Андрей Земляной

Конца света не будет

Все началось как-то само собой. Глухой рокочущий звук который то появлялся, то исчезал в разных концах земли, записывали на видео и радостно выкладывали в сеть но через пару дней, уже каждый из шести миллиардов жителей планеты мог лично насладиться этим необычным природным явлением. Сюрваеры привычно закупались консервами и в который раз приводили в порядок оружие и снаряжение, богатые осторожно проверяли свои персональные ковчеги, а ученые спорили до хрипоты пытаясь родить истину в бесплодных спорах.

Резкие заморозки, ударившие посреди лета, несколько оживили медийное пространство, кадрами снежных буранов в Африке и занесенных снегом дорог в Европе. Как всегда, всей законопослушности европейцев хватило лишь на пару дней катастрофы, и одни ринулись сметать продукты с полок а другие решили, что уже можно и начали обычное веселье с битьем витрин и подожженными машинами.

Мировое сообщество живо включилось в обсуждение причин природной аномалии, ломая копья и переходя на личности. Возникали и распадались сообщества, коммьюнити и объединения, трещали клавиатуры и гремели виртуальные схватки.

Словно микробы в помойном бачке откуда ни возьмись вылезли многочисленные проповедники, вещающие уже не только с экранов но и с крыш дорогих внедорожников на площадях и улицах городов. Они призывали отречься от земного, и передав все свои ценности проповеднику, удаляться в уже подготовленные лагеря для коллективных молитв о спасении души.

Лишь Виктору Александровичу было не до замерзшего Ла-Манша. В последнее время он чувствовал себя все хуже и хуже. Одинокий старик забытый временем и людьми среди огромного мегаполиса, он трясущимися руками накапал в стакан корвалола и разбавив водой выпил. На короткое время полегчало. Не выпуская из рук тяжелый медный чайник с водой он тяжко шаркая протертыми шлепанцами по полу дошел до кровати и оперевшись о тумбочку, поставил чайник так, чтобы дотянуться до него. Потом опустился на краешек и так же медленно лег. Выцветшие его глаза, видевшие даже лед Кронштадта, закрылись и старик погрузился в мир своих ярких словно у ребенка снов. В этих снах, он молодой и сильный продолжал идти через буран доставляя геологам батареи для радиостанции, лежал между камней на безымянном перевале отбиваясь от охранников наркокаравана и мчался на вороном коне сжимая в скользкой от крови руке, тяжелую шашку.

А миру тоже не было до Виктора Александровича никакого дела. Внезапно подорожавшее продовольствие поставило на грань выживания огромные районы планеты. И если в относительно благополучные годы мировое сообщество как-то помогало, то в этот раз все были заняты набиванием собственных закромов, и судьба далеких народов уже не волновала никого. Всеобщие демократы призывали Россию и Китай помочь продовольствием голодающим районам, сами при этом, отправив туда лишь один самолет, который, не садясь, сбросил груз на парашютах и удалился с максимально возможной скоростью.

И огромные толпы африканцев, не получившие привычной дани, сами решили взять свое.

На границах ЮАР, Египта и нескольких относительно благополучных стран закипели бои. Сначала просто стреляли, а когда в бой пошли многотысячные толпы вооруженных людей, в ход пошла тяжелая артиллерия, и системы залпового огня.

Как всегда бойню в прямом эфире транслировали многочисленные телеканалы, и те до кого африканцы не могли дотянуться по географическим причинам, требовали от остальных прекратить уничтожение мирного населения и прочие глупости.

Виктор Александрович проснулся когда старые изношенные ходики висевшие над холодильником Бирюса, пробили полночь. Он вдруг с совершенной ясностью понял, что всё. Теперь уже точно, всё. Не тогда, когда его группу зажали на болоте немецкие егеря, и не тогда когда он, встал во весь рост под огнем поднимая все что осталось от полка в последнюю атаку. И не тогда, в девяностых когда он ввязался в драку, отбивая от малолетних подонков, незнакомую девчушку а именно сейчас.

Он кряхтя сел, разогнулся, тяжело прошаркав дошел до ванной, и включил воду. Руки что обычно мелко подрагивали стали вдруг неожиданно твердыми словно сталь и он вышелкнув трофейную золингеновскую бритву ровными движениями снял трехдневную щетину. Проверив ладонью гладкость бритья, смочил лицо водкой, и забравшись в ванную стал принимать душ.

Когда волна чудовищного землетрясения грохнувшего на территории США, докатилась до России, старый дом, построенный еще до диалектического материализма тряхнуло совсем немного. С потолка коротко сыпануло штукатуркой, звякнули негодующе чашки в буфете, да с тумбочки упала на пол пачка нитроглицерина.

Чуть покачнувшийся Виктор Александрович, оперся рукой о стену, и продолжил мыться. Он не слышал и не мог слышать, как великолепные высотные корпуса элитных жилых комплексов, сверкающие тонированным стеклом начали рассыпаться словно карточные домики хороня под своими обломками успешных, богатых и креативных, в секунду ровняя их с ненавидимым ими “быдлом”.

Чиновники, и генералы уже занимали свои места в сверхзащищенных бункерах, когда из свинцово-черных туч на землю упал первый кислотный дождь. И пусть кислоты в том что падало с неба было совсем немного, нехватка питьевой воды мгновенно стала проблемой номер один.

Виктор Александрович, чисто вымытый и выбритый подошел к шкафу, и распахнув створки, стал надевать чистое белье, запасенное именно на этот случай.

Спутниковые и проводные сети еще работали, когда потревоженный землетрясением вулкан в Йелоустоне наконец взорвался. Раскаленные потоки газа мгновенно сожгли треть населения Штатов, а еще треть предпочла бы умереть быстро но судьба распорядилась по-другому. Столб дыма и пепла поднявшийся на высоту пятьдесят километров, начал расплываться по планете словно капля краски по поверхности воды. И через два дня, по всей Земле начали падать камни, пепел и солнце окончательно скрылось за пеленой гари.

Ад воцарившийся на улицах города, старик тоже не заметил. Смерть подошедшая уже совсем близко, неожиданно дала ему короткую передышку, и он третий день наслаждался тем что у него ничего не болит. Одетый в парадный мундир, чуть позвякивая многочисленными наградами он спокойно и с любовью готовил свой последний ужин.

Нет, там не было ни омаров, ни фуа-гра. Старый солдат, стоял над медным котелком, помешивая длинной деревянной ложкой ароматный кулеш, который его научили варить белорусские партизаны в памятном сорок третьем.

Внезапно замигал и погас свет. Чертыхнувшись, Виктор Алескандрович выглянул в окно убедился, что света нет во всем районе, хмыкнул, затем накрыв котелок крышкой, выключил газ, и укутал его полотенцем. Потом он зажег свечку, встал на табуретку и долго ковырялся на антресолях, выудив из кучи хлама, сплющенную сверху гильзу от сорокапятки.

Света самодельный светильник давал достаточно, чтобы осветить небольшой кусок кухни и почерневшие обои на стене.

Бутылка водки стоявшая в холодильнике с тех незапамятных времен когда к нему приезжал старый фронтовой друг, открылась легко словно ждала этого момента, и прозрачная жидкость полилась в рюмку.

Внезапно в коридоре послышался шум, топот ног и чей-то срывающийся крик вспорол тишину старого дома.

Ветеран со вздохом снял китель, отодвинул так и не выпитую водку, встал, взял в руки светильник, выйдя в коридор провернул замок и распахнул входную дверь.

В неверном свете керосинового пламени и двух мощных фонарей, с голубоватым светом, было видно, как трое молодых парней зажали в углу лестничной клетки невысокую девушку, и нисколько не смущаясь криками жертвы, уже рвут на ней одежду.

- Прекратить! - Несмотря на возраст, голос у старого генерала был такой что вздрагивали даже армейские разведчики, которым сам черт был не брат, и босяки испуганно отпрянули в стороны. Но направив вверх луч фонаря, и разглядев, что мужчина один, и что в руках у него не было оружия, сразу осмелели.

- Это что же за старый пенек нарисовался? - Один из нападавших выдернув из кармана куртки небольшой складной нож, картинно взмахнув рукой, выщелкнул лезвие. - Или желаешь поучаствовать? Тогда становись в очередь. Хотя я и не любитель старых морщинистых задов.

Ярость бурлившая в крови старого солдата вдруг успокоилась, оставив лишь холодную ледяную пустыню. Он уже видел эти глаза. И у лесных братьев, и у бывших людей ставших предателями собственного народа, подавшись в полицаи и легионы СС. Все снова было просто и понятно, как в тот день, когда он еще зеленым командиром взвода, экономя патроны, вешал зверей в человеческом обличье, на деревьях.

Короткое движение рукой, и керосин из лампы выплеснулся на лицо бандита. Дикий крик горящего заживо на мгновение парализовал остальных, но времени на раздумья ветеран им не дал. Перебросив лампу в левую руку он коротким взмахом ладони перебил кадык второму, и ногой смял гениталии третьего. Поскольку первый уже упал на пол и только выл от боли, старик примерился и точным ударом в шею прекратил его мучения. Потом подумав несколько секунд добил третьего и удовлетворенно осмотрел поле боя. Хорошо бы еще контроль сделать, но патронов к ТТ осталось всего полторы обоймы, и тратить их на всякую мразь, было жалко.

Девушка с широко раскрытыми глазами смотрела как высокий статный мужчина в белой рубашке как-то походя, расправился с тремя подонками загнавшими ее словно кролика в подъезд этого старого дома.

- Вы кто? - Голос у девушки еще дрожал от пережитого страха и она трясущимися руками все пыталась вернуть на место оторванные клочки ткани.

- Виктор Александрович Орлов, - Генерал подал девушке руку. - Пойдемте. Я помогу вам привести себя в порядок, и вы сможете продолжить свой путь.

Не смотря на шок, девушка успела отметить и аккуратно зачесанные волосы и небольшие складки на брюках с широкими красными лампасами, говорившие о том, что одежда долго провисела без движения в плотно набитом шкафу. Но главное это были глаза мужчины. Твердый взгляд с легкой смешинкой в глубине и полное отсутствие похоти.

- Лена Егорова. - Девушка кивнула. - Пойдемте. - Она подобрала оба фонаря и пошла наверх, вслед за стариком.

Девушка только-только успела оглянуться в крошечной гостиной, как в комнату вошел ее спаситель. На мгновение она утонула в сверкании орденов и медалей на кителе, и не поняла, что ей говорил мужчина.

- Что?

- Извините, нет у меня такой красивой одежды, как у вас, но думаю это подойдет. Во всяком случае, по размеру.

Лена посмотрела на стопку одежды в руках генерала и кивнула.

- Спасибо.

Когда он вышел, Елена развернула одежду. Там было всего две вещи. Зеленая юбка и такая же зеленая рубашка с коротким рядом пуговиц от горловины.

Одежда была не новой но чистой и крепкой и с некоторым трудом разобравшись в застежках и завязках, она переоделась и мягко словно кошка ступая по скрипучему полу, Елена прошла на кухню.

- Нет. Так не пойдет. Генерал еще раз внимательно осмотрел девушку и вернулся в гостиную. Покопавшись в недрах монументального шкафа, он достал ремень и обернув его вокруг тонкой талии девушки наметил размер, и четкими уверенными движениями укоротил его до необходимой длины.

- Надевайте. - Ветеран проследил, как гостья неловко справляется с незнакомой конструкцией защелки. - Теперь просовывайте большие пальцы под ремень, - он показал как, - и сгоняешь складки назад.

Отойдя на шаг он посмотрел на то что получилось и удовлетворенно кивнул.

- Годится. Жду на кухне. - И вышел оставив девушку одну.

Шкаф был полуоткрыт, и заметив зеркало на обратной стороне створки она посмотрела на себя.

Гуччи - говно. - Это было первое, что пришло ей в голову, когда она увидела себя в зеркале.

Стройная фигурка затянутая в зеленую гимнастерку, и юбку, выглядела просто потрясающе. Ремень с потускневшей звездой на пряжке подчеркивал узкую талию и Лена поправив волосы, и неожиданно для себя выпрямив спину и развернув плечи она вошла на кухню.

- Присаживайтесь, сударыня.

Старик чуть отодвинул стул, и когда девушка уже опускалась, подвинул его к столу.

- Благодарю. - Лена кивнула и впервые за сегодняшний день улыбнулась.

- К сожалению, у меня сегодня небольшой выбор, но осмелюсь предложить Оджалеши тридцать восьмого года. - Виктор Александрович встал и налил вино в широкий стеклянный бокал. Сам он после недолгого раздумья снова поднял рюмку с водкой. - Давайте милая барышня выпьем за нашу встречу. - Он улыбнулся. - Не предполагал я что у меня будет столь изысканное общество.

Девушка к своим двадцати годам распробовавшая многие дорогие вина, была поражена тонкостью и богатством аромата напитка.

- Невероятно! - Она покачала головой. - Откуда такое чудо?

- Подарок старого друга. - Генерал хмыкнул. - Вам его имя наверное уже ничего не скажет, но человек был достойный.

- Тоже военный?

- Маршал Советского Союза, генеральный комиссар Государственной безопасности.

Старик чувствуя как по телу разливается тепло и гулко начинает стучать сердце вздохнул, и снова налил вино и водку.

- Скажите, а эти ордена, - девушка чуть замялась. - они за войну?

- Нет. - Генерал неожиданно рассмеялся. - Они за много войн. Империалистическая, которая первая мировая, Гражданская, потом Испания, Финская и Великая Отечественная и много других.

Время словно песок неумолимо утекало из рук, и старый генерал торопился выпить свой третий и последний тост.

- Давайте теперь за вас, Елена. - Генерал движением головы обозначил поклон. - Немного я видел настолько красивых девушек.

- Спасибо. - Девушка чуть зарделась и пригубила ароматное вино смотря как лихо старик опрокидывает рюмку.

- Теперь третий тост, и я попрошу вас удалиться. - Он налил себе и твердо посмотрел в глаза девушки.

- Но почему? - Лена удивленно округлила глаза.

- Мне уже совсем немного осталось. - Ветеран улыбнулся. - Просто вот столько. - Он отмерил ногтем большого пальца кончик мизинца. - Не хочу, чтобы вы смотрели, как я помираю. Поверьте, смерть совсем некрасивая штука.

- Но почему? - Девушка которая видела перед собой крепкого мужчину повторила вопрос.

- Потому что я уже слышу голоса моих друзей оттуда. - Старик ладонью пригладил прядь серебряно белых волос и поднял рюмку. - За тех кто не с нами.

Внезапно он покачнулся, и чуть не выплеснул водку, но взял себя в руки и быстро допил.

- Вам пора. - Не оборачиваясь, он прошел в спальню и сняв китель лег на кровать.

- Ну уж нет. - Лена до хруста сжала свои маленькие кулачки, и достала мобильный телефон. Но связи не было. Птичья лапка изображавшая антенну мерцала сообщая об отсутствии приема. Она метнулась в гостиную но обычного телефона там не нашлось. Несколько секунд она напряженно размышляла затем начала планомерный обыск. Телефон - тяжелая черная коробка похожая на краба нашлась в прихожей. Девушка несколько секунд смотрела на непривычный номеронабиратель с гербом, сняла трубку и услышав гудок уже потянулась набрать номер, как гудок неожиданно прекратился и в трубке прозвучал ясный и громкий голос.

- Дежурный

Старая кремлевская АТС-1 уже совсем не напоминала систему которую начали строить еще при Ленине. Ее неоднократно модернизировали и обновляли, и в ситуации когда большинство сетей перестали работать, “кремлевка”, все еще функционировала исправно.

Дежурный включил связь, и некоторое время слушал торопливый и сбивчивый рассказ какой-то девушки об умирающем ветеране, но руки офицера уже шелестели страницами справочника. Номер пятьдесят пять шестнадцать значился за главным разведуправлением Министерства обороны.

Скорая помощь, имевшая свою независимую систему связи металась по смертельно раненому городу пытаясь объять необъятное. Повсюду горели дома и машины, раздавались звуки стрельбы, но при появлении медиков воцарялось пусть недолгое, но перемирие. Одна из машин, нестандартно высокий микроавтобус замер на перекрестке забитом искореженными машинами.

- Центральная? Это двадцать третья. Тут не проехать никак. Весь перекресток забит. Попробуем дворами.

- Не надо дворами, двадцать третья. Сороковой освободился и подъедет туда. Езжайте лучше на улицу Гарина дом пять, квартира десять там кому-то плохо.

- А кому сейчас хорошо? - Врач отложил микрофон и повернулся в сторону водителя. - Слышал?

- Уже едем, Сергеич. - Пожилой водитель выкрутил баранку, и чуть придавил газ.

В подъезде пахло паленым, и офицер МЧС приданный бригаде в усиление сбросил ремень с плеча и вскинув автомат, легко словно барс, пошел вперед смотря через прицел.

- Чисто!

- Ни хрена себе чисто! - Врач в свете фонаря посмотрел лежащие на лестничной площадке тела.

- Двухсотые я проверил. - Спасатель отслуживший в свое время десять лет в спецназе, чуть склонив голову набок еще раз глянул на трупы. - И валил их настоящий специалист.

Небольшая квартирка встретила их затхлым запахом лекарств и почему-то керосиновым смрадом.

Девушка почему-то одетая в форму РККА встретила их на пороге и сразу проводила к ветерану а спасатель начал внимательно осматривать комнату уделив особое внимание фотографиям на стенах.

- Это он на лестнице… намусорил? - Офицер обернулся на девушку которую врачи выгнали из спальни.

- Он. - Девушка кивнула. - Эти подонки остановили мою машину, я думала кому-то нужна помощь. Я вырвалась и забежала в этот подъезд.

- Молодец старикан. - Мужчина кивнул, и присел на недовольно скрипнувший диван. - Вы не переживайте. Док у нас в бригаде настоящий кудесник. На моих глазах таких вытаскивал… Меня Коля зовут.

- Лена. - Девушка кивнула. - Что там на улицах?

- Все то-же. - Николай пожал плечами. - Пожар в бардаке во время наводнения. Вы лучше с нами поезжайте. Госпиталь под охраной армейцев, так что там тихо.

- Да, наверное. - Девушка зябко поежилась и хотела что-то добавить, когда из комнаты выскочил фельдшер.

- Коля, давай носилки быстро. У нас остановка, будем работать в машине.

Быстро но без суеты мужчины перенесли Виктора Александровича в машину. С коротким визгом пробуксовки, машина под набирающим силу ливнем рванула вперед.

Глядя как постепенно заостряется лицо генерала Лена чувствовала что из ее жизни уходит что-то очень важное и нужное, и слезы словно сами потекли из широко раскрытых глаз.

- А ну отставить слезы! - Не прекращавший не на секунду реанимационных мероприятий доктор прикрикнул на девушку. - Рано ты его отпеваешь. Вася, разряд!

Тело выгнулось дугой и опало.

- Еще!

Через несколько секунд, резкий писк кардиографа подтвердил запуск сердца.

- Порядок! - Врач салфеткой вытер пот со лба. - Запустил себя, товарищ. Но это ничего. Мы его быстро подлатаем. Он торопливо перебирал какие-то ампулы в чемоданчике, затем захлопнул его и вопросительно посмотрел на фельдшера.

- Доставай что-ли? Будем колоть Тениган.

- Сергеич, нас порвут, словно старую грелку. - Фельдшер отрицательно мотнул головой.

- Не порвут. - Николай улыбнулся плотно сжатыми губами. - Я их сам всех порву если нужно. Коли что нужно, док, и не парься. Спецназ своих не бросает.

- Что это? - Девушка, наблюдая, как доктор набирает в шприц темно-коричневую жидкость, осторожно толкнула фельдшера плечом.

- То чего не может быть. - Коротко ответил фельдшер и замолчал глядя как доктор не утруждая себя перетягиванием жгута, ловко ввел препарат в вену старика. - Редчайший препарат. Нам его выдали всего по одной ампуле на случай если кому-то из высшего эшелона станет плохо, а мы будем рядом. Можно сказать билет с того света.

- О, связь появилась. - Девушка доставшая аппарат чтобы посмотреть на время, показала экран Николаю.

- Ты лучше туда посмотри. - Николай отодвинулся давая девушке место у окна и она увидела как сквозь постепенно истончающиеся облака внезапно блеснуло солнце. Танки уже закончили растаскивать завал и скорая проскочила мимо военного регулировщика вставшего на перекрестке. Навстречу проскочила армейская колонна с передвижным госпиталем, и в окне мелькнула машина поднимавшая высокую мачту с антеннами мобильной связи.

- Сергеич! - Водитель не отрываясь от управления постучал по переборке привлекая внимание. - По радио передали, что ветер резко сменил направление, и вся дрянь осядет над океаном. А волна которая шла на Европу вообще рассосалась. Так что живем!

- Ну и чудненько. - Врач снял очки в позолоченной оправе и стал не торопясь протирать стекла салфеткой. - А то меня вся эта история уже успела утомить.

Через пять минут после введения препарата, старик неожиданно вздохнул и открыл глаза и взгляд его сфокусировался на враче.

- Спасибо, док. Я уж думал все. - Виктор Александрович слабо улыбнулся.

- Не в мою смену! - Хмуро отрезал доктор и устало прикрыл глаза.

Content

Андрей Земляной
Конца света не будет