Алекс Нагорный Юрий Москаленко

Боги и Демоны Захребетья

Пролог

Ночь нависла непроглядной тьмой над неизвестным городом неподалёку от речушки Патоквож, что в зоне отчуждения межу Светлым Воинством Империи и его Тёмным противником. Страх побежал ледяным потоком в кровеносных сосудах людей.

Порубежье вздрогнуло от неслыханной напасти, обрушившейся на местных жителей. Ведь никто из ныне живущих не мог и предположить, что очередной виток напряжения разразится чем-то ужасным и доселе невиданным.

Лютые звери вернулись из далёкого прошлого и заполонили леса, вставшие непроходимым барьером перед светлым воинством Магов. Таких тварей, пришедших из-за грани, даже старожилы не видели в своей жизни, но о этих существах уже слагали легенды когда-то и осыпали проклятьями в старых летописях Руссии.

Неведомое существо взмахнуло огромными крыльями. Леденящее кровь рычание прокатилось эхом по непроходимому ущелью, поросшему вековыми лесами. Древнее зло воплоти пробудило медведей от спячки, и взбудоражило волчью стаю, немедленно поднявшую вой.

Когтистые лапы, вцепившиеся в камни уступа скалы, далеко не птичьи, а скорее звериные. И это творение тёмных богов совсем не единственное, появившееся во время тяжёлой войны в Порубежье…

Глава 1

Дела и мысли…

— Вот что, Ефим, — я обратился к своему денщику, немного отойдя от шокирующего известия о вселившихся дамах. — Пойду я, за амулетами схожу. Иначе, нас опять за чужаков примут, — выдал я первую попавшуюся причину, чтобы пойти проветриться и с мыслями собраться.

— Конечно, княже, — поддержал меня старый солдат. — А, иначе-то, как же в дозоры и рейды ходить-то, да без опознавательных артефактов?

— Вот именно, Ефим. Вот именно, — пробормотал я печально и накинул на себя меховую накидку.

Естественно, что ни о каких артефактах я сейчас не думаю, а озабочен совершенно по другому случаю.

— Госпожам что-нибудь передать? — донеслось до меня уточнение.

— Нет, Ефим, не нужно. Пускай девчата попарятся в волю, — отмахнулся я, переступая порог своих апартаментов. — Да, Ефим, ты ещё скажи им, чтобы начинали обедать без меня. Нет нужды ждать, — добавил я выходя, и притворил за собой дверь.

Мой денщик хотел было добавить что-то, или даже добавил, но я уже не услышал его.

Мне очень нужно определиться с дальнейшими условиями своей жизни, в свете новых открывшихся реалий, изменивших эти условия коренным образом. В основном, из-за появления знакомых княгинь и графинь в бастионе.

Ну-у, две-то из них однозначно уедут, наверное.

Шуйская с Демидовой, к примеру, так они точно не останутся в этом опасном местечке. Хотя бы потому, что их великородные и всесильные папаши не позволят любимым дочуркам этого сделать. Ни при каких уговорах.

Э-э… Собственно, это я так думаю, и очень сильно надеюсь, что так оно и будет. А иначе… А вот про «иначе» — мне даже и представлять-то страшно, а не то, что не хочется!

Занятый этими мыслями, я вышел во двор и направился вдоль стены бастиона. Пришла в голову мысль, что это возможность ознакомиться с внутренним пространством древней крепости. Глянуть, что тут и как устроено.

Да вон, на каждом участке крепостной стены между основными башнями есть ниши, занятые чем-нибудь полезным, и используемые в хозяйственной и оборонной инфраструктуре укрепления.

Некоторые прикрыты большими воротами, например, как конюшни и амбарное что-то. Другие изолированы от улицы деревянными срубовыми стенками, с дверями и окнами, на манер жилых домов.

Ну и ярусы на всех стенах есть, с кучей специальных площадок, соединённых ступенями и переходами для удобства обороняющих.

Время сейчас близко к обеденному, посему людей на улице не так много, а те, кто есть — заняты делом. Кто-то колотит молотком, кто-то несёт что-то. Местные жители бастиона и некоторые вояки занимаются ремонтом деревянных элементов зданий и сооружений крепости. Наверное, давненько этого не делали.

Даже вон, даже новые и мощные ставни устанавливают на немногочисленные окна центральной цитадели, где штаб с администрацией расположены, и с армейскими казармами. Идёт работа по ремонту, даже некоторые бойницы ремонтируют, да и сами стены в порядок приводят.

Сосредоточенные умельцы отёсывают камни, подгоняя их по размеру для замены раздолбанных и покрошенных. Ну и из внутренних казематов характерные звуки строительства доносятся.

Меня привлекла одна из приоткрытых дверей с доносящимся из-за неё металлическим звоном. Помещение расположено под сводом ниши стены, как и многие. Ноги сами повернули и принесли меня к месту возникшего интереса, и я постучался, прежде чем вошёл внутрь.

— Хозяева? — крикнул я, стараясь перебить шум. — Не помешаю?

На меня отвлёкся человек в кожаном фартуке, держащий в руках рунную шпагу и изящный молоточек. Он остановил свою работу и окинул меня с головы до пят изучающим взглядом, и заострил внимание на накидке и форме с погонами Вольнонаёмного Рунного Мага.

— Входите, уважаемый, э-э… — он задержался с продолжением, ожидая моего представления.

— Господин Феликс Игоревич, — продолжил я за него фразу приветствия.

— Да-да, господин, Феликс Игоревич, — кивнул он и жестом окинул пространство помещения. — Проходите, прошу вас. Оказия какая-то с оружием приключилась? — он сразу задал уточняющий вопрос.

Моё первоначальное предположение сбылось. Это универсальная мастерская с горном, верстаками и большим количеством инструментов на любой вкус.

А её основное предназначение, или профильную специализацию, я смело отнёс к оружейной ремонтной мастерской, из-за большого количества стреляющего и колющего, хаотично размещённого в помещении и наполовину разобранного.

— Нет, всё в порядке с моим оружием, тьфу-тьфу-тьфу! — я сплюнул через левое плечо. — Как вас-то можно мне звать-величать? — поинтересовался я, продолжив поверхностный ознакомительный осмотр окружения.

— Василь, — встал и поклонился хозяин. — Василием нарекли, а может господину Магу боеприпасы особые отлить спонадобилось? — представился мастер и продолжил допытываться о цели моего визита к себе.

Информация о боеприпасах меня заинтересовала, как и разобранное орудие крупного калибра. Я первый раз увидел пушку в этом мире. Старинную и очень простую с точки зрения конструкции. Хотя, затвор уже есть, так что, я обрадовался. Хорошо, что не дульнозарядная.

— Нет, господин Василь, с боеприпасами пока тоже всё у меня нормально, — я немного расстроил мастера. — А что ты имел ввиду, когда упомянул про особые боеприпасы? — я зацепился за его фразу, вызвавшую у меня интерес.

— Вы проходите, господин Феликс, проходите! — проявил он уважение, прежде чем ответить. — Вот, присядьте, — Василь заботливо протёр табуретку. — В ногах правды нет, — добавил хозяин оружейной мастерской.

— Да-да, благодарю!

Я воспользовался его гостеприимством и сел напротив, продолжив глазеть по сторонам.

Однако вовремя вспомнил про приличия и сконцентрировал внимание на хозяине. Я перво-наперво отметил его слишком красный цвет лица, как следствие частого общения с горном и работы с раскалёнными железяками.

— А ещё пушки есть? — я кивнул на орудие. — В смысле, на башнях в бастионе, и в казематах оборонительных, — пришлось уточнить свой вопрос.

— Господин? Так вам про боеприпасы, аль про пушки ответ держать? — Василь задал правомерный вопрос.

— Извини, — я улыбнулся и извинился за неразбериху в темах. — Расскажи о боеприпасах, коль они первыми упомянуты были.

— Дык, а чево говорить-то, я покажу, — заявил Василь, отложил рунный клинок и поднялся, вытирая руки ветошью. — Вот тут у меня всё и есть, самое свежее, токма-токма доставленное, — пояснил хозяин и прошёл к закрытому шкафчику.

Я проводил его взглядом, сам же думая над тем, откуда и как доставляются боеприпасы. Второй вопрос, возникший сразу за этим, касается армейских арсенальных хранилищ. Точнее, меня одолела загадка, смысл которой кроется в наличии рунных боеприпасов у этого мастера.

Это что получается? У него свой поставщик, или тут производство с рунным клеймением налажено?

Пока я размышлял, быстро перебирая вопросы и переваривая занятную информацию, хозяин открыл двери шкафа и отошёл, чтобы мне ничего не помешало ознакомиться с ассортиментом.

— Калибру всяческого в достатке, — Василь по-своему трактовал моё удивление на лице. — Вон, смотрю у вас армейские есть и рунные револьверы, — продолжил он. — Это калибры распространённые, — добавил мастер и достал красивую коробку.

Я обратил внимание на отделку этой упаковки и тут же провёл аналогию с подарками от Шуйских, когда меня отправляли в командировку охранения Обоза с Артефактами. Очень похоже на то, что все ёти коробки-шкатулки имеют стандарт.

— Откуда такое богатство? — задал я первый вопрос, рассматривая снаряжённые пулями гильзы. — Ого! Знатное клеймо! — проявил я толику лести Василию.

— Ещё-бы, — снисходительно улыбнулся хозяин. — Прямо из-за речки доставили, от мастера по руническим клеймам, — сделал он гордое заявление, чем дал мне новою порцию информации к размышлению. — Один-единственный он на оба городишки, да по обоим берегам от речушки той.

Я взял один патрон и без труда распознал в его составляющей стихию огня, отчеканенную на гильзе и продублированную на самой пуле.

— Почти, как и мои, — сделал я заключение через минуту.

— Точно, — подметил довольный Василь. — Брать-то будете, господин Феликс? — задал он насущный для себя вопрос. — Иль праздное любопытство у вас?

— Возьму немного, — я решил не расстраивать его и сунул руку в карман, где нащупал пару золотых монет. — Вот, — протянул я одну, достоинством в десятку. — Сколько дашь?

— Ежили без сдачи, то… — он подпёр рукой подбородок и воззрился к потолочному своду, отражая сложные арифметические действия в своём уме. — Четверть от сотни, — родил он ответ. — В аккурат цельная коробка выходит, — он протянул мне шкатулку с боеприпасами.

— Подходит, — я не стал расстраивать его торгом и вручил золотой червонец.

— Добре, господин Феликс, — Василь искренне улыбнулся и прошёл на своё место, где сидел и работал до моего прихода. — А теперь, господин хороший, выспрашивай про орудие, — указал он на разобранную пушку.

Действительно, ствол валяется отдельно от разбитого лафета. Э-м… Вроде лафетом эта штука называется, куда всё остальное вместе со стволом крепится.

Но думаю я, глядя на части разобранной пушки, о письме Аперкилда, где он просит обратить внимание на всё, что с магией связано, особенно в том, что вооружений касается, артефактов и боеприпасов.

Прозвучавшая информация про какого-то Мастера, наверняка нелегально занимающегося руническим клеймением с того берега речки, меня очень заинтересовала. Однако показывать свой повышенный интерес господину оружейнику небезопасно. Заподозрит ещё в чём, тогда прощай источник дефицитной информации.

— Сколько их в крепости? — поддержал я следующую тему из озвученных мной в начале визита. — Чем огонь ведут, да и на какую дистанцию? — уточнил я, сочтя это важным.

— Хе-х! — ухмыльнулся Василь и повёл головой. — Узнаю вновь прибывших, — продолжил он выразив снисходительность в выражении. — Всё одни и теже вопросы от вас, господ. Каждый раз, когда пополнение ко мне забредает, все по очереди выспрашивают, что да как стреляет, — завершил он без раздражения и намёка на злобу.

— И всё же? Расскажешь кратенько, а, Василь? — я тоже улыбнулся ему, отвечая на улыбку и доброе расположение к себе, но настоял на необходимости пояснений.

Он немного погрустнел, как мне показалось.

— Орудий-то, так целых шесть, — начал он прояснять ситуацию. — Да толку-то что? Они хороши токма когда строем вражина идёт, — прозвучало продолжение тоном рассуждения. — Значится, когда можно пальнуть картечиной доброй, перемешенной с малахитовыми, да впридачу артефактами разных стихий, — Э-хех, — собеседник покачал головой. — Тогда будет толк, да и урон хороший получится, но! — он красочным жестом поднял вверх кулак с оттопыренным указательным пальцем. — Но не ходют исчадия строем-то, охо-х, господин хороший, ну вот не ходют и не нападают с дальних дистанций даже, — посетовал Василь и склонил голову. — Появляются супостаты, так в аккурат в слепой зоне для пушек этих. Да, господин Феликс, вот так вот, — завершил он отчёт и замолк.

Я счёл нужным выразить солидарность с оружейным мастером. Для чего и состряпал выражение скорби, а сам продолжил аккуратно осматривать его вотчину.

Неожиданно я увидел странный моток, неуместный в моём представлении для местных реалий. Это что? Проволока? Но как же… Хотя, почему её не должно быть? Может уже изобрели способы её изготовления?

— Это что? — не удержался я и указал на причину своего интереса.

— Проволока. Новинка от производственников железа с большой земли, — Василь подтвердил, итак, для меня очевидное. — Бесполезная штука в моём ремесле, — продолжил он, поглядывая на моток. — Таких полно в хранилище здешнем, но куда приспособить её, — он пожал плечами и развёл руками. — Куда приспособить — я так и не сподобился придумать. Ковать из неё нечего, ведь тонковата она. Ну и в ремонте револьверов, да с карабинами — нет ей применения, — завершил он и глянул на меня с интересом. — А чего это вы, господин Феликс, так обрадовались?

— А как она тут оказалась? — задал я уточняющий вопрос, крепко задумавшись. — Извини, если ты уже отвечал, а я прослушал, — поспешил я извиниться и отвлёкся от металлического мотка.

Василь не расстроился моей невнимательностью, что и отразил в мимике, мол — ну коли так, повторю, мне чай не жалко.

— Я просил давеча, — он махнул себе рукой за спину, изобразив прошедшее время. — Говорю, коменданту: Нестер Петрович, мне б железа доброго про запас, пособи, так мол и так. Сделай заказ из-за хребта, пущай пришлют.

— Так, и что же ответил уважаемый комендант? — вставил я вопросительную фразу, поддерживая диалог.

— Дык, что-что? Да за кой тебе, Василь, говорит, — он махнул рукой. — Вон, в складах пошукай, мол — там есть всё нужное. А спустя час мне подручные, что из пацанят местных, гарнизонных, и притащили сюда моток этот, — завершил он эмоционально, и едва не сплюнул в сторону проволоки.

Я же, уже почти нашёл будущее применение неликвида, если опираться на мнение Василия, то бесполезного материала, совершенно неподходящего для его ремесла по починке поломанного оружия.

— У тебя есть карандаш и бумага? — попросил я мастера.

Василь встал, и прошёл к столу с инструментами. Покопался на столешнице, позвякивая металлом и ворча что-то себе под нос. А через минуту изысканий мастер вернулся и протянул мне керн с остреньким кончиком, и кусок металла.

— Нету карандашей, но может вы, Феликс, так справитесь? — он подал мне принесённое.

— Постараюсь, но если не выйдет, то ты получишь нормальный чертёж, когда боеприпасы ко мне занесёшь, — выдал я и попробовал накарябать что-нибудь.

У меня получилось, а через несколько минут кропотливой работы под пристальным взглядом Василия, я вручил ему набросок.

— Что это? — предсказуемо спросил оружейник.

— А это, друг мой, твой заработок, — я выудил из кармана горсть разных монет и ссыпал их в подставленные ладони мастера.

— И всё же? — продолжил он проявлять любознательность, уже по-иному взглянув на чертёж.

— Это изделие носит название колючей проволоки, — заявил я. — Очень вредная штуковина, если использовать в целях обороны, — добавил я, видя его нешуточный интерес. — Но мне нужно много! Короче, Василий, можешь все мотки переделать, что в хранилищах есть?

Василий посмотрел на моток, затем на монеты и задумался. Мастер шевелил губами, а на его лице происходила смена всяких эмоций. Спор у него в голове, не иначе. Однако долго размышлять мастер не стал.

— Ещё монетку золотом добавьте, господин хороший, вот тогда будем считать, что сговорилися! — огласил он решение. — Мне помощники спонадобятся, — среагировал он на мою мимику удивления, думая что я на деньги так среагировал.

— Ну это не проблема, — согласился и встал. — Относительно этого ствола у меня тоже идея имеется, — я указал на деталь орудия, чем вновь заинтересовал Василия.

— Такая же, как с колючей проволокой? — не удержался он от уточнения.

— Хе-х! Гораздо лучше, — я усмехнулся и сделал интригующий взгляд, не забыв подмигнуть Василию. — Но ты вот что, будь ласков — помалкивай, до поры до времени, — предупредил я, изменившись внешне на серьёзного человека. — Сможешь?

— Как скажешь, господин хороший, всё исполню в тайне, — сделал он заявление. — Не беспокойтеся, — добавил он мне, уже стоявшему одной ногой за порогом двери его мастерской.

— Тогда, до скорой встречи, — попрощался я, кинув ему ещё одну монетку, которую он лихо поймал.

Я вышел и тут же столкнулся с Черепом, спешащим куда-то с беспокойством во всей своей внешности. Прям вот, взъерошенный какой-то поручик.

— Александр?! — среагировал я, чуть не врезавшись в Колчака.

— Феликс?! — он тоже подал возглас, почти в унисон со мной. — Я за тобой! — коротко сказал он. — Ты готов к незапланированному рейду в ближайшее поселение?

— А выбор есть? — спросил я с ноткой риторики.

— Сам-то, ты как думаешь? — повёл головой поручик. — Нет, конечно же! За мной!

И мы направились к противоположной стене Бастиона, где уже собрались несколько вольнонаёмных из Магов.

Глава 2

Начало внезапного рейда

До группы Магов-Вольников мы добрались в считанные минуты. Благо территория внутри крепости не выделяется огромной площадью. Если судить навскидку, то от стены до противоположной не более сотни метров выходит. Даже, вполне возможно, что и всего-то в восемьдесят укладывается. С несущественной мелочью.

Рядом с запряжённой санной подводой собрались свободные от службы маги, кроме тех, кто только-только спать лёг ну и Мозга, недавно раненного.

Всего трое. Паук, Химера и Макар-Лауреат, как великий следопыт и кучер-профессионал. Ну вот нравятся ему все лошадки, и даже Братан, с его строптивым характером и жёстким нравом.

Мы с Черепом подошли и и тут же обернулись, среагировав на шум копыт. Братан, собственной персоной, подоспел к своему партнёру, ко мне, то бишь. Фыркнул недовольно и демонстративно отвернул голову. Мол, не позвали его, а надо было.

— Нет, Феликс, — сходу озадачил меня Паук. — Твой скакун с нами не идёт, — обескуражил меня длиннорукий, заставив удивиться.

Я вопросительно глянул на Колчака, который кивнул, подтверждая сказанное Пауком.

— Почему? — попросил я уточнить этот момент, а Братан навострил уши, прекрасно поняв, что вопрос затрагивает его.

— Подожди немного, Феликс, — Александр выставил ладонь. — Терпение, друг мой! Химера, доложи, что по ситуации, и в чём вообще дело, если есть какие-нибудь подробности.

Маг, будучи с неизменно непроницаемым выражением, подошёл ближе к поручику, покосившись на копыта моего коника, нервно ударяющие по утрамбованному снегу.

— Всё как и обычно, — начал он докладывать. — В городке, что по нашу сторону Патоквожа, вероятно костёр тревожный запалили. А наши, что в отдалённой башне с дозором находятся, свой сигнал подали. Вот и забил часовой на стене тревогу, — завершил он скороговоркой краткий отчёт по ситуации.

— Понятно, — кивнул Колчак. — Ничего нового. Н-да… Тогда, как обычно, едем все, э-ээ… — он быстро обвёл взглядом присутствующих. — Впятером и отправимся, — подвёл он итог количественному изысканию личного состава магов. — Заодно и Феликса познакомим с рутиной службы вольнонаёмной, — добавил он веселее и хлопнул меня по плечу, в знак подбадривания. — Всё у всех готово? — он вновь посерьёзнел и присмотрелся к оружию у каждого.

Маги поправили вооружение, а у меня неожиданно вырвалось выражение замешательства. Вот же…

— Череп, разреши обратиться? — я проявил субординацию.

— Что-то не так? — поручик моментально среагировал беспокойством в интонации, и в выражении.

Наверное Александр подумал, что я не готов к такому резкому началу службы, а может и ещё что-то подобное посетило его мысли.

Однако, это совсем не так, что и нужно пояснить ему, и желательно сделать это максимально быстро. А-то вон, и остальные уже коситься начинают в мою сторону. Типа, я отлыниваю или труса праздновать затеял.

— Нет-нет, Череп, я готов к любым перипетиям жизни, — я ухмыльнулся и показал на себя. — Просто шпагу забыл с карабином, — я изобразил искреннюю досаду. — Только револьверы на месте.

Александр Колчак со всеми остальными обрадовались такой пустяковине, как моя забывчивость и спокойно перевели взгляд на сани, где всё оружие представлено в избытке.

— А вот на такой случай, Феликс, у нас всегда есть запасец, — Паук высказался за всех, и первым занял место в санной упряжке, или в телеге на полозьях…

Или это подвода… Да не всё ли равно, по большому-то счёту? И я тоже загрузился в неё, взяв пример с остальных.

— Кстати, а почему Братана не берём? — я вспомнил про партнёра, так и бьющего копытом об землю.

— Нам предстоит поездка до городка, а вот там может сложиться и пеший поход, — спокойно сказал Череп. — Понимаешь, Феликс? — он указал на снегоступы. — Даже в этих нехитрых приспособлениях тяжко передвигаться по лесу, где бурелом скрыт под снегом. Стволы упавших деревьев…

— Да просто, Феликс, Череп на то намекает, что конь твой ноги себе переломает, — подхватил Мысль Лауреат, свистнул звонко и стеганул запряжённого в сани коня длинной плетью.

— Ну, извини Братан, ты сам всё прекрасно слышал! Мне твои ноги нужны целыми. Повоюешь ещё, успеется… — выкрикнул я набор успокаивающих предложений своему обиженному коню.

За нашими скорыми сборами уже наблюдали с балкончика цитадели.

Великие Князья подышать вышли, а тут мы, такие все быстрые, среагировали на призыв часового, известившего со стены о тревоге.

Мне вдруг пришёл на ум интересный вопросец, а тут есть нормативы для групп быстрого Магического реагирования?

Тьфу ты! Бред какой-то в голову лезет перед ответственным и опасным заданием…

Сани резво стартанули ко второстепенным воротам Бастиона, где скучающие солдаты встрепенулись и поспешили убирать брусья массивных засовов.

Петли дверей старинной постройки противно скрипнули, мечтая о смазке, и мы выехали за границы крепостной стены, немедленно оказавшись среди бескрайнего простора белоснежной долины. Красиво и опасно одновременно.

Лошадка размеренно тянет санную подводу по проторенной дороге среди белого моря снегов. Я обернулся, по причине езды спиной вперёд, и определил направление на Одинокую башню. Не близко.

Но расстояние я пока плохо себе представляю, так как обманчиво всё. Да и высоты сооружения я пока не знаю.

Делать нечего, и я присмотрелся к оружию, сложенному так, чтобы оказаться под рукой у любого из едущих магов в санях. Макар-следопыт, по прозвищу Лауреат, прекрасно справляется с управлением. Маги молчат и заниматься особо нечем. Но почесать языком мне охота.

— Череп, а Череп? — я отвлёк Колчака от ничего неделания.

— Да, Феликс? — он всё-таки не смог проигнорировать меня и отозвался, повернувшись лицом.

— Скажи, а откуда такое количество рунных карабинов? — я выбрал один для себя и откинул рычаг перезарядки, открыв казённик для своего инспектирования.

Заглянул внутрь и проверил канал ствола на предмет грязи и мусора. Между делом, я отметил и наличие нарезки.

Система зарядки мне показалась знакомой. Например, в «Шарпсах», давних времён колонизации Америки, использовалось нечто подобное. Ну, это если сильно не придираться к конструктивным особенностям, да и фильмы про ковбоев повспоминать. Кстати, ружьишко тоже однозарядное.

Наш назревающий разговор привлёк внимание остальных магов, страдающих от безделья.

— Встречный вопрос к тебе, Феликс, — приподнял бровь Александр.

— Задавай, — я испытал радость от смены молчаливой обстановки ожидания чего-то страшного.

— Ты намедни не обратил внимания на смерть среди нашего брата? — Череп как-то грустно произнёс вступление. — Вот и подумай, куда его оружие делось, — подвёл он меня к очевидному ответу.

— Э-хех, — вздохнул я и отказался от продолжения такого разговора.

— Вот-вот, — покачал головой поручик и вновь погрузился в раздумья.

Больше никто ничего не добавил на неприятную тему.

Тогда, борясь с приступом скуки, я занялся инспекцией карабина по полной программе. Взвёл пару раз механизм и произвёл спуск курка. Мне эти звуки ничего не сказали, но по довольному виду того же Паука, я догадался о том, что всё с оружием в полном порядке.

Затем я проверил все каморы барабанов в своих револьверах. На всякий случай, я сменил боеприпасы на рунные. Мало-ли, что нам уготовило ближайшее будущее.

Глушители я навинтил на два револьвера, оставив пару без системы подавления шума. Теперь у меня три бесшумных экземпляра оружия, если считать и тот, что со спиленным стволом закреплён в кобуре на лодыжке.

Так прошло около часа, а может и больше.

Переделав все подготовительные дела, я вновь повернулся, чтобы проверить направление нашего движения. Вот те и на, а почему мы вильнули, и сейчас не едем в сторону башни?

Я тронул Колчака за плечо и кивнул, намекая на эту странность.

— А мы не будем туда заезжать, — он правильно истолковал мой посыл и ответил.

— Почему? — вспомнил я о друзьях, несущих там вахту, о Родионе и Петре.

— Нет надобности, — отмахнулся Череп.

Теперь Паук проявил инициативу и потормошил меня за ногу, намекая на то, что продолжит пояснение по затронутой теме.

Я повернулся к нему и взглянул вопросительно, ожидая развёрнутого ответа. Мол, окей, я слушаю, а ты — говори, коль есть что!

— Всё очень просто, Феликс, — заговорил длиннорукий. — Мы изначально получили сигнал дымом, что беда стряслась в городишке по нашу сторону реки. Так что, нет нам особой нужды посещать Эту башню, вот и свернули мы, — подвёл он итог.

— А что за беда? — не успокоился я.

— А кто его знает? — развёл руками Паук. — Дымом много не передать, — добавил он слегка огорчившись.

— Э-мм, — я переложил карабин на коленях. — Ну а что мешает использовать артефакты, если нужно что-то важное сообщить? А? Господа Боевые маги? — адресовал я вопрос ко всем сразу.

Тут Химера обернулся и, как всегда, ничего не выразил своей непробиваемой мимикой.

— А зачем дорогие вещи тратить, если в башне тоже ничего не знают? — задал он встречный вопрос, не требующий ответа.

— Ну да, — я кивнул.

— Вот то-то и оно, — продолжил мысль Химера. — Если нечего сказать по существу проблемы, то и золото тратить… Х-м, сам понимаешь, господин Феликс, — завершил он и отвернулся, заняв прежнее положение.

Вот и пообщались. Ну хоть что-то. А делать-то в пути нечего, ровным счётом. Я бездумно окинул окрестности взглядом.

Мы неумолимо приближаемся к извилистой линии непролазных лесов. Деревья покрыты шапками снега и лишь тёмная полоса из стволов говорит об опасном сближении.

Я даже усомнился в возможности ходьбы по этим зарослям, так как стволы словно стена частокола прижаты друг к другу. Нет и намёка на щёлку с тропкой. Но вот красота тут присутствует. Дикая и девственная. Холмы покрыты заснеженным лесом, а дальше и сопки хребта. Красота. Ужасная и опасная в своей простоте красотища.

А ещё, где-то там, впереди, скрыто снегом и русло замёрзшей речушки, разделившей два людских поселения. Мостик хоть имеется, интересно мне? Наверное. Хотя зимой он не так актуален для передвижения местного населения. Лёд же есть, если так-то!

Слышал, что где-то тут есть и озёра, значит и болота должны быть… Ужас, как не люблю их, хотя в жизни своей я ещё не встречал бяку этакую!

В какой момент я задремал? Да и не знаю даже. Однако, меня резко дёрнули, призвав просыпаться.

— Феликс, Феликс? — в голове раздался голос Колчака, и крепкая рука встряхнула меня.

— А? — выдохнул я, открывая и потирая глаза.

Я моментально очнулся и развернулся вперёд лицом, чтобы глянуть, куда мы приехали и познакомиться с окружением. Зачерпнул снега и натёр им лицо, окончательно возвратив бодрость духа и тела.

Теперь я огляделся более осознанно, и сразу обнаружил, что тут есть, чему нужно уделить внимание. Касается это архитектуры домов, мимо которых проезжают наши сани. Все постройки, включая дворовые, которые проглядываются через редкие ворота… Нет, не так. Ворота есть у всех, но открыты единицы. Так вот, все постройки сделаны из морёного дуба.

Обалдел ли я? Естественно! Будь этакая деревушка в моём мире, и найди я её заброшенной, то враз стал бы олигархом. Попал бы на страницы всех Форбсов с офигенным заголовком: «король дорогущей мебели и шкатулок!»

Ладно, мечты это, а вот реалии совершенно иные. Народу почти не видно. За редкими ставнями, что опять же открыты, виден тусклый свет. Сами элементы изоляции от внешнего мира очень мощные, а оконца маленькие, если сравнивать со всеми теми, что я уже встречал в этом мире.

Вообще, складывается вполне логичная ассоциация домов с крепостями. Да. Точное сравнение.

За такими моими наблюдениями наше средство передвижение доехало до центра городка. Я бы назвал его деревней или посёлком, но раз тут такое название прижилось, то пусть городом будет.

— Ну вот и управа местная, — проговорил Череп, покидая сани. — Сейчас дождёмся старосту и всё разузнаем, — добавил он и потянулся, разминая мышцы после длительной езды сидя.

Я молча последовал его примеру и тут отметил особенность главного городского сооружения. Тоже одноэтажного, но сделанного из чёрного камня. Это что, мрамор? Или гранит? Не очень я разбираюсь в таком материале, но очень похоже.

Ещё я заметил такую особенность, которая мне в глаза бросилась. Это странная комбинация старого каменного здания, точнее, каменных элементов с деревом. Все деревяшки гораздо свежее, что говорит о недавней реконструкции городской управы.

— Ой, как я рад, что вы столь быстро приехали! — прозвучал старческий голос из-за наших спин. — Проходите скорее, чайку отведайте с мёдом лесным и ягодами сушёными, — заявил дедушка, а я чуть не впал в ступор.

Мне хватило мимолётного взгляда, чтобы увидеть самое важное на его лице. Татуировка в виде перевёрнутого треугольника в центре переносицы привлекла моё внимание. У деда Ермака — ну в точности такая же.

Я ткнул локтем Черепа и указал на дедушку старосту, мотнув в его сторону головой.

Череп прикрыл глаза, дав понять, что он знает о сходстве, а вот акцентировать внимание на этом не стоит, как и задавать лишние вопросы.

— Дед Мирка, ты давай, сразу к делу, пока чай спеет, — предложил Колчак, указав дедушке рукой на дверь и пропуская уважаемого старосту вперёд.

— Ой, Александр, — глава городка обратился к Черепу по имени, что меня удивило. — Да всё тут не так, как должно быть. Да-да, к-хм, — он кашлянул и вошёл.

Мы прошли следом, сбив с обуви снег и миновали просторные сени, где есть лестница ведущая на чердак. Прямо внутри. Хозяин скинул тулуп и предстал перед нами в простецком одеянии. Телогрейка из шкур, штаны-шаровары, ну и обувь, утеплённая мехом и внутри, и снаружи. Очень на унты сибирские похоже.

Мы чинно расселись и подождали, пока дед Мирка разольёт всем напиток в деревянные стаканы, украшенные изящной резьбой. Сделали пару глотков, а хозяин запалил ещё пару лампадок, для чего провёл в воздухе рукой, с заготовленной руной. Вязь демонстрировать нам не стал, как и дед Ермак поступал со своей внучкой.

Я говорить не решился, как и все остальные прибывшие, соблюдая субординацию.

— Итак, Мирка, рассказывай, — Череп сложил руки перед собой, обозначив предельную концентрацию внимания.

Дед Мирка спокойно отставил посуду и пригладил бороду. Вдруг он стал очень озабоченным, серьёзным, и совсем непохожим на радушного хозяина. Изменился моментально на сурового деда, носящего звание старосты и исполняющего обязанности главы города.

— Слушайте, да не перебивайте, — предупредил хозяин и потупился в столешницу, собираясь с мыслями перед изложением проблемы.

Никто из нас не посмел его прервать, несмотря на длительность паузы, минут эдак в пять.

А я всё равно иногда поглядывал на его треугольник. А в душе моей так и зрел вопросец относительно Ермака. Но мне удалось побороть свою любознательность, хотя сил потребовалось много для этого.

— Началось всё неделю назад, — как-то резко заговорил городской староста. — Поначалу птица ночная беспокойно себя вела, а далее, у-у-у… — потянул он и махнул рукой. — Зверь стал выходить из лесу к людскому порогу, чего отродясь не случалось. Пугливый зверь стал, — покачал он головой. — Дальше — ещё хлеще. Медведь встал, весь, что в спячку запрятался по берлогам. Проходу нет сборщикам хвороста на истопку-то, — началось перечисление напастей. — Волки вышли несколькими стаями. Жути нагнали и дальше отправились, перейдя границу реки. Ну, а далее, — он огляделся и придвинулся лицом к Черепу. — Сходил тут один на охоту, ну не то, чтобы за дичью, а так, разведочку сделать, — перешёл Мирка на шёпот. — И пришёл он совсем блаженным. Умом бедолага тронулся да так, что мои лекарские руны для него без толку. Ничто не совладает с его хворью. Сидит, качается из стороны в сторону, да и всё мелет что-то неразборчивое, — он вдруг отпрянул и пригладил бороду, после чего снова придвинулся к Черепу. — Вой слышно ночью, не тот, что исчадия потусторонние изрыгают из своих глоток, а иной! — он поднял вверх указательный палец. — Возможно, что ОНО вернулось и не одно, — продолжил он загадкой для всех. — Ну а вызвали мы вас из-за пропавших, что по дрова ушли к заготовкам осенним, — Мирка начал прояснять нашу задачу. — Сыскать бы их, а коли повезёт, то и зверя прогнать туда, откуда пришёл. У вас-то, почитай, есть средства для этого? — он адресовал вопрос Всем, но посмотрел только на Черепа.

Александр задумался на мгновенье.

— В домиках охотников смотрели? — прозвучало уточнение из его уст.

— А кто же пойдёт на озеро по собственной воле? — парировал вопросом Мирка.

— Понятно, — Колчак хлопнул ладонями по столешнице. — Мы прямо сейчас туда и отправимся, — заявил он, и обвёл нас решительным взглядом. — Пока ещё не стемнело, — добавил он и поправил рунные револьверы в кобурах. — Если мы не вернёмся до ночи, то значит в избушке охотничьей заночевали. Ну в той, что на озере, — предупредил он Мирку. — Всё господа — не теряем драгоценного времени. Паук, снегоступы давай. Всем взять карабины! — завершил он выдавать распоряжения, окончательно повысив голос.

Мы встали и вышли, сопровождаемые Миркой. Из саней мы достали всё требуемое, и пешком зашагали к границе городка, выходящей к упомянутому лесу.

Тут уже население проявило любознательность и повысовывалось из окон, рассматривая нас испуганными взглядами, и даже иногда жалостливыми.

Некоторые горожане не постеснялись выйти и проводить нас до крайнего дома. Заброшенного, пустого и чёрного, с наглухо заколоченными ставнями.

Ну, а спустя ещё немного времени, мы обули снегоступы и преодолели небольшой открытый участок перед лесом, что встретил нас тропкой, окружённой сплошным буреломом, скрытым в сугробах. Мой Братан точно сломал бы себе что-нибудь, если б с нами отправился.

Вот же! И что это за ОНО, которое там появилось среди этих деревьев? А кто его знает! Надеюсь, что это чудовище мы не встретим…

Глава 3

Логово далеко за озером

Первые шаги по заснеженному лесу оказались последними. Не в том смысле, что мы внезапно передумали идти на выручку к местным добытчикам древесины для растопки, или взяли и резко сгинули, а из-за банальных снегоступов.

От этих штук на ногах нам пришлось спешно избавиться, так как эти хреновины постоянно за что-то цеплялись в сугробах.

Это меня даже обрадовало, вопреки недовольным Магам-Вольникам, начавшим сетовать. Ну оно и правильно, ведь они прекрасно справлялись с ходьбой. Научились совладать с этими пародиями на теннисные ракетки, или всегда умели ходить в этих неудобных штуках.

Мы движемся друг за другом, ощетинившись стволами рунных карабинов, направив их в разные стороны. Каждый шорох в лесу заставляет мои волосы шевелиться, да и веко начинает подёргиваться от нервного напряжения.

О тропке я не мечтаю, но направление движения у нас есть. Дело в том, что тут, в этом дремучем лесу, предусмотрительные местные зарубок на стволах понаставили. Так что, если клювом не щёлкать, то заблудиться будет затруднительно. Есть добротные ориентиры. Есть.

Однако это не умоляет всеобщего состояния сосредоточенности и внимательного осмотра пути впереди. Ещё это ОНО будоражит моё воображение, да и все о нём думают, наверное. Это же надо, мужика до аута довести, и в овощ превратить. А ведь он только глянул на… Ну на ЭТО.

За тридцать минут неспешного пути, сопряженного с преодолением преград, замаскированных под снегом, мне показалось, что я отмахал километров двадцать. Однако, передвижения по лесу всегда обманчивы, посему я спешно выкинул это заблуждение из головы. Это хорошо, если мы прошли хотя бы пару километров, и то, по прямой.

Александр Колчак, шествующий впереди, резко остановился и поднял руку со сжатой ладонью в кулаке. Даже для меня этот жест был понятен, и означал он только одно. Стоп!

— Всем стоп, — тихо объявил Череп, напряженно всматриваясь куда-то вперед.

Среди тишины зимнего леса, нарушаемой лишь скрипом снега под нашими ногами, его призыв остановиться прозвучал сродни выстрелу из пушки, обязательно громкому выстрелу, из орудия большого калибра.

— Что? — я тронул его за плечо.

— Звук нехороший.

Череп вскинул карабин и определил сектор правее от тропки.

Все маги, и я в том числе, скопировали его действия, приняв удобное положение и опустившись на одно колено.

Потянулись долгие секунды напряженного ожидания.

Не знаю, кто первый из всех заметил приближающуюся опасность, и кто, конкретно, из магов определил направление грядущей беды. Но мы все, словно по команде, прицелились в район упавшего ствола дерева, обхвата так в три.

Мой палец, лежавший на спусковом крючке, завибрировал из-за нервов, вследствие чего мне пришлось убрать руку от спускового механизма, чтобы не наделать глупостей преждевременной стрельбой.

Вдруг там какой-нибудь суслик, не знаю, бывают ли они зимой, но белки-то уж точно могут быть.

Из-за сугроба, что образовался в районе корневища этого огромного дерева, показались лохматые уши, а следом глаза и нос любознательного медведя. Точнее не медведя, а медвежонка.

Я подумал о несуразице следующего толка — медвежата ведь не рождаются в зиму. Однако развиться моей мысли не вышло. Медвежонок, находящийся под прицелом пяти стволов карабинов, кое-как преодолел глубокий сугроб, пробрался сквозь ветви кустарника, засыпанного снегом, и преспокойно занялся обнюхиванием наших ног. А самое интересно то, что именно мои нижние конечности сильнее всех заинтересовали лохматого зверя.

— Э-ээ… И что мы будем делать со всем этим, а? — поинтересовался я у поручика, стараясь не шевелиться.

Александр Колчак вскинул бровь, не обращая внимания ни на меня, ни на маленького медвежонка, и спокойно продолжил оглядывать окружение.

Я в этот момент слегка успокоился, обоснованно решив, что опасности как таковой, угрожающей нашему маленькому коллективу, нет. Осматривать лес мне быстро надоело, а вот медвежонок, вызвал у меня интерес. Я же не видел никогда медведя, а по большому-то счету, я даже в зоопарке ни разу не был!

Ушастый потерся об мои ноги, ткнулся носом в рунические боеприпасы, расположенные на поясе в патронташе, и призывно рыкнул, обернувшись куда-то назад. При этом, будущий гроза дремучего леса, мою ногу так и не отпускает, а продолжает обнимать ее своими лапами.

Я уже хотел пояснить косолапому, что не его папа, и уж тем более мамой я бурому отпрыску не являюсь, как вдруг…

Ба-бах!

Резкий звук выстрела, прогремевшего в тишине, заставил меня, инстинктивно развернуться и встретиться лицом к лицу с Пауком, судорожно перезаряжающим свой карабин.

Боевой Маг-Вольник изрядно нервничает, поэтому два рунных боеприпаса упали ему под ноги. И только третий патрон занял свое место в казенной части оружия. Все это время Паук смотрел куда-то вперед, а точнее мне за спину, а перезарядку осуществлял на ощупь.

Я вновь обернулся, но прежде, чем встретиться с причиной того ужаса, что отразился в мимике Паука, грохот второго выстрела разрезал тишину лесного пространства.

— Бегите!!! — истошно заорал Череп, и развернул меня лицом в обратное направление.

Стряхивая медвежонка с ноги, я запнулся и предсказуемо бахнулся мордой в сугроб. Замешкался поднимаясь, так как с карабином в руках сделать это совсем не легко. Страшный рев прокатился по лесу, заставив сердце екнуть в груди.

— Твоё ж коромысло, да это медведица! — крикнул Череп уже впереди, — Бегите! — напомнил он всем последнее распоряжение, прежде чем выстрелить мне за спину, в сторону зловещего рыка.

Меж тем, я поднялся и побежал, так как зверь сзади продолжает рычать, и рык этот неумолимо приближается. Позабыв обо всех ориентирах, я ломанулся вперед что есть мочи.

Прижимая к себе холодный металл карабина, я напрочь забыл, что могу стрелять из оружия своего. Начался стремительный забег по пересеченной местности с подснежными препятствиями.

Я плохо помню тот момент, когда потерял боевых магов из вида. Постоянно падая и кувыркаясь, я поднимаюсь снова и снова, ориентируясь в своём беге на звуки погони.

Решив обернуться, я обо что-то споткнулся, и повалился. Не просто упал, как обычно мордой в сугроб, а покатился по склону, отмечая мелькание неба, сугробов и темных стволов вековых деревьев.

Затормозил я предсказуемо, об ствол, предварительно ударившись об пенёк скрытый под снегом. От же! Острая боль стеганула меня в позвоночник, а где-то сверху послышался рёв.

Единственно верное направление, для моего спешного отступления, это пологий спуск овражка, в котором я оказался. И вновь продолжился бег с препятствиями, который не прекратился до тех самым пор, пока сил у меня совсем не осталось. И вот…

Я сижу за раздолбанной каменной кладкой, и перевожу дыхание. Погони за собой я совсем не наблюдаю, а только судорожно вспоминаю все те зигзаги, что я вытворял по дороге сюда.

Вокруг никого. А самое обидно то, что закричать банальную фразу «Ау», я никак не могу. Кто знает, что входит в меню, той косолапой мадамы, что гналась за мной. Проверив свой карабин на наличие боеприпасов, я аккуратно высунулся в пролом стенки и замер, присматриваясь ко всему подозрительному в секторе своего обзора.

Отметил для себя хорошая позицию для стрельбы, и ещё одну малюсенькую детальку, такую, как неумолимо приближающиеся сумерки.

«Во я попал!» Как назло, в метрах пяти прямо перед мной, шевельнулась веточка дикой ежевики, а снег, укрывавший её, рухнул. Естественно, что я выстрелил, из-за своих перенапряженных нервов.

Ба-бах!

Я сразу вспомнил, что нормальные стрелки, ведущие огонь из засады, просто обязаны менять свою позицию после каждого выстрела. В моем случае мест для смены дислокации я не наблюдаю, поэтому я просто затаился.

Через минуту ожидания, продлившуюся вечность, я наконец-то выглянул из-за своего укрытия, и обнаружил подстреленного зайца. Отлично! Только не знаю радоваться мне или плакать.

Но есть во всем этом, толика положительного, ничего рычащего и зубастого я в округе не вижу. Набравшись смелости и решимости, я вышел из-за своего спонтанного укрытия, и сделал несколько острожных шагов. Остановился, прислушиваясь к окружению, и вновь констатировал своё полное уединение в местах страшных, непроходимых, и девственных. Хотя стоп, каких девственных, ведь я спрятался за разрушенной стенкой? Задумавшись над этим, и подобрав свою законную добычу, нечаянно подстреленную от страха, я развернулся и наконец-то увидел сущее недоразумение, как по мне.

В сгущающихся сумерках, в метрах пятидесяти за сломанной стенкой, возвышаются величественные руины, некогда красивого, или даже эпического сооружения, произведения неизвестных древних. Но, прежде чем сосредоточиться на старых развалинах и уделить им должное внимание, взгляд мой зацепился за группу статуй, объединенных в единую целостную композицию.

Дело в том, что это не просто обыкновенные фигуры людей, или каких-нибудь персонажей из мифов, а что-то крылатое, черное, с ногами когтистыми и мордами хищными. И ни разу не птичьими, а со звериными.

Я сразу вспомнил про грифонов, это единственно верная аналогия, на мой взгляд, имеющаяся в моем воображении.

Возраст данного сооружения я начал отсчитывать от ста лет и более, так как вековые деревья, проросли в таком месте, которое раньше запросто могло быть дном, допустим фонтана.

Сгущающиеся сумерки, повлияли на мое спешное и единственно правильное решение в том, чтобы подыскать укрытие среди развалин древнего сооружения. Обойдя по кругу эту скульптурную композицию с крылатыми бестиями, я занялся осмотром руин чего-то очень старинного. На крепость оно не смахивает, по причине высоких проемов окон. Крепостной стены нет, а был невысокий забор, наверняка когда-то красивый.

Смутил цвет используемого зодчими камня. Иссиня-черный, и даже сейчас сохранивший следы добротной полировки с подгонкой к местам в стенах. Может быть это какая-то заброшенная церковь?

Да, нет… Не похоже. Я зашел внутрь, пройдя под высоченной аркой главного входа. Обратил внимание на полуразрушенную колоннаду вдоль стен и барельефы.

В центре зала сооружён постамент. Обломки камней тут и там, явно принадлежащее некогда обрушенной крыши. Если это не замок, а это точно не он, то тогда что? Для жизни ттакое сооружение никак не пригодно, даже если предположить, что на постаменте стоял трон, то правитель должен был спать именно в нем, что совсем не удобно.

А может это алтарь, древнего бога… Но ломать голову над произведением неизвестных зодчих, совершенно неправильно в моем положении. Мне бы дров, ну и веток немного для костра поднабрать, да и обустроить ночлег, чем я и занялся, благо в округе предостаточно сухостоя, годного для растопки и всего запланированного.

За подготовкой прошло много времени, ведь сугробы никто не отменял, а ходить по ним ох как неудобно. Сумрак полностью вытеснил день. Ночь воцарилась над лесом. Я сижу, меланхолично переворачивая дровишки, и кручинюсь над своей судьбинушкой. Так себе, если честно.

Заяц этот еще, которого нужно освежевать, чего делать я не умею… Разве что, прямо так его изжарить и сожрать, в шкуре, совершенно без соли и намёков на хлеб с кетчупом.

По сторонам я уже давно не смотрю, нет интереса у меня к раздолбленным стенам. Завороженно глядя на язычки огня, я решил передвинуть оружие поближе к себе.

Протянув руку назад, я наткнулся на что-то пушистое, что лизнуло меня, пискнуло, рыкнуло по-щенячьи и прихватило зубами, прямо за безымянный палец.

Сказать, что я испугался, ничего не сказать. Я бы мог обосраться совершенно запросто. И обделался бы, но мне повезло, так как нечем, потому что живот пустой. И что самое обидное в этой всей ситуации, это то, что мне совсем не хочется оборачиваться и смотреть на того, кто же решил полакомиться моими пальцами.

Но я всё-таки набрался смелости, и осторожно, не совершая резких движений, повернул голову, скосил глаза на явное недоразумение, сотворенное неизвестным богом. Почему богом? Да потому что чудо усатое с кошачьей мордой, или рысеподобное, не может иметь крылышки с перьями.

Также мне кажется неуместным внешний вид лап. Задние явно кого-то хищного и крылатого на подобии орла, ну а передние вполне себе львиные, толстенькие, а нет. Кошачьи все-таки или принадлежащее рыси, как близкого родственника кошачьих. Но не рычит оно и не мяукает. Это чудо страшненькое отвлеклось от занятия моими пальцами, и наконец-то обратило внимание на меня.

То, что это щенок, потому что птенцом это недоразумение мифическое я назвать не могу, догадаться не сложно, и я тут же получил новую порцию озноба. Мысли о маме вместе с папой заставили мои волосы зашевелиться.

Моментально забыв про костры и зайцев, я вскочил с места и за пару прыжков скрылся за разрушенным постаментом. Что-то хлопнуло крыльями в высоте небес, приближая мою безвременную кончину.

Я замер, и не доверчиво посмотрел на свой карабин, ставший каким-то маленьким и бесполезным в моем представлении. Однако страшного ничего не случилось, чудовище передо мной не приземлилось, и тридцать минут, проведенных в укрытии, замаячили неизбежной простудой в ближайшем обозримом будущем.

Я вернулся к костру, подложил пару дров, и отметил довольного зверя, безмятежно доедавшего зайчика, и смотрящего на меня с превеликой благодарностью. Риторический вопрос — как быть и что делать, — я себе не задал, посчитав, что ситуация, не склона к обострению. Чудовище не желает на меня нападать, а подыскивает место для ночлега, усиленно тыкаясь в меня на предмет расположиться под меховой накидкой. Наглая какая штуковина!

И ей это удалось, благо размером оно не больше котенка. Пришла в голову дурацкая и неуместная мысль, как в нее поместился зайчонок, превосходящий эту небольшую зверушку в два раза. Однако ломать голову над этой проблемой я перестал сразу, как только представил себе мистическую сущность этого существа.

Сон не пошел, что меня и спасло. Огромная особь рухнула с неба, попав своей лапой прямо в кострище. Зверюга взвыла и замахнулась когтистой лапой для нанесения мощного удара.

Я резко ушел кувырком от её выпада и второго удара хвостом, попутно выхватывая сразу два рунных револьвера. То, что заряды не принесут ей урона, сомнений у меня не вызывает, а спасение я вижу только в одном, в использовании своего проклятья или дара, напрямую связанного со склонностью к экспериментам.

Продолжая метаться среди разрушенных колон, и уворачиваться от ударов непонятно кого, я затеял рунное построение Ксандры, переделанное на свой манер. Мне оно удалось, знаки стихий заняли свои места по углам шестигранника, когда я замешкался, с выбором центрального символа.

Однако решение пришло неожиданно, что меня и спасло. Я подумал о стихийной принадлежности, рунного боеприпаса, в каморах барабанов своих Рунных револьверов, и вспомнил, что это стихия огня.

Осталось дело за малым. Нужно определиться с местом на теле зверя, в которое я и выпущу свою энергию вместе со смертоносными зарядами револьверов.

Откинув карабин далеко в сторону, я отвлек крылатого зверя, и воспользовался возможностью сделать паузу, перевести дух на пару мгновений для более хорошего прицеливания.

Ведь я же не знаю, где сердце у этого зверя находится, зато голова сейчас повернута ко мне затылочной частью. В неё я прицелился и…

Время замерло, снег замедлил падение, звуки поплыли и растянулись в монотонное эхо. Нити энергии родились в перстне Рюрика и потоком прошлись через всё моё тело к Рунному револьверу.

Оружие тут же нагрелось в руке до нестерпимого жара. Я отметил, как ствол начинает раскаляться и…

БАХ!

Меня резко откинуло в стену от страшного удара волнами взрыва разорвавшихся в револьверах боеприпасов. В глазах потемнело, я рухнул на запорошенный снегом каменный пол…

Глава 4

Небесный Страж? Ну я и попал…

Очнулся я вполне себе целым, и даже с комфортом в условиях окружения. Лежу я укутавшись под шкурой, и рядом с костром, периодически потрескивающим горящими деревяшками.

Мне тепло и сухо. За пазухой кто-то шевелиться, и я сразу вспомнил прошедшие часы своих злоключений с бегством от погони, закончившиеся скоротечным боем посреди развалин древнего сооружения.

Страха у меня нет. Я совершенно спокоен за своё будущее, и совсем не удивляюсь такому состоянию своего духа. Проходил уже приступы своего пофигизма, и знаю, что способен к такой реакции в сложных жизненных ситуациях. А иногда и в ситуациях с чем-то необъяснимым, и очень опасным для жизни.

— И кто ж ты такой, человече, что смог пройти сквозь магический заслон черного города Захребетья? — раздался вопрос вполне мелодичным и миролюбивым женским голосом.

Страх мой улетучился, при таком повороте событий. Я встрепенулся, привстал на локтях, осмотрелся и сразу зажмурился. Подумал о том, что расслабился зря. Опасность еще не миновала меня.

— И отчего мы стесняемся? Глазки прячем, и отворачиваемся? — продолжилась чреда вполне дружелюбных вопросов.

Прежде чем ответить, я начал ломать себе голову, как называть свою собеседницу. Не в плане имени, а вообще, как назвать её в целом. И ничего в мою головушку не пришло, кроме как вполне очевидного ответа, что я понятия не имею кто это.

— А вы, собственно, кто? — набрался я смелости и задал единственный вопрос, уместный в моей ситуации.

— А разве не видно? — парировала собеседница.

Открыв глаза, и подумав о том, что раз меня не убили и настаивают на диалоге, то можно и поглазеть на…

— Видно, но это не меняет дела, и вопрос мой не удовлетворяет. Извините, но вот, ну никак! — сказал я и взглянул на милое девичье лицо, с перьями вместо волос, и с таким же пушистым воротником из перьев.

Она преспокойно сидит у костра с распростертыми в стороны крыльями.

Мой взгляд скользит вниз, наблюдая приятные формы нормального женского тела, но… С небольшим изменением, касающимся ее кожного покрова. Не кожа, а легкий птичий пух, покрывает тело полностью до самых колен, и тут ее ноги становятся лапами. Орлиными, с острейшими когтями, и покрытыми чешуей.

Хорошо еще, что кисти рук у неё почти обычные, такие же, как и человеческие, разве что ноготки размером внушительные. В моих мыслях закралось обоснованное предположение, что она ими сможет резать стекло, как алмазом.

Причем, пальцев хоть и пять, но свободные для пользования, в качестве человеческих, всего три из них. Это большой, указательный и средний. Остальные же пальцы и верхняя конечность, являются частью ее безупречных и огромных крыльев.

— Ещё раз извините меня за мою темноту в познаниях, как и за непросвещенность, — продолжил я говорить извиняющимся тоном, стараясь предать много искренности в произносимое, — Но уважаемая, я понятия не имею кто вы, — выпалил я на одном дыхании, а сам еле-еле поборол желание вновь зажмуриться.

Чудо в перьях одарило меня легкой ухмылкой, прежде чем восполнить мой откровенный информационный провал в важных вещах. Существо с женским лицом поправило пару дровишек в костре и перевернуло на вертеле тушку какого-то зверя, уже почти зажаренного до полной готовности, и до невыносимости вкусно пахнущего.

— В мифах я представлена как злобная убийца и похитительница человеческих душ, — начала она, проводить ликбез для меня. — Называют меня Алайси, впрочем, так меня и зовут.

— Очень емкий и содержательный ответ, спасибо, — поблагодарил я её, продолжая ломать голову над тем, с кем же я имею дело, — Вы бог?

— Нет, я демон, — как-то обыденно заявила собеседница, и в очередной раз повернула жарящуюся на вертеле тушку, — Кушать будите? — она резко сменила тему, чем меня слегка озадачила.

— Кушать — будем, — я решил, что правильней будет согласится.

А крылатый щенок, так и продолжавший копошиться у меня за пазухой, довольно заурчал.

Я смутился, ведь сейчас это чудо крылатое вылезет, и начнет меня компроментировать перед демонессой.

— А с грифоном, вы что намерены делать? — продолжилась череда вопросов ко мне.

— Покормить, наверное? Уж больно он прожорливый, — выдал я первое, что пришло в голову из ответов, вспомнив как тот слопал зайца. — Ну и отпустить на все четыре стороны, — добавил я и посмотрел на крылатую девушку, стараясь понять по её реакции правильный ли я дал ответ.

— Не получиться, — безапелляционно заявила Алайси и сняла тушку с огня.

Пока я собирался с формулировкой своей просьбы, касающейся пояснения невозможности моего расставания со зверушкой, демонесса отломила ногу от зажаренной тушки и подала её мне.

— Вот, угощайся, — Алайси улыбнулась.

— Покорнейше благодарю! — я склонил голову, прежде чем протянуть к пище руки.

Естественно, что я принял лакомство и сразу же откусил солидный кусок. А пока я жевал и оценивал вкус, усатый возмутитель спокойствия перебрался ко мне на плечо, и неуловимым движением челюстей превратил мою долю съестного в голую косточку. Ну, а я обалдел, вот и всё. Нету аппетитной ножки.

— Кормить его нужно часто, — как ни в чем не бывало продолжила демонесса. — Одного выпускать нежелательно, а то бед понаделает, — начался инструктаж. — Полетать выпускай только ночью, да и то под присмотром, опять же. А назад подманивать можно мелкими птичками, — тут она прищурилась, явно что-то вспоминая. — Перепелов он очень любит, но можно обойтись голубями, — завершила Алайси краткие вводные и протянула мне вторую ножку от жаренной тушки.

Тут я проявил смекалку и сразу разделил жареную ногу надвое, предусмотрительно отдав половину ему, ну в смысле этому прожорливому детёнышу, грифону.

— Извините меня, Алайси, могу я вам задать прямой вопрос? — я решил прояснить все моменты, связанные с моей изменившейся жизнью, — Вы убивать меня собираетесь?

— Нет, конечно же, — искренне возмутилась демонесса, и даже нахмурилась. — А кто будет следить за Стражем Небесным — растить его, и воспитывать? — крылатая девушка одновременно и обрадовала, и озадачила меня сказанным.

Я взглянул на притихшего зверя, смотрящего на меня с моего же плеча, выразительным взглядом просителя милостыни, так как вторая половинка жареной ножки все еще находится у меня в руках.

При этом, он сделал такую… Ну вот прям такую выразительную и умилительную мордашку, что будь я даже злым демоном — гарпием крылатым, то сердце мое бы оттаяло.

Тут я в красках представил реакцию своих сослуживцев, на всё это безобразие. Офигительная, просто, демоническая общественная нагрузка получается. Усы — так стопудово выпадут, и у Таракана, и у Ефима.

И тут я смутился, и почти испугался. Дело в том, что в начале нашего общения с демонессой по имени Алайси, промелькнула малюсенькая деталька, относительно места моего теперешнего нахождения.

А именно, Черного Города, скрытого от всех магическим заслоном, который я чудным образом преодолел. Мало того, я до сих пор не знаю о судьбе той взрослой особи, с которой имел возможность вступить в схватку.

Однако спрашивать Алайси обо всем этом я, мягко говоря, побаиваюсь, а в душе всё же надеюсь, что демонесса поможет мне вернуться. Не станет удерживать в древних развалинах.

— Да, ты прав, мне нет дела до самки, давшей жизнь Небесному Стражу, — заявила моя собеседница, чем ошарашила.

Она что, мысли мои читает? Это же невозможно!

— Почему? — вырвалась у меня вполне предсказуемая реплика. — В смысле, как так у вас, Алайси, получается, что мама грифона и её судьба демонессам безразлична? — я добавил немного конкретики в свой вопрос, с ноткой возмущения. — Странное отношение, как по мне, — пожал я плечами.

Грифон же затеял погоню за зажаренной ножкой, клацая зубами впустую, так как я контролирую ситуацию и вовремя одёргиваю руку с едой.

— Х-м! Да тут всё просто, — снизошла до пояснения демонесса. — Дурные они, самки грифона. Не могут стать Небесными Стражами. Ну и проблем вытекает масса, кстати, людей касающихся и зверья лесного, — продолжила Алайси и наконец-то отломила и себе кусок мяса от тушки. — Переполох-то какой она устроила в долине? Я и сама собиралась от неё избавляться и воспитывать Стража, но ты сам видишь — не суждено. Да ты не удивляйся, я предугадываю твой вопрос и отвечу, что по невероятной причине выбор он сделал в пользу тебя, — она глянула на меня с подозрением, и в глазах демонессы отразились пляшущие языки пламя костра. — Не смогу я отнять его, а если мне это удастся, то получится из него существо опасное, озлобленное и ужас со смертью несущее всему живому.

Демонесса откусила немного жареной дичи, а я пытался подсмотреть, какие у неё зубы.

Не пойму, откуда у меня такой интерес взялся? Однако я искренне обрадовался, когда обнаружил, что в полости рта у демонессы всё как и у людей. И её рот не смахивает на акулью пасть, как и на любую другую, звериную.

— Да ты и сам всё поймёшь, чуть позже, — добавила демонесса мне новых загадок, своим дополнением к уже сказанному.

Я глянул на крылатое существо, вольготно расположившееся у меня на плече, которое выглядит сейчас довольным и сытым.

Грешным делом подумал, а не хочется ли ему поиграть и встряхнул головой, отгоняя неуместные мысли. Какая игра? Он же почти как демон!

— И всё равно, Алайси, я в толк никак не возьму, э-ээ… — я недоверчиво посмотрел на неё. — Почему именно я?

— Что смущает тебя, Феликс Игоревич, Великий Князь Рюрик? — ошарашила она знанием моего имени и титула.

От её вопроса, прозвучавшего с обращением ко мне по имени, лицо у меня вытянулось, а палочка, которой я иногда поправлял дровишки в костре, просто выпала из руки.

Я откровенно завис в оцепенении, в крайней степени своего изумления, и с дурацким, или даже с идиотским выражением на лице.

— Странные вопросы ты задаёшь, даже неуместные, — демонесса нахмурилась, а её огромные крылья приняли вертикальное положение. — А как по-твоему должен был среагировать этот малыш на появление наследника Рюрика?

Я ничего не ответил на прозвучавшую риторику, а лишь констатировал усиление внимания к разговору со стороны грифона.

Он понимает о чём речь. Это я сразу же понял, вместе с тем фактом, что умом мифическое создание не обделённое, хотя и маленькое, но это пока-что.

— Ты же проник без всякого труда на территорию Чёрного Города, скрытого от всех сильнейшей магией, — продолжила Алайси, нравоучительным тоном. — Не увидел ничего странного в этом? Э-э-э… Постой-ка! — она сменила взгляд на изучающий и сложила крылья.

— Что? — я оглядел себя.

— Так ты не знаешь о этом месте, и даже не слышал ничего? — демонесса искренне удивилась от своего прозрения по поводу меня. — Э-хе-хе, — склонила голову девушка-птица и посмотрела в огонь. — Это всё объясняет! — подытожила собеседница и поправила угли, которые моментально вспыхнули с новой силой.

Меня же заинтересовал ответ на другой вопрос, который родился давно. Например, как я из этого города выберусь?

Но вслух я ничего не сказал и не спросил, а продолжил терпеливо ждать от демонессы ликвидации своего огромного провала в знаниях местных мифов и легенд, на тему с грифонами и чёрными городами. То что речь идёт о каком-то народном летописном сказании, я не сомневаюсь ни грамма.

— Город основан был Рюриком, — заговорила Алайси задумчиво, как-бы промежду прочим, и не глядя на меня, а продолжая смотреть на костёр, наблюдая за игрой язычков огня. — И вообще! — она взмахнула рукой в красочном жесте, словно прогоняя надоедливые мысли. — Я, вообще-то, посчитала что ты забрёл сюда из-за него, — демонесса кивнула на щенка грифона. — Ну и, конечно же, из-за мамаши, чтобы избавить долину от скверной напасти, — Алайси озвучила свои мысли по поводу появления меня. — Кстати, так сделал твой предок, после чего и город этот основал, — добавила демонесса и замолчала, явно расстроившись из-за своего заблуждения, и опять же по поводу меня.

— Так получается, что мой предок тоже охотился за самцом грифонов? — созрел я до вопроса. — Точнее, это я понял, что он забрал себе Стража, но зачем он ему понадобился? А тебе зачем?

— Н-да, Рюрик, — повела она головой изображая снисхождение ко мне. — Дурной ты, какой-то. Наверное, потому что ты молод и зелен, в отличии от своего предка, — сделала она заключение и внесла пояснение о своём выводе.

— Вот и помоги с ответом, раз уж затронула тему, — попросил я слегка обнаглев.

Крылатая демонесса даже бровью не повела по поводу моей требовательной интонации.

Она только улыбнулась краешками губ и хитро прищурилась, бросив в мою сторону короткий и выразительный взгляд. А потом Алайси снова занялась созерцанием языков пламени костра.

Мне показалось, что она просто играет со мной. Её забавляет ситуация с моим откровенным непониманием того, во что я вляпался. И меня напрягает её явное нежелание делиться всей информацией.

Кстати, очень похожая ситуация складывается при моём общении с призрачной фурией. Той самой, которая жить не может без лавок и качелей.

Они что? Богини и демонессы здешние — все придерживаются определённых правил поведения с вечными загадками и недосказанностями?

— Ну хорошо, — демонесса решилась на что-то. — Предок твой знал что без Грифона, Стража небесного, невозможно найти Скипетр и Державу Владыки Захребетья. Это такие магические артефакты, сила которых может в одночасье сделать из Тёмной сущности Светлую и наоборот, — донесла она для меня интригующую информацию. — Всё зависит от личности, точнее от содержания душевного того человека, который решится владеть этими атрибутами. Кстати, застрявшими где-то посередине между Тёмной и Светлой половинами одной сущности Владыки Захребетья.

Она завершила своё пояснение и я понял, что это последнее из информации услышанное от демонессы по интересующей меня теме.

— Спасибо, конечно, — я поклонился. — И мне теперь предельно ясно, что ничего не понятно. А где Скипетр с Державой искать, не подскажете? — добавил я в голос горечь с иронией. — Я догадался, что не расскажете, раз вам самой Грифон понадобился, но почему вы так быстро сдались? Или вам ненужны эти артефакты, которые Страж поможет найти? — засыпал я её вопросами не надеясь на ответы.

— Я немного постарше, чем все Рюрики и другие люди, пытавшие счастья стать обладателями атрибутов Владыки Захребетья, — начало ответа прозвучало с нотками безразличия. — Несколько раз я готовилась владеть ими, но всегда вовремя останавливалась, или меня останавливал случай, — Алайси ухмыльнулась и взмахнула крыльями, отчего снег поднялся с камней. — Например, как с тобой или с предыдущем Рюриком, — уточнила она.

— Так это хорошо или плохо? — не выдержал я её недосказанного монолога.

— Думаю что для меня это не важно, а вот для тебя… Х-хм, а ты сам догадайся. И кстати, а тебе не пора? — она резко свернула дебаты по теме Владык и Грифонов со скипетрами.

— Ты хочешь сказать, что разговоры окончены? — не поверил я.

— Ну ты же сам постоянно думаешь о возвращении, — она намекнула на осведомлённость о моих беспокойствах.

— Допустим, — не стал я отнекиваться. — И как мне вернуться, да ещё и из города этого выйти, правда города я не увидел, кроме развалин старого здания.

— Феликс Игоревич, — она сменила тон на строгий. — Не придумывай проблем там, где их нет!

С этими словами он взмахнула крылом и из него выпало красивое перо, которое приземлилось прямо мне в руки. Я посмотрел на это диво и отметил, что оно имеет надписи на непонятном языке. Подняв глаза на демонессу я открыл было рот для вопроса, но…

— Погоди, — крылатая девушка подняла ладонь. — Представь свою келью, что в бастионе находится! — резко скомандовала она.

Я послушно закрыл глаза и представил, как сижу на диванчике за столиком. Вроде мягкость обивки даже почувствовал.

— Знаете, Алайси, — заговорил я начав открывать глаза. — А зачем это предст…

Тут я осёкся и вперился взглядом в обеспокоенное лицо Ефима.

— Феликс! Князь? — денщик опешил и выронил из рук какую-то ношу, которая звякнула об пол.

Глава 5

Предвестники разборок и смены приоритетов

Сказать, что я обалдел от столь неожиданного перемещения — это ничего не сказать. Как не сказать и об удивлении Ефима, так и продолжившего стоять с отвисшей челюстью.

Кроме вскрика, прозвучавшего с моим появлением в кельи, он не в состоянии вымолвить ещё что-нибудь. Никаких дополнительных реплик старый солдат не подаёт, и только округлившиеся глаза денщика отражают испуг с одновременным изумлением, по поводу моего неожиданного возникновения на диванчике.

Вот меня нет, и бац — вот он, тутачки я!

— Ефим, — дернул я денщика за рукав. — Теперь отомри, и чаю хотя-бы налей, будь ласков, а? Ефи-им? — протянул я и чуть сильнее потормошил старого солдата.

— А-а? — невнятно среагировал он и плюхнулся в кресло.

— Только не говори, что вы меня тут уже схоронили, — продолжил я диалог, стараясь выглядеть бодро. — А может как раз в процессе, это грустное мероприятие? Где гостьи, кстати, и новые соседки?

Я повернул голову и бросил короткий взгляд в сторону бывшей подсобки, а с недавнего времени комнаты, ставшей жилой и занятой дамами. Элеонорой Врангель и Серафимой Саровской.

Ефим так и продолжает сидеть и пялиться на меня не верящим взглядом. Не выдержав, он помотал головой, словно прогоняя видение, и следом протёр глаза кулаками.

— Свят-свят, Пресветлые духи! Господин Феликс, дык, а-а-а это точно, ВЫ? — отрешённо выдохнул он, проигнорировав мою просьбу о чае, вместе с вопросами о похоронах, и о подселившихся девушках.

— М-да, неожиданно! Ну и вопросец!? — недоуменно среагировал я на такое заявление. — Может пощупать хочешь? — съязвил я в качестве заявки на неуместность его неверия.

Однако Ефим моего сарказма не оценил и на полном серьёзе протянул ко мне руку. Потрогал за плечо, и даже температуру проверил, прислонив к моему лбу тыльную сторону ладони.

— Да ты, совсем уже, что ль? — не выдержал я и откровенно возмутился.

В этот момент мой питомец, спрятавшийся за пазуху во время перемещения, недовольно рыкнул и начал вылезать наружу.

Наверное, крылатому щенку мой эмоциональный всплеск показался подозрительным, и он решил познакомиться с источником раздражения, ну и заодно осмотреться на новом месте. Так сказать, воочию.

Преодолев складки меховой накидки, мелкий грифон вылез наружу и занял своё любимое местечко на моём плече. Правда он покрутился ещё немного и недовольно поурчал, подыскивая удобное положение. И только после завершения всех манипуляций с размещением, кутёнок взглянул на Ефима, лицо которого стремительно побелело.

— Э-э-э… — денщик протянул руку и направил указательный палец на зверя. — Э-это же… — Ефим стал судорожно хватать ртом воздух, что изрядно помешало договорить заключение предложения.

— Это грифончик, — завершил я за него и потеребил пальцем грудь малыша.

Крылатое создание, пришедшее к нам из мифов, довольно заурчало и тяпнуло меня за палец. Играючи, естественно. Хотя, зубы у него — ой какие не детские, если посмотреть чуть внимательнее к мелкому.

— Да-да, Ефим, — продолжил я перестав играться со зверёнышем. — Это грифон, но он добрый… Ну-у, пока-что, так как видит во мне папу, — проговорил я тоном спокойствия. — А теперь, отомри и давай уже, рассказывай по порядку, что я пропустил? Н-да, — я ещё раз оценил разладившееся, и несоответствующее обыденному, состояние денщика.

В этот момент с денщиком случилось озарение и по его щеке прокатилась скупая слеза счастья. Ефим раскинул руки в стороны и бесцеремонно обнял меня, чем озадачил грифона, сперва не понявшего замысла старого солдата.

Однако всё разрешилось миром, и Ефим окончательно пришёл в себе, ну или принял ясным сознанием моё неожиданное появление в келье.

— Ой князюшка, — он отпрянул от меня и покачал головой, сокрушаясь чему-то. — Что же будет-то теперича, я даже не представлю, — проговорил он вступление к назревшему прояснению ситуации в бастионе, меня касающейся.

— А что будет-то? — я изобразил непонимание и неуместность считать трагизмом произошедшее. — Подумаешь, переместился свитком портальным к себе, а до этого плутал по лесам, — я сразу выдал свою официальную версию произошедшего, рассчитывая опустить подробности про демонессу Алайси.

Договорив, я поднялся с диванчика и приобнял Ефима по-дружески.

Проинспектировал столик на предмет попить водички, и выбрал графин с хмельным квасом из трёх полных сосудов на столике, что рядом с диванчиком находится.

— Три дня? — изумился Ефим, чем слегка сбил меня с оптимистичного настроя.

— Ну да, — отмахнулся я, продолжив изображать обыденность произошедшего. — Правда, холодно было, немного голодно, но я справился, — добавил я и разлил квас в два бокальчика. — Вот, и питомца завёл. Ну-у-у… да по случаю, так сказать, — я подёрнул плечом с сидящим грифоном. — Его одного нельзя выпускать на прогулки, — ляпнул я, чем усугубил положение с реакцией Ефима на крылатого щенка.

Старый солдат вздрогнул, словно не видел животинку до этого, ну или считал её своей галлюцинацией. Или свято надеялся на это.

Однако, бывалый солдат, прошедший горнило предыдущих войн в Порубежье, довольно быстро взял себя в руки и, даже, слегка улыбнулся, рассматривая диковинное существо.

— Теперича, Феликс, барин, послушай-ка, что я поведаю, — очень серьёзно заговорил Ефим и залпом осушил свой бокал с напитком. — Только не перебивай, по возможности, князь! — он со стуком поставил ёмкость на столешницу, и вперил в меня строгий взгляд.

— Мне следует начинать переживать, или нервничать? — я демонстративно открыто улыбнулся, попробовав сбить серьёзный накал в прозвучавших словах денщика.

Но и в этот раз он проигнорировал мои попытки разрядить атмосферу перед предстоящим докладом.

— Знаешь, княже, — начал он. — Я тебе враз поведаю, как всё тут складывалось, а ты уж решай, что далее предпринимать надлежит. Кх-кх-м, — Ефим прокашлялся, массируя голосовые связки. — Так вот, почитай, что сутки прошли, как вы с Вольниками на зов отправились в тот городишко, что нашим… Э-ээ, — он замешкался, приложив палец к виску. — Тот, что к светлым относится, — договорил он и мотнул головой, сам не соглашаясь со своей формулировкой. — В общем, в тот городок, что на нашей стороне Патоквожа располагаетси, — он поправился, наконец определившись с вводными данными по населённым пунктам.

— Уже интересно, и я понял, о каких городках речь идёт, — я кивнул и налил себе рюмку крепчайшего, предварительно понюхав горлышко графина. — Тебе капнуть граммульку? — я отвлёк денщика, готовящегося к продолжению повествования.

— А? Дык, — он сфокусировался на наполняемой мной рюмке. — Пожалуй, что к месту будет, — он подставил вторую ёмкость.

Я завершил разливать крепчайшее, мы чокнулись посудой и выпили.

Ефим крякнул, прикрыв глаза от удовольствия, и, подкрутив ус, отставил рюмку подальше от себя на столешнице. Типа, он больше не будет.

Н-да ладно, послушаем, что там далее. Чёрт! Я ж обещал его не перебивать…

— Как уже ранее говорено, через сутки те, — Ефим вернулся к своему повествованию. — Вернулись маги вольные, во главе с Черепом, но без твоей Светлости. И что удивило меня несказанно, — у Ефима красноречиво поднялись брови. — Так то, что сразу в клубе закрылися маги. Для совещания, али с какой иной оказией, — он прервался и облокотился ладонями на колени.

— Продолжай, — меня такое начало заинтриговало.

— Потом, значится, они вышли. Все скопом, и разные все какие-то, на предмет настроений своих, — Ефим не стал томить меня ожиданием продолжения. — Одни вольнонаёмные, радость испытали, а иные опечалились сильно. Далее, значится, группа собралася, и вновь отправилися маги в леса. По твою душеньку, значится, — денщик вновь откинулся на спинку стула и покосился на крылатого малыша, внимательно следящего за его движениями.

— Дай угадаю, — я прервал его молчание. — Радостным среди прочих, оказался и сам капитан-поручик, Мозг?

— Да, княже, — кивнул Ефим. — Он самый радостный, кстати, и не отправившийся за тобою, а оставшийся. Сослался на хворь, твоим скакуном доставленную, — пояснил Ефим и замолк на минуту, собираясь с продолжением рассказа. — Вернулись Охотники Вольные и закручинились над твоею судьбою, что разбудило в княжнах злость, — он снова заговорил. — Тех молодых госпожах, что с Главами Кланов прибыли, да и задержались в гостях.

— А сейчас, Ефим, где они? — я вновь обернулся на дверку в жилую комнатку других девушек. — И Элеонора с Серафимой, как тут обжились?

— ОЙ! Княже! — Ефим всплеснул руками. — Сложно придётся тебе с компанией такою совладать, — прозвучало явное предостережение. — Ну, княже, не об том сейчас речь, — он отмахнулся, прогнав тему с девушками. — Все маги вольные заседали долго, решали-решали что-то, да и решили, — он вдруг замолчал и опустил голову.

— Продолжай, — подбодрил я старого солдата, а сам почти догадался о решении благородных магов.

— А чего продолжать-то, — Ефим развёл руками. — Погиб мол, так да этак. Нету более Рюрика на белом-то свете и пора грамоты рассылать, значится, с уведомлением близких, — он оправдал все мои догадки по поводу себя.

— Вполне предсказуемо, — я хлопнул себя по бёдрам. — Пойдём, развеем всеобщее заблуждение? — предложил я и констатировал округление глаз у Ефима. — Чего?

— Да то, Феликс Игоревич, что умер ты, — он вернулся к предыдущей теме всеобщего заблуждения.

— Так, Ефим? — я остановился в своём желании встать и выйти из помещений. — Ты всё рассказал? Ну это же заблуждение! Подумаешь, ну не нашли меня в лесу, — продолжил я высказываться. — Выдали догадку о смерти…

— Дык, они доказательства представили! — огорошил он меня.

— В смысле? — я откинулся назад на спинку дивана, и откровенно изумился от такой информации о себе. — Череп, они с магами что, ногу притащили отгрызенную от меня?

— Нет, просто от Мёртвых Шатунов, местных выродках тёмного сумрака, ещё никто не уходил, — заявил мой денщик. — Они коготь его принесли, — заявил он.

Я же не понял, как коготь какого-то местного исчадия смог послужить доказательством моей гибели. Ничего не сложилось в голове. Или тут встреча с этим косолапым мертвецом считается окончательным и бесповоротным приговором к смерти? Возможно и такое.

Но я же — вот он! И нужно обрадовать всех заинтересованных, ну и горюющих об утрате меня. Братана успокоить… Роксанку подразнить, да и Марфу Шуйскую в аппетитную щёчку чмокнуть…

Тьфу-ты! Заносит меня, а я же помолвленный!

Пока мысли проносились потоком в моей голове я вспомнил о подарках из Ставрополя, присланных моими друзьями и верным поверенным.

Я не вижу коробок, мешков и ящиков, как и не наблюдаю изменений вокруг, связанных с ощутимыми прибавлениями в количестве вещей и мебели. Сомневаюсь я, что всё, недавно сгружённое по центру комнаты, смогло уместиться в сундук. Ну и, частично, в ящички секретера. Э-ээ, и в шкаф.

— А вещи где? — выдал я вопрос, как итог своих наблюдений.

— Дык, э-мм, княже, — Ефим как-то замялся, не естественно для себя. — Тут, что приключилось то… — он потупился и опустил голову.

Я обратил на это внимание и сосредоточился на своём денщике, показывая всем своим видом нетерпение в ожидании продолжения. Даже каблуком начал постукивать.

— Э-хе-хе… — Ефим начал ответ с тяжёлого вздоха. — А случилось, княже, вот что, — старый вояка покачал головой, но набрался мужества и поднял на меня глаза, наполненные тяжестью от предстоящего доклада. — Забрали всё тебе присланное, да и на личное рот разявили армейские-то, во главе с капитаном и с Мозгом, что Вольников представлял. Сущее безобразие вытворили окаянные, и назвали его словом заковыристым, — Ефим нахмурил брови и проговорил в уме то, что собрался озвучивать. — Ко-н-три-бу-ци-я, во! — выдал он по слогам. — Фух!

Он закончил, а я уже закипел. К его выдоху в финале объяснения я уже проверял каморы первого из трёх своих револьверов, имевших глушители.

— Феликс? — денщик вытаращился на меня. — Ты чего это затеял?

— А ты как считаешь? — поинтересовался я занявшись каморами барабана второго револьвера. — Они и на Братана пасть разявили, — продолжил я проговаривать деяния вытворенные со мною и моим имуществом. — Это я так, Ефим, мыслю вслух. Ты можешь не поддакивать, и не кивать!

Я завершил все проверки и крутанул барабан последнего из своих револьверов, прежде чем убрать его в кобуру.

— За птенцом присмотри, — я снял с плеча притихшего грифона и всучил его денщику. — Я мигом, замучу господам контрибуцию, да такую, чтобы икалось Порубежью всему, а младенцы от пересказа какаться начинали!

Они оба обалдели от такого резкого поворота в общении, ведь они толком ещё не знакомы. Однако, мне наплевать на всё это, так как планка моя — тупо упала. Если образно выражаться по поводу своего взвинченного состояния.

Прежде чем Ефим что-то высказал, и не дав птенцу среагировать, я резко нацепил перевязь со своей рунной шпагой, и отворив дверь вылетел в коридор. Здесь в меня врезался Митроха и заорав бросился наутёк к выходу. Мне нужно в том же направлении, но бежать я не стал, а зашагал быстрым шагом. Вот и выход во внутренний двор Бастиона, у которого я немного замешкался, решая мне сразу оружие доставать или подождать?

Да и ладно! А снаружи послышался вопль!

— Де-е-мо-о-он!

— В ружьё!

— К бо-ою — то-ов-сь! — раздалось напоследок и тишина воцарилось вновь.

Мне до жути захотелось миновать этот выход, предсказуемо посчитав его взятым под прицел множества карабинов. Я осмотрел коридор и вспомнил, что выходов тут несколько. Прошёл до следующего и выглянул в приоткрытую створку двери.

Совсем о тепле не беспокоятся, держат двери открытыми! Пришла в голову дурацкая и неуместная мысль.

За мгновение я успел оценить диспозицию солдат, отметив важный факт присутствия Капитана Разумовского Нестера и Мозга на балкончике главной цитадели. Это хорошо, что они вместе, а плохо то, что по открытому пространству я рискую до них не добраться.

Полог защитный я установил и зацепил его за несколько источников магической энергии. За те, что снаружи находятся и принадлежат нескольким магам-вольникам. Пускай отведают на себе мой секрет.

Нагнетание поля я почувствовал всеми фибрами души. По всей видимости, господа слишком напуганы проникновением потустороннего исчадия за стены бастиона, считая меня им. Вот и нервничают, помогая своей энергии адреналиновым скачком, что мне на руку вышло.

Ну вот и всё! Время «Ч» и пора выходить…

Я резко вышел и направил дула револьверов ровнёхонько на балкончик, где двое командиров, армейский и магов-вольников, с тревогой смотрят в то месо, откуда выскочил Митроха. Х-м? Меня что, не видят? Точно! Вот идиоты!

Я даже чуть не похлопал по спине солдата, целившегося куда-то туда, где нет никого и дверь закрыта. Отлично! Ну что же, я продолжил движение дальше, мимо него.

Естественно, я нахлобучил капюшон от накидки, и уставился в землю скрывая лицо полностью. Морок ещё усилил, что взгляд отводит, но не до переусердствования, чтобы черты человеческие просматривались. А-то, поднимут служивые панику заподозрив во мне шпиона.

Так и прошёл до входа в цитадель, где спокойно протиснулся между бойцов, а следом и поднялся по лесенке на балкончик.

И вот они, спины обоих командиров!

— Господа, только тихо, — произнёс я и приставил набалдашники глушителей к их затылкам. — Да, это я, Феликс Игоревичь, которого вы решили обворовать, пользуясь военным положением, — мне пришлось надавить на оружие, чтобы не дать господам обернуться. — Очень хочется мне послушать, как вы будете обосновывать свою контрибуцию и подтасовку фактов о моей кончине, — продолжил я не давая им возможности вставить свои реплики. — Считаю до раз! И…

— Князь! Феликс Игоревич. Право, не стоит! — раздался сзади отдалённо знакомый, спокойный голос, заставивший меня не стрелять, а последовать прозвучавшему совету.

Я снял курки с боевого взвода и еле сдержался, чтобы не шарахнуть каждому по голове рукоятями. Но я переборол себя, и несколько раз вздохнул полной грудью, дабы хоть чуть-чуть успокоиться, прежде чем обернуться на голос…

Глава 6

Судьбоносные решения

Невозможно не узнать этот голос, принадлежащий волевому человеку, на чей характер наложился ещё и отпечаток безграничных полномочий с высочайшей степенью ответственности. Рэйнолд Аперкилд, собственной персоной предстал передо мной и двумя командирами гарнизона.

Рэйнолд Аперкилд, чей статус и должность, Старшего Следователя из Внутренней Безопасности Верховного Протектората Магии Рун Руссии. Это, надо признать, непомерно огромная шишка в этом месте, забытым всеми известными и неизвестными богами. Хотя, насчёт богов… Э-мм, заявление спорное.

Логичный вопрос, спонтанно родившийся в моей головушке, что он, Рэйнолд, тут забыл? Ну вот никак не думаю я, что только из-за интереса к моей персоне следак очутился на краю географии цивилизованного мира Империи Руссии.

— Господа, — следователь окинул взором ястреба нас троих, присутствующих на балкончике. — Оружие убрать! Вы, Феликс Игоревич, следуйте за мной! — коротко скомандовал он, как всегда исключая невыполнение приказов.

Капитан-поручик, он же Мозг, он же граф Разумовский Серафим, вместе с капитаном гарнизона Нестером Разумовским, вложили шпаги в ножны. Они успели выхватить их, когда я обернулся на голос Аперкилда.

— По какому правы вы влезаете в дела, вас не касающиеся? — горделиво поинтересовался Мозг, словно это не его затылок только что уберегли от пули.

Следователь Аперкидлд невозмутимо и не меняя хищного выражения продемонстрировал господам артефакт в виде медальона, и протянул доверительную грамоту.

— Исключительно вот по этому праву, — пояснил следователь, и глянул на капитанов, словно обдал потоком холода.

Господа офицеры, представители от армейских и магов-вольников, нехотя приняли эту писульку, по их мнению, а в процессе изучения подписей и печатей сургуча, у уважаемых глав командования бастионом, глаза округлились.

Я сразу понял, что до этого момента уважаемый Рэйнолд никак не афишировал свой статус, прибыв инкогнито в составе делегации с главами кланов. Да и маскировался следователь видать хорошо, раз и я сразу не приметил столь одиозную личность среди делегатов.

— Теперь, господа, — вновь заговорил Рэйнолд, чеканя каждое слово. — Раз вы изучили мои подорожные документы и ознакомились с наделёнными полномочиями, я могу поговорить с господином Феликсом. Это не вопрос, как вы уже поняли! — вогнал он последнее предложение в головы двух капитанов.

Господа притихли и мне показалось, что одним из желаний, родившихся у обоих, это покинуть балкон и прямо через перила балкона, не заморачиваясь ходьбой коридорами с лестницами.

Однако, они стоически пережили тяжёлый и жёсткий взгляд Аперкилда и лишь кивнули в ответ. Точнее, господа выдавили жесты согласия, офигев от значимости фигуры представшей пред ними.

— И не надейтесь, что вас не затронет сегодняшнее происшествие! Ожидайте определённых последствий, — старший следователь бросил ещё одно угрожающее замечание разворачиваясь ко мне.

Я же уже проходил эмоциональный прессинг со стороны следака, и не единожды. Посему, мне оказалось легче перенести молчаливый путь до скромного кабинетика, находящегося в одной из шести угловых башен крепости. Не стал я мучить себя ожиданиями страшных кар, ждущих начала обвала на мою голову. Авось пронесёт, впрочем, как и всегда. Или же зря он меня сделал Рюриком?

Аперкилд занял место за скромным столиком, стоящим посередине маленькой комнатки. Две вертикальные бойницы прикрыты внутренними ставнями и выходит наружу стен бастиона. В случае нападения они позволят держать оборону сразу двум защитникам крепости, вооружённых карабинами.

Эта одна из многих комнатушек, устроенных между ярусами с казематами для более мощного вооружения. Типа того крупнокалиберного Сверпа Элеоноры Врангель, который я смело отношу к переносным пушечкам.

— Присаживайтесь, господин Феликс, — предложил следак, склонившись над какой-то бумагой. — Я закончу через минуту, — пояснил он, поправив монокуляр.

— Прошу прощения, это часом не мой расстрельный приговор? — не выдержал я, отнеся пояснение о документе себя касающимся.

— Нет, — коротко ответил Рэйнолд, занятый письмом и ткнул пером в чернильницу. — Но, вполне возможно, что данная грамота позволит избежать его, — прозвучал толстый намёк на важность бумаги и одновременный намёк на зыбкость моего положения.

Я дождался пока Аперкилд завершит работу над текстом и промокнёт чернила специальным канцелярским предметом, называющимся пресс-папье. Массивным таким и с позолоченной ручкой. Я помнил это название из-за одного интересного случая в школьном музее. Мы баловались по молодости и хватали что не попадя. Тогда эта штука упала на ногу моего товарища, да так неудачно, что мизинец сломала. Орал он несносно громко и обязательно долго…

— Вот, прошу вас, Князь Рюрик, — он протянул мне этот документ.

Я встал и подошёл к столу.

— Что это? — задал я вопрос, чтобы не утруждать себя чтением, и мельком взглянул на печати, подписи и какие-то штемпели.

— Это твоя палочка-выручалочка, — прозвучало неожиданное пояснение. — Оберег, от таких вот ситуаций, когда ты исчезаешь на неопределённое время, а это за гибель считают. Ну и защита всего твоего, — Рэйнолд снял монокль пенсне и помассировал переносицу.

Я вдруг понял по его состоянию, что сон ему не даётся из-за каких-то дел, которыми он занимается в этом одиноком бастионе.

— А подробнее если, — я по-иному посмотрел на грамоту. — Можете сказать в двух словах?

— Ну конечно, Феликс Игоревич, — следак пошёл мне навстречу. — Я сейчас всё расскажу, и дам пояснения своими словами, более понятными для тебя, — прозвучала дружелюбная вводная к началу моего просвещения по делу.

Рэйнолд встал и прошёл к бойнице, где открыл одну створку ставен и посмотрел на заснеженные холмы и горы поросшие лесами. Я тоже бросил короткий взгляд в это оконце, увидев частичку одинокой башни.

За пару долгих минут насладившись созерцанием снежной целины, следователь вернулся к столу. Тут он поднял с пола свой дорожный саквояж и достал из него медальон-артефакт, ну очень похожий на тот, что есть у него самого.

— Как ты себя вообще чувствуешь? — прозвучал странный вопрос, прежде чем Аперкилд начал развертывание темы с важной бумагой.

— Позитивно, — заявил я особо не думая над построением ответа.

— Это хорошо, это хорошо, — повторил следователь задумчиво кивая. — Вот что, Великий Князь Рюрик, Феликс Игоревич, вас повысили, — прозвучало как-то торжественно. — В свете ваших последних достижений, впечатливших как меня, так и мою организацию, было принято несколько важных решений, в том числе и вашей персоны касающихся. То, как вам удалось разобраться с махинациями на узловой станции, заслуживает пристального внимания, даже в учебные пособия можно внести отдельные методики по внедрению, — он улыбнулся, что не свойственно для этого сверхсерьёзного господина. — Ну и кадры ваши взяты на заметку, господин Феликс, — он хитро прищурился, но быстро сменил взгляд на колкий. — Да-да, те два господина, коих вы вытащили из бандитов и легализовать умудрились, снабдив должностями и просунув в интендантский приказ Имперской Армии. Они на заметке, и им даже увеличили спектр полномочий, хе-х, — он усмехнулся. — И они уже оправдывают оказанное доверие, вскрывая гнойники взяточничества и хищений.

Он говорит, а я в это же время всё думаю, где собака зарыта и подвох кроется в таком заманчивым и лестном предисловии. И почему о сегодняшнем инциденте он ни словом ещё не обмолвился? Как-то чересчур подозрительно это.

— Так вот, Рюрик, Феликс Игоревич, поздравляю вас с присвоением звания Статского Советника, Независимого Следователя Внутренней Безопасности Верховного Протектората Магии Рун Руссии, — выдал он встав и протягивая мне медальон. — Отныне, вы мой ставленник в этих местах, на коего не распространяются приказания Армейских Чинов и распоряжения командиров групп и отдельных подразделения Вольнонаёмных Магов.

Я встал, подошёл к нему вновь и принял артефакт, который сразу засунул за пазуху ближе к цепке Рюриков и медальону со змейками.

— Но вот — Я! — он сделал ударение на себе. — Я, господин Стацкий Советник, буду ждать результат и спрашивать с вас по полной! — прозвучало предупреждение тоном, исключающим любое недоверие к сделанному заявлению, или к предупреждению. — Не нужно расстраиваться раньше времени, — он смягчил интонацию. — Во времени я не буду тебя ограничивать, Феликс, но помни, что результат будет нужен. Хотя, ты уже его дал, не подразумевая об этом. Кормушка богатая с артефактами оккупирована Армейским Комендантом, да при попустительствующих действиях командира Вольников. Мозга, — добавил он. — В паре действуют, подменяя отчёты. Капитана коменданта мы уже взяли под контроль, а ты давай, добивайся переизбрания от вольнонаёмных. Думаю, что поручик Колчак будет лучше справляться с обязанностями командира.

Я же подумал о невыносимом желании свалить из бастиона и обосноваться на постой в одинокой башне.

А что? Там полно подходящих помещений для сооружения нормальных условий проживания моей скромной персоны с денщиком, тараканом и… Блин! Ещё и с птенцом птеро-льва, тьфу-ты, грифона, которого полетать ещё выпускать как-то надо. Голубями кормить, опять же, или зайцами… Вот башня и подойдёт для этого всего, как нельзя лучше!

— Кстати, а где же вы были все эти трое суток, за время которых вас и похоронили? — спросил Рэйнолд, как-бы невзначай.

Однако, я воспринял его интерес со всей серьёзностью, уловив в прозвучавшем вопросе следака ожидание внятного и правдивого ответа со своей стороны.

— Тут вот что стряслось, — начал и сел на своё место, подчиняясь знаку Аперкилда. — Меня потеряли маги из команды, отправившихся по тревоге в городок, а потом и на поиски местных жителей. Долго нет нужды пересказывать, но попали мы под шатуниху, как я позже узнал уже мёртвую. Ну и дёру дал, исполняя приказ Черепа, уже имевшего возможность знакомства с особенностями этого местного исчадия, — я глянул в сторону графина на столе у следователя.

Рэйнолд кивнул и сам наполнил один из бокальчиков. Подождал, пока я утолю жажду и поставил ёмкость чётко на своё место, сохраняя безупречный порядок на рабочем столе.

— А там я заблудился, — продолжил я. — И ненароком вляпался прямёхонько в логово Грифонихи, — тут я вдруг осёкся, ловя эмоции следователя по поводу пола полудемонического существа.

Ну вот откуда я мог знать, что она самка?

Однако Аперкилд не сделал никакого заострения внимания на моём очевидном проколе и принял его общим фоном интересного повествования.

— Ты случайно убил её? — он по-своему истолковал мою заминку, сочтя, что мне просто воспоминания в тягость.

— Ну да, — я поспешил согласиться, надеюсь на завершение разговора о приключениях в Чёрном Городе.

— Тогда почему ты не принёс лап для погон, или других важных артефактов для продажи? — задал он следующий вопрос, вполне логичный в данной ситуации.

Я и сам призадумался, а почему я не взял ничего, добытого с таким редким существом? И иная мысль меня одолела, а с чего я взял что нет ничего?

Тут я, действуя по наитию и положась на демонессу Алайси, как на нормальную, принципиальную и не жадную до чужого добра, и скинул с плеч свою меховую накидку, в которой и находился одетым всё время как до, так и после возвращения сюда, в бастион. Ну не могла она присвоить себе ничего, так как ей ничего и ненужно. Она же — демонесса!

И я оказался прав!

— Ого! — эмоционально среагировал Аперкилд. — Две лапы! Сразу и львиная и орлиная! Это почище любого ордена, выдаваемого в порубежье за последнее время! Поздравляю! — он искренне порадовался за меня.

Я же скромно кивнул, мол — спасибо, и это ничего такого…

— А теперь, господин Феликс, я вас пока отпускаю, — он как-то быстро закруглился с нашим общением. — Я пробуду тут ещё некоторое время, и если вы мне понадобитесь, то найду способ увидеться. Сейчас же, вы должны разобраться со всеми заинтересованными. И как вы будете это делать — всё в вашей власти. Но я советую не доводить обострение до финала со стрельбами и выходами на ристалище, а созвать Благородное Собрание Вольнонаёмных Рунных Магов, где вы и решите разногласия по всей нехорошей ситуации. Похороны свои отмените, как и возврат всех вещей, кстати, — тут он прервался и улыбнулся краешками губ. — Их ещё не разграбили, так как некто снабдил посылки защитой, уж больно сильно кусающейся разрядами магии, — завершил он и указал мне на дверь.

— Благодарю за всё, — я поклонился и спешно покинул кабинет Старшего Следователя из Внутренней Безопасности Верховного Протектората Магии Рун Руссии.

Выйдя за дверь я облегчённо выдохнул и надел назад свою меховую накидку, не желая светить новые погоны из лап. Пройдя по коридору, я спустился по внутренней лестнице, вышел во двор бастиона и замешкался.

Слишком много народа ожидало моего появления, но вот радостных лиц очень мало я вижу. В основном все боятся, особенно военные. Словно я всё ещё демон или приблизился к этому.

Окинув их взглядом я спокойно прошёл до входа в коридор, ведущий к моему скромному жилью в стене крепости. Тут я прогнал напряжение и вошёл в комнату, сразу встретившись взглядами с Ефимом.

Мой денщик подскочил с места, обернулся на графин крепчайшего в окружении рюмочек и опрокинул в себя порцию горячительного.

— Княже, господин Феликс? — он вопросительно уставился на меня. — Как всё прошло, э-эмм, ну с вашим возвращением?

Тук-тук-тук!

В дверь неожиданно постучали, не позволив мне ответить. Однако, я успел кивнуть Ефиму на комнатку девушек, чтобы он скрылся там вместе с грифоном, пока Элеоноры и Серафимы нету. Не хочу никому показывать птенца до пору до времени. А может и никогда не покажу? Посмотрим.

— Входите! — крикнул я, сам садясь в кресло.

В комнату вошёл Череп, собственной персоной и замялся на пороге.

— Я виноват перед тобой, Феликс, — начал он, но я остановил его взмахом руки.

— Погоди с оправданиями, Александр, — я налил в рюмку крепчайшего. — Выпей и присядь, — указал я на диванчик.

Колчак сел и осушил рюмку, не дожидаясь повторения приглашения.

— Благодарю, — сказал он, ища хоть что-то из закуски.

Я, как нормальный хозяин, отыскал на обеденном столе несколько булок и немного вяленного мяса. Нехитрым способом сервировал тарелку и вернулся на место для беседы с поручиком.

— Только я тебя прошу, Череп, — я вновь поднял руку, останавливая попытку Колчака заговорить. — Давай без самобичевания обойдёмся, — не попросил, а настоятельно заявил я. — Надеюсь, что вещи мои уже начали назад перетаскивать понемногу?

— Да, Феликс, благо никто так и не притронулся к ним, — не подвёл меня Череп с ответом. — Но это не то, Феликс, что сейчас интересует тебя?

— Разумеется нет, — согласился я и немного налил себе крепкого. — Что мы будем с капитаном-поручиком делать? А, Череп? — я заглянул в его глаза.

Он не отвёл их, что я счёл правильным.

— А что ты желаешь? — переспросил он меня.

— Думаю, что пора организовывать внеочередное собрание, — проговорил я. — Не на дуэль же его вызывать, хотя этого хочется больше всего, — принялся я рассуждать и заодно мыслями делиться.

— Ты сам хочешь его место занять? — Колчак задал важный вопрос с подозрением в мимике.

— Мне оно без надобности, — я вынул из-за пазухи амулет и продемонстрировал его собеседнику.

Череп сначала придвинулся к вещице, чтобы рассмотреть крохотные надписи и рунные знаки, а когда всё увидел то отпрянул, не переставая сверлить артефакт взглядом полным уважения и одновременного опасения.

— Кроме того, — продолжил я убрав амулет. — Я покину стены Бастиона и обустроюсь в Одинокой Башне, а вот ты, Александр, — я прервался, чтобы выпить и немного успокоить растрепавшиеся нервы. — А вот ты, Череп, готовься и особенно к контролю хранилищ с артефактами присмотрись, это так — дельный совет, но требующий пристального внимания к исполнению, — завершил я.

— Тогда, я пойду озадачу всех Магов созывом внеочередного собрания, — ответил на всё услышанное Колчак озвучиванием своих дальнейших действий. — И напомню, что хоть ты и не подтверждаешь, но я виноват! — заявил он и вышел, оставив меня.

— Чукча! — рявкнул я сразу, как только дверь за поручиком закрылась. — А ну! Поди-ка сюда, будь столь любезен, отлынщик и дезертир!

Глава 7

Суматоха и переезд

На мой призыв никто не отреагировал, что мне показалось странным. Я же прекрасно чувствую, что Рыжий где-то тут, рядышком. Ещё раз, более скрупулёзно прислушавшись к своим ощущениям, я определил нахождение мелкого под своими ногами. И не одного, а в компании.

Решение созрело моментально. Я откинул ковёр и открыл потайной вход магического канала. Заглянул внутрь и увидел Калигулу, смотрящего на меня тоскливым взглядом полным безысходности или даже отчаяния. Всё ясно — снова застряли! Я сунул вниз руку и вытащил его.

Элементаль Земли сразу сделался маленьким и принялся неистово кланяться. При этом, работяга не выпускал из рук тёсанный камень малахита и мастерок, по типу тех инструментов строительства, что я видел в покинутом мире. Правда выполнен инструмент из дерева целиком.

— А где Чукча? — я осмотрел Калигулу, убравшего камень с мастерком и снявшего любимую ушанку.

— Дык, Феликс, он во-о-он тама счас, — дедушка указал мне на фамильяра, самостоятельно выкарабкавшегося из подземного канала.

Прежде чем учинять допрос, я закрыл люк и вернул назад ковёр.

— Итак, залётчики магические, — приступил я к строгому допросу. — Поведайте-ка, что вы там опять потеряли? — я ткнул пальцем себе под ноги, чтобы пресечь любые недопонимания по сути поставленного вопроса.

Двое из ларца замялись и начали коситься друг на дружку, выясняя кому ответ держать или перекладывая стрелки, если по-простому выражаться.

— Ты! — я глянул на Чукчу, считая именно его заводилой и виновником всего и вся. — Отвечай!

— Хозяина, это не моя виноватая, аднака, — начал он сбивчиво оправдываться. — Калигула сказал, что раз ты всё одно чинить заставишь, эту, — он выразительно глянул на ковёр. — Штукенцию подземельную, так пусть мы раньше и начнём! Аднкака, а я против был, но он заставил…

— Так, стоп! — я остановил поток слов. — А с чего я должен буду заставить Калигулу ремонтировать эти каналы? — Задал я правомерный вопрос.

Тут уже таракашка не выдержал и ткнул локтем Элементаля, мол — твоя очередь докладывать.

Калигула замялся, начал переминаться с ноги на ногу и мять в руках ушанку.

— Так как же, начальник, Феликс? — наконец выдал он. — Я же сломал давеча тама сводчатый потолок-то? — он замолчал и развёл руками, давая понять, что всё по теме сказано.

— Н-да? — я присмотрелся к ним недоверчиво. — И эта вся причина? — пришлось произнести слова уточнения, так как я уверен в том, что не всё ещё услышал.

Но оба лазутчика лишь закивали, а мне пришлось смириться с недосказанностью.

Естественно, что на время, пока я не закончу с делами в Бастионе и не обрету свободу уединения в Башне неподалёку от крепости. Там, кстати, есть и проход в эти коммуникации пока непонятного предназначения. По уму-то, так мне ещё разобраться с этим придётся. А раз так, то ремонт будет в тему.

— Ну хорошо, — начал я подводить итог короткому общению с гавриками. — Пока свободны, и да, Чукча?

— Слушает моя начальнику очень внимательно! — таракан вытянулся в струнку.

— Вот что, мы скоро покинем это замечательное помещение, впрочем, как и стены бастиона, — проговорил я, наблюдая смену настроения у обоих на грустное. — Не унывайте, в одинокой башне нам будет уютнее, — успокоил я их. — Так вот, Рыжий, к тебе персональное поручение будет, — я акцентировался на многолапом. — Забрать бабу с полки, — я указал пальцем в идола призрачной фурии. — И обустроить её на новом месте, как и полагается. Справишься?

— Моя будет старательная, аднака! — козырнул узурпатор, обозначив чёткое понимание своей персональной задачи.

Тут дверь комнатки девушек скрипнула, а глаза рыжего, обернувшегося на звук, округлились. Усы мелкого встопорщились в две струны, а у Калигулы из рук выпала ушанка.

И начался кипешь с погромом и поломкой отдельных элементов интерьера. Грифон кинулся к столику, с двумя обалдевшими магическими личностями. Двое мелких ломанулись в разные стороны дав птенцу врезаться в сервировку столика. Полетела посуда и загремели бокалы с рюмками.

Калигула сразу ретировался, исчезнув, по всей вероятности, в сторону Ставрополя на Волге, может и дальше, но не ближе, это уж точно. А усатый кинулся к секретеру. Крылатый львёнок за ним, что естественно, раз второй жертвы уже нету в его поле зрения. И снова стряслось сокрушительное столкновение с мебелью.

Чернильница, кем-то забытая, шарахнулась об стену и нанесла ей косметический урон в виде кляксы. Брызги попали и на Ефима, начавшего немедленно ругаться. Следом пострадала кровать и подушки, наволочки которых были нещадно разодраны когтями грифона. Пух с перьями поднялся в воздух, образовав непроглядное белое облако. Часть его задела светильник и вспыхнула, и подпалила ажурное покрывало, скрывающее сундук с прочими пожитками. Весело занялось пламя.

— Все-е-е-ем ти-и-ихо! — заорал я во всё глотку, не вытерпев продолжения хаоса и бедлама. — Си-и-иде-е-еть! — рявкнул я на грифона.

Ефим кинулся сбивать огонь с занявшегося огнём сундука, а двое нарушителей спокойствия замерли, послушавшись моего злого окрика.

Чукча застыл в дальнем углу и дрожал всеми конечностями, а крылатый разбойник замер напротив, плюхнувшись на попу и растопырив все лапы и крылья. Типа поймал таракана, зажав его в угол и преградив все пути к бегству.

— Фу-у-ух, — я выдохнул и опустился в кресло. — Ну вы блин и даёте! — добавил я и поднял с пола графин. — Ефим? А, так ты уже потушил, — констатировал я победу денщика в ликвидации пожара. — Быстро все сели и пожали друг-другу все лапы! Это шандец какой-то, а не жизнь начинается! Вы такими темпами с поведением, меня до белого каления доведёте, с обязательными инфарктами и умалишением! — добавил я эмоционально и сделал пару глотков прямо из горлышка.

Немного успокоившись, я уверенно встал и накинул меховую накидку на плечи.

— Вот что, залётчики, — постарался я говорить сдержанно. — Вам, помириться и не ловить друг-дружку, — дал я распоряжение нахмурив брови. — Ефим, постарайтесь вызвать назад Калигулу и восстановить тут всё, — я вновь перевёл взор на Чукчу. — Это тебя тоже касается. Крылатого не обижайте, а я по делам отлучусь, — завершил я раздавать указания и вышел из комнаты.

Направился я к Василию, в оружейную мастерскую, где заказ разместил на нужную мне колючую проволоку. Есть пара идей защитить Башню дополнительными и нехитрыми дополнениями. Не знаю я, как там на самом деле всё получится в исполнении, но задумка стоящая, как мне кажется.

Дойдя до знакомой ниши в стене прикрытой деревянной стеной с оборудованной дверью, я решительно постучал и вошёл, не дожидаясь приглашения. Тут я увидел двух господ, разговаривающих с мастером-оружейником.

— Дык, ваши сиятельства, вот он и сам, заказчик-то, — Василий указал в моём направлении.

Господа обернулись и я сразу узнал двух поверенных Великих Князей Шуйского и Демидова. Это графья, по моему, Дмитрий Гард и Николай Семенович.

— Вот, у его светлости и поспрашайте, на кой ему такая заковыка, — добавил Василь, после чего замолчал, считая свою задачу выполненной.

— Надеюсь, Василий, что всё готово? — поинтересовался я, осматривая несколько мотков готового изделия.

— Только-только и завершил, — кивнул мастер. — Немного мороки было, но это покамест не приноровился, да и помощником объяснение не дал, — добавил он оправдываясь.

— Благодарю! — я кинул ему ещё пару монеток серебром.

— Дык, а это за шо? — удивился он, лихо поймав кругляшки.

— За то, что в сани погрузите, когда укажу в какие, — пришлось пояснить и успокоить мастерового.

Он кивнул удовлетворительно и поправил фартук из грубой кожи, явно гордясь собой. Всё это время нас разглядывали господа поверенные, не решаясь прервать диалог заказчика и исполнителя. Но вот все формальности выполнены и граф Гард сделал шаг ко мне, при этом чуть поклонившись, и намекая на необходимость общения.

Я только сейчас сделал лёгкий ответный кивок на его аналогичное приветствие. Вскинул бровь и замер, ожидая начала диалога от уважаемого поверенного Князя Демидова, главы клана Ллойд.

— Господин Феликс, Князь, — почтительно обратился ко мне Дмитрий Гард. — Пролейте свет нам с графом, поведайте, что это такое и для чего может понадобиться, — граф немного посторонился, открывая обзор на мотки проволоки.

— Это просто… — открывшаяся дверь не позволила мне завершить предложение.

Мы все обернулись и встретились взглядами с вошедшим Рэйнолдом Аперкилдом.

— Здравствуй, Василий, — он сначала проявил уважение к хозяину мастерской. — И вам, господа, доброго дня, — следователь поклонился и нам. — Раз уж разговор зашёл об этих мотках металлической проволоки, — он указал на них. — То и я с удовольствием послушаю господина Феликса, — Аперкилд скрестил руки на груди и замолчал, передавая слово мне.

Теперь уже все четверо вновь сосредоточились на моей персоне.

— Как я уже начал пояснять господам, это довольно-таки простое изобретение, — я вернулся к продолжению объяснения. — Изделие, способное повлиять на проходимость укреплений живой силой противника, включая коней, — я прервался и подошёл к мотку, освободив часть конца проволоки и вытянув её. — Помимо самой проволоки, затрудняющей продвижение, существуют зацепы, — я показал на остренькие концы намотанных кусочков. — Они успешно цепляются за всё, что есть на человеке, а при контакте с открытыми частями тела, наносят противные мелкие раны.

— И как происходит практическое применение? — не удержался Гард, когда его палец укололся.

— Сбиваются крестовины из дерева, — продолжил я развёрнутое пояснение и скрестил три палочки, подобранные рядом с горнилом. — Вот так, — я продемонстрировал всем получившееся. — Их устанавливается великое множество по всей линии возможного противостояния. Ну, а уже следом они скрепляются множественными протянутыми отрезами проволоки. Получается классная штука, которую можно комбинировать со рвами, и лучше делать несколько рядов, — завершил я рассказ под удивлёнными взглядами господ, дополненными вытянутыми лицами.

Пару минут они занимались ощупыванием колючей проволоки, а Гард даже к одежде её примерил на предмет зацепов.

— Великолепно! — эмоционально выразился Николай Семенович, поверенный Шуйского.

— И как просто в применении! — поддержал его граф Гард.

— И вы не забудете, господа, — подхватил эстафету высказываний Рэйнолд Аперкилд. — Не забудете, что сиё на изделие имеется патентная грамота? — он выразительно посмотрел на меня, намекая на невозможность затягивания оформления документов.

— Да-да! Мы прекрасно это понимаем, — согласился Дмитрий гард с замечанием. — И даже готов сделать заявление, что мой господин, Великий Князь Демидов, Никита Васильевич, с радостью купит лицензионные права на такое новшество, — проговорил он и уступил место Семеновичу.

— От себя добавлю, что и Великий Князь Шуйский, Митрофан Иванович, будет не против приобрести лицензионную грамоту. В любое удобное для Князя Рюрика время! — добавил граф и поклонился.

На такой позитивной ноте в деловом общении разгвор подобрался к логическому завершению.

— Ну что ж, господа, — я сделал взаимный поклон уважаемым людям. — На сим, я прошу меня простить, вынужден откланяться.

— Конечно-конечно, — охотно согласились оба вельможи.

Я вышел от мастера и тут вспомнил про сломанное орудие. Пришлось снова вернуться в оружейную мастерскую, где господа продолжали восхищаться элементарным приспособлением сдерживания наступлений.

— Что-то ещё есть у господина Феликса, что может удивить нас? — Аперкилд первым среагировал на моё возвращение.

— Возможно, — уклонился я от прямого ответа. — Василий, сейчас у тебя есть бумага и карандаш?

Мастер гордо предоставил мне новенький набор для черчения.

— Вот, у интендантских вытребовал для нужд, — похвалился оружейник и прищурился.

— Пушка как? — я указал на ствол и казённую часть орудия.

— Вас дожидается, — заявил он довольно.

Ну а я уже приступил к воплощению замысла, пока на бумажной основе. Черчение много времени не заняло, да и конструкция сама по себе не велика в инженерном плане. Правда перезарядку придётся делать в горизонтальном положении, или близко к этому. Однако всё решается и работы не так уж и много.

Длину ствола убавить. Тренога с резьбовой регулировкой угла, да и простенькая система возвращения ствола в удобное положение для следующего заряжания.

Через тридцать минут скрупулёзного занятия черчением я отдал лист с новым изобретением в руки Василия.

— Сколько времени понадобится на сотворение этого? — поинтересовался я у мастера, изучающего рисунки и шевелящего губами при этом, явно проговаривавшего про себя какие-то производственные решения.

— А? — Василь встрепенулся. — Часа два, может поболее малость, но всё есть у меня. Да и части от орудия можно приспособить, — доложил он и снова уткнулся в наброски.

— Господин Феликс, — заговорил довольный Рэйнолд. — Предлагаю собраться тут через оговоренное мастером время, — выдал он. — Есть возражения? Вот и хорошо, — он не дождался моего ответа.

На этом мы разошлись.

Я проверил ремонтно-восстановительные работы в своей келье. Отметил, что всё получалось здорово, разве что возвращение Калигулы чуть-чуть затянулось. Ну никак не хотел дедушка Элементаль возвращаться к усатому, крылатому и клыкастому демону, в его понимании.

Однако его почти быстро уговорили, и они даже почти подружились с… Блин. Как его называть-то? Птенцом, щенком или котёнком? Да без разницы.

Вскоре время приблизилось к началу испытаний. Задерживать уважаемых господ я не стал и отправился на улицу, во двор крепости, где обнаружил практически весь свободный от службы личный состав. И маги, и делегаты, и солдатики, и…

— Ну что же, господин Феликс, — заговорил опять Рэйнолд. — Покажите нам эту… Кстати, как называется сиё произведение? — поинтересовался следователь и его поддержали кивками.

Даже Великие Князья на балконе главного здания зашушукались ненадолго, переговариваясь меж собой шёпотом, а потом вновь сконцентрировали внимание на мне, вставшему рядом с агрегатом.

— Это миномёт, правда очень изменённый, — непринуждённо пояснил я, чем вызвал новые переговоры и явные непонимания.

Блин! Тут понятия о минах вообще есть? Да и ладно. Надо продолжать, пока не посыпались вопросы. В чертеже я уже указал уменьшение размера мешочка с порохом в три раза, посему я сунул снаряд и заряд для выстрела. Раздельное заряжание пришлось весьма кстати.

Тут я опрокинул орудие, направив дуло в воздух, чем окончательно озадачил присутствующих. Чтобы не нарушать испытание долгими пояснениями я потянул за верёвку.

Клацнул боёк по капсюлю и…

Ба-а-бах!

Внутри бастиона грянул выстрел, и все уставились в небеса.

Бды-н-н!

Через несколько долгих секунд за стенами прогремел взрыв, и наблюдатели выглянули из-за зубьев бойниц. Пока они проверяли и сопоставляли факт моей стрельбы в небо, я выполнил перезарядку и шарахнул ещё раз. Потом сразу третий.

На этом готовые заряды закончились, и я выдохнул, чувствуя себя гениальным конструктором, своровавшим идею и воплотившим её от своего имени. Но это же мелочи! Если так-то.

После доклада от часовых, прозвучавшего со стен Бастиона, все вновь повернули головы в мою сторону. Я же принял позу невозмутимости и уверенности в себе.

Совершенно неожиданно главы кланов покинули балкон и исчезли в лабиринтах коридоров основной цитадели крепости. И что мне делать?

— Василий, разбирай агрегат и грузи его в сани вместе с проволокой, — озадачил я онемевшего от стрельб в небеса оружейника. — Дам ещё денежку, если всё будет готово через пятнадцать минут, — пришлось выводить его из состояния оцепенения заманчивым предложением скорого обогащения. — На этом всё, господа, — заявил я остальным стоящим. — Череп, как мы уже говорили, я жду от вас дату проведения собрания и позвольте откланяться. Ефим, выезжай как погрузитесь.

Я прошёл к Братану и уселся в седло. Осмотрел бастион и ничего не ёкнуло у меня в душе. Разве что Чукча зашевелился, подыскивая удобное положение. Когда уже успел пролезть? А ладно.

— Ну, Братан, — я нагнулся над головой коня. — Поехали, только не стартуй слишком резво, а не то, свалюсь ещё, да как раз перед всеми…

Глава 8

Обустройство и новые обязанности

Первым делом я ознакомился с крепостным сооружением, Одинокой Башней, находящейся на приличном удалении от Бастиона. Верста, или километр, на вскидку и не придираясь особо. Но она, в смысле башня, относится к общему фортификационному сооружению с крепостью. Да и наличие подземной магистрали с параллельным проходом, утверждают тоже самое.

Мне выделили ключи от всех ярусов и помещений в них. Как оказалось, строение весьма оригинальное у этой башни. Наружная, мощная стена с бойницами по всей протяжённости винтовой лестницы. Есть и внутренняя стена, имеющая площадки перед каждым входом во внутренние пространства ярусов. Можно их и этажами назвать.

Кроме всего прочего, эти входы легко перекрываются мощными дверями, а перемещение между этажами осуществляется уже по внутренним лестницам. В каждом ярусе есть несколько изолированных помещений с бойницами и обязательное отделение с орудийными казематами. Если Сверпами Элеонориными или пушками их укомплектовать, то приступом этого каменного ёжика сложно взять будет.

Ну и намудрили! Хотя, если осаждать такую штуковину всё-же придётся, да ещё при наличии полностью укомплектованного гарнизона внутри, то можно её и вовсе не взять.

Самое удивительное, что кроме нескольких подвальных помещений и самой верхней площадки, являющейся одновременно и крышей, ничего в башне не используется. Дозор занимает позицию для наблюдения на крыше, ограниченной зубцами, и маги сидят, ну максимум ещё на ярус спускаются. Погреться там, или поесть. Да мало-ли какая нужда.

Вот всё остальное, а это шесть ярусов из восьми, я и занял, как ответственный и теперь живущий здесь. Кстати, подвальные ярусы я пока не все сосчитал, а спросить не у кого. Все тут новенькие оказались, да и старенькие, как я понял, совсем не горели желанием по подвалам тем лазить и количество их считать.

В общем, достались мне укреплённые хоромы, почище замков всяких со стенами крепостными. Я и рад! Есть где теперь развернуться, и при этом не особо беспокоиться о любознательных соглядатаях.

После осмотра мы с Калигулой занялись укреплением подступов к башне. Пришлось использовать ночное время, дабы не вводить в замешательство дозорных и не порождать кучу наводящих вопросов от Магов-Вольников, уходящих в рейды. Они считали обязательным остановки в башне делать по пути в лесные массивы, горы или в городки.

А сотворили мы много чего такого, что очень затрудняет подходы к сооружению. Естественно, и ландшафтом вокруг башни воспользовались в полную меру. Ведь её положение просто прелестное.

Средней пологости склон протянулся от гор за Бастионом до самой Башни и далее вниз, к руслу речки Патоквож, вместе с двумя городками. Ну, естественно, что я не считаю несколько холмов и скромных скальных образований по пути.

Зато и Башня стоит на крохотном холмике, наверняка искусственного происхождения. Вокруг небольшой ров, заполняемый водой из источника, типа родникового колодца, и мосток с подъёмным механизмом. Поломанным, конечно-же, или просто от старости пострадавшем. Да и ров давно воды не видал.

Это мы всё починили, а потом воспользовались импровизацией на тему: «Фиг вам, супостаты треклятые, не проскочите!»

Что сделали? Да несколькими кольцами проволочных заграждений опутали Башню, ну и каточек залили. Причём, с классным запасом территориальной площади покрытия. И до рва и после оного.

Правда на утро, в аккурат мосле модернизации высоко-эшелонированной линии обороны, к нам в гости наведался Череп с Рунными Магами. Само происшествие мы не увидели, но вот интенсивный стук в дверь, устроивший мне и работничкам раннюю побудку, оценили по достоинству.

Череп и Маги благополучно поскользнулись, когда заблаговременно спешились перед поднятым мостом, являющимся и дополнительными воротами. Они решили полюбоваться результатом моей деятельности и пройтись немного пешком, не подумав о специальном маршруте. Замутил я фарватер, чтобы не по прямой гости жаловали. Вот они и вляпались в западню.

Вольники, почти всей гурьбой, прокатились на задницах метров пятнадцать, ну и попадали в ров. Обновлённый, расчищенный от камня и снега, и благо без кольев, которыми я планировал утыкать всё его дно. Не успели мы завершить восстановительные работы, и это Черепа с Магами и спасло.

Их вытащили дозорные с превеликим трудом, и ко мне вся толпа их наведалась.

Хвалили громко, иногда с проскакивающей нецензурной бранью, но остались довольны и потом удалились. Череп приезжал известить меня о собрании, правда уже прошедшем.

Тогда мы поговорили, оставшись одни после похвал.

— Ну что, Череп, ты уже закончил ругаться? — я прошёлся к столику и налил себе терпкого кваса.

Взглянул на Александра, пытаясь уловить его настроение по поводу горячительного.

— Плесни мне, чего там у тебя есть? — он привстал, оглядывая приборы на столике. — Во-он, из того графинчика плесни рюмочку, — он обозначил желание. — А-то, после твоих новаторств у меня всё тело ломит, — продолжил он уже более спокойно, а перед этим выплёскивал негодование более откровенно.

— Так что там с собранием? Как прошло общение среди общества благородного? — я протянул ему наполненную рюмку и занял место напротив.

Мы расположились в зальчике, который я выделил для встреч с гостями, выбрав его из четырёх комнат шестого яруса. Чукча с Калигулой обставили его скромно, чтобы при переговорах с визитёрами я не терял деловой настрой. Да и чтобы пришедшие не особо расслаблялись.

Александр принял рюмку с напитком и откинулся на спинку диванчика.

— Я знал, что ты, Феликс, раскритикуешь меня, — он сделал маленький глоток и закинул ногу на ногу.

— Хм-м. Позволь поинтересоваться, Череп, а за что? — я откровенно ухмыльнулся, сам предполагая развитие событий после своего отъезда сюда.

— За сбор без тебя, как инициатора Собрания Общества Благородных Рунных Магов, — пояснил он.

— Хочешь сказать, что до Суда Чести дело не дошло? — я сделал удивление в выражении и хлебнул ещё кваса.

— И да, и нет, — продолжил он, не почувствовав в моём тоне нотку иронии.

— Так, поясни, — я приготовился слушать.

— В общем, — Череп приступил к повествованию подробностей. — Сразу же после твоего представления, когда ты палил в небо и укладывал снаряды в землю неподалёку за крепостной стеною, высокие члены делегации засобирались и отбыли из бастиона в кратчайшие сроки, — он сделал паузу, разглядывая доспехи на стенах, которые мы вытащили из подвала и украсили эту приёмную.

— Предсказуемо, — я кивнул, поддерживая собеседника. — Наверняка с вдумчивыми лицами господа уезжали?

— Именно, — кивнул Череп и ещё отпил из рюмки. — А потом мы уединились в нашем Клубе, для обсуждения твоего воскрешения, — продолжил он. — Не буду я ходить вокруг да около, но в ходе разговора нам пришлось сопоставить некоторые факты, случившиеся сразу после твоего исчезновения, — заинтриговал он меня.

Я изобразил величайший интерес к его рассказу, подумав об убиенной самке Грифонов. Скорее всего, продолжение его повествования, будет как-то связано с этим моментом.

— Почему ты не рассказал мне по возвращению, что избавил долину от того самого, потустороннего, что будоражило зверей и людей? — он продолжил вопросом.

— А у нас, если ты помнишь, времени не было для обсуждений моих злоключений, — парировал я его выпад. — Так что, нечего ворошить недосказанности. Да и невелика заслуга моя, если честно, — я поспешил умерить степень приписываемых мне лавров, хоть и заслуженных. — Да и будь ты чуть повнимательнее, то увидел-бы на моих плечах уже другие лапы, говорящие об изменении статуса, — я перевёл стрелки, пользуясь спешностью прошлого общения, и списав всё на невнимание Александра. — На сим, давай завершим исповедь о моих мытарствах, а продолжим говорить о собрании, — я вернул разговор к предыдущей теме.

Колчак задумался, видимо пытаясь вспомнить подробности нашего короткого разговора и встряхнул головой, сочтя мои доводы верными.

— Хорошо, — согласился он со мной. — Обсудили мы, значит, эти факты изменения ситуации в долине, и пришли к таким же выводам, которые ты сейчас мне озвучил. А собрание началось спонтанно, как только в Клуб Магов пришёл Разумовский, — Череп нахмурился, явно припоминая что-то и допил залпом содержимое рюмки. — Капитан-Поручик, — добавил он и подставил мне пустую посуду.

Я понял его намёк и налил ещё порцию креплёного. Подал ему что-то из вяленого для закуски, а себе долил квасу. Никаких реплик я не подал, намекая на своё внимание к его рассказу.

— А дальше всё прошло хорошо, — поручик встал и прошёлся к доспеху.

Не удержался и поскрёб пальцем нагрудник древнего воина, невесть как сохранившийся в здешних подвалах, которые, кстати, мне ещё нужно исследовать.

— Приняли мы во внимание всё то, из содеянного, что не достойно звания дворянина и командира Вольнонаёмных магов, — продолжил Колчак. — Мы даже стрельбу его вспомнили, это в тот самый раз, когда Разумовский тебе в спину стрелял, — обрадовал он меня, так как я сам планировал вызвать Капитана-Поручика на дуэль, без свидетелей. — В результате дебатов, и после вскрытия ещё нескольких фактов, н-да… — тут он как-то замешкался. — Рэйнолд Аперкилд, а как выяснилось, он Старший Следователь из Внутренней Безопасности Верховного Протектората Магии Рун Руссии. Вот ты, Феликс, знал об этом? — он адресовал мне вопрос, резко обернувшись, и перестав изучать нагрудник.

Я вытащил амулет и потряс им в воздухе.

— Знал ли я? — я убрал артефакт, сопровождаемый испытующим взглядом. — А откуда тогда у меня новое звание и амулет с грамотой? — переспросил я об очевидном, а сам обратил внимание на мимику Александра.

Колчак сделался крайне подозрительным и тень недовольства проскочила в его выражении. Губы вытянулись в струнку, и зародились признаки презрительной усмешки.

— Александр, присядь, успокойся пожалуйста, — произнёс я тоном спокойствия и указал на диванчик. — Я узнал о его нахождении в бастионе ровно за час до тебя, и ни с кем не общался, если ты припомнишь! — развеял я его подозрения в малодушии относительно себя, и в сокрытии важной информации. — Может, Александр, ты, всё-таки, продолжишь рассказывать, чем дело с Собранием завершилось?

Колчак сменил подозрительность на удовлетворение и сел на своё место, вняв моему объяснению.

— К-х, к-хм, — мой собеседник прокашлялся, прежде чем заговорил вновь. — Да, Фелис, извини, что заподозрил тебя в нехорошем, — Колчак извинился, что я отметил правильным в такой накалившейся ситуации с взаимными претензиями. — Я к чему про следователя завёл разговор? — спросил он как-бы себя. — А вот предоставил он документы, посетив клуб на пару минут, — Колчак пояснил. — Извинился, конечно, за то, что вторгся в Собрание, но оно того стоило. И получили мы знатные бумаги, обличающие обоих капитанов в сговоре, хищениях и спекуляциях с артефактами, — не удивил он меня.

— Предсказуемо, Череп, — я кивнул. — Всё предсказуемо, но я одного не пойму, как ты не увидел этого? — задал я провокационный вопрос. — Ну это не суть, ведь у тебя почти не было достаточного количества времени, — я резко смягчил свой напор на поручика. — Надеюсь, что кара в тех бумагах уже была отражена?

— Да, — обрадовался собеседник моему нежеланию копаться в делах и заботах его самого. — Их разжаловали до подпоручиков и увезли, точнее, следователь забрал их с собой, — прозвучало из его уст ожидаемое мной заключение этой истории.

— Стало быть, Александр, — я улыбнулся и протянул ему руку. — Вас, поручик, можно поздравить с повышением?

— Хе-х! И с заботами, — он усмехнулся, пожимая мою ладонь. — И с заботами, Феликс. Назначили меня исполняющим обязанности сразу по двум направлениям, — он расслабленно откинулся на спинку. — Быть начальником, временным, у военного контингента крепости, и одновременно Вольными Магами командовать, — не подвёл он меня в очередной раз с ожидаемыми результатами. — И вот я у тебя, так сказать, в новой ипостаси, — он как-то резко перешёл на деловой тон, ставшим уже дружеским в нашей беседе.

Я озадачился и выразительно вперил взгляд на поручика, готовясь услышать что-то важное, касающееся своей персоны.

— Не томите уже, Александр! — не выдержал я взаимной игры в гляделки. — Что там, ко мне у тебя?

— Есть кое-что, службы касающееся, — он самолично разлил нам обоим крепчайшего и подал мне рюмку.

Я не стал сопротивляться, раз поручик настаивает, и мы выпили, закусив солониной.

— Раз тут так всё завертелось, — он обвёл вокруг рукой, имея ввиду всю башню. — Принял я решение по автономии этого сооружения, — сделал он заявление и выразительно глянул на меня, оценивая произведённое от сказанного впечатление.

Я же пока не понял в чёт тут прикол.

— И что? — задал я вполне естественный вопрос.

— Ты возглавишь командование над всеми и всем, что с этим укреплением связано, — приступил он к очередной серии пояснений.

— Но у меня тут нет никого, кроме денщика, — продолжил я удивляться. — Ефим? Так он и так под моим командованием, — я пожал плечами логически рассуждая. — Дозорные? Так они меняются, прибывая из гарнизона Бастиона.

— Свободные Охотники, из Магов-Вольников, изъявили желание тут обосноваться, — огорошил он меня, разбив надежду на уединение.

— Александр, позволь поинтересоваться, а их много? — меня очень озаботила численность таких рейдеров.

— Нет, не так чтобы очень, — отмахнулся поручик. — Ну максимум пяток их и будет, — прозвучала хоть какая-то цифра.

— А как так сложилось, что ты неуверен в количестве одиноких охотников? — я задал правильный вопрос.

— Да всё по той самой причине, что их численность должна вот-вот измениться, — заявил Колчак.

— Очень интересно! — я налил ещё рюмку. — Прямо — блуждающая группа какая-то, как по составу, так и по профилю службы!

— Дело в том, — Череп не обратил внимания на мой сарказм и продолжил договаривать начатое. — Всё дело в собрании, которое началось с моим отбытием сюда. Там, — он махнул себе за спину рукой, намекая на стены Бастиона. — Там сейчас Вольнонаёмные Маги решают, кто будет служить тут, под твоим началом.

— Обязанности мои какие? — перебил я его.

— Чётко отслеживать количество артефактов, добытое магами-одиночками, — он задумался, потеребив подбородок. — Не исключены и совместные рейды, если ты сочтёшь нужным усиление. Да и потерь так будет меньше. Ну и порядок во всём тут поддерживать, — Череп подвёл предварительный итог. — Кстати, тебе нужно выйти в рейд, — озадачил он меня, не успевшего свыкнуться с мыслью о скором прибавлении в численности живущих и служащих тут.

— И за каким таким… — тут я осёкся, вспомнив малюсенькую детальку о том, что я же на службе армейской нахожусь, хоть и с большими полномочиями Статского Советника, принадлежащего к крутому подразделению из Внутренней Безопасности Верховного Протектората Магии Рун Руссии.

— Пройдёшь по маршруту, — Александр не обратил внимания на мою реплику, с одновременным погружением в трудные думы. — Присмотришься к местному населению, проживающему в городках по обоим берегам речки. Контакты наладишь, — перечислил он кратенькие выдержки из моих новых задач. — Тебе ещё предстоит заниматься отслеживанием нелегальных скупок артефактов, — напомнил он мне именно то, на что намекал Рэйнолд Аперкилд в своём письме, и в разговоре нашем эту тему мельком затронуть хотел, но ограничился лишь намёками.

— А если мы всех охотников знаем, то почему нелегальные скупщики живут и процветают? — я отразил в словах свою мысль, имеющую право быть.

— А кто тебе сказал, что в городках этих магов нету? — парировал мою правомерную выкладку Александр. — Есть они там, как и везде. Взять, например тот же Ставрополь, что на Волге, — продолжил он аргументировать сказанное. — Там тоже много тех, кого не призвали в армию, но и оружие не отняли. Иди себе в горы и леса, да и бейся там насмерть с исчадиями. Ну а куда нести артефакты? В нелегальную скупку или в другую-какую…

— Понятно, — я кивнул, всё ещё пребывая в раздумьях. — Получается, что в городках этих есть и наши, в смысле, армейские пункты по скупке? — я незаметно сам пришёл к такому выводу, а Колчак закивал и улыбнулся.

— Дошло наконец-то, — снисходительно добавил он.

Н-да… Ну а потом мы ещё поговорили о всяких делах. Он рассказал, что пушки модернизировать приказал. В миномёты. Но не все, а половину от тех, что являются годными к модернизации. Да там поломанных достаточно, в Бастионе, так что те, что прямой наводкой бьют, все оставили в казематах башенных.

Вот я и лежу сейчас, вспоминаю всё это после своего пробуждения. Ох как подниматься не хочется. А ведь у меня сегодня почин наметился, связанный с одиночным выходом в Рейд.

Что он принесёт, да и каким макаром всё пройдёт в тех городках? А в горах и лесу? Даже представить себе не хочу…

— Феликс, княже, — раздался голос моего денщика, вместе с его появлением в спаленке. — Мы немного доработали, точнее, ваши друзья поработали и доделали комнаты личных апартаментов. Да и вставать уж давненько пора, — добавил Ефим, открыв створку ставен. — Кабинет ваш рабочий обставили. Ну и… — тут он слегка стушевался. — Ждём тебя, Феликс, для завтрака. Правда боюсь я, княже, что с макаронами ентовыми, дык мы что-то не то намудрили…

Глава 9

Лёгкая подготовка к опасному рейду. Ох, и м-да-а…

Я с неохотой поднялся с кровати и прошёл в специальный закуток, отгороженный от помещения спаленки чем-то по-типу ширмы. Правда, нормальной такой ширмы, и с отличной шумоизоляцией. Тут мои магические помощники, Чукча с Калигулой, забацали мини-санузел.

Приняв контрастный душ, оперируя температурой воды от горячей до холодной, я окончательно прогнал свою сонливость и пришёл в норму.

Быстро одевшись, я глянул в зеркало, где моё отражение, которое по-своему обыкновению живёт отдельной от своего хозяина жизнью, показало мне оттопыренный вверх большой палец. Мол, всё отлично.

— Ничего, Фликс, прорвёмся! Подумаешь, какой-то там рейд? Мы уже были с тобой в сопровождении обоза артефактов, и ничего! Норм! — заявил я сам себе с той самой уверенностью, присущей истинному оптимисту.

Отражение кивнуло мне в ответ, тем самым выразив полную солидарность с прозвучавшим заявлением, и ушло за края зеркального полотна. Кстати, выполнено полотно совсем не из стекла, а из полированного металла. Из серебра, если быть абсолютно точным.

Этакое конструктивное изменение Чукча мотивировал правилами техники безопасности, которые сам же и придумал. При этом, усатый узурпатор руководствовался несносным и шкодливым поведением крылатого бесёнка, грифончика с обликом мифического зверя и выразительной мордашкой хитрющего сорванца. Или котёнка, или птенца… Да без разницы.

Спорить с рыжим я не стал. Да и серебра у меня много, что выяснилось после инспектирования личных запасов. Всего достаточно. Золото, серебро, безделушки для девушек, которые обязательно нужно хранить в музейных запасниках, при строжайшей охране и соблюдении беспрецедентных правил режима безопасности. Ну… Это если в мой мир их перенести.

Открыв дверь, я машинально сцапал тушку зайца, пролетавшую мимо меня в открытые ставни бойницы. Нормально так, утро начинается у личного состава!

Не успел я как следует удивиться и подать соответствующую реплику возмущения, потому что стал свидетелем диалога моих подопечных. Магических, конечно же…

— Команда же звучала, «апорт», аднака, — выразился Чукча тоном преподавателя, недовольного своим учеником в крайней степени. — Вот моя, в который раз убеждается в бесполезности твойной.

— А вот сейчас я не понял, что это было, — пробормотал я, вытянув руку и смерив пойманную тушку глазами.

Затем, я отыскал Чукчу на краю бойницы, где и застал его выразительно смотрящим куда-то вниз, к подножию башни. Вселенская досада в настроении Рыжего заставила меня подойти и взглянуть туда же.

В это же время мелкий крылатый лихо переместился ко мне на плечо, искренне радуясь моему появлению с демонстрацией отличной реакции в поимке летящей тушки зайчатины. Грифон клацнул маленькой пастью, стараясь перехватить добычу, но я вновь оказался проворнее и вовремя убрал зайца, чем опечалил птенца.

— Чукча, блин! Вы чем тут занимаетесь? — задал я назревший вопрос и высунулся из бойницы.

Я без особого труда отметил, что внизу, у самого края рва, уже валяются парочка зайчиков. А усатый отвлёкся от разглядывания окрестностей башни, и встал в позу, подбоченившись сразу двумя парами рук.

— Хозяина, — начал он. — Моя подумала, что без воспитания этого, э-м, — деспот покосился на грифона. — Без воспитания и дрессировки, плохой он получится, аднака!

— У-гу, — я медленно кивнул. — Непослушный, — поправил я Рыжего.

— Да, аднака, — Чукча поспешно согласился с моим уточнением.

Я ещё раз глянул на обоих, на этот раз взглядом строгого отца.

— Вот что, Рыжий, — заговорил я, стараясь вложить в интонацию больше убедительности. — Послушай меня. Ты на улицу смотрел? — задал я вопрос с намёком.

— Смотрела моя, аднака, — подтвердил Рыжий очевидное, кивнув усами.

— И что ты там увидал? — я продолжил серию наводящих вопросов.

Чукча ещё раз высунулся из бойницы и прищурившись осмотрел окружающее пространство вплоть до горизонта. Скривился и пожал плечами.

— Бескрайние просторы Захребетья! — заявил мелкий, а грифончик сел поудобнее, не сводя голодного взгляда от зайчика.

— Правильно! — согласился я. — Однако, вот самое главное ты не узрел, бестолочь магическая, — продолжил я тоном наставника, открывающего глаза нерадивому слушателю своих лекций. — На улице светло! — поставил я акцент и вперил взгляд в таракана.

Чукча нахмурился и зашевелил губами, мысленно проговаривая услышанное от меня откровение и поглядывая то на грифона, то на заснеженный ландшафт вокруг башни.

— Я помогу с выводами, — заговорил я, так как мне надоели его потуги с решением задачки. — Вот он, — я потеребил пальцем грудку птенца. — Он, в отличии от тебя, прекрасно осознаёт, что вылетать наружу в светлое время не рекомендуется! Это ведь небесный страж, как-никак, а не какая-то там курица домашняя. Ты представляешь себе, какой переполох будет, если с башни заметят порхающего грифона, гоняющегося по небу за зайцами? — я приподнял бровь, глядя на начавшего прозревать таракашку. — Это риторика, Чукча. Можешь не отвечать, — махнул я рукой и подкинул тушку в воздух.

Птенец лихо подхватил добычу и уселся с ней на спинку стула, прямо за накрытым завтраком столом. Птеро-зверь, вышедший из мифов и легенд, довольно заурчал и принялся лихо отхватывать приличные куски мяса вместе со шкуркой.

— Моя не подумал, аднака, — заявил Рыжий сокрушённо. — Наша будет тренироваться ночью, — поправился мелкий, чем вызвал недовольство у грифона.

— Так! — мне надоел этот утренний диалог. — Всё на этом! А где Ефим с макаронами? — я наконец-то занялся осмотром помещения и моё удивление затмило все остальные эмоции.

Я увидел часы. Те самые, которые висели и стояли у Артура в антикварной лавке. И не одни, а в паре. Словно неразлучные попугайчики.

Но сказать ничего не успел, а лишь вытянул руку по направлению к знаменитым вещицам, когда в зал для трапез вошёл мой денщик. Ефим печально смотрел в чугунный горшок, при этом брезгливо морщась.

— С пробуждением, княже, — поклонился денщик. — Так объясни же, Феликс, как готовить-то этакую замысловатую пищу? — он намекнул на неудачу в готовке самой простой еды.

— Подойди-ка, — я призывно махнул денщику.

Он выполнил просьбу и подойдя открыл крышку чугунка, где я сразу обнаружил братскую могилу или нет… Не так. Я отметил какой-то клейстер с комками, выглядевший не то, чтобы неаппетитно, но и просто-таки отвратительно.

Мне пришлось спешно захлопнуть крышку, скривив губы и чуть не сплюнув.

— Запоминай, — я отодвинул посудину подальше от себя. — Кипятишь много воды, затем кидаешь немного макарон, а потом ещё кипятишь минут пятнадцать, помешивая. Но перед этим делаешь поджарку из мяса на… — тут я начал припоминать о наличии сковородок. — В другом чугунке жаришь мясо, или фарш. А после сливаешь воду из макарон и высыпаешь в поджарку. Ещё минут десять обжариваешь и всё готово. Соль и всё прочее — по вкусу! — завершил я краткий инструктаж.

Ефим почесал затылок, подкрутил ус и выразил понимание. Рецептура его заинтересовала, и денщик направился к выходу, держа чугунок с кулинарной ошибкой почти на вытянутых руках.

— Кстати, княже, — подал он реплику проходя мимо камина, на полке которого стояли часики на морскую тематику с наглухо захлопнутыми раковинами. — И часы твои, любимые вот! Правда одни сломаны. Без кукушки и не тикают, но время показывают иногда, — он призадумался. — В аккурат два раза на сутки, — добавил денщик и вышел.

Я же вспомнил, что персонажи из магической вещи не выходят в присутствии незнакомцев. Да и холодно девушкам-рыбкам на просторах бескрайнего Захребетья. Может им фуфайки пошить? Или пуховики сделать?

Я осмотрел преобразившийся зал и заметил ещё один подарок от Артура. Это вторые часы с кузнецами, которых тоже не видно. Зачем антиквар прислал их, ведь эти двое с молотками и в фартуках являются хранителями времени… Зная Артура я делаю вывод — он ничего просто так не делает и все эти предметы чем-то важны в моей новой жизни. Знать бы чем!

Но всё в моём нынешнем окружении уже радует глаз. Наверное, мой денщик потихоньку разбирает подарки, присланные из Ставрополя на Волге, и располагает их на новом месте моего постоя. Ну да ладно.

Полка с идолом призрачной фурии уже обрела своё законное место в самом красивом уголке зала. Она ухожена и вновь радует таракана принесёнными жертвами в виде незамысловатой снеди.

Сев за стол во главе длинного стола я приготовил себе обычный бутер из хлеба и куска копчёного мяса. Налил кваса и заморил червячка, посматривая на языки пламени в камине, обвивающие потрескивающие дрова.

Идиллия — одним выражением. За проёмом бойницы бескрайние просторы сложного ландшафта и снега. Тут же тепло, уже не сыро и пахнет уютом. Скоро выходить, а так не охота. Но служба Мага-Вольника Захребетья диктует свой распорядок в жизни.

Неожиданно время замерло, заставив меня прислушаться к своим ощущениям. Повеяло свежестью и я обернулся…

Призрачная фурия по своему обыкновению появилась весьма неожиданно. Зелёная девица занята своей внешностью и сейчас расчёсывает длинные волосы. Я вдруг подумал, а она вообще что-нибудь делает кроме ухода за собой?

— Приветствую тебя, Феликс, — она отвлеклась и посмотрела на своё отражение в изящном зеркальце, сделанным из какой-то белой кости. — Я на минуточку, — прозвучало ожидаемое предупреждение о её вечной занятости.

— Ага, приветствую, — я поклонился и покосился на идола.

Зелёная повернула голову в том же направлении и улыбнулась, чем меня успокоила. Мало-ли, начнёт ещё изливать возмущение на мою головушку.

— Хорошенький, — она неожиданно потеребила шерсть грифона. — А секрет его тебе рассказали? — она задала вопрос с хитрым выражением.

— Что-то там про скипетр и державу Души Владыки Захребетья говорили, — не стал я делать тайну. — Демонесса Алайси, — я посчитал необходимым пояснить об источнике информации.

— Ах, — она выразительно хлопнула ресницами и всплеснула рукой с гребешком. — Эта может, — добавила фурия снисходительно. — Но Алайси ничего не сказала о редком даре такого зверя, — прозвучали нотки утверждения. — Ты вот что, Феликс, — она перестала играться с птенцом и сосредоточилась на мне.

Прежде чем ответить и подтвердить об отсутствии знаний о редких дарах мифологического создания, я попытался сам догадаться, о чём пойдёт речь но не смог.

— Ничего! — заявил я и приготовился внимать важнейшую информацию.

— Ты вот что, Феликс, попробуй дать ему какой-нибудь свежедобытый артефакт, — предложила призрачная девушка и вновь занялась своими волосами. — И кстати, когда пойдёшь в одиночный дозор, то захвати с собой шкуру многоликого Демона-Снеговика, — она резко сменила тему. — Ну вот, мне снова пора. Ты обязательно наведайся в городок по ту сторону речки, — добавила тающая в воздухе девушка и совсем исчезла.

Я даже поблагодарить её не успел за советы, и лишь отметил возвращение времени к своему привычному течению.

— Чукча! — призвал я Рыжего.

— Моя слушает хозяину со всем положенным вниманием, аднака! — мелкий застыл по стойке смирно.

— Ты вот что, когда я отправляться в рейд буду, — начал я задумавшись и осматривая некоторые из подарков, уже распакованных и дожидавшихся меня. — Ты не забудь захватить шкурку Демона-Снеговика многоликую, и напомни мне про несколько образцов прицелов, и про пару комплектов пуховиков, — озадачил я таракашку.

Чукча скис и осмотрел себя, готовясь расплакаться.

— Тьфу ты! Прости, — я понял его отчаяние правильно. — У тебя маловато карманов, но ты же магическое создание, уж как-нибудь придумай решение этакой задачи. Калигулу попроси забацать тебе вместительный мешочек. Он же как-то носит свои инструменты с секирами и… — тут я вспомнил его недавнее преображение во владениях дома удовольствий. — Разберётесь короче.

— Начальника, наша постарается! — Чукча обрадовался такому решению вопроса. — Аднака, хозяина, нашему пташке пора прятаться, — огорошил он меня.

— Почему? — я задал естественный вопрос.

— Ефим идёт из кухонного зала с гостями! — предупредил Рыжий и они резко исчезли, вместе с грифоном.

Хм… А ещё прикидывается, что парочку вещей захватить не в состоянии. Мелкий обманщик. Вон, как лихо спрятал щеночка.

Не успел я продолжить удивляться расторопности своего фамильяра, как дверь открылась и в гостевой зал вошли Ефим с Родионом Кутузовым и Петром Романовым. Тут я вдруг подумал о сходстве фамилии князя с одной известной личностью из своего мира. Может только сходство, а может…

— Феликс, доброго утра и я не понимаю, почему ты не берёшь нас с собою в рейд! — сходу заявил Кутузов, а Пётр кивнул поддерживая его.

Я же подумал о том важном уточнении, прозвучавшем от Александра Колчака, о необходимости одиночного выдвижения. Да и Фурия с лавками намёт такой сделала…

— В другой раз, — ответил я, стараясь вложить в интонацию нотку извинения. — Такова поставленная задача поручиком Черепом, — продолжил я пояснять, указав на стулья у стола. — Присаживайтесь, позавтракаем вместе.

Оба новых товарища и друга оставили недовольство при себе и воспользовались приглашением. Ну и начали манерничать, взяв по расшитой салфетке и заправив их за свои воротнички.

Ну никак я не перестану удивляться такой вот их привычке, встречающейся повсеместно среди аристократов. С пелёнок их заставляют так делать, что-ли. Или у них в крове всё это?

— Княже, Феликс? — обратился ко мне Ефим, начав обходить стол. — Как называется сие произведение? — он заглянул в чугунок, что источает приятные ароматы.

— Макароны по фло… — я вдруг осёкся, думая о неуместности очевидного названия блюда в здешних реалиях, а друзья воззрились на меня в ожидании окончания ответа.

— Просто макароны по-всякому, — я поспешно завершил предложение, отыскав на столе серебряную розетку с томатной пастой собственного производства. — Если добавить вот это ингредиент, то получится очень недурно.

Ефим разложил всем по тарелкам макароны по-флотски, правда с отличием в рецептуре. Вместо привычного фарша тут наблюдается мелко нарубленные кусочки мясной поджарки. Я самолично добавил пару ложек пасты в свою порцию и тщательно всё перемешал. Мои действия моментально скопировали.

— Ефим, ты куда? — я остановил денщика, желавшего выйти.

— Дык, княже, — он пожал плечами, не понимая причины своей остановке. — Пойду, — он кивнул за дверь. — Братана вашего подготовлю в дорогу.

— Ты хоть ел? — я перешёл к конкретике в вопросе.

Денщик неуверенно пробормотал что-то себе в усы.

— Ясно, — я кивнул сам себе, подтверждая правильность умственного заключения. — Господа? — я перевёл обращение к графу с князем. — Я понимаю, что нарушу некоторые правила, но ничего с собой поделать не могу. Вы не будете возражать, если старый солдат присядет за один стол с нами и позавтракает?

Вопрос я задал таким макаром, что ответ «нет, возражаем» будет сочтён мной как невозможный. Однако господа аристократы замотали головами, и потом закивали.

— Мы уже наслышаны о вас, великий князь, — заговорил Пётр Романов. — Не вижу ничего такого, что поставит под сомнение вашу знаменитую династию, или как-то скомпроментирует вашу персону. У вас свои правила общения… Посему, в знак нашего уважения, мы даём согласие на совместную трапезу, — завершил он, а Ефим чуть не выронил чугунок от услышанного.

— Вот и прекрасно, кстати, где вы ходили, в свободной охоте? — не стал я заострять дальнейшее внимание господ и перевёл разговор в другое русло.

— Да тут недалече, до ущелья и немного вглубь леса, — пояснил Родион, прислушиваясь к своим ощущением от первой пробы снятой с блюда из макарон. — Ничего такого, кроме пары шатунов, уже мёртвых.

— Быстро с ними разделались, да и по паре черепов принесли, — добавил Пётр.

— Когти ещё, — добавил Кутузов. — Да так себе, слишком уж мелковатый улов получился. Нужно за речку.

— Это мы оформим, но после того, как я схожу в разведочку, — обрадовал я двух господ. — А теперь, давайте позавтракаем не отвлекаясь, — завершил я беседы и попробовал своего детища, отмечая полнейшую удачу как производственника продуктов питания.

Вкусно вышло и почти без отличия с пищей в своём мире. А может я просто заскучал по ней? Возможно и такое.

Поел первым Ефим, который торопился от своего смущения обществу благородных вельмож. Я его понимаю, так как сам прекрасно помню свою реакцию на чаепитие в загородном поместье в усадьбе у Демидовых.

Закончив завтрак, я распрощался с молодыми господами и облачился в новенький костюм боевика, пошитым для зимнего времени моими подданными в Ставрополе. Всё предусмотрено и удобно. Тактические кобуры на бедре и груди, наколенники, налокотники.

Всё я закрепил и перевесил статусные погоны Мага-Вольника, сделанные из лап мамаши грифончика. Отметил теплоту стёганых пуховых вещей, снаружи которых ткань грубая и прочная. Про накидку из шкур не забыл, кстати с продублированными погонами.

Проверил оружие, разместил рунную шпагу за спиной, так как сбоку на перевязи мне не удобно. Пополнил боезапас и проинспектировал выполнение дополнительных поручений по сборам, данным Чукче.

А уже через каких-то полчаса я покинул ворота и пересёк откидной мост Одинокой Башни, имея с собой двух попутчиков за пазухой. Которые, кстати, совсем мне не мешают.

Избрав направление на реку, я выдвинулся в свой первый одиночный рейд, думая о том, что же там впереди меня ожидает…

Глава 10

Рейд. Как много в этом слове…

Отдалившись от башни на некоторое расстояние, я почувствовал, что запросто могу заблудиться в здешних местах. Оно и немудрено, ведь рельеф местности только на первый взгляд кажется равномерным.

А вот реалии оказываются совершенно иными, когда сам управляешь своим движением, вместо проводника. Всё чаще местность преображается и попадаются бесчисленные овражки, холмики с ложбинками, поросшими мелколесьем вперемешку с мощными, старыми деревьями.

— Чукча, а Чукча? — призвал я фамильяра, выбрав помощь друга в такой сложной ситуации с ориентацией на местности.

— Моя тута, начальника! — отозвался Рыжий пройдоха, причём в голос и не из-за пазухи, как я ожидал.

Я посмотрел туда, откуда раздался ответ и обнаружил таракашку расположившимся между ушей Братана и смотрящим вперёд.

Внешность мелкого изменилась, а вернее если говорить, то сменилась его скудное облачение. К шарфику прибавился прикольный рюкзачок, наверняка творение Калигулы. А лямки магического изделия проходят сразу по двум парам плеч Рыжего.

Так оно и понятно, ведь конечностей у деспота всяко побольше, чем у человека. Тех самых, которые можно использовать в качестве рук.

Пока я разглядывал эти внешние изменения, Чукча обернулся, обеспокоившись из-за задержки продолжения моего обращения к себе после своего отзыва.

— Хозяина, что-то с твоей настроенией плохо совсем, — заявил мелкий, осмотрев меня очень внимательно. — Э-э-э… Может этот, ну… — он замялся. — Тот, что в запазухе сидит, тама напрудил? — усатый просто ошарашил меня таким предположением.

— Дурак совсем? — я возмутился прямо. — Он зверо-дактель воспитанный! Я вот про что, — пришлось немного поёрзать в седле, чтобы поправиться, почувствовав, как крылатое чудо зашевелилось под одеждой. — Ты тот навигатор, что в камне заточённый, с собой взял?

— Это подарок Тимохинского, что ли? — уточнил усатый, морща лоб и напрягая память.

— Да, именно его, — я поспешил подтвердить правильность его версии, чтобы он не ломал голову. — От Тимофея презент.

— Эм-м, аднака счас, — Чукча принялся скрупулёзно рыться в своём рюкзачке. — Вот, — обрадовался фамильяр. — Есть малахит. Аднака, очень красивай, и чудно украшенный нитями линий, наверняка олицетворяющих участки любого пути, — он показал мне выуженный из закромов артефакт.

Я автоматически отметил, что размер вещицы не становится большим, как в моих руках или в руках любого другого человека, а продолжает оставаться малым. Таракашка легко с ним справляется и без особых усилий держит в своих лапках.

— Ты с Братаном, вообще, как? — задал я следующий вопрос.

Чукча, долго не думая обернулся и нагнулся к морде боевого коня, по-видимому, для того чтобы заглянуть ему в глаза. Конь фыркнул и тряхнул гривой.

— В какой-этакой смысле, аднака? — рыжий вновь обернулся, и взглянул на меня с подозрительным прищуром.

— Э-мм… В смысле, вы ладите? — пояснил я суть прозвучавшего вопроса.

— Моя с ним свойская, аднака! — с гордостью отчеканил усатый. — А вот с малышнёю твойной… М-мм… — рыжий покосился на мою грудь. — Моя не очень с крылатым, покамест, — доложил он о своих отношениях с питомцами.

— Короче, — я поднял ладонь завершая дискуссию. — Я представлю конечную точку маршрута, а ты уж постарайся привести туда Братана. Договорились?

— Угу, — Чукча кивнул и поправил шарфик.

— Вот и славненько, — подвёл я итог переговоров.

После этого я проделал то, что и раньше проделывал, когда активизировал этот артефакт.

Представил себе городок, что видел на той стороне речки Патоквож, камень ожил и указал нужный маршрут. Я моментально успокоился и перестал надоедать Братану подёргиванием повода. Ведь, положа руку на сердце, пока-что из меня никудышный наездник.

Конь обрадовался такой перемене, и мы ускорились. Но только до такой степени, чтобы я не вывалился из седла своего боевого коня, и наш одиночный рейд продолжился.

Пару часов я провёл в полном молчании, вспоминая прошедшие дни. Ландшафт изменился, и мы уже перешли реку, покрытую льдом. Пару раз пришлось напрячься и покрыться холодным потом, так как лёд под Братаном неприятно хрустнул. Однако всё обошлось и купание в холодной воде не состоялось.

Ещё в паре мест, сразу после ледяной переправы через Патоквож, мы забредали на лёд небольших озёр. В аккурат при огибании нескольких скальных образований. Вывод я сделал правильный и теперь очень осторожно отношусь ко всем мало-мальски ровным местам рельефа. Особенно в низинках.

— Кстати, Чукча, — я отвлёк вперёд смотрящего таракашку.

— Да, хозяина! — он резво отозвался, но продолжил занятие по мониторингу пути впереди.

— Я вот совсем упустил из виду, — продолжил я наморщив память. — Скажи-ка, будь ласков, а ты не в курсе часом, что там с дамами, ну-у… с теми, что ко мне в келью наведались перед всеобщим кипешом?

— Твоя спрашивает про мадамов Роксанскую и Марфскую? — прозвучало уточнение из уст усатого.

— Про Шуйскую, Демидову, Врангель и длиннокосую Серафиму, графиню Саровскую, — пришлось снова поправить деспота.

Таракашка задумался на мгновение, а я отметил, как мелкий шевелит усами, явно сосредотачиваясь и копаясь в своей памяти.

— Чего молчишь? — я поторопил Рыжего.

— Дык, начальника, — он не стал медлить с ответом. — Моя просто всё скажет, — он повернулся и проконтролировал меня. — Отпрыскные княжны, что с папами прибыли, так тойные сразу с ними и убыли. М-мм… Сразу после твойной стрельбы в небо из паломатой пушки. А те, ну остальные две барыни, — Рыжий уточнил и вновь развернулся лицом вперёд. — Тойные в крепости покамест оставалися. А счас моя не уверенная, аднака. Их Голицын Огромный Кня…

— Великий, — я поправил мелкого.

— Да, аднака, — кивнул Чукча. — Великай Князь их зазывал к себе в клан, — завершил он краткий отчёт по заданной теме.

— Ну хорошо, коли так всё и есть, — я немного успокоился.

Мне понравилась та часть информации, где девчата разбежались и не будут составлять мне компанию. Хотя, я совершенно не уверен насчёт маленькой княгини Врангель и длиннокосой графини Саровской. Эти барышни могли и воспротивиться Великому Князю Голицыну.

Однако, я более не стал заострять внимание на делах житейских ввиду того, что мы приблизились к крайним постройкам нужного мне городка. Первая цель рейда достигнута, но вот зарождающиеся сумерки вносят изменения в моё расписание.

Дело в том, что я не смогу двинуться в лес, или в ущелья. Темнота не позволит этого сделать. Да и пешим придётся отправляться, ведь ноги Братана мне ещё понадобятся. Стало быть, мне придётся решить проблему постоя своего боевого коника, ну свой ночлег организовать до утра.

Въехав на территорию городка, я сразу отметил схожесть его архитектуры с тем поселением, где я был в первый раз, когда мы выдвинулись по тревоге с Черепом и остальными Вольниками. Те же самые деревянные срубы из чёрного дерева. Мощные ставни, ворота.

Однако, я отчётливо вижу и кардинальное отличие, заключающееся в людях. Точнее, в их поведении. Такое ощущение, что они тут менее пугливые до чужаков. Одна надпись меня поразила своей простотой и замысловатым намёком ко всем, кто в гости в город наведывается. «Тут вам не рады». Лаконично и до невероятного понятно.

— Уважаемый? — я привлёк внимание к своей персоне какого-то горожанина, неспешно едущего в санях, гружённых деревяшками и сеном.

Он посмотрел на меня, вскинув бровь, и поправил пушистую шапку рукой, облачённой в меховую рукавицу.

— Вы это ко мне, господин? — переспросил дядя, отвечая мне взаимной культурностью в общении.

Чтобы продолжить разговор Братану пришлось поравняться с санями, которые не остановились, а продолжили неспешное движение.

Мой конь повернул свою лохматую морду, и я увидел, как его разукрасил иней, появившийся при дыхании животного. М-да уж! Он ещё страшнее стал, благо я уже привык к его облику.

— Хороший у вас конь, господин, — подметил горожанин, окинув взглядом Братана от копыт до самых ушей. — Добрая порода, редкая.

— Насчёт доброты, уважаемый, э-мм, я бы поостерегся с утверждением, а вот с редкостью его породы, так я полностью согласен, — я поддержал диалог на отвлечённую тему.

— Итак, господин, чему обязан быть удостоенным вниманием столь сильного мага? — прозвучал вопрос с завуалированным комплиментом.

Вероятно, мои редкие погоны произвели правильное впечатление на местного жителя.

— Как в этом городе обстоят дела с постоем? — приступил я устранять информационный голод. — Да ещё и с конным двором, где провизия хорошая для животных, — уточнил я немаловажную деталь.

Горожанин почесал лоб рукоятью свёрнутого кнута и наморщил лоб, работая над ответом. Он пожал плечами, посмотрел на меня и коня ещё раз, и кивнул, прежде чем начать отвечать.

— А ты не буйный, господин? — задал дядя встречный вопрос с прищуром.

— Не могу гарантировать безответность в действиях, если это как-то затронет мою честь, — я ответил как можно честнее. — Если первым никто не полезет, то нет причин до беспокойства насчёт моего поведения, — добавил я более простое объяснение насчёт себя.

— А сколь господин платит? — вновь прозвучал вопрос от местного, на сей раз с хитринкой в интонации и мимике.

От же, пройдоха. Уже и платёжеспособность прощупывает. Ну и нравы!

— Ты, уважаемый, обскажи мне, пожалуйста, сколько нужно, а там я посмотрю, чем располагаю, — пришлось снова играть в его игру с перебрасыванием вопросов друг-другу. — Такой ответ для вас нормальный?

— Х-м-м? — он задумался и опять смерил нас с Братаном изучающим взглядом.

Тут мне пришлось слегка приотстать, чтобы дать возможность саням разминуться с встречным транспортом. Да тут просто час пик наметился! А говорят, что жизнь в Захребетье и, вообще, в Порубежье, страх какая опасная и неприветливость населения доминирует в общении.

После этого я вновь поравнялся с санями хитрого и разговорчивого горожанина города тёмных. Хотя, я бы сделал всё наоборот. Тот, другой город нарёк бы темноватым, а этот окрестил бы светленьким.

Ну да ладно. Это сугубо моё, поверхностное впечатление, наверняка разнящееся с местными реалиями.

— Могу предложить господину магу остановку у себя, — созрел до решения дяденька. — Коли полтинную заплатишь за день, — он озвучил цену.

Я сделал паузу и изобразил активную работу мыслей. Нельзя сразу соглашаться, но предложение нормальное. Правда, мне потребуются небольшие уточнения.

— А двор у тебя большой? — я приступил к более предметному разговору.

— Почитай, господин маг, как и у большинства, — он дёрнул за длинные поводья, так они вроде называются. — Доброе подворье с тёплой конюшней, — продолжил дяденька. — Дом не мал, да есть пара отдельных комнат, — прозвучала важная деталь.

Меня, если честно, не прельщала перспектива спать за занавеской и слушать остальных спящих и храпящих домочадцев. А вот отдельная комната с дверью, так она вполне нормальной будет.

— Ну, коли так, уважаемый, то я согласен на постой у вас, — выдал я свой вердикт, чем явно обрадовал дяденьку. — Ведите, в свою вотчину, — добавил я, отсекая все намёки на изменения решения.

Он снова потеребил лоб рукоятью кнута и слегка улыбнулся.

— Козей я, — он резко назвал свою фамилию. — Зови просто, коль уж сговорилися за постой-то, Марат, — добавил он и взглянул на меня, ожидая взаимного представления.

Я же, кстати, прекрасно помню, как меняют отношения людей знания имён и фамилий друг-друга. Это означает некоторое повышение доверия. Иногда и очень ощутимое. Но вот стоит ли называть ему свой титул? Х-мм! Вопрос ещё тот.

— Господин Феликс, — представился я. — Тоже можешь звать просто.

— Странно, а разве прозвище Магу-Вольнику не положено? — он блеснул знаниями реалий жизни среди призванных на службу магов.

— Не дорос я ещё до прозвища официального, — я сыграл пантомиму разочарования.

— Новое пополнение? — уточнил Марат и покачал головой в знак понимания. — Это да, так порою бывает, пока не прилипнет какая-нибудь кличка, — добавил Козей и резко остановил свои сани. — Вот и прибыли, господин Феликс, — он мотнул головой в сторону высоких, чёрных ворот.

Я тоже остановился и оценил высоту забора, за которым скрыто подворье местного горожанина.

Солидно. А главное, что нет ни единой щёлочки, сквозь которую можно было-бы заглянуть внутрь. Подход основательный. Даже будучи верхом на лошади крышу так просто не увидать.

Марат постучал в ворота кнутом, и они открылись, словно его поджидали с другой стороны. Передо мной появилась молодая женщина в красивой шубке и в расписном платке. Наверное, это хозяйка, супруга Козея.

Она сразу взяла под уздцы его лошадку и повернулась ко мне, ожидая, когда я сойду с Братана, вид которого не испугал красавицу. Я не стал задерживать женщину и соскочил… Ну, короче, как смог вылез из седла и размял ноги, заодно осматривая подворье. Марат, между тем, затворил за нами ворота.

Кстати, сделав всего шаг я почувствовал под ногами, под тонким покровом снега, деревянный настил. Звук уж больно характерный.

По обе стороны от дома навесы, переходящие в крыши сараев. В один из которых определили моего боевого коня и лошадку хозяина. Что находится сзади дома я не вижу, но если судить по мощёным дорожкам, то и там есть какие-то дворовые сооружения.

— Проходите, господин Феликс, — обратилась ко мне женщина, а я смутился.

Дело в том, что я никак не припомню такого малюсенького фактика, как своё представление хозяйке дома. Откуда она знает моё имя? Колдовство тёмного города! Или что-то иное?

— Благодарю вас, сударыня, — я ответил вежливостью и направился за провожатой, а хозяин занялся разгрузкой саней. — Богатое подворье у вас, — сделал я комплимент дому и заодно его хозяевам. — А чем промышляете, чем занимается семейство ваше? — я продолжил беседу вопросом, заданным с надеждой на удачу.

Уж очень я сомневаюсь, что мне прямо вот так всё и рассказали.

— Спасибо за добрые слова, господин маг, — хозяйка чуть поклонилась. — Вы проходите пока, а там уж отведайте, чем богаты ну и разговоры заводите, — обнадёжила меня женщина и впустила в дом.

Мы как раз прошли сени, увешенные шкурами всяческой живности. Размещались выделанные экземпляры в специальных растяжках. Я встречал нечто подобное, когда мы с парнями интересовались изготовлением заготовок для пошива шуб. Чисто факультативно.

Внутри всё показалось знакомым, как в старинных книжках и фильмах. Оконца по стенам, большой стол для трапез, две печки я вижу, большую и малую. Лавки и сундуки в изобилии. Кухонная утварь на полках и идол в красном углу светлицы.

Идол интересный и привлекает внимание своей искусной резьбой по дереву. А вот глазки и зубы чудного создания выполнены из какого-то камня, и наверняка очень острые. Вокруг изваяния есть подношения, но основное количество их — это иголки, и нитки всякой толщины и из разного материала. Есть и кожаные среди них.

Ну, и занавесочки всякие, да и шторки, и пара дверей в отдельные комнатки. Всё как и говорил мне Козей. Освещается помещение свечками, огоньки которых… Вот блин! Отдельно от фитилей горят их огоньки. Всё ясно! Домик сей — вотчина магов. Но каких? Узнаем!

В дверь вошёл сам хозяин, не позволив мне более подробно изучить быт.

— Раздевайтесь, господин Феликс, присаживайтесь, — он указал рукой на стол. — Пироги с грибами, да с зайчатиной, — пояснил Марат.

— Благодарствую, — я поблагодарил его и удивился накрытому столу, но постарался сохранить невозмутимость. — Весьма кстати.

— Кваску хмельного? — подключилась хозяйка.

— Не откажусь, — я вновь проявил вежливость.

Мы чинно расселись, а хозяин водрузил на стол огромный самовар, который моментально забурлил вскипевшей водой. Ну это я уже видел много раз.

Мне подали плетёную тарелку с несколькими кусками ароматной выпечки, пахнувшей печным дымком, и я смело попробовал угощение.

— Итак, Марат и уважаемая хозяюшка, — я перешёл к беседе прожевав и запив пирог чаем. — Я видел у вас много шкур зверья всяческого. Так вот и хочу спросить, если позволите? — я глянул на них и дождался кивков согласия. — Чем же вы занимаетесь и коли вы маги, то к какой стороне принадлежите? — задав свой вопрос я моментально приготовил Рунное построение своего полога непроницаемости.

А вот Марат с женой только улыбнулись и запили снедь хмельным квасом, прежде чем начать отвечать. Кстати, я их улыбок совсем не испугался и даже перестал готовиться к схватке с исчадиями всякими, незаметно убрав ладонь свободной руки с рукояти револьвера на своей груди. Он хоть и скрыт от постороннего глаза в тактической кобуре под накидкой, но они догадались, что там припрятано.

— Хе-х, господин Феликс, да просто всё, — заговорил глава семейства. — Коль шкуры есть, знать мы пошивом заняты. В том числе и магические артефакты, шкурки, добытые магами, в изделия превращаем. Негоже вам так пугаться-то…

Глава 11

Некоторые моменты из жизни местных

Сказанное я воспринял с абсолютным внутренним спокойствием, однако по внешнему виду хозяев понял, что они ждут продолжения разговора на затронутую мной тему. А с чего-бы такое желание возникло у местных? Надеюсь, что очень скоро я это выясню.

— Я, собственно, не пугаюсь, но быть готовым обязан, — не стал я лукавить и скрывать свой первоначальный настрой на драку. — Так вы говорите, что интерес у вас ко мне? — я перешёл в диалоговую атаку.

Хозяева многозначительно переглянулись и взглядами указали на мои погоны, сделанные из передних и задних лап самки грифона. И что это за намёк, интересно мне знать?

— А что не так? — я не выдержал и задал прямой вопрос.

— Н-у-у… — Марат повертел ладонью в воздухе. — Слушок ходит по обе стороны речки, что некий маг от лютого зверя места очистил, — выдал он первое пояснение. — Небольшая лепта в общее дело, но всё же спокойнее стало. А у вас-то, так вона какие артефакты на погонах приспособлены, — Марат снова глянул на лапы редчайшего существа. — Мне и стало интересно, а не тот ли это маг к нам в городишко пожаловал, — он обыденно объяснил первую из основных причин нашего знакомства, а точнее, моего приглашения к нему на постой.

Ну да, а я ведь первым к нему обратился, когда немного проехал по городским улочкам. Он просто не стал сопротивляться нашему общению. Не подлавливал же он меня.

— Да, согласен с тобою, — я отхлебнул хмельного кваса окончательно разряжая обстановку нашего общения. — Нужно было прикрыться толстой накидкой из шкуры, дополнительно той, что есть у меня и которая висит сейчас на крючке, — я мотнул головой в сторону места, отведённого под незамысловатые вешалки. — А что ещё заинтересовало во мне? — я задал следующий вопрос, прекрасно поняв о существовании сразу нескольких причин моего пребывания в гостях у Козея.

Марат повторил мои действия и тоже выпил кваса, не забыв наполнить кружку и своей супруги. Её, кстати, свою хозяюшку, Козей пока мне не представил.

— Да, кстати, — хозяин словно воспрянул. — Вот, — он указал на женщину. — Дарья, хозяюшка, — Марат представил свою половину.

— Очень приятно, Дарья, — я немного поклонился. — Моё имя вы уже знаете, — продолжил я, а хозяйка улыбнулась, мол — само собой разумеется, если я тебя по имени уже называла.

— Э-ээ, Дарьюшка, вот как ты считаешь, милая, — продолжил Марат дав нам время на проявление уважения. — Мы можем ему рассказать о второй причине, по которой господин маг, Феликс, сейчас находится у нас дома? — прозвучал вопрос, но с подтекстом, и не нуждающимся в ответе женщины.

Я же вдруг вспомнил о такой классной и редкой штуке, как Шкура Демона Снеговика Многоликого. Может быть в ней вторая причина их интереса скрывается? А что, это вполне возможно.

Они запросто могли почувствовать её нахождение в моих вещах. Тем более, что такой интерес вполне логичен со стороны хозяев, ведь они плотно занимаются выделкой всяких редких артефактов именно такого рода. Как бы его правильно-то назвать, н-да уж! Шкурного или скорняжного? Ну да ладно.

А вот интерес этот, я могу использовать с огромной выгодой для себя. Например, я могу подарить эту шкурку взамен на нужную мне информацию. Себе-то я всяко-разно ещё добуду, а вот точные знания местных реалий можно почерпнуть лишь из первых уст местных жителей. Да они ещё и маги, в придачу. Посему, не мудрствуя лукаво, я смело принял важное для себя решение.

— Уважаемые хозяева, — я остановил Марата, начавшего было говорить. — Извините, но мы можем прерваться на пару минуточек?

— Разумеется, коли нужда есть такая, — вежливо ответил хозяин дома, и его поддержала Дарья.

— Покажите мне мою комнату, — попросил я, рассчитывая уединиться и призвать фамильяра.

Марат встал и спокойно прошёл к одной из дверей, за которой я увидел аккуратную спаленку, очень похожую на детскую комнату. Он указал мне на немудрёную в выделке кровать, элементы которой выполнены из того же самого чёрного дерева.

— Вот, прошу вас, господин Феликс, располагайтесь, — сопроводил он свой жест словами и вернулся за стол.

Дарья занялась какими-то мелкими делами, и принялась убирать ту посуду, что уже стала пустой. Я же, притворил за собой дверь и снял тонкую накидку, неизменный атрибут Мага-Вольника.

— Чукча, доставай побыстрому шкуру, — я быстро сориентировал рыжего.

— Начальника просит достать самую пративную, такую, аднака? — усатый не удержался от уточнения итак понятного.

— Не беси, а! — предупредил я его, а сам вынул пригревшегося грифончика из-за пазухи. — А ты, будь умницей и сиди спокойно, — я глянул на Чукчу, занятого штурмом своего рюкзачка, в поисках нужного артефакта.

Вместительный получился у него вещмешок, сработанный Калигулой. Только задние ноги усатого узурпатора и укротителя грифонов торчат из него и дрыгаются.

— А ежели что, — я продолжил сурово, относя посыл прежде всего к таракану. — То вот, Чукча тебя и прикроет от чужого догляда! Да, Чукча?

— Моя всё поняла, хозяина, аднака, — выдал рыжий из недр вещмешка, а его реплика прозвучала так, словно донеслась из какого-то подземного каземата. — Вот! — он резко вынырнул и протянул мне свёрток со шкурой демона, который резко увеличился в размере, когда я взял его.

— Угу! Молоток! Возьми с полки пирожок, — похвалил я фамильяра и развернулся к выходу.

— Моя не инстр… стру… Тьфу! — он начал бурчать, словно обиделся. — Моя не молоток, а на полке нет пирожка, ф-ть, — всхлипнул рыжий.

— Это пословица такая, ну или поговорка народная, бестолочь, — пришлось чуть-чуть повременить с возвращением в зал. — А пирожок я тебе принесу. Только напомню обоим, — я строго взглянул на них. — НЕ ШАЛИТЬ ТУТ!

С этими словами я решительно сунул свёрток себе подмышку и вышел в зал, где меня уже заждались радушные хозяева.

Пройдя к столу, я сдвинул второну тарелки и миски со снедью и положил свёрток перед четой Козея.

— Посмотрите на это, уважаемые хозяева, — предложил я тоном, исключающим сопротивление.

Марат, действуя как глава семейства, начал аккуратно разворачивать свёрток под внимательным взглядом своей супруги, Дарьи. Как только из свёртка показался краешек шкуры Многоликого Демона Снеговика, они оба ахнули. Даже слегка отпрянули от стола, а Дарья прикрыла ладошками нижнюю часть лица. Глаза хозяев округлились, что заставило и меня призадуматься по поводу артефакта и его ценности.

Но решения своего я не собираюсь отменять, посему, попросту жду первых фраз и предложений от хозяев, чтобы начать торг. Если судить по их реакции, то уважаемые хозяева сами должны предложить мне что-то, что я переведу в нужное для себя. Поменяю их ответный дар на необходимую мне информацию.

— У-фф… — выдохнул Марат. — Г-господин Феликс, э-это же… — он вновь притронулся к свёртку.

— Шкура Демона Снеговика, многоликая, — пробормотала обалдевшая Дарья, не сводя взгляда со свёртка.

— Что вы хотите получить за столь ценный артефакт? — прозвучал предсказуемый вопрос от хозяина.

Я обрадовался в душе, прекрасно осознавая свою победу и то, что теперь всё пойдёт именно так, как мне того и надо.

— Ничего такого, что как-то обеднит вашу семью, — пожал я плечами.

— И всё же? — Марат взглянул на меня более заинтересованно и облокотился на столешницу, слегка придвинувшись ко мне.

— Мне нужен рассказ, — приступил я к озвучиванию главного вопроса. — Например о том, почему город на этой стороне реки прозвали тёмным? Чем обосновано такое определение? — я испытующе взглянул на обоих. — Это для начала.

Марат и Дарья вдруг успокоились, поняв, что я не собираюсь лезть в их семью, или ломить неподъёмную плату за шкуру. Они посмотрели друг на дружку вопрошая, мол — кто из нас будет начинать?

Дарья встала и прошлась до печи, рядом с которой, на полочках, приколоченных к стене, стоят какие-то глиняные ёмкости разной вместительности и вида. Достала одну, расписанную красивыми вензельками и вернулась за стол, где разлила по маленьким кружкам немного содержимого.

— Может отведаем наливочки, — предложила хозяйка.

Все эти действия я отнёс к подготовке начала повествования. Хозяева вряд ли собираются травить меня, поэтому я смело поднял со стола деревянную рюмку и попробовал терпкого напитка. Вкусно, чего греха таить.

— Поразительно, — заговорил Марат, сделав небольшой глоток, как и я. — Почему Боевой Рунный Маг вашего уровня не знает об обстановке в здешних местах, — он покачал головой, сетуя по этому поводу.

— На то есть масса причин, — поддержал я его вступление. — Уж поверьте. Но давайте не будем отвлекаться, — я похлопал по свёртку, намекая на сделку. — Продолжайте, или начинайте просветительскую работу, прошу вас.

Он согласился, отразив это в мимике, как и его супруга.

— Всё дело в источниках жизненной силы, или магической, на местах которых возведены алтари силы, — обыденно заявил Марат, а я чуть не подскочил на месте от такого пояснения.

— А вот с этого места, я попрошу, поподробнее, — проговорил я и осушил рюмку до дна, даже не почувствовав терпкого вкуса.

— Ну, а чего уж подробнее-то сказывать? — Марат вновь наполнил рюмки. — Слушай, коль нужда есть, — он подвинул мне тарелочку с солёными грибами. — Источники Магии и Алтари Силы… Э-ээ, — он махнул рукой. — Это те самые древние символы, пришедшие к нам через многие столетия. Никто не знает когда они появились, да и кто те алтари строил, да облагораживал. Но все маги их чувствуют. Коли светел источник и не заразен чёрною проказою, что из далё-ё-ёких земель пришла… — протянул он и печально посмотрел на меня.

— Ещё раз, про воздействия? — я задал направление разговора и заодно поторопил Марата с выходом из задумчивого состояния.

— Дальше… Подробнее… — вторил он мне и вновь поднял взгляд от стола. — Э-эх! Великие Хребты не всегда такими были, — продолжил хозяин грустную историю. — Светлы те источники были, да всегда и испокон веков. Питали они здешних людей, что как и ты, и как мы одарены силой магической. На путь истинный направление давали, коли душа блуждать принималась. Достаточно отыскать тот алтарь в чащобах, испить чистой энергии, что ключом родниковым бьёт из землицы той… Да-а-а… — он поводил по столу пальцем, словно припоминая что-то, что и с ним произошло. — И получишь ты наставление на путь правильный. А после напасти той-самой, неведомой, пошли маги за очищением и наставлением, да с просьбами своими к началу великому, а оно и наоборот получилось всё. Изменились оные просители, да не в ту сторону, — голос его зазвучал решимостью. — Некие из тех бедолаг попросту не вынесли мук душевных, да и сгинули. Иные приняли истину новую и встали на долгий путь, тёмный. А те из магов, что изначально сильными были и к алтарям пришли пополнить силы… О-хо-хо, — он опять махнул рукой и замолчал.

Я же принял информацию правильно. Особенно ту её часть, что Алтарей Силы много, а их влияние велико и сказывается на всех магах. Только кто-то может сопротивляться, а кто-то… Ну о катаклизме подумал, который стал причиной такой перемены в источниках. Очень всё запутанно.

— Так что там с теми магами сильными? — пришлось снова выводить хозяина из раздумий и возвращать к разговору.

В этот раз Марат быстро отошёл и бездумно съел гриб. Прямо так, взяв его рукой.

— Сильные маги и стали тёмными властелинами, хозяевами Хребтов Великих, — продолжил Козей. — Артефакты тёмные появились из разломов земных, их Варлоды и используют для тёмных дел своих. Демонов порождают из зверья лесного, — дошла очередь до перечисления напастей. — Иные просто появляются, из ниоткуда и те самые страшные. Чистые Тёмные, Архидемоны треклятые. Благо, что их мало.

— И как отличить перешедшего мага? — задал я важный вопрос.

— Дык, сложно, — Марат развёл руками. — Особливо в самом начале перехода на тёмную сторону, — уточнил он. — Это потом уже, когда грань перейдёт его проще распознать-то, но вот в начале… Э-эх! Ой как непросто.

— Запутано как-то, — я побарабанил по столешнице какой-то марш, типа марша тыгдымского коня. — Послушай, Марат, и много в здешних местах таких источников с алтарями?

После этого вопроса на меня посмотрели так, словно я блаженный какой-то.

— Феликс? — хозяин тоже перешёл на простецкое общение по именам. — Ты меня удивляешь прямо! Так их по всей Руссии великое множество! — огорошил он меня свалив на голову буквальное откровение. — Да на каждые сорок-сто вёрст по одному. По всей империи великой!

Я вдруг представил себе целостную картину проблемы и ужаснулся масштабам. Если зараза будет распространяться отсюда и далее на восток и запад, то… Стоп!

— А что за Великими Хребтами творится? — прежде чем решиться мыслить далее я решился на уточнение.

— А кто его знает? — отмахнулся Марат.

— В смысле, кто его знает? — я вторил ему, изумившись ответу.

— А то, — он поднял вверх указательный палец. — Дык, не ходят люди с этой-то сторонушки Хребтов Великих на ту. Иль не доходят, так как придётся по самым тёмным землям пробираться. А коли попадёшь в город сплошь тёмными заселённый?

— А этот город, — перебил я его. — Разве он не полностью тёмный, если его так называют?

— Нет конечно же, тут даже дети есть, но… — они с Дарьей обернулись на две комнатки, одну из которых я сейчас занял постоем.

— Что? — я постарался не дать хандре завладеть эмоциями хозяев, прекрасно поняв, что с их чадами беда приключилась страшная.

— Души чистые нужны для подпитки демонам, — продолжил Марат, тряхнув головой. — Вот и пропадают детки магов, как и наши сгинули в самом начале прошлой зимы. Неведомо, зачем им дети, но вот такова она, жизнь в тёмном городишке. Иные уже и не пущают чад своих со двора, да только и это плохо помогает. Завлекают ироды чем-то, да и похищают.

Пока он говорил страшные слова, пуская скупую слезу, я вдруг захотел наведаться к этому алтарю, или к источнику. Ну вот прям засвербело в одном месте. Да и Лазарь, Оракул с заколдованного острова что-то такое мне… Стоп! А не у него ли источник Ставропольский? Не его ли Рюрики вечно хранить обещали и кучу бумаг с клятвами тому Оракулу дали?

— Так, а где местный источник? — я созрел до прямого вопроса.

На меня глянули как на идиота уже во-второй раз. Однако, ответить мне не успели, так как в моей комнате что-то бздынькнуло.

Мы втроём синхронно обернулись на дверь, а Марат начал подниматься с лавки.

— Секунду, — остановил я его, вскакивая со своего места. — Я сейчас, птенца угомоню, — брякнул я, чем снискал уважение.

— Феликс, а позволь спросить, кто там у тебя? — прозвучал довольный вопрос от хозяина. — Сокол, сычик, али орёл небесный бедокурит?

Я представил его реакцию на грифона и поёжился.

— Секрет, вы главное потерпите, а я быстренько поругаю блудливого и вернусь, — заявил я стараясь улыбаться, а внутренне содрогаясь.

Прежде чем я открыл дверь, мне пришла в голову мысль, а почему информация о крылатом питомце так обрадовала хозяев? Но ответ я отыскивать не стал и вошёл, плотно закрыв дверь за собой. Обернулся и… Вот ведь же, да жука в зад этому ёжику!

Двое оболтусов застыли в воздухе в выразительной композиции. Я наездник, объезжающий строптивую… ну короче. Грифон порхает в воздухе, изображая коня, а Чукча держится на его загривке таким образом, чтобы не позволить слопать себя. Птенец активно клацает зубками своей пока ещё маленькой пасти, узурпатор уворачивается, и пока удачно.

Бесятся бесенята, всё с ними ясно. Скучно им!

— А ну! Т-сс! — я прижал палец к губам. — Вы чего тут шум устраиваете?

Оба застыли, а Чукча выдохнул.

— Твойная птице-потама, аднака, ф-ть, — всхлипнул рыжий. — Он первой начал! — узурпатор перевёл стрелки на опешившего щенка.

— Сидеть! — я строго указал на кровать.

Грифёнок моментально занял позицию на подушке, причём с узурпатором на загривке и они оба приняли стойку смирно.

— Ещё, — начал я цедить сквозь зубы. — Вот, ещё хотя-бы один шорох из этой комнаты раздастся, — я сделал многозначительную паузу, изо-всех сил сдвигая брови к переносице. — Я вам ни крошек, ни пирожков и никаких зайцев не дам! — озвучил я угрозу двоим оболтусам.

Щенок же, наконец-то смог дотянуться до Чукчи, потерявшего бдительность, и лизнул рыжего. После чего довольно уркнул и часто задышал, высунув язык. Вот же бестолочи магические!

— Всё! Я ушёл! — строго добавил я, еле-еле сдерживая улыбку. — Спелись и слетались тут у меня!

Я вернулся и снова констатировал умиротворение на лицах хозяев.

— Так что там с местным источником? — продолжил я диалог с того самого места, на котором мы прервались.

— Ну, мил человече, — Марат развёл руками. — Мы ведь не тёмные, да и тебе не советуем выведывать место то страшное. По глазам же видно, что собрался ты наведаться к нему, хотя… — он как-то изменил взгляд и пристально посмотрел на меня.

Дарья сотворила странную руну прямо над столом. Свечки в деревянных подсвечниках вспыхнули ярким огнём, режущим глаза. В печи полыхнули дрова и сотни искр вырвались наружу, словно рой лесных пчёл. Но я не поддался и даже сделал ответную Руну, ту самую, которая энергию берёт и поглощает, используя мою жизненную силу…

Всё резко вернулось к первоначальному состоянию. Искры коснулись меня и весь рой скрылся в печи. Свечи опять наполнили зал тёплым светом.

— А что, Дарьюшка? — вдруг заговорил ещё более повеселевший Марат. — Силён он, авось и найдёт что ищет, — прозвучала загадочная фраза, и не имеющая отношения к Источнику Магии и Алтарю Силы. — Прости ты нас, Феликс, но испытать тебя было необходимо. Уж больно хорош ты, да непонятен твой статус силы, — добавил он новую часть к прозвучавшей загадке.

— Х-м, Марат. В следующий раз, — я улыбнулся краешками губ. — В следующий раз, я могу и ответку сварганить! Ладно, что там у…

Тук-тук-тук… Тук-тук-тук… Тук-тук-тук…

В двери ворот постучали. Хозяева отвлеклись от меня, а я подумал о несуразице, связанной с этим стуком. Ворота далеко и на улице, а тут прекрасно всё слышно.

— Это за артефактом пришли, свежевыделанным, — пояснила Дарья. — Его ещё заряжать нужно, — продолжила хозяйка, а Марат вышел из дому встречать заказчика. — Но вот что тебе ещё скажу, Феликс, — женщина перешла на шёпот. — Артефакты можно зарядить как светлой, так и тёмной сущностью, — выдала она и кивнула на входную дверь, явно намекая на гостя или на что-то такое, что с ним может быть связано…

Глава 12

Полуночный гость

Дарья аккуратно взяла свёрток со шкурой Демона, этого мерзопакостного Снеговика Многоликого, намереваясь припрятать артефакт до поры до времени. Ну, а я поспешил в отведённую для меня комнатку. Нет никакого желания смущать своим присутствием хозяев и их позднего гостя, которые наверняка будут обсуждать детали исполнения заказа.

Войдя к себе, я оценил поведение таракашки и своего нового питомца. Они исправились и чинно расположились на кровати, отрабатывая подачу лап. Чукча протягивал свою, а грифончик вторил ему.

Правда до принятия поданной лапы у них не доходило, из-за банального риска причинить мелкому усатому деспоту какой-нибудь вред. Ведь когтистые конечности щеночка далеко не маленькие, если сравнивать с таракашкой.

Вид у обоих серьёзный, олицетворяющий полную сосредоточенность важнейшим занятием по дрессуре. Ну вот и слано. Это значит только одно, а именно то, что стадия конфликтов у них миновала, и это несказанно радует меня.

Я сел на сундук, не заменимый атрибут мебели любого дома, и призадумался над последними словами хозяйки. Намёк прозвучал толстый, и означает он для меня многое. Касающееся как моего служебного задания, так и личного интереса.

Жаль только, что про Скипетр с державой Владыки Захребетья я ничего не успел спросить. Миф какой-никакой, или легенда со сказанием о древности, мне бы сейчас не помешали. А тем более рассказанные местными жителями. Услышанные из первых уст, так сказать.

Интересно, а куда здешний народ, точнее маги, заказывающие пошив чего-то артефактного, ходят заряжать поделки? Именно на это намекнула Дарья.

Н-да… Я посмотрел на закрытую дверь и ужаснулся своему желанию подслушать, как и на какие темы общаются хозяева с полуночным гостем. Стыдно-то как… Но! Но мне страх как интересно.

— Чукча! — пришлось отвлечь увлечённого таракашку.

— Молодец, аднака! — он в очередной раз похвалил кутёнка и дал ему что-то в качестве премии за послушание. — Что начальнике понадобилося? — он обернулся на меня.

Я приложил к губам палец.

— Ч-шш! Тихо говори, — предупредил я его. — Как-бы мне послушать общение за дверью? — я кивнул в сторону выхода. — Что-то важное там происходит, а я тут.

— Х-м-м-м? — рыжий наклонил голову набок, серьёзно глядя на меня.

Чукча почесал макушку, разыгрывая поиск решения, хотя я точно знаю, что с такой мелочью он запросто справится.

Грифон скопировал его действия и почесал себя за ухом, не достав до макушки. А после почёсывания ткнул носом усатого, намекая на заслуженное лакомство. Рыжий протянул ему что-то, совершенно не задумываясь и продолжая смотреть на меня, ожидающего ответа и помощи.

— Ну, и? — поторопил я его.

— Э-ээ. Моя счас это быстренько устроит! — козырнул мелкий и поправив шарфик спрыгнул с койки, оказавшись у двери.

— Стоп! А ты куда? — я успел подхватить грифона, попытавшегося скопировать и эти действия усатого. — Место! — коротко заявил я и спрятал зверя за пазухой. — Потом продолжите, а сейчас отбой занятиям. Дело серьёзное у Чукчи наметилось, а ты ему помешаешь! — я серьёзно добавил пояснение, зная о его прекрасном понимании моих слов.

Найдя какую-то щёлку, рыжий исчез в ней, а я прислушался к внутренним голосам, ожидая начала трансляции переговоров из-за двери…

— … А там, что это у вас? — я услышал заинтересованную фразу незнакомца.

Интонация его мне не понравилась, так как с угрозой прозвучала. Немного завуалированной сильнейшим интересом, но это точно не праздная любознательность.

— А вашему сиятельству, какая разница? — обеспокоенно ответил Марат. — Там у нас запасы материалов хранятся, кои иные заказчики приносят, — добавил он с некоторой нервозностью. — Куда же вы? — проговорил он с возмущением, и я услышал скрипучий звук отодвигаемой лавки.

— Не пущу! — вскрикнула Дарья и следом послышалось шуршание, напоминающее шум борьбы.

— Это же Шкура Демона Снеговика! — вскричал незнакомец.

— И что с того? — подал реплику хозяин дома и вновь зазвучали звуки борьбы. — Много чего нам люди приносят!

— Я заберу её! — заговорил гость утробным голосом. — Не про вашу честь такая находка…

— Ай! — вскрикнула хозяйка и что-то упало, покатившись по полу.

Руки мои уже сами выхватили револьверы из кобур, и я нажал на дверь.

Влетев в зал я застал гостя и хозяев именно в том положении, в котором и ожидал. Силовой метод выемки законно приобретённого артефакта мне не понравился, а тем более неправильное обращение с дамой.

Пристрелить мерзавца показалось мне хорошей идеей, но я сдержался и преодолев расстояние до незнакомца, я подпрыгнул и обрушил на его голову двойной удар рукоятями револьверов. Незнакомец как раз находился ко мне спиной.

Удар получился достаточно сокрушительным, чтобы человек в накидке пошатнулся и рухнул на пол.

— Чего стоите? — рявкнул я на онемевших хозяев. — Фиксируйте урода! — я указал на упавшего.

Марат с супругой быстро вышли из оцепенения, к моей великой радости. Истерики не случилось и женские слёзы не брызнули из глаз Дарьи. Женщина выбежала в сени, а Марат поволок гостя к стулу, достаточно крепкому.

Хозяйка вернулась, и они вдвоём привязали господина. Хотя взгляды и поведение, у обоих из четы Козея, и сказали мне о взвинченном состоянии и испуге за обозримое будущее. Может я отоварил по репе шишку какого-то местного? Да запросто, но так уж сложилось.

Следом случилось самое нежелательное.

Грифёнок, которому не понравилось сидеть за пазухой дерущегося и нервничавшего наставника, меня то бишь, вылетел из-за пазухи под обалдевшими взглядами хозяев.

Дарья села прямо на пол там, где стояла, указывая на летающего зверя, а Марат попятился задом, пока не упёрся в стену. Около неё он и сполз.

Я выставил ладони, пытаясь успокоить хозяев, а сам глянул на грифона, готовящегося не к чему-то там, а к конкретной атаке на гостя. С целью перегрызть ему что-нибудь важное в организме, например горло.

— Фу! Нельзя! — рявкнул я, чем расстроил щенка. — А вы не волнуйтесь, он ручной! Ну…

В это момент связанный гость открыл глаза и выпучил их на летающую зверушку.

— А-а-а-рх… — прорычал человек на стуле.

Глаза его округлились, а грифон зашипел, выдвинув когти на передних лапах. Уши он прижал, а вот рот его и на меня жути нагнал. Я наконец-то увидел истинный облик этого зверя и понял, что пальцам моим повезло, как и остальным частям тела. Второй ряд зубов встал за первым, а язык чудовища раздвоился.

Вот тебе и щеночек! А на что он так среагировал? Да на него, на кого же ещё! Я посмотрел ещё раз на зафиксированного.

Лицо гостя побелело, а глаза перевернулись в глазницах, став просто белками с двумя крохотными точками чёрных зрачков.

Мама моя — роди меня обратно! Это что ещё за чудовище в человеческом облике? Вот ведь, а? Я снова вляпался во что-то!

Тут я почувствовал попытку проникновения в своё сознание, однако мой дар от призрачной фурии прекрасно сработал. Но вот хозяева начали как-то хереть и мотать головами, посему я сделал шаг к связанному и долбанул его по куполу ещё раз.

— Всё, место, крылатый, — я протянул руку к летающему щенку. — Потом полакомишься, — добавил я, подумав о возможностях грифона, пока скрытых от моего понимания.

Если в него влезают зайцы, то это чудо крылатое и побольше дичь слопать сможет. Наверное.

Я подошёл к Дарье и помог ей подняться.

— Супруга поднимай, сейчас будем разговоры разговаривать, — я кивнул на гостя. — Многое объяснить придётся, — добавил я и сел на лавку.

Грифончик приземлился на моё плечо и вновь стал занятной зверушкой, не наводящей ужаса и страха. Ну, это на меня не наводящий, а вот хозяева его панически боятся, что легко читается в их мимике и красноречивых взглядах.

— Это же г-грифон? — пробормотал Марат, не сводя взгляда с моего плеча. — Их же… Они ведь… О них только в летописной книге сказание есть, но только об одном, что Рюрику Мирному принадлежал. Давным-давно…

— Да-да, — поддакнула Дарья, часто кивая и тоже рассматривая щенка, занявшегося непринуждённой чисткой своих крыльев. — Основателя Чёрного Города, исчезнувшего по непонятной причине, — добавила она.

— Он ещё маленький, — пожал я плечами. — Несмышлёныш ещё, — добавил я тоном извиняющегося человека.

— Но это ничего не значит, — парировал Марат, набравшийся смелости и подошедший ближе. — По легенде, если он доберётся до свежих артефактов, добытых из выпотрошенных демонов, то… — тут он осёкся и взгляд его стал виноватым. — Понимаете, господин Феликс, — он сел на лавку. — Много чего произойти может, — заявил он слишком расплывчато.

Дарья тоже подошла и села за стол, а я глянул в сторону зафиксированного, не пойми кого. Почему у хозяев потерялся интерес к этому гостю? Я, к примеру, вижу в нём большую проблему, чем в своём грифёнке.

— Я постараюсь пока воздержаться от внесения в рацион малыша артефактов, — пришлось попытаться успокоить взвинченных хозяев. — А это, собственно, кто? — я решил перевести разговор к насущной теме.

Супруги глянули на связанного, словно не видели его до этого момента и злость отразилась на их лицах.

— Этот? — Марат еле удержался, чтобы не сплюнуть. — Это наш староста городка, Граф Мурава, а на поверку маг двуликий, — пояснил он. — Грифон помог распознать вторую личину гада.

— Вы ещё пожалеете, — прорычал граф.

— Возможно, но сначала я вас попытаю, на предмет тут творящегося, — отмахнулся я и потеребил грифона, начавшего довольно урчать.

Может он ждёт, когда я ему отдам этого двуликого Мураву на растерзание, как награду. Уж больно интересно он смотрит на пленника, словно на зайчика.

— Х-ха… — среагировал граф. — Как вы меня будете пытать-то?

— Мучительно, — заявил я и встав с лавки, приблизился. — Но для начала, я посмотреть хочу, какая у тебя кровь, — заявил я с равнодушием и заменил рунные револьверы на один, тот, что глушителем укомплектован.

Мураве вид толстого набалдашника не понравился, а точнее ввёл в смущение.

— Что это? — он отшатнулся, когда я поводил дулом перед его глазами.

— Средство для получения ответов, — пояснил я и приставил дуло к его ноге. — Хоть вы и непонятное существо, я попробую, — предупредил я и спустил курок.

Хлоп!

Граф удивлённо вытаращился на меня, а на пол закапала его кровь. Ну вот никак не ожидал этот полудемон двуликий, что я выполню угрозу не боясь последствий. Он же староста города тёмных. Ну что же, это его проблемы.

— А-а-а-а… Убери грифона, тогда и посмотрим, как твои заряды сработают, — он сделал намёк на что-то.

Я обернулся за расшифровкой к притихшим хозяевам и вскинул бровь, намекая на необходимость ликвидации моего провала в знаниях о грифонах. Они переглянулись, прежде чем начать отвечать.

— Тут вот какая заковырка, — заговорил Марат, а Дарья взяла его за руку. — Как вы сами сказали, господин Феликс, грифон ваш — существо ужасное и лютое, если следовать букве сказаний о них. Но пока он не определённый, малой и не выбравший сторону своей службы… Э-ээ… — он глянул на супругу.

— Пока он не принял тёмную или светлую сторону, — Дарья переняла эстафету в пояснительном рассказе. — То он странным образом действует на проявления всякой магии, когда становится… Точнее, когда переходит в боевое состояние.

Я глянул на питомца, на вид совершенно привычного. И что в его состоянии говорит о боевом настрое? Вроде всё как и обычно. Ну был у него приступ ярости на злодея, однако сейчас все признаки исчезли и даже язык вернулся к привычному виду. Вон, как дышит, высунув вполне нормальный язык.

— Блокирует что-ли? — я вновь сконцентрировался на хозяевах.

— Угу, — они пожали плечами в унисон.

Я обернулся на связанного и приставил дуло ко второй ноге.

— Продолжим? — поинтересовался я у графа.

— А может вы вопросы свои зададите? — парировал Мурава.

— Действительно, что-то я запамятовал их задать, — я согласился с важным замечанием. — Тогда у меня банальный интерес. Скажите, староста, пролейте свет на тёмных магов, обитающих в этом городе, — я задал первый из вопросов, посетивших меня. — Потом мы пройдёмся по адресам тех умельцев, что заряжают артефакты, и выясним их принадлежность… Ну, суть их внутреннюю проясним. Тёмная она или светлая. Дальше мы окунёмся в мир нелегальной торговли артефактами, если вы не возражаете, — завершил я краткий перечень интересующих меня тем.

— И это всё? — он скривился.

— Ой, чуть-чуть не забыл, — я тоже разыграл весёлое безразличие, беря пример с ухмыляющегося пленника. — Источничек местный интересует, тот который Магии и Алтарь Силы. Дорогу бы к нему разузнать…

— Нет ничего проще, — ошарашил он меня своей неестественной сговорчивостью. — Давайте пройдём до моего дома, где я предоставлю вам всё то, что вы запросили.

И как мне его понимать?

Я глянул на Марата с Дарьей, ища намёка на подвох, в котором я небезосновательно подозреваю графа. Кровь из раны его уже перестала капать, наверное, он себя незаметно лечит, ну или как там у полудемонов эта процедура восстановления называется.

Марат с женой и сами удивлены, что я прочитал на их лицах.

— Хе-х! — я ухмыльнулся. — Мозги решил мне запудрить?

И тут до меня вдруг дошло, что он попросту тянет время… Грифон на плече резко оскалился, снова став похожим на чудовище, хоть и маленькое.

Бу-мм!

Распахнувшаяся дверь ударилась о стену, послужив причиной падения посуды с полок. Дом содрогнулся, а комнату вошло невесть что, заставив меня инстинктивно пригнуться и укрыться за связанным графом.

Это ещё что за напасть?

Нечто, сотканное из паучьих тенёт, кинулось на меня, раскрывая невероятную пасть. Запах гниющей плоти наполнил помещение. Я замер в оцепенении, а вот грифон не стал мешкать и буквально вгрызся в отвратительное создание. Я ничего не успел сделать и только пронаблюдал, как птенец располосовал когтями тело… Нет, не тело, а противную и смердящую субстанцию, покрывая пол рваными ошмётками.

Марат созрел до действий и сотворил в воздухе заготовленную руну, наполнившую дом ярчайшим светом. В центре комнаты зародился клубок энергии, по яркости и жару напомнивший мне о солнечном диске на небе. Лучи вырвались из его центра и пронзили обоих демонов прежде, чем я опомнился.

Исчадие, вышедшее из-за грани, задымилось, забулькало и вспыхнуло белым пламенем…

— А-а-рх… — прорычал граф.

Я посмотрел на его лицо, покрывающееся волдырями. Кожа словно оплавилась, исказив человеческие черты до неузнаваемости. Глаза его выпали, тело стало сжиматься и вскоре осыпалось на пол горсткой углей, перемешанных с пеплом…

Только две черепушки остались от страшных гостей. Одна похожая на человеческую, но с более вытянутой вперёд челюстью. Вторая непонятная, совершенно без глазниц, но со ртом, утыканным игольчатыми зубами.

Я опустился на лавку, а шар в центре комнаты исчез. Дарья немедленно сотворила другую руну и посуда, лежащая на полу, заняла свои места на полках. Тишина воцарилась в доме, нарушаемая хлопками крыльев моего питомца, смотрящего на черепа.

— Ну вот и поговорили, — выдохнул я из себя.

Я подошёл к порхающему грифону и спокойно подставил ему плечо, на которое он приземлился. Пнул ногой черепа, думая о том, что теперь мне с этим всем делать. Посмотрел на хозяев, попутно гадая о том, почему они сразу не применили боевую магию, когда на них напал этот тёмный.

А потом я расстроился, так как информации не получил. Чёрт! Надо думать над методикой допросов, а-то так себе вышло.

— И что теперь делать? — я обратился к хозяевам. — Точнее не так. Что теперь будет, и как люди отреагируют на исчезновение старосты? А?

— Если никому не сказать, то… — хозяин глянул на меня с надеждой.

— Само собой разумеется, что никто не должен знать о произошедшем, — я поспешно согласился. — Что теперь, вообще, делать?

— Ну… — неуверенно произнёс Марат. — А может наведаться к дому его, да и там ответы пошукать? — прозвучало дельное предложение.

Глава 13

Дом духов на отшибе

На самом деле мне понравилась идея познакомиться с жилищем тёмного или двуликого графа Муравы. Я считаю вполне вероятным наличие подсказок по интересующим меня темам в его доме. Да и Марат сразу воодушевился этим походом.

Хотя, если отмести всю лирику, я не могу отметать и банальное желание Козея к мародёрству, ведь у тёмного мага наверняка есть чем поживиться в плане редких артефактов.

— Ну чевой ты одеваешься как на ярмарку? — Дарья критически осмотрела своего супруга. — Скидай парадную накидку!

Я тоже уделил внимание внешности Марата. Оружие у него специфическое какое-то, да и собирается он как на праздник. Новые унты обул, полушубок из чего-то ценного, в плане пушного зверя.

Пришлось напрячь Чукчу и заставить его быстренько достать из своего рюкзачка комплект боевого облачения моей конструкции. Стёганного, пухового и неприметного на заснеженных улочках города.

— Ну-ка, Марат, — я протянул ему свёрток с зимним комплектом камуфляжа своего покроя. — Попробуй-ка лучше вот этот костюмчик, — добавил я, видя, как хозяин замешкался. — Тут материал серо-белого цвета используется, с вкраплениями тёмными, — продолжил я пояснять, буквально всучив ему одежду. — По погоде, так в самый раз придётся! Никто не заметит с расстояния уже в несколько шагов, а если дальше, то-о-о… — я протянул голосом и махнул рукой. — То, и вообще, забудь об обнаружении.

— Взглянем-кась, чево тута такое, — он развернул свёрток и вскинул брови домиком. — Занятно, — кивнул Козей и пощупал отделения для патронов, расположенные в удобных местах обмундирования.

— Занятно?! Это не то слово! — заявил я его изображая полную уверенность в своих словах.

— А ежели Руны Морока Серого поставить, да для для отводу глаз, что-нибудь, то и совсем хорошо получится, — пробормотал хозяин, рассматривая комплект наколенников и налокотников. — А это? — он оторвался от осмотра важных элементов камка и поднял на меня вопросительный взгляд.

— А это, дорогой Марат, чтобы коленки с локтями не повредить, — пояснил я, и для наглядности встал на одно колено, изображая стрельбу из карабина. — Вот, как-то так.

— Х-м-м… — протянул Марат. — Что скажешь, Дарьюшка?

— Вполне себе достойная вещица, — женщина ответила с пониманием, словно она самый, что ни наесть, настоящий боевой маг, а не её уважаемый муж. — Переодевайся, — завершила она односложно, словно приказ отчеканила.

Мой пернатый зверь расположился на спинке стула и терпеливо наблюдает за Чукчей, который снуёт между плетёных тарелок и другой деревянной посуды, проводя инспекцию крошек. Благо, что он догадался не показываться перед хозяевами и пребывает невидимым.

Но вот грифончик смотрит за ним, сопровождая взглядом каждое движение усатого и отслеживая его любое перемещение по столешнице.

— Почему у меня такое чувство, что ваш грифон смотрит за кем-то? — не выдержала Дарья и задала свой вопрос, возникший после нескольких минут слежки за пернатым щенком.

Я чуть не поперхнулся, но моментально взял себя в руки и сделал непринуждённое выражение на лице.

— Он просто голодный, вот и думает, что ему можно есть, а что нет, — пояснил я. — Воспитанный, — добавил я, пожав плечами, а сам цыкнул на Чукчу.

Мысленно, конечно же.

Рыжий понял намёк правильно и подхватил пару крошек из начинки пирогов. Затем он взгромоздился на загривок щеночка и приготовился к выдвижению, разглядывая нас, занятых последними приготовлениями.

При этом, взгляд у мелкого зверя лучится красноречием. Ему просто-таки не терпится отправиться в логово и пообщаться с демонами. У-у-у, какой воинственный. Или ему артефактов отведать захотелось? Вон, как иногда косится на черепушки графа и его подручного исчадия.

Тут я снова обратил внимание на странное оружие в руках хозяина, которое он вертит и не знает, куда, точнее, где разместить на новой форме магических лазутчиков.

— Марат, позволь взглянуть? — не выдержал я и жестом попросил у него оружие.

— Пожалуйста, господин Феликс, смотрите, — он отдал мне что-то такое, отдалённо напомнившее Сверп Элеоноры Врангель.

Я посмотрел на странное оружие, повертев его в руках.

Оно явно руническое, но с одним отличием — оно дульнозарядное.

— Марат, а что, у тебя нормального ничего нет? — я постучал по кобуре на себе.

— Есть, как же нету-то? — он показал наличие и нормального револьвера. — Это для верности, ежели что, — продолжил он пояснять. — Как вдарит картечью малахитовой-то, да клеймённой у мастера рунного, так почитай и… — он провёл большим пальцем у своего горла в красочном и вполне знакомом жесте.

— Понятно, — я пожал плечами и вернул оружие. — Готов? — я глянул на хозяина, уже полностью преобразившегося в боевика, одетого в зимний комплект обмундирования.

— Готовый я, — кивнул Козей.

— Тогда, что ж, выдвигаемся, — скомандовал я и замешкался с выходом. — Э-мм… Хозяюшка, — я развернулся к Дарье. — А а меня к тебе просьба есть, — продолжил я, пряча грифона за пазуху вместе с Чукчей, сидящим на его загривке, в качестве наездника. Правда они его не видят.

— Слухаю, господин Феликс! — спешно среагировала женщина и участливо глянула мне в глаза.

— Хозяюшка, ты уж будь ласкова, присмотри за моим Братаном, — пояснил я просьбу.

— У вас тут есть брат? — женщина смутилась.

— Это так моего боевого коня зовут, — пришлось расшифровку дать. — Он строптивый, но справедливый и это… Н-да! Вы его не пускайте за нами, не то переполох в городке наметится, — добавил я помня о характере Братана.

— Всё будет хорошо с вашим Братаном, — деловито заверила хозяйка. — А может я всё-таки с вами, а? — женщина взглянула на нас с Маратом умоляющим взглядом. — Ну вот чую я, что без меня мой муженёк напортачит…

— Всё будет хорошо! — поспешно среагировал Марат. — Не наводи напраслину-то, не то подумает про нас гость хороший, да не пойми чего! — добавил он строго и первым вышел в сени.

Я последовал за ним, и тоже вышел в небольшое помещение, где мы ещё раз осмотрели себя на предмет нарушений. Затем мы попрыгали, дабы обнаружить и ликвидировать ненужный шум или звон. Это я помню по многочисленным фильмам и книгам о разведчиках.

— Ну всё! — Марат толкнул входную дверь дома.

— Согласен! Идём, — поддакнул я и мы вышли во двор его дома.

— Нам туда, — хозяин превратился в проводника и направился вокруг дома, мимо построек и конюшни.

Оттуда незамедлительно подал голос мой конь, и пришлось заглянуть к нему, буквально на полминуты, чтобы успокоить. Он понял и топнув копытом уткнулся в корзину с овсом, или с чем-то там, зерновым из кормов. Типа надулся. Ну да ладно, чай не впервой ему оставаться в стойле, пока хозяин влипает куда не попадя.

Мы обогнули жилище Марата и прошли мимо нескольких крохотных сараюшек, выстроенных с края его участка. Обошли баньку, врытую в землю по оконце, и прошли калиткой за пределы вотчины мастера.

Тут мы ступили на проторенную тропку, пролегающую по нейтральной территории между соседними участками домов, принадлежащих уже другой улице.

Марат наложил на нас Руну Морока, препятствующую обнаружению, а я её чуть усилил, внеся в построение правильные геометрические фигуры. Ну, естественно, что я не удержался, и пару символов заменил, что располагались по её окружности.

Получилось знатно! Знать, растёт мой опыт в рунических построениях! Тьфу! Тьфу! Тьфу! Чтоб не сглазить!

Так мы и двинулись, стараясь ступать след вслед, на случай догляда пытливых соседей, возжелавших прогуляться по темноте полуночной за каким-то там лешим, и незнамо по какой надобности.

Свернули на перекрёсточке и прошли по крохотному прогалу между двумя заборами к самому краю городка, где лес уже подступил к постройкам и участкам горожан. Хотя, я до сих пор не пойму, почему этот посёлок зовётся городом.

— Далеко ещё? — я поравнялся с Маратом.

— Маленько осталось, — пояснил он и показал направление на отшиб.

Там, в ночных сумерках, я увидел очертания двухэтажного дома. Мне показалось странным такое сооружение, когда неподалёку, на окраине городишка, присутствуют лишь одноэтажные дома и строения.

Однако, задавать вопросы я не стал, так как это дом не кого-нибудь, а самого старосты и целого графа по сословной принадлежности, да смилостивятся над его душенькой светлые боги.

Мы прошли ещё несколько десятков метров, но уже по сугробам, чтобы подойти к дому со стороны леса. А к главным воротам этого особняка подходит вполне расчищенная дорога. Вдруг кто-то по ней пройдётся к главе города, а тут…

— Входим! — отвлёк меня проводник и приготовил свой однозарядный мушкет.

— Угу, — кивнул я и вытащил револьвер с набалдашником глушака. — Ты, Марат, первым не стреляй, — я продемонстрировал своё оружие.

Он ухмыльнулся, изобразив понимание и припоминая тихий хлопок вместо громкого выстрела моего оружия, и мы прошли через заднюю калитку на участок дома старосты. Марат смело направился к чёрному входу в жилище тёмного мага и мне пришлось схватить его за рукав.

— Ты куда? — шикнул я на проводника.

Он мотнул головой в сторону входа и дополнил жест указанием дула оружия в том же направлении.

— Туда смотри! — я направил глушитель револьвера в сторону окна второго этажа. — Тень у окна и свет.

— Нет у него никого, — замотал головой Марат. — Это от дурного люда, такая вот напасть, — начал он проводить ликбез. — Руну сотворил и мерещится путникам, что ходит кто-то по дому.

— А-а-а! — протянул я с пониманием. — Прикольная сигналка!

— Что, прости? — Марат среагировал на незнакомое слово.

— Я говорю, что это отличная система против воров, — провёл я пояснительную расшифровку.

— А-а! Так бы говорил, — успокоился мой новый товарищ. — А-то, сигналка какая-то тама…

Тут мой питомец за пазухой встрепенулся и выкарабкался из укрытия. Мне такая реакция птенчика сразу же показалась подозрительной, и я встал, как вкопанный, и шаря вокруг обеспокоенным взглядом.

— Что? — мой проводник тоже остановился, почуяв неладное, происходящее с грифоном.

Марат посмотрел на пернатое чудо, потом на меня, и вопросительно приподнял брови.

— Малыш нервничает, — проговорил я полушёпотом. — Во-он, то сооружение ему что-то не нравится, — я указал стволом на странную крышу без трубы, торчащую посреди графского участка. — И это не баня, раз трубы нет. Хотя, может по-чёрному, банька та топится… Ну, да ладно! Позже ей займёмся, — подвёл я итог наблюдений.

Мы подошли вплотную к задней двери дома, и я приложил к ней своё ухо. Вслушался, и резко отпрянул, заодно взводя курок револьвера.

— Там кто-то ходит и разговаривает, — прошептал я опасливо и взял проём под прицел.

Марат ухватился за ручку и посмотрел на меня. Я вздохнул глубоко, выдохнул и кивнул, подав тем самым сигнал к началу решительных действий.

Мой проводник дёрнул что было дури и отлетел в сугроб вместе с ручкой. Дверь распахнулась, и я выстрелил…

Хлоп! Бдзинь!

Пуля срикошетила от каменного камина и угодила в стекло секретера. Осколки весело звякнули и украсили пол со столешницей, но никого в комнате нету. Сверху, над головой, я услышал топот ног и бросился вверх по лестнице, держа револьвер перед собой, и готовясь изрешетить любого, кого встречу.

Вбежав на второй этаж, я сориентировался на шаги и ворвался в отдельную комнату, где ещё раз выстрелил, ориентируясь на звуки.

Хлоп! Дреньк!

Пуля застряла в стене, а вокруг снова никого нет. Разве что, свечки горят и тени от немногочисленной посуды, стоящей на столе рядом с подсвечником, рисуют на стенах беспокойные образы замысловатых фигур.

— Ну? Что тут? — у запыхавшегося Марата вырвался вопрос сзади меня.

— Да никого тут не… — я не договорил, так как на первом этаже кто-то пробежал.

Характерный топот вновь ввёл меня в заблуждение и устремился вниз, мимо Марата. Однако он поймал меня за рукав, не дав свершиться погоне, или игре в догонялки с неизвестным врагом.

— Наваждение это всё, — заявил мастер выделки и пошива артефактов, сотворяя в воздухе хитроумную руну. — Счас, погодь, господин Феликс, я приберу в доме, — заявил он, а я констатировал, как язычки пламени свечей начали успокаиваться.

Через минуту его манипуляций, выделываемых сразу с несколькими рунами, всё в доме стихло. Образовалась тишина, ничем не нарушаемая, как я не прислушивался. Ну очень интересная система от взлома, хотя… Хотя, тёмный маг мог бы сотворить что-нибудь более существенное. Это на мой взгляд. А может он просто ничего не опасался? Он же местный староста…

Я обратил внимание на грифона, который продолжает кидать напряжённые взгляды в окно. Именно туда, где находится та вкопанная постройка.

Марат уже открыл первый сундук и распахнул дверки шкафа. Я мельком увидел в них кучу всяких артефактов и остановил его жестом.

— Не нужно, пока не найдём ответы, — предостерёг я товарища. — Кстати, а почему у графа столь примитивная охрана? Шаги какие-то, да и всё, вроде-бы? — я решился на уточнение, так как меня сильно обеспокоило отсутствие в доме нормальных, радикальных средств воздействия на непрошенных гостей.

— А чего ему было бояться-то? — он слегка удивился. — Да с Демоном тем, Паучьим Безглазым? С ним он в полной безопасности был, — тут Марат покосился на моего питомца, припавшего к стеклу оконца. — Разве, что вон, — он указал рукой на грифона. — Токма этого зверя он не учёл, — прозвучало завистливое окончание.

— Я понял, — пришлось согласиться. — А чем страшна та гадина, что Паучиха Безглазая? — продолжил я серию вопросов, осматривая жилище тёмного мага.

— Да тем и страшна, что паучиха, — неинформативно пояснил Марат.

— И, всё же? — настоял я, теряя интерес к обычному интерьеру дома.

— Поймает, опутает и будет жрать тебя месяц кряду, — Марат напугал меня страшной перспективой долгого переваривания. — Ну а уже под конец, когда от тебя только душенька и останется, оно, исчадие ентово, и прикончит тебя окончательно, душу забрав прямо из тела. Ты даже видеть будешь всё это мерзкое действо. Тьфу! — он не выдержал и сплюнул.

Я ужаснулся ещё раз, поёжился и принялся осматривать весь дом жуткого графа, шарахаясь от теней и ища пауков. Ну прямо отвращение поселилось в душе…

— Хозяина, а хозяина? — Чукча возник передо мной, а я уже и без того взбудораженный членистоногими, что чуть не заорал от страха.

— Чукча, млин, ведро гвоздей тебе в задницу! Зараза усатая! — я прошипел вслух, чем озадачил Марата. — Исчезни!

Мой проводник офигел, отнеся сказанное на свой счёт, и нехотя выложил из карманов горсть побрякушек артефактных.

— Чего ругаешься, Феликс? — произнёс он виновато. — Ну есть грешок, взял парочку вещиц, токма они хозяину уж и без надобности, а усов нет у меня, — добавил он, краснея даже при скудном свете нескольких свечек.

— Я не тебе, а ему, — я указал на грифона, загривок которого осёдлан тараканом.

Марат вытаращился на появившегося узурпатора и замахал руками, готовясь шарахнуть рыжему между усов какой-нибудь руной. Наверное, он тоже находится под впечатлением от злодеяний слепых пауков.

Чукча приготовился к контратаке, причём я забеспокоился за целостность не только Марата, но и дома графского. Да, и вообще, за весь городок распереживался, совсем не на шутку.

— Успокоились все! — рявкнул я, останавливая непоправимое. — Это мой преданный фамильяр, а мы сейчас идем в баню! Тьфу млин! В то строение, на которое мой щенок постоянно пялится, — внёс я пояснение и обозначил дальнейший план, разряжая накалившуюся обстановку, готовую разверзнуться чем-нибудь фатальным.

Противостояние мага и фамильяра продлилось не долго, так как я прошёл между ними и спустился по лестнице вниз. Услышав шаги спешащего Марата, я счёл задачу по примирению выполненной и сосредоточился на главном этапе обыска жилища тёмного графа.

Пройдя по проторенной тропке несколько метров, мы остановились у двери, изготовили оружие и вошли внутрь строения, в котором баней и не пахнет.

В глубину земли уходят малахитовые ступени, а сводчатый потолок и стены намекают, нет, просто орут о нахождении внизу чего-то важного. Неужели источник прямо вот так и расположен, в городской черте? А почему не может быть такого?

Грифон с таракашкой летят впереди нас, контролируя многие ответвления от основного коридора, приведшего к небольшому залу.

Посреди него, в самом центре под куполом каменного свода, стоит идол на постаменте, похожем на гигантскую чашу. Но вот одна странность меня поразила, заключающаяся в самом источнике у подножия. Не вода родниковая бьёт из него, а тёмный дым стелется и расходится в стороны по нескольким руслам, как у ручейков.

Не могу понять, что именно на меня подействовало, но непреодолимое желание завладело моим сознанием и я протянул руку. Как вдруг в мой палец вцепился грифон, закапала кровь, а из источника, прямо в моём направлении, потянулись многочисленные руки. Очень похожие на человеческие, только из дыма созданные. Я замер.

Перстень Рюрика вспыхнул огненным кольцом, нестерпимо обжигая мой палец. Цепочка с кулоном нагрелись и сдавили мне горло невыносимо горячим ошейником. Я почувствовал приступ непреодолимой паники, но нити моей энергии вырвались наружу и вцепились в источник. Они стали пульсировать, словно кровеносные сосуды, отдающие мою кровь, как вдруг резко вернулись, зачерпнув часть чёрной дымки с собой из источника.

Я прикрыл глаза и вспомнил Алайси, которая подарила мне перо демона. Вот оно. Я держу его и вожу им, сглаживая бурлящую энергетическую субстанцию…

— Господин Феликс? — раздалось обращение издали, сзади.

И тут меня словно выплюнули.

Я вернулся в сознание и посмотрел на довольного грифона, пьющего светлую дымку, льющуюся из источника, словно воду.

— Да тут я, тут, — я встал и стряхнул с себя каменную пыль. — А что у нас с ужином? Чёт во мне столько сил… Кстати, я где? — задал я вопрос и осмотрелся вокруг. — И где моё перо? То, что подарила Алайси?

После этого вопроса Марат сел на камень у подножия идола и накрыл свою голову руками.

— Так ты, Великий Княже, прости меня, но разве ты не понял, что с тобой было? — проговорил он так, словно ответа не требуется…

Я даже не удивился тому, что Марату известен мой титул.

— Примерно так и есть, а что? — пробубнил я, прекрасно осознавая пробел в памяти относительно некоторых событий последнего часа. — Тихо! Кто-то идёт! — встрепенулся я, вскакивая и реагируя на приближающиеся шаги. — Поднимайся и прячемся! — пришлось подхватить товарища под руку и поволочь к ближайшей нише, под сводом которой исчезал один из ручейков светлого источника. — Быстрее же!

Интермедия первая

Изменение баланса в Захребетье

— А я вам ещё раз повторяю, что такое невозможно, — сделал заявление маг, сразу после выхода из портала.

Второй молчаливый участник портального перемещения, задумался на мгновение, но ничего не сказал, а лишь указал протянутой рукой на низкую постройку, расположенную позади дома графа.

Участок местного старосты им прекрасно знаком, и двое человек отлично на нём ориентируются, несмотря на тёмное время суток.

— Я взял на себя смелость, и пригласил ещё двух магов, — вновь заговорил первый из вышедших. — Правда с сопредельной стороны, дабы и они смогли убедиться в правоте моих слов. Никто не мог покуситься на Источник Силы, а тем более переделать его сущность. Ведь он стал тёмным по потустороннему умыслу, или благодаря провидению, неподвластному Светлым и Тёмным магам, и находится под контролем самого Владыки, Варлода, обитающего где-то неподалёку, в чащобах и ущельях Великих Хребтов, — продолжил он убеждать своего молчаливого собеседника.

Оба человека прошли до низкой постройки и войдя в дверь спустились вниз по каменной лестнице до сводчатого коридора, ведущего в зал с местным источником.

— Почему вы всё время молчите, Рафаэль? — раздражённо вскричал тёмный маг, обращаясь к своему молчаливому спутнику.

Но названный Рафаэлем лишь опять протянул руку вперёд, заставляя говорливого собрата следовать по подземному коридору и не отвлекаться на пустые разговоры.

Будучи наделённым определёнными полномочиями от Тёмного Сообщества, Рафаэль должен сам убедиться в природе произошедшего.

Рафаэль обязан выяснить фактическую сущность Источника, и определить, был ли всплеск силы, обнаруженный всеми магами долины, чем-то таким, к чему приложил руку человек. Вернее Маг, но неизвестной пока стороны силы. Или Тёмный он, ну или Светлый.

Или же, это случился непроизвольный выплеск энергии из-за возросшей активности магического разлома Великих Хребтов.

Но вот говорить и без конца сотрясать воздух пустопорожними разговорами, тёмный магистр не мог себе позволить. Ведь на то он и тёмный магистр, и почти-что Варлод.

Миновав очередное ответвление подземного лабиринта, двое магов вышли в зал, где в центре под сводчатым потолком располагался алтарь силы. Рафаэль вошел в него первым и еле-еле успел остановить второго спутника, возжелавшего немедленно прикоснуться к источнику. Сделал он это грубо, фактически отпихнув мага от энергетической субстанции чем-то похожей на туман. Изменившийся цвет его насторожил в отличии от спутника.

— Друг мой никогда не протягивай руки, не будучи уверенным в безопасности предмета к которому хочешь прикоснуться, — Рафаэль сопроводил свои действия произнесенными словами, — прислушайся к окружению, неужели ты не видишь, что суть силы изменилась?

— Этого же не может быть! — эмоционально заявил спутник, отрешенно глядя на несколько ручейков дымки, исчезающей под стенами зала.

Сотворив простенькую руну, Рафаэль зажег факелы, расположенные в массивных держателях по всему периметру стен. Языки пламени нарисовали, отбрасываемыми тенями на стенах, причудливые образы магов, лишь отдаленно похожие на человеческие. Темная суть накладывает свой отпечаток на контуры.

Открывшийся портал не позволил продолжиться едва начавшейся дискуссии, впустив двоих прибывших делегатов из-за великих хребтов.

Рафаэль сделал легкий поклон, приветствуя темных магистров, возжелавших воочию убедиться в переменах магической сущности источника, докатившихся и до них. Они поклонились в ответ, соблюдая ритуал вежливости, прежде чем приступить к разговору.

Один из двоих прибывших, совершенно внезапно, никак не поясняя свои действия, прошел к источнику, и прикоснулся к светлой субстанции, бурлящей у подножья алтаря. Рафаэль ничего не успел сделать, чтобы предотвратить это безотчётное желание тёмного мага. Светлая субстанция всколыхнулась, вцепилась в протянутую руку человека, заставив его закричать.

Темный маг забился в агонии, а его тело начало тлеть, превращая плоть в пепел и черные кости. Мантия вспыхнула ярким огнем. Маг вскрикнул в последний раз и стих, заставив невольных зрителей покрыться холодным потом.

— Не приближайтесь к источнику, — панически заорал Рафаэль, отступая к одной из стен.

Его примеру последовали собравшиеся, продолжая с ужасом смотреть на кости и пепел, оставшиеся от их невезучего товарища.

— Надеюсь, что больше доказательств вам не понадобиться, мы потеряли источник, о чём и было понятно с самого начала, — заговорил Рафаэль остальным напуганным магам.

— Но это же невозможно… Ведь магическая суть источника образовывается всегда из-за разломов великих хребтов, и став хоть раз светлой или темной, она не меняется, разве что…

— Разве что кто-то нашел небесного стража и дал ему испить свою кровь, но при этом человек выполнивший это условие, не может принадлежать к светлой сущности магии или к темной. Он должен быть сильным, и одновременно не определившимся, — внес уточнение маг, тот, что остался один из двоих прибывших.

— Согласен с вами, мой друг, но хочу еще кое-что добавить, — Рафаэль призадумался, прежде чем продолжить, и помассировал свои виски. — Переделать суть источника можно и в ту, и другую сторону, из темного сделать светлый, а из светлого темный. И зависит успех сия действия, от душевного состояния не определившегося мага. Нам нужно отыскать его, во чтобы то не стало, и попробовать манипулировать им, не меняя его не определившейся сути…

Глава 14

План прикрытия

Проявив невероятное проворство и расторопность, я спрятал Марата за выступ одной из колонн у дальней ниши, а следом и сам затаился, ожидая появления тех самых людей, которые прекрасно осведомлены об этом месте.

А если выражаться точнее, то мы скрылись от тех тёмных магов, которые периодически навещают Магический Источник и активно пользуются Алтарем Силы. Правда, тёмной силы, какой она была до нашего появления здесь.

И именно эти господа, связанные с неправильной стороной, появились в сводчатом зале через минуту и теперь активно беседуют на повышенных тонах.

Их прибыло аж четверо, а дискуссия тёмных господ меня сильно заинтересовала, так как из услышанного я сделал несколько полезных открытий касающихся себя.

Ну или того, кого они назвали неопределившимся. Я же определившийся, раз так сам считаю! Или нет, как утверждают непрошеные гости и о чём упоминал Оракул Лазарь. Или речь вовсе не обо мне?..

Из-за таких дум я подозрительно глянул сначала на Марата, а потом и своего грифона, Небесного Стража, которого приходится контролировать Чукче. Питомец очень хочет продолжения активного образа жизни, связанно с непременными баталиями с исчадиями, типа слепых паучих и другой потусторонней нечисти. Подумал о том, что малышу нужно имя дать, но вот ломать над этой задачей голову совсем нет желания. По крайней мере, сейчас.

Мне же перспектива схватки с тёмными магистрами не кажется удачной. Магистры — это вам не низкоуровневые или среднеуровневые маги, а профессиональные убийцы, имеющие в рукавах столько магических заготовок, что моих личных «тузов» и «джокеров», дарованных зелёной фурией, будет явно недостаточно.

Магистры тёмной стороны исчезли так же, как и появились. Двое ушли лабиринтом, а третий, оставшийся в живых после феерической кончины четвёртого мага, воспользовался тёмным порталом.

Только тут я выдохнул более-менее облегчённо, но также ясно понимая о преждевременности нашего с Маратом расслабления. Обстановка ещё не стала безопасной.

— Марат… Ё-моё, тьфу ты! Чукчи, млин! — я снова вздрогнул, увидев усатого верхом на грифоне, так и продолжая находиться под впечатлением от событий последнего часа. — Мелюзга магическая, может хватит уже меня кошмарить? А!?

— Наша исчезает, злая начальника, аднака! — обидчиво козырнул Рыжий. — Наша, между прочима, сама страшно напуганная! — соврал рыжий, даже не согнув усов, и они испарились под пологом невидимости.

Уж эти двое точно не из робкого десятка будут… Э-мм, ну или сколько всего в этом мире таких магических питомцев? Из пяти, четырёх, семи?

Марат и я сопроводили внимательными взглядами действие с исчезновением и остались довольны. Моего новоиспечённого товарища, как и многих знакомых и друзей, пугают оба питомца, и я его понимаю. Хотя, я и не возьму в толк, кто из них беспокоит его больше. Говорящий таракан или щенок-птица. Пусть пока побудут оба. Потом разберусь, что не так в них обоих.

— Ф-феликс, ты что-то хотел сказать? — Марат созрел до взаимного обращения, разглядывая пепел у подножия Алтаря Силы.

— Да, Марат, — я обрадовался, что мой ночной напарник не утратил способность разговаривать. — У нас проблема! — пришлось сходу озаботить его.

— Что именно не так? — Козей вышел из-за укрытия и сделал несколько неуверенных шагов под сводом зала. — Все же исчезли и даже потери понесли, — добавил Марат, проведя носком унтов в том месте, где сгорел Тёмный Магистр.

— Всё просто, — пожал я плечами и опасливо взглянул на мерцающую дымку исходящую из источника. — Сейчас приверженцы тёмных начнут городок просеивать через мелкое сито, чтобы найти того самого, о котором упоминали. Ну и его сообщников выявлять начнут, — я констатировал самые прямые и логические выводы.

— Ну-у-у… — как-то неуверенно подал реплику собеседник. — Мы же не оставили магических следов, — сделал он смелое заявление, чем меня удивил.

— Да ты что? — парировал я с нескрываемой иронией в интонации. — И каким образом нам это удалось провернуть?

— Знамо, как, — Марат не замедлил с ответом. — Я ж, Феликс, имею артефакты специфичныя, кои поглощать след магический способные.

Он замолк и нагнулся над пеплом. Я тоже присмотрелся к останкам тёмного мага и не увидел ничего такого, что может вызвать интерес.

— Что тут? — коротко поинтересовался я и вдруг вспомнил о своей ране, полученной в результате укуса щеночка птеро-крылого.

Я присмотрелся к пострадавшему месту, но ничего не увидел. Даже шрама нет.

— Черепа нет, — констатировал Марат, поднимаясь и выпрямившись. — Пошли что-ли?

— Возвращаемся? — решил я уточнить итак очевидное.

— Да, Феликс, гости заждалися, — он огорошил меня.

— Не понял? — я машинально среагировал возгласом удивления. — Какие ещё гости?

— Дарьюшка, значится, это супруга моя…

— Я понял, Марат, давай ближе к сути, — пришлось прервать его длинное вступление.

— Гость ты наш, и друзья собралися по случаю твово прибытия, мы вечерять намеревались, — он внял моей просьбе и сразу перешёл к конкретике ответа. — Стол богато накрыт, и никто не отлучался из дому, окромя как до ветру. Дарья моя об тебе сказ уже сделала, да и предупредила всех, что празднуем мы приезд знатного человека уж с самого, что ни наесть, вечера.

Мне понравилась наспех придуманная легенда моего пребывания в доме мастеровых по пошиву магических вещичек. Больше вопросов у меня не возникло и мы покинули подземелье. Ну, разве что, нужно будет вскользь упомянуть о причине моего приезда… Может я специально прибыл для разговора о шкуре демона-многоликого?

Это мы быстро и обсудили с Маратом. Мастер быстро согласился с дополнением к легенде, чем развеял остатки опасений за скорое раскрытие нашего деяния.

Проходя по коридорам тоннеля, я соблюдал предельную осторожность и старался ничего не касаться. Руну своего полога непроницаемости я поставил сразу, как только мы вышли на улицу. Просто перестраховался.

Бросив короткий взгляд на жилище местного старосты, я вдруг вспомнил об артефактах, хранящихся в доме убитого Графа Муравы. Они что, теперь — Марату без надобности получаются?

— А как же то, что там хранится? — я мотнул головой в сторону дома.

— Дык, господин Феликс, а там уж и нет ничего, — пояснил Марат тоном безразличия. — Пришлые, почитай что, забрали всё и ловушек понаставили. Так что… — он красноречиво развёл руки в стороны. — Пойдёмте княже, до дому…

— Только вот что, ты про князя помалкивай, — пришлось сделать акцент на моём нежелании раскрытия этой части информации о себе. — Да и пришествие нужно стороной в разговорах-то обойти, — добавил я подходя к забору с калиткой.

— Дык, само-собой разумеется, господин Феликс, — согласился Марат и мы покинули пределы жилища графа. — И про твоих подопечных мы умолчим. Люди мы с пониманием, знаем чай, чем такие тайны опасные, для люду-то простого…

Завершив короткие переговоры, мы выдвинулись назад, к жилищу Марата.

Соблюдая правила маскировки и не делая никакого шума, мы благополучно вернулись к дому Четы Козея, где я обнаружил дым, поднимающийся вертикально в небо из трубы баньки.

Вот чего мне сейчас точно не хватает, так это крутого парка, желательно с дубовыми и берёзовыми вениками. Одни открывают поры на коже, другие фигачат здоровьем по нервам и приводят организм в состояние приятного расслабона. Ну и здоровье приумножают, а как же без этого!

С таким позитивным настроением я прошёл за Маратом через сени и застыл на самом пороге входа в основную комнату дома.

Хрена-се!? И эта дюжина разного народа означает в понимании Козея — немножко гостей и накрытый стол!

Именно это выражение чуть не вырвалось из моей онемевшей и пересохшей глотки. Благо я сдержался, хотя, это далось мне с великим трудом.

Но всё пошло так, как и должно. Гости вдруг засобирались и начали прощаться, спешно покидая дом. Мне показалось, или я даже уверен в том, что это понадобилось лишь для того, чтобы люди могли меня опознать в случае необходимости подтверждения алиби. Я мысленно поставил плюсик за сообразительность и Марату и Дарье.

Представляясь при расставании, я прошёл к себе в комнатку, где увидел приготовленный набор вещей для посещения бани. Тут я совсем уж остался доволен ходом дел.

— Чукча, а Чукча? — я призвал фамильяра.

— Слушает наша, злую начальнику! — отозвался рыжий, продолжая обижаться.

— Твоя, тьфу! Чуть, по-твоему не начал разговаривать, — я встряхнул головой прогоняя этакую напасть из лексикона. — Короче, — продолжил я нарочито сердито. — Остаёшься за старшего, как и всегда. Никого не пугайте, а я в баню пойду. Но если что, то-о… — я протянул многозначительно. — Разрешаю магичить и кусаться!

— Наша поняла всё, аднака, — произнёс Чукча без особого энтузиазма. — Всех порвём и раздолбаем, как Братан стойло копытами! — сморозил усатый и снова замолк.

Я пожал плечами, мол — ну и ладно.

Наскоро переодевшись в более-менее нормальную одежду, по местным меркам, я вышел с узелком любителя парилки в зал к хозяевам, спокойно трапезничающих с остатками гостей. Их, кстати, осталось совсем мало. Парочка женщин неопределённого возраста из-за одежды, и какой-то смурной дядя.

— Ах! Господин Феликс! — обрадовалась моей внешней перемене хозяйка. — Приятного вам пару-жару! — она улыбнулась с хитринкой, чему я не придал особого внимания, а лишь этот фактик отметил. — А Маратушка позже придёт, да с веничками, да с кваском, — добавила Дарья продолжая осматривать мой недоукомплектованный мундир Мага-Вольника.

— Да, господин Феликс, — поспешил согласиться хозяин дома. — Вы уж пока располагайтесь там, парку отведайте, а уж после и я подойду. Похлещу.

На таком откровенном позитиве, исходящим от хозяев, я вышел из дому и проведав Братана направился в вожделенную баньку.

Мне требуется о многом поразмыслить. А если повезёт, то и зелёная фурия с лавками и качельками появится. Ох как мне помогут даже скудные намёки от неё, вредины прозрачной.

Банька мне очень понравилась своей незамысловатостью конструкции. Труба хоть и есть, но вот печки нет. Просто кострище с каменными упорами для чана с кипящей водой и над ними что-то типа воронки, собирающей дым и уносящей его в трубу. Парилки нет, но есть три лавки на столбах разного уровня высоты.

Но это всё мелочи, так как тут есть самое главное, а именно — мягкий и душистый пар, отдающий запахами леса…

Я взгромоздился на верхнюю лавку и прикрыл глаза, наслаждаясь и осознавая силу своей лени. Даже мыслить нет никакого желания, а не то, что совершать движения. Я расслабился и…

Наружная дверь скрипнула, вернув меня в реальность мира, и я приготовился, предвкушая несколько подходов с хлестанием вениками и нырянием в снег.

Глава 15

И что делать? А! Ну, мы ж из двадцать первого…

— Господин Феликс? Князь, прости, но у нас всё сбылось, — обеспокоенно проговорил Марат, заставив меня встать. — Не в хорошем смысле, — сокрушённо добавил хозяин, опустив голову и рассматривая носки своей обуви.

— Я так понял, что по нашу душеньку кто-то пожаловал? — выдал я предположение, попутно хороня мечты о приятном времяпрепровождении.

— Именно, — подтвердил хозяин, не меняя удручённой интонации. — Из городской управы господа прибыли поспрашать, кого мол мы привечаем на ночь-то глядя. Ну и воочию посмотреть на неведомого гостя.

Спрыгнув с полка, я отыскал бочонок с холодной водой, и осмотрелся на предмет ковшика. Однако этого банного гаджета не нашёл с первого раза.

— Я сейчас, — буркнул я, ополаскиваясь прямо из деревянного ушата, в который набрал воды чуть опрокинув бочонок. — Легенда у нас та же самая остаётся? Визит гостя с артефактом, коему несказанно обрадовались. Я правильно понимаю?

— Да-да, — добавил Марат и скрылся за дверью предбанника. — Они пока у дома ждут, внутрь не заходят, — добавил он оттуда.

— Возвращайся и запускай их в дом, — крикнул я в ответ. — Нечего дорогих гостей морозить, да и хорошо, что они пришли.

Наружная дверь баньки хлопнула за вышедшим хозяином, а у меня уже начал рождаться план по выявлению всех мастеровых этого маленького города. Есть шанс взять уважаемых магов, занимающихся поделками артефактными «на карандаш», если просто выражаться. А если ещё проще и точнее, то записать всех на камень памяти, что у Чукчи постоянно имеется при себе, а потом изучать спокойно.

Может и обычные скупщики-нелегалы будут среди них. Именно они моя цель, а уж потом и сами маги проявятся, и светлые, и тёмные.

Дело остаётся за малым, ведь надо-то всего-навсего заинтересовать мастеровых по артефактам, то есть создать повод собраться в одном месте, и по собственному желанию. А уж там и запоминать, кто есть кто.

Можно, конечно же, и Марата с Дарьей поспрашивать по этой теме, однако я не исключаю возникновения определённых подозрений на мой счёт с их стороны. Подумают ещё, что я компромат собираю на абсолютно всех мастеровых, и знакомство со мной аукнется чем-то нехорошим для их семьи.

Хотя… Не должны вроде, после всего произошедшего с нами. Но люди — есть люди, а душа их — загадка, или потёмки, как и мысли. Решено! Не буду рисковать и затею кое-чего самостоятельно. Ну и другие ничего не заподозрят, и не будут на Козея напраслину гнать, как на стукача какого-нибудь.

С такими мыслями я накинул на себя китель со статусными погонами мага-вольника, а поверх одел тяжёлый медвежий тулуп, выделенный Маратом.

Выйдя на улицу, я вдохнул чистейшего воздуха северных широт Руссии и покинул участок с банькой, так понравившейся мне всего за каких-то сорок минут. Это если грубо судить о времени, проведённом в её мягком пару.

Перед входом в дом я выдохнул и сделал очень серьёзное выражение на лице. Миновав предбанник, я взялся за ручку двери, и прежде чем открыть её стал невольным свидетелем окончания фразы в диалоге между визитёрами.

— … Что я и говорю, — досказывал предложение неизвестный, явно сетуя. — Жили себе спокойно, а теперь от великих князей не протолкнуться…

— Да да, — согласился с ним другой визитёр из местной управы. — Надо ожидать бури…

— Кузьма, а о какой-такой буре ты говоришь? — прозвучало непонимание или сомнение в тоне вопроса.

— Мудрёного, почитай что, со взрывом сравнимого, — задумчиво продолжил его собеседник.

— Дык, Кузьма? — нотки нетерпения собеседника начали вырываться всё отчётливее. — Какого такого взрыва?

— Де-мо-гра-фи-чес-ко-го, — выдохнул ответчик по слогам. — Говорю же — мудрёное название…

Я обалдел на мгновение, пытаясь сопоставить факт увеличения посетителей городка и рождаемость, но счёл эту затею бредом и быстро выкинул всю дурь из головы.

Господа ожидали меня, будучи в курсе моего официального титула, а услышанное мне только на руку получается. Посему, я решительно вошёл внутрь, и уже морально подготовившийся.

— Как хорошо, что вы сами пришли, господа, — заявил я подчёркнуто серьёзно — Прошу вас, давайте присядем за стол и обсудим наши дела! — добавил я тоном, исключающим любое сопротивление.

Пройдя к столу быстрым шагом решительного и напористого человека, я повернулся спиной к Марату, который лихо принял тулуп, небрежно скинутый мной ему в руки. При этом я не стал обращать какого-то внимания на гостей, а лишь контролировал их заторможенные действия периферийным зрением. Они осторожно, или как-то опасливо приблизились к столу и остановились, ожидая от меня дальнейших инструкций, таких например, как приглашение присесть. Ага, значит до князей господа родовитостью не дотягивают.

Также я отметил, что хозяин чётко среагировал на мою игру и поддержал, даже не подозревая о её последствиях. Доверие в его душе по отношению к себе я прочёл моментально, совсем не напрягаясь, так как он стал открыт для меня будто книга, такая например, как школьный букварь.

— Представьтесь, пожалуйста, — попросил я всё также серьёзно, а заодно и указал им на лавку у стола, в аккурат напротив себя.

Ночные визитёры, представители городской администрации, или управы, как её принято называть в этом мире, переглянулись меж собой и хозяевами и всё-таки поддались моему напору, проявившемуся в интонации, мимике и манере держаться.

Я, по правде сказать, немного смухлевал, использовав внутреннюю силу и слегка надавив на ментальную составляющую этих господ. Однако, я добился нужного для себя результата, и мне всё равно, каким способом это было сделано.

— Господа, что-нибудь не так? — я надавил на гостей, разыгрывая нетерпение.

— Яровой, Кузьма, — слегка поклонился первый из визитёров. — Командую местной полицейской жандармерией, — пояснил он профиль своей общественной деятельности при управе. — Правда, тут вот какая оказия, — он присел на лавку, дождавшись моего кивка. — Регулярных-то, ну, официальных служак, так у нас почитай и не было никогда, на моей-то памяти, — он замялся. — Посему, весь личный состав сформирован из Вольных Магов Поисковиков, не попавших на службу императорскую, на общественных началах, так сказать….

— Яблонский, Витас, — его перебил второй ночной гость. — В этом городке, при управе, я Магическим Патрулём руковожу, — он тоже внёс ясность о своей общественной нагрузке. — Тоже, как и в случае с Кузьмой, на общественных началах, так сказать. Ну нет у нас кадровых, понимаете, князь. Э-э-э, вот такая оказия, — он виновато развёл руками, чуть не зацепив кувшин с квасом, стоявшем на столе среди резных тарелок с выпечкой.

Витас сел рядом с главой жандармерии, и они оба вперили в меня заинтересованный взгляд, дополненный беспокойством. Будто-бы я ревизор какой-то, свалившийся с внеочередной проверкой на их головы.

Это очень хорошо. Пускай их настрой сыграет должным образом в моём плане, который уже обретает конкретику исполнения. Продолжим игру!

— Господа, а где староста? — я вскинул бровь, ожидая ответа. — Разве он не должен был навестить меня вместе с вами?

Идея самому проявить интерес к судьбе графа Муравы показалась мне правильной. Некоторые подозрения насчёт моей причастности к его исчезновению будут должны отпасть сами собой у уважаемых представителей городской управы.

— Извините, а вы кто? — неуверенно поинтересовался Кузьма, главный по жандармам. — Ой, простите великодушно, ваш титул мы зна…

Он не договорил, так как наконец-то оба гостя обратили пристальное внимание на мои статусные погоны, сделанные из двух разных лап самки грифона. Передней, похожей на львиную и задней, орлиной.

В этот момент и Марат в очередной раз и вовремя подсуетился. Он подал мою статусную шпагу, висящую до этого на крючке под моей личной накидкой, тоже снабжённой известными погонами, как и на кителе. Хорошо, что лап у грифонихи было четыре. Кстати, а как их мои магические архаровцы на камуфляже продублировали? Н-да ладно! Потом узнаю, если нужда появится. Да, собственно, это Калигула сотворил. Больше некому, хотя…

— Я новый командующий одинокой башней, что по ту сторону речки Патоквож находится, — огласил я самое безобидное из своих регалий. — Вот, собственно, пришёл познакомиться, служебные связи наладить. А мой титул вы уже знаете, так что… Так что, добавлю для проформы пару деталей. Маг-Вольник. Князь, Феликс Игоревич. Думаю, этого достаточно. А… и… да! — я прикоснулся к виску, будто вспоминая какие-то детали. — Вы можете обращаться ко мне без отчества, и просто, с единственной приставкой «господин».

Гости закивали с пониманием и уважением к новоиспечённому командующему одинокой башней.

— Э-мм, Великий Князь, тут вот какая оказия… — начал отвечать Витас, делая акцент на знании приставки Великий к моему титулу, но не договорил.

— Странность, можно сказать, господин Феликс, — его перебил Кузьма и поправил ворот своего мундира. — К-х, к-хм… Исчез он сегодня по наступлению сумерек. Да-а-а… — он покачал головой.

Дарья проявила расторопность и подала гостю резную деревянную кружку, наполненную хмельным и терпким квасом, ароматы которого донеслись и до меня.

— Благодарствую, голубушка, — поблагодарил её Яровой и промочил горло.

Хозяйка правильно поняла наши красноречивые взгляды на человека, утоляющего жажду, и поднесла каждому по кружке с квасом. Я с удовольствием попробовал напитка, так как после баньки ещё и глотка воды не успел сделать.

— Итак? — поторопил я визитёров с ответом на прозвучавший ранее вопрос.

— Так, а никто и не ведает, куда и с какой-такой оказией он отправился затемно, — коротко доложил Витас, переняв эстафету с ответом у Кузьмы. — Поговаривают, что напали на него светлые перевёртыши, кои вокруг городка ночами шастают, натравленные светлыми, — огорошил он меня новыми вводными о проделках светлых магистров.

Тут я понял, что ничего не понимаю в жизни этого городка, как, впрочем, и всего Захребетья. Тёмные, Светлые… Друг-другу нервы портят, напуская друг на друга всяких демонов? Но демон — он демон в первую очередь, и не может принадлежать сразу двум сторонам… Или может?

— Да нет, — отмахнулся Кузьма и отшатнулся от стола, показывая неуместность прозвучавшей версии. — У них с источником что-то приключилось, — прозвучала догадка, более приближённая к реальности. — Вроде и перемирию местному конец наметился, — добавил Яровой, глава жандармов, при этом искренне сокрушаясь.

Воцарилась пауза, а я впал в ступор. Благо внешне никак этого не показал.

Какое нахрен перемирие в отдельно взятом городе? Кругом война и гибнут маги с солдатами от исчадий вышедших не пойми откуда!

— Разлом Великих Хребтов ожил, — печально проговорил Витас, и оба визитёра закачали головами, потупившись в столешницу.

Воцарилась пауза, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в печи и пляшущими тенями на стенах главной комнаты дома Козея. Мне вдруг захотелось побывать на той стороне Великих Хребтов и самолично разобраться в ситуации накала вражды Захребетья. В чём причина?

Да и информация всплыла из памяти. Крохотный клочок инфы, прозвучавший из уст Черепа в клубе благородных Магов-Вольников. У них и форменные знаки похожи, те статусные атрибуты, типа лап исчадий на погонах. Отличия лишь в амулетах… Вроде бы. Или я что-то путаю? Разумовский меня приложил по куполу из-за этого, когда я в башню проник по подземному ответвлению древних строителей.

— Господа, попрошу вашего внимания, — я постучал деревянной ложкой об кувшин с терпким напитком. — Давайте вернёмся к нашему спонтанному собранию, — нарушил я общее состояние размышлений. — Если вы не возражаете, — добавил я, видя как гости встрепенулись, возвращаясь из дум в реальность. — Оставим тему со старостой, до поры до времени. Тем более, что никто доподлинно не знает о причине его исчезновения, если оно вообще было. Вдруг он ушёл медитацией заниматься в глушь лесную?

— Куда, простите князь, он ушёл? — Яровой среагировал на непонятное слово.

— Думы великие думать отправился, — подоспел я с более понятной расшифровкой сказанного. — Для чего ему полное уединение понадобилось в чащобах лесных, — добавил я, окончательно прогоняя серию наводящих вопросов. — Марат, могу я попросить тебя показать уважаемым господам из городской управы тот артефакт, что мной принесён и отдан тебе для оценки и сохранения? — я резко сменил тему и перешёл к воплощению в жизнь своего великого плана по выявлению мастеровых, имевших дело с артефактами. — Если никто не против? — я вопросительно глянул на гостей.

— Конечно, господин Феликс, — проявил согласие Яблонский Витас, заведующий магическими патрулями это изумительного городка.

— Да, князь, давайте уже перейдём к делу и посмотрим, что же привело вашу светлость в наш городок, — Яровой присоединился к нему.

Мы все проследили за Маратом, который осторожно вынул из специального хранилища ту самую кожу демона, Снеговика Многоликого, принесённую мной и подаренную хозяину.

На его вопрошающий взгляд я ответил лёгким прикрытием глаз. Мол, не волнуйся мил человек, своего счастья ты не упустишь.

Он в очередной раз поверил мне и положил драгоценность на стол перед важными гостями. Кстати, те две барышни, что остались в гостях после посиделок, ахнули, дополнив всеобщее изумление красноречивыми всплесками рук.

— Это же… — заворожённо произнёс Кузьма, таращась на артефакт.

— Кожа Многоликого Демона, — загадочно продолжил Витас.

Они оба уставились на стол со свёрнутой кожей, а я решил дать им время.

А вот интересно мне, ну что в ней такого, что на всех действует так гипнотически? Да ладно, авось ещё разберёмся. Не единственный же, снеговик этот, существовал в мире снега и холода.

— Господин Феликс, — первым отмер Яблонский. — Я хочу купить её, — решительно заявил командир магических патрулей. — Даю, э-мм… сразу две тысячи золотом! — он горделиво вскинул голову и обвёл присутствующих взглядом победителя.

Кузьма Яровой встал со своего места и поправил мундир, избавляясь от складок, появившихся при сидении на лавке.

— Позвольте, — произнёс он тоном несогласия. — Вы не один желаете приобрести это сокровище, — Кузьма адресовал сказанное своему коллеге из городской управы. — Господин Феликс, Ваша Светлось, коли речь идёт о консультации, то мы с радостью поможем вам, — он чинно поклонился и покосился сначала на Витаса, а потом и коже уделил внимание, правда чуть дольше. — Однако, — он поставил акцент интонацией, и вновь перевёл взгляд на своего оппонента по приобретению артефакта. — Если речь заходит о её продаже, то нужно дать возможность торговаться всем желающим.

Именно этого я и ждал, когда разыгрывал свою комбинацию с демонстрацией.

Но реагировать сразу на сделанное заявление я не считаю правильным, посему пришлось продолжить игру и изображать из себя мыслителя, решающего сложнейшую задачу. Можно философскую, связанную с бытиём.

Однако затягивать с ответом тоже не будет отличной идеей.

Я побарабанил пальцами какой-то старинный ритм, пришедший на ум и поднял взгляд на уважаемых гостей. А за их спинами, кстати, Марат с Дарьей активно кивали, давая понять что на золото согласны.

— Господа, — я поднялся с места, так как мне неудобно разговаривать с людьми, обращаясь к ним снизу вверх. — У меня есть великолепное решение этого спонтанного спора, — я внёс интригу, отмечая крайнюю степень заинтересованности у всех присутствующих в доме.

— Не тяните, просим вас, князь! — подал воодушевлённую реплику Витас.

— Мы будем счастливы услышать решение именно от вас! — щёлкнул каблуками глава Жандармерии, Кузьма.

— Мы устроим аукцион среди всех заинтересованных, — спокойно заявил я. — Но для его свершения потребуется выполнить ряд условий, которые будут правильными. И одно из них — это стартовая цена в один рубль, и всех оповестить нужно, желательно до наступления утра, — добавил я и сел, налив себе ещё квасу.

Немая пауза повисла в жилище Марата. Люди стоят и даже шелохнуться боятся.

— И правила аукциона будут изменены на мои, — продолжил я свою игру. — Это особое условие, которое я оглашу перед началом торга. Те кого оно устроит — будут учавствовать, а иные, увы, — я развёл руками.

— Думаю, что мне нужно заняться организацией места торгов, — воодушевлённо заявил Витас. — И охрану из магов собрать, ведь желающих будет много, да с таким-то стартом… Э-ээ… Рубль — это точно? — Яблонский решился на уточнение.

— Да, — лаконично подтвердил я.

— В таком случае, — Яровой Кузьма подключился к самой горячей части нашего общения. — Я со своими жандармами извещу всех заинтересованных.

Я же обрадовался в душе, так как мой план начал срабатывать во всех направлениях. Человеческая жадность никогда не подводит, если делать ставку на этот порок. Ну что же, посмотрим, как пройдёт торг.

Господа резко засобирались, чтобы не терять драгоценного времени и выполнить всё задуманное. Я даже уверен в появлении нескольких болванчиков, нанятых ими в качестве участников аукциона, но тут они сами виноваты. Есть хитрость из математики, связанная с частью геометрии. Вот её я и забацаю. Благо в этом мире ещё не сталкивались с такими откровенными махинациями…

Господа спешно покинули дом Марата и тут хозяин не выдержал, буквально подбежав и плюхнувшись на лавку передо мной.

— Ф-Феликс? — он начал сбивчиво. — Мы не прогадаем? Может стоило взять многие тыщщы от господина Витаса?

— Хе-х! — я довольно ухмыльнулся. — Вдохни глубже, друг мой, ты скоро станешь самым богатым мастером, ну… или близко к тому…

Глава 16

Аукцион по… Да без разницы, по какому!

Господа ушли, точнее убежали сломя голову исполнять поставленные задачи, самолично себе и поставленные, а я почувствовал усталость. Многое произошло за последние сутки, а точнее с вечера прошлого дня. Разговаривать с хозяевами я не захотел, так как пришлось бы просто развеивать их сомнения.

— Марат, вот что друг мой, — я похлопал хозяина по плечу. — Доверься мне и будь спокоен. А сейчас, я бы отдохнул, — проявил я настойчивость, выделив её интонацией. — Утро, так оно всегда мудренее, — добавил я, улыбаясь Дарье и двум её подружкам, так и оставшимся гостями на ночь.

Ну не выгонять же их, в самом-то деле?

Я зашёл к себе в комнатку и обнаружил уже приготовленную кровать. Внимательная хозяйка постелила свежайшее бельё, края которого смутили меня. Бельё аж хрустит, словно его на морозе вымораживали. Ну или килограмм крахмала на квадратный сантиметр использовали. Что б колом стояло.

Я спокойно разделся и лёг, даже не удосужившись потушить магическую свечу в красивом подсвечнике, установленном на крохотном подоконнике. Ну и ладно. Не мешает.

— Так, Чукча и остальное безумство крылатое, где вы? — задал я вопрос, глядя в бревенчатый потолок.

Два магических персонажа появились у меня на одеяле в ногах, переминаясь с лапы на лапу. Точнее, это грифончик переминается, а рыжий сидит у него на голове, ожидая продолжения моего обращения. Дуется ещё.

— Ну-у, — протянул я, вынув приготовленный пирог с мясом. — Раз никто не хочет… — я пожал плечами и открыл рот, имитируя намерение откусить половину лакомства сразу.

— Вот, начальника, аднака, — Чукча моментально проявился с красноречием и облизнул ус, не сводя взгляда с пирожка. — Почему твоя такая строгая? Э-м-м-м… — он подпёр голову лапкой. — Не поймёт моя. Не кусай пирожок, — не выдержал он. — А, хозяина!? — взмолился усатый, как будто ночью крошек на столе не найдёт.

Грифон взглянул на меня умоляющим взглядом, способным довести любого человека до приступа жалости.

Я моментально вспомнил про имя, которого у птенца… Тьфу! У щенка или котёнка ещё нет. Ага, котёнка, сейчас. Вон, как преобразился его рот в момент схватки со слепой паучихой, подручным демоном графа.

Я кинул пирожок повыше, а птиц-зверь подлетел и сцапал его прямо под потолком.

Клац! Щёлкнула его пасть.

На кровать посыпались крошки и плюхнулся таракан, выпавший из-за своей нерасторопности при внезапном старте пернатого. Однако рыжий остался доволен и вскоре, мы все трое вновь собрались. Я на кровати и под одеялом, а двое магических чад разместились у меня на груди.

— Во-первых, ты будешь Вжиком, — огорошил я пернатого львёнка, или рысёнка с задними лапами орла. — Нравится имя? — я решил посоветоваться, а-то мало ли, чего там у грифонов в головах скрыто по поводу имени.

— Ему нравитша, хошаина, — выдал за него Чукча, работая челюстями и жмурясь от удовольствия потребления вкусных крошек.

— Прожуй сначала, — укорил я рыжего. — Подавишься ещё! Хотя, нечему и давиться-то, — завершил я замечание, махнув рукой и со скепсисом глядя на Чукчу, зажевавшего гораздо быстрее.

— А что, у доброй хозяины, во-вторых, аднака? — поинтересовался усатый когда прожевал. — Моя уже не ест, аднака! Вот! — он продемонстрировал все лапы, оттопырив их, и даже открыл рот.

— Молодец, — похвалил я его, чем обрадовал таракашку и заодно заслужил ревность Вжика. — Отставить съедать Чукчу! — вырвалось у меня, когда крылатый открыл пасть и недвусмысленно навис над рыжим.

Чукча задрал голову и увидел над собой рот с зубами и зев глотки хищника.

Усатый взглотнул, стараясь не шевелиться, а мелкий страж не стал его хватать, послушавшись меня. Вжик только отодвинулся от соперника, в его понимании конечно же, и рыкнул, намекая на конец полётов деспота на себе.

— Отставить! Оба! — я покачал головой, разыгрывая досаду от их ссор. — Вы оба — мои любимые, так что, примите это и живите мирно! Всё! А теперь ко второму пункту, — я перестал обращать на них внимание и снова уставился в потолок.

— Слушает наша, очень внимательно хозяину, аднака! — отчеканил рыжий и затих, сочтя правильным не мешать мне думать над формулировкой второго пункта.

Я выдержал небольшую паузу, соблюдая ритуал мыслителя и решил, что пора озадачивать и Калигулу.

— Вот, как нужно поступить, — начал я очень серьёзно. — Следует вызвать нашего Элементаля и дать ему задание по прикрытию завтрашних торгов.

— Отчего, ну-у-у, от кого прикрывать-то, моя не понимает ни в какую, аднака, — забеспокоился Чукча. — Господа тутошние, что пирожками и квасом угощалися, тойные товарищи, так они обещали охрану…

— Чукча! — остановил я его поток слов. — От тех, кто сбежать попытается с аукциона, — пояснил я. — И да, таких будет много, — опередил я его с новой репликой. — Так вот, завтра нам понадобится помощь Калигулы в их торможении. Э-м-м, скажем, вкапыванием в землю. По пояс, — уточнил я и повернулся к стенке. — Это приблизительно, чтобы не насмерть только. А теперь, гасите свечку и спать!

Не успел я завершить оглашение поручения про свечку, как она погасла, а я…

Тук-тук-тук!

— Господин Феликс, кня-а-зь? — кто-то осторожно позвал меня из-за двери. — Утро уже, пора завтракать. Господин Фе-е-ликс?

Я сразу узнал голос Марата и вскочил с кровати, как ошпаренный.

Вроде только-только свет потушили, а уже пора и вставать? А где же красочные сны, и прозрачные фурии с лавками и качельками? Ну, да ладно!

— Иду, Марат! Дай мне одну минутку, — выдал я бодро и надел штаны. — Снег свежий на дворе? — озадачил я хозяина нестандартным утренним вопросом.

— Так, Феликс, а-а-а? — он не понял вопроса. — Всю ночь падал… — гостеприимный хозяин быстро сориентировался с ответом.

— Отлично, Марат! — я бодрячком выскочил из комнаты, и с хорошим настроением выбежал во двор.

Хозяин поспешил за мной, да и Дарья не удержалась от того, чтобы утолить интерес, зачем мне понадобился свежий снег. Посему, бодрящее растирание свежим снежком я выполнил под их удивлёнными взглядами, стараясь не орать от переизбытка эмоций.

После этого я умылся в привычном рукомойнике из дерева, и мы сели завтракать. Ели молча, хотя Марата так и подмывало желание внести побольше ясности относительно проведения торгов. Но он проявил стойкость и сдержался.

А уже спустя каких-то там тридцать минут, понадобившихся на дорогу и для скорых сборов с приведением себя в надлежащий вид, мы подъехали к главному зданию городской управы, у которой уже толпится нетерпеливый народ. Или участники намеченных торгов.

Однако, в первую очередь меня привлекла архитектура самого здания, в котором располагается местная администрация. Есть, чему подивиться.

И начал я удивляться с того, что оно деревянное. Всё-бы ничего, но вот облик его копирует главный дом с колоннадой какого-нибудь дорогого поместья. Даже проёмы окон высокие и начинаются довольно низко. Правда, закрыты они до половины и к ним ставни приделали. Наверное, это потребность местного уклада жизни такая, требующая максимальной защиты.

По периметру установлен невысокий забор. Двери входа в здание высоченные и очень тяжёлые. По углам ограждения возвышаются четыре башенки, или вышки для охранников, которых там сейчас нет. И всё это великолепие иссини чёрного цвета.

Мы вошли на территорию и сразу столкнулись с удивлёнными и испуганными взглядами будущих претендентов на обладание шкурой Многоликого Демона, Снеговика. Все смотрят на землю и тихо переговариваются с обеспокоенными нотками в приглушённых голосах.

— Что тут происходит? — Марат первым из нас проявил интерес к столпотворению народа.

Я же просто посмотрел туда, куда направлены взгляды собравшихся и сразу же осознал свою нечаянную причастность к этой вынужденной остановке. Вокруг здания прочерчена линия, просто насыпанной землёй. Это явно проделки Калигулы, обозначившего для себя границу, до которой не должен дойти никто из участников торгов. Ну… Это когда бежать удумает.

— Вот! — кто-то указал на недоразумение, относящееся к магическим проискам неизвестных.

А как иначе думать здешним горожанам, живущим бок о бок с тёмными и светлыми магами. Да и собравшиеся люди к их числу относятся.

— А это — ничего страшного, — я поспешил дать разъяснения, начав частично импровизировать. — Маленькая перестраховка, которая позволит не разбредаться счастливым участникам закрытого аукциона.

При упоминании о закрытости торгов добрая половина собравшихся стала грустной. Даже руками заплескала, изображая высокую степень своего расстройства.

— Магия? — прозвучал уточняющий вопрос из толпы.

— Она самая, — выкрикнул я и перешагнул через линию.

Пройдя несколько шагов по направлению к входу, я обернулся и застал всех за занятием по наблюдению меня. В смысле, не сгину ли я, перейдя черту.

Всё со мной и с Маратом оказалось в порядке, но народ пока не спешит следовать за нами.

— Вы, наверное, хотите узнать условия проведения торгов? — я правильно истолковал их настроение.

— Будет весьма неплохо, — выкрикнул какой-то толстячок из толпы.

— Тогда слушайте и решайте. Время подумать, у вас, уважаемые, будет ровно одна минута, после оглашения правил, тот кто останется, тот и примет участие в торгах, — я быстро согласился с желанием покупателей. — Итак, к-х кх-м, — я кашлем помассировал голосовые связки и принял строгую позу, вперив руки в бока и чуть выставив вперёд эфес рунной шпаги. — Готовы слушать?

Все затихли, показав что внимание сосредоточено на мне и на моих словах.

— Великолепно! Слушайте, так как повторять правила я не буду, также, как и заниматься их расшифровкой, — я обозначил начало оглашения условий проведения торгов. — Каждый вошедший сюда соглашается со стартовой ценой лота в один рубль золотом, — я прервался, так как довольный ропот прокатился по толпе собравшихся. — Торг идёт до последнего участника. И теперь — внимательно! — я поставил акцент на важнейшем условии. — За того, кто покинет торги, случись у него нехватка финансов к их продолжению, платит каждый оставшийся ту сумму, с которой последний был согласен. То есть, сумму, прозвучавшую перед повышением ставки за лот. Он при этом не платит, но покидает торги и ожидает их завершения в атриуме… — я обернулся к Марату и перешёл на пониженный тон. — Тут есть атриум или холл?

— Есть, — кивнул мой напарник.

— Хорошо, — я вновь переключился на собравшихся. — В атриуме или холле городской управы. Вот такое простое правило. Решайте, у вас минута!

Начались шумные дебаты, где народ решал судьбу моей простенькой схемы. Продлились они не долго, так как потеря лишних десяти, ну или пятнадцати рублей, как предположили покупатели, их не разорит.

В результате, через линию перешагнули двадцать восемь человек и мы вошли внутрь городской управы. Кстати, мои знакомые по ночному разговору тоже пришли и заявили себя в качестве участников аукциона.

Внутри всё оказалось таким, как я и нарисовал в своём воображении. Здание имеет атриум и основной зал с внутренней колоннадой, где уже подготовлено место для аукциониста, человека, проводящего торги. Что-то типа трибуны у дальней стены.

Я прошёл туда, разместил шкуру на столе, что стоит рядом с трибунной тумбой и встал за неё, взяв в руки киянку. Деревянный молоток, выделенный кем-то из мастеровых.

Марату тоже нашлось занятие. Он записал всех присутствующих в колонку и приготовился записывать, кто и сколько будет должен заплатить. Такой подход всех впечатлил и добавил важности к мероприятию.

Участники расселись на приготовленных табуретках и затихли, переживая возбуждение и ожидая начала аукционных торгов. Ну, поехали!

— Итак, шкура Демона Многоликого, — я указал рукой с киянкой на стол. — Стартовая цена один рубль золотом! Кто даст полтора?

— Я! Я! Я… — зазвучала людская разноголосица.

— Пятнадцать рублей! — выкрикнул худощавый мужчина, встав с табуретки.

— Восемнадцать… Девятнадцать… Двадцать четыре! — начался активный торг.

— Девяносто рублей золотом! — толстячок потряс расшитым мешочком над своей головой.

— Я выхожу из торгов! — сдался первый участник.

Марат встал и прошёлся по залу, где каждый отсыпал по восемьдесят пять рубликов, что соответствовало последней сумме перед повышением до девяноста. И торг продолжился.

Следующая сумма, заставившая отвалиться аж пятерых, оказалась больше ста семидесяти рублей, на которую все были согласны. И снова Марат собрал деньги.

А дальше, всё пошло так, как я и рассчитывал. Десять человек отвалили, а оставшиеся за них заплатили по восемьсот пять рубликов. Следом вывалились ещё восемь и за их выход четверо выложили по одной тысяче пятьсот десять рублей. Далее отпали ещё двое и казна пополнилась на четыре тысячи двести сорок рубликов золотом….

Осталось двое и сумма две с половиной тысячи. Победитель остался доволен, но схватился за голову, так как за победу он должен ровно Восемь тысяч девятьсот девяносто рублей золотом. Ну а наш общий заработок составил тридцать три тысячи восемьсот семьдесят пять рубликов. Тоже в золоте.

Последний участник, коим оказался Кузьма Яровой, вылетел из зала как ошпаренный.

— Феликс, а как это так получилось? — ошалело пробормотал Марат.

— Легко! — с этими словами я нарисовал ему табличку, где расписал всё наглядно.

Вот такую:

28 человек -1 участник = 85 рублей, помноженное на 27 оставшихся = 2295 рублей

27 человек — 5 участников = 170 рублей, помноженное на 22 оставшихся = 3740 рублей

22 человека — 10 участников = 805 рублей, помноженное на 12 оставшихся = 9660 рублей

12 человек — 8 участников =1510 рублей, помноженное на 4 оставшихся = 6040 рублей

4 человека — 1 участник = 1800 рублей, помноженное на 3 оставшихся = 5400 рублей

3 человека — 1 участник = 2120 рублей, помноженное на 2 оставшихся = 4240 рублей

2500 рублей = 1 участник, опять на 2500 рублей

Итого: 33875 рублей в золоте

Плюс 2500 — деньги победителя за сам лот, если они у него остались.

Марат выпал в осадок, если попросту выражаться, и обессиленно опустился на стул.

— Пошли, — я приободрил его, похлопав по плечу. — Будем урожай собирать, — улыбнулся я и мы вышли на улицу.

Тут уже творится невообразимое. Жёны и родня великих и жадных участников причитают и топчутся у черты, боясь ступить за своеобразную преграду невиданной по силе магии. Ну а участок от входа и до неё утыкан торчащими из земли торсами бедолаг, попытавшихся сбежать. Да все тут оказались и только глазами водят по сторонам, будучи под контролем моего элементаля.

Требуется что-то сказать и растолковать господам, во что они вляпались со своим желанием дармовщинки. Ну что же. Я мысленно обратился к своим невидимым помощничкам.

— Калигула? — я призвал элементаля. — Ты просто поговори со мной ментально, но не высовывайся. — А ты, Чукча, будь на чеку, страховкой займись.

— Слухаю тебя, хозяин! — отрапортовал довольный Калигула. — Хош, я шкульптурки из супостатов забацаю?

— Не-не-не! — я поспешил остановить своего подручного. — Ты приготовься домик преобразить, по моей команде. Я пальцами щёлкну и…

— Говори мил человече! — заорала толпа. — Чего надобно тебе?

— Отпусти их!

— Смилуйся!

Так как меня прервали, пришлось отвлечься от общения с элементалем и подойти ближе. Так, чтобы меня услышали все собравшиеся, включая горемык, торчащих из земли на участке перед городской управой.

— Итак, дамы и господа! — сказал я вроде спокойно, однако мой голос прогремел с неба, подправленный или Чукчей, или Калигулой. — Я не собираюсь их убивать или как-то наказывать сверх того, что эти господа сами себе устроили, НО! — я поднял вверх указательный палец, а Калигула воспринял жест за сигнал.

Сзади меня раздался хруст и звон, словно гранит разлетается от внутреннего давления. Ну или типа того.

— Но вы обязаны отдать все тридцать три тысячи восемьсот рублей золотом! Или! — голос мой продолжает греметь с высоты небес, под звуковое сопровождение чего-то рушащегося позади и нестерпимого хруста. — Или подыскать альтернативу! Предложения я буду ожидать у господина Козея, коего вы все хорошо знаете, — тут я повернулся, указывая на обалдевшего Марата, а заодно и глянул на здание.

Оно, здание это, просто-напросто стало каменным и белым. Я охренел, но сдержался.

— Думайте, или все почувствуют силу моего гнева, — я поспешил завершить выступление, так как и самому требуется отдышаться.

Я глянул на замолчавших баб с немногочисленными детками, мужичков, переминавшихся с ноги на ногу, на стариков и…

— Калигула, отпускай эту толпу идиотов, — я отдал элементалю мысленную команду.

Люди начали подниматься из земли, ну в точности как грибы или травка…

Бах! Ба-а-абах! Бах! Бах!

Оружейная и револьверная канонада разрезала наступившую тишину.

Разрезая толпу надвое, словно ледокол крушащий лёд, на территорию городской управы влетела группа всадников, лавируя между восстающих из земли мужиков.

— Фе-е-ели-и-икс!? — зычно вскричал самый главный из них. — Отходи! Мы прикроем!

С этими словами толпу взяли под прицел все примчавшиеся всадники.

Зашибись! Я махнул рукой и спокойно пошёл к Марату домой, таща нового друга за руку.

— Череп, — обратился к Колчаку. — Какого ляду ты мне рейд одиночный срываешь? — махнул я рукой проходя мимо старого друга. — Да ну вас… Езжайте за мной, и оружие уберите. Помощнички…

Глава 17

Бонусы? Да ладно вам… Это джекпот, ёлы-палы

До дома Марата мы добрались без приключений и молча, размышляя о произошедшем аукционе. Ну это Марат размышлял, так как для меня всё случилось предсказуемо. Да и какие могут быть приключения, ели горожане от нас попросту шарахались по всему маршруту следования.

Быстро тут слухи разносятся, сказать нечего. Такое ощущение, что все всё знают о прошедшем казусе на торгах в городской управе. Даже редкие домашние питомцы, типа лохматых собак, наверняка злющих и кусачих, разбегались в стороны поджав хвосты и неистово скуля.

Или это они моего грифончика Вжика чуют, который пригрелся у меня за пазухой, путешествуя таким образом и действуя по своему обыкновению, или по привычке… Или по традиции. Да без разницы. Кстати, малыш мог бы и полетать, скрытый магией Чукчи… М-м-да. Да и ладно.

Череп прибыл в городок мне на выручку со своей неизменной командой Магов-Вольников и они последовали за нами, держась на некотором удалении, так как слегка задержались у преобразившегося здания городской управы. Господа что-то расспрашивали у толпы обеспокоенных горожан по поводу моей выходки с вкапыванием бегунов в землю.

Скоренько разузнав детали аукциона и поняв, что угрозы для моей жизни нет, Череп сотоварищи, по всей видимости, немного успокоились, но заговорить со мной пока не решались. Ждут подходящего момента для начала общения, или появления более уютной обстановки, располагающей к разговору.

Пересекая уже знакомый, даже родной двор владений Козея, я вспомнил про Братана и свернул к сараю, где у хозяина находится конюшня с лошадиными стойлами.

— Ну, как ты тут? — поинтересовался я у боевого коня, заглядывая в его кормушку. — Скучаешь, наверное? Но ты не скучай! — продолжил я участливо, постепенно переходя на оптимистический тон монолога. — Главное, что твои ноги целы, а они мне очень скоренько понадобятся, — я решил и Братану передать толику своего оптимизма. — Мы с тобой, друг мой лохматый и крупнокопытный, должны будем отправиться на поиски какой-то там державы, из набора Владыки Захребетья… Э-мм… Там ещё скипетр есть!

— Очень интересно, Феликс, — раздался голос Черепа позади меня. — А туда, прости за любопытство, непременно в одиночку требуется?

— Александр, — я резко обернулся. — Подслушивать чужие откровения нехорошо! — констатировал я с укоризной. — Хотя, если ты знаешь о каких вещах идёт речь, то я буду рад, если ты поделишься знаниями и утолишь мой информационный пробел, — высказался я и устремил на поручика взгляд, полный надежды.

Колчак прошёл к стойлу и протянул Братану морковку. Конь принял подношение из своего списка деликатесов и захрустел пережёвывая корнеплод.

— Понимаешь, Александр, — я повернулся к Братану и похлопал его по мощной шее. — Я не имею понятия куда направляться, а ты о моей компании беспокоишься. Это как в том… Ну, в неком сказании: «Пойди не знаю куда и вынь оттуда то, что должен!» — я немного перефразировал известные строки. — Итак?

— Э-хех, Феликс-Феликс, — вздохнул Череп. — Я только легенду слышал, да и то, будучи ещё желторотым Магом Вольником, только-только пришедшим на службу, — пояснил он и пожал плечами. — Да и непонятно, что в историях тех правда, а что вымысел чистой воды, — добавил он печально. — А что за нужда такая у тебя стряслась, что ты копаться в легендах со сказаниями начал, а, Феликс?

Мне же очень не понравился поворот разговора, где я сменил Колчака и стал ответчиком. Рассказывать ему о Демонессе Алайси, ну-у… О её странном рассказе, прозвучавшем в качестве поручения, или персональной задачи. Это, пока что, в мои планы не входит. Придётся Грифона светить перед поручиком, что тоже преждевременно.

А ещё я понял, что информацию нужно черпать из другого источника. Посему, нужно закругляться с разговорами о Мифах и менять тему на более реальную.

— Ладно, Череп, — я ещё раз потормошил богатую гриву Братана. — Пойдём в дом, поди проголодались с дороги-то, — высказал я догадку, тоном утверждения. — Кстати, а что тебя сподвигло на помощь мне стартовать, я ведь в одиночном рейде? — поинтересовался я проходя мимо поручика к двери.

— Да слушок прошёл, что в этом городке непонятные события приключились, — Колчак последовал за мной. — Да такими бредовыми историями оброс этот слух, что проверить требуется, — добавил он и мы оба вышли во двор, где остальные прибывшие уже спешились с коней и терпеливо ждут нашего появления. — С Источником Магии и Алтарём Силы, — пояснил он, чем привлёк внимание всех Магов-Вольников. — Не расскажешь, что знаешь по этому поводу, ведь ты тут в это время находился?

— Ну, как тебе сказать, — пожал я плечами. — Знаю доподлинно, что местный староста, это который граф Мурава, исчез внезапно. Ну и тёмным он был, — высказал я и поднялся на крыльцо, где Марат уже ждал нас. — Хе-х! Александр, а пойдём-ка лучше бонусы получать, которые скоро на пороге дома объявятся, — я улыбнулся.

— По какому случаю? — Колчак удивлённо вскинул бровь.

— Да всё по тому же, — отмахнулся я, открывая входную дверь дома, жестом приглашая пройти Колчака вперед, — что-то подсказывает мне, что после моих торгов визитеры с заманчивыми предложениями появится на пороге Козея, и очень скоро.

С этими словами мы прошли через сени и вошли в жилище радушных хозяев, где нас уже ожидала Дарья, и накрытый немудрёный снедью стол. Остальные члены группы магов вольников прошли вслед за нами и создали у вешалки некое столпотворение, которое завершилось сразу же когда маги скинули свои теплые накидки.

Господа чинно расселись за столом, под одобрительные взгляды хозяйки, и приготовились к трапезе. Я в очередной раз отметил скорость приготовления выпечки прекрасно осознав то, что без магии в этом доме никак не обходятся.

— Прошу вас, гости дорогие, — Марат жестом указал на пищу, — Пообедайте уж чем богаты, — Предложил Марат на правах хозяина и первый взял кусок пирога, источающий ароматный запах.

Долго уговаривать себя маги не дали, и с живостью принялись поглощать незамысловатую пищу, состоящую из терпкого хлебного кваса, пирогов с самой разнообразной начинкой и жаренного мяса какой-то птицы, подозреваю гуся, уж больно размер характерный.

Несколько минут прошли в общей тишине, нарушаемой лишь довольными вздохами людей, утоляющих голод. Оно и понятно путь до городка не маленький, дорога извилистая, а плюсом ко всему этому адреналин, полученный при ледовой переправе речки Патоквож.

Обеденную идиллию нарушил осторожный стук в дверь.

Череп вопросительно взглянул на меня, на что я ответил легким кивком, мол — так и должно быть, я же предупреждал. А спустя через минуту хозяин, вышедший встречать нечаянного гостя, привел в дом толстенького мужичка, который замялся на пороге, увидев сразу нескольких магов вольников и меня, отложившего в сторону плетенную тарелку с пирогом. Все присутствующие не сговариваясь воззрились на визитера, который, по-моему, покрылся холодным потом.

— Ярик, — незамысловато представился гость, выдавив из себя имя, неуклюже поклонившись.

— А чем промышляет, господин Ярик? — задал я следующий вопрос, присматриваясь к мужичку.

Он стушевался под моим взглядом переминаясь с ноги на ногу, и продолжая стоять у порога.

— Дак, знамо чем! Покупаю я то сё, то другое, — ответил толстячок как-то уклончиво.

Для меня сразу стало понятно, что этот дядечка занимается обычной скупкой, и последующей перепродажей дефицитных артефактов. Но то, что он заявил об этом смело, свидетельствует о частичной легализацией его дела, вполне вероятно, что этот Ярик, занимается скупкой и для нужд регулярной армии.

— Что привело вас, Ярик? — Участливо поинтересовался я у толстячка.

— Тут вот какая оказия, княже, — начал он сбивчиво, — Аукцион здешний, в тупик меня поставил, скажу даже больше и честнее, что нет у меня столько золота, сколь я отдать вам должен, — прозвучал честный ответ Ярика.

— И что же вы предлагаете, уважаемый, — задал я вопрос, с некоторой ленцой в интонации.

— А чего ж не сказать-то, может господин услугами какими-нибудь заинтересованный? — Перешел он к деловой части визита, — Может он вещицу какую-то хитрую ищет, на кою мне внимание должно уделить?

— Ну-у-у, — я повертел в воздухе пальцем, — Вполне возможный финал по части решения проблемы с вашим долгом, но сумма? Сумма уж больно большая.

— Так, а я не разовую помощь какую окажу, — парировал Ярик.

— К-хм, — Череп ткнул меня локтем, намекая на то, что можно и дать согласие на столь заманчивое предложение, прозвучавшее от скупщика, а я в свою очередь наступил ему на ногу, давая понять, что сразу давать согласие вовсе не нужно.

Тук, тук, тук!

Новый стук в дверь прервал едва только начавшиеся торги.

Хозяин немедленно поднялся со своего места, и впустил следующего горемыку, попавшего в долговую зависимость ко мне.

Худой вошедший человек, появившийся в сопровождении Марата, даже не удивился присутствию Ярика, и встал рядом с ним, сняв головной убор и скопировав виноватую позу скупщика артефактов.

— Позвольте, я угадаю, — я первым вступил в диалог с новым визитером, — вас тоже смущает образовавшийся долг? Представьтесь, пожалуйста.

— Прокоп, — сдержанно поклонился он.

— А чем занимается уважаемый?

— Мастер по боеприпасам и рунному клеймению.

— Никогда не поверю, что при столь востребованной профессии мастер может нуждаться в средствах, — произнес я тоном рассуждения, и собравшиеся за столом меня поддержали кивками и жестами удивления.

— Городок наш, так оный чересчур маленький, — развел руками Прокоп, — И это в столицах всяческих, у мастеров приличный заработок, а тут магов, дык поди, раз два и обчелся!

— Угу, — согласился я, — И вы предлагаете простить вам долг, взамен на услуги согласно профилю и специфике ваших занятий?

Гость закивал, обрадовавшись моей понятливости, и выражая в мимике надежду и оптимизм, в решении щекотливой ситуации с деньгами.

Тук-тук-тук.

Очередной стук в дверь не вызвал удивление не у меня, ни у Черепа сотоварищи.

Все воззрились на дверь, которую открыл хозяин, впуская очередных просителей. Ими оказались сразу два персонажа, принявших участие в моем аукционе, проведенной в городской управе. Это командир над жандармами, Яровой Кузьма, и второй представитель местных силовиков, командир магического патруля, Яблонский Витас. О цели их визита уже все догадались.

— Господа, — обратился я ко всем сразу, — все мы знаем о причинах, заставивших уважаемых людей прийти сюда, посему у меня есть предложение, способное как-то решить создавшую ситуацию, — начал я свою речь, встав, чем проявил уважение к собравшимся. — Долг городка, — продолжил я, прохаживаясь между магами, сидящими за столом, и господами, превратившимися в концентрат внимания, — так вот, долг вашего городка, образовавшийся из-за вашей же жадности, достаточно высок, и забывать о нем, у меня нет никакого желания. Плюсом, некрасивое поведение старосты, не удосуживавшегося лично уделить внимание столь щекотливой ситуации, — тут я слукавил, прекрасно зная о той горстке пепла и черепке, оставшийся после кончины графа Муравы, убиенного грифоном и нами, незадолго до всего этого. — Поэтому я считаю, что вам нужно провести экспресс совещание, выйдя за дверь, и ознакомить меня с его результатами, — я кивнул на выход из светлицы, давая понять, что пока все сказано.

Визитеры переглянулись и вышли в сени, острожно притворив за собой дверь.

— Феликс, а ты можешь объяснить, что здесь происходит? — не выдержал Череп, и обратился ко мне.

— Мирный захват темного города, с переделкой его в светлый, — пояснил я, и присел рядом с ним.

— Понимаешь Александр, — продолжил я, как бы рассуждая вслух. — Чтобы что-то захватить, совершенно не обязательно махать саблей, достаточно повесить на интересующий объект большой долг.

— Гениально! — воодушевился Череп, — и каков будет итог твоих действий, продолжил он проявлять интерес.

— Предсказуемый, — заявил я, и мы все обернулись на вновь скрипнувшую и потом открывшуюся дверь.

Вошедшие господа явно пришли к какому-то заключению и выдвинули вперед оратора, коим стал скупщик Ярик.

Он прокашлялся прежде чем начать, а Дарья поднесла ему кружку с квасом, проявив себя, как хорошая и внимательная хозяйка.

Промочив горло, уполномоченный вернул пустую емкость, и промокнул лоб расшитым платочком.

— Господин Феликс, — начал он говорить проникновенно и ответственно. — Мы не знаем, как так получилось, возможно это какая-то магия чисел, но долг городка действительно непомерно высок. Посему, у нас есть для вас единственно верное предложение, способное уладить этот финансовый вопрос. Принимаем во внимание исчезновение старосты городка, известного как граф Мурова, мы предлагаем вам занять его место, или уступить его любому вашему ставленнику. Со своей стороны, мы обязуемся не строить каких либо козней, в отношении вас или его, а также исполнять распоряжения и возможные указания, — выдал Ярик на одном дыхании и замолк, ожидая моих ответных слов.

Если честно, то я не ожидал, столь радикального решения от господ. Я попросту не надеялся на это, рассчитывая иметь какие-то бонусы от отдельных взятых личностей, имевших передо мной ощутимый денежный долг.

Но это предложение чуть не выбило меня из колеи.

Череп замер, превратившись в скульптуру, у кого-то из магов выпала ложка, а кто-то поперхнулся и неистово закашлялся, получая по спине дружеские хлопки. Дарья опустилась на стул, Марат стал тенью, а делегаты, сосредоточились на мне, ожидая когда я провозглашу свое решение.

— Неожиданно, — выдал я односложно, стараясь держать себя в руках, — я подумаю над этим немного. А сейчас вы свободны, — я кивком указал на дверь господам.

— Да, да. Конечно, господин Феликс. Думайте, решайте, мы примем любое ваше решение, — зазвучали радостные возгласы делегатов.

Я же застыл с покерфейсом, прекрасно понимая, что нельзя давать согласие сразу, независимо от прозвучавшего предложения.

— Марат? — обратился я к хозяину, — Будь ласков, проводи дорогих гостей! И поскорей возвращайся.

Хозяин вышел из ступора, и исполнил мою просьбу, под гробовое молчание, магов вольников.

Вернулся хозяин с округлившимися глазами.

— Представляете, господин Феликс, а за воротами почти весь городок собрался!

— Что вполне естественно, — повел я итог, интереснейшей встречи, думая и гадая, что мне теперь со всем этим делать.

Следующие полчаса я провел в абсолютном молчании, поглядывая на Черепа, на его магов и на Марата, пытаясь сформулировать свое решение.

В принципе, прозвучавшее предложение — это верх моих ожиданий. Однако, становиться во главе городка, у меня нет никакого желания, поэтому решение только одно, и как не будет звучать банально, это поиск и утверждение своего ставленника, на должность городского старосты.

Я еще раз глянул на Марата, заставив его смутиться, под моим испытующим взглядом.

— Начальника, а начальника, — голос Чукчи разрушил мою мыслительную идиллию, — чего твоя такая задумчивая, аднака? — Проявил он интерес к моему состоянию.

— Чукча, вот тебя сейчас только не хватало! Ты можешь помолчать и дать мне сосредоточиться? — Я мысленно отмахнулся от усатого. — Ты чего хотел-то? — я вдруг подумал, что фамильяр не зря вторгся в мои мысли, и у него есть бредовый совет или предложение, хотя в его бреднях иногда проскакивают и дельные мысли.

— Моя, аднака, должен напомнить хозяине про державу и скипетр, — напомнил он, о вещах упомянутых демоннесой Алайси. — И твойная зеленая, которая появляется редко-редко, намеки делала проте полезные вещи.

— Чукча, да я понял, что нужно заместителей искать, — рявкнул я мыслено.

— Тогда — это Марат, — выдал Чукча, именно то решение, которое поселилось и в моих мозгах.

Я взмахнул рукой, чем привлек Черепа и спровоцировал его на разговор, вместе с магами, внимательно следящими за мной.

— Феликс, — обратился ко мне Колчак, — Извини, что отвлекаю, но мы все сгораем от интереса! — намекнул он на затянувшееся ожидание. — Ты чего решил-то? Иль, пока не решил? — проявил он нетерпение и забарабанил по столешнице пальцами.

— Знаешь, Александр, а вот и придумал! — заявил я встав со своего места. — Думаю, что о решении я должен сказать сам, раз никто не расходится из местного населения. Или… не должен? Х-мм…

Я указал рукой на окно, сквозь которое все присутствующие увидели часть двора, вотчины Козея.

Люди не спешат расходиться, и терпеливо ждут моего решения. Не все конечно во дворе поместились. Большая и основная часть горожан за воротами ожидают.

Я глянул на Колчака.

— А может ты, Александр, сделаешь громкое заявление? — мне пришла в голову правильная мысль самому не оглашать вердикта по предложению.

— Запросто, а что говорить-то? — воодушевился Колчак.

— Так мол, и так, скажешь, — я продолжил непринуждённо. — Вот вам Марат, любите и жалуйте оного! — заявил я и сделав несколько шагов, подошёл к названному и похлопал его по плечу. — Думаю, что он справится, да и местный он, — внёс я дополнение и подвинул хозяина в центр комнаты. — Ну вот и славно, раз все согласны, — завершил я, пользуясь всеобщим ступором. — Вперёд, Череп! Народ ждёт хороших известий…

Колчак поправил воротничок, который резко стал ему мал и молча вышел во двор, где всё и рассказал. Люди восприняли известие правильно и даже обрадовались столь замечательному окончанию истории с торгами и аукционами. Победитель, кстати, даже про шкуру демона забыл от счастья.

Спустя некоторое время двор и улица опустели и Марат вновь обрёл способность дышать ровно и даже смог разговаривать.

— Ну вот, — я улыбнулся хозяину. — А ты ещё не верил, что в выигрыше останешься! — завершил я с нескрываемым оптимизмом. — Теперь, Марат, и староста, твоя задача не накосячить и внимательнейшим образом отнестись к тем вопросам, которые тут уже звучали. Совершенно недавно. О скупщиках-нелегалах, мастеровых и … Ну ты помнишь!

Марат закивал, а Дарья вдруг запричитала, радуясь неожиданному повышению мужа… Обрадовалась, одним словом.

Ну, а мне вдруг понадобилось срочно возвращаться в одинокую башню. Поручик заявил, что мой первый одиночный рейд завершён, и теперь главное — это не упустить и закрепить удачу, которую я нечаянно за хвост поймал.

Ну и про тёмных что-то сказал. Например, про то, что паника поселилась в их тёмных рядах, связанная с перевоплощением местного источника…

Интермедия вторая

О затишье перед бурей

Слухи о помолвке Великого Князя Рюрика с одиозной дамой, Графиней Потёмкиной, пронеслись по Ставрополю на Волге словно сокрушительная волна цунами, внезапно ударившая по самому спокойному побережью тихого моря.

Да и в самой столице Руссии об этом поговаривали, шепчась в кулуарах, или перед собраниями благородных и достойных дворян, или перед пышными балами, в родовых поместьях и усадьбах сильных мира сего.

Естественно, что рядовым обывателям не было никакого дела до личной жизни Феликса Игоревича в отличии от людей его круга, и близко знакомых с ним. Если выражаться точнее, то в отличии от тех аристократов, которые занялись обсуждением этой новости с энтузиазмом отважных и решительных революционеров.

При этом, искренне радуясь или печалясь, и выдвигая свои версии странного союза двух, по-своему ярких личностей.

Благородные господа и дамы строили многочисленные, невероятные и смелые предположения о развязке этой истории с внезапной помолвкой, прекрасно помня о характере Полины Николаевны. Да и о молодом князе Рюрике уважаемые люди слышали. Так что…

Так что, тут применимо одно высказывание, известное широким массам, такое, как «и тут нашла коса на камень», или, как Титаник вмазался в айсберг… Да всё что угодно можно цитировать, и приводить в пример смелые аллегории подходящие по смыслу!

Правда, пока не совсем понятно, кто же из молодых людей коса или Титаник, а кто роль камня с айсбергами исполняет. Да и о самом страшном кораблекрушении никто ещё не слышал, и не факт, что когда-нибудь услышит…

Анна Никитична Демидова, старшая из детей Великого Князя Никиты Васильевича, только-только переоделась после возвращения с занятий. Осенне-зимний учебный план, составленный уважаемыми Магистрами Академии Боевых Рун Руссии, подразумевал очень насыщенный график занятий. Даже дополнительные часы обучения ввели, что существенно повлияло на жизненный распорядок студенческой молодёжи великородных дворян.

— Посторонись! — выкрикнул молодой княжич Никита, проскакивая мимо неё на палке с лошадиной головой и с деревянной саблей в руках. — Магическая кавалерия наносит фланговый удар по врагу! — добавил он, взмахивая своим оружием.

— Никита Никитич, — улыбнулась старшая сестра. — Будьте осторожны, там у крепостных ворот глиняная охрана! — она кивнула в сторону высоких дверей обеденного зала, по бокам которых стоят две фарфоровые вазы. — Это происки великих Варлодов Захребетья! — добавила она и лихо подхватила падающий сосуд, сохранив его от предсказуемого превращения в горку битых черепков.

Младший Демидов поблагодарил сестру чинным кивком, старательно изображая из себя взрослого человека, и понёсся дальше, по обеденному залу, мимо длинного стола, кресел и диванов.

— Не бойтесь, сударыня! Я обойду их с тыла и разобью! — звонко выкрикнул Никитка и исчез в других дверях помещения.

Анна снисходительно улыбнулась и прошла дальше по коридорам и лестницам огромного дома загородной усадьбы. Ей нужно навестить младшую сестру, Роксану Никитичну, которая намекнула на необходимость общения в перерыве между занятиями в Академии Боевых Рун.

Проходя мимо портретов великих предков, девушка остановилась на мгновение перед изображением своей бабушки по материнской линии, величайшей княгини.

— Что же делать, бабушка? — прозвучал тихий вопрос. — Как быть с этой светловолосой бестией, вбившей себе в голову неизвестно чего? Я знаю, что ты не ответишь, но… — она присмотрелась к лицу мудрой женщины.

Даже взгляд с холста сохранил свою проникновенность и колкость. Работа известного мастера вновь впечатлила молодую аристократку, невольно смутив Анну, заставив отвести взгляд и поторопиться.

Ей нужно успеть посекретничать с сестрёнкой до совместного ужина, проводимого по заведённой традиции. Тем более, что Великий Князь, Никита Васильевич, удосужился выкроить немного своего драгоценного времени и навестить любимую семью.

Свою сестру Анна застала сидящей на диванчике и занятой чтением свежей прессы. Колонка о светских новостях послужила причиной отвратительного настроения Роксаны.

— Представляешь себе, Анна, — младшая сестра бросила на столик газету. — Он и в самом деле помолвился! — добавила она, пребывая во взвинченном эмоциональном состоянии и приложила ладонь ко лбу, склонив голову и покачивая ей. — Как он мог? А может это всё графиня устроила, а? Анна?

Девушка выпрямилась и сопроводила выжидающим взглядом старшую сестру, прошедшую в комнату и устроившуюся с рядом ней на диванчике.

Анна приобняла Роксану за плечи и снисходительно улыбнулась, словно разница в их возрасте исчисляется не тройкой лет, а всеми двумя десятками.

— А теперь, сестрица, давай по порядку, — заговорила она. — Ты же была в Одиноком Бастионе и виделась с Феликсом! Неужели он ничего тебе не рассказал? Не поверю! Вы же друзья…

— А когда? — Роксана всплеснула рукой. — Он же сразу уехал в какой-то дозор, на выручку с другими Вольниками! А мы с Шуйской остались, э-ээ… — тут она вспомнила, как залпом выпила целый бокал крепчайшего, и не останавливаясь на передышку. — В общем, он не успел ничем поделиться… — закончила она, вспомнив и уютную парилку в апартаментах, в келье Феликса.

— Или вы не задали ему никаких вопросов, — Анна досказала свою версию за неё. — И, что же тут пишут про это? — княжна взяла в руки газету.

Изучив коротенькую заметку о помолвке Рюрика и Потёмкиной, Анна отложила прессу в сторону.

— Ну? — проявила нетерпение Роксана.

— Поверхностно, — Анна пожала плечами. — Ничего о причинах не сказано, как и о дате свадьбы, — добавила княжна с ноткой оптимизма в интонации. — Может это какой-то ход, их совместный, — выдвинула она предположение. — Мануфактуры оружейные оживить, как вариант. Тем более, что помимо всяких хитрых изобретений по части вооружений у молодого князя много чего есть и для рядового обывателя…

— Ты про его хитрые бритвы? — Роксана зацепилась за такой расклад дел.

— И про них и про пуховики… — поспешила согласиться старшая сестра и налила в фужер клюквенный коктейль. — Или вот, это тоже его новшество, как и пюре из помидор, что он пастой нарёк.

Тень сомнения промелькнула на лице Роксаны, когда она приняла поднесённый фужер.

— Может и так, но отчего же мне плакать хочется, а сестра? — она воззрилась на собеседницу, готовясь расплакаться.

— Ну-у, ну-ну-ну, — Анна взяла её за руку и погладила успокаивающе. — Неужели ты так… — тут она запнулась, не решаясь озвучить очевидную формулировку душевного состояния младшей сестры. — Ты влюбилась? — она набралась смелости и произнесла свой логический вывод.

Роксана промокнула предательскую слезу расшитым платочком, стараясь не поддаться чувствам и не разрыдаться в полную силу.

— Послушай, — Анна сработала на опережение, и не позволила свершиться выплеску эмоций у своей младшей сестрёнки. — Что ты готова сделать, чтобы расстроить эту помолвку? — она постучала пальцем по газете со статьёй в светской хронике.

— А что же я могу сделать? — вскрикнула Роксана и вскочила с диванчика, выплёскивая своё эмоциональное перенапряжение. — Разве есть какой-то способ? — она тут же опустилась назад. — Не тяни, сестрица, поделись мыслями… Хотя, я даже не догадываюсь, каким образом можно на всё это повлиять, — она покосилась на газету, ставшую ненавистным источником бед и несчастий для отчаявшейся девушки.

— Возможно, что есть такие рычаги давления, что неподвластны князьям, таким как Феликс, — произнесла Анна слова в предложении, которые вновь зажгли огоньки надежды в гласах младшей сестры.

— Не томи! — не вытерпела Роксана и ударили каблуком об паркет пола.

Анна выдержала паузу, собираясь с духом.

— Может Великие Князья, такие как наш папенька, смогут разрушить помолвку, — начала она отвечать с загадочным выражением. — Это если найдётся веская причина, или непредвиденные, даже шокирующие обстоятельства, касающиеся личной жизни Рюрика? — она взглянула на сестру.

— Продолжай, прошу тебя, Анна, — медленно, почти по слогам, произнесла Роксана, испытывая огромный интерес к её прозвучавшим словам.

— Х-мм! — старшая прищурилась и улыбнулась. — Объяви о том, что ты беременна от молодого князя Рюрика! — выплеснула она вероломный способ давления.

— Но это же… Это ведь не правда! — Роксана вновь вскочила с диванчика.

— А кому какая разница? — пожала плечами Анна. — Это точно подействует!

— Но меня же раскусят и обвинят в клевете! — младшая сестра ошалело захлопала длинными ресницами.

— Нет, не раскусят, — отмахнулась Анна. — На ранних сроках невозможно определить, беременна ли девушка, наделённая даром рунного мага, — продолжила она. — Да и потом, — она встала и надавив на плечи Роксане усадила её обратно на диванчик. — Ты всегда сможешь сказать, что ошиблась, мы ведь девушки и нам свойственно заблуждаться в таких тонких делах, как беременность, и тем более ранняя…

— Э-э-э… — протянула сестра, массируя свои виски. — Но, Анна, а как же тогда… Получается, что я признаюсь в своей близости с…

— А разве у вас её не было? — Анна вскинула бровь.

— Конечно же нет! — Роксана округлила глаза от одной только мысли по этому поводу.

— Странно… А я предполагала, и даже была уверена, что… — задумалась Старшая княжна. — Но! — она подняла вверх указательный палец. — Ты можешь сказать, что оба не помните о содеянном, например после… Ну-у… Ты ведь ночевала у него и не раз! Так что, сестрица, вот тебе и отличное решение! Можешь утверждать всё что угодно, а потом сослаться на свои ощущения и ошибку. Однако, помолвку наверняка уже расстроят, — Анна поделилась своими аргументами. — Тем более, тут главное пущенный слух, а не сам факт беременности!

Обе княжны Демидовы задумались.

— А что с ним сделает папенька? — первой из своих мыслей вернулась Роксана, которой не хватало ещё всего нескольких слов, в поддержку такого смелого решения вопроса с расстройством помолвки Феликса.

— Зная Великого Князя, нашего отца, — наставительно произнесла Анна, делая акцент. — Он сделает всё, чтобы сохранить ему жизнь и не сделать сироткой малое дитя, — она выразительно покосилась на живот сестрёнки. — Не станет он расстраивать дочку, а наоборот, заберёт Феликса из того Одинокого бастиона под своё крылышко. Ты же знаешь о том, что в той крепости всех смертничков собрали… Ой! — Анна поняла, что взболтнула лишнего и прикрыла рот ладонями.

— Как?! — Роксана подскочила вновь.

— Ну-у… это просто слушок такой, — поспешила сестра с уклончивым ответом. — Просто он на стыке двух кланов находится и сейчас считается ничейным…

— Я согласна на беременность! — самозабвенно выпалила Роксана. — Спасти жизнь князю Рюрику — это даже важнее, чем помолвка какая-то! Кому сообщать? — девушка сжала губы в тонкую полоску и нахмурилась, отражая свою решимость.

— Да кому угодно, — Анна махнула рукой. — Слухи сами разлетятся.

Шаги в коридоре прервали общение сестёр. Осторожный стук в дверь и последующее появление дворецкого ознаменовали скорое начало совместного ужина семейства Демидовых.

Девушки засобирались и поспешили привести себя в порядок. Особенно Роксана, заимевшая на лице следы недавно пролитых слёз.

Уже через несколько минут обе красавицы появились в обеденном зале, где прислуга завершала последние приготовления к ужину.

Очередной подсвечник занял место на длинном столе и началась семейная трапеза.

Подносящие проворно меняли блюда с яствами, совершенно не мешая общению Великого Князя со своими любимыми домочадцами. Непринуждённые разговоры о всяких мелочах сменились перечислением успехов сестёр, прекрасно справляющихся со своей учёбой в Академии Боевых Рун.

Роксана делала большие успехи и показывала хорошую успеваемость, как студентка первого курса. Никитка готовился закончить начальную школу с отличием, хотя поведение его немного выбивалось из принятых норм. Но в целом, всё в семье хорошо.

Началось чаепитие завершающее ужин, где зашёл разговор о рутине клановой службы главы семейства в неспокойном Порубежье разлома Великих Хребтов.

— Представляете себе, — Великий князь, Демидов Никита Васильевич, глава Клана Ллойд, поправил салфетку за воротничком и непринуждённо откинулся на спинку стула. — Оказывается, есть ещё в Руссии люди, способные удивить, — он взглянул на всех с нескрываемой интригой в выражении.

— Никита Васильевич, — Варвара Александровна Демидова-Долгорукова, супруга Великого князя, заинтересованно приподняла бровь. — Расскажите! Сделайте милость, нам всем интересно, — она выразительно посмотрела на Никитку и сестёр. — Правда же?

— Конечно, папенька! — среагировали дети почти в один голос. — Просим!

— Совсем недавно я наблюдал, э-эм-м, точнее мне доложили о самом бескровном захвате целого городка, — произнёс он первые слова, которыми распалил интерес домочадцев.

— Есть подробности? — Варвара Александровна положила свою ладонь на его. — Все сгорают от нетерпения их услышать!

— Вы помните молодого князя Рюрика? — Никита Васильевич продолжил ответ с вопроса.

Сёстры переглянулись.

— Да! — вскрикнул Никитка. — Он здорово дерётся палками на верёвке! — тут княжич изобразил как именно Феликс это делает, а точнее, он просто скорчил воинственно лицо.

— И это тоже, — улыбнулся глава семейства. — Но его подход в захвате города можно заносить в учебники военного дела, — продолжил князь, покачивая головой. — Он просто повесил непомерно высокий долг на самых влиятельных жителей!

— И-и?

— И принял ключи от того города, поставив главой своего человека, — досказал финал Никита Васильевич. — Жители сами предложили ему такое решение сложившейся ситуации, и пока исполняют обещание в точности. Например, увеличили поступление артефактов, добываемых в своих окрестностях. Регулярно доносят о появляющихся гостях с другой стороны Великих Хребтов, даже помогают в пресечении их тёмных делишек. Налицо снижение нападений на Вольных Охотников, дозоры перестают страдать. Да и с армейскими подразделениями Имперской Армии налаживаются отношения.

— Как интересно! — кивнула Варвара Александровна.

— Действительно, очень занятно, — добавила Анна. — И как он организовал тот долг?

— Затеял какую-то хитрость при проведении Аукционных торгов, — охотно ответил глава клана Ллойд. — Поговаривают, что молодой князь владеет магией чисел, но больно уж зыбок тот слух, — добавил он и сделал пару глотков ароматного чая.

— Я беременна от него, — заявила Роксана, произнеся слова так, словно это рядовое событие.

Наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь тиканьем напольных часов.

Хрустнул фарфор. На стол и на пол полетели осколки посуды, а кипяток обжёг руку Великого Князя. Однако он даже не почувствовал и намёка на боль, продолжая смотреть в одну точку своим безучастным взглядом. Словно душа неожиданно покинула его.

Варвара Александровна пришла в себя первой, и взяв со стола серебряный колокольчик, великая Княгиня встряхнула им, подозвав перезвоном слугу.

— Принеси нам графин самого крепкого, что есть в подвале, — выдала она короткое распоряжение. — А от тебя, дорогая, — она перевела взгляд любящей, но расстроенной матери на виновницу общего состояния шока. — Роксана, от тебя, золотце моё горемычное, я ожидаю подробностей, но чуть позже. И перестань лить свои девичьи слёзы…

* * *

Так получилось, что схожее заявление прозвучало не в единственном доме Демидовых.

Копируя поведение Великого Князя Демидова, другой человек смотрел безучастно на стол. Марфа Митрофановна Шуйская решила воздействовать на помолвку Рюрика так же. Она сделала смелое заявление своему отцу и теперь…

— Главное, любимое моё, несмышлёное дитя, что я знаю где он! — нарушил звенящую тишину голос главы клана Гор, и он жестом призвал своего опешившего поверенного…

Content

Алекс Нагорный Юрий Москаленко
Боги и Демоны Захребетья

Пролог

Глава 1 Дела и мысли…

Глава 2 Начало внезапного рейда

Глава 3 Логово далеко за озером

Глава 4 Небесный Страж? Ну я и попал…

Глава 5 Предвестники разборок и смены приоритетов

Глава 6 Судьбоносные решения

Глава 7 Суматоха и переезд

Глава 8 Обустройство и новые обязанности

Глава 9 Лёгкая подготовка к опасному рейду. Ох, и м-да-а…

Глава 10 Рейд. Как много в этом слове…

Глава 11 Некоторые моменты из жизни местных

Глава 12 Полуночный гость

Глава 13 Дом духов на отшибе

Интермедия первая Изменение баланса в Захребетье

Глава 14 План прикрытия

Глава 15 И что делать? А! Ну, мы ж из двадцать первого…

Глава 16 Аукцион по… Да без разницы, по какому!

Глава 17 Бонусы? Да ладно вам… Это джекпот, ёлы-палы

Интермедия вторая О затишье перед бурей