Хелен Даррант

Его третья жертва

Посвящается моему мужу Питеру, с которым мы многие годы исследовали деревни в Пеннинских горах

© Булычева М., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

Пролог

Он провел пальцем по экрану телефона и закатил глаза. От увиденного его затошнило. У Беллы Ричардс появился новый мужчина. Он заснял на видео, как Белла и этот Алан Фишер милуются друг с дружкой, она поглаживает его щеку, губами касаясь его губ.

Она впустую тратит время. Белла не подходила Фишеру или кому-либо еще. Как она этого не поймет? Рано или поздно она зайдет слишком далеко. А если это случится, ему придется припугнуть ее. Он знал, чего Белла – как и все остальные – боится больше всего. Вычислить было нетрудно. Очень скоро и очень просто он воплотит ее ночные кошмары в реальность.

Алан Фишер был осложнением, на которое он не рассчитывал. Ему придется с этим разобраться. Но это не проблема. В прошлом он был мастером игры в убийства. Полиции было известно о пяти жертвах. Алан Фишер просто пополнит этот список.

Но чего полиции не было известно, так это того, что те пятеро были лишь сопутствующей потерей. Они лишь оказались на его пути, и им пришлось исчезнуть, потому что они были слишком близки к его настоящим целям. О них полиция и не догадывалась. Ведь он умен и педантичен. Его «идеальные преступления» остались совершенно незамеченными. Никто даже не заявил о пропаже тех женщин.

Он молился, чтобы Белла оказалась другой. Предыдущие две не оправдали его ожиданий, и ему пришлось их убить. Теперь же у него на примете была Белла, и было бы здорово, если бы она не стала его третьей жертвой. Все, что от нее требовалось, – это сделать его счастливым. Не так уж много он просил. Но его избранницы всегда подводили его, так или иначе. Он же все равно не отказывался от своих поисков. Однажды он найдет женщину, которая будет воплощением его мечты. Он надеялся, что Белла окажется той самой.

Глава первая

День 1

Полицейский вбежал на станцию «Виктория», мелькнул значком перед человеком у ограждения и выскочил прямо на четвертую платформу. Осмотрел толпу ожидающих поезда на Хаддерсфилд. Вот они. Мужчина и женщина, держатся под руки. Хорошо смотрятся вместе. Алан Фишер – высокий брюнет, одет дорого, атлетического телосложения. Белла Ричардс – стройная миниатюрная блондинка с тонкими чертами и не доходящими до плеч волосами. Она взяла его за руку и попыталась подтолкнуть к отправляющемуся поезду.

– Алан Фишер? – спросил полицейский, явно торопясь.

Фишер кивнул.

– Вы должны срочно пройти со мной. Речь о вашей жене. – Полицейский заметил, как выражение удивления на лице Фишера сменилось шоком. Должно быть, в его мыслях пронеслись все возможные догадки.

– Почему? В чем дело? – спросил Фишер.

– Я не знаю подробностей, сэр. Мне сказали забрать вас и привезти прямо в больницу Хаддерсфилда.

Безобидные слова, за которыми не скрывалось, скорее всего, ничего хорошего.

– С Анной все в порядке? Она попала в аварию? Она заболела?

Полицейский покачал головой.

– Я же сказал, сэр, мне ничего не объяснили, – он взглянул на вокзальные часы, – нам пора.

– Сначала я позвоню домой, – твердо сказал Фишер.

Полицейский заметил в его глазах недоверие, и это ему не понравилось.

– Там никого нет. Женщина, которая у вас убирает, видимо, поехала с ней.

Слова оказали нужное воздействие. Убежденный, Фишер повернулся к своей спутнице:

– Мне нужно идти. Садись на поезд. Я потом тебе позвоню. – Он нагнулся и поцеловал ее в щеку.

Полицейский взял Фишера за локоть.

– Моя машина на улице. Нам пора. Дороги сейчас забиты.

Через пару минут они уже ехали по Эштон- Роуд.

Алан Фишер постукивал пальцами по колену и посматривал на полицейского.

– Не лучше было поехать по автостраде? Тут, похоже, пробка – все стоит.

– Разгонимся у Стокпорта, – заверил его полицейский.

– Анна попала в аварию? Она же не была за рулем?

– Понятия не имею, сэр.

– А нельзя это выяснить? По рации там связаться? Спросить у кого-то?

– Потерпите, скоро приедем.

Они еле тащились. Насколько было видно, машины еле-еле двигались вперед. Вдруг офицер свернул с основной дороги на одну из множества боковых улиц. Она была узкая, с обеих сторон зажатая кирпичными ступенчатыми домами. «Срежем», – улыбнулся он Фишеру.

– Вы уверены? – в голосе Фишера звучало сомнение. – Мне кажется, там дальше только канал, и все.

– Я знаю короткий путь до Рочдэйл-Роуд. Оттуда поедем по М60 и М62.

Но Фишер был прав. Узкая улочка резко оборвалась у пешеходного моста через канал, по которому никакая машина бы не проехала. Единст- венным, что отделяло их от воды, были ржавые железные перила.

– Что вы делаете? – сомнение Фишера переросло в раздражение. Полицейский проигнорировал его вопрос. Как и следовало ожидать. – Теперь потратим еще больше времени на разворот.

– Уже неважно, сэр. Дальше мы не поедем.

Выражение недоумения на лице Алана Фишера вызвало улыбку у полицейского. Ему нравилось их накручивать.

– Тут что-то не так. Какой-то бред. Вы кто? – требовательно спросил Фишер.

Полицейский не ответил. Он был занят тем, что копался в бардачке. Он знал, что Фишер теряет терпение и нужно действовать быстро. Через пару секунд его заряженный пистолет был приставлен к виску Фишера.

– Пора прощаться.

Теперь уже никакого сомнения или недоумения быть не могло. Ужас на лице Фишера сменился желанием спастись. «Офицер» увернулся от удара. Фишер снова попытался ударить кулаком. Слишком поздно. «Полицейский» нажал на курок, и Фишеру пришел конец.

Глава вторая

Была середина ночи. Кромешная темнота, и только луна иногда появлялась из-за туч. Было холодно, что неудивительно в этих местах ранней весной.

На вершине болотистой пустоши было мрачно даже в ясный день, а уж ночью это было последнее место, где кто-либо захотел бы оказаться. Полицейская машина остановилась у обочины узкой дороги, расходящейся на две между деревнями Сэддлворта и окраинами Хаддерсфилда. Тело лежало в паре метров отсюда, под тентом.

Вдалеке показались фары другой машины. Машина приближалась. Один из офицеров в форме повернулся к коллеге:

– Беннет.

– Надеюсь. Тогда мы, может, смогли бы выбраться отсюда. У меня ноги заледенели.

Инспектор Джордж Беннет работал в центральном Манчестере. Ему сообщили о трупе, и он решил принять участие в расследовании. Он мог бы предоставить это Олдэму, но, судя по первому докладу, тут были все признаки организованного убийства.

Он вышел из машины и приподнял полог тента.

– Кто его нашел?

– Какой-то парень из соседней деревни. Увидел в свете своих фар. Позвонил в полицию, оставил свой номер и смылся.

– Найдите его, спросите, не видел ли он кого-нибудь еще или какие-либо другие машины на этой дороге. Мы знаем, кто жертва?

– Кошелек и телефон все еще при нем, сэр. Его зовут Алан Фишер, преподаватель колледжа в Хаддерсфилде. В кошельке фунтов сто, так что это не ограбление.

– Судмедэксперта вызвали?

– Я позвонил на этот счет Олдэму. Думаю, они пошлют кого-нибудь, но сюда трудно добраться, если не знаешь этих мест.

Беннет оглядел пустошь вокруг. Вот уж не поспоришь!

– Может, это он, сэр.

На дороге показалась еще одна машина, на этот раз со стороны Йоркшира. Она остановилась перед машиной Беннета, и из нее вышли двое мужчин.

* * *

– Пытаетесь присвоить себе наше тело, да? – громкий голос загрохотал в темноте. – Надеюсь, вы тут ничего не трогали, а то запорете нам экспертизу.

Начальник уголовного отдела полиции Тэлбот Дайсон был крупным мужчиной пятидесяти с небольшим лет с лишним весом и негармоничными чертами лица. Кто-то назвал бы его попросту уродливым, но в нем было что-то, что делало его симпатичным, даже привлекательным. Он всегда был безукоризненно одет. Сегодня на нем был серый костюм и плащ длиной три четверти, а вокруг шеи – шелковый шарф. Он подошел к Беннету и полицейским, показав удостоверение, а его коллега зашел под тент, чтобы взглянуть на труп.

– У вас здесь нет прав. Это дело наше, – крикнул Беннет.

Дайсон улыбнулся.

– Думаю, вы увидите, что оно мое. Скоро прибудет подмога, и мы вас здесь больше не задержим.

– Как бы не так, детектив. Этот человек умер по нашу сторону ограды. Это наше дело. Пусть ваш человек покинет тент, а то криминалистам будет не с чем работать.

Дайсон скрестил руки на груди.

– Это не место преступления. Его здесь просто сбросили.

– Как бы то ни было, предоставьте это нам.

Дайсон указал на дорогу:

– Посмотрите туда. Что вы видите?

– Дорожные знаки. И что?

– Вот этот говорит, что мы в Большом Манчестере, то есть в графстве Ланкашир, насколько я помню. А вон тот, напротив, говорит, что мы в Западном Йоркшире. Этот умник оставил его ровно на границе между графствами. Он морочит нам голову, инспектор.

Беннет понизил голос:

– Я подозреваю, что это организованное убийство. Вы наверняка слышали, что у нас творится с тех пор, как Рона Чокера упрятали за решетку? Каждый бандит в Большом Манчестере пытается забрать себе корону. Возможно, за это убийство ответственен один мерзавец, на которого я охочусь уже несколько месяцев. На теле могут быть доказательства, которые мне нужны.

Дайсон отошел от него.

– Их там нет, и вы ошибаетесь. – Он повернулся к своему инспектору: – Ну что?

– Он наш, сэр. Выстрел из пистолета в голову, и на нем отметка.

Дайсон вздохнул.

– Какого цвета на сей раз?

– Синяя, сэр.

– Отметка? Какая отметка? – нахмурился Беннет.

– На предплечье. Круглая отметка, сделанная резиновой печатью. Как делают, когда приходишь на концерт и во всякие такие места.

– Все равно от этого он вашим не становится.

Дайсон старался сохранять спокойствие.

– Я полагаю, становится, и по двум очень веским причинам, инспектор. Во-первых, большая часть тела находится на стороне Западного Йоркшира. А во-вторых, за последние три года в морг Хаддерсфилда попали еще пятеро с такими же отметками на руке.

Глава третья

Дайсон зашел в крупнейший из трех моргов, принадлежавших службе судмедэкспертов Пеннинских гор. Отделение судебной медицины было прикреплено к госпиталю Хаддерсфилда и обслуживало полицию Восточно-Пеннинского региона.

– Что у тебя для меня, Сид?

– Дай нам время, Тэлбот. Его привезли пару часов назад.

Они проработали вместе над десятками случаев в течение многих лет и очень хорошо знали друг друга. Профессор Сид Бибби был одного возраста с начальником полиции. Волосы, оставшиеся от его шевелюры, поседели, но, в отличие от Тэлбота, он следил за собой и поддерживал себя в здоровом весе.

Дайсон стоял над телом Алана Фишера, ковыряясь в зубах.

– Это тот же убийца или как? Ты же наверняка уже знаешь это. У меня там в участке команда рвется в бой, нужно подбросить им какую-то информацию.

– Тэлбот, смотри, что делаешь, – профессор Бибби оттолкнул грузного детектива с дороги. – Мы проводим исследование пули. Это был 22-й калибр, пистолет небольшой, такой же, как и в предыдущих случаях. Ему выстрелили в висок. Я бы сказал, что дуло было приставлено к коже. Видишь, входное отверстие окружено широким ореолом сажи, а кожа обожжена и почернела.

– Что-нибудь еще?

– Насчет отметки ты знаешь. У него были проблемы с желчным, а в остальном абсолютно здоровый человек. Я проведу стандартные анализы на наркотические вещества и все остальное, но не думаю, что мы что-то найдем.

– Ты нашел что-нибудь, что позволит нам выследить убийцу? Ну там, волокна на одежде? Следы крови? Пока что я могу начать расследование разве что по кучке пыли.

– Анализы его одежды пока в обработке, но если это убийство прошло по тому же сценарию, что и предыдущие, я бы особо не надеялся что-либо обнаружить.

Дайсон подошел к окну.

– Почему спустя столько времени? Больше года прошло с последнего случая. Где был этот мерзавец? Чем занимался?

– По крайней мере, не убивал всех подряд, так что скажи спасибо, – вставил Сид.

Но Дайсон никогда не считал, что эти убийства случайны. Ему нечем было это доказать, кроме своего чутья и отметок на руках. Он был уверен, что их цвет тоже что-то значил.

– Было три зеленых и две красных. Теперь он выбрал синий. Есть что-нибудь новое по краске?

– Дай мне еще времени. Я смогу сказать тебе что-нибудь более определенное завтра. Теперь я отдам тело. У нас есть все, что нужно.

Дайсон устало вздохнул.

– Ладно, не буду тебе больше мешать. Поеду посмотрю, чем меня порадует моя несчастная команда. Все жду, когда же кто-нибудь из них догадается пообщаться с женщиной, которая была с Фишером на станции. Помимо убийцы, она была последней, кто видел его живым.

Сид усмехнулся:

– Ну, не может же быть все настолько плохо у них.

– О, еще как. От некоторых одна головная боль.

В настоящий момент инспектором у Дайсона служил Фрэнк Карлайл. Его перевели из Галифакса вместе с констеблем Иэном Беквитом. Оба были ни о чем: Карлайл утруждаться не любил, а Беквит еще совсем зеленый. Чего Дайсону хотелось – точнее, в чем он нуждался, – так это в возвращении инспектора Мэтта Бриндла.

* * *

Несмотря на мрачность места, где было найдено тело Фишера, и хотя прошел всего один день, оно уже стало местом паломничества. Воздаяния популярному преподавателю сгрудились на обочине узкой проселочной дороги. Палатка полицейских исчезла, офицеров поблизости не было. Все, что осталось, – это кипы дорогих цветов, обернутых в траурные ленты, со словами соболезнований.

Он откашлялся и сплюнул. Что за транжирство. Алан Фишер должен был умереть. Другого выбора не было – он был слишком близок к Белле. Люди знали, что они встречались. Как только она бы исчезла, Фишера стали бы допрашивать. Плюс, он обещал ей будущее. Это недопустимо, и он за это заплатил.

Виновник всех этих воздаяний запудрил ей голову обещаниями, которые не мог сдержать. Вот дурак! Будущее Беллы не с Фишером. И он хорошо подготовился. Он улыбнулся. Белла была стройная, светловолосая, с нежнейшей кожей – бледной, безупречной, и самыми прекрасными ярко-голубыми глазами. Быть вместе с ней было бы одно удовольствие.

Он присел на корточки и стал поднимать и разглядывать букеты и шары по одному. Все они были от друзей, коллег и студентов колледжа. Он читал каждую карточку, прежде чем швырнуть ее на землю. Наконец он увидел то, что искал. Она оставила букет красных роз. Он нагнулся вперед и выхватил его из кучи. Он сразу же заметил надпись на карточке. Простая надпись: «Моей единственной настоящей любви, твоя навсегда, Белла».

Шлюха! Зачем было все портить? Конечно, приноси цветы, если хочешь. Вполне ожидаемо. Вы работали вместе. Ее сентиментальные слова разрывали душу. Она обманывала себя. Она не любила Алана Фишера. Он положил карточку в карман. Он заставит ее проглотить эти слова.

Смерть Фишера была прогрессом. Она должна была заставить его почувствовать себя лучше. Но не сработало, и теперь ему было хуже. Жизнь Беллы продолжалась как раньше. Она продолжала жить в том же доме, работать на той же работе. В мыслях был такой хаос, столько страха и ненависти, что у него буквально заболела голова. Нужно действовать. Она должна получить следующий урок, острый и болезненный. Разрушающий душу и настолько ужасный, чтобы она взялась за ум.

Глава четвертая

День 6

Белла перебирала пальцами кулон в форме сердечка, висящий на шее. Она наблюдала за тем, как Мэтт Бриндл от души налил себе красного вина, а затем наполнил ее бокал.

Он улыбнулся.

– Ненавижу вот это все. На похоронах сплошные незнакомцы и слезы. Вот свадьбы – совсем другое дело.

– Разве на свадьбах не то же самое? – Белла говорила отсутствующим голосом, уставившись в пространство.

– В этом плане да, но атмосфера совсем другая. Вы хорошо знали Алана?

Белла быстро осмотрела комнату. Сколько из этих людей знают правду?

– А вы? – спросила она в ответ.

Бриндл покачал головой.

– Я встретил его на Лондонском марафоне в прошлом году, а потом еще раз на марафоне в Манчестере. Мы стали общаться. Переписывались немного по электронке. Алан был помешан на компьютерах. Помог мне установить небольшую сеть для домашнего офиса. А вы?

Она никогда раньше не встречала Бриндла, но он крутился вокруг нее с того самого момента, как они вышли из церкви. Белла списала это на то, что он здесь никого не знал. Или была другая причина? Может, он к ней клеился? Белла не была уверена. Но если так, то ей нужно было это прекратить. Флирт – последнее, что ей было сейчас нужно. Она никак его не поощряла, просто дружелюбно общалась. Как там Алан говорил? Что мужчины слетались на нее как пчелы на мед. Белла снова почувствовала, как подступили слезы. Мысли об Алане, о том, как она по нему скучает, ранили ее, словно ножом по сердцу.

Хотя Бриндла ее тетя точно бы одобрила – в отличие от Алана. Виной тому был его брак. А этот выглядел так же привлекательно, как и Алан, даже несмотря на незначительное увечье. Бриндл хромал. Не сильно, просто как будто что-то выбивалось из такта. Белла наблюдала за его походкой, и было очевидно, что нога его беспокоила. За этот день она не раз замечала, как он массирует бедро и морщится от боли. А в остальном он был неплох, только темные волосы выглядели так, как будто над ними поработал слишком усердный парикмахер. Жаль, хорошая прическа добавила бы гармоничности его лицу, а так нос казался длинноват. По комплекции он был практически как Алан. Рост метр восемьдесят с лишним, поджарый. Похож на спортсмена, хотя ей было сложно представить себе, как бы он мог им быть с такой ногой. Но она не стала спрашивать. Он бы подумал, что она им заинтересовалась, а это было не так. Праздное любопытство, просто чтобы на время забыть кошмар, случившийся с Аланом. Размышления помогали отвлечься от ужасной реальности, и она была благодарна за это.

– Я работала с этим помешанным компьютерщиком. – Белле совершенно не хотелось болтать, но разговора было не избежать. Вокруг были друзья и коллеги Алана, некоторые были и ее знакомыми тоже. И все это в его доме. – На самом деле большинство из гостей здесь работали с ним. Мы оба преподавали в местном колледже, на отделении информатики.

– То есть он был ваш коллега.

– И друг. А недавно… – Она замолчала. Снова комок в горле, снова подступили слезы. Признайся. Пусть этот мужчина знает, с кем имеет дело. – Недавно мы стали любовниками.

Бриндл закашлялся.

– А как это приняла его… его жена?

Белла попыталась улыбнуться, говорить в беспечном тоне, но это было тяжело. Не из-за его жены, а потому что речь шла об Алане. Она любила его, надеялась провести с ним остаток своей жизни. В этом не было никакой беспечности.

– Они были почти в разводе, – ее голос звучал тонко и сдавленно. – И прежде чем вы в этом усомнитесь – я не разваливала их брак. Это произошло задолго до того, как мы сошлись. Дом большой. Хотя они оба и жили здесь, у Алана была своя территория.

Бриндл посмотрел на нее.

– Даже если и так, почему просто не съехать? Анне, наверное, не нравилось видеть его здесь, когда вы встречались.

Это критика? Все остальные здесь думают так же? Они думают, что в последние месяцы Алан все еще надеялся сохранить свой брак? Почему она была так откровенна с совершенно незнакомым человеком? От горя – вот почему. В голове царил хаос. Иначе она никогда бы не стала обсуждать свою личную жизнь с первым встречным.

Она говорила безжизненным голосом.

– Дело было в финансах и переговорах о разводе. Но недавно Алан унаследовал деньги от отца. Он собирался съехаться со мной, как только решит свои проблемы. У меня уже лежит половина его вещей. – В голосе зазвучала прохлада. Люди скоры на осуждение. – Правда в том, что их браку пришел конец. Больше тут нечего сказать.

Бриндл кивнул.

– Он говорил, что Анна – непростая женщина. Видимо, это место куплено на ее деньги. Она из обеспеченной семьи. Я замечал, что они с Анной не были счастливы. Еще он рассказывал, какая она ревнивая. Расставаться с ней нужно было бы очень аккуратно. – Он умолк. – Слушайте… Простите меня. Для вас это, должно быть, тяжело. Я понятия не имел, что вы и Алан…

– Откуда вам было знать. Мы не болтали об этом.

Белла улыбнулась ему. Мэтт Бриндл знал Алана. Естественно, что он проявлял любопытство, сомневался в ее мотивах. Но это заставило ее задуматься.

– То, как он умер, – вы знаете, что произошло? – спросил он.

– Мы были вместе на вокзале «Виктория» в Манчестере, когда к нему подошел полицейский. Сказал, что у Анны какие-то проблемы. Мне никто ничего не объяснил, но я знаю, что они нашли его тело на болотах. – Ее голос задрожал. Она слышала новости по местному радио. Алана застрелили в голову. Черт знает что. Она могла лишь гадать о том, что произошло, когда он уехал с вокзала. У Алана не было врагов. Она предполагала, что он стал жертвой вооруженного грабежа.

– Вы были с ним.

Она посмотрела в сторону. Ей не хотелось об этом говорить. День и так был достаточно трудный. Да и в любом случае, ей было нечего сказать. Белла опустила голову. Раньше ей удавалось сдерживать слезы.

– Извините, я не могу. Все это слишком больно.

– Прошу прощения. Не нужно мне было говорить об этом. Я должен был, по крайней мере, объясниться. Я привык проявлять любопытство, задавать вопросы. Я раньше был в полиции – в отделе уголовного розыска Восточно-Пеннинского региона.

Белла была рада смене темы. Она опять была на грани слез и не хотела выглядеть глупо.

– Были? Потом бросили?

– Я оставил службу полгода назад.

– Скучаете? – спросила она.

– Дело не в том, скучаю я или нет. Я всегда хотел одного – работать в розыске, но один мерзкий случай положил этому конец, – он похлопал по ноге, – раздроблена. Напичкана теперь металлом.

Она промолчала.

– Вы знаете его? – Бриндл кивком указал на высокого худого мужчину, стоявшего на другой стороне комнаты и уставившегося на них.

– Это коллега с работы. – Белла помахала ему. – Я подойду к нему, поговорю. Ему сейчас наверняка так же тяжело, как мне.

Вяло улыбнувшись Бриндлу, Белла пошла к мужчине.

– Джоуэл, ты пришел.

Он поцеловал ее в щеку.

– Мне жаль. Белла, я знаю, как ты относилась к Алану. Это все тебя, наверное, убивает.

– Мне очень тяжело, я с трудом держусь. Не могу поверить, что его нет. – Слезы покатились ручьем по ее щекам. С Джоуэлом не нужно было притворяться.

Джоуэл Доусон протянул ей платок и положил руку на плечо.

– Мы все будем по нему скучать.

Белла слабо улыбнулась. Джоуэл, как и она, появился в отделе относительно недавно, но хорошо вписался. Он нравился и сотрудникам, и студентам. Он был спокойным, скромным, приятным человеком, но при этом из числа людей, которых никогда по-настоящему не узнаешь.

Она покачала головой, все еще плача.

– Не могу, Джоуэл. Выйду на улицу, подышу. Мне лучше побыть одной.

Белла двинулась к стеклянным дверям в сад. Джоуэл Доусон смотрел ей вслед. Ей хотелось посмотреть на место, где жил Алан, и это была единственная возможность. Он рассказывал о доме, но она никогда здесь не была. Это было бы неправильно. Может, между ним и Анной все и было кончено, но Белле не хотелось совать сюда свой нос. И все-таки ей было любопытно.

– Красивый сад. Все это дело рук Анны. Алан не любил садоводство.

Мужчина, с которым она еще не общалась, проследовал за ней. Он раз или два улыбнулся ей во время службы, но Белла проигнорировала его. Он был высокий, одет в хорошо скроенный темный костюм.

Он стоял позади нее.

– Он любил этот дом. Вот почему его жена согласилась провести церемонию прощания здесь. По вечерам Алан сидел на скамейке вон там, – он указал на тенистый уголок. – Пил вино и работал, пока Анна не прекращала его пилить и не шла спать.

– Почему ее здесь нет? – достаточно очевидный вопрос, но она заметила, что мужчине стало неловко. Несмотря на их проблемы, Анна по-прежнему была законной женой Алана, а это были его похороны. Белле этот вопрос казался уместным. Наверняка все недоумевали по этому поводу.

Он сморщился и пожал плечами.

– Анна не могла этого вынести. Отправила вместо себя семейного адвоката. Меня, – он широко ей улыбнулся. – Я Роберт Нолан. А еще я их сосед – живу вон там, – он указал на огромный забор между домом Алана и ближайшим к нему.

– Белла Ричардс. Мы с Аланом вместе работали. – Она посмотрела на него. Знал ли он? – Возможно, Алан рассказывал вам обо мне?

Роберт кивнул и снова улыбнулся ей.

– Он любил вас. Я это точно знаю.

– А я любила его. У нас были планы. Если бы он не… умер, – она закрыла глаза, – мы бы на этой неделе уехали в отпуск.

Он присвистнул:

– Это для вас удар.

– Мне кажется, мне никогда не было так плохо. Может, если бы я знала, что произошло, это бы помогло. Но мне никто не говорит, а я не чувствую себя вправе спрашивать.

Он смотрел на нее грустным и взволнованным взглядом.

– Алана застрелили, это было преднамеренное убийство. Его тело нашли выброшенным на дороге недалеко от болот.

Вдруг все вокруг нее стихло. Его слова громом прозвучали в ее голове. Не может быть. Кому понадобилось убивать Алана? Пальцы снова потянулись к кулону. Последний подарок Алана. Жесткие, холодные слова. Она не верила, не могла поверить им.

Через какое-то время она с трудом заговорила снова:

– Кому это могло понадобиться? Почему? За что?

– Полиция этим занимается. Я удивлен, что они не общались с вами. Вы знаете, что вы указаны как главный наследник в завещании Алана?

Белла отвернулась. Она забыла об этом. В сложившихся обстоятельствах ей стало стыдно.

Глава пятая

День 8

После похорон прошло два дня, и Белла вернулась в колледж. Ей не хотелось возвращаться к работе. Работа казалась теперь утомительной, лишенной чего-то. Она чувствовала себя невыразимо несчастной. Мысли постоянно возвращались к Алану и к жизни, которая могла бы у них быть.

Кейт Хэзершоу решительно вошла в преподавательскую отделения информационных технологий и объявила:

– Там наверху требуют данные об успеваемости наших студентов.

Белла вздохнула. Она устала и надеялась уйти пораньше.

– Можно подумать, они не знают наших студентов. У меня в этом году одни негодяи-недоучки. Вообще, зачем данные, я просто возьму с собой первую страницу «Хроники». Четверых из них отчислили в прошлом месяце.

Кейт ухмыльнулась.

– Ну, давай, рискни! Посмотрела бы я на лицо нашего генератора идей.

«Генератор идей» – это прозвище, которое Алан дал одному из руководителей колледжа. Он постоянно выдвигал новые идеи и инновационные способы убеждения молодежи в округе поступать к ним.

Белла снова была на грани того, чтобы расплакаться. Стол Алана стоял напротив, и когда они оба работали в учительской, она могла посмотреть на него и встретиться взглядом. Теперь его стол был пуст, готовый принять нового владельца. Белла опустошила все ящики, чтобы убедиться в том, что там не осталось ничего личного, что могло попасть в руки любопытным. Они с Аланом любили писать друг другу маленькие записки. Ей не хотелось, чтобы кто-то из коллег их нашел.

– Джоуэл спрашивал, можно ли ему занять стол Алана, – сказала Кейт.

Белла нахмурилась. Сможет ли она каждый день видеть Джоуэла, день за днем, и знать, что он, в свою очередь, смотрит на нее? Она содрогнулась от этой мысли. Благодаря Алану приходить на работу стало развлечением. Теперь это была рутина. Очень скоро ее начнет от этого тошнить.

– Мне нужно что-то придумать насчет Олли. – Олли был пятилетним сыном Беллы. – Я обещала забрать его сегодня.

Легко сказать, но не так легко сделать. Она недавно переехала в эти края и не успела обзавестись друзьями или познакомиться с другими мамами, которые могли бы ненадолго присмотреть за ним. Она просмотрела список контактов в телефоне. У няни была запись к врачу. То есть не оставалось никого – никого, кому она обычно могла бы довериться. Но сегодня у нее не было выбора. Белла надеялась получить повышение. Деньги были бы очень кстати, и пропускать совещание было не самой хорошей идеей. Конечно, хорошо, что Алан оставил ей в наследство небольшое состояние, но его жена, безусловно, станет его оспаривать. Так что пройдут месяцы или даже годы, пока она хоть что-то из него получит.

Раз никто больше не мог забрать Олли, оставалась только соседка. Если она сможет. Тяжелые времена, подумала она и набрала номер. Но ведь не так уж это и сложно. Олли был послушным ребенком, всегда слушался, а школа была совсем рядом с домом.

Она затаила дыхание.

– Миссис Стэмфорд, это Белла, соседка. Вы не могли бы оказать мне огромную услугу? Вы можете забрать Олли из школы сегодня? Я не стала бы просить, но сегодня на работе совещание, и я не смогу вырваться.

Соседка сразу же согласилась, без малейшего неудовольствия. Она сказала, что будет у школьных ворот к четверти четвертого, и пообещала не подвести.

– Пусть он посидит у вас, пока я не вернусь. Не пускайте его играть на улицу. Я сильно не задержусь. – Она повесила трубку, вздохнув с облегчением.

– В такие времена удобно жить с кем-то вместе, – глубокомысленно сказала Кейт. – Уж поверь мне, у меня есть опыт. Майк, может, и не семи пядей во лбу, но он всегда рядом и детей любит.

Белла покачала головой.

– Гэйб оставил нас, когда Олли был совсем маленьким, забыла? Решил, что не справится.

– Жаль, что так вышло с Аланом. Вы были бы идеальной парой.

– Не будем об этом, Кейт.

Но ее коллега была права. У Алана не было своих детей, но он быстро привязался к Олли, а малыш полюбил его в ответ. Смерть Алана принесла горе не ей одной. Олли тоже было тяжело. Белла снова взяла телефон. Ей нужно было предупредить школу, что за Олли зайдет миссис Стэмфорд. Бюрократия, но зато так спокойней.

* * *

Женщине было лет семьдесят, не меньше. Мальчик выглядел хрупким, лет пяти, светловолосый, как и его мать. Он нес сумку для обедов. На нем была школьная форма: короткие серые брюки, белая рубашка-поло и красный джемпер с логотипом школы на рукаве. Мужчина улыбнулся. Дети такие милые в этом возрасте. Потом он вспомнил, зачем он здесь.

Женщина шла от школьных ворот, мальчик шел впереди. Она несла сумку с продуктами. Та выглядела тяжелой. Он размышлял, подъехать ли к ним и предложить подвезти, когда женщина остановилась поговорить с каким-то парнем. Мальчик был в паре метров впереди, разглядывал витрину газетного киоска.

Мужчина проехал вперед, припарковался за углом и вернулся пешком.

– Этот хороший, – он показал на комикс. – Мой малец получает его каждую неделю.

Мальчик посмотрел на него.

– Мне мама его покупает.

Его маме следовало бы научить его не говорить с незнакомцами.

– Ты один?

– С миссис Стэмфорд, – он показал на женщину. Она стояла к ним спиной и была увлечена беседой с тем парнем.

– У меня в багажнике есть пара комиксов. Машина тут, за углом. Я хотел сдать их в макулатуру, но, если хочешь, могу отдать тебе.

Он наблюдал за выражением лица мальчика. Тот обдумывал, как поступить. Наконец он кивнул.

Они ушли.

– Мне нравятся твои татуировки, – сказал мальчик. – Больно было?

Мужчина засмеялся и вытянул руки вперед, чтобы мальчик мог лучше рассмотреть.

– Нет, нормально.

– Что это?

Он показал левую руку.

– Это голова волка. А на другой – дракон.

– Я сделаю себе змею, когда вырасту.

Слишком просто. Разве детям не говорят не вести себя так?

– Вот они! – он открыл багажник и отскочил с удивленным видом: – Наверное, я забыл их положить. Ну что я за дурак! – он рассмеялся.

Оливер выглядел разочарованным.

– Ничего страшного.

– Ну как же. Я же тебе обещал. Знаешь что, залезай, я быстренько тебя довезу до моего дома и отдам их тебе. Верну тебя обратно через пару минут. Это тут, за углом.

Глупый ребенок даже не стал спорить. Втиснул свое худенькое тельце на пассажирское место и слова не сказал. Ну, теперь повеселимся.

Глава шестая

Она еще не оправилась от первого кошмара, но тот, что ждал ее дома, был еще хуже. Когда Белла вернулась с собрания, дом был полон полиции. Миссис Стэмфорд сидела на диване и рыдала.

– Я остановилась поговорить с Джеком на пару секунд, не больше. Когда я повернулась, малыш Оливер исчез, – ревела она.

– Мы делаем все, что можем, – сказала Белле женщина-констебль. Из рации на ее куртке шли помехи, и она постоянно нажимала на кнопки. Это отвлекало. Белла не могла понять, что она говорит. Какой-то бессмысленный набор слов. Оливер? Где ее ребенок?

Но констебль все еще говорила.

– Ваша соседка сразу нам позвонила. Это произошло недавно. Скорее всего, он забрел в парк или встретил друга.

– Оливер так не делает, – Белла проговорила эти слова так, словно они были чужие. Ее трясло.

– С кем дружит Оливер, Белла? – на мужчине не было формы полицейского, а в голосе не было сочувствия.

– Я… я не знаю. Ему всего пять, у него все вокруг друзья, – она имела в виду, все в его классе, но прозвучало как-то не так. – Вы кто?

– Я детектив Беквит. Уголовный розыск Восточно-Пеннинского региона.

Уголовный розыск. Что, черт возьми, по их мнению, произошло с Олли?

– Где мой мальчик? – Слезы ручьем потекли по щекам. Она была на грани обморока. – Олли не ушел бы просто так. Он знает, что мы всегда сразу идем домой. Я говорила ему, что нельзя уходить, разговаривать с незнакомцами.

– Наши офицеры изучают дорогу от школы до дома, говорят с владельцами магазинов.

Беллу затошнило. Она была смертельно бледна. Женщина-полицейский усадила ее на диван.

– Что вы имеете в виду? Что, по-вашему, с ним случилось?

Голова шла кругом, она перебирала все возможные ситуации, все они были ужасные. Она повернулась к миссис Стэмфорд, вдруг покраснев от внезапного прилива злости.

– Почему он не пришел домой с вами? Здесь же недалеко. Даже вы бы справились, – Белла в ярости выплевывала слова, и женщина разрыдалась. Все это было неправильно.

Женщина-полицейский положила руку ей на плечо.

– Сейчас мы до конца не знаем, что произошло, Белла. Мы не уверены, имеет ли это значение, но Оливера видели с каким-то мужчиной перед киоском с газетами. Мы сейчас разговариваем с продавцом.

Незнакомец похитил ее ребенка. О господи. Что угодно, только не это.

* * *

Оливер Ричардс спал на пассажирском сиденье рядом с ним. Он дал мальчику бутылку колы, добавив туда кое-что. Ничего серьезного, просто успокоительное, но мальчик вырубился напрочь.

Он выехал из города и проехал много миль по болотам. Белла Ричардс, должно быть, сходит с ума от беспокойства. То, с чем она столкнется сейчас, будет бесконечно хуже, чем потеря Алана Фишера. Мысли о том, что происходит с ее мальчиком, будут пожирать ее. Так ей и надо. Зря она любила Фишера так сильно.

Пора от него избавиться. Он свернул с шоссе на проселочную дорогу и проехал еще с полмили. Остановился перед небольшим домом и выключил двигатель. Зашел со стороны пассажирского сиденья и вытащил ребенка. Оливер Ричардс даже не пошевелился. Мужчина пронес его через двор, постучал в дверь и вывалил ребенка на крыльцо. Он поежился. Было холодно, и начался дождь.

* * *

Полиция оставила с Беллой семейного координатора, Элисон Рэй. Она настояла на том, чтобы Белла легла в постель и постаралась отдохнуть. Как она могла уснуть? Ни за что она бы не стала пить таблетки, которые оставил для нее доктор. Она должна быть наготове в случае чего. Так или иначе, ее голова была слишком полна мыслей об Олли. Сейчас было поздно и темно, хоть глаз выколи. Он был где-то там, хотел к ней, может быть, у него что-то болит. Плачет. Их жизнь была размеренной, каждый вечер одно и то же. Ванна, ужин, чистить зубы, потом сказка на ночь. Он сворачивался клубочком, а она лежала рядом и читала его любимую книгу про пиратов. Что ее мальчик делал сейчас? Ему холодно? Он голоден? Она не могла этого вынести. Если она совсем потеряет Олли, ей незачем будет жить. Лучше уж умереть.

Время от времени она слышала голоса внизу, Элисон разговаривала по телефону с коллегами. Элисон должна была держать ее в курсе событий. Событий! Белла рыдала в подушку. То есть нашли ли они Олли – живым или мертвым. Она знала, что сейчас они уже поговорили со всеми его друзьями. Он не был ни у кого из них, то есть кто-то его похитил.

Белла ворочалась и металась, истязая себя до утра. Все без толку, она не могла просто лежать без дела. Она накинула халат и спустилась. Элисон дремала в кресле, одежда измята, короткие волосы спутаны.

Белла зашла на кухню. Она всегда готовила себе чай и тост, прежде чем позвать Олли. Сегодня она не могла есть, ее тошнило от одной мысли. Она подняла жалюзи. Шел дождь. Если Олли на улице, то он промок и замерз.

Элисон стояла в дверях, потягиваясь и зевая.

– Белла, ты встала. Ночью кое-что произошло.

Белла мгновенно посмотрела на лицо Элисон и попыталась отгадать, что это могло быть. Улыбки не было, выражение лица не изменилось. То есть ничего хорошего.

– Мы нашли сумку, такую, в которых дети носят в школу обед.

Белла сделала глубокий вдох.

– На сумке Олли нарисованы пираты, и внутри написано его имя.

– Да, мы знаем. Это его сумка. Ее отвезли к нашим криминалистам, чтобы они на нее взглянули.

У Беллы было столько вопросов, но они застревали у нее в горле. Ответы могли ее уничтожить. И все-таки она должна была знать.

– Где вы ее нашли? Там были какие-то признаки Олли? Поблизости были дома?

Элисон говорила мягким голосом.

– Ее нашел прохожий. Об исчезновении Олли сообщили по новостям. Женщина выгуливала собаку и нашла сумку на обочине недалеко от шоссе.

Слова были ударом. Белла согнулась пополам от боли.

– Он умер, да? – она закричала. – Какой-то урод убил моего маленького мальчика!

Элисон усадила ее на диван.

– Мы этого не знаем. Нельзя строить предположений. Расследование только началось.

Это были слова утешения, но ей не полегчало. Белла разревелась в подушку. Возможно, она никогда больше не увидит Олли, и это было невыносимо.

Глава седьмая

День 9

Было раннее утро, солнце только взошло. Мэтт Бриндл проснулся от испуга. Глаза широко открыты, холодный пот покрывал все тело.

Его демоны вернулись. Кошмар повторился, обеспечив очередную бессонную ночь.

Он сел, помассировал голову и осмотрел комнату. Все было на своих местах. Он не был в том здании. Никто не пытался его взорвать. Все это случилось с другим человеком, в другое время. Он был дома, в своей кровати, измотан, но цел. Телесно, по крайней мере. Насчет разума он не был так уверен. Он восстановил дыхание. Полгода прошло, а последствия травмы того дня никак не уходят.

В комнату без стука зашла мать.

– Кофе и газета. Строители будут в десять. Надеюсь, ты разобрался в том, чего хочешь. Если ты намерен закончить подготовку и запустить этот проект к следующей весне, тебе нужно им заняться.

Ах да, строители. Его проект. Его планы по обновлению Бриндл-Холл и самого себя. Он хотел превратить разрушающееся поместье георгианской эпохи в преуспевающий бизнес. Джозиа Бриндл, его предприимчивый предок, им бы гордился. Ему нужно было взять себя в руки.

Его матери, Эвелин Бриндл, было под шестьдесят. Она была стройной и бодрой женщиной с карими глазами и темными волосами. Цвета воронова крыла, как говорил ее муж. Она передала эти черты обоим своим детям.

– Фредди – знаток своего дела, мам. Он занимался такими вещами раньше. Он меня не подведет.

Фредди Редман был его друг, владевший своей строительной фирмой. Несколько месяцев назад, одной пьяной ночью в местном баре, они состряпали вместе план по преобразованию Бриндл Холл. Несмотря на сомнительные обстоятельства рождения этой идеи, она имела смысл, и Мэтт хотел довести ее до конца.

Его мать покачала головой.

– Лично я считаю, это слишком масштабно и слишком рано. Тебе нужно отдохнуть, ты не забыл?

– Мне нужно зарабатывать на жизнь, а поместье отчаянно нуждается в деньгах. Мы тут сидим на золотой жиле. Этот дом – да и вообще все поместье Бриндл – созрел для перемен.

Это была больная тема. Эвелин не хотела, чтобы он возвращался в уголовный розыск, но и не хотела, чтобы он что-то менял в поместье. По ее убеждению, все было хорошо и так. Но Мэтт очень хорошо знал, что это неправда. Семья находилась на волоске от банкротства.

– Дело не в доме, Мэттью. Я не хочу, чтобы по всему поместью топтались люди.

Все тот же аргумент. Но его мать была неглупа. Она должна понимать, что им нужно что-то делать. На протяжении многих лет поместье Бриндл приходило в упадок. Его зарплаты инспектора катастрофически не хватало на содержание большого старого особняка и примыкающей территории. Семейный кошелек десятилетиями пустел. Мэтт решил продать часть земли под застройку. Он не обсуждал это с матерью, потому что понимал, каков будет ее ответ. Но таким образом, за исключением присутствия посетителей, все могло остаться как раньше. Банк был готов его поддержать, так что причин откладывать не было.

Он вздохнул.

– Мы же договорились, мам. Мы откроем часть дома, только основные комнаты, не наши личные. Мы откроем сады, разрешим рыбалку на озере, откроем небольшую контактную ферму для детей, комнаты для чаепитий и сувенирный магазин. У нас есть все необходимые постройки. Сюда повалят толпы, и, что важнее, семья получит приток наличных, которые нам так нужны. Людям интересна история этих мест и заслуги Джозиа Бриндла перед обществом. Люди станут приезжать сюда, мам, и они будут тратить деньги.

– Ты уверен в этом, Мэттью? Нам это действительно нужно? Мы же не разорены.

– Мы к этому очень близки. Оставь задетую гордость, мам. Нам нужно смириться с фактами. У нас даже нет денег, чтобы заменить окна на западном фронтоне. Нам нужны деньги, чтобы удерживать это место на плаву. Поместье Бриндл уже не то, что раньше. В семье больше нет шерстяных баронов, как Джозиа. И Сара от этого тоже выиграет. Она одна воспитывает двоих детей. Она может помочь нам с устройством поместья и сама заработает неплохие деньги.

– Твоей сестре эта идея не нравится.

– Понравится, когда пойдут деньги.

– А куда они будут ставить свои машины? Я не хочу, чтобы они забили ими весь двор.

– Нижнее поле заасфальтируют, получится отличная парковка. Можно будет брать плату. Заработаем больше денег.

Хоть леди Бриндл и была первоклассным снобом, она не была лишена практичности. Мэтт был уверен, что через какое-то время она увидит пользу. После того «случая», как Мэтт привык его называть, он был сломлен, эмоционально и физически. Через полгода его нога более или менее зажила, хотя хромота и осталась. Синяки ушли, а от удара по лбу остался лишь небольшой шрам – спасибо матери. Она выˆходила его, и он был ей благодарен. Эвелин Бриндл посвятила себя его выздоровлению и сделала все возможное, чтобы сын поправился.

Но некоторые раны Мэтта Бриндла были неизлечимы. Шрамы на сердце останутся с ним еще надолго. То, что случилось в тот день, изменило его жизнь навсегда. Это положило конец его карьере в уголовном розыске, но по сравнению с гибелью его сержанта все это были мелочи. Он чувствовал себя отчасти виновным в этом.

Он и сержант Пола Райт обыскивали заброшенный дом на Марсденском болоте. Они получили наводку о том, что местный бандит договорился там о встрече с дилером, речь шла о передаче большой партии наркотиков. Наводка была от надежного источника, и у Мэтта не было причин для сомнений. Но это была ловушка, и они с Полой угодили прямо в нее. Как только они зашли внутрь, дверь захлопнулась снаружи и в разбитое окно влетела ручная граната. Пола Райт погибла на месте, а Мэтт был тяжело ранен. Воспоминания об этом дне были ужасными, иногда невыносимыми, но ему приходилось с ними жить.

– Ты хорошо просчитал все расходы, Мэттью?

– Да, и Томас мне помог, – Томас многие годы служил семейным бухгалтером, – он считает, что это отличная идея. Честно говоря, мам, либо мы сами сделаем капитал из того, что у нас есть, либо государство – если вообще возьмется. Тебе бы понравился такой вариант?

Она задрала нос и цокнула.

– Нет. Бриндл-Холл – твое наследство. Твой отец перевернулся бы в гробу.

– Ну вот и все. Вопрос закрыт.

Мэтту было всего тридцать с небольшим. Учитывая, что его карьере в полиции пришел конец, ему нужен был проект, который занял бы его тело и душу, что-то достаточно большое, чтобы наполнить его жизнь. У него было время, чтобы все обдумать. Он разрабатывал планы преобразования поместья в темные часы своего выздоровления.

Он закрыл глаза. Раньше он жил работой в полиции. Вся эта история с домом была не просто способом заработать, это была стратегия, чтобы забыть прошлое, оставить его позади. Мэтт Бриндл надеялся, что преобразование поместья и управление новым делом не оставят свободного времени для размышления о том, как все могло бы быть. Когда-то он был таким амбициозным. Собирался сдать экзамены на главного инспектора уголовного розыска в следующем году. А потом – кто знает? Он хорошо справлялся с работой, и его любили.

Он допил кофе и включил радио. Репортер болтал о спорте и погоде, но внимание Мэтта было где-то не здесь. Затем он услышал имя Алан Фишер и прислушался.

Полиция собиралась допросить Беллу Ричардс. Ее не подозревали в убийстве Алана, но пропал ее ребенок. Странное совпадение, если это так. Он прочитал, что писали в газетах о произошедшем на станции «Виктория». Когда он разговаривал с Беллой на похоронах, ему показалось, что она знала немного. Он не очень хорошо знал Алана Фишера, но тот казался ему достаточно простым человеком. Странно, почему он стал чьей-то мишенью.

Мэтту было интересно, кто вел дело, может, ему следует переговорить с ним. Он был полицейским десять лет, пока не произошел тот случай. У него была хорошо развита интуиция, и он ей доверял. Интуиция подсказывала ему, что пропажа ребенка связана с убийством Алана Фишера.

* * *

Они уже, должно быть, сделали вскрытие Фишера. Увидели отметку, его подпись, отправили пулю на анализ, так что они поймут. Они добавят имя Фишера в растущий список и будут гадать, что делать дальше.

Его доводило ожидание. Ему было одиноко и не терпелось начать снова. Он думал о Белле каждую секунду. Он наблюдал за ней и знал, что она будет другой. Не такой требовательной, как остальные. Белла примет свою участь. А если нет, если она его подведет, откажется делать то, что он хочет, то ей придется заплатить высокую цену. У него был ее мальчик, козырь, который будет гарантией ее покладистости.

Когда она исчезнет, улик не будет. Да это и неважно, потому что никто не заявит о ее пропаже. Он об этом позаботится. Оборвать еще пару концов, подождать, пока утихнет кипеж, и можно действовать.

Одним из таких концов был мальчик. Он, конечно, козырь, но нужно было, чтобы полиция прекратила его поиски. У него была идея. Нужно только поработать над деталями, убедиться в том, что план безупречен, и все будет готово.

Во время утренней прогулки он подобрал местную газету. Никаких упоминаний об арестах, но писали, что Беллу допрашивали, а потом отпустили. Это было ожидаемо. Что она им сказала? На вокзале все произошло очень быстро, как он и рассчитывал. Она могла запомнить лишь форму. Она не видела, что было под его маскировкой, под париком, накладками. Если бы видела, то полиция уже бы ломилась в его дверь. Но ему просто хотелось удостовериться.

Вторая проблема.

Он достал из кармана куртки фотографию и внимательно на нее посмотрел. На ней была женщина пятидесяти с лишним лет, кудрявая, с широкой улыбкой. Белла ее знала. Они с мальчиком неоднократно навещали ее. Разгадать жизнь Беллы было непросто. Он понятия не имел, кто это – родственница или подруга, но знал достаточно, чтобы понимать, что она была помехой. От нее тоже придется избавиться. Она собиралась в отпуск на Коста-Бланку и заказала такси в аэропорт. Он не подведет.

Глава восьмая

– Прошу прощения, что без приглашения, но мне нужно было вас увидеть. Я слышал новости о вашем сыне, – сказал мужчина.

Это был сосед Алана. Белла видела его на похоронах.

– Что вам нужно? – спросила она.

Он улыбнулся.

– Предложить свою помощь. Возможно, вы не помните, но я упоминал, что я адвокат, Роберт Нолан.

– А зачем мне адвокат? – Белла была озадачена.

– Поиски убийцы Алана поручили новому старшему следователю. Я говорил с ним вчера. Это начальник отдела уголовного розыска Дайсон. Я сказал ему, что, с вашего согласия, буду вас представлять.

Белла не понимала.

– У меня проблемы?

– Нет, но вы одной из последних видели Алана. Вы были с ним, когда его похитили. Полиции понадобится допросить вас, получить ваши показания. Плюс исчезновение вашего сына.

Она посмотрела на него.

– Они же не думают, что я как-то причастна к тому, что случилось с Аланом или Олли? – мысль была настолько дикой, что казалась практически смешной. Но Роберт Нолан не смеялся.

– Я не знаю, какая информация уже есть у полиции. Они могут связать эти два происшествия. На мой взгляд, Белла, вам нужен кто-то на вашей стороне.

Роберт Нолан напоминал ей Алана. Чуть старше, возможно, – вокруг висков пробивалась седина.

– Они хотят поговорить с вами сегодня, – сказал он мягко. – И поскольку ребенок пропал, они также хотят обыскать дом.

Она чуть не рассмеялась. Еще немного, и началась бы истерика. За неделю мир вокруг нее превратился в сплошное безумие.

– Они не найдут его здесь. С чего бы?

– Это обычная процедура при исчезновении детей. Этим утром я поеду с вами в полицейский участок, где вы ответите на кое-какие вопросы. Пока нас не будет, они обыщут дом.

– Они же не разворотят тут все вокруг?

Элисон, женщина-полицейский, все это время сидела тихо и не вмешивалась. Теперь она сказала доброжелательно:

– Я позабочусь о том, чтобы они работали аккуратно.

* * *

Нолан сопроводил ее в маленькую комнату для допросов и ободряюще улыбнулся.

– Вам просто нужно будет сказать им правду.

– Что, по их мнению, мне известно? Я могу лишь повторить то, что уже сказала. Я рассказывала им о том, что случилось на станции.

– Это все, что им нужно. Обычная процедура. Вы были там. Сейчас прошло время, вы могли что-то вспомнить, о чем не думали раньше.

Белла покачала головой. Настоящая пытка. Ее мысли были заняты только Оливером. Она думала о нем дни напролет, он снился ей по ночам. Она взяла на работе отпуск. Она не могла ходить туда и притворяться, что все в порядке. Только не сейчас, когда Оливер пропал.

Вскоре после того, как Белла и Роберт сели, в комнату зашли два детектива. Они представились как начальник отдела Дайсон и констебль Беквит. С Беквитом она уже встречалась. Они сели напротив. Комната пугала. Жалюзи были опущены, свет шел только от небольшой лампы на стене.

– Еще пара вопросов, чтобы все окончательно прояснилось, – начал Дайсон.

– Есть новости о сыне? Я схожу с ума.

Пустая трата времени. Они должны искать Олли. Белла с ненавистью смотрела на них, надеясь, что они начнут пререкаться и она сможет выплеснуть на них свою злость.

– Разве не этим вы должны заниматься? Ему пять лет, он там один, а вы не придумали ничего лучше, чем доставать меня! – Ее лицо краснело по мере нарастания злости. – Я не знаю, что я, по-вашему, могу вам сказать. Я не причастна к смерти Алана. Я любила его. Мы планировали пожениться. Вы ищете не там, где нужно!

Дайсон откинулся на стуле, совершенно не задетый ее выпадом.

– Мы и не думали, что вы замешаны, мисс Ричардс. Нам просто нужна ваша помощь. Видите ли, смерть мистера Фишера – шестая в одной цепочке. Нам нужно, чтобы вы вспомнили каждую мелочь с того дня.

У него была приятная улыбка, и он казался довольно дружелюбным. Но Белла была ошарашена.

– Вы хотите сказать, что Алан стал жертвой какого-то серийного убийцы? То есть он просто оказался не в то время не в том месте?

Дайсон покачал головой.

– Нет, Фишер и был целью. В вашем первом заявлении вы сказали, что мужчина, который пришел за Аланом Фишером, знал, как его зовут. Знал, что у него есть жена. И знал, где найти вас на платформе – а дело было в час пик. Там толклись сотни людей. То есть он знал, как вы оба выглядите. А для этого требуется подготовка.

Белла оторопела. Она об этом и не думала.

– То есть полицейский, который забрал его, – это он убил Алана?

– Пока мы думаем, что это так.

– И он делал это раньше?

– Да. Он всегда убивает своих жертв одинаково, но похищает их по-разному. На сегодняшний день, мисс Ричардс, вы единственный свидетель, столкнувшийся с ним лицом к лицу.

Белла закрыла глаза. Она понимала, что это важно, но ее нервы были настолько на пределе, что она не могла думать. Она отчаянно пыталась вспомнить каждую мелочь, но в голове царил хаос. Она не видела ничего, кроме Олли и того, что могло с ним случиться.

– Я удивилась тому, как он внезапно появился, мы оба оторопели. По-моему, он ничем не отличался от других полицейских, – она знала, что толку от этого нет. – Ничего необычного в нем не было. Форма, значок, рация. Он выглядел естественно. Когда он сказал, зачем ему Алан, рассказал о его жене, мы не задавали вопросов. Алан пошел с ним, а я села на поезд обратно в Хаддерсфилд. Я забеспокоилась, когда он мне не позвонил. Позже тем вечером я услышала по радио о том, что произошло.

Дайсон кивнул.

– Он умный подонок, наш убийца. Никаких просчетов. Вы можете его описать?

– Не особо. Я помню только форму. Белая рубашка с короткими рукавами и жилет как у всех полицейских.

– Акцент? Цвет волос? Хоть что-нибудь?

– Акцент местный, северный. Волосы, по-моему, светлые, но я не уверена. Мы настолько погрузились в то, что он нам говорил, что я не обратила внимания на его внешность. – Начальник полиции смотрел с пониманием. – Извините, я не помню ничего, что могло бы помочь. Все случилось так быстро. Это был полицейский. Я даже на мгновение не могла бы себе представить, что он забирает Алана, чтобы убить его!

Белла прикрыла глаза пальцами. Она злилась сама на себя. Она же смотрела ему в лицо, она знала это. Так почему же она ничего не может о нем вспомнить?

– Мы ищем вашего сына, – заверил ее Дайсон. – Наши люди его разыскивают. Сегодня о нем сообщат в местных новостях. Мы также хотели бы, чтобы вы записали обращение, которое покажут по центральным каналам.

У Беллы снова задергался нерв.

– Нет! Я не могу этого сделать, – она сразу же запротестовала. Затем она заметила их удивление. – Я не справлюсь. Не смогу произвести нужное впечатление. – Трое мужчин посмотрели друг на друга. – Смерть Алана связана с исчезновением Олли? – она попыталась сменить тему, чтобы они отстали от нее насчет обращения.

– По правде говоря, мы не знаем. Но это слишком большое совпадение, и мне это не нравится. Как зовут отца Оливера?

– Гейб Паркер, – ответила Белла.

– Как вы думаете, его отец мог его забрать?

– Нет, – с уверенностью ответила Белла. – Он живет на севере Шотландии, работает на нефтяных вышках. Вы ищете не там. Гейб рад своей свободе. Ему неинтересно заниматься воспитанием. Мы редко общаемся.

Белла посмотрела на Нолана, который за весь допрос не сказал ни слова.

– Что вы думаете?

Он наклонился вперед.

– Я думаю, мы должны верить в то, что мистер Дайсон знает, что делает.

– Вы сказали, что этот человек уже убивал. Дети пропадали в каком-либо из случаев?

Дайсон покачал головой.

– Ладно, мисс Ричардс, мы еще поговорим об этом. Спасибо за вашу помощь.

* * *

Роберт Нолан повез ее домой. Белла сидела рядом с ним и думала о допросе и о том, что Дайсон рассказал ей. Она снова крутила в руках кулон.

– Алан вам его подарил? – слова Роберта нарушили молчание.

– Это его бабушки.

– Я ее помню. Ходила пить чай с Аланом и Анной по воскресеньям. Высокая худощавая женщина с короткой стрижкой и вспыльчивым характером. Анне было не до нее.

Белла пожала плечами.

– Я никогда не видела Анну или кого-то еще из семьи Алана. Но я видела фотографии. Анна очень привлекательная. Наверное, она меня ненавидит.

– Она спокойно ко всему относится. Вам не стоит беспокоиться из-за нее. Она не будет вмешиваться. Анна в курсе того, что деньги Алана уйдут не к ней.

– Полиция общалась с ней?

– Да, но она мало что могла им рассказать. В последний раз она видела Алана, когда он уезжал на вокзал тем утром.

– И все-таки мне кажется, что она меня ненавидит.

– Анна не такая. Она разумная женщина. Она знала, что ее браку пришел конец.

* * *

Дайсон и констебль Беквит продолжали сидеть в комнате для допросов, когда Белла и Нолан ушли.

– Она спросила, пропадали ли дети в других случаях, шеф, – сказал Беквит.

– И что? Дети не пропадали. Я сказал ей правду.

– Но вы не сказали про собаку.

– Зачем? Чтобы окончательно ее запугать?

– Но ведь ситуации похожи.

– Это была чертова собака, сынок, не ребенок!

– Я просто сказал, – Беквит откашлялся.

Дайсон очень хорошо понимал, к чему клонит молодой констебль. Одна из предыдущих жертв, с зеленой печатью на руке, весь день присматривала за собакой, пока хозяин был на работе. Незадолго до убийства старушки животное пропало. Через пару дней собаку обнаружили в местном лесу висящей на дереве – с нее была содрана кожа, и она все еще была в ошейнике. Как предполагал Дайсон, убийца считал, что собака принадлежала женщине, которую он убил.

В комнату зашел офицер в форме.

– Вам звонят, сэр. Это Мэтт Бриндл.

Глава девятая

Эвелин Бриндл позвала сына.

– У нас гости. Если бы я не знала, что к чему, я бы сказала, что это Тэлбот.

– Это и есть Тэлбот, мам. Я позвонил ему пару часов назад и пригласил его к нам.

Его мать смотрела из-за занавески, как машина подъезжает к дому. Он заметил ее взгляд. Ей не терпелось задать вопрос, но она удерживалась. Мэтт знал, что мать больше всего боится его возвращения в полицию. Планы на дом ей тоже не нравились, но это было лучше, чем его возвращение в розыск.

– Все в порядке. Я просто хочу узнать кое-что, вот и все. Он здесь долго не пробудет.

Убийство Алана Фишера его заинтриговало. Он знал его, не очень близко и недолго, но они ладили. Мэтт был уверен, что если бы его не убили, они бы еще встретились. Ему хотелось узнать, что его старая команда из уголовного розыска предпринимает, чтобы поймать преступника. А еще ему было интересно, связывают ли они с убийством исчезновение сына Беллы.

Машина Дайсона остановилась перед главным входом, и Мэтт пошел встретить его.

Дайсон оглушил его своим йоркширским акцентом.

– Инспектор Бриндл. Или ты теперь скрываешься под титулом «лорд Бриндл»? Прямо настоящий провинциальный джентльмен. Не хватает только жакета для верховой езды и башмаков. А если серьезно, у вас тут отличное местечко. Я и забыл, какой большой этот дом.

Бриндл улыбнулся.

– Титул не мой, а мамин. Моего отца сделали пожизненным пэром за благотворительную деятельность. После его смерти титул остается за матерью. Она – «леди Бриндл». Ко мне не имеет никакого отношения. Я унаследовал лишь эту груду камней.

– Чертовски жаль, если хотите мое мнение. Титул отлично подошел бы к этому старому дому.

Мэтт сменил тему:

– Хорошо, что вы приехали, Тэлбот.

– Да, малыш, особенно после того, как ты проигнорировал все мои письма. Не отвечал на звонки, на приглашение зайти и потолковать. Я чертовски старался, но ты все пропустил мимо ушей.

– Простите, сэр, не принимайте на свой счет. – Он повел себя необдуманно. Должен же он был понимать, что однажды ему может что-то понадобиться от Тэлбота. Его заинтересованность делом Фишера и похищением сына Беллы не ослабевала. Это разбудило в нем полицейского. Само дело и то, что он знал их обоих.

– Как твоя мать? Ты ей уже, поди, опротивел?

– Близок к тому, Тэлбот. Я плохой пациент. Заходите. Она будет рада вас видеть. И мне правда жаль, что я не отвечал. Мы могли хотя бы это обсудить. – Мэтт провел Дайсона наверх по ступенькам.

– Ничего, малыш. Поговорим сейчас. И дорога была мне в удовольствие, эти края намного приятнее Лидса. Красивое тут у вас местечко, холмы.

Они стояли у парадного входа. Отсюда открывался вид на сады, спускавшиеся к озеру, на ухоженные газоны, украшенные разноцветными клумбами. Прямо по центру, на самом виду, был большой, богато украшенный фонтан.

– Я планирую кое-что тут сделать. Мы хотим открыть часть комнат в доме и часть земель для всех желающих.

– Восхищаюсь твоим запалом. А мать одобряет? – в голосе Тэлбота прозвучало сомнение.

– Боюсь, у нас нет выбора. Семье и поместью необходимы деньги.

– Так зачем я здесь? Что ты задумал, парень?

– Мне нужна информация. Команда в Хаддерсфилде сейчас работает над делом, которое мне интересно, убийство Алана Фишера. Его взял Карлайл, насколько я знаю.

Дайсон сморщился.

– Уже нет. Все поменялось. Дело теперь мое. Алана Фишера убил один наш старый приятель. «Мистер Извините». Помнишь его?

Мэтт помнил. Когда он еще был на службе, делом занималась другая команда.

– Тот же пистолет? Выстрел в висок? Та же отметка на руке?

Дайсон кивнул.

– На сей раз синяя, и слово «извините» по-китайски, как и раньше.

– Я интересуюсь, потому что я знал Алана. Не очень хорошо, но достаточно, чтобы понимать, что он был хорошим парнем. Он приезжал сюда помочь мне настроить компьютерную сеть для бизнеса. Я был на его похоронах и встретил там Беллу Ричардс. – Мэтт улыбнулся.

– Мы допрашивали ее сегодня утром. Она ничего не запомнила. А теперь пропал ее сын. Молюсь, чтобы это не кончилось, как с той псиной.

Мэтт нахмурился.

– И я, Тэлбот. Но то, что его похитили, должно что-то значить.

– Мы не знаем наверняка, что эти два дела связаны.

– Но интуиция подсказывает, что это так? – спросил Мэтт.

– Конечно. Ты так не считаешь?

Мэтт кивнул.

– Вы в этом деле с самого первого убийства. Я лишь то и дело касался его. Но что-то в этих убийствах меня беспокоит.

– Осторожно, парень, ты уже не в команде.

– Ничего не могу с собой поделать. Я знал его. И я знаю об убийствах с «извинением». Я что-то слышу и узнаю из новостей, но, честно говоря, Тэлбот, я не могу понять, в чем тут дело.

Мужчины прошли по широкому холлу и попали в просторную гостиную. Обстановка была пышная, кругом бархатные занавеси и диваны. Обои тяжелые, вычурные, по стенам – сплошь большие картины маслом. Дайсон застыл с открытым ртом перед портретом над огромным мраморным камином.

– Этой не было, когда я тут был последний раз. Хорошенькая девушка. – Он повернулся к Бриндлу. – Ваша родственница?

– Предок, да. Это Джулианна, жена Джозиа Бриндла.

– Не особенно-то она любила прикрываться, да? – он кивнул на глубокое декольте. – Прохладно тут, в Йоркшире, для таких-то нарядов.

– Джулианна была известной красавицей в свое время. А также невероятной кокеткой. Этот портрет написан в 1802 году. Мы периодически меняем картины и мебель, поэтому вы его не видели. У нас куча всего припрятана по подвалам.

Дайсон огляделся по сторонам.

– Да у вас тут на стенах целое состояние. И старинная мебель, тоже, поди, недешевая. Вон тот кабинет, – он кивнул в сторону, – я не эксперт, но уверен, что это «Моркрофт». Комната битком набита такими штуками. Почему вы не заработаете на продаже чего-нибудь?

– Мы не можем. Это условие указано во всех завещаниях Бриндла, начиная с самых ранних. Коллекция должна оставаться цельной. И мы еще должны пополнять ее современными произведениями. Я пока что мало что сделал в этом плане.

Дайсон остановился перед другим портретом.

– А это он сам?

– Да, это Джозиа Бриндл, человек, построивший все это – суконную фабрику и поместье. Он производил камвольную ткань. Построил фабрику, этот особняк и дома, которые вы видели по дороге сюда. Когда-то там жили работники фабрики. Он нанимал в основном местных. На соседнем портрете его сын, Уолтер. Он по-настоящему развернул это дело. Был одним из инвесторов туннеля Стэндэджа. Сделал на этом огромные деньги. По каналу под Пеннинскими горами перевозили всевозможные товары и машины, из Манчестера в Хаддерсфилд и обратно, включая нашу шерсть. Семья Бриндл значительно поднялась благодаря этому туннелю. После его строительства можно было не тратиться на перевозку товаров на лошадях по холмам.

– Настоящий урок истории. Могу поспорить, народ будет их только так заглатывать, когда ты тут все обустроишь. – Дайсон посмотрел на него. – Ну так что, Мэтт? Почему тебе так интересно это убийство? Дело в знакомстве с Фишером или в работе?

Мэтт повернулся к другу.

– Не в работе. Я завязал со службой. Посмотри, как меня починили, – он потер ногу. – Все еще болит. И о моем состоянии ты знаешь – после Полы…

– Я помню, каково тебе было после нападения, и я тебя не виню. Но в душе ты коп. Ты можешь пытаться быть в стороне, зарыться с головой в обустройство поместья, строить свой бизнес. Но не работает же?

Старый начальник Мэтта был прав. Он видел его насквозь. Все, чего он хотел, – это работать в полиции. Он все еще тосковал по работе, и эта тоска не отпускала.

– После того, что случилось с Полой, я поклялся, что никогда не вернусь.

– Ты достаточно хорошо знал нашу Полу, чтобы понимать, что ей бы хотелось другого. Ей бы хотелось, чтобы ты вернулся к работе, ушел в нее с головой. Если бы она тебя сейчас видела, задала бы тебе жару.

– Но это же не так просто. Вернуться теперь было бы трудно. Во-первых, моя мать. Она будет насмерть стоять, лишь бы я не возвращался в полицию. А после всего, что она для меня сделала, для нее это будет просто пощечина. Плюс я подал заявление об увольнении больше трех месяцев назад. Даже ты не сможешь его отменить.

– Ты об этом? – Тэлбот криво усмехнулся, вытащив свернутый конверт из кармана и помахав им перед ним. – Прости, Мэтт. Я его придержал. Неправильно с моей стороны, я знаю, но ты тогда был слишком не в себе. Я не мог позволить тебе принять столь серьезное решение впопыхах.

– Так что это значит? Я с вами или нет?

– Ты все еще один из нас, Мэтт. Если захочешь. Я выписал тебе больничный на длительный срок по причине болезни и траура. Тебе нужно будет лишь заглянуть к нашему врачу, тебя выпишут, и ты снова в строю.

– Тэлбот! Вы просто нечто!

Мэтт улыбался. Давно ему не было так хорошо. Он был в шаге от возвращения к прежней жизни, и Тэлбот был рядом. Всем сердцем он хотел согласиться. Но тут его улыбка померкла. Справится ли он? Его уверенность в себе разбита. Он все еще страдал от внезапных панических атак. Доктор списывал это на посттравматический стресс. Если он вернется, справится ли с работой? Он не хотел никого подвести в трудной ситуации.

– На самом деле ты мне нужен, Мэтт. – Тэлбот перевел дыхание. – Я тебе помогу, немного облегчу задачу. Сейчас необязательно все решать окончательно. Попробуй недельку-другую, посмотри, как будешь себя чувствовать. Я дам тебе часть дела Фишера, чтобы ты мог в него погрузиться. А потом обсудим остальное.

Глава десятая

Белла стояла, упершись лбом в окно, и смотрела вдаль на задний двор. Стояла ранняя весна, и клумбы опустели. Лужайка была запружена после дождей. Безрадостная картина вторила ее душевному состоянию.

Элисон Рэй тихонько покашляла, стоя в дверном проеме.

– К вам посетитель, Белла. Говорит, что коллега. Хотите поговорить с ним?

Кто там еще? Белла не хотела никаких посетителей, но они все равно приходили. Она прожила здесь недолго, чуть больше двух лет, но люди вокруг были дружелюбные, а теперь они все узнали о том, что случилось. И приходили ее навестить. Приносили цветы, продукты, торты, вино. Они пытались ее подбодрить, но это было неблагодарное дело. Только возвращение Оливера живым и здоровым вернуло бы ее улыбку.

Она вздохнула.

– Да, впустите его. Репортеры все еще здесь?

Элисон кивнула.

– Осталась пара самых упорных. Мужчина из «Хроники» и кое-кто из газет Лидса. – Она замолчала. – Вы же понимаете, что теперь все ведущие СМИ по всей стране охотятся за этим делом? Еще немного, и оно появится в ежедневных изданиях.

Это беспокоило Беллу. Последнее, чего ей хотелось, так это чтобы ее лицо раскатали по таблоидам.

– Дайсон все еще хочет, чтобы вы сделали обращение. Так вы могли бы достучаться до того, кто забрал Олли, попросить вернуть его вам.

– Я не в состоянии сделать это сейчас, Элисон. Может быть, позже.

Белла понимала, почему они этого от нее хотят, но сейчас она просто не могла.

Элисон мягко улыбнулась.

– Следуйте указаниям Дайсона. Он скажет вам, когда придет время.

– Я дам ему знать.

Элисон хотела что-то ответить, когда в дверь заглянул Джоуэл Доусон.

– Белла, извини, я не мог не прийти. Хотел узнать, как ты, что случилось. Твой сын…

Джоуэлу Доусону было за сорок. Высокий, с узковатыми плечами, коротко остриженными темными волосами. Судя по всему, он отращивал бороду, что ему не шло. Тень вокруг подбородка придавала ему лишних лет. Но все же он был другом, Белла ему доверяла. Она посмотрела ему в глаза, и от этой встречи с близким человеком на нее снова нахлынуло отчаяние.

Она расплакалась.

– Они говорят, что делают все, что могут, но я им не верю. Они думают, что исчезновение Олли и убийство Алана связаны, но больше ничего мне не говорят.

Джоуэл убрал поднос с несъеденной едой с дивана и сел, нахмурившись.

– Ты не ешь?

– Я не могу. В горло не лезет, – голос звучал безжизненно. Белла провела длинными пальцами по волосам. На голове бардак. Вернувшись из участка, она приняла душ и надела халат. Даже расчесываться не стала. Она потерла щеки. – Я не в том виде, чтобы принимать гостей.

– Слушай, подойди сюда, сядь. Я не гость. Мы вместе работаем, мы друзья, – на последнем слове его голос дрогнул. – Что случилось, Белла? Кто его похитил?

Белла села рядом с ним на диван и не стала возражать, когда он приобнял ее.

– Мне нужно ходить на работу. Мне нужны деньги. Это было во время того проклятого собрания. Я попросила соседку забрать Олли. Она остановилась поговорить с кем-то, и через минуту Олли уже не было. Она сказала, что отвернулась буквально на пару секунд. Мой мальчик, наверное, ужасно напуган.

– Они найдут его. Полиция, общественность, все будут его искать.

Белла с трудом подавляла волнение.

– Он такой маленький, Джоуэл. И слабый. У Олли астма. Ему нужен ингалятор, а с собой его у него не было. Он будет страдать от приступов, особенно если ему страшно.

Слезы текли ручьем.

– Ты сказала об этом полиции?

– Я не знаю. Не помню, что я говорила.

– Нужно сказать. Они сообщат в прессу, об этом скажут по новостям. Кто бы ни удерживал Олли, он об этом услышит и, возможно, купит ему замену.

При условии, что кто-то держит Олли у себя и он еще жив.

– Спасибо, Джоуэл. Я скажу Элисон. Она знает, что делать.

Белла хотела улыбнуться, поблагодарить его за заботу. Но все, чего ей на самом деле хотелось, это чтобы он ушел. Джоуэл был внимательным, но раздражал. На работе он был таким же, без конца приносил ей кофе, подбирал ее ксерокопии, если они падали на пол. А ей лишь хотелось, чтобы он занимался своим делом. Может, она слишком придиралась? В конце концов, Джоуэл неплохой, надежный и разумный. Такой типаж должен был бы ей понравиться, но нет. Ее всегда привлекали авантюристы или те, кого уже прибрали к рукам. Да и теперь это неважно. Единственный мужчина, которого она любила, был мертв. В глубине души она знала, что другого в ее жизни больше не будет.

Он прошептал ей на ухо:

– Я здесь, если понадоблюсь. Я знаю, как тебе тяжело. Я же потерял Эмму пару месяцев назад.

Белла посмотрела на него. Теперь она понимала, через что он прошел, когда лишился невесты.

– Почему любовь приносит столько боли? Я знаю одно: я никогда больше никого не полюблю. Теперь есть лишь я и Олли. Остальные ничего не значат для меня. Пошли они все к черту. Не хочу, чтобы опять мне разбивали сердце.

Джоуэл ничего не сказал. Белла вяло ему улыбнулась.

– Из меня сейчас компания так себе. Но я ценю твое беспокойство, спасибо, что пришел.

– Все в колледже передают тебе привет, – ответил он. – Они все за тебя беспокоятся. Если будет что-то известно или если тебе понадобится любая помощь, дай нам знать.

Она взяла его за руку и посмотрела в его серьезные темные глаза.

– Я больше не могу это выносить, Джоуэл. Я в отчаянии. Я просто хочу, чтобы Олли вернулся, но никто меня не понимает. Я потеряла Алана, и это ужасно, но сейчас! Полиция допрашивала меня, я чувствовала себя преступ- ницей.

– Что они сказали о мальчике?

– Ничего. Женщина, которая открыла тебе дверь, из полиции. Она поселилась здесь и должна меня информировать. Но они ничего не делают. Я чувствую себя такой беспомощной. Эти первые дни очень важны. Они должны делать все, чтобы найти Олли, а не тратить время и деньги на то, чтобы донимать меня.

– Будь сильной, Белла, – он поцеловал ее в щеку.

Дружеский поцелуй, но Белла сразу же вытерлась. Джоуэл был хорошим другом, но она совершенно не хотела переходить эту черту. Она могла с ним поговорить, потому что у него была чуткая душа. Он похож на нее, он много страдал и понимал ее. Его жена умерла всего лишь через два месяца после свадьбы, потеряла сознание на кухне в их новом доме. Джоуэл обнаружил ее на полу лишь спустя несколько часов, когда вернулся домой с работы. Ей уже ничем нельзя было помочь. Белла знала, что он наверняка винил себя. Он говорил, что надо было уйти с работы раньше. Позвонил ей в обед. Но в колледже был вечер открытых дверей, и он задержался. Он будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

– Я знаю, как тяжело тебе было потерять Алана. Я прошел через это с Эммой. Но еще и Олли… Ты выживешь, только если будешь изо всех сил стараться держаться.

– Но я не могу, Джоуэл. Я тону, иду ко дну, и никто меня не слушает. – Она опустила глаза. – Если они не найдут Олли, если он не вернется, я не хочу больше жить.

– Это в тебе говорит усталость и стресс. Я тебя не виню. Я слишком хорошо знаю, каково это. Но, Белла, пожалуйста, обратись за помощью к специалисту, поговори с кем-нибудь. С психологом. Тебе нужно держаться. Олли может вернуться к тебе в любой момент. Ты не можешь знать наверняка, что с ним произошло что-то ужасное.

Она похлопала его по руке.

– Джоуэл. Я знаю, ты пытаешься меня утешить, но ты же не глупый человек. Мы все смотрим новости. Дети исчезают, и сколько из них возвращаются целыми? – Она покачала головой. – Он пропал, я знаю.

* * *

– Белла, Роберт Нолан пришел.

– Пусть заходит. – Она повернулась к Джоуэлу. – Роберт мне помогает. Он адвокат и, как и ты, хорошо знал Алана. Не знаю, что бы я делала без него.

Из этих двоих мужчин, сидевших с ней в комнате, она предпочитала Роберта. Хотя они только недавно познакомились, она ему доверяла. Джоуэл был милый и хороший друг, но иногда он казался каким-то слишком навязчивым, что ее отпугивало. Она не могла отделаться от ощущения, что он пользовался ее горем.

– Полиция ничего не нашла во время обыска, – начал Роберт. – Они забрали твой ноутбук для расследования. Тебе его вернут, не волнуйся.

Белла улыбнулась ему.

– Элисон проследила, чтобы они не устроили тут бардак. К тому времени, как мы вернулись из участка, их тут уже не было.

– Они обыскивали твой дом? – Джоуэл выглядел удивленным.

Роберт сидел, повернувшись лицом к ним обоим.

– Обычное дело. Не из-за чего волноваться. Они все еще копают в поисках улик.

Джоуэл повернулся к Белле.

– Полиция с тобой грубо обошлась? Что они спрашивали? Что ты, по их мнению, можешь знать?

– Они хотели, чтобы я описала мужчину, который увез Алана с вокзала. – У нее вырвался хриплый смешок. – Он был одет как полицейский. Идеальная маскировка – ничего, кроме формы, я и не запомнила. – Она всхлипнула. – Я смотрела ему прямо в лицо, но никак не могу его вспомнить, как бы ни пыталась.

– Ты устала, вот и все. Через какое-то время, когда отдохнешь, что-то может и вспомниться, – сказал Роберт.

– Они хотят, чтобы я выступила по телевидению. Обратилась к тому, кто забрал Олли. Но я не смогу. Я сломаюсь и буду посмешищем. Передашь им, Роберт?

Роберт посмотрел на нее с непониманием.

– Знаешь, это ведь может помочь, и так обычно и делают в таких случаях. Ты уверена?

Джоуэл враждебно посмотрел на него.

– Она же сказала «нет». Отстаньте от нее. Белла достаточно всего перенесла, еще вы с полицией будете доставать.

– Может, вернемся к этому через пару дней, когда тебе станет лучше, – Роберт улыбнулся ей.

– Роберт, если Олли не вернется, мне никогда не станет лучше. У тебя нет детей. Мне было больно потерять Алана, но потеря Олли разрывает мне сердце на части.

Роберт посмотрел на часы.

– Мне нужно увидеться еще с одним клиентом, но я вернусь и принесу тебе еды. Ты поди и не ешь толком, да?

Белла покачала головой.

– Я не могу есть.

– Но сегодня ты поешь, даже если мне придется готовить самому. Кажется, Алан говорил, что ты больше всего любишь китайскую еду?

Белла кивнула. Спорить с ним было бесполезно. Она уже заметила, что Роберт может быть очень настойчивым, если захочет.

Глава одиннадцатая

День 10

Весь оставшийся день и почти всю ночь Мэтт думал о разговоре с Дайсоном и о его предложении. Ему ужасно хотелось воспользоваться этой возможностью, броситься в это дело и вернуться к прежней жизни. Но выдержат ли его разум и тело? И что с проектом? Все было готово к старту. Фредди и его команда рабочих планировали начать работы в следующий понедельник. И, конечно, реакция матери.

Эвелин была недовольна.

– Я знала. Как только увидела его. Он заморочил тебе голову. Ты еще не готов возвращаться в полицию, и не уверена, что ты когда-либо вообще будешь готов. Тебе нужно с этим смириться, Мэттью. Что он тебе наобещал? Какой лапши навешал на этот раз?

– Это я ему позвонил, мам. Команда работает над одним убийством. Я был знаком с жертвой. Я был на его похоронах пару дней назад. Я постоянно слышу об этом в новостях и не могу просто сидеть и гадать, что происходит. Возможно, я мог бы помочь. А еще пропал маленький мальчик, и, скорее всего, его исчезновение связано с этим делом. Плюс я знаком с его матерью и хочу помочь.

– Ты загонишь себя. Ни на что другое времени не останется. Ты же знаешь, что с тобой делает эта работа. – Она вздохнула. – Я беспокоюсь, что ты не справишься.

– Ну, тогда мне придется взять себя в руки. На самом деле у меня нет выбора. Я должен принять участие в расследовании. Я не могу просто отмахнуться. Тэлбот попросил меня подключиться на пару недель. Если не буду справляться, отступлюсь.

Он поймал на себе взгляд матери. Как и он, она сильно сомневалась в том, что это случится.

– Так значит, ты туда едешь? В участок?

– Да, мам. С Фредди переговорю потом.

* * *

Мэтт Бриндл стоял перед школой Оливера Ричардса. Он посмотрел на карту в телефоне. Оливер и его мать Белла жили в паре сотен ярдов отсюда. Он провел пальцем по маршруту. От школы, мимо магазинов, к небольшому домику. Вся дорога пешком не должна была занять больше десяти минут.

Было холодно до дрожи, но он почти этого не ощущал. Он был слишком взбудоражен возвращением к работе. Он поклялся, что никогда не вернется, что ничто и никто не сможет его соблазнить. Но он ошибался. Это было у него в крови и не отпускало его. Мэтт решил про себя: это дело будет проверкой. Если он сможет решить его, не поддавшись паническим атакам, то даст карьере еще один шанс.

В одном из новостных сообщений по местному радио говорилось, что кто-то видел, как Оливер разговаривает с каким-то мужчиной перед газетным киоском. Он решил начать отсюда, а потом обратиться за сведениями в участок.

Дорога представляла собой прямое шоссе до Хаддерсфилда, с оживленным движением. Вряд ли маленький мальчик перешел бы ее сам. За газетным киоском, где Оливера видели разговаривающим с мужчиной, был поворот в переулок. Здесь вполне можно было припарковать машину.

Газетный киоск принадлежал Азифу Батти и его семье, они же там и работали. Сегодня за прилавком был его сын, Садик.

Мэтт зашел внутрь. Над дверью зазвенел колокольчик, и Садик взглянул на него.

– Я здесь насчет ребенка, которого похитили перед вашим магазином.

– Из полиции?

– Да, – Мэтт показал ему значок. – Инспектор Бриндл, уголовный розыск Восточно-Пеннинского региона.

Он почувствовал комок в горле и сглотнул. Он уже и не ожидал когда-либо снова произнести эти слова.

– Ты знаешь Беллу Ричардс и ее сына?

Продавец кивнул.

– Они заходили сюда почти каждый день. Белла покупала для Олли сладости после школы и комикс по выходным. Она милая, всегда спрашивает, как у меня дела, а он хороший малыш. Я был здесь в тот день. Я видел, как тот мужчина разговаривал с мальчиком. Я сказал об этом другому детективу, который приходил сюда.

– Ты не мог бы рассказать все это еще раз для меня? Это могло бы помочь.

– Парнишка разглядывал в витрине книги и комиксы. Я не обращал особого внимания, пока к нему не подошел тот мужик. Он показывал на всякие штуки на витрине. Они немного поговорили и ушли.

– Ты не видел, куда они пошли?

Садик покачал головой.

– Ты помнишь что-нибудь об этом человеке? Как он выглядел?

– Он выглядел странно. Высокий, в бейсбольной кепке и с хвостиком. Было холодно, а на нем была только футболка, ни джемпера, ни куртки.

– Хорошо. Ты молодец. Столько всего запомнил, это впечатляет.

Садик снова покачал головой.

– Я знаю Беллу и Олли. Просто ужасно это все.

– Что насчет мужчины? – повторил Мэтт.

– Я запомнил его благодаря татуировкам. Здоровые, на обеих руках. Я был достаточно далеко и плохо видел, но на одной точно был дракон.

– Ты сказал об этом полиции?

– Я сказал патрульному, который записывал мои показания.

– Спасибо. Это нам очень поможет.

Мэтт вышел из магазина и прошел пару метров к повороту в переулок. Наверняка у похитителя была машина, иначе бы их заметили. Он оглянулся – камер вокруг не было, как и магазинов с любопытными продавцами. Идеальное место.

– Это был «Форд», старый, красного цвета, – раздался голос позади него. – Я вспомнил о том дне, когда увидел фото парнишки в газете.

Мэтт Бриндл резко обернулся. Голос принадлежал пожилому мужчине на скутере.

– Вы сейчас спрашивали Садика о том, что случилось. Я был в магазине, слышал ваш разговор. Я каждый день тут прохожу. Отвожу внука в школу и забираю после обеда. Покупаю в магазине вечернюю газету. Мальчик был с каким-то мужиком. Здоровяк с татуировками по всей руке. Показывал их мальчику. Его машина была припаркована там, – он кивнул в сторону переулка. – Я перешел здесь улицу и покатил домой. Не знаю, сел в нее мальчик или нет.

– Вы говорили с полицией?

– Я звонил им этим утром, но там еще никого не было.

– Вы знаете, что это была за модель «Форда»? – спросил Мэтт.

– Мне кажется, ранняя модель «Ка», с цифрами «02» в номерном знаке.

Мэтт поблагодарил мужчину и вернулся к своей машине. Теперь обратно в участок, просмотреть остальные показания.

* * *

Помещение уголовного розыска в Хаддерсфилде не сильно изменилось, а вот люди были новые. В главном офисе за столом, где когда-то сидела Пола Райт, теперь был молодой человек двадцати с небольшим лет со свежим юным лицом. Вокруг была пара знакомых, но большинство сотрудников были новые. Что ж, прошлое ушло. Все, что он мог сделать теперь, – это попробовать начать карьеру заново, как ему предложил Тэлбот.

Сзади подошел Дайсон и хлопнул его по спине.

– Ты официально работаешь над делом об исчезновении Оливера Ричардса. Можешь иногда брать с собой Беквита и еще кое-кого, – он кивнул молодой женщине у окна. – Я подумал о нашей Лили. Констебль Лили Хейнс, это инспектор Мэтт Бриндл. Хороший парень, не доставит вам беспокойства.

Лили Хейнс была крошечной, не выше полутора метров ростом, с каштановыми волнистыми волосами, лежавшими на плечах. У нее была заразительная располагающая улыбка.

– Наша Лили достаточно юна и умеет общаться с молодежью, – сказал Тэлбот. – Она будет полезна.

Лили было не больше двадцати пяти. На ней были джинсы и футболка, на спинке кресла висела кожаная куртка. Пола тоже любила носить джинсы. В день, когда они вошли в то здание, она была одета почти как Лили сейчас. Болезненные воспоминания.

Лили нарушила тишину:

– Я разобрала для вас показания.

Мэтт вернулся в реальность.

– Отлично, Лили, спасибо. Положите их на мой стол?

Тэлбот кивнул на стол у стены, за которым удобно располагался книжный шкаф.

– Подумал, этот тебе понравится. Но прежде чем начать, завари-ка нам чайку, дорогуша. – К большому удивлению Мэтта, Лили отправилась к столику в углу, забитому чашками и упаковками чая.

– Не очень-то корректно, Тэлбот. Женщины приходят сюда не за тем, чтобы носиться с парнями. Многое изменилось, ты не заметил?

– У меня все по-прежнему. Извини, если тебя это задевает, но в течение дня этот офис живет на чае. А по ночам это единственный отвар, который помогает продержаться. И я терпеть не могу эту дрянь из автомата, так что устроил вон там чайный уголок.

Настоящий австралопитек. Но он добивался результатов, и его любили, так что сотрудники прощали его.

Мэтт ухмыльнулся.

– Дело Оливера Ричардса. Я бы хотел также посмотреть информацию по убийствам «мистера Извините». Что-нибудь может совпадать с моим делом.

– Карлайл вон там. Но не дави, ему не особо удалось продвинуться.

Мэтт зашел в соседний кабинет. Карлайла не было, но констебль Беквит корпел над этим делом за своим компьютером.

– Вы нашли какую-то связь с теми убийствами?

Констебль покачал головой:

– Жертвы ведь случайные?

Эту фразу так часто произносили, что теперь уже стали принимать как должное, и это беспокоило Мэтта.

– Даже Фишер? Его убийство ведь требовало подготовки. Не просто выхвачен из толпы. Убийца знал, как его зовут. Знал, что у него есть жена. По-моему, это говорит о том, что он навел справки. Вы обсуждали это с остальными?

Беквит озадаченно на него посмотрел.

– Все равно случайные. Единственное общее у них – отметки. – Он встал со стула. – У этих троих – зеленые, у тех двоих – красные. Бог знает, почему так. Мы не знаем.

– Три зеленые, значит. Между жертвами была связь?

– Мы не нашли.

– А собака? – Мэтт кивнул на жуткое фото собаки с содранной кожей.

– Мы думали, она принадлежит ей, – Беквит постучал по фото. – Но нет. Видимо, она за ней приглядывала по чьей-то просьбе.

– Чьей?

– Слушайте, извините меня, инспектор Бриндл, но мне нужно сделать кучу всего для инспектора Карлайла. Папка с делом на моем столе. Если хотите в ней покопаться – пожалуйста.

Кто был владельцем собаки? Это могло быть важно. Мэтт посмотрел на документы, записал адрес той жертвы и покинул Беквита.

Мэтт устроился за своим столом. В связи с исчезновением Оливера собрали показания нескольких человек, но никто не сообщил ничего полезного. Он просмотрел список людей, которых знали Оливер и его мать. Соседи, школьные друзья, учителя. Но помимо родителей, других родственников не было. Это его насторожило. Странно, что не было ни одного дедушки или бабушки, тети, дяди, двоюродных братьев или сестер.

Мэтт решил начать с отца. Он предполагал, что Гейбу Паркеру обо всем сообщили, и удивлялся, что тот еще не объявился.

– Чай, – Лили поставила чашку на стол и улыбнулась.

– Спасибо, Лили, очень мило с твоей стороны. Но не надо меня опекать, я не Дайсон. Не посмотришь для меня архивы? Мы ищем мужчину с татуированными руками и длинными волосами. Что-то, во что могут быть вовлечены местные дети. Ну, ты поняла. И еще, узнай, у скольких человек тут в округе есть красный «Форд Ка» с цифрами 02 на номерном знаке.

* * *

Спустя час телефонных звонков, которые ни к чему не привели, стало понятно, что Гейб Паркер не работал ни на одной из буровых вышек в Шотландии. Тогда почему Белла так сказала?

– Лили! Нам нужно переговорить с Беллой Ричардс.

– Она живет на Мелтэм-Вэй, сэр. Хотите, я поведу?

– Давай. Что-нибудь нашла в архивах?

– Ничего по мужчине, чье описание вы мне дали. Вообще, у нас давно не было случаев с мужчинами и детьми.

Это, конечно, хорошо, но сейчас от этого не легче.

* * *

Элисон открыла им дверь и проводила в гостиную. Белла, кажется, им не обрадовалась. Она сразу же узнала Мэтта Бриндла.

– Я вас видела на похоронах Алана. Вы полицейский или были раньше. Чего вы хотите? Извините за грубость, я не спала. Как раз собиралась прилечь. Мне очень тяжело. Не могу ни спать, ни есть. Единственное, чего я хочу, так это чтобы Олли вернулся.

Им не предложили сесть. Мэтт, стоя в проходе, улыбнулся ей.

– Я вернулся к прежней работе. Как я и говорил, я знал Алана. Я услышал в новостях о том, что произошло с вашим сыном, и меня заинтересовало это дело. Теперь я отвечаю за поиски Оливера. Если вы захотите о чем-либо спросить, Элисон теперь будет контактировать со мной. – Мэтт не понял, рада она этому или нет. – Я пока что изучаю показания, собранные на данный момент. Я еще раз допросил продавца в газетном киоске. Теперь у нас есть описание мужчины, который разговаривал с вашим сыном, и мы ищем по нему. – Он решил не говорить о красной машине, пока у них не будет больше информации. – Вы не замечали, чтобы кто-то следил за вашим домом в последнее время? Не видели никого подозрительного, когда ходили в школу и обратно?

Белла покачала головой.

– Единственные, кто бывал здесь в последнее время, это Джоуэл, коллега с работы, и Роберт Нолан, адвокат. Он был соседом Алана. Вы, возможно, видели его на похоронах.

– Хорошо, тогда еще кое-что. Вы говорили моему коллеге, что отец Оливера работает на вышках в Шотландии. – Она кивнула. – Миссис Ричардс, я проверил, это не так. Ни в одной из компаний в настоящий момент не работает никто по имени Гейб Паркер.

Белла провела рукой по волосам.

– Должно быть, это ошибка. Я не понимаю, что это значит. Может, он уволился. Тогда я понятия не имею, где он.

– Он выходит на связь?

Она покачала головой.

– Нет, мы мало общаемся. Обычно только если происходит что-то важное. Наше расставание было неприятным. Я стараюсь избегать контактов с Гейбом, и он тоже, и меня это вполне устраивает. Я думала, вы ему сказали, что произошло. Я ничего от него не слышала, так что я не знаю.

– Когда вы последний раз общались?

Она пожала плечами.

– Наверное, месяц назад. Он вдруг позвонил и спросил, чего Олли хочет на день рождения. Странно, он никогда этого не делал.

– У вас есть его сотовый?

– Да.

Белла нашла номер в телефоне и записала его.

– Он платит алименты? Работа на вышках должна хорошо оплачиваться.

– Да, платит каждый месяц. Никогда не было никаких проблем.

– На ваш банковский счет?

Белла кивнула.

– Если Гейб Паркер услышит что-то в новостях и свяжется с вами, сразу же дайте нам знать. Мы хотели бы с ним поговорить.

Белла посмотрела с сомнением.

– Если он переехал, его здесь уже может и не быть. Такая работа может занести куда угодно.

Мэтт и Лили вышли. Белла не выглядела встревоженной, когда он упомянул о Паркере, и дала его номер. Но все-таки он хотел бы его проверить.

* * *

Вскоре они снова были в машине. Лили посмотрела на него.

– Должна сказать, сэр, она достаточно убедительно говорила об отце мальчика. Мне не показалось, что ее беспокоит, что мы о нем спрашиваем.

Но Мэтт хотел убедиться сам. Он позвонил по номеру, который она ему дала. Телефон был выключен. Никто не отвечал, и он сомневался в том, что такой номер вообще существует. Он позвонил в участок. Запросил доступ к банковскому счету Беллы. Ее слова звучали убедительно, но его интуиция подсказывала обратное. Он начинал подозревать, что Белла наговорила им уйму вранья. Гейб Паркер уже должен был объявиться. Об исчезновении ребенка писали на первых полосах газет. Эта женщина что-то скрывала, но он не мог понять почему.

Он повернулся к Лили.

– Ее телефон прослушивается?

– Не знаю, сэр.

– Выясни, хорошо? И возьми список ее звонков по сотовому.

– Что думаете, сэр?

– Я думаю, не шантажируют ли Беллу.

Глава двенадцатая

Тучная женщина осторожно спускалась по крутым каменным ступеням, каждый шаг сопровождался болью. Она с трудом дышала. Рыдание мальчика не давало ей заснуть. Он проплакал почти всю ночь. Хорошо хоть вокруг нет соседей.

Она крикнула в темноту:

– Прекращай уже, а то еды не дам!

Она держалась в тени. Не хотелось, чтобы он на нее указал, если выйдет отсюда живым. Мальчишка был смышленый. Мог потом доставить ей неприятностей.

– Я хочу домой! Я хочу к маме, – плакал мальчик.

Женщина пробурчала что-то себе под нос, а потом выкрикнула:

– Не выйдет. Тебе придется какое-то время оставаться со мной. Твоя мамочка говорит, чтобы ты был хорошим мальчиком.

Подвал был темный, сырой и холодный. Ни окон, ни отопления. Женщина дала ему старое одеяло для тепла, но матрас на кровати был тонкий и сырой. Она приковала мальчика за запястье к крюку в стене. Он мог отойти от кровати не больше чем на метр. Она не хотела, чтобы он сбежал. С ее весом и дыханием она едва ли смогла бы его отловить.

– Я хочу к маме! Мне здесь не нравится, – жалостно сказал он, всхлипывая.

– Прекрати, парень. – Ей не было его жалко, никаких угрызений совести. Если пацан вернется к Белле, он получит все ее внимание. Нечего с ним нежничать. Она поставила миску с кашей и воду на пол рядом с матрасом. – Вот тебе еда. А это ведро для туалета, – она подвинула его к нему.

Мальчик закашлялся, сильно, с хрипом.

– Что это с тобой?

– Мне нужен мой ингалятор, – прорыдал он.

Она понятия не имела, о чем он.

– Заткнись и ешь. Если холодно, полезай под одеяло.

– Я хочу домой. Мне нужно мое лекарство. Мама дает мне его каждый день.

– Какое лекарство? – женщина подошла чуть ближе и получила удар в голень.

– Ах ты гаденыш! – женщина выключила фонарь и схватила мальчика за руку. Он завыл от боли и начал плакать по-настоящему. – Прекрати орать. Или я перережу тебе горло.

Вернувшись на кухню, она взяла телефон и пролистала список номеров, пока не нашла номер человека, который принес сюда ребенка.

– Сколько? Я уеду в отпуск в конце недели, так что думай быстрее. К тому времени вернется наша Мэри. Если ты оставишь его с ней, будешь рисковать. Слишком мягкосердечная – вот в чем ее проблема. Она привяжется к пацану, захочет ему помочь. Надо с ним разобраться до ее приезда.

Она слушала. Он говорил ей проявить терпение. Терпение! Ему-то что. Не он же разбирается со всеми проблемами, с этими воплями. От мальчика одни неприятности. Она слышала в новостях. Половина йоркширской полиции ищет его. Слишком рискованно. Она хотела вый- ти из игры.

– До конца недели, или у тебя будет куча проблем, – пригрозила она.

* * *

Лили оторвала взгляд от экрана компьютера.

– На ее банковском счету ничего нет, сэр. Она получает зарплату из колледжа, и все. Больше никаких платежей. А еще – никаких алиментов. Так что она соврала, когда сказала, что Паркер платит ей каждый месяц. Больших выплат по счету также нет. Так что идея с шантажом не подтверждается.

– Значит, она нам врет. Но почему? – Мэтт Бриндл включил свой компьютер и начал искать. Он хотел узнать как можно больше о Белле. Должна быть серьезная причина, почему она врет об отце ребенка.

– Может, Гейб Паркер пропал. Не может больше платить алименты. И она была права насчет его работы – он может быть где угодно.

– Нет, она что-то скрывает, и я хочу знать что. Возможно, ее сын пропал из-за этого. Есть что-нибудь по записям разговоров?

– Будут у нас после обеда. У нее нет городского телефона.

Мэтт вернулся к своим поискам. Белла Ричардс превращалась в настоящую загадку.

* * *

Два часа спустя он постучал в дверь кабинета Дайсона.

Тот широко ухмыльнулся.

– Осваиваешься? Я знал, что ты будешь в порядке. Не мог ты это бросить. Работа полицейского у тебя в крови.

– Возможно, вы правы, сэр.

– Ну так что? Приблизился к мальчику?

– Нет, и это дело стало намного запутаннее. Карлайл работает над убийством Фишера?

Дайсон кивнул.

– Логично, он же занимался предыдущими пятью.

– Вы не знаете, он интересовался прошлым Беллы?

– Можешь спросить его, но не думаю. Она не под подозрением. Что ты нашел?

– Между нами, мы с Лили проверили все записи, какие только возможно, включая записи о рождении, браке, смерти по ней и ее мальчику. Ничего. Два года назад, до того, как она переехала в этот дом и начала работать в колледже, ни у Беллы, ни у ее сына не было никакого прошлого. Они не существовали, сэр.

Тэлбот нахмурился.

– Не может быть. Наверняка тут какая-то ошибка, записи пропали. Она же подавала рекомендации, устраиваясь в колледж. А при покупке дома в ипотеку должны были проверить ее счета.

– Лили сейчас этим занимается. А я поищу в полицейской базе.

Дайсон пожал плечами.

– Не думаю, что по ней что-то было. Наверное, чей-то косяк в архивах. Почему бы не спросить ее саму? Узнать, откуда она переехала, посмотреть, что скажет.

– Я спросил ее об отце мальчика, и она соврала. Мы нигде не можем найти его следов. Я и не думаю найти что-то на нее, сэр.

Дайсон включил компьютер.

– Ну ладно, давай посмотрим, что есть. Спорим, что максимум, что мы найдем на нее, – штраф за парковку.

Следующие пару минут Мэтт наблюдал, как Дайсон просматривает полицейские записи.

– Говорил же – ничего. Чиста как стеклышко.

– Как я сказал, я не рассчитываю найти на нее что-то в полицейских базах, сэр. Но раз мы не можем найти ничего о Белле или ее сыне, как насчет программы защиты свидетелей?

Дайсон покачал головой.

– Если это так, то мы ничего не узнаем. У нас был похожий случай пару месяцев назад в Лидсе. Парень, с которым команда хотела пообщаться, был в этой программе. Мы знали, что у него ключевая информация, но были вынуждены отступить.

Сердце Мэтта оборвалось. Если его подозрения окажутся верны, это будет значить, что доступ к информации будет ограничен или его не будет вообще, на протяжении всего расследования.

– И что теперь, сэр? Нам важно узнать о ней больше. По меньшей мере, кто на самом деле отец Олли. Похоже, что Гейб Паркер – часть выдуманного прошлого, написанного для нее.

Он наблюдал, как Дайсон ломал над этим голову.

– Что-то здесь не так. Белла Ричардс тут жертва. Ее сын пропал. С чего ей что-то утаивать?

– Так почему мы не можем найти о ней никакой информации, сэр?

– Ладно, я переговорю с помощником начальника полиции. Может, он добудет нам что-нибудь, но я не обещаю.

– Убедите его, сэр. Ценой может быть жизнь ребенка. Мы бы не спрашивали, если бы нам не была действительно нужна эта информация.

* * *

Когда он вернулся в офис, Лили все еще корпела над этим.

– Она действительно загадка, вот уж точно. Я еще раз просмотрела записи, чтобы убедиться. Этой женщины как будто не существует.

Мэтт кивнул.

– Ее и нет, Лили. По крайней мере, Беллы Ричардс не существует.

– Ее ипотека подтверждается. Зарплату подтвердили в колледже, и она внесла значительный депозит. Рекомендации, которые она предоставила колледжу, не существуют. Я поговорила с администрацией, но они отказались дать комментарии.

– Или им сказали не распространяться об этом.

– Но кое-что есть. В ее показаниях указана дата рождения мальчика. Конечно, мы понятия не имеем, где он родился. Но я могла бы найти всех мальчиков, чье рождение было зарегистрировано под именем Оливер в Великобритании за эту дату.

Мэтт покачал головой.

– Их будут сотни. Оливер – одно из самых распространенных мужских имен. Кроме этого, мы даже не уверены в том, что дата рождения настоящая. Это неблагодарная задача, Лили. Нам нужно больше информации, чтобы продолжить работу.

Глава тринадцатая

Эвелин Бриндл ждала сына. Он вернулся вечером.

– Как прошло? – спросила она.

– Устал, мам, но было здорово снова оказаться в участке и взяться за дело.

Он ошибался, думая, что никогда не сможет вернуться. Он забыл, какой увлекательной может быть работа. Дело об исчезновении сына Беллы затянуло его, и он снова был на крючке азарта.

– Ты меня удивляешь.

Ей это не нравилось, Мэтт видел. Как бы все обернуть? Он улыбнулся.

– Теперь я понимаю, что ошибался, думая, что могу это бросить. Я обманывал себя. Ты знаешь, как я любил работу, как тяжело было уйти. Но я правда считал, что у меня нет выбора. Я думал, что после того, что случилось с Полой, единственное, что я мог сделать, – это уйти. Отчасти я винил себя за случившееся и очень боялся повторить ошибку. И все еще боюсь, в какой-то степени. Но это неправильно, мам. Мне нужна эта работа, и я там нужен.

Мать смотрела на него в упор.

– Не могу сказать, что я рада. По правде, я очень недовольна. Но если это тебя радует, Мэттью, – она пожала плечами, – я постараюсь справиться со своими переживаниями. Но меня это, конечно, доконает. Я думаю о тебе постоянно, весь день. Я не вынесу, если с тобой что-то случится.

Мэтт знал, что его мать всегда о чем-то волнуется, а теперь, после того случая, она стала еще более тревожной.

– Я буду очень осторожен, мам, и насчет себя, и моего напарника. Я отлично знаю, что все это сопряжено с риском.

– А что насчет дома и твоих грандиозных планов? Если ты снова будешь работать, у тебя не будет оставаться времени. Это серьезное занятие, нужно, чтобы кто-то им руководил. Если ты не сможешь этим заниматься, то кто?

Мать была права.

– Сара, – ответил он. – Моя сестра более чем в состоянии этим заняться. Как я и говорил, Фредди знает, что нам нужно. Саре надно будет только присматривать за ним, и все. Если возникнут серьезные вопросы, мы можем решить их вместе. Я же не работаю в полиции круглыми сутками.

– Она была здесь, привозила детей. Думаю, она может и согласиться. Но ты должен сам донести это до нее, Мэттью. И не заставляй ее чувствовать себя запасным вариантом.

Он посмотрел на мать.

– Знаешь, ты ведь тоже могла бы помочь.

Она смерила его ледяным взглядом.

– По правде говоря, Мэттью, мне не нравится, что ты вернулся в полицию, но твои планы на дом мне нравятся еще меньше.

Он вздохнул.

– Мы это уже сто раз обсуждали, мам. Поместью нужны деньги. Проект вернет ему нормальный облик.

Хватит с него. Конечно, ей легко критиковать его решения, но сама-то она ничего не предлагает. Он взял фонарь и пошел, как обычно по вечерам, обходить поместье. Это заняло бы у него не меньше часа, и он надеялся, что за это время его мать смягчится.

Он обошел территорию, проверил старые конюшни и другие постройки. Фредди оставил кое-какое оборудование и дорогие инструменты на земле, в том числе промышленную бетономешалку. Надо бы повесить на дверь замок получше. Как только в округе пройдет слух о его затее, дом превратится в лакомый кусочек для грабителей.

Каменное здание побольше было выбрано под кафе, а в соседнем будет зал с мороженым и сувенирный. Когда Фредди и его строители приступят к работе, дело пойдет быстро. На границе поместья, рядом с проселочной дорогой, ведущей в деревни, было озеро, которое наполнялось водами из ручья, сбегавшего с холмов. Чудесное место в эту пору. Берега ручья цвели, и утки выгуливали там выводки утят. Мэтт знал, что там водились карпы, потому что отец хорошо ухаживал за прудом. Хорошее место для рыбалки.

Теперь ему нужно было решить, где разместить ферму и контактный зоопарк. Он хотел начать с маленьких животных типа кроликов и морских свинок, чтобы их могли кормить дети.

И почему она была так против его планов? Он не понимал, почему она не видит, с чем им приходится иметь дело. Одни только счета за электричество на такое поместье были астрономическими. Надо ее тоже привлечь к делу. Если Сара будет всем заниматься, может, и мать втянется.

* * *

Агнес Харви обходила свой аккуратный одноэтажный домик, проверяя, все ли окна и двери заперты. Она уезжала на две недели и не хотела неприятностей. Агнес собиралась в Испанию с подругой. Каждый год они вместе брали отпуск в это время. Такси было заказано на девять вечера. По дороге она должна была забрать свою подругу Джоан и поехать в аэропорт Манчестера.

Агнес было шестьдесят с небольшим, она была худая, с короткими седеющими волосами. Она жила одна, и у нее почти не было родственников. Была племянница, дочь ее брата. Они время от времени болтали по телефону, но в последнее время не созванивались, и Агнес не могла понять почему. Она знала, что молодая женщина переживала что-то вроде кризиса. Она позвонила ей буквально вчера, но ничего не объяснила, хотя в голосе звучали слезы. Агнес спросила, может ли она помочь, предложила отложить свой отпуск, но племянница отказалась. Агнес решила, что свяжется с ней после возвращения и выяснит, что случилось.

Она услышала, как просигналила машина. Такси подъехало. Агнес выкатила чемодан на улицу к машине и протиснулась на заднее сиденье, пока водитель убирал чемодан в багажник.

– Поедем через Чидл, заберем мою подругу, – напомнила она.

Он кивнул и съехал с лужайки. Вскоре они выехали на проезжую часть, и Агнес откинулась на сиденье.

На улице было темно, моросил дождь. Они ехали на большой скорости уже пятнадцать минут и должны были уже добраться до Джоан. Она протерла пальцем запотевшее окно и покосилась на улицу.

– По-моему, вы свернули куда-то не туда, – сказала она водителю.

– Да, только что это понял, – сказал он. – Не беспокойтесь. На следующем повороте я сверну направо, и вернемся.

Агнес удивилась. Она полагала, что таксисты знают свое дело. Она часто пользовалась услугами этой фирмы, но никогда прежде не видела этого водителя.

Вдруг он резко свернул на придорожную площадку и выключил двигатель.

Она начинала нервничать. Что-то не то. Так они опоздают на самолет.

– Что происходит?

– Двигатель барахлит. Подождите минуту.

Он вышел из машины и поднял капот. Что-то было не так. Она решила позвонить Джоан и сказать, что задерживается. Но не успела она достать телефон, как водитель постучал по окну. Она опустила стекло и посмотрела на него.

– Извините. Боюсь, ваши планы поменялись.

Тут она увидела пистолет. Через мгновение она почувствовала, как его приставили к ее виску. По непонятным для нее причинам Агнес должна была умереть. Она закричала и попыталась его вырвать, но только оцарапала запястье. Бесполезно. Он нажал на курок.

Женщина упала замертво на сиденье, вокруг нее быстро разрасталось пятно крови. Жаль обивку, подумал он, будто забыв об Агнес. Переднее сиденье было испорчено после того, как он застрелил там Фишера. А теперь и заднее сиденье изгажено. Он спрячет машину на какое-то время и избавится от нее, когда шумиха утихнет.

Глава четырнадцатая

День 11

Лили уже была в участке, когда Мэтт пришел на работу на следующее утро.

– Вы рано, сэр. Чай будете?

– Не беспокойся, Лили, я сам сделаю.

– Мы получили записи телефонных разговоров Беллы, – сказала она. – Ничего необычного, но записи есть только за последние два года. Я не нахожу договор на ее имя за более ранний период.

Мэтт вздохнул.

– Два года. Как и все в ее жизни.

– И пока ничего по красному «Форду». Конечно, он мог повесить фальшивые номера.

– Дайсон на месте?

Она покачала головой.

– Мы поговорим еще раз с Беллой? Может, если мы покажем ей, что мы знаем…

– Я не уверен в том, что мы знаем. Если она находится под защитой свидетелей, а мы начнем копать, можем подорвать ее новую личность и подписать ей смертный приговор.

Лили нахмурилась.

– Непросто.

– Кругом так тихо, – Мэтт посмотрел на пустые столы.

– Вчера ночью произошло еще одно убийство. Труп женщины нашли на грунтовой дороге у Хэпворт-Вэй.

– Мои края, – сказал Мэтт.

– Красивое место. Далеко за городом, большие каменные дома.

Мэтт не ответил. Он не любил говорить о собственном «большом каменном доме» на работе, особенно о поместье Бриндл.

– Ее убили в другом месте и выбросили там, – сказала Лили. – Пуля в висок, на руке синяя отметка, так что она, видимо, одна из тех же случайных жертв.

– Теперь уже две синих отметки. Хотя я сомневаюсь, что выбор случаен. Между этой женщиной и Аланом Фишером должна быть связь, иначе в выборе цвета отметок нет логики.

Лили покачала головой.

– По-моему, тут ни в чем нет логики.

– Не знаешь, куда уехал Дайсон?

– Он поехал посмотреть на место, где нашли тело, а потом в морг. Врач считает, что жертва могла ударить нападавшего. Дайсон надеется наконец обнаружить хоть какую-то ДНК.

Мэтт прошел в соседний офис. Карлайла не было, но констебль Беквит как раз заходил в кабинет.

– Мы узнали, кто она. Агнес Харви, жила в Чидл-Хит, пригород Стокпорта. Криминалисты сейчас обыскивают ее дом. Судя по всему, собиралась в Испанию с подругой. Соседи видели, как она вчера вечером садилась в такси.

– Есть что-то по компании такси? – спросил Мэтт.

– Она должна была заехать за подругой по дороге в аэропорт. Та сказала, что Агнес Харви вызвала такси, которым всегда пользовалась, но я сомневаюсь, что приехали от них.

То есть, убийца навел справки о ее жизни за последнее время. Он знал об отпуске и какой фирмой такси она пользовалась.

– Вы проверите связь с Фишером?

Беквит пожал плечами.

– Да, но ничего не найдем.

– Это еще неизвестно. Может, отнестись к делу с большим оптимизмом?

Мэтт развернулся на каблуках и зашагал обратно в офис.

Лили подняла на него взгляд, когда он зашел.

– Сэр, у нас был телефонный звонок. Кто-то из местных старшеклассников делал проект – исследование движения транспорта по Мелтэм- Роуд в разное время суток.

Мэтт удивился.

– Звучит увлекательно.

– Суть в том, что парочка из них были там, когда забрали Оливера Ричардса. Один мальчик снимал видео движения на сотовый. Нам позвонила его мать. Говорит, мы можем заехать и посмотреть.

– А он не в школе? – спросил Мэтт.

– Нет, сейчас каникулы, так что он дома.

– Тогда поехали. Где он живет?

– На холмах – деревня Шоулз.

Мэтт знал, где это. Недалеко от его собственного дома.

– Я поведу.

* * *

Люк Стэндиш был четырнадцати лет, высокий для своего возраста, худой. Лицо было покрыто подростковыми прыщами, не похожими на акне.

– Спасибо, что связались с нами, – сказала Лили.

Его щеки вспыхнули румянцем.

За него ответила мать:

– Мы слышали в новостях о том малыше. Люк вспомнил, что был на той дороге как раз в день его исчезновения.

Мэтт улыбнулся Люку.

– Давай посмотрим, что у тебя есть для нас.

Люк начал искать видео в телефоне.

– Он не помнит того человека, – сказала мать. – Не думаю, что от разговора с нашим Люком будет много пользы, но у него куча всего на этой штуке.

Мальчик пролистал список видеозаписей и нашел ту, которую искал. Он передал телефон Мэтту.

– Вроде он.

Мэтт посмотрел запись. Конечно, мальчик фокусировался на транспортном потоке, но, похоже, стоял прямо через дорогу от газетного киоска. Он снял Оливера Ричардса и мужчину, стоявшего с ним, со спины.

Мэтт кивнул.

– Хорошо, – он посмотрел еще несколько секунд. Пара двинулась к боковой улице, где, как Мэтт и предполагал, мужчина припарковал свою машину. Если получится увеличить, у них будет неплохой портрет мужчины в профиль. – Что-нибудь еще есть?

– За тот день нет. Мы сняли вот это, а потом пошли к развилке с объездной дорогой.

– Как думаешь, у твоих друзей есть что-нибудь?

– Остальные вели учет типов машин по их формам. А я решил снять их. Я спрошу, но не думаю, что у них что-нибудь будет.

Мэтт еще раз посмотрел на запись.

– Люк, я отправлю это себе на телефон. Если все-таки найдешь что-то еще или вспомнишь что-нибудь, пожалуйста, дай мне знать, – он дал матери Люка свою визитку.

Вернувшись в машину, Мэтт еще раз посмотрел видео.

– Отлично. Может, сможем выдать ориентировку еще до конца сегодняшнего дня.

Зазвонил телефон Мэтта. Звонила мать. Хотела, чтобы он вернулся домой. Объявился Фредди, и у них с Сарой разгорелся спор. По словам матери, для финального решения по любым изменениям в изначальных планах им нужен был Мэтт. Только этого ему не хватало.

Он повернулся к Лили.

– Сделаем небольшой крюк. У меня дома масштабное строительство, и когда я вышел обратно на работу, оставил сестру за главную. И она теперь хочет все менять. Мать считает, я им нужен для финального одобрения.

– Вы живете с мамой и сестрой? – в голосе Лили послышалось удивление.

– Только с мамой. Сестра, Сара, живет со своими двумя детьми в деревне Хэпворт.

Лили ухмыльнулась.

– А это не вредит вашему имиджу, жить с мамой?

Что на это сказать? Скоро она все увидит сама.

– Это не совсем так. Это семейный дом. Он большой, и у меня есть свои комнаты.

– Вы просто темная лошадка.

Мэтт пожал плечами.

– Да не то чтобы, просто я не люблю выносить личную жизнь на всеобщее обозрение. Чем больше люди обо мне знают, тем больше они заблуждаются. Люди смотрят на дом и воображают невесть что.

Мэтт выехал на Шеффилд-Роуд. Через пару миль он свернул на узкую улицу и поехал вверх по крутому холму. Он проехал еще две мили через деревню Хэпворт, пока наконец, съехав с боковой дороги, они не выехали на длинный подъезд к поместью.

Лили сидела с открытым ртом. Все ее насмешки над тем, что он живет с мамой, исчезли.

– Это здесь вы живете? Черт возьми, да это настоящий особняк!

Мэтт пожалел, что она была с ним.

– Я был бы признателен, если бы ты не болтала о моих жилищных условиях, Лили. Я стараюсь, по мере возможности, разграничивать личную жизнь и работу.

– Вы что, какой-то лорд-землевладелец или типа того?

Мэтт хмыкнул.

– Ну, я действительно владею землей, но я уж точно не лорд. Мои предки потрудились за меня. Они заработали деньги, на которые было куплено это место, а я должен заботиться о его содержании. Не обольщайся, Лили. Поверь, это тяжелый труд.

По выражению ее лица он видел, что она ни на секунду ему не поверила. Она уставилась с открытым ртом на озеро, и только они подъехали к огромному георгианскому дому, один из павлинов решил, что сейчас лучший момент, чтобы громко закричать и распустить перед ними свой разноцветный хвост.

Мэтт ухмыльнулся.

– Это Хьюи. Не подходи слишком близко, у этого мерзавца отвратный характер.

– Мне можно зайти?

– Да, конечно. Проходи, я представлю тебя матери:

Как только они перешагнули через порог, он услышал крик матери.

– Мэттью! Фредди расстроил Сару. Боюсь, ничего из этого не выйдет.

– Мам, это Лили, моя новая коллега.

Мать осмотрела Лили сверху донизу. Не одобрит, как всегда, но сейчас не покажет. Выскажется потом, когда он вернется с работы.

Эвелин Бриндл снисходительно улыбнулась.

– Приятно познакомиться. Сделай что-нибудь, Мэттью, пока все это плохо не кончилось!

– Пойдем, – подтолкнул он Лили. – Выясним, что у них там. – Мэтт вывел ее из дома, обошел его и пошел к каменным флигелям. – Фредди – чертовски хороший строитель. После того как я вернулся в полицию, за работами смотрит Сара. Я уверен, что бы они там между собой ни решили, все будет нормально.

Когда они подошли к большому зданию, там было тихо. Мэтт открыл дверь и заглянул внутрь. Фредди и Сара были заняты обсуждением и рассматривали планы.

Сара подняла на него взгляд.

– Мать тебе позвонила, да? Ей кажется, я на это не способна. Как только мне хочется что-то изменить, – она указала на план, – тут же бежит к тебе.

– Прости, сестричка, она сказала, я тут нужен.

Сестра Мэтта, Сара, была такая же высокая, как он, с такими же темными волосами, коротко остриженными. Но лицо ее было мягче, у нее были огромные темные глаза, окаймленные длинными черными ресницами.

– Да нет, не нужен, – сказала она. – Мы тут разбирались с одной проблемой, вот и все. – Она помолчала, посмотрела на брата, потом на Лили. – Ты же понимаешь, в чем на самом деле проблема? Она хочет, чтобы ты был тут, где она может присматривать за тобой. Она в ужасе от того, что ты можешь опять пострадать. Она думает, если ты поверишь в то, что я с этим не справляюсь, то прибежишь обратно.

Мэтт покачал головой.

– Поздновато для этого. Я переговорю с ней позже и постараюсь убедить в том, что все будет хорошо. Она не может требовать от меня, чтобы я возвращался сюда каждый раз, как у нее начинается паника.

– Переговоришь? Это же наша мать. Она выслушает, покивает и продолжит делать так, как ей хочется!

– А в чем вообще проблема?

– Я предложил соединить кафе и сувенирный магазин, – сказал Фредди. – Сделать оранжерею. Можно было бы и поставить в ней киоск с мороженым, и расширить магазин.

– Цена вопроса? – спросил Мэтт.

– Мы сэкономим на ремонте в западном крыле этого здания. В итоге снесем ту стену. Стоимость немного превысит бюджет, но не сильно.

Мэтт кивнул.

– Ладно, валяй. Сара?

– Я не против. Только поговори с мамой. Тогда я смогу этим заниматься, а ты продолжишь раскрывать преступления. Но будь осторожен, Мэтт. Не рискуй понапрасну.

Глава пятнадцатая

Когда Мэтт и Лили вернулись в участок, Дайсон и Карлайл уже были там, погруженные в разговор в кабинете Дайсона. Лили взяла телефон, чтобы отнести его техникам, разобраться с видеоматериалом.

– Сумку Оливера отправляли криминалистам. Не могла бы ты выяснить, они там что-нибудь нашли? – спросил у нее Мэтт.

Дайсон заметил его и направился прямиком к его столу.

– Обыск дома последней жертвы принес нам кое-какую загадку. Это нашли у нее на буфете, – он положил фотографию в витиеватой серебряной рамке на стол Мэтта. – Если я не ошибаюсь, это наш парень, Оливер Ричардс.

Действительно, это был он. Мэтт уставился на фото мальчика в школьной форме. Вот она, связь между убийствами «мистера Извините» и похищением мальчика, о которой он догадывался. Это фото означало также, что обе «синие» жертвы знали Беллу Ричардс.

Дайсон пробурчал:

– Карлайл в шоке, вот уж точно.

Но Мэтт не удивился. Он с самого начала подозревал, что эти два дела связаны.

Мэтт посмотрел на начальника.

– Белла Ричардс – причина того, что случилось с Фишером и женщиной той ночью. Но почему?

– Вполне вероятно, это как-то связано с ее прошлым. Нельзя списывать со счетов, что если она находится в программе защиты, тот, от кого она скрывается, мог ее найти. Возможно, это месть.

Мэтт нахмурился.

– А что насчет нашего «мистера Извините»? Если ваша теория верна, сэр, почему мы видим ту же модель, что и в остальных убийствах? От кого бы она ни скрывалась, он не может знать детали дела.

– Я не знаю, Мэтт, мы ни в чем не можем быть уверены. Смотря от кого Белла скрывается. В тюрьмах есть подонки, у которых еще полно дружков на свободе. Люди болтают. Дело «мистера Извините» было в газетах, о нем какое-то время говорили. В самом начале эта паршивая газетенка опубликовала все подробности. Репортер обработал одного из патрульных, у которого еще молоко на губах не обсохло. Дурак выдал ему все.

Мэтт кивнул.

– Последняя жертва – говорите, ее звали Агнес Харви? – он быстро записал ее имя. – Учитывая, что произошло, надо поговорить о ней с Беллой Ричардс. Если вы правы, она может быть связана с прежней жизнью Беллы. Может, Белла не смогла просто так ее забыть. Нам бы очень помогла правда о прошлом Беллы Ричардс.

– Я поговорил с помощником начальника полиции. Он отказывается помогать. Считает, если мы правы, то Белла и ребенок будут в опасности. Кстати говоря, вот это пришло сегодня утром. Адресовано инспектору Карлайлу, но он передал его мне, – он вручил Мэтту конверт, – якобы от Гейба Паркера. Если письмо настоящее, то, похоже, он все же существует. Паркер говорит, что между ним и Беллой какое-то время была вражда – она не давала ему видеться с мальчиком. Так что он взял дело в свои руки. Он пишет, что ребенок у него. Говорит, что они живы и здоровы и направляются в Сторновей.

– Это остров Льюис. Он увез его так далеко! Это письмо проверили на подлинность?

– Невозможно. Мы же не можем его найти. Поговори с матерью. Посмотри, узнает ли она почерк. Заставь ее поговорить об их отношениях с Паркером. У меня на этот счет плохое предчувствие. – Дайсон покачал головой.

Мэтт тяжело вздохнул.

– Надо все это выяснить и сразу же отправить туда полицию. Если все так, то Белла обрадуется, что мальчик в безопасности, но вряд ли будет счастлива, что его забрали так далеко. Если же Белла решит рассказать о своем прошлом, что тогда, сэр?

– Мы ничего не можем с этим поделать. Но ее нужно предупредить о том, насколько это может быть для нее опасно.

* * *

Мэтт и Лили остановились перед домом Беллы.

– Скажем ей про мальчика. В зависимости от ее реакции заговорим о ее прошлом. Но я не буду на нее давить. Она умная женщина. Возможно, мальчик с отцом, и она захочет его вернуть, тогда нам повезло. Только нужно действовать осторожно. Она расстроится из-за смерти той женщины. Что бы она нам ни рассказала, она должна это сделать по своей воле, на своих условиях.

– То есть она не выдумала Паркера, сэр? Это не просто имя, которое она вытянула наобум? Алиментов-то нет.

Мэтт смотрел в лобовое стекло, погруженный в размышления.

– Посмотрим, как она отреагирует. Может, Гейб Паркер и вымышленное имя, но это не значит, что мальчик не со своим отцом или что его отец не работает на вышках. Это могло бы объяснить, почему мы не можем его найти или почему номер телефона вымышленный. Если бы она нам сказала настоящее имя отца Оливера, это дало бы нам зацепку для раскрытия ее настоящей личности.

Лили улыбнулась.

– Дело становится увлекательным. Я работаю в уголовном розыске ровно полгода, и все предыдущие дела были об ограблениях. Тоже работа, но скучная. Вы понимаете, о чем я. До того момента, как я начала работать с вами, я уже подумывала, что это не для меня, я не вписываюсь. Все самое интересное отдавали другим.

Мэтт ухмыльнулся в ответ.

– Думала, что работа недостаточно сложная для тебя? Ну, это дело окупит все с лихвой. Не переживай насчет того, что не вписываешься. Я тоже все еще ищу свое место, Лили.

– Вот уж нет, сэр. Вы тут бывалый.

– Я имею в виду не работу, а скорее жизнь. Люди выносят суждения. Делают обо мне выводы, основываясь на том, где и как я живу.

– Ну, их трудно за это винить, сэр. У вас огромный дом. Деньги поди водятся.

– Это не так. Дом постоянно вытягивает средства. Когда мы его откроем для посетителей, надеюсь, деньги начнут появляться. Тогда и посмотрим.

– По-моему, он роскошный. Я бы хотела жить в таком месте. Подумать только, вы бросили идею управлять таким поместьем, чтобы вернуться сюда! Вы довольны своим решением, сэр?

Вопрос застал его врасплох, и Мэтт на какое-то время задумался.

– Думаю, да. Но я не ожидал, что так быстро и так глубоко окунусь в это. Многое изменилось с тех пор, как я ушел из участка Хаддерсфилда. Команда для начала. Новые лица, новые идеи. Это сложное дело. Мы можем лишь надеяться, что соберем все кусочки и сложим их верным образом.

Она кивнула.

– Как пазл. Я думаю так же, сэр. Это дело заставило меня по-другому отнестись к работе. Когда я пришла сюда, я наблюдала, как команда инспектора Карлайла работала над делом «мистера Извините», и мечтала получить от него кусочек.

– Если все сделаем верно, Лили, у нас обоих появится шанс.

* * *

Когда Белла открыла переднюю дверь, все, что она произнесла, было: «Оливер?».

Мэтт кивнул, улыбаясь.

– Есть кое-какие подвижки, но чтобы решить, положительные ли они, вы должны нам помочь.

Ее лицо озарилось, словно в ней зажгли свет.

– Вы нашли его! Что вы хотите узнать? Когда я смогу его увидеть? Вы уверены, что с ним все в порядке?

Вышла Элисон и встала рядом с Беллой.

– Мы хотели бы поговорить с вами наедине, Белла.

– Я вас оставлю. Мне в любом случае нужно сделать вылазку и сходить за покупками. Я рада, что с ним все в порядке. Удачи, – она похлопала Беллу по плечу и сбежала по крыльцу.

– Не держите меня в неведении. Где он? Я с ума схожу от волнения.

– Мой коллега, инспектор Карлайл, получил сегодня письмо, якобы от отца Оливера, Гейба Паркера. Это он забрал мальчика. Он написал, что, поскольку вы не давали ему видеться с ним, он взял дело в свои руки. Они остановились в Сторновее.

Белла поникла. Весь ее подъем исчез, она переводила взгляд, затуманенный разочарованием, с одного детектива на другого.

– Я бы хотел, чтобы вы взглянули на письмо и сказали, узнаете ли вы почерк Паркера.

Белла взяла лист бумаги, который протянул ей Бриндл, просмотрела его и кивнула.

– Все в порядке. Мы знаем, это чертовски далеко, но этим уже занимается полиция Сторновея. Они заберут Оливера и вернут его домой.

– Это что, шутка?

Ее реакция озадачила Мэтта.

– Вовсе нет. Гейб Паркер написал в письме, что вы с ним спорили из-за Оливера. Так что он прибегнул к крайней мере – украл мальчика и сбежал. Очень неправильно с его стороны, он это признает, но хотя бы теперь мы знаем, что ваш сын в безопасности.

Но Белла по-прежнему выглядела несчастной.

– В безопасности? С Гейбом? Вы не знаете его так, как я.

– Почему бы вам не позвонить ему? Он подтвердит то, что мы вам сказали, – предложила Лили.

– Я не могу, – слезы текли по ее щекам.

Мэтт посмотрел на нее.

– Белла, возможно ли, что Гейб Паркер – не настоящее имя отца Оливера?

Она посмотрела на него ледяным взглядом.

– Конечно, это его имя. Думаете, я бы стала врать о чем-то настолько важном?

Мэтт не понимал. Наверное, Белла опешила от радости.

– Мы попытались связаться с ним сами, но номера, который вы нам дали, не существует. Раз он забрал Оливера, наверное, изменил свой номер, избавился от старого.

– Да… наверное, – она говорила шепотом, лицо выражало абсолютное несчастье.

Мэтт терялся в догадках. Теперь она знала, что Оливер в безопасности. В большинстве случаев похищение детей оканчивалось совсем иначе.

– Мы вернем его. Полиция Сторновея поедет по адресу, откуда было отправлено письмо. Даже если его там нет, остров они не смогут покинуть. Местную полицию и паромщиков оповестили. Мы доставим вам Оливера – это лишь вопрос времени.

– Он не посылка! – закричала она. – Если бы я хоть на секунду поверила, что он и правда там, я бы поехала сама. – Она замолчала, всхлипнула. – Но его там нет.

– Откуда вам это знать? У нас нет причин не верить Гейбу Паркеру. Иначе зачем ему нам вообще писать?

Белла Ричардс мучилась. У Мэтта было отчетливое ощущение, что она была на грани того, чтобы что-то рассказать, но сдерживалась.

Она сделала глубокий вдох.

– Он сбежит. Заберет Оливера и исчезнет прежде, чем они до него доберутся. Гейб умен. У него много связей на вышках. У него все продумано. Это письмо – лишь тому подтверждение. Вы забываете, я знаю его давно.

– Тогда мы погонимся за ним. Мы не сдадимся. – Мэтт решил, что дальше они не продвинутся. – В первую очередь мы пришли сообщить вам хорошие новости, но мне нужно узнать у вас кое-что еще. Кто эта женщина? – Мэтт показал ей фото Агнес Харви.

Белла взяла у него фото и смотрела на него в течение нескольких секунд.

– Понятия не имею. А что? Она важна? Она как-то связана с исчезновением Оливера?

Она звучала правдоподобно. Но на лице застыло странное выражение, и она очень побледнела. Мэтту показалось, что Белла отчаянно пыталась держать свои чувства под контролем.

– Насколько мы знаем, она непричастна к исчезновению Оливера. Я спрашиваю потому, что Агнес Харви убили вчера вечером – так же, как Алана Фишера, – Мэтт пристально посмотрел на Беллу Ричардс. На ее лице не отразилось никакой реакции на новость. – Вы уверены, что не знаете ее?

Белла пожала плечами.

– Может, она знала Алана или его жену, Анну. Почему вы не спросите у них? Я понятия не имею, кто эта женщина.

Они зашли в тупик.

– Я вас спрашиваю о ней, Белла, потому что у нее на буфете стояла фотография вашего сына, Оливера. Не догадываетесь почему?

– Послушайте, инспектор Бриндл. У Гейба, отца Оливера, есть семья. Я их не знаю, никогда не знала. Может, она их родственница. Почему вы не едете в Шотландию, почему не арестуете и не спросите их об этом? Я вам помочь не могу.

Мэтт посмотрел на нее.

– Мы не можем найти никаких записей о вас или Оливере за период ранее, чем два года назад.

Она тут же ответила:

– Неужели. Я переехала. Какая-то ошибка в записях, вот и все.

– Это делает личность Гейба Паркера все более интригующей. Учитывая, что он отец Оливера, он знал вас намного дольше.

– И что? К чему вы клоните?

– Люди, с которыми вы знакомы, умирают, мисс Ричардс. Алан Фишер, теперь Агнес Харви. Может, поэтому Гейб решил забрать Оливера. Чтобы защитить себя и мальчика.

– Полная чушь. Алана убил серийный убийца. Это никак не связано со мной или моим прошлым. И я не знаю эту женщину, – она ткнула в него фотографией и развернулась.

Детективы прошли за ней в гостиную.

– Мы знаем, что у вас есть секреты, мисс Ричардс. Мы подозреваем, что вы многое не рассказали нам о своей жизни. Думаю, нам помогло бы, если бы мы узнали побольше о вашем прошлом.

Она встретилась с ним взглядом. Ее глаза были полны молчаливых вопросов.

– Я что, по-вашему, какая-то шпионка?

– Нет. Я думаю, вы находитесь в программе защиты свидетелей.

Тишина в комнате была почти осязаема. Выражение лица Беллы не изменилось. Она была хороша, Мэтт был вынужден это признать. Он продолжил:

– Я все больше опасаюсь, что тот, от кого вы скрываетесь, как-то связан со смертью Алана Фишера и исчезновением Оливера.

Белла смотрела на него не мигая, бесстрастно и, кажется, размышляла об этом.

– Оливер у Гейба. Теперь, подумав об этом, я уверена, что вы правы. Он будет в безопасности с Гейбом. Но вы ошибаетесь насчет моего прошлого.

* * *

Белла наблюдала, как машина отъезжает от дома. Она смотрела, пока машина не свернула с улицы и не выехала на главную дорогу. Ее трясло. Сердце разрывалось. Как только машина наконец исчезла из виду, она упала на диван, зажала в руках подушку и зарыдала.

Кто-то играл с ней в жестокую игру. Олли не был с Гейбом Паркером. Это невозможно, ведь Гейба Паркера не существует. А теперь еще Агнес мертва, ее любимая тетя. Как это произошло? Кто знал столько о ней и ее жизни, чтобы найти самых близких ей людей и уничтожить их? Кто бы это ни был, он оставил ее совершенно одну. Ни Алана, ни Олли, ни тети Агнес, к которой она могла прийти, когда становилось тяжко.

Белле нужна была помощь, больше чем когда-либо. Но не такая помощь, которую мог предложить инспектор Бриндл. Все теперь сложилось так, что она не могла даже похоронить Агнес. У бедняжки никого больше не было. На похороны придут лишь соседи и пара друзей. Белле придется пробраться на кладбище, когда стемнеет, чтобы положить цветы на могилу.

Судя по выражению лица детектива, он догадался, что она им соврала. Но ни при каких обстоятельствах Белла не смогла бы признаться им, что была как-то связана с Агнес, или отказаться от ее вымышленных отношений с несуществующим Гейбом Паркером. Это стоило бы ей жизни.

Глава шестнадцатая

День 11

Первое, что сделала Белла наутро после очередной тревожной бессонной ночи, – выяснила, какие у Элисон были планы. Белле нужно было побыть одной. Ей нужно было сделать один звонок, и никто не должен был этого слышать.

– Сегодня утром мне нужно отчитаться перед руководством, – подтвердила Элисон. – Меня не будет максимум час. Когда я буду в участке, спрошу, что нового. У полицейских Сторновея уже должна быть какая-то информация.

Белла не ответила. Она очень хорошо знала, что это будет за информация. Они не нашли Олли, и никто не видел ни его, ни мужчину. Как только Элисон ушла, Белла пошла к теплице и достала из тайника телефон, которым пользовалась редко. Он был у нее с момента переезда в этот дом, она пользовалась им, только чтобы связаться с Агнес и еще с одним человеком. Это был Джеймс, ее контактное лицо по программе защиты свидетелей. Человек, который устроил ей новую жизнь.

– Мне нужно с тобой поговорить, – сказала она ему. – Все изменилось. Мне кажется, он меня нашел. Впервые за два года я по-настоящему напугана. Если он знает, где я, то может нанести удар в любой момент.

Белла не преувеличивала. Человек, от которого она скрывалась, был жестоким преступником, который ее ненавидел.

Джеймс звучал обнадеживающе.

– У нас нет никаких сведений, никаких причин подозревать, что это случилось. Мы пристально за ним наблюдаем. Мы бы знали, если бы он тебя нашел.

– Ты что, не видел новости? – закричала она. – Моего любовника и мою тетю убили – выстрел в голову. Мой сын пропал! Что еще тебе нужно?

За этим последовала тишина, которую нарушало лишь прерывистое дыхание Беллы. Джеймс должен был ей поверить. Она отчаянно нуждалась в его помощи.

– Успокойся, Белла. Хорошо, мы встретимся с тобой сегодня. Садись на поезд до Манчестера. Встретимся в Центральной библиотеке в два часа. Тебя никто не должен видеть. Учитывая, что твой сын пропал, полиция будет за тобой следить. Бери такси, нигде не ходи пешком. Я не хочу, чтобы тебя засекли камеры. Никто не должен знать, что мы встречались.

Белла ничего не сказала о том, что полиция уже подозревала правду. Потом с этим разберется. Но как объяснить столь долгое отсутствие Элисон? Она просто ничего ей не скажет. Было половина одиннадцатого. Белла решила сесть на поезд в полдень. Она вызвала такси до вокзала. Она уедет из дома до того, как Элисон вернется.

* * *

Последний раз Белла была на станции «Виктория» с Аланом. На нее нахлынули воспоминания о том ужасном дне, она не выдержала и заплакала. Люди смотрели на нее, но ей было плевать. Она бросилась через здание вокзала на улицу. Белла не хотела видеть то место, где они стояли с Аланом. Достаточно того, что она вообще здесь оказалась.

Еще одно такси, и она уже шла навстречу Джеймсу. Она не видела его и не разговаривала с ним два года, но полностью ему доверяла. Он был единственным человеком, знавшим всю правду о ее жизни. Два года назад он вызволил ее и Олли из ситуации, которая могла стоить ей жизни и оставить Олли совсем одного. Она была бесконечно благодарна ему за то, что он сделал.

Он сидел за столом в дальнем углу местной библиотеки, якобы погруженный в чтение книги. Джеймс умел слиться с обстановкой. Ему было тридцать с небольшим, обычной внешности, никогда не улыбался. В своем костюме он был похож на любого делового человека, отдыхавшего в обеденный перерыв. Его было трудно узнать получше. Он ничего не рассказывал о себе. Но в этом была его работа.

Тогда он спас ей жизнь. Вытащил ее из опасного положения, спрятал ее. Все это время все было идеально. Но неделю назад убили Алана, похитили Олли, а теперь и ее тетя была мертва. Ей нужно было убедить его помочь выяснить, что пошло не так.

– За тобой не следили?

Все тот же старина Джеймс. Ни «привет», ни «как дела». Всегда по-простому, абсолютно профессионально.

– Нет. Я ушла, когда полицейского не было в доме.

– Я говорю не о полицейских.

Беллу затошнило.

– Ты что-то знаешь?

Джеймс кивнул.

– Я проверил то, что ты мне рассказала. Действительно похоже, что ты права. Боюсь, если он обнаружил тебя, то ты в смертельной опасности. Мне очень жаль.

– Не жалей меня, Джеймс. Просто помоги мне вернуть сына. Если это он, то я хочу быть спокойна хотя бы насчет того, что он не навредит Оливеру, что бы ни сделал со мной

– Думаешь, это он забрал мальчика?

Белла кивнула.

– Именно так он мог бы меня наказать. Плюс он бы не захотел, чтобы Олли был рядом, когда он расправится со мной.

– Тогда кто-то должен заботиться о ребенке. Ты знаешь, кому он мог это поручить?

– У него есть сестра, Эми. Живет где-то в Уэльсе.

– Фамилия?

– Она никогда не была замужем, так что такая же, как у него.

– Я наведу справки. Нам придется снова тебя перевезти, чтобы ты была в безопасности.

Белла сглотнула.

– Нет, Джеймс. Я не хочу опять это делать. Одного раза достаточно.

– Тогда чего ты хочешь? Зачем я здесь?

– Я хочу его увидеть, – она заметила выражение его лица. Ему это совсем не понравилось. – Я хочу прямо его спросить, что он сделал с нашим сыном.

Он покачал головой.

– Это не обсуждается.

– Не понимаю почему. Обычное посещение в тюрьме.

– Нет, не обычное, и ты знаешь почему. Он хочет тебя убить. Ты дала против него показания, и он сел за убийство нескольких человек. Ему не выйти, Белла, и он винит в этом тебя.

– Я хочу спросить его об Оливере, глаза в глаза, – снова сказала она. – Он не сможет мне навредить, пока он в тюрьме.

– Ты не можешь так рисковать. Возможно, ты не права насчет того, что это он стоит за убийствами. Они могут и не иметь к нему отношения. Что тогда, Белла?

– Конечно, он стоит за ними, – усмехнулась она. – Кому еще понадобится убивать моих близких?

– Даже если и так, ты дашь ему информацию, которой он воспользуется, и ты этого даже не поймешь. Он умен, Белла.

– Я не буду с тобой препираться, Джеймс. Устрой мне встречу, или я сделаю это сама.

Он покачал головой.

– Будет непросто. Ты же в программе.

Она чуть не расхохоталась.

– Мое прикрытие и так раскрыто. Что мне терять?

– Я с тобой свяжусь. Держи телефон наготове.

Глава семнадцатая

Карлайл подошел к столу Мэтта. Он выглядел рассерженным.

– Элисон Рэй звонила. Ричардс сбежала. Что ты ей сказал?

Мэтт не собирался обсуждать это с Карлайлом.

– Она уверена?

– Да, и сотовый с собой не взяла, хотя всегда берет.

Мэтт решил вернуться к дому Беллы и спросить у соседей, не видели или не слышали ли они что-нибудь.

Лили выглядела озадаченной, когда он ей об этом рассказал.

– Зачем ей сбегать, сэр? Учитывая, что мы знаем, где ее сын, и что скоро он к ней вернется. Она так отчаянно ждала новостей всю неделю. И телефон оставила – тоже подозрительно. Она же не выпускала его из рук.

– Мы ее найдем, – сказал Мэтт.

– Что, если это сделал тот, от кого она скрывается? Что если он забрал ее?

Мэтт остановил ее:

– Давай не будем забегать вперед. Объяснение может оказаться намного проще.

– Почему вы думаете, что кто-то видел, куда она пошла?

– Потому что такая уж улица. Все соседи знают, что случилось. Она почти не выходила из дома на прошлой неделе. Ее точно заметили, могу поклясться.

* * *

Через полчаса Мэтт и Лили уже стучали во все двери на улице Беллы. Вскоре они узнали, что она вышла из дома одна и взяла такси. Лили вернулась к машине и начала прозванивать всех местных операторов.

– «Йорки Кэбс», сэр! – крикнула она Мэтту, который все еще разговаривал с соседями. – Ее отвезли на вокзал Хаддерсфилда. Она хотела быть там к часу. Водитель предположил, что она села на поезд до Манчестера.

Мэтт вернулся в машину.

– Она могла поехать куда угодно. Вернемся в участок и посмотрим, зафиксировали ли ее камеры.

– Думаете, она поехала с кем-то встретиться?

– Ну, не думаю, что она пошла прошвырнуться по магазинам, Лили. Когда вернемся, проверь записи ее звонков, звонила ли она кому-нибудь, или, может, ей кто-то звонил перед уходом.

Вернувшись в участок, Лили связалась со службой охраны станции «Виктория», откуда ей переслали записи с платформы, на которой останавливался хаддерсфилдский поезд. Записи были за двухчасовой период. Мэтт промотал их до двух часов, и они стали смотреть.

Поезд остановился, человек двадцать сошли на платформу. Одной из последних появилась Белла Ричардс. Вид у нее был потерянный, без макияжа, волосы спутанные. У нее была сумка через плечо, в руке сотовый телефон.

Мэтт указал на него.

– У нее второй телефон. Надо спросить ее об этом.

– Что теперь, сэр?

– Ну, надо бы узнать, куда она ездила.

– Я попробую достать кадры с улицы, – предложила Лили.

В этот момент зазвонил телефон Мэтта. Элисон Рэй.

– Белла вернулась. Она приехала пару минут назад, выглядит разбитой. Сразу поднялась в спальню, не сказав ни слова.

– Ладно. Не дави на нее, но проконтролируй, чтобы в следующий раз точно знать, куда она едет. Ей нельзя просто так убегать. Сейчас уже поздно, поговорю с ней утром.

Лили посмотрела на него.

– Она жива и здорова?

– Да, Лили. Мы разберемся в этом, но дадим Белле время все обдумать. Думаю, она ездила с кем-то встретиться – тайно. Если она действительно в защите свидетелей, то у нее должно быть контактное лицо. Если это так, она все равно нам ничего не скажет.

– Кстати, судмедэксперты вернули сумку мальчика, – Лили открыла отчет. – Ничего особенного. Много отпечатков, часть из них принадлежат ребенку – вероятно, Оливеру. Часть Белле.

– Видимо, на похитителе были перчатки.

Лили просматривала второй отчет.

– Никто не заметил ничего необычного на дорогах через болото. Наверное, он знал, что там тихо, поэтому поехал там.

– А он неглуп, наш убийца.

* * *

Белле нужно было многое обдумать. Ей очень хотелось с кем-то поговорить. Единственным человеком, кто знал о ее ситуации, кроме Джеймса, была Агнес. Белла лежала в постели, думая, стоит ли довериться кому-то еще. Но кому? Точно не коллегам – молва разнесется по колледжу, как лесной пожар. Может, Нолану? Он ведь адвокат. Он сказал, что готов помочь. Но могла ли она рассказать ему правду о своем прошлом?

– Белла, вы в порядке?

Это была Элисон. Принесла ей чай. Белла посмотрела на нее и улыбнулась.

– Более или менее. Есть новости? Полиция Сторновея проверила тот адрес? – Белла спросила потому, что этого от нее ожидали. Она отлично знала, что Олли там не было.

Элисон покачала головой.

– Пока ничего. Куда ты ездила сегодня? Все ужасно переволновались. Мой начальник был в ярости.

– Извини. Я не хотела доставить тебе неприятности. Мне нужно было вырваться. Я чувствовала себя запертой в этих четырех стенах. Глупо, я знаю.

– Тебя долго не было.

– Я села в поезд до Манчестера. Хотела снова увидеть вокзал. Там я в последний раз видела Алана живым и говорила с ним. Я там походила немного и поехала обратно.

По лицу Элисон Белла поняла, что та ей не поверила. Но ей было плевать. Полиция ничем не сможет ей помочь, как бы они ни пытались. Единственное, что оставалось, – решить все самой. Если повезет, Джеймс организует встречу через пару дней. Тогда она будет знать.

Глава восемнадцатая

День 13

– Делай все точно так, как я тебе говорю, Белла, – сказал Джеймс. – Я пойду с тобой до комнаты ожидания, но не дальше. Ты встретишься со своим бывшим мужем в отдельной комнате. Там будете вы и охранник. Ваш разговор будут записывать. Не отвечай на его вопросы. Весь смысл в том, чтобы он отвечал на твои. Ты не должна дать ему ничего, что помогло бы ему найти тебя. – На секунду он замолчал. – Физического контакта быть не должно.

Белла кивнула. Она бы сделала все, что угодно. Она просто хотела поговорить с ним, чтобы он рассказал, что случилось с Оливером. В то же время она нервничала. Последний раз она видела его больше двух лет назад в суде, после того как судья огласил приговор. Он смотрел на нее со злостью. Когда его уводили, он ее проклинал, выкрикивал угрозы расправы и оскорбления. Он яростно ненавидел ее.

Но он любил своего сына.

– Можешь не торопиться. Я все уладил с руководством и следователями. Удачи, – Джеймс мягко подтолкнул ее вперед.

Белла была объята ужасом. Теперь она была совсем другим человеком, не тем, кем он ее помнил. Но что насчет него? Она любила его когда-то, в другой жизни. Она тогда ничего не знала о мире, в котором он обитал. Он был мужчиной ее мечты. Как она могла быть такой наивной? Не видеть, кто он на самом деле, – жестокий убийца, не знавший пощады? Как она могла выйти замуж за одного из самых жутких преступников Манчестера и не знать об этом?

В месяцы, последовавшие за его арестом, он запудривал ей мозги. Но правда была намного проще. Белла просто не слушала. Люди пытались достучаться до нее, особенно Агнес, но разум Беллы был настолько затуманен, что она всех игнорировала.

Она медленно прошла в комнату. Он выглядел спокойным, безобидным, никакой развязности. Просто высокий худой мужчина с ямочками на щеках, которые появлялись при улыбке. Ему было за сорок, выглядел как человек, у которого было все, ради чего стоит жить. И уж точно он не выглядел как преступник. Ни шрамов, ни татуировок, только большая улыбка на лице в тот момент, когда он посмотрел вперед и увидел ее.

Белла почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Его темные волосы были очень коротко острижены, он выглядел бледным. Он всегда так гордился своим загаром и дизайнерскими вещами. Теперь на нем была тюремная форма, он выглядел как любой другой заключенный. Как все. Но он не был просто заключенным.

– Как ты, куколка? Выглядишь хорошо. И пахнешь приятно.

Белла осторожно подошла ближе. Ее начало трясти. Может, Джеймс был прав и ей не стоило делать этого.

– Ронни, я… Я хотела поговорить с тобой.

Ронни Чокер пожал плечами.

– Говори, малыш. Много времени прошло. Много чего нужно рассказать. Я надеялся, что ты придешь меня навестить пораньше. Я скучал по тебе.

Он говорил так обыденно, так нормально. Но Ронни Чокер не был нормальным. Он мог пошутить вместе со своим врагом, а потом выстрелить ему в голову, пока они еще вместе смеялись. Он был жестокий, расчетливый и очень опасный.

– Больно ты милый. Ты же меня ненавидишь. Наверняка ненавидишь, после того, что… что я сделала.

– Время идет, все меняется. Я изменился, – он опять пожал плечами. – Со мной произошел несчастный случай. Упал на лестнице и ударился головой. Проторчал в больнице целую вечность. Это меня изменило.

Ей об этом никто не говорил.

– Сейчас ты в порядке?

– Говорят, да. Мне сделали всякие снимки, обследования. Врач сказал, была черепно-мозговая травма. Трещина в черепе, остался шрам в мозгу. Короче, я стал другим. Все мои перепады настроения, вся злость, которая была раньше, ушла. А еще появились провалы в памяти.

Можно ли было ему верить? Или это часть какого-то хитроумного плана? Два года прошло после суда. Тогда он точно ее ненавидел. Хотел ее убить. Белла была уверена, что прошло недостаточно времени, чтобы он изменился в своих желаниях.

– Как ты упал? Случайно?

– Не помню. Надзиратели говорят, что да. Да неважно. Как у тебя дела, Иззи? Расскажи мне про Олли. Как там мой малыш?

Иззи. Казалось, прошла вечность с тех пор, как кто-то называл ее так. Когда она попала в программу защиты свидетелей, ей нужно было выбрать другое имя. Она выбрала «Белла», потому что это было производным от «Изабель», а «Ричардс» – девичья фамилия ее матери. Рон- ни, конечно, ничего этого не знал.

Белла разглядывала его, смотрела прямо в глаза. Говорил ли он правду насчет несчастного случая? Он и в самом деле казался другим, намного более мирным. Но она не могла быть уверена.

– Это ты мне расскажи про Оливера, Ронни. Ты же его похитил.

Он уставился на нее, а потом рассмеялся.

– Что это ты мне тут навешиваешь? Я похитил нашего Олли? Ну и дела! – Он изменился в лице. Лицо нахмурилось, темные глаза сузились: – Что ты такое говоришь, куколка? Что стряслось? – Вернулся его острый, резкий, отрывистый тон, который Белла так хорошо помнила.

– Олли похитили. Прошла неделя, и полиция не может его найти. Близких мне людей убивают. Убили Агнес. – Она по-прежнему пристально смотрела ему в глаза. – Застрелили в голову. В висок, Ронни! Твой любимый способ, как говорят.

Он опять рассмеялся, качая головой.

– Ты думаешь, я приказал кого-то убить? Думаешь, я похитил нашего сына? Если ты не заметила, детка, я за решеткой. Я покончил со всем этим. У меня и выбора не было.

– Я тебе не верю, Ронни. Я думаю, это ты убил Алана Фишера и Агнес. И я думаю, это ты забрал у меня Олли, чтобы наказать за то, что я тебе сделала. Кто о нем заботится? Ему нужен уход. У него астма, а ингалятора с собой нет.

Вдруг Ронни Чокер резко наклонился вперед. Охранник хотел вмешаться, но Ронни от него отмахнулся.

– Осторожнее, Иззи. Хоть у меня и была травма, я все еще могу выйти из себя, особенно если на меня давить. Я не позволю тебе опять меня провести, так что даже не пытайся.

– Я не шучу, Ронни. Олли похитили. Я пришла сюда сегодня, чтобы выяснить, стоишь ли ты за этим.

Он заговорил медленно и вдумчиво:

– Я понятия не имею, кто такой Алан Фишер. Конечно, я знал Агнес, и мне жаль, что она мертва. Что касается нашего сына, я не дурак, Иззи. Его место с тобой. Я провел дни, недели, пытаясь смириться с тем, что ты со мной сделала. Вначале, если бы я только мог до тебя добраться, я бы придушил тебя голыми руками. Но после того несчастного случая я изменился.

Это правда? Белла не могла понять. Его глаза ничего не выражали. Она не могла в них ничего прочесть. Он всегда умел скрывать свои истинные мысли.

Ее голос дрогнул.

– Ты не врешь насчет Олли? Клянешься, что не забирал его?

– Я тебе ничем не обязан, Иззи. Мне приятно видеть, как ты страдаешь. Я не хочу облегчать твою боль, нисколечко. Но я никак не связан с исчезновением Олли, я тебе клянусь. Ты должна его найти.

– Точно?

– Я его не трогал. Но я тебе обещаю: если кто-то тронет моего мальчика, я его прикончу – не важно, что я в тюрьме.

– Он у Эми, твоей сестры? Она бы тебе помогла.

– Эми от меня отреклась. Я даже не знаю, где она сейчас живет.

Белла чуть было не прикоснулась к нему, но отдернула руку.

– Я должна знать, Ронни. Речь не обо мне, а об Олли. Если он заболеет, ему понадобятся лекарства. Если ты что-то знаешь, ты должен мне сказать.

Ронни Чокер ухмыльнулся.

– Можешь не сомневаться. То, что случилось с Олли, ужасно. Он мой единственный ребенок. Я тут торчу за решеткой и не в состоянии что-то изменить. Каково это мне, как думаешь? Но, с другой стороны, мне приятно, как тебя это волнует. Выглядишь ты уничтоженной.

– Речь не обо мне! – завопила она. – Я хочу, чтобы с Олли все было в порядке! Неужели ты этого не хочешь? Ты же его отец, бога ради!

Он хлопнул себя по коленям.

– Ладно, шутки в сторону. Не в этот раз. Я никогда бы не навредил своему сыну. Ты знаешь, как я боготворил этого ребенка.

– Так что же с ним случилось? – сказала Белла. Вся эта паника, от которой сворачивались внутренности, нахлынула вновь. Белла была уверена в том, что Ронни забрал Олли, чтобы наказать ее. Только эта мысль удерживала ее от помешательства. Ведь в таком случае она знала, что о ребенке заботятся. Ронни любил сына. А теперь он сказал, что никак с этим не связан.

Он провел рукой по обритой голове.

– Полиция должна постараться получше и найти его. Ты должна их поставить на дыбы, детка. Кто-то ведь знает, где он. Посмотри вокруг, Иззи. Наверняка это какой-то идиот из круга твоих друзей, или с кем ты там работаешь. Заставь полицейских это выяснить. – Он слегка наклонился вперед. – Верни его, Иззи, – прошипел он. – Потому что если что-то случится с Олли, будет нехорошо. Я найду этого ублюдка и тебя тоже заставлю страдать за то, что допустила это. – Он снова откинулся на стуле. Снова его улыбка. – Ты знаешь, о чем я, да, малыш? Понимаешь, к чему я?

Белла очень хорошо понимала. Ронни никак не связан с исчезновением Олли, но, хуже того, он винил в этом ее. Мысль о том, что она могла потерять Олли навсегда, разрывала ей сердце. Слезы брызнули из глаз, и она никак не могла их сдержать.

Глава девятнадцатая

Белла вернулась домой разбитая. Тюрьма находилась в паре миль от Йорка, всего в часе езды. Джеймс высадил ее в центре Хаддерсфилда, где она села на автобус до Мелтэма. Когда Белла зашла, Элисон не стала ее ни о чем расспрашивать, только узнала, как прошел день. Белла сказала, что ходила по магазинам Хаддерсфилда под предлогом того, что ей нужно было побыть одной. Элисон отреагировала нормально, поскольку Белла каждые два часа отписывалась ей, что все в порядке.

– Есть новости? – все тот же вопрос, все тот же ответ. – Скажи детективу Бриндлу, что я хочу знать, что он делает для того, чтобы найти моего сына. Прошло уже слишком много времени.

Белла поднялась наверх, чтобы прилечь.

Ей нужно было многое обдумать. На обратном пути она спросила Джеймса о травме Ронни. Она хотела, чтобы он подтвердил все подробности. Если Ронни сказал правду, возможно, он уже не так опасен, как раньше. Резкость в голосе еще была, но он казался смирившимся, не таким озлобленным. Когда она убедила его в том, что Олли грозит настоящая опасность, он поторопил ее разобраться в этом.

Но теперь ей приходилось принять ужасную правду: был кто-то другой, кто жаждал сломать ее жизнь. Кто-то, кто ненавидел ее даже больше, чем Ронни, систематически убирал всех, кто был ей дорог.

Элисон принесла ей чашку чая.

– Джоуэл Доусон заходил, пока тебя не было. Только ты ушла, как он пришел. Странный он тип. Хотел знать точно, где ты, и очень рассердился, когда я не смогла ему объяснить.

– Просто он такой. Нервничает. Не беспокойся, я потом ему позвоню.

Джоуэл был другом, одним из немногих, кто у нее остался. Он понимал ее, и Белла не хотела, чтобы он расстраивался. Ей были нужны такие люди, как он, чтобы не сойти с ума. Это было худшее время в ее жизни.

* * *

Она проспала пару часов, пока ее не разбудила Элисон:

– Инспектор Бриндл здесь. Он хочет с тобой переговорить.

Белла быстро оделась и спустилась. Ей нужна была информация. Если верить тому, что сказал ей Ронни – а она, кажется, поверила, – то у нее не было другого выхода, кроме как положиться на полицию. Вопрос в том, как много она могла им рассказать.

Она приняла решение.

– Мне нужно кое-что вам сказать. Оливер не в Сторновее. Его не похищал Гейб Паркер, могу вас в этом заверить.

Лили посмотрела на нее.

– Почему вы так уверены? Мистер Паркер выходил с вами на связь?

– Нет никакого Гейба Паркера.

Бриндл закашлялся. Белла знала, что он это подозревал.

– Не хотите объясниться, мисс Ричардс? Это жизненно важная информация. Мы должны были это знать с самого начала.

– Я переехала сюда два года назад. У Оливера не было отца. Я не хотела, чтобы народ вокруг болтал про нас, так что выдумала его. Я всем сказала, что Гейб работает на вышках в Шотландии, за много миль отсюда. Так что никто не ожидал увидеть его здесь.

Пару секунд Бриндл молчал.

– Почему вы нам раньше не сказали?

– Не думала, что это важно. Я не ожидала, что вы получите то письмо.

– Учитывая то, что вы только что нам сказали, у вас есть идеи, кто мог его отправить?

Белла опустила голову.

– Нет, и это правда. Я не скрывала Гейба Паркера. Мои коллеги, соседи, все друзья Олли знали это имя и где он живет. Кто угодно мог написать то письмо.

Бриндл строго посмотрел на нее.

– Не знаю, как еще вам объяснить, насколько сейчас важно, чтобы вы нам все рассказали, мисс Ричардс. Если Гейб Паркер – вымысел, что насчет всего остального в вашем прошлом? Вы все еще не хотите рассказать нам, где вы были и что делали до того, как переехали сюда два года назад? Это могло бы помочь расследованию.

– Опять вы за свое! Я была с вами откровенна, теперь вам лучше потратить время на поиски Олли. Еще не забыли о нем? Пропавший пятилетний мальчик? Где-то там, один, нуждается во мне. Я с ума схожу от волнения, – Белла заплакала.

– У нас есть пара зацепок. Посмотрите на это фото. – Инспектор показал ей фото человека, которого видели с Олли перед газетным киоском.

– Я его не знаю. Кто это?

– Это не тот полицейский, который забрал Алана Фишера с вокзала «Виктория»?

Белла снова посмотрела на фото. Снимок был сделан сбоку, лица толком не видно.

– Нет, не похож. У этого длинные волосы, и посмотрите на руки. У того полицейского волосы были короткие, на нем была рубашка с короткими рукавами, и татуировок на руках точно не было.

– Вы его больше нигде не видели?

Белла покачала головой.

– Мисс Ричардс, два дня назад и сегодня вы куда-то уезжали одна. Где вы были?

Белла отвела взгляд в сторону.

– Это не ваше дело.

– Нам также известно, что у вас есть второй сотовый телефон, – сказал он.

– Что, если и так?

– Вы брали с собой второй телефон в Манчестер позавчера. Оставили свой обычный телефон дома. Мы видели второй на записи с камер наблюдения, которая сняла вас на вокзале «Виктория». С кем вы по нему разговариваете?

– Повторяю, это не ваше дело. У многих есть несколько телефонов. – Она запрокинула голову, слезы исчезли. – Если бы вы тратили столько же времени на поиски Олли, как на слежку за мной, вы могли бы уже его найти.

– Как вы считаете, исчезновение Оливера как-то связано с вашей жизнью до переезда в Мелтэм?

Белла покачала головой.

– Нет, я так не считаю.

– Почему вы так в этом уверены?

– Я уверена, и это все, что я готова сказать.

* * *

Вернувшись в машину, Мэтт снова посмотрел на фото мужчины.

– Она на самом деле его не знает, – сказал он Лили. – Я видел это по лицу.

– Мне показалось, она уверена в том, что похищение Олли не связано с ее прошлой жизнью.

– Не уверен, что могу ей поверить в этом.

– Так что же происходит, сэр? Что мы упустили?

Мэтт нахмурился.

– Думаю, она врет. Пытается защитить себя. Или, может, мы ищем не там, смотрим не туда. Мы ищем в ее прошлом, потому что Дайсон этого от нас ждет. Честно говоря, такая возможность всегда была, если допустить, что она в программе свидетелей. Мне кажется, Белла думала в том же направлении. Но что-то изменилось. Ее не было сегодня утром. Как бы я ни пытался, я не смогу выяснить, куда она ездила.

– Но вы же размышляете об этом, сэр?

– Это лишь догадка, не более того, но подумай об этом, Лили. Если бы ты думала, что кто-то, от кого тебя защищают, забрал твоего ребенка, что бы ты сделала?

– Зависит от обстоятельств. Если бы это был человек, с которым я когда-то была близка, и если бы это было возможно, я бы пошла к нему и спросила.

– Именно. Я думаю, Белла Ричардс была сегодня в тюрьме. Все было устроено быстро, возможно, визит был назначен вне обычных часов посещения. Если бы мы знали, о какой тюрьме идет речь, мы могли бы поднять их записи.

Лили улыбнулась.

– Я могу потихоньку навести справки, сэр. Она была там и вернулась в течение одного дня. Значит, это относительно недалеко отсюда – в Стрэнджвэйсе или, может, Йорке.

Лили начинала ему нравиться. Она была сообразительная и хотела работать хорошо. Он понятия не имел, сколько они проработают вместе. Он все еще был на пробном периоде, а Лили отправляли всюду, где она была нужна. Он работал с сержантом Полой Райт много лет. В результате они постоянно сходились в своих теориях, разделяли одни и те же догадки. Мэтт не знал, сложатся ли у него когда-нибудь еще такие отношения с другим детективом, но Лили была неплоха.

Глава двадцатая

Белла позвонила Роберту и спросила, может ли он ее навестить. Он тут же приехал.

– Я боюсь, что полиция делает недостаточно.

– Я знаю, что прошло уже несколько дней, но они делают все, что могут, – заверил ее он. – Это очень сложно. Им не за что зацепиться.

– Вы не понимаете. Они кое-что знают обо мне и рассматривают дело исходя из этого. Полицейские считают, что кто-то из моего прошлого мог забрать Олли, чтобы наказать меня. До сегодняшнего дня я тоже так думала. Честно говоря, это давало мне надежду. Я знаю, что этот человек никогда бы не обидел Олли. Но теперь я знаю, что он никак не связан с его исчезновением.

Кажется, Роберт был сбит с толку.

– У меня есть прошлое, – объяснила она. – Я не могу это ни с кем обсуждать, даже с вами. Иначе я подвергну опасности себя и Олли.

– Простите, Белла, но вы должны объяснить больше. Я ваш адвокат, вы можете мне доверять. Все, что вы скажете, будет сохранено в тайне.

Белла разрывалась на части. Она хотела ему сказать. Ей нужно было с кем-то поговорить. Она хотела обсудить то, что ей сказал Ронни. Роберт был единственным человеком, которому она могла довериться.

Она вздохнула.

– Я нахожусь в программе защиты свидетелей. Вы понимаете, что это значит?

Он уставился на нее, лицо его побледнело.

– Это значит, что вы не та, за кого себя выдаете. Вся ваша жизнь – притворство.

Жестко, но тем не менее правда.

– Если бы был другой путь, Роберт, думаете, я бы им не воспользовалась? – Он не ответил. – Я думала, что человек, от которого они меня защищают, забрал Олли, что он нашел меня и мстит. Не Олли, а мне. Это точно в его стиле.

– Почему вы думаете, что это не так?

– Этот человек когда-то был моим мужем, он отец Олли. Я знаю, что он любит своего сына и никогда бы ему не навредил. Я навестила его в тюрьме и спросила его об этом. – Она остановилась. Роберт выглядел шокированным. – Он не похищал Олли, и теперь я не знаю, кто за этим стоит.

– Кто он, этот человек?

– Я не могу вам сказать.

– Вы должны быть абсолютно уверены в том, что он ни при чем.

– Он ни при чем, – повторила она.

– Хорошо, я поговорю с полицией, надавлю на них.

* * *

Было уже поздно, но еще нужно было поработать. Мэтт хотел составить план продвижения по этому делу. Они с Лили вернулись в участок и проверяли новую информацию. Если ответ нужно было искать не в прошлом Беллы, то где?

– Под ногтями Агнес Харви обнаружили ДНК, – Лили просматривала результаты на компьютере. – Но, боюсь, никаких совпадений.

Мэтт сел за стол. Если Белла сказала им правду, то они серьезно отклонились в деле, решив, что она в защите свидетелей. Но если это не так, то кто разрушал ее жизнь? Она была обычной женщиной, вела нормальную жизнь. Кого она могла разозлить настолько, чтобы с ней делали такие вещи?

– Наверняка это месть, – решил он. – Какой-нибудь подонок затаил злобу и сводит с ней счеты.

Лили пожала плечами.

– Было бы неплохо понять, кто этот ее подонок-любовник, или муж, или кто он там.

– А остальные пять убийств «мистера Извините» – у нас есть материалы по делам?

Лили посмотрела через окно в его кабинет.

– Они должны быть у инспектора Карлайла. Его нет. Наверняка оставил их на столе.

Мэтт пошел за ними. Может, это дело и вел Карлайл, но исчезновение Оливера Ричардса с ним связано. Еще час или около того он просматривал документы.

Наконец он закрыл последнюю папку.

– Ничего особенного. Насколько я понимаю, убийца не допустил ни одной ошибки, кроме собаки. Он думал, что собака принадлежит Марджери Бентли, одна из жертв с зеленой отметкой. Но это не так, она просто за ней присматривала. Мы знаем, чья это собака?

Лили посмотрела на него.

– Должно быть указано в деле, сэр. Кто бы ни был владельцем бедняжки, ему должны были об этом сообщить.

Но в деле этого не было. Вообще не было никакого упоминания о том, кому она принадлежала.

– Кстати, собаку нашли не сразу. Через пару дней. – Лили вздрогнула. – Слишком жутко, как по мне, собака с содранной кожей.

– А это точно та собака?

– На ошейнике был медальон. Там было два адреса – владельца и Марджери Бентли.

Мэтт решил посмотреть на него.

– Заканчивай и поезжай домой, Лили.

– А вы, сэр?

– Я хочу взглянуть на улики по этому делу, и хватит на сегодня.

– Хотите посмотреть на медальон, да?

– Да, Лили, хочу начать с него.

* * *

Белла устала. У нее был долгий день. Стук в дверь в такой час – и ее сердце оборвалось.

– Джоуэл! – она удивилась, увидев на пороге своего друга и коллегу.

– Я так волновался за тебя, Белла. Ты, должно быть, сходишь тут с ума. Я слышал в новостях, отчеты противоречат друг другу. Утром говорили, что полиция знает, где Оливер, а теперь говорят, что его все еще не нашли. Ты знаешь, что происходит?

Белла впустила его, и он прошел за ней по коридору в гостиную.

– Все в колледже передают тебе привет.

Она покачала головой.

– Я устала, Джоуэл. Мне не до бесед, не сейчас.

– Я видел, как от тебя уходил этот адвокат. Он здесь пробыл довольно долго. Он тебя доставал?

Белла озадаченно посмотрела на него. Джоуэл следил за ней?

– Роберт мне очень помогает. Он выступает в моих интересах, поэтому нам есть что обсудить. Он не досаждает мне. Ты что, шпионил за мной?

Он изменился в лице.

– Я боюсь, что, кто бы ни забрал Оливера, он может вернуться и навредить тебе. Если я буду рядом, присматривать за тобой, по крайней мере, я буду знать, что ты в порядке. Если что-то пойдет не так, я смогу сразу же сообщить в полицию.

Белла поежилась.

– Не нужно. И вообще, мне не нравится, что ты тут ходишь вокруг. Я знаю, у тебя добрые намерения, но сам факт, что кто-то за мной шпионит, меня пугает. Ты должен понять. Все и так довольно плохо.

Это не было просто игрой ее воображения. С одной стороны, Джоуэл был хороший, но если присмотреться, в нем было что-то жутковатое.

– Ты сегодня села к какому-то незнакомцу в машину. Он тебя встретил у автобуса в Мелтэме. Я беспокоился за тебя, поэтому пошел за тобой. Зачем ты ездила в ту тюрьму? Ты там кого-то знаешь?

Он следил за ней! Это уже было не просто жутковато. Это граничило с помешательством.

– Ты не имеешь права преследовать меня, Джоуэл! Перестань это делать. Когда я говорю, что я в порядке, ты должен мне доверять.

– Так кто это был?

– Просто знакомый. Друг, который мне помогает.

– Как Нолан?

– Да, но по-другому. Слушай, Джоуэл, это должно прекратиться. – Белла знала, что он желал ей добра, но становился обузой. Если он выяснит что-то о ее прежней жизни и кому-то расскажет… – У меня есть секреты. Я не готова говорить о них, так что не спрашивай и не болтай обо мне. Человек, которого ты видел, – часть моей прежней жизни, которую я оставила в прошлом.

– Я не пророню ни слова. Ты можешь мне доверять, Белла. Я заметил, что ты не рассказываешь о своем прошлом.

– Из осторожности. И я не хочу говорить об этом сейчас. Так безопаснее.

– После Эммы я остался один, и мне было плохо. Я подумал, может, ты чувствуешь себя так же, может, тебе нужна компания. Друг, с которым можно поговорить.

Белла вздохнула.

– Со мной всегда полицейский. И у меня номер Роберта на быстром наборе. – Его лицо вытянулось. – Иди домой, Джоуэл. Не волнуйся за меня. Мне нужно отдохнуть.

– Как он тебе помогает? Он чужой человек. Роберт не знает тебя так, как я. Почему ты не дашь мне шанса помочь, Белла? Я могу помочь, поддержать тебя.

Белла посмотрела на него. У него снова было то серьезное выражение лица, которое она так хорошо знала.

– Ситуация с исчезновением Олли непростая. Есть вещи, которых обо мне никто не знает. Я немного рассказала Роберту, но я не могу этим делиться с кем-то еще. Это может поставить меня под угрозу.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Я не допущу, чтобы с тобой что-то произошло. – Он сжал ее руку. – Я хочу помочь. Мне нужно помочь, быть рядом с тобой. Тебе нужно впустить кого-то в свою жизнь, Белла, так почему не меня?

– Тебе не стоит в это ввязываться, Джоуэл. От меня одни неприятности. У меня есть прошлое. Я знавала плохих людей, особенно одного. Если он узнает, где я, он меня убьет.

Джоуэл выглядел шокированным.

– Кто-то следит за тобой, вот в чем дело. Ты сбежала от кого-то ужасного и спряталась в тени.

– Что-то вроде того. Теперь, пожалуйста, оставь меня.

Глава двадцать первая

Его сведения о жизни Беллы были почти полными. Но пока он готовился, нужно было, чтобы ее никто не искал. Он разобрался с основными кандидатами. Но полицейские оказались цепкими, особенно этот Бриндл. И мальчик был помехой. Его лицо было во всех газетах страны, его история не сходила с новостей по телевизору. Нужно быть осторожным. От мальчишки надо было избавиться так, чтобы его никогда не нашли. Если понадобится, Кора ему с этим поможет. А вот насчет Бриндла придется подумать.

Но он все равно был уверен, что скоро Белла будет с ним. Еще немного, как только шумиха вокруг исчезновения мальчика утихнет, он ее заберет. Но прежде чем рассуждать об этом, нужно было разобраться с ее предшественницей.

Молодая женщина, которая была с ним почти полтора года, лежала, вытянувшись, на скамье в подвале, раздетая и тихая. При жизни она была красавицей. Но после смерти быстро начала пахнуть, несмотря на холод. Молочно-белая ко- жа приобрела желтоватый оттенок. Он нанес ей несколько глубоких порезов острым лезвием, которые сильно кровоточили. Он не особо умел обращаться с иголкой. Зашил раны на бедрах и торсе, так что ее тело было похоже на лоскутное одеяло. Но раны на лице выглядели хуже. Глубокий порез на щеке, зашитый кое-как, перекосил лицо.

Жаль. Сначала она была красивой и такой многообещающей. Он был убежден, что она – та самая. Но она оказалась такой же, как и другие, неблагодарной и капризной. Ей нужно было больше, больше, чем он был готов дать. В конце концов убивать ее было наслаждением.

Все должно было быть так просто. Все, что ему было нужно, – это замена Китти. Симпатичные молодые блондинки были повсюду, но ни с кем не складывалось. Он в ярости ударил кулаком по скамье. Мысли о жене всегда его расстраивали. Он давал ей все, жертвовал, но в ответ она лишь просила больше и изменяла ему. Нет, он не должен так думать. Все изменится. Белла другая. Она – та самая, он был в этом уверен.

Он тщательно подобрал последний наряд для предшественницы Беллы – одежда должна была подходить ее личности. Платье из бледно-зеленого шелка с глубоким декольте и юбкой по фигуре. Как и у всех женщин, которые его привлекали, у нее были светлые волосы. Зеленый ей шел, подчеркивал цвет глаз. Медленно одевая ее тело, он вспоминал их время вместе. Она была забавной. Вначале, когда она только появилась, он себя не сдерживал. Но, несмотря на боль, она не кричала и не плакала, как первая. Эта красавица просто смотрела на него своими чистыми зелеными глазами. Она страдала безмолвно, храня свои проклятия при себе.

Он заботливо ее одел, причесал длинные волосы и нанес на бесцветные губы красный блеск.

– Прощай, моя дорогая, – он поцеловал ее в лоб, поднял на руках и пронес несколько метров к яме.

* * *

Еще час или около того Мэтт провел в участке, копаясь в архиве улик. Эпизод с собакой произошел по меньшей мере года полтора назад, и все улики были тщательно убраны подальше. Проблема в том, что за это время в здании произошел потоп и все было перемещено на другие места.

Наконец его упорство было вознаграждено и он обнаружил прозрачный пакет с двумя собачьими жетонами. Как он и думал, на одном было имя Марджери Бентли и ее адрес. Но она не была хозяйкой собаки. Мэтт не стал вытаскивать жетоны, на случай если понадобится провести еще какие-то исследования. Он поднял пакет на свет. На втором жетоне было имя Кэролайн Шелдон. Она жила по соседству с Марджери Бентли.

Он решил, что завтра утром первым делом позвонит ей, по дороге туда напишет Лили и расскажет об этом. Мэтт не был уверен в том, что узнает из разговора с Кэролайн Шелдон, но она точно была деталью этого пазла.

* * *

Это был долгий день. Его не было с раннего утра, что не обрадовало мать.

Она поприветствовала его словами:

– Ужин испорчен. Жаль, потому что миссис Херст приготовила свое фирменное жаркое из ягненка.

– Ее зовут Ирен, мам. Скоро мы наймем намного больше людей. Придется менять подход.

– Ты имеешь в виду мой подход, Мэттью? Меня эта перспектива просто ужасает. Незнакомые люди по всей территории моих владений будут выглядывать из комнат, лапать нашу мебель и антиквариат. Одному богу известно, сколько мусора они оставят по всему поместью. Мне кажется, ты не все продумал. Я до смерти волнуюсь из-за этого. Из-за этого и из-за твоей работы.

Мэтт вздохнул. Они столько раз все это обсуждали. Он думал, что теперь она примирилась с тем, что будет происходить с поместьем.

– С работой все в порядке, и со мной все в порядке. Я не собираюсь рисковать.

– Не представляю, как ты можешь быть в порядке. Как ты будешь справляться? Тебе в напарники дали ребенка, – она задрала подбородок, – она жевала жвачку, когда ты мне ее представил. Как только дела пойдут круто, она смоется. Я знаю таких.

– Ты ничего о ней не знаешь, мам. У Лили есть все задатки хорошего офицера. Я был бы признателен, если бы ты держала свои замечания при себе. Могла бы попробовать принимать мир таким, какой он есть, а не ожидать, что он будет таким, как ты этого хочешь.

– Ты и понятия не имеешь, Мэттью. Я думаю о многом. Твоя работа, этот дом, орды, которые явятся сюда в следующем году. Я боюсь, что мы не сможем их контролировать и они тут все разнесут.

– Мы наймем охранников. Самые ценные вещи будут под сигнализацией. Оградим мебель и кабинеты веревками. Посетители смогут смотреть, но не трогать… – он говорил все это в сотый раз.

– Веревкой! Какой от нее толк против всех этих беспредельщиков, которые ни одной возможности не упустят? Я уже ни в чем не уверена, Мэттью. А теперь еще и Сара связалась с этим твоим строителем. Они сегодня вечером сидят в пабе. Скажи мне, Мэттью, о чем она думает?

Так вот в чем дело – Сара и Фредди.

– Похоже, она хорошо проводит время. Фредди – веселый парень. Он ей не навредит. Сегодня в «Фоксе» вечер квизов. Если бы я не был таким уставшим, присоединился бы к ним.

– Дело не в этом. На нее положил глаз Эндрю Денэм. Он не против того, что она в разводе и с детьми, и у него есть деньги. Почему она не проявит благоразумие?

– Очнись, мам! Сара сама разберется, с кем ей связываться. Она большая девочка. А Денэм – старомодный дурак. Сара не для него.

– Сегодня звонила Оливия. Спрашивала о тебе, – мать сменила тему.

Оливия Мэдоуз – молодая женщина, в которой Эвелин видела перспективную жену для своего сына. У Мэтта вытянулось лицо. По его мнению, Оливия была хороша в малых дозах. Как и его мать, она была снобом.

– Она чудесная молодая женщина, совсем не похожа на ту, которая так тебе нравилась.

– Я уже говорил тебе, мам. Не вмешивайся.

– Это не я ее отпугнула, Мэттью. Но я не могу сказать, что расстроилась, когда она ушла.

– Я не виню тебя в том, что случилось, мам. Расстаться с Мелиссой было моим решением. Но ты должна смириться с тем, что и Сара, и я будем сами выбирать себе партнеров. Если ты продолжишь пытаться свести нас с кем-нибудь, это только оттолкнет нас, и тебе будет плохо.

– Ты не молодеешь. И у тебя травма. Мэдоузы собираются в Дорсет на пару недель. Оливия спрашивала, не хочешь ли ты к ним присоединиться.

Тон изменился. Теперь она говорила своим самым льстивым голосом.

– Перестань, мам. Я ни за что не стану проводить время с этой семьей. И вообще, у меня есть работа.

Она снова заговорила с холодком:

– За тридцать, а женщины нет. Я беспокоюсь о будущем, Мэттью. Я тоже не молодею. Я хотела бы увидеть тебя с наследником. Тебе нужно осесть, переосмыслить свои приоритеты.

Мать ушла и поднялась в спальню. За это время у Мэтта уже пропал аппетит. Мать никогда не изменится. Но ее отношение выводило его из себя.

* * *

Джоуэл Доусон вышел из дома Беллы и пошел в местный супермаркет. Когда он заходил на парковку, за ним как раз проезжал Роберт. Джоуэл подошел к нему.

– В такие моменты Белле нужны друзья, а не такие, как вы. Вы без конца ее донимаете. Оставьте ее в покое. Ей нужно отдохнуть.

– Такие, как я? Что вы имеете в виду? Я не знаю, в чем, по-вашему, заключается моя роль, но я просто даю ей советы, ничего более. И уж точно не «донимаю» ее, как вы выражаетесь. И денег я с нее не возьму.

– Она не для вас, – продолжил Доусон. – Если вы действительно хотите помочь, заставьте полицию работать. Мальчика уже должны были найти.

– Совершенно согласен, но, похоже, не все так просто с дорогой мисс Ричардс. Если бы вы действительно знали ее, вам это было бы известно.

Джоуэл уставился на Роберта.

– Мне известно достаточно. Вы забываете, я знаю Беллу дольше вас, и мы друзья. Она мне доверяет.

– Тогда вам должно быть известно, что за всем этим вполне могут стоять ее маленькие подозрительные секреты.

Джоуэл сердито посмотрел на него. Белла намекала на какое-то таинственное прошлое, и, похоже, Роберт знал об этом намного больше, чем он.

– Вы не можете так рисковать. Заставьте их найти мальчика. Поговорите с полицией. Она с ума сходит от волнения.

Роберт уставился в ответ.

– Вы что, следите за ней? И шпионить, поди, не гнушаетесь. Такая красивая женщина и такой отшельник. Вы странный, вы это знаете? Белле угрожает опасность, и я хочу ее предупредить.

– Вы ничего не знаете о наших отношениях. Я нравлюсь Белле. Мы друзья. Я не хочу, чтобы вы вмешивались. Иначе я вам отплачу!

– Надеюсь, это не угроза, мистер Доусон. Если так, то я буду вынужден сообщить о ваших намерениях в полицию.

Глава двадцать вторая

День 14

Кэролайн Шелдон жила через пару домов от Марджери Бентли, на небольшой улице рядом с Хаддерсфилдским шоссе в Марсдене. Мэтт позвонил туда по дороге в участок. Он удивился, узнав, что дом выставлен на продажу. Тем не менее он постучал в дверь.

– Ищете Кэролайн? – его окликнул пожилой мужчина из открытого окна соседнего дома. – Она уехала. Устроилась на работу за много миль отсюда. Сто лет ее тут не было. Маклер занимается продажей дома и показывает его покупателям.

Мэтт показал ему значок.

– Она не говорила вам, куда уехала? Мне нужно с ней поговорить.

– Ни слова. Однажды утром я встал, а дом уже пуст. Она, правда, оставила мне записку, сказала, что будет на связи, но ни разу не позвонила.

– Есть кто-нибудь, кто может быть в курсе?

– Понятия не имею, с кем она дружила. Она была тихоней. Меня всегда поражало, что у нее не было парней. Она ведь красивая, длинные ноги, светлые волосы. Работала на том строительном рынке в промышленном парке Марсдена. Может, там кто-то знает, куда она уехала.

– А вы знали Марджери Бентли?

– Чертовски жаль ее. Застрелили. Но вы-то знаете. Она просто приглядывала за собакой Кэролайн. Я всегда думал, что она, наверно, спугнула какого-нибудь грабителя, когда возвращалась тем вечером с собакой.

Мэтт промолчал. Лучше старику об этом не знать. Он вернулся к машине и позвонил Лили в участок.

– Я собираюсь в промышленный парк в Марсдене. Кэролайн Шелдон больше не живет по адресу, указанному на жетоне. Она работала на строительном рынке в парке. Надеюсь, там кто-нибудь сможет рассказать, куда она уехала.

– Хотите там со мной встретиться?

– Нет, я ненадолго. Посмотри еще раз результаты исследований. Вдруг там что-то полезное.

Промышленный парк Марсдена занимал обширную территорию и включал в себя как производственные, так и торговые секторы. Строительный рынок, о котором говорил сосед, «Райлиз», занимал огромную площадь.

Только Мэтт припарковался, как на него обрушился громкий голос:

– Ты что здесь делаешь?

– Фредди! Могу задать тебе тот же вопрос.

Фредди ухмыльнулся.

– Да вот, работаю на тебя. На стройке без кирпичей и цемента никак, знаешь ли.

– Ты часто здесь бываешь?

– Узнаю этот тон – голос копа. Я сюда постоянно приезжаю. Хорошее качество, огромный выбор, и к тому же неподалеку.

– Ты знал Кэролайн Шелдон? Она тут раньше работала.

– Не особо. Заносчивая стерва. Поругался с ней как-то из-за одного счета. Работала в офисе и почти не вылезала на склад. Ее сейчас нет. Вряд ли по ней кто-то скучает.

– Спасибо, Фредди. Может, еще увидимся, если я застану тебя дома, когда вернусь.

– Вряд ли, приятель. Я веду Сару поужинать. Твоя мама очень нехотя согласилась посидеть с детьми.

– Удачи с этим. Мама мастер разваливать чужие планы. Будь осторожен.

Владелец и управляющий складом, Кевин Райли, очень хорошо помнил Кэролайн. Он рассказал Мэтту, что она уволилась довольно поспешно. То ей все тут нравилось, то вдруг через неделю у нее нашлась работа в Глазго. Тут же уехала, ничего толком не объяснив.

– Жаль, что она уехала. Она очень хорошо делала свою работу, хотя я знаю, что ее не любили. Была слишком жесткой с большинством людей. Неудивительно, что никто о ней ничего не слышал с тех пор.

– Вы знаете кого-нибудь, с кем она была близка?

– Та женщина, которая присматривала за собакой. Печально, что там произошло. Убийство. А то, что сделали с бедной собакой, вообще не укладывается в голове.

– Кто-нибудь еще?

– Держалась особняком. Но был какой-то парень. Я запомнил его, потому что удивился: за все годы, что Кэролайн здесь работала, не припомню, чтобы у нее кто-то был, пока не появился он. Не поймите меня неправильно. Она отлично выглядела, но с ней было трудно сблизиться – очень требовательная и колючая. – Райли рассмеялся. – Этот парень регулярно забирал ее с работы, отвозил на обед. Дуг, так его звали. Она встретила его, когда выступала в роли присяжной в суде в Хаддерсфилде. Она мне говорила, что он работает на бумажной фабрике в Бродбенте, на том холме, – он кивком указал сторону.

– Вы знаете его фамилию?

Он отрицательно покачал головой.

– Вы знаете, где была новая работа Кэролайн? – спросил Мэтт.

– Она уехала в Глазго. Фирма под названием «Макинтош Пламбинг». Вроде бы она выкупила часть бизнеса. Сказала, что у нее большие планы.

* * *

– Кто это, Кора, и что ты с ним сделала, черт возьми? Ребенок истощен! – Как только сестра Коры, Мэри, взглянула на Оливера Ричардса, ее сердце дрогнуло. Все это время его не мыли. Красивые светлые волосы были грязные, прилипли к голове. – Ты только послушай этот кашель, и вообще. Где ты его держала? В этом нашем жутком подвале?

– Тебя тут не было. Ты же в отпуск смылась. Он попросил меня придержать мальчишку на время. Сказал, что хорошо заплатит. Нечего с ним тютюшкаться, Мэри. Я ему соорудила кровать в подвале. Даю ему пожрать и попить иногда. Тебе от него проблем не будет.

– Так что теперь ты уезжаешь и оставляешь его мне. Сколько тебя не будет, Кора?

– Неделю, как пойдет. Ты справишься. Только не выводи его из дома. О нем пишут в газетах.

– Мне это не нравится, Кора. Кто-то может прийти его искать.

– Никто сюда не потащится. Через пару дней тебе скажут, что с ним делать. И не привязывайся слишком, а то будет хуже.

Мэри не стала спорить. Как только Кора уедет, она разберется с мальчиком. Первым делом согреет его, устроит горячую ванну. Да и новые вещи ему бы не помешали.

Мэри посмотрела, как сестра уезжает, и приобняла мальчика. У нее была добрая улыбка.

– Давай-ка позаботимся о тебе и накормим. У Коры нет ни грамма материнского чувства. Что будем делать с кашлем? Ты принимаешь какие-то лекарства?

Оливер Ричардс кивнул.

– У меня астма, – прохрипел он. – Мне нужен мой ингалятор.

– А наша Кора так тебе его и не достала? Как ей не стыдно!

Мэри злилась на сестру. Ребенок был лишь заложником в какой-то игре, в которую играли она и этот псих. Она понятия не имела, какая судьба ждет мальчика, но решила скрасить его время с ней, насколько возможно. Так что Мэри расстелила ему постель на диване перед камином в гостиной. Комната была теплая, совсем не похожа на чертов подвал, в котором он пробыл последнюю неделю. Она включила телевизор и дала ему сока.

Он начал плакать:

– Я хочу к мамочке.

– Не переживай, малыш. Все будет в порядке. Я что-нибудь придумаю насчет этого кашля. – Она погладила его по голове.

– Мамочка волнуется из-за меня.

– Не переживай. Ты в безопасности.

Добрые слова Мэри сработали, и он расслабился. Впервые за много дней мальчику было хорошо. Глаза закрывались, и очень скоро он заснул.

Днем в деревне будет благотворительная распродажа при церкви. Мэри выберется туда ненадолго. Возьмет в аптеке что-нибудь от кашля и прикупит на распродаже какой-нибудь одежды. Запрет двери, а телефона в доме и нет. Ее не будет максимум час.

* * *

Распродажа была в церкви Мелтэма. Много детской одежды и игрушек, все по дешевке. Мэри выбрала кое-какую одежду для мальчика и набрала целую сумку игрушек и игр, чтобы он не скучал.

Поход в аптеку прошел не так гладко. Поругалась с фармацевтом, который отказался выдать ей ингалятор без рецепта врача. В конце концов ей пришлось взять бутылку микстуры от кашля.

* * *

Когда Мэтт зашел в участок, Лили встретила его широкой улыбкой.

– Я тут покопалась, сэр. Работала над одной догадкой, просматривала опять записи по рождениям и бракам. Угадайте, что я нашла?

– Давай, удиви меня, – он усмехнулся в ответ.

– Мы знаем, что Белла Ричардс – не ее настоящее имя. Теперь у нас в морге кое-кто, кто, по нашему мнению, был с ней близок, – Агнес Харви. Так что я посмотрела по фамилии Харви, и мне неожиданно повезло. Некая Изабелла Харви вышла замуж в южном Манчестере шесть лет назад. Угадайте, за кого?

– Думаешь, Изабелла – это наша Белла?

– Думаю, да, это укороченный вариант имени.

– Ну, продолжай, за кого она вышла?

– За Рона Чокера!

Мэтт был поражен. Если Лили права, то он мог хорошо понять, что Белла делает в программе защиты свидетелей. Насколько он помнил то дело, жена Чокера дала против него показания.

– Почему ты так уверена, что это она?

– Потому что год спустя Изабелла Чокер родила сына Оливера.

Значит, Белла прячется от Ронни Чокера. Неужели он забрал ребенка? Теперь им нужно было поговорить с ней напрямую.

– Поедем к ней и поговорим. Прошло слишком много времени, а о мальчике до сих пор ничего не известно. Нам нужен прорыв. Белла что-то знает. Она ездила в тюрьму, и тут без всяких гадалок понятно, кого она там навещала.

Глава двадцать третья

– Есть наводка. – Детектив-сержант Иэн Беквит просунул голову в кабинет Мэтта. – Мы разослали предупреждения о состоянии здоровья Оливера Ричардса по всем местным врачам и аптекам. Одна женщина в аптеке Мелтэма сегодня устроила скандал, потому что ей не хотели продавать ингалятор. Они ее знают, у нее нет проблем с легкими. Как считаете?

– Считаю, надо ее навестить. Как ее зовут?

– Мэри Тернбал. Она живет вместе с сестрой выше по Холм-Роуд. Это тот беленый дом, который виден с вершины холма Скейпгоут.

– Я знаю это место, сэр, – крикнула Лили. – Если хотите, могу сесть за руль.

Они ушли из участка и поехали по дороге в сторону Холмферта. Оттуда свернули на Вудхед-Роуд и направились к деревне Холм. Пейзажи красивые, но добираться было не близко.

– Если она живет в Холме, зачем ехать в аптеку в Мелтэм? – спросил Мэтт.

Лили улыбнулась.

– Не ближний свет, да? Может, у нее там были еще какие-то дела. В Мелтэме еще есть банк. У них такие ставки, что туда приезжают со всей округи.

– А ты где живешь, Лили?

– Я живу в Марсдене, в одном из тех коттеджей на холме над каналом. Повезло, он достался мне по хорошей цене лет пять назад. Там жила пожилая пара. Съехали в дом престарелых.

– А что насчет твоих родителей?

– Отец смылся, когда я была ребенком, так что я с ним почти не общалась. Он иногда объявляется и сейчас, но общение с ним – пустая трата времени. От него одни неприятности. Мама тоже немного с приветом. У нее было много мужчин, большинству из которых в основном нужна была лишь крыша над головой. В детстве я много времени проводила с бабушкой и дедушкой. Но они уже умерли.

– А мама еще с тобой?

Лили искоса на него посмотрела.

– О да. Рано или поздно вы наверняка с ней столкнетесь. Сэйди Хейнс, сумасшедшая при церкви.

– Извини. Я не знал. Ты через многое прошла. – Мэтт был поражен. Лили казалась такой практичной, такой… нормальной, что ли.

– Ничего. Я могу о себе позаботиться. Я заботилась о себе почти всю свою жизнь. А вы? Живете в розовом цвете в вашем поместье?

Мэтт ухмыльнулся.

– С моей-то мамой? Едва ли!

– Но она все же вас любит. И заботится, а это дорогого стоит. А что с вашим отцом?

Мэтт на минуту погрустнел.

– Я потерял отца, когда мне было под тридцать. Многое изменилось для нас обоих. Мать так и не оправилась. Ужасно жаль. Хотел бы я проводить с ним больше времени… но меня отправили в частную школу в Лидсе, когда я был совсем юный. Я редко бывал дома.

– Простите, я не хотела давить. Вы, наверное, думаете, что я везде сую свой нос.

– Я немного похож на тебя в этом плане. Не люблю демонстрировать свою личную жизнь, но когда постоянно с кем-то работаешь, все равно хочется что-то друг о друге узнать.

Холм-Роуд вилась многие мили через холмы и болота. Наконец они добрались до деревни Холм и подъехали к дороге, взбиравшейся на холм Скейпгоут. Одинокий дом просматривался слева.

– Выглядит почти заброшенным, – заметил Мэтт. – Ремонта тут не было много лет.

Лили достала телефон и прочитала сообщение из участка.

– Тут живут две сестры, Кора и Мэри Мейсон. Ни об одной из них ничего не известно.

Мэтт нервничал. Время и место изменились. Он смотрел на старый дом из беленого камня. На фоне холма он выглядел точь-в-точь как тот, другой дом. Тот тоже был вдали от города, такой же обветшалый. Даже краска была такого же цвета, темно-зеленая.

Лили взглянула на него, но ничего не сказала.

– Пойду постучусь, сэр.

Мэтт остался, у него крутило живот. Он напоминал себе – это не то место. То уже в прошлом.

– Никого. Или специально сидят тихо.

– Может, она еще не вернулась. Обойду сзади.

Но он все еще не решался.

Именно этого он и боялся. Паническая атака в тот момент, когда нужно быть максимально собранным. Мальчик, возможно, там. Зачем еще Мэри Мейсон так срочно мог понадобиться ингалятор? Аптекарь считал, что ни ей, ни ее сестре он не был нужен. Интуиция подсказывала, что он прав.

Лили окликнула его:

– Еще одно сообщение из участка, сэр. Судя по всему, Мэри Мейсон ходила на распродажу при церкви в Мелтэме и накупила кучу одежды для мальчика и игры. Похоже, нам крупно повезло.

Дверь черного хода была заперта. Мэтт подошел к Лили у главного входа. Она заглядывала в заляпанное окно на первом этаже.

– Толком не видно, но там точно кто-то есть, лежит на диване перед камином.

Мэтт заглянул. Она была права. Он снова постучал в дверь. Ничего.

– Давай с черного хода. Я выбью дверь. – Он бегом обежал дом. Дверь была из простой дешевой фанеры. Он выбил дверь здоровой ногой, и она распахнулась. Они вошли в дом.

Изнутри дом тоже напомнил ему то, другое место. Мэтт стоял на кухне и не мог сосредоточиться. Его взгляд скользил по каменным стенам. Точная копия той, другой кухни, практически пустая. Стены сомкнулись вокруг него, стало тяжело дышать. Он почувствовал, как легкие сжимаются, словно без воздуха. Пылинки парили в тусклом солнечном свете, едва пробивавшемся сквозь грязное окно. Свет казался странным, неестественным. Его качнуло, он едва не упал. В голове раздался шум, а затем крик. На одно мгновение он почувствовал запах пожара после разрыва гранаты.

Лили трясла его за руку.

– Сэр! Сэр! С вами все в порядке? Вы белый как смерть.

Мэтт согнулся пополам, обхватив колени. Рот открыт, судорожно хватая воздух.

– Нет. Мне ужасно страшно. – Ни к чему притворяться, Лили и так видела, в каком он состоянии.

Она мягко заговорила с ним:

– Все в порядке. Вы в безопасности. Это другой дом.

– Я знаю, знаю. Но меня накрывает. – Он сделал глубокий вдох. Настоящая паническая атака. Единственный способ от нее избавиться – дать ей пройти самой. Он вытер холодный пот со лба. Он был не в силах это остановить. Попытался дышать глубоко.

Уходили драгоценные секунды.

– Давайте осмотримся. Может, это вас отвлечет, – наконец предложила Лили. – Диван…

Он поплелся за ней по коридору в гостиную. Он был не в состоянии думать. Забыл, зачем они здесь. А потом услышал кашель.

Лили взяла его за руку.

– Звучит нехорошо.

В гостиной было тепло. Горел дровяной камин. На диване свернулась маленькая фигурка, укрытая одеялом. Мэтт приподнял один угол. Оливер Ричардс был весь белый и дрожал. Его дыхание то и дело прерывалось резким кашлем. Мэтт видел, что у мальчика температура. Он прикоснулся к его руке.

– Олли, – прошептал он. – Ты теперь в безопасности. Просыпайся. – Мэтт повернулся к Лили. – Ему нехорошо. Звони в «скорую», и нужно вызвать сюда команду криминалистов.

Глава двадцать четвертая

Начальник отдела Дайсон похлопал Мэтта по спине.

– Молодец. Парень в больнице, с ним все в порядке. Элисон Рэй повезла к нему его мать.

Мэтт покачал головой.

– Я тут ни при чем. Нам дали наводку, и мы просто поехали по ней.

Мэтт не упомянул о панической атаке. На обратном пути Лили заверила его, что тоже не собирается никому говорить. Если повезет, это утихнет, когда он снова привыкнет к работе.

– Беквит арестовал Мэри Мейсон в Мелтэме. Другую, ее сестру Кору скоро возьмут. Похоже, она поехала в Скарборо навестить тетю.

– Сестры не похищали мальчика. Спорю на что угодно.

– Скорее всего, ты прав. В своем заявлении Мэри Мейсон рассказала Беквиту, что они держали его для друга. Проблема в том, что она не говорит, кто этот друг. – Дайсон убрал руки в карманы и качнулся на каблуках. – Но скажет, когда придет в себя.

– А криминалисты?

– Как раз проверяют дом. Что ты теперь задумал?

– У меня есть одна мысль, – сказал Мэтт. – Учитывая, что обе жертвы с синей отметкой привели к Белле, я решил проверить связи между остальными. Например, жертвы с зелеными отметками – их было трое. Я проверяю, связаны ли они с женщиной по имени Кэролайн Шелдон. Ей принадлежала собака, с которой содрали кожу. Я пытаюсь ее найти.

– Почему? Какова ее роль во всем этом?

Мэтт посмотрел на Дайсона.

– Думаю, именно за ней убийца охотился на самом деле. Мне кажется, людей с зелеными отметками убивали, только чтобы избавиться от всех, кто был близок с Кэролайн. Когда он до нее добрался, никто из родных или близких уже не мог обратиться к нам.

– Но прошло столько лет! Как ты дошел до этого?

– Потому что не смог найти Кэролайн. Она словно испарилась. И как минимум одна жертва с зеленой отметкой, Марджери Бентли, была с ней близка. Она бы точно пришла к нам, если бы Кэролайн вдруг исчезла, не сказав ни слова. Говорят, что Кэролайн уехала работать в Глазго. Якобы купила долю в компании «Макинтош Пламбинг». Такая фирма действительно есть, но Кэролайн там не работает. Они никогда о ней не слышали. Если бы она на самом деле переехала, она бы поддерживала связь с Марджери. Может, даже пригласила бы ее в гости. Вот почему от Марджери нужно было избавиться. Не забывай, у нас теперь есть связь между убийствами и похищением сына Беллы. Я подозреваю, что она – его следующая жертва.

Дайсон покачал головой.

– Но где-то ведь эта Кэролайн должна быть. Наверняка произошла ошибка. От кого у тебя эта информация?

– От ее прежнего начальника, Кевина Райли. Он владеет строительным рынком в промышленном парке Марсдена. Не думаю, что он что-то напутал.

– Мы знаем, как она выглядит, эта Кэролайн Шелдон?

– Мне пришлют фото по электронной почте с ее прошлого места работы. – Мэтт на минуту замолчал. – Раз у нас есть эта новая информация, я бы хотел поговорить с командой, которая занимается этими убийствами. Надо всех собрать и поторопить их.

– Это дело Карлайла.

– Да, я знаю, но он вроде как не особо продвинулся, сэр?

– Это точно! Но, чувствую, он не обрадуется. – Дайсон вышел из кабинета.

Мэтт поднял трубку и позвонил Кевину Райли.

– Инспектор Мэтт Бриндл, уголовный розыск Хаддерсфилда. – В этот раз слова дались ему проще. – Вы узнаете этого Дуга, если я покажу вам пару фотографий?

– Да, думаю, да. Странный был тип. Одевался хорошо, но неразговорчивый. Я не такого представлял себе рядом с Кэролайн. Я ее о нем спрашивал, но она не распространялась. В какой-то момент я начал думать, что он ее каким-то образом удерживает, но я понятия не имел, что это может быть.

– Я попозже привезу пару фотографий. – Но описание не было похоже на их татуированного мужчину. Как только Оливер Ричардс будет готов, он его расспросит о нем.

Следующая часть пазла – жертвы с красными отметками. Нужно было понять, были ли они связаны с кем-то определенным. Документы были на столе Карлайла. Мэтт пошел к нему попросить их на время.

Карлайл передал ему документы.

– Слышал, хочешь всех собрать. Никуда это тебя не приведет. Мы сделали все, что могли.

– Появились новые улики, – сказал Мэтт. – Я подумал, нужно об этом сообщить команде.

– Как хочешь. Дайсон собирает всех к шести. Только давай по-быстрому, ладно? Жена сегодня ждет гостей.

Мэтт вернулся за свой стол и посмотрел на дела двух жертв с красными отметками. Это была пара, Карл и Дебора Торнли. Обоих нашли на Марсденском болоте тринадцать месяцев назад, застрелены в голову. Материалы, которые собрал Карлайл с командой, были крайне обрывочны. Карл Торнли был партнером в стоматологическом кабинете в Хаддерсфилде. Его жена работала там медсестрой. Мэтт решил отправиться туда завтра с утра.

Что касается жертв с зелеными отметками, про Марджери Бентли они уже знали. Еще одного звали Оскар Ферт, студент местного университета. Он работал полдня в итальянском ресторане на Марсден-Хай-Стрит. Мэтт знал это место. Ферта нашли в его машине на парковке университета застреленным в висок. Последней жертвой была Соня Крослэнд, парикмахер, жила и работала в Хаддерсфилде. Не замужем, жила одна. Найдена мертвой в своей квартире. Мэтту нужно было проверить, были ли они связаны с Кэролайн.

Пришло письмо от Кевина Райли со строительного рынка. Мэтт сразу же отправил фото на печать и ждал.

Лили вернулась из столовой и принесла ему чашку кофе.

– Что вы собираетесь рассказать сегодня остальным? Вам стоит знать, что они уже начали иронизировать. Беквит рассказывает всем подряд, что вы новый любимчик Дайсона и что с вами нужно быть осторожным. Еще они говорят, что мы с вами ненадолго вместе. Говорят, я с вами работаю временно и вы от меня избавитесь при первой же возможности. Они говорят, что мы «из разного теста».

Мэтт встал из-за стола, чтобы забрать распечатку.

– Какой-то детский сад. Он не прав. Я еще не решил насчет работы, Лили. Отчасти это так: это дело для меня пробное, и начальник приставил тебя ко мне, пока я не приму решение. Ничего пока не ясно. Но если я решу остаться, я думаю, ты станешь отличным членом моей команды.

– Спасибо, сэр, я польщена. Я знаю, это просто сплетни, но я буду вам сообщать все, что услышу. Я не должна тут болтать всякое, но инспектор Карлайл довольно злопамятный. Беквит неплох, но во всем следует за Карлайлом.

Но Мэтт ее не слушал. Он уставился на фото Кэролайн Шелдон. Протянул его Лили.

– Никого не напоминает?

– О боже! Да, я поняла, о ком вы. Светлые волосы, красивые черты лица. Она просто копия Беллы Ричардс.

– Итак, у него есть свой типаж. Наш убийца избирателен. Женщины, на которых он нацелен, выглядят вот так. – Мэтт снова поднял фото. – Уверен, это его представление об идеале. Но он начинает охоту только за одиночками. Какой смысл преследовать кого-то, у кого есть муж, большая семья, много друзей. Они поднимут шум, как только она исчезнет. Так и есть: женщины, которых, как я подозреваю, он похищал, даже не были объявлены в розыск – как Кэролайн. Белла подходит по всем параметрам. В ее жизни очень мало людей. Подумай: если бы не тот факт, что она в программе защиты свидетелей, кто бы заметил ее исчезновение?

Лили кивнула.

– Ее сын. А ваш интерес к делу зажегся из-за Алана Фишера.

– Тут он ошибся, связавшись с ребенком, отправив письмо якобы от Гейба Паркера.

– Почему он просто его не убил?

– Не знаю, может, со временем и убил бы. Может, он ждал момента, когда похитит Беллу. Может, он хотел его использовать для шантажа. Надо проверить, есть ли кто-нибудь еще, кто хорошо знал Кэролайн. Родственники, может. Кто-нибудь, с кем она могла обсуждать этого нового мужчину.

– А случайные жертвы?

– Если я прав, Лили, они совсем не случайные. Наш убийца избавляется от всех, кто мог бы помешать его планам.

Глава двадцать пятая

Начальник отдела Дайсон приказал всем явиться на собрание, и главный офис был забит. Карлайл и Беквит пришли с несколькими патрульными, и была еще одна команда, с которой Мэтт еще не успел познакомиться.

В помещении было шумно. Команды обсуждали дело, атмосфера была напряженная. Карлайл стоял, скрестив руки на груди, и не сводил с Мэтта враждебного взгляда.

Дайсон постучал по столу.

– Потише, народ. Кое-что произошло в деле «мистера Извините». Появились улики, указывающие на взаимосвязи, которых мы раньше не замечали. Все это благодаря свежему взгляду инспектора Бриндла. Возможно, есть и другие жертвы, о которых мы не знали. Изначально инспектор Карлайл вел это дело практически в одиночку, но в свете того, что известно теперь, будут изменения.

Мэтт заметил взгляд, который Карлайл метнул на Дайсона. Инспектору это явно не понравилось.

Дайсон обратился к Карлайлу:

– Дело слишком разрослось. Вы работали над ним вдвоем с Беквитом, но со всеми новыми уликами вы двое явно не справитесь. – Дайсон сделал паузу. Тишина. – Я решил снова взять на себя роль ведущего офицера по делу.

Очень дипломатично, подумал Мэтт.

– Так что все вы будете докладывать мне обо всем. Информацию будем собирать на этой доске. – Он указал на огромную доску в главном кабинете. – Поскольку новая информация появилась в ходе расследований инспектора Бриндла, он объяснит, что у нас есть.

Мэтт вышел вперед, встал рядом с Дайсоном и откашлялся.

– Да. Убийца, которого мы прозвали «мистер Извините». Когда команда инспектора Карлайла нашла фото Оливера Ричардса в доме Агнес Харви, у нас появилась зацепка. Но мы тогда не понимали, что она значит. – Он приколол фото Кэролайн Шелдон рядом с фото Беллы Ричардс на доску. – Теперь мы знаем больше. Эти две женщины не просто одного возраста, с похожим образом жизни. Они еще и очень похожи внешне. Я думаю, наш убийца изначально нацелен не на тех людей, которых мы считали случайными жертвами, а на определенную женщину, которая была с ними близка.

По комнате прошел гул. Карлайл качал головой.

– Откуда ты взял этот бред? – выкрикнул он.

Мэтт проигнорировал его и написал на доске имена: «Марджери Бентли», «Оскар Ферт» и «Соня Крослэнд».

– У этих трех жертв на руках были зеленые отметки. Я думаю, что все они знали Кэролайн Шелдон и в какой-то мере были с ней близки. Если бы она исчезла, они подняли бы тревогу и сообщили о ее пропаже, поэтому их нужно было убрать.

– Где доказательства, Бриндл? – закричал Карлайл. – Неплохая история, но нужно что-то больше, чем просто твои догадки, чтобы продвинуться с этим вперед.

Люди зашептались.

Дайсон вышел вперед, и его зычный голос заглушил разговоры:

– Думаю, в теории инспектора Бриндла что-то есть. Нужно признать, что мы уже перепробовали все остальное, так что сделаем проверку этих троих приоритетной. Поговорите с персоналом компании, где работала Кэролайн. Проверьте Крослэнд и Ферта, есть ли связь с ней. – Дайсон кивнул Карлайлу: – Этим можете заняться вы с констеблем Беквитом.

Мэтт продолжил:

– Спасибо, сэр. Нужно также проверить жертв с красными отметками. – Он написал на доске: «Карл и Дебора Торнли». – Просмотрите еще раз их жизни, с кем они были знакомы. Они работали в стоматологическом кабинете в городе. Нужно узнать имя пропавшей женщины, связанной с этой парой. – Он постучал по доске. – Предполагаемая жертва, связанная с этими двумя убийцами, должна выглядеть как Кэролайн и Белла: красивая блондинка. Но, что еще важнее, о ее пропаже не было заявлено.

– Очень информативно, – проворчал Карлайл. – Опять будем ловить чертовых призраков.

– Нет, если будем работать тщательно. Все проверяйте, задавайте правильные вопросы, и я уверен, мы найдем женщину, с которой были близки Торнли и которая будет соответствовать описанию. Вернемся к Кэролайн. Пока не станет известно обратного, она пропала. Я проверил информацию, которую получил от ее бывшего начальника, и ничего не нашел. Нужно расширить поиски. Она встречалась с мужчиной незадолго до исчезновения. Все, что у нас есть, это имя Дуг. Я покажу ее начальнику фотографию мужчины, который похитил Оливера Ричардса, и посмотрю, узнает ли он его. Кстати говоря, об Оливере. Мэри Мейсон допросили, но ее сестра, Кора Мейсон, все еще на свободе. Ее нужно найти и привезти сюда. Не нужно объяснять, насколько нам бы помогло, если бы они рассказали, для кого прятали ребенка.

В помещении снова зашептались, но улыбка уже сошла с лица Карлайла.

Снова загрохотал голос Дайсона:

– Хорошо. Вы знаете, что делать, так что идите и работайте.

* * *

Слезы текли по щекам Беллы. Она ничего не могла с этим поделать. Из-за невероятного облегчения от новости об Оливере она потеряла контроль над собой. Когда офицер постучал в дверь и сообщил ей о сыне, Белла разрыдалась. Он успокоил ее, сказав, что Оливер в порядке, но Белла настаивала на том, чтобы увидеть его самой. Офицер повез ее в больницу.

Ее сын спал, но метался и ворочался во сне. Лицо раскраснелось. Взъерошенные светлые волосы разметались по подушке.

Рядом с ним сидела медсестра.

– Не волнуйтесь, он в порядке. Мы дали ему кое-что, так что он поспит несколько часов.

Белла поставила рядом с кроватью стул. Ее малыш лежал с катетером в руке.

– Он что… ранен? – ее голос задрожал.

– Пара царапин, ничего серьезного, – сказала медсестра. – Нас беспокоят его легкие. Мы знаем, что у него астма, но сейчас еще развилась инфекция. Поэтому катетер. Так мы даем ему жидкость и антибиотики.

Белла взяла его за руку и погладила по бровям. Олли спал. Какая-то ее часть не верила в то, что она когда-нибудь снова увидит своего мальчика, но полицейские сдержали свое слово. Они его нашли.

– Можно мне остаться?

Медсестра улыбнулась и кивнула:

– Теперь он в безопасности. Снаружи дежурит офицер. Никто до него больше не доберется.

Белла облегченно улыбнулась, но слезы продолжали струиться по щекам.

Глава двадцать шестая

День 15

– Сегодня мы поговорим с Оливером Ричардсом, – сказал Мэтт.

Лили посмотрела на него с сомнением.

– Если только его мама и врачи не будут против, сэр. Мальчик через многое прошел. Бедный парнишка. Возможно, он еще не готов пережить это снова.

– Не волнуйся, я сначала поговорю с его мамой. А пока навестим Кевина Райли, поговорим с ним еще раз. Покажем ему фото человека с татуировками, посмотрим, узнает ли он его.

– Я думала, этим занимается Карлайл? – спросила Лили.

– Мы уже знакомы с Райли. Карлайл ищет Кэролайн с другого конца.

Лили на минуту замолчала.

– А что насчет бумажной фабрики в Бродбенте? Может, там его кто-то знает.

– Если этот Дуг действительно похитил Кэролайн, сомневаюсь, что он когда-либо бывал в Бродбенте. Наверняка это прикрытие. Но мы спросим, просто чтобы знать наверняка.

– Команда Карлайла недовольна. Беквит сплетничает о вас. Когда я сюда приехала утром, он разорялся на эту тему, как рыночная торговка. Как только меня увидел, сразу замолчал.

Мэтт улыбнулся.

– Вполне ожидаемо. Я тут новенький – по крайней мере, для них. Больше половины тех, кто тут сейчас работает, пришли после моего ухода из отдела. Так что они не считают меня одним из них. Наверное, думают, я любимчик Дайсона, раз он дает мне вести дело и мы так дружны.

Лили улыбнулась.

– А почему это так, сэр?

– Дайсон ухаживал за моей матерью пару лет назад. Все время крутился вокруг нее. Пару раз приглашал на свидания.

Лили рассмеялась.

– Начальник и ваша мать? Вот уж не подумала бы. Он немного тупит в общении с женщинами. Вечно что-то делает не так.

– Как всегда. Моя мать – сноб. Единственное, что было в пользу Тэлбота, – это его ранг в полиции. В то время его выдвинули на пост помощника начальника полиции. К сожалению, сердечный приступ помешал этим планам. После этого они каждый год пытаются его уволить. Он держится исключительно на своем упрямстве.

– Нет званий – нет свиданий?

– Типа того, Лили. Моя дорогая мама бросила его, как горячую картошку, как только он заболел.

– Вы видели утреннюю газету? – Констебль Беквит подошел к столу Мэтта. Он держал газету, ухмыляясь. – Это подольет масла в огонь.

На это Мэтт совсем не рассчитывал. На всем первом развороте красовалось лицо Рона Чокера. В статье также была вставлена маленькая фотография Беллы и ее сына Оливера. Чокер обратился в газету, пожаловавшись на то, что его мальчика похитили, а ему ничего не сказали. Журналисты восприняли это с энтузиазмом и отправились на поиски Беллы. Они сложили дважды два и нашли ее.

Интересно, знает ли она. Она не призналась в том, что находится в программе защиты свидетелей, но ее местоположение и новая личность теперь были окончательно раскрыты.

– Женушка Чокера, кто бы мог подумать? Ей повезло, что мальчика нашли. Половина головорезов Северо-Запада имеет зуб на этого бандита.

В чем-то Беквит был прав, но он, похоже, не задумывался об угрозе для самой Беллы.

Лили уже была на телефоне. Она посмотрела на него и покачала головой.

– Она в больнице с сыном.

Конечно. Где же еще ей быть?

– Нужно как можно скорее ей рассказать. Сначала в больницу, потом на рынок стройматериалов.

* * *

Белла заснула, держа Олли за руку. Она все еще сидела на стуле, склонившись над его кроватью. Ее разбудило постукивание по плечу.

Его она ожидала увидеть последним.

– Джеймс! Что ты здесь делаешь? Что случилось?

Он протянул ей свернутую газету.

– Прочитай.

Белла села ровно. Раз Джеймс приехал сюда, значит, дело было серьезное. Она посмотрела на первую страницу, и сердце ушло в пятки. Он. Только все начало налаживаться. Она посмотрела на Джеймса.

– Как это случилось?

Джеймс покачал головой.

– Это все Чокер. Я же говорил, что он воспользуется твоим посещением в своих целях. Когда ты ушла, он связался со своим адвокатом и рассказал ему о вашем сыне. Он пожаловался, что ему не сообщили. Якобы если бы ты не пришла его навестить, он бы так и не узнал. А остальное – о тебе и Оливере – выяснил один настырный журналист, какой-то умник, который хочет сделать себе имя. Как только пресса уцепилась за историю о похищении, они сложили пазл.

– Ронни знает, где мы?

– Подозреваю, что да. Я ведь тебя предупреждал, что он что-нибудь предпримет.

Белла посмотрела на него.

– Я же просто его навестила.

– Едва ли. Рассказав ему об Олли, ты сообщила ему именно то, что нужно было, чтобы тебя найти. – Джеймс покачал головой.

– Я должна была рассказать ему про Олли. В этом и был смысл посещения. Значит, нам нужно снова переезжать?

– Моя работа – заботиться о твоей безопасности, Белла. Я не могу этого делать, если Чокер знает о твоей новой личности и где ты живешь.

– Мне нужно об этом подумать. Пока что я не могу никуда уехать, Олли к этому не готов. У него легочная инфекция, они хотят подержать его какое-то время в больнице.

Джеймс уставился на нее.

– Но ты понимаешь, как это опасно?

Она кивнула.

– Чокер – мстительный преступник.

– Можешь мне об этом не рассказывать, – отрезала она. – Ты что-нибудь выяснил о его травме?

– Он не врал. У него действительно была травма черепа. Но я сомневаюсь насчет того, что он изменился. В тюрьме считают, что он такой же, как и раньше.

Белла смотрела на газету.

– Как только Олли поправится, я об этом подумаю. Больше меня здесь ничто не держит. Я потеряла Алана и тетю. Никто теперь не захочет с нами знаться, когда это прочитают. – Она отдала газету Джеймсу. – Неважно, через что мы прошли, в нас все равно будут видеть жену и сына убийцы. Может, начать все заново – это как раз то, что нужно.

* * *

Когда приехали Мэтт и Лили, Белла сидела рядом со спящим Оливером. Кажется, она им не обрадовалась.

– Не будите его. Ему нужно отдохнуть.

Мэтт улыбнулся.

– Мы приехали не для того, чтобы говорить с Олли, хотя рано или поздно это придется сделать. Мы приехали поговорить с вами.

Белла тяжело вздохнула.

– Вы видели статью. Ко мне уже приезжал мой человек из программы защиты свидетелей. Он хочет, чтобы мы снова переехали, и я согласилась. Как только Олли станет лучше, мы уедем. Снова исчезнем.

– Вы подтверждаете, что состоите в программе?

Она пожала плечами.

– Все равно уже без толку притворяться. Мое прикрытие рассекречено. Эта газетенка выдала все в подробностях. Я жена убийцы – Ронни Чокера, ни больше, ни меньше. Мы больше не можем здесь оставаться.

Мэтт легко коснулся ее плеча.

– Я позабочусь, чтобы вы и мальчик не оставались одни.

Она кивнула.

– В коридоре офицер. Мне здесь достаточно спокойно.

– Мы арестовали одну из двух женщин, которые удерживали Олли, но подозреваем, что за похищением стоит кто-то еще. Он что-нибудь рассказал? – спросил Мэтт.

– Нет. Большую часть времени он проспал.

– Если вас это утешит, женщина, которую мы арестовали, покупала для него в Мелтэме одежду и игрушки. Когда ее поймали, она пыталась достать ему ингалятор.

– Хоть что-то. Но его забрала не женщина. Он ничего не сказал о том, что ему пришлось пережить, но он говорил во сне. Это был мужчина с длинными волосами и татуировками. Олли хорошо их запомнил.

Глава двадцать седьмая

Чокер! Он с отвращением швырнул газету на стол. Не искал же он сочувствия? Более отвратительного преступника в этих краях не найти. Но Белла теперь была в центре внимания. Внимания всей страны. Он закрыл глаза, внезапно навалилась усталость. С Беллой намного сложнее, чем с предыдущими. Она не могла просто исчезнуть незамеченной. Не теперь.

Планы необходимо было менять. Он еще раз прочитал заголовок. Может, все не так уж плохо. Насколько он знал, Чокер – мстительная сволочь. Теперь он в курсе, где находится Белла, и мог воспользоваться этим ради мести. Он улыбнулся. И правда, можно все так обыграть. Очевидное решение вопроса. Вообще-то, даже идеальное. Сработает ему на руку. Белла исчезнет, а Чокера обвинят в том, что он это организовал. Он оставит след, и если все сделает правильно, полицейские не подумают ни на кого, кроме бывшего Беллы. Он был снова на коне и предчувствовал успех.

Он уже давно был готов. Дом был безупречен, подготовлен к новой обитательнице. Его последняя избранница лежала в яме – от нее мало что осталось, одни кости. Белла была близко, и он ни о чем не жалел. Кэролайн была как та, первая, Анита. Непокорная. Так что пришлось проучить ее. Увы, он зашел слишком далеко. Нанес серьезные травмы и был вынужден избавить ее от мучений. Ее смерть была нелегкой. Он мог лишь запереть ее, прикованную к той скамье, в холоде и сырости, и ничто не облегчило ее страдания. Она потеряла много крови. Провела свои последние часы в мучениях. Бедная Кэролайн! Как она страдала!

Под конец она ужасно исхудала. Он неделями давал ей лишь сухари и воду, и она сильно истощала. Тлеющий огонь торфяников на дне ямы скоро превратит его светловолосую красавицу в обугленный скелет. Когда яма остынет, он положит ее к Аните, в подпол на кухне, который он закладывал плиткой.

* * *

– Опять вы, – кажется, Райли был не рад видеть Мэтта и Лили.

Мэтт вытащил фотографию.

– Хочу, чтобы вы на это взглянули. Скажите, вы узнаете его?

– Потише, у нас тут проверка. Дела в порядке, я уверен, но все равно нервно.

Мэтт показал ему увеличенный кадр из видео, которое Люк Стэндиш снял на сотовый. Райли рассматривал его пару секунд.

– Понял. Да, возможно, это он. Но у парня Кэролайн волосы были короче, и шляпу не носил.

Мэтт передал ему второе фото.

– Мы стерли татуировки с его рук.

Райли покачал головой.

– Нет, у того парня татуировок не было. Я бы запомнил.

– Вы уверены? – спросил Мэтт с разочарованием в голосе.

– Да, абсолютно. Обычный был парень, ничего странного или запоминающегося в нем не было.

Они пошли обратно к машине.

– Что думаете? – спросила Лили.

– Не знаю, что и думать. Если это тот, кого мы ищем, то куда делись татуировки?

– Может, это была маскировка, когда он отправился за мальчиком, сэр. Возможно, татуировки были фальшивые. И парик нетрудно достать. Так он просто заставил нас побегать в поисках другого человека. У ребенка моих соседей есть какие-то штуки, выглядят точно как настоящие татуировки. Она надевает их на руки, каждый день новый рисунок.

Мэтт снова посмотрел на фото.

– Может, ты и права. Он мог носить парик. Может, и татуировки фальшивые.

– Хотите выяснить, работает ли этот Дуг в Бродбенте?

– Нет. Можно позвонить им из участка, когда вернемся. Намного важнее разобраться с Карлом и Деборой Торнли, выяснить, не пропал ли кто-нибудь из тех, кто был с ними близок.

* * *

Когда Оливер Ричардс проснулся, его мама дремала рядом с ним. Он легонько погладил ее по щеке. Он всегда так делал по утрам, если засыпал в ее кровати. Белла проснулась и обняла его, зарывшись в его волосы.

– Ты напугал меня до смерти, – прошептала она. – Я думала, что уже никогда тебя не увижу.

Оливер закашлялся.

– Это тот мужчина. Он сказал, у него есть комиксы и он может мне их отдать. Прости, мамочка.

Белла поцеловала его.

– Ты не виноват. Доктор говорит, кашель у тебя проходит. Я заберу тебя домой, как только тебя отпустят.

– Мужчина был ничего, он меня не обижал. Но женщина мне не нравилась. – Голос охрип. – Она заперла меня и говорила всякие гадости. Сказала, что я тебя больше не увижу.

Оливер заплакал. Он пережил настоящий ужас. Белла знала, что ей просто повезло, что он вернулся. Теперь она о нем позаботится.

– Мы уедем, – сказала она. – Куда-нибудь, где плохие люди нас не потревожат.

Оливер улыбнулся в ответ. Кажется, идея ему понравилась.

– Белла?

Это был Роберт Нолан. Белла посмотрела на него и улыбнулась.

– Как ваш сын? Поправляется?

– Да, но он очень устал. Я буду тут, с ним. Не хочу оставлять его без присмотра.

– Если хотите съездить домой и переодеться, я могу что-нибудь придумать. Снаружи дежурит полицейский, я могу попросить медсестру посидеть с ним.

– Хорошая идея. Я, наверное, выгляжу ужасно. Я не сдвинулась с этого места со вчерашнего дня.

Он улыбнулся.

– Я не это имел в виду. Я уверен, что Оливер здесь вполне в безопасности.

Белла погладила сына по лбу. Он снова заснул.

– Ладно, один час ничего не изменит. Приму душ и переоденусь. Приходил детектив, Бриндл. Он хочет поговорить с Олли, но, боюсь, это его напугает – пережить все это заново… Вы можете что-нибудь сделать?

– Да, я поговорю с ним, попрошу подождать.

Белла улыбнулась.

– Спасибо, Роберт. Я знала, что вы с этим разберетесь.

– Я вас высажу у дома. У меня есть кое-какие дела, так что я позвоню и скажу, когда заеду за вами, чтобы отвезти обратно.

Роберт ей нравился. Внимательный. Если бы все сложилось иначе, он мог бы стать ей хорошим другом.

Они выехали из больницы.

– Полиция все еще ведет расследование, и все еще безуспешно, – сказал Роберт. – Им нужно поднапрячься. Надеюсь, они не слишком полагаются на показания Оливера. Прошло несколько дней, и он болел. Много не вспомнит. Они все еще не допросили вторую сестру, ту, которая его держала.

– Честно говоря, Роберт, мне все равно. Оливер в безопасности, и больше мне ничего не нужно.

Глава двадцать восьмая

Лили спешила к столу Мэтта.

– Я откопала документы на Карла и Дебору Торнли. Проблема в том, что они кажутся абсолютно обычными. Он был партнером в стоматологическом кабинете, а она работала медсестрой. Торнли жили в квартире над кабинетом. Никакой роскоши, но в довольно приятной части города, на выезде из Хаддерсфилда по Галифакс-Роуд. Там в этой части есть несколько больших домов. После смерти опросили тех, кто там работал, но многого они не рассказали.

Мэтт вздохнул. Интересно, но недостаточно. Нужно было узнать как можно больше об этой паре. Им нужно было найти ту неуловимую женщину, которую они знали и которая тоже исчезла.

– Родственники? – спросил он.

– Мать Деборы живет по соседству. Можно поговорить с ней. Она наверняка знает о них больше, чем коллеги.

– Начнем с этого. Отыщи ее номер и договорись о встрече сегодня вечером. Нужно выяснить, как звали ту, из-за которой совершались убийства с красной меткой.

В офис зашел детектив Иэн Беквит.

– Нашли Кору Мейсон.

– Хорошо. У меня к ней серьезный разговор!

– Извините, инспектор Бриндл, я, наверное, неправильно выразился. Ее нашли мертвой. Застрелена в висок, тело брошено в лесу Линфит. Криминалисты уже там, а я собираюсь туда, взглянуть на тело.

Очевидно, кто-то не хотел, чтобы Кора Мейсон заговорила, и убрал ее. Похоже на нашего убийцу.

– Ее сестра в курсе? – спросил Бриндл.

Беквит кивнул.

– Да, убита горем. Она все еще у нас, пришлось вызвать врача. Похоже, она нам не поможет. Понятия не имеет, кто мог такое сделать.

– Все она знает. Горе горем, но нам нужно выяснить имя человека, который привез им мальчика.

Лили положила трубку.

– Мать Деборы, Сара Бакстер, говорит, что мы можем заехать сегодня после обеда. Да, и еще кое-что: двоюродной сестрой Карла Торнли была Анита Верити. – Мэтту, казалось, это ни о чем не говорило. – Ну, знаете, модель. Переехала в Лондон, сделала карьеру. Была во всех газетах, а потом по каким-то причинам, о которых она не распространялась, все бросила и вернулась домой. Пресса долго ее доставала. Наконец напечатали историю о том, что она в депрессии после разрыва с каким-то футболистом. После этого стала жить как отшельница. Сара Бакстер рассказала мне об этом, потому что решила, что я из-за этого звоню. Думала, мы ее нашли. По-видимому, Анита и Карл были близки. Сара Бакстер переживает, что Анита не в курсе смерти Карла. Она не приехала на похороны и не выходила на связь.

Отшельница! Это бы идеально подошло под типаж их убийцы.

– У нас есть фото? – спросил Мэтт.

– Найду. Это будет нетрудно. – Лили погуглила фото Аниты Верити и отправила изображение на принтер. – Сэр, вы только взгляните. В точности типаж нашего убийцы.

Мэтт взял у нее фото. На нем была еще одна симпатичная блондинка, точь в точь как Кэролайн и Белла.

* * *

Белла приняла душ, переоделась и села перекусить, когда позвонили в дверь. Она ждала Роберта, думала, он заедет за ней и отвезет обратно в больницу. Но это был Джоуэл Доу-сон.

– Я должен был тебя увидеть. Убедиться, что ты в порядке.

Он выглядел взволнованным. Жиденькая борода была сбрита, и лицо его выглядело бледным и худым. Белла улыбнулась ему.

– Олли жив и здоров, и теперь я в порядке, Джоуэл. Как раз собираюсь обратно в больницу, посидеть с ним. Роберт меня заберет. Вообще, когда ты позвонил, я подумала, это он приехал.

– Он тебе не нужен. Давай я тебя отвезу.

– Его не затруднит. Да и у тебя работа.

– Я взял пару дней отгула. Не мог справиться, Белла. Увидел газеты и слишком разволновался за тебя.

Белла заговорила твердым голосом:

– Не нужно бросать работу из-за меня. Ты же знаешь, какие они. Слишком много отгулов, и они найдут способ от тебя избавиться.

Джоуэл покачал головой, словно отряхиваясь от ее слов.

– Ты не задумывалась о том, что происходит? Ты понимаешь, что ты в центре чего-то страшного? Сначала Алан, теперь твой сын. В газете написали, что женщина, недавно найденная мертвой, была твоей тетей. Белла, я с ума схожу. Я боюсь, что теперь убийца придет за тобой. В газетах предполагают, что за этим стоит твой бывший муж. Считает, что ты в ответе за то, что его посадили, и жаждет мести. Ты в большой опасности. Я не понимаю, почему полицейские ничего не делают. Могли бы хотя бы приставить к тебе охрану. Кто-то должен дежурить у твоей двери. Я не выдержу, если с тобой что-то случится. Мне кажется, ты не понимаешь, насколько ты для меня важна.

Сердце Беллы оборвалось. Неужели опять это. Она знала, что нравится Джоуэлу, и он нравился ей, но иначе. Лучше уж высказаться начистоту.

– Послушай, Джоуэл, не нужно слишком привязываться ко мне. Я не в такой уж опасности, как тебе кажется. За всем этим стоит не мой бывший, но ради безопасности я планирую уехать из этих мест. Поеду куда-нибудь, где он так просто меня не найдет. Так что я здесь надолго не задержусь.

Джоуэл был в ужасе.

– Ты опять сбежишь. Я знаю, от чего ты прячешься. Я хочу помочь. Вам с Олли не нужно уезжать. Вы можете переехать ко мне. У меня вы оба будете в безопасности.

Белла покачала головой.

– Нет! Не получится. Мне нужно исчезнуть. Я должна думать о нашей безопасности, о себе и Олли. Да и вообще, никто теперь не захочет со мной знаться. Я жена осужденного убийцы, Джоуэл. Мне лучше начать все сначала.

– Я надеялся, у нас есть будущее, совместное. Ты же наверняка знаешь о моих чувствах.

Белла вздохнула. Ситуация выходила из-под контроля.

– Нет, Джоуэл. Ты должен забыть меня. Возвращайся к работе и выбрось меня из головы.

У нее завибрировал телефон.

– Наверное, Роберт мне пишет. Он за мной заедет.

– Я могу тебя забрать. Я отвезу тебя, куда захочешь. Избавься от него. Я приеду в больницу и побуду с вами обоими. Роберт тебе не нужен.

Белла покачала головой.

– Ты не можешь так говорить, это неправда. Роберт – хороший человек. Он мне здорово помог. Пожалуйста, Джоуэл, просто уходи и оставь меня в покое.

Джоуэл отвернулся.

– Мне не нравится этот хмырь. Есть в нем что-то странное.

– Да что ты, Джоуэл! Кто бы говорил! – Белла начала терять терпение. Она мало спала, и настойчивость Джоуэла ее утомила. Почему он просто не оставит ее в покое?

Он подошел ближе.

– Что ты имеешь в виду? Я не странный. Я твой друг. Я беспокоюсь о тебе. Я просто пытаюсь за тобой приглядывать.

– Ты наблюдаешь за мной. Вечно где-то маячишь на заднем плане, шпионишь. Как я ни обернусь, ты тут. Как только я расслаблюсь, ты опять здесь. Это не Роберт странный, а ты, Джоуэл. От тебя мурашки по коже. Я давно так думаю, и не я одна. Пожалуйста, уходи. Ты мне не нужен!

Последние слова Белла прокричала. Джоуэл был в шоке. Но ей нужно было это сказать. Роберт мог ей помочь. Он знал Алана, он вступился за нее, когда ей нужна была поддержка. Джоуэл был терпим в небольших количествах, но его нужно было держать на расстоянии вытянутой руки.

Он стоял очень прямо и смотрел ей в глаза. Белла сделала шаг назад.

– Если ты этого хочешь, я уйду. Но ты пожалеешь об этом, Белла. Очень скоро ты пожалеешь об этих словах. Пожалеешь о том, как обошлась со мной.

Глава двадцать девятая

Они припарковались перед большим домом из камня.

Мэтт кивком указал на знак на воротах:

– Стоматологический кабинет все еще работает.

– Наверное, им управляет партнер Карла Торнли, – сказала Лили. – Его тогда допрашивали. Не много рассказал. Насколько он был в курсе, проблем у Торнли не было. Счастливый брак, никаких долгов.

Мэтт нахмурился.

– Так за кем же из друзей Торнли на самом деле охотился наш убийца?

– Мать Деборы живет в доме вон там. Может, она что-то знает, что нам поможет.

– Ладно, давай разберемся с этим. Терпеть не могу вытаскивать на поверхность такие вещи. Бедная женщина, может, только-только начала приходить в себя, а тут явимся мы и опять все всколыхнем.

– Когда я разговаривала с ней по телефону, мне показалось, что с ней все в порядке.

Мэтт не был в этом уверен. Она могла создать какое угодно впечатление, но она потеряла дочь, и убийца все еще гуляет на свободе. Едва ли она в порядке.

Саре Бакстер было немного за пятьдесят, она была высокая, с короткими темными волосами.

Мэтт представился.

– Мне жаль вас тревожить, миссис Бакстер. Мы хотели бы поговорить с вами о Деборе и Карле.

Сара Бакстер открыла дверь.

– Я не уверена, что могу рассказать что-то новое. Карл был стоматологом, а Деб – его медсестрой. Прибыльный бизнес, они разъезжали на новых машинах, катались в отпуска за границу. У них не было врагов. Обычные люди. Почему вы приехали сейчас? Что-то случилось?

– Дело все еще открыто, миссис Бакстер, – объяснил Мэтт. – Мы рассматриваем его под новым углом.

– Они часто виделись с Анитой Верити? – спросила Лили.

– Она была двоюродной сестрой Карла. Жила тут неподалеку. Красивая девушка, но беспокойная, знаете таких. Все время на диете, вечно недостаточно худая. Потом появились страшилки в прессе. У Аниты был роман с футболистом премьер-лиги. Он ее бросил, и Аниту это просто подорвало. Какое-то время она как-то даже слишком липла к Карлу и Деб. А потом пропала. – Она вздохнула и покачала головой. – Мне от этого хочется плакать. Так жаль. Не только мою Деб и Карла, но и эту Аниту, как она распорядилась своими возможностями. Она ведь была умной девушкой. Несколько лет в университете изучала право. Проводила часы в суде Хаддерсфилда. Я очень удивилась, когда Деб сказала, что она решила пойти в модели. – Сара Бакстер достала платок и промокнула глаза. – А что? Анита как-то связана с убийством Карла и Деб? Полицейские, которые приходили раньше, никогда о ней не спрашивали.

– Мы расследуем несколько новых зацепок, миссис Бакстер. Мы знаем, что наш убийца в ответе за несколько смертей, и Карл с Деборой в их числе. Но не только они. Были и другие, о которых мы ничего не знаем.

– Вряд ли это возможно. Нашли бы их тела, или кто-нибудь заявил бы о пропаже, – ответила она озадаченно.

– Для этого нужны люди, близкие к ним, кто бы заметил их пропажу. Конечно, это очень рискованная стратегия для убийцы. Но он пошел на риск. Мы мало что о нем знаем. Возможно, убийство родных и близких его настоящей цели было лишь частью какого-то безумного ритуала, – объяснил Мэтт. – Мы имеем дело с серийным убийцей. Причины, по которым он совершает преступления, могут быть неоднозначными.

– И вы думаете, она могла бы помочь – Анита?

Мэтт кивнул.

– Вообще, у меня был ее адрес. Я отправляла ей открытки на Рождество. Подождите минутку, я посмотрю, может, найду.

Она ушла в соседнюю комнату и вернулась с адресной книгой.

– Вот, пожалуйста. Адрес ее квартиры в Манчестере. До болезни она работала там в модельном агентстве.

– Спасибо, миссис Бакстер, вы нам очень помогли.

* * *

Они шли через парковку полицейского участка. Лили зевнула.

– Я умоталась.

Мэтт улыбнулся.

– Ты заметила? Она упомянула суд в Хаддерсфилде. Анита изучала право и бывала в местах для публики, а Каролайн выступала там в качестве присяжной.

Лили на мгновение замерла, обдумывая.

– Роберт Нолан – адвокат. Он наверняка работает там и где-нибудь еще. Он мог видеть Беллу раньше и рассказать об этом.

– Нельзя это не учитывать. Посмотрим, что нашел Карлайл, и хватит на сегодня. Завтра будем разбираться с информацией о здании суда.

Когда они зашли в помещение для улик, Беквит занимался доской с уликами.

– Вы были правы. Похоже, и Крослэнд, и Ферт знали Каролайн Шелдон. Начальник хочет провести сегодня еще один брифинг перед уходом.

Лили тяжело вздохнула.

– Вам нужно куда-то идти? – спросил Мэтт.

Лили посмотрела с насмешливым удивлением.

– Хотите сказать, есть ли у меня жизнь за пределами участка? По четвергам да, как оказывается. Я играю в команде по дартсу в пабах. Скоро будет крупный матч, и мы тренируемся.

– И как успехи?

– Пройдем, если повезет. Парень по имени Грег – наша звезда. Когда он в настроении, это все, что нам нужно.

Мэтт улыбнулся.

– Может, я как-нибудь загляну и посмотрю на вас.

– Пожалуйста, не надо, это меня собьет. Хватит того, что Грег вечно отпускает дурацкие комментарии. Думает, я ни на что не способна. Но я собрала эту команду, так что не так уж я и плоха.

– Может, он завидует. Не обращай внимания. Грег – капитан команды?

– Да, и если вам интересно, он еще и мой парень.

Мэтт улыбнулся про себя. Он не заметил кольца на пальце Лили и не спрашивал. Отношения становятся намного проблематичнее, когда на тебе шляпа детектива. Работа оставляет мало времени на все остальное. Но хорошо, что у нее был кто-то в ее жизни – ведь и родителей у нее нет.

– А у вас кто-то есть, сэр?

Он снова улыбнулся.

– Помимо мамы, хочешь сказать?

Лили хлопнула себя по губам, издевательски изобразив сожаление.

– Извините, не нужно было спрашивать. Слишком любопытная, блин, вот моя проблема.

– Все нормально, ответ – нет. Никого нет. И давно не было.

Раздался оглушающий голос Дайсона:

– Ну ладно, народ! Давайте разберемся с этим.

Команда собралась в основном кабинете перед доской. Карлайл поглядывал на часы на стене. Выглядел раздраженным. Конечно, ему хотелось покончить с этим как можно скорее. Беквит, напротив, был поглощен какими-то документами. Он выглядел более сосредоточенным, чем за все последнее время. Может, из него все-таки и получился бы хороший детектив.

– Детектив инспектор Бриндл. Что у вас?

– Мы расследуем линию, подсказанную нам матерью Деборы Торнли, сэр. Нашей неизвестной жертвой может быть Анита Верити, когда-то была моделью, потом вела уединенный образ жизни из-за эмоциональных проблем. У нас также есть связь с судом Хаддерсфилда, но тут еще необходимо провести расследование. Возможно, что убийца там находил своих жертв.

– Хорошо. Вы уже поговорили с малышом Ричардсом?

– Нет. Когда мы приехали, он спал. Завтра поговорю. Его мать сказала, что во сне он говорил о мужчине с татуировками. Кстати – наш убийца мог использовать накладные татуировки, чтобы провести нас. Начальник Кэролайн Шелдон говорит, что у мужчины, с которым она встречалась, татуировок не было. А это не сходится с описанием Оливера и парня из газетного киоска.

– Инспектор Карлайл, что у вас есть для нас?

Карлайл кивнул Беквиту, тот встал.

– Соня Крослэнд была парикмахером. Работала в салоне в центре Хаддерсфилда. По словам коллег, она действительно знала Кэролайн. Они дружили в школе и потом снова встретились спустя несколько лет, незадолго до того, как Кэролайн пропала. Они довольно часто виделись. Кэролайн регулярно стриглась в этом салоне, и они ходили вместе гулять. До того, как Кэролайн встретила этого Дуга, о котором узнал инспектор Бриндл, они ходили вдвоем на спид-дейтинг в какой-то паб в городе.

– Вы не знаете, познакомилась ли она с Дугом там? – спросил Бриндл.

Беквит пожал плечами.

– Коллеги не в курсе. Оскар Ферт был студентом Хаддерсфилдского университета. Я поговорил с несколькими его друзьями – никто из них не слышал о Кэролайн. Но его куратор сказал, что Оскар ее знал. Он ремонтировал для нее старенький «Мини Купер» в свободное время.

Дайсон кивнул.

– Отлично. Теперь мы знаем, что все три жертвы с зелеными отметками знали Кэролайн Шелдон. Никто не заявил о ее пропаже. Тело не было найдено. Так что большой вопрос: она мертва или просто сбежала?

– Был ложный след, сэр, – напомнил ему Мэтт. – Никакой работы в Глазго у нее не было. Мы проверим информацию по Аните Верити утром. Если ее тоже не получится найти, то будут веские основания предполагать, что наш убийца похитил этих женщин.

Дайсон молчал, видимо обдумывая услышанное.

– И если это так, – продолжил Мэтт, – то вероятно, что Белла в большой опасности. Учитывая, что случилось недавно со всеми, кто был к ней близок, я предполагаю, что она – следующая цель убийцы. За ней приглядывает офицер, но достаточно ли этого? Может, стоит установить за ней наблюдение?

Дайсон покачал головой:

– Если Белла Ричардс – его третья жертва, то это ошибка с его стороны. Белла находится под особой защитой, о которой он ничего не знает. Мы можем быть уверены, что ее контактное лицо за ней следит. Кроме того, с тех пор как ее сына нашли, она проводит большую часть времени в больнице. Там у нас дежурят офицеры.

– В доме кто-нибудь есть, сэр? – спросил Беквит.

Дайсон оглядел команду.

– Не думаю, что убийца пойдет на такой риск. Если она исчезнет, шум поднимется до небес. Тут наш парень совершенно облажался. Кроме того, Белла привлекла внимание к себе из-за истории с Чокером. Теперь ее все знают, вокруг нее люди. Больше у мисс Ричардс спокойной жизни не будет.

– Нам нужно самим позаботиться о ее безопасности, сэр, – сказал ему Мэтт. – Специалисты из защиты свидетелей хороши, но нам же не нужны проблемы? Если там сейчас никого нет, нужно кого-нибудь к ней приставить.

Дайсон кивнул Мэтту:

– Позвони ей и объясни. Скажи, чтобы не высовывалась, пока к ней не прибудет кто-то из наших.

Глава тридцатая

Это был долгий день. Мэтт устал, но ему придавал сил тот факт, что они продвигались вперед. Когда он вышел из участка, было темно. Только он собрался сесть в машину, как из темноты послышался женский голос:

– Привет!

Он обернулся. Голос был мягкий, бархатистый, с небольшой хрипотцой. Он узнал бы его где угодно.

– Мелисса!

– Ты не звонил, не писал. Я достаточно долго ждала, Бриндл. И вот я здесь.

Она вышла на свет. Ее светлые волосы были собраны в конский хвост. На ней была мешковатая, несколько поношенная куртка, джинсы и футболка. Она стояла, наклонив голову в сторону, и чуть заметно улыбалась. Похоже, она не была уверена, рад ли он ее видеть.

Она подошла ближе.

– Ну, ты обнимешь меня или как?

Мэтт не сдвинулся с места. Он словно одеревенел. Уж ее он точно не ожидал увидеть. Между ними все было кончено. Он достаточно ясно все объяснил полгода назад. Она что, не поняла, что он написал?

– Что ты здесь делаешь, Мэл? Почему сначала не позвонила?

– Только что сказала – звонила, то и дело звонила на протяжении недель, без ответа.

– Зря ты приехала. Ты же знаешь, что произошло. Я достаточно прямо объяснился. Я был в раздрае, физически и морально. Не хотел тебя в это втягивать. Лучше разойтись по-хорошему.

Он посмотрел в ее синие глаза и встретился с холодным взглядом. Ему всегда казалось, что она смотрит на него оценивающе и видит всего насквозь.

Она покачала головой:

– Разве это не мне было решать? Я вообще не имею права голоса? Мое мнение ничего не стоит, да? Я думала, у нас были отношения, что мы любили друг друга. Думаешь, наши отношения были настолько ненадежны, что я бы бросила тебя после травмы? Ни за что. Я бы помогла тебе поправиться.

Мэтт развел руками:

– Ты бы чувствовала себя обремененной. Я этого не хотел. В любом случае я был ужасным пациентом. Предоставил уход матери. Несмотря на всю ее жеманность, она стреляный воробей и выдержала все мои жалобы.

Она рассмеялась.

– Хотела бы я на это посмотреть!

– Перестань, Мэл. Я многим ей обязан. Сомневаюсь, что я бы справился без нее. Ты была у нас?

– Нет, зачем. Вряд ли бы твоя мама уделила мне время. Ты же помнишь, как все было. Я ее только раздражала. Помещица из меня никакая. – Она отвела взгляд, покачав головой. – Я узнала из газет о деле, над которым ты работаешь, и решила, что здесь у меня больше шансов тебя застать.

Было время, когда Мелисса Гиббс была любовью всей его жизни. Если бы все обернулось иначе, он бы на ней женился. Конец этому положил тот несчастный случай, а не его мать. Это решение принесло ему едва ли не столько же боли, сколько та граната.

– Тебе лучше без меня, Мэл. Никому от меня не будет проку теперь. Я изменился. Я могу выполнять свою работу, но…

Мелисса повернулась к нему, уперев руки в бедра.

– Чертова работа! Вернуться на работу, отдавать всего себя, чтобы быть чертовым хорошим детективом, и похоронить все, что у нас было!

– Я это делаю для тебя.

– Вот и нет. Ты выбираешь легкий путь. Я думала, ты лучше, Мэтт Бриндл. Лежал все это время лапками кверху, беспомощный. И твоя мать до тебя достучалась, да? Рассказывала снова и снова, почему я для тебя не хороша. Как я опозорю имя Бриндлов, если ты увлечешься слишком сильно!

– Нет! Это было исключительно мое решение. Может показаться эгоистичным, но я не могу иначе. И сейчас мне не лучше. Сам я с собой справляюсь, но не могу ожидать того же от кого-то еще.

– А твоя мать?

– Она подписалась на это, родив меня. – Мэтт грустно улыбнулся и открыл дверь машины.

– Ты встречаешься с кем-то еще?

– Нет. Это бессмысленно. Брось это, Мэл. Тебе лучше без меня.

– Ну, видеться мы будем. Боюсь, тебе этого не избежать.

– Почему? Что ты сделала?

– Мне надоела жизнь в Лондоне, и я решила вернуться домой. В Хаддерсфилде была вакансия социального работника. Я подала резюме и получила место. И вот я здесь. – Она улыбнулась ему, большие синие глаза сияли, во взгляде читался вызов. – Пока не разберусь, что к чему, буду работать в команде экстренного реагирования.

Глава тридцать первая

День 16

У Беллы кружилась голова, она была близка к обмороку. Она понятия не имела, что произошло, только смутно помнила, что кто-то с ней разговаривал, – и все. Она даже не могла вспомнить, кто это был. Придя в сознание, Белла поняла, что сидит в темном и тесном месте. Накатывала паника. Она судорожно пыталась понять, где находится. Она не могла толком ни вытянуть ноги, ни пошевелить руками. Щиколотки и запястья были туго связаны, во рту кляп. Руки были связаны за спиной, но она ухитрилась достать пальцами до стены, которая была с одной стороны от нее. Стена была твердая, как будто оштукатуренная. Пол был деревянный, возможно паркет. Где она и как долго она здесь? Чувства обострились от страха и адреналина. Она отчаянно пыталась стащить веревку с запястий. Но без помощи ей было не сбежать. От этой мысли у нее все внутри свернулось. Кем бы ни был похититель, он сделал ее совершенно беспомощной и запер в чулане.

Белла попыталась кричать, но кляп был слишком тугой, она издала лишь сдавленный стон. Корчась в темноте, она ударилась обо что-то твердое. Она потихоньку подняла правое колено и стукнула ногой об пол. Если кто-то был поблизости, ее бы услышали. Она застонала. Дурочка! Никто не придет. Ее отвезли куда-то, где никто не найдет. В горле удушающе поднялась желчь. Все-таки они победили. Это был конец.

* * *

Мэтт позвонил Лили и предложил встретиться в больнице. Они должны были поговорить с Оливером Ричардсом и продолжить поиски Аниты Верити. У них был адрес ее квартиры в Манчестере, так что начать можно было с него.

Когда он зашел в палату Оливера, Лили уже была там и ждала его.

– Беллы нет. Это проблема, потому что Оливера могут выписать сегодня утром. Этот адвокат, Нолан, приехал минут десять назад. Он был у нее, там ее тоже нет. Вчера вечером они договаривались, что он заедет за ней сегодня утром, привезет ее сюда, а потом отвезет их с мальчиком домой.

– Я говорил с ней вчера вечером и сказал, что мы отправим к ней офицера. Она пообещала никуда не ходить, пока он не приедет.

– Думаю, Беквит должен был это организовать, но я ничего не слышала.

– Элисон Рэй была в доме? – Мэтт начинал беспокоиться.

– Нолан сказал, не было, я позвонила ей на сотовый, чтобы удостовериться. Элисон не оставалась вчера на ночь. Она теперь там только днем. В последний раз она видела Беллу вчера после обеда.

Мэтт достал телефон и позвонил Белле сам. Гудки.

– Если она вскоре не объявится, у нас могут быть проблемы. Где Нолан?

– Присматривает за Оливером.

Затем Мэтт позвонил Беквиту:

– Вы же отправили кого-то к Белле вчера вечером? Мы не можем ее найти.

– Этим занимались патрульные, – ответил он. – Кто-то должен был туда приехать в течение часа после того, как мы это обсудили.

Судя по всему, что-то пошло не так.

– Выясните, кто этим занимался и видели ли они ее. Потом сразу же сообщите мне.

Они зашли в палату. Оливер Ричардс сидел на кровати, одетый, с собранными вещами. Нолан разговаривал с медсестрой.

Мэтт ему улыбнулся:

– Привет, Оливер. Мы можем поболтать, пока ждем твою маму?

Нолан поднял руку:

– Может, лучше еще подождать? Его мать должна при этом присутствовать.

– Вы адвокат Беллы, может, вы будете вместо нее? – предложил Мэтт. – Я только хочу спросить мальчика о том дне.

Оливер заинтересовался:

– Вы полицейский?

Мэтт кивнул:

– Да, но ты не беспокойся. Мы хотим поймать того злого мужчину.

– Он не был со мной злым. Он хотел отдать мне комиксы. – Оливер опустил взгляд. – Но я не должен был садиться в его машину. Мамочка говорит, чтобы я так больше не делал. Но он казался хорошим.

– Ты помнишь, куда он тебя отвез?

– Нет. Мне кажется, я заснул.

Мэтт взглянул на Лили.

– Он дал тебе попить, Оливер? – спросила она.

– Да, кажется, колу. А потом я не помню. Я проснулся в темной комнате. Там была женщина, и она была злая. В комнате было холодно, она меня плохо кормила. Другая женщина была намного добрее.

– Ты помнишь что-нибудь еще о том мужчине? – спросила Лили.

– У него на руках были большие татуировки. Одна с драконом. Я ему сказал, что у меня тоже будет татуировка, когда я вырасту.

Мэтт улыбнулся:

– Спасибо, Оливер. Если вспомнишь что-нибудь еще и захочешь поговорить с нами, скажи маме.

Нолан посмотрел на часы:

– Белла, наверное, опаздывает. Видимо, она не так поняла меня вчера вечером, когда я сказал, что заеду. Неудивительно. Она была очень уставшей.

– Если она объявится или свяжется с вами, сразу же мне сообщите, – сказал Мэтт Нолану.

В коридоре Мэтт позвонил в участок, чтобы поторопить констебля Беквита. К отсутствию Беллы нужно было отнестись серьезно.

– Что произошло вчера вечером?

– Задачу поручили паре констеблей на патрульной машине. Они сразу же с ней поговорили. Но вскоре им сообщили о происшествии из паба за углом. Кто-то пытался его ограбить. Замахивался на посетителей бейсбольной битой. Наша команда была ближе всех, они были вынуждены принять вызов. И все равно двое там получили травмы, опасные для жизни, у одного пострадавшего сломана рука.

– Этим утром Белла куда-то пропала. Поезжайте к дому. Расспросите соседей, стучите в дома, выясните, когда они в последний раз ее видели. Возможно, она села на автобус или взяла такси до больницы. Если так, то Белла ждала бы машину на Хай-Стрит. Спросите у продавцов в магазинах, не видели ли они ее. Сообщите мне, что узнаете.

– Вы обеспокоены, сэр.

– Да, Лили. Белла знала, что Оливера сегодня утром выпишут. Она бы ни за что этого не пропустила.

– А татуировки – сначала они у него есть, потом нет. Он дурачит нас, да?

– И, возможно, не только этим.

– Мы все еще собираемся в Манчестер?

– Да. Несмотря ни на что, нам все-таки нужно выяснить, что случилось с Анитой Верити.

* * *

Движение на М62, как всегда, было затруднено. Простояв в огромных пробках, они наконец добрались до автострады Манканиан-Вэй и направились в пригород Халм.

Лили осмотрелась.

– Не самое подходящее место для топ-модели. Сплошные многоэтажки и бетон.

– Модель, которой не повезло и которая прячется от всех. Не так уж плохо. Тут много чего перестраивают. И вид в сторону центра неплох. Где этот дом? Судя по навигатору, мы при-ехали.

Они были на большой парковке в центре полукруга из многоквартирных домов.

Лили указала:

– Вот он. Дом Кросби. Анита жила в 80-й квартире. Спорим, это на самом верху?

Они посмотрели наверх.

– Если не найдем ее, расспросим соседей.

В доме недавно был ремонт, и лифт работал. Свежая краска на стенах, цветы на подоконниках.

– Похоже, тут кто-то все-таки живет. – Мэтт нажал на звонок у двери с номером восемьдесят.

Но женщина, открывшая дверь, была явно не Анита Верити. Немолодая, азиатской внешности.

– Я инспектор Бриндл, а это констебль Хейнс. Мы из полиции Восточно-Пеннинского региона. Ищем эту женщину. – Мэтт и Лили показали свои значки, затем Лили показала ей фото.

Женщина покачала головой.

– Я ее не знаю.

– Вы давно здесь живете?

– Два года. Квартира какое-то время пустовала, как мне сказали. Ее отремонтировали, и я переехала сюда. Моя соседка из восемьдесят шестой живет здесь уже давно. Может, она знала ту женщину. Спросите ее. Обычно она знает все, что тут происходит.

Мэтт поблагодарил ее, и они пошли по коридору.

– Скрестим пальцы.

Он постучал в дверь.

Женщину звали Гейл Проссер. Казалось, она была рада поболтать.

– Знаете, я тогда говорила, что это ненормально. Да и он странный тип. Все время названивал, ночью и днем. А шум! Играл свою музыку так, что мертвый бы проснулся.

– Это был друг Аниты?

– Любовь всей ее жизни, по его словам. Правда, от Аниты я никогда этого не слышала. Мне казалось, что он ее чем-то удерживал.

Мэтт с Лили обменялись взглядами.

– Он командовал ею? Не давал гулять, встречаться с друзьями, или в чем это проявлялось? – спросила Лили.

– Ну, ему точно не нравилось, когда она с кем-то болтала. Вечно встревал, когда видел, что мы общаемся в коридоре. Хватал ее за руку и утаскивал, насильно.

– Когда вы в последний раз ее видели? – спросила Лили.

– Да, вот что странно. Я даже не поняла, что она пропала. Просто стало намного тише, но я не придавала этому значения. Помню, было Рождество. Я заскочила с открыткой, но никто не ответил. Подождала до Нового года, позвонила еще раз. Заглянула в почтовый ящик и увидела, что он битком набит. Вряд ли она уехала в отпуск. Она и на улицу-то редко выходила. Вся на нервах, знаете. В конце концов я позвонила в совет. Кто-то пришел и очистил квартиру. Сказали, что она смылась. Не платила аренду месяцами.

– Она выходила на связь? Звонки, открытки? Может, ее видели на людях? – спросил Мэтт.

– Нет. Она словно испарилась.

– Ее кто-нибудь искал, кроме нас?

– Нет, и это меня тоже удивило. У нее был двоюродный брат в районе Хаддерсфилда. Приезжали сюда с женой, когда она только въехала. Но как только она связалась с этим типом, перестали.

– Вы помните, как его звали?

– Какой-то Дуг вроде. Не помню, слышала ли я вообще его фамилию.

Лили достала из кармана фото мужчины с татуировками и показала женщине.

– Это он?

– Нет! Вообще не похож. Во-первых, у него не было татуировок и волосы были короткие. Вообще-то, он был довольно симпатичный, надо сказать. Не забывайте, все-таки Анита была моделью, и успешной, в свое время.

Они пошли обратно к машине.

– Что думаете? – спросила Лили.

– Интуиция подсказывает, что мы правы. Мы не нашли никаких следов Кэролайн или Аниты. У обеих было мало близких. Обе точь-в-точь похожи на Беллу Ричардс. Все, с кем мы говорили, дают похожие описания этого Дуга. Думаю, наш убийца похитил тех двоих, а теперь нацелился на Беллу. Она идеально подходит под его характеристики.

Глава тридцать вторая

На дорогах все еще были пробки, так что обратно до участка они добирались почти час.

В участке их встретил Дайсон:

– У нас проблема. Вы поручили Беквиту разузнать местоположение Беллы Ричардс. Похоже, она исчезла. Пропала. Никто не знает, где она.

Мэтт боялся, что так оно и есть.

– Чертова охранника вызвали на дело. Всего на полчаса, но этого хватило. Он расспросил соседей, как я велел?

Дайсон кивнул:

– Да, но это ничего не дало. Хотя один сосед сказал, что прошлой ночью вокруг дома крутился тот ее коллега.

– Джоуэл Доусон?

– Да. Я отправил за ним Карлайла. Похоже, он был последним, кто ее видел. Еще я отправил криминалистов обыскать ее дом. – Дайсон покачал головой. – Ты был прав, Мэтт. Надо было установить за ней наблюдение.

– А что с ее сыном? – спросил Мэтт. – Когда мы уехали, мальчик был в больнице, готов к выписке.

– За ним пока приглядывает медсестра. Тот адвокат еще там. Он просил переговорить с тобой.

– Ладно, поедем туда. Когда привезут Доусона, я бы хотел пообщаться с ним сам.

– Не переживай, его пока не выпустят. – Дайсон ушел, грустно покачивая головой.

Лили посмотрела на Мэтта.

– Думаете, ее похитили, да?

– Все это невесело, как думаешь? Нам нужно подробно разузнать, куда Белла ходила вчера после обеда и кто с ней разговаривал.

– А Джоуэл Доусон? Странный тип, вам не кажется?

– Я видел его на похоронах Фишера. Мне кажется, выглядит он более странным, чем есть на самом деле. Хотя ему нравится Белла, и он этого не скрывает.

* * *

Когда детективы приехали в больницу, Нолан ходил туда-сюда по коридору.

– Вы знаете, что происходит? Никаких новостей от Беллы со вчерашнего вечера. Уже почти сутки прошли, я волнуюсь. Это на нее совсем не похоже.

– Мы пытаемся это выяснить, – сказал Мэтт. – Скажите мне точно, когда вы в последний раз говорили с ней и о чем.

– Я отвез ее домой вчера около пяти часов, чтобы она могла освежиться. Она должна была позвонить мне, когда соберется возвращаться. Я написал ей около шести. Она ответила, чтобы я не приезжал, что ее подвезет сюда кто-то другой.

– Она сказала кто?

– Нет, но догадаться нетрудно. Наверняка этот парень, Доусон. Он вечно вьется вокруг, но Белле это тоже не нравилось. Он ее нервировал. Ее раздражала его прилипчивость.

– У вас сохранилось сообщение? – спросил Мэтт.

Нолан пролистал сообщения на телефоне и показал ему. Сообщение короткое, но правдоподобное, Белла заверяла, что она в порядке, что Роберт сделал достаточно на сегодня. Ее подвезет другой друг. Имя не называлось.

– Что вы собираетесь делать с Оливером? – спросил Роберт.

– Я о нем позабочусь.

Они все развернулись и увидели женщину, которая произнесла эти слова. Она размашисто шагала к ним по коридору, показывая удостоверение.

– Мелисса Гиббс, социальный работник, экстренная служба Хаддерсфилда. Я позабочусь о мальчике и найду ему временное жилье.

Мэтт был поражен. Он не ожидал увидеть ее снова так скоро, и уж точно не в связи с делом. Мелисса ничем не выдала, что знает его.

– Я нашла ему место у временных опекунов. Они живут в Марсдене, так что если его мать вернется, сможем быстро со всем разобраться.

– Мэл, мне кажется, ты не понимаешь. – Мэтт неосознанно назвал ее по имени, и остальные посмотрели на него с удивлением. – Оливер болен. Его похитили, держали вдали от матери несколько дней. Он травмирован, ему нужен особый уход. Кроме того, его должны охранять ночью и днем, пока дело не будет раскрыто.

– Мы в курсе. Нас полностью проинформировали. Но мы должны делать так, как лучше для ребенка, и сейчас ему нужно покинуть это место. Его разместят у отзывчивых людей, которые о нем позаботятся.

Лили переводила взгляд с одного на другого.

– Ему нужна его мама.

– Ну так ее тут вроде нет, – ответила Мэл.

Лили повернулась к ней:

– Мы считаем, ее тоже похитили. Она в опасности. Она не плохая мать. Оливера никто не бросал.

– Я не могу высказываться о ее родительских способностях, – Мэл была непоколебима. – И разве она не находится под защитой полиции?

– Да, но все пошло не так. В итоге Беллу похитили. Можно мне поговорить с мальчиком? – спросил Мэтт. – Спросить, вспомнил ли он что-нибудь еще?

– Плохая идея. Он еще не совсем пришел в себя. Через день или два, Мэтт, когда он устроится на новом месте. – Мелисса вручила Мэтту свою визитку. – Держите меня в курсе. Когда найдете его мать, сразу же мне позвоните.

Они стояли и наблюдали, как она шагает в сторону палаты Оливера. Лили подтолкнула Мэтта локтем.

– Чертовы соцработники. Невыносимые, да? Мне показалось, вы ее знаете. Не только потому, что вы обращались друг к другу по имени, но еще я кое-что почувствовала между вами. У меня на это нюх.

Мэтт уныло ухмыльнулся.

– Я действительно знаю ее, точнее, знал. А то «кое-что», на что ты намекаешь, давно в прошлом.

Лили улыбнулась.

– Бывшая. Никогда бы не подумала, что она в вашем вкусе.

– Мэл сегодня в рабочем режиме. Обычно она не такая несносная.

Они совсем забыли про Нолана.

– Я тоже пойду, – сказал он теперь. – Кажется, здесь все под контролем. Дайте мне знать, если выясните что-нибудь о местонахождении Беллы.

Лили все еще наблюдала за тем, как уходит Мэл.

– Может, она и говорит как соцработник, но не выглядит. Джинсы и худи? Слишком повседневно. И у нее на запястье татуировка.

Мэтт улыбнулся.

– Сердечко. Не имеет ко мне никакого отношения. Что-то из ее прошлого, когда я еще даже не был с ней знаком.

Они пошли обратно по коридору. У Лили завибрировал телефон. Сообщение от Беквита. Мэри Мейсон стало плохо во время разговора с ним и Карлайлом. Медики, прибывшие в участок, думают, это сердечный приступ. Она показала сообщение Мэтту.

Он вздохнул.

– Отлично! Еще один чертов свидетель, с которым мы не сможем поговорить.

* * *

Белла открыла глаза. Она спала? Была без сознания? Она усиленно пыталась вспомнить. Она была связана, в тесном помещении, но теперь руки и ноги были свободны, кляпа не было. Сквозь полуоткрытую дверь пробивался луч солнечного света. Она поморгала. Это правда? Или часть какой-то галлюцинации? Она видела улицу! Ничто не удерживало ее от побега. Белла повернула голову и поняла, что лежит на скамье, укрытая одеялом. Голова все еще кружилась. Получится ли встать?

Белла поднялась на локтях. Комната была без окон, холодная и темная, освещаемая лишь полоской света из дверного прохода. Но, что важнее, тут, похоже, никого не было. Белла стянула с себя одеяло и соскользнула со скамьи. Поставила ноги на пол и поняла, что она босая. Руки и ноги болели, голова тоже, но она должна была попытаться. Она стала медленно продвигаться к свободе, едва осмеливаясь дышать.

– Нет, моя милая, не стоит.

Знакомый голос. Он принадлежал человеку, которому она доверяла. Белла обернулась. На какой-то чудесный миг ей показалось, что он пришел спасти ее. Но потом она посмотрела на него. Он ликовал. Он сидел в кресле, наполовину укрывшись в тени. Неужели он был здесь все это время? Наблюдал за ней? Белла уставилась на него в ужасе. Как этому человеку удалось так втереться ей в доверие?

Она обрела голос и закричала на него:

– Ты! Я не понимаю. Зачем ты это делаешь? Ты не можешь держать меня здесь. Мне нужно уйти. У меня больной ребенок, и ты это знаешь!

Он сидел, откинувшись в кресле, спокойно, как ни в чем не бывало.

– Успокойся, Белла. Тебе вредно злиться. Если будешь хорошо себя вести, я дам тебе поесть и впущу в дом.

– Так это был ты все это время? Ты делал все эти ужасные вещи? Ты превратил мою жизнь в ад! – Она покачнулась, и у нее закружилась голова. Это было слишком кошмарно.

Он рассмеялся.

– У меня не было выбора. Они стояли у меня на пути, все они.

– Ты убил Алана. Забрал у меня Олли. Мой ребенок мог умереть! – Она посмотрела на него с отвращением. – Ты – монстр!

– Вовсе нет. Я человек, который тебя любит. И ты полюбишь меня в ответ.

Белла с негодованием закачала головой:

– Никогда! Иди к черту! Я не хочу иметь с тобой ничего общего. Тебе это так просто с рук не сойдет. Сюда приедут. Полиция будет меня искать.

Он покачал головой и поцокал, как перед непослушным ребенком.

– Ты ошибаешься. Я с этим разберусь. Подумай. Полиции ничего не известно. Что у них есть? Как они меня найдут?

– Они умны, особенно этот Бриндл. Он знает, что делать.

– Не обманывай себя. Я могу делать что захочу, и никто меня не остановит. А ты, Белла, либо ты полюбишь меня… либо умрешь.

Глава тридцать третья

День 17

– Тебе это не понравится. – Когда Мэтт пришел в участок на следующее утро, Дайсон уже его ждал. – У нас запрос от адвоката Рона Чокера. Чокер попросил о встрече с тобой.

Это совершенно сбило Мэтта с толку.

– Зачем ему со мной видеться? Что, по его мнению, я могу для него сделать? Как Чокер вообще обо мне узнал?

– Бог его знает. Твое имя не называлось в газетах. Чертова тюрьма. Информация туда просачивается, как вода через решето. Или, может, Белла ему что-то сказала.

– Думаете, мне стоит пойти?

– Подумай об этом. Не торопись. В конце концов, Чокер никуда не денется. – Дайсон замолчал. – И еще кое-что. Мы не можем найти Доусона. Похоже, он смылся. Карлайл должен был обыскать его дом. Все в порядке, никаких признаков борьбы. Его дом обыскали, но не смогли найти паспорт. Мы всех оповестили и выдали ориентировку.

Лили нахмурилась.

– С чего бы Джоуэлу Доусону сбегать, сэр?

– Наверное, почуял, что мы его ищем. Он может быть нашим убийцей – «мистером Извините». Как считаете? – он посмотрел на обоих.

– Нолан считал, что он следит за Беллой. Сказал, что она его опасалась, – сказал Мэтт.

Лили покачала головой.

– Так почему она нам не сообщила? Ну правда, ее бы поняли. Людей убивают, женщин похищают, они пропадают без вести, а она сидит и смотрит на это.

Мэтт улыбнулся.

– Скоро его поймают. Если это он, мы узнаем. У нас есть ДНК убийцы, взятая из-под ногтей Агнес Харви.

– Если он сбежал, то что насчет Беллы? Что он сделал с ней? Забрал с собой? – Лили посмотрела на него.

– Это-то меня и волнует.

– Меня тоже, – сказал Дайсон и ушел.

– И наверняка не только это, – сказала Лили, когда Дайсон уже не мог их слышать. – Я слышала о Чокере и его просьбе. Страшновато, по-моему. Он же убийца, и он умен. Если пойдете, вам нужно быть начеку.

– Мне просто любопытно, чего он хочет. Но о нем забывать нельзя. Возможно, ему что-то известно об исчезновении Беллы.

Лили сгримасничала.

– В таком случае он может что-то замышлять. Так или иначе, он знает о ее исчезновении, сэр. Об этом говорили по телику, вчера вечером в местных новостях.

Мэтт закатил глаза.

– Я думал, мы не болтаем о таких вещах.

– Не смотрите на меня. Кто-то им разболтал, но не наши.

Мэтт задумался.

– Возможно, убийца слил эту информацию.

– Зачем ему это делать, сэр?

– Не знаю, но у него уж нашлась бы какая-нибудь изощренная причина.

На столе у Мэтта лежала куча документов, которые нужно было разобрать, но он не мог сосредоточиться. Шли дни, и все становилось только хуже. Кроме обнаружения Оливера, они ни в чем не продвинулись. Теперь еще и потеряли Беллу, и Джоуэл Доусон пропал. Им срочно нужны были факты.

Лили посмотрела на него, сидя за своим столом.

– Мы проверили этого Дуга? Я только что заметила, что обвела его имя в своем блокноте.

Мэтт помедлил с ответом. Лили подала ему идею.

– И у Кэролайн, и у Аниты был новый парень по имени Дуг. Мы решили, что это не настоящее его имя, но сам-то он был вполне настоящим. Так кем же он был?

– Человеком, который появился в их жизнях как раз перед их исчезновением, – ответила Лили. – Кто-то, не обладающий ярко выраженными чертами, но любящий маскироваться под «человека с татуировками».

– Так как насчет Беллы? Кто ее «Дуг»? – спросил Мэтт, почти что про себя.

– Мы не видели Беллу ни с кем таким. Она любила Фишера. Она не хотела больше никого впускать в свою жизнь. А Фишер мертв, сэр, так что он не убийца.

– Белла вела такую изолированную жизнь, что выбирать особо не из кого. Но Джоуэл Доусон был ее другом. Она знала его два года и работала с ним. Если он наш убийца, почему решил действовать сейчас?

Лили пожала плечами.

– Потому что мог? Появилась такая возможность?

– Не думаю, Лили. Тогда он бы нанес удар до того, как она связалась с Фишером. Этот роман длился всего пару месяцев.

– Если не Доусон, то кто? Больше никого нет.

Мэтт улыбнулся.

– Нет, есть. Ты забыла о Роберте Нолане.

– Адвокат? Вы правда подозреваете его? – спросила Лили.

– Подумай об этом. И Кэролайн, и Анита появлялись в здании суда Хаддерсфилда. Они могли встречать Нолана там. Думаю, стоит поближе изучить нашего мистера Нолана и его жизнь. Как и Доусон, он постоянно рядом, везде сует свой нос. Можно начать с беседы с Анной Фишер, вдовой Алана. Нолан – ее сосед.

Констебль Иэн Беквит чуть ли не бегом вбежал в комнату с уликами.

– Криминалисты нашли кровь на ковре в гостиной Беллы! А еще окурок сигареты на крыльце. Кофейный столик перевернут, повсюду разбросана посуда. Все признаки борьбы.

– Вы опросили соседей, не слышали ли они что-нибудь? – спросил Мэтт.

– Я спросил, не видели ли они Беллу вчера. Женщина из соседнего дома, та, у которой из-под носа похитили Оливера, вспомнила, что слышала крики вчера около семи вечера. И она якобы слышала, как отъезжает машина.

– Она ее видела?

– Нет. Было темно, и шторы были задернуты.

– Ладно. Запиши это на доске. Может оказаться полезным.

– И еще кое-что. Мы нашли ее второй сотовый. Был спрятан в теплице. Я просмотрел его перед тем, как криминалисты его забрали. Там только два контакта. Один той погибшей женщины, Агнес Харви, – была записана как «тетушка». Другой просто назван «Джеймс». Вот номер. – Беквит передал Мэтту записку.

Мэтт улыбнулся констеблю.

– Хорошая работа. Нам нужно будет пообщаться.

Лили посмотрела на него, оторвавшись от компьютера.

– О чем думаете?

– Возможно, это ее контактное лицо из защиты свидетелей. В тот день, когда она ездила в Манчестер, думаю, она встречалась с ним. Этот телефон у нее был с собой. Возможно, он не в курсе того, что случилось.

– Проблемка. Этот «Джеймс» может быть кем угодно.

– Нет, Лили. Он кто-то, кого Белла держала в секрете. Я позвоню ему и выясню.

– Сэр, а где живет Анна Фишер? – спросила Лили.

– На окраине Марсдена. В том новом жилом комплексе рядом с водоемом.

– Который называют «Высоты миллионеров»?

– Да, он самый. Большой дом, вокруг большая территория. Я там был, помнишь? На похоронах Фишера.

– Вы видели его жену?

– Нет. Довольно странно, но нет. Анны Фишер там не было. Я тогда об этом особо не задумался, но теперь мне интересно выяснить почему.

* * *

Лили смотрела на дом Фишера.

– Как думаете, сэр, сколько стоят эти дома? Я помню, как их строили лет десять назад. Было много недовольных. Эта зона считается «зелеными легкими» города.

– Ладно, пошли разберемся с этим. – Мэтт понятия не имел, чего ждать от этого разговора – и от Анны Фишер. Она не была на похоронах. Почему, раз они с мужем не были в разводе?

– Ее тут нет!

Через боковые ворота зашел пожилой мужчина с садовой лопатой.

– Я не видел миссис Фишер уже несколько недель. Она не говорила, что уедет, а дом заперт.

– У вас есть ключ?

Мужчина покачал головой.

– Только от этих ворот и сарая. Я прихожу раз в две недели помочь в саду.

– Вы можете точно вспомнить, когда в последний раз ее видели? – спросил Мэтт.

– За день до убийства ее мужа. Она мне позвонила и попросила пару бегоний для летней клумбы. Я принес их в теплицу в тот же вечер.

– Она была в порядке? – спросила Лили.

– В полном.

– Вы знаете Роберта Нолана, адвоката, который живет по соседству?

Мужчина кивнул:

– Нолан? Большой человек. Юрист. Я его не знаю, но он дружил с Фишерами.

Значит, личность Нолана подтверждалась. Мэтт не мог понять, доволен ли он этой новостью.

– Вы знаете кого-нибудь, кто может быть в курсе, куда уехала миссис Фишер?

– У нее есть сестра в Корнуэлле, Кэрол Сайкс. У миссис Сайкс с мужем паб в Труро, «Булл Инн».

Глава тридцать четвертая

Как только они вернулись в участок, Мэтт созвал всех на короткое совещание. Он хотел поторопить команду. Новости были не из лучших.

– Джоуэл Доусон? – спросил Мэтт.

Беквит пожал плечами:

– Ни следа. Он словно исчез с лица земли. Я опросил его соседей, коллег. Даже поговорил с группой студентов, в которой он работал. Ничего.

– Возможно, Анна Фишер тоже исчезла. Конечно, она могла и в отпуск уехать, но нельзя на это рассчитывать. Садовник не видел ее со дня накануне убийства ее мужа. Но у нас есть зацепка – ее сестра в Корнуэлле. – Он дал Беквиту имя и адрес. – Проверь, как только сможешь. Если она там, я бы хотел поговорить с ней лично.

– Она нам важна? – спросил Карлайл.

– По правде, я не знаю. Но Анны Фишер не было на похоронах мужа. Нам нужно ее найти. Возможно, она что-то знает. Может, ей даже угрожали.

– Кровь, найденная в доме Беллы, принадлежит ей, – подтвердил Беквит. – Так что она ранена. А теперь кое-что интересное. Слюна с бычка сигареты принадлежит кое-кому, кого мы знаем. Томми Джонсону, мелкому преступнику, который раньше работал на Чокера.

– Чокер? Ты уверен?

Беквит потряс перед ним документом:

– Криминалисты уверены.

– В доме были следы взлома? – спросил Мэтт.

Беквит покачал головой:

– Нет.

– Вряд ли Белла знакома с кем-то типа Джонсона. Одна сигарета ничего не значит. Я по-прежнему считаю, что Белла была знакома с нападавшим. Она бы не открыла дверь непонятно кому. Она прекрасно осознает, в какой она опасности. – Мэтт вздохнул. – Так что остаются Доусон и Нолан.

– Нельзя игнорировать улику. Что-нибудь еще нашли? – спросил Дайсон Беквита. – Отпечатки пальцев, например?

– Нет, только окурок.

Карлайл кивнул:

– Ну, если исходить из того, что она с ним знакома, я ставлю на Доусона.

– Не делай поспешных выводов, – сказал Мэтт. – Нужно присмотреться получше к Нолану. Мы очень мало о нем знаем. Его адрес подтвердился, и он действительно адвокат, но нам нужно знать больше. Начать нужно с подробного отчета о том, чем он занимался последние двадцать четыре часа. – Он повернулся к Лили: – Выясни, где он сегодня. Нужно с ним встретиться.

– А сам ты чем займешься, Бриндл? – насмешливо ухмыльнулся Карлайл.

Мэтт улыбнулся.

– Хочу поговорить кое с кем из программы защиты свидетелей.

В комнате для улик было людно. Мэтт сел за стол и набрал номер Джеймса со второго сотового Беллы.

– Здравствуйте, – голос звучал отрывисто и деловито.

– Это инспектор Бриндл из уголовного розыска Восточно-Пеннинского региона. Я так полагаю, вы контактное лицо Беллы из программы защиты свидетелей.

Молчание.

Наконец Джеймс заговорил:

– Вы не должны звонить по этому номеру. Он только для экстренных случаев

– Это и есть экстренный случай, – сказал Мэтт. – С кем я говорю?

– Телефон, с которого вы звоните, – где вы его нашли?

– Мы нашли его в доме Беллы, но это неважно. Возможно, вы не в курсе, но она пропала. В доме есть признаки борьбы, Белла исчезла. Мы полагаем, что ее похитили.

Мэтт подождал.

– Я в курсе дела, которое вы расследуете. Что вам известно о прошлом Беллы?

– Достаточно. Я знаю, что она состоит в программе защиты свидетелей из-за угрозы со стороны ее бывшего мужа, Рона Чокера. И я предполагаю, что вы – ее контактное лицо.

Послышался вздох.

– Я говорил Белле, что не стоит навещать Чокера. Она заверила, что он ничего от нее не узнает, но вы же видели газеты. Возможно, он смог вычислить ее местонахождение. Я ее предупреждал. Я торопил ее с переездом на новое место, но она отказалась, сказала, что ее сын еще слишком слаб.

– Я пытаюсь выяснить, связано ли исчезновение Беллы с ее бывшим мужем или с делом, которое мы расследуем.

– Увы, мне вас нечем порадовать. Но если бы я выбирал, я бы поставил на Чокера. Он увидел возможность и воспользовался ею. У него все еще есть влияние, все еще есть люди, которым он может приказывать.

– Вам также следует знать, что Ронни Чокер просил меня о посещении.

– Будьте очень осторожны. Он преступник и изощренный лжец. Не принимайте на веру ничего, что он вам будет рассказывать. За всем, что он решит с вами обсудить, будут скрываться его мотивы.

– Учитывая его репутацию, я бы хотел подтвердить или опровергнуть его причастность. Слушайте, я понимаю, что ваша работа предполагает высокий уровень секретности, но Белла в опасности. Она мне рассказала, что находится в программе. Вы уверены, что Чокер представляет собой конкретную опасность?

– Лучше вам самому составить об этом мнение после разговора с ним.

– Вы все еще не представились. Возможно, мне понадобится связаться с вами еще раз.

– Вам не нужно знать, кто я. Если захотите поговорить со мной, позвоните по этому же номеру. Удачи. Надеюсь, вы ее найдете. Сообщайте мне о ходе дела. – Он повесил трубку.

Лили наблюдала за ним.

– Похоже, вы не особо довольны.

– Он ничем не помог. Никакой толковой информации. Что насчет Нолана? Есть прогресс?

Она улыбнулась.

– Я его пробила. Он партнер в фирме в Галифаксе, называется «Брэдфилд и Нолан». Я позвонила, попала на ресепшен. Девушка сказала, он сегодня после обеда должен быть в суде Хаддерсфилда, а потом, возможно, вернется в офис.

Мэтт начинал думать, что они уже никогда никуда не продвинутся.

– Сотовый?

Лили кивнула:

– Попробовала, но он выключен. Могу попробовать поехать в город и поискать его.

– Сделай, пожалуйста. Попроси его приехать и встретиться со мной.

В дверь постучал Беквит:

– Анна Фишер. Я ее нашел. Вот ее сотовый, она готова с вами поговорить.

Мэтт набрал номер. Анна Фишер сразу же ответила.

Мэтт представился.

– У меня есть пара вопросов. Первый, боюсь, несколько личный. Вы можете сказать, почему вас не было на похоронах Алана?

– Я была на службе в церкви, инспектор Бриндл. Я приехала с опозданием и сидела сзади. Сомневаюсь, что кто-то меня заметил. Я ушла до ее окончания. У меня в машине были собранные вещи, я сразу же уехала к сестре. Не могла вынести поминки и последующие недели. У нас с Аланом были свои проблемы, но отношения между нами были более или менее. Я все еще любила его, по-своему. У нас с ним большое прошлое. И еще я знала, что там будет Белла Ричардс. Наверняка она потрясена. Я ей сочувствую, но ничем не могу помочь. Я просто хотела уйти с дороги.

– Вы не замечали, чтобы кто-то крутился вокруг вашего дома до убийства Алана? Или просто что-нибудь странное в последние дни?

– Нет, все было как обычно. Никаких незнакомцев, никаких странных звонков.

– И Алан никогда не выражал подозрений в том, что за ним следят?

– Нет, но даже если и так, сомневаюсь, что он бы мне сказал. Если бы Алан хотел поделиться с кем-нибудь чем-то в этом роде, он бы сказал Роберту, нашему соседу.

– Да, я его встречал. Спасибо, миссис Фишер, вы нам очень помогли.

Раздался возбужденный голос Беквита:

– Нашли Доусона! Дорожные полицейские только что нашли его на М60. Попал в аварию на перекрестке, наскочил на барьер и чуть не погиб. Он в Манчестерской королевской лечебнице с сотрясением.

Мэтт посмотрел на часы. Был час пик, сплошные пробки.

– Он может говорить?

– Он в реанимации, под охраной. Медсестра думает, сегодня он не сможет общаться. Даже не помнит своего имени. Она говорит, не раньше завтрашнего дня.

– Он был один в машине?

Беквит кивнул.

– Ее сейчас передают криминалистам.

Если Доусон похитил Беллу, то что он с ней сделал? Мэтт устал и был не в состоянии думать. Ему нужно было домой. Нога болела так, что он едва мог встать с кресла. Он как раз собирался спуститься в столовую перекусить, как зазвонил телефон.

Это была Лили.

– Никто сегодня не видел Нолана в суде, сэр. Заседание пришлось отменить. Он не позвонил и не предупредил. Они так же теряются в догадках, как и мы. Видимо, он никогда так раньше не поступал. Если вы не против, я поеду домой. Я сто лет сюда добиралась и еле нашла место для парковки.

У Мэтта было плохое предчувствие. Сначала исчез Джоуэл Доусон, теперь Нолан. Что происходит? Они были единственными мужчинами, с которыми Белла в последнее время общалась. Был ли кто-то из них «мистером Извините»?

Из своего кабинета Мэтт видел большую голову Дайсона. Начальник полиции стоял перед доской с уликами, уставившись на нее.

Дайсон постучал по доске:

– Плохо дело. Все куда-то запропастились.

Мэтт с трудом поднялся и пошел к нему.

– Не совсем. Доусона мы нашли. Надеюсь, завтра он с нами поговорит. Нам это очень нужно, Тэлбот, потому что, честно говоря, у нас никаких вариантов. Мы отработали все зацепки, даже второй телефон Беллы. Она им пользовалась, чтобы позвонить своей тете и контактному лицу из программы защиты. Я ему позвонил. Он даже имя свое не назвал. Много сочувствия, а помощи – ноль.

– Посмотрим, что будет завтра. Сегодня был долгий день, и я, как и ты, разваливаюсь. – Он посмотрел на Мэтта, который тяжело привалился к столу. – Отправляйся-ка домой. Встреча с Чокером назначена на завтра, на два часа. Патрульный тебя отвезет.

Глава тридцать пятая

День 18

Криминалисты вернули телефон Джоуэла Доусона после автомобильной аварии. На нем были десятки сообщений Белле и множество фотографий, большая часть из которых была сделана за последние пару дней. Очевидно, он пристально за ней наблюдал. К тому времени, как Мэтт приехал в участок, все уже было занесено в компьютер.

Лили пролистывала многочисленные сообщения.

– Он постоянно ей писал, но она редко отвечала. Странно это, по-моему. Белла знала, что он за ней шпионит, но не жаловалась нам.

– Здесь куча фотографий. На просмотр уйдет уйма времени. – Мэтт вывел их на экран своего компьютера и просматривал одну за другой. – Некоторые сделаны несколько недель назад. Есть даже фото Беллы с Фишером. Невероятно! Он, наверное, большую часть свободного времени тратил на слежку за ней. Здесь даже есть фото, где Белла зашторивает занавески.

– По-моему, Доусон ненормальный. Как вы думаете, она знала, насколько он ею одержим? Если бы она нам что-нибудь сказала, мы могли бы покончить с этим намного раньше.

– Не думаю, что он тот, кого мы ищем, Лили. Посмотри на это.

Мэтт показал недавние фото.

мНаверное, делал их из машины, припарковавшись перед домом.

– Так себе снимки. Здесь вот видно, как из дома уходит Нолан. Сделано в вечер, когда она пропала.

– Ничего нового, Лили. Нолан подтвердил, что был там в тот день.

– А это кто?

Лили указала на еще одну машину, припаркованную в паре метров от дома. Доусон заснял мужчину, сидящего за рулем. Мэтт пожал плечами.

– Да кто угодно. Здесь много машин. Много домов, парковки забиты.

– Нет, посмотрите! Доусон снова его снял, перед домом Беллы.

Неплохая фотография. Доусон сфотографировал лицо мужчины, освещенное светом с улицы.

Лили рассматривала фото через его плечо.

– Мы его раньше не видели. Лет под сорок или около того, темные волосы, хорошо одет. Как вы думаете, чего он хотел?

На следующих фотографиях мужчина стоял перед входом в дом. На последнем снимке она открывала ему дверь.

– Нужно узнать, кто это. Но одно я знаю – это не Томми Джонсон. Похоже, кто-то пытается навести нас на ложный след.

– Возможно, вы правы. Джонсон связан с Чокером. Наш убийца пытается свалить вину на него. Про Чокера написали во всех газетах, возможно, убийца увидел в этом возможность и воспользовался ею. Хотя надо понять, откуда появился тот окурок. – Лили снова посмотрела на экран. – Спорю на что угодно, этот человек на крыльце – Дуг. Но если это он, откуда он взялся? Его нет ни на одной из других фотографий.

Мэтт прикрепил файл с изображением к письму и отправил его техникам, чтобы те его увеличили. Он хотел убедиться, что больше на фотографиях никого не было. Он просмотрел их еще раз. Фотографий были десятки, некоторые сделаны пару дней назад. Некоторые были даже сняты у тюрьмы в Йорке. На них Белла сидела в машине с мужчиной. Беллу было легко узнать, а мужчина получился размытым. Мэтт продолжал просматривать. Еще одна. Тот же мужчина, та же машина, снято на Хаддерсфилд-Хай-Стрит. Он посмотрел на дату – снято за пару дней до появления Чокера в газетах. Доусон был последователен. Мэтт лишь хотел понять, что все это значит.

Лили оторвалась от телефона:

– Мне только что написал патрульный, приставленный к Доусону. Он в сознании, и мы можем с ним поговорить. Но придется прокатиться.

Мэтт посмотрел на часы:

– Поезжай с Беквитом. Запишите подробные показания – если, конечно, он вообще что-то помнит. Возьми с собой копию этой фотографии, посмотри, узнает ли он его. Но перед этим можешь заехать к Райли, показать ему фото? – Мэтт протянул ей изображение мужчины на крыльце. – Спроси, не это ли парень Кэролайн Шелдон, Дуг.

– А вы, сэр?

Мэтт скривился:

– У меня свидание с Ронни Чокером. Не хочу опоздать.

* * *

Мэтт понятия не имел, почему Чокер хотел его видеть. Он предполагал, что это должно быть как-то связано с Беллой или их сыном. Что бы это ни было, у него не было никакого желания ехать. До своего заключения Чокер участвовал в организованных преступлениях. Хладнокровный убийца. Он наверняка подготовил какую-то ловушку, просто Мэтт пока его не раскусил.

Всю дорогу Мэтт думал о деле. Картина начинала проясняться. Кэролайн, Анита и теперь Белла по тем или иным причинам бывали в суде. Он подозревал, что человек, который, как думала Белла, был ее контактным лицом из программы защиты свидетелей, был не тем, за кого себя выдавал. Но ему, конечно, нужны были доказательства. Он лишь надеялся, что они соберут этот пазл вовремя и успеют ее спасти.

Ронни Чокер сидел за столом. В углу комнаты стоял охранник. Мэтт вдруг подумал, что этот мерзавец не так уж и силен. Если что-то пойдет не так, они с охранником должны справиться.

Чокер сидел с ухмылкой на лице.

– Нашли ее?

– Нет, но найдем. – Мэтт сел за стол напротив него и положил перед собой тонкую папку.

– Надеетесь, что эта дрянь жива и здорова. Но я готов поспорить, что она мертва. Лучше и быть не могло, даже если бы я сам это организовал.

Мэтт знал всю их историю, но все равно был потрясен.

– А ты замешан в этом?

Ухмылка исчезла с лица Чокера, глаза сузились, словно он пытался его оценить.

– Нет, легавый, не я. Но мне не жаль, нисколько. Иззи заслуживает намного худшего. Честно говоря, я бы не расстроился, если бы она подохла в какой-нибудь дыре.

– Иззи?

– Изабелла – ее настоящее имя. Теперь, похоже, зовет себя Беллой. Думает, я не знаю, думает, я ничегошеньки не знаю. – Чокер рассмеялся. – Ну, она ошибается. Проблема вот в чем: если стерва подохла, что будет с нашим сыном? Я не дурак. Мальчику лучше быть с матерью. Это единственное, что ее держало в живых эти два года.

Мэтт посмотрел на него.

– И то, что ты не знал, где она.

– Я прекрасно знал, где она, все это время. Она была жива только потому, что я так хотел. Но однажды, когда парень подрастет, я возьму свое.

– Ты знаешь Томми Джонсона?

– Вам прекрасно известно, что знаю. Был одним из моих пацанов, пока меня не засадили.

– У нас есть улика, доказывающая, что он был в доме Беллы в ночь, когда она исчезла. Есть что об этом сказать?

Чокер поднял руки:

– Я тут ни при чем. Если бы я хотел избавиться от этой стервы, я бы нанял кого-то, кто все бы сделал правильно.

Все это никуда не вело. Мэтту было некомфортно. Он только хотел, чтобы это кончилось.

– Зачем позвал меня?

– Хочу попросить об услуге.

– Зачем мне помогать тебе?

Чокер слегка приподнялся со стула и наклонился вперед. Его лицо было лишь в нескольких дюймах от лица Мэтта. Под его пристальным взглядом Мэтт отвел глаза.

– Потому что я помогу тебе в ответ.

– Мне от тебя ничего не нужно. – Мэтт отодвинул стул назад и сложил руки на груди.

Чокер снова оскалился.

– Нога-то у тебя совсем плоха. Заметил, как ты хромал, когда заходил сюда.

– Это к тебе не имеет отношения.

– Нет, зато имеет отношение к кое-кому, кого я знаю.

У Мэтта снова свело живот. Тот случай тщательно расследовали – не он сам, он был слишком болен. Над делом неделями работала вся команда, но продвинуться так и не удалось. Кто бы ни был в ответе за его травмы и смерть Полы, он все еще был на свободе.

– Видишь ли, легавый, ты кое-кому перешел дорогу. И от тебя нужно было избавиться. Ты подобрался слишком близко к слишком крупным делам.

Мэтт покачал головой:

– Нам просто не повезло. Это был мелкий наркоторговец, вот и все.

– Нет, так только должно было казаться. Ты просто чертов счастливчик, что выбрался оттуда живым. Уж точно более везучий, чем твоя напарница.

Мэтт посмотрел в сторону. Чокер специально его дразнил? О событиях того дня говорили во всех новостях. Чокер мог узнать подробности где угодно.

– Что именно тебе известно?

Чокер поднял руку:

– Сначала соглашайся мне помочь.

– Чего ты хочешь?

Чокер снова наклонился вперед:

– Хочу выбраться отсюда. Хочу, чтобы меня перевели в Манчестер – Стрэнджвэйс.

– Зачем? Какая тебе разница?

– Здесь небезопасно. У меня есть враги, и они уже однажды попытались меня убить. Один урод столкнул меня с лестницы. В «Стрэнджвэйс» у меня есть дружки, которые обо мне позаботятся.

– Это даже не обсуждается. У меня нет таких полномочий.

– У тебя есть связи, другие копы выше званием. Поговори с кем-нибудь. Организуй.

Мэтт знал, что он ничем не может ему помочь.

– Ты обращаешься не к тому.

– Так поговори с кем нужно. То, что я могу тебе рассказать, стоит усилий.

– Тебе придется рассказать побольше. Мне нужна информация, чтобы передать старшим по званию. Расскажи, во что мы впутались. Почему на нас напали в тот день?

Чокер самодовольно ухмыльнулся:

– Имя Джека Уоддела тебе о чем-то говорит?

Мэтт похолодел. Чокер был страшен, но Уоддел – совершенно другая лига. Уоддел был признанным лидером организованной преступности всего севера Англии. Его имя редко произносили вслух, потому что люди – в том числе некоторые его коллеги – боялись его до смерти. Если кто-то переходил дорогу Уодделу, только удача могла помочь ему остаться в живых. Это был преступник старой школы, никогда не пачкал руки сам, поэтому ничего не удавалось доказать. На его фоне негодяи типа Чокера выглядели детьми.

– Хочешь сказать, за этим стоял Уоддел? Это из-за него погибла моя напарница?

– Я ничего не говорю. Вытащи меня, и мы поговорим. Но знай одно, легавый. Речь идет не только о грязных делишках Уоддела. У него высокопоставленные друзья. Один из них – полицейский высокого ранга. Вот почему расследование тогда ни к чему не привело.

Чокер рисковал, говоря с ним, полицейским, так откровенно, да еще и при охраннике. Мэтт кивнул.

– А что насчет него?

– Все нормально. Умеет держать рот на замке.

– Я мог бы сообщить моему начальнику. Рассказать все, что ты только что сказал.

– Я буду отрицать. И Стэн меня поддержит. Он поклянется, что мы говорили только об Иззи и мальчике.

Нужно было сменить направление беседы. Мэтт в рассеянности перелистывал папку. Там была пара вопросов, которые он хотел задать о Белле, и фото человека с крыльца. Он вытащил фото и показал Чокеру.

– Знаешь этого человека?

– А что?

– Ответь на вопрос. Ты его видел раньше?

Чокер пожал плечами.

– Может. Я сказал, вытащи меня отсюда, и мы поговорим.

– Мы должны его найти. – Мэтт напряженно соображал. Говорить о Белле смысла не было, лучше попробовать со стороны Оливера.

– Это он похитил вашего сына. И он не был с ним добр. Не заботился о нем. Оливер заболел. Он бы убил его, если бы мы вовремя его не нашли. Разве ты не хочешь, чтобы мы его поймали и разобрались с ним?

Мэтт наблюдал, как Чокер переваривает информацию.

– Этот парень – идиот. Писал мне, спрашивал всякий бред. Хотел разузнать обо мне и Иззи, нашей жизни до суда.

– Ты отвечал?

– Сам как думаешь? Конечно, нет.

– Ты когда-нибудь с ним встречался?

– Он какой-то клерк в адвокатской конторе, которая занималась моим делом. Пару раз приходил с моим адвокатом во время процесса.

– Еще что-нибудь о нем знаешь? Его имя? Где живет? На письмах был адрес?

Чокер покачал головой:

– Не-а. Он не хотел, чтобы я писал в ответ. Просил организовать посещение. Если бы я согласился, должен был организовать все через моего адвоката.

– Кто был твой адвокат?

– Я обратился в фирму в Галифаксе. «Брэдфилд и Нолан».

Мэтт уставился на Чокера. Такой связи он не ожидал. Но что это значило?

– Который из партнеров с тобой работал?

– Брэдфилд. У второго другая компетенция.

– Ты сохранил письма?

– Нет, выкинул. Зачем мне писать какому-то придурк?. За кого ты меня держишь?

– Как он представился, когда писал?

– Он подписывал письма «Дуг».

Глава тридцать шестая

Мэтт вернулся к машине и какое-то время просто сидел, тяжело дыша.

Зазвонил телефон. Лили.

– Доусон клянется, что это не он, сэр. Утверждает, что просто наблюдал за Беллой, пытаясь ее защитить. Он видел этого мужчину на крыльце той ночью, но не узнал его. Он сбежал, потому что испугался. Он знал, на что это все похоже, и знал, что мы первым делом отправимся за ним.

– Чокер мне сказал, что «человек на крыльце» – это Дуг.

Лили помолчала минуту.

– Как кто-то вроде Чокера мог знать об этом? Он же за решеткой, господи! Но он прав. Я переговорила с Райли, он подтвердил, что человек на фото – Дуг, «человек на крыльце» был парнем Кэролайн.

– Он писал Чокеру в тюрьму, спрашивал о Белле. Чокер мне рассказал, что Дуг был клерком в адвокатской конторе Брэдфилда и Нолана в Галифаксе.

– Это же фирма Нолана. Еще лучше! То есть Нолан знает «человека на крыльце»? Они заодно?

– Понятия не имею, Лили. Есть новости по Нолану?

– Пока ничего. Прошлой ночью он домой не вернулся. У нас там дежурил офицер. Как по мне, так он испугался и сбежал.

– Я в этом не так уверен, Лили. Бери Беквита, фото и поезжайте в их офис в Галифаксе. Надо узнать имя и адрес этого «человека на крыльце».

– Чокер с этим не помог?

– Нет. Он хочет, чтобы я кое-что для него сделал, прежде чем рассказать больше.

* * *

– Ты спала, Белла.

– Где мы?

– Не задавай вопросов. Будет лучше, если ты примешь, что теперь ты со мной и я буду о тебе заботиться.

– Я могу сама о себе позаботиться. У тебя нет на это права.

Белла была уже не в той холодной темной комнате. Она лежала на диване в теплой гостиной. В углу стояли огромные старинные часы, отмеряя тиканьем секунды. Этот звук сводил ее с ума.

Он встал и подошел к ней.

– У меня есть все права. Ты и я, мы созданы, чтобы быть вместе. Я это знал с первой секунды, как увидел тебя, Белла. Ты этого не чувствуешь?

Он сумасшедший. Это единственное объяснение. Белла пыталась вспомнить, что полицейские ей рассказывали. Он был безжалостен. Убил многих, не только Алана. Алана и Агнес – обоих застрелили в голову. Белла была в ужасе. Ее трясло, подкатывала тошнота. Ей нужно было что-то сделать, постараться, чтобы он был с ней мил, пока не прибудет помощь. Она расплакалась.

– Мне нехорошо. Голова болит. Я ударилась ею, когда была связана. – Она села, убрала светлые волосы с лица и выдавила еле заметную улыбку. – Можно мне, пожалуйста, попить и какое-нибудь болеутоляющее?

– Я что-нибудь найду.

Он исчез в соседней комнате. Белла огляделась. Комната была большая, с огромным камином. Здесь стояли лакированные шкафчики в стиле ар-нуво, заставленные вазами и статуэтками. Дорогие вещи. Очевидно, это был человек с деньгами, которые он мог тратить на свой вкус. Из комнаты вели две двери. Одна, наверное, на кухню, а другая, возможно, в коридор. Было окно, но наглухо закрытое жалюзи.

Он вернулся со стаканом воды и парой таблеток.

– Держи.

Белла покрутила их в пальцах, чтобы убедиться, что это парацетамол.

– Прими. Тебе станет лучше.

Она закрыла пальцами глаза.

– Зачем ты меня сюда привез?

– Потому что мы созданы, чтобы быть вместе. Не волнуйся, Белла. Ты со мной в полной безопасности.

В этом она очень сомневалась. Ей нужно было сбежать, но она знала, что бороться с ним бесполезно. Ей нужно было попробовать что-то другое. Она должна собрать все свое самообладание и оставаться спокойной, хотя ей очень хотелось ударить его и закричать.

– Я беспокоюсь об Олли. Он будет по мне скучать. И снова заболеет.

– О твоем сыне хорошо заботятся. Если будешь хорошо себя вести, я принесу тебе о нем весточку. Его жизнь и здоровье зависят от тебя, Белла. Делай, как я говорю, и все будет в порядке. Не расстраивай меня. – Он улыбнулся. – Я не люблю причинять боль детям.

Голубые глаза Беллы округлились. Эти слова наполнили ее ужасом. Он не просто так болтал. Во всех его поступках никогда не было недостатка в последовательности. Она принимала за чистую монету все, что он ей говорил, все, что делал для нее. Было ли хоть что-то из этого правдой? Был ли он вообще тем, за кого себя выдавал?

– Кто ты?

– Ты знаешь, кто я, Белла.

– Нет, кто ты на самом деле? Ты ведь не тот, за кого я тебя принимала, ты не…

– Нет! Не произноси это имя. Теперь ты всегда будешь звать меня «милый». Понятно?

Глава тридцать седьмая

Как только Дайсон зашел в участок, Мэтт направился прямиком к нему.

– Можно с тобой поговорить, Тэлбот?

– Что за кислая мина? Похоже, Чокер тебя до полусмерти напугал? – Дайсон похлопал Мэтта по спине и провел в кабинет.

– Не совсем. Он хочет, чтобы я ему помог. – Мэтт закрыл дверь в кабинет и сел напротив Дайсона. – Он хочет, чтобы его перевели в «Стрэнджвэйс». Предлагает в обмен определенную информацию.

Дайсон рассмеялся:

– Не дождется. У него там слишком много приятелей. Он за неделю возьмет в свои руки всю чертову дыру. Да и вообще, что Чокер может за это предложить?

– Он мне сказал, что владеет информацией о том дне. О том, кто убил Полу и ранил меня.

– Откуда ему это знать? Чокер тогда сидел. Кроме того, велось расследование. Мы сделали все, что могли, но постоянно заходили в тупик. Тебе это известно. – Дайсон нахмурился.

– Да, но почему, Тэлбот? Почему вы ничего не добились? Если бы речь шла о простом дилере, найти виновного было бы раз плюнуть. Вы никогда об этом не задумывались?

– Конечно, задумывался. В том, что случилось, виноват какой-то мелкий дилер, полный профан. Боялся, что его поймают, и зашел слишком далеко. Он так и останется неизвестным. Залег на дно и никому ничего не сказал.

– Чокер считает иначе. Он мне сказал, что за этим стоит Джек Уоддел.

Дайсон побледнел. Какое-то время он не произносил ни слова.

– Он в этом уверен?

Мэтт кивнул:

– Похоже, я впутался во что-то крупное. Что именно, он не сказал. Но пообещал быть разговорчивее, если его переведут.

Дайсон покачал головой:

– Без шансов.

– Он сказал еще кое-что, и это дурно пахнет. – Мэтт медлил. Тэлботу не понравится то, что он собирался сказать. – Чокер сказал, что Уоддела не затронуло расследование, потому что его покрывает какой-то высокопоставленный полицейский.

Лицо Дайсона снова покраснело.

– Эта сволочь врет! Никто в полиции не упустит возможности добраться до Уоддела. Поставив его к стенке, мы бы разобрались с половиной криминального мира на севере Англии.

– И все-таки мне бы хотелось еще раз взглянуть на дело, сэр. Возможно, я что-нибудь замечу, если посмотрю под другим углом.

– Нет смысла, парень. Я знаю, что ты чувствуешь, как сильно ты хочешь добраться до подонка, который убил Полу. Все мы хотим. Но Чокер тебя водит за нос. Он не дурак. Он подцепил тебя с твоей слабой стороны и использует ее в своих целях. Брось это, вот мой совет.

Мэтт слишком хорошо знал это выражение лица Дайсона. Он не хотел больше говорить на эту тему, и ничто не могло его переубедить.

* * *

Офис компании «Адвокаты Брэдфилд и Нолан» находился на главной улице, ведущей через центр Галифакса. Беквит был за рулем, припарковался позади здания.

– Все взяла? – спросил Беквит Лили.

– Все, что нужно. Куча вопросов и фото «человека на крыльце».

Они обошли здание и подошли к главному входу.

– Как тебе Бриндл? Нормальный?

– С ним отлично работать. Не похож на того, каким его рисуют. Совершенно не такой, как я себе представляла.

– Я слышал, он какой-то мажорный кретин. Из частной школы.

Лили шлепнула его по руке.

– Не груби, Иэн. Какая-то частная школа на задворках Лидса, ничего особенного. И никакой он не кретин. Инспектор Бриндл – полицейский, любящий свое дело, как и все мы. То, в каком доме он живет, никак на него не повлияло.

– Рад, что ты довольна. Похоже, тебе повезло, в отличие от меня. Карлайл – козел. Все свободное время просиживает задницу. Если меня оставят при нем, я никуда по карьере не продвинусь.

– Надеюсь, инспектор Бриндл с нами останется. Если так, я хочу присоединиться к его команде на постоянной основе.

– Похоже, ты приняла решение, Лили. Замолви за меня словечко, ладно?

Они вошли в здание, и их проводили в офис Гая Брэдфилда. Брэдфилд выглядел взволнованным. Первым делом спросил:

– Вы насчет Роберта? На него это не похоже, так исчезать. Мы все волнуемся. Он связался с этой женщиной, бывшей женой мерзавца Чокера. Это он зря.

Лили и Беквит сели напротив.

– Вы защищали Рона Чокера, – сказала Лили.

– Да, но уж поверьте, шансов у него не было. Улики были слишком очевидные. В последнее время я стал задумываться, не месть ли все это.

Лили не ответила. Пока что команда точно не знала, какую роль Нолан играл в деле Беллы.

– Вы лично защищали Чокера? – Брэдфилд кивнул. – А мистер Нолан имел к этому какое-то отношение?

– Нет. На самом деле я не думаю, что он вообще с ним когда-либо встречался.

Лили протянула ему фото «человека на крыльце».

– Вы знаете, кто это?

– Да, это Марк Тернер. Работал на нас. А что? Почему он вас заинтересовал?

– Его недавно видели и сфотографировали с Беллой Ричардс. Белла пропала. Мы полагаем, что этот человек использует имя Дуг время от времени и что он может быть в ответе за похищение Беллы и ее сына Оливера.

– Но разве мальчика не нашли?

Лили кивнула.

– Да, но благодаря наводке и хорошей работе детективов. С Беллой нам пока не так везет – как и с Ноланом.

Брэдфилд покачал головой:

– Марк был хорошим парнем. Добросовестным. Серьезно относился к работе. Не могу поверить, что он связан с чем-то в таком роде.

– Вы знаете, где он сейчас?

– У нас должен быть его адрес. Он ушел чуть более двух лет назад, так что не обещаю, что документы еще остались. – Брэдфилд развернулся на офисном кресле и уставился в экран компьютера. Он распечатал адрес и протянул его Лили. – Как видите, он живет на окраине Шепли.

– Тернер много времени проводил в суде? – спросил Беквит.

– Да, повсюду – в Лидсе, Галифаксе, Хаддерсфилде. Он встречался со многими неприятными личностями, с Чокером в том числе. Это была его работа.

– Вы не припоминаете, он когда-либо встречался с Беллой? – спросила Лили.

– Точно не скажу. Мы все входили в команду по защите Чокера, и Белла давала показания для обвинения. Много раз заседания проходили в закрытом режиме. Помню, она была в ужасе от результатов следствия.

Лили встала.

– Спасибо, мистер Брэдфилд. Вы нам очень помогли.

Брэдфилд открыл им дверь.

– Учитывая серьезность дела, которое вы расследуете, очень надеюсь, что с Робертом ничего не случилось. Как только вы его найдете или он свяжется с вами, пожалуйста, сразу сообщите мне.

Глава тридцать восьмая

Мэтт говорил и делал пометки на доске с уликами. Он собрал команду, чтобы обсудить ход расследования.

– Теперь мы знаем, что Дуг, наш «человек на крыльце», раньше работал в конторе Брэдфилда и Нолана, адвокатов, которые занимались делом Чокера.

– Есть новости по Нолану? – спросил Мэтт Карлайла, прервав его зевок.

Карлайл пожал плечами:

– Ничего. Испарился. Может быть где угодно.

Мэтт нахмурился:

– Нехорошо. Нужно его найти. Так. Доусон. Мы верим тому, что он говорит?

Карлайл покачал головой:

– Клянется, что ни при чем, так что сами думайте. Я бы лично привез его сюда и выбил из урода всю правду. Виновен на сто процентов. Посмотрите на улики, на все эти фотографии. Вот вам и доказательство. Он шпионил за ней неделями.

Отношение Карлайла к делу было совершенно неправильным, но в чем-то он был прав.

– Не забывайте об остальных. Нолан, например. Пока мы не выясним, где он, его исчезновение следует считать подозрительным. Кроме того, партнер Нолана сообщил, что человека, которого мы знали под именем Дуг, зовут Марк Тернер. Он работал в их адвокатской конторе и уволился два года назад. Так что он делал у дома Беллы? Откуда он ее знает и когда они познакомились? Во время процесса над Чокером? Нельзя забывать, что и Кэролайн Шелдон, и Анита Верити интересовались юриспруденцией. Обе часто бывали в здании суда. – Мэтт посмотрел на Карлайла. – Мы не нашли доказательств того, что Джоуэл Доусон знал Кэролайн или Аниту. Учитывая ваше предубеждение по отношению к нему, возможно, вам стоит еще раз изучить материалы, связанные с ним. Лили, Беквит и я проедемся до Шепли. Посмотрим, живет ли он все еще там.

Карлайл ухмыльнулся:

– Всей толпой.

Мэтт говорил медленно, как с ребенком:

– Он застрелил нескольких человек. Если Тернер – наш убийца, то он опасен. – Он постучал по доске. – Исходя из того, что у нас есть, Тернер – наш наиболее вероятный подозреваемый.

Судя по выражению лица Карлайла, тот думал иначе.

* * *

Лили везла их вверх по холму от Нью-Милл в сторону деревни Шепли.

– Думаете, Тернер увидел Беллу во время процесса над Чокером и решил, что она – его следующая жертва?

– Да, думаю. Но в моей теории есть изъян. Кто-нибудь из вас заметил? – Мэтт повернулся к Беквиту, который сидел за ним. Он знал, что Лили достаточно сообразительна, но что насчет этого молодого человека? – Тернер знает Беллу со времен процесса. Он видел ее на каком-то этапе. Лили, ты сказала, что Белла могла о нем знать, а могла и не знать. – Мэтт посмотрел на Лили, затем на Беквита. – Сообразили?

Беквит пожал плечами:

– По-моему, все складно. Тернер вполне может быть нашим убийцей.

Но Лили еще думала.

– Белла была в программе защиты свидетелей. Как Тернер мог узнать, где она?

Беквит ткнул ее в спину.

– Это было во всех газетах, дурила.

Лили покачала головой.

– Нет, ошибаешься. У нас фото Тернера, следящего за ее домом, сделанные до того, как новость разошлась по газетам.

Мэтт кивнул:

– Именно. Значит, Тернер знал, где живет Белла. Возможно, ему все было известно.

– Так кто он?

– Как и сказал Брэдфилд, он – Марк Тернер, бывший адвокатский клерк. Но я подозреваю, что он выдавал себя за контактное лицо Беллы из программы защиты свидетелей. Несмотря на то что она в это верила, я вообще сомневаюсь, что она была в этой программе. Он вполне мог это организовать – и новую личность, и все остальное и поддерживал эту иллюзию, чтобы изолировать ее.

– Очень умно. И все работало, пока она не влюбилась в Фишера. – Беквит был под впечатлением.

По адресу, который дал им Брэдфилд, был каменный сельский дом, примостившийся на холме в миле от центра Шепли. На другой стороне холма были и другие дома, метрах в пятидесяти от него.

Лили уставилась на дом.

– Солидная собственность. Много комнат.

– Была проделана большая работа, – добавил Беквит. – У владельца, должно быть, много денег.

Лили нахмурилась.

– Жалюзи закрыты. Кто бы тут ни жил, он явно не любит любопытных, сэр. Как планируете поступить?

Мэтт тоже рассматривал дом.

– Позвоните в участок, Беквит. Пусть сюда приедут патрульные. Достаньте фото Тернера и срочно распространите его. Нет гарантии, что он дома.

– Вам интуиция подсказывает, что это он? – спросила Лили.

– Нет, плохо спрятанный красный «Форд Ка», торчащий из сарая вон на той дорожке, – ответил Мэтт.

* * *

Ему нужно было поспать, и Белла возлагала на это свои надежды. Но в первую ночь он запер ее в комнате на верхнем этаже, никаких шансов на побег. В то утро она снова притворилась больной, сказала, что у нее болит голова и горло. Он давал ей чай и таблетки каждые четыре часа, но рано или поздно он должен был догадаться, что она симулировала.

– Ты был со мной так добр. Я могла бы тебе помочь, – предложила она. – Я не могу вечно лежать на этом диване. Я могла бы прибраться, что-нибудь приготовить.

Он улыбнулся.

– Я был бы рад, Белла. Так мы стали бы больше похожи на нормальную пару.

Она заставила себя улыбнуться в ответ, хоть это ее и убивало. Было жизненно важно заставить его быть милым. Если он выйдет из себя, одному богу известно, что он с ней сделает.

– Очень красивая. Подруга? – Белла заметила фотографию на камине. На ней была блондинка, примерно ее возраста.

– Это Китти. Она была моей женой.

Белла удивилась. Он никогда ничего не рассказывал о жене, но она и не спрашивала.

– Где она?

Он вздохнул.

– Китти вечно была всем недовольна. Что бы я для нее ни делал, ей всегда было недостаточно. Я правда пытался, Белла. Делал все, что мог. Дал ей возможность поступить правильно. Но она меня с ума сводила своими требованиями и неверностью.

Голос начинал повышаться. Разговор о жене явно его взвинчивал.

– Она ушла от тебя?

– Ни одна женщина от меня не уходила, Белла, – слова звучали жестко, холодно. Пробирали до костей. – Если они попадают в этот дом, они здесь навсегда. Мне нравится, чтобы они были рядом.

– Ты приводил сюда других?

– Да, Белла. Кроме Китти было еще две. Но они не подходили. Они тебе и в подметки не годились. Как и с Китти, я испробовал все, но они не понимали. Они хотели того, чего я не мог им дать. В итоге мне пришлось с этим покончить.

О чем он говорил? Он держал их взаперти, как ее? Или убил их?

– Печально. Тебе не сильно везло.

Ее голос дрожал, а он снова уставился на нее. Понял ли он, что она задумала? Знал ли он, что она делает, что пытается задобрить его? От страха у нее по спине побежали мурашки и на самом деле стало нехорошо. Она хотела задать еще вопросы, но не решалась. Если тех женщин убили, то что он сделал с телами? Если у нее и был какой-то шанс на то, чтобы выбраться, Белла должна была убедить его, что она другая. Заставить его поверить, что она на его стороне.

Она мило улыбнулась:

– Я делаю отличную мясную запеканку. Если купишь продукты, могу приготовить на ужин. Мы могли бы открыть бутылку вина. Отметить, что мы наконец-то вместе.

Он откинулся на спину и скрестил руки на груди.

– Я знаю, что ты делаешь, Белла. На твоем месте я бы, без сомнения, делал то же самое. Но имей в виду: меня так просто не проведешь. Можешь улыбаться и хлопать своими красивыми глазками сколько хочешь, но я тебе не верю.

– Жаль, потому что мне бы хотелось, чтобы мы подружились. Ты понятия не имеешь, как одиноко бывает, когда ты в программе. Притворяться перед каждым, кого встречаешь. Выдумывать истории из прошлого. Это очень тяжело. Но ты все обо мне знаешь. С тобой я могу быть самой собой. Ты знаешь про Ронни и чем он занимался. Знаешь, через что я прошла.

Марк Тернер ничего не ответил и вытащил что-то из кармана. Это была открытка из букета роз, который она оставила на болотах. Он помахал ею перед ее лицом.

– Про Алана Фишера я тоже все знаю. Он был твоим главным мужчиной. Так что же изменилось, Белла? Как мне доверять женщине, которая так быстро забыла мужчину, которого так любила?

– Я… Я думала, что люблю Алана, – ее голос задрожал, – но он вскружил мне голову. Мне льстило, что я ему нравлюсь, и я увлеклась. – Ей было невыносимо больно это говорить. – Но на самом деле мне нужен мужчина, который понимает, через что я прошла. Кто-то, с кем я могу быть сама собой. Кто-то вроде тебя. – Белла ждала, едва дыша. Он наблюдал за ней, анализировал ее слова. Они должны были его убедить, должны были.

– Почему ты раньше ничего не сказала? Могла бы позвонить, договориться о встрече. У тебя же был телефон, который я тебе дал.

– Я не думала, что так тебе нравлюсь. Но теперь я знаю тебя лучше и вижу, что ты все сделал правильно. – Она ждала. На его лице ничего не отражалось. Он должен был ей поверить. Белла не могла больше притворяться.

Наконец он улыбнулся.

– Не нужно готовить, если не хочешь. Можешь отдохнуть, особенно если плохо себя чувствуешь.

– Какое-то занятие могло бы помочь. Отвлечься от мыслей.

– Хорошо, я попозже съезжу в деревню и куплю продукты. Но мне придется снова запереть тебя в той комнате.

Она посмотрела с удивлением.

– Пожалуйста, не надо. Я никуда не уйду. Ты можешь мне доверять, Марк. Мне нравится проводить с тобой время. У тебя красивый дом. Здесь так тихо и спокойно. Моя жизнь была такой суматошной, работа отнимала все время. Иногда хорошо расслабляться. Я впервые отдыхаю, за много недель. – Удалось ли ей его убедить? Поверил ли он ей? Она затаила дыхание.

Сработало. Он улыбнулся, все лицо просветлело. Он был словно довольно мурчащий кот.

– Ну хорошо. Я только закрою все двери на улицу. Если пойдешь на кухню, осторожнее с полом. Я кладу новую плитку и еще не закончил. И не спускайся в подвал.

Глава тридцать девятая

Лили посмотрела на Мэтта. Они проехали дальше по улице и припарковались на подъезде к ближайшему дому.

– Подождем подкрепление, сэр?

Но прежде чем Мэтт успел ответить, Беквит прошипел:

– Он выходит! Пригнитесь, а то он нас заметит.

Все трое согнулись в креслах.

Через пару минут Лили выпрямилась.

– Он был один в той машине. Если Белла в доме, у нас сейчас есть шанс.

– Так пошли посмотрим.

Они обошли вокруг дома. Снаружи была еще одна постройка, в которой стоял «Форд» и больше ничего.

Беквит постучал кулаком в дверь.

– Есть тут кто-нибудь?

– Дверь тяжелая, старая. – Мэтт навалился плечом, но дверь не поддалась. – Если мы хотим ее выломать, понадобится рычаг.

Тут они услышали женский голос:

– Кто здесь?

Детективы переглянулись.

– Белла! – закричал Мэтт. – Вы в порядке?

– Вы должны быстро вытащить меня отсюда. Он скоро вернется.

Беквит нажал на створку почтового ящика, чтобы увидеть ее.

– Мы обойдем дом с черного хода. Эта дверь слишком тяжелая.

Мэтт повернулся к Лили.

– Стой здесь и наблюдай. Если Тернер вернется, стучи в дверь.

Они с Беквитом обошли дом. С задней стороны было окно, которым они могли бы воспользоваться, но оно было слишком высоко над землей.

– Я тебя подсажу, а ты выбей окно этим. – Мэтт дал Беквиту большой камень.

Беквит проскользнул через окно и приземлился прямо в раковину на кухне. Пробежал к задней двери, несколько раз с силой ударил по ней, сломал замок и впустил Мэтта.

Беквит чихнул.

– Странно тут пахнет, сэр. Мне кажется, запах идет оттуда. – Он кивнул на дверь. – Как вы думаете, что там?

– Похоже на подвал. Потом разберемся. Давай вытащим Беллу отсюда.

Она пряталась за входной дверью. Как только она увидела Мэтта, то бросилась ему на шею.

– Я думала, он меня убьет. Я понятия не имела, что он так опасен. Он сумасшедший! Пожалуйста, мне нужно отсюда сбежать. Я должна увидеть Олли.

Мэтт кивнул Беквиту:

– Выведи ее на улицу к Лили. И осмотримся.

Мэтт пошел прямо к подвалу. Подвал был большой, сырой и темный. Он разглядел большую скамью с цепями по углам. Пол был покрыт чем-то похожим на высохшую кровь.

– Беквит! – прокричал он.

Констебль стоял на нижней ступеньке.

– Помощь прибыла, сэр! Мы разослали фото Тернера. Они все собрались в участке, только ждут сигнала. Плюс мы организовали подкрепление на случай, если он вернется сюда. Лили уехала с Беллой. Она отвезет ее к врачу, а потом доставит в участок дать показания.

Мэтт отшвыривал ногой листы брезента, разложенные по полу. Вдруг нога уткнулась во что-то мягкое, и он вздрогнул.

– Кажется, я нашел Нолана. – Он достал из кармана пару перчаток, надел их и осторожно стянул брезент, открывая тело Роберта Нолана. – Видимо, он проследил за Беллой до этого дома. Бедняга получил пулю в шею, насколько я вижу. У криминалистов будет насыщенный денек. Ты посмотри на стены. Все, что нужно для самодельной камеры пыток.

– Как вы думаете, что он сделал с теми женщинами, сэр?

– Они могут быть где угодно. Похоронены в саду, замурованы в стене – кто знает?

* * *

Доверившись Белле, Марк пошел на риск, к которому был готов. Его дом был в милях от ближайшей деревни на краю болот, а замки были крепкими. Двое ближайших соседей уехали за границу, а третья была пожилая женщина. Даже если Белла сбежит, она понятия не имеет, где находится и далеко не уйдет. Поверил ли он ее теплым словам? Он хотел верить. Остальные только ныли и жаловались, так что она была им приятной заменой. Она сказала, что хочет дружить. Он хотел в это верить. Может, это и правда, она ведь уязвимая и одинокая. Теперь она была его пленницей и во всем зависела от него. Он сделал правильный выбор. Чем больше он размышлял, тем больше убеждался в том, что она – та самая. Он проехал несколько миль до Марсдена, где был ближайший магазин.

Он хотел закупиться на несколько дней вперед. Ему не хотелось снова уезжать. Он хотел проводить время с Беллой. Им нужно лучше узнать друг друга.

Впервые за долгие годы Марк был счастлив. Намного счастливее, чем с теми двумя. В глубине души он знал, что они были не лучшим выбором. Они казались идеалом, но его любовь к ним оставалась безответной. Белла была другой.

По дороге к магазину он прошел газетный киоск. Заголовок в газете, вывешенной на улице, гласил: «Полиция близка к поимке похитителя ребенка». Он рассмеялся, просто не мог удержаться. Они ошибаются. Но расслабляться было рано. Ему нужно быть осторожным, ничем себя не выдать. До сих пор все было продумано до мелочей.

Он бродил по супермаркету, насвистывая про себя. Все было замечательно, впервые за многие месяцы. Он взял все, что нужно, и пошел к кассам. И тут он понял, что что-то не так.

* * *

После короткой борьбы Марк Тернер был арестован. Он практически не сопротивлялся. За те пятнадцать минут, которые ему понадобились на покупки, из супермаркета вывели покупателей и их место заняли офицеры в штатском. Он был настолько погружен в свои мысли, что даже не заметил этого.

– Все эта хитрая стерва! – выкрикнул он офицеру, надевавшему на него наручники. – Это она подстроила! Но ей это с рук не сойдет. Я ее заполучу, вот увидите! – Он не понимал, что пошло не так. От вопросов кружилась голова. У него все получалось до сих пор безупречно. Что же случилось?

* * *

– Мы взяли его, сэр. Покупал продукты в Марсдене, наглец. Его отвезли в Хаддерсфилд, но он не сказал ни слова, – сказала Лили.

Мэтт почувствовал внезапное облегчение. Криминалисты полным ходом исследовали дом. Они с Лили стояли в подвале.

– Никаких признаков Кэролайн или Аниты, – сказала Лили. – Белла рассказала, что у Тернера была жена, ее звали Китти. Возможно, она кончила как и те две. Белла в порядке. Препараты, которые он ей давал, не оставят длительного эффекта. Она сообразила, что нужно держать себя в руках, и притворялась, что ей тут нравилось. Возможно, это спасло ей жизнь. Но долго она бы так не продержалась.

– Нет, потому что Тернер – убийца. Он бы нашел причину заковать ее в этом подвале и сотворить худшее, на что способен.

Лили поежилась.

– Белла знала его как Джеймса, не как Ду- га. Она думала, он ее контактное лицо из программы. Вы были правы на этот счет. Белла не подозревала, что это обман. Это он отвез ее в тюрьму в Йорке. Она понятия не имела, что он пользовался чужим именем или что он работал с Ноланом.

– Как я говорил, он умен. Заставил ее поверить, что ее защищают. Держал ее в изоляции от всех, кто ее знал, чтобы нанести удар в любой удобный момент.

Лили посмотрела на него.

– Мы здесь закончили, сэр? Меня тошнит от этого места.

Сверху прогрохотал голос Дайсона:

– Инспектор Бриндл! Отличная работа. Мы взяли этого урода, и он не затыкается. – Каменные ступеньки были крутые и истесанные временем, и он наступал осторожно. – Полный псих. Признался во всем, в том числе что он – наш «мистер Извините», и в убийстве тех, кого мы считали случайными жертвами. Видимо, отметки на руках были частью какого-то ритуала. Его способ принести извинения за то, что он их убивал. У каждой женщины был свой цвет. Кэролайн была зеленой, Анита – красной, а Белла – синей. Бог знает почему. Как я и говорил, чокнутый.

Лили посмотрела на него:

– Он что-нибудь сказал об окурке, сэр? Нас это чуть было не сбило со следа.

– Он хотел, чтобы мы решили, что это Чокер. Хотя откуда он его достал, он не сказал. Не думаю, что он сам помнит, честно говоря. Мы сравниваем его ДНК с образцами из-под ногтей Агнес Харви. Результат анализа и его признание засадят этого мерзавца на всю жизнь.

Из кухни послышался голос:

– Кажется, мы нашли ваших пропавших женщин!

Мэтт и Лили переглянулись. Явно ничего приятного их не ожидало. Дайсон первым отправился на кухню.

– Пошли посмотрим, что этот урод с ними сделал.

Плитка с пола была снята и уложена аккуратными стопками в стороне.

– Там. Видите? Все, что осталось, – это три неполных скелета. Когда мы сдвинули машину в том сарае, то нашли яму. Мы проведем исследования, но, думаю, там он сжигал тела.

Лили скривилась.

– То есть жену он тоже убил. Если вы не против, я подожду снаружи. Я достаточно увидела и услышала. Кошмарное место!

Мэтт пошел за ней на улицу.

– Я поговорю с Беллой позже, узнаю, что она теперь собирается делать.

Лили кивнула.

– Она мне сказала, что чувствует себя виноватой перед Доусоном. Видимо, наговорила ему гадостей. Я объяснила, что ее жизнь спасена благодаря ему и его одержимости ею.

– И еще благодаря тому, что Чокер узнал в «человеке с крыльца» нашего «мистера Извините». Если бы не эти двое, мы бы ее не нашли.

– И все равно, по-моему, Джоуэл Доусон стремный. Не хотела бы я, чтобы кто-то за мной следил и фотографировал.

Мэтт улыбнулся.

– Ну ладно. В этот раз это спасло положение.

Лили смотрела на него, склонив голову набок.

– Вы приняли решение насчет работы, сэр?

– Да, Лили, но давай поговорим об этом завтра. Я хочу, чтобы вы с Тэлботом приехали ко мне и оказали небольшую услугу.

Эпилог

– Моя задумка в том, чтобы посетители, заходя через эту комнату в дом, узнавали о его истории и об истории семьи. – Мэтт помахал рукой.

– Повесь на стены пару плакатов, – предложил Дайсон.

– Нет. Никто их не будет читать. У меня есть идея намного лучше. Мы пригласим их присесть и покажем кое-что.

Лили улыбнулась:

– Что-то типа фильма?

Мэтт кивнул.

– Очень короткий, не дольше десяти минут.

– Так, а мы что здесь делаем? – спросил Дайсон.

– А вы в нем сыграете.

Дайсон повернулся к Лили:

– Не нравится мне это, дорогуша. Он хочет нарядить нас в какие-то дурацкие костюмы и сделать из нас полных клоунов.

– Вовсе нет. – Эвелин Бриндл вплыла в комнату, держа две вешалки. На одной было длинное шерстяное платье с коричневым передником и маленькая белая шляпка. На другой – пара сатиновых брюк, сюртук и рубашка с рюшами. Их она вручила Дайсону. – У меня есть к нему парик и туфли. Будьте очень осторожны, это исторические вещи. Уолтер даже носил этот костюм. У нас есть портрет в гостиной.

– Вы хотите, чтобы я все это надел?

Мэтт улыбнулся.

– Из вас получится отличный Уолтер Бриндл. Он был вроде денди – любил свою одежду и свое отличное вино. Вам нужно лишь надеть костюм, сесть вон в то симпатичное кресло и прочитать, что написано на этих карточках. Я их перед вами подержу. Джош запишет на камеру.

Молодой человек, стоявший в глубине комнаты, слегка поклонился.

– А я? – спросила Лили. – Какая у меня роль в этом спектакле?

– Горничная! – ответила Эвелин Бриндл с чувством. – В процессе съемок вы зайдете в комнату и положите в камин свежий уголь.

– Сколько длится это чтение?

– Недолго, Тэлбот. Идея в том, что посетители нажимают на кнопку в стене и фильм запускается. Вы будете сидеть в кресле и дремать. Они нажимают кнопку, вы просыпаетесь, приветствуете их и рассказываете о своей эпохе.

Дайсон вздохнул. Смирившись, он взял вещи у Эвелин.

– Ладно. Но я хочу кое-что взамен, парень. Тебя. В участке, утром в понедельник, свежим и готовым работать со своей новой командой.

– Идет, Тэлбот. Что касается команды, я уже все решил. Я хотел бы взять Лили и Беквита, если вы не против. – Он повернулся к Лили. – Пойдет? Готова дать шанс, хоть мы и «из разного теста»?

Content

Хелен Даррант
Его третья жертва

Пролог

Глава первая День 1

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая День 6

Глава пятая День 8

Глава шестая

Глава седьмая День 9

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая День 10

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая День 11

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая День 11

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая День 13

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая День 14

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая День 15

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая День 16

Глава тридцать вторая

Глава тридцать третья День 17

Глава тридцать четвертая

Глава тридцать пятая День 18

Глава тридцать шестая

Глава тридцать седьмая

Глава тридцать восьмая

Глава тридцать девятая

Эпилог