили. Но все равно на душе было скверно.

Внимательно оглядываясь, он переходил от здания к зданию, в любой момент, ожидая выстрела в спину или автоматной очереди в лицо. И он как всегда на этот счет не ошибся.

Где-то на середине базы, он сначала почувствовал удар по каске, а потом звук выстрела, упав на землю и откатившись за бетонный блок зачем-то брошенный на территории, он опять познал знакомый гул в голове.

- Опять меня контузило. Его каска валялась неподалеку, пробитая с одной стороны и со смятым кусочком пули в середине, который не смог пробить каску на вылет, а по виску Олега, пятная кровью маску противогаза и щеку начала течь кровь из-за рассеченного пулей пореза.

Повезло, что голова у меня маленькая, а каска большая, - подумал он.

– Так, а где же снайпер и почему он жив. Снайпер нашелся почти сразу, живой он был, потому что сидел высоко на кране и газ до него не достал, по той же причине он там сидел, а не смылся давно отсюда после гибели остальных.

Но ничего мы ему поможем погибнуть достойно. В ответ на его мысли кто-то быстро сообразил и на территорию заехал БТР и задрав высоко пулемет, короткой очередью, сбросил тело незадачливого снайпера вниз.

Олег, вылез из укрытия, и снова надев на себя каску, закричал.

– Набат, снайперку забери, пока не забыли и убедившись, что его услышали, пошел дальше. Больше в перестрелку им вступать не пришлось. На базе в живых больше никого не оказалось, все кто мог сбежали отсюда.

Противогазов у них не оказалось, а за почти двое суток, даже те, кто были в подвалах и наспех сделанных бункерах - погибли. В чем и убедился Олег, лично наткнувшись в одном из административных зданий, на толстую, самодельную железную дверь, ведущую в подвал.

Попробовав открыть ее и так и эдак, он убедился, что она закрыта изнутри и найдя другого выхода послал людей за взрывчаткой. Плотно обложив ею места , где находились петли двери, они вышли из здания и подорвали дверь.

Глухо брякнули и через пару секунд послышался шум от звука удара массивной двери об пол подвала.

- Готово, - удовлетворенно сказал Бухало, который откуда-то прибежал посмотреть на развлекуху – в его понимании конечно.

Спустившись вниз, они действительно увидели , что подорвав петли - они вышибли дверь, которая под своим весом выпала наружу, показав внутренности оставшегося за ней помещения.

Взяв оружие на изготовку, Олег вместе с двумя другими бойцами - осторожно заглянул во внутрь. Внутри в разных местах лежали трупы одетые в камуфляж добробатовцев.

Дальше в помещении была видна решетка, а за ней стол и лежащий за ним человек, сзади него располагалось два закрытых сейфа. Обыскав убитых возле входа, они разжились иностранным оружием и подошли крешетке.

Решетка была открыта - видимо ее открыли с какой-то целью, а дальше не смогли ничего сделать, из-за того, что в бункер проник газ.

Олег подошел к лежащему человеку и осторожно откинул его со стола. Это был крупный светловолосый мужчина с волевыми чертами лица - сейчас искаженными мучительной смертью.

Не испытывая особых эмоций по отношению к врагу, судя по крупным знаком различия бывшим явно не последним человеком в этой организации. Олег стал его обыскивать.

Расстегнув на нем портупею, он снял с неё кобуру с пистолетом и ножны с кинжалом. Пистолет оказался маузером средних размером и емкостью магазина на 12 патронов, весь покрытый инкрустацией из золота и перламутровыми щечками  с серебром на рукоятке.

Кинжал же оказался его старым знакомым, найденным на химскладе и проданный Слону. Вот такие выверты судьбы. Покачав головой в недоумении, Олег продолжил обыск мертвого тела.

В голенище хромовых сапог надраенных до зеркального блеска он обнаружил второй кинжал - гораздо более миниатюрный и даже изящный, но с таким же бритвенно-острым лезвием, как и первый.

На нем красовалось, то же клеймо фирмы Золингер и порядковый номер 0104, а рукоятка была украшена малахитом. И он явно предназначался не для мужской руки.

Во внутреннем кармане, Олег обнаружил, целую пачку документов на имя Отто фон Шнайдера и в конце фотографию, где был запечатлен этот человек, но в более молодом возрасте - в обнимку с довольно симпатичной девушкой.

На обратной стороне фотографии была надпись на немецком, смысл которой был понятен и без перевода: - Отто от Греты с любовью.

Пожав плечами, Олег не стал драматизировать ситуацию, а обратил внимание на связку ключей в мертвой руке Отто фон Шнайдера и судя по документам, - которые держал в руках Олег.

Этот Отто, имел звание штурм-бригадира и был скорее всего во главе здешней организации красно-черных или их главным куратором со стороны европейских покровителей, что было не удивительным, а скорее только подтверждало сделанные ранее Олегом выводы.

Взяв ключи, Олег подошел к обоим сейфам и пока его люди обыскивали погибших - снимая с них оружие и снаряжение, а потом вытаскивали трупы наружу - приступил к взлому сейфов.

Ничего в этом трудного не было, так как все ключи у него были. Открыв один, а затем второй, он обнаружил огромное число документов, которые особо не представляли для него интереса - их он решил просмотреть позже.

Самое интересное оказалось во втором сейфе. Золото, ювелирные украшения слитки каких-то металлов - скорее всего платины и палладия и конечно же партийная касса - куда ж без нее!

Денег было неприлично много, причем собственно златые как деньги Оранжевой республики - особенно ничего не стоили, а вот валюта, наиболее развитых стран, - вроде таллеро и рупий - там имелась, в достаточном количестве, чтобы вооружить бронепоезд.

Обнаружив деньги и драгоценности, Олег автоматически задумался как их хранить и не дать разворовать и не придумав ничего,- просто закрыл оба сейфа и  положив ключи себе в карман, он вышел из бункера.

Никто ничего не понял, люди был заняты и никто не смотрел, как он вскрывал сейфы, но Олег был далек от наживы. Когда горит земля под ногами и рушится мир, нужно думать, глобально, а не как крот из сказки про Дюймовочку.

Но собственные мысли не навяжешь и не запретишь другим, поэтому, чем меньше человек знает, тем  лучше спит. Тем более вокруг кипела радостная суета. Сказать, что на этой базе было всего очень много, значит не сказать ничего.

В плане бронетехники и оружия, здесь были просто залежи, видимо, - красно-черным не хватало людей и они рассчитывали после победы, подмять всю область мобилизовав и вооружив всех сочувствующих и колеблющихся и с победным маршем, двинуться на столицу или иным образом реализовать задуманные планы.

Особенно Олега порадовала бронетехника, под открытым навесом, стояли целых 10 штук БМП-1, точнее похожих на БМП-1 агрегатов, и порадовала установленная на них 45-мм пушка и большой запас боеприпасов для нее.

Огорчило отсутствие танков и дальнобойной артиллерии, но зато на складах имелось большое количество пулеметов, как ручных, так и крупнокалиберных и немного пушек калибром от 76-мм до 120, а также минометов.

Немножко, выпав из реальности, Олег как наяву, увидел бронепоезд, грозно ощетинившийся стволами орудий и тонкими прутьями, стволов пулеметов, зыркающих в разные стороны.

Да, внезапно его посетила мысль, что у них же была ещё, двухствольная ЗУ, которой они, так и не дали ума, из-за проблемы ее транспортировки, но сейчас она и ей подобные будут очень кстати.

Олег обошел всю базу, почти уже избавившеюся от газов, а там, где еще оставались газы как общеядовитого, так и кожно-нарывного действия, его люди работали в противогазах и ОЗК.

Кроме БМП, они обнаружил большое количество "мотолыг", которым красно-черные не дали ума, что могло позволить создать полк гусеничной бронетехники.

Что в их условиях, давало неоспоримые преимущества, над обычным противником. Дав команду загрузить сейфы  из подвала и всю документацию из административного здания.

Олег стал руководить вывозом  и погрузкой найденного оружия и имущества, а также транспортировкой найденной бронетехники. Его колонна уезжая с базы красно-черных - растянулась на полквартала, но никто не посмел его остановить или напасть.

Так, они и доехали до своей базы, с трудом доведя всю технику и грузовики, до безопасной зоны  и еще всю ночь перегружая оружие в импровизированные склады и организовывая их охрану и оборону.

Так, что к Багире, Графит так и не смог попасть, ни вечером, ни ночью, ни утром, ни даже в обед, - когда он спал , как убитый. К ней, он пришел только, через сутки, но как и обещал - вечером.

Девушка, не спала, когда он деликатно постучав, вошел к ней в комнату. На него в упор уставился взгляд темно-карих глаз, явно , чем-то раздраженных.

- Ты обещал, зайти вчера вечером, а не сегодня вечером. Олег, опешил, - вроде ещё даже не целовались и не обнимались, а уже пошли претензии.

Но, только усмехнувшись, он сказал: - Багира, я вчера не смог зайти. Поздно вернулся, - гнали колонну техники с центральной базы красно-черных, приехали уже в ночь. - Извини.

Внимательно выслушав его, Багира оживилась и с непосредственностью молодой девушки, стала терзать его вопросами, - довольно кстати глупыми.

- А как? А что? А зачем? А ты что сделал? А как он падал? И, что, никого в живых не осталось? Волей, неволей, Олегу пришлось отвечать на все ее вопросы, пока устал не только он , но и она.

Ласково положив ей на голову руку, он провел ею, по ее волосам, растрепав и так ее растрепанные волосы, но ее красивые глаза, внезапно наполнились влагой.

Поняв, что она расстроилась и может сейчас зарыдать, стесняясь его, Олег встал и стал прощаться. Он почти уже вышел, когда Багира остановила его.

- У меня через два дня будет перевязка и мне помыться надо - поможешь?

Ответ да, у Олега, буквально застрял в горле. Заметив его реакцию, Багира удовлетворенно кивнула и улыбаясь каким-то своим мыслям, отпустила его.

Глава 2 Производство разногласий.

Олег лежал на жестком топчане, у себя в комнате и размышлял. Только сегодня его выловил Счетовод и потащил к радиоприемнику, который уже целую неделю, вещал осчастливленным гражданам о пришествии Великих спасителей из-за океана.

В голове бродили неприятные ассоциации с аборигенами Северной Америки, от которых остались жалкие остатки, некогда огромных племен, и те жили только в резервациях и никакие права человека им не помогли.

Даже к неграм относились лучше! Ну а, что ждало граждан Оранжевой республики, после оказания такой помощи, - даже не хотелось и представлять.

Тем не менее, в свете последних событий, нужно было принимать какие-то меры. А тут ещё, его к себе вызывал Герцен – на разборки, причем, события могли принять не самый лучший оборот.

От взятия в заложники, до принудительного подчинения или даже расстрела, чтобы не вводил смуту.  Все это, Олег прекрасно понимал и поэтому не собирался никуда ехать, а наоборот пригласил Герцена приехать сюда, но тот пока отказался.

О том, что база красно-черных разгромлена, уже знал весь город, но кто это сделал, пока толком не знали. Не знал этого и Герцен, но уже воспользовался информацией и совершил туда рейд, да и не только он, а все кто имел оружие и был числом больше пяти.

И опять появились трупы, которые Олег при вывозе имущества с базы, все собрал и по-человечески захоронил в братской могиле на территории завода, точнее кремировал – воспользовавшись остатками напалма.

Были по слухам потери и у Герцена и у реваншистов, которые толком не зализав раны, позарились на чужое, но к их разочарованию, на бывшей базе «добробатовцев», практически ничего не осталось, ничего, сколько-нибудь ценного.

Поэтому реваншисты были следующие на очереди - на уничтожение. Два вывезенных сейфа, Олег вместе со Счетоводом и Набатом  уже распотрошил. Бухало, стоял на охране, как наиболее болтливый, но в то же время преданный, и теперь Набат подсчитывал деньги и стоимость драгоценностей.

Ему, Олег доверял, - не было в том ни корысти, ни алчности, зато было понимание как деньги преобразовать в бронепоезд, на его бывшем родном предприятии.

Счетовод, тем временем занимался бумагами, пытаясь выудить из них, что-нибудь полезное. В общем, каждый занимался делом. Людей по-прежнему было мало, нот с каждым днем, к нему прибивалось, все больше анархистов из уничтоженных отрядов, сочувствующих и просто перебежчиков.

Попадались, даже бывшие военные, из разных госструктур республики. На все нужно было время, да и мобилизация стала приносить свои плоды, высвобождая действительно ценных бойцов, для проведения боевых операций.

Но, думал Олег даже не об этом, думал он, как им сражаться с американцами, когда те к ним полезут. Одного бронепоезда не хватит, танков нет, артиллерии тоже. Местность степная, судя по-карте области, слабо пересеченная.

Из этого следовал вывод, что нужна мобильность, как у Махно, но у того были кони и гениальная придумка про тачанки с пулеметом. МТ-ЛБ на это дело не годились, БМП тоже – скорость низкая, топлива много жрут, склонны к ремонту, гусеницу сделать, это не колесо поменять.

Нужны машины, но не БТРы естественно. - Джипы…нет – большие неповоротливые, - пикапы, - как в Сирии, хорошо, но не то.

Во-первых, их здесь мало, во-вторых, ехать по степи, это не по пустыне – разница есть и существенная, да и цель слишком крупная, нужно, что-нибудь поменьше.

А потом, в голове внезапно возник образ багги. Точно! Багги или квадроцикл. Быстрый, легкий, с возможностью установки турели с пулеметом, на два, максимум три человека и главное, чтоб был высокоскоростной и с легким управлением.

Вот и будет у нас аналог тачанки Махно, он тут же придумал и название новых малых мобильных подразделений – багги-стая. Может и странное, но зато правдивое.

Обрисовав себе концепцию защиты, он лег спать, а с утра, приступил к ее реализации, собрав расширенное совещание и обрисовав задачи.

В итоге, Набат, убыл решать вопрос с руководством завода, по созданию бронепоезда.

А, Счетовод, отправился решать вопросы, с отцами города – с теми, кто еще был живой, и предъявлять свои права на прилегающий район Сарькова, к поселку Фруктовому.

Еще через неделю, когда благодаря найденным деньгам партийной кассы добробатовцев, они приступили к созданию бронепоезда и партии пробных багги. К нему, не выдержав, заявился Герцен.

Он прибыл на двух броневиках, и  в сопровождении 50 человек охраны. Графит, узнал о его прибытии еще загодя, предупрежденный своими людьми и встретил его на своей базе «черных ворон» - как он теперь ее все время называл.

Заехав во двор, БТРы развернулись, и из них высыпала охрана, чтобы молча уставиться, на выведенных, на прямую наводку, пятерку БМПэх.

- Здравствуйте, здравствуйте, строя из себя радушного хозяина, - сказал Олег, выходя навстречу Герцену в полном боевом и защитном облачении.

- И я, рад тебя видеть Графит, - не остался в долгу, скептически хмыкнувший Герцен, задумчиво оглядывая его фигуру.

- А ты, заматерел, можно сказать вырос. – Не знаю, я со стороны себя не вижу. Каким был, таким и остался.

- Я, вижу, ты расширяешься. – Да. И Олег, подойдя вплотную к Герцену, подал ему руку, которую после небольшой паузы, все-таки тот пожал.

- Давай, все обсудим у меня, раз ты приехал. – Хорошо. И Герцен зашагал вслед за Олегом, в его кабинет на элеваторе.

Зайдя к нему в кабинет, Герцен, отбросив деланные приличия, сразу стал кричать на него, но стараясь не употреблять мата.

- Ты, что творишь, Олег. Ты разрушаешь наши ряды! Мы, сейчас, как никогда должны быть вместе, а ты предаешь нашу партию, наше движение, нашу республику!

-Стоп, стоп, стоп! Это, каким же образом, я кого-то предаю. Тем, что уничтожил в одиночку, центральную базу красно-черных, или тем, что спас нашу базу, здесь в поселке Фруктовом от полного уничтожения.

- Или тем, что собираю людей, с целью уничтожить до конца, как красно-черных, так и реваншистов, и дать отпор иноземным захватчикам, которые вовсю трубят через радио и телевидение, о том какие они добрые и пушистые, при этом, не сколько не скрываясь - раздают наши земли, нашим же врагам.

- А всех граждан Оранжевой республики воспринимают, как аборигенов и папуасов, с соответствующими выводами. Неееет… товарищ Герцен, это вы не правы, не правы.

К чести Герцена, он не стал захлебываться словами как Удав, или хвататься за оружие, он просто сел на стул и устало наклонил голову.

- Я понял тебя. Что ты хочешь?

- Анархисты исчерпали себя, нужно переформатировать организацию и сменить цвета. Мы, должны дать людям идею, дать надежду и спасти страну, без этого мы все равно погибнем.

- Нам надо объединить ресурсы и я, согласен, отвечать за боевое крыло нашей организации, если ты будешь ее гражданской администрацией. Вместе у нас есть шанс победить, или хотя бы попытаться объединиться с другими, кто нам сможет помочь.

- Нет! – Подумай, Герцен!  - Я, сказал НЕТ!

- Хорошо, тогда наши пути расходятся. Я, объявлю, что желающие могут уйти к тебе, на центральную базу и не буду препятствовать никому, - но дам только грузовик, если их будет много и легковушку, если их будет мало.

Герцен, нехотя кивнул головой и вышел от него, - чуть позже, затарахтели оба мотора броневиков и выпустив клубы дыма, они стартовали к себе домой, оставив после себя неприятную горечь, отработанных газов и чувств.

Объявляй общий сбор, Бухало, - сказал Олег выйдя из кабинета и увидев его, околачивавшегося в коридоре. - Сей момент, и Бухало убежал.

Через два часа, возле полуразрушенного штаба, Олег говорил о принятом им решении, о разрыве отношений с Герценым и вообще с анархизмом.

На обдумывание дал время до утра. И заодно, подумать тем, кто останется, как назвать их новую организацию. После чего выставил удвоенные патрули и приказал слить топливо с бронетехники и снять боекомплект.

Время до утра тянулось временно, Графит не стал ложиться спать,  а сидел на кровати, в полной экипировки, готовый выскочить в любой момент, на подавление или преследование, но ночь прошла спокойно.

С утра, прибывшие к нему для доклада командиры, доложили, что ночь прошла бурно, но без неприятных последствий. Было немало недовольных, но, подумав, они почти все согласились, что Графит никогда никого не бросал, а Герцен неизвестно, что за фрукт, да и организации действительно уже хана, и нужно, что-то новое и с другими целями.

В общем, ушло действительно несколько человек и не факт, что они ушли к Герцену, а не куда-нибудь ещё. На второй вопрос, - о переименовании, пока никто ничего сказать не мог, поэтому его пока отложили.

Хотя , Олег все-таки предложил свое название: - «СПЧС»  , Справедливость-Порядок-Честь-Свобода и цвет красно-оранжевый, -  к сожалению без красного никуда, все-таки цвет крови, а ее пролилось уже не мало. Но решение пока принято не было.

Убедившись, что люди остались с ним, а с анархистами им больше не по-пути, Олег решил форсировать события и приказал готовиться к решающему сражению, но не стал пояснять к какому.

Весь день прошел в приготовлениях, но к вечеру все приготовления были завершены. Был разработан детальный план сражения, с указанием ориентиров и плана захватываемой базы, а также оставлен внушительный отряд для обороны самого Фруктового, на случай внезапного нападения.

Ранним утром, все назначенные Графитом силы выдвинулись, для проведения операции в сторону базы реваншистов. Впереди шли БМП-1, шустро работая двигателем и звонко перебирая гусеницами, за ними пара грузовиков и последними пара "мотолыг".

Почти весь отряд разместился на броне, зорко оглядываясь по сторонам. Олег решил, сильно не мудрить и особо не скрываться, а нанес лобовой удар, в направлении главного входа.

Справедливо посчитав, что там бой был одним из самых тяжелых и все мало-мальские огневые точки были разрушены, а новые создать, они ещё не успели.

Так и получилось, выйдя на дистанцию прямого выстрела БМПэхи стали тупо расстреливать, ограждение и прилегающую к нему территорию базы, а минометы, закидывали мины в центр.

После 10 минутной артподготовки, 5 БМП и один МТЛБ двинулись на штурм поддерживаемые пехотой, с редкими вкраплениями бойцов с ранцевыми огнеметами.

Оставшаяся бронетехника, поддержала их навесным огнём. Реваншисты, откровенно не ожидали, такой подачи, да и вообще были не готовы к такому развитию событий.

Бросившись сначала к огневым точкам и попытавшись отбить нападение, они были уничтожены, ещё артподготовкой, оставшиеся - добиты пошедшими на штурм.

Дальше, было уже избиение. Откатившись, реваншисты подтянули все силы и попытались контратаковать, но были уничтожены огнём бронетехники.

Убедившись, что открытое сопротивление невозможно, они забились по-щелям и забаррикадировались в зданиях. Но здесь, пришел на помощь его величество - напалм, которому им противопоставить было нечего.

Дикие крики и яростная пальба впополам с мольбой, не принесли реваншистам успеха, сейчас война шла на уничтожение и Олегу, ничего не оставалось - как сжечь заразу, словно чуму, пока она не перекинулась дальше.

Пленных, ещё перед началом сражения, он приказал не брать, боясь раз пожалев, ошибиться в человеке, а потом жестоко раскаяться, поэтому тех, кто имел желание сдаться в плен, он приказал давать возможность сбежать, но при этом, чтобы они были сильно напуганы.

Ну, а тех, кто слишком хорошо сражался, и мог нанести им большие потери, они старались уничтожить издали или также давали возможность уйти.

Через 1,5 часа - база была захвачена. И бойцы приступили к зачистке. В обед, они уже шли обратно колонной, загрузившись под завязку захваченными боеприпасами, имуществом и продовольствием, да тащили на жесткой сцепке, три неисправных БТРа. До базы они добрались благополучно, вместе со своими трофеями.

Уже находясь во Фруктовом, Олег снарядил ещё одну команду и придав ей бронетехнику для охраны, отправил в повторный рейс, чтобы забрать, оставшееся. Команда, также сумела проделать весь путь без потерь, разогнав попутно мародёров и пристрелив парочку не вовремя вернувшихся реваншистов.

В течении последующих нескольких дней, весь отряд занимался разбором трофеев и укреплением базы. Олег гонял всех, включая и себя, время жалеть себя и других ещё не пришло.

Они были ещё очень малочисленны и слабо организованы. Поэтому на всех дорогах ведущих во Фруктовый были созданы блокпосты, незаметные огневые точки и даже дзоты из подручных материалов, а также завод стал выдавать по-немногу заказанные  багги.

Из которых Олег создал подвижные патрули, которые носились со страшным рёвом по округе, - узнав об этом, к нему со всего города стали стекаться и подростки, которые хотели только одного.

Быть взрослыми, быть нужными, быть сильными, и чтобы о них заботились, и им не надо было думать, что есть и где спать, все же остальные проблемы их не волновали.

Отряд подвижных патрулей, Олег поручил возглавить Бу́хало, - предварительно основательно прочистив ему мозги и наложив огромную ответственность за воспитание подрастающего поколения.

Среди подростков была немалая часть и девчонок, в том числе и из спасенного интерната, многие были сиротами или сбежали от безысходности, -иих, Олег поручил Набату - у которого погибла дочь.

Всех подростков учили обращаться с оружием и оказывать первую медицинскую помощь, ну и в поощрение учили ездить на багги, даже девчонок. Водителями обещали оставить, только тех, кто учился их же и ремонтировать, невзирая на гендерный признак.

Основной упор Олег сделал, на способности людей, а не на их происхождение или близость к руководству, реализовав давно известныйлозунг - "Каждому по-способностям, каждому по-труду". Иначе вся идея, рухнула бы на корню.

И люди стали стекаться к нему - уходя, даже от Герцена. Время работало на него, а людям нужна была сильная власть и защита. Некоторые узнавали об нём, вообще чуть ли не от врагов.

Очень много информации об положении в городе и области приносили подростки, которые казались знали даже, сколько в городе осталось кошек и крыс: - они были идеальными разведчиками, а уж если ещё и с оружием...

Через неделю, он уже смог основательно укрепить весь посёлок, а на заводе и в железнодорожном депо приступили к созданию бронепоезда, во всех окрестных сёлах были оборудованы базы и связаны патрулями, которые охраняли поля с созревающим урожаем, та как уже было начало июля.

Реваншисты и красно-чёрные были уничтожены, за исключением, мелких отрядов, которые занялись грабежами и с которыми ещё предстояло разобраться. Реальной военной силой, оставался Герцен с остатком людей и полк полковника Рокота, который пока никуда не вмешивался и находился на бывшей главной базе желто-синих.

Время пока работало на Графита и он старался выжить из каждого дня по-максимуму, готовясь к неизбежной схватке за власть, как с отцами города, так и с Герценом и военными.

Но, главная беда - американцы была ещё впереди и так просто её было не решить. Надо было объединятся, но Герцен, сначала отказался, а потом прислал делегацию с другими условиями, но зная историю своего государства не понаслышке, Олег не рискнул с ним связываться, - боясь проиграть  в борьбе с опытным интриганом.

Графит, рискнул всё поставить на свою собственную карту, - но, не будучи ни джокером, и даже ни королем, теперь срочно штамповал новую колоду козырей, стараясь не упустить ничего важного.

Оставалось, ещё много срочных дел, которые нужно было решить в срочном порядке, а именно: - переговорить с Рокотом и администрацией города и решить с новым названием его организации.

Глава 3 Возрождение.

Олег, стоял возле огромной карты республики, наклеенной у него прям на стене и внимательно изучал её. Вся карта была разрисована карандашами, обозначающим расклад враждебных сил и оккупированных районов республики, со множеством пометок, которые Олег нанёс сам, пользуясь полученной информацией из различных источников. Вообще, весь его кабинет был обклеен картами, на одной, как уже говорилось - висела карта республики, на другой стене - карта области, а на третьей - карта города.

В этом царстве географа, Олег чувствовал себя, как рыба в воде. Ещё с детства, он любил рассматривать карты, фотографии незнакомых стран и играть в "войнушку", - с обязательным написанием приказов и закладкой их в неумело склеенные детской рукой пакеты, и с важностью пряча их потом в письменный стол.

От судьбы - не уйдешь, и сейчас, он сосредоточившись думал, какой предпринять следующий шаг, когда дверь в его кабинет, правда больше похожий на каморку "папы Карла" - без стука залетел Бу́хало и бешено вращая глазами промычал:

- Там это... судорожно сглотнул и продолжил: - Багира сюда идёт! - И, что? - не сразу понял Олег.

- Она злая... понимаешь? Ты же к ней неделю не заходил! - Так у неё же постельный режим, ей нельзя! А я занят был, ты же видел... Бухало.

- Да ничего я не видел, тикать надо, пока она не прибила тебя за свою обиду.

И тут, до Олега дошло, что Багира намекала ему, чтобы он помог ей помыться, со всеми вытекающими из этой интимной процедуры последствиями, а он всё забыл, закрутившись в проблемах.

- Ё моё, Олег, аж внутри, весь похолодел от огорчения, - вот же блин, и шанс упустил и действительно не помог, и забыл, и даже не пришёл извиниться, кругом неправ и что теперь делать?

В коридоре послышался очень громкий крик Багиры. - И где он? И чьё-то невнятное бормотание в ответ. Бухало пулей вылетел в коридор, тем самым невольно сдав Олега.

- Ага, - послышался кровожадный рык Багиры, и через пару секунд, дверь распахнулась настежь, а в проёме показалась Багира - во всём великолепии раненой кошки.

- Вот ты, где хм... красавчик, а я то ждала и ждала, когда меня навестят, всякие ... гномы. Олег, так и не нашёлся, что сказать в своё оправдание и тупо молчал - растерянно хлопая глазами.

Такой резкий поворот от глобальных масштабов, до банальных женских разборок, привёл  его в растерянность.

- Ну, что скажешь... Графит? От неожиданности, Олег сказал первое, что пришло в голову. - Я тебя люблю.

Теперь уже настала очередь Багиры впасть в ступор. К такому быстрому признанию, она тоже была не готова... и также ответила: - Правда?

Олег, хотел сказать: - истинный крест матушка, но побоялся, и поэтому сказал просто и без затей: - Да.

- Ах ты ж сволочь и Багира подскочив к нему, от всей души врезала ему пощёчину. Олег не делал попытки уклониться и его голова мотнулась влево от удара, а потом опять влево, а потом... он схватил её за руку и тихо сказал: - Успокойся, пожалуйста Багира, я правда тебя люблю.

После чего успел подхватить раненую Багиру на руки и долго выслушивал какой он плохой и бросил её одну, а она скучала и переживала за него и что больше его не увидит и прочую подобную чепуху.

Он держал на весу прильнувшую к нему Багиру, почти не чувствуя её тяжести, с залитой её слезами грудью и счастливо улыбался впервые за всё время, что находился в этом мире.

Успокоив, он довёл её до медпункта, где сдал на руки дежурному врачу и обещав, зайти к ней через несколько дней, когда с неё снимут бинты. По-крайней мере с её пятой точки, и решить сразу все её и свои проблемы.

Дальше, он вернулся к себе и неожиданно, к нему пришло в голову название новой организации, которую он хотел бы возглавить: - Партия Спасения и Возрождения! Хотя получилось, очень пафосно, но зато были указаны все основные цели её основания, сокращенно получилось "ПСВ".

Следующий день принёс ему очередные проблемы, которые он пока ёще не мог решать, на завод металлоконструкций, который создавал ему бронепоезд, наехала одна из бандгрупп, которые негласно подчинялись администрации района, в котором находился завод.

И затребовали себе сделать багги, которые завод делал в отдельном автомобильном цеху, который раньше производил мотоциклы и мотодрезины. Охрана завода была малочисленная, а бандиты настойчивы.

К тому же поступила информация, что и у Герцена начались проблемы. Из-за того, что в городе исчезли, сразу две "кошмарившие" весь город силы, имевшие огромный военный потенциал и уничтожавшие или бравшие под свою опёку полубандитские формирования.

Эти самые бандформирования, решили взять власть в свои руки и начали "наезжать" на администрации районов и предприятий, которые ёще работали. Боялись они только Рокота, но тот захватил центр города и больше никуда не лез, как ни странно.

Были, уже две попытки штурма базы Герцена и тот, что называется дозрел, передав письмо, через неизвестных, но оооочень уважаемых коммерсантов, которые явно работали, через Сержа Слона.

В письме, к слову, было сказано, что ситуация поменялась и они нужны друг другу, но пока Герцен указывал, что у нет понимания, как вылезти из кольца врагов. Так что, - проблему надо было решать, и поскорее.

Поэтому, Олег снова стал собирать штурмовой отряд и заодно загонщиков на бандитов. Намечалась большая охота, на тех, кто нарушил "закон"  и к этому Олег решил привлечь всю молодежь, откровенно пользуясь их хищническими инстинктами и желанием отомстить.

Без всякого сожаления, озвучив, что у них хотят отобрать багги, предназначенные в их мобильный отряд, -  какие-то доморощенные отморозки и назначил в поддержку опытных обстрелянных бойцов, - главная задача которых была научить воевать молодежь с минимальными потерями и наибольшей эффективностью.

Посадив всех бойцов на почти всю технику, что у него было, Олег прям с базы двумя колоннами, начал атаку на весь район захватывая как завод, который выполнял его заказ, так и направление га центральную базу анархистов.

Уже на подходе к заводу начались локальные бои и мелкие стычки с различными группировками и бандформированиями, но все они были жёстко подавлены и пресечены.

Никого в плен брать Олег не собирался, кто решил напасть или оказать сопротивление, а не сбежал - были уничтожены. Территория завода, очищена,  а администрация района получила предупреждение.

По мере продвижения к центральной базе анархистов, локальные бои вспыхивали всё чаще, но с тем же успехом. Им просто нечего было противопоставить, численности и выучке бойцов Графита.

Олег ехал на своем "Воднике" и постоянно получал информацию от своих связных на лёгких мотоциклах, отдавал указания и приказы и двигался дальше, пока не прибыл на базу.

Герцен не ожидал такого! Заехав на базу, Олег сразу в присутствии Счетовода и остальных как своих, так и командиров Герцена, озвучил условия договора и сращивание организаций и ликвидации анархизма - как не оправдавшего те цели и задачи, которые перед ним ставила текущая ситуация.

Герцен назначался - администратором двух районов, один из которых был захвачен только что, ну и осуществлять контроль за всеми стратегическими предприятиями.

Всё боевое крыло и политическая организация переходила под контроль Олега. И он же назначал командиров и ему же они и подчинялись. Теперь нужно было время, чтобы всё это переварить и заставить работать в нужную сторону.

Но оставались по-крайней мере ещё три проблемы: - полк Рокота и администрация города с остатками корпуса стражей порядка и внутренней гвардии. Городом и областью Олег управлять был не готов, но и предательства ждать не хотелось.

Предательство в мирной жизни - так и называлось предательство.

Предатели в гражданской войне, назывались уже не так, - они назывались "ренегатами", то есть предателями поневоле и даже не всегда ради выгоды, иногда ради того, чтобы выжить самим или дать выжить своим семьям, и тут всё было уже намного сложнее и Олег пока не знал, как бороться с этой проблемой.

Вернувшись в Фруктовый, Олег был тут же атакован Счетоводом и Набатом.

- Графит, - у нас заканчиваются деньги, что будем делать? - Заставлять бесплатно работать или будем искать и продавать драгоценности? И они оба выжидательно посмотрели на него.

Олег посмотрел Набата и спросил: - Ты ж говорил, что на бронепоезд хватит?

- Говорил, - не стал отрицать тот, но мы же ещё багги стали делать, а запчасти к ним, - где брать? А бензин? А масло?

На еду, медикаменты, снаряжение, помощь сиротам, ремонт базы и возведение укреплений - на всё и не напасешься.

- Ясно, - подвёл итог разговору Олег. Нам надо к банкирам и к мэру города. Или мы в одной упряжке, или они должны уйти отсюда. С этими мыслями Олегу пришлось остаться одному.

И он пошёл к Багире, ничего так не помогает обнулиться, как совместное времяпровождение с любимой женщиной, а уж помочь ей помыться вообще святое дело.

В общем скажу я вам, - мыться надо почаще, это дело полезное и важное, естественно мыться надо вдвоём и обязательно с любимой женщиной, да в принципе и не по одному разу, - если здоровье конечно позволяет.

Так, что вечер и ночь для Олега и Багира вышел очень насыщенным и разнообразным и самое главное никто из них не пожалел впоследствии об этом. Наоборот они ещё больше укрепились во мнении, что чистота - это залог здоровья, а здоровье надо беречь и встречаться для поддержания здоровья как можно чаще и в разных местах, и желательно не в лазарете.

Так, что Багира, взяла с Олега слово, что он присмотрит себе другой кабинет - более просторный и как только она выздоровеет, она переедет к нему.

И на Олега, глянул полностью бескомпромиссный, и даже жёсткий взгляд, очень красивых тёмно-карих глаз Багиры, он молча кивнул, улыбаясь ей.

- И, меня зовут Алина, - напоследок сказала она. - И ты Олегг... будешь называть меня только так. Понял? И она подняла левую, красиво очерченную бровь.

- Есть по-военному, ответил Олег и сбежал из лазарета, пока его ещё чем-нибудь не озадачили.

Глава 4 Каратели.

Один из бывших Директоров Верховного совета, сидел в своей резиденции в Прикарпасье. Он уже давно продвигал, тайную экспансию национал-социалистов, - со стороны мадъяр, и их австрийских друзей и очень сильно надеялся, когда-нибудь стать фактическим главой всей оккупированной территории.

От самой границы Оранжевой республики до самых Карпасских гор, а также Прикарпасья и Полесья. Его покровители, уже фактически назначили, наместником всех захваченных территорий и разрешили подобрать своих людей в администрацию и полицейские силы.

Ему здесь это сделать было нетрудно. Ведь его предки были из Венгрии и его кровь взывала, вернуться в лоно "фатерлянда". Да, он приложил немало усилий, для того, чтобы Совет Директоров, так и не смог выбрать Верховного Директора.

Подкуп, шантаж, интриги, политические убийства и подставы, - в ход шло всё! И он был не одинок. По-крайней мере ещё два Директора, занимались тем же самым, только уже в интересах младотурков и Союза Северных и Южных Америк.

И общими усилиями у них получилось! А теперь, просто нужно было поделить территории и навсегда разорвать на куски, некогда монолитную республику. Ну, а потом передать своим детям во владение, уже полностью свою территорию.

И в этом, ему очень помогли добровольческие батальоны, в которые они набирали всяческих отморозков, выполняющие роль пушечного мяса и своими действиями раскачивали ситуацию в республике, чтобы она вышла из под контроля законной власти.

Ну и, чтоб они выбивали и уничтожали, самых порядочных из рядов сторонников сохранения государства.

Он с удовольствием вспоминал, как инкогнито, руководил операцией по перехвату и уничтожению сначала колонны автобусов, со сторонниками жёлто-синих, а потом и колонны ополченцев.

Как люди бежали, плакали, молились, а потом падали под ударами бит, а чуть позже и от пуль - они все, были в его власти! Это он распоряжался их жизнями, это он решал их судьбу! И он, искренне наслаждался этими чувствами в полной мере.

Он решал, он казнил, и он же отпускал грехи, своим карателям. Но сейчас, он был огорчён. Его тщательно спланированная и продуманная операция, по захвату крупного промышленного города на востоке республики, с треском провалилась.

Погиб его верный соратник и друг - Отто фон Шнайдер. Сначала,- Грета, а теперь за ней отправился и любящий её Отто. Эту весть принёс штурм-майор Вернер. Какая потеря!

Но, как, как он мог проиграть? Всё было рассчитано. Анархисты дезинформированы, а реваншисты сознательно пожертвовали, своим пушечным мясом. Ведь в том регионе, они были малочисленны и не было крупных интересов.

Взамен же, они выторговали себе, неплохие условия. А, сейчас? А, что сейчас? - Сарьков, должен был стать плацдармом, для захвата всего правобережья Сары, чтобы не допустить туда американских ССЮА.

Да, надо думать, думать.. и кто там сейчас "рулит", - в этом Сарькове? Кучка реваншистов? - или кучка оставшихся в живых анархистов? Вопросы, вопросы.

А может быть Рокот, вышел из запоя и поднял остатки своего полка на захват города? - Может быть, может быть. Да ещё , эти еврейские контрабандисты, мутят воду, - с их дикой идеей, сделать часть побережья Тёмного моря и полуостров Дрим - территорией еврейского государства с громким названием: - Адама Наун ( Земля Надежды). С центром в городе Оресса.

И как они собираются это сделать непонятно! Ведь там, всё сначала захватили наши чёрно-коричневые друзья из "Реванша" , а потом передали захваченное турко-албанскому альянсу и уходить оттуда, - те не собирались.

А, евреи, даже с помощью своих африканских соплеменников, ничего больше 10000 бойцов  - выставить не смогут, да и то необученных. А ведь ещё нужно: - оружие, техника, корабли для десанта, - так что, ничего у них не получится.

Ну а ССЮА, с которыми у них были неплохие отношения, преследовали, только свои интересы и цели. Им нужны были зерно и выход дальше, в сторону казахов и далёкого Китая. Так, что нет и нет.

Ну, да ладно, вернёмся к нашим баранам. Надо отправлять карательный отряд в Сарьков и желательно совместно с реваншистами и лучше это сделать по реке. Для этого дела, не жалко отправить и парочку танков - присланных нашими немецкими друзьями.

Как раз, есть и пара барж, - для этого дела. Ну и торпедные катера, для охраны. Ещё Вернер рассказал, что базу уничтожили, внезапным ударом химическим оружием, так что, - ответим тем же.

Как раз, на одном из катеров, есть шестиствольная реактивная пусковая установка, да и ракет к ней - с химической начинкой предостаточно - полгорода, хватит "травануть", а больше и не надо.

Нажав на кнопку связи селектора, он сказал: - Маришка, вызови мне Вернера, он должен быть здесь.

Через полчаса, в дверь аккуратно постучали и предупрежденный своим секретарём, - а Маришка помимо бюста четвёртого размера, носила ещё звание фельдфебеля из ныне расформированного корпуса стражей порядка, и отлично стреляла из своего маузера ,- он впустил в кабинет к себе - Вернера.

- Вернер, - дружище! - Тебе предстоит отомстить, за наших погибших соратников в Сарькове ,- не дал он даже раскрыть рот тому, и сразу перешел к делу, ради которого, он собственно и вызвал его.

- Ты, назначаешься главой карательной экспедиции. Бери весь личный состав первого добровольческого и обязательно, не забудь Надю Череп, - пускай вспомнит, те места. Её же там, чуть задницу, гранатой не разорвали. Вот пусть и порезвится - вспомнит былое.

Да, с вами, на баржах и союзники наши поплывут, вместе с танками - плацдарм готовить. Так, что будет весело! Ну, всё, иди готовься, а я, все приказы, отдам сегодня же. Поспеши, я на тебя надеюсь!

Молодцеватый Вернер, чётко щёлкнул каблуками и вышел из кабинета. Мельком взглянув на секретаря-адъютанта бывшего Директора, он улыбнулся ей, вспомнив одну из жарких ночей с ней. Когда его рука, жадно мяла её грудь - формой напоминающей, спелые дыни и её длинные ноги, стискивающие его в экстазе соития.

Тряхнув головой, он избавился от приятных воспоминаний и поспешил, выполнять, отданный ему приказ. Ему опять придется совершать, не самую приятную поездку туда, где он потерял почти всё.

В этот грёбаный Сарьков, и он боялся опять встретить, своего антипода, - некоего Графита, который вечно влезал в последний момент, в их планы и всё "переговнячивал" на свой лад. А в последнее время и со смертельным исходом, для тех, кто всё это планировал.

Да, два батальона пехоты, пускай и не по штатам военного времени, - это будет разгром жалкой кучки анархистов, и полк Рокота, их не спасёт, как и химическое оружие.

И, он точно знал, химического оружия у анархистов, больше нет. Так что, Сарьков - падёт!

Время шло, а тучи сгущались над Сарьковым и всеми его жителями, в том числе и над бывшими анархистами, а сейчас и над отрядом Графита. Ту партию или организацию, что он придумал, ещё не воспринимали всерьёз и поддерживать не спешили. Но вот как военную силу, очень даже.

В течении последних двух недель, его отряд вынес всех бандитов из двух ближайших к его базе районов и центра Сарькова, а его подростковые отряды проникли во все остальные районы и распространились по всей области .

Они мчались на выданных им багги, бряцая оружием и наслаждаясь свободой. Их целью была разведка, разведка и ещё раз разведка, и попутно агитация - вступать в ряды отрядов Графита. Лучшей рекламой которых - были они сами.

Они же и донесли, что к границам Сарьковской области приближается какой-то крупный вооруженный  отряд, а по реке, медленно в их сторону двигается другой.

Отряд Олега, сейчас насчитывал уже 500 человек боеспособных бойцов и к нему каждый день приходили новые, которые тут же направлялись на полигон и стрельбище; и это не считая подростков.

Захваченной техники, оружия и боеприпасов хватило, чтобы вооружить 5000 бойцов, а может даже и больше, если восстанавливать поломанное и заново обыскивать все разрушенные базы.

Но без полка Рокота - Сарьков не отстоять. На следующий день после получения сведений о неизвестных вооруженных отрядах, Олег оседлав багги и взяв с собой внушительную охрану, отправился к Рокоту.

Глава 5 Бой до конца.

Рокот его ждал. Они сидели с ним вдвоём в кабинете директора и угрюмо молчали. Каждый из них думал о своём, и  их думы не были сладки как мёд или патока, они были горьки как отвратное лекарство, что-то вроде хинина или какого-нибудь антибиотика.

Рокот вспоминал свою любимую жену, погибшую в Сарькове, неизвестно от чьих рук, а Олег вспоминал всех тех людей, которых он не смог спасти и думал как спасти всех тех за кого он отвечал.

Разведка Рокота не подвела, не заплыла жиром и не спилась, как чуть было не спился он сам, именно они проанализировали информацию полученную от Олега и добавили свою.

Ну, а Рокоту, достаточно было понять, что война опять пришла за ним, чтобы собраться самому и собрать заново свой полк. Теперь они знали, что к ним пожаловали как добровольческий батальон красно-черных, так и регулярные силы мадьяров.

Ну а отряд албано-турецкого альянса и не собирался скрываться, опустошая все встреченные на пути населённые пункты и не встречая никакого сопротивления.

Один из пострадавших от них, сейчас сидел прямо перед Олегом и со слезами на глазах и с крепко сжатыми кулаками на руках, рассказывал про ужасы, которые он пережил и которые ещё предстояло пережить ещё многим, кому не посчастливиться встретиться на пути этих отморозков.

Албанцев было много, гораздо больше, чем людей у первого карательного отряда красно-чёрного, но это не смущало Олега. Его смущало, что они не торопились и поэтому у него не было права на ошибку, всё надо было решить одним ударом.

После полученных сведений, Олег остался у Рокота до утра. Всю ночь, они расстелив на полу карту Сарьковской области, прикидывали, куда и откуда нанести удар.

Считали своих бойцов и сколько бойцов было у их врагов. Вооружение, техника, подготовленность, моральная готовность отдать свою жизнь в бою: - всё это имело цену и медленно падало на чашу весов предвзятости, сначала к себе, а потом к врагу.

Они спорили до хрипоты, обвиняли друг друга в тупости и ослоумии, сквернословили, и издевались над провалами в знаниях друг друга, но мало по-малу, их план противодействия нападению стал вырисовываться. Их врагов ждал сюрприз, а скорее всего и не один.

К утру план был рождён, оформлен на карте и в кратких набросках от руки в старой клетчатой тетради и закреплен стаканом водки, для снятия напряжения мозгового штурма, после чего они оба "отрубились" до обеда. А проснувшись, отправились готовится к бою.

Колонна Графита, растянувшись почти на километр, пылила по старой просёлочной дороге, убитой ещё с десяток лет назад. Справа и слева от неё изредка мелькали патрульные багги сопровождения, прочёсывая местность.

Колонна, совершив сложный манёвр и проскочив между берегом реки Сары, по которой двигался отряд красно-черных, с приданным ему батальоном мадъяр, и магистралью, по которой маршировали батальоны албанцев и турок, вышла им в тыл.

Крюк пришлось совершить очень большой, но усилия, затраченные на этот манёвр – того стоили. Бойцы до этого «мандражировавшие», или не понимающие, ради чего они это делают, сейчас сидели, стиснув зубы на своих местах, и сжимали в руках свои автоматы.

Для них наглядным уроком, послужила экскурсия по неволе, которую, они все прошли, - проезжая, через сгоревший посёлок, когда-то носивший гордое название «Счастье». Теперь же даже в насмешку, ни у кого бы не повернулся язык так его назвать.

От всего посёлка остались только сожженные остовы домов, в основном кирпичные или шлакоблочные, да редкие вкрапления старых домов из самана, который горел даже хуже, чем кирпич.

На улицах посёлка Счастье, валялись не прибранные трупы его жителей, по большей части мужчин, но попадались и женщины, из числа тех, кого, либо насиловали группой, либо убили просто так, зато, что пытались защитить своих детей или родственников.

Никого из захватчиков и карателей не интересовала судьба людей, а тем более их жизни, они пришли сюда, чтобы грабить и наслаждаться грабежом, убийствами и изнасилованиями, и их не волновали ни общечеловеческие ценности, ни толерантность, ни даже ненависть по отношению к ним.

Они чувствовали себя хозяевами на этой земле, а что должны делать хозяева? Правильно – наслаждаться свободой! Делай, что хочешь, и ничего тебе за это не будет!

Даже наоборот. Ты станешь героем, и будешь рассказывать своим друзьям за рюмкой ракки, скольких ты убил и сколько награбил в походе на этих вшивых, граждан Оранжевой республики.

Но Графит, не собирался, никому, ничего прощать. Да закон сейчас не работал. Да шла война и объявленная и необъявленная. Но законы военного времени тоже никто не отменял и он в своём праве, также мог казнить и убивать, но не прикрываясь, торжеством закона, а всего лишь реализуя нормы морали.

Он воплощал в жизнь, своё право защищать свой дом, свой мир, своих близких, и не очень, людей; - своих граждан. Вся вина, которых была в том, что они жили на этой земле и значит, были виновны. И значит, он тоже был в своём праве и свободе выбора. И сейчас он его реализовывал.

Остановившись в сожженном посёлке на час, он отдал приказ, найти всех погибших и захоронить их, и первым полез в сгоревшую двухэтажку, где вынес на своей плащ-палатке первые останки погибших - в скорбной череде собираемых и захороненных в братских могилах.

Первым, взял сапёрную лопатку, и на окраине «Счастья», начал копать могилу. Он копал, и скупые мужские слёзы стекали по его коричневому от шрамов и ожогов лицу, попутно смешиваясь с пылью грязных дорог и потом от жаркого летнего солнца.

Он копал и вспоминал, всех тех, кого уже не было с ним рядом; и тех, кто на его глазах, сражался до конца: - за себя, за свою страну, за своих детей, и погиб в неравной борьбе.

Потому, что когда ты защищаешься – борьба всегда неравная, ты к ней не готов заранее.  Это не ты пришёл, чтобы убивать или грабить, - а к тебе.

И слезы капали, стекая на сухую землю, а лопата выбрасывала комья земли, копая яму, и туда же уходили, бесследно исчезая - все переживания, все планы на будущее, весь инстинкт самосохранения, - оставляя только одно чувство – чувство неизбежной справедливости и он знал – оно будет.

Он собирался остаться здесь на час, а остался на три! Перед выездом из «Счастья», он не выдержал и построил всех своих бойцов, с удивлением обнаружив, что его отряд ощутимо пополнился.

- Не все, сбежали из посёлка: - кто-то смог выжить, кто-то спрятался, кто-то был в отъезде, и теперь все они сейчас стояли в его строю, с горящими от мести глазами и заплаканными лицами, и смотрели на него не отрывая глаз.

На правом фланге фланге стоял старый мужчина и сжимал в руке старое охотничье ружьё, рядом с ним стоял мальчик лет 10 и держал в руках кухонный нож и столько ярости было в его глазах, что Олег не выдержал и сходив к БТРу принёс свой старый АКСУ, которого называл «Малышом» и отдал его пацану.

Тот, тут же повернулся к мужчине и сказал: - Деда, научи как стрелять, я их всех убью!

Встав перед строем, Олег сказал:

- Братья! Граждане Оранжевой республики.

- Я вижу, то же, что видите и Вы.

- Так, скажите мне, сколько мы будем терпеть издевательство над нами и над нашим народом, скольких мы должны потерять, чтобы понять, что кроме нас, нас никто защищать не хочет.

- Что, нами пользуются и издеваются все, кто захочет, или кто считает себя сильнее, - реализовывая своё право силы.

- Что, нам навязывают чуждые нам идеи и грабят не стесняясь, низводя нас до уровня рабов и проституток.

- Мы должны это прекратить! - Сейчас! Я, призываю Вас, отдать все силы в предстоящем бою. Нас мало, нас очень мало и мы слабее, и хуже обучены, но ради чего тогда жить! Лучше умереть в бою и умереть человеком! А, не сдохнуть в канаве, пресмыкаясь и унижаясь перед врагом.

К оружию братья! По-машинам!

И весь строй в одном порыве, схватился за автоматы. Защелкали, предохранители, клацнули затворные рамы, щёлкнул патрон, загоняемый затворной рамой в патронник автомата, и только спусковой крючок оставался нетронутым – его время ещё не пришло.

Люди бросились к бронетехнике и к своим машинам, - заурчали басовито двигатели грузовиков, пыхнули вонючим сизым дымом несгоревшей солярки двигатели «мотолыг», весело затренькали бензиновые движки лёгких багги.

И вся колонна, развернувшись, двинулась на максимально доступной скорости впёред, пытаясь догнать далеко ушедшего врага, подкрадывающегося к очередному посёлку и не подозревавшего, что его там ждёт сюрприз, который приготовил ему Графит, оставив, для подготовки его, своих лучших бойцов и минёров.

Враги.

Энвер Такош с радостью пошёл в этот поход, надеясь заработать денег, славы, ну и удовлетворить все свои низменные потребности.Ведь его сверстницы, в основной своей массе, были не сильно хороши, если не сказать, что просто страшные, да ещё и с безобразными расплывшимися фигурами. Всё достоинство которых, была в их рыхлости и мягкости, но их толстые икры и ягодицы, не возбуждали его.

- А, вот истории о красавицах республики, он достаточно наслушался, как в своём городке затерянном  в предгорьях Албании, так и у походных костров в полевых лагерях со своими инструкторами готовившими их к войне.

- О, воевать он умел, это вам не запоминать на уроках географии, столицы ненужных ни ему, ни любому из его класса государств и не пыхтеть над логарифмами, сути которых, он просто не в состоянии был понять.

Здесь было просто и не нужно думать – беги, прячься, целься, стреляй и мишени падают одна за другой от его выстрелов. Он был молод, ему хотелось приключений и много красивых женщин и конечно денег, чтобы купить, всё, что захочешь.

А для этого надо было всего лишь вступить в ряды альянса, научить воевать и всё, можно идти и брать всё, что разрешат командиры, ну а те разрешали почти всё, в походе, только с незначительными ограничениями.

Взял например девушку в бою, в «плен», если красивая – то сильно не пользуйся, оставь её своему командиру, а тот, может презентует её более старшему начальнику.

Не жадничай – делись с начальством, в том числе и награбленным, и оно тебя заметит, выделит и может даже не будет посылать тебя в самое пекло боя.

– Красота!

Энвер, сидел рядом со своим турецким другом, в броневике открытого типа, без бронированной крыши. Вместо неё у них был установлен крупнокалиберный пулемёт на станке с противопульным щитом. И вовсю вертел головой по сторонам.

Они на большой скорости вместе с передовым отрядом приближались к очередному посёлку, надеясь застать их слабую охрану врасплох и добиться лёгкой победы, как в начале похода.

Предыдущий посёлок, так просто не сдался, и защищался, как мог, за что и был полностью сожжён. Энвер, там славно порезвился и хоть молодых красавиц ему, увы, не досталось, но зато попалась уже не молодая: – женщина лет сорока, - мать двоих детей и ещё умудрившаяся сохранить красоту и фигуру, хоть и немного расплывшуюся с годами.

С которой он славно порезвился, на глазах маленькой дочки и одиннадцатилетнего сына, конечно при детях это было не красиво и где-то в глубине души, у него даже, что-то шевельнулось, но он старательно задавил порыв своей слабой совести, ведь он же воин и не абы какой.

С женщинами надо быть суровым, он же в конце концов её не убил, -её убил - кажется седьмой на очереди, из тех, кто на ней скакал. Он не считал, он был занят, уже другим делом, - копался во всех шкафах маленького частного домика, ища драгоценности хозяйки, нашёл правда только одно обручальное кольцо, её рано умершего мужа, но и то хлеб.

Ничего впереди ещё много посёлков и ещё больше, маленьких частных домиков со сладкими хозяйками.

Вглядываясь через прицел, на приближающиеся крайние дома посёлка, Энвер радостно вскричал и получив разрешение на стрельбу, нажал на гашетку.

- «Яяхуууу»  и длинная пулемётная очередь прошила стенку ближайшего к дороге домика.

-  «Яхуууу», и следующая - прошила стоящий во дворе небольшой дощатый сарай, оказавшимся обычным деревенским туалетом, развалив его напополам.

Щепки, напополам с кирпичной пылью начали расползаться и отлетать во все стороны, откуда из-за дома метнулась тень и раздался истошный визг старой бабки, не успевшей никуда спрятаться, а может решившей встретить свою смерть на кровати, но не выдержавшей ужаса войны и попытавшейся спастись в огороде, где её и нашла смерть долго ждавшая свою добычу.

Крупнокалиберная пуля, легко разорвав иссохшее тело старой женщины, подкинуло её в воздух и бросило на старую яблоню, которая ещё помнила её, молодой и красивой, и постаревшая вместе с ней.

Старуха медленно сползла по дереву, орошая яблоневую кору своей кровью. От удара старая яблоня сбросила свои немногочисленные плоды на свою хозяйку, засыпая её в безуспешной и уже ненужной попытке спасти.

И переломившись в стволе от очередной пулемётной очереди, рухнула, закрывая своими ветвями её труп, словно стыдясь того, на что способны люди в своей ненависти.

- «Яхуууу», упиваясь восторгом, своей силой и вседозволенностью, - кричал Энвер.

- «Яхуу», - пока земля не вздыбилась – внезапно, под колесом их броневика.

- «Яхухррр», - очередной крик у него не получился, из-за того, что он вылетел из броневика, подорвавшегося прям посередине поселковой дороги.

Его броневик поймав передним колесом мину, опрокинулся на полном ходу в кювет, где перевернувшись, убил водителя и смял пулемёт. Остальные находившиеся в нём, получив травмы, попытались вылезти из него.

Но ловко подкинутая граната, поставила крест на их планы, разметав их по сторонам изломанными куклами. Сам Энвер выпав на дорогу и не получил не одной травмы, отделавшись только ссадинами и царапинами.

Вскочил и бросив автомат, бросился бежать назад, завывая от ужаса, надеясь найти спасения у своих, идущих слаженной колонной позади, но увы увидев произошедшее впереди, вся колонна стала расползаться – стремясь выйти из под удара и съехать с опасной дороги.

Один из броневиков совершая резкий манёвр, не увидел Энвера, а может, ему было, наплевать на него, ведь своя жизнь дороже,- когда идёт бой, и её надо спасать  - в первую очередь.

Тем не менее, уходящий с дороги броневик, зацепил краем своей угловатой морды бедро Энвера и откинув слабое тело далеко с дороги, сломал ему бедренную кость в открытом переломе, из-за чего острые края кости разорвав мясо, сухожилия и артерии и вылезли далеко наружу, после чего, оставил, истекающего кровью Энвера, на обочине дороги; – умирать.

Но это не спасло броневик, ведь его водитель не знал, что обочина и всё пространство в обе стороны от дороги, то же заминировали и взрывы мин слились, в один нескончаемый гул, подорвав и раскидав все передовые машины на въезде в посёлок.

А, чуть позже, прогремели дистанционные взрывы, заложенных мин, ещё в самом начале дороги, когда, обороняющиеся убедились, что враг сгрудился перед посёлком.

И  когда, вся колонна, шедшая бравурным маршем, застыла в недоумении, что лёгкая добыча сорвалась, - то подорвали мины радио детонатором.

Эти мины немало унесли жизней любителей лёгкой поживы и уничтожили много техники, но основной бой был ещё впереди и отборный отряд Графита, его выиграть, к сожалению, не мог - слишком не равны были силы.

Графит

Колонна Олега, нагнала албано-турецкий альянс, уже далеко после полудня. Впереди слышался грохот канонады, и поднимались струи дыма, от сгоревшей техники и зданий.

Дав приказ остановиться, он созвав командиров, уточнил задачи и дождавшись, когда все займут свои места, развернул технику для боя в виде подковы, давая возможность, в случае своего успеха, отойти противнику в сторону реки, которая текла в десяти километрах отсюда.

Впереди,  на острие атаки была пехота; на броневиках и МТЛБ. По флангам багги, с прицепленными, к некоторым из них, прицепами с ЗУшками и в тылу оставался небольшой ударный отряд с разнообразным вооружением на случай форс-мажора.

Сам Олег оставался в своём «Воднике», но не внутри, а снаружи, тщательно осматривая поле боя в бинокль.

Убедившись, что все готовы, он отдал отмашку:

- В атаку! Марш! И отдал приказ двум миномётным батареям.

– Огонь!

С диким свистом и уханьем в сторону противника полетели, не только мины , но и люди, оседлав свою технику.

Дико визжали девчонки, уцепившись обеими руками за лёгкие ручные пулемёты, которые были размещенные на багги. Тонкими, ломающимися голосами, вторили им безусые мальчишки, дёргая рулем в упоении боя и только седовласые, и не очень мужики, тихо матерились сквозь зубы, сидя на сиденье водителя «мотолыг» и дёргая сильными руками фрикционы, или приникнув к резиновым окуляром убитого прицела своего крупнокалиберного пулемёта.

Они то знали, что придётся умирать и гореть в своём бронетранспортёре и корчиться от боли, пытаясь выжить в горячке боя. Знали, и всё равно шли в бой, не ради наживы, не ради славы, не ради чести, а ради того, чтобы жили другие, которых они никогда не видели и никогда не узнают.

Громко застучали пулемёты всех видов, увидев их атаку, стали разворачиваться орудия батареи турков, но где там.

Багги, эти псы войны, управляемые подростками, как тачанки Махно, в своё время, сеявшие пулемётами лишь смерть – пошли в атаку..

В пылу своей молодости, не верившие в свою смерть, но успевшие повидать за свою короткую жизнь, много плохого, что многие старики не смогли увидеть и за всю долгую жизнь.

Они шли в атаку: - Ветер свистел в ушах, развевались коротко стриженые волосы девчонок, поклявшихся отомстить за своих родителей и за себя, некрасиво матерились парни, мечтавшие о том же, что и девчонки.

Дико взрёвывал мотор, молотя своими поршнями в цилиндре двигателя и казалось тоже пел какую-то свою, победную песню переваривая в себе высокооктановый бензин и масло, и желая так же как и они, в едином порыве.

- В атаку, в атаку, в атаку.

Рассыпавшись в цепь, а потом разойдясь крыльями влево и вправо, они отработали приём придуманный Бухало, и вбитый в них на уровне рефлексов,- окружения и уничтожения более медленного противника.

Кинжальным фронтальным огнём своих лёгких пулемётов, они растаскивали боевые порядки врага, уничтожали, всё, что могло двигаться и бежать и стрелять, опрокидывали в пыль и грязь мёртвые тела людей и машин, разгоняли своими выстрелами прислугу орудий и миномётов, а под конец атаки, умудрились подорвать грузовик с боеприпасами и автоцистерну с бензином.

Вся тыловая колонна заполыхала, из-за огня и дыма, уже не было видно ни посёлка, ни поля боя, ни самих то ли обороняющихся, то ли атакующих батальонов врага. Но успех не будет вечным, разорвав кольцо огня, в атаку пошли тяжёлые бронетранспортеры албанцев с пушечным вооружением.

Их и было всего восемь, но два подорвались на минах при въезде в посёлок, два подорвались уже в колонне позже, а один вышел из строя из-за сломавшегося двигателя и теперь оставшиеся три, шли в обдуманную контратаку, ведомые чужой волей и яростью.

Противопоставить им было нечего, все БМПшки, Олег отдал в распоряжение Рокота, на борьбу с отрядом красно-чёрных карателей, а с собой взял только пулемётную бронетехнику и теперь смотря на бой подумывал, не пойти ли самому в атаку, с последним оставшимся у него отрядом.

Но не зря он верил в людей и особенно в молодёжь. Увидев, как бронетранспортеры разорвали кольцо огня и ринулись в атаку, на них бросились все багги, что находились в прямой видимости.

- «Назад, назад», Олег вскочил с брони и стал напряженно всматриваться вдаль, пытаясь докричаться до них. Но тщётно – безумству храбрых поём мы песню.

В каждом багги был либо реактивный огнемёт, оставшийся ещё из запасов, найденных в  химическом бункере, или ручной гранатомёт, специально для борьбы с тяжёлой техникой.

Вот и сейчас они все пошли в дело сразу пять клубков огня, устремились навстречу трём бронетранспортерам и все поразили цель, только один бессильно соскользнул, чиркнув огнём по броне и ушёл по-касательной.

Но не все бронетранспортеры были уничтожены, - один по счастливой случайности остался цел, в горячке боя все целились по двум другим, а этот не тронули он угрюмо продолжал рваться вперёд, хоть и остался один.

Его башенка с пулемётом и орудие, непрерывно вращались в разные стороны и плевались огнём, не подпуская к себе никого и на расстоянии поражая свои цели. Вот получив несколько попаданий остановилось и замерло одно из МТЛБ, вот кружащий невдалеке багги зацепило пулемётной очередью и он кувыркнувшись опрокинулся, бешено вращая колёсами.

И тогда, не ожидая остальных, и не надеясь ни на какую помощь, на БТР набросился один из багги, круживших вокруг и видно перезаряжавший свой гранатомёт.

В самоубийственной атаке, сильно разогнавшись, чтобы его не успели поймать в прицел , он выскочил на дистанцию прямого выстрела и хрупкая фигурка со светлыми коротко обрезанными волосами, поднявшись в нём и прицелившись, нажала на спуск.

Граната слетев и только успев разогнаться, тут же влетела во внутрь БТРа, через смотровое окно водителя.

Раздался взрыв, который зацепил, пролетавший мимо, почти вплотную, багги, и его откинуло взрывом в сторону, смяв и осыпав горячими и убийственными осколками.

- «Суки» и слёзы, непрошенным ручьём брызнули из глаз Олега.

- В атаку! - Он махнул рукой резервному отряду и нырнул в люк «Водника».

У противника ещё оставалось много живой силы; - и это несмотря на оборону посёлка, атаку основных сил Графита и кинжальный огонь пулемётов багги и МТ-ЛБ, - ведь его численность, изначально, почти в три раза превышала, численность всего собранного Графитом, отряда бывших анархистов, и присоединившихся к нему жителей посёлка.

Часть противника, уже втянулась в посёлок, постепенно его захватывая. Для того, чтобы они побежали в нужную Графиту сторону, необходимо было посеять среди них панику и выманить остатки батальонов албано-турецкого альянса в сторону реки на открытое пространство, чтобы уничтожить их полностью.

Весь тыл у противника был уже уничтожен, доступ к топливу и боеприпасам, прерван храбрыми баггистами и враги начинали это понимать, боеприпасов у них оставалось едва на час-полтора боя.

Необходим был сильнейший удар, который взял бы на себя всю их ярость и все остававшиеся у албанцев с турками боеприпасы. И Олег его нанёс.

Быстро сориентировавшись в ходе боя, уже начавшейся атаки, он перенацелил свой удар на левый фланг, дав возможность противнику откатываться вправо. Связавшись по-радио с командирами отрядов.

Он отдал приказ, убрать багги с правого фланга, перегруппировать их в стороне и затем, усилив и пополнив всем, чем можно выждать, когда албанцы будут откатываться к реке, нанести ими удар, обратив отступление в панику и уничтожение.

Командир отряда, обороняющего посёлок, получил приказ усилить натиск, на том же направлении, куда бил и Графит. Сам же он приникнув к прицелу НСВТ попытался срастись с ним вместе и трясясь внутри броневика, он понимал, что идёт на огромный риск, находясь во главе атакующего клина бронетехники, своего последнего резерва.

Звуки боя слабо проникали сквозь бронированную шкуру броневика, выстрелы автоматов, редкие вспышки гранатомётов и орудий, всё это смотрелось сквозь прицел, как необходимый антураж жизни.

Заметив на небольшом пятачке пару вражеских броневиков и группу солдат начинавших окапываться, он направил своего водителя в ту сторону и развернув пулемёт, нажал на электроспуск.

Длинная очередь из 14,5 мм пуль прошила борт одного из броневиков, заставив его задымиться, следующая подкинула в воздух сразу троих солдат, а дальше всё слилось во одно мгновение.

Он стрелял и стрелял, перезаряжал ленту, преследовал убегающих, снова атаковал, и снова стрелял. Их отборная резервная группа, ворвалась в боевые порядки последнего боеспособного батальона и успешно их громила, выдавливая по-немногу из посёлка.

Последний бой, после которого побежали албанцы с турками, оказался на небольшой площади перед местным кинотеатром и по-совместительству домом культуры и творчества.

Здесь они успели развернуть последнюю остававшуюся у них батарею из трёх пушек  и, скорее всего последний резерв, который и встретил шквальным огнём уже изрядно потрёпанную группу Олега.

Вылетев с ходу на площадь броневик Олега сразу поймал два снаряда из трёх по корпусу. «Водник» содрогнулся, но выдержал попадания, а Олег открыл огонь из своего раскалённого пулемёта и даже успел выбить расчёт одного из орудий, когда краем глаза увидел как оставшиеся два успев перезарядиться, выстрелили в его сторону.

- «Газуй», - успел крикнуть Олег водителю и броневик рывком прыгнул вперёд, когда один из снарядов пробил башню, а второй - лоб броневика, попутно развалив двигатель и убив водителя.

Разбитый выстрелами «Водник» по инерции доехал до орудия и встал, загоревшись чёрным дымным пламенем. Оставшиеся без лидера «мотолыги» ещё более яростно вломились в ряды врага и уже не стесняясь стали давить его гусеницами , наматывая кишки и куски человеческого мяса на свои траки , заставив их дрогнуть, а потом и побежать.

Дальше, оставалось только расстреливать из пулемётов убегающих и вламываться, прям на «мотолыгах» в дома, где пытались они спрятаться. Это, ещё больше деморализовало отступающих, и тогда бросая раненных и сломанную технику, орудия и боеприпасы, они все «ломанулись» к реке, надеясь найти там помощь и укрытие от преследования.

Но не всем, было суждено до неё добраться, только десятки, смогли получить сомнительную честь, утонуть в её темно-жёлтых водах, остальные полегли от огня пулемётов багги, далеко на её подступах, украсив своими разноцветными трупами старую степь, видевшую за прошедшие тысячелетия не одних захватчиков.

На другой берег смогли добраться только единицы и ничего хорошего, они поведать не могли, а слухи один страшнее другого их даже обгоняли.

Разъярённые жители всех уничтоженных посёлков всех пойманных в плен, включая раненых – показательно повесили на фонарных столбах, после чего сожгли, сбросив пепел в Сару.

Но всего этого, Олег увидеть не мог. Успев упасть на дно броневика, он не был убит сразу снарядом, а получив сильную контузию, потерял сознание и уже горел в который раз, когда его смогли вытащить из броневика, после того как обратили в бегство противника.

- «Тебе не привыкать», - вспомнил он в бреду, слова своей жены из другого мира, которые она говорила, когда он в очередной раз попадал в неприятности по службе из-за своего вспыльчивого характера.

- «Мне не привыкать», снова и снова повторял он, облизывая сухим языком, потрескавшиеся губы обожженного лица и стонал от нестерпимой боли, почти никого не узнавая вокруг.

Его организм боролся за жизнь всё время, когда его изрядно потрепанный отряд, но зато увеличившийся как минимум вдвое, нагруженный захваченными трофеями и новобранцами, возвращался обратно на базу в посёлок Фруктовый.

Весь перевязанный бинтами и намазанный всеми немыслимыми мазями , которые смогли найти благодарные жители, он лежал в отдельном грузовике и медленно трясся в дороге и надеясь, что он выживет и сможет снова увидеть Багиру.

Глава 6 Рокот

Полковник Рокот осматривал в бинокль излучину реки Сары с расположенным посередине неё островом. Остров был расположен всё-таки ближе к противоположному берегу, по которому двигался батальон мадъяр на своих тупорылых грузовиках и бронемашинах, формой похожих на открытый гроб, с торчащими вперёд пулемётами.

По реке неспешно плыли вперёд в направлении Сарькова, две большие тихоходные баржи, на палубе каждой из которых, стояла техника добровольческого батальона и по одному танку.

Сейчас стоявших без экипажа, но с грозно повёрнутыми стволами орудий, в сторону берега на котором, находился Рокот со своим полком. Вокруг барж сновали два небольших ракетных катера, на одном из которых, находилась необычная шестиствольная установка.

Про неё Рокот был наслышан; - по-своим старым каналом, он несколько дней назад, получил информацию, что на катере с этой установкой, есть ракеты с ипритом, действие которого он не хотел испытать ни на себе, ни на жителях Сарькова.

По баржам вальяжно расхаживали одетые в чёрное с редкими проблесками красного  добробатовцы. О них, он тоже был весьма наслышан: - 1 добровольческий, собранный из самых идеологизированных отморозков с окраины республики.

Запятнавшихся себя кровью замученных, мастеров засад и подстав, обманов и предательств, тех - которые воевали не ради денег или точнее, не только из-за них, но и ради удовольствия видеть мучения жертв.

Не раз и не два, он сталкивался с ними. Но нападать на неопытных ополченцев и на ветеранскую армию - не одно и тоже. Поэтому, в прошлый раз, они разошлись вничью. Сейчас же, он не собирался давать им такой шанс.

Дождавшись, когда обе баржи минуют остров, он отдал приказ. Впереди у кромки берега, что-то блеснуло. Это рыбак на небольшой моторной лодке, завидев катера, попытался скрыться, до этого сидя тихо в камышах.

Лодка сначала рванула к противоположному берегу, но поняв свою ошибку развернулась и ринулась обратно, ища подходящий спуск к воде. Она уже почти успела уткнуться носом в берег, когда её догнал ближайший катер с той самой реактивной установкой.

"Шрррх" и катер развернувшись и не заезжая на мелководье, своей волной опрокинул лодку.

"Брамс", "брамс", "брамс" застучали по его обшивке "кошки" с натянутыми канатами и начали притягивать катер к берегу. Одновременно с ними из реки на катер полезли подплывшие к нему бойцы и бросились в рукопашную.

Второй катер, хоть и поздно заметил беду, но на ходу развернувшись, попытался прийти на помощь своему товарищу, но внезапно выехавшая на крутой берег, счетверённая зенитная установка, не дала ему никакого шанса.

Глухо заревели подаватели лент и крупнокалиберные гильзы посыпались на корпус установки, корпус катера стал содрогаться от многочисленных попаданий крупнокалиберных пуль, быстро задымил двигателем и потеряв управления, стал заваливаться влево уходя с курса.

Но ему не суждено было закончить курс, жёлтая речная вода через многочисленные пробоины стала поступать в его трюм и всё больше и больше замедляясь, ракетный катер нырнул в её полноводные воды, так и не успев сделать ни одного прицельного выстрела в ответ.

На поверхности, остались только большие гулко лопающиеся пузыри воздуха, ошмётки мусора и несколько тел моряков кружившихся в водовороте, созданным тонущим катером.

Быстрая гибель второго катера и захват первого, ещё долго держала в шоке экипаж обоих барж и всего личного состава добровольческого батальона. Но воспользоваться паузой им не дали БМПшки, выехавшие на прямую наводку и ставшие расстреливать их своими 30 - мм снарядами.

Очнувшись от шока и неся потери от огня пушек, добробатовцы заметались по палубе, экипаж барж, повернул суда к противоположному берегу. Шедшая второй, баржа, поняв, что ей проще дать задний ход и причалить к острову, чем наперегонки плыть к противоположному берегу - дала задний ход.

А события развевались дальше, приняв свой неизбежный ход. Мадьяры услышав грохот канонады, начали разворачиваться и идти на помощь своим союзникам.

Которых тем временем уже расстреливая изо всех имеющихся стволов с берега. Первая баржа загорелась, глухо бухнул выстрел танковой пушки, но снаряд ушёл выше.

Второй танк не стрелял, видимо там было не до этого, - на горящей то барже. Разгораясь всё сильнее, первая баржа стала потихоньку набирать воду, не успевая добраться до берега. Увидев её катастрофическое положение, Рокот, отдал приказ сосредоточить огонь только на ней.

Что, сразу же сказалось, баржа замедлила ход и затонув, села на мель в нескольких десятков метров от берега, с неё стали сыпаться люди в воду, пытаясь вплавь добраться до берега.

Но шквальный огонь с противоположного берега не оставлял им никаких шансов. Стучали крупнокалиберные и ручные пулемёты, трещали автоматы всех модификаций, резко щёлкали выстрелы старых снайперских винтовок.

Только пушки БМП, перестали расстреливать её и переключились на вторую баржу, где находившейся на ней танк выстрелил второй раз, но снаряд не долетев, ударился в топкий берег, подняв целый столб воды и осколков, но никого не задев.

А затем, в третий раз, и крутой берег расцвёл, огромным цветком старого песка. Почувствовав угрозу БМП начали маневрировать, появляясь в разных местах и тут же оттуда уезжая.

Танк покрутив дулом не успел захватить их в прицел и плюнув открыл неприцельный огонь по берегу, за всем, за этим баржа смогла потихоньку отгребая назад причалить к острову и уже там с облегчением загорелась.

Показав наконец, что она держалась до конца и сделала, что смогла. Добробатовцы, это оценили и горохом посыпались с неё, пытаясь укрыться, от огня.

В это время и мадьяры, вернувшись, столпились на берегу и открыли огонь, прикрывая своих союзников и пытаясь им помочь и вытащить на берег оставшихся в живых.

Но для них у Рокота, уже была "домашняя" заготовка. Сзади него и по его команде, гулко выстрелили сразу три 120 - мм миномётных батареи и мины, громко подвывая своей смертоносной мелодией, а на подлёте, уже и нежно пришёптывая песню смерти, устремились к цели.

Гулко и красочно расцвели разрывы, среди техники и людей, не все мины попали куда надо, некоторые упали в воду, подняв столбы воды и брызги и повторно убивая, уже мёртвых и ещё остававшихся живыми людей.

Затем был второй и третий залп, и батареи перешли на беглый огонь расстреливая чужой берег. Следуя своим корректировщикам огня, они переносили огонь, то влево, то вправо, то вглубь, уничтожая всё живое и неживое и поджигая степь, подходившую вплотную к берегу.

Добробатовцы, сначала обрадовавшись тому, что миномёты стреляют не по- ним, - рассредоточились по острову, но потом сильно пожалели, о своём решении.

Когда повинуясь команде радио детонатора, электрический импульс побежал по цепям подрыва и тщательно спрятанные мины, всех категорий, начали взрываться.

Весь остров заволокло вонючим дымом тринитротолуола и забросало осколками. В общем грохоте сражения, никто не слышал, ни чужих криков не выстрелов. Все слышали, только себя и своё оружие.

Мир поделился на до того и сейчас и скоро, должно было наступить - после.

Попав со своей помощью союзников в огневые клещи, мадьяры стали откатываться назад, бросая технику и стремясь уйти из под огня. Но, Рокот, не хотел менять свои планы, из-за чьей-то трусости.

Выждав наиболее благоприятный момент, он задействовал свой последний резерв, который ждал его команды спрятавшись в укрытии на противоположном берегу.

Получив приказ, группа выдвинулась вперёд и развернувшись подковой, начала атаку. Пресловутые багги, обгоняя более тяжёлые МТ-ЛБ , устремились к противнику, открыв шквальный огонь, из своих пулемётов.

Такого расклада не ожидал никто из пехотного батальона и сопротивление было сломлено. Ещё, кое-где огрызались, остатки не деморализованных бойцов, но основная масса выживших бежала, бросая всё, что мешало им бежать.

Багги, ещё долго их преследовали, пока не повернули, экономя бензин. Цели, гнать до полного их уничтожения, у них не было.

Рокот сосредоточил все свои силы на добивание "добробатовцев", -вылавливая их из воды, выводя с острова, к которому устремилась целая куча разнокалиберных лодок и катеров, собранных со всей округи.

В конечном итоге, собрав трофеи и всех пленных, которых оказалось не больше 50 человек из почти 700 человек, он приказал их всех расстрелять и добавил: - "Что, он хоть и жестокий, но не Графит. Графит, бы вас всех повесил!"

И отдал приказ на их расстрел, заранее предупредив, чтобы проверили отсутствие живых - контрольным выстрелом, а трупы все скинули в воду. И переключился тут же на другое, забыв о пленных и отдавая свой новый приказ; - грузить трофеи и собирать людей для обратного марша, а после убедившись, что все при деле, - пошёл в свою палатку - напиться водки по-самое горло.

Глава 7 Бронепоезд революции.

Положение, как и здоровье Графита, было стабильным, но тяжёлым. Лежа в больнице на своей базе, в Фруктовом, он собирал все сведения, чтобы были доступны его подчинённым и собственно ему самому.

Багира, увидев его в таком состоянии, сначала испугалась, а потом обрадовалась, что он выжил. Сам он, не был столь этому рад, потому что понимал, что это его последний бой и больше, он не сможет участвовать в сражениях сам, а подготовить себе достойную замену он не успел.

Оставалась надежда на полковника Рокота, но тот до сих пор не принял его сторону, и скорее всего не знал, что хотел. Болтаясь как в гавно в проруби и не принимая ни одну из сторон.

Приятно удивил Герцен, который, увидев его состояние и поняв, что Олег не будет искать власти, ради самой власти, развёл кипучую деятельность, захватив город и поставив тех людей на ключевые должности, которых порекомендовал ему Графит,  мобилизовав все ресурсы города и области, для формирования обороны и повседневной жизнедеятельности.

Графит хоть и жестоко страдал от ожогов, полученных в бою, когда горел в броневике и спасённый в последний момент; - и то потому, что вокруг были преданные соратники, и они были недалеко.

Стремился форсировать события и дал указания Бухало, который здорово изменился под влиянием ответственности, о направлении усиленных команд и патрулей для обозначения и захвата власти по всей Сарьковской области, тем более, что после разгрома карателей, это не составляло особо труда.

Вскоре вся область была захвачена и поставлено под контроль армии спасения, как напоследок  в шутку обозвал её Олег. Но название за ней так и закрепилось. – «Армия спасения» и часто к ней добавляли приставку, - Графита, а иногда просто говорили АСГэшники.

Молодежь, путешествующая на багги, по навыдумывала себе яркой формы, в которой и щеголяла, хвастаясь перед провинциалами, и в порыве рвения ненароком присоединила к Сарькову, ещё пару-тройку районов из соседних областей.

Разбив несколько крупных банд и с помощью мирных переговоров с более серьёзными формированиями. Набат, как идеолог мирного процесса уговорил всех вступить в ряды АСГ, оказав всю необходимую помощь, как оружием, так и снаряжением.

И постепенно наладил поставки продовольствия, приближалась осень, и город оказал помощь деревне, в процессе сбора и хранения урожая. По всей области царил натуральный обмен, но процесс получения валюты тоже настраивался.

К этому приложил руку Серж Слон – лично посетивший Графита и обговоривший все вопросы с ним, а особенно создание транспортного коридора в нужных ему направлениях и попросивший помочь, с обучением новобранцев, для создания  лояльных к нему вооружённых формирований.

Получив согласие, на которое он по всей видимости, особо не надеялся, он наклонившись к нему, заверил, что Олег не пожалеет об этом никогда и его охраной, он займётся особо, намекнув, что в наше смутное время нельзя доверять никому и пожелав выздоровления, удалился.

Отовсюду, в ряды АСГэшников вливались люди, а в последнее время, надевали форму и многие женщины. И всё, благодаря Багире, которая от расстройства ударилась в пропаганду его организации и его, как символа надежды на лучшее.

Олег, чувствовал себя Лениным на выздоровлении, но боялся встретить свою Фани Каплан, хотя Серж, не зря пообещал его охрану, видно, еврейский проныра знал, гораздо больше, чем говорил.

Но у «бедных» евреев, всегда полно врагов, а союзников почти никогда и не бывает. Но Олег, не собирался никого предавать, ни ради власти, ни ради денег, к этому он был равнодушен, хоть сейчас, хоть потом.

Им двигала идея, и жажда деятельности на благо государства и мира, в котором он, поневоле очутился, и это его мировоззрение и мироощущение было правильным и достойным, а каким его представят в будущем, ему было не интересно.

Между тем, мир хоть и налаживался, но был крайне неустойчивым. Каратели, получившие по зубам, временно отстали от них, воюя на более лёгких направлениях, но зато активизировались американцы, и им надо было, что-то противопоставить, кроме броневиков и багги, которые просто в диком количестве штамповали уже почти все предприятия Сарькова и области.

Вставая на ноги и прогуливаясь в сопровождении охраны в Фруктовом, он насмотрелся на такие дикие модификации и с таким вооружением, что герои «Безумного Макса», обзавидывались и сгрызли все свои ногти, очарованные фантазией создателей этих шедевров.

У штаба базы, была организована стоянка, на которой находились боевые багги курьеров со всей области и там были, трёх колёсные, четырёх, пяти, шести и даже восьмиосная шарага, переделанная из старого катера, поставленного на огромные колёса, от трактора.

И ощетинившегося четырьмя пулемётами, одним автоматическим гранатомётом и одним стационарным огнемётом кустарного изготовленияи носившего гордое название «Степной щит».

- «Да уж», не в силах сказать ничего более умного, - пробормотал Олег. Ну, нас такие щиты не спасут, - подумал он и на ближайшем совещании поднял вопрос о бронепоезде и его готовности.

Оказалось, что бронепоезд уже сделали и готовы показать его в ближайшее время, что он и сделал, осмотрев сразу, как они смогли его показать.

Бронепоезд ему понравился и он заказал второй, ещё более мощный, а сам, созвав повторное совещание, внимательно изучил карту Оранжевой республики, выслушал доклады, командиров и производственников, а в конце попросил озвучить представителя Рокота, о военных складах и предприятиях, которые ёще не были разворованы, использованы или проданы.

Таких оказалось целых два. Один, - на станции «Лозовая», и имевший название ракетно-артиллерийский ветеранской армии и обладал не только запасами различных боеприпасов, но и запасом всевозможного вооружения, а особенно орудий.

Второй, - в Балаклее, и принадлежал внутренней гвардии, что на нём хранилось, было неизвестно, но боеприпасы и прочее снаряжение в нём точно было.

План Олега, был простой захватить оба складаи по возможности присоединить оба населённых пункта к контролируемой ими территории. Для этого он собирался использовать бронепоезд и массированные силы оставшихся в его распоряжении войск.

На бронепоезде, он ехал сам, а на второй склад, отправил Бухало с его усиленным отрядом и колонной грузовиков и грузовичков. С собой, он кроме бронепоезда, брал товарняк, для вывоза имущества в особо крупных масштабах, особо не надеясь, что станцию можно удержать, а вот Балаклею, удержать было желательно.

О чём он прямо сказал Бухало, но удержать не силой, а с помощью агитации и пропаганды, и в помощь ему направилась Багира, уже изрядно поднаторевшая в этом вопросе и не желавшая сидеть на месте, к тому же бывшая примером, всем неугомонным женщинам в своём лице.

«Разрулив» с этими вопросами, он отправился на встречу с простыми гражданами как Сарькова, так и других районов области, которые его ждали в актовом зале дома культуры.

Войдя в него, он вышел на середину сцены, и стоя перед людьми, стал отвечать на их вопросы. Потея под своей лёгкой курткой, которая скрывала подаренный ему Сержем Слоном, лёгкий бронежилет, своей структурой напоминавший рыбью чешую и сделанный из каких-то новых материалов, не похожих на сталь.

Людей интересовало главное, как выжить и кто их будет теперь защищать, где-то под конец конференции, когда и он и большинство пришедших задали свои вопросы и, собираясь закругляться.

Он увидел, как к нему идёт, один из присутствовавших. Мужчина шёл, не смотря ему в глаза и внезапно, не доходя до него шагов пять, стал вытаскивать из-за пояса оружие.

Быстро среагировав, Олег вытащил свой «Призрак» из кобуры, висевшей у него на поясе, выстрелили они почти одновременно. Незнакомый мужчина, успел нажать на курок револьвера и выстрелить два раза, пока очередь из пистолета Олега, не швырнула его назад, отбрасывая к стене актового зала.

Олег, почувствовав два сильных толчка в грудь, повалился на сцену, натужно кашляя и пытаясь вздохнуть. Мимо него, бросилась его охрана, запоздало реагируя на случившееся и по-сути добивая убийцу.

- «Не убивать», - смог прокричать-прохрипеть они его услышали. – Допросить, пока живой! И он обессилено, привалился к трибуне, смотря на них и ощупывая пальцами свою грудь.

Кольчуга, оказалась надёжной, и смогла спасти жизнь Олегу. – Не зря меня предупреждал Серж, ох не зря и он, попытавшись встать, смог с большим трудом это сделать и поковылял к суетившимся вокруг убийцы людям.

Скоротечный допрос ничего не дал, убийца, так и умер, ничего толком не рассказав, а только ещё более всё запутав. В принципе,- смерти Олега, хотели многие, ещё больше выиграли бы, если он бы умер. А ему, теперь пришлось ещё думать, как создавать свою ВЧК и кому её поручить.

Выбор пал на бывшего анархиста из его старого отряда по прозвищу «Пятак», несмотря на нелепое прозвище и довольно потешное лицо, человеком он был умным, прошедшим все бои плечом к плечу с Графитом и он мог ему доверять и самое главное - он не был жестоким, а жёстким быть, ему приходилось.

Теперь у Олега, были все атрибуты революции, а именно: - идея;

- цель;

- соратники;

- вооружённые силы;

- люди, которые добровольно, исполняли роль комиссаров (ответственные за организацию агитации и пропаганды);

- организация с целями и задачами;

- и контрразведка с выходом на другие аналогичные структуры, уже международных организаций ( если иметь в виду евреев).

В общем, чудом выжив и удвоив осторожность и свою защиту, Олег выехал на своём новом бронепоезде, на захват складов с оружием на станцию Лозовая. Захват склада на станции Лозовая прошёл буднично, немножко постреляли, немножко грозно погудели и разнесли пару ненужных никому зданий с обороняющимися и извинились перед жителями.

Приступили к погрузке имущества складов, а имущества, там было много и даже очень, так что погрузка шла три дня, и все три дня Олег набирал себе людей, часть из которых, он взял с собой, а часть оставил укреплять правопорядок здесь.

Наказав, не вступать ни в какие серьёзные бои, в случае нападения превосходящих сил противника, после чего убыл с нагруженными под завязку составами, обратно в Сарьков, напоследок подав мощный сигнал из всех свистков своего паровоза, остающимся жителям станции.

Обратный путь был несложным и можно сказать триумфальным, на каждой станции мы останавливались и толкали речь, подкрепляя её записью в наши ряды желающих и небольшой материальной помощью нуждающимся, и в конце концов прибыли в Сарьков, где встали под разгрузку.

Глава 8 Золото для революции.

Вроде бы все колёса крутились, люди прибывали, обучались, тренировались, обеспечивались оружием и техникой. Но, что-то настораживало, и совсем не было уверенности в победе. Покушение на него, когда не прошло и двух недель, как они разгромили карателей – это настораживало. Не успев разгромить внешних врагов, а уже появились внутренние.

Печально. Более всего печально было то, что он умел воевать, и то с натяжкой, но с видимым противником, а с тайным, ему сталкиваться ещё не приходилось. По природе своей он был неглупым человеком, умеющим мыслить стратегически, но мастером интриг, никто и никогда его не называл, уж больно он был прост и бесхитростен.

В своё время и в другом мире, он много читал, но в маленьком городке, откуда он был родом, было очень мало интересных и серьёзных книг. Все доступные ему книги, он прочитал, выпотрошив все окрестные публичные и частные библиотеки. Хорошо разбираясь в истории, он понимал, что люди одинаковы во все времена.

Больше всего людей интересует – власть, потом деньги и опять же, для большинства, деньги не самоцель. Деньги дают – власть и круг замыкается.

И существует несколько правил развития ситуации.

Первое правило:

- Хорошие и порядочные люди гибнут в первую очередь.

Второе:

- Друзья пассивны, а враги активны.

Отсюда вытекает – третье:

Не имея друзей, знай своих врагов.

Людьми всегда движет выгода. И чтобы защитить свою республику, ему необходимы были деньги. Партийная касса красно-чёрных, давно уже показала дно.

Товарооборот Сарькова и окрестностей, не мог удовлетворить нужды общества и его организации. В наличии был, острый дефицит товаров первой необходимости и продовольствия, поставки которого могла обеспечить только твёрдая валюта или золото.

Ни того, ни другого, у него не было. Оружие и снаряжение , он получал путём получения трофеев или грабежом армейских складов, которые тоже были опустошены.

А война была в самом разгаре. Половина территории Оранжевой республики была оккупирована, часть никем не контролировалась и столица была де-факто захвачена американцами, имеющими далеко идущие планы.

Чтобы освободить и поднять наиболее здравомыслящий народ на борьбу, нужны были деньги и победы. Победы были, денег – нет.

Серж Слон обещал приток валюты, но пока исчез. Золотых приисков рядом не было, и Олег стал ломать голову, как решить эту проблему, одновременно вынося мозг, начальнику своей контрразведки.

Наступила осень, благодаря расторопности, урожай был убран с полей и продовольственные склады были забиты под завязку. Не имея нужного количества обученных и преданных ему людей.

Олег дал команду на продажу трофейного оружия за золото. Вся разбитая бронетехника шла на металлолом, из которого штамповались бронепоезда.

Два было готовы, и Олег переехал в блиндированный вагон на самом мощном из них, у которого на платформах, стояли два танка, захваченных у карателей.

Скоро должны были доделать третий, который он решил продать, тоже за золото и дал команду искать покупателей. Покупатели вскоре нашлись, и им оказался не кто иной, как Серж.

Обаятельно улыбаясь, он явился поутру к нему в бронепоезд, затянутый в кожанку, похудевший, с обветренным морским ветром лицом. И с огромным маузером на поясе и короткоствольным автоматом за спиной.

Вместе с ним явилось под тысячу человек молодых парней, от 18 до 30 лет, с простыми еврейскими лицами. Заросшие щетиной, горбоносые и с лукавыми карими глазами, они были все вооружены кто чем.

Несколько опешив, от неожиданности, Олег быстро собрался и пригласил к себе долгожданного гостя. Который не стал ходить вокруг, да около, а сразу поинтересовался.

- В силе ли их договор. Олег – подтвердил.

- Тогда перейдёмте к делу! И закрутился, в осеннем воздухе, горячий торг. Сержу, нужен был бронепоезд и тяжёлое оружие, чтобы вооружить его, Олегу – нужно было золото.

Те смехотворные суммы в золоте и валюте, что предлагал ему Серж, Олег с гневом отмёл, намекнув, что Серж знал о покушении, но предупредил в общих чертах, не сообщив, откуда дует ветер беды.

На это Серж выдал все оставшиеся в городе подпольные ячейки «матадоров» и «реваншистов» и намекнул, кто из глав районов имел с ними контакты.

Всё это внимательно выслушал «Пятак» и на следующий день в городе начались аресты и уничтожение ячеек. Глава района был расстрелян. Тысяча еврейских волонтёров, приступила к освоению бронепоезда.

Но торг только начинался, выторговав себе неисправные пушки, на которые Олег не имел запчастей, Серж установил их на бронепоезд, а через пару дней прибыли и запчасти.

В конце концов они ударили по-рукам и большое количество золота и валюты, было передано АСГшникам в кассу. Бронепоезд был закончен ударными темпами и передан Сержу.

Но на этом , он не ограничился и Олег, поневоле поверил в мировой сионизм, после того, как Серж убедил его и его в командиров, отправить с ним, второй бронепоезд и большую группу баггистов.

Не меньше двух стай по 25 багги каждая. Идея была авантюрная. Но Серж хотел захватить полуостров к зиме, вернее этого хотело его руководство.

А без его помощи, - это было проблематично, и Олег сдался. Оставив себе половину людей, он занялся их обучением и укреплением рубежей Сарьковской области.

А в поход отправил остальных, стараясь, чтобы молодёжи, там было немного. Серж обещал 50% трофеев, и расплатиться за помощь золотом, кроме того, он обещал захватить всю железную дорогу между полуостровом и Сарьковым и охранять её своими силами.

Американцев стоило ждать к весне, так же как их подельников. Но и повторной атаки карателей, тоже можно было ожидать. В общем, одолеваемый тягостными думами, Олег метался на своём бронепоезде всю зиму, по всей области и постепенно освободил ею всю и вышел к границе с остатками бывшей империи.

Освободив границу, он стал везти большой товарооборот и укреплять вооруженные силы Сарькова, расплачиваясь полученным от Сержа золотом и валютой и ища возможность обмена товарами.

Что, время от времени ему удавалось, пока в один момент, ему не закрыли границу таможенники соседней страны, объяснив, что об этом товарообороте узнали американцы и вмешались в процесс, подкупив кого надо и пригрозив руководству соседней страны.

Оставалась только контрабанда, но деньги иссякали, а вестей от ушедших на полуостров, всё не было и не было.

Том и Боб - морские пехотинцы её величества королевы Союза Северной и Южной  Америк, отдыхали в баре в столице  Оранжевой республики.

Прибыв в столицу в составе экспедиционного корпуса, для поддержки демократии и стабильности Временного правительства Оранжевой республики, которое образовалось, после того, как были разогнаны все предыдущие законодательные органы.

Они вели шикарную жизнь, по сравнению с той, что ожидала их на родине. Деньги платили вовремя и в двойном размере, а воевать пока не приходилось.

Всех забот,-  чтобы найти бар подешевле, да шлюх покрасивее, а если не найдёшь, то всегда можно было найти местного самогона, - особенно хорош, был подкрашенный настоем чая или дубовой коры, ничем по вкусу и запаха, не отличавшегося от любимого ими виски.

Ну а шлюх, шлюх можно было найти и бесплатно, поймав на улице, любую понравившуюся девушку и пускай, потом доказывают, что они не жрицы любви.

Ведь Боб, точно видел, что она им подмигивала и делала характерные жесты руками, прям как лыжница. А потом, тёрла большой палец своей руки об указательный, недвусмысленно показывая, что она хочет денег – за свои интим-услуги.

А, если не подтвердит Боб, то подтвердит Том, если не Том, то Питер, или в совсем уж запущенных случаях, их командир – капитан О́ Браен. В общем, пей и не жалей, никого кроме себя и друга своего.

И они затянули песню:

- Раз попал ты на раздачу, - подбери «бабло», радуйся, что в жизни, - дико повезло;

- И никак теперь иначе, - девки, деньги и удача; – Ээх, счастливчик Джо.

- Ты, приехал на удачу, и тебе свезло, и теперь тебе на сдачу, выдали одно;

- Город призрак, город сад, а вокруг страна, - Залитая кровью, как весной вода;

- Прорываясь из плотины, захлестнула всю, - раньше было здесь красиво, а теперь убью;

- Я убью тебя, - мой милый, что ни говори, и теперь ты, спи красивый, спи.. счастливчик Джо!

Песня была бредовой, но отчасти отражала местную суровую действительность, они здесь не воевали, но каждый день несли потери. То, травясь алкоголем, то, пропадая в борделях, а иногда и по пути в близлежащий посёлок.

Их здесь не любили и боялись, а они боялись и творили, что хотели, создавая замкнутый круг ненависти, и думали, что они захватят и затопчут эту страну. Ну, а если не смогут захватить, то хотя бы разрушат до основания, чтобы она больше никогда не смогла восстановиться, и была бы уничтожена, своими более сильными соседями.

Но, это были не их мысли, а тех, кто их сюда послал, их же интересовали, только развлечения, шлюхи и алкоголь. И сейчас им нужно было славно отдохнуть, - ведь на днях они собирались ехать в составе конвоя, назначенного для вывоза золотого запаса республики, на хранение в форт Нокс, под защиту благословленной королевы-матери, да будет всегда она здорова и щедра к своим подданным!

Прошло несколько дней…..

Роберт и Том, сидя в своём бронированном внедорожнике последней модели и с усиленной защитой, - внимательно наблюдали, как в закрытом внутреннем дворе, их товарищи выносили из банковского хранилища, небольшие железные ящики, ощутимо сгибаясь под их тяжестью.

Ящиков было много, недаром Оранжевая республика, называлась Оранжевой: - «рыжья», у неё было много.

Ящики аккуратно загружались в закрытые фургоны с двойной защитой, и сделанные по спецзаказу правительства ССЮА и должны были уберечь, самое ценное, что ещё оставалось у республики.

Загрузившись, машины выехали из внутреннего двора. По всему городу, был создан свободный коридор, для беспрепятственного движения. Все улицы были зачищены, а на наиболее опасных участках, находились снайперы и группы поддержки, "мониторившие" ситуацию.

Город был полностью под контролем, но Том и Боб, ожидали нападения и были на нервах. Накануне, руководство сообщило, что им не удалось, сохранить в тайне проведение операции.

Произошла, утечка на самых верхах и теперь можно было ожидать всего. В городе им удалось создать безопасный коридор, вплоть до самого выезда из города.

Ну а дальше, их ждал, почти целый батальон на бронетехнике в качестве конвоя и нужно было совершить, всего лишь один дневной переход. До судоходной части реки Сары, где и перегрузить золото на малый десантный корабль, который ждала в море, целая небольшая эскадра правительства ССЮА.

Вывезя золото из города без приключений, его тут же, взяла под охрану назначенная колонна бронетехники, и неспешно пыля по дороге, двинулась к реке к месту встречи.

Была поздняя осень, но заморозков и снега пока ещё не было, погода была тёплая, а лёд на реке, даже ёще и не планировался матушкой природой.

Малый десантный корабль, укомплектованный сверх штата и вооружённый до зубов крупнокалиберными зенитными пулемётами и пушками, ходко двигался против течения на воздушной подушке.

Мощный движок двигал его вперёд и реактивные струи воды, оставляли белую пенную полосу позади него, указывая его путь.

Капитан корабля – высокий и мощный афроамериканец, в очередной раз, натягивал себе на лоб свою пилотку и внимательным взглядом чёрных глаз с белыми белками, оглядывал берега.

Он был уверен в себе и в своей команде, и та роль, которую они готовы были выполнить, сулила ему огромную премию и большой личностный рост, о котором он мечтал всю свою жизнь.

Родившись и выросший в Детройте, - этой столицы американского автомобилестроения, он, в полной мере познал горечь его упадка и разорения.

Чудом, не попав в уличную банду торговцев наркотиками, он дал себе слово, вырваться из чёрного мрака, в котором он находился с детства, и его мечтой стала - армия!

Мощный и сильный от природы, потомок выживших невольников из Африки, появившийся путём вековой селекции, тяжёлой работы на плантациях сахарного тростника, когда все слабые и больные умирали от тяжелой работы, а выживали только наиболее выносливые.

Он всеми силами, стремился к ней, занимаясь спортом и обучаясь в колледже, участвуя в соревнованиях в школьной команде по бейсболу, пока не подошел возраст, когда можно было заключать первый контракт

Придя в вербовочный пункт, он по-рекомендации, мастер-сержанта выбрал военно-морские силы её Величества, и ни разу не пожалел. И теперь стоя за штурвалом, собственного корабля, мечтал о дальнейшей карьере, внимательно вглядываясь в изломанные берега суровой реки.

Колонна с бронетехникой прибыла точно по-расписанию, а там, уже покачиваясь у самого берега на волнах, ожидал их прибытия красавчик – десантный корабль.

Поприветствовав друг друга, и передохнув с дороги, которая не доставила им никаких неприятностей, за исключением, когда пару раз появились какие-то люди на горизонте, но после нескольких выстрелов, сразу же исчезали, в панике убираясь подальше от них.

Они приступили к перегрузке золота. Несколько финансистов, что-то обсуждали, размахивая бумагами, и сверяя подписи и печати на них, и никак не могли поладить между собой, но, - погрузке это не мешало.

Капитан корабля, высокий негр, - стоял на мостике и сложа большие чёрные руки на груди, смотрел за погрузкой, ребята из морской пехоты, рассредоточившись поберегу.

Усиленно искали врагов, но не найдя даже рыбаков, разлеглись , кто где и лениво стали следить за обстановкой, остальные разделились и собирались, частью вернуться обратно.

А частью, погрузившись на лёгкий понтон, отправиться на другой берег, для дальнейшего сопровождения корабля с золотом, до самого побережья, где его уже бы взяла под охрану, назначенная для сопровождения эскадра.

Погрузка шла ни шатко не валко, спешить было некуда, и ребята отдыхали. Начальство их не торопило.

Десантный катер, должен был отправиться в обратный путь ближе к вечеру, чтобы ночью прибыть в порт и под покровом темноты и прячась от излишне любопытных глаз перегрузить золото на океанский крейсер и вывезти на нём его, уже непосредственно в Америку.

Наконец, погрузка была завершена и десантный корабль, сдав назад, отчалил от берега и, развернувшись, увеличил скорость, используя сильное течение. И быстро двинулся вниз по реке.

Справа и слева от него, на противоположных берегах, вслед за ним и быстро догнав его, двинулся вниз по течению и внушительный конвой, но уже гораздо меньший, чем был, на лёгкой скоростной технике, всего, где-то по роте с каждого берега.

Смеркалось, сухопутный конвой, сначала догнав корабль, а потом, решив обогнать его и проводил разведку русла, немного из-за этого оторвавшись от него.

Поднеся бинокль к глазам, Багира смотрела, на приближающийся десантный корабль, лёжа на крутом берегу Сары. Внизу спрятавшись в камышах, были утоплены моторные лодки, терпеливо ожидая своего часа.

Возле противоположного берега, чернели остатки небольшой речной пристани, справа от неё находился кусок берега, усеянный старыми, разросшимися плакучими ивами, с густыми ветвями, опустившимися прямо в воду и безвольно провожавшими своими листьями каждую капельку воды, спешившую мимо них и скрывавшими в своей тени – хищное тело ракетного катера.

Убедившись, что группа сопровождения достаточно далеко, а корабль подплыл на оптимальное расстояние для атаки, Багира подала условный сигнал.

В ту же секунду затарахтел двигатель ракетного катера, и он медленно выплыл на дистанцию прицельного выстрела. Внизу в плавнях, заработали бойцы, вычерпывая воду из притопленных лодок.

Закончив вычерпывать воду, они начали, выводить их на середину реки, запрыгивая в них на ходу.

-«Швырк», «швырк», «швырк», - в сторону корабля потянулись дымные хвосты химических ракет. Только одна из них попала в корабль, остальные две перелетев, с громким шипением погрузились в воду.

Но и одной, с лихвой хватило кораблю. Ядовитый газ стремительно стал расползаться по кораблю, заливая собой все отверстия и щели, и проникая в каждый уголок корабля.

На палубе, хватаясь за горло, катались наводчики и артиллеристы, только-только спевшие, навести свои орудия на врага, но сделавшие лишь несколько неприцельных очередей в их сторону.

Моторные лодки не торопились, ожидая, когда газ окажет своё чёрное действие на людей.

Чернокожий капитан, не сразу поняв, что случилось, попытался увести корабль в сторону, но через некоторое время, после его команды, на малый ход, машинное отделение перестало выполнять его команды, а он сам уже лежал, корчась в муках, от ядовитого газа, проникшего в рубку.

Неуправляемый корабль, начал медленно дрейфовать, спускаясь ниже по течению. Убедившись в этом, призовые команды, возглавляемые ракетным катером, бросились к нему, как кровожадные пираты.

Подплыв вплотную к кораблю, они погрузились на его борт и, бегая по нему в противогазах и ОЗК, быстро подавили остатки сопротивления и приступили к его разгрузке.

Разгрузка, шла тяжело, - не так-то легко, находясь в хим.защите и противогазе, бегать с тяжелыми ящиками, по медленно дрейфующему кораблю и перетаскивать их на катер.

Который был больше похож на танцующую корову на погрузке, чем на баржу. Пару ящиков чуть не утопили, но, предусмотрительно привязав к ручкам ящиков тросы, смогли вытащить их из воды.

Золото кончилось, а время ещё было, и команды, стали демонтировать всё вооружение с корабля, лихорадочно стаскивая его и кидая в лодки, каждый раздуваясь от жадности тащил всё подряд, включая, оружие, боеприпасы, пулемёты и личные вещи погибших.

Пока они не услышали, сигнал об эвакуации.

– «Полундра», - разнеслось по палубе и трюмам корабля и вся гоп-компания, хватая последние нужные им вещи, посыпалась с корабля, как горох по своим лодкам, заводя моторы и разбегаясь в разные стороны, как стайка мальков увидевших щуку.

Разведка Багира, отсигнализировала, что сухопутный конвой, почуяв неладное и не увидев корабля и его ходовых огней вдали, экстренно возвращался назад, стремясь узнать, что случилось.

Ракетный крейсер получив сигнал, отработав двигателем назад, выпустил торпеду из своего единственного торпедного аппарата, в сторону корабля.

- «Швыркнув» сжатым воздухом и рухнув в воду как тюлень, она взметнула вверх тучу брызг и стала разгоняться, работая своим пороховым двигателем и крутя маленькими лопастями, пока не ткнулась в борт корабля.

Секунду, подождав в раздумье, она, отрабатывая электрический сигнал на подрыв, всеми своими электроцепями, запустила необратимый процесс самоподрыва.

Электрическая искра воспламенила пороховой заряд взрывателя, а тот в свою очередь подорвал основной заряд, артиллерийского пороха.

Прогремел взрыв и красивый огненный цветок на фоне чёрного неба, осветил жёлтые воды реки, быстро пропав, а в образовавшуюся пробоину, хлынула холодная речная вода, быстро затопляя его трюм.

Так и шедший на малом ходу, и вдобавок по течению корабль, стал быстро набирать воду и закружившись, а потом накренившись правым бортом, начал медленно опрокидываться, одновременно уходя под воду.

Через пару минут, над водой торчало только его днище, да водоворот, круживший вокруг затопленного корабля.

Сухопутный патруль на обоих берегах, увидев вспышку, нажал на акселераторы газа своих лёгких бронемашин, потерял внимательность на ночной дороге и влетел в ловушку, расставленную Багирой.

Небольшие фугасы, заложенные на дороге – взорвались, осветив ночную степь клубами огня и криками раненых, вокруг открыли огонь сидевшие в засаде баггисты и стали выводить из строя одну за другой спешащие на помощь машины.

По противоположному берегу, отработал ракетный катер, только теперь используя, не химические ракеты, а обычные с осколочно-фугасной начинкой.

Довершили процесс разгрома, налетевшие из ночной степи - баггисты, одетые в мотоциклетные шлемы с нарисованными светящимся фосфором черепами.

Оставшиеся в живых американцы. Добравшись до своих пешком, - по-причине уничтожения всей техники, с ужасом рассказывали, что на них напали не люди, а черти. Или кто-то очень на них похожий и наотрез отказались, дальше здесь оставаться.

Прибывшее на место катастрофы крупное войсковое соединение, собрала обобранные трупы, убедившись, что всё-таки вояки имели дело с людьми.

И приступило к подъёму корабля, надеясь, что золото всё ещё там, но убедилось, что их надежды тщётны.

Это дало фору Багире и её отряду, чтобы добраться без приключений к Графиту и отрапортовать, что весь золотой запас Оранжевой республики, - сосредоточен у него в руках.

Американцы, убедившись, что потеряли золото безвозвратно. Решили, найти, кто его похитил, это им стоило почти месяца поисков, пока они всё-таки не вызнали, что золото находится у Графита.

К тому времен, уже был разгар зимы, и войсковую операцию по захвату Сарькова и возвращения золота им пришлось отложить, из-за невозможности провести её малыми силами.

Ведь за всё это время, Графит со своей «армией спасения», развил бурную деятельность, и с наскока его было не взять.

Все ключевые, а для кого и роковые события, обещали начаться весной, в то время, когда хочется жить, а не умирать. Когда вся природа просыпается и даёт новую жизнь, а не губит её.

Но у американцев было другое мнение!

- У них всегда было другое мнение и свои интересы, лишаться которых они не собирались, а Графита с его АСГ, вообще не воспринимали как серьёзного противника, тем более найдя себе союзников из конкурировавших организаций.

К концу зиму, наконец, вернулся посланный Графитом отряд, и вернулся с победой, привезя с собой деньги, оружие и заявление, в полной поддержке от Сержа Слона.

Который выкинул с полуострова «реваншистов» вместе с турецко-албанским союзом, и усиленно укреплявший полуостров и имея, в своём распоряжении несколько боеготовых дивизий.

Из тысячи отправившихся с ним АСГэшников, - домой вернулось около семисот, остальные либо погибли в боях, либо остались там.

Из вернувшихся, Рокот, с согласия Графита, создал полноценный полк, разбавив его новобранцами. И теперь в распоряжении Графита находилась полноценная дивизия с тремя бронепоездами и частями обеспечения.

И он создавал ещё две, набирая их из добровольцев стекающихся к нему со всех концов республики и даже из-за границы.

Ну а золото? Золото, наладило такие тайные финансовые связи на взаимовыгодной основе, что позволяло даже манипулировать теми структурами, которые всегда считали, что они сами всеми управляют и не догадывались, откуда тянутся ниточки.

А Графит не наглел, не жадничал и не грёб всё под себя, давая реализоваться по полной, самородкам, от природы, выдвинувшимся в гражданской войне с самых низов и не имевших никаких заслуг в виде богатой родни  или принадлежности к местным элитам.

Только ум, деловая хватка, здоровый и нездоровый авантюризм, помноженный на чувство долга, давали им шансы работать, творить такие вещи, какие бы они, никогда не смогли бы сделать в других условиях.

В некоторых сферах из-за этого царил такой лютый интернационализм, что испугал бы другого, но Графит всех их держал на крючке интереса к жизни.

Ведь им нравилась такая жизнь, - полная огня и приключений, самолюбования и «понтов», где, с каждой успешной операцией, кичась друг перед другом своими успехами.

Они принимали вызовы и возвращали долги. Мстили и добивались правды. Восстанавливали справедливость и забирали её у других.

- Они были братством АСГшников. - У них была цель и у них была идея. - Биться и любить до победы.

- Сгорать - не сгорая, - идти в бой – как в последний!

А впереди есть цель. – Великая цель!

И эти люди,  могли восстановить республику, могли и хотели, и были должны, - несмотря на все преграды, тяготы и лишения, которые вынуждены были пройти.

- А, Багира, думала, - не пора ли ей забеременеть, а потом ещё раз и ещё.

Ведь жизнь продолжалась, не зависимо от того хотелось это кому-то или нет!

Content

Алексей Птица
Вороны революции

Глава 1 Свой отряд

Глава 2 Производство разногласий.

Глава 3 Возрождение.

Глава 4 Каратели.

Глава 5 Бой до конца.

Глава 6 Рокот

Глава 7 Бронепоезд революции.

Глава 8 Золото для революции.