Звездный горизонт

Глава 1. Чужой корабль

Йорк плыл в холодной пустоте. Звезды вокруг мерцали, словно глаза неведомых хищников в ночной траве. Тихо и безустанно эти звери наблюдали за Йорком со страхом и благоговейным трепетом. Они видели его безмятежность, но все же не решались напасть. Человек был для них слишком страшной и недосягаемой добычей, пусть и такой желанной. Это через несколько дней, при достаточном удалении от Первого Контура Маяка, который корабль Йорка прошел еще вчера, свет начнет вести себя немного по-другому, становиться интенсивнее, что ли. Так всегда бывало, когда корабли приближались к месту перемещения, — явный признак того, что Маяк, эта исполинская светящаяся дыра, окруженная рукотворными барьерами, похожими на четыре угловатых болванки, ожил, и готов поглотить корабль, как только он окажется на достаточно близком расстоянии от него.

Этот свет готов был уволочь туда — в неизвестную бездну космического портала, в неведомую для понимания реальность, чтобы через секунду выплюнуть уже в другой звездной системе, которая будет такой же чистой и зловещей, но совершенно новой и заполненной другими обжитыми планетами.

А пока вокруг, среди этого бескрайнего черного неба, усыпанного миллионами огней, не было ни души. И Йорк наслаждался каждой секундой, проведенной в невесомости, слегка двигая руками и ногами. Бесконечная, бескрайняя пустота проникала в каждый член его тела, в каждую клеточку, и наполняла покоем. Да, это стоило того, чтобы перешагнуть через свою гордость и вновь получить под начало корабль. Пускай обычный грузовой перевозчик «Баджер», а не боевую машину, готовую к уничтожению врага. Но все же, это был корабль.

— Капитан, отключаем невесомость? — раздался спокойный, но настойчивый голос бортового компьютера Ири.

— Еще пять минут, солнышко, — улыбнулся Йорк, — наши сони никуда ведь не собираются, верно? Спят себе спокойно в своих капсулах, как маленькие котятки. Такие славные, и такие беззащитные.

— Не знай я вашу биографию, назначила бы психологическую экспертизу по прилету на Харм, — ответила Ири.

— Что ж, значит, хорошо, что мы с тобой нашли общий язык, — рассмеялся Йорк, перевернувшись в воздухе и подлетая к своему капитанскому креслу, — ладно, уговорила, давай немного поработаем! Включай гравикольцо, двигатель на полную мощность, иридовые стержни смотри не перегрузи! Проверка систем жизнеобеспечения жилого отсека и рабочих систем корабля в штатном режиме. И что сегодня на ужин?

— Начинаю проверку, — невозмутимо ответила Ири. Йорк почувствовал, как тело наливается привычной тяжестью, через секунду он уже сидел в своем кресле. Волшебство закончилось, Ири включила основной свет, и этот свет медленно, но неотвратимо наполнял каждый закоулок огромного корабля «Баджер».

— На ужин отбивные, — пробубнила Ири, — можем посмотреть кино перед сном, хорошо?

— Там видно будет, — ответил Йорк, бегло оглядывая мониторы, отвечающие за показатели жизнедеятельности пассажиров, спящих в своих капсулах, — Ири, почему в отсеке Б-8 у всех температура на полградуса отличается от остальных?

— Системы дали сбой на несколько секунд, когда гравикольцо остановилось по вашему требованию, — немного укоризненно сказала Ири, — пришлось перезапускать вентиляцию, сейчас все в норме.

— Проверь-ка еще раз, — зевнул Йорк, — и в следующий раз докладывай мне обо всем сразу.

— Да, капитан, прошу прощения.

— Запусти в Б-8 полную диагностику под утро, подключи им резервную вентиляцию, а основную отключи. Посмотри, есть ли вероятность физического повреждения аппаратуры. Доложи, даже если есть намеки на то, что там что-то не так. Завтра я полезу и проверю каждый системный блок, нам ведь не нужны проблемы, верно?

— Так точно, — бодро ответила Ири, — что еще?

— А еще проверь-ка вообще весь жилой сектор с капсулами на такие же возможные неполадки в фоновом режиме. Сколько займет времени?

— В фоновом режиме день-два, — ответила Ири, — хорошая идея, командир, я бы сама не догадалась.

— Я слышу иронию, — усмехнулся Йорк, вылезая из кресла, — ну-ну. Ладно, у нас по плану визуальный осмотр корабля, на твои камеры же надеется нельзя.

— Немного обидно, — ответила Ири.

Йорк, насвистывая отправился осматривать огромный и пустынный корабль.

Он был в рейсе уже семнадцать дней. «Баджер» бодро стартовал прямо из космопорта в Токио, держа путь к Маяку перемещения у Марса, в систему РО-108, - этот огромный плавильный котел, где пересекались все торговые и туристические маршруты галактической навигации.

— Все летят в РО-108, за лучшей жизнью, — пробормотал Йорк.

— Что, капитан? — спросила Ири.

— Да, ничего, проверяй системы.

А ведь есть места куда более опасные. Взять хотя бы систему Трелони, которая уже три месяца как была захвачена космическими пиратами. Такое никак нельзя назвать рядовым событием. Пираты действовали невероятно жестко, взорвали Купол на единственной обитаемой планете Хагар, что по слухам унесло более двухсот тысяч жизней. Уничтожили весь Первый Контур Маяка на Трелони, короче наворотили дел эти бандиты. А ведь Йорк помнил, что ему предлагали лететь в Трелони на заработки еще год назад!

Он оглядел мониторы, Ири послушно проводила диагностику корабля, состояние капсул с пассажирами выдавало зеленый свет. Прекрасно, скоро корабль приблизится к Маяку, ведущему в звездную систему Рубио, где и была конечная точка полета — Харм.

Проснувшиеся уже на планете пассажиры, которых сейчас сопровождал Йорк, а это ученые, доктора и вполне обычные морпехи, заключившие договор еще на Земле, а также прочие нужные и прекрасные люди, сонно начнут разминать свои шеи и думать о контрактах, которые они подписали. Кто-то на год, кто-то аж на пять лет. Самого Йорка это уже не будет волновать. Он получит новые накладные, новый корабль, и отчалит.

Пока колонисты будут просыпаться, он уже направится обратно на Землю. Около месяца полета — и Йорк снова окажется на пляже Флориды, рядом со своим уютным домиком. Шерон обещала, что за время его отсутствия будет присматривать за жилищем.

Кто знает, может у них с ней в итоге что-то и получится? Правда, в таком случае Йорку придется подумывать о другой работенке. Скучный перегон грузов через Маяки от одной системы к другой — это явно не то, на что Шерон рассчитывает в их возможном совместном будущем. Собственно, сама Шерон как-то вечером, когда разговор после бутылки вина внезапно для самого Йорка повернул в какое-то серьезное русло, вполне конкретно дала ему понять, что если он хочет серьезных отношений, о таких длительных командировках не может быть и речи.

Что поделать, издержки новой профессии. Йорк, конечно, был первоклассным боевым капитаном, но кого это сейчас волновало? Он успел налетать тысячи и тысячи часов на всем, даже на мелком старье вроде «Штурма» и «Дельты» — тех самых развалюхах, которые бросали в бой в первые месяцы войны. Они обращались в пепел под яркими лучами, разрезающими обшивку словно картон. Эх, сколько тогда ребят не стало из-за этих старых двигателей, устаревших конструкций.

У тех корабликов не было ни единого шанса против эсминцев адмирала Новака, который вылез из глубины космоса, словно ужасное чудовище.

Но все войны когда-то заканчиваются. Последние пять лет Галактика жила в мире, если не считать редких и мрачных эпизодов, вроде Трелони и пиратов. Но это были капли в море спокойной жизни, как бы ужасно все ни звучало. Капитанов, даже таких опытных как Йорк, поспешно стремились заткнуть куда-то подальше, чтобы они не мозолили глаза и не напоминали честным гражданам о смутных временах войны объединенных сил Альянса и Торговой Лиги против Свободного Галактического Союза, созданного Новаком.

Поэтому когда стало понятно, что победа не за горами, Йорк поймал себя на мысли что начал обдумывать планы дальнейшей своей жизни. Новак бежал в отдаленный космос, его вяло преследовали боевые истребители, но было похоже, что этот хитрый ублюдок подготовился к такому развитию событий и продумал свои пути к отступлению.

Так что тогда было самое время оглядеться и подумать, как жить дальше. Йорк понимал, в лучшем случае что ему предложат — это патруль свободных зон или перебирать бумажки на Земле, или на одной из этих планет, где над тобой словно острый меч, всегда находится Биокупол и большой налог на воздух сжигает большую часть заработанных средств. Работа не пыльная и хорошо оплачиваемая, но Йорк не собирался так жить.

Военных за время войны стало слишком много. Много капитанов, адмиралов, обычного рядового состава. Йорк, конечно, мог бы продолжить военную карьеру, но желающих заниматься хоть какой-то реальной работой оказалось слишком много.

Ему не позволили сохранить «Гелиос». Заявки на получение корабля попроще потонули в бюрократическом аду Альянса. Несколько раз он подавал повторные прошения, но ответа так и не смог получить. И это он, Чарли Йорк, герой войны!

А вот адмирал Эндрюс, командующий третьим флотом Альянса, решил, что спокойная работа будет лучшим применением его навыков в мирное время. Йорк встречался с адмиралом около двух лет назад. Эндрюс, этот подтянутый мужик шестидесяти лет, от рыка которого молодняк замирал, словно мышка при змее, стремительно превращался в обычного деда-бюрократа. Йорк заметил, что Эндрюс поправился, его взгляд стал каким-то тусклым. Но самое ужасное было в том, что Эндрюс, похоже, и сам не заметил, что с ним случилось, и считал, что он делает правильное дело.

— Здесь много работы, Чарли, — сказал Эндрюс, разливая текилу по стопкам, — мы с тобой хорошо надрали задницы этим мудакам Союза, теперь пора за ними подчищать и восстанавливать нормальную жизнь в Галактике! А эта такая задачка, где простой дубины недостаточно, знаешь ли.

— Так точно, адмирал! — Йорк чокнулся стопками с Эндрюсом и залпом выпил отличнейшую текилу.

— Теперь времена другие. Мой опыт бесценен для Альянса и Торговой Лиги, так же как и твой, кстати. Зря ты отказываешься от их предложений! Мы должны приложить все усилия, чтобы подобного конфликта не повторилось, понимаешь? Война с СГС показала нам, насколько уязвим наш мир, несмотря на то, что мы расползлись по всему космосу и заселяем планеты на раз-два!

— И не говорите адмирал, и не говорите!

Йорку не понравилась та встреча. Пару лет после войны он просто колесил по миру, путешествуя и приходя в себя.

Иногда останавливался на планетах, любуясь небывалыми закатами, иногда просто бродил по ним и видел, как живут люди в отдаленных колониях. Но никогда не останавливался под Куполом, только на планетах с атмосферой. Йорка воротило от того, что над ним расстилается огромный стеклянный потолок, пускай он его и не видел. Это были места, где психика как-то по-особому вела себя, ты всегда ощущал давление. Невидимая рука Торговой Лиги, которая соблаговоляла тебе дышать их кислородом. А кто-то живет так всю свою сознательную жизнь.

Но он большей частью находил в своих путешествиях много интересного для себя. Только сейчас Йорк понял, сколько в этом может быть простого и понятного удовольствия. Новая еда, попытки создания какого-то другого мира, за миллиарды километров от Земли — это было удивительно и интересно.

Космос по-своему прекрасен, но возможность увидеть жизнь на Земле, своими глазами, а не на картинке — это было настоящее волшебство, с которым он столкнулся. На Земле он остановился надолго, когда вдруг понял, что побывал в десятках систем, но так и не видел почти ничего на своей собственной родной планете.

Он объехал всю Европу, формально по делам, задерживаясь на пару дней в Центрах Альянса для консультаций и каких-то небольших лекций молодняку, который застал Галактическую Войну еще детьми, лично в ней поучаствовать не успел.

Они смотрели ему в рот, и Йорк с одной стороны ухмылялся, видя тот же самый блеск в глазах, который был и у него, когда он только пришел в Академию. С другой стороны, Йорк надеялся, что на их долю никогда не выпадут такие же испытания, которые пришлось перенести ему. Ему и всему его поколению.

В своих путешествиях Йорку просто нравилось наблюдать, как жизнь постепенно возвращается в мирное русло. Вокруг налаживалась спокойная и такая понятная реальность. Восстанавливались города, уничтоженные после атаки на Землю, люди трудились сообща и их это вполне устраивало. Мир вокруг возрождался, так же как сам Йорк.

Он часто останавливался ночью где-то далеко от городов и смотрел на небо, просто залезая на капот машины. Что-то там было, там, за звездным горизонтом, что он оставил навсегда, и это был вовсе не Акронис, откуда он еле унес ноги. Нет, он просто связал большую часть жизни с небом. И теперь крепко задумался. Задумался над тем, что же он на самом деле чувствует к этому большому и холодному полотну над своей головой. И все никак не мог понять.

Одним из вечеров сидя на крыльце своего домика во Флориде и прислушиваясь к гомону радостных голосов доносившихся с пляжа, Йорк сам для себя внезапно признался, что космос непреодолимо тянет его, и нужно предпринять какие-то действия. Пусть даже вариантов снова управлять боевым кораблем не предвиделось, скорее всего, уже никогда. И тогда он подумал, что какого черта! Космос открыт не только для военных. Это было необычайное, бескрайнее море, открытое для каждого!

— У вас не будет волейбольного мяча или вообще мяча? — услышал он голос откуда-то сбоку.

Йорк вынырнул из своих мыслей и вновь оказался на веранде небольшого светлого дома на берегу океана, с бутылкой холодного пива в руке. Прохладный ночной ветер дул из темноты, а небо светило звездами.

— Что? Что вы сказали? — пробормотал он, глядя на девушку, которая остановилась на песке прямо у его дома, — нет, у меня нет мяча.

— Жаль, — девушка остановилась в нескольких метрах от Йорка, — мне казалось, что любой, кто живет на берегу, имеет спецзапас на случай внезапного праздника.

— Ну, у меня праздник случается редко, — рассмеялся Йорк, пытаясь в свете тусклых ламп на крыльце разглядеть девушку получше. Бронзовая кожа, роскошные волосы. Где-то там на берегу, у костра, видимо, сидели и галдели ее друзья, — могу вам дать отдать пару ракеток для бадминтона, хотите?

— Интересно, — девушка поправила волосы рукой, — но слишком сильный ветер, да и темно уже. А не хотите к нам? Только тащите пиво, а то у нас закончилось!

— А текила подойдет, — усмехнулся Йорк, — или слишком крепкое?

— То что надо! — рассмеялась девушка, — я — Шерон, живу в двух милях отсюда. А вы кто?

Йорк смотрел на нее и не мог отвести глаз. Он словно нащупывал какой-то давно забытый навык для взаимодействия с миром, тот, который лучше засунуть поглубже, когда на тебя летят вражеские корабли. Может вся прошедшая война имела смысл только для того чтобы прохладной летней ночью встретиться с такой девушкой?

И именно тем вечером он вдруг ясно подумал о Торговой Лиге. Потом эти размышления о смене деятельности куда-то улетучились, была текила у костра, веселые и неспешные байки про восстановленную Землю, и разговоры с Шерон у него дома закутавшись в теплый плед.

Но он вспомнил о Торговой Лиге спустя несколько дней, когда большая часть его мыслей была поглощена Шерон. Йорк просто взял и подал документы в отделение грузоперевозок.

У парня, принимавшего заявку в офисе Лиги, чуть глаза на лоб не вылезли. Он сначала удивился, а потом подумал что это розыгрыш.

— Сэр, — пробормотал парень, — вы же не серьезно? Зачем вам это? Это обычная работа на грузоперевозки!

Но самолюбие Йорка нисколько не было задето. Уж что-что, а находить пути для решения любых проблем, пусть даже сейчас эти проблемы были где-то у него в голове, он научился достаточно хорошо. Капитан Альянса без этого быстро погибал во время войны.

Еще спустя месяц, только вступив на борт «Серпента» — среднего грузового корабля, который ему дали в первый рейс, он, наконец, понял, что сделал правильный выбор.

Предложи он Эндрюсу водить космические фуры от планете к планете, прыгая от Маяка к Маяку, тот бы поднял его на смех. А может быть и зарядил бы для порядка, чтоб подчиненный знал свое место.

Но тогда, в первом рейсе Йорк улыбнулся про себя и подумал, что если бы адмирал был рядом с ним, он бы согласился с тем, что Йорк был прав. Космос прекрасен. Особенно если есть возможность ненадолго отключать гравикольцо. Звезды были точно такими же, как на Земле, как и в любой другой полет. Чистые и бесконечно манящие.

Йорк старался выжать из своей работы максимум интересного. Галактика кишела кораблями, словно старый подвал тараканами, и всем сейчас было нужно что-то куда-то везти. Это был бесконечный, абсолютный поток, созданный Торговой Лигой. То груз руды, то продовольствие, то чистую воду. Или, как в данном случае, контрактники для промышленной планеты Харм, где всем заправляла компания с незамысловатым названием «Хармленд», развернув обширную деятельность по геологоразведке и горной добыче.

На Харм требовался постоянный приток рабочих рук, Йорк прикидывал, что такими темпами планета скоро превратится во вполне обжитое и интересное место для обычной жизни, а не только рабочих вахт, несмотря на то, что была на самых задворках обитаемого мира. Сам Полет от Земли по меркам грузоперевозок был не очень длительный, благодаря удачно размещенным Маякам, последний из которых был открыт прямо недалеко от Харма.

По регламенту космических полетов при перевозке более пятидесяти пассажиров на кораблях класса Б — грузовых и не приспособленных для туристов, весь экипаж должен был быть погружен в анабиоз. Команда на таких кораблях обычно укомплектовывалась из двух-трех человек. Редко когда из одного, только если пилот был очень опытный. Йорк был из таких. Само собой, платили ему тоже больше. Компания меньше потратится, заплатив Йорку двойной оклад, чем нанимая еще одного пилота.

— Капитан Йорк, похоже, у нас проблемы, — раздался голос Ири в наушнике. Странно, почему она не использовала громкую связь. Йорк насторожился.

— Что такое, милая? — он остановился посреди большого освещенного коридора.

— Похоже, что тот сбой в отсеке Б-8 был не единственным. Я проверила, как работал весь жилой сектор с анабиозными камерами, подобный же сбой случался до этого несколько раз, три и один день назад. Это была очень незначительная ошибка, система откатывалась до нужных показателей, и я не придавала этому особого значения. Но сейчас вы сказали проверить систему глубже, и я кое-что нашла.

— Продолжай, — Йорк нахмурился.

— Похоже, эти сбои вызваны не неполадками системами корабля, а каким-то вирусом. Начав проверку, я довольно быстро обнаружила его и блокировала, но, судя по всему, он действует уже давно.

— Что за вирус, Ири, что он делает?

— Почти ничего, вирус самый примитивный. В этом и была его сильная сторона. Он не содержит ни одного протокола первого класса опасности. Поэтому на такое мои системы обращают внимание в самый последний момент. Он не может никак навредить, но он делает кое-что очень неприятное.

— Что именно?

— Дезинформирует по мелочам. Сейчас, блокировав вирус, я вижу, что мы получали неверную информацию последние несколько дней. Почти вся она касается состояния жилого сектора.

— С колонистами все в порядке? — спросил Йорк, — как их капсулы?

— Их капсулы в норме, — сказала Ири, — как я и говорила, если бы вирус делал что-то серьезное, вроде поломки капсул, я бы его сразу заметила. Но он передавал лишь немного отличные данные о состоянии анабиоза и действий пассажиров. Температура, передвижение, другие действия.

— К чему ты клонишь?

— Из анабиоза вышло три человека, произошло это около девяти часов назад.

— И это по-твоему немного отличные данные!? — крикнул Йорк, — на борту сейчас три человека вышедшие из анабиоза, и, возможно, это они специально загрузили в систему вирус еще до старта! Ты понимаешь, что это значит?

— Да, с вероятностью девяносто процентов эти люди задумали что-то недоброе, — немного помолчав сказала Ири, — я получаю много новой информации об их действиях. С ними неучтенный груз. Я фиксирую наличие оружия.

— Отлично, — Йорк привалился к стене, — какие-то психи задумали угнать и возможно взорвать мой корабль. Это недобитки СГС? Пираты? Обычные отморозки? Отправь сообщение на Харм, код красный!

— Не самая лучшая идея, — ответила Ири, — похоже, они могут слушать нашу внешнюю связь. На «Баджере» нет шифрованного коммуникатора для такого случая.

— Ну, тогда отправь сообщение на Землю!

— Аналогично. Но я могу попробовать использовать почтовый канал через спутники Первого Контура что мы пролетели. Это будет долго — два-четыре дня.

— Прекрасно, — рассеяно ответил Йорк, — толку от этого правда будет не много. И почему на грузовых кораблях до сих пор связь старого образца?

— Какие будут указания? — спросила Ири, — я могу перекрыть отсек Б-6 и выкачать оттуда весь кислород. Капсулам с колонистами это не повредит, а вот люди, вышедшие из анабиоза, будут ликвидированы.

— Чего? — Йорк нахмурился, — что это у тебя за кровожадность? Не смей этого делать! Надо разобраться в ситуации. Для начала полностью изолируй Блок-6, отключи все внутренние системы связи, чтобы они не могли подключаться к другим системам корабля с резервного узла, который есть у них в отсеке. Дальше, подключи всю жилую зону к вспомогательной системе питания. Если вирус начнет как-то еще себя проявлять, или наши гости захотят подключиться к каким-то другими системам, отправляй им протоколы с резервного узла. Пусть думают, что они что-то делают, но по факту, мы будем сами кормить их дезинформацией. Разыграем с ними их же карту.

— Отличная идея, — сказала Ири, — капитан, они через какое-то время поймут что мы их обманываем. Скорее всего, среди них есть опытный инженер, который позволил им подключиться к системе. Они распознают обман рано или поздно и смогут обойти мои протоколы. Тут я бессильна.

— Неважно, — ответил Йорк, — из отсека-то им все равно не выбраться.

— Не смогут, — подтвердила Ири, — все двери сейчас заблокированы на механику. Им не обойти защиту, если у них нет промышленных инструментов для резки. По моим данным среди груза, кроме оружия в виде двух парализаторов, у этих людей нет подходящего оборудования. Что делать дальше?

— Дальше? — Йорк задумался, — я пойду туда и поговорю с этими чудиками.

— Невозможно, — отрезала Ири, — слишком опасно. Протокол запрещает мне пускать вас к ним. Слишком опасно. Если чужаки смогут ликвидировать капитана и выбраться из блокированной жилой зоны, я потом не смогу ничего сделать. Слишком опасно капитан, я не открою двери, извините.

— Понимаю, — Йорк уже направлялся к сектору Б-6, достав свой плазменный пистолет и проверяя, как тот лежит в руке, — но у меня есть для тебя несколько аргументов, которые я бы хотел, чтобы ты услышала.

— Да, капитан.

— Подозреваю, что эти ребятки — не просто космические пираты, слишком странно они действуют. И сложно, все эти вирусы, скрытое проникновение в капсулах. Да и потом, что тут красть? Колонистов? На органы? Не смеши меня!

— Что вы имеете в виду?

— Подозреваю здесь деятельность остатков Свободного Галактического Союза, — ответил Йорк, — возможно, какие-то его фанатики, которым очень не нравится корпорация «Хармленд». Война закончена, но недобитых групп еще предостаточно. Думаю, у них какие-то виды на колонистов. Может, хотят увести корабль в дальний космос и завербовать их там. Или получить выкуп.

— Как это соотносится с тем, что я должна открыть для вас двери блока Б-6 и подвергнуть вас, и весь корабль опасности? — спросила Ири.

— А так, что, если я прав и они и правда из СГС, то они не будут сидеть сложа руки все эти несколько дней что мы еще будем в полете, да и не собирались, наверное, изначально. В жилом секторе нечего есть, единственный источник пищи и воды — кухня, а она находится у рубки. Подозреваю, они просчитывали ситуацию, что их обнаружат и заблокируют. Может быть не сейчас, может ближе к Маяку, что ведет в систему Рубио, но они явно просчитывали такой вариант. А значит и просчитывали вариант, как им открыть дверь и полностью захватить корабль. В Б-6 есть склад?

— Да, но там нет инструментов!

— Там среди груза есть химическая лаборатория, которую мы везем для Харма, — сказал Йорк, — они могут воспользоваться ей и приготовить что-то, что сможет прожечь двери?

Ири задумалась.

— Такая вероятность есть. Что мы будем делать, капитан?

— Очень просто, — сказал Йорк подходя к массивной двери отсека Б-6,- они просчитали много вариантов, кроме возможно одного. Что капитан вытащит ствол и зайдет прямо к ним, чтобы надрать их задницы, и запихнуть обратно в капсулы анабиоза! Теперь ты согласна со мной, что этот вариант не так уж и плох?

— Это очень опасно, капитан, — сказала Ири, — у них есть оружие, совершенно точно!

— У меня тоже есть, — сказал Йорк, — в конце концов, если со мной что-то случится, закрой все двери на корабле какие сможешь. Пока они будут добираться до рубки, у них закончатся реактивы, или это займет много времени, возможно, тогда ты уже достигнешь Маяка, совершишь скачок в систему Рубио и сможешь передать сигнал на Харм. А орбитальный флот Альянса работает очень оперативно. Давай, Ири, открывай уже эту долбанную дверь, я устал с тобой спорить!

— Есть, — двери отсека Б-6 медленно открылись.

Конечно, Ири была права, и Йорк это понимал. Она могла найти еще много аргументов против. Нужно было просто воспользоваться открытым каналом связи, сообщить об угрозе и держать оборону у дверей отсека, если эти названные гости попытаются прорваться. И ждать помощи.

О, да! Он сильно рисковал, заходя в этой отсек. Кто как не Йорк понимал, что затея была откровенно рискованной. По-хорошему нужно было дать действовать Ири, она бы отлично справилась. Отключая и переподключая системы корабля, водя этот мелкий вирус, который теперь уже был как на ладони, по кругу, мощный бортовой компьютер смог бы еще долго тянуть время. Возможно и все время до момента подлету к Маяку. Затем прыжок к Харму и сообщение флоту Альянса. Через сутки, максимум полтора, на «Баджер» бы высадилась вооруженная десантная группа, и незваные гости отправились бы в отдел дознания, быстрее, чем корабль с колонистами приземлился бы на Харме.

Йорк слабо верил, что эти ребятки, которые проникли на его корабль, действительно собирались использовать химическую лабораторию, чтобы прожигать двери одну за другой, пока бы не добрались до рубки. Идея была хоть и не лишена смысла, но казалось слишком безумной. Впрочем, как и попытка проникнуть на корабль среди пятисот пассажиров лежащих в анабиозе. Скорее всего, они хотели что-то украсть и незаметно снова погрузиться в анабиоз, чтобы затем спокойно приземлиться на планету. Но что тут было красть?

Эти названные гости могли быть отмороженными на всю голову — еще один довод в пользу того, чтобы не соваться к ним. Но Йорк уже медленно пробирался по жилой зоне сектора Б-6 мимо бесконечных рядов с анабиозными капсулами. Он не собирался еще несколько дней терпеть этих безбилетников на своем корабле. Им нужно было преподать урок прямо сейчас.

Он услышал впереди какой-то звук. Возможно, просто обшивка скрипнула, а может еще что. Сомнения рассеялись, как только Йорк услышал чей-то низкий грубый голос.

— Долбанное дерьмо! — выругался неизвестный, — датчики перестали фиксировать температуру, как так? Нужно найти способ перепрограммировать наши капсулы и заняться уже Кравичем как можно скорее! Возможно, Йорк догадался, что на корабле что-то не так. Проклятье! Я думал, у нас будет больше времени!

Йорк обогнул угол и увидел, как над вскрытой анабиозной капсулой склонился человек. Это был огромный детина в белой майке и армейских штанах. Он стоял спиной к Йорку и сосредоточенно ковырялся в капсуле разводным ключом.

— Уничтожение имущества компании «Серинити» — это уголовное преступление, — сказал Йорк, подходя поближе, — давай-ка без глупостей, парень! Медленно положи ключ и подними руки!

Детина замер как громом пораженный, и покрепче взял ключ.

— Я сказал, брось! — гаркнул Йорк и щелкнул тумблером плазменного пистолета, — поверь, с такого расстояния я прожгу в твоей башке аккуратную дыру меньше чем за секунду, даже не повредив корабль.

Детина застыл в раздумьях, затем с досадой швырнул ключ на открытую анабиозную капсулу и поднял свои громадные накаченные ручищи.

— Вот так, — сказал Йорк, подходя чуть ближе, — а теперь медленно повернись, хочу взглянуть на твои прекрасные глаза.

— Урод! — процедил детина поворачиваясь к Йорку.

Глаза человека пылали ненавистью, через левую щеку тянулся огромный рваный шрам, обезобразивший рот и, видимо, чудом не затронувший глаз.

— Ну, что теперь, пристрелишь меня? — с насмешкой сказал детина, — давай же, ты явно за этим пришел!

— Пристрелю, если надо, — кивнул Йорк, — а пока хотел бы взглянуть еще и на твоего приятеля.

Детина молчал, не поведя и бровью.

— Я жду, — Йорк нахмурился, — не сам же ты с собой тут разговаривал? Кто там у тебя прячется за анабиозной капсулой? Давай-ка выходи! Считаю до трех, и прострелю твоему накаченному дружку ногу! Один, два…

— Не надо! — из-за капсулы поднялась девушка небольшого роста. Она была коротко стриженная, на лице читался испуг. Полная противоположность этому любителю штанги и спортивного питания. Девушка подняла руки высоко над головой и стояла, не двигаясь.

— Не убивайте нас, — пробормотала она, — мы сдаемся, только не стреляйте!

— Давай-ка сюда, — скомандовал Йорк, — вот так, встань рядом со своим приятелем! А теперь, оба в тот угол! Сели на пол спиной ко мне и скрестили ноги! Быстро!

Названные гости подчинились, и Йорк очень осторожно приблизился к накаченному парню. Перехватил его запястья за спиной пластиковым хомутом, что в избытке валялись рядом, затем проделал ту же операцию с девушкой. Она не сопротивлялась.

— Очень хорошо, — пробормотал Йорк, потеряв к пленникам интерес, и внимательно оглядываясь по сторонам, — Ири, где третий?

— Не могу зафиксировать, — тут же отозвалась Ири в наушник, — он в блоке, но я не могу точно сказать где. Капитан, будьте крайне осторожны!

— Все под контролем, — Йорк находился на открытой площадке, но внимательно смотрел вокруг и прислушивался к звукам, — сейчас мы с вами поговорим немного, согласны?

— Иди нахер, животное! — сплюнул детина, — тебе, наверное, за это премию выпишут!

— Возможно, — сказал Йорк, — это уже не твое дело! Давай-ка повежливее!

— Мы не собирались делать ничего плохого, — сказала девушка, — мы просто хотели попасть на Харм для заработков, но у нас не было денег на анабиоз и документов! Мы просто хотели найти работу…

— Хватит! Я знаю что вы запустили вирус в систему, и что у вас с собой оборудование не для детского утренника! — заорал Йорк, глянув на нее. Та вдруг поменялась в лице, и чуть ухмыльнулась.

— Что ж, — сказала она спокойным голосом, — ну, тогда, думаю, сам понимаешь, что ты от нас ничего не добьешься.

— От вас много добьется отдел дознания Альянса, — ответил Йорк, — сейчас меня интересует, где еще один? Где третий?

— Иди нахер! — процедил детина

— Я же просил — повежливее! — Йорк резко приложил здоровяка прикладом плазменного пистолета по макушке.

— Давай ублюдок, прикончи нас! — заорала девушка, — прикончи, как тех детей на Гибеоне, ты!

Йорк сощурился. Ему напомнили про события, которые бы он хотел выкинуть навсегда из памяти, но с которыми нему предстояло жить до самой смерти. Эти ребята что, состояли в фанклубе Чарли Йорка?

«Гуань Дао» — первый его настоящий корабль — он хорошо его помнил, и до сих пор немного скучал. Черная вздымающаяся махина, сотканная из тысяч тонн брони и боевых орудий последнего образца, первый настоящий корабль, чудовище, рожденное только для одной цели — нести смерть всему живому.

Альянс быстро пришел в себя после внезапной атаки Новака, комбинировал и создавал боевые армады, выдавая поистине грозные машины. За это нужно было сказать спасибо команде Артура Эспозито, — именно благодаря его прорывным образцам оружия и брони во многом и удалось переломить ход войны. Альянс получал новейшее вооружение, в то время как Новак, тоже показавший в своей технике немало интересного, все же пытался победить стратегией и хитростью.

И Йорку досталась одна из таких машин Альянса — настоящая мощь. Огненный шквал, обрушившийся на врага в то сражение на Гибеоне, не оставил ни единого шанса на выживание никому.

— Да-да, — усмехнулся детина, — думаешь мы не знаем, кто ты? Капитан Чарли Йорк, гроза космоса! Любитель сжигать целые города, палач Альянса!

— Что ж, по крайней мере, я теперь точно знаю, кто вы такие, — сказал Йорк, оглядывая раскуроченную анабиозную капсулу.

Все так, террористы. Люди из СГС. Сколько же их еще осталось? Война в прошлом. Грозные адмиралы теперь сидят на Земле и перебирают бумажки, а их бравые подчиненные, когда-то управлявшие боевыми кораблями, подались в космические дальнобойщики. И только эти ребята все еще летают и стреляют. Молодые, горячие, хотят воевать. Уничтожить всю эту прогнившую систему лжи и лицемерия, коей, по их мнению, были Торговая Лига и Альянс. И Йорк их даже в чем-то понимал, но его собственная война уже закончилась, за эти годы он пришел к выводу, что неубийства людей, лучше, чем их убийства. А жизнь под Куполом, на планете без атмосферы, была хреновой, но все-таки жизнью.

Гибеон. Йорк поморщился, в голове снова вставали образы забытого кошмара. Горячий туман, раскаленный ветер и море огня заливающего все вокруг. Нет, Стэнфорд, это лично мой приказ! Связист Карпин, еще одно слово, и получишь пулю в башку, из табельного оружия, усек? Продолжать огонь из всех орудий, уничтожайте все шахты ирида, которые сможете зафиксировать датчиками, и все прилегающие к городам заводы! Сбивайте любые корабли, поднимающиеся с поверхности планеты. Да мать, вашу! Даже транспортники, особенно их!

Гибеон, Шагар, Акронис — сколько было дерьма за эти долгие пять лет, пока Галактика билась в агонии? Йорк помнил каждый из этих гребаных уголков мира, и то, во что они превратились благодаря войне. Победа, но какой ценой? И была ли эта цена оправданной? Йорк не собирался копаться в своем прошлом. Он не убивал, если мог не убивать, не казнил, если мог не казнить, но всегда выполнял приказ.

Потому что иначе одним мертвецом стало бы больше. Постепенно чувство вины и стыда поглотило бы его. Однажды он нашел бы себя в пустой квартире, сидящем на полу с бутылкой бурбона в одной руке и револьвером в другой. Как Питерс, один из лучших капитанов третьего флота.

В газеты не просочились подробности, но Йорк и все его товарищи знали правду о Питерсе. Ствол в рот — и больше нет никаких мертвецов, орущих в стенах по ночам. Все капитаны третьего флота знали, Эндрюс, Бэйкер, Варин, другие. А как же все эти политиканы, видевшие войну только в сводках и таблицах? Что они думали?

— Знаешь где сейчас Хоуп? — хмыкнул Бэйкер, рассеяно теребя бутылку пива, в баре после похорон Питерса, — сидит в госпитале для ветеранов. Старик совсем стал плох, а помнишь каким был?

— Помню, — кивнул Йорк, глядя как два парня у барной стойки весело гогочя разливают себе виски в огромные стаканы, — я помню, как он участвовал в защите «Протея» вместе с нами, поджарив истребители Новака до сухарей.

— Теперь, он взрывает разве что мозг своим сиделкам, — зло процедил Бэйкер, — забавно, как быстро Генри Хоуп деградировал, всего три года прошло с войны, ты можешь в это поверить? А Питерс, ну что ж, он был не приспособлен для такой жизни, Чарли.

— Жить как-то надо, — лениво пожал плечами Йорк, — никто не виноват, что он не смог найти в себе сил видеть мир без войны. Тут нечего гадать, если ты хочешь — живешь дальше. А нет, дуло к башке и закончи все это дерьмо. Никто не обязан говорить нам, что делать дальше, Тонни. Мне не жалко Питерса, не хочу вообще о нем больше думать.

— Иногда я хочу чтобы эта гребаная война никогда не заканчивалась, — выдохнул Бэйкер, опрокинув стакан, — там был смысл, да? Столько раз нам проводили психологические тренинги. А толку? Когда мы были нужны им, они нас использовали. А сейчас ты сраный мусор. Эндрюс говорит, что это нормально. Логичное течение жизни, мать его!

— Капитан, я, кажется, обнаружила третьего человека, — голос Ири вырвал Йорка из раздумий, — он здесь недалеко, в подсобном помещении.

— Отлично, — пробормотал Йорк, — так, ребятки, давайте-ка немного прогуляемся. Не хочу оставлять вас одних, пусть даже со связанными руками. Встать, живо!

Йорк поднял на ноги здоровяка и девушку, та смотрела на Йорка с нескрываемой ненавистью.

Они направились к небольшому складскому помещению, о котором сказала Ири, Йорк вел перед собой пленных, не опуская оружия.

— Там нет никого, — сказал детина, — нас было только двое, иди, проверь по капсулам!

— Даже не начинай, — устало сказал Йорк, — просто топай вперед. Теперь встань у входа, вот так, а я тобой прикроюсь, хорошо. Первым выстрелом твой приятель за дверью снесет твою же глупую башку. Советую его предупредить.

Здоровяк со шрамом замер у закрытой двери склада, затем сказал:

— Это мы! Мы заходим! Он нас поймал!

На несколько секунд воцарилась полная тишина, затем дверь вдруг резко отъехала в сторону. За ней стоял бледный человек с парализатором в руке. Он был по пояс раздет, все его тело блестело от обилия пота, а полуприкрытые глаза были затянуты пеленой. Человек посмотрел на Йорка, и слабо улыбнулся.

— Привет, капитан, — пробормотал человек, — вижу, вы не растеряли хватку?

— Мартинас! — удивленно воскликнул Йорк, — какого хрена?

Детина дернулся, заметив, что Йорк немного отвел в сторону оружие и сделал резкий выпад корпусом назад.

— Полегче, приятель! — Йорк с силой ударил здоровяка по шее, и тот мешком осел на пол. — Бросай оружие, Рикардо, живо!

Бледный человек, которого звали Рикардо Мартинас, безвольно отшвырнул парализатор в угол, и, пошатываясь, уселся на стул. Тяжело дыша, он поднял глаза на Йорка.

Тот все еще не мог поверить, но это действительно был он, Рикардо Мартинас, сержант, который служил под командованием Йорка на «Борге». Тот самый Мартинас, который пережил вместе с Йорком ад на Акронисе, после падения корабля на поверхность планеты! Что же теперь с ним стало? Что произошло в его голове, что он оказался здесь на обычном грузовом корабле, с этими… террористами?

— Твою мать, — выругался Йорк, — ты хотел угнать мой корабль, Мартинас, вот же сукин сын!

— Виновен, — слабо улыбнувшись, ответил Рикардо, — теперь я понимаю, что нужно было искать другие пути. Но колонистов везли именно вы. Мне очень жаль, капитан.

— Оставь свою жалость при себе, сынок, — ответил Йорк, — вас троих ждет не очень веселое будущее. Можешь облегчить свою участь и рассказать сразу, что вы тут задумали.

— Хрен мы тебе что расскажем! — потирая ушибленную шею сказал детина, — можешь хоть пытать нас!

— Ты начинаешь меня утомлять, парень! — сказал Йорк подняв здоровяка на ноги. — Ири, подготовь анабиозные камеры, обеспечим наших незваных гостей апартаментами!

— Выполняю, — ответила Ири, — вы молодец, капитан! Отлично справились!

— Пусть спят до самого Харма. Убери таймер пробуждения. Пусть их разбудят военные!

— Не надо! — закричала девушка, — вы не понимаете, что делаете! Они нас прикончат!

— Возможно, но не сразу, а после суда, — ответил Йорк, — уж прости, вы знали на что шли.

Йорк выволок всех троих в коридор, женщину, уныло ковыляющего здоровяка, и Рикардо Мартинаса, который шел, спотыкаясь на каждом шагу, его тело била мелкая дрожь.

— Капитан, — раздался голос Ири, — мы сможем отправить в анабиоз двоих, но вот третий — думаю, с ним не все так просто.

— Я знаю, — сказал Йорк, — давай сначала уложим этих.

Йорк открыл анабиозную капсулу и затолкал в нее упирающегося детину.

— Будь ты проклят! Ты, и все ваши гребаные убийцы! Чтоб вы передохли!

— Прости Гарри, — Мартинас подошел к капсуле, — прости, что у нас ничего не вышло.

Йорк запустил программу, и через несколько секунд после того, как стекло капсулы закрылось, здоровяк по имени Гарри отрубился.

— Наконец-то он заткнулся, — сказал Йорк, — столько воплей впустую. Теперь ты, дорогуша. Подозреваю, что ты и есть тот самый инженер, который заразил систему корабля вирусом? Ловко придумано, убрать все опасные протоколы из вируса, и отправлять фальшивые данные.

— Спасибо, — девушка плюнула Йорку в лицо, — не забудь рассказать своим хозяевам в Лиге об этом, может, дадут еще одну побрякушку на китель.

Йорк утерся, молча закрыл стекло и погрузил девушку в анабиоз.

— Ну вот мы и одни, — сказал Йорк, глядя на Мартинаса, — полагаю, с тобой будет не все так просто?

— Вы сами все видите, капитан, — сказал Мартинас закашлявшись, — шансы были хорошие, что мы собьем программу анабиоза и проснемся в нужное время для выполнения нашей миссии. У Гарри и Лидии все прошло гладко, а вот у меня… не очень.

Да, Йорк видел. Играть с программой анабиозных капсул было очень рискованное занятие. Их программировали целые инженерные команды, рассчитывая период автоматического выхода. Если перенастраивать программу кустарными средствами, есть не очень большая, но, вероятность, что она собьет генетический код находящегося в капсуле, и последствия могли быть самыми плачевными.

Конечно, жуткие истории о том, как из капсул по окончании полета выливался дымящийся кровавый кисель, были уже делом давно минувших дней, но иногда ошибки все же случались. Особенно если перенастройкой управления капсул занимались не научные команды, а несколько человек. Хотя, надо признать, то, что эти ребята вместе с Мартинасом провернули подобное, говорит об их храбрости, пусть и совсем безрассудной. Человеку с анабиозным синдромом можно было помочь, но не на корабле. Если какие-то проблемы возникали, их видели по прилету в место назначения, когда люди выходили из анабиоза и им могли помочь опытные специалисты с оборудованием. На «Баджире» ничего такого, разумеется, не было.

— Раз ты сам все понимаешь, Рикардо, — сказал Йорк, — давай ты не будешь делать глупостей, а я уберу оружие, согласен?

— Неплохо, — усмехнулся Мартинас, — как ваша рука, командир?

— Работает не хуже настоящей, — Йорк щелкнул пальцами левой руки, — сплав суперлегкого титана, новая модель. Да и пенсия армейская теперь повышенная.

Мартинас рассмеялся.

— И все же вы отправились в космос снова. Здесь хорошо, правда?

— Да, — Йорк кивнул, — жаль, многие из наших ребят этого уже не увидят. Мирная жизнь в космосе.

— За это и сражались, — кивнул Мартинас, — помните Деккера? Взорвал всех одним махом на подходе гипертанков к дыре «Борга». За Альянс!

— Помню Рик, — кивнул Йорк, — я тоже был на Акронисе, сражался плечом к плечу с тобой.

— Как и все мы, — пробормотал Рикардо.

— И теперь ты на стороне тех, кто убил Деккера и других наших парней, — сказал Йорк, — странно, не находишь?

Мартинас пожал плечами.

— Тебя бесполезно расспрашивать, что вы тут задумали?

— Можете попробовать, — ответил Мартинас, — мне все равно не долго осталось. Большая вероятность, что отдел дознания получит свою информацию. Лидия боится боли, но она сильнее, чем сама думает. Гарри крепкий малый, он продержится долго. Но иллюзий я не питаю.

— Я тоже так думаю, — сказал Йорк. — Вы хотели угнать корабль?

— Нет, — Рикардо слабо мотнул головой, — дело не в корабле, в а грузе, и том куда он направлялся. Харм — очень важная планета для Лиги, и те ученые которых вы везете, тоже для них важны.

— Горнодобывающая планета, колонисты, обслуживающий персонал. Давай, Рик, открой же мне глаза.

— Это не рабочие, — медленно сказал Мартинас, каждое новое слово давалось ему все труднее и труднее. — Все сопроводительные ведомости — обман. Это крупные ученые, особенно один из них — Сайлер Кравич. Физика Маяков, опыты на основе иридовых двигателей, это задачи для ученых высочайшего класса.

Морпехи совсем не для охраны. Они опытные вояки, у каждого за плечами больше пятнадцати лет службы. Десантура, ТПА, группы зачистки, все в горячих точках Галактики. Многие прошли через мясорубку тогда на Земле, на Раме, некоторые бились на Шагаре, в то время как мы поджаривали с вами Союз в небе над планетой.

— Ну и что с того? — сказал Йорк, — даже если Торговая Лига определила Харм как зону своего спецпроекта, что ты хотел с ними сделать?

— Тут все просто, — прохрипел Рикардо, — сначала мы должны были сломать капсулу Кравича. Потом прибыть на планету и собрать данные в их комплексе, у нас есть действующая группа на Харме.

— Собрать? Для кого? Для Новака? Война закончилась, очнись Рик! Больше не надо убивать, солдат!

— Ничего не закончилось, капитан! Скоро вся Галактика вспыхнет словно спичка! Лига это понимает, они победили Галактический Союз силой, но не смогли никак объяснить, в чем он ошибался, по сути. Свобода для всех — разве этому что-то можно противопоставить? Технология Маяков не должна принадлежать одной группке лиц. Это слишком важно для всех, кто населяет Галактику! Они используют все больше и больше ирида чтобы открывать новые миры, вместо того чтобы обживать те что есть.

Технология Куполов — это устаревшее безумие! Их постоянно взрывают, они ломаются, как шалаш из веток! Надо заниматься терраформированием, но это для них слишком дорого. Гораздо прибыльнее делать Маяки и контролировать их! Поэтому Альянс нас и расформировывает под давлением Торговой Лиги. Как можно меньше вопросов о сути конфликта, о том, что хотел донести Новак! У нас мир, все хорошо! Военные уже не нужны! Кого на Землю, кого, на дальнюю планету. Кого водить космические грузы. А по сути, все, что делал Новак — это хотел избежать диктата Лиги и Альянса в одном жутком союзе.

Мартинас усмехнулся.

— Все — ложь, капитан, — продолжил он еле слышно, — там готовится план уничтожения всего живого. Они хотят положить конец любому сопротивлению. Проект «Возрождение», помните такой?

Йорк устало посмотрел на Мартинса. Тот уже не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Было очевидно, что он умирал. Все эти проекты «Возрождение», «Цербер», «Ариадна», еще бог весть какие, с другими не менее одиозными названиями — легенды военного времени, байки о группе научных идей, которые ходили с тех пор, как за разработку вооружения Альянса принялись всерьез такие люди как Эспозито и подобные ему гении, помешанные на самых мощных пушках.

Не исключено, что сам Эспозито эти байки и придумывал в свободное от работы время, чтобы подстегивать медийный интерес к своим проектам. Спросить его самого было уже невозможно. Артура Эспозито и весь его научный отдел поджарили с орбиты корабли Новака, еще за год до окончания войны, на одной из исследовательских станций Альянса.

Война плодит много слухов, особенно когда они подкрепляются какими-то прорывными технологиями. Когда Йорк впервые увидел свой будущий корабль «Гуань Дао», он, наконец, понял, что глядя на такую махину у многих людей может появиться по-настоящему мистический ужас перед тем, что смог создать человек. А что там еще могут скрывать эти политики, эти военные — может подумать обыватель, глядя на эту громаду из стали с сотней орудий, каждое из которых способно обратить в пыль небольшой город?

Что там у них еще припасено, — задумается рядовой солдат из Альянса? Оружие массового уничтожения способное стирать в порошок и целые планеты? Индивидуальные энерго-щиты в персональной коробочке, позволяющие в одиночку уничтожать боевые формирования? Технология Маяков встроенная в корабли и прочая безумная чушь, о которой хорошо говорить, надравшись за картами и виски.

И Йорку, и любому капитану, к сожалению, хорошо было известно, что правда в них была лишь одна — эти истории шли из существования реальных прототипов намного менее одиозных, но разрабатываемых. Но байки хорошо разжигали интерес молодого солдата, которому, возможно, предстояло пойти на смерть. От того тяжелее было слушать, как Мартинас с горящими глазами говорит о секретных проектах, которые Альянс разрабатывал вместе с Лигой. Йорку было грустно видеть, что стало с его солдатом.

— Мне очень жаль, капитан, — сказал Мартинас, видя, что Йорк рассеяно смотрит на него, — жаль, что я вас в это втянул.

Он закрыл глаза и больше их не открывал.

— Капитан, он умер, — сказал Ири.

— Я вижу, — Йорк сходил за тележкой на склад и, перевалив на нее тело Мартинаса, которое стало мягкое и какое-то рыхлое, повез его в зону охлаждения. Если поместить тело в пятый отсек, оно должно было хорошенько заморозиться до прибытия на Харм. В организме Мартинаса продолжались процессы распада, и если их не остановить, от него вообще могло ничего не остаться.

Йорк отвез труп своего бывшего сержанта в пятый отсек и еще раз проверил анабиозные камеры, в которых лежали оставшиеся двое незваных гостей. Парень по имени Гарри так и застыл, сжав кулаки, девушка, которую, вроде, звали Лидия, так же спокойно лежала в своей капсуле. Показатели обоих были в норме, они будут спать до тех пор, пока подоспевший орбитальный флот Альянса не заберет их в отдел дознания.

Глава 2. Омут прошлого

Оставшееся время до входа в Маяк системы Рубио Йорк был немного рассеян и коротал время как мог. Записал пару писем Шерон, но все удалил, получалась какая-то чушь, и ему становилось тоскливо.

Ири предложила поесть мороженого и поиграть в видеоигры. Йорк отказался. Сообщение о произошедшем он отправил на ближайшую доступную планету, где располагался штаб Альянса, но ответа так и не получил. Ири сказала, что вирус оказался чуть сложнее, чем она думала, и он все же сумел немного испортить коммуникатор, так что теперь нельзя было связаться ни с кем до самой системы Рубио.

— Но это ничего, — пробормотала Ири, — как только мы будем у Харма, я сразу сообщу о произошедшем! «Хармленд» обладает мощной системой связи, они обо всем узнают.

— Ага, — сказал Йорк, — признайся уже, что ты пропустила вирус мимо своего носа, и он успел попортить твою систему.

Ири не ответила, наверное, обиделась. Вообще искусственный интеллект грузовых кораблей, как успел заметить Йорк, был более человечный, чем тот, которым располагали военные корабли. Только начиная свою карьеру в качестве космического дальнобойщика, Йорк удивлялся этому.

— Почему ИИ в кораблях такой ограниченный, и в то же время постоянно болтает? — задал Йорк вопрос, сдав очередной груз.

— О, это довольно любопытно! — представитель «Серинити» внезапно оживился и прочитал целую лекцию на этот счет, — дело в том, что было время когда Лига испытывала серьезные проблемы с теми, кто водит корабли более месяца.

У нас был огромный штат психологической помощи, и все равно было очевидно, что длительные полеты очень негативно сказываются на работниках. Компании вроде нашей теряли огромную прибыль! Проведя исследования, мы решили понизить компетенции ИИ, и сделать его более живым, что ли, отдавая возможность пилотам совершать большую часть работы самостоятельно!

— Но это же абсурд, — нахмурился Йорк, — вы же наоборот подвергаете корабли и груз дополнительному риску, больше рассчитывая на человека!

— А как оказалось, нет, это наоборот сделало пилотов более внимательными! Они начали чувствовать, что не компьютер, а человек является тем, кто отвечает за все. То, что ИИ добавилось некоторого несовершенства, сделало психику работников более стабильной.

— Странно. Вы сильно рискуете и грузом и пилотами, не согласны?

— Все верно, — согласился менеджер, — но парадоксальным образом это оказался вполне оправданный риск. Нужно было больше доверять людям, а не так сильно полагаться на машины, знаете ли. К тому же, в кораблях всегда предусмотрен режим ЧС, когда бортовой компьютер берет на себя все функции и игнорирует приказы командного состава, напрямую ведет переговоры с представителями компании, которые организуют перевозки.

— Любопытно, — пробормотал Йорк забирая бумаги на новый полет.

Ага, любопытно. Что бы Ири интересно делала, будь на месте Йорка обычный работяга без военного опыта? Прикончила бы всех троих безбилетников как и планировала?

Встреча с Мартинасом была как холодный душ, и перед глазами вновь представали картины былой войны. Черные корабли Новака, лезущие из системы РО-108, словно саранча, и зависающие над «Протеем». Звездный флот, скоростные истребители, сжигающие целые города. Огненные смерчи и бесконечные потоки штурмовых кораблей, из которых, словно горох, сыпались десантники в красно-синей форме Альянса и тут же открывали огонь по всему что движется, сжигая солдат СГС. Или сами падали разорванные на части взрывами и плазменными зарядами.

Десантникам всегда везло меньше, чем пилотам, об этом каждый знал, но Йорк, будучи капитаном, все же умудрился попасть в передрягу, и не одну. А когда его корабль «Борг» подбили на низкой орбите Акрониса — небольшой планете, имеющей важное стратегическое значение для победы Альянса, — Йорк хлебнул всего этого дерьма до самой старости.

«Борг» был вторым кораблем Чарли. Первый — великий и прекрасный «Гуань Дао», побитый истребителями Союза у Шагара, но вполне себе еще годный, был отправлен на ремонтную станцию Альянса, где и был благополучно взорван внедренными агентами СГС вместе с другими такими же кораблями и несколькими сотнями рабочих, солдат и офицеров, две недели спустя.

Это был страшный удар для Альянса, но Йорк также переживал о том, что теперь ему снова придётся вернуться на более мелкий корабль, что-то вроде «Виспера», или может «Гасты», и снова окунуться в гущу сражений в системе у Рама, где велись самые ожесточенные бои.

Но ему дали новый эсминец. Тут уж не известно, то ли высоко оценили боевые заслуги Йорка — командирские качества и действия у Шагара и Гибеона, то ли Эндрюс, с которым они познакомились и неплохо сошлись после «Протея», похлопотал. А может, и то и другое.

Как бы там ни было, довольно скоро Йорк был капитаном не слишком нового, но крайне эффективного корабля «Борг», имевшего невероятно толстую броню и приличную огневую мощь. После нескольких месяцев небольших стычек, из которых корабли третьего флота вышли победителем, части адмирала Эндрюса направились дальше, продавливать врага к Акронису, в составе небольшой группы поддерживаемых бомбардировщиками и десантными кораблями.

Кто-то в штабе в очередной раз просчитался с разведкой, и из шести огромных боевых кораблей с полным боекомплектом и персоналом на тысячу человек через два часа сорок минут после внезапной атаки прямо с поверхности планеты остался лишь корабль Йорка. Да и то, лишь потому, что «Борг» шел в авангарде, находился ближе всех к орбите Акрониса, и вовремя ушел ниже, в зону, не досягаемую для термоядерных зарядов, которыми войска СГС лупили с поверхности планеты, словно из пулеметов. И все же они был подбиты и падали.

Каждую секунду бортинженер сообщал о все новых и новых повреждениях, пока, наконец, выстрел плазменного заряда не попал прямо в рубку и не превратил большую часть старших офицеров, что там находились, в запечённый фарш.

Йорк чудом выжил, его отбросило куда-то вглубь коридора, и какой-то морпех дотащил его до безопасного места. Йорк оглядел свой корабль, вокруг была настоящая мясорубка. Люди метались из стороны в сторону, окровавленные, с сожжёнными волосами и кожей они пытались как-то выправить ситуацию. Многие бежали к спасательным капсулам, кто-то словно в тумане бродил по рубке, натыкаясь на все вокруг. Одному парню, стоящему посреди коридора, снесло голову куском металлического листа, и он еще несколько секунду шел вперед, пока не рухнул на пол.

— Оставаться на корабле! — прохрипел Йорк, опираясь на плечо морпеха, — слышите! Всем занять боевые посты! Огонь из всех орудий по земле!

— Сэр, вы не в себе! — крикнул морпех, — корабль разваливается на части, нужно эвакуироваться! Спасательные капсулы — наш последний шанс!

— Отставить! — заорал Йорк, — я здесь капитан, выполнять мой приказ!

— Сэр, идите вы на хер, сэр! — крикнул морпех, и, бросив Йорка, убежал куда-то по коридору, вслед за остальными.

Шатаясь, и пытаясь собраться с мыслями, Йорк доковылял до мостика, или вернее, того, что от него осталось. Приборная панель была разорвана в клочья и залита чьей-то кровью. На полу сидел первый помощник Стэнфорд, все его лицо покрывала черная копоть. Йорк подошел к нему и вцепился в остатки кителя.

— Нам конец, сэр, — пробормотал Стэнфорд, — уходите, пока можете, спасательных капсул должно хватить!

— Билли, это хреновая идея! — закашлявшись, сказал Йорк, — у капсул не хватит маневра, чтобы уйти от плазменного огня в открытый космос, мы слишком низко! А если попытаемся подняться еще выше, нас разорвут термоядерками! Или собьют, если будем садиться в одиночных капсулах на планету! Огонь слишком сильный! Останови панику среди состава, это приказ!

Стэнфорд безучастно мотал головой, Йорк размахнулся и дал ему сильную пощечину.

— Сэр! — заорал Стэнфорд, — так точно, будем сажать наше корыто!

Йорк облегченно вздохнул и тут же чьи-то сильные руки сзади подняли его на ноги. Перед ним был тот самый морпех, который помог ему подняться ранее, с перекошенным от ужаса лицом.

— Сэр, у вас явно поехала крыша, сэр! — заорал морпех брызжа слюной, его лоб был рассечен и кровь заливала лицо, — но хрен я брошу своего капитана! Так что хватит тут торчать, и дуйте за мной в спасательную капсулу, сэр!

Йорк оглядел солдата. Парню, похоже, стоило огромных усилий вернуться обратно, и это явно говорило в его пользу, паника не совсем поглотила его разум.

— Солдат, назовись! — гаркнул Йорк.

— Рядовой Сэмуэль Деккер! — заорал морпех, — давайте же за мной!

Йорк вцепился в одежду солдата.

— Солдат, послушай меня! Наши капсулы собьют, так нам не выбраться! Я твой капитан, слушай меня! Нам нужно посадить корабль, это наша единственная возможность спастись!

К облегчению Йорка, он увидел на лице рядового Деккера понимание.

— Нам ни в коем случае нельзя уходить на мелких кораблях! Нам нужно сажать корабль, у нас достаточно брони для этого!

— Сэр!

— Найди мастер-сержанта Кормана! Остановите панику, пока весь экипаж не поубивал себя! Перекройте доступ к спасательным капсулам! Ты понял меня?

— Сэр! Сэр так точно, сэр!

Деккер с какой-то небывалой прытью кинулся в сторону дальнего коридора, а Йорк, тяжело дыша, повернулся к Стэнфорду. Тот был уже на ногах. Йорк увидел, что второй штурман Гаврилов тоже жив и стоит рядом.

— Хреново дело, Чарли, — прохрипел Гаврилов, — из нас скоро сделают решето.

— Времени мало, — закашлялся Йорк, — давайте, ребята, мы должны сесть на планету, во что бы то ни стало!

И они сели. Обстреливаемые из всех орудий с земли. Продырявленные, словно рыболовная сеть, рухнули прямо на поверхность Акрониса, недалеко от столицы. Деккер нашел Кормана, и они вместе с ним обесточили спасательные капсулы, чуть не поплатившись за это своими жизнями, когда обезумевший экипаж Йорка попытался снова их запустить.

Но, тем не менее, они сели. О, да! И потом наступила полная тишь. «Борг», огромная искореженная туша из железа, огня и снующих по нему израненных людей, постепенно затихал и успокаивался.

Йорк глубоко вздохнул и, взяв у Гаврилова микрофон, сказал:

— Команда «Борга», это капитан Йорк! Мы сели на поверхность планеты Акронис. Я поздравляю вас ребята с тем, что мы живы, мне жаль ваших друзей, которые не смогли выжить. Но у нас нет времени на то, чтобы сейчас о них думать! Перед нами еще более важная и крайне сложная задача! Примерно через час, а может быть, и меньше, зона нашей посадки будет окружена врагом. Вы прекрасно знаете, на что способен СГС. Не стройте иллюзий, если кто-то вдруг решил, что сдаться — это оптимальный вариант! Но у нас есть шанс. Нам удалось связаться с адмиралом Эндрюсом, он лично направляется сюда, чтобы вытащить нас, надеюсь, он успеет за два-три дня!

Мы должны продержаться это время! Мы должны превратить наш «Борг» из космического корабля в настоящую крепость! Сделать так, чтобы эти ублюдки даже близко не смогли добраться до нас! Мы сделаем это, во что бы то ни стало! Всем выжившим слушать офицеров и в точности выполнять команды. Собрать все оружие и распределить его между экипажем. Сражаются все! Ждите дальнейших инструкций, а пока тушите пожары, разгребайте завалы, уберите трупы ваших товарищей! Вряд ли нам придется отдыхать в ближайшее время, стисните зубы и держитесь!

Речь получилась не слишком воодушевляющая, но Йорк рассчитывал надавить скорее на понимание своего экипажа о том, что сейчас не время даже для таких речей. Эти люди были в шоке, они потеряли своих друзей, возможно даже близких, и сейчас им предстояло держать оборону против огромных сил противника. У «Борга» было достаточно средств ПВО чтобы отбиться от возможных ракетных атак с воздуха. Гораздо больше Йорка беспокоили гипертанки, которые поползут к «Боргу» как огромные клещи, желая пробраться внутрь и залить там все огнем.

Сейчас они сидели в большой консервной банке, были похожи на огромную мертвую гусеницу на поверхности планеты. У Йорка осталось около трехсот человек, из четырехсотенного состава и, похоже, все кто выжил, понимали, что другого способа спастись, кроме как слушать своего командира, у них нет.

На корабле были плазменные пулеметы, которые работали на автоматике, но ее пришлось отключить, так как пулеметы отказывались стрелять где-то вне условий космоса. Что ж, за пулеметы пусть отвечает еще десяток человек. Йорк отправил группу людей проверить главное орудие. Оно ожидаемо сдохло, зато четырнадцать спаренных пушек вполне себе работали и могли бить по земле не хуже танковых орудий.

За это отвечал Корман, которого Йорк отправил в самую большую брешь «Борга» у кормы, куда по идее и полезут танки в первую очередь.

— Расстрельное место, — пробормотал Корман, — капитан, если они доберутся до вас, не стреляйте себе в голову. Останьтесь в живых.

— Без тебя разберусь, — сказал Йорк, он чувствовал себя дерьмово. Голова раскалывалась, а на спине врач внезапно нашел огромный порез, который кое-как заштопали.

— У вас есть несколько боевых машин Альянса, что не сгорели в огне, ставьте их по периметру, как только гипертанки подъедут ближе. У них не будет достаточно маневренности, сможете дать им хороший отпор.

Корман кивнул и отправился выполнять приказ. Сам Йорк со Стэнфордом, Гавриловым, остатками своей команды и несколькими десантниками занял вспомогательную рубку связи прямо посреди корабля. Сюда враг должен был добраться в самый последний момент.

— Капитан! — к нему подошел Мартинас, — отправьте меня к Корману, — я же лучший водитель бма на этом корабле, вы же знаете!

— А еще ты неплохо стреляешь и кидаешь гранаты, — ответил Йорк, — оставайся-ка здесь, Рикки.

— Капитан! — настойчиво продолжил Мартинас, — я не хочу слышать как наши люди там умирают, пока я… сижу здесь.

Йорк резко схватил парня за форму. Сейчас было плевать на субординацию.

— Если ты думаешь, что я собираюсь отсидеться тут, в надежде что Эндрюс подойдет в самый последний момент и спасет меня, то так и скажи, сержант! Ты же на это намекаешь?

— Сэр! — заорал Мартинас, — я не об этом! Я хочу сражаться!

— Так сражайся, мать твою! Так, как я тебе говорю, и не спорь со мной!

В чем-то Мартинас был прав. Конечно, до рубки СГС доберется, только пройдя все рубежи, которые осаждаемые для них выставят. И Йорк будет слышать по рации каждый взрыв, каждый стон умирающего солдата. Но он также понимал, что только он сейчас сможет руководить всем этим адом так, как надо, и не собирался помирать у подножья «Борга» как рубака, только потому что какой-то сосунок вдруг подумал, что это оптимальное решение.

Нет, он будет здесь, будет пропускать через себя каждую смерть и каждую потерю. Они со Стэнфордом и Гавриловым сделают такую оборону, что эти ублюдки пожалеют о том, что сюда сунулись. Ну, а если они все же доберутся до рубки… Что ж, Йорк вышибет себе мозги раньше, чем хоть один солдат СГС его коснется, в этом он не сомневался. Пусть потом собирают его череп по всему помещению, в надежде сделать из него трофей.

— Ты нужен мне здесь, Мартинас, — сказал Йорк, — потому что все может решиться в самый последний момент, и я хочу чтобы один из моих самых опытных солдат прикрывал мою задницу.

— Сэр, разрешите мне отправиться с Корманом! — заорал рядом Деккер. Йорк уже начал привыкать к его воплям — похоже, парня контузило.

— Я отлично вожу бма, уж не сомневайтесь! Этим мудакам несдобровать!

— Давай, парень, — кивнул Йорк Деккеру. И потом много раз об этом жалел.

Хотя почему? Ведь именно Деккер взорвал своей машиной целую колонну, рвущуюся в недра «Борга». Именно он, скорее всего, дал им всем такое необходимое время. Тогда Йорк об этом не думал, было много всего другого, о чем стоило думать. Тогда он думал, что, насколько бы они не были умными и организованными, против той орды машин, боевых дронов, гипертанков и самоходок, наполненных армией Новака, что к ним шла, шансов не было ни у кого.

На Акронисе был центр военной мощи СГС, теперь это было ясно. Настоящий военный завод, созданный для пополнения сил Новака. И теперь, когда армады врага шли на них одна за другой, Йорк понимал, что было такого примечательного в этой планете.

— …Деккер! — заорал где-то рядом Мартинас, спустя двое суток, когда Йорк уже вообще ничего не соображал от усталости — Деккер взорвал ублюдков! Капитан, их вторая колонна полностью горит!

— Парень! Твою мать! — прохрипел по рации Корман, — они идут, Чарли, их все больше и больше!

Йорк хотел крикнуть, чтобы они уходили оттуда, шли вглубь корабля, но не мог подняться. Недавний выстрел из гипертанка оказался на редкость удачным, практически полностью разрушил их импровизированный командный пункт. Все повторялось снова. Он встал на ноги, видя, как бой шел уже где-то в глубине коридора. Стреляли даже из порохового оружия, он видел солдат СГС, этих закованных в зеленую броню рыцарей с пулеметами наперевес.

— Заварите чертову дверь! — заорал Стэнфорд и его смело куда-то в сторону огненным вихрем, а самого Йорка бросило назад, он чувствовал, как пули превращают его левую руку в мешанину из тряпок и крови.

Йорк упал и пытался ползти в сторону, лихорадочно ища свое оружие. Где же оно, где? Рядом что-то орал Мартинас, он был на ногах и все еще стрелял. А потом вдруг заорал так, что Йорк подумал, что это и есть смерть. Но нет, это были массированные удары по земле вокруг «Борга». Эндрюс стрелял прямо с орбиты.

Они провели на поверхности планеты трое суток, превратив корабль в укрепленный рубеж. Те, кто мог держать оружие, вставал на передовую, отбивая все новые и новые волны врага. Пушки корабля били по земле, не переставая, пока не исчерпали весь боезапас. И так продолжалось до тех пор, пока не подошел флот Эндрюса и не накрыл все вокруг корабля Йорка огнем, превращая землю в горячий пар. К тому моменту из четырехсотенного экипажа «Борга», который находился под командованием капитана Чарльза Йорка, когда тот заступил на борт судна, в живых осталось сто пятьдесят три человека.

Состояние корабля было в полном порядке. Все датчики показывали, что нужно было показывать, вирус запущенный Мартинасом и его группой был полностью вычищен Ири из всех систем, но все же сумел сильно повредить дальнюю связь, которую теперь нужно было чинить уже в порту, по прибытии. Капсулы с колонистами показывали, что все люди в них находятся в отличном состоянии.

Йорк обошел корабль и зачем-то в очередной раз зашел в блок Б-6, словно желая убедиться в том, что его недавние гости по-прежнему находятся на своих местах. Они были там, в тех же самых позах, что и раньше.

— Мартинас, — пробормотал Йорк, — ты тоже не смог найти себя? Как и капитан Питерс, как и Хоуп?

Йорк умел справляться с тем, что добило многих его друзей, когда война уже отгремела. Но сейчас мысли снова возвращались туда, к боевым товарищам, к адмиралу Эндрюсу. Перед глазами постоянно всплывало изможденное и обреченное на смерть лицо Рикардо Мартинаса. Он не мог не знать, что выход из анабиоза так опасен! Да, меньше половины процента, шанс очень маленький, но Мартинасу не повезло.

Войска и флот СГС были уничтожены. Пять лет Галактика находилась в мире, но иногда всплывали какие-то террористические группы, и вот Йорк сам столкнулся с одной из них. И в ней был его же бывший солдат. Может, с него уже и правда хватит? Может и правда не стоит больше летать? Пятнадцать лет службы Альянсу, из них пять лет войны, еще три года в роли странного космического курьера. Может, это был какой-то своеобразный знак, что пора распрощаться с космосом и заняться совершенно другой жизнью? Но что еще он умел?

Шерон. До этого момента он всерьез не думал о том, чтобы когда-либо завязать с полетами. Йорк понимал, что вопрос придется как-то решать. Либо его женщина, либо космос, а разве она была из тех, кто станет шутить такими вопросами? Но думал ли он об этом всерьез? Наверное, нет. До этого полета. На что он рассчитывал, когда в очередной раз Шерон скажет, что с нее хватит? Она бы просто ушла. Совсем. Идиот, о чем ты думал!? Только о себе, не иначе. Ты понимаешь что там, на Земле есть что-то по-настоящему важное? Важнее чем корабли, чем военная карьера, важнее, чем… космос. Йорк вдруг почувствовал себя каким-то совсем уж старым. Старым, одноруким и бесполезным.

Он обошел капсулы, вглядываясь в бесконечную вереницу лиц, что безмятежно покоились под толстым стеклом, ожидая своего часа пробуждения.

Проект «Возрождение». Безумная идея Мартинса и его коллег, но кто его знает, что Лига хотела действительно делать на Харме? Может, добыча никеля и платины была всего лишь прикрытием? Может, Мартинас был прав? Ну и что с того? Какая разница? Политики все время будут придумывать новые и новые безумные планы, а военные отправлять на убой солдат в новых войнах.

Йорк задержался у капсул военных. Десантура спала как ей и полагалось. Данные сообщили о том, что в капсулах спят охранники, сотрудники полиции, и военные, недавно прошедшие Академию и командированные на Харм для прохождения службы по контракту.

Посмотрев на спящих, Йорк устало вздохнул. По лицам людей, лежащих в капсулах, Йорк безошибочно определил матерых вояк, не были это никакие охранники. Можно было снова сходить к тому парню, о ком говорил Мартинас — Сайлеру Кравичу? Но ученые были в другом крыле корабле, и Йорку было лень опять идти и оглядывать эту капсулу. Устав от всех этих мыслей, он пошел спать.

— Ири, — сказал он, — как наши дела?

— Дела отлично, — ответила Ири, — до Маяка меньше часа.

— Действуем, как и планировали, — ответил Йорк, растянувшись на кровати, — отправляй сообщение, как только мы переместимся. Дальше сама, а я хочу выспаться нормально, надоел мне весь этот цирк.

— Слушаюсь, капитан.

Йорк закрыл глаза и, пытаясь отогнать от себя образы прошлого, погрузился в беспокойный сон.

— Капитан Йорк, вы меня слышите? — его разбудил сигнал связи, голос был какой-то незнакомый, — капитан, вы меня слышите?

— Да, слышу, кто это?

— Говорит управляющий «Хармленда» Дэнис Уотерс, планета Харм! Мы получили ваше сообщение о попытке вторжения на корабль «Баджер». Как сейчас обстановка?

— Обстановка нормальная, — ответил Йорк потирая глаза, — я отправил вам исчерпывающий отчет о происшествии.

— Да-да, — голос у управляющего Уотерса был все же обеспокоенным, — мы как раз сейчас его изучаем. Я просто хотел выйти на связь и лично убедиться, что все в порядке, простите, если разбудил! С капсулой мистера Кравича все хорошо? Террористы не успели как-то ее пере… регулировать?

— Перерегулировать? Нет, ничего такого, с ним все в норме — Йорк встал с кровати и подошел к окну, за ним расстилалась бескрайняя гладь космоса, усеянного звездами. Новый сектор Галактики, а звезды все такие же холодные. Где-то там был Харм и здание Торговой Лиги, где сейчас в своем кабинете сидел мистер Уотерс и говорил по связи с Йорком.

— Ситуация под контролем, как я уже сказал. С Кравичем точно все нормально, спит себе и сны видит. Визитеры не подходили к его капсуле и близко, бортовой компьютер проверяет его жизненные показатели в приоритетном режиме каждый час. Физических вмешательств, я за все это время, что ее осматривал, так же не выявил. Что мне делать дальше? Продолжать полет?

— Нет, — ответил Уотерс, — «Баджер» прибудет на Харм через сутки, не позже, но нам бы хотелось начать расследование раньше. К вам уже вылетел корабль. Группа будет у вас через шесть часов. Они заберут вас, капсулы с теми, кто пытался проникнуть на корабль и тело сержанта Мартинаса. Ваш корабль продолжит свой путь, его посадят на Харм другие люди. Разумеется, вам выплатят все обещанные кредиты и премию за чрезвычайную ситуацию, как и предусмотрено контрактом!

— Отлично, буду ждать вас, ребятки.

— Хорошо, капитан! И спасибо большое, что смогли разобраться с этим, хоть и не совсем по уставу! Вы не представляете, от какой кучи дерьма вы нас всех избавили. Эти фанатики, террористы и прочие дегенераты постоянно достают наши грузы. Для Харма сейчас очень важны колонисты, я рад, что они не пострадали. Буду рад познакомиться с вами лично, капитан!

— Служу народу! — отсалютовал Йорк в пустоту и отключился.

Интересно, как часто грузы Уотерса пытаются украсть? СГС что, теперь постоянно лезет на грузовые корабли в поисках наживы? Может, Рикардо и его дружки совсем отчаялись, и им были нужны деньги? Сколько их таких еще осталось, и что они сейчас делают?

Высшему командному составу вроде Эндрюса, Бэйкера, самого Йорка, хотя бы не приходилось искать возможность зарабатывать себе на хлеб после окончания войны. Они были обеспечены, хоть иногда и не знали, куда себя деть. Порой это кончалось плохо, как у Питерса, но простым солдатам приходилось еще хуже.

Альянс спешно расформировывал флот, списывал военных по любым возможным поводам. И всем было понятно, на что был взят курс — всеми доступными средствами продемонстрировать, что война это страшный сон, который нужно поскорее забыть. А солдаты — это отвратительное напоминание о годах бессмысленной бойни, которое в мирное время никому не нужно. Хотя пираты-фанатики, захватившие целую систему Трелони три месяца назад, все же явно указывали на обратное. Но, тут не нужен целый флот, чтобы разобраться в проблеме. Ситуация явно скоро придет в норму, кто-то получит свой выкуп или петлю на шею, а жизнь продолжится как и раньше.

А интересно, что стало с Корманом? Этим бравым воякой, который отвечал за всю солдатню на кораблях у Йорка, был практически святым среди обычных морпехов. Может он сейчас как раз у Трелони ищет приключений на свою голову?

После окончания войны Йорк так ни разу с ним не встретился и даже не созвонился. А ведь тогда Корман был чуть ли не лучшим его другом, часто пили в капитанской каюте. Черт, да если бы не Корман, тогда, на Акронисе, Йорк потерял бы не только руку, но и голову. Скорее всего, подошедший так вовремя к орбите флот Эндрюса вряд ли бы зафиксировал, что на упавшем корабле «Борг» есть хоть один выживший.

А старший помощник Стэнфорд? После того случая его перевели на другой корабль. Потом Йорк слышал, что его понизили в должности за какой-то серьезный провал. Йорк подозревал, что дело было в ужасе, который Стэнфорд испытал на Акронисе, сидя в рубке связи и каждую секунду получая информацию о все новых погибших. Слушал эти крики боли, взрывы, а потом, наблюдая как тени солдат СГС становятся все ближе и ближе. Это оказалось слишком сильным испытанием, Стэнфорд был пилотом, а не воякой, и знал свою работу хорошо. Но то дело, видимо, окончательно его добило. Неизвестно, куда бы вообще свернула карьера старшего помощника, если бы война не закончилась. Последнее, что Йорк слышал про Стэнфорда, что тот вообще бросил военную службу и жил где-то в Аризоне. Что ж, может, это и к лучшему.

Перекусив и приняв душ, Йорк отключил гравитационные кольца и принялся летать по кораблю.

— Капитан, вы тормозите корабль, — сообщила Ири, — мы уже скоро подойдем к Первому Контуру Маяка Рубио, искусственная гравитация внутри корабля необходима для корректного полета!

— Да какая разница, — отмахнулся Йорк, отталкиваясь от стены, — скоро меня отсюда заберут. «Баджер» и так прибудет на планету. Ты же никому не расскажешь, правда, Ири?

— Я — нет, но все мои данные протоколируются и отправляются в командный центр, вы же сами знаете.

— Ну вот и расслабься, — сказал Йорк, — включи лучше музыку. Давай какое-нибудь радио, если уже ловит.

— Да, радио доступно, — ответила Ири.

— …в обитаемом секторе. Хотя сейчас трудно сказать, насколько сильно это отразиться на всей политике Альянса относительно дальних колоний, уже сейчас можно с уверенностью сказать, что это крупнейшая атака пиратских банд на мирную жизнь в Галактике. Сейчас ведутся переговоры по возможной передачи заложников Трелони в обмен на иридовые залежи прямо в грузовые корабли группировки «Сильная Галактика», однако Директорат Лиги не уверен, что такие…

— Опять Трелони, — пробормотал Йорк, — давай-ка дальше, не хочу про это слушать! Что там, еще в мире творится?

— Взрыв энергетического узла главного промышленного комплекса на планете Эйс. Погибло три человека, пострадало сто восемьдесят девять. Радиационное заражение на сотни километров. Крупная техногенная авария. Акции многих компаний, включая «Серинити» упали.

— Понятно, — Йорку стало не интересно, — сделай погромче музыку.

Он несколько раз перевернулся в воздухе и, придав своему телу импульс, не спеша летел по коридору навстречу запертой двери. Уже подлетая к ней, Йорк перевернулся, и, слегка оттолкнувшись от нее ногами, полетел прямо в противоположную сторону.

— Капитан, к нам подлетает транспортное средство Торговой Лиги. Они выходят на связь.

— Уже? — Йорк удивленно посмотрел на время, с момента как он разговаривал с Уотерсом, прошло около двух часов, — быстро справились, ребятки. Наверное, у них какие-то особые двигатели. Или шустрые корабли нового поколения. А Лига без дела не сидит, значит.

— Отключай невесомость, выруби музыку. Давай, Ири, выводи их на связь.

Ири подчинилась, даже возможно быстрее, чем планировал Йорк. Он сгруппировался и опустился на пол чуть жестче, чем планировал, почти сразу же раздался незнакомый низкий голос.

— Капитан Йорк, это полковник Даррелл Ульрих, мы подлетаем к вашему кораблю, разрешите стыковку.

— Слышу, полковник, — ответил Йорк, — стыкуйтесь. Встречу вас.

Связь отключилась, и немногословный полковник Ульрих пропал из эфира. Йорк подтвердил Ири стыковку и пошел к посадочному отсеку. Через десять минут в просторный ангар «Баджера» залетел небольшой и проворный, словно рыба, корабль, весь покрытый черными пластинами брони. По бокам корабля гордо красовались черно-желтые логотипы Торговой Лиги и название «Звездная Тень».

— Ну и ну, — пробормотал Йорк, — это же класс кораблей «Игла»! Неплохо у них там на Харме подготовились.

«Звездная тень» и подобные ей считались самыми быстрыми кораблями. Класс «Игла» — небольшие маневренные истребители, введённые в оборот уже к самому окончанию войны. Альянс сделал выводы после мясорубки у «Протея», когда старые истребители вроде «Дельт», или «Виспера» на котором летал Йорк, были практически все уничтожены армадой СГС.

И сейчас эти новые корабли были настоящим ночным кошмаром для любого, кто двигался чуть медленнее их. У класса «Игла», к которому относилась «Звездная Тень», в отличие от других маленьких и маневренных кораблей, было два главных отличия — огневая мощь и двигатель. Вооружение этого корабля было передовым и невероятно мощным, что позволяло атаковать корабли, намного превосходящие его размерами, игнорируя защитные барьеры и прожигая даже самую тяжелую броню. Поговаривают, что это была последняя разработка инженерного цеха Эспозито. Так это или нет, но иридовые стержни нового поколения, служившие основой таких кораблей, позволяли им развивать невиданную скорость за короткое время и, в случае чего, уходить от врага в далекий космос. Йорк сомневался, что война была выиграна именно благодаря этим кораблям, но свой существенный вклад они внесли, определенно.

Интересно, что такой мощный корабль делает на Харме, добывающей планете — ловит сбежавших шахтеров? Ведь, насколько знал Йорк, все такие корабли были наперечет у Альянса и должны были быть в составе оставшегося звёздного флота где-то у РО-108 или у дальних рубежей космоса, выискивая Новака и остатки СГС.

Из корабля в посадочный отсек вышла десантная группа в полном боевом обмундировании Торговой Лиги — желто-черные полосы и красные надписи выглядели солидно и угрожающе. Впереди шел высокий седоволосый мужик, закованный в боевую броню.

— Во всеоружии, — кивнул Йорк.

— Регламент, что поделать, — ответил мужик и протянул руку, — полковник Ульрих. Рад встречи капитан, вижу вы тут здорово потрудились, нам что-нибудь оставили?

— Есть немного, — ответил Йорк пожав руку Ульриху.

— Давайте сразу к делу, — сказал Ульрих, — парни загрузят капсулы и замерзшее тело этого подонка на корабль и мы отчалим. Домчим в лучшем виде. «Баджером» займется капитан Дженкинс, вот он стоит.

Йорк сдал командование новому капитану. Пока группа Ульриха перевозила капсулы со спящими Гарри и Лидией на корабль, а также упаковывала заледеневшее тело Мартинаса в специальный ящик, Йорк собрал свои немногочисленные вещи и попрощался с Ири.

— Рада была с вами работать, капитан, — сказала Ири, — удачи!

— Пока, солнышко, — ответил Йорк, — смотри, больше никаких вирусов!

— Постараюсь, капитан!

Внутри «Звездная тень» больше походила на отель. Особенно если сравнивать обстановку с теми кораблями, на которых летал Йорк до «Гуань Дао».

Здесь не была ощущения, что повсюду царит дух унылого военного склада и дисциплины, на корабле каждый занимался своим делом. Та небольшая десантная группа, что прилетела с Ульрихом, довольно быстро сняла свои доспехи и играла в бильярд в большом зале, попивая чай. На Йорка никто особо не обращал внимания, и он без труда обошел весь корабль, немного завидуя, что не удалось на таком полетать во время войны.

— Славный корабль, — сказал он одному из морпехов, что сидел и рисовал что-то в блокноте.

— «Звездная тень?» — повернулся солдат, — даа! отличная машина, это мой второй корабль, и хоть мне не с чем особо сравнивать, но по рассказам отца, тут запредельный уровень комфорта для солдата Альянса. А вот для охраны Торговой Лиги видимо в самый раз, ха!

Йорк усмехнулся. Пройдя по коридору, он нашел нужную ему дверь. Ульрих предоставил Йорку одну из кают, которая, однако, больше походила на неплохой гостиничный номер с широкой кроватью, душем и зеркалом. В каюте даже имелся мини-бар с выпивкой и закусками, а также монитор с подключенной Сетью, рядом с огромным и прямоугольным окном.

Йорк удобно устроился в кресле с бокалом виски, когда в дверь каюты постучали.

— Капитан? — это был Ульрих, он уже снял свой доспех и остался в обычной форме Лиги. Йорк успел разглядеть полковника — интересно, где тот служил во время войны? Судя по его суровому лицу, явно какие-то спецвойска.

— Уже начинаете допрос, — кивнул Йорк, откусив печеньку и запив ее горячительным, — спасибо за выпивку, это как нельзя кстати! И да, не думал, что теперь боевые корабли превратились в летающие отели.

— Думал, вы заслужили промочить горло, — развел руками Ульрих, — а насчет комфорта, это все Лига делает. Переоборудует интерьеры военных кораблей, оставляя мощный фасад Альянса. Теперь на таких кораблях летают в основном чиновники Альянса или крупные менеджеры Лиги. А допрашивать будем тех ребят в капсулах, вы же просто отчитаетесь Уотерсу о случившемся, когда прибудем на Харм, более подробно. Мы уже отлетели от Маяка Рубио достаточно далеко, через пару часов уже будем у Первого Контура, а там и до Харма недалеко.

— Отлично, — кивнул Йорк, — хотите вашего же виски?

— Не пью, — сказал Ульрих, присаживаясь на диван, — а вот минералки бы выпил, спасибо. Капитан, я хотел узнать, правда, что тот парень раньше служил у вас?

— Мартинас? — Йорк поболтал виски в бокале, — да, к сожалению, это так. Отличный парень. Был со мной на Акронисе, мне его жаль.

— Он был отличным парнем, пока не встал на сторону СГС.

Йорк поморщился и глянул на Ульриха. Кажется, он начинал понимать, чем полковник занимался во время войны.

— Тайная Полиция Альянса, да, полковник? — Йорк сделал глоток и откинулся в кресле, — и много предателей наловили в мешок, за годы войны?

— Достаточно, — Ульрих мрачно кивнул, — включая тех, кто взорвал ваш «Гуань Дао» на ремонтной станции.

— Тогда могли бы поймать их чуть раньше, — пробормотал Йорк, — это был отличный корабль.

— Я понимаю, вы наверное считаете что мы тогда занимались охотой на ведьм, и больше вредили, — сказал Ульрих рассеяно, — в то время как вы, бравые вояки, сжигали врага в честном бою. Но я уже привык к такому отношению, что поделать.

— Да в целом нет, — Йорку пожалуй, было наплевать, — насколько я помню, идеи Новака и сторонники Свободного Галактического Союза на момент начала войны был уже повсюду, и в Директорате Лиги, и в Совете Альянса. Часть первого флота Новака сразу встала на его сторону.

— Вот именно! — кивнул Ульрих, — не могу сказать что я горжусь некоторыми методами ТПА, но черт возьми, если бы вы знали как эти ублюдки глубоко засели тогда среди нас! Диверсии, шпионаж, а самое главное — фанатичная преданность идеям Новака. Проклятье! Мы, может, поэтому так долго и не могли победить. Нам нечего было предложить людям взамен их идеям о терраформировании каждой планеты, на которой есть хоть один Купол, построенный Лигой. Понимаете? Идеология всегда сильнее скучной правды о том, что терраформировать некоторые планеты невозможно, а строительство Маяков необходимо Галактике для выживания.

Йорк глотнул виски. Ух, забористый! Не надраться бы тут случайно. Сепаратисты, Восстание, Свободный Галактический Союз. Сообщество планет, объединённых общей целью — получить от Торговой Лиги свободный доступ к технологии создания Маяков для всех и каждого. Любая планета с мощностью, достаточной для создания собственного хаба могла бы конструировать Маяки и вести свободную торговлю без контроля Альянса или Торговой Лиги, и постепенно превращать свои собственные планеты в пригодные для жизни уголки с помощью технологий терраформирования.

Конфликт зрел уже ни один десяток лет. Освоенная Галактика большая, и планет на ней много. Неудивительно, что какие-то планеты захотели жить и играть по своим собственным правилам. Конфликт стар как мир, еще со времен колониальной Англии, повторившийся точь в точь в масштабах галактической истории. Йорк не считал, что СГС были хуже Альянса, но то, что Новак напал на Землю, было отвратительно.

Еще Йорка всегда смущало, что помимо экономической свободы, Свободный Галактический Союз с самого начала продвигал свои идеи под знаменем одного лидера, одного вождя, одной идеи, у которой нет и не могло бы быть, по словам его идеологов, никаких альтернатив.

Постепенно из слабых планет, трясущихся под Куполами Лиги, крупных торговых станций, которых обложили непомерными налогами, новых радикальных групп и энтузиастов с деньгами — из всех этих ошметков и вырос Свободный Галактический Союз. Словно из старого лома, как-то незаметно для всех, адмирал Новак выковал могучий кулак с единой базой на планете Рам. Оттуда он и координировал свои действия и вел проповеди, которые расползлись по всей Сети. Он выдвигал все более радикальные требования к Альянсу и Торговой Лиге, чтобы в один прекрасный момент оккупировать своим флотом космическую станцию «Протей» у Марса.

— Знаете, а ведь многие полагают Маяки промыслом божьим, — сказал Йорк, — и не верят, что в Торговой Лиге сами додумались до таких технологий, вы об этом не думали, полковник? Многих в концепциях Новака увлекла идея глобальной несправедливости, что Лига просто присвоила себе найденные на Марсе инопланетные технологии, выдав их за свои.

— Да, — сказал Ульрих, — эта идея и правда заманчивая и такая простая. Инопланетяне открыли технологию Маяков, а злобные капиталисты присвоили все себе. К сожалению, на этот счет есть ни один десяток научных работ, и, если бы кто-то из Свободного Галактического Союза умел читать больше одного абзаца подряд, они бы смогли разобраться в вопросе.

Вместо этого, мы слышали только вопли о терраформировании мертвых и непригодных ни для чего, кроме добычи ресурсов, астероидов, Маяков в своем собственном сарае для каждого, и свободный рынок в перспективе без участия крупных игроков. Но почему они не думали о тотальном космическом пиратстве, насилии и полном хаосе, которое это могло повлечь за собой сразу, как только такое смогло бы быть возможным? Почему они никогда не задумывались о том, что Лига стала такой могущественной благодаря тому, что объединила лучшие умы, которые стремились трудиться не на свой карман, а на благо человечества?

— Я не политик, полковник, — сказал Йорк, — за все эти годы я понял, что что СГС, что Лига — это примерно одинаковая субстанция. Корректно воздержусь от такой же оценки в адрес нашего любимого Альянса.

Йорк кивнул стаканом на блестящую эмблему орла — символ Альянса, на груди Ульриха. Тот расхохотался.

— С войны ношу ее! Еще раз благодарю за помощь. Не буду вам мешать отдыхать, скоро будем на Харме!

Ульрих ушел восвояси, а Йорк допил виски и растянулся на кровати. «Звездная тень» помимо того что был сверхбыстрым кораблем, был еще и необычайно комфортным. Йорк даже успел задремать, виски все-таки сделал свое дело.

Глава 3. Харм

Харм оказался не такой уж и ужасной планетой. По крайней мере, атмосфера была пригодна для дыхания, и Лиге не потребовалось ни строить гигантские Биокуполы для проживания тысяч и тысяч людей, ни тем более тратиться на терраформирование планеты в будущем. Настоящий джек-пот для тех, кто откопал Харм почти сразу перед войной.

Такие планеты попадались крайне редко, и они мигом становились объектом пристального внимания всего мирового сообщества. Еще бы! Целый новый мир, в котором возможна жизнь не под стеклом, и не в скафандре, а точно так же, как на Земле матушке! Про Харм, эту одну из самых отдаленных планет много писали перед войной и говорили, что в будущем планета может стать новым плацдармом для дальнейшего покорения космоса. А система Рубио, в которой находилась планета, станет не менее заселенной, чем Солнечная Система, или РО-108.

Пока что все развитие в основном касалось главного и самого крупного города Харма Сибилы, а также ее огромного центрального космопорта, куда Ульрих и доставил Йорка.

Архитектура у космопорта была вполне себе современной, огромные арки повсюду, и колонны с высокими потолками, и множество уголков, где можно было отдохнуть и почувствовать себя уютно. Куча зелени в городе, деревьев и травы — земная флора отлично приживалась под горячим солнцем планеты.

Космопорт Сибилы напомнил Йорку космопорт Лондона — когда-то именно оттуда он отправлялся на «Протей» в Академию на долгие шесть лет. В тот момент ему казалось, что — вот оно, жизнь молодого парня сейчас круто изменится, и уже ничего не будет прежним. Так оно в принципе и вышло. Хотя Академия «Протея» первые годы не многим отличалась от военного училища на Земле, куда поступили некоторые друзья Йорка. Больше нагрузка, бесконечные тренировки, и изучение всего, что было связано с боевыми кораблями Альянса. Куча математики и цифр, от которых болела голова. Хотя иногда удавалось выбраться на Марс, который, похоже, в последние лет пятьдесят активно развивался только за счет близости с «Протеем».

Йорк заметил, что прямо посреди космопорта Харма был разбит огромный парк со статуями разных важных и не очень исторических деятелей, включая Яна Дейдру. Дейдра был ведущим ученым, открывшим технологию Маяков. Кто-то называл его величайшим из когда-либо живущих людей, подаривших миру новую надежду в звездах.

Были в парке и фонтаны, Йорк видел, что рядом с ними гуляли люди, и что-то подсказывало ему, что не все они приехали в космопорт по делам. Возможно, им был просто интересен сам парк. Все это создавало крайне умиротворяющий настрой, несмотря на то, что чуть выше на два яруса космпорт кипел жизнью, а в небе постоянно сновали мелкие транспортники. Иногда взлетали и огромные корабли вроде «Баджера», которые очень неспешно отлетали подальше от города, чтобы включить двигатель на полную мощь, и, растворившись в небе, проложить свой путь к одному из двух Маяков, расположенных в системе.

Обычно, во всяком случае, так было раньше, большие горнодобывающие корпорации, к которой, видимо, хотел относить себя «Хармленд», вкладываются только в самые необходимые вещи для нормальной жизнедеятельности и работы персонала. Их усилиями быстро растут не очень опрятные и высокие города, похожие на серые и невзрачные муравейники, как правило, это несколько основных городов возле крупных месторождений.

Связано это было, конечно, с тем, что огромные суммы тратились Лигой на создание гигантских Биокуполов, под которыми бы могли жить и работать люди. Но в последние годы все сильно поменялось. Города старались сделать опрятными, удобными и красивыми. От этого только возрастала производительность труда, и профсоюзы крупных компаний уже не допускали каких-то минимальных отступлений от своих стандартов. Лига всегда получает свое, но, по крайней мере, на планетах уже не хочется снимать фильмы ужасов с грязными полудикими шахтерами, как видимо, виделась жизнь в космосе для Директората Лиги поначалу. Теперь обязательно создается необходимая инфраструктура для главных базовых нужд, школы, торговые центры, больницы, магазины. Возводят офисный и деловой центр.

Иногда даже делают стадион, где время от времени тренируются местные команды, формируемые из жителей на этих самых планетах. Все это создаваемое волшебство происходило как на планетах с уже существующей атмосферой, пригодной для жизни, так и на тех, что уже прошли терраформирование и постепенно обживалась. Однако даже на купольных планетах все было на сегодняшний день не так уж и плохо, несмотря на то, что такие планеты всегда получали меньше и жили беднее, да еще в добавок иногда подвергались атакам разного рода мерзавцев, как наиболее удобные цели для атак. Создавать Биокуполы для нормальной работы по добычи из недр планет всего ценного было дорого и иногда не слишком безопасно.

Купол, к тому же, всегда создает излишнее напряжение в рабочем процессе. Вводился совершенно дикий, но необходимый налог на воздух и нормальную чистую воду, что очень часто приводило к недовольству людей, бунтам, а иногда и совсем уж черному мраку.

Как случилось, например, на Проуле, вполне себе активно развивающейся планете, где нашли какие-то гигантские алмазные пещеры давным-давно. Планете, которой полностью владели китайцы из «Таянг» и потеряли ее в одночасье, когда основной Купол столицы был частично взорван в нескольких местах террористами «Красной Звезды», что привело к гибели тысяч людей.

Купол кое-как удалось починить, но на этом беды не закончились. Внезапные требования террористов были ультимативные и конкретные, — все сотрудники «зажравшейся капиталистической жабы» «Таянга», включая охранную группу из десяти тысяч человек, должны были в течение двух суток покинуть Проул, или взрывы повторятся в большем масштабе и по всем Куполам планеты. А это означало, что над Куполами компании «Таянг» нависла вполне реальная угроза их полного уничтожения вместе со всеми людьми.

Начался хаос, жители умоляли подчиниться, и под давлением общественности корпорация собрала манатки и оставила планету со всей инфраструктурой на милость захватчиков. Через месяц на Проуле, под чутким контролем «Красной Звезды» были проведены настоящие демократические выборы, обещающие отменить налог на воздух как античеловечный и негуманный.

А еще через полгода началась гражданская война с настоящим средневековым геноцидом. Проул окрасился багровыми красками, превратился в небольшой филиал ада под стеклянными колпаками. Несколько Куполов снова были взорваны без возможности реконструкции, погибли уже сотни тысяч, а война каких-то фракций «Красной Звезды», борющихся за власть, которых по разным подсчетам было уже не меньше восьми, все продолжалась, и конца ей видно не было.

Власть переходила от одной группы к другой, и все это обильно сопровождалось расстрелами, казнями и убийствами мирных жителей, приехавших когда-то много лет назад на Проул в поисках работы и денег. Так продолжалось лет пять, до тех пор, пока планету, устав от не понимания когда же это все закончится, не покинули при помощи кораблей Альянса и Лиги последние мирные жители.

После этого Проул объявили территорией вне закона, и Альянс потребовал все воюющие стороны сложить оружие, иначе будет применена сила. Сепаратисты на Проуле отказались и Альянс в течении суток уничтожил один из самых больших Куполов на планете, стерев город, находящийся под ним, с лица земли.

Видимо, Совет Альянса решил, что уже больше было нечего терять. Проул превратился в настоящую моровую язву человечества, откуда по всей Галактике стали расползаться какие-то жуткие полу-религиозные культы, террористы и убийцы самых жутких категорий, с безумными идеями поднять такие же восстания на других планетах, где были Куполы, и с призывами взрывать их, чтобы «скинуть кровавый диктат Лиги».

Весь этот конфликт Йорку рассказывали еще в школе на Земле, но эта история ясно давала представление о многих вещах, включая и ту, что технология создания Купола может быть если не причиной кровавой резни, то уж точно неплохим инструментом для ее начала.

К счастью, те, кто остался тогда на Проуле, все же, наконец, приняли капитуляцию и пустили на планету силы Лиги и Альянса. Все формирования, которые были на ней, в срочном порядке были ликвидированы, многие лидеры «Красной Звезды» осуждены на длительные сроки или казнены. «Таянг» же объявила себя банкротом и передала все оставшиеся средства в помощь восстановления планеты.

Сейчас Проул худо-бедно восстанавливалась, прошел уже ни один десяток лет с тех событий, и поговаривали что на ней, наконец, собирались производить терраформирование.

О его концептуальном значении для развития всей космической жизни по-настоящему всерьез заговорили как раз после трагедии на Проуле. Освоение новых систем и планет после того, как Маяк открывал очередную дверку в новый мир, до этого, чаще всего, осуществлялось с помощью Куполов, на это уходило не более года-двух после того, как планету признавали интересной для исследования и вливали в нее деньги корпорации Торговой Лиги.

Терраформирование же занимало не меньше десяти лет, и по старым законам оно должно было проводиться только после того, как организованное новое сообщество под созданным на планете Куполом будет признано специальной комиссией устоявшимся и готовым самостоятельно справляться с различными экономическими и политическими коллапсами.

Но так как законодательно терраформирование обязана была проводить компания, отвечающая за добычу, а стоило это целое состояние, хитрые корпорации типа «Таянга» не спешили заниматься преображением планеты. Они предпочитали просто получать максимум прибыли от существующего положения вещей и содержали людей в условиях, которые комиссия Лиги не могла бы счесть пригодными для начала преобразований планеты. В итоге такая жадная политика стоила «Таянгу» всего, но таких корпораций в мире было еще не меньше сотни, и они немного призадумались.

После трагедии на Проуле общественность обрушилась на крупный бизнес, обвиняя его в попустительстве и наплевательском отношении к человеческим жизням.

Как же так? Зачем вы делаете Куполы каждый раз как начинаете осваивать новую планету, если у нас есть пример Марса, Венеры, которые вполне себе живые и пригодны для жизни планеты с успешным примером терраформирования еще много лет назад? Вам просто хочется побыстрее и больше денег? Но какой ценой? В вас есть хоть что-то от нормальных людей, жадные вы упыри?

Начались долгие дискуссии с лоббированием одной и другой стороны конфликта. Лига была заинтересована в целом, чтобы планеты развивались, и признавала что Биокуполы — это хоть и быстрый способ освоения планеты, но на дальнюю перспективу возможны трагедии куда более масштабные чем на Проуле.

И в итоге пришли к соглашению с Альянсом и общественными организациями, имеющими вес в обществе. Теперь разведка планеты и создание купольных баз с колонистами предполагала дальнейшее ее преобразование под пригодную для дыхания и жизни людей законодательно. При разрастании Купола налог на воздух и воду сокращался или отменялся полностью. Это немного успокоило волнения в обществе, буйным цветом расцвёл космический туризм. Людям было все интересно.

Это и стало толчком для развития и освоение галактики каждым отдельным человеком. Человечество стало расползаться все шире и шире, Йорк прямо-таки чувствовал, что живет на заре новой эпохи. Однако вопрос планет с Куполами все еще был очень острым, и Лига не спешила его как-то решать окончательно.

Радикальное решение предложил адмирал Новак, еще до того, как стал врагом общества номер один. Он предложил законопроект, по которому больше ни одна планета, предназначенная для разработок, и пригодная для терраформирования не имела права строить на ней Купол ни в каком виде, за исключением исследовательских баз на несколько сотен человек.

Проект был настолько невероятен, что Новака подняли на смех, хотя, как показывали опросы, люди считали, что это было самым правильным, что предлагали Альянс или Лига за долгие годы. Освоенных планет уже и так много! Давайте прилетать не под стеклянный колпак, а на пригодную для жизни планету, пускай это и смогут сделать уже скорее наши дети а не мы? Но Директорат Лиги отверг предложение Новака, а Альянс не поддержал своего адмирала.

Размышляя над этим, Йорк видел что Харму в этом смысле, конечно, повезло.

Он сидел в кафе уже два часа и ждал, когда закончится какое-то важное совещание Уотерса и капитана пригласят для подробного разговора. После этого Йорк планировал пропустить стаканчик в каком-нибудь местном баре и отправиться в офис «Серенити» для получения нового корабля.

Ему должны были выдать все полагающиеся кредиты, а также сопроводительные листы на новый груз. Скорее всего, это будет платина или никель, а такое грузят на корабли типа «Элефант». Это означало, что полет к Земле будет занимать чуть больше месяца. У «Элефантов» была огромная грузоподъемность, но вот двигатели ни к черту, устарели еще лет десять назад и их не спешили обновлять. Проблемы с подходами к Первому Контуру и переходам к Маяку у таких кораблей не наблюдалось, но вот полет до них был довольно длительным. Йорк был к этому готов и сейчас он все больше и больше склонялся к мысли, что этот полет и станет для него последним.

Он вернется на Землю, получит причитающиеся ему деньги и закроет свой договор в одностороннем порядке. Компании это может и не понравится, ну да ничего, переживут.

Йорк думал поговорить обо всем с Шерон, связавшись с ней по связи, но так и не нашел в себе силы начать серьезный разговор.

— Ты уже долетел? — удивилась она, включив видеосвязь. На голове у Шерон было намотано полотенце, на Земле стояло раннее утро. И Йорк видел, как яркое летнее солнце заливает светом всю квартиру за спиной Шерон.

— Да, — кивнул Йорк, — в полете кое-что произошло, мне пришлось передать груз и отправиться на Харм с кораблем, который прислала Торговая Лига.

— Что случилось? Ты в порядке?

— Да, все нормально, — сказал Йорк, — я тут ни при чем. Скорее даже наоборот, я смог предотвратить внештатную ситуацию.

— Понятно, — Шерон кивнула, — а я сегодня иду на новую работу.

— Ты уволилась из «Нового мира»? Это же было самое крупное новостное агентство, где ты когда-либо работала! Я думал, это предел мечтаний для журналиста, — удивился Йорк, — а чего ты мне не сказала что собираешься это сделать?

— А я и не собиралась, — сказала Шерон, — просто когда ты в очередной раз улетел, я задумалась, на кой черт я работаю там уже шесть лет, если не хочу становиться ни новостным репортером, ни журналистом. На хрен все!

— И что ты решила? Куда пошла?

— Пресс-служба Космического Управления Альянса, — улыбнувшись, сказала Шерон. — Пока только стажер, но мне говорят, с моим опытом я далеко пойду, надеюсь, что так.

— Ого, — Йорк присвистнул, — ну ты молодец! Очень рад за тебя!

И Йорк действительно был рад. С пробивной силой Шерон и ее опытом, она могла сделать неплохую карьеру. Она была на пятнадцать лет младше Йорка, и ее жизнь еще только начиналась. Вот значит, она тоже решила поменять свою судьбу. Может все действительно складывалось лучше, чем он думал? У нее будет новая работа, у него тоже. Они осядут на Земле, а на Харм может залетят когда-нибудь лет через десять, полюбоваться на его разрастающиеся города.

Они поболтали еще немного и Йорк отключился. На связь вышел помощник Уотерса и попросил прибыть в стыковочный отсек. Там Йорка ждал транспорт, который отвез его в Башню Торговой Лиги, которая высилась большой зубчатой громадой прямо в центре Сибилы.

Отчего-то у Торговой Лиги всегда была какая-то страсть делать из своих филиалов неприступные крепости. Во многом это, конечно, сопровождалось практическими соображениями, и Альянс и Лига давно делали свои офисы в одном здании — так было удобнее для всех, но, тем не менее, Башня выглядела как крепость колдуна из древней сказки.

Прибыв на место и пройдя мимо внушительно вида охранников в желто-черной броне, у проходной, Йорка снова попросили подождать. Он уселся в просторном фойе рядом с небольшим фонтанчиком. Так как офис Торговой Лиги по совместительству был штаб-квартирой Альянса на Харме, здесь царила немного милитаристская атмосфера, а по коридору то и дело шастали люди с оружием.

Значит, где-то здесь был и Ульрих, как начальник службы безопасности «Хармленда», и скорее всего те горе-террористы Гарри и Лидия тут же, в тюремных камерах. Йорк им не сочувствовал, но все же надеялся, что их не казнят. Времена уже были не те, кровь не лилась рекой. У этих ребят есть шанс начать новую жизнь через несколько лет, если они раскаются в содеянном.

— Опять просиживаешь штаны, когда другие работают? — над Йорком нависла чья-то большая фигура.

— Что б мне провалиться! — воскликнул Йорк, отбросив в сторону журнал, — это ж, мать его, Тонни Бэйкер, гроза всех мятежников от Марса до Таргора! А я думал, тебя уже пристрелили, в силу возраста!

— Пытались, но у них не вышло, — Бэйкер широко улыбнулся и обнял Йорка.

Он был все такой же, как раньше, с чуть хитрой ухмылкой и ясными глазами. Йорк помнил Бэйкера почти всю свою жизнь, они вместе учились еще в Академии, затем стажировались часто на одних кораблях. Бэйкер стал капитаном на полгода раньше Йорка и не упускал случая об этом напомнить. А потом была война, где они после обороны станции «Протей» разошлись в разные части Галактики. Бэйкера отправили за Маяк РО-108, а Йорк в составе флота постепенно продвигался к Раму — главной планете Новака. Они так ни разу и не участвовали ни в одном сражении вместе, кроме того самого первого.

В те первые дни еще мало кто понимал что происходит. Командование находилось в шоке от того, что флот адмирала Новака, который был по факту подчинен Альянсу, вдруг вылез, из Маяка возле Марса и в кротчайшие сроки достиг «Протея». Адмирал очень долго водил за нос все командование, объясняя свои действия учениями, скоординированными с руководством Академии и научным центром Лиги, которые находились на «Протее». И когда уже прозвучали первые выстрелы, отступать было некуда. На оборону станции были брошены все силы, которыми тогда располагал Марс, но их было немного. Адмирал Хоуп с небольшим флотом, куча юнцов, только что закончивших Академию, и более-менее опытные инструкторы и капитаны, в числе которых были Бэйкер и Йорк.

Чарли до сих пор помнил, как Хоуп сказал ему явиться в штаб и ждать дальнейших инструкций. А потом началась бойня. Тот ужас, который он выкинул из памяти сразу, как флот Новака решил бросить свою затею и двигаться дальше к Земле. Йорку тогда было всего двадцать девять, но он успел кое-чего повидать и участвовать в нескольких боевых стычках с космическими пиратами. Но у «Протея» начался настоящий ад. И Бэйкер был рядом — верный товарищ, который к тому же выжил.

— Значит, ты теперь стал цепным псом Торговой Лиги? — спросил Йорк, — а как же твои разговоры о том, что этих поганых капиталистов самих надо перевешать, если Союз до них не доберется?

— Перевешаем еще, — кивнул Бэйкер, — но, не сразу. А пока я занимаюсь тем, что выкачиваю из них деньги, зарплатой в качестве консультанта. Тоже своего рода подрывная деятельность.

— Так ты работаешь на Уотерса?

— Да, — сказал Бэйкер, — на Уотерса и «Хармленд». Отдел спецпроектов. Твой груз на «Баджере» — моя ответственность. Здесь не только происходит добыча полезных ископаемых. По всей планете уже несколько лет работают большие научные институты. Биотехнологии, инженерия, прочая хрень, компания всерьез решила занять лидирующие позиции в Галактике в ближайшее десятилетие. Подозреваю, твой парень Мартинас потому и хотел насолить.

— Вы что-то узнали? — спросил Йорк, — допросили тех двоих?

— Пока нет, но скоро, — вздохнул Бэйкер, — Чарли, там много всякого дерьма, не надо тебе в него лезть. Пойдем к Уотерсу, нам нужно провести твой допрос для протокола. Возможно, это займет много времени, извини, с этим ничего не могу поделать. Но могу потом сводить тебя в один неплохой бар, я угощаю.

— Конечно угощаешь, — усмехнулся Йорк, — ты мне еще должен за то, что я спас твою задницу и корабль тогда, во время стажировки.

— Разве такое забудешь, — буркнул Бэйкер, и они двинулись по коридору в сторону офиса Уотерса.

Кабинет управляющего Уотерса был просторным помещением, украшенным разными картинами современного искусства — похоже, на Харме работали лучшие дизайнеры Лиги. В кабинете Управляющего хотелось расслабиться и пропустить стаканчик-другой. За массивным столом из настоящего дерева сидел сам Дэнис Уотерс — невысокий лысоватый мужчина в пиджаке. Возле двери стоял охранник в форме Альянса, но со значком Торговой Лиги на груди.

— Капитан! — воскликнул Уотерс, не вставая, — рад встрече! Присаживайтесь, хотите что-нибудь выпить?

— Пожалуй, нет, — ответил Йорк, садясь на один из двух стульев, а Бэйкер так и остался стоять рядом с дверью, — хотел бы покончить со всем как можно скорее, если вы не против? Сегодня мне должны дать новый корабль, и я отчалю на Землю.

— Понимаю, — кивнул Уотерс, улыбнувшись, — тогда давайте сразу к делу. Расскажите мне своими словами, что произошло на «Баджере»?

Йорк снова пересказал события вторжения, начиная с самого раннего утра, стараясь не упускать ни одной детали. Уотерс несколько раз переспрашивал какие-то моменты, пока речь не зашла о Мартинасе.

— Капитан, вы сразу узнали Рикардо Мартинаса, как увидели?

— Так точно, — кивнул Йорк, — он был сержантом на моем корабле «Борг».

— Акронис, помню эту историю, страшная жуть! — кивнул Уотерс, — вы спасли тогда много жизней. Но почему вы запомнили именно Мартинаса, ведь, насколько я помню, за те несколько дней, что вы держали оборону на планете, в живых с вашего корабля осталось не менее двухсот человек. Почему вы запомнили именно его?

— Сто пятьдесят три, — поправил Йорк, — это просто. Как вы могли прочитать, наверное, в моих отчетах времен войны, ситуация в тот момент была совершенно критичной. Мы держали оборону сначала на дальних рубежах, расстреливая боезапас корабля. Но это была временная мера, я и мастер-сержант Корман понимали, что в итоге бой переместится на сам корабль, и нужно будет держать оборону внутри. Что собственно и произошло.

Я, мой офицер связи, помощник, и около десяти человек, включая Мартинаса, были во вспомогательной навигационной будке и координировали действия Кормана и других людей. Тогда Мартинас проявил себя как настоящий герой и отличный стрелок, десантники СГС ворвались к нам в надежде добраться до капитана и разрушить скоординированную оборону. Если бы не Мартинас, возможно, я бы погиб. Он несколько раз спасал меня. Поэтому сержанта я запомнил очень хорошо.

— Вы знали, что он служил под вашим началом и на других кораблях до этого?

— На момент сражения на Акронисе, нет, не знал. Уже потом, когда его перевели в другое подразделение, и мы общались какое-то время, я узнал, что он был капралом в моем подчинении на «Гуань Дао».

— А после окончания войны вы поддерживали общение?

— Потом, нет. Недолго мы переписывались, но через какое-то время Мартинас перестал отвечать на мои письма, и наше общение прекратилось.

Уотерс замолчал, Йорку не нравилось, куда клонит управляющий, и он нахмурился.

— Тонни, какого черта происходит? — Йорк повернулся к Бэйкеру, тот стоял у дверей с невозмутимым видом.

— Расслабься, Чарли, — сказал Бэйкер, — мы должны все проверить, сам понимаешь. Мартинас был в розыске уже четыре года, он не обычный космический пират, а особо опасный преступник и террорист. За ним куча трупов, как и за его дружками.

— Отлично, могу поздравить вас с тем, что его больше нет, — процедил Йорк.

— Капитан, Мартинас сказал вам, что он возглавляет одну из центральных ячеек СГС в этом секторе Галактики? — продолжил расспросы Уотерс, по-прежнему немного улыбаясь.

— Нет, не сказал, — ответил Йорк, повернувшись к управляющему, — он вообще особо мне ничего не сказал, так как находился на термальной стадии анабиозного синдрома.

— Капитан, — Уотерс повысил голос, — что конкретно вам говорил Мартинас, — дословно!

— Я не помню что именно, — ответил Йорк, — он был очень слаб, — говорил о какой-то несправедливости, о грузе колонистов, которые на самом деле были элитными военными. Что-то про проект «Возрождение», я все это указал в отчете!

Уотерс снова замолчал. Йорку начинали действовать на нервы эти длительные паузы. Уотерс и Бэйкер словно ждали чего-то и прикидывали, что им делать, это ужасно раздражало.

— Эй, что собственно вы хотите знать?

— Капитан, просто отвечайте на вопросы! — в голосе Уотерса стали слышны металлические нотки, хотя голос он не повышал. Словно рубил слова, и Йорк стал думать о том, что все это какой-то спектакль, никто не собирался отпускать его сегодня обратно на Землю.

— Вы знаете тех людей, что были с Мартинасом? — спросил Уотерс.

— Как уже говорил, нет не знаю, — ответил Йорк, — раньше не встречал, в баре не сидел.

— Капитан, они тоже служили под вашим началом, — сказал Уотерс.

Йорк немного опешил.

— Вот как? Ну, вы сами понимаете, у меня было много подчиненных во время войны, я не могу помнить всех!

— Конечно, — Уотерс кивнул и достал две толстых папки, — Гарри Рикер, рядовой служил у вас на «Гуань Дао», «Борге», потом на «Гелиосе». То есть, был под вашим командованием от начала и до конца войны. Лидия Ким, инженер по компьютерным сетям — тот же «Гуань Дао», «Борг», «Гелиос». То есть, все трое были с вами на Акронисе. И вы их не запомнили? Рикер получил свой шрам, защищая ваш корабль, капитан!

Лицо Йорка дернулось, и это не осталось незамеченным для Уотерса. Теперь жизнь, похоже, здорово усложнилась в одночасье. Кто был тот парень Гарри? Может один из тех, кто стоял рядом тогда с Деккером? Йорк мучительно пытался вспомнить, в наушнике тогда еще кто-то кричал «Мое лицо! Господи!» Это что был Рикер? Или нет? Невероятно!

Солдат, стоявший у двери, осторожно приблизился сзади и, выхватив парализатор, выпустил луч в капитана Йорка. Йорк среагировал раньше, чем понял что делает. Перевернувшись в сторону, он схватил со стола Уотерса тяжелую пепельницу и запустил солдату в лицо. Солдат заорал и, выронив парализатор, схватился за окровавленный нос.

Луч парализатора прошел мимо, но задел левую руку Йорка. Если бы она не была из металла, капитан бы мгновенно скрючился на полу в конвульсиях. Через тело все равно прошла дрожь, судороги были не из приятных. Однако Йорк, хоть и не смог устоять на ногах и упал рядом со столом Уотерса, все же не лишился сознания.

— Твою мать! — заорал Уотерс, выхватывая из ящика стола блестящий пистолет, — хватайте его, скорее!

Бэйкер уже был рядом, его лицо перекосила гримаса злобы, а рука выхватила парализатор из кобуры. Но, Йорк оказался быстрее и со всей силы приложил Бэйкера ногой по щиколоткам. Тот вскрикнул и рухнул на пол, выпустив заряд парализатора в потолок.

Раздался выстрел пистолета Уотерса, и пуля угодила рядом с головой Йорка, разбив дорогой деревянный паркет в щепки. Не обращая на это внимания, Йорк с трудом сжал левую руку в кулак, и со всей силы заехал лежащему на полу Бэйкеру по голове, одновременно выхватывая у того парализатор из ослабевшей ладони. В это время раздался второй выстрел, Уотерс похоже всерьез намеревался застрелить капитана, с которым еще минуту назад вполне доброжелательно общался. Пуля угодила Бэйкеру прямо в грудь и тот, вскрикнув, начал захлебываться кровью.

Перехватив парализатор, Йорк выстрелил в Уотерса, управляющего компании «Хармленд» мгновенно отбросило к стене мощным импульсом. Уотерс повалился на пол и задергался, словно в припадке. С трудом сообразив, что времени расслабляться нет, Йорк перевел парализатор на солдата. И вовремя! Тот как раз доставал свой боевой бластер, пытаясь, получше прицелиться из-за залитого кровью лица.

Йорк выстрелил в солдата, и тот, согнувшись, упал на пол, не в силах двигаться. Через несколько секунд он был без сознания, а тело еще какое-то время билось, словно под электрическим разрядом.

Все происходящее заняло не больше десяти секунд. Пытаясь понять, что сейчас только что произошло, Йорк поднялся на ноги и оперся на дорогой деревянный стол Уотерса. Импульс парализатора, который угодил в протез капитана, еще не прошел, тело слушалось плохо, голова гудела, как после очень большой пьянки.

— Какого хрена, — прохрипел Йорк, оглядывая два бездыханных тела в разных концах кабинета. Взгляд его задержался на Бэйкере, который тяжело дышал и бессильно хватался руками за деревянные доски пола. Бэйкер пытался поднять голову, но у него ничего не выходило.

— Тонни! — пробормотал Йорк рухнув рядом с Бэйкером, — лежи, не двигайся, здесь наверное есть аптечка!

— Оставь, — прохрипел Бэйкер, выплевывая кровь, — дерьмовая Торговая Лига, зря я к ним сунулся после войны! Все они выродки.

Он тяжело хрипел, и с каждой секундой кровавое пятно на его кителе становилось все больше, а лицо бледнело. Бэйкер повернул голову и посмотрел прямо на Йорка.

— Слушай, это важно, Чарли! Мы не собирались тебя отпускать, — сказал Бэйкер, — ты должен был оказаться внизу вместе с теми двумя. Это все Ульрих затеял.

— Какого черта, — пробормотал Йорк, — зачем это делать? Я сказал все что знаю, вы, что тут с ума все посходили!?

— Уотерсу было все равно, — Бэйкер слабо махнул головой, — слишком много допущений не в твою пользу, Чарли. Мартинас знал многое, он работал на нас, пока не исчез год назад. Он был двойным агентом Новака. Нельзя допускать никакой утечки. Твой новый корабль с грузом руды должен был пропасть по пути на Землю, и официально ты вместе с ним.

Йорк замолчал, оглядываясь по сторонам. Вся жизнь рушилась на глазах. Он старательно пытался задавить ужас, который постепенно лишал его возможности рационально мыслить.

— Это все проекты, что готовят на Харме, — прохрипел Бэйкер, — слишком многое поставлено на карту. «Хармленд», Торговая Лига они пойдут на любые жертвы. Прости, Чарли, тебе очень не повезло.

Бэйкер замолчал и сделал последний выдох, его остекленевшие глаза уставились в потолок. Наступила полнейшая тишина — звукоизолированный кабинет Уотерса отлично работал. Только кровь пульсировала в висках Йорка, и он все никак не мог отдышаться.

Наконец заставив себя встать, он огляделся по сторонам и сел на стол Уотерса.

Варианты дальнейшего развития событий мелькали в голове Йорка со страшной скоростью, и ни один из них не сулил ничего хорошего. Можно было бы позвать охрану, сдаться и попытаться все объяснить. Но, наверное, это был самый хреновый из возможных вариантов. Теперь, когда Бэйкер мертв, Йорка вряд ли стали бы слушать, а судя по всему, полковник Ульрих, этот отставной гаденыш ТПА, так ловко косивший под нормального парня, был из тех, кто добивается своего любой ценой. Как там сказал Бэйкер? Корабль с грузом не должен был долететь до Земли? Ульрих, вот же чертов ублюдок, а еще распинался о роли Альянса и Лиги в войне!

По телу Йорка прошел холод. Значит, от него хотели избавиться, вытянув до этого пытками все, что он мог знать или не знать, а всему виной этот гребаный Мартинас, и то, что он был как-то связан и с СГС и с Торговой Лигой одновременно? Двойной агент, правильно? Переметнувшийся на службу врага? Значит, он был какой-то важной фигурой.

На Харме творилась какая-то черная дичь. Если Уотерс с такой легкостью был готов пусть в расход отставного капитана, героя войны, можно было предположить, что он не собирается менять свои планы, когда придет в себя. Что же они тут собирались делать? Проект «Возрождение», глупая легенда, которая теперь влияла на жизнь Йорка. Нужно было действовать, и быстро, неизвестно, сколько солдат могло быть за дверью. Надо было уходить, но как? Уотерс и Бэйкер хотели избавиться от него по-тихому, и, возможно, не объявляли всеобщей тревоги. Но на проходной, через которую Йорк прибыл в главный офис Торговой Лиги на Харме, должны быть еще люди Уотерса, которые посвящены в суть дела, и знают, что Йорка нельзя выпускать.

И им ни в коем случае нельзя попадаться на глаза. Нужно было уходить через другие выходы. Но где они? Здание было огромным, и Йорк не имел ни малейшего представления как оно устроено. Может, в глубине помещений на первом этаже есть черный ход или ангар для личных транспортников Лиги?

Йорк тряхнул своим протезом. Рука была исправна, но все остальное тело все еще было каким-то вялым — результат действия парализатора. Йорк пошарил в карманах и достал свой коммуникатор. Бросил на пол, теперь по нему можно было отследить его местоположение. Рядом в кармане он нащупал небольшой брусок — бортовой компьютер, который ему выдали в рейс на «Баджере» — он должен был сдать его при получении нового корабля в офисе «Серинити». В компьютере все еще должна была быть автономная версия Ири, ее было сложнее отследить, чем какое-то переговорное устройство, ну, по крайней мере, Йорку хотелось на это надеяться. Он включил компьютер, и подключил наушник.

— Привет, капитан, — раздался знакомый голос Ири, — как ваши дела?

— Не очень, дорогая, — сказал Йорк, подбирая парализатор из рук бездыханного солдата на полу, — расскажи про свои автономные протоколы? Ты соединена с бортовым компьютером «Баджера» в данный момент?

— Нет, — ответила Ири, — как только мы прибыли на Харм, я работаю автономно, но могу помочь вам с решением возникших вопросов. Вам нужно помочь найти офис «Серинити», капитан? Пожалуйста, сдайте свой бортовой компьютер до следующего дня и получите новые путевые листы и новый бортовой компьютер.

— Чуть позже, — сказал Йорк, — сейчас я хочу чтобы ты делала что я тебе скажу. Понимаешь, где мы находимся?

— Центральный офис Торговой Лиги на Сибиле, кабинет управляющего Дэниса Уотерса.

— Мне нужно выбраться отсюда как можно более незаметно, скажи куда идти?

— Хорошо, — сказала Ири, — покиньте кабинет и спуститесь на лифте на первый этаж. Затем налево в коридор 14, затем по лестнице до минус-первого этажа.

Йорк глубоко вдохнул, и, открыв двери, вышел из кабинета Уотерса. В коридоре было пусто. Он медленно прошел до лифта и нажал кнопку вызова. Прождал казалось целую вечность. Двери лифта, наконец, открылись и оттуда вышли человек в штатском и солдат охраны Лиги. Не обратив ни малейшего внимания на Йорка, оба пошли в противоположную от кабинета Уотерса сторону, оживленно беседуя.

Как и предполагал Йорк, о том, что задумал Уотерс и Бэйкер здесь мало кто догадывался. Если вообще догадывался. Может, это вообще была лишь их самодеятельность? Кто еще был с ними связан? Ульрих? Другое руководство «Хармленда»? Кто еще? Альянс в курсе, что тут происходит? Много вопросов, на которые не было ответов, и искать их сейчас было бы чистым безумием.

— Капитан вы в порядке? — спросила Ири, — у вас учащённый пульс, и есть некая слабость в движениях. Вам нужна помощь врача?

— Нет, — чуть не крикнул Йорк, — просто делай то, что я скажу, и не пытайся отправлять какую-либо информацию в «Серинити», договорились?

— Как скажите, но если вам станет хуже, я не буду вас слушать.

— Хорошо, — мрачно кивнул Йорк и вышел из лифта. Следуя направлению, которое указывала Ири, он миновал несколько длинных коридоров, спустился по лестнице. Завернул за угол, и чуть лоб в лоб не столкнулся с полковником Ульрихом.

— Спокойно, — тихо сказал Йорк, выхватив парализатор и приставив его к животу полковника, — вы же не хотите проверить выдержит ли ваше сердце, если я выстрелю три раза подряд? Не надо поднимать шум.

Ульрих спокойно смотрел на Йорка, не двигаясь.

— Давайте сюда, — оглядевшись, Йорк толкнул Ульриха к ближайшей двери. Это оказалась небольшая камера допроса.

— Я говорил Уотерсу, что ты тоже в этом замешан, капитан — сказал Ульрих когда дверь за ним закрылось, — вижу, что не ошибся!

— Да? — Йорк нервно толкнул Ульриха к стене и жестом показал поднять руки, — хотел бы я узнать только, в чем именно?

— Все трое были в твоей команде, — сказал Ульрих, — я не верю в такие совпадения. Ты хотел сломать капсулу ученого Кравича, затем провезти всех троих незаметно на Харм, а когда не вышло, попытался сделать вид, что они действовали самостоятельно. Мартинас вышел на тебя сразу как решил играть против нас и получил указания от СГС завербовать капитана Йорка как опытного спеца. Вижу, у него все получилось!

— Странный план, полковник, не находишь? — сказал Йорк, скрипя зубами, — учитывая тот факт, что я доставил вам двух террористов живыми!

— Я понимаю тебя, то дерьмо на Акронисе сломало многих. Не твоя вина, что ты там оказался. Это все ошибка командования.

— Заткнись, Ульрих, даже не пытайся тут опять разводить свои длинные речи, про экономику и космос! Ни хрена ты не понимаешь в настоящей войне, крыса штабная!

Йорк злобно посмотрел на полковника, борясь с желанием всадить ему заряд парализатора прямо в глаз. Почему-то Йорку казалось, что именно Ульрих был инициатором этого параноидального плана с устранением Йорка. Гребаная Тайная Полиция, предпочитают устранять людей, а потом уже разбираться в том, где и чья вина была.

Нет, Йорк повидал таких как Ульрих достаточно, еще перед войной. Постоянная шпиономания, с выявлением предателей и попытка объяснить все, даже самое обычное раздолбайство в армии, происками врага. Ульрих совсем оторвался от реальности за годы войны и теперь действовал по доступному лишь для одного его понимания сценарию.

— Я расскажу, что вы тут устроили! — процедил Йорк, — свяжусь с Альянсом, и тебя с Уотерсом повесят как собак, за попытку убийства капитана флота! И за то непонятное дерьмо, которое вы тут затеваете!

— Советую сдаться, — сказал Ульрих, — Альянс в курсе того, что тут происходит. Думаешь, я бы получил разрешение на свои действия только у одной Торговой Лиги? Подумай хорошенько, Йорк, все кончено. Я связывался с Альянсом, как только ты передал нам сообщение с «Баджера», они дали добро на твой арест и допрос формы Х. У тебя нет друзей.

— Вот как? — сказал Йорк, — тогда очень странно, что мой корабль должен был исчезнуть по пути на Землю.

По лицу Ульриха прошла гримаса злобы, полковник сжал кулаки, но отступил, когда Йорк ткнул в него парализатором.

— Мы немного поговорили с Бэйкером, он мне много чего еще сообщил, — сказал Йорк.

Расчет оказался верным — Ульрих явно не ожидал такой осведомленности Йорка и немного растерялся.

— Тебе все равно не улететь с Харма, — процедил полковник, — давай договоримся?

— Не надо, — Йорк выстрелил Ульриху в грудь. Полковник отлетел к стене и упал на металлический пол. Удивительно, но его не вырубило сразу. Ульрих был в сознании еще несколько секунд, хотя все его тело дергалось.

— Капитан! — прохрипел он, — я доберусь до тебя!

Йорк выстрелил еще раз для верности. Почему-то ему было совершенно плевать, как два выстрела из парализатора скажутся на здоровье бывшего полковника Тайной Полиции Альянса.

— Неплохой спектакль, — услышал Йорк за спиной.

Он резко обернулся, выставляя перед собой оружие. В углу камеры допроса Йорк только сейчас заметил еще одного человека, прикованного к стулу.

Это была Лидия Ким, одна из тех, кого Йорк так неудачно встретил на «Баджере».

— Думаешь я поверю? — зло прошипела девушка, когда Йорк приблизился к ней, — этот ублюдок режет меня и обещает вернуться! И тут входишь ты! Что дальше, капитан? Убежим вместе с Харма на прекрасном военном корабле, и я должна привести тебя к нашим?

Она расхохоталась, а Йорк как во сне, подойдя поближе, заметил на лице и руках Лидии кровавые ссадины и порезы. Допрос, судя по всему, уже начался, но проходил пока еще в легкой форме и вел его, наверное, сам Ульрих. Вот же гребаный садист!

Оглядевшись по сторонам, Йорк заметил на небольшом столе подготовленные ампулы с лекарствами. Невероятно, Ульрих собирался применять тяжелую военную химию!

Крайне мерзкая штука, чреватая последующей смертью допрашиваемого. Ее применяли во время войны, и даже тогда возникало много вопросов о целесообразности такого метода. Слишком много мучений и почти всегда летальный результат для того, кого допрашивают.

Уже в середине войны, несмотря на все ужасы, творившиеся в Галактике, использование военной химии для допроса было прекращено и признано тяжким военным преступлением. Все запасы с химикатами и лекарствами были изъяты и помещены под строгий надзор. Новак, к слову говоря, военную химию никогда не использовал, хотя Альянс старательно и искал хоть какие-то этому доказательства.

Журналисты же хватались за каждый такой случай и делали из него настоящую сенсацию о кровавых палачах Альянса. Оно и понятно, метод был действительно отвратительный и мало оправдан даже в военное время. Уотерсу и его компании конец — это была стопроцентная дорога на виселицу, если Йорк сможет об этом рассказать.

— Ты служила под моим началом, — пробормотал Йорк приблизившись к Лидии, — ты и тот второй парень, Гарри!

— Да, черт возьми! — крикнула Лидия, — мы верили тебе! Мы шли за тобой, потому, что верили. Тогда на Акронисе! Все это полная куча дерьма! Все ложь, мы сражались за убийц, и сами ими были!

— Все не так, — Йорк тряхнул головой, — это война, тебе не хуже меня известно! Война это всегда кровь…

Он замолчал. Чем он сейчас занимался? Нет времени разглагольствовать про ужасы войны. Все что это несчастная могла ему поведать, Йорк знал не хуже нее. И видел уж точно побольше. Нужно было уходить, Ульрих и так задержал его слишком долго.

— Ири, ты меня слышишь, — спросил Йорк, направляясь к выходу из комнаты допроса, — ты тут?

— Да, капитан, обо всех ваших действиях я доложу руководству Торговой Лиги, как только мы выберемся отсюда. Боюсь, вас ждет суд.

— Доложи, — согласился Йорк, — но потом. Сейчас выведи меня отсюда.

— Выход уже недалеко, прямо по коридору. Я вижу, что вы нарушили несколько законов Альянса, кодекс Торговой Лиги и местный кодекс планеты Харм. Я сообщу о ваших действиях, как только вы покинете здание.

— Да-да, понял уже! — Йорк остановился и обернулся к Лидии.

Терять ему было особо нечего, поэтому оставлять девушку здесь, учитывая ее дальнейшие перспективы, ему как-то совсем не хотелось.

Он подошел к столу и взял лежащие на нем ключи от оков. Расстегнул тяжелые наручники, затем снял кожаные ремни удерживающие Лидию в жестко зафиксированном положении.

— Ты пойдешь со мной, — сказал Йорк, — и без разговоров.

— Хрен тебе! — крикнула Лидия, попытавшись ударить Йорка по голове. Он перехватил ее руку и сильно сжал.

— Послушай меня! — крикнул он, глядя прямо на Лидию, — ты видишь, что они собирались тебе колоть? Парнатезин, карамид, а особенно эта штука — А-12, знаешь, что это такое? По глазам вижу, что знаешь! Нет нужды в каких-то сложных планах с побегом, они бы и так получили от тебя всю информацию через пару дней, а потом выбросили бы твой разорванный изнутри этим ядом труп где-то за городом! Включай голову, Лидия! Я не хочу, чтобы кто-то подвергался таким пыткам, но если ты не заткнешься, я оставлю тебя здесь!

Она замолчала, до Лидии немного доходила суть того что говорил Йорк.

— Что тебе нужно? — спросила она, — за то, что ты мне поможешь?

— Информация, — сказал Йорк, — ты сама все расскажешь! Сначала мне, а потом Альянсу, когда я с ними свяжусь, и скажу, что тут происходит. Тебя никто не отпустит, но я гарантирую, что с тобой ничего не случится!

Она замолчала, явно понимая что ситуация для нее совершенно безвыходная. Это было действительно так, но Лидия не хотела никого предавать, и Йорк тоже это понимал.

Наконец она кивнула, и он развязал оставшиеся ремни. Йорк понимал, что она задумала. Так же как и он, сейчас главной своей целью она видела выбраться из здания Торговой Лиги, затеряться где-то на окраинах Сибилы. А там видно будет. Возможно, получится выгадать момент, и, всадив пулю в грудь Йорка, раствориться в неизвестном направлении. Йорк все прекрасно понимал, но пока им было выгодно действовать заодно.

Они вышли в коридор, и, слава богу, там не было ни единой живой души. Пройдя по коридору, они оказались в большом грузовом ангаре Лиги. Где-то вдалеке рабочие разгружали огромный транспортник, какие-то люди сновали возле погрузчика и, занимаясь своим делом, не обратили на Йорка и Лидию никакого внимания.

Они вдвоем прошли к ближайшему глайдеру и залезли внутрь.

— Ири, поднимай нас в воздух, держи курс за черту города, выбирай самые узкие улицы.

— Капитан что вы делаете? — спросила Ири, — это не ваш транспорт!

— Согласно директиве восемь, пункт два, действующий капитан Торговой Лиги или дочерней компании имеет право пользоваться служебным транспортом без уведомления, если таковой транспорт ему необходим, — сразу же выдал Йорк, — это служебная поездка! Отправь потом глайдер обратно.

— Хорошо, капитан, — сказала Ири, и они поднялись в воздух. Йорк не отрываясь смотрел в сторону ангара, но ни один человек не обратил внимание на взлетающий глайдер, потому что вокруг взлетали и садились десятки таких же.

Йорк смотрел, как здание Торговой Лиги, эта огромная зубчатая башня, постепенно растворяется позади. Глайдер нес их к черте города, там, где будет сложно искать. Там, где уже начиналась бескрайняя красная пустыня Харма.

— Твою мать, — выругался Йорк вспомнив, что Бэйкер сейчас лежит мертвый где-то там в Башне, — что же ты наделал, Тонни!

Глава 4. Штурм "Протея"

Он вспомнил лицо Бэйкера. Как же все это могло закончиться так нелепо? Пуля из пистолета тупого жадного мудака из торговой компании, на отдаленной планетке. Йорк был в ярости. Он бессильно сжал кулаки.

— Это все потому, Чарли, что ты зануда и не умеешь отдыхать! — сказал Тонни, наливая себе очередную порцию рома в стакан.

— Не налегай на выпивку, приятель, — нахмурился Чарли, — еще не хватало чтобы Хоуп сегодня вызвал нас и спалил, что ты нажрался, как последняя свинья!

— Не указывай мне, что делать! — гаркнул Бэйкер, — я такой же капитан как и ты, в моей подчинении между прочим боевой корабль, понял меня?!

— Ладно-ладно, угомонись, — сказал Йорк, оглядывая бар Торговой Лиги, «Сияние», куда они забрели около часа назад.

«Протей» славился не только научными центрами Лиги, и не только самым главным корпусом Академии Альянса, где тренировались лучшие из всех, кто проходил предварительный отбор на марсианской базе, но также огромной кучей мест для развлечения.

В том числе баров, клубов, магазинов и дорогих ресторанов. Предприимчивые люди уже давно поняли потенциал «Протея» рядом с которым проходят крупные торговые артерии, и сделали из станции настоящий оазис. Примечательно, что многие желающие хорошо провести время и прилетающие из более отдаленных уголков космоса в Солнечную Систему, кроме «Протея» больше никуда и не заглядывали. Удивительно, они даже не посещали терраформированный Марс который, вон же, был прямо за окном базы, и до которого можно было добраться за несколько часов на обычном транспортнике.

Йорк по инерции чокнулся с Бэйкером, который налил себе чуть ли не целый стакан, и, поморщившись, выпил тепленький ром. А вот пойло Тонни выбирать не умел, лучше уж взял бы хороший виски, коль у него сегодня такой весомый повод, как рождение первенца.

Краем глаза Йорк видел включенный монитор, по которому представитель Директората Лиги что-то пытался объяснять популярному ведущему Солерсу. Очевидно, речь опять была про Новака и его непомерно обширную в последние месяцы деятельность. Солерс звал к себе в программу довольно высокопоставленных людей, потому что был мировой звездой, его смотрели в разных уголках Галактики, и к его мнению прислушивались.

Йорку не нравилось то, что происходило последнее время. Его, Бэйкера и почти всех их друзей-выпускников Академии прошлых лет сейчас срочно перебрасывали в разные системы, и было ощущение, что командование Альянса готовится к чему-то крупному. Не нужно было быть адмиралом, чтобы понять, что такие маневры не сулили ничего хорошего. Уже почти год как адмирал Новак открыто призывал планеты выходить из подчинения и договоров Лиги в одностороннем порядке и вступать в Свободный Галактический Союз, объединение обещающее покончить с бесконечной гонкой за созданием новых ненужных Маяков и сосредоточится на развитии уже имеющихся планет.

— О, гляди, мудилы из Тайной Полиции, — пролепетал Бэйкер, косясь на двух парней которые спокойно ужинали за столом, недалеко от стойки, — ну что, инквизиторы хреновы, много тут наловили злодеев? А? К вам обращаюсь!

Парни делали вид, что не слышат, но видно было, что пьяные вопли Бэйкера их напрягали. Если так дело пойдет и дальше, Тонни мог доораться до того, что их с Йорком просто вышвырнут куда подальше. Ну, да, так и есть, все-таки бармен решил подойти и сделать внушение.

— Ребята, вам может уже хватит? — сказал он, Бэйкер уже практически висел на барной стойке, хватаясь за край, — шли бы вы отсюда, прогуляться!

— А ты мне не указывай! — прорычал Бэйкер, — у меня сегодня праздник вообще-то, родилась дочь!

— Я тебя уже два раза поздравил, Тонни, — ответил бармен, — капитан Йорк, пожалуйста, свалите нахрен с вашим новоявленным папашей, будьте людьми!

— Да Фил, прости, уже уходим, — Йорк кое-как стащил упирающееся тело Бэйкера с барного стула и они нетвердой походкой двинулись к выходу, ловя на себе недовольные взгляды посетителей «Сияние».

Чуть ранее Тонни пригласил Йорка отметить рождение его дочери, и они могли бы неплохо пройтись по кабакам близ Академии. Но Бэйкер стал упираться, мотивируя это тем, что на «Протее», этой огромной космической станции близ Марса, есть места и получше «провонявших солдатней рыгаловок», которых, по словам Бэйкера, ему за глаза хватило за время шестилетнего обучение в Академии.

Вместе с ними еще был Джордж Серано, но он вскоре ушел, его корабль готовился к вылету. Его, как одного из капитанов третьего флота, вызвал Хоуп для проверки Первого Контура марсианского Маяка. Ходили слухи, что Новак собирается наведаться на «Протей» с делегацией, хотя об этом болтали уже несколько недель.

Бэйкер напился достаточно быстро, сказалось то, что последние полгода он работал без продыха, и не позволял себе выпить лишнего даже в свободное время. А тут такое дело — рождение дочери, которая появилась на свет ни где-нибудь, а на Земле! Редкое по нынешним меркам явление для столь разросшегося мира. Бэйкер был горд и надеялся, что дочь навсегда останется в «прекрасной колыбели человечества», и не соберется никогда в этот «вонючий гребаный космос».

— Ну, хватит уже орать! — рассердился Йорк, — давай я отведу тебя домой. — Раз Джордж свалил, возможно, нам тоже скоро предстоит к нему присоединиться и прочесывать местность у Маяка. Что-то происходит, Тонни, и я не хочу быть в стельку, когда нас вызовут со станции!

— А, херня! — пролепетал Бэйкер, — этот Новак — поехавший ублюдок со своей сектой Слюнявый Гадючный Союз, только и может что пугать людей бесконечными обращениями.

Вся гребаная Сеть забита видео с его болтовней! Лига то, Альянс это, глобальное предательство, смерть человечества под стеклянными колпаками и непомерная жадность Лиги и ее прихвостней! На месте Совета Альянса я бы давно уже заявился к нему на Рам, и выдал хороших тумаков!

Они миновали сквер с огромным трехэтажным окном, длинной более ста метров, у которого всегда было много отдыхающих. Да и сам Йорк еще много лет назад во время учебы любил тут бывать в одиночестве и глядеть в бескрайний горизонт звезд.

— Мы назвали ее Клэр, — сказал Бэйкер, — в честь моей бабушки, обычного дантиста, которая помогала людям! Просто вырывала зубы, когда у людей они болели, понимаешь?!

— Да, я помню, ты говорил, отличное имя! — сказал Йорк.

На самом деле имя ему не понравилось. Но это уже было дело Бэйкера, как называть свою дочь.

В последнем баре-ресторане «Сияние», из которого они только что вышли, Бэйкер вдруг расчувствовался и начал рассказывать, как любит свою жену, и какую карьеру лучше выбрать для дочери.

— Только не военную, — сказал Тонни, усиленно тряся головой, — я лично тогда от нее откажусь! Мой папаша был боевым командиром в системе Кита, и провел там полжизни! Можешь себе представить, как я это ненавидел? Я ничего другого кроме этих кителей с орлами-то и не видел! Сколько можно, ну скажи? И вот где я сейчас оказался, в итоге? В капитанском мундире!

— Да, наверное, — рассеяно сказал Йорк, оглядывая бар, ему было скучно с Бэйкером, он чувствовал себя неуютно от всех этих семейных рассказов.

Отец Йорка умер уже больше года назад. С тех пор они как-то мало общались с матерью, но у нее вроде все было хорошо. Она писала Чарли, но он стал редко отвечать, и она стала писать сначала реже, а потом и вовсе перестала. Когда это было последний раз? Полгода назад?

Йорк чувствовал, что может и ему стоит подумать о чем-то другом, кроме своей военной карьеры? Может, тоже завести жену и ребенка, как Бэйкер?

Но сейчас Йорк не мог понять для себя, зачем это нужно? Иногда Чарли считал, что он словно бесчувственная машина, и в таком случае, разве стоит обременять кого-то связью с таким человеком? Да и потом, он будет в космосе очень много времени. Жена будет готова таскаться с ним? Вот жена Бэйкера была не готова, хотя это не помешало им заделать дочь, которая теперь будет расти на Земле.

— Не знаю, Тонни, — пробормотал Йорк, — я вообще не уверен, что хочу создавать семью. Может, это не мое.

— Зануда ты! — расхохотался Бэйкер прикладываясь к почти допитой бутылке рома, которую захватил из бара, — как есть, зануда!

Йорк дотащил Бэйкера до его квартиры и швырнул за дверь. Пошел прочь, слыша, как тот орет пьяные песни в пустой квартире. Йорк очень надеялся, что Тонни выпьет еще стакан и просто отрубится где-нибудь на кровати. Не хотелось бы, чтоб его дочь росла сиротой из-за того, что папаша на радостях от ее рождения допился до смертельного токсикоза.

Размышляя обо всем этом, вернувшись к себе в квартиру, Йорк даже решил набрать Рэйчел, спросить как у нее дела, но в последний момент передумал и отшвырнул коммуникатор на кресло. Хватит! Звонить бывшим сейчас точно было не самая лучшая идея.

Он лег на кровать, как был, не раздеваясь, и сам не понял, как уснул.

Его разбудил звонок, и Йорк, очнувшись, вдруг подумал, что это Рэйчел сама решила позвонить ему, словно почувствовала, что он про нее думал. Нет, это была Дана, как всегда собранная и четкая, как положено первому помощнику.

— Чарли! Хоуп объявляет срочный сбор, — сказала Дана, — я узнала минут десять назад. Он, наверное, будет звонить тебе, думала, захочешь подготовиться после посиделок с капитаном Бэйкером.

— Спасибо, — пробормотал Йорк, протирая глаза, — а что случилось?

— Не знаю, капитан, — Йорк вдруг понял, что Дана напугана, — я пытаюсь получить информацию, но это не мой уровень. Думаю, вам скоро все сообщат. Будут какие-то указания?

Йорк сел на кровати и нахмурился.

— Собери команду и готовьте корабль, — сказал он, — если кто начнет бухтеть, особенно Стэнли Карсон, вали все на меня. И будь на связи со мной!

— Вас поняла, сэр, — Дана отключилась, а Йорк, встав с кровати, полез в дальней угол тумбочки и выгреб оттуда капсулу с анексидом. За хранение этой дряни можно было лишиться капитанского значка, но Йорк как чувствовал, что иногда лучше перестраховаться и держать у себя нечто похожее.

Он раздавил капсулу зубами и проглотил. Затем пошел, умылся и понял, что постепенно к нему возвращается ощущение реальности и ясность ума. Словно ожидая, пока он придет в себя, тактично и осторожно, коммуникатор молчал, и вдруг, наконец, раздался звонок. На связи был Хоуп.

— Хорошо что ты не спишь, Чарли, — сказал адмирал Хоуп, — я информирую всех лично, но общий сбор скоро тоже будет. Слушай внимательно. Час назад тридцать кораблей адмирала Новака вышли в систему РО-108. Они не выходят на связь и блокируют любые попытки связаться с ними. Предположительно они двигаются в нашу сторону и скоро пройдут через Маяк в Солнечную Систему.

— Сэр, — тихо пробормотал Йорк, — это то, что я думаю, адмирал?

— Не знаю, что ты там думаешь, Чарли, да мне сейчас и не до этого. Важно чтобы ты понимал, Первый Контур со стороны Маяка РО-108 полностью лоялен СГС. То есть они пропустят их сюда. Есть данные, что Новак движется к станции «Протей», его интересуют исследовательские базы Лиги. Все, что касается Маяков и последних разработок систем терраформирования на основе иридовых блоков. Так мне сказали. У нас где-то десять часов, чтобы его встретить и спросить, в чем собственно дело? Хорошо бы это сделать с кобурой на поясе, согласен? Я говорю тебе это, потому что ты один из моих лучших капитанов. Давайте, ребята, просыпайтесь, через сорок минут мне нужно, чтобы вся моя группа была в атриуме, в штабе Альянса. Конец связи.

Хоуп отключил связь, а Йорк еще минуту сидел, переваривая в голове то, что он только что услышал.

Прошло два часа, а станция «Протей» уже закипела движением. С нее один за другим стартовали гражданские суда, потому что люди смотрели новости и видели странное движение кораблей очень беспокойного адмирала Новака в сторону Маяка у «Протея». И их видимо совсем не убеждали заявления военных о том, что Первый Контур автоматической защиты со стороны Маяка Солнечной Системы может дать отпор любому противнику.

Только что закончилось совещание Альянса, на котором Хоуп рассказывал и вводил в суть дела всех командующих боевыми кораблями. Было видно, что старик совсем не был готов к тому, что на него свалилось, но держался он отлично. А кроме него в округе не было других боевых руководителей. Адмирал Эндрюс, который уже получил приказ направить часть третьего флота к «Протею», потому что был ближе всех, должен был подойти со своими кораблями через двадцать часов, Новак явно его опережал.

Куда направлялся Новак, было более-менее понятно, вопрос заключался в том, что он собирался делать, когда долетит до станции, и как в случае чего его остановить. Альянс не привык, когда ему угрожают, особенно какие-то странные фанатики, к которым давно стали относить адмирала Новака.

Формально Новак все еще был командующий первым флотом, одним из самых уважаемых людей в Альянсе, но уже пять лет как он усиленно вел политическую войну и с Лигой и с самим Альянсом. Он создал и возглавил политическое объединение под названием Свободный Галактический Союз, которое ставило во главу угла своей программы резкое прекращение строительства Маяков и расширение полномочий колоний. А также направление всей мощи иридовых технологий на усовершенствование систем терраформирования планет, на которых было больше миллиона жителей, как приоритетной задачи для всех живущих в Галактике. Нет Куполам! Нет повторения кровавой бани, что случилась на Проуле и многих похожих на нее планетах!

У адмирала за последние годы находилось множество сторонников, он как вирус расползался со своими идеями по Галактике, его представители были и в Лиге и в Альянсе. Многие были недовольны политикой и тех и других. Но что сейчас задумал Новак, открытую войну? Йорк чувствовал, как к горлу подкатывает комок.

— Лига — это, конечно, жадное дерьмо, — пробормотал Бэйкер, когда они шли по коридору после брифинга, от Бэйкера разило перегаром, видимо анексида у Тонни под рукой не оказалось, — но этот Новак, он же конкретный психопат! Что он там делает на Раме? Рам же планета, которая под завязку забита иридом и он ее фактически купил!

Говорю тебе, Чарли, у него поехала крыша в той битве в системе Эндорас, когда его предал собственный флот. Ну, тот, капитан, как его звали?

— Капитан Фэнг Сай, — сказал Йорк, он помнил эту историю, которая случилась с одним из лучших капитанов Новака.

— Вот-вот! После того случая у Новака и сорвало крышу окончательно. А у кого бы не сорвало, когда тебе в одиночку приходится перебить своих же товарищей, и все из-за жадности и денег?

Да, Йорк припоминал капитана Сая, и то, что с ним произошло. История была крайне жуткая и печальная одновременно. Новак тогда получил большую известность, он уже был адмиралом первого флота. О нем узнал весь мир, когда он сумел предотвратить захват целой системы, который был тщательно организован его же ближайшем капитаном по имени Фэнг Сай.

Случилось так, что капитан Сай был одним из первых, кто узнал, что в системе Тау, Маяк куда был открыт всего не больше года, существуют около десятка планет, богатых залежами ванадия, берилия и множеством других редких элементов, в сумме больше чем на всех известных планетах в Галактике. И там, разумеется, был ирид, много ирида.

Сай руководил военной группой, обеспечивающей безопасность корпорациям Лиги, и тесно с ними сотрудничал. Перспективы, которые он увидел для себя в системе Тау, были ошеломительные. Заручившись поддержкой своих людей в Лиге, таких же корыстных, как и он сам, Сай решил создать нечто вроде серии подставных компаний и кое-где поджать первых колонистов, что были на Тау. Собирался объявить ее территорией своих компаний и попытаться присвоить себе. В чем бы ему, конечно, помогли его преданные люди из торговой Лиги, с которыми он обещал щедро поделиться добычей.

И у него почти получилось. На подобные махинации, которые иногда случались с какими-то планетами, возможно, и закрыли бы глаза, но куш, который собирался откусить Сай, был непомерно велик. И это бы создало прецедент для таких же наглых капитанов из Альянса в дальнейшем.

Руководство Альянса было в бешенстве. Такое поведение бросало тень на всех военных, и Новаку поручили разобраться. Он лично отправился на Тау вразумить Сая и задержать его, но оказалось, что почти все корабли, которые Новак привел с собой, были в сговоре с Фэнг Саем, они были на стороне предателя.

Новак оказался в меньшинстве, и его корабли отчаянно сражались. Основная битва произошла у самого Маяка в Эндоросе, и Новак, несмотря на то, что его корабль был уже в одиночестве, сумел одолеть Сая и приказал ему сдаться.

Обезумевший Сай расстрелял Маяк и уничтожил его и себя вместе с остатками своих кораблей. Больше пяти тысяч колонистов звездной системы Тау навсегда сгинули в Галактике. Это было невероятно и чудовищно подло, и это был первый случай за всю историю существования Маяков, когда один из них был кем-то уничтожен. Сай не мог допустить, чтобы ирид достался кому-то кроме него самого, когда все его планы рухнули. Но пойти на такое было самой невероятной гнусностью.

Конечно, Галактика была наполнена разного рода сумасшедшими и религиозными фанатиками, которые иногда пытались уничтожать Маяки. Но, во-первых, Тайная Полиция Альянса все же неплохо работала, а во-вторых, для таких случаев у Маяка всегда и создавался Первый Контур, — сеть из боевых спутников, с мощными передатчиками и системами оповещения.

Пожалуй, вопрос безопасности Маяков — это была та единственная вещь, в которой были солидарны и Лига и Альянс, и вообще все вменяемые люди. Маяки, эти исполинские конструкции, было не так-то просто уничтожить, но Саю удалось это сделать благодаря разрушению иридовых колец у самого окна перемещения.

Как бы там ни было, в том печально известном сражении Новак победил, после чего его почитали как героя. Но все эти события не прошли для него бесследно. С тех пор он стал все больше и больше высказываться о том, что если бы политика Лиги и Альянса не была направленна на бесконечное обогащение и создание все новых Маяков, такой ситуации как с капитаном Саем, возможно, никогда бы и не случилось.

Многие списывали это на стокгольмский синдром, и что Новак испытывает вину, по поводу убийства друга, но адмирал продолжал обстоятельно объяснять свою позицию, хоть и не отрицал вину Сая за уничтожении колонии на Тау, и потерю всей этой звездной системы вообще.

Новак был богатым и деятельным человеком, его семья владела огромной долей кампании «Фрам-ин», которая уже десять лет вела добычу вольфрама и никеля на отдаленной планете Рам. Через какое-то время Новак фактически купил компанию и сразу же объявил о ее реструктуризации. Все средства добытые «Фрам-ин» были пущены на проект терраформирования планеты Рам, который был запущен в кротчайшие сроки на основе последних технологий.

Такой жест не остался незамеченным. Прежде всего, жителями Рама, а это на секундочку, около миллиона человек, живущих под теми самыми злосчастными Биокуполами в нескольких огромных горнодобывающих городах. Жители Рама моментально встали на сторону Новака, и всячески способствовали дальнейшему укреплению его власти на планете и развитию его новых научных проектов. Новак создал исследовательский институт по изучению технологии Маяков, и хоть Лига не делилась ни с кем своими исследованиями, проводить свои исследования Новаку никто запретить не мог.

Вдобавок это вызвало новые дискуссии об истинных ценностях, которые проповедовала Лига. На словах она стремилась к благу людей, а по факту вводила чудовищные налоги на кислород и не спешила терраформировать планеты. Те законы и нововведения, которые были когда-то приняты после трагедии на Проуле, были уже явно недостаточными. На их фоне действия Новака выглядели по-настоящему реформаторскими и человечными. А самое главное — Новак убедительно показал постоянным вложениям средств в проекты терраформирования других, ничем ему не обязанных планет, что за его действиями нет каких-то скрытых мотивов к обогащению.

Адмирал высказался по этому поводу вполне однозначно, — никто не заслуживает того, чтобы жить как крыса в банке. Это бесчеловечно. Если бы Лига и Альянс больше думали о том, какого это каждый день просыпаться под стеклянным колпаком, может быть, они немного пересмотрели бы свою стратегию развития космоса.

Про Новака много писали, его стали поддерживать целые планеты и крупные объединения, особенно после того, как он объявил, что отныне видение нового мира будет представлено им в виде движения Свободного Галактического Союза. Пару раз особо активные деятели Альянса пытались лишить Новака звания адмирала, но его власть к тому моменту была уже слишком высока. Он был всеми любим, и исповедовал понятные принципы, хоть и прослыл крайне жестким человеком.

Сейчас же, тут, на «Протее», все это приобретало совсем другой оборот. Йорк девять лет как закончил Академию, и уже три года был капитаном с собственным кораблем. Он понимал, когда дело пахнет керосином, и сейчас оно было именно таковым.

Он вернулся на «Виспер» уже через двадцать минут после окончания штабного совещания и проверил свой экипаж. Все пятьдесят человек были на месте, старший помощник Дана Рэй дала краткий отчет.

— Ладно, покончили с формальностями, — сказал Йорк, — взлетаем в свою очередность и держим путь к Первому Контуру Маяка на РО-108. Я хочу чтобы…

— Капитан! — закричал Карсон, — есть срочное сообщение, по всем каналам передают на «Протей»! Это капитан Серано!

— Выводи на громкую! — сказал Йорк.

— …никакой информации! Это не попытка переговоров! Повторяю! Мы были атакованы истребителями Новака, которые движутся перед основными силами! Это обманный маневр! У нас меньше времени, чем мы… повторяю, это не попытка переговоров, они уже прошли Маяк и атакуют Первый Контур спутников связи…

Голос у Джорджа Серано, одного из самых спокойных людей, которого Йорк знал, был хриплый, на заднем фоне слышались крики, и какие-то взрывы. Черт возьми! Хоуп же отправил его и еще несколько кораблей как раз туда, в сторону Маяка!

— Я не знаю, как долго мы сможем их…

— Связь оборвалась, — сказал Карсон, — это все, сэр!

— Дай мне Хоупа, быстро! — заорал Йорк, но адмирал был недоступен.

— Капитан? — сказала Дана, — что происходит, это вторжение?

— Да, похоже на то, — сказал Йорк, лихорадочно соображая, — взлетаем сейчас же! Нам нужно как можно скорее покинуть станцию, и занять оборону!

Команда стала готовить корабль к запуску, радиоэфир уже вовсю забился сообщениями от капитанов кораблей, Йорк слышал и Бэйкера, который судя по всему, моментально протрезвел, но времени отвечать ему не было.

Новак провел всех, кинув в авангард свои лучшие перехватчики, значит, у него было достаточно возможностей, чтобы захватить «Протей» силой. Безумие какое-то. Похоже, адмирал окончательно вышел из под контроля, но времени выяснять, что там могло твориться у него в голове, сейчас не было. Нужно было выстроить хоть какую-то оборону к приему гостей. Наконец в общий эфир вышел Хоуп.

— Всем боевым кораблям подняться из ангаров, дистанция три километра. Я принимаю на себя командование базой «Протей». Третий флот, занять оборону, прикрывайте штурмовые корабли, нужно принять бой как можно дальше от станции. Это капитан Хоуп, эсминец «Ангон», жду подтверждения.

Йорк подтвердил свое присутствие, они уже были в пространстве над «Протеем» с которого продолжали взлетать грузовые и гражданские корабли. У одного из ангаров был пожар, похоже, столкнулись несколько крупных транспортников. Значит, уже могут быть жертвы, черт возьми!

События развивались слишком быстро. Это совсем не было похоже на ловлю пиратов в системе Торл. Йорк уже почти физически чувствовал что-то большое там впереди. Черную армаду, которая приближалась с необычайно скоростью. Впереди — быстрые и ловкие как смерть перехватчики, за которыми двигались бронированные эсминцы Новака.

Какие там десять часов! Информация, которую передали Хоупу, явна была совершенно неверной. У них оказалось гораздо меньше времени. Уже через полчаса первые корабли Галактического Союза были засечены радарами, о чем сообщили связисты на базе.

— СГС вышел в эфир, они вещают, — сказал Карсон.

Сообщение было очень простое и понятное. От имени адмирала Новака ударная группа СГС, приказывала посадить все корабли обратно на «Протей» и не оказывать сопротивления. Станция переходит под владение Свободного Галактического Союза до дальнейших команд со стороны адмирала Новака.

Как понял Йорк, Первый Контур со стороны Земли с его боевыми спутниками и кораблями-перехватчиками Альянса был либо выведен из строя, либо вообще полностью уничтожен. Скорее всего, погиб и Серано.

Проклятье! Когда Эндрюс приведет сюда третий флот, то найдет лишь груду развалин.

— Дана, вызови мне Хоупа если можешь! — заорал Йорк, — быстрее черт возьми, они подходят все ближе и ближе!

— Сэр! — проорал Йорк, когда ему удалось пробиться к адмиралу, — они сокращают дистанцию и тянут время, прикажите открыть огонь! Не ждите их первого удара!

— Стой на месте Чарли, — сказал Хоуп, — огонь по моей команде! Всем кораблям, ответьте!

Раздался взрыв и Йорк понял что столкновение началось.

— Всё, вступаем в бой, — заорал Йорк, — хватит тянуть, или они нас всех перебьют! Огонь по ближайшим целям, двигатели на полную, и уходите от станции, нахрен! Дана, что с кораблями?

— Тридцать семь, нет тридцать восемь перехватчиков, не могу определить тип, какие-то новые разработки, у меня нет данных на эти корабли и их вооружение. Капитан, хватит стоять, сядьте и пристегнитесь!

— Включай энергоудар по площади! — сказал йорк, — долбаните их плазменными зарядами, бейте все, что видите!

— Не было подтверждения от командования! — крикнула Дана, — это не…

— Сейчас я тут командую! — заорал Йорк, — стреляйте, черт бы вас побрал!

Йорк мог видеть, что творится настоящий хаос, сражение уже явно началось, перехватчики Новака развивали небывалую скорость и уходили во фланг, их намерения были совершенно очевидны. Большинство кораблей Альянса не решались стрелять, и нужно было это прекращать. К облегчению Йорку, Хоуп наконец скомандовал вести огонь. «Виспер» тут же дал залп и несколько перехватчиков СГС моментально превратились в перекрученные куски железа, разлетающиеся по всему космическому пространству в округе станции.

Это явно предало больше смелости защитникам «Протея». Йорк видел, как они один за другим включали двигатели на полную и производили плазменные залпы. В эфире Хоуп приказал готовить тяжелое вооружение и маневрировать.

Но перехватчики, которых Новак отправил в атаку, видимо, были готовы и к такому развитию событий. Ускользая от противника как верткие мухи, они тут же открыли ответный огонь и уже подбили несколько кораблей. Кто там был внутри? Нет, Бэйкер вроде еще слышен в эфире, хотя он попал в самую гущу, прикрывая «Ангон» Хоупа, который, наконец, развернул свое главное орудие и начал вести огонь. Небо прорезала яркая вспышка, луч «Ангона» резал все, что попадалось под него и в ближайшее окружение, перехватчики разлетелись и немного отступили.

Хоуп не переставал вести огонь, давая возможность другим кораблям перегруппироваться, терять уже было нечего. Не самое удачное время думать о трибунале или чем-то таком. Сейчас все корабли, что встали на защиту «Протея» хотели только одного, уничтожить внезапно появившегося врага и просто выжить.

Перевес сил благодаря «Ангону» Хоупа явно был на стороне Альянса, но уже пару минут как стали поступать сообщения, что к станции со стороны Маяка движутся все новые и новые корабли, более мощные и крупные.

План Новака был понятен, задержать и заставить увязнуть защитников в первых небольших рядах своих сил, пока его основная армада движется в сторону «Протея». Он кидал людей на убой, настоящее безумие.

Похоже, Новак боялся не успеть захватить станцию к приходу Эндрюса. Адмирал Эндрюс мог бы остановить силы СГС. Новаку нужно было получить «Протей», но зачем? Что он собрался тут делать? Важный стратегический объект?

«Виспер» тряхануло так, что Йорк еле удержался на ногах.

— Повреждения в левом борту, — докладывал Карсон, — должны потушить, не очень серьезные, сейчас…

Новый удар оборвал его на полуслове, потому что тряхануло так что Карсона подбросила куда-то в сторону, Йорк налетел на стену и чуть не приложился головой, но успел ухватиться за свое кресло.

— Они уже здесь, капитан! — доложила Дана, — они пришли раньше!

— Кто? — не понял Йорк, — Эндрюс с флотом?

— Новак! Он уже здесь, нам сообщают, что он выводит из Маяка свои корабли, я не знаю сколько их! Похоже, тридцать, может больше! Первый Контур полностью разрушен, там не осталось никого! Передача данных отсутствует! Они уничтожили там все наши спутники и корабли!

Йорк понял, что это конец. Они ничего не смогут сделать со столь огромной силой. «Ангон» Хоупа не выстоит против такого количества кораблей, которое ведет Новак. Нужно было сдаваться.

— Эй Чарли! — раздался голос Бэйкера, — готов еще немного повоевать?

— Каким образом, Тонни? Наши корабли не пробьют эсминцы, разве что «Ангон», но он тут один.

— Марс поднимает часть военизированного корпуса кораблей Торговой Лиги и сейчас они движутся сюда!

— Торговая Лига? А они чем помогут?

— У них есть термоядерные заряды!

Эфир перебился сообщением Хоупа.

— Говорит Хоуп, всем прикрывать группу кораблей Торговой Лиги. Нужно дать им окно, чтобы подобраться к приближающимся эсминцам, что движутся за перехватчиками. Делайте, что угодно, но не дайте сбить корабли Лиги раньше, чем они подберутся к основным силам Новака! Я буду впереди, жгите их парни! Удачи!

Йорк шатаясь забрался в свое капитанское кресло. Пристегнул ремень. Дана сообщила о повреждениях. Они были значительные, но «Виспер» все еще был в строю, и мог нанести урон противнику.

— Отлично, — кивнул Йорк, — давай туда, все держимся недалеко от «Ангона», и прикрываем подходящие с орбиты Марса корабли Лиги.

Корабли Лиги были толстыми и бронированными носорогами, но они могли жахнуть так, что мало бы не показалось никому. Конечно, они не шли ни в какое сравнение с теми кораблями, что конструировал Альянс, но сейчас подоспевшие с Марса корабли Лиги были чуть ли не последней надеждой. Нужно было разбить строй выступающих из Маяка кораблей Новака, выиграть как больше времени, до того момента как подойдет Эндрюс.

Уже через двадцать минут Йорк увидел основные силы СГС. До чего же эти корабли были огромные и зловещие! Какой-то странный и уникальный дизайн, в очертаниях которого смутно угадывались корабли первого флота Альянса. Похоже, Новак использовал какую-то новую броню, Йорк никогда раньше такого не видел. По всему выходило, что исследования на Раме велись не только в области терраформирования, но и чего-то более конкретного и прикладного.

А еще Йорк понял, что это уже не были корабли Альянса, по сути. Новак был адмиралом, под его командованием был первый флот, хотя формально уже почти год он не проявлял никакого участие в жизни Альянса. Теперь сюда прилетел его собственный первый флот.

Это были именно корабли Свободного Галактического Союза, той силы, всю мощь которой Новак, наконец, решил показать миру. И почему никто не знал о том, какой флот адмирал готовит? Ведь неужели так просто скрыть тот факт, что ты строишь армаду боевых кораблей, готовых напасть на станцию возле Марса?

Уже потом, когда стало понятно, что это вовсе никакой не мятеж, а начало долгой затяжной войны, в которой к Новаку примыкали все новые и новые силы со своими кораблями, делались предположения что Новак выбрал оптимальный способ громко распахнуть дверь ногой, так чтобы все в комнате обделались от ужаса.

А сейчас Йорк пытался не умереть, и маневрировал среди юрких истребителей противника.

— Ближе! Еще ближе! — заорал капитан.

— Они раздавят нас, Чарли! — закричала Дана, — их щиты работают на полную, мы слишком близко подошли к их эсминцем, нужно держать дистанцию!

Яркий луч резанул небо, но Йорк уже не обращал внимания ни на что. Он жег истребители противника прямо под носом у огромных черных эсминцев Новака. Где-то там внутри был адмирал, и если бы иметь возможность добраться до него и всадить всего один заряд в его голову, все бы закончилось сегодня.

В эфире прошло сообщение о запуске термоядерных ракет. Подошедшие с Марса корабли Лиги открыли огонь сразу, как только появилась такая возможность, сжигая все вокруг себя на многие километры.

Корабли Альянса бросились врассыпную, уходя дальше к «Протею», спасаясь от огня который выжигал все что мог. Один из черных кораблей Новака, что шел впереди, разломился пополам, словно был из дерева. Из него вырвалось моря огня, корабль взрывался и взрывался, словно был начинён боезарядами под самую верхушку. Сколько там могло находиться сейчас людей? Сотня? Тысяча?

— Один подбили! — заорал Бэйкер в наушнике, — а эти здоровые засранцы у Лиги не такие уж бесполезные! Черт возьми!

Два рядом идущих корабля Новака развернули орудия и открыли огонь по кораблям Торговой Лиги. Йорк не мог понять, что за тип вооружения они использовали.

Как и в случае с перехватчиками, Дана также не могла рассказать ничего об этих кораблях и том, чем они стреляли. Либо это были какие-то серьезные модификации, сделанные лично Новаком. Либо какие-то неучтенные новейшие разработки, о которых никто кроме него не знал.

Строй прибывших с Марса кораблей Лиги рассыпался. Толстая бронированная шкура огромных эсминцев пронзалась насквозь яркими огненными лучами и один за другим корабли Лиги превращались в пылающее месиво. Они успели сделать еще два залпа своими зарядами, пока, наконец, не стало ясно, что все кончено. Те, кто мог, уходил ближе к орбите Марса, но и там их доставали смертоносные обжигающе белые лучи, после которых все заканчивалось разливающимся в космос огнем и смертью.

— Говорит Хоуп, — раздался голос адмирала, — отходим к станции. Всем оставшимся кораблям перегруппироваться и ждать моего сигнала.

Они стали отступать, а сзади теперь уже поджимала черная тень, черная лавина, которая двигалась со страшной скоростью.

Новак уже не стрелял. Он просто двигался на «Протей», желая получить его в свое полное распоряжение. Все разработки института Лиги, что были на станции, исследования по ириду и технологиям Маяков, все тайны Директората Торговой Лиги.

Йорк приготовился умереть, но полчаса они стояли и ждали когда к ним подойдут корабли Новака. Те по-прежнему не открывали огонь, а просто двигались, пока, наконец, не стало ясно что они уходят дальше, мимо «Протея», за Марс.

— Уходят, — констатировал факт Бэйкер, — почему, Чарли?

Йорк хотел ответить, что не знает, но вдруг в эфире стали появляться сообщения о том, что флот Эндрюса только что уничтожил оставшиеся в РО-108 несколько кораблей Новака, без больших потерь двигается к «Протею».

— Он не успел, — пробормотал Йорк, — слишком долго мы его держали, — черт, Тонни! Этот мерзавец не успел! Адмирал Хоуп! Мы смогли его сдержать!

— Точно так, — ответил Хоуп, — на связи только что был Эндрюс. Новаку конец, он, видимо, летит к Маяку за Меркурием. Третий флот догонит его и растопчет.

Но ничего подобного не случилось. Пока Эндрюс перебрасывал свои силы в Солнечную Систему, Новак прилетел на Землю и устроил там настоящий ад. А потом и правда скрылся за границей Маяка у Меркурия. Где его держали в осаде почти год, так и не сумев ни разу разбить.

А в других частях Галактики уже в течение нескольких последующих месяцев, все новые и новые звездные системы сдавались войскам Свободного Галактического Союза, который активно вел бои в системах за РО-108 и без своего лидера. Альянс и Лига первое время безуспешно пытались воевать на два фронта.

Йорк не мог понять, был ли изначально такой план у адмирала или он действовал экспромтом. Но после «Протея» началась затяжная война. Землю постепенно брали в клещи силы СГС с одной стороны, и Новак который пытался прорваться обратно на Рам с другой. По результатам долгих переговоров Лига и Альянс разрешила проход Новаку через Солнечную Систему обратно за РО-108 ближе к Акронису и Раму, желая перенести боевые действия в отдаленные части Галактики.

Йорк был там же у «Протея», через год на «Борге» и видел, как обеспечивается свободный проход кораблей Новака. Потому что никаких сил на тот момент задержать его у Альянса не было. Треть всей обитаемой Галактики выступала под знаменем СГС. В первую очередь те системы, где все планеты были сплошь покрыты Биокуполами, так заботливо возведенными Торговой Лигой за более чем сотню лет.

Глава 5. Встреча с подпольем

— Ладно, давай поговорим, — Йорк оперся на деревянный столик и сжал в руке небольшую бутылку пива.

В баре на задворках Харма, где они расположились, было шумно, стоял конец дня. Люди, какие-то работники в спецовках — видимо недалеко был перерабатывающий комбинат, здоровые и хмурые мужики в основном, только прибывали и прибывали. Такая хаотичная обстановка была как нельзя кстати чтобы скрыться от любопытных глаз людей из Торговой Лиги, чьи агенты, по указке Уотерса, а в этом Йорк не сомневался, уже рыскали по всей Сибиле, выискивая беглецов.

В кармане у него было несколько кредитов, их могло хватить на еду и напитки еще на пару дней. Расплачиваться отпечатком Йорк не решился, Уотерс наверняка имел связи в банковской системе Сибилы, и смог бы оперативно прислать в любую точку города боевую группу во главе с Ульрихом за несколько минут.

Йорк с Лидией высадились где-то на окраине, Йорк отправил глайдер обратно, попутно кинул компьютер с Ири на переднее сиденье, и они быстрым шагом двинулись куда-то на север. По дороге Лидия сказала, чтобы он шел за ней и делал то же что она. В небольшой группе СГС, что по ее словам присутствовала на Харме, есть протокол на случай каких-то непредвиденных ситуаций, для того, чтобы можно было выйти на контакт.

Через полчаса таких странных петляний по небольшим улицам, они оказались в совсем глухой части города, над которой редко пролетал какой транспорт, стали появляться непонятные оборванные люди, грязные дети. Удивительно, как быстро человечество превращает любую отдаленную планету в почти точную копию земного захолустья. Казалось бы, Харм активно осваивают не больше пяти лет, а Сибила так и вовсе еще до сих пор застраивалась, но вот уже повсюду кучи грязи, попрошайки и маргинальные личности, которые подозрительно косились на прилично одетого в форму Торговой Лиги человека и его спутницу.

Как бы ни складывалась ситуация у любой колонии, и какие бы богатства она в себе не хранила, всегда создавалась нищета где-то на окраине. Даже будь это планета в самой дальней части космоса, обязательно найдется город со старыми обветшалыми домами, возле которых будут крутиться забулдыги, стреляя несколько кредитов на что-нибудь крепенькое. Возможно, тоска по родине, той далекой Земле, откуда все человечество расползлось по Галактике стремительными темпами за долгие годы, была вшита гораздо глубже в человека, чем он сам предполагал.

— Ну, давай, давай поговорим, капитан. Я скажу, что знаю, — Лидия сделала глоток пива, — но не надо меня расспрашивать о том, что тебя не касается. Если мы выберемся отсюда, не думай, что я тебе что-то должна, усек?

— Все ясно, — кивнул Йорк, — давай по порядку. Чем вам не угодил Кравич, что вы хотели прикончить его во сне, прямо в капсуле, и зачем было так все усложнять, пролезая на корабль? Почему не прикончить его на Земле?

— Мартинас не сказал тебе? — спросила Лидия, — да, вижу, Рикардо просто не успел. Он часто говорил про тебя. Он даже хотел отменить операцию, когда узнал что капитан «Баджера» — это наш славный Чарли Йорк, но мы его уговорили.

— Так почему «Баджер», Лидия?

— Тут все просто, Кравич занимался разработками. Но на Земле он неплохо охранялся Лигой, и когда мы на него вышли, подобраться к нему было чрезвычайно сложно. К тому же, он должен был умереть случайно. Анабиозная капсула для этого подходила как нельзя лучше. Другой способ мог бы насторожить Уотерса, а нам еще нужно было проникнуть в их особую лабораторию «Хармленда», куда Кравич направлялся для исследований, под видом рядовых ученых комплекса.

Может ты и не заметил, но «Хармленд» очень внимательно следит, кто и зачем выходит из Первого Контура возле Маяка у Харма. У них есть боевые корабли, перехватчики, даже бомбардировщики указанные как охранные катера, грузовые корабли. Прячут все это добро где-то в поясе астероидов, недалеко от планеты. А Альянс делает вид, что там ничего нет. Хитрые ублюдки, так что, как видишь, проникнуть на Харм, не привлекая к себе внимания — задача не из легких.

Йорк кивнул, он вспомнил как «Звездная тень» Ульриха долетела до «Баджера» всего за несколько часов. Тогда его удивило наличие столько мощного корабля у горнодобывающей компании, но теперь пазл складывался. А кто знает, что еще было в запасе у Уотерса и его подручных? Возможно, вариант с анабиозными капсулами был действительно самой оптимальной идеей для СГС. Хоть и мог стоить жизни, как показал случай Мартинаса.

— Ты сказала, что тут есть какая-то особая лаборатория. Что это? Исследовательский комплекс, о котором никто не знает? Что там разрабатывают?

Лидия посмотрела на Йорка и сделала глоток пива, оглядела бар.

— Да хватит! — Йорк рассердился, — у нас не очень много времени, давай уже!

— «Баджер» по прилету в космопорт Сибилы разгружает анабиозные камеры прямо в транспортники «Хармленда». Скорее всего сейчас он уже прилетел на планету и сделал это. Транспортники Лиги — это большие бронированные глайдеры, которые отправляются прямо в пустыню, далеко от Сибилы.

У Лиги много баз по всей планете, где они занимаются проектами, связанными с горнодобывающим делом и высокими технологиями. Но, помимо этого, есть огромный подземный комплекс недалеко от города, о котором мало кто знает. По редким документам, что удалось раскопать, проскакивает название «Улей», думаю, это именно то место, куда направлялся Кравич.

В комплексе есть все, что нужно для жизни и работы сотен людей. Капсулы с твоими пассажирами должны был прибыть прямо туда. По нашим данным в этом комплексе и есть тот самый проект «Возрождение», о котором ходит столько слухов. Наше подполье здесь на Харме обнаружило «Улей» где-то восемь месяцев назад и сейчас изучают его структуру, пытаясь понять, что именно внутри.

Но пробиться официально туда никак не получается. Мы пробовали и всегда это заканчивалось ничем. Мы изучили шахты этой базы, и даже ее технический этаж, туда вполне можно попасть, но лаборатории и научные этажи остаются недоступными. Там очень серьезная проверка уровня допуска для работы. Никто из наших людей на Харме бы его не прошел. Поэтому таков был план, мы должны были прилететь с Земли, внедриться в комплекс с отличными легендами, которые бы не вызвали вопросов.

— Раз у «Хармленда» так полно комплексов по всей планете, зачем делать еще один под землей? Я слышал, что они планируют торговую экспансию на рынок высоких технологий или что-то вроде того.

— Ты слушаешь меня, или нет? В том и был их план, что таких комплексов по всей планете штук десять, — объяснила Лидия терпеливо, — «Хармленд» вливает в них огромное количество денег, но какое-то подозрительно большое их число растворяется где-то в бюрократических застенках компании.

Мы проследили эти финансовые потоки, сопоставили некоторые вещи. Дальше уже все просто, прикинули место, куда часто ходят транспортники и сделали разведку на местности. Обнаружили еще одно большое подземное сооружение, оно никак не учтено. Нигде. Думаю, внутри «Улья» и происходит самое интересное.

— И что это за проект такой «Возрождение», на самом деле? — спросил Йорк, — какое-то оружие?

— Скорее всего, — Лидия пожала плечами, — слухи ходят уже очень давно, еще до войны. Но в них всегда есть что-то одинаковое. Некие супер-пушки, которые устанавливаются на самые мощные корабли и могут сжигать целые планеты и флотилии одним выстрелом. Звучит как безумие, но если подумать, то многое сходится.

— Ты о чем?

— Это проект Торговой Лиги, — сказала Лидия, — или «Хармленда», что по сути одно и то же. Думаю, после войны, благодаря которой Альянс совершил прорыв в области технологического оснащения, Лига задумалась о том, что ей тоже не помешало бы отращивать клыки. Они хотят найти средство давления на Альянс в дальнейшем. Ведь все мы прекрасно знаем, откуда появился Свободный Галактический Союз. Альянс его родил. Лига не хочет повторения прошлой войны.

Йорк прекрасно понимал, о чем говорит Лидия. Раз все началось с Новака который вышел из-под контроля Альянса и развязал войну со всеми, Лиге казалось, что его идеи все еще вполне себе жизнеспособны. Ждать, что через несколько лет где-то вылезет очередной Новак с проповедями о счастливой новой жизни, им совсем не хотелось.

Да Альянс такого бы и сам уже не допустил, но лучше иметь козырь в рукаве. Например, мощное и уникальное вооружение своих кораблей, которым в случае чего можно воспользоваться и показать Альянсу, что не они одни в Галактике способны решать военные вопросы.

Как и ожидалось, извлечь уроки из того, что пытался донести Новак, пусть даже в столько ультимативной форме, никто так и не попытался. По-прежнему создавались Куполы на открываемых планетах, о проектах быстрого терраформирования как-то уже и подзабыли. В ближайшем времени собирались открывать несколько новых Маяков. Йорк задумался, а ведь Маяки стали настоящим проклятьем для людей.

Когда-то давно это казалось фантастикой, ученым действительно удалось подчинить себе пространство и не только перемещаться на огромные космические расстояния, но и в кратчайшие сроки создавать огромные Маяки перемещения.

Входя в зону этих специальных оборудованных систем, корабли могли перемещаться от одной точки пространства в другую почти мгновенно. Рядом с Маяками иногда плохо работала связь, пока корабли не выходили за Первый Контур, способный как отразить атаку на Маяк, так и остановить слишком резвых любителей перемещаться по Галактике с дурными намерениями.

Правда, на деле, Первый Контур любого Маяка редко когда приводился в действия. Не находилось безумцев, которые бы решились разрушить Маяк и оборвать систему галактического сообщения. Это было слишком невообразимо.

Были, правда, разные группы религиозных фанатиков, которые твердили о том, что Маяки это врата дьявола и их надо разрушить, и даже иногда пытались прорваться за Первый Контур, но их силы были столь ничтожными, что с ними быстро разбирались. Лига, Альянс, да и все кто населял обитаемую Галактику, прекрасно понимали важность Маяков и необходимость их сохранности. Даже во время войны никто не смел вести сражения в опасной близости с Маяками, а их обслуживанием занимались как инженеры Лиги, так и те, кто работал на СГС, и их не трогали.

Тот самый популярный ведущий Солерс, который и во время войны не прекратил свои шоу, даже шутил, что Галактическая Война напоминает драку детей в квартире. Драка дракой, но надо зорко следить, чтобы не разбился сервант, за который от родителей одинаково всем достанется на орехи.

Разрушению, правда подверглись практически все Первые Контуры, у тех Маяков, через которые проходили основные военные линии, но их было можно восстановить и их восстанавливали.

За все время освоения космического пространства, только капитан Фэнг Сай, тот самый, что предал Новака, многие годы назад ради денег и контроля системы Тау, только он настолько обезумел, что разрушил Маяк своими кораблями и обрек систему Тау и несколько тысяч колонистов, что в ней тогда находились, на вечное забвение где-то в глубине Галактики.

Тем не менее, в мирное время Маяки работали исправно и позволяли везти грузы. Сразу после создания первого Маяка недалеко от Марса и базы «Протей», на огромном подъеме всего человечества освоение космоса пошло небывалыми темпами. Технологии создания Куполов, а позже терраформирования позволяли осваивать новые планеты, заселять их, добывать ресурсы. Человечество расползлось по огромной части космоса и с каждым годом стремилось все дальше и дальше.

Тогда и была создана Торговая Лига, а чуть позже Альянс. Торговая Лига была объединением нескольких крупных мульти-корпораций, которые решили осваивать Космос с помощью изобретенной ими технологии Маяков. Однако Маяки открыли ящик Пандоры, они стали практически бесконечным источником денег, ресурсов и возможностей для гигантских корпораций. Торговая Лига буквально за несколько десятков лет заполонила ими все участки Галактики, до которых могла дотянуться, превратилась в мощную, туго сваренную в один узел структуру, которая могла вполне себе говорить на равных не только с отдельными странами вроде США или России, но и со всем человечеством в целом.

В противовес, страны срочно организовали Альянс Стран, позже просто Альянс — по сути дела спешно созданное объединение, которое могло бы хоть как-то противостоять Торговой Лиге в их небывало растущей мощи.

В Альянс входили наиболее более опытные и знающие ситуацию политики и военные, поэтому неудивительно, что буквально через несколько лет после активации первого Маяка у Марса, уже вполне себе самостоятельный флот Торговый Лиги подвергся обвинениям в терроризме и попытке присвоить себе богатства всего человечества. Только что созданный Альянс не церемонился, устроил настоящую травлю корпораций только-только скрепляющих свое могущество в виде Торговой Лиги.

Начались реальные бои в космосе, созданный флот, названный Звездный Флот Альянса и разделенный на пять отдельных флотов, выжег треть всех кораблей Торговой Лиги, с особой жестокостью. Уйти не удалось никому, кто находился на орбите Марса у тогда еще небольшой станции «Протей», которая была создана для постройки самого первого Маяка.

До сих пор, даже спустя столетия, ходили истории про невероятную жестокость Альянса, сожжённые корабли, бункеры с женщинами и детьми, которые просто подставляли под турбодвигатели катеров, вырезанные глаза, уши, отрезанные пальцы. Йорка тошнило от этой мерзости, но так Альянс объяснил Торговой Лиге, что не только она одна может заправлять космосом. Было написано много книг и проведено сотни разбирательств первых конфликтов Альянса и Лиги, но все это было, и это признавали все.

Но после этого Торговая Лига поняла намек, поумерила свои аппетиты и пошла на диалог с политиками и военными. Маяки уже существующие и все созданные в будущем номинально стали достоянием всего человечества, Альянс получил доступ ко многим технологиям, Торговая Лига утратила абсолютную монополию на космос. По факту же, это было выражено в том, что больше не нужно было спрашивать разрешения у Лиги для перемещения сквозь Маяки.

Да, это было еще не свободное пользование, но уровень проверок у Маяков существенно снизился. Дошло до того, что Лига просто плюнула на попытку контролировать и держать огромные флотилии у каждого Маяка, запустила проект создания автоматической системы контроля безопасности — Первый Контур — и решила сосредоточиться на том, в чем была сильна — торговле, освоении новых планет, создании Куполов и новых Маяков.

К моменту начала войны с Новаком любой мог взять себе корабль и спокойно перемещаться по Галактике, без злого умысла. Перемещение отдельного корабля можно было бы отследить в случае необходимости, но по факту, в Галактике происходило так много перемещений ежесекундно, что всем на это, скорее всего, было наплевать.

Длительное время все было спокойно. Но когда технология Маяков стала обыденностью, а полет в космос стал не сложнее похода в магазин за хлебом, у отдаленных планет, уже вполне освоенных и самостоятельно развивающихся возникли некие вопросы. Главный их них, все тот же — на каком основании Торговая Лига, созданная еще на заре освоения космоса из нескольких транснациональных корпораций и ставшая сейчас чуть ли не главной силой наравне с Альянсом — объединённой силой государств Земли, в одностороннем порядке устанавливает правила торговли и существования для осваиваемых ею планет? Биокуполы никому не нравились с самого начала.

Альянс тут же навострил уши, эти настроенияе в обществе, которые все нарастали, были вполне ему на руку, поэтому он всеми силами пытался и дальше поддерживать все растущее недовольство, давая льготы тем планетам, которые плохо относились к Лиге. Да, Альянс был создан как союзная сила, и в самом себе нес множество ответвлений и групп, которые разделялись по этническим и государственным принципам, но волнения, которые могли бы уничтожить Торговую Лигу были бы очень даже кстати всем кто в него входил. Закончились такие заигрывания с недовольством отдельных планет резней на Проуле, и дальнейшей дестабилизацией обстановки на многих купольных планетах.

Но Альянс не сделал выводов, и, наверное, поэтому так долго потворствовал все разрастающемуся влиянию Новака в Галактике, военные надеялись с его помощью подмять под себя Лигу и может, даже уничтожить. Новак, конечно, опасен, но он, в конце концов адмирал Альянса!

Фактически с момента, как космос стал доступным, государственные границы перестали играть какую-то большую роль. Космос не принадлежал никому и в то же время принадлежал всем. Больше не было государств — были планеты, каждая со своими правилами и законами.

Сама мораль национальной идентичности, консервативная повестка — все это подвергалось серьезным испытаниям. Но всех нужно было как-то ровнять для нормального диалога. Таким арбитром, опять же чисто номинально, выступал Альянс, имея огромный космический флот для урегулирования проблем с планетами, у которых внезапно сносило крышу, космическими пиратами и разными маргинальными группами которые вдоволь рыскали по космосу. Торговую Лигу вполне устраивало такое положение вещей. Правда, потом она сильно пожалела о своей беспечности, когда из Маяка возле Марса появился флот Новака, но это уже другая история.

Уже больше ста лет шла нудная и унылая политическая борьба с периодическим бряцаньем оружием, как со стороны Торговой Лиги так и со стороны Альянса. На сегодняшний день и Альянс и Торговая Лига пришли к какому-то соглашению. Лига усмиряет свои аппетиты и больше не притесняет простых работяг, а Альянс обеспечивает мир и порядок в Галактике. Не бог весть какая схема, многие считали Лигу и Альянс двумя головами одной гидры.

Вдобавок еще перед войной была принята знаменитая поправка № 339 космического кодекса, «о необходимости освоения космического пространства» которая недвусмысленно предполагала перемещение многих специалистов, да и просто обычных людей, для работы на дальние планеты без их на то желания. Что в очередной раз убеждало обывателей в том, что ни Лига, ни Альянс особо не хотели чего-то для улучшения жизни простых людей.

И тут как глоток свежего воздуха на политической арене появился адмирал Карл Новак, резко обвинил Альянс в потворстве агрессивной политике Торговой Лиги и зачитал меморандум, идеи которого и так всем были понятны, но Новак был первым, кто озвучил их в такой ультимативной форме.

Он объявил, что, несмотря на все заслуги Торговой Лиги, подарившей миру технологию Маяков, эта технология должна быть передана всему человечеству незамедлительно. Кроме того, планеты отказавшиеся быть частью Торговой Лиги, Альянса, или только что созданного Свободного Галактического Союза не могут ни каким образом быть лишены права на защиту и свободную торговлю.

Это открывало необычайно широкий горизонт для нового развития экономических и политических отношений в космосе, многие поддержали Новака. Это уже спустя несколько лет адмирал попытался захватить станцию «Протей», пока же он лишь агитировал и призывал на свою сторону все больше сил.

Потом была Земля, адмирал отправился прямиком туда. Чем это закончилось — известно. Земля до сих пор восстанавливалась после атаки, а ведь прошло уже почти десять лет с момента, как корабли Новака показались на орбите. Его корабли обрушились в основном на крупные города, уничтожали научные институты Лиги, и взрывали ее лаборатории. Прошелся Новак и по Альянсу, разрушив его земную штаб квартиру сначала в Москве, а затем в Шанхае.

Новак моментально превратился из странного бунтовщика в террориста номер один, безумца и отступника, к которому многие все же захотели примкнуть, решив, что время радикальных действий настало.

Эти события были спусковым крючком, и Галактика запылала. Планеты объявляли себя независимыми, потом присоединялись с СГС, Затем снова к Альянсу, к Лиге и так без конца. В этой кровавой мясорубке через какое-то время уже стало сложно понять, что именно происходит.

Однако Новак и его командиры не учли тот факт, что ненависть Альянса и Торговой Лиги друг к другу не столь уж и сильна. За более чем столетнюю историю взаимных перепалок, шатких договоров и компромиссов, Альянс и Лига научились неплохо понимать друг друга, и объединились против общего врага.

Этому немало поспособствовало и то, что многих, кто не примкнул к СГС, откровенно пугала фанатичная вера Новака в свои идеи, а его последователей в него.

В кабаках и сейчас шли постоянные споры о том кто был прав а кто нет. Несмотря на крах СГС, сочувствующих ему людей все еще было предостаточно, как ни сложно догадаться, большинство из них проживало на планетах под Куполами Лиги.

— Бессмысленные действия Лиги, как по мне, — пробормотал Йорк, — война давно закончилась, глупо думать что кто-то захочет повторить путь Новака.

— Для тебя закончилась, но не для нормальных людей, — улыбнулась Лидия, и Йорку захотелось приложить ее кулаком по лицу.

— Хорошо, — Йорк выдохнул, — где твой связной, долго его еще ждать?

— Он скоро будет, — ответила Лидия, — скоро все закончится, успокойся.

Йорку не понравилось как она это сказала. Он не питал иллюзий относительно того, что Лидия попытается избавиться от него, как только представится такая возможность. У нее не было оружия, но очень скоро могло появиться, если ее связной поможет. У Йорка также не было никакой причины оставаться с Лидией дольше чем нужно, для того чтобы он мог с помощью ее связного добраться до мощного коммуникатора, который бы позволил использовать зашифрованный канал связи.

Йорк собирался связаться с Эндрюсом, если выйдет. Сделать это в нынешних условиях было не так просто. Конечно, он мог бы прямо сейчас встать, и, пройдя в дальний угол бара воспользоваться один из местных коммуникаторов обычного типа, чтобы связаться со службой безопасности Альянса на Земле. Йорк планировал выйти на самого Эндрюса, минуя остальных. У него был его номер, но высока была вероятность, что Уотерс перехватит открытый сигнал, отправленный на Землю, тем более, в службу безопасности Альянса. Йорк не знал этого наверняка, но готов был поклясться, что Уотерс и его банда, с Ульрихом во главе, прямо сейчас сидят и ждут от него именно таких действий. Чтобы сорваться с места и за несколько минут оказаться в этом злосчастном баре с оружием наперевес.

А там, кто знает, что может случиться? Возможно, в баре окажутся опасные «террористы», которые, не колеблясь, застрелят капитана Чарльза Йорка, который по трагической случайности оказался именно в этом захолустье. Возможно, этим террористом могла бы оказаться Лидия, которая к счастью была бы ликвидирована на месте.

Поэтому нужно было отправлять сигнал через зашифрованный коммуникатор. Такой у связного Лидии был, по ее словам. Скоро Йорк это выяснит. К их столику подошел помятого вида мужичок с растрепанной бородой. У него был приколот потасканный орел Альянса старого образца на груди и зеленые ленточки СГС, пришитые на куртке, а на рукаве красовался шеврон с грозной надписью: «339 — могила космоса».

— Вы что ль в Альянсе воевали? — пробубнил мужик, — а я, между прочим тоже солдат, хоть и отставной! Подкиньте пару кредитов, а?

— Конспирация так себе, — ответил Йорк, глотнув пива, — слишком ты уверенно двигаешься для испитого ветерана, да и рожа больно наглая!

Лидия злобно посмотрела на Йорка, мужик сверкнул глазами.

— Да ты просто гений, я посмотрю! Через пять минут выходите на улицу и двигайте в переулок.

Йорк чуть кивнул и стал размахивать руками, отгоняя от своего стола пьяницу.

— Давай, вали, алкаш! Не порти мне вечер!

Они посидели немного, Лидия не сказала ни слова. Значит ли это, что она морально готовит себя к чему-то? Затем они встали и вышли из бара в неприметный в плохо освещённый переулок. Что ж, вполне себе неплохое место чтобы умереть.

— Сделаешь хоть одно движение и ты труп, поднимай руки! — из тени появился тот самый мужик с небольшим бластером в руке, хорошее оружие, мощное, а главное бесшумное, — давай, встал к той стене!

Йорк подчинился и, подняв руки, отошел к грязной, плохо освещенной стене дома. Бородатый мужик держал его на мушке, Лидия проворно вытащила парализатор Йорка и направила его на голову капитана.

— Есть последнее желание? — спросил мужик, — перед тем как погрузиться во тьму?

— Не говори с ним, Кертис! — крикнула Лидия, — разберись, и валим!

— Убьешь меня, и вам всем конец, — сказал Йорк, — ваш парень, что сидит в подвалах Торговой Лиги, расколется, и всех, кто есть на Харме, переловят за сутки-двое.

— Херня! — процедил мужик по имени Кертис, — Гарри умрет, но никого не выдаст!

— Это не зависит от него, — сказал Йорк, — препараты. Они будут использовать запрещенную химию, таалид, парнатезин, А-12. Часов восемь, и Гарри выдаст все, что знает, и даже этого не поймет.

— Мы вытащим его раньше, — ухмыльнулась Лидия, — я бы на твоем месте за это уже не волновалась.

— Не вытащите, — сказал Йорк, — скорее всего, Уотерс готовится к этому, они перекрыли все двери и включили систему безопасности первого уровня. Там датчики, турели, куча охраны. Вам конец, ребята.

— О чем он, черт возьми, Лидия? — воскликнул Кертис, — откуда у Лиги есть А-12? Откуда у них военные препараты для дознания, этого никто не учитывал!

— Заткнись, Кертис, — крикнула Лидия, — он просто тянет время! У Гарри сильная воля, он может долго держаться, мы вытащим его еще до рассвета.

Йорк посмотрел на нее. Похоже, Лидия сама в это не верила. Сколько у них тут на Харме людей? Йорк был уверен, что не больше десятка. Ячейка, возможно, существует тут уже какое-то длительное время, но вряд ли они смогли бы взять штурмом здание Торговой Лиги.

— Черт, — Лидия была в ярости, — твою мать! Давай Йорк, говори быстро, так чтобы я тебе поверила!

— Какое бы дерьмо тут не планировал Уотерс и его бандиты, не думаю, что об этом знает много его подчиненных. Скорее всего, Альянс также ничего не знает о том, что мутит Торговая Лига на Харме. Да, кто-то вроде Ульриха или штабного руководства здесь и задействован в этой игре, но я думаю, они боятся огласки не меньше чем угрозы СГС.

— Давай конкретнее! — воскликнул Кертис, тряхнув бластером, — к чему ты клонишь?

— Не думаю, что Уотерс сообщил что-то в Альянс, а может даже и своему руководству в Торговой Лиге. Когда я сбежал, погиб мой товарищ, боевой капитан Бэйкер. Мы были знакомы много лет и воевали вместе. Уотерс мог бы выставить его убийство как мое предательство, как то, что я перешел на сторону остатков СГС. И тогда меня могли бы убить люди Альянса совершенно законно. Думаю, он так и планирует поступить, если не сможет быстро добраться до меня и Лидии. Но пока он считает, что сможет поймать нас без шума и пыли. И это его ошибка.

— Ты все еще числишься в высшем офицерском составе Альянса, — пробормотала Лидия, — у тебя есть доступ к информации и боевым данным Альянса?

— В том числе к охранным протоколам, отвечающим за охрану Торговой Лиги и их структур. Это обычное дело, Альянс и Лига давно уже охраняются одними и теми же людьми, я до сих пор выступаю консультантом по разным вопросам, и у тех, и у других. С моим опытом считается и Альянс, и Торговая Лига. У меня есть доступ к охранным системам, в том числе и на Харме, тут должен быть доступ из общей базы.

— Ерунда, — сказал Кертис, — как только ты попробуешь войти в их охранную систему, нас сразу вычислят!

— Нет, если действовать с зашифрованного коммуникатора, — терпеливо объяснил Йорк, — подозреваю, у вас есть такой. А что касается самого факта, что мы будем это делать, не думаю, что Уотерс вообще полагает, что мы можем договориться. Он думает, что я либо уже убит вашими людьми, на его радость, либо смог сбежать от вас, и сейчас прячусь где-то в трущобах Харма. Они в последнюю очередь полагают, что мы сможем сотрудничать, после памяти о войне. Надо это использовать, тогда все будут в выигрыше!

— Что именно ты предлагаешь делать? — спросила Лидия, Йорк видел, что она еще не приняла решение, но понимала, что капитан говорит логичные вещи.

— Все просто, отключаем протоколы охраны с вашего терминала. Незаметно пробираемся в здание Торговой Лиги, вытаскиваем Гарри, дальше в ангар. У Уотерса есть корабль класса «Игла», возможно даже не один. Вы садитесь на один, я на другой, и расходимся в разные стороны. Я к Земле, вы в свой глубокий космос, все довольны.

— А как же наш план? — сказала Лидия, — надо проникнуть в «Улей» «Хармленда», мы на него столько времени потратили!

— Лидия, план был в том, чтобы все сделать незаметно, — не выдержал Кертис, — без этого он не имеет никакого смысла! Там скорее всего все перекрыто так, что не подобраться. Забудь про Кравича!

— Заткнись, — бросила Лидия, — мы не для того так долго пробирались сюда и планировали операцию, чтобы уйти. Другой возможности уже точно не будет! Рикардо погиб, мы должны отомстить за него!

— Делайте что хотите потом, — сказал Йорк, — хоть атакуйте Торговую Лигу, когда они поднимут в воздух свои истребители. Я хочу добраться до корабля и отправиться к Маяку.

Лидия посмотрела на Йорка, улыбнулась и щелкнула тумблером парализатора дав полную мощность. Затем нацелилась прямо Йорку в висок.

— Что ты делаешь, — пробормотал Кертис. Йорк видел, что парень, а это был именно просто бородатый парень, а вовсе никакой не грозный мужик, напуган, и до этого времени старался держаться стойко. Но видно нервы у него уже не выдерживали.

— Он все врет, Арми! — Лидия взяла парализатор двумя руками, — подумай, как можно верить тому, кто сжигает людей с орбиты, расстреливает пленных, пытает людей химией. Они все — свора ублюдочных псов без души. Что Торговая Лига, что Альянс, что капитан Чарльз Йорк.

Йорк смотрел на нее и улыбался.

— Не смей, — процедил Кертис, — я знаю, что ты служила на его кораблях и видела все от начала до конца! Но сейчас он нам нужен. Свое он еще получит!

— Слушай своего приятеля, Лидия, — сказал Йорк, — каждый получит, что хочет.

Она нажала на спуск, и луч парализатора ушел прямо рядом с головой Йорка. Тот стоял невозмутимо, не двигаясь с места.

— Ладно, будь по-твоему, — сказала она, — но если я хоть в чем-то тебя заподозрю, сделаю дыру в голове, усек?

— Конечно, — кивнул Йорк, — уже можно двигаться?

Парень по имени Кертис, напоминающий грязного бомжа, повел их какими-то узкими и заброшенными улицами вглубь квартала. Над их головами несколько раз пролетали охранные глайдеры Лиги.

— Это вас ищут, — сказал Кертис, — здесь обычно спокойнее, только пьяные драки и что-то похожее.

— Что-то похожее? — спросил Йорк, стараясь как и остальные двигаться ближе к стенам домов, — это что, например?

— Грабежи, нападение на людей местных небольших банд, они грабят туристов, которые сейчас все чаще стали прибывать на планету. У «Хармленда» неплохой отдел рекламы, сюда стекается все больше людей. Еще три года назад планета была совсем безлюдной, теперь все поменялось. Полагаю это какой-то их план, возможно, отвлекают внимание от своих проектов. Удаленная шахтерская планета Торговой Лиги всегда выглядит подозрительно. Туризм и научные исследовательские базы — отличная ширма, чтобы успокоить вояк Альянса.

— Хватит болтать, Арми, — сказала Лидия, — не надо выдавать ему никакой лишней информации.

Они двинулись дальше, и через минут двадцать блужданий дворами, Кертис привел их к неприметной подвальной двери и постучал в нее два раза, затем после паузы постучал один и снова два.

В двери открылось небольшое окошечко, в котором появились чьи-то сощуренные злобные глаза.

— Неплохо, — пробормотал Йорк, — ни камер, ни цифровых замков, действуете по старинке, чтобы сложнее было вычислить?

— Заткнись, — сказала Лидия, — Джед, это мы, открывай!

С другой стороны послышался звук убираемого засова, и дверь открылась. На пороге стоял здоровенный лысый мужик, никак не меньше Гарри, того, что сейчас томился в застенках Торговой Лиги. Может, они ходили в один спортзал?

— Какого хрена! — воскликнул здоровяк, которого звали Джед, — зачем вы притащили его сюда? От него надо было избавиться!

— Планы изменились, — сказала Лидия, — давайте все внутрь!

Она толкнула Йорка вперед. Он оказался в небольшом мрачноватом помещении со скудной мебелью. В дальнем углу за столом, уставленным всевозможной техникой, сидел еще один человек. Невысокий щуплый парень в очках и рабочем комбинезоне.

Бегло оглядев компьютеры, Йорк понял, что это неплохая станция связи. Здесь был коммуникатор новейшего образца, причем не один. С такого вполне можно было бы связаться с Эндрюсом и вызвать флот поддержки на Харм.

Из узкого коридора показался еще один человек, этот был гораздо старше остальных, старше Йорка — седой мужик, довольно крепкий на вид. Человек нахмурился и оглядел вошедших.

— И что это? — спросил он, — какого черта он тебе наплел?

— Сейчас все расскажем, — сказал Кертис, толкая Йорка на диван, — ты, сиди тут! И не двигайся! Учти, у нас тут все прекрасно стреляют и не против снести тебе голову.

— Это я уже понял, — сказал Йорк, располагаясь на диване. Диван был старым, но внезапно мягким и приятным, Йорк почувствовал усталость.

— Ты знаешь правила, Лидия, — сказал седой, — у нас нет переговоров с Альянсом и Торговой Лигой!

— Знаю, не хуже тебя! — крикнула Лидия, — ты сам видишь, что все пошло не по плану! Фрэнки, достань «скорпиона», нам всем нужно срочно поговорить на кухне.

Лидия обратилась к молчавшему у компьютеров щуплому парню, и тот, вскочив, вытащил откуда-то из ящиков, большое металлическое яйцо.

— Йорк поможет нам вытащить Гарри, — сказал Кертис, — похоже, они собираются пичкать его военными препаратами, нам всем скоро хана!

— А-12!? Валерий, ты это слышал? Откуда у них запрещенная военная химия!? — заорал здоровяк Джед, — этого ты нам не сообщала!

— Я понятия не имела об этом! — заорала Лидия в ответ, — и Мартинас не знал! Они нас переиграли, ясно?!

Лидия крутанула металлическое яйцо, и оно раскрылось. Из нижней части показались три гибкие ножки, а из верхней проворно появился небольшой окуляр, под которым уже расположилось зловещее дуло парализатора. Лидия направила устройство на Йорка, затем поставила его на стол. «Скорпион» одобрительно пискнул и начал внимательно отслеживать любое движение капитана, не сводя дуло своего маленького парализатора с его груди.

— Это все меняет, — спокойно сказал седой мужик, которого, видимо, звали Валерий, — миссия отменяется, Гарри знал о нашей ячейке. Он знает нас всех в лицо. Нужно уходить прямо сейчас. Джед, минируй тут все, через двадцать минут валим. Двинем в пустыню к тайному убежищу.

— Да послушайте вы меня хоть немного! — заорала Лидия, — у нас еще есть время! Давайте все на кухню, мать вашу, нечего тут толпиться! Йорк, сиди не рыпайся!

Она скрылась в коридоре, Кертис и Джед последовали за ней. Молчаливый парень в комбинезоне отправился следом. Последним комнату покинул Валерий, бросив на Йорка хмурый взгляд.

Что ж, судя по всему, только что перед Йорком и предстало все сопротивления СГС на Харме. Выглядели слишком нервными и не очень грозными. Что они вообще могли сделать? Какие-то злые подростки, и пенсионер, на закуску. А кто он такой? Похоже, русский? Явно из Альянса. В третьем и пятом флоте Йорк помнил несколько матерых русских капитанов. Может этот тоже управлял военными кораблями во время войны? Судя по выправке, старик в форме. Предатель вроде Мартинаса? Не понятно, лицо совершенно незнакомое.

После того, как Уотерс огорошил Йорка у себя в кабинете новостью о том, что все трое названных гостей проникших на «Баджер» были в команде капитана практически всю войну, Йорк теперь инстинктивно пытался понять, не были ли и эти новые люди теми, кто служил под его началом?

Узнать он никого не мог, как ни старался. Как и не смог тогда вспомнить ни Лидию, ни Гарри. А ведь они вместе с Мартинасом были с ним на Акронисе.

Он сидел на диване и слышал, как с кухни доносятся крики. Спорили, прежде всего, Лидия и тот седой мужик Валерий, видимо он был у них главным на Харме. Но Лидия обладала авторитетом, поэтому они все еще и вели диалог, решая, стоит ли делать так, как сказал Йорк. Капитан был уверен, что они его послушают, не было выбора. Как и у него. Но в этих ребятах было слишком много злобы и ненависти по отношению к Альянсу, Торговой Лиге, и видимо лично к нему.

Хотя за что? Йорк не считал, что на нем не было крови, но Лидию, может, злило то, что он не собирался ныть и раскаиваться за то, что воевал? Да на любом капитане СГС трупов было не меньше. А уж их светлый лидер Новак так вообще обрушил на ничего не подозревающую Землю удары военных кораблей. Ну, и кто после этого кровавый палач? Все у них в головах набекрень. А такое отношение чревато быстрой пулей в лоб, на эмоциях и драйве. Это потом они будут решать, что делать, и что капитан был прав. Йорк все же надеялся, что все будет нормально.

Охранный робот «скорпион» не давал никакой возможности как-то толком оглядеться по сторонам и хотя бы пройтись по помещению. До коммуникатора было рукой подать, нужно было лишь встать с дивана и сделать несколько шагов до блоков с компьютерами, но при малейшем движении робот угрожающе пищал и огоньки на его корпусе становились красными. Он предупреждал свою цель о недопустимости движения и давал возможность вернуться на место до применения парализатора.

Они вернулись так же внезапно, как и ушли. Все пятеро обступили Йорка, на их лицах читалась тревога.

— Ты отключишь все уровни защиты отсюда, — сказала Лидия, деактивируя «скорпиона». Робот послушно убрался в свою скорлупу и перестал пищать. — Давай к серверу, Фрэнки будет рядом с тобой. Если попробуешь связаться с Альянсом, я клянусь что пристрелю тебя!

— Да-да, помню, — огрызнулся Йорк, — хватит уже угроз, дорогуша, я тебя не боюсь. И не собираюсь связываться с флотом и рисковать своей жизнью. Альянс и так все узнает в свое время, с моей помощью или без.

— Сколько тебе надо времени? — спросил Валерий.

— Посмотрим. Думаю, полчаса хватит, и не надо стоять над душой. Я тут рядом, дайте мне что-нибудь выпить лучше.

Лидия кивнула здоровяку Джеду, и тот ушел на кухню. Принес Йорку бутылку газировки.

— А виски есть? — спросил Йорк, усаживаясь за сервер, — с ним у меня лучше идут все мыслительные процессы, знаете ли.

Джед нахмурился.

Йорк ощущал на себе тяжелые взгляды, но попытался сосредоточиться. Парень по имени Фрэнки, который, похоже, занимался их связью и компьютерами, сидел рядом и контролировал Йорка с соседнего монитора, рядом с ними села и Лидия.

— Похоже он и правда имеет доступ к сети Альянса, — сказал Фрэнки тихонько, — это здорово. Мы сможем отключить протоколы защиты у Башни Торговой Лиги. Отличный план.

— Спасибо сынок, я тоже так думаю, — сказал Йорк, не отрывая глаз от монитора, — сейчас посмотрим, что у них там хорошего.

Йорк подключился к сети Альянса безо всяких проблем. У него сохранился статус военного советника, правда, последний раз за консультациями к нему обращались не меньше года назад. Но доступ к базам все еще был открыт.

Йорк стал искать Харм и все данные, что были у Альянса на защитные протоколы Башни Торговой Лиги. Юридически здание принадлежало Альянсу, и поэтому доступ к нему был вполне себе легальный. Тем не менее, Йорк включил все возможные защитные протоколы, стараясь обезопасить себя от обнаружения систем Торговой Лиги. Они все равно заметят, что он шарился по их сети, но, будет это не раньше чем через несколько часов. К тому времени все, кому надо, уже смогут проникнуть в здание и сделать там свои дела.

— Есть только водка, — угрюмо сказал Джед, дав Йорку стакан с прозрачной жидкостью.

Тот поморщился и отставил стакан в сторону.

— Тогда в другой раз, — сказал Йорк, — я почти закончил. Как я и предполагал, они подключили протоколы защиты, но не были готовы, что у меня будет доступ к сети.

— Похоже что так, — кивнул Фрэнки, — Йорк все сделал. Мы обезопасили посадочный ангар и восточный коридор, он ведет к подвалам, там тоже снята защита у турелей и сигнализация. Но система будет думать, что они активные. Мы вполне сможем проскочить. Круто!

— Спасибо за помощь, — за спиной Йорка оказался Валерий. Йорк услышал как тот достал оружие, — вы успели сделать хоть что-то человеческое в этой жизни, капитан. Теперь, прощайте!

— Подожди! — крикнула Лидия, — что-то не так! Почему защита показывает, что требуется ручная активация для подтверждения! Какого хрена!

— Черт, и правда, — Фрэнки выдохнул, — капитан, а вы хитрая задница!

— Что такое? — сказал Кертис, — что случилось?

— Он поставил необходимость ручного подтверждения деактивации охранных систем на каждом уровне.

— И что? Что это значит? — спросил Джед, тряся головой, — что ты сделал, мудак!?

— Все нормально, — сказал Йорк невозмутимо, — как я и обещал, системы безопасности нам не помеха. Как только проникнем в Башню, я буду отключать их по мере нашего продвижения. Все подтверждающие протоколы требуют моих биометрических данных на месте.

— Ты специально это сделал, чтобы мы точно взяли тебя с собой, — сказал Валерий, ткнув оружием Йорку в спину, — а теперь убери то, что сделал, и быстро.

— Ну, и что потом? — зло сказал Йорк, обернувшись, — хорошо, давай, я все сделаю как вам надо, а ты меня сразу пристрелишь после этого, дедуля. Отличное у тебя предложение!

Валерий несколько секунд не отрываясь смотрел Йорку в глаза, затем убрал оружие, медленно протянул руку в сторону капитана, поднял со стола принесенную Джедом водку и залпом выпил.

— Теперь я узнаю настоящую змею Альянса, — выдохнул Валерий, — Лидия, ты это тоже планировала?

Лидия молча встала и вышла на кухню. В бункере повстанцев СГС на несколько секунд наступила полная тишина, только трещали серверы компьютеров возле стены.

Глава 6. Побег из Башни

Маленький подвал в забытом доме где-то на окраине внезапно ожил. Лидия и ее команда доставали какие-то ящики, из них появлялось разнообразное оружие и броня. Остатки СГС готовились к настоящей войне. Единственная проблема заключалась в отсутствии достаточного количества обученных людей. Вряд ли с теми, кто прятался и вел подрывную деятельность на Харме, можно было бы устроить какую-то серьезную головную боль Альянсу и Торговой Лиге. Йорк был удивлен, как их вообще до сих пор не поймали. Хотя он и видел их первый раз в жизни, может, эти ребята были матерыми профессионалами? Он невольно улыбнулся.

— Йорк, не сиди без дела, — нахмурилась Лидия, — возьми этот бронежилет. Тут есть стабилизатор напряжения, если охрана Башни использует парализаторы, тебя не вырубит.

— Нет, спасибо, — сказал Йорк, — я знаю такие штуки и они неплохо справляются со своим делом, да. Но вот сильно мешают двигаться.

Лидия ничего не ответила и продолжила сборы.

Хорошо, если они не были заправскими вояками, то, выходит, умели неплохо прятаться? Входная дверь, закрытая на обычный железный засов была тому подтверждением. Но долго так бы продолжаться не могло. По прикидкам Йорка всю эту группу должны были бы вычислить и зачистить за последующие полгода, никаких шансов. Тем понятнее и логичнее становились действия Мартинаса на «Баджере». Это был акт безысходности. СГС, или, вернее, его жалкие остатки, уже не знали, что делать и хватались за любую возможность как-то снова подняться и заявить о себе.

Такой возможностью стал, судя по всему, проект «Возрождение», который Торговая Лига, или какая-то ее часть в лице Уотерса, активно разрабатывала после окончания войны. Йорк не понимал всю суть планов Уотерса или команды Лидии, и что именно они разрабатывали в том загадочном подземном комплексе под названием «Улей», а посвящать его в детали, очевидно, никто не собирался, но в целом картина хоть как-то прояснялась. Возможно, Йорк, волею судьбы нащупал что-то крупное и важное, от чего возникало ощущение былого азарта, примерно такое же, как когда он еще до войны вместе со своей командой на «Виспере» искал и громил пиратские банды в разных частях Галактики.

Это была интересная и захватывающая работа. Сразу после того, как Йорк, Бэйкер, Савельев, Серано, одним словом, вся их дружная шайка из Академии, получила свои первые нашивки, позволяющие быть командирами пусть и не больших, но личных кораблей. Йорк сам выбирал, чем заняться, в этом Альянс предоставлял много свободы выбора для отличившихся выпускников, и наставник предложил заняться Йорку именно патрулем дальних миров, где Лига только недавно открывала Маяки и обнаруживала новые системы. А значит, эти системы привлекали внимания множество темных личностей с разной степенью оснащенности кораблями.

Пока Первый Контур новых Маяков еще достраивали и приводили в полную боевую готовность, в эту дыру, словно мелкая рыбешка через большую сеть сразу же устремлялись и расползались множество маргинальных групп, желающих поживиться тем, что еще не успела схватить Лига.

Все это дело с открытием новых Маяков иногда походило на открывание огромного сундука с подарком. И Йорк даже понимал, почему Лига с таким остервенением пыталась строить все новые и новые Маяки. Азарт, небывалая лотерея, в которой почти всегда удавалось выиграть что-то невероятное. Никогда не было известно, куда приведет следующий Маяк, в какую часть Галактики.

Однажды, например, в системе Тарл, Маяк открылся в мир, где не было ничего кроме раскаленного газа сжигающего все. Не было даже никакой возможности понять, в какой именно части звездного неба был проложен маршрут, вся информация терялась, не доходя до серверов. Сначала в Маяк отправили группу зондов и те подтвердили, что система крайне недружелюбна для человека, но может представлять интерес для научного исследования.

Казалось бы, на этом можно и закончить, но некоторые слишком деятельные руководители Лиги решили отправить за Маяк Тарла несколько военных кораблей, которые предоставлял Альянс. В новую систему отправился капитан Сумин, с группой своих кораблей. Сумин выпустился из Академии на несколько лет раньше Йорка и уже управлял небольшой эскадрой. Но все же был недостаточно опытен, это его и сгубило.

Нужно было надавать на Лигу, заставить отправить их в ту систему больше зондов и потратить больше времени на исследования. Но то ли Сумин решил выслужиться перед начальством, то ли его просто подвели данные зондов, которые предоставляла Лига, результат был один — все двенадцать кораблей Сумина и около тысячи человек состава никогда не вернулись из той странной системы, где не было жизни. Зонды так же превратились в горячее облако, последнее, что они передавали — вероятность освоение системы человечеством в ближайшее время маловероятна.

Был скандал, кого-то уволили, но, несмотря на человеческие жертвы, было ясно — годы строительства Маяка, миллиарды вложенных средств и часов работы людей были потрачены впустую. Первый Контур не стали даже начинать выстраивать. Маяк оказался бесполезен. Так его и заморозили на окраине системы Тарл, которая до этого дала Лиги и Альянсу несколько пригодных для освоения планет, одну из которых, Энор, даже можно было терраформировать относительно небольшими усилиями, хотя этого Лига до сих пор не сделала. Другие планетки оказались не такие уж и интересные в плане добычи. Зато пригодные для исследований, и вскоре на них появились первые колонисты, в основном ученые, туристы и богачи, скупающие земли в отдаленных уголках космоса.

Соответственно, наличие нескольких, пусть небольших, но уже освоенных планет, Энор, Аир, Делос, Кулон, привлекло и множество тех, кто пытался в системе устроить бардак. Космические пираты ведь тоже понимали, что планеты не такие уж и богатые на ресурсы. В них не было платины, вольфрама, других полезных ископаемых, зато что-то можно было понемногу добывать в поясе астероидов, устраивать там набеги на корабли, забредающие далеко от Маяка в космос, и строить собственную жизнь для дальнейшей попытки атак на корабли Альянса и Лиги. Туда-то и отправился Йорк на своем «Виспере» с командой из пятидесяти человек.

Да, веселое было времечко, они прочесывали космос до тех пор, пока не наткнулись на пояс астероидов у планеты Кулон. Там команда сразу же была обстреляна мощными стационарными орудиями, и только мастерство пилотов Йорка, быстро отреагировавших на угрозу, спасло корабль от неминуемый гибели.

— Какого хрена она стреляют! — зло крикнул Йорк, — они должны понимать, что мы корабль Альянса!

— Думаю, это пираты, сэр, — ответил штурман.

— Это я и без тебя понял, Уонг, — но зачем им нас уничтожать? Сюда же прилетит целая флотилия!

— Там что-то есть, — сказала старший помощник Йорка Дана Рэй, старше Чарли лет на восемь, она беспрекословно подчинялась молодому капитану, и Йорк ее за это очень уважал.

— Думаешь, они раскопали какой-то источник энергии, который хотят ото всех скрыть? Но Лига же прочесывал здесь все вдоль и поперек. Сомневаюсь, что они сидят на залежах ирида.

— Я тоже в этом сомневаюсь, — кивнула Рэй, — что будем делать? Уходим к Маяку?

— Не так быстро, — ответил Йорк, — Уонг, следи за ними. Спрячемся, попробуем отследить их маршруты передвижения.

«Виспер» отлетел подальше и затаился в поясе астероидов в несколько тысячах километрах от того места, где они были обстреляны неизвестными возле Кулона.

— Они не будут ждать, пока сюда придет флот и все тут разбомбит на несколько миль вокруг, — сказала Дана, — в чем твой план?

— Думаю они ошиблись, — ухмыльнулся Йорк, — они перепутали нас с другими.

— О чем ты, капитан?

— Наша ливрея. Три месяца назад «Виспер» перекрасили и сняли старые бронепластины, поставили новые, отражающие. Помнишь, нам уже не раз говорили, что визуально мы не походим на корабль Альянса, так как отражение закрывает все эмблемы, и мы скорее походим на какой-то мутный неизвестный корабль? Хоуп еще требовал, чтобы переделали как надо.

— Так ты хочешь сказать, что они приняли нас за какую-то другую банду? — спросила Дана.

— Предполагаю. Ну, посуди сама. После атаки они посылали нам запрос, который мы по понятным причинам проигнорировали. Уонг сказал, что это был вопрос принадлежности. Может, хотели выдать себя за какую-то частную компанию исследователей, которые обознались и пустили залп по кораблю Альянса. Мы не ответили. Других сигналов Уонг не перехватывал.

Они должны были понимать, что если мы корабль Альянса, то у них большие проблемы, и попытались бы связаться с местной базой Альянса на Эноре. Но туда не приходило запросов. Я делаю вывод, либо они и правда какая-то мелкая частная фирма, но слишком тупая, либо пираты, которые приняли нас за своих конкурентов и попытались отогнать от места своей дислокации. Возможно, они ждали нападения от кого-то. Подождем еще пару суток. Если они дернутся и вылезут из пояса астероидов, мы всегда сможем их догнать. А если нет, гарантирую, сюда прилетит корабль и попытается их атаковать!

Они стали ждать и на второй день Йорк уже начал киснуть, и подумал что ошибся. Но вдруг Уонг сообщил, что со стороны Кулона движутся два корабля. Они приблизились примерно к тому пространству, откуда был обстрелян «Виспер».

Йорк с улыбкой наблюдал шоу, началась перестрелка, два пришедших корабля вели атаку по скрытым позициям среди астероидов, силы были примерно равны. Но внезапно один из кораблей, прилетевших с Кулона, взорвался ярким синим пламенем.

— Мы собираемся вмешаться? — спросила Рэй.

— А как же! — сказал Йорк, — как только эти ребята вылезут из своей норы и попробуют добить второй корабль!

Что и произошло примерно через несколько минут. От астероидов отделился юркий кораблик без опознавательных знаков, чуть меньше того, что прилетел раньше, но с мощным вооружением и крайне маневренный.

— Давайте сейчас! — крикнул Йорк, — я не против, если они друг друга перестреляют, но хотелось бы хоть кого-то сдать на базу Альянса до конца дня. Врубайте сеть, парализаторы основных орудий на полную! Гасите всю их электронику, потом разберемся. Я не хочу, чтобы этот мелкий засранец нас поджарил, он, судя по всему, это может, с него и начинайте!

Они ворвались внезапно и обрушились на ничего не подозревающие корабли. Маленький корабль не успел опомниться, а его орудия были обесточены мощными импульсами. Он поник и беспомощно застыл на месте. Второй корабль, сначала, попытался добить соперника, но заметил «Виспер».

— Включают двигатели на полную! — сказал Уонг, — хотят скрыться в астероидах!

— Подстрелите-ка их для порядка, но не насмерть! — крикнул Йорк, — Уонг, ломай их защиту, я хочу чтобы их двигатели были холодные и мертвые!

— Есть капитан!

Неизвестный вражеский корабль получил залп по обшивке, что еще больше дезориентировало тех, кто находился на нем. В это время они пытались двигаться к поясу астероидов, но было уже поздно. Уонг взломал их систему защиты, и корабль так же застыл на месте.

— Отлично, — сказал Йорк, — все большие молодцы, теперь давайте их вязать!

Оба корабля отказались выходить на связь, а это не сулило ничего хорошего. Йорк снарядил десантную группу из восьми человек, а сам с другой группой отправился на меньший корабль. Пристыковавшись и выварив обшивку люка, группа «Виспера» обнаружила там трех человек, которые предпочли сдаться. На втором корабле ситуация повторилась примерно в том же виде, за исключением того, что на борту второго из оставшихся кораблей находилось человек двадцать.

— Теперь у нас полный трюм какого-то сброда, — хмуро сказала Рэй, — что с ними делать?

— Сдадим на Энор следующим утром, — пожал плечами Йорк, — интереснее другое. Те трое рассказали, чем занимались на одном из астероидов. Похоже, это банда «Жало», помнишь таких?

— Синтетические наркотики?

— У них там лаборатория. Они приняли нас за своих конкурентов. Ну, тех, что прилетели сегодня.

— Да уж, история как из дурного анекдота, — пробормотала Рэй, — я давно летаю, Чарли, и только с тобой какая-то занятная хрень все время.

— Я, видимо, притягиваю ее к себе, — расхохотался Йорк.

Да, давно это было. Не было еще ни штурма Земли, ни Новака с его безумием. Дану Рэй потом, почти сразу после «Протея» тяжело ранили, она даже не была на корабле в тот момент. На станцию где перегруппировывались силы Альянса, было совершенно нападение. Ей повезло, другим не очень. Йорк несколько раз думал написать и справиться о ее делах, но все время откладывал. Интересно, как она сейчас? Ранение было какое-то очень серьезное.

Йорк тряхнул головой, избавляясь от воспоминаний. Нет, определенно здесь и сейчас, на Харме нужно было во всем разобраться, это его долг как солдата Альянса. Но сначала нужно проникнуть в Башню Торговой Лиги.

Пленный, этот злобный хам Гарри, скорее всего еще молчал. Ульрих вряд ли успел начать допрос. Для начала полковнику бы хорошо прийти в себя после двух зарядов парализатора.

Йорк ухмыльнулся. А что если Ульрих мертв? Вряд ли, конечно. Полковник был здоровым малым, и если не имел проблем с сердцем, через пару часов после побега Йорка должен был прийти в себя и начать действовать. Обнаружить труп Бэйкера, подумать о том, куда Йорк и Лидия могли сбежать, организовать поисковые группы, подчиненные лично ему и Уотерсу. Интересно, а сколько у них вообще людей?

Нет, определенно у Ульриха просто не было времени заниматься Гарри и его допросом. А в том, что Ульрих лично собирался допрашивать участника СГС, Йорк не сомневался.

Слишком много подозрительной информации было у Мартинаса и его команды, и вряд ли бы полковник и управляющий Уотерс захотел бы посвящать кого-то еще в свои планы.

Йорку сильно не нравилось, что он никак не мог понять масштаба той группы, в которой действовали Уотерс и его шайка. Что если все же удастся связаться с Эндрюсом, рассказать ему все в деталях, а тот сразу же после завершения разговора наберет Уотерса и скажет где ловить капитана?

Возможно? Маловероятно, но возможно. За последние пять лет адмирал мог сильно увязнуть в политике, и если в заговоре задействован Альянс, неизвестно, сколько его руководящих деятелей могли быть к этому причастны.

Но у Йорка не было выбора. Нужно было попытаться найти союзников. За то время, что он провел на Харме, он был совершенно один, а рассчитывать на то, что Лидия и ее банда отпустят Йорка, когда и если их авантюра с побегом увенчается успехом, было совершенно глупо. Они избавятся от него, как только он откроет последнюю запертую дверь своим отпечатком пальца.

Тем не менее, они даже выдали ему оружие. Парализатор средней мощности, точно такой же, каким Йорк вырубил Ульриха.

Чарли мог бы попробовать перестрелять их всех прямо сейчас. Даже без учета компьютерщика Фрэнки, который бы вряд ли оказал серьезное сопротивление, — четыре цели, которые, к тому же, вполне прогнозируют такие действия со стороны капитана — это слишком даже для Чарли Йорка. Поэтому он пока спокойно сидел на диване и попивал лимонад, наблюдая, как команда Лидии экипируется.

— Все, пора, — сказала она махнув Йорку, — глайдер во дворе. Будет тесно, но, думаю, это не проблема.

Они погрузились в небольшой и старый глайдер, который стоял прямо за углом обшарпанного дома, где они прятались и, поднявшись в воздух, двинулись к Башне. Словно банда уголовников, которая собирается обчистить банк.

Йорк сидел, вплотную прижавшись к Джеду, этому здоровенному и угрюмому мужику. Тот неодобрительно смотрел на Йорка.

— Ты тоже служил на моем корабле? — как можно более дружелюбно спросил Йорк, — думаю нет, думаю ты вообще не воевал, так?

— Я был на Земле когда Новак туда прилетел, — сказал Джед, — мы с ребятами как раз пошли на пляж. У Золотых Ворот.

— Так ты из Сан-Франциско? — сказал Йорк, — всегда хотел там побывать.

— Теперь это уже другой город, — сказал Джед, — его отстроили, но все по-новому.

Любопытно, перед ним сидел живой свидетель вторжения Новака на Землю.

Первый удар, День Огня, это много как называли. Это случилось после неудачи на «Протее», Новак решил поменять свои планы и отправил корабли к Земле.

Альянс как раз подтягивал флот к Юпитеру, ожидая, что Новак уйдет от Марса в сторону Маяка и попытается скрыться. Бой мог бы состояться где-то на орбите Марса у Деймоса, и многие военные уже планировали военную стратегию битвы, прикидывая шансы Новака уйти живым.

Но адмирал сделал другую вещь. Он двинулся прямо к Земле, защищенной на тот момент всего лишь небольшой эскадрой перехватчиков третьего Флота. Этой силы бы хватило отразить пиратские набеги, которые все еще случались в Солнечной Системе время от времени, но перехватчики и пара линкоров не могла тягаться с тяжеловооруженной армадой первого флота адмирала Новака.

Совет Альянса в ужасе глядел на то, как Новок берет Землю в кольцо и вводит в атмосферу малые суда. А затем начался ад, боевые корабли жгли военные склады и крупные энергетические узлы Торговой Лиги. На Земле до сих пор шла важная часть жизни всей организованной части Галактики, как торговой, так и политической.

Новак взрывал важные исторические памятники, сносил целые заводы, разрушал инфраструктуру годами выстраиваемую Лигой. От его действий вся Галактика просто замерла в ужасе. Словно вандал в музее, он менял ландшафт самой планеты с помощью орбитальных пусковых лазеров. Жертв было достаточно. Стала вырубаться связь, начался хаос, и все эти восемь часов, что Новак хозяйничал на планете он, не переставая вел пропаганду по своим каналам связи. Призывал жителей Земли восстать и присоединяться к нему в войне с Торговой Лигой и Альянсом. Казалось бы, весь мир в едином порыве должен был желать только одного — задушить этого кровавого маньяка своими руками, но оказалось, этого хотели не все.

Эффект от действия Новака был двояким. Слишком долго и слишком сильно Лига пила кровь из всего до чего могла дотянуться. Прогрессирующая нищета миллионов, постоянные проблемы Куполов (Проул так и не показал стабильного развития до сих пор и потрескивал выстрелами и взрывами время от времени, несмотря на то что «Красная звезда» была уничтожена) и очевидное нежелание заниматься терраформированием планет в угоду создания новых Маяков на нужды Лиги.

Все эти недовольства и периодические бунты на планетах происходили уже чуть ли не полтора столетия, и последние двадцать лет ситуация стала совершенно неуправляемой.

Новак был той самой спичкой, которую десятки тысяч людей ждали долгие годы. Но именно вторжение на Землю помогло закрепиться адмиралу в своем статусе первого, кто смог реально бросить вызов Торговой Лиги, и люди поверили, что все может измениться. Он жег одну за другой гигантские Башни Лиги на Земле, уничтожил, то, что Торговая Лига считала символом своего незыблемого статуса полноправного хозяина Галактики.

Новак разрушил Башни по всему миру — начал в Сан-Франциско, Лондоне и Токио — три крупных центра с которых еще давно началась история космической экспансии Лиги…

Щелкнув Лигу и Альянс по носу, Новак тем самым призвал к чувству гордости людей. Да, я чудовище, видите, что я сделал, но разве не только так до вас можно было достучаться, что пора проснуться и начать что-то делать? Можете осуждать меня, но мир уже никогда не будет прежним. Народ будет воевать со мной, или против меня.

Когда подоспел третий флот Альянса, с Эндрюсом во главе, Новак уже скрылся за пределами Маяка у Меркурия, попутно разрушая его Первый Контур и оставив на Земле несколько своих лучших дивизий и командиров. Земля оказалась заражена партизанской войной и увязла в ней на долгие годы.

— Моя семья подпадала под поправку об освоении космоса, — сказал Джед, — мой отец был ведущим инженером в одном из отделений Лиги в Сан-Франциско. Занимался созданием новых двигателей, какие-то более продвинутые стержни на ириде, говорил, что это перевернет всю индустрию перелетов.

Он был по-настоящему мастером своего дела, я никогда не встречал человека более преданного делам Лиги, и столь свято верившего в то, что все, что они делают это правильно и хорошо. Пока однажды ему не сказали, что руководство принимает решение разделить проект на несколько более мелких и отдать все его идеи на разработку другим ученым, а его самого просили заняться дальним космосом, мол, именно там от его проектов и опыта сейчас будет больше пользы.

Формально отец и не был против. Все, что он делал по контракту, принадлежало Лиге и ее дочерним компаниям. Но он знал, что дело вовсе не в его проектах. Он знал, что это вранье, в его подчинении было много людей, куча данных стекалось к нему со всей Галактики, и он понимал, что покидать Землю нет никакой нужды. Нам оставалось около четырех месяцев. А дальше на Тикон, веселая планета с Куполом-миллионником, слыхал о такой? Система Гарант, наверняка прекрасное место, ничем не хуже Солнечной Системы, как объяснили отцу!

Йорк сощурился. Он не знал что это за планета такая Тикон, но таких планеток он повидал достаточно, чтобы понимать, о чем говорит Джед. Гарант, это же какой-то совсем уж дальний космос, довольно опасное местечко, пираты часто совершали набеги в ту систему, прорываясь через Маяк и устраивая свои базы глубоко в тылу. Вроде бы там еще до войны были проблемы с Куполами, Йорк не мог сказать наверняка. Возможно, отца Джеда и направили туда, чтобы он занялся этой проблемой.

Могло показаться, что в ситуации с отцом Джеда не было ничего ужасного. В конце концов, он работал на Лигу и мог отказаться лететь. На деле же, если все было так, как описывал этот лысый здоровяк, сидящий сейчас рядом с Йорком в тесном глайдере, к отцу Джеда применили так называемую поправку о необходимости освоения космического пространства. Она подразумевала смену работы и иногда рода деятельности для человека, в ультимативной форме.

Для примера, это как если бы крупному менеджеру в корпорации внезапно сказали быть водителем старого вонючего грузовика в сельской местности. Он, конечно, мог отказаться, но тогда все его проекты будут расформированы, зарплата срезана, а дальнейшей возможности для развития и какого-то нормального существования не предвиделось. А так, всего пять-шесть лет и сможете вернуться обратно на Землю, если все будет хорошо! Соглашайтесь, это не такой уж и плохой вариант, и потом он вполне законен, если вы внимательно посмотрите.

Одна из самых грязных вещей, что Лига провернула в последнее время перед войной, при попустительстве Альянса, внесенная в Космический Кодекс поправка № 339, о необходимости освоения космического пространства. По сути, поправка была обычным предлогом для депортации с планеты из родного дома как можно большего числа инженеров, ученых, даже простых людей, которых объявляли «важными и ценными» участниками экспансии человечества на дальние рубежи космоса.

Приняли эту поправку, когда Лига поняла, что даже при открытых границах космоса когда люди покидали обжитые миры тысячами и тысячами и расползались по космосу, при том, что дальние миры сулили возможности, заработки и что-то невероятное, большинство людей предпочитало тихую и спокойную жизнь на обжитых мирах вроде Земли, Марса, Венеры, Акрониса, Рама — словом, там, где был кислород и устроена нормальная жизнь. Они не собирались бороздить космическое пространство для того, чтобы осесть где-то под стеклянным колпаком. Они хотели просто нормально жить, чтобы их никто не трогал. А для Лиги это были сплошные убытки.

И тогда был пропихнут этот закон, по которому в соответствии с полезностью с Земли и других планет, признанных обжитыми настолько, что людей уже можно было не считать, должны были быть, по сути, депортированы несколько миллионов в ближайшие годы. Никто не называл это депортацией, эти политиканы и продажные журналисты умели хорошо лить воду в уши, так, что многие даже сами бросились в дальний космос на сомнительные планеты горнодобывающих корпораций, под эти наспех возведенные Куполы, без надежды на то, что их заменит свежий воздух терраформированной земли в ближайшие сорок-пятьдесят лет.

Людей расселяли на другие планеты, с целью их освоения Лига давала огромные льготы и выплаты всем желающим, которых нашлось немало. Но были и те, кто улетать не захотел и понимал, что все это попахивает каким-то рабством.

Директорат Лиги же никак не понимал, или усиленно делал вид, что не понимает, чем люди недовольны. Им предлагали невероятные условия. Те, кто был на Земле и других планетах с кислородом и атмосферой обычным рабочим получил гарантированную оплату труда, жилье, и постоянные выплаты довольно высокого уровня.

Но Йорк понимал, о чем говорил Джед. Сам факт этого закона, его итоговая безапелляционность для простого человека, был скотским, и никакие деньги не могли этого скрыть. Еще тогда Йорк решил для себя, что если какой-то крупной войны не избежать в ближайшее десятилетие, этот закон будет не последней причиной. Тот же Новак в своих бесконечных обращениях и манифестах говорил, что поправка № 339 фактически отбросила человечество в колониальную эпоху и очевидности этого не понимают только полные идиоты.

— Грязное дело, — пробормотал Йорк, — некоторых моих друзей тоже собирались отправить на дальние рубежи, а они совсем не военные.

— Мне плевать, — ответил Джед, — ты согласился с ними, капитан, а Новак нет.

Йорк нахмурился и ничего не ответил.

— Подлетаем, — сказал Кертис, выруливая ниже, к Башне Торговой Лиги, — сейчас должны активироваться защитные протоколы силовых орудий. Надеюсь, нас не размажут пушки Альянса.

— Спокойно, — сказала Лидия, — наш капитан должен был все сделать как надо.

Йорк все сделал как надо. После поступившего автоматического запроса, система защиты расценила глайдер, на котором они летели как корабль, зарегистрированный в Торговой Лиге, и пропустила его в посадочную зону. Тут все было в порядке.

— Отлично, — сказал Валерий, когда они приземлились, — хорошо сработал, капитан. Надеюсь дальше будет не хуже. Давайте, быстрее, все на выход!

Они спокойно вышли из глайдера в посадочный ангар, из которого Йорк и Лидия сбежали меньше суток назад. Здесь по-прежнему было полно людей и транспорта, на вновь прибывших никто не обратил особого внимания.

Группа двинула в ближайший коридор, куда указал Йорк, к посту охраны, где сидели два солдата в форме Альянса.

— Пока оставайтесь в Погрузочной Зоне, — вяло сказал усатый охранник, не вставая со своего раскладного стула. На коленях у него был гибкий монитор, по которому он смотрел матч по футбольному рестлингу, — у ваших из Торговой Лиги какие-то проблемы с ворами сегодня. Они досматривают всех прибывших, сейчас сообщу, и к вам придет группа, пока стойте.

— Все в порядке, мы свои, — сказал Валерий и, ловко выхватив небольшой парализатор, выстрелил охраннику прямо в лоб. Тот дернулся и тут же вырубился. Второй охранник выскочил из своей будки, но его моментально уложил Джед, подойдя почти вплотную. Он аккуратно подхватил охранника под руки и усадил обратно в будку. Валерий затащил туда же первого усатого охранника и положил на пол.

— Все чисто, — сказал Кертис, оглядываясь вокруг.

— Тогда двигаем дальше, — кивнула Лидия.

— Нам нужно спуститься ниже посадочной зоны, — сказал Йорк, — идите за мной, и не доставайте оружие, даже если заметите охрану. Я не смогу деактивировать охранные протоколы, если вы начнете стрелять внутри здания Башни.

— А что нам с ними, танцевать что ли? — спросил Кертис.

— На что тебе руки, малыш? — сказал Йорк, продвигаясь по коридору, — или вас в СГС не учат драться?

Кертис фыркнул, но ничего не ответил.

Йорк подошел к панели управления и ввел там свой личный код Альянса. Как он и предполагал, Уотерс не смог его заблокировать или как-то отследить. Сейчас система считала, что в здание Торговой Лиги проходил технический специалист высочайшего уровня, которому не требовалось информировать управляющего о своем прибытии, а нужно было докладывать руководящему из Альянса. В данном случае этим руководящим был сам Йорк, который ранее подтвердил все необходимые протоколы в подвале у Свободного Галактического Союза.

— Торговые накладные давайте, — за дверьми стоял еще один вялый охранник, видимо Уотерс поставил здесь всех на уши, хоть и не сообщал о серьезности происшествия.

Йорк быстро приблизился к охраннику и вырубил его мощным ударом по шее. Тело охранника обмякло, и Йорк аккуратно оттащил его в сторону в темный угол. Вот пускай он там и отдохнет.

— И сколько дальше еще охраны? — спросил Кертис, — нам что, весь Альянс Харма так лупить придется? А если его найдут?

— Найдут, — кивнул Йорк, — минут через двадцать точно. Нам бы к этому времени хорошо бы убраться отсюда подальше.

— Это безумие, — сказал Джед, — на кой хрен мы брали оружие, если им нельзя пользоваться?

— Воспользуешься, если придется прорываться отсюда с боем, — сказал Валерий, — а пока заткнись, и делай что сказано. Йорк, далеко до камер допроса?

— Если Гарри держат там же, где и Лидию, то через минут десять мы там будем. Двигайтесь за мной.

Он провел их на этаж ниже. Мимо по лестнице прошел какой-то человек, уткнувшись в бумаги, Йорк невозмутимо прошел мимо него, остальные, слава богу, тоже не предприняли никаких действий. В Башне Лиги было полно народу. Тут постоянно ошивались и торговцы, и мелкие служащие, и военные, даже в такое позднее время, посреди ночи. Это было группе на руку, можно было попробовать затеряться среди них. Но если что-то пойдет не так, Йорк боялся что это бравая команда спасения мира начнет палить в ни в чем неповинных граждан, а этого бы ему не хотелось.

Они остановились в небольшом фойе, здесь на диванчике рядом с высоким деревом в кадке, несколько человек о чем — то беседовали. Какой-то охранник покупал шоколад в торговом автомате неподалеку. Йорк подошел к кулеру и набрал в стаканчик воды.

Остальные остановились рядом, Лидия приблизилась к Йорку, на ее лице играли желваки.

— В чем дело? — шепотом спросила она.

— Личный посадочный ангар Торговой Лиги, — Йорк кивнул в дальний конец коридора, у которого был расположен пост с четырьмя тяжело вооруженными солдатами Альянса, — полагаю, что лучшие корабли могут находится именно там.

— Нам сначала нужно вытащить Гарри, — сказала Лидия, — придерживайся плана, Йорк!

— Я и придерживаюсь, — Йорк налил себе еще воды, сделал глоток, — нам не пробраться туда всем вместе с твоим дружком на руках, Лидия. Не успеем никак.

— Ты нас подставил! — проскрежетал Джед, приблизившись вплотную к Йорку, — тебя я заберу с собой в ад, не сомневайся!

— Нужно разделиться, — сказал Йорк, — я проведу вас к камерам допроса, как и обещал. Но кто-то должен уже сейчас отправиться готовить корабль. Ищите что-то похожее на «Звездную Тень», думаю это самые лучшие корабли на всем Харме.

— Как мы это сделаем? Как пройдем в ангар? — спросил Кертис. — Ты совсем долбанулся? Ведь только у тебя коды допуска во все части Башни!

— Придется импровизировать, — пожал плечами Йорк, оглядев недоуменные лица собравшихся. Он задержал взгляд на Валерии, — старик спокойно смотрел на Йорка, — что скажите, полковник?

— Майор, — ответил Валерий, — как догадался?

— У вас с Ульрихом есть что-то похожее, — сказал Йорк, — Тайная Полиция Альянса — это как клеймо, похоже, вас за версту видно. Кстати, вы же знакомы с полковником Ульрихом?

— Прекрасно знаком, — сказал Валерий, — и с удовольствием отправил бы его на виселицу, будь у меня такая возможность.

— Может, объясните, о чем речь? — спросил Кертис.

— Да, мы слушаем тебя, капитан, — сказал Валерий, — излагай уже что задумал, хватит юморить.

— Пусть ваш престарелый майор отправляется в ангар Ульриха, и готовит корабль. Скорее всего, охрана это люди Уотерса, — форма Лиги, да и рожи какие-то злобные, явно в курсе что меня надо искать. Возможно, удастся их обмануть и сказать, что вы собираетесь готовить корабли к вылету в Пустыню Харма, что беглецы укрылись именно там. Возьми с собой Фрэнки, Валерий, он сойдет за инженера корабля. Запудрите им мозги, проникните в ангар, вот ваша цель! Ищите «Звездную Тень» и готовьте к запуску, нам нужно минут десять, не больше!

— Это твой план? — медленно спросил Джед, — заболтать тяжеловооруженный десант у входа в боевой ангар Башни Торговой Лиги? Рожи у них значит злобные?

— Остынь Джед, — сказал Валерий.

— Постарайтесь, чтобы вас не раскрыли как можно дольше. Если не выйдет, Валерий, не используйте парализаторы, к сожалению, они вам не помогут. Разберитесь с ними без риска, они, скорее всего опасные и хорошо подготовленные солдаты.

— Это я и без тебя заметил, — сказал Валерий.

— Повторяю, вам нужно проникнуть в ангар и попасть на корабль. Когда мы вытащим Гарри, уже не получится скрывать кто мы такие, мы будем прорываться к вам с боем. Все понятно?

— Твою мать, — выдохнул Кертис, — почему ты сразу не сказал как все будет?

Йорк не ответил.

— Думаешь, это сработает? — спросил Валерий, — если эти ребята у входа в ангар подручные Ульриха, у них могут быть данные на меня.

— Придумаешь что-нибудь, — поморщился Йорк, — покажи боевое оружие. Расскажи пару баек о том, как пытали пленных во время войны. Солдаты это любят, ты же знаешь.

Валерий злобно посмотрел на Йорка, но кивнул.

— Ладно, — сказал он, — давайте попробуем.

— Нет, стоп, это плохая идея, — сказал Кертис, — мы не так планировали!

— Кертис, хватит, — сказала Лидия, — у нас нет на это времени. Если что пойдет не так, я сама пристрелю Йорка. Давайте двигаться, хватит тут торчать!

Они разделились, и Йорк двинулся дальше, уводя за собой часть команды. Краем глаза он заметил, что Валерий мрачно поправил оружие под одеждой. Рядом с ним стоял Фрэнки, который вообще, судя по всему, в большинстве ситуаций предпочитал помалкивать.

— Гребаные садисты, — выругался Джед, когда они оказались на этаже, где располагались камеры допроса с маркировкой комнат, — по послевоенным соглашениям Лига не имеет права производить допросы самостоятельно на отдаленных планетах! А уж тем более использовать запрещенные препараты!

— Это если Альянс не дал на это разрешение, — возразил Йорк.

Он сам не понял, зачем это сказал. Словно пытался выгородить Альянс за все то, что происходило в застенках Башни. По закону вообще никто не имел права устраивать структуры для допроса, ни Альянс, ни Торговая Лига, на тех планетах, которые не были обозначены как закрепленные за Альянсом в качестве военных и стратегических объектов.

Иными словами, устраивать подобные веселые камеры для допроса с применением различных передовых средств с оговорками, но можно было, скажем, на таких планетах как Акронис или Рам, где, как хорошо знал Йорк, до сих пор была самая большая тюрьма близ столицы Карула для пленных членов СГС. То и дело журналистам удавалась раскопать очередную жуть о тюрьме Карулы, и Альянсу приходилось как-то выкручиваться.

Под давлением общественности в первый год после войны был подписан дополнительный пакет соглашений запрещающий производить любую деятельность, связанную с допросом военных преступников, на планетах, которые никак не связаны с вниманием военных.

— Где он может быть? — спросила Лидия, — здесь десятки камер, в какой Гарри?

— Проверим рядом с той, где держали тебя, — сказал Йорк, — давай вперед, вон она, комната 16-с!

В коридоре никого не было, и вообще стояла подозрительная тишина. Но тут не было ничего удивительного, на этот этаж доступ был уже не для обычных работников Башни, и, скорее всего, об этом месте знали не так много людей. Уотерс, Ульрих и другие их приближенные, которые сейчас были заняты тем, что искали Йорка и Лидию.

— Вот она, — сказал Лидия, остановившись перед камерой 16-с, где ее недавно держали, — Кертис, проверяй соседнюю, двигаемся влево и вправо, проверяем каждую дверь!

Кертис дернул ручку двери, та ожидаемо была закрыта.

— Здесь я ничего не могу сделать, — развел руками Йорк, — эти камеры вообще не учтены в протоколах Альянса, только вход на этаж, — попробуй прожечь, думаю, на этом этаже нет защитных протоколов Альянса и оружием можно пользоваться.

Кертис, помедлив, достал оружие и выстрелил в замок. В тот же самый миг все лампочки возле длинного ряда камер мигнули красным светом, а где-то вдалеке раздался короткий сигнал и затих.

— Дерьмо! — выругался Йорк, — это тревога! У нас мало времени, скорее!

Кертис пнул ногой дверь и забежал в камеру. В ней никого не было. В стороне стоял пустой стул с кандалами, на небольшом столике расположились какие-то инструменты и ампулы.

— Его здесь нет, — сказал Йорк, — нужно двигаться дальше, у нас не больше пары минут!

— Не учтены в протоколах Альянса? — сказала Лидия за спиной, — можно пользоваться оружием? Йорк, ты забыл, что я тоже инженер?

Он медленно повернулся, Лидия достала оружие и направила на Йорка.

— Что такое? — Джед озадаченно смотрел на нее.

— Он специально отправил Фрэнки с Валерием чтобы мы воспользовались здесь оружием и сработала тревога. Йорк?

— Ерунда, — крикнул Йорк, — хватит уже паранойи, Лидия! Давайте, скорее, проверим оставшиеся камеры, Гарри возможно нужна медицинская помощь!

— Он прав, Лид! — крикнул Кертис, — не время сейчас…

Йорк сделал резкий выпад, и со всего размаху пнул Лидию в живот ногой. Удар был невероятно сильный и быстрый. Лидия выронила бластер и, отлетев к дальней стене, ударилась о кресло с кандалами.

Йорк выхватил свой парализатор и выстрелил Джеду в грудь. Здоровяк был слишком медлителен, и, не успев среагировать, рухнул на пол. Йорк уже не глядел на него, а выстрелил в Кертиса, и того, развернув на месте, отшвырнуло в угол на стол с инструментами.

Йорк почувствовал обжигающую боль в левом плече. Лидия умудрилась подняться на ноги и целилась в него из еще одного боевого излучателя, который внезапно оказался у нее в руке.

Не обращая внимания на боль, его лишь слегка задело, Йорк выстрелил девушке в корпус, но парализатор лишь глухо щелкнул.

Всего два заряда? А вот это было некрасиво со стороны Лидии и ее команды. Парализатор в руках Йорка бодро показывал, что в нем полный боекомплект. Видимо, его оружие было специально настроено таким образом, перед тем как его отдали Йорку. Умно, и все же подленько. Если бы тогда в подвале он попытался их всех обездвижить, то погиб бы на месте.

Не теряя ни секунды, Йорк размахнулся и запустил пустым парализатором Лидии в лицо. Девушка увернулась, но Йорк получил дополнительные мгновения и бросился на нее всем телом, опрокидывая на пол.

Лицо взорвалось болью, яркий луч слегка рассек кожу на щеке Йорка, но ушел куда-то в бок, не причинив серьезных повреждений. Он прижал руку Лидии с излучателем к полу и резко ударил ее головой в нос. Затем еще раз.

Девушка обмякла, И Йорк, схватив ее за одежду швырнул на кресло для допрашиваемых, резко защелкнул кандалы.

— А как же твои слова, что ты не хочешь никого бросать в этих застенках, а Йорк!? — прохрипела Лидия, захлебываясь кровью. — Вернул меня почти туда же, что изменилось?

— Изменилось то, что я знаю где ваша база, — сказал Йорк, обшаривая тело Джеда и подбирая действующий парализатор, — а на ней вполне себе пригодный шифрованный коммуникатор. Я свяжусь с Альянсом, и скоро эту Башню перероют сверху донизу. Ни Уотерс, ни Ульрих не уйдут.

— Если они не прикончат меня и всех остальных раньше! — крикнула Лидия.

— Я готов рискнуть, — сказал Йорк.

— Гарри! — крикнула Лидия, — где он? Найди его! Прошу тебя!

Йорк выдохнул.

— Слушай, я почти уверен, что его уже здесь нет. Скорее всего, Ульрих перевез его куда-то в более надежное место, как только очнулся.

Она что-то еще кричала, но Йорк ее не слушал. Он вылетел в коридор — и вовремя, рядом уже было двое солдат Альянса с боевыми винтовками наперевес. Вот и начинается веселье.

Йорк уложил обоих точными выстрелами в лицо и, не останавливаясь, двинулся дальше в сторону военного ангара Торговой Лиги.

Ему нужно было, чтобы тревога сработала и военные, которые могли следить за ангаром, покинули его. Иначе было не прорваться к «Звездной тени». Йорк надеялся, что Валерий сработает как надо.

Он сразу подметил его хитрые глаза. Валерий явно долгие годы служил Альянсу, пока, наконец, не решил, что у Новака будет поинтереснее. Наверняка он сумеет проникнуть на корабль Лиги, и это значит, что Йорк должен будет разобраться и с ним. А Фрэнки, ну, парень сильно не пострадает, если не будет лезть на рожон.

Йорк миновал тот самый кулер, возле которого чуть больше десяти минут назад пил воду и двинулся ко входу в ангар. Людей вокруг уже не было, даже военных.

Его план сработал, ни одного из тех четырех солдат, которых он видел до этого, у проходной уже не оказалось. Дверь вообще была чуть приоткрыта, и Йорк зашел в ангар.

Пространства здесь было меньше чем у посадочной зоны Торговой Лиги, но оно все было заполнено техникой. Тут располагались более мелкие корабли, в основном военного назначения.

Йорк удивленно оглядывал ряд боевых кораблей класса «Игла». Это были различные модификации «Звездной тени» Ульриха, и эти корабли стройными рядами уходили куда-то вдаль. Ничего себе! Да тут целый флот небольших, но мощных перехватчиков. С кем собрался воевать Уотерс?

Йорку сделалось немного не по себе. Только теперь, разглядывая эти бесконечные ряды боевых кораблей, он своими глазами увидел масштаб всей этой заварухи. Кто бы ни стоял за Ульрихом и Уотерсом, у них достаточно ресурсов для небольшой войны. А кто знает, что у них еще есть в глубинах пустыни Харма, в этом так называемом «Улье»?

У одного из кораблей Йорк заметил несколько лежащих тел. Уже трупы, судя по тому, что вся площадка была залита кровью. В ангаре больше никого не было, но через минуту-две, здесь будет полно вооруженных людей. Нужно было действовать быстро.

Он подбежал к кораблю с названием «Дэстэни», примерно такого же типа как корабль Ульриха. В открывшемся шлюзе возник Валерий с излучателем наперевес.

— Где остальные!? — крикнул он, — почему сработала тревога?

— Нас раскрыли! — крикнул Йорк пытаясь отдышаться, — нужно убираться отсюда к черту!

— Нет! — крикнул Валерий, — мы не улетим без остальных!

— Никого больше нет! — крикнул Йорк в ответ, — уходим скорее! Я подниму корабль в небо и мы полетим ко второму Маяку системы, дальше, за Харм!

Йорк оттолкнул опешившего Валерия в сторону и влетел на мостик.

Он уселся в капитанское кресло и запустил команду подготовки корабля к старту. Затем схватил диагностический модуль на главной панели и вырвал из него провода.

— Полагаю, корабль не захочет нас везти, — бормотал Йорк, — ну да ничего, сейчас он отправится в ремонтный цех в главном ангаре, или будет думать что так делает.

Панель управления загорелась красным, сообщая о неисправности, Йорк ввел стандартную техническую команду на разрешение транспортировки корабля в ремонтную зону, и двигатели вдруг оживились.

— Прекрасно, — сказал Йорк, — теперь валим отсюда!

— Хватит! — Йорк обернулся, — Валерий нацелил на него боевой излучатель, — Лидия ясно мне сказала, чтобы я разобрался с тобой в случае чего. Не знаю, что на самом деле там у вас случилось, но лично ты уже никуда не полетишь!

— Брось, Валерий, — сказал Йорк, — ты не смог завести корабль, я уверен, что ты сам не знаешь, как добраться до Маяка незамеченным! Без меня вам не уйти!

— А я не собираюсь улетать с планеты, — сказал Валерий, — у нас есть убежище в пустыне, мы двинем туда.

— Стой! — крикнул Йорк, Валерий уже поднял свое оружие, но внезапно он заорал как громом пораженный, и, схватившись за грудь, рухнул на пол.

За ним стоял Фрэнки и держал парализатор.

— Капитан, — пробормотал щуплый очкарик, целясь в Йорка, — он предлагал плохой план. Увезите нас с планеты, хорошо?

— Как скажешь, Фрэнки, — ответил Йорк, щелкая тумблерами на панели, — только опусти свой ствол, будь другом.

Фрэнки бросил оружие на пол и рухнул в соседнее кресло.

Йорк покосился на него и включил двигатели на полную мощность. Корабль взревел и оторвался от пола ангара.

Внезапно ожил коммуникатор. На экране было злобное лицо Ульриха.

— Молодец, Йорк, — сказал полковник, — Уотерс не думал, что ты будешь настолько отбитым что захочешь вернуться в Башню, чтобы угнать корабль, а я его послушал!

— Как самочувствие, полковник? — спросил Йорк, вылетая из ангара, в который уже забежало несколько десятков солдат с оружием. Они стреляли по «Дэстэни», но скорее от бессильной злобы, вреда кораблю они причинить не могли.

— Наслаждайся полетом, — сказал Ульрих, — через минуту ты станешь кровавым месивом!

— Все, умолкни, — Йорк вырубил Ульриха и поставил блок на любые входящие сигналы. Теперь нужно было полностью изолировать корабль, для какого-либо вмешательства извне. И тут могла пригодиться помощь.

— Фрэнки! — крикнул Йорк, — ты слышишь меня? Фрэнки!

— Да, — устало ответил тот, — черт, вывозите нас! Думаю, мы сможешь совершить прыжок из Рубио, а там я скажу, куда нам держать курс.

— Как скажешь, — ответил Йорк, краем глаза фиксируя угрожающие сообщения что лазерные пушки расположенные вдоль периметра Башни уже взяли их на прицел и собираются производить выстрел, — но сейчас надо, чтобы ты немного поработал! Давай, входи в систему корабля и перегружай все цепи, до которых успеешь дотянуться! Щиты, навигация, система охлаждения, вырубай все! Мне нужно чтобы корабль превратился в летающее корыто, оставляй только то, что мне нужно для полета!

К чести Фрэнки, тот мигом стал выполнять, что ему проорал Йорк, и капитан слышал, как одна за другой отключаются системы жизнеобеспечения корабля, лишая Торговую Лигу возможности отслеживать свой транспорт и перехватывать его управление. Йорку нужно было совсем немного, возможность летать и маневрировать, а это он мог сделать и сам, без бортового компьютера.

Датчики движения успели зафиксировать залпы электромагнитных зарядов, прежде чем вырубиться. Йорк почувствовал мощный удар, залп прошел по касательной, иначе их бы уже поджарило.

Все же скорости кораблям Лиги было не занимать, и вскоре Башня растворилась где-то сзади и пушки перестали быть угрозой. Он держал курс на тот район, где находился подвал сопротивления с работающим коммуникатором.

— Капитан, — пробормотал Фрэнки, — я знаю что вы задумали, но ничего не выйдет.

Йорк глянул на монитор и увидел что все пространство внизу освещено светом. Убежище СГС было раскрыто, внизу крутились боевые дроны, ползали бма и солдаты в черно-желтой броне Лиги. Заметив корабль Йорка дроны поднялись в воздух.

— Проклятье, — выругался Йорк, — держись, летим отсюда к черту!

Планы менялись очень быстро, и приходилось придумывать на ходу. На что он сам теперь рассчитывал? Скрыться в пустыне, затеряется среди скал, как и хотел Валерий? Ну, можно было попробовать. Местность сразу же начнут прочесывать, но он мог выгадать для себя еще несколько часов. Но какой в этом смысл, если не получилось связаться с Эндрюсом?

Йорк сжал зубы в бессилии и врубил полную тягу, сзади растворялась Сибила, и вскоре огни города окончательно затерялись где-то вдалеке.

— Капитан, корабли, что шли за нами, разворачиваются, нам удалось!

— Им просто приказали не устраивать шум, — пробормотал Йорк. — Нам особо некуда бежать, Фрэнки, думаю, Уотерс не хочет жертвовать своим кораблем и хочет взять нас живыми. Возьмут нас подальше от города!

— Так взлетайте на орбиту! — крикнул Фрэнки, — чего вы ждете?

Йорк посмотрел на парня — того всего трясло, похоже он держался из последних сил. Интересно, как он вообще оказался в рядах СГС, было очевидно, что он не убийца и не фанатик.

— Фрэнки, — сказал Йорк, — нам бы не удалось добраться до Маяка ни при каком раскладе. И я сейчас говорю не про Первый Контур. Недалеко от орбиты Харма есть мощные боевые корабли Лиги. Об этом мне говорила Лидия, потом я получил точное подтверждение об этом тогда, у вас в подвале, когда копался в их охранных данных.

У Харма действительно находится небольшой, но мощный флот Торговой Лиги, видимо они боятся чего-то, или охраняют. Нас бы поджарили, как только мы вышли в открытый космос, извини.

Парень закрыл глаза и откинулся в кресле. Он тяжело дышал, а Йорк продолжал нестись вглубь пустыни, держа курс на высокие скалы. Там они смогли бы затеряться на какое-то время и передохнуть. Йорк почувствовал, как на него навалилась небывалая усталость.

Глава 7. Красная пустыня

Сутки на планете длились двадцать два часа, и совсем скоро на Харме должен был забрезжить рассвет. Сухая и довольно невзрачная еще десять лет назад планета, усилиями людей и компании «Хармленд» постепенно преображалась. Возводились новые города, появлялись рабочие места, а почва постепенно становилась живой и на ней появлялась зеленая и густая растительность.

Но там, где рухнул корабль, угнанный Йорком, по-прежнему царила безжизненная каменная поверхность. Они забились среди каких-то высоких и зловещих скал, в надежде, что их обнаружат как можно позже. Корабль «Дэстэни» при активном участии Фрэнки превратился в ведро с гайками, как и хотел Йорк, а потому посадка была вовсе не мягкой. Они рухнули на острые камни, разрушая и давя породу, сминая обшивку, разрывая металл, и приводя еще совсем недавно дорогой истребитель в полную негодность. А затем наступила тишина, в которой медленно-медленно занимался рассвет.

У них совсем не оставалось времени, и, выбравшись из корабля Йорк прикинул шансы. Шансы были так себе. Любые действия не имели смысла, если не удастся связаться с Альянсом в кротчайшие сроки. Харм был вотчиной Уотерса и его банды, а значит, Йорка скоро найдут и он пропадет так же, как одинокий след в пустыне заметает песком.

Валерий очнулся, но к этому моменту Йорк уже крепко связал его и усадил на свежий воздух недалеко от гладкой скалы. Порывшись в аптечке корабля, Йорк нашел стимуляторы, вколол один Валерию, другой вколол себе, по телу моментально разлился горячее и успокаивающее тепло, оно приводило в чувство и освежало голову, мысли перестали путаться, а в глазах мутиться. Он не спал уже больше суток. И не ел.

На корабле в укомплектованном для состава пищеблоке на случай аварий нашлось спецпитание для военных, все необходимые микроэлементы и легкоусвояемые белки, жиры и углеводы в виде густой и сладковатой кашки. Йорк поел. Фрэнки от пищи отказался и сейчас уныло сидел недалеко от Валерия, глядя на занимающийся рассвет.

— Фрэнки, подойди, — Йорк кивнул парню, тот нехотя встал и подошел к капитану.

— Слушай, думаю, ты понимаешь, что прямо сейчас из Башни Лиги понимаются корабли. Через два-три часа, они смогут нас найти. Если повезет, это случится позже, но произойдет в любом случае.

— Я понимаю, — кивнул Фрэнки, — и знаю, что вы от меня хотите. Вам нужно связаться со своими, и вы думаете, что оборудование на корабле для этого подойдет.

— Ты сможешь?

— Думаю да, надо попробовать. Проблема в том, что как только я это сделаю, есть большая вероятность, что Уотерс засечет наше местоположение и направит сюда солдат.

— Ну, как я уже тебе сказал, это произойдет в любом случае, — сказал Йорк, — если я сообщу своему непосредственному командованию о том, что тут случилось, возможно Уотерс поостережется стирать нас в пыль. У него больше не будет для этого аргументов, понимаешь? Живыми мы ему будем полезнее.

— Или он просто захочет расправиться с нами в порыве ярости, — кивнул Фрэнки.

— Так у нас появится хоть какой-то шанс выбраться живыми из этой заварухи, — сказал Йорк, — понимаешь?

Фрэнки помолчал, поглядел на Валерия — тот сидел на земле, связанный и молчал. Он был совершенно спокоен, и, казалось, о чем-то размышлял.

— Ладно, — сказал парень, — я сделаю, возможно, получится зашифровать сигнал, они будут пеленговать нас чуть дольше.

— Отлично, давай, — Йорк хлопнул Фрэнки по плечу, и тот полез в корабль — налаживать связь.

Йорк глубоко вздохнул, что-то подсказывало ему, что парень прав, даже узнай Уотерс и маньяк Ульрих о том, что их планы раскрыты, они вряд ли сохранят Йорку жизнь. К тому же, Йорк до сих пор не понял, будет ли вообще иметь какой-то практический смысл доклад Эндрюсу. Проблема была в том, что Йорк не обладал никакой информацией, все было слишком расплывчато, непонятно, все что он знал точно, так это то, что его все вокруг ненавидели, считали кровавым палачом, или просто хотели убить как лишнего свидетеля. Это не слишком обнадеживало. Возможно, настало время попробовать разговорить кого-то из своих врагов.

Йорк посмотрел на Валерия, тот молча смотрел на него.

— Хочешь воды? — спросил Йорк приблизившись к связанному, — или поесть? На корабле есть энергетическое питание.

— Ты убил их, Йорк? — спросил Валерий, — Лидию и остальных? Ты прикончил их и потом собирался убить и нас?

— Нет, — сказал Йорк, — они остались внизу, я никого не убивал.

— Понятно, — Валерий кивнул.

— План был дерьмовым, — сказал Йорк, — если ты и правда служил в ТПА, должен был это понимать.

— Ты про корабли Лиги на орбите Харма? Я и понимал, — сказал Валерий, — но какие-то шансы были. Да и Гарри не только знал всю нашу группу на Харме, он был одним из нас.

— Его там вообще не было, — сказал Йорк, — я его не видел, скорее всего они его увезли сразу как мы сбежали в первый раз.

— Об этом я тоже думал, — сказал Валерий, — но надо было попробовать.

— Проект «Возрождение», Валерий. Что именно тут затевал Уотерс? Что в «Улье»?

Валерий промолчал.

— Ладно, слушай что будет дальше, — сказал Йорк, — скоро сюда прилетят «Иглы» Ульриха и в лучшем случае расстреляют нас прямо с кораблей, а в худшем увезут куда-то вроде подвала Башни, и поделать с этим лично ты уже ничего не можешь. Будешь так сидеть, и ждать их? Давай же, помоги мне, пока у нас общая проблема.

Валерий молчал и Йорк уже думал, что тот не ответит, но тот вдруг заговорил.

— Сразу после войны, — сказал он, — здесь планировали продолжать делать горнодобывающую колонию. Планета принадлежала Торговой Лиге, заправляла здесь всем мелкая компания «Хармленд». Они начали копать — платина, много вольфрама — хорошая и довольно перспективная планета. Да и Купол строить не надо и терраформировать, зелень отлично приживается.

— Это я и так знаю, — сказал Йорк, — Лидия мне кое-что рассказала.

— Так вот. Вроде ничего необычного, но внезапно в планету стали вливаться какие-то невероятные средства. Лига не жалела ресурсов для развития Харма, и это было странно, потому что планет, подобных ей, может и не таких удачных, но с похожими условиями есть десятки, по всей Галактике. СГС это узнал и отправил сюда группу со мной во главе, чтобы разобраться, в чем причина столь небывалого внимания руководства Лиги к Харму и лично управляющему Уотерсу.

— И? На Харме что-то есть? — спросил Йорк, — кроме вольфрама и платины?

— Ирид, — сказал Валерий.

— Кристаллическая руда? Можно было догадаться, — кивнул Йорк, — и об этом еще никто не знает?

— Никто кроме, Лиги, — кивнул Валерий, — залежи в недрах планеты просто колоссальны, если верить данным, что нам удается перехватывать. За несколько лет получилось раскопать кучу всего. На планете за последующие сто лет можно добыть одну десятую всего того ирида, что сейчас есть во всей Галактике.

— Неплохо, но зачем Лиги скрывать это? — спросил Йорк, — да, это ценный ресурс, но они могли бы вполне легально добывать его.

— Дело не в самой руде, — сказал Валерий, — а в ее объемах, в том, что вовремя удалось скрыть ее наличие на планете, и обрубить все возможные хвосты, которые бы дали информации просочиться вовне. Альянс не в курсе, ты понимаешь? У Лиги есть собственная тайная шкатулка с драгоценностями. Кто-то вовремя подсуетился, чтобы все скрыть. СГС узнал об этом, но кто нас будет слушать сейчас?

— Так выходит, все дело в ириде?

— Этот неучтенный из-за послевоенной разрухи ирид оказался неплохим поводом для реализации других более масштабных планов Лиги, — сказал Валерий, — они решили использовать кристаллическую руду для того, чтобы снова запустить проект «Возрождение». Для этого были все необходимые условия, и хаос послевоенного времени, отдаленная планета, и, собственно, ирид, о котором никто вовремя не узнал. Я понял, что они действительно решили работать над старыми проектами Альянса, и какими-то еще более жуткими новыми, когда сюда прислали Ульриха.

Йорк, ты и половины не знаешь о нем. Если Лига отправляет таких как Ульрих, значит, дело серьезное. Даже важнее чем строительство Маяков.

— Что за проект «Возрождение»? — спросил Йорк, — конкретно, в чем его смысл? Только не начинай про сверхоружие, пожалуйста.

— Если вкратце, это пакет передовых разработок, которые велись в военное время Альянсом и сильно опередили свое время по сравнению с теми технологиями, что сейчас доступны.

Война была тем толчком, который позволил Альянсу развернуться по полной, наконец-то вояки получили карт-бланш на создание своих любимых игрушек и огромные бюджеты для этого. Такие люди как Артур Эспозито и его научный отдел вышли на передовую научной деятельности всей Галактики.

Ты помнишь корабли Новака? Его разработки, которые он в тайне ото всех делал на Раме еще до войны? Альянс хотел что-то похожее и получил. Более мощные корабли класса «Игла», новые типы брони для кораблей, военные машины, оружие. Войну выиграл Альянс при денежной поддержке Лиги. А сейчас Лига создала огромный исследовательский комплекс здесь, в пустыне, глубоко под землей.

— Передовые разработки Альянса, о которых не знает ни сам Альянс, ни кто-то еще в Галактике? Они решили продвинуться еще дальше. Что там такое?

— Прости, но Лидия сказала тебе правду, это оружие, в основном. Та груда железа, что сейчас лежит за твоей спиной, обладает новыми двигателями, огневая мощь повышена. И это только начало. В перспективе они хотят создать целый рой таких кораблей с вооружением, способным пробивать щиты флагманских кораблей Альянса. Ты представляешь, что тогда будет? Лига вполне может развязать новую войну. Периодически нам удается узнать что-то еще о том, что происходит в «Улье», но они слишком хорошо охраняют свои данные, нам сложно было бы оставаться незамеченными, если бы мы попытались узнать больше. Уотерс только догадывается о существовании ячейки Галактического Союза здесь на Харме, но пока мы сидели тихо он, видимо, считал нас слишком мелкой добычей.

— Вы все правильно делали, — сказал Йорк, — они бы раздавили вас, попытайся вы что-то сделать в открытую.

— Как бы там ни было, — продолжил Валерий, — два месяца назад нам приказали готовиться к внедрению агентов в этот подземный комплекс. Мы давно нашли его местоположение и можем проникать в шахты, но даже это слишком рискованно, всегда есть опасность, что они обнаружат наше присутствие и оттуда уже не спастись. Мартинас и его группа должны были проникнуть туда как сотрудники и выяснить все в деталях, собрать все данные, которые бы смогли.

— С помощью моего корабля и анабиозных капсул притвориться младшим научным персоналом — сказал Йорк, — я все понял. Мне жаль Мартинаса.

— Мне тоже, я его хорошо знал.

Йорк посмотрел на Валерия. Интересно когда он успел познакомиться с Рикардо? Как так вообще получилось, что один офицер ТПА встал на сторону Свободного Галактического Союза, а другой, Ульрих на сторону Лиги, учитывая, что война уже была закончена? Йорк смотрел на все эти дрязги и иногда недоумевал, насколько же они все тут помешаны на своих идеях.

Вот взять, например, Лидию, Гарри, других здешних из СГС — называют Йорка палачом, в то время их духовный лидер Новак на своих кораблях испепелил тысячи людей на Земле, но их это, казалось, совершенно не смущает.

— Где именно «Улей»? — спросил Йорк.

— Они производят выгрузку в космопорте и отправляют туда груз, но помимо этого у них есть свой ангар для кораблей, позволяющий осуществлять взлет с планеты. Там-то мы и засекли их перемещения. Обычно это какие-то неучтенные транспортники, что в них именно, понять невозможно. Те колонисты, которых ты вез, они, скорее всего, даже не понимали, где собираются работать.

Харм делает крупные и важные исследовательские проекты. А то, что, возможно, это незаконно, как-то забыли сообщить. Чем меньше знают сотрудники, тем лучше. Иногда из их ангара «Улья» посреди скал вылетают корабли, минуя космопорт. Прямо в открытый космос, к Маякам, через Первый Контур. А куда они потом направляются — одному только Уотерсу известно, и что везут — тоже непонятно. Но такое бывает не часто. Подозреваю, что твой корабль, который ты вел на Харм, решили разгрузить сразу в «Улей» минуя порт Сибилы. Думаю Кравич и его команда уже пришли в себя и начали работу. Возможно, Уотерс решил больше не рисковать.

Из корабля показался Фрэнки, он выглядел менее уныло, чем обычно.

— Капитан, мне удалось запустить канал связи на Землю, и, думаю, он вполне себе надежный.

Йорк махнул ему рукой.

— Ну, а что если туда все же можно проникнуть, а, Валерий?

— Кто знает, — Валерий пожал плечами, — может даже кто-то смог бы захватить корабль, способный уйти от огня кораблей Лиги.

Йорк пошел в сторону шлюза «Дэстэни», на секунду задержался и обернулся к майору.

— А тот ученый Сайлер Кравич? Чем он занимается?

— Один из ведущих специалистов по ирид-энергетике, — ответил Валерий, — уж он-то точно в курсе того, что там происходит! Он не невинная жертва, мы проверяли! На Земле всю свою жизнь проработал на Лигу, все, что делал, связано с военными делами.

— Я имел ввиду, что за проект он ведет? — спросил Йорк.

— Много разных, — пожал плечами Валерий, — у нас в штабе было полное досье на него. Новак приказал с ним разобраться как с важным для Лиги ученым, который им помогает. Да ты и сам знаешь.

— Капитан, канал связи неустойчивый, — сказал Фрэнки, — лучше все сделать побыстрее!

Йорк тряхнул головой и направился к кораблю. Фрэнки действительно оживил коммуникатор, и Йорк, используя свои собственные протоколы, смог подключиться к системе Альянса на Земле. Йорк вызвал Эндрюса по военному каналу и через какое-то время на экране появилось заспанное лицо адмирала. Тот был в домашней одежде, за окном был вечер. Где, интересно, сейчас был Эндрюс? Похоже, не на Земле.

— Я слушаю, — пробормотал Эндрюс, — Чарли это ты? Зачем используешь мой военный канал связи? Последнее, что я про тебя слышал, какие-то панки пытались угнать твой корабль. Ты влез в нехорошую историю, мой друг?

Любопытно, либо Эндрюс внезапно стал отличным актером, либо он и правда, не знал, кто пытался проникнуть на «Баджер». Йорк все же склонялся к той мысли, что Уотерс перестал докладывать о произошедшем с грузовым кораблем Йорка сразу, как только забрал капитана на «Звездную тень». Довольно удобно. У нас все путем ребята, одного из наших капитанов пытались ограбить, но сейчас ситуация под контролем. Груз направляется куда следует, капитан докладывает регулярно. Вот же Уотерс!

— Похоже, дерьмо случилось, сэр, — сказал Йорк, — у меня мало времени, так что сразу начну излагать суть дела.

Эндрюс спокойно слушал Йорка, но по мере того, как стали звучать фамилии Мартинса, Кравича, вдруг напрягся и продрал глаза. Йорк быстро и во всех подробностях изложил Эндрюсу все произошедшее, начиная от момента обнаружения открытых анабиозных капсул на «Баджере», заканчивая бегством на угнанном корабле из Башни Лиги. Рассказал он также про смерть Бэйкера, использование в здании Лиги запрещенных военных препаратов, и том, что возможно на Харме действует какая-то отдельная группа людей связанных с Лигой и Альянсом. И что здесь же на Харме существует огромный подземный комплекс по добыче кристаллической руды ирид.

Эндрюс с каждым новым фактом лишь выдыхал и требовал рассказывать дальше.

— Сукин ты сын, Йорк! Если бы это был не ты, я бы подумал что весь этот бред не заслуживает ни малейшего моего внимания, — воскликнул Эндрюс.

— Сэр, мне нужна помощь, и быстро, — сказал Йорк, — думаю у нас тут в запасе несколько часов. Потом нас найдет команда полковника Ульриха и превратит в пепел.

— Понимаю, — сказал Эндрюс, — сначала вытащим тебя оттуда, а потом во всем разберемся. Я сейчас же подниму свою группу. В системе Рубио есть корабли флота. Там, кажется, капитан Варин, пусть направляет корабли туда. Черт, как тебя угораздило влезть в такое дело?

— Сам удивляюсь, — сказал Йорк, — через какое время корабли Варина будут на Харме?

— Максимум сутки, — сказал Эндрюс, отправляя какие-то сообщения со своего коммуникатора, — так, я отправляю запросы своим людям, в ком я точно уверен. Эм… я понимаю, что времени у тебя сильно меньше, но если все так, как ты говоришь, я попробую поднять шум. Уотерс не станет от тебя избавляться, если поймет, что он в заднице. Я связываюсь с командованием Альянса на Харме. Скоро они должны ответить.

— Сэр, — Йорк закашлялся, — думаю, они могли быть в курсе того что тут происходит, иначе бы такую штуку не провернуть.

— Это не важно, — сказал Эндрюс, — нужно дать им понять, что их песенка спета. Для тебя это сейчас единственный шанс, Чарли, прости, но ты, наверное, и сам это понимал когда набирал меня.

— Да, — кивнул Йорк, — но я не собираюсь сидеть здесь и ждать смерти.

— Что ты задумал? — спросил Эндрюс.

— Эти ребята из СГС, что со мной, они знают где этот комплекс «Улей» которым занимался Уотерс, я отправлюсь туда. Попробуем снова угнать корабль и подняться на орбиту. Если там у них в ангарах «Улья» такие же корабли вроде «Звездной тени», мы сможем хотя бы попробовать уйти от кораблей Лиги в сторону Маяка.

— Черт, думаю ты прав, — сказал Эндрюс, — держись Чарли, мы найдем тебя, этим ублюдкам конец!

— Надеюсь, еще свидимся, — Йорк отключил связь.

Отлично, дело сделано. Теперь хотя бы можно было умереть с осознанием того, что ни Уотерс, ни Ульрих не выберутся из этого дела чистенькими.

— Так нас заберут отсюда? — за спиной Йорка показался Фрэнки.

— Нет, Фрэнки, нам нужно двигаться, — сказал Йорк, — отправляемся через пять минут. На корабле должен быть мотоглайдер, возьмем его.

— Капитан, — пробормотал Фрэнки, — я был в «Улье». Мы все с ребятами были. Нашли вход со стороны вентиляции в горах. Это не очень приятное место. Там полно солдат Лиги. Может, попробуем остаться здесь?

— Здесь мы как на ладони, — сказал Йорк, направляясь к выходу, — но ты можешь оставаться и попробовать договориться с Ульрихом, когда он сюда прибудет.

Фрэнки отправился готовить мотоглайдер, а Йорк поднял Валерия с земли.

— Давай я тебя развяжу, а ты не будешь пытаться меня убить, договорились, майор?

— Годится, капитан, — усмехнулся Валерий, — оружие отдашь?

— А оно тебе нужно? — сказал Йорк, развязывая пленника, — можешь поискать на корабле, хотя там только парализаторы. Об одном прошу, если соберешься со мной разделаться, пульни-ка лучше парализатором. Хочу, чтобы ребята Ульриха меня нашли и помучили какое-то время.

— Так что ты задумал? — спросил Валерий, потирая затекшие руки.

— Отправимся в «Улей», забьем координаты в глайдер и вперед. Фрэнки говорит, у вас там есть тайный вход, до него далеко?

— Опять хочешь пролезть на корабль? — вздохнул Валерий, — да, давай попробуем. На глайдере сможем найти место входа часа за два. Твоя идея безумная, и она мне не очень нравится.

— А тебя никто и не спрашивает, — сказал Йорк, — впрочем, как я уже сказал Фрэнки, можете остаться здесь, я не против.

— Они сделали это место прямо в породе, она вся насыщена иридом до предела. От его воздействия голова идет кругом. Его там так много, словно кто-то специально там его оставил, это надо видеть, чтобы понять.

— Ладно, хватит, — сказал Йорк, — двигай к глайдеру, мы поднимаемся немедленно.

Йорк залез в мотоглайдер и они сразу же двинулись согласно координатам, который Фрэнки забил в навигационную систему.

Солнце уже поднялось достаточно высоко, где-то слева, вдалеке, за бескрайней пустыней была Сибила, а справа и впереди все выше и выше вырастали горы, тянувшие свои обломанные верхушки куда-то к небу. Так значит, на Харме полно ирида?

Ирид. Так или иначе, все сводилось к этому мощнейшему источнику энергии, который питал Маяки, был в основе передовых разработок терраформирования и сносил крышку всем искателям приключений. Каждый, кто обладал достаточным количеством средств, покупал свой корабль, отправлялся в космос и искал планеты, богатые иридом. Найти такую планету означало обеспечить себя на всю жизнь, больше не надо было бы ни о чем думать.

Отсюда плодились эти бесконечные пиратские банды, которые понимали всю ценность этого ресурса, отсюда случались трагедии вроде той, что произошла с капитаном Саем, желавшим присвоить весь ирид в системе Тау себе и своим подельникам.

Нашли кристаллическую руду давным-давно в марсианских глубинах, когда освоение космоса шло во всю, но еще не распространилось за пределы Солнечной Системы. Поначалу казалось, что это не какой-то новый вид ресурса, а соединение уже существующих элементов, однако эксперименты с иридом показали его огромный потенциал для разработок высокотехнологичных и энергозатратных проектов.

Собственно, на основе ирида и взлетел проект терраформирования Марса, который на тот момент обсуждали как приоритетную задачу для освоение космоса. Он наконец и сдвинулся с мертвой точки, удалось создать новейшие системы с колоссальным энергетическим объемом, которые и дали Марсу атмосферу. Человечество ликовало. Результаты были ошеломительные. Наконец хватало энергии для того, чтобы превратить пустынную планету в пригодную для жизни людей обитель.

Начиналась новая эра, в которой место должно было хватить всем. Но ученые пошли дальше в своих исследованиях с новым элементом, который казался им чем-то невероятным. Они стали экспериментировать с иридом в открытом космосе, один из ведущих нового проекта Ян Дейдра создал специально для этого на орбите Марса космическую базу, тогда еще небольшую.

Это была станция «Протей». К моменту, когда Йорк заканчивал Академию, корпуса которой находились там же, «Протей» насчитывал более двухсот тысяч жителей, на нем были штаб Альянса, Лиги, самой Академии, важные исследовательские научные комплексы. А все из-за ирида.

Тогда, много лет назад, когда Марс постепенно покрывался зеленью, а туда робко и неуверенно прилетали люди, в нескольких сотнях километрах от станции «Протей» стали проводиться эксперименты в попытках разогнать частицы ирида и выявить его свойства на молекулярном уровне. По мнению ученых это бы дало еще более необычайные открытия и возможности для человечества. Но никто не ожидал того, что будет дальше. Станция по расщеплению ирида открыла некий проход, который по показаниям зондов, вел в другую, неисследованную часть Галактики. Это и был первый Маяк. Мощность, которую потреблял этот Маяк, была колоссальна, поэтому ему требовался ирид для поддержания канала.

В эту дыру отправили первые зонды и догадки подтвердились, ученым действительно удалось открыть путь к иным мирам. То, что раньше казалось фантастикой, теперь стало реальностью. Через какое-то время через Маяк пролетел первый корабль и оказался в системе, названной РО-108 — системе с нескольким десятком планет, одна из которых — Дэй — была в перспективе вполне пригодна для жизни.

Йорк иногда размышлял о том, что было бы, не будь ирида вовсе. Мир был бы счастливее? Скоро были созданы первые образцы двигателей на иридовых стержнях, которые позволили продвинуться человечеству далеко в космос, а Лига, тогда окончательно превратившаяся в единую и мощную организацию, пожелала создавать новые Маяки и открывать новые миры.

Но Маяки требовали постоянной подпитки иридом, чтобы поддерживать канал в стабильном состоянии.

Однажды, когда еще не совсем было понятно, как работает Маяк, портал все же закрылся на несколько дней, можно представить тот ужас, который обуял Лигу и Альянс. Но ученые сумели в кратчайшие сроки запустить Маяк и возобновить сообщение с РО-108. Это был единственный случай за все время существования Маяков, и сейчас система была отлажена и работала как часы, Маяки не закрывались никогда.

Но эта история, которая случилась, когда в мире было уже чуть больше десятка Маяков, явно показала то, что Лига что сама загнала себя в ловушку. Теперь все были вынуждены искать ирид и подбрасывать его в топку Маяков время от времени, чтобы грузовые и пассажирские потоки не останавливались. Галактика превратилась в цепь, каждое последующее звено которой было не менее важно, чем предыдущее. Система была шаткая, но работа уже много лет, и люди как-то привыкли к такому положению дел.

Десятки миров, сотни планет уже были освоены, на них жили миллионы людей, и все это в одночасье могло быть подвержено угрозе, если порталы будут закрыты. Лига была вынуждена разработать проекты Первых Контуров, которые бы надежно охраняли маяки от тех, кто по каким-то причинам желал бы навредить Маякам. На это снова требовался ирид.

Лига была теперь вынуждена строить все больше и больше Маяков, ища мощности для их постройки и ирид для поддержания стабильной системы связи и сообщения в освоенных мирах. Отсюда, очевидно, и вытекали все последующие проблемы, ненадежные Куполы вместо терраформирования, бедность многих планет при казалось бы, очевидном развитии и фантастическом человеческом прогрессе. Лига была богата, но словно жила в долг, и не знала, что с этим делать.

Она была вынуждена выбирать между терраформированием очередной планеты и созданием Маяка, который бы мог принести еще больше ирида, каждый раз. Так как открытая новая система позволяла на будущее поддерживать уже существующую жизнь, а терраформирование не приносило ощутимой прибыли и каких-то перспектив для развития, выбор почти всегда делался в сторону создания Маяка.

Сейчас практически все корабли дальнего следования в основе своих двигателей имели технологию иридовых стержней, и технология продолжала развиваться.

Ирид. Этот ресурс также повилял и на ход войны, как известно, Новак нашел залежи на Раме, и благодаря ему неплохо подготовил техническую базу для своих кораблей.

Рам был богат иридом, но жил под Куполами и не имел атмосферы, пока адмирал не стал проводить на нем проект терраформирования, который закончился только пару лет назад. Так же как и Акронис, так же как многие другие планеты, которые сразу же примкнули к СГС. Это была одна из тех причин, почему Торговая Лига и Альянс, даже объединившись вместе, так долго не могли разбить Новака. У него был постоянный и очень мощный приток ресурсной базы на планетах, которые видели, что Новак реально готов тратить все силы и средства на развитие этих планет.

А с ходом войны, когда еще не наступил переломный момент и свободные планеты видели, что Новак при определенных условиях вполне может победить, они примыкали к нему. Тем самым давая дополнительные возможности для ведения войны.

Этот переломный момент все же наступил после разгрома заводов военной техники и всех наземных сил Новака на Акронисе, когда подоспел Эндрюс со своими силами. Йорк уже не участвовал в том сражении, врачи боролись за его жизнь, забрав его, и весь экипаж «Борга» с планеты. Однако то, что Йорк смог достичь поверхности планеты и вынудил адмирала Эндрюса вступить в бой, повлекло за собой приток все новых и новых сил Альянса к орбите.

Туда же направил свои войска и Новак, желая добить рухнувший на Акронис «Борг» с воздуха, но был разгромлен. А еще через год был окончательно разбит у Таргора и бежал в дальний космос, на этом война по сути дела и закончилась. Самые крупные месторождения ирида теперь находились под контролем Торговой Лиги и Альянса, у Свободного Галактического Союза просто не осталось сил сопротивляться.

И вот, оказывается, Харм насыщен иридом под завязку. Скоро на планете будет не продохнуть от комиссий, журналистов и нескончаемого потока людей, желающих обогатиться на кристаллической руде, пока планетарные ресурсы еще юридически не были ни за кем закреплены.

— Капитан, — сказал Фрэнки, — наш упавший корабль похоже нашли. Я установил маячок на «Дэстэни» чтобы знать, когда они будут на месте.

— Отличная работа. Как думаете, майор, успеем добраться до вашего входа в «Улей»?

— Не зови меня майором, — сказал Валерий, — я больше не служу в Альянсе, и не собираюсь снова туда вступать.

Они двигались довольно быстро, пустыня Харма была во многих местах гладкой и утрамбованной сильным ветром, горы впереди становились видны все отчетливее.

— Там есть ущелье, — сказал Валерий, — через него проще всего добраться до входа в вентиляционные шахты. Но они поймут, куда мы отправились и будут нас искать.

— Может и будут, — сказал Йорк, — но они вряд ли знают, через какую именно шахту мы собираемся пробираться, надо попробовать.

— Да, — кивнул Валерий, — согласен.

Мотоглайдер взревел и скрылся в ущелье, над которым, словно острые зубы, нависали обломанные скалы. Дорога была относительно ровной, но вскоре они уперлись в тупик.

— Дальше ногами, — сказал Фрэнки, — но тут уже не далеко.

Они стали пробираться через узкие проходы, и Йорк понял, что команда СГС проходила здесь уже неоднократно.

Ущелье постепенно сжалось и вело их каменистой тропой куда-то вглубь, а скалы наверху сдвигали свои клыки, образуя туннель. На Харме была незамысловатая, но вполне приятная для земного глаза структура камня, который слегка поблескивал в утреннем солнце. Вдруг Йорк сообразил, что порода не просто искрится на солнце, сквозь нее пробиваются мелкие жилы ценной кристаллической породы.

— Ирид уже здесь? — пробормотал он, — как Альянс мог этого не заметить при сканировании планеты?

— Им было не до этого, — сказал Фрэнки, — сначала война, все разработки дальних планет остановились. Были сообщения от инспекторов Альянса о том, что возможно на Харме есть присутствие кристаллической руды, но эти данные были украдены. Лига постаралась, скорее всего.

— Понимаю, — Йорк кивнул, они приблизились к небольшой пещере из которой тянуло теплом и дул сильный ветер.

Что ж, Лига постарались на славу, чтобы скрыть любые упоминания об ириде на Харме, и теперь спокойно пользоваться им без отчетностей. Что скрывалась в недрах планеты? С помощью кристаллической руды Уотерс и Лига могли создавать мощности невероятных масштабов, для этого было полно энергии.

Они двинулись вглубь пещеры, включив фонари, здесь явно редко бывали люди. Фрэнки шел первый, за ним Валерий, а Йорк в конце, с парализатором наизготовку.

— Не думаю что они узнали о том, что мы здесь были, — сказал Валерий, покосившись на Йорка, и эхо гулко разнеслось по пещере.

— Осторожность не повредит, — угрюмо сказал Йорк, оглядывая свод пещеры, которая уходила куда-то вглубь. Невероятно, жилы ирида становились все крупнее, порода просто вопила о том, что в ней полно ценных ресурсов, и которые выпирали на поверхность, а что было в глубине?

У Йорка начинала болеть голова. Это было ожидаемо. Ирид не был токсичен или как-то негативно не действовал на организм. Но магнитные поля вблизи больших залежей пород могли немного ухудшать самочувствие человека, вызывая головную боль и угнетение психики. Иногда это доходило даже до галлюцинаций, но все исследования, которые Лига и Альянс проводили с рудой, не выявили каких-то серьезных проблем у людей, подвергающихся длительному контакту с иридом, недомогание проходило, через какой-то период адаптации люди могли продолжать работать.

Фрэнки и Валерий, похоже, тоже это чувствовали, но понимали, что этого не избежать, и двигались дальше.

Метров через двести узловатый туннель закончился огромным круглым вентиляционным люком, из которого шел мощный поток воздуха. Сбоку в люке автогеном была вырезана небольшая дыра, и к ней приделан уже кустарного вида люк, которым и пользовались ребята из СГС.

— Грубовато сработано, — сказал Йорк, — странно, что они вас до сих пор не обнаружили. Там что, не было никаких датчиков движения?

— Были, — сказал Фрэнки, — мы с Кертисом их все переподключили к автономной системе в первый день, как обнаружили. Система думает, что с шахтой все в порядке.

— Где-то я уже такое видел, — пробормотал Йорк, открывая самодельно сваренный люк, — там глубоко?

— Глубоко, — кивнул Валерий, — хватит болтать и начинай спускаться.

Йорк пропустил Валерия вперед.

Тот вздохнул и залез в темный люк, Фрэнки подался следом, Валерий на секунду появился в люке.

— Нужно двигаться быстро, — сказал он, — внизу у нас есть оборудованный угол, там осмотримся и подумаем что делать дальше.

Йорк кивнул и Валерий исчез в темноте. Следом за ним полез Фрэнки, Йорк полез последним.

Шахта была довольно просторной, оборудована лестницей и тусклым аварийным светом. Судя по ее размерам, Йорк делал вывод, что скрытый научный комплекс «Улей» мог быть рассчитан не меньше чем на тысячу человек, ничего себе! Таких шахт должно было быть еще десятки в окрестных пещерах планеты. Снизу шел поток воздуха, и где-то там были слышны поскрипывания металла.

Они спускались не меньше десяти минут, руки постепенно наливались тяжестью, и когда Йорк уже хотел крикнуть и спросить, сколько им осталось, он услышал, как Валерий спрыгнул на металлический пол.

— Готово, — тихо произнес он, — сейчас пройдем в боковой туннель.

Все трое пролезли через узкую решетку, и оказались в небольшой освещенной комнате, судя по всему — какие-то техническое помещение.

— Они сюда никогда не заходят, — сказал Фрэнки, — но на всякий случай мы заварили изнутри дверь и повесили на них датчики, если кто-то будет ломиться. За все время дверь никто не пытался открыть.

В помещении было несколько стульев, какие-то бутылки, коробки, наверное, ребята из СГС держали тут вахту, чтобы каждый раз не возвращаться в город, и несколько мешков, из которых Валерий уже доставал одежду.

— Форма рабочих «Хармленда», — сказал он, давая Йорку серый комбинезон с логотипам Торговой Лиги и значком «Хармленда». Младший обслуживающий персонал базы. Нам удалось неплохо тут пошарить, но на нижние уровни доступ получить пока не удалось.

— А там все самое интересное и происходит, — сказал Йорк, разглядывая форму, — расскажи про этот комплекс подробнее. Что тут есть?

— Строение как у типичных подземных лабораторий, которые создает Лига на опасных планетах, — сказал Валерий, усаживаясь на стул.

Из большого металлического ящика он достал странного вида оружие, напоминающее лазерный пулемет с восьмью стволами. Оружие было все какое-то гладкое и подозрительно что-то очень напоминало.

Йорк нахмурился. Так и есть, напоминает военный прототип «е-106-Гидра» — последняя разработка научного отдела Эспозито, которую не успели поставить на вооружение. Огромная скорострельность, вместимость колоссальная. Солдат с таким оружием превращался в настоящую машину смерти. Йорк был на испытаниях этого оружия, но «Гидру» так и не пустили на конвейер. Слишком сложно и дорого для массового производства, и, к тому же, так и не получилось справиться с перегревом всей конструкции при ведении непрерывного огня. Но выглядело то оружие, которое Йорк вспомнил, немного по-другому, намного больше.

То, что лежало сейчас у Валерия на коленях, походило на четко отлаженный и доработанный вариант, который был лишен всяких недостатков. Валерий повернул оружие дулом к Йорку.

— «Гидра-107», — сказал Валерий, щелкнув тумблером на корпусе, оружие пискнуло, и загорелась маленькая зеленая лампочка, видимо сообщающая о готовности к работе.

— Это разработка Альянса. Откуда она здесь?

— Это разработка научного отдела адмирала Новака, — сказал Валерий, — как и практически все, что есть в этом комплексе.

— Выходит Новак, создал гораздо больше научных проектов, чем все думают? Откуда тогда эти разработки у Альянса? — спросил Йорк. — Так! Я, кажется, начинаю понимать. Теперь ясно, почему Мартинас так хотел грохнуть Кравича. Тот был ученым Новака и переметнулся к Альянсу, все так, майор?

— Все так, капитан. Причем еще до войны, — кивнул Валерий, — проект «Возрождение» — сверхмощное оснащение для кораблей любого класса, оружие вроде того, что ты сейчас видишь, и многое другое — все это разработки Новака. Кравич предал СГС и сбежал!

— И Новак понял, что ему конец, — усмехнулся Йорк, — он готовил переворот, но не успел, Кравич сдал его! Вот почему адмирал так внезапно развязал войну, компромата хватило бы, чтобы осудить Новака и обвинить в попытке переворота. По-твоему, Кравич совершил преступление?

— Нет, Йорк, дело не в каком-то трусливом ученом. И ты не понимаешь всей картины, чего хотел адмирал. Новак готовился к войне, но лишь потому, что понимал, что она неизбежна.

— Между кем и кем, уважаемый? Альянсом и Лигой? Не смеши меня, они отлично ладили и до Новака, насколько тебе известно.

— Война и хаос по всей Галактике, вот о чем я говорю!

— А ты бы не мог говорить более конкретно? — сказал Йорк, — в чем была причина, что Новак создал свою секту на Раме и стал заниматься разработками новейшего оружия? Чего он боялся?

— Гнилые Биокуполы. Бесконечные Маяки. Того, что люди не выдержат и начнут резать друг друга, похлеще чем на Проуле, понимаешь? Новак понял это, когда погиб капитан Сай, — сказал Валерий, — адмирал увидел, на что способна Лига, как она доводит великих людей до безумия своей бесконечной жаждой наживы.

— Не оправдывай капитана Сая! Новак убил его, потому что тот захотел править целой системой. Он сошел с ума, а потом уничтожил Маяк, лишь бы Тау с ее ресурсами не досталась кому-то еще!

— Нет, — Валерий устало тряхнул головой, — все не так. Сая убила Лига, убила своей жадностью и той идеологией, которую бесконечно вдалбливается в головы людей уже сотни лет. Он был как показатель того, куда мы все катимся.

— Я понял твое видение, — Йорк осторожно положил одежду работника комплекса, желая закончить разговор. Он уже много раз слышал как, Новак в своих речах говорил, что Сай был показательным примером того, как Лига развращает души честных людей, выглядело это, по мнению Йорка, так себе. Оправдание убийцы, пусть это и твой лучший друг, выглядит мерзко.

— А где исследовательские лаборатории? — спросил Йорк, — на самых нижних уровнях?

— Тогда у многих открылись глаза, — словно не слыша его продолжал Валерий, — а у кого-то только после войны, как у меня. Я делал много зла, Йорк, но не собираюсь больше быть его частью. Я должен завершить все это здесь, на Харме, потому что больше некому!

— Подумай лучше как нам пробраться в ангар и раздобыть корабль, — сказал Йорк.

— Нет, Йорк, — сказал Валерий спокойно, — планы немного меняются. Мы спустимся в лабораторию и заберем свое. Фрэнки, та штука работает?

— Думаю да, — Фрэнки достал массивный металлический ящик в укрепленном прорезиненном корпусе. Йорк узнал массивный автономный сервер с глубоким типом шифрования. Такой вполне можно было подключить к серверу «Улья» и выкачать из него все, до чего дотянутся руки.

— Ты спятил, — процедил Йорк, — нас могут прикончить, а ты все еще думаешь как бы достать данные Лиги?

— Это не их разработки, — сказал Валерий, — они воры, и я заберу все, что они украли, и дам Кравичу то, что он заслужил, если он еще здесь! Ты против?

Он повел «Гидрой» в сторону головы Йорка.

— Ну, давай, — пробормотал Йорк, — чего ждешь?

— Без тебя нам не справиться, — сказал Валерий. — На самом нижнем шестом этаже есть реактор, думаю, он неплохо так питается от ирида, который добывают здесь. Нас интересует пятый уровень — лаборатории. Кравич точно должен быть там! Мы проникнем туда и заберём всю информацию о проекте «Возрождение», которую найдем!

— А как ты собираешься потом покинуть планету, наведя здесь столько шороху? — спросил Йорк, — ты не забыл, что на орбите есть флот Лиги, который точно засечет тебя после того, как ты попытаешься прорваться с боем на корабле с планеты? До этого наш план был незаметно улететь.

— Фрэнки будет дезинформировать флот Лиги, пусть думают что мы те, кто ищет Йорка и его шайку, — сказал Валерий.

— Я сказал тебе, что попробую это сделать, — поспешно заявил Фрэнки, — по идее их боевая система должна быть завязана на комплекс «Хармленда», иначе они бы не смогли контролировать прибывающие корабли и быть в курсе всего что тут происходит.

— Когда получим данные, возьмем один из кораблей из ангара и покинем Харм, — сказал Валерий, — не так сложно, правда?

— Как ты собрался проникнуть на пятый этаж в их лаборатории? — угрюмо спросил Йорк, — тут мои коды допуска тебе не помогут.

— Проберемся туда силой, — сказал Валерий.

Йорк мрачно смотрел на него, затем на «Гидру». На что этот новый прототип был способен?

— Знаешь, капитан, — Валерий внезапно убрал оружие в сторону и рассмеялся, — я уже мог бы пристрелить тебя за все что ты сделал. В первую очередь за то, что бросил Лидию умирать в тех камерах.

Йорк не отрываясь смотрел на Валерия, и увидел у того неприкрытую ненависть во взгляде. Ненависть человека, которого лишили чего-то дорогого и ценного, что у него было в жизни. И дело тут было не в Новаке, и не в Кравиче.

Почему сам Йорк не подумал о столь очевидном? Лидия ведь и правда была похожа на Валерия не только внешне, но и своим характером.

— Правильно, — кивнул Валерий, — я даже помню, как дочь была горда, что попала именно на твой корабль, говорила что капитан Йорк — один из опытнейших капитанов третьего флота. Лида говорила о тебе очень много, знаешь ли.

— Хватит, — процедил Йорк, — я не просил никого из них лезть на мой корабль.

— Конечно, ты всего лишь жертва обстоятельств, — усмехнулся Валерий, — именно такого объяснение я ждал от капитана Альянса.

Знаешь, как долго я работал в ТПА? Так долго, что помню, как к нам пришел Ульрих и начал строить себе карьеру. А когда так долго работаешь на Тайную Полицию, много дерьма начинаешь просачиваться к тебе на рабочий стол. Поначалу ты пытаешься от него отмахиваться, списывая все на происки шпионов и фанатиков, успокаивая свое самолюбие тем, что вот ты-то делаешь по-настоящему правильное дело. Спасаешь Галактику от великого зла.

Йорк молчал.

— Но постепенно глаза открываются, — сказал Валерий, устало выдохнув, — и ты становишься перед выбором, как тебе поступить. Сохранить остатки человечности или продолжить дальше делать то, что ты делаешь.

— Скажи это тысячам, погибшим на Земле, которых уничтожил Новак.

— А ты скажи это сотням тысяч на Проуле, и десяткам тысяч других погибших под любыми другими гнилыми Куполами Лиги! — ответил Валерий. — Скажи это семье Джеда и другим семьям, которых Лига депортирует уже долгие годы, против их воли, словно в концлагеря. Ты по-прежнему считаешь, что надо было молчать? Нет, только атака на Землю могла разбудить все это болото.

— Ладно, ты меня утомил, не собираюсь я спорить, — сказал Йорк, — все эти теории я слышал, от таких же вроде тебя. Хочешь, чтобы я помог тебе проникнуть на базу?

— Да, Фрэнки не сможет меня прикрывать, а ты один не сможешь проникнуть в ангар, даже если прикончишь меня и заберешь «Гидру». Подумай, Йорк, давай действовать, у нас мало времени.

— Я тебя понял, — сказал Йорк, — тогда позволь взглянуть на твое оружие?

Валерий сощурился, и Йорк подумал, что тот не решится. Но он вдруг отпустил «Гидру», и передал ее Йорку.

Совсем невесомая! А какая удобная! Черт, неужели и правда Лига украла проекты Новака, и выдавала их за свои, а это оружие было одним из таких проектов?

Йорк нацелился Валерию прямо в лицо. Тот спокойно сидел и смотрел на Йорка. Фрэнки застыл, его, кажется била мелкая дрожь.

— На, держи, — Йорк отдал оружие Валерию, — думаю, ты лучше умеешь с ней обращаться. Нам понадобиться действовать быстро, и, смотри, больше без сюрпризов!

Глава 8. "Улей"

Все трое потратили несколько минут, изучая план «Улья» и обговаривая, как им лучше действовать.

Фрэнки и Валерий быстро ввели Йорка в курс дела и показали, как устроен комплекс. Они, похоже, многое здесь изучили, карта была довольно подробная, составленная с учетом перемещений охраны и главных постов наблюдения.

На самом верхнем первом этаже комплекса, в одной из комнат которого они сейчас прятались, были технические помещения, выходы к вентиляционным шахтам и различные генераторы, питающие комплекс от основного реактора, расположенного в самом низу «Улья», глубоко в иридовых месторождениях.

На втором этаже были жилые блоки для всего персонала базы, включая ученых и командирский состав. На третьем был тот самый ангар с кораблями, из которого насквозь через весь комплекс наверх выходила огромная шахта, позволяющая взлетать и садиться транспортникам, обычным глайдерам и боевым кораблям. Четвертый и пятый этаж был непосредственно исследовательской базой, созданной Лигой, туда-то им и надо было проникнуть.

Система охраны «Улья» судя по всему, была не такая мощная, как пугал Фрэнки, Уотерс рассчитывал, что скрытность комплекса от любопытных глаз в песках Харма и так дает неплохую защиту. К тому же комплекс благодаря реактору был автономный и люди, прибывавшие сюда для работы, потом покидали его, сразу же погружаясь в анабиозные капсулы.

Как уже согласился Йорк, это было крайне удобно, чтобы обычные техники, инженеры низшего звена, обслуживающий персонал вообще не понимали о том, в каком именно серьезном месте они трудятся. Для них это был бы один из многих научных комплексов Харма, о чем бы они и рассказывали, наверное, семьям через несколько лет, отбыв назад к своим планетам.

А учитывая, сколько здесь было отделов, каждый человек трудился над какой-то небольшой частью задачи и вряд ли понимал, что именно здесь разворачивается в целом. Все в подробностях знали, скорее всего, руководители проекта и люди вроде Уотерса и Ульриха, и Кравича, которого специально для работы доставили аж с Земли.

Йорк предложил пробираться дальше через вентиляцию, до третьего этажа ангара вниз, и подготовить корабль, а потом пробраться к лифтам и проникнуть на заветный пятый этаж, Валерий отверг эту идею.

— Сюда, — показал он на шахту в глубине туннеля этажа на котором они находились.

Это была внутренняя техническая вентиляция, совсем крошечная, которая шла прямиком до шестого этажа в реакторную зону.

— И что мы сделаем? — не понял Йорк, — уменьшимся до мышиных размеров и проникнем прямо к реактору?

— Нет, мы его взорвем, — сказал Валерий не моргнув глазом, а Йорк удивленно на него уставился.

— Ты спятил? — спросил он, — нам нужно выбраться отсюда а не зажариться до хруста.

— Если все рассчитать как надо, у нас будет достаточно времени, до того момента как реактор окончательно расплавиться и все здесь захоронит. Люди успеют эвакуироваться с третьего этажа, там, где ангар, мы будем в последних из кораблей и улетим вместе со всеми. Уничтожим тут все, прожарим шестой этаж со всей центральной системой жизнеобеспечения, так чтобы через час от комплекса ничего не осталось. Пока тут все будет взрываться, проникнем на пятый, а дальше в ангар.

— Могут погибнуть люди, — пробормотал Фрэнки, Йорк молча уставился на Валерия. Надо было снести ему голову из «Гидры», когда была такая возможность. Как он там говорил, человечность? Надо делать выбор? Ну-ну!

— Это был аварийный план, Фрэнки, — ответил Валерий, — ты обсуждал его вместе со всеми нами, забыл? И согласился, что идея может сработать, так что не надо сейчас делать круглые глаза!

— Мы же просто прикидывали такую возможность, — сказал Фрэнки, — и, по-моему Кертис просчитал, что наши собственные шансы уйти после этого из «Улья» живыми меньше пятидесяти процентов.

— Что ж, возможно, Кертис ошибся, — сказал Валерий.

— У реактора должна быть система защиты, — немного подумав, сказал Йорк, — она сработает и это даст достаточно времени, и все люди смогут подняться на поверхность, так?

— Именно, в теории жертв должно быть не много, — кивнул Валерий.

— В теории? — Йорк устало помотал головой, — это сколько? Десять? Или сотня? Сколько для тебя норма, майор?

— Все, хватит, — сказал Валерий, — У нас достаточно взрывчатки чтобы сбросить ее прямиком в шахту.

Они переоделись в рабочую форму «Улья», собрали вещи и через вентиляцию вышли в центральный коридор, убедившись, что там никого нет.

Внутренние помещения комплекса оказались просторными и залиты светом. Высокие потолки уровня украшал витиеватый орнамент из металла и стекла, за ним был придуман небольшой выступ по всему периметру до самого горизонта, весь сплошь утопающий в зелени.

Выглядело это все крайне дружелюбно и вовсе не походило на этаж технического помещения. Что сказать, Лига много сил тратила на то, чтобы их структуры не напоминали грузовой склад. Находиться в «Улье» было приятно, комплекс создавал ощущение того, что здесь можно работать и быть нужным. Уотерс не жалел средств. На стенах были развешаны картины с какой-то научной тематикой, но выполнены качественно и интересно, их даже хотелось остановиться и разглядывать. Коридоры перемежались просторными и хорошо освещенными фойе, где повсюду располагались небольшие столики и диванчики, и вообще комплекс с первого взгляда производил крайне дружелюбное впечатление.

Они миновали большой зал, где, видимо, можно было отдыхать и перекусить. За столиками сидело несколько человек в таких же, как и у них, рабочих комбинезонах. Один человек бросил на прошедших мимо людей быстрый взгляд, но затем вернулся к беседе со своим товарищем. Постепенно в коридорах стало появляется больше людей, но, судя по всему, первый этаж был вполне себе технической зоной, несмотря на все его убранство, тут было мало специалистов высокой категории, Йорк заметил только одного человека в белом халате, который сосредоточенно смотрел на экран своего коммуникатора.

Пока все было нормально. Они пытались действовать на опережение Уотерса и его шайки, и нужно было сохранить такой темп и дальше. Миновав очередной коридор, стало ясно, что света и зелени поубавилось.

Они оказались в глухом техническом коридоре, в котором был слышен только гул вентиляции. Вентиляции, которая и шла прямо вниз, на шестой этаж к реактору. Зона эта не была никем защищена, не было видно какой-то охраны.

Видимо никому и в голову не могло прийти, что кто-то задумает то, что задумал сделать Валерий.

— Вот сюда, — сказал Фрэнки и указал на большую дверь, — заходим.

— Парни, вы с девятого блока, что ли? — спросил какой-то человек сидя за большим пультом, — проверьте-ка еще и вентиляцию лабораторий! Вчера доктор Харлен опять жаловался, что вы там что-то накрутили, так что людям душно! Сами видите, сюда сам наш главный ученый пожаловал, чтобы разбираться, врубаетесь?

— Хорошо, — кивнул Валерий и выстрелил в него парализатором.

Трое других находившихся в этом же помещении с криком бросились бежать, Валерий уложил еще двоих, Йорк прицелился в последнего.

— Стой! — заорал Валерий, толкнув Йорка в сторону. Капитан, не ожидая такого, выронил парализатор и отлетел вбок, приложившись головой о какую-то трубу.

— Не могу поверить, что это ты! — заорал Валерий, хватая последнего оставшегося на ногах человека за белый халат.

Йорк поднялся на ноги и понял в чем дело. Не может быть! Йорк хорошо помнил это лицо, он столько раз смотрел на него через стекло анабиозной капсулы. Это был Сайлер Кравич.

Уотерс сильно переживал за жизнь Кравича, и вот теперь она явно была под угрозой.

Валерий схватил Кравича за халат и швырнул на большую приборную панель компьютера. Парализатор, который Кравич пытался вытащить, упал на пол и отскочил куда-то в сторону.

— Так все это из-за тебя, видимо, — сказал Йорк хватая Кравича, — какого хрена ты не выбрал другой корабль!?

— Не надо! — заорал Кравич, — у меня не было выбора! Валерий, остановись, не убивай меня!

— Ты гребаный предатель! — заорал Валерий направляя «Гидру» в лицо Кравича, этого небольшого человека в белом халате, — ты предал Новака и сбежал со всеми его разработками!

— У меня не было выбора! — повторил Кравич, тяжело дыша, он медленно сполз на стул и затравленно оглядывал всех троих, — Новак совсем обезумел, он хотел развязать войну!

— Нет, это ложь! — сказал Валерий, — войну хотела устроить Лига, потому что видела, что влияние Новака растет и они могут потерять планеты!

— Нет, — ответил Кравич, — я работал с Новаком много лет, еще до того, как ты пришел к нему! После того, что случилось с капитаном Саем, он решил покончить с Лигой, он много раз говорил мне, что смерть Сая была тем моментом, когда у него открылись глаза.

— Причем здесь Сай? — спросил Йорк

Кравич посмотрел на Йорка, тяжело дыша, он сжал зубы и злобно смотрел на капитана.

— Да вы и половины не знаете! — сказал Кравич, — тогда все и началось! В Эндоросе, у Маяка ведущем на Тау! Сай был с Новаком, они проверяли систему, потому что стали поступать сообщения о большой группе пиратов, собирающихся напасть на колонистов. Задача Новака была разведать ситуацию и обеспечить безопасность. Они прошли за Маяк и через несколько суток нашли пиратский флот.

— Это всем известно, — сказал Йорк, — в тот момент Сай предал Новака, потому что пираты были его людьми!

— Ничего подобного, — Кравич затряс головой, — они разбили пиратов в чистую и вернулись в Эндорос как ни в чем не бывало. Проблема случилось, когда они проходили через Маяк. Первый шел Новак с небольшой группой кораблей. За ним Сай. И тогда все случилось. Маяк Тау закрылся. Фэнг Сай, все его корабли, колонисты, они моментально оказались отрезанными.

— Откуда тебе известно это все? — сказал Йорк.

— Потому что я был там! — сказал Кравич тяжело дыша, — Лига отправила меня, как ближайшего в системе специалиста, чтобы я со своей группой запустил Маяк, пока информация о его остановке не просочилась в прессу.

Йорк понимал, о чем говорил Кравич. Земной Маяк на РО-108, который в свое время дал сбой, остановился всего на пару суток, но этого хватило, чтобы в Галактике началась паника. Больше трети заселенных миров оказались отрезанными. Йорку тогда было лет десять, он помнил как отец и мать ходили с белыми лицами. Слава богу, через несколько дней, Маяк удалось запустить, за этим наблюдал весь оставшийся обитаемый мир, и когда связь со станцией в РО-108 внезапно появилась, все возликовали. Но до сих пор иногда старики вспоминали, как тогда закрылся Маяк и говорили, что это было похоже на настоящий конец света. Ощущение, что огромная масса людей просто растворилась в Галактике — наверное, это было чудовищно.

— И ты запустил его? — спросил Йорк.

— Да, черт возьми, запустил за сутки! — кивнул Кравич.

— Хватит! — заорал Валерий, — я не хочу его слушать, — Кравич, ты кусок дерьма, пора с тобой разобраться!

— Остынь, майор, — сказал Йорк, подойдя к Валерию. — Так в чем дело, Кравич? Что было в Тау после этого?

Кравич вдруг замолчал и опустил голову. Было видно, что он не притворяется, и слова даются ему крайне тяжело.

— Ничего, — наконец, сказал он, — там ничего не было.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Валерий.

— То, что ты услышал, — ответил Кравич, — что, Валерий? Вижу, Новак не рассказал тебе о главном секрете Галактики? Видимо не очень доверял. За Маяком Эндороса не было Тау. Он открылся в другую звездную систему, которую мы раньше не видели.

— Маяк открылся в другом месте? — пробормотал Фрэнки, — как такое возможно?

— Сай, его корабли, тысячи колонистов Тау, те пираты, все исчезло! — продолжал Кравич. — Две недели мы были рядом с Маяком вместе с Новаком и подошедшими кораблями Лиги. Две недели я пытался разобраться, что случилось. Мы снова отключили Маяк, в надежде, что это поможет. Мы делали это четыре раза. Каждый раз он открывался в новую систему.

— Твою мать, — пробормотал Йорк, — вы хоть поняли тогда, что это значит для Галактики?

— Поняли не хуже тебя, — сказал Кравич глянув, на Йорка, — если какой-то Маяк закроется, после открытия он может привести куда угодно!

— Но ведь был же случай, когда Маяк закрывался, — сказал Фрэнки, — когда-то давно, так ведь? Прямо у Земли?

— Я, Лига, Альянс, мы все после этого потратили год, изучая, почему Маяк РО-108 открылся туда же куда и раньше, а тот на Эндоросе навсегда закрыл нам дорогу к Тау.

— И что? — спросил Валерий, — что вы выяснили?

— Ничего, — прошептал Кравич, — мы ничего не смогли понять. Стало ясно одно, Ян Дейдра и все его горе-ученые создали технологию, которую не могли контролировать и понимать. Вся Галактика и до этого зависящая от Маяков стала обычным карточным домиком. Убери одну карту и конец! И не понятно когда, и кто эту карту уберет.

Он замолчал и лишь смотрел в пол. Йорк пытался переварить услышанную только что информацию, и то, насколько она меняла его представление о мире, Валерий хмуро теребил оружие, Фрэнки задумчиво потирал подбородок.

— Давай дальше, Кравич, — сказал Йорк, — раз уж начал, выкладывай все до конца! Я гляжу, тебе давно хотелось выговориться кому-то.

— Да? — Кравич вскинул голову, — что ж, ты хочешь послушать? А дальше Новак, который был непосредственным участником тех событий, сказал, что Лига и Альянс должны сообщить миру о том, что не контролируют Маяки в полной мере. Что те могут закрываться без видимой причины и открываться в другие системы. Что наш так тщательно выстраиваемый до этого мир — всего лишь иллюзия!

— И они его заткнули? — спросил Йорк, — так?

— Скорее убедили, — сказал Кравич, — Директорат Лиги и Совет Альянса вместе навалились на Новака и сказали, что если сообщить о том, что случилось, хаос станет полным и неуправляемым. Начнутся войны, взрывы Куполов вроде тех, что были на Проуле покажутся мелочью. Вся Галактика перебьет друг друга в панике.

Но если продолжать изучать Маяки, дать больше времени на исследования того, как они работают, и почему случилось то, что было на Эндоросе, тогда мы сможем сохранить мир! Тогда все будет нормально. И Новак в тот раз внял голосу разума, они будут искать решение проблемы, а пока все что случилось с Тау, нужно было скрыть. Нужно было что-то сделать! Новак, скрепя сердце, согласился с той легендой, которую вы все хорошо знаете, что Сай был предателем и уничтожил Маяк. Это далось ему нелегко.

— После этого он и начал обдумывать создание Галактического Союза? — спросил Йорк.

— Не сразу, но да, — сказал Кравич. — Где-то через год, он привлек меня и мой отдел на свою сторону, мы обосновались на Раме. Новак не жалел денег на исследования, все что угодно, чтобы открыть и закрыть Маяк в одном и том же месте. Лига, Альянс и Новак, все мы пытались решить то, что не смог бы решить больше никто!

— Тогда зачем война? — спросил Йорк, — зачем Новак захотел подлить масла в огонь и бодаться с Лигой?

— Потому что скоро случился Тарл, — сказал Кравич.

— А при чем тут Тарл? — спросил Йорк, вспомнив систему где они с Даной Рэй ловили пиратов. Там где когда-то открылись бесполезные врата в систему с огненной стеной, и который просто пришлось бросить.

— Ох, твою мать! — пробормотал Йорк.

— Это снова случилось! — воскликнул Фрэнки. — Они сделали Маяк, который не просуществовал и года, и снова закрылся?

— Все верно, — кивнул Кравич, — вам никогда не казалось, что капитан Сумин, который сгинул со своими кораблями в той огненной системе, как-то не особо долго размышлял прежде чем отправится на смерть?

— Потому что ни в какую огненную систему он не летел, — пробормотал Валерий, — так, что ли?

— Так, — сказал Кравич. — Были зонды, за Маяком оказался пригодный для исследования мир. Туда отправили корабли Сумина. И Маяк закрылся. Дальше как и с Тау, — снова попытки несколько раз запустить Маяк, и каждый раз новая система. Пока, наконец, не открыли дверь в ту чертову геенну с непригодной для жизни средой. На ней Лига решила и закончить, чтобы удобнее было врать.

— Потрясающе, — сказал Фрэнки, — это же просто невероятно!

— Один Маяк — не показатель, — пробормотал Кравич, — но два! Тогда и стало ясно, что наглядно демонстрировалась какая-то ужасающая неизбежность.

Как обычно Лига все скрыла, Альянс был в курсе и тоже неплохо ей в этом помог. Кто-то из тех, кто знал, но много болтал, пропадал без следа, кому-то платили огромные деньги или запугивали.

— А тебе? — спросил Валерий, — платили? Или тебя запугивали?

— Платили, — процедил Кравич, — тогда я уже вовсю работал с Новаком, и он понял что с Лигой и Альянсом ничего не выйдет. За несколько лет они не добились никаких результатов. Ничего, ноль! И тогда мы зашли с другого края. Новак задумал проект, который бы выходил за рамки необходимости Маяков вообще. Проект «Ариадна», как мы его называли, путеводная нить для всего человечества из этого хаоса созданного Лигой и Альянсом за столетия.

— Так выходит, это правда? — спросил Йорк, — все эти слухи и байки о корабле, который может двигаться к любой системе без Маяка, который сам как Маяк! Вы это что, сделали!?

— Да, — кивнул Кравич, — именно так. Новак полностью разуверился в Лиге и Альянсе. Он считал, что они не делают ничего. Он требовал, чтобы ни одного нового Маяка со времен инцидента на Тарле больше не создавалась. Но Лига продолжала их строить, потому боялась исчерпать все запасы ирида. Лига не знала, что делать, это было очевидно. Альянс был в растерянности и только разводил руками. А время утекало. Когда случится следующий обвал Маяка, и какой Маяк это будет?

До сих пор нам везло. А если это будет Маяк на Раме? А если снова земной Маяк или Маяк в РО-108 схлопнется? Мы сидели на часовой бомбе и ничего не могли поделать. Новак запустил проект «Ариадна». И у нас стало получаться, мы двигались в правильном направлении!

— А потом ты сбежал? — сказал Валерий, — и все испортил, похоже.

— Сбежал, когда Новак рассказал мне что сделает, когда проект получится. Больше не будет Лиги, не будет Альянса, он хотел раздавить их полностью, хотел восстановить доброе имя Сая. Он хотел, чтобы больше не было привязки к Маякам и лично хотел направлять всю политику в Галактике. Его речи становились все более странными. Я не мог больше этого выносить!

— Что ты натворил, Кравич, — сказал Йорк, — ты сбежал к Альянсу со всеми разработками?

— Да! — крикнул Кравич, — я сделал это! Альянс и Лига может быть и не самый лучший вариант. Но Новак предлагал что-то совсем дикое. Альянс и Лига смогли бы закончить «Ариадну» без него!

— Но ты не знал, что Новак готовит флот, готовит свои собственные войска? — сказал Валерий, — ты был все это время рядом с ним и ничего не понял?

— Нет, — сказал Кравич, — я не думал, что он пойдет на такое! Это же чистое безумие! Развязать войну, когда и так весь мир висит на волоске!

— Невероятно, — сказал Йорк, — ты и в этом поучаствовал. Что было дальше?

— Дальше вы примерно знаете, — сказал Кравич, — Новак напал на «Протей», думая, что я передал туда все данные, но он ошибся. И адмирал решил действовать дальше, терять ему особо было нечего.

— Потому что он знал, что все проекты, что ты передашь Альянсу, приговорят его к смерти, особенно проект «Ариадна».

— Именно, — сказал Кравич.

— Все это какое-то безумие, — пробормотал Валерий, ошарашенно переводя глаза с Йорка на Кравича.

— Вижу ты был не в курсе, Валерий, — сказал Кравич, — хотя бы тут Новак был солидарен с Лигой и Альянсом. Эта тайна должна была быть сохранена как можно лучше, до того момента, как проблему можно будет решить. Поэтому он хотел убить меня, наверное, когда я летел с Земли.

— Мартинас знал об этом? — спросил Валерий, — знал? Новак рассказал ему об этом?

— Извини, — сказал Кравич, — я не понимаю о ком ты говоришь. Если ты о тех, кто пытался меня убить на корабле капитана Йорка, мне о них ничего не известно. Не думаю, что они были в курсе всего, как вижу, и ты.

— Скажи мне, Кравич, — сказал Йорк медленно, — раз ты так хотел чтобы Альянс закончил проект «Ариадна», то что же ты делаешь здесь на Харме, в секретной лаборатории Лиги?

Кравич хмыкнул, по его лицу пробежала гримаса. Он сжал кулаки и привстал со стула, Валерий тут же поднял «Гидру» и недвусмысленно показал Кравичу сесть. Тот застыл на месте, потом выдохнул.

— Я сбежал от Альянса в конце войны, — пробормотал Кравич, — подстроил свою смерть и забрал проект.

— Уже второй раз кидаешь своего работодателя, — усмехнулся Йорк, — полагаю, решил осесть на Земле?

— Да, — сказал Кравич, — так я и сделал. Гори оно все огнем, если Маякам суждено закрыться, я хотел остаться там, где родились мои предки, а не на каком-то вонючем купольном астероиде.

— Ах ты кусок дерьма! — крикнул Валерий, — значит, забрал проект и отсиживался себе, пока весь мир был под угрозой!

— Говори что хочешь, — сказал Кравич, — но с меня было достаточно. Я думал, что все закончилось. Я не хотел больше ничего, только покоя! Но потом, несколько месяцев назад, случился еще один хлопок Маяка и я не выдержал.

— Где? — спросил Валерий, — еще один Маяк закрылся, где?

— Трелони, — вдруг сказал Фрэнки, — черт возьми, да это же точно Трелони!

— Да, — сказал Кравич, глянув на Фрэнки, — сообразительный малый, как я погляжу. У меня не было стопроцентной уверенности, но все факты указывали именно на это.

Трелони. Подозрительный захват пиратами системы и переговоры с Альянсом. Там вот что там было!

— Трелони больше нет? — спросил Йорк.

— Больше нет, — просто ответил Кравич, — и всех кто там был — тоже нет.

— Дерьмо, — прошептал Валерий, — как у них получается все это скрывать столько времени?

— Ну, — Кравич выдохнул, — жесткие меры, как я и сказал. Альянс и Лига действуют заодно в этом вопросе. Есть какие-то слухи, но кого они волнуют? ТПА Альянса действует эффективно.

— Как Лига переманила тебя к себе? Ты не ответил, — сказал Йорк.

— Когда я узнал про Трелони, то понял, что это, возможно, еще один хлопок Маяка, — сказал Кравич, — я стал подозревать. И что-то во мне говорило, что я все же должен предпринять какие-то действия. Хотя бы передать данные «Ариадны» Альянсу! Я не хотел во всем этом участвовать, но я мог сделать хотя бы это! Понимаете! Я смог выйти на адмирала Альянса, рассказал ему все! Сказал, что жив и готов отдать разработки Новака. А потом пришли люди из Лиги, из «Хармленда»! Ульрих сказал, что я буду работать на них и делать все, что они мне скажут, или мне и моей семье конец! Моя семья у них, понимаете!

— Тебя сдал Альянс? — удивленно спросил Валерий, — передал Лиге?

— Да, тот ублюдок, адмирал Альянса говорил, что все будет нормально, но он предал меня!

— Кто был тот адмирал? — спросил Йорк, — кто сдал тебя Лиге и Уотерсу? Это был Эндрюс?

— Нет, — Кравич отрицательно мотнул головой, — это был Стаутман, один из Совета Альянса.

— Все эти ублюдки заодно! — процедил Валерий.

— Не обязательно, — ответил Йорк, — Стаутман может, и работает с Лигой, но не факт, что весь Альянс об этом знает. Ты сам прекрасно видишь, что на Харме творятся темные делишки, о которых Альянс может быть не в курсе.

— Похвально, что вы выгораживаете своих, — сказал Кравич, — но мне в это слабо верится, капитан.

— И теперь ты здесь, помогаешь им закончить «Ариадну», так? Ладно, у нас больше нет времени, чтобы с ним разговаривать, где проект Кравич?

— Где ему и положено быть, на пятом этаже комплекса, в центральном компьютере моей лаборатории.

— Это все что нам было нужно, — сказал Валерий, — не думай что тебе удастся уйти.

Кравич сжал кулаки и втиснулся в стул, тем не менее, он смотрел на Валерия и то, как тот направляет на него «Гидру».

— Не надо, — сказал Йорк, — он может этого и заслужил, а может, и нет!

Валерий стоял, не двигаясь, один выстрел из «Гидры» и от Кравича с его стулом могло остаться только мокрое место.

— Хорошо, — наконец выдохнул Валерий, — возьмем его с собой. Пусть Новак лично с ним разбирается!

— Нет! — крикнул Кравич, — разве я не рассказал вам все? Оставьте меня в покое! Дайте убраться с этой гребаной планеты! Я не хочу быть в этом чертовом бункере!

— Хватит орать! — Валерий достал парализатор и выстрелил Кравичу в корпус, тот сразу же вырубился на стуле, — попробуем забрать его когда будем уходить. Если не получится, пусть сгинет, когда подорвем «Улей».

Валерий рассеяно убрал парализатор под одежду, посмотрел на тело Кравича, затем на Йорка. По глазам Валерия было видно, что майор в растерянности. Он, видимо, все еще пытался осознать, что только что наговорил Кравич. Может, больше не мог этого выносить и предпочел его вырубить, чтобы хоть как-то отгородиться от того, на что ученый открыл им всем глаза.

Йорк ничего не ответил. Он тоже пытался прийти в себя. Не было похоже, чтобы Кравич соврал хоть в чем-то. Но эта правда была столь жуткой, что верить в нее почему-то не хотелось. Трелони больше нет. Вообще. Какой-то ночной кошмар.

— Невероятно, — пробормотал Фрэнки, — то, что он рассказал — это же безумие какое-то. Если весь мир об этом узнает, и поверит, главное, что тогда начнется?

— Давай оставим эти размышления на потом, — сказал Валерий, — он тоже выглядел ошарашенным, но предпочитал действовать и приходить в себя, — куда нам нужно положить заряды?

— Вон та шахта, — сказал Фрэнки, подбегая к небольшой решетке, — таких шахт, что идут к реактору, здесь немного, но я думаю, это и не важно, нам подойдет любая.

Он достал из рюкзака взрывчатку и активировал ее на одну минуту.

— Бросай, — скомандовал Валерий.

— Если бы я знал, что мы собираемся тут все взрывать… — пробормотал Фрэнки.

— Гребаное безумие, — прошептал Йорк, глядя как Фрэнки откручивает решетку шахты и бросает туда взрывчатку.

— Все, уходим! Быстро! — крикнул Валерий, — Нам нужно оказаться у лифта раньше, чем сработает таймер и в коридоры проникнет охрана.

— Передатчик принимает сигнал, — сказал Фрэнки, — это же наша частота СГС, ее никто не мог знать!

— Кроме тех, кто проник на вашу тайную квартиру в подвале, — сказал Йорк, — что там такое?

— Это Ульрих, — сказал Валерий, — похоже, он к тебе обращается.

— …совсем не так как раньше, — услышал Йорк голос Ульриха схватив наушник, — предлагаю тебе просто сидеть в «Улье» и ждать, пока мы тебя заберем. Гарантирую, что с тобой ничего не случится, даю слово офицера! Не верь этим ублюдкам, Йорк! Они используют тебя так же как…

Йорк отшвырнул наушник на пол.

— Он знает, что мы здесь, — сказал Йорк, — и, похоже, знает что сюда движутся корабли Альянса, хочет торговаться.

Валерий расхохотался.

— Правильно, — кивнул Йорк, выходя в коридор, — думаю, он пристрелит нас без разговоров.

Они двигались очень быстро, но старались не бежать. Достигнув разветвления, Йорк дернулся обратно вглубь коридора, прямо на них неслось большое желто-черное месиво, около десятка вооруженных солдат Торговой Лиги.

В последний момент все трое успели нырнуть в боковую дверь, в какое-то небольшое помещение. Солдаты пронеслись мимо.

— Дело дрянь, — сказал Йорк, — нас уже ищут!

И в этот момент стены и пол сотряслись от мощного удара, где-то внизу раздался страшный грохот, свет на несколько секунд погас и включился снова. В коридоре уже были слышны вопли.

— Какого хрена! — заорал Йорк, — слишком рано!

— Сейчас еще будет, — предупредил Фрэнки, и тут же раздался еще более страшный грохот, уже чуть ближе внизу, похоже, шестой этаж комплекса, там где был реактор, постепенно разрушался.

— Больше ждать тут нельзя! — заорал Йорк, — двигаемся быстро!

Он выскочил в коридор и тут же наткнулся на здоровенного солдата, которому просто заехал в челюсть металлической рукой.

Солдат отлетел в сторону и скрючился на полу. За ним было еще трое, но их всех уложил Валерий. Йорк заметил, что тот уже не пользовался парализатором, а стрелял из своего нового оружия.

Охранников расшвыряло как тряпичных кукол, запахло паленой плотью и свежей кровью, которая фонтанами брызнула на яркие белые стены комплекса «Хармленда».

— Они на первом этаже! — заорал еще один солдат перехватывая оружие, но тут же свалился на пол, его голова взорвалась, словно перезрелый арбуз, разбрызгивая вокруг мозг и кости.

— Лифт! — проорал Йорк, — нам нужен центральный лифт, он идет прямо на пятый этаж! Скорее, пока они не прислали сюда еще людей!

Они бросились по коридору, расталкивая персонал в форме комплекса «Улья». Люди с круглыми глазами стояли посреди коридора и не могли поверить, в то, что надо эвакуироваться. До центрального лифта оставалось около пятидесяти метров, Йорк уже видел огромные металлические двери, как вдруг его бок обожгло резкой болью.

Йорк зашатался, но сумел устоять на ногах, все тело словно онемело, он крутился, пытаясь понять, откуда в него стреляли.

Словно во сне, Йорк повернулся вправо, но слишком поздно заметил несущегося на него солдата Лиги, который, сократив дистанцию, резко приложил Йорка прикладом по челюсти.

Мир взорвался болью. Чарли свалился на пол, хрипя и чувствуя, как кровь льется откуда-то из района ребер бурным потоком. С каждой секундой ему все труднее становилось думать.

А солдат уже целился в Валерия, но тот оказался проворней и выстрелил тому прямо в грудь, прожигая ее насквозь.

— Там еще! — заорал Фрэнки, целясь куда-то в коридор, Йорк с трудом повернул голову и увидел как на них несется целая толпа вооруженных людей. Все с ног до головы закованные в боевую броню с защитой от лучей парализатора и стрелкового оружия.

Все же Уотерс собрал тут целую армию, похоже, подготовка управляющего сыграла для него хорошую службу, солдаты реагировали очень быстро.

Тяжело глотая и пытаясь отползти подальше, Йорк зачем-то вспомнил Шерон. Интересно, что она сейчас делала? Стажировалась в отделении Альянса, или, может, ушла на обед? Какое там время от земного на Харме? Он же ведь так и не вышел с ней на связь, значит, она могла обратиться в «Серинити» с просьбой о помощи? А что если Уотерс решит добраться и до нее? А что если уже добрался? Йорк заорал и попытался выстрелить из бесполезного в данном случае парализатора. Нужно было достать боевое оружие.

Глаза затягивались какой-то пеленой, но он смог увидеть поток ярких и частых лучей которые пронзили толпу вооруженных людей, что неслась прямо на них и за секунду превратили их в кровавые ошметки. Валерий перешагнул через Йорка, держа в руках «Гидру», двигаясь вперед. Стрелял, стрелял, уничтожая все живое, что было впереди в коридоре, солдат, зазевавшихся техников, каких-то людей в штатском. Все они разрывались в клочья мощными лучами и разлетались куда-то под потолок к зеленым кустикам и прекрасному витиеватому орнаменту, который так приглянулся Йорку.

— Стой! — пытался крикнуть Йорк, но из горла вырвался только хрип.

— Быстрее! — проорал Валерий, — Фрэнки, затаскивай его в лифт!

Йорк почувствовал, что его тащат и все погасло.

— Вот так, — Йорк услышал голос Фрэнки и выплыл из небытия.

Парень склонился над ним с распылителем медгеля в руке. Они были в какой-то узкой стальной коробке, вокруг было светло, и звучал громкий сигнал тревоги. Голос из динамиков на потолке говорил что-то об аварии. Наконец Йорк понял, что они в лифте.

— Как он? — спросил Валерий откуда-то сбоку.

— Сейчас будет в норме, — отозвался Фрэнки, — я вколол ему лошадиную дозу, должен будет продержаться какое-то время!

Йорк действительно почувствовал себя лучше и смог сесть на пол. Бок уже болел не так сильно, сильнее ныла челюсть, по которой ему заехали прикладом. Сознание возвращалось.

— Черт, — пробормотал Йорк, — на пятом этаже их наверное еще больше, они сотрут нас в порошок, как только двери лифта откроются!

— Не выйдет! — отозвался Валерий, — у них сейчас есть дела поважнее, чем гоняться за нами. Те солдаты были явно посланы Ульрихом, возможно, его личная охрана здесь в «Улье». Думаю многие из комплекса, сейчас бегут на третий этаж по лестницам к ангару. Мы тоже туда отправимся, но чуть позже. Ну что Йорк, готов пострелять! Фрэнки, черт возьми, ты не потерял сервер?

— Нет, он со мной!

Йорк видел, как Валерия бьет мелкая дрожь, а комбинезон работника «Хармленда» в который он был одет, был частично покрыт брызгами крови. Ему, похоже, уже больше нечего было терять. Сначала он лишился дочери, а потом всех планов продолжить подпольную деятельность на Харме. Теперь выяснилось, что Новак не посвятил своих людей в несколько важных и ключевых моментов своей деятельности. Наверное, самолюбие Валерия было задето.

— Все готово! — сказал Фрэнки, — мне нужен их пульт в главной лаборатории! Я подключусь оттуда напрямую. Выкачаю все, с шифрами или без них не важно! Все будет тут!

— Отлично! — гаркнул Валерий, достав из сумки небольшую плоскую коробку. Поставил ее прямо перед дверьми лифта из нее сразу же распространилось едва заметное голубоватое свечение, Валерий поудобнее перехватил «Гидру».

Почти сразу же, как лифт достиг пятого этажа и двери открылись, в них моментально полетели пули, и лазерные выстрелы, которые тут же разбивались о невидимую преграду активированного Валерием щита.

Невероятно. Еще одна волшебная разработка, которую Валерий получил от Новака вместе с «Гидрой»? Что это за щит? Персональные защитные щиты были в разработке с начала войны но так и не получили дальнейшего развития. Слишком много энергии требовалось. Если только тут не был замешан ирид, но во время войны этим вопросом не успели как следует заняться и изучить. Однако Йорк точно помнил что-то похожее.

Выставленный щит был хорош не только тем, что защищал от выстрелов противника, но и позволял стрелять в ответ, игнорируя собственное поле, и того кто его поставил. Чем Валерий и воспользовался, превратив около десятка вооруженных людей, что ждали их у дверей лифта в кровавое месиво. Это была абсолютная защита.

Йорк никогда раньше не видел подобной технологии. Люди Уотерса здесь в «Улье» явно не были готовы к такому сопротивлению. У них были блоки на лучи парализатора, вшитые в мощные бронекостюмы, а также сама броня, которая хорошо защищала от выстрела обычных излучателей.

Но то, чем Валерий сносил своих врагов, было чем-то небывалым. Поэтому им троим удалось уйти и забраться в лифт, поэтому они сейчас могли двигаться дальше.

Валерий явно рассчитывал на свои игрушки, может, поэтому он так был уверен в том, что сможет пробиться в центральную лабораторию?

— Слева! — крикнул Йорк поднимаясь на ноги и подбирая лазерную винтовку, заляпанную еще теплой кровью солдат Лиги. Йорк выстрелил и одного из солдат, что подбирались к ним, развернуло и отшвырнуло куда-то в сторону. Еще двоих разметало ярким лучом «Гидры», словно люди были сделаны из бумаги.

— Двигаем! — прорычал Валерий, — лабораторный комплекс совсем рядом!

Все трое вышли на пятый этаж, который и был главной исследовательской частью «Улья». Тут редко бывали обычные техники или младший персонал базы.

Потолки здесь были такие же высокие, много стекла и зелени, но все гораздо строже. Наверное, допуск сюда был ограничен.

Лабораторный комплекс был освещен яркими световыми панелями, открывался большим залом с фонтаном и статуями, а лестницы утопали в зелени. Тут можно было не только исследовать важные проекты, но и прекрасно жить.

Они продвигались вперед, повсюду бегали люди, но до внезапных гостей никому не было дела. Эти люди стремились попасть к лифтам ангара на третьем этаже, поэтому группе больше никто не мешал продвигаться.

Прямо над головой у них раздался мощный хлопок, и столб огня, вырвавшись из боковой стены, устремился куда-то в бок. Послышались вопли умирающих в пламени людей.

Все трое бегом пересекли огромный зал и свернули в светлый коридор, там никого не было. Прямо перед ними были гигантские двери из стекла и металла, над которыми было написано «Сектор исследовательской деятельности. Вход строго ограничен».

— Это здесь! — Валерий остановился возле больших дверей, и огляделся по сторонам. Только сейчас Йорк заметил, что майор тоже истекает кровью, но, похоже, Валерия это нисколько не смущало.

— По моей команде, — сказал Валерий, устанавливая перед дверями свой щит и перехватывая «Гидру», — давай!

Йорк резко распахнул дверь, и тут же на секунду ослеп от огромного количества ярких лучей, устремившихся прямо к нему в голову. Он успел заметить, что солдаты Лиги расположились по периметру, а уже через мгновение их сметало ответным огнем «Гидры» которая одинокого хорошо прожигала как металл стен, за которыми прятались солдаты, так и их плоть.

— Не давайте им пройти к главному серверу! — заорал кто-то впереди, — стреляйте, черт бы вас побрал, стреляйте! Сбейте этот гребаный барьер!

Но все было бесполезно. Словно в тире Валерий расстреливал любого, кто попадался ему на глаза, меньше чем через минуту всякое сопротивление в лаборатории было подавлено. Один из охранников еще был жив, пытался ползти куда-то в сторону, его ноги превратились в кровавые ошметки, и волочились за ним словно изжеванные в мясорубке. Валерий прикончил его одним выстрелом в голову.

— Это здесь, — сказал он, — Фрэнки, давай не стой, бегом к главному компьютеру!

— Понял, — Фрэнки пробрался через кучу дымящегося мяса куда-то вглубь и, оглядев большой и массивный блок с монитором, начал подключать к нему свое устройство.

Повсюду было полно техники и различных машин, о назначении которых у Йорка не было ни малейшего представления. Несколько человек в белых халатах, что стояли сразу у дверей в ужасе отпрянули в стороны, Валерий резко повернулся к ним.

— Валите! — сказал он, — бегите к ангару!

Людям не требовалось повторять дважды, и они моментально исчезли в дверях.

— Это оно, — сказал Фрэнки, глядя на экраны, — черт! Похоже Кравич тогда почти закончил «Ариадну»! Я не совсем понимаю многих вещей, но, видимо, его проект находится на финальной стадии разработки!

— Думаю, да, — Йорк показал в сторону огромного устройства, стоящего в отдалении. Оно походило на уменьшенную копию Маяка. Что это? Рабочий прототип? Такую штуку можно было поставить на корабль и двигаться между открытыми Маяками мирами, просто выбирая нужный из списка? Как это работает?

— Скорее же! — крикнул Валерий, — тут сейчас все поджарится!

— Да, — кивнул Фрэнки, — я закончил. Валим отсюда!

— В ангаре нас точно будут ждать, — сказал Йорк, — давай Валерий, будем продвигаться под защитой «Гидры» и твоего щита.

Тот кивнул, и они бегом бросились к лифту. В помещениях лабораторного комплекса уже никого не было. Повсюду звучала сирена, а жар стал достигать такой силы, что иногда было трудно дышать. Повсюду расползался черный дым, и пожар на нижнем уровне постепенно сжигал все перекрытия и устремлялся выше, система вентиляции нижних этажей полностью накрылась. Если они не выберутся отсюда в ближайшее время, им конец.

Лифт был обесточен.

— Надо искать другой путь, — сказал Валерий, и, словно в подтверждении его слов, сверху послышался мощный удар, и из-под дверей лифта постепенно начал распространяться огонь.

— Аварийная лестница, — сказал Йорк, вспомнив план «Улья», который ему показывали Валерий и Фрэнки, — поднимемся по ней! Нам нужно пройти еще два пролета, она должна быть недалеко.

Они, с трудом продвигаясь, пошли к лестнице. Валерий, похоже, потерял много крови, он шел, постоянно спотыкаясь, Йорк тоже понимал, что его ранение куда серьезнее чем то, на что был рассчитан медгель и стимуляторы, что ему вколол Фрэнки, скоро обезболивающее перестанет действовать. Фрэнки же не был ранен, но сгибался под тяжестью своего металлического сундука и тоже выбился из сил.

Они вышли на лестницу, заполненную дымом, и, кашляя, стали продвигаться наверх.

Еще немного и Йорк понял, что вырубиться прямо здесь, но наконец, они добрались до третьего этажа и вышли к огромному помещению ангара.

Здесь стоял настоящий хаос. Несколько погрузчиков, заполненных людьми, взлетели в воздух, и, сшибая все погрузочные тросы, устремились к открытому небу, обрушивая часть раздвижного потолка. Следом за ними взлетали и другие корабли, мелкие глайдеры и прочая техника, которая могла везти людей.

Йорк понял, что они никуда не улетят. Те корабли, что остались в ангаре, были превращены огнем в груды искореженного железа. Повсюду метались люди, стоял ор и хаос, никто уже не обращал на них внимания. Они устроили настоящий ад в этом комплексе.

— Надо пробираться к выходу своими силами, — сказал Йорк.

— Нет! — заорал Валерий, — нам нужен корабль! На поверхности Ульрих и его ребята!

— Посмотри вокруг! — крикнул Йорк, — не на чем взлетать! Останемся здесь — умрем!

Валерий заорал от бессилия, а Йорк кинулся к лестнице, что была в углу ангара.

Фрэнки и Валерий кинулись за ним.

Глава 9. Дым и огонь

— И каков план, капитан? — тяжело дыша спросил Валерий, когда они оказались на лестнице, где дышалось намного тяжелее чем в ангаре, но было куда тише. Снизу из лестничного пролета шел дым.

— Будем выбираться так же как и пришли, — сказал Йорк, чувствуя, как уже горят глаза и легкие.

— Без корабля нам не уйти, говорю тебе, — тряхнул головой Валерий — наверху, я уверен, уже Ульрих и его ребята только и ждут того, чтобы мы выбрались!

— Вариантов нет, — сказал Йорк, — можешь оставаться тут, — а мы воспользуемся вентиляцией!

— Подождите, — сказал Фрэнки, — нам не обязательно использовать прямо тот же проход, — есть другие вентиляционные шахты, гораздо мельче и незаметнее. У Ульриха целый день уйдет, чтобы прочесать ущелье, мы можем хотя бы попробовать спрятаться в скалах!

— Он дело говорит, — сказал Йорк, опираясь на стену, — давай, соображай быстрее, майор!

— Заткнись! — процедил Валерий, перехватив «Гидру» поудобнее, — давайте все наверх, туда дым еще не добрался!

Они принялись карабкаться вверх по технической лестнице. В какой-то момент пришлось прижаться к стене, так как мимо них пробежало человек двадцать техников, ученых, каких-то людей без опознавательных знаков Лиги или Альянса, оборванных солдат.

Один из них задержал взгляд на Йорке, но, чертыхнувшись, принялся спускаться дальше, словно не желая связываться больше с этими проблемами.

Когда они добрались до первого этажа, с которого и начали свою деятельность в комплексе «Хармленда», внизу раздался очередной взрыв, на этот раз он был очень длительный и сопровождался ужасным скрежетом.

— Похоже ангар накрылся, — уныло сказал Фрэнки, — господи, те люди…

— Двигай, — прорычал Валерий, — веди нас к воздуховоду, у меня нет карты, а ты один помнишь эти туннели лучше нас всех!

Он направил на Фрэнки «Гидру» и тот отпрыгнул в сторону в ужасе.

— Полегче, приятель, — сказал Йорк, — убрал бы ты это дерьмо подальше, пока и нас не поджарил!

Валерий злобно обернулся к Йорку, и тот вдруг подумал, что сейчас-то все и случится. Вот Валерий легко нажмет на пусковой крючок, вспомнив лицо дочери, и то, что благодаря Йорку она теперь возможно уже мертва. Или находится в пыточной камере. Но Валерий вдруг выдохнул и взял себя в руки.

— У нас нет времени на споры, — пробормотал он, оглядел «Гидру», — зарядов у меня почти не осталось.

Немного подумав, он положил оружие на лестницу,

— Давайте выберемся отсюда поскорее, — сказал он.

Они продолжили свой путь. Впереди шел Фрэнки, периодически останавливаясь и о чем-то размышляя. На первом этаже, том самом с которого начинался их путь в «Улей» «Хармленда» уже никого не было. Огонь и дым пока еще не добрался на этот уровень, но все, кто его населял, уже давно спустились к посадочному ангару, который, судя по всему, и стал их могилой.

Йорк сжал зубы. Вот же ненормальный ублюдок! Невозможно поверить в то, что Валерий не предполагал что будет, подорви они реактор. И все равно он это сделал. Угробил сотни людей! И все для чего? Для того чтобы достать для Новака его украденный проект.

Капитан Сай. Система Тау, Трелони. «Ариадна». Он вспомнил все, что говорил Кравич. Галактика, словно карточный домик? Это была совсем не метафора. Все могло рассыпаться просто так, и за секунды. А что если он больше никогда не увидит Шерон? Останется на Харме навсегда. Навсегда! Маяк схлопнется, и он будет жить здесь, пока не умрет. С Ульрихом, Валерием, всем этим бредом.

Йорк вспомнил, как Ульрих говорил о мечтах Свободного Галактического Союза о космолетах в каждом сарае, способных перемещать куда угодно, когда «Звездная тень» везла их на Харм. Выходит, все это могло стать реальностью.

Йорк больше не мог думать. Все, что им требовалось в данный момент — это поскорее выбраться на поверхность. А если там и был Ульрих со своими людьми, это вопрос, который предстояло решать уже потом. Сейчас важно было не погибнуть в огне и дыму.

— Нужно забрать Кравича! — сказал Йорк, — он все еще может быть без сознания!

Они быстро осмотрели помещение, в котором спрятали Кравича, но его там не оказалось.

— Надеюсь, он не выбрался, — зло сказал Валерий, — быстрее, идем дальше!

— Вот сюда, — Фрэнки распахнул ногой дверь и они оказались в узком помещении, где не было ничего кроме небольшого воздуховода.

— Мы не пролезем! — сказал Валерий, — давай искать дальше!

— Пролезем, — возразил Фрэнки, подходя к узкому окошечку воздуховода, — внутри он шире, чем ревизия, сейчас я сниму решетку.

Он достал свой переносной резак и в два движения срезал решетку, оттуда сразу же пошел горячий, но чистый воздух, и все невольно потянулись к образовавшемуся отверстию, жадно ловя кислород.

— Здесь есть лестница, — сказал Фрэнки, — как я и думал, вентиляция предназначена для ее визуального осмотра изнутри, мы можем выбраться, черт возьми!

Он пролез в дыру и через секунду скрылся в ней, уволакивая за собой огромный и защищенныйпереносной сервер.

— Оружие, — сказал Валерий, остановив Йорка, — у тебя оно есть?

— А ты сам не видишь? — сказал Йорк, — хочешь вернуться за своей игрушкой? У меня есть парализатор.

Валерий чертыхнулся и полез в дыру. Следом полез Йорк. Шахта была невероятно узкая, но в ней ощущался свежий воздух. И даже несмотря на то, что Фрэнки и Валерий мешали его циркуляции, до Йорка все равно доходил кислород, и он жадно дышал, карабкаясь наверх.

Они продолжали карабкаться, пока не достигли верха. Йорк слышал, как Фрэнки достал свой резак и начал пилить дверь, казалось, это заняло целую вечность. Внизу уже слышались какие-то подозрительные скрежещущие звуки, воздух заполнялся дымом. Комплекс превратился в настоящее пекло, те, кто не успел оттуда спастись, судя по всему поджарились. Проклятый Валерий, только полный психопат мог пойти на такой шаг! У них и правда было что-то общее с дочерью, Йорк почему-то не сомневался, что Лидия бы одобрила план подрыва «Улья».

Каков вообще генезис того, что Валерий Ким и его дочь переметнулись на сторону СГС? У Йорка не было возможности расспросить Валерия подробнее. Что это было? Чем Новак до них добрался? Всепоглощающее чувство вины, которое заставило их немедленно действовать, не могло же быть, так что до этого они ни о чем не подозревали?

Но дойти до такого. Открытый терроризм. Убийства людей, поджоги, что еще интересно тянулось там за семьей Ким?

Фрэнки закончил и выбрался в глухую пещеру, заполненную песком. За ним вылез Валерий, потом Йорк.

— Твою мать, — пробормотал Фрэнки, — я думал, нам конец!

— Что с грузом? — тут же спросил Валерий.

— Цел! — ответил Фрэнки, — все так, как мы и планировали, контейнер надежно защищён от любых воздействий. Его хоть в космос отправляй, ему ничего не будет.

— Хорошо, — кивнул Валерий и достал небольшой парализатор. Совсем маленький на двенадцать зарядов.

— Ты все еще с нами? — спросил он Йорка.

— А похоже, что нет? — спросил Йорк, пытаясь отдышаться, — убери-ка подальше, пока никого тут не задело.

— Нужно двигаться дальше ребята, уберемся как можно дальше от пещер! — сказал Валерий.

— Я только за! — сказал Фрэнки.

Йорк огляделся вокруг. Пещера, в которой они оказались, немногим отличалась от той, через которую они пробрались в комплекс. Правда, вокруг было в избытке разных следов пребывания людей — какие-то банки, мотки проводов, пара ящиков — все это, судя по всему, находилось здесь уже не первый год и это никто не трогал. Интересно, как долго Уотерс выбирал место под свой комплекс и старался ли он найти такое, которое будет вдоволь пронизано пещерами и различными туннелями? Чтобы их не было заметно со спутников? Или просто выбрал то место, где проходила самая большая жила ирида?

Выкопать такой комплекс. Пусть Йорк и не успел его как следует оглядеть, но успел восхититься размерами, это стоило не только немалых средств, но и немалых умений в области логистики. Построения бюджета и еще черт знает чего. Если Уотерс, с поддержкой Лиги или нет, без разницы, сумел выстроить такое сооружение, кто знает на какой планете и где еще он создал нечто подобное? А что если Харм не единственная планета, не попавшая в поле зрения Альянса сразу после войны? Что если ирид сейчас так же спокойно добывается и на десятках других похожих планетах и об этом никто не знает? И там есть похожие комплексы. С чего вообще Йорк решил, что Харм это единственная планета, на которой Лига решила делать нечто подобное?

Зная этих ребят из Лиги, стремящихся к основательности и полному контролю за всем, он смело мог предположить, что сейчас есть что-то похожее и на других планетах. Как далеко там зашли исследования проекта «Возрождение»? Как глубоко все это проникло в Лигу и Альянс? Но все же Йорк чувствовал, что Харм — это главное место. Именно сюда везли Кравича, а он был для них самой важной фигурой, ведь именно он знал проект «Ариадна» досконально.

— Двигаем, — прохрипел Валерий, и они, еле волоча ноги отправились вперед по темной пещере, которую освещал только горящий фонарик в руке у Валерия. Но идти все же было намного легче, чем раньше. Йорк почувствовал, что нехватка кислорода прошла, и он, видимо, не успел надышаться слишком сильно угарным газом. Голова постепенно прояснялась, а еще через пять минут они вышли на яркий солнечный свет и оказались в небольшом ущелье.

— Надо подняться выше, — сказал Валерий.

— Ты в своем уме! — крикнул Фрэнки. — Если Ульрих действительно здесь, они мигом тебя обнаружат!

Но его никто не слушал. Йорк полез следом за Валерием и скоро они достигли открытого пространства, с которого хорошо был виден открытый шлюз ангара, который располагался на третьем этаже «Улья». Выход из ангара представлял поистине ужасающее зрелище.

Прямо в скале, на ровной поверхности камня, был открыт проход. Сейчас же из этой ровной и круглой дыры валил черный густой дым, который был виден на многие мили вокруг. А из котлована, из этой тьмы, пропитанной дымом и огнем, иногда все еще что-то взлетало, корабли с теми работниками комплекса, кто успел добраться до какой-то техники.

Йорк лег на камни и увидел, как из густого дыма поднялся небольшой глайдер, пытаясь сохранить равновесие.

— Улетают, — пробормотал Фрэнки, — ну и хорошо.

В ту же секунду глайдер взорвался ярким пламенем. Пронзенный слепящим белым лучом он рассыпался на части и рухнул куда-то в овраг. Из дыма сбоку вынырнул огромный боевой корабль, который дал еще один залп, в место падения глайдера.

— Это «Звездная тень», — сказал Йорк, — корабль Ульриха! Этот ублюдок уничтожает все корабли, которые может.

— Зачем? — пробормотал Фрэнки, — он думает, что там можем быть мы?

— Заметает следы, — сказал Валерий.

— Но мы же видели в ангаре, как взлетают огромные погрузчики, — сказал Фрэнки, — их он что, тоже уничтожил?

— Откуда мне знать, — пожал плечами Валерий, — может да, а может, планирует добраться до них в ближайшее время.

— Безумие, — пробормотал Йорк, и вдруг его захлестнула ненависть по отношению к Валерию. А ведь это все он устроил! Этот подрыв, эту эвакуацию, от которой у Ульриха сорвало крышу!

— Ты! Чертов психопат! — Йорк схватил Валерия и повалил на землю, — зачем ты это сделал? У тебя же была Гидра и этот гребаный щит, мы бы смогли проникнуть в лаборатории и без взрыва!

— Не смогли бы! — крикнул Валерий, оттолкнув от себя Йорка, — и, если ты подумаешь немного, ты поймешь, что это так! Оружие — это еще не все! Они бы навалились на нас всем скопом. Нам былобы никогда не пробиться на пятый этаж и не забрать данные!

Йорк глядел на Валерия, сжимая кулаки. Он вдруг вспомнил всех тех погибших, чья кровь была на нем самом. Но здесь этой крови он мог бы избежать. Если бы действовал! Если бы убил Валерия раньше! Сделал бы хоть что-то.

— Ты чокнутый, — вдруг процедил Йорк, — такой же как и твоя дочь, вы оба отбитые на все голову фанатики, как и ваш Новак.

Валерий заорал и бросился на Йорка, забыв про свой парализатор.

— Подонок! — заорал он, пытаясь приложить Йорка головой об острые камни, — жаль, тебя не было на «Гуань Дао», когда Союз его подорвал!

Йорк сумел парировать удар и подставить железную руку. Валерий заорал, напоровшись на нее кулаком, а Йорк тут же сделал несколько сильных ударов Валерию в область груди, там, где у того была кровавая рана. Майор закричал от боли и упал на песок.

Йорк привалился спиной к камням, тяжело дыша, похоже, рана в боку снова дала о себе знать. Он чувствовал огонь, разливающийся по ребрам, голова снова кружилась, а рубашка под изорванным комбинезоном пропиталась свежей кровью. Но и Валерий не ушел так просто.

Он лежал на песке и тяжело дышал. Все его лицо, перепачканное грязью, песком и кровью выражало безумие. Он медленно поднялся на ноги и посмотрел на Йорка.

— Я сделаю все, чтобы Альянс и Лига ответили за то, во что они превратили мечту людей о космосе, — сказал он медленно, — ты — самое плохое что у них есть! Ты, Йорк, не идеалист, тебе плевать на людей, ты просто выполняешь приказ, и не испытываешь ни ненависти ни сожаления! Альянс — это и есть ты!

— Смотрите, — вдруг крикнул Фрэнки, — он, похоже, садится на землю!

Валерий и Йорк медленно опустились рядом с Фрэнки. Действительно, «Звездная тень» Ульриха садилась рядом с шахтой ангара.

— Что он задумал? — пробормотал Валерий

— Проверяет, всех ли вырезал, — мрачно сказал Йорк, — хочет сам убедиться.

Йорк пригляделся получше.

Да, это был Ульрих, сомнений быть не могло. Полковник лично прилетел разбираться с Йорком. И, похоже, его корабль уничтожал всех, кто взлетал из ангара «Улья». Когда прилетит флот, не должно остаться живых свидетелей того, что Ульрих и Уотерс тут затевали.

— Черт, — прохрипел Йорк, — понимает, что бежать ему некуда.

— Узнаю Ульриха, — пробормотал Валерий, — такой же, как и раньше. Сейчас я всажу ему заряд между глаз.

Валерий поднялся с земли.

— Ну и что ты собираешься делать? — спросил Йорк.

— Попробую вырубить его отсюда, — сказал Валерий, — думаю, достану.

— Они приземлились, потому что думают, что все кончено, — сказал Йорк, — это наш шанс! Сколько нам еще ждать флот? День, два? За это время Ульрих обшарит все камни и выжжет их дотла. Нужно действовать сейчас!

Валерий посмотрел на Йорка, опустил оружие.

— Ладно, — сказал он, — давай подумаем немного, хорошо? У Ульриха один корабль на земле. Неизвестно, сколько еще в воздухе. Подбираться к ним сейчас довольно рискованно.

— Возможно, — сказал Йорк, — но, по крайней мере, не более рискованно, чем через пару часов. У нас и так немного сил, майор. Сейчас самая оптимальная возможность подобраться к Ульриху и захватить его корабль.

— Хорошо, — Валерий кивнул, — если мы проникнем на «Звездную тень», ты сможешь улететь с планеты, пробиться через корабли Лиги?

— Я точно сделаю все, что смогу, — сказал Йорк.

Он поднялся с песка, бок отозвался дикой больно. Непонятно, что там Фрэнки намудрил с медицинским гелем и стимуляторами, но эффект этого явно проходил. Йорк не раз бывал в ситуации, когда минуты решали все, и сейчас он отчетливо понимал, что нужно действовать. Еще десять-пятнадцать минут и он сам вырубится от угарного газа, усталости, ран и большой нагрузки, которая свалилась на него за эти дни.

Как долго Ульрих собирался осматривать место взрыва и считать ворон? Пять минут? Десять? Час? Они могли бы подобраться к кораблю среди скал, залезть в него в открытый шлюз. Очень тупая, но в данный момент вполне себе неплохая стратегия. Да и потом, за одно только то, чтобы посмотреть на лицо Ульриха после того, как они уведут у него «Звездную тень», Йорк готов был многое отдать.

— Давай, — сказал он, — пока у нас есть силы, надо действовать. Я буду руководить. Валерий, согласен?

— Согласен. Фрэнки, сиди тут и прячься в случае чего. Уходи, если у нас ничего не выйдет, постарайся найти мотоглайдер.

— Понял, — сказал Фрэнки, — я надеюсь, мне не придется бросать мой груз. Его конечно можно закопать или еще что, но я бы предпочел его сохранить.

Медленно, стараясь не поднимать голов они пробирались вперед. На «Звездной тени», этом передовом корабле, были разнообразные датчики, которые могли бы засечь передвижение блохи в пределах нескольких километров. Но Йорк видел, что Ульрих не заметил их раньше, возможно, его пилоты были сейчас не столь щепетильны, а все их внимание было сосредоточено на полыхающем ангаре «Улья» в попытках сжечь все живое, что может из него подняться.

Как они вообще решили на это пойти? Сами же разрабатывали этот проект, и с такой легкостью сейчас готовы угробить любого его ученого?

Но сейчас Йорк предпочитал поменьше думать, а побольше действовать. В любую секунду его жизнь мог оборвать короткий и быстрый луч пушки испепелителя «Звездной тени» так, что он бы даже не смог понять, что произошло, но он, тем не менее, все равно продолжал двигаться вперед, не отставал от него и Валерий.

У очередной горной гряды они остановились и привалились к песку, тяжело дыша.

— Ты живой? — пробормотал Йорк, глядя на Валерия. Тот выглядел не очень. Кровь, пропитавшая комбинезон где-то в области груди, похоже, все не желала останавливаться, лицо Валерия стало бледным, как воск, а глаза были затуманены. Но все же речь была вполне тверда, он быстро глянул на Йорка и кивнул.

— Я в норме, — сказал он, — начинай действовать, я помогу, только целься в голову! У Ульриха и его ребят встроенные блокираторы парализаторов, я вижу по броне. Будь внимателен капитан!

— Я понял, — мрачно кивнул Йорк.

— Знаешь, — пробормотал Валерий, и Йорк подумал, что у того начался легкий бред, — Я как-то предлагал попробовать выйти на тебя, чтобы привлечь на сторону СГС.

Йорк устало кивнул.

— Лидия говорила, что ты не боишься смерти, думаешь о своих подчиненных. Правда только о них, и только когда это необходимо для выполнения задания, но и это много стоит.

Йорк предпочел пропустить это мимо ушей.

— Давай за мной, майор! И смотри не умри раньше времени.

Валерий хмыкнул, и они поползли дальше, словно две земляные ящерицы, туда, где приземлился корабль Ульриха. Путь был не из легких, камни хоть и надежно скрывали их от чужих глаз, но приходилось пригибаться невероятно низко, в надежде, что их не обнаружат.

Ульрих был настолько поглощен тем, что происходит в горящем ангаре, что, видимо, не допускал мысли о том, что кто-то мог обходить его с фланга. И вот, наконец, они приблизились максимально близко, и, поднявшись над песком, их глазам открылась ужасная картина затянутого черным дымом неба, который валил, не переставая, из шахты ангара «Улья». Оттуда уже не стартовали корабли, все кто мог, улетел, но Ульрих, тем не менее, желая проконтролировать ситуацию лично, видимо, специально покинул свой корабль и встал у самого края шахты.

Он был не более чем в двадцати метрах от Йорка, капитан бы мог прямо сейчас вырубить его из парализатора, если бы был уверен, что это имело бы хоть какой-то смысл. В конце концов, после этого предстоял еще марш бросок до корабля, а уж пилоты бы их точно заметили и открыли бы огонь, нужно было что-то срочно придумать. Понятное дело, Ульрих не собирался торчать возле этого импровизированного кратера достаточно долго, время утекало, как песок сквозь пальцы.

— Отлично, — раздался сбоку чей-то голос, — они сами выползли! А ну, подняться!

Йорк обернулся. За ними стояли трое солдат Лиги в полной броне и с мощными бластерами в руках, с такими ребятами спорить было бесполезно, и Йорк бросил парализатор на землю.

— Хорошо, — сказал тот из солдат, что шел впереди, — теперь давай вперед, и ты седой тоже!

Валерий подчинился, и они вместе, подняв руки, вверх вышли на плато перед пылающей амбразурой ангара, недалеко от которой стоял сам Ульрих. Он словно ждал их. Оглянувшись, он улыбнулся и направился к Йорку.

— Ну, капитан! — воскликнул Ульрих, — мое почтение! А я думал, старые вояки, вроде нас, уже давно ни на что не годны! Ну, вы тут и устроили!

— А чего ты радуешься, Ульрих! — сказал Йорк, — скоро сюда прибудет флот, тебя ждет петля. Думаешь, пронесет?

— Давайте не будем сейчас об этом, — сказал Ульрих, — Валерий Семенович, давно не виделись! Уж в вашем-то возрасте могли бы всеми этими глупостями не заниматься! Признаюсь, не ожидал, что вы прячетесь прямо у меня под носом, здесь на Харме!

— Ульрих, иди сюда! Посмотришь, в каком я возрасте, когда я раздавлю твои глаза! — заорал Валерий и кинулся к Ульриху, двое солдат, что стояли рядом, уложили Валерия на землю.

— Ладно, хорошо, — Йорк усмехнулся, но понял, что это был нервный смех, — полковник, что дальше? Пристрелите нас прямо здесь?

— Возможно, — улыбнулся Ульрих, — зачем я, черт возьми, по-твоему разъезжал по Харму целый день? Йорк, ты хоть понимаешь, какой проект запорол? Галактика в дерьме, нам нужно было придумать, как обезопасить Маяки!

— Я не собирался лезть в ваши дела, — пожал плечами Йорк.

— Черт возьми! — воскликнул Ульрих, — а ведь я тебе верю! И вообще я должен извиниться перед тобой, капитан!

— Можешь начинать, — сказал Йорк, — давай ты уберешь оружие, и мы пройдем на твой корабль для беседы? Нальешь мне стаканчик, как тогда?

Ульрих улыбнулся.

— А ты ведь и правда был ни при чем, — Ульрих помотал головой, — его обуяла какая-то странная веселая возбужденность, — как ловко эти ублюдки из СГС все подстроили, да? Капитан, герой войны, ведет корабль с колонистами, а там оказываются трое его бывших подчиненных, совершенно случайно! Разве ж в такое поверишь?

— Но ты поверил, — усмехнулся Йорк.

— Да, черт возьми! — воскликнул Ульрих, — посмотри на этого хитрого ублюдка, что лежит на земле! Он, его банда, и этот психопат Новак, они провели меня!

— О чем ты говоришь? — не понял Йорк.

— Как, по-твоему, должен был закончиться твой полет к Харму, Чарли? — спросил Ульрих.

Было такое ощущение, что Ульриху кто-то дал выпить бутылку водки полчаса назад. Полковник был невероятно взбудоражен, от той уверенности, когда Йорк наставлял на него парализатор в подвале Башни Лиги, не осталось и следа. Он выглядел не то чтобы жалко, но как человек, который долго и много занимается своим делом, и тут выяснилось, что есть кто-то умнее него. Ульрих что-то понял.

— Мартинас хотел повредить капсулу Кравича и уйти в анабизоз, затем внедриться в «Улей» со своей командой, думаю, ты это и так знаешь.

— И это же гениально! — заорал Ульрих, — но, не хочешь ли спросить у своего приятеля, сколько капсул они хотели повредить помимо той, в которой находился Кравич? Валерий, не подскажешь?

Йорк поглядел на Валерия, лицо того было перекошено от злобы.

— Сорок две! — процедил он, — а какой у нас был выбор? Это должно было быть похоже на поломку системы жизнеобеспечения, а не на спланированное убийство!

А ведь правда, вряд ли Мартинас хотел повредить всего лишь одну капсулу Кравича. По прилету на Харм начались бы проверки. Слишком подозрительно, ведущий ученый секретного проекта, от которого зависела судьба мира «случайно» умер в полете. Ульрих бы стал все прочесывать, и наверняка бы, сопоставив некоторые вещи, как он делал до этого, быстро раскрыл бы Мартинаса и всю его группу. Да, нужно было выставить это все как катастрофу. Эх, Мартинас, ты действительно был безумен! Перед смертью ты выглядел человеком, но пойти на такое мог бы только настоящий маньяк. Похоже Ульрих все же провел качественное расследование, хоть и достаточно поздно.

— Тут ты совершенно прав, Валерий, — кивнул Ульрих, — хотя ты не догадываешься о том, что среди трупов должна была быть и твоя дочь?

— Врешь, мерзавец! Я знаю, что ты задумал, Хочешь вытянуть из меня побольше, перед тем как сюда прилетит флот, чтобы потом самому торговаться с Альянсом! Хрен я тебе что скажу, не забывай, я тоже работал в ТПА, и больше чем ты, сосунок!

— Что ты несешь, Ульрих? — спросил Йорк, — Мартинас собирался избавиться от Лидии и Гарри? Зачем?

— Затем чтобы дать возможность четвертому участнику их прекрасной группы проникнуть в «Улей» без проблем, — сказал Ульрих. — Еще на «Звездной тени», когда мы везли тебя на Харм, мы изучили тело Мартинаса. Он был смертельно болен, ему оставалось не больше месяца. Ему было нечего терять! Поэтому Новак, видимо, и смог уговорить его на этот план. Ты правда думаешь, что СГС не смогли настроить одну капсулу правильно, и это была именно капсула Мартинаса? Веришь в такие совпадения?

— О чем ты, твою мать?

Он видел, что Ульрих чуть ли не отплясывает на фоне густого столба дыма поднимающегося, из горящего ангара.

Мартинас хотел умереть? За Новака? Прости меня, капитан… прости, что втянул в это… во что — в это, Рикардо? Что ты хотел сделать? На что меня подписывал, без моего ведома?

— Он собирался убить меня, — вдруг сказал Йорк, — Мартинас должен был убить Лидию, Гарри и меня, словно мы члены СГС, а сам потом бы умер от анабиозного синдрома.

— А ты умный, — фыркнул Ульрих, — можешь сложить два и два.

— Не слушай его, Йорк! — заорал Валерий, — он специально тебя запутывает! Он хочет, чтобы Альянс сохранил ему жизнь, когда будет здесь! Новак бы никогда не отдал такого приказа, а Мартинас на это бы не пошел!

— Новак сжег Землю, — сказал Ульрих, — когда не смог добраться до своего проекта, что стащил Кравич! Как ты думаешь, что у него было с головой? Как ты думаешь, почему Кравич от него сбежал? А что касается Мартинаса — ну, Валерий? Ты не хуже меня знаешь, какой кровавый след за ним тянется, с окончания войны.

— И все это для чего? На «Баджере» был еще один из их группы, который вообще не вышел из анабиоза? Четвертый член СГС, который на самом деле и смог бы проникнуть в «Улей»?

— Именно! — воскликнул Ульрих, — найти лабораторию, забрать проект «Ариадна» и вернуть его Новаку! А весь состав СГС на Харме можно пустить в расход. После того, как мы бы раскрыли личность Лидии, мы бы стали прочесывать Харм и нашли ее отца, будь уверен!

Йорк подумал о том здоровенном сервере, что СГС прятали в комнатке на первом этаже «Улья». Он предназначался вовсе не для Фрэнки, выходит так?

— Откуда ты знаешь про четвертого? С чего ты вообще взял, что он был?

— Как я и сказал, нужно благодарить тебя. Если бы план Мартинаса удался, я бы, скорее всего, подумал, что они не осуществили задуманное на твоем корабле. Что планы СГС дали сбой, и вы перестреляли друг друга. Потом я бы стал искать ячейку Союза здесь на Харме, они бы заняли все мое внимание, я бы не стал изучать всех пассажиров твоего корабля! Но сейчас я это сделал, начал как раз тогда, когда ты сбежал с Лидией из Башни! И я нашел его! Нашел!

— И где сейчас этот четвертый?

— Хотел бы я знать! Мы отследили конкретного человека, и что он вместе с Кравичем вышел из анабиозной капсулы уже в «Улье», но где он теперь? Ладно, вижу, что ты сам понятия не имеешь! Подозреваю, сгинул в огне, после того, как вы тут все подорвали. Теперь ты понимаешь Йорк, о чем я тебе говорю?

— Понимаю, о чем, — сказал Йорк, — правда, не понимаю нахрена. Маяки закрываются, Лига не знает, что с этим делать. Думаю, сейчас это самая главная вещь. Давай не будем горячиться?

— Конечно, Йорк, — Ульрих его не слушал. — А ты молодец, ты все испортил Новаку тем, что не дал плану СГС пойти как надо. Не сидел у себя и не ждал, когда Мартинас тебя прикончит. Ладно, хватит этого дерьма, пора заканчивать!

Ульрих достал излучатель и приблизился к Йорку.

— Прости, капитан, — сказал он, — ты мне уже начинал нравится!

Внезапно в небе появилось несколько кораблей.

— А, вот и Уотерс пожаловал, — сказал Ульрих, — видимо, хочет лично с тобой покончить. Он несколько минут назад связывался со мной, и отчаянно попросил не убивать тебя, но мне плевать! Жаль, что мы затянули с тобой диалог!

Ульрих усмехнулся, подняв руку с излучателем вверх, и махнул подлетающим кораблям. В ту же самую секунду воздух принизил яркий слепящий луч, пройдя рядом с Ульрихом прямо в троих его солдат, испепеляя их на месте. Луч прошел от Ульриха так близко, что за секунду превратил его руку с оружием в горящий обрубок, сжигая также плоть на лице и груди. Чистый китель Торговой Лиги, с орлом Альянса вспыхнул ярким пламенем.

Ульрих заорал и повалился на землю пытаясь сбить огонь. Его оставшиеся солдаты, те, что были рядом с Валерием, без команды начали стрелять по трем подлетающим кораблям. Но огневая мощь была слишком мала, все солдаты Ульриха превратилась в прах за считанные секунды.

Еще не понимая, что происходит, Йорк наблюдал, как два из трех кораблей приземляются на каменистую поверхность и оттуда валятся десантники в форме Торговой Лиги. Они открыли огонь по людям Ульриха, и «Звездной тени», которая только-только разворачивала свои протонные пушки в сторону неожиданной угрозы.

— Поднимаемся в воздух! — заорал кто-то сбоку хриплым и булькающим голосом.

Йорк оглянулся и увидел, что Ульрих все еще жив. Его рука, или точнее то, что от нее осталось, превратилась в обожженный черный кусок, а правая часть лица представляла одно сплошное месиво, но, тем не менее, полковник был все еще жив, и он, поднявшись на ноги, ковылял к своему кораблю.

— Стой, ублюдок! — заорал Валерий, кидаясь за ним следом.

Рядом раздался взрыв, «Звездная тень», дала залп по врагам, обстреливающим ее с приземлившихся кораблей. Земля вздыбилась, и Валерия, перевернув в воздух, бросило в сторону дымящейся дыры шахты.

«Звездная Тень» дала новый залп, один из подлетевших кораблей взорвался огнем, Йорк почувствовал, как в голове все загудело.

Плохо соображая, капитан бросился вперед, слыша сзади залпы тяжелого корабельного оружия. Но стреляли не по нему, и это было хорошо. Сейчас, похоже, все внимание вновь прибывших было сосредоточено на «Звездной тени». Нужно было во что бы то ни стало добраться до корабля!

Йорк видел, как по Ульриху стреляли спустившиеся на землю солдаты, но тот был крайне проворен и успел доковылять до трапа.

Йорк набросился на него сзади, схватив за плечи и ощутил, какой от полковника исходит сильный запах обгоревшей плоти.

— Нет, приятель! — закричал Йорк, — ты сдохнешь на Харме!

Ульрих заорал, пытаясь сбросить с себя Йорка, а через секунду в люке корабля показался солдат и мощным ударом ноги приложил Йорка прямо в лицо.

Ульрих, хрипя, заполз на корабль, а солдат закрыл люк. «Звездная тень» немедленно стала взлетать. В ту же самую секунду корабль Ульриха содрогнулся от мощного удара, по нему вели обстрел из еще четырех вновь прибывших кораблей.

Небо раскололось огнем, Йорк бросился прочь, не разбирая дороги. «Звездная тень», завалившись на бок, стреляла по всему, до чего могла дотянуться. Земля вскипела пламенем, Йорк чувствовал, как по коже скользит небывалый жар.

А незваные гости все продолжали и продолжали стрелять по кораблю Ульриха. Их корабли были классом ниже — не такие мощные и бронированные, но их орудия медленно, но верно превращали корабль полковника в груду железа. Внезапно корабль Ульриха сделал поворот и дал мощный залп в сторону атакующих. Один из кораблей буквально разорвало на части, осыпая скалы вокруг фонтанами огня и дымящегося металла.

Йорка подбросило вверх ударной волной и приложило о землю. Он повернулся в сторону и увидел, как к нему приближаются солдаты Торговой Лиги, но сил сопротивляется уже не было. «Звездная тень», словно израненный дикий зверь, поднялась в воздух и скрылась в дыму, который, казалось, уже затянул все небо.

— Вот он! — над Йорком склонился солдат в силовой броне, — Второго тоже берите, не убивать! Уотерс сказал брать их живыми! Взлетаем отсюда к черту парни, это дерьмо под нами может рвануть в любой момент!

Все тело превратилось в комок боли, по которому шел огонь, и он мог только глотать горячий воздух, лежа на раскаленном песке Харма.

Шерон, интересно, что она сейчас делала? Шерон, прости. Я не смог до тебя добраться. Йорк поднял руку вверх, но ее грубо положили обратно. Его медленно поглощала темнота.

Глава 10. Последствия

А ведь он пошел в Академию не потому, что отец настоял. Старик дослужился до майора и нес службу на Земле, но отец всегда мечтал быть капитаном корабля. Как-то на Рождество, перебрав виски, рассказал, что его не приняли в Академию аж четыре раза, заворачивали по разным причинам. А потом уже и желания не было. Карьера военного вроде сложилась, космос был открыт, пусть это были и не его корабли. А ты давай, сынок, попробуй, из тебя явно выйдет толк лучше, чем из меня!

Чарли хотел спросить тогда, почему отцу можно было становится майором, но не получалось управлять боевым кораблем? Отец лишь отшучивался.

— Там нужны особые мозги! Вроде твоих. Капитан, он словно режиссер в театре, всегда держит руку на пульсе. Он и в морду дать может, и стрелять умеет, и прыгать, и бегать.

— Прям человек-оркестр, — рассмеялся Чарли, — не знаю, пап, я, конечно, уважаю твое желание, но думаю идти на Горис конструктором.

— Аа, хочешь гипертанки собирать? — усмехнулся отец, — ну-ну!

— А почему бы и нет!

— Слушай, ты подумай, хорошо? У тебя еще полгода в запасе, я просто хочу, чтобы ты прислушался к моему мнению.

— Ладно, пап не грузи, а можно мне вискаря?

— Обойдешься, — усмехнулся отец, — сначала бороду себе отрасти, а потом будешь вискарь хлестать наравне с папашей!

— Да и пожалуйста, пойду за стол, зануда ты страшный!

— Будь здоров! — отец поднял бокал и демонстративно с наслаждением допил виски.

Чарли тогда лукавил, уже месяц назад он узнавал, какие документы и экзамены будут в Академии, прощупывал почву, так сказать. Но отцу пока не говорил, было в этом что-то по-хулигански приятное. Ну, или может, он просто хотел летним днем прийти к отцу в гостиную, когда тот будет смотреть свой очередной выпуск новостей, и как бы невзначай сказать, что в свободное время сдал экзамены в Академию Альянса, и теперь будет учиться на капитана боевого корабля.

Отец не застал саму войну, умер одиннадцать лет назад. Иногда Йорк был рад, что отец не увидел всего этого ужаса, который длился целых пять лет, но все же интересно, что отец бы сказал в тот день, когда Чарли объявляли героем войны, и давали медаль Альянса, — высшую награду, которую мог получить военный.

— Наверное, он был бы горд за меня, очевидно же, — пробормотал Йорк, пытаясь оторвать руки от кровати. Бесполезно — железные цепи, толстые и невероятно прочные, — что тут удивительного? Папаша был бы просто рад, что я стал капитаном! Правда ведь?

— Конечно, — без особого энтузиазма ответила женщина в белом халате, сделав Йорку укол в правую руку.

Левая была из металла, и Йорк подумал, что с ней-то он точно сможет вырвать эти оковы из койки, затем сорвать все шнуры и трубочки и сбежать к черту, из этой светлой, словно в слепящий день, палаты. Но его бионический протез был надежно пристегнут тяжелеными кандалами, и сдвинуть их не было никакой возможности.

Справедливости ради, стоит хотя бы сказать спасибо, что протез оставили. Они могли бы спокойно снять его руку, но, видимо постеснялись. Ну и хорошо. Йорк вдруг понял, что ему стыдно быть одноруким. Хотя, казалось бы, разве это его вина? Его мертвая рука была сравнительно небольшой платой за выживших на Акронисе, он бы отдал ее снова, если бы был такой выбор. И все же было неприятно.

— Черт с вами, — прохрипел Йорк, облизывая пересохшие губы, — пусть буду без руки, главное мы тогда справились, да, Мартинас? Показали тем ублюдкам? Деккер был самым лучшим в тот день, прямой таран. Разве кто мог подумать, что он на такое способен? Забрал в ад тех мудаков. А ты хотел убить меня, Рикардо, хотел пристрелить, ради чего? Ради планов Новака?

— Лежите спокойно, — сказал женщина в халате, — сейчас лекарство подействует.

И оно подействовало. Йорк медленно уплывал обратно во тьму, из которой совсем недавно вынырнул. Они уже начали? Это А-12 или только предварительный этап? Или он уже все рассказал, но ничего не помнил?

— Какие же вы тупые, я ничего не знаю, но у вас не хватает мозгов, чтобы в это поверить…

Тьма снова забирала к себе. Где-то там, на Земле, среди нормальной жизни, была Шерон, она звала его, или нет? Йорк не мог вспомнить.

Огромная светлая палата без окон была залита светом, потолок был такой яркий, что, казалось, мог прожечь глаза.

Руки. По-прежнему прикованы железными цепями, черт, да их не вырвать, даже если кто-то будет помогать! Это явно не больничная койка! Что они собрались делать? Пытать? Глупо. Вроде собираются привести его в чувство? Зачем?

Йорк поднял голову и начал озираться, дверь метрах в пяти от него, за ней явно кто-то ходит, слышны шаги и голоса. Но добраться до нее невозможно, с таким же успехом он мог бы пытаться добраться сейчас на другую планету. Что остается, ноги? Йорк пошевелил ногами. Кажется, целы, и не привязаны к кровати, это хорошо.

Он продолжил вертеть головой и вдруг наткнулся на черное пятно посреди всего этого заливающего света. Прямо напротив него у койки сидел человек. Медленно Йорк попытался сфокусировать на нем взгляд. Человек увидел, что Йорк очнулся, и чуть подался вперед. Это лицо. Хуже и быть не могло.

— Очнулся? — на Йорка глядел управляющий Дэнис Уотерс и улыбался, — значит, правильно сказали, этот укол быстро приведет тебя в чувство, как дела, капитан?

Йорк покачал головой. Этот ублюдок, похоже, был доволен собой, на лице играла все та же улыбка, с которой он встретил Йорка тогда, по прибытии на Харм. Всадить бы тогда Уотерсу пулю в его обездвиженное тело. Не очень благородно, но все же стоило, наверное, это сделать. Йорк прекрасно знал, что Уотерс прячет за этой улыбкой.

— А я мог пристрелить тебя в твоем кабинете, когда ты был в отключке, — пробормотал Йорк, язык плохо слушался, губы пересохли и еле двигались.

— Мог, — кивнул Уотерс, — но ты же Чарли Йорк, герой войны. Так что я не удивлен, что жив. А вот Бэйкеру, как ты знаешь, не повезло. Ты пристрелил его, хладнокровно и безжалостно. Ай, нехорошо!

— Его убил ты, — зачем-то сказал Йорк, хотя это было и так понятно.

— Об этом знаем только мы, — сказал Уотерс, твое слово против моего. Проверим, чье сильней?

— Там был солдат Альянса, — сказал Йорк, — он видел.

— Это тот, что недавно пропал где-то в трущобах Харма? — спросил удивленно Уотерс, — ну, ты знаешь эту солдатню. Могут напиться и бросить службу, играют со всякими темными личностями в азартные игры, а потом их тела находят в канаве с простреленной башкой. Грустная, но вполне закономерная история для тех, кто недобросовестно относится к своей работе и не может нормально попасть из парализатора в человека с двух метров!

— Не выйдет у тебя нихрена, — сказал Йорк, — флот Альянса уже летит на Харм.

— Какой флот, Чарли? Расскажи мне? — Уотерс поднял бровь, — ты про капитана Варина? Сергей отличный малый, помню однажды мы работали с ним в дальнем представительстве Лиги, у Рама, тогда еще был конец войны. Не представляешь, сколько дерьма нам пришлось разгребать в логове Новака.

— Зря стараешься, — сказал Йорк, — актер из тебя такой же хреновый, как и из Ульриха. Не пытайся делать вид, что ты что-то можешь. Развяжи меня, и возможно, я попробую похлопотать о том, чтобы тебя не повесели.

Уотерс расхохотался.

— Спасибо за предложение, но я откажусь! Давай я сразу перейду к делу, чтобы тебя не утомлять. Последнее, что передал комплекс «Улей» до того, как ты его подорвал и угробил кучу жизней, это то, что центральный сервер был скопирован прямо на месте, в лаборатории. Я мог бы обколоть тебя препаратами и все выяснить, да вот незадача, кроме Ульриха у меня нет военных такого уровня для того, чтобы это делать как нужно. Мои ребята попытались что-то выжать из той шелупони, что ты бросил в подвалах Башни, но они погибли раньше, чем что-то рассказали. Я не хотел бы так рисковать и с тобой.

Скажи мне сам, куда этот четвертый ублюдок из СГС, что был на твоем вонючем грузовом корабле, скачал данные, где они, и кто еще об этом знает, Йорк? Даю слово, что сохраню тебе жизнь! Бэйкера мог застрелить тот солдат в моем кабинете. Он вполне мог работать на Союз, понимаешь?

— Знать, не знаю, — сказал Йорк, — спроси у Мартинаса. Ах да, он же умер. Ну, тогда, попробуй обратиться к Ульриху, кстати, где он? Как его загар?

— Хватит, — сказал Уотерс, — я не шучу, Йорк. Мы правда все еще можем с тобой договориться! Посмотри, ты не в подвале, а в больничной палате. Мне ни к чему убивать тебя.

Йорк смотрел на Уотерса не отрываясь, управляющий был настроен серьезно. Значит, Лидия и всех кого Йорк бросил в застенках Башни — мертвы?

— Для начала развяжи меня, а там посмотрим, — пробормотал Йорк, — мне совсем не хочется умирать за отморозков из СГС, это правда, я просто хочу вернуть себе свою жизнь.

— Вот теперь ты дело говоришь, капитан, — Уотерс поднялся со стула, что-то буркнул, приложив руку к уху, в палату Йорка тут же зашел солдат и медсестра.

— Для начала хорошо бы узнать, где я, — сказал Йорк нахмурившись.

— Башня Лиги, правда, на этот раз, верхние этажи, медицинский корпус, — Уотерс кивнул и медсестра отстегнула руки Йорка от кровати.

— Спасибо, — Йорк глянул на Уотерса, — а пожрать у вас тут можно что-то приемлемое? Умираю с голода!

— Найдем, — кивнул Уотерс, — здесь отличная кухня, можешь выбрать что…

Йорк резко поднялся над кроватью и схватил за халат медсестру, которая убирала в сторону отстёгнутые цепи. Йорк увидел застывший ужас на ее милом личике, и с силой отшвырнул девушку прочь на стоящего за ее спиной солдата.

Тот не удержался и свалился вместе с медсестрой на пол, а Йорк уже прыгнул на Уотерса, ударив того головой прямо в лицо. Уотерс заорал и схватился за окровавленный нос.

Йорк уже был на ногах, стараясь сохранять равновесие, голова шла кругом, все тело ломило, а бок, который ему обожгло во время атаки на «Улей», вдруг отозвался резкой и тупой болью.

Охранник, который был с Уотерсом, попытался встать, и Йорк обрушил на его голову мощный удар своей металлической руки, погружая того в долгий сон. Быстро оглядев охранника, Йорк понял, что у того не было с собой оружия.

— Не надо! Не надо, пожалуйста! — завопила медсестра когда Йорк склонился над ней с перекошенным от ярости лицом.

Он отшвырнул ее к дальней стене, словно тряпичную куклу, и с воплем бросился на Уотерса, нанося тому беспорядочные удары по голове и туловищу.

— Быстрее в палату! — орал Уотерс, — да где вы, черт бы вас побрал!

Отшвырнув в сторону Уотерса, Йорк кинулся к двери, и нос к носу столкнулся с еще одним охранником. Тот не ожидал, что прикованный к кровати будет уже на ногах, за что и получил тут же в зубы и осел на пол. Оружия не было и у этого охранника.

— Дерьмо, — выругался Йорк, выскочив в коридор и оглядываясь по сторонам. Пока было тихо, но надо было срочно двигаться.

Он пустился бежать, как и был в больничной пижаме. Что ж, предстояло снова выбраться из Башни Лиги, за последние дни это будет уже третий раз. Йорк нервно хохотнул, понимая, что двигается из последних сил, а легкие обжигает огнем. Ноги стали, словно ватные, но он продолжал бежать.

Внезапно он понял, что коридор стал гораздо мрачнее, пропали яркие лампы, встроенные в потолок, повсюду была грязь, Йорк оказался в каком-то небольшом закоулке.

— Какого хрена, — пробормотал он, — где тут лифт?

Озираясь по сторонам, он застыл, как вкопанный, у небольшого окна. Прямо за ним расстилалась бескрайняя пустыня Харма, они находились где-то на уровне скал, которые нещадно обдувал ветер. Йорк пригляделся вдаль и увидел огни Сибилы. Где-то там едва виднелась Башня Лиги.

— Хитрый ты сукин сын, — пробормотал Йорк и внезапно все его тело пронзила резкая боль, парализуя каждую мышцу и заставляя скрючиться на полу. Он видел, как над ним стоит охранник с парализатором, по коридору уже спешил Уотерс, держась за лицо и что-то орал.

— Нет! Не стреляй! Не стреляй ему в голову!

Но охранник уже нажал на спуск, и Йорк успел разглядеть небольшой луч, который устремился прямо ему в щеку, перед тем как окончательно все погасло.

Он открыл глаза. Та же палата или нет? Просто похожая. По крайней мере, тут тоже светло, как днем, но нет ярких ламп. Почему? Йорк увидел, что в палате есть большие окна, за которыми расстилалось ясное чистое небо, изредка пронзаемое глайдерами.

Йорк огляделся и попытался встать. Цепей на руках не было. На ногах тоже. Он был один в довольно большой и просторной палате, в руку была воткнута капельница.

Он на удивление неплохо себя чувствовал. Ощупав бок, Йорк понял, что тот затянут биорегенератором, боли уже не было, а в голове царила подозрительная ясность.

Дверь открылась, и в палату зашел человек в форме Альянса. Это был Эндрюс.

— А, уже очнулся, — сказал адмирал, взяв стул и поставив его рядом с кроватью Йорка, — все как и сказали врачи. Я правильно сделал, что сегодня решил дождаться, когда ты придешь в себя. Рад встречи, Чарли.

— Адмирал? — Йорк осторожно огляделся по сторонам, — вы сами прибыли на Харм, так быстро?

— Ну, как сказать, — Эндрюс уселся на стул и пригладил волосы, — я был у Маяка Трелони, решал кое-какие вопросы. После того, как тебя нашли, прошло два дня. Твой организм, видимо был совсем обессилен, пришлось немного над тобой поработать.

Йорк молчал и просто оглядывал Эндрюса. Адмирал набрал несколько килограммов, сидячая работа все же никому не идет на пользу, но все же выглядел достаточно неплохо. И форма Альянса с орлом на груди по-прежнему сидела на нем отлично.

— Не смотри на меня так, словно у меня борода в дерьме, — сказал Эндрюс, — хотя сейчас у тебя, наверное, много вопросов, понимаю.

— Где я? — спросил Йорк.

— В Башне Лиги, — сказал Эндрюс, — Как придешь в себя, можешь прогуляться по корпусу и осмотреть Сибилу с высоты.

— Понятно, — Йорк медленно кивнул, — и как я сюда попал?

— Люди Уотерса нашли тебя в пустыне возле уничтоженного комплекса «Хармленда» под названием «Улей», и доставили тебя сюда. Ты пробыл в отключке несколько дней.

— Хорошо, — Йорк снова кивнул, — а где Уотерс, ждет за дверью?

— Под арестом. Сейчас с ним ведет работу следственная группа Альянса, — сказал Эндрюс, — и ты мог бы проявить немного больше доверия к старому другу, я все же оторвал свою задницу от кресла и прилетел на Харм ради тебя!

— Ради меня?

— Да. Как я сказал, первым делом я связался с капитаном Вариным недалеко от Харма и сказал, чтобы он направлял свои корабли прямо сюда и вводил режим спецоперации. У меня было достаточно полномочий, чтобы Сергей принял мои распоряжения всерьез и больше не принимал никаких сигналов ни от Лиги, ни от Альянса. Мне нужно было какое-то время, чтобы во всем разобраться. Ты раскопал невероятно огромную и вонючую кучу дерьма, Чарли, ты даже не поверишь насколько огромную.

— Хотел бы вас послушать, — сказал Йорк, — если вы не против?

— Хорошо, — Эндрюс кивнул, — думаю, ты заслужил это после всего, что приключилось. Я не припомню, чтобы капитан Чарли Йорк звонил через секретный канал связи для того, чтобы просто поболтать о картах и выпивке.

Поэтому я отнесся к твоему сообщению с максимальной серьезностью. Связался с Советом Альянса, и тут выяснилась очень любопытная вещь. Оказывается, Совет уже давно с недоверием смотрел на Харм, слишком много финансов шло на эту планету, а Лига продолжала утверждать, что она всего лишь помогает осваивать Харм и развиваться дальней планете, так как видела в компании Уотерса небывалый потенциал. Такие вливания логичны только при том случае, если планета представляет первостепенную важность, если на ней есть ирид. Совет догадывался об этом, но прямых улик достать не получалось. После войны Харм стал закрыт для геологоразведки Альянса, так как планета принадлежит Лиге.

— Вы могли бы проверить Харм и раньше, — сказал Йорк, — чертовы бюрократы.

— Согласен, — Эндрюс развел руками, — догадки, слухи, подозрительные грузоперевозки, но никаких фактов. Эти ребята начнут действовать, только если ты покажешь им убийцу с дымящимся стволом, который стоит над свежим трупом. Но твое сообщение послужило спусковым крючком, и дело пошло.

Я вышел на связь с Уотерсом, он, очевидно, стал все отрицать. Сказал, что ты пытался провезти на Харм группу террористов СГС, которых сам же и отбирал из своих бывших солдат. Что ты убил Бэйкера и сбежал куда-то, а сам Уотерс и полковник Ульрих отчаянно пытаются тебя найти и максимум за сутки-двое, все будет в порядке, и беспокоиться не о чем.

Йорк невесело усмехнулся.

— Я не поверил ни единому его слову, — продолжал Эндрюс, — все это выглядело крайне подозрительно, и, думаю, сам Уотерс это понимал и всеми силами пытался, чтобы ты не вышел на связь ни с кем из Альянса. Но он не успел. А когда я сказал Уотерсу, что к Харму движутся корабли капитана Варина, и в соответствии с кодексом Альянса, подписанным и принимаемым Торговой Лигой, Варин вправе установить на Харме военное положение для дальнейшего разбирательства, он просто отключился и перестал выходить на связь.

— Значит, сейчас на планете всем заправляет Альянс?

— Да, до окончания разбирательства и снятия военного положения. Торговая Лига неплохо так обделалась, сейчас они всеми силами пытаются выставить все свои темные делишки как личную инициативу отдельных руководителей. Не знаю получится у них или нет, но мне и Совету ясно как день, что без покровительства Торговой Лиги Уотерс бы не справился.

— А Альянс значит совсем ни при чем?

— Ты про Ульриха? — спросил Эндрюс, — фактически, он работал на Лигу еще с окончания войны, Альянс с ним никак не связан, я прочитал про него подробнее, жутковатый тип.

— Откуда у Уотерса военные препараты для допроса? Представительство Альянса на Харме явно ему помогало.

— Это еще предстоит выяснить, — уклончиво сказал Эндрюс, — я понимаю, к чему ты клонишь. Думаешь, кому доверять, а кому нет? Чарли, это дерьмо уже у всех на слуху, новости распространяются быстро, сейчас и Альянс и Лига больше всего озадачены тем, как это все преподнести так, чтобы выйти с наименьшими потерями. Скорее всего, повесят все на Ульриха, он черти где, если еще жив, работал на Альянс и на Торговую Лигу. Чарли, тот комплекс «Улей», ты там был? Правильно? Что там было, Чарли?

— А ты понимаешь, что они тут делали? — спросил Йорк.

— Проект «Возрождение», — кивнул Эндрюс, — новейшие технологии на основе ирида. Лига, хоть и не признается в этом, но желает иметь свой флот. Это было понятно и раньше, даже до войны, но такие разработки незаконно делать втайне. Лига хочет иметь военную мощь, сравнимую с Альянсом.

— Что насчет Новака? — спросил Йорк.

— А что с ним не так?

— Маяк у Эндороса. Сайлер Кравич, который работал с Новаком, он был в «Улье». Рассказал, что Маяки закрываются сами собой. Знакомая история?

Эндрюс застыл и смотрел на Йорка, затем медленно встал и подошел к окну. За окном по-прежнему был яркий чистый день, по небу несся грузовой и гражданский транспорт, глайдеры отсюда были похожи на маленьких мух.

— Чарли, значит, там все-таки было то, о чем я думаю? — сказал Эндрюс тихо, — этот ученый по фамилии Кравич? Он выбрался из комплекса? Где он сейчас?

— Кто знает, — пожал плечами Йорк, — может, выбрался, а может и нет.

Эндрюс резко обернулся и посмотрел на Йорка, взгляд его был крайне суров.

— Чарли, послушай меня очень внимательно! Я знаю точно, что Лига и Альянс могут убить тебя за то, что ты сейчас мне сказал про Маяки, — медленно произнес он, — это информация, которой никогда не было и не могло быть. Если станет известно, что Маяки могут закрыться сами собой и больше не открыться, представляешь, что тогда будет?

— Думаю, и Новак представлял, — сказал Йорк, — потому и не спешил обо всем этом рассказывать, а предпочел разрабатывать свой проект, «Ариадна», да адмирал? Глупые байки солдатни, так?

— Ничего не вышло Чарли, они пытались с теми разработками, но все без толку. Это непосильная задача!

— А может у Новака почти получилось? — сказал Йорк, — и Лига решила в тайне ото всех продолжить его дело? Представляешь, какие перспективы открываются?

— Что тебе рассказал Кравич!? — Эндрюс вдруг резко приблизился к Йорку и встал над ним, — мне нужно знать точно!

— Думаю все, что тебе и так уже известно, — ответил Йорк, — что капитан Сай вовсе никакой не маньяк-убийца, а друг Новака, сгинувший за порталом. Что Новак искал способ, как не дать Маякам закрыться. И то, что Лига до сих пор ищет решение, как исправить эту проблему. Господи, Джек, так это все правда?

— Боюсь, что это правда, — кивнул Эндрюс. — Не надо, Йорк не смотри на меня так! Я сам узнал о том, что происходит, не так давно!

— Трелони?

— Да! Я был потрясен не меньше твоего! В один момент Маяк просто погас, а когда они его открыли, за ним уже ничего не было! У Альянса после войны не хватало сил и опытных людей, чтобы разобраться в проблеме, меня ввели в курс дела и сейчас я занимаюсь тем, что вместе с ними пытаюсь решить, что нам лучше делать! А тут звонишь ты, как черт из табакерки, и оказывается что Лига вдобавок ко всему, нашла проект «Ариадна» и пытается тайно его закончить!

— Но тот проект, который украл Кравич у Новака, — сказал Йорк, почему вы не стали его разрабатывать во время войны? У вас же был целый научный отдел высоких технологий, был Артур Эспозито! Они могли попробовать закончить и без Кравича!

— Кравич и есть Эспозито, — сказал Эндрюс, — когда началась война, он переметнулся на сторону объединенных сил Лиги и Альянса, и да, пытался закончить проект Новака. Но потом сбежал, подстроил свою смерть. Все разработки он унес с собой, как нам тогда казалось. И работа заглохла.

— Его нашел Уотерс, нашел на Земле?

— Да, теперь это совершенно точно известно. Нашел и вынудил отправиться на Харм, дорабатывать «Ариадну». Та информация в «Улье», это единственное, что было у Лиги от Эспозито, все его данные! — сказал Эндрюс, — теперь все! Твой психопат Валерий сжег комплекс дотла и ведущего ученого этого проекта в довесок!

— Может и не так, — сказал Йорк, — может, кто-то успел вывезти данные из комплекса до того, как он был разрушен.

Йорк замолчал. И стал смотреть в окно.

— Твою мать, Йорк! Если это так, рассказывай все что знаешь!

— Дай мне время подумать, — сказал Йорк, — приходи завтра, поговорим еще.

Эндрюс грозно навис над Йорком, так, Чарли смог разглядеть отдельные волосины его черной бороды.

— Не играй со мной Чарли! — сказал он угрюмо, — я буду прикрывать твою задницу сколько смогу, но будь добр начни мне доверять, когда я приду сюда в следующий раз! Если то, что ты говоришь, правда, значит мы еще не в полном дерьме!

Мы думали, что все закончилось! Что война это последнее что нам приготовила судьба! И тут закрылся Маяк Трелони! Совет Альянса сейчас похож на сборище безумных макак, все в шоке! Прошла информация, что Эспозито не погиб, а прячется. Последнее время я искал его, но его перехватил Уотерс, а теперь этот ученый либо мертв, либо сидит в такой глубокой дыре, что я даже не могу представить! Дай мне что-нибудь! Дай мне информацию, когда я приду сюда в следующий раз, черт бы тебя подрал!

— Поговори с Уотерсом, — сказал Йорк, — спроси его про то, где он нашел меня. Скажи что тебе все известно.

Эндрюс выпрямился и, не прощаясь, вышел из палаты, а Йорк какое-то время лежал и просто смотрел в потолок. А потом уснул.

Когда он открыл глаза, за окном уже вечерело. Что ж, по крайней мере, он был не связан, а значит, можно было встать и немного походить, что Йорк и сделал. Ноги слушались хорошо, и в целом он чувствовал себя нормально, но от долгого лежания мышцы стали вялыми.

Значит, Уотерс по словам Эндрюса, сам привез его в Башню Лиги, тогда что это был за фокус, с той странной палатой и попыткой договориться? Возможно, Уотерс хотел вытянуть из Йорка все, что было можно, до того, как прибудет флот Варина, чтобы обрубить все концы с проектами в комплексе «Хармленда»? Валерий, похоже, сам того не желая, сослужил Уотерсу хорошую службу, уничтожив все доказательства его причастности к проекту «Ариадна».

— Что вы делаете! — в палату зашла медсестра, совсем не похожая на ту, что приковывала Йорка к кровати, — вам не стоит пока ходить!

— Все в порядке, я нормально себя чувствую, — сказал Йорк, — так что, думаю, я все же пройдусь немного. Можно?

Медсестра помялась. Подошла к Йорку и поводила по нему лучом медицинского сканера несколько секунд.

— Вы, вроде бы, и правда в порядке, думаю да, можно. Только не покидайте корпус медчасти. Тут есть свежая одежда, в этом шкафу, можете взять.

Йорк кивнул, и, переодевшись в штаны и рубашку, что были аккуратно сложены в шкафу в углу, вышел в коридор.

В корпусе больницы было не очень людно, мимо прошел какой-то врач, подозрительно покосившись на Йорка.

Йорк медленно прошелся по коридору и остановился у огромного окна. За ним расстилалась Сибила, стоял вечер. Внизу уже зажглось множество огней, и, как муравьи, повсюду скользили глайдеры.

Йорк осторожно приблизился к стеклу, сначала постучал по нему пальцем, затем дотронулся носом. Похоже, настоящее, Йорк вдруг понял, что тот трюк, который провернул Уотерс, здорово добавил ему паранойи. Йорк поверил тогда, что и правда находится в Башне Лиги.

Он прошел по коридору и сел на диванчик перед большим экраном. По телевизору шли новости. Рассказывали про Харм, звука не было, но картинки разрушенного комплекса в пустыне были вполне красноречивы.

Так вот значит, о чем говорил Эндрюс, когда сказал что дерьмо просочилось повсюду. Значит, теперь это уже никто не сможет утаить.

На экране показали фото Ульриха и Уотерса, затем фотографии в мрачных тонах всех тех участников СГС, с которыми Йорк успел пообщаться в последнее время, включая Мартинаса.

Кто-то тронул капитана за плечо. Йорк увидел, что над ним возвышается солдат в форме Альянса и протягивает коммуникатор.

— Эндрюс сказал, что вам можно поговорить с женой.

— Я не женат, — пробормотал Йорк, взяв коммуникатор. Но солдат уже ушел.

Йорк нажал кнопку связи, и на экране появилось грустное лицо Шерон. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга и молчали.

— Ты живой, — наконец, сказала она, — боже…

— Шерон, — пробормотал Йорк, — ты в порядке?

— Я? — спросила она, — да черт возьми, со мной все хорошо. Господи… Чарли, они позвонили мне на следующий день, как мы говорили. Сказали, что твой корабль стоит на орбите, и у него нет связи. Сказали, что нужно ждать. Я поняла, что происходит какое-то дерьмо… но… я ничего не сделала! Прости!

— Все нормально, — сказал Йорк, — ты не могла знать, что тут творится.

— А что там у тебя творится? — прошептала Шерон, — по новостям круглые сутки идет какое-то совершенное бредовое дерьмо. Заговор Торговой Лиги, рудники ирида на Харме, какой-то сумасшедший полковник из Альянса хотел создавать военные корабли. В этом потоке безумия есть хоть капля смысла?

— Боюсь, что есть, но долго рассказывать. Как только доберусь до Земли, расскажу все тебе в подробностях. Я еще не знаю, что будет дальше. Как долго меня здесь продержат, и отпустят ли вообще.

— Ублюдки! — вдохнула Шерон, — они еще попытаются на тебя что-то повесить! Пусть только попробуют! Сегодня утром я сделала запрос в Космическое Управление Альянса, мой босс обещал помочь, чем сможет. К тому же у меня хорошие связи в «Новом мире», как ты знаешь. Ребята сказали, что если эти мрази из Альянса или Торговой Лиги попытаются на тебя что-то повесить, им несдобровать.

— Спасибо, — сказал Йорк, — но, мне кажется, что все должно обойтись. Здесь адмирал Эндрюс, прибыл лично. Возможно, с его помощью мне ничего не угрожает.

— Надеюсь, что так, — сказала Шерон, — ты там как? Ты ранен?

— Был, — рассеяно сказал Йорк, — сейчас уже все нормально, нет никаких проблем, насколько я понял. Будем держать связь, я попробую набрать тебя завтра, а сейчас немного отдохну.

— Хорошо, люблю тебя.

Йорк отключился и задумчиво уставился на экран телевизора. Прошло уже минут десять, а новости про Харм все еще не заканчивались, похоже, они были главной темой на ближайшую неделю, затмив собой все остальное, включая трагедию Трелони.

— Вот же хитрый ублюдок! — расхохотался Эндрюс и отхлебнул виски из бокала, — хотел развести тебя как зеленого кадета!

Яркая веранда кафе, где Эндрюс с Йорком расположились, была частично освещена ярким солнцем Харма, которое уже стояло высоко в небе. Погода сегодня была жаркая, но дул приятный ветер.

Прошло три дня, Йорк уже был на ногах и не желал оставаться ни в корпусе больнице, ни в самой Башне Лиги ни секунды.

Они поехали в город, где Йорк позавтракал настоящей вкусной едой, и теперь они расположились в удобных креслах с видом на город.

Йорк еще раз рассказал Эндрюсу своими словами, как Уотерс пытался вытянуть из него сведения о том, куда делся проект «Ариадна» который был загружен с сервера «Улья», перед его уничтожением.

— Он почти провел тебя, — сказал Эндрюс, — расскажи ты ему все что знаешь, готов предположить, Уотерс прострелил бы тебе голову и испепелил труп так, чтобы не осталось и следа.

— И в чем был его план, по-твоему? И почему он не прикончил меня в итоге? Почему позволил найти Альянсу? — спросил Йорк.

— А какой у него был выбор? Деваться Уотерсу уже было некуда, ты был в отключке, ничего сообщить ему не мог. Может быть, имело смысл прикончить тебя, если бы ты рассказал где «Ариадна», но его планы менялись быстрее, чем он успевал их обдумывать.

В конце концов, то, что он тебя не убил, это причина, почему Альянс пока еще готов вести с ним диалог. На нем и так кровь Бэйкера, прикончи он тебя, без поддержки Лиги у него не осталось бы шансов.

Как только Уотерс поговорил со мной по связи, он понял, что его песенка спета. Вдобавок ты проник в комплекс «Хармленда», где Валерий Ким устроил подрыв реактора. Такой взрыв уже было невозможно утаить, но и Уотерс не мог быть уверен, что взрыв уничтожит все следы, которые ведут к нему, а самое главное — к проекту «Ариадна», который все в Альянсе считали сгинувшим вместе с Эспозито.

Уотерс подчистил все хвосты, все документы, все накладные и даже людей, все это отправлялось в утиль. Сейчас мы знаем, что он уничтожил как минимум шесть человек из своей охраны и охраны Ульриха, что знала про подвал, где проходили пытки.

Он решил все валить на Ульриха, в том числе и убийство Бэйкера, и неплохо преуспел в этом, доложу тебе. Потому что сейчас Лига так же заинтересована, чтобы Уотерс вышел сухим из воды, чтобы не бросать тень на все торговое сообщество. Этот малый не зря получил от Лиги карт-бланш на «Ариадну». Он доказал что умеет делать дела, был с группой Лиги у Рама, когда там раскопали документы Новака. Уотерс знает многое, поэтому его и подрядили на Харм разрабатывать те проекты Новака, которые Лиге удалось втихую заполучить. Все было прекрасно, а когда случилась трагедия на Трелони, и Уотерс добрался до Эспозито, для него все стало просто невероятно!

Когда же дела стали плохи, тоже отлично все продумал, предал Ульриха в самый последний момент, а подорванный реактор в «Улье» все же в последствии сделал свое дело, — там сейчас ничего нет, от слова совсем.

Казалось бы, можно выдохнуть и доложить Варину который прибудет, что действовал в соответствии с инструкцией, пытаясь ликвидировать террористов СГС, с которыми, судя по всему Чарли Йорк и полковник Ульрих были заодно.

Но он заметил, что кто-то сумел передать все данные на внешний сервер, и тут же вспомнил, как Ульрих высказывал предположение что в «Улей» на самом деле должен был проникнуть всего один из твоих пассажиров, а Мартинас и вообще вся группа СГС на Харме были лишь отвлекающим маневром.

И тут он понял, что если «Ариадна» не просто сгинет, а уплывет из рук Лиги, да еще куда-то в сторону темного космоса, где затаился Новак, ему точно конец. Сделают так, чтобы Уотерс внезапно повесился в своей камере, и он это понимает.

— Он думал, что это сделал четвертый из группы Мартинаса? — сказал Йорк, — тот, про которого не знал ни я, ни Валерий или Лидия? Знал видимо только Мартинас, а может и только сам Новак.

Эндрюс вздохнул.

— Да, полагаю, так все и было. Но нам сейчас совершенно не важно, кто был этот четвертый и жив ли он. Вы его опередили, когда залезли в «Улей».

Этот парень, Фрэнк Стоун, мы так и не смогли его найти. Сейчас Первый Контур Рубио сообщает, что за все время, с того момента как случился взрыв, Маяком воспользовалось около тридцати торговых судов. Мы нашли тайное убежище Галактического Союза в пустыне, милях в трехстах от того места, где был «Улей». Там точно находился небольшой корабль. Кто его взял — неизвестно.

— Это мог быть и Кравич, вернее Эспозито, — сказал Йорк.

— Его следов мы тоже не обнаружили, — выдохнул Эндрюс, — сейчас у нас два человека которые могут быть мертвы, а могут быть где угодно. И оба они могут сейчас в одном корабле направляться в Свободный Галактический Союз.

— Вряд ли Эспозито снова захочет работать с Новаком, после того как тот собирался его прикончить в капсуле.

— Под дулом пистолета, может, и захочет, — пожал плечами Эндрюс. — Эспозито параноик, и это понятно после всего того, что на него свалилось, начиная с Тау. Сначала сбежал от Новака, тем самым ускорив приближение войны, затем подстроил свою смерть и воскрес как Сайлер Кравич уже на Земле.

Когда начался кошмар с Трелони, у него, видимо, проснулась совесть, и он решил хоть кому-то довериться.

— Стаутман, — сказал Йорк, — он работает с Лигой за спиной Альянса?

— Да, — сказал Эндрюс, — я проверил все, что ты мне сказал. Все сходится. Но пока мы не будем его трогать, посмотрим, может, сможем как-то это использовать. Стаутман сдал Эспозито вместе со всеми его проектами Лиге. Лига решила действовать немедленно. Проект «Ариадна» считался утерянным, а, как ты уже знаешь, в решении вопроса о том, как быть с тем, что Маяки сами собой закрываются, без Эспозито и «Ариадны» никто особо далеко не продвинулся.

— И теперь Трелони больше нет, — сказал Йорк, — целая система исчезла. Как вам удается сейчас это скрывать?

— С трудом, — пробормотал Эндрюс, — но времени очень мало, я думаю, до того момента, как Галактика узнает реальное положение дел, у нас не больше трех-пяти месяцев. Потом скрывать это уже будет невозможно.

У нас совсем-совсем нет времени, Чарли. Нужно найти эти данные по «Ариадне», они не должны попасть к Новаку! Если он сможет перемещаться на корабле между Маяками как пьяный между комнатами в кампусе Академии, всему тому миру, который есть, придет конец! Лига рухнет, зачем она будет нужна? Альянс? Да пусть подотрется своим флотом. Сперва пусть догонят.

— Может, это не так уж и плохо? — пробормотал Йорк, — Новак решит проблему Маяков, которую не смогла решить Лига и Альянс вместе взятые.

— Я боюсь не этого, — сказал Эндрюс, посмотрев на Йорка, — а того, что Новак безумен, и обезумел уже давно! Тогда, у Эндороса, когда погиб Сай, понимаешь! Нельзя предугадать, что он замыслил! Ты прав в том, что Новак ближе всех подошел к решению проблемы, но ему нельзя доверять! Альянс не может допустить, чтобы технология полного контроля над Маяками в Галактике попала в руки человека, способного ради мести за своего друга сжигать Землю!

Йорк посмотрел на Эндрюса. Да, тут он был согласен с адмиралом. Какими бы благими целями ни руководствовался Новак, рассчитывать на то, что он закончит «Ариадну» и все дальше будет хорошо, не приходилось. Что-то определенно будет, Новак не так прост.

— А что с теми, кто проник на Харм? — спросил Йорк, — И остальными членами СГС?

— Они живы, — сказал Эндрюс, — Уотерс тебе наврал. Сидят под замком. В последний год новости про СГС были мало кому интересны, всех больше интересовали пираты и маргинальные послевоенные формирования, но ты поймал крупную рыбу. Валерий Ким, его дочь Лидия — их ищут уже очень давно. Валерий — настоящая звезда Тайной Полиции Альянса.

Но будущее его незавидно. Взрыв комплекса унес жизни трех сотен человек, а он, похоже, даже не особо раскаивается. Сейчас все новостные эфиры говорят об этом, чуть ли ни в первую очередь. Но я сомневаюсь, что они точно знают, где прячется Новак. СГС специально не выдает в свои ячейки всю информацию о своих членах. Хотя мне было бы очень интересно, что скажет семейка Ким.

Эндрюс замолчал и покрутил бокал.

— Хорошо, — сказал Йорк, медленно подбирая слова. Эндрюс весь превратился в слух, — тогда скажу тебе, что я бы хотел участвовать в этом.

— Отлично, — сказал Эндрюс, — на это я и рассчитывал!

— Мы должны найти Новака, пойдем по следам Эспозито и Фрэнки. Но если Новак сможет сделать «Ариадну» реальностью, с ним нужно будет договариваться! Ты понимаешь это? Больше никаких игр! Альянс и Лига могли бы объединиться с Новаком раньше, строить меньше Маяков, могли бы попробовать избежать войны!

— Ты верно мыслишь, Чарли. Но, к сожалению, это не нам решать. Об этом пусть думают Лига и Альянс, — сказал Эндрюс, — давай сперва отыщем Новака, вот основная задача! Теперь у нас появилось гораздо больше зацепок, чем за последние пять лет! И раз уж ты теперь в игре, давай схожу, принесу нам еще выпить и обговорим все детальнее, перед тем как завтра мы с тобой будем отчитываться перед всей верхушкой Альянса!

— Идет, — кивнул Йорк.

Эндрюс ушел за выпивкой, а Йорк, откинувшись в кресле, достал коммуникатор и позвонил Шерон.

— Привет, — улыбнулся Йорк, — я все еще на Харме.

— Выглядишь лучше чем в больнице, — сказала Шерон, — когда ты сможешь прилететь?

— Надеюсь что скоро, — ответил Йорк, — осталось совсем немного.

Content

Звездный горизонт

Глава 1. Чужой корабль

Глава 2. Омут прошлого

Глава 3. Харм

Глава 4. Штурм "Протея"

Глава 5. Встреча с подпольем

Глава 6. Побег из Башни

Глава 7. Красная пустыня

Глава 8. "Улей"

Глава 9. Дым и огонь

Глава 10. Последствия