Стелла Грей

Хочу тебя. И кофе…

© Грей Стелла

© ИДДК

* * *

Пролог

Пронзительный визг шин ударил по ушам. Вздрогнув, я оторвалась от чтения книги. Заложив пальцем страницу, выглянула в окно, с трудом удерживая челюсть от падения.

Возле входа в кафе затормозила кроваво-красная «Феррари» с открытым верхом! Таких машин в нашем городке отродясь не водилось, тем более возле нашего заведения.

Сначала мне показалось, что в салоне всего один человек – водитель. Но он сразу снял руку с руля, опустил её куда-то в район бёдер… а после я закрылась книжкой и дико покраснела, поняв, за чем именно бессовестно подглядела.

Женщина, чья голова как раз была в районе паха водителя, поднялась, и, судя по тому, как облизала влажные губы, не была против такого времяпровождения.

Я хотела отпрянуть от приоткрытого окна, когда услышала громкое:

– Херово!

Водитель «Феррари» вышел из машины, продолжив поправлять брюки.

– После такого отвратительного минета мне жизненно необходим хороший кофе!

– Что? – прошептала я, с ужасом оглядываясь на барную стойку.

Он приближался. Уверенно и неотвратимо, как айсберг на беззащитный маленький кораблик в моём лице. Плавный, текучий, вальяжный… Наши мужчины никогда так не ходили.

Я много чего знала о тех, кто живёт в больших городах, но, к сожалению, исключительно из книг, так как будни девушки-баристы в придорожной забегаловке располагают к другому. Этот точно был нездешним.

Высокий, красивый, одет в брюки и белую рубашку с сильно подкатанными рукавами и тонким галстуком – почти ниточкой. Смешно. Всё такое маркое и неправильное, не для этого места.

Когда он совсем приблизился, я перебежала за стойку и натянуто улыбнулась.

Мужчина вошёл, небрежно скользнув взглядом по бедной обстановке кафе. Его губы изогнулись, символизируя презрение.

«Сейчас уйдёт» – подумала я.

Но нет. Он нашёл меня взглядом, прищурился, поправил растопыренной пятернёй светлые, практически платиновые волосы, и кривизна губ превратилась в удивительно притягательную улыбку.

Вышло это всё настолько порочно, что у меня сбилось дыхание.

Раньше я думала, что воплощением греха должна быть внешность жгучего брюнета, но мужчина передо мной был полной противоположностью. Тот неповторимый оттенок белизны и пепла, о котором мечтают все крашеные блондинки, его необычайно красил. Он казался бы ангелом, если бы… не открывал рот.

– Эспрессо. Только нормальный, – чуть растягивая слова, произнёс мужчина, глядя на меня ярко-зелёными глазами. – Порадуй меня, крошка! Зёрна хорошие?

К счастью, а может, к сожалению, едва ли не единственное, на чём не экономил владелец, был как раз кофе! Всё же покупали у нас в основном его.

Но если учитывать на какой машине ездит этот тип… м-да.

– Надеюсь, что вам понравится, – как можно спокойнее произнесла я, кладя книгу плашмя и вытирая внезапно вспотевшие ладони о передник.

Мужчина перегнулся через стойку, глянул сначала на книжку, а после… покосился на мои ноги. Почти сразу, прежде чем во мне созрело желание возмутиться, оторвав взгляд от моих бёдер, он провел кончиком пальца по корешку романа и уточнил:

– Классика? Интересно?

Варить кофе и не дёргаться под внимательным взглядом этого странного клиента оказалось непросто, и всё же я нашла в себе силы кивнуть.

– Неожиданно.

Разговаривать с этим типом о своих литературных предпочтениях не хотелось, но клиент есть клиент. Я почти выдавила улыбку, чтобы ответить чем-нибудь нейтрально вежливым, но наш чрезвычайно интересный диалог прервал капризный голос из машины:

– Люц, возьми мне мне мокачино.

– Ты ничего не перепутала, Моника? – спокойно и без агрессии ответил… Люц?

С трудом сдерживая улыбку, я поставила перед ним стаканчик.

– Люциус, ну пожалуйста!

Люциус… Ну и имечко – мурашки по коже.

– Сделать мокачино? – тихо спросила я, почему-то не отрывая взгляда от того, как чётко очерченные губы мужчины касаются края стакана и пробуют сваренный мною напиток.

Он чуть прикрыл свои необычные глаза и выдохнул:

– Божественно. Насыщенно, терпко, с горьковатым послевкусием. У тебя волшебные ручки.

– С-с-спасибо, – чуть запнулась я.

– И ноги неплохие. Как насчёт того, чтобы прокатиться однажды тёмной ночью? – блондин чуть подмигнул мне правым глазом, а я задохнулась от возмущения…

– Люциус! – снова возмущённо заорали из «Феррари». – Неужели я мало для тебя сделала и не заслужила кофе?

Мужчина даже не обернулся, продолжая сверлить взглядом меня, мои руки, плечи, грудь под передником. И я впервые в жизни пожалела, что не могу спрятаться под стойку.

– Так сделать мокачино? – единственное, что сумела вымолвить я, чтобы совсем не потерять лицо.

И Люциус рассмеялся. Тихо и небрежно.

– Ты прекрасна, крошка, – почему-то произнёс он и окинул взглядом стойку. Нашёл на ней картонную коробочку с говорящей подписью «На мечту!», открыл бумажник и достал… сотню долларов! Бросил в коробку, подмигнул и быстро пошёл к машине. Уже у капота развернулся, и бросил мне:

– Я тебя запомнил. В твоих интересах поступить так же.

– Этого много…

Дальше он не слушал. Сел в свою агрессивно-красную машину, одной фразой закрыл рот скандальной Монике и уехал.

Взял и уехал, только пыль столбом.

А я так и стояла за стойкой в пустой придорожной кафешке, куда заезжают редкие водители, и смотрела в растворявшийся след.

Может мне вообще померещилось? Но нет, сто баксов были настоящими.

* * *

– Рут! – крикнула я, задумчиво покусывая ноготь на указательном пальце и разглядывая мелькающую полосочку, требующую продолжения написания резюме. – Как называется способность хорошо общаться даже со всякими негодяями-клиентами?

– Доброжелательность? – отозвалась соседка по съёмной квартире, отвлекаясь от созерцания себя любимой в зеркале. – Коммуникабельность? Дурость? Наивность?..

– Коммуникабельность подойдёт, спасибо, – улыбнулась я.

– Это всё такая хрень собачья, – поделилась Рут бесценным мнением, возвращаясь к покраске правого глаза чёрным карандашом. – Думаешь, ты нужна кому-то без образования и опыта? У вас отличное кафе, там классный кофе и Боб ваш – нормальный мужик. Присмотрелась бы к нему, он-то к тебе давно приглядывается.

– Ему за пятьдесят, – округлила я глаза – и у него жена!

– Да плевать, – Рут пожала плечами и отпрянула от зеркала, разглядывая боевой раскрас. – Жена – не стенка. А мужику в пятьдесят много ли надо? Погладишь его между ног, он и кончит на радостях, а там и половинку кафе на тебя отпишет. Хорошо бы вообще от него залететь…

Она что-то там ещё говорила, но я уже «отключилась», погрузившись в собственные мысли и перестав слушать глупости Рут. У неё всегда на всё было своё мнение, чаще всего совсем не совпадающее с моим. Зато за аренду она всегда платила вовремя, да ещё и мне несколько раз занимать денег умудрялась, что в нашем городке могли позволить себе далеко не все.

– Трудолюбивая, коммуникабельная, отзывчивая, – перечитала я свои качества в резюме, и грустно вздохнула, бросив взгляд выше, в графу «образование».

Похвастать, увы, было нечем. Сразу после школы я нашла работу и съехала из дома, позволив маме вздохнуть немного свободнее. Хотя у неё всё ещё оставалось три голодных рта – мои младшие братья. Чем могла я им помогала, но, увы, моей зарплаты едва хватало на покрытие собственных минимальных расходов и кое-каких редких сюрпризов семье.

– Допиши там к возрасту свои параметры, – наставительно посоветовала Рут. – Я серьёзно. У тебя есть, чем прихвастнуть. Грех этим не пользоваться, Файнис.

– Я не хочу работать в стриптизе, – ответила я, с осуждением посмотрев на соседку. Блондинка с ногами от ушей, она умело подчёркивала макияжем свою красоту и выглядела потрясающе.

– Зря, – фыркнула Рут. – «У койота» – отличное место. И платят там гораздо достойней, чем в вашей кофейне. Ну и если не захочешь интима с клиентами, никто не заставит – охрана там что надо. Особенно Джек.

– Это тот, что провожал тебя вчера? – вспомнила я.

– Нет, провожал Майк, я пока с ним, – отмахнулась Рут. – У Джека тачка попроще и сейчас в ремонте. Ладно, думай, подруга. Могу замолвить за тебя словечко и показать пару движений, так что у всех мужиков крышу от тебя снесёт.

– Не нужно.

– Смотри сама, – Рут подхватила сумочку и пошла к выходу. – Эти твои резюме – конечно классное развлечение, но пора уже прекращать мечтать, Фай. Тут или мужик спасёт из болота, или сама начинай крутиться активней. Вокруг шеста – самое то.

– Пока, Рут, – попрощалась я, ещё раз проверяя всё, что написала, и отправила заявку на сайт с предложениями работы. Уже шестую за месяц.

Дверь закрылась, и я резко обернулась, замирая от ужаса, навеянного собственными мыслями:

«Неужели соседка права, и всё что мне остаётся – торговать телом?»

Я покачала головой, поднялась из-за стола и, захватив с собой очередной любовный роман, пересела в кресло у окна, включив напольную лампу рядом.

– Главное – не сдаваться, – сказала я себе, открывая книгу, собираясь погрузиться в сказочный мир фантазий, чтобы хоть ненадолго перестать думать о том, как быть дальше.

Но внезапный звонок телефона сбил мои планы. Неизвестный номер был настойчив и требователен. Пока я искала сотовый в сумочке, забитой самым разным жизненно важным хламом, звонок прекратился и возобновился вновь. Кто-то очень хотел меня услышать…

– Алло, – наконец сказала я, обнаружив сотовый. – Слушаю вас.

– Мисс Файнис Бутс? – женский голос был вежлив и почтителен.

– Да.

Я немного испугалась. Почему-то представилось, что звонить и говорить таким тоном могут только из государственных учреждений, если что-то случилось с дорогими сердцу людьми.

– Добрый вечер, меня зовут Элеонора Ромеро, и я представляю компанию «Элликорт». Алло, мисс, вы здесь?

– Да, – почти прошептала я.

– Хорошо. Так вот, мы рассмотрели ваше резюме, мисс Бутс, и хотели бы пригласить в компанию на собеседование.

– В компанию? – я решительно ничего не понимала.

– Да. Личным секретарём начальника отдела снабжения. У него как раз освободилась вакансия, и он предварительно одобрил вашу кандидатуру, приказав связаться с вами как можно скорее. Как быстро вы могли бы подъехать в наш офис, мисс Бутс?

– Эм-м…

Я посмотрела за окно, там стелились сумерки. Как собственно и в моей голове. Пришлось сделать над собой усилие и проговорить:

– Простите, но моё резюме подразумевало работу официантки. Я… никогда не работала секретарём. Должно быть, это какая-то ошибка?

– Вы – мисс Файнис Бутс?

– Да.

– Вам девятнадцать лет, и в настоящее время вы работает в кафетерии «У Боба»?

– Да.

– Вы ищете работу?

– Да.

– Я определённо не ошиблась. Когда вы сможете приехать в Бостон? Расходы на дорогу мы вам оплатим. В случае утверждения на должность, выделим корпоративную квартиру и оговорим жалование.

– Завтра, – сказала я, раньше, чем успела подумать над ответом. – Диктуйте адрес.

* * *

Я не могла поверить своему счастью. Меня позвали на собеседование!

– Рано радуешься, – наблюдая за моими сборами, бросила Рут. Она вернулась рано утром, как раз ко времени моих сборов, и теперь следила за мной с небрежной улыбкой. – Это же только встреча с кандидатами.

Соседка сидела на стареньком диване и пила кофе, я же носилась между зеркалом и шкафом, выбирая, какой наряд выбрать и что больше подходит к случаю.

– Ты не понимаешь, – впопыхах заявила я, натягивая юбку. – Главное, что мне позвонили. Сам факт, что заметили и позвали – вот что важно. А там уже всё равно, даже если не выйдет устроиться секретарём, уверена – у них есть ещё должности. Я ведь могу быть кем угодно.

Рут прыснула в чашку.

– Что ещё? – спросила я недовольно.

– Не в таком ужасном виде, солнце, – ответила она. – Где ты вообще откопала этот бабушкин наряд? Он кошмарен.

Я надула губы и посмотрела на себя в зеркало. И ничего не кошмарный. Обыкновенный костюм, строгая юбка-карандаш ниже колен, пиджак, белая блуза. В нём я ездила на экзамены в колледж, однако, увы – не срослось. Не хватило пары баллов до бюджетного.

– Он не бабкин, я купила его в приличном магазине…

– На рождественской распродаже, – закончила за меня Рут и оставила кофе в сторону. – Горе ты моё! Так, иди сюда. Сейчас я всё сделаю.

Пусть и неохотно, но я сделала шаг в её сторону.

Соседка ещё раз критически осмотрела меня, покачала головой и принялась расстёгивать ворот блузы.

– Эй! – я попыталась убрать её руки, но сама получила по пальцам.

– Не дёргайся! У тебя что, монахини в роду были? Что ты как не из двадцать первого века? Вот так лучше.

Я посмотрела вниз, и убедилась, что Рут сделала то, что сделала. А именно, теперь через расстёгнутые пуговицы нагло проглядывала ложбинка груди.

– Это по́шло и дёшево, – заявила я.

– Это мудро и предприимчиво, – парировала она. – Особенно если секретаря ищут для мужчины. Пока они смотрят на твою грудь, то ни чёрта не слышат из того, что ты говоришь! Поверь, это важно. Так, теперь юбка.

Рут подвернула края вовнутрь, делая её короче на две ладони и оголяя мои колени.

– Подколешь булавкой, а лучше обрежь и подшей, – категорически заявила она и подвела меня к зеркалу. – Смотри. Так же лучше.

Я неуверенно кивнула, хотя уверенности во мне резко поубавилось…

– А если босс будет женщиной? – спросила я, и Рут закатила глаза к потолку.

– Ой, всё. Тогда смело застёгивайся на все пуговицы до самой макушки, и юбку до пят.

Я так и не поняла, шутит она, или серьёзно, но по итогу весь вечер подшивала длину у юбки, а следующим утром ехала рейсовым автобусом в Бостон на собеседование.

Мяла от волнения руки, продумывала ответы на возможные вопросы, и мысленно благодарила Рут за макияж, который она сделала мне утром. Ничего вызывающего, просто сделала черты лица ярче и выразительнее.

Теперь оставалось только не подвести саму себя.

Нужное здание нашлось в самом центре города. Небоскрёб уходил куда-то ввысь, и, казалось, терялся в облаках. Хотя так только казалось, потому что от волнения у меня даже голова закружилась.

«Элликорт» – прочла я огромные буквы названия компании, и затаила дыхание… Ещё вчера когда меня пригласили и озвучили куда именно, я не сразу поверила, но теперь, стоя у самого входа в офис, меня окончательно накрыло счастьем. Всё правда.

Это не чья-то дурацкая шутка, меня и вправду позвали на собеседование в крупнейшую логистическую фирму штата.

Окрылённая этими эмоциями я буквально впорхнула в огромный холл, где меня сразу же за охранными рамками остановила охрана и отправила к огромной стойке ресепшена – для посетителей.

– Доброго дня, – поздоровалась я с девушкой, сидящей там. – Мне необходимо выписать пропуск.

– Вы к кому? – уточнила администратор.

Тут я замялась, потому что умудрилась забыть имя звонящий мне вчера женщины. Пришлось выкручиваться.

– Возможно, моё имя должно быть в списках, – не самым уверенным тоном произнесла я. – Файнис Бутс. На собеседование.

Вбив данные в компьютер, девушка тут же утвердительно кивнула и отчего-то её осанка вдруг изменилась. Стала ровнее, будто вытянулась в струну.

Хм… К чему бы это?

– О, мисс Бутс, вы правы, вам на сто первый этаж. Сейчас я позвоню туда, вас встретят, – с этими словами она дала мне карточку временного пропуска. – Или хотите, я лично провожу вас до места встречи?

Испытывая крайнюю степень неловкости, я покачала головой. Не стоит навязываться, тем более, будучи обычной соискательницей на работу.

Хотя надо отметить, дисциплина тут явно была на уровне, если даже меня, простую девушку, встретили так тепло. Ну, не считая охранников.

Подъём на лифте показался мне одним мгновением, хотя всё это время я сжимала в руках сумку, и понимала, что мои ладони бесстыдно потеют от волнения. Усилием воли я заставила себя не волноваться. Досчитала до десяти, вдохнула-выдохнула, и только тогда решила, что готова ко всему. Что я справлюсь. Что эта работа будет моей, как бы то ни было.

Поэтому когда лифт открылся, я была накручена до такой степени боеготовности, что хотела горы свернуть.

– Мисс Файнис Бутс? – чуть в стороне от лифта стояла женщина в красном брючном костюме.

Блондинка лет тридцати. Она выглядела сногсшибательной, от кончиков волос до носков туфель. Я даже растерялась, когда женщина подошла именно ко мне и повторила свой вопрос. Куда только делся мой пыл?

– Мисс Бутс?

– Да.

– Меня зовут Элеонора, именно я вчера звонила вам по поводу собеседования, – с ходу начала говорить женщина. – Вы готовы к разговору?

– Да, разумеется, – кивнула я, и ещё сильнее сжала ручку сумки.

– Тогда пройдём. Босс предпочитает лично говорить с кандидатами. Всё же в случае трудоустройства вам придётся часто и достаточно тесно контактировать.

Показалось, или при слове «тесно» губы блондинки дрогнули?

Но, судя по тому, как спокойно и уверенно шла женщина дальше, продолжая говорить, я решила, что точно показалось. Это всё тлетворное влияние Рут с её стриптиз-клубом. Теперь мне постоянно чудятся непристойные предложения.

– Пришли, – Элеонора остановилась у стеклянной матовой стены с дверьми. – Одну секундочку.

Она постучалась, а когда оттуда раздалось «войдите», заглянула первой:

– Господин Мелроуз, к вам мисс Бутс.

– Пусть войдёт. И да, Элеонора, прикройте за ней двери, пожалуйста, – голос говорившего показался смутно знакомым. Почему-то до дрожи в коленях.

И пока я растерянно топталась на месте, думая, а может мне всё же не надо заходить внутрь, блондинка мягко подтолкнула меня в спину – сделать первый шаг.

Второй я сделала уже чуть увереннее, и оказалась в кабинете. Просторном и светлом, от огромных панорамных окон во всю стену.

Оглянулась по сторонам: много места, хрома, и совсем мало мебели. Одинокий стол и два кресла. Одно для посетителей, второе – владельца кабинета. Оно было повёрнуто ко мне спинкой, отчего я до сих пор не видела его обладателя.

Где-то за спиной закрылась дверь, и только тогда кресло начало медленно поворачиваться… Настолько медленно, что казалось, будто секунды растеклись в целые часы тягостного ожидания.

Вначале я увидела плечо в дорогом чёрном костюме, а затем профиль с дьявольской змеиной усмешкой и белыми, как снег, волосами. И всё вдруг встало на свои места…

– Я же говорил, что запомнил вас, мисс Бутс, – произнёс тот, кого звали Люциус.

Люциус

Наконец-то мышеловка захлопнулась!

Девчонка приехала сама, воодушевлённая и готовая на всё ради перспективы. Прелесть, как хороша в своём жутком костюме, снятом, похоже, с бабушки. Накрашенная не пойми как, в туфельках с квадратных носом и с глазами, полными надежды, она напоминала мне несмышлёную Красную Шапочку, вошедшую в лес в поисках тропинки.

Я встал из-за стола, готовый показать дорогу за определённую плату.

– Мисс Файнис, – лучезарно улыбнувшись, я обласкал испуганную крошку взглядом, и сразу решил прощупать почву на предмет будущего плодотворного сотрудничества: – Спасибо, что приехали так быстро, отозвавшись на моё приглашение. Я хочу вас… здесь.

Сделав многозначительную паузу перед «здесь», показал на кожаное кресло напротив моего стола.

Она проследила мой манёвр, уставилась на кресло и, моргнув, снова встретилась взглядом со мной.

– Вы хотите, чтобы я здесь работала? – спросила робко, шаркнув при этом правой ножкой.

Я задумался, что бы это значило? Издевается? Набивает цену? Разжигает интерес?

– Надо же, какое совпадение, что мы вот так встретились, правда? – продолжила мисс Бутс раньше, чем я определился. – Это настолько неожиданно! Но, знаете, в этом есть знак!

– Знак? – мои глаза сами открылись немного шире.

– Да.

Быстро кивнув, она подошла ближе и выставила вперёд бесформенный рюкзак со словами:

– Здесь все мои документы. Образование, несколько грамот, рекомендация… Ой, это не то, извините, сейчас я…

Начав доставать из рюкзака папку с бумагами, она потрясла его и вывалила на пол белую тряпку в серый горох и расчёску.

– Ох! Какая я неуклюжая! П-простите! Я немного волнуюсь! Сейчас…

Файнис Бутс принялась поднимать свои пожитки, умудрившись уронить и папку с документами, а я так и стоял истуканом, не в силах понять, что это вообще такое?!

Можно было бы решить, что девица пытается меня соблазнить традиционным способом: типа уронила карандаш и красиво наклонилась, давая шанс рассмотреть аппетитную попку, но… Поза, нелепые движения и открывшийся в целом вид вообще не возбуждали.

В какой-то момент, она, кажется, справилась и, утрамбовав платок с расчёской назад в рюкзак, стала подниматься, но забыла о лежащей на коленках папке.

Едва не плача, красная, как рассвет в Майами, Файнис снова упала на пол, стукнувшись коленями, и принялась поднимать вылетевшие в разные стороны листки.

Она зашипела от боли, и я отмер.

– Позвольте!

Быстро присев рядом, я поднял бумаги и подал ей вторую, свободную руку.

Девушка позволила помочь, встала и грустно вздохнула.

Несколько секунд я обдумывал, как быть дальше. Стало вдруг очевидно – всё это не уловки, а самая настоящая нелепая невинность, приехавшая из замшелого пригорода, чтобы показать себя и построить карьеру честным, мать её, трудом.

Я слышал о таких от друга – любителя девственниц. Пол был буквально помешан на мысли найти среди невинных и целомудренных свою вторую половинку. Вот только, – по его словам – стоило таких скромниц лишить непорочности, как в них просыпались фурии, похлеще самых отъявленных шлюх. В последнее время Пол так отчаялся, что даже грозился перейти на мужиков и посмотреть там… Вот бы ему Файнис показать – наверняка малышка приглянется. Вот только, стоило представить, как он, а не я, будит в этой малышке все пороки разом, как во мне взыграло чувство собственности.

Нет уж, не зря я её запомнил, зацепился взглядом и никак не забуду.

– Мисс Бутс, присядьте, прошу, – попросил я, указав на то самое кожаное кресло, в котором час назад мысленно её поимел. – Здесь вам будет удобно.

– Спасибо вам! – она посмотрела на меня испуганно и с надеждой. – Я ведь ещё не провалила собеседование?

Шутница.

Если бы не мой член, вставший при виде её ножек и попки там, в придорожном кафе… Впрочем, ей об этом пока знать точно не стоило.

– Нет, ну что вы, – я остановился рядом с ней, опёршись бедром на стол и попытавшись заглянуть в декольте.

Чёрт, всё застёгнуто наглухо! Кто вообще так ходит на собеседования?! На что я вообще клюнул? Может, сам надумал прелестей, и теперь пытаюсь притянуть за уши то, чего нет?

– Я много умею! – Файнис, следившая за выражением моего лица, будто уловила что-то нехорошее и подалась вперёд. Сердито мотнув головой, она откинула в сторону слишком отросшую чёлку и почти прошептала:

– Если не гожусь на роль секретаря, то могу остаться убирать офис. Я хорошо убираю.

– Мисс Бутс… – я поморщился, подбирая слова.

Девушка, всё это время крутящая пуговку на горловине блузки, начинала откровенно раздражать. Не мой вариант…

– Файнис! – перебила она меня, и вскочила, оказавшись напротив.

А после мы вместе озадаченно уставились на пуговицу, оставшуюся зажатой меж пальцев.

– Ой, – сказала мисс Бутс.

«Хм» – мысленно отозвался я, рассматривая наконец показавшиеся где-то там округлости.

Вскинув голову и приложив ладонь к открывшемуся вырезу, девушка уставилась на меня огромными синими глазами и заговорила подрагивающим голосом:

– Это ужасно. Я, должно быть, в ваших глазах ужасно нелепая, мистер Мелроуз, но, поверьте, я быстро учусь, и вы не пожалеете, если оставите меня в фирме.

Сильно нервничая, она снова мотнула головой, а я вдруг попросил:

– Сварите-ка мне кофе.

– Что? – её глаза стали круглыми.

– Кофе, – терпеливо повторил я. – Я помню, вы неплохо с этим справлялись. Всё необходимое есть в подсобке в приёмной. И ещё, мисс Бутс… умойтесь.

– Умыться? Но… – несколько раз моргнув, она вдруг пожала плечами и добавила: – Без проблем, конечно. Какой именно кофе вы любите? Я всё сделаю, вам понравится!

Как же мне нравилась эта фраза, как много она мне обещала…

– Уверен, так и будет, – мои губы сами растянулись в похабной улыбке. – Сейчас расскажу, как я люблю…

Она застыла, будто крольчонок перед тем, как его съест удав. Удавом, должно быть, был я. Если бы не одно «но»: сейчас я был сыт, а мои аппетиты вполне удовлетворила бы чашка хорошего кофе.

– Чёрный, крепкий, без сахара, без молока. Пена должна быть насыщенной и крепкой, – принялся перечислять я.

– Сорт зёрен? – робко поинтересовалась Файнис.

Такая милая наивность, просто слов нет. Нет уж, зайка, подсказывать тебе я не намерен. Растянув губы в предвкушающей улыбке, попросил:

– Выбери сама.

– Сама? – её глаза повлажнели, губы дрогнули.

– Всё в приёмной, возле кофемашины, – я небрежно махнул в сторону коридора, после чего проследил за мисс Бутс, спешно покидающей мой кабинет. Несколько раз она обернулась, будто собиралась о чём-то спросить, но, нарываясь на мой взгляд, не произносила ни слова.

Должно быть, девочка хотела знать, как так вышло, что тёпленькое местечко секретаря всё ещё не занято.

Я усмехнулся, вспомнив одну из последних кандидаток. Ну, как вспомнив… Воображение чётко нарисовало роскошный зад и рабочий рот, больше в ней ничего выдающегося не было. До этой приходила родственница кого-то из бухгалтерии. С классной грудью и глазами оленихи.

Все подходили на роль временных девочек в моей постели, на моём столе, в кресле, в машине… Но не для секретарской работы. Для этого нужно было кое-что особенное…

Сортировать корреспонденцию и следить за временем встреч я мог и сам, а вот сварить хороший качественный кофе не получалось.

Да, так бывает, что самое лакомое место в фирме, для безмозглых девочек, мечтающих быть поближе к боссу, долго остаётся вакантным из-за странной прихоти того самого босса.

И вот Файнис ушла, прикрыв за собой двери, а я принялся ждать, что же мне приготовит девчонка.

Это тест, который не проходят. Задание с подвохом. Есть вводные данные и поставленная цель, вот только мозгов достигнуть её у силиконовых курочек не хватало. Впрочем, у дипломированных секретарей тоже. Ибо нажать пару кнопок на кофемашине ума не надо, а для бумажного делопроизводства у меня есть сорок профессионалов в отделе.

Но вот я встретил девчонку из провинциального городка, которую увидел в кошмарном придорожном кафе, и меня тотчас же осенило идеей… На хрен секретарей! Мне нужна бариста. Личная, симпатичная и сообразительная. Чтобы всех зайцев одним выстрелом.

Шли минуты, мисс Бутс не было.

Я даже уже начал думать, что переоценил способности Файнис, потому что готовить кофе двадцать минут – это предел моему терпению. Ну, понятно, она растерялась, поняв, что кофе-машина ни хрена не работает. Поныла, может быть… Потом должна была найти провод и включить её в сеть. Не совсем же дура?

Чёрт! Может она не разобралась с техникой и свалила нахрен, решив не сообщать об уходе?

Я встал с кресла и собрался проверить лично, чем там занимается мисс Бутс, когда, наконец, раздался стук.

– Войдите, – отозвался я.

В кабинет вместе с божественным ароматом вплыла Файнис. В её руках стоял небольшой поднос с крошечной чашечкой кофе…

О, да, детка. Иди ко мне! Этот запах был уже почти оргазмом! Удиви же меня…

– Почему так долго? – строго спросил я, нетерпеливо поигрывая пальцами по столешнице.

– Простите, мистер Мелроуз. Пришлось распаковывать турку. Понимаете, сорта кофе, которые есть в приёмной, не раскрываются в кофемашинах. Слишком грубая обработка для такого напитка. Простите за задержку.

Что?! Она что реально разбирается в кофе?

Я недоверчиво переспросил:

– Турку? Электрическую чашку с ручкой?

Она кивнула и поставила передо мной кофе. Я смерил взглядом крошечную чашечку. А ведь всё действительно так, как просил. И пенка, и сорт выбрала отличный… Я лично привёз несколько редких из Бразилии, и одна из бывших секретарей всегда умело варила их вручную в турке. Пока не уволилась, дрянь такая, бросив меня на произвол силиконовых дурочек.

С тех самых пор турка и пылилась в коробке, а все мимо-крокодилы удовлетворялись машинными напитками. И я тоже, за неимением лучшего.

Что ж… Посмотрим.

Поведя плечами, я бросил последний испытывающий взгляд на девушку и пригубил кофе, блаженно прикрыв глаза.

Кажется, прошло примерно полминуты, в течение которых я блаженствовал в неге аромата и вкусовых качеств, когда Файнис робко кашлянула.

Черт, совсем о ней забыл!

– О, да… детка, я в тебе не ошибся, – почти промурлыкал вслух, открывая глаза.

– Ч-что, простите? – от волнения она схватилась за следующую пуговку на своей блузке.

Наклонив голову, я с интересом уставился на девицу. Интересно, оторвёт или нет? Хорошо бы.

Проследив за моим взглядом, мисс Бутс дёрнулась, но пуговицу отпустила… Эх, даже жаль. Я бы полюбовался, какое бельё скрывает бабушкина блузка…

Хотя нет! Некоторые тайны должны оставаться тайнами, чтобы мужики не становились импотентами.

– Вы приняты, говорю, – усмехнулся я, с наслаждением глядя на свою новую секретаршу.

– Правда?!

– Я похож на парня, любящего пошутить, мисс Бутс?

– Спасибо, мистер Мелроуз! Вы даже не представляете, какой это для меня шанс, – залепетала она полушёпотом, снова выкручивая несчастную пуговку. Увы, эта оказалась пришита лучше предыдущей и осталась меланхолически болтаться, даже не думая открыть мне взор на грудь Фай.

Нужно будет конечно поработать над девочкой, во всех смыслах. Вся эта скромность интригует, внушая мысли про сладкий запретный плод, но я всё же привык несколько к другому.

Думаю, за неделю девчонка освоится, расслабится, получит первую зарплату и войдёт во вкус новой жизни. А после я перейду от намёков к прямым предложениям. И если мисс Файнис не дура, а она определённо не совсем дура, то поймёт, насколько выгодно быть хорошей девочкой во всём.

Я скользнул взглядом по её талии, по юбке вниз и едва не облизнулся… Помнил, какие бёдра там скрывались, и был бы не прочь пощупать их прямо сейчас, но…

Нет, пугать её напором было не с руки. Терпение – благодетель. Так говорят. Даже интересно, насколько это правда…

– Миссис Ромеро, подойдите ко мне, будьте добры, – нажав на интерком, я вызывал главу отдела кадров, и когда Элеонора явилась в кабинет, приказал: – Оформите договор с этой девушкой.

– Договор?! – выражение её лица было прекрасным. Кажется, именно её грудастую родственницу я отверг совсем недавно.

– У меня что, косноязычие развилось? – спросил холодно.

– Нет, нет. Простите, мистер Мелроуз. С какого числа мисс Бутс должна приступить к работе?

– С завтрашнего, – без промедления ответил я совершенно очевидную для себя вещь.

– Э-э… Что ж, я поняла вас, – Элеонора записала что-то в своей планшет, и тут же добавила: – Правда, есть одна проблема, мистер Мелроуз.

– Какая?

– Квартира, – Элеонора ещё раз пролистала свой планшет. – Все корпоративные на текущий момент заняты. Ближайшая освободится через полторы недели.

– И что?

– Насколько понимаю, мисс Бутс нуждается в жилье, ведь она… – Элеонора прервалась и смерила Файнис немного высокомерным взглядом, после чего закончила: – Издалека.

– И в чём проблема? – я вскинул бровь, ощущая поднимающееся внутри недовольство. – Элли, не заставляй меня в тебе разочаровываться. Реши вопрос сама. Я хочу видеть мисс Бутс здесь каждый день, начиная с завтрашнего. Сними временное жильё, если понадобиться. Или пусти её к себе. Завтра мисс Файнис должна прийти вовремя, отдохнувшая и полная сил.

– Слушаюсь, мистер Мелроуз, – тут же отозвалась Ромеро, и пока я окончательно не разозлился, сбежала из моего кабинета, забирая Файнис с собой.

Едва дверь за ними закрылась, я поднялся с кресла, вновь взял в руки чашку кофе и подошёл к окну…

За ним раскинулся гудящий город и огромные перспективы…

Я усмехнулся, прикрывая глаза и вспоминая краснеющую кофейную девочку… Очень соблазнительная в своей непосредственности. Интересно, сколько в ней темперамента? Есть он там вообще? Какой он? Раскроется так же, как и кофейное зерно, при обжарке?

Ох… как бы я отжарил Файнис прямо сейчас на этом столе, а она бы шептала:

– Спасибо, мистер Мелроуз. Вы даже не представляете, какой это для меня шанс!!!

А потом срывалась на крик.

От этих мыслей я затряс головой, вытряхивая их оттуда. Допил залпом кофе и вернулся за стол…

Работать, Люциус! А не мысленно подрачивать на кофейную Файнис.

– Кофейная Файнис, – произнёс я вслух, и мне понравилось, как это звучало.

Значит, так и буду её называть.

Файнис

Как прекрасен этот мир!

Мне хотелось петь и танцевать, и кричать от восторга!

Я подходила к своему дому, в котором снимала квартиру с Рут, и просто плавилась от счастья. Меня взяли! Какие же потрясающие люди мне встретились! Элеонора, которая сначала показалась немного высокомерной, в итоге настолько тепло со мной общалась, что даже приглашала к себе на несколько дней, пока не подыщет мне достойный вариант жилплощади. Возможно ли такое? Она невероятно добра!

А сам мистер Мелроуз? Он просто будто сошёл со страниц модных журналов: красавчик, каких поискать. Когда ехала устраиваться к нему на работу, всё думала, вдруг Рут окажется права, и ему нужно от меня нечто неподобающее? Но он оказался таким любезным джентльменом, что у меня даже дыхание спёрло. Очаровательный, галантный, совсем не похожий на того бесстыжего типа, что вылезал из красного «Феррари», недовольный тем, как ему… Ох, даже мысленно не могу произносить такое слово.

И, выходит, я запомнилась мистеру Мелроузу именно из-за вкусного кофе! Он так и сказал. Кто бы мог подумать?!

– А, это ты, – Рут обернулась на звук открывшейся двери, махнула рукой и снова отвернулась, чтобы погрузиться в созерцание мыльной оперы.

– Робби, – молила героиня с экрана телевизора, – не бросай меня. Я люблю тебя!

– Прости, мне пора, – холодно бросил мужчина, в последний раз погладив героиню по щеке.

– Ох, твою мать, – расчувствовалась Рут. – Вот сукин сын…

Я покачала головой, аккуратно сняла ботинки и подошла к соседке, загораживая телек.

– Эй! – возмутилась та. – Ты чего?!

– Робби! – кричала в такт героиня сериала. – Ты не можешь так поступить!

Я взяла пульт и совсем отключила звук, после чего радостно заявила:

– Меня взяли, Рут!

– Куда? – опешила та, обескураженная моим своеволием.

– На работу! Всё, я съезжаю. Представляешь?!

– В смысле?

– Квартира оплачена на несколько недель вперёд, – продолжала я воодушевлённо, – и ты за это время найдёшь кого-то ещё. А меня ждут огни большого города!

– Ты обкурилась что ли? – Рут поднялась, подошла ко мне и приложила тонкую ладонь ко лбу. – И жара вроде нет.

Я отпрянула, засмеялась и замотала головой:

– Меня взяли!

– Прямо на столе что ли? – не сдавалась соседка. – Ты про презервативы не забыла, надеюсь?

– Рут! – я схватила её за голову обеими руками, заставляя таким образом умолкнуть, и прошептала: – Всё получилось. Понимаешь? Я понравилась работодателю. С завтрашнего дня буду работать секретарём, варить кофе и… жить в квартире, которую он будет оплачивать!

– Кто «он»?

– Мистер Мелроуз. Это мой босс.

– Да иди ты!

Мы ещё долго говорили в тот вечер, и Рут всё никак не могла поверить, что начальнику нужен только вкусный кофе. Она предостерегала меня, и сказала, что первую неделю не будет искать замену в эту квартиру, чтобы мне было куда вернуться, если обидят. Я её обняла и расплакалась, растроганная такой заботой, а потом мы всё же разошлись по постелям в ожидании нового дня.

Я просто пари́ла, приближаясь к зданию офиса фирмы. Если конечно не учитывать тяжеленного чемодана, что пришлось тащить на себе – он немного сбивал с радостного настроя, но всё же ничто не могло испортить моего настроения.

В приёмной мистера Мелроуза было тихо и спокойно, а за его дверью уже раздавался громкий уверенный голос, означающий, что босс на месте. Я посмотрела на часы, убедилась, что не опоздала и отправилась прятать чемодан.

Скинув с себя и пиджак в подсобке, посмотрела в зеркало. Сегодня я решила не краситься – впечатление уже было произведено, а портить лицо декоративной гадостью не хотелось. Проверив, застёгнуты ли пуговки на блузке, я оправила юбку и переобулась: Рут подарила мне свои туфли, купленные на каждый день. Чёрные, на небольшом каблуке, с чуть вытянутым носком, они казались мне верхом элегантности и чудесно дополняли образ.

Так, воодушевлённая, я вышла в приёмную из подсобки, чтобы увидеть, как открывается дверь. Из кабинета босса вышел… не он.

Этот тип был немного выше и шире в плечах, хотя одет не менее красиво. Его классический тёмно-серый костюм выгодно подчёркивал чуть смуглую кожу и тёмные глаза. Мужчина был брюнетом с неестественно длинными, загнутыми вверх ресницами.

«Мне бы такие» – подумала я, прежде чем услышала от него приказ.

– О, хорошо, что вы зашли. Как вас? Уберите там… я опрокинул бутылку с водой.

– Я?

Признаться, меня несколько покоробил его пренебрежительный тон, оттого и пришла в растерянность.

– Вы. Или мне самому взять тряпку? – он усмехнулся и покачал головой, тихо добавив:

– Совсем обнаглели.

А потом зашёл в кабинет мистера Мелроуза.

– Ох! – опомнилась я, бросаясь в подсобку за тряпкой и ведром. Вот глупая! Конечно, мне нужно вытереть всё, я ведь помощница босса, да и не сложно это. О, боги, только бы они не обиделись на мою реакцию!

Уже через полминуты я ворвалась в кабинет, испуганно умоляя:

– Простите меня! Сейчас всё уберу. Где пролито?

Пол

– Это что за херня? – Люц вскочил с места и, злой, как чёрт, уставился на девицу с ведром.

– А что? – спросил я. – Она в опале? Или одна из ненормальных поклонниц?

Люц перевёл на меня взгляд, говорящий о том, что я ошибся. Сбоку от меня упало и покатилось пластмассовое ведро.

– Простите, – снова залепетало недоразумение в серой длинной тряпке, по ошибке принятой ею за юбку и натянутой на ничем не выдающееся худощавое тело.

Девица рванула вперёд, и я отошёл в сторонку, с удивлением разглядывая представление.

– Это моя помощница, – сквозь зубы проговорил Люц, злобно сверкая глазищами.

– Это?! – переспросил я, уставившись на… Ого!

Девушка нагнулась за ведром и показала, что за бесформенной тряпкой скрыты неплохие бёдра. Она резко выпрямилась и обернулась, счастливо сообщив:

– Поймала его.

– Вижу, – кивнул Люц. – Поздравляю.

Она, кажется, немного смутилась.

Просто прелесть!

Серая невзрачная мышка поджала пухлые губки и чуть покраснела.

– Значит, варит классный кофе? – с уже гораздо большим пониманием спросил я.

– Да, – пропечатал Люц.

– Пол Коллинз, – представился я совсем стушевавшейся девушке.

– Файнис, – улыбнулась она, превратившись в совершенно очаровательное существо.

В её руках по-прежнему были тряпка и ведро, поэтому…

Я воспользовался ситуацией. Подойдя к ней, решительно начал расстёгивать верхнюю пуговку её блузки.

– Что вы делаете?

Девушка дёрнулась, послышался треск. Я остался с трофеем в виде пуговки, а она шокировано моргала и хлопала губами, то открывая их, то закрывая, как рыбка.

Мне бы такую…

– Так же гораздо лучше, – улыбнулся скромнице, покрасневшей, казалось, с головы до ног. – Не надо прятать красоту.

Я не шутил. Начиная сейчас к ней приглядываться, начинал понимать, что разглядел в этой милашке Люциус.

Симпатичное, я бы сказал больше – красивое лицо, даже без тонны косметики. Выразительные глаза, тонкие скулы и чуть пухловатые губы. Изящная шейка и тонкие ключицы, которые стали прекрасно видны, когда пуговица от жуткой блузки осталась в моих руках.

А ещё грудь. Она по-прежнему пряталась где-то за невзрачной тканью, но так было даже любопытнее. Словно киндер-сюрприз – никогда не знаешь, какая игрушка окажется внутри.

– Мисс Бутс, – окликнул девушку Люц. – Принесите нам кофе. И уберите это чёртово ведро!

Мой друг явно злился и, кажется, уже жалел, что вообще пригласил меня к себе в офис.

Девушка упорхнула, закрывая за собой двери. Я же, всё ещё сжимая в руках пуговицу, сел в кресло, напротив Люциуса.

– Ну-с, и зачем ты меня позвал? – почти промурлыкал я.

– Собирался купить у тебя новую тачку, – Люц достал из кармана ключи, которые я отдал ему на прошлой неделе – от красной коллекционной «Феррари». – Эту беру, но хочу ещё одну. Что-нибудь из Европы.

– Про тачку ты мог бы написать мне на почту или просто позвонить, – всё тем же тоном заметил я. – Но вместо этого ты позвал меня в офис. Зачем? Похвастаться новым приобретением?

Я покосился на двери, за которыми скрылась девочка-оленёнок.

– Девчонка моя, – почти прошипел Люц.

Люциус

Когда я вчера позвонил Полу заказать новую машину, а заодно обмолвился, что у меня, наконец, появилась девочка-кофеварка, я конечно подозревал, что он может в неё вцепиться. Только не ожидал, что так явно. И теперь клял себя, что вообще сказал ему о Файнис.

У Пола пунктик на таких, похотливый любитель скромниц.

– Девчонка моя, – чётко обозначил ему свою позицию.

– А она в курсе? – Пол бросил очередной взгляд в сторону приёмной.

Молчу, ответ слишком очевиден. Чувство собственности душит горло, когда всё же отвечаю:

– Повторяю: отвали. Я вытащил Файнис из дыры, теперь она мне обязана…

– Ты бесишься, значит, не уверен, – усмехается Пол. – Значит, у меня есть шансы. Значит, Файнис выберет меня.

– Ты придурок? – склонив голову на бок, уточнил я, хотя знал Пола уже лет как десять. Мы вместе учились. – Это не соревнование. Файнис моя, разговор окончен. Я позвал тебя поговорить исключительно о машинах.

Но разговор об автомобилях не задался. То и дело Пол поворачивался к двери и ждал, понятное дело кого.

Наконец раздался стук, а после в кабинет вошла Файнис с подносом.

– Мистер Мелроуз, ваш кофе, – секретарь подошла ко мне и поставила чашечку. Вторая, точно такая же, пока так и осталась на подносе. Правда, от моего взгляда не укрылось, что напиток в ней чуть-чуть отличался от моего по цвету.

– Мистер… – Файнис вскинула взгляд на Пола, и тот подсказал ей, расплываясь в улыбке.

– Коллинз.

– Мистер Коллинз, вы не сказали, какой именно кофе хотите, и я взяла на себя смелость заварить, как мне показалось, подходящий сорт, – она поставила напиток и перед моим другом.

Что-то внутри гневно зашипело. А ведь друг такими темпами может стать бывшим.

Пол напиток лишь пригубил. В отличие от меня он предпочитал чай, и хоть Файнис об этом пока не знала, но в этот раз всё шло не так.

В подобных ситуациях Пол, как правило, был просто вежлив. Пробовал полглотка и отставлял чашку в сторону.

– М-м-м-м, – протянул этот стервец. – Мисс Файнис, вы заставляете меня сожалеть об утреннем инциденте. Теперь мне стыдно, что я мог принять вас за кого-то другого. Я просто обязан признать свою вину и извиниться. Ваш кофе божественен.

– Правда? – глаза Файнис засветились от радости.

– Конечно милая, – Пол походил на кота, хитрого, томного и сладко мурлыкающего.

Я знал, к чему это ведёт – вместо того, чтобы просто продать мне машину, Пол Коллинз уже взял мою кофейную девочку в оборот.

– Мисс Бутс, – как можно спокойнее и строже произнёс я, в упор глядя на Пола. – Выйдите, пожалуйста, из кабинета. У нас тут серьёзный разговор.

– Да-да, – залепетала она.

Когда же мы с Полом остались наедине, пришлось грубо прояснить свою позицию:

– Я же сказал, Файнис моя. Что непонятного?

– А ещё ты сказал, что это не соревнование. И я полностью с этим согласен, – Пол показательно допил кофе и поставил пустую чашку на стол. – Совершенно очевидно, что девушка даже не в курсе твоих видов на неё.

– Твоих тоже, – прошипел я.

– Моих видов? А у меня их нет. В отличие от тебя, я всегда серьёзен с женщинами, которые мне нравятся. Сейчас я заявляю, что твоя секретарь мне понравилась. Она милая, скромная – почти мой идеал. Так почему бы мне не попытаться?

– За последние два года я видел у тебя десять таких идеалов.

– Они меня разочаровали. Впрочем, ты не лучше. Скольких женщин ты сменил? Так что мы в равных условиях, – парировал Пол.

– Я не буду спорить на женщину, – категорически заявил я, потому что даже у меня есть принципы в таких вопросах. – Это низко.

– А кто-то предлагал спор? – Пол вскинул брови. – И у тебя, и у меня достаточно материальных благ… Нам не на что спорить. Я просто начну ухаживать за Файнис. Вот и всё.

– Только попробуй! – я даже привстал из-за стола.

– А ты мне запрети, – усмехнулся друг, поднимаясь с гостевого кресла. – А, ну и по поводу тачки. Я тебя услышал, завтра тебе привезут документы.

* * *

Мистер Коллинз ушёл практически сразу после того, как я принесла ему кофе. Я даже немного расстроилась, решив, что всё-таки не угадала с его вкусовыми пристрастиями, но он остановился рядом и, с самой обаятельной улыбкой, сообщил:

– Хочу вас себе, мисс Файнис.

– Что? – я не сразу определилась с тем, как нужно реагировать на очередной выпад этого мужчины, тут же вспоминая его недавнюю выходку с пуговкой на моей блузке. И, вспомнив, прижала руку, прикрывая ложбинку груди.

– Я имел в виду, что хотел бы и себе такую чудесную феечку, способную затмить рассудок потрясающим ароматом сваренного ею на досуге напитка, – медленно, чётко проговаривая, будто смакуя слова, сказал мистер Коллинз, продолжая заставлять меня теряться в догадках о том, как вести себя. – Вы настолько поразили меня, что, клянусь, теперь не смогу спать. Буду придумывать, как же мне вас переманить…

Он подмигнул.

– Вы шутите, – догадалась я, и неуверенно улыбнулась.

– Вообще-то я вполне серьёзен, мисс Файнис.

С этими словами мистер Коллинз жестом фокусника на представлении вынул из внутреннего кармана пиджака тёмно-серую карточку, на которой переливалась выгравированная там машинка. Стоило немного опустить карточку, и машинка двигалась вперёд, а если поднять – вставала на место.

– Моя визитка, – пояснил он и, взявшись за мою руку, перевернул карточку. – Здесь мой телефон. Мало ли что. Город у нас большой, и безразличных людей в нём больше, чем вы можете представить. При малейшем беспокойстве или дискомфорте, звоните, я готов стать вашим суперменом.

В завершение речи он оставил мою руку в покое и картинно показал свою, подняв кулак под прямым углом от плеча, и демонстрируя бицепсы.

Из-под пиджака, разумеется, ничего не было видно и это показалось особенно забавным. Я не выдержала и рассмеялась, слегка откинув голову назад. И это было ошибкой: я не увидела, как мистер Мелроуз вышел из своего кабинета.

– Мисс Файнис, – раздался ледяной голос начальника. – Этот мужчина докучает вам? Вы не знаете, как вызвать охрану?

– Я… нет-нет…

Посмотрев на мистера Коллинза, заметила как тот, усмехнувшись, подмигнул мне и развернулся к выходу, прощаясь:

– Всего хорошего, мисс Файнис, не смею больше отнимать ваше драгоценное время. Кстати, вам есть, где остановиться?

– Что? – в который раз сглупила я.

– Жить вы где будете? – терпеливо пояснил мистер Коллинз.

– Где надо! – ответил за меня начальник.

– И всё же? – мистер Коллинз посмотрел на мистера Мелроуза: – Ты ведь понимаешь, что девушка издалека? Если не удосужился обдумать этот вопрос, то я вполне…

– У меня достаточно кадров, чтобы этим заниматься, – парировал мой босс, – и для мисс Бутс уже нашли корпоративное жильё.

– Для простого секретаря корпоративное жильё? – поразился мистер Коллинз, а у меня упало сердце. Я ведь и сама понимала, что это слишком, но теперь, когда он озвучил мои страхи, стало совсем не по себе…

– Мисс Бутс – мой личный помощник, – отчеканил в свою очередь Люциус Мелроуз, – а я дорого оцениваю тех, кто приносит мне удовольствие!

Кажется, мои щёки вспыхнули красным, потому что показалось, будто начальник намекает на некую связь между нами…

– Мисс Файнис делает отличный кофе, – тут же внёс ясность босс, – и это самое важное. Это то, за что я ценю её больше многих других, пытавшихся прокрасться поближе ко мне.

Кофе. Слава богу, он прояснил этот момент.

Я кивнула ему, и облегчённо вздохнула, поправив причёску.

Мистер Коллинз громко хмыкнул, и всё-таки ушёл, бросив через плечо:

– Если кто-то обидит, тоже звоните, мисс Бутс. Кто бы это ни был, я смогу ему противостоять и не брошу вас.

Посмотрев на босса, я увидела, как он испепеляет взглядом серую карточку в моей руке. Стало вдруг стыдно, будто я согласилась работать на конкурента или что-то такое… А потому я поспешила открыть первый попавшийся шкафчик и закинула визитку туда, виновато улыбаясь.

– Я решил делегировать вам ещё ряд обязанностей, – внезапно сказал мой начальник. – Доверю вам своё расписание. И сортировку почты. Самое интимное, так сказать. Надеюсь, вы не предадите меня.

– Спасибо вам! Я ни за что не предам и всё смогу, – сразу забыв об ушедшем госте и о своей неловкости, я подбежала к начальнику и, улыбаясь, замерла, готовая слушать все инструкции…

Он вскинул одну бровь, посмотрел на меня, будто хотел что-то сказать, но потом передумал и позвал за собой для инструктажа.

День на новой работе промчался так быстро, будто сократился в несколько раз. Когда мистер Мелроуз вышел из своего кабинета с дипломатом в руках, я даже не сразу поняла, что он уходит.

– Всего хорошего, мисс Бутс, – сказал начальник, чем заставил меня встрепенуться и глупо уставиться на время. – До завтра. Не опаздывайте.

– Да-да, конечно, – на автомате ответила я, открывая шкафчик сбоку от своего стола и вынимая оттуда пухлый белый конверт, принесённый мне Элеонорой в обеденный перерыв. В нём хранились ключи от арендованной для меня квартиры и договор на неё. Дрожь восхищения пополам со страхом пробежала по телу. Вот она, новая жизнь в моих руках!

Спустя несколько минут, выключив компьютер и одевшись, я выкатила из каморки-кухни свой огромный чемодан и радостно спустилась вниз… чтобы испуганно замереть, не понимая, как и куда двигаться дальше.

Я ведь даже на карте не посмотрела, как добираться в новый дом! Вот глупая! Растерянно осмотревшись, я едва не заплакала, внезапно почувствовав себя совершенно одинокой и чужой в этом городе.

Люциус

Пока спускался к парковке на лифте, всё думал, а не опрометчиво ли я поступил, нанимая Файнис. Всё же очередная блажь, да и только.

Да, она мне понравилась, но может, нужно было сразу в лоб заявить о своих видах на неё?

Тут же я вспомнил как кофейная девочка любит заливаться краской, и понял – нет. Стоит только ей высказать намёк на горизонтальные отношения – и она сбежит обратно в свой пригород.

Сев в машину, достал сигареты, закурил.

Вообще-то я не часто курю, но сегодня вот захотелось. Настроение было на редкость поганым, так почему бы его окончательно не испортить горьким сигаретным дымом?

В целом, вечер можно было бы спасти, например, позвонив Монике. Уверен, она бы примчалась в мой дом и старательно бы скрашивала мне досуг, но… отчего-то не хотелось.

Только вспомнив её голос и дурацкую манеру надувать накачанные губы уточкой, я окончательно скривился, а настроение упало ещё сильнее.

Нафиг, лучше посижу дома один. Может быть, даже найду какой-нибудь фильм. Сколько месяцев я вообще элементарно не включал телевизор? Кажется, с полгода точно, а последним кино, которое видел, была премьера марвеловского блокбастера, на который попал по пригласительному.

Ничего так, но наивно и пафосно. Сошло бы для двенадцатилеток. Я же туда попёрся исключительно ради подписания очередного контракта, и заодно посверкать мордой перед репортёрами.

С этими мыслями я вырулил с парковки, и тут же встрял в пробку на проспекте – авто стояли в три ряда перед светофором, и мне оставалось только терпеливо ждать, пока очередь ехать доберётся и до меня.

Так прошло минуть пятнадцать. За это время, единственное, что я умудрился сделать, это доехать до центрального входа в свой же офис…

И тут я увидел Файнис.

Она стояла возле стеклянных дверей, рассеянно смотрела в какую-то бумажку, а у её ног покоился ужасающего вида чемодан.

Дьявол. Где она только прятала весь день это убожество? Весь его вид кричал, что ему уже лет двести, а в свои лучшие годы он видел избрание первого президента.

Девушка, тем временем спрятала бумагу в карман пиджака, взяла чемодан за ручку, и по её напряжённой спине и плечам сразу стало понятно, что он ещё и до безумия тяжёлый.

Я закатил глаза к небу. Вдобавок ещё и дождь собирался.

Файнис однозначно требовалась помощь, и моё воображение тотчас же нарисовало Пола в образе супермена, спускающегося с мрачных небес на фоне молний, в красных трусах поверх пиджака от Армани.

А вот чёрта с два.

С этими мыслями я поставил авто на аварийку и выскочил из машины.

– Мисс Бутс, – окликнул секретаршу.

Она остановилась и обернулась, почему-то вжав голову в плечи.

– Мистер Мелроуз? Я думала вы уже уехали, – пробормотала она, стоило только нам сблизиться.

– Так и есть, но встрял в пробку, – я махнул рукой в сторону дороги. – Мне кажется, вам нужна помощь.

Мой взгляд перешёл на чемодан, который явственно оттягивал руку девушки вниз.

– Что? О, нет, – Файнис покраснела и попыталась спрятать за спину огромного «монстра». – Не нужно.

– Ерунда, – твёрдо произнёс я, одним движением огибая тонкую фигурку и забирая ношу из её рук, которая тут же едва не утянула к земле уже меня самого. – Мне ничего не стоит вас подвезти. К слову, куда вам?

– Нет! Я сама, мне очень неловко, мистер Мелроуз, – Файнис пыталась отобрать вещи обратно, но я уже нёс их к машине, мысленно задаваясь вопросом, зачем столь хрупкой девушке полный чемодан кирпичей. Ничем иным я такой вес объяснить не мог.

Впрочем, теперь меня уже вело упрямство, а заодно желание насолить Полу. Во-первых, своим джентльменским поступком я наверняка заработаю бонусные очки в глазах кофейной девочки, а во-вторых – она же мне сейчас скажет адрес, где поселилась. Чем не повод зайти на «чай».

Вещи Файнис перекочевали в багажник, саму же девчонку я царским жестом пригласил сесть на соседнее сиденье. Даже дверь ей открыл.

– Ну, так куда? – спросил я, садясь за руль.

Удивительное дело, но за пару минут дорога разгрузилась до приемлемого масштаба. Пробки как не бывало.

Переведя взгляд на Файнис, я вопросительно уставился на неё.

Она же явно ощущала себя не в своей тарелке. Теперь девушка вместо красной была бледной, и ещё более зажатой.

Да, что ж это такое? Может и вправду Полу отдать? Чёрт бы с тем кофе.

Но тут произошло чудо. Кофейная девочка собралась, достала из кармана конверт, откуда вытащила ключи и бумажку с написанным на ней адресом и прочла его.

Я нахмурился. Это же редкая клоака. Ну, по моим меркам, так точно. Неужели в отделе кадров не нашли ничего приличнее? Пришлось даже забрать у Файнис бумажку, чтобы убедиться, что она не ошиблась.

– Подожди, – заметил я, вспоминая чемодан и рассеянный вид секретарши. – Ты разве там ещё не была? Я ведь приказал, чтобы тебе нашли жильё ещё вчера!

– Ой, только не ругайте Элеонору. Это я попросила её не спешить. У меня же вчера с собой даже зубной щётки не было, я не могла ночевать без своих вещей. Поэтому съездила в старую квартиру, и вот…

Понятно, это самое «и вот» теперь засыпа́ло пылью коврики в моём багажнике. Впрочем, ладно.

– Поехали, – произнёс я, и нажал на газ.

* * *

Нужный дом по моим меркам выглядел убого, а сама квартира и вовсе показалась унылой и…

– Это восторг! – услышал я Файнис, молчавшую всё время до входа в жилище. – Я буду жить здесь с кем-то?

– Почему с кем-то? – не понял я.

– Комнат три! – ответила она, пробегая мимо, продолжая изучать квартиру. – Вернее две, но кухня просто огромная.

– Это только для вас.

Поставив чемодан-монстр у стены, я всё же проследовал за мисс Бутс. Она стояла в небольшой светлой спальне с таким видом, будто только что выиграла миллион в лотерею. Мне стало смешно. Может, забрать эту девчонку и показать ей мой дом? Я бы провёл для неё экскурсию и помог запечатлеть в памяти каждое помещение…

– Спасибо вам, мистер Мелроуз, – восторженно воскликнула Файнис, после чего рванула вперёд и чуть не повисла на моей шее. Остановившись в каких-то нескольких дюймах, девочка передумала. Опомнилась. Покраснев, она спрятала руки за спину и широко улыбнулась, попросив:

– Простите меня! Но эта квартира – чудо как хороша, и я так счастлива… Даже не верится, что это всё для меня одной. И всё благодаря вам!

Я понял её намёк.

Она хотела меня отблагодарить, но ждала от меня первого шага. Ох уж эти стеснительные барышни из провинции…

Протянув руку, я одобрительно хмыкнул и, обхватив охнувшую от неожиданности Файнис, потянул на себя, развернул и прижал к стене.

– Мистер… – шепнула она, округлив глаза.

– Тихо! – приказал я.

Надоело её стеснение. Задрав её руки вверх, зажал их в таком положении, одновременно впиваясь губами в губы. Мягкие и податливые, почему-то с привкусом ванили. Она не противилась мне, и это дало повод двигаться дальше. Я сжал её грудь свободной рукой, услышав тихий стон-скулёж, проник между её ног коленом, раздвигая их шире…

Девчонка снова сдавленно застонала. Немного противно – совсем не умеет возбуждать мужчину, но, по крайней мере, старается.

Мой язык вовсю хозяйничал у неё во рту, а свободная рука уже переползла под блузку, ощутив нежнейшую кожу.

Чёрт, надоели прелюдии. Хочу её немедленно! Сейчас.

Рванул на себя её юбку в поисках пуговиц, и тут руки Файнис напряглись, а зубы впились в мою губу!

– Твоюж-ш-ш…! – зашипел я, отскакивая.

Файнис молчала. Она стояла, вжимаясь в стену, обхватив себя руками и смотрела на меня так, будто я изнасиловал её вместе с пятью друзьями-наркоманами…

– Ты что дура?! – поразился я.

Она не ответила, но по её лицу покатились слёзы, а губы мелко задрожали.

– Идиотка!!! – бесился я. Злость просто разрывала изнутри. – Какого хера ты делаешь? Сама ведь хотела!

Она заскулила, губы уродливо искривились.

– Тьфу, – я отошёл от неё, выставив перед собой ладони. – Видишь?! Нахер мне не надо тебя трахать! Успокаивайся. Идиотка…

Её трясло.

Чёрт знает что.

Я шагнул к ней в тупом порыве успокоить, но Файнис вдруг закричала:

– Помогите!

– Не ори! – я отбежал к выходу. – Думаешь, я боюсь кого-то? Хотел бы с тобой переспать против воли – давно бы это сделал. И похер на все крики. Ты сама этого хотела.

– Нет, – всхлипнула она.

Так знакомо всхлипнула, блять, совсем как когда я её целовал. Так это от страха…

– Ладно, – я запустил руку в волосы, разворошил их, соображая. – Ладно… Ты не идиотка. Это я дурак. Хорошо. А зачем так смотрела?

Она опять заскулила.

Я закатил глаза:

– Хватит, всё. Не придумывайте себе лишнего, мисс Бутс. Вы так на меня бросились, хотели обнять. Смотрели… странно. Что я ещё мог подумать?

– Что я благодарна за работу и жильё? – всхлипнув, предположила она. Отодвинувшись от стены, девчонка кулаком потёрла глаз. Как ребёнок, ей-богу.

Твою мать! Как я вообще мог предположить, что это она со мной кокетничала, или на что-то намекала?!

– Так, всё, – я отвернулся. – Вы приходите в себя. Я уезжаю.

Она несмело двинулась следом. Я слышал звук шагов, но не оборачивался, чтобы не спугнуть.

– До завтра, мисс Файнис, – нарочито спокойно сказал, прощаясь. – Приходите без опозданий и не придумывайте лишнего. У меня полно женщин, чтобы проводить с ними время. Добровольно.

– Хорошо, – ответила она и закрыла за мной дверь.

Я обернулся.

Что, блять, за «хорошо»? Это как понимать?

В бешенстве я спустился к своей тачке, сел в неё и поехал домой, неимоверно злясь на себя за очередную придуманную шалость. Нахера мне вообще кофейная девочка? Чистая блажь. Идиотизм! Завтра же уволю её. Если она, конечно, придёт на работу.

А если не придёт – найду и заставлю вернуться!

Чтоб её…

Весь оставшийся вечер нижняя губа саднила от боли, напоминая о случившемся и заставляя меня испытывать неудобное чувство, похожее на… вину. Ещё чего не хватало! Женщины всегда меня хотели и сами шли по первому зову. И я не виноват, что нарвался на глупую провинциалку, провоцирующую мужика, а потом плачущую у стены…

Чёрт! Или виноват?

* * *

Давно такого не было, но я проспал. Всю ночь снилась какая-то херня, кто-то кричал, и я проснулся, чувствуя себя сволочью.

На работу ехал с одной мыслью – уволить кофейную девочку. Нечего ей делать рядом со мной. Останется – всё равно буду хотеть переспать с ней. Уедет… отпущу. Не так уж она мне и нужна – других полно.

Но, стоило подняться в офис и войти в приёмную, как я завис.

– Это что такое? – спросил после первого шока.

Файнис, вздрогнув, повернулась и растерянно развела руками. Вокруг неё лежали стопками розы на длинных ножках. Дохера роз. В них можно было утонуть. Или утопить того, кто это прислал.

– Цветы, – испуганно сообщила Файнис.

– Это я и так вижу. Откуда?!

– Не знаю, курьер привёз. Он просто выгрузил их здесь. Я думала… думала это ваши.

– Мои?!

– Ну не мне же их прислали, – она нерешительно улыбнулась.

Я громко вздохнул и пошёл к розам. Присев рядом с ними, разгрёб немного кучу на полу и нашёл искомое. Записку.

Встав, развернул и прочёл про себя:

«Я очень виноват. Понимаю это и не могу забыть. Искренне прошу прощения за своё поведение и прошу поужинать со мной сегодня. П. Коллинз»

У меня дёрнулось веко.

– Это и правда мне, – сказал вслух. – Курьер привёз, чтобы я переслал дальше.

– Дальше? – удивилась мисс Бутс. – А почему не послать их сразу адресату?

Я посмотрел на неё, и она сразу смутилась, отвернулась.

– Хотел посмотреть, какого качества розы, – ответил холодно. – Вот вам они нравятся?

– Да, очень красивые.

– Отлично. Значит, отправлю их адресату. Скоро курьер их вынесет отсюда, ничего не трогайте.

Я ушёл к себе, сел за стол, перечитал записку.

– Хочешь войны, Пол? – проговорил я вслух. – Хорошо. Хер тебе, а не моя кофейная девочка. Выкусишь.

Некоторое время ушло на поиск нужного адреса. Затем я ещё раз перечитал записку от Пола, убедился, что кроме его имени там ничего нет, усмехнулся и мысленно потёр ладони.

Когда вызванный курьер явился в мой офис, я лично воткнул эту записку в самый огромный букет, а после убедился, что служащий увёз даже последний сраненький цветочек.

Ох, Пол… это точно война.

Файнис провожала всё это цветочно-розовое царство тоскливым взглядом. Меня же это только злило. Возможно из-за того, что это я должен был сегодня купить ей цветы в знак извинения за вчерашнее, но не додумался.

Прежде я не имел дела с такими скромницами. Это Пол был специалистом, знающим все их болевые точки. Поэтому когда я вернулся в свой кабинет, то принял единственное верное решение – мою кофейную девочку нужно увести подальше от этого «супермена». Тем более, что на носу как раз была экономическая конференция в Майами. Ещё утром я туда не собирался, думал, отошлю в командировку кого-нибудь из топ-менеджеров, но теперь переиграл свои планы.

– Элеонора, – я набрал отдел кадров. – Мне срочно нужны два билета в Майами. Вечером я планирую быть там.

– Поняла вас, мистер Мелроуз, – сотрудница сегодня радовала быстротой реакций. – А второй билет на чьё имя?

В её голосе проскользнули нотки надежды. Неужели сама собиралась ехать? Хотя с чего бы?

– Моего секретаря, разумеется, – отрезал я. – Мисс Бутс. И забронируй нам номер в гостинице.

– Номер, – послушно согласилась она. В трубке телефона я слышал, как чиркает ручка по бумаге, кажется она записывала. – Один?

– Элеонора, ты же умная женщина, – устало произнёс я. – Если я сказал номер, а не два или три номера, значит, один. Всё понятно?

– Да, конечно, мистер Мелроуз, – она торопливо согласилась. – Выполняю.

После этого я положил трубку и откинулся на спинку кресла. По моему лицу уже блуждала довольная улыбка.

Ну, право же, отличный план. Пол остаётся тут, и кофейная девочка оказывается на одной территории со мной в шикарном отеле на берегу моря. У Файнис не будет шансов, и рано или поздно она точно побывает в моей постели.

Дело оставалось за малым – сказать ей о командировке. Для этого пришлось вызвать Файнис к себе.

– Что-то случилось, мистер Мелроуз? – хлопая ресницами, спросила она, появляясь на пороге моего кабинета.

– Да, через пару часов мы улетаем с тобой на конференцию в Майами. На две недели.

Её глаза ещё больше округлились, а рот немного приоткрылся, отчего губы показались такими мягкими и беспомощными, что просто страсть как захотелось в них впиться. Как вчера.

– Но я не могу…

– Почему это? – недовольно спросил я, поигрывая пальцами по столешнице. – Какие-то проблемы с документами?

Файнис дёрнула плечами.

– Нет, что вы. У меня все вещи в квартире, куда же я полечу без них?

При упоминании чемодана-монстра теперь уже я нервно дёрнул плечом.

– Всё необходимое за счёт фирмы. Вы же будете в командировке, – без долгих размышлений ответил я. – Сходите к финансистам, я прикажу, чтобы вам выписали чек, а потом можете пройтись по магазинам. Купите, что вам нужно в дорогу. Ну и подумайте, что пригодится для работы.

Она молчала, кажется, пребывая в состоянии глубокого шока.

Меня же отвлекло письмо, упавшее на почту. Элеонора сбросила время и детали вылета.

– Ну же, Файнис, отомрите, – поторопил я. – У вас на всё полтора часа. Так что бегом-бегом.

После этих слов кофейная девочка ожила и, коротко кивнув, сбежала в холл.

И всё же гениальный план.

Перед отлётом Файнис хотя бы обновит гардероб, и больше не будет стращать меня бабушкиными шмотками. По крайней мере, моё воображение живо подкинуло картину, как я и кофейная девочка останемся одни в номере. На ней будет лёгкий халатик, а под ним чёрное бельё с лёгкими кружевами, которое я стяну зубами.

– Чёрт! – я сам себя поставил на место, и тут же улыбнулся.

Как всё-таки жаль, что я не увижу лица Пола, когда он поймёт, что я обвёл его вокруг пальца.

Пол

Девять утра. Файнис уже должна была прийти на работу и обнаружить подарок.

Я прикрыл глаза и буквально увидел, как смущённая алость заливает её лицо, а после она подносит букет к своему тонкому носику и вдыхает аромат цветов. Находит записку, читает, и её сердечко начинает биться чуть чаще.

Другого и быть не могло. Я знал таких как она, их поведения и реакции. Цветы, конфеты, трепетные ухаживания – и они твои. Все до одной. Другого просто не дано.

Теперь нужно было дождаться звонка от мисс Бутс, а позвонить она просто обязана. Всё же я пригласил её в ресторан, поэтому как минимум она должна была:

а) Поломаться и скромничать дальше. Дать мне шанс её уговорить.

б) Или согласиться сразу.

Существовал ещё вариант:

в) Отвергнуть.

Но такого на моей практике не случалось ещё ни разу.

Типаж девушек «я-не-такая-жду-трамвая» мне тоже был знаком, но это не про Файнис. Она будет краснеть, бледнеть, но агрессия – это не к ней.

Одиннадцать часов. Звонка всё ещё нет.

И это мне не нравится. Быть может, Файнис просто потеряла мою визитку с номером?

Двенадцать.

Наверное, эта тетеря точно потеряла визитку. Я вспомнил милое выражение её лица, когда она вчера мыла полы… и однозначно понял – такая могла потерять не только визитку, но и голову от моих цветов.

А она однозначно её потеряла.

Потому решил позвонить сам в приёмную Люциуса.

Меня встретили длинные гудки.

Не понял? Её что, на рабочем месте нет? На второй день?

Звонок скинул, уставился на пустой экран телефона. Можно было бы позвонить самому Люцу, как бы невзначай поинтересоваться, как у него дела, получил ли он машину, всё ли его устроило, а дальше между делом спросить про Файнис.

Я только собирался это сделать, когда на айфоне высветился уже входящий звонок.

«Глория» – прочёл я, и в мозгу мелькнуло раздражение, смешанное со священным ужасом.

Звонок скинул. Но она не успокаивалась.

Бывшая, чёрт бы её побрал. Одна из тех, у кого крыша от меня слетела настолько, что из милой девочки она трансформировалась в гневную фурию, да ещё и с жаждой преследования. Когда мы расстались, она пыталась выловить меня везде, где только могла найти. На работе, у дома, на светских приёмах. Однажды подкараулила на работе у Люциуса. Она угрожала поубивать всех моих новых пассий, и меня заодно.

Я всерьёз задумывался подать на неё в суд за преследование, но в какой-то миг всё прекратилось. И я выдохнул.

И вот опять.

На её десятый звонок я не выдержал, и всё же поднял трубку, после чего на меня буквально обрушился шквал её трескотни:

– Пол, милый. Я так рада, если бы ты только знал. Так рада, что ты решил начать всё сначала. И эти цветы, о господи – они божественны. Правда, ты забыл, что я люблю лилии, но розы – это тоже прекрасно. Кстати, а в какой ресторан мы поедем? Может, подскажешь, я должна понять, какое платье мне выбрать. Длинное в пол или коктейльное? А трусики? Одевать, или как ты любишь? Без белья…

– Что? – только и смог выдавить из себя я. – Какие трусики? Ты совсем свихнулась?

– А всё, поняла, милый. Трусиков не будет. Я вообще не надену белья, – её слова лились нескончаемым потоком, будто из Ниагарского водопада. – А по времени? Во сколько ты заедешь? Я успею в салон красоты? Причёска, маникюр, макияж – ты же знаешь, я хочу быть твоим идеалом, Пол.

Я вдохнул-выдохнул, начиная о чём-то подозревать.

– Так, Глория, стоп! – я нашёл в себе силы перебить её. – Я тебя никуда не приглашал. С чего ты вдруг вообще это решила?

– ЧТО-о-о? – её вопрос сразу же перешёл в истерический визг. – Ты издеваешься надо мной, Коллинз? Решил, что это смешная шутка? Ты прислал мне кучу цветов. Я даже пересчитала, ровно четыреста пятьдесят две розы, и записка.

Дальше Глория зачитала мне то, что я писал Файнис, и мои пальцы сжимались в кулаки…

Люциус.

Сволочь!

Файнис

– Мистер Мелроуз, прошу вас, – услужливый мужчина по имени Кевин распахнул перед нами дверь красивого автомобиля цвета морской волны.

Он же встретил нас в аэропорту с табличкой в руках. Он же распинался о том, как рад, что мистер Мелроуз смог приехать лично, как рады все в офисе, как хочется им скорее показать достижения команды работников…

Люциус слушал молча, иногда бросая внимательный взгляд на Кевина, и тогда голос того начинал слегка вибрировать, то ли от страха, то ли от обожания.

Теперь же, вежливо пропустив меня вперёд, Люциус сел в автомобиль и потребовал:

– Едем сразу в гостиницу, мы устали с дороги.

Я подавила улыбку.

Тяжело было назвать моё состояние усталостью. Скорее я балдела от неожиданно свалившегося на меня счастья. Перелёт первым классом вызывал во мне только восхищение и предвкушение.

– Как скажете, мистер Мелроуз, – ответил Кевин, бросившись выполнять приказ.

Больше он не осмелился сказать ни слова до самой гостиницы.

– Приезжай за нами завтра к девяти, Кевин, – бросил Люциус, стоило машине остановиться. – Сегодня обойдётесь сами. О, и вот ещё что: попроси Сью приехать сюда. Понадобятся её услуги.

– Да, как скажете.

Я удивлённо посмотрела на начальника, всё-таки спросив:

– Зачем же тогда мы летели в такой спешке, прямо с работы?

– Чтобы с раннего утра приступить к делам, Файнис, – ответил он с нотками снисходительности. – А пока нам необходим отдых, ужин, и надо заказать вам кое-что из одежды.

– Мне? – я замерла, выйдя из автомобиля и шокировано уставившись на огромное респектабельное здание со швейцаром у входа.

– Да, я ведь сорвал вас там внезапно. Сью – отличная портниха, она снимет с вас мерки и утром привезёт подходящие вещи. Минимальный набор… Файнис?

Мистер Мелроуз тронул меня за локоть, и я вздрогнула.

– Простите, – посмотрев на него, я покраснела от неловкости. – Это что, наша гостиница??

– Да.

– Какие-то проблемы, мистер Мелроуз? – приоткрыв окно машины, выглянул Кевин.

– Нет, всё отлично. Езжай.

– О'кей, тогда до свидания.

Мы двинулись вперёд. Я не могла отвести взгляда от швейцара, открывшего нам дверь, а после… Ох! Огромный красивейший холл гостиницы заставил меня чувствовать себя коровой в Лувре. Казалось, вот-вот все поймут, насколько я лишняя здесь и прогонят прочь.

Но вот мы дошли до ресепшена, где за стойкой стоял улыбчивый парень с бейджем на кармане короткой ливреи. «Джо Бенуа» – гласила надпись.

– Добрый день, чем я могу вам помочь? – обратился он к нам.

– На имя Мелроуз забронированы два номера, – небрежно ответил Люциус.

– Одну секунду, – Джо что-то нажал на клавиатуре перед собой, глядя в монитор. – Действительно, забронирован номер люкс…

– Два номера, – вмешалась я, округлив глаза.

– О, нет, – Джо улыбнулся шире прежнего. – Один.

– Это какая-то ошибка, должно быть, – закатил глаза Люциус. – Бывает. Надо было делать бронь на два разных имени. Ну да ладно, не беда. Я возьму другой номер.

Начальник посмотрел на меня, подмигнул, и я, краснея, опустила глаза.

Послышалась какая-то возня. Мне показалось, что мистер Мелроуз передал Джо деньги. Стало неудобно, будто я вымогаю у него лишние траты. Но ведь они должны были забронировать два номера! Это не моя вина… К тому же, платит фирма?

Ох, я просто не могу оставаться с начальником в одном номере: он может снова решить, что я хочу чего-то большего, чем просто работать на него.

Джо снова что-то вбил через клавиатуру и вдруг выдал:

– Боюсь, других номеров нет.

– Как это? – поразился Люциус.

Я вторила ему, испуганно прокусив губу.

– Что за бардак? – Начальник снова закатил глаза, цыкнул и, посмотрев на меня, устало проговорил: – Но, с другой стороны, это огромный номер, и, если вы, Файнис, пообещаете вести себя прилично, я думаю, мы вполне уживёмся на одной территории.

– В одном номере? – прошептала я, теряясь от страха.

– В одном огромном номере, – поправил меня Люциус. – Это же люкс…

– Друзья мои!!!

Я вздрогнула и едва не подпрыгнула на месте, услышав мужской голос сзади.

Мы с начальником обернулись одновременно, и оба очень удивились увиденному.

– Вот так встреча! – Пол Коллинз улыбнулся и похлопал друга по плечу. – Люц, браток, ты совсем охренел от радости. Наверное, забыл, что земля круглая, и некоторые встречи неизбежны.

– Откуда ты здесь? – почему-то мистер Мелроуз стал говорить хрипло. Боже! Как бы он не простыл в дороге!

– Это вы откуда? – ответил вопросом Пол. – Я-то уже полчаса, как прилетел частным рейсом. На конференцию. Ты, наверное, тоже ради неё здесь?

Люциус кивнул.

– Мисс Файнис, вас я тоже безумно рад видеть. Вы обворожительны! – Пол быстро взял меня за руку и… поцеловал тыльную сторону ладони.

Я засмеялась:

– Спасибо большое, мистер Коллинз, но вы мне льстите.

– Так, ладно! – Люциус схватил меня за локоть. – Нам уже нужно идти. Хотим отдохнуть с дороги. Ты-то уже успел, а мы только прилетели…

– Да, но я могу решить вашу проблему, – вмешался мистер Коллинз, кладя руку мне на плечо. – Мисс Бутс, видите ли, я случайно услышал ваш разговор и хотел объяснить Джо, что вам подойдёт любой номер. Речь ведь идёт не только о люксе. Девушка, знаете ли, даже спокойнее чувствовала бы себя в стандарте.

С этими словами мистер Коллинз перегнулся через стойку ресепшена и что-то положил перед Джо Бенуа. Тот невозмутимо улыбнулся и – о небо! – нашёл номер. Не прошло и половины минуты!

– Стандарт на пятом этаже подойдёт? – спросил парень.

– Ох! – выдохнула я. – А ведь мы и правда не подумали уточнить! Мне, безусловно, не нужен люкс. Спасибо вам, как же нам повезло встретить вас здесь! Теперь мне не придётся стеснять мистера Мелроуза!

– Восторг, – сквозь зубы ответил начальник. Он, видимо, по-настоящему устал, потому что выглядел всё хуже. Черты его лица заострились, а глаза нездорово поблёскивали.

– Оформляем номер на девушку? – спросил милый Джо.

– Да! – рявкнул мой босс. – И побыстрей уже!

Пол

Я стоял в своём номере у зеркала и самодовольно улыбался. Ничего не мог с собой поделать, но улыбка буквально так и рвалась наружу. Ведь рожа Люциуса в тот момент, когда он увидел меня, стоила того, чтобы гнать на частном самолёте через полстраны, в мыле мчаться в гостиницу и опередить Мелроуза.

Каких-то буквально пять минут, а столько удовлетворения.

Я успел только взять себе номер и плюхнуться в кресло недалеко от ресепшена, чтобы перевести дух, когда увидел Люца и Файнис… А дальше дело техники. Этот подлец собирался поселить девчонку с собой в одном номере – и я его обломал.

В этой игре я не мог позволить ему обойти меня ещё раз. Для этого мне не было жаль никаких денег, да и благодарная улыбка Файнис – уже отличная награда.

Прелесть какая наивная девушка. Она даже не поняла, что почти попала в лапы злого змея и только я её оттуда спас.

Взглянув на часы, я прикинул, что мисс Бутс уже должна была заселиться в номер, и теперь наступало время второго акта. Я собирался опередить Люциуса и здесь, тем более, что я ещё с утра планировал поужинать в компании мисс Бутс…

Меня опять обуяла злость на Мелроуза. Надо же ему быть таким упёртым козлом!

С этими мыслями я подошёл к зеркалу ближе, ещё раз всё проверил. Как выгляжу, хорошо ли сидит костюм. Улыбнулся, проверил зубы – ничего ли не застряло после наскоро съеденного перекуса в самолёте.

Я выглядел превосходно. Файнис должно понравиться.

Вышел из своего люксового номера и спустился на два этажа ниже. Именно там моими стараниями поселили Фай.

Нужный номер нашёлся быстро, и я без промедления постучался в двери. Изнутри раздались звуки шагов, после что-то грохнуло, снова странные звуки, и опять что-то упало. Я даже забеспокоился, не свалилась ли на мисс Бутс люстра, но в этот миг двери распахнулись:

– Ой, мистер Коллинз! – пискнула девушка, опуская глаза. – Простите, не ожидала что это вы. Думала, кто-то из персонала отеля.

Я попытался заглянуть за её спину, и это движение не укрылось от девушки.

– У вас что-то случилось? – уточнил я.

Файнис мучительно покраснела, и шёпотом произнесла:

– Вешалка. Она свалилась, но уже ничего страшного. Я всё поправила. А вы зачем пришли, мистер Коллинз?

Я ослепительно улыбнулся. Ради этой фразы всё и затевалось. Впрочем, и ради ещё одной, но она обычно звучала позже…

– Хотел пригласить вас на ужин, милая Файнис. Вы же не откажете мне в компании?

– Я? – такому предложению она явно удивилась, и тут же её красивое личико стало расстроенным. – Простите, но я не смогу. Ожидаю Сьюзен – это сотрудница мистера Мелроуза. Он специально вызвал её, чтобы она помогла мне с одеждой.

Настало моё время хмуриться. Конечно, от меня не скрылось, что одевалась мисс Бутс, мягко скажем, так себе, но в этом же и было её главное очарование. Если Люциус только посмеет всё испортить, я его убью.

– В каком смысле, помогла с одеждой? – мягко уточнил я.

– Командировка вышла столь неожиданной, что у меня почти нет с собой вещей, – пояснила девушка. – А Сьюзен специалист…

– Мне всё понятно, – хмуро перебил я. – Люциус решил убить вашу индивидуальность, превратив в очередной шаблон лакшери-девиц из своего окружения.

– О чём вы? – теперь настало её время удивляться.

– О том, что я уверен, вы и сами в состоянии выбрать себе одежду. А мой друг привык, что его должны окружать туповатые модельки с сиськами наружу. Но вы же не такая, мисс Бутс. Вас он выбрал за профессиональные качества, – я щедро посыпал лестью, сдабривая щепоткой комплиментов. – Поэтому если хотите, я отвезу вас в проверенные магазины, и вы всё сделаете сами. Что скажете?

Она сомневалась лишь мгновение, за которое я успел ввинтить своё фирменное:

– Я же ваш супермен, или вы забыли, мисс Бутс? Всегда готов вам помочь.

И Файнис расцвела от этих слов. Схватила сумочку и буквально выпорхнула из номера, и пока мы спускались на лифте, а я опасался встретиться с Люцом, она в совершенно восторженной манере рассказывала мне об авансе, выданном ей:

– Мистер Мелроуз сказал, что фирма выделила мне деньги на расходы здесь.

Она назвала какую-то смехотворную по моим меркам сумму, но я даже бровью не повёл. Неужели она думает, что я позволю ей платить самой? Боги, какая святая простота… Она меня покорила.

Из отеля мы выбрались без приключений, разве что Файнис удивилась наличию у меня даже в Майами собственного автомобиля.

– Это особенность моего бизнеса, – объяснил ей, отъезжая с парковки. – Мои машины – моё лицо. И я был бы отвратительным бизнесменом, если бы не умел пользоваться этим.

У бутика, куда я отвёз Файнис, не было пафосных и кричащих вывесок с именами знаменитых кутюрье. Я наоборот боялся смутить девушку, если она решит, что место слишком дорогое. Хотя так оно отчасти и было.

В этом магазине специализировались на вещах из Европы от молодых, но очень перспективных дизайнеров. У хозяина заведения была удивительная чуйка на таланты. Впрочем, в этот вечерний час в магазине оставались только девочки-консультанты.

– Чем я могу помочь? – стоило нам только войти, подскочила к нам одна из них.

– Нет-нет, – улыбнулся я. – Благодарим. Девушка сама всё выберет.

Я мягко подтолкнул чуть растерявшуюся Файнис к вешалкам. На миг она оглянулась, будто искала в моих глазах поддержку, а после всё же пошла рассматривать. Я же наблюдал со стороны, держась в паре метров.

Мисс Бутс доставала весьма интересные вещи, придирчиво осматривала их, вздыхала и возвращала обратно. Я же отмечал, что вкус у новой помощницы Люциуса точно на месте, кто бы какие выводы не делал. Ей просто не хватало денег покупать хорошие вещи, вот и всё.

Тем временем девочка-консультантка опять появилась на горизонте:

– А вот это из последней коллекции, только-только привезли, – защебетала она, расхваливая чёрное платье в руках Файнис.

– Тут нет ценника, – ответила секретарь друга и приготовилась повесить платье обратно.

Консультантка удивлённо вскинула брови и посмотрела вначале на мисс Бутс, затем на меня, и я едва успел подать знак для нужного ответа.

– Эмн… Ценники просто не успели повесить, – всё правильно истолковывая, ответила девушка Файнис. – Не переживайте, уверена, эти вещи будут вам по карману. Хотите примерить?

И когда Фай удалилась в примерочную, я тайком сунул консультантке купюру «за сообразительность». Впрочем, у мисс Бутс по лицу было видно, что она никогда до этого не бывала в магазинах подобного класса. Ценников тут просто не существовало.

Когда же Фай вернулась, я понял сразу две вещи.

Первая – Люциус будет в ярости… По той простой причине, что выбранное платье, хоть и лежало на девичьей фигурке идеально, но больше походило на плотный скафандр от самой шеи и до низу. Никакого декольте, открытых плеч и даже коленки оно прикрывало. Сама скромность.

Вторая – весь силуэт Файнис был словно очерчен тончайшим грифельным карандашом. Девушка выглядела сдержанно и одновременно с этим сексуально.

И я был готов закапать слюной пол прямо здесь и сейчас.

– Ну, что скажете? – мисс Бутс стеснительно улыбнулась и покрутилась.

– Отличный выбор, – поддержал её я. – Просто и со вкусом.

Краем глаза заметил усмешку консультантки – та, зная цену платья, явно не считала его простым.

– Тогда, пожалуй, на нём и остановлюсь, – обрадовалась Файнис.

– А вот это зря, – я подошёл ближе, заглянул в комнатку, где происходила примерка, и ткнул пальцем в отложенный от других вещей комплект. – Почему это отдельно?

– Здесь то, что мне понравилось, – призналась Фай.

– Хочу посмотреть на вас, – заявил я, подмигнув. – Блузка выглядит превосходно.

– Сначала нужно узнать цену… – смутившись, мисс Бутс неловко махнула рукой в сторону сумочки.

– Я уже всё узнал. Поверьте, цены не кусаются.

– Правда?

– Абсолютная, – я приложил руку к груди и добавил: – К тому же, вы разобьёте мне сердце, если немедленно не покажете, как смотрится на вас этот костюм.

– Так уж и разобью, – она засмеялась, превращаясь в совершенно очаровательную девушку, с которой одежду хотелось скорее сорвать, чем наоборот.

Отдать её Люцию? Да ни за что! Он ведь извратит её, испоганит своими дурными выходками. Фай должна была стать моей единолично.

Не прошло и десяти минут, как я уболтал её на три сменных комплекта деловой одежды, два прогулочных и один домашний, в котором – я надеялся – принимать она станет только меня. К тому же, по моей просьбе, продавец посоветовала Фай приобрести несколько топовых моделей нижнего белья, чтобы оно не выделялось под новыми нарядами.

– Так много всего! – в итоге воскликнула мисс Бутс, выйдя из примерочной и уставившись на пакеты, с которыми возилась девушка-консультант. – Как только я поддалась на всё это? Ох…

Она посмотрела на меня с укором. При этом в её глазах плескалось столько счастья, что стало смешно. Схватив сумочку, Фай собралась уже расплачиваться за покупки, но я её остановил, попросив:

– Позвольте мне эту малость? Я и без того собирался сделать вам подарок, чтобы загладить свою вину, но понятия не имею о ваших пристрастиях.

– Но…

– На самом деле, я уже всё оплатил.

Она нахмурилась, поджала губки. Ещё немного, и пойдёт в наступление! Нет уж, пора действовать на опережение.

– Мисс Файнис, скажите прямо, я – ужасный человек? – придав лицу маску раскаяния, покаянно опустил голову. – Прочтите меня за самоуправство, видимо я слишком привык действовать быстро. В работе это необходимость, но, кажется, совершенно неприемлемо в дружбе. Мы ведь друзья?

Я посмотрел на неё с мольбой.

Губы Фай дрогнули в подобии улыбки.

– Если скажете мне «Убирайся», я уберусь! Только сначала подвезу вас до гостиницы, конечно.

– Вы невыносимы, – всё же засмеялась она.

– Хм, скажите, мисс Бутс, почему из ваших уст это звучит как комплимент?

– Не имею понятия! – она постаралась придать себе строгий вид. – Только запомните на будущее, мистер Коллинз, я сама способна оплачивать всё необходимое.

– Разумеется. Я теперь буду очень осторожен в поступках. Обещаю. Кстати, как насчёт того, чтобы называть меня Пол?

– Ох, я не знаю…

– Это легко. Давайте, повторяйте за мной: «П. О. Л.»

Она рассмеялась:

– Хорошо. Тогда и вы зовите меня Файнис.

– С превеликим удовольствием, – я тоже улыбнулся, мысленно празднуя первую большую победу. – А теперь, если позволишь, я закину в машину наши покупки и приглашу тебя прогуляться.

– Сейчас? – она посмотрела на часы, чудом держащиеся на её запястье. Старый кожаный ремешок сильно стёрся местами и выглядел плачевно. – Уже поздновато…

– Ты не пожалеешь. Брось, это ведь Майами и Оушен Драйв. Побывать на знаменитой во всём мире тусовочной улице и не прогуляться по ней – преступление, Файнис.

Её глаза засияли в предвкушении, и я узнал ответ раньше, чем она произнесла:

– Наверное, недолго можно.

– Вот и славно! Только разберёмся с пакетами…

Едва не пританцовывая, я двинулся к кассе, когда услышал звонок из сумочки Файнис и её тихое: «Слушаю, мистер Мелроуз…»

Чёрт! Как же он не вовремя!

Файнис

– Файнис, вы проголодались, – не спрашивал, а уверенно заявил начальник. – Поднимитесь в мой люкс, поужинаем. Я уже всё заказал.

Встретившись взглядом со своим спутником, я виновато улыбнулась и отвернулась, чтобы ответить полушёпотом:

– Не стоило беспокоиться, мистер Мелроуз, я не голодна.

В животе предательски заурчало.

– Как это? Вы уже поели?

– Нет. Не совсем… Дело в том, что Пол…

– Пол?! – босс закашлялся.

– Да, – я всё больше чувствовала дискомфорт, – мистер Коллинз пригласил меня погулять. И теперь мы на Оушен Драйв. Поэтому…

– Где именно?!

В телефоне раздался звук металла, падающего предмета и отдалённая ругань.

– Э-эм, я не знаю, – ощущая себя беспомощной, я обернулась к мистеру Коллинзу, чтобы уточнить, как назывался магазин, в который он меня привёл. И уткнулась в широкую мужскую грудь.

– Что там? Люций?

– Да, – я подняла взгляд и посмотрела на хмурого мужчину, не понимая причин его внезапно испортившегося настроения. – Спрашивает, где мы.

– А ему какое дело? – холодно бросил Пол, совершенно теряя прежнюю доброжелательность.

– Файнис! – рявкнул из трубки мистер Мелроуз. – Передайте-ка телефон моему другу, пожалуйста! Давно его не слышал.

Я протянула трубку полу.

Уголок его рта досадливо дёрнулся, однако уже в следующую секунду он забрал телефон и вполне мило ответил:

– Алло! Соскучился по мне, Люций?

Вынужденно оставшись одна, я стояла и растерянно смотрела на Пола, ушедшего в дальний угол магазина и о чём-то беседующего с моим начальником. Опомнилась лишь тогда, когда ко мне снова подошла продавец-консультант, предложив:

– Может быть, вам ещё что-то показать?

– О, нет-нет, спасибо большое!

Решив больше не злоупотреблять временем девушки и не отвлекать её от работы, я взяла сумочку и пошла к выходу, показав Полу, что буду ждать его снаружи. Он кивнул и сразу последовал за мной, громко заканчивая разговор одним-единственным словом:

– Посмотрим!

– Вы поругались? – спросила я, как только Пол вернул мой телефон.

– Немного, – не стал отрицать он.

– Мистер Мелроуз сердится из-за нашей прогулки, – поняла я. – Наверное, ему нужна была помощь для подготовки к конференции. Зря мы ушли.

– Глупость какая! – Пол фыркнул, одновременно нажимая на кнопку, встроенную в брелок для отключения сигнализации. Закинув пакеты с моими обновками на задние сиденья, он захлопнул дверцу и обернулся, потирая ладони: – Продолжим прогулку.

– Лучше всего было бы вернуться в гостиницу, – попросила я, огорчённо вздыхая. – Мне не хотелось бы подводить мистера Мелроуза. Всё же, эта поездка – не отпуск, а деловая командировка.

– Да? – мистер Коллинз самолично взял мою руку и уложил себе на локоть, уводя прочь от авто и продолжая говорить: – А Люций поддержал мою идею и обещал присоединиться к нам, как только поймает такси и сможет подъехать. Ему очень понравилась идея с прогулкой. Так что мы – большие молодцы!

– Правда?

– Милая Файнис, запомните, супермены не лгут! Преувеличивают иногда немного, но тоже не со зла. К слову, любите ли вы кино?..

Мы медленно шли вперёд, вдоль дороги, мимо ряда пёстрых магазинов и кафе, и так задушевно болтали, что очень скоро я совсем позабыла о своём расстройстве, полностью растворившись в обществе Пола. Поэтому когда кто-то сзади неожиданно обнял меня за талию и потянул на себя, довольно крикнув: «Поймал!», мне не пришло в голову ничего лучше, чем замахнуться сумкой.

Мистер Мелроуз, а это оказался именно он, тоже не ожидал такой встречи, а потому даже не подумал не то что отклониться, но даже прикрыться от летящего на него аксессуара, получив в итоге прямо по лицу.

– О боже! – испуганно выдала я, как только прошёл первый шок, и вернулась возможность говорить. – Простите меня, мистер Мелроуз! Простите меня!

Он стоял, не шевелясь: безумно красивый, одетый с иголочки и совершенно обалдевший от случившегося. А на его скуле медленно наливалось большое красное пятно…

– Мне так жаль, – причитала я, боясь подойти к начальнику ближе, и в то же время, не решаясь отойти от него. – Как же так…

– Бгхр-хр, – услышала я сбоку.

Повернув голову, увидела Пола Коллинза, прикрывающего рот рукой и давящегося от смеха. Это привело меня в ещё большее смятение. В глазах защипало от понимания собственной вины и никчёмности.

– Славно погуляли, – ледяным тоном заметил мистер Мелроуз, забивая последние гвозди в крышку моего гроба. – Спасибо, Файнис.

Он медленно поднял руку и провёл тонкими длинными пальцами по уже бордовой скуле.

– Нужно приложить что-нибудь холодное, – прошептала я.

– Жаль его сердце не вынимается, – прохрипел мистер Коллинз, всё ещё посмеиваясь. – Было бы идеально, покруче любого льда.

– Как вы можете? – поразилась я, отвернувшись от Пола и всё же приблизившись к боссу. В порыве глубочайшего чувства вины, схватила его за руку и попросила:

– Потерпите немного, я сбегаю в кафе и попрошу что-нибудь, облегчающее боль.

– Пойдёмте вместе, – великодушно согласился он, накрывая мою руку своей. – И не волнуйтесь, Файнис, в случившемся нет вашей вины. Я сам сглупил и напугал вас.

– Вот именно, – зло подтвердил мистер Коллинз.

Я снова бросила на него негодующий взгляд, поражаясь подобной чёрствости.

– И всё же, мне так жаль…

– Понимаю, – кивнул мистер Мелроуз, укладывая мою руку на свой локоть и указывая на кафе, мимо которого мы вот-вот должны были пройти. – Предлагаю продолжить ухаживать за беспричинно пострадавшим мной в уютном месте, вроде этого.

– Беспричинно? – ухмыльнулся Пол. – Кажется, мы уже выяснили, что ты напугал Файнис, за что и отхватил по лицу.

– Прекратите, пожалуйста, – зашипела я, качая головой. – Давайте не будем терять времени и поскорее найдём холод. Я схожу с ума от чувства вины!

– Ну кому вы это говорите, Файнис, – трагическим тоном проговорил Люциус Мелроуз, – Пол никогда не умел проявлять сочувствия к ближним, и учиться в его годы уже поздно. Так что не будем на него давить, пусть остаётся бездушным мужланом, если ему так комфортно. Кстати, предлагаю занять столик у окна. Вон тот. Как он вам?

Люциус

Ситуация была анекдотична.

Раньше я слышал, что друзей можно потерять из-за денег, долгов, подлости. Но чтобы из-за секретарши…

Это было смешно и одновременно бесило до колик.

Я ведь первый нашёл Файнис, так какого хера Пол так упорно лез своим носом, туда, куда не следует?

Конечно, мисс Бутс могла ему понравиться, мне же она нравилась, чёрт возьми. Но как же мужская солидарность? Дружба? Порядочность, в конце концов?

Я же никогда не претендовал на его баб, так какого ляда?

Смотря же сейчас на довольнейшую физиономию Коллинза, я понимал, что тут больше вредности, чем желания обладать девчонкой.

Возможно, утром я сглупил, когда отправил розы его бывшей, и теперь Пол просто мстил. Не мог уступить мне, а потому в ход шли любые методы.

Он даже сводил её в магазин за шмотьем.

– Что это за платье на вас? – спросил я, когда Файнис всё же согласилась присесть за столиком у окна. – Разве я не сказал, что к вам приедет мой человек для подбора гардероба?

Скрежет зубов сдержал, старался быть милым, хотя судя по лицу кофейной девочки, выходило у меня хреново.

– Я… я… Мистер Коллинз любезно согласился меня отвести, и это платье…

– Подчёркивает её индивидуальность, – вместо неё закончил Пол, влезая на стул напротив. – У Файнис уникальный вкус, скромный и утончённый…

– А у тебя замашки как у Ричарда Гира из «Красотки», – прошипел я.

Пол ещё больше расплылся в улыбке:

– Файнис, милая, кажется, мой друг перегрелся в жарком климате Майами. Ещё немного и вскипит. Уверен, в этом кафе есть мороженое, давайте закажем. Нужно его охладить.

– Ох, точно! Мороженое, – всплеснула руками Фай, – Оно подойдёт и для синяка. Я сейчас принесу.

Она зачем-то убежала лично разыскивать официанта, хотя я был уверен, к нам и так подойдут. Впрочем, то, что моя кофейная девочка упорхнула именно сейчас, было даже не плохо.

Я перегнулся через стол и прорычал, глядя на Пола:

– Она же тебе не нужна. Наиграешься и бросишь.

Его левая бровь поползла вверх.

– С чего бы вдруг?

– Я тебя больше десяти лет знаю. Ты кайфуешь именно от процесса завоевания и пару недель позже, пока девчонка не надоедает, – заставляя себя говорить чуть сдержаннее, продолжил я. – Поэтому прошу, свали по-хорошему.

– По-хорошему уже не выйдет, – Пол качнул головой. – Считай, я уже подсел на наркотик под названием «Совратить Фай». Да и вообще, ты-то с каких пор святым заделался? Что-то не вижу у тебя нимба над головой.

– Я, по крайней мере, не собираюсь бросать её через месяц. Пока она мне будет нравиться – я её не отпущу, и даже потом без работы она не останется. Просто подыщу другое место…

– Да ты джентльмен, – Пол даже глаза закатил в потолок в приступе сарказма. – Тогда вообще не вижу проблем, если тебе всё настолько не принципиально. Сначала я, потом ты подберёшь, пригреешь. Уверен, она оценит всё твоё благородство после такого козла, как я.

Захотелось вмазать ему по морде, но как назло явилась Файнис. С мороженым на палочке – фруктовый лёд, штук пять упаковок. Да у меня мозг заледенеет, если она соберётся всё это приложить к моей скуле.

– Вот, я принесла, – преданно доложила она, заглядывая мне в глаза. – У них есть в креманках, но его будет неудобно прикладывать к щеке.

С этими словами девушка принялась играть в медика-любителя, тыча холодной упаковкой мне в лицо. Пол же откровенно и беззвучно ржал, потому что руки у Фай тряслись от волнения, будто она подошла не ко мне, а к льву в клетку, и собиралась покормить его свежим мясом.

– Благодарю, мисс Бутс, – произнёс я, мягко убирая её руку от своего лица. – Этот синяк я переживу. Никто ещё не умирал от такой мелочи.

– Но я так виновата.

– Ерунда, вы уже извинились. Да и вообще, мороженое лучше скушать. Оно сейчас начнёт таять, и не дай бог, испортит ваше чудесное новое платье. А лучше выбр…

Договаривать не стал, осёкся. В конце концов, она ведь старалась-волновалась, поэтому свою фразу я закончил простым молчанием и суровым взглядом, чтобы Файнис сама всё поняла и рассудила. Не глупая же.

Да и официант, наконец, явился с готовностью принять заказ у нашего столика.

И очень вовремя, потому что я мало того, что был зол, так ещё и голоден. Пока я изучал меню, косясь из-под папки на Пола, чтобы тот не сотворил очередную гадость, рядом раздалось шуршание обёрток.

Повернувшись на звук, посмотрел на Файнис, которая как раз отложила фантик от мороженого в сторону, и нервно сглотнул…

Она издевается сейчас? Да?

Потому что кончик розового языка скользнул по оранжевой прохладе фруктового мороженого… От середины продолговатого куска и до самой его зауженной вершинки.

Да твою ж мать!

Рядом закашлялся Пол… Но я в его сторону даже не глянул, всё моё внимание было приковано к губкам Фай, которые скользнули по стволу… Тьфу, бля. По мороженому вниз, обхватив его.

В штанах стало теснее, пришлось закинуть ногу на ногу. В конце концов, за соседним столиком сидели люди с детьми, и мой стояк с их ракурса просматривался просто изумительно…

– А может, лучше в креманке? – голос Пола прозвучал хрипло.

Взглянув на его сконфуженное лицо, я понял, что проблемы в штанах не только у меня.

– Зачем в креманке? – совершенно искренне удивилась Фай. – Тут и так пять порций, эти бы съесть!

Она опять поднесла мороженое ко рту, приоткрывая свои губы так сексуально, что я… не выдержал и перехватил её руку, пока не произошло страшного. Моя психика могла не выдержать, да и член тоже.

– Никаких пяти порций, да и эту лучше не доедать. Ещё не хватало вам подхватить простуду или ангину, что я тогда буду делать без секретаря? – медленно проговорил я. – Давайте, лучше закажем вам десерт. Любой, на ваш выбор.

Файнис захлопала глазами, и у меня невольно закрались в голову мысли, а не издевается ли эта девчонка над нами с Полом. Ну нельзя же быть настолько непосредственной и не понимать элементарных вещей? В моих развращённых кругах девушки даже банан ложкой ели, чтобы не дай бог… чего. А тут…

– Да-да, поддерживаю, – совершенно неожиданно согласился со мной Пол. – Десерт – это идеальный и самый безопасный выбор для вашего здоровья. А то после мороженого я боюсь ручаться за ваше самочувствие.

Файнис

Этот вечер был очень странным.

Стоило мне только оказаться в номере и закрыть двери перед носом у двух мужчин, как осознание неправильности накрыло меня с головой.

Я будто оказалась на страницах одной из книг, которые так любила. Вот только в реальности всё оказалось не столь романтично…

Фраза босса: «А у тебя замашки как у Ричарда Гира из «Красотки», адресованная Полу, живо всплыла в сознании…

Что он имел в виду? Тот поход по магазинам, когда мистер Коллинз, будто миллионер из фильма, повёл бывшую проститутку по бутикам?

Вот только я же не девушка лёгкого поведения!

Мои щёки вспыхнули от гнева, да и самой тотчас стало жарко. Параллель была слишком яркой и выбивающей из колеи.

И это чёртово кафе. Я хоть и старалась поддерживать беседу, мило улыбаясь, но после той фразы мне кусок в горло не лез. Даже мороженое. Я ела его, скорее, на автомате, совершенно не ощущая вкуса, а эти двое…

Я вспомнила их взгляды, с которыми они на меня смотрели, и мурашки пробежали по спине.

Происходило что-то, чего я явно не понимала, а потому потянулась к телефону. Мне нужен был совет той, кому я доверяла, и кто был гораздо опытнее меня.

Я набрала номер бывшей соседки по комнате.

Рут подняла трубку не сразу, а когда подняла, то на заднем фоне я услышала громкую музыку. Девушка явно была в клубе.

– Фай, ты не вовремя, – без приветствия перекрикивая грохот басов, произнесла Рут. – Что-то срочное? У меня скоро выход на сцену.

– Прости. Но мне нужен твой совет, очень. Мне кажется, я встряла в какие-то неприятности.

На мгновение повисла заминка, а после я услышала, как Рут говорит кому-то подменить её.

– Так, у меня десять минут, подруга, – произнесла она через какое-то время, явно удалившись в более тихое помещение. – Что случилось?

И я выложила ей всё как на духу, про новую работу, про поцелуй в квартире с мистером Мелроузом, и про поездку в Майами, и про Пола, и поход по магазинам. И даже про посиделки в кафе, где каждый из мужчин пытался угостить меня едва ли не всеми видами десертов…

– Рут, мне страшно, – закончила я.

– Ну, ты и дура… – совершенно неожиданно протянула Рут, и в голосе её послышалось… восхищение? – Ты серьёзно не понимаешь, что происходит, Фай?

Мне стало обидно. Потому что если бы понимала, я бы никогда не позвонила соседке.

– У меня ощущение чего-то нехорошего, Рут.

– Ну, точно дура, – резюмировала подруга. – Да это лучшее, что происходило с тобой в твоей скучной жизни. Неужели непонятно, что они оба на тебя запали? Два миллионера!!!

– На меня? – не поверила я.

– Ну не на меня же! – хохотнула Рут. – Меня они даже в глаза не видели. Так что, подруга, считай, я тебе даже завидую. Вечно всё счастье серым мышкам достаётся.

– И что мне теперь делать? – я всё ещё пребывала в полной растерянности.

Слова Рут не вязались с тем, как я себя ощущала. Разве могут на меня запасть такие мужчины, как мой босс и его друг? Ответ был однозначным – нет.

– Как что делать? Пользоваться, конечно, – тем временем отвечала Рут. – У тебя же по жизни ни хрена нет, ни дома, ни денег, а эти дадут тебе всё, только пальцем помани… Кстати, что-то мне подсказывает, они на тебя поспорили. Это многое бы объяснило…

Последнее предположение больно кольнуло в грудь, потому что даже у такой как я, есть самолюбие.

– Что ты имеешь в виду, Рут? – осторожно спросила у неё.

– Будем откровенными, подруга, – совершенно обыденно пояснила она. – В тебе ни рожи, ни кожи. Ну, сиськи вроде бы есть, да и те ты прячешь под тряпьём. Ни один нормальный мужик на тебя в этом смысле не посмотрит. Отсюда выводы – либо эти двое маньяки и извращенцы, которых ещё поискать, либо они на тебя поспорили. Кто быстрее укатает мышку в постельку. Поверь мне, я таких сукиных стервецов, знаю.

В горле у меня застрял ком, дыхание спёрло. Рут так легко раскладывала мне всё по полочкам, что было сложно ей не верить. В конце концов, я ведь именно за этим позвонила – знала, что она разберётся.

– Спасибо, – нашла в себе силы ответить я. – Буду думать, как поступать дальше.

– Да что тут думать, крути их на бабки. И про меня не забудь, помни, я хочу сумочку Диор, и мой размер ноги – восьмёрка! А теперь всё, чмаф-чмаф, мой выход!

С этими словами она бросила трубку, а я так и осталась слушать короткие гудки в темноте номера…

Люциус

Сидя в огромном номере, я чувствовал себя настолько хреново, что лучшим решением казалось напиться, чего со мной не бывало уже много лет.

Упав на кровать, я закрыл глаза, пытаясь обдумать, как быть дальше. Вспомнил, как вместе с Полом проводил Файнис к номеру и, как только дверь за ней закрылась, слушал его едкие шуточки:

– Ну что, Люций, иди хоть ты меня поцелуй, а то я уже настроился.

Он вытянул ко мне руки и выпятил губы. Чёртов клоун.

– Перебьёшься.

Я быстро направился к лифту.

– Вот так всегда, обнадёжил и бросаешь. С Фай будет так же, – не отступал Пол. – Просто отдай её мне, друг. Пойми, что этой нежной крошке нужен настоящий ценитель.

– Думаю, девушка сама решит, кто ей больше интересен, – ответил я, показательно сохраняя спокойствие. Осторожно коснувшись скулы с синяком, шикнул и добавил: – Нежная, не то слово…

Пол засмеялся:

– Да, приложила она тебя знатно. Даже интересно, какой потенциал раскроется дальше, благодаря нашей милой шалости.

– Слушай, – я резко обернулся и ткнул пальцем в грудь бывшего друга – я не считаю происходящее игрой, и не собираюсь спорить на Файнис, будто она приз на забеге. Никаких соревнований, пойми. Ты должен уяснить одно – девочка моя. Она варит кофе и заполняет кое-какие бумаги, получает от меня работу и жильё и, закономерно, будет мне благодарна. МНЕ. Смирись, Пол.

Словно не слыша меня, Коллинз заржал:

– До завтра, Люций. Будет забавно наблюдать за толпой, разглядывающей огромный синяк на твоей скуле.

И вот я лежу в огромной постели, не понимая, как вести себя дальше. Давить на Фай в прямом смысле, как я это делал обычно, не выходило. Она пуглива, и если пахнет хорошей отжаркой, сразу бежит в кусты. Может к психологу её сводить? Странно, когда девушка так боится секса.

Сколько ей вообще лет? Ненормально в её годы бегать от богатого мужика, готового переспать и щедро отблагодарить. Или там такая правильная семейка, что в её головке никак не укладывается секс без обязательств?

Не выдержав, я набрал номер Элеоноры и потребовал завтра же провести что-то вроде интернет-анкетирования с Файнис по поводу её семьи, из которого можно было бы получить чёткое мнение о том, кто её вырастил. Кто владеет информацией – владеет и мисс Бутс, решил я. Только после этого удалось уснуть.

На следующий день мне пришлось знатно поколесить, посетив не только офис в Майами, но и несколько встреч с будущими партнёрами, а также конференцию с последующим приёмом. Всё это время Файнис следовала за мной по пятам, с умильным, на всё готовым личиком, и ждала следующих приказаний.

Правда на конференции она всё же задремала, а я, как раз получив уже готовую анкету от Элеоноры, с полным охренением прочёл о том, насколько неблагополучной была семья кофейной девочки.

Она точно набивала себе цену, теперь в этом не было сомнений.

Потому, стоило конференции подойти к концу, я позвал Файнис в один уютный закуток и проговорил:

– Ты сводишь меня с ума весь день.

– Что? – сонно моргая, переспросила мисс Бутс.

– Я говорю, мне хочется, чтоб наши отношения перешли на уровень выше, чем просто помощница и босс.

Она дёрнулась. Пришлось удержать её на месте и продолжить:

– Я не собираюсь насильно тебя целовать или что-то ещё. Но я хочу, чтобы ты понимала, что ты нравишься мне настолько сильно…

– Мистер Мелроуз… – она попятилась, снесла какие-то папки с полок и, подпрыгнув, снова оказалась рядом со мной.

– Просто обещай подумать, – выдохнул я, склонившись к её лицу. – И если вдруг поймёшь, что наше притяжение обоюдное – просто намекни.

– Намекнуть? – пискнула Файнис.

Я кивнул и ласково провёл рукой по её плечу.

– Хорошо, я подумаю, – внезапно ответила мисс Бутс, в этот раз обходя меня по дуге к выходу в общий холл. – И намекну, если…

– Отлично, – я широко улыбнулся.

Она посмотрела на меня странно, но я никогда не умел понимать, что таит в себе выражение лиц тех или иных людей. Главными всегда оставались мои собственные эмоции.

Мы с мисс Бутс вышли и сразу направились к залу с угощениями. На меня коршунами налетели несколько поставщиков, пытаясь улучшить условия будущих контрактов, и Файнис, воспользовавшись заминкой, пропала из поля зрения.

Я осмотрел зал, но не нашёл её.

– Обдумывает, – сказал себе вслух, улыбаясь. – Она не устоит.

Файнис

Я не верила в услышанное.

Шла, и ноги словно утопали в красной ковровой дорожке, устилавшей зал. Вокруг сновали богачи, официанты, все о чём-то говорили и были чем-то заняты. Только не я. Меня терзало чувство собственной гадливости. Впервые в жизни я решила, что мне повезло, что меня взяли на работу не просто так, а за умение по-настоящему хорошо варить кофе.

Такая глупость!

Как можно быть настолько слепой и глухой?!

Сегодня я видела множество очень богатых людей, перед которыми на цыпочках плясали идеально одетые и причёсанные девушки-помощницы, знающие по множеству языков и содержащие в головах целые банки знаний!

А для меня сняли квартиру только потому, что я вкусно варю кофе. Рут говорила мне, насколько всё иначе, но я не верила. И сейчас верить не хотелось! Да, мистер Мелроуз предложил отношения, но может он и правда… полюбил меня? И только поэтому запомнил там, на заправке. Поэтому привёз с собой. Почему нет?

Ответ подкрался сбоку.

– Мисс Бутс, – проворковал Пол, собственнически хватая меня за руку, – привет. Можно я тебя украду? Ты же не против?

Он провёл меня в очередную миниатюрную комнату, служащую на этот раз мини-складом канцелярских товаров. Не ждал ни моего ответа, ни реакции, потому что был убеждён, что я буду рада появлению самого мистера Коллинза.

– Как же я скучал, Файнис! – сообщил Пол, закрывая дверь за моей спиной и отрезая нас от зала с гостями.

Я повернулась и посмотрела на него, ожидая, что будет дальше.

– Надеюсь, Люций не сильно тебя утомил? Этот гад не понимает, как тяжело жить в его ритме хрупкой красивой девушке, – он подошёл вплотную, склонился. Наверное, ждал, что я сама преодолею последний разделяющий нас дюйм.

Но я так и осталась недвижимой.

– Такая непорочная, нежная, наивная, – продолжил Пол, после чего, приподняв пальцами подбородок, всё же поцеловал меня.

Я не ответила на поцелуй, но и не отстранилась. Внутри кипела, бурлила и рвалась наружу злость. Они и правда спорили на меня! Эти люди, эти два человека… они просто использовали меня как игрушку в своём пари?!

Мои розовые очки разбились вдребезги. Все свои годы я старалась жить, думая, что если буду добра к этому миру, то и мир будет со мной добрым в ответ. Конечно, я понимала, что вокруг меня множество злых и бесчестных людей, и возможно именно поэтому старалась быть как можно скромнее и тише, чтобы не привлекать к себе внимания.

Но не вышло.

Я не понимала, что именно во мне разглядели двое этих мужчин, почему именно я стала объектом их ненормального поведения. И всё же моё сердце точил червячок догадки – да потому, что ты, Файнис, будто из монастыря сбежала. И Люциусу, и Полу просто интересно, насколько крепкими окажутся твои щиты, и обоим плевать, что внутри под ними прячется душа.

Поцелуй, наконец, прервался, и только теперь я поняла, насколько сильно сбилось моё дыхание.

– Ты такая страстная, – прошептал Пол… – И так краснеешь.

Я ухватила очередной вдох воздуха, чтобы подавиться им, но промолчала. Внутри меня кипел гнев, но уж никак не страсть.

– Зачем вы это сделали? – едва слышно прошептала, вспоминая всё то, о чём вчера говорила Рут.

Почему-то мне всё ещё хотелось верить в Санта Клауса, и что Пол признается в споре с Люциусом. И если он сейчас ответит правду, то я даже сумею простить.

– Ты мне нравишься, – мистер Коллинз улыбнулся так широко, что его зубы сверкнули в полумраке каморки, словно в рекламе зубной пасты. – Ещё с того дня, как мы встретились. Я так долго корил себя за то недоразумение с ведром и тряпкой.

Он говорил, а я кивала будто болванчик, хотя не верила ни слову.

Он принял меня за уборщицу!!! А вот потом, да, что-то точно произошло. Ведь уже выходя из кабинета мистера Мелроуза, Пол Коллинз был удивительно очарователен и обходителен!

Сволочи! Оба сволочи!

Надо было бы вылепить пощёчину вначале Полу, а после своему работодателю, и вылететь с работы, но я медлила. Во мне всё ещё не было решимости на столь отчаянные действия…

Пока не было. Зато она точно присутствовала в глазах Пола Коллинза. Лукавых и соблазнительных, будто у экзотического кота. Мужчина буквально пожирал меня взглядом, скользя им по лицу, плечам, остановившись на груди…

Будь обстоятельства иными, я бы поверила этому взгляду и поддалась. Но осознание, что у любого спора есть приз, отрезвляло меня куда сильнее холодного душа.

Они ведь на что-то спорили, а я лишь инструмент для достижения победы.

До противного любопытства стало интересно, как далеко эти мужчины готовы зайти ради выигрыша, и я произнесла:

– Нравлюсь вам? Должно быть это издёвка. Где вы, а где я… Я ведь даже женщиной рядом с вами себя не ощущаю.

Улыбка тут же сползла с лица Коллинза.

– Вы лесбиянка? – совершенно серьёзно спросил он.

Я отвела взгляд.

– Нет. Я о том, что вы слишком утончённый для такой как я. Посмотрите на себя – дорогие вещи, аксессуары. Вы весь лучитесь лоском, а я – простотой. Во мне нет ничего женственного – я даже серьги не ношу. Так как же я могла вам понравиться?

Выпалила, и сама себя устыдилась.

Фактически я выпрашивала, и никак иначе. Давала очень прозрачный намёк на подарок, потому что было любопытно – услышит ли меня этот мужчина? Решит ли, что меня будет легко купить?

– Я разглядел в вас скромность, – Пол вновь предпринял попытку приобнять меня, но я отстранилась. – Главную добродетель женщины. Вы удивительная, Файнис…

Он говорил мне о моей исключительности, я же ощущала, как с ушей сваливается лапша…

– Простите, мистер Коллинз, кажется, мы тут задержались, – наконец произнесла я, глянув на часы. – У меня работа.

С этими словами я выскользнула из каморки и бросилась подальше. Благо по пути подвернулась дамская комната, куда я забежала, чтобы привести себя в порядок.

Долго смотрела в зеркало. Глаза казались заплаканными и красными, хотя я не проронила ни слезинки, а лицо, наоборот, побледнело.

Пришлось умыться, отдышаться, и только потом собраться выходить.

Стоило только толкнуть дверь в коридор, как меня встретил оклик.

– Мисс Бутс!

Мой босс стоял в десяти метрах дальше по коридору.

– Я так и думал, что вы где-то здесь. Вы исчезли в самый разгар ужина! Где вас носило полчаса?

Он говорил быстро, а в голосе явно прорезалось раздражение. И я поняла, что он прекрасно знает, с кем я была…

– Я… я… – запнулась, даже не понимая, врать, или сказать правду. Зачем мне поддерживать их игру?

Неожиданно лицо Люциуса вытянулось и окаменело. Он резко двинулся, подходя настолько близко, что захотелось провалиться сквозь землю.

– Вы что плакали? – его пальцы легли на мой подбородок, удерживая лицо, чтобы не отвела.

– Н-нет.

– Не врите, я же вижу, – он смотрел мне прямо в глаза. – Если вас кто-то обидел, скажите! Я разорву его…

Я горько усмехнулась. Так и хотелось выпалить – «Себя разорвите»… Но я задушила в себе голос совести и обиды.

– Вы все не так поняли, – нашла в себе силы соврать я. – Меня никто не обижал, это просто стечение обстоятельств. Там, на приёме, все слишком изысканные, говорили о каких-то неизвестных мне блюдах, а женщины выглядели как модели с журнала, и я почувствовала себя лишней. Ох… простите, не понимаю зачем я вам всё это говорю. Мне лучше вернуться к работе, мистер Мелроуз.

Я выпрямилась и поджала губы, прямо взглянув на босса едва ли не с вызовом.

Мелроуз смотрел на меня, и мы оба чего-то ждали.

– Не нужно к работе, – наконец произнёс он. – Идите в номер, Файнис. Отдохните. Я справлюсь сам.

Пол

Я знал, где достать девочке отличные серьги.

И как сразу не догадался подарить малышке брюлики? Пусть она и нежный цветочек, но украшения любят одинаково все женщины! Идеальный подарок, идеальный я!

Спустя двадцать минут я уже был на месте, у магазинчика с красивой, каллиграфически выведенной вывеской, вещавшей, что названо сие место в честь двух братьев. Войдя внутрь, я сразу окунулся в океан драгоценных металлов, камешков и тому подобной ерунды, милой сердцам девушек всего мира.

– Добрый вечер, меня зовут Боб. Могу я вам помочь? – ко мне тут же подошёл парнишка в дорогом костюме. – Хотите подобрать подарок кому-то, или порадовать себя?

– Подарок, – лениво ответил я. – Серьги.

– Прекрасный выбор! – восхитился Боб моей прозорливостью. – Серьги – всегда идеальное решение! Пройдите, пожалуйста, сюда.

Я прошёл. Посмотрел на ворох камней в золотом обрамлении и поморщился. Как среди этого сделать выбор? Ещё и Боб подлил масла в огонь:

– Какие камни предпочитает одаряемый? Какой металл? Форму?

– Стандартные, – решительно ответил я. – Что-то такое… классическое. Может даже без камней.

– Без бриллиантов? – в голосе Боба скользнуло удивление пополам с разочарованием.

– Девушка предпочитает простоту, без вычурности, – подтвердил я его худшие опасения.

– Вот как, – Боб грустно вздохнул. – Тогда пройдите сюда, здесь…

Прежде чем парень договорил, дверца магазина стукнулась о колокольчик и оповестила всех о новом потенциальном покупателе. И всё бы ничего, но он заговорил голосом Люция:

– Привет! Мне нужен кулон. Дорогой, вычурный, чтобы поразил его носительницу в самое сердце и раздвинул… границы между нами в стороны!

Боб хихикнул и дёрнулся было к Люцию, но наткнулся на мой взгляд, после чего прирос к месту. Хороший мальчик. Стоять, блять!

– А ну-ка покажи мне те серьги, где камней побольше, – сквозь зубы попросил я. – Что там было? Последний писк какой-нибудь.

– О, момент! – Боб метнулся к прежней витрине и вынул оттуда два булыжника. – Вот!

– Я имел в виду не предсмертный писк напоследок, парень! – рявкнул, начиная злиться на него, на себя и на всю ситуацию в целом. – Нормальное что-то! Чтоб в этом ещё и ходить можно было, не оторвав мочки!

– Пол?! – Люций, заметив меня, попрощался с прекрасным настроением. Его лицо заметно вытянулось, губы загнулись вниз, а руки сжались в кулаки. – Что ты здесь делаешь?!

– Выбираю серьги, – я улыбнулся так широко, что почувствовал, как щёки подпёрли глаза. – Хочу порадовать Фай. Бедняжка сегодня из-за тебя настрадалась. Ты, как всегда, не думал ни о ком, кроме себя, потому и приволок её на фуршет. Хорошо, я хоть платье вчера успел ей купить, чтоб она себя совсем бездомной дворнягой не чувствовала!

– Тебя никто не просил её одевать, Пол! – Люций повысил голос. – Зато просили держаться подальше. Моей девочке не нужны эти серьги. Полная безвкусица! Зато Тед пообещал подобрать для Фай прелестный кулон.

Второй продавец, очень похожий на первого, страстно закивал, едва не попрощавшись с головой:

– Я могу предложить вам… – начал он.

– Предложу тебе пойти нахер! – вмешался я. – И отсюда, и из жизни мисс Бутс! Она не для тебя, и никогда не даст… раздвинуть границ!

– Да? – Люций осклабился. – По-моему ты забыл, дружище, что она моя помощница. Это я её начальник. И это мне она благодарна за то, что вырвалась из своей глуши. Так что засунь себе серьги поглубже в анус и иди окучивай кого-то ещё!

– Да ты!..

– Господа! – на пороге невзрачного прохода в служебное помещение появился низкорослый лысый мужчина с широкой радушной улыбкой и взглядом следователя со стажем не менее ста лет. Он быстро осмотрел нас с Люцием, кивнул сам себе и, встав боком, указал на проход, в котором стоял: – Прошу вас, не нужно спорить. Я вижу, вы готовы приобрести для дамы нечто особенное и готов помочь вам. Каждому. Индивидуально. Боб, Тед, проводите наших замечательных гостей в отдельные комнаты и покажите те потрясающие коллекции, которые предназначены только для настоящих ценителей, обладающих шикарным вкусом.

Он говорил размеренно, с ленцой и неким странным акцентом, придающим каждому слову особый вес. И этот мужик был чертовски прав, предложив рассмотреть нечто для настоящих ценителей. Вот это я понимаю, нормальное обращение.

– Пойдём, Боб, – кивнул я.

– Веди меня, Тед, – эхом откликнулся Люций.

Мы зло переглянулись и рванули в бой. Вернее, выбирать украшения для Файнис.

В небольшом кабинете, куда привёл меня мой консультант, пахло мандаринами и корицей, а меня самого тут же усадили в охеренно удобное кожаное кресло, предложили выпить и выставили перед носом красивые длинные серьги на чёрном бархате. Они напоминали нежнейшие струйки дождя с вкраплениями бриллиантов и завершающиеся маленькой капелькой. Когда Боб ими шевелил, вещая что-то про чистоту, форму, изъяны и тому подобную ерунду, бриллианты блестели, а капелька переливалась голубым и розовым.

Это, конечно, совсем не то же самое, что покупка авто, потому я ни хрена не понимал из монотонного диалога Боба, кроме одного: серьги стоили реально дорого и они достойны принцессы.

– Беру! – решил я.

А спустя полчаса, уже сидя за рулём своего авто, оформив доставку подарка Фай в номер и слегка отойдя от желания уделать Люция, притормозил, и с полным охерением проговорил:

– Твою ж мать! Как это случилось?! Я с ней даже не спал ни разу, а уже потратил на неё восемьдесят тысяч! Ладно… Ладно… Это просто вложение в будущие отношения. Теперь Файнис точно не устоит. Завтра она точно… как там Люц говорил? Раздвинет передо мной границы!

Дальше я ехал в приподнятом настроении и полной уверенности в собственной победе.

Выкуси, Люций!

Файнис

Было около десяти вечера, когда в двери номера постучались. Будучи уверена, что это наверняка или мой босс или его друг, я едва не выронила из рук щётку, которой как раз чистила зубы перед сном.

Время позднее, я уже собиралась ложиться спать, и этот визит явно не входил ни в один из моих планов.

– Так, Файнис, – посмотрела я на себя в зеркало, и как можно решительнее произнесла: – Кажется, надо бы объяснить, что уже поздно, и я никуда не пойду.

Сказать это самой себе оказалось легко, а вот повторить боссу уже сложнее.

Поэтому я поплотнее закуталась в гостиничный халат, и двинулась к двери. В неё тем временем опять постучали, ещё более настойчиво.

– Кто там? – не открывая, спросила я, надеясь, что дверное полотно спасёт меня от разговора «с глаза на глаз».

– Администратор Кэтлин, – раздался приветливый, но незнакомый женский голос. – Мисс Бутс, на ваше имя доставлен пакет курьером. Вы можете его принять?

Вместо ответа я открыла двери и выглянула наружу.

В коридоре действительно стояла девушка в форме отеля, а за её спиной молодой человек в дорогом костюме и с пакетом, на котором красовались вензельные буквы.

– На моё имя? – переспросила я. – Вы уверены?

– Мисс Файнис Бутс? – вступил в разговор уже молодой человек, назвав даже мой номер.

Я кивнула.

– Тогда точно вы, – утвердительно выдал он, и передал мне в руки пакет. – Распишитесь, пожалуйста.

В лёгкой растерянности я оставила свою подпись. На этом меня оставили в покое.

Пакет был удивительно лёгким, но в то же время дорогая и плотная бумага, золотое тиснение на буквах намекали, что груз в нём не простой.

Я нервно сглотнула.

Неужели это то, о чём я подумала?

Пройдя в номер, я села на кровать, дрожащими руками достала из пакета деревянную продолговатую шкатулку.

Открыла и ахнула…

На чёрном бархате шкатулки лежал кулон – даже в полумраке номера без должного освещения многочисленные камушки на нём играли и переливались тысячами граней…

Мне стало нехорошо, даже в горле пересохло.

Я протянула руку к украшению, но не решилась коснуться и тут же отдёрнула пальцы обратно. Казалось, если я просто коснусь этой красоты, то могу её сломать.

Взгляд упал на бирку на украшении, и в моём сердце едва не произошёл инфаркт… Я внимательно вчиталась в мелкие буквы – пробу белого золота, количество бриллиантов, и всё что смогла произнести, было:

– Господи, пусть только тут не будет ценника. Он наверняка похож на номер сотового телефона.

Дрожащими руками я отложила коробку в сторону, и вновь полезла в пакет. Там наверняка должна быть записка, и, о чудо, она нашлась. Небольшой плотный прямоугольник с кратким посланием:

«Приношу извинения за свою чёрствость. Л. Мелроуз».

Сердце отчего-то опять ёкнуло. В отличие от Пола, своему боссу намёков я почти не давала, но он всё равно решил, что я достойна подарка – и какого…

Взгляд вновь скользнул по кулону. Слишком дорогой для такой как я. Мне безумно хотелось его примерить, но я сжала зубы, и заверила себя, что завтра же верну подарок.

Этим я хотела показать, что не продаюсь за безделушки. Плюс, возможно, тогда бы мой босс, наконец, понял, что я не намерена быть лотом в их споре с Полом.

Стоило об этом подумать, как в двери раздался очередной стук.

– Кто там? – не вставая с постели, крикнула я.

– Мисс Бутс, – на этот раз я узнала голос администратора. – Здесь ещё одна посылка для вас.

– Ещё?

В этот раз за дверью обнаружился уже другой курьер, а вот пакет был явно из того же магазина.

Нехорошее предчувствие засосало под ложечкой.

В обмен на роспись мне отдали «посылку». Закрыв двери и заглянув внутрь, я сразу вытащила коробку с запиской.

Щёлкнули замки шкатулки, и мои челюсти сжались от злости, которая тут же обуяла всё сознание.

На подложке лежали серьги невероятной красоты, и в этот раз мне даже не нужно было читать бирку, чтобы понять всё с первого взгляда.

Две длинные висюльки с десятком крупных бриллиантов были из того же комплекта, что и кулон.

«Изумительные серьги для изумительной Файнис. Пусть они украшают вашу скромность. Твой Супермен» – прочла я, и поняла, что мои зубы скрипят друг о друга.

– Да вы издеваетесь? – спросила я сама у себя, и поняла, что иначе как за полную идиотку меня и считают.

Это кем надо быть, чтобы поехать в один и тот же салон, купить один комплект, чтобы по отдельности подарить девушке?

Я прямо видела лица этих двоих, как они стоят у витрины и с усмешками на холёных лицах, выбирают украшения для «премилой дурочки Файнис».

– Что ж, ваша взяла, – процедила я, подходя к кровати и вываливая серьги прямо на простыни, и то же самое делая с кулоном.

Дорогущие украшения теперь валялись на белом белье, будто дешёвейшая бижутерия, и я усмехнулась.

– Хотите простушку Файнис – будет вам такая.

Оторвав бирки зубами, я отбросила украшения на тумбочку, гневно глядя на ни в чем не повинное золото. И в моей голове уже зрел план мести.

Пора отрастить зубы, Файнис.

Утром я встала бодрой, полной сил и предвкушения предстоящего дня.

Подобие плана, который сформировался в голове вчера, теперь превращалось в нечто вполне применимое на практике. Потому, чистя зубы, я чуть не подавилась пастой, настолько злорадно подхихикивала.

И вот настал час икс: мистер Мелроуз позвал меня к себе на завтрак. Ленивым, даже скучающим голосом, он предложил разделить с ним тосты и кофе. Я радостно согласилась. Так радостно, что даже скулы свело от протянутой к ушам улыбке. Я репетировала будущую встречу на телефонном разговоре и, насколько поняла, мой босс остался очень доволен.

Уже через десять минут, надев юбку и платье, купленные для меня мистером Коллинзом, а затем и подаренное им украшение, я отправилась к начальнику в номер.

– А, Файнис, – открыв, он сделал настолько безразличный вид, будто не сам пригласил меня, а после ждал едва не у двери. – Проходи. Поднос там.

Небрежным жестом мне указали куда-то вглубь огромного номера.

Я широко улыбнулась и, пройдя в номер, остановилась в ожидании босса. Он удивлённо заломил бровь, уточняя:

– Что-то не так, Файнис?

– Всё прекрасно, мистер Мелроуз, – заученно ответила я, после чего вынула из ложбинки груди кулон, спрятанный за блузкой. – Хотела сказать вам огромное спасибо. Это невероятно красивая вещь. И фианиты так переливаются в свете лампы, что даже глазам больно! Их здесь столько! Знаете, мне кажется, дизайнер украшения слегка переборщил даже с россыпью этих блёсток, но всё равно спасибо. Ведь он не виноват, что у нас разные вкусы, а вы хотели сделать мне приятно, и это очень-очень мило.

– А? – мой начальник ошалел от такой благодарности. Открыв рот, он издал нечто нечленораздельное, но всё же не стал доказывать, что вообще-то одарил меня дорогущими бриллиантами. – Так вам не понравилось?

– Ну-у, – я помяла губами в разные стороны, пожала плечами, затем отмахнулась: – Какая, в сущности, разница? Дарёному коню в зубы не смотрят, так меня мама учила. И знаете, я вам тоже что-то подарю! В знак понимания между нами.

– Не надо, – чуть не взмолился босс. – У меня всё есть.

– Да, но если мы не обменяемся подарками, то я буду чувствовать себя какой-то побирушкой, – на сей раз губы я надула, пошаркала ножкой и грустно вздохнула.

– Тогда конечно, – закивал Люциус, – подари. И давай уже выпьем… за понимание.

Я радостно кивнула и… бросилась к нему на шею. Снова, да. Но теперь уже понимая, что и с кем делаю. Повисла на шее, прижалась к боссу и, встав на носочки, прошептала, прижавшись губами к мочке его покрасневшего внезапно уха:

– Спасибо! Вы – самый лучший, порядочный и добрый.

В его штанах, прямо за ширинкой, что-то шевельнулось, подавшись мне навстречу. Сам же мистер Мелроуз отодвинулся и, сделав огромные глаза, признался:

– Мне надо в туалет, мисс Файнис.

– О, что-то с завтраком? У вас несварение? – распереживалась я.

– Сварение! – рявкнул он, уже удаляясь. Затем опомнился и добавил мягче: – Просто отлучусь на минутку. А вы ешьте, нам скоро нужно ехать в офис.

– Как скажете, мистер Мелроуз, – покорно улыбнулась я, отправляясь на поиски еды.

Кофе и джем с гренками оказались божественными, поэтому мне даже не пришлось прилагать огромных усилий, чтобы съесть всё, что нашла. К моменту появления босса, обеспокоенно глядя на его бледное раздражённое лицо, я спросила, всё ли с ним хорошо.

– Да.

– Вас так долго не было, что кофе остыл, – пожурила его я. – Теперь будет невкусно.

– Ничего, позже перекусим где-то ещё, – он пробежался жадным взглядом по подносу, но не нашёл ни крошки.

– Тогда я вернусь в номер и захвачу плащ с сумочкой?

– Встретимся в холле через пять минут, – как-то утомлённо кивнул босс.

– Хорошо.

Я прошла мимо него, успев ещё раз вынуть кулон, показать его дарителю и радостно улыбнуться.

Люциус сделал над собой усилие и раздвинул губы в стороны, являя страшный, немного пугающий оскал.

Признаюсь, когда я вышла из его номера, то совсем не чувствовала себя хоть немного победительницей, потому что на какой-то миг показалось, что он вот-вот просто завалит меня на диван и сделает всё так, как хочет. И никто не пришёл бы на помощь, даже если бы я кричала.

Но он не стал. Только остался стоять спиной ко мне, сунув руки в карманы.

– Может быть, это всё зря? – спросила я себя, возвращаясь к номеру. – Кто я, и кто они…

– Файнис! – словно ответом на мой вопрос, навстречу выпорхнул мистер Коллинз. – Ты такая красивая! Это ведь комплект, который ты выбрала вчера? Очень хорошо выглядишь: дорого, броско, отпад!

– Спасибо вам, Пол.

Мы остановились у моей двери, и я приложила карту-ключ к замку, входя внутрь. Мистер Коллинз встал на пороге в ожидании приглашения.

– Солнышко, могу я войти и взглянуть, где тебя поселили? – спросил он, держась о дверной косяк и слегка раскачиваясь. – Обсудим твоё настроение, то да сё…

Его взгляд метнулся к моим ушам. По лицу скользнула тень разочарования.

Внутри меня волной всколыхнулась злость. Что же, он думал, подарил мне серьги и теперь я готова буду упасть перед ним на колени и выполнять всё, что скажет?! Стало противно.

Вынув из-за во́рота блузки кулон, я подошла к Полу, прошептав:

– Настроение прекрасное. Взгляните, что подарил мне мистер Мелроуз. Это кулончик с фианитами, а внутрь можно что-то положить. Конечно, кто-то скажет «дешёвая бижутерия», но для меня это ценная знаковая вещь. Он хочет быть моим другом.

Я посмотрела на Пола.

Тот стоял со сморщенным лбом и смотрел на мои руки, потом мне в глаза и снова на руки.

– Так, – наконец проговорил он медленно, – это подарил Люциус?

– Да.

– А я…

– Ах да! От вас вчера принесли серьги. И, представляете, из того же комплекта! Я бы непременно надела и их тоже, но у меня аллергия на все металлы, кроме золота. Простите, Пол, – я сделала паузу, глядя на него и выжидая. Давая ему последний шанс встать в моих глазах, отряхнуться и исправиться.

– Невероятное совпадение, – пробормотал Пол. – Только знаешь, Файнис, это не фианиты. И металл – это как раз белое золото.

– Не фианиты? – я округлила глаза. – А что?

– Бриллианты, – победно выдал он.

Я разглядывала его самодовольное лицо и очень, просто очень хотела влепить пощёчину. Но такой сценарий не вписывался в мою игру. Потому я громко расхохоталась, откинув голову.

– Пол, – пробормотала чуть отсмеявшись, – ну вы скажете! Бриллианты! Вы хоть видели, сколько этих камешков на серьгах и кулоне? А в серьгах? Да вы бы разорились! Ну, насмешили! И потом, только полные идиоты стали бы дарить малознакомой девушке белое золото, усыпанное драгоценными камнями, просто чтобы ей было приятно. Но я оценила шутку. Честно. И комплект мне правда нравится. Представляете, насколько вы дружны с мистером Мелроузом, что даже выбрали одинакового вида изделия? Или сейчас такие в моде?

– Понятия не имею, в моде или нет, – ответил Пол, потеряв желание входить. – Но могу тебе точно сказать, что металл на серьгах специально обработан для тех, кто может носить только золото. Так что…

– Хорошо, я попробую их примерить, но только когда прилетим назад, домой. Чтобы если начнут отекать мочки ушей, никого здесь не напугать. Всё равно спасибо за попытку поднять мне настроение, вы настолько милый! Кстати, мне же уже нужно идти. Я вернулась в номер за сумочкой. Проводите меня в холл, Пол? Как раз с другом поздороваетесь.

Люциус

Мало того, что она опоздала, так ещё и пришла с Полом!

Но хуже всего то, что я не мог открыто сказать обо всём, что накипело внутри, потому что это спугнуло бы только-только начавшую приручаться девчонку.

Файнис! Чёрт бы её побрал. Красивая, нежная, с улыбкой, способной растопить айсберг. Только улыбалась она не мне.

– Пол, это уже слишком, – слышал я, по мере того, как они приближались. – Я не вынесу столько комплиментов, честное слово.

– Прости, не могу заставить себя замолчать, – покаялся Коллинз, бросив на меня насмешливый взгляд.

– А вот и вы, – вступив в беседу, я постарался выглядеть как всегда, но дёрнувшееся левое веко сильно меня выдавало. – Как дела, Пол?

– Отлично, Люций. Лучше всех.

Мы пожали друг другу руки, пристально вглядываясь в глаза.

– Куда собрались? – спросил меня Коллинз.

– Не твоего ума дело, дружище, – осклабился я, понимая, что дневной запас радушия кончился. – Файнис, нам пора.

– Конечно, мистер Мелроуз.

Девушка улыбнулась теперь уже лично мне, после чего захотелось повернуться к Полу и громко крикнуть: «Она моя, пошёл нахер!»

Но вместо тысячи слов я указал ей рукой на выход, и подставил локоть второй руки, чтобы её сопроводить. Всё это молча, но Пол не сводил с меня горящих адским пламенем глаз. Он меня ненавидел, и это доставляло радость. Пусть вспомнит, кто здесь босс Файнис, а кто мимо проходил.

– Вы так любезны, – мисс Бутс взялась за мой локоть, приподняла личико и, глядя мне в глаза, спросила: – Мы снова отправляемся куда-то на весь день? В вашем расписании ничего не было записано.

– Есть несколько офисов, которые нужно проверить до обеда, а после у нас свободное время, – ответил я.

– В таком случае, приглашаю тебя на прогулку, Файнис, – донеслось сзади от Пола. – Зайду за тобой в два. Как ты на это смотришь?

– Спасибо, будет чудесно, – ответила она, обернувшись и снова посмотрев на меня: – Мы ведь уже освободимся?

– Может быть, – проговорил я сквозь сжатые зубы. – Если не появится непредвиденных обстоятельств.

– Я позвоню! – донеслось от Пола напоследок.

Файнис

Они походили на павлинов.

Я смотрела на происходящее и недоумевала, как не замечала всего этого раньше.

Они ведь не передо мной рисовались, они между собой соперничали. Казалось, это одно и то же, но на деле я лишь в очередной раз убедилась, что мужчины не хотят меня ни слышать, ни слушать – им куда важнее доставить друг другу побольше гадостей. Доказать что-то.

Иначе как объяснить их взгляды?

Да, они пожирали меня ими, но, похоже, это значило немного…

Хотелось, чтобы во мне заметили личность, а не игрушку…

Мистер Мелроуз и вправду повёз меня по офисам и филиалам компании. Он ходил и проверял всех и всё с ревизией, я записывала за ним короткие приказания в блокнот, а иногда на босса вдруг что-то снисходило, и он будто вспоминал, что я не только «ценная кофеварка», но ещё и предмет спора.

Тогда он будто ненароком пытался меня коснуться, улыбнуться, сделать комплимент – представлял топ-менеджерам, рассказывал им какая я умница. Но я во всём видела только фальшь.

И, разумеется, когда наступили два часа дня, в которые обещал мне позволить Пол, мы с шефом оказались где-то на окраине города, в самом дальнем подразделении складской логистики.

И когда зазвонил телефон, Мелроуз, даже не оборачиваясь, приказал:

– Если это мой друг Пол, скинь звонок. Мы на работе. Он должен это понимать. Ты ведь не развлекаться сюда приехала.

Взглянув на экран мобильного, и вправду увидела номер Коллинза. Всего на одно мгновение захотелось поступить в пику приказу начальства, но хорошенько подумав – не без удовольствия – я нажала отбой.

Для Пола Коллинза будет полезно быть продинамленным.

Мы же тем временем шли дальше. Впереди главный логистик складов, инженер Говард, чуть позади мой босс, а дальше я.

Десятки ангаров были забиты ящиками различных размеров, коробками, огромными грузовыми контейнерами. И всюду сновали погрузчики, без устали перевозя грузы из стороны в сторону.

– Следующий ангар оборудован холодильными установками, – продолжал вещать инженер. – Там мы храним продукты для торговых сетей. Если хотите, можем пройти туда, мистер Мелроуз, и вы сами убедитесь в нашей безукоризненной работе.

– Хочу, – скупо бросил начальник, и мы пошли к очередному строению, которое даже издали напоминало холодильник.

Я зябко поёжилась. Это на Мелроузе был костюм с рубашкой, а на мне одно тонкое платье, подходящее для жаркой погоды на побережье. Но про меня явно в очередной раз забыли…

В ангаре и вправду оказалось холодно. Не морозильная камера, конечно, но уже через пять минут у меня замёрзли пальцы, в которых я держала ручку.

Мы ходили между длинных рядов с паллетами, Мелроуз уточнял какие-то технические характеристики, я же всерьёз задумывалась, а не попросить ли следующим шагом у «павлинов» шубу. В качестве моральной компенсации.

Именно в этот момент я услышала какие-то звуки, то ли скулёж, то ли мяуканье.

– Не понял! – услышал их и Мелроуз. – Здесь, что, животное? Вы с ума сошли?

Под этим гневным взглядом главный инженер захотел провалиться сквозь землю.

– Должно быть, показалось, – пролепетал он, стремительно бледнея.

Словно назло, звук повторился.

Пока мой босс выяснял отношения со служащим, я пошла на звук. Совершенно определённо, это было животное, только какое, понять не могла. На обычное мяуканье эти скрежещущие звуки были не очень похожи.

Пришлось пройти два пролёта с коробками молока, прежде чем я увидела на одной из неразобранных паллет переноску. Внутри, между прутьями, металась кошка и призывно звала на помощь.

Разумеется, я подбежала ближе. Клетка была хорошо закреплена на месте строительными стяжками, и кто бы её сюда не засунул – он явно постарался, чтобы переноска не упала при транспортировке.

Как назло, у меня даже маникюрных ножниц с собой не нашлось, чтобы срезать оковы.

Не придумав ничего лучше, я сдёрнула пломбу с дверцы переноски и вытащила кошку наружу.

Та будто только и ждала моих спасительных рук, бросилась в объятия, вжимаясь в меня всем телом.

– Файнис? – раздалось позади, и я обернулась. Меня, наконец, решил найти мистер Мелроуз. – Что это за животное?

– Не знаю, – я указала свободной рукой на переноску. – Похоже, оно попало сюда по ошибке.

Главный инженер втянул голову в плечи, предчувствуя очередной разнос. Босс тем временем в три шага достиг клетки, и вытащил документы, которые прилагались к столь «ценному», но забытому грузу.

– Экспресс-доставка, – прочёл он, и голос его холодел буквально с каждой озвученной буквой. – Из России. Котёнок каракала, три месяца. Цена… – он присвистнул. – Двадцать тысяч баксов по накладной. Инженер Гордон, вы совсем ополоумели? Как, чёрт возьми, тут оказался дорогущий груз? Вы хоть понимаете, на какие страховые выплаты вы могли подставить компанию. А защитники животных? Вашей зарплаты за год не хватило бы расплатиться с судебными тяжбами!

Мой босс рвал и метал, я же смотрела на пушистую морду с огромными, как озёра, глазами, на чудесные уши с кисточками, гладила кота по голове – и недоумевала. Как, всего три месяца? Да в нём веса как во взрослой кошке, если не больше. Может, босс ошибся?

– И вообще, – Мелроуз продолжал потрясать бумагами перед несчастным инженером буквально лупя того ими по носу. – Где остальные документы? Кто получатель груза? Уволю, к чёртовой матери! Вы представляете, что сейчас кто-то ждёт этого кота, а мы понятия не имеем, кто именно! Файнис!

Я даже подпрыгнула от своего имени.

– Что, мистер Мелроуз?!

– Вы знаете, как ухаживать за котами?

– Эм… – вопрос вышел неожиданным. – Да, в теории.

– Мне важен ответ на практике. Впрочем, уверен, вы справитесь. Заберите пока животное себе. Я боюсь оставлять его тут на этих баранов.

– Себе? – не поверила я.

– Ну не мне же. Кто-то должен позаботиться о… – Мелроуз поднёс документы к лицу, вчитываясь в паспорт. – О Пандоре Голдер Ворд… Кто ж имена такие выдумает?!

Этот его вопрос остался без ответа, потому что я понятия не имела, кто назвал это чудесное существо Пандорой, но была согласна за ним ухаживать сколько потребуется.

– А как же отель? Разве там не будут против? – спросила я.

Мелроуз раздражённо защёлкал пальцами, будто пытаясь что-то придумать на ходу.

– Я постараюсь договориться, а если не выйдет, сниму вам квартиру в Майами на время, пока не разберёмся. А сейчас за мной, мисс Бутс. Тут собачий холод, мне кажется, вы замёрзли. Вот, держите.

С этими словами он снял с себя пиджак и накинул на мои плечи.

Наконец с обходом было покончено. Конечно, ещё около получаса мистер Мелроуз выяснял, откуда в холодильнике кошка, даже несколько раз повышал голос, но теперь я была спокойна как удав. Потому что меня посадили в тепло, выдав чашку горячего чая, а на коленях лежала, скрутившись, милейшая киса из всех, каких я видела раньше.

Я гладила животное, пила горячий напиток и чувствовала себя прекрасно, в то время, как босс требовал корма для кошки. К тому же пришлось ещё несколько раз сбросить вызовы от мистера Коллинза…

А позже мы ехали в авто и я смотрела в окно, впервые с момента приезда ощущая нечто наподобие счастья. Меня не тяготило общество мистера Мелроуза, напротив, когда он был занят работой и забывал о споре, то выглядел вполне сносно, даже привлекательно.

Босс быстро решал любые возникающие проблемы, без истерик и криков «Уволю всех к чёртовой матери!». У него получалось всё само собой, виртуозно и без грязных угроз. Хотя ситуация с кошкой, кажется, всё же несколько покоробила мистера Мелроуза, но и тут он быстро взял себя в руки.

– Я снял небольшой дом, – закончив очередной разговор, начальник повернулся ко мне и вымученно улыбнулся. – Обед доставят прямо туда, корм и всё необходимое для кошки тоже. К пяти приедет ветеринар, осмотрит это…

Он ткнул в кошку пальцем. Та тут же ткнулась в него носом, принюхиваясь.

– Пандора, – подсказала я, ласково поглаживая красавицу по голове. – Какая же она красивая, правда? И как здорово, что вы проверяли все склады. Она ведь могла умереть там.

– Не могла, – поморщился мистер Мелроуз. – Кто-то пришёл бы на обход в любом случае.

Он умолк, и я почувствовала на себе взгляд начальника. Посмотрев на него, на миг почувствовала, как всё внутри замирает: показалось, будто он любуется мной.

Глупая, глупая Файнис!

Я раздражённо мотнула головой и обиженно отвернулась к окну, где все спешили по своим делам и никому не было дела до моих душевных терзаний.

– Файнис? – в голосе мистера Мелроуза послышалось непонимание и… печаль. – Ты устала, должно быть?

Я прикусила губу, стараясь вернуть прежнее боевое настроение. Моргнула несколько раз, прогоняя пелену с глаз, и обернулась.

– Немного устала, вы правы. Но мне не совсем понятно – я больше не буду жить в отеле?

– Нет.

– А как же мои вещи?

Шеф нахмурился.

– Ах да… Заберём вещи вечером. После ужина. Тогда же я откажусь от номеров.

– И вы тоже? – у меня округлились глаза и ёкнуло сердце. – Так не пойдёт, мистер Мелроуз.

– Как?

– Я не хочу жить с вами в одном доме, – заявила прямо.

Босс покосился на водителя, затем с упрёком посмотрел на меня.

– Файнис, дом огромный, – ответил он. – У каждого будет своя комната. Кроме того, в течение дня там постоянно будет находиться прислуга.

Я упрямо мотнула головой.

– Ох, – он закатил глаза. – Да что ж это такое. Ладно, тогда отдам кошку на передержку в приют. В конце концов, она и правда не стоит таких усилий с моей стороны. В отель животное не пустят, так что…

Я крепче прижала к себе Пандору. Расставаться с ней не хотелось, но и жить под одной крышей с начальником было глупо.

Люциус внезапно цыкнул, нажал на кнопку, и между водителем и нами выехала перегородка.

– Обещаю, что не стану к вам приставать, – сказал он тихо. – Вы можете поверить моему обещанию?

Он смотрел устало, совсем без признаков влечения.

– Могу, – неуверенно ответила я.

– Хорошо. Потому что кошка и правда всего этого не стоит, но мне не нравится, как вы загрустили при мысли о расставании с ней. Вы так любите животных, Файнис?

– Не знаю, у меня их никогда не было, – улыбнувшись, я погладила Пандору между ушками. – Но и привыкать к ней не стоит, она не моя – я понимаю это, мистер Мелроуз.

– А хотите, станет вашей? – он смотрел внимательно, кажется, вглядываясь в самые мои потаённые мысли.

– Она очень дорогая.

– Забудьте о цене. Просто ответьте, вы хотите, чтобы она стала вашей?

– Будут какие-то условия? – усмехнулась я. – Скажите сразу, что взамен?

На миг показалось, что босс оскорбился. Уголки его губ опустились, а из глаз пропало тепло – они стали прозрачно-голубыми, ледяными.

Но я не должна была обманываться! Нет, нет и нет. Кошка ли, серьги, кулон… – всё это лишь очередной шаг, необходимый им для победы. Интересно всё же, какую ставку они сделали? Во что меня оценили?

– Условие будет только одно, – неожиданно спокойно проговорил Люциус Мелроуз. – Вы пообещаете перестать бояться. Я не маньяк. И меня бесит этот ваш загнанный взгляд. Не хотите секса со мной? О'кей. Но прекратите трястись и пугаться. Ясно?

– Ясно.

– Это моё условие.

– Хорошо.

– Вы его выполните?

– Да.

– Тогда кошка ваша. Это вам подарок… за храбрость.

Я кивнула и… заулыбалась. Не выдержала. Пусть недавно проснувшаяся здравомыслящая Файнис и кричала внутри, что это очередная уловка, сердце осталось глухим. Оно просто стучало быстрей и радостней. У меня теперь появилась кошка. Моя собственная.

– Спасибо, мистер Мелроуз, – прошептала я, перебирая короткую шёрстку на спинке животного. – Это лучший подарок из всех. На лучших условиях.

Он не ответил.

Только смотрел снова странно, не мигая, не сводя с меня своих безумно голубых глаз. А потом зазвонил телефон, и босс отвернулся, чтобы снова погрузиться в дела.

Люциус

Идея подарить Файнис кота пришла случайно.

Мы только выехали из гостиницы и приехали в первый офис, когда краем уха я услышал разговор двух сотрудниц. Одна из них жаловалась, что новый щенок занимает всё свободное время, не оставалось даже времени на свидания.

И меня осенило.

Нужно дать Файнис повод отказывать Полу самой. Плюс домашний питомец – прекрасная возможность заставить её добровольно выселиться из гостиницы, где постоянно ошивался Коллинз.

План возник мгновенно, оставалось только всё подготовить и сделать так, чтобы Файнис не сумела отказаться. То бишь подстроить случайность.

Пришлось тайком звонить Элеоноре, и требовать, чтобы к обеду она нашла в Майами котёнка, любого. Главный фактор – неприлично дорогого. И доставить его в логистический центр, который был последним в расписании смотра.

Мысленно я представлял, что к нам подойдут растерянные сотрудники, отдадут переноску и скажут, что котик живёт у них уже полгода и никто его не забирает. И тут бы сердце Файнис дрогнуло.

Но что-то пошло не так на этапе, когда котёнка нам в офисе не отдали, а главный инженер повёл по ангарам. Я даже пытался поговорить с ним с глазу на глаз, но Файнис в этот раз не отставала ни на шаг. Но вскоре я понял, что инженер даже не в курсе, что к нему на станцию должны были привезти животное.

Свой разнос я планировал устроить чуть позже, когда Файнис не будет рядом, но случай вышел совершенно иным.

По какой-то идиотской случайности кота засунули в холодильник. Я был в полном озверении, вдобавок ушастое чудище, которое Файнис достала из переноски, мало походило на маленького милого котёнка.

А вот с неприлично дорогим – полное попадание.

В итоге я всё же сорвался на главного инженера. Потому что из-за безалаберности кого-то из сотрудников фирме, как минимум, могли бы впаять иск о жестоком обращении с животными.

В остальном же план сработал безукоризненно. Файнис была покорена Пандорой, и теперь светилась от счастья.

Пожалуй, по моим внутренним ощущениям, котёнок доставил ей даже больше радости, чем кулон с бриллиантами.

И теперь мы ехали в гостиницу забирать вещи, чтобы переехать в другое, более комфортное для развития отношений место – дом на Майами-Бич!

Пришлось снять его в аренду, а заодно на всякий случай проверить, заняты ли все соседние дома. Потому что с Пола сталось бы последовать за нами и сюда.

– Давайте заедем в зоомагазин, мистер Мелроуз, – вытащила меня из мыслей Файнис. – Возможно, Пандора много времени провела на складе и хочет есть.

В магазине продавец смотрел на нас как на идиотов. Особенно когда мы попросили пачку самого лучшего кошачьего корма.

Вначале мужчина за прилавком смерил взглядом меня, после Файнис с котом на руках, а потом произнёс:

– А вас заводчики не предупредили о содержании животного?

– Ммм, понимаете ли, – начала оправдываться Файнис. – Тут сложная ситуация, и котёнок оказался у нас случайно…

– Мясо, только сырое мясо, – выслушав душещипательную историю из уст моего секретаря, припечатал продавец. – Нежирная говядина, курятина. Живые мыши, иногда сырая морская рыба. Эту породу одомашнили не так много лет назад, животное подвижное и требует постоянных игр. Думаю, из ассортимента нашего магазина вам подойдут когтеточки, домик для игр, а ещё шлейка для выгула, лежак, игрушки…

Пока он всё это перечислял, у меня чуть челюсть не выпала. Когда я просил Элеонору найти котёнка, я подразумевал что-то менее проблемное, чем домашняя степная рысь.

Игровой комплекс для котёнка в итоге обошёлся мне ещё в тысячу долларов, и его пообещали доставить прямо в арендованный дом.

В течение следующих нескольких часов я лишь убедился, что приобрёл не домашнее животное, а геморрой.

Пандора оставила лужу на сидении автомобиля, подрала обивку, а когда я попытался протянуть к ней руку, едва не отгрызла мне палец.

Из плюсов было лишь то, что Файнис в ней, кажется, души не чаяла. Девчонка даже согласилась не выходить из авто, пока я забирал её вещи из номера, а когда вернулся с её чемоданом, обнаружил секретаршу, кормящей кошку мелко порезанными кусками сырой говядины с рук.

И обе были довольны донельзя…

Пол

Меня игнорировали.

Скидывали звонки, заставляя злиться от бессилия.

Интуиция подсказывала, что Люциус задумал очередную гадость, но я не мог пока разгадать, какую именно.

Зато у меня появилось время съездить в тот самый ювелирный салон, где брал браслет. Хотелось устроить скандал за то, что меня подставили, продав Люциусу кулон из того же комплекта.

Из-за этого я ощущал себя полным идиотом.

Ещё большим дебилом ощутил себя, когда хозяин магазина, выслушав мои претензии, выдал:

– Мы не первый год на рынке, мистер Коллинз. И наша задача – угадывать желания конечных клиентов. А конечные клиенты, как правило, девушки, которым дарят украшения. Подскажите, она осталась довольна полученным браслетом и кулоном?

Я припомнил лицо Файнис. Ну да – она была весела и счастлива, даже шутила про милые фианиты в инкрустации.

– Допустим, – отделался я абстрактной формулировкой.

– Не нужно допускать, – радостно возвестил хозяин ювелирного. – Нужно быть уверенным, и я вот просто гарантирую, что если вы подарите девушке ещё и кольцо из этого гарнитура…

Будто по мановению волшебной палочки передо мной возникла шкатулка с изящным колечком. Такое бы прекрасно смотрелось на любом женском пальчике, но я пришёл в ярость.

– Ну, знаете ли! – поднимаясь, со своего места, произнёс я. – Это уже слишком.

Из магазина буквально вылетел, негодуя. Подумать только, мне предложили купить ещё и кольцо. Будто я жениться собирался…

В препротивнейшем настроении я вернулся в гостиницу и, подойдя к ресепшену, уточнил у администратора:

– Мисс Файнис Бутс уже вернулась?

Ответ поверг меня в ещё большую злость.

– Мисс Бутс съехала меньше получаса назад.

Мои кулаки невольно сжались.

– А господин Мелроуз?

– Также покинул отель. Именно он сдал оба комплекта ключей.

Люций мне не ответил. Тогда, кажется уже в сотый раз, я набрал Файнис и – быть не может! – она ответила!

– Алло, – промурлыкала девушка в трубку. – Пол?

– Слава богу, Файнис! Я уже решил, что с вами что-то случилось? Всё в порядке?

– Да, более чем, – она тихо засмеялась, делая паузу. – Простите, что не отвечала раньше – была занята работой.

– Ничего страшного, где вас забрать?

– Куда?

– Вы обещали сходить со мной на прогулку.

– О, боюсь, придётся всё отложить, – виновато отозвалась Файнис. – Понимаете, моя киска требует всего нашего внимания.

Я умолк, осмысливая сказанное. Закашлялся.

– Пол? – в голосе Файнис появилось беспокойство. – Вы простудились?

– Нет. Что там с киской? – выдавил я.

– О, мистер Мелроуз – просто восхитителен. Он доставил мне настоящее удовольствие, вы даже не представляете!

Я как раз представлял. Твою ж мать! Ну и сволочь ты, Люций!!!

– Файнис, милая, – осторожно начал я, – где вы сейчас?

– Подъезжаем к особняку. Мистер Мелроуз арендовал его для нас с киской. Ох… у меня кровь осталась на пальце, не всё вытерла…

У меня дёрнулся глаз.

Я несколько раз ударил себя кулаком в грудь, пытаясь прогнать жуткий раздражающий кашель.

– И всё же вы простудились, – с осуждением заметила девушка. – Вам бы не помешал постельный режим, Пол. В самом деле, о каких прогулках может идти речь, когда вы в таком состоянии?

– Это Коллинз? – вклинился в наш разговор Люций. – Дай-ка я скажу ему пару слов. Спасибо. Алло?

– Ну ты и мудак! – меня трясло от бешенства. – Куда увёз Фай? Это против правил, дружище!

– Не твоего ума дело, – ответил Люциус и вдруг зашипел. Его голос стал звучать отдалённо, послышалась возня и возмущённое: – Файнис, убери это исчадие ада подальше, пока я её не прибил. Она мне затяжку на брюках поставила, а уж что под брюками, я и смотреть боюсь! Запасных ног у меня нет!

Мои глаза так округлились, что едва не заняли пол-лица.

– Алло! – рявкнул Люций, снова отвлекаясь на меня. – Какого хера тебе надо, дружище? Мы заняты! Прекрати названивать моей секретарше в разгар рабочего дня, иначе я её уволю по твоей вине. Она этого не простит! И… чёрт! Файнис, или выкинь эту кошку в окно, или держи её крепче. Сначала она жрала сырое мясо и разбрызгала кровищу в тачке, теперь покушается на меня! Мы уже на месте, так что будь добра… Что это?!!

Звонок прервался.

Я в полном шоке смотрел на смартфон, пытаясь понять, что, блять, это было?!

Не найдя иного выхода, я набрал номер Фай снова.

Она ответила, когда я уже собрался отключиться.

– Пол, вы некстати, – шепнула в трубку. – Пандора напи́сала в салоне авто и мистер Мелроуз невероятно зол.

– Какая Пандора?! Файнис, объясни, наконец! Ты подобрала с улицы кошку?

– Можно и так сказать, – она хихикнула. – Но сейчас и правда не лучшее время говорить о ней. Мы приехали к особняку, и мистер Мелроуз разбирается с водителем арендованного авто. Он так кричит…

– На тебя?!

– На него.

– Тогда плевать. Поговорим. Где расположен особняк? Я не отстану, пока не скажешь.

– Пол, – она вздохнула, – зачем вам это?

– Потому что… я должен рассказать тебе правду. Кое-что очень важное! – ляпнул первое пришедшее на ум. – Это вопрос жизни и смерти.

Она молчала, но я слышал её дыхание.

– Фай, адрес, – попросил я. – Ну же.

– Хорошо.

Она продиктовала, как их найти и отключилась, сказав, что будет ждать встречи. Я же вернулся в свой номер, быстро собрал вещи и, спустившись к ресепшену, сдал ключи. Сюда возвращаться я больше не намеревался. Всё что теперь меня интересовало – это Фай. И её киска.

Файнис

В душе я хохотала. Демонически. Истерически…

Мне было весело издеваться над теми, кто посчитал меня вещью, но в то же время стыдно и больно от такого отношения. Два взрослых мужика вели себя как детишки, дерущиеся за вкуснятину. При этом они даже не знали, понравится ли им приз на вкус на самом деле, ими двигал обычный азарт, он застилал им глаза и заставлял делать глупейшие поступки.

Пол, например, звонил каждые две-три минуты, будто у него нет других дел и собственной компании по продаже дорогих иномарок. Он хотел меня в полное своё распоряжение. А Люций… Он подарил мне кошку и теперь расхлёбывал последствия…

– Она нагадила в тачке! – в который раз повторил босс, приближаясь. – Это просто уму непостижимо!

– Пандора ещё ребёнок, – ответила я, прижимая к себе кошку. – Не будьте с ней так суровы.

– Суров?! Суров?!! – у него дёрнулось веко. – Да я – само самообладание!

Ха!

Сейчас проверим, так ли это на самом деле.

– Спасибо вам за терпение, – я улыбнулась и, шагнув ближе, поднялась на носочки. Поцеловав босса в щёку, прижала и без того напрягшуюся кошку к его груди. Та не подкачала – вцепилась в Люция когтями, шипя, как свирепая тигрица.

– А-а!!! – начальника перекосило. Он отпрыгнул от нас с Пандорой, выругался так, что я даже рот открыла от шока и, зажимая рукой места царапин, выпалил:

– Ненавижу животных! Какая мер-рзость! Убери её!

Я постаралась изобразить испуг. Это далось с трудом, потому что ни страшно, ни жалко Люция мне не было.

– Файнис, – он шагнул ко мне, но я сделала шаг назад, прижимая к себе кошку. – Чёрт.

Начальник погладил собственную грудь, исполосованную Пандорой, и посмотрел на дом.

– Ладно, – сказал он. – Пойдём, покажу тебе, где теперь будем жить.

Обход дома меня одновременно и впечатлил и нет.

Здесь было дорого, очень дорого. Всё, начиная от мебели, дизайна интерьера и заканчивая обычными стаканами, на которых красовались лейблы знаменитых брендов.

Люциус Мелроуз не поскупился, решив снять домик у моря для проживания обычной секретарши и её кошки.

И это бесило! С каждой минутой всё больше.

Куда больше меня впечатлило бы что-то обычное и человеческое, но босс предпочитал буквально раскрывать передо мной свой кошелёк, считая, что я должна обалдеть от его размера.

Словно проверяя границы дозволенного, я «совершенно случайно» разбила один из баснословно дорогих стаканов.

– О, господи! – запаниковала я. – Какая я неловкая! Но я сейчас всё уберу, мистер Мелроуз. Подержите только кису!

Я протянула ему Пандору, и тот шуганулся от неё, будто от огня.

– Не надо, – отскочил он. – Тут есть прислуга. Я сейчас их вызову.

Когда на кухню и вправду пришла улыбчивая латиноамериканка, я со вздохом вышла на террасу.

Всё же одно дело гадить лично Люциусу, и совершенно другое, когда эти последствия будут расхлёбывать невинные люди.

Стоило об этом подумать, как на телефон пришло сообщение от Пола: «Я на месте».

От волнения даже руки вспотели. Нужно было открыть ему ворота, пока не увидел Мелроуз. Кроме того, Пол обещал что-то рассказать, и я очень надеялась, что это окажется правдой.

Должна же была хоть у кого-то из этой парочки проснуться совесть.

Поэтому когда мы с Пандорой вышли встречать гостя, в лишний раз убедились, что Пол приехал на своей шикарной машине, и теперь ожидал меня, стоя рядом с ней и блистательно улыбаясь.

Уже за сотню шагов от него, я поняла, что правды всё же не дождусь. Потому что не могут так счастливо улыбаться люди, которые собираются признаться в гадости.

– Вы о чём-то хотели поговорить, Пол? – произнесла я чуть раздражённее, чем следовало.

– Да, именно так, – кивнул он. – Может, прокатимся?

Я покачала головой.

– Нет, боюсь, не выйдет, – и продемонстрировала Коллинзу кошку. – Знакомьтесь, это Пандора. Мой питомец.

– И это из-за неё весь сыр-бор? – Коллинз заломил брови и обвёл рукой особняк за моей спиной.

– Можно и так сказать, – ответила я, ловя себя на мысли, что притворяться всё сложнее, и хочется говорить начистоту, но мы всё ещё продолжаем эту игру. – Пандору потеряли на одном из складов компании. Неизвестно кому она принадлежит, поэтому пришлось забрать её себе. Временно. Но, глядя как мне нравится котёнок, мистер Мелроуз решил подарить её мне, пообещав уладить все формальности.

– Потеряли? – зачем-то переспросил Пол. – Подарил? Люцик?

Я же раздражённо дёрнула плечом.

– Мистер Коллинз, – всё же не выдержала я. – Вы хотели о чём-то поговорить. О чём-то важном. Может, скажете уже?

Видя, как резко меняется моей настроение, посерьёзнел и Пол.

– О’кей, видит Бог, милая Файнис, я собирался быть мягче с правдой.

Моё сердце замерло. Неужели… хоть один честный человек нашёлся?

– С какой правдой?

– У Люциуса никогда ничего не теряется, особенно на складах. Не с репутацией его фирмы. И ты серьёзно поверила, что они потеряли кошку? Тем более такую? Да у неё порода и ценник между ушей написаны.

Коллинз потянулся рукой к Пандоре, и та, будто назло мне, вытянулась навстречу его пальцам.

В отличие от Мелроуза, Пол ей явно пришёлся по вкусу.

Вот поганка!

– К чему вы клоните, Пол?

– К тому, что это всё, – мужчина вновь обвёл взглядом особняк и территорию вокруг – и даже эта кошка, всё подстроено! Всё, чтобы затащить тебя в постель, Файнис! Люциус ни перед чем не остановится, чтобы тебя заполучить!

– Ерунда, – возразила я. – Пандору нашли в холодильнике. Она там была по ошибке, вы бы видели, как кричал мистер Мелроуз.

– Херня! – сорвался с привычной вежливости Пол. – Спектакль! Ну сама подумай, как ещё кошка могла бы там оказаться, если не специально? Он её даже в холодильник засунул и подстроил всё так, чтобы у тебя не было выбора от неё отказаться. И давай угадаю, у тебя ведь наверняка дрогнуло сердечко в какой-то момент, когда ты думала, какой же он благородный и добрый, раз разрешил оставить животное себе?

Я поджала губы.

Ведь вправду, да я так подумала. И наверняка слова Пола были бы для меня полным шоком сейчас, если бы не одно «но» – в глубине души я догадывалась, что всё не просто так…

– Зачем вы всё это говорите мне, Пол? Пытаетесь очернить собственного друга?

– Да потому что ты мне нравишься, Файнис, – Пол шагнул ближе, буквально сграбастав меня в объятия, и прижимая так сильно, что я испугалась, что мы сейчас раздавим Пандору. – И я не дам тебя никому обидеть. Я же твой супермен. Помнишь?

– Угу, – выдавила я, окончательно растерявшись.

Меня погладили по голове, целомудренно и мило. Со стороны наверняка смотрелось очень романтично.

– Я даже съехал из гостиницы. Не могу оставить тебя ни на минуту. Как только подумаю, что ты рядом с ним, сердце разрывается от ревности, – Пол шептал всё это в мою макушку, тепло дыша, но мне от всего этого становилось только холоднее.

Очередная ложь, сдобрённая приправой лести и романтики. Впрочем, я могла и её использовать в свою пользу.

– Выходит вам негде жить? – я чуть приподняла голову, чтобы посмотреть в глаза Коллинза.

Красивый, гад. Той голливудской красотой, от которой плывут тысячи девушек, и он это прекрасно понимал.

– Это ерунда, Фай. Сниму дом где-нибудь неподалёку… – не отрываясь от меня, произнёс он.

– Не нужно, – ответила я. – Мистер Мелроуз сказал, что в этом особняке я могу чувствовать себя как дома. А раз так, то я приглашаю вас побыть моим гостем. Уверена, втроём нам будем очень весело в этом месте. Что думаете?

Притворное удивление отразилось на холёном лице вперемешку с победой. Уверена, Пол ожидал от меня именно этих слов.

– Файнис, это так много для меня значит, – самозабвенно проговорил он. – Могу ли я надеяться, что у меня есть шансы на завоевание твоего сердца?

– Надеяться всегда можно, – покраснев, ответила я, и отвела взгляд. В подтверждение моих слов Пандора мурлыкнула и потёрлась мордой о грудь этого подлеца.

Вот всё же глупое животное! А ещё говорят, доверяй им.

Люциус

Я смотрел из окна столовой на то, как Пол обнимал Файнис и, впившись пальцами в спинку стоящего рядом стула, усиленно думал. Эта игра стала мне надоедать. До колик под рёбрами.

Пора было с этим кончать. И начинать вести себя уверенно и спокойно. Я ведь взрослый мужик с охуенной тучей достоинств. Любая согласится быть со мной, так почему я зациклился на баристе? Какова моя цель в итоге? Переспать с ней? И что потом? Разочарование от её неумелости, презрение и быстрое прощание.

Нет, нужно просто сказать Полу, что я отступаю. Так поступил бы взрослый умный человек, каким я и являюсь.

Да. Так и сделаю.

– Сука! – рявкнул, не сумев удержаться, когда увидел, как эта парочка шествует к снятому мной дому. – Чтоб тебя!

Все мысли об отказе от девчонки моментально испепелились. Я хотел её! Она должна принадлежать только мне, и смотреть своими огромными глазами только на меня. И улыбаться так искренне, что хочется смеяться в ответ… Только для меня, мать её!

Я отшвырнул стул в сторону, и тот, с грохотом проехав по плитке, ударился о барную стойку. Поморщившись, я тряхнул кистями рук, пытаясь вернуть самообладание.

– Так, – проговорил тихо, – я уравновешенный и самодостаточный. Я – цивилизованный мужик и могу сдержать свою ярость в узде, я…

– Люцик! Дружище, где ты? – раздался голос Пола. – Встречай нас.

– Сейчас я тебя встречу, – сжав кулаки, я направился в холл, натягивая на лицо маску бесстрастности. Этому самодуру не нужно праздновать победу раньше времени, ещё повоюем!

Я вышел навстречу голубкам, останавливаясь на безопасном расстоянии от кошки, хищно разглядывающей меня с рук Фай. Кажется, она воспринимала меня, как кусок мяса и собиралась сожрать при удобном случае.

– Привет, – Пол протянул руку. – Как ты? Выглядишь неважно.

– Много работы, – как можно более нейтрально ответил я, отвечая на пожатие. – Какими судьбами?

– Представляешь, какие дела? – Пол сделал многозначительную паузу и посмотрел на Фай. Та смущённо улыбнулась, и я всё понял раньше, чем она проговорила:

– Мистер Мелроуз, я пригласила Пола остаться здесь. Дом огромный, а он уже отказался от номера в гостинице.

– С чего бы это? – поразился я наглости Пола.

– Узнал, что вы съехали и решил обосноваться неподалёку. Вместе всегда веселей, дружище.

У меня свело челюсть от напряжения.

Вот же сволочь расчётливая! Припёрся в снятый мной дом, чтобы распускать руки в сторону моей секретарши. И я уже хотел послать его к чертям, когда, мельком посмотрев на Фай, заметил ярость на её милом личике. Она смотрела на Пола и – честное слово – за что-то яро его ненавидела.

Я задумался. Пауза затягивалась, но никто не прерывал молчания…

Могло ли случиться так, что Фай и сама не жаждала поползновений Пола? Да. Почему нет? Тогда она в бешенстве, но совершенно не умеет отшивать настырных гадов. То есть меня-то она отшила вполне себе отлично, а с Полом это у неё не работало. Или я всё придумал?

Посмотрев снова на Файнис, увидел теперь лишь милое выражение личика. Но своему чутью я привык доверять.

– Хорошо, – сказал, пожимая плечами. – Ты права, Файнис, этот дом огромен. Пол, располагайся. Я уже занял комнату на втором этаже, вторая слева от лестницы. Будь любезен, не лезь в мою постель… дружище.

Последнее слово я намеренно выделил, после чего похлопал озадаченного Пола по плечу и, подмигнув не менее обалдевшей Фай, отправился к себе, насвистывая под нос вспомнившуюся вдруг мелодию. Реакция секретарши и Пола меня сильно позабавила – они оба явно ждали скандала. Кстати, возможно Файнис даже надеялась, что я выставлю Коллинза вон.

Нет уж, детка, пригласила его ты, так тебе и отвечать. Сейчас этот кобель встанет в стойку и будет настаивать на случке покруче, чем это делал я. Файнис взвоет и пошлёт его на хер. А может даже придёт поплакаться ко мне? Это было бы лучшим исходом. Я умею успокаивать…

От мыслей о том, как Фай придёт ко мне сама, припадая своей грудью к моей и, прикусывая полные губки, начнёт рассказывать о том, как она устала от Пола, у меня под ширинкой встопорщились штаны.

– Потерпи, друг! – велел я, посмотрев вниз. – У нас обоих должна быть холодная голова, чтобы всё получилось. Отныне моё имя – Выдержка!

Член болезненно вздрогнул.

– Ладно, уговорил, – пробормотал я, стаскивая брюки, – сначала в душ, потом выдержка.

Файнис

Что это было?!

Я смотрела вслед шефу и не могла поверить в случившееся. Он спокойно оставил Пола в доме, даже не начав скандал.

Мы с Полом переглянулись.

– У меня отличный друг, – заключил он, но в голосе не было уверенности.

– Да, превосходный, – кивнула я, удерживая Пандору, собравшуюся вырваться на волю и помчаться вслед ушедшему. – Простите, Пол, мне нужно накормить и выгулять кошку, а после нам обещали ужин. Если встретите кого-то из прислуги, скажите, что нас будет трое. До встречи.

– До встречи, – кивнул он.

Перед тем как уйти, я опомнилась и добавила:

– Моя комната первая справа от лестницы.

– Вот как? – он улыбнулся, решив, что я приглашаю себя навестить.

– Да, небольшая, но очень уютная. Все остальные комнаты свободны и вы можете выбрать себе любую.

Пол едва заметно нахмурился и сразу заулыбался ещё шире:

– Отлично.

Я всё-таки ушла, чувствуя затылком пронизывающий взгляд мистера Коллинза.

Но даже в выделенной мне комнате, наедине с собой я не ощущала себя уютно. Эта игра выматывала меня, казалось, что, даже притворяясь, я очерняю себя, становлюсь похожей на этих двух павлинов.

Поэтому когда настало время ужина, больше всего мне хотелось притвориться мёртвой и никуда не выходить.

Но, увы, пришлось.

Единственное, что я себе позволила – это притвориться больной. Очень удачно сославшись на холодильники складов Мелроуза, я выдала и Люциусу и Полу ложь, что у меня побаливает горло, и сразу после ужина вновь сбежала в свою спальню, где, закрывшись на замок, наконец позволила себе чуточку расслабиться.

Мне нужно было подумать над тем, как вести себя дальше. Благо, Пандора меня утешала. Кошка легла в кровать со мной, и в итоге я так и уснула, рядом с ней.

А утром она пропала…

* * *

Я проснулась около восьми, и кошки рядом не нашлось, но вначале у меня даже мысли не появилось, что она могла исчезнуть. Скорее залезть в какой-нибудь угол и там сидеть.

Я умылась, переоделась, и только тогда беспокойство кольнуло острой иглой в самое сердце.

На все «кис-кис» кошка не реагировала. Я даже дверную ручку проверила, чтобы убедиться – спальня всю ночь была заперта.

Ужас постиг меня, когда я обнаружила открытым небольшое слуховое окно в ванной комнате, ведущее в сад.

Сердце ушло в пятки, и даже сомнений не осталось. Пандора сбежала.

Буквально вылетев из спальни, я подняла на уши весь дом. Бегала, смотрела везде, где только можно, заставила прислугу отодвигать шкафы и прочёсывать территорию дома и сада. Но кошка будто испарилась.

Зато она успела оставить кучу следов своего пребывания – так обнаружился подранный диван из итальянской кожи со следами когтей, вонючая лужица на террасе и не менее ароматная куча там же.

Пандора оторвалась по полной, а после исчезла.

Я была готова плакать от собственной оплошности, ведь в произошедшем была виновата я, и только я. Как можно было не проверить окна?

В поисках кошки были задействованы даже мистер Коллинз и мой босс. Последний убивался особенно сильно:

– Файнис, ну как же так? Она ведь у тебя меньше суток. Ну, не плачь, милая. Она обязательно найдётся.

Мужчина попытался меня приобнять, но я нервно отстранилась.

– Если на территории дома её нет, нужно поискать по району, – предложил Пол. – Файнис, если ты не против, то на моей машине мы могли бы объехать ближайшие улицы и вдобавок познакомиться с соседями. Уверен, если мы расскажем им о кошке, и они увидят её у себя, то обязательно нам сообщат.

Идея показалась мне здравой, поэтому без особых сопротивлений я согласилась, тем более что своим спорткаром Пол управлял быстро и уверенно. А скорость мне сейчас казалась очень важной.

Меня не покидало ощущение, что каждую секунду Пандора подвергается опасности. Пусть она и необычная кошка, но ведь пока ещё только глупый котёнок. Её могла сбить машина, она могла съесть какую-нибудь гадость, попасть в пасти псов… Уверена, некоторые из соседей наверняка держали собак или того хуже, каких-нибудь крокодилов.

В итоге, в машину к Коллинзу я села абсолютно безропотно, и следующие два или даже три часа мы колесили по округе, но абсолютно безрезультатно.

Пол совершенно искренне помогал мне, особенно когда приходилось звонить в ворота чужих домов и разговаривать с суровыми охранниками. Сами хозяева вилл выходили редко, предпочитая оставаться неизвестными и безучастными к моему горю.

– Ну же, Файнис, не грусти, – попытался ободрить меня Пол, когда время уже близилось к обеду. – Ну не могла эта кошка испариться. Она обязательно найдётся.

Я честно пыталась поверить в эти слова, но на сердце было так тяжело…

– О, – воодушевлённо воскликнул Коллинз. – У меня есть идея, как тебя взбодрить. У тебя же есть права, Файнис?

– Ну, есть, – вяло откликнулась я.

– Тогда садись за руль, – уверенно произнёс мужчина. – Нет ничего лучше езды на отличном автомобиле для прочистки сознания.

– Вы сейчас серьёзно? – не поверила я.

– Абсолютно, – Пол вытащил и перекинул мне ключи. – Садись за руль!

Я хотела отказаться, вернуть ключи обратно, но сама не знаю, почему согласилась. Может и вправду поверила, что сосредоточенность на дороге сможет мне помочь.

– Газ, тормоз, сцепление, – проинструктировал Пол. – Уверен, не перепутаешь.

Я сжала зубы, так сильно, что челюстям стало больно.

Нет, не перепутаю. Я хоть никогда не была за рулём таких автомобилей, но водить умела неплохо. И сейчас вся моя внутренняя накопившаяся злость и обида требовали выплеска.

Я повернула ключ!

* * *

– Ух!!! – выдохнул Пол, когда с визгом тормозов я остановила тачку у снятого дома. – Это было круто, Файнис! Признаться, не ожидал.

У меня же сердце колотилось, словно обезумевшее.

Я и сама от себя ничего подобного не ожидала. В меня будто бес вселился, когда я была за рулём машины. Хотелось гнать вперёд, жать на газ так, чтобы края́ дороги смазывались в боковом зрении.

Это будто бы даже не была я, а моя вторая, более решительная сущность.

И всё же Коллинз оказался прав. Мои мозги и вправду прочистились. За тот десяток минут, что я вела машину, я чётко осознала, что ощущаю себя в клетке между этими двумя мужчинами. Ложь будто прутьями сковывала меня, а значит, пора прекращать этот фарс…

– А знаешь что, Файнис? – совершенно не подозревая о моих мыслях, радостно произнёс Пол. – Глядя сейчас на тебя, я понял, что эта машина просто создана для такой, как ты.

– Боюсь, она мне не по карману, – без задних мыслей ответила я, отдавая ключи.

– Ты не поняла, – отказываясь принимать связку, ответил Пол. – Я тебе её дарю. Она твоя. Поверь, мне это ничего не стоит.

Я поверила. Этому парню и правда ничего не стоит одарить желанный предмет любыми хотелками, лишь бы получить приз. Это было жутко. Но спорить у меня желания не осталось, поэтому я просто кивнула и взяла ключи, уточняя:

– А что с документами?

Пол, кажется, на миг завис. Не знаю, чего он ждал, но точно не такой холодной странной покладистости.

– Всё оформлю сегодня-завтра, – проговорил он несколько напряжённо. – Ты в порядке, Фай?

– Нет, – честно ответила я. – У меня пропала кошка, а мы её не нашли.

– Да бог с ней, – пожал плечами Пол. – Совсем же дикая тварь оказалась. Не смотри на меня так, я на твоей стороне, но это животное изодрало обшивку дивана в хлам. Там же когти как у саблезубого тигра, а она ещё даже не выросла!

– Вы потрясающе бездушны, – поразилась я.

– Мы ведь на «ты» переходили, – обиделся мужчина.

– Это было до того, как вы обозвали Пандору тварью. Она же к вам тянулась, вы ей понравились.

– Увы, детка, это не взаимно. Но хочешь, купим тебе другого котёночка? Нормального. Я люблю животных, честно. Нормальных котиков, щенят там, даже чёртовых голосящих попугаев могу снести. Но не крокодилов…

– Пандора не крокодил! – рявкнула я, сама чувствуя себя саблезубой кошкой. – Этой бедняжке и так досталось. Мы нашли её в холодильной камере.

– Да, Люцик наверняка не так планировал её тебе вручить, – усмехнулся Пол.

– Вы ещё и смеётесь?! – я почувствовала, как закипаю. – У меня пропала любимица. Не крокодил, не тигрица, а маленький урчащий комочек счастья! Она не совершала зла умышленно, ей просто нужно немного воспитания. Подумаешь, диван!..

– Ты бы так не говорила, если б знала, сколько он стоит, – покачал головой Пол.

– А мне всё равно! Если нужно будет, продам свою машину и возмещу расходы хозяину!

– Какую машину?

– Эту, – я покачала перед Полом ключами от только что подаренной им тачки. – Она ведь моя?

– Да, – смиренно согласился он.

– Хорошо, – я злорадно улыбнулась. Бешенство просто захлёстывало. – А можно мне ещё карточку оформить? Чтоб я могла одеться в соответствии. А то на такой машине в моих старых трениках не покататься.

Я ждала, когда же у него лопнет терпение, и он вызверится, послав меня куда подальше и признавшись в том, какую игру затеял со своим дружком. Надоело быть их прицелом!

– Солнышко, я как раз вчера об этом подумал! – внезапно просиял Пол. – Вот.

Он жестом фокусника вынул свой зажим для налички и, отодвинув банкноты, передал мне пластиковую карточку, сообщая:

– Там тридцать тысяч, Фай. Моя девочка не должна себе ни в чём отказывать.

– Ваша девочка? – почти прошептала я, на автомате принимая второй безумный подарок из его рук. Глянула – и правда, моё имя написано. В горле встал ком, а руки затряслись так, что пластик и ключи выпали на землю.

– Ну что ты, Фай, – Пол поднял всё и снова отдал мне, накрыв своими ладонями мои. – Я ведь твой супермен, помнишь?

Он потянулся и сам чмокнул меня в губы.

Я едва удержалась, чтобы не отвернуться – такая накрыла брезгливость. Посмотрела на Пола, как только он отстранился: красивый, пахнет вкусно, стелется тряпочкой у моих ног. Будь на моём месте Рут, давно бы пользовалась вовсю и пищала бы от счастья. Может даже переспала бы с обоими, чтоб проверить, кто лучше…

Но мне было мерзко. Чувство всепоглощающего стыда накрывало волнами, грозя утопить. Я больше не могла так.

Отвернувшись, так и не ответив Полу, я просто ушла в дом, быстро переставляя ноги и изо всех сил сдерживая слёзы.

– Фай? – уже у самой моей комнаты остановил голос Люциуса. – Что с тобой?

– Я потеряла кошку, – ответила, повернувшись.

– Кошку? – он нахмурился. – Тебя из-за неё так накрыло? Ты же вся трясёшься. Что случилось?

– Пандоры нигде нет, – повторяла я как заведённая, прижимая к груди карточку и ключи от машины.

– А это что? – заметил начальник мои обновки.

– П-подарки, – у меня и правда зуб на зуб не попадал.

– Ключи от тачки Пола? – босс сверкнул глазами от ярости.

– И к-карточка дебетовая на моё имя, – кивнула я. – Там м-много денег. М-могу ни в чём себе не отказывать.

– Верни это всё ему! – внезапно приказал Люций. – Дай сюда, я верну сам. Ты не нуждаешься в его подачках.

– Почему это? – внезапно я отступила и покачала головой, уточняя: – Думаете, подачки можно брать только от вас?

– Файнис, что за бред? – начальник нахмурился. Сделав шаг, оказался рядом и вдруг прижал меня к себе. Сильно, жёстко. Прижал, обнимая за плечи одной рукой, а второй за талию. В нос ударил запах его терпкой туалетной воды и… захотелось прижаться сильнее. Этот мужчина, к моему удивлению, не вызывал во мне отторжения. Совсем.

– Всё хорошо, Фай, – прошептал он мне на ухо. – Прекрати вести себя как дикобраз. Убери иголки. Я не буду тебя обижать. Обещаю.

Захотелось плакать.

Захотелось верить ему.

Рванувшись назад, я нашла в себе силы мотнуть головой и проговорить:

– Хочу отдохнуть, хорошо? Мне нужно… немного времени. Совсем каплю.

– Как скажешь.

– Если увидите Пандору…

– Я сразу дам тебе знать, – он отвёл взгляд, и я увидела, как заходили его скулы.

– Спасибо. Знаете, мистер Мелроуз, я верю вам.

Он посмотрел на меня. Пристально, будто в самую душу заглянул. А потом улыбнулся и, развернувшись, решительно пошёл вниз.

В тот миг я вдруг подумала, что может не всё ещё потеряно? Пусть я идиотка, пусть романтичная дура! Но… не смогу простить себя, если не попробую поверить ещё разок. Один только раз, честное слово.

Люциус

Злость буквально застилала мне глаза.

Я вышел из дома, собираясь найти Пола. То, что нашей дружбе конец – было делом ясным, вопрос только как она закончится – просто разбежимся, будто кошка с собакой, или ещё начистим друг другу морды.

Возле машины Коллинза я не нашёл, да и к чему бы – он же её так щедро подарил Файнис.

Пришлось обойти территорию дома по кругу, чтобы наконец обнаружить этого козла, гуляющим между деревьев в саду и «кис-кискающим» Пандору.

– Если ты так надеешься заработать себе дополнительные баллы у Файнис, – процедил я, – то можешь прекратить. Она ушла отдыхать в свою комнату и не видит.

Пол резко выпрямился и посмотрел на меня.

– Ну… – протянул он. – Раз ты мне дал такую возможность заслужить эти баллы, то грех ею не воспользоваться. Вернул бы ты кошку, Люц.

– Это скотину? – я брезгливо дёрнул плечами. – Ты видел, что она сотворила с мебелью?

– Сам виноват. Мог бы подобрать что-то более милое, чем этот саблезубый тигр, – Пол пожал плечами и сложил руки на груди.

– Это Элеонора. Кошку выбирала она. Я же не рассчитывал, что она такая идиотка.

– Кошка или Элеонора? – сощурился Пол, наклоняя голову на бок, окончательно меня взбешивая.

– Не заговаривай мне зубы, Коллинз. Я пришёл сюда не за этим.

– Бла-бла-бла, – закатил глаза к небу бывший друг. – Дай догадаюсь, будешь вновь просить меня свалить с твоего горизонта.

– Именно! – процедил я.

– Тогда точно поздно. Похоже, я выиграл этот раунд, Люц, – Пол дерзко усмехнулся. – Девчонка моя. Ты бы видел выражение её лица, когда я подарил ей тачку. Она даже дар речи от восторга потеряла.

– Или она офигела от твоего идиотизма, Коллинз. Ты что, решил купить мою секретаршу? Это низко, – ввернул я очередной аргумент.

Пол вскинул левую бровь.

– Купить? Серьёзно? Это говорит мне человек, засунувший в холодильник кошку, а потом её же и забравший? Надеюсь, ты её не утопил. Как тебя ещё Гринпис на земле терпит? И кто из нас хуже после этого?

– Не городи чушь. Эта зубастая тварь на пути в аэропорт к заводчику, – я устало вздохнул и потёр виски. – Это для безопасности Файнис, между прочим. Кто знает, что на уме у этой пумы-рыси или кем она там была.

– Кара-кал, – напомнил мне Коллинз.

– Да хоть крокодил. Она могла напасть на Файнис. Так что решение уже принято. Что же касается твоих денег, Пол, то я готов возместить тебе все затраты на подарки – и за машину, и за карту. Моей девочке не нужны твои подачки.

Пол расхохотался.

– Твоей? Нет уж. Моей, Люц, моей. Не пройдёт и недели, как она будет в моей постели.

Я сжал кулаки. Очень хотелось заехать по холёной роже бывшего друга. Останавливало только одно – любой синяк Пол повернёт в свою пользу, а женщины так любят жалеть несчастных…

– Я тебя предупредил, – в последний раз, произнёс я, разворачиваясь и уходя. – Если ты завтра же не уедешь, пеняй на себя… У меня есть связи в налоговой, департаменте транспорта… Я натравлю на тебя всех…

– Конечно, не уеду, – бросил уже мне в спину Пол. – У меня ведь теперь даже машины нет, я подарил её «своей» девочке.

* * *

Я шёл к дому. Нужно было сесть и обдумать ситуацию на спокойную голову. Пол нарочно бесил и выводил меня, но и Файнис… Я поднял глаза на стены особняка. В её комнате как раз горел свет… Зачем она только приняла эти его подарочки?

Ответ я знал – растерялась.

Это было видно по ней, когда я её встретил. Совершенно очевидно, что такая как она, не могла бы корыстно разводить мужчин на деньги. Слишком чиста и романтична.

Зато мы два урода, кто во что горазд показывали перед ней свои возможности… С кошкой вот только вышло нехорошо, но что поделать…

Я вернулся в дом, там некоторое время провёл в месте, отведённом под кабинет – постарался поработать и отвлечься.

Уже темнело, когда в дверь раздался стук.

Это оказалась Глэдис – местная горничная.

– Что-то случилось? – я поднял на неё не самый добрый взгляд – за то, что отвлекала.

– Да, мистер Мелроуз. Мисс Бутс передала вам вот это, – служанка подошла к столу и отдала мне в руки в записку.

Развернув послание, я прочёл:

«Я долго думала над тем, что же ждёт меня дальше. И решила, что, кажется, я готова. Готова для сюрприза вам, мистер Мелроуз, и для этого даже сделала заказ в магазине для взрослых, который скоро привезут. Поэтому жду вас сегодня после полуночи в своей спальне. Только не говорите об этом Полу. Я подозреваю, что нравлюсь ему, и он будет против наших с вами отношений.

С надеждой на страстную ночь, ваша Файнис».

У меня даже сердце застучало чаще. Неужели?

Я поднёс бумагу к носу, втянул аромат, уловив едва ощутимых запах духов своей секретарши, и сомнений не осталось.

Она действительно звала меня, а значит, сделала свой выбор.

Выкуси, Коллинз.

И я расхохотался в предвкушении победы.

* * *

Она пришла за мной ближе к полночи. Я заработался в кабинете, понимая, что всё равно долго не лягу спать. Файнис постучалась и робко заглянула внутрь, спрашивая:

– Вы пойдёте со мной, мистер Мелроуз?

Я моментально забыл об ошибке, найденной только что в отчёте. Завтра продолжу отсекать гидре головы, а сегодня пришло время бурной любви.

– С тобой – хоть на край света, – улыбнулся я.

Поднявшись, закрыл ноутбук и пошёл за своей девочкой. Она была одета в потрясающий шёлковый халат: длинный, до самых пяток, но открывающий вид на шикарные ножки от каждого её движения. И у меня захватывало дух, стоило представить, что я увижу, скинув с неё чёртовы тряпки.

Пола, к счастью, нигде видно не было – должно быть, он не дождался восторгов от Фай и уснул. Старичок. Ему нужен хороший крепкий сон, ведь завтра я выкину Пола на улицу. Пусть ищет себе другое пристанище вместо того, чтобы тереться рядом с моей девочкой.

– Сюда, – улыбнулась Файнис.

Странно, но она остановилась у моей спальни, а не у своей. Но я не стал задавать никаких вопросов, чтобы не спугнуть её. Вошёл к себе, и увидел расстеленную постель и три белых пакета рядом, на комоде.

– Это обещанный сюрприз, – улыбнулась Фай, заметив мой взгляд. – Там… разные штучки. Для тех, кто хочет сделать первую встречу особенной.

Я шагнул было к пакетам, но она удержала меня, попросив:

– Предоставьте это мне, босс. Я ведь ваша подчинённая и должна делать всё для вас.

Член отозвался моментально. Как давно я хотел услышать эти слова от Файнис! Только вот…

– С тобой всё нормально? – хрипло спросил я.

Глупый вопрос от мужика с членом, стоящим колом. Я хотел её, и мозг уже почти отключился, поддавшись инстинктам. Только вот в глазах Фай мне чудился страх. Или печаль. Я не видел счастья в ней, как ни пытался.

– Да, всё хорошо, – ответила она, снова мягко улыбаясь. – Ложитесь.

– Ты уверена, Фай? Ещё недавно ты меня боялась. Если не готова…

– Но вы же готовы, мистер Мелроуз, – теперь засмеялась она. Тихо и мелодично. – Прошу, идите в постель. Пришло время награды за ваше терпение ко мне.

Я всё ещё смотрел на неё. Никогда не был знатоком женщин, поэтому никак не мог понять, что не так. Уговаривать меня лечь в постель к аппетитной красотке никогда не было нужно, но с Фай я хотел чего-то ещё. А чего – не мог понять.

– Слушай, – я подошёл к ней вплотную, – давай проведём время иначе? Поговорим, перейдём на «ты». Я думаю, мы реально спешим.

Что я творил?!! Сам не понимал.

Но с Фай и правда всё должно было быть иначе.

– Хорошо, – она посмотрела снизу вверх, – мы перейдём на «ты», Люциус. О чём вы хотите поговорить?

Как она проговорила моё имя… Я хотел ещё. И чтобы в крике. В стоне. Когда я войду в неё снова и снова…

К чёрту! Как с ней говорить, когда халат так призывно приоткрыт, а там целая вселенная её тела?! Я хочу изучать его языком, хочу лично проверить каждый миллиметр. К чему откладывать то, что неизбежно произойдёт через пару дней нудных разговоров? Что вообще за бред?!

Потянувшись к ней, я поцеловал Фай.

Член дёрнулся, желая быстрее освободиться от одежды и оказаться в моей девочке. Её губы, такие мягкие и податливые, возбуждали не меньше, чем воображение, рисующее всё, что будет дальше.

– Подождите, – Фай отстранилась и показала на постель. Она часто дышала, а глаза, кажется, стали ещё больше. Огромные и чистые. – А как же… сюрприз? Если разговоров не будет, то я хочу сделать всё, как задумала. Пожалуйста, Люциус.

Я кивнул, и стал расстёгивать рубашку.

– Снимай всё, – попросила она, отвернувшись к пакетам. – Это будет весело. Я уверена, тебе понравится.

– Я тоже уверен, – проговорил, оторвав нахер последние пуговицы с мясом. Отбросил в сторону рубашку, расстегнул ремень на брюках. Стащил их. Швырнул в сторону.

– В кровать, – напомнила она, стоило мне подойти и коснуться её плеч.

– Хорошо, – я засмеялся. – Что дальше?

Она обернулась. Посмотрела на меня, на трусы, оставшиеся на мне и теперь обтягивающие стоящий колом член.

– Чтоб не смущать тебя, – ответил я на молчаливый вопрос.

– Спасибо за заботу, – она усмехнулась и… показала мне розовые наручники с пушистыми обручами.

– Фай, – я напрягся, – слушай, я не любитель…

– Но эта игра вам точно понравится! – она оказалась на мне. Села верхом, перекинув одну ножку. Халат приоткрылся и я увидел, что на ней из одежды только трусики. Когда Фай нагнулась, взяв меня за запястье, и приковала руку к изголовью, я чуть не взвыл от желания сжать спелую сочную грудь, показавшуюся прямо над моим лицом.

– Фа-ай, – простонал, – что ты со мной делаешь.

– Я надеюсь, ты не забудешь эту ночь, – прошептала она, пристёгивая уже вторую мою руку к решётке у изголовья.

– С ума сводишь, – я смотрел на неё и понимал, что не хотел так ещё ни одну женщину.

– Ещё нет. Ещё не свожу, – засмеялась она, снимая с меня трусы. – Вот так. Смущаться уже поздно. Теперь ноги.

Я уже не мог соображать, просто ждал развязки. А ещё думал о том, чего лишился Пол. Коллинз бы всё отдал за вот такую ночь!

– Ну вот, – Фай встала у кровати и посмотрела на дело рук своих. Я был прикован за руки и ноги, распластавшись перед ней, в чём мать родила. – Последний штрих.

Она вынула из пакета шарик с кожаными шнурками по бокам и сунула его мне в рот, завязав шнурки на затылке.

– Теперь всё, – сказала довольно. И тут же всполошилась: – Ох, я забыла ещё одну важную деталь! Клубнику не взяла с кухни. И сливки! Я растяпа. Сейчас вернусь, Люциус. Пожалуйста, жди меня здесь в таком же боевом состоянии! Я расстроюсь, если у нас ничего не получится.

Она рванула к двери, а я нервно дёрнулся.

Скорее бы она вернулась и закончила начатое. Закрыв глаза, я стал представлять, что сделаю с Фай, как только она снимет чёртовы наручники…

Вот только время шло, а она не возвращалась. Я ждал. Смотрел на дверь, мычал. Стал волноваться: вдруг она упала и сломала себе что-то. Или случился приступ?! Что вообще могло произойти, если Фай пропала?!

Дёрнувшись ещё несколько раз, я затих, поняв, что выбора всё равно нет. Пока меня не найдут здесь в таком виде, это бесполезно.

Не знаю, сколько пролежал так, волнуясь за Файнис и чувствуя, как затекают руки и ноги. Кажется, задремал уже с рассветом. А проснулся от стука в дверь.

– Мистер Мелроуз, – раздалось с той стороны. – Вы будете завтракать?

– Мммм!!! – ответил я, едва не порвав связки в горле.

– Мистер?..

– М-м-м!!!!

Дверь осторожно открылась. На пороге возникла горничная. Её глаза открывались всё шире, а щёки наливались красным.

– М-м! – попросил я, дёрнувшись и показав на комод взглядом.

– О, боже мой! – девица, наконец, отмерла. Подбежав к комоду, она схватила ключи от наручников и уронила их. Подняла, извинилась двадцать раз и стала расстёгивать мои руки, старательно пряча взгляд. Сначала одну, потом вторую. Пока она перешла к ногам, я сел и застонал от боли. Руки онемели. Кое-как развязав ремешок, выплюнул изо рта шарик и спросил:

– Где Файнис?

– Что? – горничная всё ещё пребывала в прострации и смотрела почему-то в окно, а не на меня.

– Фай! Моя секретарша. Где она?

– Уехала, – горничная повернулась и сразу снова уставилась в другое место, теперь на дверь. – Вы будете завтракать?

Я охренел от её вопроса. И от ответа.

Медленно, по-стариковски сел боком, скинув ноги с кровати и прикрыл член руками.

– Всё, смотри на меня! Вот так. Что ты сказала про Файнис? Куда она могла уехать?

– Не знаю, мистер Мелроуз, – ответила девушка. – Ночью ещё всё было. С чемоданами вышла и уехала в такси. Велела только вас и мистера Коллинза к завтраку разбудить непременно. И ещё сказать, что оставила в своей комнате ответ на ваши вопросы.

– Какой нахер ответ?! – рявкнул я. – Руки ныли так, что хотелось оторвать их и выбросить.

– Я не знаю, – горничная попятилась. – Вы будете завтракать?

Я посмотрел на неё и кивнул.

– Стой, – окликнул, когда она почти сбежала. – А Пола разбудили?

– Да. Наверное. Сюзи – приходящая помощница – пошла будить его.

Помяни чёрта…

В тот же миг на пороге моей комнаты появился и сам Пол. Голый. С подушкой, прижатой к члену. И с красными полосами вокруг запястий.

– Где эта дрянь? – спросил Коллинз. – Чёрт! Она бросила меня вот так. И тебя…

– У неё в спальне ответ, – проговорил я, уже начиная подозревать, что мы прочтём в записке от Файнис. – Пойдём. Посмотрим, что там такое.

– Я её найду и покалечу, – пообещал Пол. – Кем она себя возомнила?! Маленькая мерзкая…

– Заткнись! – рявкнул я. – Без тебя тошно.

Мы дошли до комнаты Фай в полном молчании. Толкнули дверь, осмотрелись.

Чисто, прибрано. На столе стоит открытый, но введённый в спящий режим ноутбук из моего кабинета. А ещё там же серьги и колье из безумно дорогого гарнитура, что мы с Полом покупали на спор.

Коллинз подошёл к столу, матерясь «оживил» экран.

– Какой пароль? – спросил он.

Я сел на кровать, сказал пароль и подтянул к себе одеяло.

– Здесь какое-то видео. Сейчас… – Коллинз ткнул на «плей».

– Привет, – раздался из ноута знакомый до боли голос.

Мы с Полом дёрнулись одновременно, замерли и уставились на экран. Файнис стояла в своей комнате. Растрёпанная, бледная.

– Я только что поднялась к себе, – продолжила она. – Не могла уснуть и пошла искать Пандору. Представляю, как вам сейчас смешно это слышать. Ведь вы оба знаете, что кошку вернули заводчикам из-за ободранной мебели. Теперь вы, наверное, удивлены. Да, я всё знаю. Так вышло, что я и раньше догадывалась про ваш спор, но не могла поверить, что двое взрослых самодостаточных мужчин станут использовать доверие глупой девчонки как способ позабавиться. Но вы принесли мне те подарки с бриллиантами, одевали меня, как свою куклу, подкинули кошку, чтобы потом отнять, сунули в зубы ключи от дорогой тачки, чтобы скорее выиграть пари. Окончательно во всём я убедилась сегодня, подслушав случайно разговор в саду. Это было так ужасно… Я не знаю, как объяснить вам, что так поступать бесчеловечно. Сижу теперь и подбираю слова, но понимаю, что меня вы не услышите. Вы, привыкшие потакать любым своим прихотям, никогда не сможете оказаться на моём месте… Или сможете?

Файнис вдруг рассмеялась. Грустно и совсем безжизненно, а у меня руки сами сжались в кулаки. Хотелось защитить её от всего! Потом вспомнил, что именно я – причина этого её ужасного смеха. И кулаки разжались.

– Если вы смотрите это видео, – говорила Фай с экрана, – значит, я всё-таки решилась на свой безумный план. Покажу вам, что такое быть разменной монетой в чужих руках, когда тебя одевают и раздевают, как глупую марионетку. А потом бросают наедине с мыслями о том, что ты совсем ничего не можешь с этим сделать. Если я воплощу свой план, значит никто из вас так и не сознался в том, что вы сделали. И значит, я уехала. Меня будет легко найти – я не стану менять документы или прятать голову в песок. Захотите меня наказать за преподанный вам урок? Что ж, я знала, на что шла. Но, надеюсь, вам хватит совести оставить меня в покое.

Я сниму часть денег с карты мистера Коллинза для покупки билета домой и для съёма жилья на первые пару месяцев, пока ищу новую работу. Оставшиеся деньги переведу в благотворительный фонд от имени Пола. Он же супермен, так любит помогать людям… А вы, мистер Мелроуз… Я хотела сказать, что в какой-то момент действительно вам поверила, даже несмотря на все факты против этого. Если у вас и было пари, то вы победили. Поздравляю вас. И прощайте.

Видео остановилось. На нём всё ещё была Файнис, а вот в моей жизни её больше не было. Она уехала, выдав мне кубок победителя.

– Похоже, записала всё на смартфон, – заговорил Пол, снова колдующий у ноутбука, – а потом закинула тебе на комп.

Я молчал.

Коллинз посмотрел на меня. Подошёл и сел рядом.

– Будем её искать?

– Нет, – ответил я, – и ты не смей.

– Хорошо, – отчего-то легко согласился друг. – Пусть катится…

Файнис. Три месяца спустя

Перемены – именно так одним словом я могла охарактеризовать свои последние месяцы… Я сменила всё, что только было в моих силах, постаралась оборвать все ниточки, связывающие с прежней Файнис.

Я изменилась.

Спасибо за это двум самовлюблённым засранцам – они преподали мне отличный урок – в этом мире нет места мягкотелым дурочкам. Но, даже отрастив панцирь с колючками, можно остаться собой.

Именно по этому принципу я теперь и жила.

Стала увереннее в себе, появилось желание дерзать и совершать поступки, на которые никогда бы не решилась прежде.

Для начала я переехала в Филадельфию, сняла там жильё и устроилась на работу. Оказалось, что после работы с мистером Мелроузом ни один работодатель больше мне не страшен, а после общения с Полом я научилась улыбаться и держать себя даже в самых непредсказуемых ситуациях.

Поэтому неудивительно, что мне повезло устроиться в хороший ресторан администратором. Теперь у меня была хорошая зарплата, и не за красивое лицо или умение варить кофе, а за мою настоящую работу.

Я даже позволила себе взять машину в кредит – скромненький форд, не чета спортивной тачке Коллинза, но я была довольна и этим. Потому что заработала на него сама.

Сейчас я как раз ехала на работу, и перед вечерней сменой решила заскочить в любимую кофейню. Скромное заведение на углу двух улиц напоминало мне мою старую забегаловку у дороги. И девочка там работала такая же – уж очень похожая на меня три месяца назад.

Каждый раз заходя туда, я испытывала некое болезненное дежавю. Вот и сейчас, уже на подходе к заведению, меня кольнуло неприятным воспоминанием.

У входа стоял новенький жёлтенький «Шевроле Корвет». Его владельца нигде не было видно, но даже через витрину я догадалась, что мажорного вида паренёк лет двадцати пяти и есть пафосный обладатель тачки за несколько сотен тысяч.

Я толкнула двери внутрь. Звякнули колокольчики. До меня донёсся обрывок чужого разговора:

– Ты такая секси, скромняжка, – с надменностью в голосе заявлял мажорчик. – Завари-ка мне кофе, детка… И если он окажется хорош, я покатаю тебя на своём звере.

Девушка за стойкой краснела, бледнела, напоминая железнодорожный семафор, в поисках слов, чтобы ответить столь наглому клиенту. Всё, что она сообразила сделать – это действительно начать варить кофе.

– И сиськи у тебя ничего, – продолжал гадёныш. – Сняла бы ты эту тряпку. Хочешь, я тебе куплю новое платье, а потом стяну зубами?

В том, что он издевается, сомнений не оставалось… Молодой, противный, и не такой притягательно-хищный, каким был Люциус в аналогичной ситуации. Этот мажор вызывал только отвращение.

– Ваш кофе, – пролепетала девчонка, протягивая стаканчик, а мажор, воспользовавшись моментом, протянул к ней лапы, чтобы…

Тут я не выдержала и вмешалась. Подошла к нему сзади и громко крикнула:

– БУ!

И мажор подпрыгнул от неожиданности, дёргая руками и разливая половину стакана с кофе на себя.

Прежняя Файнис никогда бы так не поступила, нынешняя же насладилась моментом.

– Ах, ты… – прошипел он, разворачиваясь ко мне.

Я же состроила невинную мордашку:

– Упс, – улыбнулась я. – Ошибочка вышла. Обозналась. Не обожглись? Может, льда?

– Ссу-ка, – тем временем шипел мажор, глядя на меня.

– Значит, льда, – сделала выводы я, перегибаясь через стойку на территорию, куда положено только барменам, к лёдогенератору и беря оттуда горсть кубиков. – Вот, держите!

Со всей щедростью я оттянула у офигевшего мажора горловину футболки и щедро сыпанула туда льда.

– Да кто ты такая?! – взвыл он, пытаясь вытряхнуть лёд из-под футболки и пятясь к выходу. – Я всё расскажу папе…

– Да-да, – кивнула я, наблюдая, как мажор сваливает от такой психопатки, как я, подальше. – И маме тоже.

Лишь когда он удалился из кафе, а я пронаблюдала за отъезжающим «Шевроле», то немного расслабилась.

– Зря вы с ним так, – раздался голос барменши. – Вдруг захочет отомстить…

– Надеюсь, нет, – рассудила я. – Для этого ему бы пришлось рассказать всем о своём «ледовом» унижении. Латте, пожалуйста.

Через десять минут я вышла на улицу со стаканом любимого кофе, села в свою машину и поехала на работу. На душе было хорошо и свободно. Возможно, впервые за эти месяцы. Будто случай с мажором спустил некую тетиву в моей душе и позволил расслабиться.

Всё же где-то в глубине сознания я всегда побаивалась, что Люциус и Пол станут меня искать, чтобы отомстить за унижение. Но… шло время и ничего не происходило. А значит, я всё же сумела до них достучаться, и моё видеообращение возымело эффект.

Уверена, никто из них обо мне не скучал, так же как и я по ним… Хотя, если быть до конца откровенной, время от времени я всё же садилась за ноут, открывала браузер и узнавала последние новости об этих двоих.

Светская хроника бурлила очередным романом Коллинза с какой-то девочкой-золушкой из низов, а вот про Люциуса Мелроуза писали до неприличия мало. Будто тот исчез с радаров, и появлялся теперь исключительно на деловых встречах.

И, если читая про Пола, мне было исключительно фиолетово наблюдать, что же у него там происходит, то о бывшем боссе хотелось знать больше. Кто ему теперь варит кофе? Как её зовут? Спит ли он с новой секретаршей?

А может он перешёл на чай, и теперь сам бегает с заварником, когда приспичит выпить свежий «Эрл Грей»?

* * *

Я доехала до работы вместе с последним выпитым глотком кофе. Вышла из машины, выбросила стаканчик в урну и несколько мгновений разглядывала вывеску ресторана – «Элит-шеф». Можно сказать, «своего» ресторана, в том плане, что именно здесь я нашла свою отдушину в работе.

Хороший коллектив, благодарные посетители. Наш шеф жарил лучшие стейки во всей Филадельфии, а хозяева могли похвастаться поставками превосходного вина из Европы. За несколько месяцев работы здесь я буквально прикипела к этому месту и людям.

– Файнис! – окликнул меня знакомый голос. – Привет!

Я обернулась и посмотрела на Джастина, второго по старшинству повара на кухне. Симпатичный, голубоглазый, примерный ровесник Люциуса, и постоянно оказывающий мне милые знаки внимания.

– Привет, – ещё раз произнёс он, подходя ближе. – Тоже на смену?

– Да, – кивнула я. – Только приехала.

– Вот и я заступаю. Это так здорово, что мы сегодня будем работать вместе, – Джастин неловко помялся с ноги на ногу, а затем полез в карман бежевых брюк. – Файнис, я тут подумал…

Я вскинула на него вопросительный взгляд, мысленно бормоча – только не свидание, только не свидание.

– Мне тут достались два билета на концерт Бейонсе, – мужчина достал из кармана две цветастые картонки. – И я подумал, может быть, сходим вдвоём?

Теперь уже настало моё время неловкости.

– Джас, – протянула я. – Ты ведь знаешь, мы уже говорили…

– Да-да, я помню, что ты не хочешь отношений сейчас, тем более на работе, – заговорил он. – Что-то там связанное с твоим бывшим боссом. Но это ведь просто концерт.

Увы, я не была такого же мнения. Я уже прошла этап «просто ужин», «просто бриллианты», «просто спорткар» с двумя богатеями, и теперь чётко осознавала, что подпущу к себе кого-то после них ещё не скоро. Джастин хоть и был милым и замечательным, но не трогал в глубине моей души никаких струн, а значит, я должна быть с ним честна.

– Позови Дору, – предложила я. – Она обожает Бейонсе.

Повар от моего отказа откровенно поник, но настаивать не стал. И за это я была ему благодарна.

– А теперь прости, – закончила я. – Пора бежать. Работа не ждёт.

И день понёсся в своей непредсказуемой кутерьме – чем ближе к вечеру, тем насыщеннее событиями.

Сегодня у нас в ресторане был живой концерт местной блюзовой певицы, вдобавок шеф раздобыл редкое японское мраморное мясо для стейков, привезённое прямым рейсом из Токио. На такие события в ресторане всегда собиралось уйма народа, заранее бронируя столики. Вот и сейчас заведение было нашпиговано людьми едва ли не битком.

Официанты бегали между столиков буквально в мыле, и я нервно закусывала губы – как бы чего не произошло. И, как назло, сглазила.

Та самая официантка Дора, на которую я спихнула честь быть приглашённой на концерт Бейонсе, подвернула ногу, и теперь неловко прихрамывая и шипя от боли, пыталась передвигаться от столика к столику.

Понимая, что это провал, я буквально выхватила девицу из зала, заставляя её сесть в каморке для работников. Бегло осмотрев её распухшую ногу, я чётко осознала, что работница из Доры сегодня никакая.

– Я тебя сменю, – приняла важное решение я. – Снимай передник.

– Мисс Бутс, – забормотала Дора. – Но вы ведь администратор. Кто будет выполнять ваши обязанности?

– Я справлюсь, – твёрдо ответила ей. – Снимай передник.

Через пару минут я уже бегала по ресторану и разносила блюда. Я как раз заканчивала записывать очередной заказ, когда внезапный голос, доносящийся от столика за спиной, заставил вздрогнуть:

– Мира, солнышко, не беспокойся, сейчас я позову администратора, и всё решится в лучшем виде. Я же твой супермен!

Мурашки дрожи прошлись по позвоночнику от шеи до копчика…

Коллинз.

И я обернулась.

Пол сидел в нескольких метрах от меня, с незнакомой девушкой лет двадцати. Очередной серой мышкой, почти такой же, какой была я три месяца назад – в дешёвой одежде, очках на половину лица и дрожащими от неуверенности губами.

– Мне так неловко, – лепетала она, поправляя сервировочную тарелку. – Не представляю, как могла её разбить, едва коснувшись.

На тарелке и вправду виднелась длинная трещина. Как только можно быть такой криворукой, чтобы разбить итальянский фирменный фарфор?

– Уверен, твой вины в этом нет, Мира. Скорее всего, дело в некачественной посуде, – ослепительно улыбнулся Пол спутнице, тут же разворачиваясь лицом в зал, принявшись искать кого-то взглядом, и натыкаясь на меня…

– Девушка, можно мне адми-ни-стра…то-ра.

По мере произнесения слов, улыбка сползала с его лица. На моём же, наоборот, она появлялась. Я старательно натягивала её на себя, чтобы сделать шаг вперёд.

Раз шаг, два шаг. Сняла с себя передник, чтобы показать бейджик с именем и должностью.

– Доброго вечера, мистер Коллинз, – останавливаясь у столика, медленно и со вкусом произнесла я. – Рада приветствовать в нашем ресторане. Я администратор зала, чем могу вам помочь?

Коллинз смотрел на меня, и ничего не говорил. Его челюсть была готова буквально упасть на стол и разбить вторую тарелку.

– Извините, пожалуйста, – проблеяла сбоку его спутница. – Я нечаянно, разбила вашу посуду. Не могли бы вы её заменить?

– Да, конечно, – я обернулась к ней всё с той же лучезарной улыбкой. – Но давайте лучше посмотрим, как это сделает супермен? В его силах наверняка слетать в Италию и привести оттуда точно такую же.

– Файнис… – простонал Коллинз.

– Мисс Бутс, – поправила я, вновь глядя на него. – Мы с вами не настолько хорошо знакомы, мистер Коллинз, чтобы называть друг друга по имени.

– Файнис, прекрати, – Коллинз попытался улыбнуться той самой фирменной улыбкой. – Пожалуйста.

– Вы знакомы? – тем временем с удивлением вопрошала девица.

– Да, – кивнула я.

– Нет, – замотал головой Коллинз.

– Э-э-э, – протянула девица.

Пришлось наклониться к ней ближе, чтобы прошептать над самым ухом:

– Я, можно сказать, его бывшая. Та, самая, что оставила его без штанов, потому что господин супермен мечтал оставить без них меня!

Девчонка вспыхнула от моих слов. Она явно приготовилась вскочить и убежать из ресторана.

– Файнис, не начинай, – голос Пола звучал почти умоляюще.

Но во мне пылало желание справедливости.

– Бежала бы ты от него, – глядя в глаза девочке, произнесла я. – Поверь, этот человек…

Раздался удар по столу, даже вилки звякнули.

– Так, мы уходим, – Пол резко отодвинул стул и встал из-за стола, хватая свою спутницу за руку и волоча за собой.

– Но, Пол, – бормотала она. – Я не понимаю. Что происходит?

– Потом объясню милая, – Коллинз подталкивал её вперёд к выходу.

Я же так и осталась стоять у столика с разбитой тарелкой, глядя этому засранцу в спину.

Обида всё ещё кипела внутри. Именно обида, а не какое-то иное чувство.

А ещё жалость к девочке, которую так же умело разводили на секс, как и меня когда-то. Будто муха в паутине паука – уже завязла, поддавшись очарованию сказочного принца, который и не принц вовсе.

Я до боли закусила нижнюю губу, заставляя себя успокоиться. Огляделась по сторонам, убеждаясь, что для остальных посетителей произошедшее за этим столиком так и осталось фоновым событием, и только тогда вздохнула с облегчением.

Уверена, эта встреча была случайной, но даже её хватит, чтобы Пол Коллинз больше никогда не появлялся на моём пути. Теперь он точно никогда не зайдёт в этот ресторан.

Я с тоской глянула на треснутую тарелку – нужно было заставить его заплатить за посуду, прежде чем отпустить… Ну, и спросить как там Люциус. Чтоб тому пусто было…

Люциус

– Кого там принесло? – я ткнул в кнопку и увидел в камере увеличенное лицо Коллинза. – Чего тебе?

– Люций, открывай! – Пол едва не прыгал от нетерпения. – У меня охренительные новости.

– Приходи и расскажи их завтра, я сегодня не в духе.

– Ты уже несколько месяцев не в духе, дружище! Открой! Ты реально не пожалеешь!

Поняв, что так просто не отделаюсь, впустил Коллинза и вернулся на любимое кресло, подхватив по пути начатую бутылку виски.

– Чёрт, мужик, ну и вонь у тебя здесь! – Пол вошёл, громко хлопнув дверью. – Порадуй меня, скажи, что это сдохла чёртова кошка!

Я покосился на соседнее кресло. Пандора приподняла голову и сладко зевнула, потягиваясь. Острые когти впились в дорогую обшивку, безжалостно её раздирая.

– А ну брысь! – Пол шикнул на кошку, но та лишь лениво оскалилась в ответ.

– Оставь её, – нахмурился я. – Чего ты хочешь?

– Прежде всего – открыть окна и пустить в твою конуру свет и воздух. Это очень приятные штуки, Люций.

– Пандора может сбежать.

– Скатертью дорожка!

Пол отодвинул плотные занавески, и я поморщился, отворачиваясь.

– Чёрт, дружище! Ты в своём уме? Посмотри, во что превратился! – Коллинз снова встал напротив. – Давай я оплачу клининг? И парикмахера тебе. И бабу…

– У меня всё отлично, – я отпил из бутылки и почесал порядком заросший подбородок. – Чего ты хотел? Если дел нет, проваливай.

Пол молча сгрёб Пандору за шкирку и скинул с кресла, усевшись туда сам. Кошка зашипела на него и принялась точить когти о палас.

– Мерзкое создание, – Коллинз пригрозил животному ногой. – И растёт не по дням… Однажды она перегрызёт тебе горло, Люций.

Я безразлично пожал плечами. Голова раскалывалась от выпитого накануне.

– Элеонора сказала, что ты пропал три дня назад, – не отставал Пол. – Просрал контракт, который готовил до этого.

– Она много говорит, – ответил я. – Надо бы её уволить.

Коллинз подался вперёд и едва не прокричал:

– Какого хрена, Люций?! Что с тобой происходит? Тебя же штормит, как ненормального. Вокруг баб, как мусора, а ты зациклился на этой чёртовой девке!

– Не понимаю, о ком ты, – я снова отхлебнул виски, пролив часть его на рубашку.

– Не понимаешь? Значит, тебе будет наплевать, кого я встретил вчера в одном крутом ресторанчике.

– Так и есть, мне наплевать, – я пожал плечами, наблюдая, как Пандора с упоением грызёт пульт от домашнего кинотеатра.

– Тогда не стану передавать от тебя привет, – сказал Пол, поднимаясь. – Чёрт, я весь в шерсти и, кажется, провонял насквозь. Пожалуй, пойду.

– Закрой окно перед уходом, – попросил я. – И захлопни дверь.

– Хрен тебе, – Коллинз пошёл к выходу, вновь шуганув Пандору и отняв у неё дорогую игрушку. – Закроешься сам. А я к Файнис. Эта малышка неплохо устроилась и выглядит шикарно. Теперь, когда ты сошёл с дистанции, ей будет приятно снова меня видеть.

Я повернулся так резко, что в глазах зарябило, а в желудке отдалось тошнотой.

– Коллинз! – поднявшись, пошёл на Пола тараном. – Что ты сказал?

– Эй, эй, спокойней, дружище! Какая тебе разница? Живи себе с кошкой, тебя же всё устраивает.

– Где она? – я добрался до Пола и схватил его за галстук, притягивая к себе. – Не смей к ней приближаться!

– Фу, мужик, ты точно не сдох, – Коллинз отвернулся. – Помойся, почисть зубы и переоденься. Тогда и поговорим. А если нет – Файнис моя.

– Это не игра! – заревел я.

– Да, Люций, не игра, – на полном серьёзе ответил он. – Это жизнь, которую ты готов просрать из-за одной неудачи. Приводи себя в порядок, и я скажу тебе, где искать мисс Бутс. Вам явно нужно поговорить.

– Нет.

– Тогда ты даёшь мне сигнал к действию.

Я замахнулся, но Пол легко ушёл от удара и толкнул меня в сторону.

Мир покачнулся, накренился. Голова больно встретилась с полом, даже челюсть клацнула.

– Посмотри на себя, Люций! – Пол сел на корточки, глядя на меня с презрением. – Даю тебе время до вечера. Или ты в восемь явишься ко мне за адресом своей ненаглядной, или я поеду к ней сам. Вот такие дела. Понял?

– Я тебя…

– Ты сейчас можешь только запахом убить, – раздалось от двери. – Жду до восьми. Буду дома!

Какое-то время я продолжал лежать, обдумывая, как уговорить кошку подать мне бутылку. Потом меня замутило и пришлось перевернуться на бок. Тогда в лицо ударил луч солнца из открытого настежь окна.

– Чёртов Пол, – пробормотал я, щурясь и закрываясь ладонью.

Стоило вспомнить Коллинза, как всплыли в голове и его угрозы.

Я посмотрел на стену, убеждаясь, что до восьми у меня полно времени.

Не помню, как поднялся на ноги, как добрался до ванной комнаты. Только посмотрев там в зеркало, я охренел от слепящей действительности.

– Ну, ты и дерьмо, – проговорил, пялясь сам на себя. – Такого реально проще прибить из жалости.

Пришлось идти в душ и соскребать с себя следы многодневного самобичевания. Вышел я не то, чтобы обновлённый, но уже не настолько мерзкий внешне. Вместе с чистотой пришёл и голод, а в холодильнике, как назло, мышь повесилась.

Пришлось сделать заказ на дом. Подумав, позвонил Элеоноре, потребовав прислать ко мне кого-то для уборки: в квартире и правда воняло, будто кто-то сдох.

Через пару часов я был сыт и даже побрит, а мою квартиру практически привели в божеский вид. Сразу три женщины драили полы, окна, стены и всякую утварь, пока я готовился навестить Файнис.

Я психовал как долбаный подросток, хотя намерен был просто предупредить её, что Пол может наведаться. А ещё предложить свою помощь, если она захочет её принять. Вот и всё. Никаких нежностей! Я отпустил эту девушку.

Кивнув своим мыслям, откинул в сторону галстук, понимая, что он тоже не подходит. Обернулся. Позади обнаружилась груда одежды.

– Охеренно, – проговорил, запуская руку в волосы на затылке. – Осталось только ноги побрить и сделать себе макияж. Идиотизм!

Разозлившись на себя за тупое волнение, схватил из гардероба обычный свитер и джинсы.

– Вот так. Пусть не думает, что я готовился к встрече.

– Одежду можно убрать назад? – тут же спросила одна из женщин, убиравших квартиру.

– Да, – ответил раздражённо. Мне не нравилось, что все эти люди были свидетелями моей слабости. – И побыстрей.

Через час я подъехал к дому Пола. Признаться, когда он только ушёл, мне хотелось убить Коллинза, но теперь, когда его стараниями я ожил, мнение изменилось.

– А, это ты, – Пол не удивился моему появлению. – Думал, придёшь раньше. Прихорашивался?

– Я за адресом.

– Понятное дело, что не просто так, меня навестить. И, тем не менее, я рад, что ты смыл с себя запах бездомного.

– Коллинз…

– Контакты на столе, – он махнул в сторону. – Я записал. Забирай.

– И больше никаких пари, – ответил я, пристально глядя на него.

– Никаких, – он пожал плечами.

– Ты утратил к ней интерес, – наконец догадался я. – Тогда нахера всё это?

– Чтобы встряхнуть тебя, Люций. У меня не так много друзей, чтобы позволять им спиваться.

Я усмехнулся и пошёл к столу. На бумажке мелким почерком Коллинза было написано название ресторана и его адрес.

– Зачем ты её нашёл? – спросил я. – Мы ведь договаривались.

– Это не я. Дело случая. И, знаешь, Люций, девочка обзавелась острыми зубами. Так что осторожней с ней.

– Я просто поздороваюсь, – ответил как можно равнодушнее.

– Я так и понял, – Коллинз усмехнулся. – От меня привет не передавай. Кажется, я давным-давно проиграл в нашем пари…

Файнис

В свою съёмную квартирку я приехала ближе к полуночи. Скинула туфли, бросила сумочку у порога и прошла в комнату, где устало рухнула на одинокую кровать. Сил не было даже включать телевизор – нервный вечер. Очень нервный.

Хотя может и обычный, такой же как и всегда. Просто я неожиданно стала дёргаться буквально от каждого шороха и посетителя, входящего в двери ресторана. Буквально каждую минуту мне казалось, что я увижу знакомое лицо Пола, решившего продолжать свою игру, или Люциуса…

– Им плевать на тебя, Файнис, – будто мантру, произнесла я вслух, и прикрыла глаза.

В этот же момент позвонил телефон. Я устало покосилась на экран, на котором высвечивался неизвестный номер, и без особых мыслей скинула вызов. Ни один нормальный человек в это время не станет звонить другому нормальному человеку.

Тут же вдогонку моим мыслям пиликнуло сообщение с этого же номера.

«Это я, Рут. Подними трубку».

– Хм, ну да, – усмехнулась я сама себе под нос. – Конечно же… Рут к нормальным не относится.

На следующий звонок я всё же ответила.

– Рут, ты в курсе, сколько времени? – без приветствий произнесла я.

– Понятия не имею, – бодро отозвалась она. На заднем фоне громыхала музыка. – Я только час назад вышла на смену в клуб, так что всё бодрячком.

– У меня не бодрячком, – отозвалась я. – Мне спать пора.

– Всё хрень, Файнис, – судя по затихающим битам, Рут отошла куда-то в более тихое место. – Я тут такое узнала, чисто случайно. Ты упадёшь!

– Я лежу и хочу спать, – всё в том же тоне повторила я. – Рут, если ничего серьёзного, и ты решила просто потрепаться, то я кладу трубку.

– Какая же ты бука, Фай, – затрещала Рут. – Мало того что кинула меня тут и свалила в Филадельфию, бросив лучшую подругу, так ещё и раз в неделю не можешь уделить мне время для потрещать языками.

Я закатила глаза к потолку. Пожалуй, Рут была единственным человеком из бывшего окружения, с кем я до сих пор общалась. Ей же я и рассказала всё то, что со мной произошло в Майами.

Рут, конечно же, заявила, что я идиотка, и могла бы крутить двух мужиков на бабло и дальше, но потом, вздохнув, просто похлопала меня по плечам, произнеся: «Пока есть такие хорошие девочки, как ты, Фай, такие плохие, как я, получают свою толику внимания и немножечко материальных благ».

На том мы и разошлись. Правда в одном Рут всё же последовала моему примеру, и перебралась из нашей старой дыры в Бостон, устроившись в элитный клуб покруче, чем раньше. Раз в неделю мы созванивались, только обычно это происходило днём, а не когда на часах полночь.

– Перезвони завтра, – не выдержала я.

– Стой! – повысила она голос. – Я узнала про твоего бывшего босса. Люциуса Мелроуза.

Имя этого мужчины будто ножом ударило по самому сердцу. Сон как рукой сняло. Я резко села на кровати, плотнее прижимая трубку к уху.

– Рут… Что ты наделала? Я же просила ничего никому не говорить про меня и этого человека.

– Я ничего никому и не говорила, – ответила подруга. – Если ты забыла, то я работаю в месте, где посетители сами всё охотно рассказывают, когда выпьют лишнего. И к нам уже с неделю ходит тётка по имени Элеонора, суровая такая. Глазами вечно зырк-зырк. Думаю, она по девочкам, и запала на кого-то из наших…

Я вспомнила помощницу Люциуса, которая нанимала меня на работу. Неужели Рут говорит о ней?

– К чему ты ведёшь?

– Да к тому, что это Элеонора любит пригубить мартини с водкой, а потом как начинает рассказывать. А я умею слушать. И узнала, что она работает на твоего бывшего босса, и дела у компании сейчас в глубокой жопе, а всё потому, что этот самый Люциус Мелроуз спивается. Представляешь?

– Что-о-о? – не поверила я.

– А вот! – победно заявила Рут. – Элеонора сказала, что по его вине уже сорвано несколько крупных контактов. Босс почти не выходит из дома, бухает как нечисть, а ещё завёл себе пуму.

– Кого? – окончательно потерялась я.

– Пуму, – повторила Рут. – Или рысь, короче я забыла. Психует мужик, короче. И началось всё знаешь когда?

– Понятия не имею.

– Когда ты уехала! – голос Рут возвысился до победных нот. – Ты понимаешь, что это значит, Фай?

– Нет, – мрачно заявила я.

– У него чувство вины! Он в тебя влюбился!

И тут я расхохоталась.

Только Рут могла выдать такую версию, но она бы никогда не сказала ни о чём подобном, если бы хоть раз пообщалась вживую с этим холодным, надменным, беловолосым змеем. Такие, как он, вообще не способны на любовь. Только на удовлетворение личных выгод и потребностей.

– Рут, я уверена, ты что-то перепутала, – с твёрдой решительностью заявила я. – Этот человек бессердечен. И если отчего-то и будет убивать себя, то точно не из-за такой, как я. Уверена, есть миллион других причин. Но за информацию спасибо.

– В тебе ни грамма романтичности, – вздохнула подруга.

Я горько усмехнулась.

– Во мне её было слишком много, пришлось вытряхнуть всю. Без остатка. А теперь спокойной ночи, подруга. Мне пора спать.

И не дожидаясь ответа, положила трубу.

Люциус

Я стоял неподалёку от места её работы и не находил в себе сил выйти из машины.

Она пошлёт меня к чертям собачьим, это очевидно. И будет права. Я подонок.

Вот только без неё у меня не складывалось больше ничего. Безупречно выстроенная жизнь внезапно разбилась на осколки. Бизнес, друзья и знакомые, личные отношения – ничто больше не радовало.

Я подыхал.

Возможно, дело в моём неуёмном эгоизме, или в раздавленной гордыне? И теперь часть меня хотела вернуть Фай просто для того, чтобы наказать в ответ.

А вторая часть требовала отпустить её и решать свои проблемы самому, как поступают большие мальчики.

Чёрт!

Я закурил. Открыл окно тачки, выпустил несколько колец дыма и включил зажигание.

Она доступно объяснила нам с Полом, какие мы мудаки. Так что я здесь делаю?

Ещё несколько колец, выпущенных изо рта, отправились в небо. Я проследил за ними и решил растаять, как они.

Бросил последний взгляд на вход в ресторан и… остолбенел.

Фай стояла там. Обнимала себя за плечи, вглядывалась в небо и хмурилась.

Я заглушил двигатель.

Схватил букет, купленный заранее, и быстро вышел. Пока она не ушла, и пока я не струсил снова.

Окурок упал на землю. Я затушил его подошвой. Пропищала, включаясь, сигнализация.

Быстро преодолевая расстояние между нами, я не сводил с Файнис глаз.

Она заметила меня слишком поздно, чтоб сделать вид, будто не узнала. Побледнела, сделала шаг назад.

– Постой! – я ускорился. – Файнис, не уходи. Мне нужна всего минута.

Она молчала. Красивая, преобразившаяся. Та же самая и всё же неуловимо другая.

– Привет, – я встал перед ней, протянул вперёд цветы. – Это тебе. Какие-то редкие, не помню название.

Она покачала головой.

– Не нравятся? Ну и хрен с ними, – я выбросил веник в урну, стоящую рядом. – Как ты?

– Хорошо, – тихо и испуганно ответила она.

– Я здесь не для того, чтобы мстить, – сказал сразу.

– Тогда зачем?

– Увидеть тебя. Извиниться. Ты не дала мне шанса.

– У вас их было миллион, – Файнис потёрла ладонями предплечья. – Мне нужно возвращаться к работе.

Я снял с себя пиджак и попытался накинуть на неё. Фай отстранилась.

– Нет уж. Больше ничего от вас не приму, – холодно проговорила она. – Одевайтесь и уходите, мистер…

– Фай, прошу. Дай мне объясниться, – перебил я. – Только не здесь и не так. Ты замёрзла.

– Возле вас меня всегда будет знобить.

– Во сколько ты заканчиваешь смену? – не унимался я.

– Поздно. И после работы меньше всего я хочу с кем-то говорить. Давайте так: я вас прощаю. Всё?

– Нет. Я дождусь конца твоей смены и отвезу тебя домой.

Она отвернулась, прикусила нижнюю губу и на миг стала собой прежней – той самой Файнис, которую я мог теперь видеть только во сне.

– Обещаю, что пропаду после этого разговора, если ты захочешь, – я попытался взять её за руку и сразу напоролся на холод.

– Пропадите сейчас, мистер Мелроуз! – в её глазах блеснули слёзы. – У нас хорошо получалось жить, забыв о существовании друг друга. Или вы хотите доказать мистеру Коллинзу ещё что-то?

Я сделал пару шагов назад, уговаривая:

– Клянусь, Пол здесь ни при чём. Хотя именно он сказал, где встретил тебя – это правда. Я не пытался искать, как ты и просила, но случай всё расставил на свои места. Я здесь не для того, чтобы снова причинять тебе боль, Файнис. Прошу, дай мне одну попытку на объяснения. Разве это много?

Показалось, что она вот-вот согласится, но…

– Мне пора.

– Хорошо.

– И не нужно меня ждать!

Я не ответил. Не хотел лгать, будто уйду, не поговорив. Только не теперь, когда снова её увидел.

Я вернулся в машину сам не свой. Набрал Элеонору и велел ей снять мне ближайшую приличную гостиницу, после чего приготовился ждать. Когда-нибудь смена Фай должна была закончиться.

* * *

Она вышла из ресторана почти в полночь. Мне и правда пришлось очень долго ждать.

Озираясь, как скупщик краденого рядом с полицейским участком, прошла к миниатюрному, чисто женскому автомобилю и, юркнув в него, тронулась с места.

Что ж, план изменился: проследить за Файнис и поговорить у неё дома – тоже вариант. А дальше пусть сама принимает решение.

Рут

– Алло! – прокричала я в трубку, указательным пальцем второй руки зажимая свободное ухо. – Говори громче, Фай, ни чёрта не слышно. Я на работе.

– Он приехал ко мне! – подруга всхлипнула. – Пришёл к ресторану, представляешь? Сказал, что хочет поговорить, и что будет ждать! Рут! Я не знаю, что делать.

– Кто пришёл-то? – спросила я, толкая локтем Билли. Он как раз подкрался, обнял меня со спины и теперь пытался поцеловать шею.

– Люциус! – прокричала Фай в трубке.

Лицо Билли появилось передо мной:

– Через десять минут твой выход, детка, – напомнил он. – Закругляйся.

Показав ему большой палец, я отвернулась и уточнила:

– Этот Люциус сейчас так и торчит в ресторане?

– Нет же! Мы виделись на улице, и он просил встретиться после работы. Сказал, будет меня ждать.

– Ты его боишься? – я нашла взглядом Лота – вышибалу в нашем клубе. – Если что, у меня есть человечек. Он за полсотни баксов так разукрасит твоего Люция, что родная мама не опознает.

– Я не его боюсь, Рут, – Файнис снова всхлипнула, – а себя рядом с ним. Мне его не хватало. Не знаю, как это объяснить. Наверное, я просто идиотка или больная. Но я волновалась за него. Было бы за кого!

Я усмехнулась:

– Ясно. Ладно, приеду сегодня к тебе. Попробую уговорить кого-то из парней отвезти, и всё равно, выйдет только ближе к полуночи. Созвонимся после моего выступления, напомнишь адрес. Вечно его забываю. Всё, детка, мне пора! Долларовые купюры сами ко мне в трусики не залезут!

Поехать к Файнис удалось только спустя час, хорошо ещё, что Билли согласился стать моим водилой.

– Когда вернёшься? – спросил он, останавливаясь у нужного дома. Уже давно стемнело, но фонари на улице светили ярко, как днём.

– Как только высушу слёзы на хорошеньком личике Фай, – ответила я, страстно целуя Билли. – Замените меня завтра на какую-нибудь недотёпу. Хочу, чтоб народ хорошенько соскучился по мне.

– Как скажешь, детка, – он шлёпнул меня по заду, пока я выбиралась из тачки. – Пока! Привет мышке!

Тачка с визгом пропала из виду, а я пошла в подъезд, запрокинув голову и вглядываясь в окна. Где-то на седьмом этаже грустила одна глупая девчонка, сама не понимающая, чего хочет от жизни.

В зеркальном чистеньком лифте со мной оказались два старика. Бабулька крепко прижимала к себе мужичка и смотрела на меня враждебно. А вот дед не сводил влюблённых глаз с розовой лакированной мини-юбки.

– Сама тащусь, – сказала я ему, улыбнувшись. – У меня и бюстик в тему есть. Показать?

– Да как вы смеете? – бабулька яростно схватила мужика за голову и чуть не свернула ему шею, отворачивая. – Не смотри, милый, у тебя слабое сердце. Такая вульгарщина!

– Да, – хрипло ответил дедок. – Ты, безусловно, права, Мейбл.

– Конечно, она права, – заметила я. – Лучше смотри на свою сморщенную ягодку и будь здоров. А то у меня дефибрилляторов карманных с собой нет.

Оба обернулись с дико возмущёнными лицами, но тут двери лифта открылись, и я, послав старику воздушный поцелуй, покинула парочку, пожелав им неспокойной ночи.

Дальше я должна была, наконец, попасть к подруге, но в коридоре, у её двери, меня ждал сюрприз. Высокий такой, блондинистый, с потрясающими голубыми глазами.

Ну как потрясающими – глаза были действительно выразительными. Но волосы… Не терплю блондинок, блондинов. В моём вкусе всегда были брюнеты…

И ёжику было понятно, что передо мной тот самый – грёза Файнис, о котором она мне все уши прожужжала, как бы сама при этом не оправдывалась.

Мужчина стоял у нужной нам двоим двери, нерешительно перетаптывался, явно собираясь постучаться, и тут же передумывая.

Я медленно подошла ближе, по привычке покачивая бёдрами. Вынула жвачку изо рта и залепила глазок двери Файнис, чтобы та, не дай боже, не выглянула. Я ей, между прочим, собираюсь личную жизнь устроить, а то она сама может ещё полвека в недотрогу играть.

Малость офигевший от моих действий мужчина смерил меня долгим и пронзительным взглядом.

– Ты ничего не перепутала, милочка? – презрительно произнёс он, кривясь. – Здесь девочек по вызову никто не ждёт.

Я фыркнула.

– А вы хамло, Люциус. Или как вас там.

Глаза блондина округлились. Я же, не обращая внимания, впечатывала жвачку в окуляр глазка. Резинка, как назло, клеиться не хотела.

– Запахло дешёвкой, – произнёс он.

– Это вы зря. Между прочим, жвачка со вкусом ананаса и мяты – новый вкус, обещает массу положительных впечатлений и приятный аромат – парировала я, наконец отвлекаясь от глазка и поворачиваясь к собеседнику. – Что, чувство вины замучило? Или мстить?

– Ты кто вообще такая? – свирепея, прошипел мужчина.

– Не шипи! Шипелка отвалится, – хохотнула я. – Я – лучшая подруга Фай.

Глаза блондина, кажется, приготовились вывалиться из орбит.

– Ты?! Лучшая?! – не поверил он.

Я кивнула.

– В общем, слушай меня, – продолжила я. – Ты – редкостный козёл, и дружок твой тоже. Вы крепко обидели Фай, и если бы я её не знала, то спустила бы тебя прямо сейчас с лестницы.

Люциус фыркнул, явно не веря в мои способности. Хотя это он зря. Работая в стрип-клубе и не такому научишься, чтобы защитить себя от пьяной клиентуры.

– Но ты типа вся такая небезразличная и очень переживаешь за подругу, так? – в его глазах сверкнуло бешенство.

– Типа того, – кивнула я. – Угадал. И так как переживаю за неё, то хочу добра. Но не уверена, что ты – то самое добро, хотя она скучает. После ваших игр Фай превратилась в собственную тень. Прикрывается дорогими шмотками и холодной улыбкой, как у дохлой рыбы… но это не она! Так вот, если ты пришёл мстить…

– Нет. Я пришёл поговорить с ней, – смилостивился и ответил Люциус. – Мне больше ничего не нужно. Только разговор с Фай.

– Отпад, – я похлопала его по груди, чем вызвала новую порцию негодующих взглядов. – Тогда давай ключи от квартиры, где остановился. Или отеля, неважно. Что там у тебя?

Я призывно поманила пальцами, намекая чтобы он шевелился побыстрее.

– Ты рехнулась? – не понял меня мужик. – Какие ключи?

– Простые, – пожала плечами я. – У тебя есть два варианта. Первый – ты упрямишься, и тогда я иду вместе с тобой в квартиру к моей лучше подруге. И разговор у вас сто пудов не сложится. Потому что я буду там. Всю-всю ночь. Смотреть за вами, слушать вас, подначивать Фай… Либо вариант два. Ты даёшь мне ключи, и так как мне негде ночевать, я перекантуюсь там эту ночь. У тебя же появится отличная возможность поговорить. Без свидетелей.

Послышался скрип зубов. Похоже, Люциус мучительно соображал, при этом продолжая пялиться на меня так, будто мечтал прожечь во мне смертельную дыру.

– Думай быстрее, – поторопила я. – У меня и так был тяжёлый день, я устала, хочу спать. А у Файнис точно найдётся для меня местечко.

– Стерва! – выдохнул блондин, сдаваясь. – Отель «Гранд», номер на имя Люциуса Мелроуза. Скажешь, что ты мне кем-нибудь приходишься. Мне перезвонят, я подтвержу.

Я ослепительно улыбнулась.

– Вот видишь, какой ты сообразительный, – похлопала я по плечу этого змея. – А потому благословляю тебя на примирение с Фай. Если что, даже замолвлю за тебя хорошее словечко.

– И почему у меня ощущение, что твоё доброе словечко обойдётся мне дорого? – медленно, но недовольно произнёс ухажёр Фай.

Я улыбнулась ещё шире.

– Потому что ты умный человек с бизнес-жилкой. Всё видишь заранее, – похвалила я его. – А теперь всё, чао-какао.

Я круто развернулась и двинулась к выходу из этого здания.

– Постой, – донеслось вслед. – Как тебя зовут вообще?

– Рут! – ответила я. И, обернувшись, добавила: – Скажи ей, что я приходила, но не смогла остаться. И учти, Мелроуз. Если ты обидишь Фай, я тебе точно яйца оторву. Без шуток.

Файнис

Звонок в дверь раздался как раз в минуту моего отчаяния. Я уже собиралась снова звонить Рут.

Где её носит, когда она так нужна?

Открыла дверь, даже не спрашивая, кто там, и… обмерла.

– Ты?

– Я, – покаянно согласился Люциус. – Пустишь?

– Нет.

– Тогда мне придётся просидеть у твоей двери всю ночь, – как-то слишком спокойно согласился он.

– Не нужно, – я постаралась вернуть себе самообладание. – Ко мне вот-вот должен прийти Ру… Роберт. Мой бойфренд. Сомневаюсь, что ему понравится твоё тело на пороге любимой женщины.

– Ого, Роберт? – Люциус покачал головой. – Ты совсем не умеешь лгать, Фай.

– Умею! – упрямо заявила я. Опомнившись, добавила: – Это не шутка. У меня есть мужчина, и он скоро придёт. Я думала, это он.

– Та, кого ты ждёшь, не придёт, – Люций облокотился на дверной косяк, устало вздохнул. – Рут ушла.

– Что ты ей наговорил?! – вспылила я. – Какого чёрта?!

– Я?! Помилуй, – он вымученно рассмеялся, и у меня отчего-то сжалось сердце – таким несчастным выглядел Мелроуз. – Эта твоя подружка – просто ураган в мини-юбке. Отняла ключи от моего номера в гостинице и благословила на разговор, а потом умчалась покорять ночной город.

– Предательница, – я покачала головой. – Это не похоже на неё.

– Она сказала, что у нас ещё не всё потеряно, Фай. Это меня обнадёжило.

– Зря. Уходи, – я попыталась закрыть дверь.

К моему удивлению, Люций не стал сопротивляться. Просто отошёл и замер, стоя напротив. Последнее, что увидела – были его глаза. Просящие, а не приказывающие.

В носу защипало.

– Я не буду плакать из-за него, – приказала себе тихо. – Больше никогда.

Посмотрела в глазок.

Он стоял там. Опёрся спиной о стену напротив, прикрыл глаза, сложил руки на груди… Не собирался уходить. Чёрт возьми.

Я прошла в кухню, включила чайник и вынула из холодильника огромный торт. Тот самый, что так любит Рут – купила специально к её приходу.

Отрезала кусок, откусила. Только жевать не могла – горло стало сводить спазмом, а из глаз потекли слёзы. Начался настоящий потоп! И он грозил затопить всю мою новую жизнь.

Не помню, как добежала до двери, как открыла её. Но вот я уже стою на пороге. Босая, кутаюсь в длинный тёплый халат, потому что всё время мерзну…

– Ты! – прокричала, забыв о позднем часе и о соседях, которые должны уже видеть седьмые сны. – Какого хрена ты припёрся сюда?! Снова хочешь сломать меня?! Одного раза было мало? Или Пол не дал тебе твой выигрыш? Тебе нужно какое-то доказательство победы? Что?! Переспим и ты снимешь это на видео?! Или я должна родить тебе ребёнка, и тогда игра кончится?! Чего ты от меня хочешь?!

Он оттолкнулся от стены. Как-то неожиданно быстро оказался рядом, обнял.

Я слышала, как закрылась дверь, и чувствовала его дыхание на своём ухе. Его ладонь скользила по моей голове, вторая рука крепко прижимала за спину.

– Я знаю, всё знаю, – донёсся до меня его шёпот. – Ты имеешь право злиться, обвинять, ненавидеть. И я не могу просить тебя забыть. Но могу уговорить простить. Я буду стараться снова и снова, пока не пойму, что больше ничего для тебя не значу, Фай. Сегодня мы встретились, и я увидел, что ты помнишь меня. Я знаю людей, разбираюсь в их чувствах. Я читаю их, как открытые книги. Клянусь, если ты скажешь уйти вон, я уйду, но сначала выслушай. Фай…

Я замотала головой.

Его рука плетью повисла вдоль тела, больше не обнимая меня. Теперь он лишь стоял рядом в качестве опоры.

– Мне уйти, Фай? – голос холодный, полный боли. Он режет меня не хуже ножа.

Я знаю, что должна сказать «Да». Пусть уходит! Ему не место в моей новой жизни. Он никогда не сможет снова заставить меня доверять…

– Останься, – шепчу, сама не понимая, что делаю. – Но не говори ничего.

– Ничего?

– Совсем, – я посмотрела на него, вытерла слёзы. – Хочешь кофе?

Он хотел ответить, но сомкнул губы, раньше, чем с них слетело хоть одно слово. Просто кивнул.

– Я сварю. Пойдём. У меня есть торт. Он безумно вкусный, но очень калорийный. Если ты следишь за фигурой, то лучше даже не смотреть в его сторону. Толстеть можно начать от одного взгляда, понимаешь?

Я говорила какую-то чепуху, иногда громко вздыхая – продолжались спазмы от незавершённой истерики. Слёзы ещё были внутри, как и боль, как и обида. Но теперь я не давала им выйти. Прикрылась обыденностью, чтобы дать себе возможность остаться цельной даже после того, как Люций снова уйдёт.

Ведь скоро я прогоню его. Он обещал исчезнуть…

– У меня новая работа, – я продолжала говорить, не в силах остаться с ним наедине в молчании. – Меня там ценят и уважают. Сначала это ужасно меня удивляло. Каждый раз, когда я высказывала мнение, а к нему прислушивались, я поражалась. Подсознательно ждала упрёка, понимаешь? Потом стало легче, и я даже начала верить, что чего-то стою. И снова пришёл ты. Сейчас мы выпьем по чашечке кофе. Я сварю его, как тогда, до того, как ты сломал меня, Люциус. А потом мы попрощаемся.

Он посмотрел на меня. Остро, пронзительно.

И кивнул.

Это было ещё хуже, чем если бы кричал и доказывал правоту. Ну почему он такой?!

Неужели?.. Неужели я тоже сломала его?

Сбившись с мысли, я всё-таки замолчала. И сразу стало страшно в этой звенящей тишине. Я испуганно стала перебирать мысли в голове, не зная, что ещё сказать, как не сорваться на новую истерику. И вдруг Мелроуз заговорил сам:

– Если ты не дашь шанс мне, то хотя бы забери свою кошку, Фай. Она – чёртово отродье, клянусь. Живёт сейчас у меня. Или, скорее, я у неё. Наглая скотина…

– Пандора? Она всё-таки у тебя? – поразилась я.

– Да. Я вернул её. Не знаю, зачем. Знал же, что мы не поладим, но это была ниточка между нами. Связь. Я знаю, что сам всё разрушил. И как вернуться к тому, что было, не представляю. Но надеялся, что смогу убедить тебя попробовать простить и начать заново. Теперь вижу, что ты этого не желаешь.

– Твой кофе, – я поставила перед ним чашку, боясь поднять глаза и посмотреть в знакомое до боли лицо. Я видела его во сне едва ли не каждую ночь с момента побега. Не могла забыть и отпустить. И вот он здесь.

– Спасибо, Фай.

Как он произносит моё имя! Больше так никто не умеет. Мягко, нежно, у меня мурашки по коже. Так было с самого первого дня нашей встречи.

– Так ты поедешь со мной? За Пандорой?

– Да, – я подняла взгляд. – Заберу её и вернусь сюда. А ты…

– Как скажешь, так и будет, – он грустно улыбнулся. – Я больше не стану навязывать своё общество, если ты в нём не нуждаешься.

Нуждаюсь ли? Да! Но как начать доверять снова? Не знаю…

– Когда мы поедем?

– Я на машине, – он пожал плечами. – После кофе вряд ли скоро захочу спать. Если у тебя нет планов на выходные – рванём прямо сейчас.

Планы? У меня нет ни планов, ни здравого смысла, раз я киваю.

– Допивай, а я пока оденусь, и кое-что соберу с собой.

* * *

Всякий раз, когда я думала о возвращении в Бостон за последние несколько месяцев, я представляла это как вороватый визит туда и обратно по очень срочным делам, и чтобы, не дай бог, не попасться на глаза Люциусу или Полу.

Но то, что я буду возвращаться туда за кошкой и на машине бывшего босса – даже в самых моих смелых мыслях не проскальзывало.

Ночная дорогая манила вперёд, сна не было ни в одном глазу, и я то и дело косилась на водительское сидение, где, сосредоточенно глядя на автотрассу, сидел Мелроуз.

Он выглядел виноватым даже сейчас. Я всё больше чувствовала, что Люциус действительно раскаялся в том, что играл со мной. Вот только мне было невероятно страшно снова переоценить его и оказаться слишком великодушной.

Однажды они чуть не сломали меня за доброту.

Новая я – та, кем я стала в последние месяцы, требовала немедленно вернуться домой и никогда больше не позволять Мелроузу появляться рядом. Никаких вторых шансов для тех, кто уже предавал! Где моя гордость? Где чувство самосохранения?!

И всё же я оставалась глухой к голосу разума.

Теперь, когда он пришёл ко мне, когда просил разрешить остаться, так сложно было снова изображать из себя железную леди.

А ещё я заметила кое-что, несказанно меня удивившее и растрогавшее: на запястье Люциуса виднелись тонкие заживающие шрамы – четыре когтистые отметины, оставленные Пандорой.

Бывший босс старался прятать их, чтобы я не видела, но скрыть царапины не удалось, и моя душа сжималась от того, что Люциус Мелроуз решил истязать себя совместным проживанием с животным, которое его откровенно ненавидело. Зачем ему это?

Я прекрасно помнила, как Пандора к нему относилась с первой встречи: шипела, скалилась и даже бросалась.

Впрочем, сейчас я со всей решительностью собиралась избавить бывшего босса от этой напасти, забрать свою кошку и быстро-быстро бежать, пока не натворила глупостей вновь.

Лишь пару раз за всю дорогу Мелроуз нарушил тягостное молчание. И оба – когда ему позвонили, Я не слышала что говорят с той стороны, но контекст заставил меня улыбнуться:

– Что она заказала?!.. – возмутился Люциус. – Лангустов и ящик шампанского?.. И это всё ей одной? Какая компания? Нет, не нужно отменять. Да, она точно моя родственница. Что значит, не похожа и по документам у неё другая фамилия?.. Вам, собственно, какое дело? Номер оплачен, все расходы запишите на мой счёт. Ещё вопросы? Извинения приняты. До свидания!

Мелроуз отбросил телефон на переднюю панель авто, и покосился на меня, произнеся сакральное:

– Ума не приложу, как ты и это хищное отродье вообще могли стать лучшими подругами.

Я пожала плечами и ответила довольно-таки грубо:

– Думаешь, мне лучше было бы завести такого друга, как Пол Коллинз? И спорить с ним на людей ради развлечения? Нет, лучше пусть будет Рут. Она хоть и делает порой странные вещи, но намного лучше богачей, веселящихся за счёт глупых дурочек.

К Бостону мы подъехали в полном молчании. С рассветом я задремала, но, как только въехали в только начинающий просыпаться город, встрепенулась. Почти без пробок мы домчались к элитной многоэтажке, где остановился Люциус Мелроуз.

Я задрала голову вверх, оглядывая уходящее в небо здание, и произнесла:

– Я не ошибусь, если это окажется пентхаус?

Люциус кивнул, но сделал это слишком уж с мрачной миной.

– Квартира наверху, правда, до недавнего времени она напоминала кошачью ферму. От меня даже сбежало несколько домработниц.

Я округлила глаза от удивления. Неужели всё настолько серьёзно?

Пока мы поднимались на лифте, я всё смотрела на молчащего Люциуса и пыталась разобраться в себе. Что же я к нему чувствую?

Почему, в конце концов, Рут так легко меня сдала? С её хваткой и проницательностью, она бы точно не дала меня в обиду за лобстеров и шампанское. Скорее уж она действительно что-то видела со стороны, что-то такое чего пока не замечала я.

– Вот и пришли, – Люциус подошёл к одной из дверей в просторном холле и, проведя ключ-картой золотистого цвета, открыл вход в квартиру.

Первое что бросилось в глаза, а точнее в нос – это запах… Запах кошки, а уже потом я узрела невероятное количество испорченных предметов интерьера.

Хотя я никогда раньше не была в этой квартире, но сразу становилось ясно, что вот тот дорогущий исполосованный диван явно не должен быть так изуродован, а отсутствие красивых ваз и других легко бьющихся предметов интерьера намекало, что они уже давно разбиты.

– Здесь был клининг, – будто бы оправдался Люциус. – Но даже они не всесильны.

Посреди всего этого великолепия спала Пандора, собственной персоной, лениво потягиваясь и зевая при виде меня.

– Это животное не для квартиры, – поражённо выдохнула я, осознавая в одно мгновение всю свою глупость и упрямство, когда все вокруг пару месяцев назад мне говорили, что Пандора, мягко скажем, не просто котёночек.

Я ведь действительно собиралась притащить Пандору к себе, до этого самого момента.

– Да, я читал, – проходя вглубь квартиры, ответил Люциус. – Их держат в вольерах, в загородных домах. Нужно много места и простора, хотя в жилые помещения их тоже, разумеется, пускают – но не для постоянного проживания.

Я неуютно сглотнула, подходя к кошке. Интересно, узнала?

Пандора вскинула голову, сощурила свои бриллиантово-зелёные глаза и приветливо мурлыкнула. Стоило к ней только протянуть руку, как она потёрлась о неё мордочкой.

– Ей нужен дом, – проворковала я, присаживаясь на диван к бывшей питомце. – Это ведь не только квартира страдает от Пандоры, но и самой Пандоре нужен простор. Бедняжка.

– Я не планировал покупать отдельный дом для животного, – где-то за моей спиной отозвался бывший босс, – не дошёл ещё до такого. Другое дело, если бы пришлось расширять жилплощадь из-за семьи. Скажем, реши я жениться.

Я вздрогнула и обернулась, поднимая голову на подошедшего мужчину.

– Кто-то уже есть на примете? – спросила как можно равнодушней.

– Есть, – он снял с себя пиджак и откинул его в сторону. На меня не смотрел. – Но она не хочет даже видеть меня. Всё, что нас связывает – моё желание попробовать заново выстроить наши отношения.

– Видно, ты сильно в них оплошал, если она так злится, – я опустила глаза. Сердце колотилось, как сумасшедшее.

– Не без этого, – тихо произнёс он. – Понимаю, насколько бесполезно просить её об очередном шансе, но я никак не могу оставить её в покое. Понимаешь? Я просто должен поговорить с ней.

– Зачем?

– Потому что без неё не могу жить. Всё без неё сломалось.

– Глупость какая, – я наигранно рассмеялась, хотя в носу защипало от желания заплакать. – Незаменимых нет, Люциус. Найдёшь другую.

– Не думаю. Я подыхаю без неё, Фай. Меня выворачивает наизнанку от мысли, что её больше не будет рядом.

Он говорил это серьёзно, глядя на меня так, как не смотрел ещё ни один мужчина. Никогда.

– Я не готова проходить это снова, – проговорила тихо, и в то же время поняла, что лукавлю. Готова. Не хочу отпускать его. Второй шанс всё же имеет право на существование. Иначе откуда взяться той огромной надежде внутри меня?

– Фай…

Я поднялась на ноги, посмотрела в его глаза и заговорила:

– Ты ведь и сам понимаешь, что новая попытка может окончиться ничем. У нас почти ничего не было. Только моя глупая вера и твоё желание доказать Полу…

– Пошёл он к чёрту! – прервал меня Мелроуз. Схватив за плечи, он подался вперёд, и наши лица оказались невероятно близко. – Я с самого начала говорил, что не собираюсь играть в его игры, не стану отдавать тебя ему. Потому он и взбесился. Пол обожает отнимать чужое, но обязательно непорочное. А тут всё совпало. Файнис, я сглупил, когда втянул тебя в это. Знаю. Но больше не позволю обидеть тебя. Никому на свете. Если скажешь, что я – главный твой обидчик, отступлю тоже. Теперь только ты решаешь.

– И если я скажу, что всё кончено?

– Я приму это.

– А если скажу, что хочу попробовать снова? – я чувствовала его дыхание на своей коже, понимала, что снова пропала.

– Проверь. Скажи это, – он немного сильнее сжал мои плечи и, кажется, перестал дышать.

Я улыбнулась. Робко, пока ещё недоверчиво.

– Я хочу, чтобы мы попытались, Люциус, – прошептала, переведя взгляд на его губы.

Он не заставил ждать.

Это был поцелуй с привкусом горечи и боли, со страхом потерять друг друга, с надеждой на будущее, о котором каждый из нас мог только мечтать. Будущее вдвоём.

– Фай, – он дал мне вдохнуть, продолжая целовать теперь уже щёки, нос, лоб, шею… А я прижималась к нему и не могла пошевелиться. Мир вокруг казался таким хрупким и нереальным, что на меня накатывал ужас: сделаю неверное движение, он разобьётся на миллиард осколков и всё будет кончено. Я больше не смогу его склеить.

– Девочка моя, милая, ненаглядная, – Люций замер, уткнувшись в мой висок. – Пожалуйста, не бойся. Клянусь, ты никогда не пожалеешь об этом.

– А если я разочарую тебя? – спросила, проведя носом по его предплечью, вдыхая полной грудью его неповторимый запах.

– Никогда, Фай, – ответил он. – И я не разочарую.

– Узнаю прежнего Люциуса, – я тихо рассмеялась. – Скромность – не твоя отличительная черта.

– Хочешь видеть меня скромником? – он поцеловал меня в макушку, обхватил ладонями лицо и посмотрел в глаза.

– Нет. Но… Знаешь, я хочу кое-что другое, – твёрдо сказала я.

Он насторожился, кивнул.

– Я вижу, насколько сильно ты ценишь второй шанс, Люц. И сама ценю его не меньше, но…

– Но? – он нахмурился. Его ладони отпустили моё лицо, переместившись снова на плечи.

– Есть кое-что ещё. То, что я хочу у тебя попросить.

В его глазах зажглись искры.

– Что угодно, – он говорил спокойно и уверенно. – Сделаю всё, что пожелаешь. Куплю, всё, о чём попросишь. Загородный дом для кошки? Будет исполнено.

Я поднялась на цыпочки и прижала палец к его губам, чтобы перебить эту глупую речь.

– Никаких покупок. У меня два совсем иных условия. Первое: я хочу справедливости, – прошептала, глядя в глаза этому мужчине. – Ты многое осознал за эти месяцы, как и я. Но не Пол…

– Пол?!

– Да. Я встретила его в ресторане, и поняла, что он по-прежнему относится к женщинам, как к мусору под его ногами.

Мелроуз недоверчиво усмехнулся:

– Месть? Ты хочешь отомстить ему?

– Нет, – покачала я головой. – Благое дело. Это нужно и самому Полу, хоть он и не замечает этого. Он настолько погряз в этой игре, что ему самому становится тошно от неё через пару месяцев. Ему было стыдно, когда он повстречал меня, а значит, он не безнадёжен. Мы должны вернуть его к нормальной жизни. Встряхнуть.

Люциус покачал головой:

– Не представляю, как такое провернуть. Честно. Пол – это Пол, он родился женским угодником.

– Я знаю, что делать.

– Тебя я к нему не подпущу.

– Меня и не нужно. Я расскажу всё немного позже. Если ты согласен.

Он молчал всего пару секунд, затем уверенно кивнул:

– А второе условие?

– Никакого секса между нами, – припечатала я, едва сдерживая улыбку и добавляя: – До свадьбы. Хочу убедиться, что твои намерения ко мне действительно серьёзны.

Признаться, ожидала, что Люциус распознает шутку. Всё же мы взрослые люди, и не в восемнадцатом веке живём. Мне скорее было любопытно посмотреть на его первую реакцию.

– Хорошо, – легко согласился он, не дрогнув даже веком. – Это справедливо и даже внушает мне оптимизм, что ты на полном серьёзе рассматриваешь свадьбу. Значит, я не зря буду стучаться в твои двери и ждать.

– Люциус! – теперь настало моё время поражаться. – Ты готов ждать до свадьбы?!

– Весь месяц, – уверенно кивнул он.

– Что? Какой ещё…

Он потянулся ко мне и крепко обнял, снова погружая в омут безумия. На этот раз поцелуй был неторопливым, нежным и в то же время страстным.

Я таяла в руках этого мужчины, плавилась, отметая всё сомнения и отпуская обиды. Он перенёс меня на кровать, где продолжил ласкать шею, грудь, пытать меня желанием стать ещё ближе. А потом прекратил все, уткнувшись лицом в подушку и глухо проговорив:

– Обещание дороже денег. Никакого секса, но начинай обдумывать, кого пригласишь на нашу свадьбу.

Я засмеялась, взяла его руку и прижала к своей щеке. Прикрыла глаза, делясь единственным опасением:

– Если это всё сон, то хочу, чтобы завтра он повторился наяву.

Люций тут же повернулся набок и прижал меня к себе, прошептав на ухо:

– Я больше никогда тебя не отпущу. Ни наяву, ни во сне, Фай. Вот только…

– М?

– Ты не сказала, что с Полом. Что ты задумала? Мне нужно понимать, куда я ввязываюсь, о, коварная. Как-никак это почти предательство друга.

– Никакого предательства, Мелроуз, – засмеялась я. – Мы просто позвоним Рут. Коса должна найти на камень…

* * *

– Вы психи, – Рут не спрашивала, а утверждала очевидное. – Совсем головой поехали. Какая из меня невинность?

– Милая и нежная, – подал голос Люциус. Он сидел на кресле, закинув ногу на ногу и меланхолично пил кофе. – Фай уверена, что из тебя ещё выйдет девушка мечты. Для Пола.

– А ты, значит, не уверен? – Рут широко улыбнулась. – Думаешь, я не смогу изобразить чудо какую дурочку? Дружочек, ты знаешь, кем я работаю?

– К сожалению, да, – ответил Люций, снова отпив из чашки. Он с упрёком посмотрел на сияющую от предвкушения меня. Перечить мне не решался, но по взгляду было видно всё, что думает.

– Рут, покажи ему, – попросила я. – Пожалуйста. Если сможешь удивить Люция, то Пол точно у нас в кармане.

Рут фыркнула, отвернулась, снова закопавшись в моих старых вещах. Юбки миди, блузки с воротниками-стойками под подбородок, тёмно-серые плотные жилетки…

– Чёрт, это полная задница, – выразила своё мнение подруга. – Честно. От шмоток воняет моей бабушкой.

– Они постираны и пахнет от них кондиционером, – я улыбнулась. – Ну же, Рут. Ты такая потрясающая актриса. Ты ведь чувствуешь людей, как никто. А Пол – безумно классный поклонник.

– Не понял, – Люциус откашлялся, отставил в сторону кружку.

– Милый, – я обернулась, – ну ты ведь не станешь отрицать, что в погоне за согласием от понравившейся девушки, он готов на всё.

– Ага, звезду с неба достанет? – Рут засмеялась. – Нахрен мне эти звёздочки на земле?

– Звезду – нет, – пожал плечами Люций. Он немного успокоился, но смотрел на меня, всё ещё хмурясь. – Но Пол скупит для тебя любые украшения и шмотки. Тачку купит. Квартиру – если окажешься той самой.

Рут медленно повернула голову. Посмотрела на Люция и уточнила:

– А «та самая» – это глупо моргающая беззащитная девственница?

– Не каждая, – покачала головой я. – Тут важно угадать, попасть в цель.

– Хм!

Рут снова уставилась на шмотки, выбрала оттуда тёмно-розовую блузку и чёрную юбку, после чего ушла в ванную комнату.

Мы с Люцием переглянулись.

– Она не сможет, – сказал он. – Ну, хочешь ты наказать Пола – я понимаю. Даже помогу найти какую-то бледную моль…

– Чтобы он её влюбил в себя, а потом бросил? – я покачала головой. – Нет уж. Подожди, милый, дай Рут шанс. Она умеет быть такой, что парни – её клиенты в стрип-клубе – с ума сходят, отдавая последние деньги.

– Верю. Но совратить мужика, сев ему на колени и вывалив сиськи перед лицом – это одно, а притвориться пай-девочкой, но при этом сводить с ума – совсем…

Он не договорил.

Рут вышла к нам.

Она распустила волосы, надела мою одежду и появилась в комнате слегка сутулясь, будто ей было очень неудобно перед нами за свой внешний вид. Посмотрев на меня, Рут мягко улыбнулась и пошла к Люцию. На её губах не было больше яркой помады, а на глазах – чёрной подводки. Только чёрные пышные ресницы подчёркивали нереальной красоты голубые глаза.

– Мне очень приятно познакомиться с вами, – она остановилась перед Люцием. Теперь я видела только её спину, опущенные плечи. Она переминалась с ноги на ногу. – Это большая честь. Правда. Файнис много о вас рассказывала, она вас так любит.

Люциус смотрел на Рут снизу вверх. Между его бровей залегла морщинка, губы были плотно сложены.

– Я приехала к Фай всего на пару дней. Потом нужно возвращаться и помогать отцу в нашем кафе. У нас отличное кафе у дороги, и люди очень приветливые.

– Ладно! – Люциус вскочил с кресла. – Попробуем. Но мне всё равно всё это кажется бредом.

– Солнце, не кипеши, – уже привычным, уверенным в себе голосом заговорила Рут, – всё будет офигенно. Мне нужен комплект новых серёжек и колечек. И, пожалуй, новая тачка не помешает. Так что, поверь, я расшибусь в лепёшку, но сделаю всё по высшему разряду. Надо только придумать, как пришить девственность обратно, а то я даже не помню где и когда её потеряла.

– Когда дело дойдёт до минета – не забудь испугаться от вида члена, – усмехнулся Люций.

– А там есть чего пугаться, Люций, дорогуша? – Рут рассмеялась. – Разберусь как-нибудь. Ваше дело – нас познакомить, а дальше я сама.

– Мне это не нравится, – Люций смотрел на меня сердито. – Пол раскусит нас с первых минут.

– Ну, в таком случае, скажешь, что сам был не в курсе, – беззаботно отмахнулась я. – Если боишься потерять друга. А теперь звони ему, пора пригласить Пола на совместный отдых в загородном доме.

– Ты пугаешь меня в такие моменты, – он уже достал мобильник и набрал номер друга. – Неужели это я сотворил такого монстра?

– Монстра нельзя сотворить, – откликнулась Рут из кухни, – его можно только вытащить наружу. Он всегда спал внутри нашей маленькой Файнис.

Я поцеловала Люциуса в уголок губ и прошептала:

– Позволь мне эту маленькую шалость, пожалуйста.

Он потянулся ко мне за полноценным поцелуем, но тут из трубки у его уха донеслось громкое недовольное:

– Алло, слушаю!

Пол

Когда мне позвонил Люциус и радостно сообщил, что он помирился с Файнис, то я даже не поверил:

– Что, вот так легко? – переспросил я.

– Да, – подтвердил друг. – Мы поговорили, всё взвесили и решили начать заново.

Я в этот момент стоял возле окна своего офиса, смотрел на бурлящий под ногами город с высоты сотого этажа, но невольно сфокусировался на собственном отражении – которое изумлённо заломило бровь вверх.

– Просто поговорили? – я ещё раз уточнил. – И она тебя простила? Файнис? Мы точно об одной и той же девушке говорим?

– А что, есть какие-то сомнения? – теперь уже и Люциус засомневался.

– Конечно. Я же видел эту фурию, когда наткнулся случайно на неё в ресторане. Это же дьяволица, а не милая овечка. Слушай, Люц, может она тебя отравить хочет?

– Не мели чушь! – излишне резко отбросил эту гипотезу Мелроуз. – В конце концов, ты ведь сам мне дал её адрес. Чтобы я и она помирились!

Я вздохнул. Ну да, ну да. Чего уж там отрицать!

– Что ж, тогда прими мои чистосердечные поздравления, – совершенно спокойно произнёс я. – Рад за вас. В чём-то даже завидую.

– Ты опять? – с интонациями гремучника протянул Люц. – Мы же уже это проходили.

– Да нет, – я отошёл от окна и сел в своё кресло. Покрутился, будто мальчишка на карусели, от безделья. – Я о другом. Рад, что ты и вправду встретил кого-то настоящего.

– Ты расстался с очередной пассией? – догадался собеседник.

– Да, была тупая как пробка, хоть и милая. Представляешь, мне стало скучно даже раньше, чем я уломал её на секс. Так и убежала девственной козочкой.

Люциус расхохотался.

– Ты стареешь, – выдал диагноз он. – Кстати, о козочках. Пока я мирился с Файнис, кое с кем познакомился. К ней в гости приехала её лучшая подруга, и мне кажется, она будет в твоём вкусе… Не то, чтобы я сразу проникся интересом, но в душе что-то шевельнулось. Если подруга Файнис хоть немного на неё похожа, то будет интересно…

– Но есть одно «но». Файнис меня сожрёт, если я только посмотрю на её подругу…

– Ты преувеличиваешь, – заверил меня Люц. – И не говори о Фай, будто она чудовище какое-то.

– Ну, может и не чудовище, но что-то общее с рысью, которая исполосовала всю мебель у тебя в гостиной, у неё точно есть.

– Так ты приедешь? – неожиданно спросил Мелроуз.

И я мучительно провёл ладонью по волосам. Я что-то запамятовал – а разве меня куда-то приглашали?

– А ты разве меня куда-то звал? – озвучил вопрос я.

– Ну конечно, думаешь, я просто так упомянул про её подругу? В общем, приезжай, я снял загородный дом. Это будет прекрасная возможность помириться с Файнис. А там кто знает, может у тебя с Рут завертится.

– Рут, – задумчиво повторил я. – Так, значит, зовут скромницу?

– Да, – подтвердил Люциус. – Скромнее не бывает. Просто монахиня во плоти.

Мне почудилось, или в его голосе мелькнула насмешка?

– Она хоть симпатичная? – зачем-то переспросил я. В душе заёрзали червячки сомнения.

– О, да. Бомба просто… Ну если с неё снять все тряпки, ты же помнишь, в какой одежде работала Файнис. Так вот, тут всё очень запущено! В общем, я тебе говорю – твой вариант. Всё, как ты любишь!

– И почему у меня странное ощущение, что ты меня уговариваешь?.. – лениво протянул я.

– Потому что так и есть, – без споров согласился Мелроуз, а после, вздохнув, неохотно произнёс: – Пол, приезжай – эта подруга ни на шаг не отходит от Файнис, бегает за ней как бездомная дворняга. Мы даже не можем остаться наедине из-за неё. Ты её хотя бы отвлечёшь, может, позовёшь куда-нибудь. Я же знаю, как ты умеешь заговаривать таким зубы…

Я закатил глаза к потолку. Вот это уже было больше похоже на правду.

Недолго подумав, я решил – а почему, собственно, нет? Развею хоть какую-то скуку, быть может, и вправду развлекусь.

– Хорошо, – согласился я. – Пиши адрес, скоро буду.

* * *

Дом, который снял Мелроуз, даже по моим меркам выглядел излишне роскошно. Подъехав к этому особняку, я присвистнул.

Выражаясь в финансовом эквиваленте, Люциус явно собрался замутить с Файнис очень серьёзно. Иначе как объяснить, рекламный транспарант на въезде на виллу: «Идеально для семейных пар»… Мелроуз явно делал ставку на будущее.

Охрана у ворот уже явно была предупреждена о моём визите, поэтому едва взглянув на мою тачку, меня сразу же впустили, даже не спрашивая, кого черти принесли.

Даже по территории я ехал не двадцать секунд, а минут десять, разглядывая огромный сад и лужайки по бокам от дороги. Складывалось ощущение, что данный дом сдавался не столько для семейных пар, сколько для табуна лошадей – места им бы точно хватило.

Но отгадка моему недоумению была найдена, когда я доехал до самого особняка, больше похожего на Букингемский дворец, чем на загородную виллу. На территории перед домом носилась Пандора…

– Тоже мне, – фыркнул я, выходя из авто. – Нашли себе ребёнка…

– Пол! – тут же радостно заметили меня.

Я обернулся и увидел спешащего ко мне Люциуса, светящегося донельзя. Он шёл ко мне от огромной террасы с видом на бассейн. Там же у шезлонгов я различил две женские фигурки.

– Ну, я приехал, – хмуро выдал, когда Люциус меня даже обнимать кинулся. – Я смотрю, у тебя совсем от этой девки крыша набекрень поехала, Люц. Ты хоть соображаешь, сколько бабок в неё уже угрохал?

– Деньги – тлен, – философски выдал друг. – Один раз живём. Да и Пандоре тут весело. Впрочем, денег не так уж много ушло. У моей компании образовался крупный должник, и я выбил этот домик на уикенд с очень хорошей скидкой. Почти в сто процентов. Не правда ли, тут замечательно?

Я заломил бровь. Люциус вёл себя откровенно странно. Пришлось даже переспросить:

– Ты что, на наркоте?

За что получил кулаком в плечо.

– Нет, конечно. Просто мне тут и в самом деле нравится. Уютно, что ли, – Мелроуз обвёл рукой территорию. – Никогда бы не подумал, что в городской квартире мне было так хреново, пока не выбрался сюда с Фай.

– Да вы тут от силы полдня, – напомнил я ему. – Ладно, веди меня к ней и этой, как её там – Рут… Посмотрим, что там за девочка-скромняжка… Хотя, если честно, ума не приложу, нахрена я тебе понадобился. Тут же места столько, что даже убей ты и закопай надоедливую девицу, её бы потом ещё полгода никто не нашёл.

– Это лучшая подруга Фай, – напомнил Люц. – Её надо отвлечь, а не настроить против меня. Я ведь серьёзно, Пол. От этого многое зависит. В конце следующей недели я собираюсь познакомиться с семьёй Файнис. Знаю, там не очень всё благополучно, но я должен это сделать… У неё мама, братья…

– Что? – я одёрнул его за рукав, разворачивая к себе. – Люц, ты серьёзно? Знакомство с семьёй? Ещё скажи, что ты её собрался замуж позвать…

Он кивнул.

У меня же едва челюсть не отвалилась.

– Только она пока не знает, – продолжил он вслух. – Думаю дать ей время, чтобы Файнис точно поняла, что у нас всё по-настоящему. А потом подарю ей кольцо…

– Угу, и вы вместе заведёте детей, котят, будете растить бегемотов на семейной фазенде. Я ведь угадаю, если предположу, что ты хочешь выкупить эту махину? – я обвёл руками территорию виллы.

– Есть такая мысль, но это пока неточно. Только если Файнис тут понравится…

– Ну, ты, пиздец… Люциус, – выразил я все свои эмоции. – Эта баба превратила тебя в тряпку.

Люц сощурился, а после усмехнулся.

– Не зарекайся, Пол. Когда-нибудь ты встретишь свою «Файнис», и тогда я посмотрю на тебя.

Я насмешливо фыркнул. Чтобы Пол Коллинз растёкся такой же лужей перед кем-то? Да никогда… Ни одна девушка, не станет топтаться по моим яйцам, как это сейчас делала Файнис с «бубенцами» Люциуса…

Впрочем, это его решение. Пусть хоть канкан на его «дружке» танцует, я со стороны посмотрю. Заодно порадуюсь, что меня бог отвёл от такой акулы, как «милая кофейная девочка».

Файнис

– Милая, у нас гости, – сказал Люциус, приближаясь ко мне и Рут, и выделяя слово «гости» особенной интонацией.

Мы с Рут повернули головы одновременно.

Пол – красавчик в безупречно белых брюках, в такой же беленькой футболке-поло, с идеальной причёской и с наглой самодовольной улыбкой шёл к нам.

– Супергерой, – пробормотала я, прищурившись.

– Не порть мне первую встречу с будущим автомобилем, – прошептала Рут, кутаясь в полотенце.

– Файнис! Рад видеть! – выдал Пол, оказавшись рядом. – Как хорошо то, что хорошо заканчивается, правда?

Я подставила ладонь ко лбу, прикрываясь ею, как козырьком, и продолжая с раздражением смотреть на Пола. Люциус сказал, что было бы правильнее не скрывать своего истинного отношения, потому что притворяться я всё равно не умею.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, поднимаясь с лежака.

– Это я пригласил Пола, – Люциус подошёл и обнял меня за талию. – Не сердись, малыш. Всё-таки он был и остаётся моим хорошим другом, а ты – та, с кем я собираюсь связать своё будущее. Не хочу, чтобы между вами были разногласия. Пора отпустить прошлое.

– Я не против, – сразу поддержал Люция Пол, при этом уже несколько раз покосившись на сидящую рядом со мной Рут. – Пожмём руки?

– Я подумаю, – ответила, отвернувшись. – Рут, пойдём в дом, позагораем позже.

– Фай, – Люциус попытался меня поцеловать, но нарвался на недовольный взгляд и отступил. – Ладно, скажешь, когда подавать обед?

– Через полчаса.

– Как скажешь.

Мы уходили. Рут подхватила меня под руку и успела быстро посмотреть на Пола. Тот обернулся нам вслед.

– Как-то быстро ты слилась, подруга, – попрекнула Рут. – Мне кажется, он меня не разглядел и теперь просто уедет.

– Ему хватило, – уверенно сказала я. – Увидишь, никуда не денется.

– Посмотрим, – она недовольно покачала головой. – Но ты переигрываешь. Можно было побыть там чуть дольше. Я даже не успела «случайно» уронить полотенце.

– В этом вся прелесть. Он увидел и без того много. А теперь ты выйдешь упакованная по горло, но его воображение всё дорисует. Он уже видел твои роскошные формы…

– Ковар-рная, – засмеялась Рут.

– Они сделали меня такой, – отозвалась я.

Мы просидели в моей спальне чуть больше получаса, после чего вышли к Полу и Люцию. Они ждали на лоджии, а обернувшись, подарили нам два совершенно одинаковых оскала.

– Малыш! – Люц кинулся ко мне, поцеловал, обнял.

Рут в это время стояла рядом, опустив голову и изображая скромницу. Пол подошёл к ней и галантно предложил проводить её до столовой. Даже локоток оттопырил, но я тут же сама оказалась рядом с подругой, посмотрев на Пола как на врага.

Тот лишь заулыбался и отступил, выставив вперёд ладони:

– Нет, так нет, Фай.

– Вот именно, нет, – подтвердила я. – Рут у нас в гостях.

– Как и я, – сказал он, сверкнув глазами. – А вежливость и радушие ещё никто не отменял.

– Значит, ты просто радушный? – я сложила руки на груди.

– Конечно. Мамочка учила меня быть учтивым, Фай. Вот приедешь ко мне в гости, увидишь, насколько я щедрый хозяин.

– Это правда, – Люций схватил меня за руку. – Пол – отличный парень. Прекрати делать из него негодяя в глазах своей подруги. Рут, я ведь вас так и не представил официально. Это Пол. Пол, это Рут.

– Очень приятно, – Пол протянул руку и пожал нерешительно протянутую в ответ ладошку. – Вы очаровательны.

– Спасибо, – пробормотала моя подруга, отводя взгляд. В этот момент она была невообразимо хороша. Без макияжа, без любимой короткой розовой юбки, она выглядела совсем девчонкой, а не вульгарной девушкой, танцующей в стриптиз-клубах.

– Так могу я вас проводить?

Рут посмотрела на меня и выдала смущённую улыбку, чуть наклонив голову. Это было словно молчаливая просьба: «Пожалуйста, разреши ему».

Я поджала губы, но Люциус поцеловал меня в висок, вроде как тоже настаивая на том, чтобы поверила его дружку. Играли они оба превосходно, я бы так никогда не смогла.

– Хорошо. Но не смей её обижать.

Рут тихонько рассмеялась и проговорила с долей обиды в голосе:

– Я могу за себя постоять, Фай. Ну, что ты.

Пол смотрел на неё, как мать смотрит на внезапно произнёсшее первые слова дитя: с умилением и гордостью. А ещё – с предвкушением. Он уже явно хотел большего. И как я раньше не замечала, как легко читать все желания по его наглому лицу?!

Весь остаток дня мы провели вместе. Гуляли, смотрели фильм, играли в бильярд, прогуливались по набережной и ужинали на веранде…

Пол совершенно раздумал покидать нашу компанию и увлечённо ухаживал за Рут. Она, в свою очередь, смотрела на него с волнением, путала слова и вообще трепетала.

– Что ж, кажется, твой план удался, – сказал Люций, когда мы оказались в моей спальне наедине. – Пол уже без ума от неё. Честно говоря, не думал, что получится.

– Ещё ничего не получилось, – ответила я, обнимая его за шею и потянувшись за поцелуем. – Я обещала Рут машину.

Люций обнял меня, прижав к себе, позволил коснуться губами губ, но не ответил на поцелуй, задумчиво глядя куда-то поверх моей головы.

– Что такое? – надулась я.

– Ты не нравишься мне такой, – пожаловался он. – Мстительной и кровожадной. А ещё противно от того, что это я сам испортил тебя. Мне бы хотелось вернуть всё назад и исправить, что натворил.

– Нельзя изменить прошлое, – напомнила я. – Зато можно построить такое будущее, какое мы сами захотим. И я обещаю тебе, что в нашем будущем не будет места моей мстительности по отношению к тебе. А Пол… Я не хочу, чтобы он выбросился из окна, ничего такого. Но хочу, чтобы он понял, как это, когда используют и бросают, растаптывая мечты.

– Это и страшно. Ты ведь сама прошла через подобное, Фай. Может ну его, этого Пола? Сам остепенится когда-нибудь.

– Сам? – я отошла от Люция. – Ты веришь в это? И сколько девчонок ещё останутся рыдать, потому что оказались недостаточно робкими для него? Или как он там измеряет их притягательность?

– Файнис! Прекрати, – Люций потёр лоб ладонью, быстро прошёл к окну и открыл его нараспашку, высунувшись наружу. – Чёрт, мне нужна ясная голова.

Я стояла, не зная, что делать.

– Люц, – позвала его, подойдя, но не касаясь.

Он повернулся ко мне, посмотрел, прищурившись, со злостью, и на миг мне показалось, что вот сейчас прозвучат страшные слова: «Ты разочаровала меня, Фай, прощай».

Это напугало. И отрезвило.

Я преодолела расстояние между нами, обхватила его лицо ладонями и спросила:

– Ты переживаешь за Пола? Настолько сильно?

– Да, – ответил он, не двигаясь. – Он – мой друг, Фай. Хороший друг, каким бы подонком не выглядел в твоих глазах. А я предаю его, делая выбор в твою пользу. Не думаю, что потяну это.

Я отпустила его лицо, кивнула. «Настолько ли я хочу отомстить, – подумала про себя, – что готова отпугнуть любимого мужчину и рискнуть нашими отношениями?»

– Хорошо, – я взяла его за руку, – давай прекратим.

– Правда? – он сжал мои пальцы в ответ.

– Да. Прости меня за то, что заставила делать выбор и идти на поводу у моей злости.

– Ты это всерьёз? – он обнял меня за талию, прижался лбом к моему лбу. – Разрешаешь всё ему рассказать и прекратить эту глупость?

– Хоть сейчас, – я улыбнулась. – Хватит с меня Пола. А Рут и без того неплохо развлеклась, ей тоже полезно было побыть немного скромницей. Никогда не представляла её такой.

– Я люблю тебя, Фай, – прошептал Люц мне на ухо. – Скажи, сегодня я уже предлагал выйти за меня замуж?

– Ни разу, – я надула губы.

– Что?! Какое безобразие, надо немедленно это исправить.

Он поцеловал меня в висок, в щёку и, добравшись до губ, прошептал:

– Выходи за меня, Файнис Бутс.

Пол

Я знаю, что такое ирония. Сам её очень люблю. Но никогда не думал, что судьба сыграет со мной столь злую шутку и сыронизирует, заставив поймать лбом бумеранг, брошенный мною же несколько месяцев назад.

Решив прогуляться перед сном, я планировал оказаться под окнами прекрасной Рут, сводящей меня с ума одним взглядом. Но оказался у окна спальни Файнис. В тот самый момент, когда собирался постучать в стекло и предложить Рут пригласить меня на чашечку кофе, Люций открыл окно и…

– Сука! – я шёл по набережной, переваривая всё что услышал от друга с его распрекрасной Файнис, и придумывая, как смогу отомстить им за эту херню с розыгрышем. Пришла же в её голову мысль подстелить под меня какую-то девку! Интересно, как бы Рут изображала девственность? Пудрила бы ему мозги какими-то левыми отмазками? Или что там у неё за козырь в рукаве?

Вспомнив блондинку, я невольно остановился.

Чёрт, а ведь она хороша. Сексуальна, красива и умело изображает тот самый типаж девушек, как я люблю. Идеальная, если не знать, что всё это подстроено.

– Хм, – я задумчиво обернулся к особняку. – С другой стороны, никто из них не в курсе, что я знаю…

Широко улыбаясь, пошёл назад.

Теперь мысли крутились в обратном направлении. Рут ведь ещё ни разу не целована, а губы у неё сочные и крупные, так и просятся на грех. Нет, нельзя позволить им всё так быстро обломать. Это непростительно.

Добравшись до особняка, я быстро прошёл по коридору к спальням. За одной из дверей слышался шум и тихие стоны. Файнис с Люцием отрывались по полной.

– Бесстыжие, – шепнул я усмехаясь. – Сами трахаются, а другим не дают.

Следующая дверь оказалась моей целью. Я не стал стучать, быстро повернул ручку и вошёл внутрь, сразу увидев обомлевшую от такой наглости Рут. Она сидела в одном полотенце на голое тело, смотрела какой-то сериал на планшете и грызла яблоко.

– Какого? – вскочив, Рут закашлялась, опомнилась и залепетала: – Что происходит, Пол? Вы ошиблись дверью?

Я радостно улыбнулся, только теперь понимая, каким был слепцом. Как можно было решить, что это трепетная лань, когда тут явно тигрица на воле и без намордника! И – удивительное дело – я не перестал хотеть её, скорее наоборот, аппетит возрос вдвое.

Оставалось проверить, насколько далеко она готова была зайти в своём притворстве.

– Солнышко, у меня к тебе предложение века, – сказал я, подойдя. – Летим со мной в Вегас прямо сейчас? Я улетаю туда по делам на неделю, не могу остаться, но ты просто покорила меня. Знаю, Фай не позволила бы такого, но клянусь – не могу без тебя жить. Это любовь. С первого, мать его, взгляда. И потому предлагаю бежать. Сейчас. Тайно. Со мной.

– В Вегас? – она посмотрела на стену, разделяющую её комнату и комнату Фай. – Даже не предупредив их?

– И отключив телефоны, – кивнул я. – Это будет наше романтическое путешествие. Да или нет, Рут? У меня всего две минуты. Пора выезжать отсюда. Прошу, решайся. Ты не пожалеешь.

– Да, – выдохнула она. – Только мне нужно одеться. Минуту.

Файнис

Однажды я услышала от Рут удивительную фразу – не можешь разобраться мозгом, решай телом.

Моя подруга, можно сказать, жила по этому принципу, разруливая многие проблемы с помощью танца и соблазнения. Нет, шлюхой она не была, но если хотела, могла переспать с тем, кого хотела.

Мне такой подход претил, до нынешнего момента. Я смотрела на Люциуса, и в низу моего живота просыпалась томная тяжесть, желание чего-то большего.

Он только что позвал меня замуж, и это ни в коем случае не было поводом раздвигать ноги, но… чёрт возьми, я захотела, прямо здесь и сейчас.

О, ужас, до свадьбы!

– Ты точно этого хочешь? – спросил меня он.

И я кивнула, закусив губу.

Кроме того, был ещё один момент… Те самые глубинные сомнения и обиды, которые всё ещё жили во мне после того, как мой уже бывший босс пытался меня поиметь с куда более лёгкими планами, не ведущими никуда в будущее. То и дело, ехидный голос сомнений спрашивал у меня: «А если это и сейчас игра? Он тебя трахнет, использует ещё недельку, а потом всё отменится – и свадьба, и любовь, и дом для кошки».

На это я мысленно отвечала: «А может, тогда оно и к лучшему. Девственность – такая малая цена за то, чтобы окончательно разочароваться в людях. Если после всего Люциус меня бросит, то лучше пусть это произойдёт как можно раньше, чем после свадьбы».

Поэтому то, что мы сейчас делали, было больше проверкой для Люциуса, чем вся подстава для Пола.

Но всё же я продолжала пребывать в некоторой нерешительности. Стояла, обняв себя руками, пока Люциус не выключил свет, дабы не смущать меня, и снова начал целовать. Он стянул сначала одну лямку, потом другую… и моё платье соскользнуло на пол, оставив меня лишь в тонких трусиках и бюстье.

Вот уже второй раз я стояла перед ним в таком виде, но всё равно смущалась.

– Ты невероятно красивая, Файнис, – шепнул он мне на ухо. – И это бельё… ммм… Я хочу быстрее снять его с тебя.

– Так не тяни, – набралась решительности я, ощущая натянутость в низу живота, и сам потянулась к Люцу, помогая снять ему футболку.

Мужчина подхватил меня на руки и донёс до кровати, положив на белые простыни. Его тело горело от возбуждения, а дыхание, словно обжигало меня при каждом его поцелуе.

Мелроуз начал с шеи и ключиц, медленно проводя по ним языком, рождая толпы мурашек и спускаясь всё ниже и ниже. Я пока сдерживала стоны удовольствия. Мне всё ещё казалось, что я поступаю как-то неприлично, и от этого лишь сильнее закусывала губы.

Добравшись до груди, Люциус одним движением расстегнул бюстгальтер и нежно коснулся кончиком языка сосков. Обвёл им ареолы, нежно втянул весь кружочек в рот, прокатив между губ. Эта ласка оказалась столь острой, что тихий стон невольно вырвался из моей груди.

– Твои соски каменные от возбуждения, – поделился он. – Ты даже не представляешь, как я сдерживаюсь, чтобы не трахнуть тебя прямо сейчас.

Он спускался ниже и целовал мой живот, щекотал языком пупок. Потом вновь поднимался выше, покрывая тело поцелуями.

И моя кожа горела. Мне казалось, я раскалена докрасна, и одновременно с этим меня бросало то в жар, то в холод. Я отчаянно хваталась руками за простыню, когда Люциус поглаживал мои бёдра с внутренней стороны, разводя их перед собой шире. Казалось, каждый нерв моего тела трепетал от возбуждения.

– Не бойся… – поднявшись выше и нависая надо мной, прошептал Люциус на ушко, – я тебе не сделаю больно, и сейчас я буду аккуратен и нежен…

Его рука спустилась на мою талию, на бёдра, а затем скользнула между ног, отодвигая кружева. Круговыми движениями мужчина проник под трусики, скользнул по складкам, раздвигая их в стороны, и буквально проник в меня пальцем. Я вскрикнула, но мой возглас утонул в поцелуе, а Люциус всё продолжал и продолжал, проникал в меня снова и снова – подготавливая, заставляя истекать от желания так, что влага буквально сочилась по его ладони. Он дразнил меня, дразнил мой клитор, трахал рукой и не давал стонать в полный голос, целуя так сильно, что не хватало дыхания и кружилась голова.

Его палец двигался всё сильнее и сильнее, делая меня податливой каждому его движению, и я развела бёдра так широко, как только могла, желая большего.

В какой-то момент Люциус просто сорвал с меня трусики, бросив их на пол испорченной тряпицей. Спустил свои боксёры, высвобождая внушительных размеров член.

Он был и вправду огромным. Я успела взглянуть, но не успела испугаться, потому что новый поцелуй накрыл меня, и пока Люциус целовал, я ощутила, как плотно прижалась горячая плоть к моей киске.

– Теперь не бойся, – оторвавшись от моих губ, прошептал мужчина. – Сначала будет немного больно, но это не продлится долго…

Он медленно толкнулся вперёд, но, упёршись в преграду, сделал один резкий толчок, и я воскликнула от щемящей боли. Выгнулась, мелькнула мысль даже сбежать, прямо сейчас, но Люциус обнял меня не дав вырваться.

– Малыш, сейчас боль пройдёт…

Я смотрела ему в глаза, когда он начал медленно двигаться во мне. То отодвигался чуть назад, то снова входил до самого конца, давая мне привыкнуть и замереть.

– Мне продолжать?.. – спросил он.

– Да… – произнесла я.

На этот раз он не останавливался. Опирался на локти, так что я чувствовала на себе вес его горячего тела. Люциус любил меня медленно, свободно выходя и входя, с каждым следующим движением делая его всё более сильным и глубоким.

И саднящая боль проходила. Я цеплялась пальцами в плечи своего мужчины, и каждым сантиметром своей киски ощущала, как внутри меня движется его тугой стержень. Он будто трением добывал внутри меня огонь, который разгорался всё сильнее.

Я начала сама двигаться Люциусу навстречу, просила, чтобы всё происходило быстрее, в беспощадном, неослабевающем ритме.

О, господи… Я и не знала, что это так бывает… Даже не представляла, что может быть так хорошо. И мысли разбегаются… оставляя лишь ощущения… только он… только я…

Будто электрическая дуга прошила моё тело, когда Люциус стал вонзаться в меня особенно быстро и сильно. Я выгнулась в его руках, будто королевская кобра, и возбуждение буквально разорвало наши тела тысячами пузырьков, и оргазм накрыл нас двоих одной глубокой волной.

Вселенная перестала существовать.

Только я, Люциус, и пульсация его тела в моём – волны любви, которыми он затапливал меня изнутри.

Мысль о том, что мы даже не предохранялись, мелькнула и тут же исчезла. Не важно, от одного раза ведь ничего не бывает. Сама от себя не ожидая, я выдохнула:

– Я хочу ещё… но потом.

Люциус лежал сверху, поглаживая меня по щеке, и мягко рассмеялся:

– Милая, ты выжала из меня все соки. Да и тебе на сегодня хватит. Но обещаю завтра…

Я прикрыла глаза, и вспомнила ещё одну фразу Рут, что нет ничего лучше утреннего секса. И поняла одно – я обязана это проверить.

* * *

– Они пропали! – услышала я Люциуса. Он ворвался в мою спальню в тот момент, когда я лениво пыталась завязать бретельки купальника.

– Что пропало? – я слегка повернула голову и взглянула на Мелроуза через плечо. Он замер, как вкопанный, кажется, забыв, о чём собирался сказать.

– Помоги мне, пожалуйста, – попросила я, улыбнувшись.

Он подошёл, взялся за завязки, но не спешил заканчивать начатое.

– Люц, – я нетерпеливо переступила с ноги на ногу, – что такое?

Его горячие пальцы прошлись по моей коже к груди, а верх купальника соскользнул по животу, упав к ногам.

– Лю-юц, – простонала я, замирая от нового для себя чувства: не то стеснения, не то возбуждения, а скорее и того и другого вместе. – Что ты делаешь?

Я уже шептала, потому что голос пропал.

Мелроуз как раз поцеловал меня в шею и сжал грудь руками, притягивая к себе.

– Рут может искать меня, – я в последний раз попыталась воззвать к голосу разума, при этом разворачиваясь и закидывая руки на плечи любимому мужчине. Обняв его, потянулась к губам, глядя в безумно красивые глаза-магниты, не в силах прерваться хоть на миг. Томление захватило меня с головой.

– Она не придёт тебя искать, – ответил Люц, на миг оторвавшись от меня и подняв на руки. Он донёс меня до кровати, бережно уложил на спину и, оказавшись сверху, принялся целовать… уголок губ, шею, ключицу… Добравшись до груди, слегка прикусил сосок, и я застонала, выгибаясь вперёд.

В этот момент оставленная открытой дверь захлопнулась, заставив нас обоих вздрогнуть и оторваться от занятия любовью.

– Это Рут! – выпалила я, приподнимаясь на локтях.

– Сквозняк, – откликнулся Люциус, снова приступая к поцелуям.

– Нет, нет, – я заелозила под ним, упёрлась в него руками и попросила: – Отложим это. Всё-таки мы не одни.

– Одни, – улыбаясь, ответил любимый.

– Здесь – да, но Рут и Пол где-то в доме, и это не лучшая идея, запираться от них в спальне.

– Их нет. Они сбежали, Файнис, – Люц подтянулся выше, коснулся губами кончика моего носа и продолжил говорить, глядя в широко открытые от удивления глаза: – У Рут в комнате я нашёл записку. Что-то о том, что их обуяла страсть и Пол предложил сбежать от всего мира.

– Что?!

– Тише-тише. Сначала я и сам разозлился, но теперь… – Люц поцеловал мой висок, погладил скулу, шепнул на ухо: – Скатертью им дорога, Файнис. Они взрослые люди. Рут знает, кто перед ней, а Пол… – это Пол. Он просто уволок девушку от нас, чтобы спокойно лишить её девственности. Увы, его не исправить, малыш.

– Вот сволочь! – выпалила я. – Он ведь думает, что она милая и беззащитная. И знает, что она моя подруга!

– Знает, – согласился Люциус, переворачиваясь на бок и продолжая жадно меня разглядывать.

– И всё равно решил её развратить!

– Всё равно решил, – снова повторил за мной Мелроуз. Его рука скользнула по моему животу к плавкам, легко пробравшись под тонкую ткань.

– Ты совсем не волнуешься по поводу их пропажи, – заметила я, чувствуя, как внизу живота закручивается горячая спираль возбуждения. – У тебя нет жалости.

– Ни капли, – Люц хищно улыбнулся. – Эта парочка достойна друг друга, а у нас с тобой есть дела поважнее, чем их поиски.

Я тихо застонала и сдалась в плен его ласкам, очень быстро поняв: мы сделали для Пола всё, что могли, и не хотели ему зла. Но дальше – он сам виноват!

Рут

Я и Пол наедине провели уже больше двух дней.

И… это были чудесные дни, волшебные, пропитанные его заботой, пониманием и нежностью. И полным равнодушием к сексу. А потому я пребывала в полном отчаянии!

Ожидая грязных домогательств, я готовилась раскрутить гадёныша по полной. Я растила в себе злость на него за обиды Фай, грезила, как накажу его, как раскручу на дорогие побрякушки, как раскрою потом, что всё было обманом, и буду злобно хохотать, глядя в растерянную физиономию Пола Коллинза.

Но что-то пошло не так.

Пол снял для нас один номер на двоих, но лишь для того, чтобы проводить со мной больше времени. Спал он отдельно, но прибегал ко мне по малейшему зову. А ещё он сам заказал мне мега-дорогую одежду от каких-то крутых брендов, и всё в стиле монашки: закрытое от горла до пяток! «Как ты любишь», – сказал Пол, радостно закидывая меня свёртками со шмотьем, которое я в настоящей жизни никогда бы не надела.

Призвав силу воли, я благодарила его за заботу, строила из себя скромницу и капризничала так, что бесила саму себя, а Коллинз восхищался и спрашивал, чего ещё я хочу, стараясь исполнить малейший каприз.

Мы ели исключительно дорогие блюда, посетили несколько модных, дико скучных выставок, а вечерами катались на тачке из его салона. И всё это время он смотрел на меня, как на божество, не пытаясь даже поцеловать, не то, что продвинуться дальше.

На третий день, сразу после прогулки по ювелирным салонам, я заподозрила в нём скрытого импотента! Мне как раз купили безумно дорогое кольцо с бриллиантом, и я решила поблагодарить Пола за щедрость. Привстав на цыпочки, обняла его лицо ладонями и коснулась губами губ, не спеша отодвигаться.

Я рассчитывала на горячее продолжение. Коллинз был весьма хорош собой, и потискаться с ним я была не прочь с первой встречи, собираясь лишь оттягивать момент с постелью, но нет! Он не хотел меня! Это было чем-то новеньким, совершенно немыслимым. Пол от меня просто отвернулся и сказал, что достаточно слов благодарности.

И меня накрыло! Сначала шоком. Потом злостью. Напоследок – азартом. Как вообще может здоровый мужчина не хотеть красивую молодую девушку, выражающую явное согласие на интим?! Никак!

Это было совершенно неприемлемо. Немыслимо. Это… губило моё самолюбие на корню! Хуже того! Теперь я начинала мечтать, чтобы он стал до меня домогаться!

– У меня устали ноги, – пожаловалась ему, сделав десять шагов от бутика и остановившись. До машины оставалось примерно то же расстояние.

– Солнышко, я так тебя утомил, – расстроенно заметил Пол, моментально подхватывая меня на руки. – Ты – просто пушинка, знаешь? Такая невесомая, красивая, воздушная…

– Спасибо, – я потупила глаза, устав от этих разговоров и мечтая уже перейти к делу. – А ты такой сильный.

Я потрогала его плечи, погладила открытый участок кожи у шеи.

Пол деликатно улыбнулся, поставил меня рядом со своей дорогой тачкой и открыл дверь, предлагая сесть.

«Да твою ж мать! – пронеслось у меня в голове. – Нельзя быть таким непрошибаемым!»

Я устроилась в салоне, подтянула длинную юбку вверх, задрав её выше колен, и закинула ногу на ногу, поясняя удивлённому Полу:

– Жарко. Хотелось бы мне оказаться в номере, включить кондиционер и раздеться!

Рассчитывая поразить его в самое сердце, а лучше сразу ниже пояса, я снова получила шиш.

– Хочешь вернуться в гостиницу? – не проявив и капли заинтересованности к моему заявлению, Пол только кивнул: – Будет сделано, красавица. Отдых – святое.

Я, устав изображать смущение, хмуро посмотрела на него и решительно начала выстраивать в голове план совращения этого недотроги! Нет уж, Пол Коллинз, Файнис целовал, и меня будешь! Никуда не денешься!

Я была настроена решительно, фиаско не для таких как я!

Важно было добиться своего любым способом. Когда мы вернулись в гостиницу, и Пол заявил, что ему необходимо уйти на несколько часов по рабочим делам, я воспользовалась этим временем по полной.

Лучший способ добиться мужчины – напоить его.

Я заказала в номер шампанское, лобстеров, клубнику, мороженое, и… когда лицезрела всю эту идеалистическую сервировку стола, хмурилась от раздумий.

Достаточно ли этого?

Вдруг Пол и вправду страдает «стояком-висюлькой»? Надо было бы помочь мужчине возжелать меня по полной программе, а дальше отыграть недотрогу-девственницу. Думаю, для первого раза мы должны ограничиться поцелуями и лёгким петтингом, на большее, на мой взгляд, приличная девственница не должна соглашаться. А если и согласится, то максимум «подержать в кулачке», прикрыв глаза ладошкой и заливаясь краской. Даже если секс и случится, то на утро я сумею выставить себя жертвой, и тогда новая тачка, а быть может даже квартира у меня в кармане.

И я потянулась к сумочке. У любой приличной стриптизёрши есть свои резервные способы достигнуть успеха, иногда медикаментозные и не совсем законно купленные через посредников.

Я достала таблетку виагры, и усмехнулась. Дело было за малым – скормить лекарство Полу, и ждать эффекта. Посмотрим, как теперь он будет строить из себя джентльмена-недотрогу.

Пол

Несколько дней ушло на то, чтобы с милой Рут начала сползать маска недотроги, которую она постоянно на себя натягивала. Мой план был удивительно прост – заставить её блядскую натуру вылезти наружу.

И я видел – ещё немного, и эта бестия сама на меня запрыгнет с распростёртыми ногами.

Я оказывал ей знаки внимания, она охотно их принимала, смеялась, строила из себя недотрогу и не пойми кого, а в глазах при этом плясали дьявольские огни.

И член мой вставал колом, когда я видел эти ненакрашенные губы в притворной улыбке, а воображение дорисовывало на них алую помаду, и как эти губки обхватывают мой член, насаживаясь до самого конца.

Несколько раз я готов был сорваться, но брал себя в руки, сбегал в душ и… дрочил там, как малолетка! Потому что иначе строить из себя мужчину-импотента не выходило. Держался я на чистом упрямстве.

У меня была цель: заставить эту дрянь залезть на меня первой, а потом скинуть её на хрен не тронутой, с мокрыми трусами, заявив, что она меня не интересует от слова совсем!

И после этого, возможно, даже рассказать что я изначально в курсе всей этой херни с разводом меня на бабки, и что актриса из Рут крайне хуевая, если не сумела доиграть роль до конца, запрыгнув на меня.

Вообще мне было даже любопытно, как бы она имитировала девственность? Или ради меня она там себе всё ушила?

От последней мысли я незаметно поправил брюки, ставшие тесными, потому что проверить ну уж очень хотелось! Но это бы означало, что я и сам на неё повёлся, а такого никогда не случится. Интересно, сколько парней было у Рут до меня? Десять? Пятьдесят? Перевалило за сотню?!

Гримаса бешенства исказила моё лицо: нашли кого подсунуть мне в качестве девственницы. Да Люц издевается!

За пару дней я успел выяснить о ней многое: и место работы в стрип-клубе, и даже парочку видео с её выступления нашёл.

После их просмотра я мог сказать однозначно – такого шпагата я ещё ни у одной девственницы не видел, да и столько долларовых купюр в тонких трусиках тоже. Публика Рут любила, девчонка умела возбуждать – талант, как говорится, не отнять. Но вот её холодное и отрешённое лицо снежной королевы при танце отчётливо говорило, что дамочка привыкла доминировать сама и мнила себя хозяйкой положения, что шло вразрез мои планам.

Но моё терпение лопалось. И я решил поступить подлейшим образом.

Когда есть деньги, достать рецепт не проблема, тем более что препарат, который я заказал, был хоть коварным, но достаточно безобидным. Женский аналог виагры представлял собой четыре розовых таблетки в блистере. Фармацевт несколько раз предупредил меня помнить о дозировке и не предлагать больше нужного «моей» женщине во избежание последствий. С широкой улыбкой я кивал и соглашался, тем более что вызывать сердечный приступ у Рут в мои планы точно не входило.

Одна таблетка, и дело сделано. Дальше должно было вступить её природное упрямство и женская упоротая психология.

Когда я вернулся в гостиницу, то уже на стойке ресепшена узнал, что Рут заказала в номер кучу афродизиачной еды и шампанское – это стало для меня отправной точкой к победе. Значит, шестерёнки механизма уже закрутились, и бестия решила, наконец, приступить к решительным действиям.

Вот и отлично.

Когда я зашёл в номер, на лице моём было самое скорбное выражение грусти и печали. Пусть Рут теперь думает, как меня развлекать.

– Что-то случилось? – спросила она, едва я появился на пороге. – Пол, что не так?

– Небольшие неприятности на работе, но не бери в голову. Бывает, – вяло откликнулся я, оглядывая её фигурку, закутанную в махровый гостиничный халат. – Да и сил что-то сегодня нет. Думаю, надо лечь спать пораньше.

– Спать? – удивилась она и надула губки. – А я приготовила тебе сюрприз. Заказала еды, может, посидим немножко?

Хлопнув ресницами, она взяла меня за руку и потащила вглубь номера.

– Вот, взгляни, – подведя меня к столику, она потянулась к бутылке шампанского. – Уверена, вкусная еда поднимет тебе настроение.

Став ко мне спиной, так что попка буквально оказалась напротив моего члена, Рут чуть согнулась над столиком, чтобы дотянуться до фужеров на другой стороне.

И пока я пялился на её аппетитную задницу напротив своей ширинки, она разливала напиток.

– Вот, давай выпьем, – она выпрямилась и повернулась ко мне, протягивая бокал. Внутри плавала клубничка, от которой шли задорные пузыри. – Уверена, твои проблемы на работе пройдут, но сейчас тебе нужно хорошее настроение.

Приняв бокал, я с интересом взглянул на второй фужер в руках Рут. Как бы незаметно подбросить туда таблетку? Нужно было как-то отвлечь эту чертовку, и пока я соображал, мы с Рут чокнулись. Я слегка пригубил свой напиток, Рут же наоборот отпила добрую половину, будто для храбрости.

Интересно, что она задумала? У неё ведь явно был какой-то свой план.

Стоило об этом подумать, как я увидел его исполнение. Ставя бокал на стол, Рут неосторожно облилась шампанским.

– Какая же я неуклюжая, – пролепетала она, строя из себя неловкое недоразумение. – Сейчас вернусь.

Бодрой ласточкой Рут улетела в ванную комнату, я же воспользовался ситуацией – налил ей новый бокал и бросил туда таблетку.

Та с шипением всплыла вверх и растворилась без остатка.

Идеально…

По моему лицу расплылась довольная улыбка. Я уже предвкушал будущее шоу и, празднуя будущую победу, допил свой бокал до дна.

В этот же момент Рут вышла из ванной… полуголая, в одном нижнем белье.

– Больше халатов нет, – пожаловалась она, краснея. – Горничные, должно быть, забрали их в стирку. Такое безобразие!

Она явно ждала какого-то ответа, но я продолжал молчать, изучая предоставленное поле для обзора.

В этот раз на девушке были не те целомудренные купальники, будто украденные у столетней бабушки. Кажется, сейчас мне демонстрировали лучшее бельё в своём арсенале. Чёрные тонкие кружева, невесомо обволакивающие бархатную девичью кожу. Бюстье – не целомудренная сплошная чашка, а игривый ажур, через который, если присмотреться, я мог различить вишнёвые соски.

В моих штанах пробудился член и, кажется, готов был сорвать мне всю «операцию» прямо сейчас. Держаться, Пол!

– Рут, я налил тебе шампанского, – вспомнив, зачем я вообще тут стою, произнёс, подавая бокал девушке.

– Ой, спасибо. Это так мило с твоей стороны, – проворковала она, подходя ближе. – Это же ничего, что я в таком виде? Но очень уж жарко.

Да не то слово!

– Ничего, красавица, – откликнулся я.

– Мне так неловко. Ощущение, будто выгляжу какой-то дешёвкой.

Она внаглую строила мне глазки. Похоже, сегодня Рут решила добиться своего во что бы то ни стало.

– Не говори глупостей, – мягко успокоил её, залипая на то, как она невесомо проводит пальцами между своих грудей, играясь с кулоном, который я же ей подарил.

Рут подняла бокал, поднесла к губам и, будто нарочно, пролила тонкую струйку. Теперь та стекала по её шее, а после ниже, подныривая в кружево бюстье.

От этого зрелища мне стало тяжело дышать. Я даже ослабил галстук, да и во рту пересохло.

– Ещё шампанского? – догадалась Рут, вновь берясь за бутылку и подходя с ней ко мне. – Только вначале…

Она ловко запустила два пальца в мой бокал, выловив клубничку, и поднесла её к моему рту.

– Съешь, вот это, – тихо произнесла она своими сводящими с ума губами, кладя ягоду мне в рот. – Ты ведь, наверное, голодный?

Не знаю, о каком голоде в этот момент она говорила, но да… я ощутил себя не евшим целую вечность, потому что вместо клубники мне хотелось впиться в саму Рут.

«Держатся, похотливая скотина!» – одёрнул себя я, и на мгновение стало легче.

Ровно до следующей фразы этой дряни. Такой томной и притягательно-эротичной, с придыханием. Рут смотрела мне в глаза и говорила:

– Пол, а давай отсосу?

Будто удар между ног, будто призывный гонг в голове, мой член приготовился взорваться только от мысли, что Рут может взять его в рот… Но что за херня? А как же игра в недотрогу?

– Что ты сказала? – переспросил я хрипло.

– Давай бокал отнесу! – повторила она, широко раскрыв глаза.

Я усмехнулся и тряхнул головой: почудится же такое!

– Ой, а это что? – забрав мой бокал, она остановилась, не дойдя до столика. С высоты своего роста Рут медленно эротично наклонилась до самого пола, отклячив свою, теперь уже почти голую задницу на полную, и подняла какую-то невидимую соринку с пола. – Моя серёжка! А я ещё думала, где её потеряла.

Мой мозг просто плавился от желания, я не мог прекратить любоваться на две половинки её аппетитной попки и полосочку трусиков между ними… Сдвинуть бы её в сторону! Немедленно! Чёрт!!!

– Что-то тут душно, – выпрямляясь, произнесла Рут. Поставив бокал на столик, она обернулась и потёрла низ живота, а в голосе проскользнули беспокойные нотки. – Нужно открыть окно, Пол.

– Да, нужно, – согласился я, расстёгивая рубашку и отбрасывая её на диван. – Только не окно…

– А что? – хлопнув глазами, спросила Рут, останавливаясь в полуметре от меня.

Её дыхание было частым и сбитым, глаза блестели, а губы стали алыми без всякой помады. От этого зрелища у меня окончательно снесло крышу…

К чёрту, не только же по девственницам млеть. Один раз можно попробовать и такую, как Рут.

Я сделал к девушке шаг, а в следующее мгновение, она с силой прильнула ко мне сама. Её губы накрыли мои так, что дыхание выбило из груди. И, кажется, не было смысла тратить время на нежности. Я без долгих подготовок сунул руку ей в кружевные трусики, поднырнул ниже, находя пальцем вход в сладкую пещерку, ныряя в неё и ловя хриплый призывный стон Рут ртом.

Она закинула на меня ногу, примыкая телом так сильно, что я на миг потерялся от напора, особенно когда оказался лежащим на диване, а Рут похотливой кошкой тёрлась о мою ладонь, не прекращая поцелуя, и одновременно расстёгивая ремень штанов.

На какой-то момент она отвлеклась от поцелуя, когда буквально одним движением высвободила моего дружка, рвущегося в бой из боксёров. Он стоял колом и буквально ныл от того, как хотел оказаться в чём-нибудь узком и бесконечно тугом.

– Будешь продолжать смотреть на него? – сделав над собой усилие, я усмехнулся. – Или продолжим?

– Смотреть? Неплохая идея, – Рут выгнула бровь и облизнулась так, что я чуть не кончил, представив, на что может быть способен этот язычок.

– Тогда расходимся, – прохрипел, положив руки ей на задницу и придвигая ближе.

Она посмотрела на меня, и её взгляд был затуманен похотью и жаждой.

– Обязательно разойдёмся, – шепнула она, прикусив мочку моего уха. – Но вначале я тебя трахну, Пол!

Больше слов ни у неё, ни у меня не нашлось. Сдвинув в сторону свои трусики, она села сверху, вырывая из меня громкий хриплый стон.

Это было самое охренительно заводящее зрелище в моей жизни – член, который медленно входит в женщину, садящуюся на меня. Тугую до такой степени, что ни одна девственница даже рядом не лежала.

Чёрт возьми, как она это вообще делала?!

Мышцы внутри Рут сжимали мой член так сильно, что я застонал не то от боли, не то от удовольствия. И дебильное ощущение, что это не я сейчас лишаю очередную девчонку девственности, а она меня, накрыло с головой, лишая последних мыслей.

Я кончил, как мальчишка, за пару фрикций, излился внутрь этой женщины и, кажется, сдох от чудовищной мысли: этот микросекундный секс был лучшим в моей жизни.

Откинувшись на спинку дивана, я смотрел в потолок, приходя в себя, и понимал: моё самолюбие раздавили всмятку.

– Ты всё, котёнок? – пропела бестия, всё ещё сидя на мне.

Член отреагировал моментально, снова набирая силу. Клянусь, никогда раньше я ТАК не хотел ни одну женщину. И это взбесило! Настолько сильно, что я с рыком накинулся на Рут, перевернул её в позу кошечки, и хотя она попыталась сбежать, не отпустил. Притянул за бёдра к себе ближе, провёл пальцами вверх по изящной, изогнутой в пояснице спине, намотал волосы на кулак, заставляя прогнуться ещё сильнее, так, что её попка вновь потёрлась о мой стоячий член, и спросил Рут, хрипя, как последний алкоголик:

– Ну, раз мы хотя бы трахаемся начистоту, то скажи, куда ты хочешь?

– Меньше слов, больше дела, – ответила она и потёрлась о меня бёдрами. – У тебя десять секунд, чтобы ты всё решил, Пол Коллинз. Иначе, я встану и уйду.

Я усмехнулся.

– Сегодня ты не встанешь, детка. Мне хватит трёх, – я рванул трусики обеими руками, откинул остаток тряпицы в сторону, и засадил ей так, что Рут застонала, дёрнулась в сторону, но в следующий миг сама толкнулась назад.

Раз, потом ещё раз.

Кажется, она собиралась выжать из меня в эту ночь всё, на что я был способен, а я делал всё, чтобы в ответ она кончала снова и снова, до тех пор, пока не попросит о пощаде.

Но она так и не попросила!

И это была лучшая ночь… Идеальная… Кажется, я, блядь, влюбился.

Рут

Я проснулась от боли и ломоты в теле. Ужасно хотелось воды и в туалет. Кое-как открыв глаза и скатившись с кровати, на которой лежала, я просто офигела от воспоминаний вчерашнего дня. А точнее, ночи.

Что произошло? Отчего меня ТАК накрыло?!

Я посмотрела на всё ещё спящего Пола. Голый, он лежал на кровати, и только край покрывала прикрывал его бёдра.

Господи, что мы вчера наделали? Кажется, шпион в моём лице провалил задание… Раз восемь так точно.

Я облизнула пересохшие губы и осмотрелась по сторонам.

Всюду были следы вчерашнего секса.

Сброшенный светильник с комода, сбитый ковёр, разбитая посуда, обрывки моих трусиков. Кажется, вчера ещё был секс в душе, где Пол сделал мне самый крышесносный куни. С ним я забыла обо всём, превратившись во что-то жуткое и ненасытное! И да, я хотела бы это продолжить, не будь он Полом Коллинзом.

– Прости, Фай, девственница из меня реально никакая, – шепнула я, глядя в зеркало на огромный засос у себя на шее.

Мне надо было валить отсюда, и побыстрее, пока Коллинз не проснулся, потому что разговор, который должен будет состояться, ничего хорошего мне не сулил.

Повеселилась и хватит.

Думаю, можно даже обойтись без записки. Такие как Пол не любят сантиментов, хотя…

Пару строк губной помадой на зеркале я всё же оставила: «Потрахались, было клёво. Спасибо за побрякушки. Прощай».

* * *

– Отлично отработала, – Том подмигнул мне, заглянув в гримёрку. – Как всегда на высоте, крошка.

– Меньше комплиментов, больше баксов, – ответила я, срывая с головы диадему и откидывая на столик.

– Что с тобой, детка? – Том подошёл ближе. – Ты на себя не похожа с тех пор, как вернулась из мини-отпуска. Обидел кто?

– Отвали, Том! – рявкнула, скидывая с плеч его руку. – Нечем заняться? Тогда отвези меня домой.

– Домой? Даже по стаканчику не пропустим?

– Нет настроения.

– О чём и речь, – он повернул меня к себе. – Что с тобой? Тебя словно подменили, подруга. Рычишь, кричишь…

– Ты закончил с нравоучениями?

Я посмотрела на Тома, оттолкнула его и собиралась стянуть накладные ресницы, когда в гримёрку вошли ещё двое. Саманта только что закончила танцевать, а Колин поманил меня к себе.

– Что?

– Тебя зовут на приват, – шепнул он.

– Какого хрена, Колин? – я округлила глаза. – Я не танцую отдельно для кого-то. И точка. Мы это обсуждали.

– Да, я сказал мужику, Рут, но он отвалил косарь баксов и сказал, что между вами будет что-то большее, только если сама попросишь.

– Что?

– Так он сказал. И мы пожали руки.

– Пожали руки?! Ну ты и мудак, Колин. Я не собираюсь танцевать перед всякими психами, сколько бы они не платили. Мало ли что он сказал тебе. Пошли к нему кого-то из давалок.

– Рут, – Колин поморщился. – От тебя слишком много шума в последние дни. Что не так?

– Всё о’кей.

– Тогда иди и отработай деньги! Если мужик начнёт распускать руки, позовёшь охрану. Сработаем чётко.

– Пошёл ты, Колин.

– Комната номер три, – он широко улыбнулся. – Это будут твои самые лёгкие деньги, детка. Жги.

Я закатила глаза к потолку, больше всего желая сжечь эту чёртову комнату и всех этих мужиков, начавших удивительно сильно раздражать тем, с какой радостью торгуют всем, за что платят. Даже мной.

Но спорить с Колином дальше было подобно заявлению на увольнение. Он хоть и лыбился, но – я видела – шутки кончились.

– Твою мать! – выпалила, обходя его. – Это в последний раз. Я не танцую приваты, Колин. И, если он тронет меня хоть пальцем…

– Мы отделаем его так, что никто не узнает, детка.

В третьей комнате был выключен свет и играла приглушённая музыка. Наглая морда, заказавшая меня для себя лично, сидела в тени, закинув ногу на ногу.

Я вошла, покачивая бёдрами и улыбаясь изо всех сил. Сделала музыку громче, встала у шеста и, обхватив его руками, медленно повела задом, оттопыривая его всё сильней. В такт мелодии. Затем, резко крутанувшись вокруг шеста, оказалась спиной к клиенту и стала приседать, вычерчивая попой восьмёрки. В какой-то момент поясницы коснулись горячие пальцы, трусики оттянулись, и… в них полетело нечто холодное!

– Какого хрена! – закричала я, подскочив. – Что там?!

В комнату ворвался Том. Морда кирпичом, кулаки наготове. Красавчик!

– Что случилось? – спросил он низким голосом, следуя к нам. Прихватив пульт, он выключил музыку.

Я сунула руку в трусы, принявшись шарить там, как ненормальная, с ужасом представляя самое плохое, что могло там оказаться.

– Этот гад кинул мне… – вынув на свет предмет, найденный в нижнем белье, я на миг охренела, а потом пробормотала: – кольцо с бриллиантом.

– Ты что, мать твою, себе позволяешь! – по привычке завёлся Том. – А ну… Стоп. Какие бриллианты?

Я протянула ему ладонь, Том присвистнул.

– А орала чего? – не понял он.

– Оно холодное, – ответила я на автомате. А потом резко повернулась и посмотрела на севшего ближе клиента.

Пол Коллинз!

Этот наглый, сволочной тип смотрел на меня своими бесстыжими глазами и ждал, что будет дальше.

– Зачем это?! – спросила я, показывая кольцо ему.

– Предлагаю тебе выйти за меня, – как ни в чём не бывало, ответил Пол.

– Засунь себе своё предложение знаешь куда?

– Знаю, – он улыбнулся. – Я туда и пытался засунуть, но тебе не понравилось.

– Ты думаешь, это смешно, Коллинз?!

– Думаю, это очень символично. Не на палец же тебе его было надевать? Это слишком банально для тебя. А я хочу, чтобы ты до самой старости с улыбкой вспоминала моё предложение.

– Ты меня совсем не знаешь.

– Я знаю о тебе всё. И видел тебя во всех позах. Хотя… тут вру, это надо поправить.

– Мне это не интересно, – я протянула ему кольцо. – Я не хочу замуж.

– Это помолвка, – беспечно отмахнулся он. – А свадьбу можно устроить хоть через год. Если к тому моменту я не потеряю к тебе интерес.

– Ты не потеряешь?! Совсем охамел? – я качнула головой, надула губы. – Ладно, я принимаю вызов, Коллинз. Попробуй мне не надоесть за этот год и тогда посмотрим…

– Э-э-э… Рут? – Том, о котором я успела забыть, топтался рядом со мной. – Так че делаем? Гнать его?

Я медленно покачала головой.

– Танцуешь дальше? – допытывался Том.

Я кивнула.

– О’кей, тогда извините. Развлекайтесь.

– И музыку верни, – не глядя на него, крикнула я.

Снова заиграла прежняя мелодия. Тихая, медленно набирающая обороты. И Пол поднялся, приблизившись ко мне. Обнял за талию, всматриваясь в глаза, и уточнил:

– Единственное «но» – моя невеста не может работать в стриптизе.

– Ставишь мне условие, Коллинз? – с вызовом спросила я.

– Делаю конструктивное, намного более выигрышное предложение. Танцуй и дальше, но только для меня, Рут. Иначе, клянусь, я сдохну от ревности. И тогда не смогу платить тебе за приваты.

– Ммм…

Я могла требовать с него что хотела и понимала это. Но, впервые в жизни, не хотелось ничего, кроме него самого. Надолго ли? Не знаю. Но мне нравилось то, что было между нами. Нравилось, что он нашёл меня. Охеренно нравилось то, как он сделал это глупое предложение…

Схватив его за галстук, притянула ближе и проговорила в самые губы:

– Принято, Коллинз. А платить будешь натурой.

Он улыбнулся, кивнул и впился губами в мои губы, жадно, горячо, так, как я и мечтала эти несколько дней во время нашего расставания.

– Уедем отсюда, – попросил до того, как всё зашло дальше.

– Да, – легко согласилась я, сама удивляясь внутреннему комфорту. С Коллинзом хотелось соглашаться. И идти за ним, куда скажет.

Эпилог

– Свадьба – отпад, – проговорил один из гостей, показывая Люциусу оттопыренный большой палец. – А на ваших клятвах моя даже разревелась. Начала спрашивать, когда у нас будет так же. Прикинь?

– А ты разве планировал? – удивился Люций.

– Да ни за что! – хохотнул его собеседник. – Я не пойму, как тебя раскрутили. Хотя Фай хороша, конечно.

– Она лучшая, – ответил Люц тоном, возражать которому не осмелились.

– А Пол говорит, что лучшая – его Рут, – вклинился в разговор второй мужчина, подошедший от барной стойки. – И кто прав?

– Тут у каждого правда своя, – я почувствовала, что муж улыбается. – Однажды и вам повезёт, парни.

– Да не дай бог! – откликнулся первый. – Им только дай волю, позови замуж! И начнётся. Влезет на шею, чтобы то и дело канючить: купи это, хочу то!

Я не стала больше стоять позади и, подойдя к мужу, обняла его со спины.

– О чём болтаете? – спросила с улыбкой.

– О всякой ерунде, – ответил Люц, обернувшись. Наши губы тут же встретились, а мужчины, говорившие с ним, сбежали.

– Нашла Рут? – спросил муж, заботливо поправляя бретельку моего платья.

– Да, она… отдыхает. Перебрала с шампанским.

– Разве она пила? – поразился Люц. – Когда только успела?

– Говорит, пила, – отозвалась я. – Иначе с чего бы её так мутило?

Мы переглянулись, и Люц удивлённо вскинул брови.

– Да ладно? – он мотнул головой. – Быть не может. Они ведь с Полом вечно цепляются друг к другу и вечно собираются разойтись.

– На словах – да, – подтвердила я, – а на деле у них всё прекрасно. Хотя Рут, кажется, даже себя пытается убедить, что всё дело в шампанском. В котором часу обещал приехать Пол?

– Уже должен, – ответил Люц, качая головой. – Он охренеет от такой новости. Не представляю Пола отцом.

– Почему?

– Ну, он… импульсивен и избалован. Любит жить на полную катушку.

– Как и Рут, – кивнула я. – Но дети меняют всех. Знаешь, всё-таки моя месть может воплотиться даже лучше, чем я мечтала, когда их познакомила. Я тут подумала… Представь, если у Пола родится дочь? Красивая, как Рут. И такая же безбашенная.

Люциус засмеялся:

– Это было бы… очень символично.

– Эй, молодожёны! – раздалось издалека.

Я обернулась на голос Пола и увидела его приближение. Высокий, красивый, в безупречно сидящем костюме, Коллинз выглядел идеально.

– Простите ещё раз, что не смог присутствовать на росписи. Сделка едва не сорвалась.

– Ничего, всё будет в записи, – усмехнулся Люц. – Увидишь позже, если захочешь.

– Отлично. А где Рут? – Пол покрутил головой, высматривая её в зале ресторана.

– Она в номере, наверху, – ответила я. – Отдыхает.

– От чего отдыхает? – нахмурился Пол. – Ей снова стало плохо?

Я кивнула:

– Голова закружилась. Скоро она спустится к нам, не волнуйся. А пока…

– Я поднимусь к ней, – перебил меня Пол. – Увидимся позже. Поздравляю вас! Подарок от нас с Рут у вас в гараже!

Он уже спешил к выходу из зала ресторана.

– Думаешь, они ещё долго не поймут? – спросил у меня Люц, обнимая за талию и целуя в висок. – Ну и остолоп же этот Пол!

Я посмотрела на любимого и уточнила:

– А ты бы сразу понял? Если бы я…

– Конечно, малыш, – он засмеялся. – Я ведь не идиот.

– Но мне перешивали платье перед самой свадьбой, – напомнила я.

– Потому что у тебя отличный аппетит. В этом нет ничего страшного, – подмигнул он. – Ты прекрасна в любом размере, Файнис. Хочешь, принесу тебе что-нибудь?

Я улыбнулась и кивнула, попросив:

– Анчоусы с клубникой, пожалуйста, внимательный ты мой.

* * *

Через семь с половиной месяцев, с разницей в несколько дней, у Пола и Рут родилась дочь, а у Люциуса и Файнис – сын. И не было более заботливых и любящих родителей, чем они.

Люциус от счастья усыпал их с Файнис дом цветами, а Пол… он купил ружьё и с самым серьёзным видом сказал, что пристрелит любого недоумка, посягнувшего на их с Рут дочь.

Конец

Content

Стелла Грей
Хочу тебя. И кофе…

Пролог

Эпилог