Алекс Ирвин

Бэтмен. Рыцарь Аркхема: Гамбит Загадочника

Alex Irvin

BATMAN: ARKHAM KNIGHT

THE RIDDLER’S GAMBIT

Copyright © 2020 DC Comics.

BATMAN: ARKHAM KNIGHT and all related characters and elements © & ™ DC Comics and Warner Bros. Entertainment Inc. (s20)

S 0256044

WB SHIELD: ™ & © DC Comics. (s20)

В яблочко!

Автор: Рафаэль Дель Торо

GothamGazette.com

Я никогда не скрывал своего презрения к так называемому Бэтмену, не буду начинать и сейчас.

Уже несколько месяцев на улицах нашего славного города не слышно грохота его бэтмашины. Не видно плаща летучей мыши и в Аркхем-сити, где он регулярно нападал на охраняющих правопорядок агентов «Тигра», или чем этот линчеватель там еще занимался, когда брал закон в собственные руки? Другими словами, прошло уже несколько месяцев с тех пор, как Бэтмен сказал нам, жителям Готэма, что мы недостаточно хороши или же недостаточно умны, чтобы самостоятельно о себе позаботиться.

Ура!

Давайте понадеемся, что Бэтмен отчалил в долгий, долгий отпуск. Может, он решил начать новую карьеру и занялся выпечкой крафтовых пончиков. Что бы с ним ни случилось, мы можем только надеяться, что бэтменские примочки собирают пыль в подвале его мамочки. После того, что случилось в Аркхем-сити, для всех будет лучше, если Готэм больше никогда не увидит этого костюмированного урода… любого костюмированного урода.

Я что, единственный, кто заметил, что присутствие Бэтмена, кажется, делает ситуацию хуже, а не лучше? Стоит ему показаться со своим бэт-снаряжением и бэт-высокомерием, как плохие парни из всех щелей лезут, чтобы проверить свои силы в бою с ним. Что ж, от лица всех жителей Готэма позвольте мне сказать:

«НЕТ, БЭТМЕН, СПАСИБО, НАМ И БЕЗ ТЕБЯ НЕПЛОХО».

Нам не нужно, чтобы ты давал этим преступным психам еще один повод прокачать свои навыки. Джокера больше нет, и вся эта разборка с Хьюго Стрейнджем также заняла большую часть твоей круглогодичной хэллоуинской вечеринки. Отлично. Если на свободе еще остались какие-нибудь психи, пусть и дальше держат свои костюмы в кладовке. Пусть они уже сделают что-нибудь нормальное.

Например, ограбят банк.

Полиция Готэма сможет с этим справиться.

Бэтмен, возьми отпуск. Пусть он продлится долго. Пусть Готэм увидит, как обстоят дела, когда в городе нет никого, кто превратил бы свою ушастую фигуру в идеальную мишень. В Аркхем-сити и так достаточно народу погибло.

Видите ли, Бэтмен не показывался уже несколько месяцев. Кто-нибудь еще заметил, как тихо стало вокруг?

Освежает, не правда ли?

Так что, если ты читаешь этот текст с экрана своего айБэта, лежа в бэт-ванне, или же сидишь в бэт-кухне и грызешь бэт-тост, окажи нам всем услугу. Сиди там дальше. Останься дома. Позволь нормальным людям со всем разобраться. Разве ты не устал быть народным мстителем?

Мы вот все устали играть роль сопутствующего ущерба во всех этих разборках мстителей в масках и их врагов.

Серьезно. Оставайся дома. Дальше мы как-нибудь сами. Мы друг друга поняли?

Мы друг друга бэт-поняли?

Вот и славно, рад слышать.

1

Загадочник ждал.

Он смотрел.

Он наблюдал и записывал, а когда увидел достаточно, то начал преобразовывать свои наблюдения в планы.

Как превратить шутку в загадку?

Он отыскал идеальное место, откуда можно было начать реализовывать свои задумки, в руинах Чудо-города. После того, как хозяин и правитель этого места, Ра’c аль Гул, выбыл из уравнения по причине собственной смерти, его Яма Лазаря была разрушена. Талия, дочка демона, куда-то испарилась, и даже Джокер сгинул, обратился в прах, частично смешавшись с неизменным зловонием преступного мира, висящим над Готэмом даже в хорошую погоду. Оставшуюся часть клоуна смыли в канализацию, в океан. Там он станет неотъемлемым элементом круговорота жизни. И нет никаких сомнений в том, что крошечные частички Джокера, которым удалось избежать крематория, осели на улицах, зданиях и даже жителях города. По правде говоря, нельзя было даже вообразить себе Готэм без Джокера.

В этом, как представлялось Загадочнику, и крылась проблема.

А он, Эдвард Нигма, станет ее решением.

На самой вершине преступной иерархии Готэма образовалось пустота, а все хорошо знали, что природа не терпит пустоты. Как и Загадочник. И поэтому именно он ее заполнит.

«Другие на его месте развязали бы целую серию убийств или показательных нападений на основные достопримечательности Готэма», – подумал он. Но подобное поведение не в его стиле. О нет, Загадочник смотрел на сложившуюся ситуацию как гроссмейстер на шахматную доску. В шахматах три этапа. «Забавно, – подумал он, – как много вещей должно происходить в три этапа. Возможно…»

Но нет. «Обо всем по порядку».

Первые десять ходов шахматной партии при должном ее развитии были более или менее просчитаны заранее, поскольку все возможные варианты были широко известны. Если белая пешка шла на e4, играющий «черными» игрок не отвечал ей аналогичным ходом, передвигая собственную пешку на d5. Почему? Да потому что это был верный способ проиграть.

Нет, любой компетентный игрок знает, как направить развитие первых ходов по заранее предсказанным путям, обеспечивая таким образом единые правила игры и имея приличные шансы на успех.

Схожие принципы применялись в эндшпиле. Там также были заранее установленные ходы. Король, ведущий за собой пешку навстречу другому королю, или же ладья, рассекающая доску на части и загоняющая соперника в тупик, к поражению. Или жертва, пробивающая брешь в строю пешек противника, создавая возможность для диагонального удара слоном.

Умные игроки могли предвидеть подобное развитие событий на несколько ходов вперед. Вот почему так мало настоящих игр оканчивалось шахом и матом. Опытный игрок, предвидя неизбежное, всегда сдавался заранее. И в дебюте, и в эндшпиле шахматная партия оставалась… предсказуемой. Но что насчет того, что лежало посередине? Что насчет миттельшпиля, в котором число возможных ходов увеличивалось быстрее, чем человеческий мозг успевал их сосчитать? Именно здесь были возможны сюрпризы, и именно здесь выигрывались и проигрывались партии.

Так что сперва Загадочник разработал план для начала партии. Ходы требовали подготовки, на которую нужно было потратить время, но это нормально. Время у него было. Город по-прежнему отходил от взрывной деактивации «Протокола 10» и режима Хьюго Стрейнджа. Было тихо. И Загадочник на время заляжет на дно. Он будет трудиться за кулисами и не запустит свой план, пока не будет готов.

Ему потребуются союзники. Будут и те, кто бросит ему вызов. Загадочник набросал список потенциальных партнеров и возможных соперников. Весь преступный мир Готэма станет фигурами в шахматной партии Загадочника. Он начал готовить серию головоломок, каждая из которых основывалась на характере возможного союзника. Но на этом Нигма не остановится – слишком легко! Сложности должны сводить его соперников с ума! Так что он добавил в свои загадки еще один слой, вплетая их…

«О, да, – подумал Загадочник, – это будет гениально».

Нигма финализировал список возможных союзников и начал связываться с каждым из них, организуя общение таким образом, чтобы наверняка заинтриговать собеседника. Сидя в Чудо-городе, Загадочник начал отсылать своих посланников, а по мере того, как стали приходить ответы, он принялся сплетать свою сеть.

Нигма нанимал людей, которым мог доверять… и от которых мог избавиться без угрызений совести.

Он уже знал, как все пройдет.

Некоторых союзников Загадочник привозил в Чудо-город, и его вид поражал новоприбывших. Улочки и здания, многие из которых были возведены еще в девятнадцатом веке, превратились в развалины и руины, скрывающиеся в полумраке подземелья. Отголоски ушедшей эры, осколки единого видения окружали остатки Чудо-башни, некогда средоточия власти Демона.

Мало кто из жителей Готэма знал о существовании этого места.

Он направил свою растущую армию работать, хорошо им платил и очень кстати забыл упомянуть, что, когда проект запустится, всех будет ждать маленький бонус. Что касается тех, с кем связаться не удалось, с ними придется разобраться тем или иным способом. Задействовать, задобрить или попросту убрать – в зависимости от того, какой способ будет более подходящим для успеха всего плана.

Ра’с аль Гул и Джокер оставили после себя длинную тень, но Загадочник годами готовился оказаться в центре внимания на собственных условиях. Путь был ясен – это его шанс. И он его не упустит.

Разумеется, оставался Бэтмен…

Слишком часто Загадочник скрещивал шпаги с так называемым Темным рыцарем, противопоставляя свои головоломки острому уму мстителя в маске. Вот только недавно он бросил вызов Бэтмену при помощи специально сконструированных комнат, каждая из которых была оформлена в особой тематике. Его оппонент довольно легко справился с задачками, как, собственно, и рассчитывал Нигма, но это было лишь прелюдией. Понаблюдав за тактикой Бэтмена, Загадочник изобрел новое поколение ловушек, более утонченных, чем прежде.

Эти головоломки не будут требовать человеческого присутствия, чтобы быть смертельными. Это будет целая серия ловушек, самостоятельных, но являющихся частью общей картины. Каждая из них будет сложнее предыдущей, они будут изматывать его противника до тех пор, пока финальное откровение не уничтожит Бэтмена. Если и не физически, то хотя бы морально, одним лишь пониманием, что он потерял.

Финальная ловушка станет его шедевром.

Уйдет ли Бэтмен на пенсию? Вот в чем вопрос.

Признает ли он свое поражение? Преклонит ли колено перед королем? Или же будет сражаться до самого конца, показывая свою доблесть и глупость?

В любом случае, противостояние окончится сладостью его, Загадочника, победы.

После того, как он накопит необходимые ресурсы, ему понадобится место для возведения своих головоломок. Нигма обыскал и Аркхем-сити, и Чудо-город, оценивая, что от них осталось, и нашел настоящую сокровищницу готовых для использования ресурсов. Подчиненные Хьюго Стрейнджа из «Тигра» оставили после себя целый склад оборудования и материалов. Чудесные роботы Ра’с аль Гула, прозванные механическими стражами, все еще несли свою молчаливую вахту в ожидании, что кто-нибудь вернет им смысл существования. Нигма воспользуется всем этим. Улучшит это. Он сконструирует головоломку, которая положит конец всем головоломкам… или, говоря иначе, положит конец Бэтмену.

Разумеется, ему понадобится помощь. Эдвард Нигма не был эгоманьяком, который считал бы, что справится со всем самостоятельно. Если Загадочник хотел занять пустоту, образовавшуюся после Джокера…

Нет.

Десятилетиями у готэмской преступности были зеленые волосы и безумная ухмылка. Загадочник не горел желанием занимать место Джокера. Подобно всем используемым им ресурсам, он переделает эту роль. Исчезнет безумие, сменившись чем-то более… утонченным. В каком-то смысле загадка была изысканнее шутки. Шутки полагались на краткость нелепицы, на мгновенное столкновение ожидания и реальности. Они стимулировали низшие инстинкты человеческой натуры. Не просто же так говорили, что кто-то смеется до коликов в животе.

Хорошая загадка задействовала логику и разум.

Судьба вручила ему идеальную возможность. Сейчас, как никогда прежде, у Загадочника были все ресурсы, необходимые для закрепления его лидерства в иерархии преступного мира Готэма, причем таким способом, что его превосходство нельзя будет оспорить. Эдвард Нигма принесет с собой такой хаос, что все раз и навсегда забудут о Клоуне-принце преступного мира.

Мания величия?

«Да будет так», – подумал он. Все мечты о величии были маниями… пока кто-то не воплощал их в реальность.

Развалины сталелитейного завода зияли осколками камня и металла – последствия взрыва, частично уничтожившего здание. Подобно останкам строения, металлическая конструкция, которую они подняли из-под земли, была обожжена, но если завод восстановлению не подлежал, то металлический страж выглядел целым.

Явившиеся прямиком из стимпанковской мечты механические люди были наглядным воплощением технологии, изрядно опередившей свое время. По официальной версии, они были созданы для защиты подданных Ра’с аль Гула, на деле же они лишь закрепляли власть тирана. Сейчас круглые глаза стража были тусклыми и безжизненными, но скоро они опять засияют зеленым светом искусственной жизни.

«Идеально, – подумал Нигма. – Если их уцелело достаточное количество, это будет идеально». Он немедленно связался с поисковыми командами, прочесывающими опустевшие улицы, и велел им отыскать остальных стражей.

Брутальная сила в сочетании с элегантностью гамбита – признак настоящего гения. Любой может добиться власти с помощью ножа и пистолета. Идеальная головоломка требовала, чтобы тот, кто ее разгадывал, действовал только одним способом – и никак иначе. Более величайшего мастерства не существовало в природе – и вот в этом-то Загадочник и намеревался превзойти Бэтмена – в абсолютном мастерстве.

Здесь, на руинах былого великолепия Аркхем-сити.

2

Брюс Уэйн не доверял тишине.

В Готэме на протяжении месяцев, прошедших со смерти Джокера, царила тишина. Это противоречило городской натуре. Обычно что-то где-то обязательно назревало. Сейчас же, казалось, что все, начиная от обычных уличных бандитов и заканчивая мафиозными кланами, залегли на дно. Можно было подумать, что весь город скорбел по безумцу и воздавал дань уважения его извращенному наследию, отказавшись на время от хаоса и жестокости.

Учитывая, сколько ужаса причинил Джокер Готэму за последние десятилетия, это казалось странным, и все же так оно и было. Как говорится, с фактами не поспоришь, а факт заключался в том, что с момента кремации клоуна Бэтмен не видел никого из своей огромной линейки костюмированных противников. Оставалось лишь выяснить, скорбели ли они по Джокеру или просто затаились, выжидая заполнения образовавшегося вакуума власти.

Какой бы пугающе иррациональной не казалась очевидная скорбь города по размалеванному безумцу, сам Бэтмен на более личном уровне боролся с психологическими эффектами смерти Джокера. Они так давно были смертельными врагами, что Темный рыцарь никак не мог избежать чувства потери, сколь бы извращенным оно не казалось. А также он все еще пытался справиться с физическими последствиями сражений в самом Чудо-городе и в его окрестностях. Несмотря на все имеющиеся в его распоряжении ресурсы, даже Брюс Уэйн становился старше. Он уже не мог восстанавливаться так быстро, как прежде.

Столь удачное затишье в преступной активности давало истерзанному телу Бэтмена время отдохнуть, а сам Темный Рыцарь получил возможность провести необходимую профилактику своего уникального оборудования. Он много времени проводил в Бэт-пещере, в компании Робина и Альфреда. Они пополняли запасы, чинили поврежденные компоненты и заменяли те, которые уже невозможно было починить. Люциус Фокс, генеральный директор «Уэйн Энтерпрайзес» и сам по себе гений инженерного дела, регулярно получал заказы на новые запчасти и инструменты. Когда затишье закончится – а Брюс не сомневался, что оно когда-нибудь закончится – Бэтмен будет готов.

– Если мне позволено будет заметить, мастер Брюс, вы сами на себя не похожи, – произнес дворецкий.

– В каком смысле, Альфред?

– Видите ли, сэр, вас никогда нельзя было назвать болтуном, но в последние дни из вас и слова не вытянешь. Вы выглядите удивительно задумчивым. Я обязан поинтересоваться: все ли в порядке?

– Насколько это возможно, – ответил Брюс, – я не доверяю тишине.

– Я тоже, – вмешался в разговор Робин откуда-то из-под днища бэтмобиля, – но нам и не нужно доверять тишине или пользоваться ее преимуществами.

– Истинно так, мастер Тим, истинно так, – ответил Альфред.

Он подождал какое-то время, а потом, когда тишина стала совсем уж неловкой, дворецкий поднялся по лестнице и покинул Бэт-пещеру.

– Знаешь, он ведь прав, – заметил Тим Дрейк.

– Он всегда прав, – ответил Брюс.

– Ты сам на себя не похож.

– А на кого еще мне быть похожим, Робин? – поинтересовался Брюс, стараясь звучать легкомысленно. – Тебя это не должно заботить.

И все же Робин и Альфред были правы – он действительно менялся. Другие, может, и не заметили бы этого, но эти двое знали его слишком хорошо. Бэтмен вынужден был признать очевидное. Смерть Джокера влияла на него неожиданным образом.

Мог ли он скорбеть по клоуну? Такое вообще возможно?

Это казалось абсурдным, но, когда ты теряешь кого-то, кто долгое время был частью твоей жизни – пусть даже этот кто-то десятилетиями пытался тебя убить – возможно, это совершенно нормально испытывать чувство потери.

Может, его состояние было чисто физическим. Бэтмен чувствовал себя сильным и быстрым, но еще он ощущал себя… нехорошо, в каком-то неясном, неуловимом смысле. Он списывал это на затянувшиеся последствия воздействия токсинов Джокера. Скорее всего, так все и было на самом деле.

Как бы то ни было, спустя четыре месяца после краха «Протокола 10» что-то было не так. Рано или поздно Бэтмен справится с этим ощущением. Но до тех пор оно продолжит его раздражать. Темный Рыцарь не выносил проблем, которых он не мог решить, не любил врагов, с которыми не мог сразиться… не мог даже идентифицировать.

– Я в порядке, – произнес Брюс, – а даже если бы и не был, Готэму нет дела до самочувствия Бэтмена.

Темный рыцарь надеялся, что такой ответ положит конец беседе, и его желание было удовлетворено, когда по закрытой линии поступил звонок из офиса комиссара Гордона.

– Комиссар, – ответил Брюс, активируя только голосовую связь.

– Бэтмен, рад, что я тебя застал, – сказал Гордон, – мне нужно, чтобы ты приехал сюда. У нас тут… происшествие, и мне бы пригодился твой опыт.

– Я приеду, – пообещал Темный рыцарь, сбрасывая звонок.

Всего за несколько минут Брюс облачился в костюм и уже сидел за рулем бэтмобиля. Вскоре бронированная машина мчалась по улицам Готэма, мимо Фиатер-Роу, через Чайнатаун и огибая Милю Развлечений вместе с казино. Люди провожали его взглядами. Некоторые радостно кричали. Другие проклинали и награждали неприличными жестами.

Иными словами, все было нормально.

Спустя одиннадцать минут после выезда из Бэт-пещеры Бэтмен уже добрался до штаб-квартиры департамента полиции Готэма и припарковал автомобиль на улице. Это было осознанным решением с его стороны. После разоблачения заговора «Тигра» под руководством Хьюго Стрейнджа четыре месяца назад Темный рыцарь старался чаще попадаться на глаза. Люди нуждались в знании, что кто-то присматривает за ними, и не просто присматривает, а решительно действует.

До сих пор хватало народу, который считал Бэтмена опасным народным мстителем, но большинство воспринимало его как воина на стороне закона и порядка. Порой это большинство казалось очень шатким, но Темный рыцарь потратил годы на создание своей репутации. Он не собирался ее терять.

Казалось, что его тактика окупалась. Преступная активность снизилась до минимального за многие годы уровня. Однако в городе все равно сохранялась напряженность. Готэм не выглядел местом, где люди свободно и безбоязненно могли заниматься своими делами. Казалось, что того и гляди грянет очередной кризис.

Бэтмен давно научился доверять своим инстинктам, но в то же время он признавал за собой излишнюю подозрительность. Неужели он испугался собственной тени?

Что-то было не так.

Что бы это ни было, пока этому придется подождать. Бэтмен намеренно зашел через центральный вход департамента полиции. Люди увидят это и поймут, что Бэтмен – союзник полиции, что он всегда отвечает на вызовы комиссара Гордона.

«Протокол 10» сотряс основы гражданского порядка, практически уничтожил его. Погибли сотни заключенных Аркхем-сити, многие из которых были невинными жертвами, не желавшими участвовать в безумных планах Хьюго Стрейнджа. Посреди разыгравшегося хаоса сбежало несколько действительно опасных преступников. Бэтмен постарался поймать их так быстро, как он только мог, но это оказалось нелегко. Его враги залегли на дно и старались не высовываться. Все было слишком тихо.

Гордон ждал его в атриуме. Как и всегда, комиссар выглядел потертым и помятым. Тяготы его должности состарили Гордона прежде времени. Равно как и годы, потраченные на борьбу с сильными мира сего, желавшими превратить полицию из представителей закона, одинаково относившихся ко всем, в свои личные марионетки, частных наемников.

Между Бэтменом и Гордоном были различия, но в то же время Темный рыцарь знал, что комиссар был одним из немногих людей в Готэме, которые всегда будут поступать правильно, в соответствии со своими убеждениями, невзирая на политическую стоимость подобных решений и то, какую головомойку им за это устроит пресса… не взирая ни на что. В этом Бэтмен и Гордон были похожи, и именно это объединяло их в бою против укоренившейся коррупции и прочих пороков. Они оба могли положиться друг на друга, и комиссар был готов принять все последствия подобного союза.

Комиссар протянул Бэтмену руку:

– Рад, что ты пришел, – произнес он.

– Вы же знаете, что можете положиться на меня, комиссар, – ответил Бэтмен.

Рукопожатие Гордона было сильным, и в целом комиссар выглядел чуть менее измотанным, чем в последние месяцы. Может, ситуация в городе действительно менялась.

Мэром Готэма был Квинси Шарп, и это не значило для Гордона ничего хорошего. Но с концом «Тигра» департамент полиции больше не обязан был оставаться в стороне. Попав под влияние Хьюго Стрейнджа, Шарп заменил полицию «Тигром», связав Гордону руки. Тот факт, что комиссар продолжил делать свою работу, даже когда все было против него, многое говорил о его характере.

Для Бэтмена же еще более удивительной чертой характера Гордона было то, что комиссар продолжал вести дела с известными народными мстителями. Некоторые стражи порядка не могли носить значок. Гордон признавал это, пусть и не мог открыто одобрять методы Бэтмена. Принятие того факта, что мир не всегда действует в соответствии с твоими принципами – это черта хорошего человека, сильного человека.

– Что вы хотели мне показать? – спросил Бэтмен.

Гордон жестом велел Темному рыцарю последовать за ним и покинул атриум. Пройдя в заднее крыло здания, комиссар принялся подниматься по пожарной лестнице.

– У нас здесь закрытая переговорка, – бросил он через плечо, – она показалась мне подходящим местом для… что ж, я просто покажу тебе.

Поднявшись на третий этаж и пройдя по тускло освещенному коридору, Гордон отпер дверь и отошел в сторону, пропуская Бэтмена внутрь. Комната была простой прямоугольной формы, примерно три с половиной на шесть метров. Голые стены, окон нет. В центре помещения стояли стол и несколько стульев. На столе лежал одинокий простой конверт.

– Его доставили внутри немаркированной посылки. Я не стал открывать конверт, – произнес Гордон. – Как только увидел, кому он адресован, я лично принес его сюда и связался с тобой.

Бэтмен подошел к столу и взглянул на конверт с расстояния вытянутой руки. На нем прописными буквами был указан получатель:

ДЖОКЕРУ

ДОСТАВИТЬ КОМИССАРУ

ДЖЕЙМСУ ГОРДОНУ

ДЕПАРТАМЕНТ ПОЛИЦИИ ГОТЭМА

По телу пробежала дрожь, и Бэтмену пришлось потратить мгновение, чтобы подавить ее и сфокусироваться. На конверте не было ни обратного адреса, ни почтовой марки. Каким-то образом конверту удалось проскользнуть в департамент полиции, миновав почтовую службу – событие само по себе тревожное.

Бэтмен подшил этот факт к делу.

– Вы были в перчатках? – поинтересовался он.

– Не было смысла, – ответил Гордон. – К тому моменту, когда я вытащил конверт и увидел адрес… – он запнулся и содрогнулся, – после того как отнес его сюда, я связался с командой по очистке. Они обработали меня и прямо сейчас проверяют мой офис на наличие токсинов. Дальше они обследуют наш отдел с письмами и посылками. Я велел почтовому менеджеру опросить всех, кто там работает, и выяснить, что они могут знать. Она хороший человек. А еще я велел проверить записи с камер наблюдения.

– Хорошая идея, – произнес Бэтмен, хотя он и не стал говорить, что, возможно, уже слишком поздно. Если на конверте содержался токсин, сейчас уже невозможно сказать, сколько людей контактировало с ним после того, как письмо попало в здание. Столь деликатный подход был не в стиле Джокера, но клоун не гнушался им пользоваться.

«Если, – подумал Бэтмен, – Джокер вообще в этом замешан».

Клоун был мертв уже четыре месяца – Гордон лично наблюдал за кремацией. Этот конверт не мог валяться в почтовом отделении департамента все это время. Так что, либо это письмо принес кто-то из приспешников Джокера… либо же его отправителем был другой представитель широкой плеяды готэмских злодеев.

– Я бы предположил, что конверт отправил кто-то из подручных Джокера, – произнес Бэтмен, – я не удивлюсь, если он оставил им указания сделать что-то конкретное в случае его смерти. Особенно учитывая обстоятельства этой самой смерти. Он знал, что без противоядия не жилец.

– Я подумал о чем-то подобном, – ответил Гордон, разглядывая конверт, – что будем делать?

– На случай, если тут замешан Джокер, мы перестрахуемся, – сказал Бэтмен, сняв с пояса небольшое устройство и включив его. Переносной рентгеновский аппарат должен был засечь наличие большинства распространенных разновидностей взрывчатки, токсинов и даже радиоактивных элементов. Темный рыцарь прицелился устройством в конверт, и на экране появилось изображение.

– Это флэшка, – сообщил он. – Похоже, что больше там ничего нет. – Бэтмен сверился с показаниями устройства. – Можете отзывать свою команду по очистке.

– Ты уверен? – спросил Гордон, – я несу ответственность за жизни людей в этом здании.

– Как и я, – ответил Бэтмен, – но я не засек никаких опасностей. Однако, чтобы убедиться наверняка, мне нужно его открыть, – и он потянулся к конверту.

Гордон машинально сделал шаг назад.

На конверте была отрывная наклейка, Бэтмен дернул за нее, и край конверта оторвался без происшествий. Темный рыцарь встряхнул его, и на стол упала флэшка. Простая черная флэшка с прозрачным колпачком. Магазины Готэма продавали такие устройства тысячами.

– Мог ли кто-то отправить ее, не зная о смерти Джокера? – спросил Гордон. – Нет, это бессмыслица.

Бэтмен кивнул.

– Согласен. Скорее уж сам Джокер перед смертью распорядился отправить ее, – добавил он. – Но кто бы не отправил нам эту посылку, он хотел, чтобы мы ознакомились с содержимым флэшки. Нет более надежного способа убедиться, что мы получим письмо, чем адресовать его этому безумцу.

– Так это игра… и с нами играют, – Гордон оглядел флэшку. – Если ты считаешь, что это безопасно, я вызову наших компьютерщиков. Пусть ознакомятся с содержимым.

– Я сам этим займусь, – возразил Бэтмен. – Если там есть какие-то ловушки, я проберусь мимо них, а если на флэшке содержится вирус, что ж, я готов рискнуть. – Он поднял крошечную вещь. – Всегда существует вероятность, что информацию можно прочесть всего один раз. В таком случае моя система сумеет переписать все данные прежде, чем они исчезнут.

Он видел, что Гордона раздирают противоречия. Будучи комиссаром полиции, он привык быть во главе. И в то же время он знал, что вариант Бэтмена самый оптимальный – его оборудование было первоклассным, особенно по сравнению с полицейскими компьютерами, которые считались последним словом техники разве что в середине прошлого века.

– Ну хорошо, – согласился он после паузы, – но ты обо всем расскажешь мне. Вот мои условия.

– Понимаю, – ответил Бэтмен и положил флэшку в кармашек на поясе. – Я свяжусь с вами как только что-нибудь узнаю.

– Ты знаешь, где выход, – произнес Гордон.

– Раз уж на то пошло, я знаю несколько выходов отсюда, – усмехнулся Бэтмен, – но нет, не провожайте меня. Я уверен, у вас хватает более важных дел. Он развернулся и направился к выходу.

– А когда у меня их не было, – вздохнул Гордон, – но не заставляй меня ждать, Бэтмен. Я смотрел, как сгорает Джокер, я собственными глазами видел, как они смыли то, что от него осталось, в канализацию. Однако это… это заставляет меня дергаться. Дай мне знать, что ты выяснишь.

– Вы обо всем узнаете первым, – пообещал Бэтмен, выходя за дверь.

Пришла пора связаться с Оракулом.

RyderReport.com

Опубликовано JKB

Среда, 9:46

Горячие новости. Бэтмобиль засекли возле штаб-квартиры департамента полиции. Сам Бэтмен зашел в здание. Он ни с кем не разговаривал по дороге внутрь, и не похоже, чтобы он перекинулся с кем-нибудь словечком на пути обратно. Но у «Ryder Report» есть свои источники, друзья, о да, и не все они ищут улики для телевизионного шоу Джека. Пташки внутри полицейского департамента напели нам, что сам Гордон вызвал Бэтмена. Они встретились где-то внутри здания и провели там минут двадцать. Больше никого на этой встрече не было.

Насколько смогли разглядеть наши пташки, когда Бэтмен вышел из здания и сел в бэтмобиль, у него при себе ничего не было. По всей видимости, комиссар Гордон также не стал раскрывать сотрудникам департамента детали их разговора.

О чем же они беседовали? Наверняка никто не знает, но до меня доходят разговоры о странной посылке, пришедшей в полицию по почте. Это не подтвержденная информация, и наверняка мы знаем только то, что комиссар просто испарился, прихватив с собой Бэтмена. Может, он его на кофе с булочкой позвал.

Неа. Читатели Джека знают, что что-то назревает, и поверьте нам на слово, «Ryder Report» тоже это знает. Мы будем и дальше следить за этой историей. Бэтмен вернулся обратно к… чем он там бывает занят, но скоро мы узнаем об этой истории побольше.

Оставайтесь с нами.

Продолжайте обновлять страницу.

Не закрывайте эту вкладку.

Джек затронет эту тему на сегодняшнем дневном шоу. Велики шансы, что к тому времени у нас будет гораздо больше пищи для обсуждения.

3

На обратном пути в пещеру Бэтмен связался с Оракулом и рассказал ей о произошедшем в здании департамента полиции. Робин и Альфред ждали его возвращения, но, не сказав им ни слова Темный рыцарь отправился прямиком к компьютерному терминалу. Не потрудившись даже присесть, Бэтмен открыл канал связи с Оракулом.

Темный рыцарь не стал рассказывать Гордону, что собирается задействовать сторонние ресурсы. С одной стороны, Гордону не нужно знать все о методах работы Бэтмена. К тому же, комиссар и не подозревал, что Оракул – его собственная дочь. Это была крайне неловкая ситуация, но Барбара ясно дала понять, что ее такое положение вещей полностью устраивает, и Бэтмен был вынужден подчиниться ее просьбе.

Если выбранная им жизнь чему-то его и научила, так это тому, что барьеры между тайной и публичной личностями должны оставаться нерушимыми. Сохранение определенной информации в тайне зачастую шло хорошим рабочим отношениям только на пользу. Он лишь надеялся, что эта конкретная ситуация не аукнется ему в будущем.

– Я стучу в твою дверь, – произнесла Оракул, – впустишь меня?

Бэтмен вбил длинный буквенно-числовой код, который дал Оракулу разрешение удаленно подключиться к одному из серверов Бэт-пещеры. Этот сервер был изолирован от остальной сети и предназначался для работы с файлами, которые вероятнее всего были заражены вирусами, утилитами для взлома данных или другими опасными компьютерными программами, способными представлять опасность для архивов и систем управления пещерой.

– Я ценю твою вежливость, – ответил Бэтмен, – с твоей стороны было очень мило постучать, а не вламываться без приглашения.

– Все для тебя, – ответила она, – а теперь давай посмотрим, что для нас припасли.

Бэтмен вставил флэшку в компьютер и взглянул на ее содержимое. Внутри было три папки: «ХАХАХА», далее следовала «УДАЛИТЬ», и, наконец, третья и финальная была озаглавлена «ТИКТАК».

– Дай мне осмотреться, прежде чем открывать эти папки, – попросила Оракул.

В пещере воцарилось ожидание. Ей не потребовалось много времени.

– Первая папка содержит программу – обычная, банальная штука. Любой студент колледжа такую напишет. В «УДАЛИТЬ» содержится восемь файлов, никаких расширений. Не узнаешь, что это такое, пока не откроешь. Сам сделаешь, или дашь мне взглянуть?

– Продолжай, – позволил Бэтмен.

Она и продолжила, расположив окна двойным рядом на экране главного компьютера Бэт-пещеры.

– Они все битые, – сказала она, – абсолютно неизвестный тип файла, никаких подсказок в имени. «ТИКТАК» – это приложение.

Бэтмен сам изучил содержимое первых двух папок и при первом осмотре ничего не заметил. Сначала он щелкнул по «ХАХАХА», но не получил никакой реакции – папка даже не открылась.

– Давай тогда взглянем на «ТИКТАК», – произнес он.

Оракул что-то сделала удаленно, не открывая папку.

– Приложение абсолютно самостоятельное, – сказала она, – можешь сам его проверить, если хочешь. Насколько я могу судить, оно никак тебе не навредит. Но полной гарантии я дать не могу, разумеется.

Бэтмен щелкнул по иконке приложения, и в верхнем правом углу дисплея появился таймер. На нем значилось 00:02:00, затем цифра сменилась. 00:01:59.

– Обратный отсчет, – заметил Робин, – но до чего?

– Бэтмен, возможно тебе стоит убраться оттуда, – предложила Оракул. – По крайней мере, на время обратного отсчета.

– Я так не думаю, – возразил Темный рыцарь, – если бы была прямая угроза, один из сканов что-нибудь да засек, но мы ничего не обнаружили. Нет, учитывая сколько усилий в это вложили, тот, кто послал нам эту флэшку, хочет, чтобы мы увидели ее содержимое. И если бы кто-то пытался украсть информацию, мы бы узнали об этом до истечения двух минут.

– Одна минута тридцать секунд, – заметил Альфред, – сэр.

– Это обратный отсчет до чего-то, – продолжил Бэтмен, – в самом худшем случае флэшка просто самоуничтожится.

– Я не вижу никакого кода, который мог бы это осуществить, – ответила Оракул, – но я все еще считаю, что вам нужно проявить осторожность.

– Робин, Альфред, поступайте, как считаете нужным, – сказал Бэтмен, оглядывая обоих мужчин. Ни один не шелохнулся. – Не рискуйте своими жизнями из излишней преданности ко мне.

– Я не верю в существование такой вещи как «излишняя преданность», сэр, – ответил Альфред.

Робин следил за обратным отсчетом.

– Я думаю, что ты прав, Бэтмен, – Тим намеренно не сказал «Брюс», и система достаточно исказила их голоса, чтобы помешать кому-либо распознать их. Бэтмен подозревал, что Барбара уже могла вычислить его настоящее имя, но, если она этого еще не сделала, он не собирался облегчать ей работу.

– Это твои похороны, – произнесла Оракул.

00:00:59

Бэтмен снова вывел на экран удаленные файлы.

– Оракул, – произнес он, – если у нас осталось меньше минуты, давай проведем это время с пользой. Эти файлы упоминают Чудо-город. Ты можешь вытащить из них что-то еще? Что-то, что можно увязать с «Тигром»… «Протоколом 10»… может даже Хьюго Стрейнджем или самим Джокером.

– Файлы прилично повреждены, – ответила Оракул. – Однако тут есть какая-то повторяющаяся закономерность. Смотри, что будет, если я соберу их все вместе.

На экране появилось новое окно, в котором отобразился какой-то непонятный текст. Однако в общем массиве были выделены восемь случаев появления одного конкретного слова из девяти заглавных букв, по одному на каждый документ.

IAMLARVAL.

– I am larval, я – личинка, – прочитал Робин. – Кто личинка?

– В тексте больше нет заглавных букв, – продолжила Оракул, – быстро. Вам осталось жить пятнадцать секунд. Что это может означать?

– Полагаю, это означает, что нам осталось жить дольше пятнадцати секунд, – ответил Бэтмен, – в противном случае нет никакого смысла начинать общаться с нами загадками.

00:00:09

– Что ж, полагаю, скоро мы это выясним, – произнес Робин неожиданно напрягшимся голосом, – Оракул, тебе следует знать…

– Тсс, – отрезала она.

Таймер достиг нуля.

Ничего не случилось. Затем…

00:59:59

Какого черта?

– Что ж, – нарушил тишину Бэтмен, – что бы это ни значило, мы совершенно точно знаем, что это не означает.

Пальцы Темного рыцаря заплясали над клавиатурой, пока он и Оракул одновременно проводили диагностику закрытой системы, которой они воспользовались для доступа к информации на флэшке. Все было в норме. Компьютер не зарегистрировал ни одной операции, которую бы инициировал кто-то еще. А значит, не было никаких спрятанных кодов, не было никакого вредоносного вируса… разве что тот, кто написал этот код, был куда более одаренным хакером чем все, с кем когда-либо сталкивался Бэтмен.

– Это что, шутка? – поинтересовался Робин. – Или что-то пошло не так? Зачем начинать все с начала, если ничего не произошло в первый раз?

– Возможно, обратный отсчет был посланием иного рода, – вмешался Альфред, – возможно, нам еще предстоит собрать всю информацию, необходимую для понимания смысла происходящего. Прошу прощения.

– Ты очень точно выразил мои мысли, Альфред, – сказал Бэтмен, – нам явно не хватает какой-то критически важной информации. Без должного контекста этот таймер – всего лишь навороченный секундомер.

Темный рыцарь проглядел сводки новостей, проверяя, не случилось ли чего важного в тот момент, когда таймер достиг нуля.

Ничего.

Ни в Готэме, ни где-либо еще, если на то пошло. Так что он вернулся к документации, посвященной Чудо-городу.

– Оракул, а что, если это не битый текстовый документ? Это может быть битый двоичный код файла-изображения.

– Забавно, что ты это упомянул, – ответила она. – Я прогнала эти файлы через четыре разных программы, которые предназначены для расшифровки и восстановления битых файлов и специализирующихся на изображениях, и смотри, что я нашла.

Бессмысленный текст сменился картинкой. Это была диаграмма.

– Это же сталелитейный завод, – воскликнул Робин.

– Охлаждающие туннели, если быть точнее, – добавил Бэтмен, – но они выглядят иначе, чем те, где я охотился на Джокера.

– Но заводу уже десятки лет… а эти туннели кажутся новыми. Это что, чертеж? – спросила Оракул. – У меня нет информации о разрешениях на строительство, выданных на Чудо-город, Аркхем-сити или сталелитейный завод.

– Любой, кто задумал построить нечто подобное, не стал бы пользоваться официальными каналами, чтобы получить разрешение, – Бэтмен снова взглянул на слово, раз за разом повторявшееся в битом тексте. IAMLARVAL, ЯЛИЧИНКА.

– Что могут означать эти восемь повторов? – вслух поинтересовался Робин.

– Кто-то пытался донести свою мысль, это уж точно, – ответила Оракул.

– Это не все, эти слова намеренно вставлены в уже битый файл, – Бэтмен обдумал имеющиеся у них варианты, – Робин, отправляйся на улицы. Осмотрись вокруг Аркхем-сити и попробуй что-нибудь найти. Это – приглашение, и мы не можем позволить себе проигнорировать его.

Робин принялся облачаться.

– Что я ищу? – спросил он.

– Начни со сталелитейного завода. Наблюдай и сразу докладывай о любой необычной активности. Это опустелое место, и там не должно быть никаких следов присутствия «Тигра». Оракул?

– Вся эта территория заброшена, – подтвердила она, – по крайней мере, официально. Но мы же в Готэме. Я готова поставить деньги на то, что некоторые из старых укрытий Хьюго Стрейнджа снова используются, если вы понимаете, о чем я.

Преступникам никогда не требовалось много времени, чтобы осесть в заброшенных местах. Это случалось по всему миру, но казалось, что в Готэме этот процесс происходит еще быстрее.

– Истинная правда, – ответил Бэтмен, – Робин, держи со мной связь. Я не люблю, когда мы разделяем силы подобным образом, но нам нужно разобраться в ситуации, и как можно быстрее. Как только мы поймем, что означает это послание «Я – личинка», я тебе сообщу.

– Понял, – произнес Робин. Он взмахнул своим посохом, и направился к выходу из Бэт-пещеры, ведущему к заброшенной станции технического обслуживания метро возле реки.

– Я посмотрю, что мне удастся накопать на оставшихся подручных Джокера, – продолжила Оракул. – Мы изо всех сил старались следить за ними, но они так легко исчезают из виду. Они вполне могли войти в состав другой банды.

– Отличная идея, – одобрил Бэтмен. Оракул попрощалась, а он продолжил смотреть на экран. Повторяющееся слово «IAMLARVAL» то и дело выделялось на фоне бессмысленного массива текста.

Был в нем еще один, дополнительный смысл…

– Если мне позволено будет высказать предположение, – спустя минуту произнес Альфред.

– Разумеется.

– Все это смахивает на какой-то ребус, – сказал Альфред, – пожалуй, я даже осмелюсь сказать… на загадку?

Бэтмен кивнул.

– Я подумал об этом же. Пока что у нас есть три отдельные зацепки. Изображение сталелитейного завода, таймер и «IAMLARVAL».

– Возможно, у нас четыре зацепки, мастер Брюс, – произнес Альфред, наклонился к клавиатуре и открыл текстовое окно. Одним пальцем он набрал:

IAMLARVAL

Ниже он напечатал:

MARAVILLA

– Анаграмма, сэр.

– Ты прав. Я думал об этом, но я думал по-английски.

– Выучил немного испанского во время путешествий в юности, – отмахнулся Альфред, – просто озарение.

– Весьма удачное, – заметил Бэтмен, – Maravilla. Чудо. Восемь раз.

– Восьмое чудо света, – усмехнулся Альфред. – Никогда не думал, что услышу такое в адрес сталелитейного завода Аркхем-сити.

– Не думаю, что они имели в виду именно это, Альфред, – ответил Темный рыцарь, – но мне кажется, что ты прав, в этой головоломке действительно не хватает деталей… и я думаю, что правильно определил личность отправителя.

Пока что содержимое флэшки отражало все фирменные черты почерка Эдварда Нигмы.

Загадочника.

Нигма наследил по всему Аркхем-сити и даже части Готэма во время захвата «Тигра» и последних ступеней «Протокола 10». Бэтмен вспомнил ловушки Загадочника, которые он называл «комнатами смерти». Заноза, конечно, редкостная, но едва ли угроза мирового масштаба.

Его размышления прервал телефонный звонок. По закрытой линии звонил комиссар Гордон.

– Комиссар, – поприветствовал его Темный рыцарь.

– Бэтмен, – ответил Гордон, – два момента. Первое, я звоню узнать, что ты нашел. Ожидание сводит меня с ума. Ты выяснил что-то насчет флэшки? Как она связана с этим маньяком Джокером?

– На данный момент я подозреваю, что флэшка никак не связана с Джокером, – произнес Брюс, – это хорошие новости. Он мертв, и может и дальше оставаться мертвым. «Воспользуйся собственным советом», – мысленно велел себе он, поднимаясь на ноги.

– Письмо послал кто-то еще и позаботился отправить его так, чтобы точно привлечь ваше внимание и заставить позвать меня, – Бэтмен сменил тему. – А что за второй момент? Вы сказали, что у вас их два.

– Примерно пять минут назад человек по имени Лукас Анджело был убит средь бела дня. Его застрелили с крыши здания. Стрелой. Это заказное убийство.

– Не хочу показаться бесчувственным, – ответил Брюс, – но вы не звоните мне по поводу каждого убийства в Готэме. В чем…

– Это было заказное убийство, – повторил Гордон, – а позвонил я потому, что на древке стрелы была вырезана надпись «тик-так». Должно быть, это какое-то послание.

«Тик-так. Черт, вот оно».

Бэтмен свернул все окна и уставился на висящий в правом верхнем углу экрана таймер. Он снова вел обратный отсчет.

00:54:47

Окошко таймера увеличилось, и под цифрами появилась строчка текста:

«Хранилище впереди. Не попади в угол. Можешь рассчитывать, что найдешь что-то такое, во что можно вонзить свои зубы!»

– Комиссар, – произнес Бэтмен, – я вам перезвоню.

4

«И вот теперь, – подумал Загадочник, – игра началась».

Так много пересекающихся планов, каждый из которых необходимо запустить строго в нужный момент. Так много переменных, у каждой из которых своя функция и каждая из которых зависела от множества остальных. Он еще никогда в жизни не предпринимал ничего настолько амбициозного.

Мысль об этом привела его в восторг.

Никто никогда не делал ничего подобного. Шарады, спрятанные в загадках, спрятанных в головоломках, спрятанных в тайнах, тонкий и точный механизм, полностью зависящий от идеального расчета времени – и, разумеется, непреклонной воли Бэтмена и Робина. Разве это не признак настоящего гения – обратить фирменную добродетель своих врагов им на погибель? Вот что планировал Загадочник, и он собирался воплотить свой шедевр в жизнь с таким размахом, что Готэм будет просто вынужден обратить на это внимание.

Непросто выделиться из толпы жестоких мизантропов в этом конкретном городе… но Нигма нашел способ.

О да, еще как нашел.

Таймер вел обратный отсчет, и он в точности знал, что именно происходит в данный конкретный момент. Гордон позвонил Бэтмену и Робину. Он всегда звонил им, когда сталкивался с чем-то, что было ему не по зубам. Теперь они уже осознали всю серьезность ситуации. Они среагируют быстро и направятся в банк.

В хранилище, к тому, что содержалось внутри.

«Идеально». Кусочки его восхитительной мозаики складывались в единую картинку, в то время как остальные уже начинали разваливаться на части. Рано или поздно Бэтмен поймет это, и тогда вступит в действие вторая часть его плана.

Загадочник наблюдал за этим и сопротивлялся совершенно мультяшному желанию восторженно потереть руки. Первая наживка, и они уже заглотили ее – пройдет еще немного времени, и им уже не сорваться с крючка. Знаки вопроса и рыболовные крючки – загадочное сходство, подумал он, и отложил эту мысль на будущее. В этой тайне крылась головоломка, которая просила, чтобы ее разгадали. Какая жалость, что он не подумал об этом раньше, когда планировал свой шедевр.

«В другой раз, – подумал он, – мыслить наперед – хорошая черта, но давай не будем рассеивать внимание, когда оно так нужно».

Его сообщения были расставлены, равно как и набор тщательно выверенных загадок. Пешки заняли свои места, начало партии разыграно, и сейчас ему оставалось лишь ждать, когда Бэтмен заглотит наживку. Совершив один из тех немногих ходов, что остались ему доступны.

Время гамбита приближалось.

Загадочник едва мог дождаться этого момента.

«Терпение», – велел он себе. Сможет ли Бэтмен истолковать все знаки правильно и среагировать на гамбит так, как он, Загадочник, это запланировал? «Я тебя знаю, Бэтмен, – подумал он, – гораздо лучше, чем ты знаешь меня, и именно в этом несоответствии и скрывается разница, которая тебя и погубит. Это десятый ход, гарантирующий шах и мат на четырнадцатом».

Настоящая игра вот-вот начнется.

* * *

Некоторое время спустя в убежище Загадочника пришел один из его приспешников. Он доложил об успехах в поисках механических стражей.

– Пока что мы обнаружили пятерых, – сказал бандит. Он был крепко сложен и выглядел так, как будто бы уже довольно долгое время не вспоминал о бритве.

– Отлично, – ответил Загадочник, улыбаясь с плохо скрываемым ликованием, – в каком они состоянии?

– Все они выглядят достаточно сносно, хотя мы не сможем сказать наверняка, пока не включим их, – приспешник улыбнулся, – вам повезло заполучить их в нужный момент, – добавил он, – если бы Джокер сохранил над ними контроль, кто знает, сколько бы урона он успел причинить. Если бы он до сих пор заказывал музыку, песенки всех остальных уже были бы спеты.

Улыбка испарилась с лица Загадочника.

– На этом все, – произнес он к удивлению бандита. Приспешник развернулся и направился к двери.

Нигма выстрелил ему в спину. Бандит беззвучно рухнул на пол.

Еще два ничтожества вбежали в комнату, хватаясь за пушки. На какой-то момент они ошарашенно замерли, затем нагнулись, схватили мертвеца за руки и выволокли его из комнаты, не издав при этом ни единого звука.

5

Робин бежал по давно заброшенному туннелю, некогда использовавшемуся как разворотное кольцо для городских поездов метро. С тех пор линию продлили, и новое депо отстроили на окраинах Готэма.

Висящие над головой галогенные лампы отбрасывали резкие тени. С потолка свисали облезлая краска и куски кладки, по искусственному каналу, проложенному между путями, тек подземный ручей.

Робин подошел к стальной двери, запертой на пару тяжелых засовов и снабженной системой тревоги, которая зазвучит, если кто-то попытается взломать дверь с другой стороны. Робин наклонился к сканеру на панели тревожной сигнализации, чтобы система распознавания глазной сетчатки смогла идентифицировать его. Затем он поочередно приложил к другому сканеру большие пальцы обеих рук. Три этих опознавательных знака, повторенных в правильном порядке, отключат сигнализацию на двери – и то только на пятнадцать секунд.

Засовы скользнули в сторону, Робин распахнул дверь и прикрыл ее за собой. Он остановился и услышал, как засовы с тяжелым щелчком вернулись на место.

С этой стороны дверь выглядела столь же ветхой, как и ее окружение. Единственным источником света были древние лампы накаливания, оставшиеся после обслуживающей бригады, и тени размывались в этой полутьме. На стене под каждой лампой виднелось граффити, рекламирующее кого-то, кто провозгласил это место своей личной территорией.

Робин находился в служебном туннеле, идущем параллельно с рабочей линией метро, что протянулась вдоль берега. Он тщательно прислушивался, опасаясь наткнуться на ремонтников, занятых реконструкцией туннеля или совершенствованием сигнальных систем. Однако единственным донесшимся до него звуком было увядающее громыхание поезда, только что промчавшегося мимо в сторону центра. Тем не менее, Тим держал посох наготове. Он быстро миновал еще одно перекрестье, где главный тоннель встречался с ответвлением, уходящим под стену, отделяющую Аркхем-сити от остального Готэма. Когда Хьюго Стрейндж руководил строительством стен, отгородивших Аркхем от всего города, он приказал замуровать входы в метро, но не сами туннели. Это упростило Робину дорогу до станции рядом со зданием контроля за наводнениями. Оттуда он сможет подняться на поверхность и незаметно добраться до сталелитейного завода. Несмотря на разгулявшийся здесь хаос, власти не планировали забрасывать Аркхем-сити, по крайней мере, не до конца. Ничто в Готэме не остается заброшенным надолго.

Перепрыгнув через турникет, Робин поднялся по лестнице на поверхность и обнаружил, что ведущие на станцию двери все еще заперты снаружи. Все окна также были забиты. Это оставляло ему ровно два варианта. Мазок взрывчатого геля мог снести двери с петель, но Тим не хотел так сильно шуметь. Он также мог без особых усилий вышибить окно, но в таком случае ему придется отдирать прибитую к оконной раме фанеру, а это опять же вызовет больше шума, чем он был готов допустить. Оглядывая комнату, Робин поднял взгляд наверх.

У станции были световые люки, и они не были заблокированы. Убрав посох, Робин достал небольшой пистолет с крюком и выстрелил им в одну из поддерживающих крышу балок. Пытаясь сохранить равновесие, он принялся открывать люк, поморщившись, когда древний механизм громко лязгнул.

Когда окно распахнулось достаточно, чтобы Робин мог пролезть, он остановился и прислушался. Похоже, никто еще не пронюхал о его присутствии, так что Тим выбрался на крышу станции.

Перед ним раскинулись руины Аркхем-сити. То, что не успели разрушить заключенные, сровняли с землей бойцы «Тигра» во время реализации «Протокола 10» и финального противостояния, повлекшего за собой смерть Джокера. Сталелитейный завод частично обрушился, так же, как и административное здание и башня старого госпиталя.

Улицы были завалены сгоревшими машинами и баррикадами, то тут, то там в небо вздымались столбы дыма, сигнализируя о все еще догорающих пожарах. Каждое окно было либо разбито, либо сохранило на память пулевые отверстия. На восстановление этого места потребуются годы, и то только если кто-то решится это все перестроить. Дымовая завеса висела над пейзажем, отчего Робин даже не смог определить время суток.

«Порой мне кажется, что над Готэмом всегда висит тьма, – мрачно подумал Робин, – готов поспорить, что в Метрополисе они хоть иногда видят солнце». Он простоял там достаточно долго, чтобы убедиться, что на улицах нет ни души. Если здесь кто и остался, то они не горели желанием выходить наружу.

«И кто бы их за это винил?»

Насосная станция рядом с центром контроля за наводнениями обслуживала и Аркхем-сити, и скрывающийся под ним Чудо-город. Туннели станции пересекались с охлаждающими туннелями, кружащими и петляющими под сталелитейным заводом.

Робин прикинул маршрут. Оглядел парковку перед насосной станцией. Пусто, за исключением нескольких обгоревших остовов. Само здание взирало на него оскалом темных окон – идеальные позиции для наблюдателей… или снайперов. Предполагалось, что в Аркхем-сити никого не осталось, но, разумеется, здесь не вводилось никакого комендантского часа и не было никого, кто следил бы за его соблюдением.

«И где эти копы, когда они так нужны, их никогда нет рядом!»

Посылка, компьютерные данные, чертежи, все это могло быть лишь наживкой, призванной выманить его и Бэтмена. Обдуваемая ветрами пустошь, которую ему предстояло сейчас пересечь, являла собой идеальное место для убийства.

Придется двигаться быстро.

Разбежавшись, Робин спрыгнул с края крыши, схватился за плащ и распахнул его широко в стороны, скользя над улицей по пологой траектории. Если за ним кто-то и следил, то не подал виду.

Насколько он мог судить, он был единственным человеком во всем Аркхем-сити. Интуиция, однако, утверждала обратное.

Кто-то здесь точно был. Может, готэмские бездомные перебрались сюда в надежде исчезнуть. Может, уличные банды решили воспользоваться полным отсутствием полиции. Множество криминальных боссов открыли здесь лавочки во время царившего в Аркхем-сити безумия. Может, теперь, когда со смертью Джокера Готэм переключил свое внимание на другие дела, какие-то подручные преступных боссов предпочли остаться здесь.

И таких вот «может» было еще слишком много.

Робин приземлился у центрального входа и приготовил посох. Двойные стеклянные двери были разбиты, но это случилось уже давно. Робин прошел через пустую дверную раму и оказался в небольшом лобби. Преодолев укутанное тенями пространство, он скользнул в дверь по соседству со служебным окном и оказался в коридоре, который вел прямиком к насосному залу. Внутри было тихо. Городской водоканал строил новое здание контроля за наводнениями в более безопасном районе.

Опустившись на первый этаж насосного зала, Робин заметил отводные туннели. По ним во время штормов и ураганов в реку откачивалась вода, стекшаяся в городские канализации. Юноша распахнул люк и спрыгнул в ближайшую трубу. Между его ног бежал поток воды, и Робин пошел против течения и двигался до тех пор, пока не дошел до соединительной трубы, которая должна была сбрасывать воду, сливаемую из охлаждающих туннелей. Сейчас единственным источником воды в этих туннелях оставались протечки. Робин обошел застоявшиеся водоемы и услышал в темноте крысиную беготню. Время от времени он замирал и прислушивался, пытаясь удостовериться, что не слышит животных покрупнее, в особенности представителей очень опасного прямоходящего двуногого вида.

По-прежнему ничего… хотя теперь его точно не покидало чувство, что за ним наблюдают.

Сливная труба завода привела к пустому резервуару. Когда предприятие работало, сюда сливалась вся горячая вода, оставшаяся после производственного процесса. Здесь вода остывала до температуры, при которой ее можно было сбросить в реку без угрозы сварить заживо всю местную рыбу. Сами выходные каналы, по крайней мере, часть из них, находились ниже по течению. Некоторое количество сливной воды, скорее всего, направлялось в сторону здания контроля за наводнениями для фильтрации и последующего избавления.

В стену резервуара была встроена лестница, используемая для инспекций и техобслуживания. Лестница упиралась в люк, который можно было открыть изнутри. Иногда техника безопасности бывает тебе на руку, подумал Робин. Ни один инспектор не захочет застрять в резервуаре, который внезапно начинает заполняться обжигающим кипятком, не имея возможности из него выбраться. Если уж на то пошло, и Робин не горел подобным желанием.

Он полез наверх. Перекладины лестницы, равно как и стены резервуара, почернели от грязи и прочих примесей и осадков, скопившихся тут за долгие десятилетия выплавки стали. Поднявшись наверх, Робин повернул колесо, чтобы отпереть люк.

Колесо повернулось, но люк не открылся. Робин надавил изо всех сил, какие только мог приложить, находясь в столь неудобном положении. Но люк не поддался. Он даже не скрипнул. Робин посветил фонарем на края люка и увидел следы сварки.

«Ага, – подумал он, – вот где все становится интересным».

Держась одной рукой за лестницу и удерживая второй фонарь, Робин оглядел резервуар. Тот был шести метров в глубину и имел круглое основание. Три отверстия наверху одной стены вели предположительно к печам и плавильням – туда, где требовалась вода для охлаждения. Внизу противоположной стены, там, где изогнутое дно резервуара принимало почти горизонтальную форму, находилась сливная труба, по которой пришел Робин. Других путей наружу не было.

Снова оглядев три верхних отверстия, Робин разглядел кое-что, чего он не заметил в первый раз. Под каждым отверстием на покрытой грязью стене красовался простенький рисунок – такой может нарисовать ребенок на грязном стекле машины – обычный знак вопроса.

«Загадочник».

Все складывалось. Подобные игры в кошки-мышки были исключительно в его стиле.

Робин снова оглядел крышку резервуара. Если выбраться наружу можно только по одному из охлаждающих туннелей, у него не получится добраться до них с пола. Крышка была сделана из листового металла с опорными балками. С вершины лестницы он как раз мог дотянуться до ближайшей балки. Зажав фонарик зубами, Робин ухватился за металлическую опору и качнулся к следующей, а потом к следующей, пока в итоге не повис в центре резервуара.

Снова взяв фонарик в руку, Робин осветил все три туннеля. Три знака вопроса казались идентичными, ничто не указывало на то, какой конкретно туннель ему следует выбрать.

Робину пришло в голову, что следует спуститься и связаться с Бэт-пещерой, но эта идея ему не понравилась. Такая тактика казалась ему чересчур осторожной, а Тим не хотел, чтобы они подумали, будто он не в состоянии разобраться с ситуацией самостоятельно.

Бэтмен постоянно одергивал Робина, и прямо сейчас у него была возможность решить эту проблему так, как он сам считал нужным. Хотел ли он этим что-то доказать? Непременно. Не было резона это отрицать. Но он также был вполне способен разобраться во всем в одиночку. Робин хорошо тренировался и не боялся Загадочника.

Он сможет справиться с ним самостоятельно.

Тим снова пригляделся к каждому из туннелей. Они были круглыми, чуть меньше двух метров в диаметре, расположены в ряд на расстоянии двух метров друг от друга. Над ними не было никаких вывесок, ничего, что указывало бы, где они выйдут на другом конце.

Робин посветил наверх, но и потолок над туннелями ему ничем не помог.

Это было не в стиле Загадочника – он никогда не подбрасывал им головоломок, у которых не было ответа. Отсутствие подсказки вынудило бы их полагаться на случай – а подобного Нигма никогда бы не допустил. Положиться на случай – значит признать, что он не контролирует ситуацию. Таким образом, раз у него не было никаких причин выбирать какой-то конкретный туннель, сойдет любой.

Перебирая руками, Робин перелетал с одной балки на другую и наконец оказался на расстоянии метра от среднего туннеля. Он был грязным и весь покрыт налетом внутри, но в остальном ничего не привлекало его внимания. «Доверься себе», – подумал Робин. Тим качнулся назад, чтобы получить немного инерции, затем качнулся вперед, отпустил балку и приземлился аккурат в устье туннеля. Он немного проскользил вперед, затем замер на месте.

Не взорвалась бомба, его не ударило электрошоком и не окутало облаком ядовитого газа.

«Пока что все нормально». Осмелев, Робин активировал свой передатчик и попытался связаться с Бэтменом… но тот не ответил. «Ну и хорошо, – подумал Робин, – ты хотел, чтобы я оставался на связи. Я попробовал. Идем дальше». Освещая себе путь фонарем, Тим двинулся вглубь туннеля, задевая потолок кончиком капюшона. Каждый его шаг отдавался слабым эхо. Спустя тридцать метров он заметил люк на потолке. Этот люк открылся без малейших проблем, за ним оказалась вертикальная шахта, к стенке которой была прикреплена лестница, в точности как в резервуаре. Убрав фонарь, Робин схватился за первую перекладину и подтянулся наверх.

Шахта выходила в техническое помещение неподалеку от печей. Как только Робин выбрался из люка, тот захлопнулся за его спиной. Череда лязгающих звуков эхом пронеслась по помещению, а затем со всех сторон хлынули потоки света, почти ослепившие его после темноты туннелей.

Робин крутанулся на месте, держа посох наготове, в ожидании атаки. Атаки так и не последовало, но Загадочник был здесь раньше. Над панелью, полной индикаторов и датчиков, висела бумажная табличка:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

Все огоньки на панели начали мигать. Робин пригляделся, заметив закономерность. Со временем он понял, что видит перед собой азбуку Морзе. Мигание прекратилось, затем возобновилось. A… V…

Aves or Mammalia

Это были классы внутри царства животных. «Птица или млекопитающее». Малиновка или летучая мышь. Робин подошел к панели и увидел, что кто-то поработал над клавиатурой. Все клавиши кроме А или М были убраны.

«Интересно, – подумал Робин, – два разных плана, один под меня и один под Бэтмена». Несколько вытащенных клавиш лежали перед клавиатурой, формируя записку-предупреждение:

НЕ ЛГИ

«Ну, хорошо, – подумал Робин, – не буду».

Он нажал А.

Последовательность огоньков мгновенно сменилась.

«Чудно, теперь ты можешь идти».

Все огни в комнате погасли за исключением одной-единственной лампы в дальнем углу. Робин направился в том направлении и нашел люк в полу, рядом с которым к столбику была прикреплена кнопочная панель. Дисплей панели светился зеленым и показывал четыре звездочки.

«Четырехзначный код». Десять тысяч вариантов.

Робин осветил комнату фонарем, ища любые подсказки или намеки на то, каким может быть код. Он посмотрел под панелью – просто поразительно, как много людей записывают пароли и входные коды и затем кладут их по соседству с тем местом, где они собираются их использовать. Затем он расширил зону поиска. Он вернулся к клавиатуре и проверил, нет ли изменений на цифровом блоке. Все клавиши исчезли, а к обнажившимся контактам никто не прикасался.

Так где же зацепка?

Она должна где-то быть.

Может, он и был гордым и упрямым, но Робин точно не был глупцом. Он был частью команды, поэтому он позвонил.

И на этот раз Бэтмен ответил.

Специальный репортаж

В центре внимания – Готэм

Репортер: Вики Вэйл

В центре Готэма, недалеко от того места, где Вест-Ватерфронт бульвар переходит в южный туннель, произошло убийство. Полиция пока не разглашает имя жертвы, но источники подтверждают, что убитый был взрослым мужчиной, и он был убит стрелой.

Я повторю: у нас убийство в центре города средь бела дня, и жертву, по всей видимости, застрелили стрелой.

Мы сейчас находимся возле места преступления, и как вы можете видеть, полиция никого не подпускает к телу. Ходили слухи, что на месте происшествия может появиться Бэтмен, поскольку достоверно известно, что он и комиссар Гордон встречались этим утром. Но пока что мы не видели ни его, ни Робина. Нет никаких оснований предполагать, что они как-то вовлечены в расследование.

Полиция огородила заградительной лентой весь перекресток, и взгляните, куда я указываю, вот туда, к северу. Вы увидите офицеров полиции Готэма и детективов на крыше старого здания «Амбар Каплана». Мы предполагаем, что именно там располагался убийца, но как мы уже сказали, пока что идут только самые ранние этапы расследования, и комиссар Гордон держит язык за зубами.

Крыша расположена практически в трех сотнях метров от того места, где все еще лежит тело, здесь, на тротуаре, к северу от Ченси и Амидона. Я, конечно, не эксперт в стрельбе из лука, но сдается мне, что это весьма приличное расстояние для столь точного выстрела. Означает ли это, что кто-то из костюмированных преступников Готэма вернулся в строй? Есть ли какая-то связь между этим убийством и утренним визитом Бэтмена в штаб-квартиру полиции?

Пока что это все спекуляции, но очевидно, что это не обычное уличное преступление. Когда у нас появится больше информации, включая имя жертвы и первоначальное заявление детективов из отдела убийств – «В поле зрения – Готэм» немедленно поделится с вами.

Это была Вики Вэйл с прямым репортажем из центра Готэма.

6

Торговый банк Готэма был пуст. Собственно говоря, он пустовал уже несколько месяцев, с тех пор как Джокер подорвал бомбу в подземном хранилище банка и серьезно повредил здание.

Банк все еще действовал через несколько других филиалов. Он по-прежнему принадлежал Роману Сионису, члену преступного мира Готэма, также известному, по крайней мере Бэтмену, как Черная Маска.

Текущее местонахождение Романа оставалось неизвестным. После драки, произошедшей между ним и Робином, Сионис угодил в Аркхем-сити, но Бэтмен подозревал, что он успел сбежать во время крушения «Протокола 10».

А еще Темный рыцарь подозревал, что всплывшая под таймером шифрованная записка указывала ему на хранилище. На самом деле, он в этом не сомневался. Загадочник начал свой гамбит, помянув Джокера, и продолжил его, заманивая Динамический дуэт[1] к месту одной из последних битв между летучей мышью и клоуном. Неумолимая логика. Что касается остатка головоломки…

«…что-то такое, во что можно вонзить свои зубы!».

Без сомнений, ответ на этот вопрос появится, как только Бэтмен войдет в хранилище.

Бэтмен приблизился к банку с воздуха, пролетев на тросе над Джезебел-плаза. Он перелетел с музея к циферблату на фасаде банка и поднялся по внешней стене здания на крышу. Стальная противопожарная дверь была открыта, ведущая внутрь лестница усыпана мусором и всяким хламом, набившимся за зиму. Темный рыцарь спустился на первый этаж, распахнул дверь и вышел в главное лобби.

Оно выглядело заброшенным, причем уже какое-то время. Везде царил хаос – все, что не было прибито к полу и стенам гвоздями, было украдено или сломано мародерами. Входная дверь была заколочена досками и заперта на висячий замок. Хранилище находилось этажом ниже, попасть туда можно было по другой лестнице, расположенной в центре помещения.

Из подвала доносились голоса. Бэтмен тихонько закрыл за собой дверь, пересек лобби и начал спускаться. Два, три, четыре разных голоса – по всей видимости, принадлежат группе, решившей поживиться в хранилище.

Дверь в подвал была открыта, располагавшаяся за ней приемная зона была в таком же плачевном состоянии, что и главное лобби. В противоположном конце комнаты Бэтмен заметил массивную стальную дверь. Она также была открыта.

Внутри хранилища он заметил двоих мужчин, одетых в подобие военной формы и вооруженных винтовками. Злодеи обожали наряжать своих приспешников солдатами. Но под всей этой формой они по-прежнему оставались бандитами и подонками.

Бэтмен проскользнул через комнату и спрятался за стойкой регистрации, не сводя глаз с хранилища. Дверной проем ограничивал вид. Теперь Темный рыцарь видел уже троих людей, но слышал он как минимум четыре разных голоса. Он также заметил, что дальний конец хранилища по-прежнему в руинах после взрыва. Там, где раньше был завал, теперь виднелась грубой формы дыра, как будто кто-то прорыл в подвал туннель.

Подземные просторы Готэма были, в общем-то, безграничны – туннели метро, подземные комнаты и подвалы зданий, которых больше не существовало в природе и на фундаменте которых уже давно выросли новые строения. Канализации, паропроводы и даже антикварные трубы пневмопочты[2] образовывали целые километры никем не контролируемых путей. Тысячи людей могли пройти там, и никто бы никогда об этом не узнал… хотя некоторые из известных жителей подземелья делали эту перспективу весьма малоаппетитной.

Соломон Гранди, среди прочих, не переносил незваных гостей. Благодаря Пингвину, это немертвое создание пристрастилось к человеческой плоти.

Но даже это обстоятельство не мешало преступникам регулярно пользоваться подземными пространствами. Для них возможность не попадаться на глаза стражам закона оправдывала все риски. Почему же на этот риск пошел Загадочник, было загадкой, которую Бэтмен намеревался разгадать… прямо сейчас.

Не сводя глаз с трех вооруженных бандитов, Темный рыцарь вышел из-за стойки и молниеносно, один за другим, метнул три бэтаранга – по одному на каждого. Два снаряда нашли свои цели. Один из бандитов беззвучно рухнул на пол – бэтаранг угодил ему прямо в основание черепа. Второму снаряд угодил между лопаток – он вскрикнул и пошатнулся.

Третий бэтаранг разминулся с лицом своей жертвы и вышиб бетонные крошки из развалин в дальнем углу хранилища.

Пока метательные снаряды еще были в воздухе, Бэтмен уже устремился в хранилище. Он подскочил к пошатнувшемуся бандиту и с одного удара уложил его отдыхать. Этот маневр на секунду оставил спину Темного рыцаря открытой для последнего стоявшего на ногах бандита, но это был допустимый риск. Когда ты сражаешься с несколькими противниками, лучше вывести из строя одного, чем ударить сразу двоих, но не свалить ни одного из них.

Возможность уравнять шансы всегда в приоритете.

Его плащ развевался за спиной, маскируя контуры тела и затрудняя прицел любым оставшимся бандитам. Автоматные выстрелы прошили ткань плаща, пули прошли между рукой и туловищем Бэтмена. Темный рыцарь крутанулся, и кромка плаща с щелчком ударила противника по руке, выбивая у него оружие.

Обернувшись, Бэтмен выяснил, что ему противостояло не четверо бандитов. Их было шестеро. В дальнем углу, возле стены банковских ячеек, расположились еще три противника. Все они тут же вскинули оружие.

«Проклятье, – подумал он, – не загони себя в угол!»

Пискнул передатчик в капюшоне, но Бэтмен проигнорировал вызов. Прежде чем бандиты успели прицелиться, Темный рыцарь швырнул дымовую шашку, взмахнул плащом вправо, а сам метнулся влево. Троица открыла огонь, пули прошили подол плаща, а также продырявили стрелка, разминувшегося с бэтарангом. Бэтмен почувствовал укол вины, но он ничего не мог с этим поделать. Люди в их деле принимали риск сопутствующего ущерба.

Дым клубился по помещению, затрудняя видимость засевшей в углу троице стрелков, продолжающих хаотично палить по сторонам. Зная, что беспорядочная стрельба обычно идет вверх, а не вниз, Бэтмен припал к полу и пополз сквозь облако. Темный рыцарь ударил одного из противников снизу и услышал, как хрустнула сломанная кость в ноге мужчины. Не успел бандит заорать от боли, как Бэтмен уже крутанулся в сторону и ткнул локтем в грудь стрелку слева, заставив парня сложиться пополам. Продолжая разворот, Бэтмен схватил дуло пушки последнего из всей троицы, вырвал оружие из рук стрелка и ударил бандита рукояткой его же ствола по голове.

Пятнадцать секунд. Трое в отключке, один труп, один блюет на полу, еще один валяется со сломанной ногой. В воздухе повисла дымка от выстрелов и дымовой шашки. Рядом с рухнувшей стеной сквозняк вытягивал дым наружу через пролом в завале. Бэтмен принял этот факт к сведению – он означал, что туннель в конечном итоге выходил в более крупный комплекс проходов под Готэмом.

В дополнение к созданным человеком туннелям под городом существовала естественная система пещер, которую никто так никогда полностью и не нанес на карту и которая в конечном итоге соединялась с Бэт-пещерой. Бэтмен, насколько смог, запечатал выходы из своего убежища, но под городом оставались километры других проходов и пустот, которыми мог пользоваться любой, кому посчастливилось их обнаружить.

Когда дым рассеялся, бандит со сломанной ногой продолжил кричать. Бэтмен в три длинных шага преодолел разделявшее их расстояние и резко ударил парня в челюсть.

Крик оборвался.

Затем он огляделся по сторонам. Стены, из соображений предосторожностей возведенные из усиленного бетона, по большей части не пострадали, за исключением пространства непосредственно вокруг места взрыва. Одна стена была пуста, вторая поддерживала дверь и запорные механизмы, а третья была усеяна банковскими ячейками. Рядом с ней скорчился на четвереньках бандит, который по-прежнему не мог прийти в себя после удара в живот.

Бэтмен присел на корточки рядом с ним.

– Кто вас сюда послал?

– Мы просто присматривали тут, – простонал бандит, – охраняли. Нас никто не предупреждал о твоем появлении.

– Охраняли для кого?

– Не заставляй меня говорить с тобой, – взмолился бандит, – ты же знаешь, что они со мной сделают, если подумают, что я их сдал.

– Тебе надо говорить лишь «да» или «нет». Загадочник?

Парень покачал головой.

– Не-а. Не он. Никогда его не видел.

Несмотря на бьющий в нос запах рвоты, Бэтмен наклонился вплотную к лицу бандита.

– Ты знаешь, что я не убиваю людей, но я не против прибегнуть к небольшому… убеждению. – Он остановился, давая собеседнику время осознать услышанное. – Спрошу еще раз. Это Загадочник тебя сюда послал?

– Нет! – рявкнул бандит и скорчился от боли. – Я же сказал, я никогда его не видел.

Он говорил правду. Когда уличные бандиты понимали, что повстречали кого-то не из своей весовой категории, в них проглядывалось определенное отчаяние. Они могли бы солгать полиции, но не Бэтмену. Темный рыцарь приводил их в ужас. Именно такое впечатление он и хотел на них производить.

– Тогда кто?

– Я не знаю, – признался бандит, – какой-то парень, мы виделись всего один раз, он передал нам инструкции. Мы делали то, что было велено. Как я и сказал, тебя не должно было быть здесь.

– Это потому, что я появился, когда ты меня не ждал, – пояснил Бэтмен и наградил парня ударом достаточным, чтобы какое-то время он провел в стране снов.

Набрав команду на приборной панели перчатки, Бэтмен проверил сообщения. Он ожидал, что в ближайшее время получит весточку от Оракула. Она согласилась предупредить, когда таймер с флэшки снова достигнет нуля. Но было слишком рано – обещанный час еще не прошел. Скоро пройдет, но пока еще оставалось немного времени. Значит, во время драки с ним пыталась связаться не она.

Покосившись на шифровальный секвенсор, записывавший все вызовы на его личную частоту, Бэтмен увидел, что звонил Робин. «Хорошо». Один пропущенный звонок означал, что Робин просто хотел поболтать. Вот несколько пропущенных означали бы какую-то внештатную ситуацию.

Так что Бэтмен снова переключил свое внимание на хранилище. Загадочник хотел, чтобы он что-то здесь увидел. Однако бандиты определенно не были частью его гамбита – когда Темный рыцарь вошел, они просто праздно болтали. Если бы Загадочник планировал устроить здесь засаду, то они проделали просто до смешного отвратительную работу по ее подготовке. Не складывалось. Пока что, по ощущениям, Нигма напротив планировал свои ребусы с особой тщательностью. Нет, бандиты были здесь с другой целью.

Возможно, задачей этих преступников было что-то охранять, как они сами и считали, но у Бэтмена сложилось впечатление, что на самом деле их оставили здесь в качестве жертвенных пешек. Ну, или чтобы удостовериться, что он точно задержится здесь достаточно надолго и хорошенько осмотрится по сторонам. Возможно, Бэтмен был слишком подозрительным, но такой вещи как излишняя подозрительность в принципе не существовало в природе. Особенно, когда в деле был замешан Загадочник со своими смертоносными хитростями.

Одной из его фишек была полная изоляция себя от подобных исполнителей. Скорее всего, Нигма пользовался услугами посредника для найма и координации действий бандитов. А вот вычисление личности этого посредника звучало как отличная работа для Оракула. Бэтмен пустит ее по следу после того, как вернется в Бэт-пещеру.

Словно бы по сигналу Оракул прислала текстовое сообщение:

«Таймер достиг нуля. Перезагрузился. Теперь он показывает пятьдесят девять минут и пятьдесят восемь… пятьдесят семь… ты понял идею».

Бэтмен набрал команду, чтобы сообщение не повторялось. Если бы Загадочник просто хотел, чтобы он прошел через этот туннель, он бы не оставил здесь стрелков. Это как раз было предельно ясно. Так что туннель имел второстепенное значение, если вообще имел. Следующую улику следовало искать в хранилище. Но и на голых стенах, и в открытой двери не было ничего необычного. Оставались банковские ячейки. Бэтмен повернулся к ним и заметил кое-что, что бросилось в глаза не сразу. Все ячейки были на месте, кроме одной. Можно было подумать, что это место никогда не грабили. Однако учитывая состояние остального банка, это не укладывалось в общую картинку.

– Не загоняй себя в угол.

«Хороший совет», – подумал Бэтмен. Он не мог позволить себе ошибку, предположив, будто понимает смысл головоломки. Ему придется разбираться с ней последовательно, шаг за шагом.

Передатчик снова ожил. Опять звонил Робин. На этот раз Бэтмен ответил, ударив по клавише панели управления на перчатке.

– Вот ты где, – заявил Робин, – надеюсь, я тебя не отвлекаю?

– Ты о чем-то хочешь мне сообщить, или мы просто болтаем?

– Ну, я добрался по туннелям метро до насосной станции возле реки. Оттуда я собирался спуститься в сливные трубы и пробраться внутрь сталелитейного завода, чтобы никто из тех, кто по-прежнему остался в Аркхем-сити, меня не заметил и не встретился на пути. Но угадай, что я нашел?

– Я не собираюсь гадать.

– Помнишь комнаты с головоломками от Загадочника?

– Они весьма запоминающиеся, да.

– Ну, он придумал новую. Я как раз в ней.

Бэтмен нахмурился. Однако голос Робина не звучал встревоженным.

– Так почему ты из нее еще не выбрался? – резко спросил он.

Бэтмена раздражало, что он вот так вот отправил Тима прямиком в неизвестную ситуацию, но часики тикали в самом прямом смысле. Каждый раз, как таймер доходил до нуля, невинная жертва отдавала свою жизнь.

– Поэтому я тебе и звоню, – пояснил Робин, – здесь дверь, для открытия которой требуется код. Четырехзначный. Я, конечно, могу остаться здесь и перепробовать все десять тысяч возможных комбинаций, но…

Бэтмен подумал, что по меркам Загадочника это был довольно банальный ребус. Прямо как анаграмма MARAVILLA. Здесь должно было быть что-то еще. Раздумывая над этим, Бэтмен осмотрел стену банковских ячеек. Они все шли в строгом арифметическом порядке – 4777, 4778…

«Ага, – подумал он, – вот оно что».

Ему показалось, что бандиты громят хранилище. На самом деле, они занимались прямо противоположным – расставляли банковские ячейки обратно по своим местам, пропустив только одну. Одну пустую ячейку, чтобы привлечь его внимание. И в этом пустом месте прежде находилась конкретная банковская ячейка с конкретным четырехзначным номером.

Все, что могло бы влезть в это пустое пространство, если воспользоваться словами Загадочника, не подходило условиям задачи, оно не могло бы влезть в коробку, потому что здесь не было коробки-ячейки.

– Что ты сказал? – поинтересовался Робин.

– Я не собирался ничего говорить, – ответил Бэтмен, – но мне кажется, я знаю твой ответ. Повиси-ка, я кое-что проверю.

– Я подожду, – заверил Робин, – никакой спешки.

Бэтмен подошел к центру комнаты и заглянул внутрь пустого пространства. Внутри лежал простой треугольный предмет. Бэтмен подошел поближе, прекрасно осознавая возможность ловушки.

Внутри стены ячейки были голыми. Не похоже, чтобы кто-то с ними химичил. Бэтмен сделал еще один шаг вперед, и увидел, что внутри лежит зуб, или предмет, напоминающий зуб.

«Ну, конечно».

«Что-то, во что можно вонзить зубы».

Подойдя поближе, Бэтмен изучил зуб, не прикасаясь к нему, а затем осмотрел полку вокруг него, чтобы проверить, нет ли там какого-нибудь пускового механизма, который он мог бы задеть, забирая предмет. Ничего такого не было. Для пущей уверенности Бэтмен посветил внутрь фонарем. В его свете ничего не было, ни проводов, ни других подозрительных вещей.

– Когда я говорил про «никакой спешки», я шутил, – раздался из передатчика голос Робина, – здесь становится страшновато.

Бэтмен посмотрел на ячейку слева от пустующей – 8121. Справа была 8123. С точки зрения Загадочника все это было совершенно логично. Решение одной головоломки одновременно являлось началом следующей. Разумеется, все это могло быть ловушкой, но пока что они были лишь на начальных этапах схемы Загадочника. Обычно он предпочитал создавать маленькие затруднения, которые вписывались в одно грандиозное откровение.

– Попробуй 8122, – предложил Бэтмен, – но просто чтобы перестраховаться, попробуй держаться подальше от люка, когда будешь вводить код.

– Панель находится на другой стороне комнаты, – сказал Робин, – и пока что Загадочник просто рисуется. Он хочет нам что-то показать.

– Согласен, – ответил Бэтмен, – но все же будь осторожен. Давай. Посмотрим, что получится.

Пауза.

– Готово, – ответил Робин, – люк открылся.

– Что ты видишь на другой стороне?

– Пока что ничего. Дай мне спуститься и оглядеться.

– Хорошо. Оставайся на связи.

– Непременно, – Робин отключился, и Бэтмен в последний раз оглядел хранилище, чтобы удостовериться, что он ничего не пропустил. Удовлетворившись увиденным, Темный рыцарь вновь обратил свое внимание к зубу. Он был большим, размером с его ладонь, острым и слегка изогнутым. Корни его были целыми, и к ним по-прежнему крепилось небольшое количество ткани. Судя по виду, зуб совсем недавно вытащили из того, чем некогда питалось это животное.

Стало быть, улика. Зуб животного, расположенный в конкретном месте.

Но не зная, какому животному принадлежал этот зуб, ребуса он не решит.

Бэтмен взял зуб и положил его на ладонь.

В пустом пространстве, где некогда находилась ячейка 8122, послышался щелчок, и раздалось тихое шипение. Основание ячейки немного поднялось, и раздался еще один щелчок.

«Нажимная крышка».

Бэтмен был в трех длинных шагах от двери хранилища. Он успел сделать два шага, когда спрятанная в стене с банковскими ячейками бомба взорвалась.

Он потерял какое-то время, но не очень много.

Когда Темный рыцарь пришел в себя, он, опаленный и дымящийся, лежал у подножия каменной лестницы. Разлетевшаяся от стены банковских ячеек металлическая шрапнель изрешетила его плащ и в нескольких местах пробила костюм. Бушующий в хранилище огонь втягивал воздух с лестницы. Он уже начал пробираться в приемную зону. У Бэтмена в ушах звенело, ударная волна оставила в его легких ощущение чего-то такого, что он никак не мог откашлять.

«А Загадочник совершенствует свой стиль, – подумал он, – возможно, мне пора достать бронированный костюм».

Хранилище напоминало внутренности доменной печи. Огонь пылал столь яростно, что он буквально клубился за дверь… и вверх, как будто бы взрыв обрушил внешнюю стену, и в хранилище теперь поступал свежий воздух. Ни у одного из бандитов Загадочника не было ни единого шанса уцелеть.

Доносящиеся с потолка трескающиеся звуки подняли его на ноги. Бэтмен взобрался по лестнице, хромая от острой боли в правой пятке. В остальном он чувствовал себя сносно, разве что, поднявшись на первый этаж, Темный рыцарь заметил, что из носа у него идет кровь.

Лобби было заполнено дымом, затруднявшим обзор. Бэтмен снял с пояса респиратор, вставил в рот и сделал глубокий вдох отфильтрованного воздуха. Опасаясь, что пол над эпицентром взрыва мог утратить структурную прочность, Темный рыцарь подошел к лестнице и со всей возможной поспешностью поднялся на крышу банка.

И лишь снова оказавшись наверху он смог разглядеть, какой урон понесло здание. Взрыв обрушил часть внешней стены банка с противоположной стороны от лестницы на крышу, довершив работу, начатую Джокером несколько месяцев назад. Пламя плясало на обломках и облизывало стены. Здание было старым, внутри находилось много деревянных покрытий и ветхой мебели. Банк сгорит дотла, а затем огонь легко сможет перекинуться на соседние постройки.

Бэтмен связался с экстренными службами Готэма и сообщил о пожаре. Затем он пересек крышу, подошел к стороне с часами, выстрелил крюком и перенесся через Джезебел-Сквер к тому месту, с которого он изначально осматривал здание.

Там Темный рыцарь задержался на некоторое время, высматривая уцелевших. Даже прихвостни Загадочника не заслуживали подобной смерти.

В отдалении завыли сирены, на шоссе показались мигающие огни. Этому пожару светит самый высокий уровень сложности. Словно бы в подтверждении его мыслей, рухнула еще одна часть стены, и Бэтмен отошел назад, уклоняясь от свежей волны жара.

«Странно, – подумал он, – дважды я бывал в Торговом банке Готэма, и дважды кто-то пытался его взорвать». Загадочник обычно не повторял за другими злодеями, и в прошлом он бесился от одного только предположения, что кто-то мог принять его за Джокера для бедных. Или же это просто совпадение?

Возможно. Скорее всего, Загадочник просто подчищал следы и собирался убедиться, что никто из его прихвостней не унесет с собой полезную информацию. Хладнокровно, но эффективно.

«Однако уровень жестокости совершенно новый».

Поняв, что здесь он больше ничего не добьется, Бэтмен двинулся дальше. Бэтмобиль был припаркован в нескольких кварталах – достаточно далеко, чтобы кто-то из находившихся в банке успел заметить его приближение. Забравшись внутрь, Бэтмен активировал передатчик и сообщил в полицию о телах в хранилище.

Затем он задумался о своем следующем шаге.

Обычно самый лучший путь к победе над Загадочником сводился к следующему: сначала ты определял, в какую игру он играет, а потом менял ее правила. Бэтмен пока еще не понял принципов этой игры, но время было на его стороне. Чем дольше Темный рыцарь действовал в полном соответствии с замыслами Загадочника, тем более самоуверенным злодей становился. Бэтмена раздражало, что его водят за нос, но на какое-то время с этим придется смириться.

Снова раздался вызов передатчика. На этот раз звонил комиссар Гордон. Бэтмен принял звонок.

– Позвольте, угадаю, – произнес он, – совершено еще одно убийство.

Отведи их к Траску

Дуэйн Траск, радио «Готэм Глоуб»

«Похоже, что долгий готэмский кошмар из мира и тишины наконец-то подходит к концу. Мой коллега-обозреватель всего, связанного с Готэмом, Рафаэль Дель Торо, снова призывает Бэтмена повесить свои острые уши на гвоздь и оставить нас в покое.

Я с ним категорически не согласен.

У Бэтмена есть проблемы – и мы с вами не раз уже разбирали их во всех подробностях – но в целом его присутствие идет городу на пользу. Нам нужен кто-то вроде него, чтобы… что ж, я хотел сказать, «держать нас в узде», но будем честны, это же Готэм. Я уверен, что даже Папа Римский, который патрулировать бы улицы Готэма в своем «папамобиле», и то не справился бы с этой задачей.

Похоже, последняя вспышка насилия в нашем городе связана с появлением на улицах снайпера. Около часа назад он… или она… убил… или убила… свою первую жертву.

А буквально минуту назад было совершено второе убийство.

Может быть я слишком забегаю вперед, проводя параллели между этими двумя смертями, но в самом деле, у нас есть два убийства, совершенные с разницей ровно в час. Совпадение?

Нет, только не в Готэме. Что-то происходит. Я не сомневаюсь, что полиция делает все возможное, чтобы разобраться в происходящем и найти виновных, но пока что, люди, заклинаю вас, если вам никуда не нужно, оставайтесь дома. Я серьезно. Отнеситесь к этому как к штормовому предупреждению. Держитесь подальше от окон, опустите шторы… мы живем в Готэме, и всякие преступные безумцы водятся здесь словно москиты на болоте. Отнеситесь к этому серьезно.

Я прошу вас.

А теперь перейдем к тому, кто это может быть, и чего они пытаются добиться? Вы должно быть заметили, что, как я уже упоминал, в последнее время в городе было сравнительно тихо. Периодические нападения мафии, обычные человеческие жестокость и беспредел, но ничего необычного. Особенно если учесть, что еще совсем недавно Хьюго Стрейндж и его банда злобных приспешников, как бы это выразиться, управляли Аркхем-сити. Их маленькая задумка с «Протоколом 10» – это же классический Готэм. Грандиозные амбиции, помноженные на кучу трупов и повсеместные разрушения. Бэтмен был там и спас нас от еще большего хаоса, за что мы все в «Радио Глоуб» ему благодарны.

А вы ему благодарны? Вы считаете, что присутствие Бэтмена идет городу на пользу? Или же вы, как и Рафаэль Дель Торо, считаете, что Готэму было бы лучше без него?

Мы ждем ваших звонков. Нам хочется услышать, что у вас на уме. И серьезно, люди, если вы увидите хоть что-то отдаленно напоминающее снайпера, сразу же вызывайте копов.

Нам звонит Эйвери, который едет в машине. Что ты хочешь нам сказать, Эйвери?

– Дуэйн, спасибо, что ответил на мой звонок. Я только что был на мосту, ехал в центр, и заметил жуткий пожар в Аркхем-сити. Похоже, там что-то взорвалось…

7

Люк открылся автоматически, за ним оказалась вертикальная шахта. Мигающая стрелка указывала вниз. Можно подумать, у Робина еще оставались сомнения, куда двигаться дальше.

Загадочник любил театральщину, уж в этом-то сомнений не было.

Сама шахта была украшена знаками вопроса, протянувшимися вниз вплоть до самого дна, где служебный коридор уходил куда-то вдаль, за пределы поля зрения Робина. Через строго определенные промежутки стены коридора были освещены лампами, тоже сделанными в виде знака вопроса. «Серьезно?» Робин подумал, что где-то в Готэме маленький производитель осветительных приборов недавно выполнил один большой специальный заказ. Интересно, сможет ли Оракул отыскать производителя… хотя с той же вероятностью может оказаться, что у Загадочника где-то есть собственная лавочка, и он лично занимался производством. А если он даже и воспользовался услугами кого-то еще, какого-нибудь обычного Джо, который делал лампы, так сейчас бедолага уже, должно быть, покоился на дне реки.

Робин осторожно продвигался по коридору, выискивая возможные ловушки. Каждая трещинка в бетонном полу, каждый шов в стене, даже сами знаки вопроса могли взорваться, или выпустить отравляющий газ, или ударить смертельным разрядом электричества. Но ничего не происходило, и чем дольше ничего не происходило, тем сильнее Робин напрягался в ожидании. Отсутствие настоящей угрозы действовало ему на нервы – Робин начинал дергаться.

Он задумался, не было ли так спланировано изначально – постоянно держать его в ожидании угрозы, чтобы в какой-то момент его чувства притупились – и именно тогда-то ловушка и захлопнется.

Робин практически хотел, чтобы она захлопнулась, но этого так и не произошло. В конце коридора находилась огромная квадратная комната. В отличие от остального здания, она была девственно чистой и выглядела так, будто ее только недавно построили. Ее пол был расчерчен на квадраты, каждый примерно по метру шириной. Робин пересчитал количество рядов: восемь на восемь.

Прямо как на доске для шахмат.

Вглядевшись в пазы, Робин увидел сталь. Затем он посмотрел по сторонам. В стены комнаты было встроено семь закрытых дверей, на каждой из которых яркой зеленой краской был нарисован знак вопроса, и один открытый дверной проем. Каждая дверь, за исключением последней, была пронумерована. Это была лишь одна из немногих вещей, увиденных Робином за последнее время, на которой не было выведено зеленого знака вопроса.

На шахматной доске стояло трое людей в масках. У одного была лошадиная голова, второй напялил высокую остроконечную шляпу, на третьем был зубчатый шлем. Шахматные фигуры: конь, слон, ладья. Все трое были одеты в ярко-зеленые одежды, на которых были вышиты буква и номер. У коня был номер К4, у слона С3, у ладьи – Л2. Робин задумался, куда делись пешки, король и ферзь.

В чем же суть?

Робин шагнул в комнату. Костюмированные бандиты даже не попытались напасть на него. На самом деле, они вообще не шелохнулись.

Внезапно знак вопроса над первой дверью начал яростно мигать. Это была его первая цель, и Робин предположил, что он должен добраться туда с помощью шахматных ходов. Если он начнет игру, будут ли конь, слон и ладья двигаться в ответ на его ходы? Будут ли пытаться «срубить» его? Какую фигуру должен отыгрывать он сам?

И, задав себе этот вопрос, Робин все понял. Существовала классическая техника обучения шахматам с использованием головоломок. Ученику давали начальную позицию и ставили задачу: поставить шах и мат за три хода или же вынудить противника на ничью. Здесь его задача была предельно ясна: добраться до двери номер 1.

Бандиты сами по себе были подсказками. К4, Л2, С3. Это были его варианты. Робин мог сделать четыре хода конем, два хода ладьей или три хода слоном. Напротив первой двери был черный квадрат. Робин стоял на белом квадрате. Это исключало слона, так как слоны перемещались только по диагоналям того же цвета. Ладья так же была исключена, так как между ним и его целью стояли «фигуры» Загадочника, и Робин был бы вынужден сделать три шага вместо двух выделенных ему, и при этом в буквальном смысле пройти через них.

Оставался конь – К4. Робин мысленно спланировал маршрут. Первый ход переместит его на две клетки вперед и на одну вправо. Затем следующий ход, еще на две клетки вперед и на одну вправо. Затем…

– Конь, – сказал он и сделал первый шаг.

Бандиты Загадочника остались на месте. Робин стоял прямо напротив того, у кого на груди красовалась надпись Л2. Робин сделал следующий шаг, пройдя прямо мимо Л2, но тот даже не шелохнулся. К4 и С3 также стояли на своих местах. Из-за их масок Робин даже не мог понять, наблюдают ли они за ним или нет.

Третий ход снова подвинул его на две клетки вперед и на одну вправо. До цели оставалась еще одна клетка вперед и две вправо. Робин оглянулся через плечо. Бандиты даже не обернулись в его сторону. Что бы ни планировал Загадочник, это определенно случится не в этой комнате.

По крайней мере, не сейчас.

Прежде чем делать что-либо еще, Робин позвонил Бэтмену. Когда Темный рыцарь ответил на вызов, в наушнике послышался рокот двигателя бэтмобиля.

– Осторожнее, не стоит разговаривать по телефону за рулем, – предостерег он Бэтмена, но шутка была потрачена зря.

– Доложи обстановку.

– Я в комнате, которая стилизована под шахматную доску, – сообщил Робин, – в ней семь дверей, пронумерованных от одного до семи, а еще здесь три прихвостня Загадочника. Они стоят на доске одетые как конь, слон и ладья.

– Они ничего не делают?

– Это головоломка. Я уже ее решил. Из-за позиций, которые они заняли на доске, добраться до первой двери, не столкнувшись ни с одним из них, у меня получилось бы только ходя как конь. Я так и поступил и теперь стою перед дверью, – Робин оглядел ее, пытаясь определить, есть ли в ней что-то, достойное описания. – Полагаю, что в какой-то момент мне придется пройти через все семь дверей.

– Или тебе придется выбрать одну из них. Вспомни ту старую загадку.

– Ту, что насчет двери в рай и двери в ад? Ага, – ответил Робин.

Бэтмен изучал историю загадок, и Робин нахватался параллельно с ним.

– Помни об этом, – продолжил Бэтмен, – я тоже получил инструкции. Я нашел зуб в банковском хранилище. Его там оставил или Загадочник, или кто-то из его приспешников.

– Что за зуб?

– Это я и собираюсь выяснить. Но точно не человеческий. Наш следующий шаг зависит от ответа на этот вопрос, и часы уже тикают. Произошло еще одно убийство, и таймер снова обновился.

– Проклятье. Есть какая-то связь между жертвами?

– Гордон работает над этим. Первый, Лукас Анджело, был программистом. А второй, Брайан Айзексон, перестраивал завод «Эйс Кемикал».

Робин услышал, как бэтмобиль сбрасывает скорость, его шины чиркают по стальному покрытию барьера у ворот пещеры.

– Пора возвращаться к работе, – сказал Бэтмен, – я выясню, откуда взялся этот зуб, а ты продвигайся вперед, насколько сможешь. И не рискуй.

– Я уже рискнул. Я сделал ход.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

Не отключаясь, Робин изучил стоящую перед ним преграду. Ничего особенного – стандартная стальная дверь, такие используются на заводах и лестничных площадках по всей стране, включая погрузочные доки на складах. Ручка была из нержавеющей стали и выглядела новой. Робин стянул одну перчатку и прикоснулся пальцем к цилиндру замка. Он не пошевелился. Все старые замки двигаются, хотя бы чуточку.

Робин пригляделся повнимательнее. Обрезная кромка замочной скважины была все еще острой. Этим замком никогда еще не пользовались. Заключение: эта дверь была новой, и ее установили здесь при создании комнаты. Вывод: что бы ни находилось за этой дверью, это также соорудил Нигма.

Пришла пора посовещаться с Бэтменом. До сих пор своих лучших результатов они добивались, работая в паре.

– Загадочник имел уже десятки возможностей убить меня, – сказал Робин, – его бойцы могли наброситься по пути сюда, а эта шахматная троица могла атаковать меня как только я вошел в комнату. Но они даже не пошевелились, до сих пор стоят, не двигаясь. По правде говоря, это довольно стремно. Так что тут должен быть какой-то план, как в обычной шахматной игре, – продолжил он, – и сейчас мы наблюдаем вступительный гамбит, верно? Он бы не стал так изощряться, если бы хотел всего лишь убить меня.

– Ты мыслишь как рациональный человек, – возразил Бэтмен, – Загадочник руководствуется другими принципами. Он не полный псих наподобие Джокера или Зсасза, но в тоже время и не самый адекватный из наших противников. И сейчас Нигма кажется более жестоким. А что еще хуже, он управляет ходом игры, а это ставит нас в проигрышную ситуацию.

Это было правдой, но Загадочник не был настолько уж психом. Он был довольно дотошным персонажем, и все, что он делал, каким-то изощренным образом имело смысл.

– Я все равно по-прежнему считаю, что прав, – произнес Робин, – а ты?

– Не обязательно, но я надеюсь, что это так, потому что ты уже на месте. Исследуй там все и продвигайся дальше. Как только столкнешься с чем-то, с чем не сможешь справиться, немедленно скинь мне свое местоположение. – Бэтмен задумался, потом добавил. – На данный момент мы будем действовать параллельно, и продолжим в том же духе так долго, как это вообще возможно.

Послышался знакомый звук, с которым заглушался двигатель бэтмобиля. Дверь машины открылась и снова закрылась с солидным щелчком. Робину показалось, что где-то на заднем плане слышится голос Альфреда.

– Мне кажется, что Загадочник специально с самого начала намеревался разделить нас, – заметил Робин, натягивая перчатку обратно.

Удостоверившись, насколько это возможно, что в двери нет никаких ловушек, Робин потянулся к ручке. Она легко повернулась, но он не стал открывать дверь окончательно. Робин прислушался, ожидая каких-нибудь еле слышных щелчков или других звуков, которые могли выдать наличие неприятных сюрпризов.

– Согласен, – ответил Бэтмен, – и мне это не нравится. Инициатива у него, а мы только реагируем на его ходы. Нам как можно быстрее нужно обернуть эту ситуацию в свою пользу. Загадочник обычно сам все портит в конце, но нужно проявить осторожность, чтобы происходящее не застало нас врасплох.

– Ты же меня знаешь, Бэтмен, – я сама осторожность.

И с этими словами Робин отключился.

Он сделал глубокий вдох и открыл дверь номер один.

Отведи их к Траску

Дуэйн Траск, радио «Готэм Глоуб»

– Джо из центра, ты в эфире.

– Эм, да, спасибо, что принял мой звонок. Слушай, я только что узнал, что Бэтмен был в Аркхем-сити, в здании старого банка. Ну того, с часами на фасаде. Да, он был там. Не знаю, чем он занимался, но…

– Ты его там видел?

– Нет, нет-нет, я его не видел. Кое-кто шепнул мне…

– Кто? Кто тебе рассказал?

– Ну, я не могу об этом говорить. Кое-кто, кого не должно было там быть, и кто занимался там тем, чего не должен был делать. Понимаете, к чему я клоню?

– Наверное. Возможно. Не особо. Ты хочешь сказать, что один из твоих друзей поселился в Аркхем-сити? Или просто занят там чем-то незаконным?

– Нет, нет, ничего такого, нет. Просто, понимаете, его не должно было быть там, вот и все.

– Джо, мне начинает казаться, что ты рассказываешь не всю историю.

– Мужик, пойми, я не могу. Слушай, ты хочешь услышать про Бэтмена или нет?

– Конечно. Расскажи мне про Бэтмена.

– Он был в Аркхем-сити, понимаете, и он забрался на крышу банка. Вскоре после этого он вышел из центрального входа. Он с кем-то разговаривал. Хотите узнать, что он сказал?

– Я весь внимание, Джо. Расскажи же нам, что он сказал.

– Он сказал: «Позвольте, угадаю. Совершено еще одно убийство».

– Джо, ты можешь повторить?

– «Позвольте, угадаю. Совершено еще одно убийство».

– Разреши мне пересказать твои слова, чтобы убедиться, что я правильно тебя понял. Бэтмен расхаживал вокруг старого здания Торгового банка Готэма и с кем-то разговаривал. С кем он разговаривал?

– Ни с кем. Казалось, будто у него в костюме спрятано что-то вроде рации. Или наушников. Ну, типа.

– Хорошо. Он вышел из здания Торгового банка Готэма, разговаривая с кем-то через наушники или по рации. И он сказал… повтори-ка еще раз, Джо?

– Он сказал: «Позвольте, угадаю. Совершено еще одно убийство».

– «Позвольте, угадаю. Совершено еще одно убийство». Джо, ты можешь повисеть на трубке еще секундочку? Я попрошу моего продюсера записать твои контакты, чтобы мы смогли поговорить не в прямом эфире.

– Нет, мужик. Я сказал то, что должен был.

– Постой секундочку, Джо. Мы бы хотели подтвердить… Джо? Джо? Что ж, друзья, он повесил трубку. Если это правда, народ, если то, что мы сейчас услышали – правда, тогда сегодня в Готэме творится что-то еще более странное, чем мы думали. Пока что мы знаем только то, что в центре города был убит мужчина, причем орудием убийства оказалась стрела, выпущенная с расстояния в девяносто метров.

Мы получили сообщения о том, что сегодня утром Бэтмен встречался с комиссаром полиции Готэма Джеймсом Гордоном, а затем отправился в Аркхем-сити. И вот здесь все становится совсем странно, потому что мы не можем подтвердить этого, но если вы слушали нас пару минут назад, вы слышали, как Джо из делового центра рассказал нам, что Бэтмен сегодня был внутри старого здания Готэмского торгового банка, а по выходу оттуда он говорил с кем-то – мы пока не знаем с кем – и говорил он об еще одном убийстве.

Не простом убийстве. Об еще одном убийстве, как если бы оно было как-то связано с тем парнем, убитым стрелой в центре города. Итак, Бэтмен знает что-то такое, чего не знаем мы, народ. Он знает, что между этими двумя убийствами есть связь, также это знает и тот, с кем он разговаривал.

И хотите узнать мою догадку насчет того, с кем разговаривал Бэтмен? С комиссаром… Джеймсом… Гордоном.

Не переключайте частоту, мы еще вернемся к этому.

8

Типичный упрямый Робин – «готовься, пли, целься». Бэтмен лишь надеялся, что Робин правильно понял ребус с шахматами и не завел их в неприятности. Они поймут это только тогда, когда Тим вернется в центральную комнату и обдумает свой следующий шаг. Бэтмена это беспокоило, его всегда беспокоило, когда Робин хватался за возможность действовать и сломя голову устремлялся вперед. Что еще хуже, если Загадочник ждал именно Робина, то он ожидал и его агрессивный подход. И скорее всего он учел это обстоятельство в своем плане. В любом случае, сейчас Бэтмен уже ничего не мог с этим поделать. «Проклятье». Достав из кармашка на поясе позаимствованный в хранилище зуб, Темный рыцарь подошел к Альфреду, встречавшему его с встревоженным выражением лица.

– Мастер Брюс, вы выглядите немного опаленным и почерневшим, если вы, конечно, не возражаете против моих слов, – заявил Альфред, изучая понесенный Бэтменом ущерб. – Полагаю, все идет согласно плану?

– Это зависит от того, чей план ты имеешь в виду, Альфред, – ответил Бэтмен. Он стянул с головы капюшон и снова стал Брюсом Уэйном. – Кто-то оставил для меня встречающих в банковском хранилище. Похоже, это был Загадочник, и Робин также танцует под его дудку. Он занял нас обоих, а сам волен совершать любые злодеяния, которые только придут ему на ум.

– И что же может прийти ему на ум, сэр?

– Вот это я и надеюсь выяснить, – ответил Брюс, показывая Альфреду зуб. – Это наша самая свежая улика. Какая уж есть. – Он подошел к лабораторному столу, который держал для химического анализа, и положил туда зуб. Бэтмен не часто проводил подобные исследования, но держал наготове все необходимые средства как раз для подобных случаев. Однако в этом деле, возможно, все можно было решить гораздо проще.

Легче всего владельца зуба можно было идентифицировать, поместив тот в трехмерную матрицу формирования изображений, получить хорошую картинку и прогнать ее через базу данных зубов всех известных на сегодняшний день видов животных. Получение хорошей модели заняло всего несколько секунд, и затем Брюс подключился к базе данных биологической программы Готэмского университета. А она, в свою очередь, подключилась ко всем основным образовательным базам данных, начиная с Государственного университета Огайо и заканчивая Оксфордом. Бэтмен ввел запрос на поиск совпадающих образцов и принялся ждать, пока программа сравнивала зуб с тысячами видов, принадлежащих различным представителям животного царства.

– Если вы позволите мне вмешаться, сэр, – произнес Альфред, – то это достаточно необычное начало для Загадочника, вы не находите? Складывается впечатление, что у нас есть три различных варианта развития ситуации.

– Так и есть, Альфред, – ответил Брюс, – хитрость заключается в том, чтобы выяснить, как они между собой связаны, а затем определить, где он допустил ошибку.

– Если он вообще допускал ошибки, мастер Брюс, – возразил Альфред, – а что, если он не ошибался?

– Рано или поздно Нигма всегда ошибается, Альфред. Если бы он этого не делал, то стал бы идеальным преступником, а я сам был мертв уже очень давно.

Внезапно компьютер подал сигнал:

СОВПАДЕНИЙ НЕТ

– Все любопытнее и любопытнее, – заметил Альфред.

Брюс расширил параметры поиска, включив схожие черты.

Имеющийся в его распоряжении зуб был примерно пятнадцати сантиметров в длину и около четырех в толщину у основания. У него была слегка изогнутая форма, глубокие четверные корни и небольшая зазубрина на выпуклой стороне кривой. Казалось, что такой зуб мог принадлежать любому крупному хищнику, и в то же время животных с пятнадцатисантиметровыми клыками было не так-то много.

Новый поиск выдал примерно тысячу совпадений. Определенно, у этого зуба были некоторые свойства, присущие практически каждому крупному хищнику на Земле.

– Возможно, это мутант, – предположил Брюс, – выращенный из известного вида, но достаточно отличный от него, чтобы избежать идентификации. – Уэйн снова покосился на корни и заметил, что к ним крепится достаточное количество ткани, чтобы можно было взять образец ДНК.

Работая сообща, они с Альфредом соскоблили образец ткани с корней зуба, превратили его в пасту и смешали пасту с клеевым гелем для электрофореза. Этот процесс разделял органический материал, основываясь на размере его молекул, выделяя ДНК. Получив жизнеспособный образец, Брюс набил на клавиатуре короткую команду.

Затем Уэйн включил секвенатор ДНК, встроенный в его биоисследовательскую станцию. Он был основан на коммерческих моделях одномолекулярного секвенирования в реальном времени. Этот способ позволял определять цепочку ДНК за счет отслеживания световых частиц, испускаемых ими под воздействием окрашенных флюоресцентными метками нуклеотидов. Бэтмен вставил образец в секвенатор и запустил процесс. Прибор жужжал и щелкал. Потребуется несколько минут, прежде чем секвенатор изолирует достаточно пар ДНК для надежного определения вида владельца зуба.

– А где сейчас мастер Тим? – поинтересовался Альфред.

– Он изучает Аркхем-сити, – ответил Брюс, – Загадочник был чем-то занят под сталелитейным заводом, и Робин теперь осматривается по сторонам. – Брюс не стал упоминать возможность наличия там ловушек.

– Надеюсь, он находится в постоянном контакте с вами, – произнес Альфред, – можно только гадать, какие сюрпризы мог запланировать Загадочник.

– Ты же знаешь Робина, – заметил Брюс, – всегда пытается показать себя. Я сказал ему оставаться на связи, но готов поспорить, что мне придется проявить инициативу.

– Как и всегда, сэр, – ответил Альфред.

Еще одно «дзынь», и секвенатор ДНК закончил первую фазу анализа. По экрану компьютера побежала длинная цепочка пар оснований. И то, что появилось на экране, стало для Брюса еще большим сюрпризом, чем взрыв в банке:

ВИД: ЧЕЛОВЕК

– Это же явная ошибка, – предположил Альфред.

Брюс не ответил, но он так не думал. Как только Уэйн увидел слова, у него появилось ощущение, что он уже знает ответ.

Основываясь на информации секвенатора, Брюс подсоединил устройство к базе ДНК известных преступников, особенно тех, кто хоть раз совершил серьезное преступление. Здесь связи тоже были впечатляющими, начиная от Департамента внутренней безопасности и заканчивая Интерполом. Не прошло много времени, прежде чем на экране появилось новое окошко:

ЛИЧНОСТЬ ПОДТВЕРЖДЕНА:

УЭЙЛОН ДЖОНС

Убийца Крок. Никаких сомнений. Бэтмен второй раз прогнал поиск, только чтобы убедиться в собственной правоте. Благодаря доступу в базу записей полиции Готэма, у него хватало образцов ДНК Джонса, начиная с его первых столкновений с законом и первого же посещения тюрьмы «Блэкгейт». База данных нашла и показала старые фото Джонса из его личных дел, на которых был прекрасно показан постепенный процесс превращения Джонса из жестокого человека с редким заболеванием кожи в мутировавшего монстра, каким он являлся сегодня.

Следом за фотографиями появились тюремные записи и полицейские отчеты, подробно рассказывающие тянувшуюся десятилетиями историю насилия. Все началось с нападений, переросло в убийства, а теперь достигло новых высот с обвинениями в каннибализме. Текущее местонахождение неизвестно, но у Бэтмена была на примете пара мест, где можно было поискать. «Похоже, скоро придется заглянуть в одно из них», – подумал он.

Эта информация давала больше вопросов, чем ответов. Каким образом Убийца Крок связан с Загадочником? Крок был одержимым убийствами маньяком, который жил только ради хаоса и смертей. Совсем не тот тип помощника, который Загадочник захотел бы использовать в плане, требующем хирургической точности исполнения.

Но самый главный вопрос первым сформулировал Альфред.

– Кто вообще мог бы вырвать зуб Убийце Кроку?

Ответ был прост.

– Никто, Альфред… если бы Крок был в состоянии им помешать.

Конечно, оставалась еще возможность, что кто-то мог накачать Крока транквилизаторами, но это было проще сказать, чем сделать, и все равно вылилось бы в крайне серьезный уровень побочного ущерба.

Брюс лихорадочно соображал. Зачем такие трудности? И зачем задействовать столь нестабильный элемент, как Джонс? Какая роль отводилась этому безумцу, раз ее не мог сыграть другой, более надежный, метачеловек[3]? Подходящий ответ никак не хотел лезть в голову, а чувство растерянности и разочарования только крепло. Эту информацию ему придется выбить прямиком из пасти Крока, если можно так выразиться.

А это означало, что ему придется отыскать монстра, который взял за правило прятаться в обширных подземных пещерах под улицами Готэма. «Что ж, снова ринемся в пролом». И Крок был далеко не единственной угрозой, таившейся в подземельях. Был еще Соломон Гранди. Однако подземные пещеры Готэма были весьма обширны, и, хотя Брюс знал местонахождение нескольких излюбленных убежищ Крока, до них нельзя было добраться после короткой прогулки по туннелю метро или канализационной трубе. Особенно, если Крок не хотел, чтобы его нашли.

По горькой иронии, его самой лучшей опцией оставался Загадочник.

Нигма сможет дать ответ, или, по крайней мере, подсказку. Он уже подсказал Бэтмену, кто является его целью. Теперь Брюсу оставалось выяснить, какую улику оставил Загадочник, чтобы направить поиски в нужном направлении.

Может, одно из убийств было уликой?

Брюс покосился на окошко с таймером. 00:22:31.

Среди жертв были создатель программного обеспечения и подрядчик, построивший здание завода «Эйс Кемикал», позже ставшего одним из излюбленных убежищ Джокера. Убийца Крок не был заядлым компьютерным пользователем, мягко говоря, а здание «Эйс Кемикал» было вовсе не тем местом, куда бы он направился – особенно когда Клоун-принц преступного мира был еще жив. Нет, его излюбленные методы сводились к чистой физической брутальности.

С другой стороны, отсутствие Джокера шоковыми волнами отдалось по всему преступному миру Готэма. Они годами действовали с Джокером на месте главного архитектора всех их схем, и они до сих пор могли вести себя так, будто Джокер был жив и мог вернуться в любой момент. Не так-то легко отмахнуться от долгих лет тщательно выстроенного равновесия. В каком-то извращенном смысле смерть Джокера оказала на Готэм куда более серьезное воздействие, чем смерть любого другого человека.

Однако ничего из этого не продвинуло Брюса в поисках Крока. Может, свежая перспектива…

– Как ты думаешь, Альфред? – спросил он. – Может ли Убийца Крок прятаться на заводе «Эйс Кемикал»?

– Не думаю, сэр, – ответил Альфред, – что ему там делать?

– Ничего такого, что имело бы хоть какой-то смысл, – ответил Брюс, радуясь, что его выводы подтвердились. – Все, что делает Эдвард Нигма, должно иметь смысл. Так где же мне его искать тогда?

– Могу ли я предположить, что мастер Тим может пролить немного света на этот вопрос?

Брюс кивнул и попытался связаться с Робином, но ответа не получил.

Нахмурившись, Бэтмен понадеялся, что Тим не отвечает чисто из желания все сделать самостоятельно, что Робин прав, и Загадочник вовсе не собирается расправиться с ним и приняться за другие цели.

Брюс начал стягивать с себя потрепанный и покореженный костюм.

– Мне надо переодеться, а потом я пойду и выясню это.

Специальный репортаж

В центре внимания – Готэм

Репортер: Вики Вэйл

«Мы начинаем узнавать подробности о личности двух мужчин, убитых сегодня утром на улицах Готэма с разницей ровно в один час.

Один из них, Лукас Анджело, был программистом без судимостей, приводов или известных связей с преступным миром. Он был застрелен стрелой, выпущенной с крыши ближайшего здания. Стрела находится в распоряжении полиции Готэма и прямо сейчас исследуется в их криминалистической лаборатории. Полиция пока не делала никаких заявлений, но не подтвержденные источники сообщают, что на древке стрелы было выведено какое-то послание. Один из присутствовавших на месте преступления свидетелей утверждает, что на стреле было написано «Тик-так». Прямо как в часах, когда время уходит.

Обычно мы не пускаем в эфир информацию, полученную от одного-единственного, непроверенного источника, но следующая жертва – Брайан Айзексон, подрядчик, взявший контракт на обширную реновацию завода «Эйс Кемикал» – был убит ровно через час. Тик-так.

Сообщается, что Айзексон был убит из винтовки. Орудие убийства, равно как и место, откуда был произведен выстрел, пока не установлены. Полиция прочесывает ближайшие крыши и верхние этажи заброшенных зданий в округе. Мы полагаем, что прямо сейчас они сужают список возможных локаций, которыми мог бы воспользоваться стрелок.

На настоящий момент неизвестно, замешан ли в обоих убийствах один и тот же подозреваемый. Мы также не знаем, есть ли какая-то связь между убийствами и утренним появлением Бэтмена в центральном участке полиции Готэма.

Нам сообщают, что Бэтмен побывал в здании Торгового банка Готэма – не современном в центре города, а в старом в Аркхем-сити. Здание было частично уничтожено Джокером в ходе волнений, приведших к падению режима Хьюго Стрейнджа. И если Темный рыцарь в самом деле побывал в банке, стоит задаться вопросом, не означает ли это возобновления какой-нибудь преступной активности. После визита Бэтмена стали поступать сообщения о пожаре самой высокой степени сложности, на который откликнулись шесть пожарных расчетов.

Мы следим за развитием событий в Торговом банке Готэма, равно как и за ситуацией со снайперами.

Месяцы, прошедшие после смерти Джокера, были сравнительно тихими, но сейчас, похоже, ситуация снова начинает оживляться. С вами была Вики Вэйл, мы вели репортаж с угла Бродвея и Хэмм-Аллей специально для «В центре внимания – Готэм».

9

С другой стороны двери под номером один начиналась лестница, ведущая вниз, в комнату, откуда под прямым углом друг к другу расходилось два коридора. Насколько Робин помнил план завода, один коридор пролегает под зданием по всей его длине, а второй пройдет рядом с доменной печью и, в перспективе, выйдет к другим частям Аркхем-сити.

«А то и к Чудо-городу», – подумал Робин. Старые руины протянулись под большей частью Аркхем-сити, и они казались идеальным местом, где Загадочник мог бы замышлять свои схемы.

Робин выбрал левый коридор, идущий перпендикулярно длинной оси завода.

Знаки вопроса освещали ему путь. Робин прикинул, что преодолел уже девяносто или около того метров, причем коридор шел с заметным наклоном вниз. Сейчас Робин находился примерно на двенадцать-пятнадцать метров ниже уровня поверхности, и где-то к северо-западу от сталелитейного завода. Если он и дальше будет двигаться в этом направлении, то в конечном итоге он или уткнется в станцию подземки Боуэри, или же в расположенный под ней канализационный коллектор.

Оба этих направления следует держать в уме, если он хочет предугадать, что заготовил Загадочник.

Коридор окончился узким мостиком, опоясывающим гигантскую цистерну, освещенную несколькими лампами. Плафоны выглядели старыми, но вот лампы явно были новыми.

Когда-то в Готэме были десятки подобных цистерн. Изначально они предназначались для хранения питьевой воды, позже их переделали для сбора избыточной воды, натекшей во время шторма. Это были огромные цилиндры, в нижнюю часть стен которых было встроено насосное оборудование. Мостик опоясывал цистерну со всех сторон примерно в двух с половиной метрах выше ее края. Других дверей кроме той, через которую он сюда пришел, Робин не заметил.

Пока он стоял и осматривался по сторонам, дверь за его спиной захлопнулась. Робин даже не стал пытаться ее открыть. Что бы ни припас для него Загадочник, это началось. Оглядываясь назад, он лишь зря потратит время.

В стенах цистерны зияли дыры, сквозь которые прибывала вода. Робин насчитал шесть таких отверстий, над каждым из них был установлен видеоэкран. Сейчас экраны пустовали. И если сама цистерна была старой, покрытой потеками и слизью, то экраны были новенькими. В основании цистерны, метрах в десяти ниже мостика, находился окруженный кирпичной оградкой слив. При виде его в голове у Робина заиграл первый сигнал тревоги. Обычно сливы были закрыты для удержания воды. Этот был открыт.

Робин услышал гул, и из одного из отверстий хлынул поток воды. Он выплеснулся в цистерну, над сливом образовался небольшой водоворот. Мгновением спустя хлынул второй поток, затем, с равными интервалами, еще четыре. Наконец, цистерна начала наполняться быстрее, чем слив успевал откачивать воду. Маленький водоворот превратился в гигантский, ревущий в замкнутом пространстве, Мальстрем. Уровень воды начал подниматься.

«Не хорошо».

Робин поднял голову. Потолок представлял собой смесь стали и бетона, с него свисали несколько пустых плафонов для ламп и один единственный знак вопроса, подвешенный на конце короткого кабеля. Здесь не было аварийного выхода. Не было и вентиляционных шахт достаточно большого размера, чтобы он мог через них протиснуться.

Короче говоря, выхода не было.

Ускорив шаг, Робин обежал весь мостик, чтобы убедиться, что ничего не упустил. По пути он колотил по стене своим посохом, прислушиваясь к стуку – нет ли изменений в звучании. Не стоит исключать возможность существования потайного выхода… но он так и не появился. Робин обошел весь мостик, вернулся к двери и на этот раз попытался ее открыть. В конце концов, Загадочник мог прибегнуть к самому очевидному решению.

Ручка не шелохнулась.

Он был прав. Выхода не было.

«Нет, – поправил себя Робин, – в головоломках Загадочника выход есть всегда». Робин все еще был уверен в своем анализе ситуации – его время умирать наступит позже. Этот псих не стал бы идти на такие ухищрения, если бы Робину нужно было всего лишь войти в эту комнату и утонуть. Загадочник обожал драму, и он твердо верил, что напряжение нужно нагнетать постепенно.

Так что проблема была не в комнате, проблема была в Робине. Он пропустил какую-то ключевую деталь, необходимую для понимания загадки… однако же он не видел никаких улик. Загадочник не оставил подсказок.

И снова он себя поправил. Загадочник всегда оставлял подсказки, в противном случае это был бы не ребус. А ребусы по умолчанию можно решить. А разгадки отличных ребусов задним числом всегда кажутся очевидными. Хитрость заключалась в том, чтобы увидеть, но увидеть что?

Вода. Без воды не было бы и опасности. Учитывая, что вверх дороги не было, и назад путь был закрыт, единственным выходом оставался водоворот. Несмотря на то, что вода по-прежнему пребывала, водоворот сохранял свою форму, а его рев во все уменьшающемся пространстве становился все громче.

Это должен был быть водоворот.

Загадочник создал его, четко настроив время включения каждого сливного туннеля и пустив в них воду в строго определенной последовательности.

«Замечай намеренное, – всегда говорил Бэтмен, – учись отличать намеренное от случайного». И здесь намеренным был именно водоворот.

Уровень воды поднялся уже настолько, что до нее оставалась всего пара метров. Если Робин останется на месте, когда вода поднимется до мостика, то водоворот просто сметет и его, и самого Тима, и тогда каждый поручень, каждый столб превратятся в смертельное оружие. Этого Робин не переживет. Таким образом, у него осталась одна, и только одна опция – выйти через слив. Другими словами, нужно было прыгнуть в самое сердце зверя.

Вода ревела и поднималась.

Мостик начал трястись. Если он развалится, то его детали в водовороте превратятся в неуправляемые торпеды и опять же прикончат его. Робин должен убираться отсюда прежде, чем это случится.

«Я делал много безумных поступков в жизни, – подумал Робин, – но этот вполне претендует на звание самого безумного». Нет смысла доставать респиратор – его все равно вырвет силой потока.

Робин прыгнул.

Пока он был в воздухе, висящие над каждым из туннелей экраны зажглись. Робин успел заметить два из них.

ШАГ ВПЕРЕД

Тим вошел в воду и его мгновенно закрутило в воронке. Было холодно, настолько, что сердце пропустило удар в момент контакта с водой. Он не мог бороться с потоком, но он должен был узнать, что означают эти слова. Для Загадочника его подсказки были всем. Робин не сомневался, что если не прочтет эти слова, то с большей долей вероятности умрет.

Водоворот увлекал его к центру, и Робин постарался извернуться так, чтобы вынырнуть на поверхность еще один раз прежде, чем его утянет в слив. Плащ обвился вокруг тела и разок едва не закрутил ему голову, но тут, оказавшись уже возле стенки туннеля, Робин заметил восходящий поток и устремился в него. Голова ненадолго выскочила на поверхность. Робин кружился очень быстро, так быстро, что он даже не мог понять, в каком порядке идут слова, отпечатывающиеся сейчас в его памяти.

НАЗАД ШАГ ВПЕРЕД ШАГА ОДИН ДВА ШАГ НАЗАД ВПЕРЕД ДВА ОДИН ШАГА ШАГ НАЗАД ВПЕРЕД ШАГ ДВА НАЗАД ШАГА ОДИН.

Затем воронка сомкнулись над ним, и Робин штопором ушел в слив. От давления в ушах щелкнуло, и он буквально услышал, как застонала его голова, когда сжались пазухи. Робин задержал дыхание и постарался держать ноги прямо, а руки прижать к груди.

Казалось, будто он закован в лед. Желание вдохнуть было практически неодолимым, но Робин продолжал держаться, даже когда он дважды за короткое время ударился о стену. Во второй раз он почувствовал резкую боль в ноге.

«Арргх», – подумал он, но сохранил рот на замке.

Мгновением спустя он перешел в свободное падение, и прежде чем успел среагировать, Робин уже приземлился в глубоком бассейне. Вода вытекала в следующую камеру, но здесь сток был гораздо меньше. Без водоворота тяга была явно слабее – должно быть, при строительстве этого места никто не брал в учет опцию, при которой все шесть отверстий включатся одновременно.

В помещении царила кромешная тьма.

Робин вынырнул на поверхность и отплыл от того места, куда сверху падал поток воды. Он нащупал во тьме стену, ухватился за что-то и поплыл дальше, на ходу пытаясь перевести дыхание.

Пальцы и ступни уже начинали неметь. Скоро его накроет переохлаждение, а еще прежде, чем это случится, его разум помутнеет. Настоящий ребус заключался не в том, как плыть, а в том, чтобы сохранить тепло достаточно долго, чтобы он успел обдумать то, что увидел наверху.

Слова смешивались в голове так быстро, что он не мог сказать, какое из них повторилось дважды. Нет, они не могли повторяться. Там было шесть экранов, и Робин знал, что видел шесть слов. Решение сложилось.

«Один шаг вперед, два шага назад».

Вода продолжала подниматься. Он не мог разглядеть, был ли здесь выход. Затем, постепенно, звучание воды начало меняться…

Вот оно. Он сделал шаг вперед, когда прыгнул с мостика. Единственный способ выбраться отсюда было сделать два шага назад. Что-то ударило его по ноге, и он осознал, что это, должно быть, частица мостика. Робин поплыл к дальней стене палаты, слыша приглушенные стуки, с которым другие обломки бились о слив по пути сюда. Выставив вверх руку, Робин обнаружил, что может дотянуться до потолка. Скоро эта камера заполнится.

Когда это случится, вода больше не сможет стекать сюда, она начнет скапливаться наверху. Тогда-то и придет время сделать два шага назад… если он сможет так надолго задержать дыхание и не отключиться от холода. Вот теперь Робин потянулся к респиратору, и вот тут-то Тим и обнаружил, что тот сорвало потоком.

«Проклятье».

Робин быстро задышал, пытаясь максимально насытить кровь кислородом до того, как вода достигнет потолка. Параллельно он пробирался вдоль стены камеры до тех пор, пока не почувствовал стекающую вниз воду – но не давая потоку увлечь себя вниз. Верхушка его капюшона коснулась потолка. Робин продолжил дышать. Журчание воды в замкнутом пространстве становилось все громче. Вода дошла ему до рта, и Робин закинул голову назад, продолжая жадно вдыхать воздух. Каждый глоток кислорода имел значение. Вода достигла его носа.

Робин сделал последний глубокий вдох и нырнул. Вода коснулась потолка и вытеснила из камеры последние сантиметры воздуха. Все звуки внезапно притихли, вместе с кромешной темнотой это порядком дезориентировало. Робин поплыл вдоль стены, пытаясь нащупать сливное отверстие. Он не мог позволить себе проплыть мимо. Тим хлопал по стене, а затем услышал эхо. Это было отверстие сливной трубы.

Робин сложился и заплыл внутрь, затем принялся отталкиваться ногами и подтягиваться руками, пальцы находили крошечные выбоины внутри трубы. По пути вниз он двигался настолько быстро, что даже не заметил, какой длины эта самая труба. Парадоксально, Робин полагался на неприязнь Загадочника к воле случая. Нигма не стал бы конструировать ловушку, из которой нельзя сбежать. Он припасет это для большого финала, за которым будут наблюдать люди.

«Господи, надеюсь, таков его план», – воодушевленно подумал он.

Кажется, Робин закладывал слишком много веры в помешанного на убийствах маньяка. Но прямо сейчас у него не было ничего, кроме веры. Веры в свою способность удержать дыхание, веры в то, что обломки мостика не перегородили туннель, веры в то, что цистерна не заполнилась до потолка…

Веры в Загадочника. Он нуждался в Загадочнике, и когда холод начал затуманивать ему разум, Робин подумал, что и Бэтмен нуждается в Джокере.

Затем он выбрался из сливной трубы и оказался в открытой воде. Теперь, когда цистерна почти заполнилась, водоворот практически затих.

Робин оттолкнулся ногами и поплыл наверх. Легкие горели, сердце бешено стучалось о грудную клетку. Взглянув наверх, он увидел колеблющиеся огоньки, расставленные вдоль потолка цистерны. Робин не чувствовал ног, но продолжал приказывать им двигаться.

Тим настолько погрузился в свои мысли, что поначалу даже не заметил, как его голова вынырнула на поверхность. Но затем его разум осознал изменившиеся звуки вокруг, и он хрипло выдохнул, что эхом разнеслось в том немногом количестве воздуха, которое еще оставалось в контейнере. Робин так устал, что намокший плащ едва не увлек его обратно на дно, но юноша рванул к стене и ударился головой о стойку мостика, пережившую водоворот.

Сколько он уже провел в воде? Три минуты? Четыре? Силы стремительно покидали его. Где тут дверь? Ухватившись за стойку, Робин огляделся по сторонам, пытаясь сориентироваться.

В тусклом свете ламп Тим заметил, что вода несколько спала, обнажив разрушенные обломки мостика и дверь, через которую он сюда вошел. Робин выбрался из воды и осторожно добрался до двери. Ощущение обжигающего холода спало, но его тело все еще было онемевшим. Протянувшись от ближайшего уцелевшего участка мостика, он едва смог дотянуться до рукоятки.

Она не шелохнулась… но, когда Робин попытался ее повернуть, где-то по соседству раздался металлический лязг. Мгновением спустя с потолка полилась вода. Один из вопросительных знаков Загадочника, что находился в воде, зажегся и начал лихорадочно мигать.

ДВА… ДВА… ДВА… ДВА…

Значит, оставался еще второй шаг, но Робин не мог понять, в чем он заключался. А его мысли были в таком сумбуре, что ничего не удавалось придумать. Другого выхода не было, и если цистерна заполнится до краев…

– Я уже сделал один шаг назад, ты, ублюдок, – громко крикнул он, пытаясь таким образом прочистить голову. – Я не могу сделать еще один шаг назад, не пользуясь дверью.

ДВА… ДВА… ДВА… ДВА…

«Что же это может быть?» – задумался Робин. Но что, если это относилось не ко второму шагу? Что, если Загадочник пытался заставить Робина…

«Да к черту, – решил он, – даже если Нигма и не это имел в виду, я все равно позвоню».

Бэтмен ответил практически сразу же.

– Робин. Зуб принадлежит Убийце Кроку.

– Убийце Кроку? – повторил Робин. От шока у него даже мысли прочистились. – Кто-то выбил зуб Убийце Кроку? Быть того не может. Сначала его надо было прикончить.

– Я тоже сперва так подумал, но факты есть факты. Это зуб Крока. Он каким-то образом замешан в плане Загадочника. Как у тебя обстановка?

Робин огляделся по сторонам, внезапно подумав о том, что может скрываться в этих темных водах.

– Я застрял в помещении где-то неподалеку от завода Сиониса. Это место заливает водой. Вот что Загадочник припас для меня, – Робин быстро ввел Бэтмена в курс дела. – Один шаг вперед, два шага назад. Забавно, правда? Кстати, слово «Два» продолжает мигать. Я уверен, это намек, что для решения данного ребуса понадобимся мы оба. По какой-то дикой причине он хочет, чтобы мы продолжали поддерживать связь. Так что, знаешь ли. Вода поднимается. Может, ты сможешь присоединиться.

– Загадочник любит тематическую последовательность, – произнес Бэтмен, – решение находится где-то в здании контроля за наводнениями.

– Я тоже об это подумал, – согласился Робин.

Его зубы продолжали отбивать трещотку, зато онемение потихоньку начинало спадать.

– Я уже еду. Как быстро поднимается вода? – спросил Бэтмен.

– Не очень быстро, – ответил Робин, – но ты все равно не останавливайся понюхать цветы, если понимаешь, о чем я?

– Понимаю, – сказал Бэтмен и отключился.

Теперь Робину оставалось только ждать и дрожать. Вода поднималась, но медленно.

У него было еще немного времени.

RyderReport.com

Опубликовано JKB

Среда, 12:37

Для обеденной толпы

Вы уже наверняка слышали, что Бэтмен снова летает над нашим славным городом впервые после периода некоторого затишья, который многие жители Готэма без сомнений сочли успокаивающим. То обстоятельство, что Темный рыцарь снова… в деле?.. означает, что происходит что-то плохое, и здесь, в «Докладе Райдера», мы начинаем складывать все кусочки мозаики вместе, чтобы понять, что вообще происходит и насколько плохо обстоят дела.

Источники докладывают, что сегодня утром департамент полиции Готэма получил подозрительную посылку. И что именно эта посылка и стала причиной визита Бэтмена. Но что она содержала? Этого мы не знаем, но наши маленькие пташки напели нам, что Бэтмен встречался с комиссаром без свидетелей в защищенной комнате и ушел сразу же после встречи с Гордоном.

Около часа назад какой-то псих пустил стрелу в горло Лукасу Анджело, разработчику программного обеспечения, специализирующегося на робототехнике и системах управления. Это он тот самый парень, что написал программы, которые не дают самолетам рухнуть на наш славный город. Ну, большую часть времени.

Ровно час спустя пуля снайпера проделала дыру в черепушке Брайана Айзексона и украсила ближайшую стену содержимым его головы. Боже правый! Кровь стынет в жилах. Мы предпочитаем, чтобы убийства в Готэме совершались с близкого расстояния и носили личный оттенок, а не были такими вот случайными и издалека.

Кем был Брайан Айзексон? Он был подрядчиком, который оставил свой след не на одном здании в нашем городе. Он специализировался на модернизации, перестройке и реконструкции старых заводов и фабрик. Когда старое здание «Эйс Кемикал» перестроили несколько лет назад, работами руководил именно Айзексон. Скорее всего, чеки ему выписывал сам Джокер, но в то время об этом никто не знал.

Как только мы раскопаем больше об этих двух несчастливцах… а также о ходе полицейского расследования, мы поделимся этой информацией с вами. Неужели идет какой-то обратный отсчет? Что задумал Бэтмен? Не стоит беспокоиться, мы уже занимаемся этой историей. Если в течение следующего часа произойдет еще одно убийство, мы вам сообщим.

Сам Джек лично даст полный отчет об этом деле на своем шоу. Не пропустите.

10

Бэтмен завел двигатель. Новый костюм слегка потрескивал на локтях из-за новизны материала. У него не было времени переодеться в бронированный костюм, так что придется довольствоваться этим.

Пока он ехал, таймер достиг нуля. Бэтмен вывел окно с цифрами на передний экран посреди ветрового стекла бэтмобиля. Когда таймер показал 00:00:00, Темный рыцарь начал мысленный обратный отсчет, пока не…

Писк приборной панели известил его о входящем вызове. Звонил комиссар Гордон.

– Бэтмен.

– Кто на этот раз?

– Ее звали Розалин Матеосян. Она была специалис-том по миниатюризации электроники.

– Что ее убило?

– Ты хотел спросить «Кто»?

– Если я буду знать что, это поможет мне ответить на вопрос «Кто».

– Снова огнестрел. В прошлый раз это был обычный девятимиллиметровый патрон. Мы нашли гильзу. Ее сейчас изучают. У этого была стальная оболочка. Пуля насквозь прошила голову, и мы вытащили снаряд, более-менее невредимый, из цветочного горшка на окне кофейни. На пуле были выгравированы две буквы – Д и Ш.

ДШ. Дэдшот, также известный как Флойд Лоутон. Загадочник дал им подсказку… а может, Дэдшот просто хотел оставить визитку. Очень на него похоже. Складывалось впечатление, что он регулярно хотел попасться полиции, но только после того, как утолит свою бездонную жажду убивать.

Во время их последней встречи Бэтмен помешал Дэдшоту убить Джека Райдера. Темный рыцарь запер убийцу в заброшенном вагоне метро и вызвал полицию. Насколько ему было известно, Дэдшот сейчас отбывал заключение в тюрьме «Блэкгейт».

«По всей видимости, уже нет».

– Благодарю вас за информацию, комиссар, – произнес Бэтмен, подъезжая к главным воротам, ведущим в Аркхем-сити. Бэтмобиль тряхануло на маленьких выбоинах, оставшихся в дорожном полотне после вертолетного обстрела во время финального противостояния с силами «Тигра».

– Ты собираешься сказать мне, что означает «ДШ»? – с легким раздражением в голосе спросил Гордон, – потому что, судя по твоему тону, ты знаешь, что это.

– Не знаю, но подозреваю, – поправил его Бэтмен. – Я дам вам знать, как только что-нибудь проясню. Скоро поговорим. – Он оборвал вызов и направил бэтмобиль к зданию контроля за наводнениями. Часть здания сгорела во время последней отчаянной попытки Хьюго Стрейнджа удержать власть, но основное офисное пространство не пострадало.

Дверь распахнулась, и Бэтмен выскочил наружу. К тому моменту, как она захлопнулась с пневматическим шипением, Темный рыцарь уже вбежал в помещение. На осторожность времени не было. Быстро проходя через офисные пространства по направлению к центру здания, он следовал по знакам, указывающим, где находится комната управления. Дверь была заперта.

Отойдя назад, Бэтмен нанес взрывчатый гель на дверную ручку и петли. Затем он сделал еще один шаг назад и сдетонировал гель. Маленький взрыв распахнул дверь, хлопнувшую о внутреннюю стену. Бэтмен шагнул сквозь древний проем и оказался на стальной решетчатой платформе, соединенной с комнатой управления небольшой лестницей.

В помещении было темно, горели лишь лампы аварийного освещения, работающие от находящегося здесь же генератора. Бэтмен перемахнул через перила и подошел к стоящему у основания лестницы пульту управления. Справа и слева зал тонул в тенях. Тишину нарушал лишь тихий гул невидимого генератора… да справа журчала бегущая вода. С той же стороны лениво выплывали облака пара.

Некоторые индикаторы и приборы на пульте управления горели ровным светом, и когда глаза Бэтмена привыкли к тусклому освещению, он увидел, что определенные части пульта управления раскрашены в зеленый. Отлично. Здесь побывал Загадочник. Теперь оставалось лишь разгадать загадку, спрятанную внутри панели управления.

– Маленькая птичка напела мне, что ты можешь заскочить, – из клубящихся теней слева от Темного рыцаря донесся рокочущий голос.

Бэтмен крутанулся и увидел, как из темноты вырастает гигантская человекообразная фигура, с деформированной головой и блестящей в резком аварийном освещении кожей. Примерно в тот же миг ему в ноздри ударила вонь – запах гниющего мяса и мерзкий, зловонный аромат канализационных отбросов. Убийца Крок. Вот и еще одна часть плана Загадочника встала на свое место.

– Какой сюрприз, – произнес Бэтмен.

– Сюрпризы не в моем стиле, – возразил Крок.

– Но они точно в стиле Загадочника, не находишь?

– Этого парня? – прорычал Крок, – когда я в следующий раз его увижу, я съем его лицо заживо, чтобы он полностью успел это прочувствовать.

«Любопытно», – подумал Бэтмен. Он кружил вокруг своего противника, ожидая, когда тот сделает первый ход. На вежливую беседу не было времени – Робин бы не дожил до ее конца. Но торопить Убийцу Крока – это все равно, что напрашиваться на кровавую смерть.

– А кто же тогда? – спросил Темный рыцарь.

Рот Крока растворился в зловещей ухмылке, обнажая десятки зубов. Бэтмен даже заметил провал, откуда совсем недавно вырвали зуб.

– Я не буду рассказывать о своих связях, – заявил Крок.

– Давай будем реалистами, – возразил Бэтмен, – у тебя вообще нет никаких связей.

Тогда-то Крок на него и набросился.

Бэтмен заранее просчитал все возможные варианты развития событий и остановился на лобовой атаке – Крок никогда не умел сдерживаться слишком долго. Жажда крови затмевала ему любые попытки к логическому мышлению. Поэтому теперь, когда драка действительно началась, Бэтмен был готов.

Темный рыцарь взмыл вверх, сделал сальто в воздухе и обеими ногами приземлился на плоской макушке Крока.

От силы удара у Бэтмена содрогнулись все кости пониже поясницы, но и Крок рухнул на колени. Монстр попытался отмахнуться от противника лапищей, но Бэтмен легко увернулся от удара, отскочив в сторону. Затем Темный рыцарь поймал лапу Крока в захват, уперся ногами в спину противника и впечатал его головой в одну из стальных балок, поддерживающих лестницу.

Балка треснула, и вся лестница осела вниз. Бэтмен отскочил назад прежде, чем он по инерции успел вписаться головой в каркас, но ради этого ему пришлось отпустить руку Крока. Темный рыцарь отскочил еще дальше, а Крок поднялся на ноги и вырвал из креплений всю лестницу, вместе с верхней площадкой. Треск выдираемых заклепок и разрываемых швов звучал подобно шквальному огню. Балки лестницы повисли с плечей Крока, и монстр с ревом поднял всю конструкцию.

Бэтмен напрягся, готовый припасть к земле. Он ожидал, что Убийца Крок бросится на него, размахивая лестницей словно дубиной, но это была ошибка. Подняв лестницу обеими руками над головой, Крок швырнул ее в противника. Бэтмену едва хватило времени пригнуть голову и принять удар плечами вместо лица. Левая рука онемела, силой удара его сшибло с ног, и Темный рыцарь приземлился в мешанине из сломанных балок и гнутых листов стальной решетки.

Помогая себе одной рукой, Бэтмен попытался выбраться из-под обломков лестницы, но ему не хватило времени увернуться от следующей атаки Крока. Подпрыгнув в воздух, монстр обеими ногами приземлился на решетку. Бэтмена вдавило в пол.

– Любишь топтаться? – взревел Крок. – Я тоже могу потоптаться.

Спрятав здоровую руку под собой, Бэтмен сдвинулся вправо, и огромная груда металла потеряла равновесие. Чудище пошатнулось и, не удержавшись на ногах, врезалось в край пульта управления, одновременно оттолкнув остатки лестницы через весь пол.

Бэтмен сбросил с себя обломки лестницы и выбрался на свободу. К пальцам левой руки начала потихоньку возвращаться чувствительность, и это радовало. Вторая рука ему еще понадобится.

Казалось, пульт управления не пострадал от падения Крока. Хорошо. Бэтмен не хотел повредить его во время драки, поэтому побежал в дальний конец комнаты управления, подальше от того места, откуда появился Крок. Здесь на его пути выросли перила, за которыми скрывался трехметровый спуск к четырем трубам, каждая примерно полтора метра в диаметре. Одна из труб треснула, и из пробоины на пол лился достаточно ровный поток воды.

С потолка свисала толстая связка кабелей, некоторые из них тянулись к пульту управления, а другие – к трансформаторной будке с узнаваемым предупреждающим знаком – человечком, отшатывающимся от молнии. Если генератор все еще работал…

– Некуда бежать, Бэтмен, – прорычал за его спиной Убийца Крок.

Бэтмен повернулся.

– Тоже самое я хотел сказать тебе, – произнес он.

Крок снова бросился на него, и на этот раз Бэтмен и не думал уворачиваться. Потянувшись рукой в изолированной перчатке, он вырвал один из кабелей из установленной на полу распределительной коробки. С оборванного края кабеля вырвался поток искр, и часть аварийного освещения погасла… но не вся, да и огоньки на пульте управления все еще горели.

Крок попытался затормозить, но было уже слишком поздно. Бэтмен отскочил назад и в сторону, после запрыгнул на перила. Он выставил искрящий конец кабеля на расстояние вытянутой руки и ткнул его в грудь монстру, когда Крок врезался в него, сшиб с перил, и они оба рухнули к трубам внизу. Ослепительная вспышка света вырвалась из конца кабеля, и тысячи вольт электричества пронзили тело Крока. Пока они падали, Бэтмен не убирал руку с кабелем от груди противника, костюм защищал его от удара током. Крок взревел, попытался что-то сказать, но мускулы в его челюсти свело настолько сильно, что из пасти вырвалось лишь долгое «ох-ох-ох-ох». Стон оборвался, когда они оба врезались в одну из труб и соскользнули вниз, в огромную лужу, образовавшуюся под прорывом. Когда они приземлились на пол, кабель вырвался из руки Бэтмена. Его искрящий конец повис где-то на середине пути между верхним этажом и поверхностью лужи.

Убийца Крок неподвижно лежал в воде лицом вниз. Несмотря на его громадные размеры, Бэтмен смог перевернуть противника на спину, чтобы тот мог увидеть кабель, когда очухается. Темный рыцарь потянулся и опустил кабель пониже. Несколько металлических креплений оторвались с хлопками и с лязгом упали на бетонный пол.

Долго ждать не пришлось.

Веки Крока дрогнули, а руки сжались в кулаки.

– Спокойнее, – предостерег его Бэтмен. Он стоял над телом Крока, держа в руке кабель.

Крок не шевельнулся. Его жестокие рептильи глаза сверлили Бэтмена.

– Предлагаю тебе сделку, – сказал Бэтмен, – расскажешь мне то, что хочу знать, и я позволю тебе уползти обратно в канализацию, и мы с тобой забудем о нашем маленьком танце здесь.

Крок прищурился.

– Темный рыцарь позволит плохому парню уйти? – По его лицу скользнула тень улыбки, больше похожей на оскал. – У тебя что, есть какие-то более насущные дела?

Бэтмен наклонился поближе, стараясь не обращать внимания на воняющий гнилым мясом запах из пасти Крока.

– Мне нужно тебя уговаривать? – прорычал он, опуская искрящий кабель еще ниже.

– Да расслабься уже, – ответил Крок, – получишь ты свою сделку.

– Как ты потерял зуб? – спросил Бэтмен. – Я нашел его в банковском хранилище.

Крок сначала удивился, затем на его лице снова появился оскал.

– Меня отыскал Безумный Шляпник и спросил, может ли он получить мой зуб. Я думал спросить его, зачем ему он понадобился, но ты когда-нибудь пытался добиться от него четкого ответа?

«Логично», – подумал Бэтмен.

– Так что, ты просто позволил ему вырвать тебе зуб?

– Не велика потеря, – ответил Крок. Он улыбнулся и просунул язык в проем между зубами. – У меня полно зубов. Да и деньги были неплохими.

Всегда все сводится к деньгам. Бэтмен задумался, как бы сложилась его жизнь, если бы ему все время приходилось волноваться о деньгах. А еще ему было интересно узнать, на что тратит деньги такой монстр как Убийца Крок.

– А кто та маленькая птичка, напевшая тебе, что я буду здесь?

– А, она. Ну, ты ее знаешь. Маленькая подружка Джокера, как там ее зовут.

– Харли Квинн.

– Точно. Она. Я много безумцев повидал в этом городе, но она занимает прям место на верху списка.

Бэтмен обдумал услышанное. Харли Квинн была влюблена в Джокера и бесспорно винила его в смерти своего возлюбленного. К тому же, Убийца Крок был прав. Она и прежде-то была не в ладах с собственной головой, а уж мысли о том, что она беременна, посетившие ее прямо перед смертью Джокера, должны были и вовсе вывести ее из равновесия. Бэтмен мог только представить себе, на что была бы похожа жизнь ребенка Джокера и Харли Квинн. Темный рыцарь был рад, что беременность оказалась ложной, пусть даже шок от осознания этого факта и помог превратить Квинн в одну из союзниц Загадочника.

– Это все? – прогрохотал Крок. – Ты сказал, что мы заключили сделку?

Бэтмен позволил ему подняться на ноги и отошел назад. Он намеревался сдержать слово, тем более, что продолжение драки займет у него гораздо больше времени, чем он мог позволить себе потратить. А исход этой битвы будет неясен.

– Иди, – сказал он.

Бэтмен засунул руку в пояс и вытащил зуб, который он прихватил на случай, если Крок проявит к нему сентиментальную привязанность. Никогда нельзя предугадать, какая деталь окажется важной или же и вовсе подарит преимущество в переговорах.

– Нее, – отмахнулся Крок, принимая вертикальное положение. Пошатываясь, он скрылся в тенях и, не оглядываясь, направился в ту сторону, откуда появился. – Оставь себе. Сделаешь рождественское украшение или еще что. Мне все равно. Я себе еще отращу.

Бэтмен не ответил. Но зуб спрятал обратно в один из кармашков на поясе.

– Эй, Бэтмен, – донесся из темноты голос Крока, – а этот запашок по-прежнему при тебе. Я не ожидал, что ты проживешь так долго.

Темному рыцарю потребовалось какое-то время, чтобы понять, о чем говорит Крок. Затем он вспомнил, как они столкнулись на сталелитейном заводе, вскоре после того, как Бэтмен в первый раз сразился с Ра’с аль Гулом.

– Я чую на тебе смерть, – сказал Крок.

По всей видимости, он все еще чуял ее. Или же просто хотел немного поиздеваться над психикой Бэтмена.

Однако обычно Убийца Крок не прибегал к подобным ухищрениям. А если он говорил всерьез, что за запашок он имел в виду?

– Приму к сведению, учитывая, какая вонь исходит от тебя, – ответил он вслух.

Крок только усмехнулся, звук напоминал перетираемые в пыль камни. Мгновением спустя он скрылся из виду, и Бэтмен снова остался один.

«Запашок смерти, – подумал он, – можно подумать, что Убийца Крок чует, как призрак Джокера все еще довлеет над всем».

Не желая дальше углубляться в метафизику, Бэтмен выкинул эту мысль из головы. У него были и более насущные дела.

В частности, спасение жизни Робина. Убедившись, что Крок действительно ушел, Бэтмен забрался обратно на основной этаж комнаты и снова обратил внимание на пульт управления.

– Робин, – произнес он, коснувшись клавиши вызова на перчатке.

– Вот ты где, – ответил Робин, – надеюсь, ты не слишком спешил.

– Я столкнулся с Убийцей Кроком. Сколько времени у тебя осталось?

– Не слишком много, – ответил Робин, с ноткой паники в голосе.

– А если более точно?

– Вода поднимается со скоростью примерно пять сантиметров в минуту. Моя голова касается потолка, а вода доходит мне до подбородка. Сколько, получается, у меня осталось, минуты четыре? Достаточно точно?

– Да, – Бэтмен осмотрел пульт управления. Загадочник должен был оставить какой-то знак, указание, что им следует делать дальше.

– Он хотел забрать свой зуб обратно?

– Нет, кажется, ему не было до него дела, – ответил Бэтмен.

– Еще бы. У него их и так навалом.

– Примерно это он и сказал. – Темный рыцарь задумался, затем добавил. – Расскажи мне в точности, что ты видишь.

Робин начал описывать цистерну и то, что он успел разглядеть. Бэтмен внимательнее присмотрелся к тем датчикам на панели управления, которые были выкрашены в ярко-зеленую краску.

Наконец, он увидел то, что искал. Каждый из датчиков измерял силу потока, в кубических метрах в секунду – м^3/с – в огромном лабиринте труб, проложенных через и вокруг центра контроля за наводнениями. На некоторых из датчиков «м» или «м^3» были заменены на знаки вопроса. Если более точно, то на шести датчиках. Только один знак вопроса был вертикальным, остальные были расположены под определенными углами.

– Ты сказал, что в цистерну вливается вода из шести труб? – спросил он.

– О, отлично, ты меня слушал.

– Ты помнишь, в каком порядке они начали работать?

Пауза.

– Да.

Но это была только половина ответа. Вторая половина заключалась в том, чтобы определить, какой датчик соотносился с какой трубой. Бэтмен сомневался, что Загадочник будет столь снисходителен, чтобы позволить ему отключать трубы в любом порядке. Углы, под которыми были расположены знаки вопроса, должны были как-то указывать на расположение, подумал Бэтмен. Но на что указывает угол, на расположение в пространстве или на отношение к двери?

– Робин? – спросил он. – С того места, где ты находишься, ты можешь определить север?

– Шутишь?

Это отвечало на его вопрос. Насколько мог знать их противник, Робин не обладает инстинктивной ориентацией в пространстве. Так что расположение знаков вопроса должно было указывать на расположение трубы по отношению к двери.

– Забудь, – сказал он, – мне нужно, чтобы ты сделал в точности так, как я велю. Встань лицом к двери, чтобы она была от тебя на двенадцать часов. А потом скажи мне, в каком порядке открылись трубы.

Бэтмен слышал, как крутится Робин. Судя по звукам, это оказалось не так просто, как он полагал. Робину нужно выбираться оттуда прежде, чем у него окончательно иссякнут силы.

– В общем, – сказал Робин, – я запомнил их в таком порядке. Они включились сначала на десять часов, потом на два часа, на шесть часов, потом на четыре часа, на восемь часов и на двенадцать часов.

– Ты уверен?

Бэтмен услышал плеск, а затем безошибочный шипящий звук микрофона, оказавшегося под водой.

– Не важно, – искаженным голосом произнес Робин, – вода мне практически до носа добралась.

Бэтмен отключил первые пять труб. Ничего не случилось. Вот оно. Если они ошиблись с разгадкой…

– Держись, – сказал он, – выключаю шестую трубу.

Робин не ответил.

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ

Третье убийство за три часа

НАСТОЯТЕЛЬНО СОВЕТУЕМ ВСЕМ ЖИТЕЛЯМ ГОРОДА ОСТАВАТЬСЯ В СВОИХ ДОМАХ

«НЕТ ЯРКО ВЫРАЖЕНННОЙ ЗАКОНОМЕРНОСТИ»

Редакция «Глоуб»

ГОТЭМ: Друзья, вот уже в третий раз за три часа житель Готэма был убит неизвестным снайпером. Последней жертвой стала Розалин Матеосян, инженер-электроник в «Исследовательских лабораториях Ремсбург».

Согласно показаниям свидетелей, Матеосян шла к фургончику с едой, чтобы перекусить, когда одиночный выстрел в голову оборвал ее жизнь. Никто из свидетелей не видел убийцу и не слышал выстрела. Если верить пожелавшему остаться анонимным источнику в департаменте полиции Готэма, это обстоятельство навело детективов на мысль, что убийца Матеосян, равно как и убийцы Брайана Айзексона и Лукаса Анджело, пользовался глушителем или специализированными бесшумными патронами.

Детективы департамента полиции по-прежне-му осматривают место преступления. Когда мы поинтересовались у одного их них на месте, есть ли какая-то связь между убийствами, он посоветовал направлять все запросы прессы офицеру по связям с общественностью департамента полиции Готэма Кэти Молинари. Сама Молинари отказалась давать какие-либо комментарии за исключением письменного заявления об отсутствии какой-либо «ярко выраженной закономерности» между убийствами. Она также подчеркнула, что в первых двух преступлениях использовались разные орудия убийства, что, в свою очередь, наводит на мысль о двух разных преступниках, поскольку большинство профессиональных наемных убийц предпочитают одно-единственное, излюбленное и проверенное оружие.

Теории заговора уже начинают процветать.

Многие жители города спорят, что появление Бэтмена после долгого перерыва связано со вспышкой убийств. В последнее время в Готэме было тише обычного, а сейчас атмосфера в городе снова становится натянутой и напуганной.

В северной части Готэма несколько человек напали на парня, несущего в руках винтовку для пейнтбола. Нападавшие утверждали, что поймали наемного убийцу. Пострадавший в стабильном состоянии находится в больнице. Несмотря на то, что департамент полиции официально отказывается подтверждать наличие закономерности, детективы на месте преступления явно считают иначе. Там же кто-то из зевак спросил у одного из служителей закона, что простым жителям следует сделать в момент, когда таймер в очередной раз дойдет до нуля, полицейский лишь глянул в небеса и сказал: «На вашем месте я бы не выходил из дома».

Поправка: в первой версии этой статьи фамилия жертвы Матеосян была написана неверно. Мы приносим извинения за допущенную ошибку.

11

– Выключаю шестую трубу.

Робин услышал приглушенный водой щелчок. Он задерживал дыхание, его ноги полностью онемели. Мгновением спустя он почувствовал, что потоки воды начали двигаться более агрессивно, и услышал, как вода с новой силой полилась через слив.

Робин упрямо держался за сломанный штырь от мостика и чувствовал, как уровень воды медленно опускается вдоль его лица. Минуту назад он сделал последний вдох, теперь вода опустилась достаточно, чтобы Тим смог сделать еще один. Он жадно заглотил воздух.

Бэтмен что-то говорил в передатчик, но Робину потребовалось мгновение, чтобы собраться с духом, прежде чем он смог ответить.

– Я тут, – произнес Тим.

– Почти что чудом, – разгневанно сказал Бэтмен. – Загадочник очень тщательно просчитал время своих ловушек.

– Я мог бы продержаться еще немного, – ответил Робин, – или немного меньше. Не уверен, что лучше.

Вода спадала, и он попытался размять ноги. Он втягивал воздух вдох за вдохом, мускулы начали дрожать, а голова снова затуманилась. Ему еще никогда в жизни не было так холодно, по крайней мере, с момента его последней встречи с Виктором Фрайсом.

Вода опустилась ниже уровня его ног, и Робин услышал серию щелчков прямо над своей головой. Он взглянул вверх и увидел, как ярко-зеленый знак вопроса зажегся прямо над дверью… которая была широко открыта.

– Загадочник открыл дорогу наружу, – сказал он.

Его зубы начали отбивать чечетку, и до Робина дошло, что аккурат до этого момента ему просто было слишком холодно даже для такого действия. Должно быть, стук его зубов смог расслышать даже Бэтмен.

– Тебе нужно согреться, – сказал он, – и обсохнуть, если получится. Прежде чем ты двинешься дальше.

– Я перезвоню, – ответил Робин.

Он выскочил за дверь и стянул намокший плащ. Затем Тим расстегнул верхнюю часть экипировки, позволяя теплому воздуху коснуться кожи. Он выжал как можно больше воды из костюма и ботинок. Больше всего на свете Робину сейчас хотелось лечь и заснуть. Пальцы до сих пор были настолько онемевшими от холода, что он едва мог застегнуть пряжку, удерживающую плащ на шее. Но Робин знал, что свет в конце тоннеля он увидит еще не скоро. В шахматной комнате оставалось еще шесть дверей.

Если за каждой из них скрывалась ловушка подобная этой…

Робин выкинул эту мысль из головы. В конечном итоге, Загадочник хотел убить его, в этом сомнений не было, но Нигма хотел сделать это в свое время, и ни в какое другое. И с куда большим удовлетворением он убьет сильного соперника, чем еле живого от переохлаждения слабака.

Чтобы разогнать кровь и согреться, Робин немного размялся и поупражнялся с посохом. Его разум начал проясняться, и Тим снова осознал, насколько близок был к смерти. Загадочник определенно повысил ставки. Эта флэшка пригласила их принять участие в смертельной игре, и теперь Динамическому дуэту придется играть в нее так хорошо, как они только смогут.

Немного согревшись, Робин снова надел плащ и заглянул в цистерну. Слив был закрыт. Вкупе с горящим над дверью знаком вопроса это подсказало Робину, что единственный путь отсюда был тот, по которому он пришел.

Разогнавшись бегом, насколько он был вообще способен на это, Робин вернулся к перекрестку у подножия лестницы, ведущей к двери номер один. Он мог подняться по лестнице, или же свернуть во второй коридор, уходящий под прямым углом от первого.

Учитывая маниакальное внимание Загадочника к деталям, вряд ли Нигма оценит хоть малейшее отклонение от хода игры. Если Робин попробует нарушить сценарий, возмездие, скорее всего, будет мгновенным, а он сам, вероятно, тут же станет трупом. Так что Робин поднялся вверх по лестнице, остановился перед дверью и осмотрелся по сторонам, чтобы проверить, не изменилось ли здесь что-нибудь с того момента, как он тут проходил. Кажется, все было по-прежнему. Те же обломки валялись на тех же местах, и не было никаких видимых признаков того, что здесь побывал кто-то еще.

Перед тем как открыть дверь, Робин пристально осмотрел ее снизу вверх, насколько это было возможно в тусклом свете ламп. Она также казалась точно такой, как и раньше, хотя конечно же, когда он проходил мимо нее в прошлый раз, Робин не удостоил ее столь внимательного осмотра. Тим отругал себя за этот дилетантский поступок.

Затем он дернул за ручку и обнаружил, что та заперта с противоположной стороны. Дверь была слишком тяжелой, чтобы ее можно было снести с помощью взрывчатого геля, и нигде не было видно ни единой петли, которую можно было сломать.

«Полагаю, придется мне все же идти в другом направлении», – подумал Робин, снова спускаясь по лестнице. Осторожно продвигаясь вдоль коридора, вплотную подходящего к доменной печи, Робин заметил, что в проход спускается еще одна лестница, также ведущая к двери. Тим поднялся по ступенькам, коснулся ручки и услышал трескучий машинный грохот, эхом донесшийся откуда-то из недр комплекса.

Ручка легко поддалась. Робин повернул ее и вышел наружу. Когда дверь закрылась за его спиной, он увидел, что над ней горит цифра два.

«Ага, – подумал он, – заходишь через нечетные номера, а выходишь через четные?» Но в комнате было семь дверей. Получается, Загадочник построил и настоящий выход… либо же предполагалось, что то, что ждет его за дверью номер семь, окажется неотвратимо смертельным.

Последнее казалось более реальным.

Робин обнаружил, что стоит на белой клетке. Дверь номер три также располагалась на белой клетке. Три костюмированных бугая, по-прежнему щеголяя костюмами с теми же номерами, сменили расстановку. Робин уже использовал К4, а конь стоял на черной клетке по соседству с белой, ведущей к двери номер три.

Остались опции С3 и Л2.

Учитывая позицию К4, у Робина не было ни единой возможности добраться до цели за указанное количество шагов ладьи. Оставался слон, так что Робин ступил на клетку и двинулся по левой диагонали, ступая исключительно по белому до тех пор, пока не миновал Л2. Затем он свернул направо и шел дальше, пока не поравнялся с К4. Как и в прошлый раз, ни одна из «фигур» никак не отреагировала на его присутствие. Робин совершил третий ход слоном, свернув влево и сделав еще один шаг по диагонали.

Прежде чем пройти дальше, Тим задумался о том, чтобы расстроить планы Загадочника, напав на «фигуры» и попытавшись взломать другую дверь. Сработает ли это? Робин не сомневался, что без труда расправится с бандитами в костюмах – он легко сможет вырубить двоих прежде, чем третий вообще сообразит, что на них напали. Но у Тима было стойкое подозрение, что ни одна из остальных дверей не взорвется без тяжелой взрывчатки, которой у него при себе не было.

Ну и опять, вряд ли Нигма обрадуется, что правила игры были нарушены. Тем более, что это были его правила. Так что, как бы это ни раздражало, Робин знал, что самой оптимальной стратегией было придерживаться формата Загадочника до тех пор, пока ему не подвернется возможность альтернативного развития событий.

Стоя на расстоянии вытянутой руки от двери номер три, Робин снова связался с Бэтменом.

– Я опять на шахматной доске. Захожу через нечетные двери и выхожу обратно через четные. Дверь номер один вела к цистерне. Когда вернулся обратно, то зайти в комнату я смог только через дверь номер два. Теперь «фигуры» стоят в другой расстановке, а я смотрю на дверь номер три.

– Если ты заходишь через нечетные двери, это означает, что Загадочник подготовил четыре сцены, – заметил Бэтмен, – но тебе противостоят только три шахматные фигуры, верно?

– Да, я тоже об этом подумал. Четвертый ход явно будет другим.

– Бесспорно. Держи это в уме, когда выйдешь обратно в следующий раз. Загадочник может преждевременно раскрыть свои карты.

– Понял тебя, – ответил Робин, мысленно ликуя от того, что Бэтмен ожидал от своего протеже успеха в следующем задании, – открываю дверь номер три.

– Не останавливайся. Часы тикают, – ответил Бэтмен, – в буквальном смысле. Всякий раз, как таймер достигает нуля, погибает еще один человек. Достаточно скоро мы начнем видеть в этих убийствах какую-нибудь закономерность, но чем быстрее ты пройдешь через этот лабиринт, тем больше жизней мы спасем.

– Кого убили на данный момент?

– Инженер программного обеспечения, строительный подрядчик и дизайнер электроники. Между ними тремя нет никаких связей, по крайней мере, Гордон ничего не нашел. Но я начинаю замечать закономерность, причем достаточно извращенную. Более того, я подозреваю, что за всеми тремя убийствами стоит Дэдшот.

– Прекрасно, один из наших любимых друзей, – ответил Робин, – полагаю, я могу ожидать встречи с ним в обозримом будущем. Только этого мне и не хватало для полного счастья.

– Это возможно, но я очень надеюсь, что этого не случится, – сказал Бэтмен, – не забывай, что пока что все события организовал Загадочник. Он заставляет нас работать в паре, но не вместе. Это становится понятно все больше и больше. Он сконструировал эту ловушку, чтобы заставить меня явиться сюда и освободить тебя. Должна быть какая-то причина, по которой я нужен ему именно в Аркхем-сити, а не в Бэт-пещере. Я собираюсь распутать эту ниточку.

– Ну а пока ты будешь занят этим, я собираюсь снова пойти навстречу опасности, – произнес Робин, – ну, если можно так выразиться.

– Хороший план, – ответил Бэтмен.

На этот раз он не стал добавлять «Будь осторожен».

Дверь номер три открылась без проблем. Робин почувствовал, как слабый ветерок коснулся его спины, когда воздух из комнаты втянуло по ту сторону двери. А вот ноги обдало сквозняком, когда холодный воздух из темного помещения начал втекать в комнату.

«Замечательно. Я только начал вспоминать, что такое тепло».

Робин вошел внутрь и увидел, что оказался в грузовом лифте, старом и часто использовавшимся. На панели управления была всего одна кнопка. Робин нажал ее, и дверь номер три закрылась. Проржавевшие двери лифта захлопнулись следом, и он поехал вниз. Робин считал секунды. Грузовые лифты редко передвигались со скоростью больше тридцати метров в минуту.

Тим как раз досчитал до двадцати девяти, когда лифт остановился, и двери снова раскрылись. Получается, что Робин сейчас был примерно в пятнадцати метрах ниже уровня пола в шахматной комнате. Пятнадцати метров было достаточно, чтобы соорудить тут весьма сложную ловушку. К тому же, Робин должен был оказаться поблизости от туннелей метро, пролегавших под этой частью города. Тим вышел из лифта. Перед ним открылось большое открытое пространство с покрытым копотью полом. Проржавевшие стальные столбы держали на себе потолок.

Первым делом Робин почувствовал холод. В царящей в помещении полутьме облачка пара вырывались из его рта при каждом выдохе, а обжигающе морозный воздух щипал ноздри при каждом вдохе. Наверное, новый ребус будет построен вокруг холода. Достав из водонепроницаемого кармана на поясе галогеновую лампу, Робин осветил помещение. Он увидел несколько скоплений сфер, словно бы застывших в воздухе. Каждая сфера была размером с пляжный мяч. С того места, где он стоял, невозможно было разобрать, сколько именно скоплений сфер здесь было, но Робину показалось, что три.

Прямоугольная комната была примерно шестидесяти метров в длину и вдвое меньше в ширину. Лифт находился в углу, в одной из узких стен. Робин подумал, что длинная стена по правую руку от него должна идти параллельно проходу, что вел из помещения с развилкой к цистерне. Получается, что нижний сливной туннель был где-то у него под ногами.

Робин вышел из лифта и, не касаясь сфер, остановился всего в паре метров от него. Отсюда у него был несколько иной угол обзора, и он осмотрелся по сторонам в поисках двери. Спустя мгновение Робин заметил ее в противоположном углу. В свете фонаря на двери загорелся ярко-зеленый знак вопроса.

«Ну хорошо, – подумал он, – куда мне идти, вопрос не стоит. Но что должно помешать мне туда добраться?» Робин изучил пол под ближайшим скоплением сфер, но не заметил ничего необычного. Свисающие с потолка шары казались идентичными.

Тим снова начал дрожать. Его костюм уже высох, однако нос и уши все еще саднило от холода, а ткань плаща потрескивала при каждом шаге. Водная головоломка заложила фундамент для этого ребуса, сделав Робина еще более уязвимым перед низкими температурами.

Решив рискнуть и, наконец, закончить с этим, Робин направился к двери почти по прямой линии, лишь огибая висящие сферы, и без происшествий добрался до противоположного края помещения. На двери не было ни ручки, ни замка, а на стене по соседству с дверью не было ни клавиатуры, ни панели управления. Знак вопроса, длиной сантиметров в тридцать, сиял стабильным зеленым светом.

«Разгадка таится в этих сферах, – подумал Робин, – и лучше бы мне найти ее побыстрее».

Он уже чувствовал, как холод проникает в его тело. Поэтому Тим прошелся по комнате, рассматривая скопления шаров с разных сторон, прежде чем коснуться одного из них. Сферы висели на высоте его пояса, и Робин уже мог сказать, что снизу или сверху это скопление будет выглядеть совершенно иначе.

Развивая эту мысль, Робин лег на спину. Игнорируя шок от соприкосновения с холодным бетоном, юноша скользнул под одно из скоплений и целиком очутился под сферами. Было что-то в этой группе шаров, какая-то мысль шевелилась на самом краю сознания, но из-за холода его разум опять начал тормозить. Робин перестал дрожать, и в голове заиграл слабый сигнал тревоги.

Разве это плохо?

Тим начал отключаться и почти заснул…

«Нет!»

Робин дернулся, словно кто-то вырвал его из объятий сна.

На тех частях плаща, что соприкасались с обледенелой поверхностью, проступил иней.

«Переохлаждение. Вот что случается, когда ты перестаешь дрожать, – вспомнил он, – твое тело утрачивает способность регулировать собственную температуру». Он должен двигаться, должен каким-то образом согреться. Робин выкатился из-под скопления сфер, поднялся на ноги, тряхнул головой, и из тумана, который едва не окутал его разум смертельной пеленой, выплыло воспоминание.

Школа.

Урок химии.

Круги и линии…

Это были химические модели. Он смотрел на трехмерные фигуры химических соединений.

Но что это за соединения?

Робин поднял голову и увидел, что держащие сферы кабели крепятся к направляющим, проложенным по потолку между несущими балками. Сами балки выглядели тусклыми и старыми, но блестящие в свете фонаря направляющие были новенькими и чистенькими. Смысл головоломки становился понятен. Робин должен как-то перестроить модели. Кроме того, теперь, глядя на направляющие, он осознал, что в помещении всего два скопления сфер, а не три, как ему показалось сначала.

Но это откровение ни на йоту не приблизило его к искомым ответам. Что это за соединения? Какие сферы он должен переставить первыми, и почему? Что будет, если он переставит их в неверном порядке?

Пора снова подключать Бэтмена. Робин активировал передатчик и, тщательно подбирая слова, поскольку его лицу было очень, очень холодно, описал обстановку.

– Как они выглядят снизу? – немедленно спросил Бэтмен.

– Только что пытался выяснить это, – ответил Робин, – и я почти не поднялся.

– Боюсь, тебе снова придется сделать это, – сказал Бэтмен. – Не молчи и не останавливайся. Быстрого осмотра будет достаточно.

– Ну, раз ты так говоришь, – Робин снова лег на спину и скользнул под ближайшую к двери группу шаров. – Это… что ж, в этом скоплении семь сфер. Они расположены… погоди-ка. – Он привстал, увидев кое-что, чего не замечал прежде. – На некоторых сферах нарисована цифра «2».

– Какие-то другие отличительные отметки? Номера?

Робин осветил все остальные шары и понял, что некоторые из них также пронумерованы цифрой «2», но это было их единственное различие. Они все были одного размера, одного цвета…

– Думаешь, все двойки должны быть вместе?

– Сомневаюсь, – ответил Бэтмен, – это слишком просто для Загадочника.

– Что ж, здесь два четко выраженных скопления, – подытожил Робин, – каждое из них напоминает какое-то химическое соединение. Ну, или мне они кажутся похожими на модель химического соединения. Сферы прикреплены к направляющим, так что у меня есть возможность перемещать их, но я не хочу просто двигать их туда-сюда.

– Нет, нам нужно понять, что мы пытаемся сделать до того, как мы попытаемся что-то сделать.

«Что ты имеешь в виду под «мы»?» – рассеянно подумал Робин.

Бэтмен говорил что-то еще, но Робин его уже не слышал. Сферы мягко сияли в свете его фонаря, и он потихоньку начал расслабляться. Теперь ему уже было не так холодно, как всего минуту назад…

– Робин!

Тим дернулся и лишь в последний момент догадался не вскакивать на месте. Вызванное переохлаждением спокойствие было опасной штукой. Робин начал ходить по помещению, пытаясь вернуть хоть какую-то чувствительность ногам.

– Прости, – произнес он, – мой мозг ненадолго отключился. Все дело… – Робин тщательно попытался убрать из голоса все нотки испытываемого им страха. – Тут действительно жутко холодно.

– Соберись, – решительно сказал Бэтмен, – ты же знаешь, что холод – это часть головоломки. Загадочник искупал тебя, едва не убил, а теперь он снова тебя испытывает. Испытывает нас обоих.

– Твоя часть испытания кажется легче, – отозвался Робин.

– Скажи это Убийце Кроку, – ответил Бэтмен. – И раз уж мы вспомнили о старых друзьях, мне кажется, я знаю, куда двинуться дальше.

– Только поторопись, – произнес Робин. – Я не уверен, как долго прыжки на месте помогут мне бодрствовать.

Отведи их к Траску

Дуэйн Траск, радио «Готэм Глоуб»

– И мы снова в эфире. Как и было сказано перед рекламной паузой, здание Торгового банка Готэма в Аркхем-сити охвачено огнем, а по улицам нашего славного города рыщет наемный убийца. Что вы видите, жители Готэма? Мы хотим знать. Сесил. Ты в эфире.

– Да, эм, привет. Впервые за долгое время.

– Добро пожаловать.

– Эм, да. Так вот, знаете, иногда я посещаю Аркхем-сити…

– По делам.

– Да, верно. По делам. Вот и сегодня я находился там и увидел Бэтмена. Он был в здании контроля за наводнениями. Вошел и вышел, пробыл там минут десять, может, пятнадцать. Но до меня доносились звуки оттуда. Знаете, когда включаются большие сливные трубы, раздается такой протяжный стон, что-то с давлением, насколько я знаю…

– Вы сотрудник городских коммунальных служб, Сесил?

– Нет, я просто… частенько там бывал.

– Хорошо, я просто пытался понять, являетесь ли вы экспертом в коммунальном деле, или нет.

– Я не эксперт. По крайней мере, не в этом.

– А в чем же вы эксперт, Сесил?

– Пожалуй, мне не стоит об этом рассказывать.

– Ну, конечно же, не стоит. Хорошо. Идем дальше. Итак, вы увидели Бэтмена.

– Да, я видел, как он вошел и вышел из здания. Казалось, будто он сам с собой разговаривает, но я думаю, что у него есть что-то вроде рации, в этом, как же оно называется… ну не шляпа, ну, вы понимаете.

– Я полагаю, что правильный термин будет «капюшон».

– Да, точно. Капюшон. Так вот, он с кем-то разговаривал, и именно по этой причине я вам звоню. Потому что он упомянул Дэдшота.

– Дэдшота? Вы уверены?

– Да, уверен. Я слышал. Ясно как день. Вы помните Дэдшота?

– Дорогие радиослушатели, Сесил спрашивает у меня, помню ли я Дэдшота. Спасибо за звонок, Сесил. Не отключайся, мой продюсер свяжется с тобой и запишет твои контактные данные, чтобы мы смогли все проверить прежде, чем перенесем эту историю на бумагу. А теперь перейдем к ответу на вопрос, помню ли я Дэдшота? Я вам расскажу свои воспоминания об этом человеке.

Пару месяцев назад Хьюго Стрейндж заказал Дэдшоту нескольких людей, и так уж вышло, что одним из имен в списке оказался мой старый друг и коллега Джек Райдер. Бэтмен спас его, но Темному рыцарю не удалось защитить трех других жертв. Как оказалось, Стрейндж просто использовал Дэдшота, чтобы подчистить хвосты.

Никому из вас не кажется немного… странным, что у нас здесь снова три убийства внешне совершенно случайных и не знакомых друг с другом людей, а кто-то совершенно случайно подслушивает, как Бэтмен упоминает Дэд-шота.

Ого! Телефон просто разрывается от количества звонков! Похоже, многие из вас помнят Дэдшота! Мы снова уходим на рекламную паузу, но как только вернемся в эфир, сразу же немного поговорим об этом человеке, а может, и о других костюмированных психопатах.

Но прежде чем мы уйдем на рекламу, запомните одну простую вещь: если мы что-то и знаем о Дэдшоте, так это то, что он смертоносный снайпер с огромным арсеналом оружия. Три наши сегодняшние жертвы были убиты из трех различных видов оружия, по крайней мере, так нам сообщили. Это вполне вписывается в почерк Дэдшота. Убежден ли я на сто процентов? Нет. Пока нет. Но я не удивлюсь, если выяснится, что Сесил был прав.

Это еще не конец истории. Мы распутываем ее. Вернемся после… минуточку, я тут получил весьма интересную записку от моего продюсера. Донна, это точно? Ты уверена? Ты не уверена. Что ж, давай выясним.

Уважаемые радиослушатели, мы собираемся поговорить с мистером Эдвардом Нигмой. Эдвард, ты в эфире.

– Здравствуйте, мистер Траск. Признаюсь, не часто слушаю ваше шоу, но сегодня я с интересом слежу за развитием событий.

– Не сомневаюсь. Не уверен, знают или нет об этом наши слушатели, но Эдвард Нигма – это настоящее имя преступника, известного как Загадочник. Это вы, сэр?

– Это я.

– Как мы можем быть в этом уверены?

– Вы не можете. Но скоро получите подтверждение моим словам. Как насчет того, если я скажу вам, что еще до конца сегодняшнего дня Бэтмен будет стараться остановить не один таймер, а два?

– Дайте-ка угадаю. Это загадка.

– Очень проницательно. И всего через несколько часов вы увидите ее разгадку. Продолжайте свой нелегкий труд, мистер Траск. Люди должны знать о том, что происходит в мире.

– Эдвард… Эдвард… Что ж, дорогие слушатели, с нами был тот, кто называет себя Загадочником. И после себя он оставил небольшую загадку, над которой мы можем поломать головы. Полагаю, об одном таймере мы знаем, на мой взгляд речь шла об этих убийствах. Они совершаются с интервалом ровно в один час. Но что насчет второго отсчета? Речь идет о настоящих часах, наподобие тех, что на фасаде здания Торгового банка Готэма? Похоже, что эти часы замерли раз и навсегда.

Но о чем еще может идти речь?

Оставайтесь с нами. Нам предстоит распутать чертовски интересную историю.

12

Зуб Убийцы Крока привел к Убийце Кроку. А теперь комбинация химического ребуса с ледяной ловушкой привела Бэтмена к мысли, что Загадочник обратился за помощью к Виктору Фрайсу, более известному как Мистер Фриз. Более того, Бэтмен предположил, что раз одна из убитых жертв была связана с фабрикой «Эйс Кемикал», то именно там они и найдут мистера Фриза – а заодно, если повезет, и подсказку как помочь Робину.

Вот только действовать надо быстро.

Бэтмен забрался на дымовую трубу, обслуживающую генератор здания контроля за наводнениями. Завод «Эйс Кемикал» виднелся вдали, на краю бывшей Запретной зоны… которая теперь, когда не осталось никакой власти, чтобы контролировать соблюдение этого запрета, превратилась просто в еще один заброшенный район с пустыми улицами и разваливающимися зданиями.

Изначально построенная перед самым началом Второй мировой войны, фабрика была на полпути к руинам еще до того, как Аркхем-сити обнесли стеной, а сейчас здание окончательно превратилось в развалины. Бэтмен прыгнул и, перелетая с крыши на крышу, миновал пожар, все еще бушующий в стенах Торгового банка Готэма.

Улицы вокруг банка были заставлены пожарными машинами, виднелся там и фургон судмедэксперта. Судя по всему, пожарные постепенно брали возгорание под контроль.

Просто еще один взрыв в Готэме.

Бэтмен повернул к югу, чтобы обогнуть здание театра «Монарх», все еще стоящего к северо-востоку от фабрики. Позади театра находилось место, где родился Бэтмен, место, известное как Преступный переулок. Бэтмен предпочитал без необходимости там не появляться.

Готэм был полон эхо, и временами Бэтмену было сложно отделить настоящее от своих воспоминаний. Темный рыцарь начал подозревать, что наиболее амбициозные из его врагов уже давно извлекали преимущество из этого обстоятельства. Дэдшот был одной из пешек Хьюго Стрейнджа при подготовке «Протокола 10», и вот он снова в деле. Убийца Крок все еще обитал в той же части канализации, что и прежде, неподалеку от сталелитейного завода… и по-прежнему говорил об этом чертовом «запашке», который он учуял.

А теперь вот мистер Фриз, который в жестокие времена «Тигра» успел побывать и врагом, и союзником. Фриза силой принудили принять участие в затее Джокера найти противоядие от бурлящего в его крови токсина «Титан». Однако в отличие от большинства выдающихся злодеев Готэма, Виктор Фрайс не был психопатом. Его до крайности довела любовь, и он провел так много времени в экстремальном эмоциональном состоянии, что все меньше и меньше был способен вернуться хоть к чему-нибудь, отдаленно напоминающему норму.

Насколько было известно Бэтмену, то же самое люди говорили и о нем.

Он задумался, не светит ли ему в скором будущем встреча с Пингвином, Глиноликим или кем-либо еще из обширного списка злодеев Готэма, которых Загадочник мог бы привлечь к реализации своего величайшего замысла. За исключением тех, кого уже не было среди живых.

Ра’с аль Гул, Пугало, Джокер…

Слишком многие выползли на поверхность, да еще и все одновременно, это явно не совпадение. Отзвуки прошлого, призраки будущего. Были ли они частью другой головоломки?

Бэтмен остановился на крыше на полпути между фабрикой и театром «Джезебел», забрался в уничтоженное снайперское гнездо «Тигра» менее чем в девяноста метрах от здания «Эйс Кемикал» и принялся осматриваться по сторонам. Он не увидел ни людей, ни признаков человеческого присутствия, если уж на то пошло, разве что из трубы в дальнем конце фабрики шел дым.

Этого было достаточно.

В той части здания находились чаны и резервуары, где в тщательно контролируемых условиях смешивались исходные материалы. Контроль над температурой требовал отвода большого количества тепла, чем и объяснялся дым из трубы. Таким образом, кто-то либо производил химикаты, либо делал что-то еще, также требующее пристального контроля.

Мистер Фриз там. Бэтмен был готов побиться об заклад на свой плащ.

Купаясь в тенях, Темный рыцарь огибал обнесенный забором периметр завода, пока не достиг железнодорожной ветки, по которой цистерны поставляли исходное сырье. Ограда была сломана в нескольких местах, и Бэтмен без проблем проник на территорию фабрики и пересек парковку, направляясь к погрузочным докам. Темный рыцарь вошел внутрь через открытое погрузочное окно и, пройдя через разгрузочную площадку, остановился перед дверью, на которой было написано:

ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА!

БЕЗ ЗАЩИТНОЙ ЭКИПИРОВКИ

ВХОД ВОСПРЕЩЕН!

Отдаленное звучание работающих насосов эхом разносилось по коридорам здания. Дотронувшись до дверной ручки, Бэтмен почувствовал слабую вибрацию. Повернув ее, он очутился в коротком коридоре. Открытая дверь по правую руку вела в раздевалку, на крючках висело два защитных костюма. Впереди была еще одна дверь, с тем же предупредительным знаком, что и на прошлой. В этой двери было узкое окошко из армированного стекла. Заглянув в него, Бэтмен увидел часть производственного цеха.

Дальний конец огромного помещения был скрыт вздымающимся к потолку облаком пара, но Бэтмену показалось, что он заметил там движение. Собравшись с мыслями, Темный рыцарь проскользнул в дверь и спрыгнул на пол фабричного помещения. Часть оборудования недавно была отремонтирована. Сверкающие новые детали блестели в полумраке, выделяясь на фоне грязи, покрывавшей остальную часть механизмов. Завод «Эйс Кемикал» был снова в строю, по крайней мере, частично.

Здесь родился Джокер. Это же место Клоун-принц преступного мира использовал для производства некоторых своих наиболее смертоносных токсинов. Но теперь клоун сгинул, и его место занял кто-то еще.

«Это никогда не закончится», – подумал Бэтмен.

Готэм представлял собой бездонный источник преступности. Можно было подумать, что смерть Джокера создала пустоту, просто-напросто требующую, чтобы ее заполнили другими формами зла. Бэтмен неожиданно задумался, кто займет его место, когда самого Темного рыцаря не станет. Робин определенно попытается. Возможно, Женщина-кошка будет вынуждена позабыть о своей любви к воровству. Но даже вдвоем им придется противостоять бесконечным ордам безнравственных негодяев.

Отличный стимул не умирать, в таком случае.

Бэтмен шел через фабричный цех в направлении большого скопления насосов и баков для работы под давлением. Пол здесь был усеян тяжелыми пластиковыми транспортными контейнерами, вскрытыми и опустошенными. На наклеенных на крышки контейнеров этикетках значилась надпись «Конундрум Солюшенс, Инк.»

Бэтмен связался с Оракулом и тихо произнес:

– У меня нет времени на долгие разговоры. Пробей компанию под названием «Конундрум Солюшенс».

– Куда мне переслать то, что я найду? – спросила она.

– Я буду на связи, – пообещал Бэтмен и отключился.

Он сделал еще один шаг в направлении клубящегося пара. Темный рыцарь чувствовал, как вокруг становится холоднее. Сам пар был не горячим – он больше напоминал дымку, возникающую над Готэмской гаванью, когда температура опускалась ниже нуля. Падение температуры, должно быть, объяснялось идущим тут химическим процессом, а может быть…

– А, Бэтмен, – послышался металлический голос, – наш общий знакомый предупредил, что ты забежишь на огонек.

Тембр голоса выдал говорившего еще до того, как Темный рыцарь заметил выходящую из клубов дыма высокую, худощавую фигуру. Тело облачено в морозный сине-серый наряд, что-то среднее между костюмом радиационной защиты, скафандром и рыцарскими доспехами. Похожий на колокол прозрачный шлем покрывает голову. Элементы его оборудования светятся мягким голубым цветом, шланги, что подводят переохлажденные газы к системе контроля температуры костюма, обвивают его туловище. Морозный туман собирается у ног фигуры, клубится при каждом ее шаге.

Неестественно бледное лицо прячется за светящимися красными очками. Голова гладко выбрита.

Мистер Фриз.

Специальный репортаж

В центре внимания – Готэм

Репортер: Вики Вэйл

С вами Вики Вэйл, и я на пути в Аркхем-сити. Не так часто репортер получает звонок от источника, который оказывается не кем иным, как самим Загадочником. Но именно это со мной сейчас и произошло. Фил, наведись на меня, слышишь?

Проклятье, давай начнем с начала.

Наводись на меня через три… две…

С вами Вики Вэйл, и я на пути в Аркхем-сити. Не так часто репортер получает звонок от источника, который оказывается не кем иным, как самим Загадочником. Но именно это со мной сейчас и произошло, и именно поэтому я стою внутри ворот, ведущих на территорию печально известной бывшей тюрьмы. За моим плечом можно увидеть здание фабрики «Эйс Кемикал», а с другой стороны вы, скорее всего, наблюдаете станцию подземного метро и старый сталелитейный завод.

Все эти места сыграли важную роль во время восстания, случившегося несколько месяцев назад. С одной стороны были Хьюго Стрейндж, Квинси Шарп и отряды военизированного подразделения «Тигр», а с другой… что ж, показания расходятся. Люди по-прежнему пытаются выстроить хронологию событий. Мы знаем, что в этом был замешан Бэтмен, и мы знаем, что он был там, когда умер Джокер. Некоторые из злодеев выступили против Стрейнджа и помогли Бэтмену, в то время как другие попытались убить Темного рыцаря, равно как и друг друга, а в конце и Хьюго Стрейнджа до общей кучи.

Список погибших исчисляется сотнями, и, скорее всего, точных цифр не получится узнать никогда. Наверняка мы знаем лишь то, что среди погибших был Джокер.

Ходят слухи, что Убийца Крок на самом деле сожрал Пугало, но подтверждения этой информации нет.

Мы вспомнили об этой жестокой истории, потому что утром Загадочник связался со мной и попросил о встрече на краю Аркхем-сити. У него есть история, которой он хочет поделиться, и угадайте, кто собирается его выслушать.

Вы угадали верно.

Я направляюсь к заброшенному входу в подземку под Аркхем-сити. Этот вход расположен между зданием контроля за наводнениями и сталелитейным заводом. Похоже, что… ты снимаешь это, Фил? Похоже, что совсем недавно здесь кто-то побывал. Я вижу в пыли отпечатки… простите, друзья, если здесь слишком темно, но мы спускаемся в ту часть станции, где электричества нет уже, эм, я бы сказала, несколько месяцев.

Давайте остановимся здесь на секундочку. Вы можете увидеть здесь отпечатки. Похоже, кто-то пришел сюда из туннелей. А высоко в потолке, там, где тот переходит в станционный купол, я вижу разбитые окна. Вот здесь захотел встретиться Загадочник. Не уверена, какую историю он хочет рассказать, но я не сомневаюсь, что она будет интересной. В чем я уверена наверняка, так это в том, что в ней появятся и Бэтмен, и Робин.

Одним из условий нашей встречи здесь было то, что мы выключим камеры, так что… вот так. Теперь только мой голос, без картинки, но вы все еще с нами. Не переключайтесь, это по-прежнему «В центре внимания – Готэм». Я буду держать наших преданных зрителей в курсе так часто, как только смогу. С вами была Вики Вэйл, я веду прямой репортаж с самых окраин Аркхем-сити…

Ты записал это, Фил?

Фил?

Фил, куда ты делся?

13

– Батрачишь на Загадочника, да, Фрайс?

– Нет, вовсе нет. Это мой личный проект. Теперь, когда Джокер покинул эту бренную землю, фабрика целиком и полностью отошла мне. Просто поразительно, каких высот можно добиться при наличии должных инструментов и оборудования.

Усиленный электроникой голос Фриза одновременно доносился и из его костюма, и из установленных на шлеме динамиков, что производило на слушателей довольно жуткий эффект. Из морозного тумана за его спиной нарисовалась полудюжина бандитов, одетых в защитные костюмы с рисунками, повторяющими его уникальный стиль. В руках они держали винтовки, обоймы которых светились тем же бледно-голубым светом, который исходил от установленной на правой руке их босса замораживающей пушки.

– Загадочник предположил, что ты заглянешь, так что я предпринял кое-какие меры, чтобы удостовериться, что мои и его планы не пострадают от твоего вмешательства. – Мистер Фриз сделал шаг назад, его фигура снова окуталась туманом. – Прошу меня извинить. Работа ждет. Я почти закончил.

Тактически ситуация не была такой уж сложной. Бэтмен подозревал, что, чем бы тут ни занимался мистер Фриз, вряд ли его заботы были посвящены улучшению благосостояния жителей Готэма. Его подозрения вскоре подтвердились, когда все тот же особенный голос снова послышался из динамиков.

– А пока ты тут сражаешься за свою жизнь, немного развлеку тебя, – пообещал Фриз, – я сейчас в процессе сверхохлаждения природного газа, что хранится возле реки в складских резервуарах «Готэм Энерго». Когда я достигну желаемой температуры, я перезагружу защитную и распределительную системы, и этот сверхохлажденный газ поступит на электростанцию, где подвергнется воздействию нормальной температуры окружающей среды. Ты образованный человек, Бэтмен. Ты знаешь, что случится дальше.

Бэтмен знал. Сверхохлажденный газ, подвергшись воздействию более высокой температуры, сильно расширится. Силы этого расширения будет достаточно, чтобы повредить значительную часть газопровода, что приведет к большой утечке крайне нестабильного природного газа. И хватит лишь малейшего контакта с открытым пламенем, хватит даже искры от провода под напряжением, чтобы этот газ воспламенился и взорвался.

Весь складской комплекс, вместе с электростанцией, исчезнет в огненном шаре, достаточно мощном, чтобы сравнять с землей все постройки в радиусе нескольких сотен метров. Взрыв захватит жилые дома и как минимум один полицейский участок. Погибнут самое меньшее сотни людей, а Готэм останется без света до тех пор, пока энергию не смогут подвести откуда-нибудь еще.

– Твое молчание очень красноречиво, Бэтмен, – сказал мистер Фриз.

Туман начал рассеиваться, и Темный рыцарь увидел, что Фриз стоит на платформе, склонившись над сияющим сплетением клапанов и насосов.

– Охлаждающие вещества уже запущены. Жидкий азот весьма эффективен. Скоро газ достаточно охладится, чтобы его возвращение к нормальной температуре стало невозможным без весьма зрелищного взрыва. – Фриз быстро обернулся через плечо. – Сражайся хорошо, и ты проживешь достаточно долго, чтобы это увидеть. Джентльмены?

Бандиты Мистера Фриза вскинули свои пушки. «Шестеро», – подумал Бэтмен. Совсем как в хранилище в здании Торгового банка Готэма.

Еще одно эхо.

Помощники требовались, чтобы задержать Бэтмена на время, необходимое Фризу для завершения закачки жидкого азота в трубопровод. Скорее всего, он использовал существующие газопроводы, развернув поток газа, чтобы направить охлаждающие вещества вверх по трубам. Даже если взрывное расширение жидкого азота само по себе не разрушит трубопровод, обратный поток создаст избыточное давление в резервуарах, где хранится природный газ.

Закон Бойля доделает все остальное.

Однако у этого плана был один недостаток. В то время как любой другой человек мог и не знать, что нужно сделать, чтобы не допустить катастрофу, Бэтмен уже бывал на заводе «Эйс Кемикал»… и бывал здесь достаточно часто, чтобы хорошо изучить местность. Он знал, где находится магистральный газопровод, и видел все насосы и смесители в действии. Темный рыцарь знал, как остановить процесс.

Именно поэтому Фриз полагался на своих головорезов.

«Назовем это двумя недостатками».

Пора выкинуть что-нибудь неожиданное.

Бэтмен упал на колени, накрыл плащом голову и разбил метрах в двух перед собой дымовую шашку. Смешавшись с туманом, дым быстро заполонил округу, окутав всех бойцов мистера Фриза. Они открыли беспорядочный огонь во все стороны. Замораживающий луч угодил Бэтмену в плащ. Темный рыцарь расправил его во всю длину и выстрелил крюком в потолок над главным смесителем.

Бэтмен нажал на крючок и начал подниматься.

Быстрый щелчок по панели управления перчатки активировал передатчик.

– Комиссар Гордон, – произнес он. Распознающая голос программа тут же связалась с Гордоном.

Добравшись до потолка, Бэтмен уцепился ногами за угол, созданный в месте соединения стропил с поперечными балками, к которым крепилось освещение. Одной рукой Бэтмен прикрыл себя плащом, защищаясь от целой очереди выстрелов из замораживающих пушек. А второй снял с пояса два бэтаранга.

Удерживающий одну из перекладин болт треснул от холода, отчего балка рухнула вниз и ударила по крышке резервуара.

– Бэтмен, – откликнулся Гордон, – в чем дело?

– Скажите «Готэм Энерго» немедленно прекратить любые работы на складских терминалах возле реки.

Свисая с потолка вверх ногами, он отыскал взглядом распределительный клапан, через который охлажденный азот закачивался в трубы. Времени у него было в обрез. Бойцы Мистера Фриза уже рассредоточивались по территории, чтобы получше прицелиться, и с бэтарангами в одной руке он даже не мог поправить плащ, чтобы защитить себя от очередного выстрела.

– За каким чертом?

– Некогда объяснять, – ответил Бэтмен.

Он увернулся в сторону от очередного замораживающего луча, и вместо своей цели заряд угодил в лампу аварийного освещения. Осколки стекла посыпались на бетонный пол. Пятку обожгло такой болью, что ему стало сложно даже просто свисать с потолка вниз головой.

Пора действовать.

Бэтаранги сломали крепление на клапане сливного резервуара и пробили дыру в одной из распределительных трубок. Поскольку охлажденный азот и так ослабил стенки, труба лопнула.

Гордон выкрикивал вопросы.

– Просто сделайте как я говорю, комиссар, – рявкнул Бэтмен, – я буду на связи.

Как только жидкий азот смешался с воздухом комнатной температуры, он мигом испарился.

Со взрывом.

Шестиметровый участок трубопровода исчез во взрыве, во все стороны полетели обломки обледенелого металла. Вскрикнули пойманные взрывной волной прихвостни Фрайса, сам Мистер Фриз спрятался за пультом управления. Из лопнувшей трубы вытекало все больше и больше жидкого азота. По мере того, как тот испарялся, помещение заполнялось морозным туманом.

Теперь, когда подача азота была прервана, а труба подверглась воздействию воздуха комнатной температуры, оставшийся жидкий азот моментально испарится. Бэтмен надеялся, что это случится достаточно быстро, чтобы избежать переохлаждения газа в складских резервуарах «Готэм Энерго».

– Убейте его! – надрывались динамики Мистера Фриза.

Неожиданные решения принесли успех. Фриз думал, будто держит все под контролем, однако Бэтмен продемонстрировал, что на него эти правила не распространяются. Его противники мигом усомнились в собственных силах, даря ему дополнительное преимущество.

Именно так ему с Робином и требовалось поступить с Загадочником, однако возможность перевернуть правила игры все еще не подвернулась. Пока что Нигма разыгрывал свой гамбит безупречно, однако наступит момент, когда Динамический дуэт сможет разрушить столь тщательно культивируемую Загадочником веру в собственную неуязвимость. Правда, сперва Бэтмену необходимо вытащить Робина из этой комнаты смерти под сталелитейным заводом, а для этого ему был нужен Виктор Фрайс.

Взрыв развеял дымовую завесу, а это означало, что три оставшихся на ногах бойца Мистера Фриза снова увидели Бэтмена. Они начали стрелять, как только Темный рыцарь отцепился от балки и начал плавно планировать к платформе управления. Бэтмен уже почти добрался до цели и готовился к посадке, когда один из разрядов угодил в него и окутал ноги льдом. Вместо того, чтобы приземлиться на платформу рядом с Фризом и принять боевую стойку, Бэтмен рухнул на землю, прокатился по платформе и ударился об перила на дальней стороне. Он не мог встать, а Мистер Фриз уже целился в него из своей собственной замораживающей пушки.

Но Бэтмен все еще мог пользоваться верхней половиной тела. Он метнул бэтаранг, снаряд угодил Фризу в руку, и выстрел ушел в сторону. Пушка злодея заморозила несколько приборов на панели управления. Темный рыцарь ударил ногами по перилам, сшибая часть льда. Фриз выстрелил еще раз, и Бэтмен кое-как увернулся от этого заряда. Стальные перила треснули, как только замораживающий луч мгновенно понизил их температуру на две сотни градусов.

Бэтмен еще раз ударил по перилам ногами, и на этот раз оградка окончательно рассыпалась на части, а Темный рыцарь высвободил одну ногу. Оттолкнувшись от пола, Бэтмен метнулся к своему противнику и обхватил Фриза руками. От силы удара они оба повалились на пол. Оставшиеся бандиты что-то кричали и подбирались ближе. И все же стрелять они не решались, из-за опасений задеть не только Бэтмена, но и собственного босса.

Голос Фриза разнесся из динамиков.

– Стреляйте, кретины! Вы не сможете причинить вред мне.

Бэтмен знал, что если они с Фризом угодят на линию огня, то сам Темный рыцарь замерзнет основательно, а Фрайс даже ничего не заметит. Его защитный костюм был спроектирован чтобы справляться с экстремально низкими температурами. И все же одну вещь Бэтмен мог сделать, вдохновившись планом Фриза. Высвободив руку, Бэтмен достал взрывчатый гель и щедро размазал его по шлему Фрайса. Когда гель растекся по защитной маске, на лице его противника появилось выражение испуганного осознания.

Если в них угодит заряд, гель замерзнет, а что произойдет, когда он снова согреется? В точности та же самая вещь, что случилась бы с природным газом в складских резервуарах «Готэм Энерго». Может, взрыв бы Фриза и не убил, а вот воздействие окружающей температуры вполне могло бы.

Заряд заморозил их обоих на уровне пояса.

– Стойте! Не стреляйте! – крикнул Мистер Фриз, да так громко, что часть его динамиков перегрузилась и выплюнула электронный шум. Еще один заряд угодил ему в плечи и заднюю часть шлема прежде, чем прихвостни поняли смысл сказанного.

Бэтмен согнул вторую ногу, откалывая остатки ледяного покрытия. Пятка болела адски. Тогда он упер руки в плечи мистера Фриза и толкнул, вырываясь из хватки его морозильного костюма.

Прихвостни начали осторожно подниматься по лестнице, держа оружие наготове, но не стреляя.

– Давай поговорим, Виктор, – предложил Бэтмен, – ты расскажешь мне, чем тут занимался для Загадочника, и твоя система температурного контроля не пострадает.

– Назад! Опустите оружие! – приказал Мистер Фриз своим бойцам.

Они послушно отступили назад.

– Я делаю это ради Норы. Только ради Норы.

Виктор Фрайс покорно смотрел на него сквозь шлем, словно бы признавая поражение. Взрывчатый гель все еще был там, в качестве страховки. Прихвостни опустили оружие, хотя, судя по их виду, без удовольствия. Бэтмену не было до них дела.

– Ты собирался взорвать часть набережной ради Норы? Не смеши меня, – произнес Бэтмен, – и в твоей сделке с Загадочником был пунктик, о котором он тебе не сказал. Может, Нигма и предупредил тебя о моем визите, но он сам первым навел меня на твой след, если уж на то пошло. Загадочник убивает людей, которые помогли ему построить его комнаты смерти, а меня натравливает на тех, с кем он, по его мнению, не способен справиться сам.

– У нас с мистером Нигмой был уговор, – возразил Мистер Фриз, к которому вернулась часть его достоинства. – Разве мы с тобой в прошлом не работали ради взаимной выгоды для нас обоих? Это следует считать действительным прецедентом.

В этом было зерно истины. Мистер Фриз помог найти сыворотку, которая противостояла токсину, в конечном итоге погубившему Джокера. Однако, это не остановило его от нарушения их «соглашения», а Бэтмен был не в настроении возобновлять дипломатические отношения.

У него не было на это времени.

– «Конундрум Солюшенс» – это ваше с ним совместное изобретение, – произнес Бэтмен, – но что ты для него производил?

– Наш уговор основан на секретности, – плавно ответил Фриз, – ты-то должен это понимать, Бэтмен. Ты же сам был частью схожего соглашения в прошлом, неужели ожидаешь, что я нарушу свой контракт с мистером Нигмой?

Вместо ответа Темный рыцарь достал бэтаранг.

– Фриз, знаешь ли ты, что еще вызывает детонацию взрывчатого геля помимо резкого изменения температуры? – спросил он и, не дожидаясь ответа, объяснил сам. – Резкий удар.

– Нет! В этом нет необходимости, – быстро сказал Фриз. – В обмен на пользование этим местом мистер Нигма попросил меня усовершенствовать определенный тип батарей. Двух батарей, если быть точным.

– Для каких целей?

– Он хотел, чтобы те выполняли функции одновременно и источника энергии и взрывчатого вещества. Все батареи способны взрываться. Я продемонстрировал ему, как эти два типа батарей можно использовать вместе для создания управляемого взрыва.

– Зачем ему взрывающиеся батареи?

– Откуда мне знать? – вопросом на вопрос ответил Фриз. – И более того, зачем мне это знать? Вон в том ящике есть образцы. – он указал рукой направление.

– Пусть кто-нибудь из твоих людей принесет их сюда, – велел Бэтмен.

Фриз кивнул, и один из его прихвостней притащил два устройства. Одно из них, прямоугольный кирпич, напоминало батарею для ноутбука, только размером больше. Второе устройство тоже было прямоугольной формы, но на нем были терминалы, более привычные для стандартных девятивольтовых батарей, используемых в небольших электронных приборах. Это устройство также было больше обычного размера. Ни на одном из них не было отметок производителя.

– Я обнаружил способ создать цепную реакцию при использовании связи между литий-ионным и свинцово-кислотным аккумуляторами. Перегрузка одного приводит к избытку тепла. Перегрузка второго ведет к выделению водорода и кислорода.

Избыток тепла в ограниченном пространстве в комплекте со свободными водородом и кислородом практически неминуемо ведет ко взрыву, особенно если тот, кто контролирует весь процесс, добавит в уравнение искру или пламя.

– Ты меня разочаровываешь, Фрайс, – пробормотал Бэтмен, – я-то думал, что ты лучше, чем среднестатистические злодеи, а ты на самом деле всего лишь наемный производитель оружия.

– Не тебе меня судить, Бэтмен, – ответил Фриз со все тем же бесстрастным выражением лица. – Мне нужно брать в расчет Нору.

Бэтмен огляделся по сторонам.

– Что-то я ее не вижу.

– И не увидишь, – пообещал Фрайс, – она в безопасности… до тех пор, пока мое соглашение с мистером Нигмой остается в силе.

– Возможно, ты захочешь пересмотреть условия этой сделки, – предположил Бэтмен, – как я и сказал, Загадочник избавляется от людей, с которыми он работал над своим проектом под сталелитейным заводом. Нигма привел меня к Убийце Кроку. Теперь он привел меня к тебе. Возможно, ты присягнул на верность не тому человеку.

– Я могу полагаться только на свою собственную интуицию, Бэтмен, – Фриз расправил плечи и заговорил рассудительным и гордым тоном, – мои собственные мотивы. У тебя есть свои причины делать то, что ты делаешь, у меня – свои.

– Не сравнивай меня с собой, Фриз, – произнес Бэтмен, – Нора находится в трагическом положении, и я ей сочувствую, но ты мог бы проводить свои исследования, не марая при этом руки в грязи.

– А ты мог бы снять маску и раскрыть свою истинную личность всему Готэму, и все же ты этого не делаешь. Тебе нравится быть пугающим незнакомцем, Темным рыцарем, вселяющим ужас в сердца других. Ты едва ли в положении судить меня.

– Занимайся своими сеансами психоанализа с кем-нибудь другим, Фриз, – часики тикали. – Что произошло после того, как ты разработал эти батареи для Загадочника?

– Я отправил ему чертежи и приступил к своему собственному проекту. Эх, Бэтмен, если бы ты только знал, какое потрясающее шоу могло бы получиться. Огонь, рожденный из холода. Если бы ты только занимался своими делами…

– Это и есть мое дело, Виктор – вставлять палки в колеса твоим начинаниям, – сказал Бэтмен, – а теперь ты проведешь мне урок химии. Быстро.

Несколько минут спустя Бэтмен уже быстро двигался в обратном направлении. За его спиной Мистер Фриз вместе со своими людьми были надежно привязаны электрическими кабелями, которые Темный рыцарь вырвал из консоли, к платформе управления. Он связался с комиссаром Гордоном, чтобы узнать, как продвигается расследование сегодняшних убийств.

– Твой друг Оракул – это просто нечто, – заявил Гордон, – он обнаружил связь, которую мы не заметили.

– Да, он очень хорош, – согласился Бэтмен, не поправляя комиссара. То, чего не знал Гордон, Барбаре не повредит. – Что он нашел?

– Компанию под названием «Конундрум Солюшенс», – сообщил Гордон, – все жертвы недавно совершили множество звонков на номер, который можно отследить до этой компании. И все звонки были сделаны в течение нескольких дней на прошлой неделе.

– Еще одна зацепка, – произнес Бэтмен.

– И весьма серьезная, – заметил Гордон, – мы работаем со всеми крупными сотовыми операторами, чтобы выяснить, кто еще общался с «Конундрум» в заданный временной промежуток. Пока что нам удалось узнать еще два номера, и прямо сейчас мы пытаемся определить местонахождение их владельцев. Нужно их предупредить.

– Да, и очень быстро, – согласился Бэтмен, – комиссар, когда вы установите, кто эти люди, задержите их для допроса, но не говорите, почему. Мы еще слишком многого не знаем об этом следе из хлебных крошек. Эти люди могут пролить на ситуацию немного света, особенно если нам удастся сохранить им жизнь.

– Понял тебя, – ответил Гордон, – «Готэм Энерго» интересуется, когда они могут включить подачу электроэнергии.

Позади Бэтмена жидкий азот по-прежнему испарялся из сломанной трубы, но теперь уже гораздо медленнее, завитки пара лениво скользили по полу. Автоматические заслонки закрыли все циркулирующие системы и трубки подачи, ведущие за территорию фабрики, это означало, что энергетическая компания сможет выровнять давление в трубах без угрозы катастрофы.

– Все уже должно быть в полном порядке, – сказал он, а затем добавил. – И пришлите наряд полиции в здание «Эйс Кемикал». Мистера Фриза нужно подвезти до камеры.

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ

Возле Вест-Ривер предотвращена химическая катастрофа

Редакция «Глоуб»

ГОТЭМ: Огромный взрыв и возгорание предотвращены в районе набережной Вест-Ривер. Действуя по анонимной наводке, департамент полиции Готэма и «Готэм Энерго» приостановили все операции в прибрежных складских резервуарах, где хранятся все городские запасы природного газа и коммунальное топливо.

Результатом этих действий стало немедленное отключение электричества.

«Готэм Энерго» по-прежнему изучает причины происшествия, но их основной заботой остается попытка неизвестных личностей повредить трубопроводы, проложенные под Вест-Ривер и ведущие в прибрежную электростанцию. По словам представителя компании, предварительные отчеты показывают, что кто-то попытался заморозить трубопровод с помощью сверхохлажденных химикатов, подвергнув таким образом трубы угрозе образования трещин и разрывов. Возникшие в результате таких разрывов утечки могли привести к катастрофическим последствиям, например, к цепной реакции, которая в свою очередь повлекла бы за собой взрыв всех городских запасов газа.

В официальном заявлении представитель «Готэм Энерго» сообщил: «Это прекрасный пример того, как экстренные меры спасают ситуацию и жизни. Взрыв подобных масштабов мог сравнять с землей значительную часть прибрежных районов и вызвать пожары, охватившие несколько кварталов со всех сторон. Число жертв, скорее всего, исчислялось бы тысячами». Стоит добавить, что в случае катастрофы большая часть Готэма осталась бы без электричества на несколько дней, которые понадобились бы, чтобы проложить новые энергосети в обход уничтоженных трансформаторов.

Виктор Фрайс, более известный как Мистер Фриз, был задержан на территории завода «Эйс Кемикал» и в настоящий момент переводится в тюрьму «Блэкгейт», где будет ожидать обвинения. Перед его задержанием на территории фабрики были слышны несколько взрывов. Возле предположительно заброшенного завода были замечены фургоны полиции и машины экстренных служб. Пожелавший остаться неназванным источник в рядах полиции Готэма заявил, что в операции был замешан Бэтмен, и что именно его действия предотвратили катастрофу. Фрайс прекрасно известен как человек, ищущий лекарство от изнурительных проблем со здоровьем его жены Норы, хотя мы и не знаем, сыграло ли это обстоятельство какую-либо роль в данном происшествии.

Одна из сегодняшних жертв, Брайан Айзексон, по всей видимости был строителем и инженером-подрядчиком, чья компания приблизительно десять лет назад выиграла тендер на перестройку и реновацию комплекса «Эйс Кемикал». Пока еще неясно, есть ли какая-то связь между Айзексоном или его компанией и сегодняшними событиями.

Анонимный источник в рядах полиции Готэма сообщил, что Бэтмен оказался на территории завода «Эйс Кемикал» благодаря наличию «какого-то подобия контакта с Загадочником». Источник оказался не способен как-то подробно охарактеризовать контакт или добавить какие-то дополнительные детали. Эта связь, какой бы теоретической она ни казалась, добавляет достоверности другим потенциальным связям между недавним возвращением в строй Бэтмена и возможными преступными заговорами.

Человек, якобы назвавший себя Загадочником, также известным под именами Эдвард Нэштон и Эдвард Нигма, некоторое время назад позвонил в программу «Отведи их к Траску» на радио «Глоуб», но его личность так и осталась неподтвержденной, и, похоже, звонивший упомянул Бэтмена только в контексте данной в эфире головоломки.

14

Робин отжимался, чтобы согреться, когда в наушнике раздался громкий голос Бэтмена:

– У меня есть твой ответ. Наверное.

– Выкладывай.

– Ты сказал, что в комнате два скопления сфер, верно?

– Все так.

– Каждая из них демонстрирует базовую химическую реакцию определенного вида батареи. Я объясню подробности позже, прямо сейчас мне нужно вытащить тебя оттуда.

– Этим и займемся, – сказал Робин, – Я… эм, давай остановимся на том, что я уже довольно долгое время не чувствую ног. А еще начал напевать под нос, чтобы составить с’бе компанию. Я…

– Робин! Сконцентрируйся!

Тим надулся.

– Побудь сконцентрированным, если попадаешь в комнату, в которой на двадцать градусов холоднее.

– А я и не говорю, что это легко, – ответил Бэтмен, – я говорю, что это нужно сделать. А теперь послушай меня. Одно из этих скоплений отражает реакцию литий-ионной батареи, а второе – свинцово-кислотной. Проблема в том, что Загадочник нанял Мистера Фриза спроектировать батареи, которые можно использовать как взрывчатку. Это возможно благодаря взаимодействию между теплом, выделяемым в ходе литий-ионной реакции, и свободного водорода и кислорода, высвобождаемых в результате нагрева свинцово-кислотной батареи.

Робин попытался осмыслить все вышесказанное, но потерял нить размышлений.

– Ладушки, – сказал он.

– Ты меня понял? – с нажимом повторил Бэтмен. – Если ты решишь эту головоломку неправильно, я не удивлюсь тому, что вся комната взлетит на воздух.

– Если я не приступлю к этому сейчас, то вскоре уже р’к п’днять не смогу.

– Робин, ты слова проглатываешь.

– Ой-ей, – ответил Робин. – Холодно. Губы замерзли. С какой… с чего мне начать?

– Если ты начнешь со свинцово-кислотной, то комната вскоре заполнится свободными водородом и кислородом. Не очень хорошая идея. Литий-ионная батарея начнет выделять избыточное тепло в ходе процесса, который называется «тепловой разгон». Именно этого и хотел Загадочник добиться от Мистера Фриза, и мы можем предположить, что чего-то подобного от нас ждут и здесь. Сперва займись литий-ионной батареей, после переключись на свинцово-кислотную. Затем…

– Затем будем надеяться, что дверь откроется прежде, чем все здесь взлетит на воздух.

– Именно.

– Зв’чит как отличный план.

– Время имеет первостепенное значение. Сперва тебе нужно определить, какое скопление обозначает свинцово-кислотную реакцию, а какое – литий-ионную, – сказал Бэтмен.

– Ион не особо специфичен, – сказал Робин, – на чем там работает литий-ионная батарея? Каков состав?

– В тех батареях, что Загадочник дал Мистеру Фризу, это оксид лития-кобальта.

– Оксид лития-кобальта, – повторил Робин, – это LiCoO_2. Четыре атома, верно?

– Верно, но это положительный электрод. Отрицательным скорее всего будет графит.

– Это просто углерод.

– Это особое расположение шести атомов углерода.

– Хорошо, хорошо. Получается, что литий-ионное уравнение должно состоять из десяти сфер. Нет, девяти, п’му что на одной сфере нарисована цифра 2, что означает два одинаковых атома. Понял. Одна сторона должна состоять из шести атомов углерода.

– Расставленных в форме гексагона.

– Точно, – Робин глянул наверх и принялся переставлять сферы в правильном порядке. Цепи гремели вдоль направляющих, и с потолка посыпалась мелкая черная пыль. Тим не смог удержаться и рассмеялся.

– Что смешного?

– Маленькое поощрение от Загадочника. Он смазал направляющие графитом, – Робин развесил шесть сфер в гексагональной форме. Затем он принялся за оставшиеся три. – На что похож оксид лития-кобальта?

– А вот это посложнее. В батарейках литий кладется между слоями оксида кобальта. Так что тебе понадобится треугольник, и…

– У меня осталось всего три сферы.

– Ты можешь развесить их таким образом, чтобы отделить литий от кобальта и кислорода?

Робин взглянул на направляющие.

– Наверное.

– Тогда сделай так.

Он сделал. Сферы начали светиться.

– Что-то пр’сходит, – произнес Робин, – сферы… ауч. Они нагреваются. – Это одновременно и радовало, и пугало.

– Тепловой разгон, – ответил Бэтмен, – все, как мы и предсказывали. Теперь переходи к свинцово-кислотному соединению, но будь готов бежать.

– А что, если я побегу, но дверь не откроется?

Бэтмен задумался.

– Как много дверей было в той комнате, через которую ты сюда попал?

– Семь.

– Сколько ты уже прошел?

Сферы отдавали столько тепла, что комната начала заполняться туманом, и Робин уже не мог стоять рядом. Жара растопила его замерзшую кожу, и проснувшиеся в его пальцах, ногах и ушах нервы вопили от боли.

– Три, – ответил он, – если выберусь отсюда, то четыре.

– Таким образом, остается как минимум одна загадка, а скорее всего две, – произнес Бэтмен, – Загадочник не будет жульничать со своими собственными ребусами. По крайней мере, на столь раннем этапе.

– Ты слишком сильно на него полагаешься, – заметил Робин.

– Если у тебя есть идеи получше, я слушаю.

Комната стала напоминать сауну. Если он задержится здесь еще немного, то вместо переохлаждения ему начнет грозить тепловой удар. Так что Робин направился к другому скоплению сфер.

– Каково строение кислотно-свинцовой реакции?

– Оксид свинца и свинец расположены отдельно и оба взаимодействуют с серной кислотой. Вокруг двигаются ионы, и в результате по обеим сторонам образуется сульфат свинца, а посередине – вода. В процессе зарядки сульфат свинца разрушается, а серная кислота восстанавливается, но перегрузка разрушает различные химические связи и вызывает выделение водорода и кислорода.

– Оксид свинца, – произнес Робин, – Pb_3O_4. Две сферы, на одной из них написано «2». Хорошо. Понял.

– Затем, на другом конце, одинокий атом свинца. А посреди – серная кислота и вода.

– H_2SO_4 и H_2O, понял. Повиси на трубке. – Робин нашел направляющую, которая уходила несколько дальше остальных. Он взял сферу и повесил ее на дальнем конце направляющей. Это был одинокий атом свинца. Затем Тим направился в противоположный конец экспозиции и нашел там сферу с цифрой «2» на корпусе. Робин увел ее из центра конструкции, а затем повесил рядом с ней ничем не помеченную сферу. – Так, свинец и оксид свинца на местах.

Комната нагрелась уже так сильно, что Робин буквально пропитался собственным потом. Всякий раз, как он приближался к источнику тепла в центре комнаты, жар начинал обжигать.

– Ты уверен, что мы делаем все в правильном порядке? – спросил Робин, вытирая пот с глаз. Влага собиралась в прорезях на маске.

– Твои предположения ничем не хуже моих, – ответил Бэтмен, – когда развесишь серную кислоту в нужном порядке, лучше беги.

Робин встал в центре свинцово-кислотного уравнения. У него осталось шесть сфер. На четырех из них красовалась цифра «2».

«Вот, черт».

– Есть проблемка, – произнес он, – мне нужны четыре сферы для H_2SO_4, но у меня их шесть. Как только я выделю серную кислоту, у меня останется одна непомеченная сфера, и одна с двойкой на корпусе.

– Вода, – ответил Бэтмен. – Загадочника нельзя обвинить в отсутствии педантичности.

– Очень смешно, – заметил Робин. – Хорошо. Вода. Тогда я сначала соединю эти шары. Затем соберу вместе серную кислоту, потому что, по твоим словам, именно она является катализатором реакции, верно?

– Полагаю, что так, – ответил Бэтмен, – но что бы ты ни собрал сначала, вторую формулу нужно сделать очень быстро.

– Понял, – произнес Робин.

В комнате стало так жарко, что в воздухе стали заметны конвекционные течения. Направляющие и потолок расплывались в воздухе. Робин оттащил две сферы чуть в сторону в направлении оксида свинца. Затем начал собирать оставшиеся четыре шара.

– Водород, – сказал он. Когда сфера заняла свое место, с потолка просыпался небольшой графитовый душ. – Сера, – продолжил он. Еще один звяк. – Было бы неплохо, если бы дверь открылась. Ну, хорошо…

– Первая сфера кислорода.

Звяк.

Пол начал жечь его ноги сквозь подошвы ботинок.

– Вторая сфера кислорода, – продолжил он, ставя последний шар на место.

Внезапно вниз по цепям с потолка хлынуло электричество – оно шипело, скакало с цепи на цепь, а поскольку Робин все еще касался их руками, заряд ударил его в грудь, сбивая с ног. Оглушенный, Тим повалился на пол, но тот обжег его, и он, закутавшись в плащ, покатился в направлении двери. Плащ дымился в тех местах, где касался пола.

Час назад он умирал от переохлаждения. Теперь поджаривался заживо. Электричество продолжало танцевать на цепях. Сферы в свинцово-кислотном уравнении начали нагреваться… и примерно через десять секунд после того, как Робин сложил шары в нужной комбинации, все семь сфер разлетелись вдребезги.

И в этот момент дверь распахнулась.

Робин бежал как угорелый. Открывшийся за дверью коридор шел строго по прямой и слегка в горку. Впереди виднелась развилка.

Теперь бы успеть до нее добраться.

Позади послышался резкий треск, а спустя секунду раздался оглушительный взрыв. Вместе со звуком его догнала и ударная волна. Робин как раз достиг развилки и метнулся в правый туннель. Закутавшись в плащ, он нырнул в боковую комнату, и в этот самый миг по главному коридору прокатилась пылающая стена огня. Жара была невыносимой. Робин упал на пол и принялся кататься по нему, сбивая все лепестки пламени, вспыхнувшие на его плаще.

Огонь угас, и Тим остановился. Тяжело дыша и вдыхая дым, в том числе от его опаленного костюма и плаща, он уселся и, прислонившись к стене, выглянул в главный коридор. По всей длине в нем догорали обломки и куски мусора. Если бы Робин остался в коридоре, и его накрыло стеной огня, то Тима бы уже не было среди живых.

Сколько еще он сможет выдержать?

Робин выбросил эту мысль из головы. Сомнения убьют его еще надежнее головоломок Загадочника. Включив передатчик, он связался с Бэтменом.

– Я вышел, – сказал он, – и заодно согрелся… или, полагаю, мне следует сказать, что я обуглился снаружи и промерз внутри. Баланс моего организма серьезно расшатан.

– Альфред приготовит тебе чаю, когда ты доберешься до дома, – пообещал Бэтмен. – Что дальше?

– Вернусь обратно к шахматной доске, – ответил Робин, – по крайней мере, я так думаю. Дам тебе знать.

На самом деле, он был не уверен, куда свернуть на развилке. Судя по всему, боковой туннель обрывался тупиком, но главный проход все еще был усеян горящими обломками. Если верить звукам, впереди, за перекрестком, по-прежнему бушевал огонь.

Робин прошел по боковому коридору так далеко, как только смог, и быстро осознал, что свернул не туда. Понизу стелился густой дым, а выходом тут и не пахло. Юноша вернулся к развилке, повернул направо, подальше от источника взрыва… и обнаружил, что Загадочник оставил ему еще одно послание.

За перекрестком коридор выходил в комнату, в центре которой стояла деревянная фигура в форме вопросительного знака. Возникший в результате взрыва пожар поджег ее, и знак вопроса ярко пылал, освещая все помещение. В его дальнем конце обнаружилась лестница.

– Ну, хорошо, – произнес Робин, – вынужден признать, это довольно хитро.

Он не знал, слышит ли его Загадочник или нет, но польстить эго мегаломана никогда не повредит. Частенько лучшего способа справиться с Нигмой или заставить его проявить слабость и не найти было. И это действительно было довольно хитро, установить тут возгораемую структуру, которую подожжет взрыв.

Это давало новое значение термину «горящий вопрос».

Загадочник ни за что не озаботился бы установкой этой скульптуры, если бы не рассчитывал, что ее кто-нибудь увидит. Это взбодрило Тима. Нигма по-прежнему расставлял загадки в расчете на то, что Робин их переживет.

«Полагаю, поглаживание эго работает в обе стороны, – подумал Робин, – но мне все еще остались двери пять и семь». И дверь номер семь вела наружу. Если закономерность продолжится, он вернется на шахматную доску через дверь номер четыре, найдет новый ребус за дверью номер пять и… если предположить, что он проживет достаточно долго… вернется обратно через дверь номер шесть. Получается, семь было… чем? Счастливым числом? Для кого?

Может, в этом и заключался горящий вопрос?

Сильный ветерок дул вниз по лестнице откуда-то из другого места, разгоняя дым по сторонам и предлагая моментальное облегчение. Робин поднялся по ступенькам и прошел по короткому коридору, поворачивающему на десять часов. Этот поворот приведет его…

И в самом деле. Тим подошел к двери, открыл и обнаружил, что «фигуры» снова поменяли положение. Просто чтобы удостовериться, что ничего не упустил, Робин прогнал в голове возможности коня и слона, пусть даже он уже использовал их. Слон сразу отпадал, потому что юноша находился на черной клетке, а к двери номер пять вела белая. И он ни за что не добрался бы до пятой двери за четыре хода конем, не приземлившись при этом на одной клетке с «фигурой».

Оставалась ладья. Отсутствие четвертого варианта теперь беспокоило Робина гораздо больше – ребус за седьмой дверью становился все более и более мозголомным. Однако прямо сейчас он ничего не мог с этим поделать, поэтому и смысла переживать из-за этого никакого не было.

Сперва нужно было выйти из двери номер шесть. Так что он прошел четыре клетки, повернул направо и промаршировал прямиком к двери номер пять.

Два хода ладьей.

Нет смысла откладывать неизбежное.

Как и сказал Бэтмен, часики тикали. Так что Робин открыл дверь и вошел внутрь.

RyderReport.com

Опубликовано JKB

Среда, 13:55

Тик-так, тик-так…

Если только Бэтмен не поймал снайпера, терроризирующего улицы Готэма, четвертое убийство случится через пять минут после того, как эта будет опубликована… а не в тот момент, когда я пишу эти слова. Ребята, вы же знаете, как это работает, правильно? Ничего не происходит в режиме реального времени.

Мы слышали очень много спекуляций касательно личности снайпера. Дозвонившийся на передачу Дуэйна Траска человек утверждал, что слышал, как Бэтмен поминал имя Дэдшота. По крайней мере, так все произошло по словам Дуэйна. Наверняка мы этого не знаем, потому что не слушаем его шоу.

Насколько нам известно, это шоу вообще никто не слушает.

Как вы можете помнить, Дэдшот учинил настоящую резню, тайком пробравшись в (да, глаза вас не обманывают) Аркхем-сити. Он как раз собирался разобраться с нашим приятелем Джеком Райдером, когда в дело вмешался Бэтмен, и это был единственный хороший поступок, совершенный Темным рыцарем в жизни. Хотя, насколько нам всем известно, Джек вполне мог бы справиться с Дэдшотом самостоятельно.

В любом случае, мы вспомнили об этом потому, что если Дэдшот решил учинить очередную резню, это становится очень похоже на… ну, вы знаете, когда музыкальная группа проводит на одно турне больше необходимого? Да. Именно это. О, и Дуэйн утверждает, что ему там позвонил сам Загадочник. Определенно, этот парень превращается в телефон доверия для неуравновешенных злодеев. Отличный карьерный рост, Дуэйн! Разве что звонок Загадочника был приколом, и в таком случае, «Уа, уа, уа», Дуэйн!

Тик-так, тик-так.

Время бежит для всех. Дэдшот может отправиться в турне в поддержку своих «величайших хитов», но для нас это все та же старая мелодия. Наш город снова оказался под ударом кучки безумцев, и мы рассчитываем, что еще один безумец защитит нас. Не удивительно, что мы все сошли с ума.

Кстати, к слову о безумцах. Вики Вэйл, помните такую? Которая отчаянно пытается сделать себя частью очередного сюжета? Что ж, Вики убедила себя, что пообщалась с Загадочником, и, когда мы слышали о ней в последний раз, она направлялась прямиком под Аркхем-сити. Мы тут все за профессиональное соперничество, но надеемся, что с Вики ничего плохого не случится. Кто знает, может, она выберется оттуда с сюжетом, который мы не успели рассказать первыми.

Джек даст полный отчет обо всей ситуации с Аркхемом через час в передаче «Полдень в Готэме».

ОБНОВЛЕНО:

За мгновение до того, как я нажал «Опубликовать», пришло сообщение, что в Аркхем-сити произошел крупный подземный взрыв. Ничего конкретного, но, судя по всему, детонация случилась где-то под старым сталелитейным заводом. Новости противоречат друг другу, но все сходятся в том, что взрыв был приличным. Над всем Аркхем-сити виден дым, по всей видимости, идущий через решетки канализации. Убийце Кроку это определенно не понравится.

Не пропустите Джека в передаче «Полдень в Готэме», он предоставит информацию во всех деталях.

15

Как только Бэтмен закончил говорить с Робином, в ухе раздался сигнал сообщения от Оракула:

– В текущем обратном отсчете осталось пять минут.

На пути к бэтмобилю Бэтмен прокручивал в голове детали головоломки. По правде говоря, их было слишком мало. Первый фактор – комнаты смерти, каждая из которых тематически связана со злодеем, которого Загадочник привлек в качестве партнера. Второй фактор – убийства людей, которые, по всей видимости, предоставили технологическую экспертизу в вопросе конструирования ловушек. Третий фактор…

Галерея злодеев?

Старый сталелитейный завод?

Maravilla?

В этом-то и заключалась проблема. Не было никакого третьего фактора… а если и был, то он до безумия неуловимый. Комнаты смерти на что-то намекали. Должны были. В этом заключался образ мышления Загадочника, если пользоваться старыми, избитыми фразами. У Нигмы был какой-то великий, грандиозный план, но Бэтмен никак не мог уловить, в чем он заключается.

Загадочник протащил их с Робином через несколько локаций, в которых Динамический дуэт преследовал Джокера и его подопечных во время кульминационной развязки с «Протоколом 10». Эта часть, по крайней мере, казалась очевидной. Но почему? Как она была связана с эндшпилем, с его конечной целью?

«Возможно ли, что Джокер все еще жив?» Это бы объясняло преднамеренные отголоски минувших событий. Но это было немыслимо. Бэтмен видел тело Джокера. А Гордон наблюдал, как безумный клоун обращается в прах, который затем смыли в океан.

Джокер сгинул.

Разве что он задействовал маскировку или двойника…

«Нет, – подумал Бэтмен, – не в этот раз. Было слишком много доказательств». Они подтверждались любым мыслимым способом. «Тогда почему я все еще цепляюсь за вероятность того, что он каким-то образом выжил?» Бэтмен годами сражался с Джокером, оказывался на волосок от смерти больше раз, чем мог сосчитать. Он должен радоваться, что их смертельное противостояние подошло к концу, а вместо этого чувствует себя так, будто потерял близкого человека.

А может, так оно и было. Может, именно на это и намекали Альфред с Робином до прибытия посылки. Каким бы безумием это ни казалось, как бы ему не хотелось этого признавать, Бэтмен знал, что в каком-то извращенном смысле Джокер по-прежнему оставался частью его.

«Величие человека определяется его врагами». Они слишком долго определяли друг друга. Слишком большая часть идентичности Бэтмена, его истории, была завязана на, казалось бы, бесконечной битве с полной противоположностью Темного рыцаря. Бэтмен представлял порядок, Джокер – хаос, но все не ограничивалось только этим. Они были достойными соперниками. Их интеллект был сопоставим, и несмотря на все те ужасы, которые Бэтмену пришлось пережить за эти годы по вине клоуна, Джокер на самом деле принуждал Темного рыцаря становиться лучше.

Если Джокер действительно сгинул, значит ли это, что лучшие дни Бэтмена позади?

«Нет, никакого „если“, – подумал он, – Джокер сгинул раз и навсегда, а я был Бэтменом до его появления, и я остаюсь Бэтменом и без него. Меня определяет Готэм, а не какие-то одержимые маньяки, что его населяют».

Со своего наблюдательного пункта возле «Эйс Кемикал» Бэтмен заметил, что по усыпанным обломками улицам пробирается пара полицейских машин, следом за которыми движется фургон спецназа, специально предназначенный для удержания Мистера Фриза. Первая машина поравнялась с бэтмобилем и остановилась, с пассажирского сидения вылез комиссар Гордон собственной персоной.

– Как там у них дела с тем пожаром? – спросил Гордон, глядя мимо Бэтмена на столб дыма, вздымающийся над Торговым банком Готэма, расположенным ниже по течению Вест-Ривер.

– Я не следил, – ответил Бэтмен, – слишком много других дел. – Он указал на здание завода. – Внутри вы найдете Мистера Фриза и шестерых его людей. Некоторым требуется медицинская помощь.

– Мы ими займемся, – пообещал Гордон.

– Что вы выяснили о других телефонных номерах, связанных с «Конундрум Солюшенс»?

– Есть два номера. Первый принадлежит некоему Полу Оулетту, владельцу компании, поставляющей химические материалы. Мы спрятали его в надежном месте. Второй мы отследить не смогли. Это одноразовый мобильник, который, скорее всего, уже на дне реки. Мы пытаемся выяснить, кому еще могли звонить с того номера, но подобный поиск требует больше времени.

– Что за надежное место? – спросил Бэтмен.

– Мне не следует сообщать тебе такие сведения, – ответил Гордон, – ты…

Передатчик Бэтмена бипнул.

– Одна минута, – сообщила Оракул.

– Комиссар, куда бы вы ни отвезли Пьера Оулетта, Загадочник обязательно оставил кого-нибудь следить за ним. В этом можно не сомневаться. Он контролирует игровое поле с того самого момента, как его маленькая игра началась. Если вы не сообщите мне координаты вашего надежного места, у вас на руках появится еще один труп.

– На моих руках? – огрызнулся Гордон. – Они не по мою душу пришли, Бэтмен. Они пришли по твою душу.

Правда. Загадочник и ему подобные не тратили время на планирование схем, направленных против офицеров полиции. Для них обычный коп был в лучшем случае разменной монетой, побочным ущербом.

– Сорок пять секунд.

– Справедливо, – согласился Бэтмен, – но, если вы скроете от меня эту информацию, я не смогу сделать ничего, чтобы защитить Оулетта.

– А что, если ты ошибаешься? – возразил Гордон. – Или же его целью будет владелец другого номера?

– Учитывая, как долго эта схема работает, – сказал Бэтмен, – Загадочник управляет каждым нашим шагом. Он заставил всех из нас покорно следовать заранее установленной схеме, и мы не сделали ничего, чтобы вырваться из ее рамок. Он не хочет, чтобы я бегал по Готэму в поисках пропавшего человека – это не вписывается в его планы.

– Тридцать секунд.

Бэтмен видел, что Гордона терзают противоречивые эмоции. Комиссар хотел спасать жизни, хотел доверять Бэтмену, но еще Гордон должен был следовать регламенту, согласно которому он жил и дышал. Поэтому он обязан был продемонстрировать веру в способность своего собственного департамента уберечь жизни жителей Готэма.

– Вот наш шанс вырваться из установленной им схемы, заставить Загадочника утратить контроль, – настойчиво произнес Бэтмен, – если мы этого не сделаем, то и дальше будем танцевать под его дудочку.

– Пятнадцать секунд.

– Я не сообщу тебе координаты нашей конспиративной квартиры, – решительно заявил Гордон, – я не могу. Ты просто не сумеешь добраться туда вовремя. Ты не единственный следишь за обратным отсчетом.

– Тогда кто-то умрет.

– Я говорю тебе, ты не успеешь туда вовремя, – рявкнул Гордон. – Мы делаем все, что в наших силах. Ты гоняешься за психом в зеленом костюме, Робин бог-знает-где, а я занимаюсь наемным убийцей, вышедшим на улицы моего города. Ты разберись со своей частью проблемы, а я справлюсь со своей.

– Ноль, – произнесла Оракул.

– Ну хорошо, – сдался Бэтмен. Он ощущал слабость. Он догонял, он вечно догонял, а Загадочник и его прихвостни постоянно оставались на шаг впереди… а теперь погиб еще один человек. Им оставалось лишь ждать доклада.

– Комиссар! – крикнул один из офицеров, сидящих в ближайшей машине. Гордон повернулся. – Еще одно убийство. – Офицер прислушался к своему радио, затем повторил услышанное. – Это Тереза Грей.

Гордона, казалось, шокировала эта весть.

– Кто такая Тереза Грей? – спросил Бэтмен.

На лице комиссара показалась странная комбинация из стыда, гнева и печали.

– Она занимается получением и отправкой корреспонденции в центральном участке Готэма, – объяснил он, затем снял очки и потер переносицу. – Или занималась. Она… когда я говорил с тобой сегодня утром и сказал, что мой менеджер опрашивает сотрудников, это была она. Это была Тереза. Теперь мы знаем, как посылка Загадочника попала в участок, не так ли? – горько добавил он.

«Мы знаем кое-что еще, – подумал Бэтмен, – мы знаем, что у Загадочника есть час, чтобы спланировать, как ему добраться до Пьера Оулетта на вашей конспиративной квартире». Но он не стал произносить это вслух. Ему нужно дать Гордону несколько минут, чтобы тот смирился с потерей и мыслью, что Загадочник внедрился в ряды полиции Готэма.

«Она – хороший человек», – сказал Гордон этим утром. Таким образом, предательство получилось личным, а еще у комиссара убили коллегу. Гордону тяжело дастся этот удар… хотя у них нет времени горевать или предаваться самосомнениям.

У них есть один час. Один час для Загадочника, чтобы придумать новую схему, но в то же время и у Бэтмена был один час, чтобы разработать собственный план, чтобы обдумать всю внутреннюю кухню гамбита Загадочника и понять, как отдельные кусочки головоломки складываются в единую картину.

– Ты был прав, Бэтмен, – произнес Гордон, – эта смерть на моей совести. Я доверял ей.

– Нет, комиссар. Вы были правы. Это был владелец второго номера. Даже если бы я и добрался до укромного места, на этот раз целью был не Оулетт.

– Это означает, что он станет мишенью в следующий раз, – сказал Гордон.

Бэтмен кивнул.

– У нас есть час. Мне нужно кое-что сделать. Не сомневаюсь, что и вам тоже.

<щелк>

Говорит Вики Вэйл. Я в каком-то подобии лабиринта под Аркхем-сити. Здесь повсюду развешаны знаки вопроса, и я не шучу, они тут действительно везде. Словно Загадочник хочет, чтобы мы ни на секунду не забывали, кто заправляет шоу.

Фил пропал, и у меня нет другой камеры кроме как на телефоне. Ее я приберегу непосредственно для интервью с Загадочником. Я буду поворачивать камеру туда-сюда, и это будет выглядеть как передача «60 минут» или что-то в этом роде.

Разговариваю сама с собой, ла-ла-ла.

Сажаю батарею.

<щелк>

Говорит Вики Вэйл. Я добралась до места, где должна встретиться с Загадочником. Я спустилась на станцию метро, прошла по путям, затем свернула во что-то типа служебного туннеля. Ярко-зеленые знаки вопроса указали мне путь в какое-то подобие комнаты управления.

Здесь расставлены мониторы, показывающие различные помещения. На одном видно что-то, похожее на подземный резервуар для воды, на втором – шахматная комната, третье помещение похоже на… приемную? Столовую? Тогда где… я не могу понять, где это расположено.

Это же Робин. Это он. Он в одном из помещений.

Это что, Чудо-Город?

Надеюсь, Фил в порядке.

Думаю, это Чудо-Город. Означает ли это, что Загадочник скрывается там? Там находится мозговой центр всего его плана? А это что… он там что-то построил? Похоже на то.

Фотографии. Мне нужно сделать фотографии.

Глупый Фил.

<щелк>

Говорит Вики Вэйл. Я нахожусь в боковом туннеле, он идет вниз, и тут холодно. Предполагалось, что я встречусь с Загадочником в комнате управления, но я не могла там оставаться. Я услышала шум из коридора, и это явно не Загадочник. Судя по звукам… я не думаю, что этот шум издавал вообще человек.

Здесь живет Убийца Крок. Кто знает, какие еще монстры здесь скрываются? Может, Пингвин…

Шум… возможно, человеческий голос.

– Вики Вэйл. Кто вы?

– Я думала, что вы… как бы так выразиться? С Джокером?

Шум… возможно, человеческий голос.

– Минуточку, у меня тут встреча…

<щелк>

16

Пятая дверь вела в длинный изогнутый коридор, до самого конца освещенный уже знакомыми знаками вопроса. В конце, вместо лестницы или дверного проема, коридор начинал закручиваться по спирали, которая становилась все круче и уже, пока не превращалась в желоб.

Робин остановился в точке, в которой коридор сужался максимум до метра в ширину, а пол шел под таким углом, что герою приходилось прислоняться к стене, чтобы сохранить равновесие и не соскользнуть вниз. Он видел там свет, но не слышал никаких звуков. Уперевшись в обе стены, Робин склонился над желобом.

Там оказалась комната, залитая теплым светом. На полу лежал дорогой узорный ковер, под которым угадывалась полированная древесина. Наклонившись чуточку подальше, чтобы поменять угол обзора, Робин увидел зеркало, висящее на стене, украшенной обоями с геральдическими лилиями. После всего того засилья стали и бетона, что он наблюдал последние несколько часов, эта комната была настоящей усладой для глаз.

Заинтригованный, Робин опустился на пол коридора и позволил себе скатиться весь оставшийся путь. Приземлившись на ковре, Робин припал к полу. В тот же миг, как его ноги коснулись поверхности, рядом раздался какой-то звук. Вытащив посох, герой крутанулся вокруг своей оси на 360 градусов, готовый встретить любого противника, пусть даже Робин и не ожидал, что Загадочник так уж хочет посмотреть, как он дерется.

Взглянув наверх сквозь круглую дыру в потолке, Робин разглядел крутую спираль желоба. После его появления в комнате с желобом ничего не случилось, да и дыра не думала закрываться. Это говорило о том, что как только он справится с любым испытанием, что поджидало его в этой комнате, Робину придется найти способ забраться обратно.

Переключив внимание на комнату, Робин заметил, что звук доносился со стоящего в ее центре дубового стола, который, должно быть, сотрясся при его приземлении. У Робина появилось нехорошее предчувствие, словно он знает, что его ждет.

Стол был накрыт к чаю.

Из изящного чайника из китайского фарфора клубился пар. Недалеко лежала буханка свежего хлеба, три кусочка были уже отрезаны. Рядом, на сервировочной посуде лежал хлебный нож. Масленка с торчащим из нее ножом для масла находилась между чайником и тарелкой с хлебом, из-под которой был виден конверт.

Робин подошел к столу и оглядел его. Если не брать в расчет, что они находились глубоко под землей в комнате, вырезанной в скальной породе под Аркхем-сити, то в обстановке не было ничего бросающегося в глаза – типичный стол, накрытый для чаепития в викторианском стиле. На конверте была нарисована птица. Робин пригляделся повнимательнее.

Это была малиновка.

Конверт был из хорошей, плотной и текстурированной бумаги. Он был запечатан воском, на котором красовалась печать в виде вопросительного знака. Робин сломал эту печать и раскрыл лежащее внутри конверта письмо:

«Я бы не хотел, чтобы ты ослаб так скоро.

Ничто так не придает энергии и не прочищает мысли, как освежающий чай. Стряхни оковы холода (о, какой я глупый, ты, должно быть, уже согрелся!), перекуси, расслабься…

Но недолго.

Время прежде всего!»

Загадочник предлагает ему перекусить. «Как мило», – подумал Робин. Он мог только гадать, какие галлюциногены или токсины содержатся в еде. Однако, его мучила жажда… чаю Робин не хотел, но даже несмотря на то, что он чуть не утонул, он бы не отказался от глотка воды. Такое случается, когда вас едва не поджаривают живьем.

Теперь желоб, спиралью спускающийся в комнату, имел больше смысла – вероятно, он должен был навевать на мысли о кроличьей дыре. Но как бы ему ни хотелось, Робин не стал ни к чему прикасаться. Скорее всего, это было его первым испытанием в этой комнате. «Съешь меня, – гадал он, – выпей меня». Стоило ли? Должен ли он поесть и утолить жажду, прежде чем двинуться дальше? Что будет, если он выпьет чаю с булочкой? Как это связано с тем, чего Загадочник ожидает от Бэтмена на поверхности? Чайный сервиз казался очевидной отсылкой к «Алисе в Стране чудес», что, в свою очередь, служило явным намеком на личность еще одного члена преступной галереи Готэма, которого Загадочник привлек на свою сторону. Робин читал книгу – Бэтмен сделал знакомство с «Алисой» важной частью его обучения – но он не запоминал текст наизусть.

Он легко мог что-то упустить. Робин попытался вспомнить детали сюжета. Алиса увеличивалась в размерах в одной сцене, уменьшалась в другой… там был кролик с часами, а Красная королева рубила всем головы…

«Проклятье!» – Робин разочарованно тряхнул головой. Он не видел то, что должен был. Злясь на самого себя, Тим снова связался с Бэтменом.

– Я вошел в дверь номер пять, и если бы ты мог видеть эту комнату, то предположил бы, что я еще и во времени переместился, – произнес он, – полностью викторианская обстановка, вплоть до чайного сервиса и красивых обоев.

– Безумный Шляпник, – недолго думая, ответил Бэтмен.

– Точно, – согласился Робин, хотя пока и не видел никаких следов Шляпника. – Но это слишком легко, не находишь? Нам потребовалось приложить усилия, чтобы соединить все точки с Убийцей Кроком и Мистером Фризом. А эта ситуация кажется полным примитивом.

– Хорошее замечание. Что еще ты видишь? Встань лицом к одной из стен и начни описывать. Рассказывай мне все. Если придется отыскать Безумного Шляпника, мне понадобится что-то кроме нравоучительных цитат из книги.

– Хорошо, дай мне секунду, – Робин отвернулся от стола и уставился на заднюю стену. – Я вижу обои, зеленые королевские лилии на золотом фоне. Причудливый буфет с подсвечниками и пустой сервировочной миской. Это стена, ближайшая к желобу, по которому я сюда попал. На ней висит прямоугольное зеркало с золотым листом на раме. – Он шагнул в сторону. – Оно кривое, как в комнате смеха.

– Что-нибудь еще?

– Нет, поворачиваюсь дальше. Еще одна стена целиком обшита какой-то разновидностью темного дерева. Сантиметрах в двадцати от потолка рейка для картин, внизу плинтус. Обшивка похожа на сосну, если это имеет значение.

– Все имеет значение.

– На этой стене нет ни картин, ни каких-то украшений, разве что в углу стоит мягкий стул. Обшит темно-зеленой узорчатой тканью. – Робин пригляделся повнимательнее. – Забудь об этом. Это не просто узор, это соединенные вместе знаки вопроса. С этой стеной все.

– Повернись еще раз, – велел Бэтмен.

Робин повернулся, и теперь он смотрел мимо стола на дальнюю стену.

– Эта стена тоже украшена обоями. Тот же рисунок, королевские линии. Два канделябра с зажженными свечами. Картин нет. Здесь есть… как называются кушетки, у которых подлокотник только с одной стороны?

– Кресло-лежанка?

– Что-то типа того. Очень похоже. Кресло-лежанка. Оно похоже на стул в противоположном углу. В центре комнаты круглый стол-тумба, примерно полтора метра в диаметре. Шесть стульев. Белая скатерть, скорее всего лен? На столе стоит чайник с горячим чаем, на тарелке свежий хлеб, рядом масленка с маслом. На столе лежала записка для меня. – Робин зачитал текст Бэтмену и затем добавил. – На столе гораздо больше чашек, чем стульев.

– Это совпадает с историей, – заметил Бэтмен, – когда Алиса пила чай с Соней и всеми остальными, разве она не отметила, что стол накрыт на большее количество персон, чем присутствовало?

– Ты мне скажи, – ответил Робин, пусть даже это и казалось логичным. – Ты знаешь книгу лучше меня. – Он повернулся направо. – Последняя стена. Опять обои. Картина, на ней изображены гусеница и бабочка… реалистично, совсем не похоже на иллюстрации из книги. Что-то вроде дагеротипа семьи, на ней изображено пять человек, каждый одет в костюм, целиком украшенный знаками вопроса, прямо как Загадочник. И высокие напольные часы.

– Гусеница из Льюиса Кэрролла. Она курит кальян. Бабочка… в «Алисе в Стране чудес» была бабочка?

– Я не помню. Но гусеницы превращаются в бабочек. Может, это какая-то подсказка.

– Хм-м, – сказал Бэтмен, – какое время на часах?

– Четыре сорок четыре, – ответил Робин, – там на циферблате на месте шестерки выведено лого производителя. «Хролл Джем». И серийный номер.

– «Хролл Джем», – повторил Бэтмен, – и никаких «и компания» или каких-то других деловых идентификаторов?

– Нет, – ответил Робин, – это все.

– Ответ где-то там, – сказал Бэтмен, – я никогда не слышал фамилии Хролл, но торговцы драгоценными камнями и ювелиры нередко занимаются и производством часов. Ты видишь комнату. Как это все смотрится вместе? Если эта комната следует закономерности, установленной в остальных помещениях, твоей жизни через какие-то минуты начнет грозит опасность.

– Да, мне самому интересно, когда мы перейдем к этой части, – заметил Робин, – и как же мы используем эту информацию для поисков Безумного Шляпника?

– Льюис Кэрролл любил математические ребусы, – сказал Бэтмен и дальше стал что-то говорить о четверках и двенадцати, о том что четыре на четыре на четыре будет шестьдесят четыре, но Робина отвлекла упавшая с потолка бумажка. Тим подобрал ее. На листочке было написано два слова:

СЪЕШЬ МЕНЯ.

Затем часть пустой, обшитой деревом стены ушла в сторону со скрежетом, заставившим Робина замереть на месте и повернуться к источнику звука, по-прежнему сжимая в руках посох. За дверным проемом оказалась скрытая комната, достаточно большая, чтобы вместить толстое бревно, возле которого, положив на него голову, стояла на коленях блондинка. Робин не видел лица… а над ней возвышалась вторая женщина, одетая в легко узнаваемый костюм Красной королевы из «Алисы в Стране чудес».

– Привет!

«Нет».

Да. Это была Харли Квинн в костюме Красной королевы.

Ее обычный шутовской наряд был перешит в покрытый червами комбинезон… Вот разве что все сердца были изображены анатомически правильно, и весь костюм выглядел так, будто бы сочился настоящей кровью. «А вот и королева», – подумал Робин. Остался только король, разве что Загадочник собирался заставить шахматную доску пешками.

– Отрубить ей голову-у-у-у, – взвизгнула Харли, компенсируя громкостью недостаток глубины голоса.

Чтобы еще больше развить атмосферу угрозы, Харли откинула косички назад и задрала ногу в воздух, выглядя в точности как красотка с пинап-рисунков времен Второй мировой.

Женщина, приложившаяся головой к плахе, повернулась к Робину, и он узнал репортершу Вики Вэйл. Ее руки были связаны за спиной, и Харли опустила свою пятку на ноги Вики.

– Робин, – произнес Бэтмен, – кто это?

– Ты был прав. Это еще не все. Надо бежать, – ответил Робин, – свяжусь с тобой через пару минут.

Он оборвал связь.

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ

Полдень в Готэме с Джеком Райдером

Кабельная новостная сеть GNN

Радио готэма wgtu

<Джек Райдер появляется в студии под рок-н-рольную мелодию, напоминающую известную песню, но недостаточно на нее похожую для судебного иска.>

“Приве-е-е-е-ет, Готэм! С вами «Полдень в Готэме», и мы выкатим для вас историю, которая разворачивается сегодня по всему городу. Бэтмен вернулся!

<Раздются аплодисменты вперемешку с неодобрительным гулом. Райдер садится перед радиомикрофоном, стоящим напротив живой аудитории. Надевает наушники. Музыка затихает.>

Я что, слышу полярные мнения по поводу Бэтмена? Кажется, все так и есть. Слушайте, у меня и самого довольно смешанные чувства по поводу этого парня. Мы все знаем, что он круто вступился за меня несколько месяцев назад, когда Дэдшот держал меня на прицеле… или же нет? Чем больше я об этом думаю, тем больше мне начинает казаться, что Бэтмен сам же все и подстроил.

Вы знаете, у него есть для этого средства. Есть связи. Кто поручится, что он не сделает это, просто для того, чтобы самый могущественный голос в Готэме не оказался у него в долгу?

<В толпе раздаются удивленные возгласы и шепотки.>

Именно. К тому же… сами подумайте, с учетом всего, что творилось тогда в Аркхем-сити, с Джокером, Пингвином, Хьюго Стрейнджем и кто там еще ходит под солнцем, на свободе, пытаясь еще выше задрать список жертв, Бэтмен совершенно случайно оказывается в нужное время в нужном месте для того, чтобы помешать Дэдшоту убить меня.

<В толпе раздаются неодобрительные возгласы и гневные крики>

Об этом я и говорю. И это подводит нас к событиям сегодняшнего дня… потому что сегодня, друзья, Бэтмен вернулся в строй, и, только подумайте, несколько костюмированных психов, из ареста которых он вечно делает такое зрелищное шоу, тоже вернулись к делу. Если вы слушаете нас по радио, вы не увидите виртуальных кавычек, окаймляющих слово «ареста». Или же словосочетания «убить меня», упомянутое ранее. Вам всем следует прийти в студию и посмотреть мое шоу вживую!

Билеты совершенно бесплатны!

<Дикие восторженные возгласы.>

Каждый день, совершенно бесплатно! Кто первым пришел, того первым и обслужили! Вставайте в очередь пораньше, и вы узнаете обо всем, что происходит в городе напрямую из уст единственного человека, который не боится рассказывать все так, как происходит на самом деле.

И кто же этот человек?

<ДЖЕК РАЙДЕР!>

Вы все правильно поняли. И именно я вам скажу, что между комиссаром Гордоном и Бэтменом что-то происходит. Вы же не считаете простым совпадением то обстоятельство, что сразу после того, как Бэтмен нанес визит в центральный полицейский участок, в городе началась серия убийств? Не думаете? Вот и я так не считаю.

Они знают что-то, о чем нам не рассказывают. Из других источников, включающих мою коллегу Вики Вэйл, мы знаем, что Загадочник что-то задумал. Тогда почему комиссар Гордон не рассказывает правду жителям Готэма? Мы прямо здесь. Мы слушаем. Мы ждем, комиссар. Мы хотим знать, какого рода сделку вы заключили с Бэтменом, и почему этот город начинает погружаться в хаос всякий раз, как на его улицах раздается рев бэтмобиля.

Что делает Бэтмен, борется с преступностью, или приносит ее с собой? Пока он отсутствовал, у нас было время тишины и спокойствия. С тем же успехом мы можем утверждать, что вся эта история, вся карьера Бэтмена – это подстава, обман… прямо как та ситуация, в которой он «спас мне жизнь».

Мой сайт, «Доклад Райдера», вы можете следить за его обновлениями в соцсетях, ссылки на которые вы сейчас видите на экране, а если вы слушаете меня по радио, переходите на RyderReport точка com и следите там за всеми последними новостями. Хотите узнать, что новенького у Загадочника? Дэдшота? Мистера Фриза? У нас есть все, и мы также пристально следим за нашим героем в черном, за самим Бэтменом.

«Доклад Райдера» будет каждую минуту следить за развитием этой истории. Я могу делать всего одну передачу в день, но Интернет никогда не спит, в точности как и неустанная команда расследователей сайта «Доклад Райдера».

Мы скоро вернемся.

17

Когда Робин повесил трубку, Бэтмен услышал тихий щелчок. На заднем плане кричала женщина, и этот голос действовал на нервы словно тысяча ногтей, скребущих по школьной доске – это было похоже на Харли Квинн, а это вряд ли было хорошей новостью.

Бэтмен машинально начал снова набирать Робина, но остановился. Если Тим прервал звонок, значит, он считал, что ему нужно сфокусироваться. Повторный звонок не поможет Робину, зато легко может его убить. Бэтмен лучше потратит свое время, если выяснит, как найти Безумного Шляпника.

Четыре сорок четыре. Гусеница. Семейный портрет. Подсвечники. Бэтмен жонглировал различными предметами у себя в голове, надеясь, что они сложатся в узнаваемую закономерность того или иного рода. Но если закономерность и была, она продолжала ускользать от его понимания.

«Хролл Джем».

В драгоценных камнях не было ничего необычного – это отлично сочеталось с историей напольных часов, некоторые из которых производились такими компаниями как «Тиффани Энд Компани» и «Бэйли Бэнкс Энд Биддл». Но «Хролл»…

«Минуточку». Он искал Безумного Шляпника. Льюис Кэрролл создал этого персонажа, исходя из викторианского стереотипа, поскольку многие галантерейщики[4] заболевали или даже сходили с ума из-за химикатов, использовавшихся при производстве шляп. Основным виновником была ртуть в виде нитрата ртути, применявшегося для ускорения процесса валяния. Опасности применения ртути стали понятны еще в семнадцатом столетии, и выражение «Безумен словно шляпник» появилось не шибко позже.

На самом деле, американские шляпники пользовались ртутью до самой Второй мировой войны, когда та понадобилась для детонаторов. Основные симптомы включали в себя эмоциональную нестабильность, патологическую скромность и физические треморы. Из всего этого Безумный Шляпник Готэма больше всего специализировался на нестабильности. Бэтмен остановился, прежде чем ход его мыслей не увел слишком далеко от цели. Его разум порой уносило прочь, когда он был близок к интуитивному прозрению. И хотя он не стал рассказывать об этом Альфреду или Робину, в последнее время его разум уносило прочь без каких-либо видимых причин. Ртуть… химическое обозначение ртути в периодической таблице было Hg. Те же буквы, что в начале названия производителя часов – «Hroll Gem». Но что будет, если убрать буквы H и g? Что останется?

«ROLL EM.»

«Roll ’Em.» Казино.

Вот где Бэтмен найдет Безумного Шляпника.

Робин сделал два шага по направлению к Харли Квинн, прежде чем она остановила его, взмахнув топором с двойным лезвием – существенным отличием от кастомизированной бейсбольной биты, которую она обычно таскала при себе.

– Не спеши заходить, – сказала она, помахав пальцем свободной руки, – я могу перевозбудиться и уронить топор, и тогда, – она громко захихикала, – отрубить ей голову!

Робин остановился.

Вики Вэйл смотрела на него.

– Знаешь, – произнесла она, – я много на что шла ради эксклюзива, но впервые мне угрожают обез-главливанием.

Несмотря на серьезность ситуации, ее голос оставался твердым.

– Разве она не прелесть? – поинтересовалась Квинн. – Я собираюсь оттяпать ей голову, а она остается спокойной как удав. – Она наклонилась вперед, все еще держа в вытянутой руке топор и напоминая Робину, насколько она физически сильна. Об этом было легко позабыть, купившись на ее манеру общения, состоящую из флирта и шутовства. – Знаешь, Вики, а тебе не занимать отваги! Не удивительно, что ты не смогла устоять перед этой маленькой наводкой, что привела тебя в большой, плохой и страшный Аркхем-сити.

Квинн подняла взгляд на Робина.

– Положи свою зубочистку, – велела она, – она меня нервирует. Когда я нервничаю, у меня потеют руки, и тогда из них то и дело выскальзывают вещи наподобие топоров.

– Ты же в перчатках, – заметил Робин.

На какое-то мгновение ее маска треснула, и под ней он увидел холодную ярость. Но затем маска вернулась на свое место, и Харли Квинн снова смеялась и хохотала.

– Так буквально, – воскликнула она, – но мы с тобой не в буквальной комнате. Это безумная комната! Здесь может случиться что угодно.

– Тогда давай начнем сначала, – предложил Робин.

– Хорошо… привет! – Жизнерадостно воскликнула Харли, по-прежнему держа топор на месте. Затем она посерьезнела. – Знаю, знаю, не волнуйся… Ты думаешь, что я по-прежнему зла из-за того, что мой сладкий заболел… но это не твоя вина. Я знаю, что это сделал не ты. Это сделал Бэтмен. И поэтому-то ты и должен умереть.

– Что-то я тебя не понимаю, – ответил Робин, хотя он прекрасно понимал ход ее мыслей. Ему нужно было выиграть немного времени.

– Бэтмен отнял у меня моего Мистера Джея, – пояснила Квинн. – Мы собирались завести… с-с-семью. – Харли потребовалось мгновение, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. – Но теперь этому никогда не бывать. В точности как и ты никогда не выберешься отсюда живым, и вот тогда… вот тогда Бэтмен узнает, каково это, терять того, кого ты любишь.

– Он и так это знает, – ответил Робин.

Харли наклонила голову и ухмыльнулась.

– Расскажи мне еще.

– Нет.

Она надулась, а затем широко улыбнулась.

– О, это секрет? Я люблю секреты.

– Как и я, – включилась в разговор Вики. – Харли, скажи, а вы с Джокером были…

– Да, да, мы были, – Квинн всхлипнула. – Это должно было быть прекрасно. Мы собирались провести вместе целую вечность. Да, он временами бывал груб, типа того, но он никогда не хотел быть со мной грубым по-настоящему. Он любил меня. Ребенок, маленький, прыгающий комок счастья, вот что его успокоило бы. Затем мы стали бы Первой семьей Готэма… вот только… он заболел.

– Это ужасно, – сказала Вэйл. Она покосилась на Робина, и он слегка кивнул ей.

«Продолжай забалтывать ее».

Робин прислонил посох к столу и поднял руки вверх ладонями вперед.

– Видишь? – вслух спросил он. – Мы просто разговариваем.

– Нет, мы не просто разговариваем, – взвизгнула Квинн, – мы отрубаем людям головы, начиная с нее!

– Нам вовсе не нужно этого делать, – возразила Вэйл.

Робин был поражен ее спокойствием. Он опустил руки и заметил, как глаза журналистки проследили за его движением. «Хорошо». Он пошевелил пальцами правой руки. Взгляд Вики сфокусировался на нем.

– Харли, – произнес Робин настолько спокойно, насколько мог, – мы же в безумной комнате, верно? Так что мы можем делать безумные вещи.

– Ты все верно понял, – ответила Харли с кокетливой улыбкой, – мы сотворим здесь настоящее безумие.

Робин распрямил три пальца правой руки. Вэйл не сводила с них глаз. Он загнул один палец обратно.

– Если ты отрубишь ей голову, это будет настоящее безумие, правда? – спросил он.

– Настоящее безумие. Полнейшая дичь. Сумасбродство, – согласилась она.

Робин загнул второй палец. Вэйл, не шевелясь, следила за ним.

– Но что, если ты прямо сейчас сначала отрубишь голову себе, Харли? Более безумной вещи и придумать нельзя, – предложил он.

Харли замешкалась. Робин загнул последний палец.

Вэйл рванула в сторону от импровизированной плахи. С немыслимой скоростью Квинн опустила топор, на миллиметры разминувшись с головой журналистки и на десяток сантиметров вогнав лезвие в древесину. На бревне остался лежать приличный клок светлых волос Вики. Движение заставило Харли на одну критическую секунду потерять равновесие. Большего Робину и не требовалось. Он оттолкнулся ногами от пола и прыгнул на Квинн.

Харли пыталась высвободить лезвие топора, но оно слишком глубоко вгрызлось в дерево. Так что вместо этого Квинн подняла всю плаху и с диким визгом швырнула ее в Робина.

Тим едва успел вскинуть левую руку, чтобы заслониться от броска. От силы удара юношу отбросило в кресло. Рука от локтя до кончиков пальцев онемела.

Над его головой треснуло древко топора, не выдержавшее невероятного броска Квинн и столкновения с его рукой и плечом. Робин вскочил с кресла и рванул к своему посоху в тот же момент, как Харли, размахивая сломанным древком словно копьем, набросилась на него. Стоило Тиму обхватить пальцами посох, как ее удар прошел сквозь плащ и выбил юношу из равновесия. Он повалился на пол и крутанулся в сторону, выбивая сломанную рукоять топора из рук своей противницы.

Тем же плавным движением Робин подрубил лодыжки девушки ударом посоха. Харли повалилась на землю, и Тим мигом оказался над ней, пригвоздив шею Квинн к полу своим оружием и обхватив ее ноги своими.

За его спиной, в комнате казни, пыталась встать на ноги Вики Вэйл.

Пытаясь удержать Квинн на месте, Робин ударился ногой о бревно. Харли была сильна, но и Тим не назвал бы себя слабаком, поэтому когда он упер посох ей в шею и начал давить, Харли выкинула белый флаг.

– Ну, хорошо, красавчик, – сдавленным голосом произнесла она. – Ты взял меня за горло. Я сдаюсь. Ее тело расслабилось, но он лишь слегка ослабил давление на шею, чтобы Харли могла дышать и четко говорить. Робин продолжал прижимать ее ноги к полу.

– Говори, – приказал он. – Что за игра с нашей подругой-журналисткой?

– А, с ней? Мистер Вопросительный Знак чувствует себя немного забытым. Он придумал такой крутой план, и никто об этом не знает. Поэтому он подумал, что, ну, знаешь, немного пиара ему не повредит. Донесет до других новости о нем.

С руками, все еще связанными за спиной, Вэйл подошла к Робину.

– И как именно я должна была пропиарить его с отрубленной головой?

– Я же сказала тебе, это безумная комната, – захихикала Квинн. – К тому же, в таком случае ты бы стала настоящей «говорящей головой».

И после этого Харли так засмеялась, что смех превратился в кашель. Ее лицо под потекшим черно-белым гримом раскраснелось, а брызнувшие слезы заставили потечь макияж вокруг глаз.

Она выглядела гротескно.

Робин не стал ее выпускать. С тем же успехом Харли Квинн могла притворяться. Он лишь чуть отвернулся в сторону, чтобы она не кашляла ему прямо в лицо.

Большего Харли и не требовалось.

В следующий миг Робин уже лежал на спине, считая звезды, появившиеся после свидания его подбородка с локтем Харли. К тому моменту, как Тим поднялся на ноги, Квинн уже держала его собственный посох у горла Вики Вэйл.

– Не делай никаких резких движений, Чудо-мальчик, – сказала она, – я смогу прикончить эту неудавшуюся Лоис Лейн твоей зубочисткой с той же легкостью, что и своим топором.

– Серьезно? – спросила Вики. – Я спаслась с плахи, ты испортила мне прическу, и сейчас мы снова пройдем через все тоже самое?

Харли потрепала ее по щеке.

– Мы будем повторять это столько раз, сколько потребуется, пирожочек.

– Нам вовсе не нужно снова через это проходить, – возразил Робин. – Если хочешь убить меня – убей. Но ее смерть не даст тебе ничего, кроме еще одной метки на поясе или как ты там ведешь счет своим убийствам.

– Мне кажется, вполне достойная причина, – заявила Квинн, – но ты прав, умник. Мне не нужно ее убивать. Мистер Вопросительный Знак хочет, чтобы ты кое-что для него сделал. Если выполнишь его задание, я отпущу ее, и ты можешь идти своей дорогой.

– Что ему нужно?

– Помнишь тот кусочек бумажки, что отвлек тебя от чрезвычайно важной беседы с… с тем ублюдком, что убил моего сладкого? – Харли Квинн оглядела пол. – Вон он, вон там. Подними его.

Робин подчинился. Это был всего лишь кусок бумаги с напечатанными на нем словами «СЪЕШЬ МЕНЯ»».

– Делай как сказано, – приказала она.

Робин взглянул на стол. Он попытался понять, что задумал Загадочник. Хлеб явно мог быть отравлен. Это бы наверняка запустило еще один таймер. Пока токсин бы медленно убивал его, Бэтмен был вынужден в спешке искать противоядие. Это бы также соответствовало теме «Алисы в Стране чудес», поскольку главная героиня вечно пила и ела вещи, которые ее меняли.

По крайней мере, Робин не думал, что отрава убьет его на месте, но только потому, что он полагался на самообладание Загадочника. Неужели Нигма любил троицу и в третьей комнате смерти наконец собрался показать, что настроен решительно?

Вряд ли. Загадочник бы наверняка захотел, чтобы Бэтмен присутствовал на показе заключительного акта, и, хотя Вики Вэйл побежала бы отсюда прямиком в свою газету, унося с собой захватывающий дух эксклюзив, Эдварду Нигме этого будет недостаточно.

Настоящий финал им еще только предстоял.

– Хорошо, – сказал он, шагнул к столу, взял кусочек хлеба и потянулся к ножу для масла.

– Да нет же, кретин, – презрительно воскликнула Квинн, – Боже правый, как вы, идиоты, вообще умудряетесь раскрывать хоть какие-то преступления? Вы такие… аргх! Съешь бумажку! Съешь чертову бумажку!

– Съесть бумагу, – повторил Робин.

– Да! Именно это я и сказала, – продолжила она. – А ты не понял? Чай и хлеб здесь только для лицезрения. – Съешь. Бумажку!

– Хорошо, – сказал Робин.

Он порвал бумажку на кусочки, положил в рот и начал жевать. Бумага растворилась быстро – гораздо быстрее, чем следовало бы. Это напомнило Робину о съедобной рисовой бумаге, которую делали в Азии из сухого крахмала.

– Ну хорошо, я съел ее, – сказал он, продолжая жевать свою импровизированную закуску. – А теперь ты можешь сказать мне, что это такое было на самом деле? Отрава? Галлюциногенный наркотик?

– У тебя есть секреты, у меня есть секреты, – ответила она. – А знаешь, у кого еще есть секреты? У Загадочника! Он позволяет людям узнавать их постепенно, шаг за шагом, в полном соответствии с его планами… а затем, когда ты думаешь, что уже все понимаешь, знаешь, какую единственную вещь ты осознаешь на самом деле? Что ты сейчас умрешь. Ты знаешь, кто такой шут? – спросила она, наконец.

– Почему бы тебе не просветить меня?

– Старые шуты ездили вместе с королями и нашептывали ему в ухо, зачастую вещи типа «Ты всего лишь человек, ты рано или поздно умрешь». Шуты единственными могли разговаривать с королем так, словно он был простым человеком, простым смертным. Вот, что я тебе говорю, Мистер Робин, и я знаю, что ты передашь мои слова Бэтмену. Вы – простые смертные, и вы умрете. Вы ничем не отличаетесь от всех остальных. Это называется memento mori, напоминание о смерти, коим я и являюсь. Теперь, когда Мистера Джея не стало, я позабочусь, чтобы в скором времени сгинули и вы оба.

Харли просияла, и ее голос превратился в щебет.

– Хорошо? Отлично. А теперь прожевывай и глотай, иначе Загадочник…

– Почти закончил, – ответил Робин.

С трудом проглатывая остатки бумаги, или что это там было на самом деле, Робин задумался, что если в Готэме и были два человека, которым вообще не требовалось напоминать о смерти, то это были они с Бэтменом.

– Тогда я думаю, что мы тут закончили, – Харли убрала посох от шеи Вэйл и бросила его на пол. – Это моя речь. Тебе понравилось?

– Слыхал и лучше, – ответил Робин.

Харли надулась. А затем столь же быстро снова просияла.

– Черт побери, постой! Я забыла важную часть! – воскликнула Квинн.

И еще не закончив фразы, Харли достала откуда-то пистолет и выстрелила.

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ

Оператор передачи «В поле зрения – Готэм» найден мертвым

Редакция «Глоуб»

ГОТЭМ: Сотрудничающий с «Готэм Глоуб» фрилансер-оператор и редактор Филип Честер найден мертвым возле южного входа на станцию Боуэри в Аркхем-сити. Причина смерти пока не установлена, но несколько докладов с места преступления сообщают, что его тело было найдено разрубленным на несколько частей. Полиция Готэма рассматривает случившееся как убийство.

Честер работал над сюжетом вместе с репортером «В поле зрения – Готэм» Вики Вэйл, ее местонахождение в данный момент неизвестно. Детективы и офицеры полиции Готэма в данный момент обыскивают территорию, где было обнаружено тело Честера, в поисках Вэйл. Сообщается, что незадолго до исчезновения с Вэйл на связь вышел Загадочник.

В последний раз убитый был виден на видеорепортаже, сделанном возле сталелитейного завода Сиониса, где он снял Вэйл, рассказывающую о своей запланированной встрече с преступным лидером. Камера Честера и другое оборудование отсутствовали на месте преступления и до сих пор не найдены. Детективы ищут пропавшее снаряжение и полагают, что камера содержит кадры, способные пролить свет как на текущее местонахождение Вэйл, так и на события, непосредственно предшествовавшие убийству.

Зона поиска была расширена и в настоящий момент включает в себя большую часть Аркхем-сити. Вертолет передачи «В поле зрения – Готэм» присоединился к полицейской авиации в поисках, но полиция настоятельно просит граждан воздержаться от формирования поисковых отрядов из-за крайне опасной обстановки в районе.

«Мы не сможем присматривать за гражданскими волонтерами в зоне поиска, поскольку сами заняты нахождением пропавшей и попытками уберечь собственный личный состав, – заявил представитель полиции, – всем нужно проявить капельку терпения, пока мы обыскиваем место преступления».

Прежде чем присоединиться к команде «В поле зрения – Готэм», Филип Честер работал видеооператором в нескольких небольших телевизионных студиях города. Филип служил в военно-морском флоте, где он написал и снял пару документальных короткометражек о корабельной жизни во время долгих походов. У него остались жена и трое детей, девяти, семи и четырех лет.

18

Чтобы добраться от здания «Эйс Кемикал» до Готэмского казино в Миле Развлечений, минуя Парк-Роу и забаррикадированную часть Старого готэмского шоссе, у Бэтмена ушло две минуты.

Готэмское казино стояло по соседству со старой штаб-квартирой полиции, заброшенной еще в самом начале срока комиссара Джиллиана Б. Лоэба. Некогда казино было жемчужиной в короне Освальда Кобблпота, но Бэтмен ничего не слышал о Пингвине с самого окончания «Протокола 10». Неужели он теперь заодно с Безумным Шляпником… а через него и с Загадочником? Исключать такую возможность было нельзя.

Взгромоздившись на маленькую водонапорную башню по соседству с когда-то величественным зданием, Бэтмен оглядел выходящую на улицу часть казино. Некогда роскошный фасад строения обтрепался, большая часть неоновых огней была разбита. На улице не было других автомобилей кроме брошенных – бэтмобиль Темный рыцарь оставил на съезде с шоссе возле юго-западного угла здания «Олимпа». Ни одного лучика света не виднелось ни в одном из темных окон казино, но это еще ничего не значило. Подобно всем таким заведениям, в Готэмском казино игровая зона была отделена от всего остального мира. Управляющие предпочитали держать игроков подальше от окон и часов, чтобы им было проще проигрывать состояния в погоне за вечно ускользающим большим кушем.

Бэтмен спрыгнул на улицу и подошел к центральному входу. Легко справившись с замком, герой вошел внутрь и миновал огромное темное лобби со свисающими с потолка большими канделябрами. Их висящие кристаллы поймали лучики света, падающие сквозь открытую дверь, придав темному потолку лобби ощущение звездного неба. До Бэтмена донесся треск и звон игровых автоматов. Он пересек помещение и заглянул за соседнюю дверь.

Следующий зал был полон активности, сосредоточенной в одной-единственной зоне. Длинная вереница людей, одетых в сюртуки и шелковые костюмы, формальные вплоть до белых носков на туфлях, переходила от одного автомата к следующему. Все они дергали за рычаг и, увидев результат, переходили к следующему однорукому бандиту. За спинами игроков стояли другие люди, одетые в кроличьи уши и форму, украшенную всеми четырьмя мастями карточной колоды. Ручками-перьями они записывали результаты каждого игрока в длинных, шелестящих листах бумаги, а затем спешили угнаться за своими более формально одетыми спутниками.

Некоторые из них поднимали взгляд и замечали Бэтмена, но его присутствие никак не сказалось на их деятельности. Они замечали его, оглядывались через плечо, словно кто-то должен был наблюдать за ними, а затем спешно возвращались к работе.

– Джервис Тетч!

Голос Бэтмена перекрыл грохот машин, однако ж собравшиеся в казино люди продолжали его игнорировать. Темный рыцарь шел вдоль ряда игровых автоматов, высматривая в толпе Безумного Шляпника, но того нигде не было видно. Когда очередной игрок, напрочь игнорируя Бэтмена, попытался проскочить мимо, Темный рыцарь схватил его за воротник и притянул к себе.

– Отпустите меня! – воскликнул парень. Его глаза были полны страха, но не Бэтмен был тому причиной. – Я ужасненько опаздываю!

Однако боец с преступностью и не думал выпускать его, даже напротив, скорее усилил хватку.

– Где Безумный Шляпник? – повторил Бэтмен и встряхнул парня.

– Я прошу прощения, добрый сэр, но я не имею чести знать, о ком вы говорите. Отпустите меня! Еще не все рычаги отдернуты, не все цифры увидены. Вычисления должны быть исполнены!

Бэтмен отпустил парня. Облегченно вздохнув, игрок метнулся к ближайшему автомату и дернул за рычаг. Барабаны прокрутились, и выпали лимон, вишенка и цифра 7. Следующая за посетителем женщина с кроличьими ушами послушно записала его результат, и они двинулись к следующему автомату.

В зале было порядка двухсот автоматов, и игроки обходили их не по порядку. В их движении была какая-то закономерность, и Бэтмен знал, что для ее понимания ему придется взглянуть на происходящее сверху. Если, конечно, понимание стоит затраченных усилий. Зная Тетча, это наверняка будет какое-нибудь безумие прямиком из книжки Кэрролла. Все это место насквозь пропиталось страхом. Те, кто не верил, что у страха есть запах, просто никогда не оказывались в его присутствии.

– Здесь числа висят в воздухе, – сказал Безумный Шляпник.

Его голос доносился откуда-то неподалеку. Бэтмен повернулся и увидел его стоящим на месте крупье за столом для блэкджека. Его густые прямые волосы свисали из-под до нелепости большого цилиндра. Темный рыцарь подошел к столу, и Шляпник сдал ему две карты.

Бэтмен глянул на них. Туз пик, туз треф.

Он снова покосился на Безумного Шляпника, и тот улыбнулся ему.

– Не нужно действовать поспешно, – предостерег он.

– Сплит, – сказал Бэтмен, переворачивая карты и кладя их друг рядом с другом.

– Мне нравятся тузы, – признался Шляпник, – они означают единицу, они означают одиннадцать. Все остальные карты – узники своих букв и цифр. Только тузы способы вырваться на свободу.

Где-то поблизости раздался громоподобный удар гонга.

Бэтмен оглянулся и увидел, как из отверстия одного из игровых автоматов валом сыпятся монетки.

– Джекпот! – воскликнул Безумный Шляпник. Все остальные игроки и ушастые писцы собрались вокруг удачного автомата. Монеты продолжали сыпаться, а сорвавший куш счастливчик упал на колени и закрыл лицо руками. Писцы яростно скрипели перьями, а все остальные игроки достали из своих модных нарядов длинные ножи.

– Такое событие происходит раз в жизни! – воскликнул Безумный Шляпник.

Остальные игроки набросились на своего коллегу. Прежде чем Бэтмен успел пошевелиться, окровавленные ножи уже сверкали в свете игровых автоматов. Когда дело было сделано, Шляпник поднял обе руки.

– За дело! – воскликнул он. – Нельзя опаздывать.

Игроки и писцы бросились во всех направлениях, возвращаясь к автоматам, к которым они приближались, когда раздался сигнал гонга.

– Такими темпами у тебя рано или поздно закончатся игроки, – мрачно заметил Бэтмен, наблюдая за тем, как приставленная к обреченному мужчине девушка-писарь сняла кроличьи уши и подошла к столу для блэкджека. Шляпник сдал ей две карты.

Девушка взглянула на них.

– Еще.

Тетч сдал ей третью карту, семерку червей. Девушка выложила на сукно две оставшиеся карты. Восьмерка червей, девятка червей.

– Много, – провозгласил Шляпник и достал из внутреннего кармана пиджака нож.

Девушка опрокинула голову назад, обнажая горло.

– Бэтмен, – продолжил Шляпник, – Загадочник хотел, чтобы я научил его тайнам управления человеческим разумом. Как видишь, я в этом преуспел. Секрет довольно прост. Ты должен заставить субъекта бояться тебя больше, чем он, или, как в данном случае она, боится смерти. Безумие в этом плане весьма полезно.

Бэтмен держал себя в руках, но, если Шляпник взмахнет ножом, будет драка. Темный рыцарь не собирался сидеть и смотреть, как Тетч веселья ради режет глотки своим приспешникам с промытыми мозгами.

– Знаешь, что я люблю в казино? – спросил Шляпник. – Случайность. Здесь нет ничего рационального. Люди пытаются добиться успеха, невзирая на шансы. Это глупо, даже откровенно по-идиотски, но в то же время и весьма очаровательно, потому что здесь ты видишь, как человеческий оптимизм работает в тесном контакте с человеческим отчаянием. Знаешь, цифры, что мы здесь создаем, приведут меня к моей Алисе.

– Как? – поинтересовался Бэтмен, просто, чтобы заставить его говорить дальше.

– Потому что я тоже отчаянный оптимист. Как и ты.

– Я скорее реалист, – возразил Бэтмен.

– Это уродливое слово. Ты сражаешься и сражаешься и сражаешься, и ты никогда не побеждаешь, но ты продолжаешь сражаться. Если ты называешь это реализмом, то ты еще ближе к безумию, чем я надеялся.

– Ты рассказывал мне о контроле разума.

В окружающих звуках что-то изменилось, но изменение было едва уловимым и, на первый взгляд, не оставляло повода для тревоги.

– Мне нравится, что здесь нет часов, – сказал Шляпник, продолжая игнорировать его. – это позволяет мне убеждать моих товарищей, что они вечно на грани опоздания, а опоздание, тсс тсс, строго запрещено. Когда вокруг нет часов, – продолжил он, – я определяю время! Здесь всегда шесть часов! – Он собрался с мыслями и посмотрел прямо на Бэтмена. – Скажи мне, Робину понравились чай и хлеб, которые я для него приготовил?

– Это ты сделал? – вопросом на вопрос ответил Бэтмен. – Если это правда, тогда ты добрался сюда в рекордное время. Робин сказал, что, когда он вошел в комнату, чай еще был горячим.

– Приготовил, велел приготовить – это все вопрос формулировки. Слова! Мы разговариваем словами! «И хрюкотали зелюки, как мюмзики в мове»[5]. Скоро цифры покажут мне, куда пропала моя Алиса, и мы снова будем вместе. – На его лице расплылась мечтательная улыбка. Шляпник наклонился к девушке, которая по-прежнему стояла, задрав голову и обнажив горло.

«Вот оно». Бэтмен потянулся и перехватил запястье Шляпника, а второй рукой ударил его по лицу, достаточно сильно, чтобы с головы слетела шляпа. На лице Тетча появилось выражение шока.

– Это было излишне, о, Темный рыцарь, – произнес он.

Выражение шока сменилось печалью. Шляпник посмотрел на свою руку с ножом, все еще пребывающую в хватке Бэтмена.

– Могу я надеть шляпу обратно?

– Расскажи мне о манипуляциях сознанием и Загадочнике.

Шляпник уронил нож, тот ударился рукояткой о зеленое сукно стола для блэкджека. Свободной рукой он потянулся к колоде карт и сдал Бэтмену еще две, по одной для каждого туза. Не ослабляя хватку, Бэтмен перевернул карты.

Восемь треф, восемь пик.

Ему выпала так называемая рука мертвеца[6].

– Кто бы мог подумать? – произнес Шляпник.

Внезапно до Бэтмена дошло, что он больше не слышит звука игровых автоматов. Он оглянулся и быстро понял, почему. Все игроки собрались вокруг стола для блэкджека, и все держали в руках ножи.

Когда первые из игроков замахнулись своим оружием, Бэтмен опустил руку Шляпника вниз, воспользовавшись его массой как противовесом и перемахнув через стол на место крупье. Он приземлился рядом со Шляпником, между ним и ножами. Тетч бросился на Темного рыцаря, но Бэтмен перехватил противника в полупрыжке и дзюдоистским приемом бросил на пол.

Игроки начали перебираться через стол, пытаясь добраться до него. Бэтмен вырубил ближайшего прямым ударом с правой, затем заставил второго сложиться пополам ударом ноги с разворота, после почувствовал, как лезвие ножа пропарывает ткань плаща и втыкается ему в плечо, которое пронзило острой болью. Один из игроков обхватил Темного рыцаря сзади. Бэтмен отмахнулся локтем, заблокировав удар ножом, и продолжил разворот, с хрустом впечатав локоть в лицо противника. Затем герой покосился вниз и увидел, что Шляпник поднялся на колени и снова берет в руки нож. В этот же момент очередной игрок спрыгнул со стола, высоко замахнувшись своим оружием и метя в лицо Темному рыцарю.

Бэтмен шагнул вперед, наклонил голову и схватил нападавшего за воротник рубашки и галстук. Крутанувшись, он уронил свою ношу на спину пытающегося подняться Шляпника. К силе броска добавилась уже набранная нападавшим инерция. Воздух вырвался из легких Тетча, и тот повалился на пол, хватая ртом воздух. Бэтмен впечатал каблук в голову упавшего бандита. Он управился как раз вовремя, чтобы увернуться от очередного удара ножом. Четверо в отключке, но там, откуда они пришли, их сменщиков хватало с запасом. В условиях ограниченного пространства их численного превосходства рано или поздно хватит, чтобы одолеть его. Они все теперь были на столе, огибая его полукругом. В глазах полностью отсутствовал разум, нападавшие будто не понимали, что они вообще делают. Этот контраст с маниакальной одержимостью Шляпника действовал на нервы даже посильнее откровенной жажды крови. Один из игроков спрыгнул в конторку крупье.

Бэтмен завалил его, как только ноги нападавшего коснулись пола, но пока он разбирался с ним, герой открылся для остальных. Нож воткнулся Темному рыцарю под ребра, защитный материал костюма замедлил, но не остановил удар. Бэтмен развернулся и вышиб дух из удачливого нападавшего, затем поймал еще двоих и стукнул их головами друг о друга. Прежде чем отключиться, один из игроков успел полоснуть его по бедру.

Восемь готово.

Темному рыцарю в голову пришла идея.

– Это восемь, Тетч, – сказал Бэтмен, – половина того, что мне выпало за столом. А ты – туз.

Одной рукой он выстрелил крюк в сторону балкона. Второй подхватил Шляпника под пояс. Все еще пытаясь восстановить дыхание, злодей не оказал сопротивления, и Бэтмен спокойно нажал лентопротяжный механизм и взмыл над столом для блэкджека.

Добравшись до балкона, Бэтмен ухватился за него ногами, перебросил через перила Загадочника и перемахнул сам следом за ним.

– Ценю симметрию твоих действий, – ахнул Тетч, – сообразительный.

Бэтмен с силой ударил его, дважды. Шляпник закатил глаза, а затем начал медленно приходить обратно в себя. Покосившись на пол казино, Бэтмен увидел, что игроки оглядываются по сторонам. Пока они искали Бэтмена, их писцы спокойно ждали в сторонке, и когда игрокам так и не удалось отыскать Темного рыцаря, они просто вернулись к своему прежнему занятию.

Некоторым потребовалось время, чтобы оправиться после ударов и пинков Бэтмена, но вскоре казино снова заполнилось звоном и лязгом игровых автоматов. На протяжении всей драки девушка-писарь, что была вместе с выигравшим джекпот парнем, даже не пошевелилась. Она все еще сидела, откинув голову назад и закрыв глаза.

– Вот это я понимаю, преданность, – произнес Шляпник, громко хрипя, – точно такую же преданность я испытываю к моей Алисе. Ты моя Алиса, дорогая? – позвал он.

– Да, – ответила она, – ее голос неслышным шепотом преодолел разделявшие их девять метров, – Я – твоя Алиса. Ты нашел меня.

– Ты не Алиса, – воскликнул он в приступе внезапной ярости, столь высоким и пронзительным голосом, что его возглас скорее напоминал писк. Он попробовал вырваться из хватки Бэтмена, словно хотел спрыгнуть с балкона и наброситься на несчастную. Однако она так и не пошевелилась.

Бэтмен оттащил Шляпника подальше от перил и несколько раз приложил головой об пол, чтобы сфокусировать его внимание на более насущных вопросах.

– Манипуляции сознанием, – напомнил Темный рыцарь.

– А, да, манипуляции сознанием. Головы долой! Точнее, берем то, что в моей голове, и помещаем это в их головы! Ну, по сути, это то же самое, что и их головы долой, не находишь? – он все еще хрипел.

– Загадочник сказал мне, где тебя найти, – поведал Бэтмен, – он сдал тебя, а также Мистера Фриза и Убийцу Крока. Что он пытается скрыть?

– Ну, я оказал ему небольшую услугу, касающуюся дневников Ра’с аль Гула, но едва ли я заслуживаю смерти за это, – ответил Шляпник.

С первого этажа донесся сигнал гонга, возвещавший об очередном джекпоте. Шляпник рванулся и начал было выкрикивать очередной призыв к убийству, но Бэтмен ударил его в живот, Тетч сложился пополам и следующую минуту или две провел, задыхаясь и кашляя.

Выглянув за перила, Бэтмен увидел, что остальные игроки просто стоят кругом. Без приказов Безумного Шляпника они ничего не делали. Хорошо. Это значило, что он сможет сохранить им жизнь, просто заставив Шляпника замолчать.

Бэтмен присел возле своего противника, который выглядел так, словно в ближайшее время и не собирается вставать. Бэтмену было все равно – рывком он заставил Шляпника подняться на ноги.

– Дневники Ра’с аль Гула, – прорычал он, – продолжай.

– Ну, мне нужно было откуда-то получить информацию, – пояснил Шляпник, – и я подумал: а кто может знать подобные вещи? Кто хранит секреты? Кто дальше всех продвинулся по этой конкретной… кроличьей норе? (Если ты простишь мне это выражение, а я знаю, что ты мне его простишь). Ну конечно же Ра’с аль Гул со своей чудодейственной Ямой Лазаря! Все, что мне требовалось – это отыскать дневники, что остались от него после того, как ты избавил его от этой бренной оболочки.

Шляпник остановился.

– Или… неужели ты? Однозначно нет. Но ты присутствовал при этом событии и определенно приложил к этому руку.

– Ра’с убил себя, пока пытался убить меня, – ответил Бэтмен, – он умер от меча. Я не жалею о его смерти, но я не прикладывал к этому руку.

– Только кажущееся различие, – легкомысленно произнес Шляпник, – в любом случае, мне нужны были эти дневники. Поэтому я направился в руины Аркхем-сити, дерзнув сразиться с остатками «Тигра» и другими, куда более смертельными угрозами. Там я нашел представителей определенной второй стороны, которые проинформировали меня, что я могу получить искомое мною, – он запнулся, и на его лице отразилось воспоминание о крайне болезненном опыте, – за определенную цену.

– Меня не интересует цена, – ответил Бэтмен.

– Отнюдь, я уверен, что она тебя весьма заинтересует. Это я выложил презренный металл, убедивший Убийцу Крока навестить дантиста. Я всегда говорил, что деньги уместны там, где они уместны. И как только я осуществил необходимое, то обнаружил дневники, припрятанные в маленькой коробочке. Невероятный человек, Ра’с аль Гул, если он, конечно, вообще человек. – Тетч перевел дыхание и продолжил. – Загадочник хотел, чтобы я научил его управлять машинами силой мысли, и Ра’с знал, как это делать! Я даже не уверен, что он вообще понимал, какой туз есть у него в рукаве, но в его журналах было все, что мне нужно! Гениальные техники, которые я мог бы объединить с собственными методами! Я построил Загадочнику его устройство – в этом самом здании. Детали из компьютеров, элементы камер высокого разрешения, даже запчасти от игровых автоматов, вообще, казино – это настоящая Страна чудес, полная сюрпризов. И когда ты собираешь их все вместе… – лицо Шляпника снова приобрело мечтательное выражение, – творится магия.

Мысленный контроль над машинами. Лукас Анджело, программист, специализирующийся в робототехнике и системах управления. Розалин Матеосян, инженер-электронщик. Кусочки мозаики наконец-то начали складываться в единую картину. Проблема была в том, что Бэтмен по-прежнему не знал причины. Он догнал настоящее, но не имел никакого понятия о том, каким Нигма представляет себе будущее. Что за машины? И когда он осуществит свой контроль, если у него получится сделать это, чего он собирался добиться с помощью машин?

Бэтмен встал и рывком заставил Шляпника подняться на ноги. Когда Тетч собрался с мыслями, он одарил Темного рыцаря странным взглядом.

– Когда я спросил тебя, ты или не ты отпустил Ра’с аль Гула из этой смертной долины слез, – произнес он, – я не интересовался твоими мотивами, меня интересовала… скажем так, окончательность и бесповоротность этого действия.

У Бэтмена по коже пробежал холодок.

– На что это ты намекаешь? – поинтересовался Темный рыцарь. – Хочешь сказать, что он все еще жив?

– Я говорю, что в самом конце ворон похож на письменный стол. Больше ничего не имеет значения. – И с этими словами Тетч разразился потоком истеричного хохота, и как бы Бэтмен не пытался, он больше ничего не смог из него выбить.

RyderReport.com

Опубликовано JKB

Среда, 14:38

Вики Вэйл пропала в Аркхем-сити

Да, вы все прочли правильно. Широко известно, что Вэйл собиралась встретиться с Загадочником. Совершенно неважно, если это история а) правдива б) Вики Вэйл считала ее правдивой или же в) это было всего лишь прикрытием для того, чем она там занималась на самом деле. Она отправилась в поля на поиски сюжета, и теперь пропала, а ее оператор, опытный профессионал Фил Честер, мертв. Слишком часто мы вынуждены писать о подобных историях здесь, в «Докладе Райдера». То, о чем говорил Джек на своем шоу, применимо и здесь. Стоит только Бэтмену появиться, и все в Готэме катится к чертям. Совпадение? Мы так не думаем.

Мы уже годами твердим, что городу будет лучше без Бэтмена, и мы не единственные, кто так думает. Рафаэль Дель Торо, среди прочих, разделяет наше мнение, а он живет в Готэме побольше самого Джека.

А еще было совершено четвертое убийство. В точности по расписанию, как и предыдущие три. На этот раз жертвой стала Тереза Грей, менеджер почтовых отправлений в центральном участке департамента полиции Готэма. Это первая жертва, чья работа никак не связана с технологиями, и ее смерть выставляет утренний визит Бэтмена к комиссару Гордону в совершенно новом свете. Зачем он туда заявился? Мог ли он прийти туда, чтобы взглянуть на что-то, прибывшее по почте, а значит, прошедшее через руки Терезы Грей? Не поэтому ли ее убил Дэдшот? Чтобы позаботиться о ее молчании?

Происходящее начинает обретать смысл, вы не находите?

Если это, конечно, можно назвать смыслом.

Продолжая эту мысль, получается, что:

Комиссар Гордон и Бэтмен с самого начала знали, что происходит. Но они не стали делиться своими соображениями с вами, и теперь умирают люди. Разве так стоит управлять городом? Разве так стоит защищать жителей Готэма?

Вам судить.

А теперь Вики Вэйл становится еще одной жертвой секретности Бэтмена и соучастия комиссара Гордона. Она угодила в беду, а все, чего Вики хотела – это выполнять свою работу – говорить правду такой, какой она ее видела.

Мы не раз сталкивались с Вики лбами за последние годы, и по-прежнему считаем ее легкомысленной либеральной марионеткой, которая и дня не провела в реальном мире, но это не значит, что мы желаем ей зла.

Она заслуживает того, что с ней происходит не больше, чем Фил Честер заслужил то, что случилось с ним. Вина за произошедшее лежит исключительно на плечах комиссара Гордона. И на Бэтмене, разумеется. Подумайте об этом в следующий раз, когда вам вздумается чествовать кого-то из них как героев.

19

Робин сорвался с места еще до того, как рука Харли Квинн коснулась пояса, и вместо того, чтобы проделать дырку в его голове выстрел расколол семейный портрет на стене. Тим отпрыгнул в сторону, держа посох наготове.

Харли выбросила первый пистолет и достала новый.

– Готов поиграть?

– Ты продолжаешь менять правила, – заметил Робин.

– Так это же игра, дурачок! – воскликнула она.

Харли подняла новый пистолет, а затем устроила целое комедийное шоу: закрыла один глаз и принялась тщательно прицеливаться через мушку. Пистолет был крошечным. В ее маленьких руках он казался игрушечным. Но даже так Робин был готов поставить свою жизнь на то, что из ствола вылетит настоящая пуля.

– И в этой игре я всегда выигрываю, – добавила Квинн.

Она уже готовилась спустить крючок, когда задняя стена комнаты казни обвалилась, и сквозь обломки в помещение ворвалась огромная гуманоидная фигура. Ослепительная вспышка осветила комнату, и выпущенный из установленной на плече робота пушки энергетический заряд сбил Харли с ног. Пока Харли пыталась сесть и встряхнуть головой, фигура пробралась в комнату и встала на полпути между Квинн и Робином.

Глаза робота сияли зловещим зеленым светом.

Харли обвела его взглядом.

– Ого, – сказала она и комически ткнула в него пальцем. – И ему отрубим голову. – Затем Квинн залилась неконтролируемым смехом.

В комнате стоял один из легендарных механических стражей Чудо-Города, построенных Ра’с аль Гулом много десятилетий тому назад. Робин уже встречал их прежде, но никогда в рабочем состоянии.

– Мне казалось, что ты хочешь, чтобы я прожил достаточно долго, чтобы увидеть грандиозный финал Загадочника, – обратился он к Харли, по-прежнему не сводя глаз с механического пришельца.

– Дурашка, я хотела, чтобы ты так думал, – со смехом ответила Квинн, – мне плевать, чего хочет Загадочник, ему никогда не было никакого дела до Мистера Джея. Вот увидишь. – С удивительной скоростью оправившись от заряда робота, Харли вскочила на ноги. – Полагаю, пора валить. – Она метнулась к краю дыры в стене. – Надеюсь, Загадочник не убьет тебя, дорогуша, – бросила она через плечо, – это будет такиииим разочарованием.

Послав ему воздушный поцелуй на прощание, Харли Квинн испарилась. А вот робот, замерев на месте, остался стоять, где стоял.

«Она вообще на его стороне, или нет? – Робин покачал головой. – Всякий раз, как мы с ней сталкиваемся, у меня болит голова. Слишком много гов…»

– Ауч, – произнесла Вики Вэйл.

Робин повернулся. Вики пряталась за диваном – креслом-лежанкой, поправил себя он – и смотрела на тыльную сторону руки. По ее ладони и запястью, начиная с подушечки большого пальца, бежала струйка крови.

– Острый клинок.

С помощью лезвия топора она перерезала собственные оковы.

– Когда ты это сделала?

– Пока вы двое беседовали про менто морис, или мементос мори… неважно, – ответила она, – обо всем этом.

– Прости, – сказал Робин, – если бы ты маленько подождала…

– Я не очень хорошо умею ждать, – пояснила Вэйл, – особенно в ситуациях, когда кто-то пытается отрубить мне голову. Теперь мне нужно выбраться отсюда и записать эту историю. – Она поднялась на ноги и отряхнулась неповрежденной рукой.

– Я бы пока не стал уходить, – предостерег ее Робин.

Он подошел к дальней стене комнаты казни и выглянул наружу через дыру в стене. Грубый тоннель, почти похожий на естественную пещеру, уходил, кажется, на север, и спускался в темноту. «Взгляд за кулисы Загадочника, – подумал Робин, – он встроил механизмы реагирования в чрезвычайных ситуациях чтобы позаботиться, что никто не помешает его игре». А еще Загадочник управлял как минимум одним механическим стражем.

– Я и не думала, что эти штуки на самом деле существуют, – сообщила Вэйл.

Она подошла к роботу и оглядела его с ног до головы. Страж был выше ее. На самом деле, он превосходил ростом любого человека.

– Ну, они существуют, – ответил Робин, – правда, этот какой-то модифицированный. Он не похож на других стражей, что я видел.

Те механические стражи, что он встречал, были скелетообразной формы везде за исключением грудной клетки, которая должна была быть больше, чтобы уместить весь энергозапас. Стражи напоминали Робину роботов, которых он видел в старом мультсериале о Супермене. Их головы отдаленно напоминали человеческие. Там, где у людей находились бы глаза, у стражей были две сверкающие линзы. У них были различные встроенные оружейные системы, по крайней мере, у этого были. Оригинальные стражи были украшены гравировкой в викторианском стиле, в эстетике Жюля Верна, на бронированном экзоскелете этого красовались вопросительные знаки.

– Скольких еще ты видел?

Робин пожал плечами.

– Нескольких. Там, в Чудо-Городе.

– Ты бывал в Чудо-Городе?

Он резко повернулся к ней, осознав, что у него берут интервью.

– Мисс Вэйл, сейчас не самое подходящее время…

– Ты серьезно? Любое время – подходящее, когда дело касается получения сюжета. Это моя работа, малыш. Но мы можем поговорить о Чудо-городе как-нибудь в другой раз… давай вернемся к твоим словам о том, что Бэтмен потерял кого-то, кого он любил.

«Ауч».

– Ты слышала, да?

Она улыбнулась.

– Я определенно это слышала.

– Что ж, в таком случае, ты услышала все, на что могла рассчитывать, – сказал он, стараясь, чтобы его слова казались финальными. – Ну, почти все. Если хочешь поговорить о Загадочнике, давай поговорим… только быстро. Я должен убираться отсюда, и насколько мы можем знать, я только что съел что-то очень плохое.

– Думаешь, тебя отравили? – в голосе Вики было что-то еще помимо профессионального интереса.

«Почти что… восторг, – подумал Робин, – извращенка». Может, это мысль о том, что здесь, в развалинах Аркхем-сити она нашла историю о любви и смерти, добавила ей в голос столько надежды.

– Нет, если бы Загадочник просто хотел меня убить, – ответил он, – у него уже было достаточно шансов.

– Сколько еще шансов ты собираешься ему предоставить? – спросила Вэйл. – Почему бы вам с Бэтменом не начать играть более активную роль, а не просто позволять Загадочнику и дальше водить вас за нос?

Туше.

– Слушай, – сказал он, крепко стиснув челюсть, – не так давно Бэтмен вытащил тебя из обломков вертолета. Только что я помешал Харли Квинн презентовать твою голову Загадочнику в качестве охотничьего трофея. Почему бы тебе не дать нам права на благоразумие?

– Благоразумие мне не очень хорошо дается, пупсик, – ответила Вэйл, – но я ценю то, что ты для меня сделал.

Можно подумать, она говорила это совершенно искренне.

– Оцени это достаточно, чтобы не подвергать опасности больше ничьи жизни, когда выберешься отсюда, – сказал Робин, – договорились?

Он взглянул ей прямо в глаза, в надежде, что она поняла намек.

Вэйл очень долго выдерживала его взгляд.

Затем она кивнула.

– Договорились.

Она достала из кармана телефон, сделала несколько фотографий механического стража и двух комнат, включая сломанный топор, по-прежнему торчащий из деревянной плахи.

– Так как мы отсюда выберемся?

– В этом все и дело, – ответил Робин, – мой выход отсюда приведет к еще более опасной ситуации. Я не смогу гарантировать твою безопасность.

– Не надо говорить со мной свысока, – сказала она.

– Я не говорю с тобой свысока, я просто объясняю тебе. Если бы ты оказалась в последней комнате, где Загадочник подготовил для меня финальную ловушку, ты бы уже была мертва. Так что или ты остаешься здесь, или ты находишь какой-то другой выход отсюда.

– Хорошо, – ответила Вэйл. Она вошла в приемную и уставилась в дыру в потолке. – А это куда ведет?

– Так я сюда попал, – объяснил Робин. – Это не выход, по крайней мере, не для тебя.

– Тогда, полагаю, у меня остался всего один вариант, – сказала она, возвращаясь обратно в комнату казни. Она остановилась возле пролома в дальней стене. – Скажи, как ты думаешь, эм?..

– Не думаю ли я, что Харли Квинн все еще где-то там? – уточнил Робин. – Скорее всего, нет. Загадочник недоволен тем, что она не выполнила свою работу, и Харли знает об этом. Так что, я бы сказал, что прямо сейчас она пытается оказаться как можно дальше от него. Но ты же ее видела. С ней никогда нельзя знать наверняка, что она будет делать.

– Да, это уж точно, – согласилась Вэйл.

Она еще долго стояла возле пролома, пока Робин осматривал комнату в поисках подсказок.

– Что ж, это же чертовски крутой сюжет! Он стоит небольшого риска, – но она не пошевелилась. – Как думаешь, что будет, если я останусь здесь?

– Понятия не имею, – искренне ответил Робин.

– Что ж, – сказала она, – ну, еще раз спасибо за то, что спас мою жизнь.

– Всегда пожалуйста.

Она щелкнула по экрану телефона.

– Ну почему здесь не ловит, – спросила она, обращаясь в основном к самой себе. – Глупо. – Она еще раз щелкнула по экрану и включила фонарь. – Ну, я пошла, – заявила она и исчезла в проломе.

Робин стоял, ждал и прислушивался. Никаких криков или звуков хаоса не последовало.

«Вики способна о себе позаботиться», – решил он. Его задачей было вернуться на шахматную доску и найти Загадочника.

Отведи их к Траску

Дуэйн Траск, радио «Готэм Глоуб»

– Мы принимаем ваши звонки. Лонни находится в Высотах.

– Вы видели, что только что произошло? Я видел Дэдшота! Он прошмыгнул прямо мимо моего окна, увидел меня, ткнул пальцем и сделал вид, будто стреляет из него как из пистолета. Пиф-паф!

– Лонни, я слышу смех на заднем фоне. Ты и твои обкурившиеся дружки можете пойти и убиться от стену. Матильда, ты в прямом эфире.

– Дуэйн, я думаю, вы прекрасно представляете, что здесь творится на самом деле.

– Что ж, я рад слышать это, Матильда. Я ценю это. Что у тебя на уме?

– А где же Робин? Почему он не участвует в происходящем? Думаете, с ним что-то случилось? Не знаю, нравится ли мне Бэтмен или нет, но этот малыш Робин мне определенно по душе.

– Уверен, что он в полном порядке, Матильда. Он очень способный малый. Спасибо за звонок. Айван звонит с того берега реки, он глядит на нас с Палисада. Что у тебя на уме, Айван?

– На реке творится что-то странное, Дуэйн.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, я каждый день смотрю из окна моего офиса на один и тот же участок реки. Теперь река выглядит иначе. Течения поменялись и там есть… не могу подобрать слова. Кажется, будто вода пузырится со дна до самой поверхности.

– Правильно ли я тебя услышал, Айван? Когда это произошло?

– Пару часов назад. Я ел свой обед и, ну знаете, глядел на реку и на город. И затем, совершенно внезапно, вода запузырилась и все такое. Вам следует это увидеть.

– Мы обязательно посмотрим. Спасибо за звонок, Айван. Хм. Этим утром Бэтмен был замечен в здании контроля за наводнениями, и теперь, по всей видимости, течения в Вест-Ривер ниже Аркхем-сити изменились. Мог ли Бэтмен сделать что-то этакое в сливных туннелях? В той части реки они везде.

Некоторые из них могли изменить течение реки – или же, и вот сейчас я действительно начинаю спекулировать. Когда старый сталелитейный завод еще работал, он сливал в реку уйму воды в том районе. В основном отработанная вода, оставшаяся после процесса охлаждения. Мы слышали слухи о странной активности в районе завода и, предположительно, даже взрывах. Возможно, Айван заметил что-то стоящее.

Мы проверим его сообщение и вернемся к вам как только что-то узнаем. Отто, ты в эфире.

– Кто был этот последний парень? Странные течения в реке? Что дальше? Кто-нибудь сообщит, что Бэтмен сражается с НЛО?

20

Итак, у Загадочника были планы на случай, если Робин, или, как в данной ситуации, Харли Квинн, выйдет за рамки сценария. Эта информация была ключевой.

Она означала, что у Нигмы не было абсолютной уверенности в своих собственных планах. Для большинства людей это была бы разумная предосторожность, но в случае с Загадочником с тем же успехом он мог признаться в собственном провале еще до начала игры. Или же…

«Или же вся эта ситуация была заранее спланирована?»

Для Робина это имело куда больше смысла, чем «случайное» вмешательство Харли Квинн. Она подстроила всю ситуацию в соавторстве с Загадочником. И если Квинн была Красной королевой, значило ли это, что король поджидал его на шахматной доске? Да и Вики Вэйл не просто так приперлась в Аркхем-сити, ее сюда пригласили.

Частью гамбита Загадочника было чистое эго. Он хотел публичности, и если Вэйл сможет выбраться на поверхность, он ее получит. Так что Вики, скорее всего, выберется живой, без сомнения, по какому-нибудь давно забытому проходу, который и выведет ее на поверхность.

Робин мог бы попытаться выбраться по тому же маршруту, но он сомневался, что Загадочник так легко его отпустит. Это будет слишком большой отход от сценария, так он, скорее всего, погибнет на месте. Да и Вэйл, скорее всего, погибнет вместе с ним.

Так что он вернулся обратно к чайному сервизу. Робин надеялся, что сможет быстро разобраться с этой головоломкой. Рано или поздно на нем начнут сказываться эффекты от того, что его заставила съесть Квинн, и он хотел выбраться из этой комнаты раньше, чем это случится.

Он пересчитал чашки. Вдоль края стола стояло двенадцать чашек. Посреди располагался чайник, а длинная хлебная тарелка проводила линию между чайником и одной из чашек.

Затем он вспомнил записку Загадочника.

«Время прежде всего!»

Чайник, чашки и тарелка образовывали циферблат часов. Что там говорил Безумный Шляпник в «Алисе в Стране чудес»?

«Здесь всегда шесть часов».

Затем ему в голову пришла гениальная идея. Робин подошел к напольным часам и открыл стеклянную дверцу, которая защищала циферблат. Осторожно он прокрутил минутную стрелку, пока часы не показали шесть часов. Он напрягся, ожидая увидеть…

Ничего не произошло.

Робин огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что он ничего не пропустил. Однако все осталось на своих местах. Все выглядело как прежде.

Что он пропустил?

Внезапно его осенило. «Здесь всегда шесть часов». Всегда. Обернувшись обратно к часам, Робин остановил раскачивающийся маятник. Минутная стрелка уже прошла небольшой путь, так что Тим опять немного подкрутил ее, чтобы стрелки на часах снова показали ровно шесть часов.

На этот раз загремело, и послышался громкий стон машинного оборудования. Из дыры, через которую пришел Робин, показалась небольшая лестница, не достающая до пола. Оценив ее высоту, Робин решил, что может достаточно легко подпрыгнуть и дотянуться до нижней ступеньки.

Но прежде чем подтянуться, Тим снова подумал о том, чтобы выйти через пролом в стене, как это сделала Вики Вэйл. Позволит ли этот вариант завершить головоломку без необходимости проходить через седьмую дверь? Он вернулся в комнату казни и изучил пролом.

Заскрипели шестерни, и страж снова ожил. Робин отскочил от пролома, готовый драться, если понадобится. Но механический монстр просто проигнорировал его. Он промаршировал к дыре, через которую вошел, развернулся глазницами к комнате и принял статическое положение.

«А вот и ответ на мой вопрос, – подумал Робин, – никто не пройдет». Должно быть, Загадочник следил за каждым его шагом. Стоило возникнуть ощущению, что ситуация отклонится от плана, Нигма применял робота, чтобы донести свою точку зрения. Если у Тима и была какая-нибудь возможность вставить палку в колеса Загадочнику, теперь она ушла.

С другой стороны, если Харли могла выйти из-под контроля…

– Эй, Загадочник! – крикнул он. – Что, теряешь контроль? Самую малость? Неужели люди не могут всю игру играть по твоим правилам?

И принялся ждать, что произойдет.

На потолке рядом с открытым люком зажегся вопросительный знак. Его догадка подтвердилась. Загадочник не только следил за его продвижением по комнатам смерти. Он еще и подслушивал и следил за тем, чтобы все развивалось согласно плану.

Пискнул передатчик. Робин ответил.

– Прежде чем ты что-нибудь скажешь, – произнес он, – тебе следует знать, что Загадочник подслушивает нас.

– Ну разумеется, – ответил Бэтмен, – это не новость.

– Это и не должно было быть новостью, – набычился Робин, – это подтверждение.

– Ты разговаривал с ним?

– Типа того, – ответил Робин, – заскочила Харли Квинн. Она играла Красную королеву, пыталась оттяпать голову Вики Вэйл. Они обе ушли. Загадочник прислал механического стража, чтобы не дать Харли Квинн спутать все его карты, но она упорхнула безнаказанной.

– Любопытно, – заявил Бэтмен, – получается, у него есть аварийные планы.

– Либо так, либо он подстроил всю эту ситуацию, – сказал Робин. – Вряд ли это совпадение, что Харли надела костюм Красной королевы. А ты как думаешь?

– Может и нет. Как ей удалось взять в заложники Вики Вэйл? Вэйл не стала бы просто так соваться в лабиринт Загадочника.

– Судя по тому, что она рассказала, Вики получила наводку, что здесь можно раскопать сюжет… о тебе. Она пришла туда, куда ей велели прийти, но вместо сюжета встретила там Харли. Забавно, правда? Вэйл ушла тем же путем, каким пришел робот. Когда я попытался пойти следом за ней, металлический бандит ясно намекнул мне, что это вообще не вариант. Готовься, что репортаж Вэйл скоро появится на первых полосах, – добавил он, – скорее всего, с тобой в одной из главных ролей.

– Когда в следующий раз ее вертолет рухнет посреди зоны боевых действий, пусть сама оттуда выбирается, – прорычал Бэтмен, – однако я немного удивлен, что Загадочник не послал стража в погоню за Квинн. Обычно он очень болезненно реагирует, когда люди вмешиваются в его пьесы.

– Как я и сказал, это наводит меня на мысль, что вся эта ситуация была срежиссирована. Главная цель Загадочника – удержать меня на своем маршруте, – произнес Робин, – а эту конкретную карту он разыграл, чтобы Вэйл смогла прокрутить о нем красивый драматичный репортаж на ТВ. Но это не самая наша насущная проблема, – продолжил он, – вопрос в том, стоит ли мне сказать Загадочнику, куда ему следует засунуть свой гамбит, и воспользоваться преимуществами другого выхода отсюда?

– Судя по всему, для этого тебе придется одолеть стража, – заметил Бэтмен, – а это нелегкая задача.

– Со стражем я справлюсь, – заверил его Робин, надеясь, что он звучит убедительно, – но что будет делать Загадочник, если мы забьем на его игру?

– Ты его спрашиваешь, или меня?

– Я всего лишь отыгрываю свою роль, – ответил Робин, – если бы он не хотел, чтобы я задавался этим вопросом, Нигма бы разыграл всю ситуацию иначе.

Вопросительный знак начал мигать.

– Думаешь, он может слышать и меня? – поинтересовался Бэтмен.

– Иногда я тебя едва слышу, – ответил Робин, – но нет, я вывел твой голос на наушник в ухе. Если только Загадочник не взломал наш шифр, он полагается исключительно на мой голос.

– Хороший ход, – оценил Бэтмен, – счетчик снова ведет обратный отсчет, и у меня есть подозрение, кто станет следующим.

– И кто это? Как ты это выяснил?

– Оракул нашла кое-что общее в недавней истории всех жертв. Все они обменивались телефонными звонками с номером, который, через несколько переадресаций и тупиков, привел нас к компании под названием «Конундрум Солюшенс». Ящики с маркировкой этой компании были на заводе «Эйс Кемикал», где работал Мистер Фриз.

– Умно, – оценил Робин, – «Конундрум Солюшенс».

– Хорошо, что мы не делали из этого секрет, – заметил Бэтмен.

«Твою мать».

– Я хотел, чтобы Загадочник это услышал, – ответил Робин.

Он осмотрел комнату, гадая, где могут быть камера и микрофон.

– Точно, – ответил Бэтмен и продолжил. – Оракул обнаружила еще два телефонных номера, неоднократно связывавшихся с «Конундрум Солюшенс» в заданный временной интервал. Один из этих номеров был связан с Терезой Грей. К сожалению, мы узнали об этом слишком поздно. Она работала в почтовой службе департамента полиции.

– Ой-ей, – заметил Робин, – в таком случае, у Загадочника был крот.

– Либо крот, либо он как-то заставил Грей пропустить конверт с флэшкой через почтовую систему полиции. Как ты можешь себе представить, комиссар Гордон плохо воспринял эту новость.

– Сколько еще концов Загадочник планирует спрятать в воду? У нас уже четыре тела.

– Пятым станет Пьер Оулетт, он владеет компанией, поставляющей химическое сырье. Комиссар Гордон прячет его в безопасном месте. Он даже мне не говорит, где, иначе я бы уже допрашивал Оулетта сам.

– Химический поставщик, – произнес Робин, – это объясняет, откуда взялись водород и кислород в комнате с молекулярным ребусом.

– Именно. И это последний номер в выборке, – сообщил Бэтмен, – Загадочник почти закончил прятать концы в воду.

Робин услышал, как заводится двигатель бэтмобиля.

– Так ты выследил Безумного Шляпника?

– Выследил, и даже получил от него кое-какую информацию, – ответил Темный рыцарь, – хотя и не так много, как я надеялся. Он спроектировал устройство, которое позволяет Загадочнику удаленно управлять механическими стражами. Детали неясны, но Тетч сказал, что это разновидность мысленного контроля. Но учитывая, что информация идет от него, я не могу поручиться за точность характеристики.

Висящий над выходом вопросительный знак начал мигать быстрее.

Лицевая панель механического стража снова зажглась, и он поднял руки.

– Мне надо идти, – спохватился Робин, – кажется, Загадочник начинает проявлять нетерпение. Если он может мысленно управлять стражем, тогда прямо сейчас он начинает намекать, что мне пора двигаться дальше.

– Держи меня в курсе касательно седьмой двери, – попросил Бэтмен, – и звони, если появятся еще роботы, – добавил он и отключился.

Механический страж вытянул руку.

В ладонь робота были встроены линзы, которые начали светиться. Вопросительный знак мигал уже очень быстро.

– Хорошо, хорошо, я тебя услышал, – сказал Робин. Он подпрыгнул и ухватился на нижнюю ступеньку лестницы, ведущей обратно наверх.

Когда Робин вышел из шестой двери, шахматная доска была пуста. Ни пешек, ни короля. Три оригинальные фигуры испарились. Дверь номер семь была в прямо противоположном конце доски.

Этого Робин совсем не ожидал.

Где же король? Робин сделал осторожный шаг вперед в направлении следующей клетки… но ничего не произошло. Также ничего не случилось и когда Чудо-мальчик ступил на вторую клетку, затем третью, а после и весь путь до седьмой двери.

Это был эндшпиль. Игра проходила полный круг. Его беседа с Бэтменом лишь укрепила Тима в этом мнении. Убитые оказались связаны друг с другом. Каждая головоломка, которую они решали, была связана с флэшкой и содержащимися на ней материалами. Робин быстро огляделся по сторонам, проверяя, не пропустил ли чего, но все остальные двери были закрыты. Комната уже казалась заброшенной. Загадочник двинулся дальше. Тиму пришла пора поступить также.

А еще самое время было найти короля и расшифровать смысл словосочетания «I AM LARVAL». У Робина было стойкое ощущение, что ответ на обе загадки поджидает его за этой дверью.

В яблочко!

Автор: Рафаэль Дель Торо

GothamGazette.com

Список жертв растет, люди напуганы, целые районы Аркхем-сити взрываются по неизвестным причинам… постойте. Дайте-ка угадаю.

Бэтмен вернулся, не так ли?

Я слышал, как люди говорили, что Готэм болен, что он порождает преступников и психопатов точно также, как другие города порождают технические стартапы и баскетбольных звезд. Я в это не верю. В судьбе Готэма нет ничего предопределенного. Мы сами определяем, в каком городе мы хотим жить, и по какой-то причине нам хочется жить в городе, страдающем от беззакония. Мы выбрали Бэтмена как единственный источник света, способный спасти нас от всех тех вещей, с которыми сами, по какому-то коллективному соглашению, не можем справиться самостоятельно.

Другими словами, мы создали Темного рыцаря, потому что он упрощает нам жизнь. Если есть Бэтмен, это означает, что нам самим не нужно делать ничего, чтобы превратить Готэм в лучшее для жизни место. Пока есть этот мститель в маске, нам всегда будет кого винить, когда случится беда, как например, «никогда нет Бэтмена рядом, когда он так нужен». Он – тот, кого можно славить, когда прославление кого-то заставляет нас чувствовать себя лучше насчет нашей собственной апатии. И в этом заключается проблема.

Это не проблема Бэтмена, это наша проблема. Никто не заставляет нас жить в городе, полном костюмированных злодеев и периодически возникающего отважного мстителя в маске. Можно было бы жить в нормальном городе, с нормальными проблемами. Вместо этого мы предпочли жить в Готэме. И что мы собираемся с этим делать?

Сегодня, по всей видимости, ничего. Бэтмен гоняется за Загадочником, пока кто-то, вероятно, Дэдшот, вышибает мозги случайным людям на улице. И все ради чего? Если бы не было Бэтмена, чем бы тогда занялись Загадочник, Дэдшот, Глиноликий и кто там еще есть? С кем бы они сражались?

Иногда мне кажется, что, если бы Бэтмен внезапно решил перебраться в Майами, все остальные маньяки тотчас снялись бы с места и переехали следом за ним. Кто хочет запустить петицию? Мы могли бы назвать ее «Жители Готэма требуют нормальный город». Кто-нибудь бы подписал ее? Кто знает? Жители города не славятся своим чувством гражданского долга.

Тут дело вот в чем. Все постоянно талдычат о том, как нам нужен Бэтмен. Хорошо. Давайте согласимся с этой мыслью на минуту. Нам нужен Бэтмен.

Но почему?

На этот вопрос можем ответить только мы сами. И, по крайней мере сегодня, пока мы все прилипли к нашим телевизорам и радиоприемникам в ожидании последних новостей обо всех этих убийствах… сегодня мы уж точно не собираемся отвечать на этот вопрос.

Похоже, нам всем и так есть, чем заняться.

21

Робин открыл дверь и… ничего не увидел.

В буквальном смысле ничего. За дверью было всего лишь пустое пространство. Робин достал фонарь и, стоя в дверном проеме, осветил открывающуюся за ним комнату. Он осознал, что заглядывает в вертикальную шахту, стены которой были выкрашены в черный цвет. Шахта поднималась вверх примерно на три с половиной метра выше уровня пола в шахматной комнате, но когда Робин посветил вниз, то оказалось, что луч фонаря не достигает дна.

Примерно метрах в двух выше уровня поля из стены торчали останки старой стальной рамы, за которыми виднелась сгоревшая распределительная коробка. Похоже, рама некогда поддерживала вентилятор. Получается, он смотрит в закрытую ныне вентиляционную шахту.

Как далеко вниз она тянулась?

Есть только один способ это узнать – начать спуск. Так что Робин прикрепил кабель к одной из петель на самой двери и спрыгнул вниз. У кабеля был запас примерно 30 метров. Если шахта тянется вниз еще глубже, то Робин окажется гораздо ниже резервуара с водой. Когда Аркхем-сити, или уж Чудо-Город, если на то пошло, только строили, здесь не было столь глубоких ходов.

Чтобы добраться до дна шахты потребовалось примерно метров двадцать кабеля. Это было не так глубоко, как он ожидал – луч фонаря должен был достичь дна. Должно быть, краска каким-то образом поглощала свет.

Робин снова включил фонарик как только его ноги коснулись земли – под ногами оказался влажный бетон, заваленный проржавевшими осколками металла, оставшимися от вентиляторов и электрических реле, вырванных во время реновации. Маленькая металлическая дверь возле уровня пола была его единственным выходом наружу. Засунув фонарик в карман, Робин открыл дверцу и прополз сквозь тесный лаз в совершенно темную комнату гигантских, если судить по отголоскам эхо от скрипа его ботинок по полу, размеров.

Тим потянулся в карман за фонарем, но тут вся комната осветилась с серией еле слышных хлопков. Он огляделся по сторонам и осознал, что оказался в Чудо-Городе и даже лучше…

…в мастерской Загадочника.

Стены комнаты, по размерам как минимум не уступавшей Бэт-пещере, с шестиметровыми интервалами были освещены газовыми фонарями. Высоко над головой изгибался в арку построенный из кирпича и литого чугуна потолок. Тут и там висели старые флаеры и плакаты, рекламирующие Чудо-Город и его различные аттракционы. Кое-где в стенах еще остались старые витрины, а большая часть пола была заставлена машинами и рабочими столами. Возле одного из столов в кучу были свалены различные детали от механических стражей. Среди них на первый взгляд не было целых или работающих.

Охваченный благоговейным трепетом, Робин шел через комнату, глядя на источник происхождения всех комнат смерти Загадочника. На одном из столов рядом со сломанной неоновой трубкой в виде вопросительного знака лежали чертежи сталелитейного завода Сиониса и здания контроля за наводнениями. На другом столе вместе с рядами химического оборудования валялись научные схемы и разобранные батареи. Мензурки и пробирки, центрифуги, склянки с химикатами, баллоны с чистым водородом и кислородом с логотипом «Конундрум Солюшенс», красующимся поверх слова «Огнеопасно». Дальше Робин подошел к закрытой лаборатории, сооруженной за витриной магазина. Вывеска над дверью гласила «Обед у Леандро».

Лаборатория внутри выглядела белой и стерильной – разительный контраст с атмосферой увядающего стимпанка в огромной комнате. Сверкающие стеллажи из нержавеющей стали были заставлены компьютерами и инструментами. В небольшой герметичной производственной камере находились оборудование для печати схем и другие агрегаты, назначения которых Робин не понял.

Он подумал обо всех людях, которых Загадочник либо убил сам, либо чью смерть он заказал. Специалист по электронике, разработчик нанотехнологий, программист… даже если результаты их работы и не были тут видны, сами следы труда были очень хорошо заметны.

Вернувшись в центральную комнату Робин вспомнил последний раз, когда он бывал в Чудо-Городе. Тогда в него вело как минимум несколько путей. Загадочник, должно быть, запечатал их или начинил ловушками.

«Должно быть, я что-то упускаю, – подумал Робин, – он бы не стал прогонять меня через все эти смертельные ловушки только для того, чтобы затем выпустить обратно на поверхность». Должен быть какой-то новый вызов… где-то здесь.

Он по очереди осмотрел каждую витрину. Большая часть была опустошена или пришла в упадок, за исключением крысы-другой да широкого ассортимента насекомообразной и паукообразной жизни, там ничего не было. В одном магазине нашлись небольшая электрическая доменная печь и металлургическое оборудование, другой купался в тенях и был полностью пуст за исключением стоящего на платформе роботизированного костюма, удерживаемого на месте несколькими механическими манипуляторами.

Каркас был примерно трех метров в высоту. Элементы разобранного на две части туловища лежали рядом друг с другом. Конечности были отделены и развешаны в таких позициях, что вся эта инсталляция напоминала книжную иллюстрацию, где какая-то вещь изображалась в разобранном и развернутом виде. На самом верху висел шлем, стальной купол с прозрачной передней частью. Похоже, что все эти детали были частями механических стражей, слегка переделанными под нужды Загадочника.

Рядом с платформой на полу обнаружилась панель управления в виде вопросительного знака. На ней была всего одна кнопка – точка в самом низу знака вопроса. Она мигала ярко-зеленым светом.

«Не очень тонко. Но не то, чтобы я удивлен».

Из темной задней части комнаты доносилось журчание воды. Робин прошел мимо платформы и увидел, что через два с половиной метра пол резко обрывается. Внизу текла подземная река, метров шести шириной. Она вытекала из решетки в стене с левой стороны. Робин не знал, насколько она была глубокой или куда девалась после того, как скрывалась в стене справа от него, но он заметил, что с правой стороны в стене нет решетки.

Снаружи что-то взорвалось.

Робин выскочил из магазина и увидел, что самую дальнюю витрину на противоположной стороне комнаты охватывает пламя. С потолка сыпались кирпичи, а ближайшие к месту взрыва флаги пылали.

Новый взрыв, на этот раз в витрине напротив первой, обвалил еще одну часть потолка и начал пожар с этой стороны комнаты. Третий взрыв уничтожил «Обед у Леандро» и обрушил часть крыши. Кирпичи, железные балки, огромные куски бетона и камня обвалились на рабочие станции Загадочника. Железная балка раздавила химический стол, вспыхнул вытекающий из пробитого баллона водород. Вторичный взрыв – взлетели на воздух химические баллоны – уничтожил стойки с компьютерами и инструментами. Новый подрыв раздался всего в двух магазинах от того места, где стоял Робин. Тим пошатнулся. Он метнулся обратно в магазин, чудом разминувшись с рухнувшим на пол куском бетона размером с автомобиль. Разлетевшиеся во все стороны осколки разбили стекла в витрине.

– Совсем не тонко, Загадочник, – произнес Робин в надежде, что псих сможет его услышать. Пятый взрыв разметал в стороны гору запчастей от механических стражей и начал пожар в углу, ведущем к вентиляционной шахте.

К этому моменту у Робина закончились все варианты дальнейших действий за исключением самого очевидного. Если он не заберется в костюм, Чудо-Город рухнет ему на голову. Нет смысла тормозить и пытаться найти другой выход из ситуации.

Он повернулся и побежал к платформе. На полу красовались отметки в виде следов от подошв. Робин нажал на мигающую зеленую кнопку, забежал на платформу и встал ногами в точности на указанные отметки. Он вытянул руки, как ему казалось, в правильном направлении. С механическим завыванием машины ожили. Один манипулятор поставил на место переднюю часть туловища, а затем Робин слегка пошатнулся, когда в него впечаталась задняя часть. Он выровнял положение. С серией щелчков и звонов все детали соединялись друг с другом. Затем под аккомпанемент непрекращающихся щелчков манипуляторы одели его руки и ноги. Очередной взрыв обрушил большую часть крыши, погрузив комнату во тьму. Теперь Робин видел лишь ряд огоньков на механических манипуляторах, да ровное свечение кнопки на панели управления. Он почувствовал, как рукавицы встают на свои места, и согнув пальцы, Робин услышал скрежет металла. Затем он взмыл в воздух, и его ноги скользнули в тяжелые ботинки.

Тим посмотрел над собой и подавил приступ паники, когда сверху опустилась темная форма шлема. Она погрузилась в кольцо вокруг шеи, повернулась на тридцать градусов и защелкнулась.

Снаружи пламя как раз подступало к витрине. Теперь вокруг снова стало достаточно тепло, но Робину нужно было шевелиться, если он не хотел поджариться заживо внутри костюма или сгинуть под обломками окончательно рухнувшего потолка. Эта часть Чудо-Города скоро обратится в сплошные руины.

Он задумался, не просядет ли находящаяся наверху часть Аркхем-сити во внезапно образовавшийся провал. Если переживет ближайший час, может, у него получится сходить и проверить.

Внутри костюма зашипел воздух, в ушах Робина щелкнуло. Костюм герметизировался, и Чудо-мальчик услышал множество маленьких щелчков, с которыми выравнивались пломбы и прокладки. Платформа опустила его вниз, и практически тотчас пол начал трястись. Судя по звукам, снаружи рушилось что-то огромное, но через заставленные окна ничего не было видно. Робин развернулся. Костюм двигался медленно, неторопливо.

Тим поднял руки и увидел тот же арсенал встроенных оружий, что и у того стража, который угрожал Харли Квинн.

Загадочник вооружил его?

Что-то тут не так.

Он не смог найти никаких систем управления или спусковых крючков.

За его спиной рухнула витрина магазина. Обломок потолка ударил его по плечу. Если бы не костюм, Робин бы погиб на месте.

Пора уходить.

Тим подошел к краю реки. Остановился в последний раз, лихорадочно соображая, пытаясь придумать вариант получше.

Пол снова сотрясся.

– Поехали, – сказал Робин.

Он шагнул за край и рухнул вниз.

RyderReport.com

Опубликовано JKB

Среда, 14:59

Обратный отсчет… ну что, ждем пятого убийства? Или Бэтмен наконец-то смог справиться с ситуацией?

Всего несколько минут назад его заметили направляющимся в Бернли. Не самый преступный райончик, скорее смахивает на место, где поселился бы технарь-профессионал. Или кто-то, кто занимается дизайном и, быть может, подобрал себе не того клиента.

Знакомо звучит?

Бэтмен уехал после встречи с комиссаром Гордоном у дверей Готэмского казино. Мы не знаем, что произошло внутри, но после отъезда Темного рыцаря копы остались. В безумной демонстрации силы, они взяли казино штурмом с помощью нескольких отрядов спецназа и вольного обращения со слезоточивым газом. Мы вернемся к этой теме, когда получим новые видео от наших полевых корреспондентов.

Один из наших журналистов на месте происшествия попытался было проследить за Бэтменом, но не смог за ним угнаться. Однако, судя по сообщениям в интернете, Бэтмен бросил бэтмобиль и скрылся на крыше одного из домов. Настоятельно просим всех, кто живет в районе Бернли, не спускать глаз со своих окон, и ежели вдруг вы заметите Бэтмена, снимите его на камеру и пришлите фотографию нам.

Пожалуйста, пожалуйста!

Гражданский журнализм!

Что задумал Бэтмен?

Авторы лучших фото получат билеты на шоу Джека!

С учетом времени, Бэтмен вполне вероятно идет по следам наемного убийцы, которым в зависимости от того, кого вы спросите, может (или не может) оказаться Дэдшот. Некоторые уверяют, что видели Дэфстроука, а третьи и вовсе утверждают, что на сцене появился новый злодей, намеревающийся занять освобожденное Джокером место.

Новый злодей. Его-то Готэму и не хватало.

Мы продолжим проверять все поступающие на наш адрес истории, и как только мы получим то, что соответствует доказательным стандартам «Доклада Райдера», мы тотчас поделимся информацией с вами. Тем временем…

Выгляните в окно. И если вы заметите Бэтмена, снимите его на камеру и немедленно отправьте фотографию нам.

Сможете сделать это ради нас?

22

00:12:58

Комиссар Гордон и несколько его ребят стояли на низком старте, ожидая, когда Бэтмен сгрузит им очередной зловредный хлам. Поэтому, когда Темный рыцарь позвонил им, стоя возле входа в казино, полиции не потребовалось много времени, чтобы приехать.

– Безумный Шляпник внутри, на балконе, – сказал Бэтмен, когда Гордон выбрался из главной машины.

– Он просто стоит там, или ты что-нибудь еще добавишь?

– Он не окажет сопротивления, Тетч окончательно слетел с катушек, – ответил Бэтмен, – но смотрите по сторонам. Хоть Шляпник сейчас и не представляет угрозы, у него там есть кучка лакеев, с промытыми мозгами и большими ножами.

– Мы о них позаботимся, – пообещал Гордон.

Он подал знак, и из двух припаркованных поодаль транспортеров стали высаживаться бойцы спецназа.

– Кое-кому из них потребуется медицинская помощь, – заметил Бэтмен, наблюдая за приготовлениями к штурму.

Его беспокоило, что Гордон может проявить куда больше жесткости, чем нужно, просто для того, чтобы доказать, что именно он держит ситуацию под контролем.

– Я же сказал, мы о них позаботимся, – жестко сказал Гордон, награждая Бэтмена пристальным взглядом. – А ты иди и найди Загадочника. – Комиссар огляделся по сторонам. – А где Робин?

– Он все еще пытается выбраться из лабиринта Нигмы. Где Пьер Оулетт?

Гордон снял очки и потер переносицу.

– Мы уже говорили об этом, – напомнил он, – Оулетт в безопасном месте, и он останется там до тех пор…

– Комиссар, со всем должным уважением, вы действительно считаете, что Пьер Оулетт в безопасности, когда знаете, что в ваших рядах засел крот? – Бэтмену не хотелось поднимать эту тему, но другого варианта не было. Прежде Гордон пытался защитить Оулетта и минимизировать риски, но сейчас об этом и речи не шло. Оулетт был следующей целью Дэдшота, а Гордон мешал Бэтмену остановить убийцу.

Комиссар взглянул на Темного рыцаря, стиснув зубы. Его глаза пылали.

– Не учи меня, как мне делать свою работу, – рявкнул он.

Бэтмен удержался от резкого ответа. Возглавляемые полицейскими в форме бойцы спецназа вломились в главный вход казино. Раздался глухой звук, и вскоре из разбитых дверей потянулись легко узнаваемые струйки слезоточивого газа.

«Проблема не в том, – подумал Бэтмен, – что я учу Гордона как ему делать свою работу, проблема в том, что он слишком обидчив и осторожен, чтобы убраться с дороги». Это было типичное укоренившееся поведение полицейского. Их учили проявлять подозрительность при работе с другими правительственными агентствами… или индивидуальными лицами. Если кто-то другой закрывал дело и ловил злоумышленников, это плохо выглядело в прессе, а когда чиновников не устраивали заголовки СМИ, следующие обсуждения бюджета на содержание полиции проходили плохо.

– Нет, я не буду рассказывать, как вам стоит работать, – пообещал Бэтмен.

Внутри послышались выстрелы из автоматического оружия. Над их головами кружил новостной вертолет, и как минимум два репортера наблюдали за его беседой с Гордоном.

– Я говорю вам, что менее чем через десять минут таймер снова достигнет нуля. Вам нужно довериться мне.

Гордон надолго замолчал.

Часики тикали.

Комиссар назвал адрес.

«Это последняя услуга, которую мы получим от Гордона в ближайшее время, – подумал Бэтмен, запрыгивая в бэтмобиль и ускоряясь прочь от казино, – если это вообще была услуга. С тем же успехом это мог быть акт самосохранения».

В конце концов, если Бэтмен поедет за Дэдшотом и не сможет поймать его, Гордон сохранит лицо. Он поделился важной информацией, и не его вина, что Бэтмен облажался.

Темный рыцарь не мог винить Гордона за подобный маневр. Никак не мог. Комиссару приходилось управлять целым департаментом и лавировать в опасном море городской политики. Бэтмену не нужно было учитывать подобные факторы при принятии решений.

Он отвечал лишь перед жителями Готэма.

00:04:07

Он припарковал бэтмобиль на тихой улочке в Бернли, неподалеку от новой штаб-квартиры полиции Готэма. Указанный Гордоном адрес находился в квартале отсюда. В этой части города жители обычно занимались своими делами, замыслы Загадочника и других зловещих фигур преступного мира города не касались их… по крайней мере, большую часть времени.

Улицы выглядели чистыми, а особняки из песчаника хорошо сохранились. Перед большинством домов были разбиты небольшие садики, а припаркованные вдоль обочин машины были получше тех, на которых ездили в других частях города. Здесь жили люди, которые сильнее всех не доверяли Бэтмену, потому что они были максимально отдалены от ежедневного разгула преступности и бедности. Но он защищал всех одинаково.

Темный рыцарь скользнул в переулок и забрался по пожарной лестнице на крышу старого склада, переделанного в лофт. Конспиративная квартира готэмской полиции находилась на пятом этаже соседнего здания, ее единственное окно выходило в переулок. Бэтмен застыл в тенях, оглядываясь по сторонам и обращая внимание на каждую мельчайшую деталь. На первый взгляд, вокруг не было ничего подозрительного, но если в деле был замешан Дэдшот, то он мог занять позицию в нескольких кварталах отсюда. Бэтмен просканировал крыши домов, откуда было видно единственное окно конспиративной квартиры, но не заметил ничего необычного за исключением многочисленных голубей. Хорошо. Если бы на одной из крыш кто-то был, голуби бы там не кучковались.

– Одна минута, – раздался в наушнике голос Оракула.

Бэтмен намеревался помешать Дэдшоту или кого там нанял Загадочник, но времени было в обрез, а мешать было некому. Так что он решил применить другой подход.

Темный рыцарь ждал, сидя на перилах пожарной лестницы.

Сорок пять секунд.

Тридцать.

Пятнадцать… десять.

За пять секунд до окончания таймера он оттолкнулся от перил и влетел в окно конспиративной квартиры. Это была студия с небольшой кухонной зоной с островной барной стойкой и раскладным диваном, который можно было использовать как кровать. На диване сидел Пьер Оулетт. Распахнутыми от ужаса глазами он глядел на стоящую перед ним фигуру.

Приставившую к лицу Оулетта пистолет.

Дэдшот не сильно изменился с момента последней встречи с Бэтменом. Все тот же монокль с красной линзой, псевдовоенная форма, те же крепящиеся к запястьям пистолеты. Даже щетина та же.

– Привет, Загадочник говорил, что ты можешь заскочить, – сказал он.

– В чем дело, Дэдшот? – спросил Темный рыцарь. – Потерял уверенность в своих снайперских способностях? Теперь работаешь вблизи?

– Пожалуйста, – взмолился Оулетт, – не убивайте меня, я ничего не сде…

Дэдшот ударил его рукояткой пистолета по лицу.

– Заткнись, – переведя взгляд на Бэтмена, он продолжил, – хочешь шутить со мной? За тобой все еще должок, приятель. Ты заставил меня промахнуться по этому репортеру, как там его, какой-то там Райдер. Теперь я вынужден слушать нытье этого барана по радио двадцать четыре часа в сутки. И если я прежде сохранял хоть какую-то ясность ума, то теперь он довел меня до ручки.

– У всех есть отмазки, – сказал Бэтмен, – только слабаки ими пользуются.

– Как скажешь, док, – ответил Дэдшот.

– Что за пистолет? Почему ты не используешь то оружие, что уже прикреплено к твоим рукам?

– Визитная карточка, – Дэдшот пожал плечами, – специальные патроны.

– Типа инициалов?

– Эй, когда ты работаешь на фрилансе, тебе нужна вся реклама, которую ты можешь получить. Так, кого мне тут убить? – Он перевел прицел с Оулетта на Бэтмена и обратно. Движение было слишком плавным, чтобы у Бэтмена появился шанс вмешаться. – Может, мне стоит убить вас обоих.

– В таком случае, у тебя проблема, – заметил Бэтмен, – если ты застрелишь его, я тебя вырублю. Но если ты сначала постараешься убить меня, то я все равно тебя вырублю, а он сможет сбежать.

– Ты? Вырубишь меня? – Дэдшот улыбнулся. – Мне нравится этот вызов… но ты прав, мне нужно удостовериться, что этот парень не сбежит. Хммм. – Он почесал щеку стволом пистолета. – А. Придумал.

Он нацелил пистолет вниз и выстрелил Оулетту в ногу. Крик Пьера по громкости перекрыл звук выстрела. Он и продлился дольше, чем потребовалось Бэтмену, чтобы преодолеть расстояние от окна до дивана и выбить пистолет из руки Дэдшота. Оулетт катался по полу, не переставая кричать, а Дэдшот впечатал предплечье в нос Бэтмену.

Оба предплечья Дэдшота были закованы в стальные наручи, в которых тот хранил свои пистолеты. Бэтмен почувствовал, как у него в носу что-то хрустнуло. Ослепительная вспышка боли на миг затмила все прочие чувства, на глаза выступили слезы. Темный рыцарь отшатнулся назад, не выпустив, однако, противника из своей хватки.

Бэтмен крепко держал оба запястья Дэдшота, не давая наемнику возможности воспользоваться своими пистолетами. Если бы убийца попробовал выстрелить из них сейчас, он бы скорее всего остался с культями вместо рук. Поэтому Дэдшот и не стрелял.

Вместо этого наемник попробовал ударить противника головой. Бэтмен успел повернуть лицо как раз вовремя, чтобы избежать удара и в без того пострадавший нос.

– Я же сказал тебе, что мы еще не закончили, – прорычал Дэдшот и вырвал левую руку из хватки Бэтмена.

Он прицелился из наручного пистолета в лицо герою, и Темный рыцарь метнулся влево. Пуля проделала дыру в полу. Бэтмен рванулся вперед и опрокинул Дэдшота. Пистолет продолжал стрелять, превращая в труху стены и потолок квартиры. Бэтмен не ослабевал хватку на другом запястье Дэдшота, пользуясь рукой наемника как опорой, чтобы хорошенько раскрутить. Темный рыцарь поднырнул под руку Дэдшота, поднял наемника в воздух и затем с силой обрушил противника на барный остров, с такой мощью, что раскололась гранитная столешница.

Запястный пистолет заглох. Или кончились патроны, или удар об стол повредил управление. Бэтмен ткнул противнику локтем в горло и добавил три мощных удара прямо в лицо. Последний расколол красный прицел и с такой силой приложил голову оппонента о гранитную столешницу, что Дэдшот закатил глаза и только через несколько мгновений пришел в себя, и его взгляд нехотя сфокусировался на Темном рыцаре.

– У тебя два варианта, – сказал Бэтмен, – мы можем поговорить. Или же я продолжу колотить тебя.

– Ты снова заставил меня промахнуться, – прохрипел Дэдшот.

Оулетт перестал кричать, но он по-прежнему стонал и держался за ногу.

– По крайней мере, ты прострелил ему ногу, – заметил Бэтмен, – пусть это послужит тебе утешением во время очередного визита в «Блэкгейт».

– Как скажешь, – ответил Дэдшот, – я все равно остаюсь там ровно столько времени, сколько сам захочу. Прямо как в Аркхем-сити, помнишь?

– Расскажи мне кое-что, – произнес Бэтмен, игнорируя подколку. – Почему Загадочник отправил тебя совершить серию убийств, четко запланированных по таймеру… прямо как Джокер, когда он с «Тигром» здесь всем заправлял? Нигма не мог придумать идею получше?

– Ты же величайший детектив в мире, разве не так? Сам подумай… здесь нет какой-то сложной подоплеки.

По мере того как Дэдшот приходил в себя после удара в горло, его голос становился яснее и чище.

– Загадочник делает это, потому что хочет стать новым Джокером. Он хочет заправлять всей лавочкой. И единственный способ добиться этого – это показать всем, что он способен справиться и с тобой, и с Робином, и с Гордоном. Что он способен заставить вас постоянно танцевать под его дудочку. Прямо как Джокер.

На лице Дэдшота проступило искреннее разочарование.

– Я-то думал, что ты и сам уже обо всем догадался. – Наемник покачал головой. – Ты сбился с курса в поисках глубоких, потаенных мотивов. А истина все это время была здесь и смотрела тебе прямо в лицо.

Дэдшот был прав.

Ответ был под самым его носом все это время, и все же Бэтмен отказывался увидеть его. Параллели были очевидны с самого начала – бомба в хранилище Готэмского торгового банка, охота на Убийцу Крока, исследования Мистера Фриза. Головоломка вовсе не была сложной. Он просто отказывался решать ее. Бэтмен отказывался признать, что Загадочник метит на место Джокера в преступной иерархии, потому что принятие этого факта будет равносильно признанию того, что Джокера больше нет.

– Я уже видел этот взгляд, – заметил Дэдшот, – ты думал, что Загадочник играет в какую-то особо изощренную игру. Подумай еще раз, приятель. Он метит на самый верх, и об этом-то я тебе толкую с самого начала. Чувак, погоди, пока об этом разнесется молва!

Он рассмеялся. Бэтмен замахнулся и вырубил наемника с одного удара, вложив в него весь свой гнев, все разочарование, и, да, все свое раздражение.

Дэдшот повалился на пол и остался лежать.

– Теперь мы закончили, – сказал Бэтмен.

Из угла донесся всхлип.

– Ты, эм… я думал, ты так дела не делаешь, – сказал Оулетт.

Бэтмен повернулся, и мужчина отвел взгляд, не в силах взглянуть ему в глаза.

– Ты ошибся, – произнес Бэтмен.

Затем он распахнул окно и исчез.

<щелк>

Говорит Вики Вэйл. Я все еще в служебных туннелях. Полагаю, где-то под сталелитейным заводом. Определенно в Аркхем-сити. Я не видела Фила. Я не видела никого с тех пор, как выбралась из той комнаты с Робином и Харли Квинн.

В темноте кто-то движется.

Может, снова эти роботы?

<щелк>

Детали сюжета. Робин был в комнате. Викторианское убранство, чайный сервиз, картины на стенах. Он съел записку со словами «Съешь меня». Никакого видимого эффекта. Он сразился с Харли Квинн, чтобы освободить меня. За мной должок. Мне кажется, она всерьез собиралась убить меня.

Было ли это частью плана Загадочника? Не думаю. Он бы не стал заманивать меня в подземелья под Аркхем-сити только для того, чтобы убить.

Загадочник хотел, чтобы у меня появился сюжет, и он у меня появится. Если я только выберусь отсюда.

<щелк>

Проклятье, почему мой телефон не ловит сигнал. В Аркхем-сити что, нет ни одной коммуникационной вышки? Боже правый.

Детали сюжета. Драку Харли Квинн и Робина прервал механический страж. Так его Робин назвал. Робот из Чудо-города. Он был там. Когда я отсюда выберусь… если я отсюда выберусь, это будет мое первое интервью. Найти Робина, выяснить о Чудо-городе, разузнать, правдивы ли легенды.

Он застрял здесь, чтобы найти какую-то информацию о Загадочнике, но ему сначала нужно решить что-то вроде головоломки в комнате. Как-то связано с часами?

Я так и не встретилась с Загадочником. У Квинн были свои планы. Не думаю, что она его фанатка. Квинн все еще сохнет по Джокеру – по своему «Сладкому» – ну а еще она чокнутая на всю голову. Я все еще чувствую, как лезвие топора вгрызается в бревно по соседству с моей головой.

Напоминание: прежде чем снова появиться в кадре, мне понадобится новая прическа. Харли сделала мне асимметричную стрижку, а она никогда не была в моем стиле.

Фил. Надеюсь, с ним все в порядке.

<щелк>

Похоже, я вижу свет в конце тоннеля. Солнечный свет, я имею в виду. А еще я больше не вижу знаков вопроса. Думаю, это выход.

<щелк>

23

Бэтмен уведомил Гордона, что Пьер Оулетт все еще жив, а Дэдшот ждет попутки до тюрьмы «Блэкгейт». Он злился на себя за утрату контроля. Нос зверски болел, и, хотя кровотечение остановилось, он не сможет вправить его обратно, пока не вернется в пещеру.

На пути к бэтмобилю Темный рыцарь связался с Оракулом.

– В этом списке есть другие имена? Другие номера, неоднократно связывавшиеся с «Конундрум»?

– Нет, – ответила она, – я нашла всех, и мы уже всех учли. Но я потеряла связь с Робином. Какое-то время я получала довольно сильный сигнал от его передатчика, но двадцать минут назад он оборвался. Да, есть еще кое-что, что тебе нужно знать. Приложение с таймером только что самоудалилось.

Этому было два возможных объяснения. Либо Оулетт был последним именем в списке, и в таком случае в существовании приложения больше не было никакого смысла… либо же Загадочник встроил в него предохранитель и удалил приложение, когда Бэтмен помешал последнему убийству.

Он склонялся к первому варианту, и Оракул с ним согласилась.

– Если бы в списке были другие цели, у Загадочника был бы какой-нибудь запасной план на случай непредвиденных обстоятельств, – заметила она, – наподобие робота-стража, которого он направил помешать Харли Квинн.

– Если все произошло именно так, – ответил Бэтмен, – с тем же успехом эти двое могли разыграть маленькую драму.

– Однако сцена с Дэдшотом не была подстроена, – заметила Оракул, – он действительно собирался убить Оулетта.

Бэтмен практически почувствовал, как у него в мозгу что-то щелкнуло.

– Он думал, что убьет его, да. Но что, если Загадочник хотел, чтобы я остановил Дэдшота? В таком случае Нигма избавился бы от него моими руками, спрятав еще один конец.

«Но зачем Загадочнику оставлять Оулетта в живых?» – задумался он.

– У Пьера Оулетта есть информация, которой Загадочник хочет со мной поделиться.

– Отец сейчас направляется на конспиративную квартиру. С ним там скорая, – произнесла Оракул, – лучше попасть туда до того, как медики накачают Оулетта лекарствами и он позабудет все, о чем тебе нужно узнать.

Бэтмен успел вовремя, но едва-едва.

– Подождите, – велел он медикам, грузившим Оулетта в машину скорой помощи. – Вы уже дали ему обезболивающее?

– Нет, еще нет, – пожаловался Оулетт, – и чертовски зря.

– Отлично, – заявил Бэтмен. Он забрался в машину и наградил медиков многозначительным взглядом. – Мне понадобится минутка.

Не говоря ни слова, они отступили назад, и Бэтмен закрыл дверь скорой.

– Что… что происходит? – спросил Оулетт, широко распахнув свои налитые кровью глаза. – У меня дыра в ноге. Мне нужно в больницу.

– Большинство людей, повстречавших Дэдшота, получают дыры в гораздо менее приятных местах, – заявил Бэтмен, – но мы можем управиться быстро, тебе нужно всего лишь поделиться со мной информацией. Что ты делал для Загадочника.

– О-о, ни за что, – ответил Оулетт. – Я уже словил одну пулю. Как ты думаешь, что он со мной сделает, если узнает, что я говорил с тобой?

– Он и так это предположит… если его люди следят за происходящим, он знает, что я здесь, – сообщил Бэтмен, – с другой стороны, если ты мне поможешь, я смогу найти его, и он перестанет быть твоей проблемой.

– Именно, если ты его найдешь, – в панике заявил Оулетт, – но ведь ты не успеешь найти его вовремя, чтобы помешать убить меня, верно?

– Я нашел тебя вовремя, чтобы предотвратить твое убийство, – напомнил Бэтмен, – смирись с этим, он уже решил, что ты должен умереть. Считаешь, он вдруг передумает? Твой единственный шанс на спасение – это рассказать мне все, что ты знаешь.

У лежащего на каталке Оулетта был испуганный и смущенный вид. Несмотря на его связь с Загадочником, Бэтмену было жаль парня, но Темный рыцарь не мог допустить, чтобы Оулетт это увидел. Бэтмен не мог уйти из скорой без ответов.

– Он, эм… у него большая лаборатория в Чудо-городе, – начал Оулетт, – я даже не знал, что Чудо-город вообще существует, но он пришел, забрал меня и отвел туда. Загадочник хотел, чтобы я поработал над этим старым роботизированным костюмом. Перепрограммировал его так, чтобы им можно было управлять удаленно.

– Один из механических стражей?

– Да, кажется именно так он их и называл. Там на стенах висели плакаты с их изображениями. Старые плакаты. Я вообще удивился, что они все еще работают, но он, Загадочник, сказал, что ему удалось восстановить нескольких. Он сказал, что это все ради шоу, что-то типа карнавала или вроде того. Но он заставил меня поклясться, что я все сохраню в секрете. И когда Загадочник заставил меня дать это обещание, я испугался, было в его глазах что-то такое… – Оулетт тяжело задышал, – слушай, Бэтмен, я же не знал…

– Я тебя умоляю, – отмахнулся Бэтмен, – ты хочешь сказать, что тебе было все равно. До той поры, пока он исправно платил. – Бэтмен открыл дверцу скорой. – Из-за того, что ты сделал, уже погибли люди. Многие все еще могут погибнуть. Подумай об этом, пока будешь ныть о своей ноге.

Выбравшись из скорой, он бросил медикам:

– Он весь ваш.

Один из врачей заглянул внутрь, словно бы в попытке удостовериться, что Бэтмен не сделал ничего ужасного. Но увидев внутри лишь угрюмого и страдающего Пьера Оулетта, медик забрался в машину, закрыл двери, и скорая укатила прочь.

Комиссар Гордон ждал.

– Это что сейчас было?

– Я кое-что выяснил, комиссар, – ответил Бэтмен, – но я еще не до конца уверен, что именно.

– Если бы я хотел услышать ребус, я бы купил газету, – нахмурился Гордон.

– Мы в любом случае будем вынуждены столкнуться с ребусами, Джим, хотим мы этого или нет. И один кусочек мозаики только что встал на свое место. Оулетт помог Загадочнику перепрограммировать нескольких механических стражей в Чудо-городе, – рассказал Бэтмен.

– Зачем это Нигме? Чтобы построить себе армию роботов? Это не в его стиле.

– Согласен, – ответил Темный рыцарь, – поэтому я и сказал, что не уверен.

Отойдя за пределы слышимости комиссара, Бэтмен связался с Оракулом чтобы выяснить, не удалось ли ей определить местонахождение Робина. Не удалось.

Два офицера полиции выкатили из здания каталку с привязанным к нею Дэдшотом. Они сняли его запястные пистолеты, но оставили монокль. Когда процессия проходила мимо, наемник повернул голову к Бэтмену.

– Ты уже дважды заставил меня промахнуться, – процедил он, – третьего раза не будет.

Бэтмен подумал, что ему стоило позволить Дэдшоту расправиться с Джеком Райдером. Это бы привело к двум последствиям, оба из которых были позитивными. Первое – Дэдшот не затаил бы на него зуб и с большим удовольствием остался бы в «Блэкгейте». И второе, Джек Райдер перестал бы отравлять готэмские радиоволны своим токсичным нарциссизмом.

Внезапно в его голове что-то щелкнуло, практически физическое ощущение, и Бэтмен осознал, что он думает как один из своих врагов, один из людей, противостоянию с которыми Темный рыцарь посвятил всю свою жизнь. Бэтмен был не из тех, кто стравливал своих врагов друг с другом или жертвовал чужими жизнями ради достижения результатов. Он не мог так поступать. Он выступал за нечто большее. Но эти мысли проскользнули в голову так легко, казались такими соблазнительными… можно подумать, у него в голове была чья-то посторонняя сущность.

С чувством глубокого беспокойства Бэтмен развил эту мысль.

Так бы размышлял Джокер.

Неужели все дело в том, что ты так глубоко усваиваешь своего врага, что когда он уходит, ты хранишь его образ живым? Бэтмен знал, что у него не было времени гоняться за призраком Джокера по лабиринтам собственной головы. Ему нужно сохранять концентрацию – но снова и снова Темный рыцарь ощущал присутствие Джокера. Психиатры могли бы назвать это посттравматическим стрессом, но, если бы это имело хоть какое-то значение, Бэтмен страдал от посттравматического стресса с детства.

Всю жизнь им двигало присутствие мертвых.

Но прямо сейчас у Бэтмена не было времени на сеанс психоанализа. Дэдшот по-прежнему не сводил с него глаз, пока полицейские катили преступника к бронированной машине скорой помощи, которая должна была доставить его в надежно защищенный тюремный госпиталь «Блэкгейта».

– О чем задумался? – спросил Дэдшот, снова дразня его.

Краешком глаза Бэтмен заметил, что Гордон наблюдает за ними. Дождавшись, пока тюремная скорая уедет прочь, Темный рыцарь подошел к комиссару.

– Это что сейчас было? – поинтересовался Гордон.

– Дэдшот подкинул мне откровение, – ответил Бэтмен.

– Это все, что ты собираешься мне сказать? – Комиссар казался раздраженным. – Я выслушиваю лекцию о доверии, сообщаю тебе адрес этого места… а в ответ слышу лишь, что «Дэдшот подкинул тебе откровение».

– Я все еще пытаюсь разобраться в происходящем, комиссар, – пояснил Бэтмен.

– Ну так разбирайся быстрее, – велел Гордон, – у меня кончаются идеи.

«Я что-то упускаю», – подумал Бэтмен.

Дэдшот был прав. Загадочник устроил ему повторение «Величайших хитов Джокера»… но какое шоу он приготовил для грандиозного финала? Головоломок не осталось, он никак не мог связаться с Робином или отправиться на поиски других союзников Загадочника.

Все затихло.

А по опыту Бэтмена за большим затишьем всегда следовала огромная, оглушительная буря.

Отведи их к Траску

Дуэйн Траск, радио «Готэм Глоуб»

– Мы прерываем наше регулярное вещание, чтобы сообщить, что Вики Вэйл жива и здорова. Повторяю, Вики Вэйл возвращается из Аркхем-сити. Она в полном порядке, и она у нас на проводе. Вики?

– Дуэйн! Последние несколько часов были что-то с чем-то, я вам скажу!

– Уверен, так оно и было. Не хочешь просветить нас?

– Что ж, я всего лишь невинный репортер, и вот я еду в Аркхем-сити, чтобы взять небольшое интервью у кого бы вы думали, у самого Загадочника. Мне сообщили время и место, и мы с моим оператором… ох. Фил. Кто-нибудь видел Фила?

– У меня для тебя плохие новости, Вики. Да что там… у меня ужасные новости. Фил… Вики, Фила больше нет.

– О, нет. Я… Простите меня… Я… мне так жаль…

– Не извиняйся. Мне очень не хотелось быть гонцом, сообщающим тебе плохие вести.

– Я… О, Фил. Кто?..

– Полиция все еще расследует случившееся, Вики. Это все, что мы знаем. Послушай, если хочешь, мы всегда можем поговорить в другой раз.

– Дай мне секунду, Дуэйн. Просто… да, все хорошо. Хорошо.

– Серьезно, Вики, если ты…

– Просто задай вопрос, Дуэйн.

– Ну хорошо. Ты направлялась на интервью с Загадочником. Что случилось потом?

– Я спустилась в метро, линия под Аркхем-сити, которую отключили от сети после того, как Хьюго Стрейндж обнес стеной эту часть города. В один момент я подняла взгляд, и Фил просто… исчез. Я не знала, куда он делся, и не могла последовать за ним, потому что там была развилка, и я не знала, по какому туннелю пойти. Затем я увидела Харли Квинн.

– Сообщницу Джокера? Она встречала тебя от лица Загадочника?

– Едва ли. Она… она очень много болтала. Если ты видел записи с ней, ты знаешь, как странно она себя может вести. Только Квинн была одета иначе. Она была одета как Красная королева. Ну, знаешь, Червонная королева.

– Отрубите ей голову!

– Не смешно, Дуэйн.

– Прости, мне очень жаль. Она говорила эту фразу?

– Да, говорила. А еще у нее был топор, и она… ну, она бы убила меня, если бы Робин не спас мне жизнь.

– Постой, постой. Там был Робин?

– Был. Насколько мне известно, он до сих пор там. Он пробирался через серию комнат… каждая из них – головоломка. Полагаю, все они спроектированы так, чтобы быть смертельными. Харли Квинн смогла пробраться внутрь. В той комнате, в которую она меня втащила, была воссоздана викторианская тематика. Она положила мою голову на плаху и постоянно кричала «Отрубите ей голову!». Все время.

– И Робин тебя спас.

– Да. Спас. Затем они с Харли Квинн сражались, и… на самом деле, у меня на телефоне есть несколько фото.

– Мы бы хотели их увидеть.

– Ни за что, Дуэйн. По крайней мере, только после того, как их получит «В поле зрения – Готэм». Ты же знаешь, как делаются дела.

– Определенно знаю. Итак, Робин и Харли Квинн сражались, и?..

– Механический страж вломился сквозь стену и остановил драку. Встал прямо между…

– Постой. Механический страж. Как в Чудо-городе? Эти штуки настоящие?

– Этот точно был настоящим. Им управляли удаленно. По крайней мере, мне так показалось. Робин думал, что им управляет Загадочник. Он был убежден, что Загадочник все это подстроил, чтобы снабдить меня сюжетом и заставить рассказать о том, чем он занят под Аркхем-сити.

– Что ж, если его план заключался в этом, он определенно сработал. Звучит как очень увлекательный сюжет.

– Безусловно. Я побывала во многих местах, многое повидала, но еще никогда прежде персонаж с игральной карты не держал лезвие топора у моего горла. Честно говоря, я не очень хочу когда-либо повторить этот опыт.

– В таком случае сохрани его для мемуаров. Должно быть, тебе будет интересно узнать, что комиссар Гордон только что вытащил закованного в наручники Безумного Шляпника из Готэмского казино.

– Это интересно. Должно быть, Бэтмен смог каким-то образом связаться с Робином и сложил два и два.

– Возможно. Будем надеяться, что так оно и будет. Вики, наше время подходит к концу. Чем ты планируешь заняться теперь, после того как ты сумела выбраться на поверхность?

– Я собираюсь поймать машину, а затем… затем я собираюсь и дальше следить за этой историей, Дуэйн. Так бы ты поступил. Так бы поступил… и Фил. Мне пора, спасибо, что выслушали меня.

– Спасибо, что заскочила, Вики. Давай как-нибудь выпьем вместе. Я не скажу Джеку.

– Отличная идея. До связи.

– Это была Вики Вэйл, народ. Ее похитила Харли Квинн, а затем спас никто иной, как верный напарник Бэтмена, Робин. Она описала нам подземный лабиринт с проходами под Аркхем-сити, со смертельными ловушками и патрулями легендарных… давайте остановимся на «мифических» механических стражей Чудо-города! Вы в это верите? Или же Вики снова делает то, что у нее лучше всего получается – ставит себя в центре сюжета?

Боже правый! Я что, сказал это вслух? Теперь она ни за что не согласится выпить со мной.

24

Робин шел по дну, подгоняемый течением. Извилистое русло подземной реки пролегало под самыми старыми частями Готэма. Полностью герметичный механический страж двигался под водой также легко, как и на открытом воздухе. На самом деле, даже легче, поскольку благодаря плавучести вес самого костюма сказывался меньше.

По пути Робин видел осколки истории города, застрявшие в иле на дне реки. Старые инструменты, детали машин и вещи из более современной эпохи, такие как пластиковые пакеты и пластиковые же стаканчики. Робин шел так, как в его воображении передвигались астронавты по поверхности Луны – прыгая вперед, вытянув руки в стороны для равновесия и отталкиваясь от извилистых стен, чтобы оставаться в центре потока.

Робин уже потерял счет тому, как далеко он продвинулся, но его чувство времени все еще работало. Поэтому, когда впереди забрезжило что-то, напоминающее дневной свет, Тим прикинул, что с того момента, как он прыгнул в воду в Чудо-городе, прошло, наверное, минут тридцать. Робин замедлился и направился к источнику света. А там перед ним вид открылся во все стороны.

И конечно же, это была Вест-Ривер. Должна была быть она. Дно было завалено любым мусором, который только можно представить в крупной городской водной артерии. Здесь было все, начиная от строительного мусора и затонувших остовов маленьких лодок и заканчивая тяжелыми кабелями, тянущимися от Готэмского острова к материку. Скорее всего, тут недалеко были туннели подземки, которая также пролегала под речным дном, но наверняка сказать было сложно.

Течение вытолкало его из устья туннеля. Стараясь не погружаться в ил слишком глубоко, Робин пробирался по дну реки, забирая влево. Если его чувство направления не пострадало, Готэм был в той стороне. Рано или поздно он увидит опоры пирсов и сможет выбраться на берег.

Робин попробовал связаться с Бэтменом, но не смог дозвониться. Должно быть, что-то в костюме блокировало его сигнал. Интересно, это тоже часть плана Загадочника? Если так, то Нигма решил сменить тактику – вплоть до этого момента его абсолютно устраивало, что Робин находился в постоянном контакте с наставником.

Но сигнал его передатчика заглушили не случайно. Во всей этой истории вообще не было ничего случайного, даже появление Харли Квинн. Чем больше Робин думал об этом, тем сильнее утверждался во мнении, что Загадочник все это подстроил. Это имело смысл по двум причинам. Во-первых, для того, чтобы Вики Вэйл дала Загадочнику бесплатный пиар, который он так жаждал, особенно с учетом того, что решил стать новым вожаком преступного мира Готэма.

Во-вторых, эта ситуация привлекла внимание Робина к механическим стражам. Если бы он не увидел одного в чайной комнате, Робин мог бы и не заметить переделанный костюм в Чудо-городе.

В таком случае он уже был бы мертв.

Но Загадочник этого не хотел.

По крайней мере, пока что.

В мутной воде показались очертания темной фигуры. Подобравшись поближе, Робин увидел, что это опора моста, в основном каменного, в стиле начала двадцатого столетия. Получается, что он на полпути к острову. Ему стоит миновать мост и взять влево, чтобы выйти на старой набережной. Там все еще хватало работающих пирсов, хотя теперь большая часть грузов доставлялась и отправлялась с восточной части острова.

Робин миновал полузатопленный кессон, по всей видимости заброшенный после строительства моста, и с его обратной стороны наткнулся на погрузчик, клубок изогнутой арматуры и целый выводок стальных бочек емкостью пятьдесят пять галлонов каждая. В одной из них обнаружился скелет.

«Приезжайте в Готэм ради истории», – подумал он.

Несколько минут спустя Робин добрел до опор пирсов. Глубина реки здесь повышалась до десяти метров плюс минус, для того, чтобы пирсы могли принимать грузы с контейнеровозов. Подняв взгляд, Тим не смог разглядеть поверхность, но он увидел свет. Обхватив одну из опор, Робин начал подниматься наверх. Костюм оказался более чем способен справиться с собственным весом.

Вскоре Робин заметил обшитую деревом лестницу, заканчивающуюся примерно в метре над его головой, и схватился за самую нижнюю ступеньку. Ступенька треснула, он сжал слишком сильно. Тогда Тим поднялся чуть повыше и схватился за внешнюю сторону лестницы, которая была сделана из более тяжелой стали, чем ступеньки. Лестница выдержала, и Чудо-мальчик выбрался по ней на поверхность.

В Готэме был яркий, солнечный день.

«Замечательно, – подумал он, – наконец-то солнце, а я застрял внутри».

От яркого солнечного света Робин заморгал. Весь день он был либо под землей, либо под водой. С каждой ступенькой он ощущал, как тяжелеет и становится все более неуклюжим костюм по мере того, как он выбирается из воды.

Пирс был пуст за исключением нескольких мотков веревки и штабеля пустых грузовых контейнеров, выстроившегося возле одного из краев. Робин попытался снова связаться к Бэтменом, но передатчик по-прежнему не работал. Робин посмотрел налево и увидел Аркхем-сити. Он выглядел в точности также, как и утром. Все эти потрясения и взрывы не оставили на его поверхности ни единого следа.

Продолжая поворот, Робин развернулся вокруг своей оси на 360 градусов. На послеполуденном солнце юноша заметил одну деталь, ускользнувшую от его внимания, когда костюм собирался вокруг него в темноте Чудо-города. На внутренней стороне лицевой пластины было выведено слово PUPA, куколка. Робин немедленно вспомнил о словесном ребусе с фразой «I AM LARVAL», я – личинка.

Неужели с того момента, как они впервые увидели эту загадку в Бэт-пещере, прошло всего несколько часов?

Робин попытался вспомнить следующую стадию. Личинка, куколка… слово ускользало от него. Оно казалось очень важным, раз уж Загадочник пошел на такие сложности, лишь бы укутать Робина в коконе, сделанном из останков механического стража.

Да что же это за слово?..

Возле основания пирса остановился грузовик. Это была машина городских служб, внутри сидели двое мужчин. Скорее всего, рабочие приехали провести здесь какие-то работы. Они увидели Робина, точнее, увидели механического стража, и грузовик резко затормозил. Водитель в три приема развернул машину, и грузовик умчался прочь. Когда он поворачивал на подъездную дорогу, идущую вдоль реки, Робин увидел, что пассажир разговаривает по телефону.

На мгновение это его обеспокоило, но затем Робин понял, что Оракул без сомнений услышит о результатах этого звонка и свяжется с Бэтменом. И вуаля! Проблема со связью решится как только Темный рыцарь приедет сюда.

«Имаго».

Вот это слово. Вот она, третья, взрослая стадия жизни насекомого, наступающая после того, как оно выбирается из кокона. Так что Робину каким-то образом нужно будет выбраться из костюма. Это закончит шараду Загадочника.

«И вот тут, мой дорогой Робин, тебя и поджидает самое сложное испытание», – сказал Загадочник. Тим напрягся и инстинктивно огляделся по сторонам. Но на пирсе больше никого не было. Каким-то образом Робин понял, что Загадочник не говорил этого вслух. Он произнес это прямиком в голове героя. Впервые с того момента, как он спустился в лабиринт, Робин испугался.

– Во что ты играешь, Загадочник? – спросил он.

«Ты – моя игра. Бэтмен – моя игра. Готэм – моя игра и одновременно шахматная доска, на которой я играю. И когда я играю, я выигрываю. Ты пережил испытания, которые я для тебя подготовил, но все они были лишь прелюдией. История начинается сейчас. Она была написана в… не на, а в… том маленьком клочке бумажки, что ты столь покладисто проглотил в чайной комнате».

– Не нужно было заставлять залазить в механический костюм, если ты хотел меня отравить, – сказал Робин.

Он направился к основанию пирса, вес костюма грохотом отдавался по древесному настилу.

«Отравить тебя? – удивился Загадочник. – А в чем здесь веселье?»

Робин остановился…

Вот только он не собирался останавливаться.

Он попытался сделать еще один шаг, но не смог. Ноги его не слушались.

«И вовсе не яд, мой дорогой Робин. Лишь партия крошечных машин, каждая из которых строит мириады себе подобных вдоль всех нервных узлов, выходящих из твоего позвоночника. Это последний ход, и ты превратился в мою пешку. Мы добрались до финального ребуса, который должен решить Бэтмен!»

Робин попытался что-то сказать, но управлять собственным ртом он мог с не большим успехом, чем ногами. Приступ замешательства, схожий с тем, что вы испытываете, когда просыпаетесь от жестокого кошмара, охватил его разум. Неужели все это происходило на самом деле?

«Чем ворон похож на письменный стол?» – спросил Тим, но он вовсе не это собирался сказать.

«Теперь ты видишь? – спросил Загадочник. – Ты в моем коконе, Робин. Ты моя куколка. Ты делаешь то, что я велю тебе сделать. Ты – ключ к эндшпилю маленькой элегантной партии моего исполнения, и все, что нам остается, это дождаться, что выберет Бэтмен – сдаться или сражаться до неизбежного шаха и мата. Все твои вопросы касались решения, Робин, но ты его не нашел. Ты, в своем могучем, медленном костюме, Робин, и есть король… и очень скоро этот король умрет».

Еще отчаяннее чем раньше Робин попытался заговорить, но не смог. Он попытался напрячь мускулы, но не смог. Подчиняясь мысленной команде Загадочника, он сделал шаг. Затем еще один. Он устремился вперед, к основанию пирса, улице и раскинувшемуся вдали городу. С легким гулом, пробежавшим по всему костюму, включились орудийные системы.

«Посмотрим, – произнес Загадочник, – сможет ли Бэтмен решить этот ребус».

Специальный репортаж

В центре внимания – Готэм

Репортер: Вики Вэйл

Мы только что получили сообщение, что на одном из пирсов на Вест-Ривер заметили мобильный, шагающий бронированный костюм.

С вами Вики Вэйл, и, как можно понять по воздушной съемке, которую прямо сейчас вы видите в прямом эфире, мы направляемся туда. Пока неизвестно, связано ли как-то это происшествие с недавней серией снайперских убийств, или же с хаосом, охватившем весь Готэм, но с учетом того, что произошло на наших глазах в последние несколько часов, я готова поспорить, что и это событие как-то со всем связано.

Я могу подтвердить информацию, полученную от Робина, что они с Бэтменом работают над серией отдельных, параллельных головоломок, созданных Загадочником с той лишь целью, чтобы заставить Динамический дуэт их решить. Нам еще только предстоит увидеть, не является ли этот бронированный костюм частью одного из этих ребусов.

Постой-ка… Хавьер, ты можешь опустить нас чуточку пониже?

Мы видим визуальное подтверждение одинокой фигуры, и судя по ее внешнему виду, костюм был собран из запасных частей механических стражей, что некогда охраняли Чудо-город, подземное поселение, заброшенное уже несколько десятилетий.

Лично я только сегодня видела одного из механических стражей вблизи. Менее двух часов назад я была внизу, в подземельях Аркхем-сити. И да, этот робот выглядит так, как будто кто-то взял пачку конструкторов и решил сделать все больше. Кроме того… этот бронированный костюм, как вы можете видеть, мы подлетаем поближе, на месте головы робота у этого костюма прозрачный шлем, и по всей видимости, внутри находится человек.

Шлем отражает слишком много солнечного света, чтобы можно было разглядеть, кто скрывается под ним. Мы обратились за комментарием к полиции Готэма, но, как вы можете себе представить, прямо сейчас у них и так хватает забот. Мы можем видеть… давай сделаем круг, Хави… мы можем видеть, как с обеих сторон бульвара Вест-Ватерфронт приближаются полицейские машины и фургоны спецназа. Кроме того, я вижу, как с летного поля на другой стороне города к месту происшествия слетаются полицейские вертолеты.

Робот остановился. Он перестал двигаться. Он подошел к краю пирса и теперь стоит на месте. Мы сейчас передадим слово в студию, где ведущие введут вас в курс дела касательно сегодняшних событий. Но это новое происшествие наглядно показывает, что планы Загадочника куда более далеко идущие и опасные, чем нам поначалу казалось. И это вам говорит человек, к горлу которого каких-то два часа назад приставили топор.

И я быстро хочу сказать огромное спасибо всем тем людям, которые связывались с каналом и оставляли мне теплые сообщения непосредственно в социальных сетях. Я в полном порядке, и мне очень жаль, что о Филе Честере нельзя сказать того же самого.

С вами была Вики Вэйл, мы вели прямой репортаж из воздуха в районе набережной Вест-Ривер.

25

Оракул предупредила Бэтмена о том, что сигнал Робина снова появился в сети, однако она не могла определить его местонахождение. Следом Оракул переслала ему изображение бронированной фигуры, выходящей из воды возле одного из пирсов на Вест-Ривер.

– Я утащила этот кадр с записи полицейских камер безопасности, – добавила она, – Робин находится внутри этого костюма, но он не отвечает на мои вызовы. Попробуй сам.

Бэтмен попробовал.

Безрезультатно.

– С кем это ты разговариваешь? – поинтересовался Гордон.

– С Оракулом, – ответил он. – Робин выбрался из Аркхем-сити. Он в одном из доков на Вест-Ривер, в каком-то подобии костюма, собранного из брони механических стражей. Однако я не могу с ним связаться. И Оракул тоже.

– Здесь ситуация под контролем, – сказал Гордон. – Езжай и выясни, что там происходит с Робином.

Бэтмен кивнул и устремился к бэтмобилю. Как только машина сорвалась с места, Бэтмен вызвал Часовую башню. Оракул вывела новый экран с видео на ветровое стекло автомобиля. Робин шагал по пирсу в направлении дороги, идущей параллельно реке.

– Почему он не отвечает? – вслух поинтересовался Бэтмен.

– Мне кажется, наши сообщения до него не доходят, – ответила Оракул. – Обычно я могу определить, где прерывается сигнал, отслеживая коммуникационную систему, и в данном случае все выглядит так, будто что-то внутри костюма глушит сигнал передатчика Робина. Я вообще не могу его уловить.

Бэтмен вдавил педаль газа в пол, бэтмобиль устремился на запад. Так вот где их поджидал следующий ребус Загадочника.

– Почему он просто не выберется из костюма? – вслух спросил он.

– Я бы предположила, что он попросту не может, – ответила Барбара.

– Я бы тоже, – согласился Бэтмен, прокручивая в голове многочисленные сценарии развития событий.

Если Робин был заперт внутри костюма, не заканчивался ли у него воздух? А что если ему мешает выбраться наружу какая-нибудь ловушка? Какую долю контроля над происходящим он сохраняет в своих руках и сохраняет ли вообще? Слишком много переменных.

Автомобиль вырулил на дорогу вдоль реки, пронесся по выбоинам в направлении пирса, где и стояла механическая броня. Робин не двигался, и Бэтмен выскочил из бэтмобиля и бросился навстречу костюму, надеясь, что еще не слишком поздно.

– Робин! – позвал он.

Когда Темный рыцарь подобрался достаточно близко, чтобы уже можно было разглядеть детали, Бэтмен увидел, что Робин едва ли пребывает в сознании. Его глаза были открыты, но расфокусированы, рот беззвучно распахнут. Стекло шлема было чистым, и Бэтмен не увидел, чтобы губы Робина посинели. Что бы с ним ни происходило, нехватки воздуха он явно не испытывал.

– Бэтмен! – донесся голос из костюма.

Робин не пошевелился. Голос доносился из динамика в основании шлема.

Темный рыцарь остановился.

– Загадочник, – произнес он.

– Да! Эдвард Нигма на проводе. Я хотел удостовериться, что ты полностью понимаешь всю суть ситуации прежде, чем мы продолжим. Потому что нет никакого веселья в том, чтобы заставлять кого-то решать головоломку, не предоставив сперва достаточно информации для ее решения. Любой может нести случайную тарабарщину. Мастер игры доказывает свое превосходство, бросая вызов сопернику и давая этому сопернику возможность отыграться. Ты не согласен?

– Дай мне поговорить с Робином, – потребовал Бэтмен.

Внутри шлема Робин внезапно пришел в себя. Он посмотрел на Бэтмена, и Темный рыцарь увидел, что Тим прекрасно понимает, что с ним происходит.

– Бэтмен! – воскликнул он, а затем замолчал. Его глаза округлились, а спустя мгновение Робин открыл рот и произнес: – Я бегу одновременно по небу и земле, и все зеленое жаждет прикосновения моих слез.

Загадка.

– Облака, – ответил Бэтмен.

– Очень быстро! – воскликнул Загадочник. – Как видишь, Робин жив и здоров. Однако самое сложное испытание еще ждет тебя впереди. Ты хочешь освободить Робина, разумеется, хочешь, но я не могу позволить тебе открыть этот костюм, потому что опасаюсь, что те самые батареи, которые его питают, войдут в реакцию и взорвутся, если его открыть. Есть один способ, и только один, обойти этот механизм. Ответ лежит в загадке, которую я тебе дал… и чтобы сделать происходящее чуточку более интересным, я, пожалуй, добавлю еще один элемент. Робин?

Страж поднял левую руку и растопырил пальцы. Из его ладони вырвался заряд энергии, он пролетел по воздуху и разнес в клочья кабину пустого полицейского патрульного катера, стоящего в соседнем доке. Остатки катера охватил яростный пожар, а Загадочник продолжил:

– Как ты заметил, юный Робин находится под моим контролем, – сказал Нигма. – Он говорит загадками, как нравится мне. Его руки двигаются по моей воле, а костюм делает то, что я ему велю. И он продолжит делать так, как я велю, до тех пор, пока ты или решишь мою финальную загадку… или положишь жизнь своего друга на алтарь общественной безопасности. Начнем?

Огонь добрался до бензобаков, и то, что оставалось от катера, взлетело на воздух. Пожар перекинулся на пирс, и вдали взвыли сигналы тревоги.

– Я уже связалась с пожарной охраной, – раздался в его ухе голос Оракула, – но им потребуется кое-какая защита.

– Я сообщу твоему отцу, – ответил Бэтмен так тихо, как только мог, чтобы сенсоры Загадочника не смогли засечь его слов. – Начинай эвакуировать окрестности.

– Это немножечко выше моей компетенции, – заметила она.

– Просто включи пожарную сигнализацию, хотя бы в крупных зданиях. По крайней мере, в тех, к которым сможешь получить доступ, – пояснил Бэтмен. – Приведи людей в движение. Когда полиция сюда прибудет, они начнут координировать эвакуацию, но если мы не начнем сейчас, куча людей погибнет.

По соседству послышались звуки сирен. Робин, под контролем Загадочника, двинулся вперед. Когда он добрался до основания пирса, то провел перед собой наладонными бластерами, уничтожая машины и поджигая витрины магазинов и склады. К счастью, эта часть Готэма была крайне слабо населена. Никто не занимался реконструкцией доков на Вест-Ривер и близлежащих кварталов с последующим привлечением новых жильцов в эти районы. Но, скорее всего, Робин (а с ним и Загадочник) не остановится здесь.

Броня устремилась к Бэтмену.

Тот отказался уступать дорогу.

– Робин! – воскликнул он. – Робин! Ты должен вернуть контроль.

Робин смотрел на него сквозь стекло шлема. Его взгляд блуждал из стороны в сторону – слишком часто для случайного движения. «Сообщение, – догадался Бэтмен, – кажется, будто он что-то читает».

Темный рыцарь обернулся, но за его спиной ничего не было. Где еще Робин мог увидеть слова? Или же это действие было побочным эффектом контроля Загадочника?

Нет. Робин хотел, чтобы Бэтмен что-то прочел.

Вспомнив о цифровых экранах, встроенных в ветровое стекло бэтмобиля, Темный рыцарь задумался, не могла ли какая-то информация быть вынесена на внутреннее стекло шлема. Это бы объяснило действия Робина. Бэтмен отступил вправо, и когда бронированный костюм промаршировал мимо, он тщательно вгляделся в лицевую панель. И когда лучи позднего послеполуденного солнца упали на шлем под определенным углом, Темный рыцарь разглядел короткое люминесцентное изображение.

«PUPA»

«PUPA», куколка.

На протяжении всего дня, охотясь за сообщниками Загадочника и собирая вместе различные решения, Бэтмен ожидал какой-то грандиозной загадки – общей темы, объединяющей все ребусы.

А теперь он получил это.

«IAMLARVAL» привела к «PUPA». Следующей стадией развития насекомого со сложным жизненным циклом было имаго, полностью взрослое существо, появляющееся, когда особь выбиралась из кокона.

Буквы, из которых состояло слово «имаго», показались ему знакомыми, и еще один кусочек грандиозной мозаики Загадочника лег на свое место.

Исааксон.

Матеосян.

Анджело.

Грей.

Оулетт.

ИМАГО.

Загадочник выдал ему ответ, но когда уже стало слишком поздно. Жизни пяти людей слились в финальную подсказку, и только один из них был все еще жив.

Чтобы решить эту последнюю головоломку, Бэтмен должен был найти способ вытащить Робина из этого смертельного кокона. По изощренной логике Загадочника, это превращение завершило бы цикл, и Робин достиг бы формы имаго.

Однако костюм был запрограммирован на взрыв – результат труда Виктора Фрайса. Задним числом становилось понятно, что эта подсказка была убедительно показана еще в той комнате смерти, где Робин перемещал сферы. Получается, Загадочник спланировал свои ребусы таким образом, чтобы некоторые из них имели двойное значение. Их можно было решить в данный конкретный момент, но истинная роль в грандиозном замысле Нигмы становилась понятна только гораздо позже, когда с этим уже ничего нельзя было поделать.

А это, в свою очередь, означало, что в ребусе с имаго была какая-то часть, которую Бэтмен еще не расшифровал. Какая ирония, судя по задумке Загадочника, Темный рыцарь должен понять ее только после смерти Робина.

Бэтмен выстрелил крюком и поднялся наверх, на крышу пустого склада с противоположной стороны прибрежной дороги. Оказавшись там, Темный рыцарь огляделся по сторонам. Робин свернул на середине набережной. Он уничтожил башенный кран, затем трансформаторную будку, после маленький офисный вагончик.

Еще один элемент, действительно.

Сирены звучали все ближе. Полицейские установили баррикады, перекрывшие набережную к северу и югу о того места, где стоял Робин. Комиссар Гордон выбрался из полицейской машины с громкоговорителем в руке.

– Говорит комиссар Гордон из департамента полиции Готэма, – рявкнул он. – Робин, остановись. Если понадобится, мы откроем огонь на поражение, но ты знаешь, что мы не хотим к этому прибегать. – Он остановился и понизил голос, перейдя с властного рева на более мягкий уровень. – Брось, сынок. Чтобы с тобой ни случилось там, внизу, в том, что ты сейчас делаешь нет никакой нужды. Отключи костюм и давай поговорим.

Над северной баррикадой завис полицейский вертолет, из его раскрытой двери выглянул снайпер. Бэтмен устремился туда, перескакивая с крыши на крышу до тех пор, пока не приблизился к баррикаде на достаточное расстояние. После чего он спрыгнул вниз и, распахнув плащ, спланировал на середину дороги.

– Комиссар! – крикнул он еще в воздухе.

Но ничего больше ему сказать не удалось.

Робин вскинул обе руки. Снайпер в вертолете успел сделать один выстрел. А он был хорош, пуля ударилась о шлем точно по центру. Если бы она пробила защитное стекло, то угодила бы Робину аккурат между глаз. Но броня стражей была спроектирована для противостояния куда более тяжелому калибру, чем винтовочные выстрелы. Пуля оставила на броне лишь небольшую отметину и отрикошетила в воздух. Когда звук выстрела донесся до ушей Бэтмена, Робин активировал наладонные бластеры. Кабина вертолета исчезла в фейерверке осколков стекла и стали. Две вертолетные лопасти отлетели в сторону и плюхнулись в реку. Снайпер выпал из открытой двери и повис на ремнях безопасности, а вертолет крутанулся в воздухе, устремился к земле и врезался в складское здание у основания пирса сразу за баррикадами.

Часть полицейских рванула на помощь, остальные открыли огонь по броне. Один из копов в панике навел оружие на Бэтмена, когда тот спикировал прямо к баррикаде. Темный рыцарь крутанулся в воздухе, приземлился на асфальт жестче, чем планировал и остановился в защитной стойке прямо перед испуганным полицейским.

– Не стреляй, – спокойно сказал Бэтмен.

Дуло пистолета было нацелено ему прямо в грудь. Спустя мгновение коп опустил пушку.

Бэтмен покосился на бронированный костюм. Он по-прежнему держал обе руки поднятыми, но копы перестали стрелять. Их пули просто не причиняли костюму никакого урона.

– Комиссар! – снова воскликнул Бэтмен, пробираясь к Гордону. – Вы должны отвести своих офицеров подальше и начать эвакуацию.

Сирены по-прежнему слышались везде – Оракул позаимствовала системы экстренного реагирования.

– Неужели? – поинтересовался Гордон, опуская мегафон. – И почему это я должен так поступить? Что здесь происходит?

– Загадочник раскрыл свои карты, – объяснил Бэтмен, – он запер Робина в этом костюме и удаленно им управляет. Робин не делал этого, комиссар.

– Не уверен, что это имеет значение, – возразил Гордон.

– Имеет. Этот костюм – ходячая бомба. Если мы повредим его до того, как решим финальную головоломку Загадочника, костюм взорвется, и Робин погибнет.

– Другие люди уже погибли, – напомнил Гордон. – У меня на подходе дополнительные вертолеты, и они несут на борту не только снайперов. Прости, Бэтмен, мне очень жаль, но мы не можем позволить этой штуке зайти еще дальше. Мы не можем позволить ей добраться до жилых районов.

До Бэтмена донесся звук работающих лопастей вертолета. Он посмотрел на юго-восток, в направлении новой штаб-квартиры департамента полиции, и увидел три вертолета, летящие на расстоянии примерно в сто метров друг от друга. Они парили в сорока метрах над землей, один завис над рекой, другой – над дорогой, а третий – над городом.

Затем раздался еще один звук. Обернувшись, Бэтмен заметил, что с юга заходят еще три вертолета, зеркально повторяющих действия первой тройки. Один завис над Аркем-сити, другой – над дорогой, а третий – по соседству со зданием «Уэйн Индастриз».

– Комиссар, – грянул голос в прикрепленном к поясу Гордона передатчике, – мы на позиции. Ждем приказов.

– Не делайте этого, – взмолился Бэтмен.

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ

Полдень в Готэме с Джеком Райдером

Кабельная новостная сеть GNN

Радио готэма wgtu

С вами Джек Райдер, и я веду репортаж с места невероятного противостояния на набережной Вест-Ривер. Получается, что партнер, напарник или как там его правильно называть… получается, что это Робин заперт внутри бронированного костюма, дистанционно управляемого Загадочником.

Мы весь день следили за этой историей на «Докладе Райдера» и собирали воедино кусочки мозаики. Загадочник втянул Бэтмена и Робина в серию смертельных ловушек, каждая из которых была связана с определенным злодеем. Насколько мы знаем на данный момент, Бэтмен гонялся за Убийцей Кроком, Мистером Фризом, Безумным Шляпником и Дэдшотом. Все они, за исключением Крока, в настоящий момент находятся в тюрьме «Блэкгейт», так что хотя бы за это мы должны сказать Бэтмену спасибо.

Но еще мы должны поблагодарить Темного рыцаря за сцену, разворачивающуюся сейчас здесь, посреди мрачного индустриального пейзажа по соседству с Вест-Ривер. Потому что именно здесь этот бронированный костюм, с запертым внутри Робином в качестве, по всей видимости, нежелательного пассажира, выбрался из реки и начал поливать огнем округу. Мы получаем сообщения о многочисленных пострадавших, но на данный момент информация противоречива, так что, прежде чем озвучивать какие-нибудь цифры в эфире, мы дождемся появления достоверных данных.

Однако я могу сказать вам, что костюм с Робином на борту сейчас находится на шоссе, идущем параллельно Вест-Ривер. Полицейские баррикады сдерживают транспортный поток и пешеходов. Служители закона обменялись с костюмом огнем, но, после совещания Бэтмена с комиссаром Гордоном, полиция, по крайней мере на время, стрелять прекратила. Мы не знаем, о чем именно говорили Бэтмен и комиссар Гордон. Мы довольно часто об этом не знаем.

Они достигли взаимопонимания, которое частенько оставляет за скобками жителей этого города, и именно это и стало одной из причин, по которой мы вообще оказались в подобной ситуации.

Анонимные источники рассказали нам, что Загадочник проделал эту выходку после того, как заставил Робина пройти подземными лабиринтами под Аркхем-сити и в конечном итоге заточил его внутри этого костюма. В то же время Бэтмен шел по следу на поверхности. В данный момент мы не знаем, чего в конечном итоге добивается Загадочник. Пока что злодей не делал никаких публичных заявлений, и со стороны кажется, что все, чего он добивается, – это побольнее укусить Бэтмена, ударив по молодому и менее опытному Робину.

Возможно, это прозвучит довольно странно, но амбициями Загадочника можно только восхититься. Я не предлагаю сделать его детским образцом для подражания, но это крайне сложный и дерзкий план. Загадочник руководит каждым действием Бэтмена начиная с того момента, как сегодняшним утром в штаб-квартиру полиции Готэма поступила загадочная посылка. А теперь настало время для последнего штриха, для крещендо в убийственной симфонии Загадочника.

Бэтмен делает все, что в его силах, чтобы спасти жизнь Робина, но, насколько нам известно, комиссар Гордон не намерен долго ждать.

Здесь, на набережной Вест-Ривер, разыгралась захватывающая драма, и ставки на кону как никогда высоки. Мы будем следить за этой историей до самого финала.

С вами был Джек Райдер, специально для передачи «Полдень в Готэме».

26

– Не делайте чего? – поинтересовался Гордон. – Не спасайте мой город? Это моя работа! Разве не этим должен был заниматься и ты, а, Бэтмен? Или все это вдруг стало слишком личным для тебя?

Идущая по шоссе бронированная фигура остановилась, по всей видимости, потому, что Загадочник прислушивался к их разговору. Бэтмен подозревал, что и Робин может его слышать, но в данный момент он больше хотел сыграть на любви Загадочника к драме и его чувстве собственного превосходства.

– Это из-за меня Робин оказался в этом положении, Гордон, – сказал Темный рыцарь, – это я отправил его в подземелья под Аркхем-сити разузнать, что задумал Загадочник. А именно этого Нигма и добивался с самого начала. Он подставил нас, а я осознал это слишком поздно. Теперь Робин оказался в ловушке внутри этого костюма, и это я его туда отправил. Если вы уничтожите костюм, Загадочник победит.

– Победит? – переспросил Гордон. – Здесь нет победителей. Это не игра! Готэм в огне, Бэтмен, или ты не заметил этого?

– Разумеется заметил, но я уже близок к решению последней головоломки. Неужели ты хочешь, чтобы Загадочник сегодня лег спать, зная, что он получил в точности то, чего и добивался. Он начнет размышлять над следующей схемой в ту же минуту, как Робин умрет, и мы снова будем вынуждены начать все сначала. Но пока что у нас есть шанс остановить его.

– Да неужели? – поинтересовался Гордон. – Если этот шанс есть, то где же находится Загадочник прямо сейчас?

– Недалеко, – ответил Темный рыцарь, – он потратил столько времени и усилий, что ни за что не пропустит свой грандиозный финал.

– Что ж, ты прости меня, конечно, но я не собираюсь участвовать в показушном шоу для одержимого маньяка, – ответил Гордон. – После смерти Джокера Загадочник превратился в одну из главных угроз для города, что он сегодня и доказал. Однако ж ты хочешь, чтобы я станцевал под его дудочку.

– Именно. Он пытается застолбить за собой участок, – пояснил Бэтмен. – Все сходится. Все, что он сделал до настоящего момента, все это задумано с одной-единственной целью – донести до меня послание. Он намеревается занять место Джокера. Так что это я должен остановить его.

– Ты себя послушай, Бэтмен, ты утратил ясность мысли, – Гордон уже почти кричал. – Ты относишься к этому слишком лично, тебе нужно взглянуть на ситуацию со стороны. Я тоже переживаю за Робина, но это всего лишь одна жизнь. Одна. Драгоценная жизнь, жизнь, которая заслуживает продолжения… но сколько людей погибнет, если этот костюм еще час будет пробивать себе дорогу через центр города? Сколькими жизнями я должен пожертвовать, чтобы сохранить жизнь Робина?

– Только моей, – ответил Бэтмен.

– Это не вариант.

– Нет, это вариант. Ты же слышишь сирены. Оракул уже начал эвакуацию, и с помощью твоих людей мы сможем очистить окрестности. Мне нужно лишь немного времени, чтобы я успел решить этот ребус. – Он остановился, давая Гордону возможность обдумать услышанное. – В конце Нигма всегда обдуривает сам себя. Возможно, он и на этот раз уже обхитрил сам себя… а я просто этого еще не увидел.

«Вот оно, – подумал Темный рыцарь, – я бросил перчатку».

Бронированный костюм возобновил движение.

– Вертолеты ожидают вашего приказа, комиссар, – произнес один из полицейских. Он стоял у открытой двери машины Гордона, держа в руках рацию. В динамике слабо потрескивали помехи.

Бэтмен не стал говорить что-либо еще. Гордону придется самому принимать это решение. Прошло пять секунд.

Десять.

– Если этот костюм окажется в радиусе ста метров от любого из моих вертолетов, они откроют огонь, – наконец, сказал комиссар. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Кивнув, Бэтмен развернулся и коснулся кнопки на перчатке, переводящей бэтмобиль под его управление. Двигатели машины взревели, и Темный рыцарь зафиксировал взгляд на броне стража. Костюм направлялся к Хенри-Авеню, пересекавшей центр Готэма с востока на запад. Сенсоры капюшона уловили его взгляд и передали данные на автопилот бэтмобиля.

Машина рванула вперед и, скользнув на повороте, врезалась в броню стража, отбрасывая его на половину квартала на юг. Костюм отлетел в сторону, рухнул на асфальт, сшиб стойку уличного фонаря и остановился возле стены таксопарка.

Бэтмен набрал другую команду, и бэтмобиль снова ожил и подъехал вплотную к костюму. Робин вскинул руку, но было уже слишком поздно. Машина врезалась в стража, опрокинув его навзничь, и погребла под собственным весом, пригвоздив к месту.

Костюм был слишком неповоротлив, чтобы двигаться в таких условиях, и Нигма не мог найти опоры.

Бэтмен подбежал к машине и принялся осматривать броню. Здесь должна была быть подсказка… какая-то улика, которую он еще не заметил. Слово PUPA раскрыло доминирующую тему, но решение загадки имаго никак не давалось ему в руки.

Когда Бэтмен приблизился, Робин засунул свободную руку костюма под левое переднее колесо машины. Энергетический заряд опрокинул автомобиль на бок. Бэтмен отскочил с дороги и обогнул заднюю часть бэтмобиля, чтобы подобраться поближе. Робин поднялся на ноги и отвесил машине пинок, перевернув ее на крышу. Двигатель продолжал работать. Темный рыцарь воспользовался возможностью, чтобы запрыгнуть на спину костюма. Судя по тому, как тот передвигался до этих пор, Загадочнику не хватит ловкости, чтобы сбросить его, и гибкости, чтобы дотянуться и схватить.

Вместо этого, как только Бэтмен приземлился на костюм всем своим весом, броня опрокинулась на спину.

От удара у Бэтмена вышибло весь воздух из легких. В глазах заплясали черные точки, и Темный рыцарь ослабил хватку. Костюм поднялся на ноги и зашагал дальше. Но в этот момент Бэтмен разглядел кое-что: задняя часть туловища была разрисована: там был изображен часовой циферблат в окружении трех концентрических окружностей. Во внутренней периферии круга были выведены буквы. Бэтмен все еще пытался вдохнуть воздух обратно в легкие и прочистить зрение, так что он не сразу заметил все детали. Однако Темный рыцарь не сомневался, что только что заметил ключ к своим поискам.

– Ты же видел это, правда? – спросила Оракул.

– Я видел, – ответил Бэтмен, – а теперь мне нужно присмотреться получше.

Это был мета-ребус.

27

Броня устремилась прочь от реки и свернула в сторону Хенри-Авеню. Из динамиков костюма раздался голос Робина:

– Перед тобой две двери, одна ведет к страданиям, другая – к счастью. Перед дверьми стоят братья-близнецы. Один всегда лжет, а второй всегда говорит правду. Ты можешь задать всего один вопрос, чтобы определить, какая дверь ведет к счастью. Что это за вопрос?

Бэтмен устремился за костюмом и выстрелил в него крюком, который обмотался вокруг основания шлема. Темный рыцарь подтянулся к нему поближе, чтобы лучше разглядеть ребус. Броня была так сильна, что она даже не пошевелилась, когда Бэтмен принялся подтягиваться поближе.

Это была круглая конструкция, из четырех концентрических слоев. Вокруг внешнего слоя располагались буквы, четырнадцать штук. Следующие два слоя были пустыми. Внутренний круг представлял из себя циферблат с цифрами, показывающими десять минут шестого. Шток, на котором крепились стрелки часов, был полым, а отверстие в центре – рифленым. Оно казалось не до конца круглым.

Костюм попытался стряхнуть его, но Бэтмен удержался. Там было четырнадцать букв: «AAAAPPIMULRVGO». Они были подняты и выглядели так, словно их можно снять. Каждая буква «А» была окаймлена различной фигурой – треугольником, шестиугольником, восьмиугольником и ромбом. Каждая «Р» находилась внутри квадрата, а не повторяющиеся буквы были обведены кругами. Из букв легко угадывались слова «LARVA» «PUPA» «IMAGO». ЛИЧИНКА, КУКОЛКА, ИМАГО. Но в каком порядке их следовало разместить? Это походило на химический ребус, с которым Робин столкнулся под сталелитейным заводом Романа Сиониса.

На самом деле, дошло до Бэтмена, не просто походило, это был точно такой же ребус. Он воскресил в голове детали той головоломки и мысленно перечислил активные соединения каждого типа батарей.

Литий-оксид кобальта. Четыре атома.

Серная кислота. Семь атомов.

Оксид свинца. Три атома.

Четырнадцать атомов, четырнадцать букв. Но как они связаны вместе?

Страж прекратил попытки сбросить его и вместо этого вцепился пальцами в кабель крюка, обмотавшийся вокруг основания шлема. Кабель мог выдерживать до четырехсот пятидесяти килограмм, но когда стальные пальцы обхватили его и дернули, он лопнул словно дешевая нить. Половина кабеля выскользнула из руки Темного рыцаря. Вторую часть Бэтмен по-прежнему держал. Также, как и страж.

Страж взмахнул рукой, словно бросая фрисби, и Бэтмен сорвался со спины костюма. Он влетел в зеркальное окно офиса по соседству, стекло не выдержало удара и лопнуло, а Бэтмен провалился внутрь. Он рухнул на стол, разбрасывая в стороны бумаги и офисные принадлежности, не удержался там и плюхнулся на пол. Перед ним свалилась фотография в рамке – молодая мать в окружении двоих детей.

Судя по доносящимся из разбитого окна звукам страж удалялся все дальше в сторону центра Готэма. Бронированный костюм выстрелил снова, и вниз по улице загрохотали взрывы.

Бэтмен выпрыгнул обратно в окно и возобновил преследование. Рокот вертолетных винтов заполнил тишину, образовавшуюся после взрывов. Справа по ходу догорал фургон службы доставки. С противоположной стороны улицы дым валил из развороченной витрины магазина одежды. В нескольких кварталах вниз по улице завис вертолет. До него по-прежнему было куда больше сотни метров – скажем, метров триста, – но смысл намека был ясен и без слов.

Гордон не собирался ждать вечность.

Темный рыцарь активировал передатчик.

– Комиссар, – произнес он, – в броню стража встроен очередной ребус. Я могу его решить, но мне требуется немного времени.

– Времени у нас в обрез, Бэтмен, – ответил Гордон, – я не могу просто стоять здесь и смотреть, как эта штука предает мой город огню.

– Это и мой город, тоже, комиссар.

Бэтмен оборвал связь и снова устремился в погоню.

Два озарения снизошли на него одновременно.

Две двери, два брата, один вопрос. Так что загадка требовала, чтобы один из братьев развеял обе неизвестности за один раз.

Он понял.

Второе откровение было связано со словесным ребусом. Все это время он трактовал загадку неправильно, пытаясь соотнести буквы с атомами, но они не были связаны. У загадки был еще один слой. Считались не буквы, а символы. В трех соединениях было восемь атомов кислорода, отсюда и восемь кругов. Два атома водорода – и две буквы внутри квадратов. А еще там было четыре буквы «А», каждая внутри разной геометрической формы, каждая представляет собой атом, который появляется в соединениях всего один раз.

Нужно было еще раз подобраться поближе к костюму.

Здания становились выше, пространства между ними сокращались. Улицы по-прежнему казались пустынными, а это значило, что Оракул и полиция справляются со своей задачей. Однако страж направлялся в более населенную часть города, и не пройдет много времени, прежде чем кто-нибудь пострадает.

Должна быть причина, по которой Загадочник использует Робина как глашатая, озвучивающего кажущиеся случайными ребусы. Когда Бэтмен подобрался к костюму поближе, робот как раз поднял свои наладонные оружия, и Темный рыцарь решил проверить свою теорию.

– Что мне ответит твой брат на вопрос «Какая дорога ведет к счастью»?

Костюм замер на месте, и Бэтмен снова запрыгнул ему на спину. Схватившись одной рукой за кольцо воротника, Бэтмен слегка отклонился в сторону, чтобы дать себе немного места для манипулирования элементами ребуса. Три концентрических круга, три химических соединения. Все буквы находились во внутреннем круге, так что ему придется создать пересекающиеся модели за счет изъятия букв снаружи.

У Бэтмена было предчувствие, что у него будет всего одна попытка.

Темный рыцарь раскидал буквы по разным кругам. Потому что у серной кислоты было наибольшее количество атомов, он оставил ей на внешнем круге, затем перекинул четыре обведенных кружками буквы во второе кольцо, а затем три «А». Он оставил две «Р» на месте: из-за их совпадающих форм Бэтмен предположил, что обе «Р» обозначают атомы водорода.

Таким образом, во внешнем кольце остались буквы PP A IMUL.

Что, по логике ребуса, означало формулу серной кислоты – H_2SO_4.

Во втором кольце теперь было семь букв: AAARVGO.

Следующим по числу атомов соединением был литий-оксид кобальта.

В данном уравнении ему потребуется две «А» для обозначения одиноких атомов лития и кобальта, а также две обведенных кругами буквы, представляющие кислород. Таким образом, ему нужно было переставить одну «А» и две обведенные кругами буквы во внутреннее кольцо.

Закончив, он взглянул на каждое из трех колец.

«PP A IMUL».

«A A RV».

«A GO».

Внутри ребуса раздался щелчок. Проверяя результат, Бэтмен попытался снова переставить буквы. Однако теперь буквы не поддавались – они были надежно закреплены на месте. То есть, с этой частью он справился правильно. И на какой-то момент робот остановился.

«Может, Загадочник хочет посмотреть, смогу ли я справиться с этим».

Теперь циферблат. Он внимательно его изучил, пытаясь найти хоть какие-то намеки на необходимое положение стрелок, но его отсрочка уже истекла. Страж сделал очередной залп, уничтожив ряд машин, припаркованных на углу перекрестка возле входа в метро. Затем костюм направился в сторону пламени. Силой взрыва четыре машины сложило друг на друга. Бэтмен чувствовал жар с противоположной стороны улицы.

Страж направился прямиком к пламени и остановился достаточно близко, чтобы Бэтмен вздохнуть не мог без риска опалить легкие. Он держался так долго, как только мог, затем спрыгнул с брони, совершив сальто назад и приземлившись подальше от пламени, чтобы не изжариться живьем.

Скинув противника с возу, страж снова приступил к активной деятельности. Броня развернулась и выстрелила по Бэтмену. Темный рыцарь увернулся от заряда энергии, пропахавшего приличную борозду в асфальте. Из поврежденной трубы в небо выстрелил фонтан. Рев и шум воды перемешивались со звуками пожара и грохотом вертолетных лопастей, образуя полное звучание катастрофы.

Гордон был прав. Они не могли ждать вечность, стража требовалось остановить любой ценой, невзирая не жертвы. Но он должен был продолжать свои попытки.

Специальный репортаж

В центре внимания – Готэм

Репортер: Вики Вэйл

С вами Вики Вэйл, мы ведем прямой репортаж для «В центре внимания – Готэм» с борта новостного вертолета, находящегося к юго-востоку от места, где какая-то машина – назовем ее роботом или бронированным костюмом – направляется вниз по Хенри-Авеню и бессистемно уничтожает автомобили и витрины магазинов по ходу движения. Судя по всему, напарник Бэтмена Робин каким-то образом оказался заперт внутри костюма.

Аварийные сирены создают настолько оглушительный шум, что мы слышим их вой даже сквозь гул вертолетных лопастей. Робот направляется прочь от берега реки в сторону центра города. Люди разбегаются во все стороны, хотя в гораздо меньшем количестве, чем можно было себе представить. Судя по всему, машина, или робот, не охотится на людей. Однако же, он уничтожает частную собственность и сопротивляется всем попыткам Бэтмена остановить его.

Нам сообщают, что отряд специального реагирования полиции Готэма получил приказ применить тяжелое вооружение. Оно может включать в себя реактивные гранатометы… Может, вы помните специальное расследование, проведенное передачей «В центре внимания – Готэм» несколько лет назад, когда департамент полиции закупил это вооружение. Сейчас в арсенале полиции может найтись и более мощное оружие. Источники на земле сообщают, что комиссар Гордон хочет уничтожить машину любой ценой.

Сможет ли Бэтмен вытащить Робина прежде, чем это произойдет? Жив ли вообще Робин внутри этой штуки? Этого мы пока не знаем. Как долго согласится подождать комиссар Гордон? Этого мы тоже не знаем. Мы знаем лишь, что Бэтмен встал на пути машины и пытается остановить ее продвижение в центр города.

Комиссар Гордон, однако, уже расставил свои силы на случай, если он решит перейти к наступательным действиям. Над всеми крупными перекрестками западного берега и Бернли зависли полицейские вертолеты… вплоть до здания новой штаб-квартиры полиции, которая вполне может оказаться целью робота. Я сделаю акцент на слове «может». Мы попросту не можем ничего утверждать наверняка.

Мы направили в сторону машины параболический микрофон дальнего подслушивания, но пока что робот не сказал ничего, кроме нескольких обращенных к Бэтмену предложений, которые звучат как шарады. Мы слышали ответы Бэтмена, и, судя по всему, всякий раз, как он дает ответ, машина ненадолго останавливается.

По всей видимости, Загадочник пытается заставить полицию убить Робина, и Бэтмен делает все, что в его силах, чтобы этому помешать. Я могу сказать вам по своему личному опыту… по своему недавнему личному опыту, что Бэтмен и Робин работали в очень тесном контакте, чтобы провести Чудо-мальчика сквозь все подземные ловушки Загадочника. Я даже боюсь себе представить, что чувствует Бэтмен, что чувствуют оба героя, видя, что все их усилия вылились в эту сцену.

На всем протяжении от угла Дженсон-Сквер и до набережной бушуют пожары. Это невероятная картина хаоса и разрушения, и в центре этого Бэтмен по-прежнему пытается остановить машину и спасти Робина от самого смертельного испытания Загадочника.

С вами была Вики Вэйл, специально для «В центре внимания – Готэм», с борта вертолета в небе над Готэмом. Мы снова выйдем в прямой эфир как только появится новая информация.

28

– Что больше всего похоже на пчелу в мае? – донесся из динамика голос Робина.

Бронированный костюм словно стимпанковский джаггернаут пер вперед.

Этот ребус казался знакомым, но Бэтмен не смог сразу разгадать его. Он увернулся от очередного заряда энергии, разнесшего на кусочки лоток с фалафелем и опалившего фасад ближайшего здания. Со всех сторон теперь вздымались небоскребы. Сидя на крыше здания, Бэтмен набрал команду на пульте дистанционного управления бэтмобилем, запускавшую две маленькие ракеты, установленные в крышу машины со стороны пассажира. Они предназначались для того, чтобы поставить бэтмобиль обратно на колеса в том случае, если он вдруг перевернется. Машина ему еще понадобится.

Бэтмену нужно было замедлить продвижение стража, и он не мог сделать этого в одиночку. Огонек на панели управления загорелся зеленым, извещая его о том, что машина снова готова к использованию. В тот же миг в наушнике раздался голос Оракула.

– Это ты сделал? Бэтмобиль снова на колесах.

– Это был я, – признался Бэтмен.

– Хорошо. На секунду я забеспокоилась, что это Загадочник каким-то образом обрел контроль над твоей машиной.

– Не думаю, что его план заключается в этом, – возразил Бэтмен, – он даже не пытается убить меня. Он пытается заставить комиссара Гордона убить Робина. Одновременно с этим он дает мне время на решение его загадки.

– Немного снисходительно, не находишь?

– Это же Загадочник. Его единственная слабость заключается в том, что он вечно думает, что сможет обхитрить всех остальных. Он сделал Робина королем, не так ли? Сильный, но медленный. А еще это ключ ко всей игре. Вот где шахматный мотив сочетается со всеми остальными.

Загадочник хотел, чтобы он разгадал ребус.

И это было единственной частью игры, которая не имела никакого смысла. С каждой новой загадкой уровень сложности возрастал, испытания становились все тяжелее и тяжелее, но Загадочник придерживался своего привычного образа действий и в каждый критический момент подбрасывал Бэтмену и Робину достаточно подсказок, чтобы они смогли перейти на следующий уровень. Однако где же был момент, которого так ждал Бэтмен, момент, в который Загадочник решал, что с игрой пора заканчивать, и настала пора убивать?

Он все никак не наступал, и Бэтмен не понимал, как он мог вписаться…

Разве что Загадочник решил воспользоваться силами департамента полиции Готэма в качестве своей марионетки и насладиться иронией смерти Робина от рук собственных союзников. Это было возможно, однако в то же время казалось Бэтмену каким-то образом неправильным. Нигма обожал лично наносить последний, убийственный удар. Все их противники любили это. Джокер определенно наслаждался этим. Если Загадочник метил на место на самой верхушке пищевой цепочки, разве не стал бы он поступать также?

Бэтмен следовал за броней стража. В наушнике раздался голос Гордона.

– У тебя кончается время, – сообщил комиссар, – эта штука направляется к штаб-квартире полиции!

– Вы этого не знаете наверняка.

– Мне подождать, пока она спалит все здание? Если ты не остановишь этот ходячий костюм прежде, чем он завернет за следующий угол, я сам это сделаю.

Бэтмен не ответил. Он сконцентрировался на самой последней головоломке, пытаясь понять, как она может быть связана с часовым ребусом. Загадочник дразнил его при помощи подсказок, которые совсем не походили на подсказки.

Часы…

Страж добрался до конца квартала. Бэтмен преследовал его по крышам домов. Если Робин повернет на юг, то до штаб-квартиры департамента полиции Готэма будет рукой подать – всего-то пять кварталов.

«Думай!»

Он понял.

«Пчела в мае. A bee in May. May-be. Maybe. Может быть. Что больше всего похоже на „может быть“?

Ответ был…

– Возможно! – крикнул он и прыгнул.

Страж замер, зарегистрировав правильный ответ. Бэтмен спланировал вниз и приземлился у фигуры на плечах, зная, что у него будет всего несколько секунд, прежде чем случится одна из двух вещей. Либо Загадочник заставит костюм снова двигаться, либо комиссар Гордон прикажет зависшим вниз по улице вертолетам стереть их с лица города ракетным ударом.

Он подумал, что знает ответ. Если предположить, что здесь Загадочник использовал составные части предыдущих ребусов, это оставляло чайную комнату и тот слоган, который Робин видел в комнате с водяным резервуаром.

«Один шаг вперед, два назад».

Часы показывали десять минут шестого. Таким образом, было два варианта продвинуться на один шаг вперед и два назад. Первый заключался в том, чтобы перевести минутную стрелку вперед на одно деление, а часовую назад на два, чтобы стрелки показывали три пятнадцать. Стрелки будут указывать в одном и том же направлении. Интересная возможность… но второй вариант, передвинуть часовую стрелку вперед на одно деление, а минутную назад на два, этот вариант давал шесть часов.

«Здесь всегда шесть часов».

Бэтмен перевел часовую стрелку ровно на шесть, затем перевел минутную на два деления назад. Стрелки встали на свое место и остались там.

Бэтмен спрыгнул на асфальт.

Однако костюм снова двинулся вперед.

– Это еще не все, Бэтмен, – раздался из динамика голос Загадочника, – пока что ты справляешься очень хорошо, но еще не расшифрована заключительная часть ребуса.

Впереди маячил вертолет. Он опустился между двумя небоскребами и завис в воздухе меньше чем в пятнадцати метрах от земли. До него было, быть может, квартала два, и Бэтмен уже слышал рокот еще одного у него за спиной. Оглянувшись, Темный рыцарь увидел, что этот держится повыше. Подмога, по всей видимости.

– Бэтмен, – в наушнике треснул голос Гордона. – Мы не можем больше ждать.

Из пусковой трубы, встроенной в днище вертолета между посадочными опорами, вырвалась струя дыма. Ракета выскочила в ореоле пламени.

– Нет! – воскликнул Бэтмен.

Он ожидал этого момента, пусть и искренне надеялся, что до него не дойдет.

Гордон нес ответственность за жителей Готэма, не индивидуально, а в общем. Он делал то, что должен был, и он дал Бэтмену все время, которым мог пожертвовать. Ситуация развивалась в точном соответствии с планом Загадочника, по которому Гордон должен был дать Бэтмену как раз достаточно веревки, чтобы на ней можно было повеситься.

Или, что казалось более вероятным, сгореть дотла в ракетном залпе.

Бэтмен сделал три длинных скачка в сторону, закутался в плащ, прыгнул на землю и перекатился. Он почувствовал ударную волну от взрыва за секунду до того, как услышал сам взрыв – как будто бы гигантский молот втоптал его в мостовую. Темный рыцарь оглох и на какой-то момент утратил возможность дышать. Затем он крутанулся в последний раз, отбросил с лица плащ, в ужасе представляя себе зрелище, которое должно было предстать у него перед глазами. Последний оставшийся от удара ракеты огненный шар постепенно угасал. Сверху сыпались осколки асфальта, их звуки казались приглушенными на фоне дождя из осколков стекла, сыпящихся после взрыва из окон близлежащих домов. В центре улицы образовался кратер, над ним вздымалось облако дыма и пыли.

– Я… почти… решил… ребус, – медленно сказал Бэтмен, стараясь сохранять спокойствие в голосе несмотря на всю испытываемую им боль. Еще один элемент. Всего один. Ему требовалось отгадать всего одну загадку. Он был так близок…

– Прости, Бэтмен, мне очень жаль, – произнес Гордон, – мы ничего больше не могли поделать. Ты ничего больше не мог поделать. – Он запнулся. – Иногда… мы не побеждаем в каждой схватке.

Бэтмен не ответил. Ему нечего было сказать комиссару. Сейчас его волновало лишь две вещи: нужно найти Загадочника и заставить его заплатить за смерть Робина. Темный рыцарь осмотрел крыши ближайших домов и окна верхних этажей. Загадочник должен был быть где-то здесь.

Над кратером вздымался дым. Создаваемый лопастями вертолета воздух улетал в подобие аэродинамической трубы, образованной окрестными высотками. Внутри кратера почудилось движение. Бэтмен заметил его краешком глаза и сначала подумал, что это часть улицы рушится в дыру. Но он ошибся.

Это была левая рука механического стража, и она уцепилась за край кратера. Мгновением позже в поле зрения показалась голова, а следом и весь бронированный костюм выбрался из укрытия.

Король был настроен побороться еще.

Отведи их к Траску

Дуэйн Траск, радио «Готэм Глоуб»

– Из-за невероятной сцены, разыгравшейся на Хенри-Авеню между Вест-Ривер и Бернли, мы продлеваем наше шоу за пределы его обычных часов вещания. Я нахожусь в студии в центре города, но нам звонят люди, живущие по соседству с Хенри-Авеню, и их истории попросту невероятны.

– Эмма, ты звонишь из тех краев?

– Я работаю во «Фрампе и Гринде», прямо вниз по Хенри напротив старого банковского здания.

– «Фрамп и Гринд»?

– Это кофейня и секонд-хэнд. Я работаю там баристой. А еще я дизайнер.

– Спасибо, Эмма. Что ты видела?

– Этот робот прошел прямо мимо нас. Он выстрелил каким-то оружием из своей руки, чем-то вроде лазера, в магазин электроники по соседству, и все взлетело на воздух. Нам нужно эвакуироваться. Где пожарники? Уже все здание в огне.

– Я не сомневаюсь, что пожарники появятся как только полиция посчитает, что их жизни ничего не угрожает.

– Ну, зато нашим жизням угрожают. Здесь находится гигантский робот, стреляющий во все стороны из лазеров, а Бэтмен продолжает возиться с его спиной, словно бы он пытается выдрать оттуда провода или что-то похожее. Повсюду кружат вертолеты. Мы не знаем, куда нам податься. Мы выбрались в переулок и стараемся не попадаться роботу на глаза. Мы можете спросить хоть кого-нибудь, куда нам податься?

– Эмма, я переключу тебя в режим ожидания, и мой продюсер попытается помочь тебе. Донни, ты сможешь помочь ей? Хорошо. Ллойд, ты в эфире. Расскажи нам о себе и о том, что ты видел.

– Я только что видел, как в огромного робота попала ракета, мужик! Раздался большой взрыв. У меня с полок куча вещей слетела, но это все ерунда по сравнению с тем, что тут вокруг происходит. Все окна разбиты, в центре улицы огромная дыра.

– Костюм уничтожен? Ты видишь Робина? Он вообще жив?

– Костюм только что выбрался из этой дыры. Ракета… ну, я не знаю, попала она в него или нет, но костюм все еще работает. Робот идет дальше.

– А что с Робином?

– Мне отсюда не видно.

– Спасибо за звонок, Ллойд. Дальше у нас идет Эйлин. Ты на проводе с Дуэйном Траском, Эйлин. Что ты видишь?

– Бэтмен пытается что-то сделать на спине робота, он как будто бы набирает какую-то комбинацию. Я видела, как он забирается туда и возится с каким-то устройством, напоминающим часы. Костюм продолжает разговаривать с ним, и Бэтмен ему отвечает. Последнее, что костюм ему сказал, звучало как «Что больше всего похоже на пчелу в мае?» Костюм задал этот вопрос, когда находился прямо напротив моего окна. Затем он пошел дальше, и именно тогда, как и сказал последний дозвонившийся до вас, в него угодила та ракета.

– Что больше всего похоже на пчелу в мае? Я правильно тебя расслышал?

– Да. Я не знаю, что ему ответил Бэтмен.

– Боюсь, что я тоже не знаю ответа. Но костюм выдержал попадание ракеты, да, Эйлин?

– Да, все верно. Он по-прежнему продолжает идти.

– И ты сказала, что ребус похож на часы. Я правильно понял?

– Все совершенно верно.

– Дамы и господа, если вы помните, всего два часа назад я общался в прямом эфире с позвонившим в студию человеком, утверждавшим, что он и есть Загадочник. Он сказал, что еще до конца дня Бэтмен будет пытаться остановить два таймера.

Мы знаем, что полиция только что арестовала Дэдшота, и что именно Дэдшот, скорее всего, в ответе за начавшуюся сегодня утром серию убийств. Это был первый таймер. Если на спине этого бронированного костюма в самом деле установлен какой-то ребус, связанный с часами, полагаю, я вынужден сделать вывод, что нам в студию действительно позвонил Загадочник.

Мистер Нигма, прошу меня простить, если я был скептично настроен во время вашего звонка, но, надеюсь, вы меня понимаете. Звоните в любое время. Мой продюсер Донна сразу же свяжет вас со мной.

Оставайся с нами, Готэм. Силы правопорядка нанесли ракетный удар по улицам города. Бэтмен отчаянно пытается спасти жизнь своего товарища по оружию, Робина… и где-то там, должно быть, за всем происходящим наблюдает Загадочник. Он закончил? Он уже сказал свое последнее слово? Или нас ждет еще один гениальный ход?

Мы вернемся после рекламы.

29

«Второй шанс, – подумал Бэтмен, – вот где Загадочник перехитрил сам себя. Он сделал броню стража слишком крепкой, чтобы одна-единственная ракета смогла ее уничтожить. Правда, благодарить за это надо, по большему счету, Ра’с аль Гула. Загадочник просто не в его лиге. Он это тоже знает, и это заставляет его идти на отчаянные поступки. И поэтому-то Нигма столь же опасен как все, с кем мы сталкивались прежде».

Однако хоть какой-то ущерб ракета все-таки нанесла. Это было очевидно. Лицевая пластина треснула, и робот подволакивал одну ногу. Сквозь трещины в шлеме Бэтмен увидел, что глаза Робина открыты, а из носа идет кровь, сочащаяся по губам и подбородку.

Страж восстановил равновесие. К Бэтмену начал возвращаться слух. Ему показалось, что Гордон что-то говорит ему, но Темный рыцарь не стал отвечать, потому что Робин начал задавать очередную загадку.

– Фермер странствует с лисой, курицей и пакетом птичьего корма, – крикнул он. По внутренней поверхности шлема стекали капельки крови. – Путь ему преграждает река, и он должен пересечь ее в маленькой лодке, которая одновременно может перевезти только его и еще одну вещь. Если он оставит курицу с лисой, то лиса съест курицу. Если он оставит курицу с птичьим кормом, то курица съест весь корм. Как ему перевезти через реку все три товара и добраться с ними до рынка?

Бэтмен слышал сотни различных вариантов этой загадки. Фишка заключалась в том, что фермеру вовсе не требовалось каждый раз возвращаться с противоположного берега пустым. Нелинейное мышление. Ты берешь курицу, перевозишь ее на тот берег, затем возвращаешься… берешь лису, перевозишь на тот берег, и возвращаешься с курицей… берешь птичий корм и оставляешь курицу, перевозишь корм и возвращаешься за курицей. Таким образом ты не оставишь курицу ни с лисой, ни с птичьим кормом.

Долгий путь оказывался единственным.

Это была подсказка. В решении загадки брони было больше шагов. Поспешив найти прямое решение проблемы, Бэтмен что-то упустил. Но что? Он учел словесный ребус, химический, водный, ребус из чайной комнаты…

Ну конечно. Ребус, который заставил их работать параллельно.

Зуб Убийцы Крока. Который, прямо как отверстие в штеке циферблата, был рифленым, слегка неровным в поперечном сечении и немного изогнутым.

И который по-прежнему хранился в кармашке на поясе у Бэтмена.

«Оставь себе. Сделаешь рождественское украшение или еще что», – сказал Убийца Крок. Бэтмен внезапно с абсолютной уверенностью понял, что Убийца Крок знал обо всем плане с самого начала. Ему велели отказаться от зуба. Нигма, зная о внимании Бэтмена к деталям, скорее всего предположил, что его противник оставит зуб при себе.

Загадочник предсказал все его шаги практически с идеальной точностью. Бэтмен понял, что когда все это закончится, ему придется пересмотреть свое мнение об Эдварде Нигме. Вопрос стоял не в сравнении с Джокером, а в признании, что Загадочник заслужил собственный класс в классификации социопатических преступных гениев.

Страж вскинул обе руки и активировал наладонные бластеры. Один из лучей чихнул и замерцал, а затем линза треснула, и вокруг нее вспыхнули искры. Второй заряд энергии на миллиметры разминулся с Бэтменом и срезал ряд флагштоков, свисавших с фасада отеля. Горящие полоски ткани развевались на ветру.

Бэтмен подбежал к стражу, перепрыгнул через кратер и запрыгнул на неработающую руку. Обхватив конечность собственными руками, Темный рыцарь прижался к броне, надеясь, что его присутствие удержит Гордона от еще одного ракетного удара.

Ему была нужна лишь минутная отсрочка.

– Переплыви реку с курицей! – крикнул он. – Вернись за лисой. Переплыви реку с лисой, вернись с курицей. Оставь курицу, переплыви с кормом. Вернись за курицей.

Страж остановился. Но в отличие от всех прошлых ситуаций, в этот раз Робин немедленно выкрикнул очередной ребус, на этот раз напев его на манер детского стишка.

– По дороге в Сент-Ив человека я встретил,

С ним семь жен я приметил.

У каждой по лукошку,

В каждом лукошке по кошке…

– Лучше бы тебе убраться оттуда, Бэтмен, – раздался в наушнике голос Гордона, перебивающий слова Робина. – Мы собираемся прикончить эту тварь.

– Эта тварь – Робин, комиссар, – огрызнулся Бэтмен, – и я только что решил ребус.

– У тебя было все время, что я мог тебе предоставить, и даже больше. Этот город не может позволить себе тебя потерять, Бэтмен, но и разрешить нам мешкать и дальше он тоже не позволит. Убирайся оттуда.

– Я не стану этого делать, комиссар.

Страж дернулся, едва не сбросив Бэтмена. Костюм начал разворачиваться, и в тот же миг Темный рыцарь услышал звуки приближающегося вертолета. Это был тот самый вертолет, который прежде страховал первую машину. Только на этот раз он занимал позицию для стрельбы.

– Не делай этого, Гордон! – закричал Бэтмен сквозь шум моторов. Его собственный поврежденный слух мешал ему оценить, насколько громко он говорит.

А еще он прослушал часть ребуса.

– Повтори его! – закричал он в шлем. Робин посмотрел на него, но ничего не сказал. – Повтори его еще раз.

Ничего.

– Я тебя прикрываю, – произнесла Оракул. – Слушай.

В наушнике раздался щелчок, а затем она проиграла ему запись последних двух строчек ребуса.

– У семи кошек было семь котят

Сколько всего в Сент-Ив попасть хотят?

– Ну, это легко, – сказал Бэтмен.

– Огонь! – закричал Гордон.

Вертолет выпустил ракету. Но на этот раз Бэтмен не стал спрыгивать со стража. Темный рыцарь уже включил пульт удаленного управления бэтмобилем, и сейчас нажал на нужную кнопку и укрылся за грудной броней робота, надеясь, что он правильно рассчитал время.

Взревел двигатель, и бэтмобиль выскочил из переулка, войдя в такой крутой поворот, что даже встал на два колеса. Если бы машина шла на всех четырех, то ракета прошла бы прямо над ней и угодила точно в центр тяжести стража. Однако стоя на двух колесах, бэтмобиль достигал почти полутора метров в высоту.

Ракета угодила аккурат в лобовое стекло.

Броня бэтмобиля надежно защищала машину от стрелкового оружия, и даже переносного вооружения и взрывчатки. Выпущенная из РПГ граната могла опрокинуть машину, но не сильно бы ей повредила. Однако вертолет департамента полиции Готэма выпустил ракету военного образца класса «воздух-земля». Такие ракеты предназначались для пробития внешней брони танков, бронетранспортеров и малых кораблей. Эта конкретная ракета пробила бронированное лобовое стекло бэтмобиля без малейших усилий. Сила столкновения запустила двухступенчатый спусковой механизм боеголовки, и ракета взорвалась при втором ударе – о бронированную раму пассажирского сидения бэтмобиля.

Поскольку автомобиль стоял на двух колесах, Бэтмен пропустил наиболее зрелищную часть взрыва. Он увидел, как огненные струи вырываются сквозь боковые окна и через те, что теперь обращены к тротуару. Они сыграли роль ракетных сопел, а тротуар превратился в стартовую площадку.

Бэтмобиль взмыл над землей и, раскручиваясь в воздухе и разбрасывая по сторонам обломки салона и ходовой части, пролетел над головами Бэтмена и стража в направлении Хенри-Авеню. Машина врезалась в столбы, поддерживающие небольшую арку, ведущую в пешеходную аркаду, и снесла их.

Все еще охваченный огнем, бэтмобиль пронесся по аркаде, сминая пустые торговые палатки. Когда, наконец, машина со стоном остановилась, сверху рухнула крыша аркады.

Усиленная ходовая часть и бронированный пассажирский салон поглотили большую часть ударной силы ракеты, но шум от взрыва все равно получился достаточно громким, чтобы у Бэтмена снова зазвенело в ушах, а докатившаяся до стража ударная волна была достаточно сильной, чтобы робот снова покачнулся и чуть не рухнул на спину.

Уже однажды прочувствовав вес робота на своей шкуре, Бэтмен был очень рад, когда механическая махина сумела восстановить равновесие.

Ну, он в любом случае собирался разрабатывать новый прототип бэтмобиля.

Страж поднял руку.

В поле зрения показался очередной вертолет.

Если Гордон и пытался предупредить Бэтмена, он его не слышал. Темный рыцарь поднялся.

– Итак. Сколько всего в Сент-Ив попасть хотят?

Бэтмен едва себя слышал. Он подумал, что взрыв мог повредить передатчик, и это означало, что теперь его вообще никто не слышит. Но он все равно дал ответ. Темный рыцарь зашел слишком далеко, чтобы останавливаться теперь.

– Один.

И произнеся это слово, он подпрыгнул вверх. В верхней точке прыжка, в тот подвешенный момент перед тем, как начать падать вниз, Бэтмен вставил зуб в круглую дыру и повернул, пока его изгиб не совпал с внутренней частью асимметричного отверстия.

Раздался резкий щелчок, из отверстия вырвался заряд электричества, и рука Бэтмена онемела. Вытянутая конечность стража опустилась, линза энергетического бластера погасла. Робот поник. Он не двигался, но все еще стоял прямо. Внутри шлема раздался тихий хлопок, и с легким шипением защелка откинулась, и давление внутри костюма выровнялось со внешним.

Бэтмен справился.

Он решил ребус.

– Не стреляйте! – крикнул Темный рыцарь.

Бэтмен не знал, слышит его Гордон или нет. Третий вертолет вышел на ударную позицию, создаваемый его лопастями ветер поднимал с улицы мусор и пыль.

Но выстрела не последовало.

Бэтмен спрыгнул с безжизненных плечей робота и встал между вертолетом и Робином, расставив руки в стороны. На ум пришла мысль, что, учитывая отношение к нему некоторых копов это, возможно, не самая лучшая идея… но он все равно остался стоять.

– Комиссар! Не стреляйте!

Тишина в передатчике.

Колпак шлема отошел в сторону. Бэтмен сделал шаг назад, повернулся, протянул руку и отбросил шлем на землю. Тот отлетел в сторону и остановился возле дымящихся остатков бэтмобиля и руин пешеходной аркады. Робин поднял взгляд.

– Ты тут? – спросил Бэтмен.

– Да, – ответил Робин, – я тут. По крайней мере, мне так кажется. Полагаю, что это правда. – Он слабо улыбнулся. – Ты – то, что ты ешь.

Бэтмен как раз собирался спросить, что он имеет в виду, когда они снова услышали голос Загадочника.

В яблочко!

Автор: Рафаэль Дель Торо

GothamGazette.com

До чего мы докатились. Ракетные удары на улицах Готэма.

Полиция использует тяжелое армейское вооружение на улицах нашего города – и стреляют они по тем, кто предположительно должен защищать нас тогда, когда полиция не может.

Взрыв прямо под Аркхем-сити, достаточно мощный, чтобы перепугать все сейсмометры отсюда и до Флориды.

Известный наемный убийца Дэдшот охотится на гражданских подрядчиков Загадочника, чтобы расторгнуть с ними контракт, в буквальном смысле пустив им парабеллум в церебральную систему.

Схватки и перестановки в преступных кругах Готэма. Подобные драки и удары в спину более привычны для Венеции пятнадцатого века, однако разворачиваются они в нашем городе. Причем одежды стали только безумнее, и нет ни намека на Медичи, которые могли бы удержать разворачивающийся хаос в узде.

Вы попробуйте. Представьте Бэтмена в роли Козимо ди Медичи. Плохо – но и близко не так плохо, как все остальные безумцы.

Ракетные удары на улицах Готэма.

Ракетные удары на улицах Готэма.

Я перечитываю эти слова и не могу понять их. Они не вписываются в картину мира, где я хочу жить, в образ города, в котором я хочу жить. Я люблю Готэм всем сердцем, но с меня хватит. Я сваливаю. Определенно где-нибудь на этой планете есть место, население которого не состоит целиком из мстителей в масках, костюмированных злодеев и безжалостных эгоманьяков. Я довольно долго здесь прожил. Готэм есть за что любить, и даже сейчас я буду скучать по каждому мрачному и полному опасностей кварталу. Но не каждый сможет здесь жить. Это совершенно нормально. Жаль лишь, что я не понял этого раньше.

Слышал, в Централ-сити дела обстоят хо-рошо.

Это моя последняя колонка. «В яблочко!» наконец-то оказалась выкорчевана сумасшедшим, повернутом на Бэтмене безумием этого города, его жителей, бэт-драк, бэт-почитания и бэт-отношений между полицией и мстителями в масках, которым самое место в камере по соседству со всеми этими самопровозглашенными преступными психами в любом подземелье, которое после моего ухода заменит Лечебницу «Аркхем».

Короче: я ухожу.

Потому что Бэтмен явно никуда уходить не намерен.

30

– Имаго! – воскликнул Загадочник. – Ты должен был догадаться к этому моменту, иначе мы бы сейчас не разговаривали, не так ли, о, мой самый достойный оппонент?

Бэтмен поднял взгляд. Там, на крыше того самого здания, в котором Бэтмен сражался с Дэдшотом, стоял Загадочник в своем свободном зеленом пиджаке, покрытом вопросительными знаками, брюках, абсурдном котелке, зеленых ботинках и очках. Галстук трепетал на ветру.

– Бэтмен! Я должен засвидетельствовать мое тебе почтение! – продолжил он. – Также как и твоему отважному помощнику Робину! Это были крайне суровые испытания, и все же вы пережили их все.

Прежде чем Бэтмен успел броситься на своего врага, он услышал голос Робина.

– Постой. Помоги мне выбраться из этой штуки.

– Загадочник ждать не будет, – возразил Бэтмен.

Робин в отчаянии ударил кулаками костюма по груди робота. Вертолет завис над ними, и на какой-то момент Бэтмен пожалел, что пилот не выпустит свой боезапас по крыше, с которой над ними издевался Загадочник.

«Пристрели его», – подумал он.

Но затем момент прошел, и Бэтмен понял, что только что испытал слабость. Это ведь слабость – желать, чтобы кто-то выполнил за тебя твою работу. Слабость – желать, чтобы кто-то другой совершил убийство, потому что ты поклялся никогда никого не убивать.

Однако затем Бэтмену пришла на ум идея. Симметрия загадки с имаго еще не была полной. Робин еще не вылупился из кокона брони стража. Ключ, скорее всего, находился в ребусе, встроенном в броню робота. Бэтмен быстро обошел стража и провернул зуб Убийцы Крока в отверстии.

Раздалась серия щелчков и хлопков, а затем костюм развалился. Сперва руки отделились от плеч, и Робин просто стряхнул их. Затем грудная пластина разделилась на две части и отвалилась. Разъехалась тазовая часть, а после отвалились и ноги. Робин стянул тяжелые ботинки.

Затем Тим рухнул на колени, и на мгновение Бэтмену показалось, что Робин пострадал сильнее, чем он думал. Однако, после Тим поднял взгляд и с решительным выражением на лице встал на ноги. Вытер кровь с лица.

– Пошли! – сказал он, как будто это именно Бэтмен задерживал их.

Вместе они подбежали к стене здания и не сговариваясь выстрелили крюками, которые подняли их на крышу, где Динамический дуэт уже давно поджидал Загадочник.

– Наконец последний фрагмент мозаики занял свое место, – произнес Нигма, пока они поднимались наверх.

– Он не убегает, – заметил Робин.

– Может, это и есть последний фрагмент мозаики, – предположил Бэтмен.

Они добрались до самого края крыши.

– Раз… два…

Темному рыцарю не понадобилось говорить три. Они оттолкнулись от стены и, использовав натяжение кабеля, перемахнули на крышу.

Загадочник не пошевелился. Не заговорил.

Мгновение спустя они осознали, что перед ними и не Нигма вовсе, а лишь кукла, одетая в фирменный наряд Загадочника. К челюсти куклы был прикреплен маленький динамик, который в настоящий момент лишь тихо шипел.

Настоящего Загадочника и след простыл. Однако, он оставил после себя записку:

Бэтмен,

Я должен искренне поблагодарить тебя. Это было превосходное испытание следующего поколения моих… назовем их активами, ладно? К этому моменту ты уже должен был понять, что, если бы я хотел твоей смерти, ты был бы уже мертв. Но, разумеется, я вовсе не хочу этого, Бэтмен, как и ты на самом-то деле вовсе не хочешь вычеркнуть меня из уравнения.

Противостояние сильных соперников – неотразимая вещь! А для тебя другой неотразимой вещью является противостояние интеллектов, решение ребусов, не так ли, Бэтмен? Ты же знаешь, что чувствуешь это! Теперь, без Джокера, будущее станет немного другим. Он приносил хаос и непредсказуемость. Мне не интересны ни то, ни другое. Отличный ребус хорош только тогда, когда у него есть решение. Меня, как нового шерифа в городе, интересует лишь, как далеко я смогу тебя завести.

Насколько умным, целеустремленным и решительным ты можешь быть? Это мы еще посмотрим. Теперь, когда Джокера больше нет, тебе предстоит противостояние с совершенно иным противником. Старый порядок лежит в руинах, а новый только начался. Ты и я, Бэтмен… ну и ты, Робин, конечно же! Я надеюсь, что ты пережил наше маленькое испытание. Ну а если нет, что ж, я разочарован.

Мы неплохо повеселились, не так ли? Давай повторим в ближайшее время. Как я уже говорил, в будущем мы будем видеться гораздо чаще… но где и когда? А, зачем отвечать на вопрос, когда вместо ответа можно задать еще один вопрос?

И вот он. Если это был мой первоначальный гамбит, значит, мы только заняли начальные позиции. Теперь настал черед переходить к середине партии. Как ты думаешь, что я сделаю дальше?

Ну, до следующего раза. Кстати, поздравляю тебя с тем, что ты все-таки не вышел на пенсию. Ты стартовал из крайне невыгодной позиции и хорошо сыграл! Давай остановимся на ничьей.

С уважением,

Э. Нигма

– Думаешь, он сможет это сделать? – поинтересовался Робин.

– Захватить контроль? – уточнил Бэтмен. – Вполне. Благодаря этой схеме каждый псих в Готэме узнает, что Загадочник использовал Мистера Фриза, Убийцу Крока, Безумного Шляпника, Харли Квинн и Дэдшота в своих собственных целях. Это крайне мощное заявление для любого преступника, привыкшего иметь босса во главе.

– Тогда он выиграл.

Бэтмен покачал головой.

– Нет. Я думаю, он просто пытается спасти лицо. Он хотел, чтобы ты умер на моих глазах, а затем понял, на что я могу пойти, чтобы спасти тебя.

– Милейшая личность.

– Как и все они, – ответил Бэтмен. – Отбросы, мизантропы, слабые люди с большими амбициями.

– Это он был имаго, – сказал Робин, – а вся эта история – это его дебютный бал. Жаль, что я понял это только тогда, когда он уже забрался мне в голову. Когда я увидел слово PUPA на стекле шлема.

– Мы оба поняли это слишком поздно, – возразил Бэтмен, – а что это было? Какая-то форма управления сознанием?

– Ну, может, мне не стоит это говорить, – ответил Робин, – я мог думать и немного шевелиться. Недостаточно, чтобы принести хоть какую-то пользу. В основном он был у руля.

– А сейчас? Сможет ли он снова взять тебя под контроль?

– Не знаю, – признался Робин. – Он отпустил меня, когда ты решил ребус. Нигма сказал, что это была какая-то нанотехнология, которую я съел вместе с листком бумаги в чайной комнате.

– Ты съел лист бумаги, – сказал Бэтмен.

Робин пожал плечами.

– Эй, там было написано «Съешь меня». Что мне предполагалось делать?

– Странное время ты выбрал, чтобы начать следовать инструкциям, – заметил Темный рыцарь.

Робин окинул взглядом раскинувшийся перед ним океан крыш. Пожарники боролись с огнем, вызванным продвижением стража.

– Это я сделал, – заметил он.

– Нет. Это сделал Загадочник.

– Я знаю, – ответил Робин. – Но ты понял, что я имел в виду.

Бэтмен кивнул.

– Это я загнал тебя в эту позицию, отправив в лабиринт одного. Ты хорошо справился.

– Спасибо, – ответил Робин.

Они наблюдали за тем, как по Хенри-Авеню в их сторону движется вереница полицейских машин.

– В одной из этих машин будет комиссар Гордон, – заметил Бэтмен.

– Ага. Скажи, я же нормально себя показал, правда?

– Однозначно, – ответил Бэтмен.

Робин наблюдал за тем, как Гордон вылезает из ведущей машины.

– Нам понадобится эксперт по нанотехнологиям, проверить, не осталось ли чего в моей крови, – сказал он.

«Крови», – подумал Бэтмен. Он размышлял о крови Джокера и обо всей крови, пролитой за последние несколько месяцев. Что будет дальше? Загадочник считал, что полностью выбрался из своего кокона. Эта серия головоломок была его способом заявить свои претензии.

Теперь начнется настоящая встряска. Другие значимые и могущественные злодеи Готэма едва ли молча согласятся с претензиями Загадочника. Некоторые, типа Соломона Гранди, Ядовитого Плюща или Календарного Человека, не обратят на него никакого внимания. Они делали то, что сами хотели, наплевав на мнение кого-либо еще, ими руководили глубоко сидящие желания, понятные только им.

Но вот остальные – Пингвин, Безумный Шляпник, Мистер Фриз, Двуликий – были людьми амбициозными. Они хотели быть во главе, превратить свои собственные маленькие империи в империи покрупнее, чтобы доказать друг другу, что это они у руля. А теперь Загадочник бросил им всем вызов.

И пусть даже в финале физически из кокона выбрался Робин, как Тим и сказал, главным героем последнего ребуса Загадочника был он сам. На протяжении всего дня (и тут Бэтмен с удивлением понял, что все эти события уместились всего в один день) Загадочник реализовал целую серию пересекающихся друг с другом ребусов, которые неизбежно вели к заявлению, что Загадочник переродился в качестве нового криминального короля Готэма, вылупившись из кокона, которым являлась тень Джокера.

Это объясняло все: каждую подсказку, каждый ребус, каждую ловушку, начиная с того момента, когда флэшка попала в штаб-квартиру готэмской полиции. В конце концов, это именно флэшка привела Бэтмена к первой подсказке – личинке.

А ведь это действительно был гениальный план, подумал Бэтмен. В прошлом Загадочник уже подкидывал им ребусы. Он конструировал смертельные ловушки внутри ограниченного пространства. Но здесь он сплел целую сеть из союзников и подрядчиков, отправился в Аркхем-сити и соорудил целую серию ребусов, которые не только можно было решить исключительно совместными усилиями Бэтмена и Робина, каждый из них еще вносил свой вклад в финальный шедевр Нигмы.

И, сюрприз-сюрприз, его целью даже не являлись смерти Бэтмена или Робина. Конечно, вряд ли бы Нигма особо расстроился, если бы кто-то из его соперников сыграл в ящик, но прежде всего Загадочник хотел получить противника, которого бы он счел своей ровней.

Прямо как Джокер.

Внутри Темного рыцаря что-то всколыхнулось.

«Мне надо завязывать с этим, – подумал Бэтмен, – Джокера больше нет. Готэму нужно, чтобы я присутствовал здесь и сейчас, в настоящем, сфокусированный на текущих проблемах. У меня нет возможности нянчиться с собственными психологическими слабостями. А нуждаться в необходимости справиться со смертью моего самого злейшего и смертельного врага – это слабость».

«Избавься от нее», – велел он себе.

Но легко было говорить такое. Бэтмен знал, что ему придется работать и работать, чтобы привыкнуть к факту смерти Джокера. Прошлое должно оставаться в могиле. Но даже так какая-то часть его души пыталась вернуть Джокера обратно в уравнение. Это был укоренившийся на подсознательном уровне призыв вернуться во времена, которые он понимал.

Теперь все поменяется, и Бэтмену придется изрядно потрудиться, чтобы понять, какие новые союзы появятся, изменятся и распадутся внутри преступного мира Готэма. Напряжение еще не достигло предела. Оно только выросло на пару градусов. Настоящая буря еще только готовится нагрянуть. Но Бэтмен снова уцелел, и он будет на месте, чтобы справиться с бурей. Он был нужен Готэму. Это его город.

– Робин, – сказал он, – отправляйся обратно в Бэт-пещеру. Пусть Альфред осмотрит тебя. Проверьте, остались ли еще в твоей крови эти наномашины.

– Если ты беспокоишься насчет этого, тебе не следует отпускать меня одного, – ответил Робин.

Это звучало как забота, но на самом деле это был вызов. Робин спрашивал Бэтмена, доверяет ли тот ему.

– Если Загадочник отпустил свой контроль, у него на то были свои причины, – сказал Бэтмен, – он донес свою точку зрения. Нигма хочет стать новым королем преступного мира Готэма, и после такого я даже не уверен, кто осмелится бросить ему вызов. Но я точно знаю, что тебе нужно пройти полное медицинское обследование, чтобы нам больше не пришлось беспокоиться о том, что ты можешь снова превратиться в его марионетку.

Робин поморщился.

– Прости, – сказал Бэтмен.

– Не извиняйся, – ответил Робин, – это правда.

– Тогда отправляйся в пещеру. Я бы подбросил, но мне пришлось использовать свой единственный бэтмобиль, чтобы защитить тебя от ракетного удара.

Бэтмен еще не успел закончить свою речь, а Робин уже перепрыгивал с крыши на крышу, направляясь на север в сторону тайного входа в Бэт-пещеру. Бэтмен расправил плащ и спрыгнул с крыши, беззвучно приземлившись на тротуаре внизу.

– Комиссар, – сказал он.

– Ты знаешь, я сделал то, что должен был, – произнес Гордон.

– Я знаю, что вы в это верите.

Гордон отвернулся и взглянул на крыши.

– Итак… Загадочник?

– Всего лишь кукла, – ответил Бэтмен, – но он был тут. Где-то здесь. Он наблюдал за всем представлением и оставил мне сообщение.

– Что за сообщение?

– В котором он уведомил нас о том, что уже планирует свой следующий… вызов, я думаю, это его любимое слово.

– Надо полагать. Робин в порядке?

– В порядке.

Гордон вздохнул.

– Хорошо. – Он замолчал на какое-то время, затем закурил. – Полагаю, нам тоже стоит начинать планировать наши следующие шаги, не так ли?

– Обычно это хороший план.

– В такие времена я хочу сжечь Аркхем-сити дотла. Снести его бульдозером в реку и отстроить заново.

«Не такая уж и плохая идея», – подумал Бэтмен. Но Готэм был тем, чем он являлся. Этот город был болен, как возможно, и все города. Вот почему они нуждались в таких, как Бэтмен, таких, как Гордон. Они нуждались в людях, которые никогда не сдаются.

– Вы заперли Шляпника и Фриза в камере?

Гордон кивнул и бросил окурок в кратер, образовавшийся от взрыва ракеты.

– На какое-то время, – ответил он, – Дэдшота тоже. Посмотрим, сколько это продлится.

Бэтмен положил руку ему на плечо.

– Мы должны продолжать бороться, – сказал он. – Кто-то должен.

– Ага.

Один из обыскивающих местность полицейских окликнул Гордона. Комиссар обернулся, чтобы ответить на вопрос и почувствовал, как Бэтмен убирает руку с его плеча. Когда Гордон повернулся обратно, Бэтмена уже и след простыл.

Эпилог

Они говорили о нем. Весь Готэм судачил о нем. Вики Вэйл, Джек Райдер, Дель Торо, Траск… Загадочник переключал каналы, и на каждом из них он видел свои фотографии.

Он включил радио и сменил несколько радиостанций. На спортивной передаче ведущие трепались… и говорили о Загадочнике. Политические болтуны говорили о Загадочнике. Тишайшие эксперты общественного радио шептались во время перерывов на сбор средств… и говорили о Загадочнике. Ярко-зеленые вопросительные знаки красовались на передовицах каждой газеты. Нигма едва ли мог просить о чем-то большем… за исключением одного момента.

Бэтмен ни с кем не разговаривал. И Робин тоже. Это напрягало Загадочника, потому что он знал, что каждому из них было что рассказать. Они не хотели отдавать ему должное даже в виде небрежных комплиментов, брошенных вскользь по время рассказов о невыносимых сложностях комнат смерти и связанных с ними ребусов. Это он понимал. Но они же должны были хотеть сказать хоть что-то! Они же должны были признать, что его испытания проверяли их силу, сосредоточенность и решительность до самого предела. Он подвел их к краю того, что они считали возможным, а затем… позволил им выжить. Он позволил им.

Бэтмен мог сколько угодно думать, что решил каждый ребус и превзошел своего оппонента, но Загадочник видел ситуацию иначе. Он на каждом ходу давал Бэтмену больше, чем нужно было, тянул его за собой, чтобы и Робин тащился следом, чтобы в финале Загадочник смог позволить себе великодушный жест с броней стража. Вся эта затея была всего лишь приветственной открыткой, формальным объявлением, что если Джокер мертв, то да здравствует Загадочник!

Он знал, что они были на волоске. Его гамбит едва не оказался для них чересчур сложным. Если бы Бэтмен хоть немножко промедлил бы с решением отправиться за Убийцей Кроком… если бы Крок сражался хотя бы чуточку сильнее, чем просил Загадочник… если бы, если бы, если бы. Столько всего могло пойти не так. Задним числом Нигма понял, что был рад, что Бэтмен разгадал последний ребус с имаго и часами. Можно только представить, какой бы случился позор, если бы он вложил все это время, всю эту энергию, все эти жизни… а затем шоу оборвалось бы прежде, чем должным образом началось.

Когда он писал Бэтмену ту записку, он был очень, очень зол. Ведь он, по сути своей, притворялся. О, как же он был зол. Загадочник хотел смерти Робина, хотел увидеть, как полицейские ракеты разрывают любимца Бэтмена на сотни обожженных, окровавленных ошметков, но он фактически заставил себя написать это письмо и подготовить куклу просто на всякий случай, просто потому что он не мог… не мог выдержать… самой мысли о том, что его могут застать неподготовленным.

Однако на деле простая предосторожность оказалась едва ли не лучшим его решением. Почему? Потому что он, по факту, последовал старому совету из мира шоу-бизнеса: притворяйся, пока не достигнешь желаемого.

Как же ему повезло, что и Бэтмен, и Робин выжили. Теперь он это осознавал. Если бы хоть кто-то из них сыграл в ящик, то все газеты, радиостанции и телевизионные каналы Готэма, все блоги, социальные сети, да даже разговоры возле кулера с водой, все было бы посвящено павшему герою. Мученику. Тому, кто погиб от руки гнусного, кровожадного гения.

Но поскольку и Бэтмен, и Робин остались живы, то самой горячей темой у всех на устах и подушечках пальцев оказалась фигура гнусного, кровожадного гения.

Как же чудесно.

И пускай полиция Готэма теперь прочесывает развалины Чудо-города. И пускай фигуры Дэдшота, Безумного Шляпника и Мистера Фриза убрали с игровой доски. Это все допустимые потери. В будущих операциях у него появятся новые партнеры. Он уже начал переговоры с некоторыми из них и подобрал места, которые хорошо подойдут для нового поколения головоломок.

Бэтмен и Робин постигли истину. Загадочник не был заурядным головорезом или даже заурядным преступным авторитетом.

Только идиоты и дикари думали, что миром можно управлять с помощью оружия и жестокости. Истинная сила заключалась в словах. И он это доказал. Ребусы, головоломки, загадки, составленные из слов и заставляющие разум работать на пределе.

Загадки! Это же идеальная форма контроля. Ты задаешь их, а затем наблюдаешь за тем, как твой оппонент проявляет к ним интерес… следом фокусируется… после становится одержим и игнорирует все остальное.

Да. Вот чего добился Загадочник. Пускай Бэтмен и Робин все еще ходили по улицам Готэма, Загадочник ясно дал им понять. Вкратце, все сработало в точности так, как он и хотел. Его гамбит полностью окупился.

Потому что сейчас весь Готэм обсуждал Загадочника точно также, как некогда он обсуждал Джокера.

Имаго.

В Готэме наступал новый день, который определялся не безумной улыбкой, а вопросительным знаком. И вопрос звучал так:

«Что он предпримет дальше?»

Благодарности

Спасибо Бобу Кейну и Биллу Фингеру за Бэтмена; Warner Bros. Interactive и Rocksteady за великолепную серию игр Batman: Arkham, которые и подарили этой книге эту конкретную версию Готэма; Стиву Саффелю, Элис Найтингейл и Джулии Ллойд в издательстве Titan за то, как они справились с проектом с таким огромным количеством движущихся частей (одной из которых был я); моим детям Иэну, Эмме и Ави за их энтузиазм и предложения насчет того, с кем стоит сразиться Бэтмену, и Линдси – ты знаешь, за что.

Об авторе

«Гамбит Загадочника» – это уже второй роман Алекса Ирвина о Бэтмене (первым был «Инферно»). В общей сложности Алекс написал уже больше тридцати книг, включая оригинальные романы Buyout, The Narrows и A Scattering of Jades. Алекс также работал над такими франшизами как «Планета обезьян: Революция», «Тихоокеанский рубеж» и «Тинтин» и писал книги по вселенным «Трансформеров», «Сверхъ-естественного», «Сонной лощины» и Marvel. Он живет в штате Мэн.

Примечания

1

«Dynamic Duo» (Динамический дуэт) – старое и известное прозвище дуэта Бэтмена и Робина. – (здесь и далее прим. редактора)

2

Пневмопочта – инженерная система из труб для перемещения грузов.

3

Название людей со сверхспособностями во вселенной DC.

4

В Соединенном Королевстве галантерейщик – это человек, который продает небольшие предметы для шитья, такие как пуговицы, ленты и молнии; в Соединенных Штатах этот термин относится к розничному продавцу, который продает мужскую одежду, включая костюмы, рубашки и галстуки.

5

Л. Кэррол, «Алиса в Зазеркалье» (пер. Д. Орловской).

6

Рука мертвеца – комбинация карт, состоящая из тузов и восьмерок черных мастей. Именно эти карты держал в руках знаменитый стрелок Дикий Билл Хикок во время своей смерти в 1876 году. С тех пор эта рука приобрела мистическое значение в вестернах – считается, что она выпадает персонажу незадолго до гибели.

Content

Алекс Ирвин
Бэтмен. Рыцарь Аркхема: Гамбит Загадочника

В яблочко!

1

2

RyderReport.com Опубликовано JKB

3

4

5

Специальный репортаж В центре внимания – Готэм

6

Отведи их к Траску

7

Отведи их к Траску

8

Специальный репортаж В центре внимания – Готэм

9

RyderReport.com Опубликовано JKB

10

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ Третье убийство за три часа

11

Отведи их к Траску

12

Специальный репортаж В центре внимания – Готэм

13

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ Возле Вест-Ривер предотвращена химическая катастрофа

14

RyderReport.com Опубликовано JKB

15

16

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ Полдень в Готэме с Джеком Райдером

17

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ Оператор передачи «В поле зрения – Готэм» найден мертвым

18

RyderReport.com Опубликовано JKB

19

Отведи их к Траску

20

В яблочко!

21

RyderReport.com Опубликовано JKB

22

23

Отведи их к Траску

24

Специальный репортаж В центре внимания – Готэм

25

ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ Полдень в Готэме с Джеком Райдером

26

27

Специальный репортаж В центре внимания – Готэм

28

Отведи их к Траску

29

В яблочко!

30

Эпилог

Благодарности

Об авторе

Примечания