Сергей Куковякин, Наталья Куковякина

ИСТОРИЯ НАРОДНОЙ МЕДИЦИНЫ СЕВЕРО-ВОСТОКА ЕВРОПЕЙСКОЙ РОССИИ

Введение

Народная медицина – это методы оздоровления, профилактики, диагностики и лечения, основанные на опыте многих поколений людей и утвердившиеся в народных традициях. В России история народной медицины всегда рассматривалась как неотъемлемая составная часть отечественной истории медицины и здравоохранения. В последнее время во всем мире, как свидетельствует, в частности, официальный документ Всемирной организации здравоохранения "Стратегия ВОЗ в области народной медицины 2002–2005 гг.", народная медицина, являющаяся частью национальной культуры, привлекает к себе большой общественный интерес. Изучение ее исторического опыта важно еще и потому, что позволяет использовать знания, сформировавшиеся на протяжении многих веков.

В конце XVIII – начале XX века на северо-востоке Европейской России народная медицина была широко распространена и существовала наряду с приказной, затем и земской медициной; даже в наше время, во второй половине XX – начале XXI века, народную медицину здесь продолжают использовать. Между тем, исторический опыт сохранения и укрепления здоровья у народов, проживающих на северо-востоке Европейской России, до сих пор не был предметом специального исследования. Восполнение этого пробела будет способствовать воссозданию целостной картины истории медицины и здравоохранения этого региона.

Глава 1. Обзор литературы и источников

В ходе выполнения данной работы были изучены публикации историко-литературного и историко-библиографического характера, официальные документы, труды по отечественной истории медицины и общей истории России, публикации, содержащие сведения о народной медицине страны в целом и северо-восточного региона Европейской России в частности.

Все проанализированные публикации по теме исследования распределены на несколько групп, в зависимости от времени издания. В первую группу вошли работы XIX – начала XX века, во вторую – отечественные работы по изучаемому вопросу советского периода, в третью – публикации, отражающие современные представления о народной медицине.

Одновременно с этим, литературные источники группировались на работы, содержащие информацию об отечественной народной медицине в целом и на работы, характеризующие народную медицину исследуемого региона.

До 1917 года в России было опубликовано много исследований о народной медицине. Это были этнографические работы учителей, священников, семинаристов, земских врачей. Эти материалы, как правило, содержат довольно подробное описание данного аспекта образа жизни россиянина, но практически никогда не несут анализа приведенных сведений, а только констатируют факты. Вместе с тем, некоторые из указанных публикаций отождествляют народную медицину с невежеством, отсталостью российского народа. Это обусловлено борьбой государства и официальной медицины того времени с народной медициной. Так, в России с 1733 года было введено наказание за медицинскую практику без "дозволения Медицинской Коллегии" и народная медицина с указанной даты юридически рассматривалась как незаконное врачевание. В целом негативным было отношении к народной медицине также приказных и земских врачей, о чем, в частности, говорят материалы губернских съездов последних. Но, имеются работы и содержащие глубокий анализ народной медицины, обоснование ее методов лечения, выделение положительного опыта и предостережение от вредных и опасных способов народного целительства.

Отечественная народная медицина имеет многовековую историю. Ординарный профессор Казанского Императорского Университета Н.П. Загоскин в своей работе "Врачи и врачебное дело в старинной России" (1891) писал, что "русская народная медицина так же стара, как стара и историческая жизнь русского народа, корни ее уходят в глубину… языческой поры жизни нашего народа…". Нужно сказать, что врачеватели-язычники в Древней Руси считались служителями дьявола, волхвов и кудесников преследовали за зелейничество и ведовство вплоть до сожжения на костре. Так, в 1227 году в Новгороде духовенство предало огню четырех волхвов. [29 с. 427., 73 с. 4–5.]

С возникновением на Руси письменности появляются зелейники. В них описывались целебные свойства растений, даются советы о том, как лечить некоторые заболевания, в какие дни и как полезнее делать кровопускание, как пользоваться банями. Уместно отметить, что первое описание русской бани содержится еще в летописи Нестора (XI век), о бане же Н. М. Максимович-Амбодик в своей работе "Врачебное веществословие" (1783) писал, что "русская баня до сих пор считается незаменимым средством от многих болезней… во врачебной науке нет такого лекарства, которое равнялось бы силою… бане". С появлением в XV–XVI в.в. популярных медицинских книг – вертоградов, травников – содержание рукописных зелейников становится все более сложным, и они начинают носить название лечебников.

Социальную значимость отечественной народной медицины подчеркивает Н.П. Загоскин (1891). Он пишет, что "вплоть до второй половины XIX века народная медицина оставалась единственным доступным средством поддержания здоровья российского народа…".

З.Р. Аликова (2000) обоснованно отмечает, что рассмотрение отечественной народной медицины, как научной проблемы началось в ХIX веке. Глубокий и всесторонний анализ российской народной медицины содержится в работах В.Ф. Демича "Обзор материалов по русской народной медицине" (1891), "Легенды и поверья в русской народной медицине" (1899), "К вопросу о русской народной медицине" (1902) и др. Данный автор рассматривает представления россиян о причинах возникновения заболеваний, методы их лечения, говорит о преобладании в народном самоврачевании элементов суеверия. В.Ф. Демич, в частности, пишет, что"… народная медицина – это громадная куча, в которой толстый слой всякого вздора – результат невежества и суеверия, покрывает небольшие крупицы толковых, целесообразных средств, явившихся плодом здравого смысла, наблюдательности и многовекового опыта народа". В.Ф. Демич призывает"… просветить народ и привить ему любовь к разумной, научной медицине (а для этого необходимо – авт.)… прежде всего, поставить себе задачу знакомиться с особенностями народных взглядов на болезни и их лечение".

Обобщающей работой о народной медицине России является труд доктора медицины Г.И. Попова "Русская народно-бытовая медицина" (1903), написанный, как отмечает сам автор, по материалам этнографического бюро князя В.Н. Тенищева. Обработав огромное количество данных, Г.И. Попов объясняет народные представления о причинах болезней, приводит способы их лечения, профилактики. Кроме того, в работе содержится народная классификация и обозначения симптомов заболеваний, описана помощь в родах. Г.И. Попов в своей работе не только приводит методы и средства отечественной народной медицины, но и дает их народное обоснование, исходящее от воззрения на болезнь, анализирует их рациональность. Однако Г.И. Попов, давая обобщающую характеристику народной медицины России, недостаточно выделяет ее региональные особенности, это не является задачей его исследования.

Сведения о противоэпидемических мероприятиях в отечественной народной медицине содержатся в работе Н.Я. Новомбергского "Основы борьбы с эпидемиями в допетровской Руси" (1906). Данный автор сообщает об изоляции зараженных лиц, организации быстрого погребения умерших, дезинфекции помещений окуриванием и вымораживанием, о том, что во время эпидемий россияне для предохранения от болезней закрывали в своих домах окна и двери, о том, что умерший скот хоронили за деревней, причем "закапывали не мелко", шкуру с умерших животных не снимали, их мясо не продавали. Однако, сведений о народной гигиене рассмотренного в диссертации региона данный автор не приводит.

Наряду с работами, содержащими общую характеристику российской народной медицины, ряд публикаций рассматриваемого периода содержат отдельные, фрагментарные сведения об отечественном народном целительстве.

О применении в народной медицине России различных средств растительного происхождения в своих работах сообщают Ф. Белявский (1853), А.А. Антонов (1888), И.Я. Словцов (1891), А.А.Шахматов (1910), А. Макаренко (1913) и многие другие. Анализ данных публикаций показал, что россияне, проживающие в разных регионах Российской Империи, для лечения одного и того же заболевания использовали различные средства растительного происхождения. Так, В.Ф. Демич (1912) пишет, что при лечении укусов змей в Вятской губернии народные целители внутрь и наружно применяли норичник шишковатый, в Воронежской губернии – на рану накладывали траву сивец луговой, в Пермской – траву веронику. Публикации об использовании в отечественной народной медицине средств животного происхождения менее многочисленны. Так, Н.И. Кашин (1860) пишет, что в России при флегмонах пораженные воспалением части тела завертывали в шкуру зайца. В. Вербицкий (1870) сообщает, что россияне "при нарыве… привязывают размоченную змеиную кожу…". Г.М. Осокин (1905) приводит сведения о том, что в российской народной медицине медвежья желчь используется как лекарство при желудочных расстройствах. Г.С. Виноградов (1915) пишет, что "при грудных болезнях и кашле" русские крестьяне пили парное молоко с салом, "творогом вытягивали жар", сывороткой из-под простокваши мыли руки, "когда они обветривались", ею же мыли голову "от перхоти" и принимали ее внутрь при запорах. Имеются также сообщения об использовании как лекарств в отечественной народной медицине средств минерального происхождения. Так, М.М. Чашницкий (1883) пишет о народных методах лечения сифилиса сулемой и киноварью. Г.С. Виноградов (1915) сообщает об употреблении с лечебной целью меди: русские крестьяне ели стружку с медных монет с хлебом при переломах костей для ускорения заживления. С.Н. Мажников (1893) в своей работе пишет о применении в российской народной медицине такого средства минерального происхождения как железо. Он сообщает, что на Кубани ржавые железные предметы держали в квасной гуще в течение 10 дней, затем железо вынимали, а гущу кипятили и купали в ней золотушных детей. Вместе с тем, в вышеперечисленных работах практически не содержится сведений о народной медицине северо-востока Европейской России.

Д.Д. Плетнев (1915) сообщает о применении в российской народной медицине минеральных вод. Он, в частности, отмечает, что начало "применения минеральных вод (в России – авт.) относится к глубокой древности… задолго до каких-либо научных обоснований…".

Об использовании для лечения заболеваний отечественной народной медициной бани писал в 1856 году профессор П. Страхов. Он же приводит описание и других физиотерапевтических способов лечения в российской народной медицине – применении сухого и влажного тепла, компрессов. Доктор С.В. Мартынов (1905) в своей работе также сообщает о бане как "первом медицинском средстве от всех болезней" у русского крестьянина. О целебных свойствах русской бани пишет и профессор Н.Ф. Высоцкий (1911). И.Я. Неклепаев (1900) сообщает об использовании бани как средства лечения, но несколько своеобразным образом. Он пишет, что в Сургутском крае больной во время приступа лихорадки должен лежать в горячей черной бане. Данный метод основывается на вере в то, что если больной выдержит это испытание, то лихорадка разозлится и уйдет. Однако, вышеперечисленные авторы не приводят сведений об использовании русской бани для лечения заболеваний в народной медицине рассмотренного в диссертации региона.

О применении тепла в виде ванн в российской народной медицине сообщает Н.Г. Кондратовский (1892). Он пишет, что "при различного рода ломотных заболеваниях, ревматизме, желтухе… применялись как общие, так и местные ванны". Описывает данный автор и ванны из нагретых зерен злаков. Самой лучшей у россиян в описываемый Н.Г. Кондратовским период считалась ванна из нагретого проса. Вместе с тем, примеров использования тепла в виде ванн для лечения заболеваний на северо-востоке Европейской России данный автор не приводит.

Н.К. Герасимов (1898) на примере лечения болезней брюшной полости описывает оригинальный (широко применяемый и в изученном регионе) метод народной медицины называемый "горшком". Он же отмечает, что этот метод "часто причиняет большие страдания… и… очень вреден".

В данной группе работ имеются публикации и о лечении заболеваний хирургического профиля методами народной медицины. Так, Н.И. Кашин (1860) в своей работе описывает методы лечения вывихов и переломов в народной медицине Приаргунского края. Он отмечает, что "доморощенные операторы" с успехом используют для лечения переломов такой метод как иммобилизацию поврежденных конечностей. О российской народной хирургии пишут П.П. Чубинский (1872), Г.И. Попов (1903), Н.Ф. Высоцкий (1911). В работах упомянутых выше авторов имеются фрагментарные сведения и о народной хирургии северо-востока Европейской России.

Сведения о лечении россиян с помощью заговоров содержатся в работах В.Н. Добровольского (1891), В.Ф. Демича (1894), М.В. Красноженовой (1911). Вышеперечисленные и ряд других авторов сообщают о том, что данный способ лечения был распространен по всей территории России, но конкретных примеров по рассмотренному в диссертации региону они не приводят.

Роды, рождение ребенка занимали особое место в жизни россиян. Работы М. Забылина "Русский народ, его обычаи, обряды, суеверия и поэзия" (1880), В.Ф. Демича "Педиатрия у русского народа" (1891), М.В. Красноженовой "Материалы по народной медицине Енисейской губернии" (1911) содержат сведения о ведении родов в российской народной медицине и лечении акушерско-гинекологической патологии, но отдельно северо-восточный регион европейской России не рассматривают.

Ряд работ, опубликованных до 1917 года, содержит сведения и о народной медицине северо-востока Европейской России. Так, академик Карл Антон Майер (1848) приводит сведения о растениях, применяемых вятчанами для лечения различных заболеваний.

И. Лепехин (1780) и О.Е. Клер (1878) сообщают о средствах растительного происхождения, применявшихся в народной медицине коми-пермяков, проживавших в исследованном регионе.

В.М. Бехтерев (1880, 1900) в своих работах приводит сведения о народной медицине удмуртов, проживавших на северо-востоке Европейской России.

В публикации Н. Буша (1894) приводится классификация средств растительного происхождения, применявшихся в народной медицине Вятской губернии в XVIII–XIX веке. Вышеуказанный автор группирует их по принципу исцеляемых заболеваний – кровоочистительные средства, мочегонные средства, против кашля, против грудных болезней.

Об использовании для лечения жителями Вятской губернии средств растительного происхождения сообщает Н.Н. Блинов (1867, 1910).

Сведения о знахарстве в Вятской губернии содержатся в работах Г. Верещагина "О народных средствах врачевания в связи с поверьями" (1898), "Знахарство в Вятской губернии" (1909), где автор пишет, что "под знахарством вятчане разумевают не только колдовство, ворожбу или другого рода знания науки таинственной, но и лечение травами и различными снадобьями". Необходимо отметить, что в ряде мест Вятской губернии знахарей называли еретиками. Такое название не встречается больше ни в одной губернии России.

А. Комаровских в своей работе "Знахарство в Орловском уезде" (1897) дает определение "еретика" – это человек, в совершенстве изучивший знахарство и продавший душу дьяволу. Знахарь же, по словам Д.К. Зеленина ("Кока и бука" (1904)), это не колдун, ему известны только заговоры и целебные травы, он выполняет функцию врачующего, связей с нечистой силой у него нет".

Описание обрядов, практиковавшихся в народной медицине северо-востока Европейской России, содержатся в работах В.К. Магницкого ("Поверья и обряды в Уржумском уезде Вятской губернии" (1883)), М.И. Осокина ("Народный быт в Северо-Восточной России" (1857)), Н.А. Рогова ("Материалы для описания быта пермяков" (1860)), А.Л. Полушкиной ("Поверия, обряды и обычаи при рождении, браке и смерти крестьян Слободского уезда Вятской губернии" (1892)). Вятский губернский земский санитарный врач А. Радаков в "Сборнике медико-топографических и санитарных сведений Вятской губернии" (1878) сообщает о родах и воспитании новорожденного в Вятском уезде одноименной губернии. Д.К. Зеленин в работе "Кока и бука" (1904) описывает вятский праздник троециплятницу, связанный с родильной обрядностью.

Ко второй группе литературных источников отнесены работы, написанные в советский период. В это время законодательное обеспечение медицинской деятельности было весьма ограничено и исчерпывалось "Основами законодательства СССР и союзных республик о здравоохранении" (1961) и законом РСФСР "О здравоохранении" (1971). Анализ этих документов позволяет сказать о том, что народная медицина рассматривалась в советский период как незаконное врачевание. Поэтому большинство публикаций данного периода рассматривают отечественную народную медицину как "нашептывание суеверных старух и лечение ран паутинкой", имеют описательный, иллюстративный характер, страдают фрагментарностью, но среди них имеются и исследования, проведенные на высоком научном уровне. Необходимо отметить работы В.Ф. Груздева (1922, 1946), содержащие глубокий анализ отечественной народной медицины, проанализировавшего русские рукописные лечебники, П.А. Городцова (1924), описавшего взгляды крестьян и знахарей на происхождение и формы сибирской язвы, Т.Я. Ткачева (1925), изучавшего народную медицину Воронежской губернии. Б.Н. Городнов в работе "Краткий очерк населения крайнего северо-востока Западной Сибири" (1926) пишет о народной медицине ненцев. Он, в частности, сообщает, что они применяли для исцеления средства растительного происхождения (березовый гриб чагу, багульник), животного происхождения (гусиный и медвежий жир при обморожениях и ожогах, медвежью желчь при глазных и внутренних болезнях), при переломах принимали внутрь медную стружку. С.Ф. Гущина (1925), А.П. Левчук (1929), Л.А. Уткина (1931) опубликовали сведения о применении в отечественной народной медицине средств растительного происхождения. Однако, данные авторы не рассматривали народную медицину северо-востока Европейской России.

Во второй половине XX века количество работ по народной медицине России стало увеличиваться, но они, в своем большинстве, не давали ее всесторонней картины. Наиболее многочисленными были работы об использовании для лечения средств растительного происхождения (П.П. Голышенков (1966), В. Петнев (1976), П.С. Чиков (1976), А.Ф. Галикерман (1976), И.Э. Акопов (1981), С.Е. Шпиленя и С.И. Иванов (1983), М.Я. Ловкова (1989), С.Я. Соколов, И.П. Замотаев (1990) и др.). Об использовании в отечественной народной медицине средств животного происхождения сообщали К.А. Кузьмина (1981), о применении физиотерапевтических методов лечения, в первую очередь русской бани, писал А.В. Галицкий (1986). Л.Н. Сурнина с соавторами (1976) в своем исследовании приводит сведения о народной гигиене ненцев. Она, в частности, пишет, что они, приближаясь к чужому стойбищу, пытались разузнать, нет ли там больных людей, а при заболевании одного из членов рода оспой, оставляли его одного, снабдив всем необходимым. А.Л. Биркенгор (1972) упоминает о применении якутами при ушибах и травмах льда и снега, лечении ран с помощью прижиганий. Г.М. Данишевский (1968) и Г. Райт (1974) также в своих работах сообщали о знахарстве. Вместе с тем, указанные работы не содержат сведений о народной медицине рассмотренного в диссертации региона.

Работой данного периода, несущей обобщающие сведения о народной медицине России XIX и XX века является монография М.Д. Торен (1894–1974) "Русская народная медицина XIX – начала XX в.в.", над которой автор работала с 20-х и до начала 60-х годов XX века. М.Д. Торен анализирует множество публикаций о народной медицине России XIX – начала XX века, приводит собственные наблюдения. Указанная монография содержит сведения о применении с целью лечения средств растительного, животного и минерального происхождения, физиотерапевтических методов лечения, психотерапевтического воздействия, народные представления о возникновении заболеваний, народную медицинскую терминологию. Не принижая значение данной работы, необходимо сказать о том, что она практически не содержит сведений о народной медицине северо-востока Европейской России.

Заслуживает внимания работа И. Болотовского (1953), несущая сведения о народной медицине территорий, граничащих с северо-восточным регионом Европейской России. Автор в 1951–1952 г.г. опросил 14 народных целителей, практиковавших на территориях Татарской и Чувашской АССР. В результате исследования установлено, что наиболее часто они использовали для целительства средства растительного происхождения (трифоль, майская полынь, крапива, лук, брусничная трава, белена, чай из бузины, листья табака, бессмертник, зверобой, дубовая кора…), несколько реже – средства животного происхождения – молочные продукты, средства минерального происхождения (глина, земля). Указанный выше автор также сообщает об использовании тепловых процедур при простудных заболеваниях, меда – при остановке кровотечения из ран.

Г.А. Алексеев (1972) исследовал чувашскую народную медицину. Он, в частности, сообщает, что народной медициной у чувашей чаще занимались женщины, но были и врачеватели – мужчины. Последние удаляли зубы, делали кровопускания, разрезы, прижигания ран. Народные чувашские целители при кровотечениях перевязывали поврежденную конечность выше ранения, рану обрабатывали раствором соли, прижигали раскаленным железом, а затем на нее накладывали мох или листья, травы. При вывихах чуваши распаривали конечность, растирали ее жиром или мыльной водой. При переломах, пострадавших поили сначала раствором белены или дурмана, по возможности сопоставляли отломки, конечность обмазывали глиной, накладывали шину из липовой коры и туго завязывали тесьмой. При переломах, кроме того, назначали постельный режим. При укусах змей выше раны накладывали жгут, высасывали яд, затем конечность подвешивали – "чтобы опухоль не шла выше". Мозоли распаривали горячей водой, после чего срезали острым ножом. На свежие раны чувашские народные целители накладывали тертую редьку, крапиву, заячью капусту. Бородавки выводили конским потом и соком чистотела. Практиковалось в чувашской народной медицине и вправление грыж, после чего носили тугую повязку из полотенца. При врачевании чувашские знахари пользовались специальными предметами – гусиным пером смазывали тело жиром, из мочевого пузыря животных делали пузыри для горячей воды или льда, из конского волоса – защитные очки; компрессы, как правило, делались из овечьей шерсти.

П.И. Василенко (1987) изучавший народную медицину севера России, пишет, что ненцы при кашле употребляют настой багульника болотного, плоды морошки – как потогонное средство, голубика используется ими для разжижения мокроты, песцовым, медвежьим и собачьим жиром ненецкие народные целители растирают грудь и спину при простудных заболеваниях. Желчь оленя или медведя используется ими при сильном кашле, при болях в груди – применяется горячая зола, насыпанная в кожаный мешочек, который и прикладывается к груди. При болях в суставах ненцами накладываются компрессы с медвежьей желчью. Тот же автор сообщает о применении ненцами суховоздушных ванн – нагретый камень они помещали в котел с водой и над паром прогревали больную конечность. П.И. Василенко (1987) также пишет, что ненцы никогда не засыпали раны землей, что встречается в народной медицине других народов, так как по их поверьям в земле живут черви, которые вызывают различные заболевания. Ненецкими народными целителями практиковалось промывание ран мочой, отваром табака или хвоей деревьев.

Анализ приведенных выше литературных источников позволяет сказать о том, что даже в XX веке народная медицина различных регионов России продолжает иметь свои особенности, и нельзя не согласиться с Г.В. Архангельским (1985) который пишет, что "народная медицина является обыденной культурой региона, района, страны, отражение сознания людей этих мест".

В конце советского периода появляются работы, содержащие анализ рациональности средств отечественной народной медицины и возможности их применения в научной медицине. Так, Н.Ф. Данилевский с соавторами (1984), А.И. Марченко с соавторами (1989) описывают лекарственные растения, применяемые в народной медицине и стоматологии, патогенетически обосновывают применение препаратов из растений для лечения заболеваний слизистой оболочки рта, пародонта и зубов. Д.И. Бенедиктов с соавторами (1985) пишут об использовании средств растительного происхождения, почерпнутых из народной медицины, для лечения гинекологической патологии. Т.В. Зинченко с соавторами (1989) приводят сведения об использовании в лечении заболеваний терапевтического профиля средств растительного происхождения. Не принижая значение данных работ необходимо сказать, что анализ народной медицины рассмотренного в диссертации региона в них не проводился.

Изучение работ историко-литературного и историко-библиографического характера, трудов по отечественной истории медицины и общей истории советского периода показало, что в данное время специальных исследований народной медицины северо-востока Европейской России не проводилось, отдельные, фрагментарные сведения по изучаемому вопросу имеются в работах В.Н. Потапенко (1967), И.А. Шабалиной (1975), К.К. Полуяхтова (1981), В.Ф. Кнельц (1983), Е.Н. Луппова и Н.Я. Новоселова (1984), А.И. Подымова и Ю.Д. Суслова (1990).

В третью группу отнесены публикации, отражающие современное представление о народной медицине. Прежде всего, нужно отметить, что сегодня, как пишет Ю.П. Лисицин (2004), народная медицина признана, ее необходимо изучать, "… а было время, когда она отвергалась, объявлялась вредной, противоречащей научной…, ее представители не признавались и даже преследовались…". О необходимости изучения народной медицины также говорится в резолюции II съезда Конфедерации историков медицины (международной), проходившего в Москве 14–17 мая 2003 года. Вместе с тем, история народной медицины всегда рассматривалась ведущими отечественными историками медицины как составная часть общей истории медицины и здравоохранения (И.Д. Страшун (1936), Б.Д. Петров (1962, 1990), Т.С. Сорокина (1994), М.Б. Мирский (1995), Ю.П. Лисицин (2004)).

В исследованиях последних лет, в т. ч. диссертационных, выполненных под руководством профессора М.Б. Мирского в отделе истории медицины Национального научно-исследовательского института общественного здоровья, содержится анализ народной медицины русских, удмуртов, татар, марийцев, казахов, коми-пермяков и других народов России (Н.А. Ефимова (1991), З.Р. Аликова (1991, 2000), С.Х. Душманов (1992), О.А. Мальцева (1995), О.А. Братухина (2003), Яхъяева З.И. (2007) и др.), но всесторонней картины народной медицины северо-восточного региона Европейской России они не дают, т. к. это не являлось целью указанных выше авторов.

Ряд работ посвящен отдельным аспектам отечественной народной медицины. Так, сведения о применении в народной медицине средств растительного происхождения сообщают А.А. Белик (1990), С.Я. Соколов и И.П. Замотаев (1990), А.Ф. Гаммерман (1990), А.М. Задорожный с соавторами (1992), В.П. Махлаюк (1992), В.С. Ягодка (1992), В.И. Завражная (1994), Т.И. Смертина (1994), Н.П. Цинкина и Н.В. Цинкина (1994), Л. Ким (1995), В.Ф. Корсин (1995), Б.Н. Гажев с соавторами (1995), К.И. Бендер (1998), А.В. Истомин (2000) и другие. Об использовании в народной медицине средств животного происхождения пишет А.Н. Лызин (1992), продуктов пчеловодства – В.Ф. Татаринов (1992). Физиотерапевтическим способам лечения в русской народной медицине посвящены публикации Я.Р. Рывкина (1992), К.А. Кафарова (1992). Однако, народная медицина северо-востока Европейской России данными авторами не изучалась.

Анализ публикаций последних лет показал, что некоторые из них содержат, к сожалению, только фрагментарные сведения о народной медицине северо-восточного региона Европейской России. Так, В.И. Харитонова (1992) в своей работе сообщает о народных целителях Вятского края. Г.А. Корнишина (1995) пишет о ритуальных действиях по предотвращению заболеваний и смерти, практиковавшихся финно-угорскими народами, проживавшими на территории исследуемого региона. В.А. Ивченко (1991) в своей публикации приводит примеры из народной гигиены вятских крестьян.

А.А. Иванова (1994) в своей работе пишет о том, что заговорное искусство как метод лечения было широко распространено в XIX веке по всей территории Вятской губернии. Ю.М. Киселева (1992) сообщает, что эта традиция сохраняется и сегодня. В публикации А. Вылегжанина "Вятский фольклор" (1994) приводятся тексты заговоров, используемых для лечения с давних времен на территории Вятского края. Данное исследование содержит заговоры от грыжи, крика, родимца, бессонницы, испуга, ушиба, ожога, укуса змеи, рака, пьянства, тоски, костоеда. Л.В. Фадеева (1994) анализирует религиозно-христианские начала в вятских заговорах. Она, в частности, пишет, что Богородица, по представлениям вятчан, является наиболее сильной целительницей в области детских болезней и помощницей при осложненных родах: Богородица хранит золотые ключи от ворот, через которые младенец должен войти в жизнь; к ней жители региона обращаются с просьбой исцелить испуг, родимчик, сглаз; помогает она и при болезнях взрослых – роже, порче.

Анализ ряда публикаций позволяет осветить отдельные аспекты народной гигиены северо-востока Европейской России. Это работы А.А.Ивановой (1995), В.К.Семибратова (1998), И.Г.Семеновой (1998), Э.Г.Киселевой (1998), И.Ю.Трушковой (1998), В.А.Поздеева (1998).

В диссертационном исследовании О.А. Братухиной (2003) содержатся сведения о лечении гинекологических заболеваний и помощи при родах в народной медицине северо-востока Европейской России в XIX – начале XX века. Е.В. Старкова с соавторами (2003) сообщают о лечении психических расстройств в народной медицине Вятской губернии в XIX веке.

Таким образом, проведенный анализ историко-медицинской литературы дает основание утверждать, что до настоящего времени народная медицина северо-восточного региона Европейской России не была предметом специального историко-медицинского исследования.

Характеристика источников

При написании работы были использованы архивные материалы, часть из которых впервые вводится в научный оборот. В Государственном архиве Кировской области (ГАКО) изучены фонды Приказа общественного призрения, канцелярии Вятского губернатора, губернского правления, фонды губернской и уездных земских управ, журналы заседаний медицинских обществ, годовые отчеты о медицине, материалы губернских съездов земских врачей, отчеты уездных больниц. В Российском государственном историческом архиве (РГИА) изучены материалы, характеризующие медицинскую помощь населению (научную и народно-медицинскую) в период земского самоуправления в России в целом и в изучаемом регионе в частности. Непосредственно в работе использовано 25 дел из 10 фондов ГАКО и РГИА.

В фонде 170 ГАКО (оп.1.д.126) содержатся этнографические записки о представлениях вятских удмуртов о причинах возникновения заболеваний, а также методах и средствах их народной медицины в XIX веке.

В фонде 574 ГАКО содержатся отчеты врачей и чиновников Вятской губернии XIX века о народном врачевании удмуртов с помощью средств растительного происхождения (оп.8.д.7), о родовспоможении в народной медицине Слободского уезда Вятской губернии в 50-е годы XIX века, взглядах вятчан на причины возникновения болезней в середине XIX века (оп.8.д.11), сведения о представлениях коми-пермяков о причинах заболеваний (оп.8.д.20), материалы об отношении жителей региона к знахарям и знахарству (оп.8.д.51), сведения о представлениях уржумских черемисов о причинах возникновения заболеваний в 60-е годы XIX века, а также об обрядах, которыми у них сопровождались роды в указанное выше время (оп.8.д.69).

В фонде 633 ГАКО (оп.1.д.119, оп.1.д.267, оп.1.д.317) содержатся сведения о медицинской помощи в период существования Приказа общественного призрения в Вятской губернии.

В фондах 582 (оп.131.д.9), 583 (оп.447.д.278, оп.607.д.203, оп.607.д.215), 587 (оп.19.д.76), 616 (оп.1.д.1, оп.1.д.44), 634 (оп.1.д.9) ГАКО содержатся материалы о медицинской помощи в Вятской губернии в период земского самоуправления.

В фондах 515 (оп.7.д.1938) и 1288 (оп.3.1.д.143) РГИА содержатся материалы, характеризующие медицинскую помощь в России в период земского самоуправления.

Изученные архивные материалы дополняют опубликованные сведения о народной медицине северо-восточного региона Европейской России, их анализ позволяет сказать о том, что в XIX – начале XX века значительный объем помощи при заболевании и при родовспоможении население региона получало у народных целителей. Архивные материалы помогают многопланово рассмотреть избранную проблему, решить задачи и достичь цели данного исследования.

Еще одним источником при проведении данного исследования явились сведения о народном целительстве, полученные от лиц, практикующих народную медицину в северо-восточном регионе Европейской России или являющихся носителями сведений о ней. В 1996–2004 годах по специально разработанной программе на территориях Кировской области, Республики Коми и Республики Марий – Эл было опрошено 133 респондента. Программа сбора материала включила вопросы о представлениях о причинах возникновения заболеваний, народной медицинской терминологии, профилактике заболеваний, лечении заговорами, средствами растительного, животного и минерального происхождения, использование физиотерапевтических методов. В 2006 году по специально разработанной программе было опрошено 200 жителей изучаемого региона. Программа сбора материала включала вопросы о том, используют ли они в настоящее время для лечения и профилактики заболеваний методы народной медицины, каковы причины для применения средств и методов народной медицины для профилактики и лечения заболеваний, каковы источники сведений о методах и средствах народной медицины и обратились бы они к народной медицине, если бы у них была возможность воспользоваться высококвалифицированной медицинской помощью. Полученные сведения дополняют имеющуюся в литературных и архивных источниках информацию о народной медицине северо-восточного региона Европейской России, дают возможность для проведения сопоставительного анализа народных методов лечения во времени, характеризуют народную медицину в различные исторические периоды.

Кроме того, в ходе данной работы было изучено отношение врачей региона к народной медицине. В 2004 году было опрошено по специально разработанной программе 287 врачей из Кировской области, Республики Коми и Республики Марий – Эл. Программа сбора материала включала в себя вопросы об их отношении к народной медицине, использовании в работе методов, заимствованных из народной медицины, использовании в ЛПУ, где работает данный врач, методов народной медицины, о знахарстве, практикуемом в районе обслуживания их ЛПУ.

Таким образом, проблема, которой посвящена настоящая монография, не служила ранее предметом специального историко-медицинского исследования. Проанализированные публикации в своем большинстве являются сегодня историко-медицинской классикой и сведения, содержащиеся в них, включены в данную работу.

Глава 2. Представления о здоровье и болезни у населения северо-восточного региона Европейской России

2.1. Краткая историко-этнографическая характеристика северо-восточного региона Европейской России

Современная территория северо-востока Европейской России – это место, где происходил процесс формирования (этногенез) автохтонного (местного) населения коми, мари, удмуртов. [205 c. 58.]

В бассейне реки Вятки люди стали селиться в первой половине VII тысячелетия до н. э. По археологической периодизации – это эпоха мезолита среднего каменного века. Население региона в это время состояло из немногочисленных групп охотников-собирателей. [181 c.11.]

В мезолитический период складывается прафинноугорская этнолингвистическая общность. Позднее, в раннем железном веке (VIII в. до н. э. – III в. н. э.) происходит становление этносов коми, марийцев и удмуртов, археологически представленных последовательно сменяющимися ананьинской и пьяноборской культурно-историческими общностями. В III–IV в. н. э. в эпоху "великого переселения народов" под воздействием кочевых племен в исследованном регионе складывается азелинская культура. Вероятно, именно эти кочевники дали некоторую лапоноидность (монголоидность) к антропологическому типу марийцев и удмуртов. [45 c.6.]

Территория средней и нижней Вятки была тем географическим центром, откуда происходили мощные основополагающие этногенетические импульсы, приведшие к становлению марийского и удмуртского этносов. Этногенез общекоми происходил из того же источника. На рубеже I и II тысячетилетий н. э. этногенез протомарийцев, коми и удмуртов завершается. [205 c.60,65.]

Русская колонизация северо-востока Европейской России началась в XI – начале XIII века. Из летописей известно, что в 1181 году отряд новгородцев овладел удмуртским городком Болваном, стоявшим на правом берегу Вятки близ впадения в нее Чепцы. Захватили новгородцы и марийский городок Кокшаров, переименовав его в Котельнич. Позднее ими же был основан и Хлынов (сегодня Киров – авт.). Русская колонизация сначала не носила массового характера. Более широкий размах она приобрела после монголо-татарского нашествия, когда русские устремились на север, чтобы избежать насилий и разорения со стороны золотоордынских захватчиков. Вследствие этого во второй половине XIII – первой половине XIV века в регионе появляется сравнительно много русских поселений, основанных выходцами из Новгородской, Устюжской, Суздальской и Нижегородской земель. Русские расселялись на свободных землях по соседству с марийцами и удмуртами. Но значительная часть нерусских племен под давлением русской колонизации постепенно отходила на юг и восток, предоставляя русским территорию по средней Вятке, Моломе и Чепце. [212 c. 14–15.]

К XVII веку в регионе проживало смешанное русское население, главными компонентами которого были двиняне, новгородцы, суздальцы, нижегородцы, устюжане, москвичи, образовавшие в совокупности местное русское население, получившие наименование – вятчане. Одновременно там же жило и коренное нерусское население – марийцы, удмурты, татары, чуваши, коми и другие фино-угорские и тюркские народности. Все они вносили свой вклад в материальную и духовную культуру региона. Культурному своеобразию региона в то время способствовала также и отдаленность от Москвы и других центров России. [213 c.67.]

После губернской реформы 1708–1710 г.г. территория исследуемого региона вошла в состав Сибирской, Казанской и Архангелогородской губерний. В 1719 году из Сибирской губернии была выделена Вятская провинция, в 1780 году было создано Вятское наместничество, куда вошли Вятская провинция и часть территории Казанской провинции. В 1796 году Вятское наместничество было преобразовано в Вятскую губернию.

Как и раньше, в конце XVIII века северо-восток Европейской России оставался аграрным краем. Плотность населения была низкой, преобладало сельское население, подавляющее большинство которого составляли крестьяне. По национальному составу население было смешанным: большинство составляли русские (примерно 80 %), остальные – удмурты, татары, марийцы, бесермяне, тептяри и другие народности. [214 c.110.]

Культура жизни населения края и в конце XVIII века продолжала оставаться патриархальной – "… царила… отсталость, и ростки просвещения едва пробивались сквозь толщу старого, векового уклада жизни…". [214 c.121.]

В принявшей христианство России церковь вела борьбу с языческими праздниками, обрядами, верованиями. Но долгое время никакие проповеди и гонения не могли заставить многонациональное население региона отказаться от старых обычаев и обрядов. Даже попытка церкви заменить народный календарь месяцесловом, в котором каждый день был посвящен какому-то святому, привела к появлению в крае народно-бытовых святцев, в которых все заботы о погоде, здоровье и хозяйстве были распределены между отдельными святыми. В культуре региона продолжали существовать очень древние архаические формы мышления, многие обряды сохраняли заклинательные и гадательные функции. [78 c.292.]

В XIX веке территория Вятской губернии была основной частью Северо-восточного земледельческого региона России, связующим звеном между центром страны, Уралом, русским Севером и Поволжьем. Она продолжала оставаться "крестьянским царством", характеризовалось низкой плотностью населения, огромными территориями, многонациональностью. Так, в 1870 году в губернии проживало"… русских… 1922507 душ обоего пола, вотяки (удмурты) – 219312 душ обоего пола, черемисы (марийцы) – 100606 душ обоего пола…". [222 л.5,11,15,17.]

По данным Всероссийской переписи 1897 года в Вятской губернии насчитывалось 304 волости, 23 тысячи селений, в которых было 482 тысячи крестьянских хозяйств, проживало 3.030.831 человек, из них 77 % составляли русские, 12 % – удмурты, 5 % – мари. В городах жило до 5 % населения, большая часть жителей губернии занималась чрезвычайно медленно эволюционирующим сельским хозяйством с преобладанием мелкого крестьянского хозяйства, основанного на семейной кооперации.

Даже в начале XX века население северо-востока Европейской России продолжало во многом сохранять архаичность мышления, у фино-угров практиковались языческие культы, сохранялась вера в духов Керемета, Шайтана, Кутыся, Чера, Чумбулата… Русские верили в духа Огненного Змея.

27 мая 1920 года была образована Татарская автономная республика, в состав которой вошел ряд волостей Малмыжского и Елабужского уездов Вятской губернии. В том же году были образованы Марийская и Вотская автономные области. От Вятской губернии к первой из них отошел ряд волостей и селений Уржумского и Яранского уездов, вторая создалась из волостей Глазовского, Сарапульского, Елабужского и Малмыжского уездов. И только еще после ряда административно-территориальных делений свои современные границы Кировская область приобрела в 1936 году.

Рис. 1. Карта Вятской губернии.

В настоящее время основными административными территориями северо-востока Европейской России являются Кировская область, республики Марий-Эл, Коми, Удмуртия, подавляющее большинство населения которых составляют русские, удмурты, марийцы, коми, продолжающие сохранять и развивать свои самобытные культуры в том числе и в области народной медицины.

Рис. 2. Европейская часть Российской Федерации.

2.2. Динамика представлений населения северо-восточного региона Европейской России о причинах возникновения и прогнозе заболеваний

Анализ литературных и архивных источников, а также материалы, полученные в ходе исследования позволяют сказать о том, что под здоровьем в рассматриваемом регионе, как правило, понимается отсутствие соматических заболеваний, уродств, психических расстройств, физическая сила и выносливость, а также активное долголетие.

Работы этнографов, краеведов и историко-медицинские публикации дают представление о причинах болезней в понимании жителей северо-восточного региона XIX – начала XX века.

Причины возникновения заболеваний в представлении жителей региона в указанный выше период можно разделить на: 1) естественные – болезнь вследствие старости, недостаточного питания, физического перенапряжения, охлаждения; и 2) сверхъестественные – болезнь вследствие воздействия злого духа, из-за порчи, сглаза, урочения, нарушения традиций, запретов. Архаичность мышления, сохранение в рассматриваемый период в регионе у большей части населения мистических представлений способствовали преобладанию во взглядах на болезнь второй группы причин.

Жители северо-востока Европейской России верили, что в течение жизни человек теряет силы и вследствие этого в старости болеет, а затем и умирает.

Следующая причина болезней определялась как недостаточное питание. Считалось, что особенно важно хорошо кормить ребенка, иначе он не вырастет в здорового взрослого. Крестьяне Котельнического и Орловского уездов Вятской губернии в XIX веке были убеждены в том, что для того чтобы ребенок рос здоровым и не болел, материнского молока ему не достаточно. Поэтому они начинали давать ему добавочное питание с первых дней жизни, гораздо реже со 2-й недели. Зажиточные крестьяне употребляли с этой целью жеваные или толченые баранки, крендели с сахаром или пшеничный хлеб, а среднезажиточные и бедняки – жеваный черный хлеб с солью. В г. Орлове Вятской губернии в конце XIX века ребенка начинали подкармливать через месяц после его рождения сваренными на молоке или воде кашами из пшенной, гречневой или ржаной муки и толокном, а с полугода в его меню зачастую входили уже такие продукты как жеваный картофель, квас и даже жеваные огурцы. Не менее важным в регионе считалось хорошо питаться и взрослым. Отсутствие аппетита воспринималось не только как симптом, но и как причина болезни и снижения работоспособности у взрослого. [166 с.282.]

Жизнь крестьянина на северо-востоке Европейской России была неразрывно связана с тяжелым физическим трудом. От этой причины, что определялось как "от надсады", "от наджады", "сорвал с пупа", "с подъема", "надорвался", по мнению жителей региона, возникали такие заболевания как боль в поясничной области ("поясничный удар", "отнялась поясница"), болезни органов брюшной полости, суставов, "ломота" и боли в конечностях, грыжи. В Вятской губернии в XIX веке считалось, что "от натуги" возникают желудочно-кишечные расстройства, рвота, понос, запор, желтуха. [166 с.293.]

Анализ изученных материалов позволяет сделать вывод о том, что жители региона верили, что многие болезни возникают "от простуды". Если человек "озяб", "простыл", то он может заболеть. Недаром слово "околел" у вятчан имеет два значения – замерзнуть и умереть. Простудой объяснялось возникновение таких заболеваний как ревматизм, перемежающаяся лихорадка, тифы, заболевания легких, а также гонорея и сифилис. Для того чтобы заболеть всеми вышеперечисленными болезнями нужно непременно простыть, т. е. испытать общее чувство холода. И наоборот, "если в организм вошел жар", по мнению жителей региона, могут возникнуть "нарывы, рожа и флегмоны". [166 с.292.]

Следующей причиной болезней в регионе считали холодную воду. Считалось, что питье холодной воды очень вредно, особенно, после того как человек "согрелся" после физической работы или пришел "с улицы домой". Е.Е. Котова (1919 г. р., Белохолуницкий район Кировской области) определяет эту причину, как "хватил холодного". Не менее вредно, по мнению жителей региона и наружное воздействие холодной воды – промочил ноги на работе, попал под холодный дождь и вследствие этого заболел.

Очень часто причина болезни на северо-востоке Европейской России определяется как "продуло", т. е. от воздействия ветра, как правило, холодного. Иногда как причина болезни выступает не сам ветер, а он служит только ее переносчиком. "Перейти", по мнению вятчан, болезнь может и просто по воздуху. Крестьяне Сарапульского уезда Вятской губернии в XIX веке считали, что "падучую болезнь" можно получить "находясь рядом с больным и пропитавшись его дыханием". Согласно верованиям жителей региона, вследствие необъяснимых причин ветер может стать "дурным". Дурным ветром крестьяне Сарапульского уезда Вятской губернии в XIX веке объясняли многие инфекционные заболевания. Уместно отметить, что болезнь, принявшая характер эпидемии, в регионе определялась как "поветрие". По мнению жителей региона, "дурной" может стать не только ветер, но и роса. Так, от дурной росы, попавшей на плоды и овощи, по мнению сарапульских крестьян (Вятская губерния) может возникнуть холера. Они также считали, что "повальные болезни (эпидемические заболевания – авт.) переносит какая-то муха или мошка, от которой никак нельзя оборониться". Некоторые болезни в регионе объяснялись тем, что у человека "дурная кровь". Эта причина могла вызвать головную боль, "чирьи", "ломоту тела". [166 с. 292–293.]

Вятские крестьяне в XIX веке верили в то, что человек может заболеть лихорадкой, если в него войдут злые духи Комуха или Лихоманка, что злой дух Мерек может "согнуть людей". Вятчане думали, что в бане живет нечистый дух Банник. Он может погубить или подменить младенца, и молодым матерям не рекомендовалось оставлять их одних в бане. [134 с.2.]

Похожие верования имелись и у коми. Они считали, что заболевания могут вызывать домовые (олыся), банные (пывсян айка), водяные (авса) и лешие (ворса). По народным верованиям, они могли подменить ребенка, как во время его внутриутробного развития, так и после рождения, подложив вместо здорового человеческого младенца своего или деревянную чурку. Как правило, подменой объясняли рождение неполноценных, с явными физическими или психическими недостатками детей. Описание наружности, поведения "подмененных", процесса подмены имеются в многочисленных быличках, записанных в Республике Коми. Так, Г.В. Габова (с. Усть-Кулом Республики Коми) рассказывает: "Подменных детей я сама видела: человек как человек, но голова большая, тело маленькое, лицо некрасивое. Ел много, а ни ходить, ни говорить не умел. А еще рассказывали когда-то: на конце деревни жила женщина. Пошла она в баню дочку новорожденную мыть, да забыла пеленку дома. Оставила девочку она на лавке, а сама в дом пошла. В это время пывсян айка и подменила ребенка. Женщина подмены не заметила, попарила дочку, унесла в дом и положила в колыбель. Так 18 лет и пролежал ребенок в колыбели – ел, пил, но ни ходить, ни говорить не научился. [79 с. 40–42.]

В Сарапульском уезде Вятской губернии в XIX веке считалось, что лихорадки насылаются на людей сатаною. Количество их чаще всего равно 12 (от 12 дочерей царя Ирода, поглощенных землей у могилы Иоанна Предтечи), но может варьировать и от 7 до 40. Назывались лихорадки по именам: Ломиха, Огниха, Трясовица, Желтяница, Горчиха, Бессонница. Бытовало мнение, что живут лихорадки повсеместно, иногда "прямо накидываются на людей, кто только попадется под руку", но чаще "забирают" тех, кто "сругнется не в час или напьется воды не благословясь". Упоминать о лихорадке также считалось вредным, т. к. "она может обидеться и затрясет". По мнению жителей региона, лихорадки могли превратиться в мух, соринки и так попадать с пищей в организм человека. [166 с.302.]

Еще одним злым духом, вызывающим, по мнению жителей региона, болезни и даже смерть, является "огненный змей" или просто "огненный". В 1925–1926 годах в Вятской губернии записано следующее поверие об "огненном". Прилетает огненный змей на крышу, на ней рассыпается, через трубу проникает в избу и превращается в человека. Прилетает он к тому, кто часто думает и тоскует по кому-либо из отсутствующих. Огненный змей и заменяет данного человека. Остальным он кажется просто черным столбом. Огненного змея, по словам М.Д. Торен, видели многие. Вот один из рассказов очевидцев, записанный в слободе Кукарке (ныне г. Советск Кировской области). По словам одной женщины дело было так. Она вечером вышла во двор, остановилась у ворот, подняла голову и стала смотреть на небо. Вдруг она услышала, что кто-то "фукает" над ней. Вскоре фуканье раздалось над самой ее головой. Посмотрела она и видит: что-то летит и от него сыплются искры, как фукнет, так искры и посыплются. Стала она рассматривать огненного: туловище имело длину человека, форму рыбы, само чудовище было темное, только искры все время сыпались и ярко освещали его. Летел огненный не высоко, несколько выше конька дома. [196 с. 214–215.]

Жители Орловского уезда Вятской губернии в XIX веке считали, что нечистая сила способна подменить новорожденного на "колоду" – "мертвого ребенка, по виду совершенно такого же, каким был похищенный". Подобной подменой вятчане объясняли у детей уродства и психические расстройства. [166 с.306.]

Перечисленные выше представления о причинах возникновения заболеваний были распространены в XIX – начале XX века по всей территории региона, но отмечались чаще у русских. Вместе с тем население северо-восточного региона Европейской России по национальному составу было и остается крайне разнообразно.

Невропатолог, психиатр, психолог и физиолог Владимир Михайлович Бехтерев в своей научной публикации, увидевшей свет в журнале "Вестник Европы" (книги 8 и 9 за 1880 год) "Вотяки, их история и современное состояние. Бытовые и этнографические очерки" описывает быт и верования удмуртов, их представления о здоровье и болезни, приводит методы лечения и профилактики. Он пишет, что вотяки причиной болезней чаще всего считают злого духа Керемета. В случае болезни вотяка приглашается туно (знахарь – авт.) и его спрашивают: "Чего хочет Керемет?" Туно назначает жертву, которая должна быть принесена злому духу. Но, как правило, эта жертва – черный конь, бык, овца и т. п., приносилась не сразу. Сначала вотяк делал заклад или посул Керемету – брал несколько медных монет и "завертывал их в грязную тряпку со словами: "На эти деньги, Керемет, куплю я тебе лошадь, а ты дай больному жить". Затем вотяки брали несколько серебряных монет и клали в ту же тряпку со словами: "Серебром украшу гриву твоего коня". Наконец, в тряпку сыпали муку и приговаривали: "Напечем тебе хлеба, только дай больному здоровье". Эта тряпочка с закладом вешалась где-нибудь к потолку или под крышей чума. В.М.Бехтерев (1880) пишет, что "таких посулов накапливается в ином дому до десятка и более". И только если болезнь не проходит, вотяки приносят жертву – коня, барана, быка. Делают это на луде (в специальном месте, чаще роще, где молятся Керемету – авт.). Животное закалывается, туша его осторожно расчленяется. После этого отрезается по кусочку от губ, языка, горла, ушей, сердца, легкого, печени, ног туши как бы в доказательство, что жертва приносится без обмана. Мясо животного варят и съедают. Но, вотяки очень часто пытались обмануть Керемета – вместо коня давали ему барана или поросенка, вместо барана – зайца, вместо гуся – какую-нибудь мелкую птичку. В этом случае вотяки кололи жертвенное животное не на луде, а дома, "иначе Керемет узнает по крику, что ему вместо коня дают свинью и еще больше разгневается". В.М.Бехтерев (1880) в указанной выше работе так же сообщает, что все болезни вотяки считают наваждением злого духа и "мало того, самую болезнь они олицетворяют". Если в доме есть больной, то вотяк "никогда не заколет ни одного из домашних животных или птиц из боязни, чтобы болезнь не усилилась за кровь животного". Для умилостивления болезней вотяки выставляли за окно различные яства, пресытившись которыми, болезнь должна, по их понятиям, оставить больного. Если болезнь очень тяжелая, то под изголовье или у порога избы они клали нож, топор или косу. Во время эпидемии вотяки устанавливали вокруг деревни шесты, расщепленные вверху натрое и на них клали "разную домашнюю стряпню, завернутую в лоскут холста".[21 с. 141–150.]

Смерть, по представлениям вотяков "не есть дело естественной необходимости, а признается делом Шайтана". После смерти члена семьи вотяки не прикасались ни к одной из его вещей, а бросали их в лес или в могилу. [21 с. 141–150.]

Вотяки так же верили, что болезни могут насылать злые демоны Кутысь и Чер. Кутысь, обитатель болотистых полян, наводит ужас, необъяснимый страх, "коросты", простуду. Чер, кроме того, может еще вредить и домашним животным. [220 л.1–6.]

Анализ изученных материалов позволяет сделать вывод о том, что очень похожи на представления о причинах болезней у вотяков верования проживавших в регионе черемисов. С.К. Кузнецов (1908) сообщает, что "всякое физическое расстройство черемисин приписывает действию злого духа Кереметя и его семьи, реже – наговору колдуна (мужед, локтызе)". В семью Керемета входили и вызывали заболевания, по мнению черемисов, духи Йомшенер, Чумбулат, Курук-кугуза, Немед-урук и злой помощник Чумбулата – Пиамбара. Если черемис болел, то член его семьи шел к ворожцу (мужед мужанг или мужедше) "каких найдется везде, по крайней мере, один на две-три деревни" и тот гадал на бобах, на поясе или на хлебных шариках, затем приносил посул в знак того, что жертва духу, вызвавшему болезнь, будет принесена. Посулы давали разные – солод, крупу, муку, воск, деньги. Их несли в молитвенную рощу (кюс-оты), посвященную тому богу, который "держит" ("куча") или "ломает" ("логадылеш") больного. Если после посула болезнь "не покидает больного", то черемисы думали, что "не верит бог" и снова шли к ворожцу. Он вновь ворожил и говорил, что посула мало, а нужна жертва. Чумбулату в жертву полагалось дать жеребца, Пиамбару – быка и т. д. Кроме того, Чумбулату и Пиамбару полагалось пожертвовать по свечке и по пять небольших ржаных хлебов, в которые были запечены серебряные монеты. Перед принесением жертвы, а жертвование чаще происходило в роще Керемета, собиралась близкая родня больного, приглашался опытный жрец (карт, кугузя), пеклись небольшие пресные хлебы. Перед тем, как их печь, в них вталкивалось по серебряной монете, а затем "хозяйка… пятнает их щепотью – одна метка по средине, другая – с боку". Черемисы верили, что "иных хлебов (без метки – авт.) Керемет не принимает". [100 с. 1–12.]

Изученные материалы показали, что если больной черемис "хотя отчасти сохранил силы", то он должен был идти вместе с родственниками и картом в рощу Керемета, "вымывшись, как и прочие, в бане и надев чистое белье". В роще "с помощью живого огня" разводили костер, карт украшал гриву и хвост жеребца серебряными монетами. Затем с головы животного остригали клок шерсти и бросали в огонь со словами: "Ступай, огонь, скажи Чумбулату, что ему привели в жертву жеребца". После этого два человека поддерживали лошадь под уздцы, а карт лил из ковша воду на спину лошади от головы до хвоста. Если конь вздрагивал, карт говорил: "Хорошо, возьми эту лошадь, больному дай здоровья". Перед тем как забить лошадь, ей травой затыкали наглухо ноздри, челюсти туго связывали веревкой, а прежде чем перерезать горло – наносили несколько колотых ран. Под струю крови подставляли чашку. Собранной кровью кропили и поливали у корня дерево, посвященное Чумбулату. С умертвленной жертвы снимали шкуру, осторожно, без повреждения костей, расчленяли тушу. После этого отрезали по кусочку от губ, языка, горла, ушей, сердца, легкого, печени и ног животного, как бы в доказательство, что жертва приносится без обмана. Отрезанные кусочки варили в маленьком котелке, остальное – в большом котле. Когда содержимое обоих котлов сварится, жрец вынимал в маленькую чашку обрезки из маленького котелка, крошил туда же мясо из большого, разбавлял все наваром и начинал молитву. Этой молитвой просили Чумбулата пощадить больного: "На горе живущий Кереметь! Если ты ломаешь человека-черемисина, то ты и вылечи его. От имени его этим большим серебром, этой сытой, великою мукою и медом молимся тебе. Язык у тебя острый, дым твой – длинный, сам ты, огонь, скажи: "Помилуй господин горный Кереметь! Если поможешь, огонь, принесем тебе в жертву черного барана, только помоги!" Или говорили: "Вот тебе, Чумбулат, лошадь с серебряной гривой, с серебряным хвостом, дай больному здоровье, не держи его, не ломай!". После этого содержимое чашки выливали в огонь, туда же кидали кусочки хлебов, яиц, плескали сыта (медовый напиток – авт.), кумышку или пиво. Пока все это горело, все присутствующие стояли на коленях и повторяли молитву. Затем шла жертвенная трапеза. Все остатки и объедки заметали хвойным веником и бросали в огонь. В огонь же кидали голову жеребца и уздечку, а шкуру надевали на шест и ставили около дерева Керемета. "Вот тебе, Чумбулат, лошадь и узда! Возьми это по-хорошему, больному дай здоровья, больше его не ломай!" Затем черемисы удалялись домой и уносили оставшееся мясо. Они были вполне уверены, что дух огня (Тул бодош) известил Чумбулата о жертве, а Капка-ороло доставил ему в целости и сохранности жертву. Марийцы, проживавшие на территории исследуемого региона, считали, что воспалительные процессы кожи и внутренних органов вызываются особой силой или существом – Вувером. Вувер, по их мнению, живет в лесу в дупле дерева, но если он поселится в теле человека, то последний заболевает. [100 с. 1–71.]

Коми причиной многих болезней считали шеву – духа в виде мышонка, бабочки, червя, личинки, волоса. Коми верили, что шева содержится колдуном в подполье дома, в специальном туесочке, вскармливается собственным телом, а затем насылается им на людей. Проникнув в человека с пищей, водой или по воздуху, шева вызывает различные заболевания. Согласно народным представлениям, шева остается в человеке до конца его жизни и лишь после смерти переселяется в другого. Считалось, что только очень сильные знахари способны изгнать шеву с помощью магических обрядов и уничтожить ее в огне. [79 с. 15–20.]

Еще в начале XX века ящерица считалась у коми существом, способным вызвать заболевания кожи и глаз: "… зырянин боится ящерицы, и ни за что не возьмет ее в руки, есть даже поверие – если ящерица пройдет по ноге, то нога будет гнить, покроется язвами…". В верховьях реки Вычегды существовала примета, что если весной увидеть ящерицу, то будут болеть глаза. [79 с.60.]

По мнению жителей региона, болезнь могла возникнуть от порчи, которая "производится из ненависти или злобы к заболевшему, по просьбе других, за деньги, а то и так себе, из любви к такому искусству со стороны некоторых злых людей". Люди эти – ворожеи, колдуны и еретики. [166 с.311.]

Жители исследуемого региона делили всех колдунов на: 1) людей случайно (передача знаний не сведущему умирающим колдуном) или намеренно (в результате магического акта) получивших в свое подчинение нечистую силу и оказавшихся в зависимости от нее, 2) специально освоивших черномагическое знание и обладающих способностью по необходимости вызывать нечисть, подчиняя ее себе, 3) рожденных колдунами (с участием нечистой силы – "им то было на роду написано"), 4) рожденных с колдовскими склонностями, случайно это обнаруживших и научившихся самостоятельно владеть ими. [74 с.2.]

Изученные материалы позволяют сказать, что жители региона верили, что колдуны могут отнять силу, вызвать параличи, родимчик. Жители Котельнического и Орловского уездов Вятской губернии в XIX веке считали, что колдун может "надеть хомут". Так называли опоясывающие боли туловища. Крестьяне были уверены, что если больного хомутом раздеть, то на животе и спине его окажется красная полоса. [166 с.311.]

Если у ребенка появлялась бледность кожи, жар, головная боль, судороги или он худел – марийцы считали – "на него наслали порчу". Симптомами порчи у взрослого марийцы считали желтоватый или пепельный цвет лица, боли в желудке, рвоту и головную боль. Людей, насылавших порчу, марийцы называли локтызо – портящий колдун.

Изученные материалы показали, что жители региона верили в то, что порченых может вылечить только знахарь или колдун, тот же, который испортил, или другой, более сильный. Ни врач, ни фельдшер, по их мнению, порченого излечить не может. [166 с. 312–313.]

Знахари (целители) подразделялись в регионе на: 1) родившихся с такими способностями ("по наследству", "в добрый час"), 2) просветленных при жизни Богом или получивших благословение ангела, святого, обретших особый лечебный талисман (цветок папоротника и т. п.), 3) специально обученных другими знахарями, которые их выделили по особым признакам, 4) заслуживших сверхзнания святой жизнью. [74 с.2.]

Порча, по мнению жителей региона, могла быть временная – на несколько лет, от которой можно и выздороветь, или же – "навек, до смерти". На северо-востоке Европейской России верили, что насылалась порча по ветру, воде, примешивалась колдунами к пище и питью, а иногда достигалась путем заклинаний. Так, крестьяне в Малмыжском уезде Вятской губернии в XIX веке говорили: "Колдун зайдет на ветер, так, чтобы ты стоял под ветром и пустит на тебя ее (порчу – авт.) с этим ветром". В Котельническом уезде той же губернии допускалось, что порча может быть передана человеку через удар рукою. Верили вятчане и в то, что порчу передавали через наколдованную одежду, взгляд. [166 с.313.]

Еще одну причину болезней жители региона определяли как сглаз. При сглазе, по мнению жителей Вятской губернии, болезнь возникает не по злой воле человека, а "от врожденной способности причинять вред всему, на что бы ни посмотрел, даже без какой либо предвзятой мысли". Считалось, что особенно восприимчивы к сглазу дети, "имеющие способность заболевать не только от порицания, но даже от похвалы, после того, как ими любовались". [166 с.325.]

Симптомами сглаза у детей марийцы считали внезапную бледность, слабость, серый цвет лица, потливость, головную боль, нежелание встать с постели, грустное, слезливое настроение, синие круги под глазами, отсутствие аппетита. [100 с.56.]

Жители региона также полагали, что человек может заболеть от дурных слов или смеха в его адрес. Называлось это обурочением или изурочанием. Если у кого-либо появлялась тошнота или тяжесть в области желудка, то в Сарапульском уезде Вятской губернии говорили: "Должно быть, изурочали". [166 с.327.]

Проживавшие на северо-востоке Европейской России коми-пермяки считали, что большинство болезней возникает именно от урочения. По их мнению, урочение происходит, например, если, входя с улицы в избу, кто-то похвалит ребенка или взрослого. [129 с.48.]

Изученные материалы показывают, что жители региона считали, что болезнь могла возникнуть "с озеву". В.К. Магницкий (1883) так описывает данную ситуацию: "Когда кто укорит другого каким-либо недостатком… с пожеланием еще худшего, и если укоренный подумает, что бы в самом деле, не случилось с ним этого, тогда непременно явится боль". [122 с.96.]

Еще одной причиной болезней жители региона считали испуг. Чаще всего испугом объясняли психические расстройства – "идиотизм, умопомешательство, истерию, эпилепсию и кликушество". [166 с.327.]

Психические расстройства вятчане также объясняли тем, что "ребеночка в детстве уронили". Причем, "уронили на голову", т. е. он ударился при падении головой.

Анализ изученных материалов позволяет сделать вывод о том, что, по мнению жителей северо-восточного региона Европейской России, болезни могли возникнуть от различных действий, ситуаций, в которые ранее попадал больной. Так, в Яранском уезде Вятской губернии считалось, что если ребенок рождается с обмотанной вокруг шеи пуповиной, то это произошло вследствие того, что мать в период беременности мотала нитки на Святках. Если роды затягивались, то это приписывалось тому, что женщина, будучи беременной, оступалась, переходила через оглобли или перешагивала через помело. "Ячмень на глазу" мог возникнуть, по мнению вятских крестьян, если посмотреть на мочащуюся собаку. [166 с.334.]

У финно-угорских народов региона (мордва, удмурты) близкие родственники исключались из числа участников при обмывании, обряжении и выносе тела покойника. Считалось, что если они будут участвовать в этих обрядах, то, как члены одной родовой группы могут подвергнуться действию вредоносных сил и заболеть. После похорон с этой же целью полагалось выполнять определенные ритуальные действия – вымыть полы, стены, лавки в доме. Обязательным было также мытье рук и посещение бани участниками похоронной процессии после их возвращения с кладбища. Кроме того, на лавку, где лежал покойник, необходимо было положить железный предмет – нож, ножницы, топор или камень, кирпич. Все предметы, связанные с обмыванием и погребением умершего, финно-угры навсегда или на время удаляли из дома. Щепки от гроба, посуда из которой обмывали покойного, отвозились в особое место, находящееся, как правило, недалеко от дороги ведущей на кладбище. Мордва называла такое место чукаш пря, удмурты – куркуяна. Считалось, что и могильная земля могла принести вред. Ее после похорон счищали с обуви. Если гроб доставляли на кладбище на телеге или на санях, то их оставляли на некоторое время на кладбище или на улице – "чтобы снег и дождь вычистили их". Предметы, связанные с миром умерших, применялись и для вредоносной магии: желая наслать болезнь во двор, в колодец или на пашню бросали горсть могильной земли или кость покойника. [96 с. 368–370.]

В результате проведенного в 1997–2004 годах на территориях Кировской области, Республики Коми и Республики Марий-Эл исследования установлено, что жители данного региона в настоящее время причинами болезней считают:

1) загрязнение окружающей среды (записано со слов Мельниковой Т.С. 1949 г.р., Куменский район Кировской области, Топкаевой А.И. 1927 г.р., Пижанский район Кировской области, Петровой Т.Г. 1950 г.р., с. Шелангер Республики Марий-Эл, Боданиной А.А. 1960 г.р., Кирово-Чепецкий район Кировской области, Сидоровой М.И. 1927 г.р. Кортеросский район Республики Коми).

2) недостаточное питание (записано со слов Мельниковой Т.С. 1949 г.р., Куменский район Кировской области, Баданиной А.А. 1960 г.р., Кирово-Чепецкий район Кировской области).

3) переохлаждение (записано со слов Мельниковой Т.С. 1949 г.р., Куменский район Кировской области, Кудриной Н.М. 1925 г.р., Кудриной Н.М. 1925 г.р., с. Выльгорт Республики Коми, Шиляевой А.С. 1908 г.р., г. Киров, Ислентьевой Е.И. 1925 г.р., Куменский район Кировской области).

4) грехи ("… все от грехов, милочка, от грехов…" – записано со слов Перепелкиной А.Г. 1941 г.р., Санчурский район Кировской области).

5) физическое перенапряжение (записано со слов Ворсиной С.А. 1916 г.р., г. Киров, Филатовой Г.А. 1948 г.р., г. Киров, Мельниковой Т.С. 1949 г.р., Куменский район Кировской области).

6) "уроки", "урочение" (записано со слов Мельниковой Т.С. 1949 г.р., Куменский район Кировской области, Чермных Л.И. 1921 г.р., Богородский район Кировской области).

7) порчу (записано со слов Кудряшовой И.Н. 1970 г.р., г. Киров, Скопиной М.Ф. 1933 г.р., п. Юрья Кировской области, Григорьевой П.П. 1937 г.р., Кирово-Чепецкий район Кировской области).

8) испуг, сильный страх (записано со слов Мельниковой Т.С. 1949 г.р., Куменский район Кировской области, Фалалеевой А.С. 1918 г.р., г. Киров).

9) сильную радость (записано со слов Мельниковой Т.С. 1949 г.р., Куменский район Кировской области).

10) злоупотребление алкоголем (записано со слов Котовой Е.Е. 1919–2004, Белохолуницкий район Кировской области, Ватамановой В.Н. 1949 г.р., с. Выльгорт Республики Коми, Шиляевой А.С. 1908 г.р., г. Киров).

11) старость (записано со слов Дектеревой Н.И. 1927 г.р., Даровской район Кировской области – "… любая старая вещь распадается, так и человек…", Мащенко В.П. 1954 г.р., г. Киров).

12) воздействие злых духов (записано со слов Топкаевой А.И. 1927 г.р., Пижанский район Кировской области, Егоровой П.Е. 1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл).

13) кару Бога (записано со слов Ложниковой Е.В. 1950 г.р., Юрьянский район Кировской области, Александровой Н.Н. 1946 г.р., с. Шелонгер Республики Марий-Эл, Маскалюк Л.А. 1931 г.р., Кирово-Чепецкий район Кировской области, Поповой П.И. 1934 г.р., Санчурский район Кировской области).

14) нервное перенапряжение (записано со слов Дектеревой Н.И. 1927 г.р., Даровской район Кировской области).

15) неправильное питание (записано со слов Дектеревой Н.И. 1927 г.р., Даровской район Кировской области, Токаревой Н.Г. 1902 г.р., г. Слободской Кировской области, Харюшиной А.Н. 1947 г.р., г. Кирово-Чепецк Кировской области).

16) бедность (записано со слов Токаревой Н.Г. 1902 г.р., г. Слободской Кировской области).

17) сглаз (записано со слов Егоровой Н.А. 1926 г.р., д. Олениха Кировской области, Платоновой К.Е., с. Айкино Республики Коми, Залевской Т.В. 1960 г.р., Омутнинский район Кировской области, Погудиной Е.В. 1970 г.р., Слободской район Кировской области).

18) курение (записано со слов Ватамановой В.Н. 1949 г.р., с. Выльгорт Республики Коми, Карват Н.В. 1950 г.р., г. Уржум Кировской области, Медведевой А.Ф. 1930 г.р., Свечинский район Кировской области).

19) последствие удара (записано со слов Кудриной Н.М. 1925 г.р., с. Выльгорт Республики Коми).

20) наследственность ("… если болели родственники каким-то заболеванием, то будешь болеть и ты…" – записано со слов Кудриной Н.М. 1925 г.р., с. Выльгорт Республики Коми, Скопиной М.Ф. 1933, п. Юрья Кировской области, Залевской Т.В. 1960 г.р., Омутнинский район Кировской области, Ислентьевой Е.И. 1925 г.р., Куменский район Кировской области).

21) нервные перегрузки (записано со слов Погудиной Е. 1970 г.р., г. Слободской Кировской области).

22) прием в пищу консервированных продуктов питания ("… в них химические добавки, вредные для организма… " – записано со слов Сидоровой М.И. 1927 г.р., Кортеросский район Республики Коми).

23) наговор ("…наговорили на меня, деточка… я ей рассады не дала, сказала, что все дочери отдала. А она мне все сени исплевала. Я вышла и встала, куда она плюнула. Вот уже неделя завтра будет, как с кровати встать не могу…" – записано со слов Толмачевой Л.И. 1935 г.р., Санчурский район Кировской области, Эсауловой А.В. 1921 г.р., Оричевский район Кировской области).

Исследованием установлено, что и на рубеже XX–XXI века в северо-восточном регионе Европейской России сохраняется вера в то, что болезни могут возникать из-за различных ситуаций, в которые попадает человек. Так, со слов П.Е. Егоровой (1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл) записано, что"…если в воду или около ее мочиться… на ягодицах появляются чирьи, болячки…, в воду нельзя плевать – губы покроются болячками…". Семиколенных Е.А. (Нагорский район Кировской области) в ходе исследования сообщила, что"… коли ступишь на чужой след, то будут болеть ноги, не шагай через коромысло – корча потянет, если ступить на то место, где ведро стояло – по телу пойдут лишаи, скатертью руки утирать – заусеницы будут, обувать прежде правую ногу – зубы болеть будут, через помело шагать – тяжело детей рожать, кто после собаки ест – у того горло распухнет…". Широкова В.И. (Немский район Кировской области) сообщила, что"…ребенок может заболеть, если мать не помыла руки после близости с мужем". Со слов Дуровой Н.Д. (1932 г.р., Лебяжский район Кировской области) записано, что "в праздники нельзя рукодельничать, стирать, шить, мыть полы, иначе руки будут болеть". Матрошева А.Г. (1918 г.р., Лебяжский район Кировской области) сообщает, что"…есть такие речки в нашей местности, река Моркер и река Номан, переходя через которые надо молчать, нельзя ругаться, нельзя хвалиться… иначе дух реки напустит болезнь". Со слов Кропотова Н.И. (Лебяжский район Кировской области) записано, что "на марийских мольбищах… нельзя рубить ни одного дерева… кто срубит, тот тяжело заболеет".

Анализ полученного в результате социологического исследования материала позволяет сказать о том, что и в конце XX – началеXXI века архаичность взглядов на причины возникновения заболеваний сохраняется (болезнь вследствие урочения, порчи, сглаза, воздействия злых духов), но преобладают естественно-научные представления о причинах заболеваний – болезнь вследствие загрязнения окружающей среды, курения, злоупотребления алкоголем, нерационального питания, физического перенапряжения, переохлаждения… Нерациональность, мистичность взглядов на причины возникновения болезней более присуща сельским жительницам региона старших возрастных групп.

Анализ этнографических материалов XIX – начала XX века, выполненный при проведении настоящей работы, показывает, что в данный период на северо-востоке Европейской России существовала народная прогностика исходов заболевания. Так, если больной хорошо спал, у него улучшался аппетит, то это считалось хорошим признаком – к выздоровлению. Если начало болезни "падало" на четверг или на субботу, то "больному не встать с постели и грозит неизбежная смерть". Вой собаки вблизи дома больного – "к покойнику". Или вот еще несколько методов определения прогноза заболевания. Необходимо было взять свиное сало, "мазать им больного в области сердца, под пазухами, под коленями, в области крестца и ягодиц, причем, делать это надо так, чтобы сам больной об этом не знал… затем это сало давали собаке, если она его лизала или ела – больной будет жить, а если нет – обречен на смерть". Практиковался и такой способ – "до солнца готовили ржаное тесто, в этом тесте вываливали больного, предварительно добавив муки, затем тесто опять же давали собаке". Если собака тесто ела, то прогноз болезни был благоприятный. Прогноз заболевания жители региона узнавали и следующим образом. Если одновременно в доме были покойник и больной, то при обряде соборования всем в руки давали по зажженной свече. Если дым от них шел к двери избы, то больной "не встанет". Если больной после соборования засыпал – прогноз был благоприятный. Если больной после соборования просил есть – то "это к смерти". Жители Орловского уезда Вятской губернии считали, что если новорожденный очень полный, с "развалившейся головой", мягкими ушами и острым подбородком, то он скоро умрет, а новорожденный тощий, цепкий, с головкой маленькой и крепкой, торчащими ушами и тупым подбородком – будет здоров. В Котельническом и Орловском уездах Вятской губернии в XIX веке верили в то, что не будет долго жить ребенок, если воск с его волосами не будет плавать в купели, а потонет. [166 с. 352–358.]

В результате проведенного в 1997–2004 годах на территориях Кировской области, Республики Коми и Республики Марий-Эл исследования установлено, что и в данный период в народной медицине изучаемого региона имеет место определение прогноза заболевания.

Так, со слов Колесниковой В.П. (1946 г.р., Немский район Кировской области) записано, что "если у больного ногти стали мягкие, то дней через 3–5 он умрет". Из того же источника: "…больной лежит на кровати, рукой проводят по спине, если спина прогнулась – больной скоро умрет…".

Шиляева А.С. (1908 г.р., г. Киров) сообщает, что"… обильный пот при высокой температуре – к выздоровлению, появление аппетита при любом тяжелом заболевании говорит о скором выздоровлении… при тяжелом заболевании беспричинное улучшение состояния – близкая смерть…".

Со слов Ванеева Л.В. (г. Слободской Кировской области) записано, что"… если взять в левую руку ветку вербы и спросить больного, как он себя чувствует, если он ответит что ему лучше – поправится, в противном случае умрет, положить на голову больному траву чистотел, будет петь – перед смертью, а плакать – перед выздоровлением…. положить в мочу больного свежую крапиву, если почернеет – признак близкой смерти, если останется зеленая – больной выздоровеет…".

Петрова Т.Г. (1950 г.р., с. Шелангер Республики Марий-Эл) и Александрова Н.Н. (1946 г.р., с. Шелангер Республики Марий-Эл) сообщили по рассматриваемому вопросу следующее: "… прогноз заболевания… неблагоприятный, если человек плохо выглядит, нет настроения, он… вялый, пассивный, либо слишком агрессивный, нет аппетита, повышенная температура, бледный цвет лица, синяки под глазами… прогноз заболевания считается благоприятным, если человек хорошо выглядит, розоватый цвет лица, сияющие глаза, хорошее настроение, доброжелательность к окружающим, хороший аппетит, нормальная температура…".

Со слов Семиколенных Е.А. (Нагорский район Кировской области), Ванеева Л.В. (г. Слободской Кировской области), Платоновой К.Е. (1910–1997, с. Айкино Республики Коми) записано, что "ночной собачий вой – к покойнику".

Клемцова С.В. (1975 г.р., г. Котельнич Кировской области) сообщила, что"…если больной бредит дорогой, о конях, то он умрет… сорока скачет на дому больного – к выздоровлению, если собака крох не ест после больного – он скоро умрет…".

Анализ вышеизложенного позволяет сказать о том, что народная прогностика заболеваний северо-востока Европейской России нерациональна, базируется на мистических представлениях, архаичности мышления, сохраняющейся у части жителей региона и в настоящее время.

Таким образом, представления жителей северо-восточного региона Европейской России о причинах и прогнозе болезней отражают систему взглядов на окружающую действительность, сложившуюся в результате повседневного опыта, преданий, передававшихся из поколения в поколение, религиозных и мистических представлений. Ряд представлений, сложившихся, как правило, эмпирически, имеют рациональную основу. Представления о причинах возникновения заболеваний с течением времени изменяются, на фоне существующих постоянно (болезнь вследствие физического перенапряжения, неправильного питания, порчи, сглаза) во второй половине XX века ряд представлений исчезает или встречается реже (болезнь вследствие кары Бога, воздействия злого духа), а ряд – появляется вновь и широко распространяется (болезнь из-за загрязнения окружающей среды, плохой наследственности, нервных перегрузок, приема в пищу консервированных продуктов). Вплоть до начала XX века в регионе преобладают нерациональные, мистические представления о причинах возникновения заболеваний, на рубеже XX–XXI века жителям северо-востока Европейской России более присущи естественно-научные взгляды на болезнь, но среди сельского населения старших возрастных групп архаические взгляды на причины возникновения болезней сохраняются. Народная прогностика заболеваний исследованного региона нерациональна, базируется на мистических представлениях, архаичности мышления.

2.3. Народная медицинская терминология северо-восточного региона Европейской России

Анализ изученных литературных и архивных источников показал, что общее определение болезни в северо-восточном регионе Европейской России крайне разнообразно – "боль", "худоба", "хворь", "простыл", "испуган", "сглазили", "изурочали". По исходу все болезни подразделяются на "смертные" и "не смертные". Процесс выздоровления определяется словами "подниматься", "обмогаться", "отдыхать". При выздоровлении вятские крестьяне в конце XIX века также говорили: "боль отстала", "лихорадка бросила", "оздоровел", "отутобел". В случае смерти вятчане говорили: "дуба дал", "преставился", "околел", "окочурился". Болезнь в рассматриваемом регионе часто получала свое название от какого-либо ее симптома. Заболевания, протекающие с повышением температуры, называли "горячками", "лихорадками", а иногда – "полежкой", т. к. ухудшение общего состояния вследствие высокой температуры тела "завтавляло лежать". Вместе с тем, исходя из представления о причине заболевания те же самые болезни нередко обозначались как "сестра", "тетка", "лихоманка", "комоха", "кумоха", "комуха". Гонорею из-за ее симптоматики вятчане называли "течью", а "золотухой" – различные сыпи на коже и слизистых, гематомы на лице носили название "синяк" или "синий опух". [166 с. 337–339.]

Жители северо-восточного региона Европейской России называли болезни и по пораженным частям тела. Так, заболевание горла определялось как "горлянка" или "горлуха". Болезни желудочно-кишечного тракта назывались – "боль под ложечкой", заболевания легких и сердца были известны как "колотье в боках или груди", "биенье сердца". При болезнях носа говорили: "когда носом кровь идет" и "нос заложило". Обширнейшая гинекологическая патология нашла отражение в названии "опущение матки", но чаще ее определяли как "маяться животом". Мастит называли "грудницей", скарлатину – "горлянкой". [166 с.339.]

Исследование показало, что нередко болезнь получала название от обстоятельств, при которых она началась. Е.Е. Котова (1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области) сообщает: "Робили тяжело – с пупа сдергивали" (вследствие этого, определение заболевания – "с пупа сдернул"). Из-за физического перенапряжения, по мнению жителей региона, могли появиться "наджада" или "надсада" (боль в пояснице или брюшной полости после физической нагрузки), "нажим" (мозоль). "Окорм" (боли в брюшной полости) объяснялся тем, что было съедено что-то вредное.

Хирургическая патология так же чаще определялась по ее причине. Резаные или рубленые раны в регионе носили название "порез", "подсек", вывих – "свишка". Ожоги называли "пожогами", "обварами", "жигой", "обжигой". О панариции говорили – "нажал", "намял", "натрудил". Остеомиелит носил название "волос", т. к. у вятчан считалось, что в кости "поселяются волосы и поэтому кости болят". Язвы жители Вятской губернии в XIX веке относили к "простудам" и говорили: "Простуда наружу выскочила".

Из заболеваний детей жители северо-восточного региона Европейской России выделяли "родимец" (эпилепсия, судороги с потерей сознания), "припадок" (судороги), "собачью старость" (рахит), "зубищи" (нарушение прорезывания зубов), "порастуньки" (отставание в росте)", младенческое" (то же что и родимец), "испуг" и "крик". Родимцы подразделялись на опуховой, переполоховый, костяной, сердцевой, ротовой, головной, воротовой, ломовой, жиляной, мозговой, суставной, ножной, гортанный, ручной, глазной, ушной, брюшной и членный – в зависимости от "локализации" болезненного начала. [40 с. 50–86.]

Глазные болезни у жителей региона назывались следующим образом – "темная вода" (катаракта), "перелом" (язва роговицы), "слепотка" или "куриная слепота" (нарушение сумеречного зрения). Одна из болезней глаз называлась "ветряной перелом". Описывается она так: "Болезнь такая – глаза режет так, что на свет не взглянешь". [166 с. 341–342.]

"Килами" жители Вятской губернии в XIX веке называли абсцессы, новообразования на коже и под ней, а также грыжи. Жители региона различали следующие разновидности грыж: "грыжу-пупик", "грыжу-мошонку", "костяну", "жиляну", "грызу", "подколенну", "нутряну", "пуповую", "паховую", "жилистую", "родовую", "ребровую", "мудовую". [40 с. 40–112.]

Увеличенные лимфатические узлы в регионе называли "желви" или "желваки". Чрезмерное разрастание грануляции в ране определялось как "дикое мясо". Сухожильный ганглий вятские крестьяне в XIX веке называли "могильной косточкой" или "навьей костью", болезни полости рта – "костяник". [166 с.341.]

Патологические роды носили название "трудных", нерегулярные месячные – "безовременное", общим названием гинекологической патологии было – "хворобушка женская".

Одна и та же болезнь в регионе имела множество названий. Так чесотка называлась "свороба", "свороб", "своробок", "свербячка", "почесуха", "нуда", "зуда", "зудиха", "почесули", "почесуньки", "почесульки". Фурункул носил название "чирей", "веред", "чирей-веред", "чирья", "нарыв", "огневик". Бессонница называлась "полуношницей", "шутухой-бутухой", "шепетухой-пепетухой", "шутухой-бутухой", "полуношницей-шекотуньей", "щекотухой-летухой", "стрепетухой-полуношницей", "переполошницей", "беспокоицей", "егозухой", "безугомонницей". [166 с.346.]

Многие болезни в изученном регионе имели и свои национальные названия. Коми-пермяки лихорадку называли "низовкою", оспу – "воспицею", корь – "корюхою", насморк – "возгреею", диарею – "мытом", чесотку – "своробом", сифилис – "худой болью". Русские, проживающие в Вятской губернии, называли сифилис в XIX – начале XX века "татарской оспой". [166 с. 342–347.]

Для эпидемических заболеваний вятчане использовали определение "поветрие". "Поветрие" с высокой смертностью в рассматриваемом регионе называли "мор".

Анализ изученных материалов показал, что симптоматология в народной медицинской терминологии региона также очень разнообразна. Чувство боли определяется как "лом", "ломота", "щипь". Если боль имела колющий характер, то говорили – "бросается", если боль была постоянная, тянущая, ломящая, говорили – "можжит". Словами "резь", "резня", "резва" жители Вятской губернии определяли режущую боль, словом "садеет" – жгучую боль. Иррадиацию боли часто характеризовали как "отрыгает". [166 с. 348–352.]

Исследованием установлено, что имели свои собственные названия и боли в различных частях тела. Так, головная боль в Вятской губернии рассматриваемого периода определялась как "голова трещит" или "головой маяться". "Горлицей" называли боль в горле. Боли в животе вятчане часто называли "чемер". Возможно, это связано со следующим: "Гусениц мохнатых зовут чемером, съешь гусеницу – живот заболит" (записано со слов Котовой Е.Е., 1919 г.р. Белохолуницкий район Кировской области).

Примеров обозначения отдельных симптомов, проведенное исследование позволяет привести множество: "шубеет", "дубеет" – нарушение кожной чувствительности, "дует" – метеоризм, "заперло" – отсутствие дефекации, "измодел" – похудел, "колотит" – чувство озноба, "керкает" – кашляет (записано со слов Котовой Е.Е., 1919 г.р. Белохолуницкий район Кировской области).

Снижение уровня интеллекта и психические расстройства в регионе определялись как "беспутый", "бесится", "в уме порушился", "свихнулся". [40 с.40.]

Имеют в народной медицине северо-востока Европейской России свои названия и отдельные части тела человека, его внутренние органы. Так, голова – это "башка", шея – "клен", "выя", фасция – "болонь", сухожилие и кровеносный сосуд (без разделения на артерии и вены) – "жила", глаза – "зыри", "обоконки", "талы", веки – "заиконки", крестец – "крестовина", лопатки – "крыльца", бедро – "голяшка", кисть руки – "каляпа", "лапа", суставы нижних конечностей – "латочки", лодыжка – "лытка", колени – "мумочки", губы – "отопки", сухожилие – "потягалище", ягодицы – "поюшки", затылок – "сидо", селезенка – "синек", лоб – "чело", голень – "чивиляшка", суставы пальцев рук – "колечки". [40 с. 40–66.]

Вышеизложенный материал дополняют результаты исследования, проведенного в 1999–2004 г.г. на территориях Кировской области, Республики Коми и Республики Марий-Эл. Опрос жителей указанного региона (см. приложение 2) показал, что народная, отличающаяся от научной, медицинская терминология, продолжает существовать на указанных территориях и в конце XX – начале XXI века.

Сравнение народной медицинской терминологии региона в конце XIX – начале XX века и в конце XX – начале XXI века позволяют сказать, что они имеют отличия. Так, голова на рубеже XX–XXI веков носит название не только "башка", но и "тыковка", "котелок", "чугунка", "калган"; шея – "хомут", "клен" (ранее – "выя"); глаза – "очи", "зори", "талы"; живот – "брюхо", "пузо", "чрево", "утроба"; позвоночник – "хребет", "остов"; лоб – "чело"; нос – "дудень"; губы – "отопки", "брылы", "брыла"; туловище – "стан"; кисти рук – "пакли", "клешни"; лицо – "рыло"; голень – "мосел", "масел"; селезенка – "синек"; кровеносный сосуд – "жила"; рука – "лепесть", "пакша", "пакля", "лапа"; палец – "парня", "перст"; затылок – "загривица", "загривок"; спина – "закорки", "горб"; лопатки – "крыльца"; ягодицы – "краюшки"; бедра – "толстые места", "ляжки"; нога – "костыль", "походок", "ходуля"; желудок – "варень"; височная область – "косица", "косича".

Проведенное в 1999–2004 г.г. исследование показало, что в указанном выше регионе названия болезней и их симптомов у населения уже носят, как правило, научно-медицинский характер, но встречаются и народно-медицинские термины. Так, болезнь – это "лихоманка", "хворь", "недуг"; гидроаденит – "сучье вымя"; головная боль – "ломиха", "чемер"; гонорея – "перелой"; повышение температуры тела – "жар", "кумоха", "трясучка"; фурункул – "чирей"; паротит – "свинка"; диарея – "понос", "чернуха", "гнетучка"; гематома – "синек", "синяк", "печеница"; кашлять – "кывкать", "хомкать", "харчеть"; зуд – "крыситься"; икать – "клыкать"; кашель – "нутрянец"; инфаркт миокарда – "разрыв сердца".

Таким образом, в северо-восточном регионе Европейской России болезни в народной медицине получают названия по их наиболее ярким симптомам, причине или пораженным частям тела. Одно и то же заболевание может носить различные названия, а разные называться одинаково. Ряд болезней носят региональные названия, отличные от общероссийских. Симптоматология в региональной народной медицинской терминологии разнообразна: так, боль даже дифференцируется по ее видам и локализации. Народная медицинская терминология региона охватывает практически все части и органы тела человека. С течением времени региональная народная медицинская терминология претерпевает значительные изменения.

Глава 3. Народная гигиена северо-восточного региона Европейской России

Народная гигиена проявляется в способе расселения, характере жилища, его архитектурного типа, ведении хозяйства, в одежде, питании, трудовых процессах, привычках, обрядности, личной санитарии, способах предупреждения заболеваний.

Жители северо-востока Европейской России место для поселения выбирали не случайно. Они селились, как правило, там, где прежде всего было удобно вести сельскохозяйственные работы, пасти скот, охотиться и ловить рыбу, где были доступны пути сообщения, имелись источники воды, а при необходимости можно было отразить нападение врагов. Поэтому, чаще всего поселения располагались вблизи берега рек и озер. Население региона издревле проживало "маленькими деревеньками домов по семи-восьми…так как поселенцы везде находили огромные леса и поля, лежащие впусте… селились где хотели…". [23 c.422,423.]

Кроме деревень (поселений с обрабатываемыми его жителями-крестьянами землями), в регионе селились селами (поселение с церковью), починками (выселок из деревни или села на свободную для освоения землю), хуторами (поселение из одного двора), слободами (поселение, жители которого при его возникновении освобождались от тех или иных повинностей и налогов), имелись погосты (поселение с церковью, домами священнослужителей и кладбищем), посады (поселение, жители которого занимались торговлей), города. До второй половины XX века в регионе преобладало сельское население, позднее – жители городов. [180 c.102,103.]

Выбирая место для постройки непосредственно дома, жители региона учитывали природно-климатические факторы, наиболее выгодно использовали рельеф при расстановке хозяйственных построек, придавали нужную ориентацию жилым помещениям по сторонам света. Дома ставили там, где лучи солнца давали больше тепла и света. [126 c.42.]

Вблизи болот, в низинах, сырых местах старались не селиться, место для поселения выбирали "здоровое", т. е. благоприятное для сохранения здоровья.

На севере региона "вследствие изобилия леса и жесткости климата" дома рубили из ровных окантованных бревен диаметром 40–45 сантиметров, стены поднимались на высоту более 5 метров, окна врезались высоко, подполье (подклеть) очень часто делалось в рост человека. Бревна подгонялись так, чтобы не было ни малейшей щелочки, через которую бы проникал холодный воздух. Зимой дома обкладывали соломой для сохранения тепла и сухости в жилых помещениях, что также способствовало профилактике болезней. Сегодня в зимнее время сельские жители региона для сохранения в домах тепла обкладывают их снегом. [180 c.104.]

Если на севере региона преобладающим типом жилища являлся "дом-двор", когда под одной крышей были расположены жилая изба, сени и хозяйственный двор, то в центре и на юге края, где климат более мягкий, равнинный, жилища были менее приподняты над землей, хозяйственные постройки располагались параллельно жилому дому, а между ними находился крытый двор с двумя сквозными воротами для домашних животных, т. е. архитектурный тип жилища на основании эмпирического опыта старались привести в соответствие с климатическими условиями. [179 c.115.]

Вплоть до середины XIX века в крестьянских домах преобладали курные избы, печи в которых топились по-черному, т. е. они не имели вытяжной трубы для выхода дыма, который выпускался через дверь. Поэтому печи стояли первоначально ближе к входу, а с появлением вытяжных труб они перемещаются к центру избы для ее более равномерного отопления. Наличие печи в избе давало возможность поддерживать тепло в течение круглых суток, готовить и долго держать в горячем состоянии пищу, сушить одежду. В холодное время года можно было спать на ее теплой поверхности, что также способствовало сохранению здоровья. [179 c.124.]

Жилые избы чаще всего представляли четырехстенки (в основе – клеть из четырех бревен), позднее появляются пятистенки (разделение четырехстенка еще одной стеной), и "избы двойные" – состоящие из двух четырехстенок с общей крышей. [179 c.130.]

В начале XX века, наряду с деревянными, в регионе все чаще строятся дома из кирпича, но их планировка повторяет деревянные избы. Двухэтажные дома нередко имеют только первый этаж из кирпича, второй – из дерева.

Во второй половине XX века большинство жителей региона стали проживать в городах, но и до настоящего времени, это в основном малые города, где большая часть жилого фонда представляет собой пятистенки, двойные избы, двухэтажные дома со вторым деревянным этажом.

Подклети (подполья) жилых "домов" в регионе, как правило, не отапливались. В прохладной подклети хранили и в настоящее время сохраняют от порчи продукты питания с целью предупреждения пищевых отравлений.

Многоэтажное кирпичное и железобетонно-блочное жилье в городских поселениях, в основном областных и республиканских центрах, преобладает с конца XX века.

Формируя свое хозяйство жители региона не могли обойтись без вспомогательных построек. Отдельно от жилой избы строились амбары, овины, колодцы, погреба, конюшни, бани. Последние, нередко и во второй половине XX века, были устроены "по-черному", т. е. без вытяжной трубы у печи, но все же во второй половине XX века в регионе уже преобладают бани "белые", т. е. с печной трубой. Бани использовались не только для мытья, т. е. с гигиенической целью, но и для принятия родов, лечения заболеваний. Бани ставили "у воды" – речки, пруда, ключа или колодца, в том числе и для того чтобы уменьшить затраты физического труда для снабжения бани водой.

Главным занятием подавляющего большинства населения северо-востока Европейской России вплоть до начала XX века являлось земледелие, затем, по значению, следовали местные и отхожие промыслы, скотоводство, часть населения работала на заводах. Крестьянское хозяйство до конца XIX – начала XX века носило во многом натуральный характер, удовлетворяя почти все потребности семьи. Сельским хозяйством приходилось заниматься в тяжелых условиях – почти вся территория региона входит в зону рискованного земледелия. [83 c.140.]

Население северо-востока Европейской России вследствие неблагоприятных климатических условий выращивало не все сельскохозяйственные культуры, не занималось "трудом по-пусту". Так, согласно "Краткому статистическому очерку Вятской губернии за 1898 год" жителям"… Глазовского уезда местами приходилось отказываться от возделывания гороха из-за ранних заморозков". Пахотные площади использовались под рожь, овес, ячмень, пшеницу, полбу, просо, лен, коноплю, т. е. выбор ассортимента культур зависел от климатических условий. Огородничество в регионе не было развито. Из овощей выращивали капусту, репу, морковь, редьку, свеклу, брюкву, огурцы, лук. В XIX веке появляется и картофель, усиленно насаждаемый властями, что приводило к прямо противоположным результатам – недовольствам крестьян, волнениям. В 1842 году в регионе зафиксирован даже картофельный бунт. Но постепенно осознавалась польза и этой культуры, и она занимала все большие площади. Садоводство было развито лишь на юге региона и не носило промышленного характера. [83 c.114,115.]

До начала XX века господствующей системой земледелия было сохранившееся с XVII века трехполье – пашня делилась на озимое поле, яровое и пар. На озимом поле сеяли рожь, на яровом – овес. Если качество земли позволяло, что также учитывалось жителями региона в ходе хозяйственной деятельности, то на хорошо унавоженных участках высевали и другие культуры. Удмуртское население региона практиковало и двуполье – пар и поле, разделенное на участки озимых и яровых культур, т. к. считало что в этом случае земля меньше истощается.

Северо-восток Европейской России – это огромная территория, земли для сельскохозяйственных работ имеются в достаточном количестве. Поэтому для обеспечения тяжелого крестьянского труда, повышения его производительности, поля нередко по много лет не использовали (до 40 лет), их превращали в "залежи", или увеличивали размеры пахотных земель за счет расчистки леса, который частично сжигался, а зола разбрасывалась по освобожденной от деревьев территории. Залежи и росчисти давали большие урожаи довольно долго и без использования удобрений. [83 c.146.]

Животноводство в регионе вплоть до начала XX века было не развито – "… скот хилый, мелкий… все более вырождающийся…". [82 c.16.]

Первой помощницей жителя северо-востока Европейской России была лошадь – на ней пахали, использовали как транспортное средство. "Кормилицей", "матушкой" называли в регионе корову. Коровы давали молоко, которым забеляли еду, из молока делали сметану, масло. Климатические особенности региона оказывали влияние и на ассортимент домашнего скота. Если на севере региона преобладал крупный рогатый скот, то на юге – мелкий. Овец разводили все народы северо-востока Европейской России, свиней наиболее часто держали удмурты и коми-пермяки, русские почти не держали коз. [83 c.164.]

Как уже было сказано выше, при ведении хозяйства жители региона учитывали его климатические условия. Вследствие этого в крае хорошо было развито пчеловодство. Так, Вятская губерния по количеству пчелиных семей занимала одно из первых мест среди губерний Европейской России, опережая соседние Пермскую, Вологодскую, Костромскую, Нижегородскую и Казанскую. [12 c.5.]

Вследствие неблагоприятных климатических условий, приспосабливаясь к ним, население региона вплоть до начала XX века занималось отхожими промыслами. В конце XX – начале XXI века временный выезд с места постоянного проживания на работу возрождается. Так, в настоящее время тысячи жителей Кировской области работают вахтовым методом в Москве, Подмосковье, Тюменской области, республике Коми.

Система питания, как и типы хозяйствования, жилище зависит от климатических условий. Кроме того, пища соотносится с видами ведения хозяйства, выбирается в соответствии с положительным многовековым опытом населения. И хотя в пище населения северо-востока Европейской России имеется этническая специфика, но в системе питания в целом четче прослеживаются региональные, чем этнические особенности.

Основой питания в регионе являются зерновые культуры. Из них пекли караваи, хлебцы, пироги, блины, оладьи. Широко распространены пельмени. Это блюдо финно-угорского происхождения, на что указывает его название: "пель-нянь" – хлебное ухо, так это слово переводится с коми или удмуртского языков. Пельмени делают с мясом, капустой, рыбой, грибами. [198 c.182.]

Из овса население региона делало кисель, родиной толокна из овсяной муки также является северо-восток Европейской России. Из зерна жители северо-востока Европейской России делали также различные каши, т. е. старались максимально разнообразить набор пищи.

Из ржи варили пиво, причем пиво с низким содержанием алкоголя. Кроме пива, русские жители региона из хлебного сырья делали квас и брагу. У коми, мари и удмуртов также были распространены пивные напитки. Удмурты делали "кумышку" из квашеного теста из муки пророщенной ржи. Мари варили "пура" (квас) из ржаного солода. Пивные и квасные напитки, употребляемые жителями региона и сегодня, с точки зрения современной науки полезны, т. к. содержат много витаминов, особенно группы В.

Наряду с зерновыми культурами в питании широко использовались молочные и мясные продукты. Жители региона отмечали, что "если на столе мясные, а не грибные щи, то и в руках, и в ногах появляется сила, больше вспашешь и накосишь поизрядней… в таком случае будет не только хлеб для себя, но и солома, и парево, и мякина скоту, а будет скотина, будут опять же щи…". Таким образом, население региона считало, что употребление мяса в пищу приносит пользу, помогает стать сильнее, способствует работоспособности, что и являлось в регионе характеристиками соматического здоровья. [198 c.186.]

Используются в пищу жителями региона и молочные продукты, но существует следующая особенность – собственно молоко употребляется в пищу мало, чаще младенцами и детьми, взрослые его едят гораздо меньше. Зато кисломолочные продукты употребляются в больших количествах и видах – это и простокваша, и сметана, и пахта, и творог, и сыр. Из молока делали и масло, но, а это еще одна из особенностей региона – не много, чаще в пищу употребляли масло растительное, например – льняное. [198 c.187.]

Важной частью рациона питания жителя региона являются продукты рыболовства, охоты, ягоды, грибы. Рыбу и грибы употребляют в соленом, сушеном, вареном, жареном виде. Клюкву, костянику, чернику, рябину, землянику, малину ели в не переработанном виде, а также в сушеном или в виде варений. Мед до начала XX века был более доступен жителю региона, чем сахар.

Таким образом, включение в рацион питания населения региона широкого ассортимента продуктов животного и растительного происхождения обеспечивало оптимальное соотношение белков, жиров, углеводов, минеральных солей и витаминов.

Суточное потребление пищи соотносилось с трудовой деятельностью. Обычно ели три раза в день: утром в шесть – восемь часов, днем в двенадцать-два часа дня и в семь-десять часов вечера. Промежутки между приемами пищи называли "выть", есть в "выть" было не принято. Перед едой обязательно мыли руки, вытирали их полотенцем, садились за стол, обязательно покрытый скатертью. Садиться на стол категорически запрещалось. Ели из одной миски, но у каждого была своя ложка. Сначала можно было зачерпывать "жижу с гущей", а затем уже "и мясо тянуть". Неприличным считалось есть чересчур быстро или долго. [198 c.190.]

После приема пищи, кухонная посуда тщательно промывалась, сушилась и даже "прожаривалась" на солнце. Хранилась посуда на отдельных полках, а позднее и в шкафах.

Воду для приготовления пищи в регионе использовали "проточную" – из ключей, ручьев и из специально вырытых колодцев, за чистотой которых строго следили. Недопустимым считалось и загрязнение других источников воды – рек, озер. Так, в 19 веке в Яранском уезде Вятской губернии "за грех почитается извергать в воду мочу или кал". [166 c.372.]

В случае болезни питание жителей региона изменялось. Так, в Сарапульском и Яранском уездах Вятской губернии крестьяне, болея лихорадкой или сифилисом, старались не употреблять в пищу соленья, т. к. это, по их мнению, может усилить болезнь. Выздоровев, они (переболевшие вышеперечисленными заболеваниями – авт.) некоторое время "не едят огурцов, малины, щучины и свинины". В Вятской губернии "золотушным никогда не давали яиц, а больным перемежающейся лихорадкой и желтухой – молока, свежей рыбы, и, в особенности, щуки". В Котельническом уезде той же губернии в XIX веке "при заболеваниях крестьяне в пищу принимали больше молока и солений". [166 c.352–359.]

Одним из элементов народной гигиены является и народный костюм – набор предметов одежды, головные уборы, обувь, изготовление и ношение которого было постоянным на протяжении веков и стало традицией. До начала XX века народную одежду в большей степени носили крестьяне, в меньшей – другие социальные слои населения.

Вследствие того, что северо-восток Европейской России являлся и является многонациональным регионом, то и основных типов одежды здесь насчитывается несколько: наряду с русскими костюмными комплексами, можно выделить удмуртские, марийские и коми костюмы. [197 c.198.]

Вплоть до начала XX века наиболее распространенным, издавна используемым материалом для одежды был лен.

В русский женский костюм вплоть до начала XX века входили рубаха с длинными рукавами, сарафан, фартук, пояс, головные уборы, обувь. В XX веке появляется новый вид костюма – юбка с кофтой. Зимой русские женщины надевали шубы, тулупы, полушубки, на голове носили теплые шали, на ногах – вязаные из шерсти чулки, на руках – рукавицы. Кроме того, под сарафан или юбку дополнительно надевали несколько нижних юбок. Основу русского мужского костюма составляли рубаха и штаны. С начала XX века распространились костюмы с "пиджаками". Типичными головными уборами были шапки, картузы, зимой – ушанки. Верхняя мужская одежда (полушубки, тулупы, кафтаны, армяки) шилась из холста, сукна, овчины. Мужская русская обувь была представлена и в начале XX века лаптями, валенками, сапогами. Причем, мужское население носило валенки и летом. [197 c.199–205.]

Второй массив представляет собой одежда фино-угорского населения. Основой женского удмуртского костюма была туникообразная рубаха – платье "дэрем". С рубахой-платьем полагалось носить фартук "айшет", "ашшет". Кроме того, удмуртки носили халат "шортдэрем", "шоттдэрем". Девушки-удмуртки носили шапочки "такъя" с рядами монет, бусин, тесьмой. Женские головные полотенца носили название "весяккышет", "чалма". Удмуртские лапти были остроносыми и этим отличались от русских. Мужской удмуртский костюм сходен с русским, но на ремне имеются приспособления для топора и ножа, что создавало дополнительные удобства при выполнении трудовой деятельности. Марийский женский народный костюм состоял из рубахи-платья ("тувыр", "тубыр", "тогор"), халата ("шовыр", "шобир", "шобр"), фартука, пояса, головного убора, лаптей, портянок и обмоток. Мужские марийские рубахи "тувыр" по покрою напоминают женские, но по длине они короче. Мужчины-марийцы, дольше чем другие группы мужского населения региона, носили белые холщовые штаны. Мужские и женские костюмы коми сходны с русскими, отличаются узорами, вышивкой, поясами. Мужчины-коми, кроме того, носили "лаз" – суконный или кожаный жилет с потайными карманами спереди и сзади, удобный на охоте. [197 c.207–211.]

Таким образом, национальный костюм северо-востока Европейской России, несмотря на этнические особенности, несет в себе несколько общих черт – он состоит из натуральных материалов растительного и животного происхождения, многослоен, приспособлен к выполнению разнообразной трудовой деятельности, климатическим условиям региона и поэтому с точки зрения сохранения здоровья рационален.

Гигиенические традиции в отношении содержания собственного тела на северо-востоке Европейской России также рациональны. Так, волосы на голове жители региона тщательно мыли, мужчины брили наголо или стригли "в кружок", в начале XX века молодые парни стриглись "под польку", "под ежа", "в косой ряд". Женщины заплетали волосы в косы. Обычай бриться был распространен у молодых людей. Вплоть до начала XX века бороду носили все мужчины, кроме молодежи. Особенно этого обычая придерживались в старообрядческой среде. Бороду также тщательно мыли и расчесывали. [127 c.121.]

Лицо и руки умывали утром, перед едой, после работы, приехав или придя откуда-либо. В теплое время года много купались в открытых водоемах, это считалось полезным. Еженедельно, а иногда чаще – после тяжелой работы, охоты, после поездок – мылись и парились в бане. Одежду и жилище содержали "в чистоте". Чужую одежду, и особенно обувь, старались не одевать. Последнее также рационально, т. к. предупреждало возникновение кожных болезней.

На северо-востоке Европейской России существовал обычай на Великий Четверг "чтобы прыщей не было" умываться "с серебра", т. е. из серебряной посуды, или из емкости, куда был опущен серебряный предмет. Делалось это "чтобы личико чистое было". Это также рационально, т. к. ионы серебра обладают бактерицидным действием. [40 c.80.]

Гигиенические моменты присутствуют и в свадебной, родильной, похоронной обрядности северо-востока Европейской России. Так, одним из обязательных элементов свадебного обряда у русских, проживающих в рассматриваемом регионе, была баня – перед свадьбой невеста мылась в бане и парилась в ней веником. Время свадеб выбиралось также не случайно, они проводились после окончания полевых работ. [162 c.320.]

У населения северо-востока Европейской России сложились особые обычаи, обряды, которые способствовали благополучному течению беременности. Жители региона считали, что от здоровья матери зависит, каким будет потомство. Поэтому беременных женщин "оберегали", не заставляли выполнять тяжелую работу. Особенно оберегали первую беременность. Родам также придавалось большое значение. Отказ повивальной бабки прийти к роженице рассматривается в регионе как "непростительный грех". Помощь повитухи не ограничивалась принятием родов и мытьем роженицы и ребенка. Считалось, что "повитуха должна уйти после трех бань", т. е. и в послеродовом периоде родившая женщина находилась под наблюдением, и в случае необходимости могла получить помощь. Повитухи готовили пищу и кормили семью родившей, занимались вместо нее домашним хозяйством "до тех пор, пока роженица не будет в состоянии работать сама". [160 c.336., 118 c.171.]

В рассматриваемом регионе после родов женщину усиленно и разнообразно кормили. Хорошо кормить полагалось и ребенка. Так, в 19 веке в Вятской губернии кормить ребенка "сниманным" молоком считалось за грех. [122 c.19–22.]

Как уже было сказано выше, похоронная обрядность в регионе также имела гигиенические элементы. Так, воду, которой обмывали покойника "сливали в то место, где она не могла повредить человеку или скотине". Вятские вотяки после смерти члена семьи не прикасались к его вещам, а бросали их в лес или в могилу. Жители региона после возвращения с кладбища мыли полы, стены, лавки в доме, ходили в баню. Вышеназванное также рационально, если предположить, что смерть была вызвана инфекционным заболеванием. [161 c.378.]

Анализ литературных и архивных источников, а также результаты проведенного исследования позволяют сказать о том, что здоровье у жителей северо-восточного региона Европейской России является одной из приоритетных ценностей и, вследствие этого, в народной гигиене региона существуют способы профилактики заболеваний. Данные способы строятся на основе представлений о причинах возникновения болезней, эмпирическом опыте.

Способы предупреждения заболеваний в народной гигиене региона можно подразделить на рациональные и нерациональные. Нерациональные основаны на архаичности мышления, религиозно-мистических представлениях, рациональные – складываются исходя из положительного повседневного опыта жизнедеятельности.

Так, к нерациональным способам предупреждения заболеваний можно отнести следующий, являющийся примером контагиозной магии, практикующейся в рассматриваемом регионе: для профилактики грыжи у ребенка "в его первую баню брали послед… и погладят последом ребенка". При этом нужно было сказать три раза: "Не грызи моего дитенка, а грызи послед. Аминь". Затем малыша "окатывают водой с головой и говорят: "Свята вода на меня, худоба с меня". Широко распространен также вариант – "с гуся – вода, с меня – худоба", или "как с гуся вода, так с (имя) худоба". [40 с.90.]

Нерациональными способами сохранения здоровья являются и катартические обряды "на облегчение родов", практикуемые коми-пермяками, проживавшими на северо-востоке Европейской России. Для того чтобы роды были легкими, коми-пермяки развязывали на одежде роженицы все узлы и расплетали ей косы. Если же вопреки этому роженица "мучается родами", то ее приводили в избу, накрывали стол скатертью, ставили на него хлеб, соль и брагу. Затем роженицу трижды обводили вокруг стола и при этом приговаривали: "Как скоро раба Божия (имя) обойдет вокруг стола, так скоро и родит". После этого обмывали икону водой над дном опрокинутого ведра и собранной водой поили роженицу. Этой же водой спрыскивали роженицу "врасплох для ускорения акта разрешения". [172]

Для предупреждения заболеваний на северо-востоке Европейской России использовалась и предупреждающая магия, что также можно отнести к нерациональным методам профилактики болезней. Так, в Уржумском уезде Вятской губернии в конце 19 века "чтобы лихорадка не приходила, хранили в домах 1) кобылье родильное место, 2) подвязывали к матице в кошеле ужа, 3) какую-то морскую рыбу, 4) христосное яйцо". [122 с. 90–101]

Коми-пермяки, проживавшие на северо-востоке Европейской России, считали, что если опоясаться по голому телу лыком, то это защищает от болезней. [129]

Марийцы для профилактики заболеваний вешали над дверями домов, клали под подушку или употребляли внутрь полынь, зверобой, чеснок и лук. Одним из самых распространенных оберегов "от болезней" у них являлась рябина, которую носили с собой или вешали в доме. [100 с. 2–10.]

Для предупреждения зубной боли рекомендовалось по утрам держать во рту сучок от дерева. Крестьяне Котельнического уезда Вятской губернии предохраняли себя "при повальных болезнях", особенно "пущенных по ветру", луком, солью, чесноком и редькой. Основанием этому служила вера в то, что "соль и редька имеют способность выедать все слова, написанные на бумаге, а запаха луку и чесноку… не любит вся нечистая сила". Носили лук и чеснок вятчане на кресте. В Сарапульском уезде Вятской губернии (ныне – территория Республики Удмуртия) чудесным талисманом от болезней считались мамонтовая кость, воткнутая куда-нибудь булавка или иголка, полученная от знахаря. [166 c.360.]

В.М.Бехтерев в своей работе "Вотяки, их история и современное состояние" (1880) приводит профилактические меры у удмуртов, проживавших на территории исследуемого региона, в том числе и против болезней. Для того чтобы не заболеть, удмурт не должен был нарушать священные законы и правила предков, должен был слушать туно (знахаря – авт.) – иначе, как верили, "можно навлечь на себя величайшие беды и несчастья". [21 c.630.]

К нерациональным методам предупреждения заболеваний можно отнести и имитативную магию. Так, в регионе считалось, что для предотвращения желтухи "нет ничего лучше, чем носить на себе янтарь – с ним можно упастись от всякой желтухи". [166 c.362.]

В народной гигиене северо-востока Европейской России были и рациональные методы предупреждения заболеваний. Так, широко практиковалось ограничение контактов с больными инфекционными заболеваниями. В Котельническом уезде Вятской губернии во время эпидемий крестьяне "не ходят в те дома, где есть заразные больные". В Орловском уезде той же губернии больным "татарской оспой" (сифилисом – авт.) запрещалось питаться вместе с семьей, они ели из отдельной посуды, а в Котельническом уезде Вятской губернии "соседи чуждаются и бояться ходить в те дома, где есть такой больной и брать что-либо от них".[36 с. 84–89]

Рациональные методы предупреждения заболеваний зачастую были обличены в определенные мистические формы. Так, в 19 веке в Сарапульском уезде Вятской губернии "с болезнью дружили": "… крестьяне ходят нарочно с ребятами к оспенным больным и парят их одним и тем же веником". По сути, это примитивная вакцинация. [36 c.91–92.]

Олицетворяя болезнь, представляя ее в виде женщины, а чаще уродливой старухи, с целью профилактики заболеваний в Орловском и Сарапульском уездах Вятской губернии в XIX веке проводили "опахивание". Суть его заключалась в проведении магической черты сохой, в которую впрягались молодые девушки или вдовы. По мнению крестьян за эту черту болезнь (в виде женщины, старухи) не перейдет, не распространится. С помощью опахивания в начале эпидемий изолировали отдельные дома ("там, где появилась болезнь"). Практиковалось опахивание и целых селений с целью не допустить болезнь из соседних деревень. Проведение опахивания имело свои строго определенные правила. Совершалось оно в большом секрете, ночью или рано утром, на заре. Проходило в глубоком молчании или со специально сложенными песнями. Проводили его чаще одной сохой, но иногда в соединении ее с бороной. Тянули борону "против солнца". В Сарапульском уезде Вятской губернии опахивали исключительно вдовы или старые девы. Они должны были быть одеты в белые рубахи, с распущенными волосами, без платков и поясов. В Орловском уезде Вятской губернии при опахивании полагалось раздеваться донага. Очень редко в этой церемонии принимали участие и мужчины. Под мистикой данного обряда содержится рациональное зерно – изоляция заболевших, отделение их от здоровых в целях предупреждения распространения эпидемии. [166 c.363–364.]

Таким образом, народная гигиена северо-востока Европейской России, основанная на опыте многих поколений жителей региона во многом рациональна. При расселении учитываются природно-климатические условия, удобство осуществления трудовых процессов, возможности водоснабжения, передвижения. Тип жилища зависит от климатических условий, то же можно сказать и о хозяйственных постройках. Род хозяйственной деятельности, перечень возделываемых культур, направление в животноводстве определяются также в соответствии с климатической зоной региона. Система питания, сложившаяся на северо-востоке Европейской России у русских, коми, удмуртов и марийцев имеет свою этническую специфику, но в целом определяется хозяйственной деятельностью и особенностями местной флоры и фауны. Национальный костюм региона, несмотря на этнические особенности, в целом обусловлен природно-климатическими характеристиками региона, приспособлен к разнообразной трудовой деятельности. Личная санитария – стрижка и бритье волос на голове, бороде, умывание, купание, мытье в бане, содержание в чистоте своей одежды и обуви, а также отказ от ношения чужой – распространена в регионе широко и повсеместно. Положительные гигиенические аспекты имеются в свадебной, родильной и похоронной обрядности. Способы же предупреждения заболеваний, многие из которых базируются на архаичности мышления, религиозно-мистических представлениях, во многом не рациональны, но часть из них, сложившихся на основании повседневного опыта, пусть даже и обличенные в мистические формы, несут в себе элементы рациональности.

Глава 4. Лечение заболеваний и помощь при родах В народной медицине северо-восточного региона Европейской России

4.1 Причины использования методов народной медицины населением северо-востока Европейской России в прошлом и в настоящее время

Народная медицина – это не только прошлое, методы народного целительства используются на северо-востоке Европейской России и в настоящее время. Причиной существования народной медицины в исследуемом регионе в XVIII – начале XX века являлась высокая степень недоступности научной медицины. Так, в Вятской губернии даже на момент введения земского самоуправления (1867 год) имелось всего лишь 11 больниц приказа общественного презрения, 1 госпиталь при Воткинском заводе, 1 больница удельного ведомства в слободе Кукарке, 2 военных лазарета и несколько приемных покоев. Вышеперечисленные лечебные заведения насчитывали 310 штатных коек, из них 150 было в губернском городе. [105 c.7.]

Существующие больницы "были тесны, бедно обставлены и переполнялись преимущественно лишь… бедными людьми". Современники отмечали в них "холод, грязь, плохое питание, недостаток обслуживающего персонала, платность лечения". Помещались в эти лечебные учреждения преимущественно арестанты и чины военного ведомства. Так, в отчете Вятского приказа общественного призрения за 1866 год содержатся следующие сведения: "… за год во всех больницах губернии побывало 4.187 больных, из них 2.118 арестантов, 1.703 военных чина и 336 лиц всех сословий". [105 c.7.]

Фельдшерская помощь, а она преобладала в регионе и в начале XX века, очень часто не отличалась высоким качеством и эффективностью, и "в общем скорее отталкивала народ от научной медицины и толкала его к ведунам и коновалам". Да и фельдшеров было немного. Так, в Глазовском уезде Вятской губернии в 1867 году их было 7 человек и в среднем на каждого из них приходилось "по шесть волостей с населением около 30000 душ, а район его простирался на несколько сот верст". [105 c.7.]

Проведенное исследование показало, что и в настоящее время (2006 год) из 200 опрошенных взрослых жителей северо-восточного региона Европейской России до трех четвертей (74,5 %) для лечения и профилактики заболеваний используют методы народной медицины. Причин для этого у каждого респондента, как правило, несколько. Наиболее часто встречающимися являются – семейная традиция использования средств и методов народной медицины для лечения и профилактики заболеваний (40 % опрошенных), высокая стоимость медицинских услуг и лекарственных средств (25 % опрошенных), высокий авторитет народной медицины (16,5 % опрошенных), трудность получения лечения у необходимого врача-специалиста (14,5 % опрошенных), недоверие к врачам (7 % опрошенных). Кроме того, респондентами как причины обращения к народной медицине названы боязнь побочных действий лекарственных препаратов, неэффективность ранее применявшихся лекарственных препаратов при лечении своего заболевания, большое количество некачественных и фальсифицированных лекарственных препаратов в аптечной сети (по мнению респондентов), отсутствие побочных эффектов при лечении средствами и методами народной медицины, безопасность при лечении средствами народной медицины, простота использования и достаточная эффективность применения средств народной медицины. Почти половина респондентов (49 %) даже при возможности получить высококвалифицированную медицинскую помощь, все равно при лечении и профилактике заболеваний воспользовались бы методами народной медицины.

Кроме того, на северо-востоке Европейской России в настоящее время способствуют сохранению существования народной медицины низкая обеспеченность медицинскими кадрами, особенно на селе (укомплектованность участковых больниц врачами в Республике Коми сегодня равна 50,9 %), низкая плотность населения, сочетающаяся с его распыленностью, недостаточность транспортного сообщения (плохие автодороги в сельской местности), низкий уровень жизни населения.

Источников сведений о народной медицине у жителей региона сегодня (2006 год) также, как правило, одновременно несколько. Почти половина из 200 опрошенных (44 %) источником сведений о народной медицине в настоящее время называют книги по народной медицине, почти столько же (43 %) получили знания о народной медицине от членов своей семьи, но наиболее часто встречающимся источником сведений о народной медицине называются респондентами советы знакомых (47,5 % опрошенных). Почти треть (31 %) опрошенных почерпнули знания о народной медицине из периодической печати, пятая часть (19,5 %) – из телепередач.

Как уже было сказано выше, отечественная народная медицина сегодня признана, в резолюции II съезда Конфедерации историков медицины (2003) высказано мнение о необходимости ее изучения. А каково же отношение к народной медицине современных практикующих врачей, применяются ли методики народного целительства в здравоохранении северо-востока Европейской России?

Для выяснения этого в 2004 году на территориях Кировской области, Республики Коми и Республики Марий-Эл было опрошено по специальной программе 287 врачей-практиков. Среди респондентов стаж работы до 5 лет имели 12,9 %, от 5 до 10 лет – 22,3 %, от 10 до 15 лет – 13,6 %, от 15 до 20 лет – 18,1 %, от 20 до 25 лет – 15,3 %, от 25 до 30 лет – 9,8 %, от 30 до 35 лет – 5,2 %, от 35 до 40 лет – 1,3 %, более 40 лет – 1,3 %. Квалификационной категории не было у 42,5 % респондентов, вторая – у 18,1 %, первая – у 21,9 %, высшая – у 17,4 %. Трое из опрошенных имели ученую степень кандидата медицинских наук. В городских ЛПУ работали 66,6 % опрошенных, в сельских – 33,4 %.

Результаты исследования показали, что 73,9 % опрошенных врачей считают методы отечественной народной медицины полезными, возможными для лечения и профилактики заболеваний, а 52,6 % респондентов-врачей используют их в своей повседневной лечебной деятельности. Неприменимыми для профилактики и лечения заболеваний считали методы народной медицины 6,3 % респондентов-врачей, остальные опрошенные затруднялись ответить на данный вопрос.

Вышеизложенное позволяет сказать о том, что в северо-восточном регионе Европейской России народная медицина существовала, существует, будет существовать еще определенный период времени в будущем.

4.2. Помощь при родах и лечение гинекологических заболеваний в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

Проведенное исследование показало, что акушерско-гинекологическая помощь на северо-востоке Европейской России до введения земского самоуправления была доступна лишь в единичных случаях. Земская медицина в положительную сторону изменила ситуацию в области родовспоможения и лечения гинекологических заболеваний, но даже на рубеже XIX–XX веков научная акушерско-гинекологическая помощь в рассматриваемом регионе не являлась преобладающей. Так, в конце XIX века медицинская помощь при родах оказывалась в Вятской губернии только в 2–8 % случаев. [235 л.14–16].

Даже в 20 – 30-е годы XX века удельный вес родов, проходивших без медицинской помощи, в Вятской губернии продолжал оставаться преобладающим: в 1926–1927 годах он составлял 89,4 %, в 1927–1928 годах – 74,4 %, в 1935 году – 74,6 %. И только в 1936 году в Кировской области медицинская помощь была оказана при 60 % родов. [148 с.115]

Народная медицина в области родовспоможения и лечения гинекологических заболеваний на северо-востоке Европейской России занимала вплоть до начала XX века значительное место, большую часть родов принимали не медицинские работники, а "пуповязницы", "пупорезницы", "пуповязки". Такое название они имели вследствие того, что одним из важнейших моментов родов у жителей региона считалось перевязывание и перерезывание пуповины. Не смотря на то, что повитуха могла быть молодой женщиной, в исследованном регионе ее называли "бабушкой", а оказание пособия в родах, уход за новорожденным и роженицей определялся как "бабничать", "убирать", "прибирать". [160 с. 335–340.]

Местом родоразрешения в народной медицине северо-востока Европейской России в XVIII – начале XX века чаще всего являлась баня. Роженица находилась в ней не только на протяжении всего родового акта, но часто и 3–4 суток послеродового периода. Одной из причин этого было то, что тепло, по представлению жителей региона, способствовало ускорению родового процесса. Кроме того, теснота крестьянских жилищ, большие семьи, климатические особенности региона заставляли искать место, где можно "схорониться от постороннего глаза". Положительной стороной родоразрешения в бане можно считать и то, что здесь могла соблюдаться относительная чистота. Повседневный опыт показал, что осложнения после родов в бане встречались реже, чем после родоразрешения в сарае, амбаре, конюшне или на сеновале. Теми же соображениями было обосновано стремление жителей региона избегать приглашения на роды повивальной бабки, которая когда-нибудь обмывала покойников, была неопрятной и неаккуратной. [159 с. 228–229.]

Вятчане также избегали "бабок", кои имели злой и непокладистый характер и черные глаза – "у таких тяжелая рука и при них труднее роды". Они считали, что "хорошая повитуха лучше могла угодить роженице: вымыть и попарить в бане, понянчиться с новорожденным, прибрать, если нужно избу, помочь по хозяйству". Повитухами в рассматриваемом регионе чаще всего были пожилые женщины, практики – самоучки, по большей части вдовы. "Бабили" иногда и замужние женщины, но только те, которые сами перестали рожать и у которых нет "месячных очищений". Девица, хотя и престарелая, повитухой быть не могла, да и бездетная женщина расценивалась как плохая повитуха. Вятчане говорили: "… какая она бабка, коли сама трудов не пытала? При ней и рожать труднее, и дети не всегда в живых будут…". [159 с. 228–229.]

Повитухи рассматриваемого региона при родах практиковали активное поведение роженицы – чаще всего в первом периоде родов женщина должна была с промежутками или беспрерывно ходить "чтобы ребенок не застоялся", "чтобы расходились все жилы роженицы и все ее члены". [166 с.445.]

В указанный выше период на северо-востоке Европейской России перед, во время и после родов выполнялось множество обрядов и ритуалов с целью "облегчить роды".

Так, перед родами, отправляясь к роженице и выйдя за ворота, повитуха становилась лицом к востоку и говорила: "Батюшка восток, бывает на тебе сам Иисус Христос… Благослови меня, рабу грешную, на мир Божий, к рабе Божьей (имя женщины), Казанская Божья Матерь, Михаил Архангел и все святые угодники". Все время пути до роженицы повитухе рекомендовалось читать "Богородицу". [166 с.442.]

В Вятской губернии одним из актов, ускоряющих роды, со стороны пришедшей бабки или еще прежде, со стороны самой роженицы или домашних, являлось расстегивание ворота рубахи, снимание пояса, колец и серег, развязывание всех узлов, какие есть на роженице, расплетание кос, отпирание замков в доме, открывание печей, заслонок, дверей, ворот, т. к. "если все будет развязано и открыто, то, и роды развяжутся скорее" и у роженицы так же свободно откроются все "затворы и запоры", затрудняющие выход ребенка. Иногда, чтобы помочь роженице, то же делал, ослабляя на себе пояс и расстегивая ворот рубахи, ее муж. [166 с.443.]

Коми-пермяки, проживавшие в рассматриваемом регионе, для облегчения родов также развязывали на одежде все узлы и расплетали женщине косы. [172 с.127.]

Необходимо отметить, что взгляд на присутствие мужа при родах на территории России отличался значительным разнообразием. Так, в Новгородской, Калужской, Рязанской и Тамбовской губерниях считалось, что "не место мужикам там быть, где бабы свои дела делают". В Вятской губернии присутствие мужа при родах считалось обязательным, т. к. он, по мнению вятчан, "брал на себя часть мук". Муж должен был помогать женщине при родах – держал ее за плечи, перешагивал через роженицу, молился Богу, ходил вокруг избы с иконой, опрыскивал роженицу святой водой. [166 с.448.]

В Малмыжском уезде Вятской губернии в середине XIX века в случае "трудных родов", в баню, где рожала женщина, приносили дугу и переводили через ее роженицу 3 раза. Практиковалось и следующее – в баню приводили мужа и клали его на пол. Женщина должна была перешагнуть через его ноги 3 раза. Это, по мнению вятских знахарей, способствовало ускорению родоразрешения. [146 с.448.]

При "трудных родах" женщин в рассматриваемом регионе также приводили в избу, накрывали стол скатертью, ставили на него хлеб, соль и брагу. Затем роженицу трижды обводили вокруг стола и при этом приговаривали: "Как скоро раба Божья (имя) обойдет вокруг стола, так скоро и родит". После этого обмывали икону водой над дном опрокинутого ведра и эту воду давали пить роженице. Для ускорения родов практиковалось также опрыскивание рожениц "водой врасплох". [172 с.102.]

В Орловском уезде Вятской губернии при "трудных родах" для "усиления потуг и скорейшего окончания родов" рожениц заставляли дуть в пустую бутылку. [166 с.445.]

В Слободском уезде той же губернии "при трудных родах" просили священника на 2–3 минуты отворить в церкви царские ворота. Кроме того, женщину поили водой, в которой до этого лежал моток суровых ниток. Последнее делалось для вызова тошноты. Вода эта в Слободском уезде называлась "суровой". [224 л.5.]

В Слободском уезде Вятской губернии во время родов также считалось необходимым зажечь подвенечную свечу и молиться, а после родов дать женщине съесть толстый ломоть черного хлеба с солью – "для того чтобы не тосковала". [224 л.5.]

Указанные выше проявления предупредительной и катартической магии не рациональны, но оказывали определенный положительный психотерапевтический эффект – успокаивали, повышали уверенность в своих силах как повивальной бабки, так и самой роженицы.

На северо-востоке Европейской России в XIX – начале XX века во время родов применялись опасные, нерациональные приемы, среди которых "выдавливание" ребенка было одним из самых деликатных. Так, при выпадении ручки практиковалось подвешивание женщины за ноги. Это, по мнению повитух, способствовало перевороту ребенка головкой. При попытке извлечь ребенка, повитуха зачастую отрывала ему ручку или даже голову. [105 с.16.]

Во время родов повивальные бабки нередко использовали различные "родоускоряющие средства". В рассматриваемом регионе с этой целью практиковалось введение во влагалище масла или кусочка мыла, что также нерационально и способно нанести вред.

Для ускорения "трудных родов" в Вятской губернии применялся "змеиный выползок" (кожа змеи – авт.): роженицу поили водой со змеиного выползка, т. к. считалось, что "как змея выползает свободно из кожи, так и легко родится ребенок". Данное проявление имитативной магии нерационально, но вреда роженице не приносило. [166 с.450.]

В послеродовом периоде для восстановления нормального положения матки применялось встряхивание родильницы. Г.И. Попов (1903) об этом сообщает: "…заставив родильницу встать на четвереньки и опереться руками, повитухи сильно встряхивали ее за лодыжки". Население и народные целители рассматриваемого региона считали, что в послеродовом периоде "самым неотложным делом является вымыть и выпарить родильницу в бане". В Орловском и Котельническом уездах Вятской губернии при этом обязательными были три бани. Считалось, что это восстановит силы родильницы. В Орловском уезде той же губернии женщине после родов не рекомендовалось даже кормить ребенка "до окончания третьей бани". В послеродовом периоде жители рассматриваемого региона также стремились как можно раньше накормить и напоить родильницу "чтобы завязалось в животе". Вятчане с этой целью давали родильнице квас с толокном, ржаным солодом или овсяной мукой, головку лука или редьку, стакан конопляного масла. [166 с.459.]

Содержание в чистоте тела родившей женщины, ранний прием ею пищи – мероприятия, рациональные с точки зрения научной медицины, чего нельзя сказать о встряхивании роженицы или ограничении раннего питания новорожденного.

Для лечения гинекологических заболеваний на северо-востоке Европейской России в XVIII – начале XX века народными целителями применялись средства растительного, животного и минерального происхождения.

При бесплодии вятчане использовали омелу ("вихорево гнездо", "птичий клей"). Омелу рекомендовалось "брать с ольхи". Ее "парили в горшочке трои сутки, запечатав и подсытя медом", а затем хранили "в склянице, или оловянном судне, а не деревянном". Считалось, что после приема омелы "кои неплодны… учнут детей ражать, и, дав ей, вели с мужем пребыть… и буде ж дашь пить молодова месяца – да зачнет девку, а ветхово месяца – сына". [26 с.58.]

"При женских болезнях" в рассматриваемом регионе народные целители рекомендовали принимать внутрь отвар тысячелистника. [37 с.28.]

"При неправильных месячных очищениях" вятчане использовали настойки "белой травы" или пореза (кровавника, грыжной травы). [219 с. 1–5.]

В послеродовом периоде "против боли в нижней части живота" лечились травой "золотник". С этой же целью употреблялись настой из жолуницы, майской травы, настойка перелойной травы, золотуха в виде чая, припарки к животу из синих цветков. [219 с. 1–5.]

Для "укрепления матки и восстановления восприимчивости" народными целителями региона использовался отвар корня самоправки (детородника), для "возбуждения чувственной похоти" – отвар корня перелоя. [219 с. 1–5.]

"Против болей в грудях у женщин" в виде припарок применялся пустотел (матошник), а также троецетная (сороконедужная) трава. [32 с.352.]

Проживавшие в рассматриваемом регионе удмурты при родовспоможении применяли траву лапчатку узик. Ее корень называли калганом. Водкой, настоянной на калгане, поили родильниц после родов "для подкрепления сил". [159 с. 228–229.]

При маточных кровотечениях в рассматриваемом регионе использовался настой из сушеной крапивы.

Г. Верещагин (1898) указывает на использование вятчанами тысячелистника при выпадении матки. Согласно его же сообщению, марийцы использовали тысячелистник как "молокогонное средство". [36 с.80.]

В Вятской губернии для увеличения количества молока у женщины также использовался водный настой мяты. [36 с.80.]

Средства животного происхождения в народной медицине северо-востока Европейской России при "женских болезнях" применяли в рассматриваемый период не так часто, как средства растительного происхождения. Так, в Орловском уезде Вятской губернии с целью предохранения от нежелательной беременности "ели с хлебом шерсть яловой коровы или овцы, пили воду, в которой были обмыты куриные яйца или собранную из 40 различных ключей". Для устранения нежелательной беременности вятчане ели янтарное мыло. [166 с.429.]

Специальных фармакологических исследований рациональности применявшихся в народной медицине северо-востока Европейской России для лечения гинекологических заболеваний средств растительного и животного происхождения к настоящему времени не проводилось.

Арсенал средств минерального происхождения, использовавшийся знахарями региона при "женских болезнях" был так же не велик. Они применялись, как правило, для прерывания нежелательной беременности. Г.И. Попов (1903) сообщает, что "для производства выкидыша пили порох, фосфорные спички, сулему, селитру, киноварь, мышьяк, глотали ртуть, пили толченый сургуч с водой, щелок". С той же целью ели серу, "стекло в воде и песок, которой образуется при обтачивании железных или стальных инструментов на точилке или брусе". Применение вышеуказанных средств минерального происхождения для прерывания беременности опасно для жизни и здоровья женщины, вследствие чего является крайне нерациональным. [166 с.430.]

Жители северо-востока Европейской России в XIX – начале XX века для лечения гинекологических заболеваний наряду со средствами растительного, животного и минерального происхождения использовали также заговоры. Рациональным это также назвать сегодня нельзя.

Проведенное исследование показало, что в конце XX – начале XXI века в рассматриваемом регионе методы народной медицины при родовспоможении и лечении гинекологических заболеваний на практике не используются.

Таким образом, до 30-х годов XX века основной объем помощи при родовспоможении и при лечении гинекологических заболеваний на северо-востоке Европейской России приходится на народное целительство, большую часть родов в данный период принимают повитухи, пупорезницы, пуповязницы. Местом родоразрешения чаще всего являлась баня. Для "облегчения родов" выполнялось множество нерациональных обрядов и ритуалов, ряд из которых практиковался только на северо-востоке Европейской России. Во время родов повитухами применялись приемы, зачастую представляющие опасность для жизни женщины и ребенка. Для лечения гинекологических заболеваний в данный период в регионе чаще использовались средства растительного происхождения, реже – животного и минерального происхождения, применялись заговоры. В настоящее время население северо-востока Европейской России методы народной медицины при родовспоможении и при лечении гинекологических заболеваний на практике не использует.

4.3. Лечение заболеваний терапевтического профиля в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

Статистика заболеваемости населения северо-востока Европейской России, как в прошлом, так и в настоящее время, позволяет сказать о том, что заболевания терапевтического профиля были и остаются одними из наиболее часто встречающихся у жителей данного региона. Вследствие этого закономерным является то, что в народной медицине данной территории широко представлены методы лечения заболеваний названного профиля.

Анализ литературных и архивных источников позволяет сказать о том, что в XVIII – начале XX века для лечения заболеваний терапевтического профиля в народной медицине северо-востока Европейской России очень часто использовались средства растительного происхождения.

Так, уже в XVIII веке "от многих немощей внутренних" жители исследуемого региона лечились пеплом дубовых листьев: "… дуб силу имеет… набери дубового листу старого… и… лист сожги, пепел всыпь в воду и пей…". [25 с.9.]

Для лечения "нутряной комухи" в Вятской губернии применяли малину: "… выкопай коренья малинового, изреж мелко и вари в воде решной два дня и пей на тощее сердце – по ковшу питью". [26 с.60.]

При головной боли в исследуемом регионе в XVIII веке использовали кору калины – "а у кого голова болит, навари коры калиновой в воде… а как станешь кору скресть, и первую кору долой соскреби, а другую от соку древитого збери и наклади в горшок, тут же положи теста хлебного, кислого, да к тому ж приложи травы полыню, ростет по огородам, а на ней ягоды красны… и как поваря, прикладывати к голове больной и есть тоже" [26 с.61.]

Для лечения болезней печени жители региона использовали ягоды можжевельника, принимать их следовало "на тощее сердце". [26 с.61.]

"Губами", растущими на березе, вятчане лечели "щепоту и ломоту", "губы" сушили "в печи на сухо горадно", сжигали "в пепел", делали из последнего щелок, "сытили его медом" и пили "гораздо проголодавшись, не есть дни два, или полтора". Пили щелок"… на день по чарке винной или по лошке… а пить сметя, да по силе, не вдруг… месяц или больше и тот щелок пей на день…паче всякого зелия филисофского". [26 с.62.]

"Для очищения крови" жители региона использовали березовый сок. [25 с.26.]

При желудочно-кишечных заболеваниях применялись плоды черемухи (как в свежесобранном, так и в сушеном виде), отвар коры черемухи жители северо-востока Европейской России использовали как мочегонное и потогонное средство. [26 с.70.]

Березовые почки, собранные в марте-апреле, применяли как мочегонное средство, а также их пили в виде водочного настоя при болезнях органов дыхания. Березовый сок принимали внутрь как общеукрепляющее средство. Использовалась в народной медицине региона береза и в сочетании с другими средствами растительного происхождения. Так, листья березы, ягоды боярышника, зверобой, череда, пустырник, ягоды шиповника смешивались, заваривались кипятком и применялись при болях в сердце. [26 с. 58–73.]

Сосна – распространенное дерево в рассматриваемом регионе. Сосновые почки, собранные зимой или в начале весны (в марте) применялись как отхаркивающее средство. Отвар хвои сосны пили как общеукрепляющее средство, хвойными ваннами лечили болезни суставов. [32 с.352.]

При простудных заболеваниях жителями северо-востока Европейской России использовалась водочная настойка еловой хвои или шишек. При кашле в исследуемом регионе вдыхали дым от еловой смолы, сжигаемой на раскаленных углях. Ванны с хвоей ели применяли при болезнях суставов. [196 с.87.]

"Для улучшения работы сердца" в народной медицине региона применялись ягоды калины, собранные после заморозков. Сок и отвар ягод калины, смешанных с медом, пили при простудных заболеваниях. [196 с.87.]

Настой или отвар соцветий липы жители северо-востока Европейской России использовали в качестве потогонного и жаропонижающего средства. При головных болях они обвязывали голову листьями липы. [196 с.89.]

Одним из способов лечения простудных заболеваний в регионе было "укрывание ворохом ольховых листьев, смоченных в теплой воде". [196 с.90.]

Соком свежих ягод рябины на северо-востоке Европейской России лечили желудочно-кишечные расстройства, их водный отвар употреблялся как мочегонное средство. Ягоды рябины, как свежесорваные, так и сушенные, принимали внутрь для повышения работоспособности. [196 с.91.]

Настой из плодов шиповника вятчане пили как общеукрепляющее средство, "при упадке сил", "чахотке", "при потере аппетита", "от усталости". При цинге – "натирали десны и зубы мякотью ягод (шиповника – авт.)". [32 с.360.]

Ягоды малины население Вятской губернии использовало как жаропонижающее и потогонное средство, а также при болях в животе. [219 с.5.]

В народной медицине региона для лечения заболеваний терапевтического профиля применялась также и брусника. Отвар ее листьев и стеблей использовался как мочегонное средство, а ягоды – как общеукрепляющее. Отвар цветущего побега брусники пили при простудных заболеваниях, туберкулезе. [219 с. 1–5.]

Ягоды черники в Вятской губернии ели "от поноса". Кроме того, отвар листьев черники пили при головной боли. [196 с.97.]

При желтухе и туберкулезе жители исследуемого региона принимали внутрь отвар листьев и корневищ земляники, а, кроме того, им пользовались "при плохом запахе изо рта" (как полосканием – авт.). [219 с.96.]

Клюква применялась народными целителями региона при лечении простудных заболеваний, ее принимали как жаропонижающее и мочегонное средство. Использовалась она и с целью сохранения высокой работоспособности. "Чаем" из ягод и листьев клюквы лечились "от поноса". [32 с.358.]

Широко использовали жители региона для лечения и дикорастущие травы. В вятских рукописных лечебниках упоминается "трава верба" (беличьи уши, ранник, черемичник – авт.) Ее варили "с вином фряжским" и пили "от падучей немочи". [25 с.26.]

Травой "бобки" (трифоль, трилистник водяной – авт.) вятчане лечились "от озноба", "выгоняли грыжу от сердца", "сводили желтуху". В XIX – начале XX века эта трава "в народной медицине (региона – авт.) уже употребляется от лихорадок, от чахотки, от поноса, кашля…". [26 с.60.]

Конским щавелем, принимая его внутрь, жители региона лечились "от многих скорбей" и "крепили нутро". В пареном виде, употребляя "на тощее сердце", его применяли с целью "живот мягчить", щавель использовали для лечения лихорадки, "при слабости пищеварительных органов". [26 с.61.]

Листья подорожника использовались на рассматриваемой в работе территории для лечения перемежающейся лихорадки, настой из листьев подорожника – как отхаркивающее средство при простудных заболеваниях. [26 с.62.]

Травою плакун (василек – авт.) в Вятской губернии лечили "у кого грыжа в нутре ходит". Для этого народные целители брали семена плакуна, толкли их "в бруснице или в клюкве", а не с тем – не утолочь". Пили это лекарство "на тощее сердце и ложась спать". [26 с.63.]

В народной медицине северо-востока Европейской России для лечения заболеваний терапевтического профиля использовался и лопух. Его семена применяли как слабительное средство, при головной боли "под платок или шапку клали лист лопуха", прикладывали листья лопуха и к поясничной области, если в последней появились боли. [196 с.72.]

При запорах вятчане принимали внутрь высушенный корень одуванчика или хмель. [32 с.353.]

Зверобой в исследуемом регионе использовали "для возбуждения аппетита", "от запора", "при головных болях", "задержке мочи" и " при болях в сердце". [32 с.354.]

Протертый хрен с медом жители региона ели по чайной ложке перед едой при простудных заболеваниях, болях в суставах, для улучшения аппетита, а также использовали как мочегонное средство. Разбавленным водой соком хрена полоскали горло при его заболеваниях. [196 с.106.]

Чеснок в народной медицине региона употреблялся в целях профилактики и лечения простудных заболеваний, его принимали внутрь как общеукрепляющее средство. Настойку чеснока (по десять капель в двух столовых ложках молока) пили для лечения желудочно-кишечных расстройств и "от глистов". [196 с.106.]

Сок редьки, смешанный с медом (в равных долях) жители Вятской губернии пили по столовой ложке четыре раза в день при простудных заболеваниях. Он же использовался как мочегонное средство. При заболеваниях желудочно-кишечного тракта, запорах в народной медицине региона применялся сок капусты. Отвар семян капусты использовался как противоглистное средство. [196 с.98.]

Многие средства растительного происхождения, используемые в народной медицине северо-востока Европейской России в XVIII – начале XX века для лечения заболеваний терапевтического профиля, перешли сегодня в арсенал научной медицины. Так, плоды шиповника используются в настоящее время как общеукрепляющее средство, ягоды малины как жаропонижающее, брусника – как мочегонное, сок капусты применяется как средство лечения заболеваний желудочно-кишечного тракта.

Проведенный анализ литературных источников и воспоминаний носителей сведений о народной медицине региона показал, что для лечения заболеваний терапевтического профиля на северо-востоке Европейской России в XIX – начале XX века народными целителями наряду со средствами растительного происхождения использовались и средства животного происхождения.

Так, при болях в поясничной области из шкуры собаки жители региона делали пояса, носить которые рекомендовалось "шерстью к себе". Оговаривалось и время года, когда лучше носить такой пояс – весной и осенью. [25 с.26.]

Исследование показало, что для лечения заболеваний терапевтического профиля в народной медицине северо-востока Европейской России широко использовались жиры домашних животных. Со слов Котовой Е.Е. (1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области) записано, что в первой половине XX века для лечения простудных заболеваний применялось козье сало. Его "растапливали до жидкого состояния, мазали пятки, грудь, спину, шею, а на ночь завязывали теплым платом".

При простудных заболеваниях применялось и свиное сало. Его принимали внутрь растворяя в горячем коровьем молоке (1 ложка сала на стакан молока) или натирали им же грудную клетку, "делали компрессы, обвязывая натертое тело теплой тряпкой". При кашле смешивали "нутряное свиное сало с сосновым маслом и натирали грудь, сверху покрывали сухой суконной тряпкой". [36 с.91.]

Для лечения заболеваний терапевтического профиля в народной медицине региона использовалось также молоко. Так, для лечения туберкулеза в Вятской губернии применялось парное молоко с толокном. Молоко в данном случае использовалось как коровье, так и козье. Коровье молоко при лечении туберкулеза смешивали и со свиным салом. [196 с.116.]

Горячее молоко домашних животных (с медом, маслом, салом, вареньем из лесных ягод) жители региона принимали внутрь при простудных заболеваниях. Иногда в молоко добавляли при этом и тертый лук. Использовали для лечения простудных заболеваний и масло, полученное из молока – им растирали грудную клетку заболевших. [36 с.89.]

В Сарапульском уезде Вятской губернии в 19 веке лихорадку пугали кошкой – последнюю неожиданно бросали на лихорадящего больного. В Яранском уезде той же губернии для лечения лихорадки "пили воду, в которой была выкупана черная кошка". [166 с.338.]

Дикие животные в исследованном регионе также служили народным целителям источником средств лечения. Так, марийцы использовали сало барсука для лечения ревматизма. [36 с.91.]

Со слов Котовой Е.Е. (1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области) записано, что в первой половине XX века барсучье сало в регионе использовалось для лечения болезней желудка. Для лечения простудных заболеваний пили медвежье сало с горячим молоком и медом.

Растирали медвежьим салом и больные суставы. При этом рекомендовалось втирать сало так, чтобы оно "хорошо втиралось". [37 с.28.]

Использовали для лечения в северо-восточном регионе Европейской России и кости диких животных. Так, при "ломе в костях" шли в лес и искали кость умершего животного, ею "стучали по больному месту и говорили: "Как эта падина ничего не чует, так пусть и моя нога ничуть не болит". [166 с.391.]

Для лечения болезней печени народные целители брали рыбу, вынимали из нее желчь, обмакивали в нее указательный и средний пальцы, рисовали ими крест в области печени и говорили: "Рыба сдохла, желчь ее подсохла. Печень тоже у раба (имя) на исцеление. Аминь". [40 с.96.]

В Сарапульском уезде Вятской губернии желтуху "передавали" щуке. Для этого в лохань клали несколько живых щук. Больной наклонялся к лохани и смотрел на них. При этом ему надо было часто сплевывать в лохань. Жители губернии верили, что "щуки глотали слюну, и желтуха переходила на них". [166 с.388.]

При лечении лихорадки вятчане также использовали рыбу. Для этого больному "клали за пазуху особого сорта рыбу". Рыба эта должна быть поймана ночью и засушена. Не всякая рыба, по мнению народных целителей, подходила: "… спящая по течению реки – это добрая рыба, другая же злая и в ней живет дьявол". Последняя и применялась как лечебное средство. [166 с.393.]

Таким образом, в рассматриваемый период наряду с рациональным использованием средств животного происхождения для лечения заболеваний терапевтического профиля (применение молока для лечения туберкулеза, мазей с компонентами животного происхождения), органы и ткани животных, да и они сами, а также рыба, применялись при выполнении нерациональных магических процедур лечения заболеваний вышеуказанного профиля (контагиозная магия лечения кошкой лихорадки, костью животного болей в конечностях, имитативная магия с использованием желчи рыбы для лечения желтухи).

При лечении заболеваний терапевтического профиля в народной медицине региона широко и рационально использовались продукты пчеловодства. Так, пчелиный мед принимали как общеукрепляющее средство, использовали при лечении простудных заболеваний".

Анализ литературных источников показал, что арсенал средств минерального происхождения в народной медицине рассматриваемого региона, применяемых при лечении заболеваний терапевтического профиля, относительно не велик. Так, "от окормления" знахарями использовалась в смеси с яичным желтком "сера горюча". [25 с.26.]

Ярь употреблялась если "кто сохнет – тело наведет", она же, по мнению вятчан "огонь из очей студит". Железным купоросом лечили рвоту, изгоняли глисты. Нефть входила в состав лекарств "от запора". [26 с.9.]

"От жготы сердца" в Сарапульском уезде Вятской губернии в XIX веке принимали внутрь "непомерные растворы азотной кислоты". [166 с.425.]

Коми-пермяки для лечения использовали "камень самоцвет". Он "придавал (по мнению коми-пермяков – авт.) целебную силу браге, которую использовали как лекарство при поносах". [129 с.150.]

Вышеизложенное позволяет сказать, что применение средств минерального происхождения в народной медицине региона для лечения заболеваний терапевтического профиля не рационально, а зачастую может принести и вред.

Заболевания терапевтического профиля в народной медицине исследуемого региона наряду со средствами растительного, животного и минерального происхождения лечили также с помощью тепловых процедур.

Центральное место здесь принадлежит бане. В деревнях широко была распространена баня по-черному, дым из которой выходил не через трубу, а из двери и специально прорубленных отверстий в стенах. У выхода в баню находилась каменка – очаг из камней с емкостью для нагревания воды. На раскаленные камни плескали водою, квасом, отварами трав и т. п. для "поддания пару". Парились на полках – специальных возвышениях в виде лавок или ступенек над полом. [196 с.12.]

Русская баня жителями региона считалась хорошим средством для восстановления сил, профилактики и лечения простудных заболеваний, болезней костно-мышечной системы, ее применяли при "застое крови", "горячке", "ломоте", ушибах, пьянстве. Для лечения болезней в бане парились березовыми, дубовыми, хвойными или смешанными (береза, зверобой, душица, можжевельник, крапива) вениками. Крапивными вениками пользовались "при болях в пояснице" и "ломоте суставов". [196 с.13.]

В бане жители региона поливали на раскаленные камни настои целебных трав и дышали их паром. "Подвали на каменку" настоями валерианы, мяты, душицы, квасом, пивом. [19 с.200.]

В бане очень часто делали растирания. Марийцы при лечении болей в пояснице пользовались для этого дегтем. Иногда деготь смешивали с солью. Мордва с этой целью применяла мед и животные жиры. Кроме того, с целью лечения в бане натирались редькой, хреном, керосином, скипидаром, перцовкой, нашатырным спиртом, горчицей. Летом для этой цели употреблялась молодая крапива. [196 с.17.]

Для лечения заболеваний терапевтического профиля в Вятской губернии применялось и "сидение на парах". Для этого в кадку или ведро помещали раскаленные камни или кирпичи, заливали их водой и больной, закрывшись "с головой" сидел и вдыхал пар. Муравьиный пар получали, заваривая в кадке муравейник. Для лечения болезней мочевого пузыря брали труху от сена, заваривали ее водой в ведре и садились на него. Греться над паром рекомендовалось "пока есть терпение". [196 с.18.]

В Вятской губернии в XIX веке для лечения многих заболеваний, в том числе и терапевтического профиля, применялись "сенные ванны". Для их приготовления использовали свежескошенное сено. Применялись и ванны соломенные с яровой, овсяной или гречневой соломой. При ревматизме вятчане лечились ваннами из молодых березовых листьев. [32 с.360.]

Жители региона для лечения простудных заболеваний использовали также вдыхание пара от чугунка с вареной не чищеной картошкой. В этом случае полагалось накрыться чем-нибудь "с головой" и вдыхать пар.

Указанные выше тепловые процедуры при лечении заболеваний терапевтического профиля в целом рациональны, признаны в настоящее время научной медициной.

Анализ литературных источников позволяет получить представление о лечении заболеваний терапевтического профиля в народной медицине северо-востока Европейской России только в период с конца XVIII по начало XX века. Информация о народном целительстве при заболеваниях терапевтического профиля в рассматриваемом регионе во второй половине XX века и в настоящее время получена в результате проведенного в 1997–2003 г.г. опроса жителей Кировской области, Республики Коми и Республики Марий-Эл, являющихся носителями сведений о народной медицине.

В народной медицине исследуемого региона для исцеления заболеваний терапевтического профиля во второй половине прошлого – начале нынешнего века, как и ранее чаще всего используются средства растительного происхождения.

Для лечения кашля жители региона в данный период применяют сок репы с сахаром или медом (записано со слов Окатовой Л.З., 1928 г.р., г. Киров, Колесниковой Л.А., п. Изья-ю Республики Коми). С этой же целью используется сок редьки, смешанный с медом – "… в черной редьке делают углубление, заполняют медом, перемешивают его с выделившимся соком и принимают по одной столовой ложке через 3 часа" (записано со слов Краевой Т.С., 1935 г.р., с. Макарье Котельнического района Кировской области, Роготневой А.И., 1933 г.р., д. Индыгайка Лебяжского района Кировской области, Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области).

Лечат кашель в настоящее время жители региона и следующим образом: "… листья алое пропускают через мясорубку, добавляют 4–5 столовых ложек меда и 200 грамм водки, перемешивают и дают постоять 3–4 дня, принимают по 1 столовой ложке 3 раза в день" (записано со слов Дудорова А.И., 1930 г.р., Лебяжский район Кировской области, Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области).

Применяется сегодня на северо-востоке Европейской России для лечения кашля также сухой липовой цвет: "… одну столовую ложку сухого липового цвета заливают стаканом кипятка, настаивают 1 час, процеживают и пьют по одной трети стакана 3 раза в день (записано со слов Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области).

Лечат в исследованном регионе кашель и хреном, который "натирают на мелкой терке, разводят водой в десять раз, раствор процеживают и полощут им горло" (записано со слов Свешниковой А.П., 1955 г.р. г. Киров).

Применяется в регионе в конце прошлого – начале нынешнего века для лечения кашля также лук, причем различными способами: " шелуху от 10 луковиц заливают 1 литром воды и варят, пока не останется половина жидкости, процедить и пить 3 раза в день по 150 грамм" (записано со слов Свешниковой А.П., 1955 г.р., г. Киров), "в молоко опускают луковицу средних размеров, кипятят 10–15 минут, пить в теплом виде" (записано со слов Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области).

Чеснок – еще одно из современных средств народной медицины северо-востока Европейской России для лечения кашля: "… две столовые ложки чесночной кашицы смешать со 100 граммами сливочного масла и втирать эту смесь в подошвы ног на ночь" (записано со слов Григорьевой П., 1937 г.р., д. Северюхи Кирово-Чепецкого района Кировской области).

Для снижения повышенного артериального давления на северо-востоке Европейской России в указанный выше период применяют следующие средства растительного происхождения – пустырник ("взять одну столовую ложку сухой травы, залить кипятком, затем слить воду, второй раз залить траву водой и кипятить 20 минут, применять по 1 столовой ложке на ночь" – записано со слов Тиуновой Г.К., 1945 г.р., Оричевский район Кировской области), черноплодную рябину ("…сок по 50 грамм 3 раза в день за полчаса до еды…" – записано со слов Демоковой А.С., 1924 г.р., с. Кобра Кировской области), крапиву и репу ("… измельченные в равных количествах листья крапивы и корнеплоды репы едят, запивая отваром корня валерьяны" – записано со слов Лежниной Е.В., п. Мураши Юрьянского района Кировской области), клюкву, калину ("… по пол стакана в день свежих ягод клюквы и калины…" – записано со слов Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области), морковь, клюкву, свеклу ("… по 200 мл. сока моркови, клюквы и красной свеклы и 500 мл. водки смешать, настоять 7 дней и принимать по 1 столовой ложке 3 раза в день после еды" – записано со слов Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области).

При болях в поясничной области в настоящее время жители региона также используют средства растительного происхождения – "два стручка красного перца залить 300 мл. нашатырного спирта, настаивать 2 недели в темноте, ежедневно взбалтывать, а затем натирать поясницу" (записано со слов Бирюковой Е. В., 1936 г.р., д. Олоры Республика Марий-Эл), "разогретые сухие семена льна в мешочке прикладывают к пояснице на ночь" (записано со слов Семеновой Н.А., 1949 г.р., д. Андреевск Мари-Турекского района Республики Марий-Эл).

Для лечения желтухи на северо-востоке Европейской России на рубеже прошлого – в начале нынешнего века применяется овес – "…1 стакан овса залить 1 литром молока, попарить в печи 3–4 часа, образовавшуюся жидкость пить по пол стакана 3 раза в день в течение месяца, через пол года повторить…" (записано со слов Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области).

При глистной инвазии жители исследованного региона в настоящее время используют семена тыквы (записано со слов Боткиной И.М., 1951 г.р., д. Медведево Республика Марий-Эл).

Для лечения болезней желудка в регионе и сегодня применяется сок картофеля по полстакана 3 раза в день (записано со слов Сидоровой М.И., 1927 г.р., п. Приозерный Кортеросского района Республики Коми).

Больным туберкулезом в настоящее время на северо-востоке Европейской России народными целителями рекомендуется пить натощак отвар камышовых листьев – по полстакана 3 раза в день (записано со слов Петровой Т.Г., 1950 г.р., с. Шелангер Республика Марий-Эл).

Для снижения температуры тела жители региона в настоящее время используют картофель – "… сырой картофель натереть на терке и прикладывать к вискам" (записано со слов Бочкаревой Л.И., 1932 г.р., д. Мари-Шолнер Мари-Турекского района Республики Марий-Эл), бруснику – "… настой ягод или листьев принимать внутрь…" (записано со слов Козловой Л.Л., 1953 г.р., Белохолуницкий район Кировской области).

При диарее как в конце прошлого, так и в начале нынешнего века в регионе применяются черника – "4 чайные ложки сухих плодов залить 1 стаканом холодной воды, выпить в течение дня небольшими глотками" (записано со слов Носковой К.Г., 1944 г.р., п. Фаленки Кировской области), клюква – "… 2 столовых ложки клюквы (ягоды и листья) заварить 2 стаканами кипятка, кипятить 10 минут на слабом огне, охладить, процедить, принимать по полстакана 4 раза в день" (записано со слов Колеватова М.И., 1931 г.р., с. Макарье Котельнического района Кировской области).

Для лечения запора на северо-востоке Европейской России во второй половине XX – начале XXI века используется земляника (записано со слов Егоровой П.Е., 1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл), картофельный сок по полстакана 2 раза в день (записано со слов Колеватова М.И., 1931 г.р., с. Макарье Котельнического района Кировской области).

При "расстройствах кишечника" в регионе и в настоящее время применяется древесная зола – по 1 чайной ложке 3 раза в день (записано со слов Шутовой К.И., 1930 г.р., д. Крутое Санчурского района Кировской области).

При головной боли современными народными целителями региона рекомендуется голову "обвязывать полотенцем, смоченным в отваре полыни" (записано со слов Фофановой А.А., 1931 г.р., г. Киров), "… натирать голову настойкой березовых почек на водке или самогоне" (записано со слов Лежниновой Е.В., Юрьянский район Кировской области), использовать кору калины – "…соскребают с дерева не самый верхний слой коры, а тот, что под ним, затем кору кладут в горшок, добавляют кислого хлеба, полыни и все это варят некоторое время, после варки остужают и прикладывают к голове" (записано со слов Ведерниковой Н.Г., 1918 г.р., Лебяжский район Кировской области).

Простудные заболевания на северо-востоке Европейской России и сегодня лечат сушеной малиной (записано со слов Слаутина Ф.М., 1928 г.р., п. Мураши Кировской области), чаем из мяты с липовым медом, принятым на ночь (записано со слов Баданиной А.А., с. Каринка Кирово-Чепецкого района Кировской области).

При насморке на переносицу на исследованных территориях накладывается печеный лук (записано со слов Егоровой П.Е., 1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл), при боли в горле рекомендуются полоскания настоем луковой шелухи (записано со слов Анучиной Е.А., 1927 г.р., с. Макарье Котельнического района Кировской области), при болях в грудной клетке – алое с медом (записано со слов Ислентьевой Е.И., 1925 г.р., п. Кумены Кировской области), как общеукрепляющее средство – чай из плодов калины (записано со слов Долгановой О.И., 1945 г.р., д. Тарасовка Санчурского района Кировской области).

Большинство из вышеперечисленного отбиралось веками и закреплялось вследствие позитивного терапевтического эффекта, но в настоящее время требует специального фармакологического исследования с позиций доказательной медицины для интегрирования в научную медицинскую практику.

Наряду со средствами растительного происхождения в народной медицине северо-востока Европейской России в настоящее время для лечения заболеваний терапевтического профиля используются и средства животного происхождения.

Так, для лечения кашля рекомендуется съесть перед употреблением пищи 2 не вареных куриных яйца (записано со слов Петровой Т.Г., 1950 г.р., с. Шелагер, Республика Марий-Эл), пить " маленькими глотками растопленное животное сало с медом, куда добавлено немного сока репы" (записано со слов Окатовой Л.З., 1928 г.р., г. Киров), пить в горячем виде коровье молоко, в которое добавлена 1 чайная ложка меда и 1 чайная ложка свиного сала (записано со слов Казанаевой Р.В., 1956 г.р., п. Санчурск Кировской области, Харюшиной А.Н., 1947 г.р., г. Киров-Чепецк Кировской области).

Для лечения заболеваний системы дыхания во второй половине XX – начале XXI века в исследованном регионе применяется прием внутрь кипяченого козьего молока со сливочным маслом (записано со слов Сидоровой М.И., 1927 г.р., п. Приозерный Кортеросского района Республики Коми), сала барсука (записано со слов Кошкиной О.Г., 1951 г.р., г. Киров).

При туберкулезе и в настоящее время используется кумыс (записано со слов Залевской Т.В., г. Омутнинск Кировской области), прием внутрь топленого собачьего сала с молоком (записано со слов Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области), смеси из топленого говяжьего и бараньего сала (1:1) (записано со слов Блиновой Л.Ф., п. Красный Яг Республики Коми).

Кроме того, при заболеваниях внутренних органов в народной медицине региона в настоящее время применяется мясо змеи – "… при этом голову змеи есть запрещается" (записано со слов Асланова В., 1905 г.р., д. Чашницкая, Сернурского района Республики Марий-Эл).

В народной медицине региона для лечения заболеваний терапевтического профиля продолжают использоваться и муравьи. Так, со слов Колеватова М.И. (1931 г.р., с. Макарье Котельнического района Кировской области) записано: "… уже несколько лет готовлю себе настойку муравьев на спирту… для этого ставлю пустую бутылку в середину муравейника… за считанные минуты муравьи заползают в бутылку, нужно чтобы они заполнили собой полбутылки… дома заливаю водкой, настаиваю 20–30 дней и растираю этим лекарством больную спину и суставы, даже от простуды натираюсь – быстро помогает".

Некоторое из вышеприведенного имеет под собой рациональную основу (кумысолечение при туберкулезе, прием внутрь горячего молока с маслом, медом при заболеваниях системы дыхания), но многое (употребление куриных яиц для лечения кашля, мяса змеи при заболеваниях внутренних органов) в настоящее время не получило обоснования рациональности с позиций доказательной медицины.

В народной медицине региона при заболеваниях терапевтического профиля находят применение сегодня и средства минерального происхождения. Так, при простудных заболеваниях рекомендуется "налить в тазик холодно-ледяную воду и постоять в ней ровно одну минуту" (записано со слов Череватенко В.А., 1927 г.р., г. Киров).

С целью снижения артериального давления применяется ношение медного браслета (записано со слов Шулятьевой А.А., 1945 г.р., Куменский район Кировской области).

Вышеизложенное не рационально и не интегрировано в настоящее время в научную медицину.

В настоящее время используются для лечения заболеваний терапевтического профиля в исследованном регионе и рациональные физиотерапевтические методы лечения. Так, в частности, при заболеваниях системы дыхания рекомендуется "вскипятить в кастрюле воды, голову накрыть полотенцем так, чтобы пар из кастрюли не выходил наружу, и дышать паром, пока не остынет вода" (записано со слов Череватенко В.А., 1927 г.р., г. Киров), или – "сварить картофель в мундире, отлить воду и дышать паром от картофеля…" (записано со слов Быдановой И.И., 1939 г.р., п. Уни Кировской области).

Исследование показало, что и в настоящее время на северо-востоке Европейской России для лечения терапевтических заболеваний продолжает использоваться такой метод как "меряние". Так, при головной боли "берут ленточку, обвязывают голову, делают на ней 4 метки: по переносице, по вискам, на ямке на шее сзади, не развязывая, снимают ленточку, складывают, деления должны совпадать, если не совпали, то голову правят. Кладут ладони на лоб и затылок и осторожно встряхивают, кладут ладони на виски и снова встряхивают. После этого снова меряют голову и делают так, пока не совпадут метки (записано со слов Семиколенных Е.А., Нагорский район Кировской области).

Данное проявление контагиозной магии не рационально, говорит о сохраняющейся архаичности мышления у части населения исследованного региона.

Таким образом, в народной медицине северо-восточного региона Европейской России, как в прошлом, так и в настоящее время методы лечения заболеваний терапевтического профиля чаще всего имеют своей целью устранение симптомов заболевания – снижение температуры, уменьшение боли, нормализацию стула, купирование кашля… Методы лечения заболеваний терапевтического профиля не всегда рациональны, имеют свои особенности у разных народов, населяющих северо-восток Европейской России. Для лечения заболеваний терапевтического профиля в народной медицине северо-востока Европейской России, как в прошлом, так и в настоящее время, наиболее часто используются средства растительного происхождения, реже – животного и минерального происхождения, применяются тепловые процедуры, массаж, меряние. Методы народной медицины при лечении заболеваний терапевтического профиля применяются с течением времени все реже и в настоящее время они используются, как правило, при легкой степени течения или в начале заболевания.

4.4. Лечение заболеваний хирургического профиля в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

Изучение литературных и архивных источников, а также воспоминания современников позволяют воссоздать картину лечения заболеваний хирургического профиля в народной медицине северо-востока Европейской России в конце XVIII – начале XX века. Анализ изученных материалов позволяет сделать вывод о том, что чаще всего при исцелении заболеваний данного профиля применялись средства растительного происхождения.

Для лечения болезней глаз в народной медицине региона использовалось смородиновое масло. Готовилось оно следующим образом: "… навари ея листу смородинного в воде, и как третья доля воды останетца вару того, процеди и смешай со строднею, иже есть смородинное масло". Знахари в данном случае рекомендовали – "…пущай в очи булавкою… и очам вельми здорово". [25 с.9.]

Лечили болезни глаз и "травой вербой" (беличьи уши, ранник, черемичник – авт.) – "… сок выжми из травы, и то в очи пущай в больные – уздравит". [25 с.9.]

Шиповником жители региона лечили "грыжу и щепоту". Кроме того, в вятском рукописном лечебнике XVIII века отмечено, что "древо… шиповое… весь живот здравить, вельми помогает от немощей лихих всяких". Для лечения вятские знахари брали шиповник не всякий, а"…одинокое деревце… не кустом бы росло которое, иное". Найдя такое "деревце", выкапывали его корень, резали мелко, "помещали в горшечик новый" и варили в воде 4 дня – "а вываривай на день по три воды и по четыре". Принимать данное лекарство рекомендовалось "на тощее сердце по два ковша на весь день винных". [25 с.26.]

Грыжи в Вятской губернии также лечили настойками из грыжной травы, хлебоедки или еромыча и грыжницы или сердечной моховой травы. Последнюю накладывали на грыжу в виде припарки. [32 с.353.]

При заболеваниях костей и суставов использовались "губы" или "чаги" – "а те губы чагами словут". Собирали их с "лежачих гнилых, или на стоячих, у которых верхи сломилися а сами гнилы ж деревьях". Могли такие "губы" расти "на дереве сосне, на ели, на березе, на ольхе, на иве". "Чаги" эти "собою сверху красны, снизу черны и туги". Собранные "чаги" сушили, сжигали, а из пепла делали щелок и пили его "на тощее сердце по ковшику питьевому на день, не по великому". [26 с.61.]

При "нарывах" жители северо-востока Европейской России использовали березовые листья, которые рекомендовалось "на нарывы прикладывать наружной стороной листа". Березовые же листья применялись при порезах. В данном случае их накладывали на порез внутренней стороной. [26 с.62.]

"Чирьи" в рассматриваемом регионе лечили травой "сиворон". Сиворон сушили, толкли, просеивали, варили "гораздо в чем хочешь" и "пили на тощее сердце по три дни и по четыре". Если лечились "от чирьев" летом, то этой же травой парились в бане. [26 с.63.]

"От чирьев" лечились также луком. Делалось это следующим образом. Луковицу пекли, разрезали пополам и одну половину прикладывали "к чирью". Пока лук был горячим, нужно было успеть наложить сверху его повязку. Перевязку делать рекомендовалось через 3–4 часа. [36]

"Против нарывов" жители Вятской губернии принимали внутрь "в холодном квасе" сушеное и измельченное в порошок растение съедобный матошник. [32 с.353.]

Для удаления "заноз" использовалась смола ели – "… место где заноза густо смазывали и вместе со смолой ее (занозу – авт.) убирают". [32с.354.]

Ожоги народные целители северо-восточного региона Европейской России лечили смесью из еловой живицы, свиного сала и пчелиного воска. Подобная смесь также применялась при ранах и язвах на коже. Перевязки с данной мазью рекомендовалось делать через сутки. [196 с.119.]

При ожогах и язвах на коже также использовался и липовый цвет в виде примочек и припарок. [32 с.360.]

Удмурты, проживавшие на территории рассматриваемого региона, ожоги лечили следующим образом. В дождевую воду добавляли бобовую или гороховую муку, свежий мед и эту смесь варили. Из полученной мази они изготовляли пластырь и накладывали его на обожженную кожу. [91 с.72.]

При ожогах вятские удмурты применяли также высушенный протертый подорожник, смешанный с гусиным салом. Перед перевязкой рану промывали свежими щами или процеженным рассолом квашеной капусты, смешанной с яичным белком или патокой. К обожженной поверхности также прикладывали свежие или протертые яблоки. [91 с.73.]

На северо-востоке Европейской России отваром шишек ольхи останавливали кровь, а листья ольхи прикладывали к гноящимся ранам. [166 с.90.]

Как кровоостанавливающее средство на северо-востоке Европейской России употреблялся сок свежих ягод рябины. Использовался сок свежих ягод рябины и при лечении геморроя – "если пить сок свежей рябины продолжительное время, то откроется даже самый скрытый, невидимый внутренний геморрой… а если сок пить дальше, то человек от этой болезни избавится". [196 с.91.]

"При почечуйных страданиях" знахари исследуемого региона применяли также листья подорожника. Они же использовались при язвах и свищах, прикладывались к порезам, местам укуса насекомых. [26]

При "выпадении" прямой кишки, для ее "подкрепления" жители Вятской губернии применяли траву проход. [32 с.362.]

Для лечения рожистого воспаления, согласно воспоминаниям Гординой А.П. (1916 г.р., Афанасьевский район Кировской области), "листья лопуха, смазанные сметаной, прикладывали к воспаленным местам пушистой стороной". С ее же слов записано, что соком из корней и листьев лопуха вятчане смазывали раны и язвы на коже. Мелкие раны и язвы, согласно воспоминаниям Макаровой О.Ф. (1917 г.р., Афанасьевский район Кировской области) в Вятской губернии в начале XX века лечили водочным настоем чистотела.

При лечении ушибов и переломов в народной медицине рассматриваемого региона использовалась "щучья трава". Собирали ее "вблизи рек… просушивали, измельчали, смешивали с водой до получения кашицы и привязывали к местам ушиба или перелома… менять повязки необходимо через день, лечиться неделю". [32 с.360.]

Для лечения ушибов вятские знахари "к больному месту" прикладывали настойку на водке из трав василисы и пили водочную настойку травы беляка. [32 с.359.]

Для заживления ран и язв на коже вятские знахари применяли зверобой. На гноящиеся раны накладывали "истолченные листья крапивы… с небольшим количеством соли". [32 с.358.]

Раны лечили также "луковой мазью". Кроме лука в ее состав входили козий или овечий жир и поваренная соль. Рекомендовалось, что лук "должен быть старым". Мазь накладывали на рану и вокруг нее на сутки. [36 с.89.]

Для лечения ран использовалась и капуста. В Вятской губернии на свежие или уже гноящиеся раны народные целители накладывали капустные листья. Капустные листья применялись также и при лечении ожогов. [196 с.98.]

Для заживления колотых и резаных ран вятские знахари использовали траву белостойку. Ее свежие листья толкли, сухие – варили и прикладывали к ранам. Раны лечили также толчеными листьями кровавника. [32 с.357.]

"При нечистых ранах" в Вятской губернии применялись припарки из травы матошник. Данная трава использовалась народными целителями чтобы из раны "прогонять червей". [32 с.358.]

Мозоли в рассматриваемый период на северо-востоке Европейской России удаляли с помощью луковой шелухи. Ее вымачивали в уксусе и накладывали на мозоли. [36 с.88.]

"Сводили мозоли" народные целители также с помощью печеного чеснока. Делалось это следующим образом: головку чеснока "завертывали в мокрую тряпку, пекли в золе… отрезали нижнюю часть головки, а верх прикладывали на мозоль и держали сутки… через сутки мозоль должна сама отпасть". [36 с.87.]

Если вятчанина кусала бешеная собака, то знахари рекомендовали выпить небольшой стакан отвара травы бешава и его же приложить на рану. Кроме того, в подобной ситуации в виде настойки принимали внутрь траву машки. [32 с.357.]

"При ужалении змей" в рассматриваемом регионе рекомендовалось на рану "наложить траву зорник". [32 с.357.]

При вывихах жители исследуемого региона пили настойку из правильной травы или винного корня, делали горячие припарки из травы тоткун и листьев смородины. [32 с.356.]

Абсцессы вятчане лечили травами змеевиком, жабреем, змеевецом (в виде припарок). При панариции использовали травы везель или мышиный горох. Так же считалось, что лютик "ускоряет созревание нарыва". [32 с.359.]

Некоторое из вышеизложенного рационально и находит свое объяснение с позиций научной медицины (лечение ожогов мазевыми повязками, в состав которых входят подорожник, еловая живица, промывание ран настоями трав, лечение язв на коже настоем зверобоя…), однако прием внутрь настойки из правильной травы при вывихах, лечение грыжи питьем отвара шиповника не находит рационального объяснения.

Анализ литературных источников и воспоминаний современников показывает, что для лечения заболеваний хирургического профиля в народной медицине рассматриваемого региона в конце XVIII – начале XX века применялись наряду со средствами растительного средства животного происхождения.

Так, для лечения язв на коже знахари северо-востока Европейской России применяли сметану. [25 с.26.]

Для лечения собачьих укусов использовалась шкура данного животного – укушенным собакой рекомендовалось принимать внутрь пепел из шерсти укусившего животного, а кроме того шерсть этой собаки прикладывали к ране. [25 с.26]

При ожогах, марийцы, проживавшие на территории рассматриваемого региона, забивали овцу или теленка, снимали с них шкуру и заворачивали в нее пострадавшего. [166 c.414.]

Применяли жители региона для лечения ожогов также шкуру кролика. В этом случае место ожога предварительно посыпалось золой овечьего кала, а сверху накладывалась кроличья шкура. [166 с.414.]

Согласно воспоминаниям Котовой Е.Е. (1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области) в начале XX века в Вятской губернии для лечения ожогов использовали сало кошки, гусиный жир. Последним рекомендовалось "смазать обожженное место пока не образовались пузыри".

Для лечения ран использовали жиры домашних животных. В данном случае брали столовую ложку козьего или овечьего жира, половину ложки поваренной соли и ложку мелко нарезанного лука. Все это тщательно растирали и прикладывали на рану. Перевязки рекомендовалось делать через сутки. [37 с.28.]

Народные целители северо-востока Европейской России лечили раны также свежей сметаной или маслом. [36 с.92.]

Для лечения ран применялись и жиры диких животных. Так, медвежье сало использовалось следующим образом – "… края раны обносят тонким слоем сала (медведя – авт.)… когда края раны сомкнутся, мажут по будущему рубцу – образуется он мягкий, нежный…". [37 с.28.]

Еще одним способом лечения ран в рассматриваемом регионе являлись повязки с пчелиным медом. Кроме того, известно, что свежие раны вятчане промывали человеческой мочой.

Для лечения заболеваний ушей вятские крестьяне в 19 веке "впрыскивали в ухо теплое молоко с водою". [36 с.80.]

Применялся для лечения заболеваний уха в исследуемом регионе также прополис. Народные целители в данном случае чаще всего пользовались его водочной настойкой.

Заслуживают упоминания также способы лечения грыжи с помощью средств животного происхождения, практиковавшиеся на северо-востоке Европейской России. В одном случае для лечения грыжи на нее сажали мышь, дразнили последнюю с тем, чтобы она "закусила" грыжу. Цель этого действия – испугать болезнь. В других случаях на грыжу сажали червяка или какого-либо жука. [166 с.386.]

Татары, проживающие в рассматриваемом регионе, для удаления занозы использовали "змеиную выползину" (кожу змеи – авт.), считая что "как змея свободно выползла из своей шкуры, так и заноза или соринка выйдут из тела". [166 с.391.]

Для лечения рака вятчане ловили лягушек, пекли их в печи, а "как испекутся, толкли, просеивали и будет порошок". Далее этот порошок размешивали в воде и давали пить больному. При этом рекомендовалось говорить: "… не рак лягушку съест, а лягушка рака съест у рабы (а) Божьей (имя)". Сказать это надо было три раза. [40 с.60.]

Несомненно, что использование жиров животных для лечения ожогов или наложение повязок с медом на раны рационально, но использование "змеиной выползины" для удаления занозы – это проявление нерациональной, в данном случае имитативной, магии, "закусывание грыжи" мышью, не приносящая в рассматриваемом случае пользы. Лечение рака порошком из лягушки также не способно принести выздоровление.

В литературных источниках также содержатся сведения о том, что заболевания хирургического профиля в народной медицине северо-востока Европейской России исцеляли с помощью средств минерального происхождения.

Так, сера использовалась, если "человек уязвлен от гаду". В данном случае серу прикладывали к ране – "из раны яд выведет, рану изживит скоро". [25 с.26.]

Для лечения ран народные целители исследуемого региона применяли кирпич: "…кирпич зженой гораздо великую силу имеет… и глубокие раны заживляет…". Кирпич рекомендовалось мелко растолочь, смешать с уксусом и "прилагать к больным местам". Толченым кирпичом также сушили "мокроты в ранах", для этого его добавляли "в иные зелья". [26 с.60.]

Раны лечили и с помощью яри. Ее в данном случае смешивали "с медом пресным, да с омеем, да шипка земленого с воском чистым…". "И той мастью живить болячки гнилые, старые". Знахари региона считали, что ярь также "отток (отек – авт.) в рану не пропустить". [26 с.61.]

Квасцами в смеси с говяжьим салом, патокой, водой, воском и "смолой еловой" также лечили раны. [26 с.61.]

Для извлечения из раны "пулек или стрельного железа" применялся "камень магнит". Его мелко растирали, смешивали с салом и данную смесь намазывали на "ужевую кожу". Последняя накладывалась на рану. Если пуля находилась в мягких тканях, перевязку рекомендовалось делать один раз в день, а если в кости – дважды в день. [26 с.62.]

Для лечения "чирьев" толченый кирпич смешивался "со смолою яловою, да с воском чистым". Полученное лекарство знахари исследуемого региона накладывали "на чирей". [26 с.63.]

Для лечения ушибов также широко применялись средства минерального происхождения. Бирюза использовалась если человек с коня спадет… соблюдет от разбиения смертного". Золото принимали внутрь "кто бит больно". [26 с.64.]

"Громовую стрелу" (продолговатый черный камень) коми-пермяки прикладывали к ушибам. Кроме того, "громовая стрела" коми-пермяками иногда "прикладывалась к нарывам". [129 с.58.]

Для лечения ушибов использовалась и медь. Так, холодные медные монеты в Вятской губернии "прикладывали к синяку – помогает его быстро убрать".

Для лечения "могильной косточки" (сухожильного ганглия – авт.) в Сарапульском уезде Вятской губернии применялась земля, взятая с могилы тезки. [166 с.391.]

Жители северо-восточного региона Европейской России для лечения паховой грыжи вставляли в ухо металлическую серьгу с той стороны, где имелась грыжа. [166 с.390.]

При заболеваниях глаз применялся медный купорос. Для этого его "истерши… смешать с маслом деревянным или маковым, или с скипидарным…". Полученную смесь знахари "пускали в очи – вельми здравить". [26 с.73.]

Для лечения глазных болезней использовалась также роса. В данном случае утром шли на луг, собирали с травы росу и ею промывали глаза. Наиболее целебной считалась роса, собранная до восхода солнца или при его восходе на Иванов день.

Для остановки носового кровотечения применялся медный купорос. Знахари в данном случае рекомендовали: "истолки (медный купорос – авт.) мелко и всыпи маленько в ноздри". [26 с.70.]

Анализируя вышеизложенное, нельзя назвать рациональным закапывание масляного раствора медного купороса за веко при болезнях глаз, или прием золота внутрь после побоев, или прием внутрь бирюзы после ушиба, проявлением имитативной магии является указанный выше метод лечения сухожильного ганглия и вряд ли он рационален, однако прикладывание холодной медной монеты к месту ушиба имеет под собой рациональное объяснение, промывание глаз чистой росой имеет рациональное зерно.

Для лечения заболеваний хирургического профиля в народной медицине северо-востока Европейской России кроме средств растительного, животного и минерального происхождения использовали также "очерчивание", "ставили горшок", "делали притворение", "мыление".

Лечение "очерчиванием" или "зачерчиванием" грыжи проводилось следующим образом: "…водили безымянным пальцем вокруг грыжи и говорили: "Солнце на восходе, месяц на исходе, грыжа на изводе". "Очерчивание" использовали также при лечении "прыщей" и "ячменя".

И если при грыже, особенно у ребенка, очерчивание, если отбросить мистику, являлось примитивным массажем, после чего возможно укрепление мышечной ткани вокруг грыжевых ворот, то при "прыщах" или "ячмене" оно не рационально.

При болях в брюшной полости народные целители рассматриваемого региона "ставили горшок". Для этого "живот намазывали мылом, в пупок вставляли кудельку и поджигали ее, в это время на живот накладывали горшок… горшок втягивал живот… через некоторое время его снимали, иногда приходилось разбивать – если сильно всосет". (записано со слов Котовой Е.Е., 1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области).

Объяснение полезности "постановки горшка" жители региона давали следующее: человек основан на пупу, если пупок смещается – возникают болезни. "Горшком" пупок "ставили на место". Данный метод опасен, нерационален, часто приводил к осложнениям, не мог исцелить острую хирургическую патологию, а только способствовал ее утяжелению.

"Скрипун" (крепитирующий тендовагинит – авт.) лечили "притворением". Больную конечность при этом "по три зори притворяли в трех дверях… дверь должна быть не во двор, не в амбар, а выходные двери…" (записано со слов Котовой Е.Е, 1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области).

В данном случае прослеживается применение имитативной магии (схожесть симптомов заболевания со скрипом двери), лечение крепитирующего тендовагинита притворением рациональным назвать нельзя.

Коми-пермяки при вывихах делали "мыление" (массаж – авт.). "Мыление" проводилось как правило в бане, которая "несмотря на бедность, при каждом дворе была". [129 с.70.]

Данный метод рационален, возник скорее всего на основании положительного эмпирического опыта.

Проведенное исследование показало, что и во второй половине XX – начале XXI века на северо-востоке Европейской России для лечения заболеваний хирургического профиля широко практикуются методы и средства народной медицины.

Анализ полученных сведений свидетельствует о том, что чаще всего с этой целью используются средства растительного происхождения. Так, "свежие" раны обрабатываются настоем мухомора (записано со слов Егоровой П.Е., 1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл), на гноящиеся раны накладываются компрессы с соком клюквы (записано со слов Долгановой О.И., 1945 г.р., Санчурский район Кировской области) или настоем зверобоя (записано со слов Егоровой П.Е., 1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл). На длительно не заживающие раны накладывают примочки со спиртовым настоем березовых почек (записано со слов Ежовой Т.Н., 1932 г.р., г. Киров). При кровотечении из раны используют сок тысячелистника, он же применяется и для заживления самих ран (записано со слов Егоровой П.Е., 1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл).

Для лечения ожогов жители региона используют наложение повязок со свежей тертой морковью (записано со слов Сидоровой М.И., 1927 г.р., п. Приозерный Кортеросского района Республики Коми), размятой клубникой (записано со слов Носковой К.Г., 1944 г.р., п. Фаленки Кировской области), тертым картофелем (записано со слов Петровой Т.Г., 1950 г.р., с. Шелангер Республики Марий-Эл). С этой же целью прикладывают листья свежей капусты (записано со слов Петровой Т.Г., 1950 г.р., с. Шелангер Республики Марий-Эл).

При фурункулах в указанное выше время в регионе применяются повязки с сырым тертым картофелем (записано со слов Емельяновой З.М., 1929 г.р., с. Ключи Шабалинского района Кировской области), смесью из растертого печеного лука и хозяйственного мыла (записано со слов Емельяновой З.М., 1929 г.р., с. Ключи Шабалинского района Кировской области).

Обмороженные участки кожи растираются луком (записано со слов Петровой Т.Г., 1950 г.р., с. Шелангер Республики Марий-Эл).

Для ускорения сращения кости при переломах жители региона втирают в поврежденную область пихтовое масло (записано со слов Солодянниковой Н.Ф., 1955 г.р., г. Киров), применяют внутрь по половине столовой ложки 3–4 раза в день водный настой плодов шиповника (записано со слов Блиновой Л.Ф., п. Красный Яг Республики Коми).

При заболеваниях печени народными целителями региона сегодня рекомендуется принимать внутрь водный настой цветков пижмы (записано со слов Чурнышовой Ф.И., 1951 г.р., г. Киров) или смесь из рассола квашеной капусты с соком из свежих помидоров (записано со слов Козловой П.Е., 1937 г.р., г. Киров).

Для лечения болей в суставах в исследованном регионе в конце XX – начале XXI века используются теплые ванны с сосновыми ветками (записано со слов Афанасьевой А., д. Юлесола Моркинского района Республики Марий-Эл), ветками лиственницы, ели, пихты и можжевельника (записано со слов Носковой К.Г., 1944 г.р., п. Фаленки Кировской области), компрессы с отваром еловой хвои (записано со слов Лежниновой Е.В., п. Мурыгино Юрьянского района Кировской области). Со слов Лаптевой Т.М. (1950 г.р., Лебяжский район Кировской области) записан еще один метод лечения болей в суставах: "… одуванчики собирают в начале мая, когда бутон одуванчика уже набух, но еще не распустился, берется 40–50 бутонов, набиваются в пол-литровую баночку и заливаются "Тройным" одеколоном, через месяц можно натирать суставы…".

При лечении не заживающих язв на коже рекомендуется "сжечь мелко нарезанный чеснок до пепла и этим пеплом посыпать язвы" (записано со слов Бирюковой Е.В., 1936 г.р., д. Олоры Республика Марий-Эл).

Со слов Мельниковой Т.С. (1949 г.р., Куменский район Кировской области) записан способ лечения онкологических заболеваний: "… наталкивают полную бутылку мухоморов, заливают водкой, настаивают 1 месяц и пьют по каплям – от 1 до 10 в молоке до еды, затем делают перерыв 10 дней и снова пьют".

Для лечения язвенной болезни желудка в исследованном регионе народными целителями сегодня рекомендуется пить воду, в которой варили картофель (записано со слов Петровой Т.Г., 1950 г.р., с. Шелангер Республики Марий-Эл), принимать внутрь "зверобойное масло", которое готовится следующим образом – "…500 грамм свежей измельченной травы зверобой заливают 0,5 л. вина или водки и 1 л. подсолнечного масла, выдерживают 3 дня, затем 2–3 часа подогревают на слабом огне и снова настаивают 2–3 недели в темном месте, затем фильтруют…" (записано со слов Колесниковой Л.А., п. Изья-ю Республики Коми).

Со слов Егоровой П.Е. (1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл) записан метод лечения пупочной грыжи – на последнюю необходимо накладывать нюхательный табак.

Исследованием установлено, что в народной медицине северо-востока Европейской России для лечения заболеваний хирургического профиля в настоящее время применяются и средства животного происхождения. Так, для лечения ожогов используются повязки с говяжьим или бараньим салом, взбитым белком и желтком куриного яйца (записано со слов Малинина М.А., 1925 г.р., д. Тамшинер Республики Марий-Эл), гусиным или медвежьим жиром (Солодянникова Н.Ф., 1955 г.р., г. Киров, Кошкина О.Г., 1951 г.р., г. Киров, Мельникова Т.С., 1949 г.р., Куменский Райлн Кировской Области), компрессы с человеческой мочой (записано со слов Блиновой Т.С., 1942 г.р., п. Восточный Кировской области). Со слов Барановой А.В. (Слободской район Кировской области) записаны следующие способы лечения ожогов: "… дождевых червей изжарить на коровьем масле, выжать сок, полученным соком смазывать ожоги", "сварить вкрутую куриное яйцо, желток растереть с 1 чайной ложкой сахара и сливками до однородной массы и смазывать ожоги". Афанасьева А. (д. Юлесола Моркинского района Республики Марий-Эл) сообщает еще один способ лечения ожогов: "…2 столовых ложки растительного масла и белок одного куриного яйца взболтать до образования сметанообразной массы, смазать ожог, но не завязывать…".

При болях в поясничной области в исследованном регионе практикуется в настоящее время ношение поясов из собачьей шерсти (записано со слов Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области), а также поясов из шерсти кролика или овцы (записано со слов Ежовой Т.Н., 1932 г.р., г. Киров).

Для лечения язвенной болезни желудка рекомендуется принимать внутрь перед едой одну столовую ложку сливочного масла и одну столовую ложку 96╓ этилового спирта (записано со слов Мельниковой Т.С., 1949 г.р., Куменский район Кировской области, Бурковой Н.М., 1932 г.р., п. Кумены Кировской области).

При растяжении сухожилий в настоящее время на северо-востоке Европейской России используются горячие молочные компрессы, которые необходимо "менять по мере остывания" (записано со слов Барановой А.В., Слободской район Кировской области).

Семенова Н.А. (1949 г.р., д. Андреевск Мари-Турекского района Республики Марий-Эл) сообщает, что сегодня "в деревнях самые упорные, не поддающиеся лечению нарывы лечат, привязывая теплый собачий кал и заменяют его, как только высохнет, на свежий".

Для лечения грыжи, со слов Слаутина Ф.М. (1929 г.р., п. Мураши Кировской области) в народной медицине региона практикуется следующее: "…налима отварить в не соленой воде и пить отвар в течение дня".

При переломах "измельчают и едят по 1 чайной ложке кости крупного рогатого скота 1 раз в день" (записано со слов Лежниновой Е.В., п. Мурыгино Юрьянского района Кировской области). Тот же источник сообщает, что при язвах на коже "мозг овцы смешивается с растительным маслом (2:1) и сразу же съедается".

Мельникова Т.С. (1949 г.р., Куменский район Кировской области) рекомендует солнечные ожоги смазывать сметаной, простоквашей или яичным желтком.

Для лечения ран используется в исследованном регионе в настоящее время кожа змеи – "… перед наложением на рану ее (кожу змеи – авт.) распаривают в горячей воде и смазывают жиром… или кожу змеи высушивают, делают порошок и посыпают рану…" (записано со слов Асланова В., 1905 г.р., д. Чашницкая Сернурского района Республики Марий-Эл, Петровой Т.Г., 1950 г.р., с. Шелангер Республики Марий-Эл).

Асланов В. (1905 г.р., д. Чашницкая Сернурского района Республики Марий-Эл) также сообщает, что при укусе змеи "на место укуса прикладывается разрубленная пополам курица, которую затем сжигают…".

Исследование показало, что во второй половине XX – начале XXI века в северо-восточном регионе Европейской России для лечения заболеваний хирургического профиля применяются и средства минерального происхождения. Так, при фурункулах рекомендуется "до красна, раскалить железо и окунуть его в мед, после чего вокруг железа появляется черная тягучая масса, соскоблить эту массу и смазывать нарывы…" (записано со слов Семеновой Н.А., 1949 г.р., д. Андреевск Мари-Турекского района Республики Марий-Эл).

Со слов Козловой Л.Л. (1953 г.р., Белохолуницкий район Кировской области) записано, что "при пупочной грыже необходимо положить на пупок старую медную монету, держать… до полного исчезновения грыжи". От того же источника получены сведения о том, что "при растяжении сухожилий на опухшее место необходимо наложить разбавленную уксусом до густой кашицы глину".

Со слов Шулятьевой А.А. (1945 г.р., Куменский район Кировской области) записано, что при онкологических заболеваниях необходимо лечиться приемом внутрь сулемы (в разведении 1:1000, по 1 столовой ложке 2 раза в день в течение месяца).

Баданин А.А. (с. Каринка Кирово-Чепецкого района Кировской области) сообщает, что для лечения ран "в нашей семье давно используется, и его целебные свойства уже не вызывают сомнения "чертов палец"… форма камня напоминает палец, отсюда и название… камень размельчают, образуется белый порошок, этот порошок наносят на больную поверхность…".

Опрос населения региона показал, что для лечения заболеваний хирургического профиля широко используются в народной медицине и продукты пчеловодства – для заживления ран на них накладываются повязки с водочной настойкой прополиса (записано со слов Дудорова А.И., 1930 г.р., Лебяжский район Кировской области), при болях в ухе в наружный слуховой проход закапывают 3–5 капель меда (записано со слов Мельниковой Т.С.,1949 г.р., Куменский район Кировской области), заживлению ран способствуют повязки с медом (записано со слов Колесниковой Л.А., п. Изья-ю Республики Коми).

Анализ вышеизложенного позволяет сказать, что и в настоящее время для лечения заболеваний хирургического профиля наряду с рациональными методами (хвойные ванны как симптоматическая терапия при заболевании суставов, наложение на раны повязки с настойкой прополиса), применяются нерациональные методы – питье отвара налима при грыже, а ряд методов может принести вред и опасен (питье настойки мухомора или сулемы при онкологической патологии).

Таким образом, проведенное исследование показало, что в народной медицине северо-востока Европейской России практикуется лечение заболеваний хирургического профиля, имеющих, как правило, видимую локализацию на коже и слизистых (фурункулы, карбункулы, язвы, рожистое воспаление), травматический характер (раны, ожоги, ушибы, переломы, вывихи, кровотечения, обморожения) или являющихся последствиями тяжелых физических нагрузок (грыжи, заболевания опорно-двигательной системы). Наиболее часто для лечения заболеваний хирургического профиля в народной медицине северо-восточного региона Европейской России используются средства растительного происхождения, реже – животного и минерального происхождения, продукты пчеловодства, иногда (даже в середине XX века) – "очерчивание", "горшок", "притворение", "мыление". Со временем, особенно со второй половины XX века, частота применения и спектр исцеляемой патологии хирургического профиля методами народной медицины уменьшается. Методы лечения, практикуемые в народной медицине региона, имеют национальные особенности, со временем меняются, не всегда их можно назвать рациональными, а ряд просто опасен для здоровья исцеляемого.

4.5. Лечение кожных болезней в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

Всесторонняя, объективная картина народной медицины северо-востока Европейской России невозможна без рассмотрения лечения заболеваний кожи, так как исцеление кожных заболеваний – широко распространенных, имеющих видимую локализацию – неотъемлемый элемент народной медицины каждого региона.

Анализ источников, использованных при проведении данного исследования, позволяет сказать о том, что при лечении заболеваний кожи в народной медицине северо-восточного региона Европейской России в XVIII – начале XX века чаще всего использовались средства растительного происхождения.

Народные целители Вятской губернии угри на лице лечили отваром цветков малины. [219 с.4.]

Согласно воспоминаниям Котовой Е.Е. (1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области) "для лучшего роста волос" в начале XX века в рассматриваемом регионе отваром листьев березы мыли в бане голову. Она же сообщает, что с той же целью использовался щелок. Последний готовили следующим образом: брали древесную золу, насыпали ее в чугунок, заливали кипящей водой и накрывали крышкой. Зола постепенно оседала на дно, а "оставшейся водой из чугунка и мыли голову".

"Средством для ращения волос", используемым в начале XX века на территории Кировской области, являлся корень лопуха. В данном случае рекомендовалось делать следующее: "… берут корни (лопуха – авт.), кладут в котел, наполненный водой, кипятят до увара, чтобы корни потомились, а вода немного выкипела… отвар нужно остудить, процедить через тряпочку, а вываренные корни выбросить… отваром… смачивать голову каждый день…" (записано со слов Гординой А.П., 1916 г.р., Афанасьевский район Кировской области).

Для ускорения роста волос также использовался отвар крапивы: "…полоскали в бане волосы (отваром крапивы – авт.) – быстрее расти будут" (записано со слов Котовой Е.Е., 1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области).

При "выпадении волос" жители Вятской губернии мыли в бане голову отваром цветов ромашки. [32 с.360.]

Из вятского рукописного лечебника известно, что "скорбь свербячную" и "коросту" (на коже – авт.) лечили толченым корнем конского щавеля. Данным лекарством с указанной целью "мазались в бане". [26 с.70.]

"Нечисть с лица" знахари рассматриваемого региона "изгоняли… листьями подорожника". [26 с.70.]

Соком чистотела в Вятской губернии в начале XX века "сводили бородавки": "… найди траву чистотел… при разломе стебелька… выделится сок… соком смазать все бородавки, делать это нужно несколько раз… растение должно быть обязательно свежим…" (записано со слов Макаровой О.Ф., 1917 г.р., Афанасьевский район Кировской области).

Вышеуказанное в целом рационально, современная медицинская косметология в настоящее время с успехом использует листья березы, крапиву, ромашку, подорожник, чистотел в своем арсенале для лечения болезней кожи.

В рассматриваемый период в народной медицине северо-востока Европейской России для лечения заболеваний кожи использовались и средства животного происхождения. Так, для отбеливания кожи и выведения веснушек применялась простокваша. [36]

В Сарапульском уезде Вятской губернии в XIX веке "жидкостью скопившейся на поверхности коровьего помета" лечили бородавки. [166 с.414.]

Вятские народные целители для удаления бородавок также использовали и воробьиный помет. [36 с.91.]

Применялись при кожных болезнях в рассматриваемом регионе и продукты пчеловодства. Так, в Сарапульском уезде Вятской губернии народные целители для лечения кожных заболеваний использовали мед.

Использование в рассмотренных случаях простокваши, меда имеет рациональную основу, применение при лечении бородавок воробьиного помета, жидкости с коровьего помета сомнительно, если не учитывать возможную психотерапевтическую составляющую.

Наряду со средствами растительного, а также животного происхождения для лечения заболеваний кожи в рассматриваемом регионе в XUIII- начале XX века применялись и средства минерального происхождения. Так, серой лечили "коросту": "… маж (кожу – авт.) гонит коросту и тело чистит…". [25 с.9.]

"Свербежь" народные целители северо-востока Европейской России лечили толченым кирпичом, смешанным с уксусом. [26]

Для лечения кожных проявлений сифилиса знахари коми-пермяков в XIX веке применяли сулему. Ее давали внутрь в растворе – золотник сулемы на бутылку спирта (золотник – 4,266 г., бутылка – одна двадцатая ведра – 615 мл.). Принимали данный раствор по полрюмки один или два раза в день. С этой же целью проводилось окуривание кожи киноварью. [208 с.200.]

Бородавки "сводили" дождевой водой, "особенно полезными" целители исследуемого региона считали капельки первого в данном году дождя, оставшиеся на огороде. [166 с.368.]

Лечили заболевания кожи народные целители в исследованном регионе средствами минерального происхождения и опосредованно. Так, в Сарапульском и Елабужском уездах Вятской губернии в XIX веке "летучий огонь" (сыпь на лице – авт.) исцеляли, высекая из кремня искры. Высекать их нужно было таким образом, чтобы они "попадали непременно в фокус каждой отдельной высыпи". [166 с.367.]

Анализ вышеизложенного позволяет сказать, что лечение сифилиса сулемой нерационально, опасно, методика лечения "летучего огня" высеканием – имитативная магия, вряд ли способная принести позитивный результат, сведение бородавок дождевой водой может рассматриваться как примитивная психотерапия, основанная на вере в пользу данного ритуала. Лечение чесотки толченым кирпичом рациональной основы не имеет.

Проведенное исследование показало, что как во второй половине XX века, так и в настоящее время для лечения заболеваний кожи на северо-востоке Европейской России продолжают использоваться методы народной медицины, население использует с этой целью средства растительного, животного и минерального происхождения.

Со слов Афанасьевой А. (д. Юлесола Моркинского района Республики Марий-Эл) записано, что при дерматите, как во второй половине XX, так и в начале нынешнего века практикуется следующее: "…необходимо взять ветку черемухи, нарубить мелко, в 5-ти литровую кастрюлю налить воды до верху, после закипания воды бросить в нее 4–5 горстей черемуховых веток, огонь убавить и парить на медленном огне не менее 5 часов, остудить и использовать в виде ванн…". Егорова П.Е. (1921 г.р., Моркинский район Республика Марий-Эл) рекомендует при заболеваниях кожи использовать компрессы с золой черемухи или осины. Для лечения чесотки в исследованном регионе в настоящее время применяется смесь дегтя с порохом (записано со слов Барановой А.В., Слободской район Кировской области).

Для лечения угревой сыпи, со слов Долгановой О.И. (1945 г.р., д. Тарасовка Санчурского района Кировской области), на рубеже XX–XXI веков в исследуемом регионе использовался сок свежих плодов калины – "1–2 столовых ложек плодов растереть, залить стаканом кипятка, настоять 4 часа, пить по полстакана 4 раза в день перед едой…".

Бородавки в народной медицине региона во второй половине XX – начале XXI века лечили "накладывая кислое тесто с пихтовой смолой" (записано со слов Егоровой П.Е., 1921 г.р., Моркинский район Республики Марий-Эл), соком ягод рябины (записано со слов Беневаленской Н.И., 1960 г.р., п. Санчурск Кировской области).

Исследование показало, что используются для лечения заболеваний кожи в конце XX – начале XXI века на северо-востоке Европейской России и средства животного происхождения. Так, бородавки"…сводят свежим мясом – надо потереть бородавку сырым мясом и втоптать мясо в землю, на другой день мясо вырыть, снова потереть им бородавку и снова закопать в землю, на третий день сделать то же, после этого мясо закопать туда, где оно быстрее сгниет, пропадет и бородавка…" (записано со слов Барановой А.В., Слободской район Кировской области).

Используются при лечении заболеваний кожи в исследованном регионе в настоящее время и компрессы с мочой человека (записано со слов Баданина А.А., с. Каринка Кирово-Чепецкого района Кировской области). Для "омоложения кожи" применяется смесь следующего содержания: "…творог и сметану (1:1) смешать, добавить немного соли и растереть до однородной массы… накладывать на кожу" (записано со слов Колесниковой Л.А., п. Изья-ю Республики Коми).

В народной медицине региона при заболеваниях кожи во второй половине XX – начале XXI века применяются и средства минерального происхождения: графит для лечения лишая ("истолочь графитовый стержень карандаша в порошок, смешать с водой, хорошенько взболтать, этой жидкостью примачивать лишай два раза в день…" – записано со слов Барановой А.В. (Слободской район Кировской области), поваренная соль с перманганатом калия для лечения грибковых заболеваний кожи ("…взять 3 столовые ложки соли, растворить в 3 литрах воды, добавить марганцовки…" – записано со слов Слаутина Ф.М.(1928 г.р., п. Мураши Кировской области). Со слов Шулятьевой А.А. (1945 г.р., Куменский район Кировской области) записан еще один способ лечения грибковых заболеваний кожи: "… в 0,5 литра уксусной эссенции опускают пачку иголок для ручного шитья, настаивают до полного растворения иголок, затем смазывают грибок на ногах…".

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что в настоящее время в народной медицине продолжается поиск новых методов лечения заболеваний кожи. С большой вероятностью это обусловлено частым рецидивированием данных заболеваний, даже после проведенного лечения у дерматолога, трудностью, длительностью исцеления данных болезней.

Таким образом, проведенное исследование показало, что в народной медицине северо-востока Европейской России, как в прошлом, так и в настоящее время практикуется лечение заболеваний кожи. Спектр кожных заболеваний, в отношении которых используются методы народного целительства, в регионе не велик и постоянен во времени – угри, чесотка, бородавки, дерматит, выпадение волос. Однако, необходимо отметить, что методики лечения заболеваний кожи со временем изменяются. Для лечения кожных заболеваний на северо-востоке Европейской России применяются средства растительного, животного и минерального происхождения без значительного преобладания какой-либо одной группы из вышеуказанных.

4.6. Лечение детей в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

Изучение литературных и архивных источников, а также анализ воспоминаний носителей сведений о народном целительстве позволяют сказать о том, что в XVIII – начале XX века в народной медицине северо-востока Европейской России взрослые и дети лечились чаще одинаково, специфических методов лечения детей было не много.

Ряд заболеваний у детей народные целители рассматриваемого региона лечили с помощью средств растительного происхождения. Так, Котова Е.Е. (1919 г.р., Белохолуницкий район Кировской области) сообщает, что в начале XX века в Кировской области при заболеваниях системы дыхания у детей применялись "мочки" (водочная настойка березовых почек – авт.). "Мочки" рекомендовалось в данном случае принимать "по нескольку капель с теплой водой".

"Золотуху" у детей лечили приемом внутрь настоя калины. Настой калины в данном случае готовили следующим образом: "… стакан калины (ягод – авт.), стакан воды и стакан водки… настаивали трое суток в теплом месте". Пили этот настой три раза в день по столовой ложке до еды. [196 с.88.]

Со слов Макаровой О.Ф. (1917 г.р., Афанасьевский район Кировской области) записано, что для лечения "золотухи" в исследованном регионе также пользовались отваром чистотела. В данном отваре детей рекомендовалось купать.

Испуг у детей вятские знахари лечили переполошной травой, "для мальчиков брали траву с тремя цветочными головками, для девочек – с двумя". Траву помещали на сковороду с горящими углями, напротив ее становились два человека, один из них "держал ребенка, а затем передавал второму и говорил:

– Что берешь?

– Переполох.

– Бери, бери, чтобы его не было от ныне до веку у Божьего раба (имя)". Слова эти рекомендовалось сказать три раза. [40 с.60.]

Применялись при лечении детей в рассматриваемом регионе и продукты пчеловодства. Так "при щетинке" жители Сарапульского уезда Вятской губернии в XIX веке "натирали ребенка в бане медом". [166 с.380.]

Использовали в северо-восточном регионе Европейской России для лечения детей и средства минерального происхождения. Так, долго не говорящих детей в вятских деревнях в XIX веке поили водой, которой был обмыт колокольчик. [166 с.391.]

При лечении "испуга" у детей в рассматриваемом регионе широко применялось "меряние". "Меряли" следующим образом: обмеряли веревочкой или ниткой руки, ноги, спину, голову и прочие части тела больного ребенка. Существовал и несколько другой способ "меряния" – больной ложился на живот, а знахарь попеременно "сводил" его левую руку и правую ногу, затем правую руку и левую ногу, сгибая их в суставах. Так делалось несколько раз. Меряние, как правило, сопровождалось чтением заговора. Например: "Я не тело обмериваю, а с рабы Божьей испуг снимаю, испуг, порчу, хворь с рабы Божьей (имя). Уйдите прочь, испуг, хворь, порча за темные леса, за высокие горы. Аминь". Данный метод лечения нельзя назвать рациональным. [40 с.62.]

При испуге и сглазе у детей вятчане "мыли ложки". Делалось это следующим образом. Брали три ложки и чашку с водой. Обмывали ложки "по очереди, каждую три раза, набирая в ложку воды, затем выливали ее так, чтобы она (вода – авт.) обмывала черенок ложки… обмыв последнюю ложку, берут ее и трижды, набирая воды, проносят через дверную ручку и выливают в чашку, так повторяют три раза… этой водой три раза взбрызгивают ребенка и три раза его умывают" (записано со слов Черемных Е.С., 1926 г.р., Кировская область). Сбрызгиванием, наговоренной водой пытались "испугать" болезнь, считали, что после этого она "уйдет". Данный метод также является нерациональным.

В случае простудных заболеваний детей "грели" в русской бане. Иногда баня заменялась печью. К вечеру, когда печь остынет, вятчане в ней настилали солому, залезали внутрь, закрывались заслоном и "прели". В печи иногда даже парились. Причем, если необходимо было парить ребенка, вместе с ним в печь заползал и взрослый. В.А.Бердинский (1994) пишет, что "если простуда иногда брала за горло, садили ребенка в русскую печь на смоченную ржаную солому, закрывали печь заслоном… вместе с обильным потом выходила простуда, после чего было легко и весело". [19 с.56.]

При "младенческом" в Вятской губернии применялись "сенные ванны", для которых использовали свежескошенное сено. В данном сене обязательно должны были присутствовать череда и васильки. [32 с.355.]

Одним из методов лечения детей в исследованном регионе являлось "умывание". "Умывались" наговоренной водой, т. к. считалось что вода, особенно после наговора, обладает целительной силой. Умывались и "свадебным мылом". Так, в Слободском уезде Вятской губернии в 90-е годы XIX века мыло, которым умывалась невеста в день свадьбы, использовали для лечения "умыванием" детей с заболеваниями глаз. [166 c.368,372.]

Применялась для лечения детей в рассматриваемом регионе и "свадебная скатерть" (белая скатерть, которую в день свадьбы накидывала себе на плечи невеста – авт.). Лечили "свадебной скатертью" детей "если на них накатывался родимчик". Исцеляли "свадебной скатертью", а также покрывалом от квашни, следующим образом: ими покрывали ребенка и садились ужинать. Под стол "при этом клали краюшку хлеба". Оставшиеся после ужина крошки и краюшку завертывали в покрывало с квашни (или свадебную скатерть) и на ночь помещали под подушку ребенка. С больного также снимали рубашку и закапывали ее под полом в переднем углу избы. Вследствие этих действий "ребенка сейчас же должно перестать ломать". Рационального обоснования данный метод не имеет, Г.И.Попов (1903) относит его к суеверным методам лечения. [166 c.401–402.]

Проведенное исследование показало, что и в конце XX – начале XXI века на северо-востоке Европейской России при заболеваниях детей иногда обращаются к методам народной медицины. Чаще всего при этом применяются средства растительного происхождения.

Так, со слов Лежниновой Е.В. (п. Мурыгино Юрьянского района Кировской области) записано, что при простудных заболеваниях у детей рекомендуется применять внутрь измельченные лук и чеснок, смешанные с пчелиным медом. При кашле используется сок редьки с сахаром – "…редьку нарезают кубиками, пересыпают сахаром, нагревают 2 часа в духовке, жидкость отцеживают и пьют по 2 чайные ложки 3–4 раза в день…" (записано со слов Онучиной Е.А., 1927 г.р., с. Макарье Котельнического района Кировской области).

При диатезе у детей так же используется редька – "…выжать из протертой черной редьки сок и давать ребенку за полчаса до еды 3 раза в день, вначале нужно давать только 1 каплю сока, а затем постепенно увеличивать до 1 столовой ложки…" (записано со слов Чесноковой Е.В., 1953 г.р., г. Киров).

Для снижения температуры тела Бирюкова Е.В. (1936 г.р., д. Олоры Республики Марий – Эл) рекомендует "протирать тело ребенка уксусом, наполовину разведенный водой". Со слов Кузнецовой Г.И. (1935 г.р., г. Советск Кировской области) записан способ лечения сглаза у детей: "… 3 часа в воде держат 3 стебелька крапивы, потом эту воду три раза надо слить через решето, смочить в этой воде руки и три раза сырыми руками (ладонями) обтереть ребенка от макушки к ногам, после каждого обтирания отряхивать руки и говорить: "Откуда пришло, туда и ушло".

Используются в настоящее время для лечения детей в исследованном регионе и средства животного происхождения. Так, при энурезе рекомендуется: "… потрошить птицу, отделить пленку от желудка, освободить ее от пищи, пленку вымыть, просушить и растолочь в порошок, принимать, запивая водой, процедуру повторить несколько раз…" (записано со слов Козловой Л.Л., 1953 г.р., Белохолуницкого района Кировской области).

Народные целители северо-востока Европейской России в настоящее время для лечения энуреза применяют также и рыбу. Со слов Киселевой Н.Д. (1924 г.р., с. Никульчино Кировской области) записано, что в данном случае необходимо "взять щучью голову, хорошо вымыть, высушить и истолочь в порошок, потом весь порошок заварить в стакане воды и выпить сразу очень горячим".

Таким образом, в результате проведенного исследования установлено, что в народной медицине северо-восточного региона Европейской России лечение взрослых и детей, как в прошлом, так и в настоящее время, чаще всего не имеет различий, но, в ряде случаев, при исцелении детей имеются особенности. Так, наряду с традиционным для взрослых использованием средств растительного, животного, минерального происхождения, продуктов пчеловодства, для лечения детей чаще применяются "меряние", "мытье ложек", умывание наговоренной водой, "свадебная скатерть", "свадебное мыло", широко используются тепловые процедуры (баня, сенные ванны). Несмотря на развитие научной педиатрической помощи и в настоящее время при лечении детей в некоторых случаях (заболевания системы дыхания, энурез) на северо-востоке Европейской России применяются методы народного целительства.

4.7. Лечение заговорами в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

Как уже было сказано выше, лечение заболевания в отечественной народной медицине, в том числе и на северо-востоке Европейской России, исходит из представления об его причине. Часто причина болезни, в понимании жителей исследованного региона, неизвестна, неопределенна, таинственна, заболевание имеет магическое, волшебное происхождение, представляет собой кару Бога, злого духа, колдуна, вызвано сглазом, порчей, испугом, а поэтому и лечение его должно быть соответственным – с использованием лечебной магии, заговора. Вместе с тем, многие заболевания, относимые сегодня научной медициной к заболеваниям терапевтического, хирургического, педиатрического и иного профиля, объединяются в народной медицине в одну группу "по причине" – сглазили, испортили, испугали и т. д. и, соответственно лечатся одним и тем же заговором. Исходя из вышеизложенного, лечение заговорами в народной медицине северо-востока Европейской России рассматривается отдельно.

Проведенное исследование показало, что использование заговоров было широко распространено в народной медицине северо-востока Европейской России в XIX – начале XX века. Используются заговоры в народной медицине региона и в более позднее время, но гораздо реже. Вместе с тем, и в настоящее время во многих семьях, проживающих на указанной выше территории, особенно в сельской местности, хранят "полученные от бабушек" тексты заговоров, а иногда и используют их, если результаты контакта с научной медициной не принесли желаемого результата.

Несмотря на то, что заговоры знали и знают многие, знания эти старались и стараются поныне хранить в тайне – "иначе пользы от лечения не будет". В литературе, особенно научной, сведения о лечении заговорами до настоящего времени появлялись исключительно редко, но имеющиеся немногочисленные публикации говорят о заговорах как явлении повсеместно и часто используемом. [87 с.6.]

Картину многогранного использования заговоров в народной медицине северо-востока Европейской России в период с XIX века по настоящее время позволяет создать анализ литературных и архивных источников, сведения этнографических экспедиций и материалы, собранные автором работы у лиц, практикующих народное целительство в настоящее время на указанной выше территории.

Анализ данных источников позволяет сказать о том, что лечебный заговор отражает взгляд населения на возникновение заболевания. Заговором пытались предупредить болезнь, а при возникновении последней, ее запугивали, просили уйти, передавали другому существу или предмету. Заговоры, использовавшиеся и использующиеся для лечения на северо-востоке Европейской России, можно разделить на профилактические и лечебные, а те в свою очередь – на детские и взрослые. Эти группы, кроме того, подразделяются по видам заболеваний. Отдельную группу составляют заговоры "от всех болезней". Они чаще использовались и используются в целях профилактики заболеваний, но иногда и с лечебной целью.

Каждое слово в заговоре значимо и должно занимать в тексте определенное место. Если по каким-либо причинам это правило нарушается, то текст заговора дополняется следующими словами: "Которы слова не договорил, которы слова переговорил, встаньте слова на свои места". [40 с.63.]

Заговор, лечебный в том числе, произносится почти всегда невнятно, шепотом, скороговоркой, а иногда – "про себя". Это делается для того, чтобы его никто не смог перенять. Передача текста заговора другому человеку считается крайне нежелательной. От этого заговор, да и сам заговаривающий, по мнению жителей региона, "теряли силу". Обучение заговору разрешается на северо-востоке Европейской России только при определенных условиях: перенимающий должен быть моложе передающего, а еще лучше – он должен быть ему "по-родне". Самые оптимальные условия передачи текста заговора – перед смертью передающего. [40 с.64.]

Читались и читаются заговоры в исследованном регионе чаще при заходе или восходе солнца и "на месяц". Некоторые – только в определенное время года или даже в определенный день. Место заговаривающий выбирает, как правило, "нечистое" – на пороге дома, в курятнике под насестом, в бане. На северо-востоке Европейской России заговоры читались и читаются на воду, предметы быта, продукты питания. Последние после этого необходимо съесть, наговоренную воду выпить, ею спрыскивают снаружи, умывают больных. Наговоренные продукты питания хранятся определенным образом. Так, марийцы в XIX – начале XX века хранили заговоренную пищу или питье в закрытом сосуде – "чтобы не улетучивалась чудодейственная сила". [96 с. 368–370.]

Заговор читается определенное число раз или же однократно. Иногда его пишут на бумаге и рекомендуют носить с собой или хранить дома. Заговаривают на определенный срок – на год, два или только с целью излечения данной конкретной болезни. Очень часто лечение заговорами сочетается с применением средств растительного, минерального или животного происхождения.

В Вятской губернии в XIX – начале XX века в Великий четверг рекомендовалось переговорить все заговоры – для укрепления силы заговаривающего. Это делать следовало до восхода солнца. [40 с.65.]

Для того чтобы заговор подействовал, заговариваемый также должен был выполнить определенный ритуал. Так, марийцы, проживающие на территории региона, непременно давали заклинателю (шуведыше) монету. У крестьян Слободского уезда Вятской губернии в XIX веке, а именно у русских, имелась примета – "за лечение нельзя говорить спасибо, т. е. благодарить". [146 с.68.]

Изученные в ходе работы материалы показывают, что сам знахарь так же заботится о своем здоровье "чтобы болезни людей, которых он лечит, не липли к нему". Для этого в Вербное воскресение он должен был съесть три почки вербы и сказать: "Вербой святой Павел махал, от меня чужие болезни отгонял. Как, правда, что Вербное воскресение ждут, так и, правда, что чужие болезни не пристают ко мне. Аминь". Или, например, после прочтения заговора "от испуга", следовало сказать: "Я тебя, испуг, не боюся, я от тебя молитвой отсекаюсь, крестом отгоняюсь. Спаси Господи. Аминь". [40 с.65.]

Перед началом лечения, заговором в том числе, знахарь должен был попросить прощение за грехи больного, за все свои прегрешения: "Господи, Иисусе Христе, Сыне Предвечного Отца Небесного. Ты сказал пречистыми устами своими, что без тебя ничего нельзя делать. Прошу твоей помощи! Всякое дело с тобою начать. За твою славу и спасение души моей. И ныне, и присно, и во веки веков. Аминь." [40 с.66.]

Таким образом, лечение заговорами в народной медицине северо- востока Европейской России осуществляется, если причина болезни в понимании жителя региона неизвестна, неопределенна, заболевание имеет магическое происхождение, представляет собой кару Бога, злого духа, колдуна, вызвано сглазом, порчей, испугом. Все заговоры, используемые в народной медицине региона можно разделить на профилактические и лечебные, а те в свою очередь – на детские и взрослые. Эти группы, кроме того, подразделяются по видам заболеваний. Отдельную группу составляют заговоры "от всех болезней". Заговором в народной медицине северо-востока Европейской России пытаются предупредить болезнь, а при ее возникновении, ее запугивают, просят уйти, передают другому существу или предмету. Во время лечения заговорами выполняются различные ритуалы, обряды, читаются заговоры, очень часто, в определенное время, в определенном месте. Частота использования заговоров в настоящее время сокращается, но иногда к заговорам обращаются и сегодня, когда научная медицина не помогает и остается только надежда на чудо.

4.8. Личность целителя в народной медицине Северо-восточного региона Европейской России

До введения на северо-востоке Европейской России земского самоуправления "население края практически не знало медицинской помощи… в редких случаях была доступна лишь фельдшерская помощь да оспопрививание". Народный целитель являлся практически единственным врачевателем на селе. Не отказались жители региона от помощи народных целителей и в период существования в крае земско-медицинской службы, а также в более позднее время. Периодическая печать Вятской губернии на рубеже XIX–XX века отмечает, что "знахарей (в губернии – авт.) много и знахарство… в большом ходу". [32 с.352.]

Обращение жителя исследуемого региона к народному целителю в XIX – начале XX века, даже при наличии в месте проживания фельдшера или врача, довольно легко объяснимо и исходит из представления о причинах возникновения заболеваний – если болезнь возникла от сглаза, порчи, наговора, вмешательства нечистой силы, то и лечение должно быть соответствующим. Поэтому и шли проживающие в крае удмурты к туно (знахарю), туноги (лечцу), эмзя (ворожее), мари – к мужедше, гадающему на бобах или хлебных шариках "по поводу болезни", шуведыше (заговаривающему), шунчамужшо (провидцу), русские – к знахарю, еретику, лечцу, умывальшице, костоправу. Вера в народного целителя оказывала терапевтическое воздействие и нередко его пациенты выздоравливали просто от общения с ним при разного рода функциональных расстройствах. Взаимопонимания между жителем исследуемого региона и народным целителем в XIX – начале XX века было больше чем с врачом, нуждающийся в лечении мог "отвести душу" поговорив о своем заболевании, выслушать много примеров о чудесных выздоровлениях от самых тяжелых болезней, получить знакомые ему отвары и настои трав, а не "безвкусное лекарство… что ни то, ни се". Врач, хотя и вошел в период земского самоуправления "в народную среду", но не был для крестьянина как народный целитель – "свой брат". [32 с.352.]

Народные целители в XIX – начале XX века пользовались у жителей региона почетом и уважением, "будь то мужчина или женщина, хотя и не совсем хорошего поведения". С народным целителем советовались во всех трудных случаях, без его не обходилось ни одно важное событие в жизни крестьянина – роды, крестины, свадьба, похороны. Целитель приглашался на каждый праздник – "человек он нужный". К народным целителям обращались явно – для лечения, а иногда и скрытно – для ворожбы, наведения порчи. [36 с.86.]

Изученные материалы свидетельствуют, что народных целителей в регионе "побаивались", особенно "еретиков" (колдунов) и "формазонов" (чернокнижников). Один их взгляд "заставлял трепетать мнительного". [36 с.87.]

Жители региона в XIX веке среди знахарей-колдунов выделяли убежденных, невольных и случайных. Из них первые "вступили в свою роль" самостоятельно, по убеждению. Считалось, что знания свои они "приобрели от таких же колдунов… или от нечистого". Невольными колдунами считались те, "которые производятся народом в колдуны против их воли". Г.Верещагин (1903) пишет, что "таким колдуном можно сделаться легко, стоит только в сумерки или поздно вечером гулять одному по улице и вести разговоры с самим собой". Становились случайными колдунами те, кто имел какую-нибудь "бросающуюся в глаза… особенность – белки глаз большие, из волос и бороды выглядывают клоки седых волос, или же кривой какой-нибудь глаз… двоезубые, троезубые, рыжие, двоеженцы, троеженцы…". Мог стать случайным колдуном и "встречный" (тот, кто шел навстречу), и "поперечный" (тот, кто пересекал дорогу идущему) если "после них… случалось какое-нибудь несчастье". [36 с.89.]

Согласно представлениям вятчан, желающий научиться колдовству (будущий убежденный колдун) должен был явиться к известному колдуну. Последний уводил его за околицу. Здесь пришедший отрекался от своей религии (становился "еретиком" – авт.), колдун читал заклинания и перед ними появлялась огромная жаба с разинутой пастью. Колдун приказывал ученику залезть в пасть этой жабы, что тот и должен был сделать. За жабой появлялся заяц, за ним – волк, следом – медведь. Ученик должен был "пролезть сквозь этих зверей, как сквозь жабу, и тогда он будет научен наукам колдовства, но, если кто, пролезши сквозь жабу, струсит – тот сойдет с ума". [36 с.91.]

Вятчане выделяли и другой способ научиться колдовству – дать нечистому подписку. По мнению вятчан, пишется она "собственной кровью, добытой из безымянного пальца, под диктовку самого нечистого (дьявола – авт.)". Желающему стать колдуном вручается черная книга, а подписка уносится в ад, где и хранится до смерти подписавшего. Когда "пробьет последний час колдуна (чернокнижника), демоны являются к одру умирающего с подпиской и берут его душу в свои руки, уносят ее в ад". По другим сведениям, душа уже со времени подписания подписки находится в аду, а "вместо ее в теле остается пар, который и поддерживает жизнь". [36 с.91.]

Чернокнижники представлялись вятским крестьянам "почти такими же, какими представляются колдуны". Хотя колдуны и чернокнижники являлись "страшными исчадиями ада", но их же "считали и полезными – они находят целебные травы и коренья против неизлечимых болезней". [36 с.92.]

Жители региона в XIX – начале XX века подразделяли всех народных целителей (по причине занятия знахарством) на промышленников, злоумышленников и славолюбивых. Промышленное знахарство, по их мнению, "возникает из цели наживы или… снискания пропитания". Среди "промышленников" было много лжезнахарей – "собирателей рублевиков". Пользы от их лечения зачастую было мало. Но, и среди этой группы встречались большие знатоки своего дела. Злоумышленное знахарство являлось "средством для причинения зла ближнему" путем порчи, сглаза и т. п. Знахарство третьего рода происходило от желания иметь известность знахаря. [36 с.92.]

Г.Верещагин (1909) делил всех народных целителей Вятской губернии на две категории: первая – те, кто прописывает больным снадобья из трав, кореньев и других лекарственных веществ, и вторая – занимающихся нашептыванием заговоров. Но, как уже было сказано выше, народные целители северо-запада Европейской России лечили и мерянием, очерчиванием, горшком, умыванием, использовали тепло, воду. Очень редко один народный целитель сочетал все эти виды лечения. Чаще народные целители дифференцировались по специальностям и даже внутри последних. Так, в XIX веке в с. Лопья Уржумского уезда Вятской губернии сначала был один старик, который лечил от всех болезней, затем появился ряд знахарок, из которых "одна шептала, другая взбрызгивала от родимца, третья – наговаривала редьку… одна старуха снимала все бабьи болести корешками, другая насчет двенадцати сестер-лихоманок лечила". В то же время, очень редко один "шептун" лечил заговорами все болезни. Чаще кто-то "превосходно заговаривал зубы, другой – головную боль, третий – кровь и от укуса змеи". [36 с.92.]

Народные целители рассматриваемого региона очень часто использовали для лечения наговоренную воду. Ее давали внутрь, спрыскивали больного снаружи, специальные умывальницы умывали болевших. Лечебная сила воды увеличивалась, если ею предварительно обмывалась икона ("спустить воду с иконы"). Усиливались исцеляющие свойства воды и опусканием в нее угольков из печи. [166 с.373.]

Народные целители, проживающие в исследованном регионе, лечили болезни также с помощью "испуга". В Сарапульском уезде Вятской губернии в 19 веке боль в пояснице лечили "запугом" следующим образом. Больной ложился на порог избы с обнаженной поясницей. По одну сторону от него, с топором в руках становился целитель, а по другую – свидетель. Целитель замахивался топором и прикасался его острием к пояснице больного, а свидетель спрашивал: "Что ты делаешь?" Целитель отвечал: "Утин рублю". Свидетель, в свою очередь, говорил: "Руби его больше, чтобы и близко не было". Народный целитель после этого начинал махать топором над поясницей. В Вятской губернии этот метод лечения имел свою особенность – лечить утин "запугом" могли только первенцы и последыши в семье. [166 с.385.]

Еще одной группой народных целителей, практикующих в исследуемом регионе в XIX – начале XX века, являлись костоправы. Они вправляли вывихи, лечили переломы костей, накладывая примитивные повязки и шины из луба, бересты.

Особую группу народных целителей в указанный выше период на северо-востоке Европейской России составляли рудометы. Они занимались кровопусканиями. Одни из них "открывали кровь жильную", т. е. вскрывали вены. Другие – "извлекали кровь рожками". Лечение рожками заключается в следующем. Берется коровий или козий рог, широкий конец его ровно обрезается, для того чтобы он плотно прилегал к коже, на узком конце делается небольшая дырочка. На спине получающего лечение производится небольшой надрез, он накрывается широким концом "рожка", а через узкий конец исцеляющий высасывает воздух. "Рожок" после этого закрывается чем-либо и постепенно заполняется кровью. [166 с.295.]

У жителей исследуемого региона широко было распространено мнение о том, что человек "основан на пупу" и что пупок – существеннейшая часть человеческого организма. Человек вследствие физического перенапряжения ("надсады") может повредить пупок, и он "сходит с места", "развязывается", "рассыпается", "прирастает к спине" – все это влечет за собой болезнь. "Пуп правили" правильщики и правильщицы. Делали они это с помощью горшка. Лечение горшком было уже описано выше. Необходимо только добавить, что лечение горшком проводили натощак, два-три раза, после каждой процедуры получающему лечение рекомендовали выпить вина с солью или сажей. Правильщики Сарапульского уезда Вятской губернии в XIX веке "ставили пуп на место" еще и следующим образом. Получающий лечение ложился на живот и старался как можно сильнее выгнуть спину. "Под живот" больному предварительно подкладывали какой-нибудь предмет. [166 с.214.]

Обучиться народному целительству было не легко. Оно начиналось в 9 – 10 лет, а заканчивалось в 18–20. За это время ученик постигал умение узнавать травы и "другие целебные вещества", учился готовить лекарства, заучивал заговоры. Для обучения заговорам требовалась хорошая память, т. к. изменять текст заговора, переставлять и выпускать (а также добавлять) слова в нем не рекомендовалось. [36 с.80.]

За время учебы обучающийся целительству получал определенный объем знаний и практических навыков, но на этом не останавливался. Практикуя, народный целитель стремился "приобретать новые знания путем расспроса у подобных же знахарей", разыскивал различные рукописные лечебники, травники. Необходимо сказать, что "знанием науки таинственной" (народного целительства – авт.) целители делились неохотно. [36 с.84.]

Сложность овладения искусством народного целителя можно проиллюстрировать на примере обучения лечению травами. По мнению вятских знахарей, "каждая ничтожная травка имеет чудесную силу врачества… но не каждая травка, полезная для мужчины, в то же время полезна для женщины… травку от травки должно отличать строго и знать, какие именно назначены природой в лекарство женатым и вдовым мужчинам, замужним женщинам и вдовам, равно какую должны принимать в известной болезни холостые и девицы". Для того, "чтобы заниматься сбором трав должно изучить некоторые слова и молитвы, относящиеся к заготовке трав, также необходимо знать и правила, каким образом и когда должно рвать ту или иную траву… одну травку нельзя сорвать голой рукой, к другой нельзя прикоснуться простой рукой, третью надо рвать на утренней заре, при срывании четвертой должно читать положенные молитвы и слова, а пятую нельзя сорвать никому, кроме самого больного". [36 с.85.]

Лекарственными травами, а равно и растениями другого рода, народные целители запасались преимущественно "между началом их всхода и Ивановым днем". Лучшим временем сбора, за исключением некоторых, считался май. Наибольшую целебную силу, по мнению жителей региона, имели травы, сорванные в ночь на Ивана Купалу. Особенно часто искали в эту ночь папоротник. Считалось, что папоротник цветет в ночь на Иванов день. За цветами этой травы шли в самое глухое место в лесу, куда "не доходил звук пения петухов". Пришедши на место, нужно было обвести вокруг себя черту взятым с собой железным предметом и положить на землю под листья папоротника чистую скатерть. Затем рекомендовалось лечь на спину, и, глядя на небо считать звезды. Около полуночи к черте будут подходить в образе животных бесы и угрожать смертью. Делают это они с целью прогнать лежащего из круга и лишить его цветов папоротника. В самую полночь папоротник должен расцвести и уронить три серебряных цветка. В это время лежащий в круге "будет испытывать странные видения и слышать нечистую силу". При первом пении петуха нечистая сила исчезнет и, следовательно, цветы искавшим их добыты. [36 с.86.]

К сбору трав допускались только "люди чистые душой и телом". Чаще это были девушки до 18 лет. Люди "злые, пропитанные алкоголем и табаком", по мнению жителей региона, не могли собирать лекарственные травы и коренья. [36 с.86.]

Перед тем, как собирать лекарственную траву, в Вятской губернии рекомендовалось прочесть заговор: "Небо-батько, да земля-мати, разреши мне, рабе Божьей, травки порвати, корешков покопати. Отныне и до веку веков. Аминь". А при сборе лекарственных трав приговаривали: "От земли корешок. К чему она пригодна, тому и польза". И еще, перед тем, как взять травку, рекомендовалось поднести к ней руку – "если к руке пойдет холод, то травку лучше оставить, она не принесет пользы, если же тепло – то такая травка поможет, ее и следует сорвать". Вятчанами учитывалось и место, где растет та или иная трава. Так, васильки на полях собирать не советовали – "василек, который растет во ржи, забирает от ее весь шум колосьев". Собранные травы нужно было правильно высушить (если они не использовались "в сыром виде") и соответствующим образом хранить. Выкопанные корешки мыть не рекомендовалось. Их, а также плоды, сушили "на солнышке", а стебли, цветы, листья – чаще в сухих, хорошо проветриваемых местах, "там, куда не попадал прямой солнечный свет". Считалось, что правильно высушенные растения должны сохранить свой первоначальный цвет. Хранили высушенные лекарственные растения в сухих местах, упакованными в чистые мешочки, коробочки и т. п. Душистые травы помещали отдельно от не душистых, ядовитые от не ядовитых.

Народные целители северо-востока Европейской России употребляли для лечения лекарственные растения как наружно, так и внутрь, в виде отваров (водных извлечений из лекарственного сырья), настоев (чаще на водке), экстрактов (сгущенных извлечений из растений), чаев, напаров (заливали лекарственное сырье кипятком и "парили" в печи), использовали их для приготовления припарок, ванн, примочек, мазей, делали порошки.

В Вятской губернии в XIX – начале XX века, больному, который принимал назначенное целителем лекарство, не рекомендовалось говорить об улучшении своего состояния, иначе – "пользы от лечения не будет". Выварки трав нельзя было "бросать в лохань или другое нечистое место, равно и во двор на попирание ногами, а должен непременно бросать в печь, иначе де благотворного действия не должно ожидать". [36 с.89.]

Во второй половине XX – начале XXI века на северо-востоке Европейской России профессиональное народное целительство практически исчезает и существует лишь в единичных случаях, но сведения о лечении и профилактике заболеваний методами народной медицины продолжают передаваться от поколения к поколению. Носители знаний данного рода и в настоящее время в регионе не редкость, но используются данные знания и умения, как правило, эпизодически, для самолечения или лечения членов семьи, а также узкого круга знакомых. Знание народного целительства, особенно заговоры, и сегодня стараются хранить в тайне, не передавать случайным людям.

Кто же сегодня на северо-востоке Европейской России является носителем сведений, а иногда и применяет на практике методы народной медицины? Из 128 респондентов, согласившихся предоставить сведения о народной медицине исследуемого региона, подавляющее большинство (94,5 %) являются лицами женского пола, более чем две трети опрошенных (78,1 %) – это жители села, возраст большинства превышает 60 лет.

Рассматривая вопросы народного целительства на северо-востоке Европейской России, необходимо сказать и о том, что не всегда лечение у знахаря, помощь повитух приносили пользу, имелись и негативные последствия контакта с народной медициной. Так, в XIX веке в Казаковской волости Орловского уезда Вятской губернии "четыре бабки-повитухи тащили веревкой ребенка (в родах – авт.), вследствие чего вытащили одно туловище, а голова осталась в утробе матери, которая и померла". [105 c.16.] И ещё один пример: несколько лет назад, по сообщению участкового терапевта N, работающего в настоящее время в Республике Коми, пациенту с карбункулом в области грудной клетки народным целителем были рекомендованы компрессы с человеческой мочой. Вследствие данного "лечения" развилась обширная флегмона, а в дальнейшем последовала смерть больного. И эти примеры можно продолжить.

Таким образом, народный целитель занимает центральное место в народной медицине северо-востока Европейской России в конце XVIII – начале XX века. Именно к нему обращались чаще жители региона в случае родов, заболевания, если сами "поправиться не могут". Личность народного целителя окружена множеством легенд, его "побаиваются", но считают "человеком нужным". Целитель редко является универсалом, чаще он практикует какой-либо один метод лечения (травами, заговорами, "мечет кровь" и т. п.), но существуют и исключения – когда он является специалистом сразу по нескольким направлениям народного врачевания. Освоение народного целительства довольно сложно, на это уходит немало времени, от ученика требуются определенные качества – ум, наблюдательность, хорошая память. Обучение целительству продолжается и в период практической деятельности. Лечение народных целителей строится на бытующих среди населения представлениях о причинах болезней. Во второй половине XX – начале XXI века на северо-востоке Европейской России профессиональное народное целительство практически исчезает, но сохраняется достаточное количество носителей сведений о методах народной медицины, кои их эпизодически применяют для самолечения и врачевания близких. В настоящее время право на занятие народной медициной (целительством) регламентировано "Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан" (1993).

Заключение

Рассматривая эволюцию взглядов на российскую народную медицину необходимо сказать, что первоначально народная медицина в России отвергалась, объявлялась вредной, противоречащей научной, ее представители не признавались и даже преследовались. Врачеватели-язычники в Древней Руси считались служителями дьявола, волхвов и кудесников за зелейничество и ведовство наказывали вплоть до сожжения на костре. В 1733 году в России было введено наказание за медицинскую практику "без дозволения Медицинской Коллегии" и народная медицина с этого времени юридически рассматривалась как незаконное врачевание. Негативным было отношение к народной медицине также приказных и земских врачей. В советский период отечественная народная медицина была объявлена "Основами законодательства СССР и союзных республик о здравоохранении" (1961) и законом РСФСР "О здравоохранении" (1971) также недопустимой к использованию. Сегодня отечественная народная медицина признана, отмечается необходимость ее изучения.

Народная медицина – это не только прошлое, методы народного целителя используются на северо-востоке Европейской России и сегодня. Причиной существования народной медицины в регионе в XVIII – начале XX века является высокая степень недоступности научной медицины, для широких масс населения она является практически единственным видом лечения. В настоящее время народная медицина в северо-восточном регионе Европейской России практикуется вследствие семейной традиции, финансовой и территориальной недоступности здравоохранения, отсутствия полной безопасности научной медицины.

Вплоть до начала XX века в регионе преобладают нерациональные, мистические представления о причинах заболеваний, на рубеже XX–XXI века жителям северо-востока Европейской России более присущи естественно-научные взгляды на болезнь, но среди сельского населения старших возрастных групп архаические взгляды на причины возникновения болезней сохраняются.

Народная прогностика заболеваний на северо-востоке Европейской России нерациональна, базируется на мистических представлениях, архаичности мышления.

Проведенное исследование позволяет сказать о том, что народная медицина северо-восточного региона Европейской России является методами оздоровления, профилактики, диагностики и лечения, базирующимся на представлениях населения о причинах возникновения заболеваний. Последние отражают систему взглядов населения края на окружающую действительность, сложившуюся в результате повседневного опыта, преданий, религиозных и мистических представлений.

Ряд представлений о причинах болезней, сложившихся в регионе, имеют рациональную основу: переохлаждение способствует заболеваниям дыхательной системы, травмы головного мозга могут повлечь за собой психические заболевания.

Представления о причинах возникновения заболеваний с течением времени изменяются. Так, на фоне существующих постоянно (болезнь вследствие физического перенапряжения, неправильного питания, порчи, сглаза), ряд представлений во второй половине XX века исчезает или встречается реже (болезнь вследствие кары Бога, воздействия злого духа), а ряд – появляется вновь и широко распространяется (болезнь из-за загрязнения окружающей среды, плохой наследственности, нервных перегрузок, приема в пищу консервированных продуктов).

Народная гигиена северо-восточного региона Европейской России проявляется в способе расселения, характере жилища, его архитектурного типа, ведении хозяйства, в одежде, питании, трудовых процессах, привычках, обрядности, личной санитарии, способах предупреждения заболеваний. Во многом она рациональна. Так, при расселении учитываются природно-климатические условия, удобства осуществления трудовых процессов, возможности водоснабжения, передвижения. Тип жилища зависит от природных условий, то же можно сказать и о хозяйственных постройках. Род хозяйственной деятельности, перечень возделываемых культур, направление в животноводстве определяются также в соответствии с климатической зоной региона. Система питания, сложившаяся на северо-востоке у русских, коми, удмуртов и марийцев имеет свою этническую специфику, но в целом определяется хозяйственной деятельностью и особенностями местной флоры и фауны. Национальный костюм региона, не смотря на этнические особенности, в целом обусловлен природно-климатическими характеристиками региона, приспособлен к разнообразной трудовой деятельности.

Личная санитария – стрижка и бритье волос на голове, бороде, умывание, купание, мытье в бане, содержание в чистоте своей одежды и обуви, а также отказ от ношения чужой – распространена в регионе широко и повсеместно. Положительные гигиенические аспекты имеются в свадебной, родильной и похоронной обрядности.

Способы же предупреждения заболеваний, многие из которых базируются на архаичности мышления, религиозно-мистических представлениях, во многом нерациональны, но часть из них, сложившихся на основании повседневного опыта, пусть даже и облеченные в мистические формы, несут в себе элементы рациональности. Ряд рациональных профилактических мер – сокрытие болезни, прием настойки мухомора с целью предупреждения онкологических заболеваний – нерациональны и способны нанести вред.

Болезни в народной медицине северо-восточного региона Европейской России получают свои названия по их наиболее ярким симптомам, причине или пораженным частям тела. Одно и то же заболевание может носить различные названия, а разные – называться одинаково. Имеют болезни и свои региональные национальные названия. Обозначение симптомов заболеваний также очень многообразно. Так, чувство боли дифференцируется по видам (можжит, стреляет и т. д.) и локализации. Народная медицинская терминология северо-востока Европейской России охватывает практически все части и органы тела человека. С течением времени она претерпевает значительные изменения.

В народной медицине северо-востока Европейской России можно выделить следующие основные направления лечебной деятельности: помощь при родах и лечение гинекологических заболеваний, лечение заболеваний терапевтического профиля, лечение заболеваний хирургического профиля, лечение кожных болезней, лечение детей.

На северо-востоке Европейской России вплоть до 30-х годов XX века основной объем помощи при родовспоможении и при лечении гинекологических заболеваний приходился на народное целительство, большую часть родов в данное время принимали повитухи, пуповязницы, пупорезницы. Местом родоразрешения чаще всего была баня, для "облегчения родов" выполнялось множество обрядов и ритуалов. Во время родов повитухами практиковались приемы, иногда представляющие опасность для жизни женщины и ребенка. Для лечения гинекологических заболеваний использовались средства растительного, животного и минерального происхождения. В настоящее время население северо-востока Европейской России при родовспоможении и при лечении гинекологических заболеваний методы народной медицины на практике не использует.

Лечение заболеваний терапевтического профиля в народной медицине северо-восточного региона Европейской России, как правило, имеет своей целью устранение симптомов болезни – снижение температуры тела, уменьшение боли, нормализацию стула, купирование кашля… Для лечения наиболее часто используются средства растительного, животного и минерального происхождения, применяются тепловые процедуры, массаж, "меряние". Методы народной медицины при лечении заболеваний терапевтического профиля широко используются и сегодня, но применяются они с течением времени все реже и реже, и, как правило, при легкой форме течения или в начале заболевания. Ассортимент методик также со временем сокращается, реже применяются при лечении заболеваний терапевтического профиля средства животного и минерального происхождения.

В народной медицине северо-востока Европейской России практикуется лечение заболеваний хирургического профиля, имеющих, как правило, видимую локализацию на коже и слизистых, травматический характер или являющихся последствиями тяжелых физических нагрузок. Наиболее часто для лечения заболеваний хирургического профиля в народной медицине северо-востока Европейской России используются средства растительного происхождения, реже – животного и минерального происхождения, продукты пчеловодства, а иногда, даже в середине прошлого века, "очерчивание", "горшок", "притворение", "мыление". Со второй половины XX века частота применения и спектр исцеляемой патологии хирургического профиля методами народной медицины уменьшается.

Как в прошлом, так и в настоящее время, в народной медицине северо-восточного региона Европейской России практикуется лечение заболеваний кожи. Спектр кожных заболеваний, в отношении которых используются методы народного целительства, не велик и постоянен во времени – угри, чесотка, бородавки, дерматит, выпадение волос. Однако, необходимо отметить, что методики лечения заболеваний кожи со временем изменяются. Для лечения кожных заболеваний применяются средства растительного, животного и минерального происхождения, без значительного преобладания какой-либо одной группы из вышеуказанных.

В народной медицине северо-восточного региона Европейской России лечение взрослых и детей, как в прошлом, так и в настоящее время, чаще всего не имеет различий, но в ряде случаев, при исцелении детей имеются особенности. Так, наряду с традиционным для взрослых применением средств растительного, животного, минерального происхождения, продуктов пчеловодства, для лечения детей чаще применяются "меряние", "мытье ложек", умывание наговоренной водой, "свадебная скатерть", "свадебное мыло", широко используются тепловые процедуры. Несмотря на развитие научной педиатрической помощи, и в настоящее время при лечении детей в некоторых случаях (заболевания системы дыхания, энурез) на северо-востоке Европейской России применяются методы народного целительства.

Очень часто причина заболевания, в понимании жителей региона, неизвестна, неопределенна, таинственна, заболевание имеет магическое, волшебное происхождение, представляет собой кару Бога, злого духа, колдуна, вызвано сглазом, порчей, испугом, а поэтому и лечение его должно быть соответственны – с использованием лечебной магии, заговора. Все заговоры, используемые в народной медицине региона, можно разделить на профилактические и лечебные, а те, в свою очередь, на детские и взрослые. Эти группы, кроме того, подразделяются по видам заболеваний. Отдельную группу представляют собой заговоры "от всех болезней". Во время лечения заговорами выполняются различные ритуалы, обряды, читаются заговоры, как правило, в определенное время, в определенном месте. Частота использования заговоров в настоящее время сокращается, но к заговорам обращаются и сегодня, когда научная медицина не помогает и остается только надежда на чудо.

Исследование показало, что народная медицина северо-восточного региона Европейской России сходна с народной медициной других регионов страны, но, вместе с тем, имеет и свои особенности.

Ряд представлений о причинах возникновения заболеваний имеет региональный характер и не встречается на других территориях России. Так, только у вятчан как причина болезни этнографами описан дух огненный змей, удмурты, проживающие на территории региона, считали, что заболевания могут появляться вследствие действий злого духа Керемета, марийцы винили в болезнях духов Йомшенера, Чумбулата, Курук-Кугузу, Немед-урука и Пиамбару.

Народная медицинская терминология северо-восточного региона Европейской России так же не всегда совпадает с общероссийской. Так, сифилис в регионе в XIX веке носил название "татарская оспа", лихорадку коми-пермяки называли низовкою, насморк – возгреею. Изученные материалы показывают, что еретиком народного целителя называли только в исследованном регионе.

Имеет особенности и народная гигиена изученного региона. Так, троециплятница или обряд опахивания практиковались только в народной медицине северо-востока Европейской России. Региональные особенности профилактики болезней также ярко проявляются в мероприятиях, проводимых с целью предотвращения заболеваний проживавшими на данной территории марийцами, коми, удмуртами и коми-пермяками. Так, марийцы для защиты от сглаза употребляли внутрь полынь, зверобой, чеснок и лук, носили с собой гроздья рябины, коми-пермяки для защиты от урочения опоясывались по голому телу лыком, а вотяки с этой же целью наносили на лицо сажу.

Лечение заговорами широко распространено по всей территории России, но анализ изученных материалов позволяет сказать о том, что тексты заговоров, используемых в регионе, отличаются от применявшихся на других территориях страны. Имеют особенности и ритуалы, сопровождающие лечение заговорами. Так, марийцы хранили заговоренную пищу или питье в закрытом сосуде "чтобы не улетучивалась чудодейственная сила". Они же в знак благодарности обязательно давали заклинателю (шуведыше) монету. Русские, проживающие в Слободском уезде Вятской губернии считали, что за лечение, в том числе заговором, благодарить не надо – "пользы от лечения не будет".

Исцеление болезней средствами растительного, животного и минерального происхождения практиковалось и практикуется в народной медицине России повсеместно. В северо-восточном регионе Европейской России наиболее часто употребляются для лечения средства растительного происхождения, чуть реже – животного и менее часто – минерального происхождения. Как и в других регионах, одно и то же средство применяется с целью излечения ряда различных заболеваний, а, вместе с тем, народные целители разных национальностей одну и ту же болезнь лечат по-разному. Так, травой бобки (трилистник водяной) в регионе в XIX веке лечили "от озноба", ею же "выгоняли грыжу от сердца", "сводиди желтуху", она же использовалась для лечения туберкулеза, грыжи, зубной боли. Русскоязычное население "вытягивало жар" листьями квашеной или свежей капусты, свеклы, хрена, лопуха, мать-и-мачехи, ясеня, а коми-пермяки с этой целью прикладывали к пяткам тертую картошку.

Марийцы при обширных ожогах тела забивали овцу или теленка, снимали с них шкуру и заворачивали в нее больного. Русские, проживавшие в регионе, ожоги лечили смазыванием барсучьим, медвежьим или кошачьим салом. Удмурты для лечения ожогов применяли протертый подорожник, смешанный с гусиным салом. Предварительно рану они промывали свежими щами или процеженным рассолом квашеной капусты, смешанной с яичным белком или патокой. К обожженной поверхности так же прикладывали свежие или протертые яблоки.

Терапия средствами растительного, животного и минерального происхождения в народной медицине региона была, как показало проведенное исследование, часто комплексной, а многообразие накопленного эмпирического опыта в разных регионах России неизбежно породило региональные особенности в лечении болезней. Так, для лечения золотухи вятчане применяли киноварь, настои череды и лаврового листа. В других регионах России такое сочетание средств народной медицины для лечения данной болезни не применялось.

"Меряние", "сбрызгивание", "очерчивание", "умывание", "горшок", использование для лечения тепловых процедур и массажа в бане практиковались народными целителями многих регионов России и не являются особенностью народной медицины изучаемого региона.

В конце XVIII – начале XX века на северо-востоке Европейской России народный целитель занимает в народной медицине центральное место. Именно к нему чаще обращаются жители региона в случае родов, заболеваний, если "сами поправиться не могут". Личность народного целителя окружена множеством легенд, его "побаиваются", но считают "человеком нужным". Народный целитель редко является универсалом, чаще он практикует какой-либо один метод лечения. Во второй половине прошлого – начале нынешнего века на северо-востоке Европейской России профессиональное народное целительство практически исчезает, но сохраняется достаточное количество носителей сведений о его методах, кои их эпизодически применяют для самолечения и врачевания близких.

Все методы, использовавшиеся и используемые в народной медицине северо-восточного региона Европейской России можно разделить на рациональные и не рациональные.

К рациональным, приносящим пользу методам народной медицины северо-восточного региона Европейской России можно отнести родоразрешение в бане (в соответствующий исторический период), изоляцию больных инфекционными заболеваниями, разнообразное питание, во многих случаях – траволечение. К нерациональным относятся заговоры, подвешивание роженицы с целью исправления положения и предлежания плода, присыпание ран землей, выдавливание ребенка в родах.

Анализ изученных материалов позволяет сказать, что рациональные, приносящие пользу методы народной медицины региона базируются, как правило, на эмпирическом опыте, а нерациональные – на религиозно-мистических представлениях.

Литература

– Адоньева С.Б. Слово и действие в крестьянской магии // Устные и письменные традиции в духовной культуре. – Сыктывкар, 1990. – Ч.1. – С. 3–4.

– Алексеев Г.А. Народные лечцы у чувашей, способы и приемы врачевания. – Чувашская АССР, Минздрав, 1972. – С.303–311.

– Аликова З.Р. История медицины и здравоохранения в Северной Осетии: Автореф. дисс… на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. – Москва, 1991. – 24с.

– Аликова З.Р. Изучение этноопыта в области народной медицины Северного Кавказа. – Краснодар, 1999.

– Аликова З.Р. История народной медицины Северного Кавказа – Дисс. на соиск. уч. степ. д-ра мед. наук. – М., 2000 – С. 5–76..

– Аллаяров Х.А. История народной медицины Средней Азии: Автореф. дисс… к-та мед. наук. – М.,1993. – 20с.

– Алмазов А.И. Врачевальные молитвы. – СПб., 1900. – С. 5–23.

– Андреев П.П. Словарь старых народноврачебных средств. – СПб., 1889. – С.2.

– Антонов А.А. О врачебных растениях, дикорастущих в Витебской губернии и употребляемых населением ее в домашней народной медицине. – Витебск, 1888. – С.11.

– Арон К.Я. Латышская народная медицина – Дисс. на соискание степ. канд. мед. наук. – Рига, 1966.

– Архангельский Г.В. Историко-медицинский аспект изучения народной медицины // Советское здравоохранение. – 1985. – N12. – С. 57–61.

– Бадов Н.А. Состояние пчеловодства в Вятской губернии. – Вятка, 1912. – С.5.

– Бармин С.К. История здравоохранения Кировской области: Рукопись. – Киров, 1967. – 25с.

– Бармин С.К.История народного здравоохранения и родовспоможения: Рукопись. – Киров, 1957. – 24с.

– Бажин. Крестьянская свадьба в Котельническом уезде // Вятские губернские ведомости. – 1848. – N9. – С.4.

– Бажин. Троециплятница // Вятские губернские ведомости. – 1848. – N 8. – С.3.

– Белик А.А. Народная медицина в фокусе психологической антропологии // Твое здоровье. – 1990. – N6. – С.4.

– Белявский Ф. Поездка к Ледовитому морю. – СПб., – 1833. – 264с.

– Бердинских В.А. Россия и русские. – Киров,1994. – 286с.

– Бендер К.И. Указатель по применению лекарственных растений в научной и народной медицине. – Саратов.: Изд-во Сарат. ун-та, 1988. – 110с.

– Бехтерев В.М. Вотяки, их история и современное состояние. Бытовые и этнографические очерки // Вестник Европы. – 1880. – кн.8. – С. 621–654., кн.9. – С. 141–172.

– Бехтерев В.М. Непереносимость или боязнь чужого взгляда // Обозрение психиатрии, неврологии и экспериментальной психологии. – 1900. – N5. – С. 491–497.

– Бехтеров Н.П. Краткая летопись событий и законоположений, касающихся Вятской губернии // Столетие Вятской губернии. 1780–1880: Сборник материалов к истории Вятского края. Т. II. Вятка, 1881. – С. 422–423.

– Биркенгор А.Л. Потомки землепроходцев. – М., Мысль, 1972. – 220с.

– Блинов Н.Н Старинный лечебник // Вятские губернские ведомости. – 1867. – N1. – С.9, N3. – С.26.

– Блинов Н.Н. Лечебник 17 века // Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1911 год. – Вятка, 1910. – С. 58–73.

– Богоявленский М.А. Древнерусское врачевание в 11–17 веках. – М.,1960.

– Болотовский И.А. О некоторых приемах народной медицины в Татарской и Чувашской АССР. – Казань, 1953. – С. 7–8.

– Большая энциклопедия. Т.5 – СПб., 1896. – С.427.

– Братухина О.А. Развитие акушерско-гинекологической помощи в Северо-Восточном регионе Европейской России в XIX–XX веках – Дисс. на соискание уч. степ. канд. мед. наук. – Москва,2003. – 222с.

– Брехман И.И. Народная медицина в свете теории информации. – Л., Наука, 1975. – С. 4–5.

– Буш Н. Народная медицина в Вятской губернии // Календарь Вятской губернии на 1895 год. – Вятка, 1894. – С. 352–362.

– Василенко П.И. Народная медицина и охрана здоровья малых народностей Севера. – М., 1987. – С.40–74.

– Василенко П.И. Магия: старое зло или новое благо // Вопросы философии. – 1994. – N3. – С.27.

– Вербицкий В. Алтайцы. – Томск, 1870. – С. 174–175.

– Верещагин Г. Знахарство в Вятской губернии // Памятная книжка Вятской губернии и календарь на 1910 год. – Вятка,1909. -С. 80, 84–89,91-92.

– Верещагин Г. О народных средствах врачевания в связи с поверьями // Этнографическое обозрение. – 1898. – N3.

– Виноградов Г.С. Самоврачевание и скотолечение у русского старожилого населения Сибири // Живая старина. – 1915. – N4. – С.405.

– Высоцкий Н.Ф. Очерки нашей народной медицины // Записки Московского археологического института. – Москва, 1911. – Т.11. – С. 153–156.

– Вятский фольклор. Заговорное искусство. – Котельнич, 1994. – 112с.

– Галикерман А.Ф., Гром И.И. Дикорастущие лекарственные растения СССР. – Москва, 1976. – С. 5–6.

– Гальперин Я.Г. Народная медицина России – прошлое, настоящее, будущее. // Медицинская помощь. – 1996. – N5. – С. 45–46.

– Гаммерман А.Ф. Лекарственные растения. – 4-е изд. испр. и доп. – М.:Высш. шк., 1990. – 542с.

– Герасимов М.К. Материалы по народной медицине и акушерству в Череповецком уезде Новгородской губернии // Живая старина. – 1898. – Вып.2. – С.166.

– Генинг В.Ф. Азелинская культура III–V вв. н. э. – Ижевск, 1963. – С.6.

– Глушков И.Е. Топографо-статистическое описание г. Котельнича // Этнографический сборник РГО. – 1862. – Вып.5. – С. 1–96.

– Глобальная программа ВОЗ по традиционной медицине на 1990–1995 г.г. // Медицинская помощь. – 1996. – N5. – С.23.

– Голышенков П.П. Лекарственные растения и их использование. – Саранск,1966. – С. 113–114.

– Горницкий К.С. Заметки об употреблении в народном быту некоторых дикорастущих и разводимых растений украинской флоры. – Харьков,1887. – С.174.

– Городнов Б.М. Краткий очерк населения крайнего северо-востока Западной Сибири. – М., Издательство Государственного Русского Географического Общества, 1926. – С. 50–76.

– Городцов П.А. Сибирская язва // Записки Тюменского Общества научного изучения местного края. – Тюмень,1924. – С. 53–101.

– Гохман И.И. Палеоантропологический материал как источник знаний по народной медицине // Тезисы Всесоюзной научной конференции. – Л., 1975.

– Груздев В.Ф. Из народной медицины русских // Известия общества археологии, истории и этнографии при Казанском Университете. – Казань,1922. – С.91.

– Груздев В.Ф. Русские рукописные лечебники. – Л.,1946. – 72с.

– Груздев Н.А., Кожихов Н.А. Развитие здравоохранения в Даровском районе. – Даровской, 1997. – 102с.

– Гущина С.Ф. Материалы по народной кулинарии // Сибирская живая старина. – Иркутск,1928. – С.30.

– Данилевский Н.Ф. Фитотерапия в стоматологии/Н.Ф.Данилевский, Т.В.Зинченко, Н.А.Кодола. – Киев: Здоровья, 1984. – 183с.

– Данишевский Г.М. Патология человека и профилактика заболеваний на Севере. – М., Медицина, 1968. – 421с.

– Дерябина Ф.И. Материалы по изучению народной медицины Коми-пермяцкого национального округа. – Пермь,1969. – С. 193–200.

– Демич В.Ф. Обзор материалов по русской народной медицине. – СПб., 1891.

– Демич В.Ф. Педиатрия у русского народа // Вестник общественной гигиены, судебной и практической медицины. – СПб., 1891. – Т.12.кн.1.

– Демич В.Ф. Лихорадочные заболевания и их лечение у русского народа // Вестник общественной гигиены, судебной и практической медицины. – СПб.,1894. – кн.3.

– Демич В.Ф. О змее в русской народной медицине // Живая старина. – 1912. – N1. – С.51.

– Деревенские знахари и хирурги // Вятские губернские ведомости. – 1897. – N81. – С. 6–7.

– Довженко А.В. История народной медицины Крыма: Автореф. дисс… к-та мед. наук. – М., 2000. – 24с.

– Дунин Е.П. Вятские заговоры (рукопись-лечебник, составленная в 1900 году в Орловском уезде деревне Дуновщина Вятской губернии) – С.5.

– Душманов С.Х. История здравоохранения Западного Казахстана: Дисс. на соискание уч. степени доктора медицинских наук. – Москва. 1992. – 627с.

– Жестков М., Попов Н. Этнографические сведения о крестьянах Слободского уезда Маракулинской волости // Вятские губернские ведомости. – 1880. – N62-63.

– Заблудовский П.Е. История отечественной медицины. – Москва,1960. – 386с.

– Заблудовский П.Е., Крючек Г.Р., Кузьмин М.К., Левит М.М. История медицины. – Москва, 1981. – 352с.

– Забылин М. Русский народ, его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия // Репринтное воспроизведение издания 1880 года. – Москва, 1992. – 607с.

– Завражная В.И. Лекарственные растения: Лечебное и профилактическое использование. – 4-е изд. испр. и доп. – Воронеж: Изд-во ВГУ, 1994. – 480с.

– Загоскин Н.П. Врачи и врачебное дело в старинной России. – Казань: Типография Императорского Университета, 1891. – С. 4–5.

– Зеленин Д.К. "Кока" и "Бука" // Вятские губернские ведомости. – 1904. – N1. – С.2.

– Зеленин Д.К. Восточнославянская этнография. – Москва,1991. – 315с.

– Змеев Л.Ф. Былое врачебной России. – СПб., 1890. – 168с.

– Змеев Л.Ф. Чтения по врачебной истории России. – СПб., 1896. – С. 5–34.

– Иванова А.А., Поздеев В.А. Обряды и обрядовая поэзия Вятского края // Энциклопедия земли вятской. – Киров, 1995. – Т. 4. – С.292.

– Ильина И.В. Народная медицина Коми. – Сыктывкар,1997. – 118с.

– Карпеев А.А., Киселева Т.П. Проблемы развития традиционной медицины в России // Медико-фармацевтический вестник. – 1996. – N6. – С. 15–18.

– Карпеев А.Л. Исторические корни традиционной медицины в России // Народная медицина России: теория и практика. – 2001. – N10. – С. 2–3.

– Казаченко А.И. Приложение к карте Вятской губернии. – СПб, 1884. – С.16.

– Касимова Э.Г. Основные занятия населения Вятской Губернии // Энциклопедия земли вятской. – Киров, 1998. – Т.8. – С. 140, 144,145,146,164.

– Касьян Н.А. Мануальная терапия при остеохондрозе позвоночника. – М.: Медицина, 1986. – 99с.: ил.

– Кашин Н.И. Домашние средства, употребляемые жителями Приаргунского края при лечении болезней и народные врачи приаргунцев // Вестник РГО. – 1860. – ч.30. – С. 120–140.

– Кафаров К.А., Бирюков А.А. Бани и здоровье. – М.:Медицина, 1982. – 63с.:ил.

– Кибардин И.Г. Хозяйственное описание северного края Слободского округа // Записки Императорского Казанского экономического Общества. – Казань,1851. – С. 1–18.

– Киселева Ю.М. О заговорной традиции в Лузском районе // Вятская земля в прошлом и настоящем. – Киров,1992. – С. 225–227.

– Киселева Ю.М., Фадеева Л.В., Балашова О.Б. Заговоры // Энциклопедия земли Вятской. – Киров, 1998. – Т.8. – С. 398–418.

– Клер О.Е. Материалы о флоре Уральского края, о некоторых лечебных травах Среднего Урала // Записки Уральского Общества любителей естествознания. – Екатеринбург,1878. – С. 51–102.

– Кнельц В.Ф. Народная медицина в Удмуртии // Советское здравоохранение. – 1983. – N9. – С. 72–73.

– Комаровских А. Знахарство в Орловском уезде // Календарь и памятная книжка Вятской губернии на 1898 год. – Вятка,1897. – С.137.

– Кондратовский Н.Г. Малорусские знахари и их способы лечения // Врач. – 1892. – N10. – С.230.

– Копысов В.А. Лекарственные растения Вятки. – Киров, 1992. – С. 45–46.

– Корсун В.Ф. Лечение кожных болезней препаратами растительного происхождения: Справочник – Мн.:Беларусь, 1995. – 383с.

– Корнишина Г.А. Некоторые архаичные представления финно-угорских народов Волго-Вятского края // История и культура Волго-Вятского края. – Киров,1994. – С. 368–370.

– Красноженов М.В. Материалы по народной медицине Енисейской губернии // Известия Восточно-Сибирского отделения РГО. – Иркутск, 1911. – С. 65–86.

– Кузмин М.К. Из истории народной медицины в России // Советская медицина. – 1979. – N9. – С. 116–119.

– Кузмина К.А. Лечение пчелиным медом и ядом. – Саратов: Изд-во Саратовского университета, 1986. – 96с.

– Кузнецов С.К. Культ умерших и загробные верования луговых черемисов // Памятная книжка и календарь Вятской губернии на 1908 год. – Вятка, 1908. – С. 1–71.

– Кузнецова М., Резникова А. Сказания о лекарственных растениях. – М.: Высшая школа,1992. – 261с.

– Кукес В., Абашина Н. Что такое народная медицина // Твое здоровье. – 1990. – N3. – С.3.

– Куковякин С.А. Медицина Вятского края до введения земского самоуправления. – Киров,1994. – 13с.

– Куковякин С.А. Прошлое вятской медицины // Энциклопедия земли Вятской. – Киров, 1995. – Т.4. – С. 228–241.

– Куковякин С.А. Земская медицина Вятской губернии. – Киров,1996. – 176с.

– Куковякин С.А. Земская медицина Вятской и других северных губерний Европейской России. – Киров, 1998. – 206с.

– Куковякин С.А. Земская медицина северных губерний Европейской России // Автореф. диссерт… д-ра. мед. наук. – Москва,1998. – 36с.

– Куковякин С.А., Куковякина Н.Д., Братухина О.А. Народная медицина Вятской губернии. – Киров, 1997. – 99с.

– Куковякина Н.Д., Куковякин С.А. Как на Вятке встарь лечились. Народная медицина Вятской губернии. – Киров, 1998. – 75с.

– Куреннов П.М. Русский народный лечебник. – Москва,1991. – 190с.

– Лахтин М.Ю. Медицина и врачи в Московском государстве. – М., 1906. – С.4.

– Левчук А.П. Сердечные и мочегонные средства растительного происхождения. – Москва,1929. – С. 122–123.

– Лекарственные растения Кировской области. – Киров: Волго-Вятское книжное издательство, 1984. – 152с.

– Лекарственные растения в гастроэнтерологии: Справочник / Т.В. Зинченко, И.В. Стахив, Т.Я. Мякушко.; Отв. ред. Б.В. Заверуха. – Киев: Наук. думка, 1989. – 240с.

– Лекарственные растения в стоматологии / А.И. Марченко, А.И. Баранюк, Е.В. Левицкая, Е.П. Соколовская: Ответ. ред. И.С.Чекман. – 2-е изд. доп. – Кишинев: Штинца, 1989. – 180с.

– Лечение детей лекарственными растениями / Б.Н. Гажаев, Т.А. Виноградова, В.К. Мартынов, В.М. Виноградов. СПб: Аспект, 1995. – 284с.

– Лисицин Ю.П. История медицины: Учебник. – М.:ГЭОТАР – МЕД, 2004 – 400с.

– Листова Т.А. Русские обряды, обычаи и поверья, связанные с повивальной бабкой // Русские: семейный и общественный быт. – М.,1989. – С.171.

– Лобанова И. Заговорное искусство Котельнического района // Проселки. – 1993. – N11. – С. 6–9.

– Лобанова И.В. К вопросу о стереотипии заговорно-заклинательной поэзии // История и культура Волго-Вятского края. – Киров,1994. – С. 410–412.

– Луппов Г.Н., Новоселов И.Я. Лекарственные растения Кировской области. – Киров,1984. – С. 20–50.

– Магницкий В.К. Поверья и обряды в Уржумском уезде Вятской губернии // Календарь Вятской губернии на 1884 год. – Вятка,1883. – С. 90–133.

– Мажников С.Н. Народная медицина в городе Ейске // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. – Тифлис,1893. – С. 3–164.

– Макаренко А. Сибирский народный календарь в этнографическом отношении // Записки РГО по отделу этнографии. – СПб., 1913. – С. 80–90.

– Максимович-Амбодик Н.М. Врачебное веществословие. – СПБ.,1783. – С.35.

– Маковецкий И.В. Архитектура русского народного жилища. – М.,1962. – С.47.

– Маслова Г.С., Станюкович Т.В. Материальная культура русского сельского и заводского населения Приуралья //ТИЭ АН СССР. – 1960. – Т. LVII. – С.121.

– Материалы к отчету Кировского областного исполнительного комитета за 1935–1939 г.г. – Киров,1939. – 152с.

– Мальцева О.А. История здравоохранения Коми-Пермяцкого округа. – Кудымкар,1995. – 232с.

– Мартынов С.В. Печерский край. – СПб.,1905. – С. 204–206.

– Махлаюк В.П. Лекарственные растения в народной медицине. – М.: Нива России, 1992. – 477с.:ил.

– Миролюбов Н. Перлы вятского знахарства // Камско-Волжский край. – 1897. – 15 июня. – С. 2–3.

– Мирский М.Б. Очерки истории медицины в России 16–18 веков. – Владикавказ, 1995. – 170с.

– Мултановский Я. Заметка по мифологии Вятского края // Вятские губернские ведомости. – 1903. – N141. – С.2.

– Мухамедова Р.Г. Татары-мишари, историко-этнографическое исследование. – Москва,1972. – С. 1–12.

– Наши деревенские знахари // Вятские губернские ведомости. – 1899. – N4. – С. 3–4.

– Народная (традиционная) медицина: Указатель литературы / Кировская областная научная медицинская библиотека; сост. Н.А. Клабукова. – Киров, 1998. – 39с.

– Неклепаев И.Я. Народная медицина в Сургутском крае. СПб.,1900. – С. 11–12.

– Никонова Л.И. Народная медицина населения Волго-Вятского края // История и культура Волго-Вятского края. – Киров,1994. – С. 386–388.

– Низов В.В. Проблемы этнокультурной истории вятских народов в эпоху Средневековья // Энциклопедия земли Вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С. 70–102.

– Новомбергский Н.Я. Материалы по истории медицины в России. – СПб.,1905. – 191с.

– Новомбергский Н.Я. Основы борьбы с эпидемиями в допетровской Руси. – СПб.,1906. – 17с.

– Определитель растений Кировской области / Под ред. И.А. Шабалиной. – Киров,1975. – С. 6–8.

– Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации, 1993, N 33,С.1318.

– Осокин Г.М. На границе Монголии. – СПб., 1905. – С.302.

– Осокин М.И. Народный быт в Северо-Восточной России // Вятские губернские ведомости. – 1857. – N12. – С.68.

– Осокин М.И. Народный быт в Северо-Восточной России // Вятские губернские ведомости. – 1857. – N13. – С. 76–78.

– Отчет Вятского губернского исполнительного комитета 14 губернскому съезду Советов. – Вятка, 1929. – 214с.

– Паллас П.С. Путешествие по разным провинциям Российской империи. – СПб., 1809. – С. 22–23.

– Первухин Н.Г. Эскизы преданий и быта инородцев Глазовского уезда. – Вятка,1889. – 84с.

– Петнев В. Современная фитотерапия. – Москва,1976. – С.15.

– Петров Б.Д. Очерки истории отечественной медицины. – М.:Медгиз, 1962.

– Петров Б.Д. Знахарство // БСЭ, 1972. – Т.9. – С.556.

– Петров Б.Д. От Гиппократа до Семашко, преемственность идей. Очерки и портреты. М.:Медицина,1990. – С.20.

– Платен М. Новый способ лечения. – СПб,1902. – 380с.

– Плебей. Народное здравие в Глазовском уезде // Вятская речь. – 1910. – N111. – С.3.

– Плетнев Д.Д. Минеральные воды и их внутреннее применение в медицине. – М.,1915. – 83с.

– Подымов А.И., Суслов Ю.Д. Лекарственные растения Марийской ССР. – Йошкар-Ола,1990. – С. 1–20.

– Поздеев В.А… Элементы родильной обрядности в вятской "троециплятнице" // Вятская земля в прошлом и настоящем. – Киров,1992. – С. 228–229.

– Поздеев В.А. Родильные обряды // Энциклопедия земли Вятской. – Киров, 1998. – Т.8. – С. 335–340.

– Поздеев В.П. Похоронный обряд //Энциклопедия земли вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С.378.

– Поздеев В.П. Свадебный обряд и поэзия //Энциклопедия земли вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С.320.

– Полушкина А.Л. Поверья, обряды и обычаи при рождении, браке и смерти крестьян Слободского уезда Вятской губернии // Календарь Вятской губернии на 1893 год. – Вятка,1892. – С. 210–211.

– Полуяхтов К.К. Лекарственные растения. – Горький: Волго-Вятское книжное издательство, 1981. – 143с.:ил.

– Полная энциклопедия народной медицины. – М.:АНС,1996. – 752с.

– Попов Г.И. Русская народно-бытовая медицина. – СПб., 1903. – С. 277–478. (репринтное издание 1996 г.)

– Потапенко В.Н. К истории становления здравоохранения и хирургической помощи в Кировской области // Казанский медицинский журнал. – 1967. – N5. – С. 70–72.

– Приказ МЗ РФ от 29.09.1993 года N 222 "О мерах по реализации основ законодательства РФ об охране здоровья граждан". – М., 1993. – С.51.

– Радаков А. Сборник медико-топографических и санитарных сведений Вятской губернии. – Вятка, 1878. – 224с.

– Растения в медицине / (Сост. Б.Г. Волынский, К.Н. Бендер, С.Л.Фрейдман и др.) – Саратов: Изд. Сарат. ун-та, 1983. – 440с.

– Райт Г. Свидетель колдовства. – М., 1974. – С. 64–73.

– Рогов Н.А. Материалы для описания быта пермяков // Пермский сборник. – 1860. – кн. 2. – отд.2. – 127с.

– Российский Д.М. История всеобщей и отечественной медицины и здравоохранения. – М.,1956.

– Рыбаков Б.А. Древняя Русь. Сказания. Былины. Летописи. – Москва, 1963. – 361с.

– Рыбаков Б.А. Из истории культуры древней Руси – Москва,1984. – 240с.

– Рыбаков Б.А. Язычество древней Руси. – Москва,1987. – 782с.

– Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. – Москва, 1981. – 607с.

– Сергеев А.П. Очерки истории русской медицины // Медицинское обозрение Нижнего Поволжья. – 1925. -N3.

– Семенова И.Г. Типы поселений и жилище на Вятке // Энциклопедия земли вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С. 111, 115,124,130.

– Семибратов В.К. Вятская деревня // Энциклопедия земли вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С. 102, 103,104.

– Сенникова Л.А. Историко-археологический обзор камско-вятского междуречья в древности // Энциклопедия земли вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С.11.

– Сказания о нартах. Осетинский эпос. – Москва,1978. – 509с.

– Словцов И.Я. Материалы по фитотерапии Тобольской губернии // Записки Западно-Сибирского отделения РГО. – Омск.1891. – С.148.

– Совещания ВОЗ. – Женева,1980. – С.8.

– Сорокина Т.С. История медицины. – Москва,1994. – С. 275–285.

– Соколов С.Я., Замотаев И.П. Справочник по лекарственным растениям: Фитотерапия. – 3-е изд., стер. – М.: Металлургия, 1990. – 426с.

– Справочник по лекарственным растениям. – М.:Лесная промышленность,1988. – 415с.

– Справочник по лекарственным растениям / А.М. Задорожный, А.Г. Кошкин, С.Я.Соколов и др. – 2-е изд. – М.: Экология, 1992. – 415с.: ил.

– Сурина Л.Н. Целебные растения Тюменского края. – Свердловск,1974. – 144с.

– Старкова Е.В., Куковякин С.А., Багаев В.И., Куковякина Н.Д. Очерки развития вятской психиатрии. – Киров,2003. – 96с.

– Страхов П.О. О русских простонародных парных банях // Московский врачебный журнал. – 1856. – С.38.

– Страшун И.Д. Медицина. БМЭ. – М., 1936.Т.17. – С.223.

– Татаринов В.Ф. Продукты пчеловодства и лекарственные растения в стоматологии / НИИ пересадки зубов. – Уфа: (Б.Н.), 1992. – 56с.: ил.

– Ткачев Т.Я. Народная медицина в Воронежской губернии // Воронежский краеведческий сборник. – Воронеж,1925. – С. 4–10.

– Токарев С.А. Обычаи и обряды как объект этнографического исследования // Советская этнография. – 1980. – N3. – С. 26–30.

– Торен М.Д. Русская народная медицина и психотерапия. – СПб.,1996. – 496с.

– Трушкова И.Ю. Одежда // Энциклопедия земли вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С. 198–211.

– Трушкова И.Ю. Пища. Утварь. // Энциклопедия земли вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С. 182, 186,187,190.

– Фадеева Л.В. Религиозно-христианские начала в вятских заговорах // История и культура Волго-Вятского края. – Киров,1994. – С. 407–410.

– Фитотерапия в комплексном лечении заболеваний внутренних органов / А.А. Крылов, В.А. Марченко, М.П. Максютина, Ф.И. Мамчур – Киев, Здоровья, 1992. – С. 16–45.

– Флоринский В.М. Как оставаться здоровым. – Казань,1879. – С. 1–3.

– Флоринский В.М. Русские простонародные травники и лечебники. – Казань,1879. – 229с.

– Харитонова В.И. Образы колдуна, знахаря у восточных славян в интерпретации Д.К.Зеленина и по современным данным // Вятская земля в прошлом и настоящем. – Киров,1992. – С.230.

– Харченко Н.С. К вопросу об изучении народной медицины // Врачебное дело. – 1947. – N4. – С. 317–318.

– Хан Н.А. Этническая история населения на территории бассейна реки Вятки //Энциклопедия земли вятской. – Киров,1998. – Т.8. – С. 58, 60,65.

– Целебные растения в акушерстве и гинекологии: Метод. рекомендации / Сост. Д.И. Бенедиктов, И.И. Бенедиктов. – Свердловск, 1985. – 108с.

– Цинкина Н.П., Цинкина Н.В. Травник. – Пермь,1994. – С. 56, 86,91.

– Чашницкий М.М. Материалы к исследованию Чердынского уезда в медико-статистическом отношении. – Пермь,1883. – 223с.

– Чубинский П.П. Труды этнографо-статистической экспедиции в западно-русский край, снаряженные РГО // Материалы и исследования, собранные П.П.Чубинским. – СПб.,1872. – С.138.

– Шахматов А.А. Мордовский этнографический сборник. – СПб.,1910 – С.160.

– Шумов К.Э. Способы размыкания границ между миром живых и миром неживых и обереги в некоторых жанрах русского фольклора //История и культура Волго-Вятского края. – Киров,1994. – С. 370–372.

– Эммаусский А.В. Вятка в XII–XV веках // Энциклопедия земли вятской. – Киров,1995. – Т.4. – С. 14, 15.

– Эммаусский А.В. Культура Вятского края VII века // Энциклопедия земли. – Киров,1995. Т.4. – С.67.

– Эммаусский А.В. Вятка во второй половине XVIII века // Энциклопедия земли вятской. – Киров,1995. – Т.4. – С. 110, 121.

– Этнографические аспекты изучения народной медицины. – М.,1975.

– Ягодка В.С. Лекарственные растения в дерматологии и косметологии. – Киев, Наук. думка, 1992. – 272с.: ил.

– Яхъяева З.И. История народной медицины чеченцев и ингушей (XVIII–XX в.в.) – Диссертация на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. – М.,2007. – 191с.

– Яхъяева З.И. История народной медицины чеченцев и ингушей (XVIII–XX в.в.): Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. – М.,2007. – 24с.

– Maier K.A. Florula provinciae Wiatka // Beitrage zur Pflagen des Russigen Reiches. – СПб., 1848. – С. 1–5.

Архивные материалы

– ГАКО. фонд 170.оп.1. д.126.л.1–6.

– ГАКО. фонд 170.оп.1. д.126.л.18–29.

– ГАКО. Фонд 574.оп.1.д.271.л.5,11,15,17.

– ГАКО. фонд 574.оп.8. д.7.л.4.

– ГАКО. фонд 574.оп.8.д.11.л.5.

– ГАКО. фонд 574.оп.8.д.11.л.14–15.

– ГАКО. фонд 574.оп.8.д.11.л.16.

– ГАКО. фонд 574. оп.8.д.20.л.1–4.

– ГАКО. фонд 574.оп.8.д.51.л.8.

– ГАКО. фонд 574.оп.8.д.51.л.9.

– ГАКО. фонд 574.оп.8.д.69.л.20.

– ГАКО. фонд 574.оп.8.д.69.л.26.

– ГАКО. фонд 582.оп.131.д.9.л.1-10.

– ГАКО. фонд 583.оп.447.д.278.л.15.

– ГАКО. фонд 583.оп.607.д.203.л.1-10.

– ГАКО. фонд 583.оп.607.д.215.л.14–60.

– ГАКО. фонд 587.оп.19.д.76.л.21-811.

– ГАКО. фонд 616.оп.1.д.1.л.9-10.

– ГАКО. фонд 616.оп.1.д.44.л.319.

– ГАКО. фонд.633.оп.1.д.119. л.1-10.

– ГАКО. фонд.633.оп.1.д.267.л.1,2.

– ГАКО. фонд.633.оп.1.д.317.л.1-3

– ГАКО. фонд.634.оп.1.д.9.л.160–161.

– РГИА. фонд.515.оп.7.д.1938.л.2.

– РГИА. фонд.1288.оп.3.1.д.143.л.1-70.

Content

Сергей Куковякин, Наталья Куковякина
ИСТОРИЯ НАРОДНОЙ МЕДИЦИНЫ СЕВЕРО-ВОСТОКА ЕВРОПЕЙСКОЙ РОССИИ

Введение

Глава 1. Обзор литературы и источников

Глава 2. Представления о здоровье и болезни у населения северо-восточного региона Европейской России

2.1. Краткая историко-этнографическая характеристика северо-восточного региона Европейской России

2.2. Динамика представлений населения северо-восточного региона Европейской России о причинах возникновения и прогнозе заболеваний

2.3. Народная медицинская терминология северо-восточного региона Европейской России

Глава 3. Народная гигиена северо-восточного региона Европейской России

Глава 4. Лечение заболеваний и помощь при родах В народной медицине северо-восточного региона Европейской России

4.1 Причины использования методов народной медицины населением северо-востока Европейской России в прошлом и в настоящее время

4.2. Помощь при родах и лечение гинекологических заболеваний в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

4.3. Лечение заболеваний терапевтического профиля в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

4.4. Лечение заболеваний хирургического профиля в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

4.5. Лечение кожных болезней в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

4.6. Лечение детей в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

4.7. Лечение заговорами в народной медицине северо-восточного региона Европейской России

4.8. Личность целителя в народной медицине Северо-восточного региона Европейской России

Заключение

Литература