Бельская Леся

Идеалы [СИ]

Леся Бельская

Идеалы

Сегодня 14 апреля. Кажется, что это самый обычный будний день, но в моей жизни именно этот день запустил череду событий, которые изменили всю мою жизнь.

Пригревало ласковое солнышко и на горизонте маячила настоящая весна с теплом, солнцем и цветами.

Я шла довольная на пары и думала только о своём возлюбленном. Пару секунд назад я получила от него сообщение, что он ждёт меня в нашем тайном месте. Найти это место удалось случайно. Месяца два назад из-за накладок в расписании, нас отправили на пару в самый старый блок на 10 этаж. Уходя поздно вечером с пары, мы приметили кабинет со странным номером. Игорь дёрнул ручку двери и оказалось, что кабинет не заперт.

Предвкушая страстные поцелуи, признания или даже, если повезёт, сюрприз от любимого, я летела на свидание.

Игорь ждал меня, выглядел он напряжённым. Я потянулась к губам, чтобы его поцеловать, от отвернулся, подставив щеку. Если бы меня спросили, как выглядит идеал мужчины, то я бы произнесла лишь — Это Игорь. И мне очень повезло, что он выбрал меня, самую обычную девушку.

Он красив: высокий жгучий брюнет с правильными чертами лица, с идеальной фигурой. В его взгляде читался огонь. Он умеет красиво одеваться, все девушки на потоке готовы были на все ради его внимания.

— Что-то случилось?

А случиться могло только одно, тот проект, который я сделала для любимого, опять не засчитали. И где я прокололась на этот раз?! Проект был выполнен шедеврально, им можно гордиться: словарный запас с учётом лексики Игоря, его любимый тип диаграмм, скупые выводы, основанные на цифрах, мужской взгляд на ситуацию и подшивка с помощью дырокола и бечёвки — никакого переплёта: брутально, лаконично и по-мужски.

— Я хочу это прекратить, — произнёс он.

— Что прекратить?

Мысли истерично скакали в голове: прекратить попытки сдать проект или он решил бросить учёбу или решил открыто заявить о наших чувствах и прекратить встречи в этом кабинете.

— Давай прекратим наши отношения. Я устал делать вид, что мне не всё равно. Устал притворяться влюблённым.

— Как это притворяться? Игорь, ты же шутишь? Скажи, что это глупая шутка и ты хотел надо мной подшутить. Пожалуйста.

Слезы катились по щекам. Однако, взгляд Игоря говорил о многом. Он смотрел на меня с такой ненавистью, что мне на мгновение стало страшно. В этот миг я всё поняла. Игорь меня не любил, никогда не любил. Он сошёлся со мной лишь потому, что я умна, трудолюбива и повелась на его шарм. Обделённая вниманием мужчин, я легко повелась на комплименты и намёки. Мне, как и любой другой девушке, хотелось любви и чуда. Я просиживала дни напролёт за книгами, училась как одержимая и верила, что мне воздастся за все старания и наступит тот день, когда я встречу своего принца.

— Сегодня первый день сдачи проектов для Европейского Университета. Я свой проект уже сдал, — тут его глаза сощурились, а на лице показалась жуткая ухмылка. — Ой, прости это был твой проект, но уже поздно.

— За что ты так со мной?

Ответ я уже не расслышала. Меня накрыли гнев, обида и боль. Захотелось убить его, умереть и расшибить кулаком стену. Молотить руками по стене, пинать стул и много ещё чего, только бы эти ужасные чувства не поглотили и не сожрали меня. Нужно было дать выход переполнявшим меня эмоциям.

Сердце застучало с неистовой скоростью, кровь горячей волной растеклась по телу, отбивая набатом в висках, казалось, сейчас что-то щёлкнет в голове, и я умру.

Я закричала, чтобы дать хоть какой-то выход для коктейля чувств, который разрывали меня изнутри.

Раздался щелчок. Нет, это не в моей голове. От моего крика лопнули лампы на потолке и крошево стекла устремилось вниз, оставляя тонкие порезы на лице и руках.

— Я тебя ненавижу — последнее, что я услышала прежде, чем мои ватные ноги подкосились, а сознание начало покидать меня. Сквозь пелену, как в замедленной съёмке, я видела, как обрушался потолок, а Игорь бежал к выходу. А может это уже был сон.

* * *

Мне снились странные сны.

Сон первый

На стенах и потолке плясали огоньки, отбрасываемые камином. Комната была мне не знакома. Осмотрелась по сторонам. Комната была похожа на кабинет, хотя и был без окон, только зеркало во всю стену напротив камина. Массивный стол из красного дерева завален папками и бумагами, книжный шкаф тоже под завязку заполнен папками. А на двух других стенах странные картины в золочённых рамах. На картинах были изображены люди с перекошенными от боли и ужаса лицами и телами. Я поёжилась. Хотелось поскорее уйти. Дёрнула дверную ручку. Дверь, ожидаемо, оказалось закрытой.

Я подошла к столу. На столе лежало несколько ветхих, даже правильнее сказать полуистлевших книг. Решила их не трогать, чтобы они случайно не развалились и не выдали моего присутствия. Развернулась и заметила книгу поменьше на каминной полке. Подошла ближе, книга оказалось записной. Раскрыла её и пролистала пару страниц. В основном много записей на неизвестном языке, перевод и рассуждения о каком-то предсказании. Наверное, это записная книга историка, археолога или литератора. Пролистала ещё, наткнулась на текст на русском.

… согласно легенде, только тот, кто по доброй воле решит отдать жизнь сможет спасти все души, застрявшие в безвременье. Этот ребёнок, зачёркнуто, девочка, снова зачёркнуто. много вопросительных знаков дитя мальчик появится, когда на небе зажжётся две луны и будут сиять покуда не победит дитя или не погибнет смертью храбрых. Главное следовать за своим сердцем.

Рядом лежал лист с зарисовкой дракона. Я залюбовалась чёткими линиями и фантазией автора. Дракон на рисунке был свернут и напоминал по форме яйцо.

Послышались шаги на лестницы. По звуку, явно женские шаги. Я подскочила от неожиданности, упустив блокнот. Быстро собрала выпавшие рисунки и листы, сложила в блокнот и положила на каминную полку. Сама же искала для себя укрытие. Заприметила место в углу за кушеткой. Спряталась туда в последнюю секунду, когда дверь отворилась и в комнату стуча каблучками вошла женщина. Хотя я её не видела, но судя по шлейфу парфюма, это была молодая женщина. Она прошла к зеркалу и остановилось. Время тянулось долго. Прошло минут пять, потом женщина заговорила. От неожиданности я чуть не вскрикнула, думала она меня вычислила.

— Ну здравствуй.

— У меня мало времени, говори скорее, ты его нашла? — голос был приятный мужской. Но Богом клянусь, в комнату зашла только девушка. А голос звучал так, будто собеседник стоит рядом.

Мурашки снова пробежали по моей спине. Однако я аккуратно подползла к краю кушетки и выглянула из-за неё.

Лицо девушки невозможно было разглядеть в сумраке комнаты. Однако по ее точенной фигуре и элегантному силуэту, по лёгким и плавным движениям было ясно, что она немногим старше меня.

Говорила девушка с зеркалом. Зеркало же шло рябью, как водная гладь озера, когда вы кидаете в него камень. И голос, этот чарующий мужской голос, явно шёл из зеркала. Пара обсуждала поиск мужчины, который является субъектом пророчества. Тут вспомнилась записная книжка и то, что я прочла ранее. Тем временем пара перешла к обсуждению того, куда они спрячут тело… Мамочки пора просыпаться… В это самое время я случайно зацепила что-то ногой и послышался шорох. Я вжалась за кушеткой.

— Проверь и помни, нам не нужны свидетели.

Помещение было небольшим, немного захламлённым и укрытым толстым слоем пыли, но я быстро справилась с пылью и теперь это наше тайное убежище, наше любовное гнёздышко. По шагам я понимала, что расплата близка и начала молиться всем богам моего мира. В этот самый момент комната закружилась, и я очнулась в палате.

Сон второй

Я очнулась в палате и услышала голоса. С трудом встав с кровати подошла к двери, ведущей в туалет. Там говорили двое, в одном голосе я безошибочно узнала брата. А второй мне казался смутно знакомым, но как бы не напрягала свои воспоминания не могла понять, откуда я знаю этот голос.

— Это правда? Ты спасёшь мою сестру?

— Да, ты же знаешь, у меня есть возможность спасти её. Она будет здорова и проживёт долгую и счастливую жизнь.

— А я? Что будет со мной?

— Ты же знаешь у тебя осталось не много времени в этом месте. Так почему же не обмануть судьбу и не пойти ва-банк. Ты спасёшь сестру и отправишься ко мне. Уверяю, тебе понравится твоя новая жизнь.

— Могу ли я тебе доверять?!

— Абсолютно. Мы заключим сделку. Твоя сестра поправится, ты увидишь, как её выпишут из больницы, сможешь попрощаться с ней и со спокойной душой уехать. Два месяца тебе хватит.

— А можно ли немного больше времени, хотелось бы остаться до того момента как у неё появится жених и передать заботу о моей малышке ему.

— Прости, у тебя не так много времени. Твоя сестра не скоро соберётся замуж, ей ещё лечить своё сердце.

— У неё же есть жених Игорь.

Имя предавшего меня человека ножом вонзилось в грудь. На мгновение закончился воздух и начала кружиться голова.

— Больше у неё нет жениха… Сознание погрузилось в темноту, и я вновь уснула.

* * *

Я очнулась в палате…

Когда удалось прервать калейдоскоп сменяющих друг друга сцен из моего сна, определено, была ночь. На потолке плясали тени, отбрасываемые ночником. На соседней кровати явно кто-то сидел и дремал, я слышала ровное дыхание спящего человека. Я хотела повернуть голову и посмотреть на спящего, но от лёгкого поворота головы в глазах потемнело и поплыло.

Было ещё несколько пробуждений, но я смутно помню, что происходило. Сквозь сон и забытье, я слышала шёпот брата, кажется, он просил меня не покидать семью, так как он не сможет позаботиться о родителях. А может, это был только сон.

О том, что без сознания я провела больше недели, я догадалась, когда открыла глаза. Лицо моего брата осунулось и подбородок покрывала щетина.

— Ты похож на дровосека, — попыталась пошутить я.

— Я так рад, что ты очнулась.

Глаза брата светились неподдельным волнением и заботой. Я попыталась сесть и поняла, что у меня болит всё. Даже то, что в принципе у обычного человека болеть не может. От боли перед глазами заплясали яркие круги и меня повело. Если бы не подоспевший брат, я вполне могла упасть с кровати.

— Тебе рано вставать.

— Что произошло?

— Мы не знаем. Говорят, что ты была с Игорем в кабинете, когда обвалился потолок. Ты потеряла сознание, а Игорь сбежал.

Я машинально коснулась лица, на нем были бинты.

— Шрамов не будет, — брат как всегда понимает меня с полу жеста, — до свадьбы заживёт.

— Свадьбы не будет, а шрамы, одним больше, одним меньше.

— Мне тоже не понравилось то, что он сбежал. Но отказываться от своих чувств.

— Он меня предал и использовал. Игорь меня никогда не любил и закрыли тему.

Я сжала кулаки не хотелось признаваться брату в том, что у меня украли мой проект. Я весь год училась как сумасшедшая, грант на обучение был моим билетом в новую жизнь, где я смогу стать специалистом и реализовать свои мечты. А он так бессовестно украл мою мечту.

— Если захочешь рассказать, я готов выслушать, — брат поморщился, будто от зубной боли.

— Хорошо, — выдохнула я и заплакала. — Давай просто о нем забудем. Он не тот человек, которого стоит помнить.

Женя пересел поближе ко мне и притянул мою голову к своей груди.

— Не плачь, сестрёнка. Однажды ты встретишь того, кто наполнит твою жизнь счастьем и с кем каждый твой день будет прекрасен.

— С каких пор ты стал таким сентиментальным?

— Я боялся, что ты не очнёшься и родители останутся одни.

— Почему ты так говоришь, у них же ещё есть ты.

— Давай поговорим в другой раз. Тебе нужно поесть, я схожу за едой.

Но мы больше не возвращались к этому странному разговору. А брат с каждым днём становился все более и более загадочным.

Через пару дней сняли бинты и мне разрешили вернуться к обычной жизни. Хотя я старалась выглядеть так, будто ничего не произошло, но произошедшее скрыть не удавалось. Я подолгу молчала, уходя в себя, а по ночам мне стали сниться драконы.

Когда самочувствие окончательно улучшилось, я взяла за конспекты. Училась как ошалелая, без сна и отдыха, дни напролёт. Заметив моё состояние, родители отобрали на выходные и увезли с собой все конспекты. Говорили, что мне нужно развлечься. Я достала телефон. Подруга уже давно забросила попытки дозвониться до меня, да и сообщения я не читала.

Несколько сотен пропущенных, десятки, а то и сотни сообщений из всех чатов. Беспокойство от друзей и знакомых, ненависть от поклонниц Игоря. Я начала задыхаться. Кажется, это называют панической атакой. Открыла чат с лучшей подругой и увидела её сообщение с ссылкой на Тиндер. Так как времени до конца ареста конспектов было много, решила рискнуть. Выставила фото из той жизни, когда я была счастлива.

Интересно, сколько времени уходит на свайп. А на то, чтобы влюбиться? Мне хватило 3 секунд. Я смотрю на фото. С фото на меня смотрит он. Одна секунда, и я улыбаюсь. Две секунды и давящая тяжесть последних дней выпускает из захвата моё дыхание. Я даже удивилась лёгкости вздоха. Три секунды и боль прошлых дней начала притупляться.

Нужно всего три секунды чтобы влюбиться. Казалось, что это были самые долгие секунды в моей жизни. В этот миг я будто перечеркнула прежнюю жизнь и решила начать всё сначала, разрешила себе стать счастливой.

С первых слов он очаровал меня, он был учтивый и галантный, писал так душевно, что было не важно, как далеко он находился от меня. Судя по фотографиям, он высокий молодой человек, спортивного телосложения с глазами цвета миндаля. У него были выбриты виски и длинные волосы уложены набок. В сочетания с его немного смугловатой кожей, он был бесподобен, без изъянов, ожившая статуя. Его слова были как вода, они струились и заполняли все мои мысли; они притягивали и подчиняли. Одним словом — идеал. И имя этого идеала — Алекс.

«Я тебя люблю» — эта фраза эхом раздавалась в моей голове, пульсируя по венам, мне тогда не казалось странным, что человек влюбился в меня так быстро. «Я тебя люблю..» — как мне не хватало этих слов, как я хотела почувствовать заботу и нежность.

Надвигались экзамены, и как бы я не старалась, мне нужно было прийти на них. Единственное, что разрешили в деканате, так это сдать экзамены с другими группами, любезно предоставив списки экзаменов. Сказав, что мне тяжело находиться с Игорем в одной аудитории, ибо это непременно напоминает о трагедии — об упавшей на нас крыше конечно же, о душевной трагедии я умолчала. С их позволения подобрала себе список экзаменов так, чтобы сдать их за три дня и ни разу не пересечься со своей группой.

Первый день боялась, что в меня будут тыкать пальцами, но кроме сочувствия в глазах не увидела ничего. На второй день тоже. Экзамены все к слову сказать были сданы на высшие баллы.

К третьему дню я расслабилась, а не следовало.

Когда я подошла в деканат перед последним экзаменом, узнала, что преподаватель болен, и единственный шанс сдать экзамен — это сдать его с моей группой через два часа. Позвонила подруге и попросила встретить меня, так как у меня случился новый приступ панической атаки.

— Ничего, — подбадривала меня Аня. — Ты пришла сюда сдать экзамен и доказать всем, что ты лучшая. И ты справишься. Может так и лучше, пусть все знают, что ты не боишься и не избегаешь его. А слухи были, есть и будут. За летние месяцы, все уляжется. А потом, ты выиграешь грант и уедешь. Все забудется.

— Он украл мой проект, а нового у меня нет. А если не сдам этот экзамен, то он победил.

Аня был шокирована. Я не смогла ей сказать ранее, что он украл мой проект, не находила в себе сил пережить это предательство снова.

— Глупая, нежели ты позволишь кому-то растоптать свою жизнь и мечту. Натяни улыбку и докажи ему, что это воровство не сделает его умнее и лучше, он даже не станет счастливее. Ты представь, что каждый день он будет бояться, а вдруг ты его сдашь.

И каждая твоя победа, и улыбка будет злить его ещё больше. Лера, ты же не оставишь все как есть, не простишь его?

— Он не заслуживает прощения.

Потом вспомнила о новом знакомом из Тиндера. Он считал, что я очень умная и интересная личность и верил, что я со всем справлюсь. Я распрямила спину, Алекс и Аня правы. Я не смогу стать достойным человеком, если буду пасовать перед каждым, кто захочет поставить палки мне в колеса. Я сжала кулаки и решила, что я не сдамся. Никто и никогда не заставит меня сомневаться в своих силах. Я все могу.

— Улыбнись, иначе они подумают, что ты страдаешь по Игорю, — сказала Аня. — И помни, только сильный человек улыбается несмотря на все страдания. Умение быть счастливым несмотря ни на что — это удел сильных.

Я улыбнулась Ане, а когда повернула голову, встретилась взглядом с Игорем и компанией окружавших его поклонниц.

Накатили воспоминания. Сердце предательски сжималось, было обидно и больно. Хотелось кричать снова и снова, биться головой о стену. За что он так со мной?

Посмотрела в глаза и поняла: Просто так. Просто потому, что я оказалась в ненужное время в ненужном месте. Просто потому, что я была удобной. Просто потому, что я была тем самым трамплином в его светлую жизнь. Он хотел стать известным, слава и деньги, вот и всё, что его интересовало и он пойдёт по головам.

Я была первой ступенью, и он переступил через меня. Без жалости, боли и сожаления.

А мне осталось сказать спасибо за урок и двигаться дальше. В конечном счёте, все, что нас не убивает делает нас сильнее.

Мимо прошёл преподаватель, спасая нас от неловкой ситуации. Говорить с Игорем мне не о чем, а одногруппники ждали представления.

На вопрос кто, хочет быть первым вызвалась я и ещё пятеро. Взяв билет предложила идти отвечать сразу без подготовки. В итоге год я закрыла в списке лучших учеников ВУЗа.

Мы болтали пол ночи с Алексом, он был таким весёлым, задорным и с ним происходило столько интересных событий. Мне даже начало казаться, что в моем сердце зарождается сильная симпатия. И в ту ночь, я засыпала с мыслью о его поцелуях.

Как провалилась в сон не помню, но сон был странный. Снилось мне, что мы с Алексом пошли на свидание в пещеру. Подходя к пещере отметила две луны на небе, одна была красной, будто искупалась в крови. Мы долго блуждали по пещерам, стены которых были украшены рисунками драконов. Он обещал мне показать чудо — кристаллы невиданной красоты, которые поют в лунном свете.

Прошло более двух часов прогулки в полутьме при свете факелов, когда мы вошли в круглое помещение, где не было никаких кристаллов. На протяжении всей прогулки мы веселились, Алекс рассказывал веселые истории, не забывая делать комплименты. Я была на седьмом небе от счастья.

Когда я обернулась чтобы задать вопрос, где же кристаллы, Алекс вонзил в меня ритуальный нож.

Закричала и проснулась. Однако реальность была странной, я как будто снова попала в сон, только если предыдущий сон был чёрно-белый, то этот был трёхмерный и настоящий. Я стояла за портьерой, явно скрываясь от кого-то. В свете фонарей за окном виднелся город — яркий, необычный.

В комнате было двое, когда они заговорили, поняла, что мужчина и женщина.

— Как продвигается с Юджином? — мужской голос.

— Он приходил на остров, я его встретила.

— Вторая луна не взошла. Поэтому избавляться от него рано. Думаю, сделать из него твоего помощника, все знают, что помощники у нас с тобой не живут долго.

— Но как только взойдет вторая луна мы его прикончим в храме.

— Да, Теодор, ритуальный нож уже готов.

Во время диалога мужчина передвигался по комнате и в этот самый момент приблизился к окну. В стекле отразилось его лицо — и это был Алекс.

Проснулась в слезах.

В следующие дни Алекс звал меня к себе в гости, предлагал купить билеты и оплатить отель, а я со страхом отмечала, что боюсь ехать к нему. Умом я понимала, что это были просто кошмары и мужчину из сна звали Теодор, только сердце было не на месте. Алекс заметил мою нерешительность и больше не поднимал вопрос о поездке.

А у меня из головы не выходили эти дурацкие сны. Неделю спустя убедила себя, что это просто кошмары на фоне пережитого потрясения. Сны — это же плод нашего воображения, не правда ли?!

Тогда-то и состоялся разговор с родителями, и я не смогла признаться, что не буду участвовать в конкурсе, так как мой проект украли. Я сказала, что передумала и пойду учиться на кого-нибудь другого. Родители расстроились моей несерьёзностью, сказали, что виной стресс и решили дать мне время прийти в себя.

Они надеялись, что смена обстановки и тяжёлый труд прогонят из головы все ненужные мысли. А наличие свободного времени поможет мне разобраться с тем, кто я и чего я хочу от жизни.

А хотела я в тот момент лишь одного — общаться с Алексом и понять, сможет ли он стать для меня кем-то большим. Или же непонятные сны разрушат зарождающееся чувство.

Но судьба рассудила иначе, утром меня с братом отправили к бабушке в деревню, где единственным достоянием было электричество, но не интернет.

Прошло два дня в деревне. Мой брат, который всегда не мог жить без интернета, казался чересчур молчаливым и загадочным. Не то, чтобы я пыталась залезть к нему в душу и выпытать все его тайны, просто это казалось странным.

Я же напротив была нервная, дёрганная и агрессивная по причине того, что в этой дыре даже телефон не ловил. Мне не хватало душевных бесед до утра, весёлых историй, поддержки и нежности. Так хотелось чувствовать любовь и заботу и знать, что есть тот, кто не сможет жить без тебя.

«Я тебя люблю» — как мне не хватало этих слов. Я задыхалась от обилия кислорода, мне было душно, я безуспешно глотала воздух ртом, хотелось рыдать и быть рядом с ним. Все страхи отступили, оставив место тоске и ноюще-щемящему чувству в сердце. «Кажется, я тоже тебя люблю», прошептала я и слезинка скатилась по моей щеке.

Недолго думая, я решила поймать сеть, чтоб ещё хотя бы разочек на мгновение увидеть его фото и перечитать все сообщения от него. Я давно уже заприметила, одно высокое дерево у соседнего дома. Это был дуб. Он был самый высокий в округе, лезть на него было тяжело, дерево большое, могучее и древнее. Карабкаясь ввысь, я умудрилась ободрать все руки и ноги, я вся была испещрена ссадинами, но я не унывала и не вешала нос, меня грела мысль об Алексе. Добравшись до верхушки, я остановилась и перевела дыхание. С такой высоты деревня выглядела прекрасно. Подул ветер, и я отвлеклась, убирая волосы с лица. Шаловливый ветерок играл моими волосами и нежно ласкал мою кожу, я улыбнулась солнцу и помахала птицам. В этот момент я им позавидовала, они наблюдают эту красоту каждый день. Пару минут я стояла, не двигаясь под впечатлением от этого захватывающего вида, пока не вспомнила, зачем я здесь. Я быстро вытащила телефон, подняла руку вверх, но и здесь не ловила сеть. Улыбка быстро сползла с моих губ. Я начала медленный спуск обратно.

— Чёрт, — выругалась я, — падая с дерева и больно ударившись бедром о его корень.

— Ну и кто он? — ехидничал брат, спрятавшийся в тени дуба. — Тот, ради которого ты готова лезть на самую верхушку дерева, хотя всегда считала лазанье по деревьям глупостью.

— Я повзрослела, — огрызнулась я.

— Я заметил. Или ты так сильно изменилась или он особенный человек в твоей жизни.

— О чем ты? Что за глупости. Я просто хотела немного пообщаться с друзьями.

— Ну не я по ночам со стоном говорю: Алекс, Алекс, оооо…аааа…

И брат повертел пальцем у виска в знак моей болезни.

— Что ты имел в виду.

Но брат был уже далеко.

Вечером мы смотрели ТВ. Там шёл репортаж, про одного известного архитектора. Я все думала о моем Алексе.

…пропал 12 месяцев назад…

где сейчас Алекс, думает ли он обо мне…

смерть невесты стала трагедией для него…

скучает ли Алекс по общению со мной…

он мог потерять память на нервной почве…

мечтает ли Алекс о встрече, так же как и я…

если встретите человека похожего на него дайте знать..

Алекс, Алекс…

— Вот и ты, Лерик, так скоро закончишь, — брат указал на фото пропавшего архитектора на экране, — хватит мечтать о принце, — прошептал Женя и толкнул меня локтем в бок, после чего прыснул от смеха.

— Да, ты прав, — ответила я машинально, быстро распрощалась со всеми и ушла спать.

Этой ночью мне не спалось, я металась в кровати, и все думала о поведении брата. Вечером он обмолвился, что скоро уедет и просил меня попрощаться от его имени со всеми. Я прокручивала в голове последние разговоры с ним и с родителями, но так и не вспомнила ни единого намёка на его отъезд. Тут что-то не так, вертелось у меня в подсознании.

Сон всё не шёл. Было нестерпимо душно. Волосы липли ко лбу, во рту пересохло и мне казалось, что отёкшее от жары тело не помещается в кожу и кожа противно растягивалась. Мне даже показалось, что заскрипела кровать брата. Я прислушалась, он натягивал на себя джинсы, затем одел ремень, тихое шуршание, наверное, он искал майку, потом он пошёл в коридор. Там он провозился минуты две-три, значит шнуровал кеды, затем хлопнула входная дверь, закрытая изнутри.

Я обессилила от борьбы с этой духотой и любопытством и решила выйти на свежий воздух и заодно проследить за братом. Проходя на цыпочках мимо кровати брата, я заглянула в неё (я надеялась, что сборы брата мне почудились сквозь сон) и поняла, что кровать пуста. Выйдя на улицу, я услышала шаги и лязг цепей на калитке, ведущей в огород, и я подорвалась туда. Что можно делать ночью в огороде? Неужели он проголодался. Глупо. Голодные идут к холодильнику, тут что-то другое и я должна это узнать. У моего брата в последнее время слишком много секретов и мне это не нравится. Когда я добежала до калитки, мой брат уже вошёл в огород и стал пробираться сквозь заросли кукурузы. Я рванула за ним. Острые листья резали мои голые ноги и руки, я повернула назад.

Мне не спалось всю ночь, я ждала его возвращения. Около 5.00 он вернулся. Быстро разделся и притворился спящим, хотя может и уснул. Я решила проследить за ним следующую ночь.

Весь день брат ходил как в воду опущенный. Женя был очень задумчив, молчалив и печален. Он не отвечал на вопросы и витал где-то далеко. Но чем ниже опускалось солнце по небосклону, тем мрачнее он становился. А его взгляд был пронизан вселенской тоской, будто он прощался с бабушкой, со мной и со всем миром. Бабушка ничего не заметила, а у меня волосы вставали дыбом от таких мыслей. Я с трепетом ожидала вечера. Этой ночью я раскрою его секрет. Вечером я легла спать одетой, оставив рядом батник, не хотелось бы изрезать руки о кукурузные заросли.

Я лежала в кровати и считала минуты.

11.10…

11.11…

11.12…

11.13…

Мои веки налились усталостью, они становились свинцовыми, держать глаза открытыми становилось все труднее, а тело обмякло, мышцы расслабились, и я чувствовала, как сон накрывает меня. «Не спать, только не моргать», думала я с трудом удерживая веки открытыми. Когда я, обессилив от борьбы со сном и почти полностью потеряла контроль над телом, услышала, как мой брат встал с кровати. Его кровать предательски скрипнула.

Я тоже подскочила и быстро прокралась к выходу, стараясь не издавать ни звука. Брат шнуровал кеды в коридоре, кроссы я оставила уже зашнурованными, чтобы сэкономить время, и сейчас наспех в темноте делала хвост из моих длинных пышных волос. Батник я благополучно забыла, но возвращаться не рискнула, чтобы не упустить брата.

Выйдя на улицу, я ощутила холодный пронизывающий ветер, он быстро скинул с меня остатки дремы. Опомнившись, я проследовала за братом в огород. Когда дошла до калитки, брат как раз скрылся в первом ряду зарослей кукурузы. Я начала бежать, чтобы не упустить его. Я бежала, бежала и бежала вперёд. Я сотни раз проходила через кукурузные заросли на огороде, но никогда не ощущала, такую сильную боль от порезов и всё не могла понять, когда же закончатся эти джунгли? Мне казалось, что я пробежала уже целое поле или даже два. Теперь я понимаю, почему мой брат выглядел таким загадочным, у него есть тайна. Вот откуда эти круги под глазами, вот почему он молчалив и ходит с натянутой улыбкой. Произошло что-то плохое. Я остановилась перевести дыхание и посмотрела на свои руки, и ноги. Из глубоких ран хлестала кровь. Я обессилено упала на колени и хотела сдаться, но если мой брат добровольно терпит это, значит, и я смогу, значит то, что я увижу за этим полем, стоит всех этих мучений. (Сейчас, отматывая события той ночи, я все ещё задаюсь вопросом: Зачем я встала с кровати в ту ночь, почему не повернула назад в этот момент? Столько вопросов, а ответ как всегда прост. «Любопытство».) Собравшись с силами, я рванула сквозь заросли и старалась не думать о боли, и теперь, когда я контролировала свой мозг, боль и вправду потихоньку стала уходить. Заросли начали редеть, и я вышла к огромной трубе. Как бы её правильно описать, эта труба напоминала мне очистные коллекторы из американских фильмов, и как вскоре оказалось не зря. Я услышала звук шагов впереди, значит, брат вошёл туда и мне следует идти за ним. Как только я ступила в темноту, я поняла, что коллектор наполнен по щиколотку зловонной жижей, мне стало так противно, и от этого мерзкого ощущения мой желудок сразу же сжался в кулак. Я ощущала себя очень неуютно в этом сыром и вонючем месте. Касаясь стенок коллектора, чтобы не потерять ориентацию в темноте, я медленно шлёпала по воде, мне легче было идти думая, что там вода. Я шла и чувствовала, как с моих ран продолжала сочиться кровь. Шаг, ещё шаг, шаг…топ, топ… эхом впереди раздавались шаги брата.

Мои размышления прервали крик и шаги, переходящие в бег…Что-то произошло. Брат…я иду… Я перешла на бег и вдруг почувствовала что-то теплое коснувшееся меня. Я онемела. Я не могла ни вздохнуть, ни пошевелиться. Страх сковал всё моё тело. Говорят, что у страха глаза велики, подтверждаю — не врут.

Писк. Протяжный и тонкий голосок вызвал волну мурашек по всему моему телу. Я попыталась сделать шаг, но ноги мои занемели и приросли к земле, а мышцы стали тверже камня, и только пульс участился настолько, что мне казалось, что я закипаю как чайник. Есть только одно, чего я боюсь в жизни — это крысы. Они почувствовали запах крови, исходящий от меня, и стали сбегаться к добыче. Раненную жертву легче добить стаей. Я понимала, что если сейчас не соберу всю свою волю в кулак и не побегу, то они набросятся и покусают меня, и тогда без укола от бешенства мне не обойтись, хотя, судя по количеству писка, можно сказать, что уколы мне не понадобятся. Мысленно сосчитав до пяти, я побежала вперёд, собрав все силы и все мужество в кулак. Я бежала, ничего не видя, лишь ощущая, как наступаю на мягкий и тёплый ковёр из живых тушек. Сдерживая рвотный рефлекс, я бежала и бежала, поскальзываясь, теряя равновесие, ощущая, как скалятся они на меня, и пытаются вцепиться в ноги. Казалось бежала минут пятнадцать, падая, ощущая укусы и снова поднимаясь, пока не заметила впереди свет.

Выход, с радостью подумала я. Ещё пару шагов, и я на свободе.

Выйдя из коллектора, я зажмурилась, хотя все ещё была ночь, мои глаза не могли смотреть на залитый лунным светом холм. Привыкнув, я огляделась. впереди был отвесный спуск к воде, и две лодки, стоящие в камышах. В одну из лодок уже успешно сел мой брат и начал грести. Но куда он плывёт? Тут я посмотрела вдаль и увидела, что озеро круглое как блюдце и посередине озера стоит остров, на нем в свете неоновых ламп сияет город. Город??? Откуда в этом месте может быть город, подумала я и тут же у меня мелькнула мысль, почему наличие бесконечной кукурузы со стальными лезвиями вместо листьев и куча крыс в коллекторе меня ничуть не удивили, а вот город прямо-таки поразил. Всё казалось странным, не естественным и нелогичным.

Я быстро спустилась из коллектора к воде, съехав по отвесному берегу вниз, вошла в воду и почувствовала облегчение, ведь теперь мои ноги будут чистыми. Вода была кристально чистой, и я решила омыть свои раны, окунувшись с головой. За эти несколько мгновений я потеряла из виду брата, ведь в гребле он был чемпионом. Решила грести наобум, авось, у берега увижу его лодку.

С трудом добравшись на лодке до другого берега и выйдя на пирсе, я остановилась, чтоб оглядеться и не смогла сдержать эмоций, мой рот был открыт от удивления и восхищения. Город был прекрасен, в свете неоновых огней он выглядел как будто сошедший из футуристической кинокартины. В город можно было попасть через высокие кованые ворота. Узор на воротах мне показался знакомым. Стражники распахнули их, в тот миг я поняла, что это дракон, мне часто снился такой по ночам. Тело дракона было изогнуто, он стоял полу отвернувшись от зрителя, излучая грацию, величественность, красоту и наводя одновременно благоговейный ужас своей ощерившейся мордой. Его зубы были длинные и ужасны. Мурашки пробежали по всей коже, и сердце немного опустилось в груди. Чтоб как-то скрыть свой страх я поклонилась дракону на воротах и улыбнулась стражникам. В памяти всплыли сны за последние полгода — везде был дракон. Значит, моя судьба была предрешена, я попала бы сюда в любом случае. Меня это и обрадовало (возможно удачный итог поиска брата был заранее прописан в моей судьбе) и огорчило (лучше б не было всех этих сложностей).

Я подскочила, сбрасывая наваждение, надо торопиться.

Войдя я ощутила дрожь, пробежавшую по моему телу, а также лёгкое покалывание на коже и посмотрев на мои руки, я открыла рот от удивления: от ран не осталось и следа, и моя одежда исчезла. Я посмотрела на своё отражение в ближайшей луже на земле. На мне были сетчатые колготки, сапоги на высоких каблуках, и короткая меховая шуба, мои волосы, мои кудри — они пропали, и на их месте у меня был боб каштанового цвета и жемчужная заколка отправляющая короткие волосы за ухо справа.

Поняв, что мой облик сильно изменился, я испугалась. Я понятия не имею, как сейчас выглядит мой брат, какая причёска на нем, во что он одет, во что он обут. Он панк или может денди, а может…нет, он явно одетый сюда пришёл. Передо мной был вход в стеклянное здание. Навес над дверью зиждился на позолоченных тонких колоннах, все было так красиво и утонченно, что мне на секунду показалось, что я не достойна входить в столь роскошное здание. Над входом была табличка с надписью на неизвестном мне языке. Почему-то в этот момент я вспомнила Данте. «Оставь надежду, всяк сюда входящий…» прошептала я со страхом, а затем улыбнулась сама себе, иногда мне в голову закрадывается сущая ерунда. Почему я вечно думаю о плохом. Все будет хорошо, это дверь в моё маленькое приключение и за этой дверью я уверенна, нет ни одной крысы, а значит, все будет просто великолепно.

Вот так собравшись с духом, я толкнула стеклянную дверь с золотой инкрустацией в виде прекрасных роз. Войдя в здание, я немного стушевалась. Оно было похоже на холл дорогого отеля с одной стороны, но с другой стороны, из этого холла расходились стеклянные коридоры, которые образовывали лабиринты похожие на улицы. Наверное, все здания связанны между собой этими лабиринтами, но если это так, то мне будет трудно ориентироваться здесь и не заблудиться. Ничего. Только вперёд, скомандовала я себе. Я заприметила одну широкую лестницу с золотой ковровой дорожкой справа от меня. Эта лестница вела на второй этаж, и на ней было оживлённое движение. Я направилась туда, попутно рассматривая прохожих. Все мужчины были одеты в чёрные, бордовые и тёмно-зелёные фраки, им было примерно от 30 до 40 лет, они куда-то спешили и не обратили на меня никакого внимание. Я стала подниматься выше и встретила ещё одну группу мужчин в деловых костюмах. Как я поняла по акценту, они были американцами, говорили о делах и держали в руках папки с бумагами. Сплошные банкиры, подумала я. Произошла задержка, так как мне тяжело было обойти их.

«Я теряю драгоценные секунды» — проскользнувшая мысль придала мне ускорение, и я стала расталкивать их локтями, и подниматься дальше. На лестнице я увидела парня арабской внешности в тюрбане на голове. Он был одет в красную рубашку и светлые штаны. Это был прекрасный молодой мужчина лет двадцати шести. У него были карие глаза цвета шоколада. Глаза обрамляли густые чёрные ресницы, что создавало умопомрачительный взгляд. Как и многие арабы, он имел аккуратно подстриженные усы и бородку тёмного, почти чёрного цвета, что в контрасте с его смуглой кожей, делало этого жгучего брюнет настолько притягательным. Он выглядел очень контрастно на фоне мужчин во фраках и костюмах, его отличало все: и возраст, и внешность, и одежда, и национальность. Когда он поравнялся со мной, он произнёс, что-то на своём родном языке, но я его не поняла. Я лишь поняла «Фархад», наверное, это его имя.

Мне на секунду стало жаль, что я не могу ему ответить, возможно он бы помог мне. А может и нет, я ничего не знаю об этом месте. И мне нужно привлекать к себе как можно меньше внимания. А ещё нужно что-то сделать со своим внешним видом.

Поднявшись по лестнице, я снова ощутила шок. Я была все ещё под куполом, но здесь как в муравьиной ферме размещался целый город. Ощущение сложилось такое, будто бы я только вышла из метро где-нибудь в центре Чикаго. Я стояла на тротуаре и, поражённая видом, хлопала глазами. Справа от меня стоял фонарь, а слева в метрах 15 стоял парень и продавал газеты. впереди была дорога, по которой ездили старые машины и жёлтые такси, а мужчины и женщины, идущие по городу, были одеты в костюмы времён Аль Капоне. На другой стороне дороги были высокие здания, похожие на небоскрёбы, но количество этажей было намного меньше. Я прошлась по тротуару вдоль дороги, стараясь не смотреть на людей, так как мой вид меня немного смущал. Я заглянула в витрину с несвойственными для той эпохи платьями. За витриной я заметила, что это не магазин, а переход. Я мысленно назвала коридоры, соединяющие здания переходами. Спустившись в переход, я попала в ресторан, где женщины сидели в длинных вечерних платьях, увешенные бриллиантовыми колье, курили сигареты, вставленные в клобуки, и пили шампанское. Их спутники были во фраках. Сбоку от столиков была дверь, я сиганула туда, стесняясь своего откровенного наряда и шпилек. (шпилек никогда не носила, но эти, к моей радости, даже не ощущались на ноге) Этот коридор выглядел как проход между магазинами в торговом центре. Слева и справа находились магазинчики парфюмерии, косметики и прочего. Я зашла в один магазин для того, чтобы снять вызывающий макияж, который был на мне. Воспользовавшись пробниками, я быстро сделала себе приличный макияж, так же в этом бутике мне предложили накладные пряди, для создания более женственного образа. Я с радостью подцепила эти пряди под своим бобом и уложила их у большого зеркала. Девушки поднесли мне шпильки, невидимки и заколки, чтобы помочь закрепить причёску.

— Не волнуйся, сказала одна из них, на острове всё бесплатно, всё — кроме любви.

Я улыбнулась ей с благодарностью и постаралась как можно быстрее выйти оттуда, так как стала привлекать внимание прохожих. В меня тыкали пальцами и говорили «свеженькая». Это звучало мерзко и отвратительно и мне захотелось сбежать. Вспомнила мерзкие шуточки и «комплименты», которые отсыпали некоторые мужчины в приложении для знакомств.

Захотелось принять душ и переодеться во что-то подходящее.

Уточнила у милой девушки, распространяется ли «всё бесплатно» на одежду и обувь, памятуя о том, сколько мошенников в моем городе предлагает якобы «бесплатные» услуги и сколько страшных историй я слышала от знакомых. Получив утвердительный ответ, стала сканировать остальные магазинчики на предмет одежды и обучи. Увидев магазин одежды, я побежала выбирать себе наряд. В этом магазинчике я нашла нежно голубое винтажное платье в мелкий цветочек и туфли без каблуков — балетками назвать их было сложно. Я бы предпочла кроссовки, но их нигде не было. Подозреваю, что я их и не найду. Посмотревшись в зеркало, я оценила свой облик и отметила, что хорошо выгляжу хоть и не спала этой ночью. Теперь можно искать брата и не привлекать внимания.

Пройдя по очередному коридору, я вышла к развилке, выбрала новую дверь и снова шла, это длилось примерно с час. Было безлюдно, возможно не стоило входить в неприметные двери.

Стояла на развилке и снова смотрела на двери, бесконечные двери, ведущие к разным переходам. А что дальше? Снова двери и снова переходы. Наверное, я устала, потому что чувствовала, что меня начинает раздражать этот бесконечный лабиринт. И кажется, я окончательно заблудилась.

Когда я решила повернуть назад, то поняла, что очутилась в большом зале. Пол, стены, потолок, сотни лестниц в этом зале были из стекла. Стены подсвечивались лампами изнутри, и помещение было залито золотым светом. Здесь было множество людей, всех национальностей и рас. Они шли куда-то, на них были джинсы, майки, кардиганы. Прямо все иконы стиля собраны в одном большом не то зале, не то холле. Так же я заметила, что все мужчины достаточно красивы. Девушек же в этом холле не было вообще потому я почувствовала себя неловко являясь единственной девушкой в толпе парней.

Мамочки, куда я попала. Я хочу домой.

— Женя, — позвала я тихо, скорее простонала. Накрыло осознание того, что, я неизвестно где, неизвестно как отсюда выбраться, да и неизвестно, что мне делать. Обычно, главные героини книг теряют сознание в таких моментах, а их герои спешат на помощь.

Только я была героиня не любовного романа, а хоррора, потому что мужчины резко застыли и повернулись в мою сторону, мне это не понравилось и показалось странным. Их глаза засветились диким азартом. Затем они все стали идти на меня и повторять «свеженькая». Я вспомнила фильмы про зомби — апокалипсис и испугалась не на шутку. Это, пострашнее полчища крыс будет. Что мне делать с толпой мужчин и что они хотят со мной сделать?! Варианты были один страшнее другого. Я развернулась и побежала к входу в холл, выбежала в коридор, я захлопнула за собой дверь. Затем, рванула в правую дверь, надеясь, что там будет что-то другое. Я снова очутилась в прекрасном ресторане. Стены ресторана были стеклянные, но на этот раз в них были замурованы живые цветы и нисходящие водопады. Зал ресторана выглядел как амфитеатр, на каждой ступени стоял ряд круглых столиков в стиле прованс, на столах стояли изумительные цветочные композиции и свечи в кованых подсвечниках.

Я быстро поднималась по ступеням вверх, ища выход. Верхняя ступень вела к распахнутым дверям на балкон. Балкон был белый, по краям дверей были мраморные колонны и статуи прекрасных нимф. Я взглянула за пределы балкона. Вид был прекрасным. Лунный диск, немного спустившийся на небосклоне, купался в облаках и отражался в озере. На той стороне озера виднелся прекрасный лес, а за ним горы. Само здание стояло на отвесном берегу уходящим под прямым углом в воду. Я попыталась посчитать этажи. Мы были на шестом, а дальше отвесная скала.

— Чудно, — произнесла я.

Недолго думая, я схватила штору у двери и дёрнула на себя изо всех сил. Пока посетители ресторана обдумывали и искали источник шума, я быстро завязала штору за перила балкона и спустилась по ней на этаж ниже. Там балконная дверь была закрыта, зато соседний балкон был открыт. Я начала раскачиваться на шторе, она была скользкая и мои руки начали быстро съезжать вниз. Я рисковала сорваться в воду, разбившись о прибрежные камни. Дурацкий план, промелькнуло в голове. Но почему логика включается так поздно. Не могла что ли прийти на этапе задумки, а не сейчас, когда я рискую умереть. Еле удерживаясь за край шторы, молясь всем богам о помощи, я изловчилась и, постаралась отлететь вправо как можно дальше, больно приземлилась на балкон. Будет синяк, подумала я. Определённо, завтра будет синяк на пол бедра.

Я услышала шум сверху. Некогда медлить, я всё ещё в опасности. Посмотрела вверх, шторы не было. Страх сковал меня, то есть ещё бы миг и бы могла упасть в пропасть вместе со шторой. Вскочила, забежала на балкон и закрыла за собой дверь, возможно они не заметят пропажу шторы и не свяжут это со мной.

Снова дверь. Как же мне они надоели. Я её открываю, а впереди насколько хватает глаз белый пустой коридор как в больнице. Я вошла в него и стала идти вперёд. Стены не были стеклянными, и ощущение одиночества пугало меня. Но я решила идти невзирая ни на что, спасаясь от погони. Через минуты пятнадцать меня накрыл страх, и я начала бежать вперёд, надеясь, как можно скорее выбраться из этого ужасного коридора. Я бежала и бежала, но он, кажется, был бесконечным. Когда я выдохлась из сил, я остановилась. Стены давили на меня. Слезы сами брызнули из глаз. Я начала молотить кулаками в стену, но это не помогло. Звук явно давал понять, что стены тут глухие и толстые. Меня никто не услышит.

— Не найдёт и не спасёт, — подсказало сознание.

Возвращаться назад не хотелось, но и вперёд идти не было сил. Я развернулась спиной к стене и бессильно сползла по ней. Началась паническая атака, я хватала воздух ртом, а потом меня накрыло. Минут пять я рыдала, опустив голову на колени и закрыв её сверху руками. Говорят, со слезами женщины скидывают стресс. Утверждаю, так и есть. Мне стало намного лучше: усталость ушла, голова прояснилась и тело немного отдохнуло.

— Самая тёмная ночь перед рассветом, — сообщил голос в моей голове.

Встала, выдохнула, взяла себя в руки, отёрла слёзы и убедила себя, что выход где-то рядом. Чем больше хочется сдаться, тем ты ближе к победе. А я больше не сдамся. Теперь я шагала уверенно вперёд, высматривая малейший признак двери в стене. Я ненавидела этот остров, я ненавидела эти переходы, мне хотелось на улицу на свежий воздух, я начала убеждать себя, что только дура отправится в такое место ночью одна, и почти согласилась с собой, как вдруг увидела впереди что-то похожее на ручку и побежала к ней. Дверь была не закрыта. А за ней был маленький коридор с восемью новыми дверями. Я была готова разреветься снова.

Когда же закончится, этот бесконечный лабиринт. Как здесь живут люди то?! Они ещё не по сходили с ума, или это я сумасшедшая и это галлюцинации, возникшие в моей голове, а я все ещё лежу в коме, после падения потолка.

Пока я шла и размышляла о своей нормальности и реальности происходящего, произошло кое-что необычное.

— Налево, — сказал неизвестный голос.

Я беспрекословно ему подчинилась, открыла дверь и оказалась на улице под куполом.

Тут были дома с неоновой подсветкой, вывески, театры, кафе, рестораны и люди, много, очень много людей. Я выдохнула с облегчением. Мне нужно было о многом подумать, поэтому я шла, не разбирая дороги, все дальше углубляясь в лабиринт улиц острова и все больше теряя надежду отыскать брата. Когда я потеряла вереницу своих мыслей, я уставилась на своё отражение в витрине и поняла, что нахожусь в безлюдном переулке. В отражении была я, только я снова была на высоких шпильках, в короткой юбке, сетчатых колготках и меховом полушубке с короткой стрижкой и ярким макияжем.

— Опять я выгляжу как девушка полусвета, — не успела договорить я, так как посмотрела на себя и увидела, что на мне платье в цветочки и туфли, те самые без каблуков.

— Блин, — выругалась я.

Возле меня, непонятно откуда, вырос молодой человек. Это был высокий брюнет лет 28–29 одетый в джинсы, туфли, джемпер и кашемировое пальто. У него была брутальная бородка и стильные очки в чёрной оправе — этакий интеллектуал. И очень добрые, но грустные глаза.

— Это потому, что Вы пришли сюда впервые — сказал он и учтиво поклонился мне. Витрины всегда будут отражать частоту ваших визитов, как бы вы не преобразились в городе, волшебные витрины раскроют правду. Поэтому маги держатся от витрин подальше, никогда не знаешь, какая из них зачарована драконами. Советую Вам держаться около витрин пока не найдёте человека, которому можно будет доверять. Хотя вряд ли здесь есть такие.

— Откуда вы знаете, что я здесь впервые? — Вырвалось у меня, хотя я не была намеренна продолжать с ним разговор.

— Это не такой уж и большой город и тем более девушки здесь появляются редко.

Тут на его лице появилось странное подобие улыбки.

— Не большой город?! Да это целый лабиринт. И, чёрт возьми, я хочу отсюда убраться как можно скорее. Я сыта по горло этими переходами.

— Почему?! Вы столько преодолели, чтобы попасть сюда и после всего хотите так быстро уйти. Неужели, желание уже сбылось, и Вы успели разочароваться в загаданном, всего лишь за пол ночи.

— Какие желания, что за бред?

— Бред, говоришь.

Он коршуном подлетел ко мне, заставив вжаться в стену. В глазах сверкали молнии, казалось он убьёт меня одним лишь взглядом.

— Такие желания, как власть над миром, воскрешение умерших, вечная красота и горы денег. Те, за которыми все сюда мчатся и по неопытности заключают сделку и платят за каждую секунду исполненного желания, годами жизни и душой. А кто-то расплачивается за чужие амбиции и не получает ничего.

Так что ты загадала, чтобы умерла соперница или стать мисс мира? А может вечные богатства, миллиарды евро в банке?

Меня пробирала дрожь, мужчина желал меня ранить, надавить на больное, найти мои слабости. Наверное, потому что он очень страдал. Если то, что он сказал правда, и если это совместить с его поведением, то можно сделать лишь один вывод — его использовали и предали.

Поэтому я не дам ему такой возможности, он не сможет развлекаться за мой счёт, выместив всю обиду на мне.

— Я пришла сюда за братом, — отчеканила я, — он приплыл сегодня на лодке, и я не уйду без него. Нет у меня никаких желаний кроме этого. Мне пора.

Я развернулась, и поняла, что не имею понятия куда идти.

Мужчина прожигал мою спину взглядом, а я прикидывала как попросить его о помощи.

— Называй меня Дэвид, тут все придумывают имена. Называть настоящее имя опасно.

— Тогда Вики, почему же называть своё имя опасно? (одногруппники часто называли меня Википедия, за мои обширные знания. А потом сократили, так я стала Вики.)

— На этом замешана магия острова, если назовёшь настоящее имя, не сможешь уйти. Есть много способов привязать человека к острову, и настоящее имя один из них. Ещё нельзя влюбляться, давать непонятных клятв и идти учиться в ковен магов. Поэтому, если ты не врёшь, то сегодня попадёшь обратно и забудешь это приключение.

Ты правда пришла сюда за братом?

— Да. Сначала, он ушёл прошлой ночью, думаю, что сюда. Вернулся смурной, смотрел таким взглядом, будто с жизнью прощается и тем миром. А этой ночью я пошла за ним, но потеряла его из виду на подходе к городу. Мне нужно его найти.

— Как ты собралась искать мужчину в городе, где никто не называет своего имени?

— Я буду ходить по городу и расспрашивать всех, не видели ли они моего брата. В конце концов ты сказал, что город небольшой.

— Город можно назвать маленьким, если искать женщину, мужчин же здесь довольно много. Плюс есть очень много мест куда женщинам ход запрещён, а мужчины живут там в изоляции. И самое страшное, мужчины часто и бесследно пропадают. Ты очень мужественная, раз добралась сюда сама, однако найти брата ты не сможешь, отправляйся домой и забудь об этом месте.

— А если брат не вернётся?

— Тогда закажи панихиду и продолжай жить дальше. Он уже не сможет покинуть остров никогда.

А если и ты не уберёшься, то вы оба сгинете здесь.

По лицу поняла, что это правда. Во мне боролись любовь к брату и здравый смысл.

С одной стороны, нет гарантии, что я смогу найти брата, а найдя вернуться домой, а с другой стороны, совесть не позволяла мне сдаться и бросить его. Я понимала, что на острове, что-то происходит, и где-то в глубине души зрело осознание, что я должна остаться здесь.

Я брела за Дэвидом и думала, как же мне уговорить его стать моим помощником в поисках. Что ему предложить за помощь, и захочет ли он помочь.

Он повёл меня по шумным улицам и переходам, показывая рестораны, магазины косметики, неоновые вывески и старые автомобили времён 1920 года. Как оказалось, почти во всех переходах есть двери, ведущие на улицу, двери эти тщательно замаскированы, видно никто не хочет, чтобы горожане выходили на свежий воздух. Я упросила моего гида выйти подышать, сославшись на головокружение от нехватки кислорода. Видно сказались долгие прогулки по лабиринтам.

Как я узнала позже, в некоторых частях города, снаружи был только снег и редко где можно встретить заблудших горожан. Мы шли, и я с интересом разглядывала здания. Они были все разные, но их объединяло одно, это были сооружения из стекла и металла. Мне казалось, что прогулка длилась вечность, но некоторое время спустя мой гид подвёл меня к воротам и сказал:

— Тебе пора.

Я вздрогнула, мне нельзя уходить, мой брат не вернётся, и он в опасности. Почему я так решила, я не знала, однако знала, что именно здесь и сейчас решается моё будущее.

— Смотрите, — один из стражников указал на небо. Там на секунду из-за тучи показалась вторая луна и послышался странный звук.

Источником звука были ворота, которые закрутились в воронку и исчезли.

— Опоздали, — сказал Дэвид.

И я поняла, что судьба всё решила за меня.

А тем временем на небе взошла вторая луна. Увидев её, Дэвид напрягся и начал движение в сторону города. Я замешкалась, не зная, что делать дальше.

— Не стой столбом, пошли отсюда. Мы и так привлекли ненужное внимание.

Я не стала спорить и спрашивать куда. Я повиновалась ему и быстро засеменила следом. С трудом поспевая за его размашистыми шагами.

Пришли мы в район, где проживали бедняки. Люди жили в маленьких домах с покосившимися крышами, домики жались друг к другу, ища опору. Узкие улочки, на которых никогда не разминутся две повозки и горы нечищеного снега. Единственный фонарь на всю округу давал тусклый свет, навевающий ещё больше грусти и безысходности. Я поёжилась. Хотя Дэвид и повёл себя как джентльмен, отдав мне пальто, мне всё равно было холодно. Он же отказался идти за курткой для меня, ибо скоро рассвет и все магазины закрыты. Мы свернули к одному из домов и подошли к двери.

Дэвид позвонил в дверной звонок.

— Ахмед, открывай, — крикнул он.

На пороге появился смуглый мужчина со следами усталости на лице.

— Я думал ты погиб, — в голосе слышались нотки беспокойства.

Потом он заметил, что его сосед пришёл не один, привстал на носочки и заглянул через плечо Дэвида на меня.

— Она поживёт с нами, а в следующее полнолуние я отправлю её домой.

— Дэвид, не может быть, — в его глазах читалась смесь шока с чем-то ещё, кажется это была надежда. — А может она та самая.

— Нет, но мы всё равно это проверим. Постели ей в моей комнате, а я буду спать на кухне.

— Не надо, — подала голос я, — не хочу вас стеснять, я могу спать где угодно. Тем более я вряд ли усну этой ночью.

Мужчина пропустил нас в дом, комнатки хоть и были маленькие, но очень уютные и чистые.

Меня положили на кухне, на маленьком диванчике. Думала, что не усну, столько событий выпало на одну ночь, но коснувшись подушки уснула сразу.

Утром, хотя часы показывали около одиннадцати утра, я встала и принялась за ревизию холодильника и шкафов.

То, что эти двое жили скромно, было и так ясно, но то, что ели всякую гадость я тоже определила по остаткам еды. Вчера видно не хватило времени на мытье посуды. Я наскоро приготовила завтрак.

На запах еды и свежезаваренного кофе подтянулись мои новые соседи по дому.

— Сначала завтрак, потом поговорим, — кинул Дэвид.

Как только завтрак был окончен, мы переместились в комнату Дэвида, где были удобные кресла и стол.

Я рассказала свою историю начиная с той ночи, как брат впервые отправился сюда, затем его поведение на следующую ночь, будто он прощался с нами и о том, как последовала за ним.

Рассказ не занял много времени. Дэвид же говорил дольше. И история вырисовывалась неприятная.

Каким-то образом магия острова заманивала сюда людей из моего мира, обещая исполнение желаний. Открывался портал в полнолуние на несколько часов. Путь к острову у каждого был свой. Кто-то шёл один, Дэвид прибыл с другом — Максом.

По прибытию на остров, можно было пройти тест на способности, если ты был достоин, то была возможность стать магом.

Маги — высшая каста, они живут в лучшем районе, у них все лучшее. Остальные же, получают всё или ничего исходя из своих навыков. Заветное желание, ради которого все прибывают, сбывается, но как-то кособоко. Хотел быть богатым — поселишься в районе бедняков, и все будут тыкать в тебя пальцем — богатей идёт. Вместо красоты — получишь в окружении уродин и так далее.

Тут меня начала беспокоить мысль, что просил и что получил брат. Дальше Дэвид зачитал мне список правил и требований, рассказал, как себя вести, чтобы не выделяться.

Приняли решение, что утром, пока весь город отсыпается — он учит меня, проверяет на магию. Вечером он ищет брата сам. Как только я начну походить на местную, смогу составить ему компанию и брата искать будем вместе. Но это только на месяц.

Через месяц в полнолуние я ухожу, не важно с братом или без. Я поблагодарила и по возможности зарисовала портрет брата.

Прошла неделя. Поиски на давали результата. Я практически постигла азы, и должна была на следующий день отправиться с Дэвидом в город.

Я ждала этого момента, потому что казалось, будто именно сегодня я найду брата. Мы прочёсывали квартал за кварталом. Дэвид встречался со странными людьми и расспрашивал о прибывших в полнолуние. Их было много, но пока никто не подходил под описание.

Дэвид отвлёкся на разговор, я почувствовала, что меня как магнитом тянет вправо.

Я пошла по направлению этого зова и увидела ЧУДО. Это было здание, и оно напомнило костёр. Металлические балки соединялись в пирамиду, а стеклянная конструкция в этой пирамиде напоминала языки пламени. Неоновые огни-подсветка помогли ожить этим языкам пламени, и они выглядели устрашающими издалека, но в то же время они притягивали и завораживали. Костёр так изумительно пылал в ночном свете, он выглядит таким манящим и притягательным, он звал меня. Я, как мотылёк, шла очарованная этим искусственным пламенем прямо к зданию. Из моего минутного помрачения меня спас Дэвид, схватив крепко за плечо и развернув к себе.

— Ты что с ума сошла, тебя там встретят с распростёртыми объятиями. В этом здании, собираются все маги острова. Они будут рады получить новую жертву и промыть тебе мозги.

Из здания вышли мужчины в чёрных балахонах как у смерти и пошли по улице, оглядываясь по сторонам. Один из них кажется, заметил меня.

Дэвид схватил меня за руку и затащил в какую-то неприметную дверь. Мы оказались за витриной, через неё мы видели, как один из магов отделившись от группы пошёл в нашем направлении к витрине. Дэвид закрыл глаза и что-то прошептал. Витрина была узкая, мы стояли очень близко друг к другу, но я ничего не услышала, может он молился. Когда я повернулась к нему, ища ответ и помощи в его глазах, мы больно ударились лбами, я хотела что-то сказать, но он зажал мне рот ладонью, схватил за руку и мы побежали на шумную улицу теряясь в толпе.

— Мне казалось они нас заметили и почти поймали.

— Так и было.

— Подожди, то, что там случилось, ты маг?

— Никогда и никому не говори таких глупостей.

По голосу я поняла, что он маг, но никто не должен об этом знать. Да и кому я могу сказать.

Мы шли снова по долгим переходам, и я задала вопрос, мучивший меня давно.

— Как ты разбираешься в переходах, у тебя в голове карта или ты живёшь тут вечность?

— Я — архитектор, и если уловить некоторые закономерности, то в принципе, всегда можно рассчитать куда идти и никогда не заблудишься.

— Расскажешь?

— Конечно, хотя надеюсь, что скоро смогу вернуть тебя обратно.

— Об архитектуре, мне надо для учёбы. Нужен проект для конкурса.

С тех пор наши совместные часы разнообразились лекциями об архитектуре, интересными практиками и тестами на магию.

Было забавно учиться в этом мире, без компьютера и софта. Но Дэвиду удавалось даже при помощи чертежей, расчётов, схем, формул объяснить мне всё. А ещё я узнала, что не так уж и идеальны мои знания. В своём проекте я умудрилась допустить грубую ошибку и не заметила это.

Осознание того, что грант мне не получить в любом случае меня расстроила, но и ободрила тоже.

Не думайте, что мною овладело ехидство и злорадство, что Игорь, укравший мой проект, останется с носом. Вовсе нет.

Грела сердце другая мысль, что, если все пройдёт удачно и я вернусь домой, я смогу сделать новый проект, он будет лучше, интереснее и основан на других расчётах.

А ещё меня беспокоило то, что Дэвид чем-то ещё занят по ночам, что-то ищет или расследует. Но в его дела я не лезла, в конце концов мне скоро уходить.

Как не прискорбно это звучало, но брата я так и не нашла за целый месяц и уже сегодня должна буду вернуться назад. Однако судьба распорядилась иначе, вновь внеся свои коррективы.

Я переминалась с ноги на ногу ожидая возвращение мужчин, обед давно остыл и нам давно пора было выдвигаться к воротам. Что-то произошло и это событие было из ряда вон выходящих. Дэвид не из тех людей, кто нарушает свои обещания.

У порога послышался шум, как будто тянули что-то тяжёлое, я подскочила к двери.

Ахмед втащил Дэвида, точнее то, что от него осталось. Тело было обожжено, лицо мертвецки бледное.

— Надо замести следы во дворе, кивнул Ахмед. Я побежала на улицу пытаясь метлой и подручными средствами скрыть следы волочения и затереть капли крови. Когда двор был приведён в порядок, забежала в дом и замыла пол там. В комнату меня пустили позже, когда от раны на груди Дэвида остался только шрам.

Ну да, ну да, они не маги и я не должна говорить глупостей.

— Вики, давай я тебя отведу к воротам, тебе надо торопиться.

— Что произошло?

— На нас напали, это из-за расследования. Здесь не любят тех, кто задаёт вопросы. К сожалению, с Дэвидом ты попрощаться не сможешь, он уснул. Я тебя провожу, если ты сегодня не уйдёшь отсюда, он меня убьёт.

Раздался стук. Ахмед тенью проскользнул к двери и припал к глазку.

— Они выследили нас, мы погибли.

— Спускайся вниз, Ахмед. Ничего не было, Дэвид был дома со мной. Скажи, вас видели? Есть свидетели?

— Нет.

— Тогда настаивай, что Дэвид был дома, а я попробую, что-то придумать.

Ахмед ушёл. А я стянула с Дэвида одежду, разделась сама и юркнула в постель. Стала тормошить Дэвида и молиться чтоб он проснулся. Шаги нескольких человек приближались. Было слышно, как Ахмед говорил, что его друг сидел весь вечер дома.

Дэвид открыл глаза и был немного дезориентирован. Я зажала рот и прошептала: «подыграй».

Сама же набросилась на него с поцелуем. Именно в этот момент дверь отворилась. Я оторвалась от сладких губ, взвизгнув как настоящая леди, подтянула одеяло под самый подбородок.

— Что вы себе позволяете?

— Магическая проверка.

Благодаря моему обману проверка быстро удалилась, ибо остывшая еда и голые мы свидетельствовали о том, что в кровати мы провели довольно длительное время.

Хотя допрос был долгий, беспощадный, бесполезный.

К порталу мы уже не успевали.

Дэвид был зол, я счастлива, что смогла спасти его. Хотя и стыдно мне тоже было. Лежать практически голой в кровати с малознакомым мужчиной, пусть даже он и нравился мне.

А ещё смогла стребовать с него признание. Оказалось, есть легенда, согласно которой, можно освободить остров и спасти всех его жителей. Вот именно поиском и расшифровкой этой легенды Дэвид как раз и занимался.

Так как впереди маячил ещё месяц вместе, я предложила мою помощь в поиске легенды.

Также попросила Дэвида продолжить уроки по архитектуре.

В следующие две недели занятий, что-то изменилось в Дэвиде. Будто он нашёл цель в жизни, из глаз стала уходить тоска, и смотрел он на меня с такой нежностью, что, каюсь, иногда хотела его снова поцеловать.

А ещё я принялась за проект. Дэвид направлял, подсказывал, объяснял и помогал мне, когда я заходила в тупик. Чертежи приходилось делать от руки, выходило местами плохо, приходилось много переделывать. Думаю, мы оба нашли утешение в чертежах в этом мире.

Я даже предложила ему учить студентов, Дэвид рассмеялся, сказав, что, если он отсюда выберется так и поступит. Потому что если все студенты такие любознательные как я, то он сможет их многому научить.

Шли дни, а поиски брата не приносили результата, он как будто и не появлялся на острове.

Через полторы недели (за три дня до полнолуния) был какой-то приём. Дэвид очень сильно стремился туда попасть, считай посетить библиотеку на предмет поиска пророчества, но так как без спутницы вход был закрыт, сопровождать его вызвалась я. Я хотела отплатить ему за все, что он сделал для меня.

Дэвид достал для меня винного цвета платье, струящееся по телу и подчёркивающее мою фигуру. Когда были окончены макияж и причёска из зеркала на меня смотрела неизвестная леди: стройная, грациозная и неимоверно красивая. Когда же я предстала перед Дэвидом, показалось, что остановилось время. Я смотрела на него, узнавая и одновременно не узнавая его. Он был красив, божественно красив, его должны звать Давид, как статую. Он смотрел на меня восхищенным взглядом. И именно в этот момент я поняла, что влипла. Я влюбилась.

В назначенный час мы пришли к особняку. Так как решили не брать тратиться на транспорт, прошли к особняку через парк. Я любовалась припорошенными кустарниками и причудливыми статуями горгулий в парке. Засмотрелась на одну из статуй и отстала. Когда Дэвид меня нашёл, произнёс:

— Осторожно, говорят нескольких гостей до сих пор ищут в парке.

Посмотрела на Дэвида, он не шутит и все это мероприятие очень серьёзное и опасное. Собралась и вела села себя как достойная леди, которая каждый день посещает подобные приёмы.

Мы много улыбались, общались, старались попасться на глаза всем гостям в особняке, чтобы никто не мог вспомнить, когда он нас видел, создавали себе алиби. Далее, Дэвид отправился на дело один, а я ещё мелькала то там, то тут в обществе местных кумушек.

Затем подхватив бокал с соком направилась к колоне, где и должна была дожидаться своего кавалера. Я заняла удобную позицию в тени, где меня не видел никто, я же видела всех и вся.

Меня привлёк один разговор. Сначала, резануло имя Юджин, потом мне показался знакомым и голос говорившей. Я так увлеклась припоминанием того, где я слышала этот голос, что не заметила возвращение Дэвида. Он приобнял меня за талию, и наклонился чтобы прошептать что-то мне на ухо. Я приложила палец к губам, заставив его прислушаться.

— Ты знаешь её?

— Это Дея, подающий надежды маг. А ты её откуда знаешь?

— Давай уйдём отсюда, — прошептала я и потеряла сознание.

Пришла я в себя уже дома, хозяин особняка предоставил нам транспорт, чтобы добраться домой, решив, что беременной леди не стоит ходить пешком. Не стоило пить только сок на приёме.

Дэвид смотрел на меня выжидающе.

— Рассказывай.

— Ты, возможно, сочтёшь меня дурой, но ты веришь в сны?

— Возможно, ближе к делу.

— Это случилось задолго до моего появления здесь. В тот день меня бросил парень…..

И я рассказала об потолке и о странном сне, где брат общался с девушкой в зеркале.

К концу рассказа Дэвид выглядел задумчивым.

— Что ж, если предположить, что то, что тебе приснилось — правда, то у меня для тебя есть пара новостей. Нет, подожди, не хочу тебя обнадёживать. Юджин, значит. Я кое-что проверю и вернусь через пару часов. Если всё так, то мы нашли твоего брата.

Не буду говорить, что следующие часы превратились в пытку. Я уже отчаялась найти брата, а случай мне принёс новую подсказку.

Еле дождалась возвращения, Дэвида. Казалось время как назло медленно шло, а секундная стрелка на часах сломалась. Сидеть на месте не было сил, душа и тело рвались действовать.

— У меня для тебя две новости, последнюю я конечно мог бы не сообщать, но я не хочу лишать тебя выбора.

Первая новость. Я нашёл твоего брата и вечером устрою вашу встречу.

Я даже догадываюсь как его заманили сюда. Если хочешь узнать расскажу свои догадки. Либо дождись встречи с ним.

— А вторая новость?

— Я думаю, что мы можем спасти его, меня, Ахмеда и остальных. Спасти всех. Только это будет тяжело и опасно.

— Рассказывай всё по порядку, и о причинах, приведших брата сюда и о возможности избавления.

— Вики, а когда твой брат был у врача последний раз?

— За три месяца до того, как мы попали сюда, он проходил исследование, сказали, что все в порядке.

— Сказали или вы видели результаты исследования?

— Нет не видели, брат потерял результаты, папа немного ругался, мама назвала растяпой, но так как он был здоров об этом забылось. А почему ты спрашиваешь?

— Думаю, дело было так: Твой брат почувствовал головные боли, его мучили кошмары, и он пошёл на обследование. Там ему сказали, что у него опухоль или рак. Он очень любил семью и не хотел, чтобы вы переживали, поэтому он «потерял» анализ и сказал, что все хорошо.

Врач сказал, что шансов нет и ему осталось немного. Он был настолько потрясён этим и не учёл одну маленькую деталь: его не отправили на другие анализы, не прописали лекарства, поставили диагноз и якобы отпустили умирать.

Далее, во сне к нему явилась Дея, очаровала его, постаралась влюбить и предложила полноценную жизнь, здесь на острове. Он отказался, но задумался. Затем с тобой случилось то событие, ты не приходила в себя. Брат метался и не находил места: если вы оба умрёте, родители не переживут этого.

А ночью вернулась Дея. И сказала, что твоё исцеление в обмен на его уход сюда, она так сильно его полюбила. На острове он сможет жить, и ты будешь жива. А ещё Дея сможет магией уменьшить боль от его ухода, и родители не будут сильно страдать. Кусочек их разговора ты и увидела во сне.

— То есть все из-за меня? А ты хотел, чтобы я его бросила тут.

— Вики, ты тут не причём, на острове что-то замышляется. Ты же знаешь, что я часто отлучаюсь, и что я связан с неким магом — Максимилианом.

— И как это связано.

— Ночь откровений, — улыбнулся Дэвид. Я расскажу тебе правду.

Я ранее не говорил тебе, но на острове не спокойно. Намечается переворот и возможно война. Есть некий маг, известный в узких кругах как Теодор, он стремится получить власть над этим островом и его магией. Мы не знаем кто он, и кто на его стороне, только стали пропадать маги, сильнейшие маги. Я думаю, их использовали для ритуалов и сейчас все жители в опасности. Поэтому я хочу, чтобы ты поскорее уехала отсюда — домой.

Я подозреваю Макса в убийствах и соучастии. В те периоды, когда пропадали маги у Макса были выявлены скачки сил, он становился сильнее. Тела не нашли. Мы с Ахмедом с ног сбились в поисках. Все очень запутано, но я почти уверен, что он убийца. Прямых доказательств нет, если б были я его засадил уже давно.

— А может ли быть такое, что умерев в этом мире, тело возвращается в свой мир.

Ведь это было бы логично. Я стремлюсь вернуться домой и ты, мы чувствуем, что не принадлежим этому миру, может неживое как раз быстрее преодолевает пространство?

— Интересная теория, Вики, я накидаю тебе список имён, а ты их проверишь, когда вернёшься в свой мир. И ответишь мне, когда мы снова увидимся.

Вот мы и подошли ко второй новости. Я смог добыть пророчество. И если, твой сон верен, то ты и есть девушка из пророчества, которая может спасти этот мир. В пророчестве говорилось, что только чистая душа придёт по своей воле, и в небе в полнолуние зажжётся вторая луна. И прийти тебе надо за частицей тебя — брат часть тебя, кровный родственник. Далее тебя ждут испытания, и ты сможешь попросить о желании. Если ты попросишь о спасении, то спасёшь всех.

Я конечно же не стал бы настаивать на том, чтобы ты вернулась и спасла нас, но тут воля твоя. Не буду тебе запрещать, ибо переживаю за тебя, но если надо жизнь положу на то, чтобы помочь тебе спасти всех.

Я думала, много и долго осмысливая, всё, что узнала. А ещё мне было интересно, почему в пророчестве нельзя написать иди налево, сто шагов, поверни, потом ещё пятьдесят и ты у цели. А ещё, что в выполнении данной миссии ни одно живое существо не пострадало. Никто же не берет в расчёт, что мне элементарно страшно, страшно быть человеком из пророчества. От меня ждут ответственности, великих свершений и серьёзных решений.

Так незаметно подкрался вечер, и мы направились на встречу с братом, пришли в салон красоты. Я не верила своим глазам. Мой Женя сидел в роскошном клетчатом костюме и делал укладку. В данный момент он выглядел на миллион.

— Юджин, — жалобно позвала я.

Я хотела рассказать брату обо всём: как мне было страшно и одиноко в белом коридоре, как я устала его искать, и как я хочу вместе с ним уйти домой, как я провела эти два месяца и как сильно его люблю.

Женя изумлённо уставился на меня.

— Вики, — подсказала я.

— Ви, что ты тут делаешь? А, впрочем, не важно, уходи домой и забудь о моем существовании.

— Юджин — ты что такое говоришь?! Я всё знаю, ты тут несчастлив и попал на остров обманом.

— Вали отсюда, исчезни. Ты мне не нужна, ты рушишь моё счастье.

Юджин замахнулся и залепил первую пощёчину в моей жизни, и я в слезах выбежала на улицу. Обида была так велика, что я не смогла сдержаться и разревелась.

Дэвид пошёл за мной, обнял и помог успокоиться. Затем он вывел меня на пустынную улицу и стал рассказывать.

— Знаешь, как себя ведёт раненный зверь, загнанный в угол? Он огрызается и норовит укусить любого, даже того, кто предложит свою помощь.

Вик, ему очень плохо. Он знает, что его обманули, затащили сюда и теперь он должен прожить свою жизнь здесь. У него была одна надежда, что ты здорова и счастлива. А когда он увидел тебя здесь, что ему было делать? Вокруг много свидетелей и они обязательно донесут. Если б он был честен ты бы не ушла и захотела остаться с ним. А сделав тебе больно он надеялся, что ты обидишься, уйдёшь и будешь жить счастливо, забыв о брате.

Вики, он очень сильно тебя любит и ему сейчас так паршиво, что он готов разрыдаться.

А теперь послушай меня, малышка, у нас есть лишь один шанс его спасти. Все считают, что луна взошла из-за его прихода. О тебе почти никто не знает. Ты никому не должна рассказывать о времени прихода на остров. Для всех ты пришла сегодня и сегодня уйдёшь. Вернёшься к новому полнолунию. У меня будет время все подготовить. У тебя будет время всё решить для себя. Если ты захочешь вернуться, я тебя встречу. Буду ждать три полнолуния у ворот. Если откажешься, я пойму.

* * *

Юджин

Я наконец-то добрался до острова. Если честно, мне немного страшно.

Что если все это было обманом, и она не встретит меня…

Что если её просто нет…

Что если я схожу с ума и верю бреду из своих снов, а Лера выздоровела сама, без помощи магии…

Что если у меня психическое расстройство сознания…

В моей голове кружил рой из тысячи вопросов: «Что, если?».

Я блуждаю по берегу уже более 20 минут. Может, прошло всего лишь пять минут, известно, что время тянется вечность, когда ждёшь то, что неотвратимо. Тело сотрясала мелкая дрожь и я решил пройтись вдоль берега, считая волны. На второй тысячи, кажется сбился. Упорно гнал мысли о будущем и продолжал бродить по берегу, пиная носком кедов мелкие камешки в направлении воды. Глаза устали от яркого лунного света, сколько тут лун, почему так ясно?!

Я закинул сомкнутые руки за голову и повернулся на пятках осматривая берег. Остров состоял из города, окружённого металлической решёткой со странным рисунком в виде змея, как рисовала когда-то моя сестра. Мысли о сестре заставили сердце больно сжаться. Я вспомнил, как узнал о раке. Это был март. На улице шёл снег с дождём, казалось весь город промок и посерел.

Отец притормозил у обочины, на выходе из машины я провалился в лужу и промочил кроссовки.

С раздражением я ввалился в клинику, с трудом нацепив бахилы на мокрую обувь и пошлёпал к врачу.

Когда открыл дверь, увидел, что врач смотрел на меня сочувствующе. Сердце в тот момент замерло на секунду от страха. Потом долго смотрел на усталую женщину с морщинами под глазами и то, как она пыталась подобрать слова. Я рявкнул на неё, чтобы не задерживала меня. Я тогда был так зол на грязные кроссовки. А когда услышал диагноз, то кажется, время остановилось.

Врачу пришлось повторять раз сто мой диагноз и то, что ошибки в том нет. Каждый её сочувствующий взгляд раздражал. А в голове набатом раздавалась мысль о том, что я скоро умру.

Я никому не сказал правды, а потом ещё странный случай с сестрой. Я дежурил у её постели и точно помню тот момент, когда она перестала дышать. Я молился всем богам пока шёл к ней, чтобы проверить дыхание и сердцебиение.

А в зеркале я увидел призрак. Она предложила мне сделку. Я ухожу в её мир, а сестра остаётся жива, и живёт долгой и счастливой жизнью. Я же смогу прожить долгую жизнь в другом мире, и приглядывать за сестрой из зеркал. У меня не было времени на раздумья, страх того, что родители потеряют обоих детей, страх потерять любимую сестрёнку, страх умирать…Столько страхов, они задушили все сомнения. Я доверился неизвестной девушке. Пусть даже это дьявол и он заберёт мою душу, я спасу свою сестру и никогда не пожалею об этом. Я согласился.

Мысли опять вернулись к сестре, как она, сможет ли меня простить, когда ей расскажут правду, а ей обязательно сообщат про цену выздоровления. Лера, надеюсь ты уже достаточно взрослая чтобы позаботиться о всей семье. Мне пришлось сделать это, потому что я хочу, чтобы хотя бы ты прожила долгую и счастливую жизнь. Для меня счастье, знать, что вы все здоровы. Это был единственный выход, здесь я смогу прожить хоть какое-то подобие жизни. Я постараюсь быть счастливым, я буду радоваться за тебя, когда ты получишь грант, я буду радоваться твоим новым друзьям и приключениям. Я буду счастлив увидеть твоего парня, затем жениха и мужа. Я буду счастлив следить за тем, как растут твои дети, мои племянники и улыбаются родители.

Я пригляделся к городской стене. Моё внимание привлекала чёрная дыра, из которой тянулось нечто, похожее на язык змея. Подойдя ближе увидел, что это была железная дорога, единственный способ помимо лодки, чтобы попасть на берег и по ней поезда уносили прочь жителей города. Куда и зачем ездили они на поезде в эту лунную ночь я не знал.

Я снова стал думать о семье и о своём поступке. Был ли мой поступок предательством по отношению к семье и проявлением слабости? Будет ли данная ложь во благо или я как трус не хотел умирать и сбежал. Стоило ли все рассказать семье и не принимать решение одному. Правильно ли было обменять остаток жизни на жизнь сестры. Будет ли моя жизнь здесь простой?

Я думал о многом, смотрел по сторонам, считал звезды, наблюдал за волнами, чтоб определить структуру озёрного дна, а Деи всё не было. Лунный диск стал снижаться на небосклоне, я устал ждать. Я присел на песок и положил голову на руки. Может, стоит повернуть назад?! Мои размышления прервала маленькая фигура вдалеке, мне показалось, что она ускорила шаги, заметив меня.

По пирсу, в лёгком шёлковом платье цвета моря шла она, ангел, спустившийся с небес, русалка, выплывшая на берег. Под лунным светом казалось, что она плыла в воздухе, а не шла. Ветер трепетал в её длинных светлых локонах цвета песка, как же она была прекрасна. Её стан казался прозрачным под лунным светом, а её стан напоминал изгибы скрипки.

Она улыбнулась, её улыбка стала глотком свежего воздуха для меня, и только тогда я заметил, что не дышал несколько секунд. Её завораживающая красота сковала моё тело, она подлетела ко мне, быстро и нежно поцеловала в щеку, и поманила за собой в город, не сказав ни слова.

* * *

Мы снова отправились к воротам. Вышли заранее, когда лунный диск ещё не появился на небосводе. Шёл снег, и все выглядело сказочно и грустно. Сердце щемило от того, что придётся возвращаться, в голове царил хаос из мыслей: что я должна, что не должна, что хочу и как мне поступить. Выводов пока не было.

Дэвид видел моё унылое лицо, и чтобы разрядить обстановку запустил в меня снежок. Я не осталась в долгу и запустила два, Дэвид к тому моменту уже скатал новые снаряды и понеслось.

В какой-то момент я поскользнулась и чуть не растянулась на льду, но Дэвид аккуратно подхватил меня и уберёг от падения. Он держал меня на руках дольше, чем это было нужно и наклонился, думала, что сейчас он меня поцелует.

Но наша идиллия была жестоко прервана неизвестным.

— Дэвид, у нас код чёрный, — сказал незнакомец.

Дэвид опустил меня на землю, на его лице отразилась карусель эмоций: страх, беспокойство, забота, сожаление.

Я понимала, что все это очень срочно и скорее всего связано с Максом, Теодором и пропавшими магами.

— Это надолго?

— Нет, час, может два. Но я не могу тебя оставить. Ворота скоро откроются.

— Дэвид, иди, — сказала я. Я понимала, что это очень важно и не хотела стоять между Дэвидом и его долгом.

— Ты уверенна?

— Дэвид, иди. Я тебя подожду здесь. Обещаю, если через два часа ты не вернёшься, я уйду сама. Портал я найду.

— Вик, я постараюсь вернуться быстро.

Он приобнял меня и поцеловал в лоб.

Я сидела на скамейке и рисовала носком обуви узоры на свежевыпавшем снегу.

— Это же ты, любимая?

Я даже потеряла дар речи. Передо мной стоял Алекс.

— В жизни ты такая милая, обаятельная, а твои ямочки они такие прелестные.

Ты такая маленькая, стройная и хрупкая, как принцесса. Моя принцесса.

— Как? Откуда? Как такое может быть, — шептала я.

— Любимая, я так скучал по тебе. Думал, что ты меня разлюбила, заблокировала, бросила.

Потом переживал, что с тобой что-то произошло. Как ты сюда попала, когда?

В голове царил беспорядок, и всплыла только одна фраза Дэвида, чтобы никому не говорила о том, сколько я на острове.

— Это произошло месяц назад, — начала я свою ложь, — мой брат стал куда-то пропадать по ночам. Однажды я проследила за ним и увидела, как он уплыл на лодке на какой-то остров. Только я не рискнула пойти за ним. А он не вернулся.

Тут я реально прослезилась.

— А следующую ночь я повторила его путь, но озера и острова нигде не было. Я как ненормальная повторяла это месяц. А сегодня путь снова открылся, я попала на остров, долго блуждала и, о чудо, встретила доброго самаритянина, который предложил мне помощь. Мы искали брата и встретили его случайно. Он стал успешным и очень счастлив здесь. Я сбежала в расстроенных чувствах, заблудилась, и опять Дэвид нашёл меня, и предложил проводить на выход. Потом у него появилось срочное дело, и он попросил подождать его тут.

— Не боишься, что этот мужчина пошёл за дружками и сделает тебе больно? Ты такая наивная.

— Не поверишь, хоть я его знаю одну ночь, я верю ему, у него добрые глаза.

— Если бы ты не была такой невинной и нежной, я бы уже сгорал от ревности. Ты же знаешь, что я очень сильно тебя люблю. Если б не то, что я застрял здесь, и не мои обстоятельства, я бы предложил тебе большее. Я бы давно позвал тебя замуж..

— Ты меня смущаешь, — прошептала я, пряча лицо в волосах.

Мне было довольно сложно. Столько комплиментов, его улыбка, в душе снова проснулись все чувства, которые я чувствовала к Алексу.

— Пройдёмся? — спросил Алекс.

— С радостью, — ответила я, — только я бы хотела услышать твою историю.

Мы гуляли с Алексом, он рассказал о себе, как жил до острова, как попал сюда, чем живёт на острове и как мечтает о свободе.

На сердце стало неспокойно. Внутри зудело. Хотелось признаться, что я могу спасти Алекса, своего брата, весь остров и Дэвида. А потом мы вместе будем счастливы.

Только вместе с кем я хотела быть счастливой я так и не поняла.

Пока витала в своих мыслях выпала из цепочки монолога Алекса. Кажется, он расписывал мне, что если я вернусь и решусь быть с ним, то он сможет сделать меня счастливой.

Это так странно: один просит вернуться и обещает сделать счастливой, другой просит уйти ради моего же счастья. Как быть, какое решение верное.

Прогулка длилась долго, мы попеременно возвращались к месту встречи, но Дэвида все не было. Портал должен был уже скоро захлопнуться, и мне пришлось согласиться с Алексом, что мне пора.

— Дальше я не могу тебя проводить, — сказал Алекс. Затем резко обернул меня к себе и улыбнулся.

— Я люблю тебя и не хочу терять, ты самая лучшая, ты и только ты создана для меня, мы две половинки одной вселенной, но я не хочу принуждать тебя остаться. (Он коснулся пальцами моего подбородка и заглянул мне в глаза) Уходи и будь счастлива, а я буду помнить о тебе как о самом прекрасном существе на земле. (Тут Алекс отвернулся) Нет, я не смогу тебя отпустить, я эгоист. Ты моя любовь, моё счастье, мой дар небесный. Ты ангел, пришедший спасти меня из темноты и повести к свету, вернуть желание жить и подарить мне второй шанс. Я буду ждать тебя каждое полнолуние. Хоть изредка навещай меня, иначе я сойду с ума от одиночества. Ты можешь присылать мне весточки, чтоб я знал, что у тебя все хорошо. Я буду ждать тебя каждый день у ворот, я верю, ты вернёшься. Нет, не возвращайся, беги из этого гиблого места. (Его глаза умоляли меня остаться.) Он наклонился для поцелуя, я отклонилась назад, имитируя, будто поскользнулась.

— Макс, оставь её в покое, — прорычал Дэвид.

Я отшатнулась от Алекса или все же Макса. Только я стояла слишком близко к порталу, и он стал затягивать меня в мой мир.

Я видела, как оба мужчины кинулись в мою сторону.

— Я вернусь, — прошептала я.

— Я люблю тебя, — по губам Дэвида прочла я.

Миг и все исчезло. Я снова оказалась в нашем огород. Я закрыла калитку и поплелась к дому. Тихо прошла в дом и посмотрела на свой телефон. Я вернулась в ту же ночь, когда мы с братом ушли.

А из головы не лезли мысли, что делать дальше.

Но теперь я точно была уверена, что мне придётся вернуться ради брата, ради себя и своей семьи и ради любви. Только я могу спасти брата, только я знаю, где он и если придётся пройти все испытания ради этого, то я готова пожертвовать жизнью ради него. Я обещала брату позаботится о семье, а как же лучше всего это сделать, если, не вернув его.

А ещё мужчины, всё так запуталось, кому верить и кого в итоге я люблю Алекса или Дэвида. Ладно, подумаю об этом завтра.

* * *

Дэвид (из разговора с Вики)

Я опустошён…

Ем, сижу, дышу, двигаюсь, однако не потому что я так хочу, а потому, что если я остановлюсь, станет ещё хуже. Каждый раз, как только я замираю хотя бы на мгновенье, сердце сжимает такая острая боль, что хочется кричать и биться об стенку головой. Однажды я попробовал это сделать, в тот момент боль накатила на меня с неведомой силой, подойдя к стене, я ударил в неё кулаком, потом снова и снова, а затем стал колотить кулаками и ногами по стене, что есть мочи. На секунду мозг отключился, а когда сознание вернулось, костяшки пальцев были сбиты в кровь, и боль вернулась. Ударив с отчаянием ладонью по стене, я обернулся и бессильно съехал на пол. Легче не стало, боль никуда не ушла, а к ранам душевным добавились ещё и физические.

Полгода назад мы с невестой ехали домой от родителей. Ливень был стеной, дворники не справлялись с потоками воды, стекающими на лобовое стекло. Сквозь эту завесу воды еле различимо горели фары машин, мы ехали достаточно медленно, так как боялись попасть в ДТП.

Моя невеста много говорила в тот вечер, она, кажется, строила планы на будущее, говорила о детях, о собственном доме, о маленьком лабрадоре и ещё о чем-то. Дальше все как в тумане, как потом мне рассказали, водитель из соседнего ряда не справился с управлением, его развернуло, вынесло на нашу полосу движения, и он врезался в мою машину с той стороны, где сидела она. Марта умерла мгновенно. Врачи говорят, что боли она не почувствовала, это было как со спичкой, миг и она потухла. Водитель, виноватый в ДТП, прожил ненамного дольше моей невесты, он умер от болевого шока от многочисленных переломов по дороге в больницу.

Первые дни я просто сидел на стуле и не мог отойти от шока, я сидел и пялился в одну точку на стене часами или сутками, время для меня ничего не значило в тот момент, пока кто-то из знакомых не навещал меня или не звонил. Наш дом, который Марта оформила по своему вкусу в персиковых тонах и который был весь усыпан цветами и всякими побрякушками, теперь казался серым и безликим.

Я проснулся утром и взглянул в окно, зелень на улице была угольно серой, я вскочил на ноги и метнулся к окну, действительно мир на улице пестрил оттенками серого. Я подошёл к зеркалу и не узнал человека в отражении. Я очень исхудал, окружающие говорили, что мои взгляд утратил жизнь и стал суровым, глаза поблекли, а лицо ужасно осунулось, говорили даже, что я постарел на десять лет, однако я этого не замечал ранее. Прошло уже две недели, я начал есть и кажется, вышел из ступора, все говорили, что скоро станет легче, что время лечит и в ближайшее время все пройдёт, но стало ещё больнее и краски так и не вернулись в мою жизнь. Иногда боль накрывала с головой, и хотелось выть. Хотелось накрыться одеялом и плакать как маленький ребёнок, но некому было меня утешить, да и слезы застревали в горле и наружу рвались лишь стоны и сухие хрипы.

Уже несколько недель, по ночам мне снятся странные сны. А ещё удивительнее было то, что сны были цветные. Я такого ещё раньше не встречал. Каждый новый сон, является продолжением предыдущего. В этих снах я счастлив, там Марта жива, мы вмести и у нас две чудесные дочери, Эми и Лили.

Также из этих снов я узнал о существовании города-призрака или как его называют сами жители города исполнения желаний. Если очень сильно чего-то желать, это обязательно сбудется, даже если это желание — воскресить мёртвого. Попасть в город очень сложно, только несколько раз в году в полнолуние он становится видимым, вот тогда-то и нужно пройти испытания для проверки стойкости духа.

Также во сне я узнал, что я и мой друг Алекс выбраны, чтобы пройти испытания следующей ночью в полночь.

Я проснулся в холодном поту. Что это? Больное воображение или вещий сон.

Сон был настолько цветным и реалистичным, столько мелких деталей и фактов обо мне, что аж мурашки по коже бегут, как вспомню это. Я в недоумении, я не знаю, что мне делать?! А может это всё-таки не сны?! Или я как, дурак, хватаюсь за любую ниточку лишь бы не отпускать Марту и тем самым бережу старые раны. Обдумывая это, я быстро отключился в ту ночь.

Утром меня разбудил телефонный звонок. Это был мой друг. Я вяло отвечал на его расспросы о моем самочувствии, пока он не задал странный вопрос, выбивший меня из колеи.

Он спросил: «Тебе не снилось странных снов?» Я настороженно завёл разговор издалека о снах и о том, что они отражают проблемы, которые беспокоят нас на подсознательном уровне. Алекс как всегда увернулся от этой темы и рассказал мне свой сон об острове, где исполняются желания. Тут я понял, что один и тот же сон не мог сниться двоим, а значит — это правда и я смогу вернуть свою возлюбленную. Я звучно выдохнул и почувствовал облегчение, показалось, что жизнь снова вернулась ко мне. Недолго думая, я начал готовиться к походу, удобная одежда, фонарик, верёвка, запас еды и воды — все, что может пригодиться.

* * *

Алекс (из разговора с Вики)

Этой ночью мне впервые приснилась Марта. Она была как всегда легка и прекрасна. Она подошла ко мне, обняла меня и сказала спасибо за заботу о её несчастном Дэвиде. Она просила меня отвести Дэвида к ней на остров, и тогда она исполнит одно моё желание.

А что я мог ещё желать, кроме как чтобы они с Дэвидом были вмести.

Я любил её. Эта была необычная любовь. Я любил той любовью, когда не претендуешь на объект воздыхания, а готов на всё, лишь бы она была счастлива. Рядом с Дэвидом она всегда сияла как солнце. Марта была чиста и невинна, выглядела как ангел, словно она не была предназначена для этого мира, её всегда хотелось оберегать, что и делал Дэвид с успехом.

Её смерть подкосила моего друга. Мне иногда становилось страшно за Дэвида, мне казалось, что он может лишиться рассудка, и я стал ненавязчиво присматривать за ним. Но этот сон, он застал меня врасплох, заставил задуматься о друге.

Если это правда, и я смогу увидеть друга снова счастливым, то я готов пройти все испытания. Лишь бы он мне поверил. Утром я позвонил Дэвиду.

* * *

Дэвид (из разговора с Вики)

В полночь мы подошли к старому зданию. Оно и днем то казалось устрашающим, а ночью вызывало ужас, и кровь застывала в жилах у двух мужчин, которые ничего и никогда не боялись. Мы вошли, и дверь за нами захлопнулась. Я понял, что что-то не так. В здании дул ледяной арктический ветер и были слышны завывания волков. Я себя трусом никогда не считал, да и мой друг был не робкого десятка, но в тот момент мы ощутили, как мурашки волной пробежали по всему телу. Мы пошли вперёд, арматура, торчащая из пола, мгновенно размножалась и превращалась в острые копья, которые быстро прорастали из пола и за считанные секунды достигали несколько метров в высоту. Эдакая ускоренная бамбуковая казнь, стоит не заметить вновь появившийся кол, как твоя жизнь окончится в считанные секунды.

Мы с Алексом переглянулись, он явно думал о том же, о чем и я — нужно бежать и бежать быстро, иначе смерть.

Мы бежали и уворачивались, постоянно меняя траекторию движения, когда слева на нас повалил огненный жар. Огненный залп. Мы резко затормозили, в результате чего я потерял равновесие и полетел кубарем, Алекс тормозил более профессионально, он выставил правую ногу вперёд и скользил с такой грацией, что даже сёрферы ему могли позавидовать. Он наклонился назад почти до самого пола, но удержал равновесие. Жар потихоньку перестал выходить из отверстий в стене. Как по команде мы вскочили, и побежали, отсчитывая секунды. 1.2,3,4…42,43, я падаю на колени, на этот раз мой друг спотыкается об новое проросшее копьё и начинает терять равновесие как раз перед отверстием в стене, которое как мне кажется, и являлось выходом для огня. Я, стоя на коленях, ползу вперёд и левой рукой хватаю друга за штанину и тяну на себя. Теперь равновесие теряю уже я, и мы кубарем несёмся по полу, я падаю на спину, и больно ударяясь головой о пол. В нескольких миллиметрах от меня вырастает копьё. Я выдыхаю с облегчением, увидев, что друг в полном порядке. Новый огненный залп вырвался в поисках жертвы. Лицо обдало горячим воздухом, в комнате стало неимоверно душно, хотелось пить, горло ссыхалось, язык прилипал к нёбам, казалось, что температура в помещении поднялась до 50 градусов. Пару секунд передышки тянулись вечность, тело обмякло и не хотело двигаться. Снова затишье. Преодолевая зверский шум в голове, немного смутное сознание я как пьяный встал на ноги, Алекс жестом показал мне, что надо двигаться дальше, мы снова бежим. Мы видим крошечную дверь впереди. Бежим к ней, не думая ни о чем. Одна мысль лишь тревожит нас, а вдруг там что-то ещё хуже.

Зал закончился, и мы со страхом входим в следующую комнату. В следующем зале опять темно, но тут хотя бы воздух прохладный, хотя даже слишком, нас обдало арктически холодным ветром, и мы услышали вой волков. Хотя я не уверен, что это был вой волков, это было что-то среднее между воем волков и криком мучающихся людей. Мне стало не по себе, мурашки пробежали по всему телу. Я не хотел знать, кто и по какой причине издаёт этот звук. Поэтому прошептал товарищу: «Бежим».

Мы бежали в темноте по залу. Ну, точнее там должен быть зал, но пространство сейчас очень сильно растянулось. Прямо пятое измерение какое-то. Двигались с неимоверной скоростью и ощущали всеми фибрами тела, что за ними наблюдают и притом, наблюдает не одна пара глаз, а не меньше сотни. Вдалеке раздавался душераздирающий вой человековолков и смертный крик раздираемых ими жертв, это были крики женщин и детей. Мне стало не по себе. Я почувствовал, как мурашки побежали по моему телу. Мы ни секунды не медлили, а продолжали бежать вперёд. Чем дальше, тем темнота становилась всё более густой и непроглядной, она окружала нас, от этого страх подкрадывался все ближе и ближе, с каждым новым воем и криком, кровь стыла в жилах ещё сильнее.

Мне показалось, что я услышал крик Марты, мои ноги не могли больше двигаться, они оцепенели и вросли в пол.

* * *

Алекс (из разговора с Вики)

Я бежал очень быстро, стараясь не терять темп, как вдруг заметил, что Дэвид отстал, мне придётся вернуться за ним, надеюсь, он отстал не так уж и давно. Я бегу, мне страшно, остаться одному в этой темноте. А вот и Дэвид он стоит на месте. Что с ним? Он не двигается. Неужели страх поразил его. Недолго думая, я хватаю его за руку и тяну за собой. Только Дэвид сошёл с места, как пол за нами обвалился, а из ямы исходило слабое свечение, которого, однако, было достаточно, чтобы осветить помещение и рассмотреть стены. Хотя лучше было бы темно. Стены состояли из живых людей, сросшихся с ними. Люди видно спали в темноте, теперь они начали просыпаться и тянуть к нам свои руки, хватая нас и пытаться столкнуть в яму. Отбившись от рук мы с Дэвидом побежали так быстро как никогда раньше не бегали. Мы бежали, а пол осыпался.

Затем я сконцентрировался на беге, а когда снова вернулся в реальность, то заметил, что Дэвида опять нет. Да, что с этим парнем опять стряслось. Я повернул назад.

Я увидел Дэвида впереди, его душила пара крепких мужских рук, другие пытались его столкнуть в обрыв. Надо спасать друга как можно скорее, иначе я останусь тут один. Я увидел, что на стене в 5 метрах от меня висит подставка под факел. На бегу я подскочил и вырвал эту подставку. Она была сделана из бронзы, и ею было очень удобно отбиваться от этих бесконечных рук. Отбив Дэвида я вздохнул свободно, как вдруг пол подо мной провалился и я полетел вниз…

* * *

Дэвид (из разговора с Вики)

Все ещё хрипя и задыхаясь после этих рук мясника, я ищу глазами Алекса, чтобы снова не отстать от него, как вдруг вижу, что пол под ним начинает трескаться, я бегу к нему но не успеваю схватить за руку, и он начинает лететь вниз. Алекс держит странный предмет в руке, похожий на старинный подсвечник, этим предметом он отбил меня от смертельного захвата и этот предмет спас его жизнь. Я успел схватить эту штуку за самый край и начал тянуть на себя, усилие, ещё немного и вот я уже держу Алекса за руку и подтягиваю на себя. Он довольно тяжелый, а я все ещё чувствую слабость после того, как меня чуть не задушили. Мои силы частично покинули меня, но мне все же удалось его вытащить. Мой друг в относительной безопасности, можно выдохнуть. Мы посмотрели благодарно друг на друга и снова побежали, а пол продолжил осыпаться. Движение — жизнь, это про нас в ту ночь. Мы бежали и бежали пока не увидели маленькую дверь впереди и метнулись к ней, как только мы её открыли и вышли наружу нас осветил лунный диск. Оглядевшись, мы увидели, что стоим на пирсе, перед нами было озеро, а впереди город.

* * *

Мне снился сон.

Алекс сидел в той самой комнате, что снилась мне ранее и разговаривал с кем-то. Голос девушки казался смутно знакомым. А я снова стояла за портьерой и прислушивалась к разговору.

— Представляешь, — Алекс или правильнее сказать Макс веселился, — эту девчонку затащило на остров. Мы так сильно старались сломить волю её брата и призвать сюда, что на зов прицепилась и её душа. Это очень интересный феномен. О таком не было написано ни в одном магическом трактате. Ты представляешь, как можно облегчить процесс, затаскивая сюда не одну душу, а целые семьи. И никто в том мире ничего не поймёт, семья переехала. А как возрастёт сила, если убить не одного, а сразу целую семью магов. Ещё и детская невинная сила…мммм… она такая нежная и приятная.

Мурашки побежали по моей спине. Тот нежный Алекс, которого знаю я и тот, которого я видела во сне сильно разнились.

— Что будешь делать с девчонкой? Она не маг.

— Дорогуша, ты хоть иногда думаешь? Брат этой идиотки хоть и покорен тебе, но он не дурак. Он не пойдёт исполнять пророчество и умирать, чтобы я стал властелином мира и получил тотальную власть. Думаешь, ему не донесли, чего ради мы его держим.

— Кто ему донесёт?

— Да хоть бы и эта шайка следователей с Ахмедом. Может и мой бывший дружок в этом замешен. Так, ты меня перебила…Раздражаешь, курица. Сядь не мельтеши.

Лера мне нужна для шантажа. Думаю, только ради неё твой Юджин пожертвует своей жизнью.

— Но он её прогнал, это все видели.

— Дура и есть. Уверен, что шайка его уже просветила о пророчестве. Не могло же оно бесследно исчезнуть. И Юджин сделал единственное что смог, прогнал Леру с острова. Поэтому я её верну на остров, а как всё закончится перережу ей глотку.

Я начала дрожать. Этот жестокий человек убивает людей так просто, ради своей цели.

И в этот момент прозвенел будильник. Я очнулась в своей кровати.

День был очень тяжёлый. Меня не отпускали страх, неизбежность и опасения за будущее. Я сложила все свои сны, рассказы Дэвида об Максе и сделала неутешительные выводы. Я поняла, что верю Дэвиду безоговорочно. Я прожила с ним очень длительное время и мне не в чём его упрекнуть. Он был со мной честен, открыт и помогал мне.

Алекс, которого я встретила в приложении был фальшивкой. Такое часто бывает на сайтах и в приложениях для знакомств. Алекса по сути не существует. Это смесь обмана и моей фантазии.

А есть только Макс — расчётливый, лживый убийца. И он очень опасен. Даже если у меня и были сомнения раньше, то сейчас всё встало на свои места.

Сны, которые были подсказкой, схлопнувшийся портал, и голос в голове — это подсказки. И все они помогают мне исполнить пророчество. Я буду сильной, и пусть я не выживу, но тех, кто мне дорог.

И ещё, у меня есть козырь, точнее два. Во-первых, Алекс не знает, что пророчество обо мне, а, во-вторых, Алекс не знает, что я знаю о нём практически всё. И я сыграю на этом.

Бабушка никак не реагировала на исчезновение брата. Ну что ж, хоть одно обещание они исполнили. Память о брате стирается в этом мире. Мне надо торопиться, иначе я не успею его спасти, и сама забуду о его существовании.

Далее до вечера я гуглила информацию о пропавших магах и похожих телах в нашем мире. Как я и думала, после смерти тела возвращались в родной мир. С одной задачей разобрались, осталась ещё две — Теодор и как себя теперь вести. Судя по настрою Макса, он сам решил захватить власть в том мире.

Но Дэвид уверен, что есть ещё и жестокий маг Теодор, который сжигает целые кварталы обычных людей, только за то, что они устроили митинг против жестокой тирании магов. Этот Теодор сейчас верховный маг и творит всякую дичь. И мне очень интересно, кто друг другу Тео и Макс: друзья, соперники или незнакомцы? Нужно понять с чем мы столкнулись, и нужно ли ждать дополнительного удара, когда я отправлюсь спасать брата.

К вечеру я обдумывала стратегию поведения и приняла тяжёлое решение — я буду шпионить.

Если я поддержу своё вранье, то я не жила месяц на острове, не знакома с Дэвидом. ещё я не знаю о Максе, о его зверствах и прочем. Я должна поддержать игру Алекса и прикинуться влюблённой в него. Выполнять его приказы, слушать, подслушивать, анализировать. Надеюсь Дэвид догадается в чём причина такого поведения и простит меня. У нас есть только один шанс победить и на нашей стороне фактор внезапности. На стороне Алекса сила и могущество, и великий маг Теодор.

Страшно, мне очень страшно. Но я не сдамся. Потому что у меня есть за что бороться — за семью и любовь.

Вечером у меня все было готово: удобная одежда и обувь, фонарик. Как только пробило полночь, я вскочила с кровати и тихо вышла во двор. Ночь была неспокойна, дул сильный северный ветер, который буквально сбивал меня с ног. Каждый шаг давался тяжело, но уверенность в том, что я сделала верный выбор придавала сил. Дошла до входа в огород, открыв калитку и с трудом войдя туда, я поняла, что и там все изменилось. Заросли кукурузы стали выше, а листья — лезвия ещё острее, ну что ж, уже поздно отступать.

Я шла и мне хотелось выть от боли, я вспомнила о медитации и о контроле своего тела, который помогает йогам не чувствовать боль, когда они ходят по битому стеклу и углям. Выдохнула, сконцентрировалась и мысленно отрешилась от происходящего. Я шла и видела, как кровь течёт по моим рукам и ногам, но боли не чувствовала. Всё было как в тумане, мне казалось, что от болевого шока я начинаю терять рассудок. Краем глаза заметила чье-то присутствие, будто кто-то наблюдает за мной.

Я огляделась, никого нет. Я ускорила шаги и услышала шуршание одежд позади. Я побежала влево, по шуму поняла, что и преследователь двинулся за мной, метнулась вправо и он туда же. Боясь оглянуться, перешла на бег. Этот кто-то бежал за мной. Я выдохлась и стала идти медленно, преследователь тоже замедлился. Боковым зрением я уловила фигуру в чёрном балахоне, по ширине плеч и росту, предположила, что это мужчина. Более ничего не смогла угадать, ибо он был в капюшоне, скрывающем лицо. Как же он был похож на смерть.

«Я не собираюсь сегодня умирать», — подумала я и рванула ещё быстрее. Я выиграла несколько секунд, и преследователь отстал от меня. Стальные заросли стали редеть и у входа в коллектор я увидела ещё несколько фигур в чёрном. Я чуть не вскрикнула от ужаса, но они меня не заметили. Я пригнулась к земле и стала думать, как их отвлечь, тут на земле я увидела камень и подняла его, затем бросила как можно дальше в сторону, камень ударился о стебель кукурузы и несколько стоящих рядом растений зашатались. Стальные листья ударились друг о друга и зазвенели. Фигуры в чёрном бросились в сторону колыхающихся стеблей. Я вскочила на ноги, и побежала что есть мочи к коллектору, споткнулась, и в этот момент моя защита спала, я потеряла возможность не чувствовать боль. Последний шаги через острые лезвия тянулись вечность, я чуть не потеряла сознание от боли, но вспомнив, что мои родные потеряют одновременно меня и брата и насколько сильным ударом это станет для моей мамы, я решила, что не смогу себя за это простить, ни на этом свете, ни на другом. Собрав последние капли сил, я побежала сквозь лезвия и почувствовала, как налетевший ветер закачал их и в этот момент ножи прошли плашмя и отрезали кусок кожи с моей руки. Как же хотелось кричать от боли, сжечь это поле, и развеять пепел, но я должна терпеть, это ещё не испытания, испытания будут в городе. Я упала на колени, стиснула зубы и поползла, шаг, ещё шаг и ещё один, край коллектора, ещё немного и темнота скроет меня.

Ну, вот я уже в безопасности, если можно так назвать секундную передышку. Как мне хотелось плакать, никогда я не была так слаба и так бессильна. Но надо идти вперёд. Я встала на ноги, шатаясь от боли и побрела, придерживаясь за стену. Казалось, что ноги меня не удержат.

Отойдя на приличное расстояние, я включила фонарь и увидела сотни крыс.

Их красные глаза светились яростью, голодом и предвкушением. Они стали на меня бросаться, а жижа, которую я ощущала, когда была здесь прошлый раз, была не что иное, как кровь. Меня начало мутить, желудок начал выворачиваться. В чувства меня привели зубы крысы, вонзившиеся в мою лодыжку, я вскрикнула от боли и помчалась вперёд. Тени могли услышать меня и тогда некому будет меня спасти. Я бежала, что есть мочи. Но на этот раз крысы не отставали и кусали меня на ходу. Они прыгали на меня сверху и сбоку, от чего мне казалось, что меня крутит в водовороте из крыс и этот запах, я больше не могла его ощущать, мне хотелось сдаться, опустить руки и ждать конца, но Дэвид и мой брат, они верят в меня и ждут. Я услышала шаги позади себя. Это могли быть только тени.

Я сбросила с себя всех крыс, выключила фонарик и побежала вперёд. Разогнавшись как можно сильнее, я выскочила из коллектора и сгруппировалась для жёсткого приземления, катилась и катилась по склону, ощущая спиной и бёдрами острые камни и корни деревьев. Скатившись в воду, я притаилась в камышах. Тени не появлялись, с трудом заползла я в лодку и оттолкнулась веслом от берега. В этот момент тени вышли из коллектора и полетели ко мне. Я стала грести, не жалея сил и только на середине озера я заметила, что преследование прекратилось.

Обратила внимание, что озеро было чересчур спокойным, неужели и в нем меня ждут опасности. Меня кто-то тихо позвал по имени. Я наклонилась к воде и увидела отражение брата.

— Прости меня, — сказал он, — сестрёнка, пожалуйста возвращайся назад пока не поздно.

— Поздно, Женя, слишком поздно. Пути назад больше нет. Ты моя семья, а родных в беде не бросают. Я не могу возвращаться назад, не рискнув, бежать поджав хвост. Я не знаю, что за испытания принесёт мне остров, но я знаю, что лучше рискнуть, чем сожалеть об этом всю жизнь. Тем более мне есть за что бороться.

— Пожалуйста, будь аккуратнее, часть жителей города маги, они борются за власть в городе и используют окружающих, выпивая их силу. А ещё на острове есть один маг, он очень опасен, его зовут Тео, но никто не знает его настоящего имени и того, как он выглядит, он самый алчный и жестокий из всех. Он готов на все лишь бы стать правителем.

— Хорошо, братик, я буду аккуратна, а ты дождись меня, — сказала я, но было уже поздно его отражение исчезло.

— Вики, позвал меня Дэвид с другого борта. Не верь Максу, я знаю, ты любишь его, но он не тот, за кого себя выдаёт. Моё расследование ещё не окончено, и я не могу точно подтвердить, что он предатель, но все же умоляю тебя, будь начеку.

Он не успел договорить, и растаял. Лодка же ударилась о берег и остановилась.

Я выскочила из неё и пошла ко входу в город.

Макс и Дэвид стояли будто бы в той же позе, что и ночь назад, когда меня затянуло в портал.

Неужели, это опять шутки времени и для мужчин я никуда не уходила. Это же отлично, они не догадаются, что у меня было время на сборы. Что ж Лера, соберись, шоу начинается.

— Любимый, — кинулась я на шею Макса, проскользнув мимо Дэвида. Кажется, я даже всхлипнула. Эх, такая актриса во мне умерла. Макс победно уставился на Дэвида, подчёркивая, что тот и тут проиграл.

— Милая, что случилось, почему ты не ушла?

— Не знаю, — шмыгнул носом и уткнулась в его плечо. Меня трясло от страха, я боялась Макса, но пыталась совладать с собой. — Портал меня затянул и мне было так страшно, так страшно. Было темно и какое-то время ничего не происходило, а потом я снова вернулась сюда. Наверное, всё дело в моей любви к тебе. (ну говорили же, если влюбишься в местного не сможешь уйти. Играем на этом) Моё сердце не желает быть в мире, где нет тебя.

Макс обнял меня и поцеловал в висок. Я расплылась в улыбке, представляя поцелуй Дэвида. Макс же смотрел снисходительно на меня. Ну что ж мечтай, мечтай, я не позволю погубить весь мир. Подняла голову вверх и увидела, что одна из двух лун на небе стала кроваво-красной.

— Что это?

Все замерли и уставились на луну.

— Наконец-то, — произнёс Макс. От его голоса мурашки прошлись по всему телу. Ощутила себя героиней фильмов ужаса.

— В честь того, что кровавая луна ознаменовала возможность спасения, приглашаю вас на пир в мой дом, — щедрый хозяин Максимилиан озарил нас лучезарной улыбкой. А я стояла и боялась заработать сахарный диабет и изжогу от этой лживости.

Дэвид казался расстроенным и ушёл, сославшись на работу. Я же, потеряв и его в качестве поддержки направилась в логово зверя. У Макса был свой автомобиль, и он нас с комфортом довёз до своего особняка, того самого из сна. Только пиру не суждено было случиться, когда мы вернулись, слуга сообщил, что мой брат растворился в синей дымке пару часов назад.

Я замерла не в силах пошевелиться от этой новости. Страх сковал всё моё тело, боялась, что опоздала и мой брат погиб. Сердце бешено заколотилось, кровь ударила в виски, и я пошатнулась.

Алекс подхватил меня, прежде чем я потеряла сознание.

* * *

Мне снился сон. Только на этот раз я не подглядывала, меня затянуло в сознание мужчины, и я видела и чувствовала мир его глазами.

В одной из квартир в городе, где исполняются мечты.

Молодой мужчина сидел в кресле у камина и смотрел на потрескивающие поленья. За окном стоял летний зной, но жарче от камина в комнате не становилось. Магический огонь горел по велению хозяина — самого молодого и одарённого мага Теодора.

Теодор весь вечер размышлял о найденных в архиве свитках и манускриптах. Хотя ему и казалось, что он рассчитал все верно и найденный им человек и есть ключ к безграничной силе, червячок сомнения засел глубоко в его душе.

Он снова и снова возвращался мыслями к легендам, где смерть избранного на алтаре в алмазных горах сделает его бессмертным.

— Господин, — в комнату проскользнула прекрасная девушка и обняла Теодора со спины. — Все готово господин. Сегодня ночью он по собственному желанию придёт на остров. А затем я…

— …сделаешь так как я тебе приказал. Очаруешь, договоришься, подкупишь и соблазнишь его. А затем отведёшь его в алмазные горы. Там и проведём ритуал. Я прибуду с охраной другим путём.

— Господин, а Ваш слуга?

— Ты об этой никчёмной пустышке без резерва и магии. Если бы не то, что меня сейчас разыскивает совет за убийство семи магов, то я бы избавился от него. А так он стал хорошим прикрытием. Никто не догадается, что сильнейший маг будет якшаться с таким отрепьем. И не стоит забывать о следователях, которые дышат нам в спину.

В отличие от всех, кто попал на остров я ничего не терял, я только хотел приобрести. Мне была скучна обыденная жизнь, и я с радостью согласился отправиться в путь, чтобы пройти испытания и получить магические силы. Мне сказали, что у меня есть все задатки стать самым могучим магом. По силе мне не будет равных, но для начала мне придётся принести жертву. В качестве жертвы я приметил одного мужчину, который страдал нервным расстройством, у него не было семьи и его пропажу вряд ли кто-то заметит. Можно сказать, что он не представлял ценности для общества и как аппендикс мог быть удалён. Также я приметил глупую девчонку с разбитым сердцем, такими всегда приятно манипулировать и дрессируются они быстро. Пару щелчков и она будет есть из моей ладони.

Сегодня мы изучали техники затуманивания разума, как увлечь, заманить и одурачить человека. Такое обучение мне нравится, я единственный смог применить знания на практике. И не только применить, а пробить ход в обычный мир.

Сквозь зеркало прошёл в комнату, где рыдала довольно симпатичная девушка. Мне хватило получаса, чтобы заманить её на остров. Она сказала «да» и я смог выдернуть её из обычного мира, прямо на остров, без испытаний и переходов.

Я самый сильный на острове, как и мой отец. Это большая тайна, но на остров я пришёл не просто так. Я вернулся домой, тут моя настоящая родина. Родители чудом переправили меня в другой мир, так как хотели, чтобы я накопил большую силу. Оказалось, чем дольше я не пользуюсь магией, тем больше она накапливается, и я становлюсь сильнее. Моих родителей давно нет в живых, они стали разменной монетой в восстании жителей острова и их убили. А я отомщу за них, за себя и заберу то, что моё по праву. И мне безразлично, сколько умрёт людей, победителей, как известно, не судят. А я намерен победить.

* * *

Пришла в себя на кушетке в кабинете. Подскочила, подбежала к камину, только записной книги на нём не было.

Быстро осмотрела документы на столе, но ничего не нашла. Вернулась на кушетку и прилегла. В комнату зашёл Макс.

— Вик, дорогая, как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, лучше. Алекс, скажи, что с моим братом? Он. он..

— Нет, — Макс подлетел ко мне.

— Вика, смотри на меня, твой брат жив. Он в порядке, мы найдём его и спасём. Мы сможем спасти всех, и тебя, и брата, и меня, и всех жителей.

У меня началась истерика.

— Солнышко, пожалуйста, не плачь. Всё будет хорошо. Я сделаю, всё, что попросишь, только не плачь.

Голос в моей голове прошептал: «Проси и получишь». Слёзы просохли разом.

— Алекс, — смотрю молящими глазами. — Давай возьмём с собой того мужчину, который меня спас. Кажется, его зовут Дэвидом. А ещё его друзей, они помогли мне встретиться с братом и проявили доброту. Может, это была последняя встреча с ним и я, я благодарна им.

Я снова разрыдалась. Макс гладил, обнимал и успокаивал меня. И в какой-то момент я даже засомневалась в том, что он плохой. Он был идеалом любящего и заботливого мужчины. И даже согласился на присутствие Дэвида, которого терпеть не может.

* * *

Алекс

Ненавижу. Мерзкая, слезливая дура. Она своими слезами испортила мою дорогую рубашку. Эта ткань не терпит влаги, её можно чистить только магией. Совершенная рубашка для идеального меня.

А ещё и Дэвида с собой потащить хочет, жалостливая дрянь. Мать Тереза во плоти. Тьфу.

Ничего, мы найдём Юджина, пройдём испытание и тогда с удовольствием буду ломать её кости одну за одной, слушая как она захлёбывается в крике — это будет лучшая музыка для моих ушей.

Макс повёл меня в подвал. Я испугалась, вдруг Макс меня разоблачил и ведёт на казнь.

Он шёл вперёд, освящая путь фонарём, спускаясь всё ниже и ниже. Тут меня точно никто не найдёт.

Макс достал странный амулет и приложил к двери, сработал механизм тяжёлой двери и она распахнулась, мы ступили в неизведанное и дверь за нами захлопнулась.

Мы вышли на маленьком железнодорожном вокзале. Я недоуменно посмотрела на Алекса, я ожидала чего угодно, но только не этого. Мне кажется, на дракона я бы смотрела и то с меньшим удивлением. Макс прочитал мои мысли.

— Здесь нет драконов. И, да, мы тут тоже ездим на поездах. Я не могу достать волшебную палочку и перенести нас в то место, куда нам надо.

— А где остальные?

— Они будут ждать нас в поезде.

Тут в воздухе раздался гул приближающегося поезда.

— Будь готова прыгать, — прошептал Алекс.

Как только поезд приостановился мы сиганули в вагон и заняли боковое место в середине вагона.

— Но почему мы не заняли место где-нибудь с краю. Так мы бы не привлекали к себе внимание.

— Когда хочешь спрятать что-нибудь ценное, то оставляешь это на виду.

— И что же ты хочешь спрятать?

— Тебя, конечно же, любимая.

Я увидела Дэвида, измучанного и в синяках, и Фархада, не знала, что они знакомы. Они сидели в разных частях вагона. Я огляделась, но третьего парня не было. Я подскочила, чтобы поприветствовать их, но Макс одёрнул меня за рукав. — Маскировка, — прошипел он. — Мы влюблённая пара и их не знаем.

Мы ехали больше часа. Сначала мы обнимались, изображая новобрачных и привлекая к себе внимание. Затем мне показалось, что мы переигрываем, и я уставилась в окно и рассматривала здания города. Я продолжала поражаться этой невиданной красоте архитектурного чуда. Город был прекрасен со всех сторон.

Тут поезд резко начал тормозить, и я увидела, как с верхней полки, той что была напротив меня, срывается и летит в нашем направлении с огромной скоростью большой чемодан.

«Ну вот и смерть моя пришла», — подумала я. Но где же нарезка из лучших моментов моей жизни?! Где поцелуй с Дэвидом и другие приятные моменты, что должны проскочить перед глазами. Ложь и разочарование. Я увидела, как Дэвид подлетел ко мне и спиной заслонил от удара. В этот момент мне показалось, что нас обволокла некая сфера похожая на защитное поле, но я не подала виду. Пока сфера окружала нас Дэвид произнёс странные слова: «Когда тебе будет тяжело я помогу, но только не говори об этом никому. Иначе мы все погибнем».

«Я не предавала тебя» — хотела сказать я, но так и не успела.

Когда дымка рассеялась я услышала:

— Ты не поранилась? — спросил Дэвид.

— Я так рад, что ты жива, — сказал Макс. — Спасибо за помощь.

— Мне кажется, что ты не достоин такой девушки, раз не можете защитить её, — поддел Дэвид.

— Как ты? — обратилась я к Дэвиду.

— Главное, что ты в порядке, а я буду жить.

Дэвид странно повёл плечом, кажется он серьёзно пострадал, но почему-то не подаёт виду.

— Жаль, что у некоторых очень быстрая реакция при отвратительном характере, съязвил Макс.

— Алекс, не надо, он спас меня, и мы должны быть благодарны ему.

Затем мы улеглись спать, я не могла уснуть, переживала за Дэвида, но подойти к нему не могла. Несколько часов спустя Макс тихо спрыгнул с верхней полки, огляделся по сторонам, все мирно спали. Он встал на ноги и начал будить меня, сказав, что нам пора. Я быстро схватила свои вещи, и мы на цыпочках вышли из вагона. Подошли к двери вагона, Макс открыл дверь, и я увидела, что мы ехали по высоченному мосту, а внизу блестела вода. Я вопросительно посмотрела на Макса.

«Переход, всегда там, где его меньше всего ждёшь», — сказал Макс с грустным видом. Он схватил меня за руку и потащил вниз за собой. Я хотела кричать, но боялась криком разбудить всех в поезде, да и Алексу я верила настолько сильно, что была уверенна, мы не умрём. Приближаясь к воде, я увидела дверь, которая была открыта, я выдохнула и закрыла глаза, мы неслись прямо в дверь.

Я услышала щелчок закрывающейся двери и поняла, что опустилась на ноги. Я открыла глаза.

Вскоре за нами показался Фархад, Дэвид и девушка, которая представилась как Дея. Я её видела в своём сне, это она затащила брата на Остров.

Хотелось прыгнуть на неё, вцепиться в волосы и расцарапать ей лицо. Дея смотрела на Макса влюблёнными глазами. Это немного раздражало, потому что я не совсем понимала, кто она в нашей истории. Наживка, чтоб вызвать меня на ревность и сильнее привязать к Максу или влюблённая дурочка, ставшая пешкой в руках властолюбивых мужчин. Я решила, что с Деей я разберусь потом.

Я подошла к Дэвиду и присмотрелась к его лицу. Кажется, он постарел на десять лет за этот день. Под правым глазом был кровоподтёк. Губа была разбита, и на лице было много царапин.

— Привет, — сказала я и пригладила его лохматые волосы.

— Привет, — сказал Дэвид и улыбнулся болезненно-вялой улыбкой.

— Что случилось и где Ахмед?

Лицо Дэвида почернело.

— Его больше нет с нами.

Он отвернулся и удалился. Я подошла к Дэвиду и обняла его в знак сочувствия. Когда я коснулась руками его спины, я почувствовала, что спина горела огнём и плоть под рубашкой была рванной.

Его стегали кнутом? Ужас охватил меня, но виду не подала. Явно произошло что-то ужасное и все присутствующие об этом знают. Все кроме меня, влюблённой глупышки в розовых очках.

Быстро удалилась, пока никто не заметил и подошла к Максу.

— Алекс, — обняла я своего «любимого», — что дальше?

— Секундочку, — сказал Алекс.

Я обернулась на его слова и увидела, как Дея подглядывая в какую-то бумажку, чертит магические круги и рисует дракона в центре.

— Дея, ты маг? — Спросила я осторожно.

— Да, я училась магии.

— Дея — хороший маг, её знания нам пригодятся.

Макс выглядел серьёзным. Ну да, ну да. Или будет кому убить меня и брата.

— Правильное решение, — сказала я и улыбнулась на автомате.

Когда Дея дорисовала круги, перед нами открылась новая дверь, и мы все вместе вошли в неё. Я зажмурилась, заходя в дверь, боясь новых полётов и прыжков. Когда открыла глаза, мы стояли посреди поля. Обрадовалась, что это не кукуруза. На её стальные листья у меня аллергия.

Это было обычное поле, заросшее травой и люпинами — неимоверная красота. И тянулось это розово-фиолетовое море до горизонта, плавно переходя в разгорающийся восход солнца. Идиллию нарушил голос, громыхающий как будто камнепад. А принадлежал этот голос огромному человекоподобному существу, состоящему из камней.

— Приветствую вас, смельчаки. Давненько не было у меня посетителей. Я страж — проводник. Ну что ж я буду сопровождать вас на пути к магистрам. Вы готовы к проверке?

— Да, — прошептала я дрожащим голосом.

— Вот и хорошо.

Затем страж обвёл взглядом компанию и остановился на мне.

— Для начала тебе нужно дойти до той скалы, — сказал наш проводник, указав на скалу вдалеке за полем.

— И что в ней особенного в этой скале?

— Смотри, — сказал страж и дважды хлопнул в ладоши.

Дорога до скалы превратилась в полосу препятствий адского масштаба. Передо мной стояли раскалённые угли. Я вопросительно посмотрела на нашего провожатого и поняла по его каменной ухмылке, что мне придётся пройти по ним.

Дэвид тихо подошёл сзади и поставил руку мне на плечо, и прошептал: «Боли нет. Мы её сами себе внушаем».

— Не переживай, твои спутники пойдут за тобой и каждый почувствует жар углей, но не такой сильный как достанется тебе. И чем больше вынесешь ты, тем меньше останется им.

— Как то не очень перспективно звучит, — огрызнулась я.

— Как есть, — констатировал страж-проводник.

Я сделала шаг и поняла, насколько это будет тяжело, огонь прожёг мою обувь насквозь и подбирался к коже. Собрав силу воли в кулак, я попыталась сконцентрироваться и отключить боль, но это было не так уж просто. Горячий жар, исходящий от углей терзал живые и только переставшие кровоточить раны на теле. Я шла, и каждый шаг пульсировал в моей голове, боль спицами пронзала тело, мышцы отказывались слушаться меня, а нервы были натянуты в струну. Я чувствовала, как тлеет моя плоть, отходя от костей, но я отгоняла мысли об этом. Я захотела кричать от боли.

— Не так быстро, красотка, — сказал истукан — если ты хоть звук проронишь, твои друзья умрут в тот же миг.

И тут я увидела бабочку: нежно-лимонную, лёгкую, порхающую. Она порхала над самыми углями и будто своими крыльями остужали головешки, чтобы я смогла сделать следующий шаг.

Я заставляла идти мои ноги, они плелись очень медленно, все моё тело бунтовало, было против этой муки. Как только я делала новый шаг угли позади меня исчезали, и все спокойно могли идти позади.

— Ты очень сильная, — сказал истукан, — твои друзья даже не обогрелись от головешек.

— Ты сможешь, — подбадривал меня Макс. — Я люблю тебя больше жизни.

Я обернулась. Дэвид стал выглядеть ещё хуже, он побледнел и еле плёлся позади. Фархад вёл его под руку и о чем-то спорил с ним.

— Ты сильная, — прошептал Дэвид.

Их слова помогли мне сделать ещё несколько шагов, и тут я вспомнила о брате, и о его страданиях, написанных на лице в том отражении в озере. Ещё шаг и я почувствовала новые силы во мне и побежала по углям и вдруг, они исчезли.

Я вопросительно оглянулась на проводника.

— Ты сильнее всех, кого я знал, — подбодрил голос.

Теперь вместо углей передо мной было озеро, в котором плавали глыбы льда.

— Ныряй, — скомандовал каменный идол.

Я сделала рывок замерла: одна часть меня готова была прыгнуть, потому что я понимала, у нас каждая секунда на счету. С другой стороны, где-то глубоко разъедало сомнение или чувство самосохранения.

Дэвид подошёл и положил руку на плечо.

— Вместе, — сказал Дэвид, взял меня за руку и пошёл в сторону озера. Мы медленно вошли в воду.

Холод опалил мои ноги, сковывал мышцы, медленно продвигался вверх, выше и выше.

Холод добрался до лёгких, сковывал дыхание, больно обжигая горло и лёгкие. Сердце больно сжалось и каждый стук давался с трудом, через неимоверные усилия.

Пробовала взять себя в руки, абстрагироваться от боли, загнать все чувства и страх как можно дальше. Почувствовала тепло исходящее от Дэвида, ему удалось применить магию и помочь мне, несмотря на запрет. Обернулась и увидела, как тяжело это давалось Дэвиду. Казалось с каждой секундой он старел лет на пять, а вода становилась теплее. На краю сознания прошла мысль, что угли тоже его заслуга, но не до этого было и я отмахнулась.

Кинулась в воду, для того, чтобы закончить это испытание как можно скорее, загребая воду по-собачьи. Хотела бы плыть ещё быстрее, страх, боль, все было неважно, лишь бы Дэвид не отдавал силы ради меня. Я слишком люблю его, чтобы потерять.

— Любимая, ты сможешь, — кричал Макс на берегу.

Меня не трогали его слова.

Не знаю, как мне хватило сил переплыть, но, когда озеро закончилось, я с радостью вынырнула из воды. Мокрые волосы липли к телу, но во мне все ещё были силы двигаться дальше.

— В этот раз ты нашёл достойную девушку, — сказал истукан Максу.

Макс удивлённо посмотрел на него.

— А зачем мне девушка, мне нужен мужчина, за которым мы пришли.

Я не слушала, разговор дальше, так как я поняла, что истукан не выдаст нашу тайну.

Спокойно выдохнула и побежала к Дэвиду, он качался и еле держался на ногах.

Макс отвёл меня в сторонку и сказал:

— Путешествие погубит его. Давай оставим его здесь.

Сердце болезненно сжалось. Хотелось высказать Максу всё и залепить пощёчину.

— Мы никого не бросим, — произнесла жёстко и чётко.

По удивлению окружающих поняла, что это проявление симпатии меня до добра не доведёт.

— Любимая, ты разбиваешь мне сердце. Он тебе нравится?

— Солнышко, счастье моё, — подошла и взяла Макса за руку, — он не нравится мне. Я люблю только тебя и хочу быть с тобой. Я не хотела подвергать сомнению свои чувства, только хотела сказать, что это так жестоко бросать человека, только потому что он немного заболел.

— Любимая, Дэвид умирает, ему осталось меньше года.

— Алекс, ты же говорил, что мы найдём брата и с его помощью всех спасём. Мы сможем и Дэвида спасти.

— Всё будет как ты захочешь, — заскрежетал он зубами.

Макс обнял меня и поцеловал в щёку. Мне так хотелось верить его словам, но я знала, всё это ложь. Одна большая сплошная ложь, Макс паук, а я муха. И каждый день для меня становится всё опаснее и опаснее. Я хотела соврать Максу о своих чувствах и подбирала нежные слова.

В этот момент меня обдало горячим воздухом, подхватил песочный смерч, закружил над землёй и опустил в метрах двадцати впереди от моих спутников.

— Это испытание должна пройти ты лично, — подтвердил моё предположение страж.

И моментально вокруг меня выросла стена, отделившая меня от спутников и простиралась она вверх и в стороны на сколько хватало моего обзора. Я оказалась заперта в пустыне. Песчаный смерч окутал меня, а я все пробиралась по пустыне оставив путников позади. Песчинки попадали в раны, зудели, лезли в глаза, уши, нос и рот. Было сложно дышать, больно смотреть, невозможно идти вперёд, не видно ни земли, ни неба. Песок осыпался под моими ногами, было тяжело и скользко идти, а ещё я периодически проваливалась в него.

Брела я уже несколько часов по пустыне, без воды, без цели, уставшая, мокрая и мечтающая о воде и тени. Когда надежда найти воду практически полностью угасла во мне, я подумала о магии. Если буду представлять оазис, то возможно он появиться у самых ног, ведь это остров, и тут сбываются мечты. То ли я плохо мечтала и представляла, то ли магия не так работает и нужно заклинание типа Ахалай-махалай. Час я плелась, но так и не нашла оазис, присела отдохнуть под странным высохшим деревом, которое встретилось в этих дюнах. Думала о многом, больше о том, как там мои спутники, и смогу ли я их ещё раз увидеть. Не убил ли Макс Дэвида?! Как себя чувствует мой брат, жив ли он?! Что сейчас дома творится?! Поели ли родители, много ли они плакали из-за нас. Всё бы отдала, лишь бы родители больше никогда не плакали.

Ах, какая я непослушная дочь и этот несносный мальчишка…

Мои мысли прервал зелёный листок, упавший мне на ладонь. Я взглянула вверх и увидела, что сухое дерево ожило и покрылось листвой, а песок вокруг превращается в траву, кусты и появляется водоём.

Я перегрелась на солнце и моя голова…точно! Что там говорил Дэвид, что-то о том, что все в моей голове. Когда я отпустила мысли о себе, и позабыла об эгоизме, мои глаза увидели то, что было сокрыто от меня.

— Спасибо за урок, — сказала я и поклонилась великану.

Но слова мои были адресованы Учителю.

Мои спутники возникли передо мной из воздуха и радостно заулыбались. Мы решили отдохнуть и заночевать в этом оазисе. Все устали и не было смысла продолжать путь, уставший войн — никчёмный войн.

Фархад и Дея развели костёр, я помогла уложить Дэвида. Видно купание в ледяном озере дало о себе знать. У него была температура. Его лицо было бледнее лунного диска, а глаза потускнели. Я держала его за руку, пока он не уснул.

Когда все уснули, мы с Максом бодрствовали вдвоём. Макс приобнял меня, я положила голову на его плечо, но мыслями была далеко, обнимала и прижималась к другому.

Макс говорил о свадьбе, детях, о нас. Только рассказывал он мне чужие мечты и чужую историю. На душе было тошно, я улыбалась и изображала любовь, а затем рискнула:

— Любимый, я на острове в ту ночь слышала одно имя. Люди произносили его и трепетали.

— Какое имя?

— Теодор.

— О, любимая, это великий и алчный маг. Однажды, к нему попало пророчество, о том, что пришлый по своей воле, станет ключом и поможет ему захватить власть в этом мире. Но если я узнаю кто это, я жизни не пожалею, чтобы остановить это чудовище. Я хочу, чтобы моя жена и дети видели лишь солнце и радость.

На этом моменте он посмотрел на меня так нежно, что я сразу поняла-играет. По его задумке, я должна была понять, что намёк этот обращён ко мне, застесняться, вспыхнуть, и полюбить его ещё больше.

Что ж, время моей ответки.

Я потупила взор, аки стыдливая дева, попыталась вспомнить пару пикантных фото из своего мира, это вызвало, прилив крови к щекам, и я покраснела.

Довольный собой Макс отправил меня спать.

Утром все выглядели бодро, и мы отправились дальше в путь по пустыне в поисках выхода. Мы шли ещё сутки, обдаваемые горячим воздухом. Дэвид смог отогреться. Страж появился около нас из воздуха.

— Готова к следующему испытанию?

Ответить я не успела, почва под ногами стала мягкой, тягучей и я поняла, что меня затягивают зыбучие пески.

Я начала барахтаться, что есть мочи, и как следствие проваливаться ещё сильнее.

Я увидела испуганное лицо Фархада, безразличное лицо Деи (уверенна, что у неё роман с Максом), бегущих Дэвида и Макса. Истукан преградил им путь.

Все глубже и глубже я погружалась в эту жижу, руки и ноги перестали сопротивляться, я медленно уходила в небытие. Я больше не могу дышать, лёгкие наполняются грязью, сознание покидает меня. Брат прости за всё, прости, что не остановила тебя, прости, что не смогла спасти, прости, что не позаботилась о семье.

— Дэвид, помоги мне, — мысленно позвала я, — у меня больше нет сил бороться.

— Вики, у меня почти не осталось сил и магии. Мне не хватит сил помочь тебе, даже если…

Я понимала, что если он мне поможет, то умрёт. Значит я сама должна со всем разобраться и справиться.

— Вспомни, — сказал голос в моей голове, — вспомни кому можно здесь верить.

— Никому не верь, — повторила я слова, которые произнёс Дэвид много-много дней назад.

Никому, кроме себя. Я верю в себя и в то, что сейчас я выберусь отсюда, что нет никаких зыбучих песков, кроме тех, что придумываем себе сами.

В этот момент, я ощутила какой-то толчок снизу и поняла, что жижа стала превращаться в твёрдую почву под ногами. Стала тихонько загребать руками и отталкиваться от дна, гребок ещё гребок, всплыла на поверхность и стала откашливаться, прочищая лёгкие от жижи. Я нащупала край ямы и полезла вверх, руки и ноги соскальзывали, я падала обратно в яму и снова начинала лезть вверх. Но я не сдавалась, я слишком далеко зашла, чтоб сдаваться, есть те, кто верит в меня, и я не подведу. Я практически выдохлась и понимала, что у меня осталась одна попытка выбраться, собралась с силами и сделала последний рывок. Когда я выползла на поверхность, мои лёгкие горели от усталости, я не могла отдышаться, просто улеглась на землю и закрыла глаза.

«Спасибо за совет» — мысленно сказала я, зная, что он услышит. Оглянувшись на Дэвида, увидела, что ему стало хуже, намного хуже. Неужели, он ценой собственной жизни пытался мне помочь. Хотелось подойти и узнать, что в конце концов произошло с Дэвидом за те сутки пока я была без сознания. Как можно было так сильно заболеть, как погиб его товарищ.

Хотелось его обнять, поддержать, рассказать о телах, которые нашлись в моем мире и много чего обсудить. Но я как шпион, сглотнула боль, обиду и все эмоции.

Умоляю тебя, выживи, и мне больше ничего не нужно. У нас будет впереди вся жизнь, чтобы я смогла вымолить твоё прощение.

— Нужно отдохнуть, — сказал Макс, сжимая зубы. Я понимала, что привал пришлось делать из-за Дэвида, и боялась, что он легко может убить Дэвида, избавиться от балласта.

Появился страж. Выдохнула облегчённо.

— А можно я пройду следующее испытание, а мои товарищи отдохнут?

— Нет, входите в пещеру. Нечего рассиживаться, пленник таким темпом погибнет.

Это придало всем нам ускорение. Мы вошли в пещеру и увидели джунгли. Прямо как в путешествии к центру Земли, подумала я.

— Как же мне надоели эти испытания, — сказал Алекс.

— Веселье только началось, — сказал проводник, — сейчас добавим мотивации — жертва во имя спасения.

— Я смогу спасти брата, — просияла я, хотя насчёт жертвы не поняла.

— Да, сможешь, — усмехнулся страж, — но кто-то должен рискнуть своей жизнью. Один из вас поставит свою жизнь на кон за право спасения твоего брата, если ты успеешь спасти обоих тебе повезёт, не успеешь спасти никого, твои проблемы.

— Какой-то нечестный обмен. Можно другие условия, — я была возмущена.

— Я согласен, — сказал Дэвид и исчез в тот же миг.

— Ну что ж прошу, — он указал на вход в пещеру, — вам надо отыскать могильники и не умереть.

Мы вошли в пещеру, а там начинались тропические трёхъярусные леса. Высокие деревья, стаи насекомых и удушающая влажность. У меня закружилась голова и я начала оседать: усталость, жажда, голод и испытания дали о себе знать.

— Все нормально, ты сможешь идти вперёд?

— Да, — ответила я, — не волнуйся за меня.

Мы шли по джунглям, всюду летали насекомые, облепливали тело и ползали по нам, пытались залезть в нос, рот, уши.

— Здесь многие погибали, — посмеялся или точнее прогромыхал страж, — эти мелкие мошки находят даже самую малую рану на вашем теле, заползают под кожу. Так что при выходе из этой зоны вы будете полны жизни. Ахахаха.

И истукан залился таким громоподобным смехом, что даже уши затыкать было бесполезно. Казалось ещё секунда, и мы оглохнем.

Я шла и молилась, чтобы с нами ничего не произошло. В какой-то момент показалось, что нас облепило подобие сферы и насекомые бьются о её края. Я обернулась и по лицу Деи поняла, что это её рук дело. Лицо девушки искажало большую степень муки, и я обратилась к Максу пытаясь понять, почему он не помогает. Неужели бережёт силы чтобы прикончить нас, или он очень слаб?

— Алекс, а это так сложно колдовать? Дея выглядит измождённой.

— Да, здесь колдовать практически невозможно. Дея очень сильная, и то она на пределе своих сил пытается справиться с таким лёгким заклинанием. Она даже может вполне без магии остаться.

Интересно, а Дэвид насколько силён, что он колдовал, а его не чувствовали.

— А Дэвид, он может колдовать и подать сигнал?

— Думаю он слабак. На острове раньше всё было иначе, — начал Макс. — Когда мы попали на остров, нас встречала делегация магов. Проводили инструктаж, проверили наши таланты в магии и отправили учиться. Потом мы учились, и должны были пройти ритуал. Там два мага связывались узами, чтобы нести ответственность за дарованную силу. Каждый маг стал бы для товарища опорой, поддержкой и сдерживал бы в трудных ситуациях.

В тот день что-то пошло не так во время ритуала. Мы с Дэвидом оказались связаны неправильно. Если росла его магия, то росла и моя магия, а вот если моя магия росла, то его магия не росла и через какое-то время и моя магия исчезала.

А ещё оказалось, что в Дэвиде магии практически не было. Сначала я думал, он это мне назло делает.

И я поняла, что именно тогда они и разругались. Дэвид говорил, что Макс что-то специально нарушил в ритуале так как хотел забрать силу всех студентов. А потом изучал библиотеки: искал свитки, пророчества и ритуалы и как-то смог стать сильнее, только в те дни погибали маги. И Дэвид это чувствовал и точно знал, так как тоже стал сильнее, только скрывал это от Макса.

— А что было потом?

— Потом Дэвид забросил учёбу, мы рассорились и стали врагами. Если б не ты, я бы его убил, я уверен, что он это сделал специально, так как завидовал мне. Потом были долгие поиски заклинаний, а когда появилась Дея, мы вместе смогли снять часть заклинания.

Дея хмыкнула. Я как бы и не надеялась на чистосердечное признание, однако её реакция натолкнула меня на мысль, что он снова лжёт. Не удивлюсь, если у этого лицемерного человека есть ещё один псевдоним.

За разговором я не заметила, как мы переступили невидимую черту, после которой все насекомые перестали нас атаковать. Дея выдохнула и пошатнулась. Видно, что это испытание забрало все её силы.

Хотела подойти к ней и помочь, только меня привлёк гул — нехороший такой гул, будто на нас бежит стая. Стая кого?

Мы сгруппировались спина к спине, готовые дать бой. Хотя если учесть, что магия здесь лишь у одного человека и он явно дал понять, что использовать её ради спасения нас не собирается, то остаётся оружие. Интересно, смогу ли я защитить себя фонариком?! Гул нарастал, из листьев выскочила горилла, затем вторая и далее я перестала их считать, а они неслись в нашу сторону.

Каждый из нас решил, что давать бой — это сродни самоубийству и мы дружно ринулись бежать, не особо разбирая дорогу. впереди маячила пещера, позади были гориллы. Одна надежда, что мы добежим и сможем спрятаться в ней.

Когда мы влетели в пещеру, Макс всё же применил магию и обрушил камни, завалив тем самым вход. Мы огляделись и поняли, что в пещеру вело ещё много входов и совсем скоро гориллы доберутся до нас. Пещера была похожа на длинный коридор, а по правую сторону были входы, много входов, каждый был прикрыт растительностью.

Они нас отыщут раньше, чем мы успели бы завалить каждый вход. Нужен был план и срочно. Деи стало совсем плохо, Макс ушёл к ней.

Фархад подошёл ко мне и прошептал:

— Вики, я пообещал Дэвиду, что буду защищать тебя до последней капли крови. Пришло время платить долг. Но то, какая ты, как ты себя ведёшь, это не стоит моей жизни. Ты ужасно поступила с человеком, который тебя любит. А ведь ради тебя погиб Ахмед, из-за тебя Дэвид умирает. Он пренебрёг всем, чтобы достать информацию.

— Я не могу ничего рассказать, иначе это погубит всех и Дэвида тоже. И как бы сильны не были мои чувства к нему, мне приходится быть такой. Когда всё закончится, я буду молить его о прощении. Прости, но это для всеобщего блага. Иначе мы бы все уже были мертвы.

На его лице отразилось понимание. А в моей душе поселилась боль.

— При других обстоятельствах, мы были бы хорошими друзьями, — сказал он.

— При любых обстоятельствах, ты мой друг. Я тебя не забуду.

— Спаси Дэвида и береги себя. А теперь уходите! Я их задержу.

Мы не стали его отговаривать, так как понимали, что это наш единственный шанс.

И мы побежали вперёд по пещере, и отбежав довольно далеко, воспользовались одним из входов. По шуму и крикам поняли, что гориллы всё же нашли выход.

Мы снова бежали и бежали, подгоняемые страхом, в какой-то момент пошёл ливень, почва стала скользкой, а шум падающих капель, смешался с гулом от топота и гомона горилл. Глаза залепляли капли, и я потеряла из поля зрения своих спутников.

Я бежала и бежала. Учитель физкультуры мог мною гордиться, я, наверное, марафонцев уже переплюнула. Дождь прекратился и джунгли тем временем стали переходить в обычный лес. Сначала появилась первая ель, затем кедр и орех и потом лес стал таким родным и знакомым, вокруг было тихо и приятно, я даже начала забывать, зачем мы тут, но вдруг я вышла на открытое пространство, которое выглядело немного странно.

Тропинка расходилась на сотни разных тропок, которые окружали огромные холмы в человеческий рост, возле каждого холма было что-то вроде лежащего бревна, остатков от пепелища и одного кипариса. Эти огромные насыпи, как же они были похожи на термитники или..

— Похоже на кладбище, со страхом прошептала я.

— Так оно и есть, — сказал наш проводник, возникнув из воздуха.

От неожиданности я подскочила. Хотя это меня и обрадовало, потому что значило, конец участка с гориллами.

— А можно вопрос?

— Ты хочешь знать судьбу путников. Фархада разорвали на части сотни обезьян. А Дея умерла, поскользнулась и сорвалась в пропасть.

Я испугалась, боялась остаться одной.

— Алекс жив, он скоро будет жив.

Стало ещё страшнее. Быть один на один с жестоким убийцей, когда не обладаешь ничем, что может тебя спасти.

Спустя час к нам присоединился Макс.

— Вы можете послушать своё сердце и найти того человека, которого бы хотели спасти, — обратился проводник.

— Жаль, что только живых.

— В конце пути избранный может спасти и умерших в этом мире, только если умерли они между последними полнолуниями.

Я обрадовалась этой новости и решила, что мы спасём всех. Я не отступлюсь, люди верили в меня и погибали ради великой цели. Я справлюсь, я все смогу.

— Поторопись, — сказал страж, — у тебя пять минут на поиски.

Осмотрела поле. Там было более сотни могильников, как найти брата и Дэвида?! Как их спасти?!

Я испуганно огляделась и почувствовала, как на меня повеяло теплом, и увидела свою бабочку, летящую вперёд и, я побежала за ней, забыв об Максе. Я бежала и бежала пока не почувствовала тепло от двух рядом стоящих холмов. В одном был брат, а в другом?! «Дэвид», — радостно подсказало сердце. Только времени у меня практически не осталось. Мне едва ли хватит эта пара секунд, чтобы спасти одного.

— Спасай брата, — прозвучало в моей голове, — не стоит спасать меня, я отдаю за тебя свою жизнь, помни, кто ты такая и чего ты хочешь.

— Спасибо, — прошептала я, глотая слёзы, — я люблю тебя.

Я подбежала к другому кургану и начала руками разрывать его. Я рыла и рыла пока не сделала маленькую дыру, обнаружила, что он полый внутри. Значит, брат может быть внутри. Просунув руку в дыру, я ударила изнутри по стенке кургана, и он развалился на части. Мой брат поднял голову на меня и смотрел непонимающим растерянным взглядом.

— Лера? — спросил испугано и удивлённо брат, — Почему ты тут?

Я с радостью накинулась на него и чуть не задушила в своих объятиях. Он выглядел очень уставшим и осунулся, даже ребра проступили на поверхность, кажется, я его не видела целую вечность.

— Кто это? — осведомился брат.

— Это Алекс, человек, который помогает мне спасти и вытащить тебя отсюда.

— Спасибо за помощь и заботу о моей сестре, — улыбнулся брат и протянул руку для приветствия.

* * *

Юджин

Я очнулся в темноте. Все тело ныло от неестественной позы. Я пытаюсь собрать осколки воспоминаний, чтобы понять, где я и что произошло.

Последнее, что я помню, это синий туман, охвативший моё тело и странный шёпот: «Время пришло». Онемевшие руки начали двигаться, и я начал ощупывать темноту перед собой. Глаза начали привыкать, только это не помогло. Смотреть было не на что.

Я собрал в голове все, что я почувствовал и увидел, и пришёл к выводу, что это яйцевидная сфера, а я в позе эмбриона. Я ударил в стену кулаком. Было больно, а звук был глухой. Казалось, что это чугун. Я начал паниковать, так как двери нигде не было.

Судорожно начал глотать воздух. На ум пришёл фильм «Погребённый заживо». Перспектива не очень радовала.

Я подумал о кислороде, который надо экономить. Не известно есть ли тут вентиляция и как скоро меня найдут. Я успокоился.

Решил все ещё раз детально изучить. Но выхода, шва или вентиляции не нашёл. Вторая волна паники охватила меня. Немного успокоившись, подумал, что сплю и ущипнул себя за руку. Было больно, но атмосфера вокруг не поменялась.

Спокойствие, терпение и желание жить, как мантру повторял я. На ум пришла притча о двух лягушках, которые упали в кувшин с молоком. Терпение и желание жить помогли второй лягушке выбраться из беды. Я тоже буду верить в спасение до победного конца. Я лягушка.

Но кислорода становилось все меньше и мне ужасно захотелось спать, веки налились свинцом и сомкнулись.

* * *

Женя и Макс уснули, а я, закусив руку старалась рыдать беззвучно. Дэвид умер, позволив спасти моего брата. Рыдала долго, пока усталость и все проблемы не унесли меня в царство Морфея. Снился Дэвид, он гладил меня по голове, успокаивал и говорил, что всё будет хорошо, всё наладится. Я молила простить меня, рассказала всё, что чувствовала и призналась в своих чувствах. Он улыбался и сказал, что тоже любит меня и рад, что встретил меня.

А ещё он рассказал мне о своём дневнике, который он оставил на дне моего рюкзака.

Я проснулась, открыла рюкзак, нашла блокнот и уселась у костра.

10 ноября. Я должен был вести этот дневник по совету психиатра, каждый день записывая свои мысли и чувства, но забыл об его существовании. И сегодня, собирая вещи для ночной поездки на остров, я наткнулся на него и решил, что он мне может пригодиться в будущем. Я ничего не писал в нем, да и особо ничего не происходило в моей жизни, ни о чем я не думал, ничего не желал и мне было все равно.

Дальше было детальное описание телефонного звонка от Макса и того как мужчины пробрались на остров. Об этом я уже знала и потому бегло пролистала дневник.

15 ноября. Судя по моим часам на острове нет дня, тут жизнь кипит ночью, а ещё никто не замечает, как проходят часы, дни, месяцы. По приезду на остров нас встретила делегация магов, в их составе была девушка, которая выглядела как Марта. Я поцеловал её, а она со странным смехом растворилась в воздухе. Я много скитался по лабиринтам стеклянных улиц, но так и не нашел Марту. Я так понимаю, что это был обман. Вместо этого у меня странное ощущение, как будто мою душу вытягивают из тела, я забываю, откуда я прибыл и становлюсь мрачным и угрюмым.

18 ноября. Я все ещё ищу Марту, хотя надежда всё слабее. Мы поругались с Максом, потому что я не хочу развлекаться с ним. Он мне предлагает заниматься магией. Насколько я узнал, маги управляют островом и жителями, я подозреваю что на них завязаны все странности этого места. Я против.

19 ноября. Я обыскал большую часть города, наконец-то я нашёл дверь, ведущую на улицу. Здесь снаружи так прекрасно, я бродил много часов и восторгался зданиями, чувствую себя немного лучше, мой разум проясняется, кажется, я был архитектором раньше.

1 декабря. Я перестал искать Марту, смирился с обманом и стал зарисовывать дома, этот блокнот скоро заполниться моими эскизами. Я перечитываю записи каждый день, чтобы не забыть себя.

5 декабря. Макс предложил учиться магии, говоря о перспективах, он был убедительным. Нас связали в пару, теперь каждый несёт ответственность за партнёра. А наша магия будет расти, когда каждый из нас выучит новое заклинание.

7 декабря. Прошёл один год в школе магии. Проучился магии год, готовлюсь к инициации, после чего смогу стать полноценным магом и занять место в совете. Только я этого не хочу. Магия замедляет стирание памяти, но прошлая жизнь, чувства, переживания и друзья, рано или поздно всё уйдёт.

А ещё этот остров — он странный. Мне кажется, что он пьёт силы, эмоции и воспоминания людей. Все жители становятся серыми, безликими, без эмоциональными. Они живут единообразной жизнью и каждый день проживают одинаково.

Я искал способ вернуться назад, ибо это не то место, где я хочу жить. Я залез в библиотеку с целью найти ответ на мой вопрос, но нашёл приключения.

Я подслушал разговор Макса и одного из магистров. Макс сказал, что хочет перейти на сторону тёмных магов во главе с Теодором. Чтобы, это сделать он убьёт меня при инициации и заберёт всю мою силу.

Узнав о его коварном плане, я нашёл лишь одно заклинание, которое смогло спасти меня — оно связало наши жизни воедино. Если бы я умер, то вскоре умер бы и Макс и наоборот.

Макс разыграл такой спектакль на инициации, что я почти ему поверил. Только мой спектакль был лучше. Как он бесился, узнав, что я выжил, привязан к нему и он ничего не может сделать со мной. Он надеялся вернуться на партнерские отношения, где при усилии обоих, силы растут стократно, но заклинание нас разъединило. Силы Макса не росли от моих усилий. Мои же силы стали намного больше. Только я разочаровался в этих людях и ушёл. Я больше не хотел быть разменной монетой в их политических играх.

17 декабря. Я ночевал в переулке как бомж, а проснувшись, повёл затёкшим плечом и вызвал маленькое торнадо. Я закричал, испугавшись, и в переулок вбежал мужчина моего возраста. Так я познакомился с Ахмедом. Ахмед раньше был следователем. Встреча с ним стала судьбоносной для нас. Он стал моим наставником в этом мире и поведал мне обо всем.

Ахмед тоже знал о связи между магами, его напарник забрал почти всю магию Ахмеда на инициации, но Ахмед чудом выжил, интуитивно поставив блок. Теперь он пытается узнать правду об острове.

Ахмед украл, купил, одолжил и прочитал тысячи книг, он узнал, что драконы завещали этот остров как место где сбывались мечты и очищались души — место, где даруется второй шанс. Но маги убили драконов, отобрали их силу и решили захватить власть.

Лет двадцать назад был переворот и с тех пор на острове происходит борьба за власть.

А ещё пропадают сильные маги, много магов.

Поэтому Ахмед настоятельно порекомендовал мне никому и никогда не показывать свои силы. Он даже предположил, что мне стоит строить из себя выжившего из ума, аутиста или ходячего зомби — якобы магия свела меня с ума. Только так я смогу выжить.

Сам Ахмед был уже разоблачён и единственный шанс для него, это победить своего напарника в схватке один на один при помощи магии. Ахмед, раздобыл кучу книг, спорю, они стоили ему целого состояния или могли стоить жизни. Он очень много практикуется, чтобы вернуть магию, так как его час близок.

20 декабря. Я все ещё обдумываю сказанное Ахмедом. Мне кажется, стоит уничтожить все записи из дневника, оставить только чертежи и начать тренировки с Ахмедом. Возможно, мне придётся ввязаться в войну магов, чтобы выжить. Хотя я, если честно хочу домой. Хочу вернуть старую жизнь.

25 декабря. Рождество. Но только не тут. Ко мне пришёл Макс и допрашивал меня как продвигаются мои дела. Слишком уж он придирчив был, мне это не понравилось. Поэтому на всякий случай я решил потренировать на нем роль мага, разум которого разрушила магии.

14 апреля. Каждый день тренируемся с Ахмедом. Никаких новостей. Поиски информации не откладываем ни на минуту.

30 апреля. Ахмед где-то пропадал две недели. Потом вернулся и рассказал о Теодоре. Неизвестный и самый могущественный маг. Силы у него немерено, он убивает семьи магов, чтобы стать сильнее и захватить власть. Пропагандирует чистоту крови и уничтожение обычных людей.

Мы начали следить за магами, и нашли их штаб. Это очень красивое здание, напоминающее гигантский костёр.

16 мая. Все наши слежки дали небольшой результат. Мы смогли отследить несколько десятков магов. Подслушивая их разговоры, мы поняли, что ситуация накаляется. В планах избавиться от всех напарников магов. У нас осталось не так и много времени, чтобы что-то изменить, смерть идёт за нами по пятам.

22 мая. Нам больше ничего не остаётся, как пробраться в здание и найти списки всех напарников. На кону стоит все, мы можем спасти людей. Вылазка назначена на 23 июня, тогда все маги покинут здание, чтобы отпраздновать полнолуние на берегу озера. Будет только охрана.

Я знаю, что мой напарник Макс, но нам нужен напарник Теодора, чтобы отследить и уничтожить это чудовище.

Списков не было, зато там мы узнали о пророчестве. И о том, что они неверно его истолковали. Они ждали мужчину, а должна была явиться девушка. Её вызвал из нашего мира Теодор. Теперь нужно найти эту девушку первыми и не позволить им встретиться. Пусть Теодор ищет мужчину.

22 июня. Сегодня она пришла на остров. Маленькая шумная и безумно красивая девушка. Она была так ошеломлена и пристыжена своим отражением в витрине, это детская наивность. Признаю, Тео хорошо постарался, такая девушка пойдёт за ним: нежная, доверчивая и добрая. Она не искала исполнения желания, она хотела спасти брата, как я мог ей сказать, что её жизнь в опасности, что не брата надо спасать, а себя. Я её испугал, вышло грубо, она шарахается от меня. Это не то, что должно было случиться, её нужно было скорее отправить назад, но портал закрылся, я предложил ей остаться у нас. Надеялся, что смогу скрыть её от Теодора и тот не узнает о ней. Хотел, чтобы все думали, что пророчество о мужчине. Должен же быть у нас козырь.

За месяц я полюбил её всем сердцем, за второй был готов на всё ради неё. Я отправлю её домой, чего бы мне это не стоило. Пусть умрёт весь мир, только бы она жила. Мы победим весь ковен и без пророчества.

У самых ворот её встретил Макс. И то, что брат Вики был у него в доме, говорит о том, что Макс знаком с Тео, заодно с ним. Или ещё хуже, Макс и есть Теодор. Он хочет поработить весь остров и качать жизненную силы из окружающих.

Неужели человек, которого я так долго ненавидел — это мой лучший друг. У меня осталось пару дней, чтобы выяснить это. Я умру за неё. Она должна жить.

23 июня. Мы сидели в засаде довольно долго, пока охранники не вышли на улицу пообщаться и выпить чего-то покрепче. У них был праздник, взошла красная луна. Все маги праздновали скорое пришествие их эры.

Я создал облако из снотворного газа и запустил в охрану, они ничего не заметили и уснули. Конечно не заметили, я очень хорош в магии. Мы спрятали их сонные тела в переулке.

Сами же быстро проникли в помещение, на ходу отключая охранные заклинания. Изнутри здание выглядело как обычный особняк: вестибюль, каминный зал, столовая, бильярдная, спальни на верхних этажах, кабинеты. Все помещения были вычурные и от декорированы золотом. Мы обыскали всё, но нигде не было и намёка на документы.

Я прислушался к своей силе, дал её свободу, выпустил из тени. Сила замешкалась, как зверь, которого выпустили на свободу, ощущая удивление, недоверие и сладкий привкус свободы. C помощью силы просканировал комнату, вторую, третью, меня заинтересовал тоннель за камином в спальне. Сила указала на цветок на каминной полке, нажал на него и открылся тоннель. Мы вышли в лабиринт комнат и коридоров и попали в потайную школу ковена, там было около десяти классов для обучения. Мы обшарили их все, но ничего не нашли. Затем мы вошли в кабинет главного мага. Там стояло роскошное кресло-трон, стол из красного дерева, в углу стол шкаф с трофеями, а пол был выложен из мрамора, почему-то красного цвета, напоминая кровь. Обшарили всё в комнате с помощью силы и без неё, и с трудом нашли замаскированную дверь. Мы услышали шум наверху — это охранники проснулись. Я быстро вскрыл дверь, и мы с Ахмедом забежали внутрь и закрыли её за собой. Кто — то, зашёл в кабинет главного мага и стал оглядывать комнату.

— Теодор, тут никого не может быть, дверь находится под самым совершенным заклинанием.

— Лучше я всё перепроверю ещё раз.

Голос показался таким знакомым. Но меня отвлёк Ахмед, удивлённо уставившийся на меня. Его удивило то, что я так легко снял заклинание. Меня тоже это удивило.

Когда двое вышли и шум прекратился мы встали и начали аккуратно обыскивать помещение. В столе я нашёл то, что мы искали — имена напарников.

Напротив имени Ахмеда значился какой-то Верий, а напротив меня Теодор Максимилиан. Ахмед с ужасом покосился на меня.

— Что не так? — спросил я.

— Это же тот самый Теодор, — сказал Ахмед, — не могу поверить, что это один и тот же человек.

Я сглотнул, меня больше удивляло, что Макс, которого я знал очень давно оказался таким лживым подонком, убивающим людей.

— Он всегда носит маску, и никто не знает его в лицо, — продолжил Ахмед. — прости Дэвид, что мне придётся это сказать. Если Макс это и есть Теодор, то ты вряд ли сможешь его победить.

Он меня не удивил, я понимал, что у меня оставался только один шанс на счастливое будущее, это пророчество и Вики. Я защищу её и спасу.

— Ахмед, а может, ещё поищем тут, вдруг найдём что-то интересное, что поможет их победить.

Ахмед одобрительно кивнул. Я подошёл к огромному шкафу, тот был заперт. Я стал применять магию, но шкаф не поддавался, видно на нем лежало сильное заклинание.

Из уст Ахмеда вырвался стон, я подбежал к нему и увидел, что список, который он держал в руке трансформировался. Напротив каждой пары стояла дата и пометка, кто из пары умрёт. Я спросил силу, она подтвердила — это магия драконов.

Согласно записи, мне оставалось жить ещё полтора года, а Ахмеду остался один день. Мы оба стояли как вкопанные. Не зная, как его утешить, я переминался с ноги на ногу, как вдруг кто-то стал открывать дверь в этот кабинет. Ахмед посмотрел на меня, я сунул машинально лист в карман, Ахмед подлетел ко мне и сказал, чтоб я спрятался под стол, а он возьмёт погоню на себя. Он побежит в сторону классов и уведёт магов за собой, а когда его схватят, он вызовет Верия на бой, всё равно ему жить день. Пока будет идти бой, мне надо выбираться отсюда, да так чтоб меня не поймали, иначе меня убьют. Кто-то нажимал на ручку двери, Ахмед пихнул меня под стол, а сам приготовился драться.

— Удачи, — прошептал я.

— На нашем месте, завтра, — прошептал он.

Только мы знали, что завтра для нас не наступит.

Началась потасовка, Ахмед применял самые разные заклинания, чтобы отбиться и побежал преследуемый погоней в сторону классов. Как только погоня стихла, я решил с помощью магии наколдовать себе маску, и нашёл в другом шкафу в кабинете чёрную мантию смерти. То, что надо.

Я одел на себя мантию, и пошёл со всеми в ту сторону, куда побежал Ахмед. Нашёлся он в самом большом классе, бой уже шёл, и Ахмед явно проигрывал. Напарники были огорожены от всех прозрачным сферическим щитом. Я видел, как избивали моего друга, как ломали его кости, как издевались над его телом. Этот маг был очень жесток, мой друг совсем скоро отдаст Богу душу.

Мне хотелось подбежать и помочь Ахмеду, но я знал, что это станет и моим последним днём. Если я это сделаю, то смерь Ахмеда будет напрасной. Вставая после очередного падения, Ахмед увидел меня, я прочитал ужас на его глазах, и я понял, мне пора. Мне придётся уйти и бросить его, я ненавижу себя, я ничтожество. Я заставляю себя отвернуться и направляюсь к выходу, не хочу видеть его смерть — он будет вечно жить в моём сердце. И я благодарен ему за каждый миг жизни, который он мне подарил.

— Господин Теодор, уже уходите, — обратился ко мне один маг, видно из новеньких.

— Здесь становится скучно, исход как всегда предсказуем, — сымитировал я голос Макса.

Старался пройти мимо, не вызывая подозрений, затем я ускорил шаг и почти бегом нёсся к выходу. На выходе охрана остановила меня, и поклонилась:

— Господин Теодор.

В этот самый миг Теодор, судя по мантии, вышел из комнаты позади меня в составе делегации магов.

Я попался.

Макс приказал избить меня до полусмерти и запереть в башне. Заклятие он наложил сам.

На прощание он напомнил, что Вики он мне не отдаст.

Нельзя позволить ему это сделать. Макс уже догадался о моей силе, придётся идти ва-банк. Собрав все свои магические силы, я с трудом сломал защиту башни и выбрался наружу. Я потратил слишком много сил, использовал запрещённые заклинания так что жить мне осталось не более 2 месяцев.

Когда я вышел первым делом взглянул на список: Ахмед был мёртв, а на нашей паре даты стёрлись. Возможно, будущее можно изменить, решил я тогда.

Когда я встретил Макса в поезде, он удивился. Когда все уснули он подошёл ко мне и сказал:

— Хочешь прожить эти два месяца, не говори ей не слова, иначе умрёте оба.

* * *

Я не смогла читать дневник дальше и разревелась. Так я провела около часа. И только немного успокоившись, открыла последнюю страницу, которая посвящалась мне. Там после жаркого предсмертного признания была просьба дойти до конца несмотря ни на что.

Я знала, что Макс жестокий, ужасный человек, а мой брат не знал. Неделю мы путешествовали по скалистой местности, я изображала влюблённую дуру, Макс пытался заручиться поддержкой брата, а я уличить миг, чтоб поведать брату правду.

Но Макс нас не оставлял, не давая ни единого шанса поговорить, думаю, он подозревал меня. Всё что я однажды успела шепнуть брату — это только: «Макс хочет нас убить. Он думает, что с твоей помощью захватит власть и исполнится древнее пророчество, но он ошибся. Ему нужна я».

По глазам поняла, что брат в замешательстве, долго думал. ещё через два дня, Женя спросил, что нужно от него. Я сказала, что мне нужно выжить, чтобы исполнить пророчество и вернуться домой.

Когда во фляге остался последний глоток воды, а водоёмов вблизи не оказалось, мы встретили умирающего тигрёнка. Рассудив, что я ещё смогу продержаться без воды, а он возможно погибнет, решила поделиться водой с ним.

Мои спутники ушли вперёд и не заметили моё отставание и обернулись тогда, когда я влила воду в пасть малышу.

Макс налетел на меня коршуном и начал оскорблять меня всякими нелицеприятными словами.

Тут появился страж и спас меня от разоблачения. Я была настолько вымотана, что готова была послать Макса очень далеко и надолго.

— Что ж, твоё сердце доброе, а помыслы чисты, — проговорил проводник. — Вам туда, — указал он нужное направление, — а возле большого дуба сверните направо, идите пока не наткнётесь на скалы, а там по скальной тропе дойдёте до цели. Но будьте осторожны. Не все преследуют добрую цель.

Дальше мы шли молча, никаких испытаний не встречалось, помимо голода и жажды, мучивших нас. Дойдя до скал, мы сели передохнуть, но просидели от силы минуты три.

— Все хватит отдыхать, — резко прорычал Макс, — нам пора идти дальше, я не намерен тут торчать весь день.

С трудом я смогла собрать все силы и встать, Женя подхватил меня под руку и помог идти, я была эмоциональна выжата после всех утрат и испытаний.

Макс же наоборот становился веселее и его чертовщина в глазах меня пугала. Мы карабкались по горам, я несколько раз чуть не сорвалась, и только Женя спасал меня. Разительная перемена в Макса говорила о том, что скоро конец. Главное, чтобы он не счёл меня балластом и не убил. Он же до сих пор считает, что ему нужен мой брат. Только бы добраться до цели.

Вдруг я почувствовала, что за нами следят, не знаю, как это объяснить, но мурашки, бегущие по телу и встающие дыбом волосы, не врут. За камнями кто-то был. Брат был готов сорваться с места и побежать в мою сторону. Я знаком указала ему по счёту три бежать вправо.

Раз…

Два…

Три — я бегу что есть мочи вверх, наблюдая боковым зрением за моими спутниками.

Фигуры в чёрных балахонах, такие же, как на поле кукурузы, такие же, как у здания костра преследовали нас недолго. Это маги, но что они тут делают?! Скорее всего их призвал Макс, чтобы увидели миг его триумфа.

Мы не подали вида, что догадались и оставив преследователей позади, плелись за Максом вверх в горы и реагировали на каждый шорох.

Тяжело дался подъём, мы сильно вымотались, Женя помогал мне как мог, подставляя мне своё плечо, хотя сам еле держался на ногах. Внутренний голос все время подбадривал и говорил, что скоро мы будем дома и все будет по-прежнему. Чем выше мы поднимались в гору, тем меньше внимания на меня обращал Макс, он становился нервным и нетерпеливым. Он ушёл далеко вперёд, и нам с братом приходилось догонять его быстрым шагом. Страх сжимал сердце, хоть бы всё удалось.

Прошёл ещё час или два, и мы наконец-то вышли к скальному храму. Вход в храм был окаймлён мраморной колоннадой и статуями прекрасных женщин и мужчин. Войдя в храм, я увидела семь старцев, чьи волосы тронула седина, ещё много лет назад. Старцы были одеты в длинные балахоны до земли из ткани желтовато-серого оттенка. Ощущение складывалось, что балахоны эти были сшиты очень давно, так как по краю они уже потрепались. Пока я рассматривала старцев, они уставились на нас.

— Зачем пожаловали к нам?

— Мы хотим вернуться домой, — ответила я.

— Говорите о себе девушка, — сказал главный среди старцев. — Отвести их в дальнюю залу пока будет идти суд над ними, — приказал он.

В его руках был металлический посох, может даже из серебра, он был похож на витиевато закрученные виноградные лозы, на которых отдыхал дракон. Как я узнала от Дэвида дракон символ свободы.

— После суда мы решим какое наказание применить к вам за то, что посмели явиться сюда.

— Мы пришли поговорить, нас не за что наказывать, — сказал Женя.

— Вы пришли завладеть властью над миром и за это мы вас казним.

— Неправда, мы пришли исполнить пророчество и разрушить тиранию, — встряла я.

— Вот на суде и разберёмся. Связать их и посадить в тюрьму.

— Бежим, — крикнул Макс.

Впервые за последние дни я была с ним солидарна. Связанная я не смогу исполнить пророчество.

— Вперёд, — Женя подтолкнул меня в сторону золочённой массивной двери.

Мы трое резко сорвались с места и побежали., надеясь обогнать старцев и первыми попасть в следующий зал. Как я прочла во взгляде Макса там должно быть то, о чём он грезит. Один из старцев, самый главный, именно он приказал отвести нас в тюрьму, схватил меня за плечо, резко развернул к себе и ударил кулаком в челюсть. Было очень больно, слёзы брызнули из глаз, но мне некогда было себя жалеть, если я хотела попасть домой. Я резко поставила свою ногу позади его ноги, схватила старца за плечо и опрокинула его на землю. Теряя равновесие, он схватил меня за футболку, и мы кубарем покатились по полу и вылетели в другое помещение, вот тут — то я и увидела непонятное сияние. Пока я поднималась с пола, я заметила, что моего брата уже окружило трое других старца, столько же нападают на Макса. Макс отбивался от них ритуальным ножом из сна. Пока я осматривалась, старец подлетел ко мне сзади и ударил больно по спине, я просела и ахнула от неожиданности, однако быстро обернулась и ударила его в ответ. Завязалась драка, я даже не знала, что умею так виртуозно драться и уклоняться от ударов.

Теперь я дралась с двумя, вокруг Макса крутилось уже четверо, а брата я не заметила. После долгой серии ударов и уклонений, мне удалось вырубить противников. Я обернулась к Жене, он мужественно противостоял шестерым. Я уже хотела подбежать к нему и помочь разобраться с противниками, силы явно были не равны, но он прокричал мне, чтоб я шла дальше. Я молча повиновалась ему и пошла с сияющему столбу. Он представлял собой воронкообразный алтарь, высеченный в камне, и подсвечивался неизвестным источником. Свет был мягким, золотистым и тёплым. А в центре находился шарообразный предмет.

Я стояла очарованная сиянием этого алтаря, когда услышала, как Макс крикнул: «Нет, его должен взять Юджин». Я обернулась и увидела, как два старца уже заламывают руки Макса, опустив его на колени. Я поднесла свои руки к свету, запустила их в это золотое свечение, почувствовала, как тепло исходящее от шара мягко укутывало меня и дарило покой, я аккуратно взяла его. «И как он поможет нам вернуться домой?!»— промелькнуло в моей голове. Как только я вытащила шар из его тёплой, золотой оболочки-колыбели монахи замерли на месте и не могли пошевелиться. Макс, стоящий на коленях от бессилия, радостно засиял. Улыбка его в этот момент была такая лживая и гадкая, что мне стало немного не по себе. Макс встал с колен и направился ко мне.

— Отдай шар мне, любимая, и скоро все закончится. Что ж интересно всё вышло. Я думал, что пророчество о парне, а оно оказалось о девушке. Вот почему Дэвид так скакал вокруг тебя. Ну же, крошка, отдай мне его.

— Не отдавай, — шёпотом молили старцы.

Я сделала шаг назад пряча шар за спиной.

— Что ты делаешь, глупышка?

— Не подходи ко мне.

— Тебе что жить надоело. Смотри, а то прихлопну вас, сама знаешь, как кого. Вам не выйти отсюда живыми, храм окружили мои слуги.

Я стою и ощущаю, как от шара исходит магия и начинает переходить в меня, заполнять моё тело.

— Как скажешь, любимый, — делаю вид, что кланяюсь ему, а сама таким образом пытаюсь выиграть пару минут думая, как же поступить.

Мне ничего не пришло в голову кроме как ударить кулаком по стене, да так сильно, что трещины разбежались по всему залу. От удара в воздухе повисли раскаты грома, а пол покрылся паутинчатой сеткой трещин. Все замерли.

Старцы смогли двигаться и поклонились мне, произнеся: «Это точно она», «спасительница».

Макс же подошёл к Жене, который был ранен и приставил меч к его горлу.

— Добровольно отдай сферу мне, иначе Юджину крышка, — он схватил брата за горло и полоснул его по горлу ножом. Это было выверенное движение, чтобы напугать меня. Нож прошёл еле касаясь горла, но оставив лёгкий порез.

Я посмотрела на брата, по его глазам я прочла, что брат не хочет, чтобы его спасали.

Передо мной лежал сложный выбор, спасти брата и отдать сферу или же спасти жителей и попытаться исполнить пророчество.

Второй вариант мне бы, наверное, понравился, будь у меня краткая инструкция по спасению мира.

Я честно хотела вернуть к жизни всех: Ахмеда, Фархада, всех кто застрял и погиб на острове и Дэвида. Они не заслужили смерти, даже Дея, её я тоже хочу спасти. А ещё я бы хотела вернуть всех домой, закрыть все порталы между мирами, чтобы никто и никогда не убивал людей, выкачивая из них силы. Хочется закричать от бессилия, неужели моя судьба умереть здесь бесславной смертью.

Бабочка села на моё плечо. И показалось, что Дэвид со мной он рядом. А затем я услышала голос, тот самый, что направлял меня на острове.

— Жертва за желание.

— Ну что ж Женя, ты был неправ тебе придётся оберегать нашу семью, — произнесла я и брат всё понял.

Тут я начала поднимать сферу над головой, чтоб со всей силой грохнуть её о землю. Макс догадался обо всем, а может он, всё-таки читает мысли. Он кинул в меня ритуальный нож, попав в руку, сфера выпала из рук, ударившись о колено, покатилась по полу.

Мы с Максом как коршуны устремились к сфере, я схватила её первая отпихнув его в сторону.

Брат подлетел следом и скрутил Макса, откинув нож ногой как можно дальше.

— Зачем тебе всё это, зачем власть? — начала я.

— Я всегда завидовал Дэвиду. У него была лучшая работа, о такой можно было мечтать. У него были студенты в лучшем Университете страны, они обожали и боготворили его, и в конце концов у него была Марта. Я был рад видеть, как его жизнь катиться тартарары: смерть Марты, психическая нестабильность, увольнение из агентства, отпуск в Университете А ещё месть всем тем, кто разлучил меня с моими родными.

И здесь на острове я каждый день упивался его муками.

— Заткнись, ты даже не достоин имя его произносить.

Я больше не смогла держать всю боль, которая накопилась в моей душе. Макс убил столько людей, и сколько ещё намеревается. Было больно за всех, кто пострадал от его рук. Мне было так одиноко и жалко всех. Больно за себя, что он хотел сделать меня своей игрушкой, больно за брата, которого обманули, больно за Дэвида, которого предали, Ахмеда и остальных.

В этот момент в мои мысли ворвался голос, голос этот исходил из сферы. Она хотела, чтобы её разбили, и тогда вся боль уйдёт, и она поможет мне очистить этот мир от всего плохого.

Я выдохнула, собрала всю волю в кулак и подняла сферу над головой. В этот момент Макс, вывернулся из захвата брата и бросил огненный шар в меня. Я не успеваю отразить удар, в этот момент я зажмуриваюсь от страха, но не чувствую боли, а ощущаю лишь порыв ветра и какой-то болезненный вздох рядом. Это один из старых хранителей храма.

— Ну же девочка, спаси этот мир.

Вложив все силы и ненависть, швырнула сферу на пол перед собой, мысленно пожелав ей разбиться и оставив всех магов без власти и подарив людям надежду и свободу.

Когда сфера летела вниз, видела, как Макс вонзил нож в сердце моего брата и последняя моя мысль была о том, чтобы этот мир покарал Теодора.

Дальше все происходило как в замедленном кадре. Слабая улыбка медленно расползлась по лицам монахов, Алекс или Тео, или Максимилиан, или как его там зовут, медленно бессильно съезжал на колени, его лицо изображало боль от утраты единственного шанса. Кажется, вот он тот самый момент, чтобы позлорадствовать, что не вечно его верх во всех делах, но мой взгляд и все мои мысли привлекла сфера, которая в этот момент коснулась пола. Она разлетелась на миллион осколков, часть из них уже вонзилось в моё тело. А внутри сферы было пламя, которое вырвалось и теперь росло, двигалась в мою сторону. Когда оно достигло моих ног, окутало меня и начало жечь лицо и руки. Я почувствовала запах горелой плоти, затем лишь ощутила приступ нестерпимой боли, дальше я уже ничего не помнила и не понимала. Сознание вернулось позже от новой волны боли. Я ощутила, как пронзённое сердце снова застучало. Первые секунды думала, что схожу с ума от боли, но потом поняла, что осколки из израненного сердца прокладывают себе путь наружу. Сила, с которой они вырывались из груди, подняла меня над землёй, осколки парили вокруг меня, к этим осколкам стали подниматься с земли и присоединяться остальные. Они двигались все быстрее и быстрее, закручиваясь в спираль вокруг меня, потом замерли на секунду, и помещение осветилось таким ярким светом, что все зажмурились.

* * *

Когда сознание ко мне вернулось, почувствовала, что все её тело болит, а я лежу на сырой земле. Ощутила холодный ночной воздух и травинку под рукой.

Когда всё же удалось открыть глаза, увидела, что на небе сияет луна и с одной стороны её закрывает тёмное пятнышко. Лунное затмение.

Затем сквозь треск и шум в голове стало пробиваться сознание. Стала припоминать всё, что произошло за последние пару дней, и вдруг осознала, что жива.

Эта мысль настолько обрадовала, что я начала задыхаться от счастья и истерично смеяться, из глаз катились слёзы. Медленно смогла привстать и сесть на землю. Сев стала быстро осматривать свои руки. Кожа на них была целая. Затем коснулась своего лица, ощущая, как дрожат от страха пальцы. Но обнаружила там лишь здоровую кожу, уже начала сомневаться во всем произошедшем, когда посмотрела на свою грудь. Там, где выходили осколки, остался шрам в виде полумесяца, единственное доказательство того, что все это был не сон. Закончив осмотр себя, посмотрела на луну и сказала: «Мы справились».

Вспомнила о брате. Там у источника я видела его в последний раз. Увидела, что он лежал на земле в пяти метрах от меня и не подавал признаков жизни.

— Женя, — позвала шёпотом, голос предательски дрожал.

Было страшно не услышать ответ. А когда услышала слабый стон, забыв о боли и усталости рванула вперёд, схватила брата, который к тому моменту пытался встать с земли, и обняла его с такой силой, что чуть не задушила. Женя начал кашлять от боли в груди и только тогда я его отпустила.

Моё внимание привлекли часы на запястье, я дёрнула его руку. Мы вернулись в ту самую ночь, когда пропал брат.

Радостно выдохнули. Затем он притянул меня поближе к себе, я положила усталую голову на его плечо.

— Я горжусь тобой, — единственное, что услышала сквозь сон.

* * *

Я открыла глаза и удивилась. Я лежала в своей кровати, звенел будильник. Посмотрела на телефон и сморгнула, потом ещё раз и ещё раз. 14 апреля. Это был тот самый день — день, когда Игорь украл мой проект и бросил меня. Неужели, мне все приснилось: брат, остров, Макс и Дэвид.

Я быстро набрала номер брата.

— Алло, Женя, алло.

— Лера, что такое?

— Женя, скажи, тебе не снились странны сны?

— Про странный остров и приключения?

— Значит это был не сон?

— Лера, это был не сон, мы живы, и мы дома.

Только надо снова не запустить эту петлю времени.

Я достала новую флешку и скачала на неё свой проект. Игорь украл у меня лишь теорию, рендеры все остались у меня, плюс решила оставить ему подсказку, как исправить ошибку.

Собралась и гордо вошла в кабинет. Когда увидела Игоря мною овладело странное чувство. Как мне мог нравится кто-то похожий на него — высокомерный нарцисс.

Не стала дожидаться его оскорблений, стояла и улыбалась. Он выглядел растеряно.

— Вот, — положила на стол флешку.

— Что это?

— Игорь, давай начистоту.

Я думала об этом довольно долго, и благодарна судьбе за этот шанс.

Хочу сказать тебе, спасибо за урок, но давай уже разойдёмся. Давай прекратим наши лживые отношения. Ты долго страдать не будешь, кто-нибудь из поклонниц тебя утешит, у меня тоже есть куча важных дел. Как никак нужно сделать новый проект.

В качестве отступных держи — проект, это то ради чего ты играл в любовь со мной. Только скажу тебе одно, в проекте ошибка и при чём довольно грубая. Узнала об этом буквально недавно.

— И если ты её исправишь попадёшь на учёбу, если нет, то увы.

— Ты специально допустила ошибку, мне назло? Даёшь дефектный проект в качестве отступных.

Подавись им, мне не нужны твои поблажки.

— Отлично, мы всё прояснили. Теперь прощай, и давай не будем делать гадости друг другу.

И я ушла, оставив флешку на столе.

* * *

Я поступила в Европейский Университет и буду архитектором. Сколько надежд сейчас во мне, сколько сомнений. Счастье переполняет через край, но есть и нотка грусти во всём, рядом нет Дэвида. Так хотелось разделить счастье с ним, чтобы он похвалил меня и обнял.

Я заранее заселилась в свою маленькую и уютную комнату, чтобы успеть погулять по городу до начала учёбы. Дэвид столько рассказывал о городе, что я еле дождалась этого дня.

С тех пор как я вернулась, прошло целых два месяца, но многое вокруг поменялось. Мне пришлось резко повзрослеть. Я стала спокойнее и увереннее в себе, я перестала бояться людей. Я поняла, что не страшно любить, страшно не познать это чувство, страшно закрыться от мира и не чувствовать вообще. Я не боюсь приключений, я боюсь остаться в своей ракушке, как говорят психологи в зоне комфорта.

А ещё я поняла, что нет ничего хорошего в идеалах. Идеальная жизни не бывает, идеальных отношений не существует, идеальные мужчины оказались фальшивкой.

А жизнь она проходит, она здесь рядом, такая притягательная, неидеальная, полная возможностей, побед и открытий. И нужно брать от жизни всё, пробовать, рисковать и становиться сильнее. И главное, не стоит мечтать о несбыточных идеалах.

Я взглянула в окно, дождь шёл стеной весь день. Кажется, и погода скучала по Дэвиду. Но я была тверда в своём намерении. Одевшись тепло и схватив зонт, я выбежала под проливной дождь. Вооружившись терпением и картой, я воплощала свой маршрут в реальность. Я шла под зонтом, скучая по Дэвиду и одновременно ощущая его присутствие рядом. Я зажмурила глаза и вспоминала его рассказ, открыв глаза, мне казалось, что он стоит рядом указывает на здание и рассказывает какую-то историю, связанную с ним. Стало очень приятно на душе, тепло растекалось по телу и окутывало меня, так что холоду не удалось бы подобраться. Я улыбнулась. Улыбнулась, так как уже давно не улыбалась, это была детская искренняя улыбка из самой глубины души. Я посмотрела на небо и вспомнила, как на площади у фонтана я кружилась и ловила снежинки руками, как играла с Дэвидом в снежки. Я опустила зонт и начала кружиться под дождём. Хотелось кричать на весь город о том, как я счастлива и насколько я люблю жизнь. Но меня не поймут. Я иностранка.

И вот вымокнув достаточно, чтобы подхватить ангину, я забежала выпить горячего кофе.

Это был последний пункт моей прогулки — любимое кафе Дэвида.

Официант любезно предложил мне плед, потому что иначе я могу заболеть, я не стала с ним спорить и принёс кофе и мой любимый десерт, за счёт заведения.

Я была приятно удивлена. Согревшись начала дремать. Проснулась оттого, что супружеская пара за соседним столиком встала. Я тоже быстро собралась и вышла из помещения.

Город меня встретил сотней неоновых огней, небо расчистилось и стали появляться первые звезды. Я шла по улице и сотни огоньков горели как на новогодней ёлке. Они мелькали и убегали, играя в догонялки. Я улыбнулась и остановилась, посмотрев под ноги. Передо мной в луже отражалась почти полная луна, город был действительно сказочно красив. Я посмотрела вперёд и увидела все многообразие живых огоньков отражается в лужах и кажется, что ты не идёшь по городу, а плывёшь. Это было непередаваемое ощущение. Ощущение, будто я попала в сказку — хорошую, добрую сказку со счастливым концом.

Так полная надежд и приятных эмоций я вернулась домой.

Спросите меня, искала ли я Дэвида. Да, искала. Но сложно найти человека, настоящего имени которого у тебя нет. А ещё у меня не было фотографии и всё, что я знала он преподавал архитектуру. Я верила, что, если нам суждено быть вместе мы встретимся в этой или в следующей жизни.

На следующий день я проспала и влетала в двери университета за пару минут до начала пары.

Не сбавляя темпа заскочила в лифт. Я пообещала себе стать самой лучшей и прилежной ученицей, поэтому не могла опаздывать.

Пока лифт поднимался вверх, я достала телефон, куда скачала своё расписание и план Университета, чтобы вспомнить номер аудитории.

Девушки рядом со мной обсуждали возвращение своего преподавателя, который брал академический отпуск и вернулся сейчас обратно. Если отмести все ахи и вздохи, преподаватель этот был красив и холост. Меня это не особо интересовало, так как я приехала учиться.

Выскочила из лифта и побежала по коридору, на повороте не успела затормозить и врезалась в чью-то спину, выронив телефон из рук.

— Извините, меня пожалуйста, я очень неловкая, — говорила я мужским ногам, пока подбирала телефон и вставала.

— Ничего страшного, Лера, — сказал до боли знакомый голос.

Сердце затрепыхалось пойманной птичкой.

Я боялась посмотреть в лицо мужчине, боялась, что глупое сердце ошиблось, что ошиблись мои уши.

Мужчина легко коснулся моей руки и тогда я нашла в себе смелость посмотреть на него.

Передо мной стоял Дэвид и улыбался довольной улыбкой. Он был настоящий, здоровый и такой красивый.

— Привет, — единственное, что смогла сказать я.

— Привет, — улыбнулся он. — Все вопросы потом, а сейчас, давай посмешим, нехорошо опаздывать на наше занятие в первый день. А после пары, если ты конечно не против, хочу пригласить тебя на обед с друзьями. Они приехали, чтобы увидеться с тобой.

Я ждал тебя.

Дэвид развернулся и вошёл в аудиторию, и я пошла за ним следом.

А пошла я за ним в нашу общую идеальную жизнь.

Content

Бельская Леся Идеалы [СИ]

Леся Бельская Идеалы